ПРАХ деструктив

Пролог

На тускло мерцающем мониторе курсор на мгновение замер над разделом «Досье специалистов специального назначения отряда 3». Щелчок мыши и архив открылся.

Зелёные строки кода побежали по чёрному фону, запрашивая доступ. Набор паролей занял меньше минуты, ещё тридцать секунд на обход двухуровневой аутентификации. Система нехотя подчинилась.

Курсор скользнул к кнопке «Создать новое досье». Пустая форма моргнула, принимая данные.

Корпоративный файл // Уровень доступа: Б Сотрудник №: 817

ИДЕНТИФИКАЦИЯ Личный идентификатор: 57555 Фамилия, Имя: Фрик Роксана Кодовое имя: Химера Пол: Ж Возраст: 17 Статус: стажировка

КЛАССИФИКАЦИЯ СПОСОБНОСТЕЙ Первичная аномалия (P): Нейроиндуктивный блок (высокая степень). Способна индуцировать контролируемое гипнотическое состояние у цели визуально-вербальным путём. Позволяет напрямую влиять на эмоциональный спектр субъекта, осуществлять допрос с высоким коэффициентом достоверности, а также подавлять ментальные атаки других объектов. Вторичная аномалия (S): Эмпатическое подавление, резистентность к ментальным атакам. Обладает устойчивостью к внешнему психологическому давлению. Потенциал превышает текущую классификацию.

БОЕВАЯ И ОПЕРАЦИОННАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ Специализация: — Ближний бой — Взаимодействие с объектами путём ментального воздействия (вербовка, допрос, деэскалация)

Курсор плавно перескочил к окну «Статус» и изменил его на «Действующий». Щелчок «Сохранить» — и карточка исчезла, уйдя в общую базу. Список обновился.

Отряд 3 // Отдел ПРАХ // Личные дела

Корпоративный файл // Уровень доступа: А

Сотрудник №: 258 ИДЕНТИФИКАЦИЯ Личный идентификатор: 63839 Фамилия, Имя: Камилова Лилия Кодовое имя: Пыль Пол: Ж Возраст: 24 года Статус: действующий

Корпоративный файл // Уровень доступа: В

Сотрудник №: 744 ИДЕНТИФИКАЦИЯ Личный идентификатор: 75120394 Фамилия, Имя: Соволенко Эрик Кодовое имя: Сирена Пол: М Возраст: 18 лет Статус: действующий

Корпоративный файл // Уровень доступа: Б

Сотрудник №: 356 ИДЕНТИФИКАЦИЯ Личный идентификатор: 49218670 Фамилия, Имя: [Отказ от идентификатора] Кодовое имя: Мышь Пол: Ж Возраст: 23 года Статус: действующий

Курсор пролистнул ещё десяток карточек. Список приближался к концу, и спустя несколько строк он остановился. На экране высветился пустой файл.

Корпоративный файл // Уровень доступа: [удалён] Сотрудник №: 222 ИДЕНТИФИКАЦИЯ Личный идентификатор: [данные удалены] Фамилия, Имя: [данные удалены] Кодовое имя: [данные удалены] Пол: [данные удалены] Возраст: [данные удалены] Статус: не подтвержден КЛАССИФИКАЦИЯ СПОСОБНОСТЕЙ [данные удалены] БОЕВАЯ И ОПЕРАЦИОННАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ [данные удалены] ПРИМЕЧАНИЕ Числится в резерве. Данные не подтверждены.

Курсор замер. Он перескочил на кнопку «Редактировать». Щелчок. Открылось окно изменения статуса. Курсор выделил строку «Статус: кандидат» и заменил на: «Исключён».

Появилось новое поле — «Причина исключения». Курсор забегал по клавиатуре, вбивая текст:

«Выявлены факты сотрудничества с нелегальными группами. Попытка несанкционированного доступа к закрытым архивам. Расследование завершено. Кандидат изолирован в условиях строгой изоляции до особого распоряжения. Контакт с внешним миром запрещён. Все права доступа аннулированы.»

Курсор нажал «Сохранить». Экран моргнул — и карточка №222 обновилась. Список снова появился на экране. После чего курсор наведением на значок в виде креста закрыл архив.

Экран погас. Скрипнуло кресло, и раздались шаги, которые вскоре затихли в коридоре.

Глава 1. Отряд ПРАХ. Миссия

Промозглый дождь окутал собой погружённый в сумрак наступившей ночи город. Лишённый красок и наполненный серыми идентичными блоками кирпичных домов, он пугал любого, кто оказывался в это время снаружи, пустотой и однотипностью своих улиц, создавая странное ощущение лиминальности. Даже отчаянно пробивающийся сквозь туман и агрессивно летящие капли воды свет фонарей не сильно спасал ситуацию от очередного ливня. Он мог лишь создавать не сильно большие световые шары с мягкими плавными краями, парящие в воздухе.

Жители подобных городов в данном секторе отличались особенной пунктуальностью и любовью к соблюдению режима. По крайней мере, так указывают в брошюрах для остальных секторов, поэтому в такое время нет даже хотя бы одного горящего окна в каком-нибудь из домов. Но в эту ночь по воле судьбы покой уже как несколько часов назад заснувшей улицы был прерван голосами и суматохой аж нескольких людей.

В одном из просторных заброшенных складских зданий тишина время от времени прерывалась звуком падающих капель о бетонный пол. В такой обстановке можно даже было услышать чужое участившееся сердцебиение.

Старшина Твердолобов крался первым, держа стреляющий электрошокер на весу. Он терпеть не мог такие объекты: старые хрущёвки, чёрт знает почему люди решили назвать эти здания именно так, заброшенные заводы и склады — места, где стены хранили запах пыли вперемешку с плесенью и мёртвым духом.— Четвёртый, я — Первый. Визуальный контакт с целью не установлен. Поднимаемся на второй этаж. — Голос в наушнике принадлежал Громову. Новоиспечённый лейтенант, взявший на себя командование седьмого отряда, всегда говорил сухо, особенно когда дело касалось операций. Идеальная профдеформация, ничего не скажешь. Не удивительно, что сосунок так быстро дослужился до такого высокого поста в настолько кратчайшие сроки. Ещё и взял на себя только руководство по обеспечению влияния глушилок, так чтобы ответственность за всю грязную работу почти полностью легла на плечи Твердолобова. Хитрый сукин сын. Но ничего не поделаешь, этот молодняк стоит выше него по званию, и он обязан подчиняться его распределению и приказам. Но тем не менее это даже играло на руку старшине. При успешно выполненной операции он вполне может рассчитывать на перспективу повышения. Не всё же время ему под чужим началом сидеть.

— Четвёртый, принял, продолжаем продвигаться по периметру, — ответил Твердолобов.

Они отработали этот маршрут на полигоне раз десять. Панорамные зеркальные маски, предположительно блокирующие влияние пси-импульсов захватываемой цели, плотно сидели на лицах и немного мешали действию компактных очков ночного видения. Ступая едва слышно короткими, но спешными шагами, солдаты продвигались постепенно по указу жестов главного старшины Твердолобова, разделялись на заранее обговорённые группы и расходились в разные стороны, постепенно заполняя собой пространство, чтобы быстрее найти цель.

Когда группа Твердолобова дошла до центра громадного помещения в пространстве, отделяющем группы железных полок, почти достающих до потолка высотой в два этажа, так точно стал еле уловимо слышен детский плач где-то дальше в темноте. Но сама цель ещё не была видна, скрываясь где-то за рядами складских сооружений. Твердолобов замер и поднял кулак — стоп. Повисла тишина. Он ждал команды.

— Четвёртый, я — Первый, цель находится в двух рядах от вас справа, заходите с двух сторон, — снова напомнил о себе голос Громова в наушниках солдат. Отряд лейтенанта уже был наготове и занял позиции на балконе второго этажа. Так как цель являлась крайне важной единицей для компании, вышестоящими было приказано использовать импульсный белый шум только в крайнем случае, если миссия была на грани срыва. Данный прибор мог существенно деформировать способности их ещё маленького незрелого носителя, а также помешать помощи специалиста с такими же способностями, которого по приказу Громова на месте было решено не допускать до операции исходя из небольшого опыта в них.

Жестом указывая разделиться группе, старшина продолжил движение вперёд, заходя с центра. Часть солдат послушно ушли вправо в глубь рядов. Заглянув за поворот, отряд ничего не обнаружил, но звук всхлипываний теперь стал намного чётче. «Где-то в отсеке полок спрятался», — мысленно сделал вывод Твердолобов и приказал остальным продолжать идти вдоль двух громадных заржавевших стеллажей. Остальные отряды заняли позиции по всей площади для перекрытия путей отхода. Чувствовалось внутреннее спокойствие и уверенность солдат. Причин для беспокойства действительно не было. Это просто семилетний перепуганный мальчишка. Они брали и постарше, и поопаснее.

Замедлив скорость, группа шла бесшумно, ступая с пятки на носок по гладкому, местами вздутому линолеуму. Плач стих, а вместо него раздалось шуршание среди частично сгнивших картонных коробок. Дойдя до источника ёрзаний, они обнаружили на самом нижнем ярусе, являющимся полом, свернувшегося калачиком мальчишку. Дрожащие колени были поджаты к груди, а ручки полностью закрывали лицо. Старшина кивнул вбок одному из солдат, заходивших справа и успешно дошедших до остальной группы. Тот, не колеблясь, присел, почти сравнявшись с ребёнком, и уже наготове держал чёрный мешок, что должен был полностью перекрыть способность видеть и воздействовать на своих жертв взглядом цель. Но как только он, наклонившись, почти накинул мешок на голову малыша, за мгновение маленькая ручка молниеносно разделила ткань на две части и со сверхъестественной силой разбила панорамную маску, делая солдата абсолютно безоружным перед ребёнком. Распахнулись крупные полностью фиолетовые глаза с продолговатым аномально острым зрачком. Взгляд бойца вынужденно был в упор направлен на них. Он остолбенел.

— Рядовой, чего застыл? Бери его! — раздался Твердолобов, скрыто обеспокоенный внезапным звуком. Все вокруг тоже были напряжены от наступившего после него затишья.

Солдат медленно вылез из-под стеллажа и также медленно начал разгибаться, поворачиваясь лицом к своим коллегам справа. Те тоже оцепенели от его вида. Через очки ночного видения было видно, как тёмная жидкость из ран от осколков маски стекала по лицу и его безумные выпученные, смотрящие в пустоту глаза.

— Рядовой, что происходит? — снимая предохранитель с электропистолета, снова спросил старшина, на что в ответ услышал лишь смешок.

— Не подходите, — монотонно шепча, произнёс приворожённый. — Он говорит... — Секундная пауза, и голова начала медленно поворачиваться в сторону левой подгруппы Твердолобова. — Он говорит, что вы все умрёте, — произнёс он, повернув голову почти на все сто восемьдесят градусов, и, не моргая, расплылся в неестественно широкой улыбке.

— Чёрт! Всем шокеры на готовность, быстро! — крикнул старшина, но рывок солдата — и его маска разлетелась вдребезги. Разразились резкий треск от пущенных в ход шокеров и громкие возгласы солдат.

*

Раздражённый взгляд был направлен в монитор, показывающий трансляцию с камер видеонаблюдения, закреплённых в спешке снаружи склада и устремлённых в длинные продольные окна, что находились чуть ли не у самой крыши, пальцы длинными ногтями нервно постукивали по столу. Что толку в этих камерах, если всё равно из-за складских полок почти ни черта не видно?

Движением мышки камера переводится на внутренний балкон второго этажа, где солдаты седьмого отряда встревоженно начали взаимодействовать с приборами белого шума. Одна бровь вопросительно приподнялась. Это был явно не хороший знак.

Кисть сжалась в расслабленный кулак и дала опору щеке. В уголках губ заиграла торжествующая ухмылка. И в один момент всё тело девушки почувствовало лёгкую, но до тошноты неприятную прерывающуюся вибрацию. Роксана немного поёжилась. Белый шум должен был быть пущен в ход только в экстренной ситуации. Это значит, что кое-кто слишком самоуверенный уже жиденько обделался в свои чёрные карго-брючки. Видимо, именно так выполняют свою работу «профессионалы», которым не нужна помощь.

Агентка пару раз качнула головой в разные стороны, чтобы размять шею, и, оперевшись руками о стол, расслабленно поднялась с довольно неудобного компьютерного кресла. Оно же шумно откатилось назад, привлекая внимание одного из оставшегося в штабе небольшого запасного отряда.

— Какие-то проблемы, Химера? — спросил солдат, проходящий мимо. В комнате видеонаблюдений сидела только Роксана, и видимо только ей здесь было не всё равно на ход операции. Тем не менее тон парня не нёс в себе какой-то язвительный подтекст. Он сам был таким же молодым, как и она, и ещё не успел понабраться этой напыщенности и сумасбродства своего начальства. С явной озабоченностью на лице солдат решил пройти вглубь комнаты к мониторам.

— Сам гляди, — Химера любезно подвинулась и, ехидно поглядывая, освободила ему место лучшего обзора.

— Что? Что происходит?! — заметно резче замотал тот головой, пытаясь уловить каждый кадр с мониторов. — Химера, что это значит? — Солдат обернулся к агентке, под конец вопроса голос взял рекордно редкую по высоте для него ноту.

— А так не понятно? Прахом пошла ваша сверхпродуманная операция. — Рокс скрестила руки на груди и чуть приподняла голову, победно растягивая этот момент для себя.

— Я срочно сообщу старшине! — подорвался он.

— Стой. — Агентка схватила рядового за руку на полпути к двери, да так, что он в моменте понял, почему именно она занимает позицию члена элитного отряда. По-лисьи хищно сверкнула пара глаз, изначально казавшихся невинно милыми и необычными из-за своего фиолетового оттенка радужки. Лёгкое давление в висках вызывало постепенно возрастающее чувство, будто мозг клетка за клеткой становился ватой. Собственные мысли уходили куда-то в глубь сознания, пока стали совсем не слышны. А в голове ясно и отчётливо звучала единственная фраза: «Мы с тобой поступим немного иначе».

В течение минуты весь оставшийся отряд собрался у выхода из штаба вокруг эпицентра шухера в лице Химеры. Каждый занимался выполнением своего дела без единого слова. Кто-то проверял сохранность оружия, кто-то надевал оборудование, кто-то доставал оставшиеся пару генераторов белого шума.

— Какого хера тут происходит?! — Эмоциональный возглас единственного оставшегося в сознании старшины на мгновение разрезал молчаливое копошение в штабе. — Химера, чтоб тебя! Как это понимать!? — Девушка стояла к нему спиной и так же, как солдаты, ходившие с пустым взглядом, будто не обращала на него внимание, сфокусированная на организации спасения операции. — Я тебя спрашиваю! — продолжил басисто голосить старшина Степанов. Схватив её за плечо, попытался развернуть к себе лицом. И ему это удалось. Взмах коротких чёрных волос, и с разворота небольшой женский кулак ударом в живот отправил его в полёт вплоть до стоящего позади стола.

— Ваш отряд будет участвовать в миссии под моим командованием, старшина. — Больше терпеть этих ослов она не собиралась. — А вы... — Химера присела на корточки, сравнявшись ростом с сидящим и покряхтывающим от удара в поясницу после приземления о край стола Степановым. На лбу проступил пот, а на лице, разрисованном грубыми шрамами от неудачно зажившего акне, была заметна гримаса боли вперемешку с растерянностью. — Вы отстранены от выполнения данной операции.

Их взгляды встретились, и он замер, но на этот раз она не собиралась влиять на сознание. Настала их очередь не мешать, пока профессионал выполняет свою задачу. Он хотел что-то сказать, но не успел.— И причина тому: ваша халатность и неопытность. — Роксана наигранно повторяла интонацию, сказанную ей лейтенантом Громовым. Она помнила, как на подобные речи в её сторону пускал смешки и надменно поглядывал мужчина, сидящий сейчас перед ней. Руки уперлись в колени, и Роксана вальяжно выпрямилась, значительно возвышаясь над Степановым. — Ах да, и ещё... — Со свистящим звуком нога Химеры встретилась с головой мужчины и вырубила старшину Степанова, отправив того дремать на боку. — Вы мне просто не нравитесь. — Пожала плечами Рокс.

*

Пока запасной отряд только отбывал от штаба, загрузив аппаратуру с белым шумом в армейские грузовики, Химера была уже на полпути к злосчастному складу. Ещё с самого начала ей было понятно, что выполнение миссии должно было ложиться именно на её плечи. Как же досадно было осознавать то, что она тогда так легко сдалась и позволила лейтенанту Громову делать то, что вздумается. Но это уже не важно, сейчас самое время наглядно доказать свою значимость и очевидную необходимость своего отряда.

Сильные изящные ноги разрезали перед собой воздух и набирали невозможную для простого человека скорость бега. Новый облегающий костюм униформы спецотдела сидел на Химере как вторая кожа. Плетёный из какого-то специального наноматериала, он будто ничего не весил. При каждом шаге чёрная ткань вспыхивала оранжевыми всплесками вдоль потемневших прожилок, на что сложно было не отвлекаться. Вот это научный сектор постарался, просто чудо. Ничего не сковывало бёдра при рывках и не натирало плечи. Рокс не знала, как именно это работало. Что-то про молекулы и нанотрубки ей говорил в отделе выдачи очень воодушевлённый парнишка в белом халате. Из этого непрошенного лекционного потока девушка запомнила главное: костюм держит удар, гасит жар от трения и поглощает какие-то там волны. Для задания этого было вполне достаточно.

Густая крона сосен мелькала над головой и превращала проблески лунного света в кучу рваных полос. Было не просто миновать бесконечную ленту из корней, мха и влажной хвои под ногами, не снижая скорость. Химера чувствовала, как ткань глушит вибрацию от каждого шага и мягко пружинит при приземлениях после прыжков через поваленные стволы.

Она рванула вниз по склону, прибавляя темп. Ступни сами находили опору, перешагивали через торчащие корни, а костюм на пятках и голенях стал чуть плотнее. Становилось уже привычно, что там, где нужна защита и опора, ткань как будто умнела. Грязь и влага не прилипали к ней, скатываясь каплями, и поверхность костюма оставалась практически сухой. Впереди, сквозь редкие деревья, начал проступать железобетонный контур склада. Химера сбавила шаг, переходя на лёгкий почти бесшумный бег.

Ко входу в несколько лет как заброшенную постройку девушка подходила уже почти пешком, переводя дух и чувствуя, как назойливо звенит в ушах. Пространство перед глазами начало понемногу искажаться, теряя чёткие очертания. В висках глухо пульсировало, что не могло не мешать вернуть концентрацию. Рука непроизвольно потянулась к переносице. Химера не имела права поддаваться этому. Сожмурившись и сжав ладони в кулаки до хруста в суставах, она сказала сама себе: «Соберись». Белый шум всё ещё был активен, но голосов солдат внутри не было слышно. Это могло значить всё что угодно. Они затаились, или уже взяли его, или это он взял их. Исходя из того, что она видела на камерах, вероятней всего третий вариант.

И тут всё стихло. Роксана подняла взгляд на вход и выпрямила плечи. Дверь была слегка приоткрыта. Это приглашение? Думать уже было некогда, поэтому агентка уверенно сделала шаг навстречу кромешной пустоте.