Пожиратель демонов. Том 3

Глава 1

Непроглядная тьма и пустота — вот что приняло меня в свои объятья сразу после пробуждения. И ни единого звука вокруг. Или я всё еще находился где-то на границе меж сном и явью?

Делириум?..

Затем появились они. Грязные, когтистые руки, сочащиеся скверной. Прорвавшись прямо из-под земли, множество тощих пальцев обхватили мои лодыжки и резко дернули вниз, вынудив потерять равновесие и рухнуть в густую лужу зловонной жижи.

Развернувшись, я попытался вновь встать на ноги, но цепкие руки не дали мне ни шанса сделать это. Они облепили меня с ног до головы, прикрыли глаза, нос и рот настолько крепко, что я не мог сделать ни вздоха, и принялись с силой погружать меня в бездонный источник.

— Влад!..

Чей-то женский голос неожиданно прорезал тьму. Собственное имя эхом отозвалось в голове, а сам голос стал для меня своеобразным ориентиром во мраке. Единственным ориентиром, позволяющим мне сохранять здравый рассудок и продолжать бороться.

Но с кем? Или… с чем?

— Влад!..

Нет, я не мог позволить себе сдаться даже тогда, когда мое тело уже наполовину погрузилось в странную субстанцию. Будто живую. Кожей ощущал, как она просачивается сквозь меня, пропитывает собой всё мое естество и… меняет. Пытается подстроить под себя, адаптировать. Взять контроль над моим сознанием, искалечить его, извратить.

Дернулся в попытках избавиться от оков. От чужих, сковавших меня, костлявых пальцев. Но чем сильнее я противился, тем глубже погружался в источник.

— Влад! Слышишь меня?..

Тогда вместо того, чтобы сопротивляться, я решил рискнуть и расслабил все мышцы. Поддался чуждой силе, которая тут же с готовностью устремилась ко мне и накрыла волной.

Руки, до этого упрямо тянувшие меня на дно, внезапно ослабили хватку. Зашипели, погружаясь в источник губительной скверны вместе со мной. И стоило мне распахнуть глаза…

***

…я увидел нависшее надо мной лицо сестры. Взволнованное, побледневшее и с искусанными до крови губами.

— Влад! — тут же радостно воскликнула Алиса. Лицо ее посветлело в мгновение ока и, не дожидаясь, пока я окончательно приду в себя, сестрица крепко, до хруста костей, прижала меня к груди. — Ох, всё еще горячий, как печка… — с сожалением заключила она.

Ну а я пока силился вспомнить, как вообще оказался в собственной постели.

Последние воспоминания были смутными. Какими-то урывками в голове промелькивало сражение с тварями на пятом этаже Бездны, краткое общение с Александром после возвращения на поверхность и последующая дорога домой, во время которой меня пару-тройку раз вывернуло наизнанку.

Всеми силами я старался удержать в себе поглощенную скверну и, следуя советам Кары, целиком взять ее под собственный контроль. Выпустить ее наружу и очиститься я мог почти сразу, вот только пожадничал и вместо этого посчитал нужным приберечь скверну на случай острой необходимости. Использовать ее на поверхности без подпитки со стороны всяко полезнее, чем зазря опустошать ценный запас.

Вот только в чем-то я просчитался. Видимо, после значительного удаления от эпицентра чужеродная магия вступила в конфликт с той, что была привычной для внешнего мира. Закономерный, казалось бы, процесс, но при этом под основной удар, похоже, попал мой рассудок.

Впрочем, такие стрессовые встряски должны закалить мой организм и в дальнейшем сделать меня сильнее. Надо лишь переждать не самые приятные минуты текущего состояния.

— Кара просила сообщить, когда ты очнешься, — наконец отстранилась от меня Алиса и спешно поднялась, разгладив складки на подоле платья. — Ты только никуда не уходи, ладно? Хотя нет, не так, — мотнула сестра головой и с угрожающим видом уперла руки в бока. — Только попробуй куда-нибудь уйти, ясно тебе?!

В состоянии я сейчас пребывал поистине скверном. Мышцы затекли из-за длительной неподвижности, желудок скручивало от голода в бараний рог, да еще и во рту пересохло. Даже при всем желании ослушаться сестру, сделать это я вряд ли бы смог. Но потому напрашивался резонный вопрос, задать который я, к счастью, успел до того, как Алиса выскочила за двери.

— Сколько… я тут лежу?

В последний момент, уже обхватив дверные ручки, сестра обернулась ко мне и болезненно поморщилась. По одному лишь выражению ее лица можно было судить, что времени прошло достаточно, и мне этот факт совсем не понравится.

— Три-и-и… — неуверенно протянула та.

— Часа? — уж было обнадежила она меня.

— Нет. Дня.

Алиса вышла, осторожно прикрыв за собой двери, а я, шумно пропустив воздух сквозь зубы, снова уронил голову на подушку и отсутствующим взглядом уставился в потолок.

Вот, значит, сколько времени у моего организма ушло на борьбу со скверной… Но раз уж я сумел вернуться в сознание, то взять над ней контроль всё же удалось? Как минимум, можно было надеяться на определенный уровень адаптации.

Прикрыв глаза, внимательно прислушался к ощущениям в теле, а в частности к тому, что творится в энергетических потоках. Темные, бесформенные сгустки, слабо пульсируя, сейчас размеренно перекатывались по моим каналам. Чувствовались они отчетливо, но в то же время, казалось, вошли в некий резонанс с моей собственной энергией и теперь уже не воспринимались организмом как нечто совершенно чужеродное.

Запоздало вспомнив о татуировке, откинул одеяло и вгляделся в витиеватые узоры на правой руке, растянувшиеся от плеча до запястья. Внешне татуировка не претерпела никаких изменений, но именно она источала жар, разливающийся по всему телу.

Прежде Алиса уже видела эти отметины, но если они попадутся на глаза кому-то еще, в особенности церковникам, то одними только подозрениями о связях с демонами мы не отделаемся. Инквизиторы с их погаными ритуалами экзорцизма — вот, кого я опасался на самом деле.

В двери тихо постучали, и, буквально за секунду до того, как они отворились, я успел снова прикрыть руку одеялом.

— Можете не стараться, Ваше Светлейшество, — в шутливом тоне заявила мне Кара, объявившись на пороге с плетеной корзинкой. — Я и так всё уже видела.

Алиса проскользнула в комнату следом за ней, но если сестра до сих пор выглядела взволнованной, то темная целительница излучала поразительное спокойствие. Будто бы понимала, с чем ей пришлось столкнуться и каким образом меня в кратчайшие сроки можно было поставить на ноги.

— Ну что, как самочувствие? — непринужденно поинтересовалась Кара, поставив корзинку на прикроватную тумбочку. Внутри виднелись разноцветные пузырьки и склянки с неопознанным содержимым.

— Есть хочу, — честно признался я.

— И это первый признак того, что человек идет на поправку, — обернулась она к Алисе. — Вот видите? Жить будет. Ничего серьезного.

— Тогда я… я принесу чего-нибудь! — закивала та, глядя попеременно то на меня, то на девушку. — Там с ужина еще осталось… Мигом вернусь!

Однако стоило каблучкам моей сестрицы засеменить по коридору, Кара резко посерьезнела. Сдвинула брови и зыркнула на меня так, словно я ей денег задолжал. Причем немалую сумму.

— На поправку вы, действительно, идете, но если припомнить, что довело вас до такого состояния… Всё могло закончиться хуже. Гораздо хуже.

— Я знаю, что делаю, — возразил ей.

— Ни черта ты не знаешь, Влад… — вновь перешла девушка на «ты». Затем вынула из корзинки одну из склянок фиолетового цвета, потрясла ее, смешивая жидкость с осадком, и протянула мне. — Это поможет унять жар, но лишь на первое время. Снятие симптомов еще не гарантирует, что ты быстро придешь в норму. Всё остальное зависит только от тебя.

Кивнув ей, взял склянку в руки и, откупорив пробку, выпил содержимое залпом.

Снятие симптомов хотя бы поможет мне поскорее взять в руки меч, а там уж тело само приспособится к нагрузкам. И к количеству скверны, бегущей теперь по энергетическим потокам.

— Это для восстановления мышечного тонуса, — продолжила Кара деланно-непринужденным тоном, поставив на тумбочку сине-зеленый пузырек. — А это для крепкого сна без сновид…

— Ты ведь уже поняла, что скверна действует на меня иначе, чем на остальных? — оборвал я девушку на полуслове, и она замерла с очередным бутыльком в руке. — Не так, как на тебя и других одаренных. Меняет, но не уродует. Всё… с точностью до наоборот.

Ответила Кара не сразу. Сначала она чуть слышно вздохнула, склонившись над корзинкой с лекарствами, а после тихо заговорила, не глядя на меня.

— Даже если скверна каким-то образом тебя усиливает, без негативных последствий подобное слияние не проходит. Последствий не только для тела, но и для психики. В этот раз ты смог взять ее под контроль, а если в следующий не сумеешь? Или надеешься, что демон, таскающийся за тобой, поможет обуздать эту силу?

— Демон? О чем ты?.. — предпринял я попытку увильнуть.

— Я не глупа, Влад. Ведь демонесса, что мы встретили в Бездне, обращалась именно к нему, не так ли? Кайрос.

— Ну надо же! — в тот же момент выплыл Кайрос из-за спины Кары и мелко захлопал в ладоши. — Как же приятно слышать свое имя из уст столь прекрасных, а главное — сообразительных особ! Польщен до глубины души!

— Для моего народа легенды — это не просто легенды, — продолжила девушка, сжимая в руке пузырек. — Это неудобная правда, которую однажды предпочли списать на красивую и таинственную историю. Часть этой правды раскрылась мне еще на четвертом этаже, когда ты поглотил душу того раненого демона прямо на моих глазах. Догадаться об остальном оказалось уже несложно.

Долго же я умудрялся прятать рогатого слона в посудной лавке, но истина всё равно всплыла бы рано или поздно. Хорошо хотя бы, что передо мной сейчас стояла Кара, а не кто-нибудь из святош.

— Полагаю, сестре ты о нем до сих пор не обмолвился? — повернулась целительница ко мне, изогнув бровь. — Впрочем, это уже совсем не мое дело, — отмахнулась она от своего же вопроса. — Когда-то ты спас мне жизнь, и не хотелось бы, чтобы по глупости ты потерял собственную. Только и всего.

Наш разговор очень своевременно подошел к концу, потому что буквально через пару мгновений двери без стука распахнулись перед Алисой, балансирующей с тяжелым на вид подносом в руках.

— Что ж, наверняка вам обоим есть, что обсудить, — подхватила Кара корзинку с оставшимися бутылочками и бросила на меня многозначительный взгляд. — Поправляйтесь, Ваше Светлейшество. И да, лекарства, — кивнула она на пустую склянку в моих руках, — желательно принимать после еды, дабы избежать проблем с пищеварением.

— Да-да, кушай быстрее, раз уж аппетит проснулся, — тут же опустили мне на колени поднос с остывшим, но оттого не менее аппетитным ужином. — Там, кстати, Игорь Владимирович тебя искал. Ноющая поясница опять никак покоя ему не дает…

— Благодарю, Алиса Николаевна. Одна нога здесь, другая там, — исполнила Кара подобие реверанса и вышла, оставляя нас с сестрой наедине.

Точнее, нас с сестрой и восторженного Кайроса, который стоял возле приоткрытого окна, подставив лицо багряным лучам заходящего солнца. Сейчас, улыбаясь своим мыслям, демон выглядел довольным, как никогда.

— Не хотелось бы портить тебе аппетит, — неуверенно начала Алиса, стоило мне отломить кусочек мяса и поднести вилку ко рту, — но я уже знаю, что случилось с Ириной. Никто не заслуживает участи обратиться в чудовище, а Ирина… тем более.

Тщательно прожевывая еду, я выигрывал себе время на раздумья. Сказать ли сестре всё как есть или промолчать и дать ей проститься с подругой? Я всё еще был уверен в том, что встреченный нами обращенный никакого отношения к графине не имел. Разве что с его помощью Громовой удалось отправить поисковый отряд по ложному следу и окончательно разорвать связи с семьей.

Если так подумать, ближе Алисы для меня не было никого, однако день за днем я продолжал ей лгать. Скрывать неприятную правду, как выразилась Кара. Но должна же быть в моих словах хоть крупица истины? Что я за брат-то такой, в конце-то концов?..

— Есть вероятность, что Ирина всё еще жива, — дожевав, поделился с сестрой своими мыслями. — Это только мои предположения, но тем не менее…

Кратко я изложил ей свою версию событий, в котором родовое кольцо Громовых играло немаловажную роль. Про особенности проклятья тоже упомянуть не забыл, а завершил всё тем, что наткнуться на реальные следы Ирины в ближайшем будущем всё еще возможно.

Алиса слушала меня, приоткрыв рот. Привыкла уже, наверное, к тому, что видения мои по большей части были связаны с минувшими Морами. Получить из них подсказку, которая касалась бы наложенного нами на Громовых проклятья, было маловероятно. Да еще и в столь удобный для этого момент.

— Если надежда отыскать Ирину живой осталась, то мы непременно найдем ее, — подытожила сестра, с теплой улыбкой приложив ладони к груди. Ну хоть у кого-то энтузиазма было сразу на двоих…

Впрочем, для меня, три дня кряду провалявшегося в беспамятстве, новости на этом не закончились.

Сергей Иванович, глава рода Громовых, пока не предъявил нам никаких претензий за участие в поисковой экспедиции. Подозревал, что Александру после всего произошедшего на пятом этаже удалось замолвить за нас словечко и выставить меня перед своей семьей в лучшем свете. Или же он вовсе приказал своим людям молчать о нашем вмешательстве, что было еще более вероятно.

Также о выигранном мною во время турнира пари Ланские напомнили два дня назад, а именно — прислали нам письмо с просьбой подготовить казармы к прибытию гвардейцев на совместное обучение. Сейчас там уже вовсю суетился Игорь Владимирович, несмотря на больную поясницу, и заодно подрядил себе в помощники всех, кто в состоянии был твердо стоять на ногах.

— Еще четверых наших ребят, не вернувшихся из экспедиции на поверхность, вчера вечером отпели в церкви, — тихо добавила Алиса. — Собирались сделать это раньше, но останки прислали только накануне, так что…

— А что насчет наемников? — уставился я на полный еды поднос перед собой, понимая, что аппетита меня всё же лишили. Теперь даже кусок в горло не лез.

— Они потеряли одного, но по просьбе их старшего мы похоронили его вместе с остальными, на деревенском кладбище.

— Старшего? Это… Виктора, что ли?

— Виктора, да. Честно говоря, сейчас он уже не кажется мне таким ужасным человеком. Да и люди его пока ведут себя тихо. Никаких жалоб от ребят не поступало. Всё же Бездна… она умеет сплачивать людей. По-своему.

Умеет, это верно. Но потерять даже одного из шестерых собратьев по оружию, с которыми огонь и воду прошел… Причем в первую же вылазку. Можно только представить, что сейчас чувствует Виктор на самом деле.

Тем больше у нас причин устроить охоту на рыжую дрянь, возомнившую себя судьей и исполнителем в одном лице, а затем отплатить ей той же монетой.

— Это все новости? — уточнил у сестры и отложил поднос в сторону.

— Ну-у-у… — протянула та, отведя взгляд. — Вообще-то есть еще кое-что. Но тебе это тоже по душе не придется.

— Говори, а там посмотрим.

Глаза Алисы лихорадочно забегали из стороны в сторону, будто бы в последний момент она передумала делиться со мной неприятным известием. И всё же, тяжело вздохнув, она сдалась и с неподдельной ненавистью в голосе прошипела:

— Лугов.

— Ну и что этому сукиному сыну снова от тебя нужно? — закатил я глаза.

Хотя без лишних слов ясно, что от своего этот мерзкий тип не отступится. А всё, что ему сейчас нужно — заполучить руку и сердце Алисы.

— На этот раз не от меня, а… от тебя.

— Уже интереснее. Продолжай.

— Он приехал почти сразу после твоего отъезда. Сказал, что лично знаком с человеком, заказавшим мое убийство на танцевальном вечере у Ланских. И что назовет тебе его имя только в том случае, если ты благословишь наш с ним брак.

Я усмехнулся, не сдержавшись, и тут же поймал на себе обиженный взгляд сестры.

Вот, значит, почему сомнения так терзали ее. Думала, что отдам ее с потрохами за крупицы сомнительной информации и всё это время жила как на бочке с магическим порошком? Глупая. Я бы никогда так не поступил.

— Выходит, такого ты обо мне мнения, да? — улыбнулся ей уголками губ.

— Просто… исходя из твоих действий, этот вариант выглядел наиболее вероятным, — потупила она взгляд и пальцами принялась перебирать ткань струящегося подола. — Необходимая жертва ради того, чтобы предотвратить еще больше жертв в будущем…

— И этим агнцем, который отправится на заклание, по-твоему, должна быть именно ты?

Алиса промолчала. Ну да, ответить на это ей было уже нечего. Говорю же — глупая.

— Я придумаю, что мы будем делать и с Луговым, и с его якобы знакомым, — попытался я обнадежить сестру. — Но какое бы решение я ни принял, замуж за этого ублюдка тебе выходить не придется. Даю слово. Это всегда будет только твой выбор и никак иначе!

Теперь вздохнула она так, словно тяжелый камень рухнул с ее плеч, ну а мне пора было немного проветриться и размять затекшие мышцы. К тому же, на свежем воздухе даже думается чуть легче.

— Ты куда?! — воскликнула Алиса, стоило мне скинуть одеяло и присесть на край кровати.

— Пройдусь. Станет лучше.

— А как же ужин? Почти не притронулся…

— Значит, нагуляю пропавший аппетит, — поднялся я на ноги и направился к одежному шкафу, игнорируя чрезмерную заботу сестры.

— А лекарства? Приказать подготовить экипаж?..

Голова немного закружилась, но я и так слишком долго отлеживался в постели. Нужно было сегодня же почтить падших в недавней бойне ребят, а по возможности показаться на глаза остальным и увидеть, как проходит подготовка к прибытию гвардии Ланских.

Мне это было необходимо.

***

До Январьска решил добраться верхом, отказавшись от экипажа, и когда я спешился перед воротами кладбища, над деревушкой уже сгустились сумерки.

Судя по оседланной лошади, смиренно щипавшей траву возле ограды, кто-то в этот стылый вечер еще и составит мне компанию. Даже подозреваю, кто именно.

Увы, но время и бедствия, обрушившиеся на эти земли, не щадили как живых, так и мертвых — территория кладбища частично заросла сорняками. Большинство надгробий, за которыми теперь некому было ухаживать, покрывал густой слой мха и лишайника, а вороны жадно клевали зерно, рассыпанное возле могил в качестве подношений усопшим.

Самые свежие захоронения располагались в дальней части. Я понял это по влажной земле и живым цветам. Их было пятеро, и напротив одного из сколоченных наспех деревянных ладонников неподвижно стояла фигура в черном плаще.

— Мне жаль.

Вот и всё, что я мог сказать, остановившись в паре шагов от Виктора.

— Если бы ты заранее знал, чем всё закончится, то подготовиться мы успели бы, — донесся до меня хрипловатый голос наемника и легкий винный душок. — Но ты ведь не знал. И никто не знал. Жизнь… она сама по себе скверная штука, — обернулся парень ко мне вполоборота. В руках он держал открытую флягу. — Но когда кругом одно сплошное дерьмо, нет смысла искать место, где дерьма будет меньше — лучше пахнуть оно от этого не станет.

— И то верно, — кивнул ему и встал рядом.

Прохладный ветер пробирался под белую рубаху, охлаждая кожу и сбивая жар от раскаленной татуировки. Или лекарства Кары наконец подействовали?..

— Почти все детство я провел в детском доме, — пустился Виктор в откровения. Не думаю, что это вино развязало ему язык. Видимо, просто решил поделиться своим прошлым, раз уж мы теперь связаны. — В месте, где каждый был сам за себя. Выживал как умел и доверять мог тоже лишь себе самому. Когда Бешеные Псы забрали меня, поначалу я думал, что попал из огня да в полымя, но почему-то общество наемников оказалось человечнее, чем все, с кем мне доводилось пересекаться ранее.

— Но предыдущего главу ты убил собственными руками.

— Не ради власти или славы мне пришлось тогда испачкать руки. Он возложил ответственность за будущее отряда на меня. Я же высокородный, пусть и бастард, в отличие от остальных наших людей. В отличие от него самого. А сила крови в наше ничтожное время порой ценится даже больше, чем одаренность. Да и не хотел бывший глава умирать от старости, так что я оказал ему честь, что уж там…

Вот тут я не мог с ним не согласиться. И чем древнее род, с которым ты по праву рождения связан корнями, тем больше получаешь преимуществ от такой связи. Например… память крови.

— Сразу мы с тобой, князь, не поладили, — продолжил Виктор после глотка из фляги. — Оно и понятно. В одночасье ты прибрал к рукам не только моих людей, но и лишил возложенного на меня долга. Хреновый для меня расклад, не правда ли? Но там, в Бездне… — сделал он еще глоток. — Там, в Бездне ты так рьяно и отчаянно сражался за каждую жизнь, что это зрелище будто бы… как сказать?.. вправило мне мозги обратно. Наверное, наставник назвал бы тебя неплохим парнем. Я так думаю. Поэтому… — последняя капля из опустошенной фляги капнула ему на язык. — Да черти ее подери!.. Короче говоря, — усмехнулся наемник под нос, пристегивая флягу к поясу, — почему бы нам не забить на все условности и не избавить этот мир хотя бы от толики заполонившего его дерьма сообща?

— Демоны? — глянул на него из-под растрёпанной ветром челки.

— Демоны, — пожал Виктор плечами. — Можно начать и с них. Раз ты считаешь эту угрозу серьезнее зажравшейся знати, чахнущей над своим златом, и святош, поющих дифирамбы двум девкам с обвисшими титьками, то так тому и быть. Демоны, значит, демоны… Может, мне и моим ребятам, действительно, пора сменить ремесло и наконец-то заняться нормальным делом. Да и многие из моих давно хотели осесть… В общем, вот.

Еще некоторое время мы молча стояли напротив могил, втягивая носом запах свежевскопанной земли и влажного камня, а после синхронно повернулись и, не проронив больше ни слова, двинулись к воротам.

Демонов-то в этом мире полно, и в человеческом обличии их тоже немало, как говаривала моя покойная гувернантка. Но чтобы не разбрасываться драгоценным временем перед Мором, стоило сосредоточиться хотя бы на истинных.

Глава 2

— Открыва-а-ай ворота! Ну же, ну же, бодрее! Чтоб вас…

Ковалев отдавал приказания, параллельно бранясь, а также расхаживая впереди нас туда-сюда и угрожающе постукивая тростью на ходу. Несмотря на травмы, полученные еще на турнире, сегодня капитан гвардии покинул казармы с первыми лучами солнца и незамедлительно поставил на уши всё поместье.

Повод для этого был весомым, не спорю. Гвардейцы Ланских, отправленные к нам на обучение, уже столпились по ту сторону ворот во главе с Сергеем Александровичем и его сыном Даниилом. Но, кажется мне, Ковалев принял событие по переподготовке войск слишком уж близко к сердцу. Конечно, я мог ошибаться, но создавалось впечатление, будто бы Игорь Владимирович таким образом пытался компенсировать поражение на турнире. Загладить вину перед остальными и снова почувствовать себя нужным, хотя по факту его вины в нашем проигрыше не было никакой.

— Сдается мне, этот парень ужасно рад тебя видеть, — прошептал Виктор, заприметив в первых рядах восторженно машущего мне рукой Даниила. — Или ему ты тоже когда-то жизнь спас?

— И уже не единожды успел об этом пожалеть, — со слегка натянутой улыбкой ответил я наемнику.

Однако пусть та мелкая стычка в гимназии с Оболенским и его подпевалами совершенно вылетела у меня из головы, именно она подарила начало нашему союзу с Ланскими. Даниил нисколько не приврал, когда пообещал вернуть мне должок, и совсем скоро этот союз мог перерасти в пока что единственную организованную линию обороны, стоящую на пути порождений Бездны.

Ведь остальные высокородные всё так же придерживались нейтралитета по отношению к опальному роду Морозовых. Либо соседи по собственной прихоти всеми силами старались избегать нас, либо остерегались гнева императорской семьи, но ни на одно из отправленных мною писем ответа не пришло до сих пор.

И если они продолжат игнорировать нас в том же духе, рассчитывать на их поддержку к началу Мора не придется. Ровно так же, как и им на нашу…

Ворота наконец распахнулись, пропуская на территорию поместья долгожданных гостей. Уставшие после долгой дороги лошади въехали на подъездную дорожку и собранным шагом поскакали вдоль яблоневого сада, выбивая из-под копыт частички мелкого гравия, пока вся процессия по команде Сергея Александровича не остановилась передо мной, Алисой и Виктором.

— Влад Николаевич! — радостно поприветствовал нас глава рода Ланских, спешившись. Следом за ним из седла ловко спрыгнул его сын, взяв обоих скакунов под уздцы. — А вы, Алиса Николаевна, прям-таки хорошеете день ото дня!

— Благодарю, — присела сестра в извечно неуклюжем реверансе. Всё еще диву даюсь, как у нее получается исполнять его настолько нелепо.

— Виктор, — представился наемник, как только взгляды Ланских пересеклись на нем. — Просто Виктор. Рад… познакомиться с вами.

— Глава отряда «Бешеные Псы», — добавил я.

— Бывший глава, — поправил меня тот. — Ныне же эту должность занимает Влад… Николаевич.

Было видно, что Виктору не очень-то по нраву соблюдать этикет и субординацию в угоду высокородных особ, однако старания его я про себя отметил. Пусть продолжает в том же духе.

— Ну надо же, — не скрывая восхищения, перевел на меня взгляд мужчина. — Времени-то вы зря не теряли. Похвально. Сергей Александрович Ланский, — представился, в свою очередь, он и протянул Виктору крупную ладонь, которую наемник пожал, не поведя бровью. — А это мой сын, Даниил.

— Неужели «Бешеные Псы» тоже примут участие в тренировках? — с придыханием осведомился парень. — Тогда я еще скорее хочу приступить к ним!

— Примут, — кивнул я, видя, как засверкали его глаза.

— Только очень вас попрошу относиться к моему сыну ровно так же, как и к остальным, — предельно серьезным тоном заявил Сергей. — Не давать поблажек и, упаси Сёстры, никаких послаблений. Может, тогда он наконец поймет, как правильно держать в руках меч…

Сомнительная характеристика, казалось, нисколько не обидела Даниила. Хотя это было неудивительно, раз уж он сам настоял на участии в совместном обучении, а его навыки фехтования всё еще оставляли желать лучшего.

Покончив со всеми церемониями, я пригласил гостей проследовать за нами на задний двор поместья, дабы гвардейцы смогли расположиться и отдохнуть с дороги. Немного погодя Игорю Владимировичу предстояло лично взять заботу о них и посвятить во все детали, включая расписание и перечень дисциплин. Полагаю, что в этом плане я мог всецело довериться нашему командиру.

Ну а когда прибывшие уже принялись осматриваться и обживаться на новом месте, передав лошадей на поруки нашему конюшему, на глаза мне попался человек, увидеть которого я сегодня совершенно не планировал.

Натан Мильштейн, сын знакомого нам оценщика из Иркутска, ожидал меня неподалеку от тренировочной площадки, прислонившись к своей телеге со скрещенными на груди руками, и пожевывая травинку.

Последний раз он приезжал сюда пару недель назад, чтобы прицениться к добытым в Бездне ресурсам и совершить обмен непосредственно на месте, без необходимости проделывать всё это в городе. Таков был наш с Давидом Исааковичем уговор.

Видимо, пришло время следующего обмена, хотя, по вполне понятным причинам, товаров на продажу у нас было мало. Лишь то немногое, что мои люди успели прибрать к рукам на территории Громовых в ходе поисковой экспедиции.

— Ваше Светлейшество, — коротко поклонился смуглый парень, как только я приблизился к нему. — Пересеклись по дороге часом ранее. Должно быть, впервые скромного оценщика, вроде меня, сопровождала такая внушительная охрана. Распорядитесь?

— Уже, — кивнул ему. — В рейды мы в последнее время не ходили, но что-нибудь да найдется. Сказать по правде, приезда я твоего ждал по иному поводу.

— Слушаю внимательно и сосредоточенно, — перекинул он травинку из одного уголка рта в другой.

Тогда я без лишних слов провернул кольцо-печатку на безымянном пальце, извлекая из хранилища оружие, к которому не притрагивался с момента выпуска из гимназии. Вернее, если быть точным, то с выпускного экзамена по стрельбе.

Всё дело в том, что зачарованные болты во время занятий выдавались гимназистам за казенный счет. Позволить себе подобную роскошь за собственный раньше не представлялось возможным, однако теперь стоило наконец задуматься о расширении личного арсенала в том числе.

Меч меня вполне устраивал, поэтому менять его я не собирался. К тому же он прекрасно синергировал с моими способностями. Но если в будущем возникнет ситуация, в которой подпускать врага слишком близко к себе будет чревато, арбалет смог бы сослужить мне добрую службу. На срединных же этажах Бездны опасных и хитрых тварей более чем достаточно.

— Болты нужны? — догадался Натан, взяв арбалет в руки и внимательно осмотрев его со всех сторон.

— Да. Зачарованные. Желательно по коробке на каждый основной аспект и парочку ледяных.

— Парочку штук или коробок? — слегка прищурившись, спросил он.

— Коробок, само собой. Сам понимаешь, что в Бреши всякие твари могут встречаться.

Так как у подавляющей части порождений именно Бездны выработан стойкий иммунитет к огню, не лишним было бы иметь при себе оружие с подавляющим аспектом, чтобы в случае чего быстро пустить его в ход. Служи в нашей гвардии одаренные, всё было бы куда проще, но за неимением оных не назвал бы такие траты расточительством. Да и силы магов могут пригодиться в более сложных ситуациях, когда зачарованные болты способны использовать и неодаренные, что может решить исход ситуации.

— Что ж, погляжу, где достать, — вернули мне арбалет, и я тут же провернул печатку. — Отец всяко знает, у каких поставщиков качественнее и дешевле. Выступит посредником, если нужно.

— А по мне так надежнее старого доброго молота оружия не сыскать, — подошла к нам Алиса с играющей на губах улыбкой в сопровождении Даниила. — Привет, Натан.

— Привет, Алиса. Эм-м-м… Николаевна, — добавил парень, украдкой покосившись на меня.

— Для кого как, — пожал я плечами.

— А я бы вот с радостью посмотрел на то, как вы, Алиса, орудуете молотом, — подхватил Ланский, и щеки сестры аж зарделись от проявленного им интереса. — Быть может, спарринг? Дружеский. Что скажете?

— Боюсь, что ты отправишься на больничную койку, если пропустишь хотя бы один ее удар, — ответил я вместо Алисы. — Тогда ни о каком обучении уже не будет идти и речи…

Даниил задумался. Серьезно так задумался, нахмурив брови, пока на подмогу ему не подоспел отец.

— В таком случае, будучи талантливым воином, Алиса Николаевна наверняка сражается с вами в рейдах бок о бок, — со сложенными за спиной руками присоединился Сергей Александрович к нашему обсуждению. — Ты бы и впрямь поостерегся, сын, прежде чем добровольно становиться грушей для битья.

— Моя сестра сопровождала гвардию в рейдах раньше. До того, как я вернулся из столицы. Теперь нужда в этом отпала.

— Отпала по вашему желанию или же сама княжна соизволила отказаться от участия в них? — остановился его понимающий взгляд на поникшем лице Алисы, но реакция нас двоих уже наталкивала графа на верный ответ. — Если исключительно по вашему, то, позволю себе заметить, Алиса Николаевна — девочка уже немаленькая, и способна решать сама за себя, что для нее будет лучше. Думаю, вам стоило бы довериться и ей, и ее навыкам, раз уж она горит желанием изучать глубины Бездны вместе с братом, вместо того, чтобы отсиживаться в поместье.

— Спасибо, — искренне поблагодарила его Алиса, — но, при всем уважении, я считаю нужным поступать так, как велит мне брат. Он глава нашего рода, и любое его указание в этих стенах — непреложный закон. Тем более защищать поместье тоже кому-то надо, как и отваживать тех, кто придет к нам не с добрыми намерениями.

Виду я не подал, но на самом деле слова сестры тепло отозвались в моем сердце. Возможно, мне и впрямь стоило смириться с ее боевым нравом и брать ее на вылазки хоть иногда, но произойдет это не раньше, чем наш таинственный недруг получит по заслугам.

Впрочем, у меня уже появились кое-какие мысли насчет того, каким образом получить от Лугова нужные нам сведения, даже без участия Алисы. Отправлю мерзавцу весточку в ближайшее время под вымышленным предлогом посетить нас, ну а по приезде поглядим, как скоро тайное сможет стать явным, если немного… надавить. Позволить себе чуть больше, чем от меня ожидают, и узнать, к каким результатам это может привести.

Когда мы с Натаном договорились о цене и завершили обмен, парень тут же попрощался с нами. Сослался на сильную занятость в лавке и уехал даже притом, что Алиса радушно пригласила его позавтракать в доме. Хотя, может, причина его скорого отъезда крылась не в большом количестве работы, а в том, что Даниил не отходил от моей сестрицы ни на шаг?..

В любом случае, я всё равно планировал пригласить обоих Ланских в кабинет, чтобы обсудить с ними вещи еще более важные, чем обмен боевым опытом между нашими бойцами, а именно — угрозу надвигающегося Мора.

***

— Мор?.. — переспросил Сергей Александрович, стоило мне усесться в обшарпанное временем кресло и перейти к сути.

Ланские с Алисой расположились напротив, на заранее принесенных сюда слугами стульях. Обивка этих стульев тоже знавала лучшие времена, но ничего другого я предложить высокородным гостям, увы, не мог.

— Множество признаков говорит об этом, — подметила сестра, — и с каждым рейдом они всё явственнее проявляют себя.

— Вы уверены? Хотя… — наморщил Ланский и без того морщинистый лоб, — кому, как не вам, единственным из рода демоноборцев, доживших до этих дней, чувствовать приближение Мора… — сам же ответил он на свой вопрос и грустно усмехнулся в усы. — Значит, вы единственные, кто знает?

— Признаки становятся уже настолько очевидными, что начинаю в этом сомневаться, — мотнул я головой. — Либо наши соседи не хотят поднимать панику раньше времени, либо воспринимают подозрительную активность тварей как случайную аномалию, чем еще сильнее усугубляют свое положение. Не знаю, но…

— …несмотря на то, что эпицентр расположен вдали от наших владений, во время Мора удаленность от него уже не будет преимуществом, — подвел граф неутешительный итог.

— Свет солнца поблекнет за сотканной из скверны пеленой, небо окрасится в алый, и под командованием лордов твари выберутся на поверхность, сметая всё на своем пути, — очень точно процитировал Даниил слова из учебника по истории для первого курса.

Однако ни один учебник не смог бы передать того, что я узрел собственными глазами, благодаря видениям памяти крови. Голодные беженцы, бегущие из охваченных пламенем городов. Обезумевшие от страха матери и осиротевшие в одночасье дети. Старики, смиренно ожидающие смерти в опустевших деревнях. А еще сваленные в кучу трупы, гниющие под ликом багровой луны, потому что нет уже ни времени, ни сил хоронить мертвецов.

Резня. Бессмысленная и беспощадная резня — вот, что такое Мор.

— Но, если не ошибаюсь, последний Мор завершился лет… семьдесят назад? — вновь заговорил Даниил, глядя попеременно то на меня, то на отца.

— Семьдесят четыре года назад, — поправил его Сергей Александрович. — Самое продолжительное затишье, которое люди сочли окончательным разгромом для демонов.

— Выходит, всё это время они попросту копили силы для того, чтобы обрушиться на поверхность еще более разрушительной волной, чем прежде, — подытожил я, сложив руки домиком перед собой. — Хотя, кто знает, что у них там творится? За все время существования Бездны глубже тринадцатого уровня не спускался ни один отряд. Если мы не успеем остановить эту волну здесь, она двинется дальше, за пределы губернии, разрастаясь с каждым днем. Закрывая глаза на угрозу, ее не замедлишь и уж тем более не устранишь, а потому, чем раньше нам удастся выстроить линию обороны возле эпицентра, тем больше появится шансов не пропустить их вглубь. Остановить Мор настолько быстро, насколько это возможно.

Я говорил и говорил. Спокойно, размеренно, притом сам же не веря своим словам.

Почему я вообще обязан всем этим заниматься?.. С легкой руки императорская семья приравняла мой некогда почитаемый род к изгоям. Так с какой же стати я теперь обязан стоять в авангарде, оберегая этот поганый, прогнивший ко всем чертям мир, пока вся прочая знать продолжает пировать на костях моих предков?!

Да гореть бы вам всем в вечном пламени Инферно… никчемные… сволочи!..

Татуировка, выбитая скверной на правой руке, опалила так, будто бы кожу прижгли раскалённым добела железом. Белесые пятна заплясали перед глазами, а темные сгустки в энергетических потоках принялись пульсировать, переключая всё внимание на себя.

— Влад?.. — раздался голос Алисы где-то далеко-далеко от меня. Настолько далеко, что я даже не придал ему значения.

Все вы…

Да, вы. Ублюдки, что пожелали нам с сестрой сгинуть следом за родителями. Влачить жалкое существование в нищете, пока этот мир окончательно не пожрет и не переварит нас.

Почему бы вам… почему бы вам самим в этом мире не сдохнуть?!

— Влад!

Частично рассеявшаяся перед глазами пелена позволила мне разглядеть взволнованное лицо Алисы, сидящей напротив меня.

— Ну наконец-то ты проявил волю, — довольно улыбнулся Кайрос, возникнув чуть в стороне от гостей. — А то я уже было подумал, что начнешь всех прямо тут крошить…

— Я говорю, что… — стал голос сестры чуть более отчетливым. — Что наш долг в первую очередь заключается не в том, чтобы следовать воле Императора. Он заключается в том, чтобы защитить тех, кто не в состоянии защитить себя сам. Пусть даже высокородные спрячутся за высокими стенами, спасаясь от орды отродий, но мирные жители ничем не заслужили подобной участи. Что с ними станет, как только начнется новый Мор? Куда они пойдут? Где им искать спасения, если не за нашими спинами?

Мирные жители…

Прикрыл глаза, сделал глубокий вдох и медленный выдох, постепенно возвращая себе самообладание. Усмиряя кипящую, требующую высвобождения скверну внутри.

Нет, Алиса права. Мы не перед кем не станем склонять головы, но простые, беззащитные люди обречены, если не помешать орде прорваться вглубь губернии и дальше. Мор не пощадит никого. Никого. И стоит ли моя месть тысяч, десятков тысяч загубленных жизней?..

Необходимо держать эту энергию под контролем, раз уж она влияет даже на ход моих мыслей. Все же сам по себе я не настолько кровожадный. Наверное.

— Я крайне благодарен вам, Влад Николаевич, за столь ценные сведения, — поднявшись, почтительно поклонился мне граф. — Если же вы не против, со своей стороны я мог бы оказать любую посильную помощь в организации первой линии обороны. В конце концов, грядущий Мор затронет нас всех в равной степени.

— Да, прошу вас, — кивнул ему, выдавив улыбку.

Наверное, я упустил основную нить разговора, но хорошо, что контроль удалось вовремя вернуть, и скверна никак не проявила себя внешне. Прямо как тогда, на пятом этаже.

— А, может быть, нам всем пройти в обеденный зал и позавтракать? Вы же наверняка проголодались с дороги… — засуетилась сестра, как только в кабинете повисла гнетущая тишина.

Однако когда Алиса с Сергеем Александровичем уже направились к дверям, Даниил даже с места не шелохнулся, продолжая сверлить меня испытующим взглядом.

— И как… как ты это сделал? — наконец спросил он заговорщицким шепотом.

— Сделал что? — сразу не понял я.

— Твои глаза… вспыхнули, прямо как магические огни!

Нет, всё-таки расслабился я слишком рано…

— Это ведь не проявление аспектов? — подался парень вперед. — Неужели ты пробудил свои силы? Тот самый великий дар, что мы могли бы направить на борьбу с Мором и со всеми этими мерзкими тварями? И своих демонов… ты пробудил тоже? Тогда сколько же их на самом деле?!

Эх, как много вопросов и как мало ответов я мог на них дать, Даниил, черти тебя подери, Ланский…

Глава 3

— Уверен, что хочешь пожертвовать завтраком ради этого? — не оставлял я попыток отговорить молодого графа, однако его любопытство казалось сильнее голода.

К тому же мы уже седлали лошадей. Если бы парень решил дать заднюю, то времени на раздумья у него было предостаточно.

— Ава, — в подтверждение моих мыслей закивал Даниил с зажатой в зубах булкой. — Ефье пы.

На самом деле все его расспросы о «великом даре» рода Морозовых заставили меня вспомнить об одной немаловажной вещи. Вещи, которая после бойни на пятом этаже Бездны напрочь вылетела из головы, а именно — последние слова давнего предка, посетившего меня в видении.

Возможно, я придавал слишком много значения ненароком оброненной фразе, но если Сестры, действительно, благоволили моему роду, причина тому должна была быть. Имея на руках хоть какие-нибудь свидетельства их благословения, я мог бы попытаться наконец-таки заткнуть рты назойливых святош, обивающих наши пороги. Частично восстановить нашу с сестрой репутацию в народе и более того — разузнать больше об истоках своего дара к поглощению скверны.

Что, если эта информация станет ключом к умению лучше контролировать ее и подчинять своей воле? Без продолжительной отключки, срывов и прочих сопутствующих симптомов?..

В конце концов, память крови была для меня пока что единственным ориентиром, не считая нравоучений Кайроса, которые по большей части раздражали, нежели приносили серьезную пользу. К тому же, всецело полагаться на речи демона я не собирался. Каждый из нас преследовал собственную цель, даже если путь к ним, на первый взгляд казался одним и тем же.

Поэтому я собирался пользоваться этой возможностью, но всегда с оглядкой на то, что он все же демон.

— Ваше Сиятельство! Д-даниил Сергеевич! — окликнули моего спутника и, повернув голову к источнику звука, я увидел спешащего к нам гвардейца с выгравированном на нагруднике гербом рода Ланских.

— Хмф? — обернулся к нему и молодой граф в ожидании, пока тот приблизится.

«Да вынь ты уже эту несчастную булку изо рта…» — захотелось мне вдруг осадить парня, но я сдержался.

Если даже за шесть лет обучения в столичной гимназии для высокородных он не сумел выучиться хорошим манерам, никто другой и подавно не сможет привить их ему.

— Заранее прошу прощения, Ваше Сиятельство, но здешний командир распорядился, чтобы вы выбрали себе комнату и место, которые планируете занять.

А Сергей Александрович ничуть не шутил, когда заявил о равенстве между своим сыном и остальными гвардейцами на время подготовительных мероприятий. Выходит, Даниилу тоже предстояло жить в казармах, а не в поместье спать на пуховых перинах? Надо же…

— Тогда предоставляю разрешить вопрос о моем размещении вам, — наконец вынул Ланский изо рта пресловутую булку и лукаво улыбнулся мужчине. — Вам ведь по силам справиться с таким нехитрым делом в мое отсутствие, верно?

— Всё верно, Ваше Сиятельство, — ответил тот с учтивым поклоном.

— К слову, ты так и не сказал, куда мы едем. В Бездну?! — уж было обрадовался Даниил, когда я пристукнул кобылу по бокам, ну а верный Ланским гвардеец проводил нас обоих настороженным взглядом.

— Людей хоть своих не пугай. В Бездну он собрался… — закатил я глаза. — Вдвоем делать там точно нечего. Тем более не на текущем этапе.

— Тогда… куда? — отчетливо прозвучали в голосе парня нотки разочарования.

— В Январьск — деревушку, что вы проезжали по дороге сюда. Есть там один человек, который время от времени помогает мне отвечать на сложные вопросы. Может, и на твои ответит. Как знать?..

Начать стоило с малого — первым делом изучить рукописные дневники моих предков, коих в семейной библиотеке собралось немало. Завсегдатаем же этой библиотеки был не кто иной, как Марк, поэтому я уже знал, кому делегировать эту непростую и кропотливую задачу.

Мог бы, конечно, заняться поисками сам, если бы не куча неразрешенных дел, требующих моего непосредственного участия. Да и Марку, насколько я знаю, копаться в древних записях только в удовольствие.

Вдвоем до Январьской церквушки добрались мы быстро, хотя располагалась она не так чтобы далеко от территории поместья. Ремонт, пусть и совсем бюджетный, преобразил малый дом Сестёр практически до неузнаваемости. Частично раскрошившееся крыльцо пересобрали заново, сняли доски с окон, заменив стекла, и даже отреставрировали элементы внешнего декора из лепнины.

Насчет восстановления внутреннего убранства уверен я не был, ведь с самого момента открытия церкви для прихожан так ни разу и не побывал внутри.

Да, неловко вышло. Наш новый священник, выпускник иркутской семинарии, покрывал меня перед остальными святошами как мог. С улыбкой на губах лгал им в лицо о том, что каждую неделю я смиренно посещаю воскресные служения вместе с сестрой, исповедуюсь и, подумать только, замаливаю грехи своих предков. Тех, кто принял из рук демонов запретный плод силы и ныне варится в Инферно с прочими грешниками.

Насколько же в целом были малы познания церковников об Инферно и как рьяно они продвигали свои выдумки в массы…

— Ни на что не намекаю, но хозяева борделей во все времена катались как сыр в масле, — проявилась из теневой дымки задумчивая физиономия Кайроса. — Так что, будь я на месте Вашего Светлейшества, обязательно поразмышлял бы на досуге о необходимости тратить средства на какую-то церковь… Ведь потенциал этого здания поистине огромен!

«И кто, скажи мне на милость, станет в этом борделе работать? — мысленно усмехнулся я. — Старушки, доживающие в Январьске последние годы?»

— Но недаром же говорят, что в восемьдесят пять баба ягодка опять!

Эх, лучше бы вообще проигнорировал этого извращенца с весьма специфичными вкусами на женщин… Хотя нет, не так. Создавалось впечатление, что Кайроса привлекают абсолютно все женщины без разбора. Будь он из плоти и крови, отбоя у этого ловеласа не было бы от поклонниц.

— Церковь? — спешился Даниил сразу после меня и с озадаченным видом осмотрелся. — Не думал, что…

— …я могу переступить ее порог? — подсказал ему.

— Не совсем. Просто, как я заметил, твои люди чаще обращаются к Бездне, чем к Сестрам, вот и решил, что… освященные места ты в принципе обходишь стороной.

— А тот факт, что с тобой мы пересеклись в семинарии, ни на какие мысли тебя не навел? — усмехнулся я на такое.

— Тогда нет, но сейчас… Честно говоря, даже не подозреваю, с какой целью ты вообще туда приезжал.

Разумеется, он не ведает о том, что мне пришлось пережить еще в годы учебы. Когда меня, раздраженного и заспанного, чуть ли не под конвоем выводили из общежития и вели на воскресное служение. Благо, в кандалы не заковывали. И то лишь потому, что не оказывал инквизиторам физического сопротивления.

Даже со счету сбился, сколько килограммов надкушенных яблок мне пришлось сожрать и сколько литров воды выпить во время причастия за шесть лет проживания в Москве.

— Всё до неприличия просто, — ответил Ланскому, сдерживая новую волну гнева. Неистового и всепоглощающего из-за энергии Бездны. — Как, по-твоему, церковь поступает с теми, кого подозревает в одержимости?

Судя по тому, как парень резко изменился в лице, он уже успел пожалеть о своем бестактном любопытстве. Но пауза затягивалась, а слово — не воробей.

— Наверное… — наконец заговорил Даниил, — …проводит обряд экзорцизма?

— А если им никак не удается избавить этих людей от одержимости? — продолжал я накалять атмосферу, а уголки моих губ непроизвольно поползли вверх. — Как же они поступают в таком случае?

— Я не хотел давить на больное, если ты об этом.

— Предназначение этой церкви заключается в том, чтобы ослабить бдительность святош по отношению к нашему роду, — всё же потрудился я утолить его любопытство и не став нагнетать еще больше. — Первый камень здесь заложил еще мой прапрадед. Скорее всего, с той же целью.

— Значит, и семинариста ты подыскивал под стать этому месту… — быстро догадался парень.

— Человека весьма многогранного, который с самого начала не планировал быть у настоятельницы на побегушках. К слову, как раз к нему мы сейчас и направляемся.

— Понял.

Если ранее меня, действительно, одолевали сомнения, смогу ли я теперь войти в церковь без последствий, то они развеялись, стоило мне сделать первый шаг вглубь помещения, пропитанного запахом ладана и свежеспиленных досок.

Несмотря на количество скверны, бурлящей в моих энергетических потоках, и поглощенную душу Хашибара в довесок к ней, каких-либо изменений я не ощутил. Ровным счетом ничего, как и в иркутском храме Двух Сестер.

Ряды лавок, которые прежде вмещали тут прихожан со всех окрестных деревень, тянулись от самого входа и до алтаря с позолоченным ладонником по центру. Вела к нему потертая ковровая дорожка со следами грязных подошв, а потому можно было сделать вывод, что в церковь деревенские время от времени захаживают. Осталось только сектанта нашего отыскать, который после проведения утренней проповеди невесть где ошивается…

Прошел вперед вместе с озирающимся по сторонам Даниилом и, остановившись напротив алтаря, внимательно прислушался. Только отсюда мне стали слышны чьи-то приглушенные голоса, доносящиеся из-за двери по правую сторону от нас.

Марк не один. И вряд ли он там кого-то сейчас исповедует или чем там еще занимаются служители.

Решительным шагом я двинулся к этой двери, пару раз постучал в нее ради приличия и после этого распахнул настежь.

Ну-у-у… что тут сказать? Как раз чего-то подобного я и ожидал, когда принял решение пригласить к себе закадычную троицу разом.

Сидя за невысоким столиком в центре комнаты, ребята занимались тем, что играли в кости. Марк, Эдик и, конечно же, Олежа — все они одинаково отлынивали от обязанностей с утра пораньше. Но если Марк с Эдиком еще могли позволить себе небольшую передышку после проведения утренней службы и приготовления завтрака, то наш новобранец в этот самый момент должен был проходить инструктаж вместе с людьми Ланских. Сильно сомневаюсь, что он получил от Игоря Владимировича персональный отгул на столь знаменательный для командира день.

— А мы тут… это самое… — едва завидев меня, немедленно принялся Олег искать отмазки, — …на интерес просто, раз уж свободная минутка выдалась.

— Так вы либо честно признайтесь, что в доме Сестер азартными играми балуетесь, либо деньги со стола уберите, — с каменным лицом сделал я акцент на смятых купюрах, разбросанных по всему столику. — А я еще думал, на что же вы решите разбазарить свое первое жалование…

На самом деле этим деньгам можно было бы придумать и худшее применение. Пусть поигрывают между собой на досуге, не страшно. Просто держать эту веселую троицу в тонусе тоже не помешало бы во избежание неприятных последствий для своей репутации. Если в церковь, не дай Бездна, внезапно нагрянут иркутские представители духовенства и застанут похожую сцену, неудобными вопросами высокомерные святоши не ограничатся. А мне оно надо?

— Есть к тебе одно дело, — теперь уже обратился я конкретно к Марку. — На пару слов.

Парень с неохотой поднялся, легким движением руки сгреб часть купюр в карман рясы, где священники по обыкновению хранили молитвенник, и подошел ко мне, приготовившись внимать новым указаниям.

— Ты обучался в семинарии на протяжении шести лет, — решил я зайти немного издалека и продолжил после его кивка. — Как думаешь, существуют ли Сестры на самом деле? Веришь ли ты в них?

— Ну-у-у… — протянул в ответ Марк, озадаченный столь неожиданным вопросом. — Я верю в то, что большая часть людей верит в них, скажем так. Насчет всего остального утверждать бы не взялся. Но… к чему это?

— Непредвзятое мнение — это хорошо, — вполне удовлетворили меня его слова. — Выходит, я и впредь могу ожидать от тебя того же.

Смысла вдаваться в подробности касательно своих видений и в целом памяти крови я не видел. Не стану забивать его голову лишней информацией, раз уж предельно ясно вижу конечную цель всех этих изысканий.

— Знаю, что ты уже хорошо успел изучить нашу семейную библиотеку, включая хронологическую последовательность дневниковых записей, ведь так?

— Довольно увлекательное чтиво, — согласился со мной Марк. — Несмотря на жуткий беспорядок в самой библиотеке, конечно…

— Всё, что сейчас нужно — отыскать там любые сведения, которые способны были бы пролить свет на связь обеих Сестер с моим родом.

— Связь… кого? С кем?.. — расширились глаза молодого священника, но живой интерес в них определенно промелькнул. Это главное.

— Есть предположения. Пока только предположения, но если копнуть чуть глубже, можно будет удостовериться в этом факте наверняка. Все же служители фиксируют очень многие события, порой похлеще иных академиков.

— А временной промежуток? Хотя бы приблизительный.

— Даже приблизительный сейчас неизвестен. Изучение записей желательно начать с самой ранней даты и постепенно, не спеша, двигаться дальше. Любое упоминание, Марк. Даже мало-мальский намек на эту связь, и можешь немедленно сообщать мне о находке. Понятное дело, — тут же понизил я голос, — что ни одной живой душе об этом разговоре, как и о твоей задаче, знать совсем необязательно.

— Алисе Николаевне тоже? — на всякий случай уточнил тот.

— В том числе и ей. Когда посчитаю нужным, сам посвящу ее во все детали, чтобы не быть голословным. Полагаю, на тот момент мы уже сумеем добиться каких-то значимых результатов.

— Предположим, что я так ничего и нашел, — заранее допустил парень худший из исходов. — Что делать в таком случае?

— Расширять поиски.

— И каковы масштабы?

— Столичная церковная библиотека, — с ходу ответил я, отчего брови Марка резко взметнулись вверх. — Направлю тебя туда под предлогом… подтянуть знания. Или что-нибудь в том же духе. Маловероятно, что вчерашнему семинаристу откажут в подобной просьбе, ну а дальше всё будет зависеть только от тебя. Не факт, что необходимая нам литература находится в открытом доступе. Если понимаешь, о чем я.

— Архивы, книгохранилища…

— Именно, — кивнул я, улыбнувшись. — Но парень ты смышленый, и я уже успел убедиться в этом. Проявишь чудеса сообразительности, чуточку харизмы и ловкости. Тогда нужные нам записи непременно окажутся у тебя в руках. Нет пока еще смысла загадывать так далеко, но если что, ты поймешь, как следует поступить.

Вот тут Марк уже серьезно так призадумался, переваривая сказанное мной.

С одной стороны, действия согласно моим указаниям в случае поимки привели бы его на скамью подсудимых, а там и до казни было недалеко. Церковь — один из наиболее влиятельных в народе столпов власти — ревностно оберегала свои секреты, и совать в них нос было чревато как для Марка, так и для меня самого.

Однако если правда помогла бы пролить свет на наше прошлое и вернуть роду Морозовых прежние почет и уважение, внакладе никто из числа моих людей не остался бы.

Опасное мероприятие, и тем не менее, в случае успеха оно того стоило.

— И когда… прикажете приступать? — выдержав некоторую паузу, всё-таки смело принял Марк этот непростой вызов.

— Библиотека в твоем распоряжении в любое время дня и ночи, — с улыбкой хлопнул его по плечу. — Но от прямых обязанностей тоже не отлынивай. К началу утренней и вечерней службы в церкви ты должен быть как штык.

Осмотревшись по сторонам, я уж было спохватился, что Ланского нигде не было видно. Он ведь шел сюда следом за мной, если память мне не изменяла?..

Но когда вновь перевел взгляд на импровизированный игорный столик, обнаружил молодого графа, сидящего за ним в компании Эдика и Олега. В настоящий момент Даниил, хитро улыбаясь, тряс стаканчик с костями и уверял остальных, что уж в этот раз ему непременно повезет.

— Даниил Сергеевич? — окликнул его с нотками укора в голосе. — Неужто вы предпочитаете потакать искушениям, а не бороться с ними, как положено человеку вашего статуса?

— А может, и нам партейку-другую? — выступила лукавая физиономия Кайроса из теневой дымки и игриво мне подмигнула. — Успеем еще в Бездне шороху навести, помяните мое слово. Но ведь расслабиться, отдохнуть по-человечески тоже бывает нелишним?..

— Отдохнуть по-человечески? Еще более странно слышать такое от демона, — мысленно усмехнулся я.

Впрочем, вслух сказал совсем иное:

— Правила напомните?

Глава 4

Вновь спускаясь в Бездну с горсткой готовых к бою гвардейцев, поначалу я рассчитывал осмотреть уже зачищенные уровни и вернуться назад. Хотя бы один рейд, чтобы сильно не расслабляться. Ребятам нужно было присоединиться к совместным тренировкам, да и мне не стоило откладывать интриги Лугова в дальний ящик — безопасность рода и Алисы в частности была сейчас превыше всего.

Но когда мы остановились перед спуском на шестой уровень, я никак не смог заставить себя повернуть назад.

Если так и продолжим топтаться на месте, то до сотого этажа вовек не доберемся, как и мои многочисленные предки. Достигнутый ранее предел в тринадцать уровней и вовсе казался до смешного мал, по сравнению с моей конечной целью.

— Вы ведь не собираетесь спускаться туда сейчас… Ваше Светлейшество? — поинтересовался у меня Егор. Один из немногих гвардейцев, чье имя я сумел запомнить. — Твари примут нас сразу же. Даже глазом моргнуть не успеем.

— Для начала просто осмотримся, чтобы выработать стратегию на будущее, — обернулся к отряду вполоборота, — а дальше будет видно.

Всего десять человек. Маловато для того, чтобы дать порождениям достойный отпор, но я и не рассчитывал зачистить целый этаж за один раз. Соберем ровно столько ресурсов, сколько сможем унести, и тогда этот день однозначно не будет потрачен впустую.

Меньше всего мне хотелось застрять на пятом, пока люди Громовых, по словам Вадима, уже вовсю орудуют на седьмом…

«Кайрос, — мысленно обратился к демону, как только мы начали спуск, — заранее проанализировать активность на шестом уровне сможешь? Виды, подвиды? Какова обстановка в целом? Чего ожидать?»

— Явно же ничего хорошего… — недовольно пробурчал демон, проявившись из теневой дымки. После чего сложил руки за спиной и принялся спускаться подле меня шаг в шаг. — Думаете, мне невдомек, с чего вы вдруг возомнили себя героем и теперь отправляете весь свой отряд на верную смерть? Ах да!.. — звонко щелкнул демон пальцами. — Быть может, всё дело в том, что накануне Ваше Светлейшество проиграли пять партий в кости? И таким образом посчитали нужным самоутвердиться за счет…

«Игры тут ни при чем», — оборвал его насмешливую тираду.

— Пять партий подряд, — зачем-то добавил тот, стрельнул в меня кокетливым взглядом и ехидно хихикнул в кулак. — Это ж надо было так умудриться…

«Вся суть этих игр в конечном итоге сводится к одной лишь удаче, а удачей, как ты прекрасно знаешь, Бездна обделила меня с самого рождения».

— Нет, Ваше Светлейшество. Вся суть азартных игр сводится к мухлежу, — со знанием дела заявил рогатый, назидательно вскинув указательный палец. — К хитрости, коль так вам будет понятнее. Посему можно сделать логический вывод, что вы… без обид, просты, как палка, а также начисто лишены способности читать настроение соперников за игорным столом.

«Может, я просто не имею желания мухлевать?» — скосил на Кайроса неприязненный взгляд.

— Может, вы просто не умеете мухлевать? — в том же тоне ответил мне тот. — Для того чтобы достичь врат Инферно, вам еще не раз придется столкнуться с моими собратьями лицом к лицу. И далеко не всегда доблесть, честь и отвага позволят Вашему Светлейшеству выбраться из беспросветной задницы. Это я так, поразмышляйте о моих умозаключениях на досуге…

«Тогда, если с моим проигрышем в кости мы наконец закончили…» — уже начал терять я терпение.

— Всё же вас это уязвило!

— Да нет же! — в порыве эмоций прикрикнул на Кайроса вслух. О чем моментально пожалел, поскольку гвардейцы озадаченно уставились на меня в ожидании пояснений. — Да нет же… в такой темноте нам понадобится больше света, — шумно выдохнул и создал еще один магический светильник, воспаривший над нашими головами. — Вот теперь куда лучше.

Ребята согласно закивали, ну а я вернулся к нашей с демоном дискуссии. Вернее, к тому, чтобы ее завершить.

«Шестой этаж, Кайрос. Ты ответишь нормально на поставленные мною вопросы или нет?»

— А мне казалось, что я дал предельно точный и честный ответ. Ты слышишь, но не желаешь слушать, — резко посерьезнел демон. — Шестой этаж населен инсектоидами самых разнообразных видов и размеров, а местность, в целом, представляет собой труднопроходимые болота. Трясины, едкие споры… В данный момент на шестом этаже такой мелкой группке делать нечего, если только похороны бойцов не доставляют тебе особого, извращенного удовольствия.

«С каких это пор тебя стали волновать жизни моих людей?»

— Потому что в одиночку тебе банально не выжить, а сохранение твоей жизни — моя первостепенная задача, пацан. Ты хотел получить от меня дельные советы? Так вот же они: не играйся с судьбой и не испытывай удачу, законы которой сам презираешь.

Я остановился. Медленно обернулся, чтобы встретиться со взглядами вымотанных, настороженных, но всё же следующих за мной гвардейцев.

— Ваше Светлейшество?..

— Ты ведь не хочешь повторения той бойни, которую накануне учинила Октавия? — продолжал науськивать меня Кайрос. Когтистые руки демона легли на мои плечи. — С одной лишь разницей… — чуть слышно прошептал он мне на ухо, — …что на этот раз ты по собственной воле ведешь своих ребят в смертельную западню.

***

Поместье рода Громовых.

В то же время…

Сидя на кровати сестры, Александр пустым взглядом взирал на раскрытую в руках книгу — увесистый том французской поэзии пятнадцатого века. Мужчина довольно-таки часто заставал младшую за его чтением, в то время как старшая отдавала предпочтение танцам и музицированию.

«И как только нежная, начитанная девушка могла вырасти настолько вздорной и прямолинейной особой?..» — горько усмехнулся Александр про себя.

Тем не менее, несмотря на сложный характер Ирины, новость о ее смерти сильно подкосила и семью, и многочисленных слуг. Сергей Иванович — достопочтенный глава рода Громовых — и вовсе большую часть суток проводил в кабинете наедине с бутылкой крепленого вина.

Как и отец, в побеге сестры Александр в первую очередь винил самого себя. Если бы только он сумел удержать язык за зубами в тот роковой вечер, тогда Ирина всё еще была бы с ними. Быть может, даже отца смогла бы отговорить от поспешной помолвки. Если бы только…, но нет. Ошибки уже были совершены, а шансы вернуть девушку домой — потеряны окончательно.

— Так и знал, что найду тебя здесь, — голос младшего брата выудил мужчину из мыслей, и он нехотя оторвал взгляд от пожелтевших страниц.

Вадим стоял, опершись на дверной косяк и скрестив руки на груди. Лицо парня выражало всё ту же ничем не прикрытую скорбь, ведь со дня похорон времени прошло совсем ничего. Пустая могила, букеты душистых крокусов за невозможностью раздобыть в это время года любимые Ириной подснежники…

— На самом деле в ее побеге есть толика и моей вины, — неожиданно заявил Вадим, отводя взгляд. — Это я посоветовал отцу присмотреться к роду Болтиных. Кто же знал, что они так быстро ответят согласием на эту чертову помолвку?..

— Всё в порядке, — тронула губы Александра печальная улыбка. — Никто даже не подозревал, чем вся эта история с помолвкой закончится в конечном итоге.

— Узнать бы, кто вообще додумался сообщить о ней Ирине накануне встречи с женихом… — добавил парень, выдержав небольшую паузу, что моментально заставило наследника напрячься. — Вероятно, именно этот сукин сын… нет-нет, — мотнул он головой и оттолкнулся от косяка. — Как раз таки эта сволочь напрямую виновна в ее побеге. И в смерти. Ты так не считаешь… дорогой мой братец?

Тишина. Тяжелая, давящая.

— Не исключено, — наконец произнес Александр, захлопнул книгу и аккуратно положил ее обратно на тумбочку.

— Тогда давай отыщем эту сволочь вместе? — с готовностью предложил Вадим. — Костьми ляжем, но найдем его. Накажем по всей строгости. Может, даже казним?..

— Делай так, как считаешь нужным.

Братья лишь на секунду встретились взглядами, когда Александр вышел из комнаты. Но даже этой ничтожной секунды Вадиму было достаточно, чтобы убедиться — план сработал, как надо. Осталось подождать совсем немного, и муки совести окончательно добьют наследничка. Главного любимчика отца и человека, вокруг которого крутятся все его надежды.

— Эх, Саша-Саша… — вздохнув, покачал головой младший. — Следить нужно за своим языком. Вни-ма-тель-но.

***

При всем желании я не смог бы прочитать истинные намерения и эмоции Кайроса, но сейчас демон наверняка был доволен собой. Доволен тем, что без долгих пререканий сумел убедить меня в рискованности спуска на шестой уровень.

Да и ребята смогли облегченно выдохнуть, ведь ни с того ни с сего их командир посчитал нужным отложить исследовательскую экспедицию и вернуться домой. Без потерь.

Будучи окрыленные моим решением, гвардейцы даже не стали задавать вопросов. Продолжали следовать за мной, весело что-то обсуждая, словно не в Бездне находились, а на пешей прогулке. И нет, одергивать их и просить сбавить тон я не стал. Если и явится на шум какая-то из заблудших тварей, просто прикончим на месте и соберем ресурсы. Все равно в поисках жертв они ориентируются не только на звук.

Впрочем, мои ожидания так и не оправдались. Мы поднялись уже на первый этаж, а опасных тварей на обратном пути не встретили до сих пор, что тоже вполне объяснялось особенностями их поведения в преддверии Мора. Хоть порождения частенько переходили из одного ареала обитания в другой, чувство самосохранения порой брало над ними верх, и они попросту старались избегать скопления вооруженных людей.

Внезапный грохот, раздавшийся откуда-то издалека, впереди нас, заглушил голоса бойцов. Раскатистым эхом отразился от стен, и вынудил нас замереть на месте. Вслушаться в застывшую после него тишину.

Но ненадолго.

Снова грохот, всё в том же направлении, то теперь я уже отчетливо различил треск дерева и звон металла.

И если это было именно то, о чем я подумал… этого стоило ожидать. Рано или поздно.

Из-за особой акустики этого этажа создавалось впечатление, что источник громкого шума находится буквально в нескольких сотнях метров от нас. Однако на деле нам пришлось бежать почти до самого выхода, чтобы оценить реальные масштабы произошедшего.

Подъемник.

Наш единственный путь на поверхность… Вернее, то, что от него осталось, превратился в груду обломков. Какие-то части опор и балки всё еще тлели — защитное покрытие уберегло их от огня. Но от взрывной волны…

— Сволочи… — вырвался изо рта нервный смешок. — И тут подгадили.

Вот так двести рублей в одночасье способны обратиться в кучу строительного мусора. И это еще притом, что поднятая в воздух пыль частично скрывала от глаз высотные элементы конструкции.

Почувствовал, как пробудилась скверна. Заворочалась внутри, требуя немедленной экзекуции ублюдков.

Да я и сам с огромным удовольствием прикончил бы их на месте. За каждый потраченный на подъемник рубль ответил бы сполна. Но к тому моменту, когда мы выберемся отсюда своим ходом, убраться восвояси они успеют трижды.

— Какие-то опоры еще худо-бедно, но держатся, — толкнул Егор одну из них, проверяя на прочность.

— Лезть, конечно, придется долго, но как-то же выберемся. Согласны, Ваше Светлейшество? — обернулся гвардеец ко мне. — И похуже ситуации случались, но справились ведь. С этим тоже справимся!

По виду и не скажешь, что ребята впали в уныние. Напротив, они были готовы к возникшим трудностям. Даже если подъем наружу нам предстоял долгий. Очень долгий.

— Как твое имя? — поинтересовался у парня.

— Гриша, Ваше Светлейшество! — моментально вытянулся он по струнке, нисколько не удивляясь, что я не помню его по имени. Они уже к этому привыкли.

— Что ж… — с легкой улыбкой опустил я голову. — Согласен, Гриша. Всё-таки шансы выбраться отсюда хотя бы к закату у нас есть и без подъемника. Ну а дальше…

Не договорил, потому что внимание привлек странный звук сверху. На этот раз уже не грохот, а позвякивание. Будто бы что-то мелкое и металлическое спустили вниз, и это что-то летит сейчас к нам, по пути отскакивая от переживших взрывную волну балок.

— Назад! Пригнуться! — успел я выкрикнуть, прежде чем прогремел второй взрыв.

Клубы пыли скрыли от меня моих людей, а крупногабаритные детали конструкции, судя по звукам, вновь посыпались на землю. Оросили нас дождем из щепок, металлических крепежей и прочего хлама.

Ну разумеется, на достигнутом эти ублюдки останавливаться не собирались… Не только лишить нас возможности выбраться из Бездны, но и предпринять попытку избавиться от меня на расстоянии, не подвергая себя риску.

— П-порох… — раздался неподалеку от меня сдавленный голос Егора. — Это п-порох…

Порох, верно. Я тоже уловил его запах, так что ошибки быть не могло. Взрывчатая порошковая смесь, запрещенная на государственном уровне с момента ее ввоза в Империю. Контрабандой, само собой.

Когда вся власть сосредоточена в руках одаренной знати, лишенные дара простолюдины рано или поздно отыскали бы способ повлиять на верхушку, и французская революция — типичный тому пример. Тогда тысячи жителей вышли на улицы Парижа и при помощи одного лишь пороха смогли призвать магов к ответственности.

Вывод напрашивался сам собой. Некто незаконно провез порох, который может действовать и в Бездне, в Российскую Империю, заплатив кому надо. Затем вооружил им своих неодаренных бойцов и натравил их на моих людей.

Кем бы ни был этот человек, смертную казнь он себе уже заработал, и значит, откладывать допрос Лугова теперь нельзя. Солгал он Алисе или же нет, но этот мерзавец сейчас оставался для нас единственной ниточкой, ведущей к реальному врагу. Одному из многих, но показательная расправа может остудить головы остальных и дать мне время на ответные шаги.

Несмотря на неожиданный «подарок» от проходимцев с поверхности, среагировали гвардейцы вовремя. Три человека отделались легкими ссадинами, а в остальном крепкая броня уберегла ребят от обломков.

Так что, выждав немного времени и убедившись, что третьего взрыва уже не последует, мы принялись внимательно изучать уцелевшие элементы подъемника, проверять их на прочность и рассчитывать примерную схему пути наверх. Благо, строители в свое время потрудились на славу и даже после двух пороховых бомб некоторые опоры и балки всё еще крепко держались.

Единственное, что от доспехов и сумок с добычей нам всем пришлось избавиться еще внизу, потому что они только усложнили бы нам подъем. Не факт, что какие-то из креплений выдержат такую нагрузку, да и лишний вес измотал бы как меня, так и остальных.

***

Около четырех часов в сумме мы потратили на то, чтобы своими силами выбраться из Бездны. Я смог прикинуть примерное время, поскольку на улице уже занимался закат к тому моменту, как весь отряд благополучно достиг поверхности.

На фоне полуразвалившегося подъемника, где следовало выверять каждый свой шаг и карабкаться по скользящим вертикальным опорам, веревочная лестница оказывалась в более выигрышном положении. Но если бы эта лестница служила нам спуском до сих пор, шансов покинуть Бездну самостоятельно не было бы вообще.

— Лошади… — выдохнул Гриша. — А их… их-то за что?!

Да, дорогостоящий подъемник стал не единственной жертвой трусливых негодяев на сегодня. Вместо того чтобы встретиться со мной в бою лицом к лицу, они предпочли лишить нас возможности выбраться на поверхность, а заодно перерезать глотки лошадям.

— Забрать их и продать было бы выгоднее. Странно, — подметил один из гвардейцев лет тридцати с горизонтальным шрамом от левой брови до подбородка. Этот мужчина всегда был немногословным.

— А что, если их главной целью было задержать нас? — предположил Егор. — Чтобы отрезать от поместья и…

— Исключено, — мотнул я головой. — Кем бы ни был их заказчик, связываться с Ланскими он рискнул бы вряд ли. Сергей Александрович поднимет на уши всю иркутскую жандармерию, если хотя бы один его человек пострадает. Слишком рискованно.

Скорее, некто пытался свести на нет все мои попытки вернуть благосостояние рода и восстановить его репутацию. Нагло, исподтишка.

Громовы? Нет. Сомневаюсь, что после потери Ирины им сейчас есть до меня какое-то дело. Луговы? Тоже нет. Вот уж кто явно не стал бы подсылать к моей сестре и потенциальной невестке наемного убийцу. Тогда… кто?

— Ну-у-у… дорога нам предстоит долгая, но ближе к ночи уже будем дома, — не стал терять Гриша оптимизма. Хотя было видно, что потеря любимой лошади всё же подкосила его боевой дух.

Прилично же придется потратиться, чтобы восполнить сегодняшние убытки…

И с виновника я взыщу троекратную сумму. Обязательно.

Глава 5

Когда экипаж с гербом рода Луговых въехал на подъездную дорожку, мы уже были готовы к приему гостей. Во всех смыслах.

Алиса добровольно вызвалась встретить навязчивого кандидата в женихи вместе со мной, и мои наставления были ей не нужны. Всё, что требовалось от сестры — вести себя так же, как всегда, и она прекрасно осознавала это. Ясный взгляд с тенью недовольства, пренебрежительная улыбка на губах…

Сегодня каждому из нас предстояло сыграть заранее уготованную роль и действовать согласно детально продуманному плану. Учитывая предсказуемость нашего гостя, исход сегодняшней встречи казался очевидным, но соблюдение предосторожностей всё равно было нелишним. Все-таки не хочется провалиться на мелочи, когда следование плану приведет к нужному результату.

— Уверена, что хочешь остаться? — на всякий случай полушепотом уточнил у Алисы. Взгляд мой неотрывно следовал за экипажем. — Молот нигде там не припрятала? А то от страха язык прикусит и как потом сведения добывать?

— Спрятать его настолько хорошо мне в любом случае не удалось бы, — так же тихо ответила та, не поворачивая головы. При этом на лице моей сестры сохранялась вежливая улыбка, будто такие вещи у нас в порядке вещей, и она совсем не волнуется. — Не переживай. Я понимаю, что стоит на кону. Давай же просто поскорее покончим с этим.

— Согласен.

Как обычно, первым из помпезной кареты вышел курчавый паж. Вытянулся перед нами, опустив руки по швам и выкатив грудь колесом.

— Его Сиятельство Алексей Максимович Лугов прибыл, — отчеканил мальчишка и сделал шаг в сторону, пропуская своего господина.

Который, в свою очередь, спустился к нам с лесенки, не скрывая победной улыбки…

***

Днем ранее…

Дважды перечитал написанное Лугову письмо с приглашением и, убедившись, что верно смог донести до Алексея Максимовича главную мысль, передал бумагу сестре, сидящей рядом со мной на подлокотнике кресла. Да, не по этикету, но в домашней обстановке такие мелочи мне уже были не столь важны.

Теперь уже Алиса пробежалась глазами по строчкам, хмуря брови и закусывая нижнюю губу.

— Что скажешь? — поинтересовался у той, как только она с чувством выдохнула и потянулась за конвертом. — Ты знаешь его лучше, чем я. Клюнет или посчитает, что мы что-то задумали?

— Раз так, считаю, что он попадется на удочку, как дешевка, — заявила сестрица, параллельно убирая письмо в конверт и возвращая его мне.

Оставалось лишь запечатать его сургучной печатью и вверить Гордею, чтобы как можно скорее доставить адресату приятные для него вести. Ведь, согласно им, в обмен на информацию о нашем недруге я был готов скрепя сердце благословить этот чертов брак.

Удивительно, какими все же идиотами бывают люди…

***

— Влад Николаевич! — радушно раскинул граф руки, ну а я одарил его гневным прищуром. — Вижу, научились, Ваше Светлейшество, встречать гостей как подобает! Вот сразу бы так… И, позволю себе заметить, — бросил он неприкрытый сальный взгляд на сестру, — вы, Алиса Николаевна, выглядите сегодня превосходно! Новое платье? Хотя… откуда вы взяли бы средства на посещение ателье?

Проницательный. Раннее утро Алиса, действительно, провела перед зеркалом. Надела всё самое лучшее, а служанки вместе с Карой завили ей локоны и подобрали подходящие к голубому платью украшения. Нам необходимо было, чтобы Лугов повелся на красивую картинку и не замечал ничего другого. Пока все шло ровно так, как я и планировал.

— Вам ли не знать, что перед выбором меня не ставили? — ответила Алиса и сжала губы в ниточку.

Я видел, как сестра сжала кулак, но все же медленно выдохнула и расслабилась. Насколько, насколько это вообще возможно в текущей ситуации.

— Может, всё потому, что вы родились женщиной? Слишком многое возомнившей о себе женщиной, — парировал Лугов, с вызовом изогнув бровь. Вот ведь смертник — и даже не боится нас провоцировать, считая себя хозяином положения. Да уж, и как раньше его еще никто не прибил, с таким-то поведением? — Но я рад, что вашему брату наконец-то удалось заткнуть вздорную сестрицу за пояс. Порой людей вынуждают платить куда большую цену за полезные сведения. Я ведь прав, Влад Николаевич? — перевел он на меня пытливый взгляд.

— Пройдемте. Не будем тянуть, — предпочел я проигнорировать эту провокацию и жестом пригласил мерзавца пройти в дом, вместо того, чтобы врезать ему по морде.

Скверна заворочалась внутри, но я в очередной раз попытался взять себя в руки, чтобы вновь перехватить контроль как над ней, так и над своими эмоциями.

Еще слишком… рано. С другой стороны, для меня это была неплохая тренировка по самоконтролю — мало кто бесил меня настолько, что даже магия на это отзывалась.

— Полагаю, в первую очередь нам следовало бы оговорить детали нашей сделки, — деловито начал мужчина еще на пути в гостиную. Будто бы мы какой-то договор купли-продажи обсуждать собирались… — Заранее, понимаете ли, Влад Николаевич, чтобы в дальнейшем не возникло неудобных вопросов ни с моей стороны, ни с вашей.

— Сперва не мешало бы промочить горло, — сухо ответил ему.

— Не откажусь, не откажусь. Хорошо выдержанное, надеюсь?

— Куда уж нашим погребам до ваших…

— И то верно. Тогда лучше чаю.

— Алиса, распорядись.

Когда мы с графом прошли в гостиную и уселись перед камином друг напротив друга, то еще долго сверлили друг друга взглядом. Он силился прочитать меня, я — его, но в конечном итоге подвоха Лугов не почувствовал. Расслабленно откинулся на спинку дивана, закинул ногу на ногу, словно у себя дома, и снова заговорил.

— Слышал тут о неприятности, которая с подъемником вашим приключилась на днях. Надеюсь, вы застраховали его от происшествий подобного рода? Было бы крайне неосмотрительно с вашей стороны…

— И от кого же вы это услышали? — перебил его. — От так называемого знакомого?

— Теперь вы лишились основного денежного потока, и именно поэтому решили воспользоваться моим предложением, — улыбнулся он с таким видом, будто держал все карты в своих руках, и нам оставалось лишь молча соглашаться со всем. — Пока не стало слишком поздно. Пока драгоценные копейки снова не улетели в трубу. Предсказуемый ход.

— Вы не ответили на вопрос.

— Потому что настало мое время задавать вопросы, — скривил мужчина губы в презрительной усмешке. — Только посмотрите на себя, Влад Николаевич. До чего вы докатились со своей гордостью? Цепляетесь за любую возможность, лишь бы продолжать коптить небо над нашими головами. Последний из рода демоноборцев, не имеющий даже доступа к Бездне… Смешно. Если бы вовремя не одумались, возможно, мне и даром бы ваша дражайшая сестрица была не нужна.

Я прикрыл глаза. Сделал глубокий вдох и медленный выдох, дабы унять охватившую меня ярость. Просто очередная провокация, чтобы потешить свое эго. Почувствовать себя победителем и вдоволь отыграться на беззащитной жертве.

Вот только беззащитная жертва здесь отнюдь не я.

— Напомню, что свою часть сделки я выполнил, — окатил Лугова ледяным взглядом. — Теперь пришла ваша очередь. Вы утверждаете, что знаете имя человека, ответственного за покушение на мою сестру. Ответственного за тот террор, что обрушился на мои земли. Так назовите его.

— Чтобы, узнав его, вы тут же отменили все договоренности? — подался мужчина вперед. Уголки его губ нервно дрогнули. — Я ведь не глупец, Влад Николаевич. Понимаю, к чему вы тут клоните, а значит, мне понадобятся гарантии. Я назову имя лишь тогда, когда мы с Алисой обвенчаемся пред ликом Двух Сестёр. И ни днем ранее.

— Хах… — прикрыв лицо раскрытой ладонью, не удержался я от смешка.

Ну, тут он уже сам виноват. Я честно старался быть вежливым с нашим гостем.

— Я разве что-то смешное сказал?!

— Ваша самонадеянность… Она раздражает меня в той же степени, что и забавляет, — не убирая ладонь с лица, уставился я на растерявшегося графа. — Ведь, признайте, из нас двоих жалкое существование влачите именно вы.

— Да как вы?!..

— Помолвки не бу-дет, — четко и с расстановкой произнес я по слогам, не отрывая взгляда от перекошенного в гневе лица Лугова.

В тот же момент соседняя с гостиной дверь распахнулась настежь, пропуская в комнату целый отряд вооруженных кавалерийскими шашками жандармов.

— Алексей Максимович, — сразу же обратился к моему нахальному гостю старший офицер, — вы задержаны в качестве соучастника по подозрению в совершении покушения на убийство великой княжны Алисы Николаевны Морозовой.

— С-соучастник?.. Я?! — вскочив с дивана, ударил себя граф кулаком в грудь.

Отряд замыкал Сергей Александрович Ланский, который вошел в гостиную молча, со сложенными за спиной руками.

***

Днем ранее…

— А если он откажется называть имя сразу? — высказала мне Алиса свои опасения. — Как будем действовать в таком случае?

— Более чем уверен, что он откажется, — согласился с сестрой. — Попытается надавить, чтобы не дать нам другого выбора, кроме как заключить договор на его условиях. Но я и не затевал бы всю эту авантюру, если бы не имел запасного плана. Достаточно лишь зафиксировать факт, что с виновником Алексей Максимович знаком.

— Хочешь сказать, что?..

— Да, — откинулся я на спинку кресла и прикрыл глаза. — Без свидетелей, физическую угрозу с моей стороны Лугов запросто может обернуть в свою пользу. Сделал бы ставку на его трусость, но риск — не угадать с исходом — слишком велик. К тому же в их же интересах закрыть это дело как можно скорее. Не вижу смысла отказываться от предложенной Ланским поддержки.

Тишина повисла в кабинете, пока мы с сестрой мысленно прикидывали шансы на успех.

— Думаю, всё у нас получится, — наконец приобняла меня Алиса за плечи.

— Вопрос только в том, насколько быстро им удастся расколоть его…

***

— Ваш… — произнесла сестра, переступив порог гостиной, и тут же осеклась, остановившись поодаль с подносом в руках, — …чай. Ну неужели так сложно было меня дождаться?

Я уловил нотки обиды в голосе Алисы. Не сомневаюсь, что она хотела присутствовать здесь лично в тот момент, когда наш план перейдет к кульминации. Собственными глазами запечатлеть отчаяние на лице назойливого женишка — дорогого стоило.

Но я не сдержался. Не стал тянуть. Безумно хотелось как можно скорее припереть возомнившего о себе невесть что мерзавца к стенке и уже со стороны наблюдать за его отчаянными попытками обелить свое имя.

— При чем тут вообще я?! При чем тут я?! — запричитал Лугов, стоило жандармам подхватить его под руки без возможности дернуться. — Это нарушение закона! Вы не можете!..

Ни с чем не сравнимое удовольствие…

Неудивительно, что Кайрос тоже решил присоединиться к нам. Мой рогатый компаньон покинул пространство моря моей души и теперь злорадно ухмылялся, сидя рядом со мной. Разве что в ладоши не хлопал и на лютне любимой струны не перебирал.

— Суд примет во внимание смягчающие обстоятельства при условии, что вы, Алексей Максимович, окажете помощь следствию и раскроете личность заказчика, — нарочито медленно заявил Ланский, приблизившись к нему. Его взгляд был холодным, словно мужчина видел перед собой скучное представление и ничего более.

— У вас и доказательств-то никаких нет, — гневно процедил Лугов ему в лицо. — А без доказательств вы не имеете права задерживать меня! Даже руками своими прикасаться ко мне вы не имеете права!

— Поверьте, доказательств теперь более чем достаточно, чтобы развязать вам язык и вывести на чистую воду, — ровным тоном ответил Сергей Александрович на его выпад. — Также прошу учесть, что при использовании сыворотки правды признание уже не будет считаться чистосердечным.

Кровь отлила от лица Лугова при одном лишь упоминании сыворотки правды. Выходит, очередное косвенное доказательство в пользу того, что личность нашего недруга была ему, в самом деле, известна.

Мы решили рискнуть и не прогадали. Убили двух зайцев одним выстрелом.

Знать, что справедливость наконец-то восторжествовала… О Бездна, какое же прекрасное чувство!..

— Сергей Александрович? — обратила Алиса внимание графа на себя. Затем осторожно поставила поднос с тремя дымящимися чашками на кофейный столик и выпрямилась, воззрившись на мужчину. — А можно мне?..

Лугов всё еще предпринимал тщетные попытки оправдаться, повторяя одно и то же, как заведенный.

— Разумеется, Алиса Николаевна, — долго не раздумывая над ответом, кивнул ей Ланский. — Сейчас вы в своем праве поступать так, как считаете нужным. Господа офицеры, вы не могли бы отвернуться?

Я не сразу понял, чего именно добивалась моя сестра. Однако когда она сократила расстояние с незадачливым женихом и, как следует, замахнулась…

— Дорогая Алиса, прошу, позвольте мне!

Даниил тенью возник за ее спиной, легким движением оттеснил вбок и, размахнувшись со всей силы, врезал Лугову по лицу. Брызги крови полетели во все стороны, а после в гостиной воцарилась звенящая тишина, которая лишь немного нарушилась звуком упавшего на пол зуба.

— Даня?.. — повис в воздухе тихий вопрос Сергея Александровича.

Мы с Алисой быстро переглянулись. Даже Лугов заткнулся.

— Ненавижу… вот просто на дух не переношу таких подонков, как ты! — выкрикнул Даниил, сверля Алексея уничтожающим взглядом. — И еще ведь смелость нашел требовать руки столь замечательной во всех отношениях женщины, как Алиса Николаевна… Я слышал всё, до единого слова, и могу заверить, что такой гнилой человек, как ты, и мизинца ее не стоишь!

Вот тут Кайрос уже сдержанно зааплодировал, похлопав двумя пальцами одной руки о ладонь другой.

Пауза затягивалась.

— Прошу прощения, что взял инициативу на себя, лишив такой возможности вас, — вздохнув, обернулся Даниил к моей сестре, — но никогда не простил бы себе, если бы остался в стороне. Если будет на то необходимо, я готов понести наказание за свой поступок.

— Прощаю, — налились щеки Алисы легким румянцем. — К тому же, боюсь, что если бы это сделала я, то он еще не скоро оклемался бы.

— Охотно верю, что ваш удар любого уложил бы на лопатки!

— Да ладно вам, Даниил…

— И я всё еще не против устроить спарринг…

Наконец Сергей Александрович прокашлялся, переключая внимание этой парочки на себя. Да и я как-то лишним себя здесь почувствовал, что ли.

— Обожаю неловкие моменты! — отсалютовал Кайрос сотканным из тени бокалом.

— Благодарю за оказанное гостеприимство, Влад Николаевич, — обернулся старший Ланский уже ко мне и коротко поклонился. — Теперь надобно бы сопроводить Его Сиятельство Лугова в Иркутск.

— Я бы хотел лично присутствовать на допросе, — скользнул я взглядом по бледному лицу задержанного.

— В таком случае можете присоединиться к нам прямо сейчас.

— Вы все очень скоро поплатитесь за эту ошибку, — тут же огрызнулся граф.

— …как сказал бы любой жалкий злодей третьесортного романа, — вновь не удержался демон от комментария, покачивая полупустой бокал. — Кстати, я вот на днях размышлял… Может, попробовать себя в писательстве?

Спустя несколько минут я уже сидел в карете напротив хмурящего брови Сергея Александровича. Лугова усадили в арестантскую, которая стояла на заднем дворе, скрытая от посторонних глаз, а его личный экипаж был отправлен восвояси с неприятными новостями для родственников.

Я сомневался, что в сговоре принимали участие все члены старинного рода, но тень позора, благодаря младшему из наследников, на них и так уже пала.

— Вряд ли он будет проходить по делу как соучастник, — поделился я с Ланским, как только наша карета тронулась с места. — Алексей Максимович — мерзавец, каких поискать, но для пособничества заказчику слишком тщеславен и труслив.

— Достаточно того, что о совершенных преступлениях ему было известно. О том же подъемнике, новость о разрушении которого еще не скоро достигнет ушей ваших соседей. И, тем не менее, сообщить о нарушении закона он никому не потрудился. Говорят, молчание — золото. Однако и за него порой приходится расплачиваться. И уж поверьте, я знаю, как потянуть за нужные ниточки, чтобы сказанное сработало против этого… человека.

Да, с подъемником Лугов напортачил знатно. Если и насчет пороха был в курсе, то тюремная камера станет его домом на долгие годы.

Что ж, вполне закономерный финал для человека, годами терроризировавшего мою сестру. Хотя, подозреваю, всё самое интересное начнется после допроса. Как-никак люди, подобные Лугову, едва почувствовав угрозу, быстро раскалываются, утягивая за собой всех остальных.

Глава 6

Иркутск, музыкальный салон графа Орлова.

Двумя неделями ранее…

Большая часть высокородных гостей известного в Иркутске салона, а в частности дамы, не догадывались, в чем кроется главная изюминка данного заведения. Почему некоторые мужчины покидают его с выражением необъяснимой скорби на лицах, в то время как другие господа светятся искрометной радостью?

— Должно быть, это музыка настолько трогает их сердца. Каждый воспринимает ее по-своему, и столь же тонко она играет на струнах их души, — судачили женщины между собой.

Граф Орлов, действительно, считался ценителем хорошей музыки в здешних кругах. На округлой сцене, окруженной крытыми белоснежными скатертями столиками, играли лишь лучшие из лучших. Молодые таланты, грезящие когда-нибудь прославиться в самой столице, что откроет шикарные перспективы для роста.

Однако если вы получили приглашение в особый зал, то превосходная музыка для вас отходила на второй план. На первый же план выходили: желание рисковать по-крупному, потенциальная возможность заработать и, разумеется, удача. Удача, которая в любой момент могла отвернуться от вас и оставить ни с чем.

— Морозов, говорите? — вскинул Лугов бровь.

Сегодня Алексей Максимович был как раз из тех, кому необычайным образом везло. Новенькие купюры похрустывали в его карманах, но расслабляться было еще рано.

Тем более, когда напротив него сидит человек, которого в салоне он видит впервые. И хотя они представились друг другу перед началом игры, Лугов готов был поклясться, что никогда прежде не слышал этого имени.

— Да. Влад Николаевич, — кивнул ему парень лет восемнадцати. Крепкое телосложение и сильная аура выдавали в нем талантливого мага и бойца, что нечасто увидишь среди гостей этого заведения. — Частый ли он гость в подобных местах?

— Ну сразу видно, что вы, Михаил Петрович, человек отнюдь не местный! — усмехнулся Алексей и взял еще одну карту. — Морозовы… скажем так, не самые желанные гости в высшем свете. Совсем наоборот. Ни один уважающий себя дворянин не стал бы связываться с этим отребьем.

— Вот, значит, как… — слегка приподнялись уголки губ его собеседника.

— Лишь благодаря милости Его Императорского Величества упомянутый вами Влад Николаевич и его неодаренная сестрица до сих пор как-то вертятся. И то едва сводя концы с концами. А у меня тем временем двадцать одно… — раскрыл Лугов руки, демонстрируя победную комбинацию. — Еще партию? Что скажете?

— Не откажусь, — сдержанно кивнули ему, и еще она толстенькая пачка перекочевала в карман Алексея.

— Тогда делаем ставки. Начнем с десяти рублей?

— Пожалуй, — положил Михаил в центр обтянутого сукном стола еще несколько купюр. — А как же Ланские? Слышал, не так давно Морозовы удостоились чести быть приглашенными на один из их танцевальных вечеров. Причем крайне популярных в ваших кругах.

— Удостоились чести? Не смешите, Михаил Петрович… Всем известно, что от чести рода Ланских давно не осталось и следа. Связав себя священными узами брака с простолюдинкой, Сергей Александрович окончательно поставил ладонник на своей идеальной родословной. Лишь немалая прибыль от золоторудных шахт и меценатство до сих пор позволяют его имени быть на слуху. Не более.

— И бездарный, не сведущий в военном деле, сынок — всё, что останется от некогда благородного рода, когда Сергей Александрович испустит последний дух… — как бы между прочим добавил приезжий.

— А вы быстро схватываете суть! — похвалил Лугов нового знакомого. Ему всегда было приятно побеседовать с человеком, который целиком и полностью разделяет его собственную позицию. И мало того — не стесняется открыто о таком заявить. — Так откуда же вы?

— Из славного города Томска.

— Томск… Дальний же путь вы проделали, чтобы посетить наш замечательный салон! И, поверьте уж на слово, сравнить мне есть с чем. Где бы раньше ни играл, да хоть бы и в столице, а лучших игроков, нежели здесь, к своему неудовольствию, не встречал.

В сумме у Лугова выходило девятнадцать, но он всё равно решил испытать судьбу и вытянуть еще одну карту. Как оказалось, зря.

— Всё дело, знаете, в чем? — подался Михаил вперед, чтобы забрать выигрыш. — В том, что такие отбросы общества, как Морозовы, время от времени способны доставлять проблемы таким достопочтенным господам, как мы с вами.

— Мелка река, да круты берега, — многозначительно протянул в ответ Алексей.

— Но если эти берега как следует притоптать…

— Мне нравится ход ваших мыслей. Но, осмелюсь спросить, с Владом Николаевичем у вас личные счеты? Если так, то у нас с вами куда больше общего, чем вы могли бы подумать.

— Неужели?

— Сестрица его — дамочка с характером. Вздорная и свободолюбивая девица, однако именно поэтому ей удалось столь сильно заинтриговать меня, — на свой страх и риск признался Лугов. Он почему-то чувствовал какое-то странное доверие к своему новому знакомому, и быстро выбросил из головы все сомнения. — Возникни у Морозовых серьезные проблемы, и мне не составило бы особого труда получить Алису Николаевну… в личное пользование. Если вы понимаете, о чем я.

— У каждого из нас есть слабости. Мы ведь люди, в конце-то концов, — осклабился его собеседник. — И я с большой радостью помог бы осуществить задуманное своему доброму другу. При условии, что он так же с готовностью пойдет навстречу моим интересам.

— Тогда добрый друг внимательно послушал бы, чем мог бы услужить гостю из славного города Томска, — с жеманной улыбкой сложил Лугов руки перед собой. — Прошу же вас, выложите свой план, господин…

***

— …Оболенский, — процедил я услышанную фамилию сквозь зубы.

Еще во время учебы она успела набить оскомину, но чтобы всплыла и сейчас?.. Теперь ясно, откуда ветер дует.

В гимназии Михаил Оболенский и его свита, состоящая из таких же избалованных высокородных сосунков, развлекали себя тем, что донимали ребят значительно ниже самих себя по статусу. Вымогательство, побои и прочие унижения следовали за учениками, не вписавшимися в общество себе подобных, и главным образом от их нападок страдали полукровки, подобные сыну Ланского. Грязнокровки и приверженцы чистоты крови — ничего не нового в этом мире. Особенно, когда у последних много власти и возможностей, чтобы развлекаться так, как они того сами желают.

Даже преподавательский состав закрывал глаза на такие вещи. Предпочитал не подвергать издевательства огласке, чтобы лучшее образовательное заведение Империи не отбрасывало тень. Всплыви о нем нелестные подробности, и оскорбленные родители непременно настояли бы на тщательных проверках. В противном случае столичной гимназии для высокородных значительно урезали бы бюджет, а потому некоторым ученикам приходилось буквально выживать в ее стенах. И это несмотря на параллельное усвоение сложной учебной программы с обязательными факультативами. Как-никак это была возможность в будущем пробиться выше, и никто не собирался отказываться от такого шанса, несмотря на издевательства.

Само обучение лично мне давалось легко. Я даже находил в нем своеобразную отдушину. Оно отвлекало от косых взглядов, обращенных в мою сторону, и пересудов за спиной. Тем более что я хотел вынести максимум из этого времени и не тратить его попусту.

Однако я видел тех, кого шесть лет в подобных условиях сломили морально. Их легко было определить в толпе. Пустые взгляды, впалые щеки, подрагивающие руки… Годы издевательств оставили ощутимый след не только на их психике, но и на внешности.

Находились и те, кто всё же был способен дать отпор. Не сразу, но со временем. Собрав всю волю в кулак, они отказывались нести бремя жертвы и переходили в категорию повыше. Несчастные, кому недоставало природного таланта и сил… увы, придерживались скверной роли до самого выпуска.

После того как Даниил напомнил о нашей первой встрече, я не раз задавался вопросом. Как сложилась бы его жизнь, если бы я не вернулся тогда в раздевалку и, как следствие, по чистой случайности не вмешался в их с Оболенским конфликт? Нашел бы парень в себе силы противостоять этом задиристым недомеркам и избавиться от нападок с их стороны? Сильно в этом сомневаюсь.

— Выложил всё как на духу и даже без сыворотки правды, — подивился Ланский, как только мы вышли из допросной и неспешным шагом двинулись по коридору. — Коварный тип. Цену себе знает, и гнить в тюрьме за чужие преступления изначально не собирался.

— Вряд ли такой человек, как он, стал бы держать язык за зубами. Особенно, если свобода стоит на кону. Остается надеяться, что Оболенский не прочитал его раньше.

То, с какой легкостью на сердце Лугов поделился с нами важными зацепками по делу, нисколько меня не смущало. А вот факт, что этому негодяю кто-то в принципе решил довериться, уже вызывал вопросы. Неужели для Лугова оказалось так легко втереться приезжему графу в доверие? Даже если они разделяли единую позицию в отношении моего рода, на месте Оболенского я предпочел бы действовать хоть и в разы медленнее, но в одиночку.

— Значит, Михаил Петрович из томского рода Оболенских и есть тот самый мальчишка, донимавший моего сына в гимназии?

— Именно так, — кивнул я. — И похоже, точить на меня зуб он начал задолго до выпуска.

Ведь, по словам Алисы, облаву на наш третий отряд устроили еще до моего возвращения в поместье. Раз уж это тоже дело рук Оболенского, то каким-то образом парень умудрялся контролировать действия наемников на расстоянии.

Сам он приехал в Иркутск лишь две недели назад ради того, чтобы собрать точечные сведения. Например, о подпольных продавцах пороха. Судя по всему, лишних средств на найм магов у него не было. Следовательно, нужно было отыскать способ бюджетно вооружить неодаренный отряд. Порох в данном случае подходил ему идеально, особенно если ввозился из Китайской Империи.

Сергей Александрович казался невозмутимым, но только с виду. Его настоящие эмоции выдавали пролегшие на лбу лишние морщинки и играющие на скулах желваки. Охотно верю, что в отместку за единственного сына Ланский готов был прямо сейчас спалить Оболенского дотла. Лишь стремление следовать закону, но не по справедливости, сдерживало мужчину от самосуда.

Когда с допросом было наконец-то покончено, вместе с жандармами мы поехали к гостевому дому, в котором, опять же по наводкам Лугова, временно должен был проживать наш главный подозреваемый.

И непременно опоздали бы с задержанием, если бы Оболенский в спешке не нанял в качестве транспортного средства открытую повозку. Я увидел обеспокоенную физиономию Михаила из окна кареты, и в этот самый момент его план побега накрылся медным тазом.

Такие люди вечно считают себя умнее других и сильно теряются, когда что-то идет не по плану. А до того момента они, конечно, «великие стратеги»… Аж смешно.

— Это он, — тут же сообщил сидящему подле меня Сергею Александровичу.

— Уверены?

— Определенно. Разворачиваемся, пока петлять не принялся по улицам.

Да, хорошей памятью на имена и лица я похвастаться не мог, но слишком уж часто эта физиономия мелькала передо мной в гимназии. На свою беду, гроза отбросов и полукровок сделал всё возможное, чтобы я запомнил его лучше остальных учеников.

Такова она — обратная сторона популярности.

В отличие от своего «сообщника», парень сопротивления при аресте не оказывал. Сумел-таки сохранить лицо. Покорно дал скрутить себе руки и, окатив меня напоследок ледяным взглядом, занял место в арестантской карете.

Казалось бы, дело закрыто, но нет. Предстояло еще много формальностей, таких, как отправка уведомления о задержании в томскую жандармерию, сам судебный процесс и прочие издержки, на которые мне, откровенно говоря, было плевать.

Чистосердечное признание Лугова сильно облегчало работу следствия, а значит, вопрос о казни уже не стоял. Только о дате ее исполнения, которую родственники Михаила наверняка попытаются оттянуть максимально. А еще о возмещении как физического, так и морального ущерба, причиненного моим землям и людям, в денежном эквиваленте.

Не сказать бы, что меня сильно осчастливила мысль о том, что вся эта эпопея подошла к концу. В настоящий момент враг куда серьезнее грозится начать следующий Мор, пока я тут на поверхности разбираюсь с обиженными жизнью высокородными.

Классика. Для любого из рода потомственных демоноборцев…

Вероятно, мой бесцельный, устремленный вдаль взгляд, Сергей Александрович истрактовал по-своему.

— Верно, — хмыкнул мужчина в густые усы. — Радоваться тут пока нечему. Неизвестно еще, когда с бюрократической волокитой будет покончено и вам наконец-таки возместят ущерб…

Я молча кивнул.

— …поэтому сразу по возвращении домой я отправлю вам всю необходимую сумму на возведение нового подъемника. Добыча ресурсов из Бездны — хлеб и соль вашего дома, а потому простаивать без дела она не должна. Особенно в столь… непростое время.

— Вы очень любезны, — искренне поблагодарил его, — но уже и так слишком многое для нас сделали. Пользоваться вашей щедростью и дальше было бы грубо с моей стороны.

— Тогда… предлагаю взять у меня эти деньги в долг, — быстро нашелся Ланский. — В беспроцентный долг до той поры, пока Оболенские не выплатят вам положенную по решению суда компенсацию.

— Разве же долг бывает беспроцентным? — улыбнулся я, уже понимая, к чему клонит старый хитрец.

— У меня бывает, — невозмутимо ответил тот. — Знаете, Влад Николаевич, честь рода — вот, что по-настоящему бесценно. Так что деньги — это меньшее, что я могу предложить вам после того как вы самочинно решились встать на защиту моего сына и моей дражайшей жены.

— Как по мне, вы придаете этому слишком большое значение. Я мог пройти мимо…

— Но вы не прошли — в этом вся разница. Хотел бы я стать свидетелем того, как вы с сестрой возвращаете роду Морозовых былые славу и почет. И очень надеюсь, что доживу до того дня, когда вы сумеете добиться этого. Я уже вижу, что вы можете стать весьма достойным главой рода, так что можете считать эти деньги инвестициями в наши партнерские отношения, коль вам будет угодно.

Тут мне уже нечего было возразить, а теплый взгляд Сергея Александровича на меня сейчас легко было бы спутать со взглядом отца на собственного сына. Сына, что вопреки законам прогнившего мира, позволит отцу почувствовать гордость за свои заслуги.

Аж глаза защипало немного. Песок, что ли, попал…

— Здесь закончили, Сергей Александрович, — коротко поклонился Ланскому один из офицеров. — Возвращаетесь в штаб с нами?

— Думаю, с этим паршивцем вы справитесь и без нас, — недолго думая, заключил граф. — К Лугову Алексею Максимовичу его только близко не подпускайте, чтобы свидетеля ценного раньше времени не лишиться. Парни горячие, могут начудить.

— Обижаете, Ваше Сиятельство… это ж само собой разумеющееся.

— Тогда точно знаете, что делать. Что ж, доброй дороги, Влад Николаевич, — напоследок попрощался Ланский и со мной. — Вы ведь помните наш уговор? Чтобы Даниилу там никакого спуску не было! Сам напросился, вот пусть сам и расхлебывает.

Когда все экипажи разъехались, я остался на улице в гордом одиночестве. Если не считать кучера, открытая повозка которого до сих пор стояла поодаль от места, куда погрузили его недавнего пассажира.

Похоже, мужик вообще не понимал, что сейчас произошло, а потому уезжать не спешил. Этим я и воспользовался, чтобы нанять бедолагу и приказать отвезти меня к гильдии мастеровых.

Всё же новый подъемник сам себя не построит ни за какие деньги. К сожалению. Хочешь не хочешь, а смету придется составлять заново и замеры производить тоже.

Зато каким же было мое удивление, когда, проезжая мимо площади, я начал ловить на себе доброжелательные взгляды прохожих. В корне противоположные, нежели те, что замечал на себе в Иркутске ранее. Какие-то люди открыто улыбались мне, другие и вовсе махали руками.

Ума не приложу, отчего отношение простого люда ко мне могло так разительно измениться, да еще и за столь короткий срок. Годами церковь по крупицам промывала им мозги и настраивала против одержимых демонами еретиков, а теперь…

Виной ли тому мое выступление перед клеткой с демоном-самозванцем или инициатива завершить последний турнир до истечения времени, но это явно хороший знак. Если к моменту наступления Мора народ осмелится прислушаться ко мне, то у нас еще появится шанс свести количество жертв к минимуму.

Всего лишь шанс, но уже что-то.

Глава 7

Семейная библиотека моего рода чудом уцелела в период упадка. Часть книг была повреждена еще во время пожара, часть — безвозвратно утеряна, но сохранившееся собрание всё еще впечатляло. Даже когда нам нечем было топить печи в промозглые зимние вечера, никто не допустил мысль пустить книги на растопку. Как-никак наследие нашей семьи. Тем более часть особенно ценных экземпляров была спрятана в подвале в скрытой комнате, и поэтому они по большей части уцелели.

В юном возрасте, еще до отбытия в гимназию, я часто коротал здесь дни. Сестра знала, где искать меня в первую очередь: среди тяжелых фолиантов, хроник, записей о ритуалах и рейдовых отчетов. Будучи совсем еще ребенком, понимал я из написанного далеко не всё, но оттого чтение менее увлекательным не становилось.

Когда сегодняшним утром я решился вновь переступить порог библиотеки, ноздри защекотал уже знакомый с детства запах старой бумаги, дерева и горького миндаля. Едва уловимые нотки дыма в нем так же присутствовали, а значит, даже спустя двенадцать лет он до сих пор не выветрился отсюда окончательно.

Тоже память как-никак, которую книжные полки ревностно сберегли.

Мелкие частички пыли летали в воздухе. Их подсвечивал солнечный свет, льющийся в библиотеку из центрального окна. Напротив же окна на читательском столе из массива дуба возвышались несколько стопок книг.

Я подошел к столу и окинул его внимательным взглядом. Теперь, помимо аккуратно сложенных дневников, заметил на нем несколько исписанных листов бумаги и перьевую ручку. Похоже, это Марк вел собственные записи, в хронологическом порядке отмечая прочитанную литературу.

Пока что никаких упоминаний Сестер, судя по этим заметкам, парень не обнаружил, зато почерк у него оказался очень даже неплохой — учеба в семинарии всё же принесла плоды.

Может, помимо церковной службы наказать нашему священнику проводить с Алисой уроки каллиграфии? Дешево и сердито — как раз то, что нам сейчас нужно. Сомневаюсь, правда, что самой сестрице такие бессмысленные, по ее же мнению, занятия придутся по душе. Но грызть гранит науки никогда не поздно, даже в ее возрасте.

Убедившись, что исследование понемногу продвигается, покинул библиотеку. И тут же чуть ли не нос к носу встретился с Катериной Витальевной.

— Ваше Светлейшество! А я вас искала…

Каждый раз при взгляде на нашу экономку создавалось впечатление, что где-то в стенах поместья произошла катастрофа невиданных масштабов. Настолько беспокойной и суетливой женщина казалась вне зависимости от обстоятельств.

И пусть со дня ареста Оболенского минуло всего две недели, пожалуй, эти две недели были здесь самыми спокойными с момента моего возвращения из столицы.

— Что-то случилось? — осведомился я у Катерины.

— Паренёк тот, еврейчик, сын оценщика который, — затараторила та. — Прибыл и близ казармы вас дожидается. Я уж ему сказала, мол, пусть в дом пока проходит, да отдохнет с дороги, а он говорит, мол, на воздухе свежем Его Светлейшество дождется. Вот…

Ну, ничего серьезного, что и требовалось доказать. А видок такой, будто высшего демона воочию увидала…

— А увидала бы воочию меня, по гроб жизни молилась бы, чтоб явился ей вновь, — вышел Кайрос в коридор из теневой дымки, самодовольно улыбаясь.

На горьком опыте уже убедился, что реплики, подобные этим, желательно просто игнорировать. Так я и поступил.

— Это всё? — на всякий случай уточнил у экономки.

— Разве что на кухне снова труба засорилась, но, благо, на этот раз не разорвало ее. Девки быстро прочистили, так что обед будет подан по…

— Хорошо, Катерина Витальевна, — опустил руки на ее плечи, а после демонстративно вдохнул и медленно выдохнул. — Теперь можете присесть, почитать что-нибудь, отдохнуть. Или чем вы там еще занимаетесь в свободное время?

— Э-эм… — на полном серьезе призадумалась женщина.

Дожидаться ответа я не стал. Сразу отправился на задний двор, чтобы встретить Натана и осведомиться, удалось ли ему исполнить мою просьбу. Кайрос тенью последовал за мной.

В последнее время демон редко покидал чертоги моей души хотя бы потому, что ничего интересного для него снаружи не происходило.

Новый подъемник постепенно строился, благодаря одолженным у Ланских деньгам. Также укреплялся и облагораживался лагерь у преддверий Бездны ради возможности выставлять посменный патруль и там. Повторения недавней истории не хотелось бы, так что совместно с Ковалевым мы приняли решение отныне охранять зону нашей ответственности, примыкающую к Бреши.

И да, людей на службе нам до сих пор катастрофически не хватало. Буквально на днях ряды Бешеных Псов пополнились вернувшимися с заказов наемниками. Теперь Виктор располагал тремя десятками тренированных и хорошо экипированных бойцов, но этого всё равно было недостаточно. С другой стороны, все они на удивление спокойно восприняли перемену в, скажем так, своем статусе. Ну и, как мне кажется, тут Виктор правильно донес до них основной посыл: быть частью рода куда перспективнее, нежели жить от заказа до заказа.

Жаль только, что даже замотивированные бойцы, перед ордой тварей, которая со дня на день могла хлынуть на наши земли — и вовсе капля в море…

— Догадываюсь, о чем вы там думы свои думаете с таким серьезным лицом, — поравнялся со мной Кайрос. — И, к счастью, мне как раз известен прекрасный способ, чтобы сбросить с ваших плеч груз накопившихся проблем! Временный, правда, способ, но оттого не менее эффективный!

Клыкастая ухмылочка этого извращенца в который раз не предвещала ничего хорошего. Как облупленного его уже знал, а потому решил действовать на опережение.

— Нет. Наследниками я пока что обзаводиться не собираюсь.

— Но… почему?! — переместился демон на несколько шагов вперед, перегородив тем самым дорогу, и скорчил такую скорбную физиономию, что мне она показалась, скорее, комичной.

— И даже не пытайся разубедить меня, — невозмутимо прошел я сквозь Кайроса, ни на секунду не сбавив темп. — Снова.

— Ты, помнится, обещал отложить этот разговор до более благополучных времен, — раздалось мне уже вслед. — Разве же они не настали?! Благополучнее некуда, тебе так не кажется? Я же не говорю скреплять себя дурацкими обетами и быть с его мамашей до гробовой доски, как те святоши…

— Когда придет время, ты, несомненно, узнаешь об этом первым.

— Когда придет время, когда придет время… — передразнил он визгливым голосом. — Даже пришибленную на голову Аннушку было проще уломать на близость до свадьбы. А ведь она, истеричка конченная, даже на смертном одре шарахалась от меня, как от чумы!

Тут я остановился и медленно обернулся к Кайросу. Невеселая мысль вдруг пришла мне в голову. Посчитал нужным ее озвучить.

— Моего отца ты уговаривал с тем же энтузиазмом?

— Ась?.. — в моменте озадачился рогатый.

— Мой отец. Не строй из себя идиота, Кайрос. Кому из вас двоих я в самом деле обязан появлению на свет? Точно так же, еще до рождения Алисы, промывал ему мозги изо дня в день, чтобы он наследником обзавелся? А быть может, и после рождения моей сестры, чтобы история с Анной не повторилась? Отвечай, раз уж напрямую спрашиваю. Сразу пойму, если снова юлить вздумаешь.

— Кхе… ке-ке-кхе, — хрипло захихикал тот, глядя на меня из-под полуопущенных ресниц. — Странно, что мысль об этом посетила тебя только сейчас. Но поспешу разочаровать — уговаривать мне Николая Павловича не пришлось. У него были свои причины заделать наследничков как можно скорее.

— По причине конфликта с Громовыми?

— И да, и нет, — уклончиво ответил тот, с явным удовольствием играя на моих нервах. — Я бы сказал… частично. И вовсе не из-за того конфликта, о котором ты думаешь. Просто… иногда бывает так, что двое влиятельных мужчин влюбляются в одну и ту же женщину. Но одному из них она принадлежит по праву, а другому приходится смириться с таким положением вещей и, скрепя сердце, выбирать другую.

— Что ты имеешь в виду?

— А разве интересно будет, если я поведаю столь увлекательную историю от начала до конца? Подсказок и так уже более чем достаточно, чтобы додуматься самому. Дальше ищи сам, если так уж интересно…

— Играть с тобой по твоим же правилам у меня нет ни времени, ни желания, — сразу поставил его в известность, уже начиная терять терпение.

— Тогда и дальше живи в неведении, всего-то! — развел Кайрос руками. — Будто бы мне есть какое-то дело до того, что произошло поколением ранее. Кто с кем спал, а кто не спал… Живем-то мы здесь и сейчас. А здесь и сейчас ты в любой момент можешь откинуться, оставив меня без носителя. Вот, что сейчас действительно важно.

Проклятый демон. Как же раздражает…

— Эта женщина, о который ты говоришь, случаем, не почившая супруга Громова?

— Тепло-тепло… — подмахнул Кайрос рукой.

— А двое влиятельных мужчин — сам Громов и мой отец?

— Ну вот! Еще теплее! Ларчик-то просто открывается. Всего-то нужно немного подключить мозги.

— Намекаешь на то, что я или Алиса — незаконнорождённый ребенок? От связи моего отца с…

— Вот теперь холоднее, — мотнул демон головой. — Слишком банальный поворот сюжета, окажись один из вас бастардом, не думаешь? Нет, всё куда проще. Николай был человеком чести, несмотря на свою запретную страсть. Еще варианты будут?

— Раз так, то я не понимаю, каким боком мы тут с Алисой вообще фигурируем.

— А как, по-твоему, поступает человек чести, когда желает оборвать отношения, обреченные на провал?

— Вступает… в другие?

— О-о-ой как горячо! Вступает в другие — это верно, — осклабился Кайрос. — А еще поскорее заделывает себе наследничков, дабы окончательно сжечь все мосты. Всего один вопрос, а сколько же ответов он смог тебе дать! Печальная история любви, завершившаяся мстительным ударом в спину… — драматично заломил он руки. — Ведь сколько бы мостов ты ни сжег, а любимая женщина никогда не отдаст свое сердце кому-то еще. Скорее, до конца дней своих будет припоминать, как же несчастна в браке с тобой! Какому же мужчине придется по душе выслушивать ее стенания изо дня в день? Не лучше ли явиться к сопернику с огнем и мечом, чтобы лично поставить в этой истории жирную точку?..

— Ваше… Светлейшество? — окликнул меня женский голосок. — С вами… всё хорошо?

Повернув голову, обнаружил Настасью — одну из кухонных девок, которая с неподдельным удивлением на лице взирала на меня из-за приоткрытой двери в помещения для слуг.

Интересно, как же долго девушка стояла там и наблюдала за тем, как я молча таращусь в пустоту? Даже мысленный диалог с Кайросом мог привести к непониманию со стороны… непосвященных.

— Задумался. Бывает, — поспешил я отмахнуться от служанки и, развернувшись, снова взял курс к дверям на внутренний двор.

А Кайроса тем временем уже и след простыл. Впрочем, ничего нового. Вдоволь успел мне нервы помотать, прежде чем скрыться с глаз долой и оставить в подвешенном состоянии.

Но если подытожить слова распалившегося не на шутку демона, выходит, что не только проклятье послужило мотивом для Громова выступить против рода Морозовых в ту роковую ночь. Взаимные чувства моего отца и супруги Сергея Ивановича — еще одна причина возненавидеть нас всем сердцем. Глупая, эгоистичная, но всё же причина.

Как же иронично, что схожие чувства заставили теперь уже Ирину сбежать и разорвать все связи с семьей. Будто бы это было еще одно проклятье, никак не связанное с первым…

***

Поместье рода Громовых.

В то же время…

— Я обдумал твои слова. Пришлось, поскольку Болтины отменой помолвки остались крайне недовольны. Положение у них невысокое, тебе и самому это известно, но капля по капле камень точит. Мало ли, чем для нас может вылиться их недовольство… в долгосрочной перспективе.

— Тогда что же ты решил? — с замиранием сердца осведомился Вадим у отца.

Уголки рта молодого графа непроизвольно подрагивали в предвкушении. Трудно было совладать с эмоциями, когда история твоего рода пишется на твоих же глазах. Собственной же рукой. Строчка за строчкой, строчка за строчкой…

— Так уж вышло, что возраст невесты оказался им непринципиален, — вздохнул Сергей Иванович. — Мы вполне можем представить им Римму, раз уж Ирина… — взгляд его метнулся к початой бутылке вина, стоящей на письменном столе, но усилием воли он вновь перевел его на сына. — Раз уж с Ириной приключилось такое… несчастье.

— И это прекрасная новость, отец! К тому же ты, верно, согласишься со мной, что возраст Риммы давно уже располагает к браку. Как-то даже… неприлично оставлять ее в девках ходить, если нам выдалась возможность отыскать ей достойного мужа.

— Создается впечатление, что тебе единственному не всё равно на то, как мы выглядим в глазах наших соседей, — бесцветным голосом заявил Сергей Иванович. — В отличие от Александра, который в последнее время разочаровывает меня всё сильнее…

— Вероятно, смерть Ирины так потрясла его, что он принял ее слишком близко к сердцу, — нисколько не изменившись в лице, вступился Вадим за брата. — В конце концов, как наследник, он обязан заботиться о каждом из нас, как о самом себе. Уверен, скоро всё образумится, и Александр найдет в себе силы совладать с этой скорбью. Ему просто нужно чуть больше времени.

В дверь постучали.

— Что ж, будем надеяться, — кивнул мужчина. — Можешь идти. Приму твои доводы к сведению, а пока нам с Александром предстоит серьезный разговор. Наедине.

— Тогда не буду вас задерживать, — поклонился ему Вадим, сложив руки по швам, а затем бодрым шагом пересек кабинет и с улыбкой распахнул дверь перед лицом старшего. — Твоя очередь, дорогой братец. И ты уж не подставляй нас так сильно, как вчера в Бездне, — полушепотом добавил он, пропуская того в кабинет. — Что это за командир, который меч в руках удержать не способен, правда ведь?

Даже после того как дверь захлопнулась с той стороны, парень уходить не спешил. Вдоволь наслушался криков отца, устроившего Александру форменный разнос. Подобное между ними происходило впервые, что не могло не порадовать младшего.

А если наследник теряет уважение и доверие в глазах главы рода, велики ли шансы на то, что очередь наследования самым неожиданным образом сместится?..

Иногда одно-единственное решение способно привести к целой череде удачных обстоятельств, и теперь Вадим вполне мог назвать помолвку Ирины в числе таковых. Главное — не опускать руки и ясно видеть конечную цель, ну а методы… не так уж и важны.

***

— Зачарованные болты основных аспектов и еще пара коробок ледяных сверху, — вручил мне Натан прямоугольный короб. — Всё, как и заказывали. Сторговался отец хорошо, так что основные по десять рублей обойдутся, а ледяные по пятнадцать. Дешевле никак не сыщите.

Семьдесят рублей в сумме, значит… Оставалось надеяться, что ни один из этих болтов не будет потрачен попусту.

— И еще кое-что интересное, — выудил парень из холщевого мешка на телеге какой-то кожаный пояс с подсумком и продемонстрировал его со всех сторон. — Подумал, что вам может пригодиться. К тому же, по хорошей скидке урвать удалось.

— Что это? — покосился я на ремень, параллельно передавая коробки подоспевшему ко мне гвардейцу.

— Комплект метательных ножей. Зачарованных. Можете прямо сейчас опробовать, — передали его мне, и я, недолго раздумывая, закрепил его на поясе. — Всего пять штук, но эти малышки способны пропускать через себя энергию, как проводник, и возвращаться в руку владельца, считывая его ауру на дистанции до десяти метров. Так что можно ловить их голой рукой без опасения получить ранение.

Откинул крышку подсумка и взял один из компактных ножей. Остро заточенное лезвие, тонкая нескользящая рукоять, приятно лежащая в руке. Судя по описанию, вещица и впрямь имела потенциал.

Прикинул приблизительное расстояние до расположенной неподалеку от нас тренировочной мишени и, замахнувшись, метнул нож в нее. Жаль, в яблочко с первого раза попасть не удалось. Всё же предпочтение я всегда отдавал ближнему бою. Но немного тренировок, и память крови может снова напомнить о себе — помочь с расчётом траектории и силой замаха на первое время.

Мысленно воззвал к поглощенной ножом энергии, и тот незамедлительно отозвался на этот зов. Выскочил из мишени и со свистом вернулся в мою руку.

— Сколько? — вновь обратился я к Натану, возвращая нож в подсумок.

— Тридцать рублей.

Про себя подметил, что ровно во столько же мне обошелся выкуп Кары у инквизиторов. Неужели темная целительница, а в первую очередь живой человек со своими стремлениями и мечтами, стоит так ничтожно мало в глазах тех, кто призван наставлять народ на путь истинный? Отвратительно, до какой же степени прогнил этот мир…

— По рукам, — кивнул я.

А когда уж было потянулся к карману за деньгами, краем глаза уловил какое-то движение в телеге с товарами. Часть холщевых мешков и коробок в дальнем углу зашевелилась, и я кивком обратил на тот угол внимание Натана.

Причем парень уставился на груду шевелящегося груза с не меньшим удивлением.

— У тебя там что-то живое? — на всякий случай уточнил я.

— Нет, ничего такого… К-кошка, может, какая заскочила? Упитанная такая… кошка.

— Упитанная?.. — ответил ему оттуда же сонный женский голос, после чего на свет показалась светловолосая макушка. — Вот так меня еще никто не оскорблял…

Немного погодя незнакомая мне девушка выпрямилась во весь рост. Выкарабкалась из телеги, неуклюже переступая через лежащие в ней товары, и спустилась на землю.

На вид этой блондинке с двумя длинными хвостиками, по-детски наивным лицом и большими темно-серыми глазами было лет шестнадцать. Худобу ее подчеркивали белая блузка, местами заляпанная дорожной грязью, и обтягивающие черные лосины. Шею девушки украшала черная бархотка с подвеской в виде солнца, а завершали образ видавшие виды черные сапоги на шнуровке.

— Белые волосы, голубые глаза, надменный вид… — задумчиво протянула незнакомка, бегло изучив меня взглядом с головы до ног. — Так, значит, вы и есть князь Морозов? Славно.

Я аж опешил в моменте от подобной наглости. Натан тоже застыл на месте, молча открывая и закрывая рот, ну а блондинка тем временем невозмутимо продолжила:

— Говорят, вы принимаете себе на службу всякое отребье, потому что с деньгами совсем туго. Так вот. Как свободная авантюристка, я хотела бы выкупить у вас пропуск в Бездну. Что скажете, если торги мы начнем… с пяти рублей? Только не больше десяти. Больше у меня нету попросту. Немного, понимаю, но всё же деньги как-никак, а сделку заключим сегодня же. Ну как, — сделав пару шагов ко мне и приподнявшись на цыпочках, принялась она сверлить меня пронзительным взглядом, — по рукам?

Глава 8

— Ты только посмотри, как она проголодалась! — полушепотом произнесла Алиса, повиснув на моем плече. — Несколько дней без единой крошки во рту, наверное. Неужели тебе ее ну ниско-о-олечко не жалко?

Мы с сестрой стояли в дверях столовой, в то время как наша неожиданная гостья, сидя за столом, со смачным чавканьем и без намека на знание этикета, поглощала поданный ей завтрак. Поданный по инициативе Алисы, между прочим. Видите ли, сестрица с ходу прониклась к невежественной авантюристке сочувствием ни с того ни с сего.

— Знаешь, вообще ни капли жалости к этой… к этому… — силился я подобрать нужное слово, но в голову оно так и не пришло. — Лишь бы убралась отсюда на все четыре стороны, как только закончит. Ни совести, ни такта, а вот наглости хоть отбавляй.

— Да будет тебе, Влад… Видно же, что бедная девочка едва концы с концами сводит. Может, осиротевшая. Не от хорошей ведь жизни в авантюристы подаются, еще и в таком юном возрасте. Может, мы вообще ее последняя надежда.

— У меня тут не дом милосердия для сирых и убогих, — недовольно возразил я.

— Ну давай оставим? — молитвенно сложила руки Алиса. — Я буду о ней заботиться. Пожа-а-алуйста…

— Тебе забот по хозяйству недостаточно? — вскинул я бровь. — Могу добавить, если больше заняться нечем.

— И с чего ты на весь белый свет так обозлился?..

— Мы даже ничего о ней не знаем. Кроме того, что она незаконным образом проникла сюда, воспользовавшись чужой повозкой, и ей необходимо получить пропуск в Бездну за сущие копейки. Для чего ей это нужно, такой бедной и несчастной по твоему же мнению?

— Как по мне, так твоя паранойя переходит уже все границы… — покачала сестра головой. — Это всего лишь девочка, Влад, у которой нет денег ни на повозку в такую даль, ни на еду. Отец и матушка наверняка помогли бы ей всем, чем смогли бы…

Какой же подлый прием с ее стороны — припомнить мне родительские благодеяния. Но, справедливости ради, сейчас наше с Алисой положение еще более шаткое, нежели когда-то было у отца с матерью.

Тем временем наша гостья наконец-то приступила к чаю, и я брезгливо поморщился, когда она принялась громко и протяжно хлюпать. Словно бы… ну словно бы специально играя у высокородных хозяев на нервах! Вот же… эталонный образец бескультурности.

— Паранойя, говоришь? — процедил сквозь зубы. — Сейчас вот и посмотрим, кто она такая на самом деле.

С этими словами я неспешным шагом прошел к столу, уселся во главе него и, сложив руки домиком перед собой, устремил на девчонку многозначительный взгляд. Алиса же осталась наблюдать за разворачивающейся сценой в дверях, прижав ладони к груди.

— Как тебя зовут? — начал я с элементарного, казалось бы, вопроса.

Однако гостья отвечать не спешила. Вернее, упорно меня игнорировала, хлебая чай вприкуску с пирожками. Причем один пирожок исчезал из ее руки за два нескромных укуса, а далее блондинка незамедлительно переходила к следующему. И как в нее столько помещается?..

— Я к тебе обращаюсь, — нервно дрогнули уголки моих губ. — Как. Тебя. Зовут?

Только сейчас незнакомка лениво бросила на меня взгляд. Тщательно прожевала еду, проглотила ее за один присест, а потом нехотя ответила, при этом беря в руку уже который по счету пирожок:

— Когда я ем, я глух и нем. А когда покушаю — говорю и слушаю. Вот вы князь вроде бы, а таких элементарных вещей не знаете…

Почувствовал, как жилка под левым глазом задергалась от подобного заявления в свой адрес. Так эта невежественная девчонка еще и позволяет себе этикету меня учить?! Сидя за столом в моем же доме и с завидной скоростью уничтожая припасы из наших кладовых?..

— Знаете, князь, а на лицо вы довольно-таки симпатичный, — подметила гостья, после того как в ее бездонное чрево свалился очередной пирожок. — Не, ну правда! После всего, что я про вас слышала, ожидала увидеть какое-то безобразное чудовище во плоти. Но когда вы корчите такую физиономию, вот прямо как сейчас, вас это совершенно не красит… Хотя-я-я, белые волосы, — задумчиво произнесла она. — Пожалуй, накину за них парочку баллов. Очень интересно выглядит.

Нет, она определенно испытывает мое терпение. Делает всё возможное, чтобы я утратил контроль над скверной и выдворил ее отсюда за шкирку. И это в лучшем случае.

— Кстати, раз уж мы заговорили обо мне, то какое вообще значение имеет мое имя? — взмахнула наглая девка пирожком в воздухе. — Продайте мне пропуск в Бездну, скажем, за… пять рублей, и я исчезну так быстро, что вы и глазом моргнуть не успеете.

— Для чего тебе этот пропуск? — всё еще старался я сохранять терпение. — Преследуешь конкретную цель? Ресурсы? Реагенты?

— А вам-то какая разница? — пожала плечами та. — Просто продайте пропуск за пять рублей. Делов-то.

Вот же заладила одно и то же…

— Тогда почему за пропуском ты заявилась именно к нам? Не только мы владеем землями вокруг эпицентра. Громовы, Луговы…

— Ой да какая разница?! — резко поднялась блондинка из-за стола и смерила меня неприязненным взглядом. — Зачем, куда, почему… Я просто одна из многих других авантюристов, которым нужно попасть в Бездну. А по закону сделать это мы можем только с пропуском на руках! Так продайте же мне пропуск! За пять рублей. Неужели это так сложно?!

С каждым заявлением она только глубже закапывала себя и становилась еще более подозрительной. Если немного поднажать, возможно, получится вывести ее на чистую воду?..

Сказать по правде, я даже не знал, во сколько авантюристам обходится этот чертов пропуск. До сегодняшнего дня к нам с таким предложением еще ни разу не обращались, но пять рублей… Маловато, как по мне, за возможность заработать с добытых в Бездне ресурсов сумму в разы больше.

— Может, вы сможете продать мне пропуск? — обернулась девчонка к Алисе. — Одеты вы как госпожа. Наверное, и распоряжаетесь здесь всем на правах госпожи. Поверьте, он мне очень нужен! Ну продайте же пропуск… за пять рублей.

Алиса же с надеждой перевела взгляд на меня, но я покачал головой. И дело тут было даже не в цене несчастного пропуска как таковой.

— Я не вижу при тебе ни оружия, ни какой-либо защитной экипировки, — произнес ровным тоном, вновь обращая внимание гостьи на себя. — И денег на ее приобретение у тебя, судя по всему, тоже нет. Даже если я продам тебе пропуск, что ты будешь делать, спустившись в Бездну? Сумеешь чудом обойти тварей верхних этажей — рано или поздно всё равно сойдешь с ума из-за скверны. Обратишься в одно из таких же порождений, чем только создашь для нас лишние трудности. В таком случае лучше бы тебе попытать счастья в другом месте, — откинулся я на спинку стула. — С теми господами, кто согласится отправить тебя на верную смерть… за пять рублей. Такую ведь цену ты назначила за собственную жизнь?

Девчонка поджала губы и тяжело вздохнула.

— Можешь пока что остаться у нас, — приблизилась к ней Алиса, положила ей руку на плечо и мягко сжала. — Выделим тебе гостевую комнату. Помоешься, приведешь себя в порядок, а утром наш кучер отвезет тебя, куда пожелаешь.

— Но… — предприняла гостья еще одну попытку переубедить нас. Глаза ее заблестели от слез. — Но я…

— Пожалуй, тут я соглашусь с братом, — покачала Алиса головой. — Без экипировки и оружия в таком опасном месте, как Бездна, делать тебе нечего. Это для твоего же блага.

— Или ты прямо сейчас поведаешь нам о том, кто ты на самом деле такая и ради чего горишь желанием во что бы то ни стало получить туда пропуск, — поставил я блондинку перед выбором.

Однако вместо вразумительного ответа девчонка просто шумно выдохнула носом, кинула на меня уничтожающий взгляд и, стряхнув руку Алисы с плеча, вышла из столовой.

— Что и требовалось доказать, — хмыкнул я. — Всё еще считаешь, что я не прав? Что она всего лишь бедная девочка, которой абсолютно нечего скрывать? Тогда отчего молчит, продолжая настаивать на своем?

— Не знаю, — в некотором смятении присела сестра рядом со мной. Пробежалась взглядом по вылизанным начисто тарелкам без единой крошки. — Но отправлять ее туда одну мне теперь тоже не очень-то хочется…

***

От предложения Алисы девчонка отказываться не стала, хотя я, кажется, ясно дал ей понять, что никакой пропуск из моих рук она не получит. Странно, конечно, так что на всякий случай приставил Кайроса наблюдать за ней, а сам вернулся к делам насущным в надежде, что эта негодяйка за время моего отсутствия хлопот остальным домочадцам не доставит.

И тем не менее, совсем скоро весть о нашей целеустремленной гостье разнеслась по всему поместью.

Периодически демон возвращался в кабинет с кратким отчетом. Например, когда Кара по доброте душевной решила справиться о самочувствии нашей гостьи, эта дикарка целительницу к себе и близко не подпустила. Даниил же напрямую предложил девчонке хорошую такую сумму, лишь бы та оставила попытки спуститься в Бездну. Этих денег с лихвой хватило бы и на съем жилья в Иркутске, и на покупку новой одежды, и на еду.

— На месте этой малышки неугомонной, я взял бы денежки и остался при своем, — поделился со мной Кайрос. Выглядел он изрядно повеселевшим.

— Но она не взяла? — догадался я.

— Ни копейки! Мне даже самому жутко стало интересно, на кой же черт ей так сильно спуск в Бездну сдался. Какой-то редкий ресурс, который можно добыть лишь там?..

— Есть предположения?

— Разве что ихор. Определенный его вид?.. — задумчиво постучал демон пальцем по нижней губе. — Но откуда такая слепая уверенность, что она сумеет отыскать и добыть его в одиночку? Если только ей известно, где именно искать, вплоть до конкретного этажа и твари…

— А также, если она уверена в том, что каким-то образом сможет выбраться на поверхность целой и невредимой.

— Занимательно, не правда ли?

— Но это еще не самое странное, — откинулся я на спинку кресла и прикрыл глаза. Бумажная волокита утомляла сильнее любого рейда. — Почему она решила обратиться за пропуском именно к нам? Значит ли это, что ее цель располагается в пределах нашей территории?

— Или же она сделала ставку сугубо на специализацию вашего рода, — присел Кайрос на угол стола и принялся подтачивать свои когти сотканной из тени пилочкой. — Род демоноборцев всяко продвинулся в Бездне глубже остальных. Может, так эта малышка считает? Каково же будет ее разочарование, когда она узнает, что зачистили вы всего-навсего пять этажей… хех.

— В любом случае, от меня ей пропуска не видать, так что пока можешь продолжить наблюдение, — подытожил я, устало потерев переносицу двумя пальцами, а затем вернулся к аккуратно разложенным передо мной документам.

Одним из них было последнее письмо Ирины с показаниями против ее же семьи. В нем девушка подробно расписала свои наблюдения за отрядом во время одного из рейдов и подтвердила, что Громовы намеренно проникали на наши территории с целью незаконного обогащения.

Не лучшее сейчас было время, как по мне, для того, чтобы призывать Сергея Ивановича к ответственности. Да, немало его род у нас крови успел попить, но вызывать его в суд во время траура по младшей дочери… как-то совсем бесчеловечно, что ли.

На другой чаше весов лежали копии рукописных заметок Анны Морозовой, сделанные Марком еще несколько недель тому назад. Разумеется, инквизиторы, проводившие над моей дальней родственницей ритуалы экзорцизма, уже давным-давно кормили червей, а информации об их ближайшей родне у нас не было никакой. Трудно же будет документально доказать недееспособность Анны и тем самым снять с рода клеймо одержимости.

Что у нас там дальше?.. Ах да, решение суда. Что касалось дальнейшей судьбы Михаила Оболенского, то здесь всё, напротив, складывалось в мою пользу. Первое заседание уже прошло и, несмотря на апелляции его родственников, суд принял решение взыскать с них как материальную, так и моральную компенсацию в размере трех тысяч рублей. Сам же Михаил уже на следующей неделе отправится на эшафот и будет казнен через обезглавливание, как любой высокородный, замешанный в подобном.

Кроме того, его старший брат и являлся владельцем того самого офицерского кортика, которым наемный убийца пытался заколоть Алису. Как выяснилось впоследствии, соучастником по делу он не проходил, а кортик был украден у него самим Михаилом еще перед отъездом из гимназии. Но тень на их семью уже легла, а потому Константин Оболенский был с позором уволен из имперской гвардии.

Пытался ли мой бывший однокашник таким образом подставить старшего брата, чтобы следствие в конечном итоге вывело жандармов именно на Константина? Так или иначе, это уже не имело значения. Своего я добился, а семейные междоусобицы Оболенских меня нисколько не волновали.

Да и за окном уже смеркалось, так что пора было готовиться ко сну.

***

Место неизвестно.

Тем же вечером…

Единственным источником света в комнате служило высокое арочное окно, окрашивая лунный свет в цвета витражных вставок, но хозяйку кельи полумрак нисколько не смущал. Скинув с плеч белоснежный шелковый халат, священница босиком по холодной плитке направилась к ванне.

Вот ее тело погрузилось в ароматную воду и, положив голову на бортик, Капитолина откинула назад локоны черных волос.

— У меня аж в горле першит от того, сколько эфирных масел они выливают в эту воду всякий раз, — раздался чей-то недовольный женский голос из дальнего угла ванной комнаты. — Тьфу! Так и задохнуться можно…

— Першение в горле? — улыбнулась Капитолина, прикрыв глаза. — Это что-то новенькое. Разве что надуманное, из вредности.

— Запахи я чувствую прекрасно, а эти меня уже категорически раздражают.

— И всё же сочетание жасмина и сандала поистине восхитительно. Ты знаешь, я ведь лично выбирала их.

— Рада за тебя, но не от всего сердца, — буркнула ее собеседница и только сейчас сделала шаг из темноты. — Как по мне, запах горящей плоти куда привлекательнее всех прочих.

— Кому что… — приоткрыла женщина один глаз, наблюдая за тем, как темноволосая демонесса с парой закрученных рогов присаживается на бортик и обращает задумчивый взгляд к витражу. — Есть новости?

— Если тебя всё еще интересует тот мальчишка из Морозовых, то вряд ли он сюда вернется. Больше месяца уже прошло. Не просто же так он церквушку близ поместья своего восстановил. До сих пор задаюсь вопросом, зачем ты дала ему на это добро… Чем дальше от себя его держишь — тем более непредсказуемым может стать его следующий шаг. А подле Кайроса так и вовсе…

— Как же я могла отказать в столь невинной просьбе? — кокетливо накрутила Капитолина локон на палец. — На Кайроса мы тоже способны найти управу, но сейчас тебя явно интересует нечто иное. Я чувствую.

— Магия Бездны нестабильна, — повела демонесса плечами. — Волны скверны так и рвутся на поверхность, а значит, и следующий Мор не заставит себя долго ждать.

— И что же ты думаешь на этот счет? — изящно изогнула священница бровь.

— Думаю, что с приготовлениями мы можем не успеть. Вместо того чтобы заниматься, действительно, важными вещами, ты день за днем проводишь в компании этих тщеславных полудурков, облизывающих Ваше Высокопреосвященство с ног до головы. Ритуал — вот, на чем нам сейчас следует сосредоточиться в первую очередь.

— Так вот почему ты в последние дни сама не своя, — приподнялась Капитолина на локтях, и несколько ее локонов упали в душистую воду. — Но ритуал — процесс энергозатратный, тебе и самой это прекрасно известно. К тому же, чем дольше мы копим силы, тем мощнее он станет по итогу. Не забивала бы ты свою очаровательную головку беспокойными думами…

— Не буду, если и ты потрудишься прислушаться ко мне, — закатила демонесса глаза и растворилась в теневой дымке, которая тут же устремилась к женщине и вернулась в море ее души.

— Вот же нетерпеливая… — вновь откинула Капитолина голову на бортик ванной и с наслаждением вдохнула тонкий аромат жасмина и сандала.

***

Ото сна этой ночью меня пробудило ощущение чего-то… тяжелого на груди, а приоткрыв глаза, я встретился со взглядом горящих темно-серых глаз. Лунный свет, льющийся из приоткрытого окна, осветил хрупкую женскую фигурку, склонившуюся надо мной с зажатым в левой руке кинжалом.

Кинжалом, который мне без промедления приставили к горлу.

— Ну так что, князь Морозов? — процедила юная авантюристка сквозь зубы и уставилась на меня, не мигая. Бедра ее крепко сжимали мой торс, а кожа, на которую надавили холодным лезвием, уже начала саднить. — Может, стоит вернуться к разговору о том, чтобы продать мне пропуск в Бездну за пять рублей?..

Глава 9

Еще некоторое время мы с блондинкой сверлили друг друга взглядом. Нависнув надо мной, она хищно улыбалась, нисколько не скрывая своего триумфа от маленькой победы, ну а я сохранял извечную каменную маску.

До той поры, пока эта маска не треснула, а уголки моих губ медленно не поползли вверх.

— Я… что-то смешное сейчас сказала?! — моментально среагировала девчонка на перемены в моем лице. — Чего это ты улыбаешься?

— Просто вместо того, чтобы целый день мотать мне нервы, — хрипло произнес, обхватывая ее запястье, — могла бы с этого и начать. Совсем другое дело, когда мы четко выражаем не только свои желания, но и позицию, не правда ли?

— И впрямь, совсем другое дело, когда я в любую секунду могу перерезать тебе глотку, — не растерялась та, и прижала лезвие кинжала еще плотнее к моей шее. — Мне нужен этот пропуск. Очень нужен и, как видишь, постоять за себя в Бездне я сумею. Если вопрос только в этом, то…

— Ты уже совершила покушение на высокородного в его собственных покоях, — приподнялись уголки моих губ еще выше. — Крайне недальновидный поступок с твоей стороны, потому что теперь я имею полное право прикончить тебя на месте без суда и следствия и никто мне слова не скажет. Так стоило ли оно того?

— Значит, ты всё же отказываешься продавать мне пропуск? — прищурилась авантюристка.

— Эх, вот же дура узколобая… — усмехнулся я ей в лицо.

Мне даже стало немного ее жаль. Похвальная целеустремленность для девушки вроде нее, вооруженной простеньким кинжалом. Но какие бы задачи она перед собой ни поставила, ее путь прервался именно в тот момент, когда она вздумала перейти дорогу мне. Демон, тварь, порожденная Брешью, или же человек — не так уж велика разница. Открытую угрозу в свой адрес я терпеть в принципе не собираюсь, от кого бы она ни исходила.

Первым делом хотя бы обезоружить и связать, чтобы не рыпалась, а дальше подумаю, как с ней поступить, если скверна в пылу схватки не возьмет надо мной верх.

Крепче обхватив запястье девушки, отдалил лезвие кинжала от своей шеи без особых усилий. Попытки гостьи вернуть его в прежнее положение успехом не увенчались, а потому она не придумала ничего лучше, кроме как впиться в мою руку зубами.

И, признаться честно, укус этот оказался болезненным. Даже слишком. Не то чтобы меня когда-то прежде кусал человек — тут сравнить было не с чем. Но пару острых клыков я ощутил на своей коже отчетливо.

Если в конечном итоге выяснится, что эта девчонка и не человек вовсе… Что ж, так будет даже проще. Вообще никаких сожалений. Терпеть не могу сожаления.

Поморщившись, схватил «гостью» за волосы второй рукой и резко оттянул назад, дабы ослабить хватку и попытаться выбить кинжал из ее рук, но она лишь сильнее стиснула челюсти. Необычайная выносливость для кого-то вроде нее, еще и с таким хрупким телосложением.

Ощутил, как струйка теплой крови потекла вниз по руке. Насквозь ведь прокусила, зараза такая… И откуда столько прыти взялось? Во все тяжкие пошла?

Резкий выпад с локтя по челюсти всё же заставил авантюристку разжать зубы, но дожидаться следующего удара она не стала. Оттолкнувшись от кровати, исполнила сальто назад и ловко приземлилась на все четыре конечности, а затем воззрилась на меня исподлобья и приоткрыла вымазанный кровью рот.

Тогда-то лунном свете сверкнула парочка острых и удлиненных клыков.

И в самом деле тварь Бреши, ну надо же…

— Я поклялась господину, что больше никогда в жизни не нарушу закон, — подняв очи к потолку, горько усмехнулась девушка. — Никогда в жизни, чтобы не расстраивать его и не заставлять беспокоиться о себе еще сильнее. Честно купленный пропуск за честно заработанные пять рублей — вот и всё, что мне было нужно…

— Так у тебя еще и господин имеется, — приподнялся я с подушки, одновременно прикасаясь к кольцу-печатке. — Интересных же питомцев себе нынче заводят высокородные… Выходит, это он подослал тебя ко мне?

Прокушенная насквозь кожа ныла, но пока было терпимо.

— Отплатить ему за его доброту… и заботу. За всё светлое, что он привнес в мою жизнь… — теперь уже улыбаясь, бормотала блондинка, будто бы ведя разговор с самой собой. — Впервые поступать честно и по совести — это то, чего он хотел от меня. Но если мне снова придется нарушить человеческие законы ради того, чтобы господин продолжал жить… — выгнула она спину дугой и вновь подняла на меня взгляд. Зрачки ее при этом обратились в узкие вертикальные щелочки и тело тоже начало претерпевать метаморфозы — становиться крупнее, выше и шире в плечах, — …то я готова нарушить их все, до единого.

— Не успеешь.

Провернув кольцо, извлек двуручный меч из вместилища, обхватил его рукоять обеими руками и беглым взглядом оценил обстановку.

Маловато здесь было места для полноценного боя, да и крушить собственные покои я желанием не горел. К тому же убивать эту чертовку теперь определенно нельзя, раз уж она заикнулась о некоем господине. Нанести тяжелую травму — пожалуй, чтобы сбить спесь, но никак не смертельную, а это уже задачка повышенной сложности.

К слову, о нашей гостье. Сейчас напротив меня стояла уже не миниатюрная девушка лет шестнадцати, а рослый оборотень метра два в холке с золотистой шкурой и мордой, напоминающей кошачью. Типичная тварь из Брешей с умеренным биомом вроде лесов и болот. Словно со страниц учебника сошла. И кто-то ведь додумался завести себе нечто подобное в качестве домашней зверушки…

Впрочем, как раз благодаря ее крупным размерам, я сейчас находился в более выигрышном положении, нежели она. Оборотни отличались сверхчеловеческой ловкостью, скоростью и гибкостью, но в небольшом помещении толку от этой звериной верткости не было — с куда большей вероятностью я насажу ее тушу на меч, как на шампур.

Сама же тварь прекрасно это осознавала, поскольку сразу после полного обращения устремилась к окну. Нескольких секунд ей вполне хватило, чтобы разбить стекло и сигануть вниз, и я тут же отправился следом за ней.

Да, на внутреннем дворе ей будет, где развернуться, но и мне тоже. Главное — разобраться с ней быстрее, чем патруль сбежится на шум. А учитывая, что покои сестры располагаются по соседству с моими, зрителей у нас ожидается хоть отбавляй.

За пару мгновений до встречи с землей направил энергию в стопы, создавая вокруг них своеобразный барьер и смягчая падение. Ну а когда приземлился, наставил острие меча на тварь.

Оборотень, пригнувшись, уже разминал плечи в нескольких метрах от меня, рассчитывая силу прыжка. Благо, ночка сегодня выдалась ясная, и отвлекаться на создание магических огней мне не пришлось.

— У тебя еще есть шанс сдаться без боя, — предупредил гостью. Такой исход мне и самому был бы на руку, чего уж греха таить. — Просто назови мне имя своего господина. Того, кто подослал тебя сюда, и завтра же на рассвете мы оба отправимся к нему. Если он, действительно, так тебе дорог, я предоставлю вам возможность увидеться в последний раз. Даю слово высокородного.

Вместо ответа тварь прыгнула в мою сторону, но я увернулся, и она бесшумно приземлилась за моей спиной. После чего развернулась и принялась медленно обходить меня по кругу, низко склонившись к земле.

— Никто меня сюда не подсылал, — наконец утробно прорычала она, не сводя с меня хищного взгляда. После преобразования голос стал более рычащим, но все же разобрать слова это не мешало. — Пропуск в Бездну — вот всё, что мне нужно. Было нужно… до того, как ты отказался продать мне его.

— Нет, не всё, — отслеживал я каждое движение перекатывающихся мышц под плотной кожей и гладкой золотистой шерстью. — Зачем-то ведь тебе понадобилось спуститься в Бездну. Что ты хочешь там найти?

— Не твое дело… князь-отщепенец! — пружинистым прыжком снова сократила она расстояние со мной. Оскалила пасть, замахнулась когтистой лапой.

— Что ж, — сделал я широкий шаг в сторону, уходя с линии удара, и взмахом пропитанного скверной меча прошелся по ее бочине. — Значит, теперь и не твое тоже!

Зашипев от боли и ярости, тварь отскочила от меня, но затем вновь предприняла попытку задеть меня когтями. Кинулась сразу, без передышки, хотя в воздухе уже отчетливо запахло кровью.

Отразил почти все ее наскоки, но на последний среагировал запоздало. Изогнутые когти оборотня распороли мне рукав ночной рубашки, которая тут же побагровела от выступившей крови, а сила удара заставила потерять равновесие. Откатился в сторону, стоило твари прыгнуть ко мне и, стиснув зубы, полоснул мечом по передней и задней лапам.

Это должно было ее замедлить. Замедлить, чтобы я мог улучить удобный момент и оглушить ее, не нанеся серьезных ранений. Она нужна нам живой.

И тут я услышал ее… скверну. Но не свою. Чужую.

Неожиданно пульсацией в висках отозвалась та скверна, что уже покинула мое тело. Та, которой я пропитывал меч-проводник и в последующем усиливал его удары. Ничего похожего мне прежде чувствовать не доводилось, но, следуя наитию или же памяти крови, я сконцентрировался именно на этой скверне. Точно так же как на той, что всё еще текла в моих собственных энергетических каналах.

И сразу после этого по ушам резанул протяжный, сдавленный скулёж.

Медленно повернувшись к оборотню, я увидел, как тот пошатывается из стороны в сторону в нескольких шагах от меня и крутит головой. Нанесенные мечом раны теперь с тихим шипением источали черную дымку, а ее языки, подобно языкам пламени, облизывали рваные края этих ран.

Скверна. Неужели?..

Мысленно воззвав к ней, усилил контроль, и тварь, взвизгнув, завалилась набок.

Нет, ошибки тут быть не может. Так, значит, скверной тоже можно манипулировать по своему усмотрению? Точно так же, как аспектами…

Каждый одаренный с рождения способен манипулировать лишь одним из аспектов — основным или за редким исключением побочным, который передавался в роду из поколения в поколение. Означало ли это, что скверна тоже являлась аспектом, власть над которым была присуща только членам моего рода?..

— Ну-ну, побаловался и хватит, — легла на мое плечо призрачная рука Кайроса. — Еще немного, и скверна сожрет ее заживо. Ты ведь не желаешь этой малышке такой мучительной гибели?

Демон присел позади меня на корточки, но взгляд его был устремлен на корчащуюся перед нами девушку. Теперь она даже контроль над звериной формой поддерживать не могла. Вернула себе человеческую и, свернувшись клубком, лежала на земле, постанывая. Нагая и совершенно беспомощная против всепожирающей скверны.

Скверны, что ныне подчинялась моей воле беспрекословно.

— Как мне извлечь ее? — обратился я к демону.

Мог бы попробовать сделать это опытным путем, но велик был риск навредить гостье еще сильнее. Лучше перестраховаться, на всякий случай.

— Отдай приказ, — полушепотом подсказал Кайрос. — Всё как с проводником, только ровно наоборот. Пусть скверна покинет ее тело, а дорогу к Бездне найдет сама. Поглотить ты способен лишь чистую, но, высвободившись, эта скверна уже перестанет быть таковой.

Кивнул, провернул печатку на пальце, возвращая меч в хранилище, а после приступил к манипуляциям.

Следуя инструкциям демона, извлечь губительную энергию из тела девушки удалось на удивление легко. Вот только этот темный сгусток, видимый теперь даже невооруженным глазом, удаляться от нас не спешил. Запульсировал прямо в воздухе над телом блондинки, всё чаще и чаще с каждой секундой.

Почуяв неладное, я метнулся вперед, подхватил гостью на руки и успел отскочить вместе с ней в сторону, прежде чем раздался взрыв. Не такой мощный, как в лагере кобольдов, но достаточно громкий для того, чтобы привлечь к себе внимание гвардейцев, стоящих этой ночью в карауле.

Когда услышал топот сапог вдалеке, аккуратно опустил девушку на землю, чтобы накрыть ее обнаженное тело своей ночной рубашкой и снова взять на руки. Похоже, от боли блондинка потеряла сознание. Тем проще будет отнести ее к Каре и обработать раны.

— Ваше Светлейшество?.. — показались на глаза трое моих ребят.

А вместе с ними и Алиса, которая, конечно же, не потрудилась накинуть что-то поверх облачения для сна. Хотя… тут, надо сказать, переплюнуть ее я сумел.

— Влад?.. — часто заморгала сестра спросонья, переводя взгляд с меня, стоящего в одних бриджах, на горе-авантюристку в моих руках и обратно.

Согласен, зрелище такое себе. На их месте и сам далеко не сразу сообразил бы, что тут вообще произошло, но времени тоже терять было нельзя. Неизвестно, насколько серьезный урон скверна причинила нашей гостье.

— Я всё объясню, — бросил через плечо, уже развернувшись к остальным спиной. — Позже.

И ушел, кожей ощущая на себе недоуменные взгляды.

Что уж там говорить, я даже оставленные девушке раны мог показать одной лишь Каре. Она знала о скверне, знала о моей способности к пожиранию демонов и даже о Кайросе смогла догадаться. Теперь же мне предстояло познакомить темную с новыми гранями моей силы, но только ради того, чтобы эта наглая девчонка в моих руках не отправилась на тот свет.

— Почему ты не предупредил меня заранее? — вслух осведомился у Кайроса, когда мы удалились от поместья на безопасное расстояние.

— Не предупредил о чем? — озадачился тот, вышагивая рядом со сложенными за спиной руками.

— О ее визите в мои покои. Что-то подсказывает мне, что ты узнал о нем намного раньше, чем я.

— О-о-о, так вот о чем! — воодушевленно улыбнувшись, щелкнул демон пальцами. — Я просто подумал, что какая же это удача! Хотя бы одна барышня наконец-то решилась взять быка за рога и сама нырнуть к Вашему категоричному Светлейшеству в постель! И хоть она оказалась той еще тварью… Без обид, ладно, малышка? — игриво подмигнул он блондинке. — Но на безрыбье и рак рыба, как говорится.

— Хм.

— Если так подумать, то гарпии — тоже твари, однако как же они прекрасны, когда дело доходит до…

— Можешь не продолжать, — закатил я глаза. — Извращенец.

— Это не я извращенец, — обреченно покачал Кайрос головой. — Это окружающий меня мир недостаточно вульгарен. А если вам когда-нибудь потребуется бесценный совет от мужчины, покорившего не одну спальню, то Ваше Светлейшество знает, к кому стоит обращаться в первую очередь.

— Несомненно, — пробурчал под нос. — Вот только… — мельком глянул я на девушку, тряпичной куклой повисшей на моих руках, — …когда придет время остепениться, прыгать из одной спальни в другую я не собираюсь.

— Ну, разумеется, вы не станете так делать. У вас же есть своя!

— Своя?..

— Своя спальня! — легким жестом поправил Кайрос очки, сползшие на кончик носа. — Просторная, теплая, светлая… Да при желании в ней хоть весь персонал иркутского борделя поместится и о комфорте не заикнется!

— Хм.

А на что я еще, спрашивается, рассчитывал? Поболтать с демоном по душам? Даже звучит смешно…

С одной стороны, мы с Кайросом были абсолютными противоположностями. Настолько, что могли выбесить друг друга буквально за пару минут. Но с другой — в каких-то ситуациях это позволяло взглянуть на одни и те же вещи под разными углами. Иногда это помогало… однако чаще выбешивало еще сильнее.

— Ваша матушка была хорошей женщиной, — неожиданно выдал демон как бы между прочим. — Нет-нет, я не в том смысле! — поспешно добавил он, когда я скосил на него взгляд. — Вернее, не в том контексте. Хотя это одно и то же… кхм. В общем и целом, она была тем человеком, что не стриг всех демонов под одну гребенку. Даже не будучи знакомой со мной лично, время от времени Елена просила вашего отца прислушиваться к моим советам. Здоровалась со мной, прощалась притом, что ответить ей напрямую я не мог. Но я… всегда отвечал. Это даже вошло в привычку, — хохотнул Кайрос и тут же поджал нижнюю губу, будто вот-вот разревется. Ой актер… — Ваш отец не любил ее, это верно. И хотя это была довольно плодотворная почва для того, чтобы плодить бастардов и действовать тем самым в моих же интересах, я ни разу о том не заикнулся. Не хотелось мне… видеть вашу матушку в расстроенных чувствах.

Какое… неожиданное откровение с его стороны. Признаться, я чуть было не проникся его историей, но потом вспомнил, с кем имею честь сейчас беседовать и меня мгновенно отпустило.

— Думаешь, на слово тебе поверю, демон? — усмехнулся, изогнув бровь.

— Говоришь так, будто моя раса — это какое-то клеймо позорное! — в порыве эмоций перешел он на «ты». — Демоны, к твоему сведению, тоже умеют чувствовать и прекрасно читать атмосферу! Разве в черством, эгоистичном сухаре способен пробудиться гениальный творец?.. Хах! Я был рожден в тот период, когда Меркурий был в ретрограде, а потому…

А пока краем уха я выслушивал дифирамбы Кайроса в его же адрес, в голове невольно замелькали теплые воспоминания, связанные с матерью. И да, я искренне верил словам Кайроса о том, что она всякий раз и здоровалась, и прощалась с ним. Таким уж человеком была моя матушка, и даже из жизни она ушла, защищая наш дом до последнего вздоха.

Но прошлое давно минуло, а вот проблемы настоящего всё еще оставались со мной. Если быть еще точнее, то на моих руках и с ранами, тронутыми скверной.

Казалось, целая вечность прошла, прежде чем мы добрались до хижины Кары на лесной опушке. И стоило ли уточнять, что на протяжении всего пути Кайрос не заткнулся ни на секунду?.. Лишь когда целительница приоткрыла дверь после моего стука, демон с явной неохотой прервал свой монолог.

Одного взгляда Кары на меня хватило, чтобы понять — мой визит посреди ночи озадачил ее в крайней степени. Тут сам собой напрашивался вопрос, а настолько ли она хорошая гадалка, насколько себя мнит, но я не стал заострять внимание на таких мелочах. Не до того сейчас было.

— Это?.. — опустила она глаза на девушку, прикрытую ночной сорочкой.

— …долгая история. Я объясню всё внутри. Можно? — кивнул вглубь хижины.

— К-конечно, — сделала темная шаг в сторону, пропуская меня внутрь и не сводя при этом обеспокоенного взгляда с девушки. — Доброй, кстати, ночи, Ваше Светлейшество, — запоздало поздоровалась она, прикрывая за нами дверь. — И тебе… Кайрос.

— Эх, доброй ночи, Кара! — весело отозвался демон, будто бы только этого и ждал.

Хотя я готов был поспорить, что эта ночка предстояла быть непростой…