Пожиратель демонов. Том 1

Глава 1

Запах жженого дерева, плоти и железа пропитал каждый уголок поместья рода Морозовых. Тех, до кого не добрались ненасытное пламя и удушающий дым, имперские солдаты прикончили на месте или же взяли в плен.

Ведь именно так и поступают с предателями короны. Тех, кто воспротивится воле Его Императорского Величества и публично заявит об этом перед всем монаршим двором, ожидает участь похуже смерти — казнь главы рода, всех его отпрысков и ближайших родственников.

Таков закон.

Приближающийся к дверям большого зала лязг металла заставил мальчишку лет шести со снежно-белыми волосами вздрогнуть, и гувернантка покрепче прижала своего воспитанника к груди. Чепчик ее съехал набекрень, частично разорванное платье было измазано в крови и копоти. Женщина дрожала всем телом, и мальчишка кожей чувствовал ее страх. Тем не менее, голос гувернантки звучал уверенно и твердо:

— Всё будет хорошо, юный господин. Всё будет хорошо.

Однако сейчас ребенок уже не верил ни единому слову доброй женщины. Скорее, удивлялся тому, с какой легкостью на сердце она ему лжет.

Эти истошные крики заживо горящих людей, задыхающихся от дыма и бессилия, пронзенных мечами и копьями еще долго будут преследовать мальчишку в кошмарах.

Хотя нет. Не будут. Просто потому что эту ночь Владу — наследнику рода-демоноборцев Морозовых не пережить.

Двери большого зала, заваленные мебелью, дрогнули. Затем снова. И еще раз.

— Всё будет хорошо, юный господин. Всё будет хорошо, — снова повторила гувернантка, как мантру. — Помните, что вы Морозов — потомок одного из основателей Империи.

В руках женщины блеснуло лезвие короткого кинжала. Прижав мальчишку к себе еще сильнее, она выставила оружие перед собой, приготовившись к самому худшему. Хотя куда уж хуже?

Мальчик же молча сидел в ее объятьях на ступеньках перед отцовским креслом, а его бесцветный взгляд светло-голубых глаз был безэмоционально обращен на содрогающиеся под градом ударов двери.

Снова. Еще раз.

— Мария Антоновна, — наконец поднял он голову, и губы женщины скривились в попытке выдавить улыбку. — Вы говорили, что наш род с самого зарождения способен подчинять себе демонов. Что они всегда помогали нам в бою, делились силами и оберегали стены этого дома. Где же сейчас эти демоны, когда они так нужны?

— Демоны… — судорожно всхлипнула гувернантка и покрепче сжала витиеватую рукоять кинжала. — Настоящие демоны, Влад, собрались сейчас за этой дверью. Вот, кто по-настоящему безжалостен, — шепотом добавила она.

Снова. Еще раз.

— Всё будет хорошо, юный господин, — напоследок обратили на мальчишку теплый взгляд. — Всё будет хорошо.

В тот же момент сильный порыв ветра снес двери большого зала с петель вместе с импровизированной баррикадой из мебели. Израненной, загнанной в угол волчицей Мария уставилась на солдат во главе с Сергеем Громовым — некогда верным вассалом рода, а ныне всего лишь жалким предателем. Предателем, который с радостью набросился на них, как только появилась такая возможность.

Тогда мужчина лет тридцати с узкой бородкой сделал широкий шаг вперед. На губах его играла самодовольная ухмылка, а руки сжимали побагровевший от крови меч.

Влад хорошо запомнил эту ухмылку. И меч, унесший не одну жизнь преданных его роду людей. Людей, что до самого конца обороняли поместье, защищали честь своих господ и пожертвовали всем ради них. Ради отца и него самого.

«Какая благородная, но бессмысленная смерть…» — пронеслось тогда в мыслях Влада, когда пугающий мужчина уверенно двинулся в их сторону.

— Не подходите, — змеей прошипела гувернантка, невольно сжав своего воспитанника до хруста костей. Но мальчик никак не показал, что ему неприятно. — Прошу вас, не подходите… Побойтесь гнева Сестёр!

— А то что, девка? — не вызвали ее слова у господина Громова ничего, кроме усмешки. — Собралась заколоть меня этой зубочисткой?

Женщина до боли стиснула зубы. Глаза ее заблестели от нарастающего бешенства.

— Это всего лишь ребенок! — воскликнула она так, что крик ее пронесся по залу громовым раскатом. — Сколь ни был бы грешен мой господин, дети за деяния отцов ответственности нести не должны!

— Но таков закон, — так же неспешно продолжал надвигаться на них мужчина.

Неприкрытая издевка в его голосе могла бы объяснить, зачем он в принципе утруждает себя ответами на глупые вопросы какой-то безродной девки.

— Законы божьи стоят превыше имперских! — вытянула Мария кинжал перед собой, но рука ее дрожала. Своими действиями женщина уже подписала себе смертный приговор, а потому бороться собиралась до последнего. — Вы… вы не можете!..

— Могу, — остановился перед ними Громов и занес меч, лезвие которого отразилось в расширившихся от отчаяния зрачках гувернантки.

Всё произошло слишком быстро.

Оттолкнув от себя мальчишку, женщина с криком бросилась вперед. Взмах меча, отвратительный звук разрезаемой плоти, и лицо Влада оросило алыми брызгами.

— Законы божьи… — с деланной задумчивостью протянул дворянин, переводя взгляд на беловолосого наследника.

Пальцами, онемевшими от страха и чувства близящейся кончины, мальчик усердно стирал капли крови с побледневшего лица. До настоящего момента он думал, что храбро готов взглянуть смерти в глаза, но теперь его буквально парализовало от ужаса. Виски сдавило тисками, живот скрутило, а ледяной пот пропитал нижнюю рубашку. Правда, внешне он оставался удивительно спокойным.

В самом деле, Влад не раз слышал россказни о демонах, подчиняющихся роду Морозовых подобно цепным псам. О том, как в самый ответственный момент они принимали сторону своих полноправных хозяев и как безжалостно избавлялись от врагов.

Тогда почему же они не вмешались сейчас? Почему они просто позволили своим хозяевам исчезнуть?! Может, потому что отец…

— Согласно законам Российской Империи, — нарочито медленно произнес Сергей Громов, взирая на мальчишку сверху вниз, — род, повинный в государственной измене, подлежит уничтожению. Начиная с главы и заканчивая слугами, оказывающими сопротивление исполнителям приговора, назначенными Его Императорским Величеством.

Он занес меч, и Влад непроизвольно зажмурился.

Мальчику не хотелось умирать.

Ему приказали умереть.

Таков закон.

— Но… — неожиданно вновь заговорил мужчина. Удара не последовало, а потому ребенок позволил себе приоткрыть один глаз. — Кто бы мог подумать, что для рода-основателя существуют исключения? Я мог бы солгать. Мог бы сказать, что в царящем здесь беспорядке наследника вывести живым не удалось. Прикончить тебя, — резко схватил он Влада за волосы, и мальчик пискнул от боли. — Прикончить прямо здесь и сейчас. Поэтому хорошенько запомни лицо человека, сохранившего твою никчемную жизнь, маленький беловолосый демон. Запомни! Сучонок грязный… — впился он еще крепче в белоснежные волосы. — И молись на меня до конца своих дней.

Дворянин ослабил хватку, а обессиленный наследник рухнул на каменные ступени, со свистом выдыхая воздух из легких. Но когда Громов уже было развернулся к своим подчиненным, чтобы отдать следующие распоряжения, хриплый детский голосок заставил его обернуться вновь.

— Я… запомнил вас, — едва шевеля пересохшими губами, приподнялся Влад на локтях и устремил на мужчину пронзительный взгляд льдисто-голубых глаз. Глаз, которые до поры скрывали волю, с которой придется столкнуться очень многим. — Хорошо… запомнил.

***

Колеса экипажа с гербом рода Морозовых — мечом, парящим на демонических крыльях — весело подпрыгивали на кочках и выбоинах. Кучер подгонял выбивающихся из сил лошадей и кнутом, и крепким словцом, а я с отсутствующим выражением лица скользил взглядом по рядам вечнозеленых сосен и елей.

Возвращение в родные края даже после нескольких лет отсутствия совершенно не трогало меня. Привычный с детства вид сейчас не вызывал никаких эмоций, хоть в глубине души я и надеялся на обратное.

Ничего. Пусто. И когда это я успел так очерстветь? Может быть, всё началось еще с первого года обучения в гимназии для высокородных отпрысков?

По законам Империи хотя бы один юный представитель рода обязан был поступить в это змеиное логово и отучиться в его стенах шесть полных лет без возможности покинуть место обучения. Официальная версия была такова: совместное обучение юных благородных господ способствует укреплению связей между семьями аристократов.

Возможно, для родов, не попавших под опалу, такие методы, действительно, помогали отделять зерна от плевел, врагов от союзников, своих от чужих. Но для родов, попавших в немилость Императора, обучение в гимназии было сродни наказанию. Проверкой на прочность. Игре на выживание.

Многие ломались под таким давлением, и я видел, чем это заканчивалось. Жалкое и отвратительное зрелище. Но нельзя было сказать, что все были так плохи. Хватало и тех, для кого честь — совсем не пустой звук.

Я поступил туда вместо старшей сестры. Успел самостоятельно собрать документы, едва исполнилось двенадцать, и подать заявление раньше нее. Понимал, что обучение в гимназии для высокородных может сломать Алису. Точнее, девушке просто не смогут простить ее характер, ну а парню в этом плане гораздо проще.

Ну а я… за себя я почему-то не переживал. Посчитал, что мне хватит сил справиться с тем давлением, что обрушится на такого, как я, и ответить на него должным образом. Будь что будет, но сестру на растерзание этим сволочам не отдам.

Не прогадал. Учеба в гимназии с первых же дней оказалась для отпрыска опального рода кромешным адом. Легче было бы с голой задницей отправиться на покорение Бездны, чем терпеть на себе презрительные взгляды высокомерных детишек.

— Это тот самый? — окружали меня настороженные шепотки со всех сторон, куда бы я ни пошел.

— Беловолосый демон…

— Ты ведь слышала, что про них говорят?

— Одержимый…

— Они все одержимые. Веками отродий всяких поглощали. Прогнили до самого основания.

— На них даже церковь ладонник поставила…

— Помолчи! Сейчас еще бросится на тебя. Им же всё святое чуждо.

— Ну и взгляд у этого Морозова… Он вообще человек?

И так изо дня в день.

Парты, окружавшие мою, пустовали до самого выпуска из гимназии. В коридорах меня старались обходить стороной, да и в столовой никто ко мне подсаживаться не решался. Сначала это расстраивало, затем стало раздражать, а после я просто привык. Ну и заодно невольно стал контролировать пространство рядом с собой, что пару раз меня неплохо выручало.

Еще студенты делали ставки, сколько же демонов томится внутри меня? Десятки? Сотни? Может, тысячи? Развлекаться я им не мешал. Мои слова не значили бы для них ничего, хотя я знал — никаких демонов во мне нет и никогда не было. По крайней мере, о себе они за восемнадцать лет ни разу не заявили.

На самом деле о возможной одержимости мне раньше твердили даже в стенах родного дома. Основатель рода Морозовых тем и прославился, что изобрел способ поглощения высших демонов и последующего преобразования их силы в собственную магическую энергию. Тем самым представители моего рода могли быстро расти в рангах силы, что, разумеется, мало кому нравилось.

Все поглощенные ранее демоны, если верить всё тем же россказням слуг, доставались следующему главе рода в наследство.

Но нынешний глава рода Морозовых — это я, а значит, ни одного, даже самого тощего и слабого из демонов, я от предков не унаследовал. В конце концов, слухи могли быть всего лишь слухами, и я живое тому доказательство.

Лес за окном кареты поредел. Скоро мы доберемся до Январьска — небольшой деревушки, примыкающей к моему поместью. Интересно, сколько жителей там еще осталось спустя шесть лет? Наверняка, либо в Иркутск подались, либо по вассалам нашим разбежались — там жизнь была сытнее.

Так-то мое положение чуть ли не обязывало путешествовать в сопровождении слуг. Хотя бы трое-четверо верных людей на побегушках, удовлетворяющих капризы молодого господина. Но капризов у меня не было, как и людей. Иначе Алиса не распорядилась бы отправить за мной на станцию экипаж, с одиноким кучером на облучке. И то чтобы мне самому не пришлось править лошадьми.

— Немного еще осталось, господин, — будто прочитав мои мысли, неожиданно заговорил со мной кучер. Имени его я не запомнил. — Дороги, конечно, такие себе, но… какие есть.

Сейчас мне впору было бы пригрозить ему. Ведь если дороги на землях Морозовых, по его мнению, «такие себе», значит, тем самым он косвенно оскорбил Алису — временную хозяйку земель Морозовых до моего возвращения.

Но я ничего не ответил. Наверное, мне было всё равно. И на мужика этого, и на дороги…

Что еще я ожидал увидеть здесь по возвращении? Радушно встречающих меня подданных, которым ныне приходится жить в нищете? Процветающее поместье после стольких лет опального существования? Хорошие… дороги? Хватило бы денег стол накрыть, да жалование выплатить остающимся на службе людям то ли по глупости, то ли из лени.

Теперь все эти заботы лягут на мои плечи, хотелось мне того или нет.

— Январьск, господин, — оповестил меня кучер, хотя я и так прекрасно видел деревушку из окна кареты.

Краше она с момента моего отъезда не стала. Покосившиеся домишки с хлипкими заборчиками, частично заросшие травой узкие дорожки. Женщины в чистых, но скромных платьях плетут корзины на продажу в соседние деревни. Кто-то стирает белье в зеленом от ряски пруду, мурлыча народные песни под нос.

— Господин! Это господин Морозов! — увязались какие-то босоногие мальчишки за экипажем. — Приехал! Приехал!

Уголки моих губ от их по-детски наивной радости невольно приподнялись, но потом снова опустились, а на лицо вернулась извечная каменная маска. Слишком уж я к ней привык, чтобы так просто от нее избавиться.

Приехал, но вопрос лишь в том, что изменит мое возвращение? Мало-мальскую стипендию во время обучения я получал. Даже скопил сколько-то сотен рублей, но большая часть денег всё же уходила на покрытие учебных расходов и оплату проживания в пансионате при гимназии. Зато благодаря неприятной славе, бегущей далеко впереди меня, в комнате я проживал один. Никто не хотел делить ее с одержимым демонами студентом. Идиоты.

Центральная площадь, некогда шумная и людная, сейчас пустовала. Лишь одна-единственная бакалейная лавка всё еще работала. Это хорошо.

А пекарь? Мясник? Не знаю.

Когда-то в Январьске работал мастеровитый кузнец, меч у которого заказывал даже мой отец. Плуги, топоры, подковы… Он обеспечивал всем необходимым и жителей деревни, и поместье, но покинул нас в числе первых. Я помню его, но начинаю забывать детали.

— Церквушка давно уже заброшена, — зачем-то снова открыл рот кучер. Никто его об этом не просил. — Видите, господин, окна заколочены?

Вижу. Ну и пускай. Столкновений со священниками мне за годы обучения хватило.

Как представитель дворянского рода, каждое воскресенье я обязан был посещать богослужение в столичном соборе. Та еще пытка, когда каждая уличная собака подозревает тебя в одержимости демонами. Нет, не просто подозревает, а слепо уверена в этом. Косые взгляды святош в мою сторону, настойчивые просьбы исповедаться и омыться святой водой были лишь вершиной айсберга. Будь у них на то право, с тем же рвением провели бы надо мной обряд экзорцизма.

Узкая полоса дороги, соединяющая деревню с поместьем, стала следующим, но не последним испытанием на сегодня. Казалось, у экипажа вот-вот колесо отвалится и оставшийся до дома путь придется проделать на своих двоих.

К счастью, обошлось. Высокие кованые ворота, увитые плющом, распахнули перед нами, и видавший виды экипаж под беспокойное ржание запряженных в него гнедых лошадей заехал на подъездную дорожку.

Копыта застучали по щербатому камню, проезжая цветущий яблоневый сад. Значит, как минимум один садовник в поместье остался. Лишняя трата денег, как по мне, но если сестре так хочется, пусть радуется хотя бы яблоням.

Вот экипаж остановился напротив широкой лестницы, огражденной балюстрадой, и, выглянув в окно, я смиренно вздохнул. Если верность нашему роду сохранила лишь жалкая горстка слуг, что вышла встретить меня, то…

— Влад! — стоило кучеру распахнуть дверцу кареты, птицей подлетела ко мне высокая платиновая блондинка.

Талию ее обтягивало узкое темно-синее платье с высоким воротом, украшенное жемчужинами. Даже не сразу признал в этой радушной девушке собственную сестру. Всё же за шесть лет мы оба успели повзрослеть. Каждый по-своему.

На голову выше нее я стал точно. Впрочем, это мелочи.

Она уж было потянула ко мне руки, чтобы заключить в объятья, но вовремя спохватилась. Отступила на пару шагов, сделала слегка неуклюжий из-за поспешности реверанс и только после этого вновь подняла на меня сияющие глаза.

— Добро пожаловать домой… дорогой брат!

И словно в подтверждение ее слов, одно из расшатанных за время поездки колес экипажа с треском раскололось.

Глава 2

Фасад двухэтажного родового поместья Морозовых был украшен высокими колоннами с капителями в сочетании с дверными фронтонами и вырезанными из белого камня кронштейнами. Форму поместья обозначали два эркера с западной и восточной стороны, представляющие собой полукруглую колоннаду.

Некогда всё это великолепие, действительно, радовало глаз, до того как частично не обратилось в руины, теперь лишь отдаленно напоминая нам о былом величии этого места.

Слуги молча уставились на меня в ожидании. Восемь человек: пять женщин, двое юношей и один мужчина средних лет. Часть из них провожала меня в гимназию шесть лет тому назад с чуть менее одухотворенными лицами, а некоторых я видел сейчас впервые. Сестра подсуетилась? Похоже на то. Она всегда была у меня пробивной.

К слову, сама Алиса замерла передо мной в реверансе, с той же неописуемой надеждой во взгляде взирая на меня снизу вверх.

Лошади нервно ржали в упряжи. Пауза затягивалась.

— Один из самых ужасных реверансов на моей памяти, Алиса Николаевна, — ровным тоном наконец произнес я, и сестрица недоуменно приоткрыла рот. — Сомневаюсь, что на светском вечере его оценили бы по достоинству.

Шаг за шагом, и вот я прошел мимо нее. Слуги с поклоном расступились, пропуская меня к лестнице.

— Реверанс?.. — краем уха расслышал тяжелый выдох сестры, но не остановился. Продолжил неспешно подниматься по ступеням. Полы темного дорожного плаща с белой меховой оторочкой заскользили по шлифованному камню. — И это всё, что ты скажешь? Спустя шесть лет разлуки это всё, что ты решил сказать мне при встрече?!

— Мы можем поговорить внутри, если тебе так не терпится, — в том же тоне ответил ей, поднимаясь на крыльцо. — С текущим положением дел мне всё равно придется ознакомиться в самое ближайшее время.

«Хотелось бы мне того или нет», — промелькнуло в мыслях, но вслух я этого произносить не стал.

Дернул на себя тяжелую дубовую дверь, оставляя встречающих позади, и вошел в просторный холл, освещенный громоздкой хрустальной люстрой.

За годы моего отсутствия здесь практически ничего не изменилось. Разве что запах гари окончательно выветрился, хотя казалось, что он на десятилетия въелся в эти стены. В каждый предмет чудом уцелевшей мебели, картины и портьеры, напоминая о себе при каждом вдохе.

— Влад, я не договорила! — протиснулась сестра в двери и остановилась рядом со мной. Проследила за направлением моего блуждающего по холлу взгляда, скорбно сдвинула брови. — Всё-таки пребывание в высшем обществе сказалось на тебе дурно. Я надеялась, что такого не произойдет.

— А вот тебе оно не помешало бы, — спокойно парировал. — Принимая во внимание твой реверанс.

— И снова ты за свое! — вновь искренне возмутилась она, а я, в свою очередь, двинулся дальше по направлению к кабинету через обеденный зал. — Может, мои реверансы и далеки от тех, к которым ты в столице привык, но всё потому, что оттачивать их у меня не было ни времени, ни возможности. В Бездне придворный этикет, знаешь ли, без надобности. Для нее иные навыки важны. И вообще…

Я резко остановился, чем оборвал Алису на полуслове. Девушка, следуя за мной по пятам и причитая на ходу, врезалась в мою спину и тут же ойкнула от неожиданности.

— В Бездне? — тихо переспросил я, обернувшись к ней вполоборота.

Глаза мои холодно сверкнули, на лицо опустилась тень.

Некогда по причине бесконтрольных магических экспериментов жадные до силы маги истончили грань между мирами. Именно так в мире и появились расщелины-разломы, которые были прозваны Брешами. С поразительной скоростью они стали распространяться по всем континентам Земли, и как итог погрузили человечество в пятисотлетнюю войну с иномирными тварями, а также с порождениями чужеродной магии из иных измерений.

Даже несмотря на то, что магическая и военная мысль развивались быстро, обычных людей катастрофа стороной не обошла. Многим пришлось заплатить жизнями за ошибки алчных предшественников.

Поскольку главная и самая опасная Брешь образовалась на юге Сибири близ Иркутска, из-за общей угрозы разрозненным на тот момент княжествам пришлось объединиться. Так и появилась Российская Империя, а род Морозовых стал одним из ее родов-основателей.

Но Бездна… Она представляла собой эпицентр, имеющий свои особенности. Разрастающийся не вширь, а вглубь, и населенный тварями в разы хуже и агрессивнее тех, что пребывали на Землю из остальных Брешей. Демонами. Да, как раз теми демонами, что по слухам и легендам нашего рода мы поглощали, усиливая свои способности.

Веками мои предки стояли на страже между порождениями Бездны и людьми. Зачищали ее уровни, не позволяя тварям подниматься выше и проникать на поверхность. Но как только активность демонов после особо масштабной зачистки поубавилась, слава рода Морозовых постепенно пошла на убыль, а церковь и вовсе поставила на нас клеймо одержимости. Явно не без участия третьих лиц.

— В Бездне, — повторила Алиса, выдержав тяжесть обращенного на нее взгляда. — А как, думаешь, нам удается существовать на протяжении всех этих лет? Без продажи ресурсов оттуда от поместья уже камня на камне не осталось бы.

— Я понимаю необходимость спуска туда, но что в ней забыла ты? Три отряда бойцов вполне…

— Два отряда, — поправила она меня. Ее вытянутые вдоль туловища руки сжались в кулаки. — Два отряда, Влад. И с тех самых пор я спускаюсь туда вместе с ними.

Ну да, конечно. Дай только сестренке волю проломить пару-тройку черепов, и она с готовностью прыгнет грудью на амбразуру. Пусть и с рождения лишенная магического дара, девушка прекрасно компенсировала связанные с этим недостатки незаурядным талантом к фехтованию и владением двуручным молотом в придачу.

Хотя про магический дар я не совсем прав. Моя сестра просто не может использовать внешнюю магическую энергию, зато способна усиливать себя и управлять этой энергией внутри своего тела. Редко кто из аристократов идет таким путем — ведь проще считать, что дара нет, чем осознанно тренировать тело, чтобы оно могло справиться с внутренней энергией. Но в нашем роду все были упертыми.

В связи с прохождением обучения у наставника в столице, она и отсутствовала здесь в ту роковую ночь.

— Тебе, действительно, есть, что мне рассказать, — подытожил я, и подошвы моих ботинок на шнуровке снова застучали по дощатому полу.

— А тебе есть, что выслушать! — с чувством бросила Алиса вдогонку и засеменила следом. — Может, переоденешься хотя бы с дороги? Да и ужин уже стынет. Я заранее наказала сготовить. Чего ж ты всё прешь, как паровоз?! Эх…

— Прешь… — позволил себе легкую усмешку. — Пожалуй, это на тебе дурно сказалось тесное общение с гвардией. Замуж-то как выходить собираешься с таким скудным лексиконом?

— Замуж?.. Какое… какое еще «замуж»?! Никуда я пока не собираюсь!

Непосредственность Алисы с учетом нашего текущего положения меня, скорее, удивляла, нежели раздражала или забавляла. Раз за разом сестра убеждала меня в том, что совместными усилиями нам удастся преодолеть все невзгоды, обрушившиеся на род Морозовых после опалы. Раньше я старался принять ее слова на слепую веру, а теперь предпочел бы просто пропускать их мимо ушей, приравнивая к недомыслию и нелепой в данной ситуации надежде.

Всё же годы обучения в гимназии даром для меня не прошли. Пусть возможности установить полезные связи так и не представилось, зато доступ к богатой библиотеке, открытым семинарам по юриспруденции и праву, а еще банальное наблюдение за светской жизнью высокородных позволили мне сделать неутешительные выводы.

Если отец поступил вопреки воле Императора, руководствуясь лишь собственными интересами и не имея на то веских оснований, то изменить текущую ситуацию к лучшему нам так просто не получится. Жаль, я не знаю, что именно он совершил. Попросту не отчего было отталкиваться.

Даже если получится удачно выдать замуж Алису, она просто станет частью более сильного и надежного рода. Для нашего же всё останется по-прежнему.

Одновременно с этим не хотелось мне верить, что отец без весомого повода бросил на чашу весов нашу многовековую историю, статус, а главное — само наше существование. Но вопрос того, как доказать его невиновность, оставался для меня открытым.

Я плохо помнил отца. Его намерения были неизвестны мне вовсе. Сестру он в дела тоже не посвящал. Так что с этим было глухо.

Распахнув двери кабинета, вошел и сразу направился к письменному столу, расположенному напротив высокого арочного окна. От книжных полок, что подобно атлантам подпирали собой стены комнаты, исходил запах пожелтевшей от времени бумаги и миндаля.

Обитое сапфировой кожей кресло скрипнуло, когда я уселся в него. Сложил руки перед собой, поднял глаза на сестру и вздохнул.

Теперь это мой кабинет. Как появится свободное время, придется привести здесь всё в более подобающий вид, ну а пока…

— Внимательно тебя слушаю, — подсказал Алисе, что разбор полетов можно начинать. — Обойдемся пока что кратким введением в курс дел, без подробной отчетности. С ней разберусь чуть позже.

Некоторое время девушка просто молча стояла и хлопала на меня глазами, но в какой-то момент как будто опомнилась, обреченно покачала головой и присела на стул.

— Ты, действительно, сильно изменился.

— Ровно настолько, насколько это необходимо, — подметил я, машинально взял в руки верхний листок из стопки с документами и бегло пробежался по нему глазами.

Ну что это за почерк такой?.. Как курица лапой. Во время учебы я поставил себе цель быть лучшим во всем и, несмотря на сопротивление, в том числе среди преподавательского состава, мне это удалось. Так что подобное пренебрежение базовой каллиграфией меня… удручало.

— Стал похож на отца, — зачем-то с прищуром добавила сестрица.

— Только если позволю упасть нам еще ниже, и в этом наше главное различие, — глянул на девушку исподлобья. — И да, я всё еще намерен внимательно тебя выслушать, чтобы понять, что нам делать со всем этим дальше.

Продолжать испытывать мое терпение Алиса, к счастью для нас обоих, не стала.

Так я окончательно убедился в том, что дела в наших владениях сейчас обстоят еще хуже, чем до моего отъезда в гимназию.

Все вассальные рода, ранее присягнувшие на верность роду Морозовых, отделились от нас под самыми различными предлогами и теперь ведут самостоятельную добычу ресурсов в Бездне. По всем законам Империи, даже учитывая текущие обстоятельства, наш род всё еще стоял выше каждого из них, но по факту никого из соседей это уже не волновало. Часть из них перешли на сторону влиятельных аристократов, а следовательно, и земли наши сократились до минимума. Доходы едва покрывали расходы на содержание самого поместья и двух отрядов гвардейцев, что еще оставались нам верны.

А вот насчет третьего потерянного отряда история оказалась куда интереснее.

Сперва я предположил, что они сгинули в Бездне, как и многие другие наши верные бойцы до них. Сполна отдали долг родине в борьбе с демоническими отродьями и отпеты со всеми почестями. Однако, по словам Алисы, отряд угодил в засаду именно на поверхности уже после возвращения из рейда. Доказать вмешательства в наши дела извне сестра никак не смогла, но посчитала своей обязанностью отныне принимать участие в рейдах наравне с остальными гвардейцами.

— Нижние уровни Бездны для нас давно уже потеряны, — силилась убедить меня девушка в необходимости принять подобное решение. — Еще немного, и мы утратим доступ к третьему.

Я понимал ее беспокойство. Дело тут было не столько в опасности прорыва тварей наружу, сколько в ценности добытых в эпицентре ресурсов. Чем ниже уровень, тем лучше и качественнее добыча. Тем больше ихора — эссенции, получаемой с трупов демонов и подобных им существ.

Без зазрения совести я готов был признать, что наш род более не собирается нести тяжкое бремя стражей проклятой Бездны. Не собирается рисковать своими жизнями, чтобы вызволять человечество из цепких объятий Мора, если однажды он снова наступит. За подавление предыдущего нас по итогу оставили доживать свой век в руинах. Лишили всего, так и пускай тогда катятся ко всем чертям. Не жалко.

Но средства на существование нам требовались уже сейчас. Остро. И более скорого способа получить их, кроме как расчистить путь к нижним уровням, не было.

— Значит, гвардия сейчас там? — решил уточнить, поскольку никто из бойцов мне на глаза пока что так и не показался. — Оба отряда?

Алиса кивнула.

— Понятно, — откинулся я на спинку кресла и прикрыл глаза.

За окном уже вечерело, и на землю опускались сиреневые сумерки. Не думаю, что это долгий путь от станции по ухабистым дорогам нагнал на меня дремоту. Скорее, смена обстановки была тому виной. Снова привыкнуть к здешним видам и запахам мне еще только предстоит, и желательно сделать это побыстрее.

Нельзя зацикливаться на прошлом, когда перед глазами маячит неясное будущее. Это я осознал железно, едва зайдя в клетку к высокородным тиграм.

— Может, пойдем поужинаем? — предложила сестра.

— Не голоден, — коротко ответил ей, не открывая глаз.

— Тогда отдохни.

Услышал, как скрипнул стул, а немного погодя изящные пальцы коснулись моих волос.

Даже если нам подрезали крылья, мы до сих пор оставались потомками основателей этой прогнившей до самых корней Империи. День за днем я упорно убеждал себя в том, что былое величие нам уже не вернуть, и авторитет моей семьи еще двенадцать лет назад погребли под густым слоем остывающего пепла.

Веский же теперь нужно найти повод, чтобы усомниться в этом.

Когда я снова распахнул глаза, буквально на какие-то несколько секунд мне показалось, что кабинет претерпел значительные изменения.

Стол передо мной был завален бумагами, хотя до этого на нем лежала всего одна невысокая стопка документов. Вместо ручки поверх исписанных бисерным почерком листов стояла пузатая чернильница и пышное перо на подставке. Освещение стало будто бы более теплым, а потертый темно-синий ковер на полу заменила чья-то белоснежная шкура.

Я моргнул.

Наваждение пропало так же быстро, как появилось, и кабинет вернулся в исходный вид.

— Ты ведь не собираешься спать прямо здесь, верно? — полюбопытствовала Алиса, чем вывела меня из этого пограничного состояния окончательно.

— Нет, — спешно ответил ей, поднимаясь с кресла и еще раз внимательно присматриваясь к окружению. — Пойду к себе. Спокойной ночи.

— Спокойной… ночи, — нехотя выдавила сестра, с нотками грусти в голосе.

Кивнул ей, обогнул стол с противоположной стороны и пересек кабинет.

Завтра еще много дел предстоит. Изучить отчеты, в которых черт ногу сломит. Поглядеть, что собой представляют новые слуги, пересмотреть категории расходов. Может, и гвардия к тому времени вернется из рейда. Устроить смотр, оценить навыки, чтобы не расслаблялись…

— Влад! — снова окликнула меня Алиса, когда я уже приоткрыл дверь. Замер на пороге. — Я, правда, очень рада, что ты вернулся. Спасибо, — чуть тише зачем-то добавила она, и только после этого я вышел из кабинета.

Пожалуйста. Вот только я пока что ничего не сделал.

Глава 3

Существо с багровой кожей и искаженной от ярости физиономией возникло передо мной, готовое вцепиться в глотку, но одним лишь взмахом двуручного меча я разрубил неведомую тварь пополам.

Судя по небольшому росту и миниатюрным рожкам, это был бес. Мы вскользь проходили виды демонов на факультативе по монстрологии в гимназии, но сколь бы сильно мне ни хотелось рассмотреть эту тварь получше, внимание на ней зацикливать я почему-то не стал. И вовсе не по собственной воле.

Вот двуручник, окутанный алеющей во тьме дымкой, снес башку очередной твари, затем следующей. Это я держал массивный меч в руках, я наносил удар за ударом, однако последнее, что я помню — то, как отошел ко сну после возвращения в родовое поместье.

Выходит, всего лишь сон?.. Похоже на то, но он какой-то странный. Слишком реалистичный…

Тем не менее, даже учитывая свою осведомленность об этом, управлять телом я не мог. Будто бы находился в нем и одновременно занимал место стороннего наблюдателя за разворачивающейся сценой.

Магический светильник повис высоко над головами сражающихся здесь людей — меня и жалкой горстки солдат, которых с каждой минутой становилось всё меньше. Пусть бликующий свет и давал какую-то надежду, но, честно говоря, не слишком большую. Порождения, единственным местом обитания коих считалась лишь Бездна с ее многочисленными этажами, давили на нас числом.

— Ваше Сиятельство! — спиной к спине со мной встал незнакомец в тяжелых латах. Мужчина тяжело дышал, но продолжал крепко сжимать в руках меч и щит с гербом… каким гербом? Не разглядеть. — Нужно трубить отход. Подняться выше. Орду, подобно этой, при всем моем уважении, не сумеете сдержать даже вы!

— И потерять еще один уровень?! — гневно прорычал я не своим голосом. Низким, усталым, с хрипотцой. — Только через мой труп, Радомир! Только через мой…

Неизвестно какая по счету бестия бросилась к нам, оставляя за собой шлейф черного тумана. Ее перекошенная пасть распахнулась, почти сразу же натыкаясь на острие моего меча. Полный агонии визг зазвенел в ушах, разрывая тем самым тонкую грань между сном и явью…

***

…и вынуждая меня резко оторвать голову от подушки.

Тыльной стороной ладони я стер проступившие на лбу градины пота и часто заморгал, привыкая к сгустившейся в покоях темноте. Темноте, в которой, казалось, скрывались твари Бездны. Бесит.

Снова.

Опять эти чертовы сны, после которых я чувствую себя измотанным настолько, будто бы лично принимал участие в происходящих там бойнях. Мышцы ноют, голова трещит, а сердце колотится, как ненормальное.

Вытянул перед лицом дрожащие ладони, внимательно осмотрел их со всех сторон и резко опустил. А после того, как дыхание пришло в норму, поднялся с кровати и медленно подошел к окну. Лунный свет пробивался сквозь двустворчатое окно, подсвечивая мелкие частички пыли, кружащиеся в воздухе.

Так тихо и спокойно. Да уж.

Напрасно думал, что кошмары оставят меня, как только вернусь в родные стены. Ощущения стали словно бы еще ярче, чем были прежде. Запахи отчетливее, звуки резали уши. В горле совсем пересохло.

Понимая, что не усну, пока не сделаю хотя бы глоток воды, вышел из комнаты и направился на первый этаж по темному коридору. Дощатый пол поскрипывал под босыми ногами, ветер тоскливо завывал через узкие щели в окнах, но в остальном было тихо. Обитатели поместья видели уже десятый сон, в то время как у меня теперь сна не было ни в одном глазу.

Но даже если полноценный отдых мне не светит, всегда можно вернуться в кабинет и сесть за работу. Отчеты сами себя не изучат, а чем быстрее я разберусь с организационными моментами, тем скорее смогу отправиться в рейд, где проверю пару своих догадок.

Я невольно усмехнулся этим мыслям.

Даже в Бездне наверняка комфортнее себя буду чувствовать, чем среди знатных выродков и фанатичных святош в столице. Уж демоны явно не станут обвинять меня в одержимости и требовать замолить несуществующие грехи.

Я спустился на первый этаж и двинулся уж, было, к кухне, но чей-то, едва различимый даже в тишине шепот заставил меня остановиться, замереть посреди холла и напрячь слух.

Неужели кто-то помимо меня бродит тут в столь поздний час? Причем не один. Шепотков-то несколько. Хотелось бы спихнуть вольности слуг на сестрицу, которая знакома с каждым из них лично, в отличие от меня, но за дела поместья ныне отвечаю я. За безопасность в отсутствие гвардейцев — тоже.

К тому же не хотелось признаваться себе в том, что к источнику звука меня тянуло необъяснимо, будто звало к себе. Любопытство, конечно, не порок, но жизнь среди скользких гимназистов приучила меня к осторожности.

В итоге, после непродолжительных размышлений, ноги сами повели меня в противоположную от кухни сторону. Туда, откуда раздавался подозрительный шепот. Какой-то низкий, гортанный. Неестественный.

Пара-тройка пустынных коридоров, освещенных слабым лунным светом, и вот я остановился напротив двери, ведущей в подвал. Отсюда шепот звучал уже более отчетливо, однако мои попытки вычленить из него отдельные слова всё равно оказались тщетными.

— Хм.

Дверь отворилась с пронзительным скрипом, пропуская меня на грубо вытесанную из серого камня лестницу, а затем и в сам прохладный подвал. Удушливо-пыльный и не представляющий собой ровным счетом ничего интересного. Так казалось на первый взгляд. Впрочем, именно здесь зловещие шепотки окружили меня со всех сторон. Пришлось воспользоваться силой, создать магический светильник, представляющий собой маленький, но яркий огонек, и взмахом руки подвесить его под потолок.

После того, как осмотрелся, готов был поклясться, что никого, кроме меня, здесь нет. Пусто. Тогда откуда?..

Внезапно грудь обдало таким интенсивным жаром, будто ее раскаленным добела прутом прижгли. Поморщившись, вынул из-под рубахи родовой кулон, доставшийся мне в наследство еще от отца, и уставился на него так, словно видел впервые.

Всё потому, что простенькое на вид украшение в настоящий момент будто бы зажило собственной жизнью. Мерцало в моей руке, окруженное алыми всполохами, подобно языкам пламени. Именно оно источало тот жар, от которого проступал пот, но не появилось ни одного ожога. Ни на груди, ни на ладони.

Редко кому удавалось по-настоящему меня удивить, но сейчас…

Может быть, я всё еще сплю?

Но всё самое интересное началось, стоило мне поднять голову и вновь осмотреться по сторонам. Серый и невзрачный подвал преобразился так же быстро, как кулон. По стенам его стремительно стали расползаться незнакомые мне рунические символы, и даже свет магического светильника блек на фоне багряного сияния, источаемого ими.

Вот камень за моей спиной и чуть правее зашуршал, и я обернулся, чтобы увидеть открывшийся прямо на моих глазах… потайной ход?

Сомневаюсь, что в обычных условиях его так просто было бы обнаружить. Разве что старые чертежи поместья всё еще хранились где-то в кабинете или в библиотеке. Все же этому месту далеко не один век и порой поместье перестраивалось.

Зато и шепот стал еще более различимым, чем прежде. Как раз за стеной-обманкой и должен был находиться его источник. Слова складывались во фразы, фразы в предложения, но я не понимал этого языка. Не знал его.

Тогда, снова поддавшись наитию и зову неизвестной природы, шагнул внутрь открывшегося передо мной прохода.

Лишь одна продолговатая комнатка оказалась за той стеной, и в ней не находилось ничего, кроме небольшого сооружения, напоминающего фонтан, в самой дальней ее части. Просто… фонтан? Теперь уже верится с трудом, учитывая, что как раз он и был источником невнятного шепота, который привел меня сюда.

Да и кому вообще надо было строить фонтан под землей?

Шаг за шагом пересек комнату, ступая по отсыревшему полу, и приблизился к сооружению. И впрямь, всего лишь искусно вытесанный из камня фонтан в форме чаши. Чернильно-черная вода кругами расползалась от центра чаши к краям, а зловещий шепот теперь, казалось, заглушал мои собственные мысли.

Не знаю, какой черт дернул меня протянуть к воде руку, но опомнился я, когда уже погрузил в нее пальцы правой руки. Холодная. Ледяная даже. Настолько, что пальцы почти сразу же онемели.

Нет, не только пальцы.

Когда я попытался отдернуть от чаши одеревеневшую руку, неопознанная черная жидкость внезапно сгустилась, не давая мне ни единого шанса сделать это! И чем больше силы я вкладывал, чем больше попыток высвободиться предпринимал, тем дальше темная вода устремлялась вверх по руке. Запястье, предплечье, локоть…

Расширившимися от нарастающей во мне паники глазами я наблюдал за тем, как жидкость окутывает мою конечность целиком, но не мог издать при этом ни звука. Шепот в голове резко перешел на полный неудержимой ярости… крик! Сотни… нет, тысячи!.. орущих в унисон голосов оглушили, разорвали мои барабанные перепонки, выместили на мне свой гнев.

И заставили окончательно потерять связь с реальностью…

***

Поморщившись от скользящих по лицу лучей солнца, приоткрыл глаза, и с удивлением отметил, что нахожусь в своих покоях.

Хотя нет, чему же тут удивляться? Просто второй кошмар настиг меня сразу же после первого. А может, это первый тянулся так долго. Впрочем, какая разница?

Но, приподнявшись с подушки, еще около минуты приходил в себя. Мысленно прокрутил в голове планы, которые намеревался сегодня осуществить, и откинул уж, было, одеяло, чтобы подняться наконец-таки на ноги и начать новый день, однако…

Рукав исподней рубашки от резкого движения сполз с плеча, обнажая бледную кожу, а заодно и нечто странное, не поддающееся пока что никаким рациональным объяснениям.

— Что?.. — прошептал, едва шевеля губами и рассматривая из ниоткуда взявшуюся на руке витиеватую татуировку.

Пришлось стянуть рубашку полностью, чтобы получше рассмотреть узор, тянущийся от плеча вниз по руке до самого запястья. Изящный, с массой мелких деталей, он завораживал тонкостью и красотой своего исполнения. Но чем дольше я разглядывал нанесенные на кожу узоры, тем сильнее начинала кружиться голова, а к горлу подкатывал противный комок тошноты.

— Что за?.. — с придыханием повторил я, нехотя отводя взгляд от татуировки.

— Нравится?! — внезапно раздался чей-то бархатистый голос рядом со мной и, вздрогнув от неожиданности, я медленно повернул голову к его предполагаемому источнику. — Занятная ведь штучка. А то ли еще будет…

На второй половине кровати, подперев щеку ладонью, лежал… лежало…

Я часто захлопал глазами, пытаясь отогнать предположительный плод своего больного воображения, но почему-то это не удавалось.

Незнакомый мужчина в изысканном черном сюртуке поверх рубашки с кружевным воротником насмешливо взирал на меня из-под приспущенных на кончик носа круглых пижонских очков с красными стеклами. Длинные белые волосы, тщательно расчесанные до блеска, лежали на его плечах, а голову венчала пара загнутых назад рогов. Губы его были растянуты в клыкастой ухмылке, и моя озадаченность явно его веселила.

Истрактовав мое продолжительное молчание по-своему, неизвестный приподнялся с подушки и поспешно вытянул обе руки в примирительном жесте.

— Нет-нет, я не из этих, — зачем-то посчитал он нужным заверить меня. — На самом деле…

Резко стиснув правую ладонь с черными когтями в кулак, мужчина растворился, оставляя на месте себя теневую дымку, но почти сразу же появился вновь уже посреди комнаты и с неподдельным интересом принялся озираться по сторонам.

— На самом деле, — продолжил он в том же насмешливом тоне, — надо же было кому-нибудь проверить мягкость перин. Слуги, порой, такие нерадивые бывают… Не могу же я позволить, чтобы глава рода Морозовых испытывал в чем-либо неудобства. Ох, как же тут всё изменилось! — вытянув руки по сторонам, описал незнакомец круг на месте. — Давненько я не выходил наружу.

Вот он остановился, снова устремив на меня взгляд. Его янтарные глаза, наполовину скрытые за стеклышками очков, мерцали холодным интеллектом, что совершенно противоречиво вызывающему поведению.

— Ремонтик, что ли, затеяли в мое отсутствие? — наконец обнажил мужчина клыки в хищном оскале. Шустро облизнул верхнюю губу и с вызовом изогнул бровь. — Похва-а-ально. Но можно было постараться и лучше. Сами-то как считаете, Влад Николаевич? Что же вы все молчите, а?

Какого?!..

Глава 4

— Сгинь, — произнес я, но не так чтобы очень уверенно.

Второй по счету сон, приснившийся мне нынешней ночью, уже начинал постепенно растворяться в моей голове, оставляя после себя шлейф непонимания и раздражения. Управлял ли я в нем своим телом или же кто-то делал это за меня, как во всех предыдущих кошмарах? В какой из комнат я видел исписанные рунами стены, и что конкретно было на них изображено?

А были ли вообще эти руны? Что за чертовщина?..

— Ась? — изящным, полным грации движением обвел незнакомец свой подбородок и оттопырил когтистый мизинец. — Это вы мне? Ай-яй-яй… И где же ваши манеры, Влад Николаевич?

— Сгинь! — теперь уже рявкнул на мужчину так, что его брови моментально взмыли вверх, а после…

Он исчез. В самом деле сгинул. Более ничего не напоминало о его неожиданном визите в мои покои с утра пораньше, и я устало провел рукой по лицу сверху вниз, собираясь с мыслями.

Значит, я был прав. Всего лишь плод моего больного воображения. Кошмары для меня уже не в первый раз сплетались воедино с реальностью, но причину этого я понять не мог. Связал бы это с усталостью после долгой дороги и нахлынувшими воспоминаниями об отчем доме, но странности начались где-то в последние месяцы обучения в гимназии и продолжались по сей день.

Чего только стоила свора теневых гончих, ворвавшаяся однажды в мою комнату в общежитии прямо посреди ночи? Общежитие, странным образом превратившееся в поле боя на незнакомой мне местности. Морок быстро развеялся, не оставляя после себя ни следа, а вот заснуть снова у меня тогда так и не получилось.

Но настичь меня посреди белого дня — такое, признаюсь, было впервые. Наверное, я начинаю понемногу сходить с ума. Или же первые признаки «одержимости» проявляли себя таким образом?

Не теряя больше времени даром, поднялся с кровати и направился в ванную комнату, чтобы немного освежиться и привести себя в более-менее подобающий вид. Умылся прохладной водой из рукомойника, а затем внимательно рассмотрел свое отражение в зеркале.

Да уж, паршивый видок.

Темные круги пролегли под моими глазами, контрастируя с бледностью кожи лица. Влажные пряди пепельно-белых волос прилипли ко лбу, а растрескавшиеся в дороге от ветра тонкие губы местами кровоточили.

И пусть в высшем свете твердили, что человек столь высокого социального положения, как у меня, обязан выглядеть презентабельно, независимо от случая и самочувствия, меня их пересуды за спиной не волновали совершенно. Я выглядел ровно так, как себя чувствовал — скверно, и вряд ли в ближайшие дни это изменится.

С такими мыслями вернулся в комнату, переоделся в свежую одежду, предусмотрительно выглаженную и аккуратно развешанную слугами по вешалкам в шкафу со вчера, и спустился на первый этаж.

Зычный голос сестры я услышал еще с лестницы. По всей видимости, встала Алиса намного раньше меня и уже вовсю тут хозяйничала, раздавая указания направо и налево.

Да, эта представительница моего рода отличалась своей деятельностью с тех самых пор, как я ее помню. Никак она не могла заставить себя усидеть на месте, в то время как я проводил годы до отбытия в гимназию, практически в полной изоляции от остальных. Тщетные попытки Алисы достучаться до меня и призвать к ответственности были встречены мною абсолютным безразличием к судьбе наших земель и всех ее обитателей.

В какой-то момент, как только моя старшая родственница получила приглашение на обучение, во мне будто бы что-то сломалось. Снова. Не хотел я, чтобы жизнерадостная сестрица после тесного знакомства с высшим светом, презирающим наш род, преобразилась. В худшую сторону, совсем как я. Потому, не сообщив никому ни слова, забрал приглашение себе и отправился в столицу самолично, чтобы приступить к обучению вместо нее — всем по большей части было плевать, кто именно приедет представлять наш род.

До сих пор я ни капли не сомневался в принятом тогда решении. Принятом впопыхах, но с непоколебимой уверенностью.

Вернется ли всё на круги своя после моего возвращения в поместье? Одна часть меня требовала долгожданного спокойствия и тишины. Запереться в кабинете или домашней библиотеке среди пыльных стеллажей подальше от сестры и слуг. Уединиться с фолиантами в плотных кожаных обложках и погрузиться в них с головой — мои предки собрали достаточно знаний, чтобы на их изучение можно было потратить годы.

Но другая часть убеждала в обратном — наконец-то выкинуть прошлое из головы и взяться за ум. Разгрести накопившиеся в поместье дела, принять на себя обязательства главы рода Морозовых, возглавить поход в свой первый рейд…

А когда тебя одолевают столь противоречивые мысли, вынуждающие разрываться на две части, неудивительно, если в какой-то момент внутреннее напряжение достигнет своего пика и обрушится на всех окружающих. Не хотелось мне портить царящую в этих стенах иллюзию беззаботности и стабильности.

Ведь стараниями моей сестры здесь уже зацвели яблони.

Как только я вошел в обеденный зал, Алиса, до этого помогающая служанкам сервировать стол, обернулась ко мне и на лице ее расцвела теплая улыбка.

— Доброе утро, Влад Николаевич, — поспешила она вновь продемонстрировать мне лишь жалкую пародию на реверанс, чем заслужила в ответ лишь кислую ухмылку. — Мог бы хоть физиономию не кривить для приличия! Каким реверансам обучена, такие и показываю!

— Вернее, не обучена вовсе, — пожал я плечами и по всем правилам этикета, сообразно моему статусу, уселся во главе накрытого на две персоны длинного стола, тянущегося через всю столовую — от дверей до украшенного облупившейся лепниной камина.

Алиса же присела по левую сторону от меня. Девушка явно хотела как следует ответить на мою колкость, однако решила не усугублять. Спасибо ей и на том.

На столе передо мной в тарелке с позолоченной каемкой лежал пышный омлет, украшенный листиком мяты. В плетеной корзинке рядом — еще слегка дымящиеся ломтики свежеиспеченного домашнего хлеба. Фруктовая тарелка, мясная с колбасами и щедро перченым салом…

Да, видно, как сестра старалась угодить мне. Снова создать иллюзию, что всё у нас с поставками хорошо, и нехватка продовольствия нам не грозит. Однако реальность была далека от картинки, которую она с улыбкой рисовала передо мной. Достаточно было поглядеть, с какими воистину львиным аппетитом она сама поглощает еду, несмотря на все попытки выглядеть непринужденно.

Украдкой я поменял расположение столовых приборов, поменяв нож с вилкой местами, но от взгляда Алисы это тоже не скрылось.

— Если тебе так не по душе пришлись здешние порядки, — прожевав, произнесла она, — может, Ваше Светлейшество в столицу воротиться изволит?!

Сам я даже бровью не повел, выслушав ее предложение, ну а сестра, немного погодя, вновь уткнулась в тарелку, принявшись бесцельно ковырять в ней вилкой.

— Прости. Я не это имела в виду. Просто… нужно привыкнуть к тому, что мы долгое время жили в разных кругах.

— И в связи с этим многое предстоит наверстать, — чуть смягчил я тон, но этого оказалось достаточно, чтобы Алиса вернулась к еде.

Наверное, я и впрямь перегибаю палку. Или, ассимилировавшись в обществе высокородных и вынужденный вести себя безошибочно, сам стал невольно меняться им под стать?.. Не самое приятное открытие.

— Гвардия уже вернулась? — поинтересовался у Алисы, беря в руки ломтик теплого рассыпчатого хлеба.

— Пока еще нет, — нахмурилась та. — Скорее всего, продвинулись дальше, чем рассчитывали, и теперь не хотят терять позиции. Чем больше трофеев — тем лучше.

— Прежде такое бывало?

— Само собой, и не раз. Вставать лагерем в Бездне — то еще приключение, конечно, но с ними Игорь Владимирович, а значит, всё будет хорошо.

Я кивнул и продолжил есть. В конце концов, сестрица наших гвардейцев знает лично и, судя по ее словам, с завидной частотой выходила с ними в рейды, сражаясь бок о бок.

Неизвестно как долго гвардия рода собирается сдерживать отвоеванные у тварей позиции, а время до их возвращения еще можно было провести с пользой. Например, ознакомиться-таки с отчетами. Еще вчера понял, что в них черт ногу сломит, хотя Алиса, насколько мне известно, медицинского образования нигде не получала. Ее корявый почерк, впрочем, настойчиво кричал об обратном.

Закончив с завтраком, предупредил сестру, что с новыми слугами познакомлюсь чуть позже и отправился прямиком в кабинет. Работы предстояло много, но сидеть над документами в одиночестве показалось мне на данный момент меньшим из всех зол.

В самом деле, мне приходилось не только вникать в текущее положение наших земель, но и продираться сквозь дебри корявой писанины.

— Даже цифры… — вздохнул с раздражением, рассматривая испещренные непонятными загогулинами столбцы расходов и доходов за последний месяц.

Это пятерка или двойка? А помарок-то сколько… Вместо того, чтобы густо перечеркивать неверно указанные данные и оставлять жирные кляксы, можно ведь аккуратно снять верхний слой бумаги лезвием.

Может, я просто слишком многого требовал от Алисы, получив при этом самое качественное образование в Империи? На учителя каллиграфии, согласного уехать в такую глухомань, нам попросту не хватило бы средств. Да и времени свободного тоже не было в избытке.

С каких пор меня вообще стали волновать столь поверхностные вещи?..

Тут периферическим зрением я заметил какое-то движение рядом с книжными стеллажами, и медленно отвел взгляд от документов. Осмотрел пустой кабинет, в котором помимо меня не было ни души. После чего пожал плечами и вновь углубился в «расшифровку» отчетов.

Но ненадолго. Ощущение чужого присутствия снова дало о себе знать. Теперь краем глаза я увидел… голую женскую грудь?

Чего?..

Резко поднял голову и пробежался взглядом по всё такому же пустому кабинету. Прищурился, не находя ничего подозрительного, за что можно было бы зацепиться.

— Ваше… Светлейше-е-ество… — вот уже отчетливо раздался женский шепот над левым ухом, но стоило мне так же резко обернуться на незнакомый голос… и опять никого.

Это до какого же уровня поднялась реалистичность моих галлюцинаций, если они не только посреди дня стали меня преследовать, но еще и так часто? Зрительные, слуховые. Не хватало еще, чтобы я кожей их начал ощущать.

И как назло в тот же момент почувствовал, как правого уха коснулось что-то теплое, влажное. Скользнуло по нему, оставляя после себя легкий холодок. По спине пробежали мурашки, и я поднялся из-за стола, плотно стиснув челюсти.

Понятия не имел, что за чертовщина начала со мной происходить в последнее время, и это бесило меня еще сильнее. Однако если я продолжу коротать здесь часы в одиночестве, и не такое привидеться может.

Еще раз предельно внимательно обвел комнату взглядом. Каждый книжный шкаф, картины на стенах, затянутые паутиной уголки. Поднял глаза к потолку, покрытому облупившейся белой краской. Ни-че-го.

Нужно переключить внимание. Отвлечься.

С такими мыслями вышел из кабинета, отложив отчетность на потом. Если голова кипит, то лучше поработать телом. По крайней мере, в гимназии я научился быстро переключаться с умственной деятельности на физическую.

Раз уж гвардейцы окончательно не разбежались, значит, тренировочная площадка не должна была прийти в запустение. Дорогу до нее я воспроизвел по памяти, ну а память привела меня на просторный задний двор поместья.

По левую сторону располагалась двухэтажная казарма с оружейной, отдельной кухней и столовой для бойцов рода Морозовых. По правую — также отдельная конюшня, которая на данный момент пустовала. А вот центр двора занимала огороженная площадка для тренировок, припорошенная песком.

Ранее здесь всегда царила особая атмосфера. Крики, смех и ругань наших бойцов доносились отсюда аж до приоткрытых окон опочивален. Матушка частенько с грозным видом наведывалась сюда, чтобы сделать замечание невежественной солдатне за нецензурную брань, которую мы с сестрой слушали с приоткрытыми ртами и впитывали в себя, как губки. Да и отец время от времени присоединялся к гвардейцам за тренировками, а после пропускал с ними по кружке пенного. Все же в нашем роду к слугам относились практически как к семье и при этом не нарушали субординацию.

Всё переменилось в ту роковую ночь, двенадцать лет назад. Большая часть людей погибла, отражая натиск имперской гвардии под командованием Сергея Ивановича Громова — дворянина, который давненько точил зуб на наш род по неизвестной мне до сих пор причине. Еще до моего отъезда в гимназию один из оставшихся пяти отрядов сгинули в Бездне. Затем еще один на третий год моего обучения. Теперь и вовсе осталось всего лишь два.

Однако присягу, данную нам, не нарушил никто. Этот факт удивлял и восхищал меня одновременно.

Пройдясь по жухлой траве с вкраплением редких, позеленевших по воле весны травинок, я приоткрыл низкие ворота и неспешным шагом прошел в центр тренировочной площадки, на ходу разминая затекшие от долгого сидения за столом плечи.

До возвращения гвардейцев площадка находилась в полном моем распоряжении, что позволило бы мне как следует размяться без любопытных посторонних глаз. А заодно вспомнить всё то, чему меня обучили в гимназии на занятиях по воинскому искусству. Как бы я ни относился к этому месту, но наставники там работали не только ради зарплаты и возможности получить связи. Некоторые из них, действительно, болели своим предметом.

На среднем и безымянном пальцах правой руки у меня поблескивали два кольца-печатки, и каждый из них отвечал за свой стиль ведения боя.

В кольце на среднем был заключен удовлетворительный по качеству артефактный меч, деньги на который мне пришлось копить с нескольких стипендий. Особыми магическими эффектами он не обладал, и его сила зависела сугубо от запаса магической энергии владельца. Чем меньшее ее оставалось, тем стремительнее этот меч превращался в кусок обыкновенной железяки.

Кольцо на безымянном пальце служило вместилищем для арбалета и подсумка с зачарованными болтами для него, на данный момент пустого. Смысла тратиться на обычные болты я не видел, ну а зачарованные мне сейчас попросту были не по карману. Довольно мощное и пробивное оружие, но совершенно бесполезное без боеприпасов, что я планировал исправить в ближайшее время.

Оба они извлекались из колец одинаково — достаточно было повернуть печатку внутрь ладони. Как раз так, чтобы это можно было сделать в любой неожиданной ситуации и на одних рефлексах. И я провернул ее на среднем кольце, тут же почувствовав в руке знакомую уже тяжесть короткого меча.

Предусмотрительно решил перевести оружие в тренировочный режим, что значительно облегчало его вес, а также затупляло лезвие и острие. Просто чтобы не выдохнуться раньше времени.

Только после этого приступил непосредственно к повторению всех заученных в гимназии стоек, приемов и махов. Мысленно воспроизводя их в голове один за другим и повторяя на практике.

Лезвие со свистом разрезало воздух передо мной. С каждой минутой всё быстрее и яростнее. Именно сейчас я будто бы дал себе позволение выплеснуть весь накопившийся за время учебы негатив, хотя одиночной тренировки для этого было явно маловато. С какой же довольной улыбкой я представлял перед собой этих зазнавшихся «породистых» щенков, провожавших меня по коридорам презрительными взглядами, и превращал их тела в бесформенное месиво…

Но в какой-то момент боя с воображаемыми противниками я осознал одну интересную вещь — некоторые приемы, которые я раньше исполнял неправильно, теперь выглядят совершенно иначе. Мое тело как будто само исправляло их, словно невидимый глазу наставник корректирует заученные мною ошибки, исправляя то в одном месте, то в другом… А вот здесь надо сделать шаг шире…

Нет. Разумеется, никакого наставника не было, да и тело оставалось целиком и полностью под моим контролем. Скорее всего, эти ошибки раньше просто ускользали от внимания, ну а сейчас, оставшись наконец-то наедине с собой и не испытывая никакого давления со стороны, я сам понимал, как мне следует двигаться. Даже связки, прежде вызывавшие определенные сложности, теперь не казались такими проблемными. Но отработать их все же надо. Я чувствую, что могу лучше — просто надо постараться.

Впервые за долгое время меня охватил душевный подъем. С небывалым увлечением, остервенением, азартом я целиком отдался этому странному чувству, граничащему с эйфорией. Мышцы налились приятной тяжестью, окружающие звуки стихли.

Шаг, замах! Уворот, замах! Рывок, замах!..

— Влад! — вывел меня из своего рода гипнотического транса громкий окрик Алисы, а лезвие моего меча в ту же секунду столкнулось с древком массивного молота. — Ну ты и разошелся, конечно… Не ожидала.

Сестра стояла напротив меня, вытянув перед собой оружие, которое по всем параметрам не подходило изящной аристократке. Как минимум этот молот с витиеватой гравировкой казался равным ей по весу, если не тяжелее нее.

— Не хотела тебя отвлекать, честно говоря… — произнесла сестра, как только я медленно опустил меч и с немым вопросом в глазах уставился на нее. — Но за завтраком ты спрашивал меня, отлучались ли раньше гвардейцы на такой долгий срок. Я тут подумала… Может, нам и в самом деле лучше отправиться за ними лично? Если повезет, встретим их по дороге. Если же нет…

— …то найдем в Бездне, — завершил я за нее, и Алиса с улыбкой кивнула мне, закидывая молот на плечо, как ничего не весящую пушинку.

— Сначала хотела предложить тебе отдохнуть с дороги, но если вместо этого ты решил помахать мечом, то почему бы не сделать это с большей пользой? Как думаешь? — задорно улыбнулась она.

«Спуститься в Бездну вдвоем?» — собирался было спросить я, но не стал.

Видно, что настроена она серьезно, и даже если я не соглашусь, сестрица вовсе могла отправиться туда в одиночку. Такого исхода событий я однозначно не желал.

И потому кивнул, одновременно с этим провернув кольцо-печатку.

Глава 5

Прежде мне никогда не доводилось находиться настолько близко к эпицентру. Наяву.

Уже за несколько километров от Бездны я почувствовал напряжение, которое затрагивает любого, кто оказывается здесь. А причина тому — сгустившаяся в воздухе магия. Плотная, почти осязаемая. Собственно, все это ощущал как давление, и только маги могли находиться тут достаточно долго. Остальным же приходилось или привыкать к условиям, или покидать эти места.

Собственно из-за подобного воздействия власть аристократии так и будет высока — они просто эффективнее всего справляются с угрозой, да и близость к Брешам на протяжении многих поколений сказывается на адаптации к ее давлению. В свою очередь это повышает шанс на становление полноценным магом. Так что все весьма непросто.

Мы с Алисой отправились туда на лошадях. Не таких быстрых и выносливых, как гвардейские, но бойцы просто не оставили нам иного выбора. Да и вряд ли они думали, что мы не станем дожидаться их возвращения.

Перед поездкой облачился в единственную броню по размеру, которую отыскал среди прочего хлама в арсенале. Потертые наручи, поножи, панцирь с внушительной вмятиной на самом видном месте…

Комплекция моя с подростковых лет на первый взгляд практически не претерпела изменений, несмотря на частые тренировки, что тоже порой становилось причиной косых взглядов на занятиях по воинскому искусству. Причина, по которой мой организм упорно отказывался наращивать мышечную массу, была мне до сих пор неизвестна, но в отличие от многих других учеников гимназии я оставался жилистым и стройным, сколько бы ни тренировался. Впрочем, опять же, от тех же качков, которые могли похвастаться буграми мышц, я мог работать с теми же весами, что и они, без необходимости менять одежду. Наверное, это даже хорошо с учетом ограниченности средств в первое время.

Сестра облачилась в собственные доспехи — женский их вариант с вытачками для груди, подчеркивающие силуэт. Из вываренной кожи и прочных на вид, но потускневших от времени пластин. Странное дело, ведь и в платье, и в броне Алиса выглядела довольно органично. Массивный двуручный молот покоился за ее спиной, прикрепленный к нагруднику на прочную кожаную застежку.

Владение магией сильно облегчило бы сестрице жизнь. Именно магическая энергия позволяла заточить оружие в невесомое украшение и извлекать его оттуда в нужное время, как делали остальные одаренные. Впрочем, Алиса настолько хорошо сейчас держалась в седле, несмотря на свою ношу, что, казалось, ношение тяжелого оружия не доставляло ей никаких неудобств.

— Даже если бы на них устроили засаду по пути в поместье, скрыть следы боя так быстро никому не удалось бы, — подметила сестра, и в этом я не мог с ней не согласиться. — Они всегда возвращаются одной и той же дорогой, а значит, стоят либо в лагере на подступах к Бездне, либо всё еще в ней.

Помнится, некогда удобными подступами к эпицентру со всех сторон владел сугубо род Морозовых. Исследователям, авантюристам и членам всех прочих родов, явившимся на наши земли с целью изучения Бездны или за легкой наживой, приходилось получать у нас соответствующую лицензию на пребывание здесь и платить символическую сумму за доступ к ресурсам и, конечно же, в первую очередь продавать их на наши производства для дальнейшей обработки.

Само собой, со времен нашей опалы всё претерпело радикальные изменения. Большая часть земель возле эпицентра была выкуплена, ну а нам оставили лишь небольшой клочок. Наверное, чтобы поместье Морозовых позорно с голоду не издохло или сохраняло формальности хотя бы на бумагах.

Ведь если бы нас, действительно, хотели вырезать подчистую, то сделали бы это еще в ту роковую ночь.

Чем ближе мы подъезжали к месту сосредоточия чужеродной магии, тем реже становился лес. Выносливые сосны и ели еще держались, а вот лиственные деревья иссыхали, гнили и постепенно превращались в сухостой. Живности тоже было не видать, а наши лошади так и порывались развернуться. Приходилось то и дело одергивать поводья под нервное ржание взволнованных кобыл. А ведь это специально выведенная порода — остальные бы давно повернули назад.

— Что ж… — многозначительно протянула Алиса, как только мы остановились на пустыре, с годами выжженном магией. — Вот мы и на месте. Добро пожаловать… наверное?

Глазам моим открылся воистину удручающий вид. Сухой ветер трепал суконную ткань хаотично расставленных тут и там палаток. В открытой конюшне, подпорки которой покосились от времени и старости, стоял десяток лошадей, обеспокоенно шевелящих ушами. Рядом покоилась пустая повозка. И ни одного намека на живого человека, помимо нас с Алисой.

Тогда мы слезли с лошадей, завели их к остальным и прошлись по окрестностям. Подметить детали. Такие как, например, остывшие угли под котелком. Или тонкий слой пыли на лавках вокруг костра. Всё достаточно красноречиво указывали на то, что в этом лагере на ночь никто не оставался.

Выходит, мы всё-таки спускаемся в Бездну?.. Должно быть волнительно для человека, который слышал о ней лишь из уст преподавателей, да читал на страницах библиотечных фолиантов. Хотя даже так таилось в глубине души странное чувство, что ничего нового я там не увижу. Возможно потому, что уже не единожды оказывался там в своих снах.

Конечно, сны и явь — вещи совершенно разные, но тогда как объяснить их пугающую реалистичность? Хватающую тебя за грудки и швыряющую в самую гущу боевых действий. Если не спущусь туда, не узнаю, как всё обстоит в действительности. А может, и кошмары прекратятся, как только я сумею ощутить давящую энергию Бездны на себе в этом, материальном, мире? Втянуть носом ее запахи, кожей почувствовать перепад температур, услышать раскатистое рычание окружающих нас тварей?..

Всё может быть.

— Нет здесь никого, — подошла ко мне Алиса, разведя руки в стороны. — А это означает лишь одно.

— Мы спускаемся, — бросил я взгляд на виднеющееся впереди сияние, исходящее от Бреши, которая связала такие разные миры.

Днем оно казалось тусклым, а вот ночью превращалось в настоящее светопредставление. Высокий столб красноватого свечения уходил далеко в небо, окрашивая его во все оттенки алого. Из окон моей спальни видно его, к сожалению, не было — они выходили на противоположную сторону.

— Мы спускаемся, — кивнула сестра. — Так что по возможности держись позади меня и не лезь на рожон. Мечом ты размахиваешь лихо, не поспоришь, но опыт тут тоже немаловажен. На потешные поединки с высокородными выскочками это вряд ли похоже.

«Я видел тринадцатый уровень Бездны своими глазами. Вы же не заходили дальше третьего», — промелькнуло вдруг у меня в мыслях, но произносить этого вслух я, разумеется, не стал.

Просто молча кивнул, и мы неспешно, шаг за шагом, направились к месту наибольшего сосредоточия чужеродных для нашего мира сил.

Мало ли, что я там видел, ни разу не испытав на собственной шкуре?.. Игра воображения, впечатления от прочитанных опусов или же влияние интенсивной учебы на психоэмоциональное состояние? Да что угодно. А усилившиеся в последнее время галлюцинации — явное тому подтверждение.

Если бы одаренные имели возможность подпитываться магией Бездны без последствий для себя, подозреваю, что она могла бы стать бесконечным источником энергии. Каждая клеточка моего тела ощущала эту могущественную силу, и потенциал ее казался воистину огромным.

Скептически я относился к легендам о том, что мои многочисленные предки были способны поглощать ее, аккумулируя в собственную. Скорее, она изнутри разорвала бы их на части при первой же попытке обуздать. Просто вокруг умелых воинов во все времена собиралась толпа лощеных сказителей, бардов и прочих подлецов, которые с изяществом извращали мужество, решительность и упорство достойных людей ради звонкой монеты. Людей, всего лишь верно исполняющих свой долг и даже не всегда задумывающихся о том, как все это выглядит со стороны.

Вблизи Бездна представляла собой уходящую глубоко под землю яму, дна которой отсюда было не видать. Говоря простым языком, дыру в земле на несколько десятков километров, края которой осыпались и расширялись с каждым годом, но только во времена Моров. Тогда, когда всплеск исходящей из ее недр энергии становился особенно концентрированным. Твари из глубин эпицентра начинали проявлять наибольшую активность, агрессивность. Вылезали на поверхность, исчисляясь тысячами. Сотнями тысяч, и представляли реальную опасность не только для жителей Российской Империи, но всего человечества.

В настоящее время разрушение прекратилось. Или же приостановилось до той поры, пока не наступит следующий Мор. Сейчас исследователи лишь сыпали догадками направо и налево, когда он начнется вновь, и начнется ли вообще.

— Готов? — с озорной улыбкой поинтересовалась у меня Алиса, будто бы мы на светский вечер собирались, а не в пекло к алчущим нашей плоти тварям.

— Да, — последовал мой предельно лаконичный ответ.

— Спуск будет крутой, но первый уровень находится не так далеко, как кажется. На поверхности восприятие глубины немного искажается. Достигнем границы пересечения — сам поймешь.

— Хорошо.

— Тогда давай на счет три. Ра-а-аз… — с улыбкой начала она отсчет.

Как по-детски. Понимаю, что опытная сестрица хочет заранее подготовить меня к спуску, но теория — это одно, а вот восприятие — совсем другое. От вида бездонной ямы передо мной невольно захватывало дух, и избавиться от этого щемящего сердце чувства хотелось поскорее.

Поэтому я просто взял себя в руки, подошел к краю Бездны и начал спускаться вниз по вбитой кольями в землю веревочной лестнице. На вид она казалась довольно хрупкой, но это было обманчиво — как-никак подобные лестницы тут годами находятся и ничего с ними не происходит.

Немного погодя Алиса присоединилась ко мне. Скрежет ее доспехов и металлический лязг сапогов эхом отдавался от стен.

Чем ниже мы спускались в Бездну, тем сильнее расширялся проход. Лестница уже не соприкасалась со стеной дыры, а свободно висела в воздухе.

— Сейчас пересечем границу, — сообщила мне сестра.

И после ее слов мои ощущения от нахождения здесь, в самом деле, претерпели некоторые изменения.

Сначала я обратил внимание на перепад температур. Небольшой, всего градуса на четыре, но резкий. Настолько резкий, что не заметить его было невозможно.

Затем немного закружилась голова. Похожее чувство испытываешь, когда резко вскакиваешь с кровати, не до конца еще опомнившись после сна. Легкое помутнение с пляшущими перед глазами черными пятнами.

— Немного осталось. Чуть-чуть совсем, — подсказала Алиса, уловив мое состояние и истрактовав его по-своему, но, как ни странно, особого дискомфорта я пока не ощущал. Скорее, замешательство и желание поскорее достичь плоской поверхности.

Проход продолжал расширяться с каждой ступенькой, превращаясь в просторную пещеру. По крайней мере, из-за сгущающейся темноты я не видел ни давящих по сторонам стен, ни потолка.

Но вот ноги мои наконец достигли дна, и я спрыгнул на твердую поверхность. Сестрица спрыгнула с лестницы следом за мной.

— Первый уровень! — торжественно провозгласила Алиса, вскинув обе руки в воздух. — Ну и как ощущения?

— Нормально…

Набрал в грудь побольше затхлого воздуха и резко его выдохнул в попытках привести в порядок мысли, разбежавшиеся из-за разницы магического воздействия.

Бывало и похуже. Скоро приду в норму. Все же к этим всем ощущениям сложно подготовиться вот так сразу.

Чтобы совместить краткую адаптацию с пользой, вызвал магический огонек и подвесил его в воздухе над нашими головами. Обычно этот огонек работал с куда большей эффективностью, но здесь густая тьма поглощала слишком много света. Не придумал ничего лучше вызова еще трех «светлячков», которые направил по сторонам от нас на расстояние пары-тройки метров.

— Да, прямо как в заднице, согласна, — выдала сестрица, нисколько не стесняясь своих дурных манер.

Не удивлюсь, если в компании гвардейцев она не только в рейды спускалась, но и вечера коротала за кружкой пива и игрой в кости. Вот тогда-то и нахваталась выражений, от которых приличные барышни с раскрасневшимися от стыда щеками начинают судорожно обмахиваться веерами или же демонстративно терять сознание. Алиса к их числу явно не относилась. По понятным причинам.

Если вернуться к изучению первого уровня Бездны, то я почувствовал что-то сродни… разочарованию? Может, потому что в моих снах она выглядела совершенно иначе. Более зловеще, что ли? Хотя почему я был так уверен в том, что плоды моей фантазии будут иметь хоть какое-то отношение к реальности?..

— Раз уж наши бойцы всё еще удерживают третий уровень, то верхние должны быть чистыми, — словно бы прочитала сестра мои мысли. — Впрочем, тут нельзя быть никогда до конца уверенным.

— Как будто они удерживают его в одиночку, — буркнул я под нос и направился дальше, во тьму, не забывая увлекать магические светильники за собой. — Зная, сколько тут собирается охочих до ресурсов со всей Империи…

— Ты сам видел, на какое расстояние простирается эта клоака, — поравнялась Алиса со мной. — У каждой твари есть свой ареал обитания, дальше границ которого они редко заглядывают. Соответственно, если мы зачистили зону вблизи конкретно нашего спуска, до остальных нам нет никакого дела. Пусть высокородные, откусившие лакомые кусочки от наших земель, сами разбираются с зачисткой зон на своей территории.

— А если… новый Мор? — зачем-то спросил я, хотя нередко уже задавался этим вопросом, тут же на него отвечая: мы не станем рисковать своими жизнями ради тех, кто лишил нас всего.

— В таком случае предложила бы поставить им условие, — исказила лицо Алисы презрительная гримаса. — Окажем содействие в его завершении, как только они вернут нам земли обратно. Я не собираюсь бороться за то, что нам не принадлежит. А что насчет тебя?

— Хорошая мысль, — согласился с ней.

И всё же, даже будучи в опале, мы оставались подданными Его Императорского Величества. Проигнорируй его прямой приказ взяться за оружие, и следующий шаг сделаем уже на эшафот. Не в том мы сейчас находились положении, чтобы ставить кому-либо условия. Выбор без выбора — либо смиренно отдать свои жизни в борьбе против демонических тварей, либо с позором положить голову на плаху.

Меня не устраивал ни один из вариантов. И тем не менее остаться в стороне я просто не смогу — не для того столько поколений нашего рода проливали здесь кровь, чтобы наше поколение просто отошло в сторону и позволило тварям прорваться дальше наших земель.

— Если ускоримся, то меньше чем за час на второй уровень спустимся, — снова принялась вводить меня Алиса в курс дела. — А там еще около пары часов до третьего. Лагерь мы вряд ли пропустим. Но если они смогли продвинуться без меня дальше, лично за такие вольности Игорю Владимировичу предъяв…

— Стой, — скомандовал я, выставив руку перед сестрой и вынуждая ее замереть на месте. — Прислушайся.

К тишине, давящей до недавнего времени на барабанные перепонки со всех сторон, в какой-то момент примешалось нечто еще. Какое-то… клацанье. Будто по застывшей под нашими ногами земле методично постукивали чем-то острым. Или по стенам. Не разобрать.

Алиса, не обделенная рейдовым опытом, сориентировалась куда быстрее меня. Сделала широкий шаг вперед, закинула руку за спину и плавным движением извлекла древко молота из крепежа.

— Ты, кажется, говорила, что этаж зачищен, — припомнил ее же слова. — Тогда что?..

— Не знаю, — мотнула сестра головой. — Но на всякий случай лучше бы тебе распечатать свои магические штучки и держаться поближе. Ты ведь помнишь, о чем мы условились? Не лезь вперед меня.

Повторять второй раз было не нужно. Прокрутил кольцо на среднем пальце печаткой к ладони и высвободил тем самым меч, рукоять которого обхватил покрепче.

Неужели первая встреча с порождением Бездны состоится так скоро? Я ведь должен был ощутить страх. Рациональный страх человека, который впервые увидит монстра на расстоянии вытянутой руки.

Но… предвкушение возобладало над всеми прочими чувствами. Руки слегка дрожали, но не от страха, а от желания сразиться с тварью, порожденной этим местом. Испытать те же ощущения, что я чувствовал в своих снах. Сделать их реальными.

— С какой стороны? — осведомился у сестры.

— Не могу разобрать, — поморщилась та, напрягая слух. — Из-за эха будто бы отовсюду сразу.

Тогда я развернулся, и мы с Алисой встали спиной к спине. Магические светильники заморгали, и виной тому наверняка стала повысившаяся концентрация демонической энергии, вступившей в конфликт с моей собственной.

Тем временем клацанье становилось всё отчетливее, а вместе с ним пропорционально повышалась и температура воздуха. А еще это утробное рычание…

— Похоже на гончую, — громко прошептала сестра, озираясь по сторонам. — Огненная форма. Почти уверена.

— Так «почти» или «уверена»?

— Чувствуешь, как потеплело резко? Это из-за энергии, что излучает ее туша. Если повезет, на ровном месте огненным кристаллом обзаведемся. Еще и по выгодному курсу…

Не самая хорошая идея делить шкуру неубитого медведя прямо сейчас, когда она даже на глаза нам еще не показалась. Пусть заботы управителя поместья я по возвращении целиком и полностью взвалил на собственные плечи, но от прежних замашек сестрица могла избавиться еще не скоро.

— Слева… — выдохнул я, обхватив рукоять меча до побелевших костяшек.

Потому что из густой темноты показалась чья-то когтистая мохнатая лапа. Затем еще одна, и вот глазам нашим наконец-то предстала тварь, с идентификацией которой Алиса не ошиблась ни на йоту. Огненная гончая. Такая же, как на иллюстрациях в бестиарии.

Габаритами своими она превосходила среднестатистических представителей собачьих раза в два. По всклокоченной черной шерсти бегали огненные прожилки, зловеще поблескивающие во мраке, а клыкастая морда перекосилась в хищном оскале.

Немного погодя, стоило нам принять боевую стойку, из темноты выступили еще две гончие. Чуть менее крупные, чем первая, но такие же озлобленные и готовые к прыжку.

— Всего три, — усмехнулась Алиса, но я заметил, как дрогнул ее голос.

Раньше она никогда не спускалась сюда без гвардейцев, и мое присутствие нисколько не умаляло тяжести сложившегося положения. Даже сегодня она решилась на спуск лишь потому, что слепо была уверена в чистоте нижних этажей. А потом пришли неожиданные гости, и ее героический план накрылся медным тазом.

Все это читалось в ее движениях и мимике лица.

— Какие-то они полудохлые совсем, не находите, Ваше Светлейшество? — внезапно раздался уже знакомый мне бархатистый голос, и почти сразу я почувствовал тяжесть руки, что легла на плечо. — Вот в мое время…

Но стоило мне буквально на секунду переместить взгляд на взявшегося рядом со мной из ниоткуда беловолосого мужчину, как гончие с воем бросились к нам. Сосредоточиться сейчас нужно было на чем-то одном, и, разумеется, я выбрал то, что, на мой взгляд, представляло большую опасность.

Сделал шаг к тварям. Так… устойчивая стойка.

— Мне они по зубам! — рявкнула Алиса, стеной вырастая между мной и порождениями. — Сзади держись, сказала же!

Взмах массивного молота, легкого как пушинка в руках сестры, и центральная псина с жалобным визгом улетела в сторону. Мне даже показалось, что она обиженно посмотрела нам вслед, так как совсем не ожидала подобного.

Нет, не думаю, что это конец. Здешние создания подпитываются самой энергией Бездны, а потому избавиться от них не так-то просто. Чего только стоили уже полуразложившиеся, но всё еще опасные и агрессивные порождения, встреченные некоторыми авантюристами. Просто ходячие трупы, которые, тем не менее, казались живее всех живых.

Следующий удар молота так и не настиг свою цель. Гончая ловко увильнула в сторону, но Алиса вовремя успела выставить перед собой древко, в которое псина вцепилась зубами.

Однако третья из тварей нацелилась уже на меня. Оттолкнулась всеми четырьмя лапами, совершила высокий прыжок над головой сестры и уже распахнула слюнявую пасть перед моим лицом.

Меч я держал наготове, а потому вовремя сделал шаг назад и полоснул порождение по морде. Впрочем, оставив на ней всего лишь царапину, а ведь тренировочный манекен я бы таким ударом разрубил. Приземлившись напротив и покачнувшись, гончая вперила в меня свои маленькие злобные глазки и уже через мгновение снова кинулась в атаку.

Как и любая собака, метила она в шею. Пыталась подобраться как можно ближе, чтобы вцепиться в глотку, и я старательно сдерживал ее натиск, мечом отбиваясь от клыков. Но этого было недостаточно. Мое оружие никак не могло пробить густую с огненными прожилками шкуру, а мягкий живот хитрая тварь под удар не подставляла. Однако если намеренно открыть шею и поднырнуть, то возможность пройтись по ее животу представится.

— Слишком долго возитесь, вам не кажется? — подал голос рогатый тип, присутствие здесь которого уже совершенно вылетело у меня из головы. — Направить энергию в лезвие, укрепить его и снести псине башку, всего делов-то. Эх, ну детский же сад…

Краем глаза я заметил, что этот пижон никуда не исчез, а внимательно наблюдает за мной. Наблюдает, сидя неподалеку на ближайшем крупном валуне и закинув одну ногу на другую с видом, будто сидит в шикарном кресле.

Это не галлюцинация?..

— Энергия с поверхности для них практически безвредна, — процитировал я заученную еще на занятиях аксиому. — Только силы впустую потрачу.

— Ваша энергия, — сделал он акцент на первом слове, — совсем иного рода. Просто попробуйте! Что же вам мешает?

Отразил очередной наскок клыкастой твари и, была не была, решил воспользоваться советом эфемерного незнакомца. Направил поток внутренней силы в оружие, отчего клинок окутало слабым багровым сиянием от рукояти до острия.

Взмах!..

Один-единственный взмах, и туша огненной гончей, с отделенной слюнявой башкой, рухнула на землю. Всё еще скалящая зубы голова приземлилась рядом и медленно покатилась в сторону рогатого франта.

— Красивое… — с широкой ухмылкой окинул незнакомец отрубленную голову твари ласковым взглядом. — Можете ведь, когда захотите, Ваше Светлейшество. Ни капли вот в вас не сомневался!

Но рано нам еще было победу праздновать.

Парочка изрядно побитых, но всё еще живых гончих, оскалившись, подступали к Алисе с обеих сторон. Сестра лихорадочно переводила взгляд с одной на другую, не в состоянии определиться, с какой из них начать. Вернее, продолжить. Поэтому с выбором ей пришлось помочь.

С прежней интенсивностью продолжая подпитывать меч энергией, сократил расстояние с правой тварью и обрушился на нее, пока та еще не успела опомниться. Лезвие вошло в ее разгоряченную плоть легко, как нож в масло. Всё потому, что прочность и режущая способность относительно недорогого оружия теперь с лихвой компенсировались вложенной в него силой, непрерывным потоком исходящей от меня.

Ну а со второй гончей сестра расправилась уже сама. За неимением отвлекающих факторов умудрилась парой-тройкой ударов молота размозжить порождению череп и с победной улыбкой повернуться ко мне.

После такого они уже вряд ли восстанут из мертвых даже под влиянием магии Бездны.

Лицо Алисы покрывали брызги крови, но, к счастью, не ее собственной. Такие выводы я сделал, пробежавшись взглядом по сестрице с головы до ног.

И вот тут, стоило ей взглянуть на гончих, отправленных на тот свет моей рукой…

— Это… как ты?.. — испустила Алиса удивленный вздох, а затем снова перевела взгляд на меня. — Признаю, с оружием ты, и впрямь, управляться научился. Внешность… бывает весьма обманчива.

Медленно, словно во сне, она двинулась к твари с отрубленной головой, явно не доверяя своим глазам.

Возле того трупа всё еще сидел рогатый тип, но никакого внимания сестра на него не обратила. Проигнорировала напрочь. Выходит, его, в самом деле, видел лишь я. Но если это не галлюцинация и не жалкий придаток моих кошмарных снов, тогда… что?

Наши с незнакомцем взгляды пересеклись, и ровно в тот же момент псина с проломленным черепом снова начала подавать признаки жизни. Захрипела, шевеля высунутым языком, и засучила лапами по земле.

Лучше уж добить, чтобы наверняка.

С такими мыслями поднял меч и, возобновив подачу энергии, вонзил его в макушку гончей, пробивая насквозь.

И когда я уже собирался вынуть оружие, сгусток неопознанной мною темной энергии устремился от твари вверх по клинку. С расширившимися глазами я наблюдал за тем, как сгусток подобрался к моей правой руке… полностью растворяясь в ней.

Татуировка.

От запястья до плеча я ощутил легкое, теплое покалывание, и лишь сейчас вспомнил о неизвестно откуда появившемся на руке узоре еще с утра. Немного задрал рукав, чтобы увидеть его, охваченный красноватым сиянием…

— Занимательно, не правда ли?

Обладатель пары загнутых назад рогов с хитрой ухмылкой выглянул из-за моего плеча, вынудив меня резко опустить рукав.

Нет, быть этого не может…

Чтобы спустя столько лет слухи о моей возможной одержимости наконец-то подтвердились?..

— Одержимость звучит как-то слишком вульгарно, — будто бы прочел демон мои мысли. Или, правда, прочел. — Термин, придуманный бестолковыми святошами и не имеющий ничего общего с действительностью.

Обойдя тушу огненной гончей и встав передо мной, рогатый прижал согнутую в локте руку к груди и отвесил почтительный поклон.

— Можете звать меня Кайрос, Ваше Светлейшество. Бывший лорд тринадцатого уровня Бездны, а ныне… — растянул он губы в клыкастой улыбке, — …ваш покорнейший слуга.

Глава 6

Ослаблять внимание после победы над тремя жалкими псами не стоило. Напротив, следовало держать ухо востро, раз уж твари начали самовольно стекаться на зачищенные нашими гвардейцами зоны со стороны.

Алиса была права. Я и сам припоминал, что порождения Бездны крайне редко пересекают границы своего ареала обитания. Либо наши люди неосмотрительно пропустили эту тройку огненных гончих, либо твари пришли сюда со стороны, что более вероятно. Но тогда по какой причине?..

— Вам совсем необязательно думать думы в гордом одиночестве, Ваше Светлейшество, — снова заговорил со мной демон, вышагивающий рядом со сложенными за спиной руками. Вот только почему я не могу избавиться от ощущения, что он издевается, используя такую манеру речи? — Знания приходят с опытом, ну а опыта вам пока явно недостает. То ли дело я, один из могущественных лордов, проживший в Бездне не один век…

Сестра не видела и не слышала этого важного щёголя, а потому и диалог с ним вести было бы глупо с моей стороны. Подумает еще, что умом тронулся под влиянием магии Бездны. Это действительно случалось время от времени с теми, кто спускался сюда, но быть в числе бедолаг, отправленных на принудительное лечение, не хотелось.

— Так вот вы какой, Влад Николаевич?.. Подло с вашей стороны. Гнусно, — покачал Кайрос рогатой головой. — Сначала, значит, взашей меня гоните при первой же встрече, а теперь, подумать только, демонстративно игнорируете! А я ведь из лучших побуждений, я от всей души…

Я повернул к нему голову, уставившись на демона в упор, а затем легким кивком указал на Алису, которая двигалась впереди с молотом в руках.

— А-а-а… вот, в чем дело! — звонко щелкнул демон пальцами. — Желаете сохранить мое существование втайне. Наш общий ма-а-аленький секрет? — кокетливо подмигнул он и осклабился, демонстрируя свою клыкастую улыбку. — Так это же проще простого! Я способен прочесть ваши мысли, — заговорщицки прошептал тот, склонившись над моим ухом прямо на ходу, — но лишь те, которые вы сами позволите мне прочесть, Ваше Светлейшество.

Еще и в голову мою проникнуть напрашивается. Ни стыда, ни совести у чел… демона.

Хотя, чего я вообще ожидал от демона? Того, что лорд с тринадцатого этажа Бездны, коим он представился, в самом деле станет служить мне верой и правдой? С чего бы ему это делать, спрашивается? Вот так, вероятнее всего, в роду Морозовых и становились одержимыми. Оттуда у мерзких слухов ноги и растут… Печально, раз так.

— Вы сомневаетесь, Влад Николаевич, но это нормально! — попытался обнадежить меня рогатый. — Будь я на вашем месте, тоже тысячу и один раз подумал бы, стоит ли открываться очаровательному незнакомцу, которого видишь второй раз в жизни. Каюсь! Смешное какое слово…, но каюсь, — чуть тверже повторил он, — что возможности навестить вас раньше мне не представилось. Ваша инициация, как нового главы рода Морозовых, состоялась лишь вчера, а потому бренная моя душа с момента смерти Николая Павловича скиталась в вечной пустоте, ожидая нового преемника вашего древнего рода. Как видите, мне и самому пришлось тяжко, но кого это волнует?..

«Николая Павловича?.. При чем тут мой отец?» — промелькнула мысль, но вслух я ничего не сказал.

— Вот как знал, что с этого стоило начинать! — расплылись губы Кайроса в жеманной улыбке. — Тогда мне следует исправиться и немедленно…

— Что-то ты притих совсем, — обернулась ко мне Алиса, что заставило демона моментально заткнуться и стрельнуть в мою сестрицу осуждающим взглядом. — Всё хорошо? Держишься?

— Да, вполне, — кивнул сестре и, ободряюще мне улыбнувшись, она отвернулась.

— Женщины… — тут же закатил глаза лорд демонов. — Лишь бы языком почесать. Ну так вот, насчет Николая Павловича! — продолжил он рассказ в прежнем тоне. — Еще три поколения тому назад глава рода…

— Слушай, Влад, — снова обратилась ко мне Алиса, и на этот раз Кайрос одарил ее таким уничтожающим взглядом, что им вполне можно было дыру прожечь насквозь. Впрочем, хорошо, что этот демон хотя бы не продолжал болтать, а то слушать сразу двоих было бы невозможно. — Раз уж ты собрался взять хозяйственные вопросы поместья на себя… могу ли я теперь примкнуть к нашей гвардии официально? Просто… я понимаю, что принесу намного больше пользы, если стану сопровождать их в каждом рейде, а не выборочно, как сейчас.

— Нет, — сказал, как отрезал, я, строго посмотрев на нее. — Еще мне для полного счастья не хватало, чтобы родная сестра сменила платье на доспехи. Лучше бы замуж рвалась так, как в Бездну.

— Ясно, — резко отвернулась она. Перекинула древко молота из одной руки в другую и обратно. — Не стоило и спрашивать…

Говорит так, как будто я мог бы дать положительный ответ на подобную дикость.

Пусть мы сейчас в критическом положении, но исконно дамские увлечения сообразно ее статусу, такие как музицирование, танцы и вышивание, обеспечили бы Алисе лучшее будущее. И более безопасное. Я был уверен в этом.

Выдавать сестрицу за первого встречного, разумеется, не собирался. Пусть сама подберет избранника себе по сердцу. Однако на данный момент ее удачный брак обеспечил бы нас как минимум одним ценным союзником из числа высокородных, а один — уже лучше, чем ничего.

— Ну а теперь-то мы можем вернуться к презабавнейшей истории, которую вы так хотели услышать? — никак не унимался Кайрос.

«Истории о том, как одного из высших демонов превратили в шестерку моего рода?» — улыбнувшись уголками губ, передал ему свои мысли. Нечего миндальничать с демонами.

— Шестерку?! Как же грубо и непочтительно Ваше Светлейшество отзывается о своем наставнике…

«Понятия не имею, откуда ты взялся, но если во времена твоего наставничества мой отец погиб, а род предали огню, то лучше бы ты не возвращался вовсе».

— Но… — притормозив, выставил демон указательный палец.

Я тоже остановился и обернулся, чтобы окинуть бесцветным взглядом застывшего со вскинутым пальцем лорда. Создавалось впечатление, будто он силился подобрать нужные слова, хотя верить в его версию затронутых событий, какой бы она ни была, я заведомо отказывался.

И вообще, род Морозовых с самого основания славился своими демоноборцами. Доблестными героями, благодаря которым завершился десяток Моров, не дав им разрастись до опасных масштабов. С какой же тогда стати моим предкам понадобилось «одомашнивать» одного из демонов-лордов вместо того, чтобы прикончить его на месте?

Может, моя задача, как наследника, напротив, состояла в том, чтобы не поддаваться его сладким речам? В это бы я поверил с большей вероятностью — этакая тренировка воли.

— Я тоже что-то слышу, — интерпретировала сестра мою минутную заминку по-своему. — Там, впереди.

А вот теперь услышал и я. Звуки лязга металла, чьи-то голоса. Приглушенные, но вполне узнаваемые.

— Это они, Влад… — похоже, сумела Алиса различить среди голосов знакомые. — Это они! Игорь Владимирови-и-ич!.. — с молотом наперевес бросилась сестрица вперед.

Ну а мне оставалось лишь кинуться за этой дурёхой следом, на бегу проворачивая кольцо-печатку и высвобождая артефактный меч.

Никакой воинской дисциплины, никакой тактики — сразу в пекло. Вот потому-то я и не собирался мириться с вылазками сестры в Бездну. Никогда не узнаешь наперед, чем закончится для нее любая из последующих. Молот-то она держать в руках научилась и в бою более чем сильна, а голова ей на плечах, видимо, чисто для красоты.

Кайрос испарился так же быстро, как появился, но я этому факту нисколько не огорчился. Пусть сидит там же, откуда вылез. Дальше я справлюсь и сам.

Магические огоньки подсвечивали нам дорогу, а звуки напряженного боя тем временем становились всё ближе и ближе.

Наконец где-то вдалеке показался свет, и мы с Алисой ускорились, двигаясь аккурат по направлению к освещенной факелами каменной площадке. Но когда приблизились к ней настолько, чтобы целиком охватить взглядом… пришлось задрать голову еще выше, дабы оценить мощную тварь, с которой не посчастливилось столкнуться обоим нашим отрядам.

Сперва нашим отрядам, а теперь еще и нам самим.

Огр… Это определенно был огр. Порождение Бездны метра четыре в высоту с горами бугристых мышц и парой массивных изогнутых рогов. Торс его был обнажен, а защитный доспех состоял из латной юбки со следами коррозии, шипастых наплечников и наручей.

Как раз таки разумными демонами, известными как лорды, эти громилы и создавались для защиты своих территорий. Никто не встречался с ними выше, чем на десятом уровне. Но какого… какого тогда черта эта тварь могла забыть здесь, на первом?!

Далеко не все наши люди были подготовлены к такому приему. Я уже заметил хаотично разбросанные по земле тела в залитых кровью доспехах.

Живы еще или?..

Нет, потери будем подсчитывать после того, как разберемся с этой громадиной. Чем дольше медлим, тем сильнее возрастет их число.

Огр буйствовал, и одного его замаха хватало, чтобы нанести смертельный удар. Смять броню, как консервную банку, а заодно и ребра. Попадаться нельзя, но его грудь открыта! Если как следует разбежаться и вонзить меч в прыжке…

И тут посреди всего этого хаоса я поймал на себе ошарашенный взгляд Игоря Владимировича Ковалева — наставника наших бойцов. Он бился с образиной в первых рядах, но обернулся, скорее всего, привлеченный светом моих магических огней.

— Ваше Светлейшество?.. — сумел я прочитать по его губам, но этой заминки хватило, чтобы мужчина буквально на пару секунд утратил бдительность.

Размашистым ударом шипастого наруча огр смел гвардейца с ног, отчего тот прочертил несколько метров по земле, выронил меч из рук и замер.

— Игорь Владимирович! — завопила Алиса, уж, было, кинувшись наставнику на выручку.

Но вторая лапища прямо на наших глазах схватила другого неосмотрительного бойца, подобравшего к твари слишком близко, а затем смяла и отбросила в сторону, как тряпичную куклу.

Твою мать…

Я покрепче обхватил рукоять меча и в этот момент почувствовал… не страх, а удивительное спокойствие. Будто бы видел эту тварь не впервые в жизни, а уже множество раз отправлял таких, как она, на тот свет.

Между мной и порождением Бездны всё еще стояла сестра. Заслонила меня собой, чтобы в случае чего удар пришелся по ней, а у меня появилась возможность уклониться. Вот же дурочка…

— Отойди, — рыкнул на Алису, и та медленно повернула ко мне побледневшее лицо. Покачала головой. — Отойди! — пришлось рявкнуть уже в голос, добавляя в него силу, что ощущалось в воздухе вибрациями. И лишь тогда она словно вышла из ступора, подчиняясь словам главы рода. Сделала шаг в сторону, пропуская меня вперед.

И я сорвался с места.

Стремительно сокращая расстояние с громилой, установил магическую связь с мечом и направил в него столько энергии, сколько смог, чтобы при этом быть способным стоять на ногах и держать его в руках.

Прыжок с замахом!

Стиснул челюсти от натуги, вкладывая в удар все оставшиеся у меня силы…

Но, несмотря на приложенные усилия, в твердую, как камень, плоть вошел лишь кончик острия. Скользнул вниз, проделав в грудине огра неглубокую борозду, а вместе с мечом на землю упал и я. Прямиком под ноги этому демоническому отродью.

Зараза… Недостаточно, значит?!

Увидел, как огр замахнулся на меня ногой, но среагировать на его выпад успел. Выставил меч перед собой, усилив его в последнюю долю секунды и… в момент удара все же не смог удержаться на месте. Тело обожгло волной боли и, кажется, на несколько секунд я потерял сознание, так как пришел в себя уже лежа на земле метрах в пяти от этой мускулистой туши.

За это время он уже потерял ко мне всякий интерес и снова переключился на гвардейцев.

На моих людей, которые отчаянно продолжали сражаться.

Сделав над собой усилие, поднялся на негнущихся ногах. Тряхнул головой, которая по ощущениям превратилась в один сплошной синяк, и снова стиснул покрепче рукоять меча.

Я всё еще держал его в руках. Удивительно, но держал.

— Вот и молодец… — раздался за моей спиной бархатистый голос Кайроса, после чего на мои плечи легли его изящные когтистые пальцы. Совсем невесомые, но исходящую от них энергию я ощущал даже сквозь металлические наплечники. — А теперь… почему бы нам не попробовать кое-что новенькое?

Сейчас в голосе демона уже не слышались озорные нотки, как прежде. Лорд с тринадцатого этажа казался предельно серьезным, собранным и хладнокровным. Будто бы сменил одну ипостась на другую. Снял наконец маску и показал свое истинное лицо.

— Энергия Бездны, что ты поглотил не так давно… чувствуешь ее? — прошипел демон мне на ухо. — Она так и бурлит в твоих энергетических потоках. Вязкая, тягучая аки смола…

Звуки боя для меня слились в один приглушенный и неразборчивый гул, когда я попытался сосредоточиться на магии, поглощенной новообретенной печатью.

И я, действительно, почувствовал ее. Этот темный сгусток чужеродной силы, перекатывающийся во мне. Такой густой и мерзкий, что захотелось от нее тут же избавиться.

— …бежит по энергетическим каналам. Требует, чтобы ее высвободили…

Эта скверна, а назвать ее иначе я не мог, делала попытки слиться с моей изначальной энергией, но тщетно. Слишком уж сильно различалась их природа, однако магии Бездны это не мешало пробиваться в самую глубь каналов, вытеснять мою собственную и резонировать с телом.

— Так высвободи же ее, — продолжал подначивать меня Кайрос, и голос его эхом отдался в моих ушах. Сейчас мы словно делили один разум на двоих. — Высвободи, и пусть эта тварь захлебнется в ней. Покажи, кто тут главный. Покажи… где… его… место.

Я сам потянулся к этой чуждой мне силе. Позволил ей охватить меня целиком. Поглотить.

А затем выпустил из недр на поверхность!.. и она поддалась.

Одному лишь моему зову.

Нет, никогда прежде я не ощущал себя настолько живым! Настолько целостным, свободным и сильным, как в этот самый момент. Стать не просто единым со столь разрушающей энергией, а сделать ее частью себя самого.

Эйфория…

***

Сначала Алисе показалось, что брата контузило.

Отбиваясь от наседающего на бойцов огра и не имея возможности прийти Владу на помощь, девушка мысленно проклинала себя за слабость. Ей оставалось лишь как-то достучаться до него, докричаться, но он будто бы не слышал ни слова. Просто стоял поодаль с мечом в руках, приоткрыв рот и остекленевшим взглядом уставившись перед собой.

В какой-то момент даже неодаренная Алиса почувствовала, что в воздухе что-то изменилось. Словно он стал более вязким, насыщенным, приторным.

Тогда, уличив драгоценную секунду, девушка вновь обернулась к брату… и едва не выронила молот из дрожащих рук.

Всё тело Влада теперь охватывало нечто, напоминающее черное пламя, тронутое тенью. Языки этого пламени жадно облизывали парня с ног до головы, но на лице его сияла довольная улыбка. Резко распахнувшиеся глаза сверкнули алыми всполохами, и вот он ринулся на огра…

Бойцы едва успели броситься врассыпную, когда глава рода Морозовых обрушился на порождение Бездны черным смерчем, причем в самом буквальном смысле. Меч в его руках двигался с поистине ужасающей скоростью, кромсая тварь вдоль и поперек. С легкостью врезаясь в плотные мышцы, поднимая в воздух фонтаны крови и орошая этим кровавым дождем гвардейцев.

— Влад… — прошептала Алиса, едва шевеля губами и испуганно пятясь. Лицо ее исказила гримаса страха, смешанного с непониманием. Она толком и уследить за движениями брата не могла, не то чтобы помочь.

Шесть лет назад из их поместья уехал смиренный, ничем не выдающийся мальчишка, который и оружия-то в руках никогда не держал в отличие от боевитой старшей сестры. Но теперь…

Когда здоровенная туша огра с ревом начала заваливаться набок, парень всадил ей меч в область сердца аж по самую рукоять и рухнул вместе с демоническим отродьем, поднимая в воздух густые клубы пыли.

Эта пыль ограничивала поле зрения Алисы до расстояния вытянутой руки, а потому девушка попыталась добраться до брата на ощупь, то и дело натыкаясь на бойцов. Таких же изумленных, испуганных и вымотанных, как она сама.

Но отыскать Влада девушка смогла лишь тогда, когда пыль окончательно рассеялась.

Он стоял на огре сверху. Руки его всё так же сжимали рукоять меча, торчащего из груди поверженного порождения Бездны, а черное пламя, охватившее тело парня, с тихим шипением постепенно растворялось в воздухе, будто иллюзия.

— Влад?.. — нерешительно окликнула брата Алиса, и вот он обернулся к ней, наконец-то плавным движением высвободив клинок из плоти чудовища.

Затем молча развернулся, спрыгнул на землю и приблизился к девушке.

— Я победил, — заиграла на его губах слабая улыбка, и с той же улыбкой Влад, покачнувшись, рухнул на землю.

Глава 7

Столп яркого красного света бил в небо, окрашивая его в алые тона. Затмевая собою солнце. Магические светильники, повисшие над нашими с бойцами головами, моргали совсем как в недрах Бездны, пусть и находились мы сейчас на поверхности. Я был уверен в этом.

Вот я обернулся к гвардейцам, что стояли впереди всех. Сотням, тысячам солдат, не признавая ни одного из них в лицо. Пушечное мясо, отправленное на убой порождениям Бездны с легкой руки Императора, только и всего.

Эти мысли принадлежали не мне, нет. Я оказался здесь впервые. Они принадлежали главному герою моего очередного кошмара, в чьем теле мне приходилось пребывать на этот раз.

— Славные мужи и девы, рожденные и взрощенные на землях Российской Империи! — обратился я к войску, и голос мой громовым раскатом разнесся по окрестностям. — Вам страшно! Я чувствую этот страх, как свой собственный, но храбрость — это не отсутствие страха, а умение превозмочь его! Если воля ваша сильна, а рука тверда, даже демона можно заставить ощутить вкус пепла во рту! Так заставьте же их подавиться им, и с мольбами о пощаде отправиться туда, откуда они вылезли! В Бездну!

— В Бездну! — хором вторило мне войско, вскинув в воздух руки, крепко сжимавшие мечи, молоты, боевые топоры, палицы…

«Лишь десятки вернутся домой, если нам повезет закончить все сегодня. И то калеками… — промелькнули в моей голове чужие мысли. — Но война — это война, а за мир всегда приходится расплачиваться кровью».

— Ваше Светлейшество, — на гнедой лошади подъехал ко мне закованный в латы мужчина и с поклоном вручил свиток, запечатанный сургучной печатью с гербом имперского рода Романовых.

Незамедлительно разломив печать и развернув послание, я пробежался глазами по смазанным буквам. Но, не поняв при этом ни слова из написанного, тут же сжал бумагу в руках до хруста и плотно стиснул челюсти.

«Будет исполнено, Ваше Императорское Величество…»

— Идут! — внезапно раздался в первых рядах взволнованный крик.

— Спаси и сохрани, спаси и сохрани… — принялся кто-то другой поспешно молиться, и я медленно повернулся, узрев надвигающуюся на нас орду собственными глазами.

Полчища демонов самых разнообразных видов и мастей, с первого по нижний уровни Бездны вперемешку, с ревом неслись на нас. О существовании некоторых из них я не знал до текущего момента, однако человеку, в чьем теле я оказался, все они были прекрасно знакомы.

Вот он выставил перед собой массивный двуручный меч, лезвие которого за считаные секунды объяло черное пламя с налетом тени.

— Пора.

И первыми в бой вступили маги, присутствие которых я обнаружил лишь сейчас. Всё это время они находились на возвышенностях, а теперь метали с них заряженные энергией снаряды, кто на что горазд. Файерболами они пытались нарушить вражеский строй, водяными хлыстами оттеснить первые ряды, а вспышки молний осветили масштабы численно превосходящей армии демонов, приводя человеческое войско в еще больший ужас.

Но стоило отродьям переступить невидимую черту, созданную лишь в моей голове, я с воинственным ревом бросился на них. Черная волна оскверненной энергии сорвалась с кромки меча, разрубая ближайших тварей пополам…

***

Не отрывая головы от колкой подушки, я резко распахнул глаза и устремил взгляд на суконный навес палатки. Слуха моего тут же коснулся мелодичный перебор струн, а после к нему присоединился и знакомый бархатистый голос:

— …поведал бы вам, люди,

О девах прекрасных тех:

На одну по четыре груди,

На попке мягчайший мех.

Вручи ей браслет златой,

И ширму она отдёрнет.

Изящной тогда рукой

Эта дева тебе…

— Не думал, что лорды демонов целые оды гарпиям посвящают, — решил я прервать рогатого на самом интересном месте, и тот в отместку резанул мой слух, брякнув по струнам всей пятерней.

Великий и ужасный Кайрос сидел верхом на вещевом сундуке неподалеку от меня. В руках его покоилась полупрозрачная лира, словно бы сотканная из теней. Еще один нетривиальный, но совершенно бесполезный фокус… на первый взгляд.

— К вашему сведению, не все лорды Бездны стремятся к разрушению, Ваше Светлейшество, — красноречиво намекнул демон, что не входит в их число. — Кто-то из них умеет… и созидать!

— Треньк, — поддакнул ему музыкальный инструмент, сыграв сам на себе безо всяких касаний.

Теперь уже окончательно придя в себя после беспокойного сна, я приподнялся на локтях и внимательно осмотрелся, чтобы понять, где вообще нахожусь и каким образом мог здесь очутиться.

Палатка. Не сказать бы, что просторная, но места для застеленной простыней соломенной подстилки, сундука и стола с парой стульев тут хватило.

Снаружи было темно — в свои права уже вступил поздний вечер или же ночь. Скорее, первое, потому что за пределами палатки слышались неразборчивые голоса, а на землю ложились причудливо танцующие блики костра.

Похоже на наш лагерь у подступов к Бездне. Нет, не просто похоже — это он и есть. Вот только почему?..

Перед глазами замелькали картинки недавно произошедших событий. Внезапная встреча с огром и гвардией, наше сражение… Но последнее, что я помню вполне отчетливо — науськивания Кайроса и ощущение чуждой, оскверненной магии, бегущей по моим энергетическим каналам. А дальше пустота.

— Это всё ты, — глянул я на демона исподлобья, и сперва тот озадаченно принялся озираться по сторонам, будто бы помимо нас в палатке еще кто-то был.

После чего в упор уставился на меня, ткнул себе пальцем в грудь и с искренним недоумением воскликнул:

— Я?!

— Что вообще там произошло? — проигнорировал его вопрос. — Чем всё закончилось? И почему… почему я чувствую себя так, как будто меня вывернули наизнанку?

Попытался подняться, не дожидаясь ответа от рогатого, но голова вдруг резко закружилась. Глаза застелила темная пелена, и пришлось в срочном порядке возвращаться в прежнее положение.

— Переусердствовали вы малость, Влад Николаевич, вот что я вам скажу, — со знанием дела произнес Кайрос. — Огрика мы одолели. Вроде бы, никто даже не помер, но… есть нюанс!

— Треньк, — вновь поддакнула ему лира.

— Я всего лишь любезно помог вам услышать в себе магию Бездны, которая всегда подчинялась вашему роду, и высвободить ее на волю. Однако, боюсь, еще немного и в ход вы пустили бы свои жизненные силы. А вот я, между прочим, крайне заинтересован в том, чтобы вы оставили после себя хотя бы одного наследника, прежде чем отправляться на тот свет. В противном же случае придется нам обняться и весело шагать туда вместе. Хотя, вероятнее всего, я просто впал бы в спячку на пару сотен лет и, возмо-о-ожно, когда-нибудь в последующих поколениях кто-нибудь осмелился бы вновь пробудить меня… Рисковать не хотелось бы. Нет, совсем нет. Да и скучно это, чего уж говорить.

На протяжении всего монолога я слушал демона, часто моргая и не вполне понимая, что за околесицу он несет. Настолько быстро и с чувством он тараторил и проглатывал окончания слов. Тем не менее, ближе к концу общий смысл до меня дошел.

— Значит, ты, в самом деле, служишь моему роду на протяжении многих лет? И я не первый, кому ты явился? Даже… не последний?

— Так и есть, Ваше Светлейшество! — расплылись губы Кайроса в улыбке, и клыки его сверкнули в свете масляной лампы.

— Треньк.

— Тогда рассказывай, — сдвинул я брови. — Всё то, что не успел поведать мне в Бездне. Я слушаю. Три поколения назад глава рода… — припомнил я его же слова, и демон довольно потер руки. Эфемерная лира, сотканная из тени, при этом испарилась в воздухе так, словно ее и не было.

Всё равно пройдет некоторое время, прежде чем мои силы восстановятся. А всему виной магия Бездны…

Неужели я, действительно, сумел подчинить ее себе? Пусть и ненадолго, но любого другого мага она попросту разорвала бы на части. Магия, что приходит наш мир из Брешей, вообще вещь опасная, и если остальные еще сумели как-то обуздать, то Бездна всегда оставалась особенной.

Да и сам я легко не отделался, раз уж на то пошло. Наверное, никогда прежде не чувствовал себя настолько скверно, как сейчас, а ведь в стенах гимназии мне не раз приходилось попадать в передряги.

После рассказа Кайроса, богатого на красочные эпитеты, некоторые вещи мне стали понятны, а какие-то стали вызывать еще больше вопросов.

Если коротко, то разумные демоны Бездны, именующие себя лордами, сами были не очень-то рады истончению грани между нашими мирами. А поскольку вызвали его маги с поверхности, да еще и нагло принялись вторгаться на личные земли лордов, истребляя там всё живое, демоны дали людям жесткий отпор.

Именно человеческая неосторожность в совокупности с жадностью положили начало первому Мору.

Методично, уровень за уровнем, люди истребляли лордов, отвоевывая себе всё больше исконных земель демонов, и род Морозовых при этом стоял в авангарде. Каким-то образом мои предки стали единственными, кто с годами научился усмирять, а затем и поглощать энергию Бездны.

Однако, как оказалось, не все лорды были настроены по отношению к завоевателям одинаково негативно. Был среди них и Кайрос — лорд тринадцатого уровня, который упорно настаивал на дипломатическом решении проблемы. Ему не хотелось воевать и зазря проливать кровь, если была хотя бы призрачная надежда объединиться против общих врагов. Заключить взаимовыгодный союз, ведь на нижних уровнях Бездны точно так же разверзались Бреши с куда более опасными тварями, нежели на поверхности.

Разумеется, за идею заключения союза с людьми лорды единогласно проголосовали против. Более того, за отличную от многих позицию Кайроса вовсе изгнали сперва из совета Инферно, а после и с его же собственного этажа, лишив при этом всех титулов.

Тогда демон решил показаться людям лично, и первым, кто ему встретился, оказался действующий на тот момент глава рода Морозовых. Именно с ним он добровольно заключил договор на служение роду.

По его условиям, Кайрос позволял поглотить себя без боя, по собственной воле, и предлагал любую посильную помощь в завоевании Бездны, но взамен требовал при первой же возможности разрешить конфликт между демонами и людьми миром. Сложить оружие, если представители Инферно сами предложат это.

И пока договор не будет исполнен, лорд с тринадцатого уровня переходит «в наследство» каждому последующему главе рода Морозовых по достижении его совершеннолетия.

— Да будет так! — с жеманной улыбочкой подытожил Кайрос свой рассказ, подпер щеку ладонью и воззрился на меня в ожидании. — Вопросы, Ваше Светлейшество? Как видите, я всегда открыт для конструктивного диалога!

С учетом того, что мне все это рассказывал демон, неудивительно, что я не слишком сильно верил в его слова. Увиденное в кошмарах подсказывало мне: все было не столь радужно, как описывал Кайрос. Так уж и быть, пока примем его слова за основу, а там уже посмотрим, куда это меня заведет.

— Неудивительно… — протянул я, бросая взгляд на резвящиеся от костра тени. — Потому что это в твоих же интересах.

— А как же иначе? Никогда ничего не бывает задаром, Влад Николаевич! — закивал рогатый.

— Ты обязался служить моему роду верой и правдой…

— …и всё еще служу!

— …но не уберег моего отца, — тихо произнес я, опустив голову. — Хранил его в Бездне, но оставил умирать от рук солдат имперской гвардии. Почему?

— Вы, кажется, не совсем понимаете, что я представляю собой после поглощения, Ваше Светлейшество, — склонил он голову набок. — Разве же я могу схватить в руки меч и броситься с ним наперевес? Я не могу даже девку портовую по заднице шлепнуть! Существую одновременно здесь, — махнул демон левой рукой, — там, — махнул правой, — и нигде, — развел он руки в стороны. — Единственная моя задача — наставлять главу рода Морозовых, делиться своим бесценным многовековым опытом и способствовать его продвижению всё глубже и глубже в Бездну, дабы достичь врат Инферно. Ну а политика… признаюсь честно, и на поверхности, и в Инферно она мало чем отличается — бессмысленная и беспощадная. Как бы обидно ни звучало для моих сородичей, но демоны и люди не так уж и сильно отличаются.

— На каком же тогда уровне находится Инферно? — снова поднял я на Кайроса глаза.

— Сразу к сути?! Вот это мне в вас особенно нравится!..

— На вопрос отвечай, — резко прервал я его.

— Сотый уровень, — деланно посерьезнел тот.

— Сотый… — задумчиво протянул, в свою очередь, я, тщательно смакуя это слово.

За столько лет люди дошли максимум до тринадцатого. Чуть дальше десятой части всего пути. Даже мой отец, один из самых умелых воинов, которых я знал, не сумел преодолеть эту и без того внушительную планку.

И теперь эстафету передали мне. Да еще и стартовые условия ужасные. Это же… безумие какое-то.

Но если хорошенько подумать, чем дальше я продвинусь, тем ценнее ресурсы смогу раздобыть. Ценнее и больше. Это хорошие деньги. Очень даже. А денег нам понадобится очень много, чтобы хотя бы попытаться поставить род на ноги. Без поддержки остальных высокородных мы с сестрой пока что единственные, кто может постоять за себя. Уберечь наше прошлое и уверовать в будущее.

Я могу…

Нет. Не так.

Я обязан взять это на себя. Новый глава нашего рода — это я, и Кайроса в довесок по условиям договора тоже передали мне. Если не я, то кто же тогда? А никто.

— По выражению вашего лица могу предположить, что вы приняли верное для себя решение, — заметил демон, но я слушал его краем уха, погруженный в собственные мысли.

Должно быть, с одного только с огра мы собрали достаточно ресурсов, чтобы оплатить содержание поместья на месяц вперед, выплатить жалование слугам и заполнить кладовые продуктами. Детали смогу уточнить у Алисы, но я и без нее знаю, насколько редко эти твари встречаются в Бездне.

Если же продвинуться еще ниже…

Имея при себе такой козырь, как поглощение демонической энергии, мы сможем рассчитывать на улов покрупнее. Там и сбежавшие вассалы подтянутся, чтобы откусить лакомый кусочек от пирога, который мы разрежем. Громовым и вовсе этот пирог в глотку затолкаю так, что подавятся…

Звучит легче, чем кажется, но в нашем положении простых путей искать не стоило. Если не вышло у отца, совсем не факт, что получится у меня. Однако в отличие от него же, у нас просто нет другого выхода. Либо до победного идти, либо нас окончательно со свету сживут.

Не бывать этому!

— Раз уж ты мой наставник, то наставляй, — поднялся я с соломенной подстилки, но на этот раз на ногах удержаться сумел. — А вот играть со мной не стоит, — бросил на демона испепеляющий взгляд, и уголки его губ плавно опустились. Впрочем, сомневаюсь, что мои слова его хоть сколько-то пугают. — Вместо того, чтобы сверлить мне мозги и пробираться в мой разум, впредь я приказываю тебе направлять меня издалека. Ты ведь обязан мне подчиняться. Не так ли? — с едким прищуром уточнил у него.

— Да, Ваше Светлейшество, — недовольно скривил он губы.

— Вот и славно, — буркнул я в ответ и вышел наконец из палатки.

Вокруг костра, разведенного неподалеку, сидели мои гвардейцы, с некоторыми из которых мне еще только предстоит познакомиться. И Алиса с ними. Улыбается, грея руки об чашку с дымящимся напитком.

Глядя на них, невольно улыбнулся тоже.

Вроде бы, Кайрос сказал мне, что обошлось без жертв. Это хорошо. Ребята крепкие, а именно такие мне сейчас и нужны. Целителем бы еще обзавестись, чтобы не приходилось выходить на поверхность слишком быстро. И, возможно, барьерщиком, чтобы лагерь ставить без опасения нападения исподтишка.

Сухой ветер, пропитанный терпкой магией Бездны, взъерошил мои и без того растрепанные волосы, но даже он теперь ощущался как-то иначе. Более… естественным, что ли?

Глава 8

Если вечером сестра за компанию с гвардейцами тревожить меня не стали, то лавина вопросов обрушилась на меня уже к утру. Как раз тогда, когда я успел более-менее прийти в себя.

— Как себя чувствуешь? — участливо поинтересовалась Алиса, заглянув в мою палатку.

Сестра застала меня аккурат в тот момент, когда я продевал правую руку, увитую причудливым орнаментом, в рукав рубахи. Но если это Алиса вчера снимала с меня доспехи и готовила ко сну, то татуировку во всю руку не смогла бы не заметить. Тогда чего толку скрывать ее сейчас?

— Бывало и хуже, — последовал мой дежурный ответ.

— Хуже?! Да на тебе ни царапины не было! — не скрывая восхищения, воскликнула та. Прошла вглубь палатки, встала передо мной и принялась с любопытством осматривать меня с ног до головы. — Я уже и мазь целебную подготовила, и полотенца смочила, чтобы жар снять…, но ни единой царапины! А я ведь своими глазами видела, как эта тварина громадная тебя огрела! Ты аж сознание потерял, а потом…

Я нахмурился, продевая голову через ворот рубахи.

Ни одной царапины. Даже мне интересно стало, почему так. Может, магическая энергия Бездны в момент высвобождения все раны подлатала?

Надо будет у Кайроса уточнить — ему всяко известно больше, чем мне. Только вот демон как назло куда-то запропастился, а вызывать его намеренно я особым желанием не горел. Утро, вроде, неплохо начинается. Так зачем тогда его портить?

— Как у тебя вообще это получилось? — продолжила Алиса допрос с пристрастием. — Неужели в гимназии и такому обучают? Теперь-то понятно, зачем ты сам туда напросился, меня опередив… — хмыкнула она и сдула со лба выбившуюся прядку платиновых волос. — Это черное пламя, эта энергия… совсем как у отца.

От сказанного я замер, зашнуровав ботинок только наполовину.

Хотя чему я удивляюсь? Кайрос же явно дал мне понять, что наш род из поколения в поколение черпает свои силы из недр Бездны. Можно сказать с самого основания и по сей день. Возможно, если бы Алиса родилась одаренной, она тоже смогла бы помочь нам в той битве, но так даже лучше. Как женщину из рода-основателей Империи, ее ожидают битвы другого рода, и не менее важные.

— Много будешь знать, — выпрямился я, закончив со шнуровкой, и перевел пронзительный взгляд на сестру, — скоро состаришься.

— А-а-а… — машинально принялась она ощупывать свое лицо, не отрывая от меня глаз. — А-а-а?..

Возвращаться в поместье мы не торопились. Пострадавшим бойцам необходимо было еще немного времени, чтобы оклематься после битвы с огром, ну а ценная добыча тоже сама себя не соберет и в телегу не погрузит.

Гвардейцы под началом Игоря Владимировича собирались поднять на поверхность столько, сколько сумеют, и вот тут-то вскрылись дополнительные проблемы. Прежде и так о них догадывался, едва завидев одинокую веревочную лестницу на спуске в Бездну, а теперь удалось проверить ее эффективность в деле.

— Вы сумели прикончить этого здоровяка, не повредив ни его внутренние органы, ни шкуру, — сообщил мне Ковалев с поистине отеческой гордостью. — Такое редко кому удавалось, Ваше Светлейшество. Но и ложка дегтя в этой бочке меда, к сожалению, есть…

— Значит, всё поднять не получится? — вздохнув, уточнил я у него, и мужчина кивнул.

Мы стояли у самой кромки пугающе огромной дыры, а на всё про все у нас была какая-то жалкая веревочная лестница. Сильно, должно быть, шкура огра упадет в цене, если предварительно разделить ее на отдельные лоскуты, но иначе доставить ее наверх попросту не получится.

— Первым делом вам следовало бы подумать о транспортировке, а уже после о самой добыче. Не имеет разницы, насколько глубоко мы продвинемся, если не сумеем поднять и сбыть качественный ресурс.

— Подъемник нам не помешал бы, это вы верно подметили, — согласился со мной гвардеец. — Но крепкий и долговечный подъемник в кругленькую сумму обойдется. К тому же, питают его кристаллы. Без них он и с места не сдвинется, а стоят они тоже недешево.

Неудивительно, что вопрос цены тут стоял наиболее остро. Поместье и так концы с концами сводит. Прибыль по итогам месяца практически равняется убыткам — замкнутый круг какой-то…

Я ведь уже размышлял о том, куда вложить отложенные с имперской стипендии деньги. Сейчас варианта лучше, пожалуй, и не придумаешь.

В первую очередь следовало позаботиться об установке подъемника, ну а кристаллы… Их мы сможем добыть собственными силами. Надеюсь. Было бы кому их обрабатывать на постоянной основе, тогда дополнительно смогли бы сэкономить. Пока энергетическим проводником можно побыть и самому.

— Это был ваш первый рейд, — не спрашивали у меня, а констатировали факт. — Жаль, что вам пришлось столкнуться с тем, с кем не каждый опытный боец встречается.

Сцены недавней бойни одна за другой промелькивали в голове, возвращая меня к событиям вчерашнего вечера. Бьющий в нос запах свежей крови, рев огромного чудища, эхом отдающийся от стен, стоны гвардейцев, уже готовых в любой момент расстаться с жизнью…

— Напротив, Игорь Владимирович, — произнес я, и краешки моих губ приподнялись в едва заметной улыбке, — хорошо, что мой первый рейд оказался далек от спокойной прогулки. Теперь хочется еще сильнее… вернуться обратно.

***

В сторону поместья выдвинулись только спустя несколько часов. Мы с сестрой и Ковалевым ехали впереди, позади — те гвардейцы, что еще могли держаться в седле после затянувшегося рейда. Замыкала процессию повозка, груженная добытым с порождений добром и тяжело раненными бойцами.

Хоть обошлись мы без потерь, но некоторым ребятам еще требовался тщательный медицинский уход перед следующим спуском. Целителя в поместье не было, а значит, придется либо собственными силами справляться, либо нанимать человека со стороны.

Опять-таки остро ставился денежный вопрос, и, чувствую, уже ближайшее время мне от таких вопросов скулы сводить начнет.

Сама дорога прошла без происшествий, хоть на этом спасибо. Однако как только мы проехали через ворота, увитые диким плющом…

— Ваше Светлейшество! Ваше Светлейшество! — подобрав юбки, на всех парах неслась к нам одна из служанок, имени которой я либо не мог вспомнить, либо же вовсе никогда не знал.

Пришлось осадить лошадей, пока эта недалекая под самые копыта не бросилась.

— Беда… беда, Ваше Светлейшество! — остановилась она перед нами, силясь отдышаться и восстановить дыхание. — О-о-ох… что ж делается-то!..

Я моментально напрягся, приказав ей сию же секунду показать, что тут стряслось в мое не такое уж долгое отсутствие. А между тем сам мысленно накидывал вероятные версии произошедшего.

Соседи осадили поместье, пока оно осталось без защиты? Нет, это вряд ли. Никаких разрушений не видно.

Может, Брешь открылась где-то неподалеку, и из нее полезло всякое тварье? Маловероятно, по аналогичным причинам.

Пожар? Наводнение?

Рывком спрыгнул с лошади и поспешил в дом. Туда, куда вела меня бледная и испуганная женщина в заляпанном пятнами переднике…

…где выяснилось, что у нас всего-то прорвало трубу на кухне. Не так уж далеко от версии с наводнением, но по сравнению с остальными нашими проблемами — сущая мелочь.

Или нет.

— Ну как же так, Агафья?! — воскликнула сестрица, не менее взволнованная, чем скачущие по кухне служанки с ведрами. — Говорила же, чтобы отходы все, куда надо выбрасывали, а не в раковину смывали!

— Да всё ж мы делали, как вы велели, Алиса Николаевна! — запричитала девчуля, прыгающая по кухне еще резвее всех остальных. — Давно ж не прочищали просто, вот оно и решило, поди, само прочиститься!

— А в чем, собственно, проблема? — протянул, в свою очередь, я, гипнотизируя бьющий из раковины фонтан взглядом.

— Ну да… — устало потерла сестра переносицу двумя пальцами. — Ты же, наверное, не в курсе, сколько стоит водопроводчика в такую глухомань заманить. И ладно бы еще заманить. Пока соберется, пока доедет… Это все ведра? Так несите еще! Нет, дырявые не несите, какой от них прок?!

С приоткрытым от удивления ртом я наблюдал за тем, как слаженно наши слуги с моей сестрицей за компанию старались минимизировать ущерб от такой, казалось бы, несущественной бытовой проблемы.

Несущественной проблемы, которую в этих стенах расценивали как самую настоящую катастрофу. В столице я уж точно не увидел бы, как высокородная госпожа носится с ведрами и тряпками наравне с кухонными девками.

— Никогда бы не подумал… — процедил я сквозь зубы, закатывая рукава, — …что впишусь в нечто подобное. Алиса! — окликнул сестру, и та обернулась ко мне с полупустым ведром в руках. — Свяжись там пока с кем надо. Дальше я сам.

— Дак ведь экономка наша, Катерина Витальевна, уже кого надо — всех вызвала, Ваше Светлейшество! — захлопала на меня глазами Агафья.

— Она тут у нас как энтот… призыватель магический! — подхватила темно-русая девчонка с россыпью веснушек на щеках. — Всех вызовет, пущай хоть со света того!

— Цыц, Наська! Катерину в некроманты записывать, ишь удумала чо! Нам бы день простоять, да ночь продержаться, Ваше Светлейшество, — закивала кухарка, — а то рук совсем не хватает.

Словно в подтверждение ее слов, Наська тут же поскользнулась на мокром полу и с визгом, уж было, полетела вниз. Чисто по инерции выставил руку вперед и с отсутствующим выражением лица подхватил ее за талию.

А уставилась-то на меня так, словно из избы горящей вынес, да и ушки мгновенно стали алыми. Как же мало некоторым женщинам для счастья нужно…

— Ладно, — выдохнул я. Убедился, что девушка твердо стоит на полу и выпустил ее из рук, одновременно поднимая глаза на Алису. — Буду ждать тебя на заднем дворе, как здесь управишься. Может, еще кого на подмогу отправлю.

— Премного благодарны, Ваше Светлейшейство, — поклонилась мне Агафья, а Наська смущенно отставила ножку назад и с придыханием добавила:

— Премного…

Словить по пути ко внутреннему двору мне удалось только садовника Ермолая, которого я тут же отправил на кухню. Яблони сейчас цвели и без его чуткого надзора, но, как выяснилось немного погодя, в казармах я тоже не был особо нужен.

На целебные мази и припарки для гвардейцев уходила весомая доля нашего бюджета, а без помощи целителя ребята научились вполне сносно оказывать себе помощь самостоятельно. Хорошо, что в Бездне было полно ингредиентов, которые можно использовать в лечебных целях.

— Еще около недельки обождать придется. Пусть отлежатся, сил наберутся. Тогда лично уведомлю Ваше Светлейшество, когда в следующий рейд отправляемся. В остальном ничего нам более не надобно, — отчитался передо мной Игорь Владимирович.

Неделя в нашем текущем положении — срок приличный. И всё равно недостаточный для того, чтобы успеть возвести подъемник до начала следующего спуска. Может быть, стоило хотя бы в город наведаться и навести справки? Договориться с кем нужно, залог внести. А заодно прихватить с собой водопроводчика. Быстрее ведь тогда с протечкой управимся, нежели дожидаться его приезда до завтрашнего дня?

Да, пожалуй, так и следовало поступить после обеда.

Сходил на конюшню и отдал распоряжение подготовить экипаж. Вроде как, сестра в письмах упоминала лакея, которого наняла незадолго до моего возвращения. Только вот куда этот мальчишка запропастился и где его искать — неизвестно. Ладно, сами найдут его.

Обед выдался довольно-таки скудным, опять-таки из-за проблем на кухне. Зато Алиса решила присоединиться ко мне, и мы уже вместе обсудили дальнейшие планы на сегодняшний день.

— Может, и добычу тогда прихватишь с собой в Иркутск? — предложила она и погрузила в рот ложку с водянистым супом. — Я напишу тебе адрес оценщика и…

— Напишешь? — припомнил ее скверный почерк и тут же прикинул, сколько времени уйдет на расшифровку этих каракулей. — Лучше продиктуй. Запишу сам.

Вероятно, Алису моя просьба задела, но виду сестра не подала, и как только обед подошел к концу, у меня на руках был и адрес оценщика, и Гильдии бытовых мастеров, и еще пары-тройки полезных мест, в которые тоже следовало бы заглянуть.

В первую очередь с делами насущными бы разобраться, а остальное уже зависело от количества свободного времени в запасе. Когда сюда ехал, рассчитывал на лучшие условия, но приходится работать с тем, что есть.

— Только не давай оценщику вить из себя веревки, — предупредила меня сестрица, провожая до кареты. — До последнего рубля торгуйся. Даже копейку можно в дело пустить, так что…

— Хорошим торгашом себя никогда не считал, — честно признался я, бросив взгляд на телегу с добытым в Бездне добром. И вообще это прерогатива купцов, раз уж на то пошло. — Но сделаю всё возможное.

Алиса ободряюще мне улыбнулась, и я уж было шагнул на первую ступеньку…

Вот только как раз в тот момент на подъездную дорожку въехал еще один экипаж, запряженный породистыми лошадьми пегой масти.

Ни в какое сравнение с нашим он не шел, а герб графов Луговых на карете ничего хорошего не предвещал. Судя по реакции Алисы, сестра была со мной всецело солидарна.

— Ты ждала гостей? — сделав шаг назад, обратился к ней.

— Нет, — настороженным взглядом проводила та чужой экипаж, и ее вытянутые вдоль туловища руки сжались в кулаки. — Но ему… ему приглашение без надобности.

Некогда, а если быть точнее — около двух сотен лет тому назад — графы Луговы были верными вассалами нашего рода, но затем отделились, как и многие другие. Сделали они это еще до опалы. Тогда, когда могущество рода Морозовых медленно, но верно стало идти на спад. Они первыми поняли, что могут попытаться в это время получить большую выгоду, находясь в отдалении от нас, и сделали это, наплевав на все соглашения, заключенные между нашими предками.

В памяти промелькнули непрошеные воспоминания из снов, как основатель рода Луговых благодарил одного из моих предков за спасение от демонов и клялся ему в верности. И где сейчас эта верность? При этом сам основатель этого рода, действительно, был мужчиной чести.

— С каким бы предложением он снова сюда ни сунулся — я против, — твердо заявила Алиса, и я сразу понял ее категоричный настрой. Только что это за предложение такое?..

Первым из чрева помпезной кареты выскочил паж — мальчишка лет четырнадцати с копной непослушных рыжих волос.

— Его Сиятельство Алексей Максимович Лугов прибыл, — отчеканил паж заученную фразу без особых эмоций, придерживая для своего господина дверцу, и вот на мощеную дорожку сошел криво улыбающийся молодой мужчина.

Крепкое телосложение и проницательный взгляд болотно-зеленых глаз, а также мощная энергетика, которую он выставлял напоказ, выдавали в нем хорошего бойца и не менее сильного мага. Внешне ему было где-то за двадцать пять, а под такие параметры подходил лишь третий из сыновей графа Лугова.

— Алиса Николаевна, — почтительно поклонился он моей сестре. — Неужто вы покинули эти развалины, чтобы встретить меня лично?

А тот факт, что мой экипаж стоит по соседству с вашим, ни на какие мысли не навел?

Хотя мое присутствие здесь Алексей Максимович, казалось, проигнорировал вовсе. Или же попросту не признал. Я покидал родные пенаты совсем еще мальчишкой, а в гимназии ни один из потомков Луговых со мной не обучался.

— Эти, как вы выразились, «развалины» — мой дом, Алексей Максимович, — в достаточно вежливой форме ответила ему сестра. — А потому попрошу вас не разбрасываться эпитетами подобного рода.

Краем глаза я заметил, что из кареты вышла парочка гвардейцев в броне из мягкой кожи и плащами в цвет герба рода Луговых.

Даже охрану с собой привел на поводке… Интересно, были ли уже прецеденты? Хотя, зная непростой характер Алисы, охрана могла бы потребоваться, чтобы попытаться ее урезонить в случае чего.

— Так это дело времени, Алиса Николаевна, — с улыбкой покачал Алексей головой, будто вел диалог с малым ребенком, — если вы поумнели с нашей предыдущей встречи и наконец-то готовы ответить мне согласием.

— Спешу вас разочаровать, но как раз по причине моего высокого ума, я раз за разом буду отвечать вам отказом. Желаю вам отыскать более подходящую и покладистую невесту где-нибудь в другом месте, — холодно ответила моя старшая родственница.

Что ж, вот теперь карты сошлись. В достаточно своеобразной форме третий сын Луговых просит руки моей сестры.

Нет, меня его предложение нисколько не удивило. Не он первый, не он последний. Несмотря на наше нынешнее скверное положение, мы с сестрой всё еще приходимся прямыми потомками одному из основателей Российской Империи. У Луговых — деньги, у нас — все еще при себе статус, так что желание Алексея Максимовича породниться с нами — закономерно. Однако…

По всем законам Империи наш род стоял на порядок выше бывших вассалов. Претило мне как-то прогибаться под бывших союзников, а уж тем более отдавать им единственную сестру на растерзание. Не так чтобы очень выгодное предложение, с какой стороны ни посмотри.

— Меня восхищает ваш пылкий нрав, — ничуть не смутил мужчину очередной отказ. — Вы, Алиса Николаевна, как норовистая кобылка, которую так и хочется обуздать.

Кобылка?.. Я сейчас не ослышался?

— Кобылка?! — возмущенно воскликнула Алиса, и Лугов уж было потянул к ней руку, чтобы подхватить под локоть.

Но я опередил его. Сделал широкий шаг и перехватил запястье Алексея еще в воздухе, наконец обращая внимание графского сынка и его свиты на себя.

До последнего встревать не хотел. Без того проблем с высокородными хватало, и предоставить сестре возможность отвадить ухажера самостоятельно стало бы лучшим решением. Но подобное пренебрежение к дорогой родственнице кого угодно выбьет из колеи. Даже меня.

— А ты еще кто таков?! — одарил меня мужчина пренебрежительным взглядом сверху вниз — он был примерно на голову выше меня — и попытался высвободить руку, но хватка моя была сильнее, чем казалось.

Без приказа гвардейцы Лугова обнажили оружие и направили на меня клинки.

Вот и съездил к оценщику…

Глава 9

— Алиса Николаевна, вы меня не расслышали? — скривил Лугов губы. — Если требуется повторить, то повторю. Кто это такой и какое право он имеет касаться выкородного своими грязными руками?!

— Я имею на это полное право, как родной брат женщины, которую вы позволили себе оскорбить, достопочтенный граф, — выдержал я его презрительный взгляд, ни на секунду не ослабляя хватку. — Представлюсь, пожалуй, если вы еще не поняли, с кем осмелились иметь дело. Великий князь Морозов Влад Николаевич.

С ответом Алексей нашелся не сразу. Невесело усмехнулся, переводя глаза с меня на Алису и обратно, будто мы его оба сейчас за нос водили.

— А ваши гвардейцы… — махнул я взглядом по охране несостоявшегося жениха, — …просто невежественные деревенщины, все до единого. Мечи нам стоило бы направлять не против друг друга, а против тварей, выползающих из Брешей. Можете сами разъяснить это своим людям, но хватит ли им ума, чтобы понять?

Вот тут один из гвардейцев уже не выдержал. Опять-таки, без приказа господина занес меч над моей головой, но среагировать я успел. Уклонился, одновременно с этим мягко отталкивая Алису в сторону, а затем развернулся и в пару-тройку ловких движений уложил еще совсем молодого паренька на землю, так что он ничего и понять толком не смог. Клинок, выпавший из его рук, звякнул о мощеную дорожку.

— Мало того, что невежественная, так еще и неуклюжая, — вдавил мой сапог голову незадачливого гвардейца в шершавый камень. — Поглядите-ка только, падает на ровном месте…

За разворачивающейся перед глазами картиной Алексей Максимович наблюдал со смешанными на лице эмоциями от гнева до сконфуженности. С одной стороны, отношение Луговых к нашему роду оставляло желать лучшего, но с другой — мы всё еще находились под защитой Императора пусть и весьма формальной, насколько я могу судить.

Так-то нападение на аристократа без одобрения свыше, в зависимости от происхождения, каралось либо обезглавливанием для таких же высокородных особ, либо же виселицей для всех остальных. Граф прекрасно это понимал и именно поэтому посчитал лучшим замять непростую ситуацию. На дуэль напрашиваться он почему-то не пожелал, а жаль.

— Прошу прощения, Ваше Светлейшество, за… предоставленные неудобства, — нехотя выдавил из себя Алексей. — Словами не описать, как я рад вашему возвращению из гимназии. Алиса Николаевна, — склонил он голову перед моей сестрой и, махнув лежащему на земле гвардейцу рукой, поспешил вернуться в экипаж.

Что-то подсказывало мне, что на этом его попытки очаровать Алису не закончатся. Слишком удачная партия для человека его невысокого, по сравнению с нашим, положения. Еще не раз мне придется лицезреть самодовольную ухмылку третьего сына графа Лугова в родных стенах, но хотя бы сейчас удалось отделаться малой кровью.

Убрал ногу с головы несметливого паренька, и тот с опущенной головой проследовал за своим господином. Поднять выпавший меч я ему не позволил — он поднял его на меня, так что пусть радуется, что я не лишил его жизни на месте.

Даже извинений не принес. Они что, в самом деле, ряды гвардейцев крестьянами пополняют?..

— Его Сиятельство Алексей Максимович Лугов удаляется, — вновь отчеканил мальчишка-паж, после чего забрался в карету, а кучер подстегнул лошадей.

— Ну и скатертью ему дорожка… — процедил я сквозь зубы.

Лишь когда, описав круг перед фасадом поместья, элегантный экипаж скрылся с наших глаз, сестра смогла облегченно выдохнуть. Однако для Алисы всё только начиналось. Пускать эту ситуацию на самотек я не собирался.

— И как много предложений породниться тебе поступило? — осведомился я у сестрицы со стальными нотками в голосе.

— Это имеет какое-то значение? — моментально встала она в штыки.

— Просто из любопытства интересоваться бы не стал. Лучше говори как есть, а будешь юлить — всё равно узнаю правду рано или поздно.

Пусть и неохотно, но всё же сестре пришлось посвятить меня в текущее положение дел, а узнал я из ее рассказа даже больше, чем планировал.

Как раз таки в последние два года с момента, как Алисе стали особенно часто приходить предложения породниться ради связи с древней кровью, участились и нападки на наши отряды. Сестра высказала свои подозрения, что за всеми этими нападениями стояли бывшие вассалы, желающие всеми силами окончательно ослабить наш род и по возможности захватить оставшиеся земли.

Всё же по законам изничтожить род Морозовых до последнего его представителя было нельзя, и пока что единственная причина этому — наша тесная связь с одним из основателей Империи. Зато поспособствовать объединению нашего рода с любым другим через заключение брака — вещь вполне осуществимая.

Выявить конкретного виновника нападений и указать на него пальцем Алиса возможности не имела. По большей части они осуществлялись вблизи Бездны, где хаос царил и без того, а потому виновникам всё сходило с рук.

Да, наш род сейчас находился в крайне уязвимом положении, и не только в плане оскудевших финансов. Если не предпринимать ровным счетом ничего, нас ждало полное уничтожение. Однако…

Я еще не до конца понимал, как с максимальной эффективностью использовать дарованного мне предками Кайроса. А еще эти странные сны, будто бы переносящие меня к самым истокам моего рода… В жестокие, беспощадные времена, главные действующие лица в которых пользовались магией, на порядок превышающей мои собственные возможности на текущий момент.

Но, несмотря на это, я чувствовал, что в совокупности они могли стать ключом к восстановлению нашего былого могущества. По крайней мере, давали шанс выиграть немного времени.

Ведь сдаваться еще слишком рано. Да и я не был бы собой, если бы не пробил эту стену на своем пути.

— Насчет женихов своих можешь не переживать, — решил обнадежить я Алису после того, как ее рассказ подошел к концу. — Как бы сильно я ни хотел выдать тебя замуж, человек этот в первую очередь должен быть достойным претендентом на твою руку. Достойным и в моих глазах, и в твоих.

— Спасибо, — искренне и с улыбкой поблагодарила меня та.

— И да, еще кое-что. Всё же от визита нашего неожиданного гостя польза была… Ты, кажется, говорила, что наняла мне на службу лакея? Где этот мальчишка? Пусть сопровождает меня в Иркутске.

Как ни крути, но людям моего положения разгуливать на виду у всех в одиночку не принято. Если хотим вернуть к себе прежнее уважение, соответствовать социальным нормам придется, хотя с куда большей радостью я отправился бы в город один.

***

Недаром Иркутск прозвали Сердцем Сибири. Если до открытия Брешей город славился своими кузнями, в которых мастера из числа местных ковали чуть ли не лучшие изделия во всей Империи, то сейчас Иркутск процветал благодаря переработке всего, что добывалось в этих Брешах. По большей части в эпицентре, а именно в Бездне.

Обработка энергетических камней, обнаружить которые сейчас можно было в любом сложном устройстве, создание искусного магического оружия, луков и арбалетов, аналоги которым можно было с трудом отыскать даже в столице…

Жаль, что всё это богатство в какой-то момент просто утекло сквозь наши пальцы, когда мой род стоял у истоков появления всего этого.

Некогда и этот прославленный город был неотъемлемой частью земель рода Морозовых. В настоящее же время он находился под управлением имперских чиновников. С одних только пошлин на товары верные служащие Императора могли обеспечить себе безбедное существование, да и с особым почтением к нашему роду здесь тоже больше не относились.

Тем не менее, наравне со всеми остальными мы имели полное право сбывать здесь найденные в Бездне ресурсы, пусть не по лучшим ценам на рынке.

Алиса настояла на том, чтобы я торговался до последнего рубля. Ни в коем случае не упустил выгоду, если она замаячит под носом, но не думаю, что удастся склонить чашу весов в свою сторону достаточно сильно.

Мой безответственный лакей, паренек четырнадцати лет по имени Гордей с вьющимися русыми волосами с большими голубыми глазами, с интересом разглядывал теснящиеся за окном кареты двухэтажные дома.

— Впервые здесь? — спросил я у него, лениво подпирая щеку кулаком.

В тишине мы и так ехали довольно долго. Нужно ведь хоть какое-то внимание проявить к мальчишке, которому в дальнейшем придется следовать за мной по пятам.

— Нет, Ваше Светлейшество, — мотнул головой тот, — я отсюда родом.

— Вот как… — протянул, вновь переводя взгляд на вид за окном.

Получается, что за живой интерес в его глазах я принял ностальгию. Тем лучше. Будет мне проводник, который здешние улочки знает вдоль и поперек. И почему Алиса сразу мне не сказала?..

— Алиса Николавна забрала меня отсюда месяца два тому назад, — продолжил Гордей. Пареньку явно польстило, что господин сам обратился к нему. — У папки моего здесь бакалейная лавка. Небольшая. Сам выращивает с мамой и продает. В неурожайный сезон на сбережения живут.

Из крестьянских, значит. И грамоте вряд ли обучен.

— И как же тогда пересеклись ваши с Алисой Николаевной пути, что она тебя даже на службу умудрилась принять? — с трудом удалось мне скрыть раздражение в голосе.

— Так это… я сам напросился. По одежде видно было, что из высокородных, а по тому, как рьяно она торговалось, смекнул, что из обнищавших. Лучше уж в доме большом на худой кровати валяться, чем на соломенной подстилке под сквозняками, — простодушно признался мальчишка. — Я это… на кухню сперва собирался, поварёнком, а Алиса Николавна возьми да скажи, что Его Светлейшество со дня на день из столицы воротается. Что ему на побегушках кто-то пригодится. Тогда и вызвался.

Вот такой подставы я от дражайшей своей сестрицы никак не ожидал… Нескладному пажу Алексея Лугова мой лакей, у которого от должности одно лишь название имелось, даже в подметки не годился. Мало того что деревенщина, так еще и лентяй, каких поискать.

Однако, как говорится, на безрыбье и рак рыба. А мягкосердечной сестре я еще пару ласковых по возвращении обязательно замолвлю. Ну а из парня, если будет толк, можно вырастить верного помощника, так что не все так критично.

— Учиться я готов, ежели вы прикажете! — с готовностью заявил Гордей, будто бы мысли мои прочитав. Хотя на моем лице и так всё было написано предельно ясно. — И да, буквам меня мама научила, храни ее Сёстры. По слогам умею.

— Сам я тебя учить не собираюсь — без того дел невпроворот, — сразу умерил я его пыл. — А если нанимать человека со стороны, то…

Окрик кучера отвлек меня от дальнейших объяснений:

— Лавка оценщика, Ваше Светлейшество!

— Пока всё, что от тебя требуется — держаться поблизости, — напоследок отдал лакею распоряжение. — Грамоте я обучен и сам.

После чего тот кивнул с деланной важностью, выскочил из кареты вперед меня и, быстрым шагом обогнув экипаж, распахнул передо мной дверцу.

Ну, может быть, какой-то толк из Гордея в будущем и выйдет. Поживем — увидим. Лоботряса на своей груди пригревать бы не хотелось, учитывая, что финансовое положение рода и так было довольно шатким.

Откинув полы подбитого меховой оторочкой плаща, вышел из кареты и направился к скромной на вид двухэтажной лавке. Раз уж Алиса дала мне конкретный адрес, то лучшего предложения, чем здесь, для нас нигде во всем Иркутске не сыщешь.

«Мильштейн Давид Исаакович… — про себя перечитал я имя оценщика, написанное на листке, и призадумался. — Еврей, что ли? Многообещающе, ничего не скажешь…»

И только после этого вошел в лавку вместе с Гордеем, придержавшим для меня дверь.

Запах, витающий здесь, сразу показался мне специфическим для подобного места. Смесь каких-то трав, пряностей и кофейных зерен. Будто бы к лекарю или в индийскую чайную зашел. За самим прилавком стоял низкорослый, полноватый мужчина с черной шляпой хомбург, прикрывающей его темную кудрявую шевелюру, и в коричневом шерстяном сюртуке.

Губы оценщика тут же расплылись в жеманной улыбочке от уха до уха, стоило ему завидеть новых клиентов, и теперь наставления Алисы относительно торгов с ним стали мне еще более понятны. Что-то подсказывало, что лучшую цену на ресурсы придется потом и кровью выбивать, а мне ведь еще в гильдию мастеровых заскочить следовало, пока часы приема к концу не подошли…

— Добрейшего вам денечка, милостивый государь! — слегка подался мужичок вперед, чуть ли не грудью улегшись на прилавок. — Давид Исаакович Мильштейн таки к вашим услугам! Оценить, продать, сбыть, заложить…

— Я к вам по рекомендации от своей сестры заехал, — перебил его, приблизившись к стойке. — От Морозовой Алисы Николаевны. Она посоветовала мне вас, как справедливого оценщика. Нужно продать кое-какие ресурсы, добытые в недавнем рейде.

— О-о-о… от Алисочки Николаевны? — хохотнул тот. — Знаю такую, куда уж не знать! Торгуется, шо брови на лоб кидаю всякий раз. Бабуля моя таки в гробу переворачивается, когда сударыня запрашивает цену, ниже установленного прайсу. Подумывал даже, шо не наших ли она кровей. Говорите, брат вы ейный? Хм…

— Да, Влад Николаевич, — сдержанно ответил ему, стараясь не обращать внимания на сильный акцент.

— Влад Николаевич Морозов, ну конечно! — щелкнул Давид Исаакович пальцами и озорно мне подмигнул. — Вернулись-таки из гимназии? Чудесно, просто замечательно! А я вот нигде не учился. И без того всё умею, к радости и счастию.

— Вы товар-то посмотрите?

— А шо б не посмотреть! Будем посмотреть, — надел он забавные на вид увеличительные очки с пирамидкой из окуляров. — Показывайте, показывайте… Наличман подготовлю сразу, как в качестве убеждусь!

Мы вышли из лавки и подошли к телеге с добычей. Ресурсов было не так чтобы очень много, но огров в Бездне встречали нечасто, поэтому я заранее рассчитывал на достойную сделку.

— Так-с, так-с, так-с… — выудил оценщик суконный мешочек из общей кипы и внимательно осмотрел находящиеся там клыки. Взял один из них, пригляделся. Того и гляди лизнет или на зуб попробует. — Неужто… огровы? — довольно быстро догадался он.

— Огра, верно, — кивнул я. — Шкуру, правда, не удалось поднять целиком. Пришлось порезать на лоскуты. Но если сможем договориться о хорошей цене уже сейчас, то в будущем смогу поставлять более качественный товар. Возведение подъемника запланировано на ближайшее время.

— Так я и думал, милостивый государь. Так и думал, — подбросил Давид Исаакович мешочек на ладони и еще раз визуально осмотрел добытое. — Думал, шо с вашим возвращением жизнь обязательно таки заиграет новыми красками! Давайте решать так, Влад Николаевич, — еще раз подбросил он мешочек и загадочно улыбнулся. — Поднимать цену прайса для вас я не стану. Но нюансу быть, не будем тянуть кота за фаберже, если вы понимаете, о чем я. Бизнес, как вы знаете, есть бизнес. Впредь обращайтесь за оценкой и сбытом только ко мне, а не ко всем этим лоботрясам. Глазом не моргнете — без исподнего вас оставят, а со мной будет вам таки всё по справедливости, ну и я заработаю. Шо скажете?

— Тогда и у меня будет нюанс, Давид Исаакович, — решил я сделать встречное предложение. — Сами понимаете, что каждый раз ездить в город бывает накладно. Если бы мы могли договориться о доставке…

— Ни слова больше! — щелкнул мужичок пальцами. — Подумаю, шо можно таки сделать на этот счет. Ежели и от вас поставки будут постоянными, то… есть у меня кое-какие идейки… Ну а пока давайте-ка приценимся ко всему этому добру по красоте. Монетой постараюсь не обделить, но и вы тогда уж не делайте мне смешно.

К моему удивлению, цены за добычу Давид Исаакович дал вполне справедливые и заплатил, действительно, по совести. Пусть опыт в торговле я имел исключительно как покупатель, но со столичными ценами был знаком не понаслышке. Знал, с чем сравнить.

Кошель мой сильно потяжелел после того, как наша с оценщиком сделка совершилась. Он купил всё, так что, возможно, гильдию мастеровых мы посетим не только ради водопроводчика, но и постройку подъемника для спуска в Бездну сможем обговорить сразу. Убью двух зайцев одним выстрелом, чтобы не тратить потом время зазря.

Но без ложки дегтя в бочке меда всё равно не обошлось.

Уже спустя минут десять после того как мы снова тронулись в путь, кучер остановился.

— Дальше только пешком, Ваше Светлейшество! — обернулся он ко мне. — Экипаж по таким узким улочкам не проедет.

Да уж, не самое популярное место себе подобрали местные мастеровые, но делать было нечего. Пришлось выйти из кареты и искупать сапоги в грязи чуть ли не по самую щиколотку. Не дорога, а сплошное месиво…

— Я тоже? — уточнил у меня лакей, наблюдая за тем, как я чавкаю грязью, переминаясь с ноги на ногу.

— Ты тоже, Гордей, — поднял я на мальчишку глаза, и тот вымученно вздохнул.

Если опираться на номер дома, указанный в адресе, то нужный нам находился аж в конце переулка. Довольно длинного переулка, но чем быстрее покончим с этим, тем лучше.

Дома тут по обеим сторонам дороги располагались настолько близко друг к другу, что при большом желании сосед мог бы заглянуть к соседу и поздороваться с ним так, чтобы второй его прекрасно услышал и ответил тем же.

А пока мы с Гордеем чавкали по слякоти, тот решил устроить мне небольшую экскурсию. Видимо, чтобы господин сильно не заскучал.

— Тут церквушка неподалеку, — как бы между прочим сообщил он мне. — Мои папка с мамкой туда частенько захаживали. Каждое воскресенье.

— Рад за них, — проворчал под нос, припоминая, каких нервов мне стоило каждое посещение столичной церкви.

Словно в подтверждение слов лакея, навстречу нам по узкой улочке как раз вышла парочка святош. Причем, судя по боевой экипировке, не простых проповедников, а охотников. Или же, как их именовали в народе — инквизиторов. В столице таких пруд пруди было, и именно они впервые наведались в гимназию по мою душу, подстрекаемые слухами об одержимости студента из рода Морозовых. Возможно, дело было в том, что я многих обошел по учебе, вот и обозлились на меня.

Только когда расстояние между нами сократилось до нескольких метров, заметил, что за собой охотники тащат очередную жертву.

Это была молодая девушка. Длинные черные волосы водопадом струились по ее плечам, а бесформенный балахон и легкие круги под миндалевидными глазами насыщенного фиалкового цвета не могли скрыть внешней привлекательности.

Но далеко не красота зацепила меня в этой пленнице, а ее взгляд. Непокорный, ироничный взгляд, которым она прожигала спины ведущих ее в кандалах охотников. Будто бы вовсе не они тащили ее на суд, а наоборот.

Когда эта процессия прошла мимо меня, я сделал еще несколько шагов и зачем-то остановился, обернувшись ей вслед.

— Надо же, как занимательно! — даже Кайрос, почувствовав, что дело запахло жареным, вынырнул из подпространства или где он там прятался рядом со мной и уставился на незнакомку, задумчиво почесывая подбородок. — Я-то думал, что темных целителей у вас уже окончательно извели, ан нет.

Темные целители?..

Да, что-то о таких одаренных я припоминал. Маги, исцеляющие за счет жизни других, а еще не брезгующие накладыванием проклятий. Довольно редкий дар, презираемый церковью.

Хотя, может, потому и редкий, что после череды массовых гонений темные целители носа в города теперь не суют. Разве что на окраинах деревушек находят себе пристанище и на хлеб зарабатывают знахарством, да в повитухи заделываются. Правда, и в этих случаях хватало одного только доноса, чтобы святоши заявились с проверкой.

Эх… вот почти уверен, что мне это аукнется. Нутром чую. Но маги с таким хорошим потенциалом на дороге не валяются. Как раз таки чаще всего их заковывают в кандалы.

— Эй, вы двое! — окликнул я охотников. Да так, что Гордей аж вздрогнул от неожиданности, а на лице Кайроса, наоборот, расцвела клыкастая улыбочка. — Какие обвинения предъявили этой девушке?

Глава 10

Охотники остановились и обернулись, пробежавшись по мне оценивающим взглядом. Был бы я каким-нибудь простолюдином, святоши попросту плюнули бы себе под ноги и продолжили путь, но для выезда в город я потрудился выбрать одежду сообразно занимаемому статусу. Встречают-то, как известно, именно по одежке, а остальное оказывается уже не столь важным.

— Убийство, милостивый государь, — коротко поклонился мне светловолосый мужчина с коротко стриженной бородкой.

— Но больше эта ведьма никому не причинит вреда, — поддакнул второй, со стянутыми в хвост на затылке русыми волосами. На лице его отчетливо виднелся красноватый и ветвеобразный, но уже заживший, след от удара молнией.

Оба высокие, широкоплечие, пышущие силой. Церковь знала, кого следует отправлять за носителем темного дара. Тем не менее, брюнетка тоже слабостью не отличалась. При большом желании сумела бы дать отпор даже парочке опытных охотников, но всё еще не сделала этого. Странно, учитывая тяжесть преступления, в котором ее обвиняли.

— И кого же она убила? — вскинул я бровь.

— Новорожденного вместе с его матерью, — для оснастки дернул блондин цепи, и девушка поморщилась от боли, когда кандалы впились в ее запястья. — Вся деревня на уши встала. К счастью, мы как раз проезжали мимо. Сбежать не успела.

— Это было намеренное убийство? — обратился я теперь уже к пленнице, и по одному ее взгляду можно было понять: охотники или же я — ей все едино неприятны. Она свыклась с уготованной ей участью.

— Конечно же, намеренное! — вновь подал голос мужчина с искалеченным лицом. — Разве может быть иначе? Чем больше жертв, тем сильнее эти твари становятся. На лицо — люди, а сущность — хуже демоновой…

Нет, я не верил ни одному их слову. И очень скоро пленница лишь подтвердила мои догадки.

— Ни мать, ни дитя уже никто не сумел бы спасти, — тихо произнесла она. — Я сразу сказала, что оба на тот свет отправятся, но слушать меня не стали и вот, что из этого вышло… всегда проще обвинить другого.

— Ну лживая же ты дрянь!.. — уж было замахнулся блондин цепями, которые непременно стеганули бы темную по лицу. Девушка зажмурилась.

А я опять-таки осознал, что годы, проведенные за усердной учебой в гимназии, даром для меня не прошли. Обо всех законах Империи я был прекрасно осведомлен, включая особо интересные случаи в судебной практике. Лазейку можно было найти всегда. И я нашел ее.

— Прекратить! — рявкнул так, что святоша моментально опустил цепь, и болезненный удар по лицу пленницы предупредить удалось. — Насколько я знаю, осужденный имеет возможность искупить преступление любой тяжести, если отправится в Брешь. Пусть ведьма спустится со мной и моим отрядом в Бездну. Раз уж убивать для нее не впервой, направит свои темные силы против демонов, во славу Империи и на благо ее поданным. И я готов выкупить право на это прямо сейчас.

Кайрос мой ход оценил, одобряюще закивав и когтистым пальцем поправив свои сползшие на кончик носа пижонские очки. Гордей всё еще молча переводил взгляд с меня на охотников, часто хлопая глазами и ожидая, чем же завершится наше с инквизиторами противостояние.

Да, придется немного потратиться и пустить в дело часть заработанных с сегодняшней продажи денег, но других вариантов попросту не было. Совсем неважно, какое преступление совершила темная и совершила ли его вообще. Церковникам достаточно было любого, даже самого незначительного предлога, чтобы избавиться от этой девушки. К ее словам не прислушается никто, а вот к моим… попробовать стоило.

— Такой закон, действительно, существует, — задумчиво протянул охотник с хвостом. — Но это же темная. Она наверняка попытается вас прикончить еще до спуска в Бездну. Стоит ли овчинка выделки?

— В камерах при церкви Трех Сестёр вы нашли бы более покладистых пленников, милостивый государь, — вставил свои пять копеек блондин. — Ежели вам так маги нужны, которых не жалко отдать демоновым отродьям на растерзание, может, стоило бы?..

— Заманчивое предложение, но я хотел бы остановить выбор на этой женщине, — перебил его безапелляционным тоном. — Сами назначите цену или мне стоит обратиться напрямую к настоятельнице?

Инквизиторы переглянулись, взвешивая все за и против продажи пленницы с рук на руки прямо здесь. Сейчас они без зазрения совести могли бы назначить за девушку любую цену, а часть с вырученного спрятать в карман. Это замечательно читалось в их глазах, и именно поэтому я упомянул их настоятельницу. Делать всё то же самое, но официально — слишком много мороки, да и бумажный след останется. Это не говоря уже о том, что настоятельница как раз может меня прекрасно узнать и пойдет в отказ просто из принципа.

— Тридцать рублей, — наконец произнес светловолосый охотник.

— По рукам, — без долгих раздумий согласился я, пока они сами не успели дать заднюю.

— Наличные? Вексель?

— Наличные.

Святоша с хвостом не удержался и аж присвистнул от неожиданно перепавшего им куша. Удалось всё-таки на жадности сыграть. Хоть церковник церковнику рознь, но человеческое им не чуждо. Мало кто откажется от быстрых и легких денег.

— Это хорошо. Только утрясем кое-какие формальности сперва… — принялся блондин копаться в кожаной сумке на поясе, а я тем временем приблизился к темной целительнице и воззрился на нее сверху вниз.

Могло бы показаться, что к товару прицениваюсь. Всё же столь спонтанные и большие траты в наш скромный бюджет изначально не вписывались. На самом же деле я анализировал ее физическое и ментальное состояние. Если для восстановления девушке потребуются какие-нибудь особые эликсиры, то всё необходимое нужно было приобрести до того, как покинем Иркутск.

Вот пронзительные ярко-фиолетовые глаза с вызовом уставились на меня, но я был заранее готов к тому, что слов благодарности из ее уст не услышу. Для темной один конвой просто сменился на другой, и, по сути, поменялось немного. Необходимо было первым пойти ей навстречу, чтобы доказать благие намерения.

— Подпишите, милостивый государь, вот здесь и тут тоже, — протянули мне формуляр и ручку, указывая пальцем на нужные для заполнения строчки. Все же бюрократия меня не миновала, а жаль.

Бегло пробежался по документу глазами и для себя подметил, что сумма за выкуп права на владение в нем прописана не была. Укажут потом любую, так я сразу и подумал. Но мне плевать, раз уж удалось отделаться малой кровью и не привлечь к себе внимания вышестоящих церковных чинов.

Отсчитал тридцать рублей и вместе с ними передал заполненный формуляр.

— Ключ, — протянул ладонь, и второй святоша уже не так охотно вручил мне маленький ключик от кандалов своей бывшей пленницы.

На этом сделку можно было считать завершенной, но затем я подошел к девушке, взял ее за руки и, к удивлению всех присутствующих, незамедлительно избавил от оков, которые вместе с цепью рухнули на влажную землю.

— Это вы зря… — процедил блондин сквозь зубы, машинально положив руку на рукоять меча.

— Она теперь моя, и впредь только я решаю, как с ней поступать, — скосил взгляд на недовольного охотника. — Гордей, приглядывай. Сбежит — на твоей совести будет, — обратился уже к своему лакею и, развернувшись, продолжил путь к гильдии мастеровых, словно бы и не состоялось сейчас никакой сделки.

— Э-э-э… — озадаченно протянул парнишка в ответ.

Однако далеко мы уйти не успели. О сделке мне напомнили быстро, шагов через пять. Как раз столько времени потребовалось охотникам, чтобы прочесть мое имя на документе.

— Подождите-ка секунду! Влад Николаевич?! — окликнул меня светловолосый, вынуждая остановиться. — Морозов…

— Одержимый… — прошипел второй.

— Эх, хорошо, что не ушел! — весело подхватил Кайрос в противовес этой парочке и звонко щелкнул пальцами. — Вот как чувствовал, что самое интересное только начинается!

Да, я тоже уж было подумал, что слишком легко мне обошлась моя наглость. Незримое клеймо, которое поставили на меня церковники с самого рождения, ничем нельзя было стереть. Лишь смириться с ним и научиться давать отпор.

Обернулся к охотникам вполоборота и вскинул указательный палец. Смешно, но одного этого движения хватило, чтобы мужчины напряглись еще пуще прежнего и встали в боевые стойки.

— Секунда прошла, — спокойным тоном уведомил их. — А теперь мне пора идти.

— Не так быстро, — с прищуром отчеканил блондин. — По приказу Ее Высокопреподобия Капитолины, настоятельницы церкви Двух Сестёр, мы обязаны задержать вас, как только объявитесь в Иркутске, и сопроводить Ваше Светлейшество на исповедь и причащение.

Эх… каждый раз одна и та же песня. Раздражает до зубовного скрежета.

— О нет, только не исповедь и причащение! — с притворным ужасом закатил демон глаза и драматично заломил руки. — Эти монотонные речи и постные рожи всё вдохновение мне испортят! Нельзя так с творцом…

А в глазах девушки впервые с момента нашей встречи вспыхнул живой интерес. Неудивительно. Еще минуту назад ее саму, как еретичку, вели на казнь, но кто бы мог подумать, что выкупивший ее из плена высокородный тоже не без греха оказался?..

— Я слишком занят для того, чтобы тратить драгоценное время на ваши ритуалы, — в прежнем будничном тоне сообщил охотникам. — Можете так и передать своей настоятельнице. Все равно это бессмысленно.

— Тогда мы будем вынуждены применить силу, — предупредил блондин, и парочка синхронно высвободила мечи из ножен на поясе.

— Что ж… — не скрывая раздражения, обернулся к святошам и продолжил уже с нотками стали в голосе. — Сейчас вы опрометчиво решили обнажить оружие пред лицом высокородного. Чьим бы приказам вы ни подчинялись — не имеет никакого значения, потому что в целях самообороны мне дозволено обнажить своё. И что для вас важнее? Исполнение глупого приказа настоятельницы или сохранность собственной шкуры?

Инквизитор с отметиной на лице сумел уловить неприкрытую угрозу с моей стороны, и в нерешительности уставился на своего собрата.

Правильно сделал, ибо когда второй охотник напрочь проигнорировал мои слова и двинулся на меня с мечом наперевес, я в мгновение ока провернул кольцо-печатку. Пальцы обхватили рукоять артефактного клинка, и я успел приложить светловолосого святошу мощным ударом эфеса по шее еще до того, как тот пустил магию света в ход.

Второй охотник сделал опасливый шаг назад, но сдаваться без боя тоже не стал. Глаза его затопило желтоватое сияние, которое охватило и лезвие меча, однако направленный в мою сторону удар я отразил в сторону, а следующий пришелся уже по его нагруднику. На долю секунды от сильного удара и скользкой жижи под ногами мужчина потерял равновесие, и я воспользовался этим, чтобы уложить его на спину и доделать начатое ударом сапога в висок.

Я с самого начала знал, что в полную силу они атаковать высокородного не станут, а потому мог себе позволить действовать более смело и бесхитростно. Возможно, в серьезном бою эти святоши составили бы мне весомую конкуренцию, но сейчас были связаны законами Империи по рукам и ногам. Да и банально не успели сделать что-то более серьезное.

На всякий случай опустился на корточки и проверил, продолжает ли циркулировать сила в их энергетических потоках. Стычка могла бы обернуться для меня последствиями тяжелее грядущих, прикончи я эту парочку даже в целях самообороны. Но нет, живы. Еще и при деньгах останутся, ублюдки, если какой-нибудь нищий не возьмет на себя смелость прикарманить их добро, пока в отключке тут валяются посреди переулка. Уж беспокоиться о сохранности их ценностей я точно не собираюсь.

Поднялся на ноги и провернул печатку, скрывая меч в кольцо.

Кайрос испарился, предварительно наградив меня сдержанными аплодисментами, ну а мне теперь нужно было возвращаться к проблемам насущным. В числе которых, между прочим, вероятный потоп на кухне, если я не успею привезти водопроводчика в поместье хотя бы к вечеру. Да уж, настоящее дело для аристократа!

— К-круто вы их… уделали, Влад Николаевич… — промямлил Гордей, когда я прошел мимо него. — И что… что дальше?

Голос юного лакея дрожал, и явно не от восхищения. Скорее, он сам не понимал, как ему относиться к моему неоднозначному поступку. Если родители привили ему благоговение к святости веры, а господин, которому он поклялся служить, только что втоптал служителей этой веры в грязь… Чью тогда сторону ему следовало принять в данной ситуации?

— А дальше со дня на день будем ждать визита непрошеных и крайне неприятных гостей. Ничего, мне не впервой… — устало выдохнул я и перевел взгляд на темную целительницу, которая всё еще держала рот на замке, но покорно следовала за нами шаг в шаг.

А ведь могла сбежать, и я бы точно не стал ее преследовать.

— Может, имя свое хотя бы назовешь? — предложил девушке, чтобы хоть как-то разрядить сгустившуюся между нами атмосферу.

Еще некоторое время темная молча сверлила меня взглядом исподлобья, а после всё же ответила. Голос ее был низкий, с легкой хрипотцой, а пересохшие губы едва шевелились:

— Кара.

Сейчас я вряд ли добьюсь от нее большего. Выглядела девушка, и впрямь, неважно. Неизвестно, сколько ее тащили за собой на привязи, а недавний рацион большим разнообразием явно не отличался — черствый хлеб и вода, если вообще кормили. Хранители веры всегда были такими… сложными людьми.

Как бы мне ни хотелось поскорее вернуться в поместье и начать подготовку к следующему спуску в Бездну, в городе нам придется задержаться.

***

Гильдию мастеровых мы отыскали быстро, но бюрократические заморочки вынудили нас с Карой около получаса просидеть в коридоре. Гордей в это время бегал из кабинета в кабинет, получая всё новые бесполезные справки, пока нам наконец-то не подыскали свободного мастера. Не только водопроводчика, но и хорошего столяра, а потому содрали с меня чуть ли не втридорога.

— Прошу прощения, Ваше Светлейшество, — склонил передо мной голову лакей, когда объявился в коридоре вместе с седым и усатым мужичком. — Говорят, у Алисы Николаевны быстрее выходило договориться. У нее этот… как его… язык навешан.

— Подвешен, — поправил я мальчишку, а темная впервые с момента нашей встречи выдавила подобие улыбки.

Подозрительно косились на девушку все кому не лень. Босая и в обносках, она привлекала к нашей компании слишком много ненужного внимания, а потому сразу после посещения гильдии мастеровых я принял решение привести Кару в более-менее подобающий вид еще до отъезда из Иркутска.

Сильно тратиться не стал. Оплатил пару-тройку скромных по фасону платьев в ближайшем ателье, обед в трактире, который попросил завернуть с собой, и поход в баню.

— Раз уж в плотничном деле вы разбираетесь так же хорошо, как в водопроводном, то хотелось бы попросить вас еще об одной услуге, — обратился я к мастеру, пока мы, сидя в экипаже, ожидали возвращения темной после принятия водных процедур.

— Любой каприз за ваши деньги, Ваше Светлейшество, — с улыбкой кивнул мужичок по имени Дементий, и мне сразу понравилась его прямота.

— Я планирую постройку подъемника возле Бездны. Качественного, крепкого подъемника. Если бы вы до отбытия из поместья смогли обозначить фронт работ и составить хотя бы приблизительную смету, на вознаграждение я не поскуплюсь.

— Посмотрим, что можно сделать, — задумчиво покрутил он седой ус, — но сразу скажу, что возведение подъемника — мероприятие не из дешевых.

— Об этом я осведомлен, но насколько?

— Ну-у-у… рублей сто пятьдесят, если опираться на ваши запросы, выложить придется. Возможно, больше, но никак не меньше.

Ответ я получил довольно расплывчатый, однако и его можно было принять к сведению.

Сто пятьдесят рублей, значит. А ведь это почти половина из отложенной за годы учебы стипендии. Если остальные средства оставить на непредвиденные расходы, то жить можно. Правда, пару-тройку рейдов предстоит провести в прежних условиях, но и это терпимо.

Когда Кара вышла из дверей общественной бани, переодетая в чистые обновки, я не сразу смог признать в ней недавнюю пленницу охотников. Щеки моего лакея аж зарумянились, стоило магичке вернуться в экипаж и усесться напротив нас рядом с мастером.

Под глазами девушки всё еще пролегали темные круги, а на молочно-белой коже виднелись ссадины и синяки от побоев, но они тоже нисколько не умаляли ее привлекательности.

Я бы сказал, что церковники даже немного продешевили, но главное, что меня интересовало в моем приобретении — уровень ее силы и редкие способности, которые в ближайшее время предстояло испытать на практике, в том числе в Бездне.

— В поместье! — приказал я кучеру. А как только экипаж тронулся с места, добавил уже чуть тише: — Домой…

Глава 11

Лишь тогда, когда пассажиры в экипаже резко сменились незнакомцами, а пейзаж за окном окрасился в багровые тона, я понял, что опрометчиво позволил себе задремать. Иначе я никак не мог объяснить неожиданное появление облаченных в старинные латы мужчин, сидящих теперь напротив меня, и алеющее над деревьями-исполинами небо.

— Мы не можем позволить это, Ваше Светлейшейство, — мотнул головой один из незнакомцев, явно обращаясь ко мне. — Вы нужны нам здесь, а к Бездне сейчас так просто не подступиться. Если сами готовы душу свою на кон поставить, подумайте хотя бы об остальных, прежде чем решать всё за них.

Его крупный, волевой подбородок покрывала легкая щетина. Острый с горбинкой нос, поджатые губы, курчавые волосы… Готов был поклясться, что впервые вижу этого мужчину. Но, тем не менее, я уверенно ответил ему:

— Вы поклялись моему роду в верности, Леонид Александрович. Это не пустые слова, но уже в который раз вы отказываетесь присоединиться к моим людям. Тогда чего же стоит ваша верность?.. Может, мне стоит проверить, насколько крепко ваше слово? Что скажете?

— Да потому что это безумие! — гаркнул мой собеседник, махнув рукой и едва не задев незнакомца, сидящего рядом с ним. — Мне нужны гарантии! Хотя бы половина моей гвардии обязана вернуться из боя целой и невредимой. Только в этом случае…

— Довольно! Довольно, Леонид Александрович… — чуть тише повторил я, а после вскинул голову и прикрикнул кучеру: — Семён, придержи-ка лошадей! Его Сиятельство граф Громов изволит пройтись пешком, — процедил я сквозь зубы, наблюдая за тем, как у моего собеседника медленно вытягивается лицо.

— Вы не посмеете… — возмущенно было начало он.

— Уже посмел. И вас это тоже касается, Владимир Леонидович, — перевел я взгляд теперь уже на второго мужчину, который всё еще не проронил ни единого слова. — Уверен, свежий воздух вам обоим пойдет на пользу. Ни в своем экипаже, ни в своем поместье я вас более видеть не…

***

Меня буквально выдернуло из сновидения, причем на самом интересном месте. Одно из задних колес кареты либо на кочку наехало, либо провалилось в яму, но ощущения в области копчика остались не из приятных, когда я широко распахнул глаза.

Разумеется, по пути из Иркутска меня сопровождали те же спутники, а небо за окном было по-прежнему привычно голубое. Ничего не изменилось. Однако выяснить природу странных снов всё же стоило. Картины далекого прошлого, все эти воспоминания… они ведь даже не принадлежали мне.

— Как жаль, что вы проснулись, — украдкой глянула на меня Кара из-под полуопущенных ресниц. — Так невинно выглядите во сне… Веки ваши подергиваются, губы подрагивают… как у малого дитя.

— Кхм, — кашлянул я в кулак, окончательно возвращаясь в реальный и не менее суровый мир. — Смотрю, лесной воздух пошел тебе на пользу. Я рад.

— Вас мучают кошмары или же я не права? — проигнорировала темная мои слова и с вызовом вскинула бровь.

Вот же… насквозь меня видит.

— Учитывая, сколь многое еще предстоит сделать, чтобы навести здесь порядок, пожалуй, кошмары — меньшее из уготованных мне зол, — уклончиво ответил ей.

Не хотелось бы начинать наше знакомство со лжи, но и всей правды поведать я девушке не мог. Если даже Алису в известность о странных снах не поставил, то малознакомой темной и подавно открываться не собирался.

— Прошлое не желает отпускать вас или же дело в неясном будущем? — подалась Кара вперед, и интерес в ее глазах вспыхнул с новой силой. — Быть может, настоящее терзает вас как днем, так и хладными ночами?

— Я бы лучше поговорил о тебе, — резко перевел я тему, и темная загадочно улыбнулась. Теперь уж точно не оставит попыток разузнать больше. — Кара… необычное имя.

— Вполне обычное для людей моего народа, — снова откинулась она на спинку сидения. — Подданные вашего Императора именуют нас карагасами, но мы жили на этих землях еще задолго до того, как чужаки ступили на них и осквернили. Повесили на нас клеймо и вынудили скитаться по лесам, пока не преклоним колени.

— Темный дар ты получила по наследству? — решил не заострять внимание на ее, пусть и вполне объяснимой, но неприязни, в том числе к моему роду.

— Дар у нас всегда передавался от шамана к сыновьям и дочерям его, — охотно поведала Кара. — Но правильно ли называть темной ту магию, что исцеляет плоть и разум?

— Если при этом она отбирает чью-то жизнь взамен — вполне. По крайней мере, именно так это трактуется в официальных документах.

— Огонь жизни отбирает тоже, но сотворен самой природой и признан благородной силой, — изящно махнула девушка рукой по воздуху, оставляя за ней темно-фиолетовый шлейф. — Притом способен он лишь обеззаразить рану, а вот со света того вытянуть навряд ли. Так в чем же разница? Принципиальна ли она?

— Даже если бы я с тобой согласился, церковь от своих слов всё равно не отступится. Но не это сейчас важно, — устремил я взгляд в окно, на вечнозеленые сосны-исполины. — Лично я не вижу никакой разницы, если твоя магия пойдет нашему отряду на благо. Как ты уже слышала, я собираюсь взять тебя в Бездну.

— Как пленницу.

— Как соратницу, — тут же поправил ее, строго посмотрев девушке прямо в ее чарующие глаза. — Свои тридцать рублей при должной старательности ты можешь окупить после первого же спуска, но насильно держать тебя при себе я не собираюсь. Выкажешь желание покинуть нас после — сможешь идти на все четыре стороны, препятствовать этому не буду. Решишь остаться — так тому и быть. Предоставлю и кров, и пищу, и даже ежемесячное жалование. Но лишь в том случае, если окажешься нам, действительно, полезной.

— Вот, значит, как… — странно посмотрела на меня темная целительница.

— Ты не пленница, просто имей это в виду.

***

Остаток пути до поместья мы проделали молча. Лишь изредка Кара бросала на меня задумчивый взгляд, а затем вновь уходила с головой в свои мысли. Гордей вел себя тише воды ниже травы, а нанятый мастер вовсе сладко дремал на протяжении всей дороги. Вот что значит профессионал — отдыхает, пока нет работы, и наслаждается жизнью.

Зато вихрь по имени Алиса Николаевна обрушился на наш экипаж сразу же по возвращении. Едва моя нога коснулась ступеньки кареты, сестрица, одолеваемая любопытством, уже была тут как тут, чтобы справиться о результатах поездки в город. Даже несколько минут потерпеть не могла… неугомонная.

— Ну как? Ну как? — весело вопрошала Алиса, а когда из кареты следом за мной вышла незнакомая ей девушка, бесстыдно уставилась на нее, часто хлопая ресницами.

— Это Кара, — во избежание неловких вопросов представил я свою дорогую, причем во всех смыслах, гостью. — Пусть ей выделят одну из гостевых комнат, а стол к ужину накроют на три персоны.

Плавно озадаченность в глазах сестры сменилась явным лукавством, а затем и губы ее расплылись в озорной улыбке. Вот явно что-то не то подумала, но что-то доказывать сестре не было никакого смысла. Ничего хорошего это не предвещало, поэтому я поспешил ретироваться из ее поля зрения как можно скорее. Причины сделать это у меня были — обмыться и переодеться с дороги.

Вот только любопытство Алисы оказалось в разы сильнее желания показать себя гостеприимной хозяйкой.

— Слышала, что Его Светлейшество изволил? — краем уха уловил я слова сестры, судя по всему, обращенные к нашей экономке.

А немного погодя эта непоседливая, подобрав юбки, нагнала меня на лестнице, когда я уже поднимался на второй этаж.

— Ну надо же! Стоило всего на полдня отпустить тебя одного, а ты уже привел женщину в дом! — всё с той же улыбкой принялась щебетать она. — Не могу не отметить, что она довольно хороша собой, но как же период ухаживания? Цветы и конфеты? Или столичные мужчины настолько прямолинейны, что…

— Я вытащил эту женщину из петли, уготованной ей церковниками, — с прохладой в голосе припечатал я, остановившись, и Алиса в ту же секунду смолкла. Уголки ее губ нервно дрогнули и медленно опустились. — Так что лучше бы ей хорошо подготовиться к следующему спуску в Бездну, если она намеревается выйти оттуда живой. А что касается ухаживаний… — теперь настала моя очередь выдавить хитрую улыбку, — надеюсь, в скором времени ты примешь их от мужчины, которого посчитаешь достойным. С нетерпением буду ждать этого момента.

— Ну и хамло же вы, Влад Николаевич! — в оскорбленных чувствах бросила сестра вдогонку, когда я двинулся дальше по лестнице, не дожидаясь ее ответа.

— Прошу прощения?.. — махнул рукой, не оборачиваясь. — Не расслышал столь нелестный эпитет в свой адрес из уст дражайшей сестрицы.

Но про себя уже в который раз подумал, что, в самом деле, немного перегибаю палку. Столько лет Алиса трепетно дожидалась возвращения младшего брата, оберегая наш очаг. Подготовилась к моему приезду в меру своих возможностей, встретила со всем радушием, а я ведь даже из столицы ничего ей не привез…

Годы язвительных усмешек за моей спиной и косых взглядов не столько закалили меня, сколько вынудили очерстветь. Искоренить все теплые чувства, чтобы на смену им пришел лишь пробирающий до костей холод в сердце. Там у меня не было ни друзей, ни соратников, на которых я мог бы полностью положиться. Точнее, была пара ребят, с которыми я мог нормально общаться, но, прекрасно зная свое положение, я сторонился более серьезных связей.

Алиса не заслуживала такого отношения. Кто угодно, но только не она.

Однако когда я запоздало позволил себе обернуться, сестры уже и след простыл.

— Сестрица ваша, конечно, натура романтичная, — наткнулся я на проказливую физиономию Кайроса, стоило мне вновь повернуться ко второму этажу. Его только не хватало для полного счастья… — Но цветы и конфеты?.. К чему все эти пережитки прошлого, если женщина и без того крайне к вам расположена?

— Сейчас мне совершенно не до вашего сватовства, — устало вздохнул я и прошел сквозь демона, на что тот возмущенно ойкнул. — Есть вещи куда более важные.

— Это вам так кажется, — решил не отступать Кайрос от своего, делая вид, что поднимается по лестнице вместе со мной. На деле же он в мгновение ока мог преодолеть ее и встретить меня уже наверху. — Но только представьте, если в Бездне с вами приключится какая-нибудь… досадная оплошность! Я ни на что не намекаю, но чем быстрее вы заделаете себе наследника, тем спокойнее Вашему Светлейшеству будет спускаться…

— Так сразу и скажи, что не за меня беспокоишься, а за себя самого, — усмехнулся я, перебив его. Догадался уже, к чему он клонит. — Не оставлю наследника — останешься усыхать в межмирье без возможности перебраться в новый сосуд.

— И это тоже! — назидательно вскинул он указательный палец в воздух. — По мне, так вы слишком уж категоричны, Влад Николаевич! Женщины… ни одна ночь не сравнится с той, когда вы делите ложе с обворожительной красавицей!

Лютня, сотканная из тени, снова оказалась в руках рогатого, и Кайрос демонстративно прокашлялся, прежде чем сыграть первый аккорд.

Темная иль светлая — роли не играет то у дам,

Ведь одинаково устроено всё та-а-ам…

К счастью, я успел зайти в свои покои и захлопнуть двери перед самым носом демона, не расслышав окончание куплета. Или припева? Да без разницы…

Однако Кайрос попросту прошел сквозь двери, перебирая струны когтистыми пальцами. Ну да, как же я мог забыть?

— …но если дева та уже не дева вовсе,

Ты к лекарю ее отправить не забудь!

Чтоб после полной страсти ночи

Наутро горя не хлебну-у-уть…

— Теперь еще лучше понимаю лордов, которые взашей тебя из Инферно погнали, — стянул я дорожный плащ и бросил его к ногам. Подсохшая грязь иркутских улиц хлопьями посыпалась с него.

— Творца обидеть может каждый…

— Ты лучше вот что мне скажи, — припомнил я вещь, о которой хотел поинтересоваться еще в карете. Лишь присутствие пассажиров меня от этого остановило. Несмотря на то, что переговариваться с демоном я мог посредством телепатической связи, вдруг Кара уловила бы присутствие Кайроса? Все же она оставалась темной. — Еще до выпуска из гимназии меня стали беспокоить странные сны…

Я обернулся и увидел, что теперь бывший лорд тринадцатого этажа Бездны сидит на краешке кровати с самой серьезной миной из возможных. Подперев щеку кулаком, он кивал невпопад и был готов внимать каждому моему слову. Вот же фигляр недоделанный…

— Продолжайте, Ваше Светлейшество, — подмахнул демон рукой, и я не удержался от того, чтобы закатить глаза.

— Мне снятся странные сны, — повторил я. — Но это не просто набор случайных образов. Ощущение складывается, что события моих снов уже некогда происходили. Какие-то конфликты внутри стен нашего поместья, предтечи некоторых из Моров и участие в них. Одновременно я занимаю и роль наблюдателя, и кого-то еще. Кого-то… будто бы из моих предков, но сам контролировать происходящее не могу. Как это понимать?

— О-о-о… — протянул Кайрос со знанием дела, и уголки его губ медленно поползли вверх. — Удивительно, что память крови дала о себе знать еще до инициации…, но выходит, что даже ваши предшественники сумели оценить Ваше Светлейшество по достоинству!

— Память… крови? — нахмурился я, стягивая пропитавшийся потом и дорожной пылью камзол. — Первый раз о ней слышу.

А еще неприятно, что эта вещь может перекликаться с магией крови, которая тоже является запрещенной. Будто мне мало проблем.

— И далеко не в последний! — вернулась к демону прежняя игривость. — Сказать по правде, я и сам узнал об этой особенности от главы вашего рода, с которым заключил договор. Кхе-кхем… — хорошенько прокашлялся Кайрос, прежде чем продолжить. Видимо, это долгая история. — Однажды четыре рода жили в мире…

Понятно. Очень долгая история.

Перебивать демона я не стал. Выслушал всё от начала до конца, поскольку даже детали его рассказа могли иметь немаловажное значение. Причем странно, что как член рода-основателей я до настоящего момента понятия не имел о том, что собой в действительности представляет память крови. Возможно, родители просто не успели поведать мне о ней?.. Или же я просто не был готов к подобным знаниям, сейчас и не узнаешь.

Как мне было известно еще из курса истории, четыре рода положили начало объединению разрозненных земель в единую Российскую Империю, а одним из них стал мой — род Морозовых. Ради сохранения бесценного опыта и знаний, что передавались бы из поколения в поколение, наши древние предки провели крайне энергозатратный ритуал на крови. С тех пор от главы к наследнику, по достижении совершеннолетия, не сразу, но постепенно по крупицам начинала перетекать мудрость и опыт всех его предшественников.

Правда вот, даром память крови была не всегда. Порой она обращалась для наследника проклятьем. Вызывая путаницу между событиями давно минувших лет и явью, она могла свести человека с ума, если не обладать достаточной силой воли и не суметь разграничить себя и предка.

— Так произошло с вашей пра-пра-пра… — покрутил демон рукой в воздухе. — Запамятовал…, но бабушкой. Анной Морозовой. Как старшая из трех сестер за неимением братьев, она приняла на себя главенство над родом до вступления в законный брак, но кошмары донимали ее не только по ночам. Видения прошлого преследовали ее круглые сутки, и, в конце концов, довели до умопомешательства. Лишь с моей помощью она вступила в запретную связь с женихом до замужества и скончалась вскоре после того как разродилась сыном с белоснежными волосами.

Мне уже доводилось слышать историю о ней, а также о том, что мою далекую родственницу свели с ума постоянные галлюцинации, но от бед с головой не был застрахован никто. Да и времена тогда были более дремучими, чем сейчас — мало ли чем болела моя родственница. Так мне казалось.

Тут я вспомнил о кабинете моего отца, окружение в котором буквально на секунду преобразилось до неузнаваемости прямо на моих глазах, но затем снова вернулось в норму. А за месяц до этого, еще во время учебы, в мою комнату в общежитии влетела стая обезумевших гончих. Почти уверен, что ни в первом, ни во втором случае я не спал.

Значит, это тоже было своеобразное проявление памяти крови, вышедшей за грань сновидений?..

Учитывая, что ранее я уже встречался с описанными Кайросом явлениями, у меня не было оснований не принять его слова за истину. Однако у медали этой было две стороны.

С одной стороны, впитать в себя опыт предшественников было бы полезно, особенно принимая во внимание скверное положение нашего рода и того, что никто нам даже не думает помогать. Годами мои предки исследовали Бездну, и полученные ими знания могли бы сослужить мне и моим людям хорошую службу.

Но с другой — вероятность повторения участи тётушки Анны меня нисколько не радовала. Я даже не способен контролировать эти видения.

Или же пока не способен?..

— Если Ваше Светлейшество уже закончили размышлять над тщетностью бытия, — нагло выудил меня из мыслей развеселый голос демона, — тогда почему бы нам не вернуться к обсуждению нашей красавицы-подопечной? Или же вам дать пару-тройку советов, чтобы?..

— Спасибо, обойдусь, — глянул на него с таким холодом во взгляде, что Кайрос тут же заткнулся и обидчиво поджал губы.

Память крови… и всё же занятно. Надо бы подумать на досуге, как извлечь из нее максимум выгоды перед следующим рейдом.

Глава 12

Отныне беспокойные кошмары должны были приносить мне лишь пользу и ничего кроме нее. Потому на следующее утро после очередного сна в алых тонах я не вскочил с подушки в ледяном поту, а спокойно открыл глаза и задумался над увиденным. Все же когда понимаешь, что это не просто плод твоего воображения, то начинаешь на все это смотреть под иным углом.

Снова я стал свидетелем кровопролитной битвы с участием людей и демонов, вот только по силам ли мне сейчас будет на практике применить приемы, используемые моим дальним предком? Дистанционная энергетическая атака, в которой оружие служило лишь проводником, казалась сложной и затратной для моего текущего магического резерва. Да и выдержит ли мой меч?.. Как-никак, через клинок будет проходить много энергии, и это скажется на нем, если оружие недостаточно хорошо.

Впрочем, лучше попробовать и пожалеть, нежели бездействовать и после винить себя за это. Да и, стоит признать, такие возможности смотрелись очень уж захватывающе и их хотелось испытать на деле.

Совсем скоро мы вернемся в Бездну, и я намерен задержаться в ней подольше. Извлечь максимум из своих текущих возможностей и унести из нее как можно больше ресурсов, чтобы окупить незапланированную покупку Кары и постройку подъемника в кратчайшие сроки.

Значит, к тому моменту следует подготовиться как следует и начать с сегодняшнего же дня.

Еще вчера, когда с протечкой на кухне было покончено, ближе к вечеру мы с мастером съездили к Бездне и он сразу предупредил меня, что работы предстоит много. По возвращении в поместье он составил подробную смету, взяв с меня пять рублей за чертежи и еще сотню аванса для закупки необходимых материалов.

Дня через три начнется стройка, но ждать ее окончания я не собирался. Как только мои люди оправятся от предыдущего рейда, спустимся уже известным нам способом и посредством всё той же веревочной лестницы доставим добычу на поверхность. Пока что так. Никакого простоя просто потому, что моему роду срочно нужны деньги.

Наскоро умывшись и переодевшись, спустился вниз. Неугомонной Алисы пока что не было ни видно, ни слышно, так что, пользуясь удобным случаем, прошел сразу на задний двор к казармам и тренировочной площадке.

Может быть, успею еще до завтрака позаниматься и нагулять аппетит, ибо и так по горло уже был сыт ворохом взваленных на себя задач. Разогнать кровь по жилам не помешало бы.

— Вы явно что-то задумали, Влад Николаевич… — объявился демон, точный как часы, стоило мне зайти на припорошенную песком территорию площадки и прикрыть за собой калитку. — Неужто решили опробовать один из приемчиков, что украдкой подсмотрели в своих сновидениях?

— Именно это я сделать и собираюсь, — отмахнулся от Кайроса и уж было провернул печатку с мечом на пальце, но вовремя передумал и вместо артефактного оружия взял с деревянной стойки один из затупленных тренировочных мечей, частично изъеденный ржавчиной.

Таким пожертвовать будет не жалко. Всё равно в утиль отправятся, как только появятся средства на обновление арсенала. Даже смотреть на эти порыжевшие железки тошно…

— А со мной не поделитесь, каким именно? — проводил меня демон заинтересованным взглядом, привалившись к оградке. — Я ведь не просто ходячая энциклопедия «О Бездне и тварях, которые в ней обитают». Я наставлял десятки поколений ваших именитых праотцов, и многие из их числа…

— Просто под ногами не мешайся и помалкивай, — буркнул я под нос, уверенный, что даже так рогатый меня прекрасно услышал. — Этого будет достаточно.

Остановившись на середине тренировочной площадки, встал в боевую стойку. Еще раз взвесил меч в руке, сделал пробный взмах, чтобы приноровиться и рассчитать идеальный баланс…

Ну а теперь самое сложное. Пропустить энергию через оружие, использовав его в качестве проводника, и направить волну дальше. Заставить ее сорваться с кромки меча после взмаха по заранее определенной траектории. Отправить в свободный полет из недр собственных энергетических потоков и выйти за грани проводника.

Все это необходимо было воспроизвести исходя из того, что я видел во сне. Благо в этот момент я буквально находился в теле своего предка и прекрасно чувствовал, что именно он делал, чтобы добиться подобного эффекта. Осталось лишь понять будет ли этого достаточно, чтобы воспроизвести продемонстрированную технику.

В гимназии нас не обучали ничему подобному даже на факультативах с повышенной сложностью. Напротив, преподаватели все как один твердили, что энергия ни в коем случае не должна выйти за пределы проводника, иначе это может плохо закончиться не только для оппонента, но и для хозяина оружия.

— Кажется, я понял, что вы задумали, Влад Николаевич… — задумчиво протянул Кайрос, вновь отвлекая меня и сбивая концентрацию. — Но уверены ли вы наверняка, что эта проржавелая железяка в ваших руках сдюжит прием такого рода? На вашем месте, я подобрал бы проводник на порядок качественнее.

— Пока не попробую — не узнаю, — снова отмахнулся от его непрошенных советов.

— Что ж, дело ваше! — сдался наконец демон. — Самого дорогого только не лишитесь, а остальное и до свадьбы заживет!

Так. Сначала.

Вдох, выдох. Ускорить магический поток, направить часть энергии в проводник…

Приоткрыл глаза, чтобы убедиться, что лезвие меча слабо засияло от вложенной в него силы. Мне пока не хватало сноровки и опыта, дабы убедиться в этом интуитивно, но впоследствии смогу наверстать упущенное.

А теперь заставить энергию молниеносно покинуть проводник и направить ее волну вперед. Резко, одновременно со следующим взмахом.

Сейчас!

Взмах!.. и ничего.

Магия рассеялась, стоило ей покинуть пределы меча, и растворилась в окружающем пространстве. Еще некоторое время я ощущал ее остаточный след, но спустя несколько секунд исчез даже он, будто бы ничего и не было.

Либо слишком мало энергии направил в проводник, либо скорость выпуска подкачала.

Еще раз.

Повторил прежние шаги, но теперь малой частью силы ограничиваться не стал. Направил в железяку куда больше, а затем…

Взмах!

Меч задрожал в руках, лезвие его вспыхнуло буквально на мгновение, но результат остался на том же уровне — ровным счетом никаким.

Значит, пробуем снова. А если не получится, то еще и еще.

Еще и еще…

Еще!

Мало-мальский проблеск надежды появился, как только с кромки меча сорвалась тончайшая ниточка силы, однако последствия моей скромной победы в следующее же мгновение разбились вдребезги. Практически в прямом смысле этого слова.

Не выдержав моих манипуляций с энергией, тренировочный меч разлетелся на мелкие осколки. Некоторые из них лишь чудом не попали за пределы площадки, а один всё же вонзился мне в предплечье левой руки.

Резкая боль заставила поморщиться, но едва я ухватился за край осколка, чтобы извлечь его…

— Подождите! — послышался чей-то окрик со стороны калитки, и я почти сразу же узнал голос спасенной мною накануне темной целительницы.

Значит, «зрителей» уже как минимум два. У меня тут что, показательные выступления с утра пораньше?..

Брюнетка широким шагом пересекла тренировочную площадку и обхватила мою раненую руку тонкими, слегка грубоватыми пальцами.

Тогда я только порадовался, что правая рука осталась невредима. Не хотелось бы открыто демонстрировать Каре свою татуировку, которая сейчас была скрыта под плотным рукавом. Мало ли, что девушке в голову может прийти, если она увидит эти «художества» явно демонической природы?

— Не окажись меня поблизости, истекли бы кровью прямо тут, — запричитала темная, осматривая рану с врезавшимся в нее осколком. — Будто сама судьба привела сюда, не иначе…

А ведь если подумать, у меня появилась прекрасная возможность проверить способности целительницы на практике еще до того, как спускаться с ней в Бездну. Может, и впрямь, судьба вынудила меня отправиться этим утром на задний двор?..

— Всего лишь царапина, — пробурчал я, наблюдая за ее манипуляциями. Девушка слегка распорола рукав возле раны. — Бывало и похуже.

— Всего лишь царапина осколком ржавого меча, — с иронией заметила Кара. — Вы никогда прежде не слышали о заражении крови? Иногда истечь кровью — еще не самое страшное из последствий. Мне уже доводилось как-то ампутировать конечности нерадивым лесорубам, а царапины у них были и того меньше, чем ваша.

Высказавшись, темная вскинула голову, и вот тут началось самое интересное…

Склеры ее налились черным, сливаясь со зрачком, а после с ними слилась и радужка. С абсолютно черными глазами Кара, храня молчание, уставилась в небо, и стояла так ровно до тех пор, пока на плечо ее не спикировала… ласточка. Самая обыкновенная ласточка.

Когда глаза девушки вернулись в исходное состояние, она резко схватила тонко пискнувшую птицу, и даже я ощутил, как плавно жизненная энергия ласточки стала перетекать в правую ладонь Кары.

Выглядело это, в самом деле жутко, и молву о способностях темных целителей уже частично можно было подтвердить. Для исцеления, в отличие от любых других одаренных лекарей, они использовали не собственные силы, а чужие.

Жизнь в обмен на жизнь. Так ведь это работало?..

Под конец передачи сил птица трупом упала на землю, а правая рука темной незамедлительно нависла над моей раной. Левой девушка осторожно принялась вынимать осколок, а другой регенерировала повреждения, останавливая кровь и обеззараживая.

Когда брюнетка извлекла осколок целиком, от раны после ее действий не осталось даже маленького шрама. Поразительно.

— Твои глаза… что это было? — осведомился у Кары, прикоснувшись к исцеленному участку кожи, который уже ничем не отличался от остальных.

— Мимикрия, — подняла девушка ласточку в руки и раскрыла передо мной ладонь, показывая мертвую птицу с поднятыми вверх лапами. — Думаете, это создание так легко пожертвовало бы своей жизнью ради вас, если бы я не заставила его прилететь сюда против воли? Чем крупнее зверь, — ласково огладила она ее перья указательным пальцем, — тем сложнее мне слиться с его разумом и заменить собственным. В детстве всех, кто обладает таким даром, сперва обучают на насекомых, ну а птицы — этап промежуточный. Тоже ничего сложного.

— А что насчет демонов? — задал я резонный вопрос, и Кара подняла на меня свои фиалковые глаза. — Когда мы спустимся в Бездну, птиц там не будет, как и прочего зверья с поверхности. Ты сможешь использовать демонов в качестве подпитки?

— Никогда прежде мне не доводилось спускаться в Бездну… господин, — особой интонацией выделила она последнее слово. — Но раз уж матерь-природа зачем-то создала этих оскверненных существ, они тоже являются ее неотъемлемой частью. А с бессознательной тварью я совладать сумею в меру своих возможностей.

— Этого будет достаточно, — кивнул я. Еще раз бросил взгляд на зажившую рану, перевел его на дохлую ласточку. Хмыкнул.

— Пищевая цепь, круговорот жизни в природе, — с улыбкой протянула Кара и сжала птицу в кулаке. — Она станет пищей для червей, которые, в свою очередь, улучшают плодородность почвы и позволяют семенам растений прорастать быстрее, становиться сильнее, давать богатый урожай. Малая цена за то, чтобы поддерживать баланс на земле.

— Это я понимаю и без тебя, — малость смутил меня ее ответ. Можно было подумать, что я сочувствую какой-то там мимо пролетавшей мелкой пташке. Делать мне больше нечего… — К тому же, пустить жизненную силу демонов на исцеление моих людей — благая цель.

— Чтобы выплатить мой долг? — усмехнувшись, вскинула девушка бровь.

— И это в том числе.

— Тогда я выплачу его сполна, когда настанет время. Ну а пока… не смею вас более задерживать. Ваша сестра… она сильно беспокоится за вас, — зачем-то добавила Кара, уже отвернувшись от меня. — Постарайтесь уж не калечить себя лишний раз. Столь же… бездумно.

С этими словами она неспешным шагом пересекла тренировочную площадку, оставляя за собой едва уловимый шлейф луговых трав, и направилась в сторону леса. Наверное, чтобы сделать запланированное, а именно — скормить труп ласточки червям и запустить новый природный цикл.

Видимо, для ее народа это сродни ритуалу. Но не имею ничего против, пока она не доставляет этими ритуалами неудобств ни мне, ни моим людям.

— А слова благодарности, Ваше Светлейшество, благополучно засунули в задницу, — наконец-то впервые с момента появления Кары заговорил Кайрос и удрученно покачал головой. — Какова невоспитанность с вашей стороны…

— Ты демон, — напомнил ему как бы между прочим и принялся осторожно собирать осколки меча, хаотично разлетевшиеся по площадке. — Странно слышать такое от тебя.

— Так теперь нужно будет еще лучше постараться, чтобы что-то обломилось! — тут же списал он на нет неожиданное проявление добродетели. Разумеется, им двигали корыстные побуждения и ничего кроме.

— Я уже говорил тебе ранее и скажу снова — сейчас у меня имеются задачи и посерьезн… — собрался уж, было, осадить лорда.

— Демон! — неожиданно воскликнул тот, нагло перебивая меня. — Чую… где-то совсем-совсем близко!

— Чего?.. — выпрямился я, оборачиваясь к нему.

— Демон, — уверенно повторил Кайрос и спустя пару мгновений материализовался уже передо мной. Принюхался, глаза прищурил и замотал головой из стороны в сторону. — Пахнет… странно. Незнакомо.

— Быть этого не может, — попытался я проследить за направлением его взгляда, но тщетно — оно постоянно менялось. — Эпицентр в десятке километров от поместья, и единственный демон здесь ты.

Но вот откуда-то со стороны ворот послышался отчетливый мужской крик, и мы с Кайросом быстро переглянулись.

— Ну говорю же — демон пожаловал собственной персоной! — развел руками рогатый, и, не теряя больше ни секунды, я сорвался с места, побросав собранные осколки на землю.

Одно из демонических порождений? Здесь?! Каким же, черт возьми, образом ему удалось сюда доползти?! С нашей стороны подступы к Бездне зачищены на два уровня вглубь, не считая «залетных» тварей с соседних ареалов обитания, но чтобы аж до поместья добраться… Это просто невозможно!

— Он не из Бездны сюда приперся, — сообщил мне парящий рядом Кайрос. Вероятно, охватившие меня эмоции оказались настолько сильны, что демон невольно сумел прочесть мои мысли. — Не наш. Чужой. Одного из наших сразу узнал бы, а этот совершенно иначе пахнет…

Перемахнув через ограждение тренировочной площадки, поспешил на крик, который повторился вновь. Обогнул поместье, выбежал к фасаду…

Как раз в тот момент прямо посреди подъездной дорожки из-под земли вырвалась эта мерзкая тварь. Крупный червь с сегментированным телом, покрытым острыми шипами, распахнул свою пасть, напоминающую жерло мясорубки с рядами заточенных лезвий, и пронзительно заверещал, поднимая на уши теперь уже всё поместье со всеми его обитателями.

Я замер на месте, с трудом веря собственным глазам. И неспроста.

— А я ведь оказался прав! Песчаный червь… — протянул Кайрос и лихо присвистнул. — Не подскажет ли Ваше Светлейшество, как далеко отсюда находится ближайшая пустынная Брешь?..

— Далеко. Очень далеко… — без лишних подсказок понял я ход его мыслей.

Эта тварь приползла сюда не из Бездны. Ее… подкинули! В этом не было никаких сомнений, ведь подобные существа не могут вылезти из Бездны. Это же надо быть таким идиотом, чтобы подбросить мне нечто подобное!

Но разбираться с тем, кто именно это совершил, будем позже. Сперва необходимо было червя прикончить, а уже потом заниматься поисками моего недоброжелателя. Слишком уж велик список из тех, кто всем сердцем желал вырезать мой род на корню. Сволочи…

Не прощу.

Никогда не прощу!

Глава 13

Итак, песчаный червь. Практически всё его сегментированное тело покрыто шипами и, погружаясь под землю, этими же шипами он прорывает себе глубокие тоннели. Если надумает прокопать пару-тройку таких под фундаментом поместья, страшно даже представить, что произойдет со зданием. Не сразу, но в перспективе определенно ничего хорошего.

Неизвестные пока противники, которые подкинули мне эту тварь на порог, знали, что делают. Всецело осознавали последствия пребывания червя здесь и мою ответную реакцию на их поступок — тоже прекрасно должны были представлять.

Нельзя дать ему скрыться под землей. Нельзя подпустить ближе к дому. Прикончить как можно скорее. Вот и весь план.

Адреналин кипел в крови, затмевая все остальные чувства. Я не мог позволить себе ни сомнений, ни промедлений — даже если в глубине души понимал: противник не случаен, и битва может быть лишь началом.

Я уже провернул печатку на среднем пальце, извлекая оружие из кольца, и как только рукоять меча легла в мою ладонь, с крыльца донесся ошарашенный возглас сестры:

— Что… что он тут делает?!

Алиса выбежала на улицу в одном лишь корсете поверх нижнего платья. Должно быть, крики и грохот снаружи оторвали ее от совершения утреннего туалета, но в любом случае сестрица сейчас только мешалась бы под ногами. Против плотной и скользкой кожи песчаного червя ее молот практически бесполезен, а вот у остро заточенного меча вероятность пробить крепкую плоть куда выше.

А могла бы возрасти еще сильнее, успей я освоить навык дистанционного энергетического удара… Впрочем, не время сейчас для самокопаний.

Будем действовать!

— Иди в дом! — крикнул сестре тоном, не терпящим возражений. — Собери слуг и пусть не поднимают панику!

Словно в противовес моим словам, червь широко распахнул пасть-мясорубку и выплюнул на землю полупереваренное человеческое тело. Оно рухнуло на остатки подъездной дорожки, измазанное кровью и какой-то зеленоватой студенистой субстанцией.

— Ермолай! — взвизгнула Алиса.

Разобрать что-либо в таком месиве лично мне не представлялось возможным, но сестре удалось это сделать на удивление быстро.

— В дом! — снова рявкнул ей и, не теряя более ни секунды, бросился к твари с мечом наперевес, на бегу заставляя внутреннюю энергию циркулировать быстрее и подпитывая ею оружие.

Раз уж на демонах Бездны этот прием сработал, то на порождении из любой иной Бреши тоже должен. Я был почти уверен в этом.

Лезвие клинка охватило слабое сияние, с каждой частицей впитанной силы разгораясь всё ярче. Однако стоило мне приблизиться к червю на расстояние, достаточное для нанесения удара, и сделать замах, как тварь пружиной выпрыгнула из проделанной посреди дороги дыры. Лезвие прочертило по воздуху, а червь бешено закрутился вокруг своей оси и исчез из поля зрения уже во второй пробуренной шипами дыре.

Долго не раздумывая, прыгнул в свежую яму следом за ним.

— Влад! — раздался вдогонку взволнованный окрик Алисы, но вскоре все звуки, доносящиеся снаружи, стихли, а я приземлился на дно широкого тоннеля, стремительно разрастающегося вдаль.

Единственным источником света в «катакомбах», проделанных тварью, служили редкие солнечные лучи, пробивающиеся сюда сверху. Дальше опустится такая тьма, что хоть глаз выколи, поэтому проблемой скудного освещения озаботился заранее. Создал парочку магических огней, один из которых разместил над головой, а второй направил вглубь тоннеля.

Сражаться с монстром вслепую, да еще и в таком узком пространстве, ориентируясь лишь на всполохи его энергии, я пока что не мог. Просто добавим это в копилку навыков, которые мне необходимо было освоить в ближайшее время, и двинемся вперед.

Влажность забиралась под воротник, стены сочились каплями, а под ногами поскрипывала рыхлая земля, которую ещё недавно не касалась нога человека. Далеко впереди раздавался слабый, почти неуловимый скрежет — возможно, когти червя продолжали рыть путь в сторону поместья.

Видимо, еще до того, как выбраться на поверхность, червь успел хорошенько здесь окопаться. В первую очередь вырыл пути отхода, а уже после отправился на охоту. Так я предположил, добравшись до первой подземной развилки. Три совершенно одинаковых по размеру прохода уходили вперед, вправо и влево.

Странно, что, находясь на заднем дворе, я не уловил даже слабых подземных толчков.

— Ваше Светлейшейство! — окликнули меня и, обернувшись, я увидел бегущего ко мне со всех ног Игоря Владимировича в сопровождении трех гвардейцев. Должно быть тех, кто уже оправился после стычки с огром и готов был вновь взяться за оружие.

— Откуда?.. — начал уж было один из ребят, но наставник наших бойцов тут же гневно шикнул на него, вынуждая прикрыть рот.

— Потом разбираться будем, откуда здесь эта мерзость взялась. Каковы будут дальнейшие указания? — обратился мужчина уже ко мне, и его пронзительные льдисто-голубые глаза вспыхнули в свете магического огонька. Короткие седые волосы уже частично были вымазаны в свежей земле, и он небрежно провел по ним рукой. — Или позволите оставить командование отрядом мне?

— Если разделимся, они тут кони не двинут? — сразу уточнил я у бывалого вояки, кивнув в сторону гвардейцев, которые, на первый взгляд, были ненамного старше меня самого.

— За ребят своих ручаюсь, Влад Николаевич, — послышались нотки обиды в его голосе. — Уж поверьте мне, тварей они в Бездне и похуже встречали, чем этот червяк-переросток.

— Тогда я в центральный, а вы по бокам, — перевел взгляд на бойцов, и те синхронно кивнули. — И если обнаружите его, не дайте уйти в сторону поместья. Сложиться может, как карточный…

Договорить я не успел. Земля под нашими ногами заходила ходуном, рыхлые стены пришли в движение, и в мгновение ока боковые коридоры завалило прямо на наших глазах.

Да уж, не лучшую идею я подкинул… Еще бы немного, и моих гвардейцев погребло бы под этими самыми завалами. Но тогда и путь для нас оставался только один — вперед.

Либо вернуться на поверхность. Попытаться выманить порождение пустынной Бреши из подземного убежища, и маловероятно, что это удастся. Раз уж оно уже успело утолить голод, то на охоту могло отправиться еще нескоро, а караулить его до ночи… нет, придется рискнуть.

Двигаясь гуськом, мы быстрым шагом принялись пересекать центральный коридор. Я шел впереди, а замыкал цепочку Игорь Владимирович, чтобы в случае нападения исподтишка у остальных оставались время и возможность для маневра.

Но вот кончик мясистого хвоста показался впереди, скрылся за поворотом, давая нам ориентир, и я ускорился. Аккурат в сторону поместья роет, словно медом ему там намазано…

Земля снова заходила ходуном. Настолько интенсивно, что пришлось опереться на стену, чтобы остаться на ногах.

— Справа! — выкрикнул остальным, и сам едва успел сделать рывок вперед, прежде чем шипастая туша червя проскользнула буквально в паре сантиметрах от моей спины. Как раз там, где наша цепочка остановилась несколькими секундами ранее.

Ну теперь-то я точно знаю, куда он направился…

Бросив взгляд на бойцов и убедившись, что столкновения с червем они избежали, бросился в новый коридор следом за тварью. Стараясь держать ее в поле зрения, подготовил меч для удара. Лезвие, пропитанное энергией, сверкнуло в полумраке…

— Сдохни! — рявкнул я, впиваясь им в последний сегмент хвоста и разрубая его напополам.

Червь истошно завопил, вильнул вбок, проделывая еще один туннель, однако на этот раз я мысленно выверил его возвращение вплоть до секунды. Выставил меч перед собой с той стороны, с которой порождение должно было показаться, и стоило пасти-мясорубке вырасти передо мной, прыгнул в нее сам, совершая горизонтальный замах.

Склизкая зеленоватая жижа окатила меня с ног до головы под аккомпанемент разъяренного визга. Попав на неприкрытую одеждой кожу, принялась жечь и покалывать ее.

Желудочный сок… Но такого количества явно не хватит, чтобы живьем переварить меня, поэтому беспокоиться не о чем. Хотя, если своевременно от него не отмоюсь, от неприятных ощущений вроде жжения и зуда отделаюсь еще не скоро.

Даже будучи на пороге смерти, червь снова попытался скрыться, но сделать ему этого я не дал. Вторым размашистым ударом отсек головной сегмент от туши. Там уже и гвардейцы во главе со своим наставником подоспели, что было очень и очень кстати, ведь обезглавить эту тварь — еще полдела.

— Вытащите на поверхность и сожгите, — скомандовал я бойцам. Провел рукой по лицу и стряхнул желудочный сок с кончиков пальцев. Ну и редкостная же дрянь… — Если в том же виде оставить, у нас тут целая колония образуется.

— Колония?.. — переспросил один из гвардейцев, и я лениво повернул к нему голову.

— Каждая отрубленная часть песчаного червя вырастает в полноценную особь, — вскинул я бровь, и парень шумно сглотнул. — Причем довольно быстро. Можно сказать, что счет на минуты пошел, так что лучше бы вам и впрямь поторопиться. Живее!

— Д-да, Ваше Светлейшество…

Ладно, позволил себе немного приврать, чтобы не расслаблялись. Просто настроение у меня сейчас было прескверное. На самом деле процесс регенерации этой твари займет несколько часов, если не больше. Вполне успею привести себя в порядок и оценить масштабы причиненного поместью ущерба, пока они с виновником сего торжества возятся.

— Я отдам соответствующие распоряжения, Влад Николаевич, — кивнул мне Ковалев, а затем добавил с хитрым прищуром: — Уже не впервые задаюсь вопросом, действительно ли вы к нам из гимназии для высокородных вернулись? С вашими-то навыками… Может, и в Бреши на досуге захаживали?

— Гимназия для высокородных — местечко похуже любой из Брешей, уж поверьте, — пробурчал я под нос, проворачивая печатку на пальце.

И вот тут я ничуть не соврал. Хотя если бы у меня появилась возможность отмотать время назад и отказаться от зачисления в пользу сестры, я поступил бы ровно так же, как тогда. Столько бесценных жизненных уроков мне могло бы преподать лишь общество прогнившей на корню аристократии, пусть даже я сам официально входил в их число.

У нас с Игорем Владимировичем еще наверняка найдется время перед следующим рейдом, чтобы обсудить грядущий поход. Поэтому, сухо попрощавшись, уже развернулся, чтобы уйти, но тяжелая ладонь неожиданно легла на мое плечо.

— Я могу лишь предполагать, чьих это рук дело, но мы обязательно выйдем на след виновников, — заверил меня мужчина. — За время вашего отсутствия здесь многое изменилось. Далеко не в лучшую сторону.

— Знаю, — не оборачиваясь, ответил ему. Непроизвольно сжал кулаки, покрытые липкой субстанцией. — В глазах бывших вассалов, я — впавший в немилость князь, в глазах церковников — одержимый грешник. Но даже если вся Империя отвернется от нас, ничто не мешает нам отвернуться от нее, когда настанет час расплаты.

— Вы намекаете на следующий Мор, — не спрашивал, а утверждал Ковалев.

— Вот и посмотрим, сумеют ли они подавить его без помощи единственного рода демоноборцев, — горько усмехнулся с опущенной головой. — Как приползут сюда на коленях, вымаливая прощение за всё содеянное, лишь бы мы загнали демонов обратно в Инферно… Пожалуй, ничего сейчас я не жажду так страстно, как начала следующего Мора. И мне нисколько не стыдно от этих мыслей. Ни-сколь-ко.

Не говоря больше ни слова, двинулся к выходу на поверхность. Пальцы слегка подрагивали после боя, но вовсе не от страха за свою жизнь. Не от страха перед тварью, которую я впервые увидел воочию, нет.

Меня охватывала ненависть за то, что пришлось пережить верным мне людям. За то, что я в принципе позволил случиться подобному на своих землях. Теперь я глава, а значит, и вся ответственность ложилась на мои плечи. Нельзя допустить, чтобы подобное повторилось вновь, иначе даже в глазах собственных слуг я стану не более чем жалким мальчишкой. Одним в целом мире без единого союзника, зато успевшего нажить себе массу высокородных врагов.

А что необходимо в первую очередь, чтобы заявить о себе? Чтобы защитить свои земли от упадка, вытащить подданных из нищеты? Разумеется, деньги. Много денег, и единственный способ быстро заработать их — систематически зачищать этажи Бездны и поднимать на поверхность качественные ресурсы.

Но оставлять дом без защиты, тем более после сегодняшнего происшествия, тоже не вариант. Следовательно, один отряд гвардии должен остаться в этих стенах, ну а мне предстоит полноценно заменить его в Бездне.

Ну что же… Достойный вызов для наследника рода Морозовых.

Сразу же после того, как смыл с себя последствия битвы с песчаным червем, пришла пора оценить масштаб разрушений, и к выводам мы с Алисой пришли неутешительным. Завал тоннелей, ремонт дороги, но что не менее важно…

— Семья Ермолая живет в Январьске, — подсказала мне сестра, когда накрытое полотном тело садовника… вернее, то, что от него осталось, грузили в телегу. — Жена на сносях и двое детей. Нужно сообщить его родным и организовать похороны. Я могу этим заняться.

Вот и вернулся на свои земли великий князь… Одно только название от статуса осталось, да и то от уважаемых предков унаследованное.

— Хорошо, езжай, — вздохнув, кивнул ей. — Тебя они лучше знают, а от меня там толку немного будет.

Ну а пока Алиса собиралась в дорогу, улучил несколько минут и вышел за ворота поместья, чтобы осмотреться. Если тварь мне на порог подкинули специально, а я был почти уверен в этом, то какие-то следы злоумышленники должны были оставить. Не могли они просто в воздухе раствориться с такой-то громадиной в довесок.

Сперва внимание привлекли две бороздки от колес на влажной земле. Совсем еще свежие, крупные и явно не моему экипажу принадлежащие. Затем неподалеку от них квадратное углубление, частично примявшее траву, будто бы тяжелым ящиком оставленное. Но в ящик такого размера взрослая особь песчаного червя не поместилась бы…

Разве что некто привез сюда один из его сегментов. Не утром, получается. Ночью. Столько времени как раз хватило бы, чтобы оставленный здесь сегмент регенерировал и развился в полноценную особь.

И больше никаких следов. Но не смогу же я по одной лишь форме колес определить, кто наведывался к нам посреди ночи? Если только предупредить следующее происшествие, приставив к воротам дозорных. Пусть оставленный в поместье отряд гвардии сменяет друг друга днем и ночью. Составить график патрулей тоже не помешало бы. Это хоть как-то поможет в деле.

Значит, нужно потратиться на возведение хотя бы простенькой караулки со всем необходимым, чтобы бойцам не приходилось покидать пост, но траты эти были более чем рациональными на текущий момент.

Да все грядущие траты рациональные, средства бы на них найти…

— Эх, — присев на корточки, зачерпнул горсть земли из квадратного углубления и пропустил ее сквозь пальцы. — Демоны бы вас подрали…

Как нельзя кстати в голове всплыли слова одной славной женщины, моей гувернантки, павшей от рук графа Громова в ту роковую ночь:

«Настоящие демоны, Влад, собрались сейчас за этой дверью. Вот, кто по-настоящему безжалостен…»

Когда-то я мечтал просто вернуться. Сегодня — я готов сражаться за каждую пядь земли, за каждого человека, оставшегося под моей рукой. Прощения я ни у кого не попрошу. Пожалуй, пришло время заставить других раскаиваться.

Решено. Мы отправимся в следующий рейд завтра же на рассвете. Соберем всех тех, кто уже готов взяться за оружие, и спустимся в Бездну. Зачистим столько областей, насколько хватит сил, и набьем телегу товаром до отказа.

Не в том мы сейчас положении, чтобы сидеть сложа руки. Пока раны зализываем, есть вероятность вовсе проснуться среди развалин с привкусом пепла во рту. Я не допущу этого, и никакие тренировки более не станут оправданием моему бездействию.

Бездна будет для меня тренировочной площадкой. Только так и никак иначе.

Глава 14

Недаром говорят, что если долго всматриваться в Бездну, тогда и Бездна обратит на тебя свой взор. Стоя на самом ее краю и вглядываясь в бесконечную черноту, я на себе прочувствовал правдивость этих слов.

Чужеродная магическая сила, просачивающаяся на поверхность из ее недр, обволакивала меня с головы до ног. Но если гвардейцы с явным неудовольствием ежились под влиянием этой силы и нервно переминались с ноги на ногу, мои ощущения от пребывания в эпицентре были в корне иными.

Нигде еще я не чувствовал себя так легко и свободно, как здесь. Это даже было странно, но я будто был на своем месте.

Еще во время учебы в гимназии, вдали от Бездны и прочих Брешей, мне часто приходилось испытывать дефицит энергии. Лишь манакристаллы частично исправляли эту ситуацию, но стоили они недешево. Тут же магический фон казался настолько насыщенным, что всякая нужда в дополнительной подпитке отпадала, и бой с огром служил прямым тому доказательством. Просто в тот момент я это не до конца осознал.

По словам Кайроса, лишь члены моего рода способны были поглощать энергию Бездны, смешивать ее с собственной и использовать по своему разумению. Значило ли это, что в пределах эпицентра мой резерв становился неисчерпаемым? Если научиться брать эту энергию под контроль, оставаясь в сознании и не позволяя ей взять контроль надо мной, в моих руках окажется поистине безграничная сила.

Вот только нельзя забывать, что подобных вещей не бывает без подвоха.

— Непередаваемая атмосфера, — приблизилась ко мне Кара, покачивая бедрами. Остановившись рядом и подбоченившись, девушка вместе со мной воззрилась в бесконечную черноту, распростертую под нашими ногами. — Слышала, даже самые искусные маги сходили с ума, если задерживались здесь дольше положенного.

— Можешь обратиться напрямую ко мне, если почувствуешь себя дурно, — глянул я на темную целительницу, однако внешне девушка не выказывала ни толики беспокойства. Она таинственно улыбалась, а в глазах ее мерцали озорные искорки.

— И как же тогда поступит Его Светлейшество? — с вызовом выгнула Кара бровь. — Заботливо выведет меня на поверхность в сопровождении парочки бравых ребят, чтобы я сумела восстановить рассудок?

— Скорее, окажу тебе честь и прикончу на месте, пока ты окончательно не сошла с ума и не успела навредить моим людям, — честно признался ей, чем заслужил ироничный смешок. — Наш уговор состоял в том, чтобы ты доказала мне свою полезность, а если и одного рейда выдержать не сумеешь, я буду в полном праве оборвать твою жизнь.

— Но так ли осмотрительно с вашей стороны сообщать мне о подобном заранее? — хитро прищурившись, посмотрела она на меня. Не чувствуя пока что угрозы или делая вид, что это ее не волнует.

— Я изначально не скрывал своих намерений в твоем отношении, и делать этого впредь не собираюсь, — вновь предельно честно сообщил ей. — Ложь порождает страх, а тебя я не боюсь. Нисколько.

На это девушке уже нечего было ответить, но ответа я от нее и не ждал. К тому же, наше уединение прервал Игорь Владимирович. Я заслышал лязг его тяжелых доспехов еще до того, как мужчина обратился ко мне.

— Ребята готовы к спуску, Ваше Светлейшество. Можем начинать.

— Тогда начинаем, — повернулся к Ковалеву вполоборота. — И чем раньше, тем быстрее вернемся с добычей.

Один за другим гвардейцы принялись спускаться в Бездну по веревочной лестнице. Совсем скоро, после возведения высокотехнологичного по сравнению с этим подъемника, на спуск уже не придется тратить столько времени, сил и выносливости, но пока что для нас это был единственный способ достигнуть первого этажа.

Людей с собой удалось взять не так много. Уверен, что рейды моих соседей проходят с куда большим размахом, но сейчас ситуация определенно складывалась не в нашу пользу.

Всего дюжина гвардейцев, худо-бедно способных дать отпор демоническим тварям, под командованием своего наставника, которому уже за сорок лет перевалило, да темная целительница — вот и весь мой отряд. Много я от них изначально не ждал, а потому рассчитывал по большей части на собственные умения и навыки.

Остальные остались в поместье, в том числе и Алиса. Само собой, сестра моим решением осталась не удовлетворена. Пришлось настоять на том, что в поместье должен присутствовать хотя бы один Морозов. Хотя бы потому, что в случае очередной провокационной нападки со стороны соседей, Алиса сможет взять на себя командование вторым отрядом.

Еще пара людей была назначена на патрулирование деревни. Как полноправный владелец окрестных земель, включая Январьск, я должен был озаботиться безопасностью и ее жителей тоже.

В Бездну я спустился последним, тем самым замыкая отряд. Гвардейцы уже терпеливо дожидались меня внизу, и едва мои ноги коснулись выжженной с годами земли, я занял место в авангарде и скомандовал двигаться дальше.

— Не считая заявившегося сюда в прошлый раз огра, — обратился ко мне Ковалев, поравнявшись со мной, — первый уровень зачищен. На второй время от времени забегают обнаглевшие твари, но его тоже можно назвать относительно чистым. Первые проблемы могут возникнуть на подступах к третьему — для нас он практически потерян, по крайней мере, с нашей стороны. Возможно, Алиса Николаевна уже успела ввести вас в курс дела.

— Так даже лучше, — кивнул ему, и мужчина многозначительно хмыкнул. — Значит, спуск не займет много времени, и первую добычу удастся заполучить быстрее.

— Только не позволяйте самоуверенности ослепить вас, — предупредил Игорь Владимирович. Нотки какой-то отеческой заботы прозвучали в его голосе, что заставило меня тут же внутренне поморщиться. — Долг каждого из моих ребят, как и мой собственный, состоит в том, чтобы даже ценой своей жизни уберечь вашу, вернуть вас на поверхность в целости и сохранности. Это не пустые слова, Ваше Светлейшество, а потому подумайте трижды, прежде чем лезть на рожон и обрекать остальных на встречу с праотцами в попытках защитить своего господина.

Ах вот что он с самого начала имел в виду, поднимая эту тему… Принимает меня за охочего до риска мальчишку, который решил взять на себя слишком много? Ожидаемое отношение с его стороны к незакаленному в боях человеку, едва отметившему свое совершеннолетие.

— Отнюдь, на этот счет вам переживать не стоит, — мазнул я взглядом по вальяжно вышагивающему поодаль Кайросу. На губах демона играла легкая улыбка, грудь он выкатил колесом, а руки сложил в замочек за спиной. Прямо-таки хозяин, прогуливающийся по своим владениям — ни дать ни взять. — Я сам способен понять, стоит ли овчинка выделки, и попусту рисковать без того малым отрядом не собираюсь.

Ковалева мои слова удовлетворили. По крайней мере, никаких сомнений на их счет он не высказал, и мы продолжили продвигаться по первому уровню, вслушиваясь в окружающие нас звуки. Вернее, в их абсолютное отсутствие.

Давящая на барабанные перепонки тишина, удушливый запах затхлости и ограничивающий поле зрения полумрак — таким был первый уровень Бездны, лишь морально готовивший нас к уровням, которые последуют за ним.

***

Около часа миновало, когда мы достигли следующего спуска, вот только веревочная лестница здесь была без надобности. Просто в какой-то момент я почувствовал, что угол наклона землистого пола под ногами слегка изменился, а концентрация чуждой энергии в воздухе немного повысилась.

— Второй уровень, Ваше Светлейшество, — уведомил меня Ковалев, и на глаза тут и там стали попадаться жухлые травы.

Казалось бы, всё должно быть с точностью до наоборот. Ведь сотый уровень, по словам Кайроса, занимало демоническое государство под названием Инферно, которое, уже по версии церковников, представляло собой геенну огненную, царство вечно извергающихся вулканов и нестерпимого жара. Чем ниже мы должны были спускаться в Бездну, тем хуже должны становиться условия существования всего живого здесь. Но растения?..

Кара уделяла им особенное внимание. Краем глаза я замечал, как девушка опускается на корточки чуть ли не перед каждым пучком травы, тщательно осматривает его, а затем спешит к следующему. В какой-то момент любопытство всё же взяло надо мной верх и, позволив отряду остановиться на короткую передышку, я подошел к темной.

— Тебе знакомы эти растения? — поинтересовался у нее, и целительница подняла на меня большие фиалковые глаза.

— Да так… от знакомых своих, что в авантюристки подавались, слыхала о пользе некоторых здешних трав. Пока ничего похожего по описанию не нашла. Жаль.

— И насколько же они полезны? — опустился я на корточки рядом с девушкой и пригляделся к иссохшим травинкам. По мне так самые обыкновенные сорняки, которых и на поверхности хватает вдоволь.

— Исцеляют всякие… хвори, — уклончиво ответила та. — Придают сил, улучшают эффективность настоек и снадобий. Занимательно было бы опробовать их в деле, но для начала хотя бы отыскать.

— Только если еще на глубине заготовить их впрок — высушить и истолочь в порошок, — присоединился к нашему обсуждению Игорь Владимирович, также заинтересовавшийся действиями Кары. — Хранить их в свежем виде вдали от Бездны не получится, ибо любая местная органика в кратчайшие сроки погибнет на поверхности, как бы ты ни старалась. Вроде как говорят, им магического фона не хватает для этого.

— Жаль, что к существам из других Брешей это не относится, — криво ухмыльнулся я, припоминая подкинутого нам накануне песчаного червя.

Но после краткого привала пришлось двигаться дальше — пока что нам не встретилось ни одной блудной твари ни в пределах первого уровня, ни в пределах второго.

Энтузиазм Кары в отношении местной флоры тоже малость поубавился. Она натыкалась на одни и те же подсушенные и бесполезные пучки, по итогу сделав вывод, что необходимые ей травы произрастают еще на несколько уровней ниже. Земля здесь была практически безжизненной, что не позволяло растениям разрастись в полную силу.

И тем разительнее от двух предыдущих отличался третий уровень, на который нам без боя удалось спуститься спустя еще часа через два. Местность тут больше напоминала степную, нежели пещерную.

Даже воздух здесь ощущался несколько иначе. Более… свежим, что ли? Горьковатым таким, с нотками меда и душицы. Под ногами расстелился ковер из подсушенной травы примерно по колено высотой, но сгустившийся мрак и здесь плотно перекрывал нам обзор. Всё так же приходилось довольствоваться магическими огнями в качестве единственного источника освещения.

— Эх, красота-то какая, а?! — широко раскинув руки, прошелся Кайрос мимо меня и вдохнул ароматы трав полной грудью. Обернулся, не скрывая своего удовольствия, игриво мне подмигнул. — Хорошо-то как!

«Знакомые места?» — мысленно поинтересовался у него, не сбавляя скорость ни на шаг.

— Еще бы! Когда-то третьим уровнем заправлял один мой хороший знакомый. Та-а-акие настойки гнал… — с мечтательным видом погрузился демон в воспоминания былой молодости. — Ровно до тех пор, пока один из ваших дальних предков не всадил ему клинок в сердце по самую рукоять. Короче говоря, славный был демон! — весело махнул он рукой. — А собутыльник и того замечательней!

Не сказать бы, что Кайрос сильно скорбел по утрате старого приятеля. Вышагивал с улыбкой до ушей, скользил когтистыми пальцами по высокой траве и делился со мной всяческими забавными или, скорее, постыдными историями, напрямую связанными с распитием здешних настоек.

Слушал я его краем уха. Не самую полезную информацию он сейчас освещал. Куда сильнее меня интересовал едва уловимый запах дыма, примешивающийся к остальным. С каждой минутой он становился всё отчетливее, и даже мои гвардейцы почувствовали что-то неладное, сообщив мне, что, по всей вероятности, где-то на третьем уровне мог заняться пожар.

— И часто здесь пожары случаются? — уточнил я у Ковалева, стараясь не обращать внимания на Кайроса, мельтешащего впереди с травинкой во рту.

— Время от времени, — со знанием дела ответил мужчина. — Сухостой, относительно свежий воздух, перепады температур. А если какая-нибудь тварь забредет, вроде огненной гончей, что тоже иногда случается, то приходится возвращаться на второй уровень и дожидаться, пока всё не стихнет. Магов в наших рядах не водится, чтобы пламя потушить, а воды из припасов не хватит. К тому же, неосмотрительно было бы тратить ее на подобное.

— Тогда было бы логично самим спалить здесь всю траву, разве нет? — изогнул я бровь.

— Бесполезно, Ваше Светлейшество, — мотнул Игорь Владимирович головой. — Иначе ваши предки и сами давно сделали бы это. Травы тут вырастают вновь за считаные дни. Такова особенность третьего уровня, и у каждого из них она своя.

— Особенность третьего уровня, говоришь… — протянул я, снова втянул носом легкий аромат дыма и прищурился.

Но степные пожары разгораются в считаные минуты, а пока я не заметил даже дыма. Либо же ветер дует не в нашу сторону, либо…

— Тогда становимся здесь, — прокрутился я на пятках, поворачиваясь к отряду лицом. — Если это, действительно, пожар, у нас будет время убраться отсюда. Если же нет, выясним это наверняка. Какие твари обитали здесь до зачистки? — осведомился у Ковалева.

— Хм… — призадумался мужчина, огладив покрытый щетиной подбородок двумя пальцами. — Зачистили его уже давно. Большую часть времени удерживали контроль, но… кобольды время от времени заглядывали с соседних областей. Совсем мелкими отрядами. Изгнанники из племени, может?

Теперь настала моя очередь хорошенько поразмыслить над сказанным.

Кобольды, действительно, частенько встречались на нижних уровнях Бездны. Эта среда была достаточно комфортна для небольших существ, своим видом напоминающих ящеров-переростков. Пусть их интеллект не превышал уровень семилетнего ребенка и поодиночке эти отродья ничего особенного собой не представляли, но стремительно растущие племена со сложной структурой иерархии — совершенно другое дело.

Кобольды, организовавшие племя под управлением вождя, были способны устраивать полноценную охоту на любых нарушителей, будь то остальные твари Бездны или же люди — без разницы. Всю добычу с побежденных противников они утаскивали в свое логово и скапливали в тайниках. Особенную слабость они питали ко всяким блестяшкам — оружию, доспехам, украшениям.

Но если из-за участившихся пожаров мои гвардейцы практически потеряли третий уровень, не могли ли обнаглевшие кобольды воспользоваться ситуацией и организовать здесь еще одно племя? Под прикрытием высокого сухостоя, где-нибудь на границе между областями влияния?

— Как часто вы в последнее время выходили в рейды? — поинтересовался у Игоря Владимировича, который уже отвлекся на беседу с одним из подчиненных.

— Одного раза в неделю было достаточно, чтобы уравнять доходы поместья с расходами. Задерживались настолько долго, насколько могли, Ваше Светлейшество, но ребята тоже не железные. Отдых необходим всем. Желательно под крышей и в теплой кровати.

— Понятно, — вздохнул я и, оставив людей на короткий привал, направился вглубь степи.

Хотелось бы, конечно, осмотреться здесь самому, но Кайрос бесшумной тенью последовал за мной, а отвлекаться на споры с ним у меня не было никакого желания. Пусть просто рот на замке держит, и этого хватит.

Лишь спустя некоторое время, когда запах дыма стал еще более отчетливым и едким, мне удалось обнаружить дорожку примятой травы. Совсем небольшую и узкую. Даже если проходили здесь именно кобольды, делать они это должны были гуськом, следуя четко друг за другом. А хватило бы им на такое мозгов?..

Подойдя поближе, склонился над степной тропинкой, отодвинул в сторону примятую траву и только теперь обнаружил на земле мелкие вмятины, а если быть еще точнее, то отпечатки трехпалых лап с тонкими бороздками когтей.

И впрямь, почти незаметная тропка на фоне бескрайнего и густо разросшегося сухостоя. Обычно, кобольды вели себя менее осторожно и ревностно защищали свою территорию от любых посягательств. Лично мне с ними пока что встречаться не приходилось, но, по крайней мере, такую характеристику им давали в бестиариях. А последних я прочитал довольно много во время учебы, ведь готовился к возвращению сюда.

— Только не говорите, что они внезапно решили эволюционировать…

— Занятное наблюдение, — хмыкнул Кайрос, и губы его растянулись в хищной улыбочке, — ведь мы с вами оба знаем, в какие времена порождения Бездны становятся разумнее.

— Во времена Мора, — не мог я не согласиться с замечанием демона.

Безрассудная смелость и агрессия местных тварей уступает перед стремлением накопить силы, собрать войска и бросить их в атаку на жителей внешнего мира. В поисках наиболее безопасного места обитания твари решаются покинуть ареал своего обитания, вплоть до спуска на нижние уровни или, наоборот, подъема на верхние.

Всплеск энергии из Бездны при этом становится настолько мощным, что радиус ее распространения увеличивается. Как раз таки это и позволяет существам из самых ее недр долгое время не испытывать никакого дискомфорта снаружи. Небо окрашивается алым, а магический туман застилает собой солнечный свет.

Так начался первый Мор. Так начинались и все последующие за ним.

— Вы разве не собирались оставить людей на произвол судьбы, если они потребуют вашей помощи в борьбе с Мором? — опустился Кайрос на корточки напротив меня и заискивающе заглянул в глаза. — Вероятно, что он настанет даже раньше, чем ожидало Ваше Светлейшество. Тогда не вижу смысла менять свою точку зрения в пользу тех, кто обрек ваш род на медленное и мучительное вымирание в нищете.

Толика правды в словах Кайроса была, и всё же…

— Уж к демону за советом я буду обращаться в самую последнюю очередь, — резко ответил я ему и поднялся на ноги. — Для начала разберемся с делами насущным, а дальше поглядим.

— Во все времена ваши предки умели назначать достойную цену за свою помощь, — не собирался униматься бывший лорд демонов, и в мгновение ока оказался передо мной со скрещенными на груди руками. — Вы ведь не хотите прослыть самым мягкотелым и слабохарактерным главой рода Морозовых? Так что советую подумать трижды, прежде чем…

— Сгинь, — припечатал я, едва шевеля губами.

— …допустить нечто похуже, чем клеймо позора! — с чувством завершил Кайрос, после чего растворился в легкой теневой дымке.

— И попробуй еще хоть раз использовать на мне свою мерзкую магию… — бесцветным голосом произнес я в пустоту, — …в межмирье останешься навсегда.

Глава 15

Еще до возвращения к отряду мне необходимо было принять важное для всех нас решение. Если в точности поделюсь с Ковалевым своими наблюдениями, то мысли о надвигающемся Море посетят и его голову. Тогда панических настроений среди моих людей будет не избежать, а сейчас я меньше всего хотел бы сеять зерно хаоса в собственном доме.

В то же время ничего не изменится, если я промолчу о способе обнаружения следов кобольдов. Хотя бы до той поры, пока не сумею наверняка убедиться в реальности нависшей над нами катастрофы.

— Нашли то, что искали, Ваше Светлейшество? — поинтересовался Игорь Владимирович, стоило ему завидеть меня.

Я заметил, как мужчина старается скрыть раздражение в голосе. Будто бы я, совсем еще несмышленый мальчишка, брал на себя слишком многое, особо не советуясь при этом с матерым бойцом.

Да, однажды Ковалев служил под началом моего отца, один из немногих выжил во время кровавой бани в поместье, учиненной графом Громовым, и все последующие годы набирался боевого опыта в еженедельных рейдах. Неудивительно, что в его глазах я всего лишь вчерашний выпускник гимназии для высокородных.

Заслужить его уважение мне придется не словом, а делом, и далеко не сразу.

— Небольшой отряд кобольдов, — небрежно бросил я, принимая флягу с водой от одного из гвардейцев. Сделал пару глотков, вытер губы тыльной стороной ладони. — Скорее всего, разведчики. Могут привести к логову, если поторопимся.

— Всё же кобольды… — нахмурился Игорь Владимирович. — Вас не заметили?

— Нет.

Еще некоторое время он задумчиво смотрел на меня, сдвинув брови. Складка пролегла на его лбу, широкие ноздри шумно втягивали и выдыхали воздух.

— Если это всё, — наконец произнес мужчина, смерив меня многозначительным взглядом, — то разобраться с ними будет проще простого. Вряд ли за столь короткий срок они смогли бы расплодиться в достаточном для оказания сопротивления количестве. Сворачиваемся! — рявкнул он гвардейцам, и те тут же принялись суетливо распихивать провиант по наплечным сумкам. — Это ведь всё, что вы узнали, Ваше Светлейшество? — вновь с прищуром осведомился у меня Ковалев.

— Вероятность, что расплодиться они всё-таки могли, есть, — на этот раз не стал я юлить. — Так что сперва нужно изучить размеры и оборону логова, а дальше действовать уже по ситуации. Выманивать их поодиночке или же…

— Вот на месте и разберемся, — оборвал он меня на полуслове.

Я даже усмехнулся на подобную наглость. Ладно высокородные соседи, жаждущие растащить мою землю по кусочкам, но люди, поклявшиеся в верности роду Морозовых… Если они ни во что не будут меня ставить, чего тогда вообще стоит мое имя?

— Вам, Игорь Владимирович, тоже не следует забываться, когда ведете речь со мной, — холодно осадил я мужчину, — а мой возраст и опыт ни в коей мере не должны становиться преградой на пути исполнения вашей клятвы. В данный момент мой статус ровно такой же, каким был у моего отца, и я бы попросил относиться ко мне соответственно.

Бойцы притихли, наблюдая за нашей словесной перепалкой со стороны.

Разумеется, дело было не только в моем юном возрасте и отсутствии боевого опыта. Еще до отъезда в гимназию я вел слишком уж замкнутый образ жизни, тем более для признанного наследника рода. Даже сестре было проблематично достучаться до меня, не говоря уже о гвардии и слугах. Уже на тот момент являясь полноправным хозяином унаследованных после гибели родителей земель, я жил сам по себе, желая лишь одного — чтобы меня оставили в покое.

Теперь же я просто пожинал плоды своих детских капризов. Сложно получить уважение людей, которых я даже по имени назвать не способен. Да и если бы не цвет моих волос, меня в лицо бы не признали после возвращения.

— Прошу прощения, если ненароком оскорбил Ваше Светлейшество, — коротко поклонился мне Ковалев, и губы его исказила кривоватая усмешка. — Впредь постараюсь, чтобы этого не повторилось. А вы, девочки, давайте-ка поживее! — снова гаркнул он гвардейцам, которые будто бы из транса вышли и вновь активизировались. — Хватит уши греть! Нас там, говорят, кобольды дожидаются, так что сегодня без добычи не уйдем!

Ни толики искренности в его извинениях не прозвучало, но выяснять отношения прямо сейчас у всех на виду тоже было неправильно. Лучшим решением стало бы пообщаться на эту тему с глазу на глаз, когда вернемся в поместье.

Поймал на себе заинтересованный взгляд Кары и поспешно отвернулся, заиграв желваками.

Вот уж кому явно не следовало совать нос не в свое дело…

Приблизительно определить направление движения отряда кобольдов по оставленным ими следам особых проблем не составило. Мои бойцы даже внимания на протоптанную в траве тропинку не обратили, что было для меня только в плюс. Успею еще ввести их в курс дела касательно признаков надвигающегося Мора, а пока нам всем следовало сосредоточиться на зачистке третьего уровня.

И получаса не прошло, когда мы наткнулись на них — трех низкорослых ящеров в кольчугах не по размеру. Когтистые лапки кобольдов путались в звеньях, но твари, неразборчиво бормоча, упорно тащили куда-то крупную тушку одного из местных монстров.

Вот бойцы выжидающе уставились на нас с Ковалевым, но я молча мотнул головой.

Если проследить за мелким отрядом охотников на расстоянии и ничем не выдать своего присутствия, то именно они приведут нас к логову. Там-то добыча нас всяко побогаче ждала, а чем дольше логово существовало, тем дольше твари заполняли свои тайники.

Рискнуть определенно стоило, так что мы осторожно двинулись следом, стараясь не упускать ящеров-переростков из виду и одновременно удерживая относительно безопасную дистанцию.

В чем-то Игорь Владимирович был прав. Если очень повезет, без добычи мы на поверхность не вернемся.

***

Поместье рода Морозовых.

В то же время…

— Он что… издевается?! — уставилась Алиса на прописи, аккуратной стопочкой оставленные на столе. И, по всей видимости, именно для нее.

Раз уж дражайший братец покинул поместье на неопределенный срок, то вся бумажная волокита снова должна была достаться ей. Потому Алиса непременно зашла бы в кабинет и увидела этот неожиданный презент на письменном столе.

Усевшись в кресло, девушка дрожащими от едва сдерживаемого гнева руками взяла стопочку разлинованных листов и бегло пролистала их большим пальцем. Целиком выведенная буква начинала каждую строку, затем шли парочка пунктирных, а после — пустота, которую предлагалось заполнить.

Но гнев Алисы быстро сменился на милость, стоило ей сравнить буквы в прописях с почерком Влада. Сомнений не было — он составлял их сам и уделил этому достаточно много сил.

— И когда у тебя только время на это нашлось?.. — со вздохом вернула она листы на стол и медленно сползла вниз по спинке кресла.

Правописание, а уж тем более каллиграфия, никогда не были сильными чертами Алисы, это она и сама прекрасно знала. Пришлось стать самоучкой, чтобы хоть как-то поддерживать поместье на плаву. А на что еще можно было рассчитывать без гувернанток и приезжих учителей? На саму себя и только.

Помнится, после внезапного отъезда Влада в столицу и тайного поступления в гимназию вместо нее, девушка надеялась, что учеба изменит нелюдимого брата. Воодушевит его, вернет желание жить и бороться. И что в итоге? Он стал таким, каким она меньше всего желала его видеть — каким-то… возгордившимся франтом с замашками особливо надменных аристократов. Бесячим до невозможности!

Сумеют ли они однажды найти общий язык, если выросли в совершенно разных мирах?

— Эх… — сползла Алиса еще ниже по спинке кресла и снова вымученно вздохнула, совсем не так, как полагается благородной даме.

Может, прописи она и заполнит, чтобы за корявый почерк ей больше выволочку не устраивали, но танцы, музицирование и шитье… Лучше повеситься, чем соглашаться на подобное!

В дверь кабинета осторожно постучали, и после приглашения войти порог переступила нервно озирающаяся по сторонам экономка.

— Проходите-проходите, Катерина Витальевна! — мягко улыбнулась ей Алиса, тут же выпрямляясь в кресле. — Зачем же стучать? Я уж думала гости какие…

— Так это… Его Светлейшество строго наказал стучать, — пересекла женщина комнату, продолжая лихорадочно скользить взглядом по комнате. Будто бы господин мог прятаться за одним из книжных стеллажей и в любой момент выскочить ей наперерез. — Зашла уже как-то по обыкновению… Сказал выйти и зайти нормально, как прислуге делать подобает.

— Вот как… — закатила Алиса глаза. — Ну, вы тоже поймите его, Катерина. Из столицы всё же вернулся, а там, видать, всё делают… как подобает, — процедила она последние слова сквозь зубы, но затем на ее лицо вновь вернулась легкая улыбка. — Что-то случилось?

— Гонец доставил вам письмо.

— Если снова от Луговых, то позволяю подтопить им кухонную печь.

— Так-то от Громовых, Алиса Николаевна.

— Громовых?.. — подалась девушка вперед, охваченная любопытством.

Обычно, официальные письма оформлялись соответственно — с восковой родовой печатью и подписью, однако на врученном ей конверте не было никаких опознавательных знаков. Чистый белый конверт, и всё.

— Уверена, что мне? — на всякий случай уточнила Алиса. Впрочем, конверт она всё равно успела разорвать и даже наполовину извлечь из него письмо.

— Лично в руки Алисы Николаевны, — кивнула экономка и заговорщицки подмигнула.

Хмыкнув, теперь уже без зазрения совести девушка развернула надушенный ванильным парфюмом лист бумаги. Тот был исписан изящным бисерным почерком с завитушками — женским, и Морозова тут же с упоением принялась за чтение.

Однако с каждым прочитанным предложением лицо Алисы становилось всё мрачнее и мрачнее. Уголки ее губ опускались всё ниже, а под конец она вовсе поднялась, закинула письмо вместе с конвертом в камин и принялась самолично разжигать огонь.

— Дурные вести, Алиса Николаевна?.. — испуганно приложила Катерина пальцы к губам.

С ответом девушка помедлила. Сперва убедилась, что ароматную бумагу пожрало занимающееся пламя, прежде чем обернулась к экономке и тихо произнесла:

— Для нас с вами, может, и не дурные совсем. Но Владу… они определенно не понравятся. Нет, даже не так! — понизила она голос до зловещего шепота. — Я думаю, он придет в настоящее бешенство.

— Ох, да благословят нас Сёстры… — тут же с судорожным вздохом приложила женщина раскрытые ладони к груди.

***

Все мои предосторожности касательно сокрытия возросшего интеллекта кобольдов с треском разбились, как только мы установили слежку за их малым отрядом. Пожалуй, ни от кого из моих людей не скрылось необычное поведение тварей, которые намеренно замедлялись, чтобы замести за собой следы.

Всего охотников было трое, но один из них периодически отвлекался от переноса добычи, чтобы частично выпрямить измятую за собой траву или подтереть отпечатки лап. Обычно нерасторопные и самоуверенные существа теперь частенько поглядывали по сторонам, прислушивались к окружающим их звукам, а также останавливались и переговаривались друг с другом, если слышали что-нибудь подозрительное.

— Неправильные какие-то кобольды… — раздался чуть слышный шепот за моей спиной.

Что ж, даже если раньше я сам мог лишь предполагать, то сейчас был уверен наверняка — с порождениями Бездны, действительно, происходило что-то странное. Они готовились к выходу на поверхность, и нам тоже стоило бы хорошенько подготовиться к визиту незваных гостей.

В конце концов, благодаря ярким огням и разожженным очагам, логово кобольдов мы заприметили еще издалека. Располагалось оно у подножия небольшого скального возвышения, и, остановившись на некотором расстоянии под прикрытием высоких трав, я мог рассмотреть его как следует.

Окруженное частоколом поселение насчитывало пару десятков кривых и хаотично расположенных хижин. Тут и там виднелись многоярусные тотемы с вырезанными по дереву хищными мордами. Дым от горящих костров тонкими струйками поднимался в воздух, и за неимением иных источников открытого пламени поблизости, можно было предположить, что привлекший меня запах распространялся именно от них.

Подле костров на деревянных подставках коптилось мясо, небрежными грудами поблескивали доспехи, гербов на которых отсюда было пока что не разобрать. Во всем остальном ничего необычного для логова этих ящероподобных существ, считавшихся тупыми и примитивными в крайней степени.

Прикрыл глаза на несколько секунд и перенаправил поток энергии в зрительные каналы. После чего распахнул их снова, активировав тем самым магическое зрение, и еще раз внимательно изучил разгуливающих по лагерю кобольдов.

Крупная фигура вождя племени выгодно выделялась из числа тварей поменьше. Передними лапками он прижимал к себе покрытое рунами копье.

Шамана тоже не сложно было вычленить из общего числа, благодаря его вычурным одеяниям и колотушке с навершием из черепа и перьев.

Также несколько высоких и плечистых особей расхаживали по поселению, прикрикивая на кобольдов поменьше и отвешивая тем смачные тумаки. Элита, ветераны или своего рода бригадиры? Контролировали работу?..

Зато теперь я наконец сумел различить часть гербов на сваленных в кучи доспехах. А ведь эта броня сразу показалась мне великоватой для таких низкорослых монстров…

Итак. Луговы, Бестужевы, Кусовы… ну и, само собой, Громовы! Куда же без них?

Одно дело, если эти кобольды со всем своим добром иммигрировали на наши территории с соседних. Тогда вопросов нет. Но совсем другое — если они снимали снаряжение с убитых в нашей части Бездны родовых бойцов. В таком случае у меня будут все основания обвинить жадных до добычи соседей в тайных рейдах на нашу территорию.

Мы и без того испытывали критическую нехватку средств, едва сводя концы с концами и выживая только благодаря еженедельным рейдам. Если же нас всё это время самым наглым образом обворовывали, отбирая значительную долю ресурсов…

Хотя чему тут удивляться? Понятие дворянской чести давно уже кануло в небытие.

— Можем зачистить логово хоть сейчас, — подал голос Ковалев, — или дождаться более удобного момента. Когда они нажрутся от пуза и бдительность ослабят. Численный перевес не на нашей стороне, но окончательное решение принимать всё же вам, Ваше Светлейшество.

«Как любезно с вашей стороны…» — иронично подумал я про себя, но вслух сказал другое:

— Дождемся, пока расслабятся и завершат трапезу. Затем разделимся, подберемся поближе к частоколу и нанесем одновременный удар с трех сторон. Вождя с шаманом я возьму на себя, на вас остальные.

Игорь Владимирович одобрительно кивнул. Пусть практики мне недоставало, но в теории после шести лет усердной учебы я что-то да смыслил.

А пока что было принято решение разбить временный лагерь неподалеку от логова. Развести костер мы не могли, чтобы наше присутствие не обнаружили раньше времени, а потому пришлось обходиться сухпайками. Только парочку патрульных оставили следить за ситуацией и докладывать обо всех изменениях в распорядке поселения.

Занимать место в кругу остальных гвардейцев и делиться пошлыми и не очень байками мне было некомфортно. Я был далек от этих парней настолько же, насколько они были далеки от меня. Скверно, но факт.

Зато немного запоздало в голову пришла мысль использовать Кайроса. Не такой уж дурной идеей было бы прихватить с собой демона, видимого лишь моему глазу, и координировать действия отряда с его помощью.

Ага, как же… Размечтался.

Кто ж знал, что команда «сгинь» срабатывает на этого рогатого как нерушимый приказ?

Теперь, как идиот, я в гордом одиночестве сидел у окраины лагеря верхом на походной сумке и молча таращился перед собой в тщетных попытках достучаться до демона. Однако сколько бы я его мысленно ни звал, отзываться на мой зов демон не спешил.

И как долго он еще пробудет в межмирье… или где он там находится? Успеет ли высвободиться к началу атаки? Или никакого приказа вовсе не существует, а он просто решил поиграть со мной в недотрогу от обиды?

— Чертов демон… — гневно процедил сквозь зубы, и ровно в тот же момент перед моим лицом возникла рука с дымящейся жестяной кружкой. Рука эта принадлежала Каре.

— Бодрящий чай на травах, — с улыбкой склонила девушка голову набок. — Несколько глотков, и станет намного лучше.

— Я и так не жаловался, — пробурчал под нос, но кружку принял и даже сделал глоток, тут же поморщившись от горечи травяного отвара.

Поначалу Кара должна будет присоединиться к отряду, атакующему с западной стороны. Но уже в ходе атаки под прикрытием пары бойцов станет перемещаться по логову, в меру своих сил и возможностей оказывая поддержку остальным ребятам.

Непростая задача для целителя, особенно если он впервые спустился в Бездну. Кстати, насчет этого…

— Ты говорила, что Бездна может дурно повлиять на тебя. Как чувствуешь себя сейчас? — на всякий случай осведомился у девушки и сделал еще один глоток, не менее мерзкий на вкус, чем первый.

— Рядом с вами могу потерпеть еще немного, — игриво ответила та.

Похоже, дела у Кары, и впрямь, идут неплохо, несмотря на то, что бойцы всё еще косятся на нее с недоверием. Слух о том, что я забрал темную чуть ли не с эшафота, довольно быстро разлетелся по поместью, но, казалось бы, саму девушку косые взгляды гвардейцев и слуг нисколько не волнуют. Или же она попросту привыкла к ним так же, как я.

— Они будут рассчитывать на тебя… так что не подведи, — напоследок поднял на нее глаза, встретившись с ее ярко-фиалковыми.

— И на вас тоже… — коротко поклонилась мне темная, — …Ваше Светлейшество.

Вот почему из ее уст это обращение постоянно звучит как насмешка?..

Подобрав черные юбки, Кара покинула меня, снова оставляя в одиночестве, и уже с остывающей кружкой в руках я продолжил попытки вытянуть своего ручного демона из межмирья. Угрозы, убеждения, шантаж… в ход шли всевозможные методы, лишь бы эта наглая клыкастая морда вспомнила условия заключенного с моим родом контракта.

Но нет. Похоже, к началу атаки Кайрос уже не вернется.

Глава 16

Когда время наконец-то пришло, и твари, покончив с сытной трапезой, ослабили бдительность, я скомандовал взять логово кобольдов в кольцо и начать наступление. Никто из ящеров-переростков не должен был покинуть поселение живым — об этом позаботится моя гвардия, ну а я целенаправленно отправился к вождю через главные ворота, по пути проворачивая кольцо-печатку на пальце.

В первые же минуты нашего проникновения на территорию поселения отовсюду раздались воинственные звуки барабанов — сигнал о вторжении чужаков. Он должен был мотивировать здешних бойцов и нагнать страху на наших, но после встречи с огром лицом к лицу мою гвардию вряд ли напугает кучка дикарей с метр ростом.

Занимался пожар. На этот раз самый что ни на есть настоящий. Это мои люди, следуя плану, переворачивали очаги и расшвыривали тлеющие угли, чтобы выкурить из хижин остальных кобольдов и получить преимущество от сражения на открытом пространстве.

Лязг металла о металл окружил меня со всех сторон — первые группы уже вступили в ожесточенный бой. Да, численное преимущество тварей играло не в нашу пользу, зато снаряжение наше на порядок превосходило качеством ворованные броню и оружие, которые провалялись в тайниках кобольдов неизвестно сколько времени. Да и выучка у моих людей была гораздо выше, чем у тварей Бездны.

Вождь в высокой шляпе из мелких черепов и перьев будто бы уже ждал меня, приняв боевую стойку со своим руническим копьем. Шаман тоже держался неподалеку от него, ожидая команды главаря.

— Много у вас, должно быть, времени ушло, чтобы столько добра себе натаскать, — выставил я меч перед собой и ухмыльнулся, чем вынудил вождя скорчить зверскую гримасу. Его маленькие глазки налились кровью, и всё же нападать на меня первым он не торопился. Приглядывался ко мне, изучал… или боялся? — Откуда бы вы ни заявились к нам на своих маленьких корявых лапках, эта часть Бездны безраздельно принадлежит роду Морозовых. Она принадлежит мне.

Словно в подтверждение своих слов, одним движением перерезал глотку несущемуся на меня кобольду и, стряхнув обагрившую лезвие кровь, снова перевел взгляд на вождя.

Вот тут-то шаман активизировался. Хрипло запричитал что-то нечленораздельное, смешно затряс своей колотушкой в воздухе, и сноп теневых искр брызнул из натертого до блеска черепа на ее навершии. Эти же искры затем направились к вождю, окутывая и его, и руническое копье в его лапах. Даже кожей я ощутил, насколько же после таких нехитрых манипуляций возрос резерв энергии моего противника.

Понятно. Усиливающая магия. Значит, в первую очередь необходимо разделаться с шаманом, а вспороть брюхо вождю я еще успею, главное — продолжать держать его в поле видимости.

Валяющийся под моими ногами теперь уже труп кобольда обделил меня поглощением магии Бездны. Татуировка не впитала энергию, но я и так уже догадался, что далеко не из каждой твари была возможность получить необходимую подпитку. Взять, к примеру, тех огненных гончих с первого уровня. Лишь одна из них обладала достаточным по величине резервом, благодаря которому я сумел пополнить собственный.

Хотя что-то подсказывало мне, что поглотить силы вождя и преданного ему шамана я сумею. Хорошая мотивация, чтобы поскорее разделаться и с одним, и с другим. А там уж изучим, что из этого получится.

Проигнорировав бегущего на меня вождя с копьем наперевес, я стремительно сократил дистанцию с шаманом. Следующий удар должен был снести ему башку, но, не достигнув цели, лезвие отскочило от невидимой преграды. Кобольд расплылся в полубеззубой улыбке, а я отпрыгнул от него на пару шагов и хмуро сдвинул брови, силясь понять, что же это было. Магический щит?..

Колотушку с черепом направили на меня, но я вовремя успел увернуться, прежде чем сорвавшаяся молния ударила в пересохшую почву под ногами. Следом сорвалась еще парочка, но обе врезались в стену расположившейся за мной хижины, вызвав сноп электрических искр.

Думай, думай…

Следующий удар, в который я направил часть своей энергии, так же, как и первый, встретился с невидимой преградой. Незримую оборону не смогла расколоть даже моя сила, но я сумел заметить еще кое-что немаловажное.

Обычно, магический щит необходимо поддерживать самостоятельно. Он черпал энергию из резерва ежесекундно, однако шаман при удержании щита, казалось бы, не напрягается совершенно. Его резерв тоже не проседал, что прекрасно читалось по ауре. Следовательно, энергию для поддержания обороны он должен был черпать не изнутри… Не изнутри, а вовне!

Отбив атаку копьем и оттолкнув вождя от себя, воспользовался магическим зрением, чтобы отыскать тот самый источник. Раз уж шаман черпал откуда-то энергию, в воздухе между хозяином и проводником можно было бы различить едва уловимые нити передаваемой силы.

Источник я нашел. Тотемы! Ну конечно… Именно они аккумулировали энергию, причем не только отдавали ее шаману, но одновременно поглощали ее из моих людей, ослабляя с каждой секундой. Сразу мы этого не заметили, а в пылу сражения анализировать еще и такое весьма непросто. Вот ведь хитрые монстры!

Не теряя больше времени, бросился к ближайшему из высоких резных идолов, по пути вырезая мельтешащих под ногами мелких кобольдов. Яркие вспышки молний мелькали перед глазами — шаман тоже не собирался уступать мне и лишаться драгоценного источника своей мощи.

И вот лезвие моего меча впилось в деревянный тотем. Затем снова, и еще… Щепки полетели в разные стороны, вместе с тем высвобождая из недр идола хранящуюся там энергию.

Энергию Бездны.

Вот теперь татуировка на правой руке дала о себе знать легким жжением, ведь в никуда сила тотема не уходила — я пожирал ее с каждым новым ударом. Жадно, неистово, смешивая с собственной и рождая нечто совершенно иное.

Возникшая пред глазами темная пелена, разрастающаяся по всему телу печать, охватившее меня желание прямо здесь и сейчас выплеснуть наполняющую меня мерзкую скверну…

Всё как тогда за исключением одного: всеми силами я старался держать себя в руках, чтобы не утратить рассудок. Не позволить магии Бездны поглотить меня целиком. Попытаться обуздать ее и направить разрушительную мощь туда, куда сам посчитаю нужным.

Я не слуга. Я хозяин ее, как и многие поколения рода демоноборцев до меня.

Когда отвернулся от разрушенного тотема и медленно перевел взгляд на шамана, тот испуганно попятился от меня, крепко прижимая свою колотушку к груди. Едва ли не первобытный ужас читался в глазах кобольда.

Даже вождь племени, втянув голову в плечи, не решался теперь сократить со мной дистанцию. Просто злобно таращился, выставив перед собой копье.

Странно. Всё дело в моей возросшей силе или же?..

Из состояния, похожего на транс, меня вывел боевой клич Ковалева. Зычный голос гвардейца разнесся по всей округе, и я, воспользовавшись временным замешательством противников, сделал рывок к следующему тотему в зоне видимости.

С каждым ударом чувство, похожее на эйфорию, захлестывало меня, стремясь подчинить тело и разум. Я ощущал себя бомбой замедленного действия, способной разорваться в любой момент. Отпустить, прекратить бороться с самим собой и высвободить скверну единой разрушающей волной — вот, чего добивалась от меня Бездна в обмен на одолженную мощь. Татуировка пульсировала в такт моему сердцу, но забываться нельзя.

Я и только я подчиняю себе эти силы! Не наоборот, нет.

Третий тотем удалось перерубить всего одним ударом, ведь мощь моего артефактного меча зависела целиком и полностью от количества и качества вложенной в него энергии. Причем не только мощь, но и внешний вид этого оружия уже претерпели изменения. Рукоять потяжелела в руке, лезвие расширилось и удлинилось.

Я высвободил из кольца-печатки короткий одноручный меч, но сейчас обеими руками сжимал рукоять двуручного. Даже не знал, что он на такое способен…

— Хах… — вырвался рваный смешок из пересохшего рта.

Демоническая энергия вперемешку с человеческой бурлила во мне, распространяя ауру смерти, разрушения и разложения, а ее излишки против моей воли источались наружу сквозь татуировку языками теневого пламени.

Вот теперь пришло самое время, чтобы разнести здесь всё и мокрого места не оставить.

Уже осознав, что после тотемов настала очередь вождя и шамана, кобольды бросились врассыпную. Сражаться до последней капли крови они со мной не собирались — только шкуры свои спасти, но я оказался быстрее коротконогих полуящеров.

Рывок, и двуручный меч проткнул шамана насквозь. Колотушка выпала из его лап, покатившись по земле, и ударом ноги я расколол венчающий ее череп надвое. Медленно перевел взгляд на удаляющуюся спину вождя… Уголки губ сами собой поползли вверх.

Не утратить контроль. Главное — не утратить чертов контроль…

***

Всего на мгновение Кара отвлеклась от поставленных перед ней задач, чтобы взглядом отыскать Влада на поле боя, оценить его состояние и выяснить, не нужна ли ему помощь. Но как только темной всё же удалось различить его белоснежные вихры среди вспышек пламени, густого дыма и остальных сражающихся, девушка тут же замерла на месте и затаила дыхание.

Аура великого князя изменилась до неузнаваемости. В ней всё еще чувствовались отголоски изначальной энергии, но они с лихвой перекрывались оскверненной энергией Бездны. Будто бы он… каким-то образом вобрал ее в себя, пропустил по каналам и смешал с собственной, создавая тем самым что-то неповторимое и ужасающее. Что-то, с чем девушка никогда не сталкивалась.

Глаза беловласого парня сияли, оставляя за собой мерцающий в полумраке шлейф при каждом движении, каждом повороте головы. Искусанные в кровь губы искажала лукавая улыбка, а пальцы сжимали рукоять двуручного меча, лезвие которого теперь было, словно соткано из теней.

Вот это лезвие с одного размашистого удара располовинило кобольда с короной из черепов и перьев прямо на глазах Кары. Так легко и непринужденно прошло, как нож сквозь масло.

Завороженная столь необыкновенным зрелищем, Кара совершенно потеряла счет времени, и лишь болезненный вскрик одного из гвардейцев спустил ее с небес на землю.

Битва еще не окончена и стоять на месте — точно не лучшее решение.

***

Столб едкого черного дыма поднимался над логовом, а охватившее поселение пламя жадно уничтожало одну хижину за другой, грозясь оставить нас без драгоценной добычи. Без того, за чем мы в принципе явились сюда.

Мысли об этом частично отрезвили меня, укрепили контроль над телом и разумом. Стоило пошевелиться и добить оставшуюся мелочь, а после заняться поиском тайников, пока огонь не оставил нас с пустыми руками.

Ровным шагом и с ничего не выражающим лицом я расхаживал по логову, методично вырезая израненных кобольдов. Сейчас они казались мне просто недоразумением. Крысами, зачем-то нацепившими на себя снаряжение не по размеру. Взявшими в лапки оружие, но не способными использовать его по назначению. Забавными, слабыми и несуразными.

Гвардейцы провожали меня напряженными взглядами. Кожей чувствовал, как эти взгляды сверлят мою спину, грозясь проделать в ней дыру. Впрочем, ничего удивительного. Особой любви бойцы ко мне и прежде не питали.

Я мог бы собственноручно завалить десяток огров на их глазах, но пока не начну искренне смеяться над их шутками с кружкой пенного в руках, ни о каких признании, уважении и преданности речи идти не будет.

Как только с последним ящером-переростком было покончено, мы с Ковалевым тут же двинулись к хижине вождя. Отличить ее от остальных оказалось не сложно — самая яркая, пестрая и, по меркам дикарей, богато украшенная.

— Всё хватайте, что плохо лежит, кроме ржавья и рванины! — напоследок дал емкие указания Игорь Владимирович, прежде чем скрыться в хижине вместе со мной.

Вряд ли меня от едкого дыма и духоты так колотило. Всепоглощающая скверна забралась уже во все уголки энергетических каналов и противным сгустком перекатывалась по ним, вызывая внутреннюю дрожь, тошноту и желание поскорее исторгнуть из себя чужеродную силу.

И всё-таки начатое необходимо довести до конца.

Тлеющая хижина двоилась перед глазами, но это не помешало нам с Ковалевым добраться до искомого — сундука, набитого всякими блестящими побрякушками. Не глядя, я горстями принялся складывать добычу в сумку. То же делал Игорь Владимирович, храня молчание и периодически поглядывая на меня.

Ресурсы, драгоценные камни, артефактные украшения, наверняка снятые с тел убитых авантюристов… Рассортируем всё это добро позже в более подходящих условиях, но главное — как можно выгоднее продать его впоследствии.

Был бы в нашем отряде умелый маг, орудующий стихией воды, то в считаные минуты потушил бы учиненный здесь беспредел. За неимением оного придется довольствоваться тем, что попалось под руку, хотя не назвал бы кобольдов хитрыми на выдумки. Они не прячут, а выставляют напоказ и любуются награбленным — уж в этом нам повезло.

Покинув хижину с сумками, заполненными под завязку, пригляделся к своим ребятам и убедился, что боевых навыков они не растеряли даже с еженедельными рейдами. Было видно, что по нескольку ударов пропустил каждый, однако все они пришлись по броне, напоминая о себе небольшими вмятинами и царапинами. Снаряжение у них было добротным, но уже устаревшим, и это тоже надо было менять.

— Надо сворачиваться, — повернулся я к Ковалеву.

Собственный голос звучал как-то низко, хрипло и сдавленно, будто бы не принадлежал мне вовсе, и энергия Бездны, бурлящая в каналах, никуда не делась. Слишком уж много я поглотил ее в этот раз.

Чуждо. Неправильно. Избавиться. Немедленно.

Игорь Владимирович выжидающе уставился на меня, но вместо того, чтобы пойти следом за ним, я передал мужчине свои сумки с добычей.

— Уведите остальных. И побыстрее… — крепко стиснув челюсти, процедил я сквозь зубы.

Дважды повторять было не нужно. Мое состояние и так красноречиво намекало, что происходит нечто из ряда вон выходящее, поэтому на изменения в моем поведении Ковалев среагировал молниеносно.

Стоило последнему человеку покинуть поселение кобольдов, обнесенное хлипким частоколом, и отойти на относительно безопасное расстояние, я наконец-то решился высвободить накопившуюся во мне скверну. Всего на долю секунды ослабить контроль и позволить тьме вырваться наружу.

Вырваться одной мощной разрушительной волной, сметающей все на своем пути! Руины обуглившихся хижин, обломки примитивной мебели, разлетающиеся по камушку очаги…

Плотный мерцающий туман накрыл логово вместе со мной, поглощая концентрированной энергией Бездны всё, до чего мог дотянуться. Разгулявшееся пламя тушилось со стыдливым шипением под натиском сильнейшей из стихий — скверны, камень обращался крошевом, дерево — опилками.

Только когда туман рассеялся и чуждая энергия покинула меня, я смог наконец-то расслабленно выдохнуть. Рухнул на одно колено, опустил голову. Алые капли обагрили землю, и ладонь моя окрасилась свежей кровью, стоило провести ею по лицу.

— Ты… — краем уха услышал дрожащий голос и медленно поднял глаза на застывшую передо мной Кару. — Твои глаза… кровоточат.

Хотя и сама темная выглядела сейчас немногим лучше меня. Почерневшее от копоти лицо, бегущий из носа кровавый ручеек, изодранное в клочья платье, едва прикрывающее точки интереса Кайроса…

Почему никто не вывел ее из эпицентра?! Чудо, что вообще жива осталась…

— Кто… кто ты на самом деле такой? — воззрилась на меня Кара сверху вниз, нисколько не смущаясь своей наготы.

— Кто… я? — слабо улыбнулся, тщательно смакуя ее вопрос. — Я тот, кто дойдет до дверей в Инферно и сорвет их с петель, заявив о своем приходе. Такой ответ тебя устроит?

Глава 17

Поместье графов Громовых.

Тринадцать лет назад…

Небольшая группка дворянских детей шумно переговаривалась между собой, то и дело поглядывая на рассевшегося под сенью дерева ребенка лет пяти. Внимание беловласого мальчишки занимала лишь книга в плотном кожаном переплете, и он ни на секунду не отвлекался от чтения.

Сколько часов он уже сидит здесь? Два? Три? Впрочем, без разницы… Как только отец закончит свои дела, Влад наконец-то сможет вернуться в экипаж и отправиться домой, а остальное его ничуть не волновало.

— Вот и пусть сидит. Подальше от нас, где ему самое место, — с ухмылкой пихнул один из высокородных детишек другого под бок.

— Такой же стремный, как и его папаша! — добавил второй, и они оба разразились веселым смехом.

— Неудивительно, что он сидит там один. Вы ведь так и не пригласили его поиграть со всеми, — встряла в разговор девочка лет семи с тугими каштановыми косами. Ее проницательные карие глаза с явным неудовольствием воззрились на мальчишек.

— Ничего ты не понимаешь, Ирина… Лично я бы их вообще на порог не пускал. Видишь, какие волосы белые? — бесцеремонно ткнул первый задира пальцем в сидящего под деревом Влада. — Это всё из-за того, что в башке теперь пусто, — покрутил он пальцем у виска. — Род Морозовых под полным контролем демонов. Как демоны скажут, так они и поступят.

— Это всего лишь слухи, — не согласилась с ним девочка. — И из-за каких-то там слухов вы отказываетесь брать Влада в игру? Разве это честно?

Вот Ирине белоснежные волосы этого мальчишки вовсе не казались пугающими, и с одержимостью демонами она их никак не связывала. Да и неужели человек с такими чистыми голубыми глазами может быть осквернен? А его белые волосы, казалось, так таинственно сверкали в свете солнца…

Каждый раз, когда Морозовы приезжали сюда и главы родов подолгу запирались в кабинете для обсуждения текущих вопросов, младший оставался наедине с книгами и терпеливо дожидался отъезда. Возможно, стеснялся подойти и познакомиться первым. Или чувствовал, что остальные дети воротят от него нос.

В один из таких приездов Ирина уже не сдержалась и попробовала заговорить с Владом, но тот под выдуманным наспех предлогом скрылся с ее глаз. Следующая попытка найти с нелюдимым мальчиком общий язык тоже не увенчалась успехом. Может, ее поведение казалось Владу слишком навязчивым?..

— Ага! А я, кажется, понял, в чем тут дело… — с хитрым прищуром потер подбородок отпрыск Бестужевых. — А не втюрилась ли наша Ириночка в этого беловолосого демона?!

— У-у-у… — подхватил его приятель и вяло захлопал в ладоши.

Щеки Ирины моментально вспыхнули алым, и девочка яростно замотала головой.

— О чем вы вообще говорите?! Я просто хочу, чтобы…

— Тили-тили-тесто, демона невеста! — наперебой принялась галдеть ребятня. — Тили-тили-тесто-о-о!..

— Да закройте вы рты! — дрожа, сжала девочка кулаки. — Закройте немедленно! Ничего такого я не…

Расширившимися от ужаса глазами, Ирина заметила, что Влад оторвался от чтения и теперь сам озадаченно наблюдает за крикливой компанией. Легкий ветерок ерошил его светлые волосы, белые ресницы трепетно подрагивали.

Вот уголки его губ приподнялись при взгляде на девчонку с тугими косами, рот приоткрылся…

— Тили-тили-тесто, демона невеста-а-а! — продолжали измываться мальчишки, корча рожицы и подпрыгивая на месте.

«Нет! Если он услышит… если он узнает… это конец!» — панически пробежало в мыслях Ирины.

Чтобы не довести обычные подколы ребятни до беды, она схватила с земли первый же попавшийся под руку камень, хорошенько так замахнулась им и бросила, что было силы…

…попав Владу аккурат по голове.

— Демон! — вскрикнула Ирина, а ее пылающие щеки вспыхнули еще ярче прежнего. — И чего ты там расселся?! Только играть нам мешаешь! Никакого толку от тебя! К-кыш отсюда!

Уголки губ Влада резко опустились. Мальчик болезненно поморщился, а затем захлопнул книгу, встал и молча направился к поместью.

— Ну ты дае-е-ешь! — тут же принялись друзья хлопать девочку по спине.

— Героиня!

— Так вот, кто тут настоящий демоноборец!

— Теперь этот выродок еще не скоро сюда сунется. Айда в прятки, а?

Но, стыдливо прикусив губу, Ирина слушала ребят лишь краем уха. Всё ее внимание занимала удаляющаяся с заднего двора спина Влада. Сгорбившегося и крепко прижимающего увесистый фолиант к груди.

Он так и не обернулся.

Нет, она обязательно попросит у него прощение, если однажды представится случай остаться с ним наедине. Объяснит свой отвратительный, унизительный поступок. Подберет нужные слова.

Ведь тогда Ирина еще не знала, что этот визит Морозовых в поместье Громовых станет последним.

***

Чтобы не возвращаться домой по темноте, заночевать пришлось в лагере у подступов к Бездне, а в путь выдвигаться уже с первыми лучами солнца. Меня такой вариант вполне устраивал. Появилось время для того, чтобы, несмотря на скверное самочувствие, внимательно осмотреть вещицы, поднятые на поверхность, и еще раз убедиться в своей правоте.

Найденные доспехи, действительно, принадлежали нашим ближайшим соседям. Причем Громовым — большая их часть. Их зона влияния в Бездне располагалась настолько далеко от нашей, что теперь уж никаких сомнений не оставалось в том, чьи отряды хозяйничают на нашей территории и воруют драгоценные ресурсы.

Наши ресурсы, черти бы их подрали…

Но даже имея столь веские доказательства преступления закона на руках, каким образом я мог бы использовать их в своих интересах? Далеко не факт, что имперский суд примет мою сторону. Обложи я их уликами хоть с ног до головы, у Громова наверняка найдутся рычаги давления как на судей, так и на присяжных, вплоть до встречных обвинений в мой адрес. Само собой, обвинений ложных, но кому какое дело до правды?..

Остальную часть добычи составляли артефакты, драгоценные камни и редкие ресурсы, оказавшиеся в общей куче только из необъяснимой тяги кобольдов ко всяким блестяшкам. Всё это добро можно будет выгодно продать в городе на днях, ну а несколько особенно полезных в бою артефактов оставить себе — моим людям пригодятся.

— Это Его Светлейшейство!

— Вернулись! С добычей?..

— Да сам погляди! Аж колеса под телегой трещат!

— Сколько ж тут всего, а?!..

Я даже невольно смутился от столь теплого приветствия. Гвардейцы, приставленные к охране въездных ворот, чуть ли не с фанфарами встречали наш своеобразный кортеж, а принимавшие участие в рейде бойцы с довольными лицами махали им в ответ.

Мы с Ковалевым возглавляли процессию верхом на лошадях, а телега с добычей дребезжала позади под охраной остальных вымотанных, но счастливых ребят.

Да уж, надо будет поспрашивать у местных артефакторов. Может, есть у них на примете полезные способы запечатывания добычи ради экономии пространства при транспортировке? Все же я планирую только набирать обороты своего рода экспансии на земли Бездны.

Кара сидела спереди в одном седле со мной, кутаясь в мой меховой плащ. Сменную одежду девушка с собой не взяла, поэтому пришлось импровизировать, дабы хоть как-то скрыть ее частичную наготу.

Как я понял из рассказа темной целительницы, в логове она опрометчиво задержалась, чтобы лучше осмотреть палатку шамана и приглядеть там что-нибудь полезное для себя. Во время спешной эвакуации про девушку совершенно забыли, а затем грянул взрыв… который, к счастью, сильно целительнице не навредил.

Весь вечер она суетливо носилась со мной, поддерживая в сознании. Бережно вытирала кровь, сочащуюся из моих глаз, носа и рта. Пичкала мерзкими на вкус отварами и, возможно, именно благодаря ее заботе мне удалось так быстро подняться на ноги.

Всё же объем энергии Бездны, который я поглотил из тотемов, оказался на текущем этапе моего развития слишком велик. Ничему похожему меня в гимназии не обучали, записи в библиотеке о техниках и способностях моих предшественников тоже были весьма смутными. Будто бы предки специально не оставляли конкретики, дабы никто в точности не сумел повторить их методы борьбы с демонами и поглощения энергии Бездны в полной мере.

Лишь память крови давала мне наиболее ценные подсказки, опираясь на которые, я сумел бы добиться большего.

Еще и Кайрос как сквозь землю провалился и в прямом, и в переносном смыслах. Даже соскучиться успел уже по его хитрой физиономии, постоянно мельтешащей перед глазами. Ну ничего. Как только вернется, в первые же минуты снова опротивеет мне до тошноты…

Гвардейцы, оставшиеся на защите поместья, выстроились вдоль яблоневого сада на подъездной дорожке, высоко задрав головы и вещая наперебой:

— Ваше Светлейшество!

— Поздравляем с успешным рейдом, Ваше Светлейшество!

И я даже позволил себе легкую улыбку, великодушно кивая каждому из этих ребят.

Свои ошибки я уже учел, и в ближайшее время следовало бы постараться наладить контакт с собственной гвардией. Познакомиться с верными роду людьми, поговорить с ними, обсудить текущие проблемы и решить их сообща. В детстве ничто не мешало мне коротать дни в одиночестве, ведь делами поместья занимались родители, и я имел полное право на зону комфорта.

Теперь же времена кардинально изменились. Главе не пристало оставаться в стороне, да и мышление мое за годы учебы претерпело некоторые изменения.

Но приподнятое настроение улетучилось в один миг, стоило мне заприметить перед главной лестницей украшенную карету. Причем не какую-нибудь, а с гербом рода Громовых, будь они прокляты…

Я тут же дернул за поводья, останавливая процессию, и медленно перевел взгляд на ближайшего ко мне гвардейца. Тот аж сглотнул, встретившись с моим пронизывающим взглядом.

— Что. Они. Тут. Забыли? — чуть ли не по слогам осведомился у парня.

— Так это… — взметнулась его голова к затылку и нервно его почесала. — К Алисе Николаевне тут… погостить приехали…

— Погостить… — процедил я сквозь зубы.

Ненависть, поднявшаяся из самых недр, обожгла меня похлеще высвободившейся накануне скверны.

Громовы… После всего случившегося какое они вообще право имеют появляться в стенах, которые сами едва не превратили в руины?! Прогуливаться по этим комнатам, сидеть с моей сестрой за одним столом, опустошать съестные припасы из кладовых, нажитые честным трудом?..

Подстегнув лошадь, галопом доскакал до лестницы, выпрыгнул из седла на ходу и широким шагом направился к дверям.

Ублюдки. Еще и потешаться над нами вздумали?! Голову в песок я больше засовывать не собираюсь и смиренно терпеть их наглые выходки тоже. Вот сейчас и посмотрим, чья возьмет на этот раз.

С грохотом распахнул двери, но первым, кто попался на глаза, оказалась Алиса, выбежавшая ко мне из большой гостиной с гаммой непередаваемых эмоций на лице. Да, к гостеприимной сестрице у меня тоже резонные вопросы возникли, но неприятный разговор с ней я отложу на потом. После того как мусор вынесет себя из моего поместья сам…

— Послушай, Влад! — выставила сестра передо мной открытые ладони. — Это не то, что ты думаешь! Давай мы все успокоимся и…

Проигнорировав ее слова, отпихнул Алису в сторону и двинулся к гостиной, сжимая кулаки до побелевших костяшек.

— Влад! Она всё тебе объяснит! Просто выслушай! — доносился до меня крик обеспокоенной сестры.

Волосы мои висели на лбу сальными сосульками, одежда всё еще источала запах гари, крови и пота, а цепочка грязных следов тянулась за мной через всё фойе. Но плевать я на это хотел. Нейтрально расположенных к роду Морозовых гостей я встретил бы как подобает, но Громовых… Слишком много чести рассыпать бисер перед такими свиньями.

Остановившись на пороге гостиной, исподлобья уставился на сидящую в кресле у камина девушку.

Одета она была в черное платье, украшенное тонким кружевом, и с высоким воротником. Каштановые волосы собраны в высокий пучок с двумя игриво свисающими локонами, а на миловидном личике особенно выделялись большие карие глаза, обрамленные пушистыми ресницами.

Несложно было с первых же секунд признать в этой утонченной даме младшую дочурку Сергея Ивановича Громова. Если правильно помню, она должна быть на три года старше меня, но хватило же ей, дуре, ума явиться в мой дом и усесться туда, где любила коротать вечера моя почившая мать.

— Здравствуйте… Влад Николаевич, — первой нарушила тишину незваная гостья, сдавленно поприветствовав меня. — Я… как только узнала, что вы вернулись из столицы…

— Если ваш дорогой папочка отправил вас сюда, чтобы напомнить о себе, это того не стоило, — усмехнувшись, сделал я шаг вперед. — Я всю жизнь буду помнить имя того, кто зверски вырезал мою семью.

— Отец не отправлял меня сюда, — поднялась девушка, не отрывая от меня глаз и нервно перебирая перед собой тонкие пальцы. — Он даже не знает, где я сейчас. Никто не знает.

— А вот это вы зря, Ирина Сергеевна… — размеренным шагом пересек я гостиную, остановившись в паре шагов от молодой графини. — Самолично отправиться туда, откуда живой можете и не вернуться… Дерзко и глупо с вашей стороны, не находите?

— Я желала встречи с вами не для того, чтобы бередить ваши старые раны, — стойко выдерживала она мой леденящий взгляд. — Вы… прочли хоть одно письмо из тех, что я отправляла вам в столицу? Хотя бы одно.

— Нет, но польза от них была. Я топил ими печь.

Глаза девушки увлажнились, и с грустной улыбкой она поджала губы.

— Тогда я… я рада, что смогла помочь вам хоть чем-то.

— Скорее, раз за разом подогревали мою ненависть к роду убийц, членом которого являетесь сами. А если не хотите прямо здесь пасть жертвой этой ненависти, советую вам немедленно возвращаться в экипаж, покинуть мой дом и более никогда сюда не возвращаться.

— Влад!.. — в непонятном порыве бросилась Ирина ко мне. Тонкие пальцы легли мне на грудь. — Хватит, прекрати уже это! Прочитав любое из моих писем, ты понял бы, что я никогда-никогда не поддерживала своего отца! Никогда! Слышишь?!

Сделал широкий шаг назад, отталкивая девушку от себя, и она едва не потеряла равновесие, но в последний момент ухватилась за спинку дивана. Слезы беззвучно катились из ее глаз, дрожащая ладонь растирала их по лицу, но я не чувствовал ни капли жалости к ней. Ничего не чувствовал, кроме ненависти и пренебрежения.

Если бы не та роковая ночь, разделившая нашу с сестрой жизнь на до и после, наверное, Алиса тоже могла бы щеголять в богато украшенных платьях. Личные служанки сооружали бы ей элегантные прически, достойные девушки ее положения.

Но нет, вместо сияния на роскошных балах в высшем свете Алиса день за днем рисковала жизнью, спускаясь в Бездну и сражаясь с тварями, лишь бы поддерживать наш род на плаву.

— Я всегда была на твоей стороне, Влад! — не собиралась униматься Ирина. Пальцы ее впились в спинку многострадального дивана, ногти царапали обшивку. — Я просила, я молила отца, чтобы он оставил вас в покое! И в ту самую ночь…

— Заткнись и просто уходи отсюда, пока я окончательно терпение не потерял. Не злоупотребляй гостеприимством моего рода!

— Если тебе так будет угодно… — подняла на меня Ирина заплаканные глаза. — Если я та, на ком ты можешь выместить свой гнев за всё, что он совершил… да будет так. Можешь делать со мной что пожелаешь! Я докажу, что не желаю тебе зла. Ни тебе, ни твоей семье.

— Вот как… — исказила мое лицо кривая усмешка.

Вытянув правую руку перед собой, прокрутил кольцо-печатку на среднем пальце, и в мою ладонь послушно легла рукоять меча. Кровь за кровь. Размен всё равно выйдет неполноценным, но…

— Ты что творишь?! — тут же влетела в гостиную Алиса, до настоящего момента молча наблюдавшая за нами со стороны. — Совсем с ума сошел?!

Грубо отпихнув меня в сторону, сестрица встала между нами, шумно дыша.

— Да и ты, Ирина, хороша! А получше ничего предложить не могла, кроме как в жертву себя приносить?! — в том же тоне принялась она отчитывать графиню. — Или считаешь, что лучший способ завоевать сердце мужчины — голову ему на отсечение дать?!

— Я просто хотела… — лепетала Ирина, не зная, куда деть глаза.

— Да мало ли, что ты там себе навыдумывала! Видишь же, что он уставший, взбешенный и отбитый в край! Мне после твоего последнего письма самой дурно стало, не натворите ли вы тут на пару делов, и вот результат!

Всё это уже выглядело как какой-то фарс, принимать участие в котором и дальше желания не было. Нет, я не последний идиот, чтобы в стенах своего дома лишать жизни женщину, а уж тем более из высокородных. Проблем после такого не оберешься, а нам их и без того достаточно. Припугнуть разве что, чтобы носа сюда впредь не казала — вот такое уже можно было устроить.

— Просто сделай так, чтобы ноги ее здесь не было к тому моменту, как я спущусь, — дал сестрице напутствие, после чего спрятал меч обратно в кольцо и одарил графиню бесцветным взглядом. — В следующий раз порублю на куски и отправлю драгоценному папочке в подарочной коробке.

Слезливые мольбы задержаться и договорить раздражали еще сильнее, так что я немедленно поднялся к себе в надежде, что Алиса мою просьбу исполнит и не станет подбрасывать дров в огонь.

Дочурка Громовых на моей стороне? Просила оставить нас в покое? Молит о прощении? Хах… Неужели она в самом деле думала, что я поверю в эту бесстыдную ложь, зная ее изобретательного на подлые выдумки отца?..

Наивная.

Глава 18

— Знаешь, Влад, кое-что в тебе всё же не изменилось, — заявила Алиса, не поднимая головы и продолжая бесцельно елозить вилкой по тарелке. — Как и в детстве, ты всегда остаешься себе на уме, независимо от обстоятельств.

После ее слов столовая снова погрузилась в тишину. Магические огни свечей, имитирующие пламя, создавали отблески на стенках серебряной посуды — того немного богатства, что нам удалось сохранить. Помнится, даже в самые голодные времена Алиса наотрез отказалась продавать сервиз, оставив его как память о совместных трапезах в кругу семьи. Для нее это было важно, а я не настаивал.

— Громовы оставили нас с тем, что мы имеем сейчас, — наконец ответил сестре. Пламя в подсвечнике передо мной слегка колыхнулось от дыхания. — Неважно, были ли они инициаторами той резни или всего лишь исполнителями государевой воли. Это нисколько не умаляет их содействия. Содействия в событиях, предшествовавших падению нашего рода.

— Но Ирина здесь ни при чем, — воззрилась на меня Алиса, гневно прищурившись. — Тогда мы были совсем еще детьми, так неужели она обязана отвечать за грехи своего отца? Даже толком не разобравшись, рубишь с плеча…

— Раз уж мы сейчас отвечаем за грехи своих предков, считаю, что это вполне справедливо.

— А я вот считаю, что всё с точностью до наоборот. Если бы ты хоть мысль допустил о том, чтобы ответить на ее чувства и породниться с родом Громовых…

— Какие еще чувства, Алиса?! — тут же встал я из-за стола, и сестра непроизвольно втянула голову в плечи. — Они попросту пытаются пустить нам пыль в глаза, а ты в упор этого не замечаешь из-за своей сентиментальности. Очнись наконец и пойми, что будущее рода в наших и только в наших с тобой руках. Одна-единственная ошибка, и всё разрушится, как карточный домик. Этого ты хочешь? Ради этого боролась столько лет? А что сказали бы родители на твои попытки примириться… с предателями, на руках которых кровь наших людей?

Сестрица промолчала, прикусила губу, а я, протерев рот салфеткой, швырнул ее в тарелку с недоеденным ужином, и вышел из столовой.

Настроение было скверное.

Нет, я не держал зла на сестру. Скорее, был расстроен тем, как легко дочери Громовых удалось завоевать ее расположение сладкими речами. Посеять смуту внутри нашего дома, еще сильнее отдалить нас друг от друга.

На улице уже сгущались сумерки.

Выйдя во внутренний двор, чтобы подышать свежим воздухом и привести мысли в порядок, увидел, как возле казарм расставляют столы. Там праздновали успешное завершение рейда.

Кухня на мой необычный запрос среагировала довольно быстро: жареное мясо, простые, но сытные блюда, вино и пиво — всё как положено. Кто-то уже успел усесться, кто-то шумно спорил, чья рана была опаснее, и чей выпад в бою смотрелся зрелищнее. Басовитый смех бойцов постарше и поопытнее смешивался со звонким, заливистым смехом юнцов. Слышался веселый лязг кружек.

Вот, какое оно на самом деле — человеческое тепло безо всяких прикрас.

Я не знал, зачем согласился на это. Вернее, знал — это разумно, полезно, правильно. Мы прошли боевое крещение, впервые действовали как единый отряд, а значит, нужно было закрепить чем-то наши успехи. Не только приказами и наградами, но и… доверием. Общим столом. Теплом. Именно тем, что род делает родом. Укрепить связь между нами.

Вот только у меня тёплых слов было немного. Особенно таких, что не звучали бы фальшиво, ведь всего однажды свыкнувшись с одиночеством, крайне сложно снова открыться другим людям.

Я стоял немного в стороне, пока лишь наблюдая. Всё ещё не верил, что это моя инициатива и раздумывал, как бы правильно подступиться к ним, не упав в грязь лицом.

Ветер трепал мою простую черную рубашку, в кожаном ремне на поясе покоился кинжал. Ни в доспехи, ни в парадную одежду я облачаться не стал. Выглядеть отстраненным не хотел, но и не пытался приблизиться к образу «своего парня».

Я — глава рода Морозовых, даже если сам всё еще привыкаю к столь громкому статусу. И пусть бойцы постарше считают меня совсем еще юным и неопытным в свои восемнадцать лет, я обязательно докажу, что их мнение обо мне предвзято.

Некоторые гвардейцы уже поворачивали головы, оглядываясь на меня, застывшего поодаль. Не торопившегося присоединяться к торжеству. Почему-то медлившего.

И лишь когда Игорь Владимирович бодро кивнул мне, я позволил себе сделать неуверенный шаг. Затем еще один и еще, пока окончательно не осознал, что пути назад уже нет. Молча усевшись за самый край стола, взял в руки кружку.

Буквально на несколько секунд во внутреннем дворе перед казармами стало подозрительно тихо. Удивленные взгляды, неопределенные жесты, перешептывания… Такое впечатление сложилось, что все они были обращены ко мне. В голове даже родилась внезапная мысль отставить эту чертову кружку в сторону, подняться из-за стола и уйти — настолько стало некомфортно.

Но вот один из ветеранов со шрамом через пол-лица, имени которого я не знал, пристально посмотрел на меня, а затем, громко хлопнув кулаком по столу, торжественно провозгласил тост:

— За род Морозовых!

— За род! — тут же подхватили гвардейцы, вскинув в воздух руки с кружками.

Эти слова, подобно раскату грома, разнеслись по кругу, от стола к столу, под одобрительный гул остальных ребят. Ничего теперь не оставалось, кроме как присоединиться к ним.

Чуть приподняв кружку, я тоже сделал глоток. Глоток тяжелого, терпкого вина, оставившего неприятное послевкусие. Оно не шло ни в какое сравнение со столичным, да еще и разбавлено было изрядно. Просто небо и земля.

Но стоило признать, что моя жизнь в Москве так же осталась далеко позади. Впереди маячила борьба с произволом высокородных, и я уже ступил на эту тропу, чтобы сохранить, сберечь и не утратить окончательно крупицы того, что мне, действительно, дорого.

Мои люди, моя сестра, моя земля. Каким же посредственным на этом фоне кажется вкус столичного вина…

— Степан, Ваше Светлейшество, — неожиданно представился мне один из молодых бойцов, сидящий по правую руку. — Может быть, мяса? Только-только с огня.

— Не откажусь, — улыбнулся уголками губ, всё еще испытывая некоторую неловкость, и на тарелке передо мной вмиг оказался ломоть сочащегося ароматным жиром мяса.

А лицо-то у парня знакомое. Не его ли я из-под хвоста песчаного червя накануне вытаскивал?..

— Ваше Светлейшество… — обратился ко мне теперь уже гвардеец, сидящий напротив, — …а вы, и правда, туда в одиночку пошли? Ну, к червю этому.

Голоса за столом стихли в тот же момент, а головы сидящих за ним бойцов синхронно повернулись к нам в ожидании моего ответа. Глаза ребят сияли от неподдельного любопытства, ну а в моей груди зарождалось странное чувство.

Столько лет меня намеренно избегали, порой вовсе делая вид, что меня не существует, не считая косых взглядов и оскорбительных пересудов за спиной. Сейчас же творилось что-то совсем из ряда вон выходящее. На меня поглядывали… с уважением, а кто-то даже с нескрываемым восхищением.

Пауза затягивалась, поэтому пришлось неуверенно кивнуть, а после на всякий случай добавить:

— Правда.

И ту же секунду стол буквально взорвался от удивленных возгласов со всех сторон:

— Ну ничего себе!..

— Могёт Его Светлейшество, могёт!

— Вот те на!..

— Да эта тварь уже подписала себе приговор, как только на глаза вам попалась!

— Черти бы подрали этого сраного червя!

Я аж в осадок выпал от столь рьяной похвалы в мой адрес, пока не встретился взглядом с Ковалевым. В отличие от своих подчиненных, мужчина пока не проронил ни слова. Просто внимательно поглядывал на меня, потягивая вино из кружки. Похоже, продолжает оценивать меня даже сейчас.

— Согласен. Не каждый бы решился, — наконец нарочито медленно произнес Игорь Владимирович, отсалютовав мне кружкой, — под землю, к такому-то монстру…

— Некогда было решаться, — пожал я плечами в ответ, и тот многозначительно хмыкнул, возвращаясь к еде.

Хотелось бы добавить что-то еще. Какую-нибудь глупую шутку. Нечто такое, что позволит сблизиться с ребятами еще сильнее. Откинуть всякие формальности и, пусть ненадолго, но стать своим в их кругу. Однако больше, чем намерением это не стало — так и застряло в горле.

Как только эпизод с червем был исчерпан, в воздухе снова повисла неловкая пауза. Правда, длилась она недолго. Едва я успел сделать еще один глоток терпкого вина…

— Так это, выходит, теперь и глава с нами мясо жрёт, а? — раздался бойкий голос с дальнего конца стола. — Считай — удача нас не покинет!

— Только не подливайте ему много, — сразу вторил ему другой. — А то завтра на тренировке всех нас уложит!

Лёгкий смех прошёлся по кругу, и тут даже я не удержался — уголки моих губ дёрнулись. Может, не по-настоящему. Может, где-то в глубине души я всё еще сопротивлялся и делал ставку на одиночество, но достаточно для того, чтобы они приняли это за снисходительную улыбку.

Когда захмелевшие бойцы принялись болтать между собой обо всем и ни о чем, переключившись с меня на своих товарищей по оружию, я продолжал просто сидеть и слушать их. Не вмешивался, не встревал в обсуждение людей и событий, которые прошли мимо меня. Просто был рядом и всё равно чувствовал себя чужим. Чуть меньше, чем обычно, но всё же чужим.

Немало времени пройдет, прежде чем я смогу привыкнуть к ним, а они ко мне. Сколько еще битв ожидало нас впереди, в которых мы будем сражаться плечом к плечу? В которых я смогу заслужить их уважение и доверие по-настоящему, а не только потому, что являюсь их господином.

Во взглядах окружавших меня сейчас людей уже не было прежней настороженности. Удивление — да, недоверие — местами. Но холод ушёл, а значит, первый шаг сделан. Собрать нас всех вместе, устроить скромный, но праздник… Пожалуй, это того стоило, и двигаюсь я в правильном направлении. По крайней мере, пытаюсь.

Пусть я не умею говорить красивых тостов. Пусть мне тяжело доверять, но сейчас я сидел и пил с ними за одним столом, а они — со мной.

Пока что этого достаточно.

Однако недолго мне удалось посидеть в веселой компании, наслаждаясь вкусом жаренной на огне снеди.

Крупная капля крови упала на тарелку, стоило мне насадить на вилку очередной кусок мяса. Затем вторая и третья… Прислонив ладонь к лицу, а после приглядевшись к ней, увидел на пальцах смазанную алую полосу.

От внимания гвардейцев мое состояние тоже не скрылось. По меньшей мере, от одного из них.

— В-ваше Светлейшейство?.. — пролепетал Степан, обеспокоенно уставившись на меня.

Даже после высвобождения поглощенной энергии Бездны, перенасыщение скверной всё еще напоминало о себе. Либо целиком от нее избавиться не удалось, либо откат давался тяжелее, чем в прошлый заход, но, кажется, в этот раз времени на полное восстановление понадобится чуть больше.

Не зарься на кусок, который не способен проглотить — будет мне урок на будущее.

— Всё в порядке, — выдавил я из себя подобие улыбки и медленно встал из-за стола. Утер нос тыльной стороной ладони, окинул взглядом всех присутствующих за притихшими в момент столами. — Завтра с утра буду ждать здесь всех, кто решит продемонстрировать мне свои боевые навыки. Нужно наверстать упущенное и… — снова этот противный комок встал в горле, мешая подбирать правильные слова, — …хорошенько повеселитесь сегодня. Праздничный вечер еще не закончен.

Неприятно получилось, конечно, но на сегодня с меня уже хватит. Всё, что мне сейчас хотелось — провести остаток дня в одиночестве и восстановиться. В следующий раз ту же ошибку дважды я допускать не стану.

Гвардейцы проводили меня с заднего двора под ободряющие возгласы, но и в поместье я возвращаться не спешил. Обогнул его по мощеной дорожке, вышел к фасаду и уселся на нижние ступени. Блуждающий взгляд сам собой остановился на столпе алого света, источаемого Бездной и уходящего высоко в чернильно-черное небо.

Единственное во всем мире место, где я чувствовал себя по-настоящему живым, казалось отсюда невероятно далеким и одновременно слишком близким. Но, благосклонное ко мне, оно так же не прощало слабости, эгоизма и жадности.

Кровь сочилась из носа, не переставая. В какой-то момент рукав черной рубахи пропитался ею насквозь, и вот передо мной снова возникла тонкая женская ручка. На этот раз протягивающая мне не кружку с горьким отваром, а закупоренный пробкой бутылек с мутновато-зеленой жидкостью.

— Выпей. Это остановит кровотечение, — тоном, не терпящим возражений, произнесла Кара.

И когда только мы успели перейти с этой девушкой на «ты»?..

Впрочем, бутылочку я взял. Откупорил крышку и, поморщившись от горьковатого привкуса, осушил ее до дна. Еще в детстве любое лекарство казалось мне отвратительным на вкус, но творения Кары по вкусовым качествам превосходили их с лихвой, в плохом смысле.

— Лучше? — улыбнулась темная целительница и присела на ступеньку рядом со мной. Так близко, что я сквозь одежду ощутил тепло ее тела.

— Есть у тебя какая-то специфическая способность всякий раз появляться вовремя, — не удержался я от сомнительного комплимента в адрес целительницы. И да, мне, действительно, стало лучше. — Спасибо, — пожалуй, впервые поблагодарил я ее.

— Предпочитаю наблюдать за всем со стороны, как и ты, — с легкой грустью воззрилась она туда же, куда и я — на алеющий вдали столп света. — Но я была бы ужасным магом, если бы не почувствовала перемены в твоем состоянии. Тогда и сейчас… Сказать по правде, теряюсь в догадках, как же в конечном итоге сложится твоя судьба. Один против всех или же один во главе всех остальных?..

Некоторое время мы сидели молча, просто любуясь игрой багровых всполохов на ночном небе. Но, на удивление, первым воцарившуюся тишину нарушил я.

— Значит, это и есть твое решение? Желаешь остаться в поместье?

— Даже если бы я осмелилась покинуть его, рано или поздно святоши всё равно нашли бы меня и обвинили в том, чего я не делала, — вздохнула Кара. Похоже, она уже смирилась с этим. — Им не нужны доказательства. Им достаточно одного только факта моего существования, чтобы свершить так называемое правосудие. Если так подумать, на убийство способен каждый, но в первую очередь все подозрения падут на того, к кому общество изначально относится предвзято.

— То преступление, в котором тебя обвинили…

— У той женщины изначально не было ни единого шанса, и я виновна лишь в том, что предприняла попытку спасти ее. Спасти ее и мертворожденное дитя. Могла бы, конечно, захлопнуть и дверь, и ставни, слушая ее отчаянные мольбы сквозь стены, но тогда никогда не простила бы себе такого безразличия. За то и поплатилась.

— Здесь тебе никогда не придется переступать через себя, — заверил девушку, и она с благодарностью кивнула мне.

— Я знаю. И потому приняла единственно верное решение — впредь верой и правдой служить роду Морозовых, пока вы сами не пожелаете, чтобы наши пути разошлись. Но…

— Но?.. — вопросительно изогнул я бровь.

— Мне бы хотелось освободить гостевую комнату в поместье и перебраться куда-нибудь… поближе к природе. Поместье окружают леса, и пусть скрываться в них более не имеет для меня смысла, они мне куда роднее, нежели холодные стены, высокие потолки и пуховые перины.

— Тогда со своей стороны мне стоило бы учесть твои пожелания, — согласился я с ее условиями. Не такими уж невыполнимыми, как ни посмотри. — Уютная хижина в лесу, и твои способности в полном моем распоряжении?

— Любая даже самая жалкая лачуга, уют в которой я сумею навести и сама, — поправила меня Кара. — И вы ни дня не пожалеете, что вытащили меня из цепкой хватки этих святош.

Кстати, насчет святош…

Уже несколько дней прошло с моей поездки в Иркутск, а от церкви Двух Сестер до сих пор ни весточки не пришло. Даже если инквизиторы умолчали о нашей стычке в переулке, у местной настоятельницы была масса причин излить на меня свое недовольство, ведь с момента отъезда из столицы в церкви я так ни разу и не появился.

Не верилось мне как-то, что они так легко выпустят из-под надзора одержимого демонами из рода Морозовых. Силком не потащат его на проповедь, а затем и на покаяние в грехах, которых он никогда не совершал.

Продолжительное молчание церкви только усиливало мои подозрения в том, что совсем скоро священный клинок инквизиторов воткнется в мою спину. И воткнется тогда, когда я меньше всего буду этого ожидать.

Глава 19

Листья мягко шелестели в кронах деревьев-исполинов, отбрасывая кудрявые тени на дорогу, по которой неспешно двигалась наша процессия.

Времени до заката оставалось всего ничего, но на этот раз вставать лагерем на подступах к Бездне мы не стали, чтобы не создавать помехи для прибывших из Иркутска строителей. К тому же, сегодня добычу нам на поверхность удалось поднять весьма ценную и не хотелось бы по прибытии в поместье недосчитаться пары-тройки дорогих основ под артефакты. Впрочем, и сами артефакты были, но собранные тварями с незадачливых охотников. Казалось бы, мелочь, но всё равно деньги.

— Еще немного, и третий уровень целиком перейдет под наш контроль, — с довольной улыбкой заявил Ковалев, вышагивая вровень со мной на крепкой гнедой кобыле. — Давненько мы уже не спускались на четвертый. Запамятовал даже, чем же на нем смердит…

— Всё тем же, — бесстрастно ответил ему, не поворачивая головы. — Демонами и отродьями, чуть мельче и тупее.

— А ведь когда-то, еще под командованием вашего отца, мы спускались и того ниже, — неожиданно погрузился мужчина в воспоминания. — Седьмой или восьмой?.. Прекрасное было время! Что ни вылазка — то ценный навар. Правда, вот, в Иркутск на продажу мы увозили далеко не всё. Игнат, кузнец наш из Январьска, помнится, первоклассные мечи ковал. Некоторые из них до сих пор служат нам верой и правдой, но обновить арсенал всё равно не помешало бы.

Ага, понятно теперь, к чему Игорь Владимирович клонил с самого начала. Чтобы часть средств с продажи ценностей из кобольдских тайников я приберег на нужды гвардии. Однако это и так само собой разумеющееся. Снаряжение моих бойцов оставляло желать лучшего, и недавно проведенная тренировка только позволила мне лишний раз убедиться в этом.

Присутствуй в рядах моих людей одаренные, вообще настоял бы на закупке артефактного оружия. Того, что в подходящий момент можно было бы извлечь из невесомого украшения и с той же легкостью заточить обратно. Дорогое удовольствие, но для бойца, не способного манипулировать собственной энергией, совершенно бесполезное. Все же артефактом надо еще уметь управлять.

— Пусть Игнат покинул деревню и скатертью ему дорога, но ничто не мешает нам подыскать не менее мастеровитого кузнеца на его место. Смею также предположить, что никто не справится с такой задачей лучше, чем вы, Игорь Владимирович, — скосил взгляд на Ковалева и ухмыльнулся, отметив про себя его замешательство.

— Отыскать хорошего мастера — дело одно, а вот убедить его перебраться в такую глушь, да еще и вблизи эпицентра Бреши…

— Но не вам ли принадлежат слова о том, что некогда наши земли знавали прекрасные времена, несмотря на близость к эпицентру? Значит, в наших же силах сообща возродить эти времена, дабы наследие рода Морозовых не кануло в Лету. Разве не так, Игорь Владимирович? — теперь уже в упор уставился я на мужчину, ожидая единственно верного ответа.

— Так-то оно… так, Ваше Светлейшество, — пришлось ему согласиться с моими доводами.

Пусть приглядывается ко мне сколько угодно и на прочность испытывает тоже, но не забывает о том, что в его отношении я могу поступать так же.

В сердце Алисы этот человек занимал особое место. Стал для нее кем-то сродни отца, другом и наставником. Мне же еще только предстояло заручиться его доверием и поддержкой. А что способно сплотить сильнее, нежели пережитые плечом к плечу тяжелые времена?

Колеса набитой под завязку телеги потрескивали позади, подпрыгивая на кочках, проваливаясь в неглубокие ямы. Бойцы тихо переговаривались между собой, сетуя на промозглый для поздней весны ветер. В остальном же лес казался необычайно тихим. Ни соловьиных серенад, ни стрекота насекомых.

Даже слишком тихо. И мне это не нравилось…

Целиком и полностью сосредоточившись на окружающих меня звуках и стараясь не отвлекаться на болтовню бойцов, прикрыл глаза. Отчетливо расслышал собственный вдох и выдох, мерный цокот лошадиных копыт по протоптанной годами дороге.

И тем явственнее для меня прозвучал громкий шепот буквально из ниоткуда взявшегося Кайроса прямо на ухо:

— Сза-ди…

Время для меня будто замедлилось. Или же остановилось на малую долю секунды, чтобы я успел оценить серьезность надвигающейся угрозы и среагировать на нее вовремя.

— Пригнись! — наконец-то рявкнул отряду и сам низко склонил голову к лошадиной шее.

Надежды на то, что бойцы в точности исполнят мой приказ безо всяких вопросов, не было. Но со своей стороны я сделал пока что всё возможное, чтобы предупредить их и побудить к незамедлительным действиям.

Свист арбалетных болтов разорвал тишину в ту же секунду, однако когда я позволил себе обернуться, увидел, что нападение неприятелей исподтишка провалилось с треском. Ни один из болтов не настиг свою цель, и уголки моих губ непроизвольно подскочили вверх.

Похоже, внезапно объявившийся демон умудрился спасти не только мою жизнь, но и людей моих уберечь. Интересно, как на подобное высказалась бы церковь?..

Хотя личности нападавших вызывали сейчас куда большее любопытство и, спешившись, я молниеносно прокрутил кольцо-печатку на пальце, высвобождая меч. Теперь уже одноручный, как прежде, не находящийся под влиянием впитанной мною магии Бездны.

— Вот же ж… ублюдки неблагородные! — выругался Ковалев, дернул поводья и резко развернулся к притаившимся в чаще недругам. — Голову на отсечение даю, те же твари, что отправили к праотцам ребят из третьего отряда. Твари, которых я с превеликим удовольствием отправлю туда же…

Но едва мои бойцы успели опомниться, высвободить мечи из ножен и принять боевые стойки, десяток людей, устроивший засаду, сам вышел к нам, вооруженный до зубов.

По одному лишь виду можно было понять, что это не обычные головорезы, решившие поживиться тем, что Сёстры послали — по крайней мере, качество их экипировки в разы превышало качество и, соответственно, стоимость нашей, что было немного неприятно. Тем не менее, все, кто выходят против меня, становятся моей добычей.

Никаких опознавательных знаков, а уж тем более родовых гербов, на их доспехах я не увидел. Нижняя половина лиц скрыта черными платками, но выводы можно было сделать и без них — неприятелям не столько нужна наша добыча, сколько наши жизни. Один из отрядов бывших вассалов или же наемники, которым давненько точащие на нас зуб соседи отвалили щедрый аванс? Да как-то даже без разницы…

Они явились сюда по наши души, и тем самым уже подписали себе смертный приговор.

— Как говорится, настоящие герои всегда приходят в последний момент! — не без гордости заявил Кайрос, стоя подле меня со скрещенными на груди руками и мягко перекатываясь с пяток на носки. — Но о самом себе достойную сагу не сложишь, хм-м… Так как же быть?

Перевел на него тяжелый взгляд исподлобья.

Да, не стану отрицать того факта, что впервые за время нашего знакомства рогатый пижон оказался, действительно, полезен, однако мы всегда можем поболтать позже. Сейчас передо мной стояли более важные задачи. Например, обеспечить безопасность своих людей и выяснить, кто из моих соседей решил пойти на самые радикальные меры, чтобы искоренить мой род.

По всем законам Империи подобное преступление и самовольство карается смертной казнью, но если я доберусь до своего истового недоброжелателя первым, доживет ли он до нее вообще?..

Тем временем скрестились первые клинки.

— Держитесь позади, Ваше Светлейшество, — выставил Ковалев руку передо мной, но я тут же с силой надавил на нее и сделал уверенный шаг вперед.

Упрекать меня в несостоятельности и при этом носиться как с писаной торбой? Ну что за лицемерие со стороны бравого командующего?..

— Держаться позади не будет никто, — припечатал я, покрепче сжав рукоять меча, и в тот же момент еще парочка неприятелей, ранее отсиживавшаяся в засаде, выскочила мне наперерез, оттесняя от остальных.

Внезапный замах короткого клинка я отразить успел, плотно стиснув челюсти, и сразу выполнил контрудар, частично лишая противника равновесия — такую силу я в него вложил. Но второго тоже не стоило списывать со счетов. Мужчина метил в колени. Подлый прием грозил лишить равновесия и меня, так что, повинуясь одному лишь наитию, я в считаные секунды изменил траекторию удара — он пришелся недругу по ногам, распарывая кожу высоких сапог и перерезая сухожилия.

Одному лишь наитию или?..

Надеюсь, секундное замешательство никак не отразилось на моем лице. Впервые я сталкивался с человеком в открытом бою. Не в учебном поединке, а в бою не на жизнь, а на смерть. Тогда каким же образом сумел исполнить прием, которому никогда не обучался ранее?

Объяснение этому нашлось единственное. Догадка молнией вспыхнула в голове.

Память крови.

И вот уже не мои руки сжимают рукоять меча, а крупные, огрубевшие, испещренные застарелыми мозолями. Да и меч в моих руках видоизменился — сталь его почернела, покрылась изящной гравировкой, а оплетенная кожей рукоять теперь приятно холодила пальцы. Привычно и удобно.

Мысль возникала быстрее, нежели я успевал отследить ее. Каждое последующее движение было четко выверено без шанса на совершение ошибки.

Нечто подобное я не так давно ощутил на тренировочной площадке в поместье. Будто бы некто мягко перехватил контроль над моим телом. Незримый наставник, подсказывающий, как правильно сделать тот или иной шаг.

Экипировка моих противников тоже претерпела изменения. Теперь на груди каждого был отчетливо виден герб рода Громовых. Маски больше не прикрывали их лица, глаза недругов налились яростью, а губы приоткрывались и закрывались, осыпая проклятьями меня и весь мой род.

— Одержимые твари…

— Демоны, в обличье человеческом!

— Вовек не снискать вам прощения…

— Из Бездны пришли, в Бездне и сдохнете! Все! Все там сдохнете!

Незнакомые голоса, сквозящие жгучей ненавистью и жаждущие моей скорой смерти, раздавались теперь из ниоткуда и отовсюду одновременно, заглушая собой звуки ожесточенного боя.

Почему… и за что? Эта мысль принадлежала уже мне. Что именно заставило наши рода поступиться клятвами верности и ступить на тропу кровопролитной войны? Веками Морозовы боролись с демонами, стоя на страже Империи, и мирские конфликты особо не заботили нас. Но если мой предок в свое время безжалостно вырезал всех этих людей, подобно порождениям Бездны, значит, тому тоже нашлась резонная причина.

Озарение ушло так же быстро, как пришло. Пропали и все непривычные ощущения, но все же я знал, что делать дальше.

Тело продолжало действовать само, отточенными движениями лишая неприятелей жизни. Глазами одного из дальних предков я теперь взирал на этот мир свысока, его руками вершил правосудие над теми самоубийцами, что посмели выступить против меня.

Впервые я запачкал руки человеческой кровью, но не испытал при этом ровным счетом никаких эмоций. Ни жалости, ни трепета, ни скорби. Будто бы делал это не впервые вовсе.

Рывок вперед, и вот я вклинился в сражение между противником и одним из моих гвардейцев, который неожиданно запнулся и был бы убит, если бы не мое вмешательство. Мой меч встал на пути острой стали, а затем я просто ударил ногой, чтобы враг потерял равновесие. Но я не стоял на месте и последовал за ним, в один миг распарывая бок неизвестного противника, а, оказавшись за его спиной, стремительным взмахом отрубил ему голову. Артефактный меч не подвел и в этот раз.

Предчувствие взвыло, и я, доверившись ощущениям, слегка пригнулся. Выставил оружие в сторону, откуда несло опасностью. В этот же миг руки будто обожгло огнем, настолько сильный удар я смог остановить. Только спустя мгновение осознал, что только что отразил арбалетный болт, выпущенный с близкого расстояния. Впрочем, стоять как истукан я не собирался и уже спустя пару вздохов был рядом со стрелком, который судорожно пытался вложить новый болт в арбалет, хотя лучше было бы взяться за оружие ближнего боя. Его ошибка стала для него последней.

Дальше все уже превратилось буквально в череду вспышек, когда я просто доверился своим инстинктам, постоянно перемещаясь по полю боя и не столько преследуя противника, сколько помогая своим людям.

Ну а когда очередь дошла до последнего из них, и я уже занес меч над его головой, моих ушей достиг громоподобный окрик Ковалева. Вывел меня из своеобразного транса и вынудил дальнего предка покинуть мою бренную оболочку. Двойственность ощущений, которая осознавалась лишь постфактум, пропала.

— Он нужен ЖИВЫМ!

Медленно опустив меч, обагренный свежей кровью, я, не мигая, уставился на распростертого передо мной мужчину, словно только сейчас увидел его. Тот же с ужасом таращился на меня, выставив перед собой обе руки. Трупы его товарищей уже усеивали дорогу, а мои израненные бойцы, тяжело дыша, молча наблюдали за нами со стороны.

— …и только посмейте даровать этому ублюдку быструю смерть! — выросла рядом со мной коренастая фигура Ковалева. — Вот ты-то нам, голубчик, и расскажешь, кто вас сюда отправил и сколько деньжат за моих подчиненных посулил. Как миленький расколешься, — присел Игорь Владимирович перед незнакомцем с изодранной маской, — когда поймешь, кому решил перейти дорогу. Деньги уже не панацея от всех проблем, верно?

— Пошел ты на хрен… старик, — в моменте ожесточился взгляд загнанного в угол мужчины.

Челюсти его резко сомкнулись, а уже через пару секунд изо рта повалила густая белая пена. Дергающиеся в судорогах конечности, закатившиеся глаза, последний прерывистый вздох…

Яд. Причем довольно эффективный и быстродействующий. Скорее всего, капсулу с ним каждый из них изначально держал под языком на особый случай. Известный трюк для тех, кто ни при каких условиях не сдастся в плен и намеревается унести секреты господина с собой в могилу.

— Да черти бы вас подрали! — уже в который раз выругался Ковалев и смачно плюнул на труп. — Там, куда вы отправились, пощады точно не ждите… — чуть тише добавил он. Так, что услышал его, должно быть, лишь я один.

Иногда осознание своего бессилия может казаться хуже смерти. Знакомо не понаслышке. Еще в ту роковую ночь, дрожа от страха в руках гувернантки, я впервые познал это чувство.

Вот это оно и есть, когда некто, устроивший на тебя настоящую охоту, так легко способен улизнуть из-под самого носа. Хоть на сей раз по воле предков моим людям удалось отделаться малой кровью, но у «охотника» всё еще развязаны руки. И да, он всё еще жаждет обратить наследие моего рода в пыль, а значит, следующая попытка завершить начатое не заставит себя долго ждать.

— Ваше Светлейшество… не ранены? — повернул ко мне голову Ковалев вполоборота.

— Жить буду, — ответил ему уклончиво, просто потому что сам еще не осознавал толком где я — то ли здесь среди своих людей, то ли посреди другой битвы, что еще шла. И там, в отличие от текущей ситуации, шел дождь.

Пока что на глаза попался только продольный порез на бедре. В пылу схватки даже не понял, в какой момент мне его рассекли, но раз уж могу сейчас трезво мыслить и стоять на ногах, то терпимо.

Чего не скажешь о некоторых из числа моих гвардейцев, первыми принявшими на себя удар. Вот им помощь целителя пришлась бы очень кстати и, как назло, я решил сегодня не брать Кару с собой. Дать ей время восстановиться после первого похода и подготовиться к рейду на четвертый уровень…

Хотя, несмотря на скверное состояние, лица ребят светились улыбками, а в обращенных на меня взглядах читалось что-то сродни… восхищению?

Поглощенный боем и стремлением во что бы то ни стало разделаться с нападавшими, одновременно заботясь о сохранении жизни своих людей, я практически выпал из реальности, но они всё это время могли наблюдать за мной со стороны. Предки направляли меня, вели по уже проторенному пути удар за ударом, однако лишь одному мне была ведома правда.

В глазах остальных я, вчерашний выпускник гимназии для высокородных, самолично перебил целый вооруженный отряд и при этом всё еще твердо стою на ногах с какой-то жалкой царапиной на бедре. Чудо, не иначе.

Будь я на их месте, то первым же делом предположил, что одержимость главы рода демонами — никакой не слух и не вымысел. В таком случае я, скорее, боялся бы такого человека. Остерегался, но не восхищался им. Тогда почему?..

— Экипировка у них добротная, — вывел меня Ковалев из размышлений. — Предлагаю позаимствовать, а с телами не заморачиваться. Дикие звери о них позаботятся. Достойная ночью у них будет пирушка…

— Тогда сперва стоит извлечь оставшиеся пилюли с ядом, — окинул я трупы равнодушным взглядом. — Ничего против зверья я не имею, и не хотелось бы, чтобы одна из таких попалась кому-нибудь на зуб.

А вот снаряжение, и впрямь, неплохое — сразу это подметил. И на обновлении арсенала сэкономить можно… Кто бы мог подумать, что злейший враг, сам того не ведая, исполнит роль нашего благодетеля? С другой стороны, еще парочка таких нападений, и о снаряжении уже можно будет не думать. Во всем есть свои плюсы.

Глава 20

Поток энергии плавно, по крупицам, перетекал в проводник. Роль его сейчас исполнял один из добытых нами мечей в недавней стычке с убийцами. Закаленная сталь и немалый магический потенциал должны были сильно упростить процесс передачи и позволить мне наконец-то исполнить прием энергетического серпа. Прием, совладать с которым я методично старался с того самого момента, как впервые увидел его во снах.

Максимальная концентрация, вплоть до абсолютной слепоты и глухоты к окружающему меня миру. Всё внимание на резкий выпуск энергии вовне…

Сейчас!

Распахнул глаза и в тот же миг сделал замах, сливая собственный поток энергии с заряженным мечом!..

Но стоило слабому сиянию сорваться с его лезвия, тонкая паутина трещин сразу побежала от рукояти к острию, превращая качественное оружие в бесполезный кусок металлолома. Опять.

— Черт… — выдохнул в расстроенных чувствах и швырнул поврежденный меч на землю.

Аж испарина на лбу проступила. Вытер пот тыльной стороной ладони и задумался, что же могло пойти не так в этот раз. В оружии ли дело или всё-таки во мне?

— Ну, разумеется, в тебе! — то ли прочел мои мысли, то ли догадался о них Кайрос.

Всё это время демон стоял неподалеку, привалившись к ограде, и с неподдельным интересом наблюдал за моими тренировками в обуздании этого приема, совсем нехарактерного для классической школы использования магической энергии. Будто бы я тут показательные выступления устроил с единственным зрителем, и то неблагодарным…

Впрочем, после недавних событий можно было сказать, что мое отношение к Кайросу изменилось в лучшую сторону. Ненамного, но всё-таки благодаря его своевременному предупреждению ни один арбалетный болт, выпущенный из засады, не задел моих бойцов.

Впредь стоило бы трижды подумать, прежде чем отправлять демона в межмирье даже на временную передержку — отменить такой приказ не представлялось возможным и, как оказалось, этот пункт занимал отдельную строчку в договоре между родом Морозовых и бывшим лордом тринадцатого этажа Бездны. Предки предусмотрели и подобное, жаль, не выдали инструкций.

— Если во мне, то с этого места можно объяснить подробнее, — нахмурился я, взирая на расколотый меч. А ведь его можно было продать. — Только на этот раз давай посерьезнее. Не до шуточек мне твоих и хитростей.

— Хм… — скорчил Кайрос самую вдумчивую физиономию из возможных, которая на фоне всех его выкрутасов выглядела, скорее, как очередная насмешка надо мной. — Но ведь Ваше Светлейшество и сами должны были догадаться, почему лишь членам вашего рода удавалось выпустить внутреннюю энергию вовне и исполнить этот прием. Я говорю про чистую, разрушительную энергию, не обличенную в стихии или исцеляющую ауру. Не так, как это делают другие благородные вашего вида и те, кто пользуются магией.

— Выходит, это тоже напрямую связано с поглощением энергии Бездны? — выдвинул я первое предположение.

— А, может, устроим викторину?! — моментально оживился рогатый, и я раздраженно провел рукой по лицу сверху вниз.

Какая еще, к чертям, викторина? Что это за слово вообще такое?..

— Итак, вы выбрали категорию «тайны рода Морозовых» за триста! — с важным видом вскинул Кайрос указательный палец, не дожидаясь моего ответа. — Внимание, вопрос: благодаря чему предки Вашего Светлейшества научились технике формирования энергетического серпа? У вас будет четыре варианта и лишь один из них является верным. Готовы?

— Я же сказал, что мне сейчас не до твоих…

— Вариант А: память крови, — напрочь проигнорировал меня демон, раскрыл веер пальцев и загнул указательный. Выдержал драматическую паузу… — Вариант Б: способность к поглощению магии Бездны и, соответственно, увеличение энергетического резерва…

— Вариант Б! — резко оборвал его. — Я выбираю вариант Б.

— Но вы же не дослушали остальные! — упер демон руки в бока и обидчиво выпятил нижнюю губу. — Вообще-то там были забавные, — произнес он таким тоном, словно я, действительно, совершил большую ошибку.

— Знаешь, я позволил бы себе немного расслабиться и подыграть тебе, вернись моему роду былые репутация, уважение и богатство. Но, как видишь, мы сейчас настолько далеки от этого, что…

Я уже начинал терять терпение, всё сильнее распаляясь перед зевающим и ковыряющим в ухе Кайросом, однако наша перебранка была прервана внезапно раздавшимся криком моего юного лакея.

— Ваше Светлейшество! Ваше Светлейшество! — несся ко мне Гордей на всех парах, спотыкаясь на ходу и размахивая руками, дабы поскорее привлечь мое внимание. — Ваше Светлейшество, тут тако-о-ое!..

— И почему же я не удивлен?.. — пробурчал под нос, подбирая с земли растрескавшийся меч и поворачиваясь к взволнованному чем-то мальчишке.

В этих стенах вообще ни дня ведь не проходит, чтобы нечто из ряда вон выходящее не произошло. А я еще на трудности учебы в столице сетовал… Как раз таки от кучки высокородных выскочек всегда знаешь, чего ожидать. И морально, и физически готов — особой изобретательностью дворянские детишки никогда не отличались, зачастую повторяя все за старшими товарищами.

Здесь же спектр возможных проблем увеличивался в разы, начиная с бытовых, вроде прорыва водопровода, и заканчивая вторжением какой-нибудь мерзкой твари.

Причем под «мерзкими тварями» подразумевались не столько монстры, сколько люди. Люди, нога которых, желательно бы, никогда не переступала порог моего дома.

— И что же там такое? — вскинул я бровь, когда Гордей перемахнул через ограду тренировочной площадки и остановился передо мной, с трудом переводя дыхание.

— Экипаж… прибыл… — борясь с одышкой, сообщил мальчишка. — Экипаж… этот…

— Чей?

— Священников… экипаж, Ваше Светлейшество.

Ну вот, что и требовалось доказать. Легки святоши на помине. Только недавно вспоминал про них, да про роль одержимого демонами князя, которую покорно обязан был перед ними играть.

— Понятно, — бросил я небрежно и перевел многозначительный взгляд на Кайроса.

Демон аж засиял и ладошки потёр от предвкушения скорого веселья. Хотя в представлении тех же инквизиторов от страха сейчас должен был трястись перед предстоящими мне ритуалами экзорцизма.

Изгонят его из меня, ага, как же. А потом догонят и еще раз изгонят, чтобы уж наверняка.

— Избавься от этого хлама, — всучил Гордею испещренный трещинами меч, — ну а я, так уж и быть, встречу наших гостей… как подобает, — процедил сквозь зубы и уже будучи настроенный не на самый приятный разговор направился к подъездной дорожке.

Даже не экипаж, а целый кортеж из трех карет, белых как плоть мертвеца, выстроился перед фасадом. Настоятельница иркутского храма «Двух Сестёр» меня своим присутствием, к счастью, не удостоила, зато отправила на переговоры парочку священников в мешковатых рясах и аж четверку инквизиторов с посеребрёнными буллами на поясах. Видимо, чтобы показать серьезность своих намерений или типа того.

Но, готов был признаться себе честно, этого всё равно маловато, чтобы хотя бы частично вправить Кайросу мозги…

Алиса уже вовсю распиналась перед представителями духовенства, однако ее «пряники» не шли ни в какое сравнение с моим «кнутом».

Церковникам в этих стенах не рады, и, кажется, я уже ясно дал им это понять. Натерпелся от них еще со времен учебы.

— Влад Николаевич, — коротко поклонился полноватый священник, стоило мне приблизиться к экипажу и оценивающим взглядом пробежаться по гостям. — Позвольте представиться — отец Иерон. А это Ее преподобие Дария, — кивнул он на свою спутницу в украшенном серебристой вышивкой клобуке, — штатная помощница Ее Высокопреподобия Капитолины по религиозно-образовательному служению.

— Влад Николаевич, — вторила она своему сопровождающему, медленно повернув ко мне голову.

Честно сказать, выглядела эта Дария так, будто бы сама уже не первый год боролась с демонами, пожирающими ее изнутри. Ямы впавших щек создавали неповторимый контраст с острыми, выдающимися скулами. Под глазами женщины пролегли синеватые круги, а в остекленевшем взгляде не читалось ни единой эмоции.

Она напоминала собой ряженый в одеяния священницы манекен. Сразу видно — истово верующая. Такие вот фанатички в церкви всегда были на особом счету и раздражали меня еще поболе своих отъевших пузо собратьев по вере.

— Добро пожаловать, — сухо поприветствовал обоих. Инквизиторы в представлении, судя по всему, не нуждались. Скорее, исполняли роль охраны на случай, если один одержимый князь, то бишь я, станет представлять для гостей реальную угрозу. — И чем же обязан столь… неожиданному визиту ваших особ?

— Не люблю тратить время на пустые разговоры и любезности, — с ходу предупредила меня Дария, вперив в меня свой нечитаемый взгляд. — На бестолковые вопросы тоже, а потому изложу волю Ее Высокопреподобия прямо.

— Может, мы все сначала пройдем в дом и?.. — предприняла Алиса еще одну попытку умилостивить священницу, но та даже не взглянула на нее.

— Со дня вашего отъезда из столицы вы так и не явились в церковь, — в прежнем непреклонном тоне продолжила Дария. — Не предстали пред ликами Двух Сестёр… — на этих словах стоящий подле нее мужичок нервно приложил раскрытые ладони к груди, — …не посетили службу в минувшее воскресенье, не исповедались, как должно вам поступать еженедельно. Если же в следующее воскресенье вы добровольно не явитесь под своды храма, мы будем вынуждены сопроводить вас туда силой. Такова воля Ее Высокопреподобия Капитолины.

Женщина смолкла, в ожидании ответа взирая на меня, как на пыль под ногами. Какое-то никчемное, грешное существо, недостойное в принципе существовать в этом мире. Паршивую овцу, отбившуюся от своего стада, которую и волкам на растерзание отдать не жалко.

Так выволочку мне решили устроить всего лишь за пренебрежение стандартными процедурами? Значит, продавшие мне Кару инквизиторы не сообщили настоятельнице о возникшем между нами конфликте ни слова. И правильно сделали. Ведь если бы они впутали меня в эту историю, незаконный контракт и несчастные тридцать рублей вспылили бы быстро.

— Позволю себе заметить, что за время моего отсутствия в поместье накопилось множество дел, требующих повышенного внимания, — сдержанно ответил я служительнице богинь… или кто она там? — Нет у меня сейчас ни сил, ни возможности, чтобы мотаться в Иркутск и обратно ради изгнания несуществующих демонов.

— А вот сейчас обидно было! — подал голос Кайрос.

Краем глаза я видел, что любопытный демон сидел на ступеньках, закинув ногу на ногу, и наблюдал за нашей конфронтацией издалека. И главное, что мои гости его совсем не чувствовали.

— Одержимы вы или нет, пока что ведомо лишь Сёстрам, — безапелляционно заявила Дария. — Мы же со своей стороны приложим все усилия, дабы не допустить распространения скверны, коей запятнан ваш проклятый род.

— Мой род был одним из тех, что основал Империю, — процедил я сквозь зубы. — И церковь не имеет никакого права…

— Сейчас вы позволяете себе дерзить, Влад Николаевич, — не поведя бровью, перебила меня женщина, — но, помяните мое слово, даже Его Императорское Величество окажется бессилен пред священным пламенем инквизиции, которое однажды может спалить ваш дом дотла.

— Звучит, как угроза.

— Пока всего лишь предупреждение, — впервые за весь разговор дрогнули уголки губ Дарии. — Бывает так, что пути политики и веры расходятся. Но даже в этом случае каждый ревностно исполняет свой долг без каких-либо претензий друг к другу. Род-основатель Империи… или же род одержимых демонами грешников, вкусивших оскверненный плод? Решать это будет церковь, и я надеюсь, что мы услышали друг друга.

Еще некоторое время мы сверлили друг друга пронзительным взглядом. Уступать мне она не собиралась, но и я не желал исполнять роль покорной игрушки церковников до скончания дней своих.

Все потуги церкви вывести меня на чистую воду, все эти покаяния и ритуалы очищения, теперь казались мне еще большим фарсом, чем раньше. Показной игрой на публику и ничем кроме. Как они вообще смеют на полном серьезе обвинять меня в одержимости, в упор не замечая сидящего в нескольких шагах от них демона? Это же… просто смешно!

Но тем и опасны фанатики — в любой момент они могут заиграться в экзорцизм настолько, что на смену нелепым ритуалам придет беспощадное пламя. Вот оно с одинаковым успехом пожирает и грешников, и праведников.

— Мы обязательно посетим службу в следующее воскресенье, Ваше Преподобие! — на одном дыхании выпалила Алиса, решив взять инициативу в свои руки. — Просто в поместье к прибытию моего брата, действительно, накопилось слишком много дел…, но на один-единственный день их можно и отложить, верно же? — обратилась ко мне сестрица с немой мольбой в глазах, но встретилась лишь с испепеляющим взглядом.

— Благоразумное решение, — снисходительно кивнула ей Дария, игнорируя то, что ее не устраивало. — Воистину благоразумное. Ну а вам явно есть, чему поучиться у сестры, — напоследок попрекнула она меня.

Затем, не обременяя себя словами прощания, женщина поднялась по ступенькам кареты и скрылась в ее белоснежном чреве. Сопровождающий священник и инквизиторы, как по команде, тут же последовали за своей высокомерной пастушкой, и уже спустя пару минут церковный кортеж скрылся за раскидистыми ветвями яблоневого сада.

Только осадок остался от того, что уже в который раз святоши бесцеремонно посмели втоптать меня в грязь. И где же? На пороге собственного дома…

— Я понимаю, каково тебе сейчас, но другого выбора не было, — положила мне Алиса руку на плечо и легонько его сжала.

— Потакать их прихотям — тоже такой себе вариант, — проворчал я под нос и тяжело вздохнул.

Нет, срываться на сестру было бы лишним. Она хотела сделать как лучше, и в осторожности я ее не винил. Просто так уж вышло, что зерно истины в словах помощницы Ее Высокопреподобия всё же присутствовало: политика и церковь не всегда шли рука об руку, а прецеденты тому в истории Империи случались не единожды.

Если церковь Двух Сестер в какой-то момент сочтет меня опасным для общества еретиком, то имперский закон о неприкосновенности последнего наследника рода основателей ничего не сможет противопоставить ей. Даже Императору в таком случае придется смириться с волей Сестер и теми, кому поручено исполнять ее на земле.

Пожалуй, стоило признать, что выступить против веры честным путем у меня никак не получится. По крайней мере, сейчас, будучи окруженным врагами, а не союзниками. Однако терпеть унизительное отношение и дальше, покорно каяться в выдуманных грехах и позволять священникам творить со мной всё, что в голову взбредет, я не намерен тоже.

Нужно придумать альтернативный вариант. Нечто такое, что одинаково устроит и меня, и этих блюстителей веры. Временный, но позволивший бы развязать себе руки и при этом удовлетворить капризы настоятельницы.

— А ведь на самом деле открыть ларчик проще, чем вы думаете… — заискивающе выглянула голова Кайроса из-за левого плеча. — Истосковалась, должно быть, эта Капитолина по мужскому вниманию, вот ядом и брызжет. Составить ей приятную компанию, заручиться расположением… Тогда одно ее слово избавит вас от всех экзекуций. Ну чем не вариант?..

— Нам понадобится поддержка высокородных, — в свою очередь, заявила Алиса, стоя по правую руку от меня. — Если выйти наконец-то в свет и попытаться заявить о себе, то рода, придерживающиеся нейтралитета, могут пойти нам навстречу.

— Даже если настоятельница не очень хороша собой, ничто не мешает надеть ей на голову мешок под предлогом ролевой игры, — мечтательно прошептал демон.

— Вот Разумовские, например, никогда не отзывались о нас дурно…

— Женщины, изголодавшиеся по ласке — самые страстные любовницы!

— …а Орловы, я почти уверена, готовы будут поддержать нас, если мы посулим им выгоду от такого союза.

В то время как эти двое горячо увещевали меня в оба уха, я с каменным лицом продолжал смотреть в невидимую точку перед собой и перебирать в голове собственные варианты, пока всё же не остановился на одном из них. Раз уж я обязан играть по правилам Ее Высокопреподобия, чтобы меня наконец-то оставили в покое, ничто не мешает мне обернуть эти правила в свою пользу и даже извлечь из них некоторую выгоду.

Уже сейчас я понимал, что подготовка к задуманному потребует тщательного внимания ко всем деталям во избежание провала, но… оно того стоило. Определённо.