Пожалуйста, не звони мне.
Глава 1. Воплощение лени
Тишина. Лучи рассветного солнца пробивались в окно, наполняя пыльным свечением небольшую, однокомнатную квартиру-студию. В углах скромного холостяцкого жилища пока еще прятались темные тени прошедшей ночи, но неумолимо наступающее утро безжалостно теснило их, рассекая редкими отраженными бликами даже самые укромные места и неся собой отголоски скорой летней жары.
«Бзззззззз. Тук-Тук-Тук-Тук. Бзззззззззззз»
Проснувшаяся с рассветом, большая пухлая муха нагло ворвалась в царящую в помещении тишину и не ведая об усталости и здравом смысле, принялась биться об натяжной потолок, при каждом ударе выдавая на удивление громкие для такого крошечного существа звуки. Настойчиво, безустанно она таранила ни в чем неповинный потолок… и в конечном итоге, на свою погибель, привлекла к себе внимание спавшего на диване хозяина квартиры.
Молодой, еще не перебравшийся за третий десяток, парень открыл глаза и медленно сфокусировал свой сонный взгляд на глупой возмутительнице спокойствия. Брови его нахмурились, выражая недовольство ранней побудкой. Свесившаяся с дивана рука дернулась, повинуясь желанию избавиться от досадной помехи, а в следующий миг вновь безвольно опала, почувствовав давление многотонного пресса под названием «Лень». Подниматься, искать мухобойку, сделанную из плотно скрученной газеты, вести охоту на громко жужжащего ’’зверя’’… Нееееет. Это была слишком сложная задача для парня, особенно в такой ранний час. Он не нашел в себе решимости для подобного подвига и сдался даже не попытавшись хоть что-то сделать. Смирившись с существованием мухи, прикрыл глаза и вновь попытался уснуть, но…
«Дзззззззззз. Тук-Тук-Тук-Тук. Дззззззззз»
После десятка минут бесплодных попыток отвлечься от посторонних звуков и попыток погрузиться в сон, утомленный беспокойной ’’соседкой’’, парень с ненавистью посмотрел на муху. Решимости подняться и прихлопнуть нахалку он так в себе и не нашел, но и оставлять все как есть уже не мог. Поэтому, подумав немного и наверное уже в тысячный раз поступившись обещаниями самому себе, безнадежный лентяй сосредоточил взгляд на нарушительнице его спокойствия… и мысленным усилием поймал ее после очередного удара об потолок. Миг и вот уже оборванные крылья летят на пол, прерывая надоедливое жужжание и затянувшийся полет. Сама же муха, не заслужив легкой смерти, отправилась прямиком в сплетенную в углу окна паутину, в обиталище домашнего паука Аркадия, идеального и крайне неприхотливого питомца для переполненного ленью хозяина квартиры.
Это был крайне глупый и расточительный способ использования силы, сравнимый с забиванием гвоздя даже не микроскопом, а целым атомным ледоколом, но гремучая смесь из сонливости, апатии и мягкой подушки сгладила практически все углы. Вновь навалившееся желание спать вымело из мыслей всю спорность этой ситуации и хозяин маленькой квартирки начал медленно проваливаться в сон… А уже менее чем через минуту, напуганный сработавшим будильником, вскочил на ноги и зачем-то накрыл источник звука подхваченной подушкой. Лежавший на столике телефон не перестал громыхать бодрящим разум роком, но существенно снизил громкость, давая возможность не выспавшемуся парню наконец-то сообразить, что произошло и собраться с мыслями.
- АААААААУУУУУУООО! – ну а наконец сообразив что уже настало утро и пришло время собираться на работу, бедняга буквально взвыл от досады. С огромным трудом переборов желание рухнуть обратно на диван, он наконец-то отключил будильник и сразу пошел в душ, надеясь смыть с себя остатки сна в купе с никуда не девшейся вчерашней усталостью. Правда, почувствовав сильное жжение от касания теплых струй воды, сразу пожалел об этом решении и спешно умывшись, побежал бинтовать опять начавший кровоточить порез на правом предплечье. Корка запекшейся крови почему-то отслоилась по одному краю раны и теперь из этой прорехи сочилась кровь, пятная многострадальный линолеум и барную стойку, на которой парень куда чаще латал свои раны чем ел.
Обрабатывая и забинтовывая руку, прибираясь и затирая кровь, парень потерял почти двадцать минут, из-за чего ему пришлось вычеркнуть завтрак из своего несуществующего расписания дня и отдаться суете спешных сборов. По счастью они окончились довольно быстро и наконец отыскав упавшие под столик ключи от машины, он сразу же направился на выход. Остановившись у порога парень окинул взглядом свое пыльное логово и подумав что нужно попросить соседку Лидию Сергеевну прибраться тут, наконец-то сделал последний шаг. Накинул свой, уже наверное неделю не стиранный и не глаженый мундир и вышел из квартиры.
Шолохов Николай – старший следователь по второму округу в городе «К». В довольно крупном городе с населением почти в пять миллионов человек. А это значило, что его сегодня ждет очередной тяжелый денек, наполненный нескончаемым количеством работы и суеты. Все это вытесняло и оставляло на заднем плане патологическую лень парня и лишало его возможности нормально отдохнуть, но… Будучи далеко не бедным человеком, он наверняка уже давно бы убежал с этой адской работенки, если бы она была ему не по сердцу и не по душе. Ну а так как Николай вполне осознанно выбрал свое призвание и иных вариантов по молодости даже не рассматривал, ему сейчас оставалось лишь спешить на работу, терпя лишения (завтрака) и невзгоды (чаще всего в виде хронического недосыпа). Такова была судьба полицейских следователей в крупных городах. Такова была его жизнь.
Глава 2. Выбор слепой судьбы
Парк в обеденные часы буднего дня был немноголюден. А когда троица молодых мамаш с колясками затерялась где-то вдалеке, на центральном кольце главной аллеи и вовсе осталось всего три человека – парень решивший себя немного потравить большим сочным бургером и Колой, немолодая женщина активно перетирающая кому-то косточки по телефону и пригревшийся под жарким июльским солнцем, сидящий на лавочке с прикрытыми глазами старичок. Эту картину спокойствия, наверное, даже можно было бы назвать идиллической, если бы в нее не ворвалась, добавив в нее красно-черных красок, одна крайне шумная компания.
Группка дорого одетых, но далеких от чистоты молодых людей шла по аллее, распространяя вокруг себя пары алкоголя, гомон и потоки крепкого мата. Три девчонки и четыре парня – золотая молодежь уже второй день продолжала отмечать знаменательное событие именуемое школьным выпускным. Они решили войти во взрослую жизнь ярко и подогревая себя на этом пути недешевым вином, даже не замечали что идут прямо через клумбы. Лишь когда одна из девиц едва не упала, зацепившись за стебли какого-то вьющегося растения ’’детишки’’, отсмеявшись, решили устроить небольшую остановку по необходимости. Кто-то, оккупировав одну из ближайших скамеек, неуклюже попытался отряхнуться, кто-то воспользовался моментом чтобы влить в себя новую порцию алкоголя, кто-то просто присел чтобы расслабить уставшие от танцев и долгих прогулок ноги. И лишь одна девица, ведомая нуждой, направилась прямиком к ближайшему жиденькому кустарнику, чтобы облегчиться под его ненадежным прикрытием.
- Регинка! Да зачем надевала трусы. Нам они будут только мешать – пьяно улыбаясь высказался один из парней и похлопал по ноге, этим жестом предлагая вернувшейся из кустиков девчонке присаживаться к себе на коленки. Вот только блондинистая красавица, выставив напоказ средние пальцы обеих рук, предпочла отказаться от этого предложения.
- Иди ***** Коржик. Я уже много раз говорила, что не собираюсь мутить с таким ******** мажором как ты – покачиваясь от алкогольного ветра, она сделала шаг назад и резко задрала подол своего платья, веселя подруг этой пьяной выходкой и радуя взоры парней – Смотри на меня из далека ***** и помни что эта красота не для тебя. Можешь даже пока пофаУУУИИииии – идеально прекрасные ножки сделали еще один неуверенный шаг назад и… зацепившись пяткой за трость задремавшего старичка, девица, с громким взвизгом, плюхнулась на асфальт аллеи, при этом крайне неудачно рассаживая левый локоть до крови.
- Какого ****!? – взревел молодой самец человека по прозвищу «Коржик» и вместо помощи запутавшейся в задравшемся платье девчонке, ринулся вымещать свою пьяную ярость на врага посмевшего обидеть его потенциальную самку. Короткая пробежка и вот парень уже нависает над сонно хлопающим глазами старичком и рычит ему прямо в лицо – Ты ******** мужик! Да я тебя…! – не высказав до конца своей угрозы, он, более не играя в слова, схватил пожилого мужчину за старенький пиджак и одним рывком вздернул его сухощавое тельце со скамейки. Попавший под горячую руку пенсионер даже не успел ничего сказать, когда был с силой брошен на газон. Удар об землю выбил воздух из легких, не давая ему даже закричать, а еще через несколько мгновений его начало охаживать ногами сразу несколько человек, погружая старика в пучины боли и быстро выбивая из него некрепко держащееся за тело сознание.
Пьяные парни и даже две подхваченные алкогольным угаром девицы пинали уже не двигающегося мужичка, а единственная оставшаяся безучастной девушка стояла чуть поодаль и с безразличием наблюдала за происходящим. Это спонтанное избиение длилось меньше минуты, после чего женщина с телефоном наконец-то отошла от короткого шока и заверещала во всю мощь своего голоса и легких.
- ПООООЛИИИИИЦИИИИИЯЯЯЯЯЯ!!! ПОООЛИИИИЦИИИИЯЯЯ!!! УУБИИИВАААЮЮТ! ПООООЛИИИИЦИИИИИЯЯЯ! УУБИИВААААЮЮЮТ! – от такого звукового удара переполненная яростью и азартом молодежь даже немного протрезвела и им хватило соображения о том, что ничего хорошего их теперь в парке не ждет. Поэтому, практически не сговариваясь, парни подхватили обескураженных громким криком девчонок и устремились вглубь парковой зоны, как можно дальше от центральной аллеи и медленно испускающего дух старика.
Голос у женщины был очень громким и ее крик, наверное, можно было услышать во всех уголках немаленького парка, поэтому она смогла не только спугнуть озверевшую молодежь, но и привлечь внимание патрульных, делающих обход своей территории. А увидев пару бегущих в ее сторону ППСников, она, не теряя время, сразу принялась вызванивать скорую. Судя по тихим хрипам, избитый мужчина был еще жив и имелась надежда на его спасение.
- Малолетние дебилы – зло процедил один из немногочисленных очевидцев развернувшейся только что трагедии, глядя вслед группе бывших школьников, уже давно затерявшихся среди парковых насаждений. Ярость клокотала в сердце одиноко стоящего человека… вот только злился он не из-за их мерзкой выходки, а из-за крайней несвоевременности произошедшего – Как же все это не вовремя. А я ведь мог продержаться еще несколько месяцев, а теперь… Мелкие выродки! Теперь лишь бог вам судья. И приговор уже объявлен.
Не желая быть задетым набирающей обороты суетой и не имея в планах процедур дачи показаний, незнакомец поспешил уйти с центральной аллеи и из парка. Ни то что уже случилось, ни то что еще только должно было произойти уже невозможно было отменить. Пьяная выходка пробудила очень опасную силу и… Охота уже началась. Жестокая и беспощадная охота на семерых неудачников, случайно пересекших опасную черту, после чего от них отвернулся даже сам мир.
- Я объявляю начало новой жатвы. Новая жатва уже началась. Жатва! Жатва! Новая жатва!
Глава 3. Шестеренки крутятся
- Здравия желаю, товарищ подполковник! – нарочито громко поприветствовал свое начальство Шолохов Николай, входя в кабинет. На это, сидевший за столом в окружении множества папок и стопок с какими-то бумагами, немолодой мужчина лишь поморщился и махнул рукой, предлагая парню присаживаться на один из десятка стульев.
- Что Шон, все-таки обиделся на меня из-за того что я сбросил на тебя это дело? – ставя подпись на последний документ и откладывая в сторону оставшиеся бумаги, уточнил у гостя подполковник. Хотя, хмурый вид неожиданного визитера говорил об этом и без слов.
- Да дело как дело, ничего особенного. Мне погоны не особо важны и я сам просил сливать на меня всю эту грязь.
- А чего же тогда такой недовольный сидишь? Случилось что-то?
- Дааа… просто… - устало протянул Николай и после короткой паузы все же ответил на вопрос – Просто не люблю когда об меня вытирают ноги всякие ******* депутатики. Если еще раз с ним пересекусь и он опять начнет что-то от меня требовать, швыряя в лицо деньгами… Ей-ей, я точно не сдержусь и остановлю этому зажравшемуся борову сердце. Приложу все свои силы, но остановлю этот кусок…
- Эй, ведьмак самоучка! Полегче со словами! Я, конечно, тебя не сдам… мне голова дороже. Но лучше думай где и что говоришь. Не дай бог кто-то лишний тебя услышит, потом проблем не оберешься – довольно грубо попросил парня подполковник и не затягивая гнетущее молчание, поспешил сменить тему – Что у тебя там с этим делом? Получилось замять?
- Да, без особых проблем. Старику восемьдесят четыре года и непонятно как он целых три дня протянул после встречи с добрыми детишками, но такая живучесть лишь облегчила нам дело. Коржиков хорошо прикрыл деньгами своего сыночка. Положил в карманы экспертам и врачам по хрустящей купюре и они за три дня, совместными усилиями нашли у деда неизлечимую болезнь от которой он должен был умереть еще пару лет назад. Да и старость… В общем оформили все так будто детишек там и на расстоянии полусотни километров не было. Свидетельнице память новеньким айфоном отшиб, а единственного внука старика депутат просто запугал. Так что можете считать, что больше никакого дела уже и нет. Как только найду время дописать рапорт, сразу занесу его вам. Хочется уже поскорее закрыть эту бодягу с депутатским сынком и больше не отвлекаться на эту ******* семейку. Уже в печенках сидят эти Коржиковы, а особенно папаша… - Николай изобразил пантомиму, будто напрягая все свои силы, душит человека с очень толстой шеей. Только вот хозяин кабинета актерские способности парня не оценил и понаблюдав за его кривляньями уточнил.
- Вижу что тебе все это не сильно нравится, но… Надеюсь ты ко мне не только на Виктора Михайловича пожаловаться пришел, но и с каким-то иным, очень важным делом?
- Делом…? Нууу наверное это можно назвать и так – секундная заминка и вот на стол начальства летит довольно пухлая пачка денег, деревянно-рублевыми купюрами – Это плата Коржикова за мои труды, которую я отдаю вам. Там уже сами решайте, что с этим куском сыра делать.
- А себе-то чего их не оставил? Неужто руки жгут? – с усмешкой спросил подполковник, при этом не спеша пододвигать к себе, перетянутую банковской лентой, пачку купюр. Сначала он хотел услышать ответ парня и только потом решить, что же делать с неожиданно привалившим ’’счастьем’’.
- Да нет конечно. Вы же сами знаете, что к деньгам я индифферентен и не стремлюсь к их накоплению. Ну а если мне неожиданно, даже для самого себя, захочется резко стать богатым, собирать всякую мелочь взятками точно не буду. Лучше позвоню с этим вопросом отцу. Он взмахнет своей генерал-майорской мохнатой лапой и пришлет мне из Москвы сразу несколько таких пачек. Только потолще и в долларах.
- Мог бы не выделываться и просто сказать что брезгуешь брать такие ’’подачки’’ – принимая объяснения Николая, с ироничной усмешкой проговорил хозяин кабинета и вскинул руку не давая парню что-либо на это возразить – А мне то теперь что делать с этими деньгами? – все же подтягивая к себе пачку и принимаясь задумчиво постукивать ею по столу – Что Шон, есть какие-то предложения?
- Иван Ильич… Работы у нас сейчас очень много. Некоторые уже буквально на работе живут, поэтому… Можете порадовать людей и выписать всем следакам отдела хорошую премию. Тут, в отличие от меня, практически все семейные, поэтому думаю что от такого приварка ни кто не откажется – подполковник одобрительно покивал головой и что-то быстро черкнул на выдернутом из под клавиатуры листочке. А затем, подняв глаза, уточнил «- Есть еще предложения?»
- Да. Если это возможно… Наймите еще человека иначе мы в этих рапортах и отчетах скоро утонем. Даже на следствие уже иногда времени не хватает. А слишком часто полагаться на мои ’’таланты’’ слишком… нерационально. Я быстрее помру, чем раскрою все наши висяки. Поэтому…
- Я тебя понял – прерывая словесные мучения подчиненного, сказал мужчина и не затягивая сразу озвучил хорошую весть – Можешь об этом больше не беспокоиться. Я еще неделю назад подал прошение на увеличение штата сотрудников. Выпускные экзамены уже все наверное сданы, так что к нам на практику должны направить нескольких студентов. Как следаки они конечно будут бесполезны, но с бумажками точно смогут помочь. На документооборот их в институте должны были хорошо натаскать.
- ААААААЛИИИИЛУУУЯЯЯЯ! – вознося хвалу непонятно кому, буквально прокричал Николай – Очень надеюсь что это будет миленькая студенточка, которая разбавит нашу унылую, сугубо мужскую, сосисочную компанию – услышав это пожелание, подполковник лишь возвел очи долу, таким образом, выражая свое отношение к наглости парня. А после, видя что Шон, разобравшись со всеми вопросами не спешит идти работать, уточнил.
- Что-то еще?
- Да… - судя по тому что парень замялся, ему явно было сложно просить кого-то о помощи. Но тут он все же переборол характер и озвучил суть своей нужды – А вы не могли бы еще раз обратиться к директору той клиники? Мне наверное нужно опять сделать переливание крови.
- Пятый раз за два года! Вот же ты упырь! Мне с каждым разом все сложнее отшучиваться, отвечая на ее расспросы о том, что же мы тут с тобой такого делаем, чтобы ты так быстро терял кровь – с веселой иронией в глазах высказался Иван Ильич, а в следующую секунду уже вновь стал серьезен – Что, опять плохо?
- Руки мерзнут даже в жару и постоянная слабость. Простые капельницы и кроветворящие препараты уже не помогают. Если продолжим работать в таком же темпе, то через пару недель я начну падать в обморок. Ну а так как помочь восстановиться мне может только длительный отдых или переливание… - Николай не закончил свою мысль, но тут и так все было понятно. С таким количеством работы на отпуск парень мог и не рассчитывать, поэтому для него оставался только второй вариант.
- Дааа, тяжелый для нас год выдался. И непонятно почему случился такой рост количества преступлений. Одно за одним, одно за одним… - устало посетовал мужчина, но быстро вернувшись мыслями к собеседнику пообещал – Организую тебе переливание крови в ближайшие дни, об этом можешь не беспокоиться. И это… иди уже старлей. Поболтали и будет. Мне тоже нужно работать – так подполковник дал понять гостю, что сеанс задушевных бесед окончен и что ему пора выметаться из кабинета. Шолохов был парнем неглупым и поблагодарив Ивана Ильича за помощь, поспешил на выход.
Оставшись в одиночестве, хозяин кабинета выдвинул самый нижний ящик стола и задумчиво посмотрел на сиротливо стоящий там штоф с коньяком. Посмотрел-посмотрел… и со вздохом задвинул ящик обратно. Одной рюмкой только губы марать, а на то что бы хорошенько напиться у него попросту не было времени.
- Да что же за год такой паршивый выдался! Вроде бы не високосный – в отличие от Николая, подполковник не имел по близости начальства которому можно было пожаловаться на жизнь и попросить помощи, поэтому он лишь тяжело вздохнул и не найдя в мыслях иных причин для такого вселенского свинства, поспешил вернуться к работе. Ее у Ивана Ильича тоже было не мало и тут уже распределенные на практику студентики помочь точно не могли. Увы, но приходилось делать все самому, все самому.
В такие короткие моменты слабости начальник отдела полиции даже начинал немного завидовать беспечности Шона, давно наплевавшего на свою карьеру. Но к его же счастью, они длились не долго и после них он с новым упорством впрягался в работу и продолжал с честью нести свой служебный долг.
Такие ситуации, как с сыночком Коржикова, ему конечно не нравились, но в этот раз и правда лучше было спустить дело на тормозах, чем пускать новые волны по их, неожиданно начавшему закипать, болоту. Так и правда лучше.
И главное было в это верить.
Глава 4. Серый капитан I
Николай даже еще в общую рабочую ’’каморку’’ зайти не успел как к нему, с криками «Шон! Помоги! Пропадаю!», подскочил Жора Власов и едва ли не на шее у парня повис.
Непоседливое и до крайности беспокойное существо, просто не способное разговаривать со скоростью медленнее, чем две сотни слов в минуту. Жора, наверное, был бы просто отвратительным следователем, если бы у него не имелось такого длинного и бескостного языка. Компанейский мужик, он мог втереться в доверие и разговорить практически любого человека и незаметно вытянуть в беседе всю нужную ему информацию. Но вот если в деле не находилось свидетелей, то он сразу начинал сыпаться и просить помощи у товарищей. Вот прямо как и сейчас.
- Я тебя почти не понял. Давай, рассказывай, что у тебя там случилось, только помедленнее и без лишних подробностей – отодвигая от себя сослуживца, попросил Шолохов, параллельно оглядывая пустое помещение. Видимо все, нагрузившись делами, ушли работать в ’’поле’’ и к большому сожалению Шона сбросить на кого-то другого проблемы Жоры было, увы, невозможно. Так и пришлось вникать в его дела, не имея представления где найти время еще и для своих.
- …этот частный сектор как мертвый омут. Ни кто ничего не слышит, ни кто ничего не знает. А ночью там как будто вся разумная жизнь вообще вымирает. Только одни псины воют, да кошаки шастают. Я за последние два дня там, наверное, уже квартала два опросил и ни кто даже представления не имеет кто их местную бабку-шептунью прирезал. Будто все дружно легли спать еще под вечер и уши заткнули, чтобы уж наверняка ничего полезного не услышать. А там ведь калитка была едва ли не с петель сорвана и бабка наверняка кричала, ведь только седьмой удар ножа стал смертельным. Да еще и от экспертов никакой пользы. Там как будто проходной двор. Сотни разных отпечатков пальцев и ни какой конкретики. Семнадцать ударов. Там весь пол кровью залит, но нет ни одного следа или улики. И орудие преступления этот раскольников с собой унес. Совсем упрощать мне работу не желает. А еще там… - разошедшегося Жорика пришлось останавливать и лишь когда Шон повысил голос, прося товарища помолчать, этот болтун все же закрыл рот.
- Не трать мое время и отвечай коротко, иначе уйду – угроза не сильно напугала Власова. Видимо он уже смирился с еще одним нераскрытым делом в своей объемистой копилки и обратился за помощью только по тому что не хотел принимать то, что все его приложенные усилия были бесполезны – Каков характер ран?
- Точно ножевые, но какие-то странные. Неглубокие, но при этом широкие. Я таких раньше не видел. Патологоанатом тоже ничего умного не сказал. Но тут ничего удивительного, он то не эксперт по оружию и…
- Клиентов этой шептуньи искал? – получив нужную информацию и не став дослушивать, способного говорить бесконечно мужика, Николай сразу задал следующий вопрос.
- Нашел человек пять, но ничего полезного они не сказали. Заговорить бородавку или ячмень, отшептать порчу, защитить от сглаза – в общем, ничем серьезным женщина не занималась, да и плату только продуктами брала. Так что ей даже за мелкое мошенничество предъявить что-то было нельзя. И на семнадцать ударов ножом она точно не нагрешила. Все кого я расспрашивал ничего плохого сказать о ней не могли. По их словам она была доброй и абсолютно безобидной…
- И последнее – вновь не дав Жоре закончить мысль, сказал парень и уточнил – Ты ведь хочешь чтобы я тебе не просто помог участием в этом деле? – мужик согласно кивнул, после чего попытался что-то сказать, но был остановлен взмахом руки и еще одним вопросом – Ты мою цену помнишь?
- Помню-помню – сразу погрустнев, слегка устало проговорил следак – Ты ищешь убийцу, а я беру на себя всю бумажную работу по одному из дел. Но как по мне, это слишком жестоко. У меня и самого этих бумажек целые горы и я уже не знаю за что хвататься, за расследование или…
- Не хочешь работать головой, работай руками – будто бы говоря это уже в тысячный раз, вознеся взор к побеленному потолку, коротко высказался Шон и не затягивая уточнил – Ну что, тебе нужна моя помощь?
- Только пожалуйста, пощади, не скидывай на меня какой-нибудь пятитомник – обреченно попросил Жора, видимо смиряясь с неизбежностью и доставая из кармана небольшой пакетик для улик. Николай принял такой ответ за согласие и ничего не отвечая на просьбу, сразу взялся за дело.
- Тащи аптечку – приказал Шолохов, беря пакетик и раскрывая его – Надеюсь, пластырь там еще есть?
- Паршин после твоего прошлого ’’шаманства’’ практически всю аптечку обновил. Зная нашего перестраховщика Серегу, можно сказать, что пластырем ты теперь весь можешь умотаться.
- Отлично – оставшись довольным ответом, высказался парень и разглядывая содержимое пакетика в виде небольшого кусочка ткани, уточнил – Что это?
- Кусочек халата в котором была женщина в момент смерти. Отрезал, пока ни кто не видел. Крови на этой тряпке было много… Тебе вроде бы такого должно хватить. Но если нужно, то я могу кусок побольше принести. Халат пока у нас среди вещдоков хранится и если…
- Хватит – максимально коротко ответил Николай и кинув китель на подоконник, принялся закатывать рукав форменной рубашки. Полминуты и вот уже в мусорное ведро летит размотанный, перепачканный багровыми пятнами бинт, открывая вид на испещренное тонкими белесыми шрамами предплечье левой руки. Подцепив ногтем края пластыря, Шон осторожно отклеил ватные диски от только-только начавшего заживать пореза, оставляя в чуть влажном струпе тонкие волокна ваты. Посмотрев на так и не подсохшую корку, парень с печалью вздохнул и чуть помедлив, провел по ней тонким лезвием, вновь вскрывая рану. Несколько мгновений ожидания и вот уже в подставленную рюмку начинает накапывать кровь. Хватило полуминуты чтобы заполнить ее на треть, после чего подступившийся Жора, принялся молча (о чудо) и сноровисто залеплять рану и накручивать на руку свежие бинты.
Ну а пока Власов подрабатывал медсестрой, Шон, не теряя времени, кинул кусочек халата в рюмку с кровью и опустил туда же указательный палец, прижимая обрывок ткани ко дну. А затем, на помещение тут же опустилась долгая и гнетущая тишина. Пока Николай, закрыв глаза, пытался почувствовать одному ему ведомую связь с погибшей три дня назад женщиной, Жора просто молчал, боясь потревожить товарища, работающего при помощи своих довольно странных методов. Хотя его, наверное, ни кто не просил бы о помощи если они были бы неэффективными. Ну а так как работы в их отделе было много у всех… Раны Шона не успевали заживать, а крови в его организме с каждым днем становилось все меньше и меньше.
- Чувствую! – неожиданно громко сказал Николай, разрывая повисшую тишину и заставляя мужчину дернуться от неожиданности. Поняв свою ошибку, парень сразу откорректировал свой голос и продолжил говорить не открывая только мешающих в его деле глаз – Чувствую момент смерти. Чувствую сильную боль в шее, груди и животе. Чувствую сильный страх и… чужую ярость. Чувствую вонзенный в тело нож… Короткий, но острый нож-рыбка. Сейчас нож где-то рядом с домом…скорее всего воткнут в землю в огороде… весь в крови. Отпечатков пальцев на нем наверняка уже нет, но все равно нужно его найти. Чувствую… сильный запах водки… – проговорив все это, Шон на некоторое время замолчал и лишь спустя почти минуту, когда нетерпеливый Жора уже хотел уточнить что происходит, наконец-то дал свои пояснения.
- Пытаюсь посмотреть глазами жертвы, но получается плохо. Один глаз, наверное, залит кровью, а другой видит на минус три. Ни как не получается сфокусироваться… Вот…! Вижу! Вижу убийцу… Узкое лицо, острый нос, тонкие губы, пепельно-серые волосы, на правой скуле старый шрам… На запястье армейская татуировка с номером бригады… рука слишком близко, цифры расплываются. Рукав… рукав какой-то форменной одежды или спецовки. Плечо. Вижу… погоны капитана полиции – на последних словах он удивленно открыл глаза и посмотрел на замершего рядом Жору, лицо которого выражало глубокую задумчивость в купе с сильной тревогой. Переведя взгляд на рюмку, парень заметил что она уже опустела. Использованная кровь буквально испарилась в воздухе, оставив на донышке лишь несколько пузырящихся капель и окрашенный алым, иссушенный кусочек ткани. Сцеживать новую порцию уже не было смысла, так как все самое важное он уже узнал. Поэтому, вытащив занемевший палец из рюмки, Шон принялся оттирать его влажной салфеткой, заодно озвучивая для товарища свои соображения.
- Теперь это дело попахивает псиной и неприятностями. Погоны я рассмотрел хорошо… Поэтому лучше тебе сейчас пойти к Ильичу и сказать что передаешь это дело мне. Объясни ему что к чему, а заодно поспрашивай его насчет этого капитана, может помнит такого. Лицо у него запоминающееся и шрам этот…
- Не нужно, я и так знаю его – на этот раз уже сам Власов перебил парня и не дожидаясь уточняющих вопросов пояснил – Это Гасан Аглоев, следак с района набережной. Пересекался с ним разок по одному смежному делу и он показался мне вполне адекватным, хоть и слегка вспыльчивым мужиком. Как-то сложно поверить в то, что это именно он убийца, но… Гасан просто идеально подходит под твое описание. Пепельно-серые волосы, острый нос, старый шрам на скуле, какая-то татуировка на запястье – очень сложно поверить в то что ты сам не видел его раньше. Но я знаю, что у тебя не бывает ошибок и…
- Это упрощает дело – пропустив половину слов Жоры мимо ушей, торопливо проговорил Шон и убрав рюмку в стол, порывисто поднялся. Пережитые в коротком воспоминании чувства жертвы толкали его вперед, наполняя голову мыслями о мести. Он понимал что все это лишь побочный эффект использования его способностей и старался держать себя в руках, но неестественные эмоции просачивались сквозь маску холодной сосредоточенности. Воспоминание о том как короткий нож вонзается в твое и в то же время чужое тело, подталкивало к действиям, пуская по мышцам жаркие волны и короткие спазмы нервных сокращений.
- Ладно. Тогда иди к Ильичу, узнавай у него адрес этого Гасана. А я пока пойду умоюсь и позову пару бойцов. Вчетвером-то мы его точно скрутим.
- Да зачем беспокоить ’’старичка’’, у него и без нас работы полно. Сами разберемся – неожиданно самоуверенно высказался Жорик, выдергивая из кармана мобильник – Сейчас своему другу позвоню. Мишка Тумаев, летеха из набережки. Практически все время сидит в дежурке на телефоне. Уж он-то точно должен знать где, кто и почему. Поспрашиваю его о здоровье Аглоева, а заодно адресок его узнаю – найдя в списке контактов нужный номер, Власов оторвал взгляд от телефона и помахал рукой, мол, иди-иди куда там шел – Дай мне пару минут и сразу поедем в гости к Гасану.
Невероятная общительность Жоры, помогала ему не только вытягивать из людей нужные сведения, но и давала возможность заводить довольно полезные знакомства. Увы, но не все кого он считал своими друзьями, относились к нему также. И было совершенно не понятно, понимает ли это сам Власов.
- Привет Мишка! Как жизнь!? Сегодня работаешь?... Ха! И кто же позволил тебе выбраться из аквариума? Ты же совсем дикий! Отвык уже, наверное, видеть людей не через залапанное стекло своей дежурки, а вживую. ХаХаХаХаХа!... Повысили!? Так ты теперь у нас тоже старлей! Поздравляю, поздравляю. Повышение это круто. Теперь тебе, наверное, разрешат обедать прямо на посту и чайник с пачкой сканвордов подарят, что бы не скучал по вечерам. ХаХаХаХаХа!... – Николай не сомневался в том, что этот болтун сможет выведать нужный им адрес, поэтому он не стал ждать пока закончится разговор и пошел в туалет умываться.
Начинался новый рабочий день и он, как всегда, обещал быть насыщенным на события.
Глава 5. Серый капитан II
- Жена Аглоева ходила к нашей жертве и возможно у них случается конфликт. Она приходит домой, рассказывает все мужу… а через день умирает от обширного инфаркта. Гасан с горя напивается и почему-то приходит к мысли о том, что во всем виновата ’’злая’’ шептунья. После чего он берет первый попавшийся нож и в порыве пьяной ярости, идет ночью ее убивать…
- Да успокойся ты, нормальная у тебя версия. Она хорошо стыкуется с тем, что тебе рассказал Тумаев. Ну а если беспокоишься о том что у нас нет улик… - Шон посмотрел на сидящих впереди бойцов и сместившись на заднем сидении, сказал практически на ухо товарищу, скрывая от посторонних смысл слов за ревом служебного УАЗика – Ударов было много, поэтому он был просто обязан испачкаться в крови. И если не выкинул всю свою одежду, то я ее обязательно почувствую. Так что не волнуйся, улики точно найдутся, даже если он попытался, протрезвев, застирать все пятна – услышав это, Жора наконец-то расслабился и перестал теребить истерзанный листочек с адресом. Севший за руль боец уже давно вбил нужный нам дом в навигатор на своем телефоне и знал куда ехать, но товарищ, испытывая непонятное Шону беспокойство, продолжал держать бумажку в руках. Скорее всего, не смотря на всю свою браваду, его все же напрягали капитанские погоны преступника, а может быть и факт личного с ним знакомства. Из-за этого, на протяжении практически всего пути, он был удивительно молчалив и лишь изредка уточнял мелкие детали из того что увидел Шолохов во время контакта с памятью жертвы… будто бы надеясь на то что парень все же ошибся и что Гасан Аглоев тут совсем не при чем.
- Приехали – громко объявил Саня Сварнов, заглушая двигатель и заставляя Жору вздрогнуть от неожиданности. Пока выбравшиеся бойцы по привычке проверяли броню и оружие, следователи пытались определить нужный подъезд по номеру квартиры. Но стоило им лишь подойти поближе к дому как Шон тут же остановился и придержав товарища за плечо, махнул рукой куда-то в право и в верх.
- Четвертый подъезд и скорее всего третий этаж. Отголоски знакомой крови идут оттуда, я чувствую их – уверенно заявил парень, отрезая для Власова последнюю надежду на ошибку. Тут уже и сам Жора, напрягшись, поспешно проверил свой табельный… А Шон понял что и не брал оружие, оставив пистолет в сейфе их рабочего кабинета. Впрочем, он из-за этого упущения не сильно то и расстроился. Николай стрелять конечно умел, но особым фанатом оружия не был, в большей степени полагаясь на свою голову и необычные способности, поэтому без лишнего веса на поясе ему было даже как-то легче работать.
В городе всего было всего две компании по установке домофонов, вытеснивших из этой ниши всех своих мелких конкурентов, поэтому проблем с подъездными дверьми у скорой и полиции не возникало. Два мастер-ключа решали проблему, позволяя им войти практически в любой дом. Вот и на этот раз, открыв дверь со второй попытки, четверка служивых спешно вошла в подъезд и ориентируясь по номерам быстро нашла нужную квартиру. Дождавшись пока остальные поднимутся чуть выше по лестнице и прижмутся к стене, Жора встал напротив дверного глазка и потянулся к звонку… но в последний момент, видимо поддавшись наитию, опустил руку на ручку и с едва слышным щелчком открыл оказавшуюся не запертой дверь.
В следующую секунду Валера Гамов уже оттеснил замешкавшегося следователя в сторону и первым просочился в квартиру, быстро но внимательно осматривая все помещения. И лишь спустя секунд двадцать, видимо убедившись что все безопасно, махнул рукой, подзывая остальных.
- Вон ваш Аглоев, на диване валяется. Воняет водярой словно тварь. Весь в соплях и блевотине – тихо проговорил боец, стоя в дверях одной из комнат и держа оружие наготове – Что-то мне не хочется ему руки крутить. Пачкаться об этого…
- Улики должны быть вот тут – с уверенностью заявил Шон, не обращая внимания на ворчание бойца и подходя к узкому коридорному шкафу за его спиной – Где-то в нижнем ящике.
- А ты откуда знаешь? – поворачивая голову, спросил удивленный такой уверенностью Валера и…
«БАМ» «БАМ» «БАМ» - три выстрела, словно взрывы, грохочут по крохотной квартире, оставляя мерзкий привкус страха на языке и громкий звон в ушах от акустического удара. Одна из пуль все же нашла брешь в защите отвлекшегося бойца и чиркнула его по шее походя вырывая из нее небольшой кусок плоти. С болезненным вскриком Валера схватился за шею, пытаясь зажать рану и медленно оседая на пол, на как-то враз ослабевших ногах. Стоявшие же за его спиной мужики, реагируя на внезапную атаку, прыгнули в сторону, уходя с прохода и траектории стрельбы. Присевший Сварнов протянул руку, надеясь схватить лямку автомата, чтобы подтянуть в укрытие раненного товарища, но…
«БАМ» «БАМ» - косяк рядом с головой бойца брызнул щепой, вынуждая Саню отдернуть руку и на рефлексах отпрянуть от проема назад. После чего, без лишней спешки и суеты, в дело уже вступил Шон. Парень взмахнул рукой, отправляя на пол капли своей крови из непонятно когда успевшего появиться пореза на правой руке. Затем, отняв у растерянно стоявшего Жоры табельный пистолет (тот был силен только на язык, а в других случаях терялся и отступал назад от проблемы) и придержал вновь дернувшегося бойца за шиворот.
- Подожди – попросил он Саню и обращаясь уже к Власову шепотом приказал - Отвлеки его! - мужик мгновенно понял что от него требуется и ныряя в свою стезю тут же закричал.
- Гасан, псина ты седая! Не чуди! Ты уже себе пятнашку железно заработал, так что не закапывай себя еще глубже. Сдайся и может быть годик тебе…
- ***** ИДИ *****! – с нетрезвой яростью в голосе проревел капитан и пальнул еще раз, пробивая дверку шкафа и отправляя глупую пулю прямиком в Нарнию.
- Приди в себя *******! Мы же тебя тут и пристрелим!
- ПОПРОБУЙ ****! Я ТЕБЯ САМ… - создав связь с каплями собственной крови на полу, Коля в два удара сердца определил направление и расстояние до противника, после чего, не открывая глаз выставил в дверной проем левую руку с пистолетом, мгновенно прицелился и не мешкая, трижды нажал на спусковой крючок. Грохнуло и в уши парней вновь ввинтился неприятный звон, слегка дезориентируя и сбивая их с толку.
- Убил – через несколько секунд, когда все уже могли его слышать, уверенно сказал Шон и вернув пистолет Власову, шагнул вперед к лежащему на полу телу раненного бойца. Парень почувствовал всплеск мгновенной смерти, поэтому и не боялся получить пулю в спину. Незаметно стерев подошвой пузырящиеся капли собственной крови, присел рядом с хрипящим от боли Валеркой. Одно прикосновение к голове и боец наконец-то теряет сознание. Убрав мешающиеся руки, Шолохов накрыл ладонью рану на его шее и немного помедлив, успокоил подошедших ближе ребят – Артерия вроде бы не задета, но вырван кусок кожи и мышц. Саня скорее звони в скорую и иди встречай врачей, а я пока зажму ему рану чтобы он не истек кровью. Жора! А ты ищи аптечку или какие-нибудь бинты, будем сейчас с тобой колхозить хоть какую-то перевязку – Николай говорил все это с такой уверенностью и спокойствием, что ни кто даже и не подумал ему возражать или что-то переспрашивать. Сварнов сразу бросился вниз, на бегу набирая номер скорой, а Власов принялся суетливо рыскать по всем шкафам, ища хоть что-то похожее на аптечку.
- Нашел! Вот. Чем будем перетягивать? – менее чем через пол минуты сообщил Жора, высыпая прямо на пол все что успел найти. Помимо бинтов там было несколько упаковок с ватой, пластырь, жгут, термометр, какие-то таблетки и мази – видимо он в спешке выгреб все содержимое аптечного шкафчика и принес Шону, надеясь на то что хоть что-то из этого ему пригодится.
- Ни чем не будем. И успокойся уже наконец! – слегка повысив голос, приказал парень, но поняв что грубость вряд ли ослабит напряженность этой ситуации, все же дал напарнику хоть какие-то пояснения – Я контролирую токи крови в его теле, поэтому можешь не беспокоиться, кровью он не истечет… А вот я могу! Управлять кровью в своем теле у меня не получается, так что давай, латай мою руку, пока я сам тут не помер – порез на запястье был глубоким и буквально сочился алой жидкостью, роняя на деревянный пол тяжелые крупные капли – И пожалуйста, не отвлекай меня. Контроль требует очень много внимания и сил, так что я тут сам быстрее Валерки помру если продолжу с тобою болтать – и заканчивая свою мысль он просто сказал в пустоту, ни к кому конкретно не обращаясь – Скорее бы приехала скорая. Скорее бы…
Увы, но надеждам Николая не суждено было сбыться. Из-за внезапных предобеденных пробок и перекрывшей дорогу аварии, скорая добиралась до места происшествия практически полные полчаса. Когда же они наконец-то прибыли, то им пришлось латать и грузить на носилки сразу двух пациентов – потерявшего немало крови, но все еще живого Гамова и все же свалившегося от истощения Шолохова, даже без сознания продолжавшего зажимать рану бойца.
Так для него собственно и закончился этот, толком и не начавшийся, но все равно насыщенный на события день. Хорошей для Шона новостью стался тот факт, что его, прямиком из квартиры Аглоева, отправили на больничный.
Ну а плохо в этом было то, что продлился внезапный отпуск до крайности не долго. Всего два коротких, наполненных больничным спокойствием и ничегонеделанием, дня.
Глава 6. Первая жертва
Быстрая электронная музыка качала зал. Иступленная абсолютной свободой и легкими наркотиками молодежь отдавалась этим стремительным ломаным ритмам, позволяя конечностям создавать хаотичное подобие танца. Сладость дурмана, легкой туманной дымкой наполняющего весь зал. Пульсация светомузыки, рассекающая пространство бесконечным множеством лазерных лучей. Тяжелые басы, отдающиеся вибрацией в стенах и разгоряченных телах людей.
Собравшиеся здесь люди танцевали не задумываясь о проблемах ждущих их снаружи, но не из-за того что они хотели сбежать от реальности, а потому что у них их попросту не было. В клубе «Синий марлин» был дрескод, но он проверял не внешний вид посетителей, а количество нулей на личной банковской карте от чего здесь обреталась лишь золотая молодежь. Дети очень богатых родителей, с рождения выхватившие счастливый билет и прожигающие молодость углями кальяна и бессовестно дорогим алкоголем. Такие молодые, но уже успевшие испробовать, наверное, большую часть удовольствий этого мира и вдыхая дурманящий дым, стремились к большему, явно не собираясь останавливаться на половине пути. А зачем вообще тормозить, если банковский лимит практически не ограничен.
И наверное не было странным то, что в этой переполненной счастьем и веселым угаром компании обретался и Валера Коржиков. Отдав все проблемы с помершим стариком на откуп своего отца, он продолжил свой летний загул, которым он наградил самого себя за окончание затянувшегося школьного мучения, в котором обучение было для него лишь досадной помехой. К счастью, следующие два года института были проплачены вплоть до самого мелкого зачета и он мог даже не посещать сие заведение. Парень был волен делать что только его душе угодно и наслаждаться жизнью во всех ее прекрасных проявлениях.
Вот и сейчас, разгоряченный танцами Коржиков привалился к длинной барной стойке и смахнув со лба пот, показал бармену два пальца. После чего, простучав по столешнице какой-то зацепившийся за разум ритм и обернулся, выискивая взглядом одиноких девчонок. Нищенок в «марлина» не пускали, поэтому тут обретались только такие же бриллиантовые девочки, ищущие веселья и доступного наслаждения. Недотрог среди них не было и каждая лишь с радостью приняла бы предложение быстрого секса без обязательств. Увы, но к печали Валерки красавиц на танцполе сегодня было маловато, а те что заглянули на огонек уже нашли своих партнеров на эту ночь и теперь не спеша попивали коктейли, танцевали и просто радовались жизни.
- Не повезло, не фартануло – с разочарованием пробормотал парень и уже через пару секунд, мысленно махнув на эту досадную помеху для его веселья рукой, обернулся и подхватил две пододвинутых барменом рюмки. И сразу отдал одну из них подошедшему качку.
- Здорова Вар! Давно тебя тут не видел… и опять мне кажется, что у тебя, с каждой нашей встречей, появляются все новые и новые мышцы – с интересом и легкой завистью рассматривая товарища, заметил Валера. Вартаев Гоша для своей массы почти в полтора центнера и грозного прозвища «Варвар», был на удивление не конфликтным и добродушным парнем. Алкоголь он не особо любил из-за своей мышечной мании и заглядывал в «марлина» лишь для того чтобы цеплять на вечер девчонок. Но так как Вар сегодня тоже оказался в пролете с этим делом, тестостероновый страдалец решил залить свое горе апельсиновым соком.
- Качаемся помаленьку – коротко ответил гигант, вливая в себя содержимое рюмки и сразу давая бармену заказ на два цитрусовых фреша – А ты Коржик тут как поживаешь? Слышал, развлекаешься на полную. Вон, где-то неделю назад, какого-то старика в парке завалил. Но раз тусуешь сегодня тут… Значит либо кто-то врет, либо ты откинулся с зоны раньше чем туда присел – в голосе качка не было ни осуждения, ни одобрения, лишь веселое любопытство и здоровый пофигизм. И такое легкое отношение к сложным делам многим в Гоше и нравилось.
- Второе – ответил Валера и подумав пару секунд, заказал себе два стакана ананасового сока – Батя все порешал. Заплатил кому нужно и теперь все говорят что старик помер от ’’внезапной’’ старости, а нас с ребятами там и близко не было. Мы все отмечали выпускной в маленьком закрытом ресторанчике за городом и даже близко мимо парка не проходили.
- ОООО. Твой отец реально крут, такую проблему за пару дней разрулил. Уважаю – приняв от бармена сок, он, выдав короткий тост «Нууу, за родителей» и чокнувшись с пустой рюмкой Валерки, залпом, словно крепкий алкоголь, влил в себя содержимое стакана – Проблемы больше нет, но тебе бы я посоветовал пока не светиться. Придурков журналистов и всяких отбитых народных мстителей пока еще ни кто не отменял и лучше их в ближайшее время на себя не агрить. Свали куда-нибудь за границу на пару недель, пока вся муть не осядет. Ну или давай ко мне в качалку забуримся. Хоть какой-то мышечный каркас себе нарастишь.
- Хммм – задумчиво протянул Коржиков в очередной уже раз окидывая взглядом внушающие уважение банки товарища – Очень интересное и заманчивое предложение, нооо… мне такие как у тебя не очень нравятся. Слишком уж большие.
- ХА! Да чтобы сформировать такую же мускулатуру как и у меня, тебе нужно спрятаться от мира как минимум года на три. А за два месяца ты, в лучшем случае, только минимальный каркас наработаешь – пояснил за «ЗОЖ» гигант и видя заинтересованность Коржикова, добродушно похлопал того по плечу – Так что думай Валерка, думай. Если согласишься, то я лично тобой займусь. Мне даже интересно, что из тебя через пару месяцев выйдет.
- Каркас сформировать значит... – глубоко задумавшись и катая меж ладоней полный стакан с соком, практически неслышно из-за музыки, повторил слова товарища парень. А через секунду раздраженно дернув головой, достал из кармана завибрировавший телефон и зло выругавшись, кинул его на стойку – ******* названивать!
- Кто там тебя так хочет? – искоса глянув на медленно ползущий по столешнице айфон, уточнил Гоша и с усмешкой выдал первое пришедшее на ум предположение – Что, девчонки покоя не дают?
- Да если бы! – с досадой отмахнулся Валера – Уже пятый раз за последний час звонят и каждый раз пишет что номер неизвестный. Бред какой-то ******!
- Аааа. Ну это наверное те самые журналюги шалят о которых я тебе говорил. Наверное кушать не могут, изнывая от желания брызнуть желтым на свою газетенку – предположил Гоша, при этом явно не считая эту проблему серьезной – Мой тебе совет. Прими вызов и без лишней ругани просто припугни их отцом. Через ментов наверняка можно вычислить, что за додики тебе звонят, так что скрытие номера не проблема. Если будут доставать и дальше, потом сам их найдешь и ноги переломаешь.
- Знаешь… - с улыбкой проговорил Коржиков, наблюдая за ни как не желающим успокаиваться телефоном. Парень уже обдумал неожиданное предложение товарища и накрыв едва не уползший со стойки айфон рукой, наконец-то озвучил свое решение – Мне наверное и правда нужно немного подкачаться. Если после обеда загляну в твою качалку, не выгонишь такого дрища как я?
- Да хоть с самого утра, я все равно там практически постоянно обитаю. Ну а на счет дрища… это я постараюсь исправить.
- Ну и отлично. Спасибо тебе за советы иии… тогда до завтра. Раз с девчонкой сегодня облом, пойду тогда трахну в мозг журналиста и сразу домой – пододвинув к Вартаеву второй нетронутый стакан с ананасовым соком, Валера хлопнул на прощание товарища по спине и сразу пошел искать место потише.
Длинный, ведущий на выход коридор и вот уже плотная входная дверь практически полностью отсекает грохот музыки, доносящейся из спрятавшегося в подвальном помещении клуба. Не желая стоять у входа и мешать прохожим, Коржиков отошел метров на сто и нырнул в тихий дворик небольшой одноподъездной трехэтажки. И лишь оставшись наедине с самим собой, он посмотрел на так и не прекративший вибрировать телефон. Задержал на мгновение взгляд на надписи «Неизвестный номер», а затем наконец-то провел пальцем по экрану, принимая настойчивый вызов.
- Слушаю вас!
- Здравствуйте Валерий. Вы наверное удивитесь, но я звоню чтобы поговорить о вашем отвратительном поведении – заявил приятный женский голос, выбивая накрутившего себя и готового поругаться парня из колеи – Хотя нет… мне по большому счету плевать на твое поведение. Ты просто неудачник, которому не повезло попасться мне на глаза – миг и вот уже милый женский голос сменяется хриплым мужским шепотом, пускающим волны ледяных мурашек по спине Коржикова. Было в этом вкрадчивом шепоте что-то пугающее и… нечеловеческое.
- Кто ты!? Что тебе нужно!? Отец определит твой номер через ментов и тогда я сам найду тебя и ****** за такую *****! Я тебя найду урод! – и окончательно теряясь в последовательности своих действий, нажал на кнопку питания, сбрасывая звонок - **** ******! Я тебя **** найду! Я тебя…
- Не утруждайся мальчишка. Считай что уже меня нашел – зазвучал позади все тот же хриплый шепот, пуская по телу ледяную волну. Он только сейчас понял, что зачем-то сам пришел в безлюдное место и позволил пугающему незнакомцу подобраться к себе так близко – Ты привлек мое внимание и это большая неудача в твоей бессмысленной жизни. Увы мальчик… хахаха… но наказанием за твою беспрецедентную глупость может стать только смерть.
Разрывая оковы ужаса и не слушая что ему говорят, Валера повернулся на голос и наконец-то смог увидеть так напугавшего его незнакомца… одетого в до безобразия обычную одежду. Кроссовки с толстой подошвой, драные джинсы, мешковатая кофта с накинутым на голову и закрывающим лицо капюшоном – он хорошо разглядел человека, но вот сделать из этого выводы не успел… мгновенно умерев после удара длинного ножа под ребро. Тонкое лезвие легко прошило податливую плоть и глупое сердце. Последнее по инерции еще пыталось биться, разливав по нутру кровь и не понимая что в опустевшей в один миг оболочке нет уже ни разума, ни души.
Тело Коржикова еще оседало на утоптанную землю безлюдного дворика, а незнакомец уже шагнул назад, прячась от света слепой луны в густой тени дома. Еще несколько мгновений и вот уже во дворе нет никого и лишь эхо жуткого, хриплого смеха говорит о том, что недавно кто-то тут был.
- Первая жатва произошла. Жатва продолжается. ХаХаХаХаХа. Жатва продолжается. ХаХаХаХаХаХа. Жатва продолжается…
Глава 7. Вызов по требованию
- Надеюсь, меня выдернули из больнички всего через два дня по какой-то очень веской причине? – заходя в кабинет к Ивану Ильичу Строганову, уточнил сильно раздраженный Шон и не спрашивая разрешения сел в гостевое кресло, по правую руку от подполковника. В спортивных штанах и майке с рукавами на два-три размера больше своего – своей одеждой он будто бы специально подчеркивал тот факт, что меньше часа назад сбежал из клиники и хозяину помещения остается лишь радоваться тому, что он заявился без катетера и стойки с капельницей.
- Тебе там хоть что-то успели сделать? – проигнорировав вопрос подчиненного, озвучил встречный интерес Иван Ильич, при этом не став просить его пересесть. Хоть Николай и нарушал субординацию и явно наглел, подполковник все равно чувствовал себя слегка виноватым из-за того что ему пришлось выдернуть пострадавшего на работе парня из больницы. Хотя, выработанное за долгие годы службы чутье на большие неприятности, нивелировало все терзания совести и твердило о том, что он сделал все правильно. Хоть и образовавшиеся на подконтрольной территории проблемы не угрожали его карьере, он все равно решил подстраховаться и прикрыться фамилией Шолохова.
- Кровь переливать отказались и залили в вены немного водички. Толку, лично для меня, от этого мало. Все равно через пару дней с потом и мочой весь физраствор выйдет, но в целом и это хоть что-то. А еще все не заживающие порезы нормально подшили. Вопросов, конечно, задали по этому поводу немало, но я молчал как партизан. Когда им это надоело, они наверное окрестили меня долбанутым суицидником и отстали. Хотели мне назначить консультацию психолога, но я от них отмахался. Как пригрозил что начну голым по отделению бегать и к молодым практиканткам приставать, так сразу от меня и отстали. Правда и заходить в палату практически перестали, но мне от этого только лучше. Хотя бы отдохнуть и выспаться нормально смог.
- Ммдааа. Значит хорошо что я тебя с больничного выдернул. Буквально спас врачей от лишнего стресса, а твои бока от скорых пролежней – немного повеселев, пошутил Строганов и даже хотел добавить еще что-то ироничное, но сразу закрыл рот, когда в кабинет без стука вошел ожидаемый им, но не очень приятный гость.
- Здравствуйте Алексей Петрович. Проходите, присаживайтесь. Николай тоже только-только приехал из больницы и я собирался ввести его в курс вашего дела, но пока еще не успел – поводя рукой и указывая на место рядом с Шоном предложил подполковник Коржикову старшему, но тот не обращая внимание на то что ему говорят, шагнул в помещение и буквально осел на ближайший к входу стул. Непривычно тихий и будто бы постаревший за прошедшую неделю на целый десяток лет, он едва слышно прошептал «Продолжайте» и поник головой, более ни на что не обращая внимания. Шон конечно ненавидел наглого депутата и бросался громкими угрозами в его адрес, но увидев этого, убитого горем человека, он смог испытать лишь легкое раздражение и жалость. Гадать и додумывать причину таких кардинальных перемен парень не стал и повернувшись, посмотрел на Ивана Ильича, надеясь получить от него пояснения.
- Вчера ночью, примерно в одиннадцать вечера, неподалеку от клуба «Синий марлин» был убит уже знакомый тебе Валерий Коржиков – озвучил причину такой сильной печали депутата подполковник. Оба полицейских окинули взглядом убитого горем отца, один просто проверяя реакцию гостя на свои слова, а другой наконец-то осознавая причину такой спешки и суеты. Мужчины помолчали с десяток секунд, раз за разом осмысливая данную новость и лишь после этого вернулись к разговору.
- На кого повесили это дело и что уже известно? – уточнил самое главное Николай, откидываясь на спинку кресла и пристально глядя на озадаченное неожиданной проблемой начальство.
- Дааа, по большей части ничего. Жора там уже все ближайшие дома оббежал, но по свидетелям пока глухо. Ни следов обуви убийцы, ни отпечатков пальцев, ни орудия убийства, ни стойкого запаха для собак – общее количество полезных улик меньше чем ноль. Запись с камеры наблюдения уже изъята и несколько раз отсмотрена, но ни кто подозрительный пока не замечен. Последним с Валерой минут за пять-десять до смерти, общался Георгий Вартаев, владелец тренажерного зала для местных бодибилдеров. Он предложил Коржикову немного подкачаться и тот согласился, а потом ему кто-то позвонил с неизвестного номера и парень сразу ушел из клуба. Камера и другие свидетели подтверждают то, что он шел куда-то, держа в руке телефон. Мы подали запрос в сотовую компанию на определение номера, но нас заверили в том, что за последние два часа до смерти Валерия, ему ни кто не звонил. Осмотр тела тоже ничего полезного не дал. Орудие убийства, длинный тонкий нож. Удар профессиональный. Ни одна кость не задета. Нож вошел под нижнее левое ребро и пронзил сердце, практически мгновенно убив парня. Ииии… Да. Еще был проверен телефон Валерия, но и тут не нашлось за что зацепиться. Никаких странных переписок в соцсетях и приложениях, никаких подозрительных сообщений и ни одного входящего или исходящего звонка в период с девяти до одиннадцати часов вечера. И это все лишь подтверждает показания сотового оператора.
- Даааа, не густо – выслушав Ивана Ильича, пораженно протянул Шон – Тут даже зацепиться не за что. Даже версия мести за убитого деда выглядит как-то бредово, а ничего другого так сходу в голову и не приходит.
- Я говорил Алексею Петровичу тоже самое, но он продолжает настаивать на самом скорейшем результате – бросив взгляд на сидящего практически неподвижно мужчину, добавил полковник, таким образом указывая на усложняющий все фактор – Надеюсь теперь ты понимаешь, почему я выдернул тебя из больницы?
- Он может быть что-то и понимает, а вот я нет. Что вы тут за игры в тайны устроили? Мне плевать на все ваши сложности, я просто хочу чтобы убийца как можно быстрее был найден...
- А он подписку о неразглашении давал? – не обратив внимания на слова вмешавшегося в диалог безутешного отца, уточнил Шон, заставляя тем самым Коржикова замолчать от удивления. Он явно пытался понять, что в его город могло забрести такого необычного, чтобы нужно было подписывать документы о соблюдении секретности и ожидаемо не находил ответа.
- Да не такая это уж и большая тайна, в Москве об этом многие знают – постарался успокоить занервничавшего депутата подполковник, но Николай, не принял игру начальства и довольно жестко добавил.
- Но если вы начнете трепаться о том, что сейчас увидите, то к вам из столицы прилетит крупная и очень важная птица и тюкнет клювом прямо по темечку. И тут даже депутатская неприкосновенность не поможет. Разглашение гостайны это вам…
- Да понял я, понял. Давайте я уже поскорее подпишу все что нужно и мы, наконец, начнем искать убийцу моего сына – нетерпеливо попросил Коржиков, поднимаясь со стула и извлекая из нагрудного кармана дорогой рубашки маленькую ручку. Иван Ильич спорить с этим требованием не стал и достав из нижнего ящика стола один из лежащих там с недавних пор пустых бланков, подтолкнул его по столу к гостю.
- Раз вы торопитесь, тогда просто подпишите внизу где галочка. А остальные ваши реквизиты я уже потом сам внесу, чтобы не тратить сейчас наше время – быстро пробежавшись взглядом по тексту и убедившись что это и правда бланк на подписку о неразглашении гостайны, Алексей Петрович сразу поставил свою размашистую подпись и толкнув листок обратно подполковнику, уточнил – Ну что, теперь вы можете начинать хоть что-то делать? – хозяин кабинета не обратил внимания на слова раздраженного гостя и отодвинув в сторону документ, принялся выкладывать на стол необходимые для задуманного дела вещи. Отмытая от прошлых остатков крови рюмка, ножницы, пачка ваты, уже вскрытый бинт, пластырь и пакет для вещдоков с какой-то скомканной тряпкой внутри.
- Ээээхх… Что ж за жизнь у меня такая? – с тяжким вздохом, печально спросил парень и принялся закатывать рукав, выставляя напоказ испещренную множеством старых и свежих шрамов руку. Посмотрев на свежие, аккуратные швы Шон задумчиво почесал бровь. Вновь тревожить те же раны ему не хотелось, поэтому он не стал трогать нитки и найдя еще не тронутое местечко на коже, сделал всегда имеющимся при себе лезвием осторожный и неглубокий надрез. На котором тотчас же начали набухать первые капли крови. Оставалось лишь подставить рюмку под новую рану и подождать пока не сцедится достаточное количество алой жидкости.
- Помогите залепить порез, а то самому неудобно – отказывать Иван Ильич не стал и засучив рукава форменной рубашки, принялся возиться с ватой и пластырем. Пока хозяин кабинета еще зачем-то забинтовывал руку, Шон извлек из пакета мятую майку и принялся рассматривать аккуратную дырку на ее левом боку и уже схватившиеся багровой коркой разводы.
- Майка Валерия. Он был в ней в момент смерти – пояснил очевидное подполковник, затягивая финальный узел. Парень на это понимающе покивал и ткнул пальцем в засохшее бурое пятно.
- Нужно будет вырезать кусочек ткани с кровью. Так контакт с памятью умершего будет прочнее. Возможно даже смогу почувствовать мысли парня и...
- Может еще и курицу черную нужно было принести для вашего ’’ритуала’’? Что за битву экстрасенсов вы тут устроили!? Вы страдаете ****** и тратите мое время, ничего не делая для поиска убийцы моего сына. Вы просто тратите… - молча наблюдавший за непонятными действиями двух ментов, депутат все же не вытерпел и разразился громкой, гневной речью. Речью, которую оборвала прилетевшая ему в лоб одинокая капля крови из рюмки.
- Заткнись! – приказал Шолохов, вынуждая мужчину замереть с открытым ртом. Алексей Петрович, на протяжении нескольких секунд еще пытался что-то сказать, но потом напоролся на тяжелый взгляд Николая и холодея от страха, наконец-то понял что напротив него сидит истинное воплощение, так пугающей простых обывателей, мистики.
- Проводником моей силы может служить только моя собственная кровь. Ну а черную курицу вы, товарищ депутат, можете затолкать себе в задницу. И да… Если еще раз посмеете повысить на меня голос, я сделаю так что ваш труп не найдут даже с собаками – ответ Шону не требовался и он просто вернулся к прерванному делу. Ну а Коржиков, подчиняясь чужой воле и ставя точку в коротком конфликте, хлестнул себя по лицу. Когда же контроль над его телом прервался, мужчина лишь порадовался тому что сидел. Жуткая слабость сковала конечности, а все тело била нервная дрожь из-за чего ему пришлось навалиться на стол, пережидая неприятные мгновения своей беспомощности. Хотя, стереть рукавом рубашки каплю чужой крови со лба, сил ему все же хватило. И глупости затаить обиду…
- Вот такого кусочка хватит? – уточнил Иван Ильич, все время короткого конфликта изображавший увлеченность вырезанием маленького кружочка из запачканной кровью майки. Не став размышлять над причинами по которым начальство демонстративно отстранился от произошедшего, парень просто кивнул, принимая кусочек ткани и сразу кидая его в рюмку.
- Начинаю. Не отвлекайте меня – предупредил всех присутствующих Шон и наконец-то взялся за дело. Его указательный палец уже был погружен в рюмку, а глаза закрыты и находящимся в помещении зрителям оставалось лишь молча сидеть, терпеливо дожидаясь результата. Который не заставил себя ждать.
- Чувствую момент смерти – мужчины молча приняли данный факт, при этом неотрывно наблюдая за начинающей бурлить в рюмке кровью – Чувствую гнев Валерия… направленный на телефон в руке. Ему кто-то только что позвонил и он из-за этого в жуткой ярости. Он оборачивается, видимо услышав чей-то голос и… Ужас… Я чувствую его ужас. Парень видит говорившего и… мгновенно умирает. Очень быстрая смерть. Странный нож похожий на тонкий стилет пронзает сердце и лишает его жизни – мужчины слушают откровения Шона и буквально затаив дыхание смотрят на закипающую и начинающую стремительно испаряться из рюмки кровь. Клубы бледно-розового пара поднимаются вверх, добавляя дополнительной таинственности к творимому действу.
- Я вижу убийцу… Темно, но общие черты можно различить. Судя по телосложению это точно мужчина. Одет в какие-то драные джинсы и кофту с большим капюшоном. Лица не вижу. Слишком темно и капюшон… Пытаюсь… пытаюсь рассмотреть – не прошло и нескольких минут, а рюмка уже опустела. На ее дне остался лишь иссушенный, темно-багровый кусочек ткани, но Шолохов, не обращая на это внимания, продолжает сидеть с закрытыми глазами и раз за разом повторять «Пытаюсь увидеть лицо... пытаюсь посмотреть... пытаюсь…». Когда пошла уже третья минута, как сказал Коржиков, ’’ритуала’’, из носа парня медленно потекла кровь, пачкая его лицо и стол начальства. А еще через минуту, когда Николай уже начал хрипеть, а по рюмке расползлась сеточка из мелких трещин, подполковник наконец-то понял что подчиненный увлекся и что его нужно спасать.
- Прекращай! – громко приказал Иван Ильич и не надеясь на благоразумие парня, выдернул его палец из рюмки, тем самым разрывая контакт с памятью убитого человека. Не удовлетворившись этим, он подошел к подчиненному и начал хлопать его по щекам, настойчиво и бесцеремонно возвращая его к реальности. И прекратил лишь когда убедился в том, что он полностью пришел в себя и начал вяло отбиваться от такой грубой помощи.
- Вот, утрись – кусок с вырванной из пачки ваты лег на стол, рядом с тем местом, где все еще парила стремительно засыхающая кровь. Губы и подбородок Шона покрылись неровной кровавой коркой и Строгонову все же пришлось доставать из стола коньяк, чтобы ему было проще оттирать лицо.
- Благодарю – закончив приводить себя в порядок и нагло отхлебнув из бутылки, прежде чем вернуть ее начальству, сказал Николай и устало опустил взгляд к испачканной столешнице – Как-то мне не хорошо… Можно я обратно в больницу поеду? Еще несколько таких дел и у меня и правда кровь в организме закончится.
- Отставить лень! – ожидаемо отказал в этой просьбе Строгонов – Сам знаешь, работы слишком много. Сейчас отвезу тебя на переливание, потом дома отлежишься и завтра опять в борозду. Это дело я тоже перевожу на тебя и даю ему высший приоритет. Сам понимаешь, шума поднимется немало, поэтому убийцу Валерия нужно найти как можно быстрее.
- Злой вы, Иван Ильич. Совсем не жалеете…
- Прекращай уже ныть! – повысил голос подполковник, хмуро глядя на Николая – Лучше расскажи наконец, что у тебя там приключилось? Едва сам себя не выжал от усердия. Что-то полезное удалось увидеть?
- Да ничего – отбросив шутки и резко опечалившись, ответил парень и принялся задумчиво тереть ваткой запачканный стол, при этом, скорее, еще сильнее его пачкая. Около полуминуты он блуждал по своим воспоминаниям, раз за разом пропуская через себя все увиденное и все сильнее приближаясь к неутешительной мысли – Там было темно, но мне показалось что можно рассмотреть хотя бы нижнюю часть лица. Я сконцентрировался, напряг все свои силы, пытаясь увидеть… и только сейчас понял, что это было не лицо, а просто нижний край какой-то белой маски. Поэтому можно считать, что никаких особых примет у нас по убийце нет. Одежда слишком обычная и думать в этом направлении нет никакого смысла. Они о чем-то говорили, но я не могу слышать через чужую память и… не получается.
- Ну *******! Ну и какой тогда **** тогда был толк от этой вашей мистики и секретности?! – вскинулся вернувший уверенность и свою депутатскую наглость Коржиков. Увиденное впечатлило его, вот только пользы от всех их усилий было мало. И видимо это его жутко бесило - Вы только без толку потратили время и ни на шаг не приблизились к убийце моего сына. Вы ничего не узнали и вместо нормальной работы полагаетесь на какую-то мистическую *****! От этих фокусов с кровью нет никакой пользы!
- Ну не скажите – перебил разошедшегося в своих претензиях гостя подполковник – Коля, ты хорошо запомнил форму стилета?
- Да. И наверняка смогу его нарисовать.
- Отлично – довольный ответом, мужчина покивал и не затягивая интригу, пояснил суть их диалога Коржикову – У нас сейчас не средневековье и холодное оружие такой необычной формы найти довольно сложно. Слишком тонкое жало, предназначенное лишь для колющих ударов и абсолютно нефункциональное в нынешнее время. Такие игрушки остались только в музеях и частных коллекциях, поэтому мы вполне можем потянуть за эту крепкую ниточку. А еще нужно городских кузнецов обойти. Если у них был такой странный заказ, то они его не смогли бы забыть.
- Да и звонок точно был – добавил свои размышления Шолохов – Я четко ощутил направленные на телефон сильные эмоции. Сам экран увидеть не получилось, но… Тут явные нестыковки с показаниями сотового оператора и их нужно обязательно перепроверить. И желательно чтобы запрос исходил из более высокой и важной инстанции – заканчивая мысль, Шон остановил взгляд на хмуром Коржикове, давая ему понять к кому было направлено последнее предложение.
- Сделаю – подумав, коротко пообещал отец Валерия, поднимаясь со стула – Отправлю запрос через знакомого в Москве, напрямую в головной офис оператора… Но я очень надеюсь что и вы будете делать хоть что-то. Я даю вам два дня и очень надеюсь на то что у вас получится выдать мне хоть какой-то результат. Показать мне что-то большее, чем пустой треп и бесполезные шаманские ритуалы. В противном случае… У меня много знакомых в столице и есть кому позвонить, чтобы повысить вашу мотивированность – Иван Ильич грозно нахмурился, выражая свое неодобрение поведению гостя, а Николай с усталостью посмотрел вверх, видимо прося у потолка терпения. Уж кого-кого, а Шолохова пугать грозной Москвой было глупо.
По счастью, ничего больше говорить Коржиков не стал. Осмотрел молчаливых полицейских, не особо испуганных угрозой, после чего, не прощаясь, вышел из кабинета. Естественно, из вредности своей натуры, не забыв хлопнуть дверью.
- Надеюсь с ним ничего не случится – подождав с десяток секунд, негромко проговорил подполковник, при этом стараясь не смотреть в сторону Николая. В целом это не было вопросом и ответ не требовался, но…
- Не надейтесь. Точно случится – категоричности этого заявления мог бы позавидовать любой провидец. Вот только Шон не предвидел будущее, он сам его создавал – У нашего добряка Алексея Петровича очень слабое сердце, да и гибель сына очень сильно его подкосила. Поэтому я так уверен что он не переживет нынешнего дня. Этот стресс точно доконает его – с напускной печалью на лице и в голосе, пояснил суть своего категоричного утверждения парень. Хозяин кабинета хотел что-то ему сказать по поводу этого высказывания, но Шолохов неожиданно поднял руку и продолжил свою мысль – Коржиков слишком небрежно стирал со лба мою кровь, поэтому я до сих пор могу чувствовать его эмоции и даже обрывки мыслей. Сейчас он очень зол. Его сильно пугают мои способности и бесит то что я посмел ему угрожать… и наверное из-за этого Алексей Петрович сидит в своей машине и размышляет над моим скорейшим физическим устранением. Хотя нет, уже не раздумывает. Прямо сейчас он звонит посреднику, с которым и хочет обсудить выполнение одного деликатного дела. Увы, но договориться о встрече они не успевают. Стресс и сильные эмоции буквально добивают беднягу. Его сердце останавливается, а телефон выскальзывает из руки и летит куда-то под сиденье… Хорошо что он не за рулем, иначе все могло бы закончиться серьезной аварией – Николай открывает прикрытые ненадолго глаза и повернувшись смотрит на мрачного словно туча начальника. Строгонову откровенно не нравится то что только что произошло, но не имея возможности что-либо предпринять, он просто сверлит взглядом подчиненного.
- Если вам станет от этого легче, то просто считайте это самообороной. Никакая сила не спасет от выстрела в затылок. Поэтому лучше было сделать удар на упреждение, вместо того чтобы покорно дать себя убить. Я слишком высоко ценю свою жизнь и у меня нет ни малейшего желания дарить ее какому-то мелкопоместному депутатику – даже не собираясь оправдываться, нагло ответил Шолохов и подумав немного, задал подполковнику провокационный вопрос – Любопытно узнать... Как бы вы поступили на моем месте?
- Так же – практически не раздумывая ответил Иван Ильич – Любая попытка договориться показала бы твою слабость, а угроза добавила бы ему причин устранить тебя… Вот только я беспокоюсь не из-за этого. Меня смущает то, что ты все легче и легче применяешь свои способности и все меньше ценишь чужие жизни. Что-то в тебе меняется? Или…
- Да нет – по простецки пожал плечами Шолохов – Вы отлично знаете мою мотивацию и она за прошедшие годы ни как не поменялась. Ну а мои способности и чужие жизни… Просто на меня свалилось слишком много практики и смертей, из-за чего я быстро черствею разумом и сердцем. Очень надеюсь на то что когда-нибудь навалившийся на нас ком работы иссякнет и я наконец-то смогу отвлечься ото всей этой мерзости. Хотя… ради спасения моего разума вы могли бы и в отпуск меня отправить. Я бы отдохнул и…
- Обойдешься – в очередной уже раз за сегодня подполковник отказал парню в отдыхе и выбираясь из-за стола, неуклюже попытался финализировать свою размазавшуюся по их диалогу мысль – Я что хотел сказать… Мне сильно не нравится то что только что произошло и то в каком направлении ты движешься. Мне не по душе эти изменения, но осуждать и попрекать тебя я в любом случае не могу. Не мне это… и… В общем бог тебе судья парень! – крайне неожиданно закончил Строгонов, удивляя этим не только подчиненного, но и самого себя.
«- Очень на это надеюсь. Очень надеюсь» - как-то невпопад подумал Николай, тоже поднимаясь. И практически сразу завалился на стол из-за головокружения и резко навалившейся слабости. Подполковнику пришлось тащить расклеившегося следователя до машины едва ли не на себе и спешно вести его на переливание крови. Нужно было как можно быстрее поставить Шона на ноги, ведь у него и правда было очень много работы. Просто катастрофически много.
Глава 8. И снова там же
В кабинет к подполковнику, предварительно постучав, осторожно просочилась девушка. Точнее даже девчонка лет двадцати двух. Невысокая, худая, с черным каре волос и лисьей хитринкой в карих глазах. Ожидаемая гостья сначала быстро осмотрела помещение, мысленно отмечая для себя какие-то детали и лишь после, сосредоточив внимание на присутствующем здесь мужчине, изволила представиться.
- Здравствуйте товарищ подполковник. Я Алина Кувайкова – выпускница академии права. Направлена к вам по распределению для прохождения рабочей практики. Очень надеюсь что буду полезной и задержусь тут надолго – коротко отрапортовала девица и замялась, не особо понимая что делать дальше. По счастью, Иван Ильич уловил неловкость возникшей паузы и поднявшись из-за своего стола, перехватил инициативу в их, толком еще и не начавшемся диалоге.
- Ну здравствуй Алина – подходя к девчонке, поприветствовал ее рукопожатием мужчина и тоже представился – Подполковник Строгонов Иван Ильич. Работаю в этом отделе уже двадцать третий год и наверно задержусь тут навсегда. И не робей ты. У нас сейчас нет времени на всяческие расшаркивания, поэтому если рядом все свои, то обращайся ко мне просто по имени отчеству.
- Хорошо Иван Ильич – отпуская напряжение при виде добродушной улыбки подполковника, согласилась девчонка. А затем, даже немного наглея, спросила – Расскажите пожалуйста, как у вас тут идут дела? Слышала что в прошлом году случился неожиданный скачок роста преступности и теперь у вас очень много работы?
- Во-первых, не у вас, а теперь уже у нас. Привыкай красавица. Ну а во-вторых, работы у нас не просто много, а, извиняюсь, ****** как много. Штат за последний год заполнен до предела, но людей все равно не хватает из-за чего следователям и дознавателям приходится работать поодиночке, чтобы успевать закрывать хотя бы половину валящихся на нас дел – посетовал мужчина и на всякий случай уточнил – Надеюсь, такой завал тебя не напугает?
- Скорее наоборот, только порадует. Возможно и мне что-то из этой кучи дел перепадет. Как-то нет никакого желания, в первое время, тонуть в бумажной работе, помогая другим – честно призналась Алина и такой ответ очень понравился подполковнику. Он даже негромко рассмеялся, таким образом выражая свое одобрение.
- Понятно. Значит ты из тех кто сходу рвется в бой? Это хорошо. Это очень хорошо – похлопав девчонку по плечу, покровительственно сказал Строгонов – К твоему сожалению, я планировал использовать практикантов именно что для бумажной работы и двух пришедших до тебя парней уже направил разгребать завалы с отчетами. Но раз ты такая бойкая… Как и планировал, направлю тебя к парням из третьей следственной бригады, но ты будешь там помогать только одному следователю. Мне нужно немного разгрузить старшего лейтенанта Шолохова, пока он до смерти не заработался. Будешь помогать ему с отчетами и мелкими поручениями, если таковые появятся. Ну а как ’’поощрение’’ за рвение… Разрешаю тебе покопаться в его несвежих делах и выбрать что-нибудь себе по силам. Только не бери ничего громкого и мокрого, рано тебе пока еще с головой во всякую чернуху нырять. И еще… дам тебе две задачки на сообразительность – сходив к стоящим в углу стопкам папок и сверившись по пронумерованным корешкам, подполковник выдернул оттуда одну из самых толстых, после чего, взяв еще и несколько листков со стола, вернулся к все еще стоящей у входа девчонке.
- Вот это вот свежая проблема, еще даже дело завести не успели. Хотел уже передать нашим дознавателям, но раз ты рвешься в бой, то давай, как говорится, впрягайся – одинокий листок с заявлением опускается на ладони Кувайковой. Удивленная такой скоростью развития событий, она даже и не знала, что на это сказать. Хотя сейчас ей и не нужно было что-то говорить, так как инициативу в беседе брал на себя Иван Ильич. При этом девушка чувствовала, что он куда-то спешит и не хотела отнимать у него время лишними вопросами – Если коротко, то суть дела такова. Молодая пара спортсменов – девчонка восемнадцать лет, КМС по боксу и парень на год старше ее, мастер спорта по вольной. В встретились, влюбились, быстро обженились и вроде бы живи да радуйся, но нет, все у современной молодежи не слава богу. И месяца не прошло, а они уже успели поссориться и устроили ’’спарринг’’, так сказать, в полный контакт. И столько в них было ярости, что они домахались до травм легкой тяжести и заявления в полицию.
- И если дойдет до суда, то их спортивные разряды могут пойти как отягчающие факторы? – мысленно пропуская чужую семейную драму через себя, уточнила Алина, горящим взором выдавая свой интерес. Видя такой энтузиазм, Строгонов довольно хекнул и подумав, отрицательно помотал головой.
- Оба имеют разряд, поэтому в худшем случае отделаются административной. Вот только твоя задача не просто оформить дело, а постараться всеми правдами и неправдами довести его до мирового суда. А еще лучше как-то уболтать их забрать заявление. Ну а если у тебя получится их помирить… то я даже выпишу тебе премию за старание. Так что давай, дерзай девочка – поднимая мотивацию на невероятную высоту, пообещал подполковник и не дожидаясь каких-либо обещаний или благодарностей от Алины, сунул ей еще одно дело. Пухлая папка пугала своей толщиной, обещая бойкой красавице несколько дней, наполненных ’’увлекательным’’ чтением.
- И не надейся на что-то сверх интересное. Это просто непростая загадка и зарядка для ума. Многие в нашем отделе брались за это дело, но в конечном итоге бросили даже попытки. Если честно, я и не надеюсь на результат, но все равно… Вдруг у тебя, на свежую голову, придет какая-то интересная идея – увидев как заинтригованная девушка уже тянет руку чтобы открыть папку и ознакомиться с попавшей к ней в руки головоломкой, Иван Ильич попросил Алину придержать коней – Это просто разминка и пища для ума, поэтому читай и размышляй над этой загадкой в свободное от работы время. Разрешаю это дело даже домой забрать. Все равно за него в ближайшее время точно ни кто не возьмется. Ну а если опять же коротко…Кто-то на нашем районе ворует разные вещи и оставляет вместо них конфеты. Уже насчитывается семнадцать подобных эпизодов, но ни свидетелей, ни следов, ни записей с камер заснявших момент кражи мы так и не нашли. Да и искать, по большому счету уже перестали. У нас просто нет времени на это дело.
- Конфеты? А может это просто ребенок балуется? Часто бывает, что люди просто не обращают внимания на бегающих рядом детей и… - сходу выдала версию Кувайкова и сразу замолчала, остановленная жестом подполковника.
- Была такая версия, но мы от нее отказались. Все наши мысли и идеи изложены в печатном виде и подшиты в дело. Обязательно все прочитай… но потом. Мне уже нужно ехать в морг для утрясания некоторых вопросов по поводу вчерашней смерти депутата Коржикова. Я там, наверное, задержусь надолго, поэтому, прежде чем ехать, нужно сначала закончить с тобой. Вот – поверх папки с делом о странном воре с конфетами, легло сразу несколько уже заполненных бланков и ручка.
- Давай, подписывай вот тут, тут ииии вот тут. И вот на этой бумажке еще автограф оставь... Ну вот и отлично. А теперь поясняю, за что ты расписывалась. Так… Вот это вот договор о трудоустройстве. Теперь ты младший дознаватель юстиции. Если в ближайшие месяцы хорошо себя покажешь, то непременно выхлопочу тебе сразу звание сержанта. Мне не откажут, а ты получишь хороший стимул прямо с самого начала своего рабочего пути.
- Спасибо Иван Ильич. Я буду стараться – наконец-то вклинилась в объяснения мужчины девушка, при этом едва ли не светясь от радости. Подполковник по-отечески ей улыбнулся, одобрительно покивал на ее слова, а затем вновь поспешил вернуться к пояснениям.
- Так… вот эти бумажки остаются у тебя, сходишь с ними в бухгалтерию и представишься там. А потом сбегаешь в местный военторг за формой. Лучше заказывай сразу на все сезоны. Пока пошьют, уже осень наступит, а там дальше и зима – следующий подписанный листок – Это договор о предоставлении временного служебного жилья. Ты у нас деревенская, поэтому мы просто обязаны обеспечить тебя жильем. Выделим комнату в общежитии неподалеку на первое время, а там как пойдет. Приживешься, там тебя и поселим, ну а если не понравится… будем тогда решать. Либо поищем другое жилье, либо уже сама снимешь себе квартиру. Но это уже потом – Алина покивала, давая понять спешащему хозяину кабинета, что она все уяснила. Увидев этот жест, мужчина не стал медлить и продемонстрировал последний подписанный листок.
- А вот это вот подписка о неразглашении. И не удивляйся так – заметив как девчонка изумленно вскинула брови, посоветовал подполковник – Все ребята из третьей следственной бригады подписывали подобный документ. А все из-за Николая, к которому я тебя приписал. Он обладает некими нетривиальными возможностями, о которых нельзя распространяться. Если честно, это наверное уже для многих в отделе секрет полишинеля, но в любом случае, я прошу тебя не рассказывать посторонним о том что ты увидишь. Наказание за это может быть вплоть до уголовного – девочка даже слегка сжалась от испуга, услышав такое грозное предупреждение и широко раскрыв глаза, непонимающе смотрела на начальство.
- Ну и еще одно предупреждение, так сказать, напоследок – не позволяя напряжению ослабнуть, заявил Иван Ильич – У нас в отделе серьезный недобор по женскому полу, а в третьей бригаде ты будешь и вовсе единственной девушкой. Но… В общем, прошу тебя хвостом перед мужиками не вертеть. Они практически все семейные, поэтому не отвлекай их ни от дома не от дел. Лучше ищи отношения вне работы, если конечно время на это найдешь. Ну а если, не дай бог, зачем-то положишь глаз на Шолохова… Он, насколько я знаю, свободен и к серьезным отношениям не сильно стремится, но… Не советую. Он на работе конечно тигр-лев и знает свое дело получше многих, но дома превращается в морской огурец – тварюшку желающую только спать, жрать и, пардон, испражняться едва ли не под себя. В общем, милая, не советую я тебе заглядываться на это чудо природы. Сложно с ним – собственно на этом ’’инструктаж’’ новенькой сотрудницы и закончился. Указав девчонке направление на комнату третьей следственной бригады, Строганов выпроводил ее и сразу пошел собираться. Большая часть подписанных Кувайковой листов легла на стол и лишь одинокий документ о неразглашении был смят и полетел в мусорное ведро.
- Нужно будет еще бланков напечатать – мысленно поставив для себя галочку в несуществующем ежедневнике обязательных дел, задумчиво проговорил подполковник. Их с Шолоховым задумка с липовой секретностью казалась глупой и ненадежной, но неожиданно продолжала работать и давать свои плоды, существенно замедляя скорость распространения информации. Поэтому они и продолжали играть в эти ’’секретики’’, к их общему спокойствию и выгоде.
- Ладно. Пора ехать – в последний раз осматривая кабинет и думая ничего ли он не забыл, проговорил Иван Ильич, а потом негромко, в какой уже раз за сегодня посетовал на свою судьбу – Вот же черт колдунский. Сам дел натворил, а мне теперь ехать и разбираться с ними. Вот нужен мне этот Коржиков… Тут и проблем с его сыном хватает. Эээххх – тяжело вздохнув, подполковник с досадой махнул рукой и наконец-то направился на выход. Как бы он не оттягивал эту необходимость, когда-нибудь с ней все равно пришлось бы столкнуться. Работа есть работа и от нее никуда не денешься.
Глава 9. Ударный рабочий денек
- Откройте Владислав Сергеевич, это полиция. Я старший лейтенант Шолохов Николай Дмитриевич, пришел по заявлению ваших соседей. Они утверждают что вы, не далее как днем ранее, убили свою супругу Алевтину и пытаетесь скрыть данный факт. Прошу впустить меня в дом для проверки правдивости выдвинутых в ваш адрес обвинений…
- ***** иди щщщенок! Я сейчас выйду, тебе лицо сломаю – что-то зашуршало и загремело по ту сторону высокого железного забора, но Шон даже и не подумал отступать. Он и без своих способностей понимал, что хозяин дома изображает опьянение и лишь делает вид что пытается открыть дверь, задевая засов чем-то металлическим.
- Оскорбление сотрудника полиции при исполнении, неподчинение законным требованиям, прямые угрозы. Если вы не впустите меня внутрь в течение нескольких минут, то я вызову наряд ОМОНа и мы проведем обыск, игнорируя ваше мнение о нас – Шон конечно мог, при некотором усилии, отодвинуть засов и самостоятельно, но он не собирался тратить прорву силы на такую глупость, да и не потребовалось это.
Менее чем через минуту, пробубнив нечто неразборчивое, хозяин дома все же открыл дверь, окатывая незваного гостя сивушной волной аромата от вылитого на себя самогона (какое расточительное использование ценного ресурса).
- Заходи ментяра! Быстро смотри что хочешь и вали, пока я тебе не уууу… - потребовал голый выше пояса мужчина с животом приличных размеров и повышенной лохматостью тела, а потом, продолжая изображать опьянение, погрозил парню кулаком. Вот только тот даже внимания на все это не обратил и подвинув плечом мужика, мигом прошмыгнул внутрь. Беглый осмотр зеленеющего сорной травой двора и имеющихся тут построек не дал Шолохову ничего полезного, поэтому, более не тратя время, он сразу пошел в дом. Хозяин что-то сказал ему вслед, но был проигнорирован. Из-за чего Горину Владиславу пришлось едва ли не бежать следом, ненадолго позабыв о своем мнимом опьянении.
- Ты ЧО творишь ментяра!? Тебе кто разрешал входить в… - взревел разозленный мужик и замолк на полуслове, столкнувшись с выбегающим из дома Шоном.
- Ну и вонища! В доме воняет кровью, словно на скотобойне – парень с отвращением сплевывает в траву, чувствуя мерзкий металлический привкус осевший на языке – Вчера там пролилось много человеческой крови… Надеюсь ты не будешь отрицать того что кого-то убил. Лучше напиши чистосердечную. Эксперты все равно определят…
- Конечно, я признаюсь – более не играя роли, он повернулся что бы взять стоящую у стены лопату, но замер, даже не донеся руки до черенка, когда его шеи коснулся заранее проткнутый палец с уже набухшей капелькой крови. Скованный чужой волей мужчина стоял, словно статуя, не в силах пошевелить даже веком и смотрел на стену, туда где был ранее прислонен его весомый штыковой аргумент.
- Удар в определенную точку на шее вызывает временный паралич всего тела. Я не хочу чтобы ты тут махал всяким тяжелым, поэтому просто обездвижил тебя, вместо того чтобы стрелять по ногам – легко соврал Шолохов, похлопывая по кобуре пистолета, который он на этот раз все же не забыл. После чего, ожидаемо не получив ответа, решил осмотреть лопату - Плохо ее отмыл, небрежно. Даже без лабораторного исследования могу сказать, что на ней есть кровь. Вот тут одна капля даже успела впитаться в черенок – после осмотра парень решил, что это все же не орудие убийства. В доме, где наверняка и произошла трагедия, сложно махать лопатой. Да и если уж на то пошло… на ней не было остаточного отголоска смерти, хоть это и нельзя было занести в протокол.
«- Но если на лопате осталась кровь, то значит ею закапывали тело.» - закончил свою мысленную последовательность Николай и поражаясь глупости некоторых преступников, пошел искать во дворе место спешного захоронения. Иии практически сразу его нашел, так как свободной от построек земли было не так уж и много. Небольшой закуток между боковой стенкой сарая и соседским забором был метра полтора шириной и раньше использовался для хранения всякой хозяйственной всячины. А сейчас, временно освобожденный, стал последним пристанищем для Алевтины Гориной. Убийца конечно попытался замаскировать место раскопок срезанным где-то дерном с сорной травой, но выглядели это потуги… максимально убого и скорее привлекали внимание, чем что-то скрывали.
Проводить раскопки и проверять кто там лежит он конечно не стал, да ему это было и не к чему. Шон просто присел рядом с могилкой и практически мгновенно почувствовал идущие от земли отголоски недавней смерти. Соприкасаясь с ними, парень каким-то образом понял, что они принадлежат немолодой женщине умершей менее суток назад. Время совпадало с написанными в заявлении бдительных соседей данными и это знание убирало последние сомнения о том, кто же там лежит. Оставалось лишь добиться признания от мужа и тогда можно будет считать преступление раскрытым по горячим следам, даже не смотря на то, что заявление было принято еще вчера.
Вернувшись к входу в дом, Николай зачем-то еще раз осмотрел лохматую статую и решив более не тратить время, достал свой телефон. Линия поведения Шоном была уже выбрана и набирая номер, он лишал Владислава Горина времени на размышления.
- Это старший лейтенант Шолохов. Подтвержден факт убийства. Прошу прислать наряд и экспертов на адрес… улица Степная, дом двадцать четыре. Я сам нахожусь на адресе, приглядываю за предполагаемым преступником. Жду наряд – коротко изложил дежурному сложившуюся ситуацию Шон и не дослушивая ответ, нажал отбой. Зная что у всех в отделе сегодня ужасный завал (для некоторых не без его вины), можно было предположить что наряд приедет минут через тридцать-сорок и этого времени должно было хватить для обстоятельной беседы. Поэтому Шолохов собирался приложить всю силу своего убеждения, чтобы получить признание.
- Ну что Владислав Сергеевич? Может прекратим маяться дурью и просто поговорим – демонстративное нажатие пальцем на шею, мысленная команда убирающая паралич в теле и Горин, потеряв равновесие, валится на землю пачкая коленки своих растянутых треников о траву – И не советую кидаться на меня с кулаками. Мы в разных весовых категориях, поэтому драться я с вами не буду. Просто сразу прострелю вам колено и подожду наряд. Пусть они с вами возятся и везут в больничку.
- Добряк ***** - прошипел приходящий в себя мужик, лежа на боку и бросая на гостя ненавидящие взгляды – Что тебе нужно ментяра!? Ты ничего не докажешь! И вообще, накатаю на тебя заяву за нападение на меня. ******** отмазываться ******!
- Что мне нужно? – не обращая внимания на грубость, спокойно повторил прозвучавший вопрос Николай и пронаблюдав за тем как мужик медленно поднимается на ноги, демонстративно отстегнул клапан кобуры – Вы не поверите Валентин Сергеевич, но я такой же работяга как и вы и мне сейчас хочется лишь поскорее закрыть это дело. В идеале, путем получения вашего чистосердечного признания.
- ХА! Мент, да ты вообще *****! Да у тебя доказательств никаких. Любой адвокат переедет твои обвинения, как каток ежика. Я не понимаю, на что ты **** надеешься…
- И не поймешь пока не включишь мозг – спокойно парировал чужую речь Шон, наконец прекращая выкать и переходя на более понятный для Горина язык наездов. И ему было что тому сказать – Труп на заднем дворе, вся хата в кровище, свидетельство соседей, самогонный аппарат в бане, наверняка целых пол промили в анализе – это даже без доказательств тянет на десятку. А если будешь, ****, хавальник свой разевать не по делу, то еще пару-тройку лет накину за нападение на сотрудника полиции при исполнении. За дюжину лет всю шконку успеешь истереть своей мохнатой жопой – и резко меняя тон и стиль речи, спокойно закончил – Но если начнешь думать головой, а не тем чем сейчас, то сможешь даже без адвоката срезать срок лет до четырех.
Судя по внимательному взгляду и молчанию, Горина это заинтересовало и он, не понимая что за игру ведет этот странный мент, решил дослушать его до конца. А Николай был этому только рад.
- Еще раз повторяюсь, включи наконец-то мозг. Прекрати строить из себя урку и создай себе образ адекватного человека. Разбери и спрячь аппарат, смой с себя самогонную вонь, переоденься в чистое, положи каких-нибудь цветов на могилу, изображай не пьянь тупую, а вежливого и адекватного человека. Показания соседей отрицай и напирай на давний конфликт с ними. При допросе признавай что убил, изображай печаль, раскаивайся, а потом ссылайся на сильный стресс и неконтролируемые вспышки ярости. Если проявишь хороший актерский талант и успеешь написать чистосердечное до приезда наряда, то все будет нормально. Полечишься месяц-другой в дурке, потом отсидишь года четыре и выйдешь по УДо, за хорошее поведение. Насколько я знаю, у тебя это будет первый срок, поэтому все пройдет без проблем. А если будешь хорошо отыгрывать роль и постоянно плакаться о том, что жалеешь и как ее любишь, то может быть и до трешки срок скостишь. Тут все будет зависеть только от твоего актерского мастерства и красноречия.
- Красиво поешь старлей – задумчиво проговорил Горин, даже и не пытаясь скрыть своего интереса – Только вот я ни как не пойму, зачем тебе это нужно? Вы менты вроде как за закон и справедливость и объяснять убийце как скостить срок… это как-то странно – Шон практически слышал как у мужика рвется шаблон и решив не взрывать ему мозг, озвучил заготовленное заранее объяснение.
- Жену твою конечно жалко… но уже нельзя ничего исправить. Ты в любом случае понесешь наказание за то что сделал. Разница лишь в том… Получу ли я большую премию в этом месяце или нет. Поэтому, Владислав Сергеевич, не гневите судьбу и порадуйте меня чистосердечным. Наряд подъедет минут через пятнадцать-двадцать, так что успеете и написать и себя в порядок привести и даже прибраться – и растягивая губы в хищном оскале, закончил свою мысль – Но если вам не нравится моя идея, то скажите сразу. Вариант с простреленным коленом и дюжиной лет на нарах еще ни кто не отменял.
- А вот теперь мне все понятно – легко принимая на веру ложь, покивал мужик. Его мировоззрение наконец-то состыковалось в голове с необъективной реальностью и лишь после этого он смог успокоиться и поверить парню – А большая то хоть премия? – Шон вновь не стал говорить правду и увеличив ее размер едва ли не в трое, чтобы Горин не чувствовал себя дешевкой, озвучил получившуюся сумму. Судя по тому как выпучил глаза хозяин пропахшего кровью дома, его цифра впечатлила.
– Даааа… Теперь понятно чего ты так шустриш. Я на твоем месте тоже бы старался. С такими ***** премиями мне и зарплата бы была не нужна.
- Ну не скажи. Зарплата у нас теперь тоже неплохая – возразил Николай и озвучил еще одну, на этот раз почти реальную цифру. На что Горин лишь удивленно и одобрительно покивал головой.
- Понятно… что я зря учился на слесаря – махнув на свою судьбу рукой, с печалью в голосе сказал мужик. Потом он задумчиво почесал свою лохматую грудь и сказав «Пойду, наверное, отмываться» направился в сторону бани. В мыслях Горина Шон не чувствовал злости или желания сбежать, поэтому он не стал стоять у него над душой. Посчитав что его предложение принято, парень просто присел на крыльцо и стал дожидаться свою ’’опергруппу поддержки’’.
****
Ожидаемо наряд задержался и дежурная машина подкатила к дому лишь через сорок минут. За это время Горин успел сделать все что нужно и даже больше. Не без помощи Шона он разобрал самогонный аппарат и спустив все детали в погреб, аккуратно завалил их мешками с прошлогодней картошкой и какими-то досками. Потом сбегал и положил найденные где-то пластиковые цветы на импровизированную могилу жены и лишь после этого направился писать повинную. В две головы, с подсказками Николая предлагающего давить в тексте на эмоции, они справились минут за двадцать и вполне довольные собой, сели на крыльце пить чай.
В таком положении их собственно и застали вошедшие в открытую дверь коллеги Шолохова. Прервав Владислава, очень интересно рассказывающего забавную историю, случившуюся с ним во время вахты на севере, парень посмотрел на столпившихся в проходе удивленных полицейских и махнул им рукой, предлагая проходить. Те недолго потоптались на месте, не понимая что тут происходит, вроде бы как на место убийства ехали, а не на чаепитие, а потом все же двинулись на встречу нетерпеливо направившемуся к ним Николаю. Все они сошлись на середине двора, где парень, выказывая легкое недовольство медлительностью коллег, принялся вводить их в курс дела.
- Ну наконец-то объявились. А вы быстро. У меня даже борода не успела отрасти – и тут же меняя ворчание на деловой тон, перешел к пояснениям – Пока вас дожидался, уже успел все уладить. Вот, чистосердечное признание и орудие убийства. Тело закопано за домом. Мужик раскаивается о содеянном и готов к сотрудничеству. Расскажет и покажет все что вы попросите – закрученный в пакет нож и листки с признанием легли в руку ближайшего эксперта и Шон, игнорируя вопросы полицейских, прощально помахал рукой – Извините товарищи, но я и так ждал тут слишком долго и мне давно нужно ехать дальше. И вам я советую тут не задерживаться. Того что уже есть, с учетом чистосердечного, для суда хватит с лихвой. Главное выкопать тело, вам покажут где оно лежит, отправить его и… Да чего рассказываю!? Сами лучше меня разберетесь. А я побежал – еще раз попрощавшись с коллегами, Николай быстро их обошел и направился в сторону выхода. У железной калитки парень задержался всего на несколько мгновений и подхватив лежащую у забора в траве спортивную сумку, изображая спешку, наконец-то покинул чужой двор.
- Здорова Женек! – поприветствовал Шон молодого парня, сидящего на водительском сиденье служебной газели. Кирилл Евгеньев работал простым водителем, катал по городу одну из нескольких следственных групп и судя по вечной улыбке, был вполне доволен своей жизнью. Крайне жизнерадостное существо, не ведающее даже концепции уныния. И Николай просто не смог пройти мимо, когда заметил на его лице недовольство и легкую печаль – Чего такой смурной? Не уж-то кто-то обидел? Ты только скажи, я этому злодею быстро ’’а-та-та’’ сделаю.
- Привет Шон. Очень давно с тобой не виделись… аж целых четыре часа. Ну а насчет ’’а-та-та’’… Ты конечно странный чувак, но вряд ли сможешь сильно избить самого себя – сначала Шолохов удивился, почувствовав в голосе Кирилла иронию, а потом осознал смысл сказанного… и ничего не понял. Пришлось уточнять в чем проблема и какие к нему претензии.
- Шон, ну чего ты сегодня такой активный? Три дня в больничке лежал, такая тишина была, а как на работу вышел так сразу как с цепи сорвался. Тебе там что, адреналина прямо в сердце ширнули?
- Да нет вроде бы, никаких уколов не делали – до сих пор не понимая сути претензии, удивленно ответил Николай – Просто хорошо отдохнул, выспался, поэтому энергия из меня так и прет. Хочется сделать все сразу и хоть немного разгрести накопившиеся дела…
- Энергия у него прет! О себе только думаешь, а другие страдают – перебил Шона водитель, устало проводя ладонью по лицу. Парень сначала порывался уточнить, что именно хотел этим сказать Кирилл, но потом все же придержал себя, решив дождаться пояснений. Кои все же последовали – Тут и так работы невпроворот едва успеваем, а тут ты такой отдохнувший объявился и как давай рекорды ставить. Вызываешь нас уже шестой раз за сутки. Забыл что не единственный следователь в отделе, мы и другим парням должны успевать помогать. Время уже к вечеру, а мы еще даже не обедали. Просто нет времени из-за твоих постоянных вызовов. Некоторые тебя уже придушить хотели и если продолжишь работать в том же темпе, то кто-нибудь тебя точно ********** и продлит больничный – слегка пристыженный Шолохов даже поник головой, не зная что и ответить на этот пламенный спич водилы. Он чувствовал вину за свою самонадеянность и недогадливость, но, в то же время, не мог ничего с собой поделать. После переливания его просто распирала жажда действий и он просто не мог сдерживать ее внутри себя. Хотел делать все и сразу, не отвлекаясь ни на что.
- Извини Женька, я как-то… увлекся. И…
- Передо мной-то зачем извиняешься? Я же простой водила. Ты перед мужиками извинись… А лучше прекрати бегать по городу и отправляйся уже в отдел, бумажки там скопившиеся по-перебирай. Кстати…! – вспомнил что-то Евгеньев широко раскрывая глаза и за пару мгновений возвращая свою привычную жизнерадостность. Растягивая губы в радостной улыбке он даже из машины выпрыгнул и приблизившись к Шону, наконец-то озвучил свою ’’невероятную’’ новость – Ты же наверное не знаешь! Строганов сегодня утром в вашу оперативную группу девчонку практикантку добавил, чтобы она вам с документацией помогала. Сам ее не видел, но говорят что девочка ничего такая. Тощеватая, но все равно миленькая и очень бойкая. Слышал что возле вашего ’’логова’’ уже несколько холостых бойцов трется. Скоро, наверное, клинья к ней начнут подбивать и крутить…
- Я им сам их ’’куконьки’’ на кулак накручу, потом в раскоряку будут ходить. Мне помощница нужна была чтобы со скопившимися делами помогала, а не для того чтобы она романы крутила и перед тестостероновыми мешками задницей виляла. Если увидишь этих придурков, скажи им что у меня дело по какой-то мелкой группировке завалялось, которую Строгонов зачем-то попросил придержать. И если они не прекратят мешать практикантке, я запущу его в работу. И тогда ’’романтические’’ штурмы под луной и бессонные ночи с автоматами в обнимку им будут обеспечены.
- Эй Шон, а мне то это зачем говоришь? Не проще ли тебе прямо сейчас поехать и сказать им это прямо в лицо. Заодно с девчонкой познакомишься и попросишь ее, как ты сказал, задницей перед всякими не вилять в рабочее время – с усмешкой предложил Кирилл и… Шолохов понял, что это довольно неплохая идея. Она отлично стыковалась с его изменившимися планами.
- Ты прав. Мне наверное нужно скататься в отдел. Судя по всему, там у меня накопилось немало срочных дел. Иии вот… держи презент для всей твоей дежурной группы. Конфисковал тут недавно у одного барыги самогон, а куда его деть не представляю. Меня эта гадость не сильно радует, но мужикам понемногу после тяжелого рабочего дня будет в самый раз.
- Да тут бутылок десять! Куда нам столько? – пораженно воскликнул Евгеньев заглядывая в спортивную сумку.
- Так я и не предлагаю вам все за раз выбухать. Разделите все как-нибудь между собой и дома, после работы поонеемноогуу…
- Понял я тебя, понял. Можешь не беспокоиться, уж мы-то разберемся, как лучше избавиться от такого отличного конфиската – заверил Шолохова довольный Кирилл. Вот только Николай сильно по этому поводу и не беспокоился. Наоборот, он был только рад тому, что ему так легко удалось избавиться от нагнанного Гориным про запас самогона. Парень уже начинал раздумывать, куда бы слить эту гадость, но тут, внезапно, появился иной способ ее утилизации.
- Считай что я доверился вашим способностям – невольно копируя усмешку собеседника, сказал Шон и более не желая тратить время, начал заканчивать этот разговор – Ладно, поеду я уже. Нужно поспешить в отдел, пока нашу помощницу там еще не попортили – хлопнув по-дружески Кирилла по плечу, Шолохов попрощался с ним и поспешил к своей машине. И в тот момент он самому себе не признался бы что им, в большей степени, движет банальное любопытство. Ему тоже хотелось узнать, что же за практикантку к ним направил подполковник Строгонов.
Глава 10. Инициативная девочка
Войдя в обиталище его следственной группы, Шон узрел поистине удивительную и в то же время невозможную картину и имя ей ее было «Порядок». Какой-то жуткий монстр ворвался в их святую святых и упорядочил привычный до последней пылинки и листочка хаос.
Прокуренные окна вымыты до блеска, пуская в помещение непривычно яркие лучи заходящего солнца. На подоконнике, возле рабочего места Шона, аккуратными стопочками разложены папки с наклеенными для удобства на каждый корешок бумажными маркерами с кратким описанием дел. Протертые от пыли экраны мониторов и почищенные от крошек клавиатуры. Из углов выгнаны все знакомые в лицо пауки, а пол кажется помыт с хлоркой. Имелось еще немало мелких перемен, из-за которых мужицкое, сугубо рабочее логово, всего за один день превратилось в какую-то комнату отдыха. Для закрепления общего антуража еще только цветов нехва… А нет, всего тут хватало. Стоящее на общем оружейном сейфе алоэ ставило жирную точку в картине ’’обратного погрома’’, делая ее завершенной.
Хотя нет, имелся в помещении еще один неучтенный элемент. Еще один цветок. Тонкий в стебле и коротко подстриженный, но все равно, как и говорил Женя, довольно милый на вид. И в этот момент этот чудесный цветочек настороженно рассматривал замершего в дверях гостя.
- Представьтесь пожалуйста – попросила сидевшая за рабочим столом Шона девушка и лишь дождавшись когда парень скажет кто же он такой, со слегка раздраженным «Ну наконец-то», поднялась и по всей форме отрапортовала – Младший дознаватель Кувайкова Алина. Направлена подполковником Строгоновым в третью следственную группу, для помощи в работе старшего лейтенанта Шолохова Николая Дмитриевича.
- Хмм. Странно. А почему именно мне, а не в сей группе – не поняв задумки начальства, уточнил парень, с интересом разглядывая бравую девицу. Худощавая, с коротко подстриженными темными волосами и немного островатыми чертами лица – не красавица конечно, но в целом вполне симпатичная и миловидная девчонка. И судя по тому ’’пугающему’’ порядку, что она тут навела, работницей Алина была ответственной и внимательной к мелочам. И именно это, по довольно странным критериям Шона, понравилось ему сильнее всего.
- Насколько я поняла, товарищ подполковник хотел переложить на меня часть забот и рутинной работы, чтобы передать вам какие-то более важные дела.
- Тебе!
- Не поняла? Что мне? – слегка растерянно уточнила Кувайкова, не понимая к чему было сказано это, скорее по тому похожее на требование, слово.
- Я начинаю чувствовать себя стариком, поэтому прошу, заканчивай выкать и переходи уже на «ты», так будет проще. Да и нет у нас сейчас времени на всю эту субординацию. Работы слишком много, поэтому мы даже видимся редко и при общении не тратим время на эту ненужную вежливость. И да, все меня тут зовут Шоном, так что и ты не отставай. Я уже привык к этому прозвищу как ко второму имени.
- Меня в школе и институте подруги называли Аливкой, но раз у вас тут так любят краткость и минимализм, то лучше просто зовите меня Алиной или Линой – шагая вперед и закрепляя знакомство рукопожатием, предложила девчонка и переключаясь на другую тему заметила – Я уже поняла что вы редко общаетесь внутри своей следственной группы. За последние годы уже как-то привыкла, что вокруг постоянно много людей, да и на лекциях нам много раз говорили, что следователи работают группами, но… у вас тут все как-то не так. Пока прибиралась, если не считать кучи любопытных мужиков, прибежавших посмотреть на меня красивую, сюда заходило всего два человека. Ваш капитан заскочил, чтобы забрать какие-то документы и блондинчик Дима. Он тут часа два с бумагами возился и даже мне немного помог.
- У нашего улыбчивого мальчика есть время на уборку? Нужно попросить Строгого перекинуть на него несколько дел с Жоры, а то мужик уже замотался – проворчал Николай, понимая что этот бабник, не смотря на кольцо на безымянном пальце, обязательно попытается подкатить к новенькой. Ну а раз у него есть на это время, то ему обязательно нужно добавить… Отвлекаясь от своих размышлений Шолохов посмотрел на хихикнувшую девчонку. Поймав на себе хмурый взгляд собеседника, Алина поняла что ей в любом случае придется объясняться.
- Мальчик блондин называл тебя фанатиком работы и говорил, что ты будешь ворчать, если узнаешь о том что он мне помогал.
- Не первый год вместе работаем, уже успели изучить друг друга. И меня наверное и правда можно назвать фанатиком… – чувствовать себя предсказуемым было неприятно, но Шон не показал собеседнице своих эмоций. Вместо лишних слов еще раз осмотрел изменившуюся комнату, а затем, направившись к своему столу, уточнил – Скажи пожалуйста, какую задачу ставил тебе Строгонов? Думаю что она вряд ли заканчивается на уборке.
- Вот же ты ворчун! Ни о чем кроме работы думать не можешь? – возмущенно воскликнула Аливка и не давая парню что-то сказать, ответила на заданный вопрос. По женской привычке, выворачивая ситуацию и выставляя всех окружающих ее мужиков виноватыми – Меня тут ни кто не знает и корочек никаких нет, хорошо что подполковник, когда убегал по своим важным делам, заметил мои затруднения и дал ключ от пустого кабинета. Иначе я, наверное, до обеда стояла бы у двери и ждала пока хоть кто-нибудь сюда придет. Строгонов попросил меня помочь тебе с делопроизводством и взять на себя хотя бы несколько твоих дел из тех что попроще. С бумажной работой я уже почти закончила… на сколько хватило знаний. И если бы мне не мешали всякие любопытные му…жики, прибежавшие посмотреть на свежее мяско на их поляне, успела бы обработать и все остальное – Алина похлопала ладонью по небольшой стопке показывая что работы у нее и правда осталось не так уж и много – Тебе осталось только проверить, правильно ли все сделано – ее рука легла на соседнюю стопку, состоящую всего из трех папок, после чего последовало пояснение – А вот это я отобрала для себя, но решила подождать свое заработавшееся начальство, что бы узнать можно ли их взять. И наверняка уже успела бы что-то сделать, если бы кое-кто не вернулся на свое рабочее место ближе к концу рабочего дня.
- Беру свои слова обратно – пропуская последний спич мимо ушей, проговорил Николай уже с близкого расстояния осмотрев лаконичные и в то же время довольно содержательные маркеры на всех делах. Он читал надписи на листочках с краткой выжимкой содержания и пораженно осознавал, что она успела полноценно ознакомиться со всеми его делами. Такая скорость чтения и общей рабочей адаптации очень его порадовала и подняла настроение – Лина, ты молодец. Обработать такое количество информации меньше чем за день… это круто. Проверю все позже, когда будет настроение нырнуть с головой в рутину. Хотя, одну ошибку ты все же допустила, когда сказала что скоро конец рабочего дня. Если работать строго по отведенным часам, то банально ничего не успеешь, поэтому лучше задержаться и сделать чуть больше, чтобы потом не потонуть под завалом проблем. И не смотри на меня с жалостью, так делаю не только я. В последнее время всем приходится работать в таком темпе.
- У вас тут что, скрытая секта трудоголиков? – с немалым скепсисом спросила девушка, наблюдая за тем как Шон пододвигает к себе отложенные ею для себя и выданные подполковником дела.
- За идею работаю тут только я, ну а остальные… Очень хорошая зарплата и регулярные премии – как по мне, это неплохая причина для того чтобы стать трудоголиками – судя по всему Шолохов хорошо помнил все свои ’’долги’’ и лишь бросив короткий взгляд на приклеенные Алиной маркеры, вернул часть папок обратно на место.
- Вот эти заявления разрешаю взять на себя, ты должна справиться. Вот это вот спрячь куда-нибудь и не доставай. Девчонку укравшую кошелек с десяткой тысяч рублей я нашел в первый же день, но поговорив с ней, решил спустить это дело на тормозах. От хозяйки кошелька не убудет, а вот девчонке ребенка кормить не чем, вот она и решилась на кражу. Предупредил ее что в следующий раз, если такое повторится, подам запрос на лишение родительских прав, а потом убрал это дело подальше, чтобы на глаза не попадалась – пояснил своей помощнице Николай, переводя взгляд на две оставшиеся проблемы. Листок с заявлением он пододвинул к Алине, а вот пухлую папку с делом…
- Судя по всему эту ’’бяку’’ тебе подкинул Строгонов. Мы эту загадку с воришкой и конфетками уже полгода решить не можем и уже махнули на него рукой, но видимо подполковник все еще на что-то надеется, раз всучил это дело тебе.
- А если поподробнее? Где тут кроется основная проблема? Если честно, я попыталась вникнуть в суть, но быстро запуталась в таком количестве эпизодов. Хотя одно точно понятно… это не один человек. Больше похоже на какой-то интернет челлендж, где берут на слабо и предлагают повторить.
- Была такая версия, но она не подтвердилась. Кто-то даже знакомого ’’хацкера’’ просил пошариться по темным закоулкам интернета, но пользы это не принесло. Не было найдено даже намека на похожие челленджи. Ну а главная проблема… наверное в том что мы слишком долго копались и потеряли все концы этого дела. По мнению большинства, первые три кражи совершил один человек, скорее всего подросток, ну а все остальное это уже подражатели. Причем несколько эпизодов лежит на совести наших коллег. Слишком уж удачно исчезали улики с мест преступлений, а на их месте появлялись конфеты. Иии… Чего уж греха таить. Даже я с собой таскаю одну такую, на всякий случай. А вдруг когда-нибудь пригодится.
- Если так… Кхаамм-Кхаа – прокашлялась удивленная девушка, при этом стараясь сформулировать свою мысль не выбиваясь за рамки цензурности – Если так… То, скорее всего, не только ты такой прозорливый, но и… Производитель этих конфет наверное озолотился – Алина сама взяла папку и кинула ее в самый нижний ящик стола, наконец-то в полной мере осознав всю тщетность усилий в отношении этого дела – Только непонятно… Если подполковник все это знал, то тогда зачем он мне дал этот стопроцентный гроб? Вряд ли надеялся на то, что я возьму и сразу все распутаю.
- Нууу, тут можно просто предполагать. Мне в голову приходит только три варианта. Первое: он просто хотел, подло похихикивая, посмотреть что ты будешь с этим делать. Второе: У него кончилось место в ящике, как ты сказала, с гробами, поэтому Строгий сплавил этот талмуд со сказками тебе. Третье: Он все еще надеется на то, что я вновь возьмусь за это дело и найду хоть кого-то из этих конфетных шутников, чтобы повесить на него сразу все эпизоды. Но как по мне все эти варианты равно маловероятны ииии… я вообще не понимаю, зачем мы об этом говорим. Лучше расскажи, что подполковник сказал тебе на счет вот этого листочка – Алина не смогла быстро переключиться на другую тему и ответила на заданный вопрос лишь через десяток секунд.
- Просил свести все к мировому суду. А еще он обещал выдать премию, если я смогу убедить их забрать заявления.
- Понятно. Строгий решил нашими с тобой руками немного подправить свою статистику – и поясняя для ничего не понявшей девушке, Николай продолжил мысль – Он знает что на первых порах я обязательно буду тебе помогать, поэтому, в ближайшие месяцы будет пичкать тебя странными делами, которые, при «МОЕМ» старании, можно дожать до отказной или мелкой административки. Этими каплями в море он хочет подшаманить статистику по своему округу, для отчета перед вышестоящим начальством. Не знаю как у него это получится… да и не важно. Завтра я обязательно обрисую ему свое отношение к его интригам. Ну а сейчас, бери свои вещи и поедем мирить поссорившихся детишек. До заката еще долго, так что точно успеем вправить этим малолеткам мозги. И да, позвони девчонке, пусть подъедет к больничке в которой лежит ее, пока еще муж.
Взвинченная такой неожиданной спешкой, Алина даже и не вспомнила про свой баул с вещами. Она лишь подхватила лежавшую у стола мелкую сумочку и достав из нее телефон, сразу начала забивать в него один записанных в заявлении номеров.
Наконец-то, к самому концу дня, началось хоть что-то интересное и это будоражило кровь девушки. Она дождалась настоящей работы, из-за чего ее воображение начало рисовать красочные картины скорого будущего. Вот только Алина даже не могла догадываться о том, что это самое будущее, местами, будет даже ярче чем в ее самых радужных, идеализированных сериалами, грезах о работе полицейских.
Глава 11. Воспитательная беседа
- Слууушай. А что за таинственность вокруг твоей персоны? Строгонов нагнал тумана, но толком ни чего не объяснил, гад такой. А мне-то любопытно! – потыкав пальцем в бок Шону, спросила заскучавшая девица. Оба фигуранта глупой драки были вызваны на допрос и парочке полицейских оставалось лишь ждать их в прогулочной зоне больницы, в полусотне метров от ее главного входа. Они присели на лавочку, чтобы не дожидаться буйных молодоженов на ногах, вот только молчаливое ожидание в полнейшей тишине быстро надоело Кувайковой и она, не собираясь себя сдерживать, начала закидывать Николая вопросами. Поначалу она спрашивала про работу и про людей из третьей оперативной группы, но довольно быстро сдалась и все же задала мучавший ее весь день вопрос.
- А ты бумажку о неразглашении подписывала? – уточнил Шон и получив утвердительный ответ, безразлично пожал плечами – Если так, то тогда конечно расскажу. Если коротко… - Шон задумался над формулировкой, вот только из головы, как назло, повылетали все умные и подходящие к ситуации слова. Из-за чего он, не став выпендриваться, решил говорить как получится.
- Прозвучит, наверное, как фраза из какого-то подросткового фентезийного чтива, но… я владею некими сверхъестественными способностями, завязанными на мою кровь. Они довольно полезны во время ведения следствия, из-за чего подполковник и перекидывает на меня всякие сложные дела. И да… у меня есть еще одна супер сила – отец с погонами генерал-майора полиции в Москве. Из-за этого, на этот раз по моей просьбе, Строгонов вешает на меня все резонансные дела. Работягам из нашего отдела меньше головной боли и причин отвлекаться, ну а у меня защита от возможных проблем имеется в виде отцовских звезд на погонах.
- Кхамм. Нууу, звучит это и правда как-то неправдоподобно... особенно на счет отца. А в твоем изложении, еще и как-то слишком обыденно. Поэтому не поверю пока не получу хоть какие-то доказательства – заявила девушка, при этом скорее иронизируя и подначивая Шолохова, в попытке создать у него желание продемонстрировать свои способности, а не демонстрируя свое недоверие.
- Ты не выглядишь удивленной – заметил Шон, срывая с проткнутого сегодня пальца пластырь. Легкое нажатие и вот уже из прокола вытекает капелька крови. Подхваченная волей парня, она взлетает и незаметной точкой опускается на тонкую шею Кувайковой.
- Наверное потому что я деревенская. У нас там проще относятся ко всякой чертовщине. Ну а как девчонка с отличием окончившая институт могу добавить… Человеческий мозг еще полностью не изучен и неизвестно какие возможности несет его развитие в будущем. Кто знает, может через несколько десятков лет мы все сможем управлять своим… – создав связь с девушкой, он сразу почувствовал что она лишь хорохорится и от растерянности несет какую-то заумную чушь. Подчиняясь его желанию Алина, не прерывая своей речи, принялась устраиваться поудобнее на их лавочке и в конечном итоге просто легла на бок, пристроив голову на бедре Шона. Воздействие было слабым, поэтому парень надеялся на то, что она осознает не свойственность этого желания и начнет сопротивляться. А потом он заглянул чуть глубже в ее разум и понял что девочка и сама, словно кошка, была не прочь уютно пристроиться на его коленках и легко приняла чужое желание как свое.
- …это очень интересный факт – продолжала трещать Аливка, глядя куда-то вдаль и выводя пальцем на ноге парня одной ей ведомые узоры - Да что уж там говорить! Я лет семь назад увлеклась Кастанедой и пыталась практиковать осознанные сновидения. Получалось, если честно, не очень хорошо, но было все равно интересно. Я даже…
- А вы неплохо смотритесь вместе. От вас так и веет идиллией и уютом – погруженный в хитросплетения эмоций Алины, Шолохов даже и не почувствовал как к ним кто-то подошел. Увлекшаяся своей историей девушка видимо тоже никого не заметила и даже вздрогнула от неожиданности, услышав чужой голос поблизости – Смотрю на вас и как-то даже завидно. Ребята, а вы давно встречаетесь? – красивое личико, густо обсыпанное веснушками, короткие рыжие волосы, маленький милый носик, кокетливо-девчачья одежка бледно розовых тонов и… отчетливо видимые мышцы, внушающие уважение и трепет в сердца двух расположившихся на лавочке дрищей. Прошло, наверное, секунд двадцать, прежде чем господа полицейские переварили этот мило-брутальный контраст нового действующего лица и наконец-то смогли ответить на заданный вопрос. Как смогли. Алина промычала что-то маловразумительное, а Николай начал свою мысль с очевидного вопроса.
- Дарья Семенова полагаю?
- Дарья Алмаева – поправила красавица собеседника, вот только не получила от него поддержки.
- Вы еще не получили одобрения на развод, поэтому пока еще Семенова – и не обращая внимания на недовольство девушки, наконец-то представился сам – Я старший лейтенант Николай Шолохов, а это моя помощница, младший дознаватель Алина Кувайкова. И нет, вы немного ошиблись, сочтя нас парой. Мы не встречаемся и вообще, впервые познакомились всего час назад – вот тут уже Дарье пришлось удивляться, чувствуя как рвутся созданные воображением, ложные образы.
- Не обращайте внимания, она всегда плохо разбиралась в людях – этого кадра Шон почувствовал заранее и ожидал от него какого-нибудь язвительного комментария сопряженного с оскорблением. Но парень все же сдержал себя и не стал сильно токсичить, а вместо лишних слов просто представился – Здравствуйте. Я Николай Семенов – подкачанный блондин с породистым лицом и острым орлиным носом. Старательно не глядя в сторону своей дамы расколотого сердца, парень, довольно ловко орудуя костылем, подходил ближе к скамейке и присоединившись к собравшейся компании, весело спросил – Какие дела народ? О чем хотите поболтать?
- И тебе привет тезка – осторожно придержав голову Алины, Шолохов поднялся на ноги и приветственно пожал руки ребятам… незаметно оставляя на их запястьях крохотные пятна собственной крови.
- Согласна. Видимо я очень плохо разбираюсь в людях. Наверное поэтому и вышла замуж за такого ******* как ты – слова пока еще мужа ее явно зацепили и подкатившая к горлу злость требовала выхода хотя бы в словах. Она явно собиралась выплеснуть из себя как минимум несколько едких фраз, но наткнулась на хмурый взгляд Шолохова и не смогла выдавить из себя и слова.
- Дарья, если вы не уважаете Николая, то хотя бы поимейте уважение к нашему времени и не раздувайте ссору на пустом месте – спокойно и вежливо попросил старлей, при этом давя на девчонку взглядом. И лишь когда эта упрямица опустила голову, он посчитал что его просьба принята.
- Николай, а теперь с вами… Из-за странного, на мой взгляд, закона о декриминализации семейного насилия, я могу хоть сейчас дать отказ по вашему заявлению. Криминальная обстановка в городе хуже была, наверное, только в послевоенные годы и в девяностые, поэтому начальство требует от нас любыми способами привести вас двоих к мировому соглашению, чтобы хоть немного подправить свою статистику. И только поэтому мы с моей помощницей сейчас здесь и готовы вас выслушать.
- И зачем тогда тут нужна я? Он подавал заявление, поэтому пусть…
- Мне нужно получить показания от вас обоих. Но если вам Дарья что-то не нравится, то можете уходить. Но не удивляйтесь, если в загсе получите временный отказ по разводу – угроза была явной и однозначной, поэтому девушка, опасаясь этого странного полицейского, решила придержать свои эмоции и помолчать. Она даже отошла в сторону и села на соседнюю лавочку. Видимо устав стоять, Николай тоже решил присесть. Подчиняясь мысленному приказу, Кувайкова поспешила помочь ему опуститься на лавочку и даже какой-то, видимо нападавший с берез, сор с его волос стряхнула. Правда при этом она слегка хмурилась, не понимая зачем это делает. Ей почему-то Семенов не нравился и изначально девчонка даже и не думала ему помогать.
- Ладно. Не будем затягивать наше ’’приятное’’ общение. Николай, коротко на словах объясни мне, зачем ты подал заявление? Есть какие-то иные причины помимо сломанной ноги?
- А что, этого для полиции уже мало? – вскинулся поломанный борец и тут же осекся, столкнувшись с общим безразличием. Всем было просто плевать. А затем его еще и Алина сбила с мысли, подвинувшись практически вплотную к нему. Он непонимающе посмотрел на нее, но подумав, отодвигаться или что-то говорить не стал – Да, есть еще причины, но главная из них это чемпионат. Чемпионат России по вольной борьбе, на котором проходит отбор для Европейских и мировых стартов. Я долго готовился, тренировался, сушил вес до нужной категории и… Вот! – костыль полетел на асфальтированную дорожку, разнося по больничному парку дробное эхо от удара дерева о камень – Я вложил в это дело огромное количество сил и времени! Я ставил себе цели и стремился к ним! А тут случился этот ******! Чемпионат начинается уже через два дня, а я сижу и надеюсь лишь на то, что кости срастутся без осложнений. Эта дура сломала мне ногу и я вылетел из спорта как минимум на несколько месяцев! И как по мне, это хороший повод чтобы на нее злиться.
- Этот долбанный псих накинулся на меня с кулаками! Я защищалась! Я отбивалась. Ну кто же знал, что хватит и пары ответных ударов чтобы эта неженка поломалась. Всего два удара и… - поначалу жарко, но потом все быстрее сдуваясь и затихая, возражала с соседней лавочки Дарья. В ее же эмоциях, помимо злости и раздражения, проскакивали и частые всполохи вины. Последнее, по мнению Шона, сильно упрощало задачу по их примирению. А именно на это он и был нацелен.
- Что на это скажете, ’’мистер спортсмен’’ – вновь переводя свое внимание на тезку, спросил Шолохов. На что парень только поморщился и после долгой паузы все же ответил.
- Два дня. Целых два дня она мучила меня какими-то глупыми придирками и скандалами. Оскорбляла и унижала, будто бы специально пытаясь вывести из себя. И в какой-то момент… я просто взорвался. Набросился на нее и… толком ничего и не успел сделать. Я же не ударник, а борец! Что я ей вообще мог сделать!? Ткнул пару раз кулаком куда получилось, а потом… меня будто машиной сбило. ****** со всей силы, так что весь воздух вышибло. А потом еще раз… и вот… - Николай похлопал по ноге, показывая итог их короткой потасовки, а потом все же отодвинулся от прижавшейся к нему Алины.
- Я тебя понял – не дождавшись каких-либо встречных обвинений от Даши, сказал Шон и прекратив влиять на свою помощницу заявил – А теперь тихо детишки! Чапай сейчас думать будет! – фильм, судя по всему, смотрели не все и всей сути этой цитаты некоторые не уловили, но просьбу приняли и подарили старшему лейтенанту несколько минут тишины. И это время он потратил на спокойное погружение в их разум, в погоне за чужими эмоциями и поверхностными мыслями. Понадобилось меньше трех минут, чтобы найти в мутной водице их сознания все что ему нужно и сформировать решение, после чего Шолохов наконец-то открыл глаза и осмотрел всех присутствующих.
- Так, господа драчуны и дебоширы! Не знаю к счастью или печали, но вы двое все еще сильно любите друг друга – после этих слов по маленькому парку прокатилась настоящая волна возмущений и возражений. Волна которую Шон проигнорировал с ледяным спокойствием и после небольшой паузы продолжил свою мысль.
- Можете спорить с этим утверждением сколько угодно и врать самим себе, но все равно ваши реакции подтвердили мои слова. Я хороший физиономист и легко прочитал все ваши эмоции. К примеру вы Дарья. Когда моя помощница прижалась к вашему мужу, вы, разрываясь от ревности, едва ли не прожгли ее взглядом. В то же время Николай, почувствовав тепло под боком, даже не задумался о возможности ’’замутить’’ с другой девчонкой. А когда Алина начала ему мешать, он от нее отодвинулся и продолжил бросать, якобы, незаметные взгляды на Дашу. И это самые явные моменты из тех, что я приметил. Было много и других мелочей, связанных с движениями рук, выражениями лиц и мелкой мимикой, но перечислять все у меня нет ни времени, ни желания. Поэтому просто поверьте на слово – вы все еще любите друг друга и это факт – Шон соврал лишь в том, что он опытный физиономист, а в остальном его слова были чистейшей правдой. Сидящая рядом с Семеновым Алина хмурилась, видимо наконец-то догадавшись о том что ее как-то использовали. Но что бы Кувайкова потом бы не решила, ее присутствие в любом случае помогло вызвать у буйных молодоженов сильные эмоции и по итогу разрешить эту проблему.
- Ну что ж. Раз вам нечего мне сказать, тогда идем дальше – понаблюдав за тем как виновники переполоха отводят глаза, стараясь не встречаться с ним взглядом и так и не дождавшись каких-либо комментариев от них, Шолохов решил не тянуть кота за причиндалы и продолжить ’’воспитательные работы’’ – Я хочу дать вам несколько советов. Хотя нет! Лучше сначала скажу, что вы оба малолетние ********, которые не знают жизни. Ты! – тычок пальца в лоб ошарашенного таким заявлением Николая – Прежде чем бросаться с кулаками на психующую девчонку, сначала погугли что такое ПМС. А потом отвесь самому себе леща и терпи. И еще одно… В задницу твой чемпионат! Я не услышал в твоих словах ни грамма уверенности. А спорт без уверенности в победе это лишь глупая трата времени. Ты не уверен что попал бы там даже в десятку сильнейших. Ну а если считаешь себя слабаком, то зачем используешь чемпионат как оправдание? Не **** мозг ни себе, ни мне. И не нужно постоянно пытаться доказывать свою силу. Поверь парень, она полюбила тебя не только за это – когда Шон перевел свой суровый взор на Дарью, она даже сжалась от испуга, не зная куда прятать глаза и куда прятаться самой. Но увы для девчонки, пришла очередь для ее взбучки и помеченная кровью дичь точно не смогла бы сбежать от этого охотника.
- Ну а теперь ты – тыкать пальцем в Дашу он не стал, но не преминул подойти и грозно нависнуть над ней. Хотя со стороны это наверняка выглядело комично, хиляк пытается запугать подкачанную девочку, способную сломать его об колено. Одного вон уже поломала – Учись управлять своими эмоциями! Ну а если совсем не можешь контролировать себя во время предменструальных синдромов, то пиши заранее у себя на лбу «Я дура! Бегите от меня пока не поздно!». Ну а если совсем девать дурь некуда, то постарайся посильнее налечь на спорт. Перейди из бокса в какие-нибудь бои без правил и выплескивай весь свой негатив на соперников. Выпускай своего зверя только в бойцовской клетке, там где тебя могут ********** в ответ такие же долбанутые девчонки как и ты. Поняла меня!? – Даша испуганно дернулась от последнего окрика и быстро-быстро закивала, давая понять что услышала и осознала каждое слово, сказанное этим странным ментом. Она хотела расплакаться и убежать отсюда, но ее тело будто бы сковало страхом и она могла лишь опасливо кивков и изредка всхлипывать, будто бы готовясь разразиться целым потоком слез.
- И последнее… - заставляя девчонку сжаться еще сильнее, объявил Шон и пальцами за подбородок приподнял опущенную голову Даши. И лишь встретившись с ее наполненным слезами взглядом, безжалостно продолжил свою мысль – Я не знаю, планируешь ли ты детей или вы семейка чайлд фри… В любом случае советую тебе проверить в больнице все свои гормоны. Я не врач, но даже по твоему внешнему виду могу предположить, что у тебя сейчас сильно завышен тестостерон, что возможно и является причиной повышенное агрессии. А еще, скорее всего, у тебя что-то с пролактином. Возможно понизился из-за кровопотерь на ринге и во время циклов… Не знаю. Очень маленькая грудь и слишком много мышц, возможно есть какая-то проблема с молочными железами и… Нет, слишком плохо в этом разбираюсь, но точно уверен что какие-то проблемы в твоем организме есть. Поэтому не тупи и иди к врачу! Ты меня поняла!? – вновь повторил свой вопрос Шолохов. Дарья опять быстро-быстро закивала, а потом все же не выдержала и разрыдалась. Позабывший о костыле Николай вскочил со скамейки и попрыгал на одной ноге к своей жене, желая обнять ее и успокоить, но был грубо пойман за ухо и остановлен на полпути.
- В ближайшие дни напиши отказную от своего заявления. Не зли меня пацан. У меня и без этого работы слишком много, чтобы еще на ваши детские обидки отвлекаться. И только попробуйте хотя бы еще раз привлечь мое внимание, я вас… - угроза осталось не оконченной, но и в такой форме она вогнала парня едва ли не в панический ужас. Разум обдало холодом страха, к горлу подкатил ком мешающий нормально дышать, мышцы сковало тяжестью… А через миг наваждение страха резко схлынуло, а парень, безвольным мешком, полетел прямо в руки своей любимой.
Слабые и запуганные, они прятались от только что пережитого в спасительных объятиях друг друга и теперь их объединяла не только хрупкая любовь и пара колец на безымянных пальцах, но и общий страх перед жутким ментом, походя сломившим волю двух сильных людей. Сейчас они стали ближе друг к другу как никогда раньше и теперь очень боялись потерять эту хрупкую связь.
И этого собственно и добивался Шолохов. Он был вполне доволен получившимся результатом.
Глава 12. Без комплексов
Шон не спешил заводить машину и ждал пока девушка задаст мучавший ее вопрос. Молчаливая и задумчивая, она проматывала в голове весь случившийся в маленьком больничном парке диалог, пытаясь определиться со своим отношением к произошедшему. И Шолохова очень радовало отсутствие сильного негатива в ее эмоциях. Там было лишь легкое недовольство, растерянность, непонимание и много жгучего любопытства. Она хотела разобраться в том, что конкретно там произошло, но ни как не могла сложить крутящиеся в голове слова в нормальный и четкий вопрос. В конечном итоге, спустя несколько минут, махнув рукой на все эти сложности, она все же решилась и… спросила совсем не то что хотела.
- Я поняла что ты мной как-то манипулировал… Не мог просто предупредить? Я бы тебе и так подыграла.
- Я и сам заранее не знал что буду так действовать, это была чистейшая импровизация – спокойно ответил девушке Шон, ища в ее эмоциях недовольство и находя лишь его слабые отголоски – И нет, я не манипулировал тобой. Просто добавлял несвойственные желания, с которыми, при желании, ты вполне могла бы справиться.
- Понятно – легко приняла ответ девушка и немного подумав, попросила больше так не делать. По крайней мере, без веской на то необходимости и предупреждения. Николай больше не собирался проводить с ней подобные эксперименты и легко дал Алине свое обещание, в тоже время просто поражаясь ее спокойствию. Обычно люди боятся тех, кто может ими как-либо манипулировать и стараются держаться от них на расстоянии. Но Алина спокойно приняла такую возможность и не прониклась к Шолохову неприятием – А с этой прокачанной парочкой ты не мог… как-нибудь полегче? Обязательно на них было срываться? А если бы они написали на тебя заявление?
- Не беспокойся. У меня все было под контролем. И я не срывался, а специально расшатывал их эмоционал. Чем сильнее буря в голове, тем мне проще проводить и закреплять внушения. Покричал на них немного, но зато теперь уверен в том, что в ближайшее время у них все будет хорошо. Любовь-морковь, абсолютное взаимопонимание и никаких ссор. Правда Дашке пришлось накрутить хвост посильнее, но зато теперь ей будет чуть проще сдерживать свои эмоциональные взрывы. А если она возьмется за ум и начнет тренировать не только мышцы, но и свой самоконтроль, то ей станет многократно легче в будущем. Поэтому считай, что ее слезы стали платой за мои услуги.
- А это очень удобно. И в работе, наверное, сильно помогает – выслушав пояснения Шона, заметила Кувайкова и подумав немного, с сильным смущением уточнила – Ааа… ты мысли читать умеешь?
- Если ты будешь абсолютно спокойной, а я очень сосредоточенным на этой цели… У меня скорее всего получится уловить твои поверхностные мысли. Но так как ты сейчас взволнована какой-то глупой и навязчивой пошлятиной, я могу лишь догадываться о чем ты думаешь, улавливая короткие мысленные образы. Иии… прекрати представлять Дашу без одежды. Ты же знаешь что нам обоим это неприятно. Такие перекачанные девчонки как она совсем не в моем вкусе – наблюдая за тем как краснеет его помощница, с усмешкой попросил Шолохов и наконец-то завел машину. После чего, отвлекая свою новую помощницу от глупых мыслей, уточнил куда ее лучше подвезти.
- Если честно, даже и не знаю. Свой баул с вещами почему-то оставила на работе. Из институтской общаги я еще вчера выписалась и снять квартиру не успела, сразу с утра побежала по выданному направлению, на поклон к Строганову. Подполковник сказал что мне должны выделить комнату в общаге, но нужно ехать обратно в отдел и искать того кто выдает ключи… - Алина была сильно озадачена проблемой проживания и Шон даже и не пытался пробиться сквозь сумбур в ее голове. Не став дожидаться до чего она додумается, Николай включил первую передачу и принялся не спеша выезжать с практически пустой больничной парковки. Но не проехав и полусотни метров резко нажал по тормозам, услышав внезапную просьбу девушки.
- Слууушай. А можно я у тебя переночую? Я готова и на полу поспать, если у тебя нет свободного дивана… Эй! Чего ты так на меня смотришь? Как будто я тебя о чем-то невероятном попросила. Деньги у меня еще есть, если что могу…
- Нет-нет. Не обращай внимания. Просто я очень удивился. И… не могу представить тебя в своей квартире. Слишком сильно привык жить один и… не важно. Просто непривычно – отговорился Николай и подумав немного все же дал девчонке свое согласие, со скрипом в сердце пуская ее в свою зону комфорта – Ладно. Сегодня уже поздно, да и не хочется возвращаться в отдел, поэтому переночуешь у меня. А завтра поедем на работу и разберемся с обещанной тебе комнатой.
Приняв это решение, Шолохов вновь нажал на газ и не спеша покатился домой. И теперь, отчего-то, в его разуме больше не было спокойствия. Слишком уж сильно он привык к своему одиночеству и даже такое вторжение в личное пространство выбило его из колеи. И ему оставалось лишь убеждать себя в том, что это всего лишь на одну ночь. Правда легче от этого почему-то не становилось.
***
- Здравствуйте Лидия Сергеевна - поприветствовал соседку Шон, вставляя ключ в замочную скважину. Женщина, заслышав голос Шолохова, выглянула из квартиры чтобы предупредить парня о том что она утром заходила прибраться и заодно покормила Аркадия кинув ему пару оторванных от липучки мух, но увидев спутницу парня так и замерла на пороге, от удивления даже забыв прикрыть рот. Рассказывающая какую-то забавную историю из своей студенческой жизни, девчонка заметила Лидию Сергеевну только тогда, когда с ней поздоровался Николай и лучезарно улыбнувшись, помахала ей ручкой. А затем нырнула в открывшуюся дверь, вслед за парнем, оставляя женщину на лестничной клетке в одиночестве переваривать увиденное. Соседка успела хорошо узнать Шолохова и все его привычки и тот факт что он привел домой девушку буквально выбил ее из колеи. Нелюдимый и ужасно ленивый Колька, думающий только о своей работе и дружащий лишь с домашним пауком. А тут вдруг такое!
Не понимая, как такое вообще могло произойти, Лидия Сергеевна пробормотала себе под нос что-то удивленное и совершенно неразборчивое. Затем задумчиво посмотрела на закрывшуюся дверь и… на всякий случай ее перекрестила, посчитав что это лишним не станет. И только после этого, пылая любопытством, все же вернулась обратно в свою квартиру, досматривать какой-то скучный и бесконечно длинный сериал.
- А тут уютненько - с интересом разглядывая однокомнатную квартиру-студию, заметила Алина, удивляясь чистоте – Ты колебался, перед тем как разрешил мне переночевать у себя, поэтому я и решила что ты не хочешь показывать мне свой домашний бардак, но… Черт! Да у тебя тут чисто, словно после генеральной уборки! Как только находишь время этим заниматься, с таким то количеством работы.
- А я и не нахожу – окидывая квартиру полным безразличия взглядом, ответил Шон, явно не разделяя восторга девушки и мыслями стремясь лишь ко сну – Я домой обычно только чтобы поспать и захожу. Ну а порядок тут обычно соседка наводит. Ты ее как раз только что видела. Стирает, прибирается, если попрошу и поесть готовит. Мне избавление от домашней рутины, а ей хороший приработок к пенсии.
- Это вы хорошо скооперировались. Только вот Лидия Сергеевна как-то плохо прибралась. Вон какую паутину на окне оставила, да еще и паучара там такой толстый сидит. Хаалтуураа! Сейчас я его…
- Стой! – приказал Николай уже поднявшей с пола тапочек девчонке, усилием воли сковывая ее мышцы и заставляя замереть на месте. Подойдя к Алине он выдернул из ее пальцев орудие возмездия паучьему племени и кинул его под диван. И лишь после этого ослабил свой контроль – Не буянь, не у себя дома. Паука не трогай, он мой питомец, зовут Аркадием. И… извини. Больше не буду тебя так останавливать.
- Да ничего. Сама была неправа, не подумала – удивленно и в то же время легкомысленно отмахнулась Алина, зачем-то при этом крутя руками и шеей – Слууушай, это же круто! А ты любого так можешь скрутить не касаясь? Это же как удобно! Я тоже так хочу! Шон, а ты можешь научить? Или это только… - болтала без умолку Кувайкова, задавая вопросы один за одним. Николай практически сразу перестал слушать девушку, вместо этого обращаясь мыслями к ее эмоциям. И к своему удивлению не находя в ней ни грана страха. Там, в тот момент, кипел лишь жгучий восторг, приправленный острым любопытством и легкой завистью. Такая легкость в отношении сложных тем буквально восхитила Шолохова и он даже немного порадовался тому, что ему досталась такая непробиваемая помощница.
- Научить не могу… это только мое проклятие. И нет, могу так скрутить не всех, а только тех, на ком есть хотя бы капля моей крови. Поэтому, если хочешь чтобы я не чувствовал твои эмоции иди в душ и хорошо помой шею – максимально честно признался Шон. После чего, отвернувшись от девушки, попытался припомнить, как же раскладывается этот диван. Он был уверен в том, что никогда не воспользуется данной его функцией, поэтому даже и не пытался запоминать как это делается. Просто ткнул в мебельном магазине в показавшийся ему самым удобным диван и пропустив объяснения продавца мимо ушей, сразу пошел оплачивать покупку. А теперь ему предстояло помучиться, решая эту нелегкую головоломку.
- Точно! Ты же и правда что-то говорил про кровь! А я и забыла об этом. Надеюсь ты потом расскажешь поподробнее как это у тебя работает. Жаль что научить не можешь, но все равно интересно же – выпалив все это Алина попыталась нащупать на шее оставленную Шоном каплю крови. Правда она довольно быстро сдалась, махнув и на это рукой – Да и читай мои эмоции сколько угодно, все равно там наверное нет ничего интересного. Иии пошла я мыться, в общем.
Шолохов, будучи занятым непростым делом, проигнорировал последний спич напарницы и продолжил искать заветные механизмы, переводящие диван в иное положение. Правда долго ломать голову он не стал и просто обратился за подсказкой к всеведущему интернету. Зашел на сайт магазина, довольно быстро нашел нужную модель дивана и по прилагающимся к описанию скриншотам произвел все необходимые манипуляции, переводя свое спальное место в разложенное состояние. Чтобы проделать все это, ему пришлось немного сдвинуть столик и сам диван из-за чего и без того невеликие силы парня полностью иссякли. Он смог лишь достать из шкафа запасную подушку и приняв лежачее положение, практически сразу задремал, даже не обращая внимания на включенный в комнате свет. Шон, наверное, так бы и уснул, если бы его не потревожила вышедшая из душевой Алина.
- Я все обыскала и нашла там только одно полотенце и оно оказалось мне маловато. И я тут подумала… и решила что оно мне не так уж и необходимо – Николай повернулся и щурясь от яркого света ламп, посмотрел в направлении голоса. А в следующее мгновение уже в оба широко раскрытых глаза наблюдал за коротким стриптизом. Девушка размотала и сдернула с себя практически ничего не прикрывавшее полотенце, после чего, оставшись в полнейшем неглиже, отбросила его куда-то в сторону.
- Ну и что это значит?
- Пффф! Догадайся блин! – недовольно фыркнула Кувайкова, обходя диван и намеренно демонстрируя свое стройное тело – Просто эта сессия отнимала у меня столько времени, что в последний раз с парнем я ’’близко’’ общалась, наверное, месяца четыре назад. А тут начала вытираться твоим полотенцем и подумала… почему бы и нет.
- А почему именно я? – видимо еще полностью не отойдя от дремы, задал довольно глупый вопрос парень и растерявшаяся от такой неожиданной формулировки девушка, даже попыталась на него ответить.
- Ну с вашим блондинчиком Димкой я бы с радостью познакомилась поближе. Он красавчик и вполне в моем вкусе, но увы, уже обременен детьми и вообще довольно глубоко и кажется даже счастливо женат. Поэтому… - поняв что занимается какой-то ерундой, Алина тряхнула влажным каре волос, а затем запрыгнула на диван – Да чего я перед тобой отчитываюсь!? Видно же что ты тоже хочешь, так что прекращай ломаться и поработай немного не следователем, а просто мужиком! – девчонка оседлала Шолохова, отсекая для него последнюю надежду на нормальный отдых, а потом события понеслись вскачь, то срываясь в стремительный галоп, то замедляясь до медленной рыси. И так по кажущемуся бесконечным кругу.
А ведь утром Николай даже представить себе не мог, что этот насыщенный на события день сможет оказаться таким приятным… и в то же время ужасно тяжелым. Если бы он знал заранее что эта девчонка оставит ему на сон всего несколько часов, то наверное и не поехал бы в отдел с нею знакомиться. Только-только вышел из больницы… и вот уже ему вновь требуется отдых. От работы и от этой дурной девицы.
Глава 13. Вторая жертва
Материнское беспокойство, которое она благозвучно называла предчувствием - именно оно гнало вперед Тагира Кубаева, заставляя его спешить и перечеркивать все запланированные сроки. Непонятная тревожность заглянула к маме еще месяц назад и она все списывала на длинную череду экзаменов у старшего сына, вот только когда последние оценки оказались выставлены а аттестат выдан беспокойство и не подумало исчезнуть. Поход в клинику и полное обследование не подтвердили подозрение на вегето-сосудистую дистонию, да и с щитовидкой оказалось все в полном порядке. А когда мама уже собралась сходить с данной проблемой к психологу, случилось это…
Смерть старика отец семейства Кубаевых прокомментировал спокойно и максимально прагматично – «Люди умирают, такое случается. Не беспокойтесь сильно. Я поговорю с Коржиковым и вместе мы придумаем как отмазать ребят». Отец конечно выполнил свое обещание и временно ослепший государственный аппарат стер присутствие выпускников на месте происшествия из памяти свидетелей и следователей. Но вот усиливающееся беспокойство матери затереть он так и не смог. Она не понимала откуда прибывает эта пугающая тревожность и лишь узнав о смерти Коржикова младшего, наконец-то сложила в голове этот пугающий пазл.
Понимая что истерикой и криками делу тут не поможешь, женщина лишь одной логикой и уверенностью убедила муже в том, что Тагиру как можно скорее нужно переехать в Москву, чтобы привыкнуть к городу и нормально там обжиться перед поступлением в институт. Кубаеву старшему, поддавшись на уговоры жены, пришлось даже вывести немалую сумму из оборота его торговой сети, для приобретения квартиры в столице.
Документы о купле-продаже жилья еще не были подписаны, а в комнатах даже не пахло мебелью, когда мать начала отправлять сына в дорогу. Она мотивировала это тем, что парень сам должен подобрать интерьер и проконтролировать все работы. Его озадачили огромным списком необходимых в быту вещей, которые он должен был приобрести в первую очередь. Тагиру предстояло за это лето сделать в Москве очень многое и разобраться в кое-каких важных делах... но в то же время, все это было лишь ширмой, за которой обеспокоенная мать пыталась уберечь своего сына от непонятной беды, приближение которой она чувствовала сжимающимся от сильной тревоги сердцем.
Но увы. Даже при такой спешке она опоздала более чем на неделю. Хотя откуда бедной женщине было знать, что ее сын уже обречен и что его судьба уже решилась еще в том злополучном парке, когда молодежь праздновала окончание школьной жизни. Семь неудачников, случайно узревших оскал неумолимой судьбы. И увы, теперь от них абсолютно ничего не зависело.
Видимо переняв часть беспокойства матери, Тагир тревожно метался по залу ожидания, едва ли не ежесекундно бросая нетерпеливые взгляды в сторону информационного табло. Он приехал в аэропорт слишком рано и посадки на рейс до столицы парню предстояло ждать более получаса. И видя перед собой эту временную пропасть, он начинал злиться на родителей и себя еще сильнее. Ну а эта злость, замыкая бессмысленный круг, требовала выхода и вынуждала его ускорять шаг и все чаще и чаще смотреть на неумолимые, кажется что замершие навечно, цифры на табло.
И не было ничего удивительного в том, что подобное поведение привлекло внимание службы безопасности. Поначалу они просто наблюдали за парнем через камеры, списывая нервозность на страх перед полетом. Но через десяток минут, поняв что он так и будет мельтешить меж рядами, раздражая людей, они все же решили направить к нему ближайшего охранника.
- Здравствуйте молодой человек. Холодов Дмитрий, служба безопасности аэропорта. Прошу вас пройти в досмотровое помещение для проверки багажа на предмет запрещенных веществ и оружия – привычно отчеканил подошедший к Кубаеву мужчина в форменной одежде и бросающимися в глаза густыми усами.
- Я? – не сразу поняв что обращаются именно к нему, уточнил Тагир и получив подтверждение, не очень вежливо, на грани цензурности, спросил о причине подобного требования.
- Выборочная проверка. Прошу вас проследовать в досмотровую комнату – проигнорировав грубость, повторился мужчина и повел рукой, предлагая пройти за ним, а заодно указывая направление. А в следующую секунду, предвидя вопрос, попросил – Это вполне законное требование. Поэтому, молодой человек, пожалуйста, не спорьте и не устраивайте сцен. Не вынуждайте меня вызывать дежурный наряд полиции.
- Это угроза? – зло нахмурившись спросил Тагир и грозно надвинулся на усатого охранника. Мужчина почувствовал что грядет неминуемый скандал, но при этом не пошевелил и бровью. Он лишь положил руку на рацию и собирался максимально вежливо ответить на заданный вопрос… но общее внимание перетянул на себя загремевший какой-то роковой мелодией телефон в кармане парня. Достав дорогой смартфон, Тагир посмотрел на имя вызывающего абонента, а затем горестно возвел очи горя к далекому потолку. Постоял так несколько секунд и видимо приняв какое-то решение, сказал «Ладно, ведите». Приготовившийся к долгим спорам охранник, облегченно выдохнул, радуясь подобному исходу. Натянув на лицо едва видимую за усами улыбку, он шагнул в сторону и вновь повел рукой, предлагая следовать за собой.
- Да мам! Ну что еще!? – принимая входящий вызов и не скрывая своего недовольства громко спросил парень – Нет мам, я не забыл дома две сумки, а специально не стал брать их с собой… Да ты там наложила столько, что я бы даже их не поднял… Да-да, специально. Специально все перебрал и взял только самое необходимое… Дааа, я специально не стал брать твои пироги. Да их там, наверное, с полсотни было! Они испортились бы быстрее чем я их съел. Ладно мам давай. Я уже в аэропорте, не могу говорить. Как прилечу обязательно отзвонюсь. Давай-давай… Давай… Ну давай мам… Пока-пока. Обещаю что позвоню... Пока мам... Поокааа – последние слова он говорил уже у самой двери в досмотровое помещение. Слышавший весь односторонний разговор охранник расслабился и даже подождал пока беспокойный парнишка закончит беседу. А когда он наконец-то нажал отбой, то даже дверь перед ним открыл, пропуская его внутрь. Только вот когда они наконец-то вошли в комнату, Кубаев остановился почти у самого порога из-за нового звонка. Бросив короткий взгляд на экран, парень тут же издал громкий горестный вздох.
- Смотрите побыстрее – бесцеремонно и даже слегка грубовато он всучил свою сумку усатому представителю охранной службы и поспешно ответил на вызов – Да мам! Ну что еще!?
«- Тагир, а ты зубную щетку и пасту взял?» - донесся до мужчины громкий женский голос, заставивший его невольно улыбнуться. Отойдя к столу дальнейший диалог он уже слышать не мог… на свое великое счастье.
- Ну конечно я взял. Зубную щетку и пасту. Ну успокойся уже мам. Все нормально. Взял все четыре пары сменного белья что ты мне положила, целую гору носков, две рубашки, трое штанов, зарядку для телефона и… - увлеченный перечислением парень и не заметил того момента когда имя абонента «Мама» сменилось надписью «Неизвестный номер». И он даже дернулся от неожиданности услышав далекий от маминого, шипяще хриплый мужской голос вкрадчиво уточнил у него.
«- Эй малыш! А ты слюнявчик прихватить с собой не забыл?»
- Что…? – дав голосом петуха, едва ли не взвизгнул парень не понимая что происходит. Он хотел спросить еще что-то невнятное, но из динамиков смартфона вновь донесся этот пугающий голос, пуская по спине Кубаева настоящие волны ледяного страха.
- Какая непокорная дичь. Ты пытался от меня сбежать? Нехороший мальчик. Но я уже нагнал тебя. Ты готов к смерти малыш? Ты готов?
- Ииии… - испуганно просипел-пропищал Тагир и занемевшей от страха рукой откинул от себя телефон… А в следующую секунду он уже умер. Острое жало тонкого клинка вонзилось ему в спину и найдя путь меж ребер пронзило сердце, мгновенно останавливая его бег.
Услышавший грохот упавшего телефона и хлопок закрывшейся двери охранник выскочил в коридор думая что ’’маменькин сынок’’ почему-то решил убежать и едва не наступил на осевшее тело Кубаева. Усач попытался поднять парня и лишь заметив расплывающееся по его спине алое пятно, наконец-то понял, что дело плохо и сразу саданул по тревожной кнопке на стене.
Тревога поднялась моментально, распространяя волны суеты по аэропорту. Врачи осматривали тело, полицейские проверяли камеры, охрана опрашивала возможных свидетелей, но ни кто из них не мог осознать простой вещи – уже было поздно что-либо делать.
Жатва продолжалась и она была неумолима.
Глава 14. Серийная проблема
- Какого черта!? Что за ****** мистика!? Камеры в том секторе отключились за минуту до убийства и потом включились через все туже минуту. Свидетелей нет, записей нет, следов и отпечатков нет, сотовый оператор божится что второго звонка не было, охранная компания будто ослепла и ничего не видела, металлоискатели на входе холодняк не выявили, наблюдательный пункт подозрительных людей не заметил и от записей тоже никакого толка… Какого *** у вас вообще происходит!? По Коржикову вообще никаких подвижек, а теперь еще и у Кубаева сына убили! Вообще работать не хотите!? – бушевал полковник юстиции Шпротов, метая глазами молнии недовольства. Видимо окружное начальство уже успело накрутить ему хвост и теперь он снизошел из главного городского управления, чтобы сорвать свою злость на работягах из центрального отдела полиции.
Выслушивать начальственный разнос, помимо подполковника Строгонова, в комнату для собраний, пришло целых четыре майора, почти полный десяток капитанов и всего один старший лейтенант. Все опрятные, в разглаженных мундирах, расправив плечи внимали ’’гласу свыше’’ и лишь Шолохов, наплевав на субординацию, помятый словно бумажный ком, лежал на столе упираясь лбом в столешницу. Полковник, зная об отце Николая, делал вид что не замечает этой наглости, но когда он уточнил кто же именно занимается делами Коржикова и Кубаева и ему указали на Шона… мужик разразился новой гневной речью.
- Как же ты ****** Шолохов. Я ведь не посмотрю на твоего папеньку и если ты не выдашь мне результат в ближайшие две недели, лично разжалую тебя в младшие дознаватели! Ты меня понял!?
- Конечно понял – даже не отрывая лба от столешницы и не открывая глаз, негромко ответил Шолохов – Разжалуете, отчитаетесь перед начальством, а потом сами же и восстановите в звании. Неужели забыли как это работает? Я терплю все дерьмо, которое вы на меня сливаете и не росту в звании, а вы прикрываете свою задницу от неприятностей свыше. Мы же, кажется, так с вами договаривались товарищ полковник?
- Щщщенок! Ты думаешь что я буду терпеть твою наглость и…
- Будете, пока вам это выгодно. И пожалуйста, говорите тише, а то голова просто раскалывается. Поспал всего полтора часа, а потом меня выдернули из кровати во втором часу ночи и кинули на амбразуру. Поэтому поимейте совесть, дайте хоть немного отдохнуть – все остальные присутствующие в помещении люди дружно прятали глаза, делая вид что и не слышали этой короткой перепалки, при этом терпеливо дожидаясь продолжения обсуждения собравшей их всех здесь проблемы.
- Семен Сергеевич, не нужно продолжать этот спор, в нем все равно нет смысла. Ругаясь с Николаем, вы лишь тратите время, не позволяя людям вернуться к своей работе – вмешался Строгонов, желая прервать эту глупую пикировку. Он отлично знал, что эти двое недолюбливают друг друга и не желал чтобы они продолжали собачиться на виду у подчиненных. Слишком уж это несолидно выглядело для такого важного человека как Шпротов – Лучше давайте послушаем доклад старшего лейтенанта. Может быть его не зря выдергивали ночью и он успел узнать что-то полезное? – общее внимание охотно переключилось на безвольное туловище по фамилии «Шолохов».
- И не надейтесь – видимо почувствовав чужие взгляды, ответил парень и вяло помахал рукой не поднимая головы – Почти три часа пытался опросить Кубаеву, но пользы от этого вышло мало. Регина Акзамовна много плакала и постоянно твердила о плохом предчувствии. В последние недели она очень беспокоилась за сына и пыталась сплавить его в Москву. Ей удалось уговорить мужа и все организовать, но… Как вы уже знаете, улететь Тагир так и не успел. Я попытался понять природу ее странного предчувствия, но почти сразу сдался и списал все на женскую или материнскую интуицию. Видимо у нее была сильная связь с сыном, так как она почувствовала что с ним…
- Тут никому не интересен этот сказочный бред! – грубо перебил Николая Шпротов, но подполковник, вновь не давая разгореться конфликту, несколькими вопросами попытался направить доклад парня в нужное ему русло.
– Ты проверил ее телефон? Нам нужно знать это точно. Охранник утверждает, что Кубаева звонила дважды и во второй раз он даже слышал ее голос. Мы давали ему послушать голос Регины Акзамовны и он подтвердил сходство. Да и Тагир посмотрел на телефон, прежде чем принял вызов.
- Я тоже пообщался с усатым Вовой и могу подтвердить что он не врет. Вот только… увы, но второго звонка не было. И если не верите, то можете проверить сами – Шон не глядя выложил упакованный в пакет для вещдоков телефон и толкнул его по столу в сторону Строгонова – Да и сама Кубаева мне раз десять, наверное, сказала что хотела позвонить сыну еще раз, но передумала, решив не трепать ему лишний раз нервы.
- У тебя есть еще какие-то мысли по этому делу? – неуверенно тыкая пальцем в экран смартфона в поисках списка последних вызовов, спросил подполковник. Видимо он не хотел затягивать тишину своим неумелым обращением с телефоном и всего одним вопросом вновь перевел общее внимание на Шолохова.
- Могу лишь еще раз подтвердить ваши мысли о том что Коржикова и Кубаева убил один и тот же человек и в связи с этим хочу ’’поздравить’’ вас с началом серии. Я практически полностью уверен в том, что душегуб на этом не остановится и продолжит охоту на фигурантов одного замятого недавно дела. Дела о котором наши господа начальники очень хорошо знают – укол был направлен в основном в сторону Шпротова, так как именно он нагрузил Николая этой проблемой, с настоятельной просьбой свести ее на нет. Семен Сергеевич принял эту явную претензию в свой адрес, но на этот раз, все же самостоятельно сдержав свое негодование, просто промолчал. Так и пришлось Строгонову отдуваться за начальство, высказывая свое сомнение в словах парня.
- Народный мститель и хакер способный взломать не только закрытую охранную систему аэропорта, но и сотовую сеть – это даже звучит как-то слишком неправдоподобно.
- То есть, в мистику вам теперь поверить куда проще чем в обычных хакеров и мстителей? – поддел свое непосредственное начальство Шон и не давая тому возможности возразить или оправдаться, выдвинул вполне здравое предложение, которое даже Шпротов признал вполне дельным – Не знаю кто из нас прав и есть ли вообще смысл в возможных спорах, но одно мне понятно как день. Как минимум на три-четыре ближайших дня к остальным ’’детишкам’’ нужно приставить если и не охранников, то как минимум скрытых наблюдателей. Я практически уверен в том, что убийца на этом не остановится и сделает новый ход в ближайшие дни, поэтому еще одни глаза рядом с возможным местом преступления будут не лишними.
- Очень надеюсь что ты не прав, но зная твою чуйку, лучше перестрахуюсь и направлю к фигурантам того дела наружное наблюдение. Только предупреждать их о наружке пока не стану. Нечего разводить панику раньше времени – внося что-то в записную книгу, озвучил свои мысли Подполковник и закончив писать посмотрел на Семена Сергеевича, ожидая от него подтверждения или каких-либо правок складывающегося плана. И таковые у него нашлись.
- Нужно обеспечить наблюдателей видео записывающей аппаратурой – видеорегистраторы, экшен камеры, ну или хотя бы на свои мобильные пусть снимают. Даже если у убийцы в помощниках есть хакер, то он все равно не сможет воздействовать на неподключенные к сети устройства. Если он вообще о них как-то узнает.
- Неплохо-неплохо – оценил идею подполковник, занося и ее в записную книжку – Пока нам хватит и своих ресурсов подобного рода, но на будущее лучше сделать запрос в Москву. Пусть пришлют хотя бы несколько записывающих устройств из тех что сейчас тестируют в полиции. Хоть что-то для нас полезное сделают, а заодно жирные ’’плюсики’’ себе в личные дела поставят, за помощь нуждающимся регионам – на этот раз уже Шпротову пришлось искать листок и записывать неплохую идею. Ну а пока полковник мысленно ее корректировал, Строгонов уточнил у остальных присутствующих, если у них какие-либо мысли по этому поводу. После чего разгорелось довольно живое обсуждение выдвигаемых предложений, во время которого Шон даже успел задремать и проснулся лишь когда все покинули помещение, а Шолохова окликнул оставшийся с ним Иван Ильич.
- Давай Коля, просыпайся и рассказывай, что ты там еще накопал, своими способами. Есть хоть что-то полезное? – медленно вырываясь из объятий сладкой дремы, Шон наконец-то отлепил лоб от столешниц и перевалив голову на бок, сонным взглядом посмотрел на подполковника. Он молчал почти целую минуту, дожидаясь пока мысли не обретут хоть какую-то структуру и лишь после этого наконец-то ответил на прозвучавший вопрос.
- Смотрел глазами Тагира, но не увидел ничего полезного. Могу лишь подтвердить слова охранника. Второй звонок точно имел место быть и на экране телефона было написано «Мама». Вот только в истории звонков ни у Тагира, ни у Регины Акзамовны этот вызов не сохранился. Когда мне надоело возиться с Кубаевой, я ее усыпил и посмотрел поверхностные воспоминания. Получилось отчетливо почувствовать лишь сильную тревогу за сына и убедиться в том что второй раз она точно не звонила. Хотел еще заглянуть в разум охранника, но не получилось, слишком много людей вокруг бегало – пересказав все что успел сделать, Шон задумался на несколько секунд, а затем неожиданно хлопнул по столу ладонью. Он не хотел об этом говорить при всех, но уж Строгонову просто обязан был сказать. А точнее кое-что показать. Да, он был обязан, но… так не хотелось.
Подполковник непонимающе смотрел на метания подчиненного и даже боялся предположить что сейчас услышит. Но когда Николай все же успокоился, видимо приняв какое-то непростое решение, пришедшая к Ивану Ильичу реальность оказалась донельзя обыденной и выглядела она как обычный бумажный самолетик, сложенный из тетрадного листа в клеточку. Выдернув это чудо из нагрудного кармана, Шолохов толкнул его в том же направлении что и телефон, не забыв напутствовать этот жест предложением развернуть его. Взяв самолетик Строгонов осмотрел сие творение и не увидев ничего странного, пожал плечами, а затем последовал совету парня. Ну а когда он наконец-то расправил лист…
- Эта мерзость прилетела мне в лоб, когда я вышел из дома Кубаевых. Было раннее утро и я подумал что это идущие в школу шалят, вот только поблизости не оказалось никого. Ну а когда развернул самолетик… то ***** так же как и вы – взгляд Строгонова раз за разом пробегал по небольшому столбцу текста ища в нем не только общий смысл, но и скрытые подтексты, которых тут просто не могло не быть. Семь пронумерованных строк, в каждой из которых была лишь цифра и фамилия с именем.
«1) Коржиков Валерий. 2) Кубаев Тагир. 3) Зотов Дмитрий. 4) Самарин Анатолий. 5) Юлмаева Регина. 6) Зимина Елена. 7) Ильина Дарья.» - всего семь коротких строк смысла в которых оказалось даже слишком много и уложить в голове все это разом было просто невозможно.
- Он пытается нас запутать? Или может хочет чтобы его поймали и дает нам подсказки показывая очередность? Или это отвлекающий маневр и его цель совершенно в другом? Или…
- Все мимо – прервал подполковника Шон, когда тот начал спешно накидывать распирающие разум версии. Усилием воли парень выдернул лист из рук мужчины и подтянул его к себе. Пальцы быстро пробежались по написанным обычной ручкой фамилиям и лишь закончив что-то перепроверять, он наконец-то прояснил смысл сказанных слов – Я чувствую эмоции с которыми человек писал что-то своей рукой и пока с того момента не прошло более трех дней и… Это не интрига и не хитрый план. Я чувствую лишь сильное желание убивать и непоколебимую уверенность в собственных силах. Он считает что мы не сможем ему помешать даже если будем знать очередность. И еще… - Шон впервые с начала совещания оторвал лицо от стола и с усталой печалью во взгляде посмотрел на подполковника – Послание получил не кто-то другой, а именно я и это значит, что он многое обо мне знает. А может даже владеет какой-то силой и таким образом бросает вызов. Возможно хочет проверить на что я способен.
- ****! ****** битва экстрасенсов! – повторил слова покойного Коржикова Иван Ильич. Мужчина уже начал теряться во всей этой мистике и потеря контроля над ситуацией вызывала у него лишь сильную злость. Которую он мог сейчас направить только на младшего лейтенанта Шолохова – Как-то слишком много мистики на один город. Тебе так не кажется?
- Неа. Мне вообще норм – вяло улыбаясь, отшутился Шон и задал, как ему показалась, вполне резонный вопрос – Не понимаю, с чего вы вообще решили, что я такой единственный и неповторимый? Мне кажется и кто-то другой вполне мог пройти тем же ужасным или иным ведущим к силе путем. Это я ее не просил, а другой человек мог вполне целенаправленно двигаться в этом направлении. Сами подумайте, куда-то же деваются без вести пропавшие люди по всему миру – судя по хмурому выражению лица Строгонова, тот не собирался принимать объяснения парня как аксиому и после короткой паузы он продолжил гнуть свою линию до логической точки в их разговоре.
- Ты никогда не говорил, что можешь чувствовать эмоции человека в написанном от руки тексте.
- Я уже смирился с тем что произошло в прошлом, но… Когда я пользуюсь другими своими способностями, это напоминает мне… В общем, это слишком печально и больно. Поэтому я не использую все что имею по максимуму. Да и не знаю, если честно, своего предела – максимально честно ответил парень, увы, вновь не находя отклика и доверия в разуме начальства. А после очередного долгого молчания пришло время для последнего и самого тяжелого вопроса в их беседе.
- Как я уже говорил, теперь вокруг слишком много мистики. И чем дальше движется это дело… тем сильнее ощущение что ты к нему как-то причастен – наконец-то высказался подполковник и напрягся, не без страха ожидая следующего хода Шолохова. Вот только парень, будто бы не поняв серьезности обвинения, лишь вяло помахал рукой, будто разгоняя неприятный запах и даже негромко захихикал каким-то своим мыслям.
- Это лишь ощущение подобия. Есть в психологии такая фигня. Когда ты видишь или ощущаешь что-то очень похожее на то, что знал раньше, то подсознательно начинаешь считать что это одно и тоже. Поэтому вам так сильно и хочется сейчас обвинить во всех бедах меня, просто потому что вы не видите разницы.
- А она есть? – нехотя принимая этот довод к рассмотрению, уточнил подполковник и конечно же у Николая нашелся глупый но вполне логичный ответ.
- Если оперировать терминами современных компьютерных игр, то я по специализации… наверное ментальный маг и шаман крови. Ну а нашего убийцу можно описать как асасина-техномага. Согласен, звучит конечно бредово, но так куда проще чем обрисовывать разницу в тексте как минимум на сотню слов. И да… Это еще больший бред, но мне кажется что противник может перемещаться в пространстве и именно из-за этого он такой неуловимый для камер. Если же я попытаюсь провернуть что-то подобное, то скорее всего превращусь в курагу и тогда мне даже переливание не поможет. Слишком много жидкости и крови выпарится из организма для такого сложного воздействия на пространство. И это если я еще буду точно знать что конкретно нужно делать. Ну а так как я плохо разбираюсь в собственных силах, а подсказать некому, для меня практически любые эксперименты фатальны – звучало все вполне логично (если такое вообще можно сказать о всякой творимой мистике), но для Ивана Ильича этого все равно было мало. Он ни как не мог отпустить свои подозрения… по край мере, пока Шон не озвучил свой главный довод.
- Вижу, словам вы не верите… - вновь укладываясь на стол, проворчал Николай и нехотя вскрыл козырного туза – Тогда попробуйте поверить делам. Вы легко сможете проверить то что я вернулся домой в десятом часу расспросив мою соседку. И на остальную часть ночи тоже есть железное алиби… которое держало меня за яйца, чтобы я не убежал. Остальные интимные подробности можете уточнить у Кувайковой. В основном она контролировала весь процесс.
- Эммм… Я не очень… - не понял сходу сути прозвучавших объяснений Строгонов, почему-то даже не подумав сопоставить Шолохова со словом интим – Можешь пояснить, а то я что-то тебя не понял.
- Да чего тут непонятного!? Попробуйте догадаться почему я сейчас такой затраханный – и не дожидаясь предположений, сразу ответил на свой же вопрос – Да потому что меня буквально затрахали! Эта ваша Алина напросилась ко мне переночевать, а пробравшись в квартиру, просто меня изнасиловала. Теперь вот думаю, подавать на нее заявление или нет.
- Надеюсь, на счет заявления ты шутишь?
- Почти три часа на мне каталась. После ее криков соседка, наверное, уже попа вызвала чтобы он бесов из моей квартиры выгнал – не отвечая на заданный вопрос, проворчал парень и заканчивая этот разговор попросил – Если дадите поспать пару часов, то не стану ничего писать. Так уж и быть – будто бы делая одолжение, пообещал Николай и вяло помахал рукой, предлагая начальству выметаться из помещения. Такая наглость слегка покоробила даже привычного к этому подполковника. Но он не стал брать пример со Шпротова и сводить все к бессмысленной пикировке. Нет, он ответил на этот выпад куда тоньше и хитрее.
- Ладно, спи. Часа через три пришлю кого-нибудь чтобы тебя разбудили. А я пока пойду, поищу Кувайкову. Раз она меня не послушала и все же, во всех смыслах, связалась с тобой пойду заберу у нее временный вид на жительство. Думаю теперь, ты не откажешь ей в еде и крове. Ты же не настолько наглый и черствый человек? – направляясь к выходу, спросил Строгонов и не дожидаясь ответа вышел из комнаты для совещаний.
- НООООООУУУУУУУ!!! – завопил наверное на весь отдел Шон и в этом вопле было столько боли и отчаяния. Что не удивительно, ведь его только что безжалостно лишили самого любимого удовольствия в его жизни – ночного сна и отдыха.
Глава 15. Прохладные истории и тарелка борща
Этот день вышел для Шона на удивление ненапряженным. Хорошо выспавшись в комнате для совещаний, парень без особой спешки раскрыл до вечера четыре преступления и даже заглянул в аэропорт, чтобы еще раз обследовать его своими методами. Ничего ожидаемо не нашел и вернулся в отдел, где и был взят в оборот Алиной. Та разобралась со всей документацией Шона и даже помогла закопавшемуся в бумаги Жоре, а когда Шолохов появился на горизонте, схватила его за хобот и пошла с ним на практике учиться отправлять готовые дела в суд. Когда же они и с этим закончили… то как-то неожиданно и быстро оказались дома. Уставший Шон пропустил момент перехода мимо разума и вернулся в полностью осознанную реальность лишь когда девчонка задала ему неожиданный и довольно сложный вопрос.
- Коль, а что случилось с твоим братом Святославом. Я проверяла твои слова об отце и случайно узнала о нем. Информации в интернете очень мало и понятно лишь то, что он умер шесть лет назад. А еще, какая-то желтая газета утверждает, что это случилось при крайне загадочных обстоятельствах…
- Из-за которых я теперь и не появляюсь в Москве – на автомате ответил Шолохов и только после этого, нехотя оторвал голову от подушки, чтобы осмотреться. А увидев стоящую у плиты и что-то готовящую Кувайкову, так и замер с приоткрытым от изумления ртом – Ты это… чего там делаешь?
- Да вот, решила борщ приготовить – словно так и должно было быть, легко пояснила девушка – Ты как пришел, так практически сразу спать и лег. А у меня-то сна ни в одном глазу. Весь день эти унылые бумажки перебирала и теперь хочется занять себя хоть чем-то активным. Зашла к соседке, объяснила ей ситуацию с работой и извинилась за вчерашний шум, перебрала свои вещи, сбегала в магазин, а теперь готовкой себя озадачила. Так что готовься, скоро у нас будет поздний ужин – будто бы с угрозой пообещала Алина и Шон не нашелся что ей ответить, кроме невнятного «Понятно». Он даже боялся представить, о чем она разговаривала с Лидией Сергеевной и гнал из мыслей лезущие на ум варианты. Стараясь сбежать от творящегося вокруг бреда, он прикрыл глаза, надеясь вновь провалиться в дрему, но вопрос девушки выдернул его в реальный мир.
- А вот я не поняла! Ты так ничего и не сказал мне про своего старшего брата. В сети о нем нет практически никакой информации, как будто кто-то ее подчищает. Да и о тебе там практически ничего нет. Пишут о твоей ссоре с отцом и о том, что ты куда-то уехал, а дальше никакой конкретики и лишь одни догадки – оторвавшись от плиты и отложив ложку, девушка облокотилась на барную стойку, отделяющую кухню от единственной комнаты и ожидающе посмотрела на сонного Шолохова. Парень, чувствуя этот взгляд, через десяток секунд все же не выдержал и открыл глаза.
- Брат умирает больше шести лет назад, я практически сразу после этого валю из столицы под надуманным предлогом, информация о нас секретится, интернет вычищается… Какие выводы ты можешь выжать из этой логической цепочки? – решил позанудствовать Николай, при этом переворачиваясь на живот, чтобы можно было без напряжения в шее смотреть на свою беспокойную постоялицу. Та поначалу стушевалась под его пристальным ожидающим взглядом и опустила глаза, но потом практически сразу взяла себя в руки и задумалась. К ее счастью, после наводящего вопроса, стало не так уж и трудно мыслями дойти до основных выводов.
- Твой брат как-то связан с появлением этих способностей и… Получается что это не врожденный, а вполне себе приобретенный эффект. Интернет подчистили, чтобы на тебя не начали охоту всякие долбанутые мистификаторы, перевозбужденные запахом жаренного газетчики иии возможно какие-то спецслужбы.
- Все верно – довольно покивал Шон – Ты не упомянула только о тех, кто мог стать для меня главной проблемой, о чудаках желающих повторить фокус с обретением силы. Но тут я не удивлен. Даже без связи с тобой через кровь, я знаю что ты подумала «А может и я как-то смогу это провернуть?» - судя по тому как смутилась Алина, парень своей догадкой угодил точно в цель.
- А что, «это» можно и правда как-то повторить? Вчера ты мне сказал что нет – все же надеясь на какое-то чудо, уточнила Кувайкова и не выдержав тяжелого взгляда Николая, отвернулась обратно к плите, делая вид что ей нужно было помешать борщ и проверить его на вкус.
- Я тебе практически не соврал. Попробовать повторить ритуал можно, но не смотря на итоговый результат, я перестану считать тебя человеком и без колебаний убью. Просто и безболезненно остановлю сердце… так же как и Коржикову старшему.
- А ты, оказывается, очень опасный человек – поднимая с пола выскользнувшую из пальцев ложку и кидая ее в раковину, чуть хрипловато проговорила девица. В голове ее метались разные мысли, мешая нормально думать, а по телу то и дело пробегали жаркие волны.
- Неужели испугалась? – с усмешкой спросил Шолохов, но когда он услышал ее ответ, то улыбка его тут же поблекла.
- Да нет. Скорее… возбудилась – честно призналась Алина, сама не ожидавшая от себя такой реакции на прямую угрозу.
- Кхаммм… Тогда постелешь себе сегодня на полу.
- Ага! Не дождешься – выразила свое категорическое несогласие девица и наконец-то выловив из борща новой ложкой кусок мяса, попробовала его на готовность. Прожевав его, она довольно покивала и сразу выключила газ, прикрыв небольшую кастрюльку крышкой – Наверное нужно позвать Лидию Сергеевну на ужин. Пусть заодно майонез прихватит, я как-то забыла его купить – пораженный такой наглостью, Шолохов даже не успел ничего возразить, а решившая все за него девица уже звонила соседке и приглашала ее в гости.
- Какие гости!? Какой ужин!? Десятый час ночи! – запоздало высказался Николай, но было уже поздно. Лидия Сергеевна уже пришла и стремительно захватившие квартиру женщины начали накрывать на стол, на котором появилась даже початая бутылка водки. Парень конечно мог бы начать скандалить и выгнать этих суетливых дур из своего жилища… но ему было банально лень это делать и он просто решил смириться с этой неизбежностью.
Следующие полчаса застолье шло полным ходом. Пока дамы ужинали и понемногу пригублялись, обсуждали готовку, отказавшийся от алкоголя Шон не спеша ел на удивление очень вкусный борщ. Потом он долго пил чай с конфетами… А когда ему надоели эти посиделки, как-то легко и плавно перевел беседу на обсуждение рабочих дел. И лишь когда парень начал сыпать терминами и рассказывать про расчлененку, а Кувайкова принялась ему охотно и активно отвечать, на ходу строя какие-то версии, соседка прекратила греть уши, наконец-то поняв что нужно валить от этих ненормальных.
Пока Алина убирала со стола, Шолохов сходил помыться. Потом уже девушка сбегала в душ. Чистая парочка общими усилиями застелила разложенный диван и с полными желудками легла спать. И как на зло сон уже не шел ни к кому из них. Алина после нудно долгого дня была до омерзения бодра, да и Шон смыл в душе усталость и теперь уже не мог сомкнуть глаз.
- Ладно, спрашивай. Я уже и без крови чувствую твое любопытство – обреченно предложил Шолохов через несколько минут, когда ему надоело ворочаться, ища удобную позу, а вспышки жгучего интереса при каждом случайном прикосновении к девчонке, окончательно лишили его надежды на приход сна.
- Расскажи, что случилось с тобой и братом шесть лет назад. Мне же интересно за что ты меня убьешь, если что – с легкой иронией в голосе спросила Кувайкова, прижимаясь одетым лишь в сорочку телом к спине Шона. Тот сразу отодвинулся от нее и не желая повторения вчерашнего заезда, нехотя ответил на ее крайне непростой вопрос.
- Не люблю это вспоминать... Тяжело… - образ брата плавал в памяти, словно в густом болотном тумане и от него даже в стерильных чертогах воображения пахло гнилью и кровью. Пахло смертью – Святослав… Он был старше почти на восемь лет и в отличие от нас меня с отцом, не собирался идти по пути юстиции. Нет, он был безумным фанатом истории. Учился на археологическом и грезил приключениями Индианы Джонса. Ну и видимо нашел их на свою голову. Сам я мало что знаю и мне приходится опираться лишь на слова отца, судя по которым… Во время археологических раскопок где-то на Курилах, брат нашел несколько тонких каменных табличек с текстом, а потом ухитрился как-то их прикарманить и незаметно перевезти в Москву. Там он напряг своих друзей, таких же любителей тайн и приключений, чтобы разобраться с находкой. Они как-то определили что табличкам больше семи тысяч лет, а письменность на них относится к восточной и похожа на древне-древне китайскую. Группа молодых лингвистов смогла общими усилиями перевести текст и оказалось что там был описан некий ритуал. Причем с богами, вроде бы даже ни как не связанный. Скорее это было похоже на жертвоприношение ради будущей удачи и обильной охоты.
- Пока что все звучит нормально и я бы даже сказала, вполне буднично. Но раз Святослав умер, значит что-то в этой истории пошло не так? – предположила Алина, будто бы назло Шолохову, вновь пододвигаясь и прижимаясь к его спине. Он уже лежал на краю дивана и отстраняться от нее дальше уже не мог, поэтому ему пришлось смириться с ее близостью, а заодно подтвердить предположение Кувайковой.
- Что-то пошло не так… это еще мягко сказано. Из почти трех десятков ребят и девчонок, занятых этой загадкой, в живых остался только один лингвист, да и то потому что неудачно попал в аварию и сломал обе ноги. Это было похоже на массовое помешательство. Они все загорелись идеей изучить, а затем и реконструировать этот ритуал… и даже не обратили внимания на то что их действия начинают сильно расходиться сутью переведенного древнего текста. Дававший показания лингвист сказал, что они и не заметили, когда в концепции жертвоприношения сменили жертву с фермерского поросенка, на человека. А потом и вовсе неожиданно оказалось, что у приносящего жертву и у самой жертвы должна иметься близкородственная связь.
Я тогда не понял что происходит… Ко мне пришел брат со своими дружками. Мы даже пройти на кухню не успели, а меня уже вырубили, ударив по голове чем-то тяжелым. Очнулся я уже где-то в лесу неподалеку от Москвы, привязанным к бревну и истекающим кровью. Попытался звать на помощь, но покрутив головой понял что в этом нет никакого смысла. Вокруг лежало двадцать семь безжизненных тел… я тогда это четко почувствовал. Понял и начал выпутываться самостоятельно.
К моему счастью на дворе была поздняя осень и загустевшая кровь очень медленно вытекала из продрогшего тела. Еще повезло с тем, что они и не подумали снять с меня кофту и резали прямо так, разрывая ткань и плоть. Какие-то обрывки и нитки налипли на раны, тоже немного замедляя отток крови. Уже не помню как, но я все-таки смог выдернуть одну руку и нашарить в кармане телефон. Связь в Москве хорошая, поэтому я смог дозвониться до отца и в паре слов описать ситуацию, а потом все-таки потерял сознание. Вызов ни кто из нас не сбросил, поэтому он напряг всех кого смог и довольно быстро вычислил мое местоположение, после чего отправил на место ближайший наряд и скорую. Не знаю как долго они ехали, но судя по тому что я все еще жив, успели все же вовремя.
Пришел в сознание только через пару дней. А еще через несколько, отец ошарашил меня мистической историей, на которую оказались похожи итоги его расследования. Получалось так что все участники того ритуала убили себя сами, а не попавший в лес лингвист с поломанными ногами, дав первые показания, практически сразу сошел с ума. Те самые таблички нашлись на квартире Святослава… Точнее нашлось мелкое крошево и пыль что от них осталась. Собрать что-то из этого каменного песка было уже невозможно. По итогу у следователей не осталось ни свидетелей, ни участников, ни каких-либо записей объясняющих суть произошедшего, лишь какое-то непонятное фентези и куча вопросов.
Когда я наконец выписался, меня сразу начали одолевать журналисты. До отца им было сложно добраться, поэтому они взялись за его сына. Поначалу получалось от них отмахиваться, но когда они стали слишком настойчивы… отец посоветовал встретиться сразу с несколькими и пересказать им свою версию, а если будут спрашивать про ход расследования, говорить что у меня с папенькой довольно натянутые отношения и что он мне ничего не рассказывал. Я конечно принял эту идею, все организовал и пригласил на разговор нескольких репортеров из тех что понаглее. Думал что по быстрому отстреляюсь, отвечу на их вопросы, но… получилось как получилось.
Поначалу все шло нормально. Они закидывали меня вопросами, спрашивали об отношениях с братом и отцом, допытывались насчет расследования, пытаясь поймать на нестыковках, но у меня получалось отбиваться. А потом какой-то идиот случайно задел столик и опрокинул стаканы с водой, которые я на рефлексах поймал… вот только не руками, а тем что теперь называю силой. А хуже всего было то, что этот момент засняли камеры. Толком не поняв что произошло, я попросил журналистов подождать и практически сразу отключился от сильного перенапряжения. Ждать пока приду в себя они конечно не стали. Сразу сбежали и меньше чем за полдня состряпали сенсацию. По их словам именно я убил два с половиной десятка человек. Провел древний кровавый ритуал, при помощи которого обрел некие колдовские силы. В качестве доказательства показывали видео с интервью и справки от экспертов о том, что это не монтаж. И тут, как ты понимаешь, все и закрутилось. Журналисты открыли охоту на ведьм и жаренные факты, а полиция на самих журналистов. Интернет кипит, блогеры хайпятся, идиоты ищут следы вмешательства инопланетян.
Понятия не имею как у отца получилось замять все это дело. Скорее всего, проверив меня и поняв что видео не фейк, к делу подключился высший аппарат. Пожар толком еще и не успел разгореться, а всем крикунам уже заткнули рты компроматами, а несогласных посадили на нары или в дурку. Сразу на двух федеральных каналах вышло видео-опровержение и даже в каком-то ток-шоу эту проблему обсосали, обвиняя экспертов в обмане и предъявляя своих более экспертных экспертов.
Когда шум утих меня взял в оборот какой-то секретный институт и промариновал всяческими исследованиями и замерами почти три месяца. По итогу, к моему величайшему счастью, я их своими слабенькими способностями не заинтересовал. Телекинез после которого каждый раз падаю в обморок от перенапряжения… Пффф. У них в лабораториях, наверное, какие-нибудь Халки обитали или супермены и тут я такой, ’’могучий’’ задохлик, не способный ни на что кроме перемещения легких предметов.
В конце концов, меня выпнули из этого института, лишь взяв с бесполезной ’’мошки’’ подписку о неразглашении, которую я сейчас нагло нарушаю. Ну а отец, подумав немного, выслал сына из Москвы. Сказал что чем дальше я от столицы, тем ему спокойнее. Ну и вот… Три года мне пришлось сидеть на границе с Казахстаном, а потом, по просьбе папеньки, меня перевели в город побольше… но уже сюда, за Урал. Два года уже тут обретаюсь и если честно, не сильно горюю по этому поводу. Главное журналисты тут меня не достают, а остальное не так уж и важно.
- Дааа уужж – пораженно протянула Алина, выслушав печальный рассказ Шона и даже и не найдясь сходу чего бы еще такого у него спросить. Весь его рассказ звучал, словно какой-то бред, вот только найденные в интернете мелкие детали легко в него укладывались. А искать нестыковки в словах Николая было довольно неудобно, особенно лежа с ним на одном диване и прижимаясь к его спине – Но теперь-то ты не мелкая ’’мошка’’ и можешь куда больше чем раньше.
- Ну да. И именно поэтому не спешу возвращаться обратно в Москву. Как говорится, нас и здесь неплохо кормят.
- Это такая неуклюжая благодарность за борщ – негромко хихикнув, уточнила девчонка, на что Шон ей ответил лишь неразборчивым мычанием, смысл которого приравнивался к словам «Додумывай как хочешь».
- Слушай Коль – вклинилась в тишину Алина после долгого молчания, за время которого парень вновь попытался уснуть. После его рассказа в голове Кувайковой крутился целый сонм противоречивых мыслей, в котором она пыталась отыскать ответы. И с такой кашей в разуме ей в ближайшее время было не суждено уснуть. Ну а так как страдать в одиночку она не собиралась… Шон на отдых мог и не надеяться – Я тут подумала и… - не очень уверенно начала девушка – Вся эта история с плитками выглядит очень странно. И все случившееся с твоим братом… Все это выглядит как ловушка.
- Поясни – заинтересовавшись, попросил Шолохов, нехотя открывая глаза.
- Нууу… Слишком у Ярослава как-то просто все получилось. Легко украл и довез до Москвы, легко убедил людей помочь, слишком легко перевел текст. Знатоков древнекитайского языка в мире не так уж и много, а в России их и вовсе, скорее всего, несколько человек. А тут собрались какие-то детишки и на чистом энтузиазме сделали невозможное. Для исследования загадочных табличек собралось слишком много человек, но все почему-то хранили молчание. Удержать информацию внутри такой большой группы практически невозможно и слухи в любом случае бы поползли.
- На все это я тоже обратил внимание раньше… но пока никак не пойму к чему ты ведешь. И причем тут вообще ловушка?
- Я тут подумала и… - Алина замялась не зная как выразить свою мысль – Если принять на веру существование всякой мистики, а находясь рядом с тобой отмахнуться от нее нельзя, то получается… Если представить что некая «сущность» разбросала по всему миру такие таблички-ловушки и питается жизнями попавшихся на крючок дурачков вроде твоего брата, то…
- Горшочек не вари! Горшочек не вари! Гааршоочееек нее вааарии! – настойчиво потребовал у девушки Николай – Выбрось из головы все эти теории заговора, а то мы с тобой сегодня точно не уснем – и чтобы перенаправить мысли беспокойной помощницы в менее пугающее русло озвучил свою, приземленную версию – Не исключай из всей этой истории фактор везения. Дуракам везет и возможно именно поэтому у них все так легко получилось. Да и про содержание табличек мы знаем только со слов одного обезумевшего парня. Кто знает, может они были не такими уж и древними и на них современно-китайским по белому было написано, что и как нужно делать. Ну а на счет того что они все там в лесу того… Не смотря на то что характер ран говорит о массовом суициде, главной версией все же остается грамотно организованное массовое убийство. Так что не разводи тут мне лишнюю панику и не списывай все на мистику. С твоей стороны это как минимум непрофессионально.
- Но как же твои способности!? Откуда-то же они взялись! – будто бы цепляясь за последнюю соломинку, воскликнула девушка. Но и по этому фронту Николаю нашлось чем ей ответить.
- Я несколько раз видел как умирают люди и точно знаю что в момент смерти происходит сильный выплеск непонятной мне энергии. И на основании этих знаний могу предположить… Одномоментная смерть сразу двух с половиной десятков человек должна была вызвать настоящую энергетическую бурю, в центре которой я собственно и оказался. И можно предположить, что именно это меня как-то и изменило. Понятия не имею как именно это повлияло на мой организм и разум, но… итоговый результат, можно сказать, ты уже видела своими глазами – озвучил свою версию Шон и после короткого молчания, закончил свою мысль, слегка смазывая общее впечатление – Это только моя версия. Лично ты можешь воображать себе и что-то иное… но мне куда приятнее и спокойнее думать именно так, вместо того чтобы верить в какую-то жестокую полу божественную сущность как-то повлиявшую на меня и мои возможности. Нууу ***** такие фантазии – Шолохов буквально спиной чувствовал нервное напряжение прижавшейся к нему девушки, поэтому и не подумал от нее отстраняться. Наоборот, он попытался расслабиться и отправить ей в ответ теплую волну спокойствия и уверенности.
- Ладно. У тебя еще есть вопросы? Или может быть мы еще раз попытаемся уснуть? – без особой надежды на отдых уточнил парень, спустя несколько минут. И получил от девушки вполне ожидаемый ответ.
- Нет-нет! У меня еще есть вопросы! Я хотела уточнить на счет тех табличек… Неужели ни у кого из погибших не осталось ни одной фотографии?
- Ни единой. И даже все текстовые копии уничтожены. Не осталось даже маленького клочка бумаги с иероглифами, они все сожгли перед ритуалом.
- Понятно… - негромко проговорила девушка и резко меняя тему, уточнила – Я давно хотела спросить о твоих способностях. Мне просто интересно, что ты еще умеешь, помимо того что я уже видела?
- Если бы тебе было это так интересно… то ты бы сейчас не шарилась у меня в трусах! – недовольно проворчал Шон. На что Алина лишь насмешливо фыркнула, даже и не думая смущаться и убирать рук от чужого добра.
- Вот только попробуй сказать, что тебе неприятно!
Шолохов не стал врать и отталкивать от себя наглую девчонку. И наверное поэтому они и опять так и не смогли выспаться. К счастью Кувайковой и печали вновь заезженного Шолохова.
Глава 16. Третья жертва
Удары сыпались один за другим. Ногой в корпус, кулаком в грудь, ногой в голову, кулаком в печень, подсечка по ногам, кулаком в лицо и снова ногой в корпус – подвешенный манекен-груша стоически принимал все нападки судьбы и лишь изредка, принимая на себя особо сильные выпады, выражал свое недовольство негромким скрипом хорошо натянутых цепей.
Тридцатисекундная передышка, погружающая уже опустевший вечерний зал в абсолютную тишину, а затем следует новая череда ударов растянутая на пять долгих минут. И так круг за кругом, постоянно меняя комбинации и стойки, но оставляя неизменным время между подходами. Подсечка по ногам, кулаком в грудь, ногой в корпус и практически сразу в бедро, кулаком в лицо, ногой в голову.
- Толя ты как, еще долго будешь? – дождавшись пока Самарин не сделает очередную паузу, спросил подошедший тренер и кинул взмыленному парню полотенце.
- А сколько времени? – легко поймав тряпку, ответил он вопросом на вопрос и даже удивился, когда стоящий рядом мужчина посмотрел на часы и сказал «Начало девятого» - Вот это я увлекся! Даже и не заметил когда остальные ушли – оглядывая небольшой опустевший спортивный зал, несколько сконфуженно высказался Анатолий. И лишь вновь посмотрев на тренера, понял что тот уже тоже успел переодеться – Сергеич, ты тоже уходишь? – объединенные большим количеством соревнований и взаимным уважением к успехам друг друга, они, не смотря на разницу в возрасте, уже давно отбросили всю эту мишуру ненужной вежливости и общались на равных, практически как друзья. И не было ни чего удивительного в том, что Самарин обращался к тренеру так фамильярно.
- Да вот, сестра младшая отпуск взяла и вместо Сочей решила из Москвы ко мне нагрянуть, с родителями повидаться. Через час прилетает, так что нужно ехать встречать – пояснил тренер и наблюдая за тем как парень обтирает пот, вновь спросил – Что Толя, мне тебя подождать или ты сам зал закроешь?
- Даааа еще часок, наверное, поработаю. Пытаюсь вот получше прочувствовать тело и понять где ошибаюсь, но пока не получается – получив ответ тренер понимающе покивал. Ключ от зала лег на лавочку рядом с бутылкой воды, телефоном и запасными эластичными бинтами Толика, после чего Дмитрий Сергеевич попрощался со своим учеником и… сделав всего несколько шагов в сторону выхода, остановился и спросил.
- Что у тебя опять там случилось?
- В каком смысле? – не понял сути вопроса Самарин. Он уже был готов выплеснуть на манекен новый поток ударов, но успел остановить пошедшую на замах ногу и обернулся.
- В прямом конечно. С телом у тебя проблем нет и ты это сам прекрасно знаешь, а главный затык сейчас находится в твоей голове. Ты чем-то сильно обеспокоен и из-за этого движения стали слишком резкими и дерганными. Что, опять полицейские приходили расспрашивать о твоем дружке Коржикове? – почти попав в цель, предположил Дмитрий Сергеевич. Толя, не желая падать в глазах тренера, умолчал о том что, будучи пьяным, принимал непосредственное участие в избиении старика и описывал все с позиции свидетеля.
- Сразу видно, что вы не смотрите телевизор. Валерку дней шесть назад убили рядом с клубом «Синий Марлин». Мне знакомый из полиции сказал, что был всего один удар. Ножом под ребро и прямо в сердце – Сергеич удивленно расширил глаза… и это была вся его реакция на данное известие – Собаке, собачья смерть – коротко высказался Дмитрий Сергеевич и попросил Самарина не забивать голову мыслями об этом бестолковом ********.
- Я постараюсь Сергеич… – не очень искренне пообещал парень и еще раз попрощавшись с тренером, проводил его печальным взглядом - …но будет очень сложно.
Сложно перестать беспокоиться, особенно если знаешь слишком много. Вот и Толик, охаживая безропотно принимающий все удары манекен-грушу, ни как не мог выбросить из головы то что узнал перед тренировкой. Звонок знакомого, заброшенного на практику в полицию, лишил Самарина душевного спокойствия и заставил ощутить незнакомый привкус пугающего ожидания. Именно этот ’’доброхот’’ сообщил об убийстве Тагира и о том, что ко всем фигурантам того дела приставлено наблюдение. Кто-то из начальства уверен в том, что убийца продолжит свою серию и приставив наблюдателей с камерами надеялся поймать его на живца. И чувствовать себя наживкой Толику… было неприятно.
Натянутая цепь поскрипывала, когда на манекен сыпались мощные удары, в которые парень вкладывал всю свою силу и накопившееся внутри нервное напряжение. Стараясь чередовать руки и ноги, он методично избивал грушу, в мыслях отсчитывая примерные пять минут на один круг. Он старался прочувствовать каждое свое движение и натяжение мышц, каждый свой шаг и выпад, каждое изменение в стойке и…
«Дзинь-Дзинь-Дзинь-Дзинь-Дзинь…» - зазвенел стандартной мелодией вызова телефон, напоминая Толе еще кое о чем. Знакомый мент предупреждал, что убийца перед нападением звонил своей жертве с неизвестного номера. Неприятное, пугающее знание… которое не вызвало у парня вспышку паники, а наоборот, заставило его наконец-то успокоиться и сосредоточиться, словно перед важной схваткой. В несколько шагов подойдя к лавочке, Самарин подхватил телефон и увидев надпись «Номер неизвестен» сбросил вызов.
- Выходи давай! Я знаю что ты уже где-то рядом – уверенно потребовал Анатолий и даже не удивился когда в спортивный зал вошел незнакомец. Синие джинсы, обычные кроссовки, мешковатая кофта с накинутым на голову капюшоном, из-под которой виднелся лишь край кокой-то белой маски – именно так на словах описывал убийцу знакомый полицейский и уже было сложно ошибиться в том, кто же заглянул в гости к Самарину.
- О! А меня тут оказывается уже ждут. Какой нетерпеливый мальчик. Зачем ты торопишь свою смерть? Мог бы взять трубку хотя бы из вежливости – шипяще хриплый голос пробежался холодным ветром по спине Толика, но не осел липким страхом в его мыслях. Он был готов к очередному поединку и парню было не важно что на этот раз на кону стояла его жизнь – Надо же, не боишься! Вот молодец какой! Может, в отличие от остальных, даже сможешь развлечь меня перед смертью – в руке незнакомца, будто бы из неоткуда, появился длинный и очень узкий кинжал. Несколько стремительных взмахов рассекают воздух… а в следующий миг оружие вонзается в старый деревянный косяк входной двери, а убийца, хрипло хохотнув, жестом руки предлагает приготовившемуся к бою парню нападать.
Холодным разумом оценив движения противника и приготовившись к трудному поединку, Толя двинулся вперед. Сближение, после чего он делает несколько скользящих выпадов, проверяя реакцию противника. Движения врага очень быстры, но абсолютно не техничны. Почувствовав преимущество, парень усиливает натиск. Несколько шагов в сторону чтобы закрутить врага в неудобном для него направлении, стремительный тычок в лицо для отвлечения внимания и на следующем подшаге молниеносный удар ноги в корпус. Такая хлесткая плеть могла сломать нижние ребра нетренированному противнику, но…
- Слабак! – с издевательской усмешкой сказал убийца, без видимых усилий ловя ногу за стопу. Самарин конечно попытался высвободиться но все его потуги оказались бесполезны. Пальцы сомкнулись на ноге парня, словно тиски… а в следующий миг, чудовищной силы удар кулака переломил ногу каратиста дробя сразу обе берцовых кости. Еще секунда и вот уже по колену парня прилетает еще один удар, заставляя его заходиться в истошном крике. Наполняя недавно полное жизни тело Толика болью и агонией. Стремительно приближая его к скорой кончине.
- Жатва продолжается! ХаХаХаХаХаХа! Жатва продолжается! Жатва продолжается!
***
Алина скучала, сидя на капоте служебной машины и слушая бесконечные истории Жоры. Всегда общительный и веселый, этот мужичек импонировал девушке. Вот только за последние полтора часа ожидания его болтовня так успела достать Кувайкову, что она уже была готова придушить этого идиота. И ее удерживало от смертоубийства лишь знание того, что через полчаса их смена подойдет к концу, после чего она наконец-то сможет от него сбежать.
- ****! – негромко выругалась Алина, когда телефон сообщил ей о том, что свободное место на флешке практически закончилось. Из-за этого ей пришлось останавливать и сохранять запись, чтобы потом запустить новую, но уже на внутреннюю память – Что за идиотизм!? Зачем вообще нужно было придумывать план, который все равно ни кто не собирается реализовывать? Денег нет даже чтобы на служебную машину регистратор поставить, а с нас почему-то требуют. Снимай даже если не на что и запись после дежурства для проверки предоставь. ******* бред!
- Привыкай Алинка! Это Россия, здесь по-другому и не бывает – весело заметил Жора и добродушно посмеявшись над ворчанием девчонки, тут же припомнил еще одну историю – Помню года полтора назад так же сидели наблюдателями, ждали появления каких-то залетных ОПГшников. Я же мужик удачливый, поэтому наверное они аккурат на нас и вышли. Хотел доложить в общую связь, вот только оказалось, что единственная на двоих рация двинула кони. И подумал я тогда, что к нам тоже скоро писец на огонек заглянет. Но благо все обошлось. Со мной тогда в паре был Шон и он с этой проблемкой и разобрался. Пошаманил как-то по-своему, пометил вражин своей кровью, а потом всех их разом и усыпил. Мне потом этих бандюков только скрутить и осталось. Наручников было всего двое поэтому, пока Колька вызванивал капитана, я вязал улов ремнями и…
- Прекрати болтать – настойчиво попросила девушка, а когда Жора что-то возразил и собрался продолжить, она громко гаркнула «Молчать!» и уже спокойнее потребовала – Слушай! По-моему кто-то кричит – когда болтливый следователь наконец-то заткнулся, то сразу стало понятно что девчонка не ошиблась. Крик доносился из того дома за которым они как раз и следили.
- Продолжай снимать! Иди за мной! – наконец-то став серьезным, приказал Жора, выдергивая из кобуры пистолет. Соскочив с капота, Алина бросилась следом, слегка дрожащими от нервного напряжения руками зачем-то снимая спину бегущего впереди напарника. Вот он уже рывком распахивает дверь с небольшой табличкой [Школа Карате «Кузня»] и запрыгивает внутрь. Через несколько секунд в помещение заскакивает и Кувайкова. Она бежит по темному коридору, проскакивает мимо погруженных в полумрак раздевалок… и почти у самого входа в спортивный зал наталкивается на вынырнувшего обратно Жорика.
- Не лезь туда, там месиво! – кричит он девчонке, в ушах которой грохочет встревоженное сердце – Вырубай видео! Звони дежурному и Шону! Я пробегусь по округе! Убийца не мог далеко уйти! – Власов уже обогнул девушку и бросился на выход, а до нее с большим опозданием наконец-то дошел смысл его слов… Они опоздали. Убийца настиг еще одного парня.
Глава 17. Письмо на стене
- Что-то интересное увидел? – спросил самолично приехавший на место преступления подполковник у вышедшего из тренерской комнатки Шолохова. Вот только заметив что походка у парня не очень ровная, а подбородок перепачкан кровью, Иван Ильич не стал его торопить. Вместо расспросов мужчина помог Шону дойти до лавочки и там уже вложил ему в руки бутылку с водой и полотенце. Хозяину эти вещи были все равно уже не нужны.
- Зачем? – только что выплывший из омута чужой памяти Николай даже не понял, зачем ему все это нужно и Строгонову, понимая затруднения подчиненного, пришлось пояснять.
- Ты опять перенапрягся. Все лицо в засохшей крови. Намочи полотенце и утрись, пока сюда кто-нибудь еще не зашел – нет, подполковник конечно предупредил остальных что бы ни кто в спортивный зал пока не лез, но некоторых идиотов даже прямой приказ мог и не остановить. Вон как ту же Кувайкову. Жора же просил ее не лезть внутрь, а она все равно заглянула. Ну и… хорошо хоть выбежать на улицу успела, а не прямо на месте преступления все заполоскала. Мужики потом еще и время тратили, чтобы ее истерику унять.
«- Дура мелкая» - несколько раздраженно подумал Строгонов, но потом и сам передернул плечами от проскочившего чувства иррационального страха перед очень близкой чужой смертью. Он приехал чуть раньше экспертов и тоже успел увидеть, что сталось с Самариным… и это выглядело пугающе мерзко. Если бы что-то подобное случилось лет тридцать назад, то столь жуткое зрелище, возможно, заставило бы и самого Строганова вывернуть свой желудок на досмотр. Но зачерствевший под гнетом времени разум, при входе в спортивный зал на автомате подмечал лишь самые важные детали - залитый кровью пол, переломанное тело молодого парня с широкой дырой в левой части груди, лежащее на подоконнике сердце и багровую надпись на стене «Ну попробуйте меня поймать». На последнюю Иван Ильич смотрел и сейчас, спустя почти полчаса после того как тело Анатолия Самарина увезли в лабораторию. Смотрел и ни как не мог понять, зачем убийца тратил время чтобы это написать.
- Это послание не вам, а лично мне – будто проследив ход мыслей подполковника, заявил Шон, кидая грязное полотенце под лавочку и закручивая бутылку. Парень посидел молча с полминуты, видимо прокручивая в голове обрывки чужих воспоминаний и покивав каким-то мыслям, все же пояснил свои слова.
- Он сначала написал на стене эту *****. Причем делал это так чтобы умирающий парень и я, глядя его глазами... чтобы мы могли все видеть. И только после этого убийца вырвал Толе сердце.
- Прямо так и вырвал!? Голой рукой!? Сквозь ребра!? – не поверил Иван Ильич словам старлея, почему-то посчитав их художественным преувеличением. Вот только на усталом лице Шолохова не появилось и намека на эмоции.
- Рука не голая, а в перчатке – без малейшей капли иронии возразил Николай – Он очень сильный и ребра ему не помеха… он нечеловечески силен. Ударами кулаков ломал кости ног и рук и я чувствовал отголоски чужой боли. Самарин был уверен, что как боец убийца абсолютно неумелый и бестолковый, но вот скорость реакции и сила… Сила просто чудовищная – Шолохов устало потер лицо, пытаясь прогнать из памяти воспоминания о чужой боли и отвлечься от неприятных мыслей. Получилось не очень хорошо, но тянуть он больше не стал и вяло махнув рукой, предложил подполковнику задавать вопросы.
- Лица так и не увидел? – без особой надежды на чудо уточнил Строгонов и отрицательно помотавший головой Шон лишь подтвердил его опасения.
- Капюшон будто приклеен к голове. И эта белая маска… вижу только нижнюю часть и даже не могу понять из чего она сделана. Толи пластик, толи керамика… толи кость. Не знаю – Николай помолчал некоторое время и потом, нехотя, все же озвучил еще одну неприятную новость – Когда он меня бил… В смысле, когда он бил Самарина, я смог почувствовать его эмоции. Скорее всего, он просто позволил мне почувствовать их и… не знаю…
- Ну не томи Шон. Рассказывай уже что там почувствовал – не вытерпев очередной паузы, потребовал заинтригованный Иван Ильич. Он понимал что ничего сверх важного, скорее всего, там не будет, но чувство причастности к чему-то таинственному, помимо профессионального интереса, разжигало в нем еще и банальное любопытство. Которое мужчина и не собирался сдерживать в себе.
- Он знал что я буду смотреть глазами Самарина и поэтому, избивая парня, испытывал направленное конкретно на меня пренебрежение и возможно даже презрение. Убийца не считает меня соперником и теперь уже полностью уверен в том что ни я, ни все мы не сможем ему помешать… помешать ему закончить то что он начал. И скорее всего, в дальнейшем, он станет действовать еще наглее и напористее. Возможно даже перестанет скрываться под капюшоном. И тогда я смогу хотя бы нормально разглядеть его маску.
- А чего именно он хочет добиться, ты в его голове не увидел? – вновь без особой надежды на нормальный ответ, спросил подполковник, но на этот раз Шолохов порадовал его. Если и не полноценным пояснением, то как минимум интересной и похожей на правду гипотезой.
- Я прикоснулся к его эмоциям, а не мыслям, поэтому о его коварных планах рассказать ничего не могу. Но если вам интересна именно суть происходящего, то могу предположить – парень посмотрел на начальство и поняв что его внимательно слушают, продолжил свою мысль – Вы наверняка помните как на меня свалились мои ’’необычные’’ способности. И скорее всего… сейчас происходит нечто подобное. Убийца проводит некий ритуал, только вот, судя по всему, ему не нужно убивать разом много людей. Не знаю по каким критериям он ведет отбор, но как я понимаю, его интересуют лишь группы из как-то связанных между собой людей и наши долбанутым школьникам просто не повезло попасться ему на глаза. Я не почувствовал у него какой-либо ненависти или негатива направленного на Самарина. Все жертвы убийцы лишь ресурсы. Скорее всего, закончив охоту, он получает небольшое усиление своих способностей, после чего начинает поиск новой семерки жертв, но уже в другом городе или стране – тяжело вздохнув, Шон повернулся к Строгонову и посмотрев прямо ему в глаза, озвучил свою печальную мысль – Он слишком силен и мне почему-то кажется что мы не сможем его остановить. Даже если бросим все силы на защиту оставшейся четверки. А если у нас все же получится… то появятся жертвы и среди наших. Я… Я не знаю, что…
- Эээй боец! А ну ка брось мне тут эти упаднические настроения! Если будет нужно, то коробочкой станем вокруг детишек и обязательно их спасем. А потом и этого убивца поймаем, конечно с твоей помощью. У нас все получится! Вот скажи мне, в каком еще отделе есть свой штатный… как ты там сказал? Вот! В каком еще отделе есть свой штатный «Шаман крови»!? – накинулся на Шона со словами ободрения Строгонов и даже за плечо потряс, видимо таким образом пытаясь вытряхнуть из него всю его меланхолию.
- В Московской полиции есть ребята и покруче меня. Отец говорил…
- Но у них нет такого количества практики как у тебя сейчас! Скорее всего, ты уже давно стал сильнее этих столичных… ’’экспертов’’, так что прекращай считать себя слабаком и начинай делать дело. Если будешь сидеть тут и ныть, то точно никому не сможешь помочь. И еще… Вспомни уже наконец свою мотивацию! А то я уже и не знаю чем тебя еще подбодрить.
- Ты не можешь уберечь от опасности всех людей, но поймать преступника просто обязан – процитировал Николай слова своего отца, когда-то ставшие для него настоящим девизом и призывом к действию. После чего он, впервые за несколько часов, натянул слабое подобие улыбки – Не обращайте внимание на мое нытье Иван Ильич… Просто тяжело пропускать через себя чужую смерть. Особенно такую болезненную. Взял на себя слишком много и перегорел морально. Да еще и отдохнуть в последнее время нормально не получается. Устал как собака гончая…
- Что, Кувайкова опять что ли тебя вчера изнасиловала? – коротко хохотнув, шутливо предположил подполковник. И удивился, поняв что попал точно в цель.
- Ага – невесело улыбаясь, подтвердил предположение собеседника Шолохов – Только на этот раз, ******, с моего же согласия.
- Изнасилование по взаимному согласию? Звучит как-то… - не найдясь что сказать, Иван Ильич порывисто махнул рукой, отгоняя от себя ненужные мысли – К чертям вашу ушибленную личную жизнь и все интимные подробности! Больше не хочу ничего об этом знать! Давай, возвращайся уже к делу и рассказывай что там еще увидел?
- Не могу нормально сосредоточиться – отрицательно помотав головой, сказал парень и предложил нетерпеливому начальнику – Лучше сами спрашивайте, а я, если смогу, отвечу. Что вас конкретно интересует?
- Ну раз ты такой эксперт по всяким ’’шаманизмам’’… Объясни пожалуйста, почему он в этот раз пришел без кинжала и забивал пацана кулаками? И еще звонок… Ни кто не знает, звонил ли убийца перед приходом или на этот раз пришел без предупреждения?
- Звонок был и на этот раз без обманок, сразу с неизвестного номера – легко пересказывал Шон то что видел практически собственными глазами – Толя подошел вот суда к лавочке, взял лежавший телефон и не став отвечать положил его обратно. Судя по всему, кто-то из наших уже рассказал ему об убийце и наблюдателях, поэтому парень даже не удивился когда в зал кто-то вошел. Самарин ждал его… и даже успокоился, поняв что скоро придется драться – Шолохов с закрытыми глазами прокручивал в голове чужие воспоминания, ища интересующие Ивана Ильича моменты и сразу пересказывая все на словах – Кинжал был и в этот раз… Я не могу слышать голоса, они в воспоминаниях звучат как тихий шорох, но судя по реакции убийцы, Толя взял его на слабо и предложил бой без оружия. Противник соглашается и… втыкает кинжал в косяк двери. После чего практически сразу начинается поединок и… боль – Коля еще договаривал, а подполковник уже вскочил со скамейки и костеря слепых следователей и экспертов, принялся искать дырку в косяке. И практически сразу ее нашел.
Пока начальство суетилось, гоняя подчиненных и ругая всех кто попадался на глаза, Шолохов, недолго думая, завалился на лавочку и постарался урвать у суровой реальности хотя бы несколько минут отдыха. Увы, но эта самая реальность осталась глуха к его наивным надеждам. Строгонов довольно быстро дал втык всем кому нужно и заметив развалившегося на лавочке парня в горячке разбора полетов накинулся и на Шона.
- А ты тут чего валяешься!? Заняться нечем!? – и быстро беря свои эмоции под контроль, закончил свою мысль уже куда более миролюбиво – Если нечем заняться… То бери свою домашнюю насильницу за хвост и вали домой отсыпаться. Толку от тебя сейчас все равно никакого.
- Приказ понял! - тут же отрапортовал Николай, при этом даже не пытаясь пошевелиться или открыть глаза. Видя это, Иван Ильич лишь покачал головой, после чего, пробормотав что-то неодобрительное себе под нос, достал из кармана телефон.
- Ладно. Сейчас позвоню Власову, он тут где-то неподалеку крутится, свидетелей ищет. Пусть тебя и Кувайкову домой отвезет, чтобы под ногами тут не мешались – на это Шон ответил лишь поднятым вверх большим пальцем, всецело одобряя решение подполковника. После чего этот день для Шолохова фактически закончился. По крайней мере, все что происходило после он помнил очень смутно. И это значило лишь то, что в той концовке дня ничего интересного для него и не было.
Глава 18. Подземные жители
- Коль, объясни пожалуйста, что мы вообще тут забыли? – опасливо поглядывая по сторонам, уточнила Алина и дернулась от неожиданности, когда Шон придержал ее за плечо, чтобы та не шагнула в густо поросшую травой небольшую ямку. Поля рядом с городом давно забросили и их начал захватывать молодой, но упрямый еловый подлесок. Обнаглевшие от безнаказанности кабаны многократно перекопали землю в поисках чего-нибудь съестного, из-за чего прогулка по этой местности всегда превращалась в опасное, для целостности ног, приключение. И наверное обеспокоенность Кувайковой была вполне обоснованной. Шон, если честно, сам не понимал какими путями извилистой судьбы они шли, чтобы так сильно отдалиться от центра города и даже выбраться за его пределы.
- Вообще-то это ты забрала дело у Власова и ломанулась его расследовать. А ведь Жорик тебя отговаривал. Он утром уже оббежал соседей собачницы и собрал на нее столько компромата, что можно было сразу закрывать дело о похищении ее драгоценного породистого песика и открывать административку о систематическом нарушении общественного порядка. Но нет, тебе стало жалко собачку и ты побежала ее искать. А поняв что сама не справишься, впрягла в это дело меня. И теперь еще и недовольство свое показываешь. Полезла куда не просят, так еще и…
- Хватит ворчать. Как старый дед, ей богу – оборвала нотации Шолохова девица и недолго думая, сделала ответный выпад – И вообще, мог бы помолчать на счет помощи. Из тебя по этому делу с убийцей уже все жилы вытянули и ты был только рад свалить из отдела. Едва не кинулся мне на шею, когда я попросила у тебя «СОВЕТА» по этому делу. А потом запихал меня в машину и поехал черт знает куда.
- Ну на этот раз уже преувеличиваешь ты – в целом не возражая против утверждения девушки, сказал Николай. При этом он вновь подтянул свою спутницу за руку, на всякий случай обходя чью-то небольшую, но все равно угрожающую здоровью ног, нору. И лишь оставив ее позади, закончил свою мысль – Во-первых, не бросился тебе на шею, а сдержанно порадовался своевременности твоего предложения. Ну а во-вторых, мы минутах в пяти езды от города, так что о твоем местонахождении знают не только черти, но и датчики геолокации на наших телефонах. Так что не беспокойся, не потеряемся. И вообще… - Шолохов несколько растерянно огляделся вокруг и ’’обрадовал’’ спутницу еще одной, довольно странной новостью – Ты не поверишь, но мы кажется пришли. По крайней мере, та шерсть, которую мы прихватили, вела меня именно сюда. И если верить моим ощущениям и чувству направления… - в очередной уже раз прикрыв глаза и покрутив головой, будто бы прислушиваясь к чему-то, парень, спустя несколько десятков секунд, уверенно указал пальцем куда-то себе под ноги.
- Предлагаешь копать? – не поняв к чему ведет Шон, максимально скептически уточнила девушка. Правда по ироничному взгляду парня практически сразу поняла что ошиблась.
- Могу уже сейчас сказать, что псина померла и то что от нее осталось сейчас находится на глубине пяти-шести метров. Судя по моим ощущениям… под нами находится некий подземный комплекс, сильно похожий на метро. Точнее сказать не могу.
- Нуууиии? – вопросительно протянула Алина – Что нам делать с этой информацией? Предлагаешь дать той зловредной тетки точные координаты с местом нахождения ее собачки и закрыть дело? Да она нас обоих потом сожрет! Или еще одно заявление напишет, но уже на меня. Ей глупости на такое точно хватит.
- То есть, ты все-таки настаиваешь на варианте с раскопками? – шутливо уточнил Шон, а затем уже куда более серьезно добавил – Я, в принципе, изначально мог убедить ее в том что собака умерла и поехал искать псину только ради того чтобы немного потянуть время и отвлечься. Но раз мы сюда уже приехали… Так… - Шолохов огляделся вокруг и практически сразу указал в сторону небольшого холма. После чего, не затягивая паузу, пояснил – Слишком правильная форма. Это точно какая-то искусственная насыпь. Вероятно там скрытый советский оборонительный дзот… А заодно в нем должен быть вход в подземные коммуникации над которыми мы сейчас стоим.
- И ты надеешься на то что там все открыто нараспашку? По-моему, шанс на то что мы сможем войти в это твое ’’метро’’… Короче, нет этих шансов – озвучила свой скепсис девушка. На что Шолохов лишь пофигистически пожал плечами.
- Ну нет так нет. Прогуляемся, посмотрим и если ни чего не найдем сразу вернемся в город. Внушить нашей дурной собачнице простую мысль я смогу в любой момент, поэтому нет смысла торопиться – озвучил свое предложение Шон и не дожидаясь потока возражений, сбил девчонку с мысли внезапной претензией – Ты же деревенская, должна быть привычной к полям. Чего ноешь-то как городская фифа.
- От полей уже успела отвыкнуть, пока училась. А ною потому что обувь для таких прогулок не подходит – Алина сегодня впервые оделась по форме, видимо желая покрутить хвостом перед парнями из нашей оперативной группы и планируя пособирать комплименты в свой адрес. Вот только девчонка уже успела неоднократно пожалеть об этом решении, так как узкая форменная юбка и обувь с небольшим каблуком, не подходили для прогулок по пересеченной местности.
- Ладно – принимая свою ошибку, устало выдохнул Николай и желая ускорить их продвижение, без каких-либо затей и предупреждений, подхватил Кувайкову на руки. После чего, заблаговременно подмечая опасные корни и ямки, самыми безопасными путями направился прямиком к подмеченному холму.
- По-моему ты торопишь события. Мы всего неделю с тобой знакомы – с ехидцей в глазах и голосе заметила девчонка, при этом даже и не думая вырываться из рук Шона. Увы, но к ее разочарованию, Шолохов практически никак не отреагировал на эту провокацию и сказав короткое «Не дождешься», лишь ускорил шаг.
Николай не ошибся со своим предположением, под огромной земляной насыпью и правда скрывался бетонный купол дзота. Только-только подойдя к холму, он сразу почувствовал пустоты впереди и под ногами, что лишь укрепило его в собственных мыслях. Поиск входа довольно быстро закончился успехом, но если бы у Шона не было его способностей, они бы наверняка потратили на это дело немало времени. Советские военные практически не прятали проход, но вместо них над маскировкой поработал тандем из природы и времени. Ветер нанес разных семян, покрыв холм настоящим зеленым коконом и лишь едва заметная в траве тропинка говорила о том, что все же кто-то сюда иногда захаживает. За долгие годы земля успела немного подняться, из-за чего проход стал меньше по высоте и ищущей приключений (сугубо по служебной надобности) парочке пришлось слегка пригибаться, чтобы попасть внутрь. Ну а пройдя немного вперед… они попали в настоящий лабиринт состоящий из множества коридоров, небольших комнат и тупиков, назначение которых ускользало от разума Шона. А Алина и вовсе не задумывалась над этим и полностью положившись на старшего лейтенанта, с любопытством рассматривала окружавшую их картину пустоты и упадка, испещренную следами современного вандализма. Какой-то пищевой мусор на полу и высвечиваемые телефонными фонарями многочисленные окурки перемежались с отбитыми от бетона камнями и незамысловатой ’’наскальной живописью’’ наподобие банальных «Миша+Маша=Лове» или высокоинтеллектуальных около генитальных художеств. Один раз они набрели на стрелковую ячейку от которой осталось лишь вмурованное в стену дуло сверх тяжелого пулемета. Остальное вооружение было срезано под самый корень, во имя безопасности и металлолома.
Шолохову пришлось походить по этим путанным и узким закоулкам старого дзота, наверное, минут десять, прежде чем он почувствовал пустоту винтовой лестницы уходящей куда-то вниз. А потом он потратил еще минуты при, прежде чем нашел ведущую к спуску дверь. Хотя, именно дверью ее было сложно назвать. Это скорее была металлическая бронеплита, толщиной практически в полметра. Судя по глубоким порезам на толстенных петлях и черным пятнам от сварки или автогена, кто-то безуспешно пытался ее вскрыть и жестоко обломался. Вандалы, в порыве отчаянной ярости, срезали штурвал гермозатвора и забрали его как трофей. Снаружи остался лишь небольшой обрубок винта и огрызки от тяжелых ручек.
- Нууу как бы и все. Пришли, дверь поцеловали и теперь пора идти обратно – с уважением оценив основательность преградившей путь ’’дверки’’, подала голос уже уставшая блуждать по этим темным катакомбам Алина – Тут даже ты своим колдунством ничего не сделаешь.
- Самое дурацкое это то, что нам делать ничего и не нужно – проводя ладонью по холодному металлу преграды, задумчиво проговорил Николай и когда нетерпеливая спутница подергала его за рукав, все же пояснил свою мысль – Представь себе, но дверь не закрыта. А самое интересное это то, что ее открывали изнутри, причем не далее чем сегодня.
Подтверждая свои слова, Шон ухватился за огрызок ручки и потянул тяжеленную дверь на себя. Удивительно, но та даже сопротивляться не стала и открылась и не подумав заскрипеть хорошо смазанными петлями.
- Даже и не знаю, радоваться этому или нет –высвечивая уходящую вниз лестницу с некоторой опаской проговорила девушка и посмотрев на спутника уточнила – А нам обязательно нужно туда спускаться?
- Да как-то не хочется останавливаться перед самым финишем. Но если ты боишься туда идти, то можешь подождать меня тут. Я по быстрому сбегаю вниз, найду ошейник и сразу вернусь – по раздраженному взгляду Кувайковой он сразу понял, что его тактика с презрением отвергнута. Девчонка недовольно фыркнула, таким образом выражая свое мнение о словах Николая и не дожидаясь парня, первой двинулась вперед. Шон не обманулся этой молчаливой эскападой и поняв что ей куда страшнее оставаться наверху в одиночестве, чем идти в неизвестность, поспешил нагнать ее и осторожно но настойчиво взять девчонку за руку. И лишь почувствовав как с нее спадает напряжение, наконец-то расслабился и сам.
Правда уже через пару витков лестницы стало понятно что они тут далеко не одни. Запахи чего-то горелого по мере спуска становились похожими на ароматы шашлыка, а эхо неразборчивых звуков превращалось в гитарную мелодию. Когда же парочка полицейских спустилась на самое дно лестничной шахты и вышла в широкий тоннель, то стали слышны и голоса, нестройным хором распевающие какую-то разудалую песню.
«- ХЕЙ! Будь как дома, путник! Я ни в чем не откажу! Я ни в чем не откажу! Я ни в чем…» - когда Шон с Алиной вышли из тоннеля на некое подобие широкого пирона, по помещению метались оглушающие отзвуки многоголосого припева. И лишь когда Шолохов нарочито громко прочистил горло, привлекая к себе внимание, сидящие у костра мужики начали замолкать и оборачиваясь, с немалым удивлением изучать неожиданных гостей.
Четыре товарища потертой и запачканной, но в то же время далеко не бомжеватой наружности, чинно сидели вокруг костра на раскладных стульчиках. Рядом стоял недорогой сборный мангал, маня всех запахами практически готового шашлыка. По пластиковым тарелкам уже был разложен овощной гарнир и разлиты соусы. Венчали эту композицию подземного застолья три бутылки беленькой… В общем, мужики вполне культурно отдыхали и ни как не ожидали появления полицейских в своем тайном убежище.
- ****** ***? – случайно брякнув струнами, задал вполне ожидаемый вопрос обладатель гитары, в дырявой спецовке и с испачканным чем-то черным носом – Что тут менты то потеряли?
- Вы не поверите, но и правда кое-что потеряли – нагло усаживаясь на свободный стульчик заявил Николай и еще раз осмотрев всех присутствующих, представился – Старший лейтенант Шолохов и младший дознаватель Кувайкова. Расследуем дело о пропаже очень дорогой, породистой собаки. Как господа, у вас тут случайно песик не пробегал? – поинтересовался парень, беря с тарелки четвертинку огурца и принимаясь бесцеремонно им хрустеть. Правда на это ни кто и не подумал разозлиться. Их очень сильно озадачил вопрос и когда подвисшая на некоторое время группа людей практически одновременно повернулась и посмотрела на мангал… Шон лишь убедился в зреющей внутри него догадке.
- Ну а чего…? Чего добру то пропадать? Мы ж ничего… Нашел ее уже дохлой. Упала откуда-то и шею себе свернула. Чистенькая, с дорогим ошейником, наверняка привитая и здоровая. Когда нашел, еще теплая была, вот я и… - постоянно сбиваясь, начал оправдываться главный добытчик в этой компании. Но Шон его дослушивать не стал и хлопнув себя по коленке, остановил этот поток бессмысленных объяснений.
- Шашлык из собаки? А это интересно! Никогда не пробовал. Алина, а ты когда-нибудь ела… - обернувшись, Шолохов заметил как тоже все понявшая девчонка делает несколько шагов назад, отходя от костра и скрываясь в тенях непонятных катакомб. Останавливать или успокаивать ее он не стал и мысленно махнув рукой на эту неженку, вернулся к пока не желающему клеиться диалогу – Если ошейник не выкинули, тогда вообще никаких проблем! У нас нет задачи найти ее живой. Главное доказать что собаку ни кто не похищал и предоставить хозяйке хоть какое-то доказательства, а дальше вообще *****. Пусть сама додумывает что хочет, это уже будет не наше дело.
- Ошейник? Конечно не выкинул. Выглядел очень дорого. Хотел забрать себе, а потом кому-нибудь продать – поняв что внезапная беда миновала его стороной, ’’охотник’’ тут же засуетился. Дернул к себе лежавшую позади сумку и начал спешно в ней копаться, видимо ища прихваченную с собой вещицу.
- Ага. Ты даже не представляешь, насколько дорогой это ошейник. В него вшит мощный датчик, пеленг от которого спокойно достает даже до города. Собственно, так мы вас и нашли. И если честно… я до сих пор не понимаю, где сейчас нахожусь и кто вы такие – легко соврал Шон, а капавшийся в сумке мужичек, услышав про датчик, не стал тратить время и поспешно высыпал все ее содержимое прямо на бетонный пол. Загремел металлом покатившийся куда-то термос, зазвенели карабинами смотанные тросы, застучали пластиковые контейнеры из под еды и еще какая-то мелочь. Все подождали пока ’’охотник’’ найдет в куче вещей ошейник и передаст его странному менту и лишь после этого загалдели, выражая свое общее удивление тем что парень не знает таких очевидных вещей.
- Это же городская легенда и об этом месте, наверное, даже дети знают! – подытожил общее мнение ’’гитарист’’ и видимо наконец-то вспомнив о вежливости, наконец-то решил представиться – Меня Ромой зовут. Это Вадим – жест руки в сторону охотника на собак, собирающего обратно в сумку высыпанные вещи – Это близнецы Саня и Лева – оставшиеся двое одновременно сделали ручкой, из-за чего понять кто из них кто стало еще сложнее – Еще есть Васька, но мы его за пивом и закуской на вечер послали как самого молодого. Он через ближайший шлюз вышел… а вы через него очень удачно зашли.
- Да я вообще везучий по жизни! Вот, даже к хорошей компании на шашлычок попал. Пить нам нельзя, до конца дня дел еще много, но вот на пару кусочков шашлыка рассчитываю. Что мужики, угостите голодного мента? – сглаживая углы и помогая людям немного расслабиться, спросил Шон. На что получил лишь хор добродушных «Конечно!» и «Да легко!». Выслушав заверения в том что скоро все уже будет готово и поблагодарив всех за гостеприимство, Николай все же пояснил причину своего вопиющего, по мнению людей, неведения.
- Да люди мы не местные, вот про городские истории ничего и не знаем. Меня к вам из Москвы перевели, а Алина деревенская и ее к нам в отдел недавно распределили. Это она собачье дело схватила, а я ей помочь вызвался. Она конечно девчонка пробивная и быстро в нашем деле руку набьет, но тут вряд ли бы справилась.
- Дааа, молодежь она такая. Пока по-первой за руку их не отведешь и не покажешь как нужно делать, сами и не сообразят. А набивать свои шишки, без чужих объяснений, побоятся – согласно покивал Роман, по виду не разменявший и четвертый десяток лет. Судя по всему, он был старшим в их странной группе и считал себя умудренным опытом мужиком.
- Неее, эта не из таких. Вчера не удержалась и побежала свежий труп смотреть. Желудок конечно не удержала в узде, но нового опыта и впечатлений набралась на пару дней вперед. Говорю же, лихая девчонка – легко поддерживая беседу, возразил Шолохов, закидывая в рот кусок огурца. Даже на глубине почти десятка метров, в компании незнакомых людей, при неровном свете одинокого костра, ни что не могло смутить Шона или отвлечь его от дела. Даже в самых неприятных условиях, он был способен держать лицо и отыгрывать выбранную роль.
- Лихая? А чего она тогда в сторонке жмется? Стесняется подойти? – задал вполне резонный вопрос один из близнецов, с прищуром глядя в темноту за пределами костра. Девушку было сложно рассмотреть в этой подземной тьме и на расстоянии полутора десятков метров хорошо был виден лишь мерный свет экрана телефона, крохотным светлячком сияющий в бесконечной ночи подземки.
- Аааа, это бабская шиза. Она видела фотографии песика и теперь жалеет его как родного. Ничего. Скоро принюхается и тоже прибежит сюда, выпрашивать кусочек шашлыка – пуская волну понимающих добродушных смешков, заверил всех Николай. Вот только в отличие от остальных он был полностью уверен в том, что говорит. Но не из-за того что уже успел изучить девчонку, а потому что еще на лестнице пометил Кувайкову своей кровью и в течении нескольких последних минут, осторожно влиял на ее мировосприятие и желания.
- Понятно – высказался за всех Роман и заметив мелькнувший луч мощного фонаря громко заявил – А вот и Васек вернулся! Как раз вовремя – подошедший молодой парень лет девятнадцати, добавил щедрую горсть суеты в ситуацию, окончательно разряжая обстановку. Повторное знакомство, поиск запасных стульев, дружные призывы к Алине с просьбой вернуться к костру, ’’вскрытие’’ первой бутылки – веселье набирало обороты, а Шолохов ловко управлял нитями беседы, направляя ее в нужное ему русло.
Именно так он смог узнать, что мужики являются местными диггерами – очень странными товарищами тратящими свое свободное время на исследование заброшенных помещений под землей. Как оказалось все эти катакомбы вокруг, были ни чем иным как дополнительными коммуникациями к большому бункеру, практически в центре города. Его разработку забросили практически сразу после окончания войны. А в нынешнее время эти территории стали обиталищем для всяческих фриков и любителей приключений. Понимающие тему люди могли найти в интернете информацию по тайным лазам, через которые можно попасть в подземный городок и имелась даже трехмерная карта, скрупулезно воссозданная какими-то энтузиастами. Но не смотря на то что тайн внизу больше не осталось, ходоков сюда и искателей тайн меньше не стало. Советская власть вывезла из подземки все до последнего гвоздя, но верящие в чудеса люди все равно ищут несуществующие тайники и новые, более удобные проходы на поверхность.
Ну а эта пятерка ’’шашлычников’’ не ставила перед собой глобальных задач и не надеялась на чудо. Мужики просто любили отдыхать активно и каждый раз исследовали новые маршруты разветвленной сети подземных коммуникаций, а окончание пути всегда отмечали небольшой попойкой, на которую Шон с Алиной случайно и ворвались.
В отличие от Шолохова, все же подсевшая к костру девушка от шашлыка отказалась и попивая прихваченный Васькой сок, с интересом слушала интересные истории слегка подогретых вином мужиков. Коля тоже, словно кладезь разных историй, вносил свою лепту, рассказывая про самые забавные случаи из своей следовательской деятельности, создавая настоящие взрывы смеха и вызывая целые очереди веселых комментариев от своих довольных жизнью слушателей.
Диггеры даже не заметили как Шон выспросил у них историю о собаке, которую мужики легко рассказали уже не видя смысла что-то таить. На самом деле все и правда было очень банально. Сбежавшая от хозяйки псина случайно нашла один из скрытых лазов и видимо что-то учуяв, просочилась внутрь, а потом крайне неудачно навернулась и поломалась. Шедшие через тот же проход мужики нашли ее уже внизу. Покалеченная собака к тому моменту не могла двигаться и только громко скулила от боли. Вадим пожалел псину и добил ее. Ну а когда он снимал дорогой ошейник, то ему в голову и пришла в голову идея о посиделках с шашлыком. Пока остальные разделывали животину, Вася сбегал на поверхность за углями и одноразовым мангалом. Потом у них была недолгая прогулка до единственного выхода из подземки за пределом города, где они собирались избавиться, на поживу лис и иного зверья, от запакованного в мешок собачьего ливера костей и шкуры. Опасаясь того что мясо пропадет, они плюнули на запланированную прогулку по новому маршруту и сразу занялись шашлыком. Ну а тут собственно и полиция нагрянула, чтобы присоединиться к подземному ’’застолью’’.
Пообщавшись с интересными людьми, плотно пообедав и выпросив у Васи ссылки на интересные сайты с картами таинственной подземки, Шон решил что пора и честь знать. Все что ему было нужно, он уже узнал и более не видел смысла задерживаться. Еще раз поблагодарив мужиков за угощения и полезную информацию, парень заявил что пора возвращаться на работу и после обмена любезностями направился с помощницей на выход. С ними хотели отправить Васька, чтобы тот прикрыл входной шлюз, но практически сразу переиграв эту идею, сходить на поверхность вызвался Роман. Чтобы не бегать несколько раз, он решил заодно вытащить наверх останки собаки. Поэтому, подобрав мешок и подождав пока все со всеми попрощаются, он повел гостей в погонах на выход.
Обратный путь был молчаливым и на удивление быстрым. Роман хорошо знал дорогу и в темноте дзота не блуждал, поэтому вывел ребят на свежий воздух меньше чем за пять минут. Вот Шон с Алиной идут по темной лестнице, высвечивая фонарями ступеньки и стараясь не отставать от их спорого на ногу проводника, проходит немного времени и вот они уже выходят наружу отчаянно жмурясь из-за слепяще-яркого солнечного света.
- ААААххх, свобода! Как сладок ее вкус! – прокричал Шолохов, обнимая ближайшую кривую сосенку. Несколько смущенная поведением своего старшего коллеги, Кувайкова начала отрывать его от бедного деревца, что-то негромко ворча себе под нос. Роман же лишь добродушно посмеивался, наблюдая за этой возней.
- Сразу видно что вы к подземке непривычные. Давит земля на вас, давит. Но ничего, это дело привычки. Если захотите повторить, то обращайтесь. Мы почти каждую неделю ходим. Пара проходок и привыкните – заверил оторванного от дерева парня мужчина и протянул свою визитку. Шон ее конечно принял, но потом отрицательно покачал головой. Лезть вниз без большой нужды он точно не собирался. Да и вообще, Николай в подавляющей степени отдавал предпочтение максимально пассивному отдыху. Активности ему и на работе хватало с лихвой.
- Нет Рома, уж лучше вы к нам – отказался от предложения парень и с запозданием поняв что прозвучало это двусмысленно, поспешно поправил себя – Я имел в виду к нам на поверхность, а не в полицию – а затем, сунув визитку в карман, протянул в ответ свою.
- Да я так и подумал – с усмешкой ответил слегка напрягшийся диггер и приняв ламинированный кусок картона приподнял бровь, выражая таким образом удивление и вопрос «На кой черт мне тебе звонить?». Шолохов все правильно понял и поспешил с пояснениями.
- Тут такое дело… Ты наверняка слышал про убитого сына депутата Коржикова. По факту это закрытая информация, но журналисты ее уже растрезвонили и теперь об этом знают практически все.
- Да, что-то об этом слышал. Сам я телевизор почти не смотрю, но нам Васек рассказал, он об этом где-то в интернете вычитал – подтвердил догадку Николая мужчина и заинтригованно замолчал ожидая дальнейших пояснений.
- Понятно. Тогда Вася в ближайшие дни рассказал бы вам о еще нескольких случаях. Тот же человек убил еще двух подростков и одним из них был местный чемпион федерального округа по карате. Я участвую в расследовании этого дела иии… честно признаюсь, никаких подвижек там пока не предвидится. Убийца, словно тень, возникает из неоткуда, делает свое дело и тут же исчезает, не оставляя следов. Орудует каким-то раритетным кинжалом, о котором в нашем округе ни один музей оружия и слыхом не слыхивал. А это значит что тварь залетная. Записи с камер в аэропорту и на вокзале уже проверяют, но работы там на пару недель вперед. Пока все отсмотрят, он нам еще работы подкинет и… В общем, я тут подумал… - Шон замолчал, делая вид что подбирает слова, а потом все же озвучил свой очень важный вопрос - Хотел у тебя уточнить. Может ли убийца использовать эти ваши подземные ходы в своих целях? Это вообще возможно?
- Да нет конечно – отмахнулся Рома, наконец-то поняв куда клонит Шолохов. И подумав немного, все же объяснил категоричность своего ответа – входов и выходов по городу не так уж и много, а некоторые как этот…– взмахом руки он указывает себе за спину, в направлении дзота – ...закрыты изнутри. Поэтому вряд ли он использует подземные ходы для внезапного появления и бегства. А если он не местный… Если опытные диггеры на такое не способны, то залетный и подавно не сможет. В принципе ты мог бы это и сам проверить, Васек же тебе скидывал ссылку на карту.
- Скидывал, но… Карта это конечно хорошо, но я почему-то не верю, что там отмечены все выходы. Наверняка имеются какие-то секретные лазы о которых знающие диггеры не рассказывают – озвучил свои сомнения Шолохов, при этом ожидая возражений от Романа. И очень удивился, когда тот согласно покивал головой, подтверждая догадки собеседника.
- Даже у нас есть один такой не отмеченный ход. Вот только, по общей договоренности, диггеры не заносят их на карту, потому что они опасны. Мы не против появления новичков, но ни кто не хочет отвечать за ретивых идиотов с бычьей головой лезущих на сложные маршруты и сворачивающих себе шеи как вот эта псина – мужик несильно пнул лежащий рядом с ногой мешок – Черт знает как она вообще смогла туда залезть! Мы обычно закрываем такие лазы чем-нибудь тяжелым, чтобы в одиночку туда практически невозможно было пролезть. Но если кто-то посторонний все же исхитрится и откроет проход, то дальше, без знания маршрута, вряд ли пройдет без травм. А может и убьется где-нибудь по пути. А нам такая ’’радость’’ ***** не сдалась. Мы не хотим лишать себя привычного досуга, поэтому и информацию в карты вносим не полную, чтобы избегать неприятных случайностей. Сам подумай, если ради какой-то породистой собаки вы пошли разбираться… Только представьте что будет если внизу убьется несколько человек. Да тут тогда от ментов прохода не будет. Вы то ребята вроде бы адекватные, но среди высокого начальства найдутся ******** которые любят все запрещать. Почешут свою тупую репку и прикажут залить бетоном все известные проходы, после чего останутся только опасные и тайные норы. И тогда настанет полная, **** *** благодать – оборвав свою пылкую речь, Роман еще раз пнул мешок, но на этот раз уже так сильно, что тот, мерзко чвакнув, отлетел в сторону метров на пять. Хорошо хоть горловина была завязана и содержимое не разлетелось по заросшему молодыми сосенками и елями полю. Выпустив таким образом свой пыл, мужчина проводил взглядом необычный снаряд и после короткой паузы, все же закончил свою мысль – Это я все к чему. Диггеры в целом не против новичков, но пусть уж лучше они ходят на первых парах по безопасным путям. А мы их уже тут примем, распределим в команду, объясним все тонкости, поможем со снаряжением, сводим по сложным маршрутам с подстраховкой. Постараемся сделать вхождение в это дело более плавным и легким, а после нескольких ходок пусть сами думают, интересно им это или нет. А главное это что они будут раздумывать над этим с целыми конечностями и не разбитой головой.
- Понятно-понятно. Безопасность, наставление молодежи, подземное братство. Юююхууу – устав слушать увлекшегося темой мужика, несколько недовольно высказался Шон – Все это очень интересно и важно, но я хотел узнать о другом. Сможет ли убийца быстро воспользоваться не занесенными на карту путями, если у него есть знающий подельник?
- Конечно нет! – вновь крайне категорично ответил Роман – Даже опытные диггеры не смогут быстро пройти через опасные проходы, а с новичком на хвосте, скорость уменьшится как минимум вдвое. Поэтому нет, бегать по подземке и мгновенно выскакивать на поверхность где ему нужно преступник не сможет. Это просто нереально.
- Хорошо если так – довольно покивал Шолохов, а в следующий миг вновь став серьезным, продолжил – Вот только это не означает, что убийца не может прятаться внизу. Поэтому будьте осторожнее и внимательнее к незнакомцам. А если увидите парня в мешковатой кофте с капюшоном,с белой маской на лице и тонким кинжалом в руках, то сразу звоните мне. Хотя нет… Лучше сначала убегайте, а потом звоните.
- Вот так и рождаются городские легенды. Лучше не буду пересказывать парням то что ты сказал, а то кто-нибудь и правда начнет искать таинственного незнакомца в маске. И ведь найдут, на свою голову – почему-то не приняв предупреждение Шолохова в серьез, отшутился Роман и помахав парочке рукой, пошел вытаскивать из под елки укатившийся мешок. Видимо ему тоже надоел этот бессмысленный разговор и таким образом он решил форсировать их затянувшееся прощание. На это Николай лишь с безразличием пожал плечами, а затем легко подхватил Алину на руки и направился в сторону оставленной на обочине машины. Не желая отвлекать идущего по полю Шона, девушка с немалым трудом сдержала рвущиеся из нее вопросы, но вот когда они вышли на дорогу, все же выплеснула на него свое любопытство.
- Ты думаешь, что убийца прячется в подземке?
- А? – задумавшийся парень не сразу понял сути вопроса, а когда наконец осознал сказанное, отрицательно помотал головой. И лишь сев в машину все же пояснил свой жест – Практически полностью уверен в том что под землю наш убийца не опускается. Доводы Романа, поэтому поводу, показались мне вполне убедительными. И в то же время я точно знаю, что искомый нами человек недавно был на этом поле. Из-за чего я и подумал, что он как-то связан с подземкой – заявил Шолохов, заставляя ни как не ожидавшую такого объяснения девушку напрячься.
- Тут? Но почему ты так в этом уверен? Что, почувствовал что-то своей силой? – спрашивала Алина, но вместо ответа ей на колено упала смятая бумажка, развернув которую девушка увидела список знакомых фамилий.
- Висела на той сосенке, с которой я пошел обниматься. Это послание от убийцы. Он уже давал мне нечто подобное, но теперь этот ***** настолько обнаглел, что написал не только очередность, но и даты. *******! – взгляд Кувайковой скользнул к четвертой в списке фамилии, остановился на цифрах после нее и…
- Это же сегодня – сипло прошептала девушка, не желая верить словам Шона и своим глазам.
- И мы, скорее всего, уже опоздали – добавил еще немного отчаяния в мысли девушки Николай. Она раз за разом осмысливала услышанное и пропуская всю эту ситуацию через себя, пыталась найти хоть какой-то выход.
- И что мы будем делать? – надеясь на подсказку старшего коллеги, спросила она, но ответ ее разочаровал.
- Да ничего. Сейчас отзвонюсь Строгонову и сразу поедем на место – поднося телефон к уху, озвучил свой план Шолохов, лишая девушку последней надежды. Она услышала заминку в словах Шона и поняла, что он хотел сказать «поедем на место преступления». А еще она почему-то уверилась в том, что они и правда опоздали.
Глава 19. Четвертая жертва
Девятый, самый верхний этаж большого офисного здания был наполнен рабочей суетой. Не смотря на стремительно приближающийся вечер, ни кто и не думал расслабляться, на спущенных тормозах дожидаясь окончания дня. Их месячная премия зависела от общего успеха нынешнего проекта, поэтому все работали на износ, стремясь добиться максимума. Но мотивировало людей не только деньгами, но и тем, что их непосредственное начальство работало с ними в унисон, внося свою, довольно важную лепту в общее дело.
Валерий Зотов – владелец этого офисного здания и довольно крупной строительной компании. Крайне деятельный и далеко не глупый мужчина пятидесяти четырех лет. Начав от простого инженера жилых конструкций, упорством и огромным усердием он, словно Мюнхгаузен, вытянул себя за шиворот на самую вершину городской пищевой цепочки. Всего два десятка лет на упорное развитие и становление своей маленькой компании и вот Валерий Зотов стал довольно весомой фигурой, по проектам которого строится каждый второй высотный дом в области.
Вот только, добившись подобного успеха, Зотов не зазнался и не стал почивать на лаврах. Трудоголик до мозга костей, он скинул всю организационную работу и финансы на своих помощников, а сам продолжил работатьпо специальности, упрочивая позиции своей компании и повышая уважение подчиненных. Видя как Валерий фонтанирует идеями и с вниманием даже к самым крохотным деталям дорабатывает каждый проект, его работники просто не могли себе позволить небрежность и заставляли себя выкладываться в любом деле более чем на сто процентов.
Евгений, старший сын Зотова тоже пошел в отца. Такой же фанатик работы, идущий без устали к своей цели. Уже к тридцати, не без небольшой помощи отца, он стал директором собственной фирмы специализирующейся на проектировании частных домов из дерева и спрос на его услуги оказался не малым. Уже через год ему пришлось расширяться, увеличивая штат работников более чем вдвое, а сам Евгений взвалил на себя обязанность участвовать практически во всех проектах своей компании и лично следить за тем, чтобы количество ни как не повлияло на качество оказываемых услуг.
Любимая работа, ставшая крайне доходным бизнесом и сделавшая его, пусть и в рамках одной области, но все же довольно значимым человеком. Старший сын, радующий отца своим упорством и немалыми успехами. Красивая жена, дарящая тепло и уют в семье. И это счастье могло бы быть полным и всеобъемлющим… если бы в эту идиллию серой тенью не ложился младший сын Валерия.
Избалованный безбедной и легкой жизнью, Дмитрий Зотов не горел желанием идти по стопам отца и старшего брата. Если честно, он вообще ни к чему не стремился и даже не мог представить себя работающим где-либо. Инфантильное существо, играющее на чувствах мягкосердечной матери и стремящееся вести разгульный образ жизни. Абсолютно бесполезная для общества, по мнению некоторых, личность. Искренне презирающий трудолюбие и сильно разочаровывающий отца, в последние годы гадающего, в кого же уродился его младшенький и винящего себя в недосмотре. А недавняя новость о том что Дима, в компании с Коржиковым и еще кем-то, запиннал до смерти пожилого мужчину… Сказать что отец семейства был в шоке, это ничего не сказать. В первый день Валерий Зотов хотел отдать малолетнего изверга на волю суда, но под давлением жены и проснувшейся жалости, довольно быстро передумал. Ему пришлось связываться с Коржиковым старшим и платить немалые деньги, чтобы спасти от тюрьмы малолетних убийц.
Под влиянием денег и авторитета городского депутата, все прошло на удивление гладко. Сын остался на свободе, но из-за того что отец не придумал что с ним делать, а потом вновь увлекся новым проектом, малолетний убийца так и не извлек какого-либо урока из случившегося. Парень лишь еще сильнее уверился в своей безнаказанности и продолжил тусить по разным клубам, при этом даже не задумываясь о поступлении в институт. А добавило ему тревожных мыслей в голову лишь сообщение от Самарина о том, что кто-то убил Валерку Коржика и Тагира Кубаева. В народного мстителя Дима конечно же не поверил и чувствуя нарастающую тревогу, списал все на случайное совпадение. Но когда он узнал о том, что и Серега уже убит… страх и паника заставили Зотова броситься за помощью к родителям.
Отец сначала не принял опасения сына в серьез, но когда ему позвонили из полиции и предупредили о том, что опасность может быть вполне реальной, Валерий даже пожалел о том что не отправил своего младшего в тюрьму. Там бы он был в относительной безопасности и на него не охотился бы какой-то маньяк. Требование защитить сына полиция не проигнорировала, но и рвения особого не проявила. Кто-то пообещал приставить наблюдателей и отправить кому-то запрос на обеспечение защиты личности и… Не став дослушивать этот бред Зотов решил действовать самостоятельно и своими силами организовать защиту своего непутевого отпрыска. А еще к нему пришла гениальная, на его взгляд, идея показать сыну свою работу.
И именно поэтому Дима тоже находился на девятом этаже офисного здания, охрана которого была временно увеличена в несколько раз и тоже участвовал в создании проекта нового дома. Увы, лишь в качестве абсолютно пассивного наблюдателя. Его ни сколько не увлекли пыл и суета рабочего процесса, да ему, если честно, было и не до этого. Парень, нервно крутя в руках айкос и зачем-то бросая взгляды за окно, сидел в мягком кресле в общей зоне отдыха и медленно но верно поддавался натиску собственных страхов. Рабочая суета за стеклянной перегородкой лишь раздражала Зотова младшего, немного отвлекая его от процесса упорного накручивания самого себя.
В какой-то момент ему все это надоело и он, разрывая тягучую пелену собственных страхов, порывисто поднялся на ноги. А затем, не желая задерживаться в прозрачной комнате отдыха более и мгновения, спешно направился в сторону туалета. Содержимое кармана начало жечь его мысли, вынуждая ускорять шаги и думать только об одном… о самой желанной на тот момент вещи.
Что-то другое он прихватить с собой не успел, из-за чего ему предстояло воспользоваться завалявшейся в кармане дешевкой. Хотя, он все же возлагал на кулечек размером с указательный палец немалые надежды и рассчитывал на то, что его содержимое поможет ему справиться со страхами. Ну хотя бы на какое-то время.
Оглядевшись по сторонам и убедившись в том что он в туалете один, Дима подошел к ближайшему умывальнику и принялся, чуть дрожащими от нервного напряжения и нетерпения руками, вытаскивать из кармана пакетик насвая. Зеленовато серые гранулы покатились по раковине, но нужная порция все же попала по назначению и устроилась под нижней губой. Разогнав ногой то что все же просыпалось на пол и включив воду тонкой струей, Зотов наконец-то смог расслабиться и немного отогнать от себя тревогу.
Осторожно, стараясь не шевелить лишний раз нижней челюстью, пацан сплюнул тягучую слюну… и дернувшись от неожиданности и испуга закрыл кран. В следующую секунду он обернулся на скрип двери и практически сразу успокоился, поняв что в туалет заглянул один из работников его отца. Парень лет тридцати с жидкими светлыми усиками и широкой дурацкой улыбкой. Увидев Зотова он, пылая оптимизмом и неуемной энергией, помахал тому рукой и направился к ближайшему писсуару. Дима вяло махнув в ответ и отошел к дальней, прозрачной только изнутри стеклянной стене, играющей роль большого панорамного окна и сделал вид что увлечен изучением городского пейзажа. При этом он ни как не ожидал, что этот улыбчивый чудак посмеет с ним заговорить.
- Эй парень! А ты когда-нибудь обращал внимание вот на это? – Дмитрий ожидаемо не понял сути вопроса и повернулся на мающегося дурью у писсуара инженера – Вот, слушай! Если струя бьется в разные борта, то звук очень сильно меняется. А если… если вооот сюда попадать, то он вообще становится глухим и едва слышным. Довольно забавный акустический эффект, на который мало кто обращает внимание. Вот ты, к примеру, когда-нибудь о чем-то подобном задумывался или…
- Завались. ******* туалетный философ – стараясь не рассыпать гранулы, неуклюже но грозно потребовал Зотов младший и услышав что этот улыбчивый идиот лишь иронично хмыкнул на слова необщительного собеседника, добавил к своему требованию еще и угрозу – Если еще что-то скажешь… Я уговорю отца выкинуть тебя с этой работы ** ***.
- Понял, понял. Не дурак. Дурак бы не понял – примиряюще помахав рукой, сказал работник, делая вид что напуган угрозой наивного паренька. Вжикнула застегиваемая молния на джинсах, после чего инженер, не прощаясь, направился на выход. Точнее сделал всего несколько шагов, но остановился и обернувшись с улыбкой посоветовал.
- Да не пыжься ты так, а то лопнешь еще ненароком. И возьми телефон. Он наверное уже устал жужжать – лишь после этих слов Дима наконец-то обратил свое внимание на вибрирующий мобильник и выдернув его из кармана на автомате, привычным движением принял входящий вызов, даже не обратив внимания на надпись «Неизвестный номер».
- Слушаю – сказал Зотов, все же роняя при этом на пол несколько гранул насвая.
- Какой дерзкий и невежливый мальчик – послышался двоящийся и уже знакомый голос. Взгляд метнулся в сторону выхода и остановился на отцовском работнике… стоящем неподалеку от выхода из туалета с дурашливо приложенной к уху ладошкой – Глупый ребенок. Ты даже не догадываешься кому посмел угрожать. Хотя… твоя дерзость все равно ничего не меняет – свободной рукой инженер провел по лицу и будто бы смахнув более не нужную иллюзию, продемонстрировал сияющую фарфоровой белизной маску, с загадочной улыбкой в виде узкой прорези рта и двумя щелочками глаз.
- Да. Твое поведение в любом случае уже ничего бы не изменило – хриплый шепот прокрался липким страхом через динамик телефона, замораживая мысли и конечности. Осознание неизбежного проскользнуло и откликнулось в разуме лишь животным инстинктом толкающим к бегству – Ничего бы не изменилось, ведь я пришел чтобы тебя убить - не понимая до конца что делает, Зотов прыгнул куда-то в сторону, ударился об дверцу туалетный кабинки и поддаваясь панике беспорядочно заметался на месте, будто попавший в клетку заяц. Он хотел в испуге заверещать как тот ушастый, но поймавшая его и сдавившая горло ледяная рука, заставила парня подавиться криком и брызнувшими во все стороны гранулами насвая. А в следующий миг жало кинжала, стремительной змеей уже скользнуло меж ребер и легко прокусило беспорядочно трепыхающееся в груди сердце
- Еще одна жатва свершилась. Еще одна жатва свершилась. Еще одна жатва… - медленно повторял убийца, не без наслаждения наблюдая за тем, как из тела его жертвы стремительно утекают последние капли жизни – Еще одна жатва свершилась! А теперь полетай немного, дерзкий грубый щщщенок! – кинжал рассек толстое стекло словно воду не почувствовав практически никакого сопротивления. А в следующий миг незнакомец разбил окно, отправляя безвольное тело в полет. Последний полет мертвого мотылька.
Глава 20. Крепкая хватка за тонкую соломинку
- Значит он еще и изменять внешность иллюзиями может? Если так, то мы тогда его вовек не сыщем. Остается только пытаться ловить его непосредственно в момент убийства. Там хоть какие-то шансы будут… если только он не примет облик кого-то из нас – зачем-то рассматривая запачканный запекшейся кровью стакан, задумчиво излагал свои мрачные мысли Строгонов. Рассказ Шона, заглянувшего в прошлое глазами покойного Зотова, не порадовал подполковника и добавил ему лишь еще больше мрачности. Он уже признался самому себе в том, что потерял контроль над этой ситуацией и припоминая слова Коржикова старшего, мысленно называл происходящее битвой экстрасенсов. А ни как иначе именовать творящееся мракобесие уже было нельзя. Ивану Ильичу не хотелось лезть в потасовку двух ’’колдунов’’ и он, в какой-то миг моральной слабости, решил свалить все это дело на Шолохова. Позволить ему действовать по своему усмотрению и помогать только людьми и прикрытием тыла. Отличный, по мнению подполковника, план… но увы, не реализуемый. Когда на него накинулись жаждущие крови и подробностей журналисты он понял что не может прикрыть спину даже себе, а звезды на погонах стали держаться куда менее крепко, чем раньше. Того гляди одна отвалится.
- Больше нельзя тянуть. Плевать на мнение родителей. Нужно брать девчонок под охрану и не выпускать из виду даже на секунду. Заприте их где-нибудь, приставьте десяток бойцов, делайте постоянные переклички, придумайте пароли на опознание свой-чужой… и дайте разрешение стрелять на поражение при любом сомнении. Враг невероятно силен и быстр, но пуля в любом случае быстрее. Хоть одна из очереди, да заденет. Тут главное пустить ему кровь. А там уже я встану ему на след, найду и… превращу эту тварь в фарш! От моего контроля ему не убежать. Нужно его только пометить кровью и тогда я ему все кости переломаю и выпотрошу.
- Какой ты сегодня кровожадный. Хотя, не удивительно… Я думал что уже ко всему привычный, но размазанное по асфальту тело Зотова даже меня проняло. Сейчас бы тоже с радостью свернул шею этому любителю жертвоприношений.
- Профессионалу. Профессионалу странных ритуалов – поправил начальство Шон и наконец-то пододвинул к себе уже успевшую остыть пюрешку с курицей. Нынешнее их рабочее заседание, видимо для разнообразия, проходило в заводской столовой, находящейся неподалеку от отдела. Ни кто не обращал на двух ментов внимания и пока Шолохов пускал себе под столом кровь и заглядывал в прошлое, подполковник успел расправиться со своим обедом и теперь ему оставалось лишь ждать пока забегавшийся парень тоже перекусит. Ну а пока Николай жадно вгрызался в куриную ножку, Иван Ильич в который уже раз за сегодня достал из кармана бумажку и вчитался в сухие, наполненные надменной уверенностью строки.
«5) Регина Юлмаева – 14. 07.»
- Уже завтра… - проговорил подполковник, думая о том что он катастрофически запаздывает. Они банально не успевали реагировать на действия убийцы, и каждые несколько дней получали новый труп, не понимая толком что со всем этим делать – Имея примерные данные о его возможностях… я в целом понимаю почему он настолько самоуверен, что даже дал нам точную дату. Судя по всему, он считал достойным противником лишь тебя, но видимо разочаровался и решил действовать еще более нагло. Странно что он время суток или точный час не указал. Хотя для нас даже знание даты будет очень полезно. Определиться бы еще, что нам с этим знанием делать. Лично я разрываюсь между двумя идеями. Как думаешь, куда лучше запрятать следующую его цель? К нам в отдел, в КПЗ или в какой-нибудь небольшой частный бункер на денек?
- Первый вариант, точно нет – с набитым ртом выказал свое мнение Шон и прожевав, прояснил причину своих слов – Стрельба в отделе полиции, с вероятными раненными и одной возможной жертвой нападения неизвестного. Это даже звучит пугающе, а представьте если случится в действительности. Да мы с вами на пару или даже в компании Шпротова на север поедем, оленей от волков сторожить. Обстряпают это как перевод и пошлют нас куда подальше. Меня-то отец прикроет и выдернет оттуда, а вам вряд ли кто поможет если такое случится. Поэтому давайте отложим этот вариант на крайний случай, желательно до седьмой потенциальной жертвы. Если до нее дойдет, то нам уже точно терять будет нечего. Устроим прощальный салют прямо в нашем отделе, как говорится, из всех стволов.
- Тогда из идей у меня остается только бункер. Ну еще можно на какой-нибудь служебной квартире спрятаться. Встать там в глухую оборону и никого внутрь не впускать – предложил Строгонов и выжидающе посмотрел на подчиненного. Тот, на этот раз, спешить с возражениями не стал. Доел крабовый салат, допил чай и видимо оставив на сладкое куриную ножку уже без гарнира, все же выдал свой вердикт.
- Последняя идея мне нравится больше. В бункере я не смогу развернуться нормально и быстрее попаду под пули своих, чем повешу метку на нашего убивца. Мне нужно быть рядом, но в то же время на расстоянии, чтобы он меня не почувствовал. Я в любом случае уловлю… скажем так… отголоски его силы и среагирую при его появлении, а потом постараюсь просто зацепиться за него своей кровью. Я буду полностью сосредоточен на противнике и защищать Юлмаеву у меня не получится, поэтому оставляю ее на вас. Постарайтесь там и за меня.
- Прозвучало так, будто ты и не рассчитываешь на то что она выживет – несколько недовольно высказался подполковник. При этом, он и сам понимал, что шансов ее спасти у них до омерзения мало.
- Ага. Десять процентов из ста. Больше я ей не дам.
- ОООО. Да ты парень не только ленив, но еще и скуп. Ну ничего, пусть это останется на твоей совести.
- Одним пятном меньше, одним пятном больше. Ничего, моей совести не привыкать – как-то вяло обменялись шутками мужчины, после чего, поняв что последние фразы были лишними, поспешили вернуться к своим делам. Шон наконец-то вцепился зубами в курицу, а Строгонов принялся что-то быстро чиркать на листочке, видимо записывая какие-то мысли и идеи. Быстро закончив, подполковник поднялся из-за стола, сунул ручку в нагрудный карман… и сел обратно, явно припомнив что-то важное. Из того же кармана куда отправилась ручка, мужчина достал маленький пакетик для вещдоков, в котором Николай не без труда разглядел одинокий волос.
- Чуть не забыл. Тут мне из контр террористического отдела депеша вчера пришла. Судя по их словам в городе объявился какой-то радикальный товарищ с небольшой поклажей из стреляющего и взрывающегося. Его опознала камера на автовокзале. Он приехал к нам на междугороднем такси, поэтому рамки метало детектора наш ’’гость’’ не проходил. А самое неприятное это то, что больше его ни кто не видел. Он словно растворился в городе и ни где больше не засветился.
- И в чем подвох? Как мы вообще можем быть связаны с контр террористическим отделом? Пока не вижу сути – отвлекаясь от обгладывания сладкой косточки, выразил свой скепсис старлей. А когда он услышал ответ, то его зубы сжались так, что тонкая куриная косточка хрустнула, разламываясь на несколько частей.
- Он приехал в город утром того же дня, когда случился тот… инцидент в парке. С огромной вероятностью, это просто совпадение, но коллеги из контр террористического все же решили оповестить нас об этом. А еще они где-то нашли волосы из бороды этого ’’боевого’’ товарища и я запросил один, якобы для наших патрульных кинологов. Ну откуда им было знать, что у нас есть ищейка покруче любой собаки. Осталось лишь у тебя спросить… Веришь ли ты в этот мизерный шанс или у тебя нет желания тратить время не на свою работу?
Шону даже не пришлось тянуться к пакетику, чтобы выдернуть его из пальцев подполковника и сунуть себе в карман. И это стало для Ивана Ильича исчерпывающим ответом. Сплюнув осколки мослов в тарелку, Шолохов порывисто поднялся из-за стола.
- У нас не так много ниточек ведущих к убийце, чтобы не хвататься даже за самую тоненькую из них – заявил парень и не дожидаясь пока ему что-то ответят, сразу направился на выход из столовой.
На этом, собственно, их короткое рабочее заседание и закончилось. Строгонову оставалось лишь делать свое дело и не расслабляться, как бы трудно ему не было бы. Но сперва ему нужно было убрать тарелки за одним торопливым поросенком, видимо возомнившим себя супер героем.
Глава 21. Время пострелять
Сильно торопиться Шолохов не стал, не хватало ему еще в аварию попасть в спешке. Вместо глупой беготни, он сел в машину и переезжая из точки в точку, начал медленно отсекать направления и районы города. Останавливался примерно через каждый километр и сверяя свои ощущения с картой навигатора на телефоне, менял свой маршрут до следующей остановки. Волос из бороды бандита вел его вперед и уже менее чем через час, Шон в очередной раз за последние дни оказался на окраине города.
Остановившись у пошарпанной временем трехэтажки, парень вылез из машины и не спеша осмотрелся. И практически сразу, даже не прикасаясь к лежащему в пакетике волосу, понял куда ему нужно идти. Старое деревянное здание давно заброшенной школы, гнилым почерневшим зубом выделялось среди одинаково серой трехэтажной застройки этого окраинного района города. Это был не частный сектор, опасный для любых чужаков тем, что там все знают друг друга и не пропускают новое лицо мимо своего любопытного взора. Это был и далеко не центр, где количество камер, от взгляда которых практически невозможно укрыться, могло посоперничать лишь с популяцией вездесущих городских голубей. Нет, это было нечто среднее. Безразличные к незнакомцам, идущие по своим делам люди и практически полное отсутствие камер – просто идеальное место чтобы залечь на дно и переждать время.
Оставив машину, Николай пошел дальше пешком. На половине пути он все же прикоснулся к волосу, сосредоточился на своих ощущениях и ожидаемо получил лишь подтверждение своих мыслей. Чувство направления тянуло его вперед, прямиком к старой школе.
Подойдя поближе, Шон сфотографировал на телефон ветхое здание и поставил себе в памяти зарубку, подать через Строгонова запрос на его срочный снос. Хотя… Образовалась довольно большая вероятность обрушения деревянной постройки, если учитывать то что внутри, скорее всего, прячется опасный боевик. Но останавливаться и вызывать подмогу парень не стал, ему куда проще было работать одному, ведь так ему можно было не скрывать свои способности и не думать о чужих взглядах.
Подойдя к школе, Шолохов обошел ее по кругу, постоянно концентрируясь на своих ощущениях и лишь полностью убедившись в том что пришел куда нужно, максимально тихо и осторожно скользнул внутрь через главный и в то же время единственный вход. Стараясь не наступать на мусор и деревянные обломки, он прошел прямиком к главной лестнице, ведущей на второй этаж. Враг был где-то сверху слева, вот только подняться по ступенькам ни разу не скрипнув рассохшимися досками… эта миссия выглядела невыполнимой. Шон не знал где точно находится боевик, поэтому не мог дотянуться до него не глядя. А еще он понимал что в любом случае привлечет его внимание при подъеме и… Подумав немного, Николай принял единственно верное, хоть и абсолютно сумасбродное решение, после чего начал готовиться к быстрой атаке.
Старлей конечно умел стрелять и делал это довольно неплохо, но трогать кобуру не стал. Наоборот, сдвинул ее так чтобы она не мешала ему при быстром беге, а затем, достав дежурное лезвие, даже не поморщившись чиркнул им себя по ладони. Сжав и разжав несколько раз кулак, парень дождался пока кровь потечет в сложенные ковшиком пальцы, а затем, прикрыв глаза начал концентрироваться на своей силе. Прощупывая пространство и запоминая каждую щербинку на ступенях лестницы, Шон построил в голове самый оптимальный маршрут до нужного коридора и лишь дождавшись когда ускорившееся сердце разгонит кровь по мышцам… наконец-то дал себе отмашку к стремительному рывку.
Первый толчок отдается хрустом в первой ступеньке, но та все же выдерживает этот удар судьбы и дает возможность совершить хороший старт. Всего пять стремительных шагов и вот первый пролет уже преодолен, а скрип дерева и грохот шагов, словно шлейфом из бьющегося о стены эха, стелется позади бегуна. Разворот и вот, менее чем за секунду преодолен еще один пролет, а второй этаж сразу встречает гостя неприятным сюрпризом. Николай, шагая на последнюю ступень почувствовал слабое сопротивление натянутой нити и услышав жестяной перезвон дешевых колокольчиков, лишь порадовался тому что это не растяжка. А после этого, не замедляясь ни на миг он выскочил на финишную прямую этой короткой дистанции. Длинный коридор пронизывал насквозь весь второй этаж, но Шон знал направление и свернув направо, побежал мимо уже позабывших детский смех классов. Парень предполагал что боевик засел в последнем по коридору помещении, но их встреча произошла куда раньше. Шолохов заметив высунувшуюся из двери третьего с конца класса голову… а затем еще сильнее ускорился увидев короткий замах. Брошенная граната резко сменила траекторию, перехваченная волей Николая и отправилась в соседнюю аудиторию. Не отвлекаясь на эту опасность, парен в пару быстрых шагов добрался до класса в котором скрылся бандит, заскочил внутрь и сразу взмахнул рукой отправляя противнику в лицо горсть собравшейся в ладони крови.
- ЗАМРИ!!! – выкрикнул пропитанный своей волей приказ Шолохов, не без страха глядя в смотрящее ему в лицо дуло автомата. Боевик не успел нажать на спусковой крючок, застыв, словно статуя… а в следующую секунду в соседнем помещении грохнул взрыв. Полы вздрогнули, а с потолка посыпались крупные обломки и густая многолетняя пыль. Старое здание жалобно всхлипнуло, получив смертельное ранение, громко вздохнуло всеми окнами и видимо решив что с него хватит, с оглушающим скрипом начало заваливаться куда-то в бок.
Понимая что дело швах, Николай действовал не раздумывая, на одних инстинктах. Шагнул вперед, отводя в сторону ствол и вкладывая всю свою силу в руки, приподнял ******, держа его за ремень и густую бороду. После чего, пересек с этой ношей небольшой класс и выкинулся в окно, словно долбанутые герой из не менее долбанутой американской киношки.
Даже с учетом ’’подушки безопасности’’ приземление оказалось тяжелым. Удар выбил из легких Шона весь воздух, после чего инерция метнула его куда-то в сторону, прямиком в кучу щепок и прошлогодней листвы. Потеряв ориентацию в пространстве, он хватал ртом воздух и крутил головой, пытаясь понять, где вообще находится. Увы, но сложившееся внутрь здание школы подняло огромную кучу пыли, которая в несколько секунд забила глаза парня, временно лишая его еще и зрения, после чего ему вновь пришлось положиться на свои способности и внутренние ощущения.
И первое что почувствовал Шолохов, коснувшись своей силы… это биение сердца боевика. Мужик оказался на удивление крепким. После встречи с землей он разодрал себе спину гвоздями, сломал несколько ребер, выбил из локтевого сустава руку и даже и не подумал умирать. Наоборот, видимо под воздействием какого-то наркотика, он оклемался даже быстрее Шолохова и не обращая внимания на переставшую слушаться руку, более не чувствуя над собой контроля, уже пытался подняться на ноги. Вот только долго эта вольница не продлилась. Лицо бородатого ****** все еще было забрызгано кровью Шона и ему было необходимо приложить лишь малое усилие воли, чтобы вновь захватить власть над чужим телом.
Проверив на месте ли пистолет, Шолохов осторожно встал на ноги и приказал боевику тоже подниматься. После чего они, едва ли не обнимаясь, словно заправские алкаши, побрели прочь от рухнувшего здания. Вокруг поднимался шум и человеческий гомон, но парень не останавливался и продолжал идти. Шел до тех пор, пока не уперся в стену соседнего дома, где и объявил долгосрочный привал.
Протерев глаза и лицо от пыли и грязи не менее грязным кителем, Шон осмотрелся и практически сразу заметил бегущего в его сторону молоденького светловолосого участкового, явно жаждущего узнать у незнакомого мента, какого **** тут забыл и что ***** ** ***** тут происходит. Вот только оправдываться перед каким-то сержантиком Шолохов не собирался и сходу взял подбежавшего парня в оборот.
- Здесь производится задержание опасного террориста! Переходишь в мое подчинение как к старшему по званию! Наручников нет, помоги связать этого *******. И найди мне бутылку с водой! ****** не вижу из-за этой пыли.
- Какого…!? – попытался ерепениться сержант, но Шон без затей шибанул его своей волей, после чего тот, подавившись уже готовыми вырваться возражениями, сразу побежал выполнять приказ. По большому счету у Николая не было права командовать посторонним человеком, но и тратить время на отправление запроса он не собирался, из-за чего действовал по своему усмотрению. Ну а пока молодой сержантик (на самом деле всего лет на пять младше Шолохова) бегал искать воду, парень провел спешный допрос изображающего потерю сознания боевика. Кое-что он даже записал на телефон, а потом приказал террористу забыть кое-какие моменты из собственный жизни, касающиеся только его нахождения в этом городе и конечно же лишь в рамках последних двух недель. Мешать коллегам из антитеррора и убирать воспоминания о сообщниках этого радикального ****** Николай и не думал.
Несколько разочарованный полученной информацией, Коля принял бутылку минералки у подбежавшего сержанта, а умывшись сразу отзвонился начальству. На такой шум в ближайшие минуты должна была слететься полиция этого района города поэтому, создавая себе благодарных свидетелей, Шон говорил намеренно громко, играя на немногочисленную топчущуюся поблизости из любопытства публику. Участковый скручивал руки и ноги бородача где-то добытыми ремнями, а из-за того что он тоже измазал пальцы в крови Шолохова, от него так и пыхало недоверием и настороженностью в отношении непонятного и наглого мента. Правда, когда начался телефонный разговор, негатива в его эмоциях поубавилось
«Товарищ подполковник, это я»… «Да»… «Да, нашел и обезвредил»… «Нет, это не наш убийца, а простой террорист. На сколько я понял, планировал организовать взрыв возле нашей центральной церкви и у здания городской администрации»… «Да мне откуда знать чего вся эта мерзость к нам лезет. Давление атмосферное в области повышенное или медом им тут намазано, сами там решайте»… «Извините Иван Ильич, без шума не получилось»… «Да ничего серьезного. Взрывом заброшенное здание разрушило»… «Точно не знаю, но соседние вроде бы не задело»… «Сам нормально. Колени немного отбил когда со второго этажа выпрыгивал и перепачкался как свинья, но это дело поправимое»… «Да не беспокойтесь вы так. Лучше позвоните своим знакомым из антитеррористического, пусть скорее едут, пока нашего бородатого гостя кто-то другой не забрал»… «Да, уже поспрашивал его своими методами. По нашему городу практически ничего нет, не успел он тут еще поработать, но по другим можно кое-что полезное накопать»… «Да, повлиял немного. Будет теперь петь как соловей»… «Я для местных ни кто, так что предупредите начальство по этому району чтобы меня за компанию не заломали»… «Ладно. Попробую придержать его до приезда ребят из антитеррористического, но обещать ничего не могу, сам тут на птичьих правах нахожусь»… «Потом созвонюсь с одним знакомым и уточню у него кое-что. Имеется вероятность того, что у нас в городе есть старый схрон с оружием. Нужно проверить»… «Нет Иван Ильич, не хочу создавать проблемы знакомому. Лучше пришлите номер начальника из антитеррора, а я ему, как все проверю, отзвонюсь»… «Ладно. Постараюсь побыстрее»…«До свидания товарищ подполковник».
- Чего уставились – недружелюбно поинтересовался у собравшихся рядом и с интересом его слушавших людей Шон – Работа такая у нас, бандитов ловить. А вы расходитесь уже и не мешайте полиции.
- Работа такая??! - заверещала пробившаяся поближе к Шолохову бабуля – Дома рушить твоя работа??!******!!! Да мне вашим задержанием балкон поломало и окна повыбивала! Кто теперь за ремонт то будет платить?! Кто?!
- Понятия не имею – с безразличием глядя на беснующуюся женщину, пожав плечами ответил парень и подумав немного, пока та возмущенно хватала ртом воздух, добавил немного своих мыслей – Я не знаю кто будет вам возмещать ущерб, но в одном уверен точно… Если бы там взорвалась не фугасная граната, а килов пять тратила, то вы свои претензии уже высказывали бы не мне а апостолу Петру. Так что завалите варежку дамочка, пока я вас не оформил на пару суток за оскорбление лица при исполнении – закипевшей бабушке было уже плевать на слова Николая и она, словно пиранья учуявшая кровь, приготовилась словесно накинуться на старшего лейтенанта и морально растерзать его… Но к счастью Шолохова, поняв наконец что дело тут очень серьезное, сержант перехватил скандалистку и не церемонясь за крыл ей рот ладонью. После чего принялся оттаскивать ее в сторону. А когда эта дура, додумалась укусить полицейского за руку, в его эмоциях полыхнуло злостью так сильно… Шон сразу понял что несколькими сутками заключения она не отделается. А судя по недобрым взглядам собравшихся людей, они были готовы свидетельствовать о вооруженном нападении на участкового ради долговременного избавления от ’’любимой’’ соседки.
Неизвестно, чем бы закончилось это представление, но наконец-то приехавшая полиция быстро свернула этот концерт, разогнав от разрушенного дома всех зевак. Коллеги попытались скрутить и Николая, но ему удалось отбрехаться и даже каким-то чудом отстоять связанного ремнями бандита. Ну а чтобы отвлечь от себя внимание он сказал, что под завалами точно лежит автомат и возможно даже взрывчатка, после чего все ожидаемо забыли о Шолохове. Пожарные, полиция, МЧС, кинологи, врачи – только понаблюдав за суетой немалого количества людей, Николай наконец-то понял что заварил слишком густую кашу и перетащив свою добычу чуть в сторону, постарался сделаться как можно более незаметным. После чего уже со стороны продолжил наблюдать за тем, как организовывают оцепление и начинают спешно разбирать завал, ища оружие и взрывчатку.
Врачи порывались забрать поломанного боевика, говоря о возможных травмах внутренних органов, но парень был стоек и крайне убедителен в своих отговорках. Он позволил осмотреть бородача, но на все попытки увезти его в больницу отвечал категорическим отказом и сопротивлением. И лишь когда подъехали представители антитеррористического отдела парень наконец-то снял свою оборону и передав добычу с рук на руки постарался как можно быстрее слинять с места происшествия. Его пытались допрашивать и интересовались тем, как он нашел укрытие боевика, но Шолохов лишь отговаривался общими фразами, не говоря толком ничего полезного и постоянно ссылаясь на Строгонова и секретность своего расследования.
Каких-то полчаса ожидания и пустых разговоров и вот парень уже садится в свою машину. Еще несколько минут он тратит на то чтобы привести себя в относительный порядок и перевести дух… После чего Шон достает из кармана помятую визитку и набирает напечатанный на ней номер. Десяток долгих гудков, проверяет спокойствие и долготерпение старлея, но вот абонент наконец-то принимает входящий вызов и из динамика сразу слышится явно недовольное «Слушаю».
- Здравствуйте. Это старший лейтенант Николай Шолохов вас беспокоит. Мы с вами шашлык из собаки пару дней назад ели – непонятно, помогло ли последнее уточнение, но диггер узнал молодого мента сразу и даже слегка обрадовался звонку.
- Что парень, решил погулять по подземке, но уже без погон? Ты же знаешь, мы новичкам всегда рады. Встретим, поможем, обучим…
- Нет-нет Роман, я, к сожалению, опять к вам по службе – прервал попытавшегося сесть на любимого конька мужика Шон и едва ли не кожей почувствовал стремительное понижение температуры его голоса.
- Собаки все убегают и убегают, а полиция все ищет и ищет.
- Не ерничайте пожалуйста, у меня нет на это ни времени ни терпения. И вообще, вас эта проблема касается куда сильнее чем меня. Если внизу всплывет пятьдесят кило взрывчатки, то ваше хобби заливать будут не бетоном, а раскалённым железом, чтобы заодно выжечь все что там находится – судя по тишине стой стороны, угроза возымела действие и Роман теперь спешно пытался ее переварить и усвоить. Ну а когда он наконец-то осознал весь масштаб той задницы, которая над ним нависла, то задал один, единственно верный в той ситуации вопрос. «Что нужно делать?».
- У меня есть примерные координаты. Их нужно проверить и узнать осталось ли что-то в том старом схроне. От вас требуются лишь контакты старших диггеров, из тех что сейчас свободны и могут мне помочь с поиском. Если что-то все же найдем, то я сам отвезу это ’’добро’’ куда следует, чтобы до вас ни кто не допытывался и вообще не знал где я все это достал.
- Понятно… Тогда я сейчас сам подъеду. Уточни, где ты сейчас – сверившись с висевшим на углу номером дома, Шон продиктовал адрес и услышал в ответ настойчивое требование оставаться на месте – Я тут недалеко. Сейчас заскочу домой за ноутбуком и подъеду. У меня есть полная карта катакомб, по ней и проверим твои координаты. Жди. Уже выезжаю.
Глава 22. Я подарки вам привез
Зная координаты и имея в помощниках опытного проводника, Николай добрался до нужного места довольно быстро. Прихватив по пути еще нескольких опытных ходоков под землю, они добрались до нужной точки чуть больше чем за час. А потом еще полтора потратили на то что бы отыскать хорошо замаскированный тайник. И он очень впечатлил мужиков.
Боевик не знал что находится внутри и думал что там только взрывчатка. Вот только реальная действительность оказалась куда ироничнее и щедрее на сюрпризы. Ничего взрывающегося в схроне не нашлось, но вот стреляющего… пришлось делать четыре ходки наверх, чтобы перетащить все что они оттуда выгребли.
В благодарность за помощь, Шолохов подарил мужикам три пистолета и целую коробку на сотню патрон для них, при этом стребовав с диггеров обещание, не выносить эту гадость на поверхность. Троица помощников легко согласилась с таким условием и чувствуя ответную благодарность за спасение своих задниц и любимого хобби… не придумала ничего лучше чем передать ему флешку с полной картой подземки и пообещать организовать шашлык и стол в любой удобный для Шолохова момент.
Закончив с обменом обещаниями и благодарностями, все сели по машинам и разъехались по своим делам. И лишь Николай немного задержался, чтобы позвонить по присланному Строгоновым номеру и договориться о встрече за городом. Не смотря на то что парень особо не церемонился и ужимал сроки, с его требованиями все же согласились и пообещали приехать как можно скорее.
- Здравствуй. Я полковник Лещев Николай Игнатьевич – представился подъехавший на УАЗе Патриот, далеко не молодой мужчина, когда стоявший на обочине Шон запрыгнул к нему. По виду и обычной гражданской одежде его скорее можно было принять за какого-то дачника, но осанка и выправка выдавали в нем ментовскую пароду. Хотя, кого-кого а вот Шолохова внешний вид коллеги заботил мало. Ему надоела эта суетливая возня с террористами и оружием и он уже просто хотел избавиться от своего груза, чтобы поскорее вернуться к своей обычной работе. Поэтому и тратить время на ненужные любезности он не собирался.
- И вам не хворать товарищ тезка. Я старший лейтенант Николай Шолохов… Проедте пожалуйста еще метров сто и сверните в лес. Я на своем поджопнике побоялся далеко заезжать. Прокатился по накатанной колее метров пятьдесят, чтобы с дороги машину было не видно и там ее и бросил.
- А почему ты решил провернуть это именно в лесу? - съезжая с обочины и двигаясь в указанном направлении, не подумав зачем-то поинтересовался Лещев и только услышав ответ, понял что неправильно сформулировал свой вопрос.
- Да мне как-то пофиг. Я мог бы и прямо в центре города вам оружие в багажник перекидать. С меня то спрос маленький, а вам бы потом пришлось с проблемами разбираться – машина ожидаемо взбрыкнула, когда водитель с асфальта съехал на узкую лесную дорожку. Недовольная хамством ветка хлестнула по крыше высокого внедорожника, заставляя полковника недовольно поморщиться и подумав немного, перефразировать свой вопрос.
- Я лично не против варианта с лесом, но… Могли бы пересечься в какой-нибудь безлюдной части города, ну или на служебной парковке у вас за отделом.
- Там за минуту не перегрузишь, а ненужные зрители даже у отдела постоянно бродят. Зачем вам выпускать лишние сплетни и пугать народ террористами. У нас тут и без них уголовная обстановка не простая. Того гляди погоны полетят в разные стороны.
- Наслышан. Насколько я знаю, слухи о вашем неуловимом серийном убийце даже до Москвы долетели. И ты, по моим сведениям, этим делом как раз и занимаешься – сказал Лещев, при этом подъезжая к легковушке Шона и думая как бы поудобнее развернуться не задев больше никаких веток. Машина была большой, а дорога наоборот узкой, поэтому удалось уложиться только в шесть движений – Что ты думаешь об этом вашем убийце? Мне уже несколько раз говорили, что без какой-то мистики тут точно не обошлось.
- Для полковника ФСБ вы как-то слишком слабо осведомлены о проблеме которую вас сюда прислали курировать – Николай Игнатьевич резко ударил по тормозам, чтобы случайно не протаранить какое-нибудь дерево -Неужели не верите в эту самую, как вы сказали, мистику? Что, даже с закрытой версией моего личного дела не ознакомились?
- Откуда ты…? Строгонов уже рассказал? – недовольно барабаня пальцами по рулю, поинтересовался Лещев – Ему видимо и правда погоны жмут, раз он…
- Расслабьтесь, я сам догадался. Благо это не сложно. «После того как прочитал поверхностные мысли некоторых ваших подчиненных» - уже про себя закончил Шолохов и спокойно принял на себя тяжесть чужого взгляда. Посидел изображая пофигиста некоторое время, но потом, видимо решив не испытывать терпение собеседника, пояснил свои слова – Слишком много новых и незнакомых лиц появляется среди коллег по ходу моего следствия. Да и не слышал я про антитеррористический отдел в нашем городе. Наверное потому что его у нас попросту нет.
- Надеюсь ты понимаешь что об этом…
- Ха-Ха! – перебил собеседника громким смешком Николай - Только не говорите это мне, человеку полное личное дело которого хранится в закрытом архиве в Москве. И думаю что вы об этом прекрасно знаете, иначе бы на встречу со мной приехал какой-нибудь капитан, а не целый полковник ФСБ. Раз я удостоен чести лицезреть вас, это значит что федеральная служба безопасности хочет сделать мне предложение от которого сложно отказаться. И судя по всему, высшее руководство и мой отец одобрили подобные поползновения – такое самомнение и наглость парня не порадовали Лещева, но он все же отдал должное его прозорливости (а еще своим профессиональным чутьем ощутив приближение опасности) и не стал раздувать конфликт, сделав вид что не заметил всех прозвучавших дерзостей и уничижительных ноток в интонациях этого наглеца. Вместо лишних слов мужчина лишь коротко похлопал в ладоши, признавая правоту Шолохова младшего. После чего, уже не играя ролей, озвучил истинную версию событий.
- На самом деле высокому начальству на тебя плевать, они до сих пор думают, что ты лишь слабый и бесполезный мальчишка. Толи они так недальновидны… то ли это ты им так качественно прочистил мозги. Не знаю. Но на сколько я понял, о тебе в Москве ни кто и не вспоминает. Вот только побеседовав со Строгоновым, я понял что ты далеко не слабак. Честно признаюсь, нам бы пригодились твои способности, особенно в плане чтения эмоций и воздействия на узкие участки памяти. Мы даже химией не смогли выжать из пойманного тобой боевика то что ты решил от нас скрыть. А возможность заглядывать в воспоминания умерших через кровь. Это вообще что-то невероятное! – поубавив свои восторги от возможных перспектив, Николай Игнатьевич вернулся к деловой форме общения и сообщил главную причину своего приезда в лес – Твой отец настойчиво попросил на тебя не давить, но при этом, в целом, дал свое одобрение на то чтобы мы сделали тебе предложение о переходе на работу к нам. И я очень надеюсь, что ты его примешь.
- Сами видите, с дисциплиной и субординацией у меня проблемы. Да иии как-то не особо и хочется уезжать отсюда. Я уже привык работать здесь, в этом городе и под руководством Строгонова. С ним я сработался, а вот с вами вряд ли получится. Задницей чую, ничего хорошего из нашего сотрудничества не выйдет.
- Не нужно быть таким категоричным, дай себе хотя бы немного времени на раздумья – пропустив большую часть слов собеседника мимо ушей, настойчиво предлагал Лещев. Он был опытным переговорщиком и его спокойно-уверенный голос чаще всего благоприятно воздействовал на оппонентов, позволяя полковнику добиваться нужных ему результатов. Вот только, судя по иронии во взгляде Шона, на него этот прием не подействовал. Что, если честно, было и не удивительно – Я конечно понимаю, привычка это сильная вещь, но когда-то тебе все равно придется сломать эти уютные рамки. И да, если ты не замечаешь, то они уже трещат по швам. Не знаю как город, но вот Строгонова мы из твоей привычной связки уже забираем. Он предварительно уже дал согласие на переход к нам. Мы оформим это как понижение в должности и перевод в другой город из-за провала громкого дела с серийным убийцей. Шпротова тоже понизят и посадят на место Ивана Ильича, а начальником полиции города назначат кого-нибудь из Москвы. Какого-нибудь хваткого полковника, которому придется разгребать созданную тут вами клоаку беззакония. Ему наверняка придется расширять штат, чтобы хоть немного улучшить статистику. Готовые следственные группы он будет вынужден переформировывать и расширять, перетасовывая людей по званиям и должностям. Многие засидевшиеся следователи пойдут на повышение и… В общем, от привычных тебе сейчас вещей и людей через пару месяцев останется только город, а остальное изменится до неузнаваемости. Ну а если ты согласишься перейти к нам, то мы оставим тебя в связке со Строгоновым и со всеми теми, на кого только укажешь пальцем. Можем хоть всю твою следственную группу к нам перевести. Работы у нас много, всех найдем чем занять.
- Прозвучало скорее как угроза, а не как список способных меня заинтересовать доводов – потирая гладко выбритый подбородок проговорил Шон, с неприятной тяжестью на сердце, обдумывая услышанное. Он крайне тяжело уживался с людьми из-за чего скорое появление новых коллег и начальства его не радовало. Слишком долго он изучал и привыкал к нынешним условиям, чтобы так просто принять факт того, что его маленький и уютный мирок скоро безвозвратно изменится.
- Отец же просил не давить на меня, ведь это чревато неприятными последствиями. Я успел пометить немало ваших людей и если вы продолжите напирать, то я тоже стану грубым и неуживчивым парнем, а в их памяти появятся бооольшииие дыры из-за которых они не смогут больше с вами работать. Ну а если вы, как и Коржиков старший, решите меня устранить… - договаривать Шолохов не стал, давая возможность полковнику додумывать самому и гадать, есть ли и правда у Николая такие возможности – Вот видите Николай Игнатьевич, я тоже умею угрожать. И как, приятно вам теперь общаться со мной, зная что какой-то молодой ******* может сильно повлиять на вашу жизнь? Думаю нет. Вроде бы взрослый человек! Не понимаю, чего вы хотели добиться играя в городе в начальство и намеренно выдавливая меня из зоны комфорта? Это же глупо…
- Неделю назад я о тебе и не знал, поэтому планов не было и быть не… - Лещев хотел очень многое высказать этому наглому мальчишке, но не смог. Его прошиб ледяной пот, когда мужчина понял, что больше не может выговорить и слова. Его рот и язык будто бы свело спазмом и попытки пошевелить челюстью или языком не давали какого-либо отклика мышц.
- Не перебивайте пожалуйста, я еще не закончил свою мысль – с явственным раздражением в голосе заявил Николай, глядя в глаза слегка напуганному таким поворотом мужчине – Как уже говорил… вы действовали довольно глупо и нагло. Вообще не понимаю, на что вы надеялись, затевая этот разговор. На то что я испугаюсь и прыгну к вам на ручки? Бред какой! Вы либо слишком самоуверенный человек, либо абсолютно бездарный дипломат. Хотя это, по большому счету, уже ваша личная проблема. Обижаться на непрофессионализм человека, как-то глупо и по-детски. Да и передел в городе вы начали, как я уже понял, еще до того как узнали обо мне. Поэтому претензий к вам лично у меня по факту и нет. Если не будете сами раздувать конфликт и давить, то и я не стану ломать ваши планы. Уж как-нибудь перетерплю все запланированные перестановки в полиции. Ну а на счет вашего предложения… Я обещаю подумать над ним, но предварительно мой ответ «Нет». Я слишком привык к этому городу и людям живущим здесь. Да и личная жизнь тут внезапно наметилась. Если честно, она мне и даром не нужна, но мне все же любопытно чем все это закончится. Так что просто не мешайте мне жить и тогда я не стану мешать вам. Океюшки?
- Согласен – коротко ответил Лещев, поняв что наконец-то может говорить. Его впечатлили возможности парня и он не видел смысла рисковать и лезть на рожон. По крайней мере пока. А еще он очень хотел уехать из леса живым и в более спокойной обстановке проанализировать случившееся. Хотя даже сейчас было понятно что он и правда сглупил, решив на словах подтолкнуть Шолохова младшего к нужному решению. Это было, как минимум, самонадеянно и недальновидно.
- Ну вот и отлично! В правильном направлении думаете товарищ полковник – даже не пытаясь скрывать того что частично читает мысли собеседника, довольно проговорил парень и видимо тоже не желая задерживаться в лесу, предложил – Сдайте еще немного назад, чуть поближе к моей машине. Давайте уже наконец перегрузим оружие и поедем по своим делам. Думаю, работы у нас уже скопилось на порядок больше чем хотелось бы – с этим утверждением Николай Игнатьевич тоже спорить не собирался. Этот город скопил в себе столько ни кем не решаемых проблем, что распутать эту головоломку было практически невозможно. К счастью полковник был обязан лишь следить за обстановкой и по возможности готовить почву для грядущих изменений. Но даже так, дел у него уже скопилось столько, что Лещев начал опасаться того что это болото затянет его по самые… на самое дно и задержит его тут как минимум на пол года.
Заведя УАЗик, полковник наконец развернул свою машину и подъехал так близко чтобы осталось место лишь для того чтобы открыть заднюю дверь. Когда же ФСБшник подошел к легковушке Шолохова и заглянул в багажник… Хотя, ему даже заглядывать не пришлось, так как машина была забита оружием под самую крышку.
- То что не влезло сюда накидал на заднее сидение. Там в основном упаковки с патронами, пистолеты и детонаторы. Самой взрывчатки я в схроне вообще почему-то не нашел. Возможно, просто было нечего положить или в городе есть и другие тайники. Только наш гость с ближнего востока о них ничего не знает, в этом я вас могу заверить.
- Даааа. Делаааа – рассматривая добычу Шолохова, даже как-то растерянно протянул полковник. И единственное о чем он жалел в тот момент, это о том что не додумался прихватить кого-нибудь с собой. От лишних рук сейчас было бы куда больше пользы чем от случившегося недавно разговора… о котором Лещеву даже вспоминать не хотелось.
Глава 23. И снова лес
- Такое чувство, будто тебе заняться нечем. Лезешь везде где не просят… Может все-таки займешься своим таинственным убийцей и не будешь мне мешать? А то, с таким подходом к делу, не только тебя, но и весь отдел в звании понизят.
- Не ворчи старый. И так жизнь не сахар, а тут еще и твой нудеж слушать. Уж постарайся и как-нибудь избавь меня от этого счастья – попросил Немова Шон. Старшина их третьей следственной бригады всегда был суровым и немого ворчливым мужиком, но сегодня, видимо встав не с той ноги, он буквально фонтанировал недовольством. Вечный капитан, намеренно отказывающийся от повышений в звании и уже на пятом десятке заработавший свое меткое прозвище «Старый». Неизменный словно скала, он уже на протяжении почти пятнадцати лет был старшиной третьей бригады и словно ворчливая воспитательница детского сада, прикрывал своим крылышком немало сопливых лейтенантов. Помогал, наставлял их, делал из молодых ребят нормальных следаков… а потом отпускал на повышение в другие бригады и отделы, при этом оставаясь на своем привычном месте. Кремень-мужик, работяга и поистине достойный уважения человек, с которым было приятно работать. А его ворчание можно было и перетерпеть.
- Не наглей Колян и хотя бы иногда вспоминай о субординации. И вообще, я не ворчу, а пытаюсь обсуждать имеющуюся проблему.
- ********* эту субординацию. Ну а проблемы о которой ты говоришь просто не существует – не отвлекаясь от изучения места преступления, спокойно парировал слова собеседника Шолохов – Все что можно было узнать по моему главному делу, я уже узнал ’’своими методами’’ и больше там делать нечего. Ну а на счет понижения в звании… Встречался только что с одним мужичком из антитеррористического отдела и он подкинул мне неприятный инсайд из Москвы. Эти столичные мастера улучшения статистики на бумаге, решили навести у нас шороху. Это еще не точно, но Строгонова скорее всего переведут в антитеррористический. Лещева понизят и посадят его к нам, на место строгого, а кого-то из капитанов отправят на повышение, к подполковнику в помощники. Что старый, хочешь стать майором?
- В помощники к Лещеву? Да боже упаси от такой перспективы! Я же не вытерплю этого ******* и сам его пришибу – это был вполне ожидаемый ответ, который все равно повеселил Шона. Да же Немов искривил губы в неком подобии улыбки, поддавшись напору чужого заразительного смеха. Правда потом он довольно быстро натянул на лицо привычно хмурую мину и в очередной уже раз спросил парня – Ты так толком ничего и не сказал. Говори давай, какого черта приперся и мешаешь мне вести следствие?
- Да я же тебе уже объяснял! Было заявление о пропаже! Вы же сами их все в мою стопку скидываете, потому что мне проще всего находить потеряшек. Я взял ее и поехал по следу. Поняв что пропавшая в лесу никуда не движется, решил что она уже ’’того’’ и не стал спешить. Назначил тут встречу с одним товарищем, ну а пока искал где пристроить машину, он уже успел подъехать. Я его встретил, перегрузил кое-какие вещи, обменялся любезностями и узнал новости из Москвы. Ну а когда попрощался со знакомым, то пошел пешком вглубь леса, искать свою пропажу – кратко пересказал события последних полутора часов Николай и видя недовольство на лице капитана, лишь развел руками – Ну уж извини, понятнее объяснить почему сюда пришел, я не могу. И вообще, не забивай себе этим голову. Просто прими мое существование как факт и смирись с этой неизбежностью.
- Приперся тут. Шутник ********** - не оценил иронии Немов – Приперся и теперь под ногами мешается. Совсем молодежь от рук отбилась…
- Я не понимаю! Ты чего вообще ворчишь!? Тебя вызвали на найденный грибниками труп, а я пришел и готов забрать у тебя еще даже не открытое дело. АААУУУ ВАДИИМ! Скидывай эту проблему на меня и не насилуй себе мозг. Стоит тут, накручивает нервы нам обоим. Я не понимаю! Чем ты вообще не доволен!?
- Да всем **** доволен – в сердцах махнув рукой, раздраженно высказался Немов – Просто… Знал бы что ты припрешься, то занялся бы чем-нибудь другим. А так, столько времени потратил на эту *****. Ээээххх. Пока ехал, пока искал, пока опрашивал нашедших, пока осматривался… Все уже давно сделал, а теперь уже почти целый час жду экспертов. Как я понял, ты их чем-то там конкретным утром загрузил, что они до сих пор освободиться не могут. А я их тут жду! Тело охраняю! Уже третий час тут вожусь… И все ведь опять из-за тебя! Не понимаю! Как вообще так получается?!
- Понимаю – нарочно не обратив внимания на последний вопрос, спокойно сказал Николай. Он и сам не любил в пустую бестолково терять свое время и старался тратить его лишь на самое важное для себя – на работу и конечно же сон – Ну раз ты тут уже подзадержался, зачем тогда сейчас ***** ****** и ворчишь? Введи меня в курс дела и вали уже наконец обратно в город. Или может ты, чувствуя приближение старости, резко полюбил лесные прогулки на свежем воздухе? Тогда да, тогда оставайся.
- А ты, судя по наглости, до старости жить и не планируешь – парировал капитан и практически сдался под напором вполне логичных доводов Шолохова – Ладно. Поеду тогда в отдел, там еще работы не початый край. Тогда сам дождешься. Вот они наверное удивятся когда их встретишь ты. И удивление это, скорее всего, будет неприятным – наверное Немов хотел так пошутить, но Шон не понял в каком месте нужно смеяться. Ну откуда было парню знать, что эксперты считают его настоящим монстром в человеческой шкуре и порой просто мечтают придушить повернутого на работе чудака собственными руками.
- Если коротко по делу… У убитой не найдено ни телефона ни документов. Предположу что девушке лет девятнадцать-двадцать и она, скорее всего, местная. Следов борьбы не обнаружено и это значит, что она вполне добровольно приехала в лес чтобы перепихнуться на природе. Трава примята ровно, скорее всего каким-то плотным одеялом, чтобы задницу об корешки не ободрать. Судя по внешнему виду и сохранности тела, умерла она вчера днем. По черным пятнам на шее можно сказать, что ее партнер был куда тяжелее и сильнее… и в порыве страсти случайно удушил девчонку. А может быть даже сломал ей шею, но это уже патологоанатом определит.
Поняв что натворил, убийца принялся довольно умело заметать следы. Забрал с собой презерватив, одеяло и всю одежду. Потом протер все ее тело влажными салфетками, чтобы стереть отпечатки. Из-за спешки осталось много белых разводов и кусочков подсохшей бумаги. Сумку оставил, но забрал из нее телефон с паспортом, наверное, чтобы затруднить и слегка отсрочить опознание. После чего обошел все еще раз, явно затирая отпечатки обуви и возможно ища что-то в траве. Машина была припаркована примерно там же где и моя – взмах руки в сторону стоящей неподалеку Нивы зеленого цвета – И это не удивительно, ведь именно к этому месту ведет всего одна наезженная грибниками дорога. Следы колес нашел, но по ним сказать практически ничего не могу. Протектор на траве плохо читается, но по глубине вмятин… могу с натяжкой предположить, что это был какой-то внедорожник. На сухой колее след вообще найти невозможно, так что даже и искать нет смысла. Ну иии у меня вроде бы все – капитан ненадолго задумался, видимо пытаясь что-то припомнить, но найти в закромах собственного разума хоть что-то полезное у него так и не получилось - Я там заметки кое-какие на бумагу набросал, оставлю их тебе. Почитай, может что-то полезное и заметишь.
- Не густо по зацепкам. Я бы даже сказал, печально – протянул Шолохов, задумчиво рассматривая шею лежащей на траве в полнейшем неглиже, задушенной девчонки – От себя могу добавить лишь то, что звали ее Машей. Мария Усова, студентка медицинского института. Зарабатывала на жизнь и учебу проституцией. Клиентов искала через Инстаграм… ну и нарвалась, как ты уже понял. Заявление на розыск вчера вечером подала ее соседка по комнате в общежитии. Сказала что Маша ушла куда-то еще утром, но к обеду так и не вернулась. Ее телефон к этому времени оказался уже выключенным, поэтому соседка, зная чем занимается подруга, начала беспокоиться. Ну а когда Усова не вернулась даже к шести вечера, девушка пошла в полицию.
- Ну и как ты понял что это именно она? Тебе ее фотографию скинули? – видимо забыв на мгновение о способностях Николая, поинтересовался Немов и получил вполне ожидаемый и очевидный ответ.
- Если хочешь проверить ее личность, то просто проверь внешность по фоткам в ее Инсте. Ну а лично мне, чтобы это понять, хватило и одной расчески с несколькими волосками. Так что могу тебе и без ДНК теста сказать, что сходство стопроцентное, а перед нами лежит Усова Мария. Ну а если бы ты нашел тут что-то полезное, вроде презерватива или волос, то нам и убийцу долго искать не пришлось бы. К сожалению, мы сейчас в лесу и найти в траве…
- Кстати! – припомнил вдруг капитан, прерывая озвучивающего свои мысли вслух Шона – Не знаю, будет ли тебе это полезно, но… Я тут все тщательно осмотрел и буквально случайно нашел вчерашний бычок. Чтобы не потерять сразу упаковал его и придавил пакетик камнем до приезда криминалистов. Он должен лежать у вот этого пенька. Да, а вот и камень ле… жит… - когда следователи подошли к указанному пеньку и они оба увидели то что лежало под небольшим камнем, то в диалоге образовалась долгая пораженная пауза. Они оба наверное целую минуту осознавали случившееся, не зная что об этом и думать. Первым в себя пришел Немов и явно сделав какие-то неверные выводы, подхватил с земли большую шоколадную конфету и кинул ее в Шолохова, при этом довольно метко попав сладким снарядом прямо ему в нос.
- Куда ты дел пакет! Когда только успел?! – словно возмущенный индюк, клокотал в негодовании Вадим, напирая на своего фактического подчиненного. Вот только Шон не собирался отступать и встав на месте, принял чужой натиск слов и авторитета – Как же легко у тебя получается портить людям жизнь! Я же уже внес окурок в список улик! Говори! Куда ты его дел?
- Акстись Старый! Я все время рядом с тобой стоял и к пеньку ни разу не подходил. И вообще! Я об этом окурке меньше минуты назад узнал. Когда бы я успел что-то сделать? Включи мозг мужик и не делай из меня мировое зло. Старый, ты уже ******* все свои проблемы на меня валить. Хорошо работаю и напрягаю по делу криминалистов – Шолохов виноват. Случайно пересекся с тобой в лесу и забрал дело - Шолохов виноват. У тебя из под носа украли улику – опять Шолохов виноват! Вадим, честное слово, ты уже в край ******* - неизвестно сколько бы они еще так ругались. Наверное долго, ведь каждый из них был полностью уверен в своей правоте и не собирался отступаться от своего мнения. Только вот их спору не суждено было зайти далеко. Их претензии не успели пойти даже на второй круг, а их уже отвлек громкий гудок машины, разнесшийся по притихшему лесу, словно китовый вой.
- Это наши. Наверное доехали до развилки и не знают куда свернуть. Пойду их встречу – нехотя заглушая свою злость, проворчал Немов и подхватив свою старую кожаную папку, молча пошел в направлении прозвучавшего сигнала.
- Оставь записи. Я перепишу твой отчет на себя… и там не будет никакого упоминания об окурке – на это Капитан ему ничего не ответил. Лишь нехотя махнул рукой и продолжил свой путь, даже не замедлив шага. Из этого скупого жеста, Николай понял что упертый Капитан остался при своем мнении и считая Шона вредителем решил устроить ему дополнительную трудотерапию. Без записей Немова ему предстояло составлять отчет практически с нуля и не видя смысла затягивать, он достал свой дежурный блокнот и принялся за дело.
*****
Криминалисты ожидаемо не обрадовались увидев Шона, но ругаться конечно не стали. Работа есть работа, от нее никуда не убежишь. Вместо ненужного ворчания они просто объявили некое подобие бойкота Николаю и практически молча, лишь изредка переговариваясь друг с другом, приступили к своему делу. Судя по всему, Немов все же отдал им свои подправленные заметки, поэтому Шон не стал беспокоиться по поводу такого отношения к себе. Для него главным было то, чтобы это не вредило конечной цели, а остальное он мог и перетерпеть. Ну а опустившаяся на лес тишина Шона только радовала. Присев на тот самый злополучный пенек возле которого исчез окурок, он спокойно писал предварительный отчет по этому делу. А потом просто сидел, отдыхая после насыщенного дня и дожидаясь пока коллеги разберутся со своей частью работы.
- Мы закончили – подойдя, максимально коротко отчитался Исмаилов Айдар, старший в этой экспертной группе. Он явно не хотел больше ничего говорить, но здравый смысл и вежливость все же перебороли обиду на неугомонного мента и он уточнил – Ты вообще как сюда добирался? Я не видел твою машину. Если ты достал Немова настолько что он решил кинуть тебя в лесу… Если что, можем подкинуть до города. Мы сами сейчас в морг, а потом на другой вызов так что до отдела…
- Не беспокойся Айдар, я на машине. Просто заезжал с другой стороны леса и шел сюда пешком. Сейчас дождусь пока вы тело заберете, еще раз сам все проверю, чтобы убедиться в том что ничего не упустил, а потом поеду в отдел.
- Понятно. Проверяй сколько хочешь – недовольно высказался старший эксперт, приняв слова Шолохова как недоверие к их профессионализму и более ни говоря ни слова, сразу направился к своим. Народ уже заканчивал сборы и они ждали только команды на отъезд.
- Мммдааа. Я и правда какой-то нелюдимый стал. Скоро забывать, как с людьми общаться начну. Вот блин, хорошего человека на ровном месте обидел – подосадовал Николай… и практически сразу выбросил всю эту, не касающуюся работы ерунду из головы.
Не став больше рассиживаться или еще проверять место преступления, Шон просто подошел к невысокому дубку и сунул два пальца в неприметную щель на коре. Миг и вот уже на ладони Шолохова лежит та самая причина ссоры, в виде пакетика для вещдоков с сигаретным бычком внутри.
- Этот мир катастрофически тесен, а судьба до крайности иронична – засовывая в пакетик палец и прикасаясь к фильтру, задумчиво проговорил Шон, после того как его смутные ощущения и догадки подтвердились. Новая, полученная им только что информация сильно усложняла и в то же время упрощала дело. И Николаю оставалось только решить, что лучше с ней сделать – придержать до лучших времен или пустить в дело прямо сейчас и посмотреть на реакцию. Выгоды, при любом варианте, для самого Шолохова не ожидалось, поэтому… недолго подумав, он все же выбрал второй вариант.
Добирался Шолохов до города почти целый час. На лес уже начали опускаться вечерние сумерки, когда он наконец-то добрался до своей машины. Затем разыгралась небольшая эпопея, в которой Шон пытался развернуть свою низко посаженную легковушку, при этом не сев на брюхо на какой-нибудь кочке и не задев кустов. Ценой царапины на левом боковом зеркале, Николай все же вырвался из лесного плена и лишь почувствовав под колесами ровный асфальт, наконец-то смог вздохнуть с облегчением и расслабиться.
Время уже подходило к девяти часам, поэтому Шолохов решил не заезжать в отдел и сразу поехать домой. Тем более что с запозданием пришедшая от Алины СМСка предупредила его о том, что девушка уже сама добралась до их ’’ночлежки’’ и сейчас готовила ужин на пару с соседкой. Еще в сообщении эта прилипчивая девица попросила Николая заехать в магазин и купить чего-нибудь вкусного к чаю. Отвечать отказом на подобные требования парень пока не научился, поэтому он лишь печально вздохнул и слегка подправив маршрут, поехал в ближайший магазин «Семерочки».
Не без моральных усилий найдя в супермаркете ’’сладкий’’ отдел и приобретя несколько разных рулетов, Шон вернулся и сел в машину. Вот только потом, вместо того чтобы продолжить свой путь домой, он достал из кармана телефон и немного поколебавшись, все же набрал номер из списка последних вызовов.
- Здравствуйте Николай Игнатьевич. Уже успели соскучиться по мне? – судя по долгой паузе, Лещев решил проявить чудеса выдержки, медленно и мучительно подбирая цензурные выражения для ответа.
- Всего за четыре часа? Нет, я по тебе точно не соскучился.
- Как категорично. Мне даже немного обидно стало. Хотя… лично я тоже не скучал. Век бы вас и ребят из вашей конторы не видел. От вас для меня лишь одни проблемы.
- Не понял претензии. И вообще, раз я тебе не нравлюсь, то зачем тогда вообще звонишь? – спрашивал Лещев, мешая при этом в мыслях растерянность, непонимание и раздражение. Он уже несколько раз пожалел о том, что вообще связался с Николаем и решил проверить парня подкинув ему улику через Строгонова. Пожалел и теперь хотел побыстрее забыть об этом наглом упыреныше… сильно сомневаясь в том, что это его собственное желание.
- Так я и не хотел, но обстоятельства меня буквально вынудили пойти на этот шаг. Печальные обстоятельства и ваше некомпетентное руководство – с наигранной патетикой в голосе объяснялся Шолохов, лишь сильнее запутывая ситуацию и зля собеседника – Мне очень сложно действовать на таком большом расстоянии, но все равно попробую… Я чувствую что рядом с вами сейчас находится несколько помеченных мною людей и… - закрыв глаза Шон сосредоточенно прощупывал далекие отголоски чужих эмоций и старательно пытался внушить нужное ему желание. Полковнику же оставалось лишь непонимающе слушать доносящийся из трубки раздраженный шепот и гадать бредит ли сейчас Шолохов или… что именно «или» было пока непонятно - …почти. Еще немного иии… Николай Игнатьевич, прислушайтесь. Я внушил одному из ваших бойцов сильное желание громко откашляться и через три, два один…
- Какого *****!? – донеслось из трубки удивленное и в то же время испуганное от Лещева – Какого ***** ты творишь!?
- Как я понимаю, вы услышали кашель? - до отвращения спокойно уточнил парень и получил подтверждающий ответ, процентов на шестьдесят состоящий из далеких от цензурности выражений – Отлично! Тогда еще одно уточнение. Вы сейчас видите прокашлявшегося человека?
- Да ***** ****, вижу! И что с того?
- Да ничего особенного. Просто этот человек, не далее как вчера вечером, поиграл с одной молоденькой проституткой и эта игра привела к фатальному исходу. Он конечно замел следы, но вот скрыть от меня абсолютно все практически невозможно. Найденные зацепки привели меня к вашему подчиненному и… Если не верите, то спросите его сами. Соврать по этому поводу он уже не сможет.
- Обязательно спрошу. Но даже если ты говоришь правду, во что я практически не верю, ведь ты мог помочь ему поверить в любую лож… Я ни как не могу понять зачем тебе это нужно? Какая тебе от этого всего выгода? – окончательно запутываясь в ситуации и не видя логических развязок, спрашивал Лещев, с огромным трудом гася в себе злость на этого наглеца.
- Я перехватил это дело у своего коллеги и теперь только от меня зависит, пойдет ли оно в работу или отправится в мой пыльный ящик. Ну а с выгодой тут все просто – Николай устало потер лоб. Голова слегка разболелась от перенапряжения и теперь он хотел поскорее закончить этот сложный разговор – Если вы забудете о встрече со мной и пообещаете не рассказывать обо мне своему начальству, то я не дам этому делу ход. Будьте благоразумны, подарите нам обоим спокойную жизнь. Не заставляйте меня выражать вам свое недовольство – еще одно усилие заставившее сердце Лещева пропустить несколько ударов и вот уже отключенный телефон летит на пассажирское кресло, а Шон, стараясь не запачкать китель, утирает платком потекшую из носа кровь.
«Дилинь-Дилинь» - пискнул стандартным сигналом входящего сообщения телефон. За несколько минут Шолохов справился со своей небольшой проблемкой и сложив все испачканные алым салфетки в один пакетик, нехотя потянулся к своему мобильнику.
«С радостью о тебе забуду. *****!» - парень прочитал пришедшую от Лещева СМСку и довольно покивал своим мыслям. Его полностью устраивало решение ФСБешника. Ну а если он все же решится отомстить за мгновения своей слабости… то бог ему судья, а земля пухом.
- Ладно! А теперь поедем пить чай! Жди меня Алинка, я уже еду! – нарочито бодро заявил Шолохов и скрывая поселившуюся в теле слабость даже от самого себе , наконец-то повернул ключ в замке зажигания. День для парня выдался даже слишком насыщенным и он просто хотел отдохнуть. Поэтому все кто решили ему в этом помешать, сильно бы об этом пожалели.
Глава 24. Искусство спасает жизни
- Ты чего тут залип? Неужели понравилась? – осторожно толкнув Шолохова локтем в бок, поинтересовалась подошедшая Алина и с интересом посмотрела на висевшую перед ними картину. Ало-коричневые пятна, ломанные линии синих цветов и все это на бледно-бежевом фоне с редкими мазками желтого. Абстрактное изображение завораживала своей глубиной и в то же время пугало создаваемым ею ощущением очень близкого хаоса. Увы, но принять и понять философию этой картины могли далеко не все и Кувайкова, подумав немного, решила не примыкать к их числу – Брррр. Бред какой-то. Как вообще это может кому-то понравиться? – склонившись чуть вперед девушка, не обратив внимания на фамилию автора, сразу прочитала название – Рисунок вен… ААААА! Теперь понятно почему это мазня тебя заинтересовала. Ты же у нас маг крови как-никак.
- Лучше говори – Шаман крови. Мне так больше нравится. Маг это какое-то банальное и избитое литературой до полусмерти клише – возразил Шон и все же поддался напору утягивающей его в другой зал девицы. Там висели более понятные и интересные для большинства людей пейзажи, разделенные на разные времена года. Были тут и репродукции известных художников, но Шон не видел особой разницы между ними и современными работами.
Кувайкова, видимо поддаваясь порывам своей непоседливой натуры, не задерживалась возле картин более чем на десять секунд и постоянно тянула Николая сквозь всю выставочную галерею и остановилась лишь когда уперлась в скопившуюся у одного произведения толпу. Она попрыгала на месте, видимо пытаясь через чужие голову увидеть за чем именно выстроилась очередь, а потом зачем-то встала в ее конце.
- Какая-то старинная картина и вроде бы как даже оригинал. Только выставили так неудачно, в самый уголок, чтоб ни кто не уволок, а людям теперь подходить неудобно. Как-то они этот момент не продумали.
- Или наоборот нацеливались именно на этот результат – выслушав негромкие жалобы помощницы, задумчиво проговорил Шолохов, а спустя несколько секунд уже куда более уверенно добавил – Ну или просто хотели создать ажиотаж и за ним скрыть правду. В такой искусственно созданной спешке и толчее куда сложнее понять, что эта картина не оригинал. Настоящая создана почти полвека назад, а этой копии от силы несколько лет. Так что перед нами сейчас точно копия.
- А вы кто, собственно говоря, будете? Эксперт искусствовед? – несколько недовольно поинтересовалась стоявшая рядом пожилая женщина в больших очках. Ей явно не пришлись по вкусу самоуверенные слова какого-то мальчишки, вот только Шолохову на ее недовольство было попросту наплевать. Услышав ее вопрос, он лишь меланхолично пожал плечами и сказал внезапной собеседнице чистейшую правду.
- Неа, не угадали. Я просто следователь. Слышал про эту картину и точно знаю, что она в Москве концы потеряла еще лет шесть назад. Наверняка сейчас висит в коллекции какого-нибудь депутата и по выставкам уж точно не катается – говорил парень довольно громко и его услышали практически все… после чего, быстро потеряв интерес к ’’якобы’’ подлиннику, начали медленно расходиться. Полминуты и вот уже парочка стоит и рассматривает переставшую быть оккупированной картину. Нетерпеливо перебирающая ручку своей сумочки, Алина ждала пока от них отойдет последний любопытствующий ценитель искусства и лишь когда это случилось, вывалила на спутника свои претензии.
- Зачем ты обманул людей? Мог просто постоять в очереди пару минут и тогда смог бы посмотреть на это картину. Людей разогнал, а сам стоит довольный, любуется какой-то старинной мазней.
- А с чего ты взяла что я соврал? – тоже не оценив творческий посыл уже давно почившего художника и неспешно переходя к соседней экспозиции с натюрмортами, несколько удивленно спросил Шон. Тут уже ему пришлось принимать роль буксира и тянуть девушку за собой.
- Пффф. Ты даже названия этого ’’шшшедееевра’’ не знал, но с такой уверенностью нес чушь про то что его уже украли.
- Конечно не знал. Но зато чувствовал эмоции вложенные в картину. Там есть алчность, злость, усталость ииии много иных чувств послабее. Каких именно не особо важно. Главное это то, что эти эмоции есть и они еще не успели раствориться. А это значит, что перед нами был искусственно состаренный новодел. Вот только пользы нам от этого знания нет, кроме конечно того что мы прошли без очереди. Нооо еееслии ты такая честная, то могла бы немного и постоять, как минимум в протест моему полицейскому произволу.
- В задницу иди со своим произволом – проворчала Алина, видимо по женской привычке, все равно оставшаяся недовольной ответом – Ну откуда мне было знать, что ты и так можешь. Ты говорил что чувствуешь эмоции человека написавшего что-то на бумаге, да и то этот эффект сохраняется не очень долго. А тут картина и… - девушка не нашлась как закончить свою мысль, поэтому уловивший смысл Николай продолжил за нее.
- Чем дольше человек пишет или рисует, тем больше своих мыслей и эмоций он вкладывает в бумагу. От простой записки отклик будет ощущаться всего несколько дней, ну а от картины вплоть до нескольких лет. Да и фонит от свежего рисунка так, что даже прикасаться к нему не приходится. Поэтому… Не знаю что поэтому. Могу сказать тебе лишь то, что это довольно бесполезное умение, которое я практически не использую в работе. Так что давай закроем эту тему и вернемся к нашему делу.
- Ага. Только ты толком и не объяснил, что мы забыли на этой выставке. Выдернул из дома в мой единственный выходной и потащил непонятно куда.
- Халявщица! Лично у меня, в последнее время, выходные случаются только когда я попадаю в больницу.
- Ну это ты отбитый трудоголик, а лично мне иногда и отдохнуть от работы хочется.
- Говорю же, халявщица. Лишний раз попку от дивана оторвать… - устав от этого бессмысленного препирательства, Кувайкова поставила в их споре точку, не очень сильно двинув кулаком Коле под ребра.
- Давай объясняй! Ты сказал что будешь сегодня весь день охранять следующую жертву, но вместо того чтобы пойти на квартиру где прячут девчонку, зачем-то потащил меня на выставку картин. Нет, я конечно не буду утверждать что тут не интересно, но… Не понимаю, как все это…– Алина широким жестом руки обвела сразу весь зал с портретами в который они забрели - …как это все связано с охраной девчонки? Как ее там…? Регина по-моему, а фамилию точно не вспомню.
- Неужели ты не рассматривала вариант того, что я, вместо работы, просто решил пригласить тебя на свидание на выставку картин? – изображая голосом обиду, уточнил у спутницы Шон, но нарвался на концентрированный скепсис со стороны Кувайковой.
- Пфффф – довольно громко озвучила она свое мнение, невольно привлекая внимание немногочисленных посетителей этого зала – Для тебя романтика это лишь жанр фильмов или название конфет, ну а работе ты можешь предпочесть только другую работу. Так что давай, фантазер, рассказывай зачем мы сюда пришли? – быстрая девичья ручка скользнула вниз и сжалась на кое-чем важном, заставляя парня выпучить глаза от удивления и боли, а затем, подняв руки, сдаться на милость одной наглой красавицы.
- Регина Юлмаева сейчас в соседнем доме и я, фактически, сейчас тоже ее охраняю… своими методами. ЫЫЫЫЫ ФУУУУФфххх – поспешно пояснил Николай, и с облегчением выдохнул, когда хватка Алины ослабла.
- Мне это еще пригодится вечером – похлопав Шолохова по бедру, высказалась хозяйственная девушка. Парень услышав это ответил ей односложным «Обойдешься», на что его спутница лишь демонстративно фыркнула и видимо не оценив портретную композицию, потащила в следующий зал – Ну давай, рассказывай что у тебя там за методы? Неужели ты научился смотреть сквозь стены. Или еще круче! Когда на горизонте появится наш убийца, ты выбежишь на улицу и с каким-нибудь воинственным криком швырнешь в него огненный шар?
- Эй красавица, ты это… прекращай уже свои японские мультики смотреть. У тебя и так кажется уже уровень хентая в крови подскочил – отшутился Николай, но по вскинувшимся бровям девушки понял, что что-то пошло не так.
- Ты хоть сам понял что сейчас сказал?
- Если честно, нет. Просто Серега Паршин это в похожей ситуации года два назад сказал, ну а я запомнил. Вот и… А что, я что то не то ляпнул? – с легким беспокойством уточнил Шолохов, уже подумывая пометить кровью свою спутницу, чтобы понять подоплеку этой ситуации. Правда когда Алина, не удержав серьезную мину, все же рассмеялась он сразу передумал.
- Просто слышать это от тебя было очень странно. Поэтому больше не водись с Сережкой, а то этот глупый ояш тебя еще чему-нибудь плохому научит – весело посоветовала Кувайкова и вновь подхватив парня под руку, медленно стены вдоль стены с картинами, рассматривая странные ’’шедевры’’ в стиле «кубизм». Такое непонятное искусство ей, ожидаемо, наскучило очень быстро и она вновь начала домогаться до Шона, возвращая его к прерванной теме разговора.
- Ну давай уже, колись. Что у тебя там за методы? Какое ниндзюцу ты решил применить против нашего неуловимого асасина?
- Вот же ты настырная. Ну как мне тебе сказать? Как мне тебе сказать… что мы со Строгоновым уже списали эту девчонку в расход? А я тут вообще не для ее охраны. Просто хожу, прислушиваюсь к окружающему нас миру и начну действовать только после того как почувствую приближение чужой смерти или всплеск жизненной энергии. Я не должен вступать с ним в бой, он меня уничтожит не напрягаясь. Мне нужно лишь увидеть его издалека и просто пометить. Все! На этом наш гениальный план заканчивается, ничего умного мы больше не придумали – притянув Алину к себе, зло шептал он ей на ухо. А когда вывалил на напарницу все что не хотел до этого говорить, а затем уточнил, нравится ли ей такой план.
- Да как-то наплевать – не пытаясь отстраниться, спокойно ответила девчонка. Шон чувствовал тепло ее щеки, приятный запах волос, пульсации крови в венах запястьях… он все это чувствовал и точно знал, что она соврала. Ей было очень жалко Юлмаеву, но она не хотела показывать своих истинных чувств и старалась держать лицо. Но когда их взгляды встретились… девушка сразу поняла что он почувствовал ее мысли и прижалась лицом к его груди, стараясь сдержать наворачивающиеся на глазах слезы от жалости к незнакомой и уже фактически обреченной девочке.
Они стояли так обнявшись, наверное, несколько минут. Шон стойко сдерживал удары накатывающих на него волн эмоций, а Кувайкова просто боролась со своими чувствами. И так бы они простояли еще долго, но…
- Молодые люди! – привлекая к себе внимание громким шепотом, сказала подошедшая к ним невысокая женщина лет пятидесяти – Вы что тут устроили!? Это вам не место для выяснения отношений и не вертеп! У нас тут крупнейшая выставка картин в регионе, а вы…! А вы своим неприемлемым поведением отвлекаете порядочных людей от лицезрения… - женщина, наверное, так и продолжала бы грозно шипеть на парочку, но практически упершиеся ей в лицо корочки заставили ее закрыть рот. А когда она наконец-то поняла что маячит у нее перед глазами та, кажется, стала даже еще ниже чем прежде. Вся ее нарочитая грозность куда-то исчезла, а она сама, растерянно хлопая глазами, пыталась мысленно связать поведение странной парочки и их отношение к полиции.
- А что вы тут…? - женщина явно хотела закончить свою фразу словом «забыли», но она все же смогла удержать его на языке и сделала вид, что ее вопрос получился вполне целостным и понятным.
- Просто обеспечиваем общую безопасность в месте массового скопления людей. В соседнем доме будет проводиться спецоперация по поимке опасного преступника, поэтому не пугайтесь если услышите стрельбу. Тут есть и другие наши коллеги и мы вас защитим если что-то пойдет не так.
- А что-то может…?
- Не может! – твердо заверил женщину Шолохов, даже не став дослушивать ее вопрос, а потом настойчиво попросил не распространяться об услышанном и не мешать работе полиции, объяснив это тем что им нужно держать связь с другими патрулями. Распорядительница выставки согласно покивала, принимая эти пояснения и сразу убежала… наверняка чтобы пересказать коллегам то, что она только что узнала. Останавливать женщину и снова просить ее помолчать он не стал, все равно это было бесполезно.
- Может не стоило ей на голову правду вываливать? А если она трепаться на право и на лево начнет? – тоже подумала об этой проблеме Алина, но Шолохов, добавив в голос беспечности, на словах отмахнулся от этой проблемы.
- Да плевать. Сегодня ни что не может пойти так, как этого хотелось бы тебе. Я же говорил что мы сдались и сейчас просто ловим на живца. Ну а если поблизости появятся глупые и очень любопытные зеваки… они будут мешать не только нам, но и противнику. Я за убийцей гоняться не собираюсь, мне еще жизнь дорога. Моя задача просто увидеть его издалека и пометить кровью не сближаясь с ним. Хотя бы две-три секунды визуального контакта и все будет готово. Мне больше и не нужно. А дальше я… - что будет дальше Николай так и не сказал. Он замер на несколько секунд с широко раскрытыми глазами, а в следующий миг уже сорвался с места и устремился на выход, безжалостно расталкивая стоявших на пути людей. Проходит меньше полуминуты, а он уже бежит по улице к соседнему дому, а Кувайкова старается от него не отставать. Еще тридцать секунд и вот он уже врывается в третий подъезд, с первого раза открыв магнитный замок мастер-ключом. Отставшая на прямой Алина, едва успев поймать почти закрывающуюся дверь, буквально просочилась внутрь и не мешкая побежала вверх по лестнице, пытаясь нагнать громкое эхо быстрых шагов. Чувствуя жар в легких она стремительно взлетела на четвертый этаж, где стала свидетелем того как Шон со второго или уже третьего удара ноги выбивает рассохшуюся советскую дверь и буквально влетает в чью-то квартиру.
Дальше он действовал не менее стремительно. Оттолкнувшись рукой от шкафа чтобы удержать равновесие, он в несколько стремительных шагов преодолел коридор и ворвался на кухню. Лежавший на полу у стола пожилой мужчина не подавал признаков жизни, но Шолохов, даже не подходя к нему уже знал, что у старика случилась внезапная остановка сердца.
Подскочив к хозяину квартиры, он одним рывком перевернул мужика на спину и не церемонясь, со всей силы ударил его кулаком в грудную клетку, вливая в чужое тело частичку собственной силы. Кинетическая и мистическая энергии смешались и буквально вынудили заленившееся сердце вновь начать свой бег, разгоняя потоки крови по телу, под бдительным контролем ’’шамана’’ на первых парах.
- Что тут? – спросила с запозданием вбежавшая на кухню Кувайкова, с хрипом вгоняя воздух в пылающие болью легкие. Едва не споткнувшись об ногу Николая, она обогнула его стороной и посмотрела во вновь наливающееся красками лицо старика – Что… Кха-Кха-Кхаах. Что тут случилось?
- Звони в скорую! Остановка… держу его сердце! Не отвлекай! – короткими ломанными фразами отвечал Шолохов, концентрируя свое внимание на работе кровеносной системы, пробивая ходы сквозь забившиеся от старости сосуды и уменьшая нагрузку на слабые места, чтобы не доводить дело до внутренних кровоизлияний – Звони скорее! Вечно держать не смогу! – вновь потребовал он, но это было лишним. Алина уже диктовала адрес, параллельно пытаясь открыть заклинившую щеколду на окне, видимо надеясь впустить в душную, пропахшую лекарствами и старостью комнату свежий воздух.
- Тут городская больница вроде бы рядом. Пойду встречать, через пару минут, наверное, уже подъедут – наконец-то поборов защелку на окне и распахнув створки настежь, быстро проговорила девушка и не дожидаясь ответа, выскочила из квартиры. Она бежала вниз по ступенькам, не обращая внимания на вновь разгорающийся в легких пожар и мысленно цепляясь за неуместную в данный момент мысль.
«А ведь не зря мы сходили на эту выставку. Наверное можно считать что искусство спасло еще одну жизнь».
Глава 25. Погоня в горячей крови
«- Ну конечно я знал, что это мужчина и что смерть не насильственная. Я почувствовал это»
«Судя по вашим словам, я должен был оставить его умирать?»
«И что с того что я засветился. Вы внезапно поверили в наш успех?»
«Очень странно слышать это от человека уже сидящего на чемоданах. Как-то слишком поздно опомнились»
«Побеседовал тут вчера с Лещевым и знаете? Мне как-то не понравилась его контора. Слишком много наглости, гонора… а теперь еще и крыс не умеющих держать язык за зубами»
«Я знал что вы догадливый, но всегда думал что еще и умный. Рассказывать постороннему человеку тайны, которые вам никогда не принадлежали, это уже не ваш долг, а банальная глупость»
«И не повышайте на меня голос Иван Ильич. Иначе поедете в Москву не с повышением, а с геморроем размером с арбуз. По такому знаменательному случаю я уж расстараюсь»
Телефонная беседа с подполковником не задалась с самого начала и от выражения взаимного недовольства стремительно скатилась до перекрестных оскорблений и угроз. А в конечном итоге этот диалог окончился ни чем. Каждый остался при своем мнении и затаенной у сердца злостью на оппонента. И с этим уже ничего нельзя было поделать. Строгонов не собирался отказываться от предложения Лещева, ну а Шон уже не собирался поднимать резко упавшее мнение о человеке, предпочетшем простой и понятной работе здесь, манящее сияние эфемерного завтра где-то там, возле главной кормушки страны.
- Мне показалось или подполковник остался недоволен тем, что ты спас старика? – прижавшись сзади и приобняв Шона, уточнила стоявшая рядом на протяжении всего телефонного разговора Алина, когда Шон, отключив телефон, в раздражении бросил его на стол.
- А ведь в какой-то период своей жизни я даже стал считать его своим другом – будто бы говоря в никуда, с печалью сказал Николай и лишь через добрый десяток секунд, все же ответил на вопрос Кувайковой – Представь себе, мы только что официально провинились перед начальством. Я должен был действовать максимально скрытно и не показывать своего присутствия, но появление скорой и мои «безответственные» действия, по мнению Строгонова, буквально разрушили весь план. Понятия не имею что за ***** ударила ему в голову, но это звучало как полнейший бред. Да, я конечно почувствовал что умирает мужчина, но, как по мне, это не повод так легко отдавать его смерти.
- Я тоже так думаю – поддакнула девчонка, видимо пытаясь поддержать Шолохова. А в следующее мгновение буквально вырвала его из болота мрачных мыслей и сбила с толку неожиданным и очень странным вопросом – А ты и правда можешь наслать на человека геморрой. Нет-нет, мне конечно такое счастье ни к чему, но… есть несколько людей, которых хотелось бы этим порадовать. Ууухх. Если бы я умела так делать…
- То все бы вокруг тебя заимели бы одну и ту же проблему. Поэтому, к счастью, такие чудеса не умеешь творить ни ты, ни я – обернувшись и посмотрев на прижимающуюся к нему девушку, спокойно ответил Шон. А затем, немного подумав, предложил – А чего мы тут сидим? За квартирой спасенного обещали присмотреть соседи, так что пошли отсюда. Тут где-то поблизости должна быть кафешка. Давай дойдем до нее, выпьем чего-нибудь холодного, чтобы остудить головы, а потом просто погуляем вдоль дома. Походим-поболтаем.
- Мммм. А это звучит как очень хороший план. Ни как от тебя такого не ожидала – с усмешкой подметила Алина, первой поднимаясь из-за стола. Она наконец-то отлепилась от него… а затем сразу подхватила его под руку и объявила – Предложение принимается! Веди меня Сусанин, куда только захочешь. Сегодня я совершенно свободна…
- Как минимум от комплексов. И по-моему по дефолту – скорее ради шутки, проворчал парень, позволяя вывести из квартиры в которой до сих пор была слегка завышена концентрация жизненной энергии. Даже если старик выживет после четырех-пяти минут клинической смерти, он в любом случае очень сильно ослабнет, потеряв немалую долю своих, накопленных за целую жизнь, сил. Шон придержал его на "этой" стороне и теперь его дальнейшая судьба зависела в куда большей степени от него самого и от его желания жить, чем от усилий медиков.
****
В маленьком кафе всего на четыре столика оказался сломан кондиционер, а открытая дверь, в виду отсутствия даже намека на ветер, не сильно решала проблему духоты в помещении. Поэтому, немного подумав, пара заказала четыре больших стакана колы со льдом на вынос и получив желаемое, поспешно покинула заведение.
Лавочек поблизости не было, поэтому они решили укрыться от почти полуденного солнца на ближайшей остановке. Правда пока они до нее шли, пара стаканов уже опустела и оставшиеся им уже приходилось неспешно цедить, наслаждаясь спокойствием момента и растекающейся по нутру прохладой.
- А что вы решили делать с остальными двумя девчонками? – разбила молчание Алина, все же задав мучавший ее последние полчаса вопрос – Надеюсь, вы отчаялись не настолько сильно, чтобы отдавать их убийце без боя? А если и так… то может хотя бы попробовать вывезти их из города.
- И с ними случится тоже самое, что и с Кубаевым. Противник просто начнет действовать игнорируя свой план и убьет их еще до того как они пересекут черту города. С довольно большой вероятностью у него как и у меня есть подобие меток по которым он узнает о перемещении своих жертв, из-за чего любая попытка действовать скрытно идет ******** - указал на неизвестные Кувайковой нюансы Николай и немного поколебавшись, озвучил разработанный ими со Строгоновым план действий.
- Если Регина Юлмаева сегодня погибнет, в чем я практически не сомневаюсь, а у меня не получится пометить злодея, то следующую жертву мы попытаемся просто спрятать. Подполковник уже договорился с одним богатеем о помощи. Тот организовал под своим домом небольшой бункер, квадратов на сто. Там даже вентиляции нет и кислород создается при помощи какой-то хитрой системы, поэтому убийца ни как не сможет туда просочиться. Пройти через дверь тоже не получится. Два ключа этот богатей положит в банк в две разные ячейки, а третий увезет в Москву на несколько дней. Так что даже мы не будем знать, жива ли шестая жертва или… - заканчивать свою мысль Шон не стал, оставив право домысливать другие варианты напарнице. Правда Кувайковой, как оказалось, вполне хватило и первого.
- Прямо девчонка Шредингера какая-то. Только шансов выбраться из закрытой коробки у нее куда больше – повеселев, озвучила свои мысли Алина, а затем, подумав немного, уточнила – А он точно не сменит свою цель, если не сможет добраться до шестой…? Уже не помню как ее зовут.
- Убийца считает нас очень слабыми противниками… Строгонов предлагал спрятать в бункере обоих девушек и желательно на целую неделю, но я его переубедил – второй опустевший стаканчик из под колы полетел в урну, а Шон, печально покачав головой, спросил у своей спутницы – Не понимаю… Почему ты не учитываешь вероятность того, что враг умеет перемещаться в пространстве, обходя таким образом все возможные преграды.
- Телепортация? Надеюсь, ты сейчас не серьезно? – по эмоциональным горкам от радости вновь скатившись в мрачность, уточнила несколько возмущенная девица. И получила ответ, который ни как не желала услышать.
- Ты уже несколько недель плотно общаешься со мной и до сих пор чему-то удивляешься? Проснись красавица! Это все реально! – заверил девушку Шолохов, невольно повышая голос. После чего лучезарно улыбнулся, посмотревшей на подозрительную парочку женщине, дожидающейся своей маршрутки. И лишь дождавшись когда та отвернется, уже куда тише и спокойнее продолжил – Почему ты решила что он на это не способен? Возможно даже я, лет через двадцать, смогу провернуть что-то подобное. А потом помру от перенапряжения или критической потери крови. Тут главное найти подход к основам своей силы, а остального можно добиться банальным усердием и огромным количеством практики. Так что даже не надейся на то, что убийца отступится. Он слишком уверен в себе и наверняка учел подобную ситуацию. И если противник не форсирует всю эту затею… это будет означать то, что у него есть возможность преодолеть любую преграду. И именно поэтому я убедил Строгонова запереть девушку одну в этом бункере, даже не оставляя ей охрану. Мне не хочется узнавать о том, что вместе с ней погиб еще и кто-то из наших товарищей или омоновцев. Эта ’’проблема’’ и так принесла слишком много смертей, поэтому я не хочу чтобы погиб кто-то еще… помимо запланированных этой тварью жертв.
- А что с последней в списке? Надеюсь вы… - Кувайкова медленно разжала кулак, роняя на пол неповинный смятый стаканчик и пятная сладкими каплями колы бетонный пол остановки. Она уже не знала о чем думать, в голову лезли варианты один хуже другого, а надежды на то что Шон скажет что-то хорошее уже не было… И то что она услышала не пролилось ей бальзамом на сердце.
- Я оттягивал этот вариант до последнего, но отговорить Строгонова так и не смог. Поэтому финальным рубежом этой бредовой обороны станет наш отдел. Вооруженной толпой мы окапаемся в каком-нибудь большом помещении и… боюсь что все это при любом раскладе завершится ужасной резней и немалым количеством жертв. Если мы попытаемся помешать убийце, то он просто пройдет через нас и мы вряд ли сможем как-то ему помешать – нехотя ответил на вопрос спутницы Шон, подхватывая помятый стакан с пола и метким броском отправляя его в урну.
- А ты можешь…?
- Неа – отрицательно помотал головой Шолохов, поняв девушку практически без слов – Организовывать дуэль ради спасения долбанутой аторвы, развлекающейся избиением стариков до смерти в хорошей компании не менее долбанутых дружков? Нееет уууж! Я не настолько благороден и ненормален, чтобы ради какой-то девчонки так сильно рисковать. Вот ради тебя я бы еще подумал, но ты, к моему счастью, не выглядишь как классическая дама в беде.
- Приятно узнать, что я хоть что-то значу для такого циника и лентяя как ты – девушка даже слабо улыбнулась, услышав такие неожиданно приятные слова в самом конце печальной речи Николая. Увы, но такой малости не хватило, чтобы от влечь Кувайкову от неприятных мыслей – Считай что твоя лесть была оценена по достоинству и принята как комплимент. Жаль только что от всего остального что ты сказал у меня осталось лишь послевкусие безысходности. Ты так говоришь, как будто мы ему вообще ничего не сможем сделать.
- Нечеловечески сильному и быстрому существу, способному влиять на сложную цифровую технику, перемещаться сквозь пространство и менять внешность…? Пару сотен лет назад такого человека, наверное, приняли бы за бога. Ну а мы можем только путаться у него под ногами и даже не мечтать его поймать. Я конечно организую ему несколько ловушек, но боюсь он их сразу заметит и обойдет. А на что-то большее у меня банально не хватит крови в организме.
- А ты сможешь что-то сделать если он обретает свою нечеловеческую силу только во время… во время своей ’’охоты’’? – спросила Алина, задумчиво глядя куда-то в даль. Такой интерес озадачил парня и он сразу даже не нашелся что ей на это ответить.
- Интересная теория. Никогда о таком не задумывался. Вероятность того что все обстоит именно так довольно мала, но в то же время это могло бы объяснить почему, имея такую невероятную силу, он постоянно от нас прячется. Какая-то слишком избирательная самоуверенность с его стороны – озвучил свои мысли Шон, а затем, быстро все обмозговав, все же ответил на вопрос девушки – Увы, но в нашей ситуации это практически ничего не меняет. Мы его не можем найти пока он, теоретически, слаб. Да и непонятно с помощью чего он обретает эту самую силу.
- Может быть какие-то новые наркотики? Или перед своим нападением, он еще кого-то убивает, чтобы временно усилиться за счет чужих жизненных сил – выдала несколько версий Кувайкова и помолчав немного, задала еще один странный вопрос – А ты с мог бы что-то сделать, если бы ослабленный убийца прямо сейчас находился буквально через дорогу от нас? – быстро переварив суть вопроса, Николай проследил за направлением взгляда девушки… и оторопел увидев человека в очень знакомой одежде. Обычные джинсы, темно-синяя мешковатая кофта с накинутым на голову капюшоном – Шон напрягся всем телом, а пальцы уже пытались отлепить пластырь с заранее сделанной раны на ладони, пока взгляд бегал по такой знакомой фигуре. Мысли путались, цепляясь друг за друга и сплетаясь в бессмысленный клубок, пока тело делало свое дело, готовясь к броску.
Будто бы почувствовав сразу несколько чужих взглядов, топтавшийся на той стороне дороги человек обернулся и под капюшоном мелькнуло что-то белое… Скрипнув зубами от ярости, Шолохов отпустил свои поводья и сорвался с места. Едва не попав под колеса взвизгнувшей тормозами легковушки, он прыгнул в сторону, теряя драгоценные мгновения. Заметив движение, незнакомец ломанулся вперед, прямо сквозь растущие вдоль тротуара кусты, при этом, даже не зная того, прикрываясь листвой от летящих в спину капель крови.
- СТОЯТЬ! ПОЛИЦИЯ! – на удивление громко прокричала Кувайкова, заставляя злодея прибавить скорость. Упав на колени, он побежал прямо на четвереньках и выпрямился лишь когда вновь вырвался с газона на тротуар. Две секунды и вот он уже скрывается за углом, а летевший за ним сгусток крови разлетается брызгами, ударившись о стену дома.
- СТОЯТЬ ТВАРЬ! – прокричал взбешенный двойным промахом Николай и выхватив из-за пояса пистолет, опять попытался проскочить через дорогу. Видя злого мужика с оружием, водители жали на тормоза, пропуская ненормальную парочку. Получив возможность для разгона парень, словно бегун с препятствиями, перескочил через подстриженный кустарник, за несколько мгновений добежал до угла и завернув на другую улицу, увидел лишь край слетевшего капюшона. Бегун, не давая возможности прицелиться, нырнул в проезд между домами и устремился во дворы. За такой маневр Николай наградил незнакомца смачным матюгом и более не теряя время, вновь отправился в погоню. Слыша позади хриплое дыхание догоняющей его девушки он добежал до проезда, проскочил сквозь него и потеряв доли мгновения на то что бы сориентироваться во дворе, бросился следом за мелькнувшим между припаркованных машин гадом.
- СТОЯТЬ!!! – сгусток крови расплылся по лобовухе гранты, минуя верткую цель, из-за чего Шон натурально зарычал от ярости и сжал кулак, выдавливая из ладони еще несколько капель алой влаги. Ему пришлось замедлить бег, чтобы подготовить новую атаку и лишь когда беглец выскочил на детскую площадку, надеясь срезать путь до следующего ряда припаркованных машин, Шолохов взмахнул рукой, отправляя в полет целую россыпь капель. Подхваченные его волей, они резко ускорились и за мгновение, преодолев более тридцати метров, облаком из кровавой пылевой взвеси накрыли целый кусок пространства, наконец-то зацепив верткого гада.
«ОСТАНОВИСЬ!» - противник послушно подчинился мысленному приказу и сделав два последних шага замер на месте, крутя головой и не понимая что с ним происходит. Подспудное желание пришло извне и бегун пытался с ним бороться, но успевшая вырваться вперед Кувайкова не дала ему много времени и словно дикая кошка прыгнула на спину своей жертвы, роняя ее на траву детской площадки и подминая под себя. Когда Шолохов подбежал к замершей на земле паре, девушка уже закончила короткую схватку своей победой, взяв причинное место беглеца в свой коронный кулачный захват и вонзив ногти другой руки прямо в глотку, с силой давя ему на кадык. Подбежав к ним Шон, не церемонясь, хлопнул незнакомца перепачканной кровью рукой по затылку, после чего скомандовал.
- Отпускай, я его уже контролирую – девушке понадобилось несколько секунд чтобы осознать услышанное, после чего она наконец-то ослабила свою хватку и хрипло ругаясь, принялась неуклюже подниматься на ноги. Правда, заметив что из руки Коли продолжает течь кровь, она собрала свои силы в кулак и принялась помогать ему с перевязкой. У парня имелся с собой распакованный бинт, но им обоим все равно пришлось постараться и потратить практически весь моток, чтобы хоть как-то остановить сильное кровотечение.
- Иии тааак сойдеет – рассматривая превращенную в шар из бинтов руку, озвучил свой вердикт Шолохов. Боли он практически не чувствовал. Хотя он в тот момент наверное и оторванный палец не заметил бы, ведь все его внимание было сосредоточено на лежащем лицом вниз незнакомце. Поэтому дождавшись пока Алина довяжет последний узел, он сразу отодвинул ее и бросился смотреть их добычу.
Только вот когда он здоровой рукой перевернул беглеца на спину, его встретило первое разочарование. Банальная белая маска «ананимуса» лопнула при ударе об землю, пустив по загадочной пластиковой улыбке длинную витиеватую трещину и теперь в его образе не чувствовалось и намека на загадочность. Перепачканный в пыли и грязи, измазанный в крови, со слипшимися черными патлами, со сломанной и чуть съехавшей на бок маской – этот человек выглядел жалко и более не вызывал в мыслях Шолохова ничего кроме брезгливости. Предчувствуя неудачу, парень дернул за край ненастоящего лица, доламывая всю анонимность и превращая ее в россыпь мелких пластиковых кусочков. А взглянув в настоящие глаза ’’бегуна’’… Николай едва не взвыл от досады.
Безразличное из-за полного и крайне грубого контроля сознания лицо. Худое лицо прыщавого юнца лет семнадцати, похожее на саркастическую насмешку над потугами двух глупых полицейских. Лицо слабовольного человека думающего о чем угодно, но точно не об охоте на недавних школьников.
- Кто ты!? Что ты делал напротив остановки несколько минут назад!? – все еще на что-то надеясь и цепляясь за балюстрады воздушных замков, едва ли не срываясь на крик от злости, спрашивал Шолохов. Переполненный собственными эмоциями он не мог найти нужную информацию в голове у парня, поэтому просто беспощадно давил на волю, вынуждал его давать максимально правдивые ответы.
- Семенов Олег… Искал закладки спайса в кустах. Начинается ломка.
- ********! Назови первую фамилию в списке своих жертв – последняя попытка и последняя же надежда на чудо. Пацан даже не пытается сопротивляться чужому давлению, но все равно медлит с ответом. Секунда, другая и вот, видимо не найдя в памяти зацепок, он говорит короткое и жестокое для Николая «Не знаю».
- ******. Приплыли – устало проговорил Шон и наконец-то расслабляя напряженное до предела тело, завалился на бок, прямо под бочок к беглецу. Вот только свой контроль над чужим разумом он так и не ослабил. Работа для Шолохова, как всегда, была превыше всего – Ну что, подруга дней моих суровых? Как тебе понравилась такая внезапная? – и не дожидаясь от Алины какого-либо ответа, устало попросил - Вызывай наряд, будем этого ******* оформлять.
*****
– Я тебе точно больше не нужна? Может мне все-таки остаться? – спрашивала Алина, невольно ища поводы чтобы задержаться. Этот день увлек ее большим количеством событий и информации, поэтому она хотела остаться его частью, чтобы узнать чем же закончится сегодняшнее противостояние. Коля смог внушить ей мысль о том, что ничего хорошего ждать не стоит, но она все равно, чисто по-женски, надеялась на счастливый финал закрутившейся истории. Увы, но не полагаясь на свои способности, Шон был обычным парнем и без внятных объяснений не мог понять обуревающих девушку чувств. Поэтому, будучи уставшим, злым из-за последней неудачи и чувствующим слабость из-за резкой потери крови, он озвучил вполне ожидаемый ответ.
- Ты не набегалась что ли? И так уже почти весь выходной со мной потеряла, так что иди домой и хоть немного отдохни. Я бы тоже сейчас с удовольствием вздремнул… часиков так двадцать-тридцать. Но мне, с творящимся в последнее время идиотизмом, остается надеяться только на очередное попадание в больницу.
- Не говори так! Мне не нравится когда ты так говоришь! – потребовала мгновенно вспыхнувшая злостью девушка и практически сразу остыла при виде теплой и слегка ироничной улыбки Шолохова.
- Как скажешь Алинка, как скажешь. Постараюсь больше так при тебе не говорить – легко пообещал Николай… вот только девушка надеялась услышать от него немного иные слова. Она уже хотела высказать ему несколько злых слов, намереваясь выбить из Шона иное обещание, а потом еще и настоять на том, чтобы остаться и помочь в чем-нибудь, но прилетевшие ей в руки ключи от квартиры, вымели из ее головы все иные мысли. Такой неожиданный и приятный жест доверия, согрел ее сердце теплом. На языке крутилось целое множество ненужных слов и она, к своему счастью, так и не успела ничего сказать. Шолохов подмигнул ей и сказав приятное слуху «До вечера», пошел по своим делам, оставив девушку в одиночестве переваривать все случившееся.
Ну а пока Кувайкова выискивала несуществующие смыслы и мотивы, Шон, наплевав на все, просто искал место где можно по-быстрому перекусить. Потеря крови и усталость пробудили в парне сильный голод, а долгое ожидание не спешащих на вызов коллег сделало его просто зверским. Из-за чего каждая секунда промедления наряда ложилась на судьбу малолетнего наркомана тяжелыми последствиями. За первые минуты после погони Николай успел успокоиться и уже не спеша исследовать его поверхностную память. А ожидаемо не найдя ничего об убийствах, он опять разозлился и на эмоциях накрутил ему в голове такого… что теперь ни один наркотик, вплоть до обычного никотина, не возымеет никакого эффекта на разум попавшего под горячую руку Шолохова мальчишки. Когда же машина не приехала и через десять минут, он послал Алину в магазин канцтоваров за тетрадкой и ручкой. Получив желаемое, Николай начал выдавливать из пойманного парня всю имеющуюся у него информацию по так любимой им дури. Поставщики, сайты, друзья наркоманы, места закладок, время встреч и даже цены – он вытянул из него буквально все и поэтому приехавший лишь через полчаса наряд забрал добычу прыткой парочки полицейских вместе с пятью исписанными листами чистосердечного признания. Для Шолохова лично и его начальства эта информация была практически бесполезна, но вот ребята из отдела по контролю распространения наркотиков возможно и смогли бы найти в этой писанине что-то полезное.
Голод был очень сильным, а Николай совершенно неприхотливым в еде, поэтому его вполне устроил первый попавшийся по пути суши бар. Пока повара готовили для него две порции супа с морепродуктами, он набивал желудок скрученной на скорую руку филадельфией. Горячее первое блюдо хорошо легло на рис, заполнив все пустоты и наполнив организм гастрономическим блаженством. Все он конечно съесть не смог, поэтому попросил запаковать вторую порцию с собой и прихватив еще и коробочку с креветками в кляре, не спеша пошел искать свое место в этой непростой жизни.
Он не обговаривал со Строгоновым какаю-то свою конкретную позицию для наблюдения. Видимо подполковник уже плюнул на все ’’колдунские’’ сложности и скинул все эти проблемы на Шона. Ну а парень, подумав немного… тоже плюнул на все и решил действовать по наитию. Так, собственно, он и оказался на крыше пятиэтажного дома. Устроившись поудобнее, прямо у невысокого парапета и найдя взглядом нужное окно в здании напротив, где сейчас прятали следующую цель нападения убийцы, Шолохов расслабился и приготовился к долгому ожиданию. По его искреннему мнению, больше от него практически ничего не зависело и устав от этой охоты на неуловимого призрака, уже фактически сдавшись, он выбрал для себя роль стороннего наблюдателя.
- Как же это все меня задолбало. Скорее бы вернуться к обычной работе. Скорее бы…
Глава 26. Пятая жертва
- Дяденька ОМОН, а дайте пожалуйста автомат, я с ним сфоткаюсь – подкатила уже к третьему бойцу Регина, даже не обращая внимания на то что они все находятся в одной комнате. Четыре одетых в полный защитный комплект мужчины и девчонка в вызывающе обтягивающих одеждах с повадками наглой кошки. Она бесстыдно прижималась к своим защитникам и нудно канючила, выпрашивая у них оружие, чтобы сделать несколько «прикольных» фоток для инстаграмма. Ее тоже хотели приодеть во что-то более надежное чем леггинсы и явно узкий в груди топик, но даже самый легкий бронежилет оказался для худенькой девчонки великоват, да и вес ее не порадовал. Она вытерпела всего несколько минут, выбирая удобные ракурсы для фото, а потом спешно скинула не подошедшую по ее фигуре одежку, жалуясь на то, что эта тяжеленная штука мешает ей дышать – Нууу дяяядеенька ОМОН! Нууу дааайтее мне автомат. Что вам, жалко что ли? Мне всего на минутку. Сделаю пару фоток и сразу верну. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста.
- Сань, да дай ты ей уже… что она хочет. Уже устал слушать это нытье – сказал старший группы, изображавший все это время спящего. Из того угла в котором он устроился, была видна практически вся комната и он постоянно контролировал пространство, подмечая любое, даже самое незначительное движение и звук. Поэтому постоянное мельтешение охраняемого объекта очень его раздражало – Только предохранитель проверь – добавил он довольно очевидное замечание и вновь смежил веки, делая вид что погрузился в дрему.
Добившаяся своего настырная девчонка негромко взвизгнула от радости и едва ли не вырвала из рук ОМОНовца оружие, в взамен всучив ему свой яблочный телефон последней модели. Несколько секунд она привыкала к весу автомата, а потом, немного с ним освоившись, принялась нагло командовать мужчиной. Знала бы она что эта группа к «ОМОНу» не имеет практически никакого отношения и работает под началом полковника Лещева… то наверное ничего бы не изменилось, так как она бы и не поняла что такое «ФСБ». К ее наивному счастью.
- Сначала давайте короткое видео секунд на десять, а потом две-три фотографии в разных позах. Махните когда начнете съемку – молчаливый боец по имени Саня согласно покивал и довольно быстро разобравшись с управлением, сразу дал отмашку. Девица тоже не стала мешкать и состроив умилительно-грозное выражение лица, сделала громкое «Тра-Та-Та-Та-Та-Та» в потолок, а потом прокричала «Бросайте оружие! Это патруль обнимашек! Все недовольные будут затисканы до посинения».
Проверив отснятое, она осталась довольной и вновь забрав автомат, перешла к фотосессии. Правда тремя фото, как обещала, она не ограничилась и остановилась лишь по приказу командира группы, когда простые фотографии с автоматом начали медленно переходить в некое подобие стриптиза вокруг поставленного на предохранитель шеста.
- Ничего вы не понимаете в инстаграме, дяденька ОМОН. Людям такой контент нравится – надувая губки и изображая обиду, говорила Регина. Но самым удивительным для нее стало то, что мужчина не стал ей возражать.
- Мне тоже такое очень нравится… Но сейчас, виляя своим задом, ты отвлекаешь ребят. Так что сядь, пожалуйста, на свое место и не мешай нам тебя охранять – попросил мужчина, под конец добавив в голос металла. А когда его глаза вновь закрылись он нехотя добавил – Для девчонки на которую охотится серийный убийца, ты слишком бодра и самоуверенна.
- Не напоминайте пожалуйста. И так кишки крутит от страха, а тут еще вы жути нагоняете – упав в кресло и притянув колени к груди, пробурчала недовольная девушка – Я занимаюсь любимым делом и пытаюсь отвлечь себя от неприятных мыслей… Или вы хотите чтобы я начала истерить и заливать все вокруг слезами? Я могу! Напомните мне об этом ******* убийце еще раз десять и точно пробудите моего спящего кракена.
- Молчу-молчу – поднял руки командир – Делай что хочешь, только порнуху тут не устраивай, не отвлекай мужиков от своей охраны.
- Окей, дяденька ОМОН. Паранджи у меня с собой нет, но я все равно постараюсь не развращать таких нежных пирожочков как вы – легко пообещала Юлмаева Регина и затихла на довольно продолжительный срок, погрузившись в пучины этих их интернетов.
- ВвьЮюиии! Ничоси! Сто пятьдесят лайков за десять минут! Вот это бустанулась! Мальчиикии, я прям вся такая популярная. Ни кто не хочет взять замуж будущую звезду инстаграмма? Приданое из четырех тысяч подписчиков и нудной тещи с хорошим голосом прилагается.
- Да упаси господь – не высоко оценил такое предложение один из безымянных бойцов, пуская по комнате хор из негромких смешков и заставляя девчонку вновь недовольно надуть губки.
- Ну и дураки. Мамочка у меня не бедная, обеспечила бы нам легкую жизнь – в воздухе настойчиво витало окончание фразы «Если мы переживем сегодняшний день», но парни сдержали себя и не озвучили свои мысли вслух – Да и я планирую далеко пойти. Четыре тысячи это только начало… УУУИиии! Уже двести пятнадцать лайков! Какая же я молодееец!
- Регина… - неожиданно подал голос молчавший практически весь день псевдо ОМОНовец и замолчал, явно пытаясь правильно сформулировать вопрос - Тут недавно жена с подругой ходили в Москве на концерт Рамили Юлмаевой. Твоя мама с хорошим голосом случайно не…
- Она самая. Кукушка перелетная… Раз в месяц ее наверное вижу, а бывает и того реже. Пару лет назад и меня пыталась в эту бодягу затянуть. Голос у меня вроде бы есть, но я специально татарский учить не стала, чтобы она от меня отстала. Уж чего-чего, а такой судьбы я своим детям точно не пожелала бы. Отца нет, а мать постоянно в разъездах по концертам. ******* я такую жизнь. Я лучше в инстаграме и тиктоке буду мутить… Ну или замуж выскочу, за какого-нибудь небедного парня и все будет у меня хорошо - поделилась своей жизненной трагедией девушка и наверное впервые за весь день загрустила. Даже телефон на каретку кресла отложила и вновь притянув к себе ноги, погрузилась в какие-то свои печальные думы. Обратившийся к ней мужчина явно хотел сказать Регине что-то утешительное или ободряющее, но встретившись с тяжелым взглядом командира, смолчал, оставив все как есть.
- Три часа дня. Раз такой наглый, то почему точное время не оставил. Заставляет нас себя ждать – взглянув на наручные часы, проворчал Александр и схватился за автомат от неожиданности, когда телефон девушки зазвенел стандартной мелодией вызова.
- Не бери! Сначала скажи кто звонит – потребовал командир, грозно глядя на потянувшуюся к мобильнику девчонку.
- Иринка. Подруга моя – и не думая что-то скрывать легко ответила она и вопросительно изогнула правую бровь, таким образом спрашивая, можно ли принять вызов. И лишь дождавшись кивка, наконец-то взяла трубку.
- Привееет!... Чего!? Уже четыре сотни лайков!?... Да сама не ожидала…. Спасибо-спасибо…. – отойдя к задернутому плотной шторой окну, беседовала с подружкой Регина, при этом даже не замечая того что бойцы начали менять позиции, готовясь к скорому бою. В квартире стояла глушилка мешающая всем входящим вызовам, поэтому когда зазвонил телефон, командир сразу отправил сигнал, поднимая тревогу и вызывая подкрепление -Да вот… сижу с парнями на хате, прячусь от каких-то злобных злодеев… Выставка?... А ты с кем туда?... Ничего себе! Быстро ты нашла замену этому *******. А я-то думала, что пару недель плакаться будешь… Правильно! Так его! И пусть больше не звонит… Эээхх, я и сама тут неподалеку, с радостью присоединилась бы к вам, но не могу… Ирин? Ты чего там…? – встревожено спрашивала девушка, когда ее подруга резко осипла. А когда из трубки донеслось хрипло шипящее «Все отлично!», Регина испуганно взвизгнула и отбросила от себя телефон. С запозданием понимая что происходит, она отскочила от окна, обернулась… и буквально уперлась руками в одетого в мешковатую синю кофту мужчину. Взгляд скользнул по лежащим на полу без движения бойцам ОМОНа и к ней наконец-то пришел страх. Нет, ее посетил древний, первобытный ужас, заставивший удариться в бегство. Регина оттолкнулась, бросилась куда-то в сторону, перепрыгнула через свое кресло, споткнулась об ногу командира группы и упала на Александра получив пулю в левое колено.
- Какая прыткая козочка – дождавшись когда утихнет долгое эхо выстрела, прошипел незнакомец, легко поднимая за плечо агонизирующую от жуткой боли девицу – Увы, увы, увы, но от меня сбежать невозможно. Я неумолим как сама судьба и неизбежен как смерть и мне ни кто не сможет помешать. Все вы слабы и даже слишком хрупки – затянутые в черную кожу перчаток пальцы легко проткнули тонкую девичью кожу и раздробили кости плеча, вынуждая Юлмаеву разразиться оглушающим визгом смертельно раненного зайца. А в следующий миг, мелькнувшее в полумраке квартиры жало клинка оборвало ее агонию, пронзив сердце и даже проклюнувшись тонким острием из спины девушки.
- Жатва свершилась! Еще одна жатва свершилась! – довольно повторял хриплый убийца, стоя над безжизненным телом своей жертвы. На этот раз он не спешил куда-то уходить. Черные провалы глаз на белой маске пробежались по тихой комнате, запечатлевая в памяти обстановку и образы раскинувшихся на полу тел. Нет, бойцы были живы. Такие слабаки как они его не интересовали. Он был нацелен лишь на свою добычу и ни что не могло стать ему преградой.
- Ладно… Мне пора уходить – нехотя прерывая поглощение остатков жизненных сил, хрипло проговорил убийца и кинув прямо на пол листок, со словами «Жатва завершена» покинул помещение.
А еще через минуту в квартиру начала ломиться подмога. После чего замершее на время следствие вновь завертелось.
Глава 27. Инвалид, ножка болит
- Привет красавица – открыв глаза сказал Шон сидящей возле его кровати Кувайковой, после чего принялся неспешно осматривать небольшую двухместную палату, в которой он почему-то оказался. Услышав голос, задремавшая было девушка резко встрепенулась и сразу поспешила приобнять пришедшего в себя парня – Ээммм… Нуу ты это… Не плачь в общем. И объясни, пожалуйста, как я оказался в больнице?
- А ты не помнишь? – прекращая заливать больничную рубашку парня слезами и утирая мокрое лицо рукавом форменной одежды, удивленно спросила девушка и подозревая худшее уточнила – Ты не называл меня по имени… Ты помнишь как меня зовут?
- Не бойся Аливка, мои гениальные мозги на месте – называя девушку ее школьным прозвищем, легко ответил Шолохов, а затем, уже куда менее уверенно продолжил – Понять бы еще что со мной случилось. Помню как сидел на крыше и доедал уже остывший суп. Потом ты звонила, спрашивала как дела. Я поговорил с тобой, сунул телефон в карман и… вот уже лежу в больнице и разговариваю с тобой. Слууушай, а это случаем не самопроизвольная телепортация во сне?
- Не смешно! – ткнув парня кулаком в бок прошипела Кувайкова – Знал бы ты как я испугалась, когда мне позвонил Строгонов и сказал что он ни как не может тебя найти. На месте убийства Юлмаевой нашли пистолет и после проверки личного номера оказалось что это твой табельный. Иван Ильич наверное подумал что убийца добрался и до тебя и начал бить тревогу. Твой номер не отвечал, поэтому подполковник сразу позвонил мне. Я сказала ему что ты сидишь в засаде на крыше дома напротив, а когда приехала туда на такси, они уже тебя нашли… с разбитой головой.
- Скорее всего, Строгонов искал меня не из доброты душевной, а потому что еще не избавился от мысли о том, что наш неуловимый убийца это я. Просто это самый простой вариант. Других-то ’’шаманов’’ в городе до меня ведь не было – внес коррективу в короткий рассказ Алины парень и помолчав немного уточнил у девушки самое важное для себя – Как там охрана? По-моему с девчонкой еще четверо бойцов было. Они…
- Да все с ними в порядке. Ушибы и легкое сотрясение мозга, так же как и у тебя. Командир их звена на соседней койке лежал и его еще утром отпустили.
- Еще утром!? Сколько времени я тут валяюсь!? – едва ли не вскакивая с кровати, спросил Шон. Он боялся что потерял впустую несколько полных дней, но Алина его успокоила. Придержала на месте и мягким голосом, словно ребенку, сказала.
- Меньше суток. Сейчас обед следующего дня. Тебе на всякий случай сделали томографию и врач сказал, что проблем с головой нет, ну а то что ты ни как не приходишь в себя объяснил сильной потерей крови. Медсестра вчера промыла и подшила рану на ладони, после чего поставила капельницу и вытолкала меня из палаты, требуя тебя пока не беспокоить. Я пришла минут тридцать назад и узнав что ты так и не пришел в себя хотела сходить к лечащему врачу, но не успела. Ты очнулся раньше чем я успела с ним по… подискутировать о твоем здоровье.
- Аааа, это я вовремя – уловив смысл короткой заминку, покивал Шон и наконец-то расслабляясь, спокойно откинулся на подушку – Буквально спас своего лечащего врача от психологической травмы после навязчивого общения с тобой красивой.
- ЭЭЙ! Не наговаривай тут на меня. Я милая и пушистая, ни с кем не ругаюсь и… - не найдясь чем продолжить, Кувайкова поспешила сменить тему разговора на более удобную для себя - …Иии вообще! Я пришла сюда по важному делу, а ты тут без сознания валяться изволишь. Меня сюда Строгонов послал. Сам он, как понимаю, видеться с тобой не сильно хочет. Толи злится на тебя, толи совесть за что-то гложет, тут я не разобралась – спешно проговорила девушка, доставая из своей сумочки баночку из-под «Комплевита».
- Неужели он наконец-то решил проявить заботу о моем здоровье и прислал мне витаминки? – не удержался от веселой иронии Николай, при этом уже прощупывая емкость и смиряясь с пониманием того, что в России название как всегда не соответствует содержимому. После чего, не дожидаясь комментариев от уже открывшей рот девушки, со словами «Давай уже сюда ее кровь», выхватил баночку из рук девушки. Не обращая внимания на ее возмущение, парень сразу отвинтил крышку и сунул палец в загустевшую алую жидкость. Мешать Шолохову делать свое дело Алина не хотела и недовольно посопев, все же сдержала рвущееся наружу возмущение. После чего ей осталось лишь ждать, при этом молча наблюдая за происходящим. Только вот на этот раз используемая Шолоховым кровь даже не успела закипеть. Из баночки только-только начал идти пар, как он уже выдернул из нее палец и накрутив обратно крышку, всучил использованную не по назначению тару обратно девушке.
- Ничего интересного – безразлично сказал Николай, но под давлением хмурого взгляда девушки, был вынужден дать более развернутый ответ. Ему пришлось вновь прокрутить в памяти короткое воспоминание Юлмаевой, ища какие-нибудь пропущенные мелочи или интересные зацепки. Ища и вновь разочаровываясь в результате.
- Говорю же, ничего интересного. А для отчета Строгонову… - Шон подождал пока Алина выдернет из сумочки телефон и найдет в нем приложение диктофона, после чего продолжил свой доклад прямо из больничной кровати – Звонок случился в пятнадцать часов и три минуты. Входящий вызов от абонента «Иришка», номер… - вычленив из памяти нужный кадр, парень, стараясь держать концентрацию, медленно продиктовал одиннадцать замеченных на дисплее цифр – Я не могу слышать звуки, но судя по довольно ровным и ярким эмоциям Юлмаевой, убийца скопировал не только голос, но и часть поверхностной памяти этой Иришки. И если этот так… с довольно большой вероятностью, он превосходит меня даже в плане контроля и обработки чужого разума. Поэтому, даже если бы я смог его пометить его, он бы легко сдержал мою ментальную атаку и возможно даже ударил в ответ, через связь с моей кровью. Я планировал присоединиться к Зиминой в бункере и организовать несколько ловушек, нооо… Теперь можно выбросить все мои планы в мусорку и надеяться лишь на то, что он не сможет пройти сквозь многометровые стены бункера – поняв что слегка отвлекся от основной темы и решив оставить анализ для ребят из ФСБ, Шолохов замолчал на некоторое время. И лишь припомнив момент на котором вильнул в сторону от событий вчерашнего дня, наконец вернулся к своему рассказу.
- Так… Как только девчонка приняла вызов и поднесла телефон к уху, она сразу зачем-то вылезла из кресла и отошла куда-то в угол, поближе к окну. И это еще раз подтверждает возможность убийцы влиять на разумы своих жертв. С довольно большой вероятностью он производит свое воздействие не через кровь, как я, а при помощи голоса. И это, в принципе, может хоть как-то обосновать необходимость его странных звонков. Убийца говорит что-то жертве, отвлекая ее внимание, чтобы подобраться поближе и атаковать. Правда на этот раз он, скорее всего, отвернул Регину чтобы я не смог увидеть способ его проникновения в запертую изнутри квартиру. Что случилось с ребятами из ОМОНа, тоже сказать не могу. Разговор по телефону длился примерно секунд сорок, после чего девчонка, сильно испугавшись, отбросила телефон. Скорее всего, убийца перешел на свой настоящий голос и видимо отпустил свой контроль. Поняв что… все плохо, девушка обернулась и сразу увидела что вся ее охрана уже выведена из строя. Юлмаева, от сильного страха, сразу теряет контроль над собой и бежит куда-то в стену, прыгает через кресло и падает, получив пулю в колено – Шон поморщился и невольно потер ногу, вновь почувствовав отголосок чужой боли, ставшей ненадолго частью его самого.
- Кхамм. Ну а дальше ничего интересного. Убийца подошел к девчонке и легко поднял ее за плечо. Я вижу нижнюю часть маски с узкой прорезью рта. Он видимо что-то говорит Юлмаевой, а потом сжимает пальцы, кроша кости плеча. Потом опять что-то говорит… и видимо устав играться с добычей, пронзает Регине сердце. Мозг работает еще некоторое время и я вижу что эта тварь стоит надо мной… то есть над телом девушки. Оно либо что-то говорит, либо просто чего-то ждет. Вижу его ноги секунды три-четыре, а потом все… воспоминания обрываются – поняв что рассказ окончен, Алина, чтобы не записывать тишину, сохраняет запись. Чувствуя что Николаю сейчас тоже нелегко, Кувайкова ничего не говорит и просто молча обнимает парня, при этом чувствуя как медленно тает ледяной осколок боли в ее сердце. И так они сидели, наверное, целую вечность, своим теплом исцеляя раны на разумах и душах друг друга. И это молчаливое единение, наверняка, длилось бы еще долго, если бы его не разрушила вошедшая в палату медсестра.
- Уже проснулись. Вижу, чувствуете себя отлично – с усмешкой сказала молодая девушка, своим неурочным появлением разорвавшая связь непонятно когда нашедших друг друга губ – Ладно, тогда вы тут общайтесь пока, а я пойду предупрежу старшего врача о том что пациент пришел в себя и уже проявляет активность – сказала эта шутница и оставляя краснеющую от неожиданно накатившего смущения парочку, скользнула обратно за дверь.
- Как-то внезапно все… - проговорил не понимающий чего стесняется парень и замолчал, не зная как продолжить свою оборванную фразу. Не смотря на весь опыт копания в чужих мыслях и эмоциях, он банально запутался в своих и немного подумав... по привычке свел все к работе – Алина, я тут подумал…
- О чем? – спросила Кувайкова, скорее не на что-то надеясь, а просто желая завязать хоть какой-то разговор.
- Хочу попросить тебя… Все равно пойдешь к Шолохову. Попроси чтобы он организовал мне на завтрашнее утро встречу с этой самой Иришкой, хочу немного покопаться у нее в голове. Пользы нам от этого немного, но возможно у меня получится заметить следы чужого воздействия. Это подтвердило бы мои мысли по возможностям нашего неуловимого убийцы.
- Поняла – скрывая непонятное даже для самой себя недовольство, сухо ответила девушка и поспешно меняя тему, уточнила – А ты сам что, сегодня из больницы выбираться не собираешься? Насколько я знаю, следующую атаку убийца назначил на завтрашнее утро и это…
- И это просто отлично! Полежу тут еще денек и выйду из больницы когда в живых останется всего одна девчонка – максимально цинично ответил Шон и судя по полному ехидства взгляду, Алина поняла что ее в ближайшее время ничего хорошего не ожидает – Я по голове ударенный и много крови ради родины потерявший инвалид и могу позволить себе немного покапризничать. А вот ты…? – Николай демонстративно окинул Кувайкову оценивающим взглядом – Молодая, красивая и такая ленивая. Там работы непочатый край, а она сидит, попу стулом больничным наминает. Вааащее афигела!
- Да ну тебя - Алина даже спорить с ним не стала. Поднялась изображая праведное возмущение и направилась к выходу. Правда у самого порога палаты остановилась, явно желая оставить последнее слово за собой – А знаешь, я теперь тоже считаю что убийца это ты.
- А это еще почему? – немало удивившись, спросил парень, широко раскрытыми глазами глядя на свою ошалевшую помощницу.
- Да потому что так любить свою работу может только долбанный маньяк, которым ты и являешься – высказалась девица и не позволяя Шолохову хоть что-то высказать в ответ, сразу вышла из палаты. Парень проводил ее все таким же ошалевшим взглядом и помолчав немного просто пожал плечами.
- Чем не довод. Самому даже уже захотелось себя в тюрьму посадить – сыронизировал Николай и закрыл глаза, твердо намереваясь оторвать от этого дня еще хотя бы несколько часов сна. Кто-кто, а Шон умел отдыхать впрок и любил практиковать это дело. Правда, только если сон не мешал его работе.
Глава 28. Убежавшая сумка
По одной из центральных улиц города, не спеша, осматривая попадающиеся ей на глаза интересные дома и кафешки, шла настоящая красавица. Но самым удивительным в ней было то, что всего несколько часов назад она даже и не подозревала о том, что может быть такой красивой. Простая деревенская девчонка, добивающаяся всего лишь своим умом и упорством. Не высматривающая себе хорошего журавля в небесах, а хватающая за глотку самую подходящую синичку из тех что обретаются на расстоянии вытянутой руки. Предпочитающая свою естественную внешность не по веянию моды, а из-за банального отсутствия денег. Алина Кувайкова не любила кривить душой и старалась всегда оставаться самой собой, из-за чего внесенные в ее внешность изменения вызывали у девушки некоторый дискомфорт. Нет, в целом ей нравился новый образ, только скорее как одна из картин из той выставки, куда она недавно ходила с Колей, но уж точно ни как эталон к которому следует стремиться. Вся эта внешняя мишура была не для нее, да и огромного количества времени необходимого для прохождения пути к красоте было так жалко… что она даже не задумалась о возможности свернуть на эту тернистую тропу. Девушка лишь сделала несколько фото на память, отправила самую удачную в комплекте с парой шуток Шону, после чего, более не задерживаясь, взялась за работу для которой собственно и наряжалась.
Девушек желающих стать следователем или дознавателем было не так уж и много, ведь все хорошо знали что работа эта собачья и неблагодарная. Поэтому, помимо Алины, представительниц прекрасного пола в отделе было всего двое, да и те, будучи экспертами криминалистами, имели довольно опосредованное отношение к следствию, да и возрастом уже давно перевалили за четвертый десяток. Из-за чего, вместе с неофициальным титулом «самой красивой» она получила неожиданную роль первого плана, в качестве наживки во всяких сомнительных делах. Вот только Кувайкова была не из робкого десятка и когда ей впервые предложили поучаствовать в чем-то подобном, она сразу согласилась и со всем своим рвением впряглась в непривычную и интересную работу.
Парик из длинных, светлых, вьющихся на концах волос скрыл обычное черное каре, резко поменяв общий внешний вид девушки. Найденное кем-то бледно-желтое платье отлично село по фигуре Алины, удачно подчеркнув все ее достоинства и оттенив немногочисленные недостатки. Туфли с небольшим каблуком сделали ее чуть выше, а большие очки с линзами без диоптрий, сделали образ интереснее. К преображению Кувайковой, последним штрихом, приложился даже Строгонов, выделив несколько тысяч из какого-то рабочего резерва на макияж в салоне красоты. Скорее всего именно он и затеял всю эту суету, видимо желая хотя бы ненадолго отвлечь своих подчиненных от нехороших мыслей и порадовать их глаза.
Потом случилась спонтанная фотосессия, во время которой свободные от срочных дел полицейские и работники отдела зачем-то фотографировались с девушкой, видимо желая запечатлеть столь разительные изменения во внешности своей молодой коллеги. И лишь когда поток любопытных иссяк, она наконец-то отправилась на охоту, в которой ей и была отведена роль очень красивого живца.
Суть дела была такова. На центральных улицах города уже на протяжении нескольких месяцев орудовал вор, выбирающий своими жертвами красивых девушек в туфлях. Судя по всему, он считал что у красоток водятся деньги, а каблуки будут им мешать во время погони, если таковая случится. Что, в целом, было вполне логичной предосторожностью, так как преступник вырывал у девиц их сумки и ретировался не на колесах, а на своих двоих. Толи любит побегать, толи еще на транспорт не наворовал, неясно. Хотя одно было понятно – видимо этот сумчатый бегун обокрал не ту девушку, либо просто всех достал, раз на него открыли охоту. Хотя, судя по тому что в деле набралось уже двадцать семь официально зарегистрированных эпизодов, а следствие так и не нашло серьезных улик или зацепок, более вероятным был все же второй вариант. Парень просто виртуозно обходил все камеры на зданиях и выбирал самые идеальные моменты для нападения, из-за чего у следствия имелся лишь очень примерный фоторобот преступника составленный со слов свидетельниц.
- Может он решил взять сегодня выходной? Час уже, наверное, тут топчусь – тихо прошептала девушка, останавливаясь у въезда во дворы, в месте где точно не было камер и делая вид что ищет что-то в телефоне. Какого-то точного отрезка времени или расписания дней его нападения вывести так и не удалось, поэтому ’’охота’’, можно сказать, велась вслепую. Алину просто попросили походить по центральным улицам два часа и она собиралась отработать свою задачу на все сто сорок семь процентов. Девушка внимательно изучила выжимку из всех эпизодов этого дела и теперь, изображая заблудившуюся в трех соснах блондинку, искала несуществующий дом, постоянно останавливаясь в слепых зонах камер, провоцируя своей нарочитой беспечностью всех злодеев округи. Коих, судя по отсутствию какой-либо реакции, возможно поблизости и не было.
Но Кувайкова и не думала из-за этого выходить из своего образа. Девушка не спеша ходила по улицам, от одной намеченной точки к другой, иногда спрашивая у прохожих направление к несуществующему дому и по несколько минут ища его в навигаторе телефона. Более того, даже когда пошел третий час поиска, она не вышла из образа и уже с какой-то доброй иронией в мыслях начала относиться к тому, что она сейчас делает.
- Девушка, вы заблудились? Может вам чем-нибудь помочь? – спросил уже восьмой за сегодня ’’спаситель’’, подходя к Кувайковой. Молодой парень в повернутой козырьком назад синей кепке, в легкой сетчатой майке и в натянутой на лицо одноразовой медицинской маске. Девушка быстро осмотрела помощника и даже отступила на шаг в сторону когда тот, хрипло прочистив горло и слегка приподняв маску, сплюнул на асфальт густой, желтоватый сгусток мокроты.
- Эммм… Да! Мне нужна помощь – натягивая на лицо дружелюбную улыбку, все же ответила девушка –Ну никак не могу найти сорок седьмой дом и даже навигатор не помогает. Бесполезная фигня! Зачем вообще его качала? – на этот раз, для разнообразия, решив назвать настоящий адрес, сказала Алина и в демонстративном раздражении кинула телефон в сумку. А затем быстро-быстро заговорила, описывая было открывшему рот парню свою ситуацию, вываливая на него придуманную за время ’’прогулки’’ историю – Да я тут иду на встречу подписчиков Алианы Плей. Знаете ее наверняка. Девчонки договорились собраться у этого дома, только в чате группы ни кто толком не объяснил как найти этот сорок седьмой. Уже, наверное, полчаса тут хожу, никак найти не могу. Не удивлюсь если где-то рядом еще несколько таких же дурочек как и я ходит. Модератор канала наверняка где-то тут живет, вот и настояла провести встречу здесь. Совсем Совушка о других не думает. Она-то этот район хорошо знает, а лично я тут вообще в первый раз оказалась. Лучше бы уж у какого-нибудь торгового центра договорились встретить и то проще было бы найти.
- Ага – поддакнул ударенный по голове потоком слов парень и похлопал глазами, видимо зачем-то пытаясь переварить услышанное. Правда он быстро понял что это гиблое дело и боясь что болтливая девчонка вновь задавит его словами, поспешил вернуться к более понятной ему теме разговора – Тут это… Даже местные иногда не могут найти этот новый дом, так что неудивительно что вы заблудились. Этот дом вообще должен относиться к Терешковой, но какой-то умник из городского управления решил приписать его к улице Чехова. Вы, по факту, его уже прошли. Вам сейчас нужно вернуться на квартал назад и повернуть на лево и следующее от угла здание будет вашим – Алина посмотрела в том направлении, куда указывал рукой ее ’’герой спаситель’’ и покивала головой принимая его объяснения… а в следующий миг ее пальцы больно дернуло, а рука полегчала на одну сумку.
- ******! Там телефон! – выругалась девушка, глядя в спину убегающему парню и стремительно осознавая случившееся. А спустя несколько секунд, когда до нее дошло полное понимание случившегося, она повторилась - *****! Да как же так то!? – простонала красавица, обращаясь с этим вопросом к небесам… а потом скинула ненавистные туфли, уже успевшие натереть с непривычки мозоли на пятках и сразу сорвалась с места, устремляясь в погоню. Этого ей ни кто не запрещал, поэтому она решила догнать этого урода, отпиннать хорошенько и отнять у него свой телефон. План был прост и Кувайковой оставалось лишь нагнать свою цель. К беготне, за последние несколько дней, она уже привыкла и едва ли не с места разогналась до своей максимальной скорости. Чем заставила напрячься привыкшего к легкой добыче бегуна и еще немного ускориться.
Бежать без обуви было больно, а в платье не очень удобно, но ощутившая азарт Алина не обращала внимания на такие мелочи и прибавляла с каждой секундой, видя впереди свою цель. Вор бежал через двор и выбирая маршрут через слепые зоны камер, сильно ограничивал себя, позволяя странной девчонке сокращать дистанцию. Мокрота забила легкие, мешая нормально дышать и обжигая нутро огнем, но он, чувствуя погоню на своем хвосте, лишь крепче сжимал кулаки и выжимал из себя все возможное и невозможное. Он бежал. Бежал к своей цели – узкому лазу в заборе ведущему на территорию заброшенной стройки. Вот она спасительная кроличья нора в виде задранного вверх угла металлического профиля. Пачкая колени джинсовых штанов о траву и тратя драгоценные мгновения он прополз на четвереньках сквозь эту преграду, а встав на ноги зачем-то попытался откашляться. Один сгусток мокроты парень сплюнул на траву… а вторым едва не подавился увидев как долбанутая девица тоже лезет сквозь лаз не жалея своего наряда.
Бледно-желтое платье зацепилось за метал, но Кувайкова даже не обратила на эту мелочь внимания. Просто рванулась вперед, безжалостно разрывая тонкую ткань и оставляя несколько клочков на изуродованном заборе. Девушка не заметила что потеряла где-то по пути свои очки и даже не поняла что ее парик слегка сбился на бок, выпуская на свободу несколько черных коротких прядей. А вот похититель хорошо рассмотрел поднимающееся на ноги ’’чудовище’’ и почувствовав иррациональный страх перед хрупкой девчонкой, бросился наутек.
- Стой *****! – зачем-то выкрикнула Алина и чувствуя предвкушение хищника устремилась вслед за испуганной добычей. Кто бы мог подумать несколько минут назад, что наживка сможет стать охотником? Такое не приходило в голову даже самой девушке. Но сейчас задумываться о такой ерунде было уже поздно, Алина видела близкую цель и могла думать лишь о стремлении ее догнать. Она резала стопы осколками камней, но наплевав на боль, продолжала бежать вперед – Стой *******! Полиция!
Услышав последний выкрик и наконец-то поняв что нарвался, долго не раздумывая, парень крутанулся на пятке и едва не завалившись на землю, швырнул проклятую сумку в свою преследовательницу. Он наивно понадеялся на то, что она сразу от него отстанет, но Кувайкова лишь оттолкнула прилетевший в нее снаряд куда-то в сторону и практически не замедлившись, продолжила погоню. Поняв что план не сработал, незадачливый беглец хрипло выругался и не без труда сохранив равновесие, ломанулся прямо сквозь прошлогодний сухостой, выбирая самый короткий путь к другому выходу с заброшенной стройки. Он надеялся на то, что эта преграда задержит босую девицу, но бросив взгляд через плечо, еще немного ускорился, выжимая из себя остатки сил.
Вот только этого было мало. Кувайкова слишком сильно сократила дистанцию и ей хватило полуминуты чтобы нагнать свою жертву. Выбравшись из зарослей сухой травы, она резко увеличила свою скорость и нагнала вора. А затем, повторяя свой ’’трюк’’ что проделала с убегавшим наркоманом, диким зверем прыгнула ему на спину, валя жертву на землю и несколькими ударами обоих кулаков отправляя парня в беспамятство.
Чувствуя как в крови растворяется адреналин и предвидя вал накатывающей слабости, Алина поспешно проверила у вора пульс. Убедившись в том что он жив девчонка поднялась на ноги и оставляя на траве грязно бордовые следы, пошла искать свою сумку. Ей нужно было срочно найти телефон, чтобы вызвать своих. На этот раз, огибая заросли сухостоя, Кувайкова прошла почти полсотни метров и дойдя до нужного места…
- ***********! Да за что!? – простонала Алина, падая на колени и подбирая с земли до боли знакомую из отчетов шоколадную конфету. Ни сумки, ни телефона поблизости видно не было и понимание того что искать их нет никакого смысла, наполняло разум девушки отчаянием. Она, наверное, целую вечность с ненавистью смотрела бы на эту конфету, но в какой-то момент…
«В сторону!» - прозвучала в голове чужая мысль приказ, вынуждая Кувайкову сделать перекат куда-то в бок. Миг и на то место где она только что сидела обрушивается удар металлического прута. Девушка толком еще не поняла что произошло, а переполненный злостью вор уже занес свое оружие над головой для следующей атаки – «В право!», «Назад» - Новый перекат спасает девушку от смерти, а отскок назад прямо из положения сидя уберегает ее от перспективы быть нанизанной на длинный ржавый шампур. Алина приготовилась выполнить следующую команду чужого голоса и… - «СТОЙ» - Прогремел в мыслях приказ, заставляя замереть не только Кувайкову, но и летящий в ее голову металлический прут. Парень в маске застыл, словно запечатанная в янтаре муха. А еще через несколько долгих секунд он, не меняя положения тела, словно подрубленное дерево, завалился вперед, заканчивая этот очень короткий бой.
«Не зря я оставил на тебе пару капель своей крови… Представь в голове адрес где ты сейчас находишься. Я вызову наших… и скорую. У тебя несколько глубоких порезов на ноге» - попросил поселившийся в голове знакомый голос, отдаваясь в сердце девушки теплом.
«КРУПСКАЯ 43. СТРОЙКА РЯДОМ!» - зачем-то мысленно прокричала девчонка и сказав напоследок короткое – «Спасибо» - завалилась на бок, позволяя себе потерять сознание от навалившейся слабости и переутомления.
«Мдаа. Хоть одну никуда не отпускай» - промелькнула чужая мысль сквозь пустоту девичьего разума и затерялась, оставшись ни кем не услышанной. После чего Шон, отключившись от связи с Алиной, занялся внезапно образовавшимися срочными делами.
Глава 29. Жертва шестая
Очередной карандашный рисунок ожидал своего воплощения. Подхваченная рекой вдохновения, девушка спешно приводила в реальность очередной, рожденный ее сметенным разумом шедевр. Она спешила, стараясь перенести на бумагу все самые важные детали и боясь расплескать по пути от собственной памяти до рисунка какие-то интересные штрихи. Девчонка старалась, вкладывая в творение весь свой талант и все свои эмоции. И вот, спустя почти два часа работы, бурный поток творческого порыва вынес ее прямиком к финалу, где художница уже на берегу смогла оценить свое творение. Она долго смотрела на рисунок, на котором было изображено некое подобие распустившегося цветка… а потом резко захлопнула альбом и отложила его на столик, осознав всю банальность и бесталанность своей карандашной зарисовки.
Лена Зимина с огромным скепсисом относилась к своему творчеству и никому из друзей и знакомых не рассказывала об этом увлечении. Хотя, она это даже своим хобби не считала, воспринимая рисование просто неким видом отдыха и хорошим способом отвлечься от неприятных мыслей и каких-то мелких жизненных трудностей.
Знающий об увлечении дочери отец тоже не считал хобби дочери чем-то важным. Зимин, будучи довольно успешным биржевым брокером, прочил единственному ребенку такую же карьеру. Увы, но в цифрах, как и в учебе в целом, девушка тоже оказалась не сильна. Рассеянная и плавающая от двоек к тройкам, она постоянно металась не находя себя ни в одной из школьных дисциплин. Ни спорт, ни точные науки, ни рукоделие, ни литература – она цеплялась за все подряд и каждый раз терпела крах, невольно создавая для окружающих образ глуповатой блондинки. Ну а при общении со своими псевдо друзьями Лена натягивала на лицо маску отвязанной девчонки и старалась стать интересной частью сложившейся компании. И вот это как раз давалось ей очень хорошо. Возможно Зиминой стоило попробовать себя в актерском искусстве, но до этой мысли девчонка почему-то так и не дошла. А когда над нею нависла такая опасность, времени чтобы искать свой истинный жизненный путь уже не осталось.
Медленно вырываясь из мира собственного воображения, девушка в задумчивости принялась крутить в пальцах карандаш, а затем, видимо позабыв где сейчас находится, осмотрела окружающий ее интерьер. Отец Лены был далеко не бедным человеком, но даже он не мог позволить себе такую роскошь. Все вокруг буквально кричало богатством… и очень сложно было поверить в то, что это помещение находится на глубине двадцати метров, под огромной толщей бетона, в самой сердцевине полого металлического куба со стенками толщиной в человеческий рост. Это был настоящий островок роскоши в несуществующем подземном царстве. Наверное любому человеку было бы приятно или как минимум интересно оказаться в таком необычном месте. Любому, кроме людей страдающих клаустрофобией и Лены. Девушка, наконец-то осознав свое присутствие в столь необычном месте, тут же с головой погрузилась в пучину страхов и собственных переживаний.
На людях и при друзьях она просто играла уверенность и даже некоторую отвязность, создавая образ человека которым никогда не была, но оставшись в одиночестве, она очень быстро дала слабину и принялась заливать слезами дорогой ковер, поддаваясь навалившемуся на нее ужасу и оплакивая свою глупую судьбу. На тот свет, при крайне странных обстоятельствах, отправилось уже пять ее друзей и ей уже не верилось в то, что эти толстые стены в двадцать метров земли и бетона над головой смогут ее хоть как-то защитить. Она понимала что преодолеть такие препятствия невозможно, но… видя свою обреченность в глубине глаз конвоиров в погонах, девушка стремительно теряла даже надежду на счастливый исход.
Правда после долгого самобичевания перемешанного с жалостью к самой себе, девчонка все же смогла взять себя в руки. Хотя, скорее всего у нее уже просто кончились слезы и она, заметив прихваченный с собой альбом, уцепилась за этот спасательный круг. Спряталась в своем творческом порывы от всех невзгод реального мира и обратила вспять новую волну накатывающей истерики.
Увы, но долго это продолжаться не могло. Рисунок был закончен и терпеливо стоявшие за ее спиной страхи, алчной сворой вновь набросились на свою добычу. Она отчаянно боролась, сдерживая удары набирающей силы паники, но все равно с каждой следующей минутой теряла свои позиции. Накрутившая свои нервы в тугую спираль девочка и сама все сильнее и сильнее сжималась в комок, будто бы желая превратиться в крохотную точку и затеряться в стыках дорогого кресла.
Скорее всего, она бы еще долго сражалась против самой себя, планомерно изничтожая собственное естество, медленно погружаясь в вязкое болото безумия, но мерзкое монотонное дребезжание вырвало ее из чертогов отчаяния и буквально заставило обратить на себя внимание. Уродливый старинный телефон, со съемной трубкой, красным витым проводом и всего одной кнопкой на таком же красном пузатом корпусе – кнопкой звонка наверх. Девушка не без труда вспомнила предупреждение о том, что ей могут позвонить ближе к полудню, чтобы проведать ее… здоровье, вот только ей ни как не верилось в то, что с утра уже прошло столько времени. Телефон и все остальные гаджеты у нее забрали, объяснив это тем, что внизу это все работать не будет, поэтому ей даже было негде проверить время.
- Ало – все же взяв себя в руки и подняв трубку, ответила Зимина и услышала в ответ голос одного из своих сопровождающих. Голос в котором слышалось явное беспокойство с примесью раздражения.
- Почему так долго не отвечала?
- Да пыталась понять, как работает эта допотопная звонилка времен динозавров. Что, не могли что-то посовременнее поставить? Еще этот шнур мешается… - натягивая такую привычную маску самоуверенной стервы, без малейшего пиетета перед старшими заявила девчонка, при этом нарочно теребя провод и изображая недовольную возню. Чувствуя уверенность в голосе Лены, полицейский на том конце провода видимо решил что нет смысла ей что-либо объяснять, да и успокоительные речи этой стерве явно не требовались. Поэтому мужчина, выслушав поток ее претензий в адрес старинной техники, просто уточнил как у нее дела.
- Скучно у меня дела! Телефон отобрали, теперь вообще делать нечего. Так бы хоть во что-нибудь поиграла или фильм бы какой-нибудь закачала. Отняли все, теперь даже заняться нечем. С ума от скуки можно сойти. Вас бы сюда посадить на денек-другой. Я бы посмотрела…
- Понятно – не став дослушивать пустую болтовню Зиминой, коротко заявил мужчина и сразу уточнил –Значит рисунок свой ты уже закончила?
- Да – без задней мысли ответила девчонка, посмотрев на лежащий на столике альбом. И лишь спустя несколько секунд до нее дошла более глубокая суть заданного вопроса – Откуда вы…? – лицо Лены мгновенно залилось краской стыда, а взгляд метнулся по комнате, выискивая спрятанные камеры. Естественно она ничего так и не нашла, вот только это не значило что их тут нет – Вы за мной наблюдали!? Какого черта вы…!?
- Ну и отлично. А то я уже устал ждать. Чуть все свои сроки не пропустил – вновь пропуская возмущение девицы мимо ушей, спокойно заявил мужчина. А затем… изменяя голос до хрипло шипящего, продолжил свою мысль – Раз ты закончила, тогда я не стану больше тянуть и загляну к тебе в гости. Ты, бедная, наверное уже меня заждалась? – страх сковал тело Зиминой ледяными оковами, а из ее горла, вместо слов вырвался лишь какой-то сиплый свист. Она даже не дослушала речь незнакомца, а трубка телефона уже выскользнула из ее занемевших пальцев и со стуком, похожим для нее на настоящий грохот горного обвала, упала на толстый ковер с высоким ворсом.
- Сиииииииии – вновь сорвалось с ее уст нечто нечленораздельное и писклявое… а в следующее мгновение, когда за спиной что-то грохнуло по металлической стене куба, она уже закричала в голос и кроша свою ледяную тюрьму, вскочила с кресла и бросилась в кажущуюся ей спасительной неизвестность.
Залетев на кухню и даже не оценив красоту здешнего интерьера, Лена схватила первый попавшийся изогнутый нож для разделки рыбы и уже не понимая что происходит, зачем-то запрыгнула в пустую кладовую. Перепугано махнув рукой, она оставила неглубокую ’’рану’’ на одной из стен крохотного помещения и прыгнула назад, вновь вываливаясь на кухню. При этом она споткнулась обо что-то и заваливаясь на спину едва не зарезала саму себя.
«БУУМММ» - вновь что-то грохнуло по металлу, вынуждая Зимину вскочить с пола и продолжить свое беспорядочное бегство, по закрытому пространству бункера. Вновь выбежав в уже знакомую, кричащую роскошью комнату, едва не перевернув дорогой столик, она пересекла комнату насквозь и выскочила в длинный, ведущий к входному шлюзу коридор. Пробежав помещение врезалась всем телом в толстую, ожидаемо запертую дверь и в ненависти к ведущей к спасению преграде, зачем-то пырнула ее ножом, заставляя филейник загнуться в дугу.
«БУУММММ» - переполненный отчаянием разум осознал что эта преграда не преодолима, а грохот нового удара заставил девчонку резко развернуться и броситься в обратном направлении… А в следующий миг это беспорядочное бегство остановила чудовищно сильная рука, обхватившая пальцами тонкое девичье горло.
- Не хотел пачкать ковер, поэтому давай закончим все в коридоре – предложил убийца и обрывая истеричный крик Зиминой легко приподнял ее над полом. Отчаянно трепыхаясь в воздухе и будто бы не чувствуя боли, девчонка успела пнуть убийцу несколько раз. А когда ее оружие прошлось прямо по улыбчивой керамической маске… Пальцы сжались на шее, негромким хрустом позвонков, обрывая эту бессмысленную агонию.
- Еще одна Жатва свершилась! Жатва свершилась! Жатва завершена! – объявил убийца и отшвырнул от себя бездыханное тело девчонки, а вместо нее в его руке появился альбом Зиминой. Он молча полистал его, сквозь узкие прорези глаз на маске рассматривая карандашные рисунки и лишь спустя несколько минут озвучил свое мнение – Я ценю красоту творения и мне было даже жаль пожинать твою жизнь. И еще сильнее меня печалит то, что ты была настолько неразумной, что не смогла осознать свой талант. Глупая, глупая искорка творца – положив альбом у ног опустевшей оболочки, убийца выпрямился и перед тем как исчезнуть, в последний раз объявил окружающему его миру и опустившейся на бункер тишине – Еще одна жатва свершилась! Жатва завершена!
Глава 30. Девушка Шредингера
- Привет работникам незримого фронта! С Зиминой еще на связь не выходили? – просачиваясь змеем в помещение, громко поздоровался с дежурным Шон. И практически сразу остановился, не без удивления глядя в дуло направленного на него пистолета – Эээ друг, ты чего?
- Кто такой!? Имя! Фамилия! Должность! Кто пропустил? – короткими рубленными фразами спрашивал мужчина лет сорока в какой-то нейтральной полувоенной форме и судя по суровому выражению лица, он с неожиданным гостем церемониться не собирался. А если верить его эмоциям, то и вовсе хотел пальнуть Шону в ногу, а уже потом начать разбираться.
- Пустил сам Лещев, я ему недавно позвонил и вытребовал разрешение поприсутствовать на месте скорого преступления. Ну а на счет того кто я такой… Очень странно что человек из вашей конторы не знает следователя ведущего дело которое вас, собственно, сюда и прислали курировать. А если представляться по форме, то я старший лейтенант юстиции…
- Шолохов Николай. До крайности наглый и излишне разговорчивый тип. Полковник рассказывал нам о тебе – закончил за парня дежурный и медленно опустил пистолет, скорее поддаваясь мысленному внушению Шона, чем и правда избавляясь от своей настороженности. Бдительный ФСБшник задал несколько вопросов по рации и лишь получив подтверждение того что неожиданному ’’гостю’’ позволено тут находиться, все же убрал оружие в кобуру. А затем вежливо и крайне тактично уточнил – ЧО приперся? – такой короткий и крайне конкретный вопрос сразу показал что парню тут не сильно и рады, вот только Шон не был бы Шоном если бы его беспокоило чужое мнение, которое он, по своему обыкновению, вертел на земной оси.
- Эй дядя, ты чего на меня газуешь? Я работу работать пришел, а мне тут оказывается не рады. Ну-ка давай, рассказывай что тебе, такой офигенный я, уже успел сделать? В первый раз тебя вижу, а уже когда-то успел любимую мозоль оттоптать. Это как-то слишком быстро даже для меня – буквально потребовал объяснений Николай, при этом обходя дежурного и бесцеремонно усаживаясь на его место. А затем, мягким и полным терпения голосом киношных священников, предложил – Рассказывай сын мой, а я смиренно тебя выслушаю.
- Лично мы с тобой не знакомы и мне ты ничего сделать не успел… - не обращая внимания на ироничную буффонаду наглого следователя, начал было мужчина и замолчал, перекатывая желваки на скулах и испепеляя собеседника ненавидящим взглядом – Ты… У Стаса трое детей и больная мать, а ты… Из-за тебя его уволили со службы с волчьим билетом и теперь он, с такими-то рекомендациями, в лучшем случае сможет устроиться только дворником. Из-за тебя, тварь, мой друг…
- ААААА! Понял! Ты сейчас про того пылкого любителя молодых тел говоришь. Какой любвеобильный товарищ. Трех деток уже оформил и так и не остепенился. Проститутку молоденькую в лес потащил, а потом залюбил ее до самой смерти. Нууу ооочень горячий парень – чувствуя свое превосходство и силу, буквально нарывался на драку Шолохов. Он уже взял под контроль эту ситуацию и будучи готовым практически к любому ее повороту не видел смысла сдерживаться в выражениях – Хотя, если ты жаждешь справедливости с моей стороны, то я могу… я могу пустить это дело в ход и посадить твоего друга лет так на восемь. В вашей конторе он больше не работает, поэтому мне больше ни что не мешает это сделать.
- ******! Как тебя вообще земля носит!? – стремительно теряя контроль над своим гневом, прорычал дежурный и шагнул к Шону, нависая над ним. Вот только парень даже и не подумал из-за этого беспокоиться.
- Этот город словно болото, затягивает на дно, заостряя все самые темные черты характера людей. Местные уже привыкли к этому непонятному влиянию и практически не чувствуют его, а вот приезжие… Болезненная гордыня и властность Лещева, неудержимая похоть Стаса, твоя безумная ярость. Я бы посоветовал учиться контролировать эмоции, но вы все равно скоро свалите в Москву, а мне придется вводить в курс дела уже совсем других людей. Я конечно не леший чтобы водить всяких придурков по болотам, но все же считаю что выдал самому себе звание магистра «Шаманологии» вполне заслуженно и уж как-нибудь приручу новое начальство. Да и защитить от влияния города их смогу. Мог бы конечно и вас дурачков прикрыть, но мне это ****** не нужно. Особенно после наезда полковника и глупой выходки твоего долбанувшегося от похоти друга. Вы сами виноваты в том, что не захотели налаживать со мной хорошие отношения и нет моей вины в том что один из вас ********* настолько, что… - толи ФСБшнику надоело выслушивать самодовольную речь Николая, толи он окончательно потерял контроль над своей яростью, но мужик, послав к чертям самоконтроль, схватил парня за горло и легко поднял его со стула. Он хотел высказать Шону что-то яростное и грозное, но буквально замер на месте встретившись со спокойными глазами старлея.
- Я тут подсмотрел один подлый прием у своей напарницы, но так как в моем исполнении это выглядело бы по-гейски, я решил воспользоваться твоей свободной рукой – сильная боль внизу живота пробилась сквозь безумную ярость и лишь после этого мужик обратил внимание на собственную конечность, зачем-то засунутую себе в штаны.
– Да-да, я знаю что это больно – будто бы не обращая внимания на сжавшиеся на шее пальцы, печально посетовал Шон, припоминая хватку Алины – Кхаммм… Я знаю. Но если ты хотя бы подумаешь о желании причинить мне вред, я просто сожму твой кулак и в нашем мире станет еще на одного нормального мужика меньше. Смекаешь?
- ОТСТАВИТЬ! – приказал Строгонов, входя в небольшое помещение на минус втором этаже огромного особняка какого-то местного богатея. Услышав приказ дежурный тут же ослабил свою хватку и сделал шаг назад отступая от своего противника. Правда руки из штанов он так и не вытащил. Хорошо знавший Шолохова, подполковник практически мгновенно понял в чем тут дело и мрачно посмотрев на Шона, приказал уже ему – Отпусти его!
- Я вообще должен вам подчиняться? Судя по тому как он отреагировал на ваш приказ, вы уже одной ногой в их конторе – не спеша отпускать свой контроль, уточнил Николай и без улыбки посмотрел на Ивана Ильича.
- Пока не приехала замена Шпротову, ты остаешься моим подчиненным. Да и старшинство по званию ни кто не отменял, если ты забыл об этом упиваясь собственной силой – не дожидаясь решения Шолохова, подполковник подошел к переполненному злостью ФСБшнику и потянул его за рукав, намереваясь вытащить его руку. Шон, помедлив немного, все же ослабил контроль и освободил мужика от собственного плена. Когда же Строганов все же вытянул эту ’’репку’’, он повернулся к старшему лейтенанту и повторил уже звучавший недавно вопрос – Чего приперся? Я думал что ты уже сдался и решил отлежаться в больнице.
- Да что ж вы все такие злые? Грубите без причины, угрожаете, кидаетесь душить. Хоть вообще на работу не приходи. Буду с вами, собаками бешенными, по удаленке общаться через СМСки или Кувайкову. Делаю свое дело, не жалею ни себя ни своей крови, а в ответ слышу только претензии и оскорбления. Ребята, да вы вообще *******! Я тут…
- Да-да! Ты тут у нас самый несчастный в мире человек и вообще, обиженный сильно судьбой – перебил парня Строгонов и махнув рукой предложил выйти – Пошли, снаружи расскажешь зачем пришел. По-моему ты хотел встретиться с подругой Юлмаевой. Неужели уже успел скататься на другой конец города?
- Говорю же, перехожу работать на удаленку – выходя из помещения следом за начальством и поднимаясь по лестнице, ответил Шон и не дожидаясь вопроса сразу пояснил – Отлил Алине немного своей крови. Она скаталась, помазала Иришку. Расстояние мне конечно мешает, но не так что бы уж сильно. Всех помеченных я в черте города хорошо чувствую, а если сосредоточусь, то смогу ощутить не только поверхностные эмоции но и… всякое глубинное. И да, если вам еще это интересно, следы вмешательства в голове Ирины Исаевой я все же нашел. Точно сказать что там с ней делал убийца не могу, но… у нее вырезан небольшой кусочек памяти, примерно три дня назад. Скорее всего он, таким образом, просто затирал за собой следы.
- Это конечно интересно, но как ты и говорил, практически бесполезно для нас – отметил Иван Ильич, выходя из кирпичной постройки похожей на большой склад и скрывающей за своими стенами подземные хоромы одного богатого перестраховщика. Выйдя во двор, мужчины сразу попали в некое подобие сада и лишь под лучами яркого солнца Шолохов наконец-то обратил внимание на то, как же сильно подполковник изможден и бледен. Давление со стороны прессы и с высоты Московского Олимпа видимо лишило Строгонова сна и подорвало его здоровье. И только сейчас, глядя на эту бледную тень сильного и опытного человека, Николай почувствовал легкий укол проснувшейся совести.
- Ну не скажите. Тот факт что убийца заметал следы говорит о том, что он все же меня опасается. Наверняка в том отрезке памяти мелькало его настоящее лицо, которое он явно не хочет придавать огласке. Возможно он, так же как и я, не любит резкие перемены и боится идти сразу против всего мира. А все это еще раз говорит нам о том, что он точно не всесилен. И это в любом случае хорошая новость.
- Говорит человек, который уже отказался от боя. А учитывая то, что ты был единственным кто мог хоть как-то сравниться силой с убийцей… Подобное твое поведение сильно понижает мораль. Причем не только у меня одного. Даже Кувайкова поубавила степень своего восторга твоей персоной, после того как ты выдал ей весь расклад и сказал что сдаешься. У девочки сильно завышено чувство справедливости и она просто не понимает твоего желания не мешаться под ногами у убийцы. Алина наивно надеется на то, что ты попытаешься защитить хотя бы последнюю девчонку. Но мне кажется, что ее ждет сильное разочарование. Не стоит ждать многого от уже давно опустившего руки человека – в конце своей речи нехотя признался Строгонов и осмотревшись вокруг, медленно пошел в сторону большой деревянной беседки, скорее похожей на невысокий домик. Полицейские, войдя в помещение, сразу обратили внимание на три выстроившихся в ряд морозильных камеры с прозрачными дверями, сквозь которые были видны штабеля бутылок со всевозможными напитками. Злоупотреблять гостеприимством хозяина дома они не стали и отведя взгляды от интересного вида, сиротливо присели на крайнюю скамейку.
- Во-первых… – после долгой паузы, все же ответил на претензию Строгонова Шон – Мое присутствие здесь, по-моему, красноречиво говорит о том, что я еще не сдался. Все что мне удалось узнать и додумать о нашем убийце, говорит о том что он точно не всесилен, а судя по тому что я смог найти хоть какие-то следы в памяти Ирины Исаевой, он куда слабее меня в плане воздействий на разум. И это дает нам надежду. Это конечно не полная уверенность нооо, в нашей ситуации даже тень этой самой надежды будет не лишней. А еще у меня появилось несколько идей по поводу охраны последней девушки. Ловушки на основе моей крови, которые будет сложно обойти даже тому, кто может ходить сквозь стены. Тут главное чтобы он их задел, а я уже изо всех сил ударю ему по мозгам. И… не знаю как вы, но лично я даже пытаться брать его живым не стану. Буду бить так, чтобы у него мозг сварился вкрутую.
- Даже пытаться возражать тебе не стану… и сам, если появится такая возможность, всажу в эту тварь всю обойму, что бы он уж точно не смог выжить – озвучил свое намерение Иван Ильич и не без труда остановил потянувшуюся кобуре руку. Николай заметил это движение, но ничего на это не сказав, поспешил отвлечь ’’пока еще’’ начальство от неприятных мыслей важным вопросом.
- Я, собственно, сюда не просто так приехал. Хотел спуститься вниз и поставить несколько ловушек, но… Звонил сегодня Алине наверное раза три и так и забыл уточнить у нее когда конкретно убийца обещал напасть на Зимину. Я еще успею что-то сделать или…?
- На бумажке, которую мы нашли в квартире Юлмаевой, было написано «до полудня». Сейчас уже почти пол двенадцатого – видя как подполковник отрицательно и печально качает головой, Шолохов понял что надеяться, скорее всего, уже не на что. Понял, но все же уточнил.
- А вы сегодня как-то связывались с девчонкой или…?
- В принципе, можно ей позвонить по проводному телефону, но Лещев почему-то назначил время созвона ровно на двенадцать. Ему конечно виднее, но… я собираюсь прямо сейчас спуститься и позвонить Зиминой. Уж как-нибудь стерплю выговор от него.
- Могу как всегда принять удар на себя. Со мной он вряд ли решится связываться – предложил Николай и получил в ответ неожиданный отказ, обоснованный тем, что Строгонов больше не хочет полагаться на подобную помощь парня.
- Пора отвыкать оттого, что кто-то может бескорыстно взять часть проблем на себя. В Москве у меня такого странного ’’шамана’’ как ты под рукой точно не будет, так что… - поразмыслив немного, подполковник все же придумав в какое русло можно перевести этот разговор и уточнил у парня. Тема эта была не очень важна, но все же слегка заинтересовала Ивана Ильича – Кувайкова сказала что ты ее как-то спас, но я так и не понял, как ты это смог провернуть, не выходя из больницы?
- Да ничего сложного. На всякий случай я практически каждый день помечаю ее кровью. Поэтому, когда почувствовал отголоски сильных эмоций с ее стороны, сразу проверил что там происходит и вмешался когда стало слишком опасно. Моя кровь на Алине уже подсохла, поэтому пришлось ее дробить и закидывать в рот этому буйному похитителю сумок. А когда опасность миновала, лишил сознания и девчонку, чтобы она не бегала, словно безголовая курица, ища свой телефон – кратко но довольно информативно обрисовал суть ситуации Шон и припомнив концовку тех событий, уточнил у подполковника насчет пропавшей сумки.
- Да, это был наш любитель конфет. Что б его… И ведь датчик который был в сумке не подает сигнал. Наверное сломан.
- Эээх. Лучше бы она свою сумку с собой таскала, она тоже помечена. Да и в одном из карманов лежало два пузырька с моей кровью. Тогда бы и датчики никакие не нужны были бы. За полчаса этого вора бы нашел. А так, теперь ее телефон и не найдешь… придется наверное ей новый покупать – посетовал на такую неудачу Николай, а в ответ получил от подполковника лишь ироничную насмешку.
- ХаХаХаХаХа! Парень! Вижу ты уже попался в ее ловушку. И трех недель не прошло, а ты уже собрался ей телефон покупать. ХаХаХаХаХа! Шон, давай признавайся, на какой день она назначила дату вашей свадьбы? ХаХаХаХаХа! Ради такого дела я даже из Москвы вырвусь на пару деньков.
- Да идите вы со своими шуточками. Теперь специально ничего… - Шолохов оборвал себя на полуслове и поморщился будто бы от боли, заставляя прервать насмешки и встревожиться Ивана Ильича.
- Что-то случилось? Ты что-то почувствовал? – придвигаясь ближе к подчиненному, спрашивал Строгонов, не понимая что происходит.
- Да ничего… - отмахнулся Шон и заметив как напрягся его собеседник, пояснил – Да эти долбанутые врачи из-за сильной потери крови в меня столько капельниц влили… такое чувство будто я пару арбузов за раз съел. Того гляди лопну, словно большой мыльный пузырь – а когда Строгонов расслабился, Николай уточнил где тут можно найти туалет.
- Вооон там стоит баня, мы туда в туалет ходим. Рядом с ней еще большой деревянный медведь сидит с поднятой лапой, так что не ошибешься – указал направление подполковник поднимаясь с лавочки и уже вдогонку убегающему Николаю крикнул – Пойду вниз, позвоню Зиминой.
- Понял. Потом тоже туда спущусь! – громко ответил Шолохов и еще немного ускорился, видимо боясь ’’не донести’’. Проводив парня взглядом, подполковник пожал плечами и не спеша пошел в сторону бункера. Ему почему-то не хотелось торопиться, словно было уже некуда.
И вновь на его пути эта длинная лестница с чередой открытых дверей, долгий спуск нагрузивший уже давно немолодые колени и как финишная прямая, короткий коридор, приведший Строгонова в небольшое помещение в котором скучал человек, с нетерпением дожидающийся своей смены. Этот путь отнимает у Ивана Ильича несколько минут, после чего он взмахом руки останавливает попытавшегося вскочить дежурного.
- Сиди-сиди Вова, я тут не для проверки. Просто хотел узнать, не связывался ли ты с Зиминой? Как-то беспокойно мне за нее. Сидит там одна без контактов с внешним миром и не понятно, в порядке все с ней или нет и жива ли вообще. Прямо девица Шредингера какая-то.
- Никак нет, товарищ подполковник. Звонка снизу не поступало, а запланированный сеанс связи будет произведен самим полковником Лещевым примерно через полчаса – сухо отрапортовал сидевший за столом мужчина, но Строгонов, даже не имея возможностей Шона, почувствовал отзвуки эмоций в его голосе. И практически сразу понял каких именно.
- Что парень, до сих пор не остыл? Это ты зря – уловив подоплеку этой ситуации, с явной усталостью проговорил Иван Ильич. Он не знал какие слова нужны чтобы остудить голову взрослого и вполне состоявшегося мужика, поэтому, практически не задумываясь и не ломая голову, просто выдал ему правду – Дам тебе один совет… Лучше забудь о Шолохове. Он слишком опасная цель для твоей ненависти. Ну а если тебе в голову все же придут глупые мысли о мести, то лучше заранее напиши завещание. Какой-нибудь орган внезапно прекратит функционировать, а ты будешь к этому не готов. Ну а чтобы ты понял всю степень его опасности… Скажу тебе по секрету. Николай просто помешан на своей работе, а в обычной жизни невероятно ленив и если бы я его так хорошо не знал, то наверняка считал бы парня самым главным подозреваемым в нашем деле. Более того, он куда более идеальный убийца, чем тот которого мы пытаемся поймать, так как ему не нужен ни кинжал, ни какое-либо иное оружие. Да у него вообще нет необходимости подходить к жертве, ведь Шон может издалека пометить ее, а потом убить одним своим желанием на расстоянии более чем десяти километров. Причем это не предположение, а точное знание. Один раз он убил прямо при мне и еще о трех эпизодах я лишь подозреваю…
- И почему вы его еще не посадили в тюрьму, раз он такой монстр как вы его описываете – не вытерпев давления чужой истории, спросил Вова хмурясь и при этом пытаясь понять, зачем подполковник вообще затеял этот разговор.
- Кто же его посадит, он же памятник – на каких-то советских рефлексах пошутил Строгонов, а затем уже ответил на прозвучавший вопрос - Причин много. Самая главная это его отец, который подотрется даже Лещевым если тот попытается навредить Шолохову младшему. От парня слишком много пользы, поэтому мне, сразу от нескольких ведомств, пришел приказ не мешать ему развиваться. Да и в целом… Довольно сложно посадить человека способного влиять на чужие воспоминания – спокойно ответил на вопрос Строгонов и вернувшись к предыдущей теме, все же закончил свою витиеватую мысль – Но все это не особо важно. Главное сейчас это то, что я практически уверен в том, что он не наш неуловимый убийца. Николай ненавидит перемены и точно бы не затеял то, что может поломать его привычный уклад жизни. И вторая причина, это банальная лень. Парень бы не стал организовывать всю эту беготню и если бы захотел, то сделал все максимально тихо. Лишний шум – это точно не про него. Ну а говоря о тебе… Просто не лезь к нему с кулаками и угрозами и тогда останешься здоров – оттолкнувшись от стола на который опирался, подполковник проверил время по наручным часам и мысленно посетовав на то, что минуты текут слишком медленно, решил форсировать этот не очень нужный разговор.
- Ладно Вова. Считай что я тебя предупредил. А теперь давай все же позво…
«ДИЛИНЬ-ДИЛИНЬ-ДИНИНЬ» ДИЛИНЬ-ДИЛИНЬ-ДИЛИНЬ»
Реальность опередила желание Ивана Ильича, наполнив небольшое помещение неприятным дребезжанием телефона. Сидевший за столом дежурный резко поднялся, роняя на пол стул и на рефлексах бросая руку к кобуре. Увлеченный рассказом подполковник тоже дернулся от неожиданности, но в отличии от Вовы, потянулся не к оружию, а к трубке разрывающегося мерзким звоном телефона. Сдернув трубку с рычагов, он поспешно поднес ее к уху и чувствуя непонятную опаску сказал несмелое «Ало». А в следующую секунду, когда из динамика донеслось негромкое шипение чужого смеха, по спине Строгонова пробежала волна холода.
- ХаХаХаХаХаХа. Я чувствую твой страх. Бойся меня мент! ХаХаХаХаХа. Бойся меня! – хриплый шепот приморозил подполковника к месту и мужчина перестал чувствовать даже боль в сжавшихся на трубке до синевы пальцах – Как же приятно чувствовать страх сильного волей человека. Даже жаль что ты не моя цель. Поэтому можешь радоваться, за твоей жизнью я не приду.
- Ххх…кто ты? – скорее пробулькал чем проговорил вопрос Иван Ильич и борясь с давлением чужой воли, даже смог потребовать, выкрикнув злое «Отвечай!». На что, с того конца провода, донеслась новая порция негромкого смеха.
- ХеХеХе. Какая грозная Моська. Если хочешь, могу заглянуть к тебе ночью и мы сможем поговорить с тобою с глазу на глаз – предложил убийца и не дождавшись ответа, принял молчание онемевшего от страха подполковника как отказ – Не хочешь? Ну и зря. Уж на пару твоих вопросов я наверное и ответил бы.
- Кто… – воображение рисовало отмененный визит, пугая до дрожи и заставляя путаться мысли, но каким-то невероятным чудом он вновь взял себя в руки и выдавил жалкое – Кто ты?
- ХА! Какой настырный мент. Ну раз тебе так интересно, то могу сказать тебе только одно… Мы с тобой похожи только хрупкой человеческой оболочкой, а начинка внутри абсолютно иная. И я сейчас говорю не о твоем трясущемся от страха ливере – задал странную загадку жуткий собеседник и видимо устав от этого разговора, наконец-то озвучил причину своего звонка – И еще, хотел вам сказать… Я тут уже закончил. Можете спускаться и забирать тело. Если конечно сможете войти. ХаХаХаХаХаХа! – и заканчивая этот разговор, мило попрощался со Строгоновым – До свидания смелый мент. Мы увидимся с тобой очень скоро. Я уже назначил нашу встречу на завтра – проговорил убийца, а затем его леденящий душу хриплый шепот сменился монотонным гудением сброшенного вызова. Убирая от покрасневшего уха трубку, Иван Ильич посмотрел на свою руку, пальцы которой ни как не хотели разгибаться. Ему даже пришлось растирать занемевшую конечность, чтобы ослабить хватку. Когда же наконец-то удалось отжать пальцы и положить трубку на рычаг телефона…
- Народ! Кажется мы опоздали! – на этот раз, слышавший практически весь разговор и напряженный до предела, Вова все же выхватил пистолет, реагируя на ворвавшегося в помещение Шона и даже нажал на спусковой крючок… но перехваченный чужой волей, метко всадил пулю прямо себе в стопу.
- Тупое животное! Я твой рот наоборот ******! – зло прорычал Шолохов и ударом кулака в лоб повалил закричавшего от боли дежурного на пол. Еще одно усилие воли и вот уже нервный ФСБшник проваливается в глубокое беспамятство, прекращая кричать и возвращая в небольшую комнату тишину. Выплескивая остатки своей злости, парень пнул противника по так удачно подставленной заднице и только после этого посмотрел на свое бледное ’’пока еще’’ начальство.
- Судя по вашему виду, моя информация уже запоздала. Рассказывайте, что у вас тут случилось? – поинтересовался Николай, бесцеремонно усаживаясь на освободившийся стул – Надеюсь не нашествие марсиан?
- Хуже – сипло ответил подполковник и чувствуя как слова застревают в пересохшем горле, просто показал рукой на телефон.
- Из бункера звонил убийца? Он уже убил Зимину? Он сказал что-то важное? – чувствуя затруднения начальства, спрашивал парень все же надеясь выжать из него хоть какую-то информацию. Вот только получил на все вопросы лишь несколько подтверждающих кивков головой и едва слышное «только что…» - Мы сейчас можем туда войти? У вас есть какие-то личные вещи девушки?
- Один ключ… в Москве – неимоверным усилием воли Строгонов взял себя в руки и преодолевая сопротивление тела, которое била крупная дрож, шагнул к столу и выдернул из ящика небольшой пластиковый контейнер и подтолкнув его к Шолохову, выдавил из себя невнятное – Это ее… смотри.
Николай даже копаться в вещах девушки не стал. Проигнорировав, беспроводные наушники, смарт часы и еще несколько ее гаджетов, он сразу выхватил оттуда телефон и принялся снимать с него плотный силиконовый чехол. Парень планировал использовать его как маяк для связи с владелицей, а заодно как тару для своего ’’шаманства’’. Подложив мобильный под один край чехла, так чтобы кровь не вытекала из отверстий камер, он непонятно откуда выдернул свое дежурное лезвие и осторожно чиркнул по руке, выбрав еще не резанное ранее место. Ну а пока сцеживалась кровь, он пояснял свои действия единственному зрителю.
- Зимина умерла недавно и сосредоточившись я уже почувствовал отголоски ее смерти. Это хорошо. Значит связь будет крепкой и возможно у меня получится почувствовать и увидеть чуть больше чем обычно. Но нужно спешить, пока остатки ее жизненной энергии не рассеялись – проговорил Шон и отвлекшись на секунду от сцеживания крови в силиконовый чехол, выдернул из нагрудного кармана сложенную в несколько раз бумажку и кинул ее на стол – Посмотрите пока. Нашел ’’письмецо’’ на раковине в туалете и это значит, что он видел как я туда побежал. А учитывая то что он еще и успел вам позвонить… Его способности к перемещению просто невероятны – развернув лист, подполковник толком и не успел с ним ознакомиться, а Николай уже отвлек его и поспешил загрузить другим делом. Строгонову нужно было найти на своем телефоне диктофон для записи показаний Шона, но практически минутный поиск так и не принес результата. С техникой Иван Ильич был не очень дружен, поэтому когда парень уже погрузил указательный палец в кровь и практически сразу заявил о том что создал связь, он просто включил запись видео и положив смартфон на стол замер, стараясь не шуметь.
- Пока опять не вижу ничего странного… ну кроме самой Зиминой. У нее в голове ужасная каша. Попахивает целой кучей комплексов, а может даже раздвоением личности. Но не суть. Главное это то, что она сильно напугана. Сжалась на кресле в комок и будто бы уже ждет своей смерти. А потом… зазвонил телефон. Она берет трубку и что-то говорит. Не слышу что именно, но чувствую как ее страх исчезает и это значит что собеседник ей уже знаком. Ну а так как она общалась тут только с дежурным и Лещевым… Нужно проверить их обоих и поискать в их разуме следы вмешательства. Возможно, причина агрессии Вовы кроится именно тут. Или… Нет, он наверное по жизни такой отбитый, но проверить его все же нужно – поняв что отвлекся от главного, Шолохов потратил несколько секунд, чтобы вернуться мыслями к своей главной цели и вновь сосредоточился на образе разговаривающей по телефону Зиминой Лены.
- Она слушает собеседника, что-то ему недовольно отвечает… а потом как-то резко проваливается в неконтролируемую панику. Девчонка роняет трубку и начинает беспорядочно метаться по бункеру. Не понимаю… такое ощущение, будто она пытается убежать отчего-то невидимого. Может это какие-то галлюцинации или… громкие звуки, которые я не могу услышать. Или… я, почему-то, не могу увидеть хоть что-то опасное ее глазами... Нет, не знаю. Да и неважно это. Главное это то, что убийце быстро надоело играться со своей жертвой. Он ловит ее в коридоре, практически у самого входного шлюза, хватает за горло и слегка приподнимает над полом. Зимина задыхается и начинает беспорядочно барахтаться в руках убийцы. Она бьет его непонятно когда появившимся в ее руке ножом и даже один раз попадает по маске… а потом мгновенно умирает когда он сжимает пальцы на ее шее. Я чувствую хруст ее позвонков. А еще я чувствую… Даже через перчатку я чувствую сожаление убийцы. Он почему-то не хотел лишать Зимину жизни. Я вижу образ альбома с карандашными рисунками и… все. Больше ничего не могу почувствовать – закончил свой ’’отчет’’ Николай и разгоняя тянущийся от чехла пар, добавил последний неутешительный штрих – Я еще покручу то что увидел в голове, но вряд ли найду там что-то важное. А искать мелкие зацепки, наверное, уже поздно. После последней атаки убийца наверняка покинет город, а может быть даже страну. Он слишком сильно нашумел и задерживаться тут у него нет никакого резона. Поэтому завтра у нас будет последняя попытка его поймать. Нужно хорошо подготовиться.
- Знать бы еще как – устало проговорил Иван Ильич не обрадованный отсутствием полезной информации. И лишь после этого, с третьего или четвертого раза остановил видеозапись на своем телефоне – Последний шанс. Последний шанс. Последний… Понять бы еще почему именно завтра и именно в пол седьмого вечера? Раньше каждый раз делал паузы как минимум в два дня, а теперь дал нам на передышку всего одни сутки. Он куда-то спешит или… Не знаю…
«Ильина Дарья. Завтра. В 18:30.» - лежавший на столе листок не давал ответа на этот вопрос. На нем была всего одна строчка, добавляющая в разум подполковника лишь уныние и печаль. Он не знал даже что об этом думать… А вот у Шона, как у эксперта по всякой мистике, все же завалялось несколько мыслишек.
- Мне пока в голову пришло только два варианта, но оба, кажется, далеки от истины – латая слабо сочащуюся кровью рану всегда носимым с собой пластырем, заявил парень и лишь покончив с этим важным делом, он продолжил свою мысль – Либо ему надоело и он просто решил ускориться, что вряд ли. Запороть ритуал перед самым его финалом - это какой-то слишком глупый итог. Либо ему на самом деле нужно было всего шесть жертв, а Ильина идет для него как приятный бонус. Или… или это обман, а он уже убил свою последнюю жертву и сейчас просто издевается над нами. Пытается запугать и сбить с толку.
- И это у него отлично получается – с явной злостью в голосе высказался Строгонов, после чего принялся поспешно складывать бумажку и пихать ее в карман. Слова Шона о том что, находящаяся под охраной Ильина возможно уже мертва, сильно встревожили подполковника и он спешил выбраться на поверхность, чтобы созвониться с Лещевым и отрядом охранения последней девчонки. Но перед тем как убежать, Иван Ильич все же немного задержался и буквально приказал парню – Сиди тут и жди смену. Вову не трогай! Если будут спрашивать, говори что его подчинил убийца и он пытался нас подстрелить. И проверь, залезал ему кто-то в голову кроме тебя или он по жизни такой нервный.
- Как я его проверю не трогая, это же…
- Завались! – рыкнул на подчиненного Строгонов и Николай не стал с ним спорить и подтвердил понимание приказа.
- Слушаюсь товарищ подполковник! Сидеть, ждать, не трогать, покопаться и валить все на убийцу. Будет сделано! – мужчина не став дослушивать доклад, махнул на прощание рукой и поспешил на выход. Время у Ивана Ильича было сильно ограничено, а сделать было нужно очень многое, поэтому он сильно торопился. Ну а Шолохов… ему тоже хотелось немного поработать и отвлечься от беготни за неуловимым убийцей, но в тожевремя его внутренний лентяй был только рад еще немного отдохнуть. Ну а учитывая то, что филонить он будет по приказу начальства и фактически этот отдых должен был считаться работой… Ууууххх. Соседствующий с ленью внутренний трудоголик одобрил этот странный компромисс, после чего Шон предался неистовому ничего неделанию. Можно было считать, что он выполнил поставленный перед ним приказ просто идеально.
Глава 31. Взор охотника
Утренняя суета набирала обороты. Тихий пригородный район, где частный сектор плавно переходил в гаражный массив вперемешку с небольшими частными цехами, по выходным был обычно тих и благостен, но сегодня, не смотря на свое предназначение, общий покой нарушила полиция. Множество машин с синими служебными номерами сновало туда-сюда, чаще всего заканчивая свой путь и паркуясь у высокого пятиметрового забора с густой намоткой колючей проволоки по верху. Здесь стояла даже газель с надписью «ОМОН» на борту, бередя воображение мимохожих зевак и встревоженных бабулек, уже рассказывающих своим подругам по телефону о тысячах военных и о том что скоро, наверное, начнется война.
Снующие туда-сюда полицейские о такой ерунде точно не думали. С накрученными начальством хвостами они спешно готовились к непонятной операции. Хотя кто-то, не согласовав общую версию, говорил об учениях полиции совместно с ФСН, росгвардией иии еще кем-то. Вот только додумывать эту мысль и вообще думать ни кто не успевал. Многочисленное начальство задало такой темп и загрузило людей таким количеством работы, что у большинства даже в туалет сходить времени не было, не говоря уж о каких-то там размышлениях.
Вот к воротам подкатил еще один УАЗик-буханка, привезя новую партию мешков с песком. Практически следом подъехала гражданская машина с целой бригадой по установке камер и датчиков движения. Чуть позже на место прибыл темно зеленый автобус с черным номером и два десятка выгрузившихся оттуда солдат быстро вошли в ворота и начали оперативно распределяться по внутренним территориям. А еще через полчаса на место прибыл целый отряд кинологов и вместе со своими четвероногими напарниками приступил к патрулю и охране внешнего периметра.
- Мерзкие псины – прошипел неизвестный, прячась в густой тени дерева. Осыпающая его издалека громким лаем, собака все же поддалась давлению хозяина и позволила утянуть себя за ошейник дальше по их маршруту.
«Может ненужно продолжать дальше?»
- Боги! Как же ты меня достал своим нытьем! Не понимаю, как такой бесхребетный червь как ты смог дожить до своих лет. ****** ничтожество! Ну как вообще можно быть таким пацифистом и трусом? Это же ненормально! – человек в адрес которого были направлены все эти оскорбления смолчал, спокойно и терпеливо принимая все сказанное. А после нескольких минут молчания и наблюдения за суетой, повторил свою просьбу.
«Может все-таки остановимся на этом? Зачем убивать невиновных и плодить лишнюю скорбь? Зачем…?»
- Заткнись, мерзкий трус! – хриплым рыком перебил просящего незнакомец и меняя тему, потребовал ответа – Лучше объясни, что это за здание и что они делают?
«А что, по внешнему виду не понятно? Это старая, закрытая несколько лет назад тюрьма, а они сейчас готовятся в ней к обороне. Ты же сам оставил им очень мало времени, вот все и суетятся. Надеются дать тебе там бой.»
- Почему именно здесь? Я же кажется понятно намекал что хочу вести свою охоту в черте города и если кто-то попытается сбежать… - кора дерева сминалась под пальцами незнакомца, словно бумага, показывая всю степень негодования неизвестного – Может тоже пора нарушить условия и напасть не дожидаясь назначенного времени? Я чувствую, девчонку уже везут сюда. Можно убить ее по пути. Вот они удивятся, привезя на место своей… ХаХаХаХаХа… на место своей ’’последней битвы’’ пустую оболочку. Мне уже нравится эта идея. ХаХаХаХаХаХа!
«Это пригород, который по факту является частью города, поэтому они ничего не нарушали» - спокойно возразил голос – «Ну а почему именно сюда? Тут ответ простой. Они не хотят пугать людей стрельбой в центре города. Да и здание аварийное, его никому не жалко. Как по мне, для них это вполне логичный ход.»- краткое описание ситуации заставило неизвестного поостыть и отказаться от идеи атаковать машину с девушкой. Он вновь вернул свое внимание к зданию тюрьмы и продолжил наблюдение за суетой. И это длилось бы довольно долго, если бы…
«Может все же не нужно ее убивать? От этого все равно не будет практически никакой пользы. Пощади ее, прошу. Не добавляй…»
- Замолчи ******! Как же мне надоело твое нытье! – раздраженно прорычал незнакомец и тяжело вздохнув… все же принял это предложение – Ладно! Уговорил! Я дам этой неудачнице еще один шанс. Но если судьба сегодня вновь отвернет от нее свой лик и пошлет мне свой знак…
«Тогда я буду молчать весь остаток этого дня»
- О! А это неплохая сделка – принял предложение незнакомец и вновь хрипло рассмеялся. Его за сегодня уже достало нытье спутника и он был бы рад прожить хотя бы остаток этого дня в тишине – Ладно. Мне надоело тут стоять, поэтому пошли прогуляемся – отсмеявшись сказал он и в последний раз окинув взглядом окрестности тюрьмы… снял с лица белую маску. Миг и вот мешковатая кофта и джинсы, подернувшись рябью искажений, начали стремительно превращаться в полицейскую форму. Еще несколько секунд и вот уже из-за дерева выходит мент и легко вливается в общую подготовительную суету, без каких-либо сложностей проходя сквозь все заслоны.
Не смотря на то что до назначенного времени оставалось еще больше четырех часов, охота на последнюю жертву уже началась. И у охотника, в отличие от его постоянно ноющего напарника, не было сомнений в том, что она окончится успехом.
Глава 32. Последняя жертва
Бледная девушка с припухшим от слез лицом, смотрела сквозь тонированное стекло машины на проплывающие мимо нее пейзажи зеленеющего частного сектора, порой очень похожего на уютную деревенскую пастораль. Пригревшиеся на обочине собаки, провожающие машины ленивым лаем, гуси усердно утаптывающие землю в палисаднике возле дома, девчушка лет двенадцати лихо проскакавшая на оседланной гнедой лошадке, окна обшитые красивыми резными наличниками, вышедший со двора и остановившийся у калитки важный индюк, с видом грозного царя зверей осматривающий свои владения – Дарья смотрела на всю эту красоту и впервые видя некоторых животных в живую… с печалью понимала, что об этом мире она знает просто катастрофически мало, а ее красный диплом в реальности и выеденного яйца не стоит. А еще печальнее и страшнее становилось от мысли о том, что ничего наверстать она не успеет, так как жить ей оставалось меньше двух-трех часов.
Ильина подслушала разговор полицейских и к своей печали узнала о том, что убийца назначил ее казнь на вечер и почувствовала в голосе мужчин свою обреченность. Они очень хотели ее защитить, но почему-то уже перестали надеяться на это чудо и смотрели на нее словно на смертельно больную, скрывая свою печаль и стараясь не пересекаться взглядами.
И из-за чего все это? Из-за глупой пьяной выходки Коржикова? Выпив второй раз в жизни, подхваченная лихим алкогольным ветром и улыбкой Сережи каратиста, она влилась в эту дурацкую компанию, а потом… Толком не понимая что происходит, присоединилась к веселью, попыталась пнуть старика, промахнулась и едва не упала. А потом пошла к стоящей в сторонке (кажется даже трезвой) Зиминой. Юрист в компании отца сказал, что Даше могут вменить лишь то, что она не попыталась остановить остальных, а потом убежала с места преступления, но даже такие обвинения рассыпались бы без каких-либо последствий за время долгой судебной тяжбы. Да и основное внимание в этом деле было бы уделено не красавице отличнице, а Коржикову младшему, на которого бы и легли основные обвинения.
В общем, ни у суда, ни у общества, ни у собственной совести не было вопросов к девушке и она вполне могла бы спокойно продолжить свою учебу… Но какой-то зверь, видимо возомнив себя высшим судией, решил что на ней все же лежит вина и что Ильина должна заплатить за нее самую высокую цену – отдать этому монстру свою жизнь.
Наверняка остальные участники того ’’события’’ в парке тоже считали себя невиновными и при поддержке отца Коржикова, легко обошли дырявый, словно дуршлаг, закон. Вот только неизвестный убийца и не подумал интересоваться их мнением. Он организовал свое судилище, вынося один и тот же приговор, сразу приводя его в действие. Всего две недели и вот уже шесть молодых ребят и девчонок, только-только закончивших школу, пошли не по долгой дороге в будущее, а отправились прямиком на тот свет. И очень скоро эта безжалостная тварь должна была прейти и за ней.
Вон дети, возле заросшей сухим репьем полянки, играют в незнакомую игру с кривой палкой. Три красивых разноцветных кота дремлют на старой скамейке. Привязанный к вбитому в землю шесту молодой теленок подъедает невысокую зеленую поросль. Три пацана идущих с удочками наперевес в сторону далекой мелкой речушки. И снова собаки. На этот раз не ленивые и с лаем бегущие за машиной почти целую сотню метров. Это был небольшой, но прекрасный мир которого Дарья, тратя практически все свое время на учебу и общение с подругами, никогда не касалась. И наверное поэтому она, растирая по лицу вновь льющиеся слезы, продолжала неотрывно смотреть в окно, впитывая своей идеальной памятью отличницы все эти прекрасные образы. Делая их частью себя и мысленно проживая жизнь… которую ей не суждено было прожить.
Если бы девушка знала, что сама смерть решила дать ей призрачный шанс… Ильина, наверное, выскочила бы от радости из машины прямо на ходу и бросилась следом за теми мальчишками. Догнала бы их и упросила научить ловить рыбу. А потом наверняка гордилась своею умещающейся в ладошке добычей. Или присоединилась бы к тем ребятам с их странной летней игрой, стремясь наверстать затерявшееся между Интегралами и Инстограмом детство. Или упросила бы ту девчонку прокатить себя на лошадке. Ах, если бы она знала… Увы, но Даша могла об этом только мечтать и видя на пути своей жизни лишь пустоту небытия, тихо плакала и смирно ехала на свое неизбежное заклание.
И вот она, финишная прямая. Уже виден высокий забор закрытой несколько лет назад тюрьмы. Довольно мрачное и неприятное местечко. Сейчас оно буквально кишело людьми, машинами и даже собаками. Предупрежденные о приезде, люди здесь уже подготовились к встрече. Несколько десятков военных в полном боевом обмундирование и со щитами практически в полный рост, окружили подъехавшую машину и сопроводили ее до ворот тюрьмы. Во дворе их встречали уже другие бойцы и буквально передав девушку с рук на руки, осторожно и в то же время быстро пронесли ее до главного здания. Там Дашу уже принял отряд внутреннего охранения, который провел девицу прямиком по месту назначения. Туда где и должно было происходить главное противостояние этого дня.
Всего за один день посреди просторного зала была возведена небольшая решетчатая камера заключения со стенками, обшитыми сверх прочным прозрачным пластиком. В метре от конструкции, куда должны были поместить Ильину и куда мог войти только Строгонов, стояла цепочка бойцов ФСБ, трижды проверенных Шолоховым на факт влияния на разум. Они являлись первой и самой суровой линий обороны и им было разрешено стрелять даже по своим, если те начнут вести себя странно. Перед ними была выложена небольшая баррикада из мешков с песком, которая должна была прикрыть бойцов от гипотетически возможного ответного огня и стать подспорьем для стрельбы с упора. Следующая линия обороны состояла из армейских бойцов, вооруженных лишь щитами и стоящих строго спиной к охраняемому объекту. Им, под угрозой стрельбы по ногам, было запрещено оборачиваться и они, по факту, были лишь плотной прослойкой пассивного мяса, обязанного принимать на себя любые удары врага.
Ну а так как ни кто толком не знал как выглядит этот самый убийца, других людей в помещение не пускали. Остальные выстраивали оборону на подступах к охраняемому объекту. Шесть проверочных постов, около двух сотен человек, еще три насыпи из песка, полтора десятка кинологов с собаками во дворе и за стенами старой тюрьмы – в общем, Лещев расстарался. Непонятно как ему удалось привлечь такое количество людей, но он сделал это. И кажется, судя по тому что он, будучи в полном защитном обвесе, сидел с автоматом прямо на крыше прозрачной клетки, был готов поставить на кон даже свою жизнь в грядущем бою.
Немалые силы были брошены на защиту всего одной девчонки. И сама Дарья, увидев такое количество людей с оружием, оценила это и даже перестала плакать. Она пораженно осматривала ряды военных с щитами, наполняясь уже отброшенной было надеждой и безропотно позволяя подхватившему ее Строгонову нести себя к прозрачному зарешеченному кубу. Сам подполковник, получив роль молчаливого спутника был вооружен лишь своим наградным пистолетом и должен был стоять на входе в камеру. Его единственная задача – задержать врага и дать Лещеву хотя бы одну секунду на активацию закладок. Ослепляющая вспышка и несколько шашек с нервнопаралитическим газом должны были остановить убийцу… если он вообще являлся человеком. В чем Иван Ильич уже сомневался.
Позволив Строгонову пронести девчонку, бойцы сразу смыкали шеренги и закладывали мешками оставленный для них проход, а потом возвращались к своему долгому ожиданию неизбежного боя. Все уже было готово к обороне, но время, будто бы издеваясь над людьми, тянулось просто чудовищно медленно, заставляя защитников все сильнее и сильнее сжимать рукоятки щитов и автоматов. Все были напряжены и не смотря на то, что до назначенного убийцей времени было еще два часа, ожидали атаки в любой момент и…
- Я ***** сейчас сдохну – простонал вошедший в помещение Шолохов, привлекая к себе внимание почти четырех десятков собравшихся в помещении человек. Не обращая внимания на чужие, по большей части недоумевающие взгляды, он поставил на пол пластиковый ярко-оранжевый тазик и сев рядом с ним, продолжил жаловаться на свою несчастную жизнь – Целый литр крови с себя слил. Чувствую себя словно вареная сосиска без кожуры. Эээхх. Еще и не поел нормально. Жрать хочу, хоть корову заточу. Но лучше супчика куриного и пирожков с картошкой. Надо, наверное, Алине позвонить. Если пообещаю не отбиваться от ее домогательств, то может и приготовит. Хотя на пироги надеяться точно не стоит. Хоть она и деревенская, но готовить их наверное и не умеет. Хммм. Но она может поучиться у Лидии Сергеевны. А это хорошая идея! Если я ей пообещаю *********, то она с куда большим рвением отнесется к моей просьбе. И тогда…
- Заткнись идиот! Делай свое дело молча! – приказал со своего прозрачного насеста Лещев, устав выслушивать болтовню старшего лейтенанта, сбивающую людей с боевого настроя. Правда вместо согласия от Николая, он увидел лишь понятный всем жест с оттопыренным средним пальцем.
- А сходить ли вам ***** товарищ полковник? Ваш человек пытался меня убить. И мне плевать на то что он находился под чужим влиянием! Я сейчас очень зол на всю вашу контору. И если вы будете мне тут приказывать… заставлю лично вас сделать ********** моей подруге. Вы знаете, что я легко могу вам это организовать – пригрозил Шон, пуская по толпе волну несмелых смешков. Народ оценил угрозу и уже начал представлять грозное начальство в пикантной ситуации… и мгновенно стих услышав щелчок передернутого затвора. Многие догадывались в какой ’’конторе’’ работал Лещев и не хотели попасть в разряд допустимых потерь. Все тут же притихли, а так и не дождавшийся ответа Шолохов,вернулся к своему занятию. На этот раз, к счастью полковника, уже молча.
Шон доставал из тазика какие-то мокрые нитки и подвешивал прямо в дверном проходе, цепляя их за металлическую раму привязанными к концам канцелярскими скрепками. Несколько минут и вот полтора десятка нитей, словно очень странная занавесь, перекрыли проход в главный оплот обороны. Защита выглядела не очень надежно и большинство присутствующих хотело узнать, зачем организовано это представление, но ни кто так и не нашел в себе смелости задать нужный вопрос. Поэтому изнывающим любопытством мужикам оставалось лишь тренировать свое воображение всевозможными догадками и идеями.
Закончив создавать свою необычную преграду, Николай вновь подхватил свой оранжевый тазик и пошел прямо на ряды выставивших щиты солдат. Те, крепко зная приказ, даже не подумали пропускать странного парня и лишь дождавшись приказа Лещева, дать пройти этому идиоту, все же немного потеснились, открывая Шолохову путь. Правда разбирать баррикаду из мешков для него ни кто не стал и Шону пришлось через нее перелезать, при этом стараясь не пролить ни капли из своего тазика. Ребята из ФСБ помогать ему и не думали. Молча наблюдали за его подъемом на небольшую песчаную гору, дожидаясь когда же он уйдет с их стрелковой позиции.
Спрыгнуть без брызг у Николая не получилось. Немного облив стоящего рядом парня какой-то бледно красной водой, Шолохов коротко извинился и пошел дальше, не обращая внимания на доносящееся из-за спины ворчание, прямиком к прозрачному кубу.
- А тут вешать не на что – задумчиво проговорил Шолохов, оглядывая необычную, созданную на скорую руку конструкцию. Так ничего умного и не придумав, парень нехотя достал из кармана свой пластырь и поманил рукой Строгонова – Отвлеку вас на минуту, подсобите мне тут немного Иван Ильич. Придержите нитки, пока я их буду приклеивать. Один я тут долго проваландаюсь – подполковник взглядом испросил разрешения у своего нового начальства и лишь получив от сидящего на кубе Лещева согласный кивок, вышел наружу и сразу отнял у парня изоленту.
- Давай побыстрее Коля. Прикладывай сразу по две – не разрывая линию, одной синей полосой они приклеили в один ряд над косяком сразу все оставшиеся в тазике нитки, а потом, отмотав еще одну клейкую полосу, повторно закрепили эту странную конструкцию, но уже сантиметром ниже.
- Ну и как? Надеешься что он наивно попадется в эту ловушку? Как по мне, она выглядит даже слишком очевидно. Мне кажется, он сразу почувствует в нитках твою кровь и предпочтет просто… переместиться внутрь – телепортация для Строгонова выглядела слишком фантастично, но немалое количество фактов говорило о том, что это возможно. По крайней мере, для нашего неуловимого убивца.
- Если заденет, то хорошо. Ну а если нет, то у меня для него есть еще один сюрприз – хитро улыбаясь ответил Шон и не долго думая, всучил тазик с оставшейся ’’кровавой’’ водой подполковнику. Тот лишь вопросительно изогнул бровь, надеясь на пояснения – Перемещаться он может, а вот летать еще не факт. Разлейте эту водичку по полу ровным слоем. Если он прыгнет к вам, то обязательно вляпается, а там уже я ему так вдарю, что он аж ощерится. Ну а пока давлю на него, выстреляйте ему в голову. Надеюсь целой обоймы в упор этой твари должно хватить. Ну а если его не добьет ни пуля ни газ, то тогда… Как говорится, увидимся в следующей жизни.
- Понятно – напряженно играя желваками на скулах, негромко сказал Иван Ильич. До этого момента он почему-то был полностью уверен в успехе и даже не задумывался о поражении. Возможно к печальной реальности его вернули слова Шолохова про другую жизнь, а может и сам старлей у него в голове что-то подшаманил. Было неясно… Но подполковник дорого бы дал если бы к нему вновь вернулась прежняя, непоколебимая уверенность. Вот только парень видимо больше не собирался помогать своему уже наверное бывшему начальству и поведя рукой предложил Строгонову войти обратно в куб. Сам он заходить внутрь явно не собирался и ждал лишь возвращения своей оранжевой тары. Иван Ильич тянуть не стал и устало вздохнув, пошел марать полы внутри последнего ’’оплота обороны’’.
- А ну-ка девонька, подтяни ноги на скамейку. Давай-давай, не раскисай. Вон, даже единственный в нашей городской полиции шаман ради тебя крови не пожалел, расстарался. Будем тебя сейчас еще и его колдунством нашу оборону укреплять. Через эти нитки убийца пройти не сможет. Ну а если все же как-то пробьется… мы его всем миром тут и накроем. Будем защищать тебя до последнего. Так что девочка не сопливься, все будет хорошо – увещевал Ильину подполковник, осторожно плеща на пол подкрашенную кровью воду и разгоняя ее ногой по разным углам, стараясь обработать все до чего мог дотянуться. И даже на ручку двери немного побрызгал, видимо надеясь на вежливость убийцы и на то что он все же войдет через дверь.
- Вооон туда еще плесните. Вооон в том дальнем углу очень мало и под скамейку еще налейте, там почти сухо – все же сунувшись в прозрачную комнату, раздавал советы Шон, стоя на пороге и указывая на нужные места рукой. Чудо водицы в тазике было не так уж и много, поэтому Строгонову приходилось расходовать ее экономно, едва ли не втирая бледно алую жидкость в пол.
Наблюдая за действиями странных полицейских, Дарья даже ненадолго отвлеклась от своих печальных мыслей. Ей было очень интересно что они делают, да и слова про единственного в городе шамана ее заинтриговали, но она ни как не решалась переспросить у занятого размыванием воды по полу мужчины что же он имел в виду.
А еще ее очень заинтересовал этот наглый парень с тазиком, которого собственно и называли «шаманом». Он не боялся сидящего над головой с автоматом самого главного начальника и отвечал ему так дерзко… что Ильина даже захотела познакомиться с ним поближе. А еще, ее по какой-то странной причине печалило то, что у него уже есть девушка. Вокруг было столько сильных и статных мужчин желающих ее защитить даже ценою своих жизней, но Дашу почему-то заинтересовал лишь этот худощавый и очень наглый парень по имени Коля. Непонятно, откуда у нее вообще брались такие мысли и внезапные симпатии, ведь она даже толком разглядеть его лица не могла. Решетка очень мешала, а пластик был не так идеально прозрачен чтобы сквозь него можно было разглядеть все детали его внешности и черты лица. Но даже глядя сквозь эту чуть мутноватую преграду… она думала что уже где-то его видела. И это интриговало еще сильнее, поднимая интерес к Николаю на еще более высокий уровень.
В какой-то момент Шолохов все же просунул голову в защищенную комнату и начал давать советы начальству, по правильному размыванию смешанной с кровью воды. Девчонка едва ли не легла на скамью и вытянула шею, в желании заглянуть за дверь и увидеть лицо парня. Ну а когда у нее это все же получилось Даша лишь укрепилась в мысли о том что где-то уже его видела. Даже не смотря на почти идеальную память, ей понадобилось почти пять секунд на то чтобы выудить из реки воспоминаний этот знакомый образ. Ну а когда у нее это получилось…
- Это он! – тыкала Ильина пальцем в Шона – Парень с бургером в парке! Он был вторым свидетелем! Это был он! – громко повторяла она… даже не понимая того, что подписывает недавно отмененный смертный приговор. Это был очень глупый и крайне опрометчивый шаг с ее стороны, но она поначалу этого даже не поняла. А вот Строгонов просчитал все куда быстрее и сразу швырнул тазик в стоящего в дверях парня.
- ******* ты дуурааа – едва ли не рыдая от досады и отчаяния, проговорил Шон, отмахиваясь от пластикового снаряда и одним лишь желанием ломая выхватившему пистолет подполковнику руки в локтях – А ведь я уговорил его тебя не убивать. ****! Вот же ты дура. Не могла промолчать? – еще одно усилие воли и кричащий от боли Строгонов мгновенно замолкает, потеряв сознание. Ну а пока все осознавали случившееся, разворачивая оружие в другую сторону, в помещении появилось нечто многократно более опасное, чем обычный одинокий убийца. От худощавой фигурки Шолохова ударила настоящая волна ледяного ужаса, сковавшая бойцов страхом. Лишь единицы смельчаков смогли преодолеть сопротивление собственного тела и нажать на спусковой крючок. Пули за доли секунды пересекали пространство и с негромким «чвак» входили во взметнувшиеся с пола сгустки алой воды. Все больше бойцов освобождалось из плена навеянного страха и присоединялось к стрельбе по одинокой мишени. Они пытались стрелять не только в голову и корпус, но даже по ногам, вот только мельтешащие вокруг тела большие капли жидкости, словно пластины активной брони, принимали на себя весь град летящих пуль. Кто-то уже начал перезаряжать обойму, надеясь взять тварь измором, но…
- Надоели – зло прошипел убийца и щелкнул пальцами. Миг и стрельба прекратилась, а все люди в здании и за его пределами начали падать на пол, разом лишившись сознания – Какой же бестолковый мне достался служитель. Ну почему ты ни как не можешь понять? Ее выбрала сама судьба и теперь этой глупой девчонке просто суждено умереть от моей руки – Шон хотел возразить, попросить подумать, пошутить насчет того что щелчок пальцами это слишком банальный жест, отругать эту тупую курицу и еще раз выпросить для нее пощады, но… он сдался. Сдался и более не имея моральных сил к дальнейшей борьбе, просто отдал остатки контроля над своим телом в чужие руки, а сам спрятался в глубинах собственного сознания.
- Что? Даже ныть не будешь? – спросило существо и хрипло рассмеялось, чувствуя как служитель принимает свое поражение – ХаХаХаХаХаХа! Ну и отлично! Не будешь мешаться у меня под ногами.
Соткавшаяся буквально из воздуха белая маска заняла свое положенное место, после чего по форменной одежде Николая пробежала рябь изменений, возвращая уже привычную для убийцы мешковатую кофту с капюшоном и потертые джинсы. Вот такая вот необычная у него была рабочая форма одежды.
Пока неизвестный ’’переодевался’’, непонятно где нашедшая силы девчонка уже вскочила со скамейки и поспешно закрыла дверь на железный засов. А потом еще и плечом ее подперла, пыжась от перенапряжения и очень надеясь на то что это ее спасет. Глядя на эти потуги, убийца лишь недоуменно пожал плечами. Ломиться в дверь он и не собирался, а вместо этого… новая волна искажений пробежала по окружающему пространству, буквально вырывая один кусок реальности и замещая его другим. Мгновение и вот уже незнакомец появляется за спиной у девушки и не тратя времени, рывком подтягивает ее к себе.
- Стойте! Пожалуйста! Не надо! За что меня?! Я ничего не сделала! Я ни в чем не виновата! Не убивайте! Не убивайте меня! Прошу, не убивайте! Я ни в чем не виновата! Я ни в чем не виновата! – рыдая и едва ли не захлебываясь слезами требовала, молила, упрашивала Ильина. Она была уверена в своей невиновности и не понимала почему этот страшный человек пришел за ее жизнью. Она не хотела умирать, но убийце было плевать на ее мнение и просьбы – Пощади меня. Я хорошая. Я не била того деда. Я хочу жить. Не убивай меня. Я хорошая. Я…
- Мне безразлично хорошая ты или плохая. Мне неважно виновата ты или нет. Самое важное сейчас это то что вы семеро оказались просто самыми неудачливыми – все же ответил на мольбы Дарьи безжалостный монстр, медленно сжимая пальцы на ее горле и заставляя девушку переходить от громких истеричных просьб до едва слышного сдавленного шепота – Моей добычей вас сделал не я, а сама судьба. Она просто отказалась от вас и попросила меня ’’прибраться’’. Я лишь луч света далекой звезды, случайно пересекшийся с линиями ваших жизней. Во мне нет ненависти к вам, как нет ее и у охотника, вставшего на свежий след хорошей дичи.
- Похахуха… похахуха… похахуха – с огромным трудом шептала Дарья, но вестник неумолимой судьбы безразлично смотрел на ее потуги сквозь узкие щели глаз на белой маске. Убийца просто давил, ни на что не обращая внимания - …похахуха… похахуха… по… - и остановился лишь когда услышал хруст шейных позвонков.
- Теперь моя жатва уже точно завершена. Теперь мне вновь можно уходить на покой. До следующей жатвы – отбрасывая от себя быстро опустевшую оболочку души, негромко прошептал убийца и опустился на прозрачную пластиковую скамью. А затем, видимо не желая здесь более задерживаться… просто вытолкнул на поверхность разум решившего отдохнуть Шолохова. Убийца взял перерыв в несколько лет, а Шону предстояло за ним прибираться. Для такого лентяя как Николай это была настоящая пытка сравнимая с Авгиевыми конюшнями. Увы, но ничего поделать с этим он не мог. Это было его долгом. Это было его ношей. Это было его бременем.
Жатва наконец-то была окончена.
Глава 33. На следующий день
Вчера Шон так и не вернулся домой и Алина не знала что об этом и думать. Она позвонила ему, наверное, больше десятка раз, но он не брал трубку, а ближе к полуночи немного успокоил подругу коротким сообщением «Работаю. Очень занят. До завтра». Легче ей от этого не стало и подспудная тревога за ставшего очень близким человека никуда не ушла, но Кувайкова хотя бы смогла отогнать от себя самые дурные мысли и заснуть.
Утро тоже не принесло облегчения. Николай не отвечал на звонки и не реагировал на сообщения, да и на работе, куда девушка пришла очень рано, блудный следователь не нашелся. Зато Алина вызнала у сонного и очень уставшего за ночь дежурного хоть какие-то подробности о вчерашней операции по защите последней жертвы. После чего, помимо тревоги, на девушку навалилось еще и уныние. Оказалось что убийца все же достал Ильину и его не смогла остановить даже целая армия в несколько сотен человек. Эта тварь просто лишила всех сознания, а видимо единственному успевшему отреагировать подполковнику Строгонову сломала обе руки в локтях. Следствие по этому инциденту шло весь вчерашний вечер и всю ночь и из просачивающихся оттуда обрывков информации можно было составить именно такую, неутешительную картину.
Ну а Шолохов… Алине оставалось надеяться на то что он не стал устраивать битву колдунов. Верить в то что Николай все же пометил убийцу и сейчас следит за ним пытаясь вычислить его личность или логово, было куда приятнее и спокойнее.
Опечаленная такими новостями и мысленно жалея молодую девчонку, погибшую вчера практически ни за что, Кувайкова не спеша пошла в сторону кабинета своей следственной группы. Стол для нее так и не удосужились поставить, поэтому она заняла место Шолохова… и с некоторым недоумением посмотрела на небольшое пятно уже подсохшей крови. Гадать чья она было глупо, ведь других любителей пускать себе кровушку, кроме Шона, не было. Она потянулась пальцами к пятну… и отдернула руку, услышав быстрые шаги в коридоре. Секунда и вот в помещение входит Жора и удивляясь тому что дверь уже открыта, смотрит на сидящую в одиночестве девушку.
- О! Привет красавица! Ты чего так рано? Надеюсь не оставалась тут на ночь?
- Да нет конечно. Пришла, наверное, минут десять назад. Просто любопытно было, чем там вчера все закончилось, вот и прибежала пораньше, чтобы поспрашивать дежурного пока он не сменился.
- Лиса ты наша любопытная – весело проговорил Власов, но практически сразу его улыбка померкла – Эээххх, ни чем хорошим эта история закончиться не могла. Простые люди всяким этим колдунам не противники, а лишь мошки назойливые от которых можно и отмахнуться – Жора подошел к своему столу, пробежавшись взглядом по стопке дел с выписанными Кувайковой маркерами и выдернул одну из папок – Хеееххх. Жаль что Шон от нас свалил. Он то может быть и смог бы что-то подшаманить и защитить хотя бы девчонок…
- Стоп! Как уехал? – даже с некоторым возмущением спросила девушка, непонимающе глядя на ляпнувшего какую-то чушь следователя.
- Эээ подруга, ты что-то совсем заработалась. Память терять начинаешь. Или… Может совсем из-за своей короткой любви кукухой поехала? До сих пор не веришь что он сбежал? – подходя и зачем-то трогая лоб девушки удивленно протянул Власов.
- Наверное заработалась… да и навалилось за последнюю неделю всякое… - стараясь просчитать ситуацию и почему-то приходя к варианту «Без Шона не обошлось», медленно проговорила Кувайкова, а затем осторожно уточнила – В голове сейчас одна следственная муть. Озвучь, пожалуйста, свою версию событий, может я тогда что-то и вспомню.
- Ммдаа, как-то ты сильно, после расставания с ним, головой об работу ударилась. Тебе обязательно нужно пару деньков отдохнуть – посоветовал Жора и немного поколебавшись, все же ответил на заданный вопрос – Больше недели назад Шон жестко поругался со Строгоновым из-за того что тот переводится по повышению в Москву. Потом подполковник тоже дал джазу, заявив что Колька и есть этот самый убийца. После чего парень вообще взбесился. Послал всех ******, в том числе и тебя, а потом свалил в закат, по ходатайству отца переведясь куда-то на север. Ну как, хоть что-то из этого припоминаешь?
- Что-то такое смутное есть – соврала Алина и сразу озвучила свое предположение – Я тут подумала… А может быть он как-то повлиял на мою память, чтобы… возможно, чтобы я его быстрее забыла. Это вполне в его силах. Да и как еще объяснить то что у меня из памяти выпала целая неделя. Кажется что я с ним разговаривала вчера утром, нооо… судя по всему это было далеко не вчера.
- Очень даже вероятно – оценив эту версию, задумчиво покивал Власов – Он несколько раз говорил, что может влиять на верхние слои памяти. Тем более стирать, наверное, куда проще чем создавать что-то новое, поэтому… Ты о нем, возможно, скоро совсем забудешь. И не знаю, хорошо это для тебя или плохо. Хотя, тут он уже все решил за тебя, не оставив выбора – Жора ободряюще похлопал Алину по плечу и не придумав что еще тут можно сказать, предпочел ретироваться – Ладно, ты тут думай, а я побежал работать. И да, все же возьми пару выходных подряд, отдохни, проветри голову, отвлекись от всяких странных мыслей. Тебе будет полезно, а то совсем заработалась – дальше что-то выдумывать Жора не стал и уняв свою страсть к болтологии, поспешил покинуть помещение, оставляя Кувайкову наедине со своими мыслями.
В принципе, Алина и сама была не прочь побыть в одиночестве. Обдумать услышанное она бы еще успела, а в данный момент… Девушку так и манило багровое пятно на столе, которое, судя по всему, Власов так и не заметил. Зачем-то послюнявив палец, Алина протянула руку, желая прикоснуться к подсохшей корке крови и надеясь на какое-то чудо… которое не замедлило себя явить молодой дознавательнице.
- Если рядом кто-то есть, то лучше сделай вид что глубоко задумалась или занята чем-то важным. И да, не пытайся меня бить. Я не настоящий и нахожусь сейчас лишь в твоей голове – попросил сидящий за столом Сереги Паршина Шон и даже не моргнул глазом, когда сквозь его лицо пролетела девичья ладонь. Предупреждение слегка запоздало и Кувайкова едва не навернулась, выписав иллюзии размашистую оплеуху. Тем временем, не дожидаясь пока буйная девица восстановит равновесие, Шолохов уже продолжил свою речь.
- Вопросов тоже не задавай. Я не отражение личности, а некий обрывочный образ, записанный в клеточную память моей крови. Такая вот колдовская флешка настроенная на твое прикосновение. Немного странный, но как оказалось, на практике довольно удобный инструмент. Еще можно сравнить эту возможность ссс…
- Да плевать с чем это можно сравнить!
- Хотя, это не важно. Постараюсь не увлекаться и не тратить твое время зря – будто предвидев претензию девушки, проговорил парень, а затем, видимо собравшись с решимостью, ринулся с места в карьер – Ты наверняка будешь ругаться и скорее всего меня возненавидишь, но… я и есть тот самый неуловимый убийца потрепавший всем нервы. Строгонов был абсолютно прав в своих догадках – признался Шон и замолчал почти на целую минуту, давая девушке время чтобы осознать и свыкнуться с этой ужасной мыслью. И решение было правильным. Лишь в одном Николай просчитался. Он почему-то решил, что после такого удара судьбы, всего одной минуты Алине хватит на то чтобы выйти из состояния грогги. Поэтому она, пропустив несколько следующих предложений, зацепилась мыслями за следующие очень важные слова.
- ...лично мне это ***** не нужно. За всеми семью убийствами стояла очень сильная эфирная сущность живущая внутри меня. Я не обретал каких либо способностей во время того ритуала. Нет. Просто эта сущность сделала меня своим сосудом и по ходу дела внесла свои небольшие коррективы. Он изменил мою кровь, наделив ее новыми свойствами и энергопроводимостью… но почему-то не излечил врожденную гемофилию редкой формы, сильно замедляющую сворачиваемость крови. Такая вот ирония судьбы. Которую скорее хочется назвать издевкой – Шолохов вновь замолчал, видимо вновь пропуская сквозь себя отголоски неприятного прошлого. И пока парень собирался с мыслями, девушка наконец-то взяла себя в руки и вернувшись на свое место, открыла первое попавшееся дело, чтобы создать хотя бы видимость деятельности для тех кто мог сюда войти.
- Моего ’’сожителя’’ зовут Хассассушем и его в древности наверное могли бы наречь богом. Но он только смеется когда я думаю об этом. Если верить его словам истинные боги это невероятно могущественные многомерные сущности, существующие одновременно сразу в нескольких параллельных слоях реальности… вот только к нам такие гости не заглядывали уже как минимум несколько тысяч лет. Ну а те кого мы по недомыслию называем богами являются лишь слабыми воплощениями стихий или общечеловеческих стремлений. Да и они из-за долгого отсутствия истинных богов и увядания энергетических потоков мира, практически поголовно отправились в бессрочную спячку, закапсулировавшись внутри неразрушимых предметов. Именно на такую штуковину и нарвался мой любопытный брат… на свою голову. Что дальше было ты уже знаешь. Ритуал прошел успешно и носителем древней сущности стал не предмет, а весь такой ’’удачливый’’ я.
- В целом Хассассуш оказался довольно спокойным соседом. Никуда не лезет, практически ни чем не интересуется, практически все время спит и лишь иногда надоедает своим высокомерным ворчанием. За полученные способности я бы наверное вытерпел и не такое, но у сожительства с такой сущностью все же имелись очень серьезные проблемы. Первая и самая главная… у людей в радиусе нескольких десятков километров сильно повышается степень внутреннего напряжения и агрессии что ведет к существенному росту количества преступлений. Из-за чего мне, чтобы не доводить ситуацию до катастрофы, примерно раз в три-четыре года приходится переезжать в другой город. Собственно именно поэтому меня и вышвырнули из Москвы. Стабильность столицы высоким умам была куда важнее парня с необычными способностями.
Ну а вторая проблема заключается в том, что сущность на меня свалилась далеко не мирная. Это воплощение жестокой охоты и оно, для увеличения своей силы периодически проводит ритуалы жатвы. Как я понял, слепой случай или сама судьба отмечает семерых людей и Хассассуш должен убить их в течении примерно двадцати дней. Он утверждает что даже если не убьет своих жертв то судьба, по окончанию отведенного срока, сама отвергнет их, организовав несчастный случай. Вот только я в это не верю и постоянно пытаюсь хоть как-то повлиять на результаты каждой охоты. В этот раз у меня даже почти получилось и если бы не глупость этой девчонки…
- Ты наверное удивишься, но первой жертвой стал не Коржиков младший. Во время задержания я пристрелил одного взбесившегося мен… мужика и мир засчитал это как свершившуюся жатву. Я понял это сразу как только почувствовал что мои возможности немного расширились, а я сам стал чуть сильнее. Жатва подтвердилась, а это значило что седьмая жертва уже ни к чему. Хассассуш согласился с моей просьбой и сказал что не будет убивать Ильину если судьба не потребует обратного. Я почти ее спас… но эта ****** дура вспомнила что видела меня в парке, после чего сразу началась стрельба… ну а дальше, наверное, ты уже знаешь. Воплощение не стало щадить эту дуру и завершило жатву восьмой жертвой.
- Когда все закончилось… Я долго думал и решил, что нет больше смысла тянуть и дольше давить своим присутствием на людей этого города. Раз уж сама судьба намекает на то, что пора уходить, я спорить с нею не стал. Попросил помощи у Хассассуша и при его поддержке изменил воспоминания всех своих знакомых и тех кто меня видел в тот день. Теперь они думают что я поругался со Строгоновым и психанув перевелся в другой город еще неделю назад. Такая вот простенькая легенда, в которую большинство поверило без какого-либо сопротивления. Хотел изменить память и тебе, но почему-то не стал. Хотя, помня о твоем завышенном чувстве справедливости… узнав что это именно я убил этих детишек, ты наверняка возненавидишь такого жуткого монстра и сама постараешься забыть о моем существовании – закончив свой длинный и в то же время очень короткий рассказ, Николай устало вздохнул и посмотрел на сидящую в полнейшей прострации от информационного удара девушку. Когда он записывал это сообщение ее конечно на том месте не было, но парень примерно представлял где она будет сидеть и какой подавленной окажется после его рассказа.
Алина поймала его взгляд, но практически сразу отвернулась, чувствуя что образ Шона смотрит сквозь нее и теряясь шторме разрывающих ее эмоций. Она хотела кричать и плакать, рычать от злости и колотить все что под руку подвернется, сидеть на месте без движения и куда-то бежать… Заметив движение девушка дернулась от неожиданности, а затем, сфокусировав размытый слезами взор, подставила голову под призрачные прикосновения его руки. Николай гладил ее по голове, постоянно промахиваясь и задевая лицо. Но Кувайкова не чувствовала этого, словно котенок, ластясь к его бесплотной руке и стараясь запомнить образ с пришибленно-виноватой улыбкой на очень усталом лице.
- Прости меня красавица, но я ухожу. На последок хочу сказать… - она надеялась услышать… что-то… что сможет тронуть ее сердце, но Шолохов вновь показал лишь свою черствость и банальную меркантильность. Он взмахом руки указал на сейф и негромко сказал Алине – Мне не нужна квартира в этом городе, а продавать ее слишком долго. Поэтому я просто написал дарственную на твое имя. Побегаешь немного по нотариусам и переоформишь ее на себя. Все документы лежат в сейфе. И еще! Там же лежит твой телефон. Я не знаю зачем это было нужно Хассассушу, но именно он, как оказалось, был тем странным вором. Как я понял… Ему очень понравились те конфеты и он, словно великой драгоценностью, делился ими с людьми… забирая у них взамен что-то равноценное. Конечно же по своему непонятному суждению о ценностях. Сумку я оставил у соседки, она тебе ее передаст. Ииии все наверное… - закончил Шолохов, медленно осматривая помещение в котором он проработал чуть больше трех лет. Взгляд его скользил по столам и стопкам папок, по мониторам и окнам по стенам… скользил но так и не находил других причин больше тут задерживаться. Печально вздохнув, он все же сказал эти последние и самые печальные слова – Ну что Аливка, давай прощаться. Признаюсь честно, мне было очень приятно с тобой работать. Если бы ты еще не домогалась меня каждый день… - не договорив, Шолохов натянуто улыбнулся и видимо не найдясь что еще сказать, просто оборвал свое сообщение. Образ его подернулся туманом и начал стремительно растворяться в пространстве комнаты. Всего несколько секунд и вот уже Кувайкова вновь сидит в одиночестве, не зная каким путем направить свои, пришедшие в полнейший раздрай мысли. Она невидяще смотрела на стол, пропуская мимо своего сознания мгновения и целые минуты. Алина не понимала как быть дальше… и в какой-то момент, не выдержав давления тишины, зло и громко выкрикнула.
- ****! Какого **** тут вообще происходит – вот только Алина даже не предполагала, что получит хоть какой-то ответ на этот вопрос.
- Если честно… я даже не знаю – несмело ответил стоящий в дверях субтильный мужчина в очках, а потом даже шагнул назад, встретившись с переполненным злостью взглядом девушки.
- Чего надо!?
- Да я… Меня… Меня направили к вам. Сказали что вы можете принять заявление о пропаже собаки – несмело ответил мужчина, уже жалея о том, что обратился со своей проблемой в полицию
- Я только что узнала, что мой парень сбежал от меня в другой город. Сама сейчас чувствую себя собакой. Очень хочется кого-нибудь покусать или загрызть – и быстро успокаиваясь, посоветовала недотепе – Иди обратно к дежурному, пусть он принимает ваше заявление. Лично я прямо сейчас ухожу на выходной. Очень хочется поплакать и напиться. Желательно несколько раз подряд и чередуя это дело с поеданием тортиков.
- Понял вас девушка. Понял… - ответил мужчина и даже не успев сделать и шага, замер на месте, услышав грозный окрик «Стоять!» от видимо передумавшей буйной девицы.
- Есть фото собаки? – пока мужчина медленно подходил к ненормальной полицейской и копался в сумке, Кувайкова уже достала из сейфа свой телефон и набрала нужный номер. Недолгое ожидание и вот уже ей отвечают – Здравствуйте Роман. Это напарница Николая Шолохова вас беспокоит… Да-да. Шашлык, подземка, оружие, вы правильно поняли… Он сам уехал по своим делам в другой город, но оставил мне ваши контакты на всякий случай… Ага, случай подвернулся быстро… Не поверите, у нас опять проблемы с собаками. Уже достали эти безрукие собачники, совсем за своими питомцами не следят… Что, забегала к вам?... Ну добили и добили, чего она с порванным брюхом мучилась бы… Да-да, опишите пожалуйста как она выглядела… Ага… Ага… И ошейник с сердечком, все верно. Это наша потеряшка… Подождите, сейчас уточню у хозяина, он тут рядом стоит – сверив описания диггера с фотографией, Алина подняла взгляд и уточнила у побледневшего мужичка в очках – Собака померла и ее уже прикопали. Тут люди спрашивают, вам ошейник нужен? – хозяин беглой псины не выходя из ошарашенного состояния медленно кивнул, даже толком не поняв вопроса, но Кувайкова приняла это за ответ.
- Говорит нужен. Наверное тоже какой-нибудь дорогой… Ага… Только есть проблема. У меня машины нет. Если вам не сложно, завезите как-нибудь этот ошейник к нам в отдел… Да, отдайте его дежурному. Я его предупрежу… Отлично. Большое вам спасибо Роман. Вы меня сильно выручите… Еще раз спасибо – закончив разговор, девушка положила телефон на стол и победно вскинула руку – Дело раскрыто по горячим следам. Вам выговор за то что не следили за собакой. Ошейник заберете завтра у дежурного – и не дожидаясь ответа от мужчины, резко повысив голос, гаркнула на него – А теперь валите отсюда! Нашли ***** Эйс Винтуру! Это полиция, а не отдел по розыску песиков. Валите уже! Не мешайте мне грустить в одиночестве – последние слова Алина договаривала уже в закрывшуюся за мужчиной дверь.
Только вот, оставшись в одиночестве, грустить она не стала. Подумала немного, прокручивая в голове начало этого долбанутого дня… а потом сдалась и с головой окунулась в работу. Это решение стало отличной таблеткой от печали и хандры. А еще доказательством того что трудоголизм тоже заразен и иногда передается половым путем. И по этому поводу можно было винить лишь одного трусливого беглеца, не решившегося встретиться с близким человеком перед расставанием. Такое малодушие можно было лишь порицать… и изредка смотреть в окно, надеясь на новую встречу.
Эпилог
Трудовая терапия принесла свои плоды. Всего за один день девушка успела раскрыть два преступления и обработать практически все дела на столе лейтенанта Паршина. Но главным достижением для Алины стало то, что она, нырнув в этот рабочий завал, ни разу за весь день не вспомнила о Шоне и его необычном сообщении. И лишь когда Кувайкова, уже в девятом часу вечера, поднималась по лестнице, направляясь теперь уже наверное в свою квартиру… Почувствовав как на нее вновь наваливается тяжелый ком противоречивых мыслей и эмоций, она наконец-то поняла что его там уже не будет. И почему-то сразу захотелось вернуться на работу и вновь закопаться с головой в ворохе документов и чужих судеб. Вот только бежать вечно от этой проблемы было нельзя и в какой-то момент ей все равно пришлось бы разобраться со своими чувствами и отношением к этой ситуации. Поэтому девушка взяла себя в руки и продолжила свой путь. Вот только, оказавшись на нужном этаже, она не стала спешить и открывать дверь, а вместо этого несколько раз нажала на звонок соседней квартиры.
- Алиночка, это ты? Заходи моя девочка, я как раз чайку на ночь глядя решила попить. Посидим с тобою, поболтаем – говорила обрадованная гостье Лидия Сергеевна. Ей явно было интересно, что же там произошло у этой странной парочки по соседству, вот только у Кувайковой не было ни малейшего желания тешить ее любопытство.
- Извините Лидия Сергеевна, но я очень устала на работе. Сейчас, наверное, приму душ и сразу пойду спать – отказалась от приглашения девушка и не давая соседке времени на уговоры, сразу перешла к своему делу – Шон сказал что нашел мою украденную сумку и оставил ее у вас. Хотела ее забрать, а то без нее как без рук.
- Понимаю-понимаю. Сейчас-сейчас – проговорила женщина и поспешила скрыться в квартире. Правда не прошло и десяти секунд ожидания, как она вновь вышла на площадку и вручила пропажу Кувайковой – Вот девочка моя, держи. Видимо Коленька, по дурости своей, ручку немного порвал, но там только шов немного отошел и я уже все починила. Как новенькая теперь выглядит – пояснила соседка, демонстрируя проблему. Алина посмотрела на стык ручки и самой сумки, но не смогла заметить даже стежков и от души поблагодарила заботливую соседку.
- Ой да ладно тебе девонька, делов то там было всего на минуту – помахала рукой Лидия Сергеевна и видимо надеясь на то что теперь девушка ей не откажет, наконец-то озвучила свой вопрос.
- Получается, ты созванивалась с Колей? А ведь я ему звоню, а он мне не отвечает. Непутный мальчишка! Сколько лет живем по-соседству, а не может взять трубку и сказать хотя бы несколько слов. Я же за него волнуюсь. Залетел вчера вечером как ураган, всучил мне эту сумку, сказал что переезжает и испарился словно туман к обеду – женщина даже топнула от переполняющего ее негодования – Все у вас молодых как-то не так. Торопитесь куда-то, работаете без конца, зачем-то спешите, а настоящей жизни то и не видите. Могли бы хоть ненадолго остановиться, отдышаться, посмотреть вокруг… но нет, закусили удила и мчат не пойми куда!
- Нет, я ему тоже не смогла дозвониться. Наверное звук на телефоне выключил или вообще его выбросил. Он мне просто письмо на работе оставил и документы на квартиру. Написал, что уже уехал из города и даже не сказал куда.
- Короче, сбежал от тебя стервец. Так и говори - подытожила Лидия Сергеевна и хмуря густые брови уточнила – И что, у него была такая веская причина? Неужели так сильно поссорился с тобой?
- Не со мной. Он тут недавно на задержании мужика одного подстрелил… смертельно. Еще девчонку молодую не смог от убийцы защитить. И с нашим главным начальником из-за чего-то в пух и прах разругался… Видимо все это на него разом навалилось и он из-за этого и психанул. Оборвал все связи и через отца, очень важного человека в Москве, оформил задним числом перевод куда-то на север. Видимо как можно дальше отсюда. Ну и вот… - судя по всему, менять память соседки Шон не стал, но Кувайкова все равно озвучила созданную им версию. Ну не рассказывать же Лидии Сергеевне про всякую мистику и непонятную тварь, живущую в ее соседе.
- Ох как все у вас там на работе не просто. То-то я гляжу, он постоянно бледный домой приходил и всегда с какими-то ранами и ссадинами. Опасно, наверное, у вас там – посетовала встревоженная соседка, видимо представляя себе всякие перестрелки из ежедневных сериалов про полицию.
- Ага. Сама недавно чуть железным прутом по голове не получила. Коля едва успел меня от удара этого психа спасти. Я тогда от испуга и стресса даже сознание потеряла и ему пришлось скорую вызывать. Благо там ничего серьезного не было. Пятку только сильно порезала и несколько царапин на ногах заработала.
- Ой, страсти то какие ты мне рассказываешь. Это не работа у вас, а прямо каторга какая-то. И чего вы все в полицейские эти лезете. Что, совсем нет других, более мирных профессий?
- Да есть конечно. Вот только если не мы, то кто тогда людей от преступности защищать будет? Человек паук? Или ваш Глухарь из телевизора?
- Права ты девонька… вот только жалко вас. Такие молодые и у же под пули лезете – вновь посетовала соседка и неожиданно меняя тему, уточнила – А на счет паука то. Своего питомца Аркадия он тоже, наверное, оставил. Я только сейчас о нем вспомнила. Сидит наверное сейчас восьмилапый, совсем голодный. А я ему даже мух не наловила. Охохо, совсем уже память меня подводит. Пойду посмотрю, может на липучке кто еще жужжит – женщина шагнула в сторону двери, явно намереваясь хоть чем-то покормить паука, но неожиданно остановилась и уточнила у Кувайковой – Я так тебя и не спросила… Ты чего дальше то делать собираешься с этим беглецом? Все так и оставишь или у тебя есть какие-то другие варианты? – этот вопрос как обухом огрел девушку по голове и она, растерянно хлопая глазами, попыталась найти на него ответ. Вот только, ища его, она капнула чуть глубже и не нашла на дне своей души ничего… кроме злости на этого идиота. Злость за то, что он не дал ей возможности какого-либо выбора и просто поставил ее перед фактом их расставания. И это просто взбесило девушку. Ну а когда Алина пропустила сквозь себя это жаркое чувство, то и ответ на прозвучавший вопрос нашелся сам собой.
- Я работаю меньше месяца и по факту не являюсь там ни кем. Мне нужно постараться и добиться как минимум звания младшего лейтенанта. И только после этого я наверное смогу подать запрос на перевод в другой город. Если его одобрят… я найду этого идиота и надаю ему по шее! Убегать он удумал. Я ему такое там устрою…!
- Правильно Алиночка. И от меня этому дураку добавь – полностью одобрила такое решение Лидия Сергеевна - Совсем мужики распоясались, от счастья своего убегать вздумали! Обязательно дай ему по шее. А если не поймет, то и между ног ему садани. Может хотя бы через боль он поймет, что без взаимопонимания и доверия отношения не построить. Оно так всегда было и так же и через сотни лет будет. И проще уж точно не станет. Так что девочка уж постарайся хотя бы ты, раз тебе судьба такого дурака подкинула – сказав что хотела, соседка убежала на охоту за мухами, а Алина, вставив ключ в замочную скважину, так и застыла перед закрытой дверью, прокручивая в голове все услышанное и каждый раз цепляясь мыслями за одно и то же слово.
- Судьба… судьба… судьба… Видимо она все же существует… И в отличии от тебя, я с нею спорить не собираюсь. Так что жди меня Коля. Я тебе еще устрою веселую жизнь. Тебе и дух охоты не поможет от меня спастись. Такова твоя судьба – наконец-то сформулировала свою злую мысль девушка и впервые за весь этот день на ее губах появилась искренняя улыбка, а на душе сразу же стало легче – Да. Такова и моя судьба. Так что даже не надейся на спокойную жизнь, мой глупый-глупый шаман.
«Можешь считать, что охота теперь открыта и на тебя. Охота на пугливую и пытающуюся сбежать дичь».
Конец книги.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге