Поймать воздух свободы

Глава 1

Студию наполняла музыка Людовика Эйнауди, которая отражала душевное состояние Оливии в последнее время. Внешнее опустошение с глубинным криком от несправедливости и нескончаемой боли разрывали ее изнутри, поэтому она отдавалась вся в этот миг, в каждом движении, в каждой связке танца, при этом толком не видя ничего перед собой от слез. Эти двадцать минут перед тем как придет следующая группа единственное время для выплеска эмоций. Ее тренировка давно закончилась, но девушка совсем не горела желанием возвращаться домой. Мать в очередной раз начнет свою тираду о предстоящих соревнованиях, через несколько месяцев, на которые она возлагает большие надежды. Для девушки эти соревнования не имеют абсолютно никакого значения. Они все для нее стали обычной посредственностью.

Художественная гимнастика стала для Оливии вечным наказанием, от которого она не сможет никак откреститься. Хоть она и занимается им с раннего детства, боль, которую она испытывала еще тогда, до сих пор не исчезла. Каждый раз делая резкие движения, назад выворачивая спину, отдают огромной болью в позвоночнике, но, чтобы она не говорила матери об этом, та ей не верит. Лишь усмехается и говорит, что эта схема с ней не пройдет. Девушка пыталась сама обратиться к врачу, но как оказалось у матери есть и там свои «уши». Она даже не успела войти в кабинет, как мать появилась перед ней и схватив за локоть вытащила из больницы. В тот вечер, чего только она не выслушала от нее, что та ее позорит, что она никчемная, вся в отца, что та так и знала, что она возьмёт большее от этого бесхребетного негодяя и даже получила пару тройку новых синяков, которые она научилась тщательно скрывать со временем.

Музыка закончилась, и Оливия упала на колени без сил. Дыхание сбито, в глазах темнеет от недостатка кислорода. Белые пряди выбились из гульки и спадали на лицо. Она упиралась руками о пол и спрятав голову в плечах продолжала рыдать. Ее прежде ярко голубые глаза давно потеряли блеск, они потухли. Задорный смех сменила натянутая улыбка и то используемая только на выступлениях. Она не могла понять, за что судьба с ней так, почему ей приходиться проходить через все это. И каждый раз не находит на это ответ.

Спустя некоторое время, уже на автомате, она выходит из здания повесив на свое плечо рюкзак с вещами. Потом она идет на остановку, садится в автобус и едет до конечной, специально чтобы продлить свое одиночество.

В этот раз что-то пошло не по плану.

Как только она вышла на улицу, чуть не сбив с ног на нее налетела лучшая подруга. Эва Морис – дочь близкой коллеги ее матери и по совместительству единственная подруга Оливии. Вихрь кучерявых черных волос прыгала и радовалась вокруг девушки, только было не понятно, что именно ее так веселило: их встреча или очередная безумная идея, пришедшая ей в голову.

- Оливия! Боже, ты даже не представляешь, ты просто не представляешь, что я узнала! – Она так искрила радостью, что было довольно сложно обычному человеку не заразится этой эмоцией, Оливия же привыкла к такому за многолетнюю дружбу.

- Эва, я тоже рада тебя видеть. Давай выкладывай, следопыт.

В свои двадцать Эва походила на маленького ребенка в периоды нахлынувших эмоций. Она старше за девушку на два года, но иногда кажется, что все наоборот. Благо ее детская натура проявляется только с теми, кому она доверяет, в остальных же случаях она довольно настырная, целеустремленная и безумно обожает новости и сплетни. Не зря же она подалась в журналистику. Подруга немного ниже Оливии ростом, метр шестьдесят семь, из-за чего она часто психует и говорит кто старше тот и должен быть выше, после чего обувает туфли на высоком каблуке. Эва красивая девушка со стройной фигурой, словно песочные часы, плоский живот, среднего размера грудь и широкие бедра. Ее слегка круглой формы лицо наделено большими пухлыми губами, маленьким слегка курносым носиком и прямыми черными бровями, а ее глаза медового оттенка обрамляют длинные густые ресницы. Оливии очень нравятся ее волосы иссиня-черного цвета, длинные до самой талии, густые и вьются такими крупными локонами, словно она специально их накручивает. Для девушки Эва единственная возможность дышать свежим воздухом, которую она очень сильно любит и рада, что она у нее есть.

Хоть в детстве и были у них натянутые отношения и часто Эва по своей наивности сдавала ее матери, сейчас же они стоят друг за другом горой и помогают друг другу если это необходимо.

- Сегодня мне сообщили, что Фрайхайц устроят очередной бунт на одном заброшенном пляже! Оливия, ты представляешь? Их не было несколько месяцев, а тут они вновь возвращаются. Я снова смогу написать об этом статью. Мы сможем их увидеть. Да! Да! Да! Ура! – Подруга резко обняла девушку за плечи и стала мотать их из стороны в сторону, при этом крича ей на ухо свои радостные возгласы.

Фрайхайц или же Freiheit, что с немецкого означает «Свобода» местная банда уличных танцоров, которые во время своих протестов наводят огромное количество шума вокруг. Они начинают свое «представление» каждый раз, когда происходит какое-то событие, связанное с полицией или принятием новых законов. Оливия никогда не видела их в живую, да и ее мать этого не допускала. Эва же просто помешана на этих ребятах, то количество статей, которые она о них написала не счесть на пальцах двух рук. Девушку привлекает не столько их протесты, сколько один из участников этой банды – Итан Ли. Этнический кореец, правая рука их лидера. Единственный человек о ком мало что известно. Как бы Эва не пыталась узнать о нем подробности ничего у нее не выходило. То, что он ей нравится так же играет не малую роль в том, что она гоняется за ними по всему Лос-Анджелесу.

- Эва! Подруга, я конечно за тебя очень рада, но ты меня сейчас и задушишь, и оглушишь. – У Оливии наконец-то получилось высвободится из хватки Эвы и даже немного помотала головой чтобы убрать звенящий шум в ушах.

- Прости-прости, просто я так рада, так рада ты просто не представляешь. – Ее глаза сияли настолько ярко, что казалось сейчас будут светиться ярким светом.

- Юный Шерлок, я все понимаю и поздравляю тебя. Только, что ты забыла здесь? Заброшенный пляж в сорока минутах езды отсюда. Ты ничего не перепутала?

- Как что? За тобой приехала. Что за странные вопросы? Я же не поеду туда одна. – Она сделала такое выражение лица будто сказала очевидную фразу.

- За мной? Эва, сегодня вторник, а сейчас уже двадцать минут восьмого, мне через час нужно быть дома. Меня мать убьет, если я снова опоздаю. Ты походу перепутала дни, детка. Хватит столько работать, тебе пора в отпуск. – Оливии буквально на минуту показалось, что ее подруга сошла с ума, но буквально через мгновение она в этом убедилась.

-Да, я в курсе, что сегодня вторник. Твою маму я беру на себя, ты же знаешь меня она любит.

- Ага, конечно, она тебя любит только из-за того, что твоя мама ее близкая подруга и в придачу коллега. Исключительно только из-за этого. В других случая, к сожалению, она бы к тебе относилась точно так же, как и к остальным.

- Ауч, а вот это было обидно. – Подруга встрепенулась. – Так, не отходи от самой главной темы. Ливи, неужели ты меня бросишь в такую минуту? – Эва состроила такую гримасу будто сейчас заплачет.

- А где твой помощник, почему ты не поедешь с ним?

- Он чем-то отравился и весь день обнимается с белым другом.

Оливия посмотрела на нее с недоверием и отошла немного в сторону. Девушка размышляла о том, как ей правильно поступить. Она понимала, что дома будет вновь скандал, которого ей и так не избежать, если она приедет поздно, но и ей в то же время хотелось посмотреть на этих загадочных парней. Мать Оливии должна была сегодня приехать немного позже из-за деловой встречи, есть вариант, что она может успеть, но и это не факт, ведь все может перенестись или закончиться раньше. Это была монета с одинаковыми сторонами, как не посмотри тот же итог.

- Чего встала? Поехали пока я не передумала. – Эва обрадовалась и побежала скорее на своих каблуках к машине.

- Правильно, детка, это верный выбор. Живем один раз! – Крикнула она и заскочила на водительское место.

Оливия села в машину и откинула на сиденье. Будь, что будет решила она, хоть в груди и тряслось сердце от страха.

Глава 2

Дорога до пляжа заняла намного меньше времени чем думала Оливия, а все дело в том, что ее любимая подруга так спешила поскорее увидеть нравившегося ей парня, что несколько раз превысила допустимую скорость раза в два.

Самым эпичным был момент, когда по радио заиграла песня группы Stray kids, которые сейчас набирают все больше и больше популярности в Америке. На моменте припева Эва выжала до конца педаль газа и машина помчалась на высокой скорости в саму неизвестность. Этот момент был одновременно и страшным, для Оливии, и моментом полной свободы. Именно того чувства, которого ей так в жизни не хватает. От адреналина по телу разбежались мурашки. Эва открыла все окна впуская вечерний воздух, который обволакивал их тела.

Если хочешь пойти поиграть, начни с меня.

И монстров в моей голове, в моей голове

Эти две несчастные строки совершенно случайной песни будто несказанные слова Оливией матери, которые она так отчаянно хотела высказать ей, но каждый раз страх перед ней становится на первое место не давая отстоять свои права. Девушке так понравилась эта песня, что она тут же добавила ее в свой секретный от матери плей-лист. Ей захотелось по больше узнать об этих бродячих детях, есть у нее такое предчувствие, что их песни ей понравятся.

Оливия даже не заметила того как машина остановилась, и ее подруга вышла наружу. Она сразу же поспешила за ней. На улице в это время года уже темно, солнце как пару часов село на горизонте. Вокруг было темно, лишь ближе к океану были видны огни. Пройдя поближе у Оливии открылся рот от удивления, она никак не ожидала увидеть такой красоты. Это было дерзко, броско и вызывающе, но и так привлекательно, что хотелось остаться здесь по дольше. По всему периметру были расставлены бочки с горящим огнем, высокие столбы на вышке, которых так же пылало пламя. В некоторых местах расставлены костры с такой силой, что сложно было даже туда подойти. Людей уже к этому времени на собиралось много, да так, что подругам пришлось протискиваться сквозь них, чтобы пройти поближе к эпицентру и не поранится.

Заиграла какая-то музыка вероятнее всего, что это был фонк, позже Оливия убедилась в этом. Со всех возможных колонок разносился трек TRXVELLER с такими басами, что внутри дрожали органы. Народ вокруг веселился и предвкушал начало представления. Эва крепко держала подругу за руку, чтобы та не потерялась в толпе, она даже успела ухватить свой фотоаппарат чтобы запечатлеть это зрелище. Пробравшись в самый центр девушки переглянулись и улыбнувшись друг другу стали осматриваться, пытаясь найти виновников этого «мероприятия».

- Сегодня будет мощно. – Вдруг сказал какой-то парень, стоящий за спиной Оливии.

- Да, в этот раз они еще больше приложили работы. – Ответил ему второй.

Оливия сразу хотела не обращать внимания, но почему-то ее заинтересовал следующий вопрос.

- А ты не в курсе чего они в этот раз закобенились? – Снова задал вопрос первый.

- А как же, вчера было принято решение о помиловании преступника, который надругался над сестрой Олина. – Ответил ему тот.

- Олин – это тот чувак из банды Алана? Мелкий такой, да?

- Да, со шрамом на лице. Он пытался сам расправится с этим ничтожеством, но ему помешал вовремя Алан и не дал наворотить дел. Правда тот успел поранить Олина, вот и остался шрам.

- А сестра его где сейчас?

- Она умерла через несколько недель от полученных травм и разрывов. Чувак чуть сам за ней отправился так горевал. Босс их реально хорош, другой бы давно бросил и оставил на произвол судьбы, а этот же нет. Борется за каждого до последнего.

- Алан, да, тот еще борец. Уважаю.

- Поддерживаю.

Дальше их разговор пошел в другое русло и Оливии уже было не интересно их слушать. После услышанного ей захотелось лично посмотреть на главаря их банды. Что же он за герой такой, которого все так хвалят?

В колонках заиграл трек MASSANO и все, кто стоял ближе к воде стали расступаться. Девушки заметили идущих из воды людей с факелами в руках, словно боги они выходили на берег под такт музыки. Их было около двадцати, большинство парней, только четыре девушки смогла насчитать Оливия. Все были одеты примерно в одной цветовой гамме: бежево-коричневой. Большинство парней были с голым торсом, только на некоторых из них было какое-то подобие футболки. Те, кто красовался своим телом нанесли красками отметины, которые напоминали ранения или царапины. Девушки были одеты в бежевые топы и в такой же тон шорты.

Ближе к середине трека они вышли на берег и выстроились по своим местам. Девушки стояли в четырех углах, вероятно обозначая грани территории. Остальные же стояли в шахматном порядке выделяя лишь одну фигуру в центре. Вокруг было достаточно освещения, поэтому Оливия пыталась рассматривать всех.

Когда музыка стала ускорятся все участники стали потрясывать своим телом будто их ударило током, вскоре все вокруг погрузилось в безумных отблеск четко спланированных движений. Здесь было смешано несколько жанров, по крайней мере тех, что знала Оливия. Девушки, стоящие по углам, смешивали вог, тверк и хип-хоп. Парни же вмещали в себя четкий синхрон хип-хопа, брейк-дэнса и дэнсхолла. Двое парней делали сальто и что-то похожее на паркур, только по мелким траекториям. Все было настолько разным, но в то же время красивым, что Оливия не могла отвести взгляд.

На фоне играли все более и более знакомые треки Bewhy, EME и многих других. Толпа вместе с бандой танцевала под музыку. Подруги не исключение. Они отрывались вместе со всеми словно это их последний день на этой планете.

Оливии очень понравилась сцена кукловода под трек EVE, где была разыграна сцена, будто стоящий в центре невидимыми нитями оттягивает к себе и не дает освободится другим участникам, стоящим по кругу от него. Они хватались за свое горло словно там давящий ошейник. Это так поразило Оливию, что та непроизвольно поставила себя на их место и поняла насколько это с ней похоже. То, как ее мать держит на невидимом поводке и не дает дышать спокойно. Мурашки не сходили с ее тела, а после этого пробежала еще одна их волна.

Присмотревшись девушка нашла того парня со шрамом и хоть она его не знает, но ей захотелось его пожалеть. Терять того, кого ты любишь всегда больно.

- Ливи! – позвала ее Эва. – Смотри вот видишь в первом ряду второй парень стоит? – Девушка кивнула в знак согласия. – Это Итан, правда он красавчик?

Оливия присмотрелась и теперь смогла разглядеть этого паренька. Он был где-то примерно метр восемьдесят с чем-то ростом, довольно симпатичный, во вкусе ее подруги так это точно. У этого Итана красивое подтянутое тело, рельефные мышцы живота, судя по всему он много времени тратит на тренировки, раз уж добился такого результата, подкаченные ноги, широкий разворот плеч. И явно, что он много старается над своими бицепсами и грудью. На правой руке у него забит рукав. На лицо он тоже довольно хорош: круглый тип лица, прямой нос, верхняя губа немного меньше чем нижняя, круглые глаза более глубокого цвета – темно-карего, высоко посаженные густые брови, в правой проколот пирсинг, так же в ушах есть несколько сережек. Такой вот бунтарь. Черные густые волосы по бокам и на затылке короткие, а сверху более длинные с челкой до бровей.

Эва не могла наглядеться на Итана. Девушка настолько сильно была в него влюблена, что с трудом сдерживала себя, чтобы не натворить глупостей. Она специально и взяла с собой Оливию, чтобы та смогла остановить ее если вдруг что-то пойдет не по плану. То, как он двигался, какие эмоции проскальзывали на его лице пробуждали внутри нее такой прилив эндорфина, что она готова была свернуть горы лишь бы наконец-то стать ближе с ним.

Они как-то однажды уже встречались лично, но парень довольно в грубой форме дал ей понять, что у них ничего не выйдет, но Эва не может выбросить его из головы. Она винит себя во всем, что мол она какая-то не такая, но на людях и даже при Оливии не показывает этого. Это ее личное, ее чувства, которые она не желает раскрывать.

Итан же был целиком и полностью погружен в процесс выступления. Через несколько минут ему предстоит управлять огнем и нужно чтобы все прошло гладко. Все движения доведены до автоматизма, поэтому он просто отдается танцу. Это то чем он живет, то чем заряжается его душа. Переглянувшись с Аланом, он понимает намек – пора. В тот самый момент включается трек Starsetи толпу охватывает гул. Схватив пои Итан выходит в самый центр вместе Аланом, который также уже держал их главных помощников в руках. Под рок и пение толпы они начали свое личное фаер-шоу. Это их стихия, их мир и никто не посмеет его разрушить.

Эва и Оливия хором выкрикивали слова My demons. Вокруг витала удивительная атмосфера, та которую никогда прежде Оливия не испытывала. Этот миг свободы и искреннего счастья захватил все ее тело. Она одновременно и смеялась, и плакала по максимум впитывая этот момент в свою память.

Эва показала ей во время шоу главаря этой банды – Алана Майера. Так же успела она и пересказать часть его личной истории. Что ему двадцать четыре года, что он родом из Германии, это и было понятно по немецкому названию банды. Что еще будучи маленьким мальчиком он приехал сюда с родителями. И вот уже как года три-четыре он управляет этой бандой. Все участники, когда-то попали в беду, но Алан вытащил их со дна, что довольно смело с его стороны. Так же, Эва рассказала, что после каждого их такого выступления где-то в другом конце города появятся огромные протестные граффити, которые и готовят в момент выступления.

Алан Майер ростом примерно под метр девяносто, возможно немного меньше. По своему телосложению на ровне с Итаном, что может говорить о том, что эти ребята и вправду проводят много времени вместе. Со слов Эвы они как братья, везде друг за другом таскаются. Татуировок у него больше чем у Итана: на правой руке набита вьющаяся от запястья до плеча змея, а шея и грудь забита различными узорами. Они показались для Оливии очень привлекательными. Она себе тоже хотела тату, но мать категорически против этого, что и останавливает ее. Так же девушка обратила внимание на его большие, крепкие ладони, в которые ее кисти бы точно утонули, по крайней мере так ей показалось. На лицо он был обычным парнем: овальный тип лица с выраженными скулами и линией челюсти, прямой среднего размера нос, густые прямые брови, обычные европейские глаза зеленого цвета, средней пухлости губы с выраженной над губной галочкой и маленькие заостренные уши. Густые русые волосы со слегка вьющейся челкой. Стрижка называется Фэйд вроде как.

Внешность у него совершенно обыкновенная, но было что-то такое, что манило ее. Так или иначе ее взгляд останавливался на нем. Возможно это сила, которая исходит от него или просто хорошая харизма, сложно дать ответ, но благодаря ему Оливия сейчас чувствует себя собой.

Все потеряли счет времени и даже сразу не заметили, как подъехала полиция. На весь пляж раздался сигнал мигалки, включенной на машине и в этот самый момент все бросились на утеки. Эва среагировала моментально, схватив подругу за руку и побежав в сторону стоянки, где они ранее оставили ее машину. Оливия же так испугалась, что несколько раз от страха чуть не упала. Она боялась не так сильно попасться полиции, сколько реакции матери, если их заберут в участок. Девушка понимала, что ее гнев намного сильнее на ней скажется чем обычный штраф. Воздуха не хватало в легких от того как быстро они бежали, но в этом тоже есть плюс, никто не видел их машину поэтому добежав до цели они запрыгнули в салон и помчались прочь с этого места.

Время уже близилось к полуночи, когда машина остановилась возле дома Оливии. Свет не горел в окнах, и она надеялась, что мать не заметила ее отсутствия. Попрощавшись с подругой, она достала ключи из кармана спортивной сумки и открыла дверь. В доме царила полнейшая тишина, не было даже слышно работающей техники на кухне, только сердце в груди стучало так быстро, что сбивалось дыхание. Оно будто чуяло неладное или это был страх перед гневом матери Оливия сама этого не понимала.

Разувшись на носочках, девушка шагала к лестнице, которая вела на второй этаж, где располагалась ее комната. В тот момент, когда одна ее нога уже находилась на первой ступени за ее спиной в коридоре загорелся свет и тогда она поняла, что попалась. Замерев буквально на несколько секунд, она мечтала в этот миг просто раствориться, исчезнуть, провалиться сквозь землю. Да что угодно лишь бы не выслушивать в очередной раз от матери едкие слова. Смерившись с ситуацией Оливия повернулась на сто восемьдесят градусов. Перед ней стояла, примерно такого же роста, как и она, стройная женщина тридцати шести лет. Ее волосы с золотым отливом были заплетены в тугую гульку, а такую она делала только в очень плохом настроении. Тонкие руки скрещены на груди. На овальном лице четко читается гнев: восходящие брови подняты вверх, в темно голубых глазах отражается такое презрение и отвращение, что совсем не хочется там задерживаться, челюсть напряжена, голова гордо поднята вверх. Пухлые губы поджаты, будто она с трудом себя сдерживает. Она была одета в синюю блузку с бантом, свисающим с шеи и черные брюки клеш. У Оливии сложилось такое впечатление будто ее мать сама только вернулась домой.

- Привет, мам. А ты почему не спишь? Ты только вернулась домой? – Девушка старалась говорить спокойно и не выдавать своего волнения.

- Ты время видела? Или ты совсем совесть потеряла? – Она стала наступать на Оливию и будто бы возвышаться над ней чувствуя ее страх.

- Телефон разрядился, прости. – Оливия опустила голову, не выдержав взгляда матери.

- Кто он?

- Что? О чем ты? – Девушка посмотрела на мать, не понимая к чему она клонит.

- Не притворяйся глупой, пожалуйста. Кто тот мальчишка, с которым ты шлялась до такого часу? – Ее тон с каждым словом повышался, еще чу-чуть и она перейдет на крик, снова.

- Мам, да какой мальчишка, о чем ты? Я была с Эвой. – Оливия не видела смысла врать ведь прекрасно знала, что та все равно не поверит.

- Не ври мне. Знаю я ваши эти отмазки, тоже знаешь ли когда-то была молодой, пока тебя не родила. – Это больно скользнуло по Оливии, но она не заостряла на этом внимания, уже привыкла к таким выходкам матери.

Вымученно вздохнув она потихоньку стала разворачиваться к лестнице.

- Ну и не верь. Ты никогда мне не веришь. Классика. Позвони Эве или ее матери если хочешь, они подтвердят, что я была с ней.

Оливия поднялась на несколько ступеней прежде чем услышала от матери слова, которыми заканчивается каждый их разговор.

- А ну стой соплячка, я тебя не отпускала! – Переходя на русский в полном гневе она, как и всегда обзывает всячески дочь и схватив ту за волосы приводит в действия ее «воспитательные» меры.

Глава 3

Оливия не спала всю ночь. Ее глаза не могли сомкнуться ни на минуту. Она рыдала, закрыв плотно рот ладонями, чтобы мать не услышала ее вскрики. Девушку распирала изнутри обида таких масштабов, что она еле сдерживала ее. Она винила судьбу за такое предназначение – жить в заточении. Ей было больно, как физически от «воспитательного процесса», так и морально за то, что у нее нет ни свободы, ни права выбора. Она словно птица в клетке или же кукла, которой управляет кукловод – ее собственная мать.

Каролина Нилл – тридцати шести летняя мать юной восемнадцати летней Оливии. Когда-то подающая большие надежды на получение множества наград в художественной гимнастике рано встретила первую любовь, рано вышла замуж, при этом забеременев. Отец Оливии был рад ее рождению, а вот мать сомневалась в своем решении, так как беременность закрыла ей возможность продолжить карьеру. Как бы грустно это не звучало, но, когда Оливии было около семи лет, ее родители развелись, а уже через год они переехали в Америку. Каролина очень тяжело перенесла расставание. Она считала, что весь мир отвернулся от нее. Что она никому не нужна, что все ее предали и никому нельзя доверять. Она приняла решение начать все с чистого листа переехав на другой конец света из России в США. Женщина хотела оставить дочь в Москве со своими родителями, что бы та не напоминала о ее прошлом, но в последний момент изменила свое решение. Она поставила себе цель не дать ей совершить тех же ошибок что и она когда-то, ограничив при этом во всем: в еде, чтобы она сохраняла фигуру; в общении со сверстниками, в особенности с мужским полом, чтобы она не забивала ими себе голову. Четкий распорядок дня, ни каких отклонений, никаких больничных, ничего, только работа, работа и еще раз работа.

При малейшем нарушении Каролина выходит из себя, если дочь задерживалась после тренировки хоть на двадцать минут, в ее голове возникают мысли что где-то она явно с мужчиной и другого оправдания этому нет. Женщина не принимает во внимание того факта, что автобус может задержаться или же какое-то происшествие могло произойти, ничего из этого, только то, что дочь совершает ошибку. Каролина стала помешана на этой теме за столько лет, это уже напоминает паранойю, чем адекватную реакцию родителя. У женщины же были и свои тайны от дочери, которые она не планировала раскрывать, но и становиться мягче считала низким для себя.

Начиная с понедельника Оливия делала все словно робот. Она не чувствовала жизни, лишь приказы, приказы и приказы. Каждый день по кругу: завтрак, школа, тренировка, дом. Ни общения, ни свободы, только рутина. Каждый раз оставаясь одной она вспоминала о Фрайхайц. Их легкость, мощь, свободу и силу, то чего она так жаждала от жизни, но не могла иметь. Она разрывалась между возможностью сбежать и остаться ни с чем, и быть в этом заточении. Ее сознание находилось в какой-то прострации, даже учителя заметили это. Они тут же сообщили об этом матери, на что Оливия даже и не удивилась. Они всегда докладывали ей обо всем.

Аппетит пропал. Она знала, что если заметит мать, то только обрадуется, поэтому девушка старательно скрывала это, ее раздражало такое поведение Каролины. Как только мать уходила из кухни, Оливия выбрасывала всю еду в мусор и сбегала в свою комнату.

Началась бессонница. Лежа в кровати она просто втыкалась взглядом в потолок, даже на миг не задремав. В голове гудело, организм требовал сна, но Оливия не могла расслабится и хоть немного дать времени организму восстановится. Девушка боялась не только свою мать, но и своего будущего. Боли в спине усиливались с каждой тренировкой, но она не принимала никаких обезболивающих, терпела. На тренировке несколько раз в глазах темнело от боли, но она ничего никому не сказала. Она еще сильнее закрылась от этого мира, ведь никому нельзя здесь доверять. Совершенно любой из ее окружения может доложить ее матери о ее состоянии, та не поможет ей, лишь отругает, а единственный человек кому она верит не может сейчас прийти даже на порог дома.

На ее давила эта строгость, стягивала виски так сильно, что хотелось кричать от боли. Девушка за столько лет так и не привыкла к этому, да и на вряд ли привыкнет. Собираясь в школу так или иначе ее взгляд падал на листок висевший над письменным столом, где черно-по-белому расписана ее жизнь просто по часам.

Будние:

7:00 – подъем, зарядка;

7:40 – завтрак;

8:00 – выезд в школу;

9:00 – 16:00 – занятия;

16:40 – тренировка;

20:20 – должна быть дома;

20:40 – ужин;

21:00 – 22:00 – уроки (если есть какие-то проекты);

22:30 – отбой;

Выходные:

8:15 – подъем;

9:00 – выезд;

10:00 – 12:00 – тренировка;

13:00 – должна быть дома;

15:00 – 18:00 – время для общения с Эвой;

21:00 – отбой.

Хотелось сорвать его и разорвать на части, но Оливия понимала, что это только повлечет за собой очередную тираду от матери, поэтому крепко стиснув зубы она взяла со стула свои вещи и вышла из комнаты. Очередной день ее никчемной жизни. Очередной день сурка.

Оливия все чаще вспоминала о том дне. Ругала себя за то, что согласилась на проделки подруги, но в тоже время была рада, что смогла увидеть все своими глазами.

Она вспоминала их лидера, который так красиво и мужественно управлял всей картиной. То, как он держал себя при всех, показывая свою мощь через танец, каждый раз вызывали мурашки по ее телу. Они все обладатели своей жизни. Они все имеют то, чего нет у нее – свободы. Оливия завидовала им, но и в тоже время восхищалась.

Девушка чувствовала себя как птица в клетке без возможности освобождения, а они порхали в небесах.

Оливия имела только одну страсть в своей жизни – рисование, так же, как и ее отец. Мать, когда впервые увидела ее рисунки разорвала все в клочья и напрочь запретила этим заниматься. Но девушка не могла без художества. Это могло произойти непроизвольно на занятиях, задумавшись она разрисовывала края тетради, опомнившись она отдергивала себя и замазывала все корректором. Ей было плохо без этой возможности, но ради себя терпела. Если она не могла выплеснуть эмоции на тренировке, то делала это втихаря на бумаге. Купив в тайне от матери альбом и пряча его в своем тайнике, она хранила свою тайну.

Она долго думала где его спрятать и только одно место пришло ей в голову: под кроватью, из ткани, она сделала что-то напоминающее мешочек, который сливался с покрытием, туда она и прятала свои тайны. Так и сейчас посреди ночи не совладая с собой она достала из тайника альбом с обычным грифельным карандашом и стала рисовать.

Она думала о том вечере, об обстановке, о всех людях, что пришли туда. Она вспомнила каждого танцора, хоть и некоторых не удалось запомнить детально. Она вспоминала каждую мелочь из их хореографии, хоть и не знала многих движений, она сама дала им свои названия. Линия за линией появлялась на белом листе, девушка даже не заметила, как из этого получился образ. В полуобороте на нее смотрел молодой человек с татуировкой змеи на всю руку. Все в нем говорило о силе, легкости и притяжении. Она не могла наглядеться на него. Она как завороженная обрисовывала каждую деталь в особенности его зеленые глаза. Хоть и цветных карандашей у нее не было, она четко могла воспроизвести их.

Впервые за долгое время Оливия смогла уснуть хоть на несколько часов. Она ничего не видела кроме пары зеленых глаз.

«Почему именно они?» - Пронеслось в ее голове. – «Почему не кто-то другой, а именно он?»

Девушка даже во сне не могла разгадать своих чувств и эмоций, но она знала точно, что ей сейчас хорошо. Этот взгляд дарил ей умиротворение, которого ей так не хватало в реальной жизни и в момент, когда прозвенел будильник она не хотела просыпаться, зная, что вновь все начнется с начала.

Борьба ее была не долгой, Каролина тут же вошла в комнату и подняла крик, отчего девушка тут же подскочила. Резкое пробуждение отдалось сильной болью в голове и еще спящем теле, посмотрев на мать она не сказала ни слова лишь немного прикусила язык, чтобы не наговорить той гадостей.

Дождавшись пока мать уйдет, она встала с кровати и направилась на автомате совершать все утренние ритуалы.

Сегодня суббота, а это значит, что у нее будет возможность встретиться с подругой. Наконец-то. Мать грозилась запретить встречи, но отчего-то вернувшись накануне домой после работы она была в приподнятом настроении и видимо решила помиловать свою «рабыню». Оливия не стала расспрашивать у нее ничего. Ей это не интересно. Главное, что она сможет выйти хотя бы на время и прогуляться под солнцем. Ее мучают некоторые вопросы, ответы, на которые она бы хотела получить от подруги.

Тот парень так и не ушел из ее головы, даже еще больше в ней застрял. Оливии кажется это уже неким наваждением. Хочется больше разузнать какой-нибудь информации и понять, что с этим делать.

Как-то странно даже, но тренировка у Оливии сегодня прошла довольно легко. Она предположила, что скорее всего ее тело просто слишком сильно устало за это время, поэтому не болит. Организм просто перестал реагировать. Она даже немного обрадовалась этому, хоть и понимает, что это может ей выйти «боком».

Зайдя в автобус, она села на уже привычное для себя место: справа седьмой ряд, сиденье возле окна. Натянув на голову капюшон от худи, она надела наушники и включила первый же рандомный трек. Это оказалась NessaBarrett. Оливия хмыкнула и прошептала: «Ну да, кто бы сомневался, даже музыка уже издевается надо мной, явно добить хочет».

Она не любила переключать музыку, какой бы болючий не попался трек, поэтому и сейчас песня за песней давили на нее, но плакать она себе сегодня не разрешала, только по одной просто причине: встреча с подругой, а та сразу заметит заплаканные глаза.

Выключив музыку, чтобы еще больше себя не доводить, она открыла Youtube. Первое же видео, которое ей попалось, было с участием лидера Фрайхайц – Алана Майера, у которого брали интервью. Сказать, что он был открыт к диалогу – однозначно нет. Отвечал довольно сухо и на «отвали». Его явно нервировало все происходящее, что он старательно скрывал. Оливия заметила это по его мимике на лице и языку тела. Уж со своей матерью она этому научилась. Тряская ногой, скрещенные руки, приподнятые брови, такие мелочи, но так точно показывают недовольство. В видео так же были вставки с их выступлений и даже сквозь экран Оливия восторгалась ими. Даже сразу и не заметила, как задержала дыхание, лишь когда легкие начали жечь она дала им воздуха.

Дорога до дома пролетела очень быстро или это уже тормозит ее мозг Оливия не понимала. Больше двух недель без нормального сна и отдыха дают о себе знать. Зайдя в комнату, она бросила сумку с вещами между кроватью и шкафом и пошла в душ.

Холодная вода стекала по ее телу смывая, как, казалось бы, все проблемы и печали. В этот самый миг ей было хорошо, и она чувствовала себя живой. Жаль, что она не может провести там вечность. Выключив воду, она постояла несколько минут просто прислонившись головой к плитке и пытаясь просто перестать думать. Обернувшись в белое полотенце, она вышла в основную комнату и взяв все принадлежности стала собираться на прогулку.

Нанеся крем для лица, подождала пока он впитается, просто смотря в одну точку. Со стороны могло показаться, что она просто сошла сума, а может это так и было, Оливия уже и сама не знала. Она не любила красится, но мать не выпустит из дома если та не нанесет хотя бы тональный крем. Ей повезло, что он природы у нее темные ресницы и брови и их не нужно постоянно подкрашивать. Она только добавляет от себя немного бальзама для губ, не допуская их сухости, а то обязательно раздерет все до крови.

На улице сегодня довольно жарко, поэтому образ составил из себя белую оверсайз футболку и джинсовые шорты средней длины, из обуви выбор пал на обычные белые кеды. Сумочки и прочее она не любит, поэтому кроме телефона ничего с собой не берет, только карту, которая хранится под чехлом телефона.

Эва так спешила к Оливии, что приехала на пол часа раньше до заявленного времени. Ей не сиделось в машине, поэтому она побежала в дом. На пороге ее встретила Каролина, по виду которой тоже можно было сказать, что та куда-то уходит.

- Эва, дорогая, здравствуй. Проходи, Оливия еще собирается. – Она с улыбкой пропустила ее в дом.

Эва удивилась, что она в таком хорошем расположении духа, но как обычно не показала этого.

- Здравствуйте! Ничего страшного, я ее подожду. Вы куда-то уходите? – Каролина была одета в обегающее платье с декольте и туфлях-лодочках черного цвета.

- Я… - она стала заикаться немного- Я иду с твоей мамой на день рождение нашего коллеги, она что не говорила тебе? - Поведение Каролины показалось странным Эве, будто та что-то скрывает.

- Эм… Нет, не говорила. Да и она не собиралась никуда идти сегодня. Странно… Может забыла.

- Да… хм… Скорее всего забыла. Ладно, я побежала. Присмотри за ней пожалуйста пока меня нет. – Слегка покраснев Каролина взяла клатч и побежала к своему авто.

- Ты явно что-то скрываешь, только вот что? Уж слишком быстро ты помчалась куда-то. – Прошептала Эва ей вслед и как-только машина скрылась из виду она пошла к своей подруге.

Оливия только вышла из комнаты и наткнулась на копну темных кучеряшек.

- А-а-а! ЭВА! – Прокричала она и бросила в объятия подруги.

Оливии очень сильно ее не хватало.

- Привет, детка! Наконец-то твоя каторга закончилась. Я уже думала искать новую подругу. - В шутку сказала Эва.

- Эй! Даже не смей. Ты хочешь, чтобы я вообще тут исчезла? Не забывай, пожалуйста, что ты у меня единственная подруга. – От этого осознания в глазах невольно защипало.

- Да помню я, помню. – Они разомкнули свои объятия и пошли на кухню. – Каролина свалила куда-то кстати.

- Да? Она не говорила, что ее сегодня не будет. – Оливия удивилась, но радость от того, что она увидела свое единственное солнце отмахнуло все размышления о матери.

Эва же задумалась: а не врет ли случайно Каролина об истинной причине ее уезда. Она решила узнать у матери подробности вечером.

- Куда мы сегодня пойдем? – Вывел Эву из раздумий голос подруги.

- Мы пойдем в центральный парк. Погуляем. Тебе нужен свежий воздух, сплетни и еда. – Зажимая пальцы и воодушевленно ответила Эва.

Впервые за это время Оливия засмеялась. Она была очень благодарна ей за это.

По привычке взяв с собой бутылку воды с лимоном и проверив все ли выключено девушки вышли из дома и сели в машину. Эва опустила крышу, и они помчались с ветерком.