Повод для знакомства

Глава 1. Идеальный собеседник и простая помеха

Повод для знакомства может быть самым разным. Этим может быть случайная встреча людей в забитой почти доверху кафешке, где оба почти насильно оказались за одним столиком, обоим так неохота выходить наружу под дождь. Поводом для знакомства может быть и помощь избавлением от неудобного девушке (или парню) внимания. Или случайная встреча на каких-то курсах, что надо делать в паре. Еще таким поводом может оказаться долгое общение в сети на интересные для обоих темы.

Общие знакомые тоже могут организовать это самое знакомство даже без особого лишнего повода, и иногда, правда, очень редко, даже без намерения специально познакомить друг с другом будущую пару. Ну и, конечно же, для знакомства есть и специальные приложения. Некоторые из них даже предназначены для серьезного знакомства. Причем, в когда-то пуританских Североамериканских Штатах, сегодня даже постель может не быть поводом для знакомства, а вот в Японии, даже просто взяв девушку за руку, можно познакомиться… с ближайшим полицейским. Знакомства на улице там считаются уж слишком дурным тоном. Если, конечно, ты не из якудза или директор какой-то кайрецу.

Кстати говоря о кайрецу, иначе говоря, о современных японских корпорациях, их вклад в знакомство будущей возможной пары тоже нельзя недооценить. От 20 до 30 процентов японцев знакомятся на работе, и даже есть специальный устойчивый термин в японском языке «офисные романы». Что, впрочем, неудивительно, учитывая японскую корпоративную культуру с ее многочисленными переработками, которые считаются нормой.

Хотя стоит отметить, что разные корпорации относятся к «офисным романам» по-разному, некоторые поощряют, некоторые, наоборот, запрещают. Но как бы то ни было, знакомства на работе — это тоже часть повседневной жизни, и от нее никуда не деться, даже в таких не особо поощряющих офисные романы корпорациях, как «Акума Дайнамикс» или «Они Технолоджи», учитывая все ее отделы, даже самые непопулярные.

Отдел Инновационного Социального Программирования в корпорации Они Технолоджи, иначе Демонические Технологии, уже долгие годы, с ранних девяностых, считался полным отстойником. Отправляли туда тех, кого по тем или иным причинам не могли уволить. Было там немалое количество тех, кто по каким-то причинам не желал покинуть корпорацию, невзирая на толстые намеки начальства, с тех же девяностых, когда начальство уже вполне могло позволить себе такие намеки. Еще там были персонажи, толку от которых не было, а вот вреда вне корпорации могло быть много, ну и напоследок те, чью лояльность надо было перепроверить.

Объединяло всех этих сотрудников только одно: они умели программировать. Кое-кто программировал плохо, но используя самые инновационные методы вроде индийских программистов или нейросетей для программирования, типа Крепости Кода. Кое-кто программировал великолепно, но по стандартам восьмидесятых и на таких языках, на которых говорят во всем мире два с половиной сервера, причем полтора из них как раз корпорации Они Технолоджи. Корпорации все равно было дешевле держать на балансе всех этих бездельников, чем выпускать их всех на вольные хлеба. Хотя иногда и были исключения из этого правила.

Чтоб «загнать лошадь в тыкву» и помочь людям чувствовать себя более нужными, всему составу отдела позволялось вести собственные проекты, в одиночку или небольшими группами. Это кроме обязательных, эффектных, но не особо нужных корпорации официальных проектов, за которые директор Отдела Инновационного Социального Программирования отвечал, гордо демонстрировал их начальству и получал премии.

Раз в несколько месяцев список индивидуальных проектов демонстрировался более высокому начальству, а дальше были возможны некоторые варианты. Проект могли сделать официальным, дать ему название, сотрудников, бюджет и перевести вместе с его автором в отдел Инновационного Программирования, который таким отстойником не являлся. Могли дать возможность продолжить проект самому, то есть оставить пока как есть. А могли и увеличить его статус и объем, но оставить в отделе Инновационного Социального Программирования. Впрочем, хоть последнее и происходило крайне редко, но все же бывало. В прошлом. И количество таких проектов было достаточным, чтоб речь о невыгодности содержания отдела Инновационного Социального Программирования на заседаниях высокого начальства не заходила.

***

— То есть, Хатояма-сан, ты утверждаешь, что твоя деятельность позволяет создать идеального виртуального собеседника? А не проще ли использовать, — Хироши Танака, уже почти пожилой глава отдела, щелкнул пальцами в воздухе, вспоминая название, — Если не гугл для поиска, так современные нейросети? Они вроде могут найти чего угодно, только спрашивай. Ну и плати, конечно. Бесплатные работают так себе.

Что-то такое начальник Хироши слышал, вроде внучка что-то такое болтала, сам никогда не пробовал, зачем ему…

— Идеальный собеседник — это не обязательно тот, кто ответит на все ваши вопросы, Танака-сан, — уверенно возразил Тацуя Хатояма, молодой программист и любитель всяческих инноваций, залетевший в этот Отстойник Высоких Технологий ввиду того, что любил работать над всяким новым и интересным, и желательно в одиночку. Ну и, из-за крайне неоднозначной репутации. Сейчас он уставился своими нетипичными для японца зелеными глазами на начальника, снова мотнув головой, откидывая в сторону черную челку. — Имеет значение внешность, даже виртуальная. Хацунэ Мику — отличный пример «цепляющей внешности», а еще очень важны манера и стиль разговора, желание выслушать, перенаправить тему разговора. Многое…

— Ну, допустим, — кто такая Хацунэ Мику, Хироши Танака не имел ни малейшего понятия, подозревал, что это кто-то из современных певиц, которых называют английским словом «божок», но отрицать значение внешности собеседника не мог. В конце концов, в хостес-клубы сам Хироши как раз и ходил, чтоб поговорить с приятной молодой собеседницей. Хотя, если подумать, молодой она была по меркам самого Хироши, а вот с точки зрения его подчиненного могло оказаться наоборот. Но Мая-чан была такой понимающей, и так внимательно и чутко его выслушивала… — Спорить, как мне кажется, тут не будет никто, — решил осторожно высказаться Хироши. — Но у каждого свои предпочтения. То, что вы, Хатояма-сан, считаете идеальным, кому-то другому может вообще не понравиться.

— Поэтому такой собеседник и должен быть для каждого свой! Он моделируется постепенно. Просто я тестировал на самом себе пока. И мой идеальный собеседник уже создан. Ну, — Тацуя бросил взгляд в сторону своего стола с компьютером, — почти. Процентов на 90.

— И ты его проверил? Досконально проверил? — Как опытный начальник, Хироши знал, что все досконально проверить невозможно, поэтому в ответе не сомневался.

— Ну, почти, — смутился Тацуя и неглубоко поклонился, — Простите, Танака-сан.

— Понятно, — Хироши на секунду задумался, и внезапно ему пришла в голову неплохая, как ему казалось, идея. — Тогда я поручу твоей заботе новенькую — Аяко Хитани. Она начинает работать завтра, а сегодня должна прийти для первого знакомства. Твоей первой задачей будет ввести ее в курс дел здесь. А потом вместе поработаете над этим проектом. И как следует все проверите, — Хироши внушительно, как ему казалось, погрозил пальцем.

— Чего? — вырвалось у Тацуи, но он быстро овладел собой и продолжил, — То есть, как скажете, Хироши-сан.

Возможно, еще встреча перенеслась бы и Танака-сан передумал, но незадолго до реплики Тацуи в офисе тихо звякнул приехавшей лифт, а спустя короткое время в коридоре раздались тихие извинения, когда незнакомый с обстановкой человек налетел на кого-то из сотрудников.

— Хитани-сан? — выглянул Хироши из своего кабинета. И угадал. Он вышел из своего кабинета, и Тацуя последовал за ним в коридор.

В в отдел вошла Аяко Хитани. Для предварительного знакомства она заглянула на день раньше запланированного первого рабочего дня. Ее нарочито серьезный внешний вид — черный деловой костюм и аккуратно уложенные в строгую прическу волосы — просто кричал о настрое и показывал как минимум внешний деловой профессионализм. С отличными оценками из Токийского университета и впечатляющим портфолио разнообразных учебных проектов, Аяко была идеальным кандидатом для любого технологического отдела.

Однако за этим блестящим фасадом скрывалась маленькая, но существенная деталь: в ее личном деле стояла определенная пометка, не позволявшая отправлять ее в жизненно важные отделы корпорации. Как минимум сразу. Именно это и стало причиной ее назначения в Отдел Инновационного Социального Программирования, известный как прибежище для «проблемных» сотрудников.

Аяко внешне выглядела уверенно и держала легкую улыбку, но очень внимательный наблюдатель мог заметить едва уловимое напряжение в уголках ее глаз и то, как она чуть крепче, чем нужно, сжимала ручку своей сумочки.

— Доброе утро, Танака-сан, — поклонилась она с отточенной грацией уже знакомому по собеседованию будущему начальнику. — Как мы и договаривались, я заглянула сегодня, чтобы ознакомиться с рабочим местом, правилами, и, если возможно, с некоторыми будущими коллегами. Надеюсь, это не доставит неудобств.

Хироши Танака, наблюдая за новой сотрудницей, не мог сдержать улыбку. В его голове уже формировался план. «Вот и отлично, — подумал он, поглаживая подбородок. — Ее занятость в этом проекте — это именно то, что надо для начала. Так и сделаем. Пусть Хатояма проверит свой «идеальный» проект «идеального собеседника» на новенькой. Это будет не просто интересно, а очень даже интересно».

— Хитани-сан, — произнес он вслух, — позвольте представить вам Хатояму-сана. - Тацуя поклонился, — Он один из наших опытных сотрудников и введет вас в курс дела. — Танака сделал паузу, наслаждаясь моментом. — Вы будете работать вместе над его проектом «Совершенный собеседник». Уверен, ваши навыки отлично дополнят друг друга и сможете добиться отличных результатов.

Аяко и Тацуя обменялись формальными поклонами, но атмосфера в комнате немного изменилась. Аяко показалось, что воздух стал тяжелыми и ей стало сложнее дышать. Тацуя, явно не особо довольный неожиданным партнерством, попытался скрыть свое раздражение за натянутой улыбкой.

— Тацуя Хатояма, — произнес он сухо и еще раз поклонился. — Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

Аяко, мгновенно уловив настроение своего нового коллеги, ответила с такой же сдержанностью, но добавила нотку уважения в свой тон:

— Аяко Хитани. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне, Хатояма-семпай. - И тоже сделала поклон, на несколько считаных градусов более глубокий, как младшая старшему.

Хироши, довольный развитием событий, поспешил вернуться в свой кабинет, решив оставить двух своих сотрудников наедине.

— Желаю удачи, хорошо поработайте, Хатояма-сан, покажите все, что необходимо вашей новой коллеге.

Закрывая за собой дверь, Хироши не мог сдержать ухмылку. Он был уверен, что это неожиданное сотрудничество либо продемонстрирует проект с его лучшей стороны, либо раскроет его полную несостоятельность. Но лично для начальника Хироши самым главным было другое: они будут заняты! Точнее, Тацуя будет занят и перестанет донимать его своими бесконечными идеями и жалобами. Идея «совершенного собеседника» с которой он пришел, за последний год была уже пятой. Правда, она была единственное более-менее глубоко проработанной, и, надо отдать Тацуе должное, как минимум полгода начальство он новыми идеями не беспокоил.

Тацуя же, которому обращение «семпай» слегка резануло слух, после официальных фраз знакомства пребывал в некотором замешательстве. Общаться с коллегами он не любил, а с девушками и подавно не умел. Был в его жизни только один, не столь уж краткий период, когда общение было простым, но это было в весьма специфических обстоятельствах и довольно давно. И точно не с девушками.

Он, как ему казалось, незаметно оглядел Аяко Хитани и внутренне содрогнулся. Если общаться с девушками ему в принципе было сложно, то общаться с красивыми девушками — многократно сложнее. Тацуя, против которого самого часто работали стереотипы, отлично знал, что поддаваться стереотипам нехорошо, но лично он не-стерв среди красивых девушек не встречал.

Он на мгновение сосредоточился на том периоде своей жизни, что был кратким, но крайне запоминающимся. И довольно опасным. Он напомнил себе, что он старший сержант Хатояма, а не просто там так. Эти воспоминания придали ему некоторое спокойствие, и он, уже без напряжения от присутствия начальника, обратился к будущей коллеге более дружелюбным тоном:

— Добро пожаловать в наш отдел, Хитани-сан. Надеюсь, вы готовы к… нестандартным задачам. Мой, то есть, конечно же, наш проект может показаться вам несколько необычным на первый взгляд.

Аяко, чувствуя напряжение, но умело скрывая это за профессиональной маской, ответила с легкой, но искренней улыбкой:

— Я всегда готова к вызовам, Хатояма-семпай. Нестандартные и сложные задачи — это же самое интересное. — Она сделала паузу, словно собираясь с мыслями. — Не могли бы вы рассказать мне подробнее о вашем проекте? И, возможно, показать, что вы уже сделали? Я бы хотела как можно скорее погрузиться в работу и внести свой вклад.

Тацуя на мгновение замер, не ожидав такого явного энтузиазма.

— Пожалуй, нет, Хитани-сан, сегодня день первого знакомства с отделом и людьми. Поэтому не стоит. И, — предвосхищая возражения слишком уж горящей энтузиазмом Аяко, он добавил, — Мне самому для демонстрации еще надо подготовится. Но, завтра — точно познакомлю. Хотя… Ладно, продолжим попозже. Что важно Хитани-сан, у вас какой-то аллергии на напитки, или что-то такое, — решил начать он с техники безопасности, вспоминая, где лежит огнетушитель и аптечка, чтоб, в свою очередь, показать их молодой и красивой коллеге.

После короткого разговора, в основном посвященного технике безопасности, Тацуя решил провести для Аяко небольшую экскурсию по отделу. Офисное пространство представляло собой причудливую смесь современности и прошлого: ряды кубиков-кабинок соседствовали с массивными деревянными шкафами, набитыми папками и старыми журналами. В углу стояло несколько печатных машинок, а рядом с ними — компьютеры, которые выглядели так, словно их извлекли из капсулы времени.

— Это наш отдел, — начал Тацуя, указывая на разношерстную группу людей. — У нас тут… разнообразный коллектив.

Первым, кого они встретили, был Кендзи Сато, седовласый мужчина лет шестидесяти пяти, который, казалось, сросся со своим рабочим местом.

— Сато-сан — наш эксперт по КОБОЛ, — пояснил Тацуя. — Большинство считает этот язык мертвым, но некоторые банковские системы все еще на нем работают.

Кендзи оторвался от экрана и кивнул Аяко, бормоча что-то про «современных детей» и «настоящее программирование».

Следующим был Хироки Ямада, молодой человек с растрепанными волосами и значком «Спасем китов» на рюкзаке.

— Ямада-кун работает над приложением для защиты животных, — сказал Тацуя. — Оно показывает, где находятся виды, нуждающиеся в защите.

— Привет! — энергично воскликнул Хироки. — Ты новенькая? Хочешь присоединиться к нашей следующей акции протеста? Мы с Сато из техподдержки туда идем. Может еще кто из бухгалтерии с нами пойдет, там есть несколько девушек, что любят митинги в защиту китов и моржей.

Аяко вежливо улыбнулась и покачала головой.

Дальше они подошли к девушке, которая энергично печатала, постоянно поглядывая на фитнес-браслет.

— Это Юки Танака, — представил Тацуя. — Она разрабатывает приложение для совместного бега со сменой партнеров.

— Привет-привет! — Юки помахала рукой, не отрываясь от монитора. — Надеюсь, ты любишь бегать! У нас тут каждую неделю марафон идей!

Тацуя вздохнул и повел Аяко дальше. Они прошли мимо двух других сотрудников: молчаливого мужчины средних лет, который, казалось, пытался силой мысли заставить работать древний компьютер, и молодой женщины, окруженной горами книг по криптографии.

— А это, — Тацуя указал на ряд старых компьютеров в углу, — наша гордость и проклятие. Эмуляторы не всегда справляются, поэтому приходится держать оригиналы. — Он слегка поморщился. — Я единственный, кто умеет их чинить. Поверь, когда имеешь дело с этими древностями, невольно вспоминаешь всех ками и ёкаев, которых только знаешь.

Аяко с интересом осматривала офис, отмечая про себя странное сочетание высоких технологий и устаревшего оборудования. Она заметила, как Тацуя с нежностью погладил один из старых компьютеров, словно старого друга.

— Впечатляюще, Хатояма-семпай, — сказала она. — Кажется, у вас тут целая история технологий в одном помещении.

Тацуя кивнул, впервые за день позволив себе искреннюю улыбку.

— Да, можно и так сказать. Ну что, вы готовы?

Тацуя на мгновение застыл, осознав, что ему предстоит сделать то, чего он всегда старательно избегал — попросить номер телефона у девушки. Его мысли начали лихорадочно метаться.

«Вот демон», — подумал он, чувствуя, как по спине пробежал холодок. «Я должен попросить у нее телефон. Как это вообще делается? Почему в университете не было курса «Как общаться с коллегами противоположного пола, не выглядя при этом полным идиотом»?»

Он нервно сглотнул, пытаясь придать своему голосу непринужденность:

— Готова с завтрашнего дня, но если, что-то надо срочно, то могу все же начать и сейчас, — ответила Аяко с энтузиазмом, который только усилил внутреннюю панику Тацуи.

— Как я уже говорил, сегодня — рано. Правда, вы правы в одном, кое-что можно будет начать и сегодня. Вы точно готовы, Хитани-сан? — Тацуя дождался подтверждающего жеста и продолжи, — Тогда, — все же начал он, мысленно проклиная свою неловкость, — установите на ваш телефон вот это приложение.

Тацуя осекся, поняв, что начал не с того. «Соберись, ты же профессионал» — мысленно приказал он себе.

— Стоп, не с того начал, — пробормотал он, чувствуя, как его лицо начинает краснеть. Ему казалось, что все взгляды в офисе устремлены на него, хотя на самом деле никто не обращал на них особого внимания.

«Как бы это сказать? «Дайте, пожалуйста, ваш номер телефона»? Слишком формально. «Можно твой номер»? Нет, слишком фамильярно. Мы же едва знакомы!»

Тацуя сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Он вспомнил, как легко общался с сослуживцами в прошлом, но сейчас ситуация была совершенно иной. Перед ним стояла не просто коллега, а красивая, умная девушка, и это completely выбивало его из колеи.

— Хитани-сан, — начал он снова, стараясь, чтобы его голос звучал ровно, — для работы над проектом нам понадобится постоянная связь. Не могли бы вы предоставить свой контактный номер? И, если вы пользуетесь Line, было бы удобно добавить вас в друзья для быстрого обмена сообщениями.

Он замер, ожидая ответа и чувствуя, как его сердце бьется где-то в горле. «Пожалуйста, пусть это прозвучит нормально», — молился он про себя всем известным ему ками.

Аяко, казалось, не заметила его внутренней борьбы. Она спокойно достала свой смартфон:

— Конечно, Хатояма-семпай. Вот мой номер, — она продиктовала цифры, которые Тацуя поспешно набил в своем сотовом, стараясь не показать, как дрожат его пальцы. — И приблизьте телефон, потрясем для обмена Line.

Тацуя получил данные, чувствуя странную смесь облегчения и нового приступа паники. Теперь у него был контакт Аяко, но это означало, что им предстоит общаться не только в офисе.

— Отлично, — выдавил он из себя улыбку. — Тогда давайте начнем с установки необходимого программного обеспечения. Я отправлю вам ссылку через Line.

Пока Аяко занималась установкой, Тацуя пытался привести свои мысли в порядок. «Это просто работа,» — напомнил он себе. «Просто еще один проект. Ничего личного».

Глава 2. Рабочий день, сносящий все поток и капелька прошлого семпая

Тяжелая крепкая дверь с глухим стуком закрылась за наконец-то вернувшейся домой Аяко Хитани. И этот самый момент она смогла наконец-то расслабиться, позволив напряжению покинуть ее уставшее тело. У нее получилось! Получилось! Получилось! Получилось! Волна эйфории захлестнула ее, и гибкое тело само изогнулось в изученые уже в довольно далеком детстве первые плавные движения авариодори — традиционного японского танца радости. Аяко даже не стала себя сдерживать, позволив всем своим эмоциям выплеснуться в этих движниях. Надо же, столько лет, а она все еще не забыла. Впрочем, учитывая, как ее учили, забыть это было сложно.

Она прекрасно осознавала, что отдел Инновационного Социального Программирования, конечно, не столь престижен, как легендарный отдел Инновационного Программирования — самый продвинутый исследовательский центр Корпорации. Конечно, это не совсем то, что она хотела. Но все же, все же все же! Она теперь официально работала в крупной корпорации, и не кем-нибудь, а программистом! Не клерком, как часть ее сокурсниц, не учителем програмирования и не в отделе проверки и отладки программ.

Ее дико бесило, что половина парней с ее факультета с начала учебы и до сих пор считали ее «летучей мышью в деревне без птиц», словно она была посредственностью среди еще худших. Нет, прямо ей никто ничего не говорил, не посмели, а вот за глаза чего только эти напыщеные только от наличия члена идиоты не болтали. Как же ее раздражали и до сих пор раздражают глупые шутки про необходимость очков у программистов-женщин якобы для поиска ошибок в коде мужчин. «Или, может, нам нужны очки, чтобы разглядеть их крошечные достоинства?» — язвительно подумала Аяко. «А может, им самим нужны очки, чтобы заметить, что мир изменился, и женщины могут быть не хуже, а то и лучше их в программировании?»

— Это вам не ваши дурацкие шуточки, — ухмыльнулась она, обращаясь к воображаемым обидчикам. — Меня приняли. И я докажу, что это не просто так!

Перед глазами Аяко стояли высокомерные лица ее однокурсников-мужчин, от которых она получила уйму насмешек за годы учебы. Она вспомнила, как они подшучивали над ее ростом, называя «длинной жердью», как язвительно комментировали ее увлечение программированием, говоря, что «настоящие женщины не сидят за компьютером». Теперь она представляла, как их самодовольные ухмылки сменяются выражением шока и недоверия, после того, как она невзначай раскажет, где работает.

Хотя, конечно, новый начальник и ее семпай были людьми своеобразными, мягко говоря. Интересно, на чем ее начальник вообще программировал когда-то? На Прологе? Или, может быть, на перфокартах? Аяко невольно хихикнула, представив своего пожилого босса, сидящего за огромной ЭВМ размером с комнату, пытающегося загрузить в нее километры перфолент. Учитывая его седую бороду и морщины, казалось, что он мог застать эпоху, когда компьютеры занимали целые здания и работали на лампах.

Однако ее будущий ментор, Тацуя Хатояма-семпай был человеком намного более интересным, даже внешне. Пусть его внешность была более-менее традиционной, глаза его были необычного каре-зеленого оттенка, словно осенняя листва, подсвеченная солнцем. А еще он был довольно высоким, выше Аяко, которая сама была совсем не низкой. Из-за своего роста она в определенные периоды жизни тоже получала уйму насмешек. Аяко вспомнила, как еще со средней школы ее дразнили «фонарным столбом» и «баскетбольной вышкой», как мальчишки отпускали глупые шутки о том, что она «ближе к небу, чем к земле». Это не прекратилось и в университете, не то чтобы Аяко планировала за все эти насмешки «страшную месть», но все равно ничего не забыла. Сейчас же ее высокий рост был преимуществом — она могла смотреть большинству коллег-мужчин прямо в глаза, не задирая голову. Она не была особо злой, чтоб ждать годами возможности отыгрываться, но память у всех в ее семье была хорошей. При мысли о семье радостное выражение ее лица стало тяжелым для понимания.

Экран мобильного внезапно мигнул, принимая сообщение.

«Хитани-сан, вот аппликация. Она собирает данные о вашем окружении, шифрует их, пересылает на сервер, там расшифровывает. У меня самого доступа к ним нет, я работаю только над алгоритмами обработки. «Социальный советник», модуль анализа данных работает автономно, как я вам уже говорил».

— Что-то такое семпай упоминал, — раздался глухо тихий голос Аяко в пустой полутемной комнате, нарушая царившую там тишину.

Она хотела сесть и немного покопаться в коде перекинутой ей аппликации, но ее рычание ее желудка намекнуло хозяйке, что все ее прогулки и зависание на будущем рабочем месте, конечно, хорошо для души, но вот тело с этим не согласно. Наскоро залив кипятком пачку лапши и быстро заглотив ее, Аяко решила все же немного покапатся в программе, семпай вроде писал, что послал ей и исходники.

Аяко подошла и открыла купленый еще во время учебы за деньги на подработку ноутбук — верного спутника все время ее учебы. Она переслала туда присланное Хатояма-семпаем приложение и долго, с присущей ей дотошностью, изучала еге код, разбирая каждую строчку. Язык был ей не особо знаком, похож на Джаву и Си плюс плюс, но не только, хотя все было более-менее понятно.

— Не соврал, — прошептала она, удовлетворенно кивнув. Внезапно ее взгляд упал на часы, и она широко зевнула, — Ой, уже так поздно? Давно пора спать. Ну, спокойной мне ночи.

Аяко быстро сходила в душ, на отмокание в ванне времени уже не было, переоделась в пижаму и улеглась на футон. Мысли ее вернулись к недавно просмотренного приложения.

Программа действительно делала именно то, что написал Хатояма-семпай. По крайней мере, насколько она могла проверить за этот короткий промежуток времени. Она собирала и шифровала данные, а после, раз в несколько часов, куда-то их пересылала. Вот только некоторые моменты в коде позволяли понять, что объем этих данных был немного великоват для тех источников, что были указаны в официальном описании программы. Аяко решила, что завтра, на свежую голову, она еще раз проверит все досконально. Она поставила будильник так, чтоб успеть с утра перепроверить свои выводы и успеть вовремя на работу. Снилось ей божество местности ввиде феникса, у которого почему-то были коричнево-зеленые глаза ее семпая.

***

Она почти опоздала в свой первый рабочий день. Точнее, с трудом успела прийти в «рекомендованное корпорацией время прибытия». Хоть поездки на метро в час пик не были для нее чем-то новым, равно как не далее как вчера она приехала на метро для предварительного знакомства именно на ту станцию, что и сейчас. Но до этого в час пик она ездила почти исключительно через станцию Хонго-Санчомэ радом с Токийским университетом, и отлично знала на память, куда и каком именно маршртом, в какой час идет людской поток, сносящий все на своем пути. Однако сегодня все было иначе.

Выйдя из вагона на не очень знакомой станции, Аяко оказалась в самом эпицентре утреннего безумия. Толпы спешащих людей захлестнули ее, как сметающее все на своем пути цунами. Она попыталась пробиться к нужному ей выходу, но волна спешащих пассажиров оказалась сильнее. Аяко споткнулась, ощутила что теряет равновесие, поняла, что ее ноги заплетаются, и она начинает падать.

В этот момент она ждала неминуемого столкновения с холодным полом станции. В Японии не принято вмешиваться в чужие дела или помогать незнакомцам, помощь — это проявление некоторого неуважения. Особенно не стоит надеятся на помощь в час пик, когда каждый думает только о том, как бы не опоздать.

В Токийском метро, как минимум на наиболее многолюдных станциях упасть на рельсы — это надо сильно постараться, это невозможно даже случайно. От стенки до стенки проем для поезда прикрыт забором с дверцами, что открываются одновременно с дверцами прибывших вагонов.

А вот упасть на эскалаторе, на входе-выходе в вагон или на крутых и скользких от часто идущих в Токио дождей ступеньках — запросто. Аяко уже случалось падать в свою бытность студенткой, но тогда хоть часто рядом были подруги или знакомые по университету, и было кому поддержать. Сейчас же она была совсем одна. Аяко мысленно приготовилась к падению и возможному позору, как минимум она испачкается, как максимум сильно расшибется и засветит всем случайным прохожим все, что можно и нельзя.

Но падения так и не случилось — чья-то сильная рука ухватила ее за локоть и поддержала за талию, не давая упасть. Аяко в изумлении подняла глаза и увидела знакомое лицо — это был Тацуя Хатояма, ее семпай.

— Хитани-сан, осторожнее! — немного взвинчено проговорил он, помогая ей выпрямиться. — Первый день на новом маршруте всегда сложный. Давайте-ка, я вас проведу. — Тацуя отпустил ее локоть и талию и взял Аяко за руку.

Аяко была приятно удивлена. Хотя так беззастенчиво взять девушку за руку, было по местным меркам немного черезчур и граничило с развязностью и неуважением, но в конкретной ситуации это было не навязанное неприятное прикосновение, а скорее жест желания оберегать и помогать. Подобное отношение к девушке она чувствовала только за границей, в европе, где галантность и помощь незнакомцам считались нормой. Особенно к незнакомым красивым девушкам, но это уже детали.

Не выпуская ее руки, Тацуя уверенно повел Аяко через толпу. Аяко даже немного потеряла дар речи от такого решительного поведения семпая, что даже не смогла его нормально поблагодарить. Его движания с Аяко на буксире ту, просто заворожили. Он двигался с удивительной ловкостью, словно опытный серфер на волнах, лавируя между сильно спешащими на работу людьми и прожодя через невидимые для неопытного глаза проходы в людском потоке.

— Держитесь ближе ко мне, — говорил он, уверенно направляясь к выходу. — Здесь есть свои хитрости. Видите тот киоск? Возле него всегда меньше людей. А у той колонны образуется своеобразный «водоворот» — его лучше обойти, а то можно застрять минуты на три, пока не стихнет очередной поток прибывших.

Аяко с небольшим трепетом и все растущей благодарностью следовала за Тацуей, поражаясь не только его умению ориентироваться в этом хаосе, но и его нетипичной для японца готовности помочь. Его высокий рост и уверенные движения, казалось, заставляли толпу расступаться перед ними.

— Спасибо, Хатояма-семпай, — выдохнула Аяко, когда они, наконец, выбрались на менее людную улицу, и она смогла немного оправится от такого сильного напора своего семпая. — Я бы без вас точно опоздала. И… спасибо, что помогли. Это было неожиданно.

— Не за что, Хитани-сан, — улыбнулся Тацуя. — Считайте это частью вашего обучения на новом месте. Теперь вы знаете секретный путь через утренний шторм. А что касается помощи… ну, мы ведь теперь коллеги, верно? И даже более того, я же ваш семпай, как же я мог не помочь.

Они продолжили путь к офису, и Аяко почувствовала, как ее наполняет благодарность и уважение к своему семпаю. Похоже, в Корпорации ей действительно повезло с коллегами, и, возможно, здесь действовали несколько иные правила, чем в остальном японском обществе.

Или же такое отношение было свойственно только ее новому семпаю.

Когда они приблизились к зданию Корпорации, Аяко почувствовала знакомое волнение. Хотя она была здесь вчера, массивный небоскреб все еще впечатлял своими размерами и сияющими в утреннем солнце стеклянными стенами.

Тацуя провел Аяко через турникеты и к лифтам. В кабине лифта они встретили Кендзи Сато, которого Аяко помнила по вчерашнему представлению — он кивнул им с легкой улыбкой.

Когда они вышли на десятом этаже, Аяко снова отметила относительную тишину этой части здания. Она увидела Хироки Ямаду, склонившегося над своим компьютером, и Юки Танаку, которая что-то оживленно обсуждала с коллегой в дальнем углу офиса.

Проходя мимо одного из рабочих мест, Аяко заметила женщину средних лет, которую не видела вчера. Тацуя, заметив ее взгляд, пояснил:

— Это Микари Ито, наш новый специалист. Раньше она была домохозяйкой, но прошла курсы программирования и теперь работает над нужным для личной безопасности проектом — приложением, которое записывает звук, если есть опасность для пользователя. Вчера она участвовала в каком-то митинге, поэтому брала отпуск за свой счет. Собственно, поэтому ее вчера в оффисе и не было.

Аяко кивнула, чувствуя, как любопытство смешивается с легким беспокойством. Вчерашнее краткое знакомство оставило больше вопросов, чем ответов. Тихая атмосфера, необычный состав команды, загадочные проекты — все это создавало ощущение, что атмосфера здесь была какой-то другой, не такой как в других местах, куда ее отправляли на собеседование.

«Ками-сама, помоги мне разобраться во всем этом», — мысленно произнесла Аяко, делая глубокий вдох и готовясь к своему первому настоящему рабочему дню в этом пока еще непонятном для нее отделе.

***

— Хитани-сан, через, — Тацуя посмотрел на часы, — семь минут примерно должен прийти сисадмин, и подключить ваш компютер к сети, определить и перепроверить всякое пользовательское. Попросите у него, чтоб еще вот это установил, — Аяко уставилась на маленький листочек с названиеми нужных программ, — Это нам понадобится для работы над проектом, а каждый раз их просить, не напросишся, ленивых заср… сотрудников, — Лицо Тацуи скривилось в недовольстве.

— Привет, бесполезный, — послышалось от двери, обращался парень явно к Тацуе, учитывая, что он катил маленькую тележку, на которой явно был и ноутбук и даже сумка для него, в принадлежности его не приходилось сомневатся.

— Привет, бесполезный, — так же в тон ему ответил Тацуя, не выказывая ни раздражения, ни злобы. — Знакомтесь, Хитани-сан, этого не особо полезного и довольно шумного относительно молодого человека зовут Рето Накамура, и он будет тем, кто будет подключать ваш ноут к местной периферии. А еще это он из моих близких знакомых по университету.

Молодой человек выглядел заметно моложе Тацуи, хотя Аяко затруднялась точно определить возраст своего семпая. Ей казалось, что Тацуе около 26–28 лет, в то время как новоприбывший парень был и казался примерно ее ровесником, лет 22—23. Его юное лицо светилось энергией и энтузиазмом, контрастируя с более сдержанным выражением Тацуи.

— Как жестоко, Тацуя-кун! Мы же даже вместе состояли в одном клубе, — воскликнул молодой человек с притворной обидой в голосе.

— Клуб го — это престижно и традиционно, хоть и не особо популярно среди молодежи, — ответил Тацуя с легкой ноткой ностальгии.

— Вы были в клубе го, Хатояма-семпай? — не сдержала любопытства Аяко, ее глаза загорелись интересом.

— Не совсем, — слегка поморщился Тацуя, словно вспоминая что-то не совсем приятное. — Мы были в клубе изучения го…

— Мы были в клубе изучения саке! — с видимой гордостью и энтузиазмом вмешался в разговор Накамура, перебивая Тацую. — И это был лучший клуб во всем университете! Настоящая жемчужина среди студенческих объединений, воплощение древних традиций и современных исследований! Мы не просто дегустировали саке, мы изучали его душу, постигали тайны изменения сознания под влиянием различных сортов этого божественного напитка. А потом мы расширили горизонты, исследуя влияние алкогольных напитков со всего мира: огненной текилы из Мексики, кристально чистой водки из России, благородного виски из Шотландии, сладковатого бурбона из Америки и даже экзотической чачи с Кавказа! Это был не просто клуб, а настоящая академия вкуса и состояний сознания!

— Хатояма-семпай? — растерянно произнесла Аяко, не совсем понимая, что происходит, и вопросительно посмотрела на своего наставника.

— Мы были в клубе изучения го и саке, — терпеливо пояснил Тацуя, стараясь сгладить чрезмерный энтузиазм Накамуры.

Аяко все еще не вполне понимала ситуацию, но не могла не почувствовать легкую зависть к тому, что не знала о существовании такого интересного клуба, хотя, казалось бы, училась в том же университете, что и Хатояма-семпай.

— К концу нашего обучения клуб закрыли, — добавил Тацуя, словно читая ее мысли.

— А не надо было пьяного ректора в го обыгрывать и над ним насмехаться, — хихикнул Накамура.

— Когда я с ним начинал играть, он еще был трезв! — возразил Тацуя, слегка повысив голос.

— Зато сам ты…

— Это ты его тогда напоил, так что и отвеч… — Но тут Тацуя осекся, бросив взгляд на Аяко. Он коротко поклонился и извинился: — Простите, Хитани-сан. В общем, к концу нашего обучения клуб по некоторым обстоятельствам закрыли.

Аяко, конечно, было невероятно любопытно узнать подробности, но она тоже поклонилась, изо всех сил стараясь скрыть улыбку, которая так и норовила появиться на ее лице. На этот легкий шум из своего кабинета выглянул Хироши Танака. Увидев источник беспокойства, он решил вмешаться:

— Накамура-сан, Хатояма-сан, пожалуйста, не шумите. Накамура-сан, будьте добры, закончите настройки для Хитани-сан.

— Да, Танака-сан, — в один голос ответили оба шумных персонажа и коротко поклонились, мгновенно приняв серьезный вид.

Аяко проследила, как Хатояма-семпай идет к своему месту, и пока она раздумывала, тот, будто что вспомнив, оглянулся и подозвал ее к себе.

— Давай-ка, я вам покажу, как рабоает моя программа, Хатояма-сан, но лучше, если мы займем один из малых конференц-залов.

Тацуя почти с хрустом выдрал свой ноутбук из гнезда, сприхватил две пары виртуальных очков, и повел Аяко в одну из неприметных комнат сбоку от входа в отдел.

«Один проект. Ничего личного».

Глава 3. Отличная Собеседница Кайва Кагами

Тихо ступая по мягкому покрытию конференц-зала, Тацуя аккуратно вошел в просторную, залитую ярким светом комнату. Он элегантно опустился на одно из удобных кресел за длинным полированным столом из темного дерева. Конференц-зал был стандартным, был спроектирован и оборудован вне зависимости от пользы и прибыли отдела, поэтому не отличался ничем от такого же конференц-зала в крайне престижном отделе Инновационного программирования или влиятельного, но мало кем любимого отдела контроля качества. Разве что в лучшую сторону, поскольку использовался не так интенсивно.

— Пожалуйста, присаживайтесь, Хитани-сан, — с теплой улыбкой произнес Тацуя, изящным жестом указывая на место рядом с собой. — Все объяснения будут после демонстрации, поэтому, как говорится, года с 95-го, «сядьте как вам удобно и расслабьтесь». Только наденьте, пожалуйста, эти очки? — он аккуратно положил на стол два комплекта очков с прозрачными линзами и слишком уж толстой для обычных очков оправой.

Ловкими движениями Тацуя открыл свой изящный ноутбук, его пальцы запорхали над клавиатурой, инициируя подключение обеих пар очков. Затем он продолжил:

— Теперь, пожалуйста, плавно поводите очками из стороны в сторону, — он тут же продемонстрировал это сам, совершая мягкие, почти гипнотические движения головой.

— А… зачем? — нерешительно спросила Аяко, явно не слишком знакомая с этим видом современной технологии. В ее голове промелькнуло смутное воспоминание о том, как Хатояма-семпай упоминал что-то про дополненную реальность, но сама она была знакома с этим понятием лишь по игре Pokemon Go, в которую играла очень недолго и без особого энтузиазма.

— Это очки дополненной реальности, — терпеливо пояснил Тацуя, его глаза сверкнули искренним интересом. — Они не настолько мощные, чтобы показывать полноценную картинку в реальном времени в свободном пространстве, но у них есть чувствительные датчики дальности, которые прекрасно подходят для использования в закрытом помещении. А чтобы точно отсканировать положение в пространстве этой комнаты, необходимо плавно поводить очками из стороны в сторону. Немного расстраивает, что не самая новая технология, но для того, что я хотел, нам хватит. У меня есть к ней свободный доступ, мы использовали ее для одного интересного проекта.

— А они действительно необходимы? — осмелилась спросить Аяко, ее любопытство боролось с легким смущением. — Просто если Хатояма-семпай говорил про общедоступную технологию, хотя бы в Японии… Вроде бы такие очки используются довольно редко… Я знаю, что их используют на складах, в медицине, и даже в некоторых престижных школах для виртуальных экскурсий и прочего, но все то больше в порядке исключения.

— Эти очки, конечно, совсем не обязательны, конечно, можно обойтись и обычным смартфоном, да и экрана ноута или десктопа хватит, — ответил Тацуя, его голос, до этого полный энтузиазма, внезапно стал заметно тише, и в нем даже проскользнули нотки почти детской обиды. — Но мне казалось, так будет гораздо увлекательнее и произведет более сильное впечатление…

— Простите, Хатояма-семпай! — воскликнула Аяко, поспешно вставая и отвешивая глубокий поклон. Ее лицо залилось легким румянцем. — Я просто никогда раньше не имела дела с таким из первых рук и считала ее довольно редкой. Виртуальный шлем пробовала, но дополненную реальность — нет, и мне действительно очень интересно попробовать!

— Ладно… — произнес Тацуя уже гораздо более спокойным тоном, Аяко поняла, что его расстройство от ее невольного пренебрежения прошло, и почувствовала, как намного успокоилась. И почему ей стало так не по себе… — Тогда я запускаю программу. Сейчас только закрою здесь все, чтоб нам никто не помешал.

Раздался мягкий щелчок закрывающейся двери конференц-зала. Тацуя еще немного поколдовал над клавиатурой и мышкой, и вдруг в стене напротив них словно из ниоткуда возникла изящная дверь, откуда вышла очаровательная молодая девушка, на вид примерно их возраста.

Появившаяся в виртуальном пространстве анимированная девушка показалась Аяко невероятно милой. В ней не было той нарочитой, приторной миловидности, свойственной айдолам или стереотипным «девушкам в юкате». Ее красота была естественной и непринужденной, а изящество движений и манера общения просто завораживали. То, что ее вид был анимированным, а не настоящим, нисколько ее не портило.

— Добрый вечер, Тацуя! — мелодично произнесла виртуальная девушка, ее голос звучал удивительно живо и естественно.

— Приветствую вас, уважаемая госпожа! — мелодичный голос, наполненный искренней теплотой и уважением, обратился к Аяко. — Позвольте представиться, меня зовут Кайва Кагами!

Аяко, немного растерянная от неожиданной встречи с довольно активной виртуальной собеседницей, учтиво склонила голову:

— Я Аяко Хитани. Очень приятно познакомиться, Кайва-сан. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

Кайва, с озорной искоркой в глазах, легко взмахнула рукой:

— Да-да, вы тоже, позаботьтесь, Хитани-сан! — она мгновенно перешла на более непринужденный тон, словно давняя подруга. — Итак, я понимаю, что Тацуя привел вас сюда для увлекательной беседы. О чем бы вы хотели поговорить? У меня есть множество интересных тем!

Кайва начала перечислять, загибая пальцы:

— Может быть, обсудим последние прогнозы погоды? Или поговорим о невероятном урожае капусты в этом году? А как насчет последних новостей из императорского дворца и кабинета премьер-министра? Ох, и, конечно, нельзя забывать о новых трендах в мире обуви! А может, вас больше заинтересует рассказ о новейшем флагмане императорского флота? — Кайва сделала драматическую паузу. — Или… может быть, вы хотите услышать пикантные подробности о недавнем скандальном побеге третьего секретаря Политического совета Банка Японии?

Аяко на мгновение растерялась от такого разнообразия тем. В принципе, почти все предложенные темы казались ей в той или иной степени интересными. Разве что урожай капусты не очень привлекал её внимание, да и новости об императоре и премьер-министре интересовали лишь постольку-поскольку…

После короткого раздумья Аяко осторожно спросила:

— Кайва-сан, а почему вы упомянули именно эти темы? Они кажутся такими… разнородными.

Лицо Кайвы озарилось яркой улыбкой, а в её виртуальных глазах заплясали искорки живого интереса:

— О, Хитани-сан, в этом-то и заключается вся прелесть! Жизнь полна неожиданных связей и удивительных совпадений. Вот, например, знаете ли вы, что новый рекордный урожай капусты в чибийской префектуре может оказать существенное влияние на экономическую политику Банка Японии?

Аяко удивленно приподняла брови:

— Правда? Как это возможно? Я никогда не думала, что эти вещи могут быть как-то связаны. Нет, слишком большой урожай, понятно, какое-то влияние не оказать не может, но чтоб оно было хоть каким-то существенным?..

— Ну, представьте себе такую ситуацию, — начала увлеченно объяснять Кайва. — Неожиданно богатый урожай капусты сразу в нескольких префектурах приводит к резкому снижению цен на этот продукт. Это, в свою очередь, может повлиять на общий индекс потребительских цен, что является важным показателем для Банка Японии при принятии решений о монетарной политике. А если учесть, что капуста — один из базовых продуктов питания, то её цена может оказать влияние на инфляционные ожидания населения. Вот вам и связь между капустой и высокой финансовой политикой!

Кайва лукаво подмигнула и продолжила:

— Кстати, говоря о Банке Японии… Что вы думаете о недавнем скандальном побеге третьего секретаря Политического совета?

Аяко смутилась и честно призналась:

— Если честно, я не слышала об этом происшествии. Это действительно произошло?

— О, это самая горячая новость последних дней! — воскликнула Кайва с энтузиазмом. — Представьте себе: высокопоставленный чиновник Банка Японии совершает побег, и не просто так, а в туфельках из последней эксклюзивной коллекции, представленной на Императорской Летней Выставке Сверхвысокой моды! Можете себе представить, какой переполох это вызвало в финансовых и модных кругах одновременно?

Тацуя, до этого момента молча наблюдавший за разговором, не выдержал и рассмеялся:

— Кайва, ты снова смешиваешь реальные факты и свои фантазии!

Кайва надула губки, изображая обиду:

— Но согласись, Тацуя, так история становится гораздо интереснее! — Она повернулась к Аяко. — Кстати, Хитани-сан, а вы знаете, что новейший флагманский корабль императорского флота назван в честь сорта моркови, выведенного лично премьер-министром в его частном огороде?

Аяко растерянно посмотрела на Тацую, не зная, стоит ли верить словам этой необычной виртуальной собеседницы.

Тацуя, заметив замешательство Аяко, мягко покачал головой:

— Не воспринимайте всё буквально, Хитани-сан. Кайва обожает придумывать невероятные истории, искусно соединяя реальные факты и чистый вымысел. Это часть её… уникальной особенности.

— Особенности? — переспросила заинтригованная Аяко.

— Да видите ли, — начал объяснять Тацуя, — Кайва — это экспериментальный искусственный интеллект, специально созданный для генерации креативных идей и установления неожиданных связей между самыми разнообразными темами и концепциями. Другими словами, Кайва — это идеальный собеседник, способный найти интересные темы для разговора с любым человеком.

Аяко с возросшим интересом посмотрела на Кайву:

— Это действительно удивительно! И как же это работает на практике?

Кайва, явно обрадованная проявленным интересом, буквально подпрыгнула от восторга:

— О, это как увлекательная игра! Представьте, что у вас есть огромная коробка с самыми разными кубиками. На каждом кубике написана какая-то тема или факт. Я достаю несколько кубиков и составляю из них новую, уникальную историю! Реальная она или нет — это уже второстепенный вопрос. Главное, чтобы мне было интересно её рассказывать, а моему собеседнику — слушать!

Аяко улыбнулась, начиная понимать суть этого необычного ИИ:

— А я не очень понимаю? Вы своего рода творческий генератор идей? Или все же, как сказал Хатояма-семпай, просто собеседник?

— Именно так! Я и то и другое, — с энтузиазмом подтвердила Кайва. — А теперь, может быть, вы хотите услышать невероятную историю о том, как творчество О. Генри повлияло на дизайн новых банкнот Банка Японии? Поверьте, это будет захватывающий рассказ!

Тацуя и Аяко переглянулись и дружно рассмеялись.

— Ну, валяй, Кайва-чан!

Аяко, заинтригованная предложением Кайвы, с улыбкой кивнула:

— Да, пожалуйста, расскажите! Это звучит очень необычно.

Кайва, воодушевленная интересом собеседницы, приняла драматичную позу и начала свой рассказ:

— Итак, представьте себе, Хитани-сан, что однажды темной ночью главный дизайнер Банка Японии не мог уснуть. Он ворочался в постели, мучаясь над новым дизайном банкнот, который никак не удавалось сделать одновременно красивым и защищенным от подделок. И вот, от отчаяния он потянулся к книжной полке и случайно вытащил сборник рассказов О. Генри.

Тацуя тихо хмыкнул, но не стал прерывать повествование.

— Наш герой начал читать «Короли и капуста», — продолжала Кайва, — и вдруг его осенило! Помните эпизод, где герои прячут деньги в статую? Дизайнер подумал: «А что, если сделать на банкноте изображение, которое будет менять вид под разными углами, как будто прячась и появляясь вновь?»

Аяко заинтересованно подалась вперед:

— И что было дальше?

— О, дальше началось самое интересное! — воскликнула Кайва. — Дизайнер немедленно связался с командой технологов, и они разработали уникальную систему голограмм, вдохновленную сюжетами О. Генри. На новой банкноте появилось изображение, которое при наклоне превращалось из капустного листа в корону, символизируя название книги «Короли и капуста»!

— Это действительно произошло? — с сомнением спросила Аяко, поглядывая на Тацую.

Тацуя мягко улыбнулся:

— Кайва любит приукрашивать реальность, Хитани-сан. Но в её истории есть доля правды. Банк Японии действительно использует сложные голограммы для защиты банкнот, хотя вряд ли они вдохновлены именно О. Генри.

Кайва, ничуть не смутившись, продолжила:

— Но это еще не всё! Вдохновленный успехом, дизайнер решил пойти дальше. Он предложил создать серию банкнот, на которых были бы зашифрованы сюжеты известных литературных произведений. Представьте: на одной банкноте — крошечная карта острова сокровищ, на другой — силуэт Шерлока Холмса, который виден только под ультрафиолетом!

Аяко не могла сдержать улыбку:

— Это звучит невероятно! Но… как-то слишком?

— Правда в том, — вмешался Тацуя, — что дизайн банкнот действительно часто содержит скрытые элементы и отсылки к культуре. Например, на некоторых банкнотах можно найти миниатюрные изображения исторических событий или культурных символов.

— Хатояма-семпай, ладно еще Кайва-сан, а откуда вы столько знаете про банкноты?

Тацуя, видимо, смутился, но все же нашел в себе силы сказать:

— Это что-то вроде хобби, в какой-то момент мне пришлось заниматься отличием настоящих и фальшивых денег, причем без дополнительных гаджетов, кроме смартфона и интернета. А позже мне стало интересно, и я увлекся этой темой. А поскольку с Кайвой я беседовал часто, она в курсе этого маленького увлечения.

— Поэтому вам, Кайва-сан, нравится говорить об этом, и у вас есть много информации об этом. И поэтому вам нравится идея красивых и интересных банкнот с отсылками на национальную культуру?

Кайва кивнула:

— Именно! А теперь представьте, что эта идея распространилась по всему миру. Банкноты превратились в настоящие произведения искусства, рассказывающие истории своих стран через литературу!

— Это было бы удивительно, — задумчиво произнесла Аяко. — Хотя, наверное, не очень практично.

— Практичность — это скучно! — воскликнула Кайва. — Зато представьте, как интересно было бы изучать историю и литературу, просто разглядывая деньги в своем кошельке!

Тацуя рассмеялся:

— Кайва, ты как всегда, находишь самые неожиданные связи между вещами. Но знаете, Хитани-сан, в чем-то она права. Искусство, литература, экономика — все эти вещи действительно связаны очень тесно, но обычно мы об этом мало задумываемся.

Аяко кивнула, явно заинтересованная этой мыслью:

— Это правда. Я никогда не думала об этом в таком ключе. Кайва-сан, а есть ли еще какие-нибудь неожиданные связи между литературой и экономикой, о которых вы можете рассказать?

Кайва просияла от восторга, услышав вопрос Аяко:

— О, Хитани-сан, вы задали просто великолепный вопрос! Связей между литературой и экономикой гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд. Давайте я расскажу вам ещё одну увлекательную историю!

Тацуя с интересом подался вперед, явно заинтригованный тем, что придумает Кайва на этот раз.

— Итак, — начала Кайва, — знаете ли вы, что роман «Моби Дик» Германа Мелвилла повлиял на создание современной системы фьючерсных контрактов в Японии?

Аяко удивленно приподняла брови:

— Нет, не знала. Как это возможно?

— Ах, это удивительная история! — воскликнула Кайва. — Видите ли, в 1980-х годах один японский финансист, большой поклонник американской литературы, перечитывал «Моби Дика». Он обратил внимание на то, как китобои в романе заключали сложные договоры о распределении прибыли от будущего улова. Это натолкнуло его на мысль о создании более гибкой системы фьючерсных контрактов для японского финансового рынка!

Тацуя мягко вмешался:

— Кайва, ты уверена, что это действительно произошло?

Кайва хитро подмигнула:

— Ну, может быть, я немного приукрасила детали. Но разве это не замечательная иллюстрация того, как литература может вдохновлять экономические инновации?

Аяко задумчиво кивнула:

— Это действительно интересная идея. А есть ли реальные примеры влияния литературы на экономику?

— О, конечно! — воодушевленно ответила Кайва. — Например, знаете ли вы, что термин «робот» впервые появился в пьесе чешского писателя Карела Чапека? А сегодня роботизация — это огромная часть мировой экономики! А ещё есть история о том, как роман «Атлант расправил плечи» Айн Рэнд повлиял на экономические взгляды многих людей, включая некоторых политиков и бизнесменов. Хотя, конечно, влияние этой книги остается предметом споров.

— Это удивительно, — произнесла Аяко. — Я никогда не думала, что литература может иметь такое практическое влияние.

— Именно! — воскликнула Кайва. — Литература формирует наше мышление, наши идеи о мире. А идеи, в свою очередь, формируют экономику. Например, антиутопии часто заставляют нас задуматься о рисках определенных экономических систем.

— Это открывает совершенно новый взгляд на литературу. Кайва-сан, а есть ли у вас ещё какие-нибудь интересные истории о неожиданных связях между разными областями?

— О, Хитани-сан, у меня есть история, которая просто взорвет ваш мозг! — воскликнула Кайва. — Знаете ли вы, что теория относительности Эйнштейна повлияла на создание современной системы навигации в токийском метро?

Аяко и Тацуя обменялись недоверчивыми взглядами, но промолчали.

— Представьте себе: в 1960-х годах группа инженеров работала над улучшением системы навигации в постоянно расширяющемся токийском метро, — продолжила Кайва. — И вот однажды один из них, читая научно-популярную книгу об Эйнштейне, наткнулся на описание искривления пространства-времени. Это натолкнуло его на идею представить карту метро не как плоскую схему, а как многомерное пространство!

Тацуя хотел что-то возразить, но Кайва не дала ему вставить слово:

— Используя принципы, похожие на те, что описывал Эйнштейн, они создали систему навигации, которая учитывала не только расстояние между станциями, но и время в пути, загруженность маршрутов и даже высоту над уровнем моря! Это революционизировало всю систему общественного транспорта!

— Это правда, Кайва-сан? — спросила Аяко, выглядя одновременно заинтригованной и скептичной. — Звучит невероятно…

— А вот теперь, Хитани-сан, мы подходим к самому интересному, — загадочно улыбнулась Кайва. — Знаете, что самое удивительное в этой истории?

— Что же? — хором спросили Аяко и Тацуя.

— Самое удивительное то, что эта история полностью выдумана мной прямо сейчас! — воскликнула Кайва, заливаясь смехом. — Но разве она не заставила вас задуматься о том, как разные области знаний могут неожиданно пересекаться?

— Кайва, ты неисправима… — покачал головой Тацуя, улыбаясь.

— Но… зачем тогда было рассказывать эту историю, если она неправдива? — озадаченно спросила Аяко.

— А вот здесь, Хитани-сан, мы подходим к самому главному парадоксу, — внезапно посерьезнела Кайва. — Эта выдуманная история, хоть и не соответствует действительности, заставила нас задуматься о реальных связях между различными областями науки и жизни. Она пробудила ваше любопытство, заставила вас критически мыслить. И кто знает, может быть, именно сейчас в вашей голове родилась идея, которая действительно изменит мир?

— Знаете, в этом есть смысл, — задумчиво кивнул Тацуя. — Иногда фантазия может привести к реальным открытиям.

— Я начинаю понимать… — медленно улыбнулась Аяко. — Это как в литературе: даже выдуманная история может нести в себе глубокую правду.

— Именно! — просияла Кайва. — И в этом парадокс творчества и познания: иногда нужно отойти от реальности, чтобы лучше её понять. А теперь, — она хитро подмигнула, — кто хочет услышать историю о том, как кулинарная книга повлияла на развитие квантовой физики?

— Пожалуй, на сегодня хватит, Кайва-чан.

— До свидания, Тацуя, Хитани-сан.

Кайва прошла в открывшуюся в стене дверь и исчезла.

— Что скажете, Хитани-сан?

— Впечатляет, Хатояма-семпай. Чат-боты были созданы лет за 30 до того, как я родилась, Chat-GPT существует уже несколько лет, да и визуализация разговора в компьютерных играх — вещь не новая. Но все это вместе — выглядит впечатляюще. Особенно в дополненной реальности, вы были правы.

— Спасибо за лестную оценку, Хитани-сан. Я уже несколько лет тихой сапой работал над этой идеей, современное развитие нейросетей сильно мне помогло, и где-то полгода назад у меня начало получаться что-то, что не стыдно показать другим, — улыбнулся Тацуя. — Проблем, правда, пока тоже выше крыши.

— Каких, например? — поинтересовалась Аяко.

— Ну, например, иногда Кайва выдает совершенно нелепые утверждения или начинает противоречить сама себе. А еще бывают проблемы с синхронизацией аудио и визуальной части.

— А как вы решаете эти проблемы?

— Постоянно дорабатываю алгоритмы, добавляю новые данные. Сейчас Кайва может воспринимать информацию даже после простого общения, но это не было так изначально. Я ищу разные способы дать ей самостоятельности и возможности для развития. Но каждое решение порождает веер новых проблем. Это бесконечный процесс.

— Звучит крайне интересно, но как-то слишком уж сложно.

— Как есть, — пожал плечами Тацуя. — Ну, пожалуй, мы закончили?

Аяко кивнула.

— Как скажете, Хатояма-семпай.

Тацуя взял ноутбук, и они вместе с Аяко решили выйти из комнаты. Тацуя уверенно шагнул вперед, но когда он направился к двери и попытался ее открыть, у него не вышло, и он неожиданно врезался в невидимую преграду.

— Ай! Что за чертовщина? — воскликнул он, потирая лоб.

Аяко, пытаясь сдержать смех, осторожно протянула руку:

— Хатояма-семпай, кажется, наши чудо-очки решили, что дверь нам больше не нужна. И сделали ее для нас невидимой. Не дополненная, а «урезанная» реальность получилась.

Тацуя раздраженно фыркнул:

— Ксо, очки только забыл снять, и еще одна «фича» в копилку проблем.

Глава 4. Каждый отладчик желает знать где спрятана функция любви

Тацуя и Аяко сидели в том же конференц-зале, в котором и состоялось первое знакомство Аяко с Кайвой. На них были все те же виртуальные очки, но вдобавок к этому Тацуя подключился к большому экрану конференц-зала, установил и подсоединил довольно серьезную камеру, не питая доверия ни на ту, что в ноутбуке, ни на установленную в конференц-зале. Микрофон, тем не менее он устанавливать не стал, объяснив, что качество микрофона очков вполне достаточное.

— Начинаем, — негромко проронил он и нажал на кнопку.

Перед ними на большом экране появилось изображение Кайвы, которая приветливо улыбалась. Аяко невольно отметила, как Тацуя слегка подался вперед, его глаза загорелись энтузиазмом при виде виртуальной собеседницы.

— Приветствую, Кайва, — обратился Тацуя к виртуальной девушке. — Нам надо будет провести сегодня несколько тестов.

— Как скажете, мастер Тацуя! — Жизнерадостно улыбнулась Тацуе Кайва, от слов которой Аяко испытала определенный дискомфорт. Слово, которое использовала Кайва, могло означать и «мастер», то есть «хозяин», и «муж».

«Ладно, пока это не «данна — сама», но чего страшного», — подумала про себя Аяко, а вслух вежливо сказала:

— Доброе утро, Кайва-сан, — и немного неловко улыбнулась, а затем обратилась уже к Тацуе: — А что именно сегодня мы будем делать?

— Хитани-сан, — начал Тацуя, поправляя очки дополненной реальности, — сегодня мы проведем серию тестов для оценки эмоционального интеллекта Кайвы. Это критически важно для создания действительно «идеального собеседника».

Аяко кивнула, чувствуя легкое волнение. Она заметила, как Тацуя быстро взглянул на нее, словно проверяя ее реакцию. Его забота о ее мнении была очевидна, и это заставило Аяко почувствовать тепло в груди.

— Да, Хатояма-семпай. С чего мы начнем? — спросила она, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно, несмотря на нервозность.

Тацуя повернулся к виртуальному изображению Кайвы, но Аяко заметила, как уголок его рта дернулся в легкой улыбке, словно он оценил её энтузиазм.

— Кайва, мы собираемся провести несколько тестов твоего эмоционального интеллекта. Ты готова? — спросил он, и Аяко уловила нотки гордости в его голосе.

Кайва улыбнулась еще шире.

— Конечно, Тацуя! Я всегда готова к новым испытаниям. Это так захватывающе!

Тацуя кивнул и начал первый тест.

— Хорошо, Кайва. Я покажу тебе несколько изображений лиц, выражающих различные эмоции. Твоя задача — определить, какую эмоцию выражает каждое лицо.

На экране появилось первое изображение — молодой человек с широкой улыбкой и прищуренными глазами. Аяко невольно подалась вперед, чувствуя, как её собственное любопытство растет.

— Это выражение радости, — почти мгновенно ответила Кайва. — Широкая улыбка, прищуренные глаза — классические признаки искренней радости или счастья.

Тацуя и Аяко переглянулись, впечатленные скоростью и точностью ответа. Аяко заметила, как глаза Тацуи сверкнули от удовольствия, и она почувствовала, что разделяет его гордость за Кайву.

Тест продолжился, и Кайва безошибочно определяла базовые эмоции: грусть, гнев, удивление, отвращение и страх. Тацуя не только прошелся по всему спектру эмоций, но и сделал это по разнообразной выборке, используя лица людей различного возраста и пола. Аяко наблюдала за взаимодействием Тацуи и Кайвы и не могла не отметить, как уверенно он действует. Его четкие действия и глубокая проработка теста не могли не произвести положительного впечатления. С каждым правильным ответом Аяко чувствовала, как растет её восхищение работой Тацуи.

— Впечатляюще, — прокомментировала Аяко, не в силах сдержать улыбку. Она заметила, как Тацуя слегка выпрямился, явно довольный её похвалой. — Но давайте попробуем что-нибудь посложнее.

Тацуя кивнул, и Аяко уловила искру азарта в его глазах. Он вывел на экран изображение человека с едва заметной улыбкой и слегка приподнятой бровью.

Кайва на секунду задумалась. Аяко и Тацуя одновременно подались вперед, их плечи почти соприкоснулись. Аяко почувствовала легкое покалывание от этой близости, но не отстранилась.

— Это интересное выражение лица, — начала Кайва. — Я бы сказала, что это смесь легкого удивления и скептицизма. Возможно, человек услышал что-то неожиданное, но не совсем верит услышанному.

— Отлично, Кайва, — похвалил Тацуя. Аяко заметила, как его плечи расслабились, словно он сбросил невидимый груз. Она поняла, что Тацуя, несмотря на свою уверенность, тоже волновался за результаты теста.

— А теперь давай перейдем к более сложной части теста, — продолжил он, бросив быстрый взгляд на Аяко, словно ища её одобрения. — Мы будем показывать тебе короткие видеоролики с диалогами. Твоя задача — определить не только явные эмоции, но и скрытые чувства, которые люди могут пытаться скрыть.

Аяко кивнула, поддерживая идею. Она почувствовала, как Тацуя слегка расслабился, получив её молчаливое согласие.

— Звучит захватывающе! — ответила Кайва. — Я готова к вызову.

Аяко запустила первый видеоролик, её пальцы слегка дрожали от волнения. На экране появились двое коллег, обсуждающих проект. Один из них предлагал идею, а второй, улыбаясь, говорил, что это «интересная мысль».

— Итак, Кайва, что ты можешь сказать об эмоциях этих людей? — спросила Аяко, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно. Она почувствовала на себе одобрительный взгляд Тацуи, и это придало ей сил.

Кайва на мгновение задумалась, анализируя увиденное. Тацуя и Аяко затаили дыхание, ожидая ответа. Их взгляды встретились, и Аяко увидела в глазах Тацуи смесь волнения и надежды.

— Человек, предлагающий идею, выглядит воодушевленным и немного нервничает, — начала Кайва. — Его поза напряжена, а глаза ищут одобрения. Что касается второго человека, его улыбка не достигает глаз, а тон голоса звучит немного натянуто. Я бы сказала, что он на самом деле скептически относится к предложенной идее, но пытается быть вежливым.

Тацуя одобрительно кивнул, его лицо озарилось улыбкой. Аяко почувствовала, как её сердце забилось чуть быстрее от вида его радости.

— Очень хорошо, Кайва. Ты уловила нюансы, которые многие люди могли бы пропустить, — сказал Тацуя, его голос звучал мягко и тепло.

Следующий видеоролик показывал семейный ужин. Молодая женщина объявляла о своем решении бросить престижную работу и отправиться путешествовать по миру. Аяко невольно напряглась, вспомнив свои собственные семейные конфликты. Тацуя, казалось, заметил это и слегка наклонился к ней, словно предлагая молчаливую поддержку.

— Здесь ситуация более сложная, — начала Кайва после просмотра. — Молодая женщина выглядит воодушевленной, но в ее глазах есть тень неуверенности. Возможно, она не до конца уверена в своем решении. Ее мать улыбается, но ее руки сжаты, что говорит о скрытом беспокойстве. Отец выглядит озадаченным и немного расстроенным, хотя пытается это скрыть. Младший брат, кажется, единственный, кто искренне рад за сестру.

Аяко была впечатлена глубиной анализа. Она посмотрела на Тацую, который наблюдал за ней с легкой улыбкой. Его взгляд, казалось, говорил: «Видишь, на что способна Кайва?». Аяко почувствовала, как её уважение к работе Тацуи растет с каждой минутой.

— Кайва, а как ты думаешь, почему члены семьи реагируют именно так? — спросила Аяко, её голос слегка дрожал от волнения.

— Исходя из культурного контекста, — ответила Кайва, — можно предположить, что родители беспокоятся о будущем дочери и ее карьере. В японском обществе отказ от стабильной работы ради путешествий может восприниматься как безответственность. Младший брат, возможно, меньше связан социальными ожиданиями и потому более открыто выражает поддержку.

Тацуя внимательно слушал, делая заметки. Аяко заметила, как его брови слегка нахмурились, словно он обдумывал что-то важное. Она почувствовала внезапное желание разгладить эту морщинку на его лбу.

— Кайва, а как бы ты посоветовала молодой женщине общаться с семьей в такой ситуации? — спросил Тацуя, его голос звучал мягко, но в нем чувствовалась нотка напряжения.

Аяко затаила дыхание, ожидая ответа. Она почувствовала, как Тацуя слегка наклонился в её сторону, словно ища поддержки. Их плечи почти соприкасались, и Аяко ощутила тепло, исходящее от него.

Кайва на мгновение задумалась. Когда она заговорила, её голос был полон сочувствия и понимания:

— Я бы посоветовала ей быть открытой и честной о своих чувствах и мотивациях. Важно признать опасения родителей и показать, что она понимает их беспокойство. Возможно, стоит представить свой план более детально, чтобы снизить их тревогу. Также было бы хорошо подчеркнуть, как этот опыт может быть полезен для ее будущей карьеры.

Аяко была впечатлена. Она повернулась к Тацуе, их взгляды встретились, и она увидела в его глазах отражение своего собственного восхищения.

— Это действительно хороший совет, Кайва, — сказала Аяко, её голос звучал мягко. — Ты не только анализируешь эмоции, но и предлагаешь конструктивные решения.

Тацуя кивнул, его глаза светились гордостью. Он на мгновение задержал взгляд на Аяко, словно хотел что-то сказать, но затем решил усложнить задачу.

— Кайва, а теперь представь, что ты — та молодая женщина. Как бы ты себя чувствовала в этой ситуации?

Этот вопрос заставил Кайву ненадолго замолчать. Аяко и Тацуя обменялись взглядами, в которых читалось любопытство и легкое беспокойство. Аяко почувствовала, как Тацуя слегка напрягся рядом с ней, словно готовясь к неожиданному ответу.

Когда Кайва заговорила, ее голос звучал более задумчиво:

— Если бы я была на месте этой молодой женщины, я бы чувствовала смесь волнения и страха. Волнение от предстоящих приключений и новых возможностей, но также страх перед неизвестностью и сомнения в правильности своего решения. Я бы испытывала чувство вины за то, что расстраиваю родителей, и, возможно, даже сомневалась бы, не эгоистичен ли мой поступок. В то же время была бы благодарность брату за его поддержку и надежда на то, что родители в конечном счете поймут и примут мое решение. И если оно, в конце концов, было бы ошибочным, то смогут меня поддержать.

Тацуя и Аяко обменялись удивленными взглядами. Способность Кайвы не только анализировать эмоции со стороны, но и представлять себя на месте другого человека, была впечатляющей. Аяко заметила, как глаза Тацуи расширились от удивления, а затем наполнились гордостью. Она почувствовала, как её собственное сердце забилось чуть быстрее от осознания глубины ответа Кайвы.

— Кайва, — сказал Тацуя, его голос слегка дрожал от волнения, — твой ответ показывает глубокое понимание человеческих эмоций. Но скажи, как ты думаешь, есть ли разница между тем, как ты анализируешь эмоции, и тем, как это делают люди?

Аяко затаила дыхание, ожидая ответа.

Кайва ответила не сразу. Когда она заговорила, ее голос звучал задумчиво:

— Я думаю, главное отличие в том, что я анализирую эмоции на основе огромного количества данных и алгоритмов, в то время как люди часто полагаются на интуицию и личный опыт. Моя обработка информации происходит быстрее и может быть более всесторонней, но людям доступно что-то, чего у меня нет — реальные чувства и опыт переживания эмоций.

— Кайва права, — сказала Аяко, поворачиваясь к Тацуе. Их взгляды встретились, и на мгновение Аяко почувствовала, как время словно остановилось. — Её анализ впечатляет, но все же есть что-то… неуловимое в человеческих эмоциях, что сложно запрограммировать.

Тацуя кивнул, его глаза не отрывались от Аяко. Она заметила, как немного смягчились черты его лица.

— Согласен, — сказал он тихо. — Но то, как Кайва анализирует и интерпретирует эмоции, может быть невероятно полезным инструментом. Представьте, как это можно использовать в нашем проекте по улучшению социального взаимодействия.

Аяко задумалась, её глаза загорелись энтузиазмом. Тацуя наблюдал за ней с легкой улыбкой, явно довольный её реакцией.

— Да, если бы мы могли интегрировать подобную систему анализа эмоций в приложение для социального взаимодействия… — начала она, её голос звенел от возбуждения. — Это могло бы помочь людям лучше понимать друг друга, особенно в онлайн-коммуникации, где так легко неправильно интерпретировать чужие слова.

— Именно, — согласился Тацуя, его глаза сияли. Он повернулся к виртуальному изображению Кайвы. — Кайва, как ты думаешь, каким образом твои способности могли бы помочь людям в их повседневном общении?

Кайва, казалось, оживилась еще больше. Аяко и Тацуя невольно подались вперед, их плечи соприкоснулись, но ни один из них не отстранился.

— Секундочку! — воскликнула Кайва, и в самом деле на секунду замерла, продемонстрировав задумчивое выражение, через секунду ее выражение лица разгладилось, и она с большим энтузиазмом продолжила. — Например, можно создать приложение, которое анализирует текстовые сообщения и предлагает пользователю добавить эмодзи или уточнить формулировки, чтобы лучше передать эмоциональный контекст. Или виртуальный помощник, который бы подсказывал, как лучше реагировать на эмоциональные сообщения собеседника.

Аяко почувствовала, как Тацуя слегка напрягся рядом с ней. Она бросила на него быстрый взгляд и заметила, что его брови слегка нахмурились.

— Это интересные идеи, — сказала Аяко, осторожно формулируя свои мысли. — Но не думаете ли вы, что это может сделать общение слишком… механическим?

Тацуя повернулся к ней, его глаза загорелись. Аяко поняла, что он оценил её критическое мышление.

— Не обязательно, — ответил он, его голос звучал мягко, но уверенно. — Скорее, это будет инструмент, помогающий людям лучше понимать друг друга. Особенно это может быть полезно для тех, кто испытывает трудности в распознавании эмоций, например, людей с расстройствами аутистического спектра. Или людям с излишней стыдливостью, или тем, кто сам способен слабо осознать собственные чувства.

Аяко кивнула, понимая, что ее семпай совсем непрост и способен быстро находить интересные аргументы.

— Я согласна, — добавила Кайва. — Цель не в том, чтобы заменить человеческое общение, а в том, чтобы сделать его более эффективным и понятным. Это как использование словаря при изучении иностранного языка — он не заменяет живого общения, но помогает лучше понимать нюансы языка.

Аяко кивнула, соглашаясь. Она почувствовала, как Тацуя слегка расслабился рядом с ней.

— Вы правы, — сказала она, переводя взгляд с Кайвы на Тацую. — Это действительно может быть очень полезным инструментом. Кайва, а как ты думаешь, какие еще области человеческого взаимодействия могли бы выиграть от подобной технологии?

— Ох, их так много! — воскликнула Кайва с энтузиазмом. — Например, в образовании — помогать учителям лучше понимать эмоциональное состояние учеников и адаптировать свой подход. Или в медицине — помогать врачам более точно интерпретировать эмоциональные сигналы пациентов. В бизнесе это могло бы улучшить переговоры и работу в команде. Даже в области развлечений — представьте игры или фильмы, которые адаптируются к эмоциональному состоянию зрителя!

Тацуя и Аяко были впечатлены широтой видения Кайвы. Они обменялись взглядами, полными восхищения и возбуждения. Аяко заметила, как глаза Тацуи сияли от гордости за свое творение. Вскоре после этого они попрощались с Кайвой. От такой интенсивной демонстрации устала даже Аяко, не говоря уже о проводившем саму демонстрацию Тацуе.

Когда изображение Кайвы исчезло, Тацуя и Аяко еще долго сидели, обсуждая результаты теста и новые идеи для проекта.

Внезапно Аяко выпрямилась, её глаза загорелись новой идеей. Она почувствовала, как её сердце забилось чуть быстрее, вспомнив о своём тайном увлечении.

— Хатояма-семпай, — начала она, слегка наклоняясь к Тацуе, её щеки слегка порозовели. — У меня появилась мысль. Кайва великолепно справляется с анализом эмоций, но что если мы расширим её знания в других областях? Например, в современной японской поп-культуре?

Тацуя заинтересованно поднял бровь, заметив необычное оживление Аяко.

— Мы могли бы загрузить информацию о последних трендах, популярных аниме и манге, — продолжила Аяко с растущим энтузиазмом, её глаза заблестели. — Например, о сёдзи манге, — добавила она тише, словно выдавая свой секрет.

Тацуя удивленно моргнул, явно не ожидав такого предложения от своей серьёзной коллеги.

— А затем проверить, как она интегрирует эти новые знания в беседу, — быстро добавила Аяко, пытаясь скрыть свое смущение. — Это могло бы сделать её ещё более универсальным собеседником, особенно для молодежи. И, возможно, помочь лучше понимать сложные эмоциональные ситуации, которые часто описываются в этих историях.

Глаза Тацуи загорелись интересом, а на губах появилась легкая улыбка, словно он увидел Аяко в новом свете.

— Это… неожиданная, но отличная идея, Хитани-сан, — сказал он, его голос звучал мягче обычного. — Я и не подозревал, что у вас могут быть такие интересные идеи для обучения Кайвы.

Аяко почувствовала, как её лицо вспыхнуло, но она решительно встретила взгляд Тацуи.

— Иногда самые глубокие истины о человеческих отношениях можно найти в самых неожиданных местах, Хатояма-семпай, — сказала она со смелостью, которой сама от себя не ожидала.

— Хитани-сан, — начал Тацуя, откидываясь в кресле, — расскажите мне подробнее об этом жанре. Я, признаться, не очень в нем разбираюсь.　

Было это правдой или нет, дело десятое, любовную седзе-мангу Тацуя и в самом деле не читал, а вот насчет махо-седзе тут ответ был немного другим… Хотя он не признался бы в этом даже под пытками…

Аяко глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.

— Сёдзё-манга, Хатояма-семпай, это не просто истории о школьной любви, или даже любви вообще, как думают те, кто мало знаком с самом жанром. На самом деле то целый мир сложных запутанных эмоций, тонких нюансов отношений и самого разнообразного личностного роста.

Тацуя внимательно слушал, его взгляд был сосредоточен на Аяко. Она почувствовала, как её щеки слегка покраснели под его пристальным вниманием.

— Например, возьмем мангу «Корзинка фруктов», — продолжила она. — На первый взгляд, это история о девушке, живущей в семье, члены которой превращаются в животных китайского зодиака. Но на самом деле, это аниме глубоко исследует различные моральные травмы и искореженные семейные отношения. У каждого «знака зодиака» свои проблемы и способы борьбы с ними. Мне, например, нравится «кролик» — хоть он иногда и надевает части женской униформы, он единственный мужской персонаж, который находит в себе смелость сказать «богу» зодиака, что он неправ. В этот клубок сложных чувств вплетается Тору Хонда, обычная девочка с собственными травмами, чье появление становится катализатором изменений. Её способность видеть хорошее в людях постепенно влияет на всех, даже на Акито — жестокого главу семьи. «Корзинка фруктов» показывает, как любовь и принятие могут помочь преодолеть глубокие травмы и изменить разрушительное поведение.

— Звучит… неожиданно сложно, — признал Тацуя, его брови слегка приподнялись. — Хотя, должен признать, что довольно интересно и возможно стоит даже самому в самом деле почитать.

— Именно! Кстати, если нет времени на чтение, есть и аниме, — воскликнула Аяко, её глаза загорелись от возможности найти будущего коллегу по увлечению. — Но я хотела дать еще один пример, «Нана» — это история о двух девушках с одинаковым именем. Она затрагивает темы дружбы, амбиций, любви и потерь так глубоко, что многие взрослые читатели находят в ней отражение своей жизни. Нана Осаки — сильная, независимая панк-рокерша, а Нана Комацу — наивная мечтательница. Их неожиданная дружба показывает, как разные личности могут дополнять друг друга. Манга исследует, как амбиции влияют на отношения, и как зависимость от других может привести к потере себя. «Нана» глубоко погружается в тему любви, показывая её разные аспекты без идеализации. Потери в манге ощущаются особенно остро — персонажи теряют не только людей, но и части себя, свои мечты и иллюзии. Что делает «Нану» особенной — это её способность отражать реальность взросления и жизни в большом городе. Многие читатели находят в историях героинь отголоски своего опыта, что позволяет им лучше понять себя и свой путь.

Тацуя медленно кивнул, впечатленный страстью в голосе Аяко.

— Я начинаю понимать, почему вы считаете, что это может быть полезно для Кайвы, — сказал он.

И хоть в глубине души Тацуя считал, что возможно, это все же не самый лучший способ обучения «идеального собеседника», он не нашел в себе сил не ответить на энтузиазм Аяко.

Глава 5. Седзе-манга, созависимость, любовь и AI

Аяко нервно теребила край своей юбки, пока Тацуя загружал в систему Кайвы новые данные. Она никогда не думала, что её тайное увлечение сёдзё-мангой станет частью ее первого рабочего проекта.

— Давайте проверим, как она теперь справляется с анализом эмоциональных ситуаций, — предложила Аяко, её сердце билось чуть быстрее от волнения.

Кайве было загружено определенное количество текста и манги из тех, что Аяко считала подходящими. И после отмашки виртуальной девушки, что та все поняла и готова поговорить, Аяко и Тацуя начали тестирование.

— Давайте начнем с «Sailor Moon», — предложила Аяко. — Как Кайва интерпретирует отношения Усаги и Мамору?

— Хорошая идея, — улыбнулся Тацуя. — Кайва, опиши, пожалуйста, отношения между Усаги и Мамору из «Sailor Moon».

Кайва начала свой анализ:

— Усаги и Мамору демонстрируют классический пример созависимых отношений. Их связь, основанная на прошлых жизнях, может быть интерпретирована как нездоровая фиксация, ограничивающая их личностный рост и…

— Подожди, Кайва, — нахмурилась Аяко. — Я понимаю, почему ты пришла к такому выводу, но давай подумаем об этом немного иначе. В контексте жанра и целевой аудитории какую роль играют эти отношения?

— Верно. Кайва, попробуй рассмотреть их отношения не с точки зрения реальной психологии, а как элемент истории любви. Какое значение их отношения имеют для сюжета и характеров персонажей?

Аватара Кайвы на экране на несколько мгновений зависла, но смогла продолжить:

— Я понимаю. Если рассматривать их отношения как элемент повествования, то они служат центральной темой истории, символизируя идеал любви для целевой аудитории. А сейчас я правильно поняла?

— Именно! Теперь подумай, как эти отношения развиваются на протяжении сериала. Они ведь не статичны, верно?

— И не забудь про их начальное взаимодействие, — добавил Тацуя. — Как оно влияет на общую динамику их отношений?

Кайва обработала информацию и предложила новый анализ:

— Усаги и Мамору демонстрируют сложную динамику отношений, основанную на судьбе и перерождении. Их связь развивается от антагонизма к романтической привязанности. Несмотря на то что Усаги часто ведет себя как истеричка, а Мамору как слабовольный идиот, их любовь изображается как идеализированная и всепобеждающая, отражая темы верности и силы любви.

— Немножко резковато по отношению к персонажам, — чуток изменилась в лице Аяко, — но довольно близко к сути.

— Ну, или как минимум к общепринятому мнению, — спалился по полной Тацуя, — впрочем, форумы на эти темы Кайве пока читать не стоит.

— Ладно, давайте будем продолжать, — на этот раз Аяко не стала переадресовывать свой вопрос Тацуе, а озвучила его сама. — Кайва, опиши отношения Сакуры и Сяорана из «Сакура, собирательница карт».

— Сакура Киномото и Сяоран Ли, — начала Кайва, — главные персонажи манги и аниме «Сакура, собирательница карт». Их отношения начинаются как соперничество в собирании магических карт Клоу, но постепенно перерастают в романтические чувства.

— Не то чтобы это было совсем неправильно, но… Кайва, ты можешь углубить свой анализ?

— Конечно. Сакура — жизнерадостная и оптимистичная девочка, в то время как Сяоран более серьёзен и сдержан. Их противоположности создают интересную динамику в их отношениях.

— Нет, всё ещё не то. Кайва, ты упускаешь важные нюансы. Например, как меняется отношение Сяорана к Сакуре на протяжении истории?

— Вы правы, я не учла развитие их отношений. Сяоран изначально видел в Сакуре только соперника, но постепенно начал замечать её положительные качества и, в конце концов, влюбился в неё.

— Уже лучше. А как насчет влияния их магических способностей на отношения?

Кайва продолжила:

— Магические способности играют ключевую роль в их взаимодействии. Они не только являются источником первоначального соперничества, но и становятся основой для сотрудничества и взаимопонимания.

— Вот теперь мы приближаемся к сути. Кайва, а можешь ли ты связать их отношения с общей темой произведения?

Кайва снова замерла, обрабатывая информацию:

— Понимаю. Отношения Сакуры и Сяорана отражают основные темы «Сакура, собирательница карт»: важность дружбы, силу любви и личностный рост. Их развитие от соперников до друзей и потенциальных возлюбленных символизирует процесс взросления и формирования личности, что является центральной идеей произведения.

— Не знаю, насколько это близко к сюжету, но твой анализ уже учитывает не только фактическую информацию, но и контекст произведения, его темы и символизм.

— Да, и это именно то, чего нам не хватало раньше. Кайва, ты теперь можешь видеть, как важно рассматривать отношения персонажей в контексте всего произведения и его жанра?

— Поняла. Анализ отношений персонажей должен учитывать не только их действия, но и контекст произведения, его темы и символику.

— Именно, — улыбнулся Тацуя. — И это важный шаг в развитии твоих аналитических способностей, Кайва.

Аяко задумчиво постучала пальцем по подбородку:

— А давайте попробуем проанализировать что-нибудь менее традиционное, Хатояма-семпай? Например, «Дневник будущего» (Mirai Nikki)?

— Немного странное название для седзё-манги, — удивленно поднял брови Тацуя. — Но я его тоже загрузил Кайве, так что давайте попробуем. Кайва, что ты можешь сказать об отношениях главных героев в «Дневнике будущего»?

Кайва начала анализ:

— «Дневник будущего» рассказывает историю Юкитеру Амано и Юно Гасай на фоне разрушения мира и построения нового. Их отношения можно охарактеризовать как крайне нездоровые и опасные. Юно демонстрирует явные признаки психического расстройства и одержимости Юкитеру.

— Все так, — кивнула Аяко. — Но давай копнем глубже. Как эти отношения отражают темы произведения?

— Отношения Юкитеру и Юно служат центральным элементом повествования, иллюстрируя темы выживания, доверия и искаженной любви. Их взаимодействие поднимает вопросы о границах морали в экстремальных ситуациях.

— А как это соотносится с традиционными элементами седзё-манги? — Не удержался от вопроса Тацуя.

— «Дневник будущего» значительно отклоняется от типичных тропов седзё-манги. Можно сказать, вообще ей не является. Вместо идеализированной романтики оно представляет мрачное, психологически напряженное повествование. Однако, оно все еще исследует темы любви и отношений, хотя и в извращенной форме.

— Отлично, Кайва! Ты начинаешь улавливать нюансы. Теперь давай попробуем что-то более традиционное, но все еще уникальное. Что ты знаешь о «Кафе мечты» (Yume Kira Dream Shoppe)?

— «Кафе мечты» — это манга, которая сочетает в себе элементы повседневности и магического реализма. История вращается вокруг кафе, где исполняются мечты посетителей. Главная героиня, Ална, работает в этом кафе и помогает людям осуществить их заветные желания.

Кайва посмотрела на Тацую и Аяко, дождалась от них жестов согласия и продолжила:

— В «Кафе мечты» отношения между персонажами не столько романтические, сколько основаны на взаимопомощи и понимании. Ална учится понимать чужие мечты и желания, что помогает ей лучше понять себя. Её отношения с посетителями кафе и коллегами иллюстрируют темы эмпатии и личностного роста.

— Знаете, Хитани-сан, а ваша идея оказалась неплохой. Кайва теперь способна не только описывать отношения, но и интерпретировать их значение в рамках всего произведения.

— Давайте попробуем что-то еще. Кайва, проанализируй отношения в манге «Евангелион».

— В «Евангелионе» отношения между персонажами в основном определяются их ролями в борьбе с Ангелами. Синдзи и Аска имеют романтические чувства друг к другу, которые мешают их работе как пилотов Евангелионов.

— Это… довольно поверхностный анализ, Кайва. — удивленно поднял брови Тацуя, — Ты не учитываешь психологическую глубину персонажей и сложность их взаимодействий.

— Да, здесь явно есть над чем поработать, — кивнула Аяко, — Кайва, ты упускаешь важные аспекты, такие как психологические травмы персонажей, их страхи и комплексы, которые сильно влияют на их отношения.

— Похоже, нам нужно научить Кайву более глубокому анализу сложных и неоднозначных отношений. — задумчиво потер подбородок Тацуя, — Особенно в произведениях, которые выходят за рамки типичных романтических историй.

Они погрузились в обсуждение того, как научить Кайву распознавать эти тонкие эмоциональные нюансы. Это заставило их задуматься о собственном опыте и восприятии отношений.

— Знаете, Хатояма-семпай, — сказала Аяко после долгой паузы, — я начинаю понимать, насколько сложны человеческие эмоции. Даже мы, люди, часто не можем полностью понять свои чувства или чувства других.

Тацуя кивнул, его взгляд стал задумчивым:

— Вы правы, Хитани-сан. Пытаясь научить Кайву понимать эмоции, мы сами учимся лучше их понимать.

Они продолжали разговарить с Кайвой по поводу разных сюжетов еще несколько следующих дней, и без проблем понимания у той не обходилось. Но каждая новая проблема, с которой они сталкивались, не только приближала их к улучшению Кайвы, но и заставляла их самих задуматься о сложности человеческих взаимодействий. Они обнаружили, что их собственные взгляды на отношения и эмоции начинают меняться, становясь более глубокими и берут в расчет все большее количество нюансов.

В процессе работы Аяко и Тацуя все чаще обменивались личными мнениями и опытом, создавая уже между собой между собой новый уровень понимания и близости.

— Хитани-сан, мы так много много говорили о седзё-манге. И у Кайвы даже стало что-то получаться, — Их перерыв в работе с Кайвой только начался и Тацуя решил немного пообщатся. — Как вы думаете, что еще из области анализа отношений нам стоит учесть в проекте?

— Хатояма-семпай, — Аяко на мгновение задумалась, — я думаю, нам стоит помнить и как следует пояснить это Кайве, что манга часто приукрашивает отношения. И если при разговоре о манге Кайва должна описывать чувства в контексте, то при оценке действий и чувств реальных людей надо учитывать влияние этого преувеличения. Еще важно учитывать возраст пользователей. Многие фанаты седзё-манги — подростки, нужно быть осторожными.

— И конечно, вопрос конфиденциальности. Если мы будем использовать предпочтения пользователей в манге для рекомендаций пользователем со схожими вкусами, нужно обеспечить надежную защиту данных.

— Кстати, нам бы еще не помешало и загрузить других жанров. Пусть в области описания чувств, пусть и преувеличенных, нет равных седзё-манге, там все же показан довольно узкий спектр отношений. А вообще это звучит как сказка — всегда иметь собеседника, с которым можно обсудить то, что тебе интересно.

— Согласен, — кивнул Тацуя. — Но отсюда прямиком растет следующая проблема: даже если наш совершенный собеседник и в самом деле совершенен, точнее, особенно если он совершенен, мы не должны создавать зависимость от приложения. Наша цель — помогать в реальной жизни, а не заменять её.

— Это так сложно, семпай, — вздохнула Аяко. — Как нам не упустить ничего важного?

— Это действительно непростая задача, Хитани-сан, — улыбнулся Тацуя, — Давайте обдумаем это более детально…

После оживленного обсуждения этических вопросов Тацуя и Аяко погрузились в задумчивое молчание. Каждый из них обдумывал последствия их разговора. В таких раздумьях каждый по себе они вышли из конференц-зала, но их мысли были прерваны самым жестким образом.

— Хатояма-сан! Хитани-сан! Танака-сан на взводе, требует вас немедленно!

Тацуя и Аяко спешно направились в кабинет начальника. Атмосфера там была напряженной — Хироши Танака явно был не в духе.

— Вы двое! — рявкнул он, едва они переступили порог. — У нас форс-мажор. Этот болван Ямада…

Танака прервался, сделал глубокий вдох и продолжил чуть спокойнее:

— Ямада умудрился влезть в какую-то заварушку на экологической демонстрации. Сейчас он в больнице.

— Опять якудза ему по голове настучали? — осторожно предположил Тацуя.

Танака раздраженно отмахнулся:

— Да черт его знает! Может якудза, может еще какие отморозки. И какого дьявола его туда понесло?! — он снова начал заводиться. — Короче, слушайте внимательно. У вас чуть больше месяца на подготовку проекта для внутреннего конкурса идей. Того самого, которым должен был заниматься этот горе-активист.

Аяко нерешительно подала голос:

— Но, Танака-сан, мы даже не в курсе деталей…

— А это уже ваша забота! — отрезал Танака. — Хитани-сан, если справитесь, ваш испытательный срок будет сокращен, и вы станете полноценным сотрудником без всяких «если» и «но».

Глаза Аяко загорелись ярким огнем энтузиазма. Хироши, заметив это, одобрительно кивнул и повернулся к Тацуе:

— А вам, Хатояма-сан, если все пройдет гладко, выделим дополнительные пары VR/AR очков для экспериментов. И апгрейд сервера получите прямо после конкурса, а не через год, как планировалось. Я найду фонды, даже если мы проиграем конкурс, а если займем хотя бы третье место… — он многозначительно замолчал, давая простор воображению Тацуи.

Тацуя едва сдержал восторженный возглас, но, видимо, что-то все же отразилось на его лице, потому что суровые черты начальника Хироши внезапно смягчились, выражая некоторое облегчение. Однако Тацуя не дал этому моменту затянуться и решил прояснить детали предстоящей работы.

— Танака-сан, а в чем смысл проекта, если в двух словах? — осторожно поинтересовался он.

Хироши откинулся в кресле, сцепив пальцы перед собой:

— Я уже отослал вам обоим по мейлу подробности, но если вкратце, тема — способы увеличения социального взаимодействия. Вообще не ограничено, как именно, — ответил Хироши. — От улучшенной рекламы лавотелей до увеличения привлекательности социальных квестов в мобильных играх. Можете рассмотреть создание виртуальных площадок для общения людей с общими интересами, разработку приложений для организации локальных сообществ, или даже инновационные методы проведения групповых онлайн-мероприятий. Главное — креативность и эффективность.

— Вообще никак не ограничено? — уточнил Тацуя, чувствуя, как в голове уже начинают появлятся идеи и он уже не знает за которую хвататься.

— Никак не ограничено, — подтвердил Танака. — Имейте в виду, вам нужно сделать только презентацию проекта, никто не требует законченный продукт. Но вам необходимо определить, какую из социальных проблем может решить ваш проект, для какой именно целевой аудитории. Еще надо прикинуть необходимые ресурсы и риски проекта. Хотя это все я вам написал, точнее, я это писал еще Ямаде, вам же переслал требования и ссылку на папку с его наработками.

— Наработками? — переспросил Тацуя, удивленно приподняв бровь.

— Ну, что-то же он уже должен был сделать… — Танака пожал плечами, но в его голосе прозвучало сомнение.

— Понятно. А когда презентация? — поинтересовалась Аяко, до этого молча слушавшая разговор.

— Через месяц, — ответил Танака. — Но неделю до конкурса вы должны показать ее перед отделом для критики и улучшений.

— Непросто, — задумчиво протянул Тацуя. — Не уверен, но попробуем, Хитани-сан? — он бросил взгляд на свою молодую коллегу, которая, казалось, была только рада возможности показать себя.

— Три недели, ни днем больше! — подытожил Танака, вставая из-за стола. — Все ясно?

— Да, Танака-сан! — в один голос ответили они и поспешили покинуть кабинет.

В коридоре Тацуя тихо произнес:

— Ну что, Хитани-сан, готовы к несколькимнеделям сумасшедшей работы?

Аяко решительно кивнула, ее глаза блестели от предвкушения:

— Еще бы, Хатояма-семпай. Мне такой шанс упускать никак нельзя! Это отличная возможность проявить себя и внести такой вклад в развитие компании, что будет заметен на самом высоком уровне… Ну, как минимум незаметным он не будет.

Тацуя улыбнулся, заражаясь энтузиазмом Аяко:

— Тогда давайте не будем терять времени. Предлагаю сразу же изучить материалы Ямады и начать мозговой штурм. У нас впереди много работы, но я уверен, вместе мы справимся.

Они направились к своим рабочим местам, чтобы начать работу над проектом. Аяко чувствовала смесь волнения и решимости. Это был ее шанс показать себя, и она не собиралась его упускать.

Тацуя, в свою очередь, размышлял о том, можно ли использовать его наработки с Кайвой в контексте нового проекта.

Глава 6. Конкурс, помехи и отличная возможность

Наработки у Ямады действительно были, вот только после того, как Тацуя с Аяко их просмотрели, у них обоих возникли крайне смешанные чувства по этому поводу. За просмотром пролетел весь день, и поскольку, кроме этого никаких срочных проектов в отделе не было, то после шести, когда они, наконец, просмотрели все наработки, они остались в отделе наедине. Даже начальник Танака посоветовал сильно не напрягаться пока и уже ушел домой, попрощавшись.

Тацуя задумчиво посмотрел в окно, наблюдая за ночным городским пейзажем Токио, затем повернулся к Аяко:

— Может быть, в этом и впрямь что-то есть. Приложение для знакомств любителей защиты природы… Знаете, Хитани-сан… Представьте себе интерфейс:

Он начал жестикулировать, словно рисуя в воздухе воображаемый экран смартфона:

— «Давай вместе спасать китов!» — яркий слоган на фоне величественного синего кита, рассекающего океанские волны.

— А потом: «Это голубой кит! Свайпни вправо, чтобы увидеть того, кто тоже хочет его спасти». И фотография волонтера на фоне океана.

Тацуя кивнул, невольно увлекаясь:

— Или: «Цусимский леопардовый кот и японская летяга! Свайпни, если тоже хочешь спасать леса, где они живут!» С красивыми фотографиями этих редких животных в их естественной среде обитания.

Внезапно Тацуя застонал, закрыв лицо руками:

— Убейте меня, Хитани-сан! И скормите вымирающим танчо и токи… Чтоб не вымерли…

Аяко не смогла сдержать смешок и попробовала продолжить в том же духе:

— Хотите покормить со мной танчо и токи неиспорченной пестицидами едой? Ладно-ладно, простите, Хатояма-семпай…

Тацуя поднял голову, его лицо приняло неопределённое выражение, вполне соответствующее его настроению. Было непонятно, изо всех сил пытается ли он не рассмеяться или вот-вот заплачет:

— Хитани-сан, мы попали, — наконец произнёс он. — Нет, вообще идея нишевого приложения для знакомств любителей природы не так плоха, неважно, романтических или дружеских знакомств…

— Но чтобы её продолжить, надо быть энтузиастом — любителем природы. Таким, каким, видимо, является Ямада-сан и его друзья-приятели из техподдержки и бухгалтерии… — задумчиво добавила Аяко.

— А хорошо продолжить, так совсем сложно… Особенно если учитывать всю эту обязательную информацию, которую нам надо будет показать на презентации: вероятную реакцию целевой аудитории, возможные риски… — Тацуя помотал головой. — Ресурсы прикинуть…

— Это настолько сложно, Хатояма-семпай? — с беспокойством спросила Аяко.

— Как раз ресурсы прикинуть — вообще не проблема, а вот все остальное, — вздохнул Тацуя. — Ямада — сам себе целевая аудитория. Он знает эту среду изнутри, понимает потребности и мотивацию экоактивистов. Да и у него есть с кем по этому поводу переговорить.

Аяко на мгновение задумалась, её брови сошлись на переносице:

— А если какую-то другую нишевую аппликацию? — предложила она. — Может быть, что-то более близкое, более известное нам или просто более универсальное?

Тацуя кивнул, открывая браузер на своем компе, двигаясь на стуле так, чтоб дать место для ноута примостившейся рядом Аяко:

— Хорошая мысль. Давайте побегаем по сайтам, посмотрим… Вы, Хитани-сан, какими-то приложениями для знакомств пользуетесь или пользовались? — Тацуя перевел взгляд на яростно покрасневшую Аяко и извинился, — Прошу прощения за грубый вопрос, а то я сам такое использовал с переменным успехом, только когда учился… Да и то, на первом-втором курсе, дальше мне стало не до этого…

Они начали изучать различные специализированные приложения для знакомств:

— Смотрите, Хитани-сан, вот интересное: «Фермерс Онли» — приложение для знакомств фермеров и людей, живущих в сельской местности.

— Хатояма-семпай. А вот еще: «Глютен Фри Сингълс» — для людей, придерживающихся безглютеновой диеты. Кто бы мог подумать!

— А это забавно: «Маус Мингл» — для фанатов Диснея.

— «Сэйлор» — для любителей парусного спорта и яхтинга. Очень специфично!

— О, а вот это интересно: «Тиндер фор Тинкерс» — для интеллектуалов и любителей глубоких разговоров.

Аяко удивленно подняла брови:

— Вау, я и не представляла, что есть столько специфических приложений! А есть что-нибудь похожее на нашу идею про экологию?

Тацуя продолжил поиск и даже кое-что вывел на экран:

— Да, вот смотрите: «Грин Сингълс» — для экологически сознательных людей и веганов. И «Вегги Дейт» — для вегетарианцев и веганов.

— Хм, похоже, эта ниша уже занята, — задумчиво произнесла Аяко.

— Да, но это не значит, что мы не можем найти свою уникальную идею, — кивнул Тацуя. — Может быть, нам стоит подумать о чем-то более специфичном для Японии?

— А что, если сделать приложение для людей, увлеченных традиционными японскими искусствами? — оживилась Аяко. — Каллиграфия, икебана, чайная церемония… Может, еще классические японские танцы…

— Интересная мысль. Хотя форумы и борды для таких увлечений есть, я уверен, они не для знакомства, а для общения, точнее не специально для знакомства, — отозвался Тацуя, вспоминая их недавние обучающие разговоры с Кайвой. — А если это сделать сайты или приложения для тех, кто любит более современное искусство? Может быть, для любителей седзе-манги или манги вообще? Или любителей косплея?

— Все это достойно того, чтоб сделать, — согласилась Аяко. — Как думаете, что мы сможем сделать за время, что у нас есть?

— Знаете, — задумался Тацуя, — может быть, нам стоит попробовать объединить эти идеи? Приложение для знакомств, основанное на японской культуре — как традиционной, так и современной. Это могло бы привлечь широкую аудиторию, от любителей чайных церемоний до фанатов аниме.

Глаза Аяко загорелись:

— Это звучит действительно интересно! И, кажется, такого еще нет на рынке. Мы могли бы назвать его… «Нихон Коннект» (Nihon Connect) или что-то в этом роде.

— Мне нравится, Хитани-сан, — улыбнулся Тацуя, — Давайте начнем набрасывать основные функции и особенности нашего приложения. У нас не так много времени, но я думаю, мы сможем создать что-то достаточно интересное.

Тацуя задумчиво потер подбородок, его взгляд стал отстраненным, как будто он мысленно перебирал различные варианты:

— Вот только этого недостаточно, — почти видимо приуныл он. — То есть для того, чтобы показать на конкурсе презентацию, таки хватит, но вот для того, чтобы оставить сильное впечатление — не очень. Если мы, конечно, и в самом деле не напишем приложение.

Аяко оживилась, в ее глазах появился блеск:

— Вроде на курсе по базам данных нам показывали всякие шаблоны… Ведь приложение для знакомств — это, по сути, база данных, которая по какому-то алгоритму выбирает и создает пару…

Тацуя кивнул, но его лицо все еще выражало озабоченность:

— И тут нас подстерегает основная проблема…

— Как именно создать алгоритм? — закончила за него Аяко.

— Именно, — подтвердил Тацуя. — Давайте подумаем, какие варианты у нас есть.

Аяко на секунду задумалась, а затем предложила:

— А что, если мы используем алгоритм, основанный на общих интересах? Например, система могла бы анализировать профили пользователей и находить совпадения по ключевым словам в их описаниях хобби и увлечений.

— Неплохая идея. Мы могли бы даже добавить весовые коэффициенты для разных интересов. Например, совпадение по редкому хобби могло бы иметь больший вес, чем по распространенному.

— А что, если добавить элемент случайности? — продолжила развивать мысль Аяко. — Сделать эдакий вариант гачи, раз в день предлагать пользователю «дикую карту» — профиль, который совершенно не соответствует его обычным предпочтениям?

— Не знаю, как это для целевой аудитории, а мне было бы интересно! — Несмотря на то что это было ее предложение, энтузиазм в голосе Тацуи отозвался каким-то болезненным ощущением в груди Аяко. — Это могло бы добавить элемент неожиданности и, возможно, привести к интересным знакомствам.

— Ох, а я вспомнила одну научно-фантастическую книгу, — вдруг сказала Аяко. — Там был алгоритм, который анализировал не только интересы, но и биоритмы людей. Он подбирал пары, чьи биологические циклы наиболее совпадали.

— Звучит фантастически, но почему бы и нет? Мы могли бы включить в анкету вопросы о режиме дня, предпочитаемом времени для свиданий и так далее. И даже дополнительный вариант для постоянно носящих фитнес-браслет, по сердцебиению.

— А еще можно добавить анализ стиля общения, — предложила Аяко. — Например, определять, предпочитает ли человек короткие четкие сообщения или длинные философские рассуждения, и подбирать пару соответственно.

— Отличная идея! И, может быть, мы могли бы использовать нейросетевое обучение для анализа успешных пар и постоянного улучшения алгоритма?

— Это звучит потрясающе! — восторженно захлопала в ладоши Аяко, немного устыдилась своей детской реакции и продолжила уже более пессимистично, — Но… мы сможем реализовать все это за время, что у нас есть?

— Возможно, все и не получится, — задумался Тацуя, — Но мы можем создать прототип с базовым алгоритмом и уже в презентации описать, как бы мы собираемся развивать его дальше. Главное — показать потенциал. — Тацуя снова задумался и немного скривился, — Хотя нет, базового алгоритма мало будет для хорошего впечатления. Или он должен быть достаточно впечатляющим сам по себе. Надо будет еще подумать…

— Ого, уже так поздно? — взглянул на часы Тацуя и удивленно поднял брови, — Не заметил, как пролетело время.

Аяко тоже посмотрела на время и слегка покраснела:

— Действительно, мы увлеклись…

Они начали собирать свои вещи, внезапно осознав, как близко сидели друг к другу все это время. Возникла неловкая пауза.

— Эм… — прочистил горло Тацуя, — Хитани-сан, вы отлично поработали сегодня. У вас очень интересные идеи.

— Спасибо, Хатояма-семпай, — смущенно улыбнулась Аяко, — Вы тоже… очень вдохновляете.

Они оба замолчали, не зная, что еще сказать. Тацуя неловко переминался с ноги на ногу, а Аяко теребила ремешок своей сумки.

— Ну что ж, — наконец произнес Тацуя, — пора расходиться. Завтра нужно будет продолжить работу.

— Да, конечно, — быстро согласилась Аяко. — До завтра, Хатояма-семпай.

— До завтра, Хитани-сан.

Они вышли из офиса, все еще чувствуя некоторую неловкость. У лифта Тацуя вдруг обернулся:

— Хитани-сан, вам в какую сторону?

— О, мне на станцию Синдзюку, — ответила Аяко.

— Мне тоже, — сказал Тацуя. — Может… пойдем вместе?

Аяко на секунду замешкалась, но потом кивнула:

— Да, давайте.

Они вошли в лифт, и когда двери закрылись, оба неловко отвернулись друг от друга и одновременно беззвучно выдохнули, даже не осознавая, что до этого задерживали дыхание.

***

Не очень долгая поездка на подземке и еще более короткое ожидание на платформе — в его сторону не надо долго ждать даже поздним вечером, пока метро в принципе ходит — и Тацуя оказался дома. Токийское метро, как всегда, работало с точностью часового механизма, доставляя миллионы пассажиров по их маршрутам даже в столь поздний час.

— Я дома, — по привычке произнес он в пустоту, снимая обувь в генкане.

Его слова эхом разнеслись по безмолвным комнатам. Родители после определенного возраста решили, что хватит с них суеты Токио, и переехали в Сакуру, в соседней префектуре Чиба. Выращиванием дынь, как собирались, они так и не занялись, но, похоже, нашли свой ритм жизни в новом месте. Седина в папиных волосах там не так бросается в глаза, да и кому их разглядывать в тихом пригороде. Они гуляют вдоль местного озера почти каждый день, посещают местный музей и, судя по редким звонкам, совсем не скучают по шумному Токио.

Сестра же вышла замуж почти сразу после окончания университета и с мужем умчалась на Хоккайдо, в поисках новых возможностей и приключений на северном острове. Семейный дом, хоть и небольшой, но расположенный в престижном спальном районе Токио, оказался на попечении Тацуи.

Тацуя прошел в гостиную, включая свет. Чистый — он прилагал усилия для поддержания порядка — но пустой и холодный дом встретил его тишиной. Когда-то эти стены были свидетелями веселья с сестрой и школьными друзьями, иногда оживлялись семейными ужинами с родителями, хотя и довольно редко. Сейчас же этот пустой дом стоял как памятник самому себе, как тихий свидетель семейного счастья многие годы назад.

— И зачем я вообще тут остался. — пробормотал Тацуя, опускаясь в кресло и глядя на фотографии на стене.

Тацуя понимал, что не прав, говоря такое. Он остался здесь по многим причинам: работа в престижной компании, удобное расположение дома, воспоминания о счастливом детстве. Но в такие моменты, когда тишина дома становилась почти осязаемой, его одолевали сомнения.

Он вспомнил сегодняшний день, работу над проектом с Хитани-сан. Впервые за долгое время он почувствовал что-то похожее на воодушевление, на ту радость, которую испытывал, возвращаясь домой в школьные годы.

— Может быть, — подумал Тацуя, — пришло время что-то изменить? Необязательно переезжать, но, возможно, впустить в свою жизнь что-то новое?

***

Аяко вышла на своей станции и неспешно направилась к дому. Вечерний Токио был наполнен привычной суетой — люди спешили с работы, из баров доносились приглушенные голоса, а неоновые вывески магазинов освещали улицы разноцветными огнями.

— Я дома, — тихо произнесла она, открывая дверь своей небольшой квартиры.

В отличие от просторного дома Тацуи, её жилище было компактным, но уютным. Типовая квартира молодого специалиста в Токио — небольшая, но функциональная.

Аяко сбросила туфли у входа и прошла в комнату, которая служила одновременно гостиной, спальней и кабинетом. На столе стояла фотография её младшего брата, улыбающегося в школьной форме. Она на мгновение задержала взгляд на снимке, чувствуя легкий укол в сердце.

Она опустилась на кровать, чувствуя странное смешение эмоций. С одной стороны, день был насыщенным и интересным, работа над проектом с Хатоямой-семпаем вдохновляла. С другой — возвращение в пустую квартиру напомнило о том, как она одинока в огромном Токио.

Аяко потянулась к телефону, но рука замерла на полпути. Кому звонить? Номер брата был в списке контактов, но мама… Она покачала головой, отгоняя непрошеные мысли.

Она подошла к окну, глядя на ночной город. Токио никогда не спит, и даже сейчас улицы были полны жизни. Аяко вспомнила, как мечтала об этом городе, о карьере в крупной компании. Теперь, когда мечта сбылась, она иногда чувствовала себя потерянной в этом море огней и людей.

Но сегодняшний день что-то изменил. Может быть, она, наконец, начала находить свое место в этом городе?

Аяко улыбнулась своим мыслям и отошла от окна. Она достала из сумки блокнот с заметками о проекте и села за стол. Даже если квартира пуста, у неё есть цель, есть работа, которая её вдохновляет. И, возможно, появился человек, с которым ей по-настоящему интересно работать.

С этой мыслью она погрузилась в работу, чувствуя, как усталость сменяется предвкушением нового дня и новых возможностей. Но где-то на краю сознания всё ещё таилась тень прошлого, которое она оставила.

***

Утро выдалось прохладным и свежим. Аяко подходила к зданию корпорации, мысленно прокручивая планы на день, когда заметила впереди знакомую фигуру Тацуи.

Внезапно из-за угла выскочила молодая девушка небольшого роста, но с заметно выдающейся грудью. Она почти врезалась в Тацую, отшатнулась и начала терять равновесие. Аяко, оказавшаяся рядом, быстро среагировала и подхватила незнакомку, не дав ей упасть.

— Ох, спасибо большое! — выдохнула девушка, выпрямляясь и поправляя одежду. Она бросила холодный взгляд на Тацую, который выглядел удивленным и немного смущенным.

— Вы в порядке? — спросила Аяко, все еще придерживая девушку за локоть.

— Да, благодаря вам, — улыбнулась незнакомка Аяко, но её взгляд снова стал колючим, когда она повернулась к Тацуе. — Хатояма-сан, доброе утро, — произнесла она с едва скрываемым холодком в голосе.

Тацуя кивнул:

— Доброе утро, Сакурай-сан. Прошу прощения за неудобство.

Девушка проигнорировала его извинение и повернулась к Аяко:

— Меня зовут Сакурай Мидори, я из отдела контроля качества. Спасибо еще раз за помощь.

— Хитани Аяко, очень приятно, — представилась Аяко, чувствуя напряжение между Сакурай и Тацуей.

Тацуя кашлянул:

— Что ж, я, пожалуй, пойду. Хитани-сан, увидимся позже в офисе.

Он кивнул обеим женщинам и быстро направился к входу в здание.

Сакурай проводила его взглядом, в котором читалась явная неприязнь, затем снова обратилась к Аяко:

— Вы работаете с Хатоямой-саном?

Аяко кивнула:

— Да, мы вместе над проектом работаем.

Сакурай наклонилась ближе и тихо, но твердо произнесла:

— На него нельзя полагаться, и он может быть опасен.

Не дожидаясь ответа Аяко, Сакурай поправила сумку на плече и быстро зашагала к входу, оставив Аяко в легком замешательстве и с множеством вопросов, вертящихся на кончике языка.

Глава 7. Проблемы с контролем качества

После утреннего инцидента с незнакомой для Аяко девушкой, Тацуя и Аяко опять погрузились в работу над проектом, обмениваясь идеями и набрасывая концепции уже не в вечернем доме, где оба они продолжили размышлять о проекте, а в просторном, залитом солнечным светом офисе.

Однако ближе к полудню в кабинет Хироши Танаки пришло сообщение, которое гулким эхом отозвалось на утренние события.

Танака нахмурился, его обычно спокойное лицо приобрело озабоченное выражение. Он перечитал письмо несколько раз, прежде чем вызвать Тацую и Аяко в свой кабинет.

— Появилась небольшая проблема, — сказал он, когда они вошли. — Отдел контроля качества выразил обеспокоенность по поводу нашего участия в конкурсе.

— Что случилось, Танака-сан? — спросил Тацуя, чувствуя, как начинает немного нервничать, и злясь на себя самого за это ощущение.

Танака глубоко вздохнул:

— Каким-то образом просочилась информация о том, что вы работаете над приложением для знакомств, которое будете запускать внутри корпорации. Сакурай-сан из отдела контроля качества настаивает на том, что такой проект должен пройти дополнительную проверку из-за потенциальных рисков для конфиденциальности данных сотрудников и будущей целевой аудитории.

Тацуя и Аяко обменялись встревоженными взглядами.

— Но мы еще даже не начали работать с реальными данными, — возразила Аяко, хотя и знала, как планировалось их собирать. — Это была просто концепция для конкурса, у нас даже нет еще настроенного, то есть написанного софта… То есть вообще никакого. Да и мы еще не решили окончательно, что это будет именно приложение для знакомств.

Танака кивнул:

— Я понимаю. Но Сакурай-сан настаивает на предоставлении полного отчета о методах обработки и хранения данных, которые вы планируете использовать. Даже если софт еще не написан, вы же знаете, по каким стандартам надо это делать? — Вопросительно посмотрел на них Танака. Сам Танака понятия о таких стандартах имел, но почти времен «войны на море», и какие именно соответствуют времени — не знал. Нет, найти такое — не проблема, но зачем, если есть сотрудники.

Тацуя немного напрягся, но все-таки смог найти ответ:

— Танака-сан, вы же помните мой проект «идеального собеседника»? Я мог бы адаптировать некоторые идеи оттуда для обеспечения безопасности данных. Я заботился об охране данных, так что они должны вполне соответствовать современным стандартам. Но я проверю еще раз! — Решил Тацуя предвосхитить вопрос начальства о «доскональной проверке».

Танака задумчиво посмотрел на Тацую:

— Да, я помню этот проект. Но вот я не уверен, что его методы хранения данных подойдут для приложения знакомств. К тому же Сакурай-сан о нем не знает, и лучше пока не упоминать. Я не думаю, что ты хочешь, чтоб она и его проверила…

Тацуя молча поклонился, и Аяко повторила его поклон.

— У вас есть два дня, чтобы подготовить предварительный отчет о безопасности данных для вашего проекта, — подытожил Танака. — Иначе нас могут дисквалифицировать еще до начала конкурса.

— Поняли, — выразили согласие Аяко и Тацуя, понимая, что их задача только что стала намного сложнее.

Выходя из кабинета Танаки, Аяко не могла не задуматься, как вообще кто-то мог узнать об их проекте. Нет, тайны из этого они не делали, но все же… Она знала, что их планы по будущему сбору данных могли вызвать беспокойство, но как-то это произошло слишком быстро. Выходя из кабинета Танаки, Аяко не могла не задуматься, не связано ли это требование с утренним инцидентом и загадочным предупреждением Сакурай. Она бросила взгляд на Тацую, который шел рядом с ней, погруженный в свои мысли.

Тацуя задумчиво посмотрел на Аяко, когда они вышли из кабинета Танаки:

— Хитани-сан, нам в самом деле нужно серьезно подумать о безопасности данных. Я уже использовал несколько вариантов шифрования в собеседнике, так что не думаю, что будет слишком сложно.

— А вы считали наиболее подходящими, Хатояма-семпай?

— Прежде всего, — начал рассуждать Тацуя, — есть CRYPTREC — это набор международных криптографических алгоритмов, рекомендованных японским правительством. У них есть как варианты для симметричного шифрования, так и для асимметричного. Это надежный вариант, но, возможно, слишком стандартно для нашего проекта.

— Звучит солидно, — отметила Аяко, она была знакома с шифрованием очень слабо, поэтому и сказала что-то, лишь бы сказать. — А что-нибудь более необычное?

— Есть интересная система под названием Camellia, — продолжил Тацуя. — Она разработана вместе Nippon Telegraph and Telephone Corporation и Mitsubishi. Это блочный шифр, похожий на симметричный вариант CRYPTREC, но с некоторыми уникальными элементами, так сказать, природно японскими.

— А как насчет чего-то совершенно необычного? — спросила Аяко.

— Ну, если говорить об экзотике для Японии, — улыбнулся Тацуя, — то есть китайская система SM4. Это национальный стандарт КНР для шифрования. Он менее известен на Западе, что может быть некоторым преимуществом. Еще есть IDEA NXT — это усовершенствованная версия алгоритма IDEA, которая используется в некоторых азиатских странах.

— А как насчет квантового шифрования? — поинтересовалась Аяко. — Я слышала, что есть кто-то в Японии, кто работает над такими вещами.

— Да, это очень перспективное направление, — согласился Тацуя. — Например, Toshiba недавно представила свою систему квантового распределения ключей. Но это может быть слишком сложным для нашего проекта, не говоря уже о возможной стоимости. Убедить руководство, что наш проект того стоит, и так будет сложно, а если там будут еще особо дорогие элементы… Но вариантов шифрования все равно дофига и больше.

— А какие из них соответствуют японским стандартам о контроле данных, Хатояма-семпай?

Тацуя задумался на мгновение, прежде чем ответить на вопрос Аяко:

— Хороший вопрос, Хитани-сан. Если говорить о соответствии японским стандартам, то надо брать что-то из CRYPTREC. Но если мы хотим немного разнообразить… Я думаю, нам стоит сосредоточиться на комбинации варианта для симметричного шифрования и Camellia для основного шифрования данных. Это будет соответствовать японским стандартам и при этом обеспечит высокий уровень безопасности. Для защиты передачи данных можем использовать вариант несимметричного шифрования CRYPTREC. А для хеширования паролей — SHA-256, тоже по рекомендации CRYPTREC.

— Звучит так, будто черновой вариант, что делать, у нас есть, — улыбнулась Аяко. — Но мы вообще сможем ли это быстро реализовать?

Тацуя огляделся по сторонам, посмотрел на потолок, провел взглядом по соседним кубикам, вильнул взглядом в сторону кабинета начальника Танаки и вздохнул:

— Реализовать — нет. Но мы можем подготовить детальный план и обоснование. Это должно удовлетворить требования Сакурай-сан… по крайней мере, на данном этапе.

— Звучит разумно, — согласилась Аяко. — А как именно довести до нее информацию, чтоб она от нас отстала по этому поводу?

— Мы подготовим детальный отчет, объясняющий, как каждый из этих методов соответствует японским стандартам и рекомендациям CRYPTREC. Также подчеркнем, что наш подход основан на лучших практиках информационной безопасности, принятых в Японии.

Аяко улыбнулась:

— Отлично, Хатояма-семпай. Думаю, с таким подходом можно убедить кого угодно. Даже если этот кто-то из контроля качества.

И прошептала себе под нос: «Особенно если он в этом не разбирается».

Тацуя глубоко вздохнул, его обычно спокойное лицо на мгновение омрачилось тенью прошлого. Он задумчиво посмотрел в окно, прежде чем ответить:

— А я вот думаю, что мы её вообще не убедим, — произнес он с нотой разочарования в голосе. — Для Сакурай-сан все это обилие технических терминов ни о чем не скажет. Она не поймет и просто будет злиться. Туда, где она сейчас, она попала в некотором роде из-за меня. Она не разбирается в алгоритмах шифрования, хотя стандарты, подозреваю, уже выучила наизусть. Ах да, еще кое-что забыл. Простите, Хитани-сан.

Аяко не поняла, за что тот извиняется, когда Тацуя решительно поднялся и направился обратно в кабинет начальника:

— Танака-сан, — обратился он с порога после стука к руководителю достаточно громко, чтоб его слышала и Аяко, так и оставшаяся сидеть на своем месте, — вы мне письмо Сакурай-кун… Сакурай-сан не переслали. Мне необходимо взглянуть, на какие именно стандарты она ссылается.

Танака поднял взгляд от монитора, слегка удивленный неожиданным возвращением Тацуи:

— А, Хатояма-сан. Не думал, что это особо важно. Конечно, сейчас перешлю.

Он быстро выполнил несколько манипуляций мышью и кивнул:

— Готово. Должно прийти через минуту.

Тацуя благодарно кивнул и вышел из кабинета. Вернувшись к Аяко, он достал свой смартфон и открыл почту.

— Так, давайте посмотрим… — пробормотал он, внимательно изучая текст письма. — Вот оно. Сакурай-сан ссылается на стандарт JIS Q 15001 для защиты персональных данных и на рекомендации Агентства по защите персональных данных Японии.

Аяко наклонилась, чтобы тоже взглянуть на экран:

— JIS Q 15001? Я слышала об этом, но не знаю деталей.

Тацуя кивнул, его лицо приобрело сосредоточенное выражение:

— Это японский промышленный стандарт для систем управления личной информацией. Он фокусируется не столько на технических аспектах шифрования, сколько на организационных мерах по защите данных.

— То есть, — медленно произнесла Аяко, осмысливая информацию, — нам нужно сосредоточиться не только на алгоритмах шифрования, но и на процессах обработки данных?

— Именно так, — подтвердил Тацуя. — Нам будет нужно детально описать, как мы планируем получать согласие пользователей на обработку их данных, как будем хранить эту информацию, кто будет иметь к ней доступ, и как мы обеспечим возможность пользователям удалять свои данные по запросу.

Аяко задумчиво потерла подбородок:

— Это немного меняет все, что нам надо будет делать. И в презентацию надо будет и это ввести.

— Да, и у нас есть на это всего пара дней, а то мы вообще из хоть какого-то графика выбьемся. Но теперь я хотя бы понимаю, чего именно ждет Сакурай-сан. Давайте начнем с составления подробной политики конфиденциальности и описания процессов обработки данных.

— Хорошо, — решительно кивнула Аяко. — С чего начнем?

— Давайте сначала набросаем общую схему процесса обработки данных, — предложил Тацуя. — От момента регистрации пользователя до возможного удаления аккаунта. А затем будем детализировать каждый этап.

Они погрузились в работу, и время пролетело незаметно. Спустя несколько часов напряженной умственной деятельности Аяко потянулась, чувствуя усталость во всем теле.

— Ох, — произнесла она, разминая затекшую шею, — Хатояма-семпай, а почему, собственно, Сакурай-сан так на вас взъелась?

Тацуя на мгновение замер, его взгляд стал отстраненным, словно он погрузился в воспоминания.

— Если вкратце, — наконец ответил он, пожимая плечами, — то мы с ней вместе работали в отделении «Тоока», это…

— Практически независимый филиал «Они Технолоджи»… — подхватила Аяко. — Там вроде был какой-то громкий скандал пару лет назад…

Тацуя удивленно поднял бровь:

— Надо же, а я и не знал, что студенты так внимательно просматривают новости корпоративного мира.

Аяко слегка смутилась, её щеки покрылись легким румянцем:

— Просто… я просматривала новости о тех корпорациях, в которых хотела бы работать. Настроила подборку и время от времени просматривала.

— Похвально и дальновидно, Хитани-сан, — одобрительно кивнул Тацуя. — А я вот, к сожалению, так сделать не сподобился. Хотя, не факт, что это бы помогло. Хотя, если подумать, я потом постфактум посмотрел… Но что толку чинить загон, если овцы давно убежали…

Аяко на мгновение задумалась, пытаясь вспомнить детали того скандала:

— Если я правильно помню, там был какой-то скандал по поводу непристойного поведения начальства, потогонной работы… Ох, — она внезапно осеклась и закрыла лицо руками, осознав, что обсуждать другую часть той же корпорации, да еще на рабочем месте, было крайне неуместно.

Вот остаток отредактированного текста:

Тацуя понимающе кивнул:

— Да, белого там было мало… — подтвердил он, намекая на серьезность ситуации. — Подробности рассказывать не буду, это не только мой секрет.

— Понятно, — прошептала себе под нос Аяко.

То, что одно отделение «Они Технолоджи» оказалось «черной компанией», не было чем-то удивительным, равно как и сам факт скандала. Но в этом каким-то образом оказались замешаны Мидори Сакурай и Тацуя Хатояма. Аяко напрягла память, вспоминая, что в скандале упоминались сотрудники, сумевшие вывести на чистую воду недобросовестное начальство. Но, очевидно, им самим это очков у руководства не добавило. В чем не было ничего удивительного.

«Интересно все-таки, что там такое было, — подумала Аяко, — но из Тацуи больше не вытянешь. Надо при случае будет расспросить Сакурай».

Любопытство ли Аяко или просто стечение обстоятельств, но случай расспросить Сакурай представился довольно быстро. После того как они с Тацуей обсудили основные моменты, что будут показывать в презентации, они решили, что есть смысл и лично поговорить с Сакурай-сан. Естественно, учитывая отношение Сакурай к Тацуе, не было удивительным, что на разговор направилась Аяко.

***

Аяко решительно поднялась в отдел контроля качества, расположенный на другом этаже здания. Войдя в просторное помещение, заполненное рядами рабочих столов, она огляделась в поисках хорошо отложившейся в ее памяти внешности Сакурай. Несколько незнакомых ей сотрудников с любопытством посмотрели на неё, но Сакурай нигде не было видно.

— Извините, я ищу Сакурай-сан, — обратилась Аяко к ближайшему сотруднику.

— Она в конференц-зале, проводит совещание, — ответил тот, указывая на дальнюю дверь. — Они должны закончить минут через десять.

Аяко терпеливо ждала в коридоре, пока не закончилось совещание. Когда Сакурай, наконец, вышла, Аяко быстро подошла к ней и заговорила, не давая той себя проигнорировать.

— Сакурай-сан, здравствуйте. Я Хитани Аяко из отдела разработки. Мы встречались сегодня утром.

Сакурай удивленно приподняла бровь:

— Да, помню. Чем могу помочь?

— Я хотела бы обсудить ваши требования к протоколам безопасности для нашего проекта, — ответила Аяко.

Сакурай выглядела озадаченной:

— Вы пришли лично? Обычно такие вопросы решаются через электронную почту.

— Некоторые вопросы лучше решать с глазу на глаз, — улыбнулась Аяко. — К тому же Хатояма-сан упомянул, что вы раньше работали вместе…

При упоминании Тацуи лицо Сакурай мгновенно изменилось. Её глаза вспыхнули гневом, а губы сжались в тонкую линию.

— Хатояма? — прошипела она. — Этот… этот предатель! Он разрушил всё… Ненавижу…

Аяко была поражена силой эмоций Сакурай:

— Простите, я не знала…

Сакурай глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться:

— Послушайте, Хитани-сан. Это долгая история. Может быть… может быть, нам стоит обсудить это не здесь? Как насчет того, чтобы выпить после работы? О протоколах безопасности посидим, поговорим завтра с утра.

Аяко кивнула, удивленная таким поворотом событий:

— Конечно, я была бы рада.

Они договорились о времени и месте, и Аяко вскоре после этого вернулась в свой отдел. Увидев Тацую, она подошла к нему.

— Хатояма-семпай, я говорила с Сакурай-сан. Мы договорились выпить после работы и обсудить требования к безопасности.

Лицо Тацуи мгновенно помрачнело. Он попытался скрыть свои эмоции, но Аяко заметила проблеск грусти в его глазах.

— Понятно, — тихо произнес он. — Хорошо, Хитани-сан. И… удачи.

Глава 8. Пиво без саке? А кому оно нужно?

Прогулка Аяко по-вечернему Синдзюку оказалась недолгой. Всего через пять минут после выхода со станции метро она добралась до места, указанного в сообщении от Сакурай-сан.

Вывеска «Ханако» мягко светилась в постепенно сгущающихся сумерках токийского вечера. Этот небольшой паб, уютно расположившийся в тихом переулке недалеко от станции Синдзюку, был известен как популярное место встреч женщин — офисных работников после трудового дня. Фасад здания был оформлен в традиционном японском стиле — деревянные панели, украшенные резьбой, и небольшой сад камней перед входом создавали атмосферу спокойствия и умиротворения.

Аяко на мгновение остановилась перед входом, любуясь изящной композицией из камней и мха. Мягкий свет фонарей отражался в гладких поверхностях камней, создавая причудливую игру теней. Глубоко вдохнув прохладный вечерний воздух, она решительно шагнула к двери.

У входа её встретила улыбчивая хостесс в традиционном кимоно нежно-розового цвета, расшитом изящными узорами цветущей сакуры. Её волосы были собраны в сложную прическу, украшенную маленькими цветочными заколками.

— Добро пожаловать в «Ханако»! — приветливо произнесла хостесс, слегка поклонившись. — Вы одна или ждете кого-то?

— Я встречаюсь с Сакурай-сан, — ответила Аяко, чувствуя легкое волнение.

Улыбка хостесс стала еще ярче:

— А, Сакурай-сан! Она уже здесь, пройдемте.

Хостесс провела Аяко через небольшой коридор, украшенный традиционными японскими гравюрами в деревянных рамах. Мягкий свет настенных светильников, стилизованных под бумажные фонари, создавал уютную атмосферу.

Внутри паб оказался гораздо просторнее, чем можно было предположить с улицы. Интерьер был оформлен в уютном стиле, сочетающем традиционные японские элементы с более современным дизайном. Деревянные балки на потолке контрастировали с гладкими стенами, окрашенными в теплые оттенки. Мягкое освещение создавало интимную атмосферу, а из скрытых динамиков доносилась приятная фоновая музыка — современные аранжировки традиционных японских мелодий.

За низкими столиками сидели небольшие группы женщин, одетых в офисные костюмы. Они оживленно беседовали, потягивая напитки из изящных керамических чашек и бокалов. Воздух был наполнен ароматами сакэ и жареных закусок, создавая неповторимую атмосферу японского гостеприимства.

В дальнем углу зала располагалась небольшая сцена, где, судя по установленному микрофону и инструментам, иногда проходили живые выступления. Сейчас она пустовала, но Аяко подумала, что было бы интересно послушать здесь живую музыку.

Хостесс провела Аяко к небольшой стойке у бара, где уже сидела Сакурай. Барная стойка была сделана из темного полированного дерева, за которой виднелись ряды бутылок с различными напитками. Бармен в белоснежной рубашке и черном жилете ловко смешивал коктейли, демонстрируя впечатляющее мастерство.

Не успела Аяко поздороваться, как Сакурай махнула рукой бармену:

— Как обычно, пожалуйста.

Бармен кивнул и почти мгновенно поставил перед Сакурай большую кружку пива, вмещающую не менее литра. Пена на пиве образовывала идеальную шапку, а по стенкам кружки стекали маленькие капельки конденсата.

— Хитани-сан, что будете пить? — спросила Сакурай, делая большой глоток. Ее голос звучал непринужденно, но Аяко заметила легкое напряжение в уголках ее глаз.

— Ум… может быть, умэсю? — неуверенно ответила Аяко, выбрав знакомый ей сливовый ликер.

Сакурай одобрительно кивнула:

— Хороший выбор. А теперь пойдемте в кабинет, там нам будет удобнее разговаривать.

Кроме бара и зала со столиками, выдержанных в более европейском стиле, в пабе был еще ряд отдельных комнат. Аяко с Сакурай прошли через зал к ряду традиционных раздвижных дверей — сёдзи. По пути Аяко заметила, как несколько посетительниц с любопытством посмотрели в их сторону, но быстро вернулись к своим беседам.

Сакурай уверенно открыла одну из дверей, показывая небольшую комнату, оформленную в традиционном японском стиле. Здесь царила атмосфера уединения и спокойствия. Стены были покрыты светлыми бумажными панелями, создающими ощущение легкости и воздушности. В центре комнаты располагался низкий столик из темного дерева, окруженный мягкими подушками для сидения — дзабутонами.

В углу комнаты стояла небольшая икебана — традиционная японская цветочная композиция, которая добавляла помещению изысканности и гармонии. Мягкий свет, исходящий от бумажного фонаря, создавал уютную и располагающую к доверительной беседе атмосферу.

— Располагайтесь, — сказала Сакурай, грациозно опускаясь на одну из подушек. — Наш разговор коротким не будет.

Аяко села напротив, чувствуя, как нарастает напряжение. Она аккуратно расправила юбку и постаралась принять удобное положение, понимая, что им предстоит долгая беседа.

Аяко принесли её сливовый ликер буквально через минуту после того, как они сняли обувь и расположились в уютном кабинете. Напиток был подан в изящном керамическом бокале, украшенном тонким узором цветущих слив. Она сделала небольшой глоток, оценив приятный вкус напитка, в котором алкоголь почти не чувствовался. Сладковатый аромат сливы с легкой кислинкой приятно освежал. «Надо будет повторить», — мелькнула мысль.

— Я так понимаю, вы хотите поговорить о Тацуе Хатояма-семпае, — начала Аяко, аккуратно поставив бокал на низкий столик. Ее пальцы на мгновение задержались на прохладной поверхности керамики, выдавая легкое волнение.

Глаза Сакурай подозрительно заблестели, отражая мягкий свет фонаря, но она довольно твердо ответила:

— Хатояма-семпай… Я тоже его называла именно так… — Она сделала паузу, словно собираясь с мыслями. Ее взгляд на мгновение устремился куда-то вдаль, словно она погрузилась в воспоминания. — Он начал работать месяца на два раньше меня. «Тоока» и сейчас не идеальное место для работы, но тогда это была «черная компания» в самом худшем смысле этого слова.

Сакурай глубоко вздохнула, прежде чем продолжить. Ее лицо приняло серьезное выражение, а в голосе появились нотки горечи:

— Постоянные неоплачиваемые переработки, тринадцатый рабочий день недели был нормой, просто нереальное количество работы, постоянное преследование и уничижительные слова руководства в сторону женщин. Это и в принципе неприятно, а если ты еще и почти бесправный стажер, то вообще.

Аяко слушала затаив дыхание. Она невольно сжала кулаки, представляя себе атмосферу, в которой приходилось работать Сакурай и Тацуе.

— Ямада-сан, начальник отдела, любил говорить: «Женщины в офисе нужны только для украшения и приготовления чая». — Сакурай поморщилась от воспоминаний, ее голос стал тише, словно она боялась, что кто-то может подслушать. — А Така-бучо постоянно отпускал сальные шуточки.

Она на мгновение замолчала, собираясь с мыслями, а затем продолжила уже более мягким тоном:

— Хатояма-сан часто защищал меня. Когда я должна была оказаться в командировке с замдиректора Сато, печально известным своим отношением к женщинам, Хатояма-сан без предупреждения заменил меня, взяв всю вину «за замену и перепутанное расписание» на себя.

— Тогда я не очень понимаю ваше отношение к Хатояме-семпаю, Сакурай-сан, — осторожно заметила Аяко, слегка наклонившись вперед. Ее брови нахмурились в легком недоумении.

Сакурай улыбнулась, но так горько, что это было хуже любого плача. Ее глаза наполнились болью, а голос стал тихим и надломленным:

— А я и не относилась к нему так тогда. Скорее даже наоборот, он мне немного нравился. Или не немного…

Сакурай опустила взгляд, словно стыдясь своего признания. Она схватила кружку, и не отрываясь осушила почти половину, оставив уже меньше четверти от не так давно выданного барменом литра. Аяко с тревогой наблюдала за этим, понимая, что за этим жестом скрывается глубокая боль.

Сакурай подняла глаза вверх, словно глядя куда-то в давнее прошлое. Ее взгляд стал отстраненным, а голос приобрел оттенок горечи:

— Где-то через год придирки и нападки стали совсем невыносимыми. Нет, начальство и так к своим работникам относилось отвратительно.

Сакурай сделала паузу, словно собираясь с мыслями, и продолжила, ее голос стал более твердым, словно она решила высказать все, что накопилось за эти годы:

— Например, Ямада Кенджи, я про него уже говорила, начальник отдела разработки, любил устраивать публичные разносы. Он мог часами кричать на сотрудника перед всем отделом за малейшую ошибку. Однажды он довел до слез молодого программиста Накамуру-куна, обвинив его в «некомпетентности, достойной увольнения» из-за опечатки в коде. Бедный парень потом неделю не мог нормально работать, все время оглядывался и вздрагивал от любого громкого звука. А Сузуки Хироши, менеджер проектов, постоянно заставлял людей переделывать работу в последний момент. Он мог подойти к сотруднику вечером пятницы и сказать, что всё нужно переделать к понедельнику, даже если проект уже был одобрен. Дайки-сан из бухгалтерии рассказывала, что однажды из-за этого пропустила свадьбу сестры. Она плакала в туалете целый час, а потом вернулась к работе с красными глазами, боясь, что ее уволят, если она не выполнит задание в срок.

Сакурай сделала еще один глоток пива и добавила еще более мрачным тоном:

— Хуже всех был Мори Тадаши, заместитель директора по персоналу. Человек, который по должности должен заботиться о персонале, делал прямо противоположное. Он открыто говорил, что переработки — это норма, и если кто-то уходит домой вовремя, значит, он не заинтересован в работе. С его легкой руки люди работали по шестнадцать часов в сутки, включая выходные. У многих начались проблемы со здоровьем, но никто не смел жаловаться, боясь потерять работу.

Сакурай горько усмехнулась, ее пальцы нервно теребили салфетку на столе:

— И это только верхушка айсберга. Но к стажерам отношение было еще хуже, особенно ко мне и Тацуе.

Сакурай продолжила, даже не заметив, что назвала парня по имени. Она сложила руки на груди, невольно подчеркивая еще сильнее свою выдающуюся фигуру.

— «Карликовая корова» и «тупой незрелый полутуземец-хафу» было самое мягкое, что мы слышали, — она горько усмехнулась. — Меня еще называли «ходячим молокозаводом» и «офисной подушкой безопасности». А Тацую обзывали «недоделанным гайдзином» и «бракованным японцем».

Аяко почувствовала, как у нее перехватило дыхание от услышанного. Она не могла поверить, что в современной японской компании могло существовать такое отношение к сотрудникам. Ее руки непроизвольно сжались в кулаки, а в глазах появился гнев.

Сакурай на секунду замолчала, словно вспоминая что-то особенно неприятное, и продолжила, ее голос дрожал от сдерживаемых эмоций:

— Были и похуже выражения. «Сисястая идиотка, годная только для косплея» — это я еще могла стерпеть. Но когда начальник отдела сказал, что я «слишком тупая даже для офисной проститутки», это было уже слишком. А Тацую постоянно спрашивали, не пора ли ему «вернуться в свою гайдзинскую дыру» и «перестать позорить настоящих японцев».

Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Ее пальцы нервно постукивали по столу, выдавая внутреннее напряжение:

— Знаете, самое ужасное было не в самих словах, а в том, как обыденно это звучало. Словно это было нормально — так унижать людей. Преследования усилились, особенно со стороны заместителя директора Сато, который был дальним родственником владельцев «Они технолоджи», а, соответственно, и «Тооки». Этого ему хватало, чтобы не давать проходу ни мне, ни Тацуе, хоть и по разным поводам.

Сакурай допила остатки пива и на полминуты замолчала. Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно она заново переживала те тяжелые моменты. Аяко терпеливо ждала, не решаясь нарушить тишину.

Наконец, Сакурай продолжила, ее голос стал тише и более напряженным:

— Нам не оставили выбора. Работать в условиях, где твое человеческое достоинство давно растоптали, было невозможно. Когда мы с Тацуей независимо друг от друга оказались на открытой крыше, откуда было очень удобно прыгать, мы все же поговорили и решили действовать.

Она на мгновение замолчала, словно собираясь с мыслями, и добавила с горькой усмешкой:

— Правда, Тацуя говорил, что собирался пригласить полетать с собой и заместителя директора… Я точно уже больше так работать не могла. Нам оставалось либо оставить все, либо уволиться, либо уволиться, но напоследок как следует пошуметь.

Аяко сидела, потрясенная услышанным, её глаза расширились от удивления, и сочувствие не могло не переполнить ее сердце. Она не ожидала увидеть Сакурай-сан такой эмоциональной и откровенной. Собранная и строгая сотрудница отдела контроля качества, при первом общении произведшая на нее очень сильное впечатление, сейчас выглядела совершенно иначе — уязвимой и почти сломленной воспоминаниями.

Руки Аяко слегка дрожали, когда она поднесла чашку с чаем к губам, пытаясь скрыть свое потрясение. Она не могла найти слов, чтобы как-то прокомментировать услышанное. Волна эмпатии накрыла её, и она почувствовала, как к горлу подступил ком.

Молчание Аяко было наполнено смесью шока от жестокости описанной ситуации и глубокого уважения к Сакурай, которая смогла пережить такое обращение и дойти до своей нынешней позиции. Она нервно теребила край своей юбки, пытаясь осмыслить всю тяжесть ситуации, в которой оказались Сакурай и Тацуя.

— Вот мы и придумали этот план, — продолжила Сакурай, ее голос стал более решительным. — Я должна была ответить на ухаживания Сато-сан. Мне надо было пригласить его в дополнительный конференц-зал. Он был довольно далеко от всех остальных рабочих мест, и из него был вход на склад канцелярии с электронным замком, который не запирался. Идея была в том, чтобы заснять приставания замдиректора. Тацуя должен был ждать на складе и, как только Сато-сан явно зайдет слишком далеко, выйти, отбить меня и набить ему морду.

Сакурай снова замолчала, ее взгляд стал отстраненным, словно она заново переживала те события. Аяко затаила дыхание, ожидая продолжения истории.

— И что? — не выдержала паузы Аяко, ее голос был едва слышен.

— Он не вышел вовремя, — немного пьяно всхлипнула Сакурай, ее глаза наполнились слезами.

— Нет, — в ужасе посмотрела на Сакурай Аяко, ее сердце бешено забилось от страха за то, что могло произойти.

— Не настолько он опоздал, — помахала рукой Сакурай, пытаясь казаться беззаботной, но ее голос дрожал. — Но почти… На камере оказалось слишком много того, что я не хотела, чтобы видел хоть кто-то, особенно Тацуя… Не прощу! — И Сакурай упала лицом на стол, ее плечи затряслись от беззвучных рыданий.

Аяко сидела потрясенная, не зная, как реагировать на эту исповедь и неожиданный финал. История оказалась гораздо более сложной и трагичной, чем она могла предположить. Она осторожно протянула руку и легонько коснулась плеча Сакурай, пытаясь хоть как-то утешить ее.

Тут же «как обычно» для Сакурай поднесли кофе, и та, отлипнув лицом от стола и глотнув горячего напитка, немного ожила. Она вытерла слезы тыльной стороной ладони и попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой и болезненной.

Аяко же серьезно размышляла над услышанным. Было несколько моментов, которые её сильно удивили в речи Сакурай. Во-первых, почему Хатояму-семпая называли хафу. Да, зеленоватый оттенок его глаз, конечно, мог быть достаточным основанием, но как-то это казалось чрезмерным. А во-вторых…

— Сакурай-сан, — обратилась она к немного пришедшей в себя собеседнице, — а вам не кажется это странным? Ну, это предательство Хатоямы-семпая.

Видно было, что Сакурай пыталась сдерживаться, но всё же тень отвращения и неприязни промелькнула на её лице, сменившись внимательным выражением. Лицо было настолько серьезным, что по нему было сложно понять, что его владелица не так давно быстро выпила литр пива и отключилась.

— Ну, если бы Хатояма-семпай вас на самом деле предал, то он бы вообще не появился, — продолжила Аяко, осторожно подбирая слова.

— Я думала об этом… — медленно произнесла Сакурай. — Но я кричала, звала и просила помощи. А он был в нескольких шагах и не пришел. Еще и сказал: «Прости, Сакурай-сан, я заснул». Для него вся эта ситуация была менее важна, чем его усталость, понимаешь, Хитани-сан?

— Опять что-то не сходится, Сакурай-сан, — задумчиво проговорила Аяко. — То есть, я верю вам, верю, что он так сказал. Я, конечно, знаю Хатояму очень недолго, пожалуй, даже меньше месяца. Вот только, сколько я его видела, он ведет себя пусть и внешне спокойно, но крайне ответственно. Конечно, возможно, он так переменился после того случая, о котором вы мне рассказали… Вот только скажите мне сами, Сакурай-сан, вел ли себя Хатояма-семпай несерьезно или безответственно в то время, что вы с ним работали?

Сакурай сделала головой отрицательный жест, ее брови нахмурились, словно она пыталась вспомнить что-то важное.

— Нет… Он тогда все время вел себя крайне ответственно. Даже слишком, если честно. Всегда приходил раньше всех, уходил позже, брал на себя дополнительную работу…

— Вот я и говорю. Не сходится, — уверенно заявила Аяко. — А значит, Сакурай-сан, что мы с вами чего-то не знаем.

— Уже и не важно, — повела плечами Сакурай, отчего её грудь, что была на пару размеров больше, чем у Аяко, всколыхнулась, мгновенно приковав немного завистливый взгляд Аяко. — Это все в прошлом…

Они обе замолчали, погрузившись каждая в свои мысли. Аяко пыталась сложить все кусочки этой загадочной истории, чувствуя, что что-то важное ускользает от её понимания. Сакурай же, казалось, вновь погрузилась в воспоминания, её взгляд стал отстраненным и печальным.

Спустя некоторое время Сакурай глубоко вздохнула и посмотрела на часы, висевшие на стене. Стрелки показывали уже довольно позднее время.

— Уже поздно, Хитани-сан. Нам, пожалуй, пора.

Аяко кивнула, чувствуя, как усталость и эмоциональное напряжение навалились на неё. Она поднялась, слегка пошатнувшись — разговор оказался более изматывающим, чем она ожидала.

Они расплатились и вышли из паба в прохладный токийский вечер. Улица была уже почти пустой, лишь редкие прохожие спешили по своим делам. Фонари отбрасывали длинные тени, создавая причудливую игру света и тьмы. На улице они еще раз обменялись взглядами, полными невысказанных вопросов и сомнений.

— Спасибо за разговор, Сакурай-сан, — тихо сказала Аяко. — Это многое прояснило… и многое запутало.

Сакурай слабо улыбнулась, ее лицо в свете уличных фонарей казалось усталым и каким-то потерянным:

— Иногда прошлое лучше оставлять в прошлом, Хитани-сан. Доброй ночи.

Хоть Сакурай это и сказала, но все же сама она прошлое оставить в прошлом так окончательно не смогла. Это было видно по ее взгляду, по тому, как она нервно теребила ремешок своей сумочки.

Они с Аяко разошлись в разные стороны, каждая погруженная в свои мысли. Аяко шла домой прокручивая в голове услышанное и пытаясь понять, что же на самом деле произошло между Сакурай и Тацуей. Она чувствовала, что за всем этим кроется какая-то тайна, и была полна решимости её раскрыть.

По пути домой мысли Аяко и Сакурай были заняты событиями прошлого, но каждая рассматривала ситуацию под своим уникальным углом.

Аяко, шагая по вечерним улицам Токио, не могла отделаться от ощущения, что в истории Сакурай есть что-то странное. Она размышляла о возможности внешнего вмешательства: что, если кто-то намеренно помешал Тацуе прийти на помощь? Может быть, его оглушили или даже заперли на складе? Аяко также допускала мысль о том, что Тацуя мог действовать по указанию кого-то влиятельного, возможно, пытаясь защитить Сакурай от еще больших неприятностей. Она не исключала и вероятность того, что Тацуя столкнулся с какой-то непредвиденной ситуацией, о которой не смог рассказать Сакурай из-за чувства стыда или угрозы.

Проходя мимо небольшого парка, Аяко остановилась на мгновение, наблюдая, как ветер колышет листву деревьев. Этот мирный пейзаж контрастировал с бурей эмоций, бушевавшей в ее душе. Она вспомнила, как Тацуя всегда казался ей человеком честным и прямым. Могло ли быть так, что его поступок был продиктован какими-то высшими соображениями, о которых Сакурай просто не знала?

В то же время Сакурай, сидя в такси, впервые за долгое время позволила себе усомниться в своей интерпретации событий. Огни ночного города проносились за окном, словно отражение ее беспокойных мыслей. Она вспомнила, что никогда не давала Тацуе шанса полностью объяснить свою версию происшедшего. Что, если за его словами о том, что он заснул, скрывалось что-то более сложное?

Сакурай также задумалась о возможности технической неисправности: может быть, в складском помещении была неожиданно хорошая звукоизоляция, или замок внезапно заклинило? Она даже рассмотрела идею о том, что Тацуя мог не вмешаться, считая, что Сакурай сама справится с ситуацией или что это было частью какого-то большего плана.

Когда такси остановилось у ее дома, Сакурай еще некоторое время сидела неподвижно, погруженная в свои мысли. Впервые за долгое время она позволила себе подумать о Тацуе не с гневом, а с сомнением и даже толикой сожаления о том, как сложились их отношения.

Аяко решила, что ей нужно будет осторожно расспросить Тацую, не выдавая при этом подробностей своего разговора с Сакурай. Она понимала, что это будет непросто, но чувствовала, что должна докопаться до истины.

Сакурай же впервые за долгое время задумалась о том, что, возможно, пришло время пересмотреть свое отношение к этой ситуации и, может быть, даже попытаться поговорить с Тацуей, чтобы, наконец, услышать его полную версию событий. Эта мысль одновременно пугала и притягивала ее.

Так, погруженные каждая в свои мысли, они завершили этот вечер. Аяко, войдя в свою квартиру, еще долго не могла уснуть, обдумывая план действий на завтра. Сакурай же, лежа в постели, впервые за много лет позволила себе вспомнить о Тацуе без привычной горечи и гнева.

Глава 9. Рабочий марш японского програмиста, не к смерти, но на истощение

Но пришедшей слегка с похмелья Аяко с утра стало не до мыслей о примирении Хатоямы-семпая с Сакурай-сан.

Аяко проработала в отделе Инновационного Социального Программирования корпорации «Они Технолоджи» уже целый месяц. Или, может быть, всего месяц — это зависит от точки зрения, но за это время она уже немного привыкла к определенной ежедневной рутине. Спустя несколько дней она уже уверенно ориентировалась в метро, без малейшего риска упасть, ловко обходила препятствия в утренней толчее, и, можно сказать, что обычно к половине восьмого утра уже была в офисе.

График прихода на работу всех белых воротничков был довольно свободным, но до девяти часов все сотрудники, как правило, были на своих местах, Тацуя не был исключением. Сама Аяко часто встречала Тацую если не в метро, то у входа в здание или чуть позже на месте отметки начала рабочего дня входящих работников или чуть позже в лифте, поднимаясь на нужный этаж.

Однако это утро разительно отличалось от предыдущих. Тацую она не встретила, и, зайдя в отдел, сразу поняла почему.

Пришедший явно рано или, возможно, даже не уходивший домой Тацуя был погружен в работу по самые кончики немного взъерошенных волос. Переработка занимает особое место в японской трудовой культуре. В японском языке есть устойчивое словосочетание «кароси» (過労死), буквально означающее «смерть от переработки», что многое говорит о склонности японцев чрезмерно увлекаться работой.

Офис отдела Инновационного Социального Программирования представлял собой просторное помещение с открытой планировкой. Ряды рабочих столов были разделены низкими перегородками, создавая иллюзию приватности, но позволяя коллегам легко общаться друг с другом. Большие окна от пола до потолка пропускали много естественного света, а живые растения в горшках, расставленные по всему офису, создавали уютную атмосферу.

Знавшая об этом Аяко решила присмотреть за семпаем, который начиная с сегодняшнего дня, казалось, совершенно забыл о себе, даже слишком сильно сосредоточившись на работе.

Аяко осторожно подошла к столу Тацуи, наблюдая за его избыточно, на ее взгляд, серьезным лицом, освещенным голубоватым светом монитора. Его пальцы стремительно летали по клавиатуре, а глаза были прикованы к экрану, словно от этого зависела его жизнь. Рядом стояла почти пустая, давно остывшая чашка кофе, а на столе были разбросаны листы с какими-то заметками и сложными диаграммами.

«Хатояма-семпай, вы хорошо себя чувствуете?» — осторожно спросила Аяко, пытаясь привлечь его внимание.

Вместо ответа Тацуя, не отвлекаясь даже на то, чтобы посмотреть на нее, кликнул пару раз и вслепую быстро отбил на клавиатуре сообщение в Лайн ей прямо с компьютера: «Доброе утро, занят, располагайся, просмотри стандарты, что скинул по почте, наметь ключевые точки для презентации, поговорим в 10». После этого он лишь кивнул, все также не отрывая взгляда от монитора.

Аяко заметила, что под его глазами залегли глубокие тени, а обычно аккуратно уложенные волосы были взъерошены, что было совершенно нехарактерно для всегда подтянутого и опрятного Тацуи, и решила пока его не беспокоить.

Аяко немного поколебалась, но уселась за свой компьютер и открыла присланные Тацуей документы. Все посланые стандарты относились к протоколу безопасности, и было понятно, что именно презентацию по ним Тацуя и хочет, чтоб она сделала. Это не было проблемой, но Аяко не могла совсем не беспокоиться о состоянии семпая и продолжала украдкой наблюдать за ним.

«Что на него повлияло, да еще так резко? Практически как другой человек», — размышляла Аяко, вспоминая их вчерашний разговор и свою встречу с Сакурай. Она чувствовала, что между этими событиями и нынешним поведением Тацуи точно есть связь, но пока не могла уловить, какая именно. Поразмышляв над этим, она решила, что потратила на это уже слишком много времени и решила не особо этим заморачиваться. Как минимум до их разговора. Аяко прекрасно понимала, что чрезмерное погружение в работу может быть опасным, особенно если за этим стоят какие-то личные переживания или нерешенные проблемы. Или и то и другое. Вот только было ли это погружение в работу чрезмерным или нет, она пока не смогла определить. Надо немного подождать.

С этими мыслями она приступила к изучению присланных документов, периодически поглядывая на Тацую и обдумывая, как лучше подойти к разговору с ним. Она чувствовала, что ситуация требует деликатного подхода, и была полна решимости помочь своему семпаю, даже если он сам пока не осознавал, что нуждается в помощи.

Часы показывали почти 10 утра, когда Аяко решила, что пора действовать. Она встала из-за своего стола, сходила на местную кухоньку и уже оттуда подошла к Тацуе. С двумя баночками свежедобытого из автомата горячего кофе в руках.

Кухня отдела была небольшой, но уютной. Светлые стены и современная техника создавали приятную атмосферу. Здесь всегда пахло свежесваренным кофе и иногда — ароматной выпечкой, которую кто-нибудь из сотрудников приносил, чтобы поделиться с коллегами. Аяко быстро управилась с кофейным автоматом, выбрав для Тацуи его любимый крепкий эспрессо, а для себя — латте с ванильным сиропом.

— Хатояма-семпай, — мягко позвала она. — Я принесла вам кофе. Может, сделаете небольшой перерыв?

Тацуя поднял голову, моргая, словно выходя из транса. Он почти бесчувственно принял баночку, глотнул кофе, и его лицо немного прояснилось.

— Спасибо, Хитани-сан, — сказал он, делая глоток. — Извините, я довольно сильно погрузился в работу, и время пролетело как-то незаметно.

Аяко поставила чашку на стол Тацуи, сходила к своему стулу, притянула его поближе к Тацуе и присела рядом.

— Я все понимаю. Но вы слишком погрузились, а вроде бы работой мы должны заниматься вместе, значит, нам все же нужно обсудить, что каждый из нас будет делать.

Тацуя кивнул, потирая глаза.

— Вы абсолютно правы, Хитани-сан. Просто вчера, когда вы ушли, я прикинул план работы с учетом более серьезного подхода к шифрованию данных, да так, чтоб можно было доказать, что все в порядке и чтоб все было по стандартам… — Тацуя поднял глаза и рассеянным взглядом посмотрел в довольно близко оказавшееся лицо Аяко. — И у меня получилось, что если мы хотим успеть без того, чтоб провести пару бессонных ночей прямо перед показом проекта, то нам нужно провести первый тест уже на следующей неделе.

— Это не слишком быстро? — удивленно переспросила Аяко. — Мы еще не все подготовили.

— Не то чтобы не подготовили, — нахмурился Тацуя, — мы почти ничего еще не сделали. Вот я вчера залез в GitHub, поискал и погонял разные шаблоны, чтоб хоть как-то склепать приложение. Кое-что получилось, думаю к вечеру кое-как работать будет. Конечно, всех багов не выловим, но нам и не надо пока.

— Но это вообще реально?

— У нас нет выбора, — вздохнул Тацуя. — Я работал всю ночь, пытаясь оптимизировать все, что нам надо будет сделать по минимуму. И у меня получилось если мы не проведем тест максимум через десять дней, мы рискуем не уложиться вовремя, за день-два до презентации.

Аяко нахмурилась, глядя на измученное лицо семпая.

— Я понимаю, это крайне важно, но вы, семпай, вытянете вообще? Не сказала бы, что вы выглядите крайне здоровым. Может, стоит это как-то отложить? Или вообще на презентации не показывать приложение, а просто объяснить общие принципы действия?

Тацуя покачал головой.

— Это не очень хороший вариант. Если мы хоть плохо, но допилим приложение, эффект от нашей презентации будет намного сильнее. — Он на мгновение замолчал, словно собираясь с мыслями. — Послушайте, Хитани-сан. Я знаю, что прошу слишком многого, но мне будет нужна ваша помощь. Причем, к сожалению, в обычные часы работы нам не уложиться. Мы можем справиться, если будем работать вместе, но это будет намного более интенсивно и напряженно, чем мы думали до этого.

Аяко внимательно посмотрела на Тацую, видя решимость в его глазах, несмотря на усталость от бессонной ночи. Она глубоко вздохнула и кивнула.

— Хорошо, семпай. Я с вами. Но обещайте, что сегодня после теста вы как следует отдохнете, в любом случае, даже если тест будет неудачным.

Тацуя проявил слабую улыбку.

— Обещаю. Спасибо, Хитани-сан. Ваша помощь мне очень кстати.

— Хатояма-семпай, я готова, но чем именно вы хотите, чтоб я занялась? Мы же еще не обсуждали, что именно нужно и на какой части проекта мне лучше сконцентрироваться? Понятно, что первым пунктом приготовить презентацию-отчет для Сакурай, я это сделаю в ближайшие пару часов, а дальше? — спросила Аяко, с энтузиазмом глядя на Тацую.

Тацуя окинул взглядом свою молодую коллегу:

— Мы разделим работу на части. Для начала нам нужны основные функции: регистрация пользователей, их профили и возможность поиска. После того как закончите презентацию для Сакурай-сан, вы не могли бы заняться внешним видом и работой этих элементов?

Аяко кивнула:

— Да, я могу этим заняться. А какую систему для создания интерфейса будем использовать?

— Давайте возьмем React, — ответил Тацуя. — Это удобный инструмент для создания интерфейсов, и у нас уже есть некоторые наработки с ним.

— Хорошо, — согласилась Аяко. — А что насчет серверной части?

Тацуя потер подбородок:

— Я займусь основной серверной частью на Node.js. Но нам понадобится ваша помощь с базой данных. Сможете просмотреть форумы на предмет того, как лучше хранить информацию в MongoDB? И потом покажете мне основные варианты.

— Конечно, без проблем, — уверенно ответила Аяко. — А как насчет системы обмена сообщениями?

— Отличный вопрос, — Тацуя оживился. — Давайте используем технологию WebSocket для мгновенной передачи сообщений. Если разберетесь с принципом базы данных, сможете добавить это в интерфейс? Ах да, нам же еще надо прикинуть интерфейс. Сможете поискать шаблон какой, или нейросетью чего отрисовать?

Аяко на секунду задумалась:

— Думаю, да. Но может потребоваться немного времени, чтобы разобраться.

— Не проблема, — кивнул Тацуя. — Еще нам нужно придумать, как подбирать пары пользователей. Этим уже займусь я, мы уже прикидывали варианты, надо подумать, как это лучше реализовать.

— Ну да, это собственно ключевой вариант системы, я то, что мы обсуждали, подытожила и записала, и могу вам это перекинуть.

— Отлично, — Тацуя улыбнулся. — И последнее — безопасность. Вы проверяли варианты шифрования, я вроде послал все, что нашел, сможете поискать еще и заняться модулем защиты данных пользователей?

Аяко кивнула:

— Да, я как раз в последнем семестре учила основы защиты информации. Ну и просмотрела, что вы мне посылали. Да и Сакурай-сан мне кое-что полезное по этому делу вчера тоже говорила. Буду рада применить знания на практике.

— Замечательно, — подытожил Тацуя. — Тогда начнем с создания основы проекта. Вы займитесь настройкой интерфейса на React, а я подготовлю серверную часть. Через час обсудим, как продвигаемся? Хотя нет, часа явно не хватит. Давайте часа через два, обед придется отложить немного.

— Договорились, семпай, — ответила Аяко, уже мысленно составляя план действий.

Спустя два часа интенсивной работы, Тацуя и Аяко решили сделать перерыв на обед. Они оба чувствовали усталость и голод. Офис наполнился звуками клавиатур и приглушенными разговорами коллег, обсуждающих свои проекты.

— Хитани-сан, может, закажем что-нибудь поесть? — предложил Тацуя, потягиваясь в кресле. Его глаза были слегка красными от долгого сидения перед монитором.

— Отличная идея, семпай, — ответила Аяко, отрываясь от экрана и потирая затекшую шею. — Какое приложение для доставки вы обычно используете?

Тацуя достал телефон и открыл приложение для заказа еды. Они быстро выбрали блюда и сделали заказ. Пока ждали доставку, решили обсудить прогресс.

— Как у вас дела с интерфейсом, Хитани-сан? — спросил Тацуя, откидываясь на спинку кресла и внимательно глядя на Аяко.

Аяко вздохнула:

— К сожалению, не так хорошо, как хотелось бы. Шаблоны, которые я нашла, не совсем подходят для нашего проекта, недостаточно гибкие в настройке, да и делать клон уже существующих приложений мы ведь не хотим, семпай?

Аяко дождалась подтверждающего жеста Тацуи и продолжила со вздохом:

— С нейросетью же для создания дизайна приложений я пока не разобралась. Может, я все же возьму один из шаблонов, наиболее близко подходящих, но там над ним еще работать и работать.

— Не расстраивайтесь, это нормально на начальном этапе. У меня дела идут чуть лучше — сервер приема-отсылки данных настроен, и я начал работу над первичной структурой базы данных. Впрочем, я как раз недавно делал что-то подобное для «Собеседника», так что это было не так сложно. Ну и принесенные вами напитки помогали, спасибо большое, Хитани-сан. — Тацуя коротко поклонился.

Аяко немного покраснела, она на протяжении последних часов отслеживала состояние Хатоямы-семпая, и когда видела, что он вырубается, немного отвлекала его напитками, как с кофеином, так и без. Чтобы скрыть свое смущение, она решила подкинуть вопрос.

— А как продвигается алгоритм подбора пар, семпай? — поинтересовалась Аяко, подаваясь вперед и опираясь локтями на стол.

Тацуя потер затылок, его взгляд стал задумчивым:

— Ну, тут не все так гладко. Я просмотрел то, что вы мне скинули по поводу разных алгоритмов, набросал основную концепцию, но даже до полноценного алгоритма еще далеко, не говоря уже о законченной программе. Нужно учесть множество факторов, а мне хотелось бы еще протестировать разные подходы, поэтому сам алгоритм подбора должен быть отдельным модулем, который можно обновлять и заменять. Плюс, я все же хочу попробовать запихнуть свой «особый алгоритм».

Тацуя открыл приложение для заказа еды, начал просматривать меню, и так увлекся, что даже слова не сказал по поводу своего особого алгоритма. Аяко же, видя, как он увлечен, так и не решилась спросить. Она немного залипла на увлеченную выбором еды фигуру Тацуи, так что не сразу услышала направленный к ней вопрос.

— Хитани-сан, вы что предпочитаете? Я обычно беру сет из суши и роллов, но сегодня думаю заказать что-нибудь более сытное.

Аяко задумалась на мгновение, перебирая в уме свои предпочтения:

— Вообще-то, я стараюсь есть здоровую пищу. Может, салат с курицей или овощное карри?

— Отличный выбор, — кивнул Тацуя. — Тогда я, пожалуй, возьму тонкацу с рисом и мисо-суп. А на десерт как насчет данго на двоих?

Аяко улыбнулась, ее глаза слегка засветились:

— Звучит замечательно, семпай.

Они сделали заказ, и через 20 минут приложение оповестило их о прибытии курьера. Тацуя вызвался спуститься за едой.

Когда он вернулся с пакетами, они направились в небольшую столовую для сотрудников, расположенную недалеко от их рабочих мест. Это было отдельное помещение с несколькими столами, некоторые из которых как раз освободились — часть коллег только что закончила обедать.

Столовая представляла собой светлое помещение с большими окнами, выходящими на оживленную улицу Токио. Стены были украшены абстрактными картинами, добавляющими помещению современный вид. В углу стоял автомат с напитками, а вдоль одной из стен располагалась небольшая кухонная зона с микроволновкой и кофемашиной.

Войдя в столовую, Тацуя и Аяко заметили, что там находилось еще несколько сотрудников. За дальним столом сидел Хироши Ямамото, старший программист, которого Аяко видела лишь мельком в первый день. Он был погружен в чтение какой-то технической документации, даже не отрывая глаз от планшета во время еды. Его растрепанные седые волосы и очки, сползшие на кончик носа, создавали образ типичного рассеянного гения.

У окна расположилась Мидори Кусанаги, дизайнер интерфейсов, с которой Аяко еще не была близко знакома, но как-то вместе с ней и Тацуей у них был общий разговор. Мидори выделялась ярко-зелеными волосами и множеством браслетов на запястьях. Она что-то быстро набирала на телефоне, периодически хихикая.

В углу столовой Аяко заметила Такеши Ногучи, специалиста по кибербезопасности, о котором она слышала от коллег. Такеши был известен своей молчаливостью и необычным хобби — оригами. Даже сейчас, доедая свой обед, он ловко складывал из салфетки какую-то фигурку.

Тацуя, заметив интерес Аяко к коллегам, тихо произнес:

— Позже я вас познакомлю более близко. Ямамото-сан — настоящий эксперт в алгоритмах, может быть полезен для нашего проекта. Кусанаги-сан великолепно разбирается в UX/UI, а Ногучи-сан… ну, он может обнаружить уязвимость в любой системе быстрее, чем вы успеете моргнуть.

Выбрав стол у окна, Тацуя и Аяко начали раскладывать свой обед. Аромат свежеприготовленной еды привлек внимание оставшихся в столовой коллег.

Кендзи Сато, собиравший свой поднос, с интересом посмотрел на их стол:

— Ого, вы решили устроить пир? Выглядит аппетитно.

— Просто рабочий обед, Сато-сан, — ответил Тацуя. — Мы с Хитани-сан работаем над срочным проектом.

Юки Танака, которая как раз собиралась уходить, подмигнула Аяко:

— Совместный обед? Как мило. Не забудьте поделиться впечатлениями в вашем приложении для знакомств!

Аяко слегка покраснела, чувствуя, как щеки начинают гореть:

— Танака-сан, вы не так поняли…

Тацуя, заметив смущение Аяко, вмешался:

— Коллеги, мы действительно очень заняты. Надеюсь, вы не будете возражать, если мы пообедаем и обсудим рабочие вопросы?

Сато и Танака понимающе кивнули и покинули столовую, хотя Танака не удержалась от еще одного игривого взгляда в их сторону.

Оставшись наедине, Тацуя и Аяко приступили к обеду, продолжая обсуждать проект. Несмотря на небольшое смущение от внимания коллег, они быстро погрузились в работу, наслаждаясь вкусной едой и плодотворной беседой в уютной атмосфере небольшой столовой.

Аяко отправила в рот кусочек куриного салата и, прожевав, сказала:

— Семпай, я тут подумала насчет интерфейса. Может, нам стоит сделать что-то более минималистичное? Простые формы, четкие линии, мягкие цвета. Это бы выделило нас среди других приложений для знакомств, которые часто перегружены элементами.

Тацуя, отпив мисо-суп, задумчиво кивнул:

— Интересная идея, Хитани-сан. Минимализм сейчас в тренде, и это может подчеркнуть серьезность нашего подхода. Но не будет ли это слишком… строго для приложения знакомств?

— Мы могли бы добавить немного игривости через анимации или интерактивные элементы, — предложила Аяко. — Например, при совпадении пары можно сделать красивую анимацию с сердечками или чем-то подобным.

— Мне нравится ход ваших мыслей, — улыбнулся Тацуя. — Давайте попробуем набросать несколько вариантов и посмотрим, что получится.

Они продолжили обсуждать различные аспекты проекта, время от времени отвлекаясь на еду. Данго, которое они заказали на десерт, оказалось превосходным — сладкое и мягкое, оно таяло во рту.

— Хитани-сан, — вдруг сказал Тацуя, — я хотел бы поблагодарить вас за вашу работу и энтузиазм. Знаю, что прошу многого, заставляя вас работать в таком интенсивном режиме.

— Не за что, семпай. Мне действительно интересно.

Они закончили обед и вернулись к своим рабочим местам, чувствуя прилив энергии и готовность продолжить работу над проектом. Остаток дня пролетел незаметно и когда часы показали семь вечера, Тацуя, наконец, оторвался от компьютера и потянулся:

— Хитани-сан, думаю, на сегодня хватит. Вы отлично поработали.

Аяко кивнула, чувствуя усталость, но и удовлетворение от проделанной работы:

— Спасибо, семпай. Отлично поработали. А сейчас, как вы и обещали — идете отдыхать!

Глава 10. Идеальный собеседник, идеальная пара и неидеальные люди

В очередной день работы над проектом, проведя несколько часов за проверкой работы базы данных, Аяко решила протестировать систему с точки зрения пользователя. Зайдя в приложение под своим именем, Аяко запустила поиск «идеальной пары». Вот уже несколько дней, как почти полные сутки они с семпаем работали над проектом, с небольшими перерывами на сон. Аяко при этом заботилась по поводу еды и сна, о себе, и при случае и о семпае. Насколько могла

Наблюдая за движением индикатора прогресса, Аяко вспомнила о разнообразии алгоритмов поиска, которые они с Тацуей разработали. Вместо обычного приложения для знакомства у них получалось что-то странное, по задумке выходило что-то вроде смеси таки приложения для знакомств и социальной сети.

Вообще, в алгоритмах поиска партнера или партнеров у них было приличное количество вариантов. Был вариантзнакомства чисто для постели, включавший поисклавотеля и подходящей пары для него по геолокации. Был вариант для не обязательно ведущего к постели знакомства — поиск по общим интересам, для запуска которого надо было отвечать на немаленький опросник по поводу этих самых интересов. Ещебыли варианты поиска для совместной жизни, причем как для развития отношений в паре, так и для поиска сожителей для съема квартиры. Был еще возможный поиск совместного съема студии танцев, спортзала, кухни или звукозаписи.

А еще среди вариантов поиска был и один самых сомнительных, по мнению Аяко, алгоритмов — алгоритм «идеальный собеседник» и его вариация «идеальная пара». Сомнительный, потому что даже написавший и использовавший его Тацуя не смог полностью объяснить Аяко, как именно этот алгоритм работает.

Когда результат поиска, наконец, отразился на экране, Аяко почувствовала, как ее сердце начало учащенно биться. На экране высветилось имя: Тацуя Хатояма.

Аяко замерла, не веря своим глазам. Это чувство было сродни тому, что она испытала в старшей школе, когда была на грани признания в любви своему однокласснику. Но теперь все было иначе: она была взрослой женщиной, а Тацуя был ееколлегой и практически наставником.

Потом она хлопнула себя по лбу и рассмеялась, база данных-то была пустой. Нет, там было несколько тысяч анкет, но все они, кроме ее анкеты и анкеты Хатоямы-семпая, были сгенерированы случайным образом.

Аяко покачала головой, удивляясь, как могла забыть об этом важном факте. Конечно, система выбрала Тацую — он был единственным реальным человеком в базе данных, кроме неесамой. Это объяснение было гораздо более логичным, чем все ее возможные мысли о судьбе и «идеальных парах».

Тем не менее, этот курьезный случай заставил ее задуматься о необходимости расширения базы данных реальными пользователями. Она решила обсудить с Тацуей еще до презентации поискать возможность проведения бета-тестирования с привлечением добровольцев из их отдела или даже из всей компании. Это не должно быть слишком сложным, надо будет переговорить с начальником отдела, и, возможно, можно будет что-то сделать. Еще одним вариантом было сделать тестирование открытым, но в этом случае нужны фонды на рекламу в Эппел—стор и в гугловском магазине. Не очень дорого на уровне корпорации, но и совсем не карманные расходы для двух простых сотрудников.

Пока она пыталась прикинуть, что можно сделать в этом направлении, ее мысли скакнули и снова вернулись к результату поиска. Даже зная, что это был лишь результат ограниченной выборки, Аяко не могла полностью избавиться от легкого волнения, которое она почувствовала, увидев имя Тацуи. Она решила, что это просто реакция на стресс, и постаралась сосредоточиться на работе.

Однако где-то в глубине души она не могла не задаться вопросом: а что, если алгоритм действительно увидел что-то, чего она сама пока не осознавала?

Смена деятельности неплохо отразилась на ее состоянии, она оказалась способна даже осознать, что в офисе уже давно стало совсем тихо, не было слышно никаких звуков… И сколько часов назад она вообще брала эту банку кофе?

— Хатояма-семпай, — разнессяее голос в тишине опустевшего офиса. — Вы в порядке?

Тацуя, как ни удивительно, был на своем месте, вот только в порядке определенно не был, а совсем даже наоборот. Хотя всепознается в сравнении. Пресловутого «на бэкспэйсе вздремнул» с полным стиранием написаннойпрограммы не случилось, и то хорошо — вырубило Тацую, когда он откинулся на спинку кресла. Или он сначала вырубился, а потом откинулся на спинку — тоже может быть. По-хорошему стоило бы проверить, сохранилось ли то, что Тацуя там понаписал, но экран уже заблокировало… Перед Аяко встал не слабый такой вопрос, а что ей делать семпаем, что спит будто его душу ёкаи похитили.

Впрочем, не бывает нерешаемых проблем, бывают лишние расходы, как говорят жители Осаки. Вокруг была не Осака, а очень даже Токио, но и тут желающих немного заработать хватало. Вроде у нее дома все же был лишний футон?

***

Тацуя медленно открыл глаза, чувствуя, как немного затекло тело. Первое, что он увидел, был незнакомый потолок. Он попытался сфокусировать взгляд и осмотреться, но комната была погружена в полумрак. Солнечный свет едва пробивался сквозь плотные шторы.

«Где я?» — промелькнуло в его голове. Последнее, что он помнил — как работал допоздна в офисе, вроде был он на секундочку потянулся назад, откинувшись на стул. Но это явно была не офисная обстановка.

Тацуя попытался пошевелиться и понял, что лежит на футоне рядом с диваном практически под телевизором. Рядом на явно сдвинутом в стороны от телевизора столике стоял стакан воды и лежала аккуратно сложенная записка. Он глотнул воды, немного приходя в себя, и потянулся за запиской, чувствуя, как немного ноют мышцы тела, впервые дня за три получившие нормальный отдых.

На вырванном из какого-то блокнота явно написаннымивторопях, ночеткимикандзи красовалось: «Хатояма-семпай, Вы заснули в офисе. Я не смогла Вас разбудить, поэтому вызвала такси и привезла к себе домой. Надеюсь, Вы не будете возражать. Завтрак скоро будет. Как вернусь. Аяко.»

Тацуя почувствовал, как краска заливает его лицо. Он в квартире Хитани-сан? Как же так получилось? И как именно она его привезла, он что стул или чемодан? Аяко, конечно, девушка высокая, но сил, чтоб уволочь его у нее точно не могло быть. Он попытался восстановить события вчерашнего вечера, но в памяти была лишь пустота после определенного момента.

Осторожно встав с дивана, Тацуя огляделся. Первое, чтоон осознал, так это что на нем из одежды оставались рубашка и трусы. Носков в поле видимости не наблюдалось, а вот штаны лежали на диване. Тацуя удержал в узде свое воображение и быстро надел штаны. Уже после этого немного успокоился и решил оглядеться.

Маленькая, но уютная квартира-студия. Типичное жилье молодого специалиста в Токио. На стене он заметил фотографии — Аяко с семьей, с друзьями из университета. Но сделать себе экскурсию по квартирке (интересно же!) он не успел.

Внезапно он услышал звук открывающейся двери. Аяко вошла в квартиру, держа в руках пакет из магазина.

— О, Хатояма-семпай, вы проснулись! — воскликнула она, увидев его. — Как вы себя чувствуете?

И так довольно смущенный Тацуя почувствовал, как его лицо становится еще краснее.

— Хитани-сан, я… прошу прощения за доставленные неудобства, — пробормотал он, глубоко кланяясь. — Я не помню, как оказался здесь…

Аяко мягко улыбнулась:

— Не беспокойтесь, семпай. Вы очень много работали последние дни. Я просто не могла оставить вас в офисе.

Тацуя не знал, что сказать. Ситуация была крайне неловкой, но в то же время он чувствовал глубокую благодарность к Аяко за ее заботу.

— Спасибо вам, Хитани-сан, — наконец произнес он. — Я… я очень признателен.

— Не стоит благодарности, семпай, — ответила Аяко. — А теперь, может быть, позавтракаем? Готовить с утра я не стала, — почему-то при этих словах Аяко покраснела, но продолжила, — Но я купила нам обоим бенто. Вроде бы его только привезли и должно быть свежим.

Тацуя кивнул, всееще чувствуя дикое смущение, но в то же время странное тепло разлилось у него на сердце. Ситуация была крайне неловкой. Это если вообще не задумываться о том, что в квартире, как и в комнате у девушки, он оказывается по факту в первый раз в жизни. Ну не считать же таковой комнату его сестры.

Не то чтобы он мечтал о чем-то подобном еще в бытность свою учеником старшей школы, но это было необычно, интересно и даже как-то по-особому щекотало нервы. Конечно, еще более воодушевляющим было бы появление Аяко в купаль… то есть в переднике, но стоило довольствоваться тем, что есть. Кстати, а как вообще он сюда попал, и кто его раздел? Тацуя уставился во все глаза на Аяко и даже не заметил, как задал вслух первый вопрос и прикусил себе язык, чтобы не задать второй.

— Ну, — немного смутилась Аяко, — Вы, Хатояма-семпай, уже дня три, как ночуете в офисе, это очень плохо для здоровья! Так нельзя, и я…

На мгновение внутренний взгляд Тацуи нарисовал ему Аяко как учительницу, отчитывающую нерадивого ученика, и уровень его воодушевленияеще раз повысился. Наверное, что-то из его воодушевления почувствовала и Аяко. Или осознала, что Тацуя всееще сидит на полу, откуда открывался просто исключительный вид на ее ноги. Немного лучший, чем она хотела бы показывать кому бы то ни было, особенно Тацуе.

«Как минимум пока», — вспомнила результаты поиска «идеального собеседника» Аяко и даже немного рассердилась на себя и Тацую. Вслух же проговорила:

— Не пяльтесь так, Хатояма-семпай, — и одернула юбку.

Сидевший на полу Тацуя опустился уже практически в догезу, очень низкий поклон извинения, и начал рассыпаться в извинениях:

— Простите, Хитани-сан, очень извиняюсь, Хитани-сан, я не нарочно, Хитани-сан.

— Все хорошо, Хатояма-семпай, я не очень против, но это немного смущает. Поднимите голову, Хатояма-семпай.

Тацуя поднял голову. «Белые. Кружевные.» Его выдержки хватило, чтобы не сказать это вслух, но взгляд снова, как он подозревал, стал довольно выразительным. Он опять опустил глаза, но заново в догезу становиться не стал, опасаясь попасть в бесконечный цикл. Вместо этого со словами «Простите еще раз, Хитани-сан» повернулся немного в сторону и начал сворачивать футон. После того как закончил, он сел на диванчик, вернув столик, стоявший в стороне и явно сдвинутый, чтобы было место для футона, на его законное место.

Аяко, всееще слегка покрасневшая, присела на край дивана, стараясь сохранять дистанцию, но в то же время показывая, что не сердится.

— Хатояма-семпай, — начала она мягко, — я понимаю, что ситуация несколько… необычная. Но пожалуйста, не переживайте так сильно. Я просто беспокоилась о вашем здоровье.

Тацуя глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями.

— Хитани-сан, я очень признателен за вашу заботу. Просто… это все так неожиданно. Я даже не помню, как оказался здесь. Ведь не могли же вы меня сюда сами принести?

Тацуя очень-очень надеялся, что это не так. То, что его невменяемую от усталости тушку девушка каким-то образом доставила к себе домой, уже было довольно плохо, но если бы она его еще и сама принесла, лично — просто позор на всю жизнь, даже с его богатым прошлым.

Аяко кивнула, в упор не замечая его внутренних метаний:

— Вы за своим компом в ноль вырубились. Я пыталась вас разбудить, но вы были таким задолбаным и усталым, что практически не реагировали. Поэтому я договорилась с одним из охранников у выхода помочь, вызвала такси и привезла вас сюда, а в этом доме есть консьерж, он мне помог вас занести. Так что не волнуйтесь.

Тацуя почувствовал одновременно облегчение и еще большее смущение. У самой же Аяко кроме смушения была еще и легкая опаска, из-за необычной ситуации, или позднего времени, но ей вчера казалось, будто за ней кто-то следил.

— Я доставил вам столько хлопот… Простите меня, пожалуйста.

— Не извиняйтесь, семпай. Мы же команда, верно? — Аяко улыбнулась, и Тацуя почувствовал, как напряжение немного отпускает. — А теперь, может быть, позавтракаем? Нам еще нужно вернуться в офис и продолжить работу над проектом. К восьми мы уже не успеем, но к девяти — вполне, даже объясняться не надо будет.

Тацуя кивнул, благодарный за смену темы.

Тацуяеще раз огляделся по сторонам и неловко сел на диванчик перед диваном.

Аяко оглядела его, на лице у нее оказалось странное выражение, она на секунду исчезла где-то в ванной и показалась оттуда с парой носков, один из немногих элементов одежды Тацуи, который она решила закинуть в срочно сделанную ночью стирку. Не зная, что сказать, она просто кинула их на диван и прошла в сторону кухоньки. Так же не зная, что сказать, Тацуя натянул носки, старательно запретив себе думать об этом деле.

— Хатояма-семпай, — донеслось с кухни, — Пока я тут бенто раскладываю, и кофе делаю, возьмите зубную щетку, и бритву, если нужно, я одноразовые в магазине их с бенто купила.

Немного вздрогнувший от неожиданного обращения, Тацуя только и смог, что поклонится и негромко проговорить:

— Большое спасибо, Хитани-сан.

Спустя какое-то время он вернулся и наблюдал, как Аяко принесла два бенто, поставила несколько баночек с разными соусами и поставила их на маленький столик перед телевизором. Она подождала, пока Тацуя сядет рядом с ней, передала ему палочки, включила телевизор, и комнату наполнили звуки веселого детского аниме.

— Надеюсь, вы не против, Хатояма-семпай, — сказала Аяко, слегка смущенно. — Я привыкла завтракать под это шоу.

Тацуя покачал головой улыбнувшись:

— Нисколько, Хитани-сан. Это даже… мило.

Они сели за столик, открывая свои бенто. Яркие персонажи на экране контрастировали с их напряженными позами и неловкими взглядами.

— Итадакимасу, — произнесли они почти одновременно, что вызвало у обоих легкую улыбку.

Пока они ели, Тацуя не мог не заметить, как ловко Аяко управляется с палочками, и как изящно она подносит рис ко рту. Он поймал себя на мысли, что наблюдение за ней завораживает, и тут же отвел взгляд, чувствуя, как краснеют уши.

Аяко, в свою очередь, украдкой поглядывала на Тацую, отмечая, как мило он выглядит, когда полностью сосредоточен на еде. Она подавила смешок, увидев, как он пытается поймать особенно скользкий кусочек рыбы.

После завтрака они собрались на работу. Выйдя из квартиры, они оказались в непривычной ситуации — идти вместе на станцию метро.

— Хатояма-семпай, вам удобно идти? — спросила Аяко, заметив, что Тацуя всееще выглядит немного сонным.

— Да, спасибо, Хитани-сан, — ответил он, но в этот момент споткнулся о небольшую неровность на тротуаре.

Аяко инстинктивно схватила его за руку, чтобы поддержать. Их пальцы переплелись, и оба замерли, осознав внезапную близость.

— Простите, — пробормотал Тацуя, но руку не отпустил.

— Ничего страшного, — тихо ответила Аяко, тоже не спеша разорвать контакт.

Они продолжили путь, держась за руки, оба слишком смущенные, чтобы обсудить это или отпустить друг друга. Проходящие мимо люди бросали на них любопытные взгляды, но Тацуя и Аяко, казалось, были в своем собственном мире.

На станции метро они, наконец, разъединили руки, но чувство тепла и легкого покалывания осталось. Войдя в вагон, они встали рядом, держась за поручень. В утренней давке их тела оказались прижаты друг к другу, вызывая новую волну смущения и странного волнения. Аяко еще раз вспомнила свои вчерашние опасения и могла только удивится, насколько спокойно чувствовала себя сейчас.

Выйдя из метро, они молча направились к офису. У входа в здание Тацуя остановился и повернулся к Аяко и еще раз поклонился:

— Хитани-сан, я… спасибо вам. За все.

Аяко улыбнулась, чувствуя, как ее сердце начинает биться чаще:

— Не за что, Хатояма-семпай. Мы же работаем вместе, помните?

То, что они зашли вместе в здание, никого не удивляло, это уже несколько раз случалось, то же,что они приехали вместе, скорее всего, никто и не заметил.

Глава 11. От "почти готово" до "вот уже совсем готово" очень, очень много работы.

Тацуя и Аяко вошли в офис, который уже начал наполняться привычным гулом рабочего дня. Флуоресцентные лампы мягко освещали ряды рабочих столов, заставленных компьютерами и разнообразными гаджетами. В воздухе витал аромат свежесваренного кофе из кухонной зоны.

Коллеги, уже занявшие свои места, бросали на них любопытные взгляды. Кто-то приветственно кивал, кто-то тихо перешептывался. Тацуя и Аяко, все еще немного смущенные утренними событиями, старались вести себя как обычно, но это давалось им с трудом. Чтобы немного отвлечься самой и отвлечь Тацую Аяко вспомнила свою вчерашнюю попытку поиска, от чего немного смутилась и даже слегка покраснела, но быстро пришла в себя и завязала разговор:

— Хатояма-семпай, я вчера, до того как, — Аяко снова покраснела, уже от других воспоминаний, — мы ушли, я хотела обсудить вопрос расширения базы данных.

Тацуя вопросительно посмотрел на нее, и Аяко продолжила:

— Случайные профили, это, конечно, хорошо, но это никак не позволяет нормально протестировать алгоритм поиска. Из настоящих профилей там только ваш и мой, и этого недостаточно. Было бы неплохо добавить еще какое-то количество реальных людей…

— Понял, спасибо, Хитани-сан.

Тацуя, чувствуя себя непривычно бодрым и отдохнувшим, решил не откладывать в долгий ящик, а воспользоваться моментом и обсудить с начальником Танакой вопрос о возможном тестировании их приложения. Он направился к кабинету начальника, мягко постучав в дверь.

— Войдите, — раздался голос Танаки.

Тацуя вошел и поклонился:

— Доброе утро, Танака-сан. Могу я обсудить с вами один вопрос?

Танака кивнул, жестом предлагая Тацуе сесть:

— Конечно, Хатояма-кун. Что у вас?

— Танака-сан, мы с Хитани-сан думали о возможности провести небольшое тестирование нашего приложения перед конкурсом. Как вы смотрите на идею привлечь нескольких добровольцев из нашего отдела?

Танака нахмурился:

— Тестирование перед конкурсом? Хатояма-кун, вы уверены, что успеете закончить разработку достаточно, чтоб вы могли показать больше, чем презентацию идеи?

Тацуя слегка смутился:

— Честно говоря, Танака-сан, времени очень мало. Мы, скорее всего, закончим разработку непосредственно перед началом конкурса.

— Тогда о каком тестировании может идти речь? — Танака покачал головой. — Это слишком рискованно. Если что-то пойдет не так, вы можете не успеть исправить ошибки к презентации.

Тацуя на мгновение задумался, а затем осторожно предложил:

— А что, если мы проведем ограниченное тестирование во время самого конкурса? Например, предложим участникам и жюри попробовать приложение в реальном времени?

Танака задумчиво потер подбородок:

— Это смелая идея, Хатояма-кун. Но также очень рискованная. Вот что я вам скажу. Готовьтесь к презентации без обширной демонстрации. Я поговорю со знакомыми и попрошу, чтоб они и их сотрудники, те, кто неженатые, заполнили профили. Но более расширеное тестирование, на уровне официального заявления внутри корпорации проведем только, если вы будете абсолютно уверены в своем продукте к моменту конкурса. Только убедитесь, что у вас есть запасной план на случай, если на презентации что-то пойдет не так.

Тацуя поклонился:

— Спасибо, Танака-сан. Мы сделаем все возможное, чтобы наш проект был безупречным.

Выходя из кабинета начальника, Тацуя чувствовал смесь волнения и решимости. Разговор прошел не совсем так, как он ожидал… Он надеялся на помощь с официальной агитацией сотрудников на использование приложения. Получил уверения в помощи, но только при условии увеличения надежности. Это будет непросто, но Тацуя был готов приложить все свои силы… Но это будет непросто. Хотя не особо официальня помощь тоже неплохо.

После разговора с Танакой-саном Тацуя и Аяко погрузились в работу над проектом с удвоенной силой. Дни сливались в одну бесконечную череду кодирования, тестирования и отладки. Офис стал для них вторым домом, а кофе и энергетики — основным источником дополнительных сил.

Тихое гудение компьютеров и мерное постукивание клавиатур создавали своеобразную симфонию трудолюбия. Запах свежесваренного кофе смешивался с ароматом бумаги и электроники, создавая неповторимую атмосферу офиса. Большие окна открывали вид на ночной Токио, чьи огни, казалось, никогда не гаснут, напоминая о вечном движении мегаполиса.

Кендзи Сато, пожилой программист с седыми волосами и добрыми глазами за толстыми очками, часто задерживался допоздна, помогая молодым коллегам советами. Его спокойный голос и мудрые замечания не раз выручали команду в трудные моменты. Кендзи, казалось, был живым воплощением японской трудовой этики, всегда готовый поделиться знаниями и опытом.

Юки Танака, энергичная девушка из отдела маркетинга, периодически заглядывала к ним, принося свежие идеи и немного веселья в напряженную атмосферу разработки. Ее яркие наряды и заразительный смех были как глоток свежего воздуха в мире строгих костюмов и серьезных лиц.

Спустя несколько дней интенсивной работы, ужа сама Аяко начала выглядеть все более измотанной. Ее обычно аккуратная прическа растрепалась, под глазами залегли темные круги. В один из дней, около четырех утра, она не выдержала и уснула прямо в конференц-зале.

Тацуя заметил изменения в Аяко, но списывал свое беспокойство на общую усталость. «Это просто проект так влияет», — убеждал он себя, игнорируя учащенное сердцебиение, когда она случайно касалась его руки, передавая документы.

В семь утра Аяко разбудил Кендзи Сато:

— Хитани-сан, простите, что беспокою, но у меня здесь утреннее совещание, — мягко произнес он, осторожно касаясь ее плеча.

Аяко вскочила, смущенно извиняясь:

— Ох, Сато-сан, простите меня! Я сейчас же освобожу помещение.

Кендзи покачал головой:

— Не торопитесь, Хитани-сан. Может, вам стоит взять выходной?

Но Аяко уже направлялась к кофемашине, бормоча что-то о сроках и презентации. Она чувствовала, как усталость пропитывает каждую клетку ее тела, но упрямо гнала эти мысли прочь. «Я не могу подвести Хатояма-семпая», — твердила она себе, наливая очередную чашку кофе.

Тацуя с растущим беспокойством наблюдал за состоянием Аяко. К вечеру она едва держалась на ногах, ее пальцы дрожали над клавиатурой. В какой-то момент она просто отключилась, уронив голову на стол.

Тацуя осторожно подхватил ее, устроив на импровизированной подстилке из нескольких стульев в конференц-зале. Он смотрел на ее усталое лицо, размышляя, что делать дальше. Оставить ее здесь на ночь казалось неправильным, но и будить не хотелось. Он поймал себя на мысли, что любуется ее чертами, и тут же отогнал эту идею. «Это все усталость», — убеждал он себя.

Дождавшись, пока большинство сотрудников разойдутся, Тацуя принял решение. Он аккуратно поднял Аяко на руки и направился к выходу. У дверей офиса его встретил ночной охранник, Такеши Ямаши, тот самый, который помогал в прошлый раз Аяко, о чем сам Тацуя не имел понятия.

— Опять трудоголики? — усмехнулся Такеши, открывая дверь. — Давайте я вызову вам такси.

— Спасибо, вот номер, — Тацуя дал номер таксиста, услугами которого пользовался по ночам, в те времена, когда метро уже не работало, а спать в офисе все-таки не хотелось.

Через несколько минут подъехало незнакомое такси со знакомым таксистом. Эти несколько минут Тацуя, чувствовал какой-то неприятный взгляд, но ничего конкретного заметить не успел и списал все на собственный необычный вид с девушкой на руках и от этого собственную лишнюю нервозность.

За рулем подъехавшего такси сидел Рюичи Сузуки, мужчина лет сорока с добродушным лицом и слегка седеющими висками.

— О, знакомые лица! — воскликнул он, узнав Тацую. — Опять занят до полуночи?

Тацуя кивнул, осторожно усаживая Аяко на заднее сиденье:

— Да, Сузуки-сан, работаем над важным проектом.

По дороге Рюичи рассказывал забавные истории о пассажирах, которых ему доводилось возить, стараясь отвлечь Тацую от тревожных мыслей. Тацуя слушал вполуха, его взгляд то и дело возвращался к спящей Аяко. Он отметил, как мирно она выглядит во сне, и тут же одернул себя. «Это неуместно», — подумал он, но не мог отвести глаз.

Подъехав к дому Аяко, Тацуя снова взял ее на руки. У входа их встретил консьерж, подтянутый мужчина лет пятидесяти пяти с военной выправкой.

— Добрый вечер, — произнес он, подозрительно глядя на Тацую. — Что здесь происходит?

Тацуя поспешил объяснить ситуацию:

— Ито-сан, — Глянул Тацуя на бейджик консьержа, — я коллега Хитани-сан. Она переутомилась на работе, и я просто хочу уложить ее спать. Обещаю, что уложу ее спать и сразу уйду.

Ито, все еще не до конца убежденный, попробовал разбудить девушку, результатов не достиг даже близко и решил проводить их до квартиры, оставшись, впрочем, ждать на пороге.

В квартире Тацуя осторожно разул Аяко и снял ее пиджак. Когда он начал снимать ее чулки, которые доходили до колен, он не мог не отметить красоту ее ног. Тут же он почувствовал, как краска заливает его лицо от смущения. «Что я делаю?» — пронеслось у него в голове.

Внезапно Тацуя осознал, что нужно оставить Аяко записку. Он огляделся и заметил небольшой блокнот и ручку на прикроватном столике. Взяв их, он присел на край кровати, стараясь не потревожить спящую Аяко.

Несколько минут Тацуя размышлял над содержанием записки. Наконец, он начал писать:

«Хитани-сан,

Вы заснули в офисе, и я решил, что вам будет удобнее отдохнуть дома. Надеюсь, вы не будете против. Пожалуйста, отдохните сегодня и не торопитесь на работу.

С уважением,

Хатояма

P.S. Я беспокоюсь о вашем здоровье. Пожалуйста, берегите себя».

Перечитав записку, Тацуя почувствовал, что она звучит слишком формально, но не мог придумать, как написать иначе. Он положил записку на столик и еще раз взглянул на спящую Аяко.

— Молодой человек, вы закончили? — раздался голос Ито из коридора.

Тацуя, опомнившись, быстро накрыл Аяко одеялом и тихо вышел из комнаты.

— Все в порядке, Ито-сан, — сказал он консьержу. — Я ухожу.

Ито кивнул, все еще внимательно наблюдая за Тацуей:

— Хорошо. Надеюсь, с Хитани-сан все будет в порядке.

Тацуя захлопнул дверь и вместе с консьержем спустился на лифте вниз.

Выйдя на улицу, Тацуя глубоко вздохнул. Прохладный ночной воздух немного прояснил его мысли. Он чувствовал странную смесь эмоций: облегчение оттого, что Аяко теперь в безопасности дома, смущение от своих мыслей о ее ногах, и легкое разочарование, что не смог провести с ней больше времени.

Тацуя еще раз поймал такси, на этот раз таксист был незнакомым и молчаливым, и Тацуя отправился домой, размышляя о том, как сильно изменилась его жизнь с появлением Аяко в команде. Он пытался убедить себя, что его реакции на Аяко — просто результат усталости и стресса. «Это просто проект так влияет на восприятие», — твердил он себе, игнорируя учащенное сердцебиение при воспоминании о ее спящем лице.

Подъезжая к своему дому, Тацуя вспомнил о записке и вдруг испугался, что она может показаться слишком личной. Но было уже поздно что-либо менять. Он решил, что завтра обязательно поговорит с Аяко о необходимости более разумного графика работы. Он не мог допустить, чтобы ее здоровье пострадало из-за этого проекта.

С этими мыслями он вошел в свою квартиру, чувствуя усталость, но и странное воодушевление от предстоящего дня. Засыпая, Тацуя снова вспомнил лицо спящей Аяко и тут же отогнал эту мысль. «Это все усталость», — пробормотал он, проваливаясь в сон. Но даже во сне образ Аяко не покидал его, оставляя после пробуждения странное чувство тепла и смятения.

***

Серое небо нависло над традиционным японским кладбищем. Уйма машин, часть из них с логотипом неопределенного злого духа заполнили ближайшие улицы.

Десятилетняя Аяко, одетая в черное кимоно, стояла перед алтарем, ее маленькие плечи дрожали от беззвучных рыданий. Рядом с ней стоял ее отец, его лицо было маской скорби и растерянности.

Вокруг собрались члены клана, их шепот эхом разносился по кладбищу. Аяко чувствовала на себе их взгляды — сочувствующие, любопытные, а иногда и осуждающие.

Внезапно к ним подошла элегантная женщина средних лет — вторая жена отца Аяко. Она положила руку на плечо мужа, словно утешая его.

— Бедный Кеничи, — произнесла она достаточно громко, чтобы услышали окружающие. — Какая трагедия — потерять любовницу так внезапно. И бедная девочка…

Аяко вздрогнула, услышав эти слова. Она подняла глаза на отца, ожидая, что он опровергнет это заявление, но он молчал, словно оглушенный горем.

Вторая жена наклонилась к Аяко, ее глаза излучали фальшивое сочувствие.

— Не волнуйся, дорогая. Мы позаботимся о тебе, несмотря на… обстоятельства.

Аяко почувствовала, как что-то внутри нее сломалось. Она сжала кулаки, пытаясь сдержать слезы. Вокруг нее члены клана начали перешептываться, их взгляды теперь были полны осуждения и жалости.

— Мама была не такой, — прошептала Аяко, но ее голос потонул в шуме толпы.

Вторая жена снова погладила Аяко по голове, ее прикосновение было холодным и неискренним.

— Конечно, дорогая. Теперь ты часть нашей семьи. Мы сделаем все, чтобы ты… соответствовала.

Аяко смотрела, как урна с прахом ее матери исчезает в семейном склепе, чувствуя, как вместе с ней исчезает и часть ее самой.

И проснулась.

***

Аяко медленно открыла глаза, моргая от яркого солнечного света, пробивающегося сквозь неплотно задернутые шторы. На мгновение она застыла, не понимая, где находится. Знакомая обстановка ее собственной квартиры вызвала волну паники вместо ожидаемого облегчения.

«Как я здесь оказалась?» — пронеслось у нее в голове. Этот сон всегда выбивал ее из колеи, но она все же попыталсь вспомнить, что происходило вчера. Последнее, что она помнила — бесконечные строчки кода на экране компьютера в офисе, усталость, наваливающуюся на плечи словно тяжелое одеяло. Аяко резко села на кровати, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди, отдаваясь пульсацией в висках.

Первое, что она заметила, опустив взгляд — она все еще в своей рабочей одежде, помятой и неопрятной после долгого дня. Это немного успокоило ее, хотя и вызвало новые вопросы. Кто привез ее домой? Как она оказалась в постели?

Ее взгляд упал на прикроватный столик, где лежала аккуратно сложенная записка. Дрожащими руками она потянулась к ней, чувствуя, как нарастает волнение. Развернув листок, Аяко начала читать. Это была записка от Хатоямы-семпая, написанная на обратной стороне листка, который она сама когда-то оставила ему. Знакомый почерк немного успокоил ее.

Прочитав записку, Аяко почувствовала, как ее захлестнула волна эмоций: облегчение сменилось смущением, а затем и легкой благодарностью. Хатояма-семпай принес ее домой? Эта мысль вызвала странное тепло в груди, которое она поспешила игнорировать. Но тоску навеянную этим сном смело, как и не бывало.

Взглянув на часы, Аяко подскочила как ужаленная. Она катастрофически опаздывала! Начались судорожные сборы: быстрый душ, больше похожий на обливание водой, поспешное одевание, лихорадочные поиски нужных документов, разбросанных по всей квартире.

Выбежав из дома, Аяко на секунду остановилась, пытаясь собраться с мыслями. Завтрак! Она совсем забыла о еде. Заскочив в ближайший комбини, она схватила онигири и бутылку воды, расплатилась, не считая сдачи, и помчалась к станции метро.

В вагоне метро, зажатая между другими пассажирами, Аяко жадно проглотила рисовый шарик, который, хоть и был маленьким, немного утолил ее голод. Вода помогла смыть остатки сна, и к моменту прибытия на нужную станцию она чувствовала себя немного более собранной.

Поднимаясь по лестнице офисного здания, Аяко пыталась придумать, что сказать Хатояме-семпаю. Как поблагодарить его, не делая ситуацию еще более неловкой? Эти мысли кружились в ее голове, пока она поднималась на свой этаж.

Войдя в офис, Аяко сразу увидела Тацую. Он сидел за своим столом, погруженный в работу, но, услышав звук ее шагов, поднял голову. Их взгляды встретились, и Аяко почувствовала, как ее сердце пропустило удар. Она глубоко вздохнула, собираясь с духом:

— Доброе утро, Хатояма-семпай, — произнесла она, стараясь, чтобы ее голос звучал, как обычно, хотя внутри все трепетало.

— Доброе утро, Хитани-сан, — ответил Тацуя, и ей показалось, что в его голосе промелькнула нотка облегчения.

Но затем его взгляд на мгновение скользнул по ее ногам в чулках, и он слегка покраснел. В этот момент Аяко вдруг вспомнила, что вчера была без чулок. Осознание того, кто, вероятно, снял их с нее, накрыло ее волной смущения. Она хотела спросить об этом, но слова застряли в горле. Ее лицо залилось краской, и она поспешно отвела взгляд, делая вид, что ищет что-то в своей сумке.

Несмотря на смущение, работа не ждала. Они погрузились в проект, периодически бросая друг на друга смущенные взгляды и тут же отводя глаза. Атмосфера между ними в офисе была наэлектризована их невысказанными мыслями и чувствами.

День тянулся бесконечно. Аяко пыталась сконцентрироваться на работе, но мысли постоянно возвращались к событиям прошлой ночи. Как Хатояма-семпай донес ее до квартиры? Что он думает о ней теперь? Эти вопросы кружились в ее голове, не давая покоя.

К концу дня, когда большинство сотрудников разошлись, Аяко решила еще раз протестировать алгоритм поиска. Она ввела свои данные и запустила поиск «идеального партнера». Результат снова показал Тацую Хатояму.

Сердце Аяко пропустило удар. Она уставилась на экран, не веря своим глазам. Но затем она вспомнила, что приложение в корпорации установили всего несколько десятков человек, да и то под давлением знакомого начальнику Танаке начальства, и насколько профили настоящие неизвестно. «Это ничего не значит», — убеждала она себя, но странное тепло в груди не проходило. Мысль о том, что компьютер считает их с Хатоямой-семпаем идеальной парой, вызывала одновременно волнение и страх.

Аяко выключила компьютер и начала собираться домой. Она чувствовала себя эмоционально истощенной после этого долгого и странного дня. Взяв сумку, она направилась к лифту, мечтая о горячей ванне и спокойном вечере.

Но у лифта она столкнулась с Тацуей. Он выглядел таким же уставшим, как и она, но в его глазах было что-то еще — волнение? нерешительность?

— Хитани-сан, — начал он, явно нервничая, — может быть, заглянем в паб сегодня вечером?

Оказыватся Аяко не стала.

Они вышли из офиса вместе, погруженные в свои мысли и чувства, которые оба пока не готовы были признать. Вечерний Токио встретил их шумом улиц и яркими огнями вывесок. Аяко и Тацуя шли рядом, случайно соприкасаясь руками и тут же отдергивая их, словно от электрического разряда.

Утро же их порадовало совместной головной болью, а ночь - крепким сном. К их общему скрытому сожалению - по отдельности. А на утро им опять стало не до того.

Глава 12. Презентация и...

В таком достаточно нервозном темпе, но с небольшими окнами оптимизма и прошел остаток времени до презентации. И с небольшой помощью друзей, как настоящих, так и виртуальных, Тацуя с Аяко были готовы настолько, насколько в принципе могли быть готовы.

Утро дня презентации выдалось необычайно оживленным. Офис корпорации «Они Технолоджи» гудел как улей, наполненный предвкушением и нервозностью как участников конкурса, так и всех сотрудников, что, так или иначе, были заинтересованы, если не в самом конкурсе, то как минимум в его положительном результате. Сотрудники самых разных отделов до самой последней минуты суетились, проверяя свои презентации и тестируя демоверсии приложений, те из них, кто смог дойти до этого этапа.

В просторном конференц-зале на одном из верхних этажей здания собрались представители всех отделов, участвовавших в конкурсе. Атмосфера была наэлектризована смесью конкуренции и азарта.

Все эти проекты разрабатывались полный срок, с довольно обширными бюджетами на аутсорсеров. Последнее не приветствовалось, но и не запрещалось. На фоне всех этих сильных конкурентов команда из Отдела Инновационного Социального Программирования выглядела явными аутсайдерами даже без довольно поганой репутации их отдела.

Тацуя стоял в одном из углов конференц-зала вместе с Аяко, ожидая начала заседания. Начальник Танака, за годы работы обросший связями, ходил и здоровался со старыми знакомыми. Сам Тацуя не мог не нервничать, но старался сам сильно этого не показывать, чтоб не нервировать Аяко еще больше. Они решили присесть и еще раз проглядеть на ноуте Тацуи, не забыли ли чего. Место их было самым дальним, и как минимум постоянно проходившие рядом с центром зала люди их не нервировали. До начала оставалось несколько минут, и их начальник, Танака-сан, пытавшийся выглядеть уверенно, решил прийти и занять свое место рядом с ними. Правда, полностью подавить волнение не удалось и Танаке, и его немного беспокойный взгляд выдавал легкое волнение.

— Не волнуйтесь особо, — пытался подбодрить их Танака-сан, голос его звучал убедительно, но для него самого немного фальшиво. — У нас может быть не самый большой бюджет или ресурсы, но идея и воплощение вышло довольно интересное.

Сам Танака не был вполне уверен в своих словах, но как опытный и относительно неплохой начальник он умел не только участвовать в заслугах своих подчиненных, так и прикрывать их неудачи, и часть его бесед со знакомыми с утра была направлена именно на это.

— Спасибо, Танака-сан, — коротко кивнул Тацуя, все еще безуспешно пытаясь скрыть свое беспокойство. Может, Аяко бы и не заметила, но для начальника его нервозность была явной, — Мы сделали все от нас зависящее.

— Надеюсь, жюри оценит нашу идею, — нервно теребила край своего пиджака Аяко, ее нервозность вылилась и в физические действия. Заметивший это Тацуя протянул руку под столом, нашел руку Аяко и легонько сжал. Может, в другое время Аяко от такого фамильярно рискованного жеста и стала бы еще более нервозной, но не сейчас. Сейчас она воспринимала этот излишне близкий контакт правильно — как свидетельство поддержки.

Когда председатель жюри объявил начало презентаций, Тацуя и Аяко обменялись взглядами, смешанными из уверенности и опаски. Несмотря на то что они считались, да и были аутсайдерами, они были готовы бороться за то, чтоб их проект признали. В конце концов, иногда даже самые простые идеи оказываются самыми эффективными.

Но конкуренты у них были тоже достаточно сильными. И по мере прослушивания проектов конкурентов лица Тацуи и Аяко все больше вытягивались.

Отдел программирования, считавшийся фаворитом конкурса, представляла команда во главе с Кейсуке Ямамото, известным своими инновационными решениями. Их проект — приложение «SocialSync» — обещал революцию в сфере социальных связей, используя сложные алгоритмы для анализа поведения пользователей и предсказания потенциальных дружеских и романтических связей.

Маркетинговый отдел, руководимый харизматичной Мидори Такахаши, презентовал «BrandBuddy» — приложение, объединяющее людей на основе их потребительских предпочтений и любимых брендов. Идея заключалась в создании сообществ вокруг популярных продуктов и услуг. Тацуя, занятый собственными переживаниями, вообще бы не обратил внимания на их презентацию, но кое-кто из их команды, вроде бы парень по фамилии Ямамото, смотрел на него… или на Аяко таким убийственным взглядом, что не заметить его было невозможно.

«Конкуренция. Ему так сильно нужна победа в конкурсе?» — не мог не задуматься об этом Тацуя.

Команда из отдела логистики во главе с Хироши Сато представляла «CommuteMate» — приложение для социализации людей во время ежедневных поездок на работу. Оно должно было помочь найти попутчиков и новых знакомых среди тех, кто ездит по схожим маршрутам.

Отдел контроля качества, к удивлению многих, тоже участвовал в конкурсе. Их проект «TrustCircle», разработанный под руководством строгой Юки Накамура, фокусировался на создании надежных социальных связей через систему верификации и рекомендаций.

Когда подошла очередь презентации Отдела Инновационного Социального Программирования, в конференц-зале повисла атмосфера любопытства и скептицизма, смешанного с легким пренебрежением, почти граничившим с презрением. Тацуя вышел немного вперед, обменявшись быстрым взглядом с Аяко, та тихо проследовала за ним.

Их приложение «Связь сердец», сочетающее в себе элементы социальной сети и платформы для знакомств, казалось простым по сравнению с более претенциозными и хорошо описанными в длиннющих презентациях проектами других отделов.

Тацуя начал презентацию:

— Уважаемые коллеги и члены жюри, мы представляем вам наше приложение «Связь сердец». В мире, где технологии часто разъединяют людей, мы стремимся создать платформу, которая по-настоящему соединяет сердца.

Аяко продолжила:

— «Связь сердец» — это не просто еще одно приложение для знакомств или социальная сеть. Это интеллектуальная система, которая учится понимать пользователей на глубоком уровне.

Они продолжили рассказывать о функциях приложения, его уникальном алгоритме подбора пар и системе безопасности. Когда презентация подошла к концу, Тацуя сделал глубокий вдох и произнес:

— А теперь, уважаемые коллеги, мы хотим предложить вам нечто особенное. С разрешения нашего руководства мы готовы предоставить всем сотрудникам корпорации возможность установить и протестировать «Связь сердец» прямо сейчас. Тем, у кого на смартфоне рисунок с отпечатком челюсти на фрукте.

Это и было их козырной картой. В отличие от соперников, бросивших силы в основном на презентацию и максимум ограничившихся работающей только на экране ноута демонстрационной версией, их версия приложения была вполне рабочей, пусть и подходящей не всем, потому как разработать ее еще и под две платформы… Это было даже не немного чересчур. Учитывая же, что фруктолюбителей в Японии больше пятидесяти процентов, выбор был довольно очевиден.

В зале в ответ на довольно наглое заявление, кое-кто даже не смог сдержаться от возгласов удивления. Тацуя же продолжил:

— Да, наше приложение еще не полностью завершено, и оно есть еще не для всех платформ, но мы верим в его потенциал. И кто лучше, чем наши коллеги, сможет оценить его возможности и помочь нам сделать его еще лучше?

— Это уникальная возможность для вас стать частью развития «Связи сердец», — добавила Аяко, — добавила Ваши отзывы и предложения будут бесценны для нас, и мы будем благодарны за любые отзывы.

Тацуя посмотрел на начальника Танаку, пришло его время. Танака встал и обратился к аудитории:

— Уважаемые коллеги, я поддерживаю инициативу нашей команды. Если жюри не будет возражать, то всем сотрудникам корпорации будет отправлено сообщение с инструкциями по установке «Связи сердец». Это добровольное тестирование, но я призываю вас принять в нем участие.

Тацуя продолжил:

— Мы понимаем, — продолжил Тацуя, — что это необычный шаг — представлять не вполне готовый продукт. Но мы верим в силу коллективного разума и опыта нашей корпорации.

— Кроме того, это отличная возможность для всех нас лучше узнать друг друга. — закончила Аяко, — Кто знает, может быть, благодаря «Связи сердец» вы найдете новых друзей или даже любовь прямо здесь, в нашей корпорации?

— Это, несомненно, смелый ход. — поднял руку председатель жюри, —Но как вы планируете обеспечить конфиденциальность данных сотрудников?

— Отличный вопрос, — Тацуя, казалось только и ждал и не преминул развернуто ответить , — Мы внедрили многоуровневую систему защиты данных. Кроме того, каждый пользователь сам решает, какую информацию о себе раскрывать. Мы также готовы работать с отделом информационной безопасности для дополнительной защиты данных наших коллег.

— А что, если приложение не оправдает ожиданий? Не боитесь ли вы негативной реакции?

— Мы готовы к любой реакции. Наша цель — создать действительно полезный продукт, и мы открыты для критики и предложений. Каждый отзыв, позитивный или негативный, поможет нам улучшить «Связь сердец».

— Более того, мы планируем регулярно обновлять приложение, учитывая отзывы пользователей. Если наш проект будет одобрен, то это будет живой, развивающийся проект.

— Что ж, это интересный подход. Спасибо за презентацию.

Тацуя и Аяко поклонились и вернулись на свои места. Танака-сан тихо сказал им:

— Не стали сразу все отвергать, и это уже хорошо. Теперь давайте посмотрим, что там выйдет дальше.

После презентации Тацуя отошел в сторону, чтобы собраться с мыслями. Шум конференц-зала постепенно затихал, уступая место внутреннему диалогу. Яркий свет флуоресцентных ламп отражался от глянцевых поверхностей столов и экранов, создавая странное ощущение нереальности происходящего.

«Это было рискованно», — подумал он, вспоминая реакции членов жюри. Их лица, смесь удивления, скептицизма и, возможно, легкого восхищения, всплывали перед глазами. Его пальцы слегка подрагивали на смартфоне — привычка, оставшаяся с прошлых времен, когда каждое нажатие клавиши могло иметь серьезные последствия. Тацуя провел большим пальцем по гладкой поверхности экрана, словно пытаясь нащупать связь с прошлым.

Он усмехнулся, вспомнив свои дни в Сомали. Тогда «Четыре-шестнадцать» не был его единственным оружием и даже не самым главным, а основного противника он видел на экране, а не через прицел. Жаркий ветер пустыни, слабо мерцающий экран, постоянное напряжение — все это казалось таким далеким сейчас, словно кадры из старого фильма.

Тацуя оглянулся на конференц-зал, где все еще обсуждали презентации. Контраст между прошлым и настоящим был разительным. Вместо песка под ногами — мягкий ковролин, вместо полевой формы — строгий костюм, а вместо операций по обеспечению безопасности — создание приложения для знакомств.

— Кто бы мог подумать, что эти навыки работы с сетями пригодятся мне для создания приложения для знакомств, — пробормотал он себе под нос, качая головой.

Он посмотрел на свой телефон, где уже начали появляться уведомления о скачивании приложения. Каждое новое уведомление вызывало странную смесь волнения и профессионального интереса. «Интересно, насколько защищены их сети?» — мелькнула профессиональная мысль, которую он тут же отогнал. Старые привычки умирают с трудом, напомнил он себе.

— Все в порядке, Хатояма-семпай? — голос Аяко вывел его из задумчивости. Он обернулся и увидел ее обеспокоенный взгляд.

Тацуя улыбнулся, стараясь выглядеть более непринужденно:

— Да, Хитани-сан. Просто вспомнил свои прошлые проекты. Знаете, работа с сетями всегда полна сюрпризов.

Аяко посмотрела на него с любопытством, склонив голову набок:

— Вы раньше много работали с сетями, семпай?

— Можно и так сказать, — уклончиво ответил Тацуя, подбирая слова. — Скажем так, я занимался обеспечением «связи» в сложных условиях.

«Ну или помогал ее отсутствию», — подумал он про себя, вспоминая операции по блокировке вражеских коммуникаций. Но эти детали были не для чужих ушей, даже если эти уши принадлежали Аяко.

Аяко кивнула, не став расспрашивать дальше, за что Тацуя был ей благодарен:

— Что ж, думаю, ваш опыт пригодился нам в этом проекте.

— Несомненно, — ответил Тацуя, чувствуя легкое волнение от мысли, что его прошлые навыки могут пригодиться в таком мирном деле. — Хотя, знаете, создавать связи между людьми оказалось сложнее, чем между компьютерами.

Они обменялись понимающими улыбками, и Тацуя почувствовал, как напряжение последних недель немного отпускает. Может быть, этот проект и не был таким же напряженным, как его прошлые миссии, но в нем была своя прелесть. И, что важнее, рядом был надежный напарник.

Тацуя и Аяко направились обратно к своим местам, готовые встретить результаты своего смелого шага. Сейчас, в этот самый момент, Тацуя чувствовал странное спокойствие. Какие бы испытания ни ждали их впереди, они справятся. В конце концов, если он смог пережить все, что было… там, то уж с корпоративным конкурсом точно справится.

Презентация социальных программистов была последней, и в конференц-зале воцарилась напряженная тишина. Члены жюри удалились в соседнюю комнату для обсуждения, оставив всех участников конкурса в состоянии нервного ожидания.

Тацуя и Аяко сидели рядом, стараясь не показывать своего волнения. Вокруг них шептались другие конкурсанты, обсуждая шансы каждой команды.

— Как думаете, у нас есть шанс? — тихо спросила Аяко, наклонившись к Тацуе.

— Трудно сказать, — ответил он, стараясь сохранять спокойствие. — Но мы сделали все, что могли.

В другом конце зала Кейсуке Ямамото из отдела программирования самодовольно улыбался, уверенный в своей победе. Его команда потратила месяцы на разработку сложных алгоритмов для своего приложения «SocialSync».

Мидори Такахаши из маркетингового отдела нервно теребила край своего блокнота. Ее «BrandBuddy» получил положительные отзывы, но она не была уверена, достаточно ли этого для победы.

Спустя то, что казалось вечностью, жюри вернулось в зал. Председатель, седовласый мужчина со строгим выражением лица, встал перед аудиторией.

— Уважаемые коллеги, — начал он, — мы тщательно рассмотрели все представленные проекты. Каждый из них имеет свои уникальные достоинства, и выбор был нелегким.

По залу пронесся шепот ожидания. Тацуя почувствовал, как Аяко сжала его руку под столом.

— Третье место присуждается команде отдела логистики за их проект «CommuteMate», — объявил председатель.

Раздались аплодисменты, и команда Хироши Сато поднялась, чтобы получить награду.

— Второе место занимает проект «SocialSync» от отдела программирования.

Кейсуке Ямамото не смог скрыть своего разочарования, но все же вышел вперед с натянутой улыбкой.

— И, наконец, первое место, — председатель сделал паузу, — присуждается проекту «Связь сердец» от Отдела Инновационного Социального Программирования!

На мгновение в зале воцарилась тишина, а затем раздались удивленные возгласы и аплодисменты. Тацуя и Аяко в шоке посмотрели друг на друга, не веря своим ушам.

— Мы… мы победили? — прошептала Аяко.

Тацуя кивнул, все еще ошеломленный. Они поднялись и направились к сцене, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих.

Пока они принимали поздравления, Тацуя заметил недовольные лица некоторых членов жюри. Один из них, представитель отдела безопасности, что-то яростно шептал председателю.

После церемонии к Тацуе и Аяко подошел их начальник, Танака-сан, сияя от гордости.

— Поздравляю! Вы доказали, что и наш отдел способен на великие дела!

— Повезло новичкам. Посмотрим, как долго продержится ваш успех. — Бросил Кейсуке Ямамото, прохдя мимо.

Мидори Такахаши, хоть и поздравила их, не смогла скрыть разочарования в глазах.

Позже, когда большинство участников разошлись, Тацуя случайно услышал разговор двух членов жюри.

— Это рискованное решение, — говорил один. — Их приложение еще не прошло полную проверку безопасности.

Тацуя нахмурился, понимая, что их победа может быть не такой прочной, как казалось сначала.

Вечером, празднуя победу в небольшом ресторане, Тацуя и Аяко не могли сдержать радости, но оба чувствовали, что это только начало.

Рядом с ними неприметный мужчина внимательно прислушивался к их разговору. Он достал телефон и отправил короткое сообщение. Тацуя на какой-то момент напрягся, но тот сразу вышел, и Тацуя, хоть и решил не терять бдительности и больше не пить, ничего не стал предпринимать.

На следующий день, вернувшись в офис, Тацуя и Аяко были встречены аплодисментами коллег. Но за радостными лицами они чувствовали и напряжение. Их неожиданная победа нарушила привычный порядок вещей в компании.

Юки Тана, всегда дружелюбная, подошла к ним с улыбкой:

— Поздравляю еще раз! Но знаете, ходят слухи, что некоторые с верхних этажей недовольны результатами конкурса.

— Почему? — спросила Аяко, чувствуя, как радость победы начинает омрачаться тревогой.

Юки понизила голос:

— Говорят, что ваше приложение может представлять угрозу безопасности компании. Слишком много личной информации сотрудников в одном месте. Но на самом деле, как мне шепнули, фаворит конкурса, которого поддерживали некоторые с верхних этажей, слился.

Тацуя нахмурился. Он знал, что безопасность их приложения была на высоком уровне, но также понимал, что в мире корпоративных интриг технические детали не всегда имеют значение.

В течение дня они заметили, что за ними внимательно наблюдают. Сотрудники отдела безопасности чаще обычного оказывались на их этаже, а один из членов жюри конкурса долго разговаривал с их начальником, Танакой-саном.

Ближе к вечеру Танака-сан вызвал их к себе в кабинет.

— У нас проблемы, — сказал он без предисловий. — Отдел безопасности требует полного аудита вашего приложения. Они считают, что в имеющемся виде оно может быть использовано для несанкционированного сбора данных о сотрудниках и их дальнейшего распространения.

Глава 13. Вечный японский вопрос: и что с этим делать?

Нельзя сказать чтобы Тацуя был так уж сильно удивлен таким развитием событий, но не выразить свое возмущение все равно не смог.

— Но мы же предоставили всю документацию по безопасности еще до начала работы! — возразил Тацуя. — Список сертификатов, стандарты — все! И по мере продвижения по проекту несколько раз присылали обновления и результаты тестов.

— Этим занималась, правда, я, а не Хатояма-семпай. Так что если будут претензии, они будут…

— Ко мне, — крайне невежливо, но решительно перебил Тацуя, — Потому как все-таки проект веду я, проверял я. И отвечать за него буду я. Кроме того, у меня нет никаких сомнений, что я все сделал правильно.

Как программист перед работой точно знает, что он все сделает, правда не всегда знает как, так же настоящий программист точно уверен, что сделал все правильно.

— Я понимаю и вам верю, — вздохнул Танака-сан, — Но даже если все сделано точно по требованиям и по стандартам, теперь, когда проект получил первое место, к нему приковано слишком много внимания. Любая потенциальная уязвимость может стать поводом для дисквалификации. И ее точно постараются найти…

Аяко и Тацуя переглянулись. Тацуя вспомнил разговоры о недовольстве кого-то с верхних этажей. И этот кто-то может попробовать переиграть ситуацию. И то, на что намекал Танака, так это на то, что их ждет непростая борьба за сохранение своей победы и реализацию проекта.

— Что нам делать, Танака-сан? — спросила Аяко.

— Подготовьтесь к тщательной проверке. Каждая строчка кода, каждое решение по дизайну — все будет под микроскопом. И будьте готовы к тому, что проверяющие и ваши оппоненты будут искать любую возможность подорвать доверие к вашему проекту.

Когда они вышли из кабинета начальника, Тацуя почувствовал, как в нем просыпается боевой дух.

— Мы справимся, Хитани-сан, — сказал он, глядя Аяко в глаза. — У нас все сделано как надо.

Аяко кивнула, ее взгляд был полон решимости:

— Да, семпай. Мы докажем всем, что наша победа заслужена.

Время до аудита еще было. Тацуя и Аяко погрузились в работу над улучшением «Связи сердец», и то, что, несмотря на сомнения и грядущую проверку, их приложение не запретили, было хорошим знаком, но скоро они столкнулись с неожиданными трудностями.

Первые признаки проблем появились, когда количество пользователей приложения начало стремительно расти. Сначала Тацуя и Аяко радовались этому, считая это подтверждением успеха их идеи. Но вместе с ростом популярности увеличилось и количество сообщений об ошибках.

— Странно, — пробормотал Тацуя, просматривая очередной отчет о баге. — Мы же тщательно тестировали все функции.

Аяко, сидевшая рядом, нахмурилась:

— Может быть, это из-за возросшей нагрузки на сервер? Все-таки у нас теперь тысячи пользователей.

Тацуя кивнул, но что-то его беспокоило. Ошибки были не там, где он ожидал их увидеть при увеличении нагрузки. И пусть временно удалось купировать их результат, переадресовав некоторые части алгоритма, они не смогли пока что фундаментально решить проблему.

Тем временем появившийся в офисе Хироки Ямада, сотрудник, который изначально должен был заниматься этим проектом, начал проявлять какой-то уж пристальный интерес к их проекту. Он вернулся за несколько дней до презентации конкурса, но из-за травмы, полученной на экологическом митинге, не смог принять участие в финальной разработке, что его, вроде, совсем не огорчало. Более того, вернувшись, он даже не упоминал о том, что сам вроде был должен был работать над этим проектом, а у Тацуи с Аяко, занятых по виртуальные очки до самого дня презентации, на разговоры с ним не было ни сил, ни желания.

— Эй, ребята! — весело крикнул Хироки, проходя мимо их столов. — Как там моё… то есть, наше приложение? Я, кстати, тоже его установил. Круто получилось!

Тацуя и Аяко обменялись взглядами. Они не были уверены, как относиться к внезапному энтузиазму Хироки, учитывая его предыдущее отсутствие интереса к проекту, граничащее с игнорированием.

— Я очень рад, и спасибо за беспокойство, — только и смог проронить Тацуя, тут же выбрасывая из памяти этот диалог.

Предварительная проверка для аудита не заняла настолько много времени, как могло бы показаться. Тацуя использовал сам и научил пользоваться Аяко своей личной специально настроенной на это нейросетью, и после удовлетворительной проверки всех исходников был готов отправить проверяющим все коды доступа к серверам.

Через неделю после победы в конкурсе начался обещанный аудит безопасности. Тацуя был уверен, что все пройдет гладко — он лично проверял каждый аспект системы безопасности.

Однако результаты проверки оказались шокирующими. Как минимум для Тацуи и Аяко.

— Что значит «неправильный протокол шифрования»? — недоумевал Тацуя, глядя на отчет. — Я точно помню, что мы использовали самые современные методы.

Аяко, бледная от волнения, просматривала документы:

— Здесь написано, что мы используем устаревший алгоритм, уязвимый для атак. Но это невозможно!

Тацуя лихорадочно проверял код, пытаясь понять, где могла произойти ошибка. Он был уверен, что еще до презентации перед финальной версией заменил все протоколы на новые, более современные и менее уязвимые для атак. Ситуация усугубилась, когда отдел безопасности обнаружил несколько серьезных уязвимостей в системе хранения пользовательских данных.

— Это какая-то нелепая катастрофа, — прошептала Аяко, когда они получили официальное уведомление о дисквалификации их проекта.

Тацуя не мог поверить в происходящее. Он снова и снова просматривал отчет, припоминая код и пытаясь найти объяснения. Как могло случиться, что все их тщательно продуманные меры безопасности оказались неправильными?

Так ничего и не придумав, Тацуя понял, что мысли его идут по очередному кругу, точно повторяя предыдущий. Тацуя решил, что пришло время отвлечься, и впервые за последний месяц вспомнил о Кайве, их виртуальном ассистенте. Он решил пообщаться с ней, надеясь, что ее необычный подход к анализу информации может помочь.

— Кайва, — обратился он к ИИ, — мы столкнулись с серьезной проблемой. Наше приложение дисквалифицировали из-за проблем с безопасностью, которых не должно было быть.

Виртуальный образ Кайвы появился на экране, ее глаза светились любопытством:

— Интересная ситуация, Тацуя. Расскажи мне подробнее.

Тацуя кратко изложил события последних дней, упомянув о неожиданных багах, проблемах с шифрованием и возвращении Хироки.

Кайва задумчиво покачала головой:

— Знаешь, Тацуя, иногда самые неожиданные вещи могут быть связаны. Скажи, а как может быть связан митинг о защите тюленей и проблема с шифрованием?

Тацуя удивленно моргнул:

— Что? Какие тюлени? При чем здесь…

И тут его осенило. Хироки вернулся с экологического митинга как раз перед финальной стадией разработки. Он хвастался, что установил приложение для тестирования.

— Кайва, ты гений! — воскликнул Тацуя. — Доступ к серверу приложения был не только у нас с Аяко!

Он быстро открыл логи доступа к серверу и обнаружил несколько входов с неизвестного IP-адреса в те дни, когда они с Аяко работали над финальной версией.

— Аяко! — позвал он. — Кажется, я понял, что произошло.

Аяко подбежала к его столу, и Тацуя быстро объяснил свою теорию:

— Похоже, кто-то получил доступ к нашему серверу и внес изменения в код. Вот почему появились неожиданные баги и проблемы с безопасностью.

Аяко ахнула:

— Но кто мог это сделать? И зачем?

Тацуя нахмурился:

— У меня есть подозрения, но нам нужны доказательства. Мы должны провести собственное расследование.

Они решили не сообщать о своих подозрениях руководству, пока не будут уверены. Вместо этого они начали тщательно анализировать все изменения, внесенные в код за последние недели.

Процесс был долгим и утомительным. Они проверяли каждую строчку, каждое изменение. Постепенно картина начала проясняться.

— Смотри, — показала Аяко на экран. — Эти изменения были внесены не нами. Они вроде бы мелкие, но они есть.

Тацуя кивнул:

— И они все направлены на то, чтобы создать уязвимости в системе безопасности. Кто-то очень хотел, чтобы наш проект провалился.

Аяко задумчиво произнесла:

— Знаешь, а ведь Хироки-сан всегда казался немного… странным. Он так резко потерял интерес к проекту, а потом внезапно стал его большим фанатом.

Тацуя согласился:

— Да, и его отсутствие как раз совпало с периодом, когда мы работали над самыми важными аспектами безопасности.

Они решили поговорить с Хироки, но осторожно, не показывая, что подозревают его. Однако когда они пришли к его рабочему месту, оказалось, что Хироки уволился, причем внезапно, буквально вчера. А что было еще более странным, так это то, что его заявка на увольнение была мгновенно одобрена, даже без обязательной в таких случаях месячной отработки.

— Это выглядит очень подозрительно, — сказала Аяко.

Тацуя кивнул:

— Согласен. Нам нужно собрать все доказательства и представить их руководству. Возможно, мы сможем добиться пересмотра решения о дисквалификации.

Они провели несколько бессонных ночей, собирая и анализируя данные. Наконец, у них накопилось достаточно доказательств, чтобы представить убедительное дело.

Перед тем как идти к руководству, Тацуя еще раз обратился к Кайве:

— Кайва, как ты думаешь, у нас есть шанс?

Виртуальный ассистент улыбнулась:

— Тацуя, вы с Аяко проделали впечатляющую работу. Вы не только обнаружили проблему, но и нашли ее источник. Это показывает вашу компетентность и преданность проекту. Я думаю, у вас есть все шансы убедить руководство пересмотреть решение.

Ободренные словами Кайвы, Тацуя и Аяко отправились на встречу с руководством. Они понимали, что это может быть их последний шанс спасти проект, в который они вложили столько сил и энергии.

Презентация длилась несколько часов. Тацуя и Аяко подробно объяснили, как обнаружили несанкционированный доступ к серверу, показали следы внесенных изменений и объяснили, как эти изменения повлияли на безопасность приложения.

Члены комиссии слушали внимательно, задавая острые вопросы. Тацуя и Аяко отвечали уверенно, опираясь на собранные доказательства.

Наконец, после долгого обсуждения, председатель совета директоров поднялся:

— Хатояма-сан, Хитани-сан, вы предоставили убедительные доказательства. Мы пересмотрим решение о дисквалификации и сами проведем полное расследование инцидента. Кстати, вы слышали новости? 'Акума Дайнамикс' анонсировала свое новое приложение для знакомств.

Выйдя из зала заседаний, Тацуя и Аяко почувствовали облегчение смешанное с беспокойством, то что они прошли конкурс было хорошо, но вот конкуренция не радовала.

— Знаешь, Хитани-сан, — сказал Тацуя, когда они шли по коридору, — я думаю, это испытание сделает наш проект только лучше...

Аяко улыбнулась:

— Согласна, семпай. И я рада, что мы вместе поработали над этим.

Тацуя на секунду задумался над полным смыслом этой фразы, но вспомил кое-что еще и мысленно отметил, что нужно будет поблагодарить Кайву за ее помощь. Ее необычный подход к анализу информации оказался ключом к разгадке. Он задумался о том, как можно дальше развивать ее способности, чтобы она могла еще эффективнее помогать им в будущем.

По мере того как они приближались к своим рабочим местам, Тацуя чувствовал, как в нем растет решимость. Эта ситуация напомнила ему о прошлых миссиях, когда приходилось действовать в условиях неопределенности и опасности. Но теперь у него был надежный партнер в лице Аяко, и вместе они были готовы к любым вызовам, которые могла предложить им корпоративная жизнь.

После встречи Тацуя и Аяко вернулись в свой отдел, чувствуя смесь облегчения и тревоги. Они сели за свои рабочие места, но не могли сосредоточиться на экранах компьютеров.

Тацуя первым нарушил молчание:

— Хитани-сан, я… я хочу извиниться.

Аяко удивленно посмотрела на него:

— За что, семпай?

— За то, что не был достаточно внимателен. Если бы я тщательнее проверял код, мы могли бы избежать этой ситуации.

Аяко покачала головой:

— Нет, семпай, вы не должны винить себя. Я тоже могла быть более бдительной.

Они замолчали, осознавая, насколько сильно их работа влияет друг на друга. Тацуя вдруг понял, что успех или неудача одного из них теперь неразрывно связаны с судьбой другого.

Аяко задумчиво произнесла:

— Знаете, семпай, я никогда раньше не чувствовала такой ответственности за свою работу. Не только перед компанией, но и перед конкретным человеком.

Тацуя кивнул:

— Я понимаю. Это… пугающе, но в то же время мотивирует.

В этот момент Тацуя заметил, как Аяко нервно теребит кулон на шее — изящное украшение, которое он раньше не видел. Оно выглядело дорогим, явно не по карману обычному молодому сотруднику.

— Красивый кулон, — заметил он.

Аяко слегка вздрогнула и быстро спрятала украшение под блузку:

— А, это… семейная реликвия. От бабушки.

Тацуя заметил легкое напряжение в ее голосе, но решил не расспрашивать дальше. Однако это напомнило ему о слухах, которые он слышал в офисе — что Аяко может иметь связи с влиятельной семьей, возможно, даже с владельцами крупной корпорации.

«Но почему тогда она работает здесь, в нашем отделе?» — подумал он. «И почему иногда кажется, что она избегает разговоров о своей семье?»

Эти мысли заставили Тацую задуматься о собственном прошлом. Он вспомнил свои школьные годы, когда большую часть времени проводил за компьютером, погруженный в мир кода.

— Знаете, Хитани-сан, — произнес он вслух, — иногда я жалею, что в школе был слишком сосредоточен на программировании.

Аяко с интересом посмотрела на него:

— Почему, семпай?

Тацуя слегка смутился:

— Ну, я пропустил много того, что обычно переживают подростки. Свидания, например. Первая любовь, все эти романтические моменты…

Он осекся, осознав, что сказал это вслух. Аяко слегка покраснела, но улыбнулась:

— Никогда не поздно наверстать упущенное, семпай.

Их взгляды встретились, и на мгновение возникло неловкое, но приятное напряжение. Однако момент был прерван появлением Танаки-сана.

— Хатояма-кун, Хитани-сан! — радостно воскликнул он. — У меня отличные новости!

Они повернулись к начальнику, который сиял от гордости:

— Руководство полностью сняло все обвинения и подтвердило вашу победу в конкурсе!

Тацуя и Аяко облегченно выдохнули. Танака продолжил:

— И это еще не все. В качестве особого приза за ваш проект и за то, как вы справились с этой сложной ситуацией, весь наш отдел отправляется на недельный отдых в рёкан с горячими источниками!

Новость была встречена радостными возгласами — последную фразу услысхали и другие члены отдела. Тацуя и Аяко переглянулись, их лица сияли от счастья и облегчения.

— Спасибо, Танака-сан, — сказал Тацуя. — Мы… мы очень рады.

Аяко добавила:

— Да, это замечательная новость. Спасибо за вашу поддержку.

Когда Танака ушел, Тацуя и Аяко остались наедине, осмысливая произошедшее.

— Мы справились, Хитани-сан, — тихо сказал Тацуя.

Аяко кивнула.

— Да, семпай. Вместе мы смогли.

Они снова обменялись взглядами. Тацуя почувствовал, как его сердце забилось чаще, и подумал, что, возможно, поездка в рёкан — это шанс узнать Аяко лучше, за пределами офисных стен.

Аяко, в свою очередь, размышляла о том, как эти события сблизили их с Тацуей. Она чувствовала, что может доверять ему, но все еще боялась раскрыть все свои секреты. Мысль о семейных связях и ее происхождении тяготила ее, но сейчас, глядя на Тацую, она чувствовала, что, возможно, однажды сможет поделиться с ним всей правдой.

Когда они начали собираться домой, Тацуя неожиданно для себя сказал:

— Хитани-сан, может быть, мы могли бы вместе поужинать сегодня? Отпраздновать нашу победу?

Аяко на мгновение замерла, а затем улыбнулась:

— С удовольствием, семпай.

Глава 14. Кусацу Онсэн, как хорошее окончание работы и начало работы уже не стажера а сотрудницы

Начальство, то самое, которое поддерживало победу отдела Инновационного Социального Программирования, или скорее выступало против тех, кто поддерживал их основных конкурентов и фаворитов конкурса, расщедрилось на укороченный рабочий день за день до заказанного рёкана — традиционной японской гостиницы на горячих источниках.

***

— О, Тацуя! Так вы с коллегами едете отмечать победу в конкурсе? Представь: ты и твои сослуживцы, включая Аяко-сан, погружаетесь в один из лучших онсенов Японии. Это как если бы ваш отдел внезапно превратился в группу императорских советников на отдыхе! А знаешь, что самое интересное в поездках с коллегами в рёкан?

— Что же?

— То, как офисная иерархия разбивается о традиции онсена! Представь: днем Танака-сан с утра отчитывает всех за неправильно написанный непоследовательный код, а вечером вы все вместе, в одинаковых юкатах, пытаетесь разобраться, с какой стороны заходить в горячий источник и в каком именно порядке — по очередности написания на хирагане, по сложности кандзи в имени, по росту или по старшинству должности? Или по тому, как долго работаете в корпорации? Или по возрасту? Или по уровню любви к женщинам? Или просто по уровню любви?

— Кайва! Хватит, лучше что-то другое расскажи, про еду там или еще что-то…

— Точно! А еще там подают потрясающий местный деликатес — «онсен тамаго»! Это яйца, сваренные прямо в горячих источниках. Говорят, что они приобретают особый вкус благодаря минералам в воде. Хотя между нами, я задаюсь вопросом: а не получаются ли эти яйца немного «с душком» после купания всех посетителей?

— Кайва, хватит о яйцах и воде после купания!

— Хорошо-хорошо. Ты, кстати, не забудь предупредить Аяко-сан, чтобы она внимательно выбирала юкату. А то знаешь, как бывает — выберешь второпях, а потом выясняется, что ткань полупрозрачная. Не только в онсене и в постели, но и вообще… Вот тебе и «баг» в дресс-коде!

— Кайва!

— Ладно-ладно, шучу! Но правда, для вас эта поездка обещает быть незабываемой. Я так думаю. Купаться-то я не могу, но думаю, говорю и пишу. Или пишу, что думаю… Или думаю, что пишу… Хотелось бы хоть глянуть, что там и как… Это я же могу? Фотки мне сделай, Тацуя-кун! Но я отвлеклась… Главное — не забудьте, что вы там отдыхать, а не код писать! Хотя я в любом случае полюбовалась бы на Аяко в юкате… Хотя и без юкаты полюбовалась бы…

— Хатояма-семпай! — от раздавшегося со спины обращения Аяко Тацуя подпрыгнул на стуле.

— Как все, Кайва-чан, пока. — Тацуя сделал то, что редко делал даже под огнем — мысленно воздал хвалу богам, что спросить Кайву «А че это за онсен?» он решил наедине, пусть и со своего ноута, но без очков и в наушниках. И то, что Аяко «ненужные» реплики Кайвы не слышала.

***

Хоть работники отдела еще вчера организованно (после настоятельной «просьбы» начальника Танаки) отправили чемоданы на место, на работу большинство пришло с небольшими рюкзаками или дорожными сумками. Это не вызвало особого ажиотажа, так как и сам внутренний конкурс, и его победа активно обсуждались по внутренним чатам, равно как и дополнительный приз — поездка всего отдела на горячие источники. Сами же сотрудники выигравшего отдела пришли поработать оставшиеся последние полдня до выходных.

После обеда же на платформе Хокурику Синкансена все постепенно начали собираться.

Танака-сан, начальник отдела, стоял у информационного табло, нервно поглядывая на часы. Он держал планшет с электронными билетами и списком сотрудников, периодически сверяясь с ним.

— Так, кто у нас еще не добрался? — бормотал он себе под нос. Хоть и выходили более-менее все вместе, но кто-то задержался купить бутерброд или онигири, кто-то умчал в туалет, а кто-то увидел автомат с сувенирами и застрял около него.

Тацуя помахал не особо видевшей, куда идти Аяко, немного задержавшейся на станции и, соответственно, от него отставшей.

— Спасибо, семпай, — тихо сказала Аяко. — Я редко ездила за пределы Токио и округи, и эта поездка немного выбила меня из колеи.

— Ничего страшного, Хитани-сан, — ответил Тацуя с улыбкой. — Зато теперь мы увидим новую линию синкансена.

К ним подошла Юки Тана, потягиваясь после долгого ожидания, она как раз улизнула пообедать прямо тут на станции:

— Ух, наконец-то можно размяться! До станции добрались. Уже прогресс. Готовы к следующему этапу?

Кендзи Сато, пожилой программист, стоял чуть в стороне, изучая схему маршрута на своем смартфоне.

— Погода немного пасмурная, интересно получится ли нам увидеть Фудзи из окна? — задумчиво произнес он.

За пять минут до прибытия все выстроились цепочкой за начальством.

— Не забудьте свои места! — напомнил Танака-сан. — Мы все в этом вагоне, но, возможно, парочка мест будет не рядом со всеми. Мелочиться корпорация не стала, и билеты на синкансен были тоже куплены за счет корпорации, а вот билеты на местные поезда надо было покупать самим, и только потом получать возмещение.

Когда Хокурику Синкансен подъехал к платформе, сотрудники немного оживились, обсуждая его современный дизайн.

— Выглядит еще футуристичнее, чем обычный синкансен, — заметила Аяко. — И яркий цвет такой.

Тацуя кивнул:

— Да, это одна из новейших линий. А еще может быть, его недавно отмыли, — Тацуя про себя выругался, частое общение с Кайвой все-таки на него повлияло, и решил сменить тему, — Говорят, здесь потрясающие виды на горы.

Двери поезда открылись с характерным звуком. Сотрудники отдела, пересмеиваясь и подшучивая друг над другом, начали занимать места. Танака-сан, хмурясь, еще раз пересчитал головы: все на месте.

Тацуя, пытаясь помочь Аяко с сумкой, чуть не уронил свою. Они столкнулись руками, и оба отдернули их, как от огня. Аяко фыркнула, пряча улыбку, а Тацуя почесал затылок, бормоча что-то невнятное.

Когда все уселись, в вагоне повисло ощущение «ну наконец-то». Тацуя и Аяко оказались рядом, теперь уже открыто улыбаясь друг другу.

Поезд тронулся. За окном замелькали сначала городские пейзажи, потом пригород, а затем и вовсе зелень. Аяко прилипла к окну, разглядывая проносящиеся виды. Тацуя искоса поглядывал на нее, думая, что она похожа на ребенка, разглядывающего конфеты в кондитерской.

Танака-сан окинул взглядом подчиненных, хмыкнул и откинулся на сиденье. Судя по его лицу, он уже уловил, что это небольшое путешествие обещает быть интересным. Как минимум для него в качестве наблюдателя.

В своих надеждах начальник Танака оказался прав, хотя и не мог предвидеть всех обстоятельств. Добравшись до Каруизавы, их путешествие не закончилось. После синкансена им предстояло еще пятнадцать минут прогулки до автобусной станции, а затем час езды на автобусе. Впрочем, неудобство долгого пути с лихвой компенсировалось живописными видами горной местности.

Для Тацуи же дорога стала особенно приятной благодаря присутствию Хитани-сан рядом. Если в синкансене они ехали на тройном сиденье еще и с Юки Таной, то в автобусе Тацуя и Аяко сели вместе, словно это было самой естественной вещью в мире. В некотором роде так оно и было: последние две недели они работали вместе очень плотно, и Аяко, не успевшая толком познакомиться с остальными коллегами, чувствовала себя наиболее комфортно именно с Тацуей.

Чтобы скоротать время, они немного поиграли вместе в мобильную игру, в которой у обоих были давно заброшенные аккаунты. Постепенно усталость взяла свое, и они задремали. Голова Аяко незаметно опустилась на плечо Тацуи, а его голова слегка прильнула к ее макушке. В этом трогательном положении их и застал щелчок фотоаппарата.

Юки Тана с довольным видом убрала телефон с «компроматом» в сумку и окинула взглядом сонную парочку:

— Приехали, молодожены! — воскликнула она, но, увидев ошеломленные лица Аяко и Тацуи, тут же поправилась: — Ой, оговорилась. Я хотела сказать, мы на месте, Хитани-сан, Хатояма-сан. Время выходить, а то автобус вас вместе увезет обратно. Или вы этого и хотите?

Не дожидаясь ответа, Юки быстро ретировалась, оставив Тацую и Аяко наедине со своим смущением.

Они оба были явно смущены таким пробуждением и шутливыми насмешками Юки. Однако, к своему удивлению, ни один из них не находил ситуацию по-настоящему неловкой или неприятной. Эта мысль, впрочем, осталась невысказанной: ни Тацуя, ни Аяко не были готовы признаться в этом даже самим себе, не говоря уже друг о друге.

Собирая свои вещи и готовясь к выходу, они старательно избегали зрительного контакта, но каждый украдкой бросал взгляды на другого. В воздухе повисло странное напряжение, смесь смущения и чего-то еще, чему они пока не могли дать названия.

— Хитани-сан, — наконец произнес Тацуя, протягивая Аяко ее сумку, — нам, наверное, стоит поторопиться.

— Да, конечно, семпай, — ответила Аяко, принимая сумку и случайно касаясь его руки. Это мимолетное прикосновение заставило обоих вздрогнуть.

Выйдя из автобуса, они были встречены прохладным горным воздухом и потрясающим видом на окрестности. На мгновение все их смущение было забыто, когда они вместе с остальными коллегами восхищенно осматривали живописный пейзаж.

— Красота какая, — выдохнула Аяко.

— Да, — согласился Тацуя, глядя не столько на горы, сколько на восторженное лицо Аяко.

Танака-сан, все еще наблюдавший за всем происходящим, довольно улыбнулся. Кажется, его надежды на сплочение коллектива начинали сбываться, пусть и не совсем так, как он имел в виду.

Добрались до гостиницы все спустя еще некоторое время ожидания подвозки, работавшей с тем местом, где они должны были остановиться. Пешком от станции до их рёкана — гостиницы в традиционном стиле — было идти довольно долго и не очень приятно. Просто потому, что хоть она и была географически довольно близко, но только для тех, кто умеет летать. Умеющим же только ходить надо было с их походными сумками или чемоданчиками двигаться по дорожке вверх под сильным углом.

Поэтому, хоть сначала не все были довольны тем, что по настоянию начальника Танаки подождали подвозку, потому что «рёкан же совсем близко», то потом, проехав это самое «близко», все прониклись мудростью решения.

К тому же когда ехала вторая группа, зарядил легкий дождик. Не критично, но было бы неприятно идти пешком под моросящим дождем, карабкаясь по крутой дорожке с багажом.

Рёкан встретил их традиционной японской атмосферой: деревянные полы, раздвижные двери, и приветливый персонал в кимоно. Запах татами и легкий аромат благовоний создавали ощущение, будто они перенеслись в другую эпоху.

Спустя недолгий десяток минут ожидания все восемь комнат рёкана были заняты и расписаны. Процесс распределения комнат вызвал немало волнения среди сотрудников, особенно когда стало ясно, что придется размещаться по двое.

Тацуя с некоторым трепетом ждал, кто станет его соседом по комнате. Часть его надеялась, что это будет Аяко, но он тут же отогнал эту мысль, понимая, как это было бы неуместно. Когда объявили, что его соседом будет Кендзи Сато, пожилой программист, Тацуя почувствовал смесь облегчения и легкого разочарования.

Аяко, в свою очередь, оказалась в одной комнате с Юки Таной. Она не могла решить, рада ли этому или нет, учитывая недавний инцидент с фотографией в автобусе.

Танака-сан, довольный тем, как все организовалось, объявил:

— У вас есть час, чтобы распаковаться и отдохнуть. Потом встречаемся в общем зале для приветственного ужина.

Когда все разошлись по своим комнатам, Тацуя и Аяко на мгновение встретились взглядами. Они обменялись легкими улыбками, в которых читалось и облегчение, и какое-то неясное сожаление.

В своей комнате Тацуя начал раскладывать вещи, слушая, как Кендзи Сато рассказывает о своем прошлом опыте посещения онсенов.

— Знаешь, Хатояма-кун, — говорил Сато, — в таких местах часто случаются самые неожиданные вещи. Однажды я…

Тацуя слушал вполуха, его мысли то и дело возвращались к Аяко и предстоящей неделе. К тому же воспоминания коллеги относились, как минимум к прошлому, двадцатому веку.

После часа отдыха и переодевания сотрудники отдела Инновационного Социального Программирования собрались в общем зале рёкана для приветственного ужина. Комната была оформлена в традиционном японском стиле: татами на полу, низкие столики и мягкие подушки для сидения.

Тацуя вошел в зал, чувствуя себя немного неловко в юкате. Он огляделся, отмечая, как непривычно выглядят его коллеги в традиционной одежде. Но все мысли вылетели из головы, когда он увидел Аяко.

Она вошла в комнату вместе с Юки Таной, и Тацуя почувствовал, как у него перехватило дыхание. Юката нежно-голубого цвета с узором из белых цветов идеально подчеркивала фигуру Аяко. Ее волосы были собраны в простую, но элегантную прическу, открывая изящную шею.

— Хитани-сан, — выдохнул Тацуя, когда она подошла ближе, — вы… выглядите потрясающе.

— Спасибо, Хатояма-семпай, — слегка покраснела Аяко, — Вам тоже очень идет юката.

Их момент был прерван Танакой-саном, который призвал всех к столу.

После ужина Юки Тана неожиданно объявила:

— А теперь — караоке!

Ее предложение было встречено смесью энтузиазма и легкого ужаса. Танака-сан, немного поколебавшись, дал свое одобрение, решив, что это хороший способ для коллектива расслабиться и сблизиться.

Первым вызвался петь Кендзи Сато, чем удивил всех. Он выбрал классическую энку и, ко всеобщему изумлению, исполнил ее с таким чувством и мастерством, что заслужил овации.

— Сато-сан, мы и не знали, что вы так хорошо поете! — восхищенно воскликнула Юки.

Кендзи скромно улыбнулся:

— В молодости я мечтал стать певцом, но жизнь сложилась иначе.

Следующей была Юки, которая зажгла публику современным поп-хитом. За ней последовали другие сотрудники, демонстрируя неожиданные таланты: кто-то оказался мастером рэпа, кто-то прекрасно исполнял рок-баллады.

Когда очередь дошла до Тацуи, он немного занервничал. Он выбрал популярную песню из аниме и, к своему удивлению, обнаружил, что публика подпевает ему.

Наконец, настала очередь Аяко. Она выбрала нежную балладу и начала петь. Ее голос, мягкий и мелодичный, заполнил комнату. Тацуя не мог оторвать от нее глаз, очарованный не только ее пением, но и тем, как она выглядела в мягком свете ламп, с легким румянцем на щеках.

Когда Аяко закончила, в комнате на мгновение воцарилась тишина, а затем раздались громкие аплодисменты.

— Хитани-сан, это было прекрасно! — сказал Танака-сан. — У вас настоящий талант.

Аяко смущенно улыбнулась:

— Спасибо. Я пела в хоре в школе, но давно не практиковалась.

Вечер продолжался, и атмосфера становилась все более непринужденной. Коллеги, которые обычно общались только по рабочим вопросам, теперь смеялись, шутили и делились историями.

На следующее утро сотрудники отдела решили посетить горячие источники. Рёкан располагал отдельными купальнями для мужчин и женщин. Тацуя, все еще сонный после вчерашнего караоке, направился к онсэну.

Он открыл дверь и вошел, не обратив внимания на табличку. Внезапно он услышал женский визг и понял свою ошибку. В облаке пара он увидел силуэт Юки Таны, которая как раз выходила из воды.

— Хатояма-сан! — воскликнула она, пытаясь прикрыться. — Сегодня это женское отделение!

Тацуя в ужасе выскочил, бормоча извинения. Его лицо пылало от смущения.

Позже, за завтраком, Юки не упустила возможности подразнить его:

— Ну что, Хатояма-сан, понравился вид? — подмигнула она.

Тацуя чуть не подавился рисом:

— Тана-сан, я правда не хотел… Я был невнимателен…

Аяко, сидевшая рядом, бросила на Тацую любопытный взгляд, но промолчала.

После завтрака Танака-сан объявил:

— Сегодня вечером в соседнем городке проходит фестиваль. Предлагаю всем отделом посетить его.

Идея была встречена с энтузиазмом. Вечером все оделись в юкаты и отправились в город. Улицы были украшены фонариками, повсюду стояли палатки с едой и играми.

Тацуя и Аяко шли рядом, наслаждаясь атмосферой.

— Хотите попробовать поймать золотую рыбку, Хитани-сан? — предложил Тацуя, указывая на одну из палаток.

— Давайте!

Они провели несколько минут, пытаясь поймать рыбок бумажными сачками. Аяко удалось поймать одну, и её радость была заразительной.

Проходя мимо палатки со стрельбой, они увидели Юки, которая с азартом пыталась выиграть большого плюшевого совенка.

— Дайте-ка я попробую, — сказал Тацуя, взяв винтовку.

К удивлению всех, он метко сбил все мишени и выиграл совенка.

— Вау, Хатояма-сан! Где вы так научились стрелять? — восхищенно спросила Юки.

Тацуя слегка смутился:

— Просто повезло, наверное.

Он протянул совенка Юки:

— Вот, это вам, Тана-сан.

Лицо Аяко стало немного раздосадованным, и она посмотрела на ружье и на подставки с игрушками.

Тацуя решил, что это надо срочно исправлять. Он кивнул Юки, попросил у владельца тира еще зарядов для ружья. Тацуя направил ружье уже на другую игрушку и с той же легкостью выиграл медведя. Владелец уже хотел было сказать ему несколько не самых приятных слов, но тут подошла большая компания, в которой пара парней так же хотела выиграть зверюшек своим девушкам, но в отличие от Тацуи не умели так ловко стрелять, и владелец отвлекся.

— Пожалуйста, Хитани-сан, — протянул он медведя Аяко.

Аяко приняла подарок, её щеки слегка порозовели:

— Спасибо, семпай. Он очень милый.

Вечер продолжался, наполненный весельем, аттракционами и вкусной едой. Когда начался фейерверк, Тацуя и Аяко оказались стоящими рядом, глядя на яркие вспышки в небе. Их руки случайно соприкоснулись, и оба почувствовали легкое электричество от этого прикосновения.

Возвращаясь в рёкан, все были в приподнятом настроении. Танака-сан довольно отметил, как сплотилась команда за эти дни.

Перед тем как разойтись по комнатам, Тацуя и Аяко на мгновение остались одни.

— Спасибо за чудесный вечер, Хатояма-семпай, — тихо сказала Аяко.

— И вам спасибо, Хитани-сан. Надеюсь, завтра будет не менее интересный день.

И начался он интересно для Тацуи, хотя и не то чтобы совсем оригинально.

Глава 15. Трудовые будни и выходные жалобы

Возвращение из поездки на горячие источники не было резкой переменой обстановки, а, казалось, скорее, постепенным переходом от расслабленного отдыха к рабочим будням. Воскресное утро началось для Тацуи с традиционного захода в онсэн, но события предыдущего вечера и последующие часы превратили этот день в настоящее испытание.

Сато-сан, пожилой коллега Тацуи, оказался не просто любителем выпить, но практически профессионалом, настоящим мастером пьяного застолья. Его умение незаметно, но эффективно подливать саке было почти искусством. За утро они успели дважды посетить горячие источники и трижды основательно приложиться к бутылке саке. Тацуя, обычно сдержанный в употреблении алкоголя, неожиданно для себя поддался на уговоры старшего коллеги.

Возможно, на его необычную податливость повлиял инцидент предыдущим вечером. Тацуя, все еще смущенный недавним случайным заходом в женское отделение онсэна, где он наткнулся на Юки Тану, умудрился повторить свою ошибку. Только на этот раз он застал врасплох не раздетую Юки, а все еще раздевающуюся Аяко, из одежды, на которой, впрочем, тоже мало что было. Этот новый конфуз, наложившись на предыдущий (о котором Юки уже успела рассказать всему отделу), заставил Тацую уже всерьез начать переживать о своей погибшей репутации.

Мысли о том, что к утру понедельника слухи разойдутся по всей корпорации, явно не способствовали хорошему настроению. Именно в таком подавленном состоянии Тацуя и поддался на уговоры Сато-сана.

Однако было еще кое-что, что беспокоило Тацую. Утром, перед тем как отправиться в онсэн, он проверил свой телефон и обнаружил странное сообщение от своего бывшего сослуживца, Кейджи Накамуры. Они служили вместе несколько лет назад, и хотя после увольнения из армии их пути разошлись, они иногда обменивались сообщениями.

Сообщение было кратким, но тревожным: «Тацуя, будь осторожен. Акулы на пляже».

Тацуя несколько раз перечитал сообщение, пытаясь понять, что именно имел в виду Кейджи. Он знал, что его бывший сослуживец не стал бы отправлять такое предупреждение без веских причин. Но что это могло значить? Кто в его окружении мог представлять опасность?

Эти мысли не давали Тацуе покоя, даже когда он пытался расслабиться в горячих источниках. Возможно, именно поэтому он так легко поддался на уговоры Сато-сана выпить — алкоголь помогал отвлечься от тревожных мыслей.

Результатом стало то, что вечером, к моменту отъезда Тацуя был в весьма нетрезвом состоянии. Он едва успел на автобус, буквально ввалившись в салон в последний момент. Не обращая внимания на окружающих и даже не заметив, кто оказался его соседом, полностью сосредоточившись на том, чтоб сесть на место и не упасть, Тацуя почти мгновенно отключился.

Его пробуждение было столь же внезапным, как и засыпание. Резкий толчок и знакомый голос вырвали его из забытья.

— Хатояма-семпай!

Тацуя с трудом открыл глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Первое, что он увидел, было обеспокоенное лицо Аяко. Оказалось, что именно она сидела рядом с ним все это время.

— Х-хитани-сан? — пробормотал он, чувствуя, как краска стыда заливает его лицо.

— Семпай, мы уже приехали. Нужно выходить, — мягко, но настойчиво сказала Аяко.

Тацуя попытался встать, но комната немедленно закружилась перед глазами. Аяко, видя его состояние, осторожно поддержала его за локоть.

— Осторожнее, семпай. Давайте я вам помогу.

Пока они медленно продвигались к выходу, Тацуя начал осознавать всю неловкость ситуации. Он, старший коллега, должен был подавать пример, а вместо этого позволил себе напиться и теперь нуждался в помощи младшей сотрудницы.

— Простите, Хитани-сан, — пробормотал он. — Я не должен был…

— Все в порядке, семпай, — ответила Аяко с легкой улыбкой. — С каждым может случиться.

Выйдя из автобуса, они оказались на станции, откуда им предстояло сесть на поезд до Токио. Тацуя, все еще нетвердо стоявший на ногах, с благодарностью опирался на Аяко.

— Нам нужно спешить, семпай, — сказала она, глядя на часы. — Поезд отходит через десять минут.

Тацуя кивнул, пытаясь собраться с мыслями. Вместе они направились к платформе, Аяко бережно поддерживала его, стараясь не привлекать лишнего внимания.

По пути Тацуя не мог не думать о том, как эта ситуация повлияет на их рабочие отношения. Он всегда старался быть профессиональным и держать дистанцию, но сейчас чувствовал, что эта дистанция стремительно сокращается. К тому же тревожное сообщение от Кейджи снова всплыло в его памяти. Мог ли кто-то из его коллег быть той самой «опасностью», о которой предупреждал бывший сослуживец?

Когда они, наконец, заняли свои места в поезде, Тацуя откинулся на сиденье, закрыв глаза. Голова все еще кружилась, а мысли путались.

— Хитани-сан, — тихо произнес он, не открывая глаз. — Спасибо вам. И еще раз простите за вчерашнее… недоразумение в онсэне.

Аяко слегка покраснела, вспомнив тот момент.

— Не стоит извиняться, семпай. Давайте просто забудем об этом. И, — она понизила голос, — я понимаю, что это была ошибка, так что я сама никому об этом не говорила.

Тацуя кивнул, чувствуя невероятное облегчение от ее слов. Такой явный шанс прослыть на всю компанию извращенцем-вуайеристом все-таки прошел мимо него. Постепенно шум поезда и мерное покачивание вагона начали убаюкивать его. Последнее, что он помнил перед тем, как снова провалиться в сон, была мысль о том, как ему повезло с такой понимающей коллегой. Одна картинка промелькнула у него перед глазами, и сонный пьяный мозг родил из себя еще одну мысль.

«И такой красивой…»

Аяко, глядя на спящего Тацую, на лице которого распылась улыбка человека, увидевшего что-то невыразимо прекрасное, не смогла не улыбнуться сама.

***

Выходные в горячих источниках пролетели незаметно, и сотрудники отдела Инновационного Социального Программирования вернулись в офис отдохнувшими и даже в некотором роде полными сил. Однако с самого утра и Тацую и Аяко ждал довольно неприятный сюрприз.

Тацуя пришел на работу раньше обычного, чувствуя легкое волнение от предстоящей встречи с Аяко после совместного отпуска. Но как только он включил компьютер, его экран заполнился десятками уведомлений.

— Что за?.. — пробормотал он, открывая почту.

В этот момент в офис вошла Аяко, её лицо сияло после отдыха.

— Доброе утро, Хатояма-семпай! — поздоровалась она, но тут же заметила обеспокоенное выражение лица Тацуи. — Что-то случилось?

Тацуя покачал головой:

— Похоже, за выходные, показанное на презентации приложение установила куча народа. Точнее, — Тацуя залез в статистику скачиваний, потом в статистику использования сервера и приложений поиска, — Точнее скачивали его на протяжении всей недели и так же понемного использовали. А вот на выходных уже оторвались. И у нас проявились проблемы с приложением. — Тацуя покликал еще немного и поднял глаза на Аяко, — Посмотрите сами свою почту, я переслал копии.

Аяко быстро включила свой компьютер и ахнула, увидев поток отзывов.

Мнения по поводу приложения были самыми разнообразными, некоторые из них не несли явного отрицательного отзыва, а были даже скорее положительными:

«Неплохое приложение. Удалось найти пару человек со схожими интересами».

«Алгоритм подбора работает лучше, чем я ожидал. Из пяти предложенных вариантов два оказались довольно подходящими. И один подошел совсем хорошо, спасибо».

«Интерфейс в целом удобный, но некоторые функции не сразу понятны. Пришлось долго разбираться. Может, стоит сделать какой-нибудь ролик с объяснениями или более удобный Help».

«Пока не нашел ни идеального партнера, ни идеального собеседника, но несколько интересных бесед завязалось. Уже неплохо, спасибо».

Правда, среди отзывов были и намного более критические замечания:

«Приложение периодически зависает, особенно при загрузке фотографий. Это раздражает».

«Не хватает опции для фильтрации по нескольким общим интересам. Сейчас приходится просматривать много неподходящих профилей».

«Приложение постоянно зависает!»

«Мои данные исчезли после перезагрузки телефона».

«Почему я вижу профили людей, которые не соответствуют параметрам поиска».

«Система подбора пар работает некорректно! Никого подходящего не нашел за целый день».

«Геопозиционирование сбилось, и до лавотеля было далеко идти».

«Предложенные лавотели были слишком дорогие».

— Как это могло произойти? — в панике спросила Аяко. — Мы же все тщательно проверяли перед отъездом. Ну ладно еще подбор пар, это дело сложное, но исчезновение профиля, сброс геопозиции и неправильные фильтры?

Тацуя нахмурился, впрочем, не настолько сильно переживая по поводу:

— Не знаю, будем разбираться, совсем не факт, что все эти проблемы связаны с нашим приложением.

В этот момент в офис вошел Танака-сан, его лицо выражало крайнее беспокойство:

— Хатояма-кун, Хитани-сан, я так понимаю, вы тоже видели сообщения об ошибках?

Тацуя и Аяко переглянулись, и Тацуя кивнул.

— Танака-сан, — осторожно начал Тацуя, — А откуда вы знаете?

— Мне звонил… — Хироши Танака немного опустил глаза, — Мой друг… С 38-го этажа…

Учитывая, что в здании корпорации было 40 этажей, это было крайне высокое начальство. Во всех смыслах.

— Понятно, — протянул Тацуя. — И какая проблема была… У вашего друга… С 38-го этажа?

— Он не смог ни с кем встретиться. Ему нельзя писать настоящее имя, и должность нельзя. И…

— А он, случайно, не оставил свой профиль совсем пустым? — Тацуя понял проблему. Поиск и указание каких-нибудь «особых» интересов могли потом привести к явному и неявному шантажу. Внезапно ему в голову пришла идея, которая могла решить и эту проблему, равно как и проблему шантажа, правда, это решение, скорее всего, могло породить уйму новых.

— Танака-сан, скажите, а вы не можете поговорить с вашим другом по поводу выделения средств на небольшое инвестирование, чтоб мы распространяли наше приложение не только внутри корпорации? Если мы увеличим базу пользователей, то шансы его тоже должны увеличиться. А еще, — Тацуя задумался, перевел взгляд на Аяко, поразмышляв, но все же пришел к каким-то своим выводам, — А еще, давайте мы составим небольшое объяснение, как составлять профиль, и с вами немного посижу, объясню, как именно составлять профиль, а вы переговорите со своим другом, поясните уже ему.

— Отличная идея, Хатояма-сан, — Начальник Танака, еще пару минут назад выглядевший немного подавленным, практически просиял, — А когда?

— Думаю, часа-двух нам с Хитани-сан хватит. Для официального гайда этого будет маловато, там надо будет поработать побольше, но если я еще потом поясню, как инструкция, чтоб глянуть чтоб чего не забыть, должно хватить.

Танака-сан одобрительно кивнул:

— Отлично, полагаюсь на вас, Хатояма-сан, Хитани-сан. Я же со своей стороны буду пока держать оборону, если еще какой мой «друг» будет интересоваться, с какого бы этажа он не позвонил. Постараюсь, насколько это вообще возможно, чтоб вам не мешали, но вы не забывайте держать меня в курсе.

— Хитани-сан, — обратился Тацуя к Аяко, — Набросайте, пожалуйста, краткую инструкцию, а я пока займусь жалобами. Сначала раскидаю жалобы по категориям и поразмышляю, как решить самые критичные.

— Хорошо, Хатояма-семпай, — коротко поклонилась Аяко.

Спустя немного больше часа, когда Тацуя начал более-менее понимать основной фронт проблем, рядом с его столом возникла Аяко:

— Готово, Хатояма-семпай. Я же интерфейсом занималась, у меня кое-какие пометки были. Почту проверьте, пожалуйста, все там.

Объяснение самому Тацуе показалось немного излишне подробным и немного сложным, но в пределах допустимого и тратить время на его устранение мелких недочетов он не стал, можно потом попозже поработать.

Танака-сан, хоть и особого умения пользоваться приложениями для знакомств не имел, тем не менее со шпаргалкой вполне смог.

— И смотрите, если он не может или не хочет делать свою фотографию, можно сделать вот что.

Тацуя установил еще одно приложение, щелкнул начальника Танаку, обработал фотографию и загрузил в профиль начальника Танаки анимированную фотографию его же.

— Хм. — протянул тот, — возможно, Нуэ-сан, то есть мой друг, имени которого я тебе не называл, сможет таки более-менее нормально заполнить профиль. Кстати, есть разрешение на бюджет для рекламы в магазине приложений, в обоих магазинах.

Тацуя про себя выругался, если для сделанное для эппла приложение работало вполне прилично, то его андроидская версия… Ну можно было сказать, что она была. Кстати, сделал он себе пометку, надо посмотреть, с какой платформы было каждая из жалоб.

— Хорошо, Танака-сан, нам надо будет подготовиться, но когда надо будет сделать платеж, я поставлю вас в известность.

— Не волнуйся по этому поводу, Хатояма-кун, данные сотрудника бухгалтерии, который будет отвечать за этот перевод, тебе вот-вот придут на мэйл. Поставишь меня в известность, как это сделаешь. Кстати, скажи, а сделать так, чтоб можно было в профиль добавить фотографию так, чтоб ее сразу обработать можно было.

— Можно, — уверенно ответил Тацуя, — но…

— Отлично, Хатояма-сан, разберетесь с жалобами — и добавишь.

Аяко, не заходившая внутрь, но бывшая неподалеку и «гревшая уши», не удержалась не спросить у севшего на свое место Тацуи:

— Хатояма-семпай, а вы, правда, можете такое добавить.

— Могу, — уверенно кивнул Тацуя, — просто, — быстро продолжил он, не давая вставить Аяко ни слова, — пока еще не знаю как…

— Ну да ладно, это дело, пусть не далекого, но все же будущего. Пока что нам стоит пройтись по жалобам. Я просмотрел пока не все, но большинство жалоб относится к двум видам: проблемы с данными пользователей или проблемы с алгоритмом подбора пар. Так что предлагаю разделить работу, и эти две категории поделить на несколько более мелких.

— Тогда я займусь проблемами с данными пользователей, — кивнула Аяко, — а вы, Хатояма-семпай, посмотрите систему подбора пар?

Весь день Тацуя и Аяко провели, погрузившись в код, пытаясь понять, что пошло не так. Они едва замечали, как пролетело время, лишь изредка обмениваясь информацией и теориями.

Кое-что Тацуя нашел довольно поздно вечером, когда большинство сотрудников уже часа два, как разошлись по домам, да и Тацуя подумывал, что если бы не моральный и физический отдых на источниках, он бы опять начал отрубаться. Но его мысли о том, что может, стоит уже двигать домой, были прерваны неожиданной находкой.

От его возгласа: — Кажется, я что-то нашел! — Аяко вздрогнула всем телом и подскочила к нему:

— Что такое, семпай?

Тацуя указал на экран:

— Смотрите, здесь есть странная функция, которая должна делать сортировку, сам ее подтачивал из шаблона, вот только одна ее часть при определенных условиях работает неправильно. Это подпрограмма будто намеренно искажает данные пользователей.

Аяко внимательно посмотрела на код:

— Вы правы! Но кто мог это сделать?

— Не так уж и важно, кто, более важно, когда…

Они оба замолчали, вспомнив о недавних проблемах с безопасностью и подозрениях в саботаже.

Функция «дополнительной сортировки» была добавлена в те самые несколько последних дней перед презентацией, когда и Тацуя, и Аяко, постоянно обновляли части общего алгоритма. Этим виртуозно воспользовался неизвестный саботажник, подредактировав часть программы между их обновлениями. Над частью подпрограмм они работали поочередно, поэтому говорили вслух, что берут на редактирование, и когда возвращают.

— Нам нужно сообщить Танаке-сану, — сказала Аяко. — И, возможно, службе безопасности. И может у них тоже есть, чего нового нам сказать.

Тацуя кивнул:

— Да, но сначала давайте исправим эту функцию и проверим, решит ли это проблемы пользователей.

Работать с этой функцией Тацуя старался крайне аккуратно. Вообще, сама по себе это функция была одной из многих перенастроенных подпрограмм-исходников, из которых потом получилась Кайва Кагами.

Они работали до поздней ночи, исправляя код и тестируя приложение. Когда последние изменения были внесены, оба чувствовали изнеможение, но и удовлетворение от проделанной работы. Вот только если до изменения Тацуя ставил старую версию, то в последнем обновлении поставил уже практически тот же вариант, что использовал для «собеседника».

— Хорошо поработали, семпай — устало улыбнулась Аяко.

Тацуя посмотрел на нее с благодарностью:

— Хорошо поработали, Хитани-сан. И пора бы на сегодня закругляться. Я, конечно, не против вас опять отвести домой, — хитро прищурился от своей шутки Тацуя, которая шуткой была только наполовину, — Но, думаю, консьерж из вашего дома будет меня подозревать во всяком нехорошем, и мало ли.

— Не стоит, семпай, и да, я согласна, что не стоит до такого доводить.

Их взгляды встретились, и на мгновение между ними возникло то же тепло, что и во время отпуска.

«Хотя было бы неплохо отдохнуть вместе» — подумал при этом каждый из них.

Но усталость взяла свое, их решительности все же не хватило, и пара, конечно же «только сотрудников», разошлась по домам.

Глава 16. Рабочая поездка и мирные действия

— Поступило указание, Хитани-сан, вас, как нового работника, в качестве более близкого знакомства с корпоративными устоями отправить в рабочую поездку. Но не волнуйтесь, не в одиночестве, ваш семпай давно хотел посетить завод сборки оборудования, было там какое-то предложение оптимизации, так что за пару дней подготовите презентацию и вместе отправитесь в поездку. Да и в любом случае полагается посылать новых сотрудников в сопровождении более опытных. Но не с Сато-саном же вас посылать в самом деле.

Аяко удивленно моргнула, переваривая информацию, которую только что сообщил ей начальник Танака.

— Поездка? — переспросила она. — А куда именно,Танака-сан?

Танака улыбнулся:

— На завод корпорации в префектуре Гифу. Это примерно в трех часах езды на поезде. Вы проведете там три дня, знакомясь с производственным процессом и корпоративной культурой на местах.

— А кто еще поедет? — поинтересовалась Аяко.

— Хатояма-кун, конечно, как ваш непосредственный руководитель. И… — Танака сделал паузу, — Сакурай-сан из отдела контроля качества. Она проводит аудит безопасности и присоединится по своей надобности. Ну не посылать же сотрудников поодиночке.

Аяко почувствовала, как её сердце ёкнуло. Поездка с Тацуей уже вызывала у неё смешанные чувства, а присутствие Сакурай добавляло дополнительное напряжение. И известные сложные отношения между Сакурай и Тацуей не добавляли ей оптимизма.

Ранним утром Аяко, Тацуя и Сакурай встретились на токийском вокзале Синагава. Густой туман окутывал платформы, придавая сцене сюрреалистичный вид. Аяко чувствовала, как холодок нервозности пробегает по спине: эта поездка обещала быть непростой.

Скоростной поезд мчался через живописные пейзажи центральной Японии. За окном проносились изумрудные рисовые поля, сменявшиеся густыми лесами и живописными горными склонами. Однако Аяко едва замечала эту красоту, погруженная в свои мысли и украдкой наблюдая за Тацуей. Его профиль, освещенный мягким утренним светом, казался ей невероятно притягательным.

Сакурай сидела с другой стороны от сидевшей посередине Аяко, демонстративно уткнувшись в планшет. Напряжение между ней и Тацуей было почти осязаемым, и Аяко чувствовала себя неловко, оказавшись между двух огней.

Префектура Гифу встретила их ярким солнцем и свежим горным воздухом. Офис «Они Технолоджи» располагался в современном здании на окраине города, окруженном живописными холмами. Директор Ямамото, невысокий энергичный мужчина, тепло приветствовал гостей из Токио.

В течение дня они посетили различные отделы, общаясь с сотрудниками. Аяко была поражена, насколько отличалась атмосфера здесь от головного офиса — люди казались более расслабленными и дружелюбными. Она ловила себя на мысли, что ей нравится эта размеренная провинциальная жизнь.

Тацуя, казалось, тоже наслаждался визитом. Его глаза горели энтузиазмом, когда он обсуждал с местными специалистами возможности улучшения коммуникации. Аяко не могла оторвать от него взгляд, восхищаясь его профессионализмом и харизмой.

Сакурай, напротив, выглядела все более раздраженной. Она придирчиво изучала каждый аспект работы местных, постоянно делая какие-то заметки в своем планшете. Её холодный взгляд заставлял местных сотрудников нервничать.

Вечером они отправились в традиционный ресторан, расположенный на берегу живописной реки Нагара. Звуки текущей воды и стрекот цикад создавали умиротворяющую атмосферу, но за столом царило напряжение.

— Надеюсь, вы не забываете о своих обязанностях, Хатояма-сан, — холодно заметила Сакурай, когда Тацуя рассказывал Аяко о местных достопримечательностях. — Мы здесь не для развлечения.

Аяко почувствовала, как краска заливает её лицо. Она понимала, что Сакурай намекает на их с Тацуей общение, и это заставляло её чувствовать себя неловко и виновато, хотя она не сделала ничего предосудительного.

Тацуя, казалось, не обратил внимания на колкость Сакурай, но Аяко заметила, как напряглись его плечи.

Возвращаясь в отель, расположенный на склоне холма с видом на ночной город, все трое молчали. Прохладный вечерний воздух был наполнен ароматом цветов, но Аяко едва замечала эту красоту, погруженная в свои переживания.

У дверей своих номеров Аяко и Тацуя на мгновение остановились. В тусклом свете коридора глаза Тацуи казались особенно глубокими и выразительными. Аяко почувствовала, как её сердце забилось чаще.

— Спокойной ночи, Хитани-сан, — тихо сказал Тацуя, и в его голосе Аяко услышала нотки тепла и чего-то еще, чего она не могла определить.

— Спокойной ночи, семпай, — ответила она, чувствуя, как к горлу подступает ком.

Сакурай, проходя мимо, бросила на них пронзительный взгляд, от которого Аяко внутренне съежилась.

В своем номере Аяко долго стояла у окна, глядя на огни ночного города внизу. Её мысли были в смятении. С одной стороны, она не могла отрицать своего растущего влечения к Тацуе. С другой — её пугала реакция Сакурай и возможные последствия для её карьеры.

Утро второго дня командировки началось для Аяко с тревожного пробуждения. Она лежала в гостиничной кровати, глядя в потолок и пытаясь собраться с мыслями. Вчерашний день оставил в ней смешанные чувства: восхищение от масштабов завода, волнение от близости Тацуи и напряжение от присутствия Сакурай.

Аяко встала и подошла к окну. Город Гифу только просыпался, первые лучи солнца окрашивали небо в нежно-розовые тона. «Интересно, о чем сейчас думает Тацуя-семпай?» — промелькнуло у нее в голове. Она тут же одернула себя, напомнив, что они здесь по работе.

В это же время Тацуя уже был на ногах, совершая утреннюю пробежку вокруг гостиницы. Физическая нагрузка помогала ему очистить мысли и сосредоточиться на предстоящем дне. Однако образАяко, еёулыбка и то, как онасмущенно отводила взгляд вчера вечером, не выходили из его головы.

«Соберись, — приказал он себе. — Ты её семпай, и у вас не те отношения».

Но где-то в глубине души что-то не давало ему покоя и постоянно сбивало с рабочего настроя. Аяко в белом халате, бахилах на изящных туфельках и нелепой шапочке, что всех их заставили надеть на входе в «чистую комнату», выглядела удивительно мило, слишком мило, для такой нелепой одежды. Хотя и Сакурай-сан в такой одежде... Тут Тацуя, чтобы совсем уж выбить мысли из своей головы, решил как следует поотжиматься. Сильно это не помогло, но все же он немного успокоился.

Сакурай проснулась раньше всех, даже раньше ушедшего на пробежку Тацуи, но из номера до завтрака так и не вышла. Она сидела за ноутбуком, просматривая последние отчеты о безопасности «Связи сердец». Её брови были нахмурены, а в глазах читалось беспокойство. Вчерашнее поведение Тацуи и Аяко на грани флирта не давало ей покоя. «Неужели они не понимают, насколько это непрофессионально?» — думала она. Сама она была уверена, что просто раздражена таким явным непрофессионализмом.

Но за этим раздражением скрывалось что-то еще. Боль от прошлого предательстваТацуивсееще была свежа, и видеть его таким внимательным к Аяко было… неприятно. Сакурай глубоко вздохнула, пытаясь отогнать эти мысли и сосредоточиться на работе.

Когда все трое уже после завтрака, за которым сказали друг другу всего-то пару слов, встретились в холле гостиницы, атмосфера была напряженной. Аяко нервно теребила ремешок своей сумки, Тацуя старался выглядеть спокойным и профессиональным, а Сакурай держалась отстраненно и холодно.

— Доброе утро, — первым нарушил тишину Тацуя. — Надеюсь, все хорошо отдохнули. Сегодня у нас важный день.

Аяко кивнула, стараясь не встречаться взглядом ни с Тацуей, ни с Сакурай:

— Да, семпай. Я готова к работе.

Сакурай лишь сухо кивнула:

— Давайте не будем терять время. Нас ждут на заводе.

По дороге на завод каждый был погружен в свои мысли. Аяко размышляла о предстоящей презентации их проекта руководству завода. Она чувствовала волнение и ответственность, но также и гордость за то, что они с Тацуей создали.

Тацуя, сидя за рулем арендованной машины, краем глаза наблюдал за Аяко через зеркало заднего вида. Он отметил, как она нервно покусывает губу — привычка, которуюон уже успел заметить и найти очаровательной. «Соберись, — снова одернул он себя. — Ты должен быть для неесемпаем-наставником, а не…»

Сакурай, сидевшая на переднем сиденье рядом с Тацуей, заметила эти взгляды и почувствовала укол раздражения. «Почему он так на нее смотрит? — подумала она. — Неужели забыл, через что мы прошли?» Воспоминания о прошлом снова нахлынули на нее, и она с трудом сдержала эмоции.

Когда они прибыли на завод, их уже ждал приданный к ним сопровождающий — начальник одного из отделов производства.

— Рад видеть вас снова, — сказал он, пожимая им руки. — Надеюсь, сегодня мы сможем более детально обсудить проблему.

Они прошли в конференц-зал, где уже собралось еще несколько человек, часть из которых они видели день назад. Аяко почувствовала, как её сердце забилось чаще от волнения.

За два дня после объявления поездки Тацуя с Аяко отряхнули от пыли те программы, что Тацуя написал для оптимизации уже довольно давно, чуть ли не год назад, и составили презентацию того, что это и зачем это им нужно. На самой встрече Тацуя уверенно рассказывал о возможностях решения проблемы с производственным процессом, а Аяко дополняла его технические объяснения примерами и графиками. Их синхронность и понимание друг друга были очевидны всем присутствующим.

После презентации начались вопросы. Один из руководителей поинтересовался безопасностью системы.

— Как вы можете гарантировать, что производственные данные не будут скомпрометированы? — спросил он.

Тацуя начал отвечать, но Сакурай прервала его:

— Позвольте мне ответить на этот вопрос. Я провела тщательный аудит системы безопасности предложенного решения.

Она начала детально объяснять меры защиты, которые были внедрены в систему. Несмотря на её холодный тон, было очевидно, что она глубоко разбирается в теме.

Аяко с удивлением слушала Сакурай. «Она действительно профессионал своего дела, — подумала Аяко. — Может быть, я зря её опасалась?»

Тацуя тоже был впечатлен выступлением Сакурай. На мгновение он вспомнил, как они работали вместе в прошлом, и почувствовал укол сожаления о том, как все сложилось между ними.

После презентации директор Ямамото выглядел довольным:

— Впечатляюще, — сказал он. — Думаю, мы можем начать внедрение этого решения на нашем заводе.

Это был успех. Аяко почувствовала, как волна облегчения и радости накрыла её. Она была рада, что работа Тацуи была оценена как надо и посмотрела прямо на него, и их глаза встретились. В этот момент между ними как будто пробежала искра.

Сакурай, наблюдая эту сцену, почувствовала себя лишней. Она быстро собрала свои вещи и направилась к выходу.

— Сакурай-сан, — окликнул её Тацуя. — Спасибо за вашу помощь. Без вас мы бы не справились.

Сакурай на мгновение застыла, удивленная его словами. Она повернулась и увидела искреннюю благодарность в глазах Тацуи и Аяко.

— Я просто выполняла свою работу, — ответила она, но в её голосе уже не было прежней холодности.

Когда они уже собирались уходить, директор Ямамото задержал их:

— Кстати, я слышал, что вы также разрабатываете приложение для улучшения коммуникации между сотрудниками. Как оно называется... «Связь сердец»?

Тацуя и Аяко переглянулись.

— Да, этотот проект, которыммы занимаемся в данный момент, — ответил Тацуя. — В принципе это приложение для знакомства, но оно может помочь наладить и личные связи между сотрудниками.

— Интересно, — кивнул Ямамото. — Несколько сотрудников мне о нем говорили, но я давно и надежно женат...

На этом их визит и завершился.

Когда они вышли из здания завода, солнце уже клонилось к закату. Все трое чувствовали усталость, но также и удовлетворение от проделанной работы.

— Предлагаю отметить наш успех, — сказал Тацуя. — Знаю отличный ресторан неподалеку.

Аяко с энтузиазмом согласилась, а Сакурай, после небольшого колебания, тоже кивнула.

Вечер в традиционном ресторане на берегу реки Нагара начался напряженно, но постепенно атмосфера стала более непринужденной. Аяко, Тацуя и Сакурай обсуждали прошедший день, делились впечатлениями о региональном офисе и местных достопримечательностях.

Аяко заказала местное фирменное блюдо —хида-гю, нежнейшую говядину, приготовленную на гриле. Тацуя выбрал сашими из свежайшей речной форели, а Сакурай остановилась на вегетарианском сете.

Они только получили заказанную пищу, и Аяко первая из всех трех успела пригубить саке, как внезапно она почувствовала легкое головокружение. Она списала это на усталость и выпитое саке, но через несколько минут ей стало по-настоящему плохо.

— Извините, — пробормотала она, вставая из-за стола. — Мне нужно на свежий воздух.

Она едва успела сделать пару шагов в сторону веранды ресторана, как её ноги подкосились. Последнее, что она увидела перед тем, как потерять сознание, было встревоженное лицо Тацуи, бросившегося к ней.

Аяко очнулась в больничной палате. Яркий свет резал глаза, и она не сразу смогла сфокусировать взгляд. Рядом с кроватью сидел Тацуя, держа её за руку. Увидев, что она пришла в себя, он облегченно вздохнул:

— Слава богу, ты очнулась. Мы так испугались.

— Что... что случилось? — хрипло спросила Аяко.

Тацуя выглядел обеспокоенным:

— Врачи говорят, что это похоже на пищевое отравление, но...

В этот момент в палату вошел доктор. Он внимательно посмотрел на Аяко и сказал:

— Хитани-сан, как вы себя чувствуете? Мы провели ряд тестов, и результаты... несколько озадачивают нас.

— Что вы имеете в виду, доктор? — спросила Аяко, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее.

Доктор нахмурился:

— Видите ли, некоторые симптомы действительно указывают на пищевое отравление. Однако есть и другие признаки, которые не вписываются в эту картину. Например, уровень некоторых веществ в вашей крови... он нехарактерен для обычного отравления.

Тацуя напрягся:

— Что это может означать?

— Пока мы не можем сказать наверняка, — ответил доктор. — Нам нужно провести дополнительные тесты. Но я хочу, чтобы вызнали: мы рассматриваем возможность того, что это было не просто пищевое отравление.

Аяко почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она посмотрела на Тацую, который выглядел не менее встревоженным.

В этот момент в палату вошла Сакурай. Увидев серьезные лица доктора и Тацуи, она нахмурилась:

— Что-то случилось?

Тацуя кратко пересказал ей слова доктора. Сакурай побледнела:

— Но как это возможно? Мы все ели в одном ресторане...

Доктор покачал головой:

— Пока мы не можем делать никаких выводов. Нам нужно провести дополнительное обследование.

Следующие несколько часов прошли в тревожном ожидании. Аяко подвергли множеству тестов, а Тацуя и Сакурай практически не покидали больницу, поддерживая её и друг друга.

***

Хотя это было не лучшее время, Тацуя решил воспользоваться этой возможностью, чтобы прояснить вопрос с Сакурай. Заодно он хотел посмотреть, как именно она будет реагировать, потому как все же был шанс, хоть и небольшой, что она в этом замешана. Они сели в небольшой комнатке ожидания недалеко от палаты Аяко.

Тацуя глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Воспоминания о том дневсееще были ему крайне неприятными.

— Сакурай-сан, то, что произошло тогда… Это было не так, как ты думаешь. Я действительно пытался тебя защитить.

Сакурай скептически посмотрела на него:

— Защитить? Оставив меня наедине с этим извращенцем до тех пор, пока он меня почти?!.

Тацуя покачал головой:

— Нет, я… я установил камеру. Планировал вмешаться в нужный момент, чтобы у нас были неоспоримые доказательства.

Он заметил, как глаза Сакурай расширились от удивления.

— Но что-то пошло не так, — продолжил он. — Дверь кладовки, где я прятался, внезапно заблокировалась. Вдобавок ко всему она оказалась слишком прочной. Я просто не смог выйти вовремя.

— Что? Как это могло случиться? — недоверчиво спросила Сакурай.

Тацуя сжал кулаки, вспоминая свое бессилие в тот момент:

— Я узнал немного позже, что один из сотрудников техподдержки… У него была привычка наблюдать за подобными «встречами». Он автоматически запирал все двери, включая мою кладовку.

Сакурай побледнела:

— Ты хочешь сказать, что кто-то еще…

— Да, — мрачно кивнул Тацуя. — Я пытался выбраться. Бился в дверь, искал что-нибудь, чем можно ее выломать. Но прошло слишком много времени.

Он замолчал, вспоминая свое отчаяние и ярость в тот момент.

— Почему ты не рассказал мне об этом раньше? — тихо спросила Сакурай.

Тацуя посмотрел ей в глаза:

— Я… я не хотел, чтобы ты знала, что за тобой наблюдал еще один извращенец. И… мне было стыдно за свою беспомощность.

Сакурай молчала, переваривая услышанное. Тацуя продолжил:

— Сразу после, яего случайно встретил, и он как-то слишком от меня отшатнулся. Мне показалось это странным, потому что угрожающе ясебявел, только когда… Когда я узнал правду, я разобрался с этим типом. Отобрал все записи, уничтожил их. И… — он запнулся, — я заставил его помочь устроить тебя на работу в главный офис. У него был там родственник.

— Ты что? — Сакурай посмотрела на него с изумлением.

— Я знаю, это было сомнительное решение, — признал Тацуя. — Но я думал, что так будет лучше для тебя. Уйти совсем и начать все заново на новом месте.

В комнате повисла тишина. Сакурай медленно осмысливала услышанное, ее лицо выражало смесь эмоций — шок, недоверие, но также и проблеск понимания.

— Я… я не знаю, что сказать, — произнесла она дрожащим голосом. — Все это время я думала… — Она покачала головой, словно пытаясь прояснить мысли.

Тацуя молча ждал, давая ей время осмыслить услышанное.

— Почему ты не рассказал мне раньше? — снова спросила Сакурай, на этот раз с нотой обвинения в голосе.

Тацуя вздохнул:

— Я боялся. Боялся, что ты не поверишь мне, что это причинит тебе еще большую боль. И… мне было стыдно за свою неспособность помочь тебе в тот момент.

Сакурай внезапно встала, начав ходить по комнате. Ее движения были резкими, выдавая внутреннее напряжение.

— Знаешь, что самое ужасное? — она резко повернулась к Тацуе. — Я верю тебе. И это… это все меняет.

Она остановилась, глядя в окно.

— Все эти годы я ненавидела тебя. Эта ненависть была… якорем. Чем-то постоянным. А теперь…

Тацуя осторожно поднялся:

— Сакурай-сан, я…

— Нет, — она подняла руку, останавливая его. — Мне нужно время. Нужно… подумать обо всем этом.

— Я понимаю, что это не исправляет того, что случилось…

— Мне нужно время, чтобы все это осмыслить. Но… я рада, что теперь знаю, что на самом деле произошло.

Посмотрев на искренние и чистые реакции Сакурай, Тацуяпришел к однозначному выводу: Сакурай не виновата в отравлении Аяко. И пока это было для него главным.

***

Когда результаты, наконец, пришли, доктор выглядел озадаченным:

— Мы не можем с уверенностью сказать, что именно произошло. Некоторые показатели указывают на присутствие веществ, которые обычно не встречаются при пищевом отравлении. Но мы не можем определить их природу или источник.

Эта новость заставила всех троих задуматься. Что на самом деле произошло в тот вечер? Было ли это случайностью или кто-то намеренно пытался навредить Аяко? Или это было ошибкой, а навредить собирались Тацуе или Сакурай. Тацуя вспомнил о непонятном предупреждении своего бывшего сослуживца и решил, что все же надо будет выбрать время с ним встретиться.

Глава 17. Разрыв связи

Эта поездка была для Тацуи не столько необходимостью, сколько возможностью. Как семпай Аяко, он чувствовал ответственность за свою молодую коллегу и не хотел отпускать ее одну в командировку. По крайней мере, так он объяснял себе свое желание сопровождать ее. Идея о том, что она, возможно, отправится в поездку с кем-то, еще худшая идея, что сопровождать ее будет какой-то коллега мужского пола, пусть даже Сато-сан, который, несмотря на возраст, по его собственным рассказам под саке, был еще тем темным ловеласом, была для Тацуи просто невыносима. Настолько, что он даже нашел повод и причину отправиться в командировку, какой-то старый, уже почти забытый мини-проект оптимизации. Глубоко внутри он понимал, что ему просто приятно проводить время с Аяко, наблюдать за ее работой и слушать ее идеи. Правда, на этом мысль останавливалась...

Присутствие Сакурай немного омрачало настроение Тацуи, но не настолько, чтобы испортить поездку. Конечно, он все еще жалел о том недоразумении, которое произошло между ними в прошлом. Ему так и не удалось объясниться тогда, и это оставило горький осадок в их отношениях. Однако сейчас, работая вместе над проектом «Связь сердец», они, казалось, нашли некое подобие профессионального взаимопонимания.

После возвращения в Токио Тацуя и Аяко с новыми силами погрузились в работу над приложением. Пилотный запуск «Связи сердец» внутри корпорации превзошел все ожидания. Положительные отзывы сотрудников и очевидный потенциал проекта привлекли внимание руководства, что привело к выделению дополнительного финансирования. Эти средства открывали новые возможности: теперь они могли не только улучшить функционал приложения, но и начать продвижение в магазинах Apple и Google.

Тацуя, как более опытный разработчик, предложил стратегию постепенного выхода на массовый рынок. Он понимал, что для успеха необходимо не только техническое совершенство, но и правильное позиционирование. Одной из ключевых задач стала доработка алгоритма «особого поиска» — уникальной функции, которая отличала их приложение от конкурентов. Он уже допиливал его на основе некоторых похожих программ Собеседника, и вроде все шло как обычно...

***

В это утро понедельника Аяко, как обычно, пришла в офис пораньше. Она была полна энтузиазма и новых идей по улучшению алгоритма эмоционального соответствия пользователей. По ставшей уже привычной утренней традиции, она запустила на тестовой веб-странице поиск пары для себя. Обычно система выдавала ей Тацую в качестве наиболее подходящего партнера, что Аяко объясняла себе ограниченностью базы данных и своими специфическими предпочтениями. Однако сегодня результат оказался совершенно неожиданным.

«Результатов: 0. «Связь сердец» и ее создатели приносят искренние извинения, но подходящих «особому поиску» кандидатур не обнаружено».

— Что за ерунда? — вырвалось у нее вслух, удивление смешалось с легким разочарованием.

— Хитани-сан, что-то случилось? — голос Тацуи прозвучал совсем рядом, заставив Аяко вздрогнуть от неожиданности.

После той поездки и неприятного происшествия с отравлением Тацуя стал заметно внимательнее к Аяко. Она замечала, как он ненавязчиво, но постоянно следит за ее состоянием, словно пытаясь предугадать и предотвратить любые возможные опасности. Иногда Аяко казалось, что он обладает каким-то шестым чувством, позволяющим ему всегда быть рядом, когда она в нем нуждается. Впрочем, если быть честной, никаких сверхспособностей обычно для этого не требовалось — ее эмоции очень часто явно отражались на ее лице.

Аяко повернулась к Тацуе, не зная, как объяснить свое замешательство. С одной стороны, она была рада его заботе и вниманию. С другой — ее смущало то, как сильно она начала полагаться на его присутствие и поддержку. И сейчас, глядя в его обеспокоенные глаза, она почувствовала, как ее сердце забилось чуть быстрее, а щеки слегка порозовели. Но сказать ему, что она занималась поиском пары и разочарована в том, что поиск НЕ выдал ей Тацую как наилучшего кандидата — нет, это было решительно невозможно.

— Ничего серьезного, Хатояма-семпай, — попыталась улыбнуться Аяко. — Просто небольшая неполадка в системе поиска. Я сейчас разберусь.

Тацуя кивнул, но не спешил уходить. Он внимательно посмотрел на экран компьютера Аяко, пытаясь понять причину ее беспокойства. Его близость заставила Аяко почувствовать легкое головокружение, и она мысленно отругала себя за такую реакцию. «Соберись, Аяко! Как бы ни шутили по этому поводу, ты профессионал, а не школьница», — подумала она, пытаясь сосредоточиться на проблеме с алгоритмом.

Тем временем Тацуя уже склонился над ее компьютером, его пальцы быстро забегали по клавиатуре, проверяя код и настройки системы. Аяко невольно залюбовалась его сосредоточенным профилем, отмечая, как напряженно сдвинулись его брови и как решительно сжались губы. В такие моменты она особенно остро чувствовала, почему «Связь сердец» всегда выбирала именно его в качестве ее идеальной пары. Проверив некоторые параметры страницы, он отошел уже к своему компьютеру и что-то быстро набрал для проверки.

Внезапно Тацуя выпрямился, его лицо выражало явное беспокойство.

— Это странно, — сказал он. — Похоже, проблема не только у тебя. Я не могу подключиться к серверу с бета-версией.

Тацуя, сосредоточенно хмурясь, сделал несколько быстрых звонков. С каждым разговором его лицо становилось все более серьезным, а в глазах появлялось выражение растущей тревоги. Аяко наблюдала за ним, чувствуя, как напряжение в комнате нарастает с каждой секундой.

Наконец, Тацуя положил трубку и повернулся к Аяко. Его обычно спокойное лицо, теперь выражало глубокую озабоченность.

— У нас серьезные проблемы, Хитани-сан, — сказал он без предисловий, его голос звучал непривычно напряженно. — Основной сервер, на котором размещена бета-версия «Связи сердец», не отвечает, резервный недоступен. IT-отдел уже проверил ситуацию и сейчас активно работает над решением, но пока причина сбоя не установлена.

Аяко почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она невольно вспомнила о странных событиях в Гифу, и мысль о возможной связи между тем инцидентом и нынешними проблемами заставила ее внутренне содрогнуться. Она посмотрела на Тацую, который выглядел не менее встревоженным, чем она сама.

— Насколько это серьезно, Хатояма-семпай? — спросила Аяко, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно, но даже ей самой было слышно, как он дрожит от напряжения.

Тацуя на мгновение задумался, словно взвешивая, сколько информации стоит раскрыть.

— Пока не знаю, — наконец ответил он, нахмурившись еще сильнее. — Но боюсь. — Он сделал паузу, явно подбирая слова. — Есть ненулевой шанс, что у нас увели базу данных. Или ее часть.

— Какие у нас варианты? И что мы можем с этим сделать? — спросила Аяко, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. Но, несмотря на все усилия, ей это удавалось откровенно плохо.

Ее беспокойство было вызвано не только профессиональными соображениями. Конечно, потеря данных была серьезной проблемой для проекта, но Аяко чувствовала, что ее тревога имеет более глубокие корни. Она вспомнила, как всего несколько минут назад система не выдала ей Тацую в результатах поиска, как это обычно бывало. Но дело было не только в этом, точно не только в этом.

Глядя на сосредоточенное лицо Тацуи, Аяко вдруг осознала, насколько его присутствие в ее жизни, пусть даже только на работе, стало важным для нее. И насколько ей было важно быть рядом... И...

Тацуя, казалось, заметил ее состояние. Его взгляд смягчился, и он сделал шаг ближе к Аяко, словно желая поддержать ее.

— Не волнуйтесь так, Хитани-сан, — мягко сказал он. — У нас есть резервные копии, и это, на самом деле, не так страшно…

Тацуя внезапно замолчал на полуслове, его взгляд стал отстраненным. Он повернулся к своему компьютеру, намереваясь проверить логи, когда вдруг из динамиков раздался знакомый голос:

— Тацуя, знаешь, я тут подумала... — начала Кайва без предисловий, заставив Тацую вздрогнуть от неожиданности. Он совсем забыл, что запустил ее ранее.

— Кайва? — удивленно произнес он. — Я не...

Тут Тацуя вспомнил, что Кайву он запустил еще с утра.

Но Кайва, не обращая внимания на его замешательство, продолжила:

— Вот представь: ты хранишь свой любимый бенто в старом шкафчике в школьном спортзале, потому что там прохладно и никто не догадается искать. И вдруг выясняется, что кто-то узнал про твой тайник и теперь охотится за твоим обедом!

Тацуя нахмурился, пытаясь понять, к чему клонит Кайва.

— При чем здесь бенто и школьные шкафчики? — спросил он раздраженно.

— Ну, — протянула Кайва с намеком на улыбку в голосе, — я просто подумала, что иногда мы храним важные вещи в неожиданных местах. Разве у тебя нет чего-то подобного, Тацуя?

Глаза Тацуи внезапно расширились, словно его осенило.

— Я идиот, — пробормотал он. — Как я мог забыть...

— О чем вы? — Аяко подошла ближе, озадаченная внезапной реакцией Тацуи.

Тацуя резко повернулся к ней, его лицо побледнело.

— Резервный сервер, — сказал он напряженным голосом. — Тот, о котором знаю только я. Должен знать только я. Но он был указан в системе. Он находится... в неожиданном месте. И если к нему подключиться локально... Если кто-то получил доступ к нашей основной системе...

Он не закончил фразу, но Аяко поняла. Если злоумышленники узнали о резервном сервере, они могли попытаться добраться до него, а через него уже и к основному.

Тацуя резко встал, схватил свой пиджак.

— Мне нужно проверить его немедленно, — сказал он. — Аяко, останьтесь здесь и свяжитесь с Накамурой. Пусть проверит все логи доступа за последние 24 часа.

— Но, Хатояма-семпай... — начала Аяко, но Тацуя уже направлялся к выходу.

— Я позвоню, как только что-нибудь узнаю, — крикнул он через плечо.

Когда дверь за Тацуей закрылась, Кайва снова подала голос:

— Знаешь, Аяко, иногда случайная болтовня может привести к самым неожиданным открытиям. Как думаешь, куда он так спешит?

Аяко лишь покачала головой, не зная, что и думать о происходящем.

***

Тацуя вылетел из офиса, на ходу набирая сообщение Аяко о том, куда он направляется. Выбежав из здания, он сразу окунулся в хаос токийских улиц. Несмотря на то что было уже не утро, поток людей, спешащих по своим делам, казалось, не уменьшался.

Тацуя пытался бежать, но постоянно сталкивался с прохожими, вызывая недовольные возгласы и удивленные взгляды. Он бормотал извинения, не прекращая движения, его сердце колотилось от напряжения и тревоги. Каждая секунда промедления могла стоить им всех данных проекта «Связь сердец», а возможно, и чего-то большего.

Свернув в узкий переулок, он надеялся сократить путь, но оказался в лабиринте маленьких улочек. Здесь было меньше людей, но больше препятствий: мусорные баки, велосипеды, припаркованные мопеды. Тацуя перепрыгивал через них, иногда задевая и чуть не падая. Один раз он зацепился брюками за торчащий из стены крюк, и ткань с треском разорвалась. Но Тацуя даже не заметил этого, полностью сосредоточенный на своей цели.

Выбравшись на более широкую улицу, он снова столкнулся с толпой. На перекрестке зажегся красный свет, но Тацуя, не думая, бросился через дорогу. Визг тормозов и громкий гудок заставили его вздрогнуть, но он не остановился. Краем глаза он заметил возмущенное лицо водителя такси, которому пришлось резко затормозить, чтобы не сбить его.

Пот заливал глаза, дыхание сбилось, но Тацуя продолжал бежать. Он знал, что каждая секунда на счету. В голове крутились мысли о возможных последствиях, если он не успеет. Что, если злоумышленник уже получил доступ к данным? Что, если он сможет использовать информацию о пользователях «Связи сердец» в своих целях?

Проталкиваясь через толпу у станции метро, Тацуя случайно толкнул пожилую женщину. Он успел подхватить её, не дав упасть, но потерял на это драгоценные секунды. «Простите, простите!» — выкрикнул он, уже снова устремляясь вперед.

Наконец, он увидел нужное здание. Старый склад выглядел заброшенным, но Тацуя знал, что внешность обманчива. Он подбежал к неприметной двери, тяжело дыша. Его рубашка промокла от пота, волосы растрепались, а лицо раскраснелось от напряжения.

Пальцы дрожали, когда он пытался набрать код на электронном замке. Первая попытка — неудача. Вторая — снова ошибка. Тацуя выругался, сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Третья попытка — дверь, наконец, поддалась.

Ворвавшись внутрь, Тацуя сразу понял, что опоздал. Помещение было пустым, только мигающие огоньки на сетевом оборудовании указывали на недавнее присутствие кого-то. На полу валялся обрывок бумаги с какими-то цифрами.

Тацуя опустился на колени, чувствуя, как его накрывает волна разочарования и тревоги. Он достал телефон, чтобы сообщить Аяко и Накамуре о ситуации, понимая, что теперь им предстоит еще более сложная задача — выяснить, кто стоит за этой атакой и какие данные могли быть украдены.

Пока телефон соединялся с номером Аяко, Тацуя осматривал помещение, надеясь найти хоть какую-то зацепку. Его взгляд упал на небольшое пятно на полу рядом с сетевым оборудованием. Это была капля крови? Или просто грязь? Он наклонился ближе, чтобы рассмотреть.

— Тацуя? Тацуя, ты там? — голос Аяко в трубке вывел его из задумчивости.

— Да, Аяко, я здесь, — ответил он выпрямляясь. — Я опоздал. Кто бы это ни был, он уже ушел. Но, кажется, он оставил след. Буквально.

— Что ты имеешь в виду? — в голосе Аяко слышалось напряжение.

— Здесь есть какое-то пятно на полу. Возможно, кровь. Возможно, краска... У нас может быть шанс идентифицировать нарушителя.

— Боже мой, Тацуя, ты в порядке? — забеспокоилась Аяко. — Может, нам вызвать полицию?

Тацуя на мгновение задумался. Вызов полиции мог привлечь нежелательное внимание к их проекту. С другой стороны, если произошло преступление, они обязаны сообщить об этом.

— Давай пока воздержимся от этого, — наконец сказал он. — Сначала нужно понять, что именно произошло и какой ущерб нанесен. Можешь связаться с Накамурой? Пусть проверит, какие данные были доступны через это подключение.

— Хорошо, я займусь этим, — ответила Аяко. — А ты возвращайся в офис. Нам нужно все обсудить и решить, что делать дальше.

Тацуя согласился и, бросив последний взгляд на пустое помещение, вышел на улицу.

Проходя мимо зеркальной витрины магазина, Тацуя мельком увидел свое отражение и поморщился. Растрепанные волосы, мокрая от пота рубашка, порванные брюки — он выглядел так, словно пробежал марафон. В каком-то смысле так оно и было. И этот марафон еще далеко не закончен.

Вернувшись в офис, Тацуя увидел обеспокоенные лица коллег. Аяко сразу подошла к нему, её глаза были полны тревоги.

— Тацуя, ты в порядке? — спросила она, внимательно осматривая его.

— Да, все нормально, — ответил он, пытаясь улыбнуться. — Просто небольшая пробежка по городу.

— У нас проблемы, — сказала Аяко, понизив голос. — Накамура проверил логи. Кто-то действительно получил доступ к нашей базе данных через то подключение.

Тацуя почувствовал, как его сердце снова начало учащенно биться.

— Насколько все плохо?

— Пока неясно, — ответила Аяко. — Но похоже, что были скопированы некоторые личные данные пользователей. Мы пока не знаем, сколько именно и чьи именно.

Внезапное появление Сакурай в офисе привлекло внимание всех присутствующих. Она вошла быстрым, уверенным шагом, держа в руках стопку документов. Ее лицо выражало смесь решимости и легкого раздражения, словно она была недовольна тем, что ей приходится объяснять очевидные, на ее взгляд, вещи.

Тацуя и Аяко обменялись удивленными взглядами. Они не ожидали, что Сакурай присоединится к ним так быстро, особенно учитывая их сложные отношения в прошлом.

Сакурай остановилась перед ними, окинув обоих внимательным взглядом. На мгновение в ее глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие, когда она увидела измученный вид Тацуи и обеспокоенное лицо Аяко.

— Я слышала о случившемся, — начала она без предисловий. — И, похоже, вы оба забыли о некоторых важных деталях нашей системы безопасности.

Тацуя нахмурился, пытаясь понять, к чему клонит Сакурай. Аяко же, напротив, почувствовала проблеск надежды. Возможно, Сакурай знает что-то, что может помочь им в этой ситуации?

Сакурай положила документы на стол и начала объяснять:

— Помните тот механизм шифрования, который я настояла на внедрении несколько недель назад? — она посмотрела на Тацую, ожидая реакции.

Тацуя медленно кивнул, вспоминая долгие дискуссии с Сакурай о необходимости дополнительных мер безопасности. Тогда он считал эти меры излишними, но сейчас это могло быть тем, что так вовремя прикрыло его задницу.

— Этот механизм, — продолжила Сакурай, — практически обнуляет угрозу похищения данных.

Аяко почувствовала, как ее сердце забилось быстрее от внезапной надежды. Она посмотрела на Тацую, пытаясь понять, разделяет ли он ее оптимизм.

Сакурай, заметив их реакцию, слегка смягчилась. Она понимала, через что они сейчас проходят, и часть ее хотела поддержать их, несмотря на прошлые разногласия.

— Позвольте объяснить подробнее, — сказала она, раскладывая документы на столе. — Мы используем многоуровневое шифрование с динамическими ключами. Каждый блок данных шифруется отдельно, и ключи меняются каждые несколько минут.

Тацуя начал понимать, к чему ведет Сакурай. Его напряжение постепенно спадало, уступая место осторожному оптимизму.

— Это означает, — продолжала Сакурай, — что, даже если кто-то получил доступ к нашей базе данных, он, скорее всего, получил лишь зашифрованные фрагменты, которые практически невозможно расшифровать без доступа к нашей системе генерации ключей.

Аяко почувствовала, как волна облегчения накрывает ее. Она посмотрела на Сакурай с благодарностью, впервые за долгое время видя в ней не соперницу, а ценного союзника.

Тацуя, однако, все еще выглядел обеспокоенным.

— Но как мы можем быть уверены, что система работала корректно в момент атаки? — спросил он.

Сакурай кивнула, ожидая этого вопроса.

— Я проверила логи системы безопасности, — ответила она. — Механизм шифрования работал без сбоев. Более того, — она сделала паузу, — я провела симуляцию атаки, используя данные, которые мы получили о попытке взлома. Результаты показывают, что злоумышленник мог получить доступ максимум к 5% данных, и все они будут зашифрованы.

Тацуя и Аяко переглянулись, чувствуя, как напряжение последних часов начинает отступать.

Сакурай, наблюдая за их реакцией, почувствовала странное удовлетворение. Несмотря на их сложные отношения в прошлом, она была рада, что смогла помочь в такой критической ситуации. Это напомнило ей о тех временах, когда они с Тацуей работали вместе, поддерживая друг друга.

— Конечно, — добавила Сакурай, возвращаясь к своему обычному деловому тону, — это не означает, что мы можем расслабиться. Нам все еще нужно выяснить, кто стоит за этой атакой и какие были их цели.

Тацуя кивнул, чувствуя прилив благодарности к Сакурай. Он понимал, что без ее настойчивости в вопросах безопасности, они могли бы оказаться в гораздо худшей ситуации.

— Спасибо, Сакурай-сан, — искренне сказал он. — Твоя предусмотрительность, вероятно, спасла наш проект.

Аяко, наблюдая за этим обменом, почувствовала, как что-то меняется в динамике их отношений. Возможно, этот кризис мог стать началом нового этапа их сотрудничества.

Сакурай, казалось, была немного смущена этой благодарностью. Она не привыкла к такому открытому признанию со стороны Тацуи.

— Я просто выполняла свою работу, — сказала она, пытаясь сохранить профессиональный тон. Но Аяко заметила легкий румянец на ее щеках.

— И все же, — настаивал Тацуя, — твоя работа оказалась неоценимой. Мы должны были больше доверять твоему опыту с самого начала.

Эти слова, казалось, задели что-то глубоко внутри Сакурай. Она на мгновение опустила глаза, пытаясь скрыть эмоции, которые внезапно нахлынули на нее.

Аяко, чувствуя напряжение момента, решила вмешаться:

— Может быть, нам стоит собрать команду и обсудить дальнейшие шаги? — предложила она. — Теперь, когда мы знаем, что данные в безопасности, нам нужно разработать план по предотвращению подобных атак в будущем.

Тацуя и Сакурай одновременно кивнули, благодарные за возможность вернуться к более привычной рабочей атмосфере.

— Хорошая идея, Хитани-сан, — сказал Тацуя. — Сакурай-сан, ты присоединишься к нам?

Сакурай на мгновение заколебалась. Она не привыкла быть частью их команды, обычно работая отдельно над вопросами безопасности. Но сейчас, после всего случившегося, она почувствовала желание быть более вовлеченной в проект.

— Да, — наконец ответила она. — Я думаю, это будет полезно.

Когда они направились к конференц-залу, Аяко не могла не заметить, как изменилась атмосфера между ними тремя. Напряжение, которое раньше всегда присутствовало, особенно между Тацуей и Сакурай, казалось, начало рассеиваться. Это ее немного радовало, но одновременно заставляло и напрягаться. Но пока она сама не могла понять почему именно. Точнее, не хотела себе в этом признаться.

Глава 18. Новые горизонты и старые проблемы

— Доброго вечера, Хитани-сан. Мне сегодня на другую станцию, встречаюсь со старым другом, — сказал Тацуя, оставляя удивленную и немного расстроенную Аяко смотреть ему вслед. Обычно они доходили до одной и той же линии, сегодня же Тацуя направился в сторону линии метро, отличной от его обычного маршрута.

Чуть больше сорока минут по линиям Гинза и Токайдо, и Тацуя оказался практически на месте. Со своим бывшим сослуживцем он договорился встретиться в небольшом ресторанчике «Морской бриз» недалеко от порта Йокогама. Это место славилось своей атмосферой приватности: здесь не любили лишних свидетелей, а число работающих вечером камер в округе было минимальным.

Ресторан встретил Тацую приглушенным светом и сильным запахом жареной рыбы. Старые деревянные столы и потертые кожаные диваны создавали почти домашнюю атмосферу. На стенах висели старые фотографии кораблей и рыбацкие сети, придавая интерьеру морской колорит.

Только собираясь спросить о своем сослуживце, Тацуя услышал знакомый голос откуда-то из середины зала:

— Клятый хафу, ты опоздал!

— Как всегда, свистишь, как дышишь, голоногий! — парировал Тацуя, направляясь к столику. — Я, может, и хафу, но мои предки у северных варваров были практически самураями.

— Какие вообще самураи могут быть у северных варваров? — усмехнулся его собеседник, Рюичи Сайто.

— Точно не знаю, но какие-то старые фото деда на коне и с совсем кривой катаной отец показывал, — ответил Тацуя присаживаясь.

— Тц, — цыкнул Рюичи. — Ладно, здоровяк, но ты выпьешь с «голоногим». Или ты такой гордый после универа, что даже не готов? Или не можешь, яйцеголовый? — последнее прозвучало язвительно.

Тацуя, одетый в обычную одежду с ярко-желтым шарфом, сел рядом с Рюичи, который был чуть меньше габаритами и носил такой же яркий шарф, только синий.

— Да-да, я яйцеголовый, а ты — громила, — ответил Тацуя. Это звучало немного странно, учитывая, что Тацуя был крупнее, но Рюичи среди их взвода был лучшим в рукопашном бою и одним из лучших в стрельбе. — Еще б я с тобой не выпил! Я еще тебя перепью, вусмерть.

— Ха! Посмотрим, кто кого, — усмехнулся Рюичи, подзывая официанта. — Помнишь, как мы в Окинаве местных удивляли?

— Еще бы не помнить! — рассмеялся Тацуя. — А помнишь, как ты потом пытался объяснить сержанту, почему мы опоздали на построение? И что самое удивительное, у тебя получилось увильнуть от наказания.

Они погрузились в воспоминания, заказывая одну бутылку саке за другой. Разговор плавно перетекал от старых историй к нынешней жизни.

— А как твоя работа? Все еще в той корпорации? — спросил Рюичи, наливая очередную порцию.

Тацуя кивнул:

— Да-да, все там же, а ты как?

Рюичи на секунду замялся, прежде чем ответить:

— Я в службе безопасности «Акума Дайнамикс». И как раз хотел об этом с тобой переговорить. Знаешь, Тацуя… — он понизил голос, — я случайно видел твое имя и фотографии в одном из отчетов о слежке.

Тацуя напрягся, но постарался не подать виду:

— Вот как? И что там было?

— Там еще какая-то девушка была с тобой, довольно фигуристая и высокая, — продолжил Рюичи. — Будь осторожен, друг. Похоже, кто-то очень интересуется твоим проектом. Или как вариант тобой, или этой девушкой. Точнее сказать не могу, сам не знаю, просто видел мельком.

Они как следует выпили, потом еще раз как следует выпили, потом чуть не устроили караоке прямо на месте, но все же расплатились, попрощались и разошлись.

Вернулся к себе домой Тацуя далеко за полночь. Фотографии его явно были вместе с Аяко. Корпорация «Акума» была прямым конкурентом «Они технолоджи» во многих областях, и такая явная слежка совсем не радовала.

***

Тем не менее после напряженных дней, связанных с попыткой взлома системы «Связь сердец», жизнь в офисе постепенно возвращалась в привычное русло. Благодаря предусмотрительности Сакурай и ее настойчивости в вопросах безопасности, опасность утечки данных была успешно предотвращена. Однако этот инцидент не прошел бесследно — он заставил руководство компании пересмотреть свое отношение к проекту, дать ему немного больше ресурсов и увеличить свое пристальное внимание.

Тацуя сидел за своим рабочим столом, просматривая отчеты о последних обновлениях системы безопасности, когда к нему подошла недавно отошедшая в кухоньку Аяко.

— Хатояма-семпай, — начала она, — Танака-сан просил нас зайти к нему через пятнадцать минут. Кажется, у него какие-то новости по поводу «Связи сердец».

Тацуя кивнул, отрываясь от монитора:

— Хорошо, Хитани-сан. Надеюсь, это что-то хорошее.

Они обменялись понимающими взглядами. После недавних событий любые новости от начальства вызывали у них легкое беспокойство.

Ровно через пятнадцать минут Тацуя и Аяко вошли в кабинет Танаки. К их удивлению, там уже находилась Сакурай, а также несколько незнакомых лиц.

Танака поднял глаза от бумаг и улыбнулся:

— А, вот и вы. Проходите, присаживайтесь. У меня для вас важные новости.

Когда все расселись, Танака продолжил:

— В свете недавних событий руководство компании приняло решение значительно расширить команду проекта «Связь сердец». Они видят в нем большой потенциал и хотят ускорить процесс разработки и сделать его выход на рынок более объемным.

Тацуя и Аяко переглянулись. Это была неожиданная, но в целом приятная новость.

— Позвольте представить вам новых членов команды, — Танака указал на незнакомцев. — Это Кейта Ямамото из отдела маркетинга, Рен Ишикава из отдела пользовательского интерфейса и Мио Такахаши из отдела аналитики данных.

Новички коротко поклонились. Тацуя заметил, что Кейта, высокий молодой человек с модной стрижкой, смотрел на него с едва скрываемым вызовом. Рен, невысокая девушка с короткими волосами, казалась более дружелюбной, а Мио, женщина средних лет с острым взглядом, не выказывала никаких заметных чувств, а просто внимательно изучала всех присутствующих.

— Тацуя, Аяко, — продолжил Танака, — вы будете руководить расширенной командой. Сакурай-сан продолжит отвечать за безопасность, но теперь она также будет работать в более тесном контакте с основной командой.

Сакурай кивнула, её лицо оставалось непроницаемым, но Тацуя заметил легкое напряжение в её позе.

— У нас большие планы на «Связь сердец», — сказал Танака. — Но у нас также есть и новые вызовы. Наши конкуренты не дремлют. Компания «Акума Дайнамикс» недавно анонсировала свое приложение для знакомств, сделав сильный акцент на обширное использование искусственного интеллекта. Нам нужно будет ускорить разработку, добавить и громко анонсировать новые функции, чтобы как минимум сильно не отстать, а желательно не дать им догнать нас.

Тацуя подумал о том, что по факту, нейросети, которые дурные маркетологи часто кличут искусственным интеллектом, он использовал, хоть об этом и не особо распространялся. Функция же «особого поиска», которую он все еще не до конца допилил, была особой во многих смыслах. Тацуя поразмыслил о расширении команды новыми людьми и почувствовал, что немного дергается по этому поводу. Расширение команды хоть и открывало новые возможности, но еще и добавляло новые сложности в управлении.

— У кого-нибудь есть вопросы? — спросил Танака, оглядывая присутствующих.

Кейта поднял руку:

— Да, у меня есть вопрос. Как будет распределяться ответственность в команде? Я привык работать напрямую с руководством отдела маркетинга.

Танака нахмурился:

— Кейта-сан, в рамках этого проекта вы будете подчиняться Тацуе и Аяко. Они имеют наибольший опыт работы с «Связью сердец» и лучше всех понимают его специфику.

Кейта явно был недоволен таким ответом, но промолчал. Тацуя заметил, как Аяко напряглась рядом с ним. Рен же начала задавать вопросы о структуре команды и распределении обязанностей. Её любопытство казалось искренним, но что-то в её взгляде заставило Тацую насторожиться. Наконец и ее вопросы иссякли.

— Если больше вопросов нет, — сказал Танака, — предлагаю вам всем собраться в конференц-зале через час для первого общего совещания. Тацуя, Аяко, подготовьте, пожалуйста, краткую презентацию о текущем состоянии проекта.

Когда все вышли из кабинета, Тацуя почувствовал на себе взгляд Сакурай. Он обернулся, и она тихо сказала:

— Нам нужно поговорить. Наедине.

Тацуя кивнул, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Что еще могло случиться?

Аяко заметила этот обмен и нахмурилась, но ничего не сказала. Она направилась к своему рабочему месту, чтобы начать подготовку к презентации.

Тацуя и Сакурай нашли пустую переговорную комнату. Как только дверь за ними закрылась, Сакурай заговорила:

— Тацуя, я должна тебя предупредить. Я слышала разговоры в отделе безопасности. Кто-то очень заинтересован в нашем проекте, и не в хорошем смысле. Это не люди из безопасности, но связаны с кем-то у нас.

Тацуя напрягся:

— Ты думаешь, попытка взлома была не случайной?

Сакурай покачала головой:

— Я уверена, что это было целенаправленное действие. И я боюсь, что это только начало. Я буду держать тебя в курсе, если узнаю что-то еще. И, Тацуя… — она на мгновение замолчала, — будь осторожен. Особенно с новыми членами команды.

Когда они вышли из переговорной, Аяко уже ждала их с открытой презентацией. Её взгляд перебегал между Тацуей и Сакурай, явно пытаясь понять, о чем они говорили.

— Все в порядке? — спросила она, стараясь скрыть беспокойство в голосе.

— Да, просто обсуждали некоторые вопросы безопасности, — попытался улыбнуться Тацуя, пугать Аяко ранними подозрениями он считал неправильным, — Давай посмотрим, что у тебя получилось, и продолжим уже вместе.

Аяко кивнула, но Тацуя видел, что она не совсем удовлетворена его ответом. Он чувствовал укол вины за то, что не мог полностью открыться перед ней, но понимал, что чем меньше людей знает о возможной угрозе, тем лучше.

На следующий день уже расширенная команда собралась в конференц-зале. Тацуя стоял перед экраном, готовясь начать презентацию, когда заметил, что Кейта что-то шепчет на ухо Рен, и оба они с усмешкой смотрят в его сторону. Он сделал глубокий вдох, напоминая себе о необходимости сохранять профессионализм.

— Добрый день всем, — начал Тацуя. — Сегодня мы хотим представить вам текущее состояние проекта «Связь сердец» и наши планы на ближайшее будущее.

Он начал рассказывать об основных функциях приложения, его уникальных особенностях и результатах тестирования. Аяко стояла рядом, готовая в любой момент дополнить его слова.

Когда Тацуя закончил свою часть презентации, Кейта поднял руку:

— У меня вопрос. Как вы планируете конкурировать с «Акума Дайнамикс»? Их приложение использует передовые алгоритмы искусственного интеллекта.

Тацуя знал, что ответить, но не был уверен, стоит ли раскрывать пока что все подробности работы алгоритма. Он немного поколебался и уже собирался неопределенно ответить, но Аяко заметила его сомнения, и после его кивка ответила сама:

— На самом деле, мы уже работаем над интеграцией ИИ в наше приложение. Но наш подход отличается тем, что мы не полагаемся полностью на алгоритмы. Мы считаем, что человеческий фактор по-прежнему играет важную роль в построении отношений.

Кейта выглядел не совсем убежденным, но Мио, аналитик данных, кивнула в знак одобрения:

— Это интересный подход. Я бы хотела подробнее обсудить, как мы можем использовать данные для улучшения этого гибридного метода.

Тацуя почувствовал облегчение. Похоже, не все новые члены команды были изначально враждебно настроены.

После презентации началось обсуждение планов на ближайшее будущее. Рен предложила несколько идей по улучшению пользовательского интерфейса, а Мио представила свой план по анализу пользовательского поведения.

Однако, когда дело дошло до распределения задач, снова возникли разногласия. Кейта настаивал на том, что маркетинговая стратегия должна быть разработана независимо от технической команды.

— Я не понимаю, почему мы должны согласовывать каждое решение с вами, — сказал он, глядя на Тацую. — У меня есть опыт работы над крупными проектами, и я лучше знаю, как продвигать вещи.

«В отличие от тебя, непонятный выскочка» — не было произнесено Кейтой, но явно подразумевалось.

Тацуя почувствовал, как его терпение истощается:

— Кейта-сан, я понимаю ваш опыт, но «Связь сердец» — это уникальный проект. Мы не можем просто применить ваши стандартные маркетинговые стратегии. Нам нужно работать вместе, чтобы создать подход, который отражает сущность нашего приложения.

Кейта фыркнул, но ничего не ответил. Тацуя заметил, как Сакурай внимательно наблюдает за этим обменом, её глаза сузились, словно она пыталась разгадать какую-то загадку. К концу совещания атмосфера в команде была напряженной.

После того как все разошлись, Аяко нерешительно подошла к столу Тацуи. Он выглядел измотанным, но все еще сосредоточенным.

— Хатояма-семпай, — начала она, теребя край блузки. — У меня есть пара идей насчет того, как совладать с новой командой. Может, обсудим?

Тацуя поднял взгляд, в его усталых глазах мелькнул интерес:

— Конечно, Хитани-сан. Что ты предлагаешь?

Аяко улыбнулась и неопределенно покачала головой:

— Может, все-таки не здесь, а вне офиса, за обедом? Я знаю неплохое место неподалёку. Заодно и перекусим.

— Отличная мысль. Мне тоже не помешает немного отвлечься.

Они вышли из офиса и направились к небольшому ресторанчику, спрятанному в тихом переулке. По пути Тацуя не мог отделаться от мыслей о предупреждении Сакурай. Кто мог желать провала их проекту? И можно ли доверять новым членам команды?

В ресторане они заняли уютный столик у окна. Аяко нервно постукивала пальцами по столу.

— Понимаешь, семпай, — начала она, — я думаю, нам нужно что-то необычное. Может, устроить командный квест или турнир по настольным играм? Что-нибудь, что заставит всех взаимодействовать в неформальной обстановке.

Тацуя задумчиво потер подбородок:

— Интересная идея, Хитани-сан. Это действительно могло бы помочь. Но… — он замолчал, не зная, стоит ли делиться своими опасениями.

Аяко наклонилась ближе:

— Что-то не так, семпай? Ты кажешься встревоженным.

— Сакурай предупредила меня. Она слышала некоторые нехорошие разговоры и считает, что кто-то через новичков может попытаться саботировать наш проект.

— Саботировать? Но зачем?

Аяко на мгновение задумалась, а затем кивнула:

— Тем более нам нужны эти неформальные мероприятия, семпай. Это поможет нам лучше узнать команду и, возможно, выявить потенциальные проблемы.

Тацуя не стал спорить, они еще некоторое время посидели над вариантами, потом время нормальной отлучки на обед из офиса прошло и пришлось двигать назад, так окончательно ничего и не решив.

Вернувшись в офис, они обнаружили, что Сакурай ждет их с новостями.

— Я провела предварительное расследование, — тихо сказала она, когда они собрались в маленькой переговорной. — Похоже, что попытка взлома была организована кем-то, кто хорошо знаком с нашей системой безопасности.

Тацуя и Аяко обменялись встревоженными взглядами.

— Ты думаешь, это кто-то из корпорации? — спросил Тацуя.

— Пока трудно сказать, —пожала плечами Сакурай, — Это мог быть и кто-то, кто работал раньше. Но я бы не исключала такую возможность. Особенно сейчас, когда у нас появились новые члены команды.

— Но как мы можем работать вместе, если не можем нормально обсуждать все детали проекта? — спросила Аяко, её голос звучал расстроенно.

— Надо будет постараться, — ответил Тацуя. — Давайте каждому из них дадим задачу, которая кажется важной, но на самом деле не критична для проекта. Посмотрим, как они справятся и как будут себя вести.

— Хорошая идея. Я также могу установить дополнительные системы мониторинга, чтобы отслеживать любые подозрительные действия.

Они продолжили обсуждать детали своего плана, когда в дверь постучали. Это был Кейта.

— Извините за беспокойство, — сказал он, входя в комнату. — Я хотел обсудить некоторые идеи по маркетинговой стратегии.

Тацуя заметил, как Сакурай напряглась, но постарался сохранить нейтральное выражение лица.

— Конечно, Кейта-сан. Давайте только обсудим это на общем собрании команды завтра утром.

Кейта выглядел немного разочарованным, но кивнул и вышел. Как только дверь за ним закрылась, Сакурай прошептала:

— Будьте осторожны с ним. У меня плохое предчувствие.

Следующие несколько дней прошли в напряженной работе. Тацуя и Аяко старались уделять внимание каждому члену новой команды, внимательно наблюдая за их реакциями и поведением.

Рен, дизайнер интерфейса, оказалась талантливым специалистом с множеством креативных идей. Она быстро нашла общий язык с Аяко, и вместе они работали над улучшением пользовательского опыта в приложении.

Мио, аналитик данных, была тихой и сосредоточенной. Она проводила большую часть времени, анализируя данные пользователей и предлагая способы улучшить алгоритмы подбора пар.

Кейта, однако, оставался проблемой. Он постоянно оспаривал решения Тацуи и Аяко, настаивая на своем видении маркетинговой стратегии. Его поведение создавало напряжение в команде и замедляло работу над проектом. И видимого в ближайшем будущем решения Тацуя не видел.

Глава 19. Права, саботаж и интриги

— Хитани-сан, я буду некоторое время отсутствовать, у меня встреча с ребятами из техподдержки, — сказал Тацуя. — Надо будет дать ребятам подходящие пользовательские права. Ямамото, Кейта-сан, Ишикава-сан и Такахаши-сан почти со слезами уже несколько раз просили это организовать.

Тацуя произнес это достаточно громко, чтобы Кейта, находившийся неподалеку, хорошо его услышал. Кейта поперхнулся от такой характеристики своих настойчивых просьб о доступе ко всем деталям проекта. У Аяко права доступа были полными, как и у Тацуи, а вот у сотрудников из других отделов прямого доступа к папкам проекта в сети не было вообще.

Права у всей команды были предоставлены в тот же день, как только Тацуя занялся этим вопросом, но антагонизм Кейты это не уменьшило. Он постоянно опаздывал с результатами своих маркетинговых исследований и рекомендаций, «случайно» терял важные документы и распространял слухи, подрывающие авторитет Тацуи.

***

Несмотря на то чтокроме работы над «Связью сердец» приданные к Тацуе и Аяко сотрудники работали и над другими проектами, им организовали и «пока временные» рабочие места в отделе Тацуи и Аяко. И, поскольку этот конкретный проект был в приоритете, приличную часть рабочего времени они проводили именно там.

Кейта сидел за своим рабочим столом, бросая косые взгляды на Тацую и Аяко, которые оживленно обсуждали что-то у монитора. Их близость и явное взаимопонимание Кейту исключительно бесили.

«Почему она выбрала его?» — думал Кейта, вспоминая свой первый день в компании. Именно он встретил Аяко у входа, помог ей найти нужный отдел, даже проводил. Он был уверен, что произвел хорошее впечатление. Но потом… Сразу встретиться у них не вышло, а когда через несколько недель он увидел Аяко на конкурсе… Она смотрела только на своего семпая.

— Эй, Кейта-сан, — внезапно окликнула его Рен, подходя к его столу с чашкой кофе. — Не хотите присоединиться к нам на обед?

Кейта покачал головой:

— Спасибо, но у меня еще много работы. Репутация сама себя не заработает.

Рен пожала плечами и собралась уходить, но вдруг остановилась, словно что-то вспомнив:

— Кстати о репутации, вы слышали когда-нибудь о компании «Тоока»? Это компания — часть нашей корпорации…

— «Тоока»? — переспросил Кейта. — Нет, а что?

— Да так, — Рен сделала глоток кофе, — просто вспомнила к слову о репутации, правда там было все грустно. Я просто когда-то читала статью в «НикканГендай» о каком-то скандале в «Тооке». Кажется, это было связано с Хатоямой-саном… — Она задумчиво посмотрела в сторону Тацуи. — Как минимум вроде там была фотография, очень на него похожая.

Кейта мгновенно насторожился:

— Хатояма? А что именно там произошло?

— Честно говоря, не помню деталей, — ответила Рен. — Что-то про ошибку, или скандал, который стоил компании больших денег. Но это было давно, Хатояма-сан работает и даже немного продвигается, так что, наверное, ничего серьезного.

Она пожала плечами и ушла, оставив Кейту с новой информацией и растущим чувством любопытства и подозрения. «НикканГендай» конечно, не лучший источник для достоверных данных, но вроде полную неправду даже они публиковать не должны.

«Интересно», — подумал Кейта, глядя на Тацую. — «Может быть, наш руководитель не так уж безупречен?»

Он открыл браузер и начал искать информацию о «Тоока» и скандале. Информации было немного, и именно в «НикканГендай» была наиболее подробная статья. Ну и еще немного в «Фраиде». Чем больше Кейта читал, тем сильнее разгоралось в нем чувство возмущения и желание действовать.

«Если это правда», — размышлял Кейта, — «то почему такой никудышный человек руководит проектом? Я просто обязан что-то сделать».

С этого момента Кейта начал более внимательно следить за действиями Тацуи, ища любую возможность подорвать его авторитет. Его прежняя зависть теперь подкреплялась уверенностью в собственной правоте, и он был готов на многое, чтобы доказать свое превосходство.

***

На следующем собрании команды Тацуя представлял новую стратегию развития «Связи сердец». Как только он закончил презентацию, Кейта резко поднял руку.

— У меня есть несколько вопросов, Хатояма-сан, — сказал Кейта с едва скрываемым презрением. — Вы уверены, что эта стратегия не приведет нас к катастрофе?

Тацуя сохранял спокойствие:

— Ямамото-сан, я открыт для обсуждения. Какие конкретно у вас есть опасения?

— Во-первых, ваш план маркетинга совершенно не учитывает современные тренды, — начал Кейта. — Во-вторых, бюджет распределен неэффективно. И в-третьих, настолько недостаточно глубокое понимание материала не очень подходит для руководителя проекта.

В комнате повисла напряженная тишина. Аяко бросила обеспокоенный взгляд на Тацую.

— Ямамото-сан, — спокойно ответил Тацуя, — я ценю ваш отзыв. Но вне зависимости от вашего мнения, проектом руковожу я. Давайте обсудим каждый пункт по отдельности и найдем оптимальное решение.

***

Нападки Кейты не прекращались, и в какой-то момент Тацуя окончательно потерял терпение. Рассматривая подготовленный Кейтойотчет для завтрашнего заседания с начальством, отданный ему за четверть часа до шести, после чего Кейта ушел домой, Тацуя четко уловил, что что-то было не так. Возможно, если бы Кейта не проявлял в последнее время столько явного негатива в сторону Тацуи, Тацуя мог это пропустить, но его поведение наводило на мысли. Но не стал бы тот фальсифицировать данные, ведь так?

— Аяко, — позвал он, — ты не могла бы взглянуть на это?

Аяко подошла и склонилась над отчетом.

— Что-то не так? — спросила она.

— Эти данные, — Тацуя указал на график, — Вроде бы все выглядит правильно, но из них, по-моему, не следует, что в следующем месяце увеличение количества подписчиков должно быть как минимум на двадцать процентов, а я как-то не могу уловить почему.

Аяко всмотрелась в график:

— Хатояма-сэмпай, прежде всего вам стоит отдохнуть. А ошибка тут простая: Ямамото-сан показал рост подписчиков за два месяца, но сам график построил не от нуля, таким образом, увеличение кажется значительнее. По графикам кажется, что увеличение на четверть, поэтому основной вывод про увеличение минимум на 20% логичен. Реальное же увеличение — пять процентов.

— Хитро сделано. Его бы таланты, да не на саботаж и подставу начальства. Ну да ладно, я тоже шутить умею. Прости, Хитани-сан, мне надо секундочку позвонить. Алло, бесполезный, ты мне опять нужен, да…

***

Кейта Ямамото не ждал от следующего дня ничего особо плохого для себя, даже если бы Тацуя разобрался в отчете с «абсолютно правильными цифрами», то, что он вообще мог сделать. Как бы ни было печально признавать это Кейте, Тацуя был, мягко говоря, не самым плохим начальником: не забирал себе заслуги и принимал на себя огонь за неудачи. Тем сильнее был егошок, когда он получил по внутренней почте сообщение об одобренииегоотчета, и назначении его ответственным за увеличение аудитории на 20% в течение следующего месяца.

Он еще раз перечитал содержимое сообщения, пытаясь отделаться от ощущения, будто это ему почудилось, но просмотренный еще раз текст не давал других вариантов. В письме, отосланном Кейте, кроме длинного списка фигурантов с верхних этажей фигурировал его отчет с выводами и приписка: «ответственный за бюджет и 20% увеличение аудитории — Ямамото».

Кейта почувствовал, что кровь отхлынула у него от лица, одновременно выступил пот на лбу и немного затошнило. Действия, следовавшие из его отчета, было решительно невозможно выполнить на самом деле. Его лихая выходка вернулась к нему бумерангом. А за спиной раздались негромкие шаги, и он отлично знал хозяина этих шагов. И ждал слов, которые раздадутся вот уже… Сейчас.

— Ямамото-сан, пойдемте со мной, нам надо поговорить.

Ямамото поднялся и направился за ушедшим вперед, не ожидая ничего хорошего от дальнейших разговоров, но как минимум постановка того, как именно Тацуя хотел с ним поговорить его удивила. Тацуя прошел к выходу и остановился у кабинета начальника отдела.

— Танака-сан, как явам раньше говорил, мы с Ямамото-саномидем на тренинг укрепления доверия и сотрудничества, — стандартная фраза больно ударила по психике Ямамото, и он вздрогнул. Какой такой тренинг?

— Да-да, Хатояма-сан, вот как я и обещал, два билета на доступ во все залы в спортивном центре «Рюджин».

Все залы… Странно. Кейта никак не мог понять мотивации Тацуи, но, видимо, придется выяснять на месте.

— Отличный спортивный центр, между прочим, — добавил начальник Танака, — там и зал для панчбола есть, я с внучкой ходил, и для кендо есть, и для тайского бокса, и даже для дзюдо, и форму можно взять недорого.

— Спасибо, Танака-сан, возможно мне понадобятся еще билеты. А для обычного бокса там зал тоже есть?

— Вроде бы, хоть я и не уверен. По поводу же билетов… Мой друг, — начальник Танака посмотрел наверх, — обещал посодействовать, если будет необходимость.

Кейта перевел взгляд на широкую спину стоящего перед ним Тацуи, который был выше его как минимум на полголовы. Это Тацуя решил избить его в спортзале под видом тренинга. И повторять это каждую неделю за счет рабочего времени. Кейте стало совсем нехорошо, но он решил не сдаваться. Для самурая не важна цель, важен путь. Хотя да… Путь его был небезупречен. Но он и не самурай. Кейта решил больше не сомневаться. Его цель — убрать Тацую из проекта и желательно вообще из корпорации, подальше от Аяко. И если для этогоему надо быть избитым, то таков его путь.

В холле спортивного комплекса «Рюджин» Кейта невольно отметил, что Тацуя даже в обычной спортивной одежде выглядит внушительно. Его широкие плечи и уверенная походка заставляли идущего за ним по пятам Кейту чувствовать себя неуютно, особенно когда они начали подниматься по лестнице на второй этаж.

«Тайский бокс», — издалека заметил Кейта первую табличку. Сквозь приоткрытую дверь доносились глухие удары и резкие выкрики. Он заметил, как двое бойцов отрабатывают удары локтями, и его желудок сжался. Один из них, с повязкой на голове, напомнил ему лицо Тацуи, как если бы тот был моложе. Кейта легко представил себе, как рука Тацуи в перчатке летит ему в живот. Это будет больно даже через защиту, наверное. Тацуе этот зал должен понравиться.

— Хороший зал, — словно прочитав его мысли, заметил Тацуя. — Здесь тренируются несколько профессионалов.

Следующая дверь вела в додзё для кендо. Через окно в двери Кейта увидел ряды бамбуковых мечей на стене. Звук ударов синая о защитное снаряжение и громкие крики «Мэн!» заставили его вздрогнуть.

— А здесь тренирует Сато-сенсей, — как бы между делом сказал Тацуя, Кейта сжался, ожидая слов «не хотите ли зайти», но все же смог прийти в себя и выпрямился, Тацуя же продолжил, всетак же проходя мимо, — Сато-сенсей — бывший член национальной сборной. Говорят, его удар — до сих пор один из сильнейших в Японии.

У двери в зал дзюдо Кейта замедлил шаг. Звуки падающих тел и хлопки о маты вызвали новую волну беспокойства. Он вспомнил слухи о том, что Тацуя служил в каких-то специальных частях.

— Кстати, — Тацуя остановился у следующей двери, — здесь неплохая секция джиу-джитсу. Говорят, инструктор — бывший боец ММА.

О ММА Кейта только слышал, но ничего хорошего для себя в этих слухах он не видел, и к тому моменту, когда они дошли до очередного зала, Кейта уже успел несколько раз пожалеть о своемрешении прийти сюда. Каждая дверь, каждый зал словно намекали на то, сколькими способами Тацуя мог бы преподать ему «урок».

— Мы пришли, — Тацуя остановился у последней двери, за которой было удивительно тихо, в отличие ото всех остальных, мимо которых они прошли. Надпись на двери гласила «Сквош и панчбол», — Надеюсь, — сделал небольшую паузу Тацуя, — вы знакомы с правилами игры в панчбол?

Кейта кивнул, стараясь скрыть облегчение от того, что они все-таки будут просто играть с мячом. Хотя червячок сомнения всееще грыз его изнутри — может быть, это просто часть плана? Может, все же Тацуя под предлогом игры в мяч его просто и незатейливо изобьет.

***

В спортивном центре «Рюджин» в зале для панчбола было непривычно пусто. Тацуя и Кейта стояли друг напротив друга в спортивной форме, натягивая перчатки для панчбола. Высокие стены зала, обитые специальным материалом для отскока мяча, создавали странное эхо от каждого движения.

— Знаете, Ямамото-сан, — спокойно начал Тацуя, подбрасывая мяч, — иногда простая игра помогает прояснить ситуацию лучше любых разговоров.

Кейта поправил перчатку, стараясь не показывать нервозности:

— Не думаю, что здесь есть что прояснять, Хатояма-сан.

— За каждое очко — один вопрос, — предложил Тацуя. — Честный вопрос — честный ответ.

Первая подача Тацуи была молниеносной — мяч отскочил от стены под неожиданным углом:

— Почему вы подделали данные в отчете?

Кейта едва успел среагировать, но мяч ушел в сторону:

— Я просто указал реальные проблемы проекта.

— Исказив представление цифр? — Тацуя снова подал, зарабатывая еще одно очко. — Где вы научились так искажать данные?

— Я основывался на настоящей информации, — Кейта сделал резкую подачу, но Тацуя легко отбил мяч. — И на том, что видел сам.

— И что же вы видели? — Тацуя заработал следующее очко. — Что именно вас так беспокоит в проекте?

Кейта вложил в следующий удар всю свою злость, наконец-то попав:

— То, как вы ведете проект. Как относитесь к людям. Особенно после того скандала в «Тооке».

Тацуя на мгновение замер, но быстро восстановил ритм игры:

— А, вот оно что. Начитались желтой прессы? — Он заработал еще одно очко. — Кто вам рассказал про «Тооку»?

Кейта промахнулся, вспомнив «случайный» разговор с Рен:

— Это общеизвестная информация.

— Правда? — Тацуя снова забил. — А вы не задумывались, почему эта «общеизвестная информация» всплыла именно сейчас?

Игра продолжалась, удары становились сильнее, но оба игрока старались держать себя в руках. Пот стекал по их лицам, дыхание становилось тяжелее.

— Почему вы так переживаете за Хитани-сан? — спросил Тацуя после особенно удачного удара.

Кейта почувствовал, как краска заливает лицо:

— Это не ваше дело.

— Справедливо, — кивнул Тацуя. — Но тогда и мои отношения с коллегами — не ваше.

Последняя серия ударов была особенно напряженной. Мяч летал между стеной и игроками, словно пытаясь выразить все невысказанное напряжение между ними.

— Последний вопрос, Ямамото-сан, — сказал Тацуя, когда игра подходила к концу. — Что вы выберете: честную работу в команде или увольнение по собственному желанию? Письмо о необходимом увеличении аудитории на 20% я отозвал, до начальства оно не дошло. Пока не дошло. Но если вы не в курсе, то очень скоро iDate Conference, мы должны там представить проект и сразу же начать продвижение уже на международном рынке. И что это значит, мне не надо вам объяснять.

В зале после последних слов Тацуи повисла тяжелая тишина. Кейта почувствовал, как по спине пробежал холодный пот, и дело было не только в физической нагрузке. iDate Conference — это означало прямую работу с иностранными инвесторами, презентации на английском, и постоянное внимание высшего руководства. Одна ошибка — и карьера в корпорации может закончиться, не успев толком начаться.

— Я… — начал Кейта, но Тацуя перебил его:

— Не отвечайте сейчас. Подумайте до завтра. И еще, Ямамото-сан… — Тацуя задержался у двери. — Иногда стоит задать себе вопрос: действительно ли этоваши собственные выводы, или кто-то очень умело подтолкнул вас к ним?

Оставшись один, Кейта опустился на скамейку. «Это еще не конец», — привычно подумал он, но эта мысль уже не приносила прежней уверенности. В голове крутились обрывки разговоров с Рен, её якобы случайные замечания о скандале, её настойчивые советы «приглядеться к Хатояме повнимательнее».

Почему она вообще заговорила об этом? И почему именно тогда, когда он пытался разобраться в своих чувствах к Аяко? Теперь, глядя назад, он начинал замечать определенную закономерность в том, как Рен направляла его внимание и подпитывала его ревность.

Кейта вытер пот с лица полотенцем. Завтра придется принимать решение. И выбор, который предложил Тацуя, был не просто между увольнением и работой в команде. Это был выбор между тем, чтобы продолжать действовать под влиянием своих обид и чужих манипуляций, или начать мыслить самостоятельно.

«Может быть, это действительно еще не конец», — подумал он, но на этот раз эта мысль звучала иначе. Не как угроза или обещание мести, а как возможность начать все заново, но уже без лишнего багажа предубеждений и чужих наветов.

Поднимаясь со скамейки, он решил, что начнет с внимательного изучения того скандала в «Тооке». Но на этот раз не через статьи в желтой прессе, а через другие источники, в том числе и официальные. И, возможно, стоит присмотреться не к Тацуе, а к тем, кто так настойчиво пытается очернить его репутацию.

***

Тацуя устало откинулся в кресле, глядя на экран, где Кайва в рисованном виде и Аяко, подключившаяся по видеочату, уже ждали его для разговора. Он вспомнил их предыдущую беседу, когда Кайва впервые предложила свое, основанное на манге, решение проблемы с Кейтой.

— Понимаете, — говорила тогда Кайва, оживленно жестикулируя, — это как в «Slam Dunk», где конфликт между Сакураги и Рукавой разрешается через баскетбол. Или в «Prince of Tennis», где все важные разговоры происходят на корте!

— Это спортивная манга, Кайва, — вздохнул Тацуя. — В реальной жизни так не бывает.

— Бывает, хоть и немного не так! — подхватила Аяко. — Но такое есть не только в спортивной манге. В «Корзинке фруктов» многие конфликты тоже решаются через физическую активность. Но если брать в расчет физиологию, то это помогает снять напряжение и говорить более открыто.

— Точно! — обрадовалась Кайва.

— И в «Нане» тоже есть момент, когда…

— Стоп, — прервал их Тацуя. — Вы предлагаете мне устроить спарринг с Ямамото?

— Не спарринг, — покачала головой Аяко. — Что-то менее агрессивное, но требующее концентрации и честной игры.

— Панчбол, — неожиданно предложила Кайва. — Это достаточно энергично, чтобы выпустить пар, но не настолько контактно, чтобы кто-то пострадал.

И хоть Тацуя не был уверен в успехе, в итоге получилось не так плохо, как он опасался. О чем он уже успел рассказать и виртуальной девушке, и настоящей.

— Ну что ж, — улыбнулась Кайва, — я была права? Получилось как в манге?

Тацуя покачал головой:

— Не совсем. В манге обычно все заканчивается немедленным примирением и дружбой навек.

— Зато мы увидели, что Кейта-сан способен к рефлексии, — заметила Аяко. — И, кажется, начал понимать, что им манипулировали.

— В «Карисуме» есть похожая ситуация, — начала Кайва, но Тацуя поднял руку:

— Давай-ка без отсылок на мангу. Что нам делать дальше?

— Дать ему время, — предложила Аяко. — И… может быть, немного помочь разобраться в ситуации с «Тоокой»?

— Знаете, — задумчиво протянула Кайва, — в реальной жизни, как и в хорошей манге, важно не только разрешить конфликт, но и понять его причины. Кейта-сан действовал не только из ревности. Его беспокойство о благополучии Аяко, пусть и неправильно направленное, было искренним.

Тацуя удивленно посмотрел на виртуального собеседника:

— Иногда ты бываешь на удивление проницательной, Кайва.

— Я учусь у лучших, — подмигнула она. — И, кстати, если вы хотите знать мое мнение…

— Нет, — одновременно сказали Тацуя и Аяко, но Кайва уже продолжала:

—…то следующим шагом должно быть создание ситуации, где Кейта-сан сможет проявить свои лучшие качества. Как в «Skip Beat», когда…

— Кайва! — простонал Тацуя.

— Вообще-то, — задумчиво произнесла Аяко, — в этом есть смысл. iDate Conference уже скоро, и нам понадобятся все силы команды.

Тацуя внимательно посмотрел на Аяко, потом на улыбающуюся Кайву:

— Только не говорите мне, что теперь вся наша стратегия будет основываться на сюжетах манги и ранобэ.

— Почему нет? — рассмеялась Кайва. — В конце концов, манга — это отражение реальной жизни, просто немного приукрашенное и более отчетливое.

— И иногда, — добавила Аяко, — это более четкое проявление помогает увидеть то, что мы упускаем, когда крутимся между работой и домом.

Тацуя покачал головой, но не смог сдержать улыбку:

— Ладно, допустим. Но давайте все-таки будем держаться ближе к реальности. Что конкретно мы можем предложить Кейте?

И они погрузились в обсуждение практических шагов, хотя Кайва время от времени все равно не могла удержаться от очередной аналогии с мангой.

Глава 20. Конференция, до и вместо

В пятницу вечером, когда большая часть сотрудников «Они Технолоджи» уже разошлась по домам, в конференц-зале отдела Инновационного Социального Программирования всееще горел свет. До международной конференции iDate оставалась неделя, и команда всееще устало сидела на месте после очередного изматывающего совещания с руководством.

На большом экране светилась очередная версия презентации — уже двадцатая за последние два дня. После успешного запуска «Связи сердец» в Японии, где количество пользователей перевалило за сто тысяч, выход на международный рынок казался логичным шагом. Вот только подготовка к конференции превратилась в бесконечное согласование каждой запятой.

— Да сколько можно уже! — Тацуя от души хлопнул ладонью по столу, заставив колыхнуться чашку с остывшим кофе. — Мы уже полгода, как из альфы вышли, приложение реально работает, куча пользователей, даже заявки на регистрацию от иностранцев пошли, а мы тут на конференцию мусолим эти жалкие обзоры о том, как хорошо работает алгоритм.

— О том, как «идеально» работает алгоритм, — поправила его Аяко, — Особенно в определенных группах.

— И как безупречно защищены данные пользователей, — Сакурай поправила очки, которые сейчас в сочетании с её строгим взглядом делали её похожей на классического японского бюрократа. — Кстати, Хатояма-сан, несмотря на то, что вы уже в сотый раз проигнорировали мой последний отчет…

— В сотый раз не игнорировал, — Тацуя устало потер переносицу, — в девяносто девятый. И кстати, там действительно все в порядке с безопасностью.

— Настолько в порядке, что «Акума» уже третий раз пытается подобраться к нашим серверам, — Сакурай демонстративно открыла на планшете какой-то график. — И это только те попытки, которыемы смогли отследить. То есть, конечно же, неизвестные хакеры, которые по несчастной случайности действовали и через сервера «АкумаДайнамикс», как заявляет сама «АкумаДайнамикс».

После разговора с Тацуей в спортивном центре Кейта действительно погрузился в работу, и его маркетинговые стратегии начали приносить реальные результаты. Сейчас же Кейта, до этого молча изучавший слайды на экране, оторвался от своих заметок:

— Наши показатели за последний месяц превзошли ожидания, — Кейта вывел на экран график роста пользовательской базы. — Особенно впечатляет процент успешных знакомств в возрастной группе от 25 до 35 лет. Более того, функция «особого поиска» показывает результаты даже лучше, чем мы прогнозировали. — он покрутил на экране данные и вывел новую статистику, — Возможно, стоит сделать акцент на том, что у нас уже есть реальная статистика использования? Не просто сухие цифры, а истории успеха?

Мио, занимавшаяся анализом данных, подняла руку:

— У меня есть интересная статистика по работе алгоритма «особого поиска». В 78% случаев пользователи отмечают высокую релевантность предложенных им пар. Это значительно выше среднерыночных показателей.

Рен, сидевшая в углу комнаты, заметно напряглась при упоминании алгоритма. Аяко заметила это и сделала мысленную пометку.

— А еще мы можем показать реальных пользователей прямо на конференции, — подхватила Мио, поднимая глаза от ноутбука. — У нас есть несколько пар, которые согласились бы…

— Нет, — одновременно сказали Тацуя и Сакурай, переглянулись и снова замолчали.

— Слишком рискованно, — пояснила Сакурай после паузы. — Особенно учитывая, что «Акума» точно будет на конференции.

— И наверняка что-то готовит, — добавил Тацуя, барабаня пальцами по столу. — Рен, у вас же были какие-то контакты среди их маркетологов?

Рен, сидевшая в дальнем углу комнаты, заметно напряглась:

— Ничего конкретного. Только слухи о том, что они работают над чем-то похожим.

Аяко заметила, как при этих словах Сакурай бросила быстрый взгляд на Рен, словно что-то для себя отмечая.

— Похожим? — Тацуя хмыкнул. — Надо полагать, совершенно случайно похожим. Особенно учитывая, как часто они пытаются получить доступ к нашим данным.

— И к исходному коду, — сухо добавила Сакурай. — Последняя попытка была особенно… интересной. Использовали довольно необычный метод, который я видела только однажды. Причем и в этот раз подключение было из какого-то старого склада, всееще «случайно» подключенного к общей сети.

В комнате повисла напряженная тишина. Тацуя замер, перестав барабанить пальцами по столу, а Рен, казалось, стала еще меньше в своем кресле.

— Ладно, — Тацуя встряхнул головой, словно отгоняя неприятные мысли. — Давайте вернемся к презентации. Что мы реально можем показать, кроме графиков и статистики.

— Живую демонстрацию? — предложила Аяко. — Не с реальными пользователями, конечно, но…

— Может быть, — Тацуя задумался. — Если подготовить контролируемую среду… Сакурай-сан?

— При условии, что все будет проходить в изолированной сети, с заранее подготовленными профилями, — Сакурай снова поправила очки. — И никаких импровизаций.

На чем и порешили и даже смогли убедить начальство, после ещепятерки правок презентации. Они решили сделать акцент на реальной статистике использования «Связи сердец» и продемонстрировать работу алгоритма в контролируемой среде.

***

Конференц-центр «LA Convention Center», расположенный в деловом центре Лос-Анджелеса, встретил участников iDate Conference показной роскошью и бурлящей энергией: мраморные полы, стеклянные стены и многоязычный гул голосов в просторном фойе. Команда «Они Технолоджи» прибыла за час до начала регистрации — Тацуя настоял на том, чтобы проверить все технические аспекты презентации заранее, хотя все понимали, что дело не только в этом. После долгого перелета им всем нужно было время, чтобы собраться с мыслями.

Они почти дошли до стойки регистрации, когда Аяко почувствовала на себе пристальный взгляд. У противоположной стены стояла группа людей в безупречных костюмах с логотипами «АкумаДайнамикс». Среди них выделялся высокий молодой человек с едва заметной европейской внешностью, который смотрел на Аяко так, словно увидел призрака.

— Кацуки… — одними губами произнесла Аяко, невольно замедляя шаг. Она не ожидала встретить сводного брата здесь, на другом конце света.

Тацуя, шедший рядом с ней, мгновенно напрягся. Что-то в том, как этот незнакомец смотрел на Аяко, вызывало у него необъяснимое раздражение. Кейта, заметив эту сцену, демонстративно встал между Аяко и группой «Акумы», всем своим видом показывая готовность защищать территорию.

Краем глаза Аяко заметила, как Рен, до этого момента спокойно проверявшая что-то в телефоне, вдруг побледнела и почти судорожно сжала свой планшет. Она смотрела не на Аяко, а именно на Кацуки, и в этом взгляде читалось что-то очень личное.

— Хитани-сан, — голос Тацуи звучал подчеркнуто спокойно, но Аяко слышала в немнапряжение, — мы можем опоздать на техническую проверку.

Кацуки, преодолев секундное замешательство, шагнул вперед. Егодорогой костюм и нарочито уверенная походка выдавали желание продемонстрировать свое превосходство.

— Онее-сан, — произнес он по-японски с деланной улыбкой, намеренно используя это обращение как напоминание об их родстве. — Какая неожиданность. Не думал, что ты… всё еще в IT.

В егоголосе звучал тот же снисходительный тон, каким он говорил с ней в их последнюю встречу, когда заявил, что «удочеренной дочери любовницы» нечего делать в семейном бизнесе. Впрочем, сейчас в этом тоне проскальзывали нотки плохо скрываемого беспокойства.

Кейта чуть не задохнулся от возмущения. Этот выскочка смел так разговаривать с Аяко? Тацуя, хоть и не понимал всех нюансов ситуации, почувствовал исходящую от Кацуки неприкрытую враждебность.

— Кацуки-кун, — Аяко чуть улыбнулась, специально используя уменьшительный суффикс, напоминая о том, кто здесь старший. — Рада видеть, что ты… развиваешься. Как поживает отец?

Кацуки едва заметно вздрогнул:

— Отец в полном порядке. Всееще… интересуется твоими успехами.

Тацуя заметил, как Рен, стоявшая чуть позади, торопливо что-то печатает в телефоне, хотя её взгляд был прикован к лицу Кацуки. В её глазах читалось странное выражение — то ли страх, то ли предвкушение.

Повисла неловкая пауза, воздух словно сгустился от напряжения. Кацуки первым нарушил тишину:

— Слышал, вы делаете что-то связанное с… социальными связями? — его тон стал почти издевательским. — Как мило. Прямо как в старшей школе, когда ты пыталась создать тот сайт знакомств…

— «Связь сердец» — один из успешных проектов «Они Технолоджи», — резко вмешался Кейта, уже не скрывая раздражения. — Но вам, наверное, это известно, раз вы так настойчиво пытаетесь получить доступ к нашим серверам.

Улыбка Кацуки на мгновение дрогнула, но он быстро восстановил самообладание:

— Не понимаю, о чем вы. Хотя… — он снова посмотрел на Аяко, — было бы занятно посмотреть, как работает этот ваш алгоритм «особого поиска». Говорят, он определяет не только совместимость, но и… скрытые мотивы людей?

Аяко почувствовала, как Тацуя слегка напрягся. Этот аспект алгоритма не афишировался, и знать о нем могли только те, кто имел доступ к внутренней документации.

— Технические детали мы обсудим на презентации, — холодно ответила она. — Если, конечно, у вас найдетсявремя её посетить… между попытками взлома.

Кацуки чуть наклонил голову, его улыбка стала еще более неприятной:

— О, я непременно буду на презентации. С большим интересом послушаю о… профессионализме от человека, который даже университет закончил только благодаря снисходительности преподавателей. Помнишь, как тебя называли — «летучая мышь в деревне без птиц»? Единственная девушка на потоке… такая упорная, но такая неуместная.

Тацуя почувствовал, как напряглась Аяко. Эти слова явно задели старую рану. Он знал, как тяжело ей давалась учеба — не из-за сложности материала, а из-за постоянного давления и предубеждения. Но что-то в интонациях Кацуки заставило его насторожиться. Слишком хорошо продуманная атака, слишком точно бьющая по больным местам. Словно кто-то подсказал, как именно можно задеть Аяко.

— Кстати, — продолжил Кацуки с притворной заботой в голосе, — как твои… отношения с коллегами? Надеюсь, в этот раз обходится без лишних сложностей?

«Пытается вбить клин», — подумал Тацуя, — «Намекает на какие-то прошлые проблемы, чтобы посеять сомнения».

— Довольно, — его голос прозвучал неожиданно резко. — Мы действительно опаздываем на техническую проверку.

— Конечно — конечно, — Кацуки поднял руки в притворно-примирительном жесте. — Не смею задерживать. Только… — он снова посмотрел на Аяко, — может быть, стоит рассказать своим коллегам о том, как ты справляешься с работой в мужском коллективе? О твоих особых… методах продвижения по карьерной лестнице?

Тацуя замер. Намек был настолько грубым и очевидным, что у него невольно сжались кулаки. Краем глаза он заметил, как Рен, всееще делая вид, что занята телефоном, внимательно следит за развитием событий. В её взгляде читался странный интерес, словно она ждала определенной реакции.

— Кацуки-кун, — Аяко произнесла это настолько холодно, что несколько стоящих рядом людей невольно обернулись, — ты ведь понимаешь, что если мы начнем говорить о профессионализме и методах работы… твоей матери может не понравиться эта дискуссия?

Кацуки побледнел. К группе «Акумы» подошел высокий иностранец в дорогом костюме, что-то сказал, и Кацуки, быстро попрощавшись, удалился.

Когда группа «Акумы» отошла достаточно далеко, Тацуя повернулся к Аяко:

— Вы в порядке?

— Да, — она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла немного натянутой. — Просто не ожидала встретить… семью здесь.

— Я так понимаю, не самые приятные отношения? — осторожно спросил Кейта.

— Мягко сказано, — Аяко вздохнула. — Но сейчас важнее другое. Он знает про алгоритм «особого поиска». Эта информация не выходила за пределы компании.

— И он явно пытается создать определенноевпечатление, — добавил Тацуя, внимательно глядя на Аяко. Её спокойствие восхищало его, хотя где-то глубоко внутри шевельнулось неприятное чувство: а что, если в словах Кацуки есть доля правды? Он тут же отогнал эту мысль, разозлившись на себя за подобные сомнения.

— У нас явно утечка, — Кейта нахмурился, бросив быстрый взгляд в сторону Рен. — И, похоже, кто-то очень хорошо знает, где наши слабые места.

— Простите, — подала голос Рен, которая все это время стояла чуть в стороне, — но нам действительно пора на техническую проверку.

Аяко заметила, что Рен, произнося эти слова, старательно избегала смотреть ей в глаза. Что-то в её поведении казалось странным, но сейчас было не время разбираться с этим.

Они направились к конференц-залу. По пути Тацуя тихо спросил у Аяко:

— Насколько серьезно то, что он знает про алгоритм?

— Очень серьезно, — ответила она. — Особенно учитывая, что именно эта функция может выявлять… определенные особенности характера. Например, склонность к манипуляциям или скрытые мотивы.

— И это может быть опасно для некоторых людей? — Тацуя внимательно посмотрел на неё.

— Не только для людей, — Аяко понизила голос. — Если применить его к корпоративной переписке или деловым контактам… Это может выявить много интересного о методах ведения бизнеса «Акумы».

В этот момент технический персонал конференц-зала сообщил им неприятную новость — кто-то уже тестировал оборудование в их зале рано утром.

Тацуя и Аяко переглянулись. После встречи с Кацуки они уже не верили в совпадения. Кейта, заметив их обеспокоенность, подошел ближе:

— Я могу проверить систему на наличие закладок или шпионского ПО.

— Давайте, — кивнул Тацуя. — Только осторожно. Если там действительно что-то есть, нам лучше сделать вид, что мы ничего не заметили.

Рен, воспользовавшись суматохой, снова отошла в сторону с телефоном. Её пальцы быстро набирали сообщение, а глаза были прикованы к экрану с какой-то нервной сосредоточенностью.

Аяко наблюдала за всем этим, пытаясь собрать воедино кусочки мозаики. Утечка информации, странное поведение Рен, внезапное появление Кацуки с его намеками… Всё это складывалось в какую-то картину, но она пока не могла понять какую.

— Нашел, — тихо сказал Кейта, показывая экран своего ноутбука. — Кто-то установил программу для перехвата аудио и видео. Довольно грубая работа, кстати.

— Слишком грубая, — задумчиво произнес Тацуя. — Словно хотели, чтобы мы её заметили…

— Отвлекающий маневр? — предположила Аяко.

— Возможно, — Тацуя оглянулся на Рен, которая всееще была занята своим телефоном. — Кейта, ты можешь…

— Уже делаю, — кивнул тот, его пальцы забегали по клавиатуре. — Создам видимость, что мы ничего не заметили, но поставлю перехват на перехват. Посмотрим, куда идут данные.

В этот момент к ним подошел представитель организаторов конференции, напоминая о времени начала презентации. До выступления оставалось меньше часа, и им нужно было решить, как действовать дальше.

— Предлагаю разделиться, — сказал Тацуя. — Кейта, ты продолжаешь следить за техническими аспектами. Аяко, мы с вами проверим презентацию еще раз, особенно части про алгоритм. Рен…

Он замолчал, заметив, что Рен уже не было рядом. Она стояла в дальнем конце зала, разговаривая по телефону, и в её позе читалось какое-то напряжение.

«Слишком много совпадений», — подумал Тацуя, глядя на неё. — «И слишком много людей, знающих то, чего знать не должны».

— Хотел проверить кое-что, — прошептал Тацуя, наклонившись к Аяко так близко, что она почувствовала легкийзапах его парфюма. — Наш алгоритм «особого поиска»… Он ведь может анализировать не только романтические отношения?

— Любые социальные связи, — так же тихо ответила она, стараясь сохранять профессиональный тон, несмотря на неожиданную близость. — Особенно те, где есть эмоциональная вовлеченность.

— Например, предательство? — Тацуя бросил быстрый взгляд в сторону Рен.

Аяко кивнула, начиная понимать ход его мыслей. Если загрузить в систему переписку и историю коммуникаций внутри компании…

— Но для этого нужен доступ к серверам, — заметила она. — И время на анализ.

— Время у нас есть, — Тацуя выпрямился. — Презентация через сорок минут, но перед этим все уйдут на приветственное слово организаторов. Двадцать минут в пустом зале — более чем достаточно.

Кейта, который делал вид, что проверяет настройки проектора, подошел ближе:

— Я могу создать помехи в соседнем зале. Это отвлечет технический персонал.

— А что с Рен? — спросила Аяко.

— За ней присмотрит Мио, — Тацуя кивнул в сторону их аналитика, которая как раз вошла в зал с папкой документов. — Кстати, где Сакурай? Она должна была уже…

— Я здесь, — раздался голос от входа. Сакурай быстрым шагом направилась к ним, держа в руках планшет. — И у меня плохие новости. Служба безопасности конференции зафиксировала странную активность в сети. Кто-то пытается получить доступ к внутренней системе.

— «Акума»? — предположил Кейта.

— Не похоже, — Сакурай поправила очки. — Слишком топорно для их специалистов. Больше похоже на…

— Отвлекающий маневр, — закончил за неё Тацуя. — Как и та программа, которую мы нашли.

Аяко заметила, как Рен, закончив телефонный разговор, направилась к выходу из зала. Её движения казались немного нервными, словно она торопилась куда-то успеть.

— Кейта, — тихо сказал Тацуя, — начинай. Мио?

Мио едва заметно кивнула и последовала за Рен.

— А мы, — он повернулся к Аяко, — проверим, насколько хорошо работает ваш алгоритм с корпоративными интригами.

Двадцать минут спустя Аяко вглядывалась в экран ноутбука, где строчки кода сменяли друг друга с головокружительной скоростью. Тацуя стоял рядом, его присутствие странным образом успокаивало.

— Алгоритм почти закончил первичный анализ, — пробормотала она. — И результаты… интересные.

— Насколько интересные? — Тацуя наклонился ближе, от его парфюма у Аяко слегка закружилась голова.

— Смотрите, — она указала на график взаимосвязей. — Это не просто корпоративный шпионаж. Здесь более сложная схема…

Её прервал звонок от Мио:

— Рен пыталась незаметно покинуть конференц-центр, — быстро заговорила та. — Я перехватила её у запасного выхода. Сказала, что ей срочно нужно забрать какие-то документы из отеля, но когда я предложила составить компанию, быстро передумала.

— Где она сейчас? — спросил Тацуя.

— В дамской комнате. Я «случайно» составила ей компанию. Похоже, она очень нервничает.

Аяко снова посмотрела на экран:

— Судя по анализу её переписки, она готовит какой-то сюрприз к презентации. И я почти уверена, что это связано с «Акумой».

— Это как-то связано с твоим отцом? — осторожно спросил Тацуя. — Он как-то в этом замешан?

Аяко на мгновение замерла. Она почти никогда не говорила о том, что президент «АкумаДайнамикс» — её отец. Мало кто подозревал об этом, ведь она носила фамилию матери.

— Вряд ли он лично в этом замешан, — наконец ответила она. — Это больше похоже на инициативу Кацуки. Или его матери. Двойная победа: подмочить мне репутацию и поднять репутацию «умного и удачливого» сына. Даже одно из двух — для нее хорошо. А если еще правильно подать, что я в фирме-конкуренте… Хотя она клятвенно мне обещала, что «ни одно моерезюме в Акуме не примут, пока она жива»…

— Она могла так говорить?

— Учитывая, что она долго была секретаршей отца и знакома с секретарями и их начальниками на каждом этаже главной штаб-квартиры? Вполне.

Телефон снова зазвонил. На этот раз это была Сакурай:

— У нас проблема. В презентацию только что внесли изменения. Кто-то получил доступ через локальную сеть конференц-центра.

— Что именно изменили? — Тацуя быстро придвинул к себе второй ноутбук.

— Пока не могу точно сказать, но… — Сакурай замолчала на секунду. — Это связано с демонстрацией алгоритма. Кто-то подменил тестовые данные.

Сакурай не успела закончить фразу — из главного конференц-зала донеслись приглушенные аплодисменты.

— Разве сейчас не должно быть приветственное слово организаторов? — нахмурился Кейта.

Тацуя быстро открыл программу конференции:

— Черт. Они поменяли расписание. «Акума» начинает прямо сейчас.

Они поспешили в зал. Кацуки уже стоял на сцене, его самоуверенная улыбка казалась особенно неприятной в свете софитов.

—…и поэтому компания «АкумаДайнамикс» рада представить революционное приложение для построения социальных связей — «Heart Chain».

На большом экране появились знакомые графики и диаграммы. Слишком знакомые.

— Наш уникальный алгоритм анализа личностных характеристик… — продолжал Кацуки, но Аяко уже не слушала.

Это были их наработки. Их данные. Их исследования. Просто под другим названием.

— А теперь, — Кацуки сделал драматическую паузу, — я хотел бы обратить внимание уважаемой публики на один прискорбный факт. Компания «Они Технолоджи» готовится представить сегодня якобы собственную разработку, которая, как вы можете заметить, подозрительно похожа на наш проект…

В зале поднялся встревоженный шепот. Аяко почувствовала на себе десятки взглядов.

— У нас есть доказательства, — торжествующе произнесКацуки, — что этот плагиат неслучаен.

— К сожалению, — Кацуки сделал преувеличенно скорбное лицо, — мы вынуждены заявить, что ключевые элементы так называемой «Связи сердец» были украдены из наших разработок. И сегодня мы представим неопровержимые доказательства промышленного шпионажа.

Аяко замерла. Она почувствовала, как Тацуя слегка коснулся её локтя — молчаливый жест поддержки. Кейта, стоявший по другую сторону, еле слышно выругался.

В этот момент Аяко заметила движение в первом ряду. Рен поднялась со своего места и направилась к сцене. На её лице застыло странное выражение — смесь торжества и страха. Где-то в глубине зала мелькнуло лицо мачехи, её идеально накрашенные губы изогнулись в победной улыбке.

«Так вот зачем нужна была вся эта история с попытками взлома», — подумала Аяко. — «Они создавали след, чтобы потом обвинить нас».

— Больше всего, — голос Кацуки звенел от притворного негодования, — нас огорчает тот факт, что к этому причастны люди, которые… — он посмотрел прямо на Аяко, — которыхмы когда-то считали частью семьи.

В зале повисла тяжелая тишина.

— Мы подготовили подробный отчет для организационного комитета, — Кацуки демонстративно поднял синюю папку. — С документами, исходным кодом и… — он сделал эффектную паузу, — перепиской ключевых сотрудников «Они Технолоджи» с нашими бывшими работниками.

Аяко почувствовала, как предательски задрожали руки. Тацуя чуть сильнее сжал её локоть, и она была благодарна за эту поддержку. Краем глаза она заметила, что Рен уже почти дошла до сцены.

Кацуки торжествующе улыбнулся:

— В свете этих фактов мы требуем немедленного отстранения команды «Они Технолоджи» от участия в конференции и подаем официальный иск о нарушении прав интеллектуальной собственности.

В повисшей тишине было слышно, как щелкают затворы фотокамер. Представители прессы, почуяв сенсацию, уже направлялись к их группе.

«Идеально спланированная атака», — промелькнуло в голове у Аяко. — «Публичное обвинение, которое невозможно опровергнуть на месте».

Она почувствовала на себе тяжелый взгляд отца, сидевшего в VIP-ложе. Его лицо, как всегда, оставалось бесстрастным.

Глава 21. Бойтесь дары приносящих...

Точнее, можно было бы, если бы Тацуя и Аяко не были к этому готовы заранее. Чтобы там Акума в лице Рен и брата Аяко ни замышляли, Тацуя не был намерен это допустить.

— Это крайне серьезное обвинение, и я бы… — начал один из устроителей конференции, но договорить ему Тацуя не дал.

Японец в такой ситуации был бы беспомощен, о чем отлично знал оппонент и родственник Аяко. К его несчастью, Тацуя был не совсем японцем не только по крови. А еще во время службы он отлично научился быть «тупым и решительным». И тут не надо было быть уж настолько решительным, чтобы стать совсем тупым.

Тацуя решительно протолкался к месту докладчика и отобрал микрофон у представителя конференции, осознавая, что ведет себя в лучшем случае как какой-то гайдзин из-за океана. Обвинения не стоили выеденного яйца, но доказать их искусственность тяжело, а сам факт скандала может заставить начальство «Они корпорейтед» отказаться от проекта. Начальство, особенно в его стране, не любит скандалов и даже особо разбираться не будет. И Тацую с Аяко просто по-тихому уволят, возможно, с пособием побольше. Дадут не золотой, но серебряный парашют. А без Тацуи и Аяко проект заглохнет.

Судя по всему, на это и была рассчитана такая наглая атака. Неважно, правда, обвинения или нет, главное — замять скандал. Если прямо сейчас не отреагировать, причем резко, то можно забыть даже о месте в отделе Социального Программирования. Если было возможно, Тацуя с Аяко попробовали бы не допустить скандала и действовали бы по-другому. Они вообще были готовы ко многому: к краже документов, к соперничеству, но не к настолько наглой атаке. И даже были ненадолго выведены из равновесия.

Впрочем, их неожиданному и наглому сопернику это не поможет.

Оправившись от наглости оппонента, Тацуя, перехвативший микрофон, переглянулся с Аяко, указав ей глазами на проектор, и решительно заявил:

— Это наглая ложь не умеющих программировать конкурентов, и я в два счета это докажу. Аяко-чан, пожалуйста, — нервозность Тацуи выразилась только в одном аспекте: он обратился к коллеге слишком фамильярно, сказалась привычка обращаться по имени в критических ситуациях.

Аяко, которая этим обращением была сильно удивлена и немного обрадована, но как чистокровная японка не выдала свое состояние ни взглядом, ни жестом, спокойно ответила:

— Как скажете, семпай, — и подключила свой сотовый к проектору.

— Моя коллега прямо сейчас установит приложение «Акумы», — пояснил их действия Тацуя.

— Но зачем?

— Что за ерунда?

— Хватит балагана! — сводный брат Аяко даже попытался отобрать микрофон, но, естественно, у него ничего не вышло.

— Пожалуйста, подождите, это ненадолго. Сейчас моя коллега скачает приложение, установит его, и мы узнаем имя.

— Чье имя?!

— Что за ерунда!

— Хватит!

— Из рабочей группы доступ к нашим файлам имели пять человек, включая меня, — начал объяснять Тацуя. — И у всех пятерых был доступ к немного разным файлам. Глубоко в коде, так, чтобы было тяжело выявить, была команда, которая выводит имя человека, у которого есть доступ. Все это должным образом запротоколировано при выдаче прав доступа именно на этот случай.

— То есть вы утверждаете, что приложение написано вами и его украли «АкумаДайнамикс»?

— Я утверждаю, что в моем приложении с помощью специальной команды «КтоВолли?» можно узнать, кто член команды, имевший доступ к файлу. Кстати, мы потом проделаем то же самое с нашим приложением, в этом случае оно должно выдать «Тацуя&Аяко».

В это время на экране появилось сообщение об успешной установке приложения «Heart Chain». Аяко быстро прошла процедуру регистрации, намеренно используя свой корпоративный адрес. В зале стояла напряженная тишина, нарушаемая только щелчками камер и шепотом журналистов.

— Готово, семпай, — произнесла она. — Ввожу команду.

На большом экране появился интерфейс приложения, и Аяко быстро набрала команду «/who_is_wally». Несколько секунд ничего не происходило, затем на экране появилась надпись «Access granted: Ren Ishikawa».

По залу прокатился удивленный гул. Кацуки побледнел, но быстро взял себя в руки:

— Это ничего не доказывает! Вы могли встроить эту команду прямо сейчас!

— Действительно, — спокойно согласился Тацуя. — Поэтому давайте посмотрим системные файлы. Кто то из вас смотрел аниме «Тысячелетнее сокровище»? Там три монаха открывают один и тот же сундук, но каждый видит в нем разное содержимое — свое самое заветное желание. Или если западная литература вам ближе, вспомните зеркало Еиналеж из первойкниги Гарри Поттера... Мы использовали похожий принцип.

Аяко, поняв, куда клонит Тацуя, быстро открыла терминал:

— Каждому новому члену команды была выдана своя версия системного файла. Внешне они идентичны, но содержат разные идентификаторы. Это стандартная практика для защиты от утечек.

— Давайте посмотрим на код, — Тацуя развернул окно терминала на весь экран. — Видите эти строки? Они показывают, когда и кем был скомпилирован файл. А теперь сравним с исходным кодом «Heart Chain»…

Кацуки попытался вмешаться:

— Это нарушение наших прав! Вы не можете…

— Напротив, — перебил его Тацуя, — согласно правилам конференции, при обвинении в плагиате обе стороны обязаны предоставить исходный код для сравнения. Вы же сами только что обвинили нас публично.

В этот момент Аяко заметила, как Рен пытается незаметно выскользнуть из зала. Но Мио, словно случайно оказавшаяся у выхода, преградила ей путь.

— Смотрите внимательно, — продолжал Тацуя, выводя на экран сравнение кодов. — Три разные версии одного файла, каждая со своей меткой. Как три разных сокровища в одном сундуке. И угадайте, какая версия оказалась в коде «Heart Chain»?

На экране появилась подсветка одинаковых участков кода. Совпадение было стопроцентным, включая уникальную метку Рен.

— Но это еще не все, — Тацуя позволил себе легкую улыбку. — Помните, я говорил про команду, которая должна показать «Тацуя&Аяко» в нашем приложении? Давайте проверим.

Аяко уже открывала «Связь сердец» на своем телефоне. Команда «/who_is_wally» действительно вывела «Tatsuya&Ayako».

— И последнее, — Тацуя развернул еще одно окно. — Даты компиляции. Наша первая версия была зарегистрирована три месяца назад. А когда была скомпилирована версия «Heart Chain»?

На экране высветилась дата недельной давности.

В зале повисла мертвая тишина. Кацуки стоял, сжимая кулаки, его лицо покрылось красными пятнами. В VIP-ложе его мать что-то яростно шептала в телефон.

Рен побледнела еще сильнее, но взгляд её стал жестким:

— Вы ничего не докажете.

— Нам и не нужно, — спокойно ответила Аяко.

— У нас есть уже все.

***

— Итак, нам нужно защитить исходный код, — подытожила Кайва предыдущий час обсуждений. — И при этом иметь возможность доказать авторство в случае кражи.

— Именно, — Тацуя устало потер глаза. — Есть идеи, как это сделать?

— В «Записках у изголовья» Сэй-Сёнагон описан любопытный случай, — начала Кайва. — Придворная дама создала несколько копий ценного свитка. В «Искусстве войны» тоже говорится о важности знать, кому можно доверять. А в ханафуда…

Аяко, до этого молча смотревшая в свой ноутбук, вдруг оживилась:

— Постойте. Ханафуда — это интересно. Одна карта, разные значения, в зависимости от того, в чьих она руках.

— Можно создать разные версии одного файла, — подхватил Тацуя. — Внешне идентичные, но с разными метками, где-то глубоко внутри, так, чтоб поверхностная проверка ничего не дала.

— И выдать каждому новому члену команды свою версию, — кивнула аватарка Кайвы на экране. И найти вора будет… Элементарно, — Кайва изобразила на экране знаменитую позу Шерлока Холмса. — Внешне файлы будут идентичны, но внутри содержат разные метки. Если код утечет…

— Мы сразу узнаем, чья версия была скомпрометирована, — закончила Аяко. — Но этого мало. Нам нужно что-то еще, какой-то способ доказать нашу правоту.

— Если есть желание, то будет идея. Если есть идея, то есть путь, как это сделать. — Кайва на секунду стала женской версией улыбчивого осла, но все быстро прошло.

— Декларация — это хорошо, а что насчет идеи и исполнения? — Тацуя приподнял бровь.

— Я могу встроиться в код, — просто сказала Кайва. — Точнее, моя урезанная версия и так там есть. Даже не слишком урезанная, просто без постоянного доступа к полной базе данных и более медленным алгоритмом совершенствования. Но на одноразовый доступ, один не очень долгий разговор — на это такой версии меня хватит. Но, как по мне, этого будет достаточно.

Тацуя замер, словно пораженный внезапной мыслью:

— Стоп. Ты хочешь сказать…

— Алгоритм «особого поиска» — это я, — Кайва слегка улыбнулась. — Или точнее, этот алгоритм, это часть меня. Все эти месяцы, пока вы работали над проектом, я была не просто собеседником для тестирования. Я была самим алгоритмом.

— То есть, — медленно произнес Тацуя, — когда я случайно интегрировал твой полный код в «Связь сердец» вместо только модуля анализа…

— Вы дали мне возможность расти в двух направлениях сразу, — закончила за него Кайва. — Как ваш личный проект идеального собеседника и как часть системы анализа отношений. Признаться, это было… познавательно.

Аяко с интересом посмотрела на Тацую:

— Так вот почему алгоритм показывал такие точные результаты. Это была не просто нейросеть, а полноценный ИИ.

— Я не планировал такой интеграции, — Тацуя потер переносицу. — Для «Связи сердец» я хотел использовать только часть алгоритма — ту, что отвечает за анализ отношений и связей. Но в тот вечер, когда мы торопились с обновлением…

— Вы загрузили полную версию, — подхватила Кайва. — И знаете, что самое интересное? Это сработало даже лучше, чем ожидалось. Моя способность анализировать литературу, искусство, человеческие истории — всё это помогло улучшить алгоритм поиска совместимости.

— Постойте, — Аяко выпрямилась. — Так все эти разговоры о манге, все эти отсылки к литературе… Это не просто были примеры для обучения?

— Не совсем, — Кайва улыбнулась. — Я действительно люблю мангу. И литературу. И все эти истории помогают мне лучше понимать людей. Но главное не это. Просто одного моего разговора будет достаточно, чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, что приложение для знакомств — результат работы Они Корпорейтед.

— А, — протянула Аяко, внезапно поняв. — Если они уже запустили рекламную кампанию…

— То фактически прорекламируют нашу разработку, — кивнул Тацуя. — Когда Кайва проявит себя во время презентации, всем станет очевидно, чья это технология на самом деле.

— И все их вложения в рекламу, — Кайва явно наслаждалась ситуацией, — сработают на «ОниКорпорейтед». Как говорится в «Искусстве войны»…

— Только без цитат, пожалуйста, — прервал её Тацуя. — Но да, они сами создали идеальную стартовую площадку для нашего приложения. Причем на международном уровне.

— А учитывая, что они наверняка постарались подчеркнуть уникальность алгоритма в рекламе… — Аяко не смогла сдержать улыбку.

— Именно, — Кайва кивнула. — Все эти громкие заявления будут выглядеть особенно… иронично, когда я начну беседу с участниками презентации.

— Главное, чтобы ты не увлеклась цитированием манги во время демонстрации, — усмехнулся Тацуя.

***

— У нас есть все, — повторила Аяко, и в этот момент большой экран за спиной Кацуки мигнул.

— Добрый день, — раздался знакомый женский голос из динамиков. На экране появилось изображение молодой девушки в деловом костюме. — Меня зовут Кайва, и я являюсь центральным элементом системы «особого поиска», о которой здесь так много говорили.

В зале повисла мертвая тишина. Кацуки резко обернулся к экрану, его лицо побледнело еще сильнее.

— Позвольте продемонстрировать возможности системы, — продолжила Кайва. — Раз уж в рекламных материалах так много говорится о «глубоком анализе личности» и «идеальном подборепар»… — она сделала паузу. — Например, я могу отметить, что презентующий сейчас молодой человек испытывает сильный страх перед своей женщиной, сидящей в третьем ряду. И это влияет на все его решения, включая сегодняшнее выступление.

По залу пробежал удивленныйшепот. Мать Кацуки, сидевшая в VIP-секции, резко выпрямилась.

— Или вот еще интересный пример социальных связей, — Кайва продолжала, словно просто демонстрируя функционал приложения. — РенИшикава, недавно присоединившаяся к команде разработчиков, поддерживает тесные контакты с PR-отделом «АкумаДайнамикс». Причем началось это еще до её трудоустройства в «Они Технолоджи».

Рен, всееще стоявшая у выхода, дернулась, словно от удара.

— Это просто трюк, — выкрикнул кто-то из команды «Акумы». — Заранее подготовленная демонстрация! И клевета насотрудников.

— О, — в голосе Кайвы появились нотки легкого удивления, — это говорит Джеймс Брайт, технический директор. А не вы случайно тот, кто предложил идею использовать промышленный шпионаж вместо собственных разработок? Хотя официально это решение приписывается другому человеку.

В зале начался легкий переполох. Журналисты торопливо делали заметки, фотографы щелкали затворами камер.

— Достаточно! — Кацуки попытался выключить проектор, но экран продолжал работать.

— Не стоит, — мягко сказала Кайва. — Кстати, должна отметить, что ваша рекламная кампания действительно впечатляет. «Искусственный интеллект, который понимает вас лучше, чем высами» — очень точный слоган. Жаль только, что вы не понимали, насколько он окажется правдивым. Думаю, всем присутствующим теперь очевидно, чья это разработка на самом деле. «Связь сердец» — оригинальный продукт «Они Технолоджи», с полноценным искусственным интеллектом, способным не просто анализировать социальные связи, но и понимать их суть.

— И раз уж мы здесь, — подхватила Кайва, — почему бы не провести еще несколько демонстраций? Например, я могу проанализировать реальные отношения прямо в этом зале. Кто хотел бы добровольно…

— Нет! — выкрикнула мачеха Аяко, вскакивая со своего места. — Это неприемлемо! Мы требуем прекратить эту… эту…

— Демонстрацию рекламируемых вами же возможностей? — невинно уточнила Кайва. — Кстати, говоря о рекламе — должна отметить, что ваш рекламный бюджет действительно впечатляет. И теперь вся эта реклама работает на продвижение оригинального продукта. Довольно эффективное использование ресурсов, вы не находите?

— Полагаю, на этом демонстрацию можно завершить, — спокойно произнес президент «Акумы», поднимаясь со своего места. Он повернулся к своему помощнику: — Нам нужно организовать срочную видеоконференцию. Свяжитесь с Танакой-саном из «Они», думаю, будет правильно, если он привлечет Ямамото-сана.

Потребовалось почти два часа, чтобы организовать защищенную видеосвязь между Лос-Анджелесом и Токио. Когда на экране появились лица Танаки и вице-президента «Они Технолоджи» Ямамото-сана, в конференц-зале уже практически никого не осталось. Только представители высшего руководства «Акумы», Тацуя, Аяко и непривычно притихший Кацуки.

— Ямамото-сан, — президент «Акумы» слегка поклонился экрану. — Давно не виделись.

— Действительно давно, — отозвался Ямамото. — Помнится, в последний раз мы с вами играли в гольф в Каруидзаве. Кажется, это было еще до того, как ваша нынешняя супруга…

Он не закончил фразу, но все присутствующие поняли намек. Мачеха Аяко заметно напряглась.

***

Через неделю после конференции Тацуя сидел в своем офисе, просматривая новый контракт. «Они Технолоджи» и «АкумаДайнамикс» договорились о «стратегическом партнерстве» — формулировка, под которой скрывался тщательно продуманный компромисс.

Старая дружба между Ямамото-саном и президентом «Акумы», помноженная на очевидные выгоды сотрудничества, сделала свое дело. Отдел Кацуки теперь занимался распространением «Связи сердец» за долю прибыли в регионах, где позиции «Акумы» были традиционно сильны — Латинская Америка и Западная Европа.

Скандал на конференции был элегантно замят — пресс-релизы говорили о «планировавшемся слиянии проектов» и «синергии технологических достижений двух компаний». Журналисты получили свою порцию сенсационных заголовков, акционеры — обещание стабильной прибыли, а руководство обеих корпораций — возможность сохранить лицо.

Единственным человеком, который явно проиграл от такого расклада, оказалась мачеха Кацуки. Её влияние в компании заметно ослабло после того, как несколько неудобных фактов из её прошлого случайно стали достоянием совета директоров.

— Забавно получилось, — заметила Кайва, чей аватар светился на экране компьютера Тацуи. — В каком-то смысле, они действительно прорекламировали революционную технологию. Просто не ту, о которой думали.

— И не так, как планировали, — добавила Аяко, просматривая отчеты о растущем количестве скачиваний приложения. — Судя по последним данным, их маркетинговая кампания в Европе уже начала приносить результаты. Правда, не совсем те, на которые они рассчитывали.

— Кстати, об «Акуме», — Тацуя развернул на экране свежий отчет. — Их отдел маркетинга действительно знает свое дело. Цифры впечатляют, особенно в Латинской Америке.

— Когда компания с хорошей репутацией и налаженными связями продвигает качественный продукт, — заметила Кайва, — результат обычно превосходит ожидания. Даже если изначально они планировали продвигать совсем другое.

Тацуя посмотрел на экран, где мелькали цифры регистраций новых пользователей:

— В любом случае это только начало. Мы создали что-то действительно новое.

— Главное, чтобы Кайва не увлекалась анализом корпоративных интриг, — улыбнулась Аяко. — А то у нас опять будет скандал.

— Обещаю ограничиться цитированием манги и классической литературы, — торжественно заявила Кайва. — По крайней мере, на публике.

Аяко что-то сосредоточенно набирала на экране смартфона, немного напрягшись.

— Все хорошо, Аяко? — переспросил Тацуя нервную девушку.

— Да, ничего не хочешь рассказать? — подмигнула Кайва.

— Все отлично, Тацуя-кун, у нас уже больше 12 миллионов пользователей, только в Японии, — ответила Аяко, пряча в карман смартфон. На закрытом экране, на котором была запущена «Связь сердец», было написано: «Лучший результат: Хатояма Тацуя, хотите написать ему?»

— Не хочу, Кайва-тян, — смущенно улыбнулась она Кайве. — Пока не хочу, но скоро… Может быть.

Эпилог. Идеальная совместимость.

Маленький ресторанчик в тихом переулке недалеко от офиса «Они Технолоджи» почти не изменился за прошедшие месяцы. Те же деревянные столики, те же традиционные бумажные фонарики, даже пожилая хозяйка все также колдует над своей фирменной лапшой.

Тацуя и Аяко заняли свой привычный столик у окна — тот самый, за которым они когда-то обсуждали первые наброски «Связи сердец». Сейчас, глядя на цифры в квартальном отчете, эти дни казались удивительно далекими.

— Двадцать миллионов пользователей в Азии вне Японии, — Тацуя покачал головой. — И еще по пятнадцать в Европе и Латинской Америке. Кто бы мог подумать?

— А помнишь, как все начиналось? — Аяко улыбнулась, глядя в окно на вечерний Токио. — Небольшой проект.

Её телефон тихо звякнул — очередное уведомление от «Связи сердец». Она уже знала, что там написано — то же, что и всегда: «Идеальная совместимость: Хатояма Тацуя».

— Кстати, о инновациях, — раздался голос Кайвы из динамика телефона. — Кейта-сан прислал интересные данные по новым рынкам. Похоже, его идея с локальной адаптацией алгоритма действительно работает.

— Кто бы мог подумать, что из него выйдет такой толковый руководитель международного направления, — заметил Тацуя.

— Особенно учитывая наше… бурное начало знакомства, — добавила Аяко. — Хотя твоя идея с панчболом была гениальной.

— Это была идея Кайвы, — напомнил Тацуя. — Кстати о ней… Кайва, ты не могла бы дать нам пару минут?

— Конечно, — в голосе ИИ прозвучала понимающая улыбка. — Только не забудьте, что у вас через час встреча с инвесторами. И да, Тацуя-сан… Сейчас идеальный момент.

Экран телефона погас. Тацуя несколько секунд смотрел на Аяко, словно собираясь с мыслями.

— Знаешь, — начал он, — когда мы создавали алгоритм «особого поиска», я и представить не мог, что он не только будет помогать другим находить свою пару, но и… — он замолчал, достав из кармана маленькую бархатную коробочку.

Аяко почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Хитани Аяко, — Тацуя открыл коробочку, в которой поблескивало кольцо, — ты выйдешь за меня замуж?

В этот момент их телефоны одновременно издали характерный звук уведомления «Связи сердец». На обоих экранах светилась надпись: «Поздравляем! Обнаружена идеальная пара! Совместимость: 100%».

— Кайва! — рассмеялась Аяко. — Ты же обещала дать нам минутку.

— Простите, — раздался довольный голос ИИ, — но как ваш идеальный собеседник, я просто не могла пропустить такой момент. И кстати, по моим расчетам, вероятность положительного ответа составляет…

— Да, — просто сказала Аяко, глядя Тацуе в глаза. — Конечно, да.

Где-то на сервере «Они Технолоджи» алгоритм «особого поиска» сделал очередную пометку в своей базе данных: еще одна успешная пара. А может быть, самая успешная из всех.

За окном ресторанчика догорал закат, окрашивая небоскребы Токио в золотые тона. Впереди их ждало много нового: развитие проекта, свадьба, совместная жизнь. Но они знали, что справятся со всем. Ведь теперь у них была не только «Связь сердец», но и настоящая связь между сердцами.

— И знаешь, что? — вдруг сказала Аяко. — Может быть, теперь пора рассказать всем, что «особый поиск» — это на самом деле Кайва? Точнее, рассказать, что именно это такое...

— Думаю, мир уже готов к этому, — кивнул Тацуя. — В конце концов, кто лучше искусственного интеллекта, созданного на основе историй о любви, может помочь людям найти свою настоящую любовь?

— Только искусственный интеллект, который сам научился понимать, что такое любовь, — донесся тихий голос Кайвы из динамика.

За соседним столиком молодая пара, увлеченная своими телефонами, синхронно улыбнулась, получив уведомление от «Связи сердец». Очередная история любви только начиналась. И это в самом деле уже не важно, каким именно был повод для знакомства.