Повести Туманной Чащи: Колыбельная о Заводском Посёлке
Часть I - Дружба 30-летней давности
32 года назад
Глава 1 – Аристократическое знакомство
В мире, столь обильно населенным живыми, думающими, радостными и работящими зверьми, несложно найти места, где эти зверьки кучкуются друг с другом, чтобы им проще было на этом свете. Вот так и расселяются по городам и деревням они и не объединяются дальше, хотя все собрания животных друг с другом очень тесно общаются. Одним из таких собраний является Заводской Посёлок - нечто меньше города, но больше любой деревни, где есть несколько 5-этажных зданий, свой мэр, свои заводы и сельскохозяйственные поля. После Великой Войны, известной своей небывалой жестокостью, звери стали довольно миролюбивыми, и несчастия происходят гораздо реже, а о них известно гораздо меньшему количеству личностей. Мало кто знает, но во многом за это стоит благодарить различные семейства графов, князей и им подобных, которые сразу после окончания кровопролитного многолетнего конфликта решились объединить своим энтузиазмом сотни тысяч, если не миллионы зверей, и начать всё восстанавливать. Вот так города стали восставать из пепла, а деревни с выжившими перестали бояться своего будущего. Впрочем, эти же самые города грозились поглощать в ходе своего роста рядом находящиеся поселения, вроде Заводского Посёлка, но многие жители уже примирились с этим и считали это закономерным, даже полезным.
Семейство Графов Волков, известное в ходе Великой Войны тем, что занималось эвакуацией многих фермеров и защитой посевов, осталось в Заводском Посёлке. Конечно, война уменьшила их владения: усадьбу пришлось урезать в 2 раза, и теперь она представляла собой двухэтажное поместье средних размеров, где на первом этаже располагались комнаты для приёма гостей и работы, а на верхних - все, что принадлежало самим хозяевам дома, вроде спален и ванных комнат. В это место часто заходили гости, особенно в первые годы после войны, однако с прошествием лет оно становилось все отстраненнее и отстраненнее, пока сами волки не решили подсознательно закрыть дорогу всем желающим сюда.
Единственным представителем семейства графов волков мужского пола был Граф Клемент - 45-летний статный волк с великолепным красным мехом, который под грузом времени уже начал седеть. Великий волк любил носить длинное черное пальто с базальтовой тростью, которую он получил от мэрии посёлка за выслугу лет, не забывая дома свой высокий цилиндр, монокль (из-за возрастных проблем) и складные часы на цепочке, бережно хранимые в больших карманах пальто, и туфлях на среднем каблуке, чтобы его было виднее. Под пальто всегда скрывались чёрный свитер или рубашка с золотой гравировкой и серые брюки - такова была мода графов волков, которую придумал Клемент в отместку своим родителям за их попытки ограничить его в одежде. Но это было уже очень, очень давно... Сейчас граф занимался в основном делами, связанными с управлением усадьбой и его фабрикой детской игрушек, которая поставляла счастье в каждую семью во все соседние поселения. Увы, сам волк счастьем в характере не отличался.
-Как я вообще не уволил тебя! - рычал он на подчиненного в офисе своего большого, по меркам посёлка, завода.
-Я здесь первый месяц работаю, уж простите... - пытался оправдываться этот недоумок, но Клемент всегда был неуёмен в своих суждениях.
-Тогда ты распрощаешься со своей работой, если за сегодня не исправишь эти 10 ошибок, а с завтрашнего дня и впредь не будешь их совершать! Будь уверен, я найду тебя в любое время, если ты мне наврешь!
-Да, да, простите, Граф Клемент!
-Так чего ты тут стоишь? Работа тоже стоит, пока ты тут прохлаждаешься под грузом собственных ошибок! Что, не хватает зимних морозов, да?
Рабочий тут же выбежал от страха увольнения. В тогдашнее время было туго с заработком, несмотря на то что со времен войны прошло уже несколько десятков лет, не меньше. Для некоторых, а в особенности самого графа, этот срок прошёл в миг: вот он заканчивал среднюю школу, а вот умирают его родители от болезней лёгких, вот он строит свой завод... и вот он здесь, сейчас, сидит на нем, отчитывая рабочих в столь элементарных вещах, что Клементу порой самому стыдно было за то, что он даже нанял таких недоумков.
Рабочий день, увы, подходил к концу, и волку это впервые не нравилось. Раньше он прекрасно знал, что дома после тяжелого дня руководства заводом его ждёт что-то хорошее, но сейчас походы в усадьбу больше напоминали о потерях, нежели об уюте... тем не менее, титул графа взывал к обязанностям, за которые надо нести ответственность, как и за определенных зверей, потому Клемент поспешно направился в сторону выхода под неуверенные попытки подчиненных попрощаться со своим руководителем. Все привыкли, что он любит молчать, но никогда не знаешь, огрызнется он в ответ или нет. Особенно это касалось животных, что пытались "докопаться" к нему, пока тот шёл по улицам посёлка в сторону дома: прямого маршрута от усадьбы до места работы не было из-за непроходимых природных условий, усложненных последствиями использования вооружения во время Великой Войны, так что приходилось посещать главную площадь...
-Дядя Клемент, вы слышали о сегодняшнем представлении в мэрии? - спрашивал как-то один мальчонка, бежавший по улице и ещё не знавший прелестей характера волка. Жаль, Клемент не расслышал того, что малец сказал потом.
-Слушай, отстань от меня и найди себе такого зверя, который будет выслушивать твою нервотрепку. Я не для того работаю на благо нашего посёлка, чтобы всякие мальчики вроде тебя мешали мне! - гневно ответил граф.
-Что ж вы такой злой! Я же всего лишь спросил!
-Пойми, чужие слова тратят мое время, а у меня его в совершенстве может и не остаться! Ты слышал о Травме Мышления?
-Нет...
-Ну, вот и не услышишь, пока не вырастешь. И даже если вырастешь - вряд ли запомнишь, ведь это может случиться и с тобой, и ты совершенно забудешь всех своих любимых зверей! - усмехался граф, пока мальчонка в слезах убегал. Кажется, прохожие смотрели на аристократа с большим презрением, осуждением и страхом, но делать они ничего не могли и не желали - он слишком много всего полезного сделал для мэрии, столько жертвовал ей денег и жертвует до сих пор... разве можно винить его в колкостях характера?.. И Клемент этим изящно пользовался.
Седеющий волк быстро пришёл домой, о чём он громогласно заявил, распахнув огромную парадную дверь и стремглав закрыв её. Нюх никогда не обманывал промышленника, и сейчас он с точностью подтвердил, что его любимая жена испекла великолепный блинный ужин. Она была прекрасной волчицей по имени Арабелла - немногим младше его, но это различие никогда не было заметным. Предпочитала носить она нежные по цветам, пышные и свободные по формам одежды, и потому даже на улице, когда она выходила зимой в стройных шубах, она казалась какой-то безвоздушно лёгкой - чего уж говорить о её домашних одеждах. Графиня сама готовила еду, хотя ей и нередко помогали домработники, поскольку в последние годы не могла она справиться одна: тяжелый труд в сельскохозяйственных полях в детстве привил любовь к такого рода деятельности. Арабелла посвятила агрокультурам всю свою сознательную жизнь, но, когда она чудесным образом повстречала статного волка на одном из мероприятий города, что-то её в нём очень очаровало, несмотря на его ворчливый и немного гадкий характер. Тогда одинокий граф с удовольствием подхватил этот задор, и спустя пару лет ухаживаний они поженились. А это ведь было уже 20 лет назад... Трудно поверить, как быстро пролетели годы, а семейное гнёздышко так и оставалось пустым - в нём бегали лишь помощники хозяев, да и их штат Арабелла со временем значительно уменьшила, ибо она уволилась, чтобы посвятить себя графской жизни и благотворительности. Сколько пирогов она приготовила для мэрии посёлка, и какими вкусными они были!.. Несмотря на всё эти активные жизненные действия, волчица довольно часто уходила в свои сложные размышления, особенно во время свиданий с мужем. Ей казалось, что мир, несмотря на то что состоит из двух простых начал - смерти и жизни - всегда будет сложным, потому что каждое из них заявляет о себе и не дает попустить себя. Может, Клемент слушал бы её лучше, если бы сама графиня отличалась складностью своих умозаключений... но, увы, приходилось терпеть такие маленькие недостатки жены.
Быстро завершив кое-какие обычные дела после прихода с работы, Клемент отправился ужинать в столовую. Она была огромной, ибо была рассчитана на прием до 30 гостей, но, когда в ней обедало 2 зверя, что сами себе приносили еду, ощущение пустоты было подавляющим. На морде Арабеллы снова было выражение, которое до глубины души пугало графа - некоторая умалишенная радость, смешанная со страхом. И, как обычно, волк попытается выяснить причину такого настроя у своей жены.
-Клем, не надо обо мне так заботиться... со мной всё в порядке! Может, ты был бы рад, если бы я просто читала тебе свои стихи, и тогда на душе было бы спокойнее, дорогой? - спросила с заботой волчица, но в её голосе было что-то неестественное. Он ведь прожил с ней 20 лет... но так боялся ей сказать об этих изменениях.
-Оставь свои стихи для доктора. Не забывай, у нас через пару часов встреча с ним. У него так много работы в последнее время, я с трудом выбил для нас приём! - проворчал граф.
-Прости... ты ведь знаешь, я никогда не желаю прогневать тебя.
-Ты единственный зверь в этом мире, который меня не раздражает. Я всего лишь волнуюсь, дорогая, и хотел бы, чтобы ты чувствовала себя воистину счастливой со мной.
-Но ведь я и так счастлива! Клем, с самого того дня, когда я вышла за тебя замуж, я рядом с тобой чувствовала лишь радость... - Арабелла немного скрывала информацию. Когда её муж переходил границы допустимой жестокости, она начинала его бояться. Хорошо, что в те моменты никто никогда не страдал физически.
-Вот и славно... сегодня ничего плохого не происходило в поместье?
-Что у нас может произойти такого? Детишки пытались закидать окна яблоками, но мое милое лицо заставило их вернуться домой. Кажется, они пытались опять рассказать что-то важное... скажи, Клемент, зачем ты обижаешь детей?
-Я к ним отношусь как ко взрослым, и всё. Они должны понимать серьёзность жизни. Если они плачут, то это их проблемы.
-Нам тяжело с тобой далось в годы войны, я понимаю... но зачем жизнь этих мальцов превращать в подобного рода страдальцев?
-Я никогда не полюблю детей. И не спорь, - прорычал волк, а супруга лишь неловко продолжила есть свой ужин.
Клемент всегда ел быстрее своей супруги. Может, дело в том, что у неё было время на созерцание мира, а у него был обеденный перерыв по полчаса в день. Он даже дома работал - ему настолько было интересно создавать инженерные чудеса и игрушки... граф находил ироничным то, что при этом всём он ненавидел детей. Хотел бы он знать причину этого явления, но в посёлке был лишь один стоящий врач душевных дел, и ему лучше тратить время на лечение Арабеллы.
-Ты в последние недели не рассказываешь о том, как проходит твой день на работе. Почему, Клем? - спросила она резко... даже претензии от неё звучали так, будто бы она снова поглаживает своего мужа по спине. Ему всегда это нравилось.
-Ничего интересного не происходит, вот и всё, - сухо ответил он.
-Ты так любил говорить о своих новых игрушках... ты даже показывал мне первичные модели! Что же случилось такого?..
-Дерьмовые рабочие случились, вот что, - Клемент не стал ей рассказывать всю историю о том, как ему не хватало производственных мощностей, и всё ученые умы посёлка не могли решить эту задачу, - Не волнуйся, к зимним праздникам под нашей елью окажутся лучшие игрушки. Я тебе обещаю это.
-Знаешь... я была бы рада, если бы мы смогли провести празднества вместе. Мне так тебя не хватает в эти зимние вечера, когда за окном идёт снежок, и можно просто посидеть у камина и сочинять истории о снежных зверях, которые пытаются решить свои любовные проблемы...
-Ты же помнишь, что я не люблю всю лирику.
-А вот и неправда... ты бы на мне не женился, если бы ты не любил лирику.
-У меня все равно будет много работы. У меня её с годами становится только больше.
-Я понимаю... порой, когда тебя долго нет, мне начинает казаться, что всё совершенно нереально. Как во сне... в такие моменты даже мои стихи кажутся мне чем-то очень неправильным.
-Именно поэтому тебе нужно есть быстрее и собираться к врачу.
Графиня рассмеялась, пока во входных дверях раздался энергичный и ритмичный стук. Волк предполагал, кого к ним занесло... и его это очень напрягало.
Глава 2 – Бесподобные господа Лисы
Этот же снежный денек был совершенно другим для иного господина средних лет. Именовали его Николасом: он был великолепным лисом, который всегда выделялся в толпе сверстников небывалыми достижениями, вроде выполнения годового плана по написанию газет всего за месяц! Да, он работал в единственном издательстве посёлка и имел там свою колонку в еженедельной прессе. Николас предпочитал носить зеленые костюмы с легкой примесью коричневого цвета и изящными туфлями: так он мог передвигаться ловко и быстро. Прошлое господина Лиса вызывало некоторые вопросы, однако никто ничего не мог доказать, ибо данные о тех временах уже давным-давно были стёрты. Сейчас этот зверь средних лет предпочитает в свободное от работы время заниматься волонтерством, к примеру, устраивать конкурсы или представления для всех жителей на главной площади. Одним из таких Николас как раз и занимался, когда заметил угрюмое лицо седеющего волка и убегающего от него мальчика, всего в слезах, так что он мог присоединиться к общей толпе и насладиться величием таланта самого лиса. Он был особым спортсменом (в области бега, ловли и бросков), отличным публицистом, и сейчас он чувствовал себя живее всех живых - аплодисменты толпы были очень приятны для души.
-Благодарю, благодарю! Я в жизни не мечтал познакомиться со зверьми более прекрасными, чем вы, - завершал своё выступление фокусов Николас, - Однако пурга становится всё сильнее и сильнее, и нам всем стоит направиться в сторону зданий, чтобы переждать бурю!
Господина Лиса все слушали из-за чрезвычайного доверия. Никто не сомневался в том, что ради своих достижений Николас пойдет на всё, но он никогда не обижал других зверей - то ли из-за того, что не видит их, то ли и правда он был хорошим в душе. Седеющее животное наблюдало за тем, как толпа медленно расходилась, и возникало у него некоторое чувство пустоты и недосказанности. Ему стоит забыть о мелочах и направиться к его любимой жене, стоявшей среди расходившейся толпы, потому что бросать её в такую погоду он не имел никакого права.
-Мне кажется, ты начинал переигрывать, - усмехнулась лисица, которая стояла в стороне от уменьшающейся массы собравшихся на площади зевак. Николас устремился прямо к ней, следом крепко её обнимая и целуя.
-Я всегда вживаюсь в роль во всей её славе, ты же меня знаешь, и всё ещё упрекаешь, - отвечал ей муж с лёгким задором.
-Всего лишь проверяю, что ты не забудешь о том, что являешься ещё мужем и отцом. Ты легко увлекаешься.
-Тогда нам стоит не увлекаться этим разговором, иначе мы станем снежными лисами. Какой маршрут выберешь: короткий или живописный?
-Есть существенная разница?
-Нет, что ты, но я подумал, что мадам решит покомандовать своим супругом самую малость.
Звали эту прекрасную лисицу Коралиной. Она была ровесницей Николаса, но прекрасно сохранилась и, в отличие от своего мужа, была далека от того, чтобы начать седеть. Она носила зеленую одежду с белыми выкройками, будь то летний или зимний сезон, хотя сейчас в гардеробе доминировали шубы. Её походка говорила об искренней уверенности в завтрашнем дне и в вере в обещания своего мужа, и эту веру можно было бы разрушить лишь жесткими фактами. Впрочем, Коралина была умной лисицей и прекрасно видела обманы своего лиса, когда они свершались, но последние 20 лет, с момента рождения их сына, он вёл себя лучше всех. Более того, именно она и была инициатором отношений с Николасом: когда-то он был ещё более энергичным зверем, и лисица это заметила, использовала ради своей выгоды... она тогда была безумно любвеобильна и меняла партнеров очень быстро, весь посёлок пытался поведать лису, что не стоит связываться с такой особой. Удивительно, но они прожили душа в душу все эти годы. Впрочем, стоит сказать, что поженились они именно из-за беременности лисицы: может, поэтому она прощала все эти годы мелкие проделки своего мужа, ведь они не мешали процветанию семьи. Мало кто говорил вслух о тех мыслях, что возникали при появлении этой парочки на улице, но они и мало чем отличались от обычных зверей своей эпохи.
Николас и Коралина прекрасно дополняли друг друга, хоть из-за работы они пересекаются лишь за завтраком и за ужином. Сегодня был особый день - лис выступал на площади со своей особой предпраздничной колонкой, и лисица взяла выходной от своих сельскохозяйственных перипетий. А теперь они наслаждались обществом друг друга, как и в прежние времена, хоть и с долей грусти, о которой никто не хотел говорить.
-Ты никогда не замечала, насколько ужасен тот период, когда осень сменяется зимой? Постоянно слякотно, дождь превращается в снег, и наоборот, и ты даже не можешь устаканиться в одном настроении, - начал Николас, поглядывая на природные пейзажи, которые до сих пор отличались оранжевым оттенком.
-Думаю, это называется осенним обострением, дорогой, - усмехалась Коралина.
-Может и так. Но ты часто задумывалась о том, кто мы вообще такие в этом посёлке? В этом мире?
-Тебя пробрало на философские мысли? Что, в твоей редакции снова приехал мыслитель из большого города?
-Нет, что ты... сама ведь замечаешь, что мои баки стали более белыми, чем они были лет 5 назад.
-Они прибавляют тебе возрастной солидности. К твоим словам прислушиваются, ведь они подкреплены поступками. О чём ещё можно мечтать?
-Мы оба знаем ответ на этот вопрос...
-Ты тоже заметил того мальчика на площади?..
-Да.
После этого наступила короткая пауза, пока оба зверя собирались со своими мыслями. В основном они справлялись с проблемами, встречая их тяжелым напором своей деятельности, так что кризис быстро растворялся, но были некоторые вопросы, по которым приходило лишь грустное молчание.
-Я плохой муж из-за того, что вспоминаю об этом?
-Нет, нам стоит не думать об этом, если мы сделали все, что могли. А мы уже больше ничего не можем сделать.
-Ну, мы можем застрять в этой буре и погибнуть от переохлаждения, чтобы в посёлке было весело!
-Твои идеи меня часто поражают, Ник. Но в одном ты прав...
Коралина собрала снежный шарик и кинула его в пиджак мужа. Его это только раззадорило, и он сделал то же самое в адрес жены. И все остались счастливы.
Впрочем, хорошее настроение быстро начало таять, как если бы снова началась оттепель, и вся зимняя атмосфера исчезла. Каждый из семейства лисов прекрасно помнил, что их дом в этом году лишился одного своего родственника, и, несмотря на то что данный товарищ до сих пор жив, рядом его не было и не предвиделось на ближайшее время. Речь шла о единственном сыне Коралины и Николаса - он был мальчиком смышленым, настолько, что школа посёлка рекомендовала попытать счастье и поступить в учебное заведение крупного города. Лисенок (уже почти взрослый) с легкостью справился с данной задачей. Все понимали, что ради будущего их любимейшего сына придётся с ним расстаться на несколько лет, если не на всю жизнь, и навещать его вряд ли получится из-за плотного графика всех зверей в семье, но представления о разлуке и сама разлука очень сильно отличаются друг от друга. Эти мысли достигали своего апогея в случайные моменты каждой недели, и обычно от них можно было отделаться какой-нибудь маленькой радостью, будь то доброе словцо или хорошая еда. Но сейчас, встав перед дверью одноэтажного, очень опрятного и старого дома, Коралина поняла, что не может вставить ключ в замочную скважину, что она почему-то не может больше бороться с этой печалью.
Жена посмотрела на своего мужа: она знала, что он хочет её подбодрить, но он был не в лучших отношениях с сыном. Долгие годы отец попросту почти не замечал своего отпрыска, занимаясь собственной известностью, а потом, прочитав несколько старых книг, подсунутых ему одним его другом, Николас резко осознал часть своих ошибок и побежал их исправлять. Прискорбно, но было уже поздно, и на следующий год лисёнок покинул свою семью, устремляясь в великое будущее большого города. Много слов остались недосказанными, много чувств оказались не выраженными, и, казалось, что одна Коралина об этом задумывалась. Был бы смысл как раз сейчас поговорить об этих вещах с лисом, но его морда показывала, что он задумался о совершенно других вещах. Вряд ли он сейчас прислушается к любимой жене так, как она того хочет.
Лис быстро взял ключи у жены, с ещё большей скоростью завёл её и себя внутрь дома, закрыл дверь и побежал включать свет по всему дому и закрывать окна: они оставались открытыми, чтобы отопление не сделало комнаты за рабочий день слишком душными. Лисица с ощущением лёгкого ступора наблюдала за грацией и скоростью своего изящного Николаса. Она удивлялась тому, как, несмотря на годы, он умудрялся сохранять прежнюю энергию. Многие мужья не могли похвастаться таким...
-Ник, мы могли с тобой поговорить? - спросила резко Коралина.
-Нет, извини, у меня ещё 3 газетных статьи в процессе написания, и я должен буду декларировать их уже завтра! Может быть, ты будешь свободна ночью? - поспешно отвечал лисяра.
-Ночью звери спят.
-Ночные животные с тобой не согласятся! Кстати говоря, через пару часов нам предстоит пойти кое к кому в гости, так что тебе нужно быть собранной!
Коралину нередко удивляло то, как судорожно муж ей всё сообщал, а ей надо было подстраиваться. Впрочем, она тоже умудрялась им помыкать, и он в такие моменты беспрекословно её слушал. Тогда же она вспоминала о своем прошлом и о прошлом своего любимого зверя... после войны всем было нелегко, но в Заводском Посёлке и его окрестностях разрушений было ещё больше. Николас из-за этого промышлял лёгким воровством, порой крадя даже ценный тогда алкоголь, а Коралина просто быстро лишилась поддержки родителей и должна была ухаживать за ними из-за их состояния здоровья. Черты, которые были взращены в этих страдальцах в те годы, оставались в них и сейчас, и Коралина нередко замечала, как она порой заботилась о муже, как о больном, а он вёл себя, будто бы идёт на очередное воровское дело. Хорошо, что Николас завязал со своей пагубной привычкой, поняв, что публичные выступления принесут ему гораздо больше известности... но жизнь всё ещё была далека от идеала, и их разлука с сыном это прекрасно показывала. Интересно, задумывался ли лис о столь важных вещах? Или он бежал по жизни без оглядки?..
Николас действительно не забывал о своем сыне или о том, насколько сложное у него прошлое, но он предпочитал думать в настоящем с легкой претензией на будущее, и сейчас его мозг был занят тем, чтобы понять причину, по которой его друг Клемент неделю назад по-доброму кинул в него записку, в которой в назначенное число семейство лисов приглашалось к графам. Званым ужином не пахло, иначе бы волк был намного добрее... стоит сказать, что Николас был другом этого ворчливого аристократа, и познакомились они при странных обстоятельствах: в ходе одного из выступлений газетчика Клемент пришёл, чтобы лишний раз поворчать, и жестокая полемика с исполнителем привела много зверей на всю площадь, но спор так долго шёл, что уже наступила ночь, и все разошлись. Разговор был завершён в усадьбе графов вместе с лучшим виноградным соком, и оказалось, что у лиса с волком были общие интересы (в публицистике, к примеру). С той поры они встречались вне работы (что бывало, впрочем, редко), и иногда друг другу помогали... И Николасу в этот раз казалось, что случилось что-то серьёзное, но кое-кто не желал об этом говорить то ли ради репутации, то ли из-за страхов. Зная характер Клемента, можно с уверенностью сказать, что лучше не опаздывать.
-Ты уже собралась? Чудно! Я всегда знал, что ты поступишь верно, - быстро сказал лис, когда зашёл в спальню и увидел жену в новой уличной одежде.
-С тобой иногда сложно ужиться, - ответила она.
-Всё, что я делаю, помогает нашей семье, и никто не хочет, чтобы на нас ворчал граф волк, да?
-Я могу стерпеть его брюзжание, а... - на короткий срок возникла пауза. Так случалось часто, когда упоминался сын.
-Прости...
-Я рада, что у тебя есть друг. Иначе бы тебя можно было обвинить в остром желании восполнить свое самомнение за счет этих выступлений на площади.
-Мне за них приплачивают в газете!
Рассмеявшись не на шутку, лисы направились к выходу. На самом деле они сильно волновались, особенно Николас: Клемент никогда не кидался приглашениями домой. Гадать, что случилось, было бессмысленно, а лис любил всё выяснять лобовой разведкой.
Глава 3 – Встреча двух семейств
Зная теперь, кто конкретно и с какими мыслями оказался по обе стороны входной двери усадьбы графов волков, можно уже говорить о том, как прошла их дружеская беседа. Клемент с легким недоверием открыл дверь и, заметив за ней знакомые силуэты, медленно открыл её: он пригласил этих 2 оболтусов лишь потому, что в одиночку он не справится со сложной моральной задачей, как бы он ни пытался говорить всем о том, что может прекрасно достигать своих целей один.
-Милая, я надеюсь, ты будешь рада нашим гостям! - заявил граф, открывая двери и впуская гостей, мгновенно закрывая за ними вход.
-Неужели она не в курсе, что великолепные господа Лисы из Заводского Посёлка сегодня её посетят? - подивился Николас.
-В последнее время её лучше не тревожить, - заявил Клемент тихим и строгим голосом, - И я буду тщательно за этим следить, друг. Оступишься - получишь по коленям моей тростью.
-Когда ты такой серьёзный, ты меня пугаешь, - отвечал ему лис, - Впрочем, почему я не должен прислушаться к тебе в твоем же доме?
К этому моменту Арабелла уже добралась в прихожую. Что-то в её виде казалось неестественным, странным, неправильным, но ни у кого не было медицинского образования, чтобы сказать наверняка.
-Скажите, Клемент, зачем вы нас пригласили? - тихо поинтересовалась Коралина, пока здоровалась с женой графа вместе с мужем.
-Мы с супругой отправимся к врачу через пару часов. Я считаю, что нам лучше будет провести время с друзьями перед этой поездкой... - отвечал Клемент, как будто бы недоговаривая.
-Ты можешь рассказать нам всё, мы тебя поймем, - парировал резко Николас.
-Я так рада гостям! Жаль, что ужин уже закончился, но у нас ещё осталось немного еды, Клемент не так прыток с трапезами, как раньше! - волнительно говорила Арабелла. На самом же деле это она стала есть меньше, жаль, что она этого не замечала.
-Тогда давайте же пройдем на кухню и обо всем поговорим! Но, дамы, прошу вас простить, нам с другом надо поговорить... наедине, - завершил граф.
-Да, да, разумеется! Приходите поскорее, - с легко печалью ответила его жена.
Клемент и Николас решили отправиться на улицу - на удивление, погода к этому времени стала поспокойнее и сменилась на лёгкий снежок, дополняющий зимнюю атмосферу. В походке волка чувствовались усталость, вялость... и многое другое, идущее в контрасте с лисом, который был бодр и рад своей жизни.
-Скажи мне, Клемент, что стряслось с твоей женой? Обычно ты не зовешь меня, чтобы решить проблемы твоего брака.
-Я откуда знаю? - прорычал в ответ граф, - Мы поедем к врачу и всё узнаем. Порой меня так бесит твой оптимизм по поводу жизни, ведь она попросту ужасна! Я пытаюсь хоть что-то изменить вокруг себя, но я всего лишь владелец фабрики игрушек! Что я могу?
-Твои игрушки нравятся даже взрослым. У меня самого есть парочка таких... которые не были подарками от тебя или кого-либо ещё. И у меня в жизни всё тоже не так прекрасно - я всего лишь стараюсь найти хоть что-то хорошее вокруг себя, не зацикливаться на несчастьях. Тебе бы тоже попробовать такую методику.
-А я не пробовал? Я вас позвал как раз за тем, чтобы вы помогли мне с женой успокоиться...
-Тебе 45 лет, может, пора научиться не зависеть от других?
-Все мы так или иначе связаны в этом посёлке... но всё по порядку. Сначала я должен помочь Белле, и только потом заниматься собой... все-таки мои проблемы на её фоне кажутся такими незначительными. И у нас всего один доктор по душевным болезням.
-Ты зря собой пренебрегаешь. Я с тобой дружу уже 10 лет и скажу, что ещё чуть-чуть такого пренебрежения, и ничем хорошим это не закончится. Ты можешь со мной поговорить, мы ведь для того здесь и сейчас разговариваем, да? Ты ведь не любишь, когда кто-то слышит твои чувства, но она твоя жена, а мы твои самые близкие друзья... почему ты нам не доверяешь?
-Доверяй да проверяй, и я сейчас занимаюсь такой проверкой. Было бы лучше, если бы мне помогал, но даже на моем заводе рабочие меня чаще саботируют!
-Как часто ты их меняешь?
-Каждый месяц.
-Ты когда-нибудь желал поменять жену?
Граф ничего на этот вопрос не ответил.
В это же время Арабелла бегала по столовой и собирала остатки после ужина, которые не успели убрать служащие, ибо обычно волки заканчивают свою трапезу позже. Она пыталась найти еду (с этим проблем не было) и собрать её в одну тарелку, что ей в итоге давалось с трудом. Присев громогласно на изящный стул, волчица тяжело вздохнула, уставившись на потолок, будто бы видя там нечто большее, чем рассказывают его узоры. Коралина последовала её примеру, присев рядом.
-Ты часто предаешься поэтическим настроения? - резко спросила Арабелла.
-Я зачастую работаю или провожу время с Николасом... но мне бы хотелось узнать больше об этих настроениях, - спокойно ответила лисица.
-Когда ты неожиданно забываешь о том, что происходит вокруг тебя, и в привычных вещах начинают появляться целые новые миры... сейчас, на потолке, пару зверей признаются друг другу в любви, но они знают, что друг с другом у них не получится жить из-за разницы в их характерах. Знаешь, как это грустно, когда ты любишь, но вы должны расстаться? А они знают... и у этого мира есть свой цвет, свое настроение, свой... ритм. Я их все слышу и вижу очень чётко в такие моменты, а потом записываю то, что запомнилось лучше всего. Сперва Клемент пугался, когда находил меня в ходе моих поэтических настроений, а потом они сами стали какими-то другими... это он заставил меня их записывать, кстати. Я так рада, что я вышла за него замуж.
-Это... очень любопытно, Арабелла. Ты публиковала свои стихи? Я ведь могу попросить моего мужа, у него видные места в нашей газете!
-Не надо... я не хочу пользоваться положением твоего или моего мужей. Может, я бы сама начала публиковать свое творчество, но я так не уверена, что оно кому-нибудь понравится!.. К примеру, один раз мне приснилась Великая Война, как там одному зверю убийства приносили счастье. Знаешь, как это ужасно?..
-Могу себе представить. Ты говорила о таких кошмарах с Клементом?
-Нет... я не хочу его нервировать. Он и так постоянно на взводе, а у него важная работа!
-Я понимаю…
Вскоре мужская половина вернулась, и на морде каждого были видны неудовлетворённость происходящим и обидная недосказанность, но кто-то из этих зверей уж точно считал такой вариант развития событий наиболее вероятным и благоприятным. Граф тут же отправился в ванную - смыть с себя все эти неприятные чувства вместе с холодом снега. Коралина жестом вежливо сообщила о том, что хочет проследовать за этим странно ведущим себя волком, и жена его восприняла это чересчур беспечно... когда в столовой осталась лишь она да лис, последний решил разбавить тишину.
-Такое поместье наверняка тяжело содержать, мадам Арабелла, - начал он.
-О да, Клемент нанял столько служащих, я порой в них теряюсь!.. Хотя я в принципе в последние месяцы столько раз билась о предметы мебели, а ведь мой дорогой муж почти никогда ничего не переставляет, - отвечала она с легкой непринужденностью.
-И вы считаете это нормальным? Думается мне, что нам стоит почаще задумываться о реальности, ведь она на нас так сильно влияет.
-Порой мне кажется, что как раз реальность со мной сейчас связана меньше всего. Я считаю, что происходящее нормально лишь по той причине, что оно стало моей жизнью. И для этого мы едем к доктору...
-Надеюсь, он сможет подобрать вам подходящее лечение. Не хотелось бы терять столь хорошего зверя из нашего посёлка.
-Да бросьте вы, что я такого сделала? В отличие от моего мужа, я всего лишь пекла буханки хлеба... иногда писала стихи. Я не хочу, чтобы меня называли сумасшедшей, но я прекрасно понимаю, что мир справится и без меня.
-Ваш великий муж нуждается в вас, и без вас не было бы и его. Вы никогда об этом не задумывались?
-Он дожил до 25 лет без меня... сможет прожить и ещё столько же. Да, я слышала, что для него это были несладкие годы, но кому после войны было хорошо?
-Тем, кто начал войну, явно было лучше, если они остались в живых.
-Вы правда в этом уверены?.. Ну-ну. Я бы сказала, что те, кто начинали всё это, были гораздо более обездоленными зверьми, чем я.
В это же время графа Клемент сильно напугало появление чужого женского присутствия рядом с ним. Он привык к своей жене, её воздушности, сладости и легкости, но вот Коралина вызывала в нём тяжесть и желание поскорее спихнуть этот груз с себя. В поместье на 1 этаже было 2 ванны, и Бог его знает, как лисица угадала, куда именно нужно было идти. Впрочем, волка это почти не волновало: он поспешно мыл лапы в горячей воде большой раковины, посматривая при помощи зеркала на гостью, которая со странным осуждением смотрела на него.
-Если ты хочешь сказать что-то по поводу Арабеллы, то делай это сейчас. Я граф занятой, и выходить к доктору нам уже буквально через полчаса. Мне ещё надо проследить за тем, чтобы кое-кто был вовремя готов...
-И как ты вообще относишься к тому, что происходит с твоей женой? Ты ведь вряд ли остался в стороне.
-У меня много работы, и наблюдать за тем, как она ведет себя все страннее и страннее, было откровенно неприятно. Пришла ли ты меня осуждать или ободрять - откровенно говоря, мне наплевать. Я терплю тебя лишь по той причине, что ты жена моего единственного друга.
-Я бы не удивилась, что как раз из-за таких фразочек тебе больше не на кого положиться в этом мире.
-Нет, это по той причине, что я презираю других зверей и считаю их недостойными общения со мной. Николас - один из немногих в нашем посёлке, с кем всегда было приятно проводить время, в борьбе или в спокойствии ли.
-Я терплю тебя по той же самой причине, Клемент. И всё же женскую солидарность никто не убирал, и волки с лисами - очень похожие виды.
-Чего ты хочешь?
-Мне тоже неприятно её такой видеть, она ведь и моя подруга тоже. Я с ней поговорила, и...
-Что она тебе такого рассказала?
-Ничего. Мне чисто по-лисьи жалко тебя, Клемент. У тебя ведь больше никого нет дорогого в этой жизни.
-Я не думал, что ты занимаешься благотворительностью.
-Неужели тебе так тяжело поверить в доброту?
-Да. Как волк, который держит на себе целый завод, я не верю в эти сказки!
-И это странно. Ты сам жил в сказке…
Жаль, что Коралина не объяснила, что значит эта фраза, и попросту ушла обратно в столовую.
Вскоре все четверо зверей оказались в столовой, однако Арабеллу тут же отправили одеваться, пока гости, как и обещано, ужинали остатками былой трапезы. Затем все собрались в прихожей - несмотря на утепленные одежды, которые привычно шире летних, всем хватало места для того, чтобы чувствовать себя свободно и говорить.
-И разве будет много смысла, если мы все пойдем в клинику наших любимых докторов? Она не такая большая, остальные вполне себе могут подождать на улице, - сказал Николас.
-Развивая это предложение, я уж лучше пойду домой. Ник, ты не обидишься на меня за это? - резко заявила Коралина, направляясь к выходу.
-Мне уж точно не будет это безразлично, - немного грустно ответил ей муж.
-Почему ты так быстро уходишь? Все ведь будет хорошо, Коралина, ты сама мне это так хотела сказать... может, останешься с нами? - печально промолвила Арабелла.
-Некоторым будет лучше, если я удалюсь отсюда. Николас, помоги своему другу лучше воспринять происходящее менее болезненно, - отмахнулась лисица, выходя из дому и громко хлопая дверью.
-Я бы в любом случае это сделал, - вздохнул лис, присаживаясь на ряд стульев в прихожей.
-Дорогой Николас, все будет в порядке, я уверена! Но, Клемент, ты знаешь, почему Коралина так разозлилась? Она обычно очень спокойная! - спохватилась волчица.
-Я догадываюсь, но не имею никакой смелости делать выводы за неё, - отмахнулся волк, - Мой лисий друг все равно прав. Ему есть смысл подождать нас на улице. Если, конечно же, ты не замерзнешь там.
-Мне приходится давать представления на главной площади в любую погоду, в течение долгих, долгих часов. За меня не волнуйся - может, чего расскажу прохожим, они присоединятся ко мне и согреют своими словами, - усмехался Николас.
-Я в тебе не сомневаюсь, - сказал граф, но тут же заметил, что его жена как будто бы расплакалась, - Дорогая, чего это ты?
-И почему только наши друзья от нас постоянно уходят?.. - тихонечко, со слезами, говорила себе Арабелла. Её муж обнял её, но ей это не помогало ещё минут 10 - только тогда успокоилась, и ещё так резко, что всех безумно удивила.
Глава 4 – На приёме у врача
Для Арабеллы дорога шла тяжелее всего. Трое зверей пешком двигались в зимнюю ночь, которая обыкновенно начиналась уже часов в 15 дня, чем больше смущала всех, кто ещё не успел отвыкнуть от осеннего распорядка света. Волчица смотрела на морды тех, кто её окружал: её прекрасный муж крепко держал её за лапу, как будто бы это был официальный приём, пока Николас смотрел по сторонам и порой брал снег в свои лапы, собирал его и жонглировал полученным снежком, пока тот не падал на землю, судя по всему, по воле самого лиса. Графиню это забавляло, хоть и ворчание её мужа быстро возвращало её в реальность, которая была крайне печальна.
Она ведь раньше даже работала! Координатором сельхоз деятельности... то были странные дни, если рассматривать их относительно текущей жизни, когда Арабелла могла себе ни в чем не отказывать, заниматься тем, что ей казалось правильным, и при этом не уставать. В то же время ей всегда казалось, что она лишь пыталась выжить, но никак жить у неё не получалось. Это больше всего замечал Клемент, но он почему-то не мог выразить свои опасения нормальным образом, и вот так, ссора за ссорой, волки наступали друг другу на души и почти никогда не извинялись, потому что их действия были слишком ужасными... в основном со стороны мужской половины, впрочем. Волчица прощала ему многие жестокости из-за большой любви к нему. Конечно, он ни разу не поднимал на неё лапу и ни разу не приносил ей физический вред, а его ворчание часто сливалось с его криками, и всё же за годы счастливой жизни со своим избранником Арабелле удалось выучить его тембры голоса, ответственные за искреннюю злость. И ей все равно порой не удавалось уходить от этого гнева... будто бы он сам желал скандала с ней. Разве это правильно? Особенно с учетом того, что с каждым прошедшим годом волчица чувствовала себя все больше и больше оторванной от этой жизни, как бы она не участвовала в волонтерстве. Словно что-то уплывало от её глаз, словно они не могли больше ничего видеть...
Арабелла даже не заметила, как она уже оказалась на приеме у врача. Кабинет Доктора Филина отличался от обычных больниц больших городов тем, что он был более камерным: мудрый птиц переоборудовал комнату под себя, потому что здесь он проводит практически весь день. Николас, видимо, ждал волков на улице, а Клемент с содроганием смотрел в глаза врачу, постукивая когтями обеих лап по столу. Она никогда не видела его настолько нервным, даже во время запусков новых частей завода, и её это немного радовало...
-У вас действительно непростой случай, господа графы... - начал филин, взлетая ненадолго в своем кабинете, доставая какую-то книгу с верхней полки одного из стеллажей. На них преимущественно стояли книги, иногда - растения или игрушки всем известного производства. Пара окон в задней части комнаты добавляли гнетущей атмосферы из-за усилившегося снегопада. И как там только поживает Николас?..
-Не тяните, доктор. У вас ведь наверняка есть ещё пациенты! - проворчал Клемент, пытаясь давить на собеседника.
-Вообще-то вы сегодня являетесь моим последним приемом, после чего я пойду домой... - Птиц начал агрессивно читать выбранную им книгу, после чего он покачал головой и обратился к низу своего стола, откуда он достал 2 стакана и бутылку с подозрительным содержимым, - Мой успокаивающий отвар. Безалкогольный. Кому-нибудь из вас налить?
-Мне явно не помешает, - ответил граф, получая свою порцию.
-Пожалуй, я справлюсь и так... - грустно заявила Арабелла.
-Господа, грусть в новостях по поводу диагноза вашей жены, Клемент, в том, что у неё травма мышления... Наследственная. Такая болезнь, присущая в основном волкам, которая меняет их... понимание мира. Не бойтесь, это не смертельно, и при правильном уходе больной может прожить долгую и счастливую жизнь, - начал филин. У Арабеллы почему-то отлегло на сердце после этого заявления, но все в глазах начало расплываться...
-Можно я выйду? - неожиданно спросила она, - Мне надо подышать свежим воздухом... Николас же на улице?
-Да, он там. А ты забыла?.. – неуверенно спросил граф, но жена ему лишь печально покачала головой.
Как только волчица вышла, возникла короткая тишина, которая усиленно нагнетала обстановку. Филин смотрел на мужа его пациентки с опаской и долей сочувствия, а волк определенно требовал ответов, гарантий, хоть чего-нибудь! Жаль, что ситуация не позволяла давать никаких надежд, потому пришлось распивать особый отвар господина доктора на пару двум зверям. Он не расслаблял душу, но благодаря этой жидкости организму было намного проще переносить стресс, и разве не в этом счастье?..
-Понимаете, Травма Мышления - такая болезнь, которая ложится бременем на близких зверя, а не его самого. У Арабеллы, как я могу посудить по этому приему и вашим наблюдениям, такая форма недуга, что она порой теряет связь с реальностью и застревает в своих фантазиях... вам повезло, что она трезвомыслящая женщина, и её выдуманный мир схож с нашим, но проблема в том, что она может упасть с лестницы и не заметить этого, - начал вновь филин, попивая нервно из своего стакана.
-Мне несложно сделать так, чтобы падение с лестницы было для неё максимально мягким. Благо у нас второй этаж не так высоко над землей расположен, - угрюмо ответил Клемент.
-Тут ещё дело вот в чём... эта болезнь заставляет зверя намного сильнее все принимать к сердцу, а ваша жена и без того была чутким зверем, не даром же она в благотворительности работает! А вы довольно колкий на язык волк, да и в поступках порой перебарщиваете. Может, я вас слишком мало знаю в домашней жизни, но, смею предположить, что она не разнится с вашим публичным представлением себя.
-Может и так, но в чём смысл этих оскорблений? Я всегда относился к Арабелла с должным почтением...
-Вы не понимаете всю серьёзность! - резко подлетел Филин, но тут же вернулся на стол, - Её душа станет намного более тонкой, порой она будет улетать в свои миры, в свои воспоминания! И вам надо поддерживать её в такие моменты, а не пытаться вернуть её в реальность. Поверьте опыту книг - это не работает! Смерть из-за Травмы Мышления... крайне мучительна.
-Но вы же сказали, что от этой болезни не умирают!
-Душевные переживания легко могут довести до разрыва сердца… а вы ведь не хотите, чтобы ваша жена умерла из-за вашей оплошности?
-Что вы, нет… - Клемент тяжело вздохнул, допивая свой стакан. Возможно, его жизнь станет намного сложнее, чем раньше. Слишком сложной она будет… слишком…
Во время этого разговора Арабелла старалась отдышаться, всею грудью вдыхая как можно больше зимнего воздуха и стараясь освежить себя, но странное ощущение мира никуда не исчезало. О Травме Мышления в посёлке ходили лишь слухи и мифы, но здесь было так мало волков, даже самих графов было лишь двоя. Непонятно - жить дальше или нет? Конечно, волчица не хотела умирать, однако она в совершенстве не понимала, что ей теперь делать. Сейчас от неё отстранился весь мир, оставив её наедине со своей болью. Она начала тихо плакать, прикрыв лапами морду, чтобы слёзы не замерзали на морозе. К счастью для мадам, это страшное состояние было разрушено появлением дружеской рыжей лапы.
-Как вы, Арабелла? Что сказал господин Филин? Надеюсь, ситуацию можно разрешить, - любезно спросил лис. В его голосе чувствовался оптимизм зверя, который не знал ещё слишком многого.
-У меня наследственная травма мышления... все мои поэтические настроения - признак того, что я перестаю жить в этом мире! Я не могу так... мне не хочется терять моего мужа, но даже сейчас он остался там, с врачом, а мне было так плохо... я будто бы осталась одна, господин Николас. Совершенно одна, - плач волчицы усиливался, и потому другу пришлось подойти к ней ближе.
-Я сожалею... я думал, я искренне верил, что Клемент сможет решить большинство проблем в нашем посёлке, или найти подходящих для того зверей... Однако всё ещё не потеряно, Арабелла. У вас прекрасный муж, а у него не менее прекрасный друг, и вместе мы будем стараться следить за тем, чтобы ваше состояние не ухудшалось. Более того - моя жена наверняка тоже составит нам компанию.
-Вы так любезны, господин лис, но вы не обязаны...
-Я ничего никому никогда и не был обязан, но я сам избрал свой путь по жизни и должен тщательно следить за тем, что я остаюсь ему верен. Бросать единственную волчицу своего друга на произвол я не собираюсь...
-Простите... я совершенно потеряла нить разговора... – резко, с явным недоумением заявила Арабелла.
-Мне придётся подучить материал по Травме Мышления, - вздохнул Николас.
Спустя полчаса на улицу вышел и Клемент. Его было не узнать: морда перекосилась, на ней отражалось безумное количество безысходной ярости, которая не находит себе выход из-за аристократических манер волка; не стоит забывать про миллионы скрытых слёз, обозначавших отчаяние и грусть этого волка, но их он никому показывать не собирался - это попросту не по-мужски. Когда Арабелле полегчало, она смогла присесть на лавочку и радоваться простому присутствию своего мужа неподалёку, пока тот решил наедине поговорить со своим другом неподалёку.
-В жизни бы не подумал, что меня настигнет такая беззащитность, безысходность... ты бы знал, как меня это бесит, - заявил Клемент в начале разговора. Он методично и энергично наматывал круги вокруг одного деревца, всего покрытого снегом.
-А я начинал свою жизнь с воровства из-за бедности после окончания войны. Тогда казалось, что будущего не будет, несмотря на громкие заявления по посёлку. И знаешь, что? Все изменилось к лучшему, - Николас положил лапу на плечо друга, но тот её смахнул.
-Никто не знает, как лечить Травму Мышления, а у меня совершенно нет времени на то, чтобы постоянно сидеть с женой. Я бы уволил служащих, но тогда Арабелла и вовсе может повеситься!
-Попробуй организовать ей что-нибудь новое... против таких сложностей невозможно сражаться старыми методами. Ты и сам это понимаешь - ты ведь работаешь в производстве.
-Но я ПРОМЫШЛЕННИК! Я не разбираюсь в звериных отношениях или чувствах. Чего ты от меня хочешь?
-Я? С моей женой всё в порядке. Я хочу, чтобы с моим другом тоже всё было в порядке. И если тебе кажется, что ты не понимаешь других зверей, то начни с того, чтобы понимать свои чувства. Мне порой кажется, что тебе попросту нет до них дела.
-У меня нет на такой идиотизм времени.
-Тебе и не надо тратить долгие часы на это. В конце рабочего дня, всего 15 минут на то, чтобы записать свои мысли о прошедшем - неужели это так сложно?
-Посмотрим, - заявил волк, смотря в сторону своей жены и глубоко вздыхая.
Николас сразу отправился домой в одиночку - он очень хотел помочь своему товарищу, но тот резко возражал, как будто бы боялся испортить тот хрупкий баланс в ситуации, который сейчас присутствовал. Арабелла крепко держала своего мужа за лапу, пока они направлялись в сторону своего поместья. Погода располагала к размышлениям... жаль, что Клемент их ненавидел всю свою жизнь и предпочитал активные действия, и именно сейчас он не знал, что ему надо делать, чтобы одержать победу. Он периодически смотрел на свою жену и на то, как странно она улыбалась, будто бы снова уползла в свой странный мир, но, пока он её держал за лапу, она не чувствовала себя так одиноко или отчужденно. Графу это нравилось, как и любая возможность сделать свою любимую счастливой. Жаль, что у него так редко это получалось в последние дни. Если уж заниматься изучением собственных чувств, то волк мог обнаружить стойкую злость, которую он желал на ком-то выместить. Он прекрасно помнил, как жена его буквально пугалась, когда он только повышал голос - её диагноз вполне может объяснить, почему так происходило...
Когда они пришли домой, Арабелла тут же отправилась спать, совершенно забыв о графе, и быстро уснула. Это дало Клементу возможность выразить все свои негодования так, чтобы его никто не заметил, учитывая, насколько поздно было сейчас. Волк выбежал на улицу и принялся собирать снеговиков, а потом их разламывать при помощи ветки, которую он отломал у дерева. Этот метод работал пару раз, однако затем гнев начал нарастать, и граф начал нападать на собственность города, громя общественные телефоны, фонари... всё могут списать на проказы стихии, главное, сделать это достаточно очевидным. Никто ничего никогда не докажет, а даже если и докажут, то никто не будет производить им игрушки и давать деньги лучше, чем господин граф Клемент!.. С этими мыслями волк почувствовал свободу, громя все больше и больше на своем пути...
Пока он случайно не ударил прохожего бобра. Тот потерял сознание, повалившись в сугроб.
И тут Клемент понял, что он только что наделал. Жаль, что уже было слишком поздно, и бежать было некуда.
Часть II - Ветра Перемен в магазине Химии
Настоящее время, в Туманной Чаще
Глава 1 – Магазин Новейшей Бытовой Техники и Химии
Возвращаясь в сегодняшние дни этого прекрасного мира, каждый зверь не мог не обратить свое внимание на огромный город, который раскинулся на одном из континентов, и имя этому городу было Туманная Чаща. Когда-то, сразу после Великой Войны, которая потрепала практически все поселения животных по всей планете, здесь собирались выжившие (часто и аристократы), уставшие от войны и желавшие найти свое пристанище. Таким образом, благодаря усилию рода князей волков, вскоре деревушка начала превращаться в центр индустриализации, и к настоящему моменту здесь запускали целые ядерные реакторы, культурные произведения, о которых никто даже мыслить не мог пару десятков лет назад, выращивали самые питательные и быстрые сельскохозяйственные культуры, да ещё и жили здесь прекрасные звери, одни из самых терпеливых, трудолюбивых и добрых на всём континенте! Многие старались сюда переехать, но не каждый был готов потерять осёдланное место раз и навсегда, так что проблем с перенаселением у города не было.
Город делился на районы по географическим направлениям: Север, Восток, Юг, Запад и Центр. Каждый из них обладал своей специализацией, о которой знали чуть ли не все жители. Допустим, в Центре находилась Мэрия и головные офисы многих важных компаний, а на Востоке располагались великолепные Торговые Ряды малых магазинов и Центральный Рынок. Продукция поступала туда практически прямиком с заводов, многие филиалы самих производств находились прямо в восточном районе для удобства - никто не любил посредников. Одной из таких розничных точек был "Магазин Новейшей Бытовой Техники и Химии", который распространял, соответственно, бытовую химию и технику, порой довольно самобытную. За этим магазином за последние годы закрепилось несколько легенд и мифов, к примеру, связанных с увольнением проверяющей вороны после попыток понять, что конкретно привело к успеху этого места, однако этот вздор даже прибавлял к популярности столь камерного и в то же время очень эффективного места.
Пару слов стоит и сказать о владельце магазине, 27-летнем волке Селестене. Он работал один - сам обслуживал покупателей, убирался, следил за поставками. Иногда ему помогал лис, но покупатели это замечали не столь часто, за исключением тех дней, когда этот рыжий зверь занимал собой прилавок до конца рабочего времени. Господин волк имел двойное образование: он был и химиком, и техником, но предпочитал называться первым, ибо любил химию больше инженерии. Он любил носить красные костюмы: пиджаки, рубашки, брюки, пальто - и совмещать их вместе с багровыми шарфами в зимний период. По характеру этого зверя какое-то время называли ворчливым, какое-то время - чуть ли не самым добрым волком в городе. Говорят, что год назад с ним произошло что-то очень плохое, что он закрыл магазин на 2 недели, но никто ничего не знает за пределами слухов. Главное, что сейчас этот милый пушистик с темным мехом доставлял радость не только покупками, но и своим поведением, и это несмотря на то, что он сирота!
-Ох, божечки, Господин Селестен, не могли бы вы помочь мне? Я никак не могу достать до вон того шампуня! - жаловалась как-то в ходе рабочего дня старушка-крыса, которая уже не могла прыгать, как свои сородичи, а лишь нервно поправляла свою шляпку, на которой налип снег.
-Я уже бегу! Хорошо, что мне хватает времени уследить за покупателями в возрасте! Надеюсь, я не заставил вас долго ждать? - искренне любезно отвечал волк.
-Что вы! Конечно, во многих местах к покупателям относятся нормально, так, что не будешь жаловаться, но у вас в магазине всегда чувствуешь какую-то домашнюю атмосферу!
-Ну, я здесь действительно живу... Хм, вариант "Кукольный Спектакль", делает мех крайне презентабельным и при этом чистым. Вы куда-то собрались?
-У внука будет зимняя постановка в школе! Я обязалась прийти. Все-таки он у меня единственный!
-Это хорошее дело... - с грустью заметил волк.
-Что вы? Ох, извините, я и совсем забыла, что вы сирота!..
-Всё в порядке. Давайте пойдем на кассу...
Подступало время окончания смены, чему Селестен радовался: обычно к этому моменту с работы возвращался его любимый лис Эдгард. Он немногим ниже и младше - ему 24 года, предпочитает носить он чёрные жилетки с жёлтыми рубашками и зелеными брюками. Столь странный стиль не помешал волку влюбиться в рыжего обормота (так он его называет из-за странного поведения и его необычных увлечений) и жить им вместе весь прошедший год. С учетом того, что химик фактически живет на втором этаже своего магазина, куда вход закрыт на ещё одну дверь после лестницы. На 2 этаже располагалась спальня, кухня, ванная, гостиная... Как раз дверь магазина раскрылась со звоном колокольчика, и лисья морда появилась на пороге, почему-то очень грустная.
-Эдди! Я тебя заждался уже. Я ведь не собираюсь начинать готовить ужин без тебя - опять пожалуешься, что он слишком холодный, а греть ты не хочешь, - с любовью ворчал Селестен.
-Да-да, я знаю. Прости, что задержался, - немного холодно и просто ответил лис. Обычно он распинался на ещё пару фраз.
-Что-то случилось? Твой тон обычно более жизнерадостный.
-Ты и так прекрасно знаешь, что может со мной случиться. На работе меня опять высмеяли за мои философские рассказы. Я-то думал, что там аудитория будет поумнее, все-таки на главной электростанции города работаем, но я опять ошибся! - со злобой лис присел на один из диванчиков у окна. Там обычно сидели дети, которым невдомек было, чего взрослые так долго выбирают, или они попросту уставали ждать.
-Тогда ты тоже должен прекрасно понимать, что я буду рад тебе как-то помочь... - неловко сказал Селестен, присаживаясь к своему лису. Тот вычурно отодвинулся, - Опять ты за свое?
-Это ведь была прекрасная история о нашей армии, Селестен! И ты только представь, мой рассказ называли совершенно ненаучным, но я ведь его основал на том, что ты запомнил в ходе пробежек по Военно-Историческому Центру год назад!
-Моя память могла меня подвести...
-Всё равно! Видимо, никто нам не доверяет в этом городе.
-Учитывая, как ты порой очернял при мне население Туманной Чащи, я бы совершенно не удивлялся…
-Это было ради шутки!.. Я хотел развеселить публику, а получилось…
-Получилось как всегда. Неужели те книги, что я тебе нашёл у дядюшки лиса Теодора, не помогают?
Вновь дверь в магазин опять открылась. Наглостью, желающей прервать обеденный перерыв прекрасного Селестена, обладают немногие звери, учитывая, что большинство жителей понимают, что их время отдыха могли бы закончить точно так же другие, практикуя они такое поведение... вскоре силуэт вошедшего можно было разглядеть и опознать: это был волчонок примерно 13 лет от роду, серого меха. На нем был короткий синий костюм, состоящий из брюк, пиджака и галстука-бабочки. Когда-то этот товарищ носил шорты, но текущая погода конца ноября не позволяла таких вольностей. По морде этого зверя можно было догадаться, что он весел и бодр, хоть он и выронил книги из своих лап из-за неуклюжести. Селестен тут же кинулся поднимать бумажные издания своего собрата по виду.
-Что ж ты так неуклюж, Квентин? Все в порядке? - спросил старший волк с заботой.
-Да... тяжелый день в школе. Надеюсь, я успею сделать домашнюю работу до ночи, а то её слишком много сегодня! - отвечал судорожно младший.
-Я уверен, что ты справишься... с твоим-то умом вряд ли возникает много проблем в учебе.
-Более чем, дядя Селестен!..
В большей степени волчонок грустил из-за того, что его родители в очередной раз отправились в командировку и оставили его одного. Селестен как сирота прекрасно понимал это ощущение заброшенности, потому помогал своему подопечному. Более того - его родители сами настаивали на этом, и все были счастливы в данном случае... кроме самого Квентина, который попросту хотел больше времени проводить с мамой и папой. Конечно, ему нравилось каждый день после школы приходить в магазин, делать здесь уроки, читать книги, иногда оставаться на ночь в гостиной... но ощущение заброшенности у волчонка уходило слишком долго. Совсем недавно оно сменилось какой-то радостью оттого, что он может побыть дома один, но он связывал это с тем, что родители и дядя Селестен называли "переходным возрастом" - ужасной, судя по книгам, поре становления и взросления организма зверя... вот бы её как-нибудь пропустить, м? Жаль, что этим мечтам сбыться не суждено.
-Хотел бы я сказать то же самое о моих школьных годах, - усмехнулся неожиданно Эдгард, - Я от них мало чего запомнил, кроме того, что жуть как плохо переваривал физику. Угораздило же потом отправиться работать на электростанцию диспетчером!
-Надо радоваться, что это была не ядерная электростанция, или бы мы уже купались в ядерных лучах счастья, - усмехнулся Селестен, ударив своего компаньона по плечу.
-Ты просто само очарование, Селестен, может, тебе стоит перевести эту энергию на что-то более полезное для наших взаимоотношений? - лис неожиданно огрызнулся, но волк ему ничего не ответил, кроме как глазами поводил туда-сюда, показывая, что ему стыдно об этом думать.
-У нас как раз в этом учебном году началась физика! Вы можете мне как-то с ней помочь, Эдгард? - спросил Квентин, подходя к диспетчеру.
-Ну уж нет. Я-то с публикой из взрослых зверей плохо общаюсь, а ты хочешь, чтобы я нашёл язык с 13-летним волчонком? Это не просто глупости - это особые дурости! - отвечал Эдгард, отмахиваясь и отходя в сторону лестницы на второй этаж.
-Кстати говоря, Эдди, а разве ты не должен направляться уже в сторону Электростанции? Или, не знаю, быстрым темпом есть? Мне-то легко, кухня недалеко, а вот у тебя сплошные проблемы с этим... - неожиданно вспомнил Селестен, по-хозяйски оглядывая свой магазин.
-Поверь, Сель, я прекрасно знаю, когда и что есть, и тебе не нужно со мной нянчиться. Если честно, это ты за собой почти не ухаживаешь. Из 7 завтраков и обедов, что я делаю тебе за 2 рабочих недели, ты половину не съедаешь! Неужели я так плохо готовлю? - поинтересовался лисяра.
-Нет, что ты, с этим нет никаких проблем, просто... - волк не мог договорить.
-Дядя Селестен, почему вы так много молчите? Вы же вроде такой разговорчивый волк! - резко взволновался Квентин.
-Он болтает без умолку, когда дело касается твоих классных книг, приемный племянник ты наш. А когда дело заходит о наших отношениях, так этот... нехороший волчара отмалчивается, - огрызнулся Эдгард, выбегая из магазина.
Квентин примерно предполагал, с чем было связано молчание дяди Селестена. 5 лет назад этот волк любил совершенно другого зверя, сородича по имени Аксель - университетского ботаника, который в ходе экспедиций пытался вырастить более устойчивые виды растений. К несчастью, возникали недомолвки между животными, и однажды, когда вся экспедиция Акселя погибла, этот волк в очках направился к своему единственному любимому, чтобы провести с ним последние минуты. Так уж вышло, что именно Селестен убил его, причем жестоким способом, и химик долго этого не мог себе простить. Он даже подписался на городскую программу для лечения при помощи препарата "Кластерный Успокоитель" - так сильно он хотел справиться с горем. С ним это сыграло злую шутку – сей снадобье оказалось нестабильным, даже ужасным по своей задумке, и в результате грусть и вина волка начали обретать плоть в нашем мире, превращаясь в кошмарного монстра под названием Великий Уравниватель. Он преследовал и друзей-приятелей химика, которые тоже записались в эту программу, каждый по своим причинам, но они оказались слабее по духу и сильно пострадали, некоторые даже погибли... конечно, кризис давно миновал, но шрамы той эпохи до сих пор отдают в сердце. Хуже всего то, что Селестен регулярно видел Эдгарда, как будто бы видением, - он никогда не будет уверен, был ли это настоящий зверь или нет, но он так часто умирал... что волк не может нормально смотреть на своего любимого лиса сейчас. Химик посещал психолога, сначала 3 раза в неделю, а сейчас уже раз в месяц, иногда два, но травмы, заработанные тогда, нельзя так просто забыть. Забавно, что именно тогда Квентин познакомился с Селестеном, ибо они оба были друзьями Акселя, и именно это стало причиной, по которой родители волчонка вообще согласились на то, чтобы их чадо оставалось с ним. Необходимо сказать, что никто в городе не знает, кроме Эдгарда и мальца, что химик кого-то убивал - вся информация была засекречена, а любой, кто пытается подать заявление в полицию, тут же останавливается городом.
Всё это – дела минувших дней, но их боль отдает до сих пор… и не только Селестен это чувствует.
Глава 2 – Безмолвие проблем
Состоянию Лиса Эдгарда было простое объяснение: у него совершенно не ладилось не только в его творчестве, но и на работе. Порывы этого рыжего зверя в рамках представлений своих рассказов публике с учетом их обратных реакций нередко кончались плохо: зрители порой оскорблялись его словами, или им попросту не нравилось содержание, которое всегда было необычным. Недавно рассказанная история об армии - одна из более спокойных тем, которые прошли за последние полгода. Лис давал представления каждые 1-2 недели, заготавливая тексты в ходе обеденных перерывов или по вечерам и ночам после работы. К примеру, 2 месяц назад Эдгард вёл повествование о тяжелых подвигах рабочих за последние 50 лет, которые на фоне действий аристократов иногда забывались - это был один из тех редких случаев, когда рыжего рассказчика похвалили за его творчество. А вот 8 месяцев тому назад, когда лис пытался поведать об истории ненависти внутри браков, его закидали бутылками - пришлось быстро убегать из ресторана и вызывать соответствующие органы, чтобы они разобрались. Зверей лишь оштрафовали - все-таки никто не пострадал, кроме души Эдгарда, до которой, впрочем, мало кому было дело.
И все бы ничего, но недавно коллеги обратились против их диспетчера электростанции: они начали его подкалывать таким образом, что уже давно не было смешно. Конечно, лис сам любил пошутить над своими товарищами по работе, но он никогда не переходил границы... или так считал, что их не переходил. Сейчас все против него ополчились, и даже дома его любимый Селестен будто бы от него отстранялся, что очень сильно напрягало Эдгарда. Порой хотелось попросту прийти домой и заплакать в подушку, но не факт, что тогда кто-нибудь это заметит... и в таких случаях лис плакал в душе - там с наибольшей вероятностью никто не услышит его боли. Никакие книги по развитию в области ораторского мастерства или умений рассказчика не помогали изменить ситуацию, и, увы, печаль от осознания этого факта только накапливалась...
Хуже всего было то, что каждый разговор с Селестеном в последние месяцы превращался в странную перепалку между 2 зверьми, которая напоминала скрытную операцию каждого по тому, чтобы говорить правду, но скрывать свои самые глубокие чувства. Как бы Эдгард ни пытался вывести волка на искренние переговоры, ничего не получалось. Несмотря на то, что они жили вместе уже почти год (лис переехал к химику через месяц после того, как последний признался ему в своей любви), в спальне у них были раздельные кровати, между которыми находилось примерно 5-6 метров пустоты. Селестену достался прекрасный вид из окна, в то время как кровать Эдгарда уткнулась в стену, рядом с которой находился полупустой книжный шкаф. Рыжий зверь вспоминал по пути обратно на работу, как недавно у него ночью кончилось терпение... тогда его любимый волк читал книгу по химии перед сном, а лис пытался уснуть, борясь с ужасными мыслями. Поняв, что его жизнь была только в его лапах, он мягко подошёл к любимому и отодвинул его книгу о маленьких деревушках, заставив его обратить внимание на появившегося перед ним товарища.
-Я думал, ты уже хотел заснуть, Эдгард, - сонно сказал Селестен немного тревожным голосом.
-Да, хотел, но мои мысли меня навели на желание с тобой поговорить перед сном, - поведал лис, присаживаясь на кровать волка. Тот резко отодвинулся и забился в уголок, - Что опять не так?
-Та ничего, ничего... что ты хотел спросить?
-Мне не хватает твоей поддержки по поводу моего же творчества! Я не могу тебя заставить писать за меня, но мне порой не хватает того, чтобы ты просто сидел в одном зале, в котором я рассказываю свои истории!
-Последний раз это кончилось тем, что меня облили водой с приторным запахом ванили. И я разве могу тебе чем-то помочь? В конце концов, из меня вышел бы плохой рассказчик или автор.
-Просто будь рядом со мной!.. Неужели это так сложно?.. Я рад даже тому, что ты сидишь рядом со мной. И я вижу, что тебе это совершенно не нравится...
-Тогда зачем ты это делаешь?
Эдгард честно не знал, как ответить на этот вопрос. Они ведь встречались, да?.. Они ведь друг друга любили, да?.. Так почему волк так избегал всякой близости со своим любимым? Лис никак не мог это понять, потому смотрел на своего собеседника и не мог собрать даже одного предложения...
-Знаешь, Эдди, я понимаю, почему к тебе так плохо относятся твои зрители. Ты переходишь всякого рода границы и заходишь в самую душу, даже когда ты не должен этого делать, - резко проворчал Селестен.
-Но мы ведь... вместе... так почему я не могу... позволить себе зайти в твою душу? - практически плача сказал Эдгард.
-Только не начинай плакать, ладно? От твоих слез не будет никакого смысла. Ничего плохого не произошло - я уже привык к одиночеству.
-Ты думаешь, я плачу просто так?! Что в этом нет никакого смысла?.. Мне больно, Сель, мне очень-очень больно... я так хочу с тобой провести немного личного времени, а ты будто бы убегаешь от меня!
-Зачем же ты тогда пытаешься меня догнать? Мы с тобой и так вместе живем. Иногда ты даже мне помогаешь по магазину, что я безумно ценю...
-Чёрт, Сель, меня даже на работе начали уже задирать из-за моих провалов в творчестве! И я всё это держу в себе. Но разве я должен это делать, должен я так страдать, когда есть любимый волк, с которым я мог бы поделиться собственными печалями?
-Никто не мешает тебе рассказывать истории и здесь. Странно, что ты за весь год только 1 раз у меня давал выступление, оно ведь было таким успешным, и покупателей будто бы было больше...
-Я думал, что в твоем магазине слишком просто добиваться успехов, и потому пошёл дальше! Да, я не виню тебя за промахи в ресторанах и подобных местах, но, дери тебя, Селестен, почему ты не можешь поддержать меня, когда мои коллеги меня унижают?..
-Просто уволился бы. Я не вижу никакой проблемы.
-Тебе легко говорить!
-Нет, ну серьёзно... - Селестен принял деловой вид, - Ты ведь живешь со мной. Ты можешь работать в магазине моим помощником. Почему ты продолжаешь работать на электростанции? Мы не будем страдать по финансам…
-Я даже не могу понять, любишь ты меня или нет, а ты хочешь, чтобы я бросил свой независимый источник заработка?
Тот разговор плохо прошёлся не только по Эдгарду, но и самому волку. Они неделю не общались, думая о своем, пока резко не вернулись к повседневным разговорам, делая вид, что у них нет тех ран, что они заработали за эти месяцы... пожалуй, наибольшая проблема Селестена была в том, что лис делал для него слишком много. Он совершенно не привык к такому уровню заботы - годы жизни в одиночестве и желания справляться со своими проблемами самостоятельно из-за сиротливой жизни (его родители умерли так рано, что он о них практически ничего не знал) привели к тому, что химику порой была чужда любовь от других в большом количестве, и, что самое удивительное, он же в ней и нуждался. Он прекрасно помнил историю с Акселем - о том, как его собственная ревность и неуверенность в любви единственного волка, что отдал ему свое сердце, привели к гибели назначенного зверя. На самом деле, Селестен до сих пор горевал по ботанику - конечно, он всё ещё безумно любил Эдгарда, но он никак не мог забыть своего прежнего любимого, горюя о нем стабильно каждые 2-3 недели. Волк обращался к психотерапевтам, но их ответ был достаточно прост: таков его способ принятия утраты, это можно было лишь принять. Возможно, забота и ощущение ценности от Эдгарда могли помочь исправить эту ситуацию, но лиса порой было слишком много! Химику даже пришлось разделить их спальное место на 2 кровати, которые он расставил в разные части комнаты, собирая их лишь по большим праздникам. Лиса это будто бы не остановило, а только подстегнуло... Конечно, Селестен прекрасно понимал, что им надо было поговорить о данной проблеме искренне и наедине, но каждый раз, когда он слышал голос Эдгарда и слова о чем-то, связанном с глубокими чувствами, так у него сводило уши и сердце, и он хотел отстраниться от ситуации, убежать далеко-далеко... отчасти это напоминало ему о том, как 4 года он убегал от вины убийства Акселя, но здесь ситуация другая... волк бы с радостью поделился тем, что у него накопилось в душе, но Эдгард будто бы крадет у него возможности для этого.
Если поразмыслить, то Селестен пытался поговорить с лисом по поводу того, что его до сих пор гложет, но тот будто бы не слышал... и, каждый раз, вспоминая один из разговоров, волк неожиданно ронял какую-то вещь в магазине, будь она рядом с ним или в его руке.
-Эдди... я знаю, что ты меня любишь, и я знаю, что ты так пытаешься показать свои чувства мне, но, правда, тебе стоит поумерить свой пыл... - сказал мягко химик в начале того разговора. Дело было в ходе обеденного перерыва у него, пока у Эдгарда был отпуск, и он придумывал истории, записывая их в тетрадку, пока сидел за кассой. Квентин тогда делал домашнюю работу на диванчиках.
-Эм... Селестен, я сейчас занят, и я, конечно же, понимаю, да-да-да, но ты не мог бы поговорить об этом со мной попозже?
-Нет, я не мог бы! Мне так тяжело говорить с тобой о таких вещах, я к ним готовлюсь пару дней, и я надеюсь на то, что мы с тобой сможем поговорить, как нормальные...
-Извините, дядя Селестен, дядя Эдгард, может, я пойду наверх?.. - спросил неловко Квентин, и старший по виду ему кивнул положительно.
-Видишь, ты своим тоном пугаешь даже младшее поколение. Ну и как так можно, м? - усмехался Эдгард, явно больше интересуясь своей тетрадкой, так что волк решил не тянуть и вытянул её из-под лап любимого, кидая в сторону диванов.
-Я говорю о серьёзных вещах, а тебе на них плевать.
-Если бы ты подождал, то я бы с радостью поговорил, но ты всё намеренно портишь, как и при каждом нашем разговоре!
-Я потому и говорю с тобой сейчас, потому что потом я не буду чувствовать себя так свободно, чтобы поговорить о таких важных вещах!..
-Ну, в жизни часто бывают разочарования, тебе ли не знать. Это ведь у тебя твой единственный любимый погиб по твоей же вине...
-И зачем ты мне давишь на больное?
-По той же причине, по которой ты вырываешь у меня из-под рук тетрадку. Ничего личного, Селестен!
-Это всё ЛИЧНОЕ! Хотя, знаешь что? Не удивляйся, если я с тобой не захочу говорить ещё долго.
-С тобой удивляться лучше не переставать никогда.
После того разговора они не общались до самого конца отпуска лиса.
Квентин тот разговор слышал от начала до конца. Ему было больно осознавать, что его друзья-дяди ссорятся, но ещё больнее ему было из-за того, что Селестен был для него как старший брат, чуть ли не заместитель родителей, и он очень желал ему помочь. Потому, через пару дней, волчонок спросил у старшего по виду кое-что:
-Дядя Селестен, я могу тебе чем-то помочь? Вы ведь так ссоритесь с Эдгардом...
-Откровенно говоря, будет лучше, если ты будешь держаться от нас подальше в такие моменты... мы взрослые звери и со всем сами разберемся, - ответил волк, прекращая свой обед в ходе перерыва в тот день.
-Но... вы точно сами справитесь? Просто вы так часто перестаете друг с другом разговаривать, и в ходе детективов в такие моменты чаще всего и убивают зверей! Я знаю, что вас никто не убьет, но ведь лучше вам точно от этого не станет.
-Безусловно, ты прав, но... если мы не знаем, что делать, то мы ничего и не сделаем. Даже если ты нам скажешь... такие вещи надо не только слышать, о них надо думать. А сейчас я думаю лишь о том, чтобы Эдгард опять не перегнул палку со своей заботой.
-Может, мне поговорить с дядей Эдгардом, как дипломаты городов налаживают отношения друг с другом?
-Идея прекрасная, но... я не верю, что он сам готов к этому. Он ведь неспроста до сих пор не уволился с электростанции...
-Вы опять боитесь, что вас не любят?
-Нет, я уверен, что он меня любит, даже слишком. Я просто не уверен в том, что это не заставит его бросить меня... и, давай я не буду тебя обижать своими перспективами по этому поводу, ладно?
-Я бы не хотел, чтобы вы от меня что-то скрывали, дядя Селестен...
-Может, у тебя больше не будет старшего дяди, вот и всё. Называй это безответственным, если хочешь, но 2 удара по сердцу за 1 год я не переживу.
-Все не будет так плохо! - резко прокричал Квентин, обнимая своего старшего по виду.
-Мы можем с тобой только надеяться. В конце концов, это зависит от Эдгарда, а не от нас...
-И почему я не могу с ним поговорить?..
-Потому что это будет бестолково.
Даже сейчас Квентин не мог понять, почему дядя Селестен считает эти мысли бестолковыми.
Глава 3 – Наши старые обязанности
В конце рабочего дня, когда все скандалы миновали или ещё не случились, Селестен направился в сторону главной городской больницы. Именно там в последние полгода он встречался с волчицей Ариэль - своей старой подругой, которая тоже участвовала в программе "Кластерного Успокоителя" и которая от него сильно пострадала. Причиной её вины было убийство мужа и его брата - они регулярно оскорбляли ровесницу химика и всю её семью, и в один момент её нервы не выдержали... каким-то чудом о её преступлении никто не прознал, и она приняла препарат, зажила новой жизнью, даже стала выступать на любительской сцене Великого Речного Театра города. Все бы ничего, но внутренний дух говорил, что что-то было не так... Ариэль не стала жертвой Волка-Уравнивателя - она сама сожгла одну из пожарных станций города и упала с высоты, чуть не погубив себя. Участником уже этих событий стал сам Селестен - и именно он поспособствовал тому, чтобы его подруга не покончила с собой.
-Мне приятно, что ты меня до сих пор навещаешь, но мне всё ещё тяжело воспринимать мужчин-волков рядом с собой... - сказала волчица. Встречались они каждый раз на входе в больницу, после очередной физио - или психико - терапии.
-Я могу перестать приходить, если тебе так будет лучше, - усмехнулся Селестен. Он был рад видеть морду, с которой он не ссорился в последние месяцы.
-Нет, что ты!.. Мы ведь все ещё друзья... так ведь, да?
-Разумеется. К тебе не приставал никто по поводу... ну... сама знаешь, чего? - так он пытался скрытно спросить, пытался ли на неё кто-то подать в суд. Официально город закрыл дело волчицы Ариэль и не подпускал к нему никого из-за воздействия препарата - эксперименты желали тщательно держать в тайне.
-Нет, нет... Селестен, у тебя какой-то грустный тон. С тобой всё в порядке?
-Я разберусь, правда, не задумывайся об этом. Лучше уж расскажи, как у тебя жизнь вне больницы!
-Проводя здесь каждый день, я и не знаю, есть ли у меня жизнь ВНЕ этого места... - Её травмы были практически несовместимы с жизнью. Врачи сами удивлялись, как она шла на поправку, но всячески ей помогали, - Я уволилась из порта. Да и из театра ушла. Я не хочу вспоминать о старой своей жизни. Правда, возникла такая милая проблема – я не знаю ничего о новой жизни!
-Я уверен, что для тебя найти её не составит и проблем. Ты стойкая волчица… - Селестен посмотрел на часы где-то на улице и резко всполошился, - Прости, мне надо бежать.
-Что, опаздываешь на свидание с Эдгардом?
-Не совсем. Но я не хочу с ним ссориться из-за того, что я слишком поздно пришёл домой.
-Он настолько тебе не доверяет?
-Я не желаю сейчас об этом говорить.
-Мне жаль, что ты после Акселя не смог найти новое счастье, - сказала волчица в догонку. Её друг ничего не ответил, но по его грустному лицу всё было ясно и так.
Волк рассчитывал время на дорогу домой вместе с учетом того, чтобы попасть на кладбище. Ежемесячно он ходил на могилы погибших друзей, чтобы оплакать их в очередной раз, проверить, в каком они состоянии, заплатить за ухаживание за ними - эти рутинные дела можно перечислять бесконечно. Для химика это была необходимая часть ритуала прощания - он, конечно, сказал последние слова ещё год назад, вместе с Эдгардом и Квентином, однако горечь утраты слишком часто заполняла волка, и потому он продолжал ходить на могилы. Этот метод был даже рекомендован его психотерапевтом, так что Селестен и не смел возражать.
-Ах, Аксель, Аксель... - сказал он, подходя к надгробью своего бывшего любимого лохматого зверя красного меха, - Ты и так знаешь, как я был счастлив с тобой. Надеюсь, ты сам сейчас счастлив, понимая, что я мог двинуться дальше. Я прихожу сюда из-за того, что мне все ещё горько от твоей смерти, вот и всё... если бы не ты, может, я даже с Эдгардом бы и не познакомился никогда! Конечно, мы сейчас с ним не на шутку ссоримся, пытаясь найти такие способы общения, чтобы друг друга не ранить, но этот странный период так долго продолжается, что... может, я сюда прихожу из-за поиска чужой поддержки, я не знаю. Но я ведь просто разговариваю с камнем... Это так глупо, но порой необходимо. Сам психотерапевт посоветовал мне тебя проведывать каждый месяц, чтобы боль утихала. Я тебя никогда не забуду, и не надейся, но со временем светлая грусть заменит эту горькую скорбь. Мне жаль, что одного года было недостаточно... - Селестен тяжело вздохнул, похлопав надгробие из чистого гранита, и направился в сторону соседней могилы.
Там располагалась статуя господина Фереола - противного по характеру горностая, который постоянно прозябал в магазине Селестена и рассказывал странные военные истории. Он работал в военно-историческом центре, отбывая наказание за убийство оскорбившего его зверя. Он тоже был в программе страшного препарата, и именно это его погубило - в порыве гнева Фереол чуть не убил Квентина и химика, а последний смог нанести решающий удар… Селестен сам удивлялся, почему он каждый месяц приходил к этой могиле. Горностай обманывал всех вокруг, включая самого себя, его даже семья не любила… но каждый раз, приходя сюда, волк отдавал честь павшему товарищу, уходя с кладбища восвояси.
Каждый месяц на кладбище, примерно в те же дни, что и Селестен, оказывался и другой зверь, неразрывно связанный с трагедией Великого Волка-Уравнивателя, рожденного "Кластерным Успокоителем". Им был медведь Тьерри. Сейчас он работал директором кафе мороженого и десертов в центре города, но никто бы в жизни не сказал, что год назад он был командиром Специального Отделения Биозащиты Мэрии (сокращенно - СОБ) - тайной организации внутри правительства города, созданной для того, чтобы следить за исследованиями корпораций, связанных с генетическими разработками. Конспирация нужна была во избежание паники, но порой Отделение выполняло открытые операции по поимке чудовищ, представляясь как "правительственные работники" или чем-то вроде такого. Никто зачастую не задавал вопросов – страх перевешивал любопытство. Тьерри уволился после того, как Селестен (не без помощи медведя и его отрядов) победил Волка-Уравнивателя - он посчитал, что работа с чудаками-учеными ни к чему хорошему не приводит. Впрочем, даже сейчас бывший командир получал звонки из мэрии, как, к примеру, в этот раз.
-Я в сотый раз вам говорю - я не вернусь в СОБ! Никогда больше не буду работать там! - кричал он в трубку, находясь в своей домашней одежде в своей же квартире.
-Ситуация требует предельной точности и мастерства для её расследования. Хотел бы я знать агентов, подобных вам, которые не были бы заняты какой-либо работой... - грустно отвечал голос по ту сторону.
-Был у меня хороший агент, но вы его забрали из-под моего управления 10 лет назад по одному "важному делу", вроде того, о котором вы сейчас говорите!
-Этот же агент и раскрыл нужную нам информацию. Может, вы посоветуете кого-то, не связанного с мэрией, но кому вы могли бы доверять?
-Я в жизни не буду привлекать гражданских! Они не готовы к этому всему!
-Дело серьёзное, господин Тьерри. Или мы привлекаем гражданских сейчас, или их настигнет наша проблема.
-Думаю, тогда вы сами знаете, о ком я поведу речь дальше.
И он бросил трубку. Его терпение иссякло.
Селестен в этот момент покидал кладбище. Погода приближалась к зимней, и его это радовало: празднества в честь окончания года всегда были его самыми любимыми, ведь с ними он связывал надежды на то, что последующий год будет лучше предыдущего хоть в какой-то степени. Последний Новый Год волк справил вместе с Эдгардом, и они провели незабываемые недели вместе, о которых говорить всуе было бы неприлично. Однако сейчас настроение было омрачено тем, что будущее вполне могло быть хуже настоящего. Конечно же, не на уровне того, что происходило в последние 4 года после смерти Акселя, но сам факт того, что жизнь стремительно катится вниз, несмотря на усилия химика, его напрягал. С этими мыслями он и прошёл всю дорогу до дому. Вокруг него постоянно крутились жители Туманной Чащи, и он даже чуть кого-то не сбил на подходе в магазин. Кажется, это был барсук, если судить по росту упавшего на землю зверя.
-Дядя Селестен, а вам не показалось что-то странным? - спросил неожиданно Квентин, который уже сидел на диванчике.
-Всё вроде бы нормально. Или у тебя есть какие-то конкретные мысли? - ответил вопросом ему старший волк.
-Как будто бы за вами кто-то следил! Не знаю, привиделось мне или нет, но тот зверь, с кем вы столкнулись на пороге магазина, явно хотел, чтобы вы оказались в столь тесном контакте.
-На что ты намекаешь?..
-У вас ничего не пропало из карманов?
Селестен проверил свой пиджак и свои брюки - все, что в них лежало до похода на кладбище, так там и осталось.
-Все на месте. Ты перечитал своих детективов, Квентин.
-Но вы ведь знаете, что в нашем городе может твориться! Что, если опять кто-то хочет чего-то от вас добиться, но не говорит вам это в открытую?
-В твоих словах есть смысл, но... откровенно говоря, я считаю, что ты выдумываешь, воображение разыгралось!
-Почему вы не можете мне поверить?..
-По большей части из-за того, что тебе стоит собрать больше вещественных доказательств, - пробурчал Селестен, убирая свою зимнюю одежду на служебные вешалки.
Сверху донёсся звук распахивавшейся двери, будто бы кто-то там сидел и поджидал, пока волк придёт обратно в свой магазин. Несложно было догадаться, кто это был.
-В основном он не хочет тебе верить из-за того, что он привык все проблемы решать сам, а если ему кто-то дает подсказку, то ему понадобится 2 года только лишь на то, чтобы понять намек, и ещё 2 на то, чтобы решиться на действия! - проворчал уже Эдгард, спускаясь вниз.
-Тебе вовсе необязательно меня оскорблять, чтобы сказать Квентину о том, что я предпочитаю все важное для себя держать в себе, - вздохнул химик.
-Разве это вообще правильно, а? Разве смысл отношений не в том, чтобы делиться с любимым зверем переживаниями, интересами и целями? Порой мне кажется, что мы с тобой просто сожительствуем. К примеру, куда ты ходишь каждый месяц в один и тот же день, в одно и то же время? - продолжал гневную тираду Эдгард.
-Неужели ты начал ко мне ревновать, Эдди? Не глупи... мое сердце слишком холодное и неповоротливое, чтобы полюбить кого-то, кроме тебя, - Селестен не выдержал и перехватил гневно машущего лапами лиса, а затем крепко его обнял. Он сперва пытался вырваться из цепкой хватки, но, после десятка провальных попыток он остановился, пока волк его сам не отпустил.
-Я и хотел это услышать! Подтверждения всегда приятны. Но, Сель, проблема-то никуда не девается. Мне кажется, что мы живем не вместе, а рядом друг с другом. У нас даже кровати раздельные!
-Это из-за того, что ты у меня постоянно забирал одеяло по ночам.
-Даже если причины столь просты и нелепы, это все равно неправильно!
-А что, ты бы хотел, чтобы я все время проводил с тобой? Чтобы я не давал тебе дышать и заниматься тем, что ты хочешь, а постоянно был рядом? Чтобы мы были единым целом без намека на то, кем мы являемся на самом деле?
-Ты опять все переврал! Я просто хочу, чтобы ты открыл мне свою душу, а не замыкался от меня каждый раз, когда я задаю нужные вопросы.
Но Селестен уже ничего не отвечал. Он ушёл в свой кабинет, заниматься новыми составами, разрабатывать свою технику – заводы поставляют продукцию напрямик в его магазин, и из-за его репутации как владельца магазина порой дают разного рода льготы, включая и возможности для реализации товаров собственного производства.
-И опять он закрылся, теперь от нас обоих! Как с ним вообще можно жить? - ворчал Эдгард в адрес Квентина. Они не так часто разговаривали, как каждый из них это делал с Селестеном, но они были неплохими друзьями.
-Вы ведь с ним живете так близко, разве не просто понять, что дядя Селестен не любит, когда на него давит? Он сам много чего рассказывает, пока мы читаем книги, порой очень грустного. И если я начинаю плакать из-за книги, он всегда меня успокаивает! - отвечал волчонок с полной уверенностью.
-Да ну? Ты хочешь сказать, что проблема во мне и в том, что я на него слишком давлю, да?
-Именно! Я сам очень плохо познакомился с дядей, даже обливал его спиртом пару раз, но сейчас мы очень хорошие друзья как раз из-за того, что мы дали друг другу время и объединились для решения одной сложной проблемы!
-Ладно... пожалуй, я оставлю его сегодня одного. Может, даже на всю неделю. Хотя это будет тяжело, учитывая, что меня пытаются уволить на работе, - вздохнул лис, направляясь к окну, где буквально секунду за этого мелькнул чей-то образ. Он словно и не убежал далеко - лишь скрылся из невооруженного взора.
-Дядя Эдгард, а вы ничего не замечаете? Будто кто-то за нами следит?
-Вряд ли, тебе просто показалось. Но, знаешь, держи уши востро, а глаза - на стрёме. Селестен пару раз говорил, что ему иногда звонят из СОБ-а по разным поводам... Конечно, он не пояснил, по каким именно поводам, но я склонен ему доверять в любом случае.
-Как же вы ему доверяете, если вы к нему ревнуете?
-Тебе-то откуда это понимать? Ты ведь никого ещё не любил так, что ты мог потерять того, кого любишь.
-Разве дядя Селестен может от вас к кому-то уйти? Он один из самых одиноких и верных волков, что я знаю, прямо как мой папа!
-Пожалуй, ты прав. Я слишком много волнуюсь...
-Может, я могу как-то помочь вам с вашим волнением?
-Да... свежий взгляд молодого поколения в создании моих выступлений явно не помешает. Хотя я сам ещё не старый...
Конечно, Квентину было приятно отвлечься от навязчивых мыслей о своих друзьях, но каждый раз, когда он отводил взгляд в сторону панорамных окон, он замечал чьи-то хищнические глаза, то появляющиеся, то исчезавшие во тьме, и ещё множество маленьких огоньков, которые лишь казались уличными фонарями. Что бы это ни было, оно явно не вело к добру.
Глава 4 – Ветра тайн приносят новые беды
Селестен взяла на заметку слова Квентина о том, что за ними может кто-то следить. Они оба прекрасно помнили, как год назад им "казалось", что кто-то за ними наблюдал, и это оказывались ужасные биологические или галлюциногенные порождения "Кластерного Успокоителя", и с ними надо было что-то делать. Потому волк решил пристально проследить за происходящим в магазине в последующие пару дней, порой задавая покупателям слишком обескураживающие вопросы.
-Господин Бобр, разве вы сюда обычно не приходили со своей женой? - спрашивал он.
-Как некультурно с вашей стороны, господни Селестен! Я же говорил вам, что она умерла месяц назад! Неужели вы совершенно не следите за жизнью? - гневно ответил ему посетитель.
-Простите мою неосмотрительность. Последние месяцы смешались для меня в единой поре, да и у меня много покупателей, у них тоже есть семьи...
-Вам легко говорить - у вас-то нет никакой семьи!
-Пожалуйста, избегайте суждений о моем положении, если вы даже не знаете, какое моющее средство для веранды вам нужно.
Тот разговор был полезен, потому что Селестен заметил странную фигуру, которая шаталась вокруг входа в магазин и что-то проверяла, но тут же растворилась в небытии, когда она осознала, что за ней следят.
-Господин кассир! Вы можете пробить мне мой стиральный порошок? Вы стоите и смотрите в пустоту уже 5 минут, я сверяла по часам! - неожиданно крикнула кротиха, уже на следующий рабочий день.
-Да? Прошу прощения, в последнее время я задумываюсь о странных вещах. Вы точно берете этот порошок и не вернете мне его через пару часов? - спросил волк с легкой усмешкой.
-Конечно-конечно! В этот раз я высыплю его вам прямо на дверь, если он мне не понравится!
-Вы ведь знаете, что это попросту неправильно, да?
Но она уже не слушала. Впрочем, химика волновало нечто другое - за её плечом будто что-то сверкнуло, проходя сквозь окна со стороны улицы. Отследить источник вспышки было невозможно, потому волк решил продолжать свои скрупулёзные и слегка странные наблюдения. Ему точно не "просто кажется".
Несмотря на то, что Эдгард казался порой слишком безразличным в адрес волчонка, слова маленького серого зверя в этот раз убедили лиса, что за ними кто-то правда может следить. Было бы разумно позвонить в соответствующие органы, однако рыжий тут же задумался: что они будут делать? Выставлять круглосуточные караулы? Вылавливать всех подряд, тем самым вызывая общественный резонанс? Или, того хуже, назовут его сумасшедшим? Пожалуй, последний пришедший в голову вариант был ещё хуже: как раз городское правительство могло за ними следить. Однако для начала надо понять, касается ли это ощущение слежки только магазина, или нет.
Лис решил спросить об этом у своих коллег, забивая на ужасные отношения с ними. Ответы можно было предугадать с небывалой легкостью: треть работников его посылала тут же, до начала разговора, вторая треть мягко напоминала ему о его выступлениях и репутации, и последняя треть говорила, что никто за ними не следит. Сам вопрос кажется странным и удивительно специфичным: откуда у Квентина вообще могло родиться такое предположение? Стоило бы с ним поговорить по этому поводу, но с самого момента разговора с Селестеном в магазине волчонок лиса немного избегал.
Последней глупой идеей, которую воплотил Эдгард, была связана с тем, чтобы дать выступление на тему слежки, таинственных ощущений паранойи и того, как иногда наши предчувствия могли быть правдивыми. В этот раз его не выгнали из зала ресторана, некоторые жители даже подходили к нему и рассказывали о том, что нечто похожее на то, что сейчас испытывали постояльцы магазина химика, случалось и с ними, примерно 9–10 лет назад. Все это можно было связать с жизненными перипетиями каждого из зверей, так что улики были так себе.
Осознавая, что лис никуда не двигается в расследовании, он пытался последить за самим Селестеном: он мог быть причиной паранойи волчонка. Однако затем Эдгард быстро поймал себя на мысли, что это ОН слишком часто думает о любимом волке, и что ему стоит успокоиться в творчестве. Опять.
Наконец, сам волчонок Квентин тщательно следил за продвижением своих старших товарищей, и решил подойти к ним одним злополучным днем, выдергивая лиса из его кабинетной норы второго этажа и волка из его отчужденных мыслей. Сперва они оба были недовольны, однако поставленные младшим подопечным вопросом привели к интересным выводам.
-Можно с уверенностью говорить о том, что однозначно кто-то проводит наблюдения за нашим магазином, однако целью являемся не мы, а само это место! - говорил Квентин.
-Похоже на правду! Если бы кто-то хотел следить за мной, я бы это заметил в ходе моих выступлений, но всё было более чем нормально. Я бы даже сказал, что слишком нормально, - вымолвил Эдгард.
-Тогда вопрос в том, зачем им следить за нашим магазином. Заводы, поставляющие нам товары, таким не занимаются, да и любая структура нашего города с большей вероятностью открыто бы пришла на порог... если, конечно, речь не идет о СОБ-е, - проворчал Селестен.
-Получается, что за нами опять следит Специальное Отделение? Но почему бы ему не выразить все недовольства или вопросы открыто? Оно же вам регулярно звонит, дядя Селестен, я иногда сам разговоры слышу! - резко заметил волчонок.
-Надеюсь, что те, кто их слышат, ничего не понимают, о чем я говорю по телефону, иначе нам всем несдобровать, - вздохнул химик.
-Да ладно, тебе, Сель, выше нос! Это даже интересно - зачем за нами следят? Может, следят даже за нами - нельзя отбрасывать эту версию! У нас вполне могли появиться тайные поклонники, - лис снова улетел в мечтания.
-Если бы у меня был поклонник, ты бы меня прибил на месте. Если бы у тебя были поклонники, ты бы не жаловался мне на свою судьбу в творчестве. А если бы они были у Квентина... ну, в школах до сих пор общаются записочками? - отвечал волк.
-Ну... иногда бывает, да, но меня все игнорируют, - грустно сказал волчонок.
-Не волнуйся. Через 10 лет это не будет иметь никакого значения, поверь, - старший по виду потрепал его, чтобы ему было поспокойнее, и это сработало. Эдгард немного завидовал пареньку.
Забавно, что в этих разговорах уже практически не было смысла. Связано это было с тем, что наблюдавший за ними зверь прекрасно понимал, что развал его конспирации - вопрос не возможности, а времени, и оно работало против него. Он оборудовал укрытие с мусорным баком напротив магазина и постоянно следил из него за магазином, выходя лишь для того, чтобы проверить, что его сенсоры никому не заметны и находятся в рабочем состоянии. Возможно, этот зверь попытался бы продлить свою маскировку вплоть до получения итоговых результатов, после чего он бы исчез в ночи, но неожиданный звонок из мэрии изменил все планы и сделал их намного сложнее, потому "мусорный" работник, завидев важный разговор подопытных, выбрался из своего укрытия и тихо направился к порогу магазина, заходя туда, не тревожа звоночек.
-Ох, давайте я внесу ясности в ваши прекрасные размышления при помощи фактов! - заявил он неожиданно, испугав всех волков и лиса. Перед ними воцарился обычный барсук, одетый в черный костюм с белой рубашкой и красным галстуком, - За вашим магазином все это время следил я из-за своей работы, и она же меня заставила сменить приоритеты и показаться перед вами.
-С чего мы вам должны доверять? - проворчал Селестен, отошедший от шока.
-Вы можете звонить куда угодно в мэрию, и вы везде получите один и тот же ответ, - барсук показал своё удостоверение - он работал в СОБ-е, в Подразделении Особых Расследований, - Меня зовут Огюстом, и я один из работников наименее известных и наиболее важных тайных отделений мэрии.
-Столько самомнения, откуда оно у вас? - с интересом спросил Квентин, не желая никого оскорблять.
-За свои 35 лет жизни я 10 лет проработал в СОБ-е, имею даже парочку наград, и лишь последние 2 года я пытаюсь разгадать очень сложную тайную. Кстати говоря, я её почти и разгадал, - ответил Огюст, перемещаясь в сторону химика.
-И как же ваша "работа" заставила вас появиться перед нами? Уволили, что ли? - возмутительно пошутил Эдгард, но никто не смеялся, Огюст даже откашлянулся.
-Начну издалека. Понимаете, раз в 10 лет близлежащие города подвергаются странным атакам. Страдают наиболее счастливые до того семьи, теряя любимых зверей или свои профессии, места жительства. Такое происходило уже пару раз, и, судя по моим подсчетам, следующая атака случится как раз через пару недель, и настигнет она ваш восточный район. Магазин пострадает одним из первых, если верить моим приборам... - начал барсук.
-Что это за подсчеты такие? - поинтересовался волчонок.
-Учёт данных о финансовом достатке, о среднем уровне гормонов счастья и удовольствия в воздухе, городские опросы, погодные условия - я безвылазно изучал этот феномен последние годы, и я смог понять очень-очень много. Возможно, даже остановить его! - продолжил этот странный зверь в костюме.
-Ну, так позовите официальные силы СОБ-а, раз вы на него работаете. Что вам мешает избежать напряжения наших нервов? - Селестен так говорил, потому что ему не хватало в этой жизни ещё внешних проблем, ведь он не находил в себе сил даже на то, чтобы разрешить ситуацию с Эдгардом.
-Здесь действует ещё один показатель - Военное присутствие! Район активности смещается в случайном направлении, если попытаться повысить защиту в изначальном месте нападения. Конечно, за прошедшие 30 лет случилось не так много атак, чтобы сделать достоверные выводы, но кто-то точно знает, что может ему помешать в принесении несчастий! Мы пытались привлечь специалистов-одиночек, но все они были или заняты другими заданиями, не менее важными, или на пенсии! - заявил Огюст с легким страхом.
-Чего вы хотите от нас? - ворчать начал уже и лис.
-Оно разве не понятно? Я думал, что вы умные звери, а если вы будете так глупить, то нам с вами никогда не сработаться - я в работе некомпетентность не терплю до такой степени, что могу немного повздорить своими лапами! - продолжил работник мэрии.
-И почему мы должны вам помогать с этим делом? - заинтересовался Селестен.
-Очевидно, вы одни из немногих, кто доказали свои способности, разобравшись с кризисом «Кластерного успокоителя», и, более того, у вас есть личная заинтересованность – ваш магазин могут просто разгромить! – отвечал барсук.
-Если вы поставите сюда войска, то мы будем защищены. Почему не могут пострадать другие? – жаловался лис.
-Мэрия хочет покончить с этой проблемой раз и навсегда. Вы можете не согласиться помочь нам, но тогда мы подождем, пока вас всех перебьют, а потом уничтожим врага! Поймаем на живца, как говорили в старые времена. Или же вас это не затронет, и все будет тихо-мирно. Вам решать, хотите ли вы жить в таком неведении. Ведь, будем честны, какие гарантии, что через 10 лет вам не придется встретиться с этой опасностью ещё раз? – полемизировал Огюст. Ему явно надо было заставить этих зверей ему подчиниться, - Выбор за вами, а мэрия всегда найдет способы добиться своего. Чтобы вы не мололи с горяча, я приду сюда завтра, в то же время, чтобы выслушать ваше окончательное решение, каким бы оно ни было. Оттягивать нельзя! – закончил зверь, мрачно отступая к выходу и исчезая в нем так же таинственно, как он там и появился.
Пару минут никто ничего не говорил. Все звери, ранее стоявшие, решили присесть кто куда. Квентин разместился по-турецки на диванах, Эдгард уселся на прилавок кассы, а Селестен попросту развалился на полу, спиной опираясь на стену. Тишина рассеялась, когда заговорил старший волк.
-Мы не можем стоять в стороне, когда дело касается наших жизней и нашего будущего. Я согласен с предложением Огюста.
-Ты же ему не верил! А теперь взял и резко поверил? Не знаю, в его словах слишком много странных выражений, будто бы у него нет реальной причины, чтобы мы работали с ним, но он очень хочет, чтобы мы ему помогли. Будто бы мы так нужны мэрии! - ворчал Эдгард, воздухом кидаясь в своего любимого, что в итоге выглядело как взмах когтями.
-Он представил нам действительно интересную тайну, которую мы обязаны разгадать во имя нашего же города! Может, речь идет о чем-то действительно страшном, или очень важном, но никто просто этого не замечал все эти годы, как то часто бывает? - слова Квентина звучали наиболее оптимистичными из всей тройки.
-Мы же не в детективе, чтобы заниматься таким. Я всего лишь продавец химии и техники, Эдгард - неудавшийся философ, а ты и вовсе ребенок, и я несу за тебя ответственность перед твоими родителями, пока их нет рядом. Они бы уж точно были против, - резко полемизировал сам себе Селестен.
-Но ты ведь спас город от того монстро-волка? В чем сейчас разница? - поинтересовался лис.
-В том, что тогда это была МОЯ ВИНА и МОЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ, и что проблема первого и отсутствие второго начали угрожать городу и даже чуть не убили мою подругу! Сейчас же речь идет о каких-то вещах, которые не касаются меня, - прорычал Сель.
-Ладно, ладно, не злись, - с легкими слезами ответил Эдгард.
-Господин Огюст сказал, что мы единственные, кто сейчас можем с этим разобраться, а потом наверняка все следы пропадут, и мы никогда не поймаем злоумышленников! Да и что бы это ни было, оно угрожает и нам тоже! - заявил Квентин, и тут Селестена проняло.
-Тогда решено. Мы соглашаемся на его предложение... ведь я не могу допустить, чтобы с кем-то из вас произошло нечто плохое по моей вине! – громко заявил волк, резко поднимаясь и перехватывая своего любимого лиса, крепко его обнимая.
-Ура! Детективы книжного магазина отправляются на новое расследование! – радостно крикнул Квентин, чуть не кидая свою книгу в воздух.
-И не надо было в них сомневаться, Огюст, - сказал себе барсук, тайно наблюдая из своего укрытия при помощи устройств прослушки за этим разговором. Он решил отключить после этого все свои приборы – иначе не построить никакой крепкий рабочий союз.
Часть III - Тайны товарного склада
Настоящее время, после разговора с Огюстом
Глава 1 – Стратегические приготовления
-Я всё ещё катастрофически не одобряю данную затею, однако, как мне докладывали, это наш единственный вариант, господин Огюст. Премного вам благодарен за то, что вы смогли уговорить этих зверей нам помочь.
-Никакой проблемы в этом не было, все соглашаются помогать, когда речь заходит о смерти рядом с их двором. У меня возникает совершенно другой вопрос. Можно ли на них положиться как на эффективных специалистов?
Мэр Туманной Чащи вызвал большое удивление у барсука Огюста, когда первый пригласил второго на личное совещание в самом кабинете мэра, располагавшемся в центральном здании города на самых высоких этажах. Размер этой комнаты поражал монументальностью и сильно контрастировал с размерами самого управителя - он был чёрным вороном непонятного возраста. Он предпочитал не упоминать подробности своей личности или жизни всуе, и многие проявляли уважение к нему таким образом. По большей части в данном разговоре волновался одинокий агент специального подразделения - его никогда не вызывали такие инстанции на разговоры тет-а-тет. Мэр же выглядел спокойно - может, чересчур спокойно, ведь он попивал свой чай.
-Я уверяю: в нашем городе можно положиться на любого зверя. Вопрос в том, справится ли он с поставленной задачей? И, прочитав документы СОБ-а, я пришёл к выводу, что господин Селестен и Квентин обладают нужными для того способностями, пускай я совершенно не одобряю применение детей в решении столь опасных вопросов...
-А этот лис? Я слышал, что он обычный заводила толпы, которого ещё и постоянно гонят, даже коллеги его недолюбливают.
-Ученые в таких случаях рекомендуют наблюдать, анализировать и менять условия эксперимента по мере необходимости. Однако проводить исследования на живых зверях без их согласия я вам не позволю, потому изменю метафору: если вам не понравится эффективность этого лиса или кого-либо ещё из вашего "отряда", то лучше скажите им самим это в лицо. Удачи вам с этой операцией.
-Кстати, а вы не...
-Огюст, я искренне бы желал помочь вам военными отрядами СОБ-а, однако мы сейчас заняты разведкой в совершенно других городах. Ситуация… вызывает опасения, однако это вне вашей компетенции. Спасите десятилетнее счастье нашего города, - завершил мэр разговор, отпив из своей чашки.
Этой же ночью в магазине химика на Востоке города происходили странные вещи. Приняв решение о необходимости помощи барсуку, каждый из зверей ушёл в свой скромный уголок (в большей степени так поступил Селестен, а Эдгард решил его не трогать, и Квентин попросту остался один). Данная ситуация совершенно не нравилась волчонку - ему казалось, что старшие что-то опять замалчивают, но при этом искренне желают об этом чем-то поговорить. Родители, когда появлялись в его жизни, говорили ему о том, что нельзя оставлять конфликты недоговоренными, иначе каждая сторона может выдумать обиды, поводов к которым никогда не было. Сами же волки в семье Квентина именно так и разрешали каждый свой спор - на эту сторону жизни волчонок бы никогда не жаловался... и потому он пошёл к серому технику, который сейчас чудил с растворами над каким-то экраном в своем кабинете-мастерской на 1 этаже.
-Дядя Селестен!.. - тихонечко постучался малый волк в дверь, приоткрывая её и заходя внутрь. Он был готов, если его выгонят, но старший волк отключил работавший на фоне телевизор, оторвался от своей деятельности и посмотрел в сторону подопечного.
-Что-то случилось? Обычно ты вполне себе хорошо справляешься вечером и без моей указки... - обескураженно проговорил сие Селестен.
-Мне показалось, что вы хотите поговорить, но вам будто бы не с кем, или вы не хотите, чтобы рядом был Дядя Эдгард, и я решил, что... - Хотел бы волчонок лучше учиться разрешению конфликтов у своих родителей, но для этого им надо было чаще бывать в городе.
-Пожалуй, ты прав... я очень волнуюсь, думаю, как и ты, и Эдгард, но... я никогда не разгадывал заговоры 10-летней цикличности. Может, я доволен своей работой в магазине, но мне ещё долго привыкать к новому амплуа. Да и... на меня много чего навалилось, в частности и от Эдди...
-Может, вы с ним прямо сейчас пойдете и поговорите? Конечно, я тоже волнуюсь, но я уверен, что вы оба относитесь ко мне очень хорошо! Без этой уверенности нам не справиться с этой сложной тайной!
-Да, ты прав... Я хотел сегодня с тобой почитать вместе книгу, но, видимо, придётся это занятие отложить, прости.
-А мы не можем читать вместе с дядей Эдгардом? Или… вы хотите побыть наедине?
-Да, я хотел бы этого. Тебе в любом случае не стоит слушать наши споры. Вообще, я не уверен, что нам стоит брать тебя на столь сложное задание от Огюста, но… знаешь, Квентин, порой мне кажется, что я победил свою вину во многом и благодаря тебе.
-Я всегда рад вам помочь, дядя Селестен! – крикнул волчонок, обнимая своего приемного дядю.
Волчонок сделал странную, но очень глубокую в своей мыслительной стороне ставку на то, что взрослый волк будет некоторое время пасовать перед разговором с любимым лисом из-за страха совершить ошибки, и потому младший серый зверь воспользовался сей моментом, чтобы поговорить с самим Эдгардом. После решающего разговора в магазине он отправился на кухню, где пил чай и читал какую-то странную книгу, которую Квентин не мог узнать по обложке. Может, так оно даже и лучше - много знаний никогда не бывает. В этот раз подопечный решил не церемониться и вошёл на кухню, попросту смотря в глаза Эдгарду, который неожиданно поднял свой взгляд на темное пятно, появившееся в желтом свете кухни. Пары минут тишины были разорваны лисом.
-Ты пришёл на ужин? Прости, не приготовил на тебя порцию - я не рассчитывал, что мне придется кормить целую маленькую роту.
-Всё в порядке, дядя Эдгард, и с готовкой ужина вам в любом случае придется повременить! Я бы хотел спросить у вас, как вы себя чувствуете?
-Какой странный вопрос... Думая о том, что меня чуть ли не заставили участвовать в очень опасном задании по поимке того, не знаю чего, иначе оно нас всех убьет, я поживаю не так уж и плохо. Вот бы только Селестен... перестал мне трепать нервы.
-Но он ведь ничего не делает, а даже если и решается что-то сделать, то это наверняка что-то очень важное.
-Да, и в этом беда. Его молчание его убивает. Сколько миллионов чувств скрывается в этом сером сердце? Он ведь ходил на особую душевную терапию, и в чем её смысл, если вы не учитесь открываться ближним?
-Я не думаю, что год терапии способен разобраться со столь сложными проблемами, как у дяди Селестена, но в одном вы правы, господин Эдгард! Вам надо поговорить друг с другом, и чем раньше, тем лучше. Поделитесь друг с другом чувствами - вам станет легче! Но не надо никого оскорблять...
-Но согласится ли Селестен на такое? Дело же именно в нём…
-Дело не только в нём, дядя лис! И, если вы будете постоянно думать о своем любимом волке, то упустите те детали в себе, которые его отторгают от вас.
-Ты подозрительно мудр для своего возраста.
-Мои родители учат меня полезным вещам... ну, когда они в городе.
Лис ничего больше не сказал и сам встал из-за стола и обнял волчонка. Впрочем, их объятие быстро прервалось по внешним обстоятельствам.
Все дело в том, что на кухню зашёл Селестен. С немного грозной, но обескураженной мордой он посмотрел на двух своих близких, один из которых поспешно и деликатно покинул комнату, крепко закрывая за собой дверь. Рыжий и серый звери оказались наедине.
-Ну, приветик, Сель. Ты тоже явился за ужином? Видимо, правда придется готовить еду на роту.
-Я вижу, что Квентин с тобой тоже поговорил. Это чудесно, ведь ты готов к тому, что я сейчас сделаю.
-Не уверен, что я вот прям готов...
Волк медленно обнял своего лиса, поглаживая его по спине. Рыжая сторона прекрасно восприняла этот жест и сделала то же самое в её адрес. Некоторое время они молчали, пока тишину не разрушил Селестен.
-Тебе тоже страшно, да? И не из-за любопытной тайны, что встала у нас на пороге дома в лице барсука.
-Угу... ты так часто молчишь, и я совершенно не знаю, что у тебя на сердце.
-Я понимаю. Не думай, что я забыл об этой проблеме. Но её в одночасье не решить, и тебе надо быть очень аккуратным, Эдди...
-Иногда, в порыве своих уже чувств я забываю про такие вещи, вот и всё! Можно ли меня осуждать, а, Сель?
-Можно и даже нужно. Ты взрослый зверь, и, пускай ты моложе меня на несколько лет, это не дает тебе оправданий.
-Я просто хочу провести эти новогодние празднества вместе с тобой, но это так сложно, когда ты каждый раз заставляешь меня бояться потери тебя в моей жизни!
-Это всё твои выдумки...
-Так не давай мне для этого поводы!
-Я и ничего не даю тебе такого...
Селестен легко поцеловал своего лиса, однако он прекрасно понимал, что это ни к чему значительному не приведет. Сейчас все и так на взводе, ждут завтрашнего прихода Огюста, и вряд ли кому-то удастся поспать.
-Ты всегда компенсируешь нехватку слов любовью?
-Тебе этого недостаточно?..
-Нет, я просто... чёрт, когда читаешь такие странные книги, какие ты мне дал, Сель, подчерпнешь и странные мысли. Я просто хочу сделать тебя счастливым волком, понимаешь?
-Это очень сложная задача, с учетом моей жизни...
-Когда бы я занимался простыми вещами!
На этой ноте разговор неожиданно закончился. Волк и лис приготовили ужин почти молча, говоря лишь по деловым вопросам. Тяжелая ночь предстояла всем обитателям магазина.
На следующий день, после рабочего дня, как и в прошлый раз, на пороге магазина возник Огюст. Он выглядел ещё более взволнованным, чем Эдгард, Квентин и Селестен вместе взятые, и это внушало большой страх всем троим. Однако тон этого полосатого делового зверя совершенно не соответствовал настроению, которое передавалось его мордой.
-Я и не сомневался в том, что вы согласитесь, - начал он.
-Конечно, поставили нас в такую ужасную ситуацию, а потом ещё и уговаривали нас различными способами - было бы странно, если бы мы отказались, - проворчал Эдгард. Видимо, ночь для него совсем не задалась.
-Поймите, я это делаю не из праздного интереса. Ситуация взаправду серьёзная, и сегодня мы уже займемся активными действиями, - барсук достал из своего пиджака странное ромбовидное устройство из металла, на верхушке которого красовался оранжевый кристалл. По бокам разместились многочисленные кнопки, которые были нажаты в определенном порядке, в результате чего камень начал проецировать оранжевые изображения из себя по всей комнате, - Не могли бы вы выключить свет? Так будет виднее нам всем.
-Голографический проектор? О таких же говорят лишь как о возможных проектах будущего! - завороженно заявил Квентин.
-Да, работа в специальных отделениях мэрии имеет свои плюсы. Однако не будем отвлекаться! - продолжил Огюст и резко встрепенулся, принимая ещё более деловой вид, - Изучение различных данных города за последние 20 лет, в ходе которых наш город подвергался атакам, а также информации, собранной моими устройствами за последние 2 года, я смог установить, что перед каждым нападением возникает усиление электрических полей особого вида в местах, где будет происходить нечто плохое. Одним из мест с наибольшей активностью такого вида поля на данный момент является Товарный Склад в 2 километрах от этого магазина, - Голограммы показали упрощенную модель города с увеличением на восточном районе, даже путь до склада указали, - Наша цель - проникнуть туда и изучить обстановку.
-Это вообще законно? - поинтересовался Селестен, - Я больше не хочу заниматься сомнительными мероприятиями в своей жизни.
-У меня есть все необходимые разрешения от мэрии. Правда, ключей не выдали, но что уж поделать, - усмехнулся деловой зверь.
-И нам никто не будет помогать, да? Мы что, пойдем туда одни? - ворчал Эдгард. Совсем не с той ноги встал.
-ДА! МНЕ КАЖЕТСЯ, Я УЖЕ ПРЕКРАСНО ВЫРАЗИЛСЯ В ПРОШЛЫЙ РАЗ! - прокричал Огюст, испугав всех. Он даже вцепился когтями в жилет Эдгарда, однако их быстро развел Селестен, - Кхм, прошу простить мои вспышки гнева. Они не помешают нашему заданию.
-Уж надеюсь, иначе я совершенно не ручаюсь за свои когти, а я думаю, что вы прекрасно знаете моё дело, - прорычал сквозь зубы волк. Он был предельно серьёзен в своих намерениях, однако он не желал заканчивать всё ещё одним убийством.
-Господин Огюст, а у вас есть ещё информация об этом складе и нашей задаче? - спросил волчонок, чтобы сменить тему, иначе все перегрызут друг другу глотки.
-О, не совсем. Я лишь знаю, что он не принадлежит никакому заводу и служит как точка транзита для перемещения груза из города в другие поселения. По поводу задания могу сказать лишь то, что нам нужно быть предельно аккуратным - мы не имеем ни малейшего понятия, с чем связались. Я изучал множество различных документов, и касательно вас, господин Селестен, однако смею заверить, что я ушёл не дальше вашего. Кстати говоря, на это задание мы пойдем все вместе.
-К чему такие уточнения? Или вы нас уже собираетесь бросить? - Лис был неугомонен в своем плохом настроении.
-Обычно я занимаюсь координацией действий вместе с полевыми отрядами СОБ-а, направляя их деятельность согласно моим исследовательским и прикладным целям. Сейчас ситуация такова, что действовать можем только мы, но если что-то изменится, то я обязательно вам скажу, - с уверенностью пояснил Огюст.
-Не вижу смысла дальше обсуждать что-то, - сказал Селестен, и барсук ввёл очередную последовательность в свое устройство, выключая его, - Время работает против нас.
Глава 2 – Законное проникновение
Холодная ноябрьская ночь добавляла энергичности 4 зверькам, что направились к большому товарному складу Восточного Района. О нем мало кто чего слышал, кроме работников определенных заводов, и, несмотря на это, сей хранилище являлось одним из важных в городе, поскольку через него переправлялись все товары в другие поселения. Был ещё один подобный склад на Северо-Западе, так что одиночкой данное образование не назовешь, и Квентина данный факт немного раздосадовал. Законные проникатели находились у больших ворот, которые оказались заперты. Они были встроены в монументальный забор, который явно нельзя было перелезть при всем желании. Холод заставлял зверей двигаться как можно чаще, может быть, даже слишком часто.
-Здесь должен быть тот ещё шум и гам, сейчас же начало ночной смены, - загадочно сказал Огюст.
-Может, у них сегодня выходной? - отвечал ему Эдгард.
-Наверное, господин Барсук намекает на то, что некоторые вещи произошли на складе, совершенно выходящие из обычного порядка вещей! И это значит, что мы находимся на верном пути! - задорно говорил Квентин. Пожалуй, ему это все нравилось больше остальных, что, учитывая его опыт прошлого года, казалось странным химику.
Некоторое время они пытались достучаться до будки охранника, которая стояла рядом, но никакого эффекта тоже не было. Каждый зверь искал какой-то способ попасть внутрь, однако результаты у них пока были нулевые. Любопытно, что такие склады появились в Туманной Чаще как раз примерно 20 лет назад - конечно, знал об этом лишь 1 меховой комок из тех, что толпились сейчас у ворот, и нельзя с уверенностью говорить о том, что виноваты рабочие данного склада - все-таки за такой срок они бы уже несколько раз сменились, и атаки происходили по многим окрестным городам, Туманная Чаща - далеко не единственный пострадавший.
-Одно я бы хотел понять, зачем вы с собой взяли этого мальца? - неожиданно спросил деловой барсук, обращаясь прежде всего к Селестену.
-Квентин со мной прошёл всё приключение с волко-монстром, и я ему доверяю. Более того - у него хорошие задатки детектива, - отвечал волк.
-Позвольте, но разве разумно подвергать детей опасности? - продолжал Огюст.
-С какой стати это стало волновать вас именно сейчас, когда мы уже на все согласились? - проворчал лис.
-С той стати, что мы ещё можем отправить вашего Квентина к себе домой, пока он не встретился с чем-то правда опасным... вот бы только знать, где этот ваш "подопечный", - данное заявление удивило всех, однако вскоре все успокоились, найдя этого зверька.
Волчонок во время этих споров старших зверей решил изучить получше будку охраны. Он пытался стучаться в двери, но ему не открывали, и тогда он при помощи своей силы попробовал выбить дверь, и она сама открылась. Внутри какое-то животное лежало на приборной панели - его нельзя было заметить снаружи из-за того, что стекло с одной стороны было тонированным и блокировало обзор снаружи. Быстро придя в себя от шока, младший серый позвал всех остальных его соратников.
-И вот у нас уже есть первый труп. Вы все ещё не передумали? - продолжал Барсук со своей странной манерой разговора.
-Нет, - гордо отвечал ему Селестен.
-Дядя Эдгард, можете кое в чем помочь? - спросил Квентин, беря за лапу лиса и направляя её в сторону части панели, где не было тела животного. Там находилась ключная скважина, над которой расположилась надпись "Открытие ворот".
-Не проще поискать ключи? - поинтересовался Огюст.
-Я не вижу у него связки ключей, и у нас ведь совсем нет времени, не так ли? - ответил волчонок, - Дядя Эдгард, откройте своим когтем дверь!
Невольно лис именно так и поступил. Все дело в том, что когти рыжих хищников идеально сложены для того, чтобы взламывать замки, и они этим пользовались в ходе Великой Войны, однако сейчас сие очень презирается самим родом этих животных.
-А мы правда можем проникнуть на завод по закону? - спросил Селестен с усмешкой.
-Да, все бумаги при мне. Вот только я не думаю, что нам будет, кому их показать, - с легким скепсисом и безверием сказал агент мэрии.
Огромные ворота со скрипом раздвинулись по горизонтали, открывая путь внутрь предприятия. Здесь большим слоем лежал снег - вполне вероятно, что здесь никого не было уже второй день, учитывая, как часто идет снег в Туманной Чаще сейчас. Все предприятие будто бы замерло - разгрузочные машины встали на полпути, валялись открытые и закрытые ящики... однако цель Огюста находилась внутри здания - ему нужен был доступ к информационной базе Склада, и оттуда уже можно будет вести какие-то действия.
Внутри оказалось ещё холоднее, чем снаружи, и очень темно, словно весь свет приходил сюда с улицы, что сильно пугало всех зверей, просто Селестен и Барсук старались этого не показывать. Стойка администрации находилась справа от входа в этом монументальном и пустом помещении с огромными потолками, которое вело в бесконечные коридоры хранилищ и конвейерных лент. Агент мэрии тут же принялся работать с компьютером, который застыл в режиме сна - конечно, столь продвинутая техника в городе ещё была редкостью, однако она часто появлялась на предприятиях, где проходили операции с огромными объемами данных. 10 минут волки и лис стояли в свете монитора, стараясь не отходить друг от друга из-за странного ощущения страха...
-Любопытно, - начал барсук, испугав всех своей неожиданностью и своим гулким голосом, - Простите, я ведь всего лишь хотел вам сказать, что нашёл информацию о доставленном сюда грузе из соседнего городка. Не указано, из какого именно, однако в доставку входили 20 крупногабаритных коробок, которые были распределены между 3 секторами здания: 32, 30 и 18. Предлагаю начать с секторов 32 и 30 - они близки друг к другу, обойдем их быстро. Будем искать всплески энергии в случае чего... будем бить что-то палками.
-Пойдемте лучше в 18! 32 и 30 ведь дальше от входа, да? - судорожно сказал Квентин.
-Ну... да, дальше, согласно местным планам. Я их лучше распечатаю...
Громкий звук принтера испугал всех не так сильно, как другой гул лязганья металла в глубине здания.
-А у нас при себе есть эти палки для битья? – спросил Селестен.
-Нет… увы, нет, но я затем вас и взял с собой – вы ведь без оружия победили монстров «Кластерного Успокоителя»! – радостно заявил Огюст.
-В такие моменты я чувствую себя совершенно не готовым к этой жизни… - проворчал Эдгард.
Двигаться в сторону сектора 18 решили медленно, оглядываясь по сторонам. По счастливой подготовленности барсук достал из пиджака 2 фонарика, один из которых взял себе, а другой отдал Селестену. Звери постоянно оглядывались по сторонам, и неспроста: повсюду слышались эти странные звуки перемещения чего-то деревянного, железного, пластикового, перемещающегося из стороны в сторону, но нельзя было понять, кто или что именно двигается. Надежды на то, что этим занимались рабочие, быстро пропали, когда Эдгард случайно споткнулся об один из трупов рабочих: их становилось все больше, чем дальше в глубь здания шла группа. Хуже всего то, что начало что-то мелькать на границах взгляда... Волк точно мог сказать, что замечал деревянные балки, которые скрывались между переходами через секторы, Эдгард мог поклясться, что в отголосках света фонарика видел на потолках что-то железное, и именно оно издавало эти страшные звуки лязганья. Квентин был уверен в том, что кто-то за ним следит изо тьмы и готовится нанести удар, но он старался избавляться от излишней паранойи. Один Огюст сохранял безумное хладнокровие, и он видел совершенно другие силуэты, которые напоминали звериные и перемещались под покровом мрака, используя его непроглядность себе же на пользу.
-И как вам удается сохранять такое железное спокойствие? - спросил неожиданно лис.
-Годы работы в СОБ-е. Вам господин Селестен наверняка рассказывал, что конкретно происходило в ходе кризиса "Кластерного Успокоителя", так? Я вам скажу вот что: подобные вещи происходят по всему городу очень часто. Ты привыкаешь к такому хаосу и стараешься спасти как можно больше зверей, остановив это безумие, вот и всё, - отвечал Огюст.
-Неужели все так плохо? - со страхом и пренебрежением спросил волк.
-Нет, что вы, у меня дело не обошлось без профдеформации, вот и всё. У командиров СОБ-а и солдат, правда, дела часто обстоят намного хуже с психикой. Всем так хочется рассказать о тягостях, а нельзя. Кстати, если вы кому-то об этом расскажете, я лично могу вас пристрелить, - усмехнулся Барсук.
-Спасибо, утешили… - проворчал химик.
Неожиданно обоих говорящих зверей заглушил Эдгард, прикрыв им морды, а затем жестом попросив выключить фонарики. Каждый из группы прислушался и смог отчетливо различить, как кто-то в здании тоже переговаривался. Может, это были выжившие рабочие?
-Чёрт, не тяни, толкай! Мы должны проверить каждую коробку на этом складе! Если поторопимся, начальник-крыс будет порадостнее, может, премию выпишет! - послышался первый голос, не очень внятный и очень странный.
-Какую он нам премию выпишет, оптимистичный ты дурень! Он явно витает в каких-то облаках, пытается добиться чего-то странного, хорошо бы попросту нашу оплату забрать за помощь ему! - отвечал второй голос, чуть более четкий.
-Может, зря мы вообще разделились? Быстрее вскрывать эти коробки все вместе...
-На складе 32 сектора, и почти в каждом из них есть товарные контейнеры! Почему из нас двоих думаю только я?
-Потише!.. Ты заметил?
-Что?
-Не знаю... но мы тут явно не одни. Давай поспешим!
-Начальник же нас предупреждал, забыл?
-С тобой обо всем забудешь!
Разговор продолжался, но в нем не было ничего существенного, и потому группа решила проследовать за силуэтами. Возможно, тому же примеру послужили источники загадочных звуков, пугавших волков, лиса и барсука ранее, потому что неожиданно наступила почти полная тишина. Чтобы не докладывать всем о своем присутствии, пришлось воспользоваться всеми силами зрения, ведь повсюду валялись трупы и порой какие-нибудь трубы. Квентину было больше всех не по себе - он ведь ещё ребенок, а переживает такие вещи, о которых одноклассники даже в книгах не читают! Неудивительно, что лапы Селестена и Квентина крепко держались друг за друга в ходе этого преследования. Эдгард и вовсе пошёл дальше и чуть ли не обнял любимого волка, и последнему сие не очень нравилось, но он совершенно не желал возражать - ситуация к этому совершенное не располагала. Сложно было даже сказать, куда именно идут эти странные звери, но можно было смело предполагать, что их интересует то же, что и группу мэрии.
Резко разговоры прекратились, и нельзя было точно сказать, что произошло дальше, однако Огюст считал, что эти загадочные звери бежали, оставив позади себя что-то - раздался звук падения какого-то громоздкого предмета на пол. Тут же вернулись предыдущие угнетающие части атмосферы в лице лязганья, побрякивания металла, дерева и пластика. Барсук решил включить фонарик, и он быстро заметил, что какое-то существо пыталось дотронуться до странного деревянного ящика, но тут же исчезло в кромешной тьме. Группа к нему медленно подошла, чтобы рассмотреть получше. Огюст достал свой прибор из пиджака и изучил коробку:
-Она излучает то самое электрическое поле в небывалой мощности. Могу предположить, что это своего рода маяк... может, генератор, но как он передает энергию и куда?
-Есть же теории о том, что энергию можно передавать по воздуху... - неловко подметил Квентин.
-Да, но они все зачаточные, а у нас самый передовой город континента, может, даже всего мира! Кто мог вообще разработать и успешно применить нечто подобное? - загадочно и со страхом спросил Селестен.
-У меня другой вопрос! А вы видели?.. Видели ту штуку, которая пыталась забрать ящик?.. Но убежала, когда мы посветили фонарем?.. - со страхом заявил Эдгард.
-Я не думаю, что эти существа боятся света. Но они явно заинтересованы в этих странных зверях, что оказались здесь вместе с нами, не меньше нашего... и меня это настораживает, - подытожил Барсук, убирая прибор в пиджак.
-Нам стоит забрать с собой эту штуку, - неожиданно сказал волк.
-И как ты себе это представляешь, гений? - проворчал лис нервозно.
-Мы можем сейчас вернуться к стойке администрации, а потом отправиться в сторону сектора 18 или 30! Кстати говоря, а где мы сейчас оказались? - поинтересовался Квентин.
-Давайте же посмотрим, - Огюст начал светить фонарем повсюду, и нашёл номер "32", - Кажется, наши знакомые знают больше, чем об этом говорят.
-Они ведь все не оберут до нас? - взволновался волчонок.
-Нет, что ты. В крайнем случае мы выследим их и подадим на них в суд, - смеялся Барсук, направляясь в сторону администрации.
Глава 3 – Крыс Седрик
На пути в сторону администрации Огюст неожиданно споткнулся обо что-то и упал, роняя электрическую коробку на пол. Она оказалась в ногах у какого-то странного существа низкого-среднего роста, одетого в матросскую рубашку с синим полосками и брюками такого же цвета, у него горели желтым цветом глаза, и держал он в лапах какой-то странный предмет. При помощи него он резво подтащил к себе драгоценную находку и ловким образом закинул её себе на плечи. Селестен, очнувшись от удивления, бросился в сторону необычайного зверя, но тот резко передвинулся в другую сторону, и волк покатился на пол.
-Чудовищная некомпетентность, господин Волк! А я-то думал, что вы будете порезвее в своей натуре, - прозвучало это существо. Огюст уже навёл на него фонарь, и можно было различить черты крысы-переростка серого цвета, который выглядел крайне уверенно для текущей ситуации.
-А ты что за самодовольный крыс такой? - испуганно и оскорбительно спросил Эдгард.
-Вам-то какая разница? Я вот знаю среди вас Огюста, может, немного слышал пару вещей про этих волков, а все остальное - такие мелочи в этой жизни! Есть гораздо более важные штуки... но я уверен, вы хотите знать, кто же сейчас вас обманет, разведет и отправит в нокаут - меня зовут Седриком, - продолжал в своей нарочитой манере крыс.
-Верни нам нашу коробку! - Селестен уже поднялся с пола и попытался ухватиться за электрический механизм, однако хвостатый переросток быстро передвинулся в сторону волка и ударил его своим предметом, похожим на монтировку, в сторону ног, заставляя серого слететь вниз очень больным образом.
-Ну уж нет, она мне будет понужнее. Огюст тот ещё обманщик, уж не знаю, зачем вы ходите вместе, но, видимо, все мы совершаем идиотские ошибки в нашей жизни, да? Между прочим, вам следует поблагодарить меня за то, что я не принёс вашему другу никаких травм, - Седрик уже желал уйти, медленно двигаясь в сторону администрации и выхода.
-По-моему, дяде Селестену все равно очень больно... - медленно произнес Квентин. Беспокойство о дяде у него было нешуточным.
Эдгард решил попытать свое счастье совместно с Селестеном: пока волк с трудом вставал и пытался нанести неприятный удар своими когтями, лис прыгнул в сторону крысюка, нацелившись на электрическую коробку. Седрик был очень ловким зверем - находчивые когти он отбил при помощи своих уж очень неприятных ботинок, а от рыжего пятна он легким движением хвоста увернулся.
-Знаете, вы тратите большое количество моего времени, и я бы продолжил этот разговор, не будь у меня столько дел! - прокричал со счастьем крыс, вставая обеими ногами на поверженных врагов. Он даже дал по их спинам короткую танцевальную сценку, парализуя своих оппонентов.
-Вы бы хоть объяснили, зачем вы все это делаете! - спросил Квентин с очень большим и немного ненастоящим доверием. В этот момент он понемногу начал двигаться в сторону своих старших подопечных.
-Тебе бы бросить это дело, приятель. Ты выглядишь молодо, у тебя вся жизнь впереди, зачем тебе страдать с этими ублюдками, которые не могут даже станцевать с одним из лучших музыкантов-крыс этого моря? - сказал Седрик с долей самолюбования.
-Без них моя жизнь была бы совсем унылой! Вам-то это не узнать никогда, и я не должен отчитываться перед незнакомцами вроде вас! - Волчонок заметил, что Огюст что-то готовил, судя по выражению его морды, но почему-то враг не обращал на это никакого внимания, - К тому же такого незнакомца, который пытается убить моих друзей!
-Я? Убивать? Да никогда в жизни! Я один из самых порядочных крысов, которые бывают в обоих мирах! Может, ты бы это заметил, если бы чуточку следил за битвой, но куда вам, волкам, вы слишком большие, чтобы замечать жизни зверей, которые вас ниже, буквально или метафорично, - Крыс явно не желал останавливаться.
Этим воспользовались 2 оставшихся зверя: Квентин совершил короткий рывок, делая вид, что он хочет напасть, однако тут же отпрыгнул назад, пока Огюст кинулся на своего оппонента и заставил коробку вылететь в сторону волка и лиса. Серый зверь, конечно, забрал трофей, но не без боли в спине.
-Ладно, я недооценил ваших командных усилий... но больше такого не повторится! - Седрик решил не терять времени зря и тут же станцевал в сторону Селестена, но оба животных оказались в замешательстве, когда электрическая коробка была с огромной силой вырвана из лап обоих какой-то деревянной штукой, что уходила далеко во тьму. Начали вновь раздаваться устрашающие звуки лязганья, побрякивания, появились скрипы дерева и необычные щелчки, подобные замыканиям внутри проводов. Крыс, впрочем, быстро вышел из замешательства и приструнил волка, однако его фонарик был забран лисом, который начал поспешно оглядываться по сторонам, пытаясь найти, куда же делась коробка.
-Интересно, а есть ли слово для состояния, когда тебе и страшно, и интересно одновременно? Ведь именно сейчас я так себя и чувствую! - удивлялся волчонок, осматривая темноту то там, то сям.
-Считаю, что сейчас нам стоит задуматься о других вещах! - отвечал Огюст с деловым накалом, готовясь порвать кое-кого в клочья, однако Крыс был лучше их в бою, да и не факт, что третья сторона в конфликте чем-то поможет.
-Эти дурацкие роботы не могут ни на секунду угомониться! - громко крикнул Седрик, затем переходя на шёпот, достав какое-то устройство из кармана брюк, - Группы 1, 2 и 3, у вас там нет этих опасных механизмов, шастающих повсюду? - Ему даже вроде как ответили что-то, однако гораздо важнее стала ситуация на месте, когда один из этих роботов оказался прямо перед Огюстом.
Это был механизм 2 метров ростом на 3 прямоугольных ногах с 4 гибкими пластиковыми руками, каждая из которых тянулась на метр или полтора. Вместо головы у него был стержень в центре конструкции, который удерживал всю структуру и придавал ей устрашающей гибкости. На этом же стержне располагались множества лампочек, которые как будто бы изучали своего противника. Крыс не успел даже ничего сделать, как робот, двигавшийся, словно балетная актриса, нанёс свой удар при помощи гибких рук и нокаутировал Седрика, пытаясь затем разобрать его при помощи маленьких стальных труб, которые в количестве 3 выходили из каждой руки. Остальные звери за этим наблюдали, стараясь держаться вместе и осматривая окрестности – ведь этот монстр техники мог здесь быть не один.
Однако затем произошло нечто странное - раздались тяжелые щелчки, поочередно включавшие лампы по всему складу. Они горели приторно-желтым цветом, и благодаря им удалось рассмотреть происходящее гораздо лучше: во тьме пряталось как минимум ещё 6 подобных роботов, почти все они держали свои ноги в позиции, которая позволяла им выжидать для эффективного вступления в дальнейший бой, но теперь они судорожно воспользовались всеми своими конечностями, чтобы взобраться на потолок и расползтись с умозрительной скоростью в разные сектора. Оставался лишь один из механизмов, который держал при себе электрическую коробку, и он начал более медленный забег. В этот же момент Седрик ударил монтировкой по нападавшему несколько раз, лишая его одной из рук, и робот с некой паникой начал отступать.
-Группы 1 и 2, если в ваших секторах появится кто-то с электрической коробкой, то хватайте и вырубайте наглеца! - кричал Седрик, начиная погоню за механизмом с коробкой, пока тот уже бежал по потолку в сторону сектора 27.
-Ну уж нет! Мы тебе не дадим так просто отвертеться! - Селестен перехватил крыса, а ему на помощь пришли Эдгард и Огюст, пока Квентин неловко за всем наблюдал, в особенности за тем, как лампы склада начали медленно, но верно отключаться, как будто бы монстры техники желали создать зоны невидимости для себя...
-Давайте договоримся! Мы ведь с вами цивилизованные звери! Вы не будете мешать мне, а я вам оставлю колени целыми! - Седрик не желал действовать по чужим лекалам и тут же высвободился из хватки лиса и волка при помощи ловкого движения, затем ударом ноги отправил их лежать на полу, после чего повернулся к Огюсту, - Как вы вообще работаете с этим унизительным Специальным Отделением Биозащиты? Они ведь не только рохли, но ещё и те вруны!
-Как ты вообще знаешь о таких вещах, крыс ты недорощенный! - Барсук решил помочь своим друзьям встать, ведь в бою с крысом он все равно будет слаб.
-Немного расследований никому не помешает. Прощайте, зверьки! – Крысюк ловко разломил «тюрьму» взрослых зверей танцевальным движением и бросился в погоню, быстро растворяясь в периодической тьме, порождаемой ломаемыми лампами.
Группа бросилась догонять этого надоедливого зверя, который пытался настигнуть механизм с нужной ему электрической коробкой. Со стороны сие могло выглядеть очень странно, ведь быстрее всех бежал Квентин, а остальные ещё не оправились от унижений со стороны Седрика. Но даже в такой сложной ситуации было время для вопросов.
-Огюст, у тебя есть предположения, откуда этот крыс знает о СОБ-е? - спросил Селестен, - Да ещё и так о нем отзываться! Я с ним, конечно, в чем-то согласен, но...
-Я без понятия! Он определенно служил на флоте, сохранив стиль одежды и боя оттуда, но вот я совершенно не понимаю, почему он так много танцует! - отвечал Барсук.
-Вряд ли кто-то в здравом уме будет любить СОБ, если с ним когда-нибудь встретится! Учитывая, как он испортил Селестену жизнь... - ворчал Эдгард.
-С господином Селестеном всё вышло очень сложно! Я бы рассказал вам детали, но сейчас нет времени! - завершил агент мэрии...
А следом свет в помещении попросту пропал. Квентин так далеко убежал от своих друзей, что только сейчас он понял, что остался совершенно один в темноте. Он уже оценил всю безрассудность своего поступка и желал бы побить себя за эту глупость, но его и так наверняка хотели растерзать эти монстры техники, которые лязгали вокруг. Волчонок отчётливо мог ответить, что как минимум один из них пробежал рядом, а другой вытащил свою огромную руку и трубы из неё, чтобы дотронуться до его головы... От страха Квентин отпрыгнул вперёд, не зная, что ему сейчас делать. Он пытался найти хоть что-то, что помогло бы ему в защите от этих загадочных роботов, но, как назло, он оказался в абсолютной пустоте, даже стены были слишком далеко. Малый серый зверь старался прижать свой хвост как можно ближе к себе, но он судорожно двигался туда-сюда... он вновь поймал себя на мысли, что его все бросили. Конечно, в этот раз сие произошло частично по его вине, но страх смешался со скорбью, и Квентин еле-еле сдерживался, чтобы не пустить слёзы - они могли выдать его местоположение монстрам.
Следом свет резко включился обратно - видимо, лампочку не сломали, а произошли лишь проблемы в питании. Квентин быстро собрал всю внутреннюю храбрость в кулак и направил её на то, чтобы вернуться целиком в дело. Он как раз стал свидетелем того, как Седрик успешно отнимал коробку у одного из монстров, ломая его при помощи своей монтировки. Данный процесс выглядел очень грубо и даже глупо. Следом на сцене появились дядя Селестен с Эдгардом и Огюстом - они недолгое время следили за тем, как крыс добивал своего оппонента, а затем прокричали:
-Почему ты не можешь просто отдать нам коробку и дать проанализировать её? У меня есть все инструменты и звери, чтобы остановить этот кошмар роботов! - прокричал Барсук.
-Я не доверяю канцелярским товарищам после того, как они кое-что мне сделали. Кстати говоря, это мешает и вашему расследованию тоже! Интересно, не так ли? - ехидно спросил Крыс.
-Ничуть, - ответил Селестен.
Однако Квентин кое-что быстро понял: о его существовании не догадывается Седрик, так как он сидел немного за пределами его поля зрения. Этим волчонок и собирался воспользоваться, тихо подбираясь в сторону опасного зверя. Оппонент как раз в тот момент уже подбирал электрическую коробку, как маленький серый зверь стащил его за ноги вниз, заставляя ненадолго опрокинуться на пол, но танцевальные движения позволили флотскому зверю быстро вернуться в строй.
-Хорошая затея, волчонок, но тебе явно не хватает ни опыта, ни техники, - ответил нахально Крысюк.
-Для того, что я хотел сделать, мне всего хватает! - усмехнулся Квентин, когда заметил, что Селестен и Эдгард уже нанесли удар фонариками по голове своего врага. Конечно, он быстро перегруппировался и потому почти не почувствовал боли, но коробку он выронил на пол. Огюст тоже пустил когти в ход.
-Ты ничего не понимаешь, а делаешь вид, что можешь решать проблемы города, забывая о властях Туманной Чащи! Жалкое отродье! - кричал Барсук в адрес оппонента, который, впрочем, быстро сбежал из хватки.
-Вы уж со своими проблемами разберитесь для начала, а потом вмешивайтесь в мою жизнь, салаги! – крикнул напоследок Крысюк, убегая во тьму вновь. Однако ценную коробку он оставил на полу.
Глава 4 – Дезинсекторы
Огюст решил не ждать чьей-либо отмашки и подобрал электрическую коробку. Что-то же должно было быть в ней настолько интересное, что волновало не только роботов, но ещё и странного крыса, мешающегося под ногами!
-Кажется, я начинаю понимать, в чем дело, - подробно изучил ящик барсук, правда, всего за пару минут, - Это своего рода энергетический маяк и локальный источник питания. Они не живут исключительно за счет генератора, располагающегося внутри, но их способности регулярно возрастают, пока он в радиусе... ну... большом радиусе от них!
-Мы можем раздолбить эту штуку, и поделом? - судорожно спросил Эдгард, выдергивая трофей из рук делового зверя.
-Видимо, нет. Конструкция очень прочная и деактивируется лишь специальным сигналом... или крупнокалиберным оружием, - ответил Огюст.
-А почему мы не пойдем в сектор 32, 30 и 18 и не попытаемся там найти ответы на наши вопросы? Может, нам удастся придумать какой-нибудь план! - подметил Квентин. Ему до сих пор было страшно, но адреналин помогал двигаться дальше в этих противоречивых обстоятельствах.
-Это сектор 30, мы были в секторе 32... может, в 18 правда что-то есть? - поинтересовался уже Селестен.
Их размышления были резко прерваны вернувшимся лязганьем. Один из роботов на большой скорости прокатился по потолку, спрыгнул вниз и нанес удар щупальцами по всем зверям сразу, из-за чего находка опять оказалась на полу, вдалеке от агентов мэрии. Каждый из них почувствовал, словно их обожгли, и это явно было не к добру. Неожиданно появились ещё кандидаты на коробку - подручные крысы Седрика, явно меньше его в размерах, но одетые схожим образом.
-Расступаемся и обволакиваем монстра! Атакуйте центральный стержень! - крикнул наиболее громкий из них, и они понеслись в атаку.
Она не отличалась успехом - часть крыс была мгновенно откинута замахом щупалец, а вторая часть буквально спеклась, когда названые конечности обвились вокруг их тел, оставляя неприятный запах в воздухе. Выжившие решили тут же отступить, учитывая, что робот начал получать подкрепление, которое без проблем забрало себе электрическую коробку. Группа мэрии поступила сходным образом, с трудом встав и побежав в сторону Сектора 18.
Волки, лис и барсук быстро оказались в месте назначения, и, что странно, монстры техники их не преследовали. Возможно, крысы Седрика волновали их больше, или у них были совершенно другие приоритеты. Интересно было то, что сектор 18 не был очередным хранилищем - это был офис охраны, закрытый на стальную дверь. Она оказалась отперта, так что четверка зашла внутрь. Кабинет был весь усыпан листиками, фотографиями, папками документов и порой пакетами с доказательствами из самих правительственных структур! Внимание притягивала доска, на которой находились, судя по всему, наиболее важные факты с пометками в виде обведенных маркером слов. Огюст тут же принялся изучать стопки с информацией, словно зная, что ему нужно найти, пока остальные звери продолжали осматриваться.
-Так-так-так! - спустя пару минут заметил Огюст, - А вот у нас и первая зацепка. Кажется, кто-то пытался раскопать архивную информацию об одном из старых поселений вокруг города, "Заводском Посёлке". Это все документы из СОБ-а, я даже с ними работал какое-то время, пытаясь найти ответы на другие задачи, но ни к чему не пришёл.
-Зачем охранникам местным таким заниматься? Их же легко вычислить в случае чего, - подметил Селестен.
-Стальная дверь наверняка здесь стоит для того, чтобы охрана и администрация с рабочими друг друга не видела! Потому, кто бы здесь ни работал, наверняка не чувствовал никакого страха, - отвечал Квентин.
-Но как ему удалось раздобыть такие документы, такие вещественные доказательства?.. У него же попросту не будет доступа к такого рода драгоценностям, - продолжал осмотр Эдгард.
-О пропаже столь важных сведений не было никакой речи на месте моей службы... конечно, от меня могли что-то скрывать, но столь необычайный случай вряд ли бы прошёл мимо меня! - продолжал удивляться Огюст, высматривая линию расследования охранника.
-Хм, здесь что-то ещё. "Дневники Графов Волков Заводского Посёлка" - интересное название, - усмехнулся Селестен, беря себе в пиджак эти сборники, пока Квентин на него осуждающе смотрел.
-Все это, конечно, прекрасно, но что-то ещё есть здесь полезное для нас? - спросил лис в недоумении.
-Я бы вызвал сюда группу исследователей СОБ-а, чтобы в спокойствии все изучить... но сейчас наша главная задача - вернуть коробку и при помощи неё попытаться обезопасить это место, - заявил Огюст.
-МЫ не перебьем всех этих роботов! - крикнул Селестен от страха.
-А МЫ ОБЯЗАНЫ, И ЕСЛИ ВЫ С ЭТИМ НЕ СОГЛАСНЫ, СЕЛЕСТЕН, ТО ПРОШУ ВАС ВЫЙТИ ОТСЮДА СЕЙЧАС ЖЕ! - ответил ему Барсук.
-К чему столько агрессии? Конечно, Сель - немного неугомонный зверь, но не настолько же, - вмешался Эдгард, отодвигая лапами надоедливого делового зверя.
-Может, электрической коробкой можно вызвать электромагнитный импульс, который отключит этих роботов? Радиус действия наверняка будет такой же, какой они используют для запитывания энергией! - резко сказал Квентин.
-Идея хороша, но начнем с того, что мы вернем коробку, - проворчал Селестен, легонько ударяя своего черно-белого оппонента.
Звери хотели выйти из комнаты охраны, однако перед ними расположилась знакомая фигура Седрика, который держал в своих лапах нужный всем ящик.
-Я смотрю, вы вторглись в мои владения... надеюсь, вы выучили важные уроки отсюда, и теперь позволите мне сделать то, что я должен! - сурово проговорил он.
-Здесь нужно провести тщательное расследование, в ходе которого вы будете задержаны за нападение на нас! - ответил ему барсук.
-Значит, вы плохо учились. Ситуация не располагает, да? Тогда уйдите с моей дороги и не мешайтесь, иначе я же вас попросту отправлю в нокаут. Опять. А эти Растяги не такие дружелюбные, как я, - ехидно заявил Крыс, уже выполняя вперед свою атаку лапами. В этот раз Селестен успел от неё отойти назад, и Седрик приземлился прямо в зоне удара для лиса и барсука, однако от этих двоих он защитился коробкой, - Похвальные старания, но меня ещё ждут в другом месте, - ответил он им, убегая из комнаты Охраны после того, как пиликнуло его устройство связи. Да и звуки лязганья, приближавшиеся к офису, располагали к началу очередной погони.
Бежать пришлось недалеко - Крыс завёл четверку в засаду из своих подручных крысенышей, которые держали в руках монтировки, трубы и им подобные орудия в лапках, готовясь атаковать. Двери в сектор, в который попали звери, быстро закрылись.
-Сдавайтесь, вам же лучше будет. Мы вас без проблем отпустим, - начал Седрик милым тоном. В этот же момент раздался удар по стальным дверям, к которому присоединилось ещё 5 подобных. Лязганья и скрипы получили помощника в лице звука плавки металла.
-Отдайте нам коробку, и мы остановим этих монстров техники! - крикнул Огюст, - Мы не желаем вам зла, совсем нет.
-Так я вам и поверил, - ворчал крыс.
-Я и вовсе продавец техники и химии! Я вполне могу придумать, что сделать с этим ящиком, чтобы спасти нас всех. У вас же было несколько отрядов, остался лишь 1! Вы хотите и их смерти? - спросил Селестен с укором. Седрик потратил пару секунд на то, чтобы задуматься.
-Ты работаешь с канцелярской сворой, как и твой дружок и ваш приемный сыночек. Я бы избавился от вас всех, - ответил флотоводец, когда раздался очередной стук в двери, - Но с этим справятся наши гости. А вот с господином Барсуком у меня особый разговор.
Крыс тут же вылетел вперёд, начиная танцевальную атаку по деловому зверю, пока маленькие крыски направились в сторону Селестена и Эдгарда. Они приносили им очень много боли, и стряхнуть их с себя было сложно, некоторым из них удавалось раздирать мех до крови. Впрочем, убивать их они не желали - лишь хотели задержать. Квентину тоже досталось, но намного меньше, и он начал глазами искать коробку, пока не нашёл её на одной из высоких полок этого хранилища. Вот бы её как-нибудь спихнуть вниз!..
В этот же момент двери в помещение были выбиты, и частично они плавились под температурой, доведенной до такого состояния Растягами. Некоторые из них бросились на потолок, заставляя всех крысок прервать свою деятельность и высматривать там десантирующиеся механизмы, пока остальные принялись агрессивно размахивать своими щупальцами, убивая приспешников Седрика.
Огюст и Крыс находились в патовой ситуации. Может, у бывалого флотского и были трюки с его телом грызуна, но Огюст был опытным агентом СОБ-а, который уже выучил движения своего противника, потому мог им отвечать, но не побеждать. Лис и волк же занялись вопросом того, чтобы спасать свои шкуры от роботов: они падали вниз, разжигали свои щупальца и превращали в угольки все живое на своем пути. Порой Селестен и вовсе залезал на полки и бежал по ним на другую сторону, чтобы замедлить погоню неприятеля. Но всё это было лишь временным решением проблемы - даже если забрать коробку, нужно добрых минут 10-20, чтобы разобраться в её устройстве в лучшем случае, а то и целые дни при помощи ученых умов, так что надо найти способ противодействия Растягам. И тут Квентин заметил странную деталь: механизмы будто бы атакуют по особым тактикам, начало и конец каждой можно чётко просчитать. Из-за хаотичности происходящего это сделать было очень сложно, но малый размер волчонка (и попадание товарищей Седрика на его пути) позволили ему рассмотреть противника получше.
-Дядя Селестен! Дядя Эдгард! Эти роботы действуют по программам, и они не останавливаются, пока не выполнят эти программы! Может, их как-то подловить на этом? - кричал малый серый зверь своим наставникам. В этот момент один из растягов напал на битву Седрика и Огюста, заставив их переместить бой на верхние полки хранилища! Огюст поражал своим профессионализмом.
Волк и лис быстро восприняли совет. Заметив, как пара роботов начали размахивать перегретыми щупальцами в направлении каждого из них, они скрестили их пути передвижения, но сперва эффекта не было. Они решили повторить это, но уже на более коротком расстоянии, и механизмы друг друга поплавили до горящего дерева и пластика с железом - только лампочки судорожно горели, а затем темнели и тлели. Парочку Растягов удалось заставить упасть на своих горящих сородичей - конечно, сперва это не привело к проблемам, но лису и волку удалось заставить недругов ходить по останкам так долго, что работающих роботов больше не осталось – впрочем, как и крысюков.
-Ладно! Я смотрю, совершенно нет толку от моих друзей больше, но ничего, времена меняются, а что-то остается навсегда! - сказал себе Седрик, резко отпрыгивая от Огюста и подбирая свою коробку. Он с ней попытался что-то сделать, но без толку. Затем он обхватил её обеими лапами и начал использовать для того, чтобы расталкивать своих противников. Первым досталось Огюсту, который слетел с верхних полок - слава Богу, что он ничего себе не разбил, но поваляться ему какой-то срок на полу все-таки придется. Следом Крыс начал крутиться, как карусель, тем самым ударив Квентина и Эдгарда, которые повалились на пол и решили там задержаться, пока этот грызун не успокоится. Один Селестен остался в вертикальном положении, медленно обходя своего противника.
-Я уже видел зверей, которые переходили определенную черту в своей жизни из-за отчаяния. Вряд ли ты уже остановишься, так что не злись, если ты отсюда не выйдешь живым, - грозно заявил волк.
-Да ладно, я уже столько лет неживой, что ты меня такими вещами не запугаешь! Хотя чего взять с волчар... вы только и умеете, что плакаться и звездиться в чужих глазах. Что графы, что князья, что обычные рабочие... - отвечал ему крыс.
В это время поднялся Огюст и со всей силы толкнул полку - она упала так, что не задела крыса, но заставила его перегруппироваться. Тогда же с земли поднялся Эдгард, который толкнул Седрика - ему вновь удалось перегруппироваться, но рядом с ним возник Квентин, об которого он и споткнулся в порыве битвы, после чего флотский оказался в огне от Растягов. Он оттуда быстро выбрался и, невзирая на огонь, желал продолжить битву, - Какие-то вы слабые, ребятки.
-Может, я не заканчивал танцевального училища, но зато я точно знаю, что лучше не смешивать с пламенем, - крикнул Селестен, доставая из своего пиджака склянку с обеззараживающей жидкостью и обрызгивая врага. Тот бы мог увернуться, не застряв он в частях роботов, и пожар распространился по всему крысу, пока тот не ударился об полку, которая с грохотом упала на него.
Глава 5 – Истории, о которых никто давно не говорил
Потребовалось минут 10, чтобы лис, волки и барсук смогли прийти в себя. Эдгард даже хотел обнять Селестена на радостях от выживания, однако последний вполне себе показал своим видом, что хотел бы побыть один. Огюст же подобрал электрическую коробку и начал её изучать, пытаясь понять, можно ли что-то предпринять здесь и сейчас, однако размышления каждого зверя были прерваны странными звуками, доносившимися из-под кучи упавших ящиков, в которых якобы валялся крыс. Эдгард больше всех не желал разбираться с этим надоедливым животным, что их чуть не убило, но рациональный интерес делового посредника мэрии и его любимого зверя изменили данное мнение - группа раскопала Седрика, обнаружив его в ужасном состоянии. Ему вряд ли чем-то можно было уже помочь.
-Все могло закончиться иначе, - проворчал Селестен, рыкнув в адрес умирающего существа.
-Вам легко рассуждать... вы ведь только сюда пришли... а я здесь провёл несколько лет... может, присвоив себе мои находки, вы что-то поймете... но я не уверен... - кашлял Крыс, пытаясь смеяться.
-Почему вы так в нас не верите? Конечно, этой загадке уже много лет, но... - Квентин очень желал бы договорить свою фразу, но его ударил Огюст. Эдгард гневным взглядом осудил действия барсука, но тому явно было безразлично.
-Потому что за последние 30 лет ничего не изменилось в лучшую сторону! Все забыли о моем родном посёлке... а ведь всё пошло именно оттуда! Я бы хотел... чтобы вы закончили мое дело... но с учетом действий этой глупой мэрии... вряд ли вам удастся это сделать... хотя бы не так просто... - Седрик закашливался кровью. Может, было бы проще покончить с его страданиями, но один зверь прерывал любые попытки это сделать.
-Может, если бы вы нам рассказали больше, чем оскорбления, пока вы умираете, мы могли бы закончить ваше "дело", но от ваших дешевых оскорблений...
Жаль, что в словах Эдгарда уже не было смысла. Мертвый взгляд крыса застрял на Селестене, и, чтобы почувствовать себя легче, волк прикрыл ему глаза.
-На складе ещё остались эти роботы-монстры?.. – спросил химик загробным голосом.
-Если судить по частоте работы устройства – нет, - ответил Огюст без приукрас.
-Тогда пойдемте в комнату охраны, - сказал Квентин, обозначая мысли всех в слова.
Возможно, было бы лучше, если бы Седрик действительно сотрудничал вместе с появившимися волками и лисом, которые тоже заинтересовались таинственными нападениями, которые случаются уже десятилетия. Но вот проблема была в Огюсте... и моряк хотел всеми силами сделать так, чтобы убрать от них этого назойливого барсука. Жаль, что у него не получилось, и никто уже не выслушает его историю, которая имеет в себе множество полезных улик. На его счастье, большая часть этих улик задокументирована в офисе среди прочих вещественных доказательств и не очень хороших домыслов, но никогда в жизни не поймут звери всей той боли, которую Седрик испытал за прошедшие 45 лет своей жизни.
Начать историю стоит с того, что господин Крыс Седрик был одним из жителей Заводского Посёлка, однако его семья не слишком любила масштабные мероприятия, и потому мало знала о том, что творилось в городе. Все изменилось в тот день, когда в посёлке разразилась страшная беда, и пострадали многие звери, дома, все места производства. Трагедия даже задела дом Крысов, разрушив несколько комнат и чуть не убив отца. Родители, правда, совершенно не знали, как реагировать на это, ровно как они и не понимали, с чем связано произошедшее, хотя и все стремились обвинять в этом графа волка Клемента, но что может сделать такого какой-то серый зверь в средних летах? Впрочем, Седрик принял решение за своих родителей - он желал поступить в школу морского дела. Он искренне хотел защитить свою семью от подобных невзгод, но с текущими доходами это было бы невозможно, а работа в речной торговле была прибыльной. Семья поддержала крыса и использовала все силы на то, чтобы направить одного из последних своих сыновей на службу. Седрик смог поступить и с успехом закончить Академию Мореплавания одного из больших городов, даже устроится на работу, и после первой получки он перевёз свою семью в совершенно другое место. Казалось, что наступала эпоха спокойствия за жизнь любимых, подальше от кошмаров Заводского Посёлка, в котором до сих пор творилось что-то странное.
Более того, Крыс настолько преисполнился в работе, что в нём проснулось творческое вдохновение, и он смог собрать свою музыкальную группу на одном из кораблей, даже дал ей название - "Осень". Со временем она снискала огромную популярность среди всех матросов, так что было принято решение устроить тур по всем кораблям данной морской фирмы. Ничего не вызывало страха у грызуна, пока он не начал замечать, что тексты его песен становятся все грустнее и грустнее, все яростнее и яростнее. Он это связывал с текущим состоянием его семьи - родители очень быстро увядали, и к его 35-38 годам и вовсе умерли. Для того, чтобы бороться с различного рода чувственными припадками, Седрик решил изучить танцевальное дело, а также различные единоборства времен Великой Войны - сейчас их использовали в основном для театральных постановок.
Однако даже такие меры не помогали, начались разногласия между членами группы, центром которых оказывался Крыс. Он сам пытался понять, чего желает в этой жизни, но какой-то голос внутри него кричал: есть старые вещи, о которых ты забыл, но они о тебе помнят... как раз тогда, если судить по документам Крыса, произошло нападение роботов-механизмов в месте, где жили родители, и эти монстры разорили кладбище. В порыве ярости Седрик не только покалечил всех своих одногруппников в ходе одного из концерта, но ещё и напал на зрителей, что в итоге привело к массовому мордобою на всем корабле. То судно чуть не потонуло, ведь ещё чуть-чуть, и оно бы врезалось в айсберг. Грызуна уволили, и он получил справку о том, что больше он не сможет работать на кораблях. К этому моменту ему уже было наплевать на деньги - они совершенно не были для него важными, ведь он не мог спасти свою собственную душу. Тогда-то Седрик для себя и уяснил: он до сих пор не мог забыть ту трагедию в Заводском Посёлке, которая его якобы не коснулась. Но она задела не столько каждого из жителей, сколько все поселение в совокупности, и у Крыса оно привело к чувству незавершенности чего-то.
Седрик переехал в Туманную Чащу - один из немногих городов рядом, который мог бы дать ему все возможности для проведения своего расследования. Устроился хвостатый работать охранником одного из складов, ключевой чертой его была перевозка грузов между городами. Теория Крыса была в том, что таким образом он сможет найти какие-нибудь посылки, идущие из Заводского Посёлка, и, возможно, понять, как трагедия оттуда начала распространяться по другим местам, ибо ему казалось, что там всё началось, чем бы это "всё" ни было. План развалился из-за того, что Заводской Посёлок как деревушка-городок перестал существовать, причем совсем недавно. Тогда было принято решение искать информацию в официальных структурах, ибо шли слухи о том, что Мэрия Туманной Чащи - одна из наиболее добрых и находчивых. К несчастью, крыс пришёл к совершенно другому, ведь выяснилось, что её особые структуры пытались скрыть существование Заводского Посёлка, чтобы поглотить его территории.
С той поры Седрик незаконными способами собирал информацию о тайных организациях внутри мэрии, и так он вышел на СОБ, который занимался расследованиями в области того, что выбралось из Заводского Посёлка, но никто не мог точно сказать, о какой опасности шла речь. При помощи непростых аналитических расчетов на основе украденных им данных, которым грызун научился во флоте, ему удалось установить, что следующее нападение произойдет на Туманную Чащу, более того - оно может начаться как раз на этом складе. Крыс собрал группу из знакомых ему рабочих, уговорив их помочь ему при помощи личных просьб (говорить о них более нет смысла, ведь все подручные погибли). Возможно, Седрику удалось бы разгадать загадку таинственного коробка, не встретив он одного из наиболее ненавистных им работников СОБ-а, который постоянно ему мешал собирать информацию - Огюст. Сложно было сказать, была ли вражда неизбежной или нет, и сейчас это уже не важно - крыс мертв, а вся его информация вернется туда же, откуда она и вышла. Однако эта нехватка личной привязки к Заводскому Посёлку – главная причина, по которой Седрик не верил, что команде лиса, волков и барсука удастся разгадать сей тайну, учитывая, что она непременно связана с трагичным графом Клементом, информация о котором уже давно перестала быть даже частью учебников.
-Я ещё никогда не видел смерть животных так близко к себе, - тяжелым голосом сообщил Эдгард. Выражение его морды было пустым, да и сам он неуверенно расположился на диванчике на нижних этажах магазина. Группа уже вернулась туда, забрав все улики Седрика и пытаясь в них сейчас разобраться.
-Если тебе это поможет, я убил 2 зверей... одного даже из-за самообороны, - усмехнулся Селестен, однако он представлял себе, что лису сейчас эти слова не помогут. Волк бы хотел сделать что-то ещё, но ему тоже было нелегко.
-Что ж, эта электрическая коробочка теперь нам вряд ли будет полезна, - с грустью заявил Огюст, выходя из кабинета химика. Тот предоставил агенту возможность там провести необходимые манипуляции с трофеем, - Кажется, её центральный элемент был повреждён в ходе наших битв. Кстати говоря, я позвонил в СОБ, они уберут развалины роботов и проанализируют их для создания более эффективного оружия. Думаю, коробочку я им тоже передам... однако кое-какая польза от неё была - я теперь лучше могу отслеживать сигналы этих механизмов, хоть и не на близком расстоянии.
-В документах говорится о том, что следующей целью роботов может стать почтовое отделение - "Чтобы стереть все следы существования Заводского Посёлка, надо прийти в то место, куда до сих пор приходят посылки из поселения". Это очень странные выводы! - громко проговорил Квентин. Кажется, он единственный, кто смог быстро оправиться от произошедшего.
-Я попытаюсь сверить все показания... Гмм, сейчас там нет никаких всплесков электрических полей. Я буду регулярно проверять их, и, если что, разбужу вас, - заверил Огюст.
-Вы что, планируете остаться у нас? - угнетенно спросил Эдгард.
-Я могу расположиться в мусорном ящике неподалёку. В любом случае далеко от вас я уходить не буду, - заверил Барсук.
-У вас что, нет дома? Семьи? Все-таки... - Селестен пытался договорить, но его прервали когти, вонзившиеся в его пиджак.
-ВАМ ЛУЧШЕ ЭТИ ТЕМЫ НЕ ПОДНИМАТЬ, - посланник мэрии отряхнулся, - Вы знаете, где меня найти, - И он таинственным образом растворился во мраке ночи.
-Какой он иногда бывает грубый. Может, нам с ним поговорить? – спросил волчонок, однако он прекрасно понимал, что те, с кем он сейчас общается, самим стоит поговорить по душам для начала.
Поняв, что он здесь немного лишний, волчонок решил отправиться в гостиную и продолжить изучение материалов дела в одиночку. Может, неспящий барсук потом к нему присоединится, но это уже будет потом.
Эдгард и Селестен же медленно уставились друг на друга. Они правда хотели сказать друг другу пару важных вещей, но кто-то из них не привык делиться сокровенными переживаниями и боялся этого, а кто-то другой страшился, что его вновь ранят в попытке воссоединиться с любимым. В данном случае волк понимал, что все зависит от него, и подошёл к своему лису, крепко обняв его. Он пустил тихую слезу, улёгшись на коленях серого зверя.
-Как ты, Сель?.. Мне все это дается очень тяжело. Роботы, крысеныши, мыши - как же они меня все испугали! Никогда в жизни я ничего так не боялся, как в ходе приключения на складе... И хуже всего то, что я не знал, могу ли я поделиться этим чувством с тобой, или ты меня отвергнешь... - начал рыжий зверь.
-Прости. В таких сложных моментах я стараюсь сконцентрироваться на решении проблемы... конечно, мне было немного не по себе, но после приключений с монстро-волком... я стал немного бесчувственным ко всему этому. Но не к тебе. Я понимаю, ты боишься, что я опять от тебя закроюсь. Но мне тоже неприятно, что ты постоянно ещё и боишься меня потерять, - ответил серый зверь, поглаживая своего любимого в ответ, а тот мило отвечал.
-Мы ведь убили Седрика, да?..
-Он первый на нас напал. Я могу понять, почему, но... он сам себя убил. Некоторые звери совершенно не хотят жить. Я одного такого знал...
-Тебе должно быть очень больно, когда ты вспоминаешь эти события годичной давности, да?
-Давай не будем о них. Мне становится намного хуже, когда ты перестаешь доверять мне и моей любви к тебе.
-Ты будешь против, если мы заснем здесь, на диване? - рассмеялся Эдгард, хотя Селестену было не так весело.
-Я буду против, если ты будешь ещё раз пытаться мне доказать, что я тебя разлюбил.
Лис ничего не ответил. Он лишь тихо встал из своей позиции, взял товарища за лапу и повёл его в сторону спальни. Он мог бы дать чёткий ответ на поставленную Селестеном претензию, если бы он знал, как справится с этим чувством ревности в себе.
Часть IV - Театр Грустных Кукол
32 года назад
Глава 1 – Разбирательства
-Пойми же, друг мой, я не осуждаю тебя за твое состояние, однако я не могу пройти мимо того, что именно ты натворил.
-Как-то раньше все могли прекрасно закрывать глаза на мои выходки, что же теперь мешает нашим зверям? Узколобость?
-Последствия, друг мой. Последствия мешают им...
Николас и Коралина, Клемент и Арабелла сидели на лавочках напротив здания мэрии посёлка. На следующий день после тяжелой раны от графа-волка бобр обратился в местную больницу из-за тяжелых болей в теле. Его состояние было непростым, и, несмотря на все усилия местных и даже приезжих врачей, ситуация до сих пор оставалась накалённой. Правительство тут же село разбираться, ведь, может, детишки иногда и повреждали общественное имущество, но то было по случайности, а сейчас кто-то целенаправленно разрушал и без того маленькое поселение. Виновного быстро нашли благодаря тем редким свидетелям, что оказались на улице и видели знакомую фигуру, избивавшую снеговиков и телефоны, и несложно было связать ниточки, чтобы понять, от кого пострадал и бобёр. Мэрия тут же вызвала Клемента на судебное разбирательство, в ходе которого должна была быть установлена степень его наказания. Естественно, он пригласил своих друзей на защиту. Вопрос, брать с собой Арабеллу или нет, стоял остро, однако Николас привёл прекрасный аргумент: от жены ничего не стоит скрывать, какие болезни бы с ней ни приключались. Сейчас четверка этих зверей ожидала начало заседания, замораживая свои чувства в зимней поре.
-Этот бобр не умрёт. Я не мог кого-то убить! - судорожно заявлял Клемент. Арабелла явно не слышала его слов, ибо на её лице было спокойное выражение лица - наверняка Травма Мышления вновь поглотила её восприятие жизни.
-Все возможно, Клемент, но я надеюсь, что ты правда смог себя сдержать... - глухо отвечал друг-лис.
-Вам обоим следует быть осторожнее. Как так вообще можно вести себя, вы ведь взрослые звери! - ворчала Коралина.
-А вам тоже нравятся падающие снежинки? - резко заявила Волчица, тем самым снижая градус трения в разговоре и переводя всех на созерцательную тишину.
Через час началась вся эта судебная канитель. Клемент впервые в своей жизни чувствовал неприятное волнение - обычно его незаконные проделки были куда проще. Он прекрасно понимал, что дело не в разрушении общественной собственности, ведь он её 10 раз оплатит ещё до конца года. И потому волку было не по себе - он не знал, как оправдать себя. Он знал, что его чувства, возникшие в тот вечер, никто не поймет. Оставалось лишь принять бремя наказания с честью.
-Объявляю данное заседание открытым! - ударил в колокол внутри главного зала мэрии сам мэр посёлка, бобёр Сильвейн. На слушание пришли все желающие звери, коих было немало. По их мордам граф мог понять, что со всеми ними у него плохие отношения... хотя он не так хорошо помнил лица тех, кого он желал отвадить от себя, - Господин Граф Клемент обвиняется в предумышленной попытке убийства бобра Вильгельма, согласно показаниям наших свидетелей и заверениям лечащих врачей. Судьба господина пострадавшего пока неизвестна, и окончательное решение не будет принято до выяснения данного обстоятельства, - Данные слова совершенно разбили надежды в сером звере, - Вам есть, что сказать в свою защиту, господин Клемент?
-Я пытался справиться со своими чувствами по поводу тяжелого диагноза моей жены - Травмы Мышления, поставленного буквально днем назад. Для не знающих товарищей скажу, что эта болезнь меняет память, личность, само понимание жизни ваших любимых близких, и они уже никогда не будут прежними, - граф встал и заявил сие со всей аристократичностью своего голоса. Он не верил, что его это спасёт. Он лишь хотел быть искренним в последние моменты. Он не знал, какое худшее наказание может быть уготовано ему, ведь случаев нападения на живых зверей не было в посёлке больше 20 лет, - Я не желал приносить боль именно господину бобру или кому-либо живому вообще! Я не заметил его в порыве чувств и сожалею по этому поводу.
-Мы можем записать состояние аффекта как одно из смягчающих обстоятельств, - откашлялся господин мэр.
-Что за чертовщина! - прокричал кто-то из толпы, - К сведению обвинения скажу от лица жителей всего нашего города, которые были оскорблены господином Клементом: Он желает зла окружающим его зверям! Он настолько преисполнен нелюбовью к нашим сородичам, что вполне мог, в порыве гнева или нет, подсознательно желать боли нашему дорогому товарищу бобру!
-Я могу учесть ваши показания, однако вы не должны поддаваться тому же ужасу, из-за которого граф волк вообще здесь оказался, - лукаво заявил Сильвейн.
-Господин Граф плохо относится ко всем нашим детям, которые младше определенного возраста, а остальных ненавидит за некомпетентность! - вскрикнул кто-то ещё, - Он и к своим рабочим на заводе жестоко относится, и кто удивляется тому, что этот зверь в итоге сорвался?
-Клемент, вам есть что сказать в свою защиту? - в глубине души мэр не хотел наказывать волка, но, если такова будет воля общественного правосудия... учитывая, что она явно желала возмездия за все его прошлые грехи.
-Господи, неужели вы говорите о моем муже?! - резко встала со своего места Арабелла. В её голосе чувствовались отчаяние и злость, но они обе были поставлены на служение определенной цели, - Может, я плохо помню, как здесь оказалась, может, у меня есть этот поганый диагноз, но разве вы запретите мне защитить моего любимейшего зверя в этом мире из-за этого? - Доктор в ответ покачал головой, - Тогда позвольте мне сказать пару слов... Я знаю, что мой муж не ангел. Он порой бывает жесток, но я в жизни не поверю, что он захочет кому-то принести боль по своей воле. Он хочет, чтобы каждый из нас достиг своего высшего потенциала, и из-за сложной жизни после войны и требований тех времён он выработал в себе жестокость и черствость, забыв про свои чувства. Я уверена, что мы должны ему помочь справиться со своими душевными недугами, а не наказывать его, ведь мы сделаем так лишь хуже.
-Я всецело поддерживаю её слова, - резко встал Николас, - Как лучший друг этого зверя.
-А я не могу пройти мимо слов своего мужа, - на помощь встала и Коралина.
-Довольно интересное заявление, однако я склонен с ним согласиться, - ответил им и всему залу мэр, - Господин Клемент - зверь, который необычаен в своем характере и своих достижениях для посёлка. Если мы накажем его за совершенные им преступления, он вряд ли сам поймет, как надо поступать и, более того, покажет нам лишь её большую свою злость, которая наверняка испугает всех. Мы должны помогать нашим собратьям, в какие беды они ни попадали, потому я считаю верным следующий приговор: граф-волк Клемент обещает восстановить весь физический и моральный ущерб, а также будет назначен на сеансы с душевным доктором вместе со своей женой. Мы также проведем беседы о том, какую общественно-полезную работу наш господин граф может совершить, чтобы полностью загладить свою вину. Считаете ли вы мое решение справедливым?
Зал долго думал, но в итоге ответил единогласно. Дело было закрыто, и граф тяжело вздохнул. Он сейчас не желал ни с кем говорить, и вместе с женой быстро направился к выходу. Николас хотел его догнать, однако его любимая лисица остановила его.
-Я горжусь тем, что ты заступился за своего друга, но мне начинает казаться, что ты входишь в омут, который нам обоим стоит избегать, и ты тянешь туда вместе со мной, - заявила она.
-Но он мой лучший друг. Я считаю, что я должен идти за ним, куда бы он ни пошёл, чтобы вытащить его из ужасов, в которые он мог себя направить по своей неосмотрительности. Я благодарен тебе за то, что ты нас сегодня поддержала в суде... - уверенно отвечал её муж-лис.
-Клемент определённо заигрывается с вещами, которые принесут ему проблемы. Я не имею ничего против защиты друга - я лишь хочу, чтобы наша семья оставалась живой и здоровой. Я боюсь, что он причинит тебе боль.
-Тебе не о чем бояться. Во-первых, я очень стойкий лис, и во-вторых...
-Ник, с самого начала, как мы познакомились, я знала, что ты тот ещё авантюрист, но я выбрала именно тебя из великого множества мужчин. Прошу... не делай ничего, чтобы я пожалела об этом выборе.
-Я сделаю все возможное, - ответил он, завершая этот неловкий разговор.
Семья графов волка быстро вернулась домой. Клемент быстро уселся в свое любимое кресло в гостиной, напротив зажженного камина, рассматривая письменное заключение разбирательства, заверенное самим мэром посёлка. Волна грусти охватила промышленника, ведь он прекрасно осознавал весь груз ответственности: жители практически были готовы подвергнуть его всевозможным наказаниям, лишь бы почувствовать какое-то облегчение, может, даже изгнать семью из Заводского Посёлка. Нужно было найти способ решить данную проблему раз и навсегда, задобрив этих неугомонных зверей и показав им, что нет никакого смысла ненавидеть того, кто делает это поселение хоть сколько-нибудь важным для других городов. Конечно, завод детских игрушек - не лучший способ для получения мировой известности, но почему бы и нет?
Однако в глубине души граф понимал, что проблема гораздо глубже, чем он хотел себе признаваться. Его ненавидят не за недостаточность своих достижений, а за то, что он плохо относится к окружающим, но как он может относиться к тем, кто не достиг того же величия в своих областях, какого в свое время достигал Клемент? Или, для начала, как он может кому-либо доверять, когда звери вокруг него не могут выполнять простые просьбы? Это разочарование накапливалось и вполне себе могло найти выход в причинении вреда тому бобру, который, кстати говоря, оказался жив - только из-за этого мэр и заверил бумагу о заключении разбирательства, иначе все бы пришлось пересматривать завтра или послезавтра. Вся эта ситуация была столь печальна, что промышленник даже прибегнул к алкоголю, надеясь, что он даст ему какое-то облегчение, но вместо этого ликёр принёс лишь стойкое ощущение отчаяния. Великого Клемента спасла его больная жена и его чуточку менее прыткие друзья. Почему он сам не может ничего сделать со своей жизнью, чтобы она стала лучше? Или, может, все попытки в данном направлении попросту неумолимо пресекались жизнью? Ответа на эти вопросы не было, как и желания заниматься рабочими делами. Раньше с ними и проходили выходные волка.
-Дорогой, ты совсем грустный, и смотришь на этот великолепный пожар так, будто бы хочешь там сам сгореть. Может, уделишь мне парочку минут? - подошла Арабелла, которая все это время умудрилась провести в столовой в разговоре с одним из служащих. Может, хоть кому-то будут интересны её странные стихи...
-Это разбирательство меня вымотало. Не волнуйся, я знаю, что делать дальше, чтобы посёлок, меня простил, - граф волк немного привирал, чтобы не волновать свою жену. По словам врача, это может привести к преждевременным ухудшениям диагноза. Можно спорить, что тащить Арабеллу на разбирательство было глупо, но она даже толком и не поняла, что произошло, и несильно волновалась.
-Я понимаю... знаешь, мне порой так хочется просто провести с тобой вместе один день. Ты бы послушал мои стихи, мы бы погуляли по нашему великолепному городу, может, послушали нашего друга Николаса... Я ведь могу считать его и своим другом, да?
-Конечно, конечно. Он очень добродушный зверь. Явно добрее меня.
-Ты слишком строг к себе, дорогой. И это в тебе говорят злобные голоса из мэрии, которые хотели тебя осудить за то, чего ты не делал.
-Они правы в том, что одними деньгами и изменениями нельзя искупить произошедшее. Ровно, как и нельзя делать вид, что ничего не произошло.
-Я уверена, что ты со всем разберешься! Ты же мой любимый муж не просто так. Кстати говоря, я собираюсь испечь замечательный пирог нам на ужин... правда, под присмотром наших дорогих работников. Они говорят, что иначе я могу сделать что-то плохо. Это из-за моей болезни, да?
-Травма Мышления - такая неизученная вещь, что я и сам не знаю, что сказать по этому поводу.
-Раньше ты был чуточку более уверенным в себе.
-Не волнуйся, дорогая, завтра утром эта уверенность вернется, ведь у меня впереди столько работы. Возможно, я даже лягу пораньше.
-Признай, что этого никогда не случится!
-Ладно, дорогая... может, нам правда стоит провести этот вечер вместе?
-Я буду только рада! Я принесу все свои стихи, - Клемент лишь вздохнул на это, вызвав у Арабеллы искренний смех. Хорошо, что она не все принимала в штыки…
Глава 2 – Любопытная затея
Со времени судебного разбирательства прошло несколько недель. За эти дни практически ничего не изменилось: Клемент вернулся работать на завод как ни в чем ни бывало и продолжал осуждать своих рабочих за постоянные недочёты, которые они допускали в работе производственных цехов. Вокруг, впрочем, начала витать непривычная атмосфера, которая очень раздражала волка и выводила его из себя. Раньше все были недовольны только ворчанием графа, а теперь большая часть жителей была убеждена в том, что он плохой зверь. Они продолжали на него работать, поскольку завод был частью промышленности посёлка, однако все сотрудники стали гораздо более нелюдимыми и ещё больше злились на своего начальника. Уходя домой после рабочего дня, Клемент каждый раз сталкивался с ненавистными взглядами взрослых и безбожным страхом детей. Он не хотел, чтобы его презирали, но он не имел понятия, как можно изменить данную ситуацию, и потому каждый раз, приходя в свое поместье, он долгое время сидел в офисе, прикидывал различные варианты решения проблемы, однако ничего не складывалось в единую картину. Все изменилось одним утром, когда на заводе, в офисе графа, появилась записка, написанная знакомым почерком: "Приходи на главную площадь после 15 часов, я нашёл способ избавиться от нашей маленькой проблемы. От самого известного лиса города". Сперва Клемент отказался от данного предложения, продолжая работать как обычно, однако одна перепалка с рабочим ситуацию изменила.
-Господи, дурень, как ты мог допустить такую банальную ошибку в чертеже, который был заверен ещё 3 инженерами! За что я вам плачу, за что вам отпуска даю?! - разгневался тогда волк.
-Видимо, для того чтобы вы могли над нами издеваться дальше! - буркнул рабочий так громко, что все ближайшие сотрудники покосились на него. Кажется, он выразил общие мысли.
-Вы правда так считаете? - владелец осматривал свой завод с легким недоумением, учитывая, что рабочие ему кивали положительно. Тогда Клемент развернулся и ушёл, приказав всем работать по генеральной линии дня. Никто не возражал, хотя многие произошедшему удивились.
Волк пребывал до необходимого времени в своем офисе, после чего побежал в сторону главной площади посёлка. Он надеялся, что Николас не врал, или что это не была его глупая шутка, кои иногда проявлялись. К счастью, лис завершил свое представление минут 10 назад, и теперь ждал своего друга, стоя у стены мэрии, смотря на обледеневшие деревья, бывшие частью великолепного зимнего пейзажа. Завидев серого зверя, газетчик прекратил праздное препровождение и тут же подбежал к своему товарищу.
-Ты со мной так редко говорил за эти 2 недели, что я уж испугался, что ты совершенно замкнулся в себе и разгромил половину своего дома, - начал рыжий зверёк.
-Кончай со своими шутками. Ты правда считаешь мою проблему "маленькой"? - грубо ответил Клемент. Вся ситуация его напрягала, включая и взгляды остальных животных, что порой оказывались на нём.
-Ты разве не привык к публичному осуждению? Все-таки ты относился к окружающим так плохо, что они рано или поздно бы начали отвечать.
-Может, я ожидал бы от других оскорблений, но это переходит всякие границы! У меня уже начинаются проблемы на работе.
-Да, это плохо... но моя затея состоит в том, чтобы ты начал делать то же, что и я. Радовать людей своей деятельностью, если ты не можешь делать это своим характером.
-Им не хватает завода игрушек?!
-Проблема в том, что ты делаешь эти игрушки, а звери строят свои приключения сами. Идея в том, чтобы ты начал строить истории, за которыми бы жители следили с упованием.
-Ты работаешь в газете, и многие ли следят за твоей увлекательной колонкой? Судя по её содержанию, я склонен считать, что её читаю только я. Может, твоя жена, но она слишком ворчлива для этого.
-Тебе следует относиться лучше к моей лисице...
-Ладно, ты прав. Иначе бы я дал тебе возможность оскорблять Арабеллу за её диагноз.
-Мы ушли в другие степи. Ну что, ты согласен попробовать радовать людей своей работой?
-Пока ты не дашь мне конкретики, Я НИ НА ЧТО НЕ СОГЛАСЕН!
-Тогда пошли, пока не начался очередной снегопад.
Около часа волк и лис двигались в непонятную сторону, как будто бы кто-то кого-то водил за нос, готовясь показать что-то важное лишь после определенного путешествия. Наконец, рыжий компаньон остановился, размашисто выставляя свои лапы вперёд, чтобы приковать внимание к останкам здания, которое, судя по внешнему виду, пострадало от пожара, потому его и бросили. Граф некоторое время походил из стороны в сторону, изучая сей место, но все никак не мог понять, как именно оно должно помочь ему улучшить свои взаимоотношения с городом. Любопытство победило, и волк задал решающий вопрос.
-И что мы здесь забыли? Я пытался угадать, но я совершенно не понимаю хода твоих мыслей.
-Нас волнуют не старые развалины, Клемент, а то, что с ними можно сделать. Почему ты порой такой упертый - до сих пор загадка для меня.
-Пожил бы в моей шкуре - прекрасно все понял.
-Не думай, что у одного тебя была ужасна жизнь после войны.
Некоторое время животные снова молчали, пока рыжий наматывал круги вокруг здания. Граф снова разрушил тишину.
-И что? Уборка развалин не сделает меня лучше в глазах жителей. И того хлеще - заставит думать, что я хочу ещё один завод построить, или просто набедокурить им. Публичный разговор и то будет полезнее.
-Я хочу, чтобы мы здесь построили театр, - ответил лис. Опять возникла пауза.
-Чего? Я не стану культурным деятелем.
-Только подумай. Ты можешь рассказывать истории своей жены, используя куклы со своего завода. Ты не должен будешь ни с кем говорить - ты будешь задавать тон повествования через режиссерское кресло. В итоге все будут счастливы. Я могу даже помогать со сценариями для спектаклей, чтобы забивать программу на годы вперёд.
-Заманчивая идея, но я думал над кое-каким другим проектом...
-Ты правда уверен, что твои затеи могут исправить отношения со зверьми?
-А могут ли твои?
-Я завожу толпы и помогаю им бороться с еженедельной хандрой, а ты же её на других наводишь. Думаю, нам пора сменить расстановку сил.
-Может, ты и прав, - глубоко вздохнул Клемент, - Но все это пока слова.
-Ты не думай, что я ограничусь только показательной частью моей затеи! – заявил Николас, потащив своего друга дальше.
Загадочные для прохожих звери забежали в кабинет мэра, чтобы в очередной раз потревожить его со странной просьбой. Бобёр-мэр был крайне обескуражен этим, потому что ему и так хватило слушаний по делу Клемента, а тот всё лезет и лезет, будто бы так и хочет, чтобы от него избавились! Но в этот раз от слов волка пришлось пить специальный состав, подаренный господином доктором.
-Вы же понимаете, что учреждение целого театра в нашем маленьком городке... это же попросту невозможно! Кто туда будет ходить? - ужасался Сильвейн-бобёр.
-Весь наш посёлок и будет ходить! За освещение в газетах не беспокойтесь - все будет сделано в лучшем свете, может, нам заметят и в других поселениях! - расписывал изящные перспективы Николас.
-Я с легкостью предоставлю все необходимые материалы, от строительных до театральных, и обеспечу зарплаты необходимому персоналу. Будем собирать чисто символическую плату за вход для наших горожан, и все будет отлично, - уже тише рассказывал Клемент.
-Все бы ничего, но посмотрите, кто встанет во главе этого театра! Господин Клемент, вы не очень хорошая личность в глазах всех жителей посёлка, и это мягко сказано ещё! - сетовал мэр. Он боялся дальнейшего разрастания ситуации - ведь кто-то мог пострадать.
-Именно поэтому я и хочу заняться своего рода благотворительностью. Я не могу общаться с этими зверьми, ведь мои колкости их пугают и задевают, но я могу общаться с ними через истории, которые мы будем писать вместе с моей женой и моим товарищем Николасом. Поверьте - если бы я хотел озолотиться за счет города, я бы сделал это ещё давным-давно, - грустно отвечал волк.
-Ладно! Только из-за того, что я никогда не слышал вас таким опечаленным, дорогой граф, я выдам вам нужное разрешение на снос, строительство нужного здания и его ведение! Но прошу вас, хотя бы какое-то время старайтесь не пугать наших дорогих жителей. Хотя бы полгода. Ладно? - Сильвейн надеялся на благоразумность обоих зверей.
-Как раз наоборот. Нужно действовать так, чтобы меня заметили, - заявил волк, - Иначе какой толк во всем этом? – Остальные в этом разговоре невольно, но соглашались, и мышь-секретарша уже предвкушала груды бумажной работы по сей поводу.
Звери уладили все необходимые бумажные сложности и готовились к тому, чтобы начать самую сложную часть проекта: его реализацию. Клементу было отчасти приятно рассказывать жене о плане, который был предложен его другом, ведь её диагноз как бы должен был её ограничивать, но теперь все будет наоборот: он поможет её любимому мужу. В связи с чем волк, предварительно проверив, что дела на заводе идут нормально (хуже, чем если бы он был рядом), побежал к себе домой и, обнаружив Арабеллу в гостиной, напротив окна, крепко обнял её. Сперва она испугалась, но быстро успокоилась, поняв, кто был рядом с ней, и она даже слегка расплакалась.
-Клемент!.. Давай ты будешь теперь громко кричать, когда приходишь домой? За окном было так прекрасно, что я совершенно потерялась в ходе времени... - начала она таким приятным голосом, что он успокаивал графа в любой ситуации.
-Прости, я всего лишь желал сделать тебе приятное. Более того, я несу с собой приятные новости. Я собираюсь открыть кукольный театр для всех наших жителей! - радостно заявил волк. Давно он не помнил себя таким... живым.
-Это же так сложно, Клемент! А я помню, как тяжело тебе было во время строительства завода. Да и я не уверена, что ты можешь вести за собой столь драматургическое место...
-Ты будешь нашим главным писателем! Твои стихи станут историями, которые будут вдохновлять весь наш посёлок. Если тебе будет тяжело, Николас и Коралина всегда нам помогут! - Насчет последней он не был столь уверен, но это были мелочи.
-Но... но зачем? Тебе несвойственны столь резкие затеи, дорогой...
-Сей идею предложил мне Николас. Мы хотим таким образом исправить мое доброе имя среди зверей посёлка... общаться с ними мне тяжело, но в моих историях они смогут найти нечто притягательное!
-Наш посёлок такой маленький... где же вы собираетесь поставить театр?
-Помнишь то здание, на другом краю города? Оно погорело. Мы его снесем, и благодаря моему заводу отстроим новое здание! Всё будет хорошо. Доверься мне...
-Ох, Клем!.. – Она не смогла договорить, чем немного напугала Мужа, но им обоим сейчас было хорошо, хоть и кому-то придется сегодня много работать.
А вот Коралина такой же радостью не отличалась, учитывая, что муж не особо собирался ей рассказывать о том, что готовилось, и что её могли запрячь в это дело (в самый последний момент, из-за чего вся ситуация будет очень странной и развиваться против означенных зверей). Впрочем, она знала его уже далеко не первый год, и прекрасно понимала, когда её любимый лис пытался что-то от неё скрыть: он всегда начинал вести себя нарочито-добро, нарочито-показушно, нарочито-отцовски (когда у них дома жил сын). И сейчас Николас завалился домой с выражением лица, так и обозначавшим чрезмерную смелость очередного дела.
-Если происходит то, о чем я думаю, то я очень тобой недовольна. И наверняка происходит как раз то, о чем я думаю, - заявила она, встретив вечером своего мужа на входе в дом.
-О чём ты говоришь? Это был прекрасный рабочий день, и нет смысла портить его своими домыслами, - ответил лис с напыщенной уверенностью.
-Ты обломался, когда оставил сегодняшнюю газету у нас дома, и это всегда значит, что ты быстро уйдешь с работы и даже с площади.
-Мы просто поговорили с Клементом. Чего ты к нему придираешься? Да, он непростой по характеру зверь, но он хороший друг и муж.
-Хорошие друзья не заставляют своих товарищей страдать каждый раз, когда у тех проблемы!
-Он мне помогал замолить свои прошлые грехи перед мэрией. Ты до сих пор его осуждаешь?
-Не переводи тему. Скажи мне простым языком: что ты задумал на этот раз?
-О, да ничего такого, просто я и Клемент с его женой собираемся устроить театр, скорее всего, кукольный, при помощи сил завода графа. Мы уже договорились с мэрией - снесем сгоревшее нежилое здание, и все будет отлично. Таким образом мы хотим восстановить доброе имя моего друга. И что плохого в этой затее?
-Почему ты мне об этом не сказал сам?
-Ты ведь всё равно спросила меня об этом.
-Пойми, я просила тебя не заниматься опасными авантюрами только ради сына! Иначе мы не сможем посылать ему деньги на помощь...
-Не волнуйся, все будет отлично. Мы с Клементом со всем разберемся.
-Хотелось бы в это верить…
Впрочем, никто не был полностью уверен сейчас, что он был до конца честен.
Глава 3 – Начало Кукольного Театра
Волк-граф не стал долго ждать и инициировал начало строительства прямо на этой же неделе. Согласно плану, разработанному совместно с лучшими архитекторами, каких только можно было зазвать в посёлок, в будущем Кукольном Театре будет 3 этажа для наиболее эффективного распределения зрителей. Предлагали вариант с 2 или 3 залами для показов, однако данный проект был отклонен, ибо представления не будут даваться настолько часто, чтобы была необходимость в нескольких сценах. Впрочем, оставили возможность для будущих пристроек - мало ли что изменится за ближайшие годы. Планировали строительство завершить примерно за 3-6 месяцев, чтобы убедиться в стабильности здания и его качестве. Перспектива провести очередные новогодние празднества за рабочим столом немного напрягала Клемента, однако он понимал, что сие делается ради величайшей цели в своей жизни за последнее время: изменить отношение к себе других зверей, не изменяя самому себе. К несчастью, у этой идеи и были свои недостатки, особенно когда рабочие, часть из которых пришла сюда с завода, совершали ошибки прямо на стройплощадке.
-Я понимаю, что это не ваша область специальности, но господи, как вы умудряетесь быть настолько глупыми и опрометчивыми?! - злился как-то волк во время очередного рабочего дня, кажется, за пару дней до Нового Года.
-Нам нужно чаще согласовываться со схемами во избежание данных ошибок, проверять качество материалов! И что будет с нашими новогодними премиями? - ответил ему сотрудник немного в приказном тоне, однако за ним чувствовалась большая неуверенность, смешанная с испугом. Клемент сперва хотел накричать в ответ, однако для начала он тяжело вздохнул.
-Я приведу этих архитекторов прямиком сюда и заставлю их согласовывать с вами каждое ваше действие, в котором вы сомневаетесь! Сюда будет ходить весь посёлок, мы не можем допустить жертв, иначе мы никогда не оправимся от репутации убийц и лицемеров! - кажется, этот ответ ещё больше напугал всех рабочих в округе.
-Думаю, так ты им совершенно не поможешь, - вмешался неожиданно Николас, тихо нашептав своему другу сие на ухо. Он часто оказывался на стройке в свободное время, но каждый раз уклонялся от ответа на вопрос: "Что он здесь забыл?", - Дай я с ними поговорю, - продолжил лис, и волк тихо кивнул ему в ответ.
-И чего вы там шепчитесь? - удивленно спросил тот самый рабочий. Кажется, ему было страшнее, чем самому графу на недавнем суде.
-Мы всего лишь говорили о том, как правильно подавать свои мысли. Мой друг Клемент хотел сказать, что проект строительства Кукольного Театра очень важен для всего нашего посёлка, и мы должны отнестись к нему с соответствующей ответственностью. Мы не только привлечем зверей из других поселений, но и поможем друг другу объединиться вокруг чего-то столь высокого, как искусство театра. И наш граф-волк хотел показать нам, насколько высоки ставки! Я даже опубликовал несколько статей о строительстве, и жители уже начинают предвкушать прекрасное культурное будущее места, которое называется "Заводской Посёлок". Мы можем их удивить лишь тогда, когда работаем сообща и проверяем все досконально, - сообщил Николас с таким пламенем и спокойствием, что сам граф был предельно удивлён. Рабочие восприняли речь очень хорошо и начали работать усерднее, внимательнее...
Вскоре лис вернулся к своему другу, пожёвывая прекрасное яблоко, которое он носил с собой, чтобы есть в ходе рабочих перерывов. У волка на морде было написано огромное удивление.
-Видишь? Я не врал им, я не говорил им, что отношусь к ним слишком хорошо. Я уважаю их за то, что они занимаются столь ответственным трудом, и помогаю им понять, насколько важна их работа. Кажется, ты таким никогда и не занимался, - самоуверенно заявил лис, однако в этот раз серый зверь был с ним солидарен.
-Тяжело забыть о родительских заветах даже за один год, когда ты живешь по ним уже 45 лет. Это вообще возможно? - ответил граф с ноткой неуверенности, ему неприсущей.
-Не знаю. Я не врач. Но я в тебя верю в любом случае, - завершил Николас, обнимая своего друга за плечи.
Полгода пролетели незаметно, или прошло 4 месяца? Сам граф уже не мог сказать точно ничего, кроме того, что проект был завершён в срок, и подступало время великого открытия. Во время второй половины строительства звери начали заниматься подготовкой самих спектаклей: Арабелла, несмотря на свое заболевание (или благодаря ему?), написала великолепный сценарий пьесы под названием "Лунные волки"; Клемент занялся созданием кукол, которые будут иметь механическую и гидравлическую внутренность для удаленного управления, избегая старые ниточки и им подобные трюки и давая больше творческой свободы; Николас разрабатывал декорации для будущего спектакля и театра, а также агитировал всех жителей к великой премьере; Коралина неохотно согласилась помочь с костюмами для действия. В итоге ко дню открытия в начале весны у великолепного здания Новейшего Кукольного Театра собрался не только весь Заводской Посёлок, но и родственники, друзья и просто незнакомцы из близлежащих окрестностей, даже приехали критики из больших городов. За всем происходящим на улице можно было легко наблюдать через окна 3 этажа, которые были созданы для того, чтобы руководство театра и артисты смогли готовиться к представлениям. Уже скоро должно было произойти открытие, через полчаса после которого начнется само представление, состоящее из 3 актов и 2 антрактов. Семьи волков и лисов собрались как раз на этаже руководства, завершая финальные приготовления вместе с остальными работниками театра, коих было немало, около 10–15 (большая их часть отвечала за нечто техническое и простое, вроде буфетов или гардеробов).
-Волноваться сейчас более чем естественно, - сказал Николас, похлопывая своего друга-волка по спине, пока тот напряженно смотрел на толпу.
-Надеюсь, ты не оправдаешь моих опасений в этот раз, - проворчала им вслед Коралина.
-Дорогая! Так ты ему не поможешь.
-Я и не собиралась ему помогать.
-Всё будет хорошо, дорогой. Если ты знаешь, как очаровать сердце волчицы, то я уверена, что ты узнаешь, как очаровать наш городок, - сказала Арабелла своим немного слишком спокойным голосом, обнимая его крепко. Клемент ничего не смог сказать – он лишь молча готовился к новому этапу своей жизни.
Сама же пьеса была завязана вокруг странствующего волка, который был потерян в ходе ужасных раскатов Великой Войны. Он прекрасно помнил свою прошлую жизнь, однако понимал, что должен отказаться от неё ради того, чтобы пережить столь сложные дни. В ходе первого акта главный герой должен был посетить свой родной город, который был разрушен чудовищным оружием войны, а затем подвергнуться атаке этих орудий, после чего волк задумывается о том, в чем вообще был смысл его жизни до того, как он попал в этот ужас. Ему не остается ничего делать, кроме как мыслить, ведь он оказывается в засаде: солдаты вражеской армии полностью окружили здание, в котором он укрылся, и ему очень повезло, что они не узнали о том, что он был здесь.
Второй акт начинается с кошмара этого волка: якобы, проснувшись ото сна, он со счастьем замечает, что война была окончена, однако следом солнце медленно, но верно гаснет, и на Земле воцаряется вечная тьма, в которой как будто бы прячутся бесконечные орды монстров. Их можно было слышать, но нельзя было увидеть, и каждый из них напоминал искаженное лицо его родственников, что наверняка погибли ещё до того, как он потерял память. Просыпаясь от испуга, Странствующий Волк замечает, что у него совершенно не осталось запасов, а засада действительно прошла даром: кажется, его не смогли найти среди развалин. Он вновь задумывается о том, есть ли вообще смысл жить дальше, ведь его мир уже рухнул, а новый готов его убить. У него, увы, нет сил, чтобы покончить с собой, и он решает отправиться на север - он слышал от военных, что там находилось большое поселение для выживших. На него, правда, собирались напасть.
Поход Странствующего Волка до этого лагеря и является третьим актом, самым коротким из них всех, однако самым животрепещущим. Главный герой, идя в сторону своей последней надежды, замечает, что вокруг него слишком много призраков, своих и чужих. Он старается не обращать внимания на них, а они как будто бы лишь множатся вокруг него. Кульминацией этого момента становится огромное синее светило, что преграждает ему путь. Оно обжигает волка, и он пытается придумать решение этой проблеме, однако ничего не помогает… кроме мыслей о доме. О родных, которых он никогда не увидит. О жизни, которой у него никогда больше не будет. Слёзы – единственное, что осталось у этого зверя, и он наконец предался им, поняв, что он слишком мелок, чтобы что-то изменить в своей жизни. Неожиданно он просыпается и обнаруживает себя в том самом лагере выживших, в лазарете, где врачи ставят ему разные диагнозы. Одним из них была Травма Мышления. В некоем глупом счастье Странствующий Волк засыпает, понимая, что он потерял слишком много, чтобы задумываться и дальше об этих потерях.
Клемент сам управлял куклами при помощи дистанционного пульта, постоянно сверяясь со сценарием. Рядом с ним находилась Арабелла (для поддержки), Николас же следил за сменой декораций. У каждого из персонажей пьесы был свой актёр, который лишь выступал голосом озвучания, однако все это происходило в реальном времени для создания реалистичности. Положение, из которого волки и лис наблюдали за происходящим, позволяло им следить за зрительскими реакциями, которые явно не знали себе равных. Возможно, дело в том, что в Заводском Посёлке была одна библиотека с ограниченным числом книг, а личные запасы были лишь у графов волков и немногих других зажиточных семей. Но... Клементу казалось, что ему удалось сплотить посёлок вокруг творения своей семьи. Наблюдать за реакциями этих морд, которые радовались, пугались, печалились и мыслили вместе со Странствующим Волком, было слишком интересно. Более того - куклы в кой-то веки работали как надо, после долгих месяцев настройки.
Во время антрактов граф-волк даже спускался в буфет, изначально для того, чтобы принести припасы своим близким, однако затем он начал подслушивать разговоры окружающих (без задней мысли, разумеется). Самого промышленника было не узнать - у него была полудомашняя одежда, ибо он за последние недели много перерабатывал себя (на его счастье, с заводом всё было в порядке).
-Жаль, что в нашем городе раньше не было театра, мы столько всего упустили! - говорил один зверь.
-Это точно. Но ты правда веришь в то, что спектакль поставил Граф Клемент? - скептично подметил его товарищ.
-Он был режиссером, его жена была сценаристом, а семья лисов была постановщиками и костюмерщиками. Да и зачем этому зверю нас обманывать, когда он и так совершил немало преступлений?
-Чтобы совершать ещё больше преступлений, разумеется!
-Давай досмотрим спектакль, и тогда уже подумаем о том, чей он на самом деле.
В какой-то степени разговоры о настоящих создателях пьесы убивали графа. Но ему даже приятно было это слышать... Может, у него есть шанс измениться в глазах города.
Вскоре спектакль завершился, все жители разошлись по домам с удивленными, завороженными, грустными и иногда даже радостными мордами, рабочие собирались отправляться домой, ибо уже был поздний вечер, и семьи волков и лисов тоже направлялись в сторону своих пристанищ - впрочем, другой дорогой, чтобы избежать преисполненных чувствами зрителей. Пожалуй, Клемент был самым радостным в этой компании - он понял, что его таланты действительно нужны городу, и что его любят не только за его игрушки. Из-за этого морда Николаса тоже расплывалась улыбкой, да и жены обоих зверей предались этому прекрасному чувству.
-Я уверен, что завтра на площади к тебе будут относиться гораздо лучше, даже по пути на работу. А я уж точно не забуду проверить, чтобы про наш спектакль написали статью, - заявил лис.
-Давайте не будем забывать о том, что это наш общий труд, и нам стоит благодарить Арабеллу за столь прекрасный сценарий, - резко вмешалась Коралина, немного перебивая своего мужа.
-Ох, да что вы!.. Моя жизнь неразрывно была с ним связана. Порой я сама оказывалась в подобных приключениях, но я не справлялась с тем, что там происходило. Я подумала, что, заменив себя на великого волка, я смогу добиться по-настоящему хорошего конца... - заявила волчица, крепко обнимая своего вдохновляющего мужа.
-Порой за чужим браком так странно наблюдать, - усмехнулась лисица.
-Если ты желаешь оскорблять моих друзей дальше, то тебе лучше это прекратить сейчас же. Между прочим, ты изначально плохо отнеслась к затее театра, - ворчал Николас.
-Прошу, Ник, не надо об этом разговаривать сейчас... - ответила Коралина совершенно искренне. Может, в ней и была хоть капелька уважения к Клементу, или, как минимум, к Арабелле.
-Да, ты права. Приношу свои извинения. Я горжусь нами всеми - мы добились того, о чем в нашем посёлке наверняка никогда не мечтали, - вдохновенного сказал лис.
-И это только начало. Следующее представление будет через пару недель-месяц. Может, оно будет короче, но мы с Арабеллой точно что-то придумаем. Я могу рассчитывать на вас, Ник, Коралина? – спросил Клемент с легким страхом.
-Разумеется, - ответил лис, смотря на смеющуюся жену.
Глава 4 – Некоторые вещи не имеют конца
Клемент при помощи театра скрытно надеялся на то, что состояние его жены сможет улучшиться. Строго говоря, если верить словам доктора, то она никогда уже не восстановится, однако можно продлевать её периоды "ремиссии", когда её связь с реальностью более-менее прочна. И, по идее, работа драматургом в театре помогла бы восстановить отношения волчицы с жизнью, объединив её грёзы с тем, что есть на самом деле. Жаль, что Арабелла практически не рассказывала мужу о том, что с ней происходило за все эти полгода - она не хотела его тревожить, ведь граф был и без того нервный, и лишние поводы для волнения не сделали бы ему ничего хорошего. Всего пару месяцев назад она начала считать, что некоторые комнаты их поместья становились странными, иногда пропадали или их становилось больше, и ей было очень страшно каждый раз, когда такое происходило. Служащие дома порой видели её искренний ужас по этому поводу и старались помочь ей, иногда тайно звали самого Доктора-Филина. К несчастью, не существовало никаких медикаментов тогда, чтобы ослабить эффекты этой странной болезни, и волчице приходилось мучиться со своими страхами в полном одиночестве. Когда же её видения стали совмещаться с реальностью рядом со своим мужем, она старалась не подавать виду, ведь Клемент мог прекрасно читать настроения его жены. Пожалуй, хуже всего было то, что эти обострения болезни зачастую совпадали с изменениями погоды, и в любую непогоду или смену сезона Арабелла попросту не могла заснуть, ибо ей постоянно мерещились странные вещи, частью которых она так хотела быть. Порой она мечтала о том, чтобы её прекрасный муж заметил, как ей плохо, и смог её утешить, однако такое перестало происходить просто так ещё 15 лет назад... Впрочем, как крайне стойкая волчица, графиня не собиралась сдаваться и умирать из-за того, что у неё возникла травма мышления. Так поступил бы только глупый зверь... жаль, что никто тогда не знал, насколько опасно сие заболевания для жизни даже в головах столь смелых животных.
В один из прекрасных дней, после премьеры первого спектакля в Кукольном Театре, Арабелла занималась подготовкой сценария для новой пьесы, однако она совершенно не знала, за какую идею ей зацепиться. Она предпочла искать вдохновение в столовой - её богатое оформление с великолепными панорамными окнами должны были помочь в написании новой истории, однако, спустя пару часов и 2 отказа от обеда, волчица пришла к выводу, что ей ничего не удалось добиться. Следом ей пришла прекрасная затея - может, рассказать историю собственного мужа? Все равно Клемент хотел восстановить свое доброе имя среди жителей, просто не имел нужных навыков общения, чтобы это сделать... Но какова же история её мужа? Она усиленно стала вспоминать все факты его биографии, начиная от грустного и сложного детства и заканчивая строительством театра. Она даже и не заметила, как уже лежала на столе и смотрела почти без оглядки на весенний пейзаж...
И уж тем более волчица удивилась, когда по столу стало бегать странное создание из фиолетового огня. От него исходили протуберанцы, которые задевали каждый уголок комнаты, но морда этого существа выглядела крайне умиротворенно в сравнении с его остальным телом... Через пару минут животное собрало в себя освещение всех светильников в комнате и приобрело форму волка, который ходил на 4 лапах, как древние звери, и зазывал Арабеллу пойти с ним. Она ответила ему отрицательным кивком головы, и тогда Волк показал хвостом наверх - узоры на потолке соединились в общие картинки жизни графов, которая напоминала очень печальную драму, где волчица всегда была несчастлива, а её муж был вечно недоволен всем в этой жизни. Арабелла не сдержалась и заплакала, даже не скрывая своей морды - ей очень хотелось, чтобы у неё с Клементом были дети, но этот поезд уже давно ушёл. Может, стоило даже поговорить об этом с мужем в очередной раз... Фиолетовый Зверь похлопал по плечу плачущую волчицу, вновь приглашая пойти с ней. В этот раз она не стала ему отказывать, и они покинули столовую.
Волчица вместе со своим спутником оказалась в гостиной. Та совершенно не напоминала её в старом виде - все вещи на полках шкафов танцевали, кружась то по своей оси, то против неё, бесшумно взлетая и падая. Почему-то очаг, который стоял перед главным диваном и его столом, был закрыт необычной зеленой вуалью. Фиолетовый волк мягко отрицал кивком своей головы необходимость подходить к огню - он не объяснял, почему. Арабеллу очень волновало, может ли её товарищ вообще говорить, но пока что они лишь неловко смотрели друг другу в глаза, видя бесконечные пропасти, в которых когда-то пряталась ясность мысли. Волчица в очередной раз пустила слезу, поняв, что, возможно, она никогда не сможет наладить контакты со своим мужем как раз из-за её болезни, которая мешала ей не только трезво воспринимать мир, но и думать вообще. Её фиолетовый волк дёрнул её за лапу, после чего он показал, что у него тоже есть раны: его хвост побит, потеряв часть своего меха, на груди находились некоторые подобия ран, из которых текла чуть ли не божественная жидкость. Арабелла погладила своего компаньона, поняв по тому, как он скулил, что ему было очень больно. Зверь ответил ей взаимностью, обняв её 2 своими лапами. Волчица решила выглянуть в окно, чтобы задуматься о чём-то хорошем, но в итоге только увидела красное зарево, что собой заполонило весь мир. Деревья от него сгорали, вода тут же испарялась, а все эти газы объединялись в страшные создания, которые смотрели на больную и искренне желали ей смерти. Графиня кинулась вниз, чтобы её не видел, но фиолетовый волк не понял, в чем проблема, смотря на неё с удивлением. Он же потом помог ей встать, и волчица заметила, что ничего плохого больше там не было - всего лишь обычный весенний пейзаж. Неужели её мозг снова её обманывает? Нет, конечно, появление целого зверя вполне себе звучало как выдумка Травмы Мышления, но Арабелла уже привыкла, что порой она видит лишние образы в своей жизни... но никогда раньше они не заменяли настоящую жизнь собой.
Волчица неожиданно вспомнила, что она совершенно забыла переодеться из ночной одежды в утреннюю! Её спутник издал звук, похожий на смех, но согласился пойти с ней в спальню, где находился вход в огромнейший гардероб, наполовину заполненный одеждой графини, наполовину - одеждой графа (гораздо более однообразной, впрочем). Графиня решила идти по лестнице медленно, боясь, что она неожиданно превратится во что-нибудь совершенно не подходящее для подъема, или что её убьет. Фиолетовый волк оказывал ей всю помощь, что мог, поддерживая своего товарища и не отпуская её лапу. Пролёты лишь немного двигались, как будто бы превращаясь в нечто жидкое, однако затвердели обратно, когда Арабелла вспомнила, зачем идёт наверх. Войти в спальню с первой попытки не удалось - 2 двери, которые она открывала, вели в полную пустоту, которую она искренне боялась. Только фиолетовый волк смог показать ей, куда именно надо идти.
Войдя в спальню, Арабелла обнаружила, что вход в гардероб оказался заперт. Ничего страшного, правда, - Граф привык видеть её и в ночной одежде. Проблема была в том, что на кровати появилась огромная статуя этого великого серого зверя во всем его величии - неприступном, высокомерном и надменном. И волчице удалось подобраться к нему так близко... жаль, что в этом не было смысла, ведь она теперь теряла рассудок, и она вскоре вряд ли останется самой собой. Фиолетовый волк запрыгнул на кровать и своим хвостом развалил скульптуру на мелкие осколки, заставляя каждый из них светиться подобно ярчайшему светилу на ночном небе. Арабелла неожиданно заплакала - она не желала терять своего мужа, она любила его, несмотря на эти мелкие недостатки, и он определённо заботился о ней все эти годы, несмотря на то что мог развестись и остаться один. Фиолетовый волк выслушал каждое слово своей спутницы по этому поводу и обнял её... однако их путешествие ещё не закончилось. Волчица совершенно не знала, что теперь делать, и потому положилась на своего нового товарища, пускай и ненастоящего.
Странствующие по поместью звери вновь очутились в гостиной, которая стала чрезвычайно спокойной - можно даже сказать, что слишком спокойной. Все предметы с полок и шкафов упали на пол, сохраняя свою целостность, но будто бы не желая, чтобы их подняли. Вуаль с камина пропала, наоборот, оттуда теперь текли фиолетовые протуберанцы, звавшие начать разговор, который фиолетовый волк желал провести сам, но не мог в силу своих ограничений. Арабелла прекрасно восприняла этот жесть и села напротив великого огня, пока её товарищ запрыгнул в него. Она сильно испугалась и чуть не заплакала, пока не увидела морду своего нового друга, возникшую из огненных протуберанцев. Некоторое время волчица просто смотрела на этот маленький пожар - пока он не двинулся так, будто бы хотел спросить у неё что-то.
-Мне очень страшно! - крикнула неожиданно волчица, - Я бы поговорила хоть с кем-то об этом, но мой муж такой жестокий порой, а служащие... я понимаю их, они не хотят терять работы, но мне так одиноко стало в последние месяцы. Ты, фиолетовый друг, мой единственный надежный зверь здесь... хоть ты и появился всего единожды.
Огонь дружелюбно двинулся с большой скорбью, а морда волка покосилась.
-Ты меня не осуждаешь за то, что я с тобой так общаюсь? Всё это могут быть просто проказы моей болезни, которая медленно крадёт у меня весь мир, но я хочу жить! Понимаешь?.. Я хочу жить. Я бы хотела проводить больше времени с моим мужем, с его друзьями, вспомнить о своих друзьях с благотворительности... а они все будто бы уплывают от меня!
Часть предметов как раз влетела в это всепоглощающее пламя, пока фиолетовая морда отрицательно кивала.
-Чего ты от меня хочешь? Ты провёл меня по моему же дому, но так и не сказал, чего ты хочешь от меня добиться. Мой жизнь была прекрасна, пока её не испортила это болезнь!.. Ну, скажи же, прошу тебя!..
Арабелла даже взяла кочергу для разжигания огня и попыталась ей ударить по дровам, лишь бы разбить силуэт фиолетового волка, но безуспешно.
Иллюзии неожиданно развеялись, когда волчицу из огня камина вытащила чья-то рыжая лапа, морда носителя которой была не только обескуражена, но и испугана. Кажется, графиню только что спас лис Николас...
-Может, наука и совершенно не понимает Травму Мышления, но почему ты решила полезть внутрь камина?! - почти кричал этот рыжий зверь, однако даже его крики казались такими милыми и великодушными, особенно в сравнении с говорами её мужа...
-Я... там был фиолетовый волк, который ходил на 4 лапах. Он позвал меня зачем-то, и я хотела узнать, что он от меня хочет! - ответила Арабелла совершенно спокойным тоном.
-Скажи мне, что ты делала до того, как ты увидела этого волка?
-Я пыталась написать сценарий для нового спектакля, наблюдая за утренними пейзажами из столовой, а потом появилось это величественное существо... может, он не умел говорить, но он показывал такие образы, что я не могла устоять!
-Арабелла... взгляни в окно сейчас.
Волчица с ужасом заметила, что на улице уже стояла стойкая тьма. Учитывая, что на дворе была весна, это значило лишь одно.
-О господин Николас... - заплакала графиня, присаживаясь на диван. Она и не представляла, насколько сильно она находилась во власти этой страшной болезни, и осознание этого факта разрушало её ещё сильнее.
-Твои слёзы нормальны, но пойми, что каждый раз, когда тебе грустно, твой мозг всё больше и больше страдает от Травмы Мышления. Я слышал, что она тем больше поглощает зверя, чем больше он страдает...
-Но я не могу, Николас! Я не могу перестать плакать... скажи мне, где вообще Клемент, где мой любимый муж?
-Я как раз пришёл сюда, чтобы поговорить с ним по поводу нового спектакля. Он сказал мне, что бессмысленно ходить к нему на завод или в сам театр - он слишком занят, чтобы общаться. Я надеялся, что ты мне подскажешь, где он.
-Он ведь живой, да?.. И он меня до сих пор любит?..
-Я уверен, что этот зверь тебя не разлюбил. Думаю, он сейчас сидит в своем кабинете. Давай проведаем его, да?
Волчица радостно вздохнула и отправилась в свое очередное маленькое путешествие.
Глава 5 – Тлеющий огонёк
Больше всего граф-волк удивился, когда увидел, что его жена очень аккуратно находилась в лапах его рыжего друга, который привёл её вместе с собой к кабинету серого промышленника. Кажется, Николас хотел о чем-то поговорить по поводу театра, и потому желал зайти домой к волкам... однако рассказы о том, что Арабелла чуть не прыгнула в горящий камин, заставили здоровье и мысли Клемента резко поплохеть.
-Давно... давно ли у тебя такие странные путешествия по нашему дому происходят, дорогая? - спросил он, расхаживая по своему кабинету. Волчица явно концентрировала внимание на своем муже - значит, всё ещё не было так потеряно.
-Нет! Сегодня впервые со мной случилось нечто подобное... я до сих пор немного боюсь оставаться одна, Клем, и мне бы хотелось... - она не успела договорить.
-Может, я и прозвучу как довольно параноидальный зверь, однако Арабелле необходимо пойти к врачу-филину. Он ведь просил вас держать его в курсе событий, не так ли? - подметил Николас своим слишком живым для данной ситуации голосом.
-Я полностью согласен с этой затеей, но я совершенно не уверен, что у господина Филина будет на нас время... - очень глухо заявил волк. Он не желал сдаваться в борьбе за свою жену, но он также не верил, что жизнь ему в этом особо помогает.
-Почему мы должны пойти к господину Филину?.. К моей болезни всё равно нет лечения, дорогой... я бы очень хотела, чтобы ты был спокоен за меня, зная, что мне уже ничем и не помочь... - неожиданно заявила волчица в столь грустном тоне, что казалось, будто она прямо сейчас плачет.
-Сие не обсуждается! - грубо заявил её муж, - В этом посёлке для меня нет никакой женщины дороже тебя, и если с тобой что-то плохое случится... Нет, я понимаю, что Травма Мышления - чудовищное заболевание, но если мои действия могут продлить твою жизнь, то я только за.
-Тогда нам стоит поторопиться: у врача-Филина ещё остался один приёмный час. Он как раз в весну работает немного дольше, - сказал Николас.
-А твоя жена отнесется нормально к этому? Я не уверен, что она легко перенесет, что ты вот так задерживаешь у нас дома… – спросил его друг.
-Оставь это мне. Я же со всем могу разобраться, забыл? – отмахнулся лис, давая понять, что эти раны лучше не ворошить.
Доктор Филин тогда как раз собирался сделать себе короткий перерыв: до конца дня у него не должно было появиться каких-либо пациентов, однако он никогда не уходил с рабочего места раньше положенного, зная, что кому-то может резко стать плохо, и он, ожидая помощи от врача посёлка, окажется жестоко обманут. Филин не мог потерпеть таких случаев. И каково же было его удивление, когда он заметил 2 волков и лиса, стучащихся в его прекрасное здание, в этот замечательный, но крайне печальный кабинет. Он не смел им отказывать, более того - по первому взгляду своей пациентки он понял, что дела обстоят нехорошо. Выслушав рассказы Николаса и Клемента, Филин вновь достал свой особый освежающий состав и открыл его, предложив своим гостям.
-Я подозревал, что такое возможно, но... вы же следовали всем моим рекомендациям, да? - спросил доктор загробным голосом.
-Разумеется! Вы же сами были на нашей премьере в театре, и сценаристом пьесы была сама Арабелла! Она писала на основе своих мыслей... - громко заявил граф-волк.
-А вы проводили со своей женой много времени? Это ведь очень важно, для больного Травмой Мышления, чтобы он не ощущал себя брошенным. Что вы скажете по этому поводу, мадам Арабелла? - поинтересовался врач.
-Ну... Клемент прекрасный волк, но строительство театра совместно с работой на заводе отнимали у него так много времени... мы общались всего пару раз в неделю до премьеры в театре, и часто я оставалась наедине со своими мыслями. Наши друзья тоже работают, а служащие явно не могут составить мне нужную компанию... Конечно, я помогала в благотворительности в этом месяце, как могла, но ведь долго она не продлилась... - грустно отметила волчица.
-Чёрт, дорогой вы мой граф-волк! - воскликнул Филин, - Учитывая, что вы полгода назад учинили в посёлке нечто такое, из-за чего вы должны были встать мне на учёт, я не удивлен, что вы не следите за своей больной! От того, что вы находитесь далеко друг от друга, ей будет только хуже.
-Могу я что-то сама сделать, чтобы справиться с последствиями Травмы Мышления? – спросила Арабелла тихим голосом.
-Найти новых дорогих зверей сможете? Такие, которые будут готовы пожертвовать своим временем и рассудком ради вас? Вот это вам поможет, - закончил Филин, тяжело вздыхая и выпивая ещё стакан состава.
Под конец врач выписал ещё несколько «лекарств» и мест, где можно провести время без ощущения одиночества, и группа вышла из здания вместе с доктором, поспешно покидающим свое рабочее место, не переставая при этом бурчать себе что-то под нос. Клементу было так тошно от ситуации, в которую он сам же себя поставил, что он тихо шёл рядом со своими товарищами в сторону дома. Арабелле же очень хотелось поговорить, и только Николас мог утолить её желание, что, конечно, волчицу очень сильно напрягало, но она не могла заставить своего мужа показывать свою любовь к ней - особенно с учетом того, что он и без того бывал иногда жесток.
-Друг наш Николас, а вы вообще любите весну? - спросила неожиданно Арабелла.
-Я не имею фаворитов среди сезонов. Считаю, что в любую погоду можно извлечь свою выгоду. В снежные вечера гораздо сложнее сплотить зверей вокруг себя, но во время более теплых сезонов они порой слишком неугомонные. Может, и хорошо, что наша премьера состоялась именно в начале весны, ведь в зимние или летние вечера зрители были бы намного спокойнее, - ответил ей лис с задором, который повышал собеседнице настроение.
-Мне просто порой хочется пойти и погулять с Клементом, но он слишком занятой для этого. Иногда я задумываюсь о том, чтобы пойти и найти себе постоянную работу - может, коллектив поможет мне почувствовать себя не такой одинокой...
-Как работник газеты скажу вам, что у вас довольно иллюзорное представление на сей счёт. Одиночество - ощущение, состояние, которое не зависит от того, есть ли вокруг вас звери или нет. К примеру, сейчас вы чувствуете себя оставленной одной?
-Нет...
-А чувствуете ли вы себя так, когда вы находитесь рядом со своим мужем?
-Только если он работает или злиться! И я его совершенно не виню по этому поводу... Кто-то в нашей семье должен приносить пользу этому миру.
-Да, но с вашей болезнью...
-Разве будет так плохо, если я вдруг умру?
Все замолкли после этой фразы и неловко друг на друга посмотрели. Особенно грустно стало Клементу, мысли которого после этой фразы стали ещё мрачнее.
Семейства волков и лисов разминулись у входа в поместье первых, и тогда Николас отправился к себе домой. Смотря на часы и осознавая задержку на неприемлемый срок, он понимал, что ему стоит объясниться своей жене по-честному, иначе потом будут проблемы. Порой он совершенно не понимал сути её претензий: ему казалось, что она выдумывает всю проблемность его затей, ведь идея с разговором с Клементом в итоге привела к спасению Арабеллы. Конечно, не каждая задумка лиса так заканчивалась, но разве стоит сводить шанс успеха к нулю? Впрочем, сам рыжий зверь понимал сейчас, что его шансы на хороший вечер находятся в таком же шатком состоянии.
-Ты сегодня задержался сильнее обычного, - заявила Коралина с порога. Она оперлась на стену рядом со входом в дом.
-Я смотрю, ты уже привыкла к моим задержкам по рабочим дням, но ничего, сегодня это было ради благого дела. Я должен был поговорить с Клементом по поводу театра, однако пришлось спасать его жену от гибели в камине, а самого Клемента - от его мрачных мыслей. Тяжело жить в семье с таким диагнозом, знаешь? - отмахнулся Николас.
-Да... стой, она чуть не погибла? Но как?.. И почему?..
-Её видения становятся всё более затягивающими из-за того, что мой друг не уделяет ей достаточно времени. Одиночество усиливает её болезнь... Честно, я бы хотел ей помочь, но я не вижу никаких способов к решению данной проблемы, кроме как тебе сидеть рядом с волчицей и развлекать её, условно говоря.
-Эта идея не так уж и плоха... если забыть о том, что нашему хозяйству нужны любые деньги, что мы можем достать. И моя работа...
-Разве мы обеднеем, если ты вдруг на некоторое время уволишься?
-Ник, мы не знаем, насколько затянется эта проблема. Может, за Арабеллой надо будет ухаживать ещё 40 лет! И что тогда?
-Ты можешь устроиться работать на врача-Филина, и таким образом у нас будут и деньги, и не такая быстро увядающая Арабелла.
-Это вымогательств, Ник...
-У тебя есть другие варианты?
Лисица ничего не могла ответить, ведь решений этой проблеме правда было очень мало.
Часто, как на зло, бывает, что всё худшее скапливается в снежный ком, который нужно разбить на множество осколков, чтобы вообще избавиться от летящих на тебя невзгод. Такое же сейчас происходило с Клементом, который по возвращении домой получил звонок и с завода, и с театра. А ещё у него была жена, с которой надо было проводить время. Если бы он смог не спать от слова совсем, то он смог бы справиться со всеми обязанностями, но тогда он увянет ещё быстрее, чем его одинокая в глубине души жена. И когда он совершил эту ошибку?.. Когда произошла точка невозврата, зарождения Травмы Мышления? Конечно, она у волчицы наследственная, но Клемент совершенно не знал родителей волчицы, ровно, как и она не знала его родственников. Пожалуй, в этом и была оплошность графа... зачем жениться на той, что рано или поздно станет столь невыносимой?
Волк смахнул со своей головы эти мысли, помчавшись в офис после того, как дал обещание жене присоединиться к ней на душевный разговор часом-двумя позже. Семья казалась наибольшей из текущих неприятностей, однако медленно, но верно всплывали другие. К примеру, Завод по Производству Игрушек Клемент плавно переводил на производство компонентов, нужных для театра, а их технологическая сложность уже начала выходить за некоторые рамки, в результате чего рабочие уже сами заявляли о том, что не справлялись, и их приходилось отсылать на повышение квалификации, а возникавшие неполадки устранялись при помощи смекалки и удачи. Следом граф обращался к сметам по театру: его обслуживание оказывалось очень сложной задачей, учитывая, что сейчас он простаивал в ожидании новой пьесы от своей любимой жены. Он даже задумался о том, чтобы пригласить кое-каких специалистов из других городов и посёлков, чтобы сцена была постоянно заполнена, и это место как-то окупалось... или же можно было просто перевесить все расходы доходами с завода. Клемента, впрочем, радовало одно: жители относились к нему теперь правда лучше. Хоть это только было началом его пути примирения.
Перед тем, как присоединиться к своей замечательной жене, что, судя по звукам, напевала какую-то песенку в столовой (и делала это очень громко), волк решил сделать один звонок. В глубине души он надеялся, что ему не ответят, но в то же время он прекрасно понимал, что ситуация требует некоторых изменений в своем характере.
-Алло, говорит великолепный лис Николас из нашей лучшей газеты, что вам нужно в столь поздний час? - ответил звонкий голос по ту сторону трубки. Клемент всего лишь вздохнул, но этого оказалось достаточно, - Ах, дорогой мой друг, так это ты. Я удивлен - ты давно мне не звонил.
-Знаешь, моей жене тоже давно не ставили ухудшение её состояния на фоне моей вины, приводящей к её одиночеству, - грубо отвечал граф, - В любом случае я звоню тебе не для того, чтобы посрамить... ты отлично помогаешь мне с Арабеллой, и я очень благодарен тебе за это. Правда, ты не обязан это делать.
-Я никому ничего не обязан, друг мой, однако ради своих друзей я готов пойти на всё. У меня их не так много - звери относятся ко мне как к публичной фигуре, и ты один из немногих, кто знает меня столь близко. Может, иногда даже лучше, чем у меня есть Коралина. И я с радостью помогут тебе сделать жизнь Арабеллы чуточку счастливее... в конце концов, из всех нас часы именно её жизни громче всего тикают сейчас.
-А ты... а ты знаешь, как умирают звери с Травмой Мышления? Эта болезнь так редка, что я совершенно не знаю о таких вещах.
-Зачем тебе быть в курсе столь печальных вещей? У тебя ведь столько дел, и тебе в них нужно ещё втиснуть заботу о своей жене. А если ты будешь задумываться о столь ужасном, то ты тоже недолго проживешь, друг мой.
-Спасибо за заботу, однако...
-Это единственная причина, по которой ты мне хотел позвонить?
-Да.
-Ты немного изменился с той поры, как побил того бедного бобра. Интересно, что на тебя сильнее влияет - общественное осуждение или горе жены?
-Думаю, речь идет о совокупности всех вещей... Кстати говоря, вы готовы к созданию новой пьесы?
-Я всегда готов.
Часть V - Межвременная весточка
Настоящее время, спустя пару дней
Глава 1 – Новое место назначения
Прошло так мало времени, но в его безмятежности и спокойствии, совмещенном с работой в магазине, было свое особое настроение. Селестен прекрасно знал, что такое состояние не сможет долго продолжаться, ведь со дня на день появится новая информация по поводу нападения странных роботов, и их надо будет преследовать, чтобы ближайшие 10 лет жизни не превратились в ад с очередной потерей близких зверей... Волк тяжело вздыхал от этих мыслей - они не позволяли ему уснуть, потому он открыл шторы пошире и устремил взор на ночную Туманную Чащу. Она всегда казалась прекрасным идеалом для него - такая спокойная, и в то же время такая активная, уравновешенная, амбициозная и успешная... и она никогда не чувствовала себя одинокой. Невольно от этих мыслей химик заплакал, стараясь спрятаться поглубже в себе физически и морально, однако даже за год жизни с одним рыжим зверем рядом он ещё не привык к тому, что кое-кого такая печальная ситуация не устроит.
-Сель, когда волки плачут, это значит, что дела безумно плохи. Я прекрасно понимаю, что могу быть слишком навязчивым, и потому... - Эдгард неловко произносил эти слова, медленно подходя к любимому серому продавцу.
-Да подходи уже! - как-то смешно и грубо одновременно ответил Селестен, и оба зверя оказались в объятиях друг друга почти сразу.
-Ты расскажешь, из-за чего ты плачешь? Ты ведь никогда так просто не проливаешь слёз...
-Всего лишь мысли, от которых я совершенно не могу отвертеться, плохие воспоминания и тому подобное... я рад, что мы можем находить общий язык сейчас.
-Думаешь, что вскоре у нас это перестанет получаться?
-Я не знаю.
Селестен не хотел ни о чем говорить. Ему просто нужна была компания в лице знакомого плеча, в которое можно будет поплакаться, и лучшей ситуации сложиться не могло бы.
-Я могу остаться рядом с тобой на ночь? - неожиданно спросил лис.
-Ну... да, конечно, оставайся. После того, что случилось на складе, мне не хватает твоего хвоста рядом, - нежно ответил Сель.
-Я так понимаю, ты ещё не скоро уснешь, да?
-Прости, но да. Я не уверен, что смогу уснуть сегодня в принципе…
-Хоть пару часов поспи. Сегодня выходной, авось ещё выспишься.
-Ага, если бы… слышу это от лиса, который до 2 часов ночи пишет свои странные произведения.
На том Эдгард отправился спать рядом с любимым волком, который ещё полчаса посмотрел на прекрасные пейзажи, а затем присоединился к своему товарищу во сне.
Следующее утро началось с общего завтрака магазина Химии и Техники. Эдгард был первым, кто проснулся, и посему успел пожарить великолепные блины, которые уже немного остывали. Следом к столу подошёл Квентин - он умудрился лечь раньше всех, хотя все последнее время тратил на чтения таинственных записок некоего Клемента, украденные владельцем магазина со Склада. Наконец, к столу завтрака пришёл и сам упомянутый химик-техник, тяжело переживавший всю ночь. О деталях своих головных премудростей он умалчивал - он ещё не был готов доверить некоторые душевные чаяния, или не был уверен в них.
-Кто бы мог подумать, что в особом поселении под названием Заводской Посёлок проживала семья графов-волков, которые были известными производителями игрушек! - начал Квентин. Он уже рассказал им всё, что вычитал, но жаль, что документы обрывались на истории с диагнозом Арабеллы.
-Интересно, но зачем Крысу были нужны эти сведения? Неужели СОБ хотел избавиться и от них? Это уж очень странно, - сказал тихо Селестен.
-Как можно понять цепочку его мыслей, если он мертв, да ещё и был больной на голову? - проворчал Эдгард.
-В последнее время ты хуже всех относишься к происходящему, Эдди. Ты точно ничего не хочешь нам рассказать? - поинтересовался искренне волк.
-Ты мне ничего о себе не рассказываешь, а я должен тебе все выкладывать на стол? - отмахнулся лисяра.
-Я уверен, что Дядя Селестен просто хочет, чтобы ваши чувства не мешались нашему заданию, которое может вернуться к нам в любой момент! И, более того, дядя Эдгард, с Седриком всё было не так просто - в документах, которые мы нашли, остались сведения и об его истории! - заявил Квентин, после чего рассказал обо всей жизни Крыса, которая уместилась в очень короткую и грустную историю.
-В такие моменты я радуюсь, что мы не передали документы сразу же в мэрию, - усмехнулся Селестен, - Одного я не могу понять. Зачем им скрывать существование целого посёлка? И, более того, как нам это может помочь в нашем деле?
-В этом и состоит величайшая детективная загадка, дядя Сель! – радостно заявил Квентин.
Можно с небольшой оговоркой сказать, что обитатели магазина накликали на себя беду, поскольку во входную дверь кто-то резко постучался. Открывать пошёл Селестен, и он быстро заметил знакомую фигуру барсука в рабочей одежде, морда которого была слегка более потрёпана, чем обычно. Они решили спуститься вниз, в сам магазин - там было больше места.
-Наши бравые техники в СОБ-е смогли триангулировать сигнал и способы распространения электрических полей, так что мы теперь более-менее можем обнаруживать всплески энергии. Все благодаря нашей волшебной трофейной коробочке! И в этот раз сигнал привёл нас как раз к почтмейстерскому агентству Туманной Чащи по вашему району, - говорил Огюст, вновь активировав свое голограммное устройство, - Там постоянно вертится множество зверей, и с учетом потерь на Складе мы решили начать нашу операцию в середине рабочего дня, то есть сейчас. Увы, никакие ордеры мы не можем использовать для сохранения спокойствия граждан, потому придется действовать в очень странных условиях, когда повсюду будут шастать желающие отправить или получить посылки.
-Звучит все прекрасно, но что мы в этот раз будем искать на Почте? Может, зацепки? А то мы тычемся в темноте, как новорожденные, - подметил Селестен грубоватым тоном.
-Как и в прошлый раз мы обязаны найти источник сигнала. Для этого я выдам вам мое устройство для поиска тех самых полей... - вяло отметил барсук, начав поиски вещей в своем пиджаке.
-Погодите, а вы что, с нами не пойдете в этот раз? - сделал резкий вывод Квентин, однако он не ошибся.
-Да, простите меня, но я всегда был работником тактического и стратегического центра, просто координировал действия отрядов. Для меня прошлая вылазка была уж очень опасной, - ответил работник мэрии, - И, к несчастью, я должен буду уладить некоторые дела. Я буду поддерживать связи с вами с помощью этого устройства.
-Так вот почему у вас была морда такая грустная, когда вы сюда пришли, - усмехнулся Селестен.
-Вы не туда используете свою наблюдательность, Селестен, - грубо ответил барсук, - Время не ждёт. Счёт идёт на жизни всех зверей на почте!
-Не нравится мне такое расположение сел, - проворчал Эдгард, - но куда уж деваться…
Почтмейстерское Агентство Туманной Чащи являлось помощницей основной Почты города и было создано для разгрузки транспортных потоков. Его филиал был размещён в каждом районе городе, и с поставленной задачей новая организация справлялась без каких-либо проблем. Для неё даже выделили отдельные здания, так что место, куда направлялись волки и лис без поддержки своего куратора отличалось своей архитектурой. Определенно можно было выделить приёмную, куда приходили жители - она была меньше остальной части и выглядела красивее, рядом с ней разместили ёлки в честь грядущих празднеств нового года. Другая же часть, напоминавшая груду кубов друг на друге, была складом или чем-то таким, но из-за размеров здания и его вписанности в ландшафт можно было говорить о том, что наверняка его часть располагалась в подземных помещениях. Стоит сказать, что цвет у здания был нежно-зеленый, а на общем фоне городского ландшафта его выделяла соответствующая вывеска Почты Туманной Чащи.
В сторону новой цели зверей активнее всех брёл Селестен - он меньше всех обращал внимание на разразившийся снегопад и желал как можно скорее оказаться внутри, с чем его спутники соглашались. Удивительно, но Квентина чуть не унесло ветром. Когда же обитатели магазина химии и техники оказались внутри, они были поражены интерьером этого места: синие цвета и минимализм смешивались с огромным количеством растений, что распластались повсюду, игнорируя тот факт, что их жизнь поддерживается благодаря земле в маленьких горшочках. Зверей, желавших получить или отправить посылку, было уж очень много для воскресенья, и не было надежды пойти нормальным путем для решения проблемы с поиском информации. Эдгард, правда, посчитал эту мысль глупой и даже встал в очередь ожидания для разговора с работниками агентства, однако он быстро понял, что его пригласят на разговор часа через 2 в лучшем случае. Огюст по связи тоже осуждал такой вариант - однако существовала проблема того, что звери не могли попасть в запретные для обычных жителей места без разрешения, которое мэрия отказалась выдать.
В связи с такой ситуацией Селестен решает отправиться и изучить другие отделения. Оказывается, здесь есть ещё 3 похожих комнаты, где с одной стороны располагаются работники, что судорожно пытаются разобраться в системах складирования посылок и отдать нужную жителям, а другая сторона как раз ждёт своих вещей, надеясь, что они не пострадали в ходе перевозки. Можно было предположить, что единственный способ попасть в закулисные помещения, откуда, скорее всего, и шёл сигнал электрических полей, - через рабочую часть. И снова возникла та же самая проблема, с которой Селестен совершенно не собирался мириться, в связи с этим он пожелал отправить Эдгарда на разведку.
-Извините, мадам Сурок, но не могли бы вы мне помочь? - спросил лис с излишней вежливостью.
-Господин лис, простите, мы не обслуживаем без очереди - такой хаос иначе начнется! Возьмите номерок из печатной машинки, она помогает нам поддерживать очередь при помощи особой системы... - ответила ему работница.
-Я бы именно так и поступил, но речь идёт о деле городской важности, потому я прошу вас выслушать! Мне срочно надо попасть внутрь ваших технических помещений для их проверки - я из СанЭпидемНадзора Туманной Чащи.
-О господи... погодите-ка... - Сурок обратилась к записям, которые она достала откуда-то из своего рабочего места. Уж очень она ловкая, - Вы у нас были 2 недели назад, однако проверка происходит каждые полгода. Пожалуй, у вас плохо получается врать, господин Лис! Особенно с учетом того, что, кажется, мне о вас рассказывал муж - вы очень плохо размышляете о философских вещах!
-Ладно... вы поймите, что мое дело все ещё очень важно, и короткая экскурсия по внутренностям вашего предприятия поможет мне стать лучшим специалистом в своем деле.
-И все равно мне кажется, что вы что-то недоговариваете. И как я вам могу помогать? Кстати, я слишком много времени потратила на вас. Если у вас возникли жалобы, то поговорите с нашим руководителем! - И Сурок убежала прочь, оставив зверей из магазина в ожидаемо проваленном настроении.
Волки и лис решили переговорить по устройству связи снаружи, чтобы их не слышали. Они объяснили всю ситуацию и положение дел.
-Надо было вам дать планы здания... жаль, что я не успел этого сделать из-за своих дел! Уж простите, - говорил им Огюст.
-Так работа не ведется, барсук. Мы надеялись на твой профессионализм, а получаем откровенные... - Селестен не смог договорить.
-Не будем переходить на личности! У меня есть предложение. Вас же отправили на разговор с руководителем, так? Пойдите и объясните ему всю ситуацию. Минимум деталей, лишь нарисуйте ему общую картину, без лжи, но и без создания паники, - заявил деловой зверь из мэрии.
-А вы можете узнать, кто сейчас руководит Почтмейстерским Агентством Нашего района? - спросил Квентин.
-Разумеется! Данных мало, кажется, они не собираются - каждое предприятие держит это при себе. Вроде как есть информация, что сейчас главой вашего агентства является 80-летний альбатрос, - отвечал Барсук.
-Звери в таком возрасте могут работать? - поинтересовался волчонок.
-Птицы живут в полтора — два раза дольше нас. У них не такое восприятие времени, - объяснил ему Селестен, - Я бы сказал, что по нашим меркам он ещё вполне может работать, если захочет. К тому же я слышал, что Альбатросы в наших краях редки, и их чтут за их мудрость и... обширность ума.
-Значит, стратегию для его убеждения будет несложно выработать, - заверил Огюст, - Ваша цель - попасть на склад. Наши ученые смогли улучшить качество сигнала и отследить его гораздо эффективнее и точнее.
-Интересно, мы опять увидим этих роботов, которых Крыс называл "Растягами"? Или... что-то ещё? - задумался Эдгард. Откровенно говоря, его фантазия была уж очень воспалена в последние дни.
-Если ситуация начнет выходить из-под контроля, обязательно сообщите мне, - пробормотал зверь из мэрии.
-И что ты сделаешь? Вызовешь отряд СОБ-а, который занят чем-то другим? - нагрубил барсуку Селестен.
-Нет, но не волнуйтесь, я всегда смогу вам помочь... - заверял Огюст, однако его словам не особо удавалось верить.
Глава 2 – Старинное знакомство
-Господин Родриг, кажется, у нас в отделении №1 возникли уж очень жалующиеся звери!
-И по какому же поводу они жалуются?
-Вам уж лучше самим пойти и поговорить с ними...
-Уж пожалуйте, мадам, но без краткой сводки происходящего я туда и крылом не махну...
Несмотря на свой почтенный возраст (чуть больше 80 лет), Альбатрос Родриг до сих пор использовал свои огромные по размаху крылья в разговорах для того, чтобы уговаривать собеседников. К слову, сами биологические средства полёта уже порядком износились за годы службы, и потому почтовая птица уже давным-давно не делает самостоятельных вылетов, предпочитая передвигаться классическим способом млекопитающих. Хоть у Родрига был почитаемый статус - глава Почтмейстерского отделения Восточного Района Туманной Чащи - он чувствовал себя гораздо более приземленным, и потому до сих пор носил синюю рабочую кепку с подобным одеянием в лице куртки-пиджака (она напоминала жилет, поскольку не защищала крылья от холода).
-Удивительные волки разных возрастов и лис. Кажется, как раз он является небезызвестным и провальным комедиантом Эдгардом!
-Я слышал о его представлениях, однако не был ни на одном из них, чтобы составить цельное мнение... и что же наши гости такого сотворили?
-Лис пытался представиться сотрудником СанЭпидемНадзора, но наша сотрудница тут же его раскусила и даже была готова вызвать городские службы, однако этот зверь говорит об очень странных вещах, и, чтобы не вызывать психиатрическую помощь, она сперва решила...
-А что с волками?
-Ничего! Они все так подозрительно осматривают, вынюхивают, будто бы ещё более странные, чем их компаньон.
-Зачем лис представился ненастоящим званием?
-Ему надо было попасть в складские помещения... он так и не сообщил, почему. Или, может, ему просто не поверили. Мы бы их с радостью выгнали, но нам нужно ваше согласие!
-Пожалуй, я его вам не выдам. Продолжайте вашу обычную работу, мадам...
Альбатрос вспорхнул со своего стула и направился в сторону отделений. Чтобы он мог так делать без проблем, рядом с его рабочим местом никогда не находилось предметов, которые могли бы упасть и разбиться.
Долго ждать гостям из магазина химии и техники не пришлось - знаменитый на все отделение Родриг медленно и монументально направился к ним. Обе стороны не были удивлены внешним видом друг друга, однако все быстро (по выражению морд и клювов) поняли, что дела станут намного сложнее с огромной скоростью. Может, даже, вскроют некоторые тайны...
-Меня зовут Альбатросом Родригом, я руководитель данного места. Так и что же у вас случилось, господа юные и взрослые? - спросил радушным голосом Родриг.
-Видите ли... нам очень надо попасть в закулисные помещения вашего почтового отделения, чтобы проверить некоторые вещи государственной важности. Нас направила сюда сама мэрия, - немного приукрашивал обстоятельства Квентин, объясняя ситуацию.
-Похвально, похвально... однако мэрия не удосужится объяснить, в чем дело? К тому же, у вашего компаньона плохо получается врать, если верить моим сотрудникам, - отвечал руководитель.
-Я немного запутался в том, что есть моё хобби, а что - работа. Я недавно уволился с прошлого места работы, и к новому положению я ещё не привык... - застеснялся Эдгард. Его номер сработал.
-Знаете, я был бы склонен поинтересоваться у вашего начальства, чем конкретно вы заняты, если вы не сможете показать ваших удостоверений, конечно же, - выразил свое слабое несогласие с ситуацией Альбатрос.
-Разумеется, - Селестен достал устройство связи и пытался задать вопросы Огюсту, однако по ту сторону линии была тишина ожидания, которая продлилась минут 5, - Видимо, наше начальство сейчас само занято важными делами. Нам надо проверить вашу систему работы с посылками, именно поэтому мы и хотим попасть в закулисные помещения.
-А что с вами делает этот мальчуган? - поинтересовался Родриг, удивленно потирая за хохолок Квентина.
-Я помогаю своим дядям в решении их проблем! Вы бы знали, как это интересно - я же работаю как настоящий детектив! - отвечал волчонок.
-Гмм, своего рода экскурсия для молодежи? Похвально, но я бы не стал это делать в столь юном возрасте... – Старая птица выразила свои легкие сомнения по поводу происходящего, но их быстро парировал Селестен.
-Потом уже будет поздно.
Работники и работницы с большим подозрением смотрели на зверей, что проходили в их рабочие места и смотрели на происходящее свысока, однако пока на данные действия дает разрешение сам руководитель почты, никто не собирался и когтем пошевельнуть. Пожалуй, это давление на себя ощущал только Квентин - Эдгард всё ещё чувствовал себя неловко после разговора с сотрудницей и цеплялся за Селестена, который изолировался от происходящего и задумывался лишь о том, чтобы найти источник странной энергии. Альбатросу же всё было любопытно (может, в силу возраста), и он проводил незнакомцев в административный блок.
-Здесь мы занимаемся преимущественно разбором и пересылкой писем. Конечно, в наш век их почти не отправляют, но вместо них нам нередко достаются финансовые документы, и с ними приходится очень бережно обращаться, - начал старый птиц.
-Не слишком ли вы стары для этой работы? - грубо заметил Селестен, чем заслужил молчаливые осуждение Эдгарда и волнение Квентина.
-Я и сам прекрасно понимаю, что я стал заложником своего возраста. Давно уже не летаю, хотя прекрасно справлялся с этой задачей во время Великой Войны. Меня даже чуть не подстрелили артиллерийские орудия, а мне всё ни по чём было. Хорошо, что город уважительно относится к жителям вроде меня, и хоть я не управляю процессами напрямую, к моим словам нередко прислушиваются все работники, и у меня есть огромный авторитет, который, кстати говоря, позволил вам оказаться внутри.
-Интересные у вас истории!.. - сказал волчонок, неловко доставая устройство для измерений энергетических полей из кармана Селестена. Пока что показатели были минимальны.
-Это уж точно, и иногда я их рассказываю на работе, но меня мало кто слушает. Данный феномен называют "синдромом дедушки", нет? Хотя у самого меня совершенно не было детей. После войны сложно было остепениться, а затем работа сплошным фронтом меня покрыла... в своем роде почта стала моей семьей, и меня это устраивало, - продолжал Альбатрос.
-Я бы так не смог прожить, - ответил Эдгард, - Но всё-таки, мы можем пройти чуточку подальше? А то застряли на одном месте…
-Вы желаете полную экскурсию? Вашей рабочей смелости не заниматься… - усмехнулась старая птица.
Звери уходили все дальше и дальше, вглубь почты, но они всё ещё ходили по первым этажам, избегая подвала, будто бы Альбатрос что-то знал и не договаривал. Сей ситуация вызывала вопросы у лиса и волчонка, однако Селестена заботили более сложные вещи сейчас: поддержка со стороны Огюста. Он что-то творит, при этом пропадая со связи, и как можно быть уверенным в том, что в нужный момент он будет готов помочь животным из магазина? Такая ситуация волка не устраивала, и он решил отойти от группы на пару минут и попробовать достучаться до своего координатора. Ему ответили спустя 10 минут.
-Что такое? У вас есть какие-нибудь успехи? - судорожно спросил барсук. Судя по его голосу, он волновался о совершенно других вещах, которые выжимали из него каждый душевный сок.
-Мы смогли пробраться внутрь почтового агентства при помощи его руководителя, однако он темнит и не позволяет нам добраться до подвала. Сигнала электрических полей пока нет, - тихо ответил Селестен, однако он сразу же сменил тон, готовясь к осуждению напарника, - Слушайте, Огюст, мы пытались с вами связаться, чтобы Родриг, Альбатрос во главе этого места, поверил в нашу принадлежность мэрии. Мы ему ничего такого не сказали, кроме того, что нам по долгу службы нужна экскурсия. Но ответа от тебя, барсук, мы не дождались.
-И к чему же вы клоните, Селестен?
-Мы не сможем работать в команде, если вы нас кидаете в случайные периоды времени! А что будет, если мы опять встретим этих роботов, и нам понадобится ваша помощь, или чего хуже? Какой толк от вашей "координации", если вас даже за пультом нет?
-Я уверен, вы и сами справитесь со столь простыми вещами без моей помощи...
-Хорошее оправдание для того, чтобы нас кидать!
-ЗАТКНИТЕСЬ, СЕЛЕСТЕН! Вы и понятия не имеете, с кем разговариваете, но поймите меня правильно: я вам в душу не лезу! А если бы и хотел это сделать, то разорвал бы вашу грудь на клочки и вырвал с корнем то, что можно с натяжкой назвать вашим бездушным сердцем! Так что идите и работайте, - На пару минут возникла пауза, в ходе которой каждая сторона лишь слышала грустное дыхание, - Я постараюсь находиться на связи постоянно, однако ничего не обещаю.
-Я понял, - завершил волк, выключая устройство связи и не давая барсуку ничего сказать.
-Что такое, Сель? - спросил Эдгард, когда волк вернулся к группе.
-Забудь об этом, - отмахнулся Селестен и подметил странный звук, который раздавался среди гула работы машин, что работали с финансовыми документами и письмами. Стойкое лязганье металла приближалось в сторону зверей, однако никто не мог заметить знакомых роботов, более того - свет из окон прекрасно освещал офисы и тихое и монотонное состояние происходящего.
-Ох, опять эти металлические балки снизу... - проворчал Альбатрос.
-Что значит "опять"? Господин Родриг, как часто у вас происходят такие звуки? - спросил резко Селестен.
-За последние 30 лет работы здесь я их постоянно слышу, но они столь редки... раз в определенное время они становятся чаще и чаще, - отвечал альбатрос.
-Но как часто? - спросил Эдгард.
-Что за допросы? Я не запоминаю даты настолько хорошо! - судорожно отвечал руководитель предприятия, однако ответ на его вопрос скоро показался в лице крика рабочего. Из вентиляции на потолке выпал Растяг, который раздавил место сотрудника, быстро перегруппировался и попытался своими щупальцами уничтожить работника теплом. Устройство всё ещё показывало минимум электрических полей.
-Убегайте, иначе они вас превратят в пепел! - крикнул Квентин, пока Эдгард и Селестен бросились вперёд, хватая робота за ноги - тот оказался на удивление неуклюжим. Растяг пытался сопротивляться, однако волк быстро соориентировался и скинул машину по обработку писем на основу тела монстра техники, и все его лампочки были раздавлены. Сотрудник всё ещё был очень напуган.
-Что такое у нас творится?! - спросил тот у руководителя, однако ответ дал лис.
-Экспериментальная техника по доставке почты вышла из-под контроля и решила побродить по системе вентиляции, - заявил он, - Мы как раз по поводу этой проблемы сюда и пришли. Часть механизмов оказалась здесь, и мы хотели забрать их обратно. Поставки анонимные, потому мы пытаемся отследить их при помощи нашего устройства.
-Сказали бы сразу! - удивился Альбатрос.
-Может, тогда отпустить на выходной хотя бы наш отдел, пока вы тут разбираетесь со всем?! - испуганно спрашивал сотрудник, а Квентин принялся изучать все ближайшие комнаты при помощи устройства. Они были очень похожи друг на друга - куча столов с письмами, систем труб и тележек для доставки грузов, машины для обработки писем и документов... и многие звери, которые более-менее спокойно занимались своей работой.
-Нельзя! - судорожно вмешался Селестен, - Всё под контролем. Никто не пострадает, однако вы должны держаться от механизмов подальше. Предупредите всех рабочих о том, как эти роботы выглядят. Если мы распустим всех, то возникнет паника!
-Я не согласен с этим решением, - вмешался Альбатрос. Он направился в сторону своего кабинета - старший волк прихватил своего малого подопечного, чтобы тот случайно не потерялся.
Добежав до туда, он судорожно достал из одного из ящиков стола странный микрофон и начал в него говорить.
-Дорогие жители! По техническим обстоятельствам Почтмейстерское Агентство закрывается сейчас. Все сотрудники должны завершить текущие задания и закончить свой рабочий день, после чего обеспечить освобождение здания от зверей. Завтра мы возобновим работу в штатном режиме. Просим извинений за доставленные неудобства! - проговорил по системе оповещений Родриг, и его слышали по всему зданию. Судя по звукам, все сотрудники начали покидать свои рабочие места.
-Вы уверены, что такое решение нам не обойдется паникой? - спросил Селестен.
-Здесь играет роль опыт, дорогой гость. Вряд ли в вашем возрасте такое ясно, - отмахнулся Родриг.
-Однако теперь мы обязаны направиться в глубь здания, чтобы наши поиски были наиболее точны! - заявил Квентин, - Ведь мы точно поняли, что механизмы попали в систему вентиляции. Её можно как-то заблокировать?
-Вряд ли... и что им вообще нужно? Или вы так и будете держать меня в тайне? - поинтересовался Альбатрос.
Трое зверей переглянулись. Они понимали, что этот момент настанет. В очередной раз надо было принять сложное решение…
Глава 3 – Раны прошлого мы потревожим
-На самом деле, у нас к вам больше вопросов, чем у вас к нам, - неожиданно начал свою тираду лис, - Вы ведь слышали звуки этих механизмов в течение столь долгих лет, и ничего с этим не сделали. Теперь же, когда они могут причинить вред вашим же зверям, вы пытаетесь найти виноватых. Вам тоже стоило бы объясниться.
-Кощунство! Как вы смеете обвинять меня, с моим-то опытом? - усомнился в истинности его слов Родриг.
-Мы и не пытаемся обвинять, - вмешался Квентин, - Мы пытаемся разобраться. Эти роботы напали не только на ваше почтовое агентство, господин Альбатрос! Они очень-очень опасны, и мы бы желали иметь все возможности их остановить. Никто не хочет, чтобы жители паниковали, и потому мы действуем скрытно.
-А вы точно можете справиться таким составом? Мне надо позвонить в мэрию! - судорожно встрепенулся птиц, однако его остановил Селестен.
-Мы действительно являемся представителями мэрии. И мы правда хотим вам помочь. Мы, конечно, может применить жестокость, но тогда мы будем тыкаться здесь в темноте, а нам нужна ваша поддержка, ваши знания... давайте не будем становиться врагами.
-В ваших словах есть смысл... послушайте, - вздохнул Родриг, снимая свою кепку, - Я давно слышал эти звуки, я заявлял о них моему начальству, моим младшим коллегам - всем! Но меня не слушали. Все бы ничего, но нашим почтовым агентством одно время воспользовался какой-то старый и немного странный на голову волк. Мне кажется, он оставил что-то у нас, и с той поры на наши склады лучше в одиночку не ходить...
-То есть вы молчали, потому что боялись, что вам никто не поверит? - резюмировал Эдгард, - Я вас прекрасно понимаю в этом плане, господин Родриг, но... мы правда хотим помочь. У нас сейчас много времени, но мы не должны допустить, чтобы эти механизмы покинули ваше агентство.
-Я прекрасно это понимаю! Вы же сами говорили, что один из них чуть не зажарил моего рабочего заживо! - усмехнулся директор.
-Раз мы договорились, то ведите нас на склад... нам предстоит много работы, - резюмировал Селестен.
Чтобы добраться до складского помещения, нужно было пройти по лестницам, освещение в которых, как по законам ужаса, уменьшалось пропорционально с каждым пройденным пролётом. Страшнее всего было Родригу, и его состояние было безумно легко распознать.
-А вы точно справитесь с такой нагрузкой? - неожиданно спросил старший волк, - Я понимаю, что у нас нет выбора, но я бы не хотел, чтобы на моем счету был ещё один зверь...
-Может, моё здоровье уже и не такое, но я сделаю все, чтобы помочь вам закончить с этим безумием здесь. Не волнуйтесь. Впрочем, за заботу я вас всё равно благодарю. Однако, что вы имели в виду под "иметь на счету ещё одного зверя"? - удивленно отметил Родриг.
-Кое-кто из-за меня погиб, а кто-то с трудом выжил, - буркнул химик, и с никто не желал дальше общаться.
-Смотрите! - Квентин резко поднял устройство, на котором показатели начали постепенно увеличиваться. Группа как раз оказалась перед дверью, ведущей на склад - зачастую доставка вещей и писем между уровнями происходила благодаря автоматическим системам, однако иногда рабочие спускались вниз, скажем, для техобслуживания. Некоторые из них не возвращались.
После того, как Альбатрос отпер дверь, Эдгард её приоткрыл, с трудом протискивая всех зверей внутрь, однако птице пришлось полностью открыть проход - его крылья были слишком огромными. Внутри Склада царил стерильный белый свет, который освещал многочисленные посылки и коробки для писем, лежавшие на своеобразных контейнерах. Эти конструкции занимали собой несколько этажей, создавая некоторый эффект замкнутости. Удивительно, что здесь нашло место для живых и дышащих зверей.
-Вы можете показать примерно, где находилась эта посылка господина волка? - спросил Селестен, доставая фонарики, оставшиеся с прошлого раза. Один он отдал Эдгарду.
-Примерно, может, и помню, однако я здесь давно не бывал... надеюсь, это не приведет к нашим смертям, - лихо ответил Альбатрос.
-А мы правда можем умереть? - удивился Квентин, - Нет, я понимаю, что случилось с Седриком, но…
-Я не знаю, - ответил ему Селестен с долей нерешительности.
Группа двинулась вслед за руководителем агентства, осматривая каждый уголок, но всё было удивительно спокойно. Из-за того, что вокруг раздавались звуки работы конвейеров, паранойя порой завладевала волками и лисом, однако ни к чему плохому это не приводило. К счастью, память не подвела Родрига, и он привёл зверей в нужное место - часть здания, где находились иногородние посылки. Некоторые из них выглядели совсем старыми. К ним первый подбежал Квентин - он быстро начал изучать информацию с них.
-Первая посылка отсюда была прислана Графом Волком Клементом 30 лет назад! Но в ней уже давным-давно ничего нет...
-Вторая посылка прибыла сюда 10 лет назад. Тоже пустая, но она ещё больше, - Селестен встал рядом с ящиком, вскрытым каким-то неестественным образом, будто дерево было вырвано с корнем, - Вот только адресант другой.
-А третья прибыла этим летом! - крикнул Эдгард, смотря на самую большую коробку, - Очень грубо вскрыта. Думаете, отсюда вышел наш робот Растяг?
-Моя посылка пришла сюда из города под названием "Заводской п.". Это же Заводской Посёлок из документов! Может быть, вы знаете, где это поселение? - спросил волчонок.
-У меня точно такой же исходящий адрес, - отметил волк.
-Да и у меня. Кажется, головоломка начинает собираться сама, - продолжил лис.
-Даже я не помню такого места! - удивился Альбатрос, - Из этих посылок правда могли выйти эти роботы? Я никогда сюда не посылал рабочих, а если бы кто-то недавно пропал, я бы заметил!
Резко устройство считывания полей начало увеличивать звук треска, обозначая рост значений. Все звери судорожно начали оборачиваться туда-сюда, чтобы их не окружили, однако никаких знакомых признаков врагов они не могли обнаружить, и их это искренне пугало. И вдруг раздался один гулкий удар, который выдал противника - это был высокий механизм, состоящий из 3 частей: его корпуса с 5 ногами, каждая из которых была длиннее предыдущей и состояла из красного металла, непонятной трубы или чего-то на неё похожего, и нечто вроде конденсатора, сиявшего синим, В его корпусе находилось, в центре, странное отверстие, горевшее зеленым. Этот робот за секунду успел проанализировать ситуацию и выбросил свою конечность с конденсатором вперёд, после чего ударил её по земле, вызывая мощный заряд энергии, который не только откинул всех, кроме птицы, но и дезориентировал зверей.
Первая же логичная мысль - бежать! Однако энергия робота вызвала некоторый диссонанс в головах пострадавших, и так уж вышло, что они все кинулись в 3 разные стороны. Один Родриг решил воспользоваться своим биологическим преимуществом и взлетел над странным механизированным врагом, давая понять, что у него совершенно нет власти над ним, а также забирая на себя внимания. Робот-Конденсатор смотрел на своего противника, осознавая, что он действительно не имеет возможностей для влияния на него, однако это его будто бы и не интересовало. Он направился в сторону Селестена - и ему на помощь полетел Альбатрос. Размах подвальных помещений позволял держаться ему над полом, однако долго это продолжаться не могло - старый крылья быстро устанут, и придётся вновь встретиться с землей.
В это же время каждый из ударенных энергией зверей пытался собраться с мыслями: кто он такой? Что произошло? Почему им так страшно? Удалось быстро вернуть ориентацию в собственном "я", однако пространство казалось похожим на лабиринт, в котором за каждым углом может прятаться этот монстр, управляющий искусством конденсации энергии. Квентин в особенности был напуган: он помнил те моменты, когда он мог умереть в ходе помощи Дяди Селестену с его вопросом "кластерного успокоителя". Но сейчас будто бы ситуация другая... все-таки оживленные страхи волка понять и побороть проще, чем неизведанных роботов из чуть ли не мифического города. Уже через 5 минут бега волчонок совершенно устал, и потому он решил спрятаться за одной из коробок, конвейерная лента которой стояла на месте. Он очень удивлялся каждый раз, когда слышал какой-нибудь звук, и желал скомкаться так, чтобы его не было заметно, однако переходный возраст создает свои проблемы в физических размерах и их некотором неприятии. Хуже всего то, что Квентина чуть до смерти не напугал дядя Эдгард, который от кого-то бежал, но, кажется, они в этом плане смогли принести много неприятностей друг другу. Однако им теперь больше не было одиноко, и это было их преимуществом.
Как бы то удивительно ни было, но Конденсатор-робот быстро исчез из поля видимости. Лишь периодически, где-то там, можно было услышать звук накапливания и высвобождения энергия - стойкий гул, сменяющийся резким хлопком. Селестен быстро заметил это и потому успокоился, решив взять короткий перерыв и усесться рядом с кучей коробок, ожидающих своего подъема кранами. Ему так хотелось почувствовать себя одиноким. Свободным. Чтобы возвращение к любимым зверям было столь прекрасным... однако идиллическое состояние было прервано появлением Родрига, который резко приземлился на пол, сбив пару коробок.
-Прошу прощения за неловкость. Я давно не летал... решил, что в данной ситуации хуже уже ничего не будет, - заявил Альбатрос.
-Я так понимаю, вы решили помочь мне? Похвально... но робот отстал от меня сам по себе. Теперь я выслушиваю каждый звук, пытаясь понять, где он, - грустно ответил Селестен.
-Рад, что вы живы, Селестен, однако... я понимаю, вы и ваш компаньон-лис - взрослые и свободные звери, однако зачем вы затащили в это дело волчонка? У него вся жизнь впереди, а тут можно с легкостью погибнуть!
-Ладно вам, этот робот нас ещё даже и не поцарапал. К тому же я доверяю Квентину, а он - мне. Он настаивал в помощи расследования этого детективного дела с роботами, и я ему бы никогда не отказал.
-Взрослые иногда обязаны сказать "нет" своим подопечным, по крови ли они связаны или нет, - в словах Родрига было слишком много осуждения, и Селестен не мог не обращать на них внимания.
-Я прекрасно представляю, что вы так долго прожили, что имеете по каждому вопросу свое мнение. Знаю, что вы даже на войне поработать успели... Но, чёрт, вы не знаете ничего о моей жизни. Что я 4 года страдал по возлюбленному зверю. Что я год назад похоронил его и одного хорошего друга, причем они умерли из-за меня. Что я чуть не потерял Квентина и мою подругу из-за своей же беззаботности. И нас с этим волчонком объединила любовь к одному зверю, его другу, моей любви... и если вы считаете, что я не позволю ему помочь сейчас, то вы ошибаетесь. Мы с ним смогли уничтожить целый живой организм – 4 из них, если уж быть честным. А они были настоящими хищниками, которые должны были убить МЕНЯ. А он мне ПОМОГ. И мы с ним стали ДРУЗЬЯМИ. И я ВСЕГДА буду рад, если он захочет мне помочь, и я тоже буду рад ему помочь. Я ЯСНО ВЫРАЖАЮСЬ? – Злость Селестена была тихой и смертоносной, однако он смог чётко донести мысль до Альбатроса.
У Эдгарда и Квентина мысли были не лучше. Они решили прекратить отдыхать (постоянно нервничать на одном месте) и двинулись дальше, понимая, что только таким образом они смогут отыскать волка и альбатроса. Окружающие звуки работающей автоматики приносили дополнительного беспокойства, однако оно быстро уходило и заменялось страхом потерять Селестена. Конечно, никто не сомневался в том, что он был боевым зверем, который за собственную жизнь будет величаво бороться, однако никто не был уверен, что Конденсатор-Робот не окажется попросту более спокойным или трезвомыслящим, чем их друг.
-Дядя Эдгард, нормально ли то, что я сейчас думаю о жизни, в которой дяди Селестена резко не станет?.. - спросил неожиданно волчонок. Судя по голосу, он правда был раздосадован.
-Это все домыслы, Квентин. Мы сейчас не должны поддаваться панике, своим ужасным мыслям, своим хорошим чувствам... Я уверен, что скоро мы всё узнаем. Но, отвечая на твой вопрос... пожалуй, это ненормально, но я тебя понимаю, - сказал лис, беря за лапу своего подопечного - тот был только рад.
-И вы тоже об этом думаете?..
-Ну, так, сейчас мне просто хочется выжить, как и всем нам, но... без Селестена я останусь один против всего города недовольных зверей, которым я не нравлюсь. Да и сам этот волк ко мне плохо относился...
-Но это было связано лишь с тем, что он не мог пережить гибель своего старого возлюбленного! Сейчас же всё хорошо.
-Всё же, менее больно и ущербно я от этого себя не чувствую.
-Извините, дядя Эдгард, но мне кажется, что дядя Селестен прав... вы правда слишком много задумываетесь о вещах, связанных с вашей никчемностью в глазах вашего же возлюбленного. Я уверен, что, если бы мой любимый дядя вас разлюбил, он бы в первую очередь вам же об этом и сказал!
-Жаль, что я не твой любимый дядя, но ты прав. Я не могу избавиться от этих мыслей, потому что... у меня правда в жизни ничего не получается. Даже как диспетчер электростанции я смешон.
-Думаю, нам лучше оставить эти мысли на потом! - заявил волчонок, когда оба зверя снова услышали странный гул.
Глава 4 – Снять напряжение
Подвальный склад почтового агентства не был настолько большим, как предыдущий огромный склад для междугородних промышленных перевозок, и потому зверям оказалось несложно найти друг друга - нужно было лишь несколько часов побродить туда-сюда, сохраняя надежду на то, что остальные из группы живы, и что вас не преследует чудовищный робот с конденсатором размером в 2 метра только в высоту. И вот, рядом с движущимися конвейерными лентами, альбатрос и волк наконец-таки наткнулись на лиса и волчонка. Кажется, последние были гораздо сильнее рады увидеть своих товарищей.
-Вы бы знали, какой ворчливый же этот Родриг, - неожиданно проворчал сам Селестен.
-Может, раз уж мы снова вместе, мы свяжемся с господином Огюстом, а не будем друг с другом ссориться? - предложил Квентин, однако волк оказался немного не согласен с данным планом.
-Идея-то хороша, но мы же в подвале. Как мы сможем связаться хоть с кем-то отсюда? Сигнал просто будет глушиться, - подметил Эдгард. Кажется, он тоже резко стал чем-то недоволен, на фоне того, что его страхи за любимого зверя сменились грустной бытовой реальностью.
-Мы можем с легкостью вернуться на выход из склада, следуя указателям. Оттуда в любом случае ближе к поверхности, значит, сигнал будет проходить! - отвечал Родриг.
-А у вас нет никакой системы связи поверхности с нижними этажами? - спросил волк.
-Нет, что вы... в этом не было никакого смысла, здесь же почти никогда и не бывает живой души, - отвечал руководитель. После этого раздался всем знакомый гул.
-В таком случае нам следует поторопиться! Я уверен, что господин Огюст уже заждался нашего ответа! - с энтузиазмом проговорил волчонок.
-Всё не так просто, - парировал ему Селестен, - Надеюсь, что этот барсук вообще примет наш вызов. У него там какие-то "дела очень большой важности", и он с трудом может нам отвечать.
-Ваш волк-компаньон склонен слишком страстно отвечать, - немного гневно сказал Альбатрос, - Так что я бы не поддавался его пессимизму. У нас впереди ещё долгая дорога!
Разговор был прерван появлением самого конденсаторного робота, который показался где-то далеко в проеме, что разделяют между собой различные секции склада, иначе бы он казался сплошным для всякого, кто сюда попадёт, и техникам (и нашим товарищам уж подавно) было бы сложно разобраться, куда идти. Механизм сперва не заметил зверей, однако по его корпусу тоже были разбросаны многочисленные лампочки, как будто пытавшиеся считать, что происходит в комнате. Затем он начал зарядку конденсатора, однако тот быстро разрядился, издав крайне неприятный для ушей звук.
-Сонар! - крикнул Альбатрос, - Надо поскорее сменить позиции и бежать отсюда!
-Откуда вы знаете, что это сонар?! - прорычал Селестен в страхе, хватая обоих любимых зверей под лапы и пускаясь вперёд.
-Я успел познакомиться с работниками портов за долгие годы своей жизни! - ответил Родриг, помогая в погоне своим новоиспеченным подчиненным.
Конденсаторный механизм резко сменил вектор своего действия: он поднял свою вторую руку, которая напоминала сомкнутую трубу. Теперь же она раскрылась и стала очень гибкой - из неё начали вылетать энергетические снаряды, которые полукругом очерчивали всю комнату. Зверям пришлось упасть на пол и ползти в сторону другой секции, за которой можно было бы с легкостью спрятаться от шквального огня, а Птица взмахнул крыльями и совершил короткий воздушный рывок в сторону спасительного поворота. Он даже успел с собой прихватить Квентина, который жутко испугался. Судя по всему, робот сначала действовал по заданной программе, рисуя то вертикальные, то горизонтальные полукруги, однако теперь он смог с точностью нацелиться на Селестена и Эдгарда. Кажется, пара "пуль" попала в лиса, немного прожигая его жилетку, но больше всего досталось волку, который получил ожоги на лапах, плече, спине. Пришлось резко подниматься и бежать в сторону спасения - к счастью, робот за ними не погнался, а издал какой-то странный звук и направился назад, будто бы его целью и вовсе не было преследование.
Группа решила укрыться среди ящиков скорого отправления - в них Селестен смог применить свои простые навыки первой помощи, латая раны на себе и на любимом лисе. Пожалуй, последнее ему далось с наибольшей болью - может, он и не желал это говорить, но он очень хотел защитить своего любимого от излишней боли, особенно физической. Жаль, что он никогда не знал, как именно сделать это, но сей случай был исключением - ведь сейчас было как никогда раньше просто обратиться за советом. Только надо было добраться до выхода со склада... таков был план, пока не раздался звонок по переговорному устройству, что всех удивило. Связь была плохой, однако можно было чётко различить знакомый голос.
-Волки и лис! Простите, что я совершенно не могу вам помочь, но вы пропали из зоны сигнала! Пытаюсь хоть как-то наладить контакт, но даже наши передовые передатчики пока плохо справляются... возможно, помехи возникли из-за самого электрического поля. Перевожу вас на связь с техником нашего отделения - он сейчас вам больше сможет помочь, - заявил голос, похожий на Огюста.
-Вас слушает Старший Инженер Исследований Малкольм. Доложите обстановку, - сказал уже второй голос.
Звери и птица всё ему рассказали - о том, что видели 1 растяга, ещё более растерянного, чем местные рабочие, что встретились с конденсаторным монстром и желали бы узнать, как от него избавиться - ведь он явно мешает узнать какую-то новую информацию об этом таинственном вторжении.
-Гипотетически, выявленный вами противник крайне зависим от конденсатора на одной из своих рук. Вполне вероятно, что мощности реактора ему недостаточно, или же он при помощи своего конденсаторного устройства вызывает такие возмущения электрических полей, что приводят в действие другие механизмы и дезориентирует органику. Во всяком случае вашей целью является ликвидация реактора или нейтрализация тонких мембран его конденсатора... используя что-то, что не сможет проводить электричество... - И сигнал прервался.
-Чем бы ни был занят этот робот, наша ситуация лучше не становится, - подытожил Селестен, тяжело вставая на лапы.
Группа как раз собиралась выдвинуться дальше, как вдруг услышала новый звук - тяжелое передвижение металла прямо за стенкой. И что этот монстр техники забыл здесь? Его тяжелая конструкция уверенно перемещалась вперёд, несмотря на свой внушительный размер, и в то же время она будто бы отдалялась от зверей.
-Как далеко отсюда до выхода со склада? - спросил Селестен.
-Примерно 4-5 минут бега, с учетом здешней конструкции! - ответил Родриг, - И все же, господин Селестен, я бы сказал, что вам следует самим завершить это дело с вашими роботами... зря вы сюда вмешиваете несовершеннолетних. В конце концов, он даже не профессионал своего дела!
-А когда вы начали работать? - поинтересовался лис, - Военные времена вряд ли давали вам возможность выбирать.
-В 12 лет, и потому я бы очень хотел, чтобы подобной судьбы избежал этот юноша! Никому не стоит летать под снарядами... - отвечал Альбатрос, прислушиваясь к лязгу металла, который постепенно стихал.
-Однако вы можете спросить меня! И я не брошу ни одного из своих дядей здесь! Мы отлично разбираемся с любыми детективными делами, и если вы не доверяете дяде Селестену, то так и скажите! - вмешался Квентин с легкой ноткой нахальства.
-Да, я ему не доверяю, потому что он не договаривает больше, чем правительство в военные времена. Извольте объясниться полностью, господин Волк, - серьёзно заявил руководитель агентства.
-Послушайте, - вздохнул Селестен, - Нас сюда направило особое отделение мэрии, чтобы мы разобрались с одной тайной опасностью, что угрожает городу. И уж лучше вы нам не мешайте, и тогда мы со всем разберемся и сможем оставить эти вещи в секрете.
-Я не потерплю никаких секретов, особенно когда речь касается безопасности города! - горделиво отвёл голову в сторону Альбатрос.
-У кого из нас нет своих тайн, даже у городов они есть, - по-философски заявил Эдгард, - И из-за этого звери должны погибать?
-Дойдем до выхода со склада, и там всё обсудим, - заявил Родриг под лязг стали, - Хватит тратить время на пустые разговоры. Волки и лис с ним невольно соглашались, однако они прекрасно понимали, как всё будет грустно в ходе этой беседы с птицей у заветной двери.
Тихо покинув эту секцию, группа направилась по лабиринтам склада в сторону желаемой цели, однако возникла проблема - между конвейерных лент, рядом с закрытыми коробками, уселся Конденсатор. Он держал своё устройство управления полями над ящиками, собирая как можно много энергии. Звери и птица пытались как можно быстрее покинуть это место, однако чисто физически не успели - раздалась та самая волна электричества, которая не только оглушила Эдгарда, но ещё и позволила роботу узнать местоположение всех гостей в комнате. Он вновь поднял свое устройство, начал стрелять в обездвиженного лиса, однако его внимание решил привлечь Квентин, ударивший монстра склянкой, которую дядя волк забыл прибрать к себе в пиджак после применения к себе первой помощи. Механизм заметил маленькую неприятность, что появилась рядом с его многометровой монументальной структурой, и ударил своей оружейной трубой по волчонку с великой силой. Если бы он не пытался уклониться, то он бы наверняка мог пострадать...
Тем временем сам Селестен желал применить старую-добрую тактику: заставить робота двигаться по программе, в результате чего он заманит себя в неприятную ситуацию. Вот, к примеру, неподалёку на большой скорости двигались клешни маленьких кранов, и их можно было использовать, чтобы нанести большой урон по корпусу. И вроде бы план должен был сработать идеально: волк встал за клешнями, заставлял противника двигаться к нему, но в действиях Робота-Конденсатора не было той самой неуклюжести, что была у растягов. Напротив - он как будто бы постоянно понимал, что с ним происходит. И даже если его смог ударить один из высокоскоростных кранов, этого явно не хватило, чтобы принести неприятности этому чуду. Напротив - он отошёл назад и расстрелял систему из своего орудия. Селестен решил не испытывать судьбу и упал на пол, убегая на корточках в сторону своих друзей, которые уже помогли упавшему товарищу встать и готовились продолжить свое путешествие на выход из склада. Идея «сбежать и оставить все как есть» уже казалась не такой уж и плохой…
Волки, лис и альбатрос быстро добрались до той самой двери, откуда они недавно уходили. Каждый из них старался понять, преследует ли их Конденсаторный робот или нет, и, более того - не появились ли у него помощники? Все-таки именно энергетические поля заставляли механизмы пробуждаться... но сейчас важнее всего было выбежать наверх и вновь восстановить связь с СОБ-ом, придумать продолжение плана, да и просто выжить, ведь от всего гула звуков, что здесь раздавались, можно было попросту заработать пожизненную паранойю.
-У нас большая беда, - умопомрачительно заявил Родриг, - Ключа-то у меня с собой нет... а дверь почему-то заперлась!
-Не могло же такое само произойти! - выкрикнул Эдгард, слишком энергично размахивая своими руками.
-Кажется, я знаю, кто запер дверь... - Квентин подошёл ближе к замочной скважине и заметил, что замок был повернут крайне неестественно. Знакомый всем робот запер их здесь - умышленно или нет.
-Где ваш ключ? И почему вы не носите запасной с собой? - ворчливо спросил Селестен.
-Я всегда их носил с собой, но, видимо, в ходе полётов и побегов я их потерял! Честное слово... - отвечал альбатрос.
-Теперь мы все в одной лодке, - грубо заявил волк, - И вам от нас так просто не отвертеться. Знаете, Родриг, но мне бы хотелось, чтобы от вас было больше толку, чем разговоры о том, почему брать сюда Квентина или хранить секреты городской важности - плохо.
-Вы же и меня поймите! Я вообще не любитель тайн... и уж тем более я не желал на старости лет оказаться в такого рода проблемах!.. - Альбатросу как будто бы становилось уж очень плохо от происходящего, и лису пришлось схватить его за крыло, чтобы тот не упал.
-Такими темпами вы только превратитесь в обузу для нас. Либо мы находим ключи - которые мы не знаем, где потеряли - Либо мы уничтожаем Конденсатора и снимаем помехи с этого места. Думаю, и так понятно, какой вариант самый вероятный, - чётко постановил волк.
-Я только за! - поддержал его волчонок.
-Думаю... я тоже постараюсь помочь... – неуверенно заявил Альбатрос, - а то нам с вами есть о чем поговорить, Селестен… и с родителями этого волчонка…
-Я бы и сам хотел с ними поговорить, - вздохнул малец.
Глава 5 – Сбой реактора
Группа придумала простой и элегантный план: они хотели лишить робота возможности использовать его механизм конденсанции энергии. Отрезать устройство не представлялось возможным - на складе не было нужного тяжелого оборудования, и то, что было, слишком грубо двигалось - враг показал слишком большой уровень адаптации тактик к местности, чтобы рассчитывать на такой способ победы. В связи с этим был отправлен отряд из 2 зверей, их целью были баррели легковоспроизводимого распыляемого пластика, который обычно использовался абстрактными художниками (или определенными предприятиями). Руководитель агентства указал примерно местоположение ящиков с этой субстанцией... конечно, вскрытие коробок тоже оказалось проблемой, с учетом того, что нельзя было сказать, в какой именно находится заветный приз. Из-за этого Селестен и Квентин, представители отряда, тратили уж очень много времени на то, чтобы разобраться с бедной деревяшкой, а затем обнаружить, что там ничего почти и нет.
-Господи, почему я никогда в своей жизни не пытался стать хоть чуточку сильнее?! - проворчал старший волк после вскрытия очередной коробки. В ней лежали какие-то куклы, одна из которых напоминала повешенного зверя, сорвавшегося с петли.
-Дядя Селестен... мы можем чуточку поговорить о кое-чем важном? - неожиданно и тихо проговорил волчонок.
-Что случилось?.. - тон химика сменился на более уважительный.
-Ну... господин Родриг так плохо относится к тому, что я провожу столько времени с вами в опасных ситуациях... может, мои родители бы с ним и согласились, но я не думаю, что они позволили бы мне бросить моего названого старшего брата в беде. Я ведь в любой момент мог убежать и струсить, так?.. Но я ведь понимаю, что мне гораздо больнее будет думать о том, что с вами могло случиться...
-Спасибо за поддержку... правда... иногда мне кажется, что я выхожу один на тропу какой-то войны против особо странных личностей. Ну, что, Квентин, готов вскрыть ещё одну коробку?
-Более чем!
Спустя ещё 2 коробки провальных попыток волки смогли отыскать устройство, похожее на искомое по внешнему виду – тяжелый распылитель с 2 баллонами для надевания на спину.
В это же время второй отряд, согласно плану Селестена, должен был убедиться в том, что Конденсаторный робот (вместе с возможными растягами) окажется как можно дальше от сектора, где сейчас занимались поисками серые звери. Эдгард определенно не был уверен в том, что механизм им заинтересуется, однако выбора у них и не было. Родриг присоединился к лису, понимая, что в одиночку тот долго не протянет, хотя и сам руководитель предприятия находился не в лучшем состоянии. Вместе они отправились на умопомрачительную охоту - теперь им надо было следовать за страшными звуками лязганья металла, к которым присоединились переключения лампочек, гул перенакопления энергии, иногда и вовсе выстрелы плазменного оружия. Вскоре удалось встретиться вживую с назначенным монстром техники - он оказался в той же секции, где группа нашла его в первый раз. При помощи своих размеров и устройств он вскрывал ящики и пытался привести в активность несколько Растягов, сложенных в маленькие квадраты, больше похожие на сборы чистого металла.
Эдгард не стал ждать и закинул в Конденсатора ближайший поднимаемый предмет, коим оказался кусок металла, оставшийся после побегов от этого робота. Враг быстро опомнился и решил не ждать продолжения реакции своего оппонента - он тут же начал стрелять своим плазменным оружием. Потоки горячего вещества покрывали секцию в таких формах, что от них невозможно было бы уклониться, и лис это прекрасно понимал, в связи с чем он предпочел спрятаться внизу, за конвейерной лентой, пока Альбатрос совершил взлёт, тем самым немного обескуражив робота. Приземление Родрига тоже вызвало небольшое покачивание в стане врага благодаря своим габаритам. Загвоздка была в том, как тянуть время дальше, с учетом полного отсутствия связи. Лис предположил, что ожидать реакции этого надоедливого механизма не стоит, потому выскочил вперёд и решил пролететь перед ним во время перезарядки плазмы. Смятение в рядах вызвал очередной сброс энергии Конденсатором, но её накопилось слишком мало для выведения лиса из строя.
К великому счастью, Альбатрос оповестил волков о маршруте, которым они будут пользоваться для обнаружения монстра техники, а Селестен и Квентин оказались достаточно умными, чтобы быстро пройти по этому пути несколько раз и оказаться сзади этого надоедливого устройства. Химику было немного тяжело бегать из-за баллонов с жидким пластиком, однако сейчас не было времени для слабости. Эдгард неожиданно оказался прямо у ног волка, что вызвало у обоих легкое смущение, быстро уничтоженное коротким разворотом Конденсаторного механизма, готовившегося выстрелить очередной заряд плазмы. Для защиты подопечных Родриг решил поднять чей-то набор инструментов (кажется, он лежал на незамеченном скелете) и кинуть его со всей силы в полёте прямиком во врага, что вызвало уничтожение парочки лампочек. Это дало хорошую фору для того, чтобы волк совершил выстрел жидким пластиком в сторону пластин конденсатора - в пустоте между ними начала возникать белая жидкость, плохо проводящая электричество. Загвоздка оказалась в том, что пластик быстро засох и откололся благодаря перенаправлению энергии со стороны робота, и тогда Эдгард не стал ждать, подобрав какой-то инструмент из упавшей на пол охапки, и вместе с ними начал бегать вокруг Конденсаторного робота, ударяя его лампочки. Механизм быстро сменил смятение на ликвидацию и направил все свои силы на нанесение тяжеловесных ударов по всей площади секции - заряженная плазма практически полностью заполонила собой помещение, попадая больше всего в Селестена, который тем временем готовил новый заряд пластика, на этот раз с большим давлением (и это с учетом того, что волк до сих пор разбирался в управлении этой штукой!) Через пару секунд у монстра техники не осталось энергии, и он решил совершить короткий рывок в сторону волков, и Квентину с трудом удалось толкнуть дядю Селестена, чтобы их не раздавило. Им ещё помог Родриг чуть-чуть отлететь в сторону, а затем шквал пластика заполонил весь конденсатор - из него пропало какое-либо сияние.
Буквально пару минут робот стоял как вкопанный, не подавая никаких признаков жизни, пока звери боролись со своим шоковым состоянием из-за произошедшего. Однако ситуация быстро изменилась, когда в сердцевине корпуса механизма загорелся яркий зеленый свет - кажется, он решил разогнать реактор до чудовищных частот! Вся группа ринулась кто куда, лишь бы не оказаться на прямой линии огня этого чудовища науки, которое буквально спустя пару секунд направило свое орудие наверх и начало шквальный обстрел. Родриг бы сказал, что примерно таким выглядел артиллерийский огонь в годы Великой Войны, а Селестен и Квентин бы уж точно сравнили это с тем, что творил волко-монстр буквально год назад. Один Эдгард не обращал внимание на эти травмы прошлого, и это дало ему некоторое преимущество.
-Посмотрите же! - крикнул он, выглядывая из своего укрытия, - Его реактор УЯЗВИМ!
Действительно, увеличение частоты оборотов в центре энергии всего робота привело к тому, что ему нужно было сильнее охлаждать собственное сердце, и оно оказалось выпяченным наружу - правда, вокруг него танцевали какие-то зеленые протуберанцы, что абсолютно не внушало доверия.
-И что ты предлагаешь? - крикнул Селестен, - Он нас чуть не убивает, когда мы просто выглядываем из укрытий, а ты хочешь подойти к нему и ударить его чем-то?! - В этот же момент раздался ещё один шквал выстрелов, на этот раз сильнее предыдущего.
-У нас совершенно не осталось выбора! - заявил Родриг и тут же подлетел в сторону движущихся конвейерных лент, где находились клешни-краны - одна из них с грохотом упала из-за раскатов плазмы, - Мы можем протаранить его при помощи крана!
-А у нас точно хватит времени между выстрелами? - поинтересовался Квентин, пока вся группа собиралась в укрытиях вокруг или неподалёку от их будущей цели.
-Придётся его выхватывать любой ценой! - ответил Эдгард.
Вся группа быстро ухватила клешню в ходе перерыва между выстрелами. С трудом удалось поднять столь тяжелое оборудование, однако силы зверей хватило, чтобы нанести мощный пробирающий удар прямо в реактор. Конструкция оказалась очень уязвимой, и одного рывка хватило, чтобы пробить её насквозь – и вскоре последний луч света исчез из этого монстра техники.
Воцарилась такая приятная тишина, что Селестен сначала рассмеялся от удивления, выкинув куда подальше ненужные вещи и присев на пол. К нему присоединился Эдгард, крепко его обнявший, а за ним последовал и Квентин. Один Родриг держался в стороне, но и он же был первым, кто вернул зверей к жизни:
-Нам стоит осмотреть ящики, с которыми работам Конденсатор, не так ли? И, может быть, вызвонить ваше начальство?
-Действительно, - глубоко вздохнул волк, поднимаясь с пола и направляясь в сторону открытых и закрытых коробок, где располагались растяги. Химик решил проверить адресантов - все они были набором из разных личностей и мест, однако он отчетливо замечал повторения. Волчонок быстро подбежал к уликам и начал их стремительно изучать, вскоре давая вывод.
-Постоянно повторяется имя господина Клемента и место "Заводской П."! Нам обязательно надо проверить по архивам мэрии, где находится этот город!
-Кстати говоря, Огюст снова не отвечает, - подметил Эдгард, который до сих пор сидел в сторонке и пытался вызвонить их начальника.
-Одно я не могу понять - зачем вам это всё! - резко вмешался Родриг, - Неужели у вас есть дела и вне моего агентства? И как давно вы вообще сражаетесь с этими роботами? У вас уж точно есть какой-то опыт!
-Всего пару дней, - ответил лис, - Но с ними не соскучишься!
-Эти механизмы представляют опасность для всего района, и примерно каждые 10 лет ситуация повторяется. Отсюда и все ваши проблемы с тем, что вам никто не верил по поводу звуков на складе, но не волнуйтесь - больше они никогда уже не повторятся, - с уверенностью произнес Селестен.
-Правда, нам стоит попросить Огюста увезти отсюда все доказательства до конца дня... Не хватало нам привлекать ещё больше внимания закрытием агентства на ещё один день! – заметил Эдгард.
Осознание всего произошедшего только-только начало приходить ко всем зверям. Молодежь выглядела удивительно спокойно, будто бы для неё всё было в порядке вещей, и это беспокоило Родрига до мозга и костей. Он не для того работал почтальоном на фронте 8 лет, чтобы видеть, как война вновь возвращается и пожирает жизни всех зверей. Может, Альбатрос и утрировал ситуацию, но его сердцу было больно наблюдать за всем этим. Волчонку, может, и досталось меньше всех, но даже в его глазах виделась печаль, хотя бы сострадание за то, какие раны получили его товарищи. К примеру, этот долговязый лисяра отделался легкими ожогами здесь и там, может, немножко пострадала его одежда, и на него ещё можно было смотреть, а вот старший волк... его нельзя было наблюдать, не испытывая сожаление. Пиджак превратился в нечто наполовину обугленное, части меха были уничтожены плазмой, на морде вырисовалась бесконечная усталость, моральная и физическая. Всё его тело будто бы так и кричало, чтобы его отпустили, позволили отдохнуть, однако этого не свершалось... Руководитель Агентства решил присесть на останки робота.
-До конца дня... до нашего конца... до конца дня... до нашего конца... - начал напевать Альбатрос, повторяя это раз за разом, чем вызвал беспокойство у всех остальных из его группы. Хуже всего стало тогда, когда Родриг прилёг на пол, а из его крыла вывалились ключи - кажется, немного потрёпанные кровью.
-С ним всё... в порядке? - спросил неуверенно Квентин.
-Всё в порядке... можно и дальше отправлять письма... нет, Сильвестина, они уже не вернутся... с фронта никто не вернется... - слова птицы превращались в бубнёж.
-Определённо же нет! Чёрт, Эдгард, постарайся дозвониться по этому устройству хоть до кого-нибудь! Квентин - быстро открывай склад при помощи ключей! Помнишь дорогу? - командовал Селестен. Им удалось найти связку потерянных собственности во время поиска распылителя пластика.
-Да, прекрасно помню! - ответил ему волчонок, убегая в сторону выхода. Лис тем временем пытался менять частоты на устройстве.
-Все будет в порядке, Родриг, - заявил волк, подходя к птице поближе и гладя его по крыльям, - Мы сделаем все, чтобы это было правдой.
-Правда… правда… правда… правда? – жалобным голосом спросил Альбатрос. Увы, это были его последние слова перед тем, как его сердце сдало свой пост.
Часть VI - Трагедия посёлка
31 год назад
Глава 1 – Один счастливый миг
Практически никто об этом напрямую не говорил, но со времени открытия театра жизнь Заводского Посёлка намного улучшилась. Не только прибывавшие гости из других поселений создавали такое впечатление, но и сами жители городка отзывались о текущем положении крайне положительно: все любили представления, создаваемые семействами лисов и волков. Сами рабочие на предприятиях графа волка стали относиться к нему со временем добрее - конечно, во многом этому способствовала и газета, в которой его милый друг доходчиво проводил анализы пьес, рассказывал истории их создания. Можно было с уверенностью говорить, что Клементу удалось восстановить свою репутацию в глазах жителей, или, скорее всего, выстроить её заново - практически никто не вспоминал о том, что он держал мощный завод, почти полностью обеспечивавший нужды театра.
Удивительно, но жизнь членов семьи лиса тоже изменилась. И вновь редко об этом говорилось, но гости из других поселений нередко оставляли большие пожертвования театру, полностью шедшие на развитие декорации и качества пьес. Впрочем, особо далеко разгуляться не удавалось - только-только появлялись дополнительные представления в иных залах, в связи с чем почти каждую неделю жители собирались в этом огромном здании, возникшем на останках когда-то сгоревшего дома. Николасу очень нравилось писать статьи о произведениях своего друга. Дело тут не только в аналитических способностях лиса - волк ради интересных сведений иногда делился такой информацией, которую он бы не рассказал даже на смертном одре, и лис безумно ценил такую искренность своего товарища, хотя они, опять же, никогда прямо этого друг другу и не говорили. Коралина вообще не желала признавать, что ей нравится её новая подработка, однако она всегда считала, что любая авантюра её мужа, которая заканчивается спокойно, делает её счастливой.
Лишь одна Арабелла молчала и не рассказывала никому о том, как тяжело порой даются ей дни в этом мире. Может, все дело было в её таблетках, или во флёре счастливой жизни, окутавшего её быт. Или же она гордилась радостью своего мужа – ведь он всегда был слишком суровым… А она уж как-нибудь сама перебьется. Жаль, что она совершенно не думала о некоторых вещах, которые граф несознательно умалчивал…
Таким милым образом, совершенно неожиданно подкралась очередная годовщина совместной жизни 2 волков-аристократов. Раньше они каждый год праздновали это событие вместе, прячась от лишних глаз в своем большом поместье, но в связи с изменением статуса графа было решено (совместно с мэром Сильвейном) провести большой банкет на улице, пока осень ещё не забрала возможность проводить время на природе своими дождями. Были приглашены все жители города, и толпа собралась нешуточная - к счастью, мэрия взяла на себя часть организации, связанную с рассадкой такого количества зверей по разным местам и их кормёжки. Праздник проходил на главной площади, расположение столов было таким, чтобы каждый мог увидеть центральное место, где сидели волки и их друзья лисы (для них было выделен особый стол, неподалёку от празднующих зверей).
Волнение было на пределе, но тяжелее всего оно отражалось на Клементе. Ему было сложно представить, как он сможет общаться с обычными жителями, ведь у него накопилось немало претензий к ним, а так можно довести себя до публичного позора в очередной раз... Однако граф прекрасно чувствовал моменты, когда надо брать ответственность за свои поступки, и потому он взял у мэра инициативу по началу праздника и произнёс простую, но важную речь:
-Дорогие жители!.. Прошёл ещё один год моей семейной жизни. Мне нелегко признавать, каким тяжелым он был для нас - диагноз моей любимой Арабеллы, моё неподобающее поведение... однако, как мы прекрасно поняли, некоторые проблемы всё же можно исправить, и моим искуплением стал великолепный театр кукол, директором и режиссером которого стал я. Конечно, я бы ни за что не справился без моих прекрасных товарищей, Николаса и Коралины, которые помогали не только материально, но и душевно, и я уж точно не могу забыть мою жену, которая все эти годы была со мной, несмотря на проблемы в моем поведении.
В тот момент Арабелла встала и крепко поцеловала своего мужа в щеку. Все ликовали и аплодировали, а пара вскоре уселась обратно, отдавая бразды правления господину Сильвейну.
Клемент тяжело вздохнул, когда оказался на стуле. Он принялся изучать обед, поданный мэрией в столь прекрасный вечер, однако волка быстро отвлекли: сначала его внимание было приковано таинственным взглядом Арабеллы, а потом его в бок толкнула лисья лапа, если быть точным, - женская.
-Я и не ожидала от тебя такой вежливости, Клемент, - заявила неожиданно Коралина спокойным тоном, - Может, ты и вправду изменился.
-Почему ты начинаешь такой важный разговор в столь праздничный момент? Мой дорогой друг уж точно был бы рад сейчас провести время с супругой в особенной поре. Они ведь никогда не выходили на светские вечера - ну, по крайней мере, за последние 10 лет я не припоминал ни одного случая, - вмешался Николас.
-Если бы я сказала подобное в другой раз, меня бы не так поняли, - отстаивала свою позицию лисица.
-У меня очень много вопросов или претензий к жителям вокруг меня, - вновь вздохнул граф, - Однако оглашать их сейчас было бы попросту глупо. В чем толк от публичных высказываний, если зверь это не только не поймет, но ещё и обидится на тебя? Сейчас я стараюсь решать вопросы лично. И потому, Коралина, хотел бы спросить у тебя. Почему ты ко мне так недобра? Больше, чем к остальным, кто бы ни провинился?
-Ой, она очень критична и ко мне, тебя просто не бывает в ходе споров... - резко выразился лис, однако быстро замолчал, понимая, что может наговорить лишнего.
-Ник прав, я не только к тебе так отношусь. Я всего лишь хочу, чтобы в зверях проявлялась их лучшая натура, а не худшая, и ты, Клемент, долгое время утопал в каком-то странном состоянии, которое вызывало у меня большие вопросы. Может, оно прошло навсегда, а может и нет - только время покажет, - ответила ему Коралина со всей честностью.
-Мой муж и раньше был прекрасным зверем! Но какой толк в красоте, если её прятать под тёмной вуалью? - неожиданно высказалась Арабелла. В её голосе чувствовался таинственный тон...
-Спасибо, Белла, может, мне спросить у мэра про десерты? - спросил у неё Граф.
-Да, да! – радостно заявила волчица, в немного детской манере.
В таком расположении волчицы были свои причины. Она ещё летом перестала кому-то рассказывать о своем состоянии, выражая его лишь в спектаклях, которые почти ежемесячно (Иногда чуть чаще) появлялись на сцене Кукольного Театра. А ведь Арабелле с каждым разом становилось всё хуже и хуже. Она лишь посчитала, что ей уже никто не поверит, и она каждый раз пугалась, когда видела доктора Филина - он всегда огорчался, когда слышал что-то про волчицу, и начал гулко пить. Ходили слухи о том, что он может спиться после этого диагноза, но верить домыслам определенно не стоит, да?..
В любом случае, худшей проблемой для графини стало состояние её мышления и воображения. Совсем вскоре после того, как Николас спас её из камина, её видения практически прекратились, и это были чуть ли не самые радостные недели жизни поместья за долгие годы. Однако затем начались у волчицы провалы в памяти: она перемешивала события, составляя неправильный их порядок, и порой она помнила то, что происходило в Пятницу, потом - в Понедельник, Воскресенье, Среду и Субботу. Первое время её муж терялся и даже разговаривал с врачом наедине, однако, как ей потом рассказывала Коралина в ходе одной из дружеских встреч семей (явно в её злом порыве), двое мужчин пришли лишь к тому, что волчице придется принимать новый вид микстур, возможно, они даже и не помогут. Ох, как долго, протяжно и одиноко плакала Арабелла в те дни! Осознание невозможности решения проблемы всегда больно давили на Клемента, и его жена недалеко в этом ушла за долгие годы жизни вместе. И она выбросила все свои лекарства, думая, что они ей уже не помогут.
С той поры, неожиданно, но наступил какой-то период гармонии, в котором видений будто бы не было, а воспоминания снова вернули прежние расположения в голове. Но почему-то в голове волчицы закладывались смутные сомнения, что, возможно, её любимый муж порой выглядел моложе после работы, и ворчал больше, чем в старые времена, а на вопросы о театре не понимал, о чем идет речь... Тогда-то Белла и поняла, что дороги назад, в прежнее счастье, уже нет. И она решила сделать своему любимому Клементу последний подарок – она даже выпила таблетки для того, чтобы её ум был совершенно ясен…
-Погодите, а никто не заметил, куда делась Арабелла? - резко спросил граф у своих рыжих друзей. Они дружно пожали плечами - буквально пару минут назад волчица была здесь, а теперь на её месте красовалась пустота, будто бы её похитили!.. Но так делали только в военные времена, а сейчас таким промышляют лишь отпетые сумасшедшие, которых в посёлке уж точно нет.
-Она ведь не могла взять и пропасть без чужого внимания! Я понимаю, что она чудесная волчица, но не настолько же! - размахивал руками от недоумения Николас, активно помогавший в тайных поисках. Все старались сохранить вид контроля над ситуацией, пока мэр продолжал программу развлечений для жителей.
-Будь аккуратнее в выражениях... - откашлялся Клемент, в основном защищая своего друга от гнева его жены, но в этом совершенно не было необходимости.
-Так, давайте рассуждать логически. Почему она могла уйти? И куда? - спросила Коралина.
-Я не знаю! Тому не было причин, - ответил ей серый муж, - Однако с её травмой мышлений ей в голову могло взбрести всё, что угодно, и в этом главная опасность. Она ведь видит мир не так, как мы!
-Стоит отправиться в места, где она бывала чаще всего. Поместье, театр... если побежим, то обернемся за полчаса, и никто нас не заметит, - подводил итоги плана Николас.
-Предлагаю в таком случае пройти по всему посёлку. Если она не убежала за его пределы... чёрт, Как я смог её упустить? - Вина начала закрадываться в мысли графа семимильными шагами.
-Тише, Клемент, Тише... - негромко говорил лис, обнимая своего друга за плечи, - Я уверен, что мы её найдем, но тебе надо успокоиться...
-И что у вас тут происходит? А где наша великолепная волчица? - неожиданно появился мэр Сильвейн. Улыбка все ещё висела на его лице, и никто не хотел её сгонять... пока что.
-Кажется, она отправилась домой. Забыла взять с собой таблетки от её болезни, которые пьют во время еды. Мы как раз за ней собирались пойти, - заявил граф, - Позволите нам отойти?
-Конечно-конечно! Возвращайтесь поскорее! – радостно подтвердил бобёр, пока трое зверей уже начинали свой забег.
Было крайне неудивительным то, что Арабеллы не нашли ни в поместье, ни в театре. Пришлось потратить лишние полчаса на то, чтобы обойти весь посёлок по кругу, и никто не мог заметить эту волчицу. Страхи за неё усилились, когда начался дождь, который не только не планировал останавливаться, но ещё и с каждой минутой становился всё сильнее. Однако зоркий лисий глаз воровского прошлого никогда не подводит, и, неожиданно для всех, Николас заметил волчицу на берегу реки, которая явно разбушевалась на фоне изменения погоды. Берега располагались далеко друг от друга для такого посёлка, и, кажется, здесь могли поместиться целые суда.
-Белла! - прокричал Клемент, подбегая к своей жене. Он, правда, не смог до неё добежать, ведь она повернулась к своим близким и крикнула:
-Не надо!.. Правда, дорогие мои, не надо...
-Почему не надо? Мы жутко волновались, ты ведь никогда не пропадала просто так, и с твоим заболеванием... - граф пытался выразить свои переживания как мог.
-Да, Клем... вот именно... с моим заболеванием смысла жить уже и не так много. Знаешь, я перестала принимать рекомендованные лекарства с тех пор, как доктор Филин расплакался, когда ты рассказывал о моих ухудшениях. На некоторое время мне стало лучше... и, я думаю, что в этом моя проблема. Я больше не могу жить в нашем мире, дорогой... - грустно заявляла она.
-Подумай о своем муже! Как ему будет житься без тебя? - укорительно спросила Коралина, впрочем, она никого не хотела оскорблять.
-Я о нём и думаю... Ему так тяжело из-за моего диагноза. Я очень хочу, чтобы Клем был счастлив, но... - волчица не договорила, ибо её прервал её муж.
-Я и так был счастлив! С нашим театром, с твоими пьесами, с жителями, которые меня уважают - мне не о чем больше просить! Прошу, Белла... давай вернемся на праздник.
-Может, ты и прав, дорогой... я и сама не знаю ответа на свои вопросы...
Однако эти ответы быстро нашла природа: размывание почвы и выход из берегов привёл к тому, что Белла покатилась вниз, в поток воды. Конечно, лис и волк кинулись ей на помощь, но даже они не справились с силой окружающей среды…
Глава 2 – Последние дни
-Я понимаю, что вам хочется услышать какие-то положительные, или хотя бы реалистичные прогнозы, однако я не нахожу никаких поводов для таких настроений...
-Определенно, душевный диагноз вашей жены тоже не помогает в данной ситуации...
Прошло уже пару дней от юбилея, и Клемент сейчас сидел в гостиной своего дома и пил прекрасный чай, сваренный из лучших местных трав. Такие же напитки были у товарищей докторов - Доктора Мыши, приглашенного доктора телесных вещей, и Филина, уже знакомого волкам. Атмосфера была совершенно неспокойной: врачам надо было донести до графа очень тяжелые новости, и они понимали, что столь вспыльчивый зверь может превратно отреагировать, потому они ждали подходящего момента.
-Да я и сам прекрасно представляю, что все очень плохо, но неужели нет абсолютно никакой надежды? - спросил с тяжестью волк.
-Травма Мышления Арабеллы чрезвычайно зависима и от её организма, и если ему становится плохо, то болезнь только обостряется... мы не уверены, выйдет ли она из комы вообще, однако она прекрасно слышит окружающий мир, - говорил Филин.
-Ваша жена так "хорошо" искупалась в море, что заработала себе всевозможные заболевания легких! Мы лечим её, как можем, однако даже в городе вряд ли уже помогут... надо радоваться, что её вообще успели вытащить из воды, - заявлял Мышь.
-Так! Ваши прогнозы действительно настолько точны? - проворчал Клемент, громко ставя свою чашку на столик.
-Определенно! - заявили почти в унисон доктора.
-Чёрт... как думаете, много ли времени у неё осталось? - поинтересовался её муж.
-Неизвестно, - ответил Доктор Мышь, - Предположительно, учитывая все медикаментозное лечение, она протянет ещё пару недель, но они будут уж очень мучительны...
-Более того, из-за её болезни сложно сказать, что она запомнит последним, - продолжал Филин, - Впрочем, я уверен, что, проведя вы вместе со своей любимой эти последние дни, ей будет проще уйти на тот свет...
Волк им ничего не ответил. Лишь тяжелые жесты показывали, что он желал ухода этих зверей.
Последующие несколько дней были настолько судорожными для всего дома, что никто уже не отличал границ между рассветом и закатом, ночью и утром. Клемент практически безвылазно проводил время рядом с кроватью Арабеллы в их спальне, лишь прерываясь на редкий сон на полу или работу, документы по которой ему иногда приносили сотрудники. Арабелла в основном не проявляла признаков жизни - лишь врачи приходили к ней и уходили вместе с медсестрами и медбратьями, вкалывая различные сыворотки ей в организм. Порой из её уст можно было услышать странные слова, которые иногда собирались в предложения... а один раз графу-волку даже удалось поговорить со своей женой! Это случилось неожиданно - она распахнула свои глаза утром какого-то рабочего дня и попросила воды.
-Может, до меня ещё и доберется завтрак?.. Я была бы так рада, если бы он не бросил меня, - заявила потом волчица.
-Конечно, дорогая... - спокойно заявил граф, отправляя своих сотрудников готовить, - Как ты себя... чувствуешь?
-В разное время так сложно понять, где именно я нахожусь. Ты бы знал, как прекрасен волчий хвост, когда он обводит собой спирали галактик, или когда лапы бегут по звездам, а жители планет смотрят на них, как на величайших посланников мира и любви...
-Ты меня вообще слышишь?
-О да, любопытный волк, что следит за мной из тьмы вселенной. Я буду благодарна, если ты поможешь мне насытиться... я слышала, что мой путь скоро оборвется. Так ли это?
-Ну... все зависит только от тебя, - Клемент не стал говорить правду, ибо он сам в неё очень плохо верил сердцем. Разум всё прекрасно понимал...
-Жаль, что в своей жизни я так ничего не сделала... у меня был такой прекрасный муж - перед тем, как я улетела с нашего родного мира, - И вот он столько всего добился... я на него смотрю и думаю, что мне порой не стоило рождаться. Может, и правильно, что умерла я?.. Я ведь никогда не могла родить ему детей чисто по определению... и почему он со мной не развёлся?
От этих слов волку стало очень неприятно, и он долгое время молчал. А волчица вскоре поела и вновь вернулась в мир грёз и скорой смерти…
Клемент никуда не уходил - он так и продолжал сидеть рядом с кроватью собственной жены. Он смотрел на потолок и задумывался о том, что Арабелла говорила после пробуждения - действительно ли она была бесплодной? Действительно ли она была настолько никчемной в собственных глазах?От этих мыслей ему становилось очень стыдно - он всегда желал, чтобы его любимая волчица чувствовала себя счастливой и могла заниматься тем, что было прекрасно для её души, а не для денег и выживания. И всё это пошло насмарку... к счастью, из этого транса волка вывел его друг, который тихо и неожиданно появился в комнате.
-Как ты поживаешь, дорогой мой товарищ? - спросил лис, когда 2 взрослых и здоровых зверя вышли из комнаты и направились в гостиную. Там их никто не услышит из лишних ушей.
-А ты как думаешь? - резко ответил волк, - Моя жена скоро умрёт, скорее всего, по моей вине. Повезло, что её успели вытащить из реки те 2 странные лягушки, иначе бы она утонула ещё быстрее! Хотя кто его знает, лучше ли текущая ситуация мучений или быстрая смерть...
-Прости, я всего лишь старался быть вежливым лисом... видимо, моей выдержки не хватает для того, чтобы тебе сейчас помочь.
-Что ты! Я рад, что ты пришёл, иначе бы я определенно здесь сгнил в одиночку... удивительно, но на заводе у меня все прекрасно, и скоро мы разработаем новую систему для управления куклами в театре!
-Раз уж ты говорил про театр, то каковы прогнозы Арабеллы?.. Она ведь наш главный сценарист, и единственный... - Клемент никому не рассказывал о том, что говорили ему врачи.
-Остается надеяться лишь на спокойную смерть... - грустно ответил граф, и друг обнял его за плечи, - Она... проснулась как-то раз. Сказала, что считает себя такой никчемной на моем фоне... что она была бесплодна, и из-за этого у нас не было детей...
-А ты знал об этом?
-Да! Я ждал, пока она сама проговорится об этом... был готов устроить целый разговор по этому поводу, но... у меня теперь и язык не повернется сказать ей что-то плохое...
Раздался странный стук снаружи, и в комнату вошла знакомая лиса.
-Как ты здесь оказалась? Я думал, ты будешь дома или на работе, как всегда. Это я страдаю пренебрежением общественного долга, тратя время на лучшего друга, - усмехнулся Николас, заметив свою жену в гостиной.
-Может, я и не так славно отношусь к Клементу, но Арабелла - прекрасная волчица, которая заслуживает лучшего. Я зашла её проведать - и убедиться, что мой прекрасный муж не натворит дел в очередной раз, - заявила Коралина со всей важностью, - Арабелла в сознании?
-Нет, сейчас она спит... последний раз, когда она говорила со мной, она бредила о великом волке, бегающем по рукавам Млечного Пути. Кажется, дороги назад для неё совершенно и нет... - грустно заявил граф, поникая и буквально падая на пол. Его товарищ-лис помог ему встать обратно.
-В иной ситуации я бы нашла повод разозлиться на тебя, но... порой жизнь такая сложная, то гораздо лучше забыть о виноватых и невинных и подумать о том, что мы можем сделать для пострадавших. Я не завидую твоей участи и никогда бы не пожелала тебе, чтобы твоя жена таким образом умирала... - почтительно объявила лисица.
-Ну спасибо! От этих слов мне сразу стало легче! - саркастично отмахнулся граф, хмыкая всей своей мордой.
-Клемент, давай не будем так относиться к речам моей жены, ведь ей стоит больших усилий сказать что-то хорошее о мужской половине, - усмехался Николас, - Она привыкла действовать в адрес нашего пола, а не словами разглагольствовать.
-Все это очень смешно, дорогой, однако совершенно не к месту, - развела руками Коралина, положив свою лапу сначала на плечо своего лиса, а потом - на плечо его друга.
-Я удивлён твоему благородству, - сказал граф, - На твоем месте бы я так никогда не поступил. Уж слишком я люблю видеть страдания своих конкурентов... хотя, если так подумать, как раз из-за этого я и оказался в нелепой ситуации с бобром и театром.
-Но театр сделал жизнь зверей всего посёлка веселее! - подметил лис, - так что не все так грустно, друг мой.
После этого разговора семейство лисов провело несколько часов вместе с Арабеллой, давая возможность волку поспать на диване и поработать. Он даже удивился тому, как быстро он смог отправиться в царство снов - настолько сильно он устал. Вряд ли волчице станет хуже от слов её друзей - впрочем, это может только продлить её жизнь и страдания. Врачи заверяли, что они вкалывают Арабелле различные жаропонижающие препараты, которые не помогают состоянию её Травмы Мышления, но продлевают её жизнь. Есть ли вообще в этом смысл, если они не уверены в шансах на спасение? Или это безмерная надежда, которая умирает последней?
Впрочем, нельзя говорить о том, что страдало только семейство волков. Коралина и Николас как раз сидели (она стояла) рядом с кроватью волчицы, слушая её странные слова и предложения, от которых всю душу пробирало. Они не знали, слышит ли она их или нет, потому решили выйти из комнаты и направиться в столовую - там их точно не услышит их серый друг.
-Мне так жаль Клемента, - заявил Николас, - Если бы я тебя сейчас потерял, я не уверен, что я быстро бы оправился.
-По крайней мере, ты бы не побил бедного бобра. В случае с нашим общим знакомым волком нельзя надеяться ни на что... Клемент, правда, точно устроит лучшие похороны в городе, - спокойно заявила Коралина.
-Тебе легко так о нем говорить. Ты никогда к нему не привязывалась, и ты бы избавилась его в моей жизни, потому что он неудобен. Ты как будто бы не видишь все стороны моего друга, и делаешь это специально...
-Нет, что ты! Я всего лишь хочу, чтобы у тебя не складывалась неверное представление о нём. Ты ведь замечаешь, каким отчаянным он бывает, как разбит он сейчас? Кто скажет с уверенностью, что он не покончит с собой после смерти Арабеллы?
-Я этого не допущу.
-Прекрасное желание, Ник, но... давай будем честны. Без завода Клемента посёлку придется несладко. И тебе придется его держать на себе.
-Но я не инженер.
-Придётся им стать!
-Порой твои амбиции хуже моих авантюр...
Этот разговор был прерван странным скрипом лестницы, который казался знакомым.
Сам Клемент удивился, когда увидел, что его больная жена медленно и уверенно спускается и начинает осматривать их любимый дом. Она неожиданно направилась в гостиную, где уделила внимание всем вещам на полках, как будто бы в последний раз.
-Но... Арабелла... как ты... - граф пошёл за ней и пытался собрать слова в предложения, но язык совершенно не поворачивался.
-Наши друзья лисы - чудесные звери! После их слов мне сразу стало так легко, что я решила встать и порадовать вас своим прекрасным голосом, - её тон и правда очаровывал, однако в нем чувствовалась великая слабость.
Вскоре подошли и сами Ник и Коралина, и, услышав сей вести, они немерено удивились...
-Я всегда знал, что наши врачи могут справиться со всеми болезнями при должном желании! - уверенно заявил лис, - Как ты себя чувствуешь?
-Лучше, намного лучше, - ответила волчица, - Хотя и немного легко. Я как будто бы летаю в этом мире, а он не готов меня принять... у вас никогда не было ощущения, что сама земля не хочет, чтобы вы на ней оставались?
Все лишь молча пожали плечами.
-Не волнуйся, Белла... в любом случае нас ждет прекрасный день. Ты бы не хотела отправиться на осеннюю прогулку? Погода за окном лучше не бывает! - Клемент чувствовал себя живым, как никогда. Ему хотелось, чтобы этот день был лучшим для его жены, даже если она потом снова уснет.
-Я совершенно спокойна, дорогой... мне всего лишь немного не по себе, - отвечала она.
-Думаю, вас лучше оставить будет наедине? - спросил неожиданно Николас.
-Нет, что вы, мы рады гостям! Сегодня же выходной, да?.. - поинтересовалась волчица.
-Да, воскресный день, - отметила Лисица, - И Я была бы не прочь провести его в компании мужа... а куда он, туда и я, - Такой ответ напугал Николаса.
-Чудесно! Может, мы устроим совместный вечер чтений? Мы ведь никогда не собирались просто так, чтобы отдохнуть, - продолжала Арабелла. Кажется, сейчас она была самой живой и неживой из зверей в принципе, чем пугала всех окружающих, кто был ей близок...
Глава 3 – Прощание со старой жизнью
-Тебе лучше отсюда уйти. И желательно никогда больше сюда не возвращаться.
-Неужели ты так сильно ненавидишь меня?
-За долгие годы знакомства ты не сказала про меня ни одного искренне хорошего слова. Чего ты ожидала?
К несчастью, день, когда Арабелла встала сама с постели и отправилась гулять по поместью, стал последним для волчицы. Её мужа ещё удивляло, почему она ведет себя так, будто убирает мир за собой, готовясь оставить его, но мозаика сложилась воедино слишком поздно... уже прошла почти неделя с той поры, и Клемент организовал самые пышные похороны для своей любимой, какие только он мог позволить в посёлке. Были приглашены все жители - кажется, известность их маленького театра и роль волчицы в нём заставила односельчан прийти на столь грустное мероприятие. Сейчас же граф одевал свой фрак - кажется, он не носил данный наряд уже так давно, что даже и вспомнить не мог, когда это было. Дело было в поместье, и семья лисов (по крайней мере, Николас) обосновалась в нём, чтобы волк с собой чего не натворил... компания Коралины совершенно не нравилась серому зверю.
-Я ничего и не ожидала, но есть грани, которые пересекать нельзя. И смерть любимого зверя, к тому же моей подруги, и есть такая грань. Почему ты не можешь хотя бы на один день успокоиться? - заявила лисица спокойным тоном.
-Мне надоели эти перепалки с тобой, особенно в день, когда мою жену будут хоронить! Лучше уходи и не общайся со мной больше. Никогда, - грубо и грустно отвечал волк.
-Почему ты так категоричен?
-Я никогда не располагал к тебе симпатиями! Ты ведь плохо относишься не только ко мне, но и к моему другу, и почему ты можешь переходить такую черту?
-Николаса всегда надо держать в узде, иначе он совершит таких дел, что потом никогда не разберешься с последствиями.
-И так ты доверяешь своему любимому мужу?
-Тебя это не касается, волк.
-Тогда и моя жизнь тебя не касается, - граф прихватил свой цилиндр и направился на выход, почти толкая собеседницу, которой теперь было немного грустнее на душе.
Сами похороны начались буквально получасом позже. Весь Заводской Посёлок собрался здесь, разместившись по рядам стульев, которые были заблаговременно поставлены мэрией. Над ними также были построены своего рода шатры, чтобы звери не промокли под дождями - с каждым днем их происходило всё больше, и слава богу, что река из берегов не выходила. На сей мероприятие пришёл сам мэр - все-таки редко, когда хоронят столь важных личностей, к тому же городское кладбище было близко от мэрии по историческим причинам. Согласно плану, несколько важных представителей должны были дать волю словам и рассказать кое-что об Арабелле, но начинал эту процессию её муж. Он уже ничего толком и не чувствовал - казалось, что его душа умерла или заморозилась в тот самый миг, когда он понял, что его любимая жена умерла прямо за рабочим столом...
Пришла пора Клементу высказать свои пару слов. Как он мог объединить всю свою любовь к волчице, протянувшуюся на 20 лет, в речь, которая закончится за пару часов? Может, волк и казался крайне скупым на чувства зверем, однако он всего лишь не находил нужным распространяться о внутренних переживаниях... и именно сейчас ему нужно было пойти против привычных правил.
-Я никогда не был расположен разглагольствовать о том, что я чувствую к близким своим зверям, ведь они из моих действий могли с легкостью понять, как я к ним отношусь. Жаль, что больше я никогда не смогу выразить свою любовь к Арабелле... может показаться, что она крайне заурядная волчица, вышедшая за графа по любви - как будто бы нет такого в наших любимых книгах! Но всё не так просто... сама Травма Мышления, если верить врачам и их мыслям, связана с непростым отношением зверя к реальности. А наша любимая Арабелла так умела выражать это отношение, что у неё получались великолепные стихи, пьесы, и мы все им радовались... Я до сих пор печалюсь по поводу того, что она считала себя никчемной, ведь она добилась того, чего многие не смогли - растопила мое сердце... Прощай, Белла. Я никогда тебя не забуду…
Граф резко оборвал речь и вернулся к зрительским креслам. Он больше не хотел говорить…
-А я и не задумывался о том, как он себя поведет, когда его жена умрет. Почему-то мне всегда казалось, что она его переживет, или они умрут почти в один день, - смущенно прошептал своей жене Николас, когда их очередь говорить речь закончилась, и на сцену вышли друзья Арабеллы.
-Вряд ли кто-то вообще об этом должен задумываться. Почему бы не радоваться зверям, пока они живы, а не тогда, когда они уже мертвы? - ворчливо отвечала Коралина.
-Ты можешь хотя бы в день похорон быть подобрее? Все-таки траур, как ни крути, а ты будто бы не обращаешь на происходящее внимание.
-Звери каждый час умирают, Ник. Так написано в лучших книгах. Почему бы не свыкнуться с мыслью о том, что сей мероприятие всего лишь тешит самолюбие небезызвестного графа?
-Ты что, не пришла бы на мои похороны? Или и вовсе их не устроила?
-Все зависело бы от того, как ты бы погиб. Если бы я приложила лапу к твоей смерти, то я бы уж точно тебя похоронила со всеми почестями, чтобы никто не догадался ни о чем. А если ты умрешь по вине своего очередного "дела"... какая мне разница? Мой муж обещал не ввязываться в сомнительные делишки просто так.
-Моя жена обещала, что будет любить меня и в горести, и в радости. Ежели ты не исполняешь свое обещание, почему я должен исполнять свое?
-Ха! Кто из нас имеет темное прошлое, а кто - нет, Ник? Кому пришлось реабилитироваться в этой жизни? Тебе и твоим друзьям. Нас, непорочных граждан, никогда тебе не понять.
-Умело ты называешь себя непорочной, когда в молодости тебя знала близко почти вся мужская составляющая посёлка. Уж точно все окрестные лисы, даже из других поселений!
-Ты преувеличиваешь...
-Ты тоже нередко утрируешь. Не удивляйся, если на твоих похоронах я буду говорить о тебе честно и откровенно. Или если в моем завещании я попытаюсь жителей города заставить от тебя избавиться.
-Тогда я найду его раньше и сожгу.
-Ты и сама любишь делами заниматься похлеще меня!
Затем кто-то цыкнул сзади, чтобы парочка замолчала - а то слов со сцены слышно не было.
Через долгие часы похороны и поминки уже подходили к концу. Клемент отказывался с кем бы то ни было разговаривать - сейчас он желал побыть в одиночестве, чтобы его чувства могли успокоиться, а сам он уже вскоре вернулся к работе... правда, совершенно не было понятно, чем теперь граф займется, с учетом того, что драматург его театра умерла, а костюмершу он больше в жизни не захочет видеть. Хуже всего было то, что тишину и покой волка вскоре нарушил сам бобр Сильвейн - мэр с миловидной, но крайне сожалеющей улыбкой подобрался к серому зверю и сел с ним за один стол на этом уличном банкете смерти.
-Понимаю, что мы совершенно незнакомы для такого рода разговоров, однако, Клемент, мне, нашему посёлку надо удостовериться, что... - полуводный житель даже не успел договорить, как волк его прервал.
-Что я смогу продолжить работу и поведу наш посёлок в светлое будущее, да-да. Я все понимаю, мэр, и уже завтра вернусь к своим прежним обязанностям с превеликим удовольствием. Я так устал горевать. Есть что-то хорошее в том, что звери умирают - теперь о них проще переживать... - грустно заявил Клемент.
-Не говори глупостей! Мне пришлось похоронить своих горячо любимых родителей около 10 лет назад, если помнишь, и я скажу тебе, что я до сих пор по ним скучаю. Конечно, с годами боль ослабевает, но первые пару лет будут самыми тяжелыми... у тебя часто бывают сны?
-Ах, так вот, когда я последний раз надевал этот костюм... сны снятся мне так часто, как часто я не слишком устаю. Что бывает довольно редко, как вы можете догадаться.
-Не удивляйся, если мертвые тебя будут навещать во сне. Это всего лишь твои чувства, в конце концов, и я наслышан, что у волков с ними проблемы... Кстати говоря, если тебе захочется с кем-то поговорить, Доктор Филин мне сегодня заявил, что готов принять тебя в любое время...
-Видимо, ему понравилось пить со мной его составы...
-В любом случае, Клемент, береги себя. Никто не хочет, чтобы у нас в городе сошёл с ума ещё один волк.
-Это из-за того, что я опасный для других зверей, да?
-Нет. Но и про это тоже никто не забывает… Прости, что потревожил тебя.
-Знаете, мэр, может, оно и к лучшему…
После этого дня наступили тяжелые рабочие будни, о которых сложно было сказать что-то важное. Сперва граф-волк решил вернуться на свой завод, чтобы разобраться там с производством новейших технологий, выдуманных самим серым зверем - все в кой-то веки шло по плану. Сотрудники относились к своему работодателю с очень странным почтением, будто бы они боялись его ярости, и в то же время они уважали его за стойкость после произошедшего. Часы тянулись и превращались в недели, сколько бы ты ни пытался заполнить время деятельностью, и это растяжение бесило волка настолько, что в середине одной среды он ударился головой о стол. К счастью, обошлось без последствий для здоровья.
К концу осени Клемент решил заглянуть в свой театр. Работа над последним спектаклем, "Круги сельских полей", затянулась из-за всем известных событий, и волк до сих пор не знал, кого поставить на роль главного сценариста, потому решил дописать спектакль жены сам, используя те фразы, что она говорила в последние дни своей жизни. Неблагодарное, очень грустное дело имело свой результат - через пару дней тяжелых мук творчества спектакль можно было готовить для постановки. Сей задача оказалась для волка столь сложной, что, придя домой тем вечером, он тут же бросился в свой кабинет и протяжно завыл. Его голос было слышно по всему поместью, однако слушать его никто не мог, ибо сразу после похорон граф всех сотрудников перевёл на помощь с представлением в театре. Он умел готовить и убирать за собой, и пускай многочисленные комнаты этого дома навсегда запылятся - ему уже было плевать.
Как-то раз граф решил пробежаться по площади, чтобы посмотреть на то, как живется посёлку после похорон. В глубине души боролись 2 страстных желания: мольбы о том, чтобы кто-то сопереживал горю волка, и устремления забыть все случившееся и двигаться дальше. Клемент был удивлен, когда обнаружил на площади воплощение обоих внутренних терзаний сразу: Николас продолжал свои страстные речи на площади, а звери вокруг выглядели столь грустно, будто бы им правда было жаль Арабеллу.
Хуже всего было то, что лис заметил своего друга и решил неожиданно завершить речь и пойти за ним. Сей действо превратилось в погоню, где серый зверь пытался отчаянно скрыться в трущобах посёлка, а рыжий зверь, знавший здесь всё наизусть, умело находил своего товарища. Эти игрища длились, пока они оба не добрались до поместья графа.
-Что тебе от меня нужно? - грубо спросил Клемент. Он хотел одиночества больше, чем когда-либо.
-Мы с тобой не общались с самого момента смерти Арабеллы! А по твоей морде и так можно догадаться, что у тебя всё плохо. В конце концов, я не припоминаю, когда ты приходил ко мне на выступления на площади просто так, - искренне и заботливо отвечал Николас. Своими лапами он обнял друга за плечи, чтобы тот не убежал. И в итоге волк вздохнул и подчинился.
-Хорошо... что ты хочешь знать? Может, то, что даже работа меня больше не радует? Что даже мои рабочие относятся ко мне, как к ходячему гробу? Что я плакал, пока пытался завершить произведение Арабеллы в театре? Или что я не уверен в том, что живой? Скажи, с чего мне начать? Может, с того, как я не так давно ВЫЛ НА ВЕСЬ ДОМ, но меня никто не услышит, ибо я должен поставить этот дурацкий спектакль ради того, чтобы доказать, что я не окончательно сломлен горем?
-Ты и без того прекрасно обозначил картину. Я считаю, что тебе стоит как-нибудь провести время с кем-то, кто может тебя утешить... ведь ты отказался ото всех, кто тебе был дорог... может, тебе стоит пересмотреть эту позицию?
-Хочешь повеселиться со мной один вечерок?
-Или не один. Ты правда уверен, что сможешь успокоиться после смерти Арабеллы вот так, по щелчку когтей? Я уверен, даже она не была в этом убеждена, и она с радостью бы посмотрела на тебя, если бы видела, как ты находишь продолжение своей жизни.
-И ты до сих пор относишься ко мне нормально, несмотря на то что я послал твою жену?
-Коралина в последнее время ворчит не только на тебя... думаю, здесь мы с тобой за одно, друг мой. Так что, хочешь поиграть в настольную игру?..
-Да… да, видимо, хочу… - неуверенно ответил волк, жестом приглашая своего товарища внутрь дома.
Глава 4 – Загадки новой жизни
-Нет, нет и ещё раз нет! Всё совершенно не так!
-Так как ж нам надо делать?
-Будто так, что у вас недавно умерла вся ваша жизнь, и вам надо двигаться дальше, несмотря ни на что!
Осень раскинулась во всей своей пожирающей поре, и не только природа переживала трансформации, но и звери. Клемент продолжал работать в театре и успел поставить "Круги Сельских Полей", повторяя их каждую неделю вместе со своими куклами, однако идей для нового спектакля у него не было. В конце он осознал, что вся та боль, что последнее время уничтожала его душу дальше того места, где когда-то располагалась любовь к Арабелле, может быть использована во благо. Так родилось представление "Лента Чужого Могущества" - лейтмотивом пьесы бы стала цикличность страданий, их непомерная сила и власть над внутренним миром зверей и безысходности происходящего, если у "больного" не хватит силы воли. И графа-волка больше всего бесило не столько написание этой работы (он ненавидел такое творчество, но использовал его себе на пользу), сколько попытка её постановки. Проблемы началась с создания декораций - и именно рабочих по этой специальности Клемент сейчас отчитывал.
-Друг мой, все-таки тебе стоит поумерить свой пыл, ведь от него никому не станет лучше... - попытался подбодрить товарища лис Николас, он как раз следил за процессом создания ландшафта пьесы.
-Не тебе решать! Ты же не режиссер, более того, ты здесь лишь из-за того, что чаще всех смотришь на город свысока! - откликнулся Клемент.
-Тебе не следует вновь уходить в чувственные приступы, Клем, ведь из-за них многое может пойти не так... между прочим, как дела с твоим особым компьютером для управления куклами?
-Как раз и применю его в следующем спектакле!.. В твоих словах много правды, как бы она меня ни бесила. И мне всё равно кажется, что декорации недостаточно выразительные, - вздохнул волк.
-Чего же им прибавить надо, по-твоему?
-Безысходности, - ответил граф, направляясь к выходу из мастерской, - Проведаю вас через пару часов, проверю ваши новые пробные варианты… Удачной вам работенки.
Сам волк слишком сильно погрузился в горести своей жизни, чтобы заметить, что город сильно поменялся. Последние крупные похороны были так давно, что целые поколения забывали о некоторых печалях. Более того - постоянные драматичные спектакли Клемента создавали настроение в умах народа, из-за которого все понемногу, волей-неволей приобщались к горю аристократа. В особенности это было заметно, когда ты просто общаешься со зверями по работе, и прыткий ум с легкостью подметит, как сильно голоса опустились, как крепко закрылись души, как колко отвечали слова на непрошенные вопросы...
-Я одного не могу понять, - неожиданно спросила у своей коллеги Коралина, когда та была на работе одним прекрасным, удивительно чистым по небу днём, - Почему мы все должны грустить, если какой-то волк не может справиться со своим горем?
-Тебе не стоит так обвинять господина Клемента! Может, он делал и делает много каких странных вещей, но он помогает нам всем лучше разобраться в самих себе! И эти "грустные спектакли" не заставляют нас плакать - мы сами приходим туда и проникаемся глубиной его мысли. Последний спектакль, правда, был каким-то слишком другим, но оттого он явно не стал хуже или проще! - отвечала коллега с видной верой в свои слова.
-То, что творит граф, чересчур самовлюбленно! С ним дружит мой муж, и я могу с уверенностью говорит о том, что ответственные звери себя так не ведут!
-А ты точно знаешь, как ему надо жить, если ты с ним не общаешься даже? Сама же говоришь, что с ним дружит твой муж, а не ты.
-Я дружила с Арабеллой, и она была прекрасной волчицей, пока её не испортил Клемент! Слишком много обещаний, и сердце волчицы было уже захвачено любовью к нему! И все ради чего? Чтобы его жестокость пробудила в ней Травму Мышления, и она столь гнусно погибла!
-По-моему, ты преувеличиваешь. В чем тебе прок так ненавидеть графа?
-В том, что он испортил моего мужа авантюрой с театром! Нельзя Николасу позволять верить в его затеи! Он ведь так слишком далеко уйдет.
-Какая же ты после этого жена, если не доверяешь своему мужу?
-Бывшим ворам нельзя доверять, - завершила про себя лисица, громогласно уходя из столовой на работе в свой кабинет.
Впрочем, странности после спектаклей можно объяснить с завидной простотой, чего не скажешь про состояние типографии Заводского Посёлка. Это маленькое здание на отшибе поселения, в котором половину занимали лишь производственные станки, а во второй ютились сотрудники, так что контакт между ними был довольно тесным. Редким гостем среди постоянного штата был лис Николас - поскольку он предпочитал зазывать зверей покупать газету через публичные выступления, и его никто за это не осуждал. И сам рыжий прохвост считал положение дел на работе нормальным... до момента, когда главный редактор не огласил определенную проблему.
-Кто-нибудь может мне объяснить, куда деваются наши чернила? Да и почему наши станки перестают работать раз за разом! Может, наш тираж и небольшой, но он должен быть постоянным, чтобы никто в посёлке не забывал о нас! - кричал начальник в большей степени от страха, чем злости.
-Вы звонили на завод? Все-таки там должны быть ответы, или можно заказать нужные детали и работу мастеров, - заметил лис.
-Прекрасная идея, вы этим и займитесь! Однако я должен убедиться, что ничего больше не пропало!
-Господин Главный Редактор, вам стоит сюда посмотреть! - выбежал один из рабочих со стороны производственной части и зазвал всех за двери в ад кошмарных звуков, которую он только что распахнул.
Казалось, что руководитель значительно уменьшил масштабы происшествия: весь будущий тираж был разодран на клочки, которые, сродни пеплу, повсюду летали. Станки судорожно работали, как сердце качает кровь, когда в нем повсюду дырки. Единственный вход в эту часть здания снаружи был выдран с петлями. Рабочие тут же побежали отключать всю конструкцию, чтобы она не взорвалась, пока Главный Редактор в отчаянии съежился на полу.
-Нам понадобится месяц, чтобы разобраться со всеми последствиями!.. Нет... полгода!.. Всё пропало...
-Не волнуйтесь, господин редактор. Я могу поторопить наш дорогой завод с помощью в этом деле, - ловко ответил Николас, уже убегая от рабочих ужасов.
По пути на место работы Клемента лис неожиданно натолкнулся на пару жителей, которые с поникшими лицами смотрели на полуразрушенный домишко. Рыжий зверь решил подойти поближе и спросить, что же произошло, ведь в посёлке редко когда страдают дома. Самое удивительное - огонь явно не был причастен к местным событиям.
Звери оказались милыми семейными куницами, которые прекрасно жили и радовались чуть ли не каждому мигу в этой жизни. Тем более они были заинтересованы в открытии Великого Кукольного Театра и стали чуть ли не постоянными зрителями, не пропускавшими ни единого повтора спектаклей. Они даже умудрились поговорить со всей режиссерской командой (и находили великой честью рассказать Николасу о том, что случилось, и поделиться ужасными чувствами). Однако в последние дни состояние счастья оказалось в шатком положении: чуть ли не каждую ночь в этом месяце за окном постоянно что-то шумело, будто бы пыталось найти уязвимую точку во всей конструкции дома. Поначалу только дети замечали проблему, и взрослые считали, что у них разыгралось воображение, однако события так участились, что не замечать их стало невозможно. Когда родители захотели узнать, что же происходит по ту сторону стен по ночам, они разместили караул, используя преимущества видового ночного зрения... и они действительно смогли увидеть нечто странных форм, что бродило туда-сюда и своими странными железными щупальцами било по дому. Семья решила публично заявить в мэрию о происходящем буквально на следующий день, однако никто не мог точно понять, что же делать, или даже полностью осознать риски. И прямо в тот же день... то есть, пару часов назад, дом был найден в таком состоянии, будто бы его кто-то основательно порушил, забрав часть конструкций себе.
-И что же вы теперь будете делать? - поинтересовался лис.
-Бог его знает, - ответил отец семейства, - Мэр говорил что-то об общем собрании завтра... но даже если мы доживем до него, то у нас из ниоткуда дом не появится!
Лис уже давно не видел зверей, которые плакали из-за того, что у них больше нет средств к существованию. И от этой боли он ещё решительнее двинулся на завод Клемента.
Вечером того же дня действительно случилось всеобщее собрание. Жители были откровенно обескуражены - сам мэр Сильвейн сделал фотографии разрушенного дома и выставил их на всеобщий показ. Последний раз, когда на собрание пришло столько жителей, был во времена беспардонного поступка графа Клемента - между прочим, сам волк сейчас тоже присутствовал, но в его морде были странные чувства, которые явно пытались скрыть весь пожар, что творился в его душе. Бобр даже этому радовался - не хватало ещё излишних страстей на столь важном совещании. К слову, Николас успел запросить у друга ремонтные бригады для печати, но последний был в каком-то невменяемом состоянии, и его ответ казался очень неправильным по виду.
-Господа и дамы! Я понимаю, что вы все насторожены, - заявил Сильвейн, когда позвонил в гигантский колокол. Он использовал его, чтобы призывать зверей к тишине, а гомон сейчас был великий, - Но мы должны подойти к вопросу конструктивно! Мы не можем оставить такой случай без огласки.
-Как мы можем полагаться на показания этих животных? Они ведь могли и выдумать всё, чтобы скрыть собственную халатность, - заявил кто-то из толпы.
-Да как вы смеете! Наша семья потеряла единственный дом! - злобно выкрикнул отец семьи куниц.
-Ситуация опасна, - неожиданно поднялся с места Клемент, - Следуя показаниям наших дорогих куниц, легко предположить, что тот, кто уничтожил их дом, не был зверем.
-Вы что, верите в конспирологию? Инопланетян? Может, мифических существ? - вновь крикнул, но иной зверь из толпы.
-Я не знаю, но никто из нас не хочет повторения каких-либо ужасов из Великой Войны. Что бы это ни было, оно механическое, очень юркое и знает наши повадки, наше расписание жизни. Мы должны быть начеку... - продолжил волк...
-И что же ты предлагаешь, смельчак? - поднялась Коралина, - Мы ведь обычный Заводской Посёлок. Военные методы нам не подойдут.
-Мы должны позаботиться о пострадавших, - встал Николас, - Обеспечить им общественное жилье. Искать последовательности в действиях нашего врага, его слабости. Он же машина, так? А машина должна служить зверю. Мы разберемся с этой проблемой в миг, я уверен.
-Спасибо за столь разумную инициативу, господин Николас, и все же... - Сильвейн тяжело вздохнул, произнеся это, однако гулкий удар по дверям заставил его вновь всполошиться.
Весь зал обернулся, чтобы посмотреть в сторону входа в мэрию. Случился ещё один удар - двери покачнулись, но остались стоять на месте. Все сидели в напряжении, сползая все ниже и ниже по своим стульям, желая спрятаться от угрозы. Одни Клемент и Николас остались стоять - хоть и последнего его жена пыталась тянуть вниз. Вскоре начался скрежет, будто бы кто-то тонкой стальной иглой проводил по местным стенам, и этот звук сделал несколько кругов по всей наружности здания. Очередная попытка ударить двери ни к чему не привела. Удивительно, но нападавший совершенно не показывался на глазах, какими бы большими ни были окна в здании.
Хуже стало тогда, когда на улице началась гроза. Звуки дождя и грозы смешались с попытками неизвестного вломиться здание (или же его изучить?). Несколько часов зал сидел в полном оцепенении, боясь покинуть свои мнимые укрытия, однако первым к волку и лису присоединился господин Сильвейн, когда понял, что ситуация изменилась - теперь он должен был стать защитником своих жителей, в очередной раз.
-Вам не занимать храбрости! - подытожил бобёр.
-Или глупости, - заявил Николас, - Пожалуй, все мысли о том, что заявление господ куниц были неверными, теперь не считаются действительным, да?
-Более чем! - крикнул голос из толпы, - А уже можно уходить?
Лис было хотел ответить на вопрос, но Клемент резко и грубо взял своего друга и потянул его в сторону одного из окон, откуда можно было увидеть выход. Раскинулся прекрасный вид на нападавшего - механизм, размером с лиса или волка, который стоял на 3 прямоугольных ногах и 4 гибких пластиковых руках. Вместо головы у него был стержень в центре, который удерживал всю конструкцию, состоявшую из тонко горевших лампочек...
-Думаю, мы нашли нашего нападавшего. Может, он заржавеет? - усмехнулся лис.
-Он, похоже, уже пострадал от воды, - ответил волк.
Толпа нервно наблюдала за тем, как граф медленно отпёр и открыл дверь мэрии, а затем посмотрел на страшилище. Чтобы убедиться в его гибели, серый зверь толкнул устройство, и то развалилось на несколько частей, полностью проржавев.
-Странно, что вы не пытались меня остановить, - ухмыльнулся Клемент, пока вся толпа вставала из-за своих укрытий.
-Что, проблема решена? – поинтересовался ребенок из семьи куниц.
-Бог его знает, - ответил лис, смотря в глаза своему товарищу, а они были пусты-пусты, закрывая полностью его душу от чьего-либо взора.
Глава 5 – Облегчи мое доверие
Мэрия не стала терять времени и начала расследование произошедшего на совещании. Посёлок (впервые за 30 лет) получил комендантский час, часть чиновников переоснащалась для охранительных нужд, создавался особый комитет, который вместе с полицией, состоявшей из 3 зверей, должны были найти виновника, создавшего этого робота. Механизм отправили на изучение самому господину Клементу, который вместе с его другом из газеты, лисом Николасом, также вошли в следственный орган. Первая возникшая гипотеза предполагала, что чудовищное устройство было отправлено в Заводской Посёлок из вне - были проверены все приезжавшие посылки, изучены все прибывавшие в посёлок гости, однако из-за Великого Кукольного Театра задача многозначительно усложнялась, допросы прохожих лишь увеличивали панику. Одному из полиции и вовсе не повезло получить пощёчины от жительницы, к мужу которого были заданы слишком дерзкие и назойливые вопросы. Больше полиция не занималась вылазками в город.
Тогда граф-волк сделал замечательное открытие: судя по всему, механизм работал в рамках посёлка, поскольку для его создания использовались детали, присущие лишь заводу аристократа. Оставалось лишь выследить злоумышленника при помощи проверки кадров и их профессиональной подготовки - маловероятно, что обычный рабочий способен на столько тонкое по своей структуре творение (сам Клемент имел алиби – на создание подобного механизма бы ушли месяцы непрерывной работы, которые он провёл в горе, заверенном доктором Филином). Однако мэр Сильвейн решил, что нужно радикально обезопасить жителей, потому предложил полное исследование всех сотрудников завода. В один момент Николас задумывался о том, чтобы заявить в газеты о великом открытии, однако он сам себя быстро отговорил: тогда преступника можно спугнуть, а уже давным-давно все пришли к выводу, что только морально больные звери способны на такие злодеяния, а если он могут создать робота, которые уничтожает целый дом за пару часов, то это животное уж точно найдет пути для отхода, чтобы продолжать свое ядовитое существование. Было принято решение всё делать максимально тихо и точно - иначе негодяя можно вновь упустить.
-Совершенно ошибочное заявление! Я ведь был вместе с вами на собрании, я никак не мог управлять данным роботом!
-Данная модель обладает простейшим адаптивным интеллектом, который позволяет ей менять свое поведение в зависимости от ситуации. Как я могу посмотреть, конструкция слишком примитивна для сложных решений.
-Да, я тоже могу проанализировать чертёж и модель, но почему сразу я?!
Заводу придется лишиться своего заместителя главного инженера - судя по уликам, найденным следствием Клемента и Сильвейна, именно он должен был быть создателем этого механизма. У него был подходящий мотив - ненависть к другим коллегам, прикрытая фальшивыми улыбками, многочисленные жалобы и диагноз от доктора Филина, а также полномочия, которые позволяли работать одному и запрашивать необходимые детали. Все сотрудники на заводе собрались, чтобы посмотреть на арест преступника, ибо такого не было уже более 30 лет в посёлке. Кажется, инженер, который был медведем, пребывал в совершенном замешательстве и желал вырваться из тисков собственной вины.
-Улики никогда не врут, господин Медведь. Я понимаю, что вы так давно работаете на заводе, но мы слишком долго закрывали глаза на ваш диагноз. Теперь ваш ждут годы реабилитации и тюремного заключения... как давно мы не пользовались тюрьмами, мэр? - гордо говорил Клемент.
-Уже более 30 лет, - отвечал Сильвейн, - Мы это делаем не от большой ненависти к вам, господин Инженер, мы лишь желаем, чтобы вы излечились от вашей болезни...
-И как вы можете верить этому волку? Он ведь чуть не забил бобра! - кричал арестант.
-Может, Клемент и порой уходит не на ту дорожку в жизни, но он всегда возвращается назад благодаря прекрасным друзьям, - неожиданно возник Николас, - Да и у него нет никаких диагнозов вроде ваших. И он в любом случае пройдет лечение. Так, мой друг?
-Ты все правильно говоришь, - волк положил свою лапу на плечо лису, и тот по-дружески расплылся.
-И мы уж точно не будем верить тем, у кого есть болезнь, подтвержденная нашим любимым доктором Филином, - закончил мэр, пока полицейские уводили будущего заключенного.
Столь тяжелые для принятия решения далеко не каждый сможет осилить, и Сильвейну сей ответственность давалась не без проблем. Он отправился в свой кабинет, чтобы вновь припомнить мемуары времён Великой Войны... сколько зверей тогда он потерял, сколько зверей он тогда не смог защитить, сколько раз он себе клялся, что никогда не преступит свободу ближнего своего, и что в итоге? Ради безопасности других приходится идти на ужасные жертвы. Господин Медведь несколько часов роптал и пытался выпросить освобождение или освидетельствование, однако против него собралась такая база обвинения, что ему в лучшем случае грозила депортация из Посёлка в город с более развитой психологической медициной. Сие ситуация удручала, и бобёр вызвал лиса и волка из своего следственного кабинета на один маленький разговор.
-Мы точно разобрались с нашей проблемой? Мы не можем позволить себе распространения слухов о халатности мэрии... да и попросту не может приносить вред ещё большему числу зверей! - жаловался Сильвейн. Он так размахивал лапами, будто горя большего, чем арест Медведя, с ним не происходило за последние годы.
-Вы же знаете, как работают гипотезы, - заявил Николас, - Истины не существует, и следствия нередко могут ошибаться. Конечно, в нашем маленьком посёлке, с таким набором улик, сложно совершить оплошность, но мы всегда должны быть настороже!
-Вот и ходите на площадь! Продолжайте следить за гражданами... но я думаю, что всё будет хорошо. Вы ведь сможете защитить жителей рядом с собой? - со страхом спросил бобёр. Хоть и оба зверя одновременно кивнули, сомнения у мэра не исчезли, - Клемент, я знаю ваше прошлое, я знаю почти всю вашу жизнь, и я очень боюсь, как бы вы не натворили чего лишнего!.. Я могу на вас понадеяться в столь сложный для города час? Что вы поможете нам встать на ноги?
-Разумеется, господин Мэр. Кризис разрешён, и мои спектакли убедятся в том, чтобы все успокоились, - с уверенностью заявлял волк, и потому мэр решил отпустить зверей. Почему-то их слова принесли тишину его сердцу.
Однако лиса и волка снаружи мэрии поджидала необычная гостья - Коралина. Она решила использовать свой обеденный перерыв, чтобы проследить за мужем и убедиться, что он не натворит каких дел... однако ей также было интересно, что случилось с Клементом. И потому она взяла и затеяла с ним разговор прямо на пороге, жестами отстраняя своего мужа от этой беседы, заставляя его возмущаться в сторонке (он честно пытался вернуть расположение жены, но ни одна его попытка успехом не увенчалась).
-Ты меня уж очень напрягаешь, Клемент. У тебя произошла резкая смена в поведении - все-таки раньше ты бы не кинулся защищать интересы города. И как быстро ты разобрался с этим делом. Не думаешь ли ты, что все слишком просто, чтобы быть правдой? - начала с обвинений лисица.
-Опять ты меня хочешь выставить в дурном свете? Пытайся сколько угодно это сделать, мои действия говорят сами за себя. Может, ты и не хочешь поверить в то, что мои капиталовложения в город были связаны с моей любовью к этому месту... но ты хотя бы можешь поверить в то, что мои действия такого рода, как помощь в расследовании робототехнического кошмара, помогут мне повысить мою репутацию среди жителей? - Клемент отвечал уверенно и спокойно, будто бы он сам ожидал этого разговора.
-Хорошая версия, вполне реалистична для твоего скверного характера.
-Уж что-что, так не тебе меня осуждать. Может, я и всегда относился плохо к окружающим зверям, но все мои претензии связаны с их ошибками, которые они повторяют из раза в раз. Если я молчу, значит, всё уже слишком плохо. Да и нам надо быть честными - тот механизм был очень опасен для всего посёлка, а я здесь тоже живу и уезжать не желаю... Арабелла бы очень обиделась... - граф тяжело вздохнул, произнося это имя.
-Кончай валять дурака. Я в жизни не поверю, что ты так сильно любил свою жену, как показывал всем остальным.
-Я и не хочу, чтобы ты в меня верила, - волк положил ей лапы на плечи, а затем спустил их, - В конце концов, ты не моя жена. Моя жена была чудесным зверем.
Николас, может, и уважал свою жену за её труды, однако в последний год её характер стал настолько скверным, а её выпады - настолько оскорбительными, что ему надоело быть прекрасным мужем. Он неожиданно вплёлся в разговор, отгоняя Клемента в сторонку и становясь перед Коралиной вперёд своей злой мордой.
-Я больше не могу выслушивать, как ты оскорбляешь моего друга. Честно, чего ты пытаешься этим добиться? - дырявил её взглядами лис.
-Посмотри на его морду! Он - не невинный зверь, он десятилетиями эксплуатировал наши рабочие умы, и ради чего они трудились? Чтобы быть посаженными в тюрьму просто так? - парировала лисица.
-Мы можем показать тебе все следственные документы... тот инженер был единственный, кто мог приложить лапу к созданию этого чудовища и настроить его. У него тяжелое заболевание психики - такое, что он сам не знает, что творит теперь...
-Да хоть покажи мне письмена самого Бога, я в жизни не смогу увидеть Клемена невиновным!
-Я думаю, твоя проблема в том, что ты совершенно не можешь поверить в то, что звери могут измениться.
-Чем больше вещи меняются, тем больше они остаются такими же!
-Да ну? А что, если я тебе скажу, что Клемент не был чудовищем 30 и 35 лет назад, когда ему пришлось преступить себя и стать взрослее ради себя самого. Или, когда это делал я, находя пропитание для своей семьи любой ценой. Кажется, ты совершенно забываешь о таких важных вещах, особенно учитывая, что ты тоже виновна в горсти разбитых мужских сердец.
-И что? Разве это хуже, чем то, что случилось с инженером?
-Я не знаю, хуже или нет. Измерять чужое горе попросту глупо. Если тебе это принесло боль, значит, уже что-то идёт не так. Можно говорить о том, что боль позволяет нам расти, и тому подобное, но постоянная боль заставляет нас вянуть сильнее, чем длительное спокойствие.
-Красивые слова, Ник, но...
-Но ты сейчас отстанешь от моего друга, или я буду вынужден отправиться на площадь и рассказать всем о твоих грехах. Голос мира ты слушать перестала.
Лисица демонстративно махнула в сторону своего мужа и бегло побежала в непонятную сторону. Хоть она старалась выглядеть стойкой, любой острый слух мог различить тонкий плач на её морде. Сейчас Николас совершенно не желал вмешиваться - любые действия лишь усугубят ситуацию. И потому он обратился к своему товарищу, который на всю эту процессию смотрел удивленными глазами.
-Прости за прямоту, но я рад, что наши споры с Арабеллой никогда так не проходили... всегда проблема была в том, что я уделял ей мало внимания, или что я был к ней слишком жесток... а теперь, когда её нет... я ловлю себя на мысли, что я немного завидую даже твоей паре... - вздохнул волк.
-Всё в порядке, друг мой, - лис обнял своего товарища, а тот не знал, что и с собой делать, - Это наши личные с Коралиной проблемы. Я не знаю, что на неё нашло, и я обязательно это выясню, но тебя не хочу в это вмешивать.
-Как думаешь, мы правда покончили с этой проблемой? Больше не будет этих странных механизмов, уничтожающих наш посёлок?
-Я не знаю. Но я уверен, что мы со всем справимся. Ведь это твой ум нашёл того инженера! Так что без сомнений, мы разберемся с любыми напастям на нашем пути.
-Хотел бы я быть в этом так уверен...
-Может, ты хочешь поговорить об Арабелле? Мы с тобой толком так и не обмолвились и парой слов с момента юбилея и похорон... а у тебя на морде до сих пор нет жизни, Клемент. Я не хочу, чтобы ты умер вот так. Я уверен, что Арабелла тоже этого не хотела.
-Мы прожили 20 лет, любя друг друга сердечно, душа в душу, несмотря на все проблемы. Как думаешь, что я сейчас чувствую? Все эти одинокие месяцы?..
-Почему ты не решился поговорить со мной?..
-Я боялся и тебя своей жестокостью поразить! Правда, чем ты хуже Арабеллы? Ты ведь тоже мне дорог, хоть и не так, как моя любимая жена...
-Тебе действительно стоит начать ходить к доктору Филину... даже если у него сейчас будет много работы с инженером.
-Пока что я прекрасно обойдусь своими спектаклями. Не волнуйся - я буду в порядке...
Часть VII - Поиски пропавшего посёлка
Настоящее время, спустя ещё неделю
Глава 1 – Расставить все точки
-Я сыт по горло твоим отсутствием в ходе последней вылазки! Мы и в прошлый раз были близки к смерти, а теперь на мне буквально остались РАНЫ!
-Понимаете, есть вопросы, которые необходимо решить именно сейчас... к тому же, вспомните об объективных проблемах! Я не виноват с тем, что механизмы смогли создать помехи для нашей связи.
Последние рабочие дни давалась тяжело - последствия битвы остались не только на душе волков и лиса, но и на теле. Одному только Селестену понадобилось потратить пару часов в больнице, чтобы все его открытые участки подкожных тканей удалось обеззаразить и залатать. С Эдгардом ситуация была гораздо проще, а Квентин отделался обычными ссадинами... единственным, кто вышел из битвы невредимым, был Огюст - во всяком случае, так заявил волк, и он придерживался своей линии. Барсук как раз зашёл в магазин для того, чтобы обозначить дальнейшие действия с учетом собранных данных, как вдруг волна претензий вылилась на работника мэрии. Лис и волчонок вскоре подошли посмотреть на это зрелище - они боялись вмешиваться... или попросту не знали, как избежать обострения ситуации.
-Я бы отнёсся ко всей ситуации гораздо проще, если бы вы приехали нас проведать напоследок, но нет же! Вы бросили нас каким-то техникам из СОБ-а, а ведь им даже было плевать на нас. Они просто забрали с собой Конденсатора... - проворчал Селестен. В его голосе было много неприкрытой агрессии.
-Да, нам надо было разработать успешное оружие против данных механизмов. Наши лучшие инженеры работают в усиленном режиме, но даже они всего лишь звери, и не могут дать великих открытий по щелчку пальцев, - Огюст отмахивался так, как мог, однако даже его языка не хватало на решение данной проблемы.
-Не переводите тему. Почему ваши личные проблемы мешаются у нас на пути? Разберитесь с ними уже наконец...
-Я не обязан перед вами отчитываться, особенно во время столь злого разговора! Я вернусь к вам через пару часов - когда вы наконец успокоитесь... - Огюст громко ударил дверью, покидая магазин. А непричастные товарищи лишь могли смотреть ему вдогонку…
На пару минут явилась тишина, и волк, стараясь не обращать внимания на свои физические недомогания вкупе с желанием кого-то ударить, направился за химическими средствами, чтобы подготовить это место к следующему рабочему дню, наступит он или нет. Однако серую лапу неожиданно перехватила рыжая.
-Сель, я многое пойму в твоем поведении, но сейчас ты поступил с Огюстом жестоко. Уж очень плохо у тебя получается выражать свои искренние желания... - заявил владелец этой лапы.
-Ты ведь у нас мастер переговоров, ты с ним и общайся. Я устал - нас каждый раз бросают наедине со смертельной опасностью. А ведь это лишь наполовину наша забота! Что, мы с вами бы не избавились от парочки роботов, которые не такие уж и ловкие? - рычал Селестен. Взмахи его хвостов сотрясали все ближайшие полки.
-Нам всего лишь стоило задать вопрос деликатным образом! - неожиданно заступился за лиса Квентин, - У господина Огюста определенно случилось что-то очень страшное и личное, и криками мы ничего не добьемся, дядя Селестен.
-Да ему просто хотелось на кого-то покричать, - усмехнулся Эдгард.
-Тебе легко рассуждать! Вываливаешь на меня все переживания по поводу того, что я тебе изменяю, и выходишь из воды сухим, но меня БЕСЯТ ТВОИ ВЫКРУТАСЫ! Я могу умолчать про них, когда мы в бою, но сейчас... - волк только-только собирался разойтись в своих словах, как его остановили цепкие когти любимого рыжего зверя.
-Послушай же меня! Ты пострадал больше нас всех. ТЕБЯ ШТОПАЛИ ЧАСАМИ В БОЛЬНИЦЕ! Да, я могу преувеличивать в некоторых моментах, но, Сель, ты далеко не такой идеальный, каким хочешь казаться. Ты ведь всего лишь владелец одного из магазинчиков в одном из городов на одной из планет этого бесконечного космоса! - прокричал Эдгард от своей усталости.
-Прекрасно, я смог защитить вас от лишнего ужаса, который нас атаковал буквально неделю назад! Но тебе приятно показывать то, как я на тебя забил. Вот и живи в своем мирке, где нет у тебя любимого волка, - прорычал Селестен, устремляясь в свой кабинет. Лис не понимал, что и сказать, потому инициативу перехватил волчонок.
-Я пойду и поговорю с Огюстом, если смогу его догнать! Нельзя же всё оставлять вот так…
-Да, давай, - заверил рыжий зверь. Может, ему стоило вернуться к его философским книгам?..
Квентин выбежал из магазина на всех парах. Снег тут же составил ему компанию - на улице кружила чудесная метель, которая казалась попросту ужасной для всех, кто покидал свою уютные жилища. Вопрос был прост: где искать барсука, который известен своими неожиданными появлениями и исчезновениями? Малец не имел ни единого понятия, потому отправился к мусорному баку, где когда-то было укрытие этого зверя из мэрии - удивительно, оперативник не убрал его оттуда. Детективное чутье не подвело волчонка: внутри импровизированного жилища горел свет, и благодаря короткому стуку (и крайне не доверительному глазу, что смотрел в одну из странных защёлок в другой части мусорки) удалось попасть внутрь и встретить Огюста. Выглядел он неважно - конечно, костюм его был до сих пор прекрасен, но на морде виднелись пятна от слёз, а по всему убежищу были разбросана странные бумаги.
-Что, пришёл извиняться? Я всегда знал, что в своей компании ты будешь самым спокойным и рассудительным, ведь у тебя ещё так мало травм... - начал барсук, - Располагайся, я крайне гостеприимный зверь. К тому же... я сейчас буду рад любой компании.
-У вас что-то случилось, я уверен в этом, как настоящий детектив уверен в правильность своей версии! И я бы желал знать, что случилось. Поверьте, мне будет гораздо проще донести что-то дяде Селестену и Эдгарду, чем вам сделать то же самое... - тяжело вздохнул Квентин, однако в нём все ещё пребывала надежда на хорошее разрешение этой ситуации.
-Ничего сверхъестественного. Моя работа в специальном подразделении не только опасна, но ещё и крайне трудозатратна: семья так давно не видела меня... что жена с легкостью подписала на развод 5 лет назад! Я до сих пор должен платить алименты за своих 2 детей. Сейчас наступил крайне неприятный период... моя дорогуша решила, что будет гораздо лучше, если она отнимет у меня ещё часть зарплаты и обвинит в чем-нибудь. Я устал от этого всего...
-Это объясняет ваши отсутствия! Вы были в судах, так?
-И разговаривал со своей женой. После каждой беседы нужно так много времени на отдых, что было мне проще делегировать полномочия тем зверям, кто гораздо стабильнее меня по настроению были на тот момент… Надеюсь, ты меня сможешь простить. Больше такого не повторится.
-Конечно, все вышло не так хорошо, как я бы хотел, но я уж точно буду рад дать вам второй шанс!.. А теперь, прошу вас простить, я должен… - лапа барсука резко прервала волчонка.
-Прошу, Квентин. Останься со мной ещё на пару минут. За последние дни я… - В дальнейших словах не было смысла, ибо малец и не собирался сопротивляться. Он только рад помочь.
Пару минут, правда, превратились в полчаса, и Эдгард уже совершенно заволновался, как бы с его подопечным ничего не случилось. Ничего предпринимать лис, правда, не желал - он ведь и сам не знал, где искать Огюста, и уж тем более не имел понятия. куда мог подеваться названый племянник. Проблема, к счастью, лишилась сама собой, когда волчонок вернулся домой с немного грустной мордой, полностью отражая то настроение, что сейчас господствовало в душе рыжего зверя. Малец быстро снял верхнюю одежду и уселся к старшему другу.
-Ну, как, есть у тебя хоть какие-то успехи? Или все пропало? - судорожно спросил Эдгард. Почему-то он не верил уверенности младшего зверя.
-Да нет, всё прошло отлично! - с задором заявил Квентин, - Просто у Господина Огюста возникли семейные проблемы. Он в разводе и с детьми, и его жена недавно решила устроить дополнительные скандалы в борьбе за алименты!
-Ты правда веришь его истории?
-Почему он должен нам врать? Или выдумывать? Ведь в его интересах развивать наш союз, мы столько информации принесли по поводу загадочного дела роботов, что было бы глупо избавляться от нас!
-Да, но...
-И мы ведь судим зверей по поступкам, не так ли? Мы дадим господину Огюсту второй шанс, и если нас опять обманут, то мы попросту заберем у него все данные и пойдем своей дорогой! Но я совершенно не думаю, что так могут пойти дела.
-Мне бы твою уверенность...
-Все дело в дяде Селестене, да? Вы не на шутку с ним поссорились, и я смею предполагать, что этому разговору предшествовали другие!
-Тебе бы лучше в это дело не лезть, а? Ты только себе могилу выроешь.
-Но вы ведь мои самые близкие друзья! Как старшие братья... у меня больше никого нет. В школе меня никто не ценит, хоть и относятся с уважением. Мне так одиноко бывает...
-И все равно, ты не можешь решить наши проблемы.
-Вам их решать, дядя Эдгард, но я могу помочь! Ой, кстати...
В это время из кабинета в верхней одежде неожиданно вышел Селестен. С трудом можно было различить, что он сказал... Кажется, он направлялся в больницу, но зачем – объяснений дано не было. Сначала Эдгард чуть не кинулся за любимым в погоню, но его остановил Квентин – для примирения это явно не будет хорошим действием.
Волк-химик прекрасно понимал, что сейчас у нет абсолютно никакого настроения на конструктивный разговор с кем-либо из своих дорогих зверей, и потому он решил отправиться в главную больницу Туманной Чащи - одно из мест, тайно подконтрольных мэрии от и до. У серого зверя был один большой вопрос: что случилось с альбатросом Родригом? Буквально произошёл провал в памяти: владелец магазина не мог вспомнить, что случилось между тем, как птица упал в обморок, и тем, как остальные вернулись домой, попутно провожая техников СОБ-а внутрь агентства. Муки совести заставляли Селестена страдать - в голове всплывали ужасные образы Акселя и Фереола, которые без перерыва называли серого убийцей физическим и душевным. На счастье больного сердца в больнице оказались очень добродушные звери (возможно, они были посланниками СОБ-а, но химика это не волновало), и они провели посетителя в одну из палат, где на кресле-каталке располагался Альбатрос. В ночной тишине он выглядел таинственно безмятежным - даже слишком безмятежным...
-Здоровье господина Родрига значительно ухудшилось после его сердечного приступа, - рассказывала медсестра, - В этом нет чьей-либо вины. Согласно его психологическому профилю, ему просто ужасно не повезло...
-И что с ним будет теперь? - спросил Селестен в хладнокровном тоне.
-У него совершенно отнялись ноги и крылья, в памяти возникли пробелы, его характер стал уж очень скверным... только докторам удается наладить с ним общий язык. Мы уже сообщили в агентство о произошедшем.
-Его ждёт пенсия?
-Да, но... так он долго не протянет. У него совершенно нет родственников, и ему назначат социальных рабочих с самыми крепкими нервами. По крайней мере, таких попытаются найти.
-Жаль, что ещё одна жизнь пошла под откос рядом со мной.
-Вы правда вините себя в произошедшем?
-Не знаю, - отрешенно ответил волк, - Возможно, я до сих пор не оправился от произошедшего со мной в жизни ранее. Из-за меня страдали дорогие мне звери.
-Ну, будет вам, господин Селестен!.. Столько воды уже утекло…
-Так вы меня помните?
-Самую малость.
Химик решил не задерживаться и выдвинулся в сторону дома. В конце концов, он толком и не объяснился домочадцам, почему он ушёл и куда он направился, и его любимый лис мог навыдумывать столько глупых вещей, что и не стоит даже пытаться предугадывать его ход мыслей. Впрочем, сам волк усмехался тому, как ситуация развивалась, и он сохранял веру в то, что их отношения станут крепче со временем - нужно лишь, чтобы Эдгард перестал быть настолько назойливым... а сам владелец магазина перестал бояться рассказать о самых обычных вещах, что его порой выбешивают. Но разве возможно взять и сделать это вот так просто?.. Забавно, что именно на этой мысли Селестен заметил знакомую морду, которая неожиданно скрылась на выходе из больницы. Волку удалось перехватить хранителя этой морды - точнее, она сама набрела на него.
-Обычно тебя не увидишь в этих краях, Селестен. Что тебя сюда привело? - мило махнула словами Ариэль. В зимнем наряде она выглядела ещё эффектнее... и печальнее.
-Я должен был узнать, что случилось с одним альбатросом... Господин Родриг, он сюда поступил пару дней назад, - спокойно отвечал Селестен.
-Ах, да, он пострадал от сердечного приступа! Все врачи о нем говорили... печальная история. Но ты-то сам, Селестен, как поживаешь? У тебя на морде написано, что тебя что-то изнуряет. Неужели с Эдгардом до сих пор дела плохи?
-Есть немного... но я не желаю об этом сейчас говорить. И не с тобой.
-Что, ты больше друзьями даже не будем?..
-Сейчас в жизни столько всего происходит. Слишком активный конец года выходит. Я бы с тобой поделился деталями, да не могу. Может, расскажу все в более смешном тоне за чашечкой чая. У тебя как жизнь?
-Вместе с концом года закончится и моя терапия. Знаешь, Селестен... я очень хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Лучшего я тебе не могу пожелать, как подруга.
-Я уверен, что ты найдешь нового, хорошего мужа, рано или поздно. Надеюсь, что это не будет наш последний разговор.
Слова Селестена не внушили уверенности в волчицу... особенно учитывая, как судорожно они разошлись сейчас.
Глава 2 – Продолжение великого расследования
На следующий день, вечером, Огюст вновь пришёл в магазин, но уже в каком-то другом состоянии - более отстраненном и спокойном. Селестен тоже выглядел иначе - менее агрессивным. Он рассказал свои домочадцам, зачем ходил в больницу, и все они так или иначе посочувствовали горю Альбатроса... но ничем они помочь не могли. В ответ же Эдгард и Квентин пояснили волку ситуацию в личной жизни барсука: серый зверь сперва замолчал на пару минут, после чего лишь заявил, что принял к сведению эту информацию.
-Надеюсь, мы больше не будем ссориться по столь важным мелочам? - спросил Огюст после того, как все его подопечные собрались в центре магазина.
-Да, конечно, - спокойно сказал Селестен, - Простите за мою бестактность. Мне ещё есть, чему поучиться в этой жизни.
-Мы за него ручаемся! - радостно проговорил Квентин, и барсуку как-то стало легче на душе - он погладил мальца по голове.
-Чудно! - заявил посланник мэрии, - Тогда начнем с того, что подытожим нашу текущую ситуацию. Все данные, собранные из почтового агентства, позволяют нам сказать, что все "опасные" посылки за последние 30 лет тайно высылались из единого места под названием "Заводской Посёлок", а наиболее частым отправителем был господин граф Клемент...
-Который, судя по нашим записям, жил в этом посёлке и даже имел там завод по производству игрушек и всякой всячины, а также заведовал театром, - добавил Эдгард.
-Кажется, я совершенно забыл о ваших "записях"... - удивился Огюст.
-Мы забрали кое-что из запасов крысы Седрика для изучения, - пояснял Селестен, - Это был дневник аристократа-волка о его последних сладких годах жизни... впрочем, он неожиданно обрывается на том моменте, когда в его посёлке появляются те самые механизмы, которых мы видели. Тогда с ними якобы разобрались навсегда. Последняя запись была выполнена примерно 30 лет назад.
-Даты практически идеально сходятся! - громко заявил Барсук, - Но вы бы могли и пораньше мне об этом сказать...
-Мы не особо доверяем мэрии, - проворчал серый зверь.
-Вполне себе логичный вывод, особенно на основе того, что произошло с Седриком... но, богом клянусь, я не знаю, почему так тщательно пытаются уничтожить сведения о Заводском Посёлке! - отговаривался работник мэрии.
-Я так понимаю, мы не знаем, где находится это милейшее поселение, да? - спросил Эдгард с небольшой усталостью в голосе.
-Да, увы, у меня нет доступов к таким данным... - вздохнул барсук, - Однако я могу сделать кое-что интересное, своими силами.
Огюст неожиданно достал из своего пиджака другое устройство, похожее на предыдущее, однако данный вид имел длинный штатив, выходивший из нижней части, а вверх направилась маленькая радиобашня. Вскоре появился голограммы, которые изображали шар планеты.
-Этот прибор способен триангулировать любой сигнал! Я заручусь поддержкой техникой СОБа, и мы сможем попытаться найти источник особого энергетического поля за городом... - пояснял барсук.
-Но разве у этого поля есть единый источник? Мы ведь бегали туда-сюда, пытаясь понять, где произойдет следующее нападение, на основе того, где это поле усиливалось! - поинтересовался Квентин.
-Забавная деталь, господин волчонок, в том, что эти поля не возникают естественными путями на нашей планете! Их можно создавать удаленно или в определенном месте, при помощи особого энергетического канала. Конечно, в таком случае развивать большие мощности не удастся из-за расстояний, однако для пробуждения "Растягов" или "Конденсаторных Перекатчиков" много не надо - а последние прекрасно справятся с повышением мощности на месте! - отвечал Огюст с энтузиазмом.
Голограмма вскоре сменилась пейзажами города и его окрестностей. Можно было чётко видеть на модели, как из Здания Мэрии вышла какая-то странная волна. Нечто похожее вырвалось из самых высоких зданий Северного, Южного и Восточного Районов. Подобные волны повторялись в течение 5 минут, однако никакого эффекта не было.
-В чем проблема? Разве мы не должны получить какой-то результат? - спросил Селестен.
-Мне будет легче включить громкую связь, - ответил ему работник мэрии, достав свой передатчик из другого кармана.
Из устройства вскоре воцарились довольно неприятные возгласы разъяренных зверей, судя по всему, техников СОБ-а.
-Какие-то чёртовы глушилки мешают нам триангулировать сигнал! Каждая волна напарывается на какое-то препятствие, причем в рамках самого города. Вам лучше быть осторожными, - заявили они.
-А причем тут мы? - спросил Квентин.
Ответ не заставил себя ждать, ибо по ту сторону входной двери возник знакомый, но крайне неприятный и пугающий лязг металла, смешанный с ворохом пластика. Через одно из панорамных окон с треском проломился Растяг! Селестену еле-еле хватило реакции, чтобы вытащить Эдгарда из-под града осколков, пока Квентин и Огюст оказались слишком далеко от этого разрушения. Робот взял короткий перерыв, чтобы изменить свою тактику поведения, и в это время химик направился в сторону кассы, откуда снял первые попавшиеся бутылки.
-Это самодельные химические составы, они бывают крайне едкими! Обливайте этого робота без зазрений совести! - крикнул им волк, кидая лису и барсуку по 2 бутыли, Квентину - 1, а сам он взял себе 3, одну из которых он тут же закинул во врага. К несчастью, Растяг уже успел уклониться и набросился на Квентина, который тут же применил свою жидкую амуницию, жертвуя своим пиджаком по ходу процесса. Барсук смог вытащить волчонка из хватки монстра техники, пока тот, судя по движению цвета его лампочек, оценивал масштаб повреждений. Барсук и Лис не стали ждать и вылили бидоны на противника, в результате чего его пластиковые части расплавились, а металлические определенно получили опасные химические реакции. Селестен решил не ждать дальше и достал свою стремянку, которую он использовал для размещения товара на высоких полках, и ударил механизм со всей дури - большая часть лампочек была раздавлена, однако враг продолжал издавать звуки.
-Он готовит расплавление реактора! Здесь есть охлаждающие жидкости? - крикнул Огюст, однако Селестен уже понёсся на всех парах по осколкам к нужной полке, а затем залил робота хладагентом. Ситуация была взята под контроль.
Несколько минут все звери стояли в шоке, не понимая, за что теперь взяться. И как только этот робот смог пробраться сюда тайно средь бела дня?.. Первым очнулся Эдгард - он направился в сторону магазина, где хранились тряпки, перчатки и метлы, и принялся убирать то безобразие, что воцарилось в магазине. Вскоре к нему присоединился Селестен, пока Огюст и Квентин пытались вновь выйти на связь с мэрией - казалось, что тишина там наступила слишком резко, и это не могло быть хорошим предзнаменованием. Через полчаса уборки волк неожиданно заметил, в каком плачевном состоянии все его родные, и предложил взять перерыв, чтобы подлатать раны (и раздобыть Квентину новый пиджак). Как раз к этому моменту на связь вышли техники из СОБ-а.
-Полевая база, приём. Полевая база - как слышно нас? - спросили они.
-Слышно чётко и ясно, - ответил Огюст.
-Мы смогли заметить всплеск энергии поля в вашем районе, из-за чего наступил короткий период радиомолчания. Следом на один из высших этажей мэрии совершил нападение "Растяг".
-Значит, мы больше не можем использовать триангуляцию для поиска города... А мэрия в безопасности? Жители ни о чем не знают?
-Ситуация под контролем. Мы отслеживаем другие всплески энергии, пока что тишина.
-Хм… мы точно не можем обратиться ни к каким материалам для поиска Заводского Посёлка?
-Никак нет, товарищ Огюст. Все данные были официально потеряны или уничтожены.
-Проклятье. Мы свяжемся с вами в случае чего, мэрия, конец связи.
Селестен тяжело вздохнул, слушая эту новость, а затем сказал:
-Теперь они нацелились на нас. Пути назад уж точно нет.
-А мы и без тебя не заметили! - проворчал Эдгард.
-Дядя Эдгард, давайте будем мыслить конструктивно! Должны же быть ещё способы поиска пропавшего городка-посёлка! - с попыткой утешить вмешался Квентин.
-Здесь вопрос в другом, Квентин... у нас больше нет дома. За нами могут прийти в любой момент. Помнишь монстро-волка за нашим окном?.. - пробурчал Селестен.
-Ту ночь сложно забыть... - мурашки пробежали по меху волчонка.
-Все предельно говорит о том, что источник управления роботами активизируется, скоро его нападения достигнут апогея, и мы никак не можем отставать! - заявил Огюст.
-Хорошо, и что делать будем? – грустно спросил лис.
Квентина неожиданно осенила замечательная идея.
-Может, поступим как в известных детективных романах? Поищем тех зверей, которые занимались тем же, что и мы! Учитывая, что мэрия старалась избавиться от всех упоминаний о Заводском Посёлке, она наверняка будет жестко карать тех, кто будет нарушать эту директиву! Вспомните Седрика – наверняка он не один в своих порывах пытался раскрыть правду!
-А у Огюста есть нужная нам база данных? - спросил Селестен.
Барсук не стал ждать и достал свое первое голографическое устройство. Оно показало файловую систему архивов полиции Туманной Чащи, и там есть дела, связанные с нарушением режима городской тайны. Почему-то именно в эту папку направляло по запросу "Заводской Посёлок".
-Здесь около 30 различных преступлений разной степени давности. Попробую отсечь всеми нами известного Седрика... и у нас получится около 27. Здесь идет речь только о пойманных зверях, - заявил Огюст.
-Нам надо взять что-то относительно недавнее... когда было зафиксировано самое последнее из нарушений? - поинтересовался волк.
-Буквально с неделю назад! - неожиданно крикнул барсук, показывая необходимый файл и профиль зверя, - Рецидивист, Олень Марк, 24 года от роду. Он пытался взломать один из наших архивов в Южном районе, однако его арестовали.
-Разве он не должен сидеть в тюрьме уже с таким послужным списком? - спросил лис.
-Не совсем... понимаете, когда речь идёт о городских тайнах, власти стараются устранить не самого зверя, а пути для его нарушения обычного режима жизни, и потому его попросту стараются держать подальше от мест хранения подобных секретов. За господином Марком даже установили наблюдение... Интересно даже, как он смог стать рецидивистом... - заявлял Огюст.
-И разве это не должно помочь нам его найти? Просто... я совершенно не вижу никаких признаков его местонахождения в городе, - сказал Селестен, показывая на маленькую карту города, которая вырисовалась, когда был выбран профиль оленя.
-Действительно... я думаю, нам стоит связаться с техниками, - ответил Барсук, вновь включая свое переговорное устройство, - Прием, это Полевая База. У нас есть запрос. Вы можете проверить местоположение нарушителя Оленя Марка, 24 года от роду?
Первые пару минут ответов не было, что держало зверей в магазине в неприятном ожидании и неведении. Однако слова самих техников были ещё хуже.
-С неделю назад его сигнал пропал. Судя по техническому состоянию, наши приборы пострадали от зарождения особого электрического поля, - ответили они.
-Проклятье! - буркнул Огюст, размахивая лапами в сторону пробитого окна, - Опять тупик!
-Мы всё ещё можем его отследить. Господа техники, какого было последнее зарегистрированное местоположение оленя? - спросил Селестен.
-В Южном районе, направлялся на трамвае в сторону восточного, - продолжали говорить по связи.
-Какие места до того посещал олень? - спросил Квентин, после чего Огюст открыл голографическую карту арестов Оленя.
-Военно-Исторический Центр, Архивы, Университет, Мэрия, даже главный офис компании "Чума"... и везде он пытался пройти в сторону хранилищ документов, - заявил Барсук.
-А в нашем районе есть нечто подобное? - спросил Эдгард.
-Кладбище, - громко сказал Огюст, открывая голограмму этого места, - Там есть свое хранилище данных. Или же химические Заводы Господина Жерара - они тоже тесно связаны с городской властью.
-Забавно, я ведь получаю поставки химикатов от Жерара, - усмехался Селестен.
-И как мы можем понять, в каком из этих двух мест сейчас находится Олень? - проворчал Эдгард.
-Легко и просто! Мы ведь можем связаться с администрацией обоих мест! - заявил агент мэрии, уже звоня на обе линии.
-Да-да? - раздался ответ с завода, - Говорит Господин директор Жерар. Это служебный канал, что-то случилось?
-Господин Жерар, - спросил волк, - У вас недавно не появлялся молодой олень по имени Марк?
-Селестен? - удивился песец, глава завода, - Вы-то почему звоните по такому секретному...
-Нет времени объяснять, просто ответьте, - пояснил химик.
-Ладно, - взгрустнул Жерар, - Недавно один такой товарищ пытался к нам зайти, буквально с часу назад... но мы его не пустили. Сегодня у нас день техосмотров... Кажется, он что-то бубнил про себя о кладбище... А что случилось такого?
Глава 3 – Гонка на опережение
Олень Марк в это же время как раз добрался до кабинетных архивов кладбища. Сей задача была предельно простой - в местах, где проживают лишь мертвые, живые тоже ведут себя довольно вяло и не обращают внимание на такие вещи, как зверей в розыске, да и кому в здравом уме понадобится что-то искать в месте упокоения усопших? Внешний вид рогоносца способствовал доверительному отношению к нему - он носил длинные синие брюки с острыми ботинками, поверх синей рубашки шёл красно-чёрный клетчатый жилет, а на голове сияла классная шляпа, которая прикрывала рога (последние очень беспокоили своего носителя, ибо они сильно давили на спину).
Ворота на Кладбище всегда были открыты. Конечно, можно было с той же уверенностью сказать, что никто не ожидал бы помех и на заводе Господина Жерара, но то было предприятие, близкое к режимному способу работы, а там всегда может что-то пойти не так, и власти вмешаются в происходящее. Как и случилось с Марком - хорошо, что он успел узнать после своего недавнего ареста о существовании базы данных на кладбище, а оно и понятно - Заводской Посёлок был связан с Туманной Чащей намного сильнее, чем казалось бы. И в итоге можно было легко сказать, что на кладбище никто даже не желал мешать оленю, и его это слегка напрягало - примерно так же работают самые простые ловушки, а он вроде как в розыске. Более того, любопытно было то, что никто не выехал за Марком тогда, когда он попал на завод, а ведь за ним проводилась тщательная слежка. В некоторой степени он даже желал, чтобы его поймали, чтобы это заметили новостные каналы и газеты, ведь тогда о Заводском Посёлке вспомнят... но какой ценой?
Гораздо хуже ситуация с поиском документов стала в самом архиве при кладбище. Каталогизация шла по районам Туманной Чащи, уменьшаясь до определенной улицы, а затем - до алфавитного порядка. Здесь также хранились листы умерших в ближайших поселениях с краткой информацией о них, на случай если объявятся родственники. И как здесь найти исторически важные данные?..
-Нам надо закрыть ему все возможности для побега из района! Не хватало ещё, чтобы из-за отсутствия слежки мы потеряли его! Мы ведь тогда потеряем все шансы справиться с угрозой особого энергетического поля!
-Да, товарищ Огюст, мы работаем над этой задачей, но вы тоже должны понять нашу ситуацию...
Барсук не терял времени зря и решил взять на себя всю ответственность с координацией действий СОБ-а для того, чтобы цель оставалась в зоне доступа. Задача была нелегкой - техники отделения с трудом справлялись с неполадками, возникшими из-за атаки роботов. Агент мэрии уже был готов сорваться на своих подручных, однако, вспоминая историю с Селестеном, он тут же подавлял свои агрессивные позывы. Огюст даже побежал в сторону одного из постов, где тайно размещалась одна из активных ячеек СОБ-а, чтобы получить более совершенное оборудование - как ни крути, портативные устройства довольно слабы для целей, которые стояли перед зверьми.
-Я её прекрасно понимаю, и я поделюсь с вами этим запретными знанием: ЕСЛИ МЫ ПОТЕРЯЕМ МАРКА, ТО НАПАДЕНИЯ ПРОДОЛЖАТСЯ, БУДУТ СТРАДАТЬ НЕВИННЫЕ ЗВЕРИ, И РАНО ИЛИ ПОЗДНО НА НАС ПОВЕСЯТ ЭТО, А КОНЦОВ ДНЕМ С ОГНЕМ У ЭТОЙ ИСТОРИИ НЕ СЫЩЕШЬ! - продолжал барсук.
-Может, нам связаться с командиром СОБ-а для решения блокировки улиц?.. - спросили по ту сторону линии передатчика.
-Нет! Не нужно вмешивать дополнительные лица. Создайте пробки при помощи системы светофоров, замедлите общественный транспорт! Нам нужно, чтобы всё выглядело естественно, - гневно ответил Огюст. Его терпение медленно иссякало.
-Гмм, мы попробуем что-нибудь сделать... но у нас нет других способов выследить искомый город? - Техники СОБ-а привыкли искать все альтернативы.
-Никак нет! Это единственный из живых зверей из того посёлка, о которых у нас есть данные! Все остальные либо не имеют никаких данных о своих корнях, если что-то знают, то ничего не расскажут, либо попросту мертвы! Почему я должен вам объяснять такие простые вещи?! - Агент мэрии в итоге готов был бросить трубку, - Позвоните, когда сделаете всё по моему плану.
Прямо в этот же момент волки и лис из магазина пустились в умопомрачительную погоню за оленем. Добежать до кладбища можно было буквально за 5-7 минут, так что вряд ли олень успеет среагировать на движение группы, даже если узнает о ней каким-либо образом. Однако на пути постоянно возникали какие-то странные препятствия: сначала трамваи буквально вставали, создавая целые заграждения, через которые нельзя было пройти на нужные улицы. Потом начали появляться городские контролёры, задававшие зверям странные вопросы. Селестен первым смекнул, что что-то здесь не так, и решил воспользоваться коммуникационным прибором, выданным Огюстом, чтобы связаться с этим товарищем.
-Огюст, это твоих рук дело, что все пути к кладбищу просто становятся отрезанными от нас? - судорожно спрашивает волк, с тяжестью переводя дыхание.
-Да, а что? Мы пытаемся отрезать оленю все пути к отступлению. Вы что, не успели куда-то?.. - неуверенно поинтересовался барсук.
-ИМЕННО! Нам нужны пути обхода, мы сейчас на Лесной улице. Тут попросту 3 контролёра вышли из трамваев и что-то спрашивают, а сами поезда стоят и загораживают всю улицу.
-Неподалёку от вас, за углом, есть маленькая стальная дверка. Она почти всегда открыта, но все считают её закрытой!
Волк послушался, подхватил своих друзей за лапы и понёсся вместе с ними в нужное место. Дорога по ту сторону блокады оказалась открыта, и звери с умопомрачительной скоростью рвались в сторону усыпальницы мертвых, порой сбивая прохожих. Квентин старался извиняться, и его прекрасно все слушали; у Эдгарда с этим были небольшие проблемы, ведь его успели уже окрестить городским сумасшедшим; Селестен же каким-то чудом никого не трогал, но все на него оглядывались с подозрительной украдкой. Хотелось бы понять суть этого явления, но времени совершенно не было на это. Волчонок первым начал выдыхаться из сил, прямо перед входом на Кладбище, но лис не стал ждать и подхватил своего компаньона, таща его за лапу. Олень уж точно никуда не денется перед лицом такой троицы.
Все предполагали, что это возможно, но никто не хотел, чтобы это случилось - за стенами кладбищенских ворот изящно скрылись несколько растягов - может, цвет их корпуса и не помогал им сочетаться с местной палитрой, зато роботы были абсолютно бесшумны и активировались лишь при обнаружении признаков движения, коим послужило открытие входа в место упокоения мертвых. Поскольку этим занимался Квентин, то ему первым достался мощный удар металлических щупалец, которые с увеличенной скоростью начали прогреваться. В этот момент Селестен понял, какую жуткую ошибку он совершил, когда не брал с собой никакого рода самозащиты... но что можно было найти в магазине химии и бытовой техники? И как сюда так быстро добрался враг, и главное – как они прознали про Марка?.. В данной ситуации оставалось лишь выхватить волчонка из лап роботов и заставить уже знакомых в своей неповоротливости противников совершить роковые действия ввиду их невозможности изменять программы на ходу.
Первым исполнять данный завет принялся Эдгард, который встал ближе ко второму роботу из засады и заставил его броситься со всем размахом щупалец на врага. К несчастью для него, траектория движения была такова, что удары зацепили союзный механизм, и часть его лампочек разбилась. Роботы быстро скоординировались и принялись исполнять свою программу на противников. Лис быстро понял несостоятельность своего плана и решил в этот раз подождать чуточку дольше, и в итоге резкие рывки роботов довели их до столкновения с каменными стенами. Неожиданно Квентин подобрал какую-то корягу, оставленную одним из деревьев кладбища, и нанес молниеносный удар по лампочкам механизмов. Кажется, их корпуса так долго были на морозе, что стали крайне уязвимыми, ведь один простой взмах волчонка обнажил ядро обоих противников. Селестен не стал ждать и вылил все свои медикаментозные запасы на обнаженные центры энергии, заставляя их сбоить. Может, звери и смогли добиться победы, но роботы ещё долго двигались, пытаясь добраться до своих целей, несмотря на агонию, что говорило об одном - хватка Энергетического Поля неуклонно росла.
Тогда же Олень Марк как раз смог раскопать хоть какие-то документы, которые были связаны с Заводским Посёлком. Его удивило, что на улице возникли какие-то звуки, да ещё и такие, которые крайне похожи на азартное избиение машин... но на кладбище не было мест для парковки. В связи с этим нарушитель закона решил очень скрытно направляться на выход, благо охранники, как всегда, спали, а администрация находилась в полусонном состоянии. Каково же было потрясение Марка, когда он увидел, что прямо перед входом в административное здание его встретили 2 волка и лис.
-Ой, извините, вы сюда пришли кого-то хоронить? Я такой неуклюжий, а я ведь вам так соболезную о вашей утрате... - Олень пытался скрыть ситуацию, как мог, однако в этот раз он попал врасплох.
-Можете даже не пытаться перед нами играть роль добряка, - грузно заявил Селестен, - Вы пойдете с нами, - Вместе с Эдгардом они лапами схватились за руки нарушителя.
-Что? На каком основании?.. У нас же такой великолепный и городок, где звери друг друга уважают!..
-У вас есть нужные для мэрии сведения... - с трудом успел заявить Квентин.
А буквально через секунду Марк своими огромными рогами ударил по морде волка, лишаясь шляпки, и тот ненадолго ослабил хватку, позволяя нарушителю вырваться из хватки и вколоть по странному шприцу в плечи каждому из тех, кто его удерживал. Олень тут же кинулся в погоню:
-Вы меня ни за что не поймаете, тупые городские власти! Звери обязаны знать о ваших злодеяниях!
-Дядя Селестен, Дядя Эдгард, скорее! Марк бегает быстрее нас! - удивительно подметил Волчонок, пытаясь поднять своих старших товарищей, однако они были совершенно растеряны и с трудом сохраняли направления бега.
-Что он нам мог вколоть?.. Алкоголь?.. - спросил лис в недоумении.
-Кажется, легкое успокоительное... не думал, что придётся вот так брыкаться с нашим подозреваемым... - ответил Селестен, пытаясь себя вытащить из этого сна. К счастью, ему это удавалось - опыт ужаса предыдущего года помогал ему сейчас как никогда.
Чего Марк совершенно не учёл, так это резкого изменения ландшафта вокруг него. Весь городской транспорт выстроился в тонкие линеечки, которые не оставляли никакого доступа к остальным улицам. Граждане были слышны по ту сторону, таким образом создавая изоляцию кладбищенского района. Неужели мэрия все-таки напала на его след? И эти волки с лисом - всего лишь малая часть того, что его ждет? Он столько раз злоупотреблял доброжелательностью городских властей, пытаясь нарушить их тайны, что он до сих пор в недоумении, как его не посадили в тюрьму, не депортировали из города... впрочем, судя по настрою этих 3 зверей, участь оленя и без того была застолблена, и надежда, принесенная использованием шприцов с успокоительным, быстро развеялась, когда Марк заметил, что 2 серых и 1 рыжий пятна бежали к нему навстречу из кладбища.
Однако Олень не собирался сдаваться. Он тут же кинулся искать любую лазейку, через которую он мог бы отсюда сбежать... ему как будто бы даже удалось потерять хвост за ним, и теперь задача состояла лишь в том, чтобы найти отсюда выход. Будто бы он оказался в этой западне совершенно один - впрочем, так прошли все последние годы юного зверя. Поиски, казавшиеся долгими, наконец подошли к концу, когда удалось найти таинственную металлическую дверь, судя по всему, ведущую в город. Но счастье, которое только-только родилось, тут же погибло, когда за оленя взялись сразу троя зверя.
-В этот раз ты от нас никуда не убежишь, - сказал лис, нанося молниеносный удар по спине Марка.
-Потише, Эдгард, - проговорил волк, - Он нам нужен в нормальном душевном состоянии, а то ещё и обозлится на нас...
-А вдруг он опять захочет от нас убежать?
-Вряд ли, - заявил волчонок, странным взглядом осматривая Марка. Жаль, что он совершенно не знал, что Селестен, Эдгард и Квентин как раз через эту дверь и попали в "блокаду", и они прекрасно понимали, где находится один из наиболее очевидных выходов отсюда.
-Прием, Прием, Он у нас в ловушке, - сказал в передатчик химик, - Олень пойман с поличным.
Глава 4 – Пикирование
Однако, как уже стали замечать сами страдающие животные, зверям из магазина химии и техники очень часто не везло. И прямо сейчас, в небесах, они заметили какие-то странные фигуры, которые направлялись вниз со стремительной скоростью. Их изначально было 3, позже их число выросло до 5... или их всегда было 5? Селестен, а затем Эдгард приметили, что эти странные роботы будто бы сливались с цветом верхней части мира, но теперь, когда они подлетели так близко, удалось разглядеть их получше: 5 странных формаций, которые держатся на округлой стальной основе и постоянно совершают движения туда-сюда, видимо, для поддержания структуры в небе, а в центре их "круга" располагалась огромная лампа, которая переливалась разными цветами, словно новогодняя гирлянда. Движения же роботов были очень быстрыми, подобными лучшим летным птицам, и с небывалой ловкостью они спикировали прямиком на группу. Сперва сложно было понять, отчего именно стало больно: устройства использовали острые лезвия, которые с небывалой скоростью меняли направления движения, крутясь то по часовой стрелке, то против неё. "Птицы" старались атаковать лица и верхние части тел, так что ситуация с задержанием получилась несколько сложнее: к счастью, волк успел надеть на нарушителя наручники, выданные предварительно барсуком, и потянул с собой зверя в сторону ближайшего здания, где были открыты двери.
-Скорее, прячемся внутри этого дома! - крикнул Селестен.
-Думаешь, двери сдержат этих птиц? - спросил громко Эдгард.
-Это же птицы! Они не смогут на нас пикировать, если мы окажемся в здании! - неожиданно заявил Квентин, и четверка быстро устремилась в ближайшее многоквартирное строение - кажется, оно было жилым. В такие моменты можно было задуматься - волнуют ли жителей проходящие здесь мракобесия? Но у волков, лиса и оленя совершенно не было времени на это - Эдгарду пришлось заходить последним, судорожно запирая за собой огромную дверь подъезда и не давая птицам открыть её своим напором.
Немного отдышавшись, Селестен решил взять оленя за рога (метафорично, конечно же, он не был настолько жестоким) и задал ему первый вопрос:
-Мы знаем, как тебя зовут, Марк. Откровенно говоря, нам нужно, чтобы ты помог нам найти этот Заводской Посёлок, данные о котором ты так старательно ищешь...
-Вы же из мэрии! Я не только вас проклинаю, но и определенно считаю, что вы и так все знаете! - отмахнулся нарушитель.
-У нашего коллеги оттуда нет нужного уровня доступа, а робоптицы, которые на нас нападают, - всего лишь малая часть роботов, атакующих Восток Туманной Чащи под покровом тайны, и мы знаем, что они рассылаются в различные города из Заводского Посёлка от некого графа Клемента! Потому нам и нужна помощь - чтобы звери были счастливыми и живыми, - пояснял Квентин.
-Чёрт, не ожидал, что кто-то вообще про это всё прознает... - вздохнул Марк, - Тут дело такое, что мои родители родом из Заводского Посёлка, как и я сам. Они очень мало мне рассказывали - лишь истории о каком-то назойливом графе Клементе и о том, как 30 лет назад в посёлке случилась страшная катастрофа, после которой никто не остался прежним. Буквально лет... 20 назад мы переехали в Туманную Чащу, и я здесь вырос. Но я не мог терпеть, как мой родной город забывают все власти Туманной Чащи!
-А в чём проблема? - удивился Эдгард, - Как связаны Заводской Посёлок и Туманная Чаща?
-Потому что много лет назад Туманная Чаща поглотила территории Заводского Посёлка и превратила их в свою, разместив кучу всего ненужного там! Конечно, к этому моменту все жители уже давно съехали, потому что после той трагедии там стало попросту невозможно жить через пару лет... Но мои родители совершенно об этом не распространялись, а наша благодетельная мэрия уничтожила все сведения! - громко ворчал Марк. Видимо, его эта тема задевала сильнее, чем он хотел себе признаться в этом...
-Не все. Один из жителей, крыс Седрик, собрал много компромата на мэрию со сведениями о посёлке... мы держим их при себе, - ответил лис.
-Правда?.. – подивился олень, - Тогда у наследия Заводского Посёлка ещё есть надежда.
Впрочем, волку пришлось неожиданно покинуть этот разговор с подозрительной рогатой личностью и доверить все Эдгарду, потому что резко Квентин потянул за пиджак Селестена (он делал так и раньше, но за последний год он значительно поднялся в росте, и теперь был не чуть ниже половины химика, а чуть выше). Этот жест обозначал у 2 серых зверей, что им надо поговорить наедине, и старший братец не возражал... практически. Но что ни сделаешь ради любимого названого племянника, да?
-Дядя Селестен... может, все эти темы очень странные и очень сложные, но моим родителям попросту некогда о них разговаривать... - неуверенно заявил младший зверёныш, - А ведь мне уже 13 лет... и я только за этот год стал выше вашего пояса!
-Ты хочешь спросить что-то про переходный возраст, да? - Селестен быстро разгадал эту тайну. Он прекрасно помнил себя в те года, и не хотел повторения тех же ошибок у своего подопечного.
-Угу... то есть... а всё вообще нормально?
-В определенный момент у тебя сломается голос, сам ты станешь мужественнее, усы начнут расти погуще и покрепче на морде... но, пожалуй, самая сложная часть из этого всего, - твое настроение. Тебе ведь наверняка неприятно от наших с Эдгардом ссор, да? Учитывая, что мы...
-Очень неприятно! Я об этом не говорю лишь потому, что мне очень больно и я не хочу плакать... иногда мне кажется, что я чуть ли не по каждому поводу могу заплакать, но я ведь детектив, так же нельзя... Пару дней назад, читая историю графа Клемента, мне просто стало больно оттого, что у меня нет друзей-ровесников... - Квентин не сдержался и пустил слезы. Лились они немногим быстрее, чем робоптицы ударяли по двери. Странно, что они не могли прорезаться через сталь...
-Я понимаю твою боль, Квентин, - Селестен обнял своего названого родственника, - У меня в твоем возрасте тоже почти не было друзей, и ещё родителей, и... это всегда больно, чувствовать одиночество. Может, это ощущение даже хуже смерти... Но давай о нем не будем задумываться, ладно? Не сейчас...
-А когда тогда? Когда нас перестанут преследовать роботы убийцы? – усмехнулся волчонок.
-Да… примерно тогда, - отмахнулся его старший друг.
Больше дополнительных пары минут волки не могли позволить на сентиментальности, ибо их компаньоны мягко им напомнили, что надо искать выход из этой западни, в связи с чем Селестен решил связаться с Барсуком.
-Ваша приоритетная цель - доставить подозреваемого со всеми украденными им материалы в целости и сохранности в наш магазин! Я смог выбить пару агентов для его охраны, - ответили по ту сторону канала сообщения.
-Нас тут прижали робо-птицы с маскировкой... мы заперлись в подъезде дома. Есть варианты спасения? А то дом одноподъездный... - неловко заметил волк, пока Лис попросту вздыхал, прикладывая от стыда лапы к морде.
-Гмм, очевидно же, попробуйте сбежать через крыши! Частота домов в вашем районе такова, что вы можете безопасно запрыгнуть на другое здание.
-Ты уверен? Это же РОБОПТИЦЫ - они в небесах ещё опаснее!
-Подумайте сами! Они используют силу высоты против вас. А теперь ваш черёд сравняться с ними. Я попробую активировать противовоздушные системы города... но не уверен, что мне дадут разрешение.
-Разумеется... Конец связи, - завершил Селестен.
Спутники не сразу согласились с таким планом, но выхода не было: дверь на крышу оказалась открыта, в отличие от подвальных коммуникационных тоннелей, связывающих городскую канализацию, - они оказались закрыты наглухо. Выйдя наверх, на улицу, звери тут же обнаружили, что разразился некий буран, который безумно затруднял видимость. К счастью, Огюст оказался прав - расстояние между крышами домов было попросту ничтожным, и практически без проблем (Квентину пришлось немного подсобить) группа оказалась на другом строении... и там была закрыта дверь, а аварийной лестницы снаружи не было. Так случилось и с другим зданием, а к третьему прыжку робоптицы сменили свою траекторию, и их будто бы стало больше - уже чуть меньше десятка. Волк от безнадеги кинул бутылки в одного робота, и осколки её полетели на крышу - хорошо, что не на дорогу, а то могли и кого-нибудь убить. Впрочем, данная ситуация завершилась отлично – спустя ещё пару прыжков (в одном из которых чуть не растерзали Марка, а в другом – Селестена) группа смогла найти здание с открытой крышей и ринуться внутрь. Они оказались по ту сторону транспортной блокады – и это значило, что можно было двигаться дальше, в глубь района.
-Мне надоели эти игры с опасными ножами, крутящимися на безумной скорости, - проворчал волк, - Нам надо устранить этих надоедливых птиц. Есть идеи у кого?
-Можем попытаться заставить их спикировать куда-нибудь, где они не ожидают удара! К примеру... чтобы из-за угла появился трамвай и задавил их! - предложил Квентин. По голосу нельзя было сказать, справился ли он с желанием заплакать или нет...
-Мы в прошлые разы лучше справлялись, когда бились с роботами в рукопашную, нет? - задумался Эдгард.
-Я бы так не сказал! Растягов мы уничтожили смекалкой, как и Конденсаторного Перекатчика! Действовать в упор мы не можем! - отвечал волчонок.
-Значит, пойдем по завету Огюста... использовать силу врага против него же самого. В чем сила этих птиц? Во внезапности? Или в возможности летать? - задумался химик.
-Мое мнение никому не важно, так? - усмехнулся Марк.
-Оно будет рассматриваться очень скептично, ведь вы же преступник! - оглушительно заявил юный детектив, дергая за наручники оленя, пока старшие подопечные и вовсе рассмеялись.
План был относительно прост - выбраться наружу, расставить по улицам всех 3 товарищей, привлечь к себе внимание робоптиц, и побежать в сторону проезжей части, ведь сейчас был час пик, особенно из-за снятия транспортной блокады, которая медленно рассасывалась. Конечно, была вероятность пострадать самим из-за быстро идущих трамваев, но, когда в жизнях этих зверей так много риска, и доверять Марку было пока бессмысленно... Селестен первым смог привлечь внимание летающей стаи, которая пикировала на него ещё быстрее, чем в прошлые разы. Казалось, что их действия стали ещё более скоординированными, и теперь с ними будет ещё сложнее разобраться... Химик неожиданно понял, что он завёл себя в ловушку улочек, но, к счастью, эстафету смог перехватить Эдгард, которому уже удалось добежать до дороги, пока его любимый спрятался в подворотне. Большая часть птиц оказалась уничтожена резко выехавшим трамваем, который бы превратил и лиса в лепешку, если не резкий спасительный прыжок Квентина. Смог выжить лишь один робот – но его добил своими рогами Марк. Как они вообще оставили его одного без охраны?..
Группа решила поговорить в одной из тихих улочек, где никто не появлялся из жителей, и, кажется, здесь почти не убирали снег. Все были немного ошарашены собственной безответственностью, и Эдгард решил кое-что узнать.
-Почему ты не сбежал, пока была возможность? Я бы уж точно не остался с 3 полоумными товарищами, которые работают на моего врага...
-У меня были такие идеи изначально, - заявил Олень, - Однако я быстро осознал, что вы мне можете помочь реабилитировать мой родной посёлок... да и вы выглядите очень культурными зверями. Знаете... мои родители совершенно не терпели ничего, что было связано с искусством, и меня это напрягало все мое детство. Они уже никогда не изменятся, да и за последние 2 года я о них ничего не слыхал - все-таки жизнь расхитителя тайн города довольно странная...
-Ты так нигде постоянно и не работал? - поинтересовался Селестен.
-Ага, - отвечал Марк, - И не очень-то хотелось жить в этом городе несправедливостей, а выпустить меня из него не могут - я ведь знаю все эти важные тайны! Может, конечно, я и попаду в тюрьму - или сразу в больничное кресло - за всё то, что я делаю, но мне уже наплевать. Конечно, перспектива работать с волками мне не нравится, но что поделать...
-За что ты так к нам относишься? - проворчал Квентин, что ему совсем было несвойственно.
-Все знали, что Граф Клемент как-то причастен к происходящему в посёлке, но в рассудке не осталось никого, кто ответил бы точно и ясно... и мои родители возненавидели всех волков. Даже в Туманной Чаще они постоянно с нападками выступали против Князей Волков - конечно, я их мнения не разделял, но что-то в себя впитал, видимо... как оно часто бывает в семьях. Хотя у графа Клемента, с его завода выходили лучшие в мире игрушки! Таких до сих пор не делают, - отвечал преступник.
-Так, мы всё ещё должны добраться до нашего магазина... как бы ты ни относился к нам, - заверил Селестен, беря за наручники преступника.
-Я в любом случае желаю вам помочь, но кто знает, к чему это всё нас приведёт, да? – заявил Марк, пока остальные звери лишь качали головой.
Глава 5 – Массовое вымирание
Тишина была быстро прервана жутким звуком, как будто бы сверху упал целый стальной завод... а потом ещё один... и ещё один. Звери начали быстро осматриваться, чтобы найти источник недоразумений, и им оказались Растяги! Присмотревшись, вверху группа легко обнаружила робоптиц, которые удерживали на своей нижней части корпуса при помощи своих лезвий боевые механизмы, и сейчас они оглушительно падали вниз. "Груз" находился в сложенном состоянии, и то, что щупальцам и ногам монстров техники необходимо было время на активацию всех своих конечностей, давало время для побега.
Селестен первым потянул Эдгарда и Квентина за лапы, одна из которых удерживала Марка, и все четверо сейчас неслись на улицу. Удивительно, но враг не продолжал преследование в открытую, будто зная, что, если он станет видимым для общественности, его тут же устранят. Зоркий глаз мог прекрасно разглядеть робоптиц, которые сливались с падающим снегом в вышине небес, и стаей двигались в сторону целей. Казалось, что в этот раз их было даже больше, и никто совершенно не мог понять, откуда они летят.
-Самое время для подмоги! - сказал себе Селестен таким образом, чтобы его товарищи услышали его, и вытащил устройство для связи, - Огюст! Нам бы не помешала помощь. Мы сейчас бежим в сторону рынка по Железнодорожной Улице! За нами летит ЕЩЁ ОДНА стая робоптиц, и вместе с ними теперь Растяги!
-Они научились доставке по воздуху? Плохо дело... - проворчал Огюст, однако, судя по звукам по ту сторону, можно было предполагать, что он искал решение проблемы у мэрии, - Кстати говоря, техники уже назвали этих роботов энергоптицами. Они используют особый механизм конденсации энергии, однако мы пока не понимаем, как конкретно он работает. Их мощь определенно растёт!
-НЕ ЗАБУДЬ ПРИСЛАТЬ ПОДМОГУ! Мы одни тут уж точно не протянем... - зарычал Селестен.
-Да мы уже почти закончились! - отвечал Эдгард, который смог мордой дотянуться до устройства.
-О, рад слышать, что вы до сих пор в полном составе! – и тут же связь прервалась.
Четвёрка уже выдыхалась - долго убегать от роботов, которые попросту летают, было невозможно. Одно Квентин неожиданно припомнил про себя, доставая устройство для отслеживания особых электрических полей, когда группа оказалась у одного из крытых подъездов, где можно было взять передышку.
-Что, надеешься понять, где наш противник по мощности полей? Умно, но я не уверен, что это сработает, с учетом того, что нет рядом самого источника... - заявил Селестен, задыхаясь.
-Не попробуешь - не узнаешь! - парировал ему волчонок. Странный прибор представлял собой стеклянный экран на ручке, за которым располагалась стрелка, двигающаяся по полукругу, подобная счетчику радиации, а сверху располагалась тройная антенна, которая как будто бы медленно колебалась в разные стороны...
-Мы вообще можем что-то сделать, кроме как продолжать бежать? Нам надо бы сразиться с этими монстрами ещё раз! - неожиданно вымолвил Марк.
-Если они спустятся на землю, то, разумеется, мы им тут же вмажем, но они не такие дураки... - усмехнулся Эдгард.
Неожиданно прибор начал звучать крайне часто - в небе как раз появились эти самые энергоптицы. Звери с трудом были готовы бежать, уже готовились сдвинуться с места, однако Селестен быстро заметил, что в том переулке, куда он смотрел, стоял Растяг, судя по всему, с чуть ли не плавящимися конечностями... такая же ситуация была у лиса и у волчонка.
-О, мы оказались в ловушке, прекрасно! Как вас вообще мэрия наняла на работу? - проворчал Олень, но его изящно заткнул удар Квентина в бок.
Роботы почему-то не приближались, что внушало ещё больший страх. Все были в предвкушении атаки, а она почему-то не происходила... пока в воздухе не раздался странный гул, похожий на таковой у заводов. Из верхней части каждой энергоптицы синхронно вылетел ступенчатый столбик, и каждая из них одновременно запустила энергетический сгусток вниз! Они были красного цвета и оставляли за собой чёткий след. Каждый зверь сумел сделать прыжок в сторону, и хорошо - потому что удары летающих противников расплавили часть асфальта.
Проблемы ухудшились, когда синхронность выстрелов пропала, и они все начали попадать в абсолютно разные места. Необходимо было за пару секунд произвести точные расчёты того, куда упадёт снаряд, и убежать оттуда, к тому же - не попасться в конечности Растягам, которые медленно, но верно уменьшали размер круга блокады. Все звери уже устали. Никто не был готов сдаться, но ничье тело уже не могло сражаться...
Откровенно говоря, Селестен перестал задумываться о своей смерти где-то после гибели Волко-Монстра. Он сам умер морально несколько раз за последние 5 лет... но вот боль близких зверей ему совершенно не нравилась. Квентин выглядел гораздо лучше Эдгарда - и то, в силу возраста и юношеского задора... но какой смысл от этого всего, когда ты погибнешь от лап какого-то графа, о котором никто ничего не слышал последние 30 лет?
Однако катаклизму не было суждено сбыться - в Растяга, который стоял неподалёку от Марка, с трудом молящего о пощаде, попал огненный снаряд неизвестного происхождения. Пламя быстро поглотило роботехническое существо и ухудшило его силу действия, обнажая реактор, в который попал следующий залп примитивной плазмы, взрывая противника напрочь. Химик с трудом успел прижать к себе родных (а волчонок с трудом успел спасти преступного Оленя) от этого пожара. Вскоре таким образом были уничтожены все создатели блокады, и остались лишь Энергоптицы, которые улетели куда-то в снежную вышину, наверняка готовя следующий удар. Лицо спасителя вскоре стало известно - им оказался сам Огюст, с одной отличительной деталью - в его лапах было странно ружье с огромным дулом, на котором красовался знакомый поджигающий патрон.
-Мое второе образование связано с взрывными устройствами. Можно сказать, что я недоделанный пиротехник, - усмехнулся Барсук, выходя из стратегической позы.
-Я бы раньше никогда этого не сказал, но... я рад, что ты спас нам жизнь, - заявил Селестен.
-Спасибо за реабилитацию! - ответил агент Мэрии, - Хорошо, что наш преступничек цел, как и вы. Ибо у нас осталась ещё одна высокая проблема!
Энергоптицы вновь вернулись в своей самой большой компании - их было штук 40, не меньше. А оружие было всего одно. Вновь активировались мортиры, которые пытались уничтожить всех зверей разом. Каждый упавший снаряд разрушал клочок поверхности, сводя его до наипростейших атомов.
-Вам не кажется, что они становятся сильнее, когда их больше в количестве? - крикнул Селестен.
-Это верно! - ответил громко Квентин, - Устройство показывает значения энергии на уровнях выше, чем в прошлый раз!
-Значит, наши техники впервые не ошиблись с постановкой гипотезы! - завершил Огюст.
Барсук неожиданно взбежал на одну из горок на ближайшей детской площадке, чтобы у него была лучше видимость врага, а затем сделал выстрел - он с легкостью попал в Энергоптицу, вызвав пожар сразу 5 из них. Они быстро расплавились и упали на землю, никого, к счастью, не поранив - битва происходила в спальном районе... Пауза между артиллерийскими ударами противника заметно ослабла - гипотеза воистину оказалась верной! Неожиданно Огюст кинул орудие в лапы Селестена:
-Будем играть с орудием в пятнашки! Если оно окажется у кого-то на долгий срок, стрелка попросту убьют!
-А что, если я совершенно не умею стрелять?! - немного громко поинтересовался волк.
-Ты быстро научишься! - заверил в очередной раз Барсук.
Действительно, первый выстрел Селестена, хоть и был уж очень хаотичным, зато поразил сразу 10 целей, уменьшая стаю примерно на половину. Мортиры стали стрелять практически в 2 раза реже, а движения энергоптиц стали намного страннее, теряя какую-либо координацию. Тогда химик кинул ружье своему любимому лису, и тот нанёс повторное разжигание, уничтожившее ещё 5 целей, таким образом уменьшая численность врага вполовину. Артиллерийские орудия были сложены внутрь круглых форм, и роботы спикировали вниз, стараясь уничтожить злосчастное оружие, однако это же их и сгубило: лис вернул первоначальному владельцу его оружие, и тот раз и навсегда покончил с угрозой! Звери были безмерно рады этой победе... однако всеобщее настроение разрушил Марк, который судорожно бубнил что-то под нос, лежа в тряске под лавочкой у подъезда.
К счастью, Оленя оказалось безумно легко доставить в ближайший полицейский участок (единственный в этой половине города) для проведения дальнейшего допроса и конфискации всех материалов, которые он хранил в своей жилетке. Марку понадобилась медицинская и психологическая помощь, так что первые пару часов пришлось дожидаться врачей из главной больницы - судя по всему, удержание на волоске от смерти прошлось по нему хуже остальных, и это совершенно удивляло зверей из магазина. Однако ожидание вскоре закончилось, и вместе со следователем-львом удалось установить контакт с преступником. Разговор проходил в его камере.
-С таким количеством попыток расхищения государственной тайны я удивлён, что ты вообще на свободе и не выпихнут из города! - ухмылялся Следователь, - И зачем вы вообще держали его в Туманной Чаще?
-Он раскрыл такие секреты, что в другие города его нельзя выпустить по определению... убивать его тоже было бы нельзя - жители быстро бы привлекли к этому внимание, как бы мы ни пытались скрыть... ох уж эта пресса. А так мы держали его на привязи... на тот случай, если он нам пригодится со своими личными тайнами, - отвечал Огюст.
-Все равно звучит как-то глупо, - проворчал Эдгард.
-Я понимаю, что у вас специальное задание мэрии, но зачем здесь держать этих полугражданских? - ворчал лев.
-Это мое личное решение, - отметил барсук.
-Вы на меня можете обратить внимание?! - судорожно заявил Марк, выкладывая все бумаги, что он украл из кладбища, на стол, - Я вам всё прекрасно расскажу и отдам все материалы, которые я хранил все эти годы, но, пожалуйста...
-И ты смеешь ещё чего-то требовать! - раскричался лев, но его остановил Барсук.
-Так мы не достигнем мира. Давайте будем действовать конструктивно...
-Я всего лишь хочу, чтобы Заводской Посёлок хоть как-то увековечили! Пусть даже это будет картина или статуэтка... мне плевать, - вздохнул олень.
-Для начала спасём наш город, а затем задумаемся о таких вещах! Но не волнуйтесь - мы за всем проследим! - заверил Квентин, несмотря на гнев со стороны следователя.
Следователь ещё долго общался с Марком после того, как барсук и звери из магазина забрали все нужные материалы. В их числе были бесконечные документы о том, где примерно должен был находиться Заводской Посёлок, однако ни один из них не указывал местоположения, лишь связь жителей с этим местом. Они вернулись в магазин, чтобы провести доскональное расследование...
-И опять мы оказались в тупике, - проворчал Селестен, отправляя стопку документов в полёт по всему залу, - Почему никто из мертвых не может привести нас в этот мертвый посёлок?!
-Думаю, тут проблема в том, что кладбища не обязывают указывать что-то дальше места рождения... а где оно - так ли это важно? - философски огорчённо ответил Эдгард.
-Ну спасибо тебе за ответ! Если ты будешь таким полезным постоянно, то я вообще перееду в гостиную.
-И пожалуйста. Мы с тобой всё равно как будто бы в двух разных мирах, какая разница, спим мы в одной комнате или нет?..
-Так! - неожиданно крикнул Огюст, - Соберитесь, мы здесь не плакаться пришли, как бы вам ни хотелось этого сделать! В этих документах однозначно можно найти что-то полезное...
-А я уже и нашёл! - ответил Квентин, поднимая из воздуха одну бумагу, - Некоторые документы относятся не столько к умершим зверям, сколько к перезахоронению гробов, когда происходило расширение города... и здесь указаны живые звери, на которых можно выйти!
-Да ну? Может, там есть сам граф Клемент? - ворчливо спросил Селестен, присаживаясь на кассу, подальше от Эдгарда.
-Не совсем... зато там указан мэр посёлка, бобёр Сильвейн! Он ещё жив, может, мы сможем задать ему пару вопросов? - с энтузиазмом говорил волчонок.
-Идея чудная, но у нас нет связей получше? - заинтересовался Огюст, - Вопросы современникам могут вызвать ненужное внимание прессы...
-У нас нет других вариантов. Мы перепроверим ещё все стопки бумаг, которые нам передал Марк, но вряд ли от этого сильно изменится ситуация, - грубо сказал Селестен, - И я бы предпочёл ухватиться за любую соломинку в данной ситуации, - Погодя пару минут, все звери в комнате согласились с этой мыслью.
Часть VIII - Что мы посеяли
Ровно 30 лет назад
Глава 1 – Катастрофа
Утекло немало воды с той поры, как странный робот, которого жители почему-то окликнули "Растягом", напал на город и был уничтожен проливным дождем. Подступал конец очередного года, и в редакции газеты Николаса в уже какой раз приходила бурная пора, когда надо было написать статьи аж на пару недель вперёд, чтобы в Новогодние Каникулы лишь заниматься их распечаткой и редактурой, а также издать спецвыпуск - самый длинный номер за все 12 месяцев. Животные Заводского Посёлка имели высокие ожидания к содержанию этой публикации, потому каждый из работников старался внести свой непосильный вклад, пока Главный Редактор справлялся с нашумевшим новогодним волнением. Однако что-то все равно казалось каким-то неправильным, будто бы кто-то что-то настойчиво недоговаривал, думая, что ему никто не поверит.
-Чёрт его дери! Ну как можно было здесь совершить такую глупую ошибку, из-за которой все наши станки могут прийти в негодность?! Я бы никогда не подумал, что один из моих сотрудников совершит нечто такое!
-Не беспокойтесь вы так, господин главный редактор, - смешно подмечал Николас, - Всё будет в порядке, я мигом разберусь с нашим станком. Я ведь не зря дружу с главным промышленником нашего города, не так ли? - Лис всегда в новогодние переработки оказывался на рабочем месте, проводя всего-навсего одну речь - последнюю, в самый новый год, помогая в этом плане мэру. Ему всегда нравилось быть в центре внимания.
-Я абсолютно спокоен! Но нам необходимо выдумать столько сенсаций и интересных историй, а как назло, все жители города как будто бы перестали творить с самой смерти графини Арабеллы! Кстати говоря, раз ты дружишь с тем самым волком-аристократом, может, ты знаешь, когда будет следующий спектакль? Ведь их не было уже пару месяцев, народ заскучал, и нам не о чем стало писать! - всё ещё нервно спросил начальник.
-Клемент в последнее время отстранился от всех... хотел бы я знать, что с ним, но, как только я завершил работу с декорациями месяц назад, он почти со мной и не разговаривал, - грустно ответил Николас.
-Ладно! Я уверен, что наша газета первой обо всём узнает, хотя бы благодаря тебе! – редактор ударил по плечу рыжего зверя, отчего тому стало немного не по себе.
Удостоверившись в том, что новогодние рабочие ненастья немного уменьшились в моральном масштабе, Николас тут же помчался в сторону станков, чтобы разобраться с той самой страшной опечаткой. Пожалуй, если бы не Клемент, задача действительно была бы сложной, но дружба с этим волком открыла перед рыжим газетчиком столько новых возможностей в инженерном плане, что он с невиданной легкостью смог исправить эту ошибку. Ощущение малого триумфа быстро исчезло, когда, подходя на обратном пути к двери в другую часть здания, лис обнаружил, что оттуда совершенно не раздается никаких звуков. Прислушавшись, он смог установить, что все-таки что-то там шуршит, но это не типичный рабочий шум... Лис тихо открыл дверь и заметил, что в центре зала стоит тот самый жуткий робот, Растяг, но теперь он во всей своей трёхногой и щупальцевой славе распластался по комнате. Его оконечности были так разогреты, что они сжигали всю бумагу... в комнату залетел запах, который напоминал на жареную плоть, и Николасу тут же стало дурно. Спрятаться или напасть? Но, если он нападет, как он сможет победить?
Проблема решилась сама собой, когда главный редактор выскочил из-под стола и ударил робота очень крупной стопкой бумаг. Тот немного покачнулся, но уже подготовил повторную атаку, как неожиданно выбежал лис, скидывая начальника вниз и громко крича:
-Пойди и сожги меня, недоразумение инженерное!
Рыжий зверь даже сам кинул во врага пару стопок бумаги, чтобы заманить механизм в нужное место. Когда ловушка захлопнулась, Николас резко отменил исправление ошибки печатного станка, заставив его чудовищно задребезжать, полностью поглощая Растяга внутрь себя. Через пару минут невозможных звуков газетный агрегат встал, погубив нападавшего. Вновь триумфально лис вернулся к своим товарищам, среди которых был всего один погибший - заживо сгоревший.
-Эти роботы... опять здесь? - неуверенно спросил один из сотрудников.
-Я не знаю, но вряд ли они отправят кого-то сюда ещё. Я надеюсь... - отвечал Николас.
-Но что нам делать? – поинтересовался иной рабочий.
-Спрячьтесь здесь, подождите пару часов. Я попробую добраться до дому, позвоню вам оттуда и скажу, если напали только на нас.
-А если нет?..
-Тогда у нас большие проблемы, которые можно решить только коллективно.
Выходя из типографии, лис старался быть максимально аккуратным. Стояла прекрасная предновогодняя ночь, а они длятся очень долго в это время года, так что вместе с собой произвольный разведчик взял лампу и фонарик, которые можно легко включать и выключать. Неизвестно, как "Растяги" могли заметить зверя, но уж точно с этим были как-то связаны лампочки, которые энергично моргали при появлении новых животных вблизи... и потому необходимо было быть максимально осторожным. Один неверный шаг - и всё пропало.
К несчастью, худшие опасения Николаса сбылись - пройдя всего пару минут от типографии и выйдя из ночного мрака на свет, он быстро понял, что лучи исходят не от уличных фонарей, а от горящих домов - почти каждое жилище Заводского Посёлка было в огне. Некоторые жители только-только приходили с работ, каким-то чудом избежав атаки роботов до того, и ощущали ужас от осознания самого факта, что их жизнь разлетается на глазах. Любопытно, что роботы не атаковали тех, кто уже и так находился в состоянии горя или отчаяния, будто бы их совершенно не интересовало убийство живого - лишь принесение величайшей боли удовлетворяло их. Лис старался как можно осторожнее двигаться, прячась то за обломками инфраструктуры города, то за сгоревшими частями города, иногда и вовсе скрываясь среди трупов... он старался не обращать внимания на противнейший запах, заглушая мысли о том, что по какой-то совершенное непонятной и несправедливой причине столько жизней были попросту уничтожены.
Особые смельчаки пытались давать отпор врагу, достигая переменных успехов, но никому никогда не удавалось убить Растяга самому. Такая ситуация удручала Николаса - что, если из-за происходящего придёт конец всему посёлку? Неужели действительно происходит катастрофа, сродни Великой Войне? Неужели опять придется воровать?.. Лис совершенно не мог смириться с этой мыслью... и тут он резко почувствовал боль в своем сердце. Коралина же дома осталась одна из-за того, что у неё короткий рабочий день!
Николас безумно обрадовался, когда, подходя к своему дому, он обнаружил, что в нём не горели огни. Странно, что конкретно это место роботы игнорировали - ведь рядом с ним горели жилища, причем некоторые уже почти сгорели дотла. Лис, отперев замок двери, тихонечко вошёл в здание... и обнаружил там непроглядную тишину, в которой разместилась малая свеча в гостиной, почти догоревшая. Он поставил к ней свою лампу и включил её - комната стала чуть-чуть светлее, и из ужасающе неопределенного мрака вышла лисица. Она бросила кочергу из лап и кинулась обнимать своего мужа - кажется, они не отпускали друг друга пару минут, не забывая в конце поцеловаться и усесться на диван, чтобы их не было видно через окна... Лишь потом Николас судорожно хотел что-то спросить, но начала говорить первой она:
-Они напали пару часов назад. Я тогда разговаривала с коллегой и жутко удивилась, когда связь неожиданно прервалась, ведь погода на улице прекрасная, связи ничего не должно мешать... а затем я услышала тот лязг стали... тот самый лязг... я выключала повсюду свет, достав наш набор свечей для хоть какого-то луча надежды... Я правда боялась, что с тобой что-то случиться, но я не могла рисковать и звонить! Я была уверена... что ты вернешься домой.
-Ты поступила правильно... хоть и ничуть не меньше меня полагаешься на разные авантюры, - ответил её муж, - На наше рабочее место тоже напали, однако я смог уничтожить этого... "Растяга". Мои коллеги все выжили, кроме одного, который... сгорел заживо... Они сжигают весь наш город, убивают тех, кто сопротивляется, но им неинтересны наши трупы, и в этом самый главный вопрос: почему они хотят лишь наших страданий?
-Разве это так важно? Они наши враги, мы должны от них избавиться!
-Если бы хоть кто-то умел пользоваться оружием в наше время, у нас даже развлекательная стрельба вышла из моды... и все запасы орудий находятся в мэрии. А пока нам нужно...
-Что нам нужно? Неужели ты и в этот раз считаешь, что сможешь гениальным планом нас спасти?..
Разговор был неожиданно прерван обоими зверями чуть ли не одновременно, ведь знакомый им лязг теперь оказался буквально за входной дверью, которую, конечно, Николас закрыл, но... что остановит этих роботов в сжигании очередного куска дерева? Лисы притаились за диваном, резко туша свечу и стараясь не терять друг друга из физического контакта. Навострив уши, каждый из них следил за ужасным незнакомцем, который тяжелым шагом направился изучать окна. Тяжелый стержень то поднимался, то опускался за окнами, мигая различными лампочками и не обнаруживая внутри ничего интересного. Следом звуки удвоились или утроились - кажется, он привёл сюда своих друзей... они хотят сжечь дом? Не будет ли лучше в таком случае выйти на улицу и сдаться, показавшись грустным?.. Этот вариант был отринут сразу же – все лисы этого семейства без боя никогда не сдавались.
Такая устрашающая ситуация, когда твое сердце громко бьется, и этот стук может слышать лишь твой партнер, ровно как и твое учащенное дыхание раскрывало все молекулы вашего брака, продлилась минут 10, пока звуки неожиданно не прекратились... а на их смену не пришло что-то вроде гула работающего тяжелого механизма, который медленно наматывал круги вокруг дома. Через час шум начал усиливаться, вместе с ним появились загадочные бульканья... которые неожиданно остановились. Николас проявил неожиданную смелость и выглянул в окно, чтобы увидеть, что конкретно вызывало такие чудовищные звуки рядом с их жилищем, но восприятие времени зверей настолько исказилось, что необычный механизм уже исчез из виду. Скорость реакции у лисицы тоже претерпела изменения из-за шока, потому ей потребовались лишние секунды, чтобы стащить своего мужа вниз, в их маленькое укрытие.
Они уже готовились выходить, как услышали очередные шаги за стенами своего прибежища. Они молили кого угодно, чтобы их не затронуло это несчастье, чтобы им дали шанс выжить и разобраться со всем происходящим... и, как это часто бывает, у страха глаза велики – в этот раз в окно выглянула Коралина, которая поняла, что никого, кроме обездоленного и сумасшедшего хорька, за окном не было.
Поняв, что ситуация изменилась, Николас резко побежал искать по дому всевозможные припасы. Он хотел собрать небольшой рюкзак, в который он поместит все, что успел накопить стратегически важное, учитывая, что вокруг творится конец света... к примеру, провизия, карта города, источники света, лекарства. Коралина лишь бегала за своим мужем и смотрела за ним, пытаясь понять, что он в этот раз задумал... а потом она и вовсе принялась ему помогать, совершенно ничего не говоря - они всё ещё боялись, что их заметят. Лишь тогда, когда сборы были завершены, и лис стоял на выходе из дому, жена решила поговорить с ним.
-Что ты придумал на этот раз, Ник?.. - Она спросила это без укора, впервые за долгие годы.
-Я отправляюсь в мэрию. Хочу узнать масштаб бедствий и собрать малый отряд для того, чтобы покончить с происходящим... - ответил он спокойным тоном.
-Ты знаешь, как уничтожать этих роботов?..
-На моем счету уже 2 из них погибли. И я прекрасно могу прятаться от этих механизмов. Всё будет в порядке.
-Я не могу отпустить тебя одного... повсюду же ходит смерть, и, если ты погибнешь... я не хочу узнавать это от других.
-А я и вовсе не могу представить себе, чтобы ты погибла. Я понимаю, почему ты не можешь остаться... а даже если бы и могла, то в нашем доме небезопасно. Давай доберемся до мэрии, и там уже решим, что делать дальше.
-Ник... - сказала она, беря своего лиса за лапы, - Я... хочу извиниться. За все последние годы жизни с тобой... Я так боялась, что ты пойдешь по кривой дорожке жизни, что пыталась контролировать всю твою жизнь, даже хотела отвадить от тебя твоего лучшего друга, думая, что он ужасный зверь...
-Я понимаю, дорогая, и я тебя прощаю... - ответил он, целуя её, - Я надеюсь, что Клемент смог добраться до Мэрии. Он умный зверь, и очень целеустремленный, особенно когда хорошенечко разозлиться... И все же что-то у меня ёкает в сердце при одной мысли о нем.
-Я помогу найти его в любом случае... надеюсь, он меня простит, хоть когда-нибудь.
-Посмотрим...
Глава 2 – Поиск Виноватых
Лисы тихо покинули свой дом, надеясь, что их никто не услышит... ведь сейчас даже жители могут находиться не в том состоянии, чтобы помочь, более того, они могут навлечь беду на всех сразу. Городской пожар освещал всю округу, заставляя снег таять и создавать целые ручьи грязи, крови и трупов, которые перемещали свое содержимое с такой медленной скоростью, что тебе самому приходилось убегать от этого... жаль, что такой привилегии у семейства рыжих зверей не было - им надо было двигаться очень аккуратно, поскольку лязг стали раздавался то тут, то там, а противник ни разу не показывался на виду, будто бы выжидая свою добычу, пока она почувствует себя смелой, чтобы наконец заставить её страдать, как никто в посёлке ещё не страдал за последние 30 лет.
Раньше Николасу казалось, что зверям до мэрии - рукой подать, но сейчас, когда часть улиц пострадала от пожаров, была занята противником или попросту "растеклась" от снега, приходилось идти окольными путями. В один момент даже создалось впечатление, что семейство бродит по кругу, однако оно быстро было развеяно появившимся на обочине кротом. Он упорно держал в руках игрушку, пытаясь вытащить ещё кого-то из-под обломков одного из зданий. Удивительно, но Коралина первой помчалась спасать пострадавших, а лис решил встать в караул: если враг придет, надо будет резко притвориться мертвыми... но правда ли это помогало?
Кроты сперва ничего не говорили после спасения, а потом разошлись настолько бранными словами, что у Коралины совершенно завяли уши и она была готова нанести упредительный удар по щеке этих надоедливых зверей, но её быстро остановил её муж.
-Они и так вряд ли доживут до утра. Не стоит преумножать их горе, - ответил он.
-У тебя правда не осталось никакой надежды на то, что мы спасем посёлок? - с ужасом спросила лисица.
-Я не знаю, но прогнозы крайне неутешительные. Мы должны быть готовы к тому, чтобы уехать отсюда.
-А что, если роботы пойдут уничтожать весь мир?
-Я не всесильный, - возразил лис, - И не пророк. Будем разрешать проблемы по мере их поступления.
Ещё 10 минут пути привели семейство к странным баррикадам, которые были возведены из останков фундамента домов. Николас заметил огромные прожектора на шпиле здания мэрии, которые были сейчас отключены. Из-за укрытия был виден тяжелый желтый свет - значит, все перешли на старые лампы. Рыжий зверь пошёл искать вход в это место при помощи нюха, пока не толкнул что-то наподобие ворот - один из прожекторов тут же включился и посветил на бывшего газетчика, рядом с ним просвистели пули, но он не пострадал, в отличие от Растяга, на которого сместился прожектор.
-Николас и Коралина? Вы живы? - удивленно закричали из-за стен, - Откройте врата! У нас есть ещё вменяемые выжившие!
Зрелище перед семейством открылось неприятное: обездоленные звери в потрёпанной одежде ютились в останках домов, выстроенных по форме хибарок, пытаясь подбодрить друг в друга в тяжелые времена. Кто-то выл, кто-то плакал, кто-то сходил с ума от смеха, кто-то в дисциплинированной стойке старался поддерживать порядок, - словом, всё как по законам ушедшего военного времени. Пройдя чуть-чуть вглубь лагеря, Николас и Коралина вскоре поняли, кто их окликал - им был не кто иной, как мэр Сильвейн, но в своих военных пенатах.
-И что вы здесь устроили? - спросил Ник, - Неужели какой-то лагерь для выживших?
-Наш последний форпост в борьбе с захватчиками-роботами! - задорно отвечал мэр, - Атаки начались ещё утром, и мой опыт с легкостью позволил мобилизовать население! Здесь мы под защитой, лишь иногда приходят роботы, но мы их расстреливаем - запасов много! Проблема у нас одна, Ник, - мы совершенно не знаем, кто виноват и что нам с этим делать.
-А мы думали, что вы ответите нам на этот вопрос, - усмехнулась Коралина.
-В самом деле, ещё утром я готовил свои новогодние речи, а теперь должен бороться за выживание каждого умственно-здорового жителя! Эти роботы даже не хотят нас убивать, хоть мы бы их и хотели расстрелять! - возмущался мэр.
-Мы в курсе, мэр, - успокаивал его лис, - Но мы сюда пришли по одному важному…
Договорить так и не удалось - мощный электромагнитный импульс заставил мех всех зверей встать дыбом сначала в одну сторону, потом - в другую, частично переворачивая ощущения всего живого с ног на голову. Через ворота, куда недавно заходила рыжая семья, прорвался высокий робот, одна из рук которого стреляла чистой энергией по всем укрытиям, а на другой держался странный электрический прибор, медленно начинающий мерцать сильнее. Помимо лампочек на роботе на механизме можно было заметить странное свечение от его сердца. Впрочем, это было не важно - все мирные жители разбежались, кроме тех, кто прошли кое-какую военную подготовку за пару часов и принялись стрелять в нападающего (а также запирать ворота, чтобы никто ещё не вошёл внутрь).
-Обычное оружие здесь не поможет, - подметил Николас спустя минуту наблюдения за этой процессией, - Нужен альтернативный подход! - И тут же ринулся вперёд. И никто ему ничего не сказал.
-Все поможем Господину Николасу! Не отдадим механизмам наш посёлок! - крикнул мэр, чтобы поддержать своих бойцов.
Рыжий газетчик тем временем взобрался на верхнюю часть баррикад. Оттуда он решил пронаблюдать за тем, как работает этот странный монстр техники. Мех лиса паршиво себя чувствовал... как будто бы по нему ударили мощной энергетической волной. А рука этого робота выглядит как мощный разряжатель подобных волн. Свечение наверняка исходило из реактора этой штуки - так он избавляется от излишков энергии. И если не дать роботу возможности охлаждаться таким образом...
Дальше думать было нельзя - уже погиб один доброволец-пехотинец, попавший под выстрел энергии. Николас кинулся вперёд, хватая оружия умершего и разряжая всю обойму прямиком в шарнир, удерживавший нужную конечность механизма. Сперва тот и не заметил никакой проблемы, однако спустя полминуты заряд накопился в таком количестве, что реактор начал плавиться прямиком внутри робота. Вот так враг попросту растаял, оставляя за собой лишь лужицу металла, пластика и овации лису.
-Думаю, эти ребята забредают сюда не просто так! - констатировал мэр на разговоре с лисом, который пожинал лавры своего успеха.
-По этому поводу я и хотел выразиться, - ответил Ник, - Я хочу собрать отряд из добровольцев. Мы отправимся в дом господина Клемента, искать у него какие улики... ведь все мы помним, что инженер, который первого "Растяга" собрал, был на заводе именно нашего волка-аристократа. Он наверняка мог знать больше, даже найти виновника в текущей атаке! И он сам мог пострадать.
-Граф Клемент мог на нас натравить этих роботов! С чего мы вообще доверяли этому странном волку? Кто-нибудь вообще помнит, что стало с арестованным медведем? - разнеслись голоса толпы.
-Не обращай внимания, Ник. В такие времена голоса разумов становятся всё тише и тише, - сказал мэр, - Я соберу всех моих зверей, что согласятся с тобой пойти... Насколько я знаю, дом Клемента не пострадал от пожаров, пока что...
-Я собираюсь поставить точку в этом вопросе, - заявил лис.
-А что, если Клемент правда в этом виноват? - поинтересовался Сильвейн. В его голосе не было осуждения - зато было немного сожаления.
-Я в любом случае желал бы с ним поговорить... будет отличный повод для беседы с ним, - усмехнулся газетчик.
Спустя час у Николаса в распоряжении оказалось около 15 пехотинцев - всех он когда-то видал на площади, выдавая свои речи, но сейчас эти товарищи выглядели гораздо более уставшими, разозленными и целеустремленными. Лису немного было тревожно - он совершенно не привык быть руководителем... сейчас бы ему помог совет прекрасного друга, но его самого, возможно, придется вскоре спасать.
-А вы уверены, что вашей жене стоит идти с вами? - неожиданно спросил мэр, заканчивая проверки всего снаряжения (к примеру, у Николаса появился свой крупнокалиберный пистолет), - Там может начаться нешуточная бойня...
-У меня есть навыки полевой медсестры, - усмехнулась лисица, - Не стоит списывать меня со счетов только из-за того, что я женщина.
-Что вы, что вы, я никогда не хотел, мадам! - рассмеялся мэр, жестами отдавая конвою сигнал идти.
Боевой отряд безумно спокойно покинул форпост и по-пластунски направился в сторону усадьбы графа. Николас старался учитывать, что теперь он - нечто большее, чем всего 2 лиса, что за ним теперь ходит больше дюжины солдат, что от его приказов зависит их выживание и успех миссии... но, удивительно, лису с легкостью удавалось определять, когда надо было остановиться, чтобы пропустить роботов вперёд, а когда надо было пробежать по новоявленным речкам. Вскоре группа достигла своей цели - поместье выглядело заброшенным, хоть и абсолютно целым. Войдя внутрь, отряд создал множество звуков в одной из комнат на безопасном расстоянии, чтобы убедиться, что здание опустелою. Следом лис приказал разделиться на группы по 3 и начать обследовать каждый уголок на наличие улик или объяснений того, что здесь произошло, может, нахождения трупа Клемента... впрочем, сам Николас, сознательно или нет, направился сразу в кабинет волка, понимая, что там найти ответы будет проще всего... если, конечно же, его друга никто не похитил и не спрятал данные до того, как отряд сюда пришёл. В кабинете царил полный хаос - все документы были разбросаны по столу без намека на организацию, что не было похоже на аристократа. Семейная пара принялась изучать все бумаги, и вскоре Коралина кое-что нашла:
-Ник, это же план заброшенной шахты! Судя по чертежам, там находится место, откуда роботы появились... это объяснило бы, почему они окружили наш посёлок так быстро.
-Хороший аргумент в пользу вины Клемента, - грустно вздохнул муж.
-Послушай меня... даже если твой друг окажется виноватым во всем произошедшем, я все равно буду с тобой.
-Рано нам ещё делать выводы. Мало ли, что случилось там. В документах, случаем, не указано, что конкретно располагается там, в глубинах шахты?
-Нет, дальше бумага попросту оборвана...
-Я надеюсь, что он не натворил слишком много глупых поступков... если он будет причастен, ему навсегда придется уехать с континента. Если его попросту не посадят в тюрьму, или того хуже...
-Помнишь свои слова? Сначала надо разобраться, и лишь потом – делать выводы. Не вешай нос раньше срока.
Лис не стал спорить с этими словами.
Угольная шахта когда-то была градообразующей для маленького поселения неподалёку. Запасы иссякли быстро, но вера шахтёров того времени была так непоколебима, что они разрыли чуть ли не целую сеть подземных пещер, которая проходила под всем Заводским Посёлок (который, кстати, с легкостью поглотил эту деревушку, когда возник завод семейства графов волков). Сейчас об этом месте ходят лишь сказки, байки и истории, и только детишки иногда проходят мимо, придумывая незабываемые небылицы для своих игр. Некоторые никогда не возвращались отсюда, повергая своих родителей в бесконечную печаль, но что можно поделать с чужим горем, кроме как понять и простить?..
-Странно... разве никому нет дела до этого места? - спросил Николас, когда первым подошёл к тому, что когда-то было входом в шахту - огромным каменным строением, которое ныне почему-то было всё заколочено стальными пластинами, включая и въезд для вагонеток.
-Мэр ничего не говорил о шахте в последние лет 10, - сказал один из солдат, - Я работал при нем... ну, до катастрофы.
-Нам нужно открыть вход так, чтобы не вызвать значительных амплитуд или не порушить все здание, иначе я без понятия, как нам попасть туда, - ответил лис, - У нас есть с собой какая-нибудь горелка?
-Есть плазменный резак, - означенный прибор для нагрева и гибкого изменения состояния металлов был вытащен из рюкзака уже другим зверем, - Я работал сварщиком на заводе, прихватил с собой эту штуку... она мне жизнь спасла от этих Растягов.
-Кстати, дорогая, не можешь встать на караул с 2 нашими товарищами? Мы не хотим, чтобы во время нашей операции по вскрытию что-то случилось, - твердо сказал рыжий муж своей жене.
-Давай я расставлю караул сама, пока вы со сварщиком откроете проход. Думаю, будет лучше, если вы начнете с въезда для вагонеток - дыра будет больше, и весь наш отряд протиснется, - Эта затея была принята с энтузиазмом, и каждый солдат принялся за свое дело. Забавно, что сталь выглядела какой-то знакомой... неужели из неё сделали этих роботов конца света?..
Через полчаса огромный кусок металла упал на пол, поднимая с собой многолетнюю пыль. Путь был открыт – и каждый на секунду встал ступор, чтобы осознать всю важность следующих своих действий.
Глава 3 – Промышленная бомба
Это помещение называлось в свое время Залом Подготовки - здесь шахтёры перед началом смены получали свои инструкции, оборудование, и отправлялись на лифтах вниз. Однако даже невооруженный глаз мог заметить, что здание было переоборудовано: комнаты, где размещался административный персонал, были заполнены какими-то странными вычислительными машинами. Их раньше можно было увидеть только в книгах или на карточках, присылаемых товарищами из других городов! Единственное, что оставалось знакомым, - лифт, хоть его панель управления была изменена и включала этажи. Отряд, спокойно и тщательно всё осмотрев, пришёл к выводу, что здесь ничего нет, кроме как информационного штаба этих роботов... было принято решение расстрелять все "сервера" и двинуться дальше, вниз.
Основываясь на рассказах от своих коллег и архивных статьях, Николас всегда полагал, что шахты - довольно унылые места, где лишь повторяются опорные балки и тоннели, ведущие вниз или вбок, иногда разнообразие вносилось перевалочными пунктами, где шахтеры проводили обеды. Текущий пейзаж кардинально отличался от этих устаревших преданий - вместо чёрной шахты лифта, ведущей вниз (лис нажал на нижнюю кнопку), открывались монументальные виды на целый подземный завод! Бесчисленные конвейеры, по которым перемещались запчасти роботов; огромные механизмы, которые эти детали соединяли и превращали в машины войны; сталелитейные и пластиковые установки, которые эти запчасти отливали и перемещали дальше. Все в лифте от удивления не могли произнести и слова, однако рефлексы и реакция заставили зверей резко пригнуться - неожиданно появились странные летающие круглые штуки, размахивающие своими "крыльями" и использовавшими лампочки, чтобы анализировать нарушителей. Противник вскоре улетел, но виды от этого не перестали быть менее завораживающими - и когда такой величественный комплекс вообще успели построить? А главное - кто этим занимался? Один Клемент в жизни бы не профинансировал это всё своим малым заводом... впрочем, это не снимало с него все потенциальные обвинения.
Через пару минут лифт закончил свое движение вниз и оказался в своеобразной изолированной комнате управления. Из неё нельзя было видеть всей той монументальной конструкции... Здесь находились уже знакомые сервера - они были тут же расстреляны. На группу как раз готовились напасть пару "растягов", но они неожиданно зависли в одной позе и упали на пол - добровольцы все равно не пощадили роботов, оставив от них чуть меньше, чем ничего. Николас решил обратиться к ближайшей машине, над которой висел экран, обозначавший примерный план шахты. Видимо, этой частью комплекса пользовались ещё до того, как всё место заполонили механические слуги... так или иначе, лис планировал выудить какую-либо информацию - нужным навыкам он, слава богу, успел научиться в гостях на заводе у Клемента... и у рыжего зверя было достаточно смекалки, чтобы восполнить нехватку остальных знаний.
-Тебе не кажется, что это место слишком опасно? - спросила неожиданно у него жена. Семейная пара находилась вдали от добровольцев, которые проводили пересчет патронов.
-А что ты предлагаешь? Вот план шахты: если мы пройдем по конвейерам, что находятся в комнате слева от нас, мы сможем добраться до "Центральной Комнаты". Видимо, там находится главный сервер этих роботов... уничтожим его, остановим нападения - все до чертиков просто, - ответил уверенно Ник, - Конечно, мы можем потерять несколько бойцов... но ты правда хочешь, чтобы город страдал от катастрофы, что сейчас происходит наверху?
-Нет, я этого не хочу, но мы должны действовать рационально...
-Если мы разделимся, бесчисленные роботы убьют нас с высочайшей скоростью. Или у тебя есть какие-то другие предложения?
-Мы должны уничтожить этот комплекс, Ник. Так, чтобы никто никогда не смог реактивировать этих роботов.
-Но разве это не обрушит всю систему пещер с городом вниз?
-Тут не стали бы рыть шахту, если бы знали, что она может обрушиться...
-Шахты больше нет, здесь огромная фабрика по производству ужасов. Кстати... я бы посоветовал нам уже выдвигаться – о нашем присутствии уже узнали!
-А как ты про это?..
-Я же говорил – экран создавался для зверей.
Помещение, о котором говорил Николас, оказывается длинной конвейерной лентой, по которой тянулись странные и незнакомые детали - возможно, так выглядели реакторы этих роботов... или же запчасти от новых разновидностей, с которыми только предстоит столкнуться группе, что решила пойти и разворотить самое Сердце Зла. Это двигающее производство состояло из 4 секций, они все шли со схожей скоростью, однако направлялись в разные части огромной шахты. Группа решила занять позицию на одной из таких лент, чтобы не разделяться, создавая защитный круг около своего командира. Было очень тяжело сохранять равновесие, однако хуже всего было отсутствие какого-либо звука тревоги... о нем лис прекрасно помнил со времен войны. Он всегда обозначал, что враг понял, где ты сейчас находишься, и готовится тебя уничтожить. Но здесь единственным источником звука были механизмы передвижения запчастей. Зато Николас смог заметить кое-что ещё - там, на высоте, располагалась какая-то комната, которая напоминала зал управления лентами...
-У меня есть заманчивая идея! Будем подрывать производство поэтапно - тогда эти роботы не смогут строить подкрепления с такой скоростью! - крикнул он.
-И в чем же ваш план? - спросил доброволец.
-Киньте туда 3 гранаты! Все взорвется, и до свидания!
-Но это не привлечет к нам излишнего внимания? - спросила Коралина.
-Они и так знают, что мы здесь, и идут по нашему следу! Нет смысла больше прятаться! - ответил ей муж, доставая из рюкзака солдата гранату, - Готовьтесь! Цельтесь... и пли!
Лису удалось вовремя подгадать момент, когда секция окажется прямо перед стеклами комнаты управления, и взрывчатые "груши" сделали свое адское дело. Группа продолжала ехать дальше, а завод работал, как будто бы не замечая никаких перемен... ситуация поменялась через пару минут - все почувствовали, что они двигались все медленнее и медленнее, пока конвейер не остановился. Рядом находившиеся сварочные механизмы тоже прекратили свою работу, а те, что её продолжали, лишь разрушали завод.
Вскоре раздалась громогласная сирена, от которой уши заболели. Превозмогая боль, лис заметил, что в сторону отряда направляется очередной отряд этих летающих роботов, напоминающих птиц, - их было 4-5, и из верхней точки поднимались странные орудия, которые быстро показали свою мортирную природу. Жаль, что тогда группа не знала, что все эти роботы были объединены в одну сеть, благодаря которой их мощь превосходила все возможные параметры. Вскоре звери почувствовали на себе эту небесную кару.
-Врассыпную! - крикнул Николас, прыгая на другую конвейерную ленту; его примеру последовали все, и так отряд оказался разделен на парочки, - Эти роботы уж точно контролируются одной вычислительной машиной, как и в прошлый раз! Надо всего лишь найти это место, - продолжал он громко говорить, стреляя во врага из своего пистолета, но они изящно пролетали пули.
-И где же может находиться эта машина?! - спросила Коралина, забирая с мертвого солдата его винтовку.
-Разбредемся по всем этим лентам и попытаемся найти конец у этого конвейера! Как только звук сирены прекратится, собираемся здесь же! Все поняли? - пояснял лис.
-Так точно! - ответили все солдаты.
Первая пара солдат погибла довольно просто, оказавшись сожженной толпой летающих роботов. Вторая оказалась не настолько успешной, однако ей удалось найти конец своей ленты и передать это по рации (да, у каждого в команде был своей передатчик связи) - ничего там не было. Семейная парочка, оказавшаяся в разных группах ответа, чувствовала, как напряжение росло не только за любимого зверя, но и за весь город в принципе. Конечно, они совершили прорыв, уничтожив целых 4 конвейера... но много ли времени понадобится, чтобы восстановить производство? И действительно ли это остановит катастрофу?
К счастью, лису как раньше постоянно везло, так и везет до сих пор, и он находит маленькую будку, которая стояла прямо рядом с запертой стальной дверцей конвейера... и взрывает её ещё одной гранатой. Звук сирены становился все медленнее и ниже, пока не заглох окончательно...
В точке сбора Николас встретил крайне неприятную новость: 2 солдат, увы, погибли, 5 были ранены, и осталось всего 8 бойцов. Нужно было немедленно свериться с планами этого места и понять, что делать дальше - потому группа, собрав личные вещи и припасы умерших, направилась в ещё одно Помещение Управления, которое было разведано добровольцами в ходе этого убийственного забега. Здесь странные машины до сих пор работали, и лис начал с ними разбираться: увы, здесь технологии были уже сложнее, так что пришлось попросить помощи у жены, а потом у ещё пары зверей. Странный шифр, которым была "запаролена" техника, открыл доступ к дальнейшему плану завода: группа вела свой поход от места добычи ресурсов и принятия внешних поставок, и эти конвейеры, на которых везлись целые части роботов, соединялись в гигантском зале, в котором проходило создание наиболее сложного компонента – ядра, «главного вычислительного центра». Следом располагалось помещение по сборке самих роботов, их упаковке... а дальше была заветная серверная со складами. Но на плане завода были странные коридоры, которые вели куда-то наверх.
-Практически рукой подать до нашей цели. У нас же остались ещё взрывчатые устройства? - спросил лис.
-Ещё 6 гранат и 3 устройства дистанционного подрыва, - ответил ему один из солдат. Кажется, он был очень огорчён... и его можно было понять.
-Я знаю, что в глубине души мы все рассчитывали на легкую победу - это ведь всего лишь машины, которые заржавели под дождём. Они ведь даже не хотят уничтожить наш город - они просто хотят заставить нас страдать... но никогда в жизни не бывает все так просто. Мы должны почтить павших товарищей, да, но если мы будем зацикливаться на этой мысли, то эти странные машины добьются своего, и мы все здесь погибнем... А это попросту недопустимо. На нас рассчитывает весь город - наши родители, друзья, братья и наш мэр! - неожиданно рыжий зверь разразился пламенной речью, которая подбодрила раненых и здоровых... но внутри души у Николаса зародился комок, который мешал ему думать дальше.
Проблема быстро себя раскрыла, когда Коралина взяла за лапу своего мужа и погладила его по морде.
-Ам, дорогая, сейчас не момент для таких ласок... - удивился лис.
-Я и не хочу ласками заниматься. Я хочу вернуть тебя обратно в жизнь... от твоего авантюрного ума много пользы, Ник, но сейчас тебе стоит взглянуть правде в глаза, - нежно ответила Коралина. Может, она никогда не была столь нежна с ним?..
Рыжий зверь ещё раз окинул взгляд. Стальная комната красного цвета, мерцающая электроника, восторженные солдаты, обескураженные солдаты, умирающие солдаты... стоп, почему он не обратил на них внимания? Их морды были перекошены, а их цвет достиг такого контраста, что нельзя было сказать, живы они до сих пор или нет...
-И что ты хочешь предложить мне? - спросил он.
-Нам надо вернуться в город, в мэрию... они уже не смогут помочь тебе, станут лишь обузой, если пойдут дальше, а мы ведь хотим победить...
-Почему ты считаешь, что там, наверху, будет безопаснее? Вам ведь предстоит пройти через весь завод!..
-Если ты приглядишься к этой схеме... - И он увидел, что рядом с этой контрольной комнатой находился маленький промышленный лифт на поверхность, который был сейчас активен, если верить находящемуся рядом экрану, - Мы выйдем на поверхность и разместим полевой медлагерь, подальше от города и от этой шахты... как только вы покинете комплекс, позвони мне по этому передатчику...
-Ты уверена, что справишься?
-Полевым врачом я могу побыть какой-то срок... мы возьмем лишь немного медикаментов у вас, чуть-чуть патронов. Как только мы залатаем раны, мы отправимся в мэрию... если же она уничтожена, то мы пойдем в ближайший город, расскажем о произошедшем...
-Я могу пожелать тебе только удачи, дорогая... Но ты ведь все понимаешь?
-Эта история настолько типична для военных годов, что я все понимаю, дорогой. Но я не сомневаюсь, что ты сможешь повернуть судьбу к себе. Без этой веры я бы не прожила с тобой так долго... зря я вышла за тебя.
Возникла короткая пауза, после которой лис сказал:
-Ну чего вы ждете, раненые? Отправляйтесь за вашим новым командиром. У нас же впереди долгая дорога…
Глава 4 – Режиссёр
Николасу было труднее идти одному. Приятно осознавать, когда тебя может прикрыть твоя верная жена, что с тобой уже давно живет и знает все твои недостатки... а этим солдатам определенно нужен был лидер получше. Впрочем, лис свыкался со своей текущей ролью и даже входил во вкус, так что моральные дилеммы начали потихоньку отступать, пока количество конвейеров, по которым звери шли, все увеличивалось и увеличивалось... они уже подходили к месту, где происходила сборка самих роботов.
-Интересно, а ведь все эти машины можно было отправить и на полезное дело, а не на убийства, да? - спросил один из солдат.
-В общем-то да, - отвечал Николас, осматривая помещение - повсюду двигались двурукие станки-сварщики, которые соединяли запчасти этих механизмов. Отчасти двигаться дальше становилось всё труднее - комнаты сливались друг с другом в этой красно-коричневой гамме стали, - Может, когда мы найдем виновника катастрофы, мы уговорим его изменить программу этих захватчиков. Они ведь всего лишь исполняют волю своего хозяина.
-А разве не сложнее договориться с живым зверем? - поинтересовался другой доброволец.
-А у нас зачем при себе есть оружие? - усмехнулся первый из них, однако лису такая риторика не понравилась.
-Давайте будем вести себя потише и не будем прибегать к излишнему насилию. Я всё ещё удивлен, что нас не заметила сигнализация этого места...
И действительно, группа продвигалась уверенно по медленной конвейерной ленте мимо целых комплексов аппаратуры, которые были созданы следить за качеством создаваемого механического войска, и никто не замечал зверей, которые очень желали покончить с этим зрелищем.
-Будем поддерживать режим молчания, - добавил Николас, - Если нас не заметят, то у нас есть шансы не потерять оставшихся зверей и вернуться домой с триумфом.
Однако рыжий зверь тут же почувствовал легкий приступ страха, когда посмотрел вниз - шахта простирались на километр вниз, а все конструкции удерживались колоннами в этом помещении... пожалуй, взрывов стоит избегать ещё сильнее.
Такими тихими шагами группа вскоре добралась до Склада, где должны были храниться все боевые машины, собранные и ожидавшие своего часа. Это помещение отличалось отсутствием света, потому пришлось подключить фонарики. Форма комнаты напоминала прямоугольник, разбитый огромными стеллажами на несколько частей; в первые из них роботы прибывали на долгое хранение, со вторых через некоторое время машины брались огромными кранами, которые направляли их, судя по всему, в ту самую систему пещер, ведущую в город... содержимое третьих стеллажей, кажется, находилось здесь слишком давно, чтобы представлять какой-либо интерес.
-И зачем им столько роботов? - спросил доброволец, - Неужели кто-то хочет нападать на другие города? Чтобы опять началась Великая Война?
-Не уверен... мы же сами говорили, что эти механизмы можно использовать и в мирных целях. Не исключено, что они потом отправляются на продажу вовне Заводского Посёлка, ведь такое монументальное место нельзя было бы сделать без дополнительных средств... - подметил Николас.
-Командир Николас, вам стоит на это взглянуть! - один из солдат фонарём обнаружил вскрытую коробку из третьей части стеллажей. Вся группа тут же подбежала к ней, хоть и часть автоматически приняла караульную позицию. В ящике хранились детали от роботов - уж точно растягов, птиц и того самого энергетического чуда, - Только они были помечены как запчасти для сельскохозяйственных машин.
-Это и есть ответы на наши вопросы, - сказал лис, - Я бы предложил уничтожить склад, однако любо дорого терять столько металла. Никто не помнит планы тех самых пещер? Под чем примерно находится это помещение?
-Сложно сказать. Может, нам стоило сделать картографию перед тем, как рваться в бой? - спросил доброволец.
-У нас слишком мало времени на такие дела. Тогда будем действовать осторожнее... никаких больше взрывов, кроме как в главном вычислительном центре. Под ним ничего не было, - сказал Николас.
-А мы успеем сбежать от взрыва? Особенно если нас заметят роботы? – поинтересовался один из солдат.
-Я не знаю, - отвечал ему рыжий зверь, - Возможно, это будет наш последний вздох на этой земле… будем действовать по ситуации.
Следующим помещением оказался огромный зал управления всей шахтой. Из него раскидывался чудесный панорамный вид на следующую комнату - место расположения вычислительных машин, где стояли бесконечные прямоугольные наборы проводов в коробках. Через стекло сложно было сказать, что там было что-то ещё, однако странная кнопочная система неподалёку так и просила, чтобы с ней кто-то решил поработать. Все солдаты вместе с лисом занялись взломом, и через некоторое время они смогли открыть проход внутрь самого зала.
Однако это оказалась ловушка - вновь активировалась пронзительная сирена, которая разрушала уши, и сверху упала огромная машина на гусеницах с 3 соплами поверх. Эти сопла оказались на редкость мобильными и смогли расположить себя под таким углом, чтобы начать выжигать весь отряд. Солдаты бросились врассыпную, пока Николас пытался подобраться к роботу поближе и попробовать воспользоваться его неповоротливостью, чтобы найти его слабое место. Этот план не сработал - огненные дула резко двинулись и ударом заставили лиса отступить. Добровольцы время зря не теряли и пустили шквальный обстрел по неприятелю, который заполнял комнату чудовищным огнем. Он ведь даже и не был смертельным - он лишь причинял страдания, и, кажется, часть группы уже умерла от болевого шока - сие явление было частым на войне...
Николас прислушался: он не сомневался, что сюда двигаются ещё машины. Он не мог ждать ни минуты, и потому бросился к кнопочной системе и начал шаловливо нажимать на те кнопки, которые, по его авторитетному мнению, могли отключить тревогу - если это действительно была консоль управления всем заводом. Проницательность лиса не подвела, и сирена неожиданно закончила свой пронзительный визг, а чудовище техники, страдавшее пироманией, "сложилось" по частям в нечто напоминавшее огромную стальную коробку. Жаль, что было уже поздно - весь отряд скончался... от негодования Николас даже ударил этот огненный механизм - по велению чуда он быстро распался на многочисленные детальки.
Лис тут же принялся изучать то, с чем ему предстояло работать: он обязан был получить доступ к вычислительной технике, поставить взрывчатку дистанционного подрыва, отключить всевозможную сигнализацию по всему уровню и рвать отсюда когти. Однако где-то на полпути он понял, что что-то не так... но совершенно не мог понять, что же именно было не так, пока не услышал знакомое прикашливание, обычно исполняемое его старым другом для того, чтобы привлечь к себе внимания наиболее вежливым образом.
-Столько трупов... мне даже жаль, что жители Заводского Посёлка не смогли принять свои страдания такими, какими они были, ведь тогда бы все закончилось намного быстрее, - цинично проговорил волк.
-Уж не тебе ли знать, что такое - борьба за собственную жизнь. Как ты отчаянно пытался бороться за Арабеллу, как ты победил в борьбе со своей негативной репутацией, и все ради чего, Клемент? - ответил ему Николас спокойным голосом.
-А ты предполагал меня увидеть здесь? На твоей морде нет и капли удивления.
-Ещё жители думали, что ты мог это устроить. Сам и попробуй восстановить картину происходящего: кто-то должен был обладать умом, сообразительностью, ресурсами и связью с другими городами, чтобы провернуть всё это. Мало у кого в посёлке это есть... кроме тебя, Клемент.
-Я прекрасно понимал, что трюк с арестом моего инженера даст мне лишь короткую отсрочку, и я ей воспользовался до отказу. Я быстро разузнал про нашу городскую шахту и с легкостью перевёл туда все свое производство. Ты знал, что первого "Растяга" я создал у себя дома и направил его на миссию по привлечению внимания как раз тогда, полгода назад? Забавное было время. Спокойное и безмятежное... и очень грустное.
-Все равно не могу полностью осознать, как ты смог отстроить весь этот огромный завод в шахте так быстро?
-Шахтёры неустанно раскапывали это место, пока в нем не осталось ничего, от слова совсем... их усердие дало мне огромные помещения, которые несложно было расширить моими новыми моделями роботов.
Николас решил попытаться пройти в сторону вычислительной комнаты, однако волк его загородил всем своим телом.
-Я не позволю тебе разрушить дело последних годов моей жизни! - злобно вскрикнул он, практически рыча.
-А я не позволю тебе повергать всю жизнь посёлка в войну... скажи мне, что заставило тебя конкретно сделать это все? Чего ты добиваешься? Неужели смерть Арабеллы так тебя довела, что ты больше не можешь ничего с собой поделать, как причинять другим боль? - с заботой спросил лис. Он пытался найти выходы - как ментальные, так и физические...
-Так ты и сам всё прекрасно понимаешь, Николас! Мне попросту приятно приносить боль окружающим зверям. Раньше я этого не замечал, всего лишь ворчал на них, а теперь я могу использовать свои таланты для того, чтобы причинять страдания массово... чтобы каждый смог прочувствовать то, что я прожил, чтобы каждый ощутил себя отчужденным, не видящим никакого смысла в жизни, отстраненным и желающим покончить с собой, но не имеющим такой возможности, потому что я не настолько безответственный зверь!
-Но разве ты ворчал на зверей из-за того, что ты любил ворчать? Или из-за того, что ты не знал, как сделать так, чтобы они смогли тебя правильно понять и поправить свои ошибки?
-Хотел бы я знать ответ на этот вопрос... но ты попросту пытаешься выиграть у меня время. Ты всё ещё хочешь добиться своего.
-Ты предложил бы мне сдаться? Оставить мою жену умирать в нашем сгорающем от твоего огня городе? Может, она и не подарок, но я её люблю...
-И что тебе сделала эта любовь к ней? Неужели тебе с ней было легко жить в тяжелые моменты?
-Ты бы видел, как она себя повела во время катастрофы, что ты учинил... такого героизма, смешанного с расчетом, ещё надо поискать среди женщин. И она была одной из тех, кто ещё сохранял веру в то, что ты не был виновником всего происходящего... я чувствую большой стыд, смотря на тебя и на твои так называемые "достижения", Клемент.
-Откровенно говоря, мне плевать на твое мнение по данному вопросу.
Клемент подошёл к кнопочной системе и ввёл последовательность, о которой лис при всем своем желании не мог догадаться. В вычислительном зале включились огни, и за пеленой охлаждающего тумана можно было наконец заметить 10-метровый прямоугольник лестничной конструкции, наполненный камерами-глазами всех цветов радуги, которые хаотично двигались. Волк в самодовольной ухмылке усмехнулся:
-Знакомься, это "Кукловод". Мой программный блок для помощи в управлении куклами в ходе представлений в нашем театре... я забрал его полгода назад оттуда и модифицировал так, чтобы он мог управлять моими роботами и ежегодно координировать атаки на наиболее счастливые поселения. С чего вообще ужасные зверюшки заслужили быть радостными?
-Ты ведь никому об этом не говорил кроме меня, не так ли? - заботливо подметил лис, кладя лапу на плечо своего друга, - И сейчас ты мне рассказываешь весь свой план катастрофы, которую я так тщательно пытаюсь остановить. Будто бы ты всегда и желал, чтобы кто-то узнал о твоем горе и пришёл тебя утешить, ведь ты сам не мог взять и заплакать из-за гибели Арабеллы.
-Даже если ты и говоришь сейчас правду, с чего ты решил, что я позволю тебе себя остановить? У меня армия боевых роботов, всего один из которых смог уничтожить весь твой жалкий отряд... пусть сюда приходит хоть армия какого-нибудь города - и они будут уничтожены. Ведь я настроил "Кукловод" на создание новых видов механизмов...
-А ведь ты до сих пор не устранил меня. Но мог это сделать каждую секунду после того, как оказался в этой комнате. Как ты вообще меня отследил?
-О, из этой же комнаты я за вами и наблюдал... а когда вы сюда пришли, позволил картине идти маслом, спрятавшись в темном закутке, пока ты не остался один...
-Слушай, Клемент... тебе надо принять очень важное решение. Или я начищу тебе морду и пойду останавливать это зрелище, или ты помогаешь мне, а я оказываю тебе всю психологическую помощь, что смогу.
-Мне нельзя больше будет жить в Заводском Посёлке после произошедшего.
-Тебе это и не нужно будет. Ну так что?
Глава 5 – Приговор посеянной судьбы
Клемент резко уселся на пол, спиной опираясь на панель управления. Он снял свой любимый цилиндр и положил его на пол, вскоре к нему присоединилась и трость. Зверь лишь тихо вздохнул, собираясь калачиком и начиная размышлять о ситуации. В таком состоянии он провёл минут 7, пока рыжий хвостатый наблюдал за ним, присев неподалёку.
-Неприятно осознавать, что я, великий граф, совершенно не извлёк уроков из своих последних лет жизни. Ведь, если бы я лучше осознавал то, что происходит у меня в голове, то я бы никогда не устроил эту катастрофу... И теперь у меня нет никакого будущего. Настоящее тоже очень туманно. Николас, друг мой, что ты можешь мне предложить ещё?
-Давай просто закончим этот кошмар, пока он не принёс ещё больше страданий. Не волнуйся - я всегда будут ратовать за тебя, даже если против нас пойдет весь город. В крайнем случае ты всегда можешь уехать отсюда...
-И кому я там буду нужен? Меня же никто не будет знать.
-В этом и вся соль, Клемент! Начнешь жизнь заново. Конечно, наверняка нашлись бы умельцы, которые бы сказали, что поздно начинать новую жизнь в 46 лет, но я к ним не принадлежу.
-Ты подпортишь себе этим всю репутацию. А это...
-Я рад, что ты начал за меня беспокоиться. Значит, всё ещё не так безнадежно.
-Немного больно будет уничтожать мои любимые творения... и, пожалуй, одна маленькая проблема заключается в том, что все роботы будут нападать на тебя, Николас, и я ничем не могу помочь, пока не доберусь до "Кукловода", а путь там... небыстрый.
-Как-нибудь перебьюсь, - ответил лис, подбирая пулемет с трупа солдата, - Жаль, что их добровольное желание помочь привело к их столь жестоким смертям.
-Интересно, сколько всего зверей я убил?.. А сколько заставил страдать?.. Я ведь совершенно не веду статистики...
-Десятки, может, и под сотню жителей, я предполагаю. Побег из посёлка - твой единственный шанс на спасение своей жизни, Клемент...
-Я понимаю. Впрочем... - волк поднялся, хватаю свою трость и кладя верхнюю одежду на панели, - Хватит нам болтать. Пора выдвигаться.
Клемент чудесным движением лап открыл дверь, ведущую в вычислительный зал. Спустя буквально пару секунд завыли сирены, от которых уши в очередной раз вытекали наружу.
-И каков план? - спросил лис.
-Я отключаю все системы "Кукловода"! Можешь идти со мной или остаться здесь - тебе надо выдержать атаку машин, пока я не завершу свое дело, - ответил волк неуверенно, останавливаясь на полпути к двери.
-И сколько примерно занимает отключение твоего чудесного программного блока?
-Прости, но я не знаю. Удачи, Николас.
-И тебе удачи, Клемент.
Сначала рыжий зверь решил удерживать оборону внутри комнаты управления, потому что пространство было маленьким, и здесь враг не мог показывать гибкость своего передвижения. Первыми в комнату направились Растяги - 2 из них прошли оттуда же, откуда сюда попал лис, и он с легкостью расстрелял этих роботов, целясь в центр их корпуса - там находился их реактор. Враг продолжил напор - сверху открылись люки системы доставки груза на поверхность, и из них упало ещё 3 механизма, которые успешно были подорваны гранатой - всё благодаря тому, что громкий гул помог определить примерно место падения противника. Далее, через дверь, в которую всего пару минут назад вышел Клемент, показалась та самая машина, которая использовала конденсатор. Увы, пришлось прятаться в укрытие, чтобы спастись от его мощной энергетической волны, но даже так удалось лишь уменьшить её эффект, а не полностью от него избавиться. Ловкие выстрелы и отделение конденсатора от основной цели заставили монстра техники перегреться... Лис решил осмотреться и прислушаться. Удивительно, но единственным шумом, что он заметил, была грозная сирена, которая шла из вычислительного зала. Интересно, как поживает там его друг?..
Изменением ситуации стало появление за панорамным окном тех самых роботов-птиц. Они сделали мощный залп мортиры, тем самым готовясь уничтожить всю комнату управления. Николас решил не рисковать своим здоровьем и побежал в вычислительный зал, попутно расстреливая летающих противников.
Клемент заметил, что его товарищ попал в сей помещение и брал на себя огонь роботов... и почему волк своей заботой каждый раз заставлял своих любимых только страдать?! Это так глупо, и в то же время крайне закономерно, ведь таков характер графа, с проблемами которого он не желал разбираться. Подобные размышления помогали дождаться того момента, когда "Кукловод" откроет доступ к своим серверам - увы, конструкция стала настолько сложной (к примеру, в степени управления прислужниками даже во время технического обслуживания), что к ней надо относиться бережно, иначе взрыв попросту запрет волка и лиса в шахте, или, и того хуже - вызовет обрушение системы пещер, а вместе с ними и всего, что на них стоит. Интересно, а Николас и его добровольцы знали об этом?..
В огромном металлическом прямоугольнике начали открываться створки, подобные секретерам. В них находились огромные диски, которые являлись приказами, тактиками и задачами "Кукловода". Цель была простой - вытащить все диски оттуда, после чего машина автоматически отключится. Проблема была в том, что таких створок было по 3 с каждой стороны, а у лиса рано или поздно кончатся патроны - приходилось действовать очень быстро, надеясь, что волк в порыве чувств и момента не забудет что-то важное. К счастью, он был единоличным создателем этой системы и знал её на зубок, потому у него было много надежды на то, что всё пройдет как по маслу.
Помещение тем временем всё наполнялось роботами... появился даже Пироман - огромный передвижной артиллерийский огнемёт, которого Клемент создал последним... нет, нет, нет! Нужно как можно скорее вытащить диск, отвечающий за наведение целей, и лишь затем отключить питание с контрольной панели... Граф старался применять все навыки, которые он накопил за долгие годы жизни, ведь важнее момента уже попросту не будет - он и так потерял всё, что у него было...
Но, к великой радости обоих зверей, вскоре роботы замерли, а свет повсюду стал отключаться. И оба зверя тяжело вздохнули.
Волк знал короткую дорогу от склада до поверхности - сеть туннелей привела их в маленькую сторожку, расположенную в лесу, где уже царило прекрасно зимнее утро, шёл лёгкий снежок, и все говорило о безмятежности и конце великой катастрофы. Лис даже решил выбросить оружие с глаз долой, при этом сам доставая передатчик и связываясь, кажется, со своей женой... жаль, что у Клемента никогда не будет такого счастья. Был ли он вообще счастлив вместе с Арабеллой все эти годы? Она уж точно чувствовала себя немного униженной им. Может, именно потому она и пострадала от Травмы Мышления, пошла на это практическое самоубийство... От всех этих размышлений нет толку, ровно как и нет больше жизни у аристократа, потому он сел на снег и заплакал, тихо подвывая. Его друг быстро среагировал на это, заканчивая разговор с женой и подбегая к товарищу.
-Клемент, что случилось?.. Расскажи мне, отчего тебе так больно... ты ведь практически никогда не выл от боли в своей жизни...
-Снег такой пушистый и колкий, звери такие злые и ворчливые, и почему я вообще работаю? - неожиданно ответил волк.
-Что?.. Я не могу тебя понять! Попробуй объяснить всё ещё раз...
-Мое изгнание началось давным-давно, но теперь от меня отказался сам мир. Почему я вообще должен дальше жить?..
-Нет, нет! Не думай даже о самоубийстве... есть как минимум один зверь, который будет крайне расстроен, если ты это сделаешь!
-Один в поле никогда не будет воином, ему нужны страхи и домыслы, чтобы двигаться дальше, иначе он сломается под грузом этого ужасного мира.
-Ты не один, Клемент... я позвал на помощь зверей из города. Они уж точно окажут тебе помощь перед тем, как судить...
-Никакой суд не способен решить тех проблем, что разгораются на рассвете этого дня. Ты правда считаешь, что я вообще готов идти на суд?
-Чем больше ты говоришь, тем больше я теряю уверенность в том, что тебя вообще можно судить...
-Преступления против всего рода зверей нельзя судить. Их просто надо наказывать... - после этого Клемент начал напевать странную песенку, которую Николас никогда не слышал. Ему не оставалось ничего более, как достать из военного рюкзака лечебный плед, положить его на плечи друга, и вместе с ним сидеть в ожидании помощи из Заводского Посёлка.
Все в посёлке удивились, когда роботы, шедшие в одну из мощнейших атак на мэрию, неожиданно остановились, а потом упали замертво, некоторые и вовсе развалились на части. Радости жителям тогда было не занимать, и, проводя подсчеты потерь, оказалось, что погибло примерно 30% населения, но уничтожено было лишь 20% домов, так что можно было вскоре возвращаться к нормальной жизни. Легко было догадаться, что отряд добровольцев во главе с Николасом добился своего... или, по крайней мере, что-то он сделал, что остановило этот кошмар. Началось лечение раненых, расчет примерного времени на восстановление уничтоженного - словом, Мэр Сильвейн был очень горд тем, что ему удалось защитить своих жителей (пускай и повод для этого был ужасный).
Долгие недели поисков на основе полученных лисом данных позволили установить все выходы из подземной системы - и закрыть их раз и навсегда при помощи бетона и стали. С этим помогали другие города и завод, теперь принадлежавший мэрии по завещанию Клемента. Понемногу город возвращался в привычное положение дел, хотя и все прекрасно понимали, что данная трагедия запомнится навечно, и её лучше записать как можно чётче для будущих поколений - чтобы впредь такого не повторилось. Великий Кукольный Театр же ушёл под управление семейства лисов (в основном Коралины - так как Николасу всё ещё нравилось работать в редакции, а ещё одна работа не будет для него стоить больших усилий).
Пожалуй, худший прогноз был только у самого графа-волка. Сперва каждый житель города желал отправить его или на казнь, или на пожизненное заключение в тюрьму, однако последовательная работа доктора Филина позволила понять, что Клемент пострадал от Травмы Мышления и теперь не до конца осознает происходящее в своей жизни. У него она не наследственная, и оттого же хуже и врачам, и больному - такой вид болезни может повлиять не только на текущее восприятие мира, но и на память, на личность... словом, от идеи судить волка по всей строгости закона быстро отказались, отправляя больного на постоянную терапию под руководством доктора.
Лис регулярно навещал своего больного друга - тот все последние месяцы жил в поместье и выходил погулять где-то пару раз в неделю - в основном в те дни, когда к нему приходил господин Филин с очередным обследованием. Сперва Коралина была откровенно против этих визитов, обливая Клемента таким набором прилагательных и существительных, что больно было их не только слушать, но и произносить. Однако вскоре мнение лисицы изменилось - в тот раз, когда её муж предложил сходить с ним в особняк. Несмотря на первичный отказ, его жене всегда было интересно, как живут больные преступники...
-На него больно не только смотреть... о нем больно вообще думать - сказала Коралина после разговора с волком.
-Спасибо, что смогла нас с ним понять... - ответил её муж очень печальным голосом. Может, самым печальным за свою жизнь.
-У меня есть довольно странное предложение... вряд ли в нашем посёлке смогут помочь Клементу. Его стоит отправить в город побольше - там за ним смогут постоянно следить...
-Да, но на какие деньги? Каким образом? О нем ведь никто ничего не знает за пределами посёлка...
-Попробуем поговорить с представительством Туманной Чащи - она ближе всего к нам. Мы ведь просим приютить у них всего лишь одного волка... очень больного одним из самых загадочных диагнозов нашей эпохи. Им должны заинтересоваться ученые... Вряд ли нашему другу понадобится много ухода.
-Нашему другу?.. Неужели ты смогла наконец его принять в своей жизни?..
-Не настолько добро я к нему отношусь, как к тебе, но... очень просто воспринимать мир только плохим или только хорошим. Но так бывает только в сказках, ты и сам знаешь.
-Да... как думаешь, кто-нибудь узнает о великой катастрофе, которую учинил этот волк, за пределами нашего посёлка?
-Вряд ли. Мэр Сильвейн хотел позвать на помощь другие города, но буквально 5 минутами после все роботы упали замертво...
-Тогда есть смысл сохранить эту тайну между нами. Может, нам стоит и вовсе переехать в Туманную Чащу вслед за Клементом?..
-А на кого мы оставим театр?
-Эту задачу вполне решит сам мэр.
Часть IX - Кошмарное кукольное представление
Настоящее время, середина декабря
Глава 1 – Затишье перед бурей
-Значит, их называют теперь Конденсаторными Перекатчиками? И быстро СОБ успевает изучать все новые виды роботов? - неуверенно спросил Селестен.
-Быстрее, чем кажется! Они даже пытаются спрогнозировать развитие иных механизмов, чтобы быть ко всему готовыми. К тому же совсем скоро у нас появится эффективное оружие против врага! - с задором отвечал ему Огюст.
Через неделю после получения сведений от Оленя Марка звери снова собрались в магазине, чтобы обсудить текущую ситуацию и дальнейшие планы. Удалось заполучить данные о жизни Заводского Посёлка вплоть до момента, когда появился первый Растяг там, но больше никаких упоминаний не было. Уже завтра группа должна была отправиться на "захват" бывшего мэра посёлка, бобра Сильвейна, чтобы получить от него информацию о расположении поселения. Все были немного на нервах и пытались сбавить напряжение за столом ужина.
-Не люблю оружие. Хотя вам наверняка о нем легко говорить - вы же со своими близкими не в ладах, можете их и пристрелить, - проворчал Эдгард, однако его тут же одернул волк.
-Я понимаю, что тебе не терпится съязвить, но ты же не хочешь, чтобы такой умный и опасный зверь к нам плохо относился, м? - со смехом поинтересовался серый зверь.
-А мы сможем пользоваться этим оружием? Ведь оно наверняка очень тяжелое, и ещё надо им уметь попадать... - задумчиво спросил Квентин, не веря в свои способности... да и он ещё не очень взрослый, чтобы такими взрослыми вещами пользоваться.
-Более чем. Мы ведь говорим не о совсем "оружии", а, скорее, об инструментах, которые при должном использовании способны устранить работу всех механизмов внутри этих роботов, в особенности - ядра. Правда, есть одна проблема... - взволновался барсук.
-Почему с этим делом у нас постоянно проблемы? - лис лёг на стол всей мордой.
-Дело в том, - продолжил агент мэрии, - Что роботы проявили жуткую способность к адаптации ко всем нашим технологиям... потому оружие может воздействовать на каждый вид механизма по-разному. Оно не перестанет работать, но иногда последствия от применения будут… непредсказуемыми.
-Все равно это лучше, чем постоянно убегать от них, - усмехнулся Селестен, - А роботы, случаем, не готовят большую атаку прямо сейчас?
-Судя по нашим данным, вся энергия концентрируется примерно в том районе, где должен был быть Заводской Посёлок… но точно найти источник энергии нельзя – так что нам нужно как можно скорее поговорить с Сильвейном, - отвечал барсук.
-Не сегодня. Утро вечера мудренее, - заявил Эдгард, покидая этот ужин и направляясь в спальню.
Лис хотел побыть наедине. Больше всего его расстраивало, что Селестен в последнее время совершенно не встает на его сторону... конечно, и сам лис ведет себя по-хамски, но, чёрт его дери, его можно понять - у него почти нет времени, чтобы изучать философские книги для своих выступлений, он остался без работы, ему приходится выслушивать слова ненависти даже тогда, когда он пытается помогать другим зверям, а ещё за всем магазином охотятся очень опасные роботы, остановить которых нельзя без использовании жуткой техники, сошедшей с научно-фантастических книг. Хуже всего в данной ситуации, что его любимый волк мог прийти и поговорить с ним, но каждый раз казалось, что Селестен попросту желал побыть в одиночестве перед очередной вылазкой, чтобы получить побольше ран от этих механизмов... Ещё и Квентин постоянно зазнается, кажется, что этот 13-летний волчонок и того больше добился, чем 24-летний лис, и Эдгарда эта мысль так удручила, что он облокотился на подоконнике и, смотря вдаль, тихо пускал слёзы. Горе так сильно поглотило рыжего зверя, что он не заметил, как дверь в комнату открылась и закрылась, после чего была кем-то заперта, что происходило в очень редких случаях - оба зверя любили прохладу, сквозняк, да и тот же самый Квентин мог в любой момент прийти по поводу какой-то важной ситуации. Следом бывший диспетчер почувствовал приятное тепло чужого меха и мягкий звук дыхания, который устремлялся близко к ушам лиса.
-У нас так мало времени на наши жизни в последнее время, - произнёс гость, - И я порой упускаю, когда ты начинаешь плакать.
-Сель... почему? - сквозь слёзы лису было трудно говорить.
-Хотел бы я знать, о чем ты спрашиваешь, но... я могу ответить, почему я пришёл. Потому что я тебя люблю и прекрасно вижу, что тебе было больно.
-Почему ты перестал меня защищать от чужих нападок?
-Ты и сам себя ведешь очень грубо. Я стараюсь тебя прикрывать, но никому не нравятся твои неприятные слова... А ты ещё учти, что Огюст до сих пор страдает от своей бывшей жены.
-Хотел бы я выразить свою боль лучше, но как, когда мне постоянно все мешают!
-Ты мог бы поговорить со мной...
-С кем? С волком-статуей, который 4 года притворялся, что он не убивал своего любимого зверя?
После этих слов возникла громкая тишина. Селестен отсел подальше от Эдгарда и цепко посмотрел ему в глаза, пытаясь найти в душе другого любимого зверя ответы на свои вопросы. Но, как то часто и бывает, лучше все было спросить словами.
-Я бы очень хотел проводить с тобой больше времени, но у нас с тобой слишком много работы. Я вообще удивлён, что мы живы... - неловко произнёс Селестен. Ему больно было слышать такое, но он должен был быть лучше своего лиса - иначе они оба скатятся в ссору.
-Порой мне кажется, что Квентин и того лучший собеседник, чем ты. Хотя, наверное, тебя эти слова тоже обижают, но пойми, что рядом с тобой я иногда чувствую себя ещё более одиноким, чем без тебя!
-Тогда я вот что тебе скажу. Эта ночь только наша с тобой. Квентин нам не будет мешать, пока есть Огюст...
-И что же ты предлагаешь?
-Все, что захочешь... в разумных пределах.
Лис удивленными глазами посмотрел на своего любимого волка - тот выглядел очень решительно. Так же, как в тот день, когда он признался ему в долго скрываемой любви. И у Эдгарда прибавилось смелости - он крепко обнял Селестена, после чего вместе с ним упал на его же кровать (так как она была у окна, иначе бы он выбрал свою), а затем его начал уж очень часто целовать. Серый зверь ничего не говорил, лишь продолжал действия рыжего. Сперва бывшему диспетчеру даже казалось, что это такой акт жалости, но... их отношения и так были не в очень хорошем состоянии перед началом эпопеи с роботами, и она уж точно не сделала ничего хорошего. Одной ночью нельзя решить все проблемы, как и одним дружелюбным разговором... но вполне возможно, что этого хватит, чтобы лис почувствовал себя любимым. И что он теперь может не волноваться о своем звере, что он может принести ему слишком много вреда своей заботой...
Действительно, в это же время Квентин и Огюст разговаривали друг с другом на кухне. Они подумали, что нелепо будет оставлять ужин на столе - иначе он пойдет весь насмарку.
-В твоем возрасте не каждый зверёныш будет заниматься такими домашними обязанностями, - подметил Барсук, смотря за тем, как волчонок эффективно снимает с посуды еду, перемещая её в одно вместилище, отправляющееся в холодильник, а остальные тарелки, приборы и кружки промывая под теплой струей воды с необходимыми химсредствами.
-Когда родителей нет целыми месяцами, и не такому научишься... я ведь именно так и познакомился с Дядей Селестеном! Ну, почти. Я знал его бывшего товарища, мы с ним были хорошими друзьями, а потом... - Квентину было немного тяжело говорить о событиях прошлого года, но его никто за это и не осуждал.
-Я эту историю прекрасно знаю, о ней не стоит напоминать себе, если она до сих пор тебя ранит... хотел бы я, чтобы моя дочка так себя вела, но то ли её мать избаловала, то и я плохой отец... пожалуй, наверное, из-за таких мыслей я и оказался в разводе, в состоянии постоянной борьбы со своей бывшей...
-А как сейчас обстоят дела на судебном фронте?
-Никак. Суд пытается разобрать детали, понять, чья сторона оказалась права, но с каждым заседанием они все больше и больше приходили к выводу, что не смогу удовлетворить иск жены... а она все не унималась. В итоге перенесли следующий раз на будущий год.
-Сочувствую вам... хотя, наверное, я не очень чего знаю об отношениях между зверьми, ведь дядя Селестен и дядя Эдгард порой странно себя ведут, а мама с папой постоянно далеко, по работе...
-Ты по ним до сих пор скучаешь?
-Да! Но я большой зверь, должен сам справляться. Я уверен, что у меня все будет хорошо, особенно с моими назваными дядями! Вот бы только не было так одиноко в школе, и все было бы отлично...
-И как ты только умудряешься ещё учиться в такие тяжелые времена?
-Если делать все уроки в школе и никому ничего не рассказывать, то очень просто... к счастью, никто и ничего не спрашивает у меня лишнего. Кстати, а не стоит ли проверить, что случилось с дядями? А то мало ли…
-Я не думаю, что тебе стоит таким заниматься, Квентин, правда… но твое право.
-И почему вы так думаете?
-Когда достигнешь определенного возраста и кого-то полюбишь, захочешь проводить время с любимым зверем наедине…
Селестен и Эдгард тогда уже просто лежали на кровати и наслаждались компанией друг друга, погруженные в свои мысли.
-Я совсем и забыл, как с тобой бывает хорошо, - усмехнулся Эдгард.
-Ты опять пытаешь нагрубить? Или я просто немного сам разворчался? - в ответ ухмыльнулся Селестен.
-Все мы уже устали. Я недавно читал книгу философа о Великой Войне, которую он начал писать в её разгар, а закончил уже почти под конец, не дожив всего 1 день до объявления мира. И знаешь, что он написал?.. Бойня является настоящим адом не из-за того, что уносит жизни зверей, а из-за того, что не дает даже выжившим адекватно быть в этом мире. Страдают все, даже мертвые.
-По-твоему есть что-то после смерти? А то после моих приключений с монстро-волком мне кажется, что после смерти лучше ничем не заниматься от слова совсем.
-Пожалуй, это так, но... я уже ни в чем не уверен. Пару недель назад я боялся, что тебе не хватает моей заботы, что ты не ценишь то, что я даю тебе, и что тебе хуже, когда я рядом... а сейчас я боюсь, что мы потеряем друг друга навсегда из-за этих проклятых роботов.
-Ну, это вещи довольно очевидные уже, сам знаешь.
-А ты как, Селестен? Мы все говорим обо мне да обо мне, совершенно забывая о тебе...
-Хуже всего на душе мне было видеть, что я делал тебя все более несчастным из-за своей закрытости. Остальное - такие мелочи...
-Тебе легко говорить, с твоим-то опытом!
-Ты 4 раза умирал на моих глазах, Эдди. Я не хочу, чтобы случился 5-ый раз, самый настоящий и последний...
Неожиданно разговор был прерван стуком в дверь. Волк усмехнулся под ворчание лиса, а за стенкой оказался знакомый волчонок.
-У вас всё в порядке? - спросил Квентин, дико удивляясь тому, что домашняя одежда Селестена была вся взбаламучена, - Вы так неожиданно покинули кухню, что я испугался, как бы вы чего друг другу не наговорили...
-Мы в порядке, Квентин, я бы даже сказал, что у нас всё лучше всех, - усмехнулся волк, - Но, пожалуй, нам всем пора спать. Завтра тяжелый день.
-Никто не будет этого отрицать! – громко заявил лис, заставляя серого зверька хихикать.
Несмотря на то, что Огюст определенно радовался хорошим взаимоотношениям зверей из магазина друг с другом и с ним, и тому, что у него было меньше проблем с женой, работа оставалась работой, и потому он тут же настроился передатчиком на частоту кабинета мэра. Надежда была на то, что глава города ещё не пошёл спать, и она оправдалась.
-Я не думал, что ты мне вообще будешь звонить, особенно в 2 часа ночи, - удивленно заявил мэр, попивая кофе, - Но, как я полагаю, у тебя на то есть весомые причины, Огюст.
-Мы завтра выступаем в последнюю атаку на роботов. Найдем их гнездо при помощи бывших жителей Заводского Посёлка, а затем при помощи разработок СОБ-а остановим весь этот ужас. Будем идти до конца, - отвечал барсук с твердой уверенностью.
-Практически каждая операция СОБ-а является такой, поскольку мы никогда бы не стали использовать столь сложные механизмы для решения простых проблем. Я рад, что ты полон решимости, но что по поводу господина Селестена и его компаньонов?
-Они как раз морально готовятся. Все-таки они гражданские, да и я не особо военный зверь.
-И в этом весь смысл. Военные бы наверняка спугнули роботов до того, как мы смогли бы выйти на их след, и они бы скрылись ещё на 10 лет. А теперь, если верить вашим словам, враг переходит в режим осады, ожидая вашего прихода. Я бы выделил вам отряды на помощь, но у нас есть другие важные задачи.
-Вы так каждый раз говорите. Мне хочется знать...
-Ты мне не доверяешь? Разумно... но, откровенно говоря, у города много тайных проблем, которые вылились за его пределы, и мы должны удостовериться, что о них никто не узнает. Потому мы надеемся на вас.
-Кстати говоря... а что мы будем делать с роботами, когда их отключим? Ведь от них останется столько полезного материала...
-В данном случае я буду прислушиваться только к вашему мнению и мнению ваших товарищей. Но для начала нам надо остановить эту новогоднюю угрозу - об остальном поговорим позже. Удачи, Огюст.
-Спасибо вам, мэр...
А барсук думал, что разговор будет более неприятным.
Глава 2 – Мэр без города
В Туманной Чаще было множество домов престарелых, которые распределялись по районам города. Попадали туда жители в зависимости от того, где они были прописаны, или, если у них не было постоянного места жительства внутри города, но у них были документы принадлежности к городу, то они направлялись в наиболее свободный дом. Бобёр Сильвейн, если верить данным СОБ-а, оказался в Доме Престарелых Южного Района по неизвестным обстоятельствам: в один прекрасный день этот ещё молодой (46 лет) оказался у дверей здания, весь напуганный и уставший, с пачкой документов, к нему прикрепленных, и несколькими врачами, которые нашли его в таком состоянии (по их словам). Конечно, работники первое время были удивлены, учитывая, что диагноз нового постояльца - инсульт. Но новый гость вскоре начал всех удивлять своим прекрасным поведением - он часто думал о своих соседях по комнатам, старался помогать всем, включая сотрудников, хоть ему и постоянно приходилось напоминать думать о себе. Так и прошли 20 лет совершенно незаметно, и никто толком не пытался узнать историю загадочного иногороднего постояльца, за исключением его военных баек, которые он иногда рассказывал на вечерах самодеятельности.
-В последнее время вы так мало стали пить чая... мы ведь за вас волнуемся, Сильвейн, - говорила сотрудница, пришедшая с означенным напитком для старого зверя.
-Вам не надо за меня волноваться! Я ведь даже не из вашего города, я и сам могу за себя постоять. Я ценю вашу помощь, разумеется, но вам бы стоит последить за более живыми постояльцами! - ворчал Сильвейн.
-Вы для нас так же важны, как и они.
-Да ладно вам! Моё время подходит к концу, нравится вам это или нет - нельзя же вечно жить на этом свете!
-Но 66 лет - такой короткий срок жизни, с учетом того, что многие у нас добираются и до 80 лет в спокойствии...
-Мало ли что делают другие! Я не обязан же подчинять свои годы чужому летоисчислению, да, мадам? Спасибо вам за чай в любом случае...
-Да, конечно... ох, кажется, меня вызывают к столику администрации. Простите, вам придется разобраться с сахаром самим.
-Ничего, переживу!.. И не такое пережил в своей жизни…
Когда же сотрудница добралась до столика администрации, она очень удивилась, обнаружив, кто же именно ожидал от неё ответа на сегодняшнем дежурстве - это было 2 волка, один явно был взрослым, хоть и молодым, а другой был ещё ребенком, но в переходном возрасте. Вместе с ними был ещё лис, кажется, не очень удачливый комедиант-философ... можно было подумать, что они пришли проведать родителей, но с такой семьей наверняка сложно было найти границы кровных уз, потому стоило проявлять особую вежливость.
-Доброе утро! - сказала она, - С какой целью вы пожаловали в наш дом престарелых?
-Мы ищем одного зверя по одному важному городскому делу, господина бобра Сильвейна. Насколько мы знаем, он проживает у вас, - проговорил старший волк, - Я волк Селестен, это мой племянник - Квентин, и мой товарищ - лис Эдгард.
-И о какого рода деле идет речь? Мы не были предупреждены со стороны мэрии, так что нам немного сложно ориентироваться, а вы же знаете, как много бумажной работы бывает под конец года... - неуверенно ответила им сотрудница. Что-то ей не нравилось в этой троице, учитывая, что старший волк неожиданно отошёл, достал какой-то странный прибор, выругался в него, а через пару минут вернулся.
-Нас просили допросить достопочтенных жителей в городе о том, какова жизнь была во времена после войны, и господин Сильвейн по возрасту подходит. К тому же он происходит одно из старых поселений, который были затронуты ужасами войны, - пояснил Эдгард.
-Правда? Интересные же у нас звери проживают!.. я просто не уверена, что Господин Сильвейн сейчас будет рад принять гостей. В последние месяцы его самочувствие ухудшается, и он не желает получать помощь, - с прискорбием сказала мадам.
-Тогда нам нужно как можно поскорее поговорить с ним, чтобы увековечить его знания! - резко возразил Квентин, - Никогда не знаешь, когда звери будут жить, а когда - умирать...
-Конечно, я могу провести к господину бобру, но если ему станет слишком плохо, то я должна буду попросить вас уйти, - подчеркнула работница. Группа с такими условиями была согласна.
Выполнив свой долг, сотрудница тут же удалилась - её ожидали другие запросы постояльцев, коих здесь были десятки. Было сложно постучать в эту деревянную дверь, которая так и просила, чтобы её открыли, как всю завесу тайн Заводского Посёлка... однако стоила ли игра свеч? Конечно, со стороны группы зверей из магазина - разумеется, ведь иначе они не выживут, а вот со стороны Сильвейна... эти размышления прервал Эдгард, который быстро произвёл 3 удара по деревяшке. Через пару минут и серию необычных звуков дверь распахнулась, и за ней показался сам бобёр - сидящий в инвалидном кресле дистанционной модели, которым можно управлять при помощи моторчиков, работающих на маленьких ядерных батареях. На нем были надеты красивый красный галстук с серой рубашкой и необычными длинными чёрными шортами. Удивительно, но следом Сильвейн встал и с трудом побрёл, чтобы встретить своих гостей, жестами приглашая к чаю (слава богу, у бобра были лишние чашки в своей комнате). Примерно спустя 5 минут, когда все уселись и пили горячий напиток, бывший мэр решил задать вопрос:
-И кто вы вообще такие, что вы здесь забыли? Ко мне никто не приходит уже последние лет 5.
- Мы работаем с мэрией Туманной Чащи, пытаемся восстановить картину произошедшего в Заводском Посёлке 30 лет назад... вы там были мэром, если мы правильно все поняли, - ответил ему Селестен.
-Чёрт! Я думал, что наш посёлок будет настолько не нужен, что от нас наконец отстанут, но нет же! Доживаю последние годы жизни в муках... скажите, на кой хрен вам вообще это надо? - ворчал Сильвейн.
-Оттуда идут очень опасные роботы, которые каждые 10 лет атакуют города и делают всех зверей вокруг несчастными! - пояснил Квентин, чуть не обжигая лапы об жидкость.
-Эх... а мы ведь всегда думали, всегда хотели верить, что все закончилось ещё тогда, когда наш любимый лис Николас пошёл и остановил производство этих роботов! Почему в этой жизни все так бесконечно?.. Ладно, вам повезло, детки. У деда Сильвейна есть кое-что, что ему доставили его старые друзья из информации…
Старый мэр начал активно рыться в своих шкафах, буфетницах и подобных местах, пытаясь что-то найти. Как много тайн он скрывал от работников дома?.. Вряд ли это было важно для группы зверей, ведь они в принципе плохо ладили с кем-либо во время этой операции по уничтожению роботов - Седрик погиб, Родриг в бреде, Марк (по словам Огюста) будет выполнять общественные работы в течение 5 лет, и вряд ли с Сильвейном история будет лучше.
-Он сильно изменился, если, конечно, в этих дневниках крыса слова имеют хоть какую-то достоверность, - усмехнулся Селестен. Волки и лисы тихо сидели в сторонке, чтобы не мешаться суетливому бобру.
-Ну, если в Заводском Посёлке случилось примерно то же, что сейчас происходит у нас, то его можно прекрасно понять. К тому же он был мэром всего города - от такой ответственности всем будет непросто, - продолжал Эдгард.
-Разве это нехорошо, сплетничать прямо за спиной зверя, о котором мы говорим? - неожиданно спросил Квентин.
-Что вы, что вы, мне абсолютно безразлично, что вы обо мне рассказываете, если вы не подвергаете нас всех какой-то опасности! - коротко и неожиданно пробормотал бобёр, пока пробегал мимо.
-А вы много знаете о графе Клементе? - добавил ещё один вопрос Волчонок.
-Ну... - Сильвейн резко остановился, чуть не потеряв все бумаги из своих лап, - Именно он и виноват во всей трагедии, что случилась с посёлком 30 лет назад. Создал целый завод, спрятал его от нас, делал вид, что всё в порядке, а потом... знаете, вам лучше будет прочитать дневник господина Николаса - лучшего друга Клемента. Там описана вся катастрофа и её краткосрочные последствия. Скажем спасибо этому великому рыжему зверю, ведь без него роботы наверняка бы натворили ещё больше дел!
-Мда уж... - вздохнул Селестен, - И почему волки постоянно оказываются в таких передрягах? Почему именно мы постоянно устраиваем какой-нибудь конец света, для себя, для своих близких или для всего нашего мирка?
-Ты побольше ото всех закрывайся, так уж точно тебе станет получше морально... – пробормотал Эдгард, - Ведь все эти заскоки волчьи случаются уж точно не из-за застоя ваших чувств…
Группа зверей тут же села читать этот дневник лиса 30-летней давности... и теперь понимала, насколько ужасен масштаб проблемы. Более того, остается вопрос - как этот блок "Кукловод" до сих пор работает, если его отключили? Уже эти мысли были прерваны Сильвейном, который разложил на столе поверх мемуаров рыжего зверя несколько карт.
-Туманная Чаща не сразу поглотила Заводской Посёлок. Это произошло уже после того, как мои горожане отправили меня на вынужденную пенсию... кажется, это было лет 20 назад, а сведения из города по поводу проблем с роботами - точнее, их отсутствия, - перестали приходить лет 10-15 назад.
-А почему вас отправили на пенсию? - спросил Квентин.
-Инсульт, - ответил бобёр, - Да и никто в нашем городе не остался в своем уме после той катастрофы... Клемент, вон, заболел травмой мышления, и мы давно его уже не видели. Итак... ваша цель - это вход в Угольную Шахту. Насколько я знаю, его так и не снесли - те места слишком сейсмически нестабильны, или что-то в этом стиле...
-А в шахте нам что надо будет искать? Всё, как написано в мемуарах Николаса? - спрашивал Эдгард. Немного его пробирало от гордости за сородича.
-Я откуда знаю? Вы же агенты мэрии, это ваша работа, а моя работа предельно проста - направить вас по верному следу. Я бы на вашем месте взял туда целую роту... - сетовал Сильвейн, - Эх, хотел бы я сам командовать такой ротой, чтобы разобраться со всем этим! Ну почему меня отправили на пенсию до того, как мы полностью избавились от ошибок Клемента?!
-Не вините себя, Сильвейн, - Селестен положил лапу на плечо бобра, - От ваших чувств лучше никому не станет. Более того - из-за инсульта вы вряд ли бы были хорошим командиром, ещё бы и заставляли ваших соратников лишний раз о вас волноваться, а ведь это никому не нужно... конечно, жаль, что у нас не будет с собой никакой армии в ходе этого штурма...
-Никакой армии? Боже, да вы попросту обречены! - крикнул бывший мэр, уходя в свое кресло и отказываясь говорить дальше, - Забирайте карты и уходите отсюда!
Взрослые звери быстро собрали найденные ресурсы и понесли их на выход, однако Квентин решил задержаться у старого бобра, предупредив своих старших товарищей об этом. Сильвейн тогда тихонько смотрел в свое окно, в котором можно было разглядеть бурную Туманную Чащу, справляющуюся с напором стихии и приближавшегося конца года. Жаль, что настроение у бывшего мэра было ужасным... и дело ведь не в гостях. Он был рад тому, что о нём вспомнили, даже если это было из-за его старой ошибки.
-Господин Сильвейн... я понимаю, что вы не уверены в наших силах, но мы уже 3 раза останавливали этих роботов, и они нас боятся! У нас лучшая техническая поддержка, мы точно со всем справимся, - заверял волчонок.
-Я всё это понимаю... и я злюсь не на вас. А на то, что такими делами должны заниматься специальные звери, которые готовы жертвовать своими жизнями во имя существования других. Разве у вас в мэрии нет таких отделений? Вы вообще работаете на эту мэрию?.. - обеспокоенно спросил бобёр.
-Они пришли к нам за помощью, потому что мы год назад решили одну из её проблем, а сейчас у них войска занимаются чем-то очень важным...
-То есть роботы, атакующие город, не настолько важны? Эх... В тяжелые же времена ты растешь, когда детям приходится идти на войну, чтобы спасти свое будущее. Конечно, ничто не пойдет в сравнение с Великой Войной, но зачем портить жизни такому количеству зверей?..
-Я не жалуюсь!.. Мои родители и так не могут уделять мне времени из-за работы, а так у меня есть занятие, цель, друзья... меня и в школе все вежливо игнорируют.
-Жестокая же у тебя жизнь. Впрочем, раз ты всё ещё стоишь передо мной и всему радуешься, разговариваешь со злобным умирающим бобром, то ты уж точно устроился неплохо в своей жизни. Когда вырастешь, наверняка заставишь всех гордиться за тебя...
-Я на это надеюсь! Лишь бы обо мне хоть кто-нибудь вспомнил...
-Об этом не волнуйся... Квентин, да? Тебя так зовут?.. Историю пишут выжившие. И у тебя есть все шансы оказаться больше, чем простым выжившим.
После этого Сильвейн тихо вздохнул и, кажется, задремал. Квентин не посмел его беспокоить и направился к своим дядям.
Глава 3 – Проникновение
Бывший мэр предоставил местоположение всей системы пещер, которые располагались на юге Туманной Чащи. К текущему году вся поверхность над ними перешла под сельскохозяйственную - насколько известно мэрии, были попытки засыпать шахту, однако они тогда "почему-то провалились". Вопрос теперь обстоял в том, чтобы найти вход внутрь комплекса завода. На картах были указаны все точки, откуда когда-то выходили роботы 30 лет назад, однако быстрое сейсмическое сканирование дало понять, что вся система... расширилась, внушая страх в группу зверей. Была и ещё одна проблема - часть старых ходов все-таки были теперь засыпаны грунтом, хоть и через отверстия можно было видеть, что метров через 5 открывался полностью доступ в эти странные тоннели.
-Не будь этого ужасного бурана, было бы гораздо лучше искать вход! - вздыхал Эдгард. Даже его ворчание звучало как-то по-другому сегодня.
-Жаль, что мэрия не смогла нам выдать зимний транспорт! - сетовал Квентин, который держал при себе все бумаги, искренне желавшие вылететь из его лапок.
-Мы бы лишний раз оповестили о своем присутствии роботов, - отвечал Селестен, - Так что, пожалуй, эта милая нелепица распределения позволила нам лишний раз выжить.
-Порой я забываю, какой ты оптимист, - ухмыльнулся лис.
-Я о тебе постоянно забываю, если твои слова слушать... - грустно отмахнулся волк.
-Думал, мы закрыли эту тему? - поинтересовался бывший диспетчер, однако его товарищ в красной тёплой одежде и шапке ничего не ответил.
-И почему каждый раз все так сложно... - вздохнул уже волчонок.
-Да все просто, Квентин, - ответил ему Эдгард, - Надо просто поговорить с одним очень беспокойным волком. Но явно не сейчас... и не один раз.
-А у вас точно получится это сделать так хорошо, что вы помиритесь?
-Я не знаю, но если не пробовать, то никогда не узнаешь...
-Именно поэтому публика облюбовала ваше лицо помидорами?
Тут уже лис ничего не ответил и устремился за волком, учитывая, что всем надоели эти глупые поиски и разговоры во время поисков.
Мудрый Селестен решил вернуться в точку не самую удобную, но ту, что была открыта 30 лет назад - главный вход в Шахту. Все это стальное-бетонное здание уже давно припорошило снегом, живая душа здесь не бывала ещё дольше, и, судя по состоянию постройки, никто не пытался её вскрыть все эти долгие годы - с самого момента, как это место вновь закрыли, чтобы никто не пробрался внутрь разрушенного завода. Жаль, что это оказалась роковая ошибка.
Придя сюда, звери тут же принялись изучать возможности входа, однако все они оказались равны примерно нулю - сие значило, что проход придется открыть самим себе вручную. В этот раз каждый из группы шёл с рюкзаками, у Квентина был самый маленький из них, и там находилась горелка - так называемый "плазменный резак". Достав его, волк тут же начал прорубать путь, пока Эдгард и Квентин осматривались, чтобы скрыться в случае опасности, но ничего плохого не случилось.
-Достал бы оружие, - вздохнул Селестен, когда завершил процесс, - А то из тебя плохой караульный получается.
Ему ничего не ответили. Внутри входа в шахту атмосфера была ещё страннее, чем в прошлый раз - пыль завладела всем происходящим, освещения не было. После того, как звери достали фонарики и начали все осматривать, выяснилось, что сюда никто не заходил даже из роботов. Эдгард решил проверить, есть ли ток в проводах здания, и он был: напряжение было в 5 раз выше привычного для Туманной Чащи, если верить приборам
-Лучше здесь ничего не касаться, если не хотите отправиться к праотцам в зажаренном виде, - подытожил Лис, - Интересно, как проводка вообще выдерживает такое напряжение?
-Если тебе такая охота знать мнение "Кукловода" по этому поводу, можешь пойти и спросить у него, - проворчал Селестен, осматривая лифт, - Всё ещё работает. Надеюсь, он не приведет нас в ловушку.
-А почему он не должен? Роботы же должны были усилить охрану за это время... - задумался Квентин.
-Они охрану не усиливали, когда об этом месте знали жители посёлка. Зачем теперь марать... захваты? - усмехнулся волк.
Правда, сразу после всем пришлось замереть на месте, ибо раздался знакомый лязг. Каждый про себя так и подумал: значит, все-таки они улучшили охрану... с потолка второго этажа и из его маленьких комнаток к дыре, проделанной в огромной стальной двери, стянулось 2 растяга. Кажется, они ещё не заметили гостей, однако неожиданно взяли отрубленную часть входа и начали её приделывать обратно, используя свои щупальца для разогрева стали. Данная ситуация никого не устраивала, потому Селестен решил тихонечко достать оружие, предоставленное мэрией - оно являлось одним длинным тонким цилиндром с рукоятью, по всей площади которого располагались катушки. На одном из концов находилась батарея, а на другом, боевом, - разряжатель. Устройство получило название "Замыкатель Теслы" и было призвано обрывать энергетические связи внутри самих реакторов роботов, приводя к их скорому перегреву и взрыву. Для Квентина была выпущена своя версия, в форме пистолета.
Первый выстрел, благодаря неожиданности, смог уничтожить Растяга, занимавшегося плавлением куска стали - механизм сперва замер, затем бурно зашумел, разрушаясь буквально посекундно, пока не рухнул на пол, а его маленькие детальки не превратились в жижу. Селестен уже готовился выпустить второй заряд, но катушкам уходило время в 2-4 секунды на перезарядку батареи, а врагу этого было достаточно, чтобы быстро прыгнуть на стены и начать двигаться за пределами линий света фонарей. Тут уже спохватился первым Лис, который достал свое оружие из рюкзака и теперь вместе с Селестеном выискивал противника. Жаль, что его обнаружил Квентин, которому попросту медленность слов не могла обозначить это до того, как робот прыгнул на него и готов был сжечь. Пострадали лишь петли рюкзака, и некоторая часть одежды... но враг был уничтожен.
-Все-таки охрану они улучшили, - вздохнул волк, - Кстати, мне интересно, есть ли связь между рядовыми роботами и центральным? Хм, Огюст, что скажешь? - По передатчику, который достал Селестен, не прошло и слова, - Класс...
-Давай не будем о плохом, Сель, - положил лапу на плечо другу лис, - Хочешь быть уверенным в том, что нас никто не заметил? Тогда я предложу тебе взорвать парочку серверов, которых здесь полно, даже если смотреть невооруженным глазом…
Именно так группа и поступила – при помощи своего оружия (прикладом или выстрелами) они уничтожили каждый сервер, который стоял здесь ещё 30 лет назад, и их новых товарищей, которые явно были созданы для повышения охранных качеств места. Неизвестно, ушёл сигнал вниз или нет, но времени или желания проверять ни у кого не было.
Когда же пришла пора спускаться вниз, лифт тяжело задрожал, чем вызвал лишний приступ паники у его пассажиров, однако тряска вскоре прекратилась. Квентин как раз перечитывал мемуары Николаса, в которых рассказывалось о монументальности этого места, однако первое время в этот раз можно было видеть лишь сплошную темень. Лишь спустя пару минут, когда рядом показалось ещё несколько шахт грузоперевозчиков, каждая из которых шла в разную сторону (то вверх, то вбок, то вниз), стал виден один из главных залов всего комплекса - здесь добывалась и перерабатывалась руда, после чего переправлялась по конвейерам в нужные части завода. Вместо привычного шахтерского гула здесь гуляли лишь звуки булькания жидкостей и перемещения мощных поршней насосных систем.
-С каких пор в добыче использую жидкость? - спросил Эдгард.
-Всегда ею пользовались для затапливания пустых карьеров, - отвечал Селестен, приглядываясь, - Однако роботы использую какую-то густую зеленую жижу, которая растворяет камень и оставляет лишь полезные металлы, они легко переносятся по этой жиже... я о таких составах слышал, но они были лишь на уровне наработок, когда я учился... "Кукловод" явно времени зря не теряет в развитии.
-Но зачем ему такие мощности? - поинтересовался Квентин.
-Ответ, пожалуй, очевиден, - проворчал волк, тут же направляясь вниз кабинки вместе со своими подопечными.
-О, дядя Сель, ты помнишь тот момент из мемуаров Николаса?.. - спросил волчонок.
-Да... лучше нам не высовываться. Конечно, тревоги я не слышу, но мало ли что...
Лифт постепенно ускорялся в своем падении в шахту, пока резко не замедлился около самого места добычи. Можно было наблюдать, как огромные системы из труб направлялись к земле и перекачивали жидкость из одной размеченной зоны в другую, оставляя за собой лишь пустоту, которая вскоре будет заполнена конвейерами. Строительство шло прямо находу - Растяги и Энергоптицы уже протягивали новую технику в сторону освободившейся земли, не теряя ни секунды.
В этот раз, в отличие от мемуаров Николаса, подъемник привёл группу в совершенное другое место, тоже напоминавшее комнату управления, однако в ней было гораздо больше автоматических систем, не было освещения, и она была с натяжкой врублена в каменную груду тела Земли. Фонарики вновь были включены, выход из этого помещения присутствовал, оставалось лишь как можно скорее получить доступ к терминалу и забрать из него актуальные планы данного места... жаль, что Огюст до сих пор молчал, но Селестен не задумывался о таких вещах. Сперва взломать компьютер хотел Эдгард, однако ему система отказала. Квентин хотел помочь своему дяде и тоже получил отказ, более того, последующая попытка могла привести к включению систем охраны. Когда же консоли коснулся химик, она замерцала странным зелено-оранжевым светом, в комнате включился свет, экран заработал и был готов показать любую информацию, оповещая, что рад видеть "Своего Инженера Кл.".
-Сюда поставили ДНК-замок... странно, почему я подошёл? Я ведь не похож на Клемента... - проворчал Сель, чувствуя себя немного не к месту.
-Наверное, там есть система совпадений, и ты по ней проходишь больше, чем мы с нашим племянничком, - ответил Эдгард, осматривая помещение, - Надеюсь, за нами не придет целый отряд, чтобы поприветствовать вернувшегося инженера.
-Давайте просто поскорее тут закончим и двинемся дальше! - от страха проговорил Квентин. Он давно не чувствовал себя в полной западне... в которую, впрочем, она завёл себя сам сейчас.
-Планы этого места совершенно не совпадают с теми, что были у Николаса... - сказал волк, - Кажется, "Кукловод" значительно расширил завод и полностью перестроил его. Почему эту машину попросту не смогли отключить - до сих пор вопрос открытый, с учетом того, что её Клемент якобы обесточил 30 лет назад, и тому были вполне явные доказательства...
-А потом он заработал себе травму мышления, - усмехнулся Эдгард, - Так что я не уверен, что действиям того волка можно было всецело доверять.
Ещё в начале этого разговора лифт неожиданно уехал наверх, но никто не обратил на это никакого внимания, а теперь, когда стал слышен грохот этого механизма... все уже подумали, что было слишком поздно. Селестен и Эдгард успели вытащить свое оружие, а Квентин пока только копался в рюкзаке. Подъемник вскоре коснулся земли, но он был пуст и не внушал никакого доверия... впрочем, неожиданно оказалось, что в нем сидел Огюст, со своим рюкзаком и Разряжателем Теслы. Барсук тяжело вздохнул, покидая средство транспортировки и обнимая волка.
-Уж простите, что забыл вас предупредить, но мне пришлось улаживать столько маленьких вещей в мэрии перед тем, как отправиться вам на помощь! Хорошо, что вы зачистили все следы своего появления на фабрике, иначе бы у нас уже были проблемы! Я смотрю, что вы ещё и данные собрали об этом месте, да?
-Ага, - отвечал Селестен, выходя из объятий товарища, - Ситуация на заводе значительно изменилась, придется прорываться с боем и непонятно куда...
-Так-так... - Огюст посмотрел на экраны, - Ага, значит, по конвейерам и системам производства нам надо добраться до Главного Подъемного Механизма, который довезет нас до хранилища, где и расположился "Кукловод"... его помещение выросло в размере, если сравнивать с прежней статистикой. Но это все мелочи! Я рад, что вы живы и не сильно на меня злитесь...
-Да какой смысл уже злиться? - усмехнулся Эдгард, однако барсуку было неприятно от мысли о том, что ему уже и не доверяют особо. Впрочем, он был сам виноват в этом и никого излишне не судил по этому поводу, кроме себя.
-Вот и чудно! Интересно, мы можем получить ещё информацию с этого компьютера? Иначе мы рискуем оказаться в полной прострации! - интересовался работник мэрии, но, как только он дотронулся до клавиатуры, экран резко погас, и включилась маленькая тревога.
-Генетическая защита, - поведал Селестен, проводя то же самое действие и снимая тревогу, активируя монитор обратно, - Повезло мне, что я взрослый волк.
-Любопытно... и даже на Квентина система плохо отзывалась? – спрашивал Барсук, а ему кивали в ответ. Сам он же засмотрелся на сообщение системы о радости возвращения Клемента, - Верная машина ждет своего хозяина… интересно, а отсюда её не отключить?
-Нет, увы, - проворчал Селестен, указывая на то, что кнопка Отключения недоступна по аппаратуре, - Так что придется идти пешком к ней.
Глава 4 – Критическая Масса
Покинув это помещение, звери наконец-то для себя поняли, что мемуары Николаса совершенно устарели: завод, находившийся по ту сторону комнаты, стал во много раз больше, конвейеры были намного более ветвистыми и, кажется, были направлены чуть ли не во все 6 сторон света, повсюду постоянно велись строительные работы, в ходе которых прокладывались дополнительные провода, линии производства, строительные машины... все эти системы были сборными и складывались из кучи деталей буквально на глазах. Также вырастали целые комплексы труб, в которых текла загадочная зеленая светящаяся жидкость, наверняка способная расплавить и живое существо. Казалось, что за всем заводом даже наблюдать никому не надо было, он самопроизвольно рос в пещерах, подальше от Туманной Чащи, в местах, где его никто не будет искать... гениальное решение достаточно простого разума, который когда-то управлял куклами в театре.
-И где здесь начинаются нужные нам конвейеры? - неловко спросил Квентин, который первый закончил завораживаться местными пейзажами. И ведь его вины в этом совершенно не было - ему было очень страшно, и он хотел поскорее покончить со всем этим... и, наверное, никогда не подписываться на такие приключения в своей жизни.
-Все производственные линии ведут в хранилище, располагающееся рядом с Кукловодом, - пояснял Огюст, сверяясь с картами по своему устройству, куда он записал планы заводы, - Так что достаточно будет запрыгнуть хоть куда-либо и не упасть вниз. Кажется, там грунтовые воды проступают.
-Завод же не может быть таким идеальным, тут наверняка что-то не слишком хорошо работает, - задумался Эдгард, - Может, мы сможем воспользоваться его неприятностями в своих целях? Роботам и так плевать на условия жизни...
-Нам бы просто не привлекать к себе лишнее внимание, - проворчал Селестен, - А ты своими действиями привлечешь к нам очень много ненужного внимания. Не хотелось бы, чтобы кто-то из вас умер по своей безалаберности.
-Ладно, ладно, - лис пытался успокоить своего товарища.
Первым вниз, на конвейеры, прыгнул Огюст - до того он использовал подручные камни, чтобы проверить примерную скорость производственного потока. Он был достаточно медленным, чтобы не расшибиться при прыжке, но достаточно быстрым, чтобы действительно ускорить продвижение по заводу. Следом к барсуку присоединился Волчонок, за ним - Селестен, и завершал всю процессию Эдгард, очень неловко приземляясь на любимого волка, заставляя его поворчать лишний раз. Весь завод стоял благодаря мощным колоннам, на которых размещались промежуточные стадии производства и через которые проходили все конвейерные ленты; множественные робототехнические руки сваривали части механизмов, отправляя ненужное вниз. Доехав в первый раз до такого пункта, звери придались страху, ожидая, что система их заметит, однако Огюст решил выстрелить из Разряжателя в генератор проверяющего поля оранжевого цвета (во всяком случае, так хотелось его назвать), заставляя механизм отключиться и позволяя ехать дальше со спокойствием. Правда, потом включилась сирена, и к месту, где произошло отключение, направились многочисленные растяги, которые пытались что-то изучить и исправить, но, судя по громким всплескам воды внизу, у них ничего не получалось.
-А нас отсюда вообще можно увидеть? - поинтересовался Селестен.
-Может и да, может и нет - завод в большей степени состоит из конвейеров на колоннах, все остальные места - просто камень или комнаты промежуточного контроля! - пояснял Огюст.
-И все же, никому не кажется странным, что они всё ещё не пустились за нами в погоню? - неловко спросил Квентин, осматриваясь повсюду со своим оружием.
-Децентрализация систем контроля, - рассказывал Эдгард, - Применяется в тех случаях, когда речь идет о слишком больших напряжениях, и подключение ко всеобщей сети может привести к взрыву. Наверняка эти странные "сервера", которые мы видели до того, и являются локальными точками управления. А мы уже давно покинули регион, в котором натворили беды...
-Удобно, - усмехнулся волк.
Неожиданно раздались звуки тревоги, которые неприятно ласкали сердце готовящейся атакой роботов.
-Впрочем, никто не говорил о том, что малые системы не могу объединяться в кластеры побольше, когда дело касается опасности для всей линии производства... - уточнил лис.
-Зато будет время у вас приловчиться к использованию разряжателя! - усмехался Огюст.
-Почему он просто не остановит конвейерную ленту? Тогда же мы здесь застрянем! - задумался Квентин, осматриваясь по сторонам.
-Видимо, не может позволить себе остановку производства! Да и остановит ли нас простая задержка по пути? Мы и пешком дойдем! - смеялся волк.
На горизонте вскоре появились энергоптицы, 4 стаи по 12 особей, каждая из которых подготовила свою мортиру и желала начать обстрел, однако звери уже начали в едином порыве стрелять по врагу. Сперва - кто куда мог, туда и попадал, однако быстро все вспомнили о том, что сила летающего врага - в его количестве, и потому начали огонь лишь по конкретной стае, пока её ряды не были полностью уничтожены. К этому моменту другие 3 сборища летунов оказались рядом и сделали один залп по конвейерное ленте, но промахнулись и, кажется, повредили структурно само производство. Противник выполнил быстрое тактическое отступление и теперь уже готовился атаковать группу своими быстрыми ножами. Тяжелее всего в данном случае было Квентину - его веса и силы попросту не хватало, чтобы сбросить с себя сосуды небесной смерти, а точность волчонка хромала из-за волнения. К счастью, Селестен буквально держал своего подопечного за лапу и смог подвести его к себе поближе, расстреливая залпами энергии всех врагов, кто прилетал. Погибла вскоре вторая стая, а за ней третья решила отлететь назад, на другой сигнал тревоги, возникший в иной части завода.
-Чего? Кто-то ещё проник на завод? - взволновался Селестен.
-Это вряд ли! Скорее всего, у самих роботов возникли какие-то рабочие издержки. Ничего, нам нельзя оглядываться назад, особенно с таким хвостом за нами! - ответил Огюст, поторапливая своих компаньонов.
Удивительно, но совпадение с мемуарами лиса Николаса произошло тогда, когда группа попала в комнату управления сектором производства. Точно такие же массивы вычислительных машин, такие же пол, стены и потолок, все состоящие из темно-красной стали, такие же двери, открывающиеся дистанционно при помощи сервоприводов... только появилась огромная голограмма в центре, которая собой олицетворяла данный участок завода. Для зверей это было даже на руку - значительно упрощало взлом системы. Огюст даже времени не стал терять и тут же приступил к столь непростой задаче, пока остальные его товарищи по группе тяжело вздыхали и готовились к следующему забегу.
-Сель, не находишь, что мы здесь немного лишние? - поинтересовался Эдгард, - Мы ведь делаем не больше обычных солдат...
-От нас другого и не нужно, - проворчал волк, - Сам же знаешь, что на всю эта работу с роботами были бы отправлены целые отряды СОБ-а, если бы они ни были заняты чем-то важным...
-И господин Барсук вряд ли бы справился без нас, - неожиданно заявил Квентин, - Ведь этот завод слишком большой, и случайный выстрел какого-нибудь робота с легкостью убивает зверя... даже если тот в военной броне.
-Если бы СОБ выдал нам экипировку получше, мы бы и жили подольше, - продолжал химик, - Кстати, Огюст, есть ли у тебя там прогресс какой-нибудь?
Вскоре план сектора сменился и разросся до плана всего завода. Звери с легким удивлением и восторгом смотрели за тем, как Барсук управлял столь неживой, но в то же время столь податливой технологией...
-Есть свой шарм в том, что Кукловод ждет прихода своего хозяина... ведь машина становится очень спокойной для всякого рода манипуляций. Жаль, что его нельзя отсюда отключить, однако я смог изменить направление всех производственных линий так, чтобы провести нас до Главного Подъемника без лишних проблем, - заверил Огюст.
-Я откровенно не верю в то, что роботы нам позволят это сделать, - усомнился в его словах Селестен.
-Здравый скептицизм, ведь кто знает эти машины! – усмехнулся Барсук.
Резко вновь включилась тревога, теперь разрывая уши всех зверей в этой комнате. Потолок неожиданно открыл верхние свои части, и из них появился 1 растяг, 1 конденсаторный перекатчик и 1 странный робот, который, судя по воспоминаниям Николаса, являлся Пироманом - артиллерийским огнеметчиком. Все они упали в собранной форме, быстро раскрывая всю свою мощь на полу. Растяг отличился тем, что стащил Огюста и направился с ним на конвейер - никому не хватило времени на то, чтобы ответить выстрелом!
-Я побегу за Огюстом! - крикнул Квентин, проверяя свой разряжатель и направляясь за похитителем, - Но, пожалуйста, избавьтесь от этих двух тяжеловесов!
-Легко сказать, когда ты убегаешь от них, - усмехнулся Селестен, смотря за тем, как в его рожу уже готовились ворваться огненные комья, а Конденсатор готовился вывести излишки энергии, расстреливая все на пути.
Тут уже Эдгарду хватило реакции произвести выстрел прямо в конденсатор робота, вызывая его перегрев и взрыв, обнажая реактор. Селестен не стал ждать и продолжил удар товарища, отправляя всего робота в небытие. Пироман тем временем уже стрелял в волка, и тому пришлось кувырком убегать от своей смерти, под лапу подхватив любимого лиса. Они дождались, пока их орудия перезарядятся, чтобы выстрелить в 2 сопла сразу, однако вместо взрыва они получили лишь временную перегрузку. Впрочем, на следующий заряд волк понял, что надо стрелять в реактор, который, согласно воспоминаниям, спрятался между гусеницами и соплами... и двойной выстрел туда привёл к подрыву врага.
К этому времени Растяг успел оглушить незадачливого барсука и несся с ним в сторону конвейерной ленты, судя по всему, чтобы сбросить его в воду или на другую линию производства. Выстрелы Квентина постоянно мазали, а ведь до обрыва уже оставалось пару шагов... к счастью, в нужный момент волчонок смог собраться и совершить необходимое попадание в корпус монстра техники, и тот отшатнулся в безопасную сторону. Понадобилась пара минут, чтобы вернуть Огюста в чувства, но он был в порядке - хоть и обескуражен тем, что его чуть не похитили.
-Нешуточный бардак, хотя, поразмыслив, "Кукловод" откровенно не считает нас угрозой, - задумался Барсук, придя обратно в контрольную комнату и заметив 2 валяющихся трупа робота.
-И это странно, нет? Он ведь должен был готовиться к осаде, судя по всплескам той особой энергии, нет? - спросил Селестен. Он разложился на трупе Пиромана, как на своеобразном кресле. Давненько он просто не раскладывался на кресле...
-Это была умная догадка с нашей стороны, но она вовсе не обязана быть истинной. К тому же мы не знаем, осознается ли наше присутствие как присутствие 4 зверей, что мешали программному блоку выполнять свой план, или он думает о нас в каком-то другом ключе... все может быть, - отвечал Огюст, подходя к вновь появившейся голограмме, - Путь для нас открыт. Долго отдыхать не стоит.
-А ты можешь сделать что-нибудь, чтобы к нам не прилетели роботы с других конвейерных линий? Хоть какую-то защиту поставить? А то ведь это всё плохо кончится, - проговорил Эдгард, рассматривая планы завода.
-Можно попробовать замкнуть некоторые цепи, нарушить производственные схемы, вызвать перегруз энергетических накопителей в других частях завода, куда мы не пойдем, чтобы перевести внимание большей части роботов на них... судя по записям систем архивации данных, эти роботы были здесь командой техподдержки. Конденсатор восстанавливает питание, Пироман восстанавливает структурную целостность, а Растяг убирает лишний мусор, - пояснял Барсук.
-Негоже вас называть мусором, - возмутился Квентин, хотя он понимал, что вряд ли программный блок волнуют такого рода мысли.
-И это меня волнует, ведь ещё чуть-чуть, и легко будет разгадать тайну того, кто на самом деле оказался на заводе, - резко воспрял Селестен, - Далеко нам до Главного Грузоподъемника?
-Нет, примерно 10 минут езды на конвейере, 7, если мы побежим, - сказал Барсук, забирая в свое устройство самые актуальные планы завода.
-Звучит неплохо, - усмехнулся Эдгард, - Лишь бы наше оружие не отказало, и все будет отлично.
-Не беспокойтесь! В худшем случае у разряжателей появятся лишние функции! – рассмеялся в одиночестве Барсук.
Глава 5 – Обратное Восхождение
-Я многое понимаю, но разве мы не должны подниматься наверх?
-Да, должны... думаю, тебя смущает потолок в пару метрах от нашего месторасположения, ага?
-Не только это!
Группа дошла до точки нахождения Главного Подъемника, однако здесь не было никакого намека на лифт, одна сплошная пропасть, окутанная кровавым камнем. Приглядываясь, можно было и заметить странную систему, которая на большой скорости летела вниз, чуть не сдувая зверей, стоявших на границе этого каньона. Все конвейеры приводили к этому месту, но чуть выше, и грузы собирались с той же страшной силой в центре конструкции.
-Итак... мы в тупике, - проворчал Эдгард, делая выстрел в сторону тех странных падающих на огромной скорости штук, - И что, нам теперь поворачивать назад? Бессмыслица же какая-то!
-Я не думаю, xnj все так просто... - подумал Селестен. Он взял и при помощи силы отделил камень от общего массива, после чего бросил его в сторону таинственного механизма - резко снаряд принял перпендикулярную позицию и на той же самой скорости полетел вверх, - Они используют какой-то ускоритель гравитации. Есть идеи, Огюст?
-Хм... наши техники предполагали о том, что можно создавать гравитационные карманы, в которых все будет двигаться со своей скоростью и своим направлением. Думаю, если мы попадем туда, то ощутим на себе эти изменения полей, - размышлял барсук, - Очень опасная ситуация, однако у нас нет других вариантов - единственный доступ к "Кукловоду" находится по ту сторону лифта.
-Кто бы сомневался... - вздохнул Селестен, - Ну, что, все готовы прокатиться на конвейерах в последний раз?
-Дядя Сель, не говори ты так! - неожиданно встрепенулся Квентин, - Не "в последний раз"! Мы ещё обязательно выживем и прокатимся на производственных линиях где-нибудь ещё.
-Ну, ты прав, но я надеюсь, что никогда больше не буду кататься на этом заводе, - уточнил волк, помогая лису и барсуку взобраться по каменной груде на конвейер, затем подавая лапу своему подопечному, - Будем считать, что ты будешь прав, Квентин...
Поездка на конвейерах была мучительной для нервишек - ведь никто не был уверен в том, что все спокойно переживут смену гравитации и избегут участи превращения в лепешку... конечно, никто эти желания не озвучивал, и в этом был свой плюс - всем удалось выжить! Звери оказались в помещении округлой формы, которое полностью защищено стеклом. Внутри находился ещё один круг, радиусом поменьше, который оказался отключенным скоростным лифтом. Пол был выполнен из смеси стали и стекла, а потолка и вовсе не было - зато можно было посмотреть в ту "бездну", которая теперь казалась бесконечной высотой. В этой же комнате удалось найти ещё одну консоль... видимо, это пункт управления всей системой. Селестен и Огюст без труда её активировали, пока Эдгард и Квентин наблюдали за всем со стороны и караулили - непонятно правда, откуда мог прийти противник.
-Так-так... скоростной лифт использовался лишь для доставки тяжелого оборудования в ходе антигравитационного строительства, но потом был деактивирован. Впрочем, его можно с легкостью включить... тем самым оповестив о нашем прибытии весь завод, - читал Барсук.
-У нас ведь нет выбора, так? Значит, мы сможем... - Волк так и не успел договорить, ведь его лис произвёл 3 заряженных выстрела подряд, чем всех неслабо удивил.
-Значит, мне не показалось! - отметил Эдгард с удивлением, - Разряжатели ведут себя здесь очень странным образом...
-Действительно, их что-то заряжает внешне... - пояснил Огюст, смотря и на свою версию оружия, - Ага, точно, весь лифт построен по принципу электромагнитизма и заряженных энергетических кристаллов! Видимо, многие дикие теории нашего отдела находят здесь свое применение. Есть плюсы у роботов - им не приходится думать о таких простых жизненных вещах, которые часто нам мешают...
-Роботам, конечно, проще, у них ведь нет никакой ответственности за себя, они лишь выполняют приказ зверей, - ворчал Селестен, осматривая заряженное ружье, - А у нас наконец-то появилось адекватное оружие против этого технического кошмара!
Через пару минований движений лап лифт в центре комнаты двинулся, и волк с барсуком пополнили ряды рыжего и малого пассажира этого рейса. Подъемник не собирался набирать скорость - он медленно, но верно покинул стеклянную комнату, и показал всю монументальность этой огромной кровавой пещеры, в которой разместился одинокий лифт, тихо ведущий свой груз наверх-вниз, к своей заветной цели...
Однако пустота была крайне обманчива, и вскоре её обитатели начали заявлять о себе в виде странных, выхолаживающих уши звуков, как будто бы что-то просвистывало между пространством и временем, заставляя вас жалеть о том, что вы живете всего лишь в пространстве и времени и не можете вырваться из этой цепочки. Источник боялся себя показать, накаляя чувства зверей до предела, однако неожиданно ситуация изменилась - лифт остановился на каком-то перевале из стальной платформы, где располагались мощные энергетические кристаллы... и энергию из них поглощали Конденсаторные Перекатчики, а те уже заряжали близлежащих растягов. По всему заводу активировалась тревога, из-за которой роботы быстро пришли в движение - пара механизмов помельче тут же сделала прыжок в сторону Квентина, но тот косым, но очень активным действием умудрился обезвредить оба механизма, а те были уничтожены меткими выстрелами оставшихся зверей.
-Надо избавиться от этих кристаллов! - резко заявил Селестен, - Они могут мешать лифту двигаться дальше!
-А если они как раз и держат нас в полёте? - поинтересовался Огюст.
-Это вряд ли! - ответил Эдгард, - Хотя и Селестен не гений по физике, так что нам надо быть осторожнее!
Пока все стреляли по Конденсатору, волк не тратил времени зря и уничтожил выстрелами 2 кристалла, а из третьего готовился достать маленький кусочек - удивительно, но вся конструкция была безумно пластичной и поддавалась изменению в миг. Химик тут же приложил находку к своему оружию, и они как будто бы... срослись, создавая вокруг себя постоянные зеленые молнии. Взорвали третий кристалл лишь тогда, когда все оказались на лифте – и он тут же направился вверх, пока Конденсатор пытался попасть по врагам, но тщетно.
-Интересный феномен! Разряжатель полностью перестроился на внутреннем уровне, чтобы использовать мощь кристалла "Кукловода!" Меня одного волнует, откуда у него доступ к такой технике? - взволновался Огюст.
-Когда мы остановим этот программный блок, всё достанется мэрии в любом случае, так что какая к чёрту разница? - проворчал Селестен, беря за морду барсука и показывая ему все вокруг, - У нас есть гораздо более интересные проблемы сейчас!
В этот момент из труб, которые чудесным образом маскировались по цвету с окружающим красным камнем, начали вылетать энергоптицы. Волк решил без раздумий начать стрелять, однако он быстро заметил новую особенность у своего оружия: оно может не только стрелять без перезарядки, но и разряжать непрерывный поток энергии в виде луча, который уничтожает всю робототехнику на своем пути! Столь прекрасное открытие приносило химику небывалую радость - такую, о которой он совершенно забыл за последнее время этих разборок с механизмами, вечно желающих его убить. Энергостаи птиц даже не падали на землю - мощность напряжения была так велика, что они растворялись при прикосновении к ним луча.
-Только следи за тем, чтобы не попасть по своим! Последствия могут быть катастрофичны! - кричал Огюст, - Зря я не взял с собой счетчик радиации, а то мало ли, что этот волк ещё учинил... впрочем, ему стоит довериться разок.
-Ладно, Селестен, мне надоело смотреть, как ты веселишься в одиночку! - крикнул лис, подобравшись к оружию своего товарища и взяв кусочек кристалла себе. Конструкция на оружии химика быстро выросла обратно, а прикрепленная к разряжателю Эдгарда версия вскоре выполнила то же, что было у серого. Теперь было 2 луча смерти, которые уничтожали врага. Казалось, что Сирена на заводе отражала изменения в стане врага роботов - она становилась все отчаяннее и отчаяннее, пока и вовсе не переросла в крик о помощи, который никто не мог услышать.
-Я удивлен, как вы до сих пор работаете в обычном магазинчике, с такими-то амбициями! - усмехнулся Барсук, смотря, как все стаи врага (их останки) летели в пустоту (наверх).
Неожиданно подъемник довёл зверей до очередной остановки, на которой вместо кристаллов выступали новые роботы - у них было 5 длинных алюминиевых пластин, судя по всему, постоянно прогреваемых для мобильности этих конечностей, на которых находились мощные острия. Они парили над землей, а все пластины удерживались на стальных балках, которые окольцовывали ярко светящееся ядро. Никто не стал ждать ни малейшей секунды и выстрелил в ядро одного из этих роботов, однако тот неожиданно пропал - от него оставались лишь какие-то мелкие красные звездочки. Затем враг появился в другом месте, и из его центра появился концентрированный заряд энергии, который чуть не разрубил Селестена на части - благодаря усилиям Эдгарда, впрочем, волк отделался лишь мощным ожогом по руке.
-С тобой совершенно нельзя нормально жить! Ещё чуть-чуть, и ты просто пойдешь и умрешь! Скажи, Сель, что тебя так НАПРЯГАЕТ В ЭТОЙ ЖИЗНИ, что ты не можешь попросту жить? - неожиданно спросил Эдгард, не ожидая никакого ответа, лишь продолжая стрелять в нового врага, пока тот то исчезал из реальности, то в ней вновь появлялся.
-Я помню, что СОБ предполагал о существовании подобного механизма, но у нас не было статистики! Мы их прозвали Переключателями Фазы - потому что они используют своё ядро, чтобы уходить от повреждений в 5 измерение и через него совершать быстрые рывки! - кричал Барсук.
-Прекрасные догадки наших ученых, но как нам остановить врага и восстановить движение подъемника? - спрашивал Квентин, немного теряя надежду в ходе этой битвы.
-Не знаю! - ответил Огюст, однако загадка быстро раскрылась, когда Селестен произвёл выстрел в ядро Переключатели в момент его возвращения из 5 измерения, уничтожая робота
-Я бы ответил тебе на все вопросы, Эдди, но давай поговорим об этом уже после всей операции! - ответил волк.
-Ты просто все замнешь и никогда ни о чем мне не расскажешь... - пробурчал лис, смотря на то, как остальные 2 зверя уничтожают Переключателей Фазы, и лифт приходит в движение.
-Это мы ещё посмотрим, - отворчался химик, проверяя свое оружие на целостность – все было в порядке.
Спустя ещё пару минут звери почти доехали до цели их длинного обратного восхождения - огромного стального помещения, которое как бы являлось пунктом принятия грузов. Оттуда оставалось рукой подать, чтобы добраться до "Кукловода"... во всяком случае, всем казалось, что победа была уже в кармане, как неожиданно лифт остановился буквально в паре метров от своей цели. Звуки тревоги на заводе резко возобновились, и вместо привычной агонии, смешанной со страхом, здесь присутствовала одна большая надежда в возможности уничтожить противника навсегда. Раздался новый, крайне незнакомый звук, который соответствовал тем странным смешениям реальности... И подъемник резко поехал вниз на 10-20 метров, остановившись в некой бездне. Из труб среди камней вылетали десятки Переключателей Фаз, которые использовали свои ядра для создания мощных плазменных лучей. Лифт уничтожить роботы не могли - по программе защиты целостности завода, а вот неприятелей вполне могли отправить в ад.
-Давайте распространим наше маленькое улучшение, - крикнул Селестен, отрывая 2 кусочка от своего регенерирующего кристалла и передавая их Квентину и Огюсту, - Только так мы сможем добраться до Кукловода!
-Я бы сомневался в стабильности ваших методов, Селестен, однако обязан сказать, что мэр не зря вас выбрал для этого дела... пускай и, пожалуй, наши специально обученные агенты справились не хуже вашего, - ответил Барсук, применяя кристалл к своему ружью.
-Закрепим же наш успех! - крикнул Квентин, начиная обстрел врага.
Это зрелище было сложно описать какими-то простыми словами - повсюду пестрили различные лучи энергии, Переключатели Фазы пытались убежать от мощной силы, что их уничтожала, однако каждый раз, заходя на перезарядку ядер после очередного побега из реальности, вражеский огонь достигал роботов и превращал их в механический суп, который улетал вниз (наверх). Вскоре механизмы, контролировавшие неожиданный спуск, были уничтожены, а другие начинали отступать - и лифт в кой-то веки доехал до своей цели под тяжелые вздохи облегчения своих пассажиров.
Глава 6 – Забудьте о куклах
Звери прекрасно имели представление о том, что они должны были увидеть, поскольку господин Николас не поскупился и приложил фотографии к своим мемуарам. Однако все изменения на заводе, произошедшие за 30 лет, готовили группу морально к тому, что их ждет нечто внеземное - и они оказались правы! Отойдя от подъемника в следующие пару комнат и вернув нормальную гравитацию, нарушители оказались в маленькой стальной будке с панорамным стеклом - это та самая контрольная панель, в которой много лет назад говорили в последний раз Клемент и его друг-лис, но она теперь казалась безумно крошечной на фоне "Кукловода", системы которого разрослись до небывалых размеров.
-Мы ведь не сможем просто взять, подойти и отключить эту машину, не так ли? - спросил неубедительно Селестен, пытаясь скрыть свои истинные мысли.
-Защита у программного блока выросла значительно. Наверняка он направит на нас все свои силы, и тогда мы уж точно погибнем здесь, - констатировал Огюст, - Селестен, вы бы мы не могли прикоснуться к консоли своей лапой?
-Ага, - так он и сделал, после чего открылась доска системных показаний "Кукловода".
-На охлаждение этой бандуры уходит целый подземный водопад! Пойду-ка я его и уничтожу, - проговорил Эдгард, рассматривая систему охлаждения комплекса.
-В это же время я смогу отключить систему долгосрочной памяти. В ней же спрятаны все стратегические и тактические блоки... правда, придется очень аккуратно работать, чтобы не потерять ценные сведения! - продолжил Огюст.
-О, я тогда направлюсь к части краткосрочной памяти! Наверняка же там и хранятся данные о том, что мы попали на завод? Я немного интересовался вычислительными машинами в школе... - заявил Квентин.
-Тогда мне остается лишь пойти на поклон к "Кукловоду" лично... Огюст, несложно же будет отключить эту машину? - неуверенно спросил Селестен.
-Я не знаю. Но только ты можешь это сделать благодаря своей ДНК... к тому же нам придется деактивировать системы нашего врага одновременно - а то он ещё попробует их восстановить, - пояснил Барсук.
-Тогда не будем тратить времени… мне это всё порядком надоело, - проворчал Селестен, открывая знакомую дверь в вычислительный зал, а вместе с ней и парочку новых.
Эдгард направился в другую дверь, которая находилась по ту сторону огромной консоли. Путь по вычислительному залу был для него минимален, но даже за столь короткий промежуток времени, что рыжий зверь там был, он прекрасно почувствовал на себе всю некомфортность местной атмосферы - постоянно горящий тусклый синий свет, всепожирающий туман, из-за которого с трудом видно дальше собственного носа, постоянные гудки находящихся рядом серверов. Хорошо хоть, что Селестен смог на время заглушить возможности системы во включении сирены, но насколько долго будет действовать диверсия?
Лис вскоре дошёл до конца помещения и направился в ещё одну дверь, держащуюся почти на соплях. Она вела к огромному склону с водопадом, использовавшем антигравитационные примочки для постоянной циркуляции жидкости. Рыжий зверь прекрасно видел, как рядом находились огромные горячие спирали, которые являлись прямым доступом к внутренностям "Кукловода", поглощавшим хлад отсюда. Надо было каким-то образом отключить систему и избежать взрыва конструкции - Эдгард прекрасно знал, что, если перерезать охлаждение полностью, весь Юг Туманной Чащи может взлететь на воздух. Значит, надо было лишь ограничить доступ к воде - и тогда машина, по идее, должна бы снизить свою производительность... стоило ему лучше читать те книжки по вычислительной технике вместе с Квентином.
Закончив свои размышления, лис из магазина решил стрелять по насосам, которые он заметил за толщей водопада. Они были быстро уничтожены, и вскоре жидкость стала намного медленнее крутиться по воздушному кругу, практически не крутя горячие турбины... в один момент даже появлялось желание выстрелить в них, но Эдгард отговорил себя, вспоминая свои прошлые размышления. Он лишь наблюдал за тем, как потоки воды становились все более и более неловкими, пока не пришли к обычному состоянию подземного водопада - немного натужное зрелище после великолепия антигравитационных пируэтов, которые лис наблюдал. К тому же включилась сирена, и все помещение из приятного серого цвета вскоре обратилось во все красное.
-Система охлаждения нарушена! - крикнул по рации лис, завершив свое дело, - А что теперь?
-Направляйся к "Кукловоду"! Все там и встретимся, - ответил Селестен, который пока занимался своими делами.
Говоря о том, что произошло буквальной пару минут назад, стоит упомянуть Огюста, который вышел через ту же дверь, через которую прошёл Эдгард, однако он направился в другую часть вычислительного зала. Согласно планам, полученным из контрольной комнаты, по другую сторону помещения располагались высокие программные блоки, в которых хранились многие критические стратегические данные. Барсук не собирался их уничтожать - однако ему пришлось совершить пару выстрелов в эти малые небоскребы, потому что трюк с волчьей ДНК здесь не работал - необходимо было согласие со стороны самого "Кукловода", который заблокировал все системы. Включилась локальная система, и появилось несколько Переключателей Фазы, которые начали атаковать агента мэрии. Он не сдавался и собирался использовать силу неприятеля в свою пользу - дожидался, пока противник выводил программу по активации мощного плазменного луча, а потом направлял его на банки данных и открывал их, доставая из серверов все прямоугольные хранилища информации. Свет начал мерцать по всему вычислительному залу, а часть Переключателей вошла в странную фазу: вокруг них образовались маленькие звезды, будто бы был потерян контроль над какой-то важной силой вселенной. Огюст не желал давать форы этим роботам и тут же превратил их в энергетические лужи, ненароком попав по одному из небоскребов-серверов. Он начал падать с сокрушительным звуком и чуть не прищемил вместе с собой Барсука - к счастью, тот успел отойти на достаточное расстояние. Грохот падения был настолько громким, что сирена решила прибавить несколько децибел, и на горизонте вскоре появилось несколько Пироманов, из них один собирался сжечь упавшие на пол данные. Жаль, что Барсук не имел ни единой возможности попытаться изменить условия поля боя в свою пользу.
-Маленькая проблемочка! Небольшого количества данных нам все-таки придется лишиться из-за инцидента, - промолвил барсук через передатчика, - Направляюсь к месту встречи!
В это же время Квентин уже находился в части краткосрочной памяти и творил там много странных вещей. Он очень хотел применить свои знания в практических условиях, однако он быстро осознал, что то, что было в учебниках, оказалось правильным лишь на половину, остальная половина была нововведением "Кукловода", и даже в ней были модификации разных эпох: от техники, которая больше присуща каким-нибудь простым роботам вроде Растягов, до межизмеренческих ужасов Переключателей Фазы. И что, волчонок должен был стрелять по огромным стеллажам, которые были всего 1.5 метра в высоту, но тянулись будто бы по всей площади вычислительного зала?! Это был бы бессмысленный риск, потому мальчонка решил спросить по передатчику совета у старших...
-Извините, дядя Селестен, дядя Эдгард, господин Огюст, но, может, кто-нибудь знает, что делать с кратковременной памятью? Не стрелять же в неё...
-Как раз это и надо делать! В ней же находятся все текущие операции "Кукловода"! Нужно отнять у него контроль над всем происходящим! - кричал в ответ Эдгард по передатчику.
Квентин и сам рассудил: он был немного слишком нежным по отношению к врагу. В данном случае такое отношение к технике создает больше проблем, чем решает, потому волчонок набрался храбрости и попросту зажал курок своего оружия, закрыв глаза. В таком состоянии он начал махать во все стороны, лишь бы нанести как можно больше урона противнику. Он уже слышал то, как к нему подбирались Растяги, Конденсаторные Перекатчики, как летели в его сторону энергоптицы под вой сирены, как Пироманы пытались восстановить то, что он уничтожил, как Переключатели Фазы чуть не попали в него (или все-таки попали?..), но через пару минут в этом всём не было смысла - роботы вскоре начали падать на пол, а тумана в зале становилось всё больше и больше. И, кажется, все конечности на теле волчонка были целы и невредимы.
Селестен одно за другим выслушивал сообщения своих товарищей. Охлаждение было нарушено... долгосрочная память повреждена... кратковременная память полностью уничтожена... и роботы постепенно вставали в ступор, один за другим. Однако вскоре волк понял, что он был один на один с Программным Блоком, который взял под свой личный контроль целую стаю Растягов, Пироманов и Переключателей Фазы. Они все ждали у самого "Кукловода", не давали подойти к терминалу... жаль, что химику вновь было наплевать. Как в прежние времена, когда он просто работал и ворчал на всех подряд.
Оружие владельца магазина было так переполнено энергией от кристалла, что его заряд проходил насквозь через рядовых роботов, расплавляя их, даже не успевая до них добраться. Более тяжелые установки пытались сжечь своего противника, однако Селестен попросту выходил из огня и старался потушить на себе малые пожары, что его пожирали... он почти не пострадал, правда, так как его союзники достаточно ослабили великий компьютер, механизмы действовали почти не скоординировано. Единственные, кто создавали проблемы, - Переключатели Фазы, потому что они совершали рывки в разные стороны, то появляясь, то исчезая, порой слишком близко к Селестену, а тот даже не хотел уже поджидать действий противника, чтобы противодействовать им.
И вот так "Кукловод" обнаружил своего страшного врага - создателя - у подножья терминала. Многочисленные глаза-камеры всех цветов радуги, которые разместились как квартиры в многоэтажном доме, хаотично смотрели в сторону своего противника. Роботы пали - остался лишь их предводитель, который выставил на экране простое сообщение.
"Желаете завершить работу?"
Волк всего лишь хотел оглядеться. Он быстро осознал, что даже Переключатели Фазы вылетели из 5-ого измерения. Повсюду раздавались звуки 4 разных видов сирен, туман в помещении сгущался, а мягкий синий свет сменился на тяжеловесный красный. Селестен не стал никого ждать и нажал на целую серию кнопок, решив наконец, что со врагом покончено.
-Ох, Селестен! Неужели ты не дашь нам посмотреть на отключение этого контролёра ужасов?
За спиной волка появился знакомый лисий голос... а там уже появились и Квентин, и Огюст. Все были безумно уставшие, но на мордах явно читались бесконечное спокойствие и облегчение. Химик разделял эти чувства, и потому он обнял своего любимого зверя, а потом и драгоценного названого племянника. Барсук получил объятие за плечи, и оно ему очень понравилось, с учетом всех обстоятельств. Несколько минут звери ничего не делали, пока кое-кто не задал самый важный вопрос.
-А почему глаза у Кукловода до сих пор двигаются? - спросил самый младший из группы.
На экране мерцало сообщение "Выполнить отключение?", с припиской мелкой шрифтом "В таком случае программный блок Кукловод будет ликвидирован на аппаратном уровне". Казалось, что глаза ожидали вердикта, к которому придет единственный зверь с генетическими правами владения в комнате.
-Если я правильно помню, эта штука должна была руководить куклами в ходе спектаклей, да? - спросил намного более уверенно Селестен, усмехаясь.
-Почувствовал вкус власти и решил оставить этот блок себе? Я тебе не позволю его разместить в городе! - серьёзным тоном рассуждал Эдгард.
-Да что ты. Но я не думаю, что СОБ-у понадобится вся установка, с учетом того, что никто в здравом уме не будет использовать её для управления роботами, - отмечал волк.
-Ты очень плохо рассуждаешь о нашей мэрии... - проворчал Огюст, осматривая вычислительную машину, - Однако, после всего произошедшего её, скорее всего, отправят на свалку истории.
-И тебя это волнует? - спросил лис, - Или, может, ты вспомнишь о том, что у тебя есть дорогие звери?
-Я не понимаю сути твоей претензии, - возмутился химик, - Я всего лишь не уверен в том, что нам стоит такой потенциал уничтожать. К тому же вряд ли что-то осталось в наследии у Графа Клемента...
-Из всех нас ты его должен уважать меньше всего, - отвечал бывший диспетчер.
-Но дядя Селестен прав! Нельзя разбрасываться технологиями направо и налево! – поддержал дядю Квентин.
-И что тогда мы будем делать? – спросил Огюст с крайним любопытством.
Волк не стал тратить много времени, подошёл к терминалу и нажал на несколько клавиш, получив новый вариант на экране – «Выполнить отсоединение мыслительного блока?» И тут он нажал «да».
Часть X - Что мы пожинаем
В канун Нового Года
Глава 1 – Рассказы дядюшек лиса и волка
-Неужели вы правда считаете, что проблема совершенно не в том, что эти «механизмы» заберут наши рабочие места?
-Нет, что вы... в действительности мне кажется, что звери сами друг с другом при желании готовы перегрызться, а роботы будут долгое время всего лишь наблюдать, как дети. А, может, они так всегда и будут нашими верными инструментами, и тогда нам придется ещё сильнее следить за собой.
Оставалась буквально пара дней до наступления лучшего праздника года - Нового Года, ознаменования желания обновления в своей жизни. Если бы не Великая Война, то никто бы в Туманной Чаще и по всему миру так не любил этот день (и последующую праздничную неделю), но те ужасные события минувших дней заставили радоваться каждому наступавшему рассвету, а каждый новый год говорил о новой надежде, ведь мало кто из зверей, кто желал закончить это кровопролитие, мог сделать что-нибудь, кроме как безмерно верить в лучший исход. Сейчас же, когда эпопея "Кукловода" закончилась, Эдгард решил применить свои полученные опыт и навыки на практике, на одном из слушаний в Военно-Историческом Центре (не обошлось без помощи Огюста с тем, чтобы выбить здесь место). И результат был удовлетворителен - может, звери вокруг порой и плевались от слов лиса, но никто не собирался его выгонять. То ли публика изменилась, то ли сам рыжий товарищ стал более убедительным... тут только практика покажет.
-И что же вы нам посоветуете в таком случае? Все-таки это ваш доклад, - спросил кто-то из толпы в конце выступления.
-Я бы советовал следить больше за собой. Излишние переживания ни к чему не приводят, ровно как и ваши страхи за любимых играют роль лишь тогда, когда им грозит реальная опасность. Лучше уж спросите у них самих об этом, а не выдумывайте... и, если вдруг вам пришлось терять близких зверей в этом году, то знайте, что никто из них не хотел бы, чтобы компания мертвецов или обиженных расширилась из-за ваших лишних чувств... - отвечал Эдгард.
-Получается, что чувства - зло?
-Нет. Это уже повод для совершенно другого разговора… Так что не будем красть ни у кого работу, - завершил лис, а вместе с ним впервые за долгое время смеялся целый зал слушателей.
У Селестена тоже были хорошие рабочие деньки. Было крайне приятно вернуться к работе с ощущением того, что никакие роботы больше никогда не помешают волку и его магазину, а также всем его близким и тем, кто здесь оказывается не от хорошей жизни. В преддверии праздников все в городе становились немножечко веселее, так что помогать покупателям с выбором их новой техники или химии было как никогда приятно.
-"Новейшая разработка - Умный Чайник, способный адаптироваться для создания наиболее вкусного напитка на основе того чая, что вы будете использовать". И такая техника точно будет выполнять указанные требования? - спросил бобёр-покупатель с небольшой долей скепсиса и ворчания.
-Я его лично не пробовал, однако могу заручиться за свой завод-поставщик. Если вам так угодно, то мы можем его прямо сейчас и проверить, - отвечал спокойно Селестен.
-Давайте! Не хочу казаться нахалом, но у вас есть какой-нибудь особый чай? Я могу и из дому свой принести, я живу в 10 минутах ходьбы отсюда...
-У меня есть подарок со старого рабочего места - набор из чаев всех частей континента. На них и опробуем.
К счастью, в тот момент покупателей в магазине было мало, и волк смог полностью отдаться проверке прибора на качество. Истории с кровожадными роботами, которые просто хотели принести как можно больше боли окружающим, но попавшими в ловушку тех зверей, кому было не плевать, казалась сейчас немного далёкой на фоне бытовых забот... однако, смотря на этот умный чайник, Селестен видел в нем то же самое, что заставляло "Кукловод" действовать - он всего лишь выполнял указ больного хозяина, который вместо того, чтобы отключить всю систему, смог лишь увеличить интервалы с 1 года до 10 лет. А машина, которую так и не успели настроить до конца, все ждала своего хозяина...
-Удивительный прибор! И почему таких раньше не выпускали! - бобёр был крайне рад финальному результату... или же чаю, который он нежно позаимствовал у волка.
-Наверное, чтобы никто не запутывался в том, чай ли плох, или чайник, - усмехнулся Селестен.
-В самом же деле, можно испортить обе вещи сразу, если постараться.
-Ничего страшного… гарантия будет длиться аж год. Есть плюсы у новой техники, как ни крути.
Вечером того же дня Селестен, Эдгард и Квентин собрались в магазине - они совершенно забыли украсить его к новогодним празднествам! Чтобы исправить этот недочёт, волк достал 3 огромных коробки со склада (5, если считать ёлочные коробки) и начал их распаковывать. Лис взял на себя развешивание гирлянды и мишуры, а Квентину поручили расставление игрушек (и украшение изящного монумента Акселю) и будущее украшение ёлок, которыми занялся химик - он предпочитал искусственные версии, поскольку они были долговечны и не надо было каждый год тратить деньги и силы на уборку. Начали процесс украшения с 1 этажа, где должна была быть размещена главная большая ёлка, а её вариация поменьше встанет на 2 этаже в гостиной. Было одно "но" - звери не разговаривали друг с другом о произошедшем в шахте с самой поры, как покинули её. Возможно, их поглотили дела, или же никто тогда не был готов к тяжелому разговору.
-Я в жизни не хочу брать больше оружие в лапы, - заявил Селестен, тяжело вздыхая, - Конечно, разряжатели - не совсем оружие, но даже они меня бесят.
-Не подумал бы, что ты страдаешь пацифизмом, Сель, - усмехнулся Эдгард, протирая верхние полки магазина от пыли, - Да и без этих штук мы бы не справились с роботами.
-Они, кстати говоря, были очень жуткими! Ещё чуть-чуть, и я смогу в школе написать целую пьесу про произошедшее, хоть и никто её никогда не поставит. Может, тогда будет лучше написать первый детектив? - размышлял Квентин, ставя игрушки на кассу.
-Нам бы все равно мэрия запретила рассказывать о произошедшем, - вздохнул волк, - Да и я бы в жизни никому не хотел ещё распространяться об этой истории. Я думал, что прошлый год был одним из худших в моей жизни, а теперь...
-Но что плохого в этом году? Да, нам пришлось рисковать своей жизнью, но никто ведь душевно не пострадал! - ответил волчонок.
-Кроме бедного графа Клемента и его семьи, друзей и всего посёлка, который потом поглотила Туманная Чаща, - проворчал лис.
-Это произошло лет 30 назад. Квентина тогда даже в живых не было! И это не наша вина. Это была бы наша вина, если бы мы оставили «Кукловода» как есть, творить все те ужасы, что он устраивал на улицах с нами… удивительно, что почти никто не пострадал. Кроме Родрига и Седрика, - подметил Сель.
Неожиданно дверь в магазин открылась и быстро захлопнулась, не успев впустить и снежинки из большого снегопада снаружи. Догадки зверей о необычном посетителе резко подтвердились, когда они заметили, что барсук из мэрии размещает следующий ярус ёлки.
-Простите за неожиданный визит, но мне хотелось проведать вас! Вы ведь не сказали ни слова в ходе всех разбирательств оперативников СОБ-а около шахты, а просто взяли и пошли к себе домой!
-Мы сами как раз решили поговорить о произошедшем... жаль, что мне кажется, что мимо нас пролетела целая история, и мы зацепили лишь её маленький кусочек, - грустно ответил Селестен. Конечно, в дневниках можно было вычитать много чего о графе Клементе, его семье и семье его друга Николаса, жизни потерянного Заводского Посёлка, но эти мемуары были неполны и скорее описательны... в них не было той глубины души, что позволила понять, почему аристократ-волк пришёл к решению о своем ежегодном робототехническом садизме.
-Поверьте, за годы работы в СОБ-е мне пришлось повидать множество подобных историй! И тебе никогда не дают узнать их до конца, ведь хотели ли бы вы знать о том, что ученый, которого вы должны арестовать и при необходимости убить, является хорошим отцом? Или примерным мужем? И что он делает все эти ужасные вещи лишь потому, что не знает, как помочь своей семье? Конечно, мы оказываем всю возможную моральную помощь, но редко когда 1 дружеский разговор способен изменить вещи кардинально... - так же печально отвечал Огюст.
-Наверняка тяжело убивать живых зверей по необходимости! Если уж роботов было неприятно взрывать, то тут прям и представить сложно, как вы со всем этим справляетесь! - ответил Квентин, когда чуть не упал вниз, пытаясь повесить одну игрушку на вырастающую ёлку.
-К счастью, лично мне ни разу не проходилось никого убивать... ну, до случая с Седриком. Его похороны проведут по всем флотским традициям в начале года. Пойдете? - спрашивал агент мэрии.
-Я пока что не горю желанием ходить на кладбища, - проворчал Сель, - Надеюсь, мои друзья поймут меня, - И действительно, лис и волчонок положительно кивали.
-Ну ладно! Может, я тогда к вам загляну ещё раз на новогодние празднества, если позволите, - неловко спросил Огюст.
-Мы будем вам рады, - заканчивал Селестен, - В конце концов, мы вместе прошли это ужасное приключение, так что прощаться с годом тоже должны вместе.
Через пару часов все приготовления на 1 этаже были завершены, а подготовку гостиной перенесли на завтрашний день - сил попросту не осталось. Квентину ещё нужно было делать домашнюю работу на завтрашний день (его школа серьёзно относилась к учебе вплоть до последнего дня), да и Эдгарду надо было готовить свое последнее выступление в этом году... Однако Селестен не хотел упускать замечательную возможность поговорить с любимым лисом о том и о сем, и потому пошёл на кухню, где рыжий зверь чаще всего читал философские книги.
-Надеюсь, я тебе не сильно помешаю? - спросил волк, подходя к любимому и присаживаясь к нему.
-Сильно помешаешь, но ты так редко начинаешь первым разговор со мной, что я буду рад оторваться. Книга сама тоже так себе - прочитаю её поскорее, а то со скуки умру, - ответил лис почти спокойно, - Так и что ты хотел от меня?
-Ты всё ещё злишься на меня за то, что я совершенно был закрыт от тебя в последние дни?
-Ну... есть немного такое, ага...
-Ты можешь спросить у меня сейчас все, что угодно, и я отвечу искренне. Может, это будет больно, но...
-Скажи, меня правда слишком много в твоей жизни?
-Нет... ты просто появляешься в те моменты, когда я хочу погрустить один. Мне тяжело отпускать Акселя, и я не хочу в это втягивать тебя, потому что он мой бывший, знаешь...
-Было бы лучше, если бы ты сразу об этом сказал. Ревновать к мертвецам очень глупо, Сель, и... я эти книги читаю ещё и для того, чтобы перестать загоняться из-за тебя. Сложно быть уверенным в любви, когда есть мужчины явно лучше меня... хотя бы не такие безработные.
-Да брось, ты найдешь себе работу в следующем году. Я помогу, в конце концов...
-Что, хочешь, чтобы я стал твоим помощником на полставки?
-На первое время - и так сойдет... лишние лапы мне не помешают. А в это время ты сможешь искать подходящее тебе место. Правда, я не понимаю, куда тебе с твоей специальностью идти...
-Главное - подальше от старых коллег. Они вряд ли изменят свое мнение по поводу меня.
Селестен не стал ничего говорить дальше – он обнял своего любимого лиса нежно и спокойно, как он того и хотел все эти недели.
Глава 2 – Ваши уходящие обязанности
Последующий рабочий день казался предельно обычным. Эдгард пытался найти свое жизненное призвание заново и задумывался о том, куда его можно пристроить с таким образованием и пристрастиями. Квентин читал любимые книги, ибо учебные дни подходили к своему концу, а Селестен неустанно работал в магазине, ибо покупателей перед новым годом было очень много, и им всем нужны были какие-то особенные химические и технические вещи, порой из личных запасов волка, которые уже начали заканчиваться - все-таки приключения с роботами не оставляли много времени (или сил) для создания чего-то нового...
-Я понимаю, мадам Муравьед, что у вас на работе необходимо принести в качестве подарка конкретную марку химического продукта, но у нас её попросту нет! - отвечал Селестен назойливой покупательнице.
-И я вас понимаю, господин Медведь, пожалуйста, не двигайтесь вы так сильно, а то весь магазин попросту развалится! А вы ведь хотите купить свой новый телевизор, да? Их редко нам поставляют, но этот - последняя модель... - кричал волк белому медведю, который грозно навис в центре комнаты.
-И я сочувствую вашей ситуации с необходимостью получения гарантии под Новый Год, мадам, но у меня всего 2 лапы, которыми я могу делать важные вещи, и 2 лапы, на которых я могу обойти магазин! Быстрее не получится! - вежливо пояснил Селестен Пеликану, что стоял уже несколько часов в ожидании выполнения своей просьбы.
И так проходил весь день для волка. Под его конец ему хотелось попросту умереть. Особенно неуверенность проступала в вопросе Эдгарда - этот лис наверняка ещё не рассказал обо всех своих переживаниях, а химику так хотелось получить заслуженный отдых - он и так почти все свободное время был готов спать... Когда закончился последний рабочий час, Селестен с величайшим удовлетворением вздохнул, однако последний покупатель оказался крайне неосторожным и ударил волка... он уже хотел поворчать и попросить хоть капельку уважения за свои труды, но у химика в лапах оказалась странная коробка. Медленно открывая её, он обнаружил там записку: «Приходите к Мэрии в 22 часа. Вас ждёт командир СОБ-а».
-Ты уверен, что нам вообще стоит туда идти? - спрашивал Эдгард, пока вся троица из магазина направлялась по ночному городу в сторону мэрии.
-Более чем. Что делать, когда ты в таких тесных отношениях с мэрией? Не отказываться же от очередного разговора... - ответил ему Селестен.
-И у нас будет шанс узнать, кто руководит СОБ-ом! - радостно произнёс Квентин.
На пороге мэрии, в свете уличных фонарей, под покровом снежинок, медленно падающих со всех сторон, стоял высокий белоснежный барс, наполовину в боевой броне, наполовину - в штатской одежде. Он гордо, немного отстраненно смотрел наверх, попеременно поглядывая раз в пару минут на свои часы (его с такого далекого расстояния можно было разглядеть), явно в ожидании гостей. Завидев знакомый силуэт волка, огромный кот сменил гнев на своей морде на милость и сам подошёл к агентам мэрии на полставки.
-По рассказам Огюста я думал, что вы будете выглядеть веселее! Доброго вечера вам, Селестен, Эдгард и Квентин. Я командир Специального Отделения Биозащиты Мэрии, господин барс Симон. Завещал это дело от родителей... - начал он тихо, чтобы его не услышали прохожие.
-Вы заменили Тьерри на посту командира? - спросил волк неожиданно и немного грубо.
-Ага. Видите ли, я немного не дорос по возрасту до командира, а мои родители уже отправились на пенсию! Тяжела жизнь военного, особенно такого скрытного, как у нас на работе. Я вообще хотел поговорить с вами, чтобы лично поблагодарить за вашу помощь с "Кукловодом", - произнес барс, пожимая лапу каждому, кто здесь находился, - Без вас не только наш город, но и все окрестности бы канули в пучину печали!
-Разве не странно, что отделение Биозащиты занимается роботами? - поинтересовался Квентин.
-Нам передали это дело из другого отделения, поскольку их сил оказалось недостаточно. Так тоже можно поступать! - рассмеялся Симон.
-Для командира вы уж дюже веселый, нет? - усмехнулся Эдгард, однако его собеседник немного разозлился.
-Слушайте, вам бы не лезть не в свое дело. Между прочим, вас ждёт сам мэр наверху. Поторопились бы вы, - ответил барс, уходя в сторону, - К слову, у меня самого много дел. Счастливых вам празднеств, - завершил он, исчезая в ночном переулке.
Заходить в мэрию в столь поздний час за несколько дней перед празднествами было немного неловко - работники повсюду общались на темы, не связанные с работой, и оно вполне понятно: многие задания и прошения были уже завершены, новые не поступали, некоторые были заморожены до следующего года. Поднятие на высокоскоростном лифте вызывало неприятные ощущения в животе, которые быстро развеялась, когда звери добрались до нужного этажа. Сам кабинет мэра находился на одном из последних этажей, его двери были монументальны по высоте, а приемная стойка уже была пустой. Селестен первым подошёл к двери и тихонечко толкнул её. С величайшим скрипом эти огромные врата раскрылись, показывая самого господина Ворона в его милом рабочем цилиндре - он попивал чай и читал какие-то бумаги, рядом с ним находилась целая стопка подобных.
-Я не ожидал, что Симон отправит вас наверх так быстро. Видимо, у него опять сложная ситуация с настроением, - заявил господин Мэр, оставляя документы на одном краю его длинного стола, а чай - на другом.
-Никто и не рассчитывал, что у нас с новым знакомым выйдет долгий разговор, - ответил Селестен, тихо подводя своих близких в сторону мэра. Его стол занимал всю комнату (если не считать ещё и колонн).
-Вряд ли бы с мэрией стал работать столь тесно более общительный волк. Хотя, если вдуматься, то господин Эдгард отличается более приятным характером, не так ли? - усмехнулся ворон.
-У вас не очень хорошо получается подбадривать меня в моих попытках найти общий язык с публикой, - проворчал лис.
-Но ведь недавно у вас был некоторый успех. Вы и сами понимаете, как я об этом узнал - все просьбы Огюста такого рода проходят через меня... - затяжно говорил мэр.
-Так и зачем вы нас сюда позвали? - спросил Квентин, - Скоро ведь новогодние празднества, и никому не хочется прибавлять себе работы! И мы ведь обычные звери... просто немного помогли себе и своему городу.
-У обычных зверей оба родителя не уезжают столь часто в командировку, не так ли? - спросил ворон, смотря в сторону Квентина.
-И это не мешает мне прекрасно учиться в школе! - отнекивался волчонок.
-Ладно, хватит с меня прелюдий, - проворчал Мэр, взмывая в воздух.
Птица неожиданно направился в другую часть стола, где находилась милая вельветовая коробочка средних размеров. Достав из своего маленького пиджака ключ, мэр открыл сей ларец - в нем показались великолепные золотые медали, на которых были выгравированы рисунки "Кукловода" с одной стороны, а с другой - Герб Туманной Чащи (для него в данном случае использовали изображение небоскребов и заводов). Одно место в коробке явно было пустым, будто бы кому-то уже отдали медаль. Ворон взял оставшиеся 3 золотые награды и с ними вновь взлетел.
-Мы редко проводим подобные мероприятия, потому что в них нечасто бывает смысл - все-таки это работа наших особых отделений, зверям за это платят... однако есть необычные случаи, когда даже штатным работникам стоит выдать награду. И уж тем более стоит удостоить 2 волков и лиса подобной почести, когда они без какой-либо военной подготовки и с малым опытом смогли остановить целую фабрику по производству роботов, превосходящих нас по техническому развитию, принесли эти знания в город, сами выжили и спасли наших жителей от новых страданий... - заявил мэр с величавым голосом.
-Я это делал лишь из-за того, что боялся потерять своих единственных близких, - отнекивался Селестен.
-И ведь это не отменяет ваших усилий или ваших достижений, потому я считаю вас достойными этой городской награды, - ответил ему ворон, развешивая медали сначала на шею химика, потом - его любимого лиса, и затем на почти взрослого волчонка, - Я должен у вас попросить прощение за то, что у нас не было лишних отрядов СОБ-а, чтобы вам помочь. С моей стороны было опрометчиво надеяться, что гражданские смогут добиться таких успехов... но я в вас верил и давал вам все возможные ресурсы через Огюста, которого я тоже не забуду наградить...
-Спасибо вам, мэр, - решил сказать за всех Квентин, - Мы бы вас никогда не подвели!
-Однако заниматься чем-то подобным ещё раз желанием не горим, - заявил Эдгард.
-Не волнуйтесь… все будет лучше прежнего, - ответил Ворон, - И мы постараемся помогать вам по мере необходимости, господин Селестен, Эдгард, Квентин… с наступающими праздниками вас.
-И вас! – ответили почти в унисон 3 зверя.
Волки и лис быстро покинули офис мэра - они не хотели ему надоедать, да и дел было невпроворот. Однако у ворона ещё была одна запланированная встреча сегодняшней ночью - с постоянно перерабатывавшим себя барсуком, который неожиданно начал уходить с работы в срок, и это без учета того, что он недавно раскрыл одно из наиболее нашумевших дел года. Этот зверь сейчас поднимался на другом лифте и так не пересекся со своими товарищами по оружию, потому он не имел ни малейшего представления о том, что ждем его в кабинете у начальника города.
-Эх, Огюст, тяжелый же год выдался для нас всех, не так ли? - начал издалека ворон.
-Пожалуй, конец года был гораздо хуже большей его части, так что не соглашусь, - заявил барсук.
-Решил перечить мэру с начала разговора? Ты всегда был смельчаком. А плохие жёны таких не любят.
-Можно, пожалуйста, не сыпать соль на рану? Я бы хотел провести эти празднества с ощущением свободы от этих невзгод...
-Конечно же, можно и даже нужно, ведь ты добился гораздо большего, чем сейчас представляешь. Ты смог остановить нападения роботов с 10-летним интервалом и абсолютной конспирацией...
-Я этого добился лишь благодаря своим компаньонам. Конечно, я бы больше был рад отрядам СОБ-а, но такова уж реальность была.
-Да, твоих друзей, лиса и волков, я уже наградил... кстати говоря, награду для тебя я держал при себе, - проговорил ворон, доставая золотую медаль из своего пиджака, - Все-таки ты наш штатный рабочий, и тебе полагается особая премия и повышение, если захочешь.
-Я бы просто желал вернуться в СОБ из этого специального подразделения. Я только совсем недавно заметил, насколько угнетающим бывает одиночество...
-Прекрасно тебя понимаю. Работа мэром дается нелегко, но она того стоит... я горжусь даже не тем, что ты смог научить Селестена, Эдгарда или Квентина драться - все-таки у них уже был опыт год назад подобного рода, - а тем, что ты смог удержать их на столь опасном задании... и именно за это тебе медаль и полагается.
-Спасибо, мэр… я вас не подведу и в будущем году, - ответил Барсук, пока ворон надевал на него золотую медаль.
-Я в тебе и не сомневался, в отличие от твоей жены, - рассмеялся сначала мэр, а потом и Огюст.
Глава 3 – Наследие Кукольных Роботов
Несмотря на то, что последние дни года зачастую имели тенденцию становиться непонятным месивом часов изнеможения для закрытия последних задач уходящей короткой эпохи, у магазина новейшей бытовой техники и химии ощущения были совершенно другие: казалось, что сейчас всё было слишком отчётливо, настолько, что Селестен мог вспомнить каждого покупателя, что приходил к нему, Квентин не мог забыть каждое нарочито-вежливое поздравление своего одноклассника, а Эдгард мог наизусть пересказать каждую из прочитанных им книг. В таком настроении все перечисленные звери собрались на 1 этаже здания, чтобы обсудить последние события.
-Награда от города в 13 лет - я чувствую себя каким-то слишком взрослым из-за этого, будто бы я не заслужил столько славы. Нормально ли такое, дядя Селестен? - спросил Квентин, рассматривая пристально свою медаль.
-Я не уверен, но похоже на очень ответственное отношение к жизни, - заявил Селестен, - Такие награды ведь не выдают просто так, и то, что мы совершили в конце этого года, тоже простым не назвать...
-Он всего лишь скромный волчонок, Сель! Все вот так просто, - ответил Эдгард, удивительно, без доли ворчания или язвы в словах, - Хотя даже мне кажется, что награждение было излишне. Ведь, если подумать, я ведь вообще ничего толком не сделал...
-Я бы так не сказал. Лишние лапы всегда полезны, - отмахнулся волк.
-Вот именно. Лишние лапы... чем я был лучше обычного солдата? От меня нет никакого особого проку, каков был от тебя, Селестен, с твоим опытом в борьбе с такими странными врагами, или Квентина, который работал детективом на полставки... Про Огюста лучше вообще промолчу - он делал за нас половину работы! - грустно проговорил лис, громко усаживаясь на диван, чуть не теряя свою медаль.
-Возможно, в этом и смысл, дядя Эдди? Что мы просто были свободны и решили отправиться на выполнение столь сложного задания? Вряд ли бы другие звери на подобное согласились... - подбадривал Квентин с переменным успехом, пока не зазвонил телефон.
-Ну кто ещё звонит в обеденный перерыв? Неужели у СОБ-а есть ещё одно безумное задание для нас? – проворчал Селестен, направляясь к телефонной трубке.
Химик оказался прав - звонили действительно из мэрии и просили убедиться в "доставке важного компонента в Великий Речной Театр". Никто точно не понимал, о чем речь, у всех были догадки, и лишь Селестен обладал наибольшей уверенностью в том, о чем пойдет речь. Великий Речной Театр - одно из главных культурных мест во всем городе, звезда в короне Культурного Западного Района города. Здесь проводились представления всякого рода, а главным режиссером был Куница Константин - деятель средних лет, который по собственному желанию живет в Доме Приюта Творцов - своеобразном пансионате для творящих зверей, расположенном в том же районе. И сегодня утром мэрия переправила туда один из "тайных" подарков (огромный коробок 7 метров в высоту и 4 в длину). Для отведения подозрений (и по иным причинам) волков и лиса попросили удостовериться, что театр посылку успешно принял.
-Изумительно! Я бы в жизни не подумал, что кто-то изобретет целую технологию для того, чтобы помогать нам с представлениями! - радовался Куница Константин, когда лично вскрывал коробку. Оказалось, что по условиям сделки ящик можно будет вскрывать лишь при представителях мэрии.
-Его... называют "Кукловодом", - ответил Селестен, - Он очень умело помогает в кукольных представлениях и так же прекрасен в управлении декорациями. Правда, я бы посоветовал нанять волков для его управления.
-Хмм, а вы не скажете, откуда у вас такая страшная аппаратура? Или это страшная городская тайна? Мы можем устроить спектакль в честь зверя, создавшее это чувство техники! - продолжал Режиссер.
-Не стоит проводить спектаклей, достаточно будет указывать имя господина Графа Клемента из Заводского Посёлка. Он создал этот компьютер как раз для театра! - чудно сказал Квентин, пытаясь говорить правду, но не разглашая лишних деталей.
-Интересно... с графами связано столько драматичных историй. Может, я поимпровизирую на эту тему в грядущем сезоне... кстати говоря, а эта штука случаем здесь все не взорвет? - поинтересовался Константин, в ответ получая лишь нервный смех лиса и волков.
-Если что, вы всегда можете позвонить в мэрию, - все ещё смеялся Эдгард, - Вам точно помогут разобраться с этим вычислительным блоком!
Селестену было не по себе от воспоминаний о Клементе. Сородич с довольно знакомой историей любовной жизни... казалось странным, что, согласно Мемуарам лиса Николаса, графа поместили в один из домов престарелых Туманной Чащи, и, учитывая, что прошло 30 лет, а ему на момент тех событий было лишь 45, была высока вероятность, что он до сих пор на этом свете и его можно проведать. Эдгард такие мысли не поддерживал - ему казалось, что следовало закрыть эту историю раз и навсегда и двинуться дальше. Однако его любимый волк вместе с племянником-детективом оказались более проворными и упрямыми и заставили его изучить ситуацию досконально. Благодаря архивам мэрии и легкой помощи Огюста (которому, увы, пришлось сказать правду) удалось установить, что Клемент был зарегистрирован в Северном Доме Престарелых и действительно был ещё жив. Желание проведать виновника всего этого ужаса было так велико, что буквально тем же вечером химик поднял своих товарищей на путешествие в сторону означенного дома.
-Не поздновато ли для гостей? - спросила работница дома, когда на пороге администрации появились ворчащий лис, уставший волчонок и очень уверенный в себе волк.
-Год запаздывает со своим уходом, так что относительно его мы ещё вовремя пришли, - отмахнулся Селестен.
-Ладно... - ответила здешняя синица, - Но у Господина Клемента нет родственников, так что особой причины вас пускать к нему у нас нет...
-Мы знаем товарища Николаса! - пробурчал Квентин, - У нас как раз есть его мемуары, и мы бы хотели их зачитать графу, поговорить с ним.
-Все равно это недостаточно основательно для того, чтобы пустить вас... - ворчала работница.
-Да ладно вам, что такого плохого может случиться? - спросил Эдгард.
-Конечно, это все слухи, но после визита зверей, похожих на вас, в один из домов престарелых, тот, кого посетили, погиб от инсульта! Так что с той поры мы немного ужесточили требования для входа... - поворотила головой синица.
-Жаль... - грустно пробормотал Селестен, - Видимо, не судьба.
Неожиданно через весь тихий дом престарелых раздался старческий крик, похожий на плач радости и грусти одновременно. В какой-то степени это напоминало волчий вой, который звал "Николаса" к себе...
-И посмотрите, что вы натворили! У него снова разбушевалась травма мышления... будь проклят чёткий слух волков, - грубо сказала синица.
-Позвольте нам его успокоить, - неожиданно вмешался Селестен, - Раз уж мы виноваты в том, что он разволновался.
-Только под моим строгим присмотром! - заявила работница, - Я вам не могу доверять.
-И зря, - тихонечко про себя сказал Эдгард.
-Вы, господин лис, удивительно похожи по голосу на некоего всеми ненавидимого комедианта из восточного района! Так что не вам такое говорить, - проворчала синица в сторону Лиса.
Вскоре звери пришли к комнате Клемента. В ней был выключен весь свет, кроме маленького ночника на столешнице рядом с окошком, где расположилось кресло-качалка. Помимо них в комнате стояла большая полузаправленная кровать, огромный шкаф с инженерными моделями на себе, рабочий стол, на котором валялись странные чертежи, ручки, карандаши и ластики, и большой обеденный стол с 3 стульями. Отсюда также можно было увидеть вход в маленькую ванную, но туда свет не доходил совсем. Сам волк был наполовину повернут к окну, наполовину - ко входу, и не замечал пока своих гостей. Он сильно состарился - мех весь побелел и стал серым, усы на морде опустились, одна лапа-рука и одна нога постоянно дергались...
-Николас... Николас... Арабелла... где же вы все? - тихо бурчал старый граф себе под нос.
-Господин Клемент! К вам заявились гости, говорят, что знают господина Николаса. Они хотят с вами поговорить, - проговорила работница, затем улетая на столешницу.
-А?.. Знакомые Николаса - мои друзья... - неловко сказал Клемент.
-Меня зовут волком Селестеном. Это мои товарищи - лис Эдгард и волчонок Квентин, - говорил химик громко и уверенно, - Мы пришли вас проведать.
Глаза графа резко раскрылись, а сам он привстал со своего кресла и прищурился.
-Молодой я, мой нерожденный сын и молодой Николас... какая милая компания, - проговорил Клемент, немного испугав всех, - Зачем вам меня проведывать, призраки?
-Мы просто... подарили ваш прекрасный компьютер Великому Речному Театру, и хотели рассказать вам об этом, - пояснил Селестен.
-Мой... что? "Кукловод"?.. Разрушения и смерти... да вы с дуба рухнули, потом ещё и постучали себе молотком по головам! - прорычал Граф, вновь присаживаясь в кресло, - Хотя я не удивлён... моя семейка вряд ли бы повела себя хорошо. Я ведь был таким плохим мужем, что заставил свою жену умереть!..
-Это все в прошлом, господин Клемент, и вам лучше выпить таблетки!.. - заявила работница.
-К чёрту таблетки! Я их и так выпил ежедневную дозу! Для вас, может, это все в прошлом, но для меня это вечность! Я не удивлён, что вы меня не понимаете... - почти плакал старый волк.
-Никаких разрушений больше не будет, - заявил Квентин, - Мы сделали все, чтобы "Кукловод" работал как надо и помогал работникам сцены! Вас увековечат как создателя этого чудесного робота, и о большем никто ничего не узнает.
-И почему бы мне не довериться своему собственному сыну?.. - умалишенно пробурчал Клемент, - Значит, все теперь будет хорошо, и я могу поспать... Николас, а ты точно уверен, что никто ничего не узнает обо мне плохого?
-Никто, ничего и никогда, - ответил Эдгард, злобно поглядывая на Селестена.
-И славно... - завершил граф, начав напевать странную песенку себе под нос.
-Что он поёт? - спросил химик, пытаясь прислушаться к словам графа и подходя к нему поближе.
-Колыбельную о Заводском Посёлке, - ответила работница, - Это значит, что он снова ушёл в свои воспоминания. Видите, что вы натворили!
-А колыбельная всегда так успокаивает душу? - неожиданно поинтересовался Квентин, подтанцовывая мотивам песни.
-Вообще-то она очень грустная и должна заставлять страдать!.. Но я не удивлюсь, если вы что-то испортили в этом волке! А теперь вон! Надоели вы, - произнесла синица, смотря за тем, как слезы радости текут по щекам и усам старого зверя. Может, теперь ему будет спаться спокойнее в этом мире?..
Глава 4 – Последние дела в году
-Почему так поздно?..
-Мы бы хотели приехать пораньше, но руководство не отпускает, нужно доделать важный для всех городов в округе проект...
В очередной раз Квентину приходилось по телефону выслушивать грустные голоса родителей, говорящие, что они снова не приедут к нему вовремя. В какой-то момент волчонок чувствовал, что ему уже должно было плевать на такие вещи, ведь родители не вернутся от его плача или злости, и в то же время ему казалось, что в такой важный период жизни, как переходный возраст, мама и папа должны быть ближе всего к зверю, иначе могут случиться страшные дела... конечно, Дядя Селестен и дядя Эдгард помогают чувствовать себя лучше, но они ему как старшие братья, а разве могут старшие братья заменить родительскую любовь?..
-Я лично удостоверюсь, чтобы наш подарок тебе послали в удобное тебе место! Можно даже в магазин Селестена... или к нам домой, как пожелаешь, - устало сообщал отец зверя.
-Да, было бы лучше, если бы вы направили посылку на адрес магазина моего любимого дяди... - так же грустно отвечал сын.
-Мы по приезде обязательно постараемся провести как можно больше времени! Обещаем! - обнадеживающе сообщила мать.
-Спасибо!.. Я люблю вас, мам, пап, - Квентину трудно было сдерживать слезы, но зачем ещё больше проблем прибавлять родителям?
-И мы тебя тоже, Квентин! - ответили в унисон два голоса перед тем, как положить трубку.
Волчонок скромно вернул телефон в изначальное состояние. Он стоял на тумбочке, в коридоре на 2 этаже, так что разговор можно было прекрасно услышать. Одного Квентин не желал, чтобы его слёзы видели. Он считал неправильным показывать свою боль от потери родителей на новогодних праздниках - ведь он уже был взрослее, у него даже голос начал ломаться. Однако не повезло серому зверьку встретить своего старшего названого родственника буквально в проходе между этажами, и... Малец подбежал к наставнику и крепко его обнял. Хоть Селестен долго понимал, в чем дело, ничего говорить младшему братцу он не стал - горе лучше не умножать.
Для химика этот день был и без того немного удивительным, и безмолвный разговор со своим племянником казался довольно обыденным. Однако у волка была немного другая цель с походом на 2 этаж в середине рабочего дня - он хотел поговорить с любимым лисом. Тот решил взять перерыв от книг, украшая весь 2 этаж в одиночку (позже к нему присоединится Квентин), так что прерывать его можно было в любой момент, когда рыжий хвост не стоял на стремянке или не пытался сам собрать ёлку. Как раз во время последнего действия волк и застал лиса.
-Может, тебе помочь? - спросил Селестен уставшим голосом, который он и сам не замечал.
-Можешь помочь себе для начала, отдохнув, - проворчал Эдгард, - У тебя голос такой, будто бы ты с 7 утра пашешь без продыху. Но это - очень поверхностное видение. Зная тебя, я бы сказал, что тебе очень грустно. Что случилось, любимый хвост? Или ты опять все замолчишь?
-Нет, не замолчу, - пробубнил волк, присаживаясь в гостиной на диван, и к нему скоро уселся любимый товарищ, - Время года такое, когда хочется погрустить. Правда, теперь я не хочу грустить один, если позволишь.
-Тогда тебе придется помочь мне с украшением ёлки! Надо же как-то бороться с твоим внутренним негативом.
-А стоит ли с ним вообще бороться?..
-Я не говорю о том, чтобы совершенно закрыться от своих чувств. Я имею в виду то, что мы можем сделать твою жизнь чуточку веселее. В конце концов, мы сможем провести Новый Год вдвоем!
-Втроем. Родители Квентина не приедут на эти праздники.
-Правда?.. - Эдгард долгое время молчал, пытаясь подобрать нужный ответ, и потом проговорил, - Мне кажется, тебе больно оттого, что у Квентина есть родители, но они ведут себя так, будто бы их нет... С учетом того, что он у нас живет...
-И все же его жизнь лучше моей в пору, когда мне было 13 лет. За это можно порадоваться.
-В твоем голосе нет никакой радости, Сель.
-Я знаю. Давай достроим эту ёлку и украсим её, м?
-Хотел я удивить тебя чудесами мастерства новогоднего настроения...
-Ты меня постоянно приятно удивляешь, - заверил лиса волк, крепко обнимая оного.
Последний день года был сложнее всего для Селестена и Эдгарда, ибо этим двоим пришлось сначала работать в магазине допоздна (да, лиса привлекли к работе, пока он не найдет себе новое место), а потом они долгое время готовили для прекрасного новогоднего ужина. Жизнь Квентина была проще всех - он всего лишь читал книги и наслаждался этим днем, пока не почувствовал необходимость помочь своим дядям с готовкой, чему они были безумно рады. К вечеру большая часть еды была готова, и Эдгард решил принарядиться - достал свой удивительный фиолетовый пиджак, который был подарен ему Селестеном на прошлое день рождение. Волк же надел себе особую версию своей обычной одежды: эта была вся в красных стразах и мерцала на свету. Квентин мудрствовать лукаво не стал и использовал костюм, доставшийся ему от родителей за успешное окончание учебного года. И вроде бы подготовка к празднику шла полным ходом, но неожиданно в дверь магазина раздался... звонок? Химик тут же побежал проверять, кому приспичило в новогоднюю ночь беспокоить закрытый магазин...
-Знаешь, я рада, что на твоей морде нет злости, но видеть тебя таким уставшим ещё больнее, - за дверью оказалась Ариэль в праздничном белом платье с пальто, которые напоминали свадебный наряд.
-Сложно не быть усталым, когда тебе приходилось держать магазин и выполнять особое задание мэрии, за которое я даже получил медаль, - немного по-геройски заявил о себе Селестен.
-И ты, конечно же, не посвятишь меня в детали, ведь это "очень секретная информация", не так ли?
-Именно. Я смотрю, ты все же смогла выделить время между своими делами на меня... спасибо за это.
-Ну, я не могла забыть о тебе, с учетом того, что в начале следующего года я покидаю Туманную Чащу. В этом городе для меня нет больше счастья... впрочем, на родину я тоже не вернусь, а то мало ли что обо мне подумают.
-Чёрт. Я буду по тебе скучать.
-Я заставила тебя ругнуться? Как мило. У тебя хоть хорошо дела идут в жизни, кроме твоей усталости?
-Более чем. Мы с Эдгардом снова помирились.
-Ну, это вопрос времени, пока вы не поссоритесь вновь, не так ли? – оба волка рассмеялись после этой фразы.
-Может, ты останешься на канун Нового Года с нами? Мы почти закончили с приготовлениями…
-Я… надеялась, что ты мне это предложишь, хоть и я бы не обиделась, если бы ты отказал. Но тебе придется представить меня твоему названому племяннику.
-Не волнуйся, он добрый малый, и очень умный. Вы быстро поладите.
-Он ведь не твой кровный родственник. С ним уж точно будет проще договориться, - усмехнулась волчица, проходя внутрь здания.
Не успел Селестен сопроводить одного гостя за стол, перемещённый в гостиную, где собиралась вся еда и готовились встречать пришествие Нового Года, как в двери раздался очередной звонок, но он чем-то отличался, был более спокойным и скрытным. В этот раз проверять, кто пришёл, отправился и Эдгард - ему не очень понравилось присутствие Ариэль (он до сих пор немного ей скрытно ревновал, но старался это не показывать, чтобы не испортить отношения в очередной раз). Удивительно, но за дверью никого не оказалось, ибо таинственный гость уже был внутри, сидел на диванчике и читал маленькую газету.
-Удивительно, что вы до сих пор не выучили все мои маскировочные трюки! Видимо, нам предстоит обсудить все это за чашечкой чая, - проговорил Огюст с чувством уверенности и смеха.
-Так вы все-таки решили прийти на Новый Год, да? - спросил Эдгард немного неуверенно.
-Все как договаривались! – успешно заявил Барсук, - К тому же вы довольно хорошие звери, с вами будет приятнее провести Новый Год, чем с надоедливыми мыслями о жене.
-Могло быть многим хуже, - проворчал Селестен, - Я не против заиметь лишнего гостя. Учитывая, что у нас появится возможность узнать о том, кто такой Огюст... а не просто агент мэрии, который использовал нас для того, чтобы, в теории, пожертвовать нашими жизнями и уничтожить угрозу роботов из театра.
-Я уже почти привык к вашей традиции драматизировать некоторые события, Селестен, но я не думаю, что вы правда хотите навредить мне этими словами, не так ли? - усмехнулся работник мэрии.
-Может, он бы и хотел, но этот серый хвост прекрасно понимает, как надо себя вести, - сказал лис, дёргая своего любимого за этот хвост и получая в ответ то же самое.
-Как вульгарно! Но ладно, не мне осуждать вас... так что, куда мне пройти? Я же вас гость, - отложил в сторону газету Огюст.
-Я проведу его в гостиную... – вздохнул Эдгард, - А ты убедись, что никаких незваных гостей у нас больше не будет.
-Без проблем, - отмахнулся Сель.
Время так быстро пролетело, и до конца года оставалось всего 15 минут. Во главе стола в Гостиной сидел Селестен; Слева от него расположился Эдгард, справа - Квентин. Рядом с лисом уселась Ариэль (это было его решение), и, соответственно, Огюст расположился рядом с волчонком. Не назвать их морды радостными - но они все были удовлетворены концом своего года и были готовы двигаться дальше.
-Последний раз я сидела за одним столом с волком так давно... и хорошо, что этим волком в этот раз оказался Селестен, - радостно проговорила Ариэль, скрывая немного свою грусть.
-Прости, что тебе приходится все это постоянно вспоминать, - грустно проговорил химик.
-А о чем речь? Или я опять что-то пропустил? - усмехнулся Огюст, который полностью уже погрузился в праздничную еду.
-Лучше вам об этом не задумываться. Всё это дела прошлого, - отмахнулся Эдгард.
Все ждали главного события конца года в Туманной Чаще - боя главных часов здания Мэрии. Всего происходит 12 ударов в колокола, каждый из которых инициируется самим мэром города. Последний удар производится в момент, когда начинается новый год... и во время боя колоколов принято загадывать желания, к которым ты будешь стремиться весь этот год, какими бы амбициозными они ни были.
-Мне и нечего загадывать в этом году, - гордо заявил волк, когда задумался о том, чего хочет от жизни, - Может, только то, чтобы Мэрия ко мне не так цеплялась.
-Ну будет вам, Селестен! - рассмеялся Огюст, - Вы ведь ещё и с наградой остались в итоге!
-Да, но... знаете, разговоры с Эдгардом и история Графа Клемента прекрасно помогли мне понять, что в этой жизни хватает проблем с отношениями между зверьми, чтобы в них вмешивать какие-то более сложные ужасы... - вздохнул Селестен.
-Я бы загадала себе новую жизнь, - подметила Ариэль, - Я заслужила её, после того как я сама же чуть не отняла её у себя… спасибо, Сель, за второй шанс.
-Без проблем, подруга! – усмехнулся волк.
-И опять они за свое, - поддержал его Эдгард.
-Мне бы просто побольше внимания родителей в этом году, и я уже буду счастлив! – грустно заявил Квентин.
-Думаю, я бы тоже не отказался от решения семейных проблем, - таким же тоном заметил Огюст.
Никто ничего дальше добавить не успел, ведь по телевизору, который волк притащил сюда, начали показывать знаменитый бой колоколов. Казалось, что мэр Туманной Чащи смотрит своими вороньими глазами в душу каждому зверю и желает им не просто счастливого нового года, а успешной жизни...
И каждый зверь за столом в магазине химика принял это желание с завидным упорством.
Конец
Спасибо за чтение
Вернуться к книге