Повесть о Ленивом Маге

Глава 1 Трактир и Похмелье

Рассвет прокатывался ярко-оранжевыми бликами по лицу Салеха. Голова гудела от ночной попойки, а позади него стоял разрушенный трактир, который он по чистой случайности накануне разгромил. Теперь в его крыше зияла огромная дыра.

– Вот же чёрт, снова я перепил и разнёс эту рухлядь, – в голове пульсировала нестерпимая боль, которую он никак не мог унять, – надо бы поскорее забирать свои вещи и уходить, пока трактирщик не захотел меня убить и не позвал стражу. Но вино здесь и правда очень хорошее и коварное! Как жаль, что сюда я, скорее всего, уже не вернусь.

Салех закинул за спину свой походный рюкзак и направился к выходу из города, где ждал его конь.

У самых городских ворот он проверил карманы.

– Чёрт, а где мой кошель? А, ладно, всё равно если я туда вернусь, меня точно сожгут или повесят. А если тот кошель достался трактирщику, ему повезло: сможет отстроить себе новый трактир, ещё лучше прежнего.

Натянув поводья, он поехал на поиски очередной таверны.

В нос ударил стойкий запах гари и горелой кожи. Остановив коня, Салех поднял голову и огляделся в поисках его источника. Из-за леса, куда вела небольшая дорога, поднимался столб дыма.

– Нет, я туда не пое... – сильный всплеск магической энергии заставил его поперхнуться. – Чёрт, много чертов, очень много чертов, но эта магия... это точно человек! Ну, раз уж там есть такой сильный маг, мне не о чем беспокоиться, надо ехать даль... – всплеск снова повторился, на этот раз уже сильнее, и был похож на удар в грудь. – Да что б тебя черти...

Новая волна пробила защитное заклинание.

За лесом Салеха ждало неприятное зрелище. Перед ним развернулось пепелище деревни, кругом были разбросаны части тел, разодранные и обглоданные разными тварями.

– Трупоеды... – прошипел Салех.

Не успел он спешиться, как перед ним выползло несколько вурдалаков, которые явно были не прочь перекусить чем-нибудь, что еще не успело сгореть или обуглиться. Это были жуткие твари, на некоторых из них всё ещё были остатки одежды жителей деревни. У одного из вспоротого брюха свисали и волочились по земле органы, а у другого от плеча до локтя болтался оборванный кусок мяса.

– Некромантия же запрещена... – Лицо Салеха исказила гримаса отвращения, – ну хорошо... Сгиньте!

Над деревней поднялся северный ветер, и с неба обрушился вихрь из ледяных осколков. Вурдалаки так и остались стоять примороженные к земле и теперь походили на решето. Деревня, а точнее то, что от неё осталось, покрылась инеем и снегом.

– Да, ледяная буря – неплохое заклинание. Ну а теперь можно уходить, пока всплеск не повторился.

Стало очень тихо: ни пения птиц, ни каких-то лесных звуков, ничего, кроме детского плача.

– Выходи, теперь здесь нечего бояться!

Из одного из немногих уцелевших домов вышла невысокая голубоглазая девочка, длинные седые волосы спадали на её плечи, а руки и ноги были покрыты ожогами.

– Ну рассказывай! Кто ты такая и сколько тебе лет? – Салех окинул её безразличным взглядом. – Да не молчи ты, скажи хоть, как тебя звать-то?

– Эмми, мне шестнадцать лет. – Она вся тряслась от страха и в руках сминала край своей рубахи. Слёзы потекли по её щекам, и спустя пару мгновений она уже вовсю ревела, стоя посреди пожарища.

– Эй, как там тебя, Эмми? Да, точно, Эмми. Не реви и успокойся, тебе еще жить и выживать в этом мире, так что хватит рыдать. Скажи лучше, где твоя семья. – Эмми молча развела руками и расплакалась ещё сильнее. – Так дело не пойдёт. Усни! – её тело обмякло, и она упала на землю. Салех поднял её и закинул на лошадь.

– А она легкая... Но я никогда в жизни не поверю, что эта девчонка разнесла мой защитный купол своим плачем!

Вечерело. Салех разжёг костер, достал свою трубку, которую когда-то забрал у одного трактирщика, забил туда табак и закурил, присев к старому дереву. Он раздумывал о том, что ему теперь делать с этим «счастьем» по имени Эмми.

– Так, в столицу мне нельзя ещё как минимум полгода. Но искать её родственников мне тоже не особо хочется... Может, сдать ее в приют? Или же... – он поднял голову и увидел, что Эмми стоит перед ним и кашляет от дыма. – Отлично, раз ты уже встала, то расскажи, где мне искать твоих родственников.

– Они были в деревне, эти твари убили всех, – у неё по щекам катились слёзы, но она упорно продолжала. – Пришли странные существа, к ним вышел наш староста, и они о чём-то говорили, а потом один из них, в чёрных доспехах, срубил ему голову. – Она не могла унять дрожь в голосе, похоже, у неё начиналась истерика, которую Эмми с каждым словом было всё труднее сдерживать. – Они... они... всех убили, маму, папу, даже маленького брата, который плакал...

– А как ты выжила? – спросил Салех, выпуская клубы белого дыма, и внимательно посмотрел на неё.

– Я... я... я не знаю... – Эмми взглянула на Салеха полными надежды глазами, но он сделал вид, будто ничего не заметил. – Вы же маг, да? Вы очень сильный маг! Пожалуйста, научите меня магии, я хочу защищать всех людей... от них... от этих тварей!

– Девочка, ты лучше мне скажи, что за маг там был до моего появления. – Этот вопрос не давал Салеху покоя, он никак не мог поверить, что эта девочка могла такое сотворить. Сила у того всплеска была такая, будто его создал как минимум кадровый маг из королевской армии.

– Это была я, меня этому прадедушка научил. Он говорил, что делать это следует только тогда, когда уже нет другого выхода. – Эмми села рядом с костром. На свету стали отчётливо видны её ожоги. – Простите, не найдётся ли у вас какой-нибудь еды? Я очень сильно проголодалась... – Салех молча кинул ей в руки бинты, склянку с мазью и булку хлеба.

Глава 2 Непредвиденные трудности

Ночные звёзды усыпали небо ковром созвездий, от костра остались только горячие угли. Несмотря на то, что ещё стояла тёплая и сухая ранняя осень, желтоватая листва уже давала понять, что холод не за горами.

Салех посмотрел на спящую рядом с тлеющим костром Эмми.

– Интересно кто же её прадедушка, который научил её высвобождать всю накопившуюся магическую энергию... А, ладно, чёрт с ним, завтра спрошу. – Салех подошёл к своему коню и достал из сумки фолиант заклинаний. Обложка книги была усеяна драгоценными камнями, составлявшими пентаграмму. Открыв его, он произнёс заклинание перевода, и все слова в книге изменились на гномский, эльфийский и рунный языки.

– Ну теперь можно не бояться, что она что-то из этого поймёт. А сейчас – спать.

За ночь на удивление похолодало, так что ближе к рассвету озябшая Эмми стянула у Салеха плащ, под которым и проспала до самого пробуждения.

– Я кушать хочу! Почему ты, такой сильный маг, не можешь поймать обычного кролика или птицу какую? – проснувшаяся Эмми с обидой смотрела на Салеха, который паковал вещи после ночлега. Выглядел он уже как-то иначе, чем накануне: непослушные русые волосы торчали в разные стороны, а во взгляде голубых глаз сейчас читались усталость и печаль. Она была уверена, что вчера запомнила его в другом облике. Более героическом, что ли?.. Из прежнего в нём остался разве что внушительный рост.

– А ведь ещё только вчера ты был героем, великим магом, который уничтожил стаю нежити, а сейчас даже не потрудился расчесаться! Я уже молчу о том, что ты ещё и не умылся, фу! Лентяй!

– Да, я ленив, но вчера обстоятельства вынудили меня побыть героем. О чём я, кстати, уже начинаю жалеть. – Салех снова достал тот же фолиант и протянул его Эмми, – на вот, лучше почитай, там всё доходчиво написано о магии, а ещё есть пара заклинаний. – Сказал он с язвительной ухмылкой. Она взяла книгу и открыла первую страницу.

– Но тут же совсем ничего не понятно! – возмутилась она, недоверчиво косясь голубыми глазами на Салеха. Тот, в свою очередь, уже молча взбирался на коня.

– Ты едешь или остаёшься? Если остаёшься, то верни книгу и гуляй! – Эмми протянула руку и одним лёгким движением оказалась в седле перед Салехом. – Первое, что я тебе хочу сказать – практиковать магию можешь только за пределами городов. Второе – будь тихой и не доставай меня по мелочам. Третье – бинты и мази в седельной сумке, на следующем привале сделаешь себе перевязку.

Эмми, улыбнувшись, кивнула, и они тронулись с места. Их путь лежал в Урград.

Полдень выдался таким же холодным, как и утро. С плотно затянутого тучами неба начинали падать тяжёлые капли. Салех решил остановиться под большими и старыми деревьями, густые кроны которых надёжно защищали от дождя.

– Так кем же был твой прадед? – спросил он свою спутницу, которая снова была увлечена разбором фолианта. Тут он почувствовал знакомую магию и посмотрел на Эмми. Она только что произнесла заклинание перевода, и книга теперь была на чистом эльфийском языке.

– Ура, получилось! – радостно воскликнула она и тут же умолкла. – Он был эльфом. Там, в деревне, он погиб защищая меня и маму, – на её лице промелькнула печаль, которую она ещё долго не сможет скрыть. – Кстати, а как вас зовут, великий маг?

– Салех, – ответил он, выхватывая у неё фолиант. – Как ты смогла перевести её на чистый эльфийский?! Это же практически невозможно! – возмутился Салех перелистывая страницу за страницей. – Теперь я понимаю, откуда в тебе столько магический энергии. Но как же ты разобрала символы на первых страницах, чтобы перевести её? – он поднял на Эмми недоумевающий взгляд.

– Это всё он, прадедушка, он учил меня эльфийскому, немного гномскому, хоть и не любил гномов, а еще руны, правда, они даются мне с трудом, – произнесла она так, будто знать три древних языка – это совершенно обычное дело.

– Сколько же ему было лет? Он что, ещё в войне рас участвовал? – ещё больше изумился он.

«Чёртов дедок, подкинул мне проблемку, даже не проблемку, а целую катастрофу! И что мне теперь с этим делать? Учить её я однозначно не собираюсь, а отдавать её к этим интриганам в академию нельзя. Хотя, раз все её родственники погибли, то это будет лучший вариант чтобы от неё избавиться», – подумал Салех. Он протянул книгу обратно.

– Да, он и об этом пару раз упоминал, а что? – она взяла книгу в руки и продолжила увлечённо читать.

Несколько раз Эмми попыталась выстроить заклинание, но её старания не увенчались успехом.

– Почему не получается? – с обидой в голосе спросила она, – я ведь делаю совершенно то же самое, что и при переводе! – Эмми посмотрела на Салеха жалостливыми глазами. Он же, в свою очередь, в очередной раз это проигнорировал.

Дождь закончился, надо было продолжать путь. Снова взобравшись на коня они поехали дальше. В дороге каждый молча думал о своём.

Глава 3 Неожиданная встреча.

Уже несколько дней Салех и Эмми были в пути. Всю дорогу шёл дождь: он то затихал, то наоборот припускал ещё сильнее, но прекращаться явно не собирался. Из-за этого они не заметили, как леса вокруг сменились полями, а узкая извилистая тропа стала широким трактом. Они приближались к городу, расположенному на границе с чёрными землями.

Это был очень странный магический феномен. Чёрные земли возникли в самом конце войны рас, а произошло это, как утверждают учебники, примерно так: эльфы разработали заклинание переброса войск с континента на континент, в это же время гномы создали свое величайшее оружие. К сожалению или к счастью, но никому так и не удалось выяснить, что это было за изобретение. Но совершенно точно известно, что в тот момент, когда эльфы телепортировали свою армию, оружие гномов дало сбой. При совмещении двух мощных несовместимых потоков маны пространство исказилось, и открылись врата в чёрные земли. Война на этом, как теперь принято считать, окончилась, ведь гномам и эльфам пришлось сражаться вместе против новой угрозы. Но в конце-концов объединившиеся народы смогли запечатать эту территорию на четырёх языках: людском, гномьем, эльфийском и рунном.

У городских ворот столпилась целая очередь на вход. Кругом слышались крики и брань как со стороны стражей, так и в самой очереди. Публика собралась самая разная: люди, гномы и пара эльфов. Все выглядели будто после войны: у одного из гномов была рана на торсе, кое-как перемотанная чьей-то рубахой, эльфы же были куда менее потрёпанными, но их грязная одежда давала понять, что им тоже пришлось нелегко. Люди были напуганы, дети плакали, а женщины еле сдерживали слёзы. Мужчин же среди них не было вовсе.

– Что здесь произошло? – шёпотом спросила Эмми, глядя на Салеха. Она была напугана – было видно, как дрожат её руки, сжимающие фолиант. Салех молча осмотрел очередь и направил коня к воротам мимо неё.

– Приветствую! Я чародей из столицы, прибыл разобраться в некоторых вопросах. Именем Архимага, пропустите меня! – едва Салех успел это произнести, как его лицо изменилось. Теперь он походил на статного дворянина, а не на то на огородное пугало, в которое он превратился за время поездки. Эмми с удивлением и неким очарованием наблюдала за этим перевоплощением.

– У нас приказ – впускать только по пропускам! – выкрикнул полуписклявым голосом кто-то из башни над воротами, – и магов тоже!

Послышался негромкий хлопок. Подняв голову Салех увидел, как окно, в котором только что горел свет, закрылось. Похоже, разговаривать с ним никто не собирался.

– Ну хорошо... – прошипел Салех себе под нос. Сейчас он был в бешенстве, и воздух вокруг стал накаляться. С поверхности луж начали подниматься клубы пара, и через пару минут всё окутал густой туман. Воспользовавшись моментом, Салех с Эмми без малейших затруднений проникли в город.

– Теперь мы заблудились! Это всё из-за тебя! Вот не мог ты наложить заклинание невидимости, которое, кстати, есть в этой книге! – возмущалась Эмми.

Салех её будто не замечал, продолжая полагаться на свой опыт и сноровку. Он не ошибся: вскоре они оказались на пороге трактира со странным названием «Пьянчуга Борх».

– Как жаль, что денег-то у нас и нет, – тяжело вздохнула Эмми, – а за просто так нас никто там не накормит и уж тем более не поселит... – у неё предательски заурчало в животе, и тяжёлый вздох снова повторился.

– Смотри и учись! – расправив плечи и пригладив волосы, Салех уверенно зашёл в трактир. Эмми больше ничего не оставалось делать, как последовать за ним.

– Эй, трактирщик! – зычно крикнул он, усаживаясь за стол, и уже через пару мгновений перед ним стоял здоровенный мужик: под два метра ростом, а шириной со стол, за которым они сидели. На шее у него была татуировка в виде змеи, обвивающей кинжал. Такие носят только элитные солдаты – стража императоров и архимагов.

– Приветствую вас... Салех?! Черт бы тебя побрал! Как ты тут очутился? Ни за что не поверю, что тебя отправили сюда противостоять набегам с чёрной земли. – Это был Борхейм, хороший приятель, или точнее даже сказать, друг Салеха.

– Что ты, Борх, я сюда по другой причине прибыл. Вот лучше ты мне расскажи, отчего вдруг бывший лучший боец империи коротает дни не избивая молодёжь на тренировках, а подавая пиво и вино?

Сев напротив него, Борх поднял руку и крикнул:

– Клэ-э-эр! Займись-ка трактиром, я сегодня буду пить! – на весь зал прокатилось эхо как в горах, а пыль с потолка лавиной осыпалась на посетителей.

– Что-что, а поднять боевой дух солдат и одновременно морально опустить пару из них ты всегда умел! – рассмеялся Салех, отряхиваясь от пыли, – а делал ты это совсем не тихо! Навевает воспоминания про весёлые былые времена.

Клэр поднесла кувшин и стаканы и молча удалилась.

– Ну, за встречу! – стаканы звучно стукнулись друг о друга. – А эта девочка?.. – Борх скосил глаза на юную спутницу его старого друга.

–Ученица, – холодно ответил Салех и добавил, – еда и комната для неё найдётся?

Борх утвердительно кивнул и отправил её жестом к Клэр. Снова разлив вино по стаканам они продолжили отмечать встречу.

Глава 4 Пьяный Маг и Мастер.

Тяжёлые колокола в ратуше уже давно пробили полночь, а старые друзья всё продолжали пить вино и вспоминать былые времена. Конечно, на самом деле с тех пор прошло всего несколько лет, но для них это казалось вечностью. Салех тогда учился на последнем седьмом курсе в академии, а Борх был капитаном стражи в гвардейском отряде.

Познакомились они при не лучших обстоятельствах: Салех залез в погреба академии ради пары бутылочек красного. Борха же вызвали разобраться со странными звуками из погреба только потому, что обычная стража, зайдя туда, так и не вернулась. Все эти бойцы были снаряжены в противомагическую броню с защитой уровня гранд-мастера, она могла подавить любую магию более низкого уровня. Борх же носил тяжёлые доспехи с защитой уровня архимага, такие, на уровень выше, обычно носят охранники важных лиц.

Погреба встретили Борха крепким запахом перегара и ледяной иглой, летящей ему прямо в голову.

– Чёрт бы вас побрал, проклятые солдафоны! Сказал же, что ищу бутылочку вина! На кой чёрт вас снова сюда отправили?! – этот голос принадлежал пьяному и злому Салеху. Впрочем, пьяным и добрым его никто ни разу не видел.

Летящая в Борха ледяная игла с треском лопнула, едва коснувшись шлема, и осыпалась осколками на пол рядом с несколькими солдатами, спящими от снотворного заклинания.

– Малец, ты бы так не шутил! Я ведь и разозлиться могу! – угрожающе крикнул Борх в сторону донёсшегося голоса. Достав свой полуторный меч, он медленно продвигался на звуки из соседнего помещения.

–Чёрт! Опять не та бутылка, да чтоб тут черти ночевали! – послышался звон бьющегося стекла.

Под ногами Борха похрустывали осколки, а на полу то тут, то там валялись пустые бутылки. Он шёл медленно, прислушиваясь к каждому шороху и стараясь не привлекать лишнего внимания. Чем ближе он подходил, тем отчётливее становилась брань Салеха.

Заглянув в проём между помещениями, Борх сильно удивился. Перед ним предстал не второй погреб, а целый зал. Высеченные на стенах руны говорили о том, что это место явно было построено за много веков до академии, хотя с какой целью – было толком не ясно. Зайдя внутрь, Борх прикрыл глаза рукой от яркого света: летающие под потолком синие огни слепили глаза. Осмотревшись в поисках того, кто будучи явно пьяным в хлам угрожал ему, он краем глаза заметил выступающие из стен балконы с трибунами, которые поднимались до самого потолка.

– Так значит, мы на скрытой арене! Чёртовы маги, у них по всему городу что-то припрятано!

«Хотя мне могли бы и сказать, что тут скрыто такое сокровище. В конце-концов, я не самый последний человек в академии», – с некоторой досадой заметил Борх.

–Ура! Нашёл, чёрт подери! Я нашёл эту чёртову бутылку! – тут восторженный взгляд Салеха упал на Борха, отчего он переменился в лице и стал чуть серьёзнее. – А ты ещё кто? Какого чёрта ты тут забыл? – сурово спросил Салех, закатывая рукава и готовясь к бою.

– Малец, я же сказал: не шут... – не успел он договорить, как в него понёсся шквал огня и ветра. Сгустки пламени закрутились в огненный ураган, который поглотил Борха.

– Не шути, не шути... – Салех усмехнулся, – а я и не шутил что убью, если снова вас встречу! Не послушали, и вот, пожалуйста! Чертовски грустный результат! – он поднял с пола бутылку и направился к выходу. Лязганье доспехов за спиной заставило его остановиться: он обернулся и увидел, как поднимается на ноги Борх, успевший в последний момент активировать защитные руны на броне.

– Живучий гад! – поставив бутылку у входа прошипел Салех. Его лицо стало серьёзным, а движения чёткими и координированными.

– Ещё раз меня перебьёшь, щенок, и я тебе башку снесу. Одним пацаном больше, одним меньше, – Борх был настроен решительно. Далеко не каждый ученик академии был способен творить заклинания уровня мастера, если не выше, да к тому же такие, которых нет в учебниках.

«Этот юнец... неужто он совсем с головой не дружит? Или он и правда настолько перепил, что уже не отличает доспех обычной стражи от гвардейского? Ладно, пора с ним кончать, а там разберёмся», – Борх рванул вперёд, надеясь решить всё за один удар, но из всех магических щитов не выстоял только один. Воспользовавшись моментом, Салех отскочил назад, и между ними поднялась земляная стена, отделяя их друг от друга. Через мгновение она лавиной обрушилась на Борха. Не теряя времени даром, Салех создал несколько магических щитов взамен старого и призвал ледяную бурю.

Северный ветер должен был сковать движения погребённого под завалами рыцаря, а множество ледяных осколков – изрешетить его, но снова сработала защита, и Борх вынырнул из-под слоя земли, активируя руны на оружии. Выставив правое плечо вперёд, он понёсся на мага. Мощный таранящий рывок выбил Салеха из равновесия, и, поймав момент, Борх ударил его в голову навершием рукояти зачарованного меча. Огни в зале потухли, а юный маг упал без сознания.

Глава 5 Не в то время, не в том месте.

– Да-а-а, и досталось же мне тогда от тебя! Да и от третьего архимага тоже, – Салех смеялся и пьянел. Пожалуй, сейчас он впервые был счастлив по-настоящему. Он хохотал, шутил и много-много пил. Всё так же неразлучная с фолиантом Эмми уже успела вернуться от Клэр и незаметно подсела рядом.

На столе уже скопилось порядочно пустых кувшинов, но Клэр не успевала их уносить. Трактир был полон народу. Публика собралась самая разнообразная, начиная от обычных кабацких мошенников и заканчивая стражниками. Но, как ни странно, это место не любило жарких споров и пьяных драк. Некоторые даже называли трактир «белой землёй». Борх всегда говорил: «хотите устроить мордобой – там дверь, а через дорогу пустырь». В итоге драк в заведении почти не было, а те, что успевали начаться, тут же заканчивались тем, что хозяин трактира вышвыривал дебоширов на улицу, перед этим хорошенько приложив их столом.

– Скажи, ты ещё в обиде на меня с того раза? – усмехнулся Борх и принялся разливать по стаканам следующий кувшин.

– Я больше в обиде на то, что эти старые черти выперли меня из-за того, что видели во мне угрозу своей власти! Чёрт, кажется, лишку хватанул... – Борх изменился в лице. Он, конечно, догадывался, что не всё гладко, но после этих слов юного мага понял, о чём идет речь.

– Так значит это ты... – медленно произнёс Борх упавшим голосом, и его глаза наполнились грустью, – тогда выпьем не чокаясь.

Не успели они поднять стаканы, как трактир содрогнулся, и одна из центральных балок, что держала второй этаж, проломилась почти посередине и рухнула на пол. С улицы послышались вопли и крики. Перепуганные люди выбегали из таверны и начинали в панике метаться по улице как муравьи из разбитого муравейника.

– Мне страшно, что происходит? – испуганно заскулила Эмми и принялась прятать свой драгоценный фолиант.

– Салех, я за оружием! Через десять минут у городских ворот! – скомандовал Борх и метнулся в подсобку, где по всей видимости хранилось всё, что он смог с собой забрать, когда уезжал из столицы.

– Вот же черти, даже выпить с другом не дают! – раздосадованно вздохнул Салех и принялся стягивать с себя лохмотья, под которыми скрывалась расписанная магическими рунами роба. – Достань книгу, она тебе пригодится, – скомандовал он Эмми и направился к городским вратам.

С башни вещал всё тот же писклявый и противный голос:

– Закрыть ворота! Лучников за стены, стрелять навесом!

– Что, что тут происходит? – со страхом в голосе спросила Эмми.

– Обычное нападение. Только вот на этот раз не шайки воров, а небольшой армии с черных земель, – ответил Салех, – только не напортачь с кругами и не вливай в них слишком много энергии! Не забывай, рядом люди! – он тяжело выдохнул, будто только что не просто дал указания, а целый ад зачистил от всех его обитателей.

Эмми достала фолиант и, открыв одну из страниц, принялась чертить круг для заклинания.

– Я всё правильно делаю? – поинтересовалась она было у своего наставника, но он уже мирно дремал на лавочке недалеко от места, где только что стоял.

Из-за стены вылетел град стрел. Он чёрным ливнем обрушился на город, забирая жизни защитников и обычных людей. У Эмми подкосились ноги, она упала на колени и, обхватив голову руками, начала рыдать и кричать. Паника в городе усиливалась. Раненные сбивались с ног и падали на землю. Кто-то умирал сразу, другим же везло меньше, и они оставались корчиться в мучениях.

Тёплая рука коснулась плеча Эмми, и знакомый голос спокойно и тихо произнёс:

– Ничего не бойся, дорогая, я всегда буду с тобой, – она узнала его, этот голос принадлежал её самому дорогому и любимому человеку, прадедушке.

Подняв голову, она никого не увидела, но теплота на её плече растекалась по всему телу,

приятно наполняя силой.

– Вставай, дура! – выкрик Салеха заставил её вернуться обратно в этот мир, – это битва, тут всегда кто-то умирает, а кто-то становится героем! Поэтому я не потерплю, чтобы моя ученица умерла по своей же глупости! Встань и стань героем, которого заслуживает этот город!

Горячая речь Салеха воодушевила и заставила подняться не только маленькую девочку, но и защитников города, которые уже были готовы сдаться.

– Все живые и не раненые, тащите сюда подпоры для ворот! Те, кто ранен, но может держать оружие – идите к воротам! – зычно скомандовал Борх своим бравым басом и устремился на стену.

Перед ним предстала армия из тысячи воинов, не меньше. Обороняющихся же было не больше шестисот человек, но некоторые из них уже лежали и больше не могли встать. Несколько стрел устремились в него, но рассыпались на подлёте как простые заклинания.

– Зачарованные стрелы, тысяча воинов! Шансы есть! – он развернулся к обороняющимся, которые уже вовсю выполняли его приказы, и громко прокричал, – Салех, Эмми! На стену! Лучники – залп навесом!

Когда они поднялись на стену, у Эмми задрожали колени и она снова упала. Салех же был непривычно серьёзен. Он не говорил ни слова, его взгляд был прикован к огромному чёрному пятну перед городом.

Глава 6 Оборона Урграда.

— Сколько мы ещё продержимся с теми, кто остался? – Салех вопросительно взглянул на Борха. – я понять не могу, откуда их столько набежало.

– Согласен, их и правда много, – Борх активировал защитные руны и зачарованный меч, – это тебе не тренировки. Хотя не мне тебе об этом говорить, ты ведь даже там не сдерживался, – усмехнулся Борх и перевёл взгляд на Эмми. – а ты наложи на себя щиты и не мешайся.

– Послушай, он дело говорит. А ещё где-то в середине фолианта есть заклинание исцеления, примени его на раненых, – скомандовал Салех и отправил Эмми вниз, – а теперь серьёзно. С тем, что у нас есть, мы простоим максимум несколько часов. Этого хватит для эвакуации города? – он был напряжён, хоть это было уже не первое его сражение с многочисленным войском.

– Этого должно хвати... – слова Борха прервал писклявый голос.

– Кто вы такие, чтобы распоряжаться моими людьми!? – заверещал он. Это был низкорослый мужичонка с приличным брюшком и редкими как у юнца усиками в форме подковы, – вы должны эвакуироваться из города! – скомандовал он.

– Я имею право возглавить гарнизон города, – Борх протянул ему письмо с печатью императора, – а теперь достань меч и иди к воротам, я беру оборону на себя. – Глава стражи покраснел и рассвирепел, но подчинился и двинулся к воротам, что-то бубня себе под нос.

Вражеские стрелки снова дали залп. Взметнувшаяся туча чёрных стрел закрыла звёздное небо. Вскоре начали взлетать и огненные стрелы. Сперва их было немного, но всего через несколько мгновений небо озарилось огнем. Город пылал, защитники падали замертво. Эмми исцеляла кого могла, но она была не в силах помочь всем. Её руки и одежда были испачканы кровью раненых, а из глаз катились слёзы. Со стороны ворот послышался чей-то тревожный голос:

– Таран, они несут таран! – звуки ударов метала о дерево прокатились над городом. За стенами вспыхивали и угасали всполохи света: Салех сверху осыпал врагов заклинаниями. Со стены слышались приказы Борха, который материл солдат на чём свет стоит, но, как ни странно, это только поднимало их боевой дух.

Часть ворот разлетелась в щепки, и теперь стрелы поражали защитников крепости через эту брешь. Не выдержав очередного удара, ворота распахнулись, и чёрное войско ворвалось в город. Они шли, поджигая дома, которые ещё не успели загореться, и добивали раненых. Кто-то пытался сдаться в плен, но их ждала та же участь. Борх подбежал к рыдающей на земле Эмми и поднял её на ноги. Он пытался ей что-то сказать, но она его не слышала, только продолжала плакать. Пришлось дать ей пощёчину, чтобы привести её в чувство.

– Приди в себя, мелкая! Возьми себя в руки! – прокричал Борх, глядя в её наполненные страхом глаза. Он взял Эмми за руку и потащил к центру города. – Отходим в центр, все в центр! – приказал он оставшимся в живых.

– А как же Салех, как же учитель? – Эмми начала сопротивляться, но хватка Борха была намного сильнее. Бросив тщетные попытки вырваться, она поддалась и побежала в центр города с остальными.

Уже у фонтана на центральной площади Борх выругался:

– Где этот чёртов маг?! Мы же с ним договаривались! Все в круг, приготовиться к обороне! – скомандовал он оставшимся воинам.

Враги окружили площадь, но они даже не думали нападать, будто чего-то или кого-то ждали. Над площадью пронёсся испуганный шёпот. Чёрное войско расступилось, пропуская вперёд высокую фигуру, очертаниями напоминающую человека. Он был закован в чёрные доспехи, держал в руках посох, а на поясе у него покачивалась книга, похожая на фолиант Эмми. Это определённо был маг.

– Это он, он разрушил мою деревню и превратил жителей в нежить! – прошептала она Борху. Он изменился в лице и надел шлем. – Он сильный, не надо с ним сражаться, пожалуйста, мы же умрём! – дрожащий голос Эмми начал срываться с испуганного шёпота на крик, её охватила паника.

Борх сделал несколько шагов ему навстречу, руны на мече засветились. Выставив оружие перед собой, он помчался прямо на мага. Пробив защитный барьер, его меч устремился в грудь существа и застыл. Борх попытался вытащить его, но меч увяз намертво. Бросив оружие и отскочив назад, он напал на него снова, теперь уже врукопашную, а затем просто попытался протаранить его всем телом – всё было без толку.

– Вы, люди, такие жалкие и ничтожные, но всё равно пытаетесь противостоять нам! Я – генерал шестого войска армии ДрагШафора. Мы объявляем вам войну! – подняв руку, он откинул Борха к воинам, которые стояли в центре окружения. – А теперь уби... – в небе вспыхнуло несколько печатей с вписанными в них разноцветными рунами и письменами.

–Ну наконец-то! – прошептал Борх. Место, где стояли защитники крепости, озарилось белым светом.

Глава 7 Старые и новые знакомые

– Из-за тебя я потерял в нём свой меч! Да и какого ты вообще тянул столько времени? – возмущался Борх, помогая перевязывать одного из бойцов, – мелкая ещё не очнулась? – кивнув на Эмми спросил он у Салеха, который исцелял раненых.

– Нет. У неё сильный шок и почти полное магическое изнурение. Она знатно переколдовала, странно, что вообще не померла, – Салех тяжело вздохнул и перешёл к следующему тяжелораненому.

– Что?! Как?! Где мы?! – знакомый писклявый голос разорвал тишину. Подбежав к Борху, бывший начальник стражи замахал руками, – да почему именно вы? Как такое возможно, что великий Борхейм, победитель архимагов, всё это время был обычным трактирщиком прямо у меня под носом?! – он снова начал было возмущаться и краснеть, но, встретившись глазами с тяжёлым взгляда Борха, притих и принялся помогать раненым.

– Видать, нос коротковат. Хотя так с виду и не скажешь, – язвительно подкинул Салех, из-за чего тот начал наматывать бинты еще усерднее.

– Мы в нескольких десятках лиг от столицы, а у меня отпуск. Был. Надеялся провести его с семьёй, – опечалено вздохнул Борх.

«Интересно, как там Клэр?.. Смогла ли она выбраться из города?», – всё думал он. Тревожные мысли о дочери не давали ему покоя.

– Итак, Салех, именем Императора я снимаю с тебя все обвинения и разрешаю беспрепятственный вход в столицу! – перед Салехом в воздухе вспыхнула руна и сразу же рассыпалась пылью.

– Что? Салех? Тот самый Салех? Ленивый Архимаг?! – глаза бывшего начальника стражи выкатились из орбит и налились кровью, – я требую, чтобы мне всё объяснили и ввели в курс дела! – снова заверещал он. Его лицо опять залилось красным, да теперь ещё и руки стали краснеть, и он походил на переспелый помидор, который, казалось, может лопнуть даже от комариного укуса.

– А что тут объяснять? Знаем мы не больше тебя. Это нападение и мне спутало все карты, а ещё ты так и не представился, – Салех угрожающе посмотрел на писклю. – Экономь бинты, моей магии на всех не хватит! – рявкнул он, – а с неё, – он кивнул на Эмми, – колдовства на пару дней точно хватит, чтобы спать сладким сном, а не исцелять. – Салех вздохнул, сел, прислонившись к дереву, и достал трубку и табак.

– Я барон фон дер Урградский, управитель Урграда и его земель! – гордо произнёс он и принялся перематывать следующего раненого.

– Ну, теперь уже без «дер», – усмехнулся Борх. – А теперь к делам насущным. Маги столицы нас уже нашли, так что разобьём лагерь и будем ждать. Тяжело раненых Салех исцелил, так что проблем быть не должно, – Борх скинул наплечники, расправил затёкшие плечи и направился к лесу.

– Господин архимаг, господин архимаг! – позвал Салеха один из солдат.

– Ещё раз так меня назовёшь – сожгу! – огрызнулся Салех. Он терпеть не мог, когда его так величали. По его мнению это обращение больше подходило «старым пердунам», а не юным полным сил магам вроде него. – Ну что там случилось? – вырвавшись из мыслей и вкуса табака, Салех глянул туда, откуда доносился голос.

Эмми, которая по-прежнему была без сознания, кашляла кровью и тряслась в конвульсиях.

– Чёрт! Чёрт! Чёрт! – Салех вскочил и подбежал к ней.

Целительные заклинания были бессильны: тело Эмми горело в агонии, а кашель и конвульсии не прекращались.

– Да где же эти чёртовы маги из столицы?! Борх! Борх, чёрт тебя дери!

Земля задрожала, и по округе разнёсся крик часового:

– Едут! Едут! Вижу знамёна боевых магов! – с радостными криками он со всех ног бежал к раненым.

– И полгода не прошло! – фыркнул Салех, отрываясь от тела Эмми, и посмотрел на подоспевшую помощь. – Чёрт тебя дери, Антуанетта Огнеглазая!

Это была та, которую Салех на дух не переносил. Она охотно отвечала ему взаимностью и любила и уважала его так же, как и он её. То есть, никак. Из них могла бы получиться отличная пара, но вся беда была в их характерах. Он ленив, беззаботен, да и вообще на женский пол сквозь пальцы смотрит. А вот она красива, умна, прекрасный маг и учёный, изобрела несколько форм магии печатей, а ещё она подробно разобрала теорию первого верховного мага о применении магии, так что теперь её проходят на выпускных курсах академии.

– Салех, дорогой, не утруждайся, – ядовито процедила она, – я всегда успею тебя убить. А это что за живой труп у тебя? – она указала пальцем на Эмми.

– Во-первых, умри, стерва чёртова. Во-вторых, я знаю, что ты одна из сильнейших целителей империи, вылечи её. В-третьих, отказ не принимается. – После этих слов у Анетт заискрились глаза, и в них, в этих прекрасных рыжих глазах, бушевал огонь ненависти.

– Я согласна. Но ценой может быть твоя жизнь, – холодно ответила она. – Она сильно истощена, так что тебе придётся потратить свои последние резервы, иначе она умрёт. Магическое истощение, до чего ты довёл бедную девочку... а после так и вовсе телепортировал, зная о том, что маги, особенно полукровки, вообще не переносят порталы! – она отчитывала Салеха будто младшего брата.

«Впрочем, можешь ничего не отвечать. Я понимаю, ты спасал людей. Как это на тебя похоже...», – с этими мыслями она начала готовиться к ритуалу передачи маны.

Глава 8 Добро Пожаловать.

Эмми приоткрыла глаза и осмотрелась. Ей казалось, что ещё секунду назад она была в самом центре горящего города. Сейчас же она лежала на кровати в небольшой и весьма скромно обставленной комнате. Тишину разорвал пронзительный голос Анетт, звонким эхом отражаясь от каменных стен:

– Ну наконец-то, очнулась! – радостно воскликнула она и приобняла Эмми. – Добро пожаловать в академию! Мне тут Салех уже такое про тебя рассказал! Да ещё и среди солдат, которых ты исцеляла, теперь ходят толки, что во время боя с небес спустился маленький ангел, который помогал раненым, – она улыбнулась и продолжила тискать Эмми, попутно рассказывая слухи и сплетни: о том, как император бездействует, не посылая армию и магов. А ещё о том, что происходит в академии и о том, что как только тут узнали про Эмми, её зачислили сразу на второй курс.

– Что?! Как?! Почему?! У меня денег нет на обучение! Я не соглашалась! Выпустите меня из объятий этой сумасшедшей! – Эмми рвалась на свободу и думала, как бы улизнуть или хотя бы как-то отодвинуть от себя Анетт. В этот момент у неё закружилась голова, и она снова потеряла сознание.

– Девочка ещё слаба, ей нужен покой, – вздохнула Анетт.

– Ну всё, ты её задушила. А я говорил тебе, что она слабая телом, хоть её магическая сила и превосходит твою, – с ухмылкой ответил Салех.

– Ну вот, дочь ленивого архимага слаба телом, но по магической силе превосходит свою маму, какая досада, – съязвила Анетт. Салеха передёрнуло, и он изменился в лице: его воображение очень живо нарисовало такую «семейку». – Да не кривляйся ты так, лучше расскажи, как ты там полтора года скитался и как накопил столько денег. У тебя тут целая казна припасена!

– Магия, карты, вино, – ответ был краток, но эти слова в точности передавали всю картину его путешествий. – А вот пару недель назад я пожалел, что вообще попёрся в ту деревню и спас её, хотя мог бы плюнуть и поехать ещё подзаработать. Теперь сижу без копейки в кармане, и ещё вдобавок ко всему мне приходится учить её магии.

– Так давай я возьмусь её учить, она станет прекрасным целите...

– Никогда! Ни за что! Только после моей смерти! – перебил её Салех.

– Не кричи, ты её разбудишь! Вот что ты так возмущаешься, если и сам учить её не хочешь, и на обучение отдать не согласен? – в её глазах вспыхнуло пламя, от которого ему стало не по себе, и он умерил пыл.

– Ты не поняла, это тебе я не дам её учить. А в академии пускай учится, тем более, что я уже заплатил за её обучение, – Салех тяжело выдохнул и упал в кресло, которое стояло у дверей.

– А ведь мы могли бы быть хорошей парой, даже жаль, что ты ушёл тогда от меня... от всех нас. Бросил одних, без Архимага академия почти опустела...

– Да что ты? А этот старый пердун, который так и сидит во главе академии? Ты же сама его видела и слышала, как он осыпал меня миллионами проклятий, да ещё и отпускать не хотел, потому что я, видите ли, не отбыл свой срок в полной мере, – Салех выругался после своей горячей речи и потянулся к трубке с табаком.

– А ты так и не изменился... – с лёгкой улыбкой вздохнула Анетт и посмотрела на Эмми, которая лежала, приоткрыв один глаз. – Ах ты, маленькая! Ты подслушивала! За это тебя ждёт наказание! – она снова начала её тискать и обнимать.

– Не такая уж я и слабая, – вырвавшись из объятий заявила Эмми, – а ещё я думала, что ты будешь меня обучать, а не спихнёшь в академию при любом удобном случае! – она с упрёком посмотрела на Салеха.

– Чёрт, маленькая девочка, которая хотела стать магом, теперь высказывает мне претензии! А ведь она вполне может им стать, ес...

– Салех, она же ещё ребёнок! – голос Анетт стал жёстче, и в нём зазвучали нотки огненной магии, которую Салех даже побаивался. – Будь к ней снисходительней, – уже более мягким тоном произнесла она.

Эмми же сидела и не понимала, почему в комнате вдруг стало так жарко. Она села на кровати, открыла окно и увидела город. Напротив академии на холме возвышался императорский дворец, а между дворцом и академией расположились роскошные дома с искусно и богато украшенными фасадами. Голубой, красный, зелёный и другие яркие цвета наполняли город.

– Я... я... я согласна учиться тут! – с полной уверенностью сказала она, не отрываясь от полностью очаровавшего её вида из окна.

– Это ДошГрад, столица, – пояснил Салех, – её назвали в честь первого Архимага Жозиля Доша. Вообще его считают основателем города, но мне лично не понятно, при чём тут он, если тут и до него была деревня с хорошим выходом к морю. Ну да ладно, не мне судить... – Салех затянулся из трубки и ушёл в себя, пуская белые клубы дыма.

– А я, пожалуй, пойду. Эмми, дорогая, я живу в соседней комнате, а Салех этажом выше. Если будут вопросы – приходи, расскажу и помогу, чем смогу, – Анетт вышла из комнаты и закрыла дверь, оставив их наедине.

– Почему она так ко мне относится? – Эмми недоумевающе посмотрела на Салеха, которого было почти не видно из-за окутавшего его дыма.

– Я ей рассказал, как нашёл тебя и, так сказать, спас. А ещё о том, как ты исцеляла раненых и спасла немало жизней. Видимо, ты ей понравилась, – он закрыл глаза и откинулся на спинку кресла.

Салех сидел с закрытыми глазами и пускал клубы дыма, которые становились то монстрами, то людьми. В его дыму можно было увидеть даже многотысячные баталии. Конечно, он знал о них только из книг, но после битвы в Урграде он уже вполне мог воссоздать эти видения. Шутка ли – самому сражаться против тысячной армии!

Дым очаровывал, будто игра теней, и заворожённая Эмми не сводя глаз наблюдала за волшебными фантомами.

Глава 9 Собрание

– Ну как, уже освоилась в академии? – Салех как обычно сидел в своём излюбленном кресле и пускал клубы дыма.

– Эти старые маги – редкостные зануды! Они думают, что умнее их никого нет. Да ещё и Анетт сделали учителем прикладного исцеления! – насупилась Эмми. – а меня уже провозгласили архимагом второго курса, потому что я у них, видите ли, сильнейшая, – монотонно добавила она и уткнулась в свои конспекты.

– Да что ты? Про Анетт я уже слышал, а вот про подпольного архимага – это что-то новенькое. Расскажи-ка мне об этом поподробнее, – создавая магический круг из дыма, произнёс Салех.

– Аш’Наам! – в Салеха полетело ветряное копьё. Эмми была серьёзна и зла.

– Здесь нельзя колдовать и чертить магические круги, в том числе и тебе, – взмах руки развеял низкоуровневое заклинание. – Этим же и поцарапать можно. Ты отчего такая злая, учителя много требуют? – Салех вопросительно вскинул бровь.

– Нет! Все считают меня твоей преемницей, поэтому вокруг меня постоянно вертится много разных людей и не только... – её прервал стук в дверь. –Аш’На...

– Не стоит, юная леди. Оно не сможет мне навредить, – послышался из-за двери густой благородный бас, от которого у Эмми пробежали по спине мурашки. – Салех Ленивый, будьте добры пройти со мной на собрание.

– Эларис... – раздосадованно прошипел Салех. – Чёрт тебя дери, снова это собрание! Опять будут говорить ни о чём, – он выдохнул и поднялся с кресла. – Я скоро вернусь. У меня ещё остался к тебе важный разговор.

Эмми не успела ничего ответить. Едва Салех закрыл за собой дверь, как из-за неё послышалось: «Чёртов демон, ты ж вообще не изменился с тех пор, как я был ребёнком, чёрт тебя дери!»

Они шли по длинным коридорам, на стенах которых красовались трофейные доспехи, оружие и реликвии с войны рас. Мимо пробегали ученики, и проходили учителя. Салех нехотя плёлся следом за как всегда невозмутимым высоким длинноволосым эльфом.

Ходили слухи, что именно Эларис был правой рукой эльфийского короля во время войны рас. Архимаги же и по сей день считают его своим незаменимым советником, и неудивительно: эльф был хорошим политиком с веками магического опыта за спиной.

– Вот и пришли, господин Салех. Будьте так любезны не заснуть на собрании, как в прошлые разы, – произнёс Эларис совершенно спокойным голосом и толкнул двери зала собраний.

На расписанных золотом и щедро украшенных драгоценными камнями трибунах уже вовсю велись жаркие споры. Одну половину зала занимали маги, а во второй как всегда расположилась знать и правящая элита. С обеих сторон сторон летели всевозможные оскорбления в адрес друг друга. Салех занял своё место рядом с выходом.

– Я считаю, что нам нужно собрать армию самим и дать отпор врагу! – кричал один дворянин.

– Нет! Мы не сможем всех победить в одиночку, нам нужна сила всех народов! – протестовал боевой маг, судя по мантии – офицер.

– Мы ни за что не согласимся падать в ноги к гномам и просить их армии помочь нам! – выкрикнул один из представителей императора.

– А чем это вам гномы не угодили? – поднялся со своего места представитель гномов, – вы же сами жадны и скупы и ни за что не поможете своим войском! Я не намерен больше участвовать в этом фарсе, прощайте! – разгневанный гном покинул зал собраний.

Минута проходила за минутой, час за часом, но споры даже не думали прекращаться.

– А почему Ленивый молчит? Ему что, всё равно, что нас уничтожат? – вскочил раскрасневшийся от споров щекастый представитель императора.

– Мне? Да, мне глубоко наплевать на вас, – в глазах Салеха сверкнула молния. Представитель побледнел, утих и сел на свое место.

– Давайте уже что-то решать, через несколько недель чёрная армия будет уже под нашими стенами. Эльфы спешно плывут на родину, а гномы уходят в свои горы. Нам же уходить некуда, и надо что-то с этим делать! – эти слова прозвучали из уст сына императора. Его здесь считали тёмной лошадкой – всех удивляло, что он находился на собрании среди магов, а не вельмож. Начались перешёптывания: кто-то шептался, обсуждая, почему принц здесь, кто-то возмущался о том, что одних представителей императору, видите ли, теперь уже мало.

– И что же принц предлагает нам делать? – голос Салеха был полон яда.

– Я предлагаю объединить разрозненные народы и запечатать чёрные земли, как это однажды уже произошло! – гордо ответил он, и по залу прокатилась волна смеха.

Развеселившаяся публика быстро утратила интерес к обсуждению угрозы и, как это частенько бывало на собрании, перешла к пустым разговорам и новым словесным перепалкам.

Салех возвращался по давно известным ему коридорам, вспоминая, как бегал тут юнцом, и остановился у комнаты Эмми. Заняв своё любимое кресло, он достал трубку и закурил. Салех смотрел на мирно спящую Эмми и думал о том, что в своё время он оказался почти в таком же положении, как она.

Глава 10 Сновидение

– Мама, мама, почему стража забрала отца? – на глазах десятилетнего мальчика наворачивались слёзы.

– Всё будет хорошо, сынок, – женщина прижала ребёнка к груди, чтобы сын не видел её слёз.

Вечер скоро станет утром, птицы запоют.

Спи, сыночек, засыпай, мама твоя тут.

Солнце встанет за окном, птицы запоют,

Так начнётся новый день, он вести принесёт.

Мальчик уснул, убаюканный колыбельной. А ночью, под покровом темноты, мать телепортировалась с ним к магической академии и оставила спящего сына на крыльце, приколов к его одежде записку.

Утром он проснулся в кровати, рядом в массивном кресле сидел мужчина и курил трубку, пуская красные клубы дыма. Седина в его волосах давала понять, что он уже не молод.

– Ну здравствуй. Ты, скорее всего, меня уже и не помнишь. Я твой дядя, меня зовут Иллаил. Ты находишься в стенах магической академии, и теперь она будет твоим домом. А пока тебе не исполнится двенадцать, я буду учить тебя основам.

– Где мама?! Что с отцом?! Кто ты, почему я здесь, а не дома? – на лице мальчика был страх, а глаза снова начали наполняться слезами.

– Послушай, теперь тебя зовут Салех, – Иллаил тяжело вздохнул и затянулся едким дымом, – забудь о том, что у тебя были родители. Забудь о том, кем ты был. Теперь у тебя другая жизнь, и до двенадцати лет ты будешь прислужником в академии, – он с сожалением посмотрел на мальца и продолжил, – и отныне никогда не упоминай своё прежнее имя в разговорах. И родителей тоже, запомнил?

Салех же просто плакал, громко и неразборчиво, и будто не слышал, что говорит ему дядя. Иллаил поудобней устроился в кресле и начал за ним наблюдать.

– Мама, отец, где вы? – шептал мальчик. В комнате похолодало, по стёклам, тихо похрустывая, поползли морозные узоры. Иллаил изменился в лице и напрягся. – Заберите меня, я не хочу тут жить! – голос мальчика сорвался на крик.

Прогремел ледяной взрыв, покрыв комнату толстым слоем льда, Иллаил в последний момент успел активировать руны в комнате и на своей мантии. Несколько рун на стенах рассыпалось, камень на их месте лопнул, и сквозь трещины проросли ледяные кристаллы. Мальчик упал без сознания.

– А ты неплох, чертовски неплох, – прошептал дядя, откидываясь на спинку обледеневшего кресла. – Спи, ребёнок великого мага и великой воительницы. Тебя ждёт большое будущее. А мне, пожалуй, пора идти на лекции. – Он щёлкнул пальцами, и лёд начал таять, сразу же устремляясь в окно потоками воды. Закончив с уборкой, он отправился в аудиторию, где его уже ждали ученики.

Салех очнулся ближе к полудню. Он осмотрелся и заметил большой письменный стол, любопытство взяло верх, и он шатаясь подошёл к нему. Его взгляд зацепился за помятую записку, лежащую поверх кучи бумаг.

«Иллаил, на нашу семью объявлена охота. Этот мальчик – твой племянник. Позаботься о нём. Твоего брата казнили, я следующая. Прошу тебя, позаботься о моём сыне. – подпись С. В.»

Читая это письмо, он рыдал. Там, где слёзы падали на бумагу, она начинала тлеть, постепенно рассыпаясь в пыль. Заскрипела дверь, и Салех обернулся. В комнату заглянула девочка с огненно-рыжими волосами.

– Учитель Илла... ой! Извини, я думала, он зде... – не успела она договорить, как её втолкнули в комнату, и следом с гоготом ввалились трое мальчишек, на вид ровесники Салеха.

– Как думаете, если её поджечь, она сгорит? – с ухмылкой поинтересовался один из них.

– Кайл, не глупи! Она же огневласая, что ей сделается? – ответил ему паренёк с огромными губами.

– Значит, надо выдрать эти волосы, чтобы не мешали! – выкрикнул самый крупный из них и потянулся к её волосам.

– Отойдите от меня! Нет! Не смейте их трогать, а то вам не поздоровится! – огрызнулась девочка, отходя к стене.

– Смотрите, парни, она свои коготки показывает, – хохотнул губастый.

– Слушай, Кайл, а может, снова отлупим её? – предложил здоровый.

– Делайте что хотите. Кстати, у нас тут ещё одна плакса есть, – Кайл окинул испуганного Салеха оценивающим взглядом.

– Эй, не трогайте новенького! Или я вам всем... – удар под дых прервал её. Девочка согнулась пополам и зашлась кашлем.

– Помолчи-ка пока, – прокомментировал здоровенький свой удар.

– Эй, как тебя звать-то? – гордо спросил губастенький.

– Алек... Салех, меня зовут Салех, – дрожащим голосом ответил он.

– Ну что, парни, испытаем Салеха? – хмыкнул крупный мальчишка.

– Да чего его испытывать? Наваляем ему, и всё! – возразил губастый.

– Ну так и я о том же!

– Делайте что хотите, мне плевать, – отмахнулся Кайл.

– Стойте, вы его не тронете!

– Бей её! – выкрикнул кто-то из них.

Они кинулись на девочку с кулаками и начали избивать.

– Стойте! – никто не отреагировал на Салеха, – Я сказал, остановитесь! – как можно громче крикнул он.

Они посмотрели на Салеха, отпустили рыжую и набросились на него.

Спустя несколько минут они успокоились и ушли, а Салех лежал на коленях у девочки и плакал не столько от боли, сколько от чувства вины, что не смог защитить ни родителей, ни даже её.

Глава 11 Длинный день

– Салех! Ты что, снова в трактире перепил и дверь перепутал? – кричала Эмми на сидящее в кресле бренное тело, которое кряхтело и неразборчиво материлось.

– Да не пил я! Собрание поздно закончилось, я пришёл сюда и уснул, – всё таким же кряхтящим голосом ответил Салех.

– И что было на собрании? – она подозрительно прищурилась, собирая в сумку свои вещи.

Салех с трудом смог продать глаза и начал шарить по карманам в поисках табака.

– А куда это ты собралась? Неужто решила покинуть академию? – поинтересовался он, раскуривая трубку.

– Сегодня практика боевой магии. Но ведь у нас она должна начаться только со следующего года... – призадумавшись, она подошла к окну, – все ждут, что случится что-то плохое?

– Понятно, – Салех, поскуливая, нехотя поднялся с кресла, – сегодня ты поедешь со мной, – твёрдо произнёс он.

– Что?! Почему? Зачем? – Эмми недоумённо посмотрела на него.

– Бери вещи, я буду ждать тебя во дворе, – он быстро вышел из комнаты, оставив её одну.

Во дворе уже ждал конь, прекрасный чёрный рысак с белым пятном на мощной шее. Его шелковистая грива ослепительно сияла в солнечных лучах. Эмми обошла весь двор, но, похоже, кроме этого чёрного красавца там никого не было.

– Его зовут Парфирас, по эльф...

– «Гром» или «молния», – перебила она появившегося откуда ни возьмись Салеха.

– Именно. Но это еще не всё. За всё время его так никто и не смог оседлать. Как думаешь, у тебя получится? – усмехнулся он, сидя под деревом.

– А разве это не твой конь? Да и вообще, разве можно меня так просто забирать с занятий по магической практике? – грозно нахмурившись спросила она.

– Только не кидайся опять своими низкоуровневыми заклинаниями, а то ещё мантию порвёшь... свою, – проворчал Салех, поднимаясь с земли.

Сон не давал ему покоя. Почему именно сейчас он терзал его душу?

– Не потеряй его, это твой пропуск повсюду, – Салех протянул ей свиток с печатью, на которой был изображён феникс во льду.

– Что?! – по всему двору разнёсся оглушительный счастливый визг Эмми, – но... но почему ты даёшь мне его именно сейчас? – подозрительно посмотрела она на Салеха.

– Ну, вообще-то я его сделал ещё когда только привёз тебя сюда. А я разве не говорил? – он улыбнулся и подошёл к коню, – здравствуй, друг. Я скучал.

Конь приветственно фыркнул и склонил голову.

Салех запрыгнул в седло одним лёгким движением и протянул руку Эмми. Усадив её перед собой, он направил коня к выходу из города.

Проезжая по городу, они заметили, что людей на улицах стало меньше. Зато у ворот собралась целая очередь из жителей и гостей столицы с котомками. Все хотели бежать из города.

– Ну что вы там встали?! – донеслось из толпы.

– Не ори, тут и так все от тебя оглохли! – выкрикнул кто-то ему в ответ.

– Ну подеритесь тут ещё, – послышался третий голос, и поднялся людской гул.

Они ехали молча и смотрели на этих напуганных людей.

Покинуть город им удалось почти без проблем: Салеху пришлось обматерить охранника, но зато их выпустили за ворота без очереди. Конь помчался в сторону леса Фалигас.

– До места тренировок день пути, скакать будем без остановок. Там проведём неделю, за это время ты должна в совершенстве овладеть магией и научиться её использовать без заклинаний и печатей, – Салех крепче взялся за поводья и пришпорил коня.

Парфирас мчался со скоростью ветра, так что через несколько минут они уже покинули окрестности столицы. Всё реже и реже им на глаза попадались одинокие крестьянские дома и поля с немногочисленными работниками.

Спустя час они уже скакали по тракту. По пути они обгоняли тех, кто успел покинуть город ночью или рано утром. Мимо проносились реки, тропинки и заброшенные дома. Слева от дороги возвышались великие горы Уд’Унра, а справа открывался прекрасный вид на Великое море, в котором виднелись шедшие в столицу корабли.

Наступил закат, а дорога всё не кончалась. В лучах заходящего солнца на горизонте появился вечно сухой лес Фалигас. Про него ходило много баек: кто-то говорил, что там живут духи, кто-то верил, что во время войны рас там произошли первые стычки эльфов и гномов. А третьи же утверждали, что именно в этом лесу неизвестный создатель выпустил в мир магическую чуму, которая забирала всех без разбора. Над лесом, поближе к морю, гордо высилась полуразвалившаяся башня. Несмотря на неприглядный вид, она исправно несла свою службу, охраняя границы леса.

Наступила ночь. В темноте лес преобразился до неузнаваемости, на деревьях распускались прекрасные светящиеся цветы. Казалось, будто в нём течёт жизнь. Пробираясь через заросли по узкой тропе, Салех и Эмми вышли к крепости, которая доживала свои последние века.

– Всё, прибыли, – довольно сказал Салех и слез с коня.

– А почему в лесу так красиво, а здесь всё осталось так же, как днём? – разминая спину и ноги, спросила Эмми.

– На эту крепость нанесены антимагические руны. Они поглощают всю магию в её стенах, так что лучше тебе здесь не колдовать. Эти стены всё помнят и многое знают, – ответил он, доставая из седельных сумок вино и табак.

Они вошли в крепость и развели костёр в одной из более-менее уцелевших башен.

– Ну всё, начнём уже завтра. А сейчас спи, силы тебе понадобятся, – сказал Салех, раскуривая трубку и открывая вино.

***

– Они не желают веровать во тьму! – произнёс человек в черной мантии и капюшоне, – что будем с ними делать? – он кинул взгляд на демона, что сидел у костра и рылся в останках жителей деревни.

– Живых – в клетку. Они пригодятся для моих братьев, что скоро сюда прибудут, – посмотрев на пленных, он облизнулся.

– Да как вы смеете! Скоро здесь появятся архимаги, и вам не поздоровится! – выкрикнула одна девушка, за что сразу же получила пощёчину.

– А что, если ваши архимаги нас и пустили в этот мир? Ты не задумывалась об этом? – демон кинул в костёр очередную кость, – а за то, что она такая писклявая, убейте её.

– Просто убить? И всё? – один из его приспешников хищно ухмыльнулся.

– Делайте с ней что хотите, но потом убейте, – отмахнулся демон своей окровавленной лапой. Его огромные когти сверкнули сталью в свете костра.

Услышав это, девушка начала кричать и вырываться из их рук. Она осыпала их проклятьями и угрозами мести. Всё это оказалось бесполезно, и она уже просто молила о пощаде, но ничто не смогло её спасти.

Через несколько часов её истерзанное тело кинули к ногам демона.

– А почему не убили? – спросил он, не сводя глаз с костра и затачивая когти.

– Ну, мы, эт самое... это вам, чтоб вы тоже удовольствие получили, – пробасил самый здоровый из них и на вид самый тупой.

– Удовольствие? – демон повернул голову и кровожадно ухмыльнулся. Пламя осветило его многочисленные клыки и багровую кожу, – а действительно, я ведь уже очень и очень давно никого не убивал... Поднимите её! – приказал он.

Приспешникам пришлось поднять бедную девушку за руки, ведь стоять она уже не могла. Они продолжали её держать, пока демон с широкой улыбкой разрывал её тело, умело орудуя своими когтями. Те, кто стоял рядом, могли разглядеть каждый его клык и видеть, как ворочается в пасти его длинный язык, с которого вперемешку с чёрной слюной капала на землю кровь. От этого зрелища ужас охватывал и пленных, и приспешников.

Глава 12 Среди нас

Академия пустела на глазах. За несколько дней её покинули практически все ученики. Остались лишь те, кто был не нужен своим домам и кланам, для них проводились смешанные уроки с большим уклоном в боевую магию.

– Аннет! А ты почему не уехала? – один из магов явно не ожидал встретить её сейчас в коридорах академии.

– Знаешь, Морик, я бы не уехала даже если бы очень хотела. Академии сейчас не хватает преподавателей, меня бы просто не отпустили. Да и второй не выходит из своих подземелий, – с грустью в голосе ответила она.

– А как же четвёртый?

– Я не знаю. Мне передали, что он и Эмми отправились на тренировки, но куда – мне не известно.

– А я вот слышал, что они уехали по направлению в лес Фалигас, – влез в разговор смазливый парнишка.

– Граф Радик, я наслышана о вашей большой «любви» к четвёртому. Но если мне не изменяет память, то архимагом он стал всё же в честном поединке, – кончики волос Аннет начали тлеть, а воздух вокруг стал тяжёлым и горячим.

– Дорогая моя Аннет, давай не будем об этом. Всем известно, что он просто жулик и вор. Он не постеснялся украсть труды своего покойного дяди о новом применении магии, а теперь и вовсе отрицает их существование, – надменно произнёс граф, – а сейчас позвольте мне отойти по делам, к настоящему архимагу, – он расплылся в дурацкой улыбке, видимо, ощущая себя самым великим оскорбителем в мире, и пошёл дальше по коридору.

– Аннет, не злись, все в академии знают, что он надменная змея. Даже похуже некоторых дам, что я встречал, – Морик попытался её успокоить, чувствуя её обиду за оскорбление её и Салеха, – этот граф готов на всё, лишь бы оскорбить, задеть или опорочить четвёртого, не обращай на него внимания.

– Этого-то я и боюсь. А сейчас прости, Морик, мне надо идти, – попрощавшись, она направилась в комнату Эмми.

Зайдя в комнату, Аннет подошла к письменному столу. Взгляд её упал на лист бумаги, она взяла записку и начала читать: «Привет, мы с Салехом отправились на тренировки по боевой магии. Он сказал, что не позволит «какому-то старпёру, который путается в кругах и заклинаниях» учить меня. Аннет, если ты это читаешь – не волнуйся, мы скоро вернёмся».

– Салех! Салех, я знаю, что ты здесь! – по территории общежития прокатился зычный бас Борха.

– Да что ж такое-то... – Аннет подошла к окну. – Он уехал вместе с Эмми на тренировки!

– Спускайся, мне надо обсудить несколько важных вопросов! – Борх был в ярости, это было видно по его глазам. Будь он магом, они наверняка полыхали бы огнём.

Вечерело. Закатное небо окрасилось в тревожный алый цвет. За день город опустел, на улицах не было ни души. Там, где прежде вовсю шла оживлённая торговля, и было полно народу, теперь ходили только стража и бездомные.

Подойдя к таверне, Аннет и Борх увидели трёх нищих, что сидели и просили подати.

– Добрый господин, дай монетку, – один из них протянул к Борху грязную руку.

– Держи. Но лучше бы пошёл в стражу, они сейчас всех берут, – он положил ему монетку в ладонь и завернул, не заметив металлического блеска ногтей в тусклом свете фонаря, – вот же чёрт! Ногти стричь не пробовал? – он посмотрел на свою ладонь, где красовался идеально ровный порез.

– Ну что, Борх, пойдем?

– Да, пошли.

Трактир был почти пуст, не было даже завсегдатаев-забулдыг. Из всех столов был занят лишь один, и тот – стражниками, что зашли пропустить по кружке после смены.

– Борх, случилось что-то серьёзное? – в голосе Аннет звучали нотки напряжённости.

– Да, мне приходят отчёты из всех уголков этого города и прилежащих земель, – Борх жестом подозвал к себе трактирщика, нашептал ему что-то на ухо, а затем крикнул ему принести выпивки так громко, что стража за другим столом подпрыгнула.

– И? – глаза Аннет заискрились от любопытства.

– Вот полистай, – он протянул ей несколько бумаг, – ознакомься, и подумаем.

Трактирщик принёс кувшин и два стакана. Наполняя стаканы, Борх заметил, как кончики волос Аннет начали тлеть.

– Это невозможно! – вскрикнула она, ударив по столу кулаком, – он не мог этого сделать, я ни за что не поверю, что это он впустил демонов! Это был не Салех! – она вырвала стакан из рук Борха и залпом осушила его.

– Вот и я не верю, что он мог так поступить. Хотя бы потому что он даже не приближался к

чёрным землям за то время, что он был в изгнании, – сделав пару глотков, он продолжил, – его бы просто не подпустили к архиву.

– В архиве хранятся бумаги с заклинаниями для запечатывания демонов?! – в ярости вскрикнула она и поднялась из-за стола, – Почему их не уничтожили?! Это же ключ... – немного успокоившись, Аннет села на место, – извини. – Она подняла стакан и снова его опустошила.

– Да чёрт с ним. Меня больше тревожат демоны и их сектанты. Да и среди народа ходят слухи, что демоны проникли даже в академию, – обеспокоенно произнёс Борх.

– Как думаешь, Салех мог на это пойти из-за мести? – Аннет кинула взгляд на дверь.

– Не знаю. Пока он не вернётся, мы ничего не сможем узнать, – холодно ответил он.

Они сидели молча ещё несколько минут, пока тишину не разорвал пронзительный крик с улицы.

– Помогите! Здесь демоны, помогите! – крик был отчётливый, а голос явно принадлежал мужчине.

– Аннет, на выход! – скомандовал Борх.

Как только они вышли, волосы Аннет вспыхнули голубым пламенем, а в её глазах заполыхал адский огонь.

– Туда, – Аннет показала в переулок, – позволь мне это сделать...

– Хорошо, я прикрою тебя, – кивнул Борх.

Перед их глазами предстало жуткое зрелище: повсюду были раскиданы останки тел, стены и мостовая были залиты кровью. В тупике переулка сидел демон и, казалось, мирно беседовал с оставшимся в живых эльфом.

– ...и вот теперь ты понимаешь, как мне надоело жрать всякую падаль и гниль в той темнице? – будто в задумчивости он водил когтями по камням, – да хоть кричи, хоть не кричи – всё равно я тебя сожру. Я слишком голоден, чтобы пощадить тебя! – рявкнул демон. Топот ног на улице привлёк его внимание, и он оглянулся на вход в переулок.– О, ещё еда подоспела! Ну наконец-то пир! Дорогой, – снова обратился он к эльфу, – я немножко отвлекусь, но ты не уходи. Мы с тобой позже пообщаемся.

Демон повернулся обратно к Борху с Аннет и поклонился, будто офицер перед королём.

– Ну что ж, начнём пир! – он ринулся на Борха, который стоял ближе к нему.

За спиной Аннет вспыхнули два магических круга. Огонь из них начал заполнять переулок.

– Какие мы злые! – демон отпрянул от своего противника, – мне придётся сожрать тебя первой!

– Борх! – крикнула она, объединяя круги.

Активировав руны на доспехе и оружии, он рванул к демону, просунул меч ему в пасть, аккурат между зубов, и с хрустом провернул.

– Чёртова зубочистка сломала мне зуб! Это больно! – демон заревел и отпрыгнул назад, держась за морду.

– Нас’ЛинельШаал’Та Аш’Деалан’КальНаар, – два магических круга за спиной Аннет слились в один, который вознёсся над её головой. – Огненный ураган! – из круга вырвался поток синего пламени, сжигая всё на своём пути.

Столб огня взметнулся высоко в небо, разгоняя облака и озаряя весь город. Он устремился к демону и поглотил его в одно мгновение.

– Борх! Борх, ты жив? – позвала Аннет, придя в сознание.

– А я-то всё гадал, почему «мать огня», – усмехнулся в ответ Борх, поднимая на ноги эльфа.

– Не называй меня так, меня это бесит, – отсекла она немного обиженным голосом.

Послышался звон оружия и доспехов.

– Ну наконец-то, явились! Иди отдохни, а я тут разберусь, – кивнул он Аннет.

Глава 13 Становление Архимагом

Было людно и душно, вовсю жарило беспощадное солнце, а он всё шёл, сам не зная куда. Он всё думал и не понимал, как это произошло. Кровь из глаз и носа стекала по его лицу, на губах ощущался солоновато-железный вкус. Люди сторонились его.

К горлу подступило удушье. Он свернул в переулок и зашёлся кашлем. На брусчатке остались тёмные следы крови – магическое истощение не щадило никого, даже будущего архимага.

– Эй! Салех, что с тобой?! – словно издалека донёсся до боли знакомый голос. Вопрос остался без ответа – голова кружилась, и в глазах всё темнело.

Знакомая магия начала проникать в его тело, и раны перестали кровоточить. Он потерял сознание и упал на брусчатку.

Салех открыл глаза и обнаружил, что очнулся в знакомой комнате. Он поднял глаза на окно и увидел в звёздном небе кроваво-красную луну.

– Плохой знак, – еле слышно пробормотал он себе под нос.

У окна сидела Аннет, дремавшая в объятиях своих любимых магических роз, которые она с таким трепетом выращивала. В голове опять стало пусто, и сознание покинуло тело. Снова темнота.

– Салех, послушай меня, – его голос дрожал, – иди в комнату, собери все свитки и книги. – Он явно был взволнован, Салех видел это, но не понимал, почему, – сожги их и помни всё, чему я тебя учил.

Затем наступила тишина, и мир вновь погрузился во тьму.

Он открыл глаза. Комнату, залитую ярким солнечным светом, окутывал запах... запах роз.

– Салех, уже проснулся? – Аннет счастливая порхала по комнате, – утречка! У меня для тебя хорошие новости! – она подставила стул к кровати и села рядом. – Ты сегодня станешь архимагом и покажешь этим старикам, кто тут самый могущественный!

– С какого чёрта именно я должен им стать? – его голос был грубым и злым, – я не хочу быть архимагом! Вон там был какой-то выскочка, пускай он им и становится! – Салех сел в кровати.

– У тебя будет дуэль с этим самым выскочкой, и это не обсуждается! – кончики волос Аннет задымились, а в глазах вспыхивали и угасали искры. – Да и ты не можешь уже отказаться, все три архимага дали согласие на проведение этого боя, – более спокойно добавила она.

– А как же магическое истощение? Я уже начинал с дядей общаться! – чувства переполняли его, но лицо не выражало никаких эмоций.

– Ты пролежал у меня несколько дней, – она с печалью взглянула на увядшие розы, – они отдали тебе все свои силы. Ты не можешь просто отказаться и уйти! – по её щеке покатилась слеза, – нельзя, чтобы они погибли напрасно! Ты должен пойти на арену и стать архимагом! – она подошла к окну, – я знаю, что там произошло. Иди и докажи им, что ты великий, а не просто выскочка!

– Да уж, ради травы я ещё не ходил на дуэли, – пробурчал он, поднимаясь с кровати, – ну, где моя одежда? – Салех окинул взглядом комнату.

– Возьми в ящике, меня попросили передать её тебе перед поединком. Там рядом лежит фолиант твоей матери. В нём письмо, прочти его, когда будешь готов, – сказала она, не отрываясь от городской суеты.

– Так. Руническая одежда, да ещё и заклятие на узы крови. Ты хочешь меня убить? – он с подозрением оглянулся на Аннет.

– Хотела бы – давно бы уже убила. А теперь иди на арену и покажи всем, что ты знаешь о применении магии! – командирским тоном выпалила она.

– Да, да, уже иду, – повесив фолиант на пояс, он вышел за дверь.

В зале было полно народу: все места были заняты, даже в проходах между трибунами толпились люди. В центре квадратной арены стоял третий Архимаг – Сайлинес Быстрый, одетый в боевую робу, которая, как и поле боя, была расписана множеством рун. Он явно основательно подготовился к поединку: на поясе у него висело несколько зелий и небольшой синий фолиант. Своё прозвище Сайлинес носил неспроста: всего за несколько секунд он мог создать сразу два атакующих магических круга и один защитный.

– Это сколько же магов надо было пригнать сюда, чтобы напитать эти руны?.. – пробормотал Салех, выходя на арену.

– Ты даже не представляешь, как много! Но ты же знаешь, что даже им будет не под силу меня удержать! – послышался с трибуны архимагов знакомый голос. Он принадлежал графу Радику.

– А сам выйти на арену ты не смог, потому что тебя снова отец на дуэль не пустил? – съязвил Салех в ответ.

По трибунам прокатился рокот негодования. Со всех сторон на Радика посыпались оскорбления: кто-то кричал «позор», а кто-то – «слабак и трус». Толпа разошлась не на шутку, и через пару минут зрители уже дружно скандировали «Позор! Позор!»

– Люди, успокойтесь! – прогремел над ареной грозный голос второго, и все тут же замолчали и замерли в ожидании. – А вот и наш претендент на на титул четвёртого Архимага ДошГрада и всех магов людей! – по трибунам прошла волна восхищений. – Я, второй Архимаг Ромел Призыватель, даю своё согласие на проведение дуэли между Салехом и третьим Архимагом Сайлинесом Быстрым! Маги, вы готовы? – соперники встали друг напротив друга и поклонились. – Да начнётся дуэль!

Зал взорвался восторженными криками.

Глава 14 Дуэль

– Теперь я не буду тебя жалеть, это не тренировки, – за спиной третьего вспыхнуло четыре магических круга. Из трёх вырвались огненные копья, а четвёртый исчез и появился перед Сайлинесом, увеличившись в размерах.

– Спасибо за заботу, но я об этом и не просил, – перед Салехом появился магический круг, перед которым поднялась ледяная стена, но она смогла удержать только два копья. Третье же пробило круг и устремилось Салеху в грудь. Прогремел взрыв. Поднялось огромное облако пыли, которое окутало арену, и зрители теперь не могли разглядеть происходящее, как бы ни старались.

Разум пустел, в глазах темнело...

– Салех, запомни, если тебе придётся сражаться с противником опытнее или сильнее тебя – колдовство без круга даст тебе преимущество. Для этого ты должен сразу представить конечный эффект заклинания. А сейчас иди, опробуй это на вон той мишени, – он сел у дерева и закурил.

Щелчок пальцами, и вокруг третьего появилось кольцо льда.

Ещё щелчок – и из кольца в него полетели ледяные колья.

Снова щелчок, и на арене резко похолодало. На Сайлинеса на огромной скорости неслась ледяная буря.

Пыль опустилась. Салех стоял так же, как и перед взрывом копья. Руны на его мантии светились ярко-голубым и впитывали магию, в руке он держал открытый на середине фолиант.

– Этот мальчишка!.. – возмущённый Ромел вскочил с кресла и, поминая демонов и проклиная Салеха, удалился в свою лабораторию. Радик сорвался с места и поспешил за ним.

– Да он силён... даже очень силён! Придётся мне ударить на всю ману! – Быстрый принялся колдовать сферический огненный взрыв.

– Что, я уже победил?.. – Салех пришёл в себя. Он увидел, что третий стоит перед ним и готовится к сильнейшему заклинанию, – понятно... значит, мне тоже понадобится что-то чертовски сильное! – Салех принялся представлять ледяной буран – мощное заклинание, созданное им из нескольких простых.

Поднялся сильный ветер, несущий ледяные осколки, копья и множество ледяных стрел. Всё это летело в его противника на бешеной скорости. Но едва первые осколки достигли третьего, произошёл взрыв огненной магии. Над ареной поднялся густой туман. Зрители замолкли, в зале повисла мёртвая тишина.

В тумане замаячило несколько ярких вспышек света. Огни устремились туда, где должен был находиться Салех. Прозвучало два взрыва, а третий огненный шар угодил в стену арены. Послышалось характерное потрескивание льда. Туман сгущался и становился будто осязаемым. Когда же его остатки рассеялись, перед зрителями предстал третий архимаг, закованный в ледник – «ледяной трон» Салеха. Сам же Салех стоял в обгорелой мантии. Несколько сквозных ран в руке кровоточили и не давали ею пошевелить, но в пылу битвы он даже не обратил на них внимания.

– Победил Салех Ленивый! А Ленивым его нарекаем за то, что он не использовал ни одного круга для атакующих заклинаний! – торжественно провозгласил император со своей ложи. – Правом, данным мне, нарекаю Салеха Ленивого четвёртым Архимагом ДошГрада! – трибуны взорвались радостными криками.

Салех щёлкнул пальцами, и ледяной трон рассыпался снегом.

– Поздравляю тебя, ты смог... – начал было третий, выбираясь из сугроба, но его речь прервала чёрная молния. Она ударила в центр арены, подняв облако пыли, и зрители зааплодировали, выкрикивая слова поддержки. Но едва оно рассеялось, все увидели демона, стоящего посреди зала.

– Так-так-так, что тут у нас? – он окинул взглядом трибуны. – Человечинка, молоденькие эльфийки... даже вонючие гномы есть! Да будет пир! – восторженно проревел демон, облизнулся и выпустил когти. Перепуганная толпа кинулась к выходу.

– Салех, уходи! Я его задер... – неожиданно для себя третий обнаружил, что стоит посреди ледяной бури, но совершенно не чувствует холода. Он оглянулся по сторонам и увидел новоиспечённого архимага. Тот стоял в ледяном доспехе, на который были нанесены руны регенерации. – Весь в отца, – прошептал Сайлинес, – четвёртый, задержи его, пока я готовлю армагеддон! – крикнул он и начал подготовку заклинания.

– Понял! – несколько ледяных копий пронзили демона и приковали его к земле, – бей! – выкрикнул Салех.

Вокруг демона закружилось несколько сфер, озаряя опустевший зал золотым и огненно-красным светом. Они всё быстрее и быстрее мелькали вокруг демона, пока не закружились вокруг него оранжевым ураганом. Огненные сферы по очереди вырывались из вихря, устремляясь в демона и пробивая его насквозь. Когда его израненное тело сползло вниз по копьям, сферы резко остановились и взорвались, нанося ему ещё больше увечий.

Оба архимага выдохнули и подошли друг к другу.

– Ну что, четвёртый, я рад был сражаться с тобой бок о бок. Мои поздравления с титулом архимага, – с гордостью произнёс третий.

– Спасибо, что тренировал ме... – демон, которого архимаги считали мёртвым, неожиданно возник за спиной Салеха и пронзил его когтями, как будто на нём вовсе не было никакого доспеха. Тот успел лишь краем глаза заметить, как повисшие на ледяных копьях останки растворяются в воздухе. Откинув Салеха в стену арены, демон облизнул один из испачканных кровью когтей.

– Поверить не могу, что вы клюнули на эту иллюзию... Ну что, завтрак? – демон облизнулся и обратился к Сайлинесу, – это было больно, но твой дружок вкусный. И его вкус мне знаком...

За спиной третьего появилось шесть кругов. Салех никогда не видел, чтобы такие использовались магами. Из них вылетело несколько тёмных стрел, но демон изящно уклонился ото всех.

– И это всё? – усмехнулся демон, – твоя жизнь иссякает из-за этих кругов, маг! – демон взвыл от боли, когда стрелы всё же попали в цель, описав круг по арене, – я заберу тебя с собой! – он пронзил третьего когтями и одним прыжком достиг трибуны. Пробив потолок он выбрался на крышу и помчался прочь из города.

***

– Итак, зачем же ты призвал меня? – спросил демон, рассматривая свежий череп в алых лучах заходящего солнца, – разве ты уже понял, как пропустить наши легионы в этот мир? – он швырнул его к ногам собеседника.

– Ты должен был убить обоих, иначе...

– Мальчишка жив? – перебил его демон.

– Да, и его окружают лучшие целители столицы, – зло процедил собеседник. – Вот заклинание, оно поможет тебе открыть проход для нескольких владык, – с этими словами он кинул свиток к ногам демона.

– А патрули? – демон посмотрел ему прямо в глаза.

– До границы путь свободен, действуй! – ответил он демону и открыл портал, – прощай и помни, я узнаю, когда ты откроешь проход! – с этими словами он шагнул в переливающуюся разными цветами арку.

– Знатно же ты потрепал меня, третий, – снова взглянув на череп, произнёс демон, – ещё чуть-чуть, и мог бы убить. Люди сильно преуспели в магии! – он поднялся с места и отправился в путь.

Глава 15 Основы магии

Эмми и Салех обосновались в полуразрушенной башне. Когда-то она была довольно высокой, но сейчас обратилась в руины: повсюду на земле лежали многочисленные булыжники, когда-то бывшие её частью. В переходе на второй этаж на ступеньках проросло дерево, его корни густо оплетали камни, удерживая уцелевшие стены от разрушения.

На костре жарился только что пойманный кролик. Салех расположился у стены на мешке и курил, рядом стояла фляга с вином. Эмми сидела у костра и копалась в свитках. Некоторые из них вызывали у неё особенный интерес.

– Салех, а то, что тут написано – правда? – спросила Эмми не отрываясь от чтения.

– Эй, я по ним учился, не сожги их случайно! – угрожающе крикнул Салех, – они мне дороги... как память, – с грустью добавил он.

– В теории магии огромная брешь! То, что написано в этих свитках, полностью её разрушает! – с умным видом заявила Эмми. – Но почему же раньше никто до этого не додумался? – она заинтересованно взглянула на Салеха.

– Были эксперименты, но они заканчивались неудачей. Да, применяя магию без круга, ты создаёшь заклинание в разы быстрее, но оно будет слабее, – он затянулся трубкой, – но, опять же, зная, как создаются и используются несколько заклинаний, из них можно сотворить одно куда более мощное. – Салех выдохнул, из дыма появились две человеческие фигуры, – вот смотри, сейчас в них поровну дыма, – они начали создавать заклинания, тоже состоящие из дыма. – А теперь наблюдай, – он снова выдохнул, и фигуры окутала лёгкая дымка, но это не мешало их рассмотреть.

Перед первой фигурой появился магический круг, который начал впитывать дым из окружения, а спустя несколько секунд из круга вылетело что-то похожее на стрелу.

– Видишь, круги практически не затрагивают твою магию, они берут её извне. А теперь смотри на вторую, – другая фигура сотворила вихрь из дыма, но сама стала полупрозрачной. – Вот так это работает. Заклинания расходуют магию применяющего, из-за этого наступает магическое истощение, а затем, возможно, и смерть.

– А как же моё магическое истощение? Тогда, во время сражения в городе. Я же с кругом колдовала! – Эмми удивлённо смотрела на Салеха.

– Ты раньше никогда так много не колдовала. Без подготовки, даже будь у тебя бесконечный запас маны, ты всё равно можешь получить истощение. А чем больше колдуешь – тем податливее становится магия внутри тебя, – он отхлебнул вина.

– Понятно, – протянула Эмми. – А почему ты всем не расскажешь об этом использовании магии? – она продолжала сверлить Салеха взглядом.

– Это очень опасный способ. Многие не смогут с ним справиться, будет много смертей. А если смогут – ещё больше, – спокойно ответил он.

– Тогда для чего ты меня этому учишь, если это так опасно? – с таким же спокойствием спросила она.

– Предчувствие хорошее, – Салех ещё раз затянулся трубкой и добавил, – надеюсь, ты сможешь изменить этот мир.

– А ты? Разве ты не можешь этого сделать? – снова удивилась Эмми.

– А у меня и своих дел полно, так что менять мир придётся тебе, – он ухмыльнулся. – Никогда бы не подумал, что возложу такую ответственность на плечи маленькой девочки, – с искренним удивлением прошептал он.

– Ну, раз ты так говоришь, то я постараюсь! – глаза Эмми засияли, – суть применения магии без круга я поняла, завтра начну тренироваться! А сейчас – спать, – и она счастливая пошла к своему спальному месту.

Салех так и не сомкнул глаз: он размышлял над тем, правильно ли он поступил, дав Эмми эти знания и водрузив на её плечи ответственность за этот мир. Ведь до этого он был единственным, кто хранил эту тайну. Но шестое чувство говорило ему, что её ждёт большое будущее, а ему он всегда доверял. Так и прошла эта ночь: с вином, трубкой и размышлениями.

Птицы пели свои песни, солнце было уже высоко в небе. Заросшая и неприглядная ночью крепость теперь приняла совершенно другой облик: она пестрила красками разных растений, по камням оживлённо сновала мелкая лесная живность. Эмми проснулась и посмотрела на Салеха.

– Ещё спит, – заметила она с долей радости в голосе.

Она встала и доела то, что осталось от кролика: увы, провисев всю ночь над костром, мясо почти полностью сгорело.

Эмми вышла из крепости и осмотрелась.

– Надо бы попробовать, то о чём я читала.

Она несколько часов тщетно пыталась создать стрелу ветра, самое простое заклинание.

– Я делаю всё так, как написано в свитках! Представляю заклинание, но ничего не выходит! Ну почему!? – Эмми со злостью пнула лежащую на земле ветку. Она снова села и закрыла глаза, представляя заклинание и его конечный эффект.

Хруст веток в кустах отвлёк Эмми. «Кого это ещё сюда занесло?», – подумала она и открыла глаза.

Перед ней стоял поражённый скверной тёмных земель медведь: огромный, передние лапы были покрыты чешуёй, из пасти шла чёрная кровь, а на спине угрожающе торчали плотные ряды костяных шипов. Он оглушительно заревел, заставив лесных зверей и птиц испуганно притихнуть, и ринулся на Эмми. Она в панике закрылась руками и попыталась увернуться, но медведь одним ударом лапы откинул её к стене. Эмми ударилась о камни и потеряла сознание. Зверь помчался на неё, расплёскивая чёрную кровь из рта, но этот момент шрамы от ожогов на её руках и ногах вспыхнули чёрным огнём и её тело поднялось в воздух.

– Я тебя убью! – теперь Эмми висела над землёй, её окутывала тьма. Она хлопнула в ладоши, и вокруг медведя сформировался шар из тёмной энергии. Второй хлопок уменьшил этот шар до ничтожно малых размеров, и он испарился. Эмми снова потеряла сознание и упала на землю. На месте, где тьма рассеялась, осталась идеально ровная воронка.

– Чёрт! Эта девчонка... – прошептал Салех. Всё это время он стоял на стене и наблюдал.

Глава 16 Демон

– Этот демон слишком долго жил среди людей, – второй архимаг сидел за большим столом в центре зала.

– С чего такой вывод? – поинтересовался Борх, сидя в кресле напротив.

– Структура тела демонов очень сложна даже для меня, – Ромел сложил руки в замок перед собой, – но могу точно сказать, что их кожа впитывает кровь как губка. Напитавшись кровью людей, демон может принять совершенно любой человеческий облик, а его чёрная кровь становится красной. Впрочем, она сохраняет свои прежние свойства и по-прежнему может гореть.

– И что это всё значит, если в двух словах? – Борх откинулся на спинку кресла.

– Это значит, что эта тварь может замаскироваться под человека, поэтому наши патрули их и не засекли, – подытожил второй.

– И сколько же их ещё в городе?.. – изумлённо прошептал Борх.

– Сколько их, я не знаю. Но жители столицы пропадают всё чаще, и с этим надо что-то делать, – второй откинулся на спинку кресла, – и эту задачу я поручаю тебе, – он тяжело вздохнул и добавил, – тебя что-то беспокоит, друг?

– Нет, ничего особо важного. Я пойду, – Борх поднялся с кресла.

– Если будут какие-нибудь новости, я сообщу, – Ромел привстал, – удачи друг.

Борх покинул зал и направился в свою башню в казарменном городке.

***

– Борх лезет не в своё дело! – Ромел со злостью швырнул в стену статуэтку воина. Её осколки разлетелись по всему ритуальному залу, – ты должен сделать так, что бы он не мешал мне! – архимаг несколько сбавил тон.

– Но учитель, как я, простой маг, смогу ему помешать? – жалобно спросил Радик, – он же Великий Командующий Армии Борхейм Рунный! – с досадой выкрикнул он.

– Там, на столе, – Ромел махнул рукой на стол для жертвоприношений, пропустив слова Радика мимо ушей, – возьми свиток с печатью и катись отсюда!

Стиснув зубы Радик взял свиток и молча вышел в коридор.

– И что же мне делать? – спросил он сам себя. И в считанные секунды в его голову пришёл отличный, на его взгляд, план, – а это сможет сработать... – обдумывая детали, он направился в сторону города. Путь его лежал в порт: он точно знал, где можно найти одного из тех демонов, что скрываются среди оставшихся жителей столицы.

Добравшись до доков, Радик заметил в толпе рабочих и матросов знакомый силуэт в старой рваной одежде и поспешил проследовать за ним. Он не ошибся: оказавшись в подворотне, где его, как он думал, не смогут заметить, «нищий» скинул лохмотья и принял своё истинное демоническое обличье. Он освободил из-под сваленных у стены пустых бочек свою ночную жертву – тело молодой эльфийки, уселся поудобнее, и уже раскрыл было пасть, чтобы приступить к еде, как позади послышался голос Радика:

– Опять человечину жрёшь?

– А что мне ещё по-твоему жрать? – огрызнулся демон, – каким вообще ветром тебя сюда занесло? Неужто этому твоему магу опять что-то понадобилось?

– Не смей так о нём говорить! – разозлился Радик, – он великий Архимаг!

– Да-да... я таких на завтрак и обед жру, – фыркнул демон.

– Да как ты смеешь...

– Зачем ты припёрся? – оборвал демон Радика и пристально посмотрел на него.

– Мне надо пять трупов! – требовательно выпалил граф.

– Пятерых, да ещё и днём? – скривился демон, – человек, ты не понимаешь, о чём просишь!

– Вот! Может, это заставит тебя поднять твой демонический зад? – Радик протянул ему свиток.

– И что это за писанина? – демон подозрительно прищурился.

– Это – не писанина! – раздражённо выкрикнул Радик, – а ритуал, что даст тебе силу командира демонов!

– Ох! Так бы сразу и сказал, что хочешь, чтоб я стал сильнее, – прокряхтел демон, поднимаясь с брусчатки. – Жди здесь, – скомандовал он и, вновь приняв обличье попрошайки, вышел на улицу.

Спустя час демон кинул тела к ногам Радика.

– Вот. Приступай, – он поспешил скинуть ненавистные нищенские лохмотья.

Радик начертил магический круг и разложил трупы по периметру.

– Вставай в центр, – приказал он демону.

Демон послушно встал в круг. Радик принялся читать заклинание, и с тел начала сходить кожа. Сочащаяся из них кровь медленно закручивалась в спираль над кругом и собиралась алой сферой прямо над демоном. Но едва последние капли крови покинули тела, кожа начала слезать и с демона.

– Глупец! Что ты делаешь?! – демон заметался внутри круга, пытаясь вырваться из него. – Идиот!!! Ты не сможешь обуздать столько силы! – но магия делала своё дело, и теперь демон едва держался на ногах, – как только я выберусь, я тебя убь... – не успев договорить, он обескровленный рухнул на землю.

Напитавшись кровью демона, сфера стала тёмно-бордовой и теперь тяжело перекатывалась в воздухе. Радик вошёл в круг. Он произнёс заклинание, и сфера разлетелась на множество тончайших нитей, которые тут же устремились в его тело.

– Да! Ура! Сработало! – радостно воскликнул Радик, ощущая, как потоки тёмной силы разливаются по его телу. Ритуал был завершён.

– Ну что, придурок, доволен результатом? – раздался в голове знакомый голос.

– Что? Кто? – Радик испуганно оглянулся.

– Я это, я! Тот, кого ты наглым образом обманул и заставил покинуть своё тело! – голос звучал довольно грубо, – ну и идиот же ты! Тело и душу ты защитил, а вот про разум забыл, – голос вдруг стал снисходительным, – идиот!

«Демон!», – промелькнула мысль в голове Радика. Он начал поспешно вспоминать защитное заклинание для разума и чертить печать.

– Сгинь! – выкрикнул Радик и наложил печать на своё сознание.

Наступила желанная тишина, и он облегчённо вздохнул.

– Догадливый идиот! – снова раздался голос демона, – только поздно жрать падаль, которая сгнила! Заклинание уже не поможет, – язвительно прошипел он.

Радик покинул порт и теперь направлялся к башне Борха. По пути демон активно копался в его сознании и всячески размышлял над тем, что находил у него в голове, не забывая при этом постоянно отпускать колкости.

– ...а что это за Салех, и почему он занимает так много места в твоей голове? – едко поинтересовался демон.

– Да заткнись ты уже! – крикнул Радик посреди полупустой улицы, заставив людей обернуться.

– Что, идиот решил показать оскал? Так я его уже видел, в воспоминаниях про дуэль с этим самым Салехом. Неплохо он тебя тогда уделал, а? Да ещё и на глазах у королевской семьи, – ядовито усмехнулся демон и снова погрузился в воспоминания Радика.

Вечерело. Благодаря свитку с печатью архимага для Радика не составило трудности пройти мимо часовых, охраняющих казармы. К одной из них, на краю городка, была пристроена башня командующего армии. Попасть в неё можно было только через единственный вход внутри казармы, но Радик и не стремился проникнуть в здание. Мгновение – и под башней вспыхнул огромный магический круг. Глаза Радика засияли от восторга – раньше на создание такого потребовалось бы время. Решив не терять ни секунды, он немедленно принялся читать заклинание землетрясения.

Глава 17 Неожиданности

– Что произошло у стены? – голос Салеха был злым и напряжённым.

– Я не понимаю, медведь откинул меня в стену, и я уснула, когда пришла в себя, его уже не было, – виновато произнесла Эмми.

Салех остановил коня, – слезай! – крикнул он на неё.

Эмми слезла с коня и дрожала от страха, – что, что ты хочешь сделать?

Салех подошёл к ней и посмотрел на её шрамы, – сейчас будет больно, – сказал он и начал их исцелять.

Она застонала от боли и потеряла сознание, он продолжал её исцелять несмотря на это.

– Магия света, святое прикосновение, – сказал Салех и щёлкнул пальцами.

Шрамы разорвались, из них начало бушевать пламя чёрного цвета, Эмми закричала демоническим голосом.

– Чёрт! – вскрикнул Салех и отскочил от неё.

– Ты, человек, ты умрёшь за причинение боли сосуду! – у неё выросли рога и когти, за спиной появились крылья из чёрного пламени.

– Чёртова сука! – выругался Салех, – выйди из её тела!

– Умри, человек, – она кинулась на него, но барьер выдержал.

Салех щёлкнул пальцами и началась снежная буря. Демон летала вокруг него и пыталась пробить барьер.

Начался дождь, снова щелчок пальцами, и Салех облачился в ледяной доспех. Снова щелчок, и зона бури многократно увеличилась.

Демон принялся осыпать его огнём с крыльев и подготавливать заклинание. Пять магических кругов алого цвета.

– Умри! – выкрикнул демон.

Из кругов вырвался чёрный луч, который оставлял за собой не гаснущее пламя.

– Такими темпами я сам к чертям попаду, – шёпотом пробормотал Салех, пока уворачивался от луча.

– Не прыгай, не поможет! – съехидничал демон.

– Закрой хайло, крылатка, – ответил Салех.

Салех пробежал вокруг демона и сделал щелчок пальцами.

Под демоном загорелся магический круг, – ледяной трон, – произнёс Салех и снова щёлкнул пальцами.

Из круга начал расти ледник, и спустя несколько мгновений Эмми была закована в ледяной трон. Её крылья погасли, а рога исчезли. Когти вернулись в состояние ногтей.

Салех выдохнул, упёрся спиной на дерево и сполз по нему на землю. Он закурил.

Трон треснул и рассыпался. Прозвучал лёгкий щелчок. Чёрная сфера явилась перед Салехом и забрала его руку.

Эмми упала на заледеневшую землю, а Салех потерял сознание от боли.

Несколько часов спустя.

– Салех! Салех, ты жив? – Эмми из последних сил пыталась его исцелить.

– Дура, – голос раздался в её подсознании, – ты его уже не вылечишь.

– Всё-таки ты показался, – обречённо ответила ему Эмми.

– Ты знала, что я был заточён в тебя? – изумился голос.

– Да, я вычитала это в фолианте. Но я ведь не произносила клятву! Так почему ты в моём разуме?

– А этот маг хорош, выдержал несколько атак в полную силу, – ушёл от ответа голос.

– Да кто ты такой?! – возмутилась Эмми.

– Демон, что был запечатан в тебе, – ответил он спокойно.

– Тогда скажи мне своё имя! – Эмми сорвалась на крик.

– БалМефис, – тело Эмми застыло, и боль пронзила его, – девчонка, ты ещё не готова, так и маг запечатал мои силы. – С ненавистью произнёс он, – без мага её не снять.

– Ты же бессмертен, может, знаешь заклинание исцеления? – Эмми задумалась.

– Знаю, но ты его не потянешь, – ехидно ответил он.

– Чёрт, этого урода я полностью не запечатал? Салех закашлялся. Руны на его мантии светились синим огнём, было видно, как он впитывает магию из травы и дерева, под которым он лежал. Дерево начал засыхать и через несколько минут упало трухлявым бревном.

– Живучая скотина, – снова раздался голос в голове Эмми.

– Да закройся же ты наконец! – зло сказал Салех.

– Что, ты меня слышишь? – удивился демон.

– Да, заткнись.

– Что? Что происходит? – Эмми сидела и ничего не понимала.

– Магия крови, узы крови, теперь вы семья, – раздался смех демона.

– А как мне надо было тебя запечатать, не убив её? – зло произнёс Салех.

– Поставить печать, например...

– Эмми, взгляни на своё плечо, – сказал Салех, садясь и доставая трубку.

Эмми посмотрела на руки и не обнаружила шрамов, – куда они де...

– Больной ты чёрт! – вскрикнул демон, – ты меня изгнать мог! – крик продолжался, – ты вообще откуда демонологию знаешь?! – он был в ярости.

—нечем мне было заняться в изгнании, — отрезал он. — а теперь в путь.

Часть 2 Глава 18 Горный Тан

Горный Тан – гномья цитадель, что стоит уже множество веков и охраняет прибрежье от напастей. Гномы – это довольно тихий и мирный народ. Но если дело доходит до войны, то лучших воинов вам не найти. Так же гномы – это двигатели прогресса. Они прекрасные инженеры. После войны рас они создали порох и ружья, правда, технология ещё в разработке.

Основные же занятия гномов — это ремесленничество и торговля, ну и конечно же это горное дело.

– Король, посол вернулся, – паж ударил кулаком в грудь и склонил голову.

– Пусть идёт. Я хочу знать, что у них происходит, – паж выпрямился и направился к вратам зала королей.

Зал королей был огромен, в большие праздники тут могло собраться полгорода. А сам зал был расписан рунами и украшен камнями и драгоценными металлами.

– Король! Приветствую ва, – посол склонил голову.

– Трэдикс, брат мой, подними голову и расскажи, что случилось у людей. – Король был спокоен и даже улыбался.

– Был открыт проход в тёмные земли, люди отнеслись к этому с усмешкой и высмеяли наш народ, я не смог это стерпеть и покинул ДошГрад, – обречённо произнёс Трэдикс.

– Ситуация мне ясна. Прикажи всем гномам в землях людей вернуться домой, – подойдя к карте произнёс король, – и отдай приказы на выдачу огнестрелов.

– Да, мой король, – поклонившись, посол покинул зал.

– Что же задумали люди?.. – почесав бороду произнёс король, надо готовиться к войне. – Король сел на трон.

Несколько дней спустя.

– Цельсь! Пли! – у казарм слышались выстрелы.

– Как проходят тренировки с огнестрелом? – спросил Трэдикс.

– Отлично, стрелки быстро освоились, – отвечал сержант.

– А что за происшествие произошло в шахтах? – Трэдикс остановился и посмотрел в глаза сержанта.

– По отчёту или как я всё вижу? – ответил сержант.

– Как всё было на самом деле, – грубо сказал он.

– Несколько рабочих вошли в шахты и прокопались в туннель. Вонь там стояла страшная, а ещё они там нашли несколько куч костей животных, что живут в горах. Одного отправили за стражей и главным по шахте. Когда они пришли, то группа была убита, а тела изуродованы. И на них напали какие-то низкорослые твари с железными заточками, и у них во главе был какой-то здоровый и сильный человек, но когда его убили и сняли шлем, то увидели лысую голову в шрамах, глаза были узкими, а изо рта шла фиолетовая кровь, – сержант задумался. – А ещё цвет его кожи был серый, что странно, мне тут прадед рассказывал, что такие твари появились после столкновения сил, во времена войны рас.

– То есть, не только одна армия прошла через разлом, – Трэдикс поднял голову в небо, – всё очень плохо.

Он развернулся и отправился в тронный зал, где проходило собрание по случаю в шахте.

В это же время в зале советов.

– Мы в опасности, писцы нашли записи, которые утверждают, что эти твари уже появлялись в туннелях во времена великой войны.

Король сидел молча и наблюдал за собравшимися, ожидая своего брата с докладом.

– Мой король! – встал с кресла гном крепкого телосложения, – мы должны разобраться с этим, возможно, это не единственная армия вошла в Андралик, – он сел на место.

– Вы хотите сказать, что армия некроманта не единственная? – встал другой гном, одетый в богатые одежды.

– Именно это я и хочу сказать, – отрезал он.

Двери в зал собраний распахнулись с силой, и по залу разнёсся звук удара. С врат посыпалась пыль и песок.

Король удивлённо посмотрел в сторону врат.

– А вот и долгожданный гость, – сказал он.

– Мой король, армия, что идёт на людей – не единственная, подойдя к столу сказал Трэдикс.

– Советники сказали то же, – произнёс король, – а теперь же предложите мне ваши планы, начнём с военного советника.

Крепкий гном снова встал:

– Моё предложение – обрушить туннели и найти входы в них.

– Да как вы могли?! – выкрикнул гном в богатых одеждах, – прекратив добычу нам нечем будет торговать, а казна опустеет спустя несколько месяцев.

– Хорошо, а что вы предлагаете делать, советник торговли? – спокойным голосом спросил король.

– Закрыть шахту и ввести в рабочие шахты стражу, тогда экономика не пострадает, – закончил он и счастливый сел на место.

– Вот и всё? – спросил король.

– Нет, – возразил Трэдикс, – моё предложение таково: мы должны объединиться с людьми в военный союз. У нас есть свои маги, но этого будет мало, нам нужны помощники.

– У людей нет лишних магов, особенно сейчас, во время нашествия с тёмных земель, – заявил военный советник.

– А кто сказал, что надо обращаться к ДошГраду? – съехидничал король, – мы обратимнся к независимым землям.

– К отступникам и бандитам?! – удивлённо возник торговый советник.

– Да, именно к ним, нам нужна любая помощь, можете расходиться, – закончил король.

Все вышли из зала, король так и остался сидеть на троне.

Часть 2 Глава 19

- Как думаешь, эльфы еще выращивают табак в Атонсе?

- В недавнем караване привезли, аж четыре ящика, все расхватали за неделю.

- А я где был?!

- В карауле, на вот, держи, - он достал из сумки кожаный мешочек.

- Это что?

- Антоноский табак.

Он взял из рук брата мешочек, открыв его, он посмотрел внутрь. Запах эльфийского табака разошелся по улице.

- Сколько я тебе должен?

- Да, ни сколько, это тебе подарок, за то что за меня в карауле был.

- Спасибо большое, брат.

- И что это мы во время работы просто сидим, а не патрулируем? - произнес Трэдикс который стоял рядом.

Оба стражника подскочили и выровнялись по струнке.

- Так мы, закончили, вот отдохнуть присели, - ответил Рикс.

- Ну что ж, раз так, то идите за мной, - сказал Тредикс.

- Так точно, - произнесли оба стражника и отправились за ним.

Пройдя через главную площадь и центральную улицу, они оказались у стен королевского дворца. Через врата прошли без проблем, а в дворце по главной лестнице и попали в комнату Трэдикса.

- Вы же братья и были в одном отряде разведки? - спросил Трэдикс, садясь за свой стол, заваленный бумагами.

- Да, - ответил Дикс.

- Отлично. Вы пойдете со мной в независимые земли. Через три дня у первых ворот в независимые земли, там буду я и отряд элитных гвардейцев.

- Так точно! - в один голос произнесли братья.

- А сейчас свободны, на выходе из дворца, зайдите к казначею он выдаст вам жалованье. Купите на него себе экипировку новую. А теперь свободны.

Утро третьего дня, Диксин и Риксин шли к воротам.

- Как думаешь, зачем нам в независимые? - шепотом спросил Диксин

- Да, они знают не больше нашего, - ответил Риксин

У ворот стояла вооруженная группа бойцов и переговаривалась. Стоял шум, гномы разговаривали про задание и выдвигали версии зачем им надо в независимые.

- Замолкли! - Громко произнес Трэдикс. Группа бойцов замолчала. - Наша задача, заручиться поддержкой, клавнов независимых земель, а так же магов отступников, - Трэдикс встал перед бойцами. - Вы отправитесь со мной и будете помогать мне с заданием. Собрал я вас потому что вы все отличились в боях против кочевников независимых земель, - он осмотрел солдат. - Диксин, Риксин. Вы в разведку, пойдете впереди, за воротами вас уже ждут. Остальные, собирайтесь выдвигаемся через час.

***

- Дикс, Рикс! Идиоты недобитые! - весело выкрикнул один из гномов, стоявших у ворот.

- Поглядика, этот пердун старый еще не помер! - воскликнул Дикс.

- Зачем старикам то грубить? - спросил Малрус.

- Потом подеретесь, сейчас главный вопрос волнующий нас! Когда выступаем? - произнес третий гном Манвис.

- Прямо сейчас. Предупреждая последующие вопросы, идти по дороге, за нами караван. Да вы и так в курсе, - ответил Рикс.

- Ну что в путь? - выкрикнул Рамс.

- Да. Отправляемся!

Когда крепостная стена скрылась из виду, пейзаж резко изменился. Мелкие кусты и терновники в доль дороги, выжженная солнцем трава, несколько почти развалившихся домов и небольшие стаи полевых крыс, которые ни как не украшали этот пейзаж.

- Давно мы не ходили по этому тракту, дома уж совсем поплохели, - завязал разговор Малр.

- Ага, а ведь когда то, тут были цветущие поля, что кормили Тан, - ответил Рамс.

- Рамс, чем занимался, пока был на отдыхе?

- Торговля, как никак корни торговцев. В ДошГрад с караванами ходил, даже нажился немного.

- Как хорошо складывалось, а чего тогда на задание согласился? - неожиданно вмешался Рикс.

- Пришло письмо с предложение вернутся на службу. Махать топорами мне больше нравится, чем торговать с бомжами и богатеями, - гномы засмеялись хором.

- Ты никогда не упустишь шанс пару голов снести, - усмехнулся Малр.

- Стоять! - Тихо произнес Дикс.

В кустах по одаль, от дороги послышался шум. - В оружие, - скомандовал Дикс.

Гномы достали оружие, они стояли спина к спине в предвкушении битвы. Из кустов выбежала толпа низкорослых тварей с железными заточками и окружила гномов.

- И чего мы ждем? - процедил сквозь зубы Рамс.

- Может они одумаются и убегут? - отшутился Манв.

Одна из тварей ринулась на Рамса и получила стрелу меж глаз. Упав на землю она издала несколько хрипов и её тело перестало подавать признаки жизни. Остальные же твари постояв несколько секунд опомнились и побежали в атаку.

Гномы не долго раздумывая начали рубить крошить и резать их. Рамс, орудовал двуручным топором, рубя тварей как дрова на заднем дворе. конечности и головы разлетались в разные стороны и забрызгивали его их кровью.

Дикс использовал парные кинжалы и искусно перерезал глотки тварей, действовал он эстетично, буд-то выступает на сцене, его действия завораживали, а само действо выглядело как танец.

Манв, же отбежал немного дальше и расстреливал тварей с помощью многозарядного арбалета, прикрывая Рикса и Рамса. Он метко выцеливал тварей что заходили к ним в тыл и поражал их слабые места, а именно шея, голова и важные органы такие как сердце или легкие.

Рикс в бою предпочитал щит и меч, но его щит был не простой формы, а каплевидной и заострен на конце, что позволяло ему использовать его как второе оружие. Он держал на себе сразу нескольких тварей и удачно справлялся с их удержанием на месте, пока другие гномы расправлялись с теми кто выходил за пределы его защиты.

Малр был берсерком и зелье бешенства у него было в избытке. С помощью зелья и двух топоров он летал как бестия по полю боя, устраивая мясорубку и ни жалея себя, ни особенно тварей.

Как только звуки битвы стихли, Рикс начал считать сколько из было всего.

Глава 21 дорога три гнома

Отряд Трэдикса стоял среди растерзанных тел тварей. Воздух гудел от напряжения. Внезапно Манв насторожился, натянув тетиву арбалета: из-за скал вышли двое — высокий мужчина в походном плаще с пустым рукавом, пристегнутым к поясу, и девушка с неестественно бледным лицом.

— Стоять! Кто вы? — крикнул Рикс, выставляя щит.

Мужчина поднял единственную руку в жесте мира. Его голубые глаза, уставшие и глубокие, изучали гномов. Девушка за его спиной сжала кулаки, на ее запястьях чернели шрамы.

— Салех Ленивый, — представился он, голос хриплый, но твердый. — А это Эмми. Мы идем в Горный Тан. Ваши... пируэты с местной фауной привлекли внимание.

Трэдикс шагнул вперед, сжимая рукоять боевого молота. "Ленивый Архимаг"? Тот, что изгнан из ДошГрада? Что ему нужно у гномов?

— Знаю тебя, маг, — процедил он. — Говорят, ты впустил демонов в столицу. Почему мы должны тебе доверять?

Салех усмехнулся, но в его глазах не было веселья. — Если бы я хотел вам навредить, эти твари уже рвали бы глотки друг другу под мою дудку. — Он кивнул на растерзанные тела. — Они не просто дикари. Это нежить. Кто-то оживил горных гоблинов и вшил в них осколки тьмы. Чувствуете запах гнили и серы? Это некромантия низшего порядка, но... массовая.

Эмми вздрогнула. "Они... шепчут", — пронеслось в ее голове. БалМефис зашевелился, как паук в паутине ее сознания. "Крошечные искорки боли. Восхитительно. Ты чувствуешь их страдания, девочка?"

— Молчи, — прошептала она, невольно касаясь виска. Салех бросил на нее быстрый взгляд.

Диксин подошел к ближайшему телу, перевернул его кинжалом. "Черт возьми, маг прав". Из разорванной груди выпал черный кристалл, размером с голубиное яйцо. Он дымился, издавая тихое шипение. — Что это? — спросил он, отступая.

— Осколок Черных земель, — пояснил Салех. — Катализатор. Вгоняет его в грудную клетку, и труп оживает, становясь куклой для того, кто держит нити. Этих... кукол послали разведать дорогу к вашим шахтам. — Он пнул кристалл ногой, и тот рассыпался в черную пыль. — Ваш король прав. Армия в шахтах — лишь авангард.

Трэдикс нахмурился. "Он знает о шахтах? Как?" Подозрение боролось с холодной логикой. Маг говорил то, что подтверждали их худшие опасения. — Почему ты здесь, Салех? Что тебе нужно в Тане?

— Лечение, — коротко ответил маг. Он показал культю. — И знания. Ваши рунные архивы древнее человечьих. Там есть... кое-что о демонах, запечатанных в живых сосудах. — Его взгляд скользнул по Эмми. Девушка отвернулась, но Трэдикс заметил, как дрожали ее руки.

"Он хочет вырвать меня! Сжечь! Не дай ему, девочка!" — завопил БалМефис в сознании Эмми. Она сжала виски, подавляя волну тошноты.

— Она больна? — спросил Риксин, с неподдельным беспокойством глядя на Эмми.

— Не та болезнь, что лечится травами, — мрачно ответил Салех. — Идемте. Ваш караван в полулиге отсюда? Они тоже в опасности. Некромант почуял бой. Он пошлет больше "разведчиков".

Решение далось Трэдиксу тяжело. "Довериться изгою? Но он спас отряд от засады, даже не появившись". — Хорошо, — кивнул он. — Идемте с нами. Но попробуете колдовство на гномах — умрете первым.

Путь к каравану прошел в напряженном молчании. Гномы бросали на Салеха и Эмми настороженные взгляды. Маг шел, казалось, погруженный в мысли, но Трэдикс заметил, как его глаза постоянно сканировали скалы, тени, даже небо. Эмми же шла, словно во сне, иногда шепча что-то себе под нос.

Караван — три груженых повозки, запряженных выносливыми горными козлами, и десяток гномов-торговцев — расположился у высохшего русла реки. Увидев отряд, они встревоженно схватились за оружие, но Трэдикс успокоил их жестом.

— Проблемы? — спросил седобородый гном у повозки, явно старший.

— Были, Гарвин, — ответил Трэдикс. — Горные гоблины, но... испорченные. Маг говорит, некромантия. — Он кивнул на Салеха.

Гарвин нахмурился, разглядывая Салеха и Эмми. — Человек-маг? И девочка-полукровка? Странная компания для гномьих гор.

— Нам нужен проводник до Тана, — сказал Салех, игнорируя недоверие. — И совет. Вы везете руду из верхних шахт?

— Ага, — подтвердил Гарвин. — Железо и немного серебра. Почему?

— Выбросьте серебро. Сейчас. — Голос Салеха стал ледяным. — Оно чистое?

— Почти! — возмутился Гарвин. — Для оберегов и печатей!

— Именно поэтому оно приманит их, — Салех указал на север, откуда дул слабый, но несущий запах тления ветер. — Нежить чует чистоту. Серебро для них как маяк. Кристаллы тьмы в их телах жаждут его уничтожить.

Гномы заворчали. Выбрасывать ценный груз?

— Делай, Гарвин, — приказал Трэдикс. — Маг пока не врал.

Пока гномы с неохотой выгружали слитки серебра и закапывали их подальше от лагеря, Салех подошел к Эмми. Она сидела на камне, обхватив колени, и смотрела в пустоту.

— Держись, — тихо сказал он. — БалМефис бьется сильнее?

Она кивнула, не глядя. — Он... злится. Чувствует кристаллы в тех тварях. Говорит, они жалкие искры по сравнению с его пламенем. — Она сглотнула. — Он хочет вырваться, Салех. Сейчас. Чувствует слабость в тебе после... после руки.

Салех сжал кулак единственной рукой. "Он прав. Потеря крови, магия на сдерживание демона и узы крови... Я на пределе". — Не дай ему. Думай о лесе Фалигас. О светящихся цветах. О...

Грохот сорвал его слова. С ближайшей скалы, словно черный поток, хлынули десятки низкорослых тварей. Их глаза горели зеленоватым огнем, из гортанных щелей вырывалось шипение. Среди них бежали трое повыше, в обрывках ржавых доспехов, с кривыми мечами. Их лица были обтянуты высохшей кожей, а в глазах светился холодный разум.

— К защите! Кругом! — заревел Трэдикс. Гномы бросились к повозкам, образуя баррикаду.

Салех оттолкнул Эмми за укрытие из камней. — Не колдуй! — приказал он. — Он использует любую магию как лазейку!

Один из "командиров" нежити, с костяной короной на лысом черепе, указал мечом на Салеха и издал скрипучий вопль. Волна тварей ринулась прямо на него.

Салех щелкнул пальцами. Не магия льда, не огня — земля перед ним вздыбилась, образуя невысокий вал. Первые твари споткнулись, но следующие шли по их телам. Маг выхватил короткий кинжал — не магический, простой стальной. "Без магии... как последний пехотинец".

Тварь прыгнула, Салех увернулся, кинжал вонзился в шею гоблина. Черная кровь брызнула. Вторая тварь вцепилась зубами в его плащ. Он сбросил ее ударом культи, чувствуя, как темная энергия твари жжет обрубок.

— Салех! — закричала Эмми. Она видела, как тварь с костяной короной целится в него из маленького, скрюченного лука. Стрела с черным наконечником просвистела в воздухе.

Он не успевал.

"Дай мне контроль! Или он умрет!" — прошипел БалМефис.

В Эмми что-то надломилось. "Нет! Только не он!" Она вскинула руку, не думая о кругах, не думая о последствиях. Только о страшной, всепоглощающей нужде остановить стрелу.

Из ее ладони вырвался сгусток чистой, ослепительной тьмы. Он не летел — он исчез здесь и явился перед стрелой, поглотив ее без следа. Сгусток схлопнулся, оставив в воздухе мерцающий шрам.

В лагере воцарилась мертвая тишина. Даже нежить замерла на мгновение. Все смотрели на Эмми. На ее руку, с которой стекали черные, как смоль, капли... крови? Энергии? Ее глаза были широко открыты, в них не было зрачков — только бездонная ночь.

— Света... — прошептал кто-то из гномов. — Она ведьма тьмы!

БалМефис захохотал в ее сознании. "Молодец! Первый шаг к свободе!"

Салех, бледный как смерть, бросился к ней, заслоняя своим телом от гномьих взглядов и поднятого оружия. — Это не она! — крикнул он, но в его голосе слышалась паника. "Провал. Полный провал. Теперь гномы точно не поверят".

Тварь с костяной короной снова завыла. На этот раз ее крик был полон триумфа. Она указывала на Эмми. Вся орда нежити, забыв о гномах, ринулась к камням, за которыми стояла девушка.

— Защитить девочку! — неожиданно рявкнул Трэдикс. Его молот со свистом опустился на первого гоблина. — Разберемся потом! Руби эту нечисть!

Битва вспыхнула с новой яростью. Гномы, отбросив страх и недоверие, бились как демоны, прикрывая Салеха и Эмми. Салех, одной рукой прижимая дрожащую девушку, смотрел на надвигающуюся тьму и чувствовал, как его собственная, новая, холодная и мертвая сила — сила Уз Крови и отчаяния — начинает шевелиться где-то в глубине, требуя выхода. "Чтобы спасти ее... я стану чем угодно. Даже этим".

Первая искра некромантии, черная и голодная, вспыхнула в его ладони.

Глава 22

Горный Тан встретил их мрачным величием. Высеченный в недрах гигантской горы, город гномов напоминал гигантскую, переливающуюся огнями соту. Мощные колонны поддерживали своды невообразимой высоты, по которым бежали рукотворные реки света — люминесцентные лишайники, заключенные в кристаллические трубки. Воздух гудел от ударов молотов, скрежета камня и гулких голосов. Но под этой мощью и порядком витало напряжение. На каждом шагу стояли усиленные патрули стражи в тяжелых доспехах, а на бастионах угадывались силуэты арбалетчиков с громоздкими "огнестрелами" — экспериментальным гномьим оружием, стрелявшим каменными ядрами с помощью пороха.

Трэдикс вел Салеха и Эмми напрямую к Королевскому Пику — центральной цитадели, венчавшей город. Взгляды гномов, встречавшихся по пути, были открыто враждебны. Шепот бежал впереди них: "Человек-маг... Изгнанник... А девчонка... Видели, что она сделала у реки? Тьма!" Эмми шла, опустив голову, кутаясь в плащ Салеха. БалМефис бушевал, наслаждаясь страхом окружающих. "Сожги их! Сожги этих карликов-недоумков! Я дам тебе силу!"

— Игнорируй, — тихо сказал Салех, его единственная рука легла ей на плечо, тяжелая и обжигающе холодная после вспышки тьмы у реки. "Узы Крови... Я чувствую его в ней. Как яд".

Двери Тронного Зала, вырезанные из цельных пластов обсидиана и черного дуба, распахнулись перед ними с глухим стоном. Зал Королей оглушал масштабом. Казалось, целый мир поместился под этими сводами, расписанными фресками былых побед гномов. На возвышении из черного базальта сидел Король Бардин Железобортый. Невысокий даже для гнома, он казался выкованным из старой брони. Его борода, заплетенная в сложные шипастые косы, была седой, но глаза под мохнатыми бровями горели стальным огнем. По бокам стояли советники — военный в шрамах и практичных доспехах (генерал Дорин Камнекулак), торговец в роскошных, но поношенных одеждах (лорд Мергил Златозвон) и старый гном с лицом, изборожденным руническими татуировками (верховный рунолог Торбек).

— Брат, — Трэдикс ударил кулаком в грудь. — Привел путников. И новости. Плохие.

— Вижу, — голос Бардина был подобен скрежету камня. Его взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул по Салеху, задержался на Эмми, и маг почувствовал, как девушка съежилась. — Салех Ленивый. Четвертый Архимаг ДошГрада. Или уже нет? Зачем ты принес свою беду в мои горы?

— Ищем помощи, Ваше Величество, — Салех поклонился, но не опустил глаз. — Знаний. И убежища. Ненадолго.

— Помощи? — Мергил Златозвон фыркнул. — После того, как ваши люди высмеяли нашего посла? После того как ваша столица тонет в демонах по вашей вине? Вы принесли сюда эту... — он кивнул на Эмми, — ...эту ходячую скверну! Видели отчет Трэдикса? Тьма повинуется ей!

— Она жертва! — резко парировал Салех. — Демон запечатан в нее против ее воли. Я ищу способ изгнать его, не убивая носителя. Ваши рунные архивы... легенды говорят, там есть записи времен Войны Рас о подобных печатях.

— А твоя рука? — вмешался Дорин Камнекулак. Его голос был спокоен, но глаза сканировали Салеха как мишень. — Отдал за нее? Или это цена темных экспериментов?

— Цена защиты, — Салех поднял культю. — От того самого демона, что теперь хочет вырваться через нее. Мы не враги вам. Тварь, что напала на отряд Трэдикса, была нежитью. Оживленной с помощью кристаллов Черных Земель. Как и те, что заполонили ваши шахты. Я видел это в... в ее вспышке. — Он кивнул на Эмми. "Полуправда. Я почувствовал это через Узы, через боль БалМефиса, ненавидящего конкурентов".

Торбек, верховный рунолог, до сих пор молчавший, выступил вперед. Его древние глаза, мутные, но невероятно проницательные, изучали не Салеха, а Эмми. — Дитя, — произнес он неожиданно мягко. — Дай мне твою руку.

Эмми испуганно посмотрела на Салеха. Тот кивнул. Гном взял ее запястье с черными шрамами. Его пальцы, твердые и теплые, коснулись кожи. Эмми вздрогнула. Торбек закрыл глаза, шепча что-то на древнем гномьем наречии. Руны на его лице засветились тусклым золотом.

— Да, — прошептал он, открывая глаза. — Демон. Древний и злобный. Но печать... она сложная. Переплетена с ее собственной душой. Разрушить печать — убить ее. — Он отпустил руку Эмми. — Архивы... возможно. Но доступ к ним имеют только король и верховный рунолог. И это священные тексты, не для чужаков.

Бардин долго смотрел на Салеха. Тишина в зале стала физически тяжелой. — Ты просишь многого, маг, — наконец произнес король. — Убежища. Доступа к нашим самым охраняемым тайнам. Зная, что привел сюда существо, в котором бьется сердце тьмы. Почему я должен тебе доверять?

— Потому что я могу очистить ваши шахты, — сказал Салех. Голос его был тих, но каждое слово падало как камень. — Не силой, которую вы видели у нее. — Он кивнул на Эмми. — Другой. Более... прямой. Я проникну в гнездо этой нежити, найду того, кто держит нити, и оборву их. Раз и навсегда. Взамен — доступ к архивам. И гарантия ее безопасности. — Он положил руку на плечо Эмми. "Игра в ва-банк. Но ставка — ее жизнь".

— Очистишь шахты? — Дорин усмехнулся. — Одной рукой? Армия нежити там, по последним сводкам, уже сотни голов! И их командир — не глухой гоблин, а некромант, судя по следам магии!

— Мне не нужна вторая рука, чтобы рвать нити жизни, генерал, — холодно ответил Салех. В его глазах мелькнуло что-то, заставившее даже видавшего виды вояку отступить на шаг. "Это уже не просто лед. Это... пустота".

Бардин поднял руку, пресекая возражения. — Договор, — произнес он весомо. — Ты спускаешься в Нижние Шахты, в Ущелье Теней. Уничтожаешь источник нежити — этого некроманта или что там держит кристаллы. Возвращаешься с доказательством — головой, сердцем, артефактом. Тогда — доступ к архивам Торбека. И твоя... спутница остается под защитой Тана. Но! — Его взгляд стал ледяным. — Если твоя тьма вырвется, если она причинит вред хоть одному гному, или если ты предашь... она умрет первой. Мои лучшие стрелки уже прицелились.

Салех посмотрел на Эмми. Ее глаза были полны ужаса не за себя, а за него. — Согласен, — сказал он. — Когда спускаемся?

— Завтра на рассвете, — ответил Бардин. — Трэдикс и его отряд пойдут с тобой. Наблюдать. И помочь, если... если твоя магия окажется слабее твоих слов. — В его голосе явственно звучало сомнение.

Торбек подошел ближе к Эмми, пока Салех обсуждал детали с Трэдиксом и Дорином. — Дитя, — снова сказал он. — Боль... она в твоей душе. И страх. Но есть и свет. Держись за него. За память о трактире «Пьянчуга Борха». За запах табака твоего учителя. За ледяной ветер его магии. Это твой якорь. Не дай тьме его перегрызть.

Эмми смотрела на старого гнома, и впервые за долгое время в ее глазах, помимо страха, мелькнула искра чего-то теплого. Благодарности? Надежды? — Я... я постараюсь, — прошептала она.

БалМефис зашипел в глубинах ее разума, как раскаленное железо, опущенное в воду. "Сентиментальный старый дурак! Его свет — ничто перед моей вечной ночью!"

Но Эмми, слушая гул молотов Тана и чувствуя тяжелую руку Салеха на плече, впервые за долгие дни подумала, что этот "якорь" может быть крепче, чем казалось. "Держись за свет... За него". Она сжала кулаки, ощущая под пальцами шершавую ткань плаща Салеха. Завтра он спустится в ад. Ради нее. А она должна была удержать свой ад внутри.

Гостевые покои в Королевском Пике были высечены в скале – суровые, практичные, без лишних украшений. Камни хранили вековой холод, пробивавшийся сквозь толстые шерстяные ковры. Эмми сидела на каменной лавке у узкой бойницы, заменявшей окно, и смотрела в темноту подземного города. Огни фонарей на мостах и галереях казались такими далекими, чужими. Внутри же бушевал ад.

"Слабое место, девочка! – шипел БалМефис, его голос был похож на скрежет камней по стеклу. "Он уйдет, бросит тебя в этой каменной ловушке! Эти карлики только и ждут повода прикончить тебя. Я чувствую их страх, их злобу! Дай мне контроль! Я сожгу их всех и вырвусь на свободу!"

"Нет!" – мысленно крикнула Эмми, вжимаясь в холод камня. "Салех вернется. Он договорился. Он..."

"Он калека! – захохотал демон. "Он полезет в логово к тому, кто разбрасывается кристаллами тьмы как монетами! Тот сильнее его сейчас, чувствую! Салех умрет там, в темноте, и его последним чувством будет осознание, что он не спас тебя!"

Дверь скрипнула. Эмми вздрогнула, ожидая стражу или холодный взгляд гнома-прислужника. Но вошел Салех. Он выглядел изможденным, тени под глазами стали глубже, а движения – еще более экономными, будто каждое требовало невероятных усилий. Культя правой руки, туго перебинтованная под плащом, дергалась в такт пульсу. Но в его глазах горела ледяная решимость.

— Готовься, — сказал он просто, ставя на каменный стол небольшой сверток. — Мы спускаемся через час.

— Через... час? — Эмми вскочила. — Но король сказал на рассвете! И... я иду с тобой?

— Рассвет тут условный, — Салех мотнул головой в сторону вечной тьмы за бойницей. — А ты остаешься. — Он увидел панику в ее глазах и добавил жестко: — Это часть договора. Ты – залог моего возвращения. И их безопасности от... него. — Он кивнул в ее сторону, подразумевая демона.

— Но я могу помочь! — протестовала Эмми. — Я... я контролирую всплески! У реки я остановила стрелу!

— И напугала гномов до полусмерти, — сухо констатировал Салех. — Там, внизу, любая твоя вспышка тьмы, даже защитная, станет сигналом для некроманта. Он почует БалМефиса как костер во тьме. Или сам демон воспользуется моментом. Нет. Ты здесь. — Он развернул сверток. Там лежали плотные кожаные поножи и нагрудник, явно гномьей работы, но подогнанные под ее рост, и короткий, тяжелый кинжал в ножнах. — Одевай это. Не магическая защита, но от случайного удара спасет. Кинжал – последний аргумент. Помнишь основы? В горло, в основание черепа, в глаз.

Эмми кивнула, пальцы дрожали, когда она взяла холодную кожу. "Он говорит как будто... навсегда прощается".

— Салех... — она запнулась. — Тот некромант... в шахтах. Трэдикс говорил, он оживляет не просто гоблинов. Гномов. Шахтеров. Ты... ты сможешь?

Лицо Салеха стало каменным. В его глазах мелькнуло что-то страшное и знакомое – то же, что было в Урграде, когда он морозил вурдалаков. — Чтобы спасти тебя, Эмми, — произнес он тихо, почти беззвучно, — я смогу все. Даже то, за что меня сожгли бы на костре в ДошГраде. Даже то, чего я сам от себя не ожидал. — Он положил единственную руку ей на плечо. Прикосновение было ледяным, неестественно холодным. "Узы Крови... Они работают. Я чувствую его гнев в ней, как свой собственный". — Держись за свет. Как говорил старый рунолог. За трактир Борха. За трубку. За... — он запнулся, — за глупые вопросы в дороге. Это твой щит. Держи его крепко.

В дверь громко постучали. — Маг! Выходи! Пора! — это был голос Трэдикса, лишенный обычной хрипотцы, напряженный.

Салех задержал взгляд на Эмми, будто запоминая. Потом резко развернулся и вышел, не оглядываясь. Дверь захлопнулась с глухим стуком, оставив Эмми наедине с холодом камней, страхом и ликующим шепотом демона.

"Слышала? Он знает, что обречен! Идет на смерть! Скоро мы останемся одни, девочка... и я покажу тебе настоящую силу!"

Эмми обхватила себя руками, стараясь впитать остатки тепла от прикосновения Салеха. Но холод Уз Крови проникал глубже. Она посмотрела на кинжал. "Держись за свет..." Но свет казался таким далеким, а тьма в шахтах и в ее душе – такой неизбежной.

Глава 23

Спуск в Нижние Шахты был похож на погружение в чрево давно умершего великана. Узкие, вырубленные в породе туннели быстро сменились огромными, полуразрушенными природными пещерами, которые гномы когда-то приспособили под выработку. Воздух становился тяжелым, спертым, с отчетливым привкусом гнили и серы – тем самым запахом, что витал над кристаллами в телах гоблинов. Свет гномьих фонарей-светильников (шаров из прозрачного кварца с люминесцентными грибами внутри) казался жалким, теряясь в непроглядной тьме, нависавшей за пределами их слабого свечения.

Отряд двигался в гробовой тишине. Впереди шли Диксин и Риксин, их фигуры напряжены как струны, кинжалы и меч наготове. За ними – Салех, его плащ сливался с тенями. Он шел, казалось, не глядя под ноги, его взгляд был обращен внутрь, в какую-то свою бездну. Трэдикс замыкал шествие, его тяжелый молот был снят с плеча, готовый к удару. За спиной у каждого гнома висел компактный "огнестрел" – труба на прикладе, заряженная каменным ядром и мерзкой гномьей смесью селитры, серы и угля.

— Здесь, — прошептал Диксин, останавливаясь у развилки. Один туннель уходил вниз, его стены были покрыты блестящими прожилками какой-то руды. Другой – широкий, как пасть, вел в огромную пещеру. Оттуда дул сквозняк, несущий явственный запах разложения и... тихий, мерзкий шелест, словно тысячи насекомых копошатся в гнилой древесине. — Ущелье Теней. По картам, там была основная жила мифрила. Заброшена лет пятьдесят назад после обвала.

— Шелест... — пробормотал Риксин, бледнея под щетиной. — Как в отчётах из заражённых шахт.

Салех шагнул вперед, к краю туннеля, заглядывая в бездну пещеры. Его рука непроизвольно сжалась в кулак. "Не просто шелест. Это... стон. Стенание запертых душ". Холод в его культе усилился, пульсируя в такт далекому гулу, который он один слышал сквозь шелест.

— Готовы? — Трэдикс провел ладонью по древку молота, его лицо было напряженным.

— Нет, — откровенно сказал Риксин. — Но пойдем.

Они вошли в Ущелье Теней.

Пещера была чудовищных размеров. Сталактиты и сталагмиты, похожие на каменные клыки, росли хаотично, образуя лес колонн. Посредине зияла глубокая трещина, откуда и поднимался смрад. Мосты и лестницы, некогда соединявшие выработки, висели обрушенными или зловеще скрипели под порывами сквозняка. И повсюду... двигалось.

Тени. Сотни теней. Они копошились у стен, карабкались по колоннам, брели через трещину по шатким остаткам мостов. Это были не гоблины. Это были гномы. Вернее, то, что от них осталось. Шахтеры в истлевших робах, стражи в проржавевших доспехах. Их движения были неестественно резкими, подергивающимися. В глазницах некоторых тускло светились зеленоватые огоньки – отражение гномьих фонарей или нечто большее? В груди у каждого, кто был поближе, угадывался тусклый черный отсвет – кристалл тьмы.

— Праотцы... — выдохнул Диксин, и в его голосе был ужас. — Это же... Бренор... и Карл... Они пропали в прошлую смену...

Один из ближайших "шахтеров", с лицом, наполовину содранным, повернул голову с противным хрустом. Его мутные глаза (или то, что их заменяло) уставились на свет фонарей. Из горла вырвалось булькающее шипение. Шипение подхватили другие. Шелест превратился в нарастающий гул. Зеленые огоньки загорались в глубине пещеры, как звезды в перевернутом ночном небе.

— Круг! Защитный круг! — рявкнул Трэдикс, отбрасывая в сторону фонарь и вскидывая молот.

Гномы мгновенно сомкнулись, спина к спине, щиты Рикса и Диксина образовали барьер. Салех остался чуть впереди, лицом к нарастающей волне мертвецов. Он не доставал оружия. Он стоял, вглядываясь в тьму, туда, откуда лилась волна гнилостной магии, дергающей за ниточки сотни тел.

"Некромант... Он здесь. Чувствую его. Холодный, голодный, как паук в центре паутины". Холод в культе Салеха перерос в жгучую боль, а затем – в странную пульсацию. Он почувствовал... тягу. Тягу к тем кристаллам, к той темной энергии, что оживляла мертвецов. Она была отвратительна, но... знакома. Как отголосок силы, использованной у реки. Как шепот БалМефиса в крови Эмми.

— Маг! — крикнул Трэдикс, видя, как первый мертвец-шахтер, с вывернутой рукой и черным свечением в груди, уже в нескольких шагах. — Что ты делаешь?!

Салех поднял единственную руку. Не для щита. Не для льда. Он сосредоточился на пульсации в культе, на холодной пустоте, зовущейся Узами Крови, на отвратительной симпатии к кристаллам тьмы. Он представил не заклинание. Он представил... тишину. Не жизнь, а отсутствие ложного движения. Не свет, а гашение чужой искры.

— Стихни, — прошептал он. Голос не громкий, но странно резонирующий в пещере, будто камень по камню.

И случилось нечто. Мертвец-шахтер, уже замахивавшийся ржавой киркой, вдруг замер. Зеленый огонек в его глазнице погас. Черное свечение в груди вспыхнуло ярко-багровым – и лопнуло с тихим хлопком, рассыпавшись черной пылью. Тело рухнуло на камни, как подкошенное, окончательно безжизненное.

Волна шевелящихся теней остановилась. На миг воцарилась тишина, нарушаемая только скрежетом камней под ногами еще не остановившихся мертвецов сзади. Зеленые огоньки мигали, словно в растерянности.

— Что... что ты сделал? — прошептал Риксин, не веря своим глазам.

Салех не ответил. Он чувствовал. "Оторвал нить. Погасил искру в кристалле. Это... просто. Как сдуть пылинку". Но за этой простотой стояла леденящая душу истина: он коснулся самой сути некромантии. И она подчинилась. Цена? Волна тошноты накатила на него, холод в культе стал почти невыносимым. И где-то глубоко, в связке с Эмми, БалМефис завыл от бешенства и... признания.

"Коснулся Тьмы, маг! Понял ее вкус! Теперь ты мой!"

— Он не один, — хрипло сказал Салех, игнорируя демона и гномов. Его взгляд был прикован к огромному сталагмиту в центре пещеры, у края трещины. На его вершине, едва различимая в полутьме, стояла фигура в рваных, некогда богатых одеждах. Человек? Гном? Трудно было сказать. Лицо скрывал капюшон, но от фигуры исходила волна концентрированной ненависти и леденящей магии. В его руке, поднятой как дирижерская палочка, пульсировал кристалл размером с кулак – черный, с кровавыми прожилками. Источник шепота. Источник нитей.

— Цель... — пробормотал Трэдикс, поднимая тяжелый "огнестрел". — Пли...

Выстрел оглушительно грохнул в пещере. Каменное ядро, выпушенное с чудовищной силой, помчалось к сталагмиту. Но некромант лишь махнул рукой. Из трещины рядом с ним взметнулась стена костей и истлевших тел, собранная невидимой силой. Ядро врезалось в нее, разметав фрагменты, но не достигнув цели.

Зеленые огоньки в глазницах мертвецов вспыхнули яростью. Гул перерос в рев. Волна нежити, забыв про мимолетную остановку, ринулась на отряд с удесятеренной яростью.

— Так держать, маг! — крикнул Трэдикс, разбивая молотом череп первого мертвеца-стража. — Гаси их! Мы пробьемся к нему!

Салех сжал зубы. Боль от использования темной силы пронзала его, но альтернативы не было. Он снова поднял руку, нацелившись уже не на одного, а на группу мертвецов. "Стихни". Несколько тел рухнули. Но на их место шли десятки. Некромант на сталагмите смеялся – скрипучий, безумный звук, усиленный эхом пещеры. Кристалл в его руке пылал зловещим светом.

"Нужно больше силы", – подумал Салех с ледяным ужасом. Он посмотрел на падающих мертвецов, на их гаснущие кристаллы. Он почувствовал не просто возможность погасить их... Он почувствовал возможность взять. Взять эту темную энергию, эту ложную жизнь, и обратить ее... во что-то иное. В щит. В оружие. В цену спасения Эмми.

Холод Уз Крови слился с холодом смерти вокруг. Салех сделал шаг навстречу набегающей волне некромантии. Его глаза, в которых всегда горел ледяной синий огонь магии, стали абсолютно черными. В культе правой руки, там, где не было плоти, заструился иней, и под ним угадывалось мерцание черного, как сама бездна, льда.

— Моё, — прошепел он, и это уже не было просьбой к силе. Это был приказ.

Глава 24

Боль, вонзившаяся в мозг после приказа "Стихни", была хуже любого физического увечья. Это была боль осквернения, словно Салех погрузил руку в кишащую личинками падаль. Он едва удержался на ногах, когда первый десяток мертвецов-шахтеров рухнул, их кристаллы тьмы гаснули с тихим шипением, словно мокрые угли. Воздух наполнился запахом озона и гниющей плоти. Гномы за спиной замерли. Тишина, наступившая после рева нежити, была оглушительной.

– Праотцы гор... – прошептал Риксин, белый как стена пещеры, его щит дрожал. – Он... он выключил их. Как фонари.

– Не "выключил", – голос Трэдикса был хриплым, полным отвращения, смешанного с первобытным страхом. Его взгляд скользил по черным прожилкам, выступившим на шее Салеха, как ядовитые корни. – Он поиграл с нитями. С тем, что связывает души с телом после смерти. Это не магия, мальчишки. Это кощунство. Пляска на могилах наших братьев.

Салех услышал их. Каждое слово вонзалось острее кинжала. Но некромант на сталагмите не давал времени на рефлексию. Его скрипучий смех сменился яростным рычанием. Кристалл в его руке – теперь явно видимый как кулак из черного стекла с пульсирующими кровавыми жилками – вспыхнул багровым светом. Новые волны нежити, ранее копошившиеся у стен, пришли в движение. На сей раз среди шахтеров и стражей шли фигуры покрупнее – гномы в истлевшей инженерной коже, с причудливыми инструментами, превращенными в оружие. Их движения были резче, осознаннее. В их пустых глазницах горел не просто зеленый огонек, а холодный расчет.

– Он учится! – крикнул Диксин, отбивая ржавый гаечный ключ, занесенный над его головой. – Этих не так просто свалить!

Салех почувствовал это. Его первый приказ "Стихни" сработал на примитивных гоблинах и свежеобращенных шахтерах. Этих, "инженеров", он лишь замедлил. Их кристаллы сопротивлялись, их нити были прочнее. "Нужно больше силы. Больше... контроля". Отвращение подкатило к горлу, но он подавил его. Взгляд упал на только что упавшего мертвеца-шахтера, из груди которого еще дымился потухший кристалл. Темная энергия, высвобожденная при "гашении", висела в воздухе, как ядовитый туман, жаждущий воплотиться. Салех протянул левую руку (единственную!) не для жеста, а как паук, плетущий паутину. Он не гасил кристаллы новых атакующих. Он... втягивал в себя рассеянную тьму.

Это было похоже на вливание ледяной ржавой воды в вены. Он застонал, почувствовав, как холод пронзает культю правой руки, поднимается по руке, груди, шее. Черные прожилки набухли, стали рельефнее, пульсируя синхронно с кристаллом некроманта. Но вместе с болью пришла сила – грязная, оскверненная, но невероятно мощная. Он направил ее не на атаку, а на защиту. Перед отрядом взметнулся невидимый щит из сгущенной мглы. Кишки, брошенные одним из "инженеров", ударились о барьер и рассыпались в черную пыль. Стрела из костяного арбалета, выпущенная с другого конца пещеры, сгорела дотла, едва коснувшись его.

– Пробиваемся к нему! – голос Салеха был чужим, хриплым от напряжения и темной энергии, кипящей внутри. – Его кристалл – сердце всей этой мерзости! Сломаем сердце – оборвем нити!

Он сделал шаг вперед. Щит трещал под градом ударов, но держался, питаемый отвратительным потоком из погасших кристаллов и его собственной, теперь уже смешанной с тьмой, жизненной силой. Гномы, преодолевая оцепенение и страх перед самим Салехом, двинулись за ним, образуя клин. Диксин и Риксин рубили и кололи, прикрывая фланги от подползающих тварей. Трэдикс бил своим молотом "Громовержцем", разбивая в щебень каменных гномов-нежить, которых некромант поднял из обломков сталактитов. Каждый удар молота отдавался в Салехе, как удар по наковальне его собственной души.

Внезапно Салех пошатнулся. Не от удара, а от внутреннего толчка. Фолиант Иллаила, висевший у него за поясом, зажглся изнутри багровым светом, обжигая бедро сквозь ткань. Книга дрожала, как в лихорадке, ее металлические уголки горели. "Дядя... Чувствует. Предупреждает. "Не надо!"" – мелькнула мысль, чистая, как капля родниковой воды в болоте. Он рванул книгу, почти не глядя, подчиняясь инстинкту. Страницы сами листались с бешеной скоростью, останавливаясь на схеме сложного энергетического импульса – "Направленная Ударная Волна". Гномьи руны вокруг схемы светились тревожным алым.

– ОТОЙДИТЕ ОТ ПУТИ! – заревел он, не своим голосом, поворачивая фолиант в сторону основания сталагмита, где стоял некромант. Это был не сознательный выбор заклинания. Это был крик отчаяния и приказ артефакту знаний, заряженному волей его создателя. – "УДАРНАЯ ВОЛНА! МАКСИМУМ!"

Фолиант Иллаила выплюнул не пламя, не лед, а сгусток чистой, невероятно сжатой кинетической энергии. Воздух завизжал, как рвущийся металл. Волна ударила не в некроманта, а в опору его пьедестала. Глухой, чудовищный грохот потряс Ущелье Теней. Могучий сталагмит содрогнулся, как под ударом титана. Камень треснул с оглушительным скрежетом, огромные глыбы посыпались вниз. Некромант вскрикнул – впервые звук, полный не расчетливого безумия, а животного страха. Он потерял равновесие, его кристалл выскользнул из пальцев и покатился по наклонному уступу к зияющей трещине в полу пещеры.

– ТЕПЕРЬ! – Салех рванулся вперед, как пантера. Его щит рухнул – вся его концентрация была на броске. Путь к сталагмиту был открыт, но защищаться было нечем. Темная энергия внутри него, лишенная контроля, взметнулась, готовая вырваться наружу в слепой ярости. "Не для щита... Для СМЕРТИ".

Глава 25

Некромант, оглушенный падением и потерей кристалла, был не гномом. Это был человек. Молодой, возможно, даже младше Салеха, но его лицо было изможденным, кожа пепельно-серой, стянутой над костями. Глаза, широко распахнутые от страха и безумия, были пронизаны такими же черными прожилками, что и шея Салеха, только гуще, темнее. Его некогда богатые одежды – темно-синий камзол с вышитыми серебряными звездами, символ факультета Астральных Исследований Дошградской Академии – были рваными и заляпанными грязью и черной слизью. Ученик? Изгой? Жертва? Салех не узнал его, но герб Академии жгул ему душу.

– Мое... – захрипел некромант, ползя к краю уступа, за которым лежал его пульсирующий кристалл, балансируя над бездной трещины. Его пальцы, похожие на когти, царапали камень. – Сила... ДрагШафор... он обещал... Вечность... Власть над смертью... – Слюна, черная и густая, стекала по его подбородку.

Салех был быстрее. Его единственная левая рука, как клешня, впилась в черный кристалл. Боль обожгла ладонь – не физическая, а душевная, как прикосновение к открытой ране вселенной. Кристалл жил! Он пульсировал, пытаясь впиться в плоть мысленными щупальцами, подчинить, выжечь душу дотла. "Ты... слаб..." – пронеслось в его сознании голосом, похожим на скрежет камней. "Голоден... Отдайся... Стань проводником..." Черные прожилки на его собственной руке вспыхнули в ответ, жадно впитывая вызов.

Отвращение поднялось волной. Но под ним – ледяная ярость. Ярость на этого юнца, променявшего знание на власть над трупами. Ярость на ДрагШафора, на Архимагов, на весь мир, загнавший его и Эмми в этот ад. Ярость на себя самого за то, что он стоит здесь, оскверненный, с камнем Скверны в руке.

– Заткнись, – прохрипел Салех, стиснув зубы до хруста. Он не стал подавлять кристалл. Он сосредоточился на темной энергии внутри себя – грязной силе мертвецов, слившейся с его собственной отчаянием. Он направил этот адский коктейль не на разрушение, а на... перезапись. Он представил не гашение искры, а выворачивание ее наизнанку, обращение против хозяина. Волна леденящей, пропитанной смертью энергии хлынула из его культи, ударив некроманта не как таран, а как тончайшая, отравленная игла.

Тот даже не вскрикнул. Его тело мгновенно покрылось инеем – не красивым зимним узором, а мерзкой, черной изморозью, копошащейся как живые тени. Затем оно просто... рассыпалось. Не в прах, а в кучу черных, влажных хлопьев, похожих на заплесневелый пепел. Рваный камзол упал на камни с глухим шлепком.

Тишина. Абсолютная. Шелест, рев, скрежет – все стихло. Мертвецы замерли на месте, как марионетки с обрезанными нитями. Затем, медленно, один за другим, они начали падать. Кристаллы в их груди гаснут не со взрывом, а с тихим, жалобным потрескиванием, как умирающие угольки. Зеленые огоньки в глазницах угасли, оставив лишь пустоту.

Трэдикс подошел, тяжело дыша, его молот был заляпан черной слизью и осколками камня. Его взгляд скользнул по кучке мерзкого пепла, оставшегося от некроманта, по черным, пульсирующим прожилкам на шее и руке Салеха, по зловеще пульсирующему черному кристаллу в его левой руке. В глазах гнома не было благодарности. Лишь глубокая, первобытная брезгливость и страх.

– Что... что ты сделал, маг? – его голос был тихим, но резал тишину, как нож. – И что это за камень? Он... он дышит.

Салех посмотрел на кристалл. Он был тяжелым, холодным, и в его глубинах пульсировало что-то темно-багровое, как запекшаяся кровь. Он чувствовал его голод, его обещания немыслимой власти над смертью. И чувствовал, как его собственная темная энергия отвечает на этот зов.

– Доказательство для Бардина, – ответил Салех, и его голос звучал чужим, лишенным эмоций, как скрежет камня по камню. Он сунул кристалл в кожаный мешок у пояса. Камень жгул даже сквозь толстую кожу. – И источник чумы. Его надо уничтожить. Но не здесь. Не в этом месте, пропитанном смертью. – Его взгляд упал на фолиант Иллаила. Книга была теплой, почти горячей, и ее металлические уголки слегка подрагивали. "Неодобрение? Или... предостережение о том, что я несу с собой?"

Обратный путь через Ущелье Теней прошел в гнетущем молчании. Свет гномьих фонарей выхватывал из мрака груды окончательно бездвижных тел, черные осколки потухших кристаллов. Риксин и Диксин шли, не поднимая глаз, их спины были напряжены. Трэдикс шел впереди, его плечи были сведены, словно под невидимой тяжестью. Салех чувствовал их мысли, как физическое давление: "Некромант. Осквернитель. Он стал одним из них". Самое страшное было в том, что он не мог с этим спорить. Холод кристалла и поглощенной энергии жил в нем, пульсируя в такт шагам. Где-то далеко, за горами камня, он смутно чувствовал слабый, чистый зов – фолиант матери Эмми. Но свет этого зова казался таким тусклым, таким далеким, затянутым клубящейся черной дымкой его собственной сущности.

Глава 26

Эмми встретила их у массивных врат, ведущих из Нижних Шахт в обитаемые уровни Тана. Увидев Салеха, выходящего из мрака тоннеля, она вскрикнула – не от радости, а от ужаса. Его лицо было пепельно-серым, черные прожилки на шее и левой руке пульсировали, как ядовитые жилы. Его глаза... они были не просто черными. Они были пустыми, как провалы в ночном небе, лишенные звезд. Лишь глубоко внутри, на самом дне, мерцал крошечный осколок знакомого ей ледяного синего – Салеха Ленивого.

– Салех? – ее голос дрожал. Она сделала шаг вперед, но инстинктивно остановилась, почувствовав исходящий от него холод и запах... омертвелой земли и озона. – Твоя рука... твоя шея... Ты... ты в порядке?

Он лишь молча кивнул, проходя мимо нее так близко, что холодный воздух окутал ее. Его левая рука непроизвольно сжала мешок у пояса, откуда исходило слабое, зловещее багровое свечение. "Нет. Не в порядке. И, возможно, никогда уже не будет", – промелькнула у него мысль, но он не произнес ее вслух. Не мог.

Верховный рунолог Торбек ждал их в Святилище Знаний – не в главном зале архивов, а в небольшой, круглой комнате глубоко под Королевским Пиком. Стены здесь были выложены не камнем, а отполированными до зеркального блеска плитами черного обсидиана, в которых тускло отражался свет единственного светильника – шара из горного хрусталя с заключенным внутри вечно горящим люминесцентным мхом. В центре комнаты на каменном пьедестале лежали несколько массивных скрижалей из темного сланца.

– Принеси Камень, – тихо сказал Торбек, его древние глаза, мутные, но невероятно проницательные, не отрывались от мешка на поясе Салеха. В его голосе не было страха, лишь глубокая печаль и понимание цены, которую заплатил маг.

Салех молча вынул кристалл Скверны. В свете хрустального шара он выглядел еще ужаснее. Черное стекло с кровавыми прожилками, пульсирующее изнутри темно-багровым светом, как сердце какого-то чудовищного насекомого. Торбек взял его не рукой, а специальными щипцами из черненого серебра, покрытыми мельчайшими рунами сдерживания. Он поднес кристалл к свету, вращая, рассматривая через увеличительное стекло с линзами, выточенными из цельного алмаза и испещренными гномьими символами Истины.

– Камень Скверны, – пробормотал он наконец, и его голос звучал как шелест древних страниц. – Не просто артефакт из глубин Бездны. Это... сосуд. Концентратор. Он не оживляет мертвых по своей воле. Он служит антенной, ловушкой для душ, покинувших тела в муках и отчаянии. Он привязывает их к воле того, кто держит фокус, плетя нити из самой Тьмы между мирами. – Он положил кристалл на черную шелковую ткань, разложенную на пьедестале. Камень продолжал пульсировать, словто пытаясь прогрызть ткань. – Разорвать эти нити можно лишь у самого источника силы... – он посмотрел на черные прожилки на Салехе, – ...или силой, равной или превосходящей силу того, кто эти нити сплел. Силой, идущей из того же... Источника.

– А демон? – спросил Салех, его голос был монотонным, но в нем прозвучала стальная нотка. Он игнорировал намек на свою новую природу. – Как изгнать БалМефиса из живого сосуда, не убив его? Ты обещал доступ к Знаниям. Мы выполнили договор.

Торбек тяжело вздохнул, звук напоминал скрип древних дверей. Он подошел к одной из сланцевых плит. Провел старческой рукой по поверхности, и рунические татуировки на его пальцах слабо засветились. Плита ответила тусклым свечением. Изображение на ней проступило четче: сложный, многослойный символ – эльфийские вязи, сплетенные с гномьими рунами стойкости и человеческими печатями власти, сдавливающие стилизованное изображение клубка тьмы.

– Печать "Цепи Рассвета", – прошептал Торбек. – Ее создали в конце Войны Рас три великих мага – эльф, гном и человек. Чтобы заточить могущественного Владыку Бездны, Ша'Гаротта, не убивая добровольного сосуда – воина Элтариона, принесшего себя в жертву. – Он указал на едва различимую фигурку человека в центре печати. – Но печать требовала совершенного равновесия. Света и Тьмы. Двух фолиантов, двух полюсов. – Его взгляд упал на фолиант матери Эмми, который она не выпускала из рук. Книга казалась тусклой в этом мрачном месте. – Один – Источник Света, якорь для души сосуда, хранитель его воли. Другой... – он посмотрел на фолиант Иллаила на поясе Салеха, – ...Проводник Тьмы, магнит и клетка для сущности демона, канал для его контролируемого сдерживания. И... места Силы. Точки, где ткань реальности истончена до предела. Алтари у самых Дыр в Бездну.

Салех почувствовал, как фолиант Иллаила на его поясе дрогнул, словто в ответ. "Проводник Тьмы? Дядя изучал взрывы, разрушение, дестабилизацию энергий... Разве это не самая разрушительная Тьма?" Он посмотрел на Эмми. Она прижимала к груди фолиант матери – Источник Света. Холодная, жестокая надежда шевельнулась в его оскверненной душе.

– Где ближайшее такое место? – спросил он, его черные глаза сверлили Торбека.

– Самое близкое... и самое проклятое – Сердце Бездны, – ответил рунолог, его голос стал шепотом. – В заброшенных туннелях Скорби, за Ущельем Теней. Но путь туда лежит через Край Бездны. Тропа, отмеченная безумием и гибелью. Никто... никто не возвращался оттуда целым. Или... вообще.

Вдруг фолиант матери Эмми в ее руках вспыхнул. Не ярким светом, а мягким, но неуклонным золотым сиянием. Луч этого света упал прямо на сланцевую плиту с изображением "Цепей Рассвета". Эльфийские вязи на плите засветились в ответ, как раскаленные угли. Из глубины камня проступили новые строки – не высеченные, а как будто написанные светящимися чернилами из самого сияния фолианта. Они парили в воздухе над плитой:

"Ложный Рассвет ведет к Падению, Лишь истинная Жертва разорвет Цепи. Ключ – в Сердце Света, Клык – в Крови Тьмы."

– Что... что это? – ахнула Эмми, отшатнувшись. Золотой свет фолианта лился на ее руки, теплый и успокаивающий, контрастируя с мраком комнаты.

– Скрытое послание... – пробормотал Торбек, пораженный. Его руны на руках засветились ярче, пытаясь прочитать светящиеся строки. – Предупреждение... или... уточнение ритуала. "Истинная Жертва"... "Клык в Крови Тьмы"... – Он перевел взгляд на Салеха, на его черные прожилки, на мертвенную бледность лица. – Это... это звучит как цена. Цена, которую заплатит не сосуд. А Тот, Кто Рвет Цепи.

Салех смотрел на светящиеся слова, потом на свою культю, на пульсирующие черные линии. "Жертва? Моя душа? Моя жизнь? Моя... человечность?" Он сжал руку, чувствуя холодную мощь кристалла Скверны в мешке. "Все. Возьми все. Лишь бы она жила. Лишь бы была свободна".