Повелительница бури для декана

Глава 1

Попаданка Мария

— Даш, да бро-ось, все мужики одинаковые! Я ведь уже не раз тебе говорила! Ну серьезно? Чего ты ждала от своего Юрки?

Даша никогда не была высокого мнения о мужиках, вероятно, поэтому сестра в свои… то есть в наши тридцать семь лет замуж так и не вышла. Она лучше бы сделала комплимент хорошо приготовленным яйцам пашот, чем мужчине.

— Чтобы не пил? Даже не знаю… — я развела руками.

Мда… Погода в доме. Я, в отличие от Дашки — метеоролог и знаю, что мужчины — они как стихия. Иногда она тебя ласкает и нежит, а иной раз приложит так, что и жить не захочется. Не в физическом смысле, естественно. Ни один из моих мужей руку на меня не поднимал. Но первый – Сашка – был жутким бабником. Я застукала его однажды с лучшей подругой и – бац – ни подруги, ни мужа. Потом встретила Игоря… Этот был верным, но таким занудным, хоть вешайся. Все по полочкам, все точно, как в армии. Как я положила щетку не в тот стакан? Это же может сломать весь его мир! А уж носки возле кровати-и-и вообще признак ужасной хозяйки, которой до идеальной – его матери, какая неожиданность – как до Луны пешком и обратно. В общем, я его выгнала к этой самой матери.

Затем появился Юрка. Я решила — вот он, мой принц… Пока принц не оказался редкостным забулдыгой.

— Ла-адно! Не переживай! Все образуется! — Дашка помешала что-то в своей кастрюле и взяла нож, принявшись быстро шинковать зелень. Я всегда восхищалась тем, как она это делает. Это выглядело как нечто фантастическое из разряда суперспособностей. Сверкающее лезвие просто летало и резало травки идеально тонко и ровно. — В принципе, твой Юрка нас иногда веселил.

— Это когда проиграл в карты, сломал стол, разорвал колоду и вдобавок разбил стул об остатки стола? — скривилась я. — Да-а-а… Было дико весело. Обхохочешься. Прямо полная анимация. Цирковое представление Юрки и мальчики по вызову, когда к нам полиция нагрянула…

Дашка усмехнулась, вернулась к кастрюле, сбросила туда зелень с доски и принялась размешивать. Внезапно случилось то, чего обычно никогда не случается в момент приготовления ужина.

Из кастрюли вырвался вначале странный рык, будто там варили целого льва и тот высказывался на эту тему весьма недвусмысленно, затем дым, которым враз заволокло кухню и, наконец, смерч.

Опомниться не успели, как обнаружили себя в месте, которое походило на фантастическую кухню. Вокруг двигались и работали странные агрегаты с длинными трубами, какими-то кранами. Они, словно живые перемещались, наливали в разные емкости какие-то жидкости, вываливали куски мяса и овощей…

И всем этим «дирижировали» несколько человек, которые будто выпускали из рук тонкие струйки энергии или чего-то еще и с их помощью творили невероятное.

— Э-э-э… Где это мы? — сестра взмахнула ножом и люди вокруг нас попятились.

«Простите, вам не сюда!» — прозвучал в голове женский голос и в следующий миг очутились в другом помещении.

Огромная комната напоминала кабинет алхимика и чиновника одновременно. Каменные стены, высокие потолки, полки с такими странностями. Хоть фильм ужасов тут снимай. Там были склянки с глазами, которые пялились на нас в удивлении, щупальцами, и еще чем ни попадя.

Возле большого рабочего стола стоял высокий плечистый мужчина. Одет он был старомодно — в какой-то темный камзол поверх черной рубашки и брюк. Волосы у него были темные, а глаза — зеленые-зеленые.

Незнакомец обошел стол и собирался, кажется, двинуться навстречу, когда между нами образовалось нечто вроде песчаной бури.

Я среагировала сразу — подумала — неплохо бы ее обезвредить, расчленить, разрубить.

И тут случилось совсем уже фантастическое. Нож выскочил из руки Дашки и вонзился в бурю… Она отлетела к стене, песок превратился в дым, развеялся и мы увидели, что к каменной кладке пришпилен за шкирку крупный блондин, одетый так, словно шел сниматься в какую-нибудь Индиану. На нем была пестрая туристическая рубашка без рукавов, расстегнутая на груди, достойной красоваться в журналах, и плотные шорты с множеством карманов.

Блондин дернулся и ошарашенно покосился на брюнета.

Тот опять сделал пару шагов и… между нами вдруг появился еще один персонаж. Высокий, немного худощавый шатен, с лицом аристократа, одетый в голубой камзол поверх жилетки, рубашки и брюк. Причем в руке у шатена было нечто вроде пробирки с зеленой жидкостью.

От неожиданности или ужаса Дашка всплеснула руками, вскрикнула:

— Да что вы за нечисть? Изыдите!

Зеленая жидкость в момент вспенилась, выскочила из пробирки и начала заливать все помещение, словно ее там было больше, чем лавы в вулкане. Да так быстро, что я не успела вскрикнуть от удивления. Причем, та часть комнаты, где мы с сестрой встали, осталась нетронутой. А мужчины сначала размахивали руками, произнося что-то наподобие заклинаний, а затем пытались проявить чудеса паркура и вскарабкаться на стены, но в итоге очутились по грудь в пенистой жидкости, которая, видимо, резко застыла. Ибо незнакомцы дергались, поводили плечами, бешено моргали, но не могли сдвинуться с места. Я подошла к блондину, что висел на стене и словно куколка покрылся зеленым коконом, и потрогала пенистую субстанцию — тверда, как камень.

— ЛИСа! — строго произнес зеленоглазый брюнет, которого стихия застала возле стола. — Что это такое вообще?

— Это сестры — Маша и Даша. Повар и метеоролог. Они нам очень нужны! — послышался женский голос — тот самый, из моей головы. Даша, кажется, тоже его воспринимала.

Мужчина переключился на нас:

— Сестры?

Я кивнула, Даша поддакнула.

— Близнецы. Разнояйцевые, поэтому она — блондинка, а я — шатенка, — добавила я для окончательного понимания.

— Это прекрасно, — раздалось откуда-то со стены, — но надеюсь, это не новый преподаватель? А если преподаватель, то не на мой факультет?

Зеленоглазый, по-видимому, был главным в этом странном месте. Он окинул нас задумчивым взглядом и произнес:

— Я еще не решил. Но все может быть.

Мужчины, болтающиеся на стене, уставились на нас с таким видом, словно плыли они такие себе в море, наслаждались солнышком и теплой водой и тут их за ногу схватил мезозавр.

— Не надо! — фальцетом возразил брюнет и тотчас перешел на свой обычный бархатистый баритон: — И как нам вообще спуститься?

— Понятия не имею! — начальник пожал плечами. — Для меня это тоже совсем новая магия! ЛИСа, разберись.

***

Ректор Моррис

Две значит?

Не понятно радоваться этому или, наоборот, насторожиться.

Прошлые по одной приходили, и то дело прытко сдвинулось с мертвой точки, а с двумя, наверняка, пойдет еще быстрее.

Но не означает ли это, что времени у нас совсем мало? Что если ЛИСа, сама того не осознавая, подгоняет нас?

Появление двух новых пигалиц в своем кабинете я ждал во всеоружии.

Во-первых, я сразу выложил на стол два договора. А что время терять? Все равно согласятся стать членами нашей дружной команды по спасению мира. В этом я не сомневался.

В-вторых, лишний раз переспросил у ЛИСы, готовы ли комнаты.

Моя помощница, по-моему, прибывала в восторге от того, что в академии с каждым днем становилось все больше особей женского пола. Если раньше вечерами она откликалась по первому зову, то сейчас — не достучишься. Все у нее болтовня и секретики с «девочками».

Во-третьих, я приготовился к тому, что опять все пойдет шиворот навыворот. Каждая попаданка считала своим долгом то меня подпалить, то стреножить кого-нибудь из моих преподавателей — в общем, старалась нанести максимальный урон. Причем, непременно еще и психологический, наступив на болезненное самомнение мужчин-педагогов.

Оставалось только гадать, кто станет жертвой женской красоты в этот раз.

Благо томиться пришлось недолго. Сначала встрял Пайтон, потом Хант. После того, как Лиса отлепила их от стены, я мысленно пожелал им крепких нервов и счастья в личной жизни и выпроводил из кабинета — пусть ворчат и негодуют снаружи. Сейчас мне нужно понять, что к чему и куда двигаться дальше.

Если времени, и правда, оставалось мало, то зачем его тратить впустую?

К счастью, дамочки оказались весьма разумными. ЛИСа отбирала не пустышек, а дам с мозгами. За что ей отдельное, пламенное спасибо.

— Итак, вы повар? — обратился к блондинке.

— Не просто повар, — с изрядной долей самомнения ответила она, — а специалист по молекулярной кухне.

И видя, что я ни черта не понимаю, о чем речь, снисходительно пояснила про перегонку, желефикацию и использование низкотемпературных методов.

У нас такого отродясь не было. Суп — это суп, каша — всегда каша, и никакого мороженого из перепелок с икрой из горчицы.

Для чего ЛИСа ее притащила? Разве что…

— А, если мы вам дадим что-то несъедобное, но очень странное. Вы с этим разберетесь?

— Смотря что вы имеете ввиду под разберетесь.

Я понятия не имел, что имел ввиду. Все обычные анализы, доступные в нашем мире давно были проведены и не дали никаких значимых результатов. И я даже не брался предполагать, что может сделать необычный поваренок из другого мира, поэтому ответил стандартным преподавательским:

— А вот это я и хочу от вас услышать.

Пока одна озадаченно терла бровь, я переключился на вторую.

— Метеоролог, значит?

— Он самый.

— Дождик предсказывать умеете?

— И не только.

— Вот и проверим.

Насчет нее у меня сомнений не возникало.

— Вы, Мария, отправляетесь на факультет Боевой Разведки, а вы, Дарья, на факультет Боевого Зельеварения. На местах вас введут в курс дела, а пока можете заселиться в свои комнаты. ЛИСа проводи их, — я отдал распоряжение, но подумав, добавил, — Хотя…сначала заскочите в лазарет. Есть там один интересный персонаж, на которого надо бы взглянуть Марии. И Альмиру позовите, без нее тут никак.

— Я не врач, — настороженно произнесла она, — и ничего не понимаю в болезнях.

— Зато понимаете в тучах.

Обе дамочки выглядели крайне озадаченными, когда покидали мой кабинет.

Ничего. Разберутся. Они все быстро вникают в суть дела, тем более теперь, когда у них целая банда, под предводительством ЛИСы.

А все так безобидно начиналось. Одна Альмира. Кто же знал, что потом появится Бажена, а теперь и эти две.

Кстати, я стал замечать, что в последнее время Академия стала выглядеть гораздо лучше. Она будто стала выше, неровность корпусов начала сглаживаться, а повреждения, наносимые нашими студентами, исправлялись гораздо быстрее. Возможно дело было в том, что попаданки уничтожили уже две «кладки», блокирующие силу ЛИСы, а может в том, что у нее, наконец, появилась компания и темы для разговоров. Раньше-то ведь она только со мной общалась, и только по делу. А до этого с моим предшественником, а до — с предшественником моего предшественника и так далее. И я сомневаюсь, что кто-то из них относился к ней иначе, чем я.

ЛИСа всегда была помощником, безликим инструментом, который использовался исключительно по назначению, а начиная с Альмиры у нее появились друзья. Подружки, с которыми можно было поговорить не о работе, а о всяких глупостях, посплетничать, посмеяться. ЛИСа, оказывается, умела смеяться!

Может в этом весь смысл? Может, надо было относиться к ней внимательнее?

Додумать мне не дали. Магическая сфера на моем столе ожила, высветив физиономию Брюма. Глава отдела Магической Защиты при Императорском Дворе выглядел взволнованным и крайне недовольным. Прежнее выражение снисходительного спокойствия исчезло с его лица. Надо же, какая неожиданность.

Я усмехнулся и произнес:

— Добрый день, глава Брюм.

— Ректор Моррис, — он аж вспотел от волнения и промокнул высокий лоб белым платком, — приветствую. Как ваши дела? Как академия?

Надо же, поинтересовался делами и академией! Какой сюрприз, а всего-то и стоило написать подробный отчет и раппорт, минуя его отдел, напрямую в канцелярию Императора. А заодно приложить записи, сделанные менталистами. Теперь ни у кого не осталось сомнения, что за гибелью деревень стоят не вандалы, а те же твари, что и во времена прошлого прорыва.

— Академия — прекрасно. Студенты молодцы, преподаватели — лучше всех. Остальное вы знаете.

Он кашлянул и снова протер блестящий лоб.

— Очень раз за вас.

— Связались со мной, только чтобы выразить свою радость? Или вам уже накрутили хвосты после моего раппорта, — ходить вокруг да около не было смысла, поэтому я сразу перешел к делу.

— Ну что ж вы так… Сначала надо было поставить в известность меня, — произнес с мягким укором, все еще пытаясь прогнуть ситуацию в свою пользу. — Мы бы разобрались, посоветовали бы что-нибудь. Мы же партнеры.

Так дело не пойдет.

— Не вижу смысла в таком сотрудничестве, — холодно ответил на его претензию, — я десятки раз ставил вас в известность, но в ответ не получал ничего, кроме обезьяньих ужимок. В итоге, столько времени потеряно в пустую. А ваших советов уже было предостаточно. Как вы говорили? Сидите в своей дыре, вот и сидите дальше? Или: хватит заниматься глупостями? А может: успокойтесь уже и не отвлекайте нас от важных дел?

Я монотонно повторял его собственные слова. Те, которыми он отбивался, когда я пытался донести, что история повторяется и нас ждет второй прорыв.

— Да кто же знал…

— Действительно, кто же знал.

— О тех словах искренне жалею и спешу заверить, что такого больше не повторится. Примите мои искренние извинения.

Это как же его за жабры взяли, раз так в извинениях рассыпается? А, впрочем, неважно.

— У нас на руках разрешение, подписанное Императором. Поэтому в дальнейшем, прошу не задерживать расследование и не вставлять палки в колеса. В противном случае, я буду вынужден снова доложить.

Он сморщился так, словно кусок лимона в рот сунул, а потом выдавил из себя:

— Ректор Моррис, мы готовы оказать вам любую посильную помощь. Можете на нас рассчитывать.

— Непременно. А теперь простите, у меня дела, — сказал я и оборвал связь, — ЛИСа, что у нас на обед?

Со всеми этими изменениями аппетит разыгрался.

ГЛАВА 2

Попаданка Мария

— Девочки, ничего не бойтесь и не волнуйтесь! Я – с вами!

Пока в три «прыжка» добрались до лазарета, прошли эдакую дезинфекцию и стерилизацию, ЛИСа поставила нас в известность. Что самое потрясающее – ни у меня, ни у Дашки не возникло ни малейшего сомнения, что все это реальность. Мы и не думали щипать себя, пытаться проснуться. И в опасность всем мирам поверили сразу.

Возможно, все дело в том, что и я кое-что замечала по долгу службы. Эти странные погодные аномалии: жара весной, холод – летом, не вязавшиеся ни с каким потеплением. Черные облака, о которых иногда докладывали нам летчики...

Однако зачем нам идти в медпункт, я так и не улавливала. А ЛИСа загадочно обещала, что мы все сразу поймем. Хотелось верить, что она не ошиблась.

Обрабатывали нас для стерильности какими-то тонкими лучами, а затем еще внутри небольшой комнаты, где мы оказались, сгустился зеленый туман. Когда все развеялось, ЛИСа перекинула нас в некое подобие палаты.

В центре, будто покрытый пеной от пола до груди так, что даже ножек кровати было не видно, лежал бледный мужчина и прерывисто дышал.

Рядом с ним стояли две женщины: шатенка с длинной косой и пышной фигурой и более спортивно сложенная рыжая, с раскосыми «лисьими» глазами.

Одеты обе были в нечто вроде военной формы, перешитой «для девочек». Брючки в облипочку, декольте, все такое.

— Я, Альмира, а это – Бажена, – представила шатенку рыжая девушка и, без предупреждения надела мне на уши свой стетоскоп. Приложила руку к моей голове, словно транслировала информацию, а затем – конец прибора – к груди мужчины.

И меня прямо вынесло куда-то.

Я внезапно оказалась деревни. Причем, довольно красивенькой, живописной. Дома с черепичными крышами, добротные заборы и аккуратные огороды. Внезапно над нами разверзлись черные тучи и на землю полился черный же дождь...

Ого! Так вот о чем говорил ректор! Мол, я разбираюсь в том, что увижу. Нам рассказывали некоторые летчики о чем-то похожем в нашем же мире. Но тут все выглядело куда более масштабно и угрожающе. Словно начиналось все здесь, а у нас были лишь отголоски.

Я тряхнула головой после жуткого зрелища, когда людей буквально затаскивало в землю, в деревья, в стены домов.

Бррр... Я выдохнула и покосилась на Альмиру.

— Мы с вами пройдем к вашим жилищам, — произнесла она. — Пообщаемся. Чай любите?

— С сушеной малиной, – хором ответили мы с Дашей.

— Разнояйцевые близняшки? – догадалась Бажена.

Мы синхронно закивали. Внешне мы были не очень похожи.

Я унаследовала фигуру от мамы – тяжелые, округлые бедра и маленькую грудь с тонкой талией, плюс пышные каштановые волосы, которые я любила стричь коротко. У меня были большие глаза и пухлые губы. Сестра же, наоборот, походила на отца. Высокая, чуть более плечистая, чем требовалось женщине, блондинка с фигурой, что называется – яблоко. Невзирая на работу поварихой, поддерживала себя в форме и была стройной. Ей не нравились слишком крепкие ноги, но мне казалось, что они вполне себе нормальные.

Дашка любила стричься до плеч и во время работы делала хвостик. Светлые ресницы и брови подкрашивала, а глаза и так выглядели выразительно. У меня они имели темно-карий цвет, у сестры – выглядели гораздо светлее. Но блондинка с карими глазами – уже нечто экзотическое.

В следующие пару часов нам выдали форму, подогнали ее по фигуре при помощи магии так, что все прелести были на самом виду, и рассказали – кто есть кто в Академии.

Я попадала на факультет к магистру Пайтону – весельчаку, который не терпел официоз, поэтому и ходил на работу так, словно собрался на пляж. Даше достался в начальники – Хант, более серьезный и даже угрюмый. Зато куда более консервативный в одежде, да и вообще по натуре.

Спустя еще пару часов, мы уже болтали с ЛИСой и девушками, как с подружками и хохотали, обсуждая мужчин.

— Видели бы вы их лица, когда я появилась в новой форме. До этого женщины носили такую же одежду, что и мужчины, потому что женщин тут было – раз два, и обчелся и все студентки. А тут я...

— С паяльником в душе с Рейвом! – хохотала неуемная ЛИСА. — Вы бы видели эту картину! А как Бажена склеила Честеру руки и ноги и губы, чтобы не возмущался! Вот умора была! Но вы, девушки – просто огонь! Это ж надо всех в асфальт закатать!

— В асфальт? – удивилась Альмира.

— Ну да! В зеленую такую субстанцию, которая твердеет как камень. Мужики чуть с ума не сошли! Думаю, покорение Пайтона и Ханта вам обеспечено! Между Рейвом с Альмирой искрило, рядом с Баженой бедный Честер утратил дар речи, а вы... Вы их...

ЛИСа явно искала какую-то аналогию, когда вдруг встрепенулась.

— Девушки? Что-то мне там не так...

— Опять? – Бажена и Аля словно поняли – о чем речь.

— Что-то рано, новенькие еще не освоились.

— Ваша магия помогает мне разблокировать ресурсы, — поделилась ЛИСа. — Идем!

Мы очутились в заброшенном крыле Академии. Вокруг была паутина, пыль покрывала все толстым ковром.

Аля чихнула, Бажена выпустила из рук зеленые лучики.

— Для дезинфекции, мало ли...

— А это что? – я ткнула пальцем в окно – оно выглядело неприятно. Словно поросло плесенью, причем такой мерзкой, коричневой с зелеными точками, а еще эта плесень шевелилась.

— А вот это уже что-то новенькое, — удивилась Аля. – Были же камни...

Плесень начала расползаться, закрывая окно и двигаясь на другое.

Аля выбросила руки в привычном жесте. Плазма ударила в субстанцию, но она даже не изменилась. Наоборот – начала быстрее закрывать свет на втором окне.

Бажена прикрыла глаза, выбросила вперед руки – и субстанция будто оказалась окружена зеленоватым свечением. Это немного ее приостановило. Но зелено-коричневая гадость принялась изворачиваться, как мириады червей и продолжать двигаться. Хотя медленней.

— Нужна ваша помощь! – позвала Аля.

— Да, девушки, давайте! – попросила Бажена.

— Помогите! – добавила ЛИСа.

Я понятия не имела – чего от меня вообще добиваются. Дашка тоже выглядела растерянной. Тем временем, коричнево-зеленая мерзость, словно сотни червей начала выползать из-под купола магии Бажены, игнорируя плазму Альмиры.

— Похоже на туман. А туман можно рассеять.

Я подумала вслух?

Внезапно ложка, которая осталась в руках Дашки после нашего чаепития, начала вращаться и образовалось нечто вроде воронки. Не знаю как – но я мысленно направила ее на гадость – и та... Вся ушла в воронку мгновенно.

— Сейчас все начнет обрушаться? – испуганно произнесла Альмира.

— Может позвать Честера? – предложила Бажена.

Однако вместо обрушений, вдруг из окон полился яркий дневной свет, заполнил все помещение и прошелся по нему радужными бликами. Паутина словно бы испарилась. И ЛИСа вскрикнула.

— Я вспомнила! Держи, Маша!

И мне в руки полетело нечто сродни карте. По ней двигались облака, текли реки и деревья высились, как в режиме 3Д.

— Эта карта тут была спрятана. Она должна показывать – где черные тучи появятся снова.

И вот, когда мы подумали, что все кончилось, вдруг потолки начали расти ввысь, а корпус словно подниматься, как башня и раскладываться подобно зонтику.

— Это же старая смотровая башня! – обрадовалась ЛИСа. – Легенда гласит, что с нее можно при помощи карты наблюдать черные тучи и понимать – где они появились!

Мы видели, как за окнами мелькают кроны деревьев, заканчиваются и начинаются облака. Похоже, башня была очень высокая.

ГЛАВА 3

Декан Пайтон

— Чем они там занимаются?

— Я откуда знаю? Ты у нас разведчик, вот и выясняй! — огрызнулся Хант.

Настроение у него было такое себе, впрочем, как и всегда. Хотя нет, сегодня особенно, потому что на его факультете появилась попаданка. Впрочем, как и на моем.

Это, конечно, не повод предаваться унынию, но некоторый напряг в организме все-таки образовался.

Что с ними делать-то? С попаданками этими? Ну там кормить, поить – это понятно, с этим Лиса и без нас разберется. А вот дальше-то что? Хоть иди к Рейву или Честеру за консультацией. Они-то со своим как-то разобрались, довольны и счастливы. У обоих морды, как у котов, обожравшихся сметаны.

У меня наоборот изжога на подходе. Чем еще объяснить, что я, как дурак, прячусь за кадкой с полузасохшим цветком и выглядываю из-за угла, пытаясь незаметно просканировать коридор, ведущий к женским комнатам.

Комнатам, е-мое! Когда появилась Альмира, мы все хором утверждали, что долго она у нас не продержится. Что академия – это место не для слабых, и уж точно не для женщин. И что в итоге? В итоге их уже четверо! Четыре девицы, пытающиеся разворошить наш закостенелый мужской уголок.

Нет польза, конечно, была, что уж тут лукавить. Много пользы.

Если не брать во внимание главное – угрозу потенциального вторжения в наш мир, то даже в пределах академии их появление многое изменило.

Альмира, как самая первая и опытная, уже во всю орудовала на факультете. Рейв пустил ее и в учебные планы, и в обновление лабораторий. Ей удалось существенно повысить посещаемость занятий, превратив лекции и практику в увлекательные мероприятия – они то сущностей там делали, то мастерили фантомные агрегаты, то учились материализовать скрытые потоки. Громко, ярко, красиво – не удивительно, что студенты чуть ли не бились за возможность занять первые парты. А ее волшебный паяльник и вовсе творил чудеса, где надо починит, где не надо – доломает.

Бажена плотно обосновалась на медицинском факультете и в лазарете. У нее прямо глаза загорались, когда приносили очередного бедолагу, пострадавшего во время занятий или по причине собственно дури. А ее стетоскопа, кажется, побаивался сам ректор, потому что стоило ей приложить его к чьей-то головушке, и все тайные мысли мигом переставали быть тайными. Так себе удовольствие.

А теперь вот эти две. И что от них ждать – непонятно.

Именно по этой причине Хант стоял позади меня и бубнил мне в затылок:

— Забери их обеих к себе.

— Мне и одной хватит.

— Может отдать Уоррику.

— Попробуй, он тебе такое устроит…

Уоррик возмущался громче всех, когда выяснилось, что женский состав нашего коллектива увеличился еще на две единицы. А когда добрый Честер пошутил, что не стоит так явно завидовать, он вообще чуть не взорвался и принялся ментально громить кабинет, в котором нас собрали.

Может, и правда, завидовал?

— Лиса, а ты не могла вместо них притащить четверых мужиков? — громогласно возмущался он.

На его убогие претензии Дух академии ожидаемо не ответил. Лиса разговаривала только с ректором, ну и с девочками…потому, что они девочки.

И вот теперь нам предстояло выяснить, чем эти девочки занимаются, какую пакость замыслили. Заперлись в одной из комнат и просто чаи гоняли? До нас доносились их размытые голоса и смех, но отдельных слов не разобрать, и от этого казалось, что смеются они исключительно над нами — над тем, как закатали нас в зеленое месиво и на стене подвесили.

Я даже невольно воротничок рубашки потянул, потому, что дышать было сложно. А Хант позади и вовсе смущенно кашлянул.

— Не слышно ничего. Надо подойти поближе.

Ну мы и пошли. Дураки. Забыли, что все проблемы в этом мире от женщин.

Только подкрались к заветным дверям, как нас тряхануло, подкинуло и вышвырнуло в какое-то незнакомое помещение. У Лисы вообще полно таких закутков, в которые никто и никогда носа не совал. Кажется, это был один из них. Небольшой три на три, сумрачный, без окон, но с двумя дверями, чьи контуры мягко вырисовывались на темных стенах.

— Ну-ка слезь! — пробубнил сдавленный голос откуда-то из-под задницы.

Оказывается, я при перемещении оказался верхом на Ханте.

То-то мягонько так…

Друг спихнул меня с себя и, отплевываясь от пыли, поднялся на ноги.

— Что за дыра?

— Понятия не имею.

Тут из-за левой двери донеслись взволнованные женские голоса. Девушки кричали, ругались, что-то трещало и шкворчало, как картошка на сковородке.

— Надо спасать, — угрюмо сказал Хант.

— Надо.

Мы ринулись к двери, но она оказалась заперта, вдобавок из-под нее сначала повалили языки пламени, потом зеленые искры, а следом загудел самый настоящий вихрь.

А потом что-то рвануло.

А потом снова затрясло.

А еще спустя пару мгновений, я обнаружил себя придавленным к полу. Рядом так же размазало Ханта. Было ощущение словно мы стремительно летим ввысь.

Когда «полет» оборвался, меня снова подкинуло. Хорошо, что поел давно, а то бы пришлось распрощаться с содержимым желудка.

— Что вообще происходит?! — возмутился Хант и, поднявшись с пола, снова дернул ручку двери, — Эй вы там! А, ну, выпустите нас отсюда! Немедленно!

В ответ тишина. Кажется, девочки набедокурили и тихонько свалили с места преступления.

— Нахалки! Мерзавки! Всех выгнать! Всех до единой!

Я тем временем подошел к двери напротив и взялся за ручку. Она легко поддалась и с едва различимым скрипом опустилась.

— Тут открыто, — широким жестом я открыл дверь от себя, и чуть не вывалился в пропасть, — Мать твою!

Передо мной была пустота и высота. Мимо неспешно плыло облако, а где-то далеко-далеко внизу распласталось бесформенное тело академии.

— Что там? — Хант ринулся посмотреть и, не подозревая об опасности, задел меня плечом.

Ну я и вывалился, в последний момент успев ухватиться и второй рукой за ручку. Повис так высоко над землей, что, если сорвусь, лететь придется долго и размажет очень качественно.

На мой истошный вопль заливистым смехом ответила чайка, пролетавшая мимо.

— Пайтон! Держись! — Хант перепугался.

Он попытался подтянуть дверь ближе к себе, но под моим весом она провисла на петлях и не поддавалась. Попытался ухватить меня за одежду, но чуть не вывалился сам.

Я же болтался, как куль с мукой и с ужасом чувствовал, как скользят потные ладони по ржавым ручкам.

Еще чуть-чуть, еще пара секунд и хана…

В этот момент раздался звук перекатывающихся валунов, треск, щелканье и прямо из стены, на несколько метров ниже меня, начал выдвигаться балкончик. Кирпич за кирпичом выстраивался в ровную полукруглую площадку, которая затем начала подниматься и в конце сама подставилась мне под ноги.

С диким облегчением я разжал руки и встал, но тут же покачнулся от порыва ветра. Ограждений у площадки не было, видать Лиса посчитала, что и так сойдет, поэтому я поспешил обратно внутрь башни. Хант тянул меня за одежду, помогая поскорее забраться.

— Все! Порядок! Цел?

— Цел, — пробубнил я, распластавшись на полу, — изрядно потрепан, но не побежден. Только, кажется, поседел.

Тут щелкнул замок той двери, что была изначально заперта. Она распахнулась и на пороге мы увидели настороженных девочек.

— Я же говорила, что кто-то орет, — хмыкнула Альмира, — а вы все: вороны, да вороны…

— Это не вороны. Это дятлы.

И не поспоришь ведь.