Повелитель зомби. Инициализация. Книга 1

Глава 1

10… 25… 37… 52… 74… 89… 97… 98… 99… 100%

Проснувшись, я подскочил на кровати. Сердце колотилось как бешеное, будто я только что пробежал марафон. Перед глазами всё ещё стояли вспышки, шкала загрузки и странный голос, отсчитывающий проценты. Сон был слишком реалистичным и подробным.

– Ну всё… – пробормотал я, ощупывая себя. – Доигрался.

Я быстро осмотрел себя, проверяя, не выросли ли у меня случайно рога, хвост или ещё какая-нибудь особенность, но ничего не было. Точнее, было, но оно всегда шло в комплекте с этим телом: руки, ноги, голова. Да и в принципе это было обычное утро человека, которому опять приснился эпичный сон из-за того, что он играл полночи, но на всякий случай проверить ещё стоило.

– Меню… – сказал я, но ничего не произошло, что было ожидаемо.

– Статус?

Тоже была тишина.

– Инвентарь?

Перед глазами не было даже намёка на окно интерфейса. Я закатил глаза и откинулся обратно на подушку.

– Отлично! Просто великолепно!!! Знал же, что, когда уже лёг, нельзя было брать в руки телефон с фразой: "Сейчас только одну главу прочитаю и спать", особенно когда через пару часов вставать. Как вообще можно постоянно попадаться на одно и то же, а потом с утра обещать себе, что это было в последний раз, и вечером снова по новой?

Именно в этот момент с улицы раздался крик. Только не из разряда "опять заняли парковку". Это был крик, больше похожий на предсмертный. Я замер, прислушиваясь. Потом прозвучал ещё один и ещё.

Я подошёл к окну и выглянул из-за шторы, не поверив своим глазам. Во дворе одни люди валили других на землю и рвали их зубами на части. Кровь разливалась по асфальту красным полотном, слишком реальным для сна.

– Такого не может быть… – сказал я и протёр глаза, но это не помогло. Я ущипнул себя. Было больно, значит, не сон.

Во дворе мужчина в деловом костюме, ещё недавно выглядевший вполне прилично, вцепился зубами в шею женщине. Она кричала, дёргалась, а потом затихла.

Всё это вообще не укладывалось у меня в голове. Я стоял у окна, надеясь, что сейчас из-за угла выйдет режиссёр и скажет:

– Снято! Всем спасибо!

Но вместо режиссёра появился парень лет двадцати пяти в спортивной куртке. Он подбежал к машине, открыл багажник и вытащил оттуда биту.

– Ну хоть кто-то соображает… – прошептал я.

К нему уже ковылял тот самый мужик в костюме. Парень не стал геройствовать. Он размахнулся и опустил биту прямо тому на голову, череп треснул, словно арбуз. Сзади к нему уже подходила женщина. Он оглянулся, заметив её в последний момент и с разворота красиво выписал удар, но в голову не попал, и она просто рухнула.

– Молодец… – пробормотал я. – А теперь беги. Беги, дурак, беги!

Он словно услышал мои мысли и рванул в ближайшую парадную, возможно, даже в свою, перепрыгивая через лежащие тела. Сначала казалось, что он успеет, но из подъезда вывалились сразу двое зомби. С парковки двигались ещё пятеро. Слева – один.

Парень метнулся влево, попытался проскочить, но зомби вцепился ему в руку. Он ударил его локтем, пытаясь вырваться, но лишь упал.

– Нет… вставай! – сорвалось с моих губ.

Он попытался подняться, но на него уже навалились подоспевшие остальные. Парень закричал, словно его резали, и это было недалеко от правды. Я не отрывал взгляда, пока его тело полностью не скрылось под дёргающейся массой.

Это точно был зомби-апокалипсис. Если, конечно, вообще можно было дать нормальное определение тому, что творилось во дворе. Странно ведущие себя ребята пожирали тех, кого убили. Значит, сомнений почти не оставалось – это были зомби. Самые что ни на есть настоящие, только без кинематографичной музыки на фоне.

Это означало, что загрузка мне не показалась. Она была реальной. Я отступил от окна и снова попытался сосредоточиться, стараясь найти хоть какие-нибудь уведомления или подсказки. Загрузка была, значит, и они должны были быть. Хотя бы минимальное "Добро пожаловать в новую реальность" или стрелочки, куда надо бежать, но ничего не было. Ужасти другого слова было не подобрать.

Я подпрыгнул пару раз, но ничего необычного не почувствовал. Потом сжал кулаки и несколько раз ударил воздух.

– Ну дай хоть что-нибудь? – пробормотал я.

Но ничего не произошло: ни прилива энергии, ни странного покалывания, ни надписи "Вы получили навык: Выживание". Я был всё тот же обычный человек. Вот только мир перестал быть обычным, и всё происходящее в нём было непонятным, но, если честно… в какой-то извращённой форме это было даже интересно. Правда, только если бы это была игра и смерть означала лишь "Начать с последней точки сохранения".

Я осмотрел свою комнату. Это была обычная однушка в многоэтажном доме. Небольшая, но вполне удобная квартира, в которой я прожил уже несколько лет. Стиль здесь можно было назвать минималистичным. Хотя, если честно, правильнее было бы сказать – стиль одинокого молодого парня.

– Радует одно… – сказал я себе под нос. – С такими событиями в мире ипотеку теперь точно не придётся платить полжизни.

Теперь нужно было провести ещё парочку экспериментов. Я взял со стола первое, что попалось под руку – настольную лампу, но никакой всплывающей строки "Импровизированное оружие. Урон: 2-4" не появилось. Я взял другие вещи, но ничего не было: ни описания, ни редкости, ни характеристик. Система либо издевалась, либо решила, что я недостоин даже базового интерфейса.

Именно в этот момент зазвонил телефон. Я вздрогнул так, будто кто-то выстрелил рядом. На экране высветилось: "Мама". Она с батей вчера уехала помогать дяде с юбилеем в деревне, а я должен был сегодня выехать к ним, чтобы завтра как раз на него успеть.

Я провёл пальцем по экрану и ответил.

– Алло?

– Сынок, ты как? – голос мамы был спокойным. Даже слишком. Будто не конец света, а просто обычное утро.

– Я… нормально, а у вас что происходит?

На том конце линии образовалась короткая пауза.

– Всё хорошо, не волнуйся. Со мной всё в порядке. С папой тоже.

– А остальные?

– Не все… – её голос стал чуть тише. – Некоторые… стали агрессивными. Мы их закрыли в комнатах. Всё под контролем.

Всё под контролем. Какие странные слова в такой ситуации. Я подошёл к окну и снова выглянул. Во дворе продолжался самый настоящий апокалипсис, но было какое-то странное ощущение. Будто сама ситуация воспринималась как… норма.

Это не значило, что я не боялся смерти. Я боялся её вполне честно и искренне. Судя по тем, кто кричал внизу, они тоже, но в этом страхе не было истерики вселенского масштаба. Не было ощущения "мир сошёл с ума". Скорее – "мир обновился". Возможно, так действовала система или что-то ещё, пришедшее в наш мир.

Возможно, этим объяснялся и спокойный голос мамы. Когда я спросил её про загрузку, она ответила сразу.

– Да, было что-то такое. У нас тоже появлялась шкала. Только медленно шла и зависала несколько раз.

Я на секунду прикрыл глаза. Значит, это не индивидуальный глюк. Это было глобально.

– Мам, слушай внимательно. Если снова что-то появится – читайте всё. Любые надписи. Ничего не игнорируйте.

– Хорошо, – ответила она.

– Я доберусь до вас, как только смогу. Обещаю!

– Не делай глупых поступков и береги себя. Мы тут справимся.

Я кивнул, хотя она этого не видела.

– Люблю тебя.

– И я тебя, сынок.

Я ещё некоторое время стоял с телефоном в руке, переваривая информацию и прикидывая маршрут в голове. Родители были в сельской местности, а значит, там должно быть меньше людей и меньше зомбаков. По идее, там должно быть безопаснее, но между мной и ними была долгая дорога, зомби и ещё непонятно какие угрозы.

– Отлично… – пробормотал я. – Квест "Доберись до родителей". Сложность: адская.

Я просидел у окна несколько часов, просто наблюдая. Один из мертвецов методично пробовал вырвать дверцу машины, внутри которой кто-то ещё был жив, а другие, не видя целей, просто слонялись без дела. Если уж мир решил превратиться в полигон выживания, значит, нужно было хотя бы понять его механику.

Первое, что стало очевидно – слух у зомби работал отлично, правда, на ограниченном расстоянии. Зато со зрением всё было странно. Я видел, как один мужчина выбежал из подъезда и спрятался за углом дома, в кустах. Двое мертвецов прошли в нескольких метрах от него. Покрутили головами и… пошли дальше. Он не двигался, и они его будто не видели.

Правда, была одна важная деталь. Чтобы они перестали на тебя реагировать, нужно было именно пропасть из их поля зрения. Просто замереть было недостаточно. Если заражённый уже тебя заметил, то просто остановиться уже не спасало.

Обоняние? Судя по всему, оно отсутствовало.

К середине дня людей во дворе стало заметно меньше. Они либо успели уйти, либо спрятались, либо… Я не стал продолжать мысль. Оставшиеся двигались короткими перебежками от укрытия к укрытию, чтобы их не заметили наши новые "друзья".

Драться старались только в крайнем случае. Иногда находились смельчаки. Один мужчина с монтировкой попытался расчистить путь к машине. Первого уложил сразу. Второго – с третьего удара, но следующий успел схватить его. Через секунду на нём висели уже двое, и всё закончилось.

Силовое противостояние было плохой идеей. Поодиночке они не выглядели чем-то опасным: медленные и тупые, но стоило им появиться вдвоём, как уже начинались проблемы. Трое – уже выглядело как самоубийство.

Ещё одно правило стало очевидным: бить нужно было только в голову. Всех, кого били по корпусу, рукам или ногам, это не останавливало – они продолжали двигаться. Да, это их замедляло, они падали, но снова поднимались и только разрушение головы заканчивалось для них фатально.

Вроде бы информация, которую знали все: зомби медленные, тупые, идут на шум, убиваются выстрелом в голову, но их в принципе не должно было быть. Была ещё одна деталь. Я специально всматривался в лица выживших. Большинство из них были подростками или людьми среднего возраста.

Зато среди зомби – наоборот. Я вспомнил слова мамы. Это отлично складывалось с тем, что она рассказала. У них загрузка шла медленно и зависала. Совпадение? Не думаю. Вывод напрашивался сам собой: инициализацию системы проще было пройти молодым и сильным.

Я снова взял телефон и набрал первый номер – длинные гудки. Второй – сброс. Третий – абонент вне зоны действия сети.

– Ну конечно… – пробормотал я.

Четвёртый ответил.

– Алло?! – его голос был на грани истерики. – Ты это видишь?!

– Видел что? Загрузку? – уточнил я.

– Какую ещё загрузку?! Тут люди друг друга жрут!

– Ты сейчас где?

– В машине! Пытаюсь выехать из города! Тут пробки, аварии, какие-то психи по дорогам бегают!

– Слушай, – быстро сказал я. – Если они тебя заметят, не двигайся резко. Прячься из поля зрения и бей только в голову.

– Ты что несё…

Связь оборвалась. Я покрутил телефон в руках и набрал следующего.

– Да, видел, – ответил тот. – Проценты дошли до ста и потом исчезли.

– И?

– И всё. Потом началось.

– Ты в порядке?

– Пока да. Сижу дома и думаю, стоит рискнуть выбраться из города или нет.

Вот это уже было ближе к моей картине. Я пролистал контакты дальше. Большинство не отвечали.

Выбраться из города – план был хороший, но "выйти и свалить" звучало красиво только в теории. Машину я водить не умел. Да и дороги уже начинали превращаться в свалку из брошенных авто и аварий. Даже если бы я сел за руль – вряд ли бы далеко уехал.

А пешком? Пешком без плана – это был не побег. Это была доставка себя на обед.

Отойдя от окна, я подошёл к входной двери и заглянул в глазок. На площадке стояла баба Нина. Вредная старуха, которая знала расписание всех жильцов лучше, чем они сами. Следила, кто во сколько приходит, кто с кем живёт, кто мусор не так вынес. Сейчас она стояла посреди площадки, в старом халате и с растрёпанными волосами.

Я осторожно повернул замок на один оборот. Щелчок прозвучал слишком громко. Я снова посмотрел в глазок.

Бабуля уже стояла прямо у моей двери. Её лицо оказалось в нескольких сантиметрах от глазка. Глаза были мутные, зрачки расширены, а рот приоткрыт. Она уже была явно не "с нами".

Я чередовал наблюдение из окна с проверкой площадки. Как будто сдавал лабораторную по поведению хищника в естественной среде. Баба Нина стояла на своём месте ещё пару часов. Почти не двигалась и просто пялилась на мою дверь.

Потом, наконец, отвернулась и вернулась на своё прежнее место. Я снова провернул замок, и раздался щелчок. Секунда – и бабуля снова стояла у моей квартиры. Теперь дверь держалась только на задвижке.

Эксперимент подтвердился – слух отличный. Реакция на конкретный источник звука мгновенная, но ломиться внутрь она не пыталась, так как не видела своей цели.

К вечеру выстрелы на улицах стихли. Сначала они гремели часто, потом реже, а следом наступила полная тишина. Это могло означать одно из двух: либо сопротивление закончилось, либо власти сменили тактику.

Я снова подошёл к двери. Бабка стояла спиной, и это был шанс. Если всё, что я наблюдал, верно, то они реагируют на звук и фиксируют движение в поле зрения. Если я тихо выйду, пока она смотрит в другую сторону, это будет вполне безопасно. Насколько это вообще возможно.

Я осмотрел квартиру, пытаясь понять, что из этого хлама можно честно назвать оружием. Выбор был не то чтобы богатый. Кухонный нож, что было логично, и табуретка – старая, из тех, что переживают ремонт, переезд и падение с балкона. Я всегда считал её практически бессмертной.

– Легендарный предмет: "Табурет дедовский. Прочность: бесконечная", – пробормотал я.

Выбор пал именно на неё, и я подошёл к двери. Баба Нина стояла спиной, всё так же неподвижно. Я аккуратно отодвинул задвижку. Дверь, к счастью, открывалась бесшумно – петли я смазывал пару месяцев назад. Вот уж не думал, что когда-нибудь это спасёт мне жизнь.

Я приоткрыл её, но никакой реакции от бабули не последовало. Сердце колотилось так, будто сейчас выскочит из груди и само побежит вниз по лестнице. Я сделал шаг, потом второй и, подкравшись почти вплотную, шандарахнул. Табуретка встретилась с её головой. Правда, результат оказался… разочаровывающим. Не было никакого эффекта "критического удара". Только то, что она начала поворачиваться.

– Да ты издеваешься… – это всё, что я смог сказать в тот момент.

Её мутные глаза уставились прямо на меня, и я принял единственно верное решение: швырнул в неё табуретку, чтобы замедлить, и рванул обратно в квартиру, захлопнув дверь. Сначала в дело пошла задвижка, потом замок. Через секунду она начала барабанить в дверь.

Я прислонился к стене, тяжело дыша, и сказал сам себе:

– Всё… эксперимент завершён. Табуретка – не имба.

Бабуля ломилась в дверь ещё минут тридцать. Потом всё стихло. Полученная информация оказалась полезной. Подтвердилось то, что зомби ломились только если видели исчезнувшую цель, и то, что даже ударом в голову их было нелегко убить.

К ночи снова прогремели выстрелы. Может, армия, а может, кто-то из выживших, но я уже лежал на диване, пытаясь уснуть. Как ни странно, свет работал, и вода тоже. Город ещё не умер окончательно, но я понимал – это временно.

Электричество не бесконечно. Водонасосы без людей не работают. Системы не обслуживаются сами. Всё это скоро закончится. Вопрос только когда: через день, через неделю или через пару часов. Я смотрел в потолок, пока не уснул.

Проснулся я от звонка. На экране телефона высветилось: "Мама".

– Ты как? – спросила она.

– Нормально. Живой.

– У нас тоже всё неплохо и безопасно. За забором ходят новые старые соседи.

Я невольно улыбнулся. Соседи – отличное слово для зомби. Я вспомнил, что была целая серия фильмов про дружелюбного соседа, который всем помогал. Интересно, каким бы он был сейчас?

– Много? – уточнил я.

– Хватает, но во двор не лезут, и то хорошо. Да и мы стараемся не шуметь.

– Я пока остаюсь дома, но, как только будет шанс, сразу к вам.

– Не рискуй без хорошего плана, сынок.

После разговора я сидел на кровати, слушая тишину квартиры и редкие крики за окном. Потом пошёл на кухню и приготовил завтрак. Странно было жарить яйца, когда за окном апокалипсис. Ещё страннее – завтракать, глядя на двор, где бродят зомби и на асфальте до сих пор лежат остатки их вчерашнего "ужина".

Снова посмотрев в окно, я замер. Парень, которого вчера укусили, был жив. Я отлично помнил тот момент. Его схватили за руку, но он вырвался. Правда, один из зомби всё-таки успел вцепиться ему в предплечье.

Я уже мысленно поставил на нём крест и был уверен, что всё. Ещё один будущий "сосед". Но сейчас он перебежал через двор, и это были осмысленные движения. Значит, он был человеком.

Я нахмурился. Либо здесь от укуса не превращаются, либо превращение происходит не сразу. Получается, что укус – это не автоматический приговор.

Позавтракав, я включил телевизор. Переключал каналы один за другим. Везде – "срочные новости", но в записи и с одними и теми же кадрами. Диктор с натянутым спокойствием говорил о чрезвычайной ситуации, рекомендовал оставаться дома и ждать новых указаний.

Я выключил телевизор и полез в интернет. Там царил хаос. Форумы, соцсети, чаты – всё кипело. Паника, теории заговора, видео с балконов. Один орал про вирус. Второй – про вторжение. Третий уже обвинял правительство и рептилоидов.

Среди всего этого мусора начало вырисовываться кое-что интересное. Во многих сообщениях повторялось, что если убивать зомби – повышается уровень.

Впервые эта информация всплыла якобы от военных, но затем начали появляться подтверждения от обычных людей. Один писал, что после убийства зомби получил уведомление о повышении уровня. Другой утверждал, что после первого уровня появилось полноценное меню с характеристиками.

Одни говорили, что добавили очко в силу, и удары стали мощнее. Другие вкладывали в интеллект и утверждали, что мышление стало чётче, реакция быстрее, концентрация выше. А третьи кричали, что это коллективное помешательство.

Всё это складывалось в слишком логичную схему. Сначала – инициализация. Отсев большей части населения. Кто не выдержал – стал частью новой экосистемы, а кто выдержал – остался человеком.

Дальше начинался второй этап. Получить систему можно было только через риск в сражении с зомби. Где ты должен был доказать, что достоин. Может, это вообще был не последний уровень отбора. Была ещё одна деталь, которая всплывала в сообщениях всё чаще. Когда ты убивал зомби в первый раз – тебе выпадала какая-то полезная вещь.

Я решил больше не гадать и проверить всё самому. Подошёл к двери и заглянул в глазок. Бабы Нины на площадке не было. Я вернулся на кухню и посмотрел на свой арсенал. Оставался нож. Если им бить в голову, то шанс был.

Открыв дверь, я прислушался. Никто не рванул ко мне. Значит, слух у них не сверхъестественный и имел ограниченный радиус.

Сначала я заглянул на этаж выше, потом ниже, но свою клиентку так и не нашёл. Подъезд был пугающе тихим. Я спустился ещё на пролёт, потом ещё на один и наконец увидел её.

Бабуля стояла и смотрела в сторону лестницы, так что, если бы я начал спускаться напрямую, она бы точно меня заметила. К этому я заранее подготовился и ещё в квартире сунул в карман старый теннисный мячик, который валялся в ящике со всякой ерундой.

Выглянув, я бросил его ей за спину, по дуге. Тот после приземления пару раз подпрыгнул и покатился. Бабуля мгновенно развернулась и пошла в сторону звука.

Я начал спускаться, стараясь не издавать шума и пользуясь тем, что она потеряла меня из поля зрения. Сердце колотилось так, что казалось, его слышно на весь подъезд, но она его не слышала, и я подобрался к ней почти вплотную.

Не дав себе времени на сомнения, я вогнал нож ей в черепушку. Зомби-бабушка дёрнулась, попытавшись повернуться, но я уже навалился, вдавливая клинок до упора, и она завалилась на пол. Я отступил назад, не отрывая взгляда. Следом случилось две вещи.

Хорошая – баба Нина упала и больше не шевелилась. Плохая – я перевёл взгляд правее и увидел ещё одного зомби. Он поднимался по лестнице на звук. Сначала медленно, потом, заметив меня, заметно ускорился. Видимо, моя тушка добавила ему энтузиазма.

Я не стал геройствовать. Развернулся и рванул обратно вверх. На своём этаже я схватил табуретку, которая лежала там со вчера, и нырнул в квартиру. Ударов в дверь не последовало. Я замер, прислушиваясь. Была тишина.

Через глазок я увидел, что зомби даже не поднялся на мой этаж. Потеряв меня из поля зрения, он, видимо, переключился в свой стандартный режим – смотреть в одну точку и медленно слоняться по округе.

– Ладно… – пробормотал я. – Один-ноль в мою пользу.

Я сосредоточился, но никаких вспышек, уведомлений о получении опыта или надписей не было. Я нахмурился и решил снова залезть на форумы.

Там информация постепенно начала сходиться в одном моменте – не одно убийство, а десять. И только после этого появлялось первое уведомление и открывалась система, но версии опять разнились. Один писал про пять. Другой – про семь. Третий клялся, что получил уровень с первого раза, но одно становилось ясно. Возможно, первое убийство даёт награду, а система открывается после определённого порога. Так происходил второй отбор.

Выйдя на балкон проветриться, я сам зацепился взглядом за зимнюю резину. Друг попросил сохранить её на пару дней, но это уже растянулось на несколько месяцев. Он всё собирался зайти забрать, но то работа, то дела, то "завтра точно".

Я уже тогда подумал, что, когда она ему понадобится и он будет меня искать, я тоже буду вечно "занят". Теперь мне стало ясно, что она мне пригодится. Такую зубами не прокусишь, а если и прокусишь, то точно не с первого раза.

На кухне я взял второй нож. Их было всего два. Один нормальный, оставшийся в зомби, второй – тупой настолько, что им и хлеб отрезать было тяжело. А теперь этим чудом мне предстояло пилить автомобильную резину.

Я упёр покрышку в стену и начал работать. Лезвие с трудом входило в неё, и приходилось давить всем весом. Через десять минут ладони уже горели. Через двадцать пот стекал по спине. Через полчаса я начал материться, потому что прогресс был медленный и издевательский. Пару раз нож соскальзывал, и я резал себе пальцы.

Настругав всё-таки нужные куски, я тщательно примотал их скотчем к одежде на все места, что могли попасть под зубы. Скотч наматывал в десять слоёв, чтобы ничего не болталось. Когда закончил, проверил своё изобретение: согнул руки, присел, сделал пару шагов. Тяжеловато, но двигаться было можно.

Покрутившись перед зеркалом, я остался доволен. Выглядел странно, как персонаж из бюджетного постапокалиптического сериала, но это уже не имело значения. Главной была защита моей тушки. Если зомби вцепится, пусть лучше ломает зубы об резину, чем оторвёт кусочек меня любимого.

Теперь оставалось два дела: наказать того наглеца, который за мной погнался, и забрать выпавшую вещь, если форумы не врали. Я взял табуретку и осторожно вышел в подъезд.

Баба Нина была там же, где я её оставил, и нож всё ещё торчал в голове. Тело не растворилось, как писали некоторые, а просто лежало. Её друга, который погнался за мной, не было видно. Я осмотрел площадку, затем пролёт ниже – там тоже было пусто.

Я перевернул её тело, и под ним лежал свиток. Я поднял его и развернул. Это был "Свиток призыва зомби".

– Прекрасно… – пробормотал я. – То есть я теперь доморощенный некромант?

Подробностей не было. Только название и ощущение, что свиток активируется при использовании. Как именно – не уточнялось. Я сунул его в карман, выдернул нож из головы бабули и вернулся в квартиру.

Там я развернул свиток, внимательно изучая его. Инструкций не было, но интуитивно я понял, что нужен труп.

– Ладно… эксперимент номер два.

Я снова вышел в подъезд и потащил зомби-бабусю к себе. Вблизи она действительно казалась небольшой, но тащить её было ой как нелегко.

– Надо качать силу… – пробормотал я, волоча её на свой этаж.

Когда наконец затащил тело в квартиру и закрыл дверь, я сел на пол, тяжело дыша. Отдохнув, я положил тело в комнате, отступил на пару шагов и снова развернул свиток.

– Ну что ж… посмотрим.

Я активировал его, готовясь к тому, что система потребует ещё что-то: кровь, ману, энергию, жертву, но ничего подобного не произошло. Вместо этого в боковом зрении словно появилось полупрозрачное окно настройки зомби. Не перед глазами полностью, а именно на периферии, как дополнительный слой реальности.

– Вот это уже интересно.

Недолго думая, я начал разбираться в настройках, и вот тут в голову пришла идея. Если уж мне дали возможность создать зомби… почему бы не сделать копию себя? Это было гениально. Если кто-то захочет меня убить, пусть сначала попробует понять, кто из нас настоящий. В этом новом мире лишний козырь не помешает.

Настройка заняла несколько часов. Я подгонял параметры: рост, телосложение, цвет волос, черты лица. Интерфейс реагировал не мгновенно – изменения требовали концентрации. Иногда появлялись ограничения, будто система не позволяла выйти за пределы допустимого, но в итоге я добился почти идеального совпадения.

– Ну здравствуй, новый я, – сказал я, взглянув на лежащую на полу бабу Нину.

Когда я подтвердил выбор, свиток вспыхнул светом и буквально влетел в её тело. Он растворился в нём, словно впитался, и началось. Тело дёрнулось, и черты лица начали изменяться. Кости под кожей двигались, как будто их кто-то перекладывал изнутри. Одежда не изменилась, но всё остальное… перестраивалось в нового меня.

Через несколько минут на полу лежал я. Точнее, почти я. Тёмные волосы, слегка растрёпанные, как обычно. Стройное тело, правда, без намёка на мышцы. Обычный парень, который сидит за компьютером, а не ходит в зал. Карие глаза, такие же, как у меня… только когда копия открыла их, они выглядели пустыми, хотя само тело выглядело вполне живым.

Я сглотнул. Смотреть на себя со стороны оказалось куда более жутковато и необычно, чем я ожидал и решил не откладывать на завтра то, что можно было проверить сегодня. Сначала нужно было понять, насколько вообще работает управление. Я сосредоточился на копии и мысленно отдал простую команду – подойди ко мне. Двойник справился с этим без каких-то проблем.

– Остановись, – произнёс я вслух.

Замер.

– Подними руку.

Поднял.

Он исполнял приказы буквально, без какой-либо инициативы, но, как только команда заканчивалась, просто стоял, глядя в одну точку.

Я открыл дверь и осторожно вышел в подъезд. Копию направил мысленно вверх по этажам. План был простым – он подойдёт к своим собратьям, схватит одного, а я в этот момент подойду и закончу всё дело ножом. Минимальный риск и максимальная эффективность, но план дал трещину почти сразу.

Как только мой зомби появился в поле зрения другого, тот мгновенно среагировал. Он издал рычание и рванул к копии. Безмозглый кровожадный зомби напал на моего безмозгло-исполнительного. Я быстро отдал приказ: "Схвати его и удерживай".

Мой зомби подчинился. Между ними завязался бой, но это было совсем не то, что я ожидал. Это не выглядело как эпичная схватка нежити, а больше походило на драку двух пьяных мужиков во дворе. Они хватали друг друга за одежду, за руки и, шатаясь, врезались в стену.

Я подкрался со спины и резким движением вогнал нож в голову зомбаку. Лезвие вошло почти по самую рукоятку. Тело зомби дёрнулось и перестало подавать признаки жизни – если к ним вообще можно было применить это слово.

Отступив на шаг, я посмотрел на проделанную работу. Ну, получилось не так сложно, как я представлял, но расслабляться было нельзя.

Я сразу отдал копии новую команду – "поднимайся наверх". Третьего мы нашли через пару этажей и уработали по той же схеме. Захват, толчок к стене, я подхожу со спины и точный удар в череп.

Процесс начинал налаживаться. Система молчала, но внутри уже появилось ощущение, что я на правильном пути. Главное было не шуметь и не геройствовать, а вот на следующем всё пошло не по плану. Когда мой зомби схватил его и я зашёл со спины, этот каким-то чудом вывернул голову под невозможным углом. Я даже не понял, как именно. Просто в следующую секунду его пасть оказалась у моей руки.

Я дёрнулся от неожиданности, но он успел меня ухватить. Если бы не импровизированная броня, всё закончилось бы печальнее, а так я только почувствовал давление, словно руку закручивали тисками, но не лишился её части.

Другой рукой я нанёс серию быстрых ударов, окончательно успокоив этого чудилу, но на этом не остановился. Адреналин бил в виски, руки дрожали, и я ещё раз за разом вгонял нож в уже неподвижное тело. Потом ещё пару раз пнул его ногой – уже скорее для собственного удовлетворения, чем из необходимости.

– Всё… – выдохнул я наконец. – Хватит на сегодня.

Честно посчитав, что план выполнен, я решил не перегибать. Жадность – это прямой путь к глупой смерти, так что завтра продолжу. По пути к своей квартире я заметил, что моего помощника заметно потрепало. Я остановился и задумался. Если это зомби… и если они едят… то почему бы не попробовать?

– Восстанови здоровье, – приказал я.

Он повернулся к ближайшему трупу, схватил его за руку и без колебаний оторвал её. Звук был неприятный, и я поморщился, но не отвёл взгляд. Он начал грызть, и по мере того, как мясо исчезало, я видел, как его повреждения медленно затягиваются.

– Работает…

Я дал команду следовать за мной, и мы вернулись в квартиру. Закрыв дверь, я наконец позволил себе немного расслабиться, но вмятина от укуса напоминала, что удача – это ресурс не бесконечный.

Сняв броню и помывшись, я начал готовить ужин, периодически поглядывая в окно. Там я заметил свет в соседнем здании, причём не в одном окне, а в нескольких. Я насчитал примерно десять квартир с включённым освещением. Значит, живых осталось больше, чем казалось. Город не опустел полностью, и это радовало.

На следующий день я проснулся раньше обычного. Я снова проверил броню, подтянул скотч, убедился, что нож не затупился. Всё это время мой двойник стоял в углу комнаты. Он был удобным напарником, правда немного жутковатым.

Сегодня я решил довести дело до конца. По моим подсчётам, оставалось шесть зомби, чтобы проверить теорию с форумов. Если информация верна, то после десятого убийства должна была активироваться система.

В парадной быстро нашлись ещё двое, но они оказались последними. На улицу выходить я не захотел, так как схема уже была отработана, а там было слишком много переменных. Вместо этого я решил проверить квартиры с открытыми дверями.

Первая квартира оказалась пустой. Вторая – нет. Зомби-леди стояла посреди кухни, глядя в стену. Даже не обернулась, пока мой помощник не схватил её, а я быстро упокоил.

Ещё одного нашли в спальне другой квартиры. Он стоял у окна, будто всё ещё пытался понять, что происходит во дворе. Нож вошёл точно, и он помер без лишних проблем.

Оставалось ещё два. Я подошёл к квартире с приоткрытой дверью и долго прислушивался. Там была тишина, но я уже знал, что она ничего не значит. Зомби часто стояли на месте, не издавая ни звука. Я осторожно приоткрыл дверь шире и заглянул внутрь. Коридор был пуст, и я мысленно приказал своему "ходячему танку" идти вперёд.

Он прошёл по коридору, по пути тыкаясь в двери ванной и спальни, проверяя, открыты они или нет. Я держался чуть позади, стараясь не шуметь. Затем он двинулся в гостиную, и через секунду оттуда донёсся звук боя.

Я быстро закрыл входную дверь квартиры, чтобы никто не зашёл с лестницы, и двинулся в гостиную. Это было моей первой ошибкой. Во всех предыдущих квартирах я сталкивался максимум с одним зомби. Здесь же их было трое.

Они навалились на моего двойника, повалив его на пол, и уже пытались рвать на части. Один вцепился в плечо, второй тянул за ногу, третий пытался добраться до шеи.

Думать времени не было, и я, подбежав, со всей силы пнул ближайшего зомби в бок. Он отлетел к стене, но этим ударом я мгновенно привлёк внимание двух остальных, и это было моей второй ошибкой.

Они одновременно бросили моего неживого помощника и повернулись ко мне. Теперь я был их главной целью.

– Отлично… – пробормотал я.

Драться даже с одним у меня особого желания не было, а тут сразу двое. Я быстро отдал мысленную команду добить того, которого пнул, и начал водить оставшихся вокруг длинного обеденного стола. Пространства в гостиной было немного, но его хватало, чтобы дать мне хоть какую-то фору.

Пару кругов всё шло по плану – они двигались прямолинейно, с запаздыванием реагируя на смену направления, но потом один из них просто пошёл напролом. Врезался в стол всем телом, сдвинув его, второй помог, и стол с грохотом отлетел к стене. Им не нужно было аккуратно обходить препятствие. Они просто пошли напролом.

В это время мой погрызанный помощник уже был не сильно целым. После схватки с тремя зомби он серьёзно пострадал, но всё ещё давил своего противника, хоть и делал это с трудом.

Я перехватил нож поудобнее и пошёл на сближение, ударив в голову, но из-за суеты и расстояния промахнулся. Лезвие вошло в плечо зомби и застряло в нём.

– Да чтоб тебя… – крикнул я, выдёргивая нож обратно.

В этот момент второй налетел на меня сбоку и схватил за руку. Я почувствовал, как зубы с хрустом вонзаются в резину. Он пытался прокусить её, но импровизированная броня держалась.

Зато первый, в плече которого торчал нож, перехватил другую мою руку и начал тянуть. Сначала я не понял, что происходит, но потом почувствовал, как боль вспыхнула такой яркой волной, что в глазах потемнело. Казалось, мышцы натянулись до предела, и плечо вот-вот вырвет из сустава. Я реально почувствовал, как рука начинает "покидать меня".

Зомби обладали силой, явно превосходящей силу обычного человека, и я понял, что долго не продержусь. В это время мой помощник как раз закончил со своим клиентом.

Я орал ему команды уже благим матом, срывая горло, приказывая помочь мне. Помощник среагировал, рванул ко мне и вцепился в одного из нападавших, но было уже поздно.

Я почувствовал рывок такой силы, что в голове что-то щёлкнуло, и боль стала всем. Я увидел, как моя собственная рука отлетает в сторону, будто это не часть меня, а какой-то предмет. Краски мира стали слишком яркими, а потом слишком тусклыми.

Когда я снова пришёл в сознание от новой вспышки боли, то увидел его. Моего тугодумного помощника. Он склонился надо мной и, ничем не отличаясь от своих собратьев, пытался оторвать мне голову.

Дааа… пронеслось у меня в голове. Отдать приказ сделать хоть что-то, чтобы меня спасти, – план был надёжный, как швейцарские часы. И это было последнее, что пролетело у меня в голове перед тем, как он её оторвал.

Глава 2

Очнулся я у себя в комнате и несколько секунд просто лежал, тупо глядя в потолок. Солнце светило в окно так ярко, словно вчера ничего не произошло. Будто мне не вырвали руку и я не орал как резаный, а мой собственный зомби-помощник не оторвал мне голову.

Я резко сел и тут же схватился за шею. Пальцы судорожно прошлись по горлу, подбородку, затылку и щекам. Потом ещё раз, уже медленнее, будто с первого раза мог что-то пропустить. Голова была на месте. Шея тоже. Ничего не болталось, не хрустело и не намекало, что недавно меня, вообще-то, обезглавили.

– Вот же причудится… – пробормотал я.

Я опустил взгляд на себя и почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось. На мне была именно та одежда, в которую я вчера переодел своего помощника. Не похожая или не "ну почти такая же", а именно та самая.

– Ну нет… – выдавил я.

Встав с кровати, я подошёл к зеркалу и просто посмотрел на отражение, пытаясь понять, где подвох. На первый взгляд это был я. Те же тёмные волосы, те же карие глаза, но чем дольше я всматривался, тем сильнее становилось ощущение, что что-то не так.

Сначала я не понимал, что именно изменилось. Вроде лицо осталось прежним, но потом взгляд опустился ниже, и вот тут мне стало совсем не по себе. Ещё совсем недавно я был обычным тощим парнем. Из тех, про которых сразу понятно: максимум тяжестей в его жизни – это кружка с чаем, а сейчас из зеркала на меня смотрел кто-то заметно покрепче.

Плечи стали шире, а грудь уже не выглядела как случайное недоразумение природы. На животе проступали кубики. Не рекламные, конечно, чтобы сразу на обложку фитнес-журнала, но вполне настоящие. Руки тоже больше не напоминали две унылые палки, созданные исключительно для того, чтобы водить компьютерной мышкой.

– Да ладно… – пробормотал я, не сводя взгляда с отражения.

Я машинально обвёл комнату взглядом и именно в этот момент краем глаза заметил что-то новое. В правой части зрения висел значок. Раньше его там не было. Я бы заметил, если бы у меня перед глазами внезапно завелась какая-то лишняя ерунда.

Система с самого начала очень не любила понятные инструкции. Впрочем, это было даже логично. Я отдал команду, полупрозрачная рамка дрогнула, и окно полностью развернулось. Теперь это уже не была тень на периферии зрения – передо мной висело настоящее системное меню. Я уставился в него, а оно тем временем будто подстроилось под мой взгляд.

Верхняя часть стала чётче, нижняя раскрылась дополнительными строками. Некоторые разделы были видны сразу, а некоторые скрывались за пеленой из вопросительных знаков, но меня интересовало основное.

Имя: Александр

Раса: Оживший мертвец

Класс: -

Подкласс: -

Уровень: ???

Опыт: ???

С именем всё было понятно. Тут система хотя бы не решила поиздеваться и не обозвала меня как-нибудь вроде "носитель номер такой-то", а дала моё имя. А вот на строке с расой я задержался.

Оживший мертвец.

Я перечитал ещё раз, потом ещё. Первая мысль была простой – ошибка. Какая ещё раса оживший мертвец, если я – это я? Но чем дольше я смотрел на строку, тем меньше хотелось спорить с очевидным. Если разобраться честно, система вполне могла быть права.

Возможно, я всё-таки действительно оказался в теле зомби, и система не багнулась. Теперь это была моя новая реальность.

– Так… – произнёс я, глядя в стену, словно она могла дать мне ответы. – Мне нужно было добить двух зомби до системы. Одного добил мой помощник. Если его убийства действительно засчитывались мне, то я как раз подошёл к порогу, и десятым телом в этой цепочке оказался уже я.

Звучало дико, но не более дико, чем всё остальное. Система могла в этот момент попытаться выдать награду. Только вместо этого обнаружила, что пользователь умер, а потом нашла его точную копию и выдала её ей, но как моё сознание оказалось в помощнике? Или я был не первым, и у системы уже имелись отработанные варианты решения такой проблемы?

Это предстояло выяснить, хотя, возможно, ответа я так и не узнаю.

Я перевёл взгляд на следующие строки.

Класс: -

Подкласс: -

Тут всё было понятно, но дальше снова шли непонятные вещи.

Уровень: ???

Опыт: ???

Я уставился на них, потому что вот здесь уже действительно что-то не сходилось. У меня должен был быть второй уровень. С ним мне должны были дать очко характеристики, которое я мог добавить куда хотел, но его не было.

Почесав затылок, я снова перевёл взгляд на меню. Оно висело перед глазами неподвижно, но мне уже казалось, что в этом есть какая-то насмешка. Будто система прекрасно знала ответы, просто наблюдала, как я сам пытаюсь до них докопаться, и не спешила помогать.

– Ладно. Пока это всё только догадки, так что поживём – увидим. Хотя эта формулировка в моём случае звучала так себе.

Ниже шло окно с характеристиками. Именно от него зависело, кем я буду дальше – ходячим куском мяса или всё-таки чем-то более опасным.

Сила – 4

Описание: Грубая физическая мощь. Отвечает за силу удара, переносимый вес, способность ломать, давить, тянуть и рвать. Высокое значение делает тело заметно более мощным.

Дополнительно: ???

Дополнительно: ???

Дополнительно: ???

Столбиков с ??? было ещё много, и столько же их было в других характеристиках. Похоже, ??? было любимым словом системы.

Такая сила, конечно, радовала, но было не очень понятно, почему она у меня такая большая. Правда, система не врала: если раньше я выглядел так, будто могу проиграть драку даже кошке, то теперь в кулаках чувствовалась настоящая мощь. Видимо, моя характеристика силы не просто висела строчкой в меню, а буквально переделала тело под себя. Иначе объяснить, как из тощего парня я за ночь превратился в спортивную версию самого себя, было трудно.

Ловкость – 1

Описание: Скорость, координация, точность движений и контроль над телом. Влияет на реакцию, баланс и общее качество моторики.

Единица – это база. Не тормоз, но и не акробат. Это, в общем-то, сходилось с моими ощущениями.

Выносливость – 3

Описание: Запас сил, живучесть, физическая стойкость и устойчивость к нагрузкам. Влияет на общее состояние организма, утомляемость, способность продолжать действовать после ран, боли и сильного напряжения.

На этом месте я снова кивнул сам себе. Это тоже ощущалось.

Интеллект – 0

Описание: Мышление, анализ, скорость обработки информации и магический потенциал. Влияет на способность быстро делать выводы, просчитывать последствия, осваивать сложные системы и взаимодействовать с тонкими структурами силы.

Я смотрел на цифру так долго, что казалось, она должна измениться под моим воображаемым напором. Это было даже не обидно. Это было очень обидно! С другой стороны, я не замечал, чтобы зомби отличались интеллектом, а раз физические характеристики, похоже, достались мне от них, то и умственные тоже.

Мудрость – 0

Описание: Понимание мира, скрытых закономерностей и магии поддержки. Влияет на восприятие связей, тонкое ощущение процессов и правильную оценку неочевидных вещей.

Что ж, тоже было справедливо. Судя по информации с форумов, у всех людей все характеристики были на единичке. Я, конечно, тоже докинул бы в свои нулевые, но такого варианта мне не предлагали.

Дух – 0

Описание: Сопротивление магии и защита от негативных магических эффектов. Влияет на устойчивость к чужому воздействию, ментальному давлению и проклятиям. Также влияет на запас маны.

Ну так-то я не видел, чтобы за окном летали огненные шары или что-то ещё, так что мана мне пока была не нужна. Конечно, это не значит, что она потом срочно не понадобится, но пока и без неё было нормально. А вот как тут вообще действуют негативные эффекты, это ещё предстояло узнать.

Харизма – 0

Описание: Общение, влияние на людей и общее впечатление. Влияет на убедительность речи, умение располагать к себе, торговаться, договариваться и производить нужный эффект на окружающих.

Вот тут, наверное, было ещё обиднее, чем с интеллектом. Хотя как вообще это должно влиять на общение? Но что-то мне подсказывало, что я скоро это выясню.

Удача – 0

Описание: Влияет почти на всё, но непредсказуемо. Может затрагивать находки, случайности, стечения обстоятельств, редкие шансы, исход спорных ситуаций и то, насколько мир готов поворачиваться к тебе нужной стороной.

– Это получается, она ко мне всегда будет не нужной стороной? И где плюшки за скрытую расу? Мне просто характеристики раскидали со всех в одну кучу и даже не дали бонусное очко за повышение уровня. Нет слов вообще! Не система, а какая-то полная фигня.

Была бы такая в игре, я бы её сразу удалил. Ну или поиграл бы ради веселья, но тут ради веселья мне только голову оторвали. Хотя, с учётом моей новой расы, даже это звучало теперь уже не так однозначно.

Я перевёл взгляд на диван. Он стоял у стены и был из той категории вещей, которые проще обойти, чем двигать. Раньше, если мне вдруг приходила в голову гениальная мысль что-нибудь под ним поискать, всё заканчивалось одинаково – я чуть сдвигал его на пару сантиметров, уставал и решал, что оно того не стоит. Да и пыль под диваном вполне имела право на существование.

Я подошёл к нему для проверки и взялся обеими руками и без особых усилий оторвал его от пола.

– Не, ну сил у меня теперь, конечно, немерено, – пробормотал я, с удивлением глядя на то, что держу эту тяжёлую махину и даже не особо напрягаюсь.

На секунду я даже завис, обдумывая это, и сделал то, о чём тут же пожалел. Стоило мне отвлечься на мысль о своей новой силе, как пальцы разжались, и диван полетел вниз. Ножка встала мне прямо на ногу.

Боль прострелила так резко, что у меня из глаз чуть искры не посыпались. Я дёрнулся, зашипел сквозь зубы и запрыгал по комнате на одной ноге.

– Уууука, удачаааа… Повернись ко мне передом, а к лесу задом. Хотя с нулём в этой графе я и есть лес.

Настроение от собственной шутки лучше не стало, но хотя бы боль чуть отпустила. Я осторожно пошевелил ступнёй, проверяя, не треснуло ли там что-нибудь. На удивление, нога выдержала. Болела знатно, но выносливость, похоже, и правда работала.

Раз уж система не собиралась ничего толком объяснять, оставался старый добрый способ – лезть в интернет и читать, что пишут те, кому повезло чуть больше. Я подошёл к компьютеру, отодвинул стул и сел.

И вот тут образовалась новая проблема. Моё новое тело тупо пялилось на клавиатуру и мышь так, будто видело их впервые в жизни. Оно нажимало одну клавишу в минуту с таким сосредоточенным видом, словно решало судьбу мира, а не пыталось набрать простейший текст.

Я вспоминал, как ещё вчера без проблем печатал, даже не глядя на кнопки. Мог параллельно читать, думать и открывать новые вкладки, не особо задумываясь о самом процессе. Мне кажется, если бы у меня сейчас вообще могло что-то сгореть, оно бы уже давно полыхнуло. Причём с такой тягой, что меня вместе со стулом унесло бы прямиком в космос.

Это издевательство затянулось с самого утра и почти до вечера. Хорошо хоть читал всё-таки я, а не эта безмозглая голова, в которой я теперь оказался жильцом. Иначе на поиск одной полезной темы у нас ушла бы, наверное, неделя. Сегодня информации стало заметно больше.

Многие из тех, кто сидел на этих форумах, уже успели взять второй уровень. Получается, мы все начинали на первом. Ну как все… если честно, не так уж много нас и осталось. Большинство обратилось в момент пробуждения системы или умерло при встрече с зомби. Так что здесь собрались что-то вроде местных "избранных", только их число сокращалось так быстро, что радоваться такому званию совсем не хотелось.

Из всего, что я успел вычитать, сильнее всего меня заинтересовали две темы. Первая касалась добычи с зомби. После получения системы с них, как выяснилось, иногда начали выпадать вещи. Никто толком не понимал, как именно это работает и по какому принципу они выпадают, но люди уже наперебой выкладывали свои наблюдения. Чаще всего всем падали какие-то кристаллы.

Почти у каждого в обсуждениях мелькали именно они, только вот что с ними делать, никто пока так и не понял. Но при всём этом почти все сходились в одном, что эти штуки точно были ценными.

Куда интереснее были редкие находки. Нескольким людям выпали зелья исцеления. Судя по их словам, такие штуки работали мгновенно. Раны затягивались прямо на глазах, а боль уходила сразу.

Я невольно задумался, что именно могло бы выпасть мне. С учётом моей удачи – скорее всего, кирпич, причём сразу на голову.

Вторая тема оказалась уже совсем не такой радужной. Если после первой у меня хотя бы появилась мысль, что из всего этого можно вытащить какую-то пользу в виде зелий, кристаллов и прочих приятных мелочей, то здесь настроение быстро пошло вниз.

Народ писал, что в зомби превратились не только люди. Сначала я наткнулся на несколько сообщений про крыс, которые бегали целыми стаями. Люди не всегда успевали понять, что вообще произошло, пока у них не начинали рвать ботинки, штаны и ноги.

Потом пошли сообщения про голубей, и вот это мне уже совсем не понравилось. Обычный зомби – это, конечно, уже не подарок, но с птицами всё выглядело куда хуже. Эта дрянь летает, а значит, на тебя сверху может рухнуть бешеный клюющий голубь с желанием вырвать тебе глаза и полакомиться мозгом. Отличная новость! Просто замечательная!!!

Дальше стали всплывать кошки и собаки. Если в зомби превращаются не только люди, а ещё и звери, тогда проблема становится в разы шире, чем казалось утром. Это ещё никто в лес не ходил или просто из него не вернулся. Похоже, план пробраться через него к родителям потерпел неудачу.

Как это обычно бывает, сразу откуда-то всплыли старые новости о том, как у людей из унитазов вылезали змеи. То ли в другой стране, то ли у нас, то ли вообще это была какая-то байка из интернета, но в тот момент меня это уже мало волновало. Главное, что картинка в голове появилась сразу и слишком ярко. Зомби-питон, медленно вылезающий из унитаза.

Мокрый, длинный, с мёртвыми глазами и раскрытой пастью. Меня аж передёрнуло. Я быстро сходил в туалет и поставил на крышку ведро для мытья полов. Потом понял, что этого вообще не хватит, если из унитаза правда полезет что-то длинное, злое и мёртвое, и начал наваливать сверху всё, что было рядом.

Пока я это делал, мне в голову пришла одна мысль. У многих же дома были питомцы. Одни наверняка до последнего не верили, что с ними может случиться то же самое. Другие, возможно, пытались держать заражённое животное рядом, хотели подождать, посмотреть, не убивать же свою кошку из-за странного поведения, а потом эта самая Мурка, которая вчера спала у тебя в ногах, сегодня вцепилась тебе в горло.

Сначала было пробуждение, на котором большая часть людей просто откинулась, не успев толком понять, что вообще происходит. А тем, кому "повезло" выжить и убить бывших соседей, в награду выдали странные характеристики, мутные правила и мир, который с каждым часом становился только опаснее.

Самое паршивое было в другом. Если система, наоборот, пыталась помочь… вот тут становилось уже по-настоящему страшно. От того, что ожидало нас впереди. Но деваться уже было некуда, так что нужно было выйти на улицу и проверить, дадут ли мне опыт за убийство зомби. Да и заодно узнать, как я буду с ними справляться в новом теле. Сидеть дальше в квартире и строить догадки уже было бессмысленно.

Я поднялся из-за компьютера, прикидывая, с чем туда идти, и вспомнил про кастеты. Купил я их пару лет назад, когда во дворе начали прессовать какие-то особенно бодрые местные идиоты. Тогда идея казалась очень разумной.

Правда, как это часто бывает с моими светлыми замыслами, на практике всё оказалось не так красиво. Ещё тогда, едва покрутив их в руках, я быстро понял простую вещь. Для меня они были тяжёлыми и неудобными.

С моей тогдашней силой нормальной драки бы и не вышло. Закончилось бы всё тем, что я пару раз махнул кастетами, а потом их бы у меня просто отобрали и объяснили, насколько плоха была моя идея. Так что после покупки они благополучно отправились в диван, где и лежали, ожидая лучших времён, которые, похоже, настали.

Поиск, который в нормальной ситуации занял бы минут пять, растянулся почти на полчаса. Во-первых, потому что диван будто решил защищать своё содержимое до последнего. Во-вторых, потому что новое тело работало с мелкими действиями не так гладко, как мне хотелось. Там, где нужна была не грубая сила, а точность, всё сразу начинало сыпаться.

Когда я уже почти собрался послать всё к чёрту и идти с ножом, пальцы наконец наткнулись на холодный металл. Я достал кастеты, покрутил их в руках, потом надел на пальцы и сжал кулаки. Ощущение оказалось совсем другим, чем я помнил.

Я несколько раз махнул рукой в воздухе, привыкая к движению. Не сказать, чтобы я вдруг стал мастером мордобоя, но теперь хотя бы не выглядел как человек, который купил оружие ради моральной поддержки. Разобравшись с этим, я решил вернуться в ту квартиру, где должно было лежать моё старое тело.

Идти туда не хотелось вообще, но можно было строить много догадок о том, что там произошло, а можно было спуститься один раз и посмотреть. Я дошёл до нужной двери и заглянул. Внутри было тихо, но в прошлый раз всё было так же, поэтому я зашёл осторожно. Стоило мне пройти чуть дальше, как стало ясно, что здесь уже всё закончилось.

Оставшиеся два зомби тоже были мертвы. Судя по всему, помощник после моей смерти не остановился и каким-то образом добил оставшихся. Сказали сделать – сделал. Пусть через одно место и с побочным эффектом, где он предварительно оторвал голову работодателю, но задачу всё же довёл до конца.

Потом я перевёл взгляд дальше и увидел себя. Точнее, своё старое тело. Вот тут стало по-настоящему стрёмно. Да, я понимал, что умер, но одно дело – знать это, и совсем другое – стоять напротив собственного трупа и смотреть на оболочку, в которой ты прожил двадцать лет. Даже с учётом того странного системного пофигизма, который, похоже, действительно притуплял часть эмоций и не давал окончательно свихнуться от происходящего, это зрелище было неприятным.

– Да уж… – сказал я, не сводя взгляда с тела. – Вот и встретились.

На старом теле всё ещё оставалась моя импровизированная броня. Выглядела она, конечно, как снаряжение бомжа-инженера, но свою задачу всё-таки выполняла. Раньше она уже спасала меня от укусов, а значит, выбрасывать её точно не стоило.

Я начал снимать с неё одежду, и это было жутко. Из-за того, что я буквально раздевал мёртвого себя, чтобы надеть вещи на новую версию.

Затем я запихнул свою прошлую тушку в холодильник, чтобы потом нормально похоронить, и несколько секунд просто стоял, смотря на закрытую дверцу. Вот уж не думал, что однажды буду хранить самого себя рядом с замороженными пельменями. Хотя даже после всего случившегося это было в топе самых странных вещей за последнее время.

Я вышел из квартиры, спустился и остановился у двери на улицу, задумавшись. По сути, зомби не должны были на меня нападать. Ну а что? Формально я теперь один из них. Система сама написала мне это почти прямым текстом.

Возможно, они вообще будут считать меня своим. Звучало обнадёживающе. Слишком обнадёживающе, чтобы я в это поверил, сразу вспомнив свою удачу. Точнее, её гордое и уверенное отсутствие. Так что надеяться на приятные сюрпризы не приходилось.

Я осторожно вышел наружу. Во дворе, как и ожидалось, бродили зомби. Несколько штук шатались между машинами, ещё пара топталась на детской площадке, а один вообще стоял посреди дорожки и тупо смотрел куда-то в сторону, будто вспоминал, зачем сюда пришёл.

Правда, на меня никто из них даже не обратил внимания, что было хорошим началом. Я прошёл ещё дальше по двору, стараясь не делать лишних движений. Теория теорией, а проверка была нужна нормальная, так что я приметил мужичка. Он стоял ко мне спиной и покачивался, будто сам ещё не до конца понимал, живой он, мёртвый или просто у него был очень тяжёлый день.

Я решил подкрасться к нему сзади. Если зомби действительно воспринимают меня как своего, то я смогу подойти вплотную и спокойно врезать кастетом в затылок. К моему удивлению, подкрасться получилось действительно ювелирно. Можно было даже сказать: Саня, ты ювелир!

Приблизившись почти вплотную, я уже мысленно представлял, как сейчас быстро пробиваю ему двоечку, ломаю череп, получаю опыт и спокойно иду дальше, но всё пошло совсем не так, как я себе представлял. Вместо того чтобы ударить, моё безмозглое тело вдруг выкинуло такой фокус, что у меня внутри всё похолодело, насколько это вообще было возможно.

Оно подошло к зомби сбоку и закинуло руку ему на плечо, как другану или старому знакомому, с которым встретилось во дворе поболтать о погоде, жизни и вечно растущих ценах.

– Ты что творишь… – мысленно прошипел я.

Рука уже лежала на плече мертвеца, а сам я стоял рядом с ним так по-свойски, будто сейчас ещё скажу:

– Ну что, брат, как оно после смерти?

Я даже не понимал, из-за чего это произошло: из-за моего великого интеллекта или невероятной удачи, но всё явно шло не по плану. Особенно когда зомби медленно повернул голову и посмотрел на меня в упор. На несколько секунд время будто подвисло. Я не знал, кто из нас удивился больше: он, я или моя тушка, которая, кажется, тоже не до конца понимала, что сделала.

Зомби смотрел на меня мутным, непонимающим взглядом. Насколько у мертвеца вообще мог быть непонимающий взгляд. В его глазах была только попытка осознать, что за хрень сейчас происходит.

Он тупил ровно несколько секунд. Потом его пасть раскрылась, и я сразу понял – никакого "свой среди своих" сейчас не будет. Это чудо явно собиралось мной подкрепиться.

– Ну конечно, – успел подумать я. – А как же иначе.

Глава 3

Я попробовал оттолкнуть зомби от себя, но он уже успел вцепиться мне в руку. Я попытался выкрутиться, но сразу понял неприятную вещь – по чистой силе мы с ним шли вровень, и это мне уже совсем не нравилось. Отбиваясь от его кусачей морды, я сделал несколько шагов назад, пока пятка не зацепилась за низкий чёрный заборчик, которым огородили газон.

Потеряв равновесие, я полетел на землю. Зомби, всё ещё висевший на мне, рухнул следом. Я грохнулся спиной на траву, а это чудо навалилось сверху, продолжая тянуть мою руку к своей пасти.

От него воняло так, будто он пару дней копошился в мусорном баке. Лучшей идеи мне в голову всё равно не пришло, так что я просто сжал свободную руку в кулак и вмазал ему прямо в челюсть. Удар получился на удивление удачным.

Голова зомби дёрнулась в сторону, и в следующее мгновение я уже будто смотрел на всё это в замедленной съёмке. Нижняя челюсть отлетела первой, а потом следом за ней с хрустом пошла и верхняя. Вернее, всё, что там ещё оставалось. Зубы разлетелись в стороны, как фейерверк для очень специфического праздника.

Он снова дёрнулся ко мне и попробовал укусить, но кусать там уже было особо нечем. После моего удара его пасть превратилась в кровавое недоразумение, которое выглядело скорее жалко, чем страшно.

Так что я не стал долго любоваться результатом своей работы. Схватив его левой рукой за шею, я притянул зомби ближе и со всей силы ударил. Тут стало понятно, что кастеты – это не просто штука "чтобы выглядело угрожающе". Череп проломился с таким звуком, будто я вмазал не по голове, а по арбузу, который слишком долго пролежал на жаре. Исход боя был решён.

Вы открыли пассивное умение «Смертельный удар». Некоторых противников можно мгновенно убить, если нанести удар в нужное место или использовать подходящую стихию. Для каждого врага такая уязвимость своя, а некоторые существа вовсе не подвержены этому эффекту.

Так-то неплохо, подумал я, вставая и осматриваясь по сторонам. Другие зомби по двору всё так же бродили в отдалении, но никто из них даже не повернул ко мне голову. Это уже было интересно, потому что, по моим наблюдениям, они должны были хотя бы насторожиться. Не обязательно сразу нестись всей толпой, как в фильмах, но тут была вообще нулевая реакция.

Возможно, моя новая раса и правда давала какие-то преимущества, но это ещё предстояло проверить. Именно этим я и собирался заняться. Сначала, правда, быстро осмотрел убитого зомби, но с него так ничего и не выпало.

Я выпрямился и выбрал следующую цель. Чуть в стороне от остальных стоял ещё один мертвяк. Я двинулся к нему не спеша, пытаясь понять, на каком расстоянии он вообще начнёт на меня реагировать.

Зомби смотрел в мою сторону, но взгляд у него был пустой. Не в смысле обычной зомбячьей тупости, а так, будто он меня видел, но не воспринимал всерьёз.

Сделав ещё пару шагов, я уже начал мысленно прикидывать, насколько близко смогу подойти. Если так пойдёт и дальше, то можно будет бить их почти вплотную, а это уже совсем другой уровень удобства. Почти рабочая схема.

Почти – потому что с моей удачей любое "почти" обычно заканчивалось очень быстро и очень неприятно. Я подошёл ещё ближе, и теперь между нами оставалось всего ничего – пара метров, может, чуть меньше.

Зомби по-прежнему стоял и смотрел на меня своим мутным взглядом, будто внутри у него шёл очень тяжёлый мыслительный процесс. Настолько тяжёлый, что даже его мёртвый мозг начал подвисать.

– Ну давай… – пробормотал я себе под нос. – Соображай уже.

И, похоже, он всё-таки сообразил. В какой-то момент я прямо увидел, как у него будто что-то щёлкнуло в голове. Зомби уставился на меня совсем по-другому и в следующую секунду рванул ко мне.

У меня и без того нервы были натянуты до предела, а этот типок ещё и дёрнулся так резко, будто только и ждал момента, чтобы устроить мне инфаркт. Я зачем-то махнул одной рукой в сторону, но это сработало, уведя его взгляд за движением, а второй сразу вбил кастет ему в открывшийся висок. Череп хрустнул, и зомби навалился на меня, продолжая своё движение по инерции.

Я поморщился, оттолкнул его и выдернул руку обратно из его черепушки. Рядом упала маленькая блестящая штука. Я тут же нагнулся и поднял её.

Это оказался небольшой кристалл размером примерно с ноготь большого пальца. Грани у него были неровные, не как у ювелирной побрякушки, а скорее как у случайно отколотого осколка. Я покрутил его в руках и поднял к солнцу. Он чуть поблёскивал, и внутри будто что-то едва заметно шевелилось или мне уже начинало мерещиться лишнее. Я бы вообще не удивился, если бы этот камушек ещё и разговаривать начал.

Дальше я шлёпнул ещё троих зомби, а заодно и Барбоскина с Матроскиным, которые тоже ошивались во дворе. С котом всё вышло отлично, а вот с собакой случился небольшой, но крайне неприятный эксцесс. Перед тем как окончательно сдохнуть, она всё-таки успела вцепиться мне в ногу.

Да ещё и не просто вцепилась, а вырвала из неё кусок мяса. Я вбил ей кастет в башку, потом ещё раз, потом ещё. Только после этого до меня дошло, что псина уже наконец сдохла и просто висела на моей штанине.

Боль быстро ушла, и об этом происшествии напоминала только вырванная плоть на ноге, что меня нехило волновало. Как это исправить, я не знал, но прекрасно понимал, что теперь моё здоровье явно не на максимуме, даже если никаких цифр и полосок перед глазами не было. Это ощущалось слишком уж наглядно.

Направившись обратно к своей парадной, я всё это время думал, как вообще решить проблему с ногой. По двору я шёл спокойно, заранее вычислив примерное расстояние, на котором зомби не замечали во мне угрозу. До моей парадной оставалось пройти два подъезда, когда тишину вдруг нарушил шум.

Сначала что-то грохнуло внутри дома. Потом донёсся женский крик. За ним – ещё один, уже детский. Я сразу остановился и повернул голову в сторону подъезда, быстро перебирая варианты. Влезать в чужие неприятности не хотелось, так как я ещё со своими не разобрался. Внутренний голос сразу предложил разумный вариант – тихо пройти мимо, сохранив свою попку целой и сделать вид, что ничего не слышал.

Я уже почти принял именно это мудрое решение, когда дверь подъезда распахнулась и наружу буквально вылетела семья. Впереди бежал мужик лет сорока, с глазами человека, который за последние минуты успел поседеть душой. За ним неслась женщина, а следом двое детей – мальчик и девочка. Мальчику было лет двенадцать, девочке – может, восемь. Оба ревели, но бежали быстро и не отставали.

Следом за семьёй из подъезда вывалились трое зомби. Один – мужик в рабочей куртке. Вторая – женщина в халате, вся в крови. И подросток в одних спортивных штанах, который явно был самым бодрым в этой весёлой компании.

Решив, что им всё-таки нужно помочь, я двинулся навстречу семье и сразу понял, что сделал это зря. Батя года, даже не сбавляя хода, вцепился в меня по пути и толкнул в сторону зомби. Такого я вообще не ожидал.

У меня в голове сразу пронеслось возмущённое: "Эй, вообще-то мои характеристики должны были такое не допустить". Но, судя по его глазам, мужик вошёл в особый режим. В тот самый, где обычный офисный работяга внезапно становится сверхчеловеком, лишь бы спасти свою семью.

Я рухнул прямо между беглецами и преследователями. Пока я поднимался, зомби успели сократить дистанцию настолько, что теперь уже и я выглядел для них отличным вариантом на обед. Прекрасно! Просто прекрасно!!!

Первый мертвец налетел на меня сразу. Вставая, я прописал ему удар снизу в челюсть. Зомби повело в сторону, его траектория сменилась, и он пролетел мимо, но в последний момент успел вцепиться мне в руку. На энергии собственного рывка и моего удара он не просто дёрнул её. Эта сволочь оторвала её от меня и полетела дальше уже со своим трофеем.

Вот теперь я точно мог сказать, что такого я не ожидал. Именно в этот момент на меня сверху рухнул второй зомби и снова повалил на асфальт. Мертвец сразу попытался добраться до меня зубами, но тут ему не повезло.

Всё, что у него получалось, – это вцепиться в мою импровизированную броню на руке и с упорством очень тупого, но настойчивого бобра стараться её прогрызть. Пожалуй, флаг ему в руки и барабан на шею. Пусть старается дальше.

Проблема была в другом. Теперь моя единственная рука оказалась занята, а мадам в халатике тем временем уже приближалась. Я попытался скинуть мужика с себя, но без второй руки это вышло паршиво. Зомби только сдвинулся чуть вбок, потом снова навалился сверху и ещё сильнее вжал меня в асфальт. Вот это уже становилось реально хреново.

Когда мадам приблизилась и нагнулась, явно собираясь ещё уменьшить количество мяса на моей ноге, я её же ей и ударил. Дамочку отбросило назад, но надолго это её не должно было остановить.

Повезло, что спортсмен в трениках в это время был занят моей рукой и увлечённо её грыз. Хотя, если посмотреть на ситуацию честно, повезло не так уж и сильно. Рука вообще-то была моя, и видеть, как какой-то мертвяк жрёт твою конечность с таким аппетитом, было крайне неприятно.

В это время я всё-таки смог раскачать навалившегося на меня зомби, дёрнул корпусом сначала в одну сторону, потом в другую и, поймав момент, скинул его с себя. Это было как раз вовремя.

Мадам в халатике уже снова целеустремлённо шагала ко мне. Я увидел рядом скамейку и одним прыжком вскочил на неё, качнувшись от непривычного баланса, а потом влупил дамочке ногой прямо в голову. Её аж закрутило, тело мотнуло в сторону, а потом отбросило на асфальт.

Проверять, жива она там или нет, я не стал. Подскочив, я сразу прыгнул ей на голову с двух ног. Хрустнуло так сочно, что мне даже стало не по себе. В этот момент мужичок уже поднялся и снова приближался ко мне. Я рванул к подъезду, залетел внутрь и сразу спрятался за дверью. Сердце колотилось так быстро, словно было готово выпрыгнуть из груди.

Хотя я ведь уже был мертвецом, а значит, всё это, скорее всего, ощущалось только у меня в голове. Как только мужик переступил порог и завертел башкой, пытаясь сообразить, куда исчезла его добыча, я выскочил из-за двери и ударил. Череп хрустнул так, что сразу стало ясно – искать меня дальше он уже не будет, но я на всякий случай ударил ещё раз, чтобы уж точно без сюрпризов.

Когда я вышел из подъезда, то успел заметить, как семья скрылась за углом дома, уводя за собой нескольких зомби, которые заметили их уже по дороге. Я даже не знал, чего им пожелать после такого – удачи или чего-нибудь другого, более искреннего и менее доброго. В итоге решил не тратить на них время и без них проблем хватало.

Спортсмен тем временем всё ещё сидел с моей рукой и с увлечением её грыз. Причём настолько старательно, что на меня вообще не обращал внимания. Я оказался у него за спиной и присмотрелся внимательнее.

То место, куда я недавно ему хорошо врезал, уже выглядело не так, как раньше. Повреждение медленно затягивалось. Картина в голове сложилась быстро. Мой помощник так умел, они так умели, а значит, должен был уметь и я.

Я не стал долго думать. Размахнулся и со всей силы пнул его в спину. Зомби пролетел вперёд, уткнувшись мордой в асфальт, моя рука вылетела у него из зубов и шлёпнулась рядом.

Он ещё даже не успел понять, что происходит, когда я шагнул следом и со всей силы опустил ногу ему на голову. Череп под подошвой поддался не сразу, но я всё же надавил сильнее и победил в этом противостоянии.

Дальше я поднял свою погрызанную руку и направился в подъезд. Надо было проверить тот же фокус с восстановлением на себе. Идея была мерзкая, но выбор у меня, как обычно, был "богатый" – либо попробовать, либо и дальше ходить в неполной комплектации, надеясь на чудо. А чудес в этом мире, похоже, не было.

Зайдя внутрь, я положил свою руку на ступеньки. Вид у неё был такой, что даже смотреть лишний раз не хотелось, но это была моя рука. Моя, чёрт побери! И мысль о том, что мне придётся делать то же самое, что делал мертвец, совсем не помогала настроиться на эксперимент.

Я перевёл взгляд на мужика, которого добил в подъезде. Ему рука уже точно была не нужна, и, наклонившись, я схватил его за запястье и дёрнул. С первого раза не вышло. Сустав хрустнул, кожа натянулась, но конечность осталась на месте.

Пришлось упереться ногой ему в бок и рвануть сильнее. На этот раз получилось. Некоторое время я просто стоял с чужой рукой и смотрел на неё. Выглядело это отвратительно.

– Ну всё, Саня, – мрачно сказал я себе. – Поздравляю! Ещё недавно ты думал, что дно – это когда в холодильнике только кетчуп, а оказывается, нет. Вот оно.

Я поднёс кусок ко рту и тут же замер. Нет! Я отказываюсь в этом участвовать. Меня чуть не вывернуло уже от одного вида вблизи.

В голове моментально нарисовалась очень яркая картина: как я сейчас кусаю чужую плоть, начинаю блевать, потом блюю от того, что блюю, потом ещё раз – от осознания, чем именно это вызвано. Думаю, меня бы вырвало раз десять, не меньше. Опустив руку, я несколько секунд просто стоял, глядя в стену.

Потом снова посмотрел на свою ногу. Там всё ещё не хватало куска мяса, а ещё у меня не было одной руки, и это, как ни странно, тоже слегка мешало жить. Выбор был невелик.

– Ладно, – вздохнул я. – Жрём.

Со второй попытки я всё-таки заставил себя укусить, и в тот же момент меня едва не вывернуло. Я зажмурился и заставил себя жевать. Вкус был как у несвежего мяса, что позитива, естественно, не добавляло.

Я прожевал, проглотил и замер, прислонившись плечом к стене. Ничего не происходило. Вообще ничего. Не было системного сообщения вроде "Поздравляем, вы окончательно сошли с ума, но зато получаете регенерацию". Я подождал ещё некоторое время и посмотрел сначала на ногу, потом на плечо. Везде было без изменений.

– Отлично! Просто великолепно! – пробормотал я. – Значит, одной порции моё чудесное тело не считает достаточной для восстановления. Впрочем, другого можно было и не ожидать, а то было бы слишком удобно.

Пришлось повторить. Второй кусок дался тяжелее, потому что теперь я уже точно знал, какой вкус меня ждёт. Было ровно так же плохо, как я и думал, а может, даже хуже, но я снова заставил себя проглотить. Опять ничего. Я посмотрел на оторванную руку мужика так, будто она лично была виновата во всех моих проблемах.

Третий кусок я уже ел просто потому, что надо. Отвращение никуда не исчезло, и каждый укус давался через силу. Я буквально заставлял себя продолжать, убеждая, что, если уж докатился до такой ситуации, надо хотя бы довести эксперимент до финала и получить результат.

После ещё нескольких таких подходов я наконец заметил изменения. Рана на ноге действительно начинала затягиваться. Края сходились, оголённая плоть постепенно скрывалась, и всё это смотрелось настолько дико, что я на несколько секунд даже забыл, какая гадость всё это запустила.

Я взглянул на своё плечо. Там толком ничего не происходило. Варианта было два: сожрать всех зомби во дворе в надежде, что она отрастёт, или помочь этому делу. Я перевёл взгляд на свою оторванную руку, поднял её и приложил к плечу, после чего прижал боком к стене, чтобы хоть как-то зафиксировать. Конструкция, конечно, получилась так себе, но главное, чтобы сработало.

– Ну а вдруг прирастёт, – произнёс я, скорее чтобы обнадёжить себя.

Звучало это, конечно, фантастически, но, если честно, после всего увиденного слово "фантастически" уже давно перестало быть аргументом. Мир тут работал по своим правилам. Так что почему бы не добавить в этот список ещё и обратную установку руки? Хуже от попытки точно не станет. Хотя с моей удачей зарекаться, конечно, не стоило.

Я продолжил догрызать оторванную руку, не прерывая процесс восстановления. Всё ещё было противно, но, когда ты уже получил результат и своими глазами видел, как рана на ноге реально зарастает, терпеть эту мерзость становилось проще. Когда от чужой руки остались только кости, я наконец остановился и перевёл взгляд на свою. Та уже почти приросла обратно, но пока всё равно еле держалась на месте.

Потом я посмотрел на мужика и уставился на его вторую руку. Оторвать её оказалось проще, чем первую, и это мне не понравилось. Похоже, к некоторым вещам я привыкал слишком быстро, а это был плохой знак.

Я снова продолжил свой сеанс мясотерапии, и минут через пять мой ремонт по гарантии наконец дал полноценный результат. Рука встала на место и снова работала нормально. Я даже несколько раз специально покрутил кистью, напряг пальцы, проверил плечо и только после этого окончательно поверил – она реально восстановилась.

Так что не осталось даже намёка на то, что ещё совсем недавно она валялась отдельно от меня и побывала у какого-то мертвяка в зубах. Вообще-то такая способность к восстановлению была просто имбой. Без шуток. Это было что-то из разряда читов, за которые в нормальной игре давно бы уже прилетел бан.

Только вот никакой модерации тут, похоже, не существовало. Зато существовали люди, а они, как я уже успел понять, иногда бывают опаснее зомби. И если кто-то из живых узнает, что я могу прирастить себе руку обратно, меня либо пристрелят на всякий случай, либо захотят изучить и я даже не знал, что из этого хуже.

Хотя нет, знал. Оба варианта были дерьмовыми. Пришло время возвращаться домой. Пока я шёл, достал из кармана три кристалла, которые подобрал после убийств. Дропа было негусто, но лучше, чем ничего.

Вернувшись, я первым делом запер дверь и доковылял до кровати, рухнув на неё прямо как был. Тело будто наконец получило команду отключиться. Спят ли зомби, я не знал. Да и, если честно, не был уверен, что теперь вообще имею право считать себя обычным зомби, но уснул я быстро. Как человек после очень плохого дня.

Когда я открыл глаза, то не сразу понял, сколько времени прошло. После всего пережитого мой мозг работал неохотно, словно всё ещё не отдохнул и не собирался возвращаться к своим обязанностям.

Я сел на кровати и несколько секунд просто смотрел перед собой. Потом взгляд зацепился за телефон на тумбочке. Я вчера про него совсем забыл и, взяв его, разблокировал экран.

Первое, что попало мне на глаза, – девяносто девять плюс сообщений. От абонента "Мама".

Мне стало страшнее, чем вчера, когда на меня напали трое зомби, и я нажал "перезвонить". В голове уже успели нарисоваться все варианты того, как меня сейчас казнят, но разговор оказался не таким страшным. От волнения она, похоже, даже забыла, что, скорее всего, собиралась меня как следует отругать.

Вместо этого она сразу начала спрашивать, цел ли я, дома ли и ел ли я хоть что-нибудь. Последнее было особенно трогательно. Мир рухнул, вокруг ходят мертвецы, а мама всё равно первым делом переживает, не голодный ли её сын.

У них всё было хорошо. Правда, одна деталь меня сразу зацепила. Мама сказала, что зомби от них в основном движутся в сторону города, и те, что проходят мимо, тоже идут туда. Будто их что-то тянет сюда. Это было интересно.

Я ведь ещё вчера прикинул, что с такой маскировкой смогу быстро добраться до родителей. Так-то идея выглядела рабочей. Проблема теперь была только в одном – если на выезде из города стоит целая толпа, через которую не протолкнуться, то никакая маскировка уже не спасёт.

Нужно было сходить и самому всё проверить. В принципе, это было недалеко, но стоило мне об этом подумать, как я понял ещё одну важную вещь. Я хочу есть.

Причём не в стиле "сейчас бы пожевать чью-нибудь руку", а по-человечески. Я двинулся на кухню с намерением быстро что-нибудь приготовить. Ничего сложного максимум – пожарить что-нибудь на сковородке.

Правда, моё чудо-тело решило сразу напомнить, что бытовая пригодность – это вообще не про него. Взяв бутылку с маслом, я потянулся к сковородке и уже через секунду понял, что всё пошло не по плану.

Масло полилось куда угодно, только не туда, куда надо. Сама сковородка при этом получила, дай бог, половину того, что ей предназначалось, но самый весёлый момент был впереди. Потому что моё тело почти сразу попробовало поджечь конфорку.

Вот тут я реально чуть не спалил квартиру и дёрнул рукой назад так быстро, насколько смог. Пришлось сначала убрать всё это безобразие, и, когда с этим наконец было покончено, я полез по шкафам в надежде найти что-нибудь нормальное или хотя бы не требующее готовки. Тут меня ждал новый удар судьбы. Я заглянул туда, где обычно лежал мой припрятанный на чёрный день дошик, но его там не оказалось.

Настроение стало совсем грустным, и я, не придумав ничего лучше, двинул в магазин. Словно на улице был не конец света, а обычный день, когда ты просто вышел за чем-нибудь съестным, потому что дома опять шаром покати.

Во дворе всё так же шатались мертвецы. Я им по приколу помахал рукой, но они, конечно, не ответили. Это было даже не обидно. Зато настроение мне немного поднял зомби, который копошился в помойке. Я подошёл к нему сзади, схватил за ноги и закинул внутрь, сразу захлопнув крышку. Изнутри донеслось приглушённое шуршание и рычание.

С этим прекрасным чувством морального превосходства я двинул дальше и вскоре добрался до магазина на углу соседнего дома, в который раньше можно было забежать за хлебом или чем-то вредным поздно вечером. Сейчас он выглядел уже совсем иначе. Света внутри не было, и оттуда доносились стоны.

Нет, в теории я мог бы рискнуть, но вместо этого в голову пришла другая мысль. Про большой гипермаркет. Он был не так уж далеко и ближе к окраине. Если мама права и поток зомби идёт сюда, значит, с его крыши должна быть видна общая картина. Насколько плотно они прут, есть ли вообще свободные участки и можно ли проскользнуть. Да и еды там наберу – выбор там всегда был отличный.

Путь занял минут тридцать. Раза в два больше, чем обычно, но оно и понятно – приходилось обходить своих новых родственников, если их вообще так можно было назвать. И тут у меня в голове всплыл один вопрос: а я теперь вообще ближе к ним или к людям? Ответа не было, и непонятно, кто его мог дать.

Когда я наконец добрался до гипермаркета, первым делом заметил грузовичок, припаркованный прямо у лестницы на крышу, и это сразу облегчило мне задачу. Одну строчку из плана можно было смело вычеркнуть. Не нужно было искать, как туда забраться, изображать из себя акробата или проверять, насколько моё чудо-тело дружит с высотой.

Я подошёл, забрался на кузов, оттуда – на лестницу, и жить сразу стало чуть проще. Подъём занял всего ничего. Через минуту я уже вылез на крышу и сразу осмотрелся по сторонам. Я ожидал увидеть хотя бы кого-нибудь – охранника или случайного выжившего, но крыша была пустой. Впрочем, и мёртвых на ней тоже не оказалось. Я пошёл к другой стороне, откуда открывался вид на подходы к городу, и невольно остановился.

Потому что увиденное мне совсем не понравилось. Зомби двигались к городу словно волнами. Конечно, это только издалека выглядело именно так. Вблизи они шли бы не так уж плотно, но с высоты всё равно создавалось ощущение, будто на город накатывается живой… точнее, мёртвый прилив.

С моей удачей даже гадать не надо, чем именно закончится план проскользнуть мимо них, а значит, он пока отменялся. Так что я развернулся и двинулся обратно к лестнице. Раз уж с разведкой всё стало ясно, оставалось хотя бы взять то, ради чего я сюда тоже шёл, – еду.

Автоматические двери передо мной открылись сами, и я шагнул через порог гипермаркета. Лампы на потолке вспыхивали на пару секунд и снова гасли, выхватывая из полумрака ряды полок, кассы, рекламные стойки и пол, по которому тянулись тёмные, уже засохшие следы крови. Везде лежали тела.

У самой кассы лежал мужчина в расстёгнутой куртке. Его верхняя часть была нетронута, словно ничего не произошло, а вот ниже начиналось то, на чём взгляд не хотел задерживаться.

Чуть дальше, между стойкой с батончиками и перевёрнутой корзиной, лежала женщина. Как будто она ещё пять минут назад выбирала молоко, думала, взять ли хлеб, и торопилась домой, а потом что-то открыло пасть и оборвало ей жизнь.

Рядом валялся убитый зомби. Череп ему проломили чем-то тяжёлым, а может, просто били до тех пор, пока голова не перестала быть головой. На плитке рядом с ним застыли кровавые брызги.

Я сделал ещё шаг, и моя подошва прилипла к полу. Это была кровь, ещё не высохшая до конца. По спине пробежал холодок.

Глава 4

Как говорил мой дед, бояться надо живых, а не мёртвых. Раньше я считал, что это одна из тех стариковских фраз, которые звучат умно, но в жизни особо не пригождаются. Сейчас, когда я толкал перед собой тележку среди мигающего освещения, разбросанного товара и кровавых следов на плитке, мне пришло в голову, что дед, возможно, просто не дожил до момента, когда эту формулировку точно пришлось бы пересмотреть.

К свету я привык уже через пару минут и перестал обращать на него внимание. Живых я пока не видел. Только редкие стоны где-то в глубине гипермаркета, но это явно был неживой контингент. Тележку я катил аккуратно, стараясь лишний раз не греметь, чтобы не привлечь их внимание.

Возле овощного отдела мне попалась перевёрнутая тележка. Из неё по полу разлетелись пачки крупы, какие-то консервы и банки сгущёнки. Я остановился рядом и осмотрелся. Хозяина не было видно. Если человек бросил продукты и убежал, значит, скорее всего, он сделал правильный выбор. А если не убежал… ну тогда ему они уже точно без надобности, и я быстро переложил всё в свою тележку.

Зайдя в молочный отдел, я закинул в себя с десяток сырков с разными начинками и покатился по магазину дальше, в итоге набрав целую тележку с горкой. Консервы, вода, печенье, крупы ещё всякая ерунда, которую в обычной жизни я брал без особого энтузиазма. Апокалипсис вообще быстро учит ценить простые вещи.

Потом я проехал мимо стеллажа с алкоголем, и вот тут в моей голове родилась великая мысль. Раз уж мир накрылся, то почему бы не устроить себе сегодня вечер в стиле "йо-хо-хо и бутылка рома"? Мне даже стало интересно, насколько вообще дорогой ром отличается от дешёвого, и я полез за самой дорогой бутылкой, какую только увидел.

Она выглядела солидно. С другой стороны, за такие деньги было бы странно, если бы бутылка выглядела иначе. Кстати, где-то по пути я, кажется, видел треуголку, которая отлично дополнила бы мой тематический вечер. Она вроде была возле отдела с праздничным барахлом и детскими игрушками.

Выкатившись из ряда с алкоголем, я уже почти развернулся в сторону, где видел тот головной убор, и тут замер. Как и группа, что шла мне навстречу. Их было двенадцать – девять мужчин и три женщины.

Один из них посмотрел на меня и спросил:

– Мальчик, ты один?

И вот в такие моменты я особенно ясно понимал, что мой интеллект и я – это две разные структуры, которые крайне редко хотят сотрудничать. Потому что вместо того, чтобы соврать, сделать вид, что где-то рядом ещё люди, или хотя бы промолчать, я просто кивнул. Чёрт меня дёрнул это сделать.

Лица у них изменились сразу. Вот секунду назад они просто оценивали обстановку, а в следующую на мордах уже появились такие хищные улыбки, что мне захотелось вернуть время на десять секунд назад и отвесить самому себе подзатыльник.

Из толпы вышел один мужик. Лет сорок, крепкий, с лысеющей башкой и наглой рожей. В руке у него была монтировка. Держал он её уверенно, как аргумент на все случаи жизни. Он посмотрел на тележку и сказал:

– Отдавай всё, что ты там набрал.

На пару секунд я реально завис от его заявления. Он говорил это так уверенно, будто я зашёл к нему домой, открыл его холодильник и теперь пытаюсь унести последнее. Он даже развёл руки, окидывая магазин, будто объяснял очевидные вещи особенно тупому ребёнку.

– Потому что это всё наше, а ты это украл.

Я молча посмотрел на него, потом на тележку, потом снова на него. Нет, ну мозгов у него явно было меньше, чем у моего тела, а это уже очень серьёзное достижение. Стоять так передо мной с абсолютно серьёзным видом и заявлять, что магазин – его. По одному они бы даже из дома не вышли, а толпой нападать на одиночку – смотрите, какие смелые.

Хотя, если подумать, логика нового мира была именно такой. Из-за спины мужика вышла одна из женщин: худая, с острым лицом и светлыми волосами. Осмотрев меня с головы до ног, она сказала:

– Да он вообще мелкий. Чего с ним разговаривать? Пусть и одежду снимает, которую украл.

Другая хихикнула и тут же подхватила:

– Пусть тогда и трусы тоже.

Остальные заржали, кроме молодого паренька и последней девушки. Я специально до этого молчал. Не потому, что испугался, а просто любая моя необдуманная фраза сейчас могла всё испортить. Собравшись, я уже хотел сказать, что отдам все продукты и просто уйду, больше сюда не возвращаясь. План был не самый гордый, но зато вполне рабочий, но у моего тела, как обычно, было своё мнение. Оно шагнуло вперёд, заревело на них так, что у меня самого внутри всё неприятно сжалось, и выдало:

– Преклонитесь перед господином!

Они аж застыли в шоке. Причём все разом, и на пару секунд повисла такая тишина, что было слышно только потрескивание ламп на потолке. Я тоже офигел и именно в этот момент понял, что надо драпать.

Я толкнул тележку с такой силой, что она превратилась в настоящий спортивный болид. С грохотом, звоном банок и угрожающим дребезжанием она рванула вперёд прямо в парня, который стоял ближе всех. Тот даже среагировать не успел.

Тележка въехала в него так, что он сложился пополам и с криком улетел назад вместе с ней. Банки, бутылки и прочий мой честно награбленный… то есть добытый запас посыпались на него сверху. Он заорал от боли так громко, что, кажется, его услышал весь магазин.

Надеюсь, ему там всё переломало, – подумал я, уже сворачивая за угол и сразу притопив с максимальной скоростью.

Эти чудики, судя по крикам, рванули за мной. Мозгов у них, похоже, не было вообще. Потому что так орать в магазине, где есть зомби, мог либо очень смелый человек, либо очень тупой. И что-то подсказывало мне, что тут был именно второй вариант.

Я маневрировал между стеллажами и, свернув на очередном повороте, увидел лысого. Тот нёсся за мной, размахивая монтировкой и явно уже представляя, как доберётся до меня и начнёт воспитывать. На его несчастье, прямо за углом стоял зомби.

У меня появилась одна очень гениальная мысль. Я подлетел к мертвецу, на бегу постучал его по плечу и сразу рванул в другую сторону. Зомби медленно начал поворачиваться, и ровно в этот момент из-за поворота вылетел лысый.

Он, конечно, его не заметил. Перед глазами у него, видимо, стоял только я и его ущемлённое достоинство. Но когда он проскочил дальше и увидел, что я спокойно стою и смотрю на него, то резко остановился.

– Ну всё, щенок, – процедил он. – Теперь ты так легко не отделаешься.

Я посмотрел на него, потом за него и ответил:

– Это вряд ли.

Он даже не успел понять, почему я так уверен. Мертвец сзади навалился на него с неожиданной прытью. Лысый только выругался и начал отбиваться от него монтировкой.

Я же рванул прочь. Пробежав ещё несколько стеллажей и перепрыгнув через разбросанные коробки, я снова свернул за угол и, конечно же, наткнулся на одного из них. Это был парень примерно моего возраста, как раз тот, который не смеялся.

Он выскочил мне навстречу, и мы оба замерли на секунду. В руках у него был нож. Держал он его неуверенно, но при этом крепко. По лицу было видно – парень перепугался. Только вот у испуганных людей есть одна неприятная особенность. Они могут сделать вообще что угодно.

Я поднял руки, показывая, что не представляю опасности. Паренёк немного расслабился, но не до конца. Нож он по-прежнему держал перед собой. По его лицу было видно – он и сам не понимал, что со мной делать. Вариантов у него было немного. Если он закричит, сюда сразу сбегутся остальные, а заодно и мертвецы. Поэтому я приложил палец к губам, показывая, чтобы он молчал, и он послушался.

Начав осторожно его обходить, я двигался без резких движений, и план работал. Он следил за мной, напряжённо дыша, но не дёргался. Ещё немного, и я бы просто ушёл дальше, оставив его стоять здесь, но где-то рядом закричала женщина. Сразу после этого грянул выстрел.

Дальше всё произошло так быстро, что я почти ничего не понял. Парень дёрнулся, и я почувствовал удар в живот. Взглянув вниз, я обнаружил нож, торчащий из меня.

Моё тело среагировало на это мгновенно. Рука сама рванула вперёд, и пальцы вошли ему в грудь. В следующий миг я уже держал в руке что-то живое, горячее и отчаянно бьющееся.

Я увидел, как парень опустил взгляд. Сначала уставился на мою руку, вошедшую ему в грудь, потом медленно поднял глаза на меня, и в этот миг я всё понял без слов. В его взгляде было слишком много: шок, страх, осознание того, что это конец.

У меня в голове словно что-то взорвалось. Я убил не зомби, а живого человека. Можно было, конечно, начать врать самому себе. Сказать, что убил не я, а моё тело, которое опять решило действовать быстрее мозга. Или вспомнить, что на лысого я вообще натравил зомби, но там не факт, что он помер.

Но сейчас это не работало. Потому что я видел глаза этого парня. Он точно не хотел умирать. Не хотел стоять здесь с ножом в руке. Он хотел жить! Просто вернуться в ту свою прошлую жизнь, где были обычные проблемы, обычные дни и наверняка какие-то мечты, которые теперь уже никому не нужны. Я и сам недавно был таким же и мог сейчас оказаться на его месте, а вместо этого он лежал мёртвый на полу, а я стоял над ним с его сердцем в руке.

Моё тело вытащило из себя нож и решило устранить повреждения, откусив кусок сердца. Именно в этот момент из-за угла показалась девчонка, которая говорила про трусы. Она увидела меня, потом мёртвого парня на полу и его сердце у меня в руках. Лицо у неё вытянулось так, будто она не до конца осознала происходящее, но всё же заорала так громко, что вскоре сюда должны были приползти все.

– Он убил Славика!

Я рванул в другую сторону. По дороге сбоку мигнуло какое-то системное уведомление. В другой ситуации я бы, наверное, сразу проверил, что там, но сейчас мне было не до этого. Когда у тебя за спиной бегают психи и в животе совсем недавно торчал нож, как-то не хочется останавливаться ради чтения всплывающих окон.

Петляя между стеллажами, я старался двигаться так, чтобы не загнать самого себя в тупик. Гипермаркет уже давно перестал быть просто магазином. Теперь это был лабиринт, и надо было не оказаться его жертвой.

Я на секунду остановился и прислушался, поняв, что они ищут меня вообще в другой части здания. Значит, план был простой – убраться отсюда и не возвращаться. Выход был рядом. Именно в этот момент я услышал:

– Стоять.

Я медленно повернул голову. В нескольких метрах от меня стоял мужик из той группы, и в руках у него был пистолет. Вот тут мне стало по-настоящему не по себе. Потому что пистолет, направленный в лицо, резко сужает выбор до очень скромного набора вариантов, а ещё что-то мне подсказывало, что именно выстрел в голову я, как и зомби, не переживу.

– На колени, – сказал он. – Что вылупился? На колени, я сказал, или думаешь, что самый умный? Я знал, что ты тут пойдёшь, и ждал тебя. Так что не дёргайся. Сейчас все соберутся, и будем тебя судить.

Нифига судья нашёлся. Вообще, у людей есть удивительный талант. Стоит им взять в руки оружие и собрать рядом ещё пару таких же идиотов, как они уже начинают мнить себя законом, властью и высшим арбитром справедливости. Не хватало только стола, молотка и таблички "Народный гипермаркетный трибунал".

Я очень хотел ему ответить. Что-нибудь едкое, но вовремя понял, что лучше молчать. С другой стороны, если ничего не делать, он и правда дождётся остальных, и тогда мне точно кранты.

Значит, надо было что-то придумывать. Я начал медленно опускаться на колени, стараясь двигаться так, чтобы не спровоцировать его раньше времени. Мужик следил за мной внимательно. Опускаясь ниже, я специально задел плечом край полки рядом, чтобы она качнулась. В голове промелькнула надежда – вдруг сейчас сверху что-нибудь посыплется прямо ему на голову, но, разумеется, ничего не произошло.

Он подошёл почти вплотную, и это было плохо. Очень плохо. Дёргаться мне не хотелось. С моим везением он бы точно нажал на курок и разнёс мне череп. Тут на помощь, как ни странно, снова пришло моё тело. Оно вдруг вылупилось куда-то в сторону. Так, будто там, за его спиной, появилось что-то важное.

Я сначала даже сам не понял, что это за номер, а потом до меня дошло, что идея ведь не такая уж плохая. Если он решит, что я что-то увидел, хотя бы на миг отвлечётся. Только вот парень оказался не настолько тупым, как мне хотелось.

– Думаешь, я дурак? – сказал он.

Ну, конечно. У него был явно какой-то личный бзик на тему того, какой он умный. Я понял, что простого взгляда в сторону будет мало, и расширил глаза настолько, насколько вообще мог. Уставился туда так, будто увидел что-то действительно страшное, и вот это уже сработало.

Он всё-таки труханул и на секунду бросил взгляд назад, но этого мне хватило. Правда, он успел заметить моё движение и рефлекторно нажал на курок. Выстрел грянул почти у меня перед лицом. Только целился он уже не в голову.

Первую пулю я почувствовал, как быстрый и очень жёсткий удар. Меня будто насквозь прошило раскалённым шилом, а в следующую секунду прилетела вторая, но главное – башка была цела. А всё остальное сейчас уже было не так важно.

Я врезался в него всем весом, одной рукой отбил в сторону его запястье с пистолетом, чтобы он не успел всадить в меня ещё пару пуль, а второй ударил. Я почувствовал, как кастет впечатывается ему в челюсть, и мужика даже подбросило. Он на секунду завис в воздухе в совершенно нелепой позе, а потом рухнул на пол затылком вниз. Голова ударилась об пол с такой силой, что его черепушка окончательно перестала служить вместилищем для мозгов.

От убийства этого мужика я почему-то не испытал угрызений совести. То ли так работала система. То ли всё дело было в том, что он действительно хотел меня убить, и я просто не видел в случившемся ничего, кроме попытки выживания, но разбираться с этим сейчас было некогда. Надо было сваливать.

Я уже собирался двинуться к выходу, когда из глубины магазина донеслись крики. Я сразу нырнул за большой ящик и осторожно выглянул. Оттуда к выходу неслась та самая группа, будто наконец поняв простую истину – лучше не охотиться за одиноким парнем в окружении мертвецов.

Мужики вылетали первыми. Толкались, матерились, чуть ли не сбивали друг друга, лишь бы быстрее проскочить через двери. Последней на каблуках бежала та самая дамочка, которая совсем недавно предлагала снять с меня одежду. Видать, у них она была главной цацой или, по крайней мере, очень хотела ею выглядеть. Даже в конце света умудрилась сохранить это великое качество – желание понтоваться.

На бегу она выглядела уже не так уверенно. Лицо было перекошено от ужаса, а волосы растрёпаны. Я почти поверил, что она сейчас выскочит наружу и ещё долго будет рассказывать всем, как героически выжила, но то ли каблук сломался, то ли она за что-то зацепилась, а может, судьба просто решила, что хватит.

Женщина потеряла равновесие и рухнула на пол со всей своей важностью. Распластавшись, она взвизгнула и начала орать, чтобы ей помогли. Голос у неё был такой, будто она всё ещё считала, что мир обязан ей подчиняться, но остальные уже были у выхода.

Она попыталась подняться, опираясь на руки, но зомби уже нагнали её. Первый вцепился в ногу. Второй навалился сверху. Третий подоспел сразу следом. Она билась, дёргалась, пыталась отползти, звала кого-то, но всё это уже не имело значения. Мертвецы рвали её прямо у выхода, а те, с кем она ещё недавно пришла сюда, даже не обернулись.

– Вот и сходил в магазин, – пробормотал я.

Теперь надо было глянуть сообщение от системы, которое пришло, пока я носился по гипермаркету.

Глава 5

Перед тем как найти сообщение, я поднял пистолет и проверил магазин. Оказалось, причина, по которой в моей тушке не стало больше дырок, была до смешного банальной – у этого умника просто кончились патроны. Огнестрел без патронов был примерно так же полезен, как зонтик во время пожара.

Брать его с собой я не стал. Толку от железяки, которая только выглядит грозно, было мало. Я присел у ближайшего стеллажа и затолкал её под нижнюю полку. Вдруг ещё пригодится. Хотя, если честно, мне казалось, что проще будет найти новый ствол с патронами, чем патроны к нему.

Ещё я очень чётко понял одну простую вещь – мне нужен шлем. Желательно такой, чтобы по башке можно было хоть табуреткой бить, хоть кирпичом, и чтобы он выдержал пару попаданий из огнестрела.

Я вернулся к системному уведомлению, которое пришло раньше. Искал я его долго, ползая по каким-то меню, в которых вообще не понимал смысла. Система, похоже, искренне считала, что человек обязан разбираться в её кривом интерфейсе. В какой-то момент я снова вышел на свои характеристики и только тогда заметил, что ловкость изменилась. Это уже было интересно. Я тут же полез дальше, упрямо копаясь во вкладках, пока наконец не нашёл нужную строку.

Получено 1 очко характеристики: Ловкость.

Я сразу вернулся к характеристикам и убедился, что не показалось. Теперь оставался главный вопрос – за что именно я это получил. Я прокрутил в голове тот момент ещё раз: убил человека, бежал, сожрал его сердце. Бег сразу отпадал.

Значит, оставалось два варианта. Либо дело было в убийстве живого человека, либо в поедании его сердца. И вот второй вариант мне нравился ещё меньше первого, потому что звучал уже не как "система наградила за достижение", а как "поздравляем, вы сделали ещё один шаг к полному становлению зомби". Если очки характеристик дают за убийство живых, то система была ещё более мерзкой, чем я думал, а если за поедание сердец…

– Ну прекрасно. Убийство или каннибализм. Просто мечта, а не прокачка, – вздохнул я.

С другой стороны… я же уже не человек? Эта мысль мелькнула слишком быстро, и мне она сразу не понравилась.

– Нет, – пробормотал я себе под нос. – Я человек и им останусь!

Сказал я это уверенно, но внутри всё равно было неспокойно. Потому что одно дело – повторять себе правильные вещи, и совсем другое – жить в мире, где система будто специально толкает тебя туда, где человеком оставаться всё труднее. Нужно было приспосабливаться к новому миру. Как говорится – не мы такие, жизнь такая. Хотя, если честно, в нашем случае правильнее было бы сказать иначе: не мы такие – система такая.

Я снова перевёл взгляд на мужика, которого только что прикончил. Мне нужно было точно понять, за что именно система дала очко характеристики. Я несколько секунд просто стоял, глядя на тело. Внутри ещё теплилась слабая надежда, что сейчас я придумаю другой способ всё проверить. Более человеческий, но с каждой секундой становилось всё яснее – другого варианта у меня нет.

– Ладно… Раз уж мир решил докатиться до такого, придётся и мне соответствовать.

Прозвучало это так себе. Я слишком хорошо понимал, какой именно шаг собираюсь сделать, и присел рядом с трупом. Рука сама легла ему на грудь. Совсем недавно он был живым человеком, а теперь я сидел над ним и собирался вытащить у него сердце, будто это был не человек, а какой-то учебный манекен.

Вскоре сердце уже было у меня в руке. Я уставился на него, и ещё недавно от подобного зрелища меня бы, скорее всего, вывернуло, а потом я бы долго вспоминал увиденное в кошмарах. Но сейчас я лишь смотрел на него в своей ладони и понимал одну очень неприятную вещь – отвращение было, но слабое.

Я поднял сердце чуть выше, разглядывая его. Потом поднёс ко рту и замер. Вот она, последняя граница. После этого шага уже нельзя будет делать вид, что всё это случайность или неприятное совпадение. Я сам выберу этот путь.

С другой стороны, если не играть по правилам системы, то, скорее всего, очень быстро окажешься в желудке её многочисленных помощников. Причём без всяких красивых размышлений о человечности, морали и прочем. Просто сдохнешь, и всё на этом, а мне умирать второй раз совершенно не хотелось.

Я откусил кусок, и вот тут меня пробрало по-настоящему, но не потому, что стало мерзко. Наоборот, оно оказалось вкусным. Внутри словно что-то довольно шевельнулось, будто тело мгновенно узнало нужную пищу и теперь только радовалось, что я наконец перестал тормозить.

Когда я доел, мир не рухнул, а небо не разверзлось. Будто я не сделал что-то чудовищное, а просто нашёл правильный способ прокачки. Правда, и характеристик не прибавилось – всё осталось прежним. Я сел прямо на пол, прислонившись спиной к стеллажу, и некоторое время молча смотрел перед собой.

– Ну и фигня всё это… – подвёл итог я.

Потому что теперь мне пришлось признать одну простую вещь. Новый мир менялся не только снаружи. Он уже начал менять и меня самого, и именно во время этих размышлений мне в голову пришла ещё одна мысль. Зомби ведь не просто так вечно тянулись к голове. Их почему-то особенно привлекали именно мозги, и если предположить, что характеристики я получал через сердце, то напрашивался совсем неприятный вывод – умения, навыки или знания могли добываться из серого вещества.

Я уставился на мужичка. Его голова была максимально нецелой после удара кастетом и падения затылком о плитку, мозги, можно сказать, уже лежали на полу. Мир очень услужливо сократил мне дистанцию от "может, всё же не стоит" до "ладно, проверим".

Присев рядом, я подцепил пальцами то, что мне было нужно, и быстро закинул в рот, не давая себе времени на лишние размышления. Стоило мне проглотить, как мир на секунду будто качнулся. Не в буквальном смысле, а скорее внутри головы что-то дрогнуло, словно в неё резко подали сигнал. Я схватился за край стеллажа и стиснул зубы, потому что ощущение было такое, будто мне прямо в мозг заливают информацию через шланг под давлением.

Это не было похоже на системное сообщение. Скорее, как если бы я внезапно начал вспоминать то, чего никогда не знал. Перед глазами мелькнули чужие руки, разводной ключ, пакля и старые трубы. Как перекрывать стояк, как на слух определить, где именно начинает травить соединение, или прочистить засор без нормального троса, если под рукой одна проволока.

Судя по тому, что я получил вместе с этим потоком информации, мужик при жизни был сантехником, и теперь его знания каким-то образом передались мне. Я сразу полез в меню, пытаясь понять, где это должно было отобразиться. Логика подсказывала, что у системы обязан быть для такого отдельный раздел. Ну не может же она так нагло закачать мне в голову чужую профессию и сделать вид, что ничего не произошло, но нет. Нигде ничего не появилось.

Я открыл пассивные навыки – там было ровно столько же полезной информации, сколько обычно даёт мне эта замечательная система, когда я хочу получить прямой ответ. То есть ничего. Полез в активные умения. Тоже мимо. Проверил характеристики. Пусто.

Получалось, это было не системное умение. Не навык в привычном смысле, не способность, не пассивка и не какой-то скрытый талант. Я просто получил это как знание в чистом виде. Внесистемное умение, которое никак не подсвечивалось в интерфейсе, но при этом вполне реально сидело у меня в голове.

В принципе, это было не так уж и плохо. Просто, если уж мечтать, я бы предпочёл, чтобы мужик оказался механиком, водителем или кем-нибудь ещё, чьи навыки помогли бы мне выбраться из города. Умения сантехника тоже были вещью нужной, правда, в прошлом мире.

Рядом, конечно, оставалась ещё та дамочка, но стоило мне выглянуть в её сторону, как стало ясно – там и без меня хватает желающих ею заняться, и влезать туда ради сомнительной добычи я не собирался.

А значит, оставался Славик. По дороге к нему я решил не терять времени и провести испытания на парочке зомби. Всё равно по пути попадались одиночки. Результат оказался нулевым. Будто жевал не потенциальный источник усиления, а бесполезную биомассу.

Получалось, нужны были живые или те, кто совсем недавно ими был. Это открытие было одновременно полезным и очень хреновым. Полезным – потому что давало чёткое понимание особенностей нового мира, а хреновым – потому что снова упиралось в одну неприятную мысль.

Я вернулся к парню. Он лежал там же, где и раньше. С открытыми, уже стеклянными глазами, уставившимися в потолок, будто до сих пор пытался понять, в какой момент этот день свернул настолько не туда. Сердца у него уже не было, а вот мозг оставался на месте.

Остановившись рядом, я какое-то время просто смотрел на него. Мысль о новом эксперименте никуда не делась. Если с мужиком это сработало, значит, и здесь могло что-то получиться. Возможно, Славик умел что-то полезное, и в голове у него были знания, которые могли бы мне пригодиться, но я смотрел на него и понимал, что не могу. Просто не могу, и всё. С мужиком было проще – он сам хотел меня убить, а здесь… здесь передо мной лежал просто парень.

Я молча постоял рядом ещё немного, потом развернулся и пошёл в садовый отдел. Там нашлась лопата, и с ней я вышел наружу, отойдя чуть в сторону от магазина, туда, где был газон. Место, конечно, было так себе. Не кладбище, не церковь и не какой-то красивый уголок под деревом. Просто участок земли рядом с гипермаркетом, где ещё вчера кто-то, может быть, курил на обеде, а сегодня я собирался копать могилу, но лучшего варианта у меня всё равно не было.

Пока я копал, мысли сами лезли в голову. О том, кем был этот Славик. Ждал ли его кто-то дома. Была ли у него девушка, родители, друзья. Может, он вообще пришёл сюда не грабить, а просто за едой, как и я, просто с плохой компанией. Может, держал нож в первый раз в жизни и сам до последнего не верил, что пустит его в ход.

Теперь я этого уже никогда не узнаю, но, как бы там ни было, он заслуживал лучшей участи, чем валяться на полу. Когда я закончил, то вернулся в магазин, поднял его тело и вынес наружу. Нести было несложно – сила позволяла, но легче от этого не становилось.

Я аккуратно уложил его в яму и на несколько секунд замер. В голове мелькнула мысль, что, наверное, стоило бы что-то сказать. Хотя бы короткую молитву или пару правильных слов на прощание, но тут же возникла другая проблема – я даже не знал, во что он верил и верил ли вообще. Может, вообще ни разу в жизни не задумывался о Боге, пока мир не накрылся, а потом ему стало уже не до таких размышлений. Да и я сам теперь уже не очень понимал, во что вообще верить.

– Прости, – сказал я. – Не знаю, насколько это что-то меняет, но хотя бы так.

Потом начал засыпать землю обратно. Комья глухо падали вниз, постепенно скрывая лицо, плечи, тело. В какой-то момент всё закончилось. Остался только свежий холмик земли, который теперь был могилой.

Я вернулся в магазин. Как бы там ни было, а еды всё-таки нужно было набрать. Все эти философские размышления – это, конечно, очень увлекательно, но жрать от них меньше не хотелось. А умирать с пустым желудком желания не возникало.

Для начала я прихватил пару больших бутылей с водой и двинул в отдел с одеждой. После возни в земле, крови и всей той дряни, через которую я сегодня успел пройти, выглядел я не очень. Там я быстро отмылся, хоть и не до конца, но даже этого хватило, чтобы почувствовать себя чуть менее похожим на бомжа.

А дальше я уже основательно прошёлся по рядам. В итоге взял несколько комплектов: штаны, которые не жалко порвать, пару футболок, толстовку на молнии, куртку полегче и ещё одну потеплее. Несколько пар носков, трусов, запасные кроссовки, а потом, уже чисто для души, прихватил ещё несколько вещей, которые мне просто понравились. Да и вообще, платить за них теперь было не надо.

Тут мне в голову пришла мысль, которая показалась настолько удачной, что я даже довольно ухмыльнулся. Я нашёл подходящего по комплекции мертвеца – не точную копию, конечно, но достаточно похожего. Рост примерно мой, телосложение близкое, волосы того же цвета. Лицо было погрызено, так что и эта проблема решалась.

Я быстро переодел его в свою старую одежду. Возиться пришлось недолго, и в итоге получилось вполне сносно. Если кто-то потом наткнётся на него, особенно из той группы, вполне может решить, что я уже откинулся и превратился в ещё одного местного доходягу.

В этот момент я услышал, как кто-то за моей спиной ахнул. Я обернулся и увидел молодую рыжую девушку. Она стояла, закрыв рот рукой, и смотрела на меня широко раскрытыми глазами. И, если честно, я её прекрасно понял. Свет как раз в этот момент моргнул, вокруг полумрак, а я сижу над трупом. Я бы на её месте подумал ровно то же самое. Стоило лампе моргнуть ещё раз, как она тут же развернулась и рванула так, будто за ней уже гнались.

Я решил не лезть. Сама сюда дошла – сама и уйдёт. По крайней мере, именно так я подумал, но почти сразу со стороны, куда она убежала, донёсся истошный визг.

– Ладно, – сказал я себе под нос. – Видимо, всё-таки стоило проверить.

Я двинулся за ней, хотя следов она, понятное дело, не оставила. Да и сама теперь молчала, что мне совсем не нравилось. Когда человек орёт, сразу понятно, куда бежать. А вот когда сначала визжит, а потом резко замолкает, в голову почему-то сразу лезут самые неприятные варианты.

Наконец я упёрся в туалеты. Сначала проверил женский. Заглянул внутрь и почти сразу понял, что пришёл по адресу. Одна зомбячка с очень целеустремлённым упорством ломилась в одну из кабинок. Билась в дверь всем телом, скреблась и рычала так, будто за этой хлипкой перегородкой пряталось что-то невероятно вкусное. А значит, Рыжик, скорее всего, была именно там.

Я подошёл ближе и свистнул. Дамочка мгновенно перестала долбиться в дверцу и дёрнула головой в мою сторону. Когда она только начала поворачиваться, я уже шагнул вперёд и врезал ей кастетом в висок. Из неё тут же выпало два предмета. Небольшой кристалл и кость. Кристалл – ладно, но кость? Не зелье или свиток, а просто… кость. Я наклонился, сначала поднял кристалл и машинально сунул его в карман, а потом взял кость. Стоило пальцам сомкнуться на ней, как перед глазами тут же вспыхнуло системное сообщение.

Открыт навык: Призыв зомби.

В голове сразу всплыло воспоминание о свитке, с которого у меня вообще началась вся эта история с двойником. Тогда я получил зомби-помощника, который, конечно, оказался редкостным кретином, но всё же был полезен. А теперь система вдруг выдала что-то похожее, но уже не через одноразовый свиток, а как полноценный навык. Вот это уже пахло чем-то серьёзным. Причём, если подумать, весьма перспективным.

Это было интересно, но, зная мою замечательную систему, там вполне мог оказаться ещё десяток новых вкладок, половина из которых открывается только в полнолуние, а вторая половина – если трижды моргнуть левым глазом. Так что разбираться с этим прямо сейчас я не стал и отложил на потом.

Я подошёл к кабинке и постучал костяшками по дверце, сказав:

– Эй, всё в порядке. Можешь выходить.

В ответ была тишина. Я подождал пару секунд, потом постучал ещё раз, уже чуть громче. Снова ничего. Я нахмурился. Либо она так сильно перепугалась, что решила даже не дышать, либо уже успела отключиться от страха. Я взялся за ручку и дёрнул, с треском вырвав защёлку и открыв дверь.

Девушка действительно была там. Она сидела на бачке, вжавшись в стенку, с круглыми глазами и таким видом, будто прямо сейчас решает, что страшнее – зомби снаружи или я. Хотя она, наверное, и думала, что зомби и я – это одно и то же.

Я уже хотел сказать что-то успокаивающее, но из меня вырвался рык. Я и сам на секунду завис от неожиданности, а девушка, услышав это, окончательно решила, что с неё на сегодня хватит. Глаза у неё стали ещё больше, хотя, казалось бы, уже некуда, после чего она просто обмякла и съехала вниз без сознания.

Посмотрев на неё несколько секунд, я подвёл итог:

– Это, конечно, полное фиаско, братан.

Хотя, если посмотреть с её стороны, реакция была более чем логичной. К ней кто-то ломится, затем за дверью происходит возня. После этого замок с треском вырывают, и на пороге стоит парень с окровавленной рукой, в которой держит кость, и в конце рычит. Да я бы и сам, наверное, на её месте сделал то же самое.

Похоже, моё тело перехватывало управление в те моменты, когда я начинал волноваться, бояться или что-то подобно и не мог полностью сосредоточиться на его управлении. Правда, тут сразу возникал вопрос, а кто вообще был истинным хозяином положения? Я или моя оболочка?

Я наклонился, осторожно поднял девушку на руки и вытащил из кабинки, отнеся к раковине. На всякий случай я быстро смыл с руки кровь, убрал подальше кость и только после этого внимательно посмотрел на девчушку. И, если честно, выглядела она очень даже симпатично. Рыжие волосы сейчас растрепались и выбились из хвоста, так что несколько прядей прилипли к щекам и лбу. Кожа у неё была светлая, из-за чего россыпь веснушек сразу бросалась в глаза. Сами глаза у неё хоть и были закрыты, но зелёные – на это я обратил внимание ещё раньше по тому, как широко она их умела открывать.

Я набрал в ладонь воды и брызнул ей на лицо. Потом ещё раз, пока она не распахнула глаза. Рыжик дёрнулась и начала отползать назад, прямо сидя на попе, не сводя с меня взгляда, пока не врезалась затылком в раковину.

– Ай… – жалобно заскулила она и сразу схватилась за голову обеими руками.

– Не бойся, – сказал я, указывая на мёртвую зомбячку. – Я тебя спас.

Девушка перевела взгляд на тело, тут же дёрнулась и поспешно отвернулась в другую сторону. Похоже, смотреть на такое ей было ещё тяжело, и, если честно, это было вполне нормально.

– Всё хорошо, – продолжил я. – Опасности больше нет. Ты пришла за продуктами?

Она кивнула.

– Я тоже. Давай вместе наберём еды, а потом я провожу тебя до дома. Мне кажется, тебе одной, да ещё и с пакетами, будет сложно вернуться.

Она снова смотрела на меня, не отводя взгляда, обдумывала мои слова, а потом ещё раз кивнула. Тогда я протянул ей руку, помогая встать. Девушка взялась за неё и тихо сказала:

– Спасибо.

Дальше мы взяли по тележке и снова пошли по магазину, набирая всё, что могло пригодиться. Точнее, я шёл уверенно, а Рыжик держалась рядом, заметно нервничая. Постоянно поглядывала по сторонам, вздрагивала от звуков и старалась не отходить от меня слишком далеко. Впрочем, после всего случившегося это было даже не трусостью, а вполне здравым подходом к жизни.

Пока мы ходили, она с десяток раз поблагодарила меня. Потом призналась, что ей было очень страшно выходить на улицу, но она живёт в соседнем доме, так что смогла добраться сюда довольно быстро.

Я покосился на неё и понял, что она не такая уж и мышка. Сам факт, что она вообще вышла из дома в одиночку, уже говорил о многом. Одно дело – трястись в безопасной квартире. И совсем другое – всё же открыть дверь, спуститься вниз, пройти через двор и дойти до магазина, когда вокруг ходят мертвецы.

Когда тележки наполнились, мы двинулись к выходу. И вот тут началась та часть прогулки, которую я про себя называл "всё портит местная фауна". Если на пути попадался зомби и его можно было обойти – мы обходили. Без всякой геройской дури, но иногда пространства просто не оставалось, и тогда приходилось разбираться на месте.

Без каких-то особых проблем мы добрались до её пятиэтажки. По нынешним временам это уже тянуло почти на маленькое чудо. По дороге я узнал, что её зовут Алиса. Имя ей, кстати, подходило. Я сразу представился в ответ сам.

Она жила с родителями и младшим братом. Родители обратились сразу, но девушка не растерялась и смогла закрыть их в комнате. Там они и оставались всё это время. Сейчас, спустя несколько дней, у них с братом начала заканчиваться еда, и она решилась выйти в магазин. Потому что, если бы они продолжили просто сидеть, скоро голод стал бы не менее опасным, чем всё остальное.

Я помог ей дотащить всё добро наверх. Подъезд был старый, с облупившейся краской на стенах. Поднялись мы до её этажа без приключений, но, когда подошли к двери её квартиры, стало понятно, что изнутри доносятся удары и рычание.

Алиса побледнела так резко, что я даже подумал, не поймать ли её заранее, если опять решит отключиться. Она бросила пакеты на пол и, быстро вставив ключ, провернула его, дёрнула ручку, но я оттолкнул её в сторону, заходя первым. Потому что если за дверью происходит именно то, что я думаю, то ей туда первой точно не надо.

В квартире двое зомби почти выломали дверь в одну из комнат. Судя по всему, именно там находился брат, а сама дверь уже держалась на честном слове.

Глава 6

Я схватил первое что попалось под руку и кинул. В полёте из банки посыпалось всё, что хозяева скидывали туда: ключи, мелочь, какие-то скрепки, даже, кажется, батарейка. Всё это со звоном разлетелось по полу, но главное – она врезалась главе семейства точно в висок. Не сказать, что это могло его убить или хотя бы заставить задуматься о своём поведении, но эффект был. Оба сразу синхронно повернули головы и уставились уже не на дверь комнаты, а на меня.

До меня им было всего ничего – метра три, максимум три с половиной. Для нормального человека это расстояние – ерунда. Для двух мертвяков, которые уже решили, что сейчас будут ужинать, – вообще не дистанция, а подарок судьбы.

Я сразу поднял ногу, готовясь врезать первому, кто сунется ближе. Глава семейства рванул вперёд дёргано, но быстро, и я влепил ему ногой в грудь. Удар вышел хороший, и мертвяк не просто отшатнулся – ему будто включили перемотку назад.

Он улетел обратно, сшибая жену, которая как раз собиралась рвануть следом, и оба покатились по полу почти в обнимку. На секунду это выглядело почти по-семейному. Ну, если не учитывать, что ещё мгновение назад они собирались кого-то сожрать.

Ждать, пока они поднимутся, у меня не было никакого желания, но, обернувшись, я увидел лицо Алисы и сразу всё понял без слов. В её глазах стоял такой ужас, что там уже было не разобрать, за кого именно она боится больше: за брата, родителей или сразу за всех. Да и какая разница, если у человека на глазах рушится вся жизнь.

У меня не было ни братьев, ни сестёр, так что до конца понять её я не мог, да и родители у меня были живы, просто далеко. Но по глазам девушки было слишком легко представить, что чувствует человек, когда самые близкие люди рядом, а помочь им ты уже не можешь. От этого её страх становился только понятнее.

Так что я с разбега влетел в главу семьи и с ноги отправил его дальше по коридору, прямо в комнату. Его вторую половинку следом закинул туда же, помог, так сказать, воссоединиться, после чего сразу захлопнул дверь. Почти тут же в неё начали ломиться с той стороны, но пока без особого толку. Дверь трещала, но держалась, а значит, какое-то время мы были в безопасности.

Я повернулся к Алисе. Она с какой-то отчаянной, совсем не девичьей силой разбрасывала баррикаду, лишь бы добраться до брата. Из комнаты уже доносился его захлёбывающийся плач. Я бросился помогать, и, как только проход стал достаточно широким, девушка влетела внутрь.

Через секунду она уже стояла перед мальчишкой на коленях, крепко прижимая его к себе. На вид ему было лет девять, может, десять. Совсем ещё ребёнок. Он вцепился в неё так, будто боялся, что и она сейчас исчезнет, уткнулся лицом ей в волосы и зарыдал ещё сильнее.

– Прости меня… прости… – выдавливал он сквозь рыдания. – Я обещал… я обещал не подходить… но я хотел… хотел увидеть маму и папу…

Глаза мальчика распухли и покраснели так, что он едва мог нормально их открыть. Слёзы лились без остановки, стекая по щекам и смешиваясь с соплями, которые он даже не пытался вытереть. Алиса, глядя на него, тоже начала рыдать. До этого она ещё как-то держалась, а теперь внутри у неё окончательно что-то оборвалось.

Я просто стоял в дверях, смотрел на это и ничего не говорил. Какие слова тут вообще помогут? И самое паршивое было в том, что я даже не знал, что сделал бы на его месте. Да и на её тоже. Выжить вроде бы считалось удачей, но, глядя на них, я почему-то всё сильнее думал о том, что иногда это не награда, а просто ещё один способ заставить человека страдать больше.

Когда слёзы у них наконец начали заканчиваться и рыдания понемногу стихли, Алиса выпустила брата из объятий, вытерла его мокрое лицо ладонью и поднялась на ноги. Потом посмотрела на меня покрасневшими глазами и представила брату.

– Это… Саша, – сказала она чуть хриплым после слёз голосом. – Он помог мне.

Я подошёл ближе и протянул мальчишке руку. Он посмотрел на мою ладонь, потом осторожно пожал её. Лицо у него всё ещё было зарёванным: опухшие глаза, красный нос, мокрые щёки, но сам он уже немного успокоился. Только шмыгнул носом и негромко сказал:

– Лёша.

– Приятно познакомиться, Алексей, – сказал я.

На пару секунд в комнате снова повисла тишина. Я осмотрел наполовину выломанную дверь, разгром вокруг и прикинул, что не особо живые родители всё ещё были в другой комнате.

– Слушай, Алиса, – сказал я, переведя взгляд на неё. – Вам тут оставаться небезопасно. Если хотите, можете пока побыть у меня. Хотя бы до тех пор, пока не решите, что делать дальше.

Она сразу не ответила. Просто смотрела на меня, явно не зная, что сказать. В её взгляде было всё сразу: усталость, страх, сомнение. Будто она очень хотела ухватиться за это предложение, но всё ещё боялась довериться хоть чему-то в этом новом мире.

Тут её брат подал голос:

– Алиса… может, пойдём? Мне тут теперь страшно оставаться.

После этих слов у неё на лице что-то дрогнуло. Она глубоко вдохнула, словно окончательно приняла решение, и кивнула.

– Хорошо, – сказала она. Потом посмотрела на брата. – Тогда собирайся.

Я подошёл к девушке и, кивнув в сторону соседней комнаты, спросил:

– А с ними что делать?

Она посмотрела на меня такими глазами, что я сразу понял – ответа у неё нет.

– Оставим их здесь или… – начал я, но договорить не успел.

Я увидел, как у неё снова задрожали губы, а на глазах выступили слёзы. Она быстро опустила взгляд, будто ей было больно даже просто смотреть в ту сторону, и сказала:

– Давай пока оставим всё как есть. Вдруг это ещё можно как-то исправить.

Скорее всего, она и сама понимала, что исправить это уже нельзя. Что её родителей, больше не вернуть, как бы сильно ни хотелось верить в обратное. Точный ответ, наверное, могла бы дать только система, но что-то подсказывало мне – если она и знала, то никогда не стала бы отвечать.

Сборы заняли минут двадцать. Когда мы начали спускаться, одна из дверей на этаже ниже приоткрылась, и оттуда выглянул мужчина. Он посмотрел на нас и неловко спросил, не можем ли мы одолжить немного продуктов из тех, что принесли.

Ну попросил он вежливо, а не решил скрысить всё по-тихому, пока нас не было, так что мы без лишних разговоров отдали ему одну тележку. Для меня это было не страшно. Если понадобится, я всегда могу ещё раз сходить и набрать продуктов.

После этого мы двинулись ко мне домой. Путь прошёл спокойно, а по дороге я ещё и разбогател на два кристалла. Мелочь, а приятно. В новом мире вообще быстро начинаешь радоваться таким вещам.

Когда добрались до квартиры, я начал затаскивать вещи внутрь. Правда, за один раз всё не вышло, так что пришлось ещё раз спускаться за оставшейся половиной. Алиса тем временем раскладывала продукты на кухне, будто старалась занять себя хоть чем-то понятным.

Закончив дело, я зашёл в комнату и вручил Лёшке портативную приставку, надеясь хоть немного его отвлечь. Он включил игру… и просто уставился в экран пустым взглядом. Даже ничего не нажимал. Просто сидел так, будто сам сейчас был где-то очень далеко.

Когда Алиса закончила на кухне, она подошла ко мне и спросила, можно ли ей в ванную. Я ответил, что, конечно, можно, и сразу добавил, чтобы они чувствовали себя здесь как дома. Она только кивнула и ушла. Вскоре я услышал, как в ванной включилась вода, а потом до меня донеслись её рыдания. Она специально ушла туда, чтобы брат этого не видел, и позволила себе не сдерживаться.

Я сел на диван и открыл меню с призывом зомби. После всех последних приключений хотелось уже посмотреть, что там. Тем более этот навык выглядел слишком полезным, чтобы просто махнуть на него рукой и оставить на потом.

Сама вкладка нашлась не сразу. Система, как обычно, не собиралась делать мне жизнь проще. Пришлось немного покопаться, прежде чем перед глазами открылось нужное окно. В центре висел основной список доступных призывов: человек, кошка и собака.

Я открыл раздел с человеком первым. Просто потому, что именно он был для меня сейчас самым полезным. Всё-таки с людьми я уже успел достаточно наобщаться и с живыми, и с мёртвыми. Причём вторые, если честно, временами были даже проще.

Интерфейс внутри оказался неожиданно понятным. Даже я, с моим замечательным интеллектом, смог в нём разобраться. Ну или почти смог. Потому что часть вкладок всё равно выглядела как набор каких-то странных значков, пояснений и полупрозрачных окошек, где половина информации либо была скрыта, либо подразумевалась по принципу: "сам догадаешься", а если не догадаешься – твои проблемы.

Зато основное я уловил быстро. Чтобы призвать человека-зомби, мне не нужен был готовый труп под рукой. В меню было указано два необходимых компонента. Первый – какая-то бумажка, очень похожая на тот самый свиток призыва зомби.

Только этот был другого цвета, а надписи на нём были какими-то иными. В иконке они выглядели слишком мелко, чтобы я смог разобрать хоть что-то внятное. Да и если бы разобрал, не факт, что это сильно бы помогло. Вторым компонентом оказались кости.

Сейчас у меня была одна из пятидесяти. Я даже моргнул пару раз, чтобы убедиться, что не ошибся. Одна из пятидесяти. Нет, я, конечно, уже понял, что система не любит раздавать полезные вещи за красивые глаза, но это всё равно было прилично.

Особенно если учесть, что пока мне выпала всего одна, и выбить её, если называть вещи своими именами, было скорее удачей, чем закономерностью. Я переключился на кошку – там требования оказались скромнее. Всего пять костей. Потом открыл собаку – пятнадцать.

Похоже, призывать я мог именно тех, кого убил сам. Это хорошо объясняло, почему в списке вообще появились человек, собака и кошка. Всё это я уже успел отправить на тот свет собственноручно. Получалось, навык не просто давал абстрактный тип юнита. Он сохранял доступные шаблоны на основе моих убийств.

Откинувшись на спинку дивана, я задумался. Вообще, у меня в голове уже успела нарисоваться прекрасная картина. Ну а что? Если система позволяет призывать мёртвых животных, значит, в теории список можно расширять. А если расширять, то где у нас больше всего интересной живности? Правильно – в зоопарке.

Я даже представил это на секунду. Вот иду я такой по улице, а за мной марширует личная армия. Слева – какой-нибудь тигр-зомби. Справа – медведь. Позади плетётся парочка волков, а сверху летит мёртвый орёл. Или, ещё лучше, зомби-жираф. Он точно будет очень внушительным. Просто чтобы люди издалека понимали, что ко мне лучше не подходить.

Правда, радовался я недолго. Потому что стоило покопаться в разделе чуть глубже, как выяснилась важная и очень обидная деталь. Призвать прямо сейчас я мог только одного. Одного! Не отряд, не орду, которая бы решала все мои проблемы и наводила ужас на район. Только одного призванного зомби. Вот тут мой прекрасный план о быстром создании собственной неживой армии умер, не успев родиться.

С одной стороны, это даже имело смысл. Если бы система сразу позволяла мне бегать с толпой мертвецов, было бы слишком уж жирно. С другой – мне это всё равно не нравилось. Потому что в голове у меня уже успело красиво сложиться совсем другое будущее.

Я подошёл к компьютеру и включил его, решив проверить, что нового появилось на форумах. После всех событий последних дней это уже почти вошло в привычку. Если раньше люди утром первым делом лезли смотреть новости, курс валют или мемы, то теперь весь мир сидел и пытался понять, по каким правилам ему вообще дальше жить.

Когда я наконец открыл форум, то почти сразу понял, что там творится что-то новое. Одна из самых горячих тем буквально взорвалась комментариями. Название у неё было что-то вроде "Все друг друга понимают?", и сначала я решил, что речь идёт о какой-нибудь очередной теории заговора. Мол, люди на фоне конца света внезапно обрели духовное единение, коллективный разум и теперь начнут дружно спасать человечество, но, открыв тему, я завис.

Комментариев там было море. Причём писали на самых разных языках. Некоторые я ещё мог узнать хотя бы на глаз. Английский, немецкий, французский. Но дальше пошло такое, что я даже названий не знал.

Иероглифы, какие-то вязи, буквы с закорючками, символы, похожие на древнее заклинание. Вот только проблема была в том, что я всё это понимал. Я видел незнакомый текст, видел, что язык чужой, что раньше я бы там не разобрал вообще ничего, но смысл сам складывался у меня в голове так, будто кто-то встроил туда автопереводчик.

На форуме уже вовсю строили догадки. Кто-то писал, что это очередной этап адаптации человечества. Кто-то был уверен, что таким образом система просто устраняет языковой барьер, чтобы выжившие могли быстрее объединяться. Были и те, кто сразу начали вопить, что это подготовка к чему-то ещё более масштабному, потому что просто так такие подарки не раздают. Лично мне даже гадать было не надо. Я и без того догадывался, кто за этим стоит.

Пока я читал, дверь ванной открылась, и вышла Алиса. Настроение у неё уже было другим. Не в том смысле, что всё стало хорошо, но она явно успела взять себя в руки. Правда, по её лицу всё равно было видно, чем именно она там занималась, но, несмотря на это, она улыбнулась и спросила:

– Кто голодный?

И, получив в ответ лес рук из целых двух, она пошла на кухню готовить. Я снова посмотрел в монитор. Тема с внезапным взаимопониманием была первой из трёх самых горячих обсуждений. Вторая оказалась не менее безумной. Она касалась зелий исцеления.

Сначала я подумал, что там опять обычные байки, но, чем дальше читал, тем больше понимал, что тут всё серьёзнее. Люди писали, что лечебные зелья не просто залечивают раны. Они лечили и то, что раньше считалось приговором. Сообщения повторялись слишком часто, чтобы быть совпадением.

Получалось, для части людей старая жизнь не просто рухнула. Для них одновременно началась новая. Причём в каком-то почти издевательском смысле, так как большая часть человечества померла или стала монстрами, но где-то среди этого ужаса вдруг появились вещи, способные вернуть зрение, слух и нормальное тело тем, кто уже давно перестал на это надеяться.

Странное чувство. С одной стороны, это выглядело как настоящее чудо. Для кого-то даже не просто чудо, а второй шанс. Возможность впервые за много лет почувствовать себя полноценным человеком. Может быть, впервые вообще.

С другой – это всё равно оставалось частью системы. Той самой, которая до этого спокойно запустила апокалипсис, раздавила старый мир, а потом как ни в чём не бывало начала подбрасывать нам полезные плюшки.

– Интересно… – пробормотал я, глядя в экран. – Что ещё она там приготовила. Кроме разных способов нас истребить.

Последняя горячая тема касалась убийства зомби. Тут люди обсуждали самое простое и самое важное – как именно система засчитывает убийства и за что вообще выдаёт опыт. Я быстро понял, что народ там уже успел собрать прилично наблюдений. Причём сходились они в одном очень неприятном моменте. Если зомби умирал от огнестрельного оружия, опыт за это не начислялся вообще.

Потом я наткнулся на особенно яркий комментарий. Один пользователь писал, что он танкист и, по его словам, сумел выехать на площадь, где скопилась целая толпа мертвецов, и буквально передавил их там всех. Я даже на секунду представил себе эту картину. Огромный танк, хруст костей под гусеницами, а потом человек выглядывает из люка в полной уверенности, что сейчас ему как минимум отсыплют пару уровней, медаль, новый класс, но ничего не происходит.

Система не просто запустила апокалипсис. Она ещё и явно подталкивала выживших в нужную ей сторону. В ту, где ты не можешь отсидеться за стенами или просто взять технику, оружие, армию и решить всё по-старому. Нет, она словно специально ломала старый способ выживания и заставляла нас адаптироваться по новым правилам, а правила эти были простыми и неприятными. Становись сильнее сам.

Это снова подтверждало мои мысли. Система явно готовила нас к чему-то ещё. Причём не к мирной жизни и восстановлению городов, где будет счастливое будущее. Нет, она лепила из выживших бойцов, а если нас к такому готовят, значит, впереди будет что-то, где это пригодится. И что-то мне подсказывало, что это "что-то" вряд ли окажется приятным.

К этому времени Алиса уже приготовила ужин и позвала нас есть. Честно говоря, на фоне моих кулинарных талантов, которые и до конца света были не на очень высоком уровне, она выглядела настоящим шеф-поваром. Особенно если учитывать, во что превратились мои навыки готовки теперь.

После ужина уже, в принципе, можно было ложиться спать. Диван я решил отдать им. Вдвоём они на нём вполне помещались. Себе же я сходил по открытым квартирам и притащил оттуда три матраса. Разложил их один на другой и устроился на полу почти по-царски. По нынешним временам это уже тянуло на вполне приличную спальню.

Я проснулся от того, что меня кто-то будит, и сначала вообще не понял, где нахожусь. Темнота, потолок, чья-то тень прямо надо мной, а потом я увидел лицо Славика. Он стоял так близко, что я почти чувствовал его дыхание, и смотрел на меня, и это пугало сильнее всего.

Дёрнувшись назад, я попытался отползти, но тело будто прилипло к кровати. Руки не слушались, ноги тоже, а голос застрял где-то в горле. Я смог только хрипло выдавить:

– Славик?..

Он ничего не ответил. Только медленно наклонил голову набок, а потом начал раскрывать пасть. Сначала чуть-чуть, потом ещё, и ещё. Кожа на его щеках натянулась и затрещала. Пасть раскрывалась всё больше и больше, словно он собрался сожрать меня целиком.

Вскочив, я несколько секунд просто сидел, тяжело дыша и глядя в темноту комнаты. Никакого Славика рядом не было. Я провёл рукой по лицу и выругался.

– Да чтоб тебя…

Я выдохнул и снова лёг, уставившись в потолок. Спать уже не хотелось совсем. В темноте комнаты любая тень теперь казалась слишком похожей на человека, который стоит рядом и молча смотрит на меня.

– Ну супер… – пробормотал я.

Проснулся я от запаха блинов. Несколько секунд просто лежал и вдыхал этот приятный аромат, особенно после такой ночи. Лёшка ещё спал, так что я тихо поднялся и протопал на кухню. Там уже кипел чайник, а Алиса стояла у плиты. Услышав меня, она обернулась, пожелала доброго утра и почти сразу поставила передо мной тарелку с блинами.

Я пожелал ей того же, намазал на блин толстенный слой сгущёнки, налил себе чая и подошёл к окну. На несколько секунд всё выглядело почти как семейная идиллия в обычный выходной день. На кухне пахло блинами, чайник шумел, в комнате ещё спал ребёнок, а у плиты стояла девушка. Если не смотреть наружу, можно было даже представить, что никакого апокалипсиса и не было.

Но стоило мне выглянуть в окно, как это ощущение сразу исчезло. Хотя сегодня пейзаж во дворе отличался от привычного. Группа из семи человек шла через него и методично колошматила всех зомби, которых встречала по пути. Делали они это уверенно и, похоже, уже не в первый раз. Надо было отдать им должное – занимались они хорошим делом.

Мне показалось, что кто-то из них взглянул в мою сторону и заметил меня в окне. Я как раз закинул в рот кусок блина, сделал глоток чая и поднял чашку в их сторону в приветствии. Не знаю, что они там об этом подумали, если вообще увидели, но останавливаться не стали. Просто пошли дальше и вскоре скрылись за домом.

Вчера в группе нашего района я увидел карту с точками, где собирались выжившие. Ближайшей была районная администрация. Я сказал Алисе, что хочу дойти туда, посмотреть, что там вообще происходит, и, если место окажется нормальным, потом смогу сопроводить туда и её.

Она честно призналась, что ещё не думала, что будет дальше. Сейчас для неё главным было одно – чтобы брат оставался в безопасности. Я не стал давить и оставил ей возможность самой выбрать будущее. Когда я выходил из квартиры, мелкий всё ещё спал.

Сначала я решил заглянуть в аптеку. Она находилась через дом, как раз в нужном мне направлении. До неё я добрался без особых приключений. Запах там стоял своеобразный, но не сказать, что от этого аромата меня пробрало. После всего пережитого мой организм вообще стал философски относиться ко многим вещам.

Первое, что бросилось в глаза – мёртвые зомби. Да и полки уже успели заметно опустеть. Кто-то прошёлся по аптеке вполне основательно. Я остановился у ряда с лекарствами от простуды и невольно задумался, а насколько нам вообще всё это ещё нужно?

Можем ли мы заболеть болезнями, которые мучили нас раньше? Простудиться, словить воспаление, подхватить инфекцию, загнуться от температуры или ещё от какой-нибудь старой человеческой дряни? Или система одним махом избавила нас от всего этого, чтобы потом выдать новый набор проблем? Что-нибудь из серии "магическая гниль", "лихорадка инициации" или "разложение духовной оболочки".

Зато на кассе меня ждал маленький подарок или, учитывая мою удачу, скорее недосмотр кого-то, кто грабил это место раньше и оказался пошустрее. Там лежали две оставшиеся гематогенки.

– Ну хоть кто-то в этом городе не ценит прекрасное, – пробормотал я, забирая обе.

Жуя их на ходу, я направился к следующему месту, куда хотел заглянуть. Это был полицейский участок. Судя по меткам на карте выживших, людей там уже не должно было остаться. По крайней мере, никто не отмечал его как безопасную точку или место сбора, а вот оружие там могло быть.

Хотя, если смотреть на вещи честно, скорее всего, с ним будет та же история, что и с аптекой. Кто пришёл первым – того и тапки. Когда я наконец дошёл до участка, передо мной действительно открылась почти киношная сцена. На подходах к нему лежали целые горы трупов. Причём вперемешку – зомби, обычные люди, снова зомби.

Судя по всему, полицейские в самом начале этого сумасшествия действительно неплохо делали свою работу. Хотя позиции они не сдавали не потому, что так хотели, а потому что выбора уже не было. На звук выстрелов к ним тянулось всё больше мертвецов.

Я остановился у машины с выбитым лобовым стеклом. На её крыше тоже лежали гильзы. Значит, стреляли даже отсюда. Возможно, пытались создать внешний рубеж. Может, надеялись удержать улицу. Может, просто в первые часы верили, что сейчас всё это закончится или приедет подкрепление.

Чуть дальше лежал один из полицейских. Бронежилет, форма, разгрузка. В руке он всё ещё сжимал пистолет, хотя магазин уже явно был пуст. Судя по тому, в каком положении он остался, умер мужик уже отнюдь не от пули. На нём буквально висели трое мертвецов, которых потом кто-то добил.

Судя по гильзам, они отступали к участку. Чем ближе я к нему подходил, тем отчётливее это понимал. Дойдя до крыльца, я начал подниматься по ступеням. Крови там было ещё больше, чем перед зданием. Она тянулась к самой двери, размазанная подошвами, следами борьбы и чьими-то последними рывками в надежде на спасение.

Глава 7

Я шагнул внутрь и сразу понял, что снаружи была только разминка. У самого входа лежали груды мёртвых зомби. Было видно, что защитники до последнего пытались удержать проход и валили их десятками. Только победой тут и не пахло.

Заглянув за стекло, я увидел полуобглоданного дежурного. Похоже, его убили ещё в тот самый момент, когда мир только изменился, а не позже, когда участок уже пытались удержать. Судя по двум зомби, лежавшим перед ним, мужик успел пристрелить парочку, прежде чем до него добрались. Только вот самого пистолета я не увидел. Как и живых мертвецов внутри. Значит, кто-то точно уже побывал здесь раньше меня и забрал всё полезное.

Я зашёл внутрь, решив на всякий случай проверить всё получше. Быстро осмотрел ящики стола, тумбочку и пол под телом, но ничего полезного не нашёл. Ни оружия, ни запасного магазина, ни вообще чего-то стоящего. Даже дубинку и ту уже кто-то прихватил. Похоже, дежурный услышал шум и открыл дверь, чтобы посмотреть, что там происходит, и на этом его обычный рабочий день закончился.

Выйдя и двинувшись дальше, я увидел, как с улицы через окна пробивается солнце. Стоял отличный день – такой, в который надо было купаться на речке, а не находиться тут. Правда, выбора мне не оставили, и мой нынешний путь шёл через кровь, тела и дырки от пуль, а это быстро возвращало к реальности.

Первый кабинет оказался пустым, с кровавым следом, тянущимся к открытому окну. На столе стояла кружка с надписью "Лучшему папе". Рядом, на тарелке, лежал заветрившийся бутерброд, а сбоку на мониторе была приклеена фотография ребёнка. На самом экране висел не до конца заполненный отчёт. Несколько строк, потом пустота.

Второй выглядел хуже. Там кто-то пытался забаррикадироваться шкафом, но не успел. Чем глубже я заходил, тем яснее становилось – они реально пытались держаться. Где-то отступали, где-то стреляли из-за углов, а где-то, похоже, шли врукопашную, когда патроны заканчивались. На это намекали не только дыры в стенах, но и разбитые головы зомби. Одному череп размозжили огнетушителем. Второму, кажется, проломили башку ножкой от стула. Третий вообще валялся с застрявшими в глазнице канцелярскими ножницами.

– Да уж… – сказал я, обходя очередное тело. – Весёлая у вас тут была смена.

Побродив по участку ещё немного, я быстро понял неприятную вещь – всё, что лежало в комнатах с открытыми дверями, уже давно вынесли, а вот закрытые кабинеты выглядели куда интереснее. У всех оставшихся над дверью висела сигнализация с крошечной мигающей точкой.

Что-то мне совсем не хотелось проверять, насколько эта сигналка громкая. Если на её вой сюда стекутся зомби с улицы, я отсюда могу уже и не выбраться. Жаль, что я стал сантехником, а не электриком. Сейчас бы подошёл, поковырялся в коробочке и всё.

С другой стороны, на дверях были имена и фамилии, и их я уже видел на форме у мёртвых сотрудников. Так что план нарисовался вполне рабочий. Я вернулся назад, внимательно сверяя таблички с нашивками, и вскоре нашёл нужного клиента. Мужик лежал у стены в таком виде, что ему уже точно было всё равно, кто и зачем шарит у него по карманам.

Вернувшись к двери, я приоткрыл её осторожно, буквально по сантиметру, заранее ожидая, что сейчас что-нибудь запищит, заморгает или просто решит окончательно испортить мне день. Ключ мог открыть замок, но снимал ли он заодно сигнализацию – вот это уже был совсем другой вопрос. С другой стороны, никакого отдельного брелка у мужика не нашлось, а, зная человеческую лень, я ставил на то, что здесь всё завязано на один ключ.

Внутри оказался обычный кабинет детектива. Бумаг тут было столько, будто человек либо реально работал без передышки, либо очень старательно делал вид, что работает. На столе громоздились папки с делами, рапорты, какие-то распечатки, фотографии, чьи-то показания и ещё целая куча бумажного мусора, который с первого взгляда выглядел одинаково скучным и бесполезным.

Я начал осматривать кабинет внимательнее. В верхнем ящике стола нашлись канцелярия, жвачка и пачка салфеток. Во втором – бумаги, бумаги и ещё раз бумаги. В третьем, между двумя толстыми папками, лежала бутылка водки.

Ещё в кабинете стоял сейф. Я сразу подошёл к нему, подёргал ручку и почти сразу понял, что так просто он не откроется. Тогда я начал искать пароль. Проверил стол, ящики, бумаги, даже заглянул под клавиатуру и в блокнот, но ничего похожего на записанный код не нашёл.

Потом попробовал ввести цифры, которые попадались на бумагах. Какие-то даты, номера дел, служебные записи – всё, что хоть немного могло сойти за комбинацию, но и это не помогло.

– Вот теперь мне надо было быть взломщиком, – пробормотал я.

Я продолжил бродить по участку и искать среди трупов остальных владельцев закрытых кабинетов. Иногда ключи у них действительно находились. Я открывал нужные двери, заглядывал внутрь и почти каждый раз ловил одно и то же разочарование. Чем дольше я этим занимался, тем страннее всё выглядело.

Так я вышел к камерам, где держали заключённых. В некоторых находились зомби. Где-то по одному, где-то по двое. Некоторые стояли у прутьев, тупо глядя в коридор своими мутными глазами, а в паре камер вместе с ними остались остатки обеда от тех, кто не обратился.

Правда, в одной оказался живой человек. Мужичок лет пятидесяти, с глазами человека, который за последние дни успел постареть ещё лет на десять. Как только он заметил меня, сразу подскочил к решётке и, просунув руки между прутьями, начал умолять меня выпустить его.

Что-то просто так выпускать преступника мне совсем не хотелось. Особенно не зная, за что его сюда вообще посадили. Мужик, похоже, заметил сомнение у меня на лице и сразу затараторил ещё быстрее, будто понял, что если сейчас не убедит, то останется здесь до самого печального финала.

– Да не бандит я, парень, честно! Мы с друзьями встретились, выпили чуть-чуть, потом ещё, потом ещё… ну как водится. А дальше я уже сам почти ничего не помню. Мне тут потом сказали, что меня забрали за то, что я сикал на улице.

Я молча смотрел на него, а он, видимо решив, что нужно дожимать, поспешно добавил:

– Да я и сам охренел, когда узнал! Ну выпили, ну приспичило, с кем не бывает? А потом очнулся уже здесь, а вокруг такое началось, что я думал уже всё, конец. Ты выпусти, а? Я домой пойду. Мне бы только отсюда выбраться.

Выглядел он не как убийца-рецидивист, а как алкаш со стажем длиной во всю жизнь. Хотя, если уж совсем честно, внешний вид вообще ни о чём не говорил. Но всё равно этот мужик больше походил на вечного любителя дешёвого пива и крайне сомнительных решений, чем на кого-то по-настоящему страшного.

– Браток… братюня… – сказал он, вцепившись в решётку так, будто ещё немного и выломает её сам. – Ну не помирать же мне тут с голоду. Да даже смерть от зомби, наверное, гуманнее, чем сидеть и ждать этого.

– Ладно, – вздохнул я. – Только без фокусов.

– Какие фокусы, братюня? Да я сейчас тише воды, ниже травы. Ты только открой, а там дальше я сам.

Я выпустил его из клетки, и мужик, первым делом прихватив свою недопитую бутылку воды, сразу попетлял к выходу. Причём двигался он уверенно, словно не в первый раз оказывался в этом месте и уже прекрасно знал, куда идти.

– Слушай, – окликнул я его. – Ты, случаем, замки вскрывать не умеешь?

– Не-не-не, таким я никогда не занимался и не собираюсь, – поспешно сказал он. Потом на секунду задумался и с надеждой спросил. – А у тебя случайно выпить нет?

Я только развёл руками и ответил:

– Все магазины в твоём распоряжении.

Мужик аж подпрыгнул на месте от радости, в полёте стукнув одной ногой о другую, будто у него вдруг открылось второе дыхание. После этого он зашагал к выходу уже куда бодрее, что-то довольно бубня себе под нос о том, как же ему сегодня повезло.

Такого клиента, мне кажется, сама система запарится убивать. Если уж конец света не смог победить в человеке жажду выпить, то, возможно, система не была такой всесильной. Оставив философию выживания местных алкогероев на потом, я продолжил прочёсывать участок.

После пары поворотов я всё-таки наткнулся на оружейку. Ну… если её вообще можно было так назвать. Помещение оказалось неожиданно маленьким. Я почему-то ожидал увидеть что-то серьёзное. Комнату с рядами стеллажей, железными шкафами, аккуратно развешанными бронежилетами, ящиками патронов и автоматами в углу. А реальность, как обычно, подошла и выдала мне кукиш, но я всё равно тщательно осмотрел комнату, ничего не найдя.

Я вышел обратно в коридор и остановился, прикидывая, что ещё осталось неосмотренным. Оставался третий этаж, на который я ещё не заходил. С одной стороны, лестницу туда наглухо перекрывали баррикады. Причём не такие, которые накидывают в панике за две минуты, а вполне серьёзные.

Оставалась надежда на лестницу другого крыла. Она тоже оказалась перегорожена, но оставалась щель, в которую можно было протиснуться. Когда я всё-таки пролез и поднялся выше, картина сразу показалась мне какой-то странной.

Стражи правопорядка валялись по коридору разорванными на части. Не как обычно – погрызанные, а именно разорванные. У одного отсутствовала рука вместе с плечом, и выглядело это так, будто её не отгрызли, а просто выдрали с мясом, не особо церемонясь. Другого буквально разломило на две части, и обе лежали в разных местах, соединённые только широкой полосой крови. Ещё одного впечатало в стену из гипсокартона. Причём не просто что-то откинуло, а именно вбило внутрь так, что он там застрял. Головы у него не было.

Это были только ближайшие трупы, а их тут оказалось много. Здесь точно можно было найти что-то ценное. Только вот всё внутри у меня вопило, что надо валить, пока можешь, но нет. Мой чудесный друг в очередной раз решил, что сам знает жизнь лучше. Вместо того чтобы прислушаться к очевидному инстинкту самосохранения, это тело внезапно включило какого-то альфа-зомби. Не знаю, что именно у него щёлкнуло в башке, но оно вдруг решило не уносить ноги, а пойти разбираться, кто тут главный на районе, и пошло искать того, кто это сделал.

Когда моё тело входило в этот особый режим тупой уверенности, спорить с ним было бесполезно. Я в этот момент только и мог, что мысленно материться и надеяться, что нас не скрутят баранкой в первую же секунду.

Тело важно прошагало мимо нескольких кабинетов, пока, заглянув в следующий, вдруг не остановилось. Причём так резко, что я сразу понял, что дело дрянь. В комнате спиной к нам стоял амбал. Ростом, наверное, под два с половиной метра. На нём всё ещё была боевая форма спецназа. Бронежилет, разгрузка, тактические штаны, берцы – всё это делало его ещё более чудовищным.

Моя тушка, которая минуту назад включила режим альфа-зомби, внезапно передумала и начала пятиться назад. Я уже почти выдохнул. Ну хоть где-то сработал инстинкт самосохранения. Сейчас тихо отойдём, спустимся вниз и сделаем вид, что вообще сюда не поднимались, но тут я увидел, что моё чудо-тело тянется к ручке двери.

– Нет, нет, нет… – пронеслось у меня в голове.

Это бестолковое, но временами чересчур инициативное создание захлопнуло дверь. Не тихо прикрыло, а именно захлопнуло, а потом, будто поняв, что только что сделало, тут же дало дёру и вернуло управление мне, словно сказав:

– Всё, братан, дальше сам. Я накосячил, но морально с тобой.

Теперь уже бежал я. В голове ещё теплилась слабая надежда, что амбал всё же останется там, по ту сторону двери, и решит, что ему и без нас хорошо. Ага. Конечно. По звуку вылетающей двери я сразу понял, что это не так. Заворачивая в ближайший кабинет, я всё же мельком бросил взгляд назад и успел увидеть, как он выходит.

Я влетел внутрь и на секунду замер, лихорадочно соображая, что делать дальше. Надежда была одна. Обычные зомби, потеряв цель из виду, часто начинали тупить. Может, и этот так же остановится, если не будет видеть цель.

Быстро осмотрев комнату, я понял, что варианта лучше, чем залезть под стол, здесь нет. Да, выглядел такой вариант, конечно, так себе, но на фоне двух с половиной метров злого спецназовца всё это уже переставало казаться стыдным, и становилось просто прагматичным.

Здоровяк пришёл не через дверь. Он вообще решил не тратить время на такие мелочи. Вместо этого просто проломил стену соседнего кабинета и зашёл ко мне почти по-хозяйски. Он покрутил головой, потом пару секунд постоял и пошёл дальше. Не к двери. Зачем ему дверь, если рядом есть ещё одна стена?

Я осторожно вылез из-под стола и двинулся к баррикаде, стараясь не шуметь. До прохода оставалось совсем немного, и на секунду мне даже показалось, что сейчас всё-таки получится. Ну а что? Я уже начал проползать через узкую щель, когда почувствовал, как меня кто-то схватил за ногу.

В следующую секунду меня резко выдернуло назад, да с такой силой, что я даже сообразить ничего не успел. Мир просто дёрнулся, а потом эта сволочь ещё и крутанула меня, отпустив. Хорошо, что по моей траектории оказалось окно. Потому что оставаться внутри значило смерть, а так я вылетел наружу.

На какую-то секунду реально возникло ощущение, будто я парю, как птица в небесах, а потом началось приземление. Точнее, не приземление, а полноценная пахота газона собственной башкой. Хорошо хоть не асфальт. Газон, конечно, тоже не подушка, но между "впечатался мордой в бетон" и "впечатался мордой в землю" я без колебаний выбрал бы второе.

Вставая, я понял, что такие фокусы явно подкосили моё здоровье, и чувствовал я себя сейчас не очень, а значит, нужно было срочно подкрепиться. Перед тем как идти искать, чем именно восстанавливать себя любимого, я всё же поднял голову и взглянул в окно, из которого недавно так эффектно вылетел. И вот тут мир решил ещё раз надо мной поиздеваться. Там, прямо на меня, смотрел целый комплект брони со шлемом.

Только вот была одна крохотная проблема. Чтобы забрать этот комплект, надо было вернуться туда и завалить здоровяка, а возвращаться совсем не хотелось. Так что пришлось смириться с тем, что пока я без шлема и брони, но зато живой, и за это уже спасибо.

Я осмотрелся по сторонам, быстро приметил ближайшего зомби и, подойдя, отломал ему руку. С этим трофеем я дошёл до ближайшей скамейки и сел, залюбовавшись бороздой, которую прокопал собственной тушкой в газоне.

– Красиво вошёл, – пробормотал я. – Почти профессионально.

Надеюсь, меня никто не видит, а если и видит, то, скорее всего, примет просто за зомби. Хотя тут имелась одна проблема. Чтобы мертвецы спокойно сидели на скамейках, я ещё не встречал. Так что с этим надо было быть осторожнее. В моём положении вообще главное правило было простое – не выделяться слишком сильно.

Когда моя физиономия более-менее пришла в порядок, а тело перестало ныть так, будто меня только что прогнали через каток, я поднялся. Состояние всё ещё оставалось далёким от прекрасного, но хотя бы снова стало рабочим. Значит, можно было двигаться дальше, а там у меня была конечная точка этого путешествия – здание мэрии.

Дорога туда заняла какое-то время, и всё это время я старался держаться чуть в стороне, не высовываться лишний раз и не нарываться. После внепланового полёта из окна у меня как-то резко пропало желание искать ещё приключения на свою и без того многострадальную жопку.

Когда здание наконец показалось впереди, я сразу понял – слухи не врали. У мэрии находилось немало людей. Территорию вокруг неё превратили в настоящий лагерь выживших. Перед входом и вдоль подъездных путей были возведены укрепления из машин и всего, что только удалось найти. Выглядело грубо, местами криво, но внушительно. Рядом с ними лежали мёртвые зомби.

Я заметил на баррикадах полицейских, военных и обычных людей. Значит, тут и правда собирались все, кто выжил. Мне открыли импровизированные ворота и пустили внутрь, даже не проверяя, кто я такой, и не осматривая. Это немного удивляло, но в целом было логично. Я ведь ещё не видел, чтобы кто-то заражался, а потом обращался позже. Здесь всё работало проще. Ты либо уже был зомби, либо нет.

Глава 8

Во дворе мэрии кипела работа. Люди были уставшими, испуганными, но держались. Я поднялся по ступеням и оказался внутри. В коридорах стоял постоянный гул голосов, и вообще всё это мало походило на фильмы про спасение человечества.

Там, у длинного стола, собралась группа людей, а перед ними лежала карта. Я подошёл ближе и кашлянул, чтобы на меня наконец обратили внимание. Они повернулись ко мне, и несколько взглядов быстро прошлись по мне с головы до ног.

– Чего тебе? – спросил один из мужчин. Сухой, жилистый, лет под пятьдесят. На лице у него было написано, что он уже давно перестал верить в хорошие новости.

– Вчера дошёл до окраины города, – сказал я. – Видел, что мертвецы тянутся сюда. Там уже целый поток.

Другой мужик с красными от недосыпа глазами ткнул пальцем в карту.

– Я же говорил! Говорил, что надо было сваливать раньше, пока ещё была возможность!

– И куда? Или ты предлагаешь просто бросить всех этих людей? – тут же огрызнулся другой, высокий и небритый.

– А что, лучше подождать, пока нас тут всех сожрут?

– Лучше не визжать каждый раз, когда плохие новости!

– Хватит, – оборвал их первый и повернулся ко мне. – Сколько их?

– Точно не считал, – честно ответил я. – Но если примерно, то дохрена. Если чуть точнее – примерно море. Только вместо воды – мертвецы, и эта волна идёт сюда.

– Это сходится с тем, что мы уже получили, – кивнул третий.

Первый махнул мне рукой, подзывая ближе. Я подошёл к столу, и он ткнул пальцем в карту.

– Покажи, где именно ты это видел.

Я наклонился над столом. Бумага уже была вся исчеркана линиями, кружками и пометками. Я нашёл нужное место, поставил палец туда, где стоял сам, а потом медленно провёл по дуге за городом.

– Вот здесь стоял я, а вот отсюда они шли широким потоком.

Несколько секунд все молча смотрели на карту. Потом второй злобно сплюнул на пол и, ничего не сказав, просто развернулся и куда-то ушёл. Третий провёл ладонью по лицу.

– Похоже, план эвакуации там провалился.

– Похоже, – кивнул первый.

Я перевёл взгляд с одного на другого.

– А власть ничего не предпримет для нашего спасения?

Третий посмотрел на меня так, будто я только что спросил, не прилетит ли сейчас добрая фея, и ответил:

– Ходят слухи, что главы государства уже нет в живых, и, скорее всего, это правда. Наш городской тоже пропал без вести. Не знаю, чего они там добиваются, если вообще ещё есть кому чего-то добиваться, но наше спасение сейчас только в наших руках.

Первый постучал карандашом по карте и сказал:

– Оставаться в городе смертельно опасно. Если зомби продолжат прибывать такими темпами, то эти укрепления спасут только от бродячих мертвецов, но не от орды.

Я снова посмотрел на карту, потом на него.

– А вы не думали остаться тут и стать сильнее?

Первый ничего не ответил. Только перевёл взгляд на третьего. Тот усмехнулся, но веселья в этом не было вообще.

– А так ты тоже из этих безумцев? Не знаю, как для таких, как вы, – сказал он и обвёл остальных рукой, указывая на людей в зале, в коридоре, на полу у стен, на тех, кто сидел с вещами и детьми. – Но для меня и для них это не игра, в которой надо стать сильнее. Это ситуация, в которой надо выжить.

– Возможно, система готовит нас к чему-то большему, и если сейчас просто бежать и ничего не делать, потом станет только хуже, – ответил я.

– Вы, безумцы, можете делать что хотите. Наша цель другая – спасти как можно больше людей, – с этими словами третий махнул рукой, будто ставил точку в разговоре, и просто ушёл.

– Через день-два мы собираемся выбираться из города. Если хочешь идти с нами – приходи, – сказал первый и указал на место за городом. – Двигаться будем туда. Там ещё остались военные, и они удерживают базу.

Я кивнул, ещё раз посмотрел на карту, потом развернулся и вышел. На улице я поднял голову. Небо заметно изменилось. Совсем недавно стояла солнечная погода, а теперь его быстро затягивали тучи, ветер стал прохладнее, а в воздухе уже чувствовалась сырость.

Решив не задерживаться, я сразу пошёл домой, но дойти сухим не успел. Когда до дома оставалось уже совсем немного, небо всё-таки прорвало. За секунд десять я промок насквозь.

Зайдя в подъезд, я уже собирался привычно двинуться к лестнице, как взгляд сам зацепился за дверь в подвал. Там должны были водиться крысы – в таких местах они водятся почти всегда, а пополнить список призывных существ выглядело очень полезной идеей. Человек – это, конечно, хорошо. Собака – тоже, но мелкое, шустрое и везде пролезающее существо в хозяйстве лишним точно не будет. Да и зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня.

Я подошёл к двери и взялся за ручку. Замка, к счастью, не было, только щеколда. Стоило её открыть, как в лицо пахнуло подвальным воздухом. Сырым, затхлым, с нотками плесени и чего-то ещё, не особо приятного, но вполне привычного для мест, куда нормальный человек без причины не лезет.

Лампочка под потолком тут была, но сейчас от неё толку оказалось примерно столько же, сколько от полиции в первые часы апокалипсиса. То есть почти никакого. Внизу стоял полумрак, а снаружи продолжал лупить дождь. Вода барабанила по козырькам, трубам, окнам, и из-за этого мои собственные шаги почти терялись в общем шуме. Это мне не нравилось.

Так что, немного побродив, я решил повернуть назад. Именно в этот момент, когда я развернулся, я увидел целую кучу глаз, смотревших на меня из темноты. Тут в голову очень вовремя пришла простая мысль: стая шакалов вполне может загрызть и льва. А примерять на себя роль этого самого льва, окружённого толпой голодных крыс, мне совершенно не хотелось. Ближайшая хвостатая дёрнулась вперёд, и я, не давая ей подбежать, с ходу пнул её обратно к собратьям. Тушка с писком улетела в темноту, врезалась в кого-то из своих, а я уже разворачивался и рванул к двери.

Вот тут и вся стая сорвалась с места. За спиной сразу поднялся шорох десятков мелких лап. Не знаю, что мне там помогло больше: выносливость, ловкость или инстинкт самосохранения, но скорости мне это добавило прилично.

Вылетев из подвала, я сразу захлопнул дверь и успел выдохнуть с облегчением ровно полсекунды, прежде чем понял, что не всё так радужно. За мной выбежало несколько штук, а одна вообще ехала на моей штанине. Ближайшую я впечатал ногой в дверь так, что раздался хруст, и тушка сразу сползла вниз.

Потом я схватил ту, что висела у меня на ноге. Мелкая сволочь извивалась, скалилась, пыталась ещё сильнее вцепиться зубами, но я уже сжал руку вместе с ней. С яростью и от души. Под пальцами что-то хрустнуло, и крыса сдохла.

Оставалась последняя. Она была заметно крупнее остальных. Крыса остановилась в паре метров от меня, встала на задние лапы и попыталась принять устрашающий вид, а потом рванула вперёд.

Я встретил её ударом ноги. Он вышел таким, что крыса улетела в стену, словно мяч. Шмякнулась, отскочила от неё и полетела обратно, уже явно не по своей воле, а чисто по законам физики. Я же не дал ей упасть. Поймал её в полёте и сразу снова вбил в стену, решив её судьбу.

Животные, если честно, выглядели опаснее обычных зомби: быстрее, умнее и злее. Словно у них после обращения оставалось что-то от охотничьих инстинктов.

Я открыл меню призыва, и оно сразу появилось. Уже привычно всплыло в поле зрения и развернулось перед глазами. Я быстро нашёл нужную вкладку, и там действительно появилась крыса. Я сразу открыл её параметры и уставился на стоимость – пять костей. Точно так же, как и у кошки. Вот это уже было интересно: получается, система оценивала их по какой-то своей внутренней логике.

Это многое объясняло и одновременно не объясняло ничего, так что оставалось принять это как есть. Другая проблема была в том, что, даже если выбить нужные кости, где взять свиток? Без него вся эта прекрасная коллекция доступных существ так и останется просто красивым списком в меню. Смотреть можно, трогать нельзя. Почти как дорогие вещи в магазине до конца света.

Я поднялся к себе и почти сразу понял, что все спят. Алиса с братом сидели на диване и так и заснули. Лёшка свернулся сбоку, прижавшись к сестре, а та сидела, чуть съехав на подушку, с откинутой головой и закрытыми глазами. Одной рукой она всё ещё держала край пледа, которым накрыла брата.

Взяв новые вещи, потому что старые уже были не просто грязными, а разорванными, я пошёл в душ. Надо было брать больше одежды, если она так быстро уходит, хотя дойти до магазина было недолго.

Когда я вышел из ванной, вытирая голову полотенцем, то увидел, что Алиса уже встала. Лицо у неё было ещё сонное, но при этом она уже ставила чайник на кухне. Услышав меня, девушка обернулась.

– Ну как? – спросила она. – Не замёрз?

– В смысле? – я посмотрел на неё с лёгким недоумением.

– В прямом. Горячая вода днём перестала идти.

Я даже на секунду завис, потому что вообще этого не осознавал. Вода и вода – я просто не чувствовал её температуру, а настроил всё по привычке.

– А-а-а… – протянул я и потрогал себя. – Да всё нормально. Закаляюсь, так сказать. Каждое лето её и так отключают, так что, если нужно, погреем в ведёрке.

Алиса подошла ближе и, видимо решив проверить, коснулась моей руки. Лицо у неё сразу же изменилось. Сначала на нём появилось удивление, а потом – самый настоящий испуг, и она сказала:

– Ты ледяной.

– В смысле ледяной?

– В прямом! – она снова осторожно прикоснулась ко мне. – Ты очень холодный.

Я взял градусник и, пока держал его, заметил ещё одну любопытную вещь – моё тело постепенно согрелось до комнатной температуры.

– Ну да, – пробормотал я себе под нос так, чтобы не услышала Алиса. – Похоже, я стал хладнокровным существом.

С другой стороны, а что вообще должно было меня греть? Сердце? Вот только оно у меня не билось. Я перевёл взгляд на Алису и почти сразу решил, что эту часть правды ей знать точно не надо.

– Видимо, опять какие-то проделки системы, – сказал я максимально буднично. – Она и не такое вытворяет.

И ведь формально это было правдой. Виновата действительно была система. Только вот уточнять, что именно она сделала со мной, я не собирался. Лучше ей не знать, что рядом с ней, по сути, живёт оживший мертвец. Как говорится – меньше знаешь, крепче спишь, а когда знаешь, что рядом с тобой спит зомби, скорее всего, ты уже вообще не спишь.

Алиса пару секунд смотрела на меня, будто решала, стоит ли расспрашивать дальше, но в итоге только вздохнула. Видимо, слово "система" уже стало универсальным объяснением для любой чертовщины, которую раньше пришлось бы отправить в раздел "невозможное". В это время она уже успела наложить мне поесть.

Стоило тарелке оказаться передо мной, как я сразу понял две вещи. Во-первых, пахло очень вкусно. Во-вторых, я был голоден сильнее, чем думал. Я сел за стол и взялся за вилку.

– Ну? – спросила Алиса, садясь напротив. – Как сходил?

– Если коротко, то народ там держится, но оптимизма немного.

– Ты всё-таки дошёл до администрации?

– Ага. Там много людей. Говорят, что через день-два они попробуют выбраться из города. Есть маршрут к военной базе за городом.

– Военные? – переспросила она.

– По их словам – да.

Она задумалась, опустив взгляд на стол. Я сразу понял, о чём она думает. Любой шанс в нынешнем мире сразу начинает выглядеть как билет к спасению, даже если по факту это просто путь к следующей проблеме.

– Если хочешь, я могу сопроводить вас туда, – сказал я.

– Как думаешь, люди смогут нормально выбраться из города и добраться дотуда?

Я покрутил кружку в руках и честно ответил:

– Всё знать не могу, но выглядит так, что, наверное, нет.

– Почему?

– Потому что организация там точно хромает. Пока все сидят за баррикадами и спорят – это одно, а когда такая толпа реально начнёт двигаться, произойдёт хаос. А если они ещё и стрелять начнут, привлекая ещё больше зомби, то даже при хорошем исходе выберется, наверное, только половина.

– Ты им не поможешь? – тихо спросила она. – Ты же хорошо справляешься с зомби.

– Одно дело – защищать пару человек от одиночных зомби. Ну или от небольшой группы и совсем другое – драться с ордой. Тогда уже неважно, насколько ты сильный. Тебя просто сомнут и сожрут.

Алиса немного помолчала, потом сказала:

– Тебе весь день звонила мама. Вечером я всё-таки ответила, чтобы она не волновалась.

– Что она сказала?

– Что всё хорошо. Мы вообще поговорили. Она пригласила нас с Лёшей к себе. Ты ведь всё равно туда направляешься… вот я и подумала…

Она не договорила и вопросительно посмотрела на меня. Я на секунду задумался, потом пожал плечами и сказал:

– Почему бы и нет.

Если честно, мысль показалась мне вполне разумной. Раз уж спас – почему бы не помочь снова? Тем более так будет не так одиноко в дороге. Да и Алиса готовит вкусно, держится молодцом, а выглядит так, что даже на фоне конца света умудряется оставаться очаровашкой.

Правда, тут же я мысленно дал себе подзатыльник. Потому что одно дело – замечать, что девушка красивая, и совсем другое – строить в голове какие-то далеко идущие планы, когда у неё недавно обратились родители, есть маленький брат и вокруг шатаются мертвецы. Ей явно сейчас не до отношений.

Да и мне, если уж честно, стоило бы в первую очередь думать о том, как вообще довести нас живыми до следующей точки, а не о романтике в условиях конца света, но, с другой стороны… Если рядом всё время будет зомби-принц, то почему бы этой истории однажды не закончиться хорошо? Мысль была настолько дурацкой, что я улыбнулся, глядя прямо в кружку.

– Ты чего? – спросила Алиса, заметив это.

– Да так. Думаю, что жизнь у меня как-то слишком резко стала насыщенной.

– Думаешь, только у тебя?

– Нет, но у меня, похоже, места в первом ряду. Насчёт поездки к родителям – я пока туда не собираюсь, потому что это далеко, а в нынешней ситуации даже выйти из дома автоматически становится смертельно опасно. Надо сначала понять, что и как, а уже потом что-то решать.

Алиса немного подумала, потом кивнула.

– Раз так надо, значит надо, а раз мы тут пока останемся, нужно устроить генеральную уборку в квартире.

Я замер. Вот вроде бы только что мы говорили про мэрию, путь к родителям, мертвецов, выживание, а потом она выдала это страшное сочетание слов – генеральная уборка. У меня даже лицо, кажется, само изменилось.

Переехав жить один, я вообще почти забыл про существование этого понятия. Нет, я, конечно, убирался по вдохновению, но вот именно это страшное словосочетание – генеральная уборка – я давно вычеркнул из своей жизни. А оно, как выяснилось, не вычеркнуло меня.

Алиса, заметив моё выражение лица, сразу всё поняла и, засмеявшись, сказала:

– Не бойся. С большей частью я справлюсь сама. Мне только понадобится мужская помощь.

Я кивнул с таким видом, будто только что услышал не обещание будущих страданий, а вполне безобидную просьбу. Раз вроде как всё самое ужасное в этом деле меня обходило стороной, то ничего страшного и не было. Доев, я двинул в комнату и, едва добравшись до своих матрасов, рухнул на них.

Физически моё тело не уставало, но вот мозг – вполне по-человечески. Даже слишком. Так что отключился я почти сразу.

Проснулся утром я от недовольного гула Лёшки, которого сестра заставляла помогать убираться.

– Почему я? – ворчал он таким трагическим голосом, будто его отправляли в шахту добывать уголь.

– Потому что я одна всё не сделаю, – отвечала сестра. – И потому что ты тут тоже живёшь.

– Я тут временно живу…

– Вот временно и помогай.

– О, проснулся, – сказала Алиса, увидев, что я открыл глаза. – Ты вовремя.

Помогать мне всё равно пришлось. На меня легла ответственная задача – перетаскивать мебель, под которой, как обычно, скрывался отдельный маленький мир, происхождение которого я предпочитал не выяснять. Лёшка до самого конца издавал страдальческие звуки, помогая.

После уборки дальше всё шло по плану. Нужно было выяснить хотя бы примерный шанс выпадения костей. Ну и попробовать выбить ещё что-нибудь интересное. Заодно я получил от Алисы задание взять в магазине продукты. Причём список был не короткий, а вполне основательный.

Следующая ходка была уже за бытовыми вещами и одеждой, с последней я провозился дольше всего. Я, если честно, думал, что быстро зайду, схвачу пару комплектов и пойду дальше. Ага, конечно, стоило начать выбирать по размерам, как стало ясно – это ещё тот квест.

Вечером я ещё забежал в аптеку и там уже добрал всё, что было нужно по списку. Правда, всё полезное с витрин уже вынесли, но я ведь тоже не вчера родился. Глянул на дверь, находившуюся за кассой, и, подойдя, понял, что её уже пытались открыть. Закрыта она была не то чтобы прямо серьёзно, но достаточно, чтобы обычный человек ещё подумал, стоит ли возиться. Я взялся поудобнее и просто выломал её.

За дверью меня встретили забитые полки и пара зомби, которых я вылечил от их болезни, а дальше набрал всё, что было по списку. Потом остановился, осмотрелся и понял, что просто уйти только с этим было бы как-то… несолидно. Раз уж залез на склад, надо брать всё, что кажется полезным.

Я нашёл какую-то тряпку и, расстелив её прямо на полу, начал сгребать туда всё, что хоть немного вызывало интерес. Пачки таблеток без разбора, какие-то витамины, мази, шприцы, коробки, баночки. Логика была простая, что дома разберёмся. В итоге, когда я всё это добро связал и закинул на плечо, выглядел я, наверное, как очень странная версия Деда Мороза.

Когда я наконец притащил это сокровище домой и вывалил перед Алисой, она сначала просто посмотрела на кучу, потом на меня, потом снова на кучу.

– Что это? – спросила она.

– Стратегический запас, – гордо ответил я.

Она присела рядом и начала перебирать всё содержимое. Сортировала она долго. Очень долго. В итоге спустя часа два вынесла вердикт:

– Большая часть нам не нужна.

Остатки этого богатства пришлось оставить в другой квартире. Благо пустых по соседству хватало. Получился такой маленький склад на чёрный день или, учитывая нашу жизнь, на особенно чёрный.

За день у меня набралась ладошка кристаллов и ещё три кости. Если ресурсы и дальше будут выпадать с такой щедростью, то на серьёзные призывы, свитки и всё прочее я буду собирать как бабушка… хотя нет, судя по новостям, деньги у них имелись, а значит – как студент на квартиру.

Хотя я всё-таки не занимался сегодня этим прямо всерьёз. Большую часть времени отвлекался на дела. То магазин, то одежда, то бытовые вещи, то аптека. Это был не день чистого фарма, а скорее полезный хозяйственный рейд с попутным избиением зомби по дороге, а значит, и результат стоило оценивать с этой поправкой.

Следующим утром на кухню вошёл Алёша. Точнее, сначала в дверях появилось нечто зелёное, и только потом я понял, что это он. Мелкий остановился напротив нас с Алисой и очень серьёзно посмотрел сначала на меня, потом на сестру и спросил:

– А если зелёнку смешать с перекисью, будет хуже или лучше?

Я улыбнулся так, насколько это было возможно, и уточнил:

– Кому?

– Ну… ране, – ответил он уже чуть менее уверенно.

– А-а. Ране. Ну тогда без понятия.

Алиса закрыла лицо ладонью и простонала:

– Ты зачем вообще это смешивал?

Лёшка отвёл взгляд в сторону, но сдаваться не собирался.

– Я хотел проверить!

– Что проверить?

– Ну… что получится.

– Халк-алхимик растёт, – смеясь, сказал я.

Алиса убрала ладонь от лица и посмотрела сначала на брата, потом на меня.

– Не поощряй его.

– Я не поощряю, – возразил я. – Я констатирую наличие таланта.

– Очень сомнительного таланта.

– Многие великие открытия начинались с сомнительных талантов.

Алиса встала, подошла к брату, взяла его под руку и повела в ванную, откуда донеслось:

– Ай! Она же холодная!

Я уже откровенно смеялся. Через пару минут Алиса вывела Лёшку обратно. Мокрого, недовольного и всё ещё местами зеленоватого.

Весь день я посвятил истреблению зомби. Просто вышел с одной целью – посмотреть, как будет идти дроп, если заниматься только этим. К вечеру я выбил горку кристаллов, семь костей, два зелья исцеления и ещё какие-то вещи, с которым пока сам не понял, что делать.

Если честно, поначалу я даже немного разочаровался. Потому что результат был не то чтобы густой. Всё-таки я часов десять очищал район, почти не отвлекаясь на другие дела. Просто шёл и уничтожал всё, что двигалось не по-человечески. Я всё-таки ждал от системы большей щедрости, хотя, возможно, тут ещё помогала моя удача.

С другой стороны, может, всё было не так уж плохо. Если такой дроп окажется стабильным, то уже можно что-то планировать. Семь костей за день – это не ничего. Это уже темп. Особенно если учесть, что пара зелий исцеления тоже выглядела очень даже неплохим бонусом. Да и главное – дело я сделал хорошее. Пока я чистил дворы, начал замечать, что через уже очищенные участки люди перебегали до магазинов.

Сейчас меня волновала другая проблема – отсутствие свитка. Вот это уже реально начинало раздражать. Кости есть, но не так много, как хотелось бы, но есть. Кристаллов вообще уже начало копиться приличное количество, но, возможно, это только так казалось. Зелья выпали, а вот свитка – как не было, так и нет. Без него вся моя замечательная коллекция доступных призывов продолжала висеть в меню мёртвым грузом – просто сиди и любуйся.

Когда я вернулся домой, дверь ванной открылась, и оттуда вышла Алиса. На ней была только длинная футболка, явно надетая наспех после душа. Её лицо раскраснелось после воды, а влажные рыжие волосы рассыпались по плечам, и несколько прядей прилипли к щекам и шее. Я завис, как полный идиот – даже конец света не отменял того факта, что передо мной очень красивая девушка. Футболка скрывала достаточно, чтобы всё выглядело вполне невинно, и при этом оставляла воображению ровно столько, чтобы оно тут же предательски включилось.

Глава 9

Алиса тоже заметила меня. Её глаза расширились, и она быстро юркнула обратно в ванную.

– Горячая вода снова появилась! – донеслось оттуда, и через пару секунд дверь снова чуть приоткрылась, и она попросила. – Можешь… это… принести мне одежду?

Я кивнул, хотя она этого не видела, прошёл в комнату и быстро нашёл её вещи. Пока возвращался, поймал себя на том, что улыбаюсь. Я постучал и протянул одежду внутрь, стараясь лишний раз не заглядывать. Хотя мозг, конечно, пытался саботировать этот процесс всеми возможными способами.

– Спасибо, – тихо сказала она.

– Ага, – ответил я и отошёл.

Зайдя в комнату, я решил зайти на форум. Оказалось, за время, пока я занимался своими делами, успели создать новый – международный. Когда я зашёл туда, то быстро наткнулся на площадку обмена. Там уже кипела жизнь. Кто-то менял еду на патроны, кто-то лекарства на инструменты, кто-то предлагал кристаллы за информацию.

Сначала я хотел просто оставить короткий пост, но потом решил, что лучше сделать отдельную тему. Всё-таки мне нужен был свиток, а не коробка тушёнки. Так что я написал, что ищу его, добавил примерное описание и уточнил, что интересуют любые сведения: где выбить, как получить, выпадал ли он кому-то вообще. Заодно добавил, что готов рассмотреть обмен, если у кого-то он есть на руках.

Конечно, тут же в голову пришла простая и очень неприятная мысль. Если мне напишет человек из другой страны, толку с этого будет почти никакого. Даже если напишут из другого города, это уже выглядит чуть реальнее, но всё равно лишь в теории выполнимо. Впрочем, выбора у меня особо не было.

После этого Алиса позвала ужинать и, как обычно, приготовила что-то вкусное. Лёшка возмущался и строил из себя великомученика из-за какой-то мелочи, которую его заставила делать сестра, а она говорила, что конец света – это не повод бездельничать.

Поужинав, я вернулся к компьютеру и снова открыл форум. Вот тут уже стало интереснее. Моя тема внезапно оказалась популярной. Все начали скидывать фотографии разных свитков. Причём явно не одного типа. Они отличались цветом, размером и символами.

Я начал листать ответы. Один выкладывал снимок свитка, от которого, по его словам, можно было получить ускорение. Другой показывал что-то, похожее на призывного волка. Третий вообще уверял, что у него выпал свиток, усиливающий оружие, но самым интересным оказался не снимок, а видео.

Какой-то тип выложил ролик, где стоял посреди улицы, выставив руку вперёд. Потом свиток у него в руке вспыхнул, рассыпавшись светом, и через секунду у него из руки вылетел огненный шар.

Проблема была в другом. Среди всех этих фотографий, обсуждений и роликов не нашлось ничего похожего на мой запрос. Хотя времени ещё хватало. Тема только начала разгоняться, а мне и этого уже было бы достаточно. Потому что одно дело – надеяться наобум, и совсем другое – знать, что нужную вещь вообще можно выбить или как-то получить. Тогда ты уже не занимаешься ерундой, а просто идёшь к цели.

На следующий день я проснулся с вполне конкретной мыслью – зоопарк. Эта идея сидела у меня в голове уже давно, но теперь созрела окончательно. Если уж система позволяла добавлять в список призыва тех, кого я убил, то место, где собрана куча самых разных животных, выглядело как инвестиция в будущее. Опасная, конечно, но зато перспективная.

К тому же он находился как раз за местной мэрией. Значит, по дороге я смогу ещё раз глянуть, что там решили люди из администрации. До неё я дошёл без особых проблем. Снаружи никого не было, и я прошёл внутрь, но и там тоже никого не нашёл.

Карта всё ещё лежала на месте. Только теперь рядом с ней оставили записку. Я подошёл ближе, взял листок и быстро пробежался по нему взглядом. В записке говорилось, что, если кто-то из выживших найдёт это место уже после их ухода, он может двигаться следом. Внизу стояла сегодняшняя дата. Красным на карте была проведена линия до военной базы, которую они считали безопасным местом.

Дорога до зоопарка как раз проходила по отмеченному маршруту. Ну, точнее, небольшая её часть. Получалось очень удобно. Можно было пройти по их следу и посмотреть, что у них получилось. Я вышел обратно на улицу и двинулся по нему. Действительно – путь оказался на удивление спокойным. Почти все зомби по дороге уже были перебиты, а те, которые шатались, видать, пришли позже.

При этом тел самих людей я не видел, и это было отлично. Через какое-то время я дошёл до места, где их маршрут уходил дальше прямо, а мне нужно было повернуть. Впереди тянулась дорога, по которой ушли выжившие. Возможно, где-то там сейчас шла колонна людей с детьми, сумками, оружием и остатками надежды, а мне нужно было налево – к зоопарку.

Дорога шла отлично ровно до того момента, пока из-за поворота не выскочило нечто маленькое и пернатое. Сначала я даже не понял, что именно это было, потом присмотрелся получше и понял, что это зомби-воробей. Так что я даже особого внимания на него не обратил, двигаясь дальше.

Только это мелкое существо расправило крылья, нахохлилось и громко зачирикало. После чего эта бесстрашная тушка рванула ко мне. Именно побежала, а не полетела. Мелкими быстрыми скачками, с таким видом, будто сейчас как минимум перегрызёт мне горло и запишет это в личные достижения.

Мой удар ноги моментально изменил ему все планы на ближайшую вечность. Воробья подбросило в воздух, и он отлетел, кувыркаясь, как комок перьев, шлёпнувшись дальше на дороге. Правда, моя радость закончилась сразу, стоило мне обойти угол дома. Потому что дальше начиналась уже совсем другая картина.

На улице, чуть в стороне от входа в зоопарк, собралась целая банда пернатых. Там были голуби, воробьи, пара чаек и вороны. Они кем-то пировали и выглядели максимально занятыми своим делом. Пока я держался на расстоянии, они даже не думали обращать на меня внимание.

Я начал осторожно переходить улицу. До цели оставалось всего ничего – дорога и забор. Я уже почти добрался до середины улицы, когда всё пошло по классике, то есть максимально тупо и не вовремя.

Тот самый воробей, которому я только что прописал ускорение ногой, оказалось, не сдох. Сначала я услышал "чиррррр!", от которого у меня внутри всё неприятно напряглось. Я обернулся и увидел, как эта мелкая зараза уже стоит на лапах, растрёпанная, перекошенная, но вполне бодрая и орёт.

Тут мне кстати очень вспомнилась одна услышанная поговорка: будь смел, но, коли дела плохи, убеги и будь смел в другой раз.

До забора оставалось всего ничего, но за спиной уже поднялся такой гвалт, будто вся эта крылатая братия внезапно решила, что я у них блюдо дня. Я даже не пытался оглядываться. С моей удачей стоило только повернуть голову, как мне тут же бы выбил глаз какой-нибудь особенно мотивированный воробей.

Забор резко вырос передо мной. Я уже собирался в него вцепиться, подтянуться, перелезть… Ага, конечно. Вместо этого я просто оттолкнулся от земли и перелетел через него так, будто его вообще не существовало. Просто раз и я уже с другой стороны.

Приземлившись, я по инерции сделал ещё пару шагов и только потом понял, что сейчас произошло, но времени удивляться не было. Пара самых шустрых уже долетела до меня и начала заклевывать. Один ударил в плечо, второй метил куда-то в голову, третий, кажется, вообще хотел выдрать кусок моего уха. Пернатые были мелкие, но наглости у них хватило бы на целую армию.

Отмахнувшись, я попал по кому-то локтем, но легче не стало. Видимо, в этом мире правило "размер имеет значение" работало не всегда. Эти могли испортить тебе день не хуже здоровенного зомби. Впереди оказалось ближайшее здание – какое-то служебное или административное, я даже толком не успел его разглядеть. Главное было одно – дверь.

Я влетел туда чуть ли не в прыжке, захлопнул её за собой и сразу услышал, как снаружи в неё начали врезаться пернатые. Бум. Бум. Бум. Один из них даже умудрился пробить дверь клювом.

В помещении было темно так, что я сначала вообще ничего толком не увидел. Только смутные очертания стен, дверь за спиной и узкую полоску света снизу, которая пробивалась с улицы. Я скинул рюкзак с плеча, быстро расстегнул его и достал фонарик, который закинул туда ещё дома на всякий случай, вместе с кучей других нужных вещей.

Узкий луч света разрезал темноту, и стало чуть спокойнее. Совсем немного. Потому что, как показывает практика, иногда лучше не видеть, что именно прячется в темноте.

Я осмотрелся внимательнее и понял, что нахожусь, по сути, в каком-то небольшом служебном помещении, где была одежда смотрителей, вёдра и тому подобное. За спиной – входная служебная дверь, впереди – ещё одна, уже в помещение зоопарка.

Выбора у меня, если честно, особо не было. Так что я подошёл ко второй двери, покрепче сжал фонарик и медленно потянул ручку на себя. Лучше бы я этого не делал. Луч света скользнул вперёд и выхватил из темноты длинный зал – павильон рептилий.

Я замер прямо на пороге. Мне и до апокалипсиса тут было не по себе. Я ещё мог спокойно смотреть на тигра или медведя, но вот всё, что ползает и шипит, всегда вызывало во мне очень честное "ну его нафиг". А теперь, когда мир решил окончательно свихнуться, зайти в такое место было вообще отдельным видом издевательства.

Фонарь дёрнулся в моей руке, мазнув светом по разбитым террариумам. Именно это мне не понравилось больше всего. Не змеи или какие-нибудь здоровенные мерзкие пауки за стеклом, а пустые, разбитые террариумы. И полное отсутствие тех, кто раньше там должен был сидеть.

Вот теперь мне стало совсем не по себе. Я сразу закрыл дверь. Просто захлопнул её обратно и пару секунд стоял, уставившись на неё.

– Нет, – пробормотал я. – Нет. Даже не уговаривайте.

Мне казалось, что по спине сейчас реально бежит холодок. Я, конечно, отлично понимал, что никаких мурашек у меня быть не должно, но в голове они были. Причём очень убедительные.

Ладно, может, птицы не так страшны. С этой мыслью я подошёл к выходу, осторожно приоткрыл его и сразу увидел целую кучу пернатых, которые ждали, пока я выйду. Они реально сидели там и караулили. Я тут же закрыл дверь обратно.

– Беру свои слова назад, – сказал я в пустоту.

Похоже, я всё-таки перегнул, когда решил, что птицы – это ерунда. Они-то были тут. Вот прямо за дверью, а обитателей за другой дверью я не видел. Может, они все там сдохли или уползли.

Снова открыв дверь в павильон, я замер на пороге, прислушиваясь. Вскоре откуда-то из глубины донеслось шарканье, и это почему-то успокоило. Потому что зомби я хотя бы понимал. Они были тупыми и предсказуемыми.

Я провёл лучом фонарика. Свет выхватывал из мрака куски помещения, но никакой живности видно не было. Вообще никакой. Хотя, по-хорошему, именно за ней я сюда и припёрся. По дороге к зоопарку эта идея казалась хорошей, а теперь весь мой энтузиазм куда-то делся.

Главное было не нервничать. Потому что, если я начинал слишком сильно паниковать, мой внутренний "напарник" иногда решал, что дальше сам справится. И каждый раз, когда это происходило, ничем хорошим такое заканчивалось.

В этот момент я услышал звук у потолка. Я медленно поднял фонарь и посветил вверх. Луч дрогнул, скользнул по балкам, вентиляционным коробам, пыльным решёткам… и зацепился за движение.

Я увидел здоровенный хвост. Он медленно втягивался в вентиляцию. Это чудовище было настолько длинным, что я видел только конец. Оно исчезло, и через секунду прямо надо мной что-то неторопливо проползло.

У меня пересохло во рту. Хотя, казалось бы, чему там сохнуть. Я не стал ждать продолжения знакомства. Просто захлопнул дверь так быстро, как только смог, и отступил назад. Потом сел на ближайший стул. Просто ноги сами решили, что постоять я ещё успею, а вот немного посидеть перед смертью – это хорошая идея.

Даже не передать, насколько мне сейчас было страшно, и это ещё с ментальной поддержкой системы. Без неё я, скорее всего, уже потерял бы сознание. Просто сполз бы по стене, закрыл голову руками и остался лежать, пока меня не нашёл бы кто-нибудь из местных обитателей.

Я сделал несколько медленных вдохов и выдохов, хотя понимал, что дышу скорее по привычке, чтобы успокоиться, чем по необходимости, но это помогало, и я успокоился.

Потом я снова выглянул на улицу. Пернатые всё ещё были там. Нет, ждать было не вариант. Эти могли торчать там хоть неделю, а значит, выбирать не приходилось. Либо я иду внутрь, либо рано или поздно выхожу наружу и устраиваю им бесплатный шведский стол.

Я повернулся к входу в "комнату страха" и просто смотрел на него. Потом взял фонарик покрепче и открыл дверь. Луч выхватил большой террариум у стены. Стекло было разбито изнутри. Внутри валялись перевёрнутая лампа, камни, куски коры, а на песке тянулся широкий след. Я сглотнул и отвёл свет. Дальше был ещё один, а потом ещё.

Я начал продвигаться через зал. Фонарик дрожал в руке, и вместе с ним дрожал свет, вырывая из темноты куски зала. Этого хватало, чтобы видеть… но недостаточно, чтобы чувствовать себя в безопасности. Первое, что я заметил, – это зомби. Они шатались между стендами.

В одном из разбитых террариумов копошилась ящерица. Её кожа потемнела, стала будто высохшей. Она перебирала лапами по стеклу, словно пыталась выбраться, хотя вокруг уже давно не было преград.

Дальше по полу тянулся кровавый след. Будто кого-то протащили через весь зал. Он уходил направо, и я не стал проверять, что там, свернул налево раньше и увидел её. Она лежала у стены – это была огромная змея. Настолько большая, что сначала мозг просто отказался воспринимать её как что-то реальное.

Её брюхо было раздуто. Внутри явно что-то было, и человеческие очертания угадывались слишком хорошо, чтобы это можно было списать на воображение. Она кого-то сожрала и сейчас лежала, переваривая.

Я уже собирался отвести свет, когда змея дрогнула. Совсем чуть-чуть, но я это увидел. Будто она устраивалась поудобнее, переваривая свой ужин. Если бы у меня сейчас было сердце, оно бы, наверное, билось так громко, что разбудило бы вообще всех обитателей этого проклятого места.

Двинувшись дальше, я стараясь держать свет ровно перед собой. Слева в одном из террариумов что-то пробовало вырваться. Я не видел, кто именно там был. Только какую-то массу, которая пробовала вылезти, и этого было достаточно.

Я чуть сместился в сторону, стараясь обойти этот террариум подальше, но именно в этот момент фонарь зацепил соседний. Там была вода, и её поверхность сначала казалась спокойной, но потом я заметил, как по ней пошли круги. Как будто кто-то снизу поднимался.

Из воды показалась голова: узкая морда и блестящие глаза, которые сразу остановились на мне. Это была змея или что-то другое, очень похожее на неё, но уточнять я не стал, ускорившись.

Я вылетел из зала и захлопнул дверь так, что металл лязгнул на весь коридор. Сразу после этого сверху, прямо над моей головой, что-то проползло по вентиляции. Я медленно поднял голову. Вентиляционная решётка тянулась вдоль потолка, уходя дальше.

Тут было три пути. Первый – на улицу. Второй – дальше, туда, где находились рыбки. Третий – наверх, на второй этаж, в кафе.

Вариант знакомиться с плавающей фауной меня не особо вдохновлял, а улица всё-таки выглядела самым простым и понятным выходом. Я осторожно подошёл к двери, взялся за ручку и приоткрыл её ровно настолько, чтобы можно было выглянуть одним глазом. Этого хватило.

Снаружи, почти у самого выхода, лежала здоровенная зомби-кошка. Она растянулась на крыльце так лениво и спокойно, будто просто решила подремать на солнышке. Её пасть раскрылась и я увидел длинные клыки. Я закрыл дверь сразу, без раздумий.

– Так, ну рыбки так рыбки, – пробормотал я.

Когда я зашёл к ним, почти сразу вспомнил, что здесь вообще-то были не только рыбки. В памяти всплыли две особенно "приятные" детали – крокодил и варан. И от этого место, которое сначала показалось мне почти безопасным, сразу перестало быть таким уж безобидным.

Первый обнаружился быстро. Крокодил лежал в своём вольере, наполовину в воде, наполовину на суше, словно просто решил передохнуть. Он не двигался, а проверять, живой он или нет, мне совершенно не хотелось. Особенно после всего, что я уже увидел сегодня.

Я повёл фонариком ниже, и по полу передо мной медленно проползла черепашка. Она двигалась, не обращая на меня никакого внимания. По ней тоже было совершенно непонятно – зомби она или нет. Я перевёл свет на аквариумы. Рыбки плавали вроде бы как обычно. По крайней мере, на первый взгляд. Скользили в воде, мелькали между камнями, иногда собирались в небольшие стайки. Всё это выглядело почти нормально.

Почти, но что-то внутри очень настойчиво подсказывало мне, что нормального здесь уже ничего нет. И если сунуть туда руку, все эти милые водные создания в ту же секунду дружно докажут, что теперь они не рыбки, а очень голодные ребята. Мне почему-то сразу представилось, что там любая мелочь уже считает себя пираньей, и, скорее всего, это было недалеко от истины.

Здесь не было так страшно, как в террариуме. По крайней мере, сначала, а потом я услышал шлепки. Я замер посреди прохода, медленно повернув голову в сторону звука и направив туда фонарь. Сначала луч выхватил чью-то длинную тень, скользнувшую по стене, а уже через секунду с другой стороны прохода, по которому я шёл, появился он – здоровенный варан. Его раздвоенный язык то и дело выстреливал наружу.

Я медленно сдал назад, не сводя с него фонаря. Когда я наконец вернулся обратно в холл, то почувствовал жалкое облегчение и решил подняться наверх, и выйти через кафе. Выбор был так себе, но после рептилий и аквариумов само слово "кафе" почему-то звучало почти уютно.

Что угодно, лишь бы без змей, варанов и всей прочей зубастой чепухи. Я поднялся по лестнице и толкнул дверь, уже заранее готовясь к новой гадости, но всё равно где-то глубоко внутри теплилась очень глупая надежда. Что там будут только двуногие обычные зомби. Те самые, к которым я уже почти привык.

Глава 10

Я замер перед дверью и на секунду просто уставился на ручку. Уже серьёзно начинало казаться, что сегодня кто-то сверху решил проверить, насколько можно меня довести, прежде чем я сломаюсь. Или всё это было из-за удачи, и будь у меня её нормальный показатель, я, возможно, сейчас шёл бы по пустым комнатам, собирал лут и радовался жизни.

Как я помнил, вход в кафешку был один. Через него заходили посетители, через него же и выходили, но с другой стороны был служебный выход, ведущий на первый этаж. Я медленно открыл дверь и шагнул внутрь. Луч фонаря скользнул по помещению, цепляясь за перевёрнутые столы, разбросанные стулья и засохшие пятна на полу.

Тут были дети. Зомби-дети. Мелкие, лет по семь, может, по десять максимум. Разноцветная одежда, рюкзаки, какие-то кепки. Похоже, у них была какая-то экскурсия, но теперь всё изменилось. Они бродили по всей кафешке, и вот это было плохо. Слишком уж непоседливые они были для обычных зомби, которые больше любили тупить и пялиться в одну точку.

Я прикинул варианты, как пройти безопаснее, но все они выглядели одинаково паршиво. Так что в какой-то момент я просто плюнул на попытки изобразить великого тактика и двинул прямо.

Между столами валялись погрызенные сотрудники и взрослые. Судя по виду, детишкам в какой-то момент резко расхотелось жевать бургеры, и они решили перейти на более "натуральное" меню. Картина была мерзкая, но уже не настолько, чтобы волосы встали дыбом. Пока я шёл, освещая себе путь фонарём, меня не покидало ощущение, что дети смеются.

Возможно, мне это просто мерещилось и нужно было раньше меньше ужастиков смотреть. А может, после всего, что мне довелось увидеть за последние дни, моя психика либо прокачалась, либо просто махнула на всё рукой и ушла в отпуск.

На середине пути один шкет всё-таки решил до меня докопаться. Он остановился прямо передо мной, уставился мутными глазами и потянулся ко мне своими ручками, будто хотел или обняться, или откусить кусок. Я просто поднял его одной рукой за голову. Он тут же задрыгал ногами в воздухе, замолотил своими короткими ручонками и попробовал до меня дотянуться, но не мог. Со стороны это, наверное, выглядело так, будто взрослый брат издевается над младшим, который внезапно решил, что может качать права.

Когда я дошёл до нужной двери, ко мне подтянулась его подруга. Она пробовала подобраться ко мне, щёлкая зубами, но висящий пацан ей мешал, а потом я просто взял и кинул его прямо в неё.

Дверь оказалась закрыта, но это меня вообще не остановило. Я просто дёрнул её на себя так, что замок жалобно хрустнул и сдался. В ту же секунду над головой зазвенел колокольчик, которого я не заметил, и его звон разнёсся по всей кафешке.

Детвора, которая шаталась по залу, лишь повернула головы на звон, но, не заметив ничего интересного, так и осталась на своих местах. Но стоило двери открыться, как зомби-детишки увидели, что внутри есть живые, и вся эта мелкая компания одновременно проснулась.

Я залетел внутрь и сразу, не теряя ни секунды, опрокинул на дверь холодильник, который стоял рядом. С той стороны уже начали ломиться, и я, схватив какую-то железную стойку, подпёр его.

Только после этого я развернулся. Передо мной стояла светловолосая девушка лет двадцати пяти. Может, чуть старше, но не сильно. Лицо у неё было уставшее, а волосы – растрёпанные.

Перед ней стоял паренёк с ножом, направленным прямо в мою сторону. На вид ему было примерно столько же, сколько Лёшке. Ну, может, плюс-минус. Он стоял чуть впереди, выставив нож так, будто реально собирался меня остановить, если понадобится. Руки у него конкретно дрожали, но он всё равно защищал тех, кто был у него за спиной.

За блондинкой стояли две девочки примерно его возраста. Одна сидела в инвалидной коляске, вцепившись в подлокотники так сильно, что костяшки пальцев аж побелели, и смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

Вторая стояла чуть сбоку. Сначала я не понял, что именно в ней не так. Она держалась одной рукой за спинку коляски, а другой – за блондинку, а потом я увидел её глаза и всё понял. Она была слепой.

– Всё нормально, – сказал я, поднимая руки. – Я не причиню вам вреда.

Был у меня уже один неприятный случай с парнем и ножом. Повторять его вообще не хотелось. Ведь тогда всё закончилось так себе.

– Ваня, опусти нож, – сказала светловолосая девушка.

Парень послушался. Я сделал шаг ближе, положил ладонь ему на голову и, чуть растрепав волосы, сказал:

– Молодец. Защищаешь своих, значит настоящий мужчина.

Я убрал руку и кивнул на вторую дверь.

– Мне туда.

– Там закрыто, – покачала головой блондинка.

– Значит, открою.

Я подошёл, взялся за ручку, дёрнул, но ничего не произошло. Сильнее – тоже ничего. Дверь даже не шелохнулась. С той стороны её чем-то прижали, причём основательно. Я отступил на шаг и посмотрел на неё.

– Ну да… ну да. Как ещё могло быть.

Значит, оставался только один путь – назад. Туда, откуда я только что пришёл. Туда, где сейчас крутилась вся эта мелкая голодная банда.

Я прикинул, что даже если запихнуть всех живых здесь в какой-нибудь шкаф или холодильник и заставить сидеть тихо, это всё равно ничего бы не решило. Детишки должны были стоять прямо у двери. Открыл бы я её и пришлось бы пробиваться через них, а характеристики, возможно, у них были как у взрослых. И с таким их количеством это уже был билет в один конец.

Подойдя к двери, я прислушался. С той стороны доносился шорох. Они не ушли и, судя по всему, уходить вообще не собирались.

Я обернулся к выжившим. Они так и стояли всё это время вместе, не сводя с меня глаз. В другой ситуации, наверное, такая сцена показалась бы странной. Какой-то незнакомый парень вваливается, ходит туда-сюда и выглядит так, будто уже сто раз бывал в подобных передрягах. Хотя на фоне ходячих мертвецов, системы и всеобщего конца света я явно не выбивался из общей картины.

– Ну тогда давайте знакомиться. Меня Саша зовут. Вы не бойтесь, я не кусаюсь, – сказал я и улыбнулся.

Правда, ситуацию это вообще не разрядило.

– Алина, – сказала блондинка.

Парень рядом с ней вдруг задвигал руками, что-то мне показывая. Алина пояснила:

– Его зовут Ваня. Он просто не может говорить. Он немой.

Я посмотрел на девочек. Обе тут же ещё сильнее прижались к Алине, и та сказала:

– Это Вера, а это Надежда.

Ого. Вера и Надежда. Сильное, конечно, сочетание. Потому что, если подумать, на этом сейчас весь мир и держался.

– Ну что ж, – сказал я. – Очень приятно познакомиться. Как вы вообще тут оказались?

– Мы были на экскурсии, – сказала Алина. – Я их учительница. Мы зашли сюда перекусить, а потом… случилось это. Мы даже сами не поняли, как выжили. Просто побежали, закрылись и спрятались. Нам повезло, что тут были еда и вода.

– А другие? – спросил я.

– Другие изменились, – ответила девушка. – А ты сам как тут оказался?

– Да так. Зашёл посмотреть на зверюшек.

Мою новую шутку опять никто не оценил. Я мысленно вздохнул. Вот в играх я всегда качал харизму как главный стат. Всегда, а тут, похоже, система решила, что харизма мне вообще не нужна. И, судя по реакции окружающих, это было не лучшим решением. Я кашлянул и сказал:

– Спасался от зомби и случайно оказался здесь.

Это, конечно, было не полной правдой, но и не ложью. Алина кивнула, принимая ответ, и спросила:

– И что ты теперь будешь делать?

Я задумался. Выбраться одному, если говорить честно, скорее всего, было бы не так уж сложно. Не легко, конечно, но шансы у меня были хорошие, а вот бросить их тут означало не просто уйти. Это значило подписать им приговор. Тем более дома уже был Лёшка. Если детей станет больше, хуже не будет.

– Ну, планы поменялись. Надо теперь как-то вывести вас отсюда.

Сказал и сразу же понял, насколько это будет непросто. Одно дело – сказать, и совсем другое – реально вытащить отсюда женщину, немого мальчишку, девочку в инвалидной коляске и слепую девчушку. Да уж. Задача была не из категории "ну сейчас быстренько решим". И тут я вспомнил про тему с форума, а именно – про зелья. Мол, если выпить, могут исцелить всё. Вот сейчас и проверим.

Как раз недавно я выбил два, и оба лежали у меня в рюкзаке. В играх я всегда был тем ещё гением – таскал банки до самого финала, берёг "на особый случай", а потом проходил игру с полным инвентарём и складом добра, которое так ни разу и не пригодилось. Здесь я решил такой фигнёй не страдать. Тем более за день-два можно будет выбить ещё.

Я стянул рюкзак с плеча, открыл его и, немного порывшись, достал один из пузырьков. Маленький, с мутноватой жидкостью внутри, без всякого пафосного сияния. Просто склянка. Я протянул её им и сказал:

– Сейчас это прозвучит неправдоподобно. Да я и сам не могу обещать, что всё будет именно так. Но говорят, если выпить это, оно может излечить вообще от всего.

Они переглянулись между собой. Я их прекрасно понимал. Какой-то левый парень предлагает выпить неизвестную жидкость, обещая чуть ли не чудо.

– Не бойтесь, – сказал я серьёзнее. – Отравить вас я не пытаюсь, но, если получится, шансы выбраться отсюда сильно повысятся.

Алина посмотрела сначала на пузырёк, потом на слепую девчушку и спросила:

– Вера… попробуешь?

Та неуверенно кивнула. Я вложил ей зелье в протянутые руки, и Алина помогла открыть пузырёк. После чего Вера выпила содержимое. Сначала вообще ничего не произошло.

Я уже даже успел подумать, что на форумах в очередной раз наплели чушь, а потом она вдруг замерла и несколько раз быстро моргнула, уставившись перед собой так, будто мир только что перестал быть пустым. Она осмотрела всё вокруг с таким жадным, растерянным потрясением, будто боялась, что это сейчас исчезнет, а потом начала плакать, как человек, которому только что вернули кусок мира. Алина сразу шагнула к ней и крепко обняла.

– Всё хорошо… всё хорошо… – шептала она, хотя у самой голос дрожал.

Стоя чуть в стороне, я смотрел на это и думал, интересно, насколько велико счастье – вернуть зрение, когда мир вокруг в это же самое время катится в ад, а за дверью стоят те, кто очень хочет тебя сожрать. Наверное, всё равно огромное. Потому что конец света концом света, а возможность снова видеть – это уже нечто совсем другое.

Я перевёл взгляд на Надю. Та смотрела на подругу широко раскрытыми глазами и, кажется, ещё не до конца понимала, что только что произошло. Или понимала слишком хорошо и теперь просто боялась поверить, что чудо может не повториться. Я подошёл к ней и протянул второе зелье.

– Давай теперь ты.

Она взяла склянку, чуть дрожащими пальцами открыла её и выпила. Сначала снова не произошло вообще ничего, но потом девочка напряглась, схватилась за подлокотники коляски и начала подниматься. Сначала медленно, потом увереннее и… встала.

Ноги у неё дрожали, и она попробовала шагнуть, но сразу стало видно, что стоять и ходить – это две очень разные науки. За всё это время она уже просто забыла, как именно надо держать равновесие и как переносить вес. Её повело в сторону, и она начала падать. Я успел подхватить её раньше, чем она впечаталась в пол.

– Тихо, тихо, – сказал я, удерживая её. – Не торопись.

Я аккуратно усадил её обратно. Ну всё, теперь уже точно не отвертеться. Если до этого я просто не мог оставить их здесь по-человечески, то теперь вообще без вариантов. Одной вернул зрение, а другую поставил на ноги. После такого бросить их тут – это уже не просто свинство, а что-то совсем за гранью.

Я повернулся к заблокированной двери и пробормотал:

– Так, а теперь надо как-то решить проблему вот с этим.

Я снова подошёл к ней и дёрнул за ручку. Толку было ноль. Тогда я навалился плечом – итог был такой же. Потом отступил на шаг, разогнался и попробовал выбить. Дверь дрогнула, но не более того.

– Да чтоб тебя… – выдохнул я, потирая плечо.

Ко мне подошёл Ваня и, подёргав за рукав, указал на вентиляцию. Я поднял голову, посмотрел на решётку и несколько секунд просто молчал. Идея была… не то чтобы хорошей, но змея, насколько я помнил, должна была быть на первом этаже, так что здесь главной проблемой было не встретить очередную чешуйчатую радость, а банально пролезть и потом ещё как-то слезть с этой железной кишки живым и не поломанным. Но других вариантов всё равно не наблюдалось, так что делать было нечего.

– Ладно, – вздохнул я. – Придётся лезть. Как будто день и так недостаточно прекрасный.

Я скинул рюкзак, взял с собой только фонарик и, подтащив стол под решётку, залез наверх. Столешница прогнулась и заскрипела подо мной, будто с самого начала пыталась донести простую мысль: идея, брат, плохая, не лезь. Но я уже вцепился пальцами в решётку, дёрнул, выломал её и, подтянувшись, заполз внутрь.

Сразу стало понятно, что комфортным это путешествие не будет. Так ещё и труба шла не вбок, как мне хотелось, а прямо и была ужасно узкая. Настолько, что плечи тут же начали тереться о стенки, а спина цепляла верх. Ползти приходилось на локтях, подтягивая себя вперёд и стараясь не думать о том, как будет весело, если она проломится и я упаду.

Фонарик я держал в одной руке, и от этого всё становилось ещё неудобнее. Луч света прыгал, выхватывая пыль, грязь и редкие ржавые пятна. Воздух внутри пах так, будто здесь годами копили дохлых тараканов.

Ползя и кряхтя, я всё-таки добрался до развилки. Остановился, уткнувшись лбом в холодный металл, и на пару секунд просто замер. Я посветил налево и направо и попытался сообразить. По логике – направо. Ну не на удачу же мне надеяться с моим-то нулём в этой замечательной графе.

И, как это обычно бывает, дальше стало только хуже. Пространство будто ещё сильнее сузилось, и теперь ощущение стало совсем уж неприятным. Двигаться приходилось медленно. Очень медленно. Каждый толчок вперёд давался с усилием. В какой-то момент я даже серьёзно задумался, не застряну ли тут к чертям. Вот это была бы, конечно, эпичная смерть.

Луч фонаря в какой-то момент зацепился за стенку, и я замер. Там была чешуя. Я несколько секунд просто смотрел на неё, будто от одного этого она могла взять и исчезнуть. Ну мало ли, но нет. Она была здесь, а значит, и "она" тоже была здесь и, возможно, совсем недавно.

– Отлично, – прошипел я едва слышно. – Просто отлично.

Логика тут же попыталась меня успокоить. Я ведь мог наткнуться просто на её хвост. Или на старый след. Или она ползла в другую сторону. Или вообще давно уже убралась отсюда. Вариантов, если честно, было много. Вот только почему-то ни один из них меня не успокаивал. Эта металлическая кишка словно специально готовила меня к мысли, что в какой-то момент я всё-таки окажусь сожранным змеёй.

Это замотивировало меня ускориться настолько, насколько было возможно, но каждое движение теперь казалось вдвойне громким. Металл подо мной поскрипывал, рука с фонарём чуть дрожала, а я всё время ловил себя на том, что невольно прислушиваюсь, и в какой-то момент мне действительно послышалось шипение. Я сразу замер. Прошла секунда, потом вторая, третья, и всё-таки была тишина.

– Показалось, – прошептал я себе под нос. – Просто показалось.

И пополз дальше, упрямо повторяя это в голове: показалось, это всё нервы и воображение, а может, вообще сквозняк. Всё что угодно, только не то, о чём я сейчас думаю. Потом я услышал это снова, но на этот раз отчётливее, и застыл, прислушиваясь. В этот момент я понял, что мне не показалось и что-то ползло за мной.

Я судорожно посмотрел вперёд. Оставался только один вариант – только туда. Сзади снова послышалось шипение и на этот раз ближе.

– Давай… давай… давай… – шептал я себе под нос, проталкивая тело вперёд.

Глава 11

Сзади снова раздалось шипение, и в следующий миг что-то резко вцепилось мне в ногу. Я даже не сразу понял, что происходит, только инстинктивно лягнул назад свободной ногой, пытаясь попасть хоть во что-нибудь, а уже в следующую секунду до меня дошло, что отбиваться, кажется, было уже поздно. Она заглатывала меня без малейшей спешки, словно заранее знала, что я никуда не денусь.

Я раскинул руки, стараясь не дать ей закончить дело до конца. На какое-то время это даже сработало. Плечи ныли от напряжения, а пальцы скользили по металлу. Я изо всех сил цеплялся за вентиляцию, будто ещё мог что-то изменить. Долго удерживаться я, конечно же, не смог. Змея резко дёрнула меня назад, руки сорвались, и в следующий миг я окончательно оказался у неё в животе.

Первое, о чём я подумал, когда немного пришёл в себя, – задохнуться я здесь не мог. Дышать мне было не нужно, а значит, хотя бы смерть от нехватки воздуха мне не грозила и это уже хорошо. Насколько вообще может быть хорошо лежать внутри зомби-змеи.

Следующий вопрос был куда важнее. Могла ли она меня переварить? По ощущениям, пока что нет. Ничего не жгло, кожа не слезала, и это уже внушало осторожный оптимизм, но кто её знает, что будет, если провести внутри слишком много времени. Проверять это на себе мне совсем не хотелось.

Поэтому я решил не испытывать судьбу ещё сильнее и воспользоваться методом своей похитительницы. Если она попыталась сожрать меня, то почему бы мне не ответить тем же? Я вцепился зубами в её плоть и начал прогрызать себе путь наружу. На вкус она была как тухлое мясо. Меня едва не вывернуло, но выбирать не приходилось. Так что я продолжал рвать, грызть и проталкиваться вперёд, стараясь не думать о том, чем именно сейчас занят.

Пока я прогрызал себе путь наружу, меня всё это время куда-то тащило. Сначала змея резко пошла вниз, а потом снова поползла вверх, будто карабкалась по стене. В общем, ощущения были такие, словно меня не сожрали, а посадили на какой-то дикий аттракцион.

Вскоре я всё-таки прогрыз дыру. Толку от этого, правда, было немного. Вокруг стояла такая густая темнота, что я по-прежнему ничего не видел. Зато сразу понял другое – мы остановились. Ждать и гадать, что будет дальше, я не собирался. Раз уж удалось прогрызть дыру, значит, надо было продолжать. Я снова вцепился зубами в её плоть и начал расширять выход.

Вскоре проход уже стал достаточно широким, и я начал выбираться наружу. Сначала просунул руку, потом плечо, а вскоре выбрался уже наполовину, и вот тут я нашарил внутри неё предмет, который показался мне знакомым по форме. Через секунду до меня дошло, что это фонарик. Она, похоже, проглотила его вместе со мной, а теперь я каким-то чудом нашёл его у неё внутри.

Я нажал кнопку, и лучше бы я этого не делал. Свет ударил в темноту и выхватил из неё её морду. Змея подняла голову и смотрела прямо на меня. На меня, наполовину вылезшего из её собственного бока. Некоторое время мы просто пялились друг на друга, и это были, пожалуй, самые странные секунды за последние дни. Когда же свет выхватил её целиком, стало ясно – правильно говорят: лучше не знать, что скрывается во мраке.

– Ну давай, чего смотришь… – крикнул я, хотя уже и сам понимал, что сейчас будет.

И она снова набросилась на меня. Просто рванула вперёд, и в следующий миг уже обвилась вокруг меня несколькими кольцами. Тело сжалось так, что кости неприятно заныли. Её пасть раскрылась шире, и я понял, что она опять пытается меня сожрать, но на этот раз у неё была проблема.

Какой бы огромной она ни была, длины ей не хватило. Из одной половины её тела торчал я, а другая ушла на то, чтобы обвиться вокруг меня и удержать. В итоге нормально заглотить меня она уже не могла. Она смогла натянуться на меня только до плеч, и вот это стало её ошибкой.

Я даже не стал думать и просто вцепился зубами в её плоть, а потом начал грызть с яростью и упрямством. С тем самым "да пошло оно всё", которое включается, когда отступать уже некуда. Я рвал её плоть зубами, продираясь всё глубже, пока не почувствовал, что впереди ткани стали другими – более мягкими и податливыми. Тогда я вцепился ещё сильнее и вскоре понял, что добрался куда нужно – до её мозга.

Когда я с ним покончил, змея дёрнулась всем телом, и кольца на мне сжались в последний раз, а потом начали слабеть. Вскоре её хватка окончательно исчезла, и я не сразу поверил, что всё закончилось. Несколько секунд просто ждал, что она снова сожмётся или дёрнется, но змеюка больше не двигалась. Тогда я кое-как начал выбираться наружу. Всё было скользким, липким, мерзким, но в итоге я всё-таки вылез и рухнул рядом.

Несколько секунд я просто лежал, приходя в себя. Потом вспомнил про фонарик, нащупал его рядом и щёлкнул кнопкой. Когда луч света прорезал темноту, я невольно замер. Змея была огромной не просто большой, а именно огромной. Толстое тело, местами облезшая чешуя, рваная дыра посередине – как раз оттуда я и выбрался. Фонарик, кстати, продолжал работать так, будто с ним вообще ничего не произошло. Вот уж действительно бессмертная вещь.

Оттолкнув тушу змеи ногой, я посветил фонариком вниз. Под её телом действительно оказалась добыча: кристаллы, три кости и свиток. В тот момент у меня внутри даже что-то дёрнулось от радости, и перед глазами будто мелькнули эти дурацкие три семёрки.

Я уже почти поверил, что вот оно. После всей этой несправедливости мне наконец-то выдали что-то действительно стоящее. Но потом я присмотрелся внимательнее, и радость тут же начала медленно сдуваться, как проколотый шарик. Это был не тот свиток.

Подняв его и повертев в руке, я ещё раз посветил фонариком, словно описание могло внезапно появиться, если я достаточно сильно этого захочу, но нет. Это был только сам свиток и рисунок на нём, похожий на ледяную стрелу.

В принципе, если разобраться, дроп был не самым плохим. Ледяная стрела уже звучала как что-то полезное. Особенно в мире, где тебя в любой момент может попытаться сожрать какая-нибудь новая дрянь. Заморозить, пробить, остановить врага – варианты применения были. Так что чисто разумом я понимал, что трофей нормальный. Вот только настроение от этого почему-то лучше не становилось, учитывая, через что мне ради него пришлось пройти.

Выбравшись из этого помещения, я оказался в другом, заметно большем. Луч фонарика скользнул по нему, но ничего живого сразу не показал. Это место напоминало какой-то служебный зал или склад, который потом переделали под что-то ещё. Пространства здесь было больше, потолок выше, и именно поэтому взгляд почти сразу зацепился за громадную конструкцию в центре.

Сначала я даже не понял, что это такое. Просто здоровенная коробка, почти ящик, слишком большая и слишком массивная, чтобы стоять здесь просто так. Не клетка в обычном смысле, а скорее контейнер.

Я обошёл эту конструкцию сбоку, держась на расстоянии и стараясь не шуметь. Внутри по-прежнему ничего не было видно, но я заметил небольшую табличку, закреплённую сбоку. Я посветил на неё и вслух прочитал:

– Вунь Пунь.

Несколько секунд я просто смотрел на эти слова, не сразу понимая, почему они кажутся мне знакомыми. Потом в голове что-то щёлкнуло, и я наконец вспомнил. В новостях ведь мельком говорили, что к нам должны привезти панду. Что-то там случилось по дороге или на старом месте, я тогда слушал вполуха и толком не вникал. Помню только, что речь шла о временной остановке. На день может, на два, а потом её собирались отправить дальше, в новое место обитания, но, похоже, конечная остановка оказалась здесь.

Я двинулся дальше, обходя клетку по широкой дуге и стараясь держаться от неё подальше. Свет фонарика скользил по металлу, пока я не заметил, что с одной стороны клетка была выломана. Прутья торчали в разные стороны, крепления были сорваны, и куски металла валялись рядом.

Остановившись, я несколько секунд просто смотрел на это место. Ну всё, её обитатель явно выбрался. По идее там должна была быть панда. Добрый чёрно-белый медведь, но тут даже воробьи были злыми, а уж про всё остальное и говорить было нечего.

Размышляя об этом, я начал медленно пятиться от клетки, пока не зацепился ногой за что-то на полу и не рухнул. Я машинально направил фонарик, чтобы понять, обо что именно споткнулся, и сразу увидел чёрно-белую шерсть. А потом это "что-то" начало подниматься.

Моя рука сжала фонарик с такой силой, что он треснул и разлетелся на куски. Свет исчез мгновенно, и меня накрыла полная темнота. Делать было нечего, и я, вскочив, рванул вперёд, даже не понимая толком, куда именно бегу. В тот момент мне было уже всё равно. Главное – оказаться подальше от того места, где только что встал этот чёрно-белый кошмар. Я ничего не видел и просто мчался вслепую, надеясь, что, если буду достаточно быстрым, оно меня не догонит.

Надежда, как обычно, оказалась слишком оптимистичной. Что-то врезалось в меня с такой силой, будто в темноте на полном ходу летел грузовик, и я выбрал очень неудачный момент, чтобы оказаться у него на пути. Меня сорвало с места и швырнуло куда-то в сторону. Я кубарем покатился по полу, ударяясь локтями, плечами, спиной, не понимая, где верх и где низ.

Я кое-как остановился, упёршись во что-то боком, и сразу же поднялся. Вернее, попытался. Мир всё ещё плыл, но лежать на месте и ждать, пока меня найдут, было не самым умным решением. Снова побежав, я почувствовал новый удар, после которого меня опять отправило в полёт. В этот раз я долетел до стены и впечатался в неё так, что на секунду перестал понимать, жив ли вообще, а потом сполз на пол, пытаясь собрать мысли в кучу.

Я ничего не видел в темноте, а панда, похоже, видела. Или слышала. Или чуяла. Да какая уже разница. Факт был в том, что у неё проблем с ориентированием не возникало, а у меня возникали. И в этот момент у меня в голове родилась настолько гениальная мысль, что я сам бы себе за неё вручил медаль. Раз уж я в этой темноте бесполезен, то пора было звать на помощь ту часть меня, которая всегда появляется в самые идиотские моменты и обычно делает всё по-своему.

– Вылезай, – прокричал я, но ничего не произошло. – Да вылезай ты уже! – рявкнул я и со всей силы ударился головой о стену. Боль вспыхнула коротко и ярко, а потом внутри будто что-то щёлкнуло.

Я почувствовал, как встал на ноги. Только вот управлял телом уже не я, и, если честно, в тот момент я был даже не против. Я по-прежнему ничего не видел, но пальцы сами сжались, и я почувствовал, как металл кастетов плотно сел на костяшки.

Впереди раздалось грозное дыхание, а потом пол едва заметно дрогнул от шагов. Панда приближалась медленно, как хищник, который вообще не сомневается в исходе драки, но моё тело не колебалось ни секунды. Оно сорвалось с места так резко, что у меня внутри всё сжалось от неожиданности. Я не успел даже мысленно выругаться, как правый кулак уже влетел во что-то большое. В ответ раздалось злое рычание, и стало ясно, что удар прошёл как надо, но этой громадине его было явно мало.

Ответ панды прилетел сразу. Воздух рядом с лицом словно чем-то разрезало, и я понял, что лапа прошла буквально в сантиметрах. Однако моё тело уже ушло вниз, как будто заранее знало, откуда прилетит удар, и я услышал только его свист. Тело поднырнуло под следующую атаку и тут же врезало снизу вверх.

Я ничего не видел, но чувствовал всё настолько чётко, что этого хватало с избытком. Кастеты врезались в плоть с такой силой, что от отдачи у меня звенело в костях. Хорошая новость была в том, что тело не просто махало кулаками – оно дралось так уверенно, будто занималось этим всю жизнь.

Панда попыталась задавить меня массой, и по её движениям это чувствовалось сразу. Она пошла вперёд, яростно стараясь навалиться всем весом и смять меня в ближнем бою. Я бы в такой момент точно запаниковал. Тело же, наоборот, шагнуло навстречу, будто только этого и ждало.

Оно сблизилось почти вплотную и начало работать сокрушительными ударами. Панда зарычала громче и попыталась попасть по мне лапой. Удар пришёлся мне в корпус с такой силой, что меня снесло куда-то в сторону.

Пока я вставал и приходил в себя, я услышал, как она приближается, и после этого на меня обрушился первый удар лапой, потом второй, а следом третий. Дальше удары шли без пауз, вдавливая меня в пол, а потом я почувствовал, как меня схватили. Панда вцепилась в меня зубами и начала трясти, как тряпку. Тело мотало из стороны в сторону, вверх, вниз, и я полностью потерял ориентацию.

Потом она дёрнула особенно сильно, и от меня оторвало здоровенный кусок, за который она схватилась. Я пролетел в сторону и смачно шлёпнулся на пол, ещё немного прокатившись. После такого уже было понятно, что я не встану. Даже мой внутренний "напарник", который до этого дрался за нас, сейчас вернул управление мне, признав своё поражение. И я понял, что, если не сделаю хоть что-то сам, на этом всё и закончится.

Я потянулся к карману из последних сил. Тело почти не слушалось, руку трясло, а в голове стоял такой звон, будто кто-то решил устроить колокольный концерт прямо у меня в черепе. Но пальцы всё-таки нащупали свиток, и я вытащил его.

Активировал я его почти вслепую, просто потому что другого шанса уже не оставалось. В тот же миг вокруг вспыхнуло свечение, в котором я увидел подходящего зверя. Вид у него был тот ещё – знатно помятый, но при этом он всё ещё выглядел достаточно опасным.

Панда подошла и наступила лапой мне на ногу. Она специально придавила, чтобы её добыча уже точно никуда не делась, а потом открыла пасть и заревела мне почти в лицо. В этот момент я выстрелил, выпустив почти в упор ледяную стрелу прямо в эту распахнутую от рёва пасть. Стрела вошла глубоко и застряла у неё в черепе.

Она взревела и начала метаться, и, судя по прекратившимся звукам, вторая жизнь у неё вышла ещё короче первой. Сам же я лежал и какое-то время просто смотрел в никуда. Даже не радовался. Не было сил ни на что: ни на победу, ни на страх, ни на мысли. Только одно понимание медленно пробивалось сквозь шум в голове – я всё ещё жив.

Я упёрся этой единственной рабочей рукой в пол и попробовал подтянуться. Тело сдвинулось буквально на пару сантиметров и снова остановилось, но это уже было что-то. Я повторил попытку, потом ещё раз. Так я и пополз, больше напоминая не человека, а какую-то упрямую гусеницу.

В какой-то момент я уткнулся рукой в её шерсть и замер на секунду, просто чувствуя её под ладонью. Ещё недавно эта махина пыталась меня разорвать, а теперь лежала передо мной без движения. Я сделал ещё одно усилие и подтянул себя ближе.

– Ну что… – хрипло пробормотал я. – Доигралась…

Я дотянулся рукой до разорванного места на туше, оторвав первый кусок, потом проглотил его и замер, прислушиваясь к себе. Несколько секунд ничего не происходило, а потом внутри, под кожей, в мышцах, в костях, пошло знакомое шевеление, и через какое-то время я был уже как новый.

Восстановившись, я начал обыскивать награду. Я всё ещё толком ничего не видел, поэтому действовать приходилось на ощупь. Пальцы скользили по полу, пока не наткнулись на кристаллы и кости. Потом рука нащупала что-то другое, похожее на кольцо. Покрутив его в руке, я решил, что разберусь с ним попозже.

Я добрёл до стены, коснулся её ладонью и пошёл вдоль. Где-то она должна была закончиться, и там должен был быть выход. Под пальцами тянулась одна и та же холодная поверхность, и в какой-то момент мне начало казаться, что я уже несколько раз обошёл это помещение. Я продолжал идти, упрямо ведя ладонь по стене, пока не нащупал дверь. Сначала она не поддалась, но потом со скрипом всё-таки открылась.

Солнце уже уходило в закат. Значит, дело шло к вечеру, и я провёл здесь целый день. Лёгкий летний ветерок прошёлся по мне, колыхнув волосы. После духоты, крови и замкнутого пространства это ощущалось почти как награда.

Я осмотрел себя и невольно скривился. Вид у меня был такой, будто мной сначала поиграли в футбол, потом пережевали, а под конец зачем-то решили ещё и проглотить пару раз для надёжности. В принципе, так и было, только в другой последовательности.

Разжав кулак и взглянув на кольцо, я провёл пальцем по его поверхности, словно пытаясь понять, что в нём скрыто, но на вид оно было обычным. Недолго думая, я надел его на палец.

Получено 1 очко характеристики: Выносливость.

– Ну да… конечно… – пробормотал я. – Выносливость… А интеллект нельзя было?.. Или харизму… Хотя лучше удачу…

С другой стороны, были и хорошие новости. Во-первых, я всё ещё стоял на ногах, а это уже тянуло на маленькое чудо. Во-вторых, после всей этой весёлой прогулки по серпентарию и разборок с живностью у меня теперь появился очень даже неплохой выбор призыва. Если раньше я мог похвастаться в основном мелкой мертвечиной, то теперь в моём личном зоопарке значились здоровенная змея и панда.

Я осмотрелся, пытаясь понять, где вообще нахожусь, и мой взгляд зацепился за здание впереди. Тогда картинка встала на место. Похоже, змейка просто перетащила меня в соседнее строение, и прямо передо мной как раз находилась нужная мне дверь.

Зайдя в здание и поднявшись на второй этаж, я почти сразу всё понял. Дверь специально постарались закрыть с этой стороны так, чтобы с той выбраться уже не получилось. Причём подошли к делу основательно – подтащили мебель, какие-то ящики и ещё кучу хлама, превратив всё это в нормальную такую баррикаду.

Я оттащил один предмет, второй, третий, и вот уже проход начал появляться. С моей силой разобрать это оказалось не так уж сложно. Когда я открыл дверь, внутри сразу началась суета, и я прекрасно понимал почему. Я был весь в крови, грязи и разорванной одежде. Если честно, я сейчас действительно больше походил на зомби, чем на человека.

– Спокойно, это я. Сейчас будем выбираться отсюда.

Слова прозвучали уверенно, даже слишком. Будто у меня уже был готовый план, запасной план и ещё парочка на случай, если всё снова пойдёт вразнос. На деле же я просто очень надеялся, что на этот раз мир решит не устраивать мне очередную пакость.

Глава 12

Мы вышли из здания, и я сразу полез на забор, а усевшись сверху поудобнее, осмотрел улицу и махнул остальным рукой.

– Давайте по очереди.

Первым пошёл Ваня. Следом я поднял Веру. С Надей пришлось действовать осторожнее. Потом помог Алине. Она, конечно, сначала попыталась справиться сама, но в платье и с усталостью после всего пережитого у неё ничего не вышло.

– Ну всё, – сказал я, сам спрыгнув вниз, когда все оказались на другой стороне. – Осталось только дойти домой.

Мы двинулись дворами, стараясь лишний раз не выходить на открытые участки. В принципе, до дома добрались нормально… если не считать беспокойных "друзей", которые почему-то очень хотели поближе познакомиться с кем-то из моей группы.

Вернувшись, я сразу наткнулся на перепуганное лицо Алисы. Стоило ей увидеть, в каком состоянии я пришёл, как она заметно побледнела. Да и без этого было понятно, что весь день она места себе не находила и, скорее всего, уже успела надумать с десяток вариантов, и ни один из них не был хорошим.

Лёшка сидел в комнате с таким видом, словно на него свалились все тяготы мира. Перед ним лежали тетради, и он что-то старательно писал, хмурясь всё сильнее с каждой строчкой. Я только глянул на это и сразу подумал, что надо будет потом сказать Алисе: конечно, хорошо, когда ребёнок чем-то занят, но вряд ли в новом мире ему действительно пригодится высшая математика. А если вдруг и пригодится, то, может, проще будет просто вкачать интеллект и не мучиться. С другой стороны, она делала это, чтобы хоть как-то отвлечь и его, и себя от реальности, словно ничего не произошло.

– Так, – сказал я, почесав затылок. – Я их спас, и им сейчас некуда идти, так что пока они будут с нами.

– Понятно, – Алиса перевела взгляд с меня на них, потом обратно и кивнула. – Тогда проходите.

– Это Алиса, а это её брат Алексей, – сказал я, указав на них.

Лёшка выглянул из-за стола, окинул всех взглядом и сказал:

– Привет.

– Здравствуйте, – ответила Алина, подтолкнув детей вперёд. – Я Алина. Это Ваня, Вера и Надя.

Ваня кивнул, Вера осторожно помахала рукой, а Надя просто прижалась поближе к Алине, оглядываясь по сторонам.

– Ты в какие игры играешь? – вдруг спросил Лёшка у Вани.

Ваня замялся, потом начал что-то быстро показывать руками. Алёша нахмурился, пытаясь понять, но у него явно не получалось.

– Он не может говорить, но всё понимает, – ответила за него Алина.

– Иди сюда. Я вот в это играю, – продолжил Лёшка.

Похоже, это был его спасательный круг заменить тетрадку на планшет. На экране появились какие-то постройки, ресурсы и юниты, которые носились туда-сюда. Лёшка быстро провёл пальцем, поставил пару зданий и продолжил.

– Тут строишь, потом прокачиваешь, и они сами всё делают. Ну почти.

Ваня наклонился ближе, внимательно следя за экраном.

– Давай, пробуй, – сказал Алёша и дал ему планшет в руки.

Я перевёл взгляд на Ваню. Он уже втянулся в игру, пальцы бегали по экрану всё увереннее, а на лице появилась та самая сосредоточенность, которую не подделаешь.

Алина опустила взгляд и тихо сказала:

– Спасибо… Я даже не знаю, как вас отблагодарить.

– Да забудь, – отмахнулся я.

– Вы голодные? – спросила Алиса.

Ответ прозвучал почти синхронно от всех:

– Да!

– Тогда пошли на кухню.

Мы расселись за столом: я, Алина, Надя и Вера. Алиса тем временем доставала и разогревала еду.

– Так, держите, – сказала она через пару минут, ставя тарелки перед каждым.

Надя сначала посмотрела на еду, потом на Алину, будто спрашивая разрешения. Та кивнула, и Вера, увидев это, тоже начала есть.

Алиса посмотрела в сторону комнаты и крикнула:

– Ребята, идите есть!

В ответ была тишина. Она нахмурилась и крикнула:

– Алексей!

Снова ноль реакции.

– Всё, потеряли бойцов, – пробубнил я с набитым ртом.

Алиса вздохнула, покачала головой и начала накладывать ещё две порции, бубня себе под нос.

– Ну конечно… стоило только начать играть.

После ужина дети как-то совсем быстро освоились друг с другом. Девушки тоже, кажется, сразу нашли между собой что-то общее. Наверное, дело было в том, что у каждой из них рядом был кто-то, о ком нужно было думать в первую очередь.

Вернувшись в комнату, я довольно быстро понял, что спать там всем не на чем, и вышел в подъезд, направившись в соседние квартиры. Матрасы были везде, а в одной стояли две раскладушки. Я проверил их прямо там и, убедившись, что они не развалятся, тоже забрал.

Когда я вернулся, в комнате стало ещё теснее. Мы разложили матрасы по полу, поставили раскладушки вдоль стен и попытались всё это как-то организовать. В итоге пройти теперь можно было только боком, стараясь никого не задеть.

Надо было как-то решать жилищный вопрос, и идея у меня уже была, но это будет уже завтра. Перед сном я вышел на балкон и набрал маму. Связь поймалась не сразу, но через пару гудков она всё-таки ответила.

– Ты где пропадаешь? Весь день не отвечаешь, – сразу же прилетело мне в ухо.

– Да нормально всё, – сказал я. – Жив и здоров, не переживай.

– Не переживай? – возмутилась она. – Ты там где вообще лазаешь?

Если бы она знала, что там на самом деле происходило, разговор бы уже шёл совсем в другом тоне. Скорее всего, она бы уже собиралась сюда сама, а я бы получил не только словами. В итоге она немного выдохнула, и сама перешла к новостям.

– У нас всё нормально, – сказала она уже спокойнее. – С соседями объединились и перекрыли подходы, теперь у нас своя безопасная территория. Никто не шатается, чужих нет. Даже странно… я о таком раньше только мечтала.

– Ну, значит, хоть кому-то повезло.

– А ты там поаккуратнее.

Я хотел что-то ответить, но в трубке послышался голос бати.

– Это он? Дай сюда.

Связь на секунду зашуршала, потом он уже говорил сам.

– Слышь, герой, – начал он с усмешкой в голосе. – Я тут слышал, ты девушку домой привёл.

Я закатил глаза.

– Да не…

– Ну хоть в такие времена за голову взялся, – перебил он. – Может, мы ещё внуков увидим.

Я уже открыл рот, чтобы ответить, но он, похоже, не особо ждал моей реакции.

– Ладно, живой и хорошо, – бросил он напоследок. По голосу было слышно, что он уже куда-то уходит.

– Вот же… – только и процедил я.

– Ладно, сынок, не злись. Ты ж знаешь, он это любя, так что береги себя и спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

С утра, как и следовало ожидать, в комнате началась возня. С учётом того, как мы все набились в неё, удивительно было, что ночью вообще удалось нормально поспать. Я открыл глаза, посмотрел на потолок и несколько секунд просто лежал, прислушиваясь к этому новому, непривычному шуму.

К этому времени Алиса уже проснулась и была на кухне. Когда я вышел, она стояла у плиты и варила кашу.

– Проснулся? – спросила она, не оборачиваясь.

– Ага, – ответил я, глядя в кастрюлю. – Пахнет вкусно!

– Тогда садись, скоро будет готово.

Я ел и параллельно прокручивал в голове свой план на день. Чем дольше думал, тем сильнее убеждался, что идея хорошая. Оставалось только проверить, насколько она хороша на практике.

Выйдя из дома, я почти сразу снова задумался о своём теле. Не первый раз уже ловил себя на этом. Я ведь ел. Вот только штука была в том, что по всем законам логики еда у меня должна была как-то усваиваться. Получалось, еда уходила куда-то не туда… или вообще не уходила в привычном смысле. Мозг сразу зацепился за эту мысль, и я уже начал раскручивать её дальше.

По дороге мне попался зомби. Я подошёл, постучал его по плечу и, когда он начал поворачиваться, влепил кастетом в черепушку. Хрустнуло красиво и уже буднично.

Мозг сразу начал раскручивать мысль дальше. Чувство голода у меня ведь было. Я его ощущал, но чем дольше об этом думал, тем меньше это походило на настоящую потребность организма. Скорее на привычку или на команду от головы, которая всё ещё считала меня человеком и требовала: "Пора бы поесть". А вот телу, похоже, было глубоко плевать. Оно могло функционировать и без этого.

Получается, еда для меня была не топливом в прямом смысле, а шла на восстановление или просто растворялась где-то в этой странной зомби-физиологии, не оставляя после себя ничего лишнего. Скорее всего, с голода я умереть не мог, и от этого становился ещё менее человеком, чем мне хотелось признавать. С этими мыслями я и дошёл до точки назначения.

Это место представляло собой элитную улицу на холме, застроенную дорогими особняками, на которые раньше я мог только смотреть со стороны. Проходя мимо, я всегда ловил себя на мысли, каково это – жить здесь, за высокими заборами, вдали от обычной суеты. И вот теперь, похоже, появилась возможность проверить это на практике.

Я подошёл к высоким воротам – раньше такие казались непреодолимыми. Сейчас же я просто подтянулся и перелез. Улица выглядела почти нетронутой. Аккуратные газоны по обе стороны, большие дома с широкими окнами, балконами и ухоженными дворами. Всё это смотрелось странно на фоне остального города, как будто здесь кто-то нажал паузу.

Я дошёл почти до конца улицы, где стоял самый большой особняк. Его было сложно не заметить – он явно выбивался даже среди остальных, но уже на подходе я понял, что он не пустой, потому что услышал смех и музыку. Потом, подойдя ближе, увидел саму картину. У бассейна расположилась компания – парни и девушки, будто сейчас не конец света, а обычный летний день.

Остановившись в стороне, я понаблюдал за ними. Они не выглядели как хозяева этого дома. Это были те, кто уже начал приспосабливаться к новому миру. Быстро, нагло и без лишних сомнений.

Я остановился и внимательно посмотрел на дома слева и справа. Конечно, они были чуть скромнее занятого особняка, но всё равно выглядели роскошно. Я перевёл взгляд на дом справа и заметил движение в окне. Старик стоял не прячась и смотрел прямо на меня. Он приподнял ружьё и показал его. Намёк был более чем понятный.

Значит, оставался дом слева. Я без лишних церемоний перемахнул через забор и оказался на ухоженном участке. Под ногами был ровный газон, рядом блестел бассейн, а сам дом выглядел так, будто его только недавно закончили строить. Двухэтажный особняк в современном стиле, с большими окнами и таким видом, что сразу хотелось сказать: "Да, бедно люди тут точно не жили".

Я подошёл к входной двери, уже заранее готовясь выбивать её, если понадобится, но этого не потребовалось. Стоило толкнуть её, и она спокойно открылась. Внутри было тихо и чисто. Я быстро прошёлся по первому этажу, заглянул в гостиную, кухню, потом поднялся наверх. Нигде никого не было.

Остановившись посреди одной из комнат, я ещё раз осмотрелся. Места здесь было с запасом, даже для всей нашей внезапно разросшейся компании. Свой участок, нормальные стены, бассейн во дворе – уже почти база мечты по меркам нового мира. На фоне нашей забитой матрасами комнаты это место вообще выглядело как другой уровень жизни.

Вернувшись домой, я сразу обрисовал девушкам план: есть дом побольше, безопаснее и явно лучше того, где мы сейчас сидим, набившись как селёдки.

– И ты уверен, что там никого нет? – спросила Алина.

– Уверен, – кивнул я. – Дом свободный.

– А соседи? – уточнила Алиса.

– Есть, – ответил я. – Справа дед с ружьём, к нему лучше не лезть. Дальше – компания каких-то весёлых ребят.

После этого Алиса переглянулась с Алиной. По лицам у обеих было видно, что решение они уже почти приняли, просто внутри всё ещё сидела настороженность. Слишком быстро всё менялось, чтобы вот так легко взять и поверить в удачный вариант.

– В любом случае это лучше, чем здесь, – сказала наконец Алиса и обвела взглядом комнату, где мы ночью дышали друг другу в затылок.

В этот момент разговор услышали дети. До этого они ещё были заняты своими делами, но стоило им уловить, что речь идёт о переезде, как у всех сразу навострились уши. А я, уже зная, чем их можно добить окончательно, как бы между делом добавил:

– И да… там есть бассейн.

– Бассейн?! – Лёшка аж вскочил.

– Настоящий? – тут же выпалила Вера, будто я только что пообещал ей личный замок с драконом.

Ваня оживился и начал что-то быстро показывать руками, а Надя так и сидела тихо.

– Настоящий, – кивнул я. – Во дворе.

– Когда мы идём? – сразу спросил Лёшка.

– А там можно будет плавать? – Вера уже явно была мыслями не здесь.

– Сначала дойдём туда, – сказал я. – Потом уже будете выяснять, кто там первым в бассейн полезет.

– Я! – тут же выдал Алёша.

– Почему сразу ты? – возмутилась Вера.

Алина посмотрела на детей и сказала:

– Похоже, выбора у нас теперь нет.

– Получается так, – подвела итог Алиса.

Пока все собирались, ко мне подошла Алина и сказала:

– Я понимаю, что не имею права просить. Ты и так уже нас спас… Но, если будет возможность, можешь найти родителей детей? Хотя бы узнать, что с ними.

– А твои? – спросил я.

– Они в деревне, – ответила она. – Я не смогла до них дозвониться, но дозвонилась до соседки. Она сказала… что они стали странными.

– Соболезную.

– Всё хорошо. Я уже всё выплакала, и сейчас мне не до этого. У меня есть дети, о которых нужно заботиться.

Я на секунду задумался. Всё равно собирался ходить по району и выбивать всё, что можно. Так почему бы не совместить полезное с полезным? В голове это быстро оформилось как "квест", только без награды от системы.

– Попробую найти, – сказал я.

Алина удивлённо посмотрела на меня, будто не ожидала, что я соглашусь.

– Только я не знаю их адресов, – добавила она. – Я звонила, но никто не отвечает.

– Тогда как искать?

– В школе есть журнал, – сразу ответила она. – Там записаны адреса всех учеников.

– А где школа?

– В двух кварталах отсюда, адрес я дам. Первый этаж, седьмой класс – наш. Журнал лежит в столе у окна, в верхнем ящике.

– Понял.

– Только… там может быть опасно.

– Сейчас везде опасно, так что не волнуйся об этом.

Собрались мы быстро. Так что уже скоро вся наша внезапно разросшаяся компания была готова к выходу. Я ещё раз прошёлся по квартире перед уходом. Всё-таки я тут жил долгое время и, можно так сказать, попрощался, хотя ещё не факт, что мы не вернёмся.

Двинулись мы колонной. После того как я заранее расчистил дорогу, путь оказался на удивление спокойным. По пути, конечно, встретилось несколько зомбаков. Куда же без них. Дети сначала напрягались каждый раз, когда я отходил вперёд, но быстро поняли, что для меня это уже почти рутина. Когда мы добрались до места назначения, первой серьёзной преградой стали ворота.

– Ну что ж, – сказал я, закатывая рукава. – Сейчас будет подвиг во имя прекрасных дам и детворы.

– Сам ты детвора, – буркнул Лёшка.

Я залез на ворота и уселся сверху поудобнее, посмотрев вниз на остальных.

– Так, – сказал я, махнув рукой. – Давайте по одному.

Преодолев это препятствие, мы упёрлись во второй забор – уже у самого дома, и его пришлось перелезать тем же способом. Так что доблестный рыцарь Александр дважды сокрушил вражеские укрепления и не получил за это ни монеты, ни титула.

Теперь оставалось самое приятное – обустроиться на новом месте. Я даже остановился посреди холла и мысленно признал: да, жить мажорами мне определённо начинает нравиться. Спален оказалось пять. Одна находилась на первом этаже, ещё четыре – наверху. План в голове у меня сложился довольно быстро – нижнюю я возьму себе. Если ночью что-то полезет в дом, встречать гостей лучше мне, а не кому-то из девушек или детей.

Наверху комнаты распределили без особых споров. Алиса и Алина получили отдельные комнаты. Оставшиеся две комнаты ушли детям. В одну поселили Веру с Надеждой, в другую – Лёшку с Ваней. Вот уж где началось настоящее оживление.

Я прошёл в свою комнату и бросил туда вещи, пробормотав себе под нос:

– Ну что, Саня, поздравляю! Из однушки – в элитный особняк. Карьерный рост, которого ты заслуживаешь!

Глава 13

Когда я вышел, меня уже ждали со списком. Причём это был не просто список, а какая-то полноценная летопись. Я только глянул на этот лист и сразу понял – если мы действительно собрались сюда переезжать, то отдых мне пока даже не светит. Там было столько пунктов, что проще было назвать, чего в нём не было.

Пока я пытался осознать масштаб бедствия, к нам уже подскочили дети и смотрели так, будто сейчас решается их судьба, а потом почти хором спросили про бассейн. Мы кивнули, и этого оказалось достаточно.

Они с радостным воплем рванули к воде. В бассейн не полезла только Надя. Она остановилась у самого края и смотрела на него настороженно, будто очень хотела, но не решалась. Впрочем, тут всё было понятно – она ведь только начала нормально ходить, так что плавать, скорее всего, просто не умела.

Похоже, дети к новому миру привыкали куда быстрее, чем мы. Даже инициализацию системы они, кажется, прошли так, будто это была какая-то лёгкая игра. Иногда я смотрел на них и ловил себя на мысли, что, возможно, именно так теперь и стоило жить.

Мир изменился окончательно и бесповоротно. Назад он возвращаться не собирался, и сколько ни вспоминай прежнюю жизнь, легче от этого не становилось. Конечно, про выживание забывать было нельзя, но и постоянно забивать голову тяжёлыми мыслями – тоже путь в никуда.

Если всё время думать только о плохом, рано или поздно начнёшь тонуть в собственных мыслях быстрее, чем в любой реальной опасности, а дети, похоже, чувствовали это лучше нас. Может, не понимали до конца, что именно делают, а может, наоборот, понимали куда больше, чем показывали. Просто принимали этот новый мир таким, какой он есть, и действовали так, как им казалось правильным.

Алина тем временем отправилась присматривать за детьми, а Алиса продолжила записывать в список всё, что, по её мнению, нам могло понадобиться. Так что до самого вечера я снова мотался между домом и магазином и уже даже ловил себя на том, что начинаю воспринимать это как рутину. Типа вышел, собрал ресурсы, вернулся на базу. Почти как в игре, только без кнопки "сохранить".

К вечеру я наконец закончил и уже решил отдохнуть, когда из-за ворот раздалось:

– Эй! Хозяева! Надо поговорить!

Подойдя к воротам, я зацепился рукой за верх, перекинул тело почти горизонтально и спрыгнул с другой стороны. Гости замолчали на секунду. Похоже, такой способ "выйти поговорить" они не ожидали, и, судя по их лицам, это явно произвело на них впечатление.

Я осмотрел их – это были четыре парня и одна девушка. Чуть дальше, на их участке, мелькнули ещё фигуры – ещё пятёрка, не меньше, и это только те, кого я заметил сразу. Сколько их там на самом деле – вопрос открытый. Я перевёл взгляд обратно на того, кто стоял передо мной. У него из-под футболки торчал ствол, да и другие, вполне возможно, были вооружены.

– Ну, привет, сосед, – сказал он. – Похоже, судьба у нас с тобой вышла похожая.

– Бывает, – кивнул я в ответ.

– Забавно, да? – продолжил он. – Всё развалилось, и вдруг оказалось, что между бедными и богатыми больше нет никакой разницы. Все в одной жопе.

– Ну, не все одинаково в ней сидят, – пожал я плечами.

– Это да… – протянул он. – Одни быстрее соображают, другие медленнее. Кто-то уже устроился, а кто-то всё ещё бегает и ищет, где бы приткнуться. Ты, похоже, не из тех, кто теряется.

– Всё может быть, – ответил я.

Он кивнул, будто поставил точку в разговоре, и развернулся. Остальные двинулись за ним, как по команде. Я остался стоять на месте и смотрел им вслед, пока они не скрылись за своими воротами. Разговор вышел коротким и выглядел мирно. Даже слишком, и вот это мне как раз не нравилось. Слишком уж спокойно он говорил. Словно не знакомился, а прощупывал и прикидывал, насколько я удобен и что со мной можно сделать.

Когда они ушли, я уже собирался возвращаться обратно, как заметил движение справа. Из соседнего дома вышел тот самый дед с ружьём и направился ко мне. Подойдя ближе, он махнул рукой, и я подошёл к нему.

– Познакомились? – спросил он, кивнув в сторону ворот наших соседей.

– Ага, – ответил я. – Типа того.

– Я сначала думал, ты с ними, – сказал он. – А потом увидел, что у тебя девушки и дети. Хоть вы и тоже пришли в чужой дом, но ведёте себя не как эти. Я таким, как они, не верю. Вообще.

– Я тоже.

– Я вообще думаю, – продолжил дед уже тише, – что однажды могу просто не проснуться. Залезут ночью, придушат, и всё. Поэтому и сплю с ружьём.

– Надеюсь, до такого не дойдёт, – сказал я, глядя на него.

– Я тоже надеюсь, – ответил он. – Только надеяться сейчас мало. Тут никого не осталось, так что помощи не дождёшься. Кто помер, кто свалил. Мы с женой только и держимся.

– А инициализация? – задал я интересующий меня вопрос. – Как прошли?

– Нормально. Живы же, а вы тут надолго или какие у вас планы?

– Выбраться из города, когда появится нормальный шанс, – ответил я.

– Логично, а тут долго не протянешь, – сказал он.

– А вы?

– А мы… – протянул он. – Мы уже старые. Доживём тут, сколько получится. Пока кто-нибудь или что-нибудь не заберёт нас.

Я кивнул, потому что тут и правда нечего было добавить. После этого мы попрощались и разошлись. Он пошёл к своему дому, а я медленно направился обратно, прокручивая разговор в голове.

Пока шёл, мысли сами вернулись к нему и его жене. Как они вообще прошли инициализацию? По всему, что я уже видел, старики в большинстве своём превращались в зомби. Возможно, дело было в деньгах. Если у них всю жизнь была возможность нормально лечиться, хорошо питаться и держать здоровье в порядке, то их состояние могло быть лучше, чем у большинства молодых людей в наше время.

Это вполне вписывалось в то, что я уже замечал раньше. В живых действительно осталось много детей и совсем мало стариков. Похоже, инициализацию лучше проходили те, у кого тело изначально было крепче, а вот возраст и общая изношенность организма резко снижали шансы.

Вернувшись, я застал всех на кухне. На столе стояла еда, которую я раньше видел только по телевизору. Какие-то дорогие сыры с резким запахом. Трава, которая "должна" была быть очень полезной, но мы не выглядели жуками, чтобы её есть. И другие экзотические продукты богатеев, которые не вызывали доверия. Девушки тем временем вовсю этим занимались.

Я даже на секунду завис, посмотрел на всё это… и пошёл делать по-своему. Заварил чай и начал настругивать бутеры. Себе и малым, которые крутились рядом.

– Ты серьёзно? – донеслось от Алисы.

– А что? – спросил я, даже не повернувшись к ней и продолжая накладывать колбасу и сыр на булку.

– Ты портишь аппетит, – сказала она. – Причём не только себе.

– Я его, наоборот, создаю. Вы только не обижайтесь, – сказал я, подняв руки в примирительном жесте. – Но, если честно, всё, что вы готовите, у меня вообще аппетит не вызывает.

Дети закивали в знак одобрения моих слов. На пару секунд на кухне повисла тишина. Алиса медленно повернула голову в мою сторону с таким лицом, будто я только что оскорбил не еду, а лично её.

– Кстати, – сказала Алина, чтобы разрядить обстановку, – можете звать меня просто Лина. Можно, конечно, и Алина, но Лина привычнее.

На этой ноте и под грозным взглядом Алисы мы дружно ретировались с кухни в гостиную. Там мы сразу включили телевизор, и через пару секунд на экране уже носился какой-то восточный парень вместе со своей племянницей. Эти двое бегали за амулетами, вечно попадали в неприятности, ругались, спорили и снова куда-то мчались. Пока на экране кто-то спасал мир, мы вполне успешно уничтожали бутерброды.

Через какое-то время нас позвали есть. Мы переглянулись, поднялись и пошли на кухню с тем самым настроением, с каким обычно идут смотреть результаты чужого очень смелого, но сомнительного эксперимента. На столе уже стояли блюда, и, судя по лицам самих хозяюшек, они тоже не до конца были уверены в том, что получилось.

Я сел, посмотрел на всё это богатство и мысленно приготовился. Выглядело, конечно, необычно. Запах тоже был так себе… Я первым взялся за вилку, потому что кто-то же должен был подать пример. Попробовал одно блюдо, потом второе, потом третье. Вкус был… странный. Да и с виду оно, если честно, тоже особого желания есть не вызывало.

Дети продержались ещё меньше. Стоило им попробовать, как лица у всех почти сразу скривились. У кого-то слегка, у кого-то так, будто его только что очень подло обманули.

Алиса с Линой тоже попробовали своё творение, и по их лицам сразу стало видно, насколько сильно им это "понравилось". Несколько секунд на кухне стояла очень выразительная тишина. Потом Алиса вздохнула и сказала:

– Ладно. Тогда просто нажарим картошки с мясом.

Это заявление мелкие одобрили с энтузиазмом, а я сказал:

– А завтра тогда сделаем шашлыки.

На следующий день я проснулся с чётким планом. Перед тем как отправиться проходить первый этап своего "квеста" – поиск дневника в школе, у меня была ещё одна задача. Нужно было заскочить по пути домой к Лине и забрать вещи, которые она просила.

Правда, сначала я зашёл в магазин и выбрал нормальное мясо, пока его ещё можно было найти, чтобы дома сразу замариновать, а к вечеру, когда вернусь, можно было пожарить.

После этого я наконец двинулся в сторону школы. По дороге мне выпало зелье. Правда, цвет был другой, не такой, как у тех, что я уже видел. Жидкость внутри выглядела более прозрачной, с лёгким синим оттенком, который сразу наводил на мысли не про лечение, а про что-то другое. По ощущениям, это было либо что-то для снятия негативных эффектов, либо что-то связанное с маной. Так что я просто убрал его в рюкзак, решив потом поискать информацию на форуме. Там народ уже наверняка успел всё проверить на себе.

Так я и дошёл до школы. Здание оказалось двухэтажным, со светлыми стенами, длинными рядами окон, двором и метровым забором – всё как положено. Через забор я лезть не стал, так как рядом была калитка.

Детей тут было больше, чем взрослых, да и внутри здания – тоже. Впрочем, ничего удивительного – это же школа. Просто теперь от этого становилось неуютно. Зайдя в нужный класс, я сразу остановился у доски. Она была вся разрисована животными, а сверху шла запись о том, что завтра они едут в зоопарк.

Похоже, каждый здесь нарисовал своё животное и подписал его своим именем. Я задержался у доски чуть дольше, чем планировал, просто скользя взглядом по этим рисункам и ища нужные имена. У Вани оказался волк – с перекошенной мордой, но с таким выражением, будто он и правда пытался рычать. У Нади был заяц – с длинными ушами, а вот у Веры – ёжик. Для слепой девочки он был нарисован вполне неплохо.

После этого я подошёл к учительскому столу. Открыл верхний ящик и почти сразу нашёл синий журнал, который и искал, а потом, взяв его, пошёл на выход. Следующей точкой был дом Алины. Нужно было забрать её вещи, и с этим я справился без особых проблем. Всё нашлось довольно быстро. Собрав нужное, я вышел обратно на улицу и ещё раз посмотрел на список, чтобы убедиться, что взял всё.

Первый адрес родителей был как раз по пути домой, так что туда я решил заглянуть сразу. А вот остальные два находились совсем в другой стороне, и мотаться туда сегодня уже не хотелось. Лучше было оставить их на завтра.

Дом оказался самой обычной пятиэтажкой. Свет у них не горел, но сейчас был день, и это ещё ничего не значило. Я зашёл в подъезд и начал подниматься на четвёртый этаж. Добравшись до нужной квартиры, я остановился у двери и нажал на звонок.

Сначала не произошло вообще ничего. Потом изнутри донеслось какое-то копошение, но не как у зомби. По этому звуку я уже понял, что там, скорее всего, живые. Я позвонил ещё раз. Потом ещё раз, уже чуть дольше удерживая кнопку.

– Кто? – наконец спросили изнутри.

– Я из-за вашего сына.

За дверью сразу началось какое-то обсуждение, потом замок щёлкнул, и дверь открылась. На пороге стоял парень, хотя скорее уже мужик – лет на десять с лишним старше меня. Рядом с ним была девушка примерно того же возраста. Я только глянул на них и сразу понял – Ванька был на них похож, так что вопрос, кто это, отпал сам собой.

– Смотри, непись пришёл, – сказал парень.

– Ага, квест, наверное, хочет дать, – кивнула девушка.

Я на секунду даже завис.

– Чего? – спросил я, не сразу понимая, это они шутят или у них реально что-то с головой.

– Ну давай, – сказал парень. – Квест какой?

– Какой ещё квест? Ваня сейчас в безопасном месте, его надо забрать.

– Не, что-то квест какой-то сложный, – сказала девушка. – Надо отказаться.

– Вы сейчас серьёзно? Это ваш сын, – сказал я, уставившись на них.

– А дроп с непися выпадет? – спросил парень, глядя на меня.

– Надо проверить, – сказала девушка, пожав плечами.

Он развернулся и ушёл куда-то вглубь квартиры. Я стоял на пороге, и в какой-то момент мне даже стало интересно, до чего именно эти двое додумались. Настолько абсурдной ситуации у меня ещё не было, но это чувство длилось ровно до того момента, пока парень не вернулся.

В руках у него было охотничье ружьё. Я даже не стал думать, выстрелит он или нет. Просто дал газу. Пуля просвистела ровно там, где я стоял секунду назад. Эти двое явно были не в себе. Выбежав из подъезда, я прижался к стене, прислушиваясь. Шагов за спиной не было, никто не выбегал следом, но расслабляться я не стал.

По стеночке я обогнул дом, стараясь держаться так, чтобы меня не было видно из окна. С такими кадрами лучше не проверять, насколько им захочется пострелять ещё раз. Понятно, почему Ванька был такой. С такими родителями и не таким станешь.

Пока возвращался, вспомнил про мангал и угли. Во дворе я уже видел какую-то здоровенную штуку для жарки – то ли гриль, то ли гибрид космического корабля с железной бочкой, но доверия она у меня не вызвала. Слишком уж навороченная на вид, а я в таких вещах придерживался простого правила – чем конструкция мудрёнее, тем меньше к ней доверия. Так что я завернул ещё и за нормальным мангалом с углями, чтобы потом не устраивать танцы с бубном перед мясом.

Шёл я домой уже с ощущением шашлыка. После всей этой встречи с Ванькиными родителями мысли сами просили чего-то понятного, простого и нормального. А сочный жаренный шашлычок – это как раз та вещь, которая в любой непонятной ситуации выглядит почти как терапия.

По пути я снова заглянул к соседям. Те чудики опять вовсю развлекались, будто никакого конца света и не было. Музыка, смех, какие-то крики и всё это с таким размахом, словно мир не рухнул, а, наоборот, наконец перестал им мешать. С другой стороны, если подумать, для таких, как они, теперь и правда стало даже удобнее. Ограничений меньше, правил почти нет, а за последствия отвечать уже особо некому. Вот только с такими соседями легче не становилось – кто знал, что они могут выкинуть.

Зайдя в дом, я сразу услышал звуки из гостиной. Заглянув туда, увидел всю мелкую компанию перед плазмой. Они играли во что-то своё, шумели, спорили и явно были так увлечены процессом, что мир вокруг для них временно перестал существовать. Даже моё появление заметили не сразу. Я остановился, наблюдая за ними, и спросил:

– Где остальные?

Ванька махнул рукой куда-то в сторону бассейна, даже не оборачиваясь. Я вышел во двор и направился туда. Уже подходя, услышал голоса. Обогнув угол, я увидел девушек – они лежали на шезлонгах в купальниках. Я на секунду остановился. Картина была… неожиданной и поднимала настроение даже больше, чем сочное мясо на шампуре.

Глава 14

На шезлонгах, вытянувшись под солнцем, лежали Алиса и Лина. Купальники почти не скрывали их формы, а лишь подчёркивали их. У Алисы был чёрный – с тонкими лямками, подчёркивающий её фигуру и контрастирующий с кожей, у Лины – белый, делавший её образ более притягательным. В руках у обеих были бокалы с вином, в которых лениво перекатывались блики солнца.

Волосы у Алисы растрепались и прилипли к плечу, а Лина, наоборот, аккуратно убрала свои назад, но всё равно несколько прядей выбились и играли на ветру.

– Я смотрю, вы времени зря не теряли и неплохо устроились… И где вы вообще всё это набрали? – сказал я, подходя.

– Внутри нашли. Там есть одна комната… хотя даже не комната, а что-то вроде зала. Там одежды столько, что можно каждый день надевать что-то новое и долго не повторяться. И это ещё без отдельной гардеробной.

– Серьёзно? – спросил я, хотя, когда обходил дом, что-то такое видел, но не придал тряпкам большого значения.

– Угу, – протянула Алиса, лениво крутя бокалом. – Разные размеры, стили… ощущение, будто тут жил кто-то из мира моды. Или просто человек с очень странными привычками.

– А вино?

Лина приподняла бокал, глядя на него сквозь свет, словно проверяя цвет, и ответила:

– В подвале целый винный погреб. Мы всё равно в этом ничего не понимали, так что просто взяли первое, что попалось.

– И вообще, мы подумали… почему бы не отдохнуть, как наши соседи, а то с таким миром до того, чтобы крыша поехала, совсем недалеко, – сказала Алиса.

– Так-то да… – сказал я. Не то чтобы они были не правы – мне бы и самому это не помешало.

– Давай, присоединяйся, – лениво протянула Алиса. – Хватит просто стоять и глазеть на нас.

Я начал стягивать с себя одежду, ощущая, как тело постепенно расслабляется – ну или мой мозг хотел это так воспринимать. Пока возился с этим, рассказал им про родителей Вани – без лишних деталей, но достаточно, чтобы стало понятно, что ситуация там вышла далеко за рамки обычного.

Лина нахмурилась, слушая, и, покачав головой, сказала:

– Они всегда были странные… но не настолько.

– И что будем делать?

– Он останется со мной.

– А если спросит про них?

– Скажем правду и добавим, что старались ради него. Надеюсь, он поймёт.

– Убила бы таких родителей, – сказала Алиса, и по её тону было понятно, что она сейчас не шутила.

– Так-то да… с ними его ничего хорошего не ждёт.

Сказав это, я откинулся назад и, раскинув руки, рухнул спиной в бассейн. Вода сомкнулась над головой, мгновенно отрезав все лишние мысли. На секунду было даже приятно: прохлада, тишина, невесомость, а потом что-то пошло не так.

Тело потянуло вниз, как кусок кирпича. В голове сначала мелькнула мысль: "Что за…" – но она быстро оборвалась, когда я попытался пошевелиться и понял, что движения какие-то неправильные. Я умел плавать и отлично это делал, но это тело – нет.

Причём вместо того, чтобы просто уйти на дно, а потом спокойно по нему выйти, я начал умирать в самом прямом смысле. Будто кто-то невидимый вцепился в мою шкалу жизни и принялся стремительно тянуть её вниз. И это было не метафорой, а потом мир перед глазами потемнел, и я потерял сознание.

Придя в себя, первое, что я почувствовал, – чужие губы и воздух, который в меня буквально вдувают. Глаза ещё не открылись, но мозг уже сообразил, что происходит, и, если честно, это мне в принципе нравилось. Так-то получается, неплохой фокус выкинуло моё тело. Если, конечно, не учитывать, что я только что почти помер.

Алиса нависала надо мной, упираясь руками мне в грудь и не прекращая делать искусственное дыхание. Я приоткрыл один глаз, чтобы она не заметила, и по её лицу было видно, что она переживает. Причём сильно. Только вот проблема была в том, что я… вообще-то и раньше не дышал, и сейчас тоже, но она этого не знала и продолжала. Я же в этот момент лежал, приходя в себя, и понимал, что, если сейчас не "оживу", вопросов будет слишком много, и объяснить их я точно не смогу.

Я дёрнулся и прокашлялся, выплёвывая воду, которая всё-таки попала внутрь, пока я шёл ко дну, и сделал вид, что пытаюсь вдохнуть, хотя это было больше для спектакля, чем по необходимости. Потом я попытался подняться, будто всё под контролем, но стоило встать, как меня сразу повело в сторону, а перед глазами всё поплыло мутной серой пеленой. Девушки тут же подхватили меня с двух сторон и усадили на шезлонг, не дав красиво рухнуть лицом вниз.

– Ты что, дурак?! Ты зачем прыгнул в воду, не умея плавать?!

Крик Алисы буквально выдернул меня из мыслей о произошедшем. Шум поднялся такой, что даже дети выглянули из дома. Несколько любопытных голов показались в дверях, кто-то уже начал спускаться по ступенькам, явно решив посмотреть, что тут за представление. Я быстро собрался, махнул им рукой и сказал:

– Всё нормально! Заканчивайте там, скоро будем жарить шашлыки!

– Какое "нормально"? – Алиса трясла меня за плечо.

– Да я вообще-то плавать умею… – ответил я, глядя на неё. – Просто не знал, что система забрала у меня этот навык.

– Какая ещё система? – уточнила Лина, которая про неё ещё не знала.

– Если в трёх словах, то теперь мир работает по другим правилам. Убиваешь зомби – получаешь уровень. С уровнем открывается система с характеристиками, а, прокачивая их, ты становишься сильнее, быстрее… живучее.

Лина замерла, будто зависла на секунду. Я даже видел, как у неё взгляд изменился, словно она пыталась это переварить и уложить в голове.

– И если я получу уровень… – начала она, возвращаясь в реальность. – Я стану такой же сильной, как ты?

– Не совсем, но да, можно стать сильнее. Причём даже сильнее меня, если всё правильно прокачивать. Только это не так просто – придётся пахать, рисковать и не помереть по дороге.

– Ты вообще головой думаешь? – Алиса снова начала трясти меня за плечо, явно не собираясь отпускать тему. – Прыгнул он… Проверяльщик, блин. А если бы нас не было рядом? Ты бы просто утонул!

Я только смотрел на неё и молча кивал, потому что возразить было нечего. Она была права. Причём настолько очевидно, что даже спорить не хотелось.

– Угу… мой косяк, постараюсь больше так не делать, – ответил я, стараясь её успокоить.

– В смысле "постараюсь"? – сразу зацепилась за это слово Алиса, даже не думая меня отпускать.

Лина в это время словно выпала из разговора. Она сидела и смотрела в пустоту, явно что-то обдумывая и прокручивая в голове услышанное про систему. Я даже не был уверен, что она сейчас вообще слышит Алису, а вот я слышал. И понимал, что если сейчас не закончить разговор, она будет продолжать до победного.

Поэтому я решил провернуть тактическое отступление и крикнул в сторону дома:

– Эй! Давайте сюда! Шашлыки будем жарить!

Пара секунд тишины, потом изнутри донёсся топот. Дети буквально вылетели во двор, сразу загалдев, перебивая друг друга и уже пытаясь выяснить, кто будет помогать. Шум мгновенно заполнил пространство, вытесняя напряжение. Алиса недовольно вздохнула, потом посмотрела на меня, затем на детей, и было видно, что продолжать разнос в таких условиях уже не получится.

– Мы ещё не договорили, – сказала она.

Я только кивнул, делая вид, что полностью согласен с ней. Хотя внутри уже радовался, что удалось выскользнуть, и ушёл на кухню за мясом. Рядом сразу устроились Надя с Верой. Я показал им, как правильно нанизывать куски на шампуры – не слишком плотно, но и не так, чтобы они болтались, чтобы всё нормально прожарилось.

– Смотри, насаживай кусок ровно, не спеши, – сказал я, направляя руку Веры. – И пальцы не подставляй, а то шашлык получится с сюрпризом.

Они быстро втянулись. Сначала медленно, потом увереннее, уже почти без моей помощи. Я пару раз поправил и, убедившись, что дальше они справятся сами, отправился во двор. Надя на это только серьёзно кивнула, а Вера уже увлечённо сравнивала свой шампур с её.

Я подошёл к мангалу, где Ваня с Лёшей уже устроили свой небольшой "строительный процесс". Мангал стоял криво, одна ножка явно жила своей жизнью, а уголь уже был частично рассыпан вокруг.

– Так, отойдите, мастера, – сказал я, присаживаясь рядом.

Они сразу уступили место, но остались рядом, наблюдая. Я быстро выровнял конструкцию, поставил её как надо и кивнул им на пакет.

– Теперь засыпайте. Только не мимо.

Дальше я разровнял угли и достал зажигалку. Огонь сначала разгорался лениво, но я подул, усиливая его. Уже через минуту внутри мангала появились первые устойчивые языки пламени, и он явно начинал выполнять свою работу с полным усердием.

– Вот так, – сказал я. – Теперь следите, но не лезьте туда.

Так незаметно дело дошло до вечера. Солнце уже опустилось за горизонт, жара спала, а во дворе остался только запах дыма, который въелся во всё вокруг. Я стоял у мангала, переворачивая шампуры, и смотрел, как мясо доходит до нужного состояния, покрываясь румяной корочкой.

Когда всё было готово, я собрал его и направился в дом. Ещё не дойдя до столовой, уловил, как внутри уже кто-то оживился – запах шашлыка добрался раньше меня. Дверь я открыл спиной и зашёл, держа в руках "главное блюдо вечера".

Мясо получилось мягким и сочным, с тем самым ароматом, который бывает только при жарке на мангале. Постепенно тарелки пустели, а разговоры становились ленивыми. Сытость делала своё дело, медленно выключая остатки активности.

– Всё, я спать, – пробормотал Лёша, первым сдавшись и поднимаясь из-за стола.

Остальные поддержали его, и один за другим все начали расходиться по комнатам. Алиса задержалась, бросив на меня взгляд, но ничего не сказала, и я направился к себе. Завтра нужно было допройти квест, который дала Лина.

С утра я проснулся раньше всех. Это само по себе было странно – обычно Алиса уже в это время что-то делала по дому. Есть не хотелось – либо вчера так наелся, либо мозг начал приспосабливаться к тому, что я зомби, так что я просто оставил на столе записку, что ушёл.

До ближайшей точки назначения я дотопал часа за три. Хорошо, что вторая была не так далеко от этой. Правда, если смотреть по карте, то она находилась ещё дальше от дома. Остановившись у нужного подъезда, я достал журнал и ещё раз сверился с адресом. Затем зашёл внутрь, подошёл к лифту и нажал кнопку вызова, мысленно прикидывая, что топать на восьмой этаж пешком мне совсем не хочется, а лифт, может, ещё работал. Вскоре он спустился, и двери с металлическим лязгом открылись.

– Ну вот, – пробормотал я, заходя внутрь. – Не может же лифт тупо сломаться из-за моей удачи. Это всё-таки механическое сооружение и работает по своим правилам.

Эта мысль показалась мне вполне разумной. Одно дело – случайности, где моя нулевая удача уже не раз показывала характер, а другое – техника. У неё же всё просто: либо работает, либо нет. Так я думал, пока ехал наверх, только вот между шестым и седьмым этажами лифт дёрнулся и встал.

– Да вы издеваетесь, – сказал я, единственное, что пришло сейчас в голову.

Я нажал кнопку седьмого этажа, потом восьмого, потом первого. Было ноль реакции. Для порядка ткнул в кнопку открытия дверей, хотя уже заранее знал, что будет. Правильно – ничего.

Паника накрыла неожиданно. Я попытался её подавить, как делал в последнее время, чтобы тело не успело перехватить управление из-за моих эмоциональных потрясений, но не успел. Оно уже было у руля. Руки сами вцепились в створки лифта, мышцы напряглись, и со скрежетом двери начали расходиться, пока проём не стал достаточным, чтобы выбраться.

Примерно треть проёма приходилась на верхний этаж, остальное – на нижний. Любой нормальный человек полез бы туда, где проще, но моё тело, конечно же, выбрало верх. Я же в этот момент мог только наблюдать, и в голове началось настоящее веселье. Что будет, если лифт сейчас поедет? Или сорвётся? Или просто дёрнется в самый неподходящий момент?

Я невольно представил, как застреваю между этажами. Какую часть меня отрежет? Руку? Ногу? Или вообще пополам? Эти картинки возникали сами собой, и чем дальше, тем хуже становилось, но, как ни странно, я выбрался.

Поднявшись наверх, я замер у двери на пару секунд, просто прислушиваясь, и нажал на звонок. Почти сразу внутри что-то зашевелилось, будто там сдвинули мебель или кто-то резко дёрнулся с места. Я нахмурился и нажал ещё несколько раз подряд, уже не особо надеясь услышать человеческий голос. В ответ из квартиры донеслось какое-то шуршание, возня, а потом и знакомое рычание.

Этого уже хватало, чтобы сделать выводы. Живых там, похоже, не осталось, но проверить всё равно стоило, хотя бы чтобы потом не гадать. Я ухватился за железную ручку и дёрнул дверь на себя, рассчитывая, что с моей силой смогу её вырвать.

Вот только дверь даже не поддалась. Я снова прислушался к тому, что творилось с другой стороны. Там уже двигались активнее. Что-то царапало дверь, рычало, билось в неё, явно чувствуя, что снаружи есть кто-то живой. Ну, помощь не звали, значит, и живых не было, так что я развернулся и направился к следующей точке. Правда, перед этим всё же решил вызвать лифт чисто из принципа, и вскоре он приехал, открыв двери, будто ничего и не произошло, но меня этим уже было не провести.

До последней точки своего маршрута я добрался быстро. Район там казался спокойным, но я уже знал, что такая тишина чаще всего обманчива. Поднявшись к нужной квартире, я нажал на звонок и замер, прислушиваясь. Ответа не последовало. Ни шагов, ни шорохов, ни рычания – вообще ничего. Я подождал немного, нажал ещё раз, но тишина оставалась такой же.

Я вышел на улицу и взглянул на нужную квартиру. Там выделялся открытый балкон, словно сам намекал, что вход здесь. Он находился на втором этаже. Я прикинул траекторию до него, задержав взгляд на козырьке подъезда. Если забраться туда, то дальше всё зависело уже только от прыжка и того, насколько моё тело сегодня решит не подставлять снова.

Забравшись на козырёк парадной, я сразу понял, что снизу эта идея выглядела куда лучше. Отсюда расстояние до балкона уже не казалось таким уж смешным, но отступать после всего этого тоже было как-то совсем уж позорно. Я сделал пару шагов назад и побежал вперёд. Правда, прямо перед самым прыжком мой мозг вдруг решил очень вовремя напомнить, что идея, вообще-то, не особо хорошая. Я резко затормозил, замахал руками, пытаясь сохранить равновесие, но лучше от этого не стало, и я нелепо рухнул вниз.

– Отличное начало, – пробормотал я себе под нос, вставая.

Со второй попытки я всё же допрыгнул. Руки вцепились в край балкона, и, подтянувшись, я перевалился внутрь. Квартира встретила меня той самой тишиной, которую я уже слышал за дверью. Я прошёлся, заглядывая в комнаты одну за другой, но никого не нашёл. Ни живых, ни тех, кто уже перестал ими быть.

Единственное, что привлекло внимание, стояло в углу комнаты. Аквариум, в котором плавали какие-то клочья шерсти. Я подошёл ближе и только тогда заметил, что с другой стороны стекла застрял кошачий хвост.

Я постучал по стеклу пальцем, и к нему подплыли несколько рыб. Двигались они резко, дёргано и выглядели совсем не так, как должны выглядеть обычные аквариумные обитатели. Похоже, они обратились, а кошка – нет. Проголодавшись, она, видимо, решила, что аквариум – это шведский стол. Только вот стол оказался с характером. Судя по всему, ребята не только отбились, но и сами перекусили тем, кто пришёл по их душу.

– Вот это, конечно, поворот, – сказал я, запихнув оставшийся хвост как приманку в аквариум, и обитатели сразу же на него набросились.

Пока возвращался домой, ради эксперимента скинул в канал парочку зомби, и они сразу ушли под воду. Похоже, плавать они тоже не умели. Да и самому лезть в воду теперь не хотелось. После всего увиденного она стала выглядеть опаснее, чем в фильмах про акул.

Тут у меня появился другой вопрос. Если зомби-люди тонули, то почему рыбы спокойно плавали? Они ведь тоже обратились, но при этом чувствовали себя в воде так, будто для них вообще ничего не изменилось. Я замедлил шаг, прокручивая это в голове. Похоже, дело было не просто в "зомби или не зомби", а в том, как именно система меняла всех.

А что тогда с четвероногими? Обычные животные, вроде собак, плавать умели. Это у них на уровне инстинкта, но если они тоже изменились, то вопрос – насколько сильно? Они пойдут ко дну так же, как мы, или поплывут?

Под такие философские размышления я и вернулся домой. Дорога прошла спокойно, если не считать мертвяков, которых я по привычке отправил на тот свет. После всех этих мыслей о воде, рыбах и животных мир почему-то начал казаться ещё более странным, чем раньше, хотя, казалось бы, куда уж дальше.

Следующие несколько дней прошли почти обыденно. Если, конечно, в новом мире вообще можно было назвать что-то обычным. Я выходил на район, бродил по знакомым улицам и методично уничтожал зомби, превращая это уже почти в рутину.

Вещей я за это время набил немало. Всяких непонятных штук, назначение которых с первого взгляда вообще не угадывалось, но я уже начал понимать простую вещь – в этом мире всё такое "непонятное" рано или поздно оказывалось очень даже нужным. Поэтому ничего не выбрасывал и таскал всё домой, как хомяк.

Зелье здоровья так и не выпадало, как назло. Я уже начал ловить себя на мысли, что система просто издевается, подсовывая всё подряд, кроме действительно нужных вещей. Чем больше времени проходило, тем сильнее это раздражало.

Зато на форумах удалось найти хоть что-то интересное про то странное зелье. Никто толком не знал, что это вообще такое. Предположения у всех были примерно такие же, как и у меня, но дальше догадок дело не заходило. Магов среди нас не было, чтобы проверить.

Пока бродил по району, начал чаще встречать живых. Раньше это было скорее исключение, а теперь – уже не такая редкость. Мир постепенно приходил в себя, насколько это вообще было возможно. С некоторыми мы даже перекидывались парой слов.

Одним вечером, возвращаясь домой, я вышел не с той стороны, с которой обычно. Сам не знаю почему – просто так получилось. И ещё издалека я заметил за воротами чью-то голову, но, приглядевшись, понял, что это один из тех шумных соседей.

Что он там делал, я понятия не имел, но уже сам факт, что он там торчит, мне совсем не понравился. Причём чем дольше я смотрел, тем сильнее внутри поднималось нехорошее чувство. Обычная настороженность быстро переросла во что-то другое. В предчувствие, от которого сразу становится ясно, что дома что-то случилось, и я не стал идти к воротам напрямую.

Вместо этого обошёл другой участок, нашёл подходящее дерево, забрался на него и уже оттуда перепрыгнул внутрь. Через соседние дома я добрался до своего и, влетев внутрь, сразу понял, что случилось что-то плохое. В гостиной на полу были только дети, и они рыдали так, что у меня внутри сразу всё сжалось.

Я подошёл к ним, присел рядом, успокаивая, и попытался понять, что вообще произошло. Сначала ничего толком не выходило: слова путались, они говорили наперебой, всхлипывали, сбивались, снова начинали плакать, но даже в этом хаосе смысл был только один. Пришли соседи с оружием и забрали Алису с Линой.

Теперь стало понятно, для чего и для кого тот парень стоял у ворот. Внутри сразу поднялась злость, но при детях срываться было нельзя. Я заставил себя говорить спокойно и произнёс:

– Я всех верну, так что соберитесь, чтобы, когда мы вернёмся, вы уже были не зарёванные, а встречали нас с улыбкой.

Не сказать, что это прямо сильно помогло. Слёзы у них не исчезли мгновенно, да и страх никуда не делся. Но всё же они чуть подуспокоились, уцепившись за мои слова, а мне большего сейчас и не надо было.

Я вышел из дома и тем же путём вернулся к парню у ворот. Подкравшись к нему сзади, я постучал его по плечу. Он начал оборачиваться и даже успел сказать:

– Ну наконец-то, я уже…

Моя рука сама схватила его за шею. Я сжал пальцы, поднял его вверх и притянул ближе к себе. Он сразу же задёргался, пытаясь вырваться, но хватка у меня была уже не та, с которой можно было спорить.

– Отвечать будешь кивками, ты понял? – произнёс я.

Он быстро кивнул.

– Ты меня ждал?

Он кивнул.

– Вы похитили девушек из моего дома?

Он снова кивнул.

И вот тут на меня окончательно накатила ярость. Рука дёрнулась, и я просто свернул ему шею. Труп мешком свалился вниз. Несколько секунд я просто смотрел на него и только тогда понял, что меня отпустило.

Просто так идти к ним было нельзя. У них было оружие, и это сразу меняло правила игры. Значит, нужен был план… или оружие, а лучше и то, и другое. Тут я вспомнил про деда и снова двинулся через участки, стараясь не светиться.

Добравшись до его дома, я обошёл со стороны, где меня нельзя было увидеть с улицы, и постучал в окно. Пришлось стучать долго и настойчиво, пока внутри наконец не зашевелились. Вскоре в окне появился дед с ружьём, сразу направленным на меня. Он прищурился и только тогда узнал меня, опустил ружьё, но не полностью.

Он приоткрыл окно и сказал:

– Видел я, что случилось.

– И что ты сделал?

– Ничего. Они мне пальцем по шее провели. Мол, сунешься – следующим будешь.

– Тогда твой план, что за тобой кто-то или что-то придёт, похоже, сработает раньше, чем ты думал. Только это будут они. Потому что, если сейчас не решить проблему с ними, потом они будут совсем без тормозов.

Дед посмотрел на меня внимательно, будто проверяя, понимаю ли я, во что собираюсь влезть. Минуту он молчал, потом всё же спросил:

– И что ты предлагаешь?

– Дай ружьё, а дальше я сам там всё решу.

Он снова замолчал уже надолго. Настолько, что я уже начал думать, что сейчас он просто закроет окно, и на этом всё закончится, но вместо этого он спросил:

– Пользоваться-то хоть умеешь?

– Нет, – ответил я честно. – Но разберусь.

Он вздохнул и быстро объяснил, как его заряжать, держать и куда жать, чтобы стрелять. Всё коротко и по делу, так, чтобы даже такой, как я, понял с первого раза. После этого он протянул мне ружьё, затем полез в карман, достал ещё два патрона и тоже передал мне.

– Больше нет, – сказал он и, посмотрев на меня и добавил. – Удачи.