Поцелуй, плавящий лёд

Пролог

Тихой зимней ночью с небес устало сыплется снег, падает кружевом на пики башен, обледенелые мосты и бойницы, некогда прекрасный сад серокаменного замка. На крыше одной из башен стоит светловолосый мужчина в чёрно-красных одеждах, на плечах и спине серебряными нитями вышиты белые львы – герб династии Снежных Бра́мов.

Взгляд мужчины пронзает ночной мрак, но видит лорд не могучий ряд горного хребта, неприступной стеной опоясывающий его земли, не пышные кроны разлапистых елей и можжевельника, не бассейн обледенелого озера в долине. Перед его взором иное – призрачный облик врага – громадных размеров орёл с рваным шрамом на левом глазу и двухметровым разлетом крыльев.

Враг уже давным-давно томится в Чертогах Бога Смерти, лорд самолично отправил Орла́на Всемогущего туда, когда тот налетел на земли Эйгана с четырехтысячным войском, чтобы присвоить владения Бра́мов. Однако недруг успел перед смертью наградить род Бра́мов проклятьем, и оно не выпускает свои мерзкие когти из душ храбро сражающихся воинов на протяжении трёх столетий.

До сих пор слова старого интригана скрипят в голове. Эйган одержал победу в честном поединке, молодой и полный сил, он вонзил Орла́ну Всемогущему меч в сердце, изо рта поверженного хлынула кровь, Орла́н схватил рукой лезвие, а другой свободную ладонь Бра́ма и зло прохрипел:

– «За то, что убил меня, львиный лорд, проклинаю тебя! Отныне ты понесешь крест двух судеб! Жизни и сущности моего и твоего народов сольются воедино! Ты будешь мчаться лапами по снегу, но и рассекать молочные небеса крыльями. Станешь охранять два царства! А если про мой народ однажды в час нужды забудешь… тебя поразит ледяная хворь! Она постепенно и мучительно захватит всё твоё тело. Ты зачахнешь от одиночества. Не будет у тебя наследников! Помни мои слова, львиный лорд!»

Орла́н Всемогущий уснул вечным сном, но его проклятие не думало дремать, как посчитал Брам. С рассветом произошло ужасное… Эйган проснулся от раздирающей боли в груди, лев внутри бесновался и рвался на волю. Лорд ползком выбрался на балкон: невыносимо тянуло к небу. Эйган добрался до парапета и, повинуясь неясному порыву, прыгнул в рассветное марево, но не приземлился, как обычно, на четыре мохнатые лапы, а воспарил под просыпающиеся небеса.

Тем памятным утром воплотилась часть проклятья поверженного Орла́на Всемогущего: львы и орлы переродились грифонами – полуорлами-полульвами.

Пришел крах прежним устоям. Адаптироваться к существенным изменениям оказалось непросто, многие погибли, не сумев справиться с новой сущностью, и разбились подобно падающим камням с неба. В гневе Эйган изгнал переродившихся воинов Орла́на со своих земель и забыл о них… до одного дня.

Несколько месяцев спустя к замку Брама прибыл гонец от изгнанных, они просили помощи в войне с драконами, но Эйган отказал, пошёл на поводу у эмоций, за что вскорости и поплатился. Как и проклинал Орла́н Всемогущий, Эйгана поразила ледяная хворь. Болезнь причиняла невыносимую боль, стремительно разрастаясь, она вгрызалась в кожу, захватив большую часть правой половины лица, и вздумала спускаться на шею.

И ни лекари, ни маги не могли исцелить лорда, лишь сожалеюще кивали головами и разводили руками.

Тогда Брам и вспомнил о проклятии Орла́на. Созвал войско и полетел на выручку изгнанным. Объединившись, они истребили драконов, прорвавшихся в Снежную Загора́вию из мира Ледяная Пустошь.

Но и это не сняло проклятия, ледяная хворь по-прежнему не выпускала лорда из когтей. Эйгана стали чураться, он превратился в жестокого раздражительного правителя. Никто не смел бросить ему вызов, а те, кто всё-таки решался, лишились головы в поединке. Шли дни, Эйган сгорал от боли и одиночества, и в одну из мучительных ночей к нему в сон явился Орла́н Всемогущий.

– «Это тебе в назидание за то, что отверг просящего о помощи собрата. Но я дарую шанс на исцеление. Только истинная любовь способна вытравить из твоей загубленной души моё проклятье…» После этого сна проклятие замедлило рост, но не исчезло.

Эйган мотнул головой, вытряхивая неприятные воспоминания. Каждый раз они отдаются щемящей болью в сердце. Усмехнулся: он глупец, раз поверил коварному орлу, что есть шанс избавиться от проклятия. Кто наберётся смелости полюбить такое чудовище, как он?! За три столетия такая не нашлась…

Холодный, злорадный смех мужчины рассеялся эхом по округе, пугая притаившуюся в густых сумерках живность, а в следующий миг в тёмные небеса взмыл белоснежный грифон.

Треск 1

– Айла! А-айла?! – верещала подруга на ухо, пытаясь меня добудиться, но тщетно. Тесные объятия сна никак не желали выпускать меня из своих призрачных грёз.

Я прекрасно слышала зов Бриа́ны, но не могла разлепить веки. Мной завладел странный сон. Я бежала по зимнему лесу меж высоких лапистых елей и сосен, наряженных в белые шубы, петляла зигзагами, по колено, а то и по пояс утопая в сугробах. Алое платье ужасно мешало. Меховую накидку я где-то потеряла, она зацепилась за кусты, и впопыхах мне пришлось её снять. Тело пронизывало колким холодом. Длинные белые перчатки на руках совсем не спасали от лютого мороза.

Я бежала и постоянно оглядываясь, потому что кто-то меня преследовал! Кто-то очень сильный, ловкий и быстрый, но кто именно – я не видела. В спину подгоняло злое рычание, оно разносилось по лесу вибрирующим эхом, оседая на моей замёрзшей коже противными мурашками. Хруст снега под сапогами, бешеный гомон собственного сердца и сорванное от продолжительного бега дыхание заглушали остальные звуки. Я хорошенько успела прочувствовать себя добычей матёрого хищника, решившего сначала поиграть с жертвой перед трапезой.

В очередной раз оглянувшись, различила мелькнувшую среди снежных бугров и елей грязно-белую тень; хотела ускориться, но внезапно нога заскользила по невысокому склону, и я кубарем покатилась вниз. Приземление вышло неприятным, пока я кряхтела и барахталась в снегу, меня нагнал преследователь. Заслышав близко за спиной утробное рычание, я застыла, забыв, что нужно дышать. Руки и колени утопли в снежных хлопьях, кожу жёг холод, но на эти мелочи я внимания уже не обращала, всё оно сконцентрировалось на хищнике за спиной.

Кто же это?! Волк или рысь? До жути было страшно!

Зверь шумно дышал и вдруг недовольно заревел, хлопнул чем-то тяжёлым по заснеженной земле, подняв в воздух ворох снега, который хрупким вихрем осыпался на бедную меня. Я сжалась в комок от оглушительного рыка. Что хищнику нужно? Почему просто не сожрет?

Медленно повернула голову через плечо, растрепавшиеся русые волосы некогда чудесной прически застили обзор, но и малого мне хватило, чтобы тут же с диким воплем отскочить на пару метров от огромного белого льва!

А зверюга недовольно оскалился. Ему не понравилась пугливая реакция жертвы?.. За секунды он снова сократил разделяющее нас расстояние, горой мышц и белого меха нависнув сверху.

– М-мамочки! – пропищала я, растерявшись от ужаса. И я ведь понимала, что происходящее – это сон, но настолько реальными казались ощущения! Все разумные мысли выветрились из пустой головы. А ведь я могла бы применить боевую магию, и всё, но куда там! Оцепенела в страхе, словно камень.

Хищник меж тем склонил ко мне морду, я зажмурилась, готовясь, что меня сейчас наверняка сожрут. Но жрать не спешили. Ощутила щекотливое дыхание у своего лица: лев меня обнюхивал!

Я стала молиться всем известным богам, чтобы всё закончилось скорее и менее болезненно, когда лев неожиданно толкнул меня лапой в грудь. Со вздохом повалилась спиной в злосчастный сугроб, колкий холод не преминул обернуть кожу, но тот, кто нависал надо мной, страшил сильнее.

– Хор… ик! Хор-рошая киса, – замямлила я в обреченном сумасшествии, отползая от опасного хищника. Похоже, рассудок совсем помутился, раз разговариваю с собственным убийцей. Откуда только запоздалая смелость вылезла?! – Позволь мне… ик! уйти? Я совсем-совсем не вкус-сная.

Лев удивлённо склонил голову набок, словно понимал мой несносный лепет, но отодвинуться от себя позволил. Следил огромными льдистыми глазами, и взгляд такой осознанный. Человеческий… Наверное, примерещилось мне! Наконец я отползла на более-менее безопасное расстояние и осторожно, не делая резких движений, поднялась. Лев не шевелился, по-прежнему смирно сидел. Я медленно попятилась, не забывая оглядываться назад, а там уже завиднелись шпили башен академии. Успеть бы добежать!

Но когда я вернула взгляд на угрозу… льва на месте не было. Вернее, на месте хищника стоял светловолосый мужчина в бордово-чёрной одежде. Смотрел на меня пристально, изучающе. А его лицо… правую часть покрывало нечто безобразное, какая-то льдистая субстанция. Я закричала и со всех ног припустила в сторону замка академии. Резкий громкий орлиный клич позади только прибавил мне скорости. От жуткого страха мне даже послышалось в нём тихое обещание найти меня после…

– Айла! Да просыпайся ты уже! – рассерженный и взволнованный голос Бриа́ны вырвал меня из липких щупалец сна, а может, и ощутимый пих под рёбра. – Ну наконец-то!

– О-ох… моя голова, – прохрипела, обеими руками схватившись за оную. Раскалывалась она знатно, и в горле пересохло, словно я не пила неделю.

– Ещё бы! Знаешь, сколько сейчас времени? Почти пол-одиннадцатого утра! Из-за тебя мы пропустили завтрак, между прочим, – всё негодовала подруга и по совместительству соседка по комнате на мою бедную головушку.

– Ну прости… – хрипло и искренне извинилась, откидывая одеяло в сторону и вставая с постели. Ковыляя к трюмо, сделала попытку задобрить подругу: – Хочешь, я сейчас приведу себя в порядок и спущусь в буфет за твоими любимыми вишневыми круассанами и кофе?

– Ты приводи, приводи. Только я уже сама сгоняла и тебе прихватила, – отозвалась важно Бри, роясь в комоде, наверное, в поисках одежды мне.

– О. И что бы я без тебя делала? – Тепло улыбнулась, взяла в ладонь расческу и принялась раздирать спутавшиеся ото сна свои длинные тёмно-русые волосы.

– Продрыхла бы до завтрашнего утра, пропустив Выпускной бал. Хотя нет, тогда бы ты превратилась в снег, поскольку ни один Зимний Лорд тебя бы не выбрал. Видишь, какая я полезная? – остроумно подтрунила Бри.

– Ну спасибо, предусмотрительная ты моя, – хмуро пробурчала я, а потом застыла как вкопанная, заметив в своём отражении в зеркале кое-что. – Какого лешего…?

– Что ты там бурчишь, а?

Но я не ответила Бри, с неверием всматривалась в отметину на своей коже в области ключицы. Та напоминала морозный узор. Как раз в том месте, где меня касался лев из сна, точнее, толкнул лапой.

– Ну-ка, что там у тебя? Ох! – Бри прижала ладони ко рту, подтверждая мою нерадужную догадку. – Откуда… у тебя магическая метка?

– Не поверишь, во сне заработала, – ошеломленно прошептала я, внимательнее разглядывая витиеватый морозный узор на своей коже.

– Рассказывай!

В подробностях я поведала Бри весь сон, и мы стали искать выходы. Вариант номер один – пойти и сдаться на милость ректору академии – мы отмели первым, поскольку тогда могли усомниться в моей чести. Чистоте душевной, вернее. Заполучить магическую метку, тем более какого-то странного мужчины с неизвестными намерениями, не предвещало ничего хорошего. И это накануне Выпускного Бала!

Следом прозвучал вариант два – отыскать в академии другого медиума, который сможет мне помочь, а за отдельную плату и сохранит тайну, но… опять же, накануне выпуска это практически не осуществимо. Никакой медиум не захочет связываться с чужими проблемами.

– Как же ты тогда поступишь? – схватив меня за руку, кусая губы в беспокойстве, спросила подруга.

За три года обучения мы с ней стали близки, будто бы являлись кровными сёстрами, которой у меня никогда не имелось. О своей прошлой жизни я уже почти ничего и не помнила, так лишь урывки самых примечательных моментов в детском приюте; друзей и работу официанткой в ночном клубе. А в особенности запомнила свою «справедливую» смерть под колёсами дорогущей иномарки пьяного водителя.

Ту заснеженную ночь, яркий свет фар, запоздалый визг тормозов и тупой сильный удар в спину я буду помнить вечно. Не забуду ржавый вкус собственной крови во рту и холод мерно падающих снежинок с хмурых небес на своём лице. В те последние мгновения своей жизни я успела загадать последнее желание. Просила Бога, чтобы подарил мне вторую жизнь, в которой я обязательно познала бы счастье… И Бог услышал мольбу – проснулась я здесь, в Академии Снежных Чаровниц. И за свою новую жизнь я буду бороться!

– Сделаю вид, что ничего не произошло, – ответила я Бри, вынырнув из мрачного омута воспоминаний.

Подалась вперёд, переплела наши с ней пальцы на обеих руках и выложила свой отчаянный план шепотом:

– Я пойду на бал в платье без выреза, оно скроет метку; найду себе могущественного Лорда Зимы и предложу ему свои магические услуги. Только сильный маг в силах перекрыть или снять метку! Пусть даже у него там целый гарем снежинок имеется! Мы заключим контракт на определённый срок, а по его истечении лорд освободит меня от обязательств, и я заживу свободной жизнью в каком-нибудь удалённом уголке его мира.

Ошеломленная моим потоком слов, Бри молчала. Недолго. Моргнула несколько раз и неутешительно заключила:

– Ты знала, что ты совершенно безбашенная магичка? – Подруга нервно хмыкнула. – Но за это-то я тебя люблю и уважаю!

– Ну спасибо, – усмехнулась я, поддержав смех.

– Подожди! – вдруг воскликнула Бри. – А если тот оборотень заявится на бал?! Вдруг он один из Лордов?

– Не думаю, что заявится. И уж тем более он не может быть Лордом Зимы.

– Почему ты так уверена?

– Я это чувствую.

– Чувствует она! – фыркнула Бри, расцепила наши ладони и спрыгнула с кровати, намереваясь приступить наконец к позднему завтраку.

– Да, чувствую. А чутьё меня никогда не подводило, – парировала я, тоже притянув к себе поднос с остывшим кофе и круассанами. Щелкнула пальцами, и от чашечки ароматного напитка задымился приятный парок.

Как же я ошибалась…

***

К балу мы начали готовиться заранее и основательно. Макияж и прическу наколдовали, а вот с платьями дело обстояло иначе. Мы выбрали их заранее и настоящие, чтобы они ненароком не исчезли в неподходящий момент из-за шуточек некоторых наших особо шаловливых однокурсниц.

Моё платье было в черно-алых тонах. Красная, свободно струящаяся юбка с небольшим разрезом на боку и чёрное кружево на лифе. А вот вырез мне пришлось немного изменить, чтобы он хорошо скрывал некстати расцветший морозный узор на ключице.

Алый цвет платья я подобрала ещё и потому, что хотела, чтобы в знаменательную последнюю учебную ночь хоть что-то напоминало мне о родном мире. В академии все чаровницы носили строгую темно-синюю форму, а на Земле красный цвет был одним из моих любимых…

И никакое предзнаменование из сна не испоганит мои планы!

– Ну что, идём? – Бри, облачённая в нежно-лазурное платье, нетерпеливо вертелась перед зеркалом. – А то всех красавчиков разберут!

– Идём, идём, – натянуто улыбнулась я, а у самой на душе скребли кошки. – Не переживай, самый богатый и обаятельный лорд всё равно достанется тебе.

– А то!

Бри опечалилась, уловив мой завуалированный настрой. Подошла и обняла крепко.

– Всё будет хорошо, Айла.

– Спасибо, – благодарно обняла её в ответ. Вздумали набежать непрошеные слёзы, но я быстро задавила их на корню. – Идём. И так припозднились.

Мы вышли из здания академии. В глаза сразу бросилась громада ледяного дворца, наши преподаватели специально возвели его практически за одну ночь перед выпускным балом. Блестящие в свете луны шпили башен, казалось, нанизывали на себя звёздное небо, а ажурный фасад и замершие в незавершённых движениях статуи людей, птиц и зверей вдоль нешироких аллей завораживали дух. Негромкая музыка лилась из окон и приоткрытых дверей дворца, творя обманчивую атмосферу уюта. Судя по счастливому смеху, бал уже вошёл в самый разгар.

– Что-то я трушу, – тихо призналась Бри, шагая аккурат рядом со мной.

– Не только ты. Думаю, каждая чародейка сейчас очень сильно переживает, поскольку вот-вот решится её судьба.

В саду ледяных скульптур, в окружении множества горящих огоньков уединились парочки. Лорды Зимы и выбранные ими Снежинки знакомились ближе, чтобы после просить ректора узаконить брак и через арку портала отправиться в царство лорда. Не все, правда. Некоторые Лорды прибыли сюда не за женами, а заключить контракт с чародейкой. И мне как раз был нужен именно такой маг.

В танцевальном зале дворца вальсировали пары, но многие ещё «свободные» Лорды стояли в отдалении у тяжёлых портьер, наблюдали за скопившимися стайками девиц. Выбирали. Снежинки же ворковали между собой, обсуждая достоинства и недостатки внешности мужчин, а также размеры их кошелька и имения, при этом не забывая строить глазки и заискивающе улыбаться. Мы с Бри заметили, что в зале не так уж и оживлённо.

– Похоже, уже многих выбрали… – взволованно шепнула Бри.

– Да, – отозвалась я, озираясь. Всё опасалась наткнуться на мужчину из своего сна.

– Нет Его?

Я отрицательно махнула головой, внутренне радуясь сопутствующей мне удаче. Но терять время нельзя, ОН мог появиться в любую минуту и испортить мой план.

У меня кровь стыла в жилах от одной лишь мысли, что не успею! Почему-то маг из сна с обезображенным лицом нагонял жуткую панику.

– Что ж, дорогая подруга. – Я обняла Бри за плечи и пожелала: – Настала пора нам проститься. Иди и устраивай свою жизнь, а обо мне не беспокойся. Дай Бог, свидимся ещё.

– Айла… – Глаза Бри заблестели от слёз. – Но…

– Иди, Бри! – настойчивее повторила я. – Иди и не думай обо мне! Не пропаду.

Развернула и легонько подтолкнула Бри в спину к танцующим. Одобряюще улыбнулась напоследок и быстро отвернулась, пряча от неё мокрые глаза. Зажмурилась, чтобы окончательно не разреветься, но тут меня кто-то толкнул. Непременно упала бы, однако толкнувший удержал под локоть. Над ухом раздался приятный баритон:

– Прошу прощения, прекрасная чародейка. Я лорд Ти́больт из Оге́равии. Меня ослепила ваша красота и сделала нерасторопным. Позвольте в качестве извинений пригласить вас на танец?

Голос лился, словно неспешный горный ручей, мягко обволакивал. Я разлепила наконец веки и встретилась со стальными глазами темноволосого лорда. Может, в иной ситуации, если б не метка, я не раздумывая согласилась бы на предложение красавчика, но… в глазах этого мужчины помимо обаяния таилось и ярое желание обладать. А мне такого не нужно.

– Простите, лорд Тибольт, – аккуратно высвободила руку и отошла на шаг, натянула приветливую улыбку, – это я нерасторопная. Мне стало дурно от шума, и я хотела выбраться на свежий воздух. Простите ещё раз!

И пока мужчина не опомнился, сделала книксен и поспешила удалиться от него подальше. Благо к вновь одинокому красавчику подоспела другая Снежинка. Я оглянулась в поисках Бри: подруга вальсировала и счастливо улыбалась какому-то черноволосому лорду. Что ж, хоть у одной из нас всё складывалось. Внезапно рядом возник ворох снежинок и закружился над одной из пар, ознаменовавший, что очередной лорд избрал себе жену. Им тут же зааплодировали.

Я же пулей вылетела на балкон. Сердце бешено стучало, и дышала я часто. Если всем лордам так сложно противостоять, то к полуночи я останусь ни с чем. И растаю…

Горькая мысль ударила обухом по голове. Ну нет! Я не загублю вторую свою жизнь! Ни за что.

Собралась с духом и вновь ступила в бальный зал. На этот раз в центр не пошла, прислонилась спиной и пульсирующим от боли затылком к прохладной стене. Холод отлично остужал разгорячённые мысли и нервы. Я водила взглядом по фигурам танцующих и одиноких, и вдруг моё внимание привлек один лорд. Статный, в возрасте, около сорока – сорока пяти лет, с длинными вьющимися русыми волосами, убранными в низкий хвост. Его темно-серая одежда, расшитая серебряной нитью и драгоценными камнями, подчеркивала его величие и строгую красоту.

Мужчина стоял на террасе, опираясь предплечьями о резной парапет. Крутил в правой руке бокал с пуншем и безучастно наблюдал сверху вниз за всеми. Он и стал моей целью. Преисполненная надежды, я неспешно ступила на бархатный ковёр лестницы, поднимаясь на второй этаж.

– Скучаете, мой лорд? – поинтересовалась как можно отстранённей, останавливаясь с ним рядом. На объект цели не смотрела, тоже устремила взор вниз, выискивая Бри и её лорда, но они уже ушли. Жаль. Порадовалась за подругу.

– Есть такое. – Остро почувствовала, как в меня упёрся внимательный взгляд. Тяжёлый и оценивающий, но нисколько не липкий и не раздевающий. Значит, с возможным кандидатом я угадала. – А вы? Тоже… скучаете?

Тембр голоса мужчины сквозил неприкрытой силой и холодностью, словно этим он стремился меня оттолкнуть. Но я не собиралась давать заднюю.

– Скучать здесь не приходится, – печально усмехнулась, всё так же не смея поднимать на лорда глаза. – Если честно, я просто сбежала ото всех сюда.

– И почему же? Неужели никто из Лордов Зимы не затронул вашего юного сердца? – Интерес мужчины я получила, но он по-прежнему оставался холоден. Я ответила честно:

– Почему же? Многие лорды здесь хороши собой и обаятельны, но…

– Но вы пришли ко мне. Почему? – грубовато перебил, но я стерпела невежливость. И наконец посмотрела лорду в лицо. Да, немолодое, покрытое сетью мелких морщин у уголков глаз и на лбу, с благородными чертами и аккуратной бородой. Серо-зеленые глаза мужчины взирали пристально, ожидая, что же я отвечу.

– Не знаю точно. Может, потому, что наши цели схожи? – осмелилась предположить вслух.

Лорд молчал, раздумывая над чем-то, вдруг он свёл кустистые брови к переносице и твёрдо произнёс:

– Мне не нужна жена, милая чародейка. Боюсь, вы прогадали с партией.

– Отнюдь. Не соглашусь с вами. – Про себя я возликовала. – Мне тоже не нужен муж.

Лорд удивлённо моргнул.

– Как так? Разве, – скользнул по моему лицу и наряду заинтересованным взглядом, отчего я невольно покраснела, – всё это не для того, чтобы завлечь состоятельного мужа?

– Нет. Мне не нужен муж, по крайней мере сейчас. Я просто не желаю растаять и обратиться к полуночи в снег. Слышали ведь такую легенду?

– Все её знают, – отозвался мужчина. – Но всё-таки, почему вы ищете себе покровителя вместо мужа? С вашей красотой и умом, да ещё и нескромным магическим резервом, а я его отлично чувствую, не составило бы труда отыскать достойного спутника жизни.

– Я уже сказала, что из-за некоторых обстоятельств мне муж пока не нужен. – Наши упрямые взгляды скрестились, но я отвела глаза первой. Куда мне тягаться с таким опытным противником! К тому же я и с мужским полом общалась-то всего ничего. Стушевалась быстро и расстроилась. Вот возьмёт сейчас лорд и отошьет меня, назойливую муху, подальше!

– Моё имя Конра́льд Ти́рлл. А как ваше, милая чародейка?

Вопрос прозвучал слишком неожиданно, я не сразу нашлась с ответом.

– Айла… Айла, мой лорд, – посмотрела на улыбающегося мужчину растерянно.

– Что ж, Айла. – Конра́льд выпрямился и отставил полупустой бокал с пуншем на ближайший к нам столик. Возвышаясь надо мной, он вкрадчиво проговорил: – Я упомянул, что не нуждаюсь в жене, потому что она у меня есть. Вернее, была.

– Была?

– Да. Розали… погибла чуть больше полугода тому назад. На мой мир неожиданно напали, и Рози пожертвовала своей жизнью, чтобы защитить меня и нашего одиннадцатилетнего сына Джона. – Мужчина горестно вздохнул: видимо, воспоминания давались ему с трудом. – Но из-за древней традиции я не могу продолжать править без Снежинки. Джон уже представлен знати официальным наследником, так что мне нужна рядом просто Чародейка как защитница царства. Вы согласны, Айла?

– Я… – всё, что смогла вымолвить, обескураженная рассказом лорда.

В каждом его слове сквозила глубочайшая скорбь и любовь к погибшей жене. Не думала, что чародейку и лорда могут связывать такие высокие чувства! Конра́льд принял моё молчание за другое и добавил:

– Я готов заключить с вами официальный контракт до совершеннолетия Джона, осталось около семи лет. После я отпущу вас. Вы сможете остаться и жить в моём мире свободной, а если пожелаете связать с кем-то свою судьбу, я дам на то своё благословение.

– Согласна! – выпалила, не раздумывая. Я не могла мечтать о большем! Всё складывалось, как и планировалось. Только вот как быть с меткой… я не хотела обманывать Конра́льда! Он такого не заслуживал.

– Мой лорд, я… – От страха, что, узнав правду, Конра́льд отвергнет меня, зажмурила глаза и неосознанно прижала ладони к груди. Но тут почувствовала, как мои руки в атласных перчатках осторожно отнимают и берут в широкие и горячие чужие.

– Айла, – позвал Конра́льд. – Я чувствую, что вы скрываете какую-то тайну. Но уверяю, что смогу защитить вас от любой опасности. Как только мы заключим официальный договор, вы перейдете под мою защиту до окончания срока. Айла, прошу, посмотрите на меня.

Посмотрела. И не увидела ни капли лжи. Кивнула. Решила, что расскажу о метке чуть позже, например, по дороге в его замок. Возможно, лорд посчитает меня обманщицей, но рисковать я не могла. А время неумолимо утекало сквозь пальцы.

– Предлагаю покинуть бал сию минуту. По прибытии домой я немедля отправлю вашему ректору весть о нашем договоре.

– Да, мой лорд. Идёмте.

Взявшись за руки, мы спустились вниз и направились прямиком к порталочным аркам. Я не смотрела по сторонам, радуясь, что у меня всё получилось. Однако, когда я уже шагнула под руку с Конра́льдом в мерцающее марево прохода, ключицу обожгло холодным огнём, а в спину обрушился чей-то колючий и злющий взгляд. Но разглядеть адресанта я не успела.

Треск 2

Несколько долгих секунд, и мы с лордом оказались посреди широкой расчищенной дороги, по бокам простирался зимний хвойный лес, а впереди виднелся огромный город и замок в его центре. У края дороги нас поджидал возничий с утеплёнными светлым мехом санями и тройкой гнедых лошадей.

Завидев нас, возничий поклонился и, выудив из саней шубу, передал Конра́льду, а лорд накинул её мне на плечи. С благодарностью закуталась в тёплый и мягкий на ощупь мех: за пару минут пребывания в чужом мире в лёгком платье я успела озябнуть.

– Вы предусмотрительны. Но почему мы переместились сюда, а не сразу в замок?

– Хотел показать вам, Айла, окрестности прежде, чем вы увидите сам город, – помогая мне забраться в сани, пояснял лорд и велел возничему выдвигаться. – Эти леса великолепны в своей красоте, мы с друзьями часто устраиваем здесь охоту.

– Да, очень красиво, – нисколько не врала, с удовольствием рассматривая пушистые, приодетые в белоснежные шубы ели и сосны. Все они росли ряд к ряду, ровненькие и высокие. – Я люблю природу и была бы рада прокатиться по лесу как-нибудь верхом.

– Обязательно, Айла, покатаемся. И Джона с собой возьмём.

– Конра́льд, – не выдержав душевного напряжения и пинков совести, я решилась рассказать о метке, – насчёт моей тайны… Я хочу быть честной с вами.

– Думаю, ваша тайна не такая уж и ужасная и подождет до замка. Если конечно, вы никого не успели убить за годы обучения, – кривя губы в усмешке, перекрикивая ветер, пошутил лорд.

– Ох, нет! К-конечно нет! – возмутилась я, а Конра́льд рассмеялся.

Смешно ему! Я насупилась, но о метке рассказать было надо, и как можно скорее. Я придвинулась к лорду ближе, чтобы не надрывать голос.

– Понимаете… дело в том… ай! – Правую руку вдруг обожгло болью. Зашипев, я задрала рукав шубы, чтобы в ужасе узреть… брачную татуировку. Серебряный витиеватый узор нерушимой оковой оплёл моё запястье.

Ох, нет… парная брачная татуировка. Узор всегда разный, но идентичный у второй половины. Не спутаешь. Не обманешь. И от неё не избавиться. Сердце пропустило удар.

– Что… что всё это значит?! Я не понимаю. – В ужасе уставилась на Конра́льда, но мужчина выглядел не менее ошеломлённым. Притянул мою руку к себе, разглядывая узор.

– Похоже, милая Айла, вы только что обрели нежеланного мужа. И не просто, а истинную пару.

– Н-но кто?! Я ни с кем, кроме вас, на балу не разговаривала!

Удушливая паника сдавила горло, украв весь необходимый воздух. Непонятный страх царапал изнутри, перед глазами помутнело. Я не слышала, что говорил мне Конра́льд, только чувствовала, как он слегка потрясывает меня за плечи. Но всё это оказались цветочки по сравнению с тем, что произошло дальше.

Внезапно впереди на дороге взорвался столб снега, перепугав тройку лошадей. Кони заржали, встав на дыбы, чудом не перевернули сани, но опытный возничий сумел удержать их на месте. Меня от вылета за борт спас Конра́льд, крепко прижав к себе, и мы с лордом дружно наблюдали, как впереди из портала навстречу нам выходит мужчина в чёрном, подбитом соболиным мехом плаще.

В груди нехорошо так ёкнуло, когда неизвестный скинул капюшон, обличив своё инкогнито. Моё внимание привлекли светлые волосы и серебряная маска, закрывающая практически всю правую половину лица визитёра.

НЕТ! Только не ОН!!

Едва дыша, я в панике следила за приближением мага из моего сна, который поставил мне злосчастную метку!

– Конра́льд Ти́рлл, – голос прибывшего прогремел грозой, знакомец остановился в паре шагов от обезумевшей тройки лошадей.

Те заржали сильнее, учуяв прятавшегося в обличье человека хищника, и принялись рвать поводья, желая припустить подальше от жуткого чужака. Я полностью разделяла их желание, однако не могла шевельнуть и пальцем от охватившего меня оцепенения.

– Не думал, Ти́рлл, что однажды перейдёшь мне дорогу, – в голосе мужчины зазвучали нотки опасности. Да она стала осязаемой!

– Отнюдь, старый друг. В данную минуту дорогу преграждаешь нам ты. – Конра́льд по-прежнему прижимал меня к себе, выполняя обещание защищать. – Что тебе нужно в моём мире, Эйган?

– Я пришёл за своей женой, – контрольный выстрел в голову.

И лорд, а в том, что он именно лорд, я больше не сомневалась, обнажил своё правое запястье, выставив на обозрение такую же брачную татуировку, как и моя. Мне поплохело окончательно. Взмолившись, я упрашивала Конра́льда не отдавать меня.

– Прости, Айла. – Конра́льд взглянул с сожалением и убрал руки с моих плеч. – Против закона Богов и природы я бессилен. Лучше смирись и прими свою судьбу. Мне правда жаль, девочка.

– Не-ет… нет!

Не собиралась я ни с чем и ни с кем мириться! Перспектива стать женой оборотня пугала до чёртиков. Он сам пугал меня! Не запомнила даже, как выскочила из саней и бросилась наутёк.

– Айла! Айла! – кричал вслед Конра́льд, а я слышала в ушах бешеный вой ветра и своего пульса. Не знаю, откуда взялись силы, но я что есть мочи рванула под игольчатые лапы елей.

Подаренная Конра́льдом шуба тормозила, без сожаления сбросила её с плеч и побежала быстрее. По лицу хлестали колючие ветви, рассекая кожу до крови и вырывая волосы, но я не останавливалась, упорно пробираясь сквозь зимнюю чащу. Под сапогами хрустела поверхностная корка льда, ноги проваливались по колени в снег, но я продолжала нестись вперёд. Знала, что, если остановлюсь, ОН настигнет.

Всё повторялось. Сон обернулся явью!

Громкий топот приближающихся шагов заставил обернуться… Ох! Лорд был уже так близко! Вот-вот – и догонит! Нет!

Рванула в сторону, подныривая под огромным воздушным корнем дерева – то ли дуба, то ли ещё какого, неважно. Чёрт! Я зацепилась хвостом платья и упала на колени, вскочила и, резко дернув платье, всё-таки высвободилась и побежала вдвое быстрее, поскольку заминка обошлась мне дорого. Преследователь отставал всего на пару метров!

– Нет…

Побег мой кончился на следующем рывке. Не успела я толком отбежать от дерева, как сзади меня сшиб маг. Мы повалились в снег. Холод больно обжег кожу, но я не обращала внимания на боль, остервенело барахталась под тяжестью мужского тела, собираясь выбраться из капкана сильных рук.

– Нет. Пусти! – Светловолосый лорд удерживал крепко и пытался развернуть меня к себе лицом. Я неистово сопротивлялась, в рот и в глаза налез снег, пришлось отплевываться. И пока я дала слабину, мужчина обхватил меня поперёк талии и перевернул. И я угодила в нежеланные объятия-тиски. Запыхавшийся, как и я, мужчина в маске победно ухмыльнулся.

– Я же обещал, что найду тебя. Больше не сбежишь, Айла.

Я лишь быстро-быстро моргала ресницами, не в силах что-либо ответить. Лицо мужчины расплывалось, но довольную кривую ухмылку я прекрасно видела, как и горящие нестерпимым желанием льдистые глаза. Задохнулась, ощутив горячую ладонь мужчины на своём правом бедре. От падения платье сильно задралось, срамно обнажив ноги.

Он что, собирается овладеть мной прямо здесь, в лесу?! Мамочки!

– Н-не н-надо! П-пр-р-рошу!

Я не могла пошевелиться, не могла закричать, чтобы хоть как-то предотвратить грядущее. Лишь умоляюще смела просить. Видно, все мои эмоции отразились на лице, поскольку маг или лорд удивился и просто одёрнул ткань платья вниз, защищая мою кожу от лютого холода. Он не собирался брать меня?

А потом он положил ладонь мне на грудь, туда, где горела его метка, и… активировал портал.

Вихрь вывел нас в трапезный зал замка, полный слуг и угощений. Очевидно, что замка похитившего меня лорда, мага, мужа – да неважно! В те секунды мне было не до места, куда меня переместили против воли. Тёмный, лютый страх за свою дальнейшую судьбу, обжигающий колким морозом кожу и внутренности, – всё, что я испытывала.

Ощутив опору под ногами, я рванулась из медвежьей, вернее, львиной хватки, и, на удивление, мне удалось выпутаться. Мужчина сам разжал капкан рук.

Я отскочила от лорда в самый дальний конец комнаты, распугав бормочущих о своём слуг. Схватила первый попавшийся под руку предмет, который мог сойти за оружие, и выставила пред собой грозным щитом – это оказался широкий нож для мяса. Вперив настороженный взгляд в замершего посреди зала мрачного мужчину, срывающимся голосом я прохрипела:

– Н-не тронь! Иначе… я... я!.. – за меня говорили страх и отчаяние, я с трудом осмысливала происходящее. Всё в склизком тумане. Я не понимала, почему так боюсь льва, на грани сознания проскользнула мысль, что это будто и не мои чувства – чужие… но быстро улетучилась.

В зале повисла оглушающая тишина. Разговоры стихли, слуги выпучили на нас глаза, попрятав радостные улыбки за растерянными и непонимающими. Похоже, прислуга накрывала ужин, ожидая хозяина с долгожданной гостьей. Кто-то уронил металлическую посудину, и её громкий звон ударил по возбуждённым до предела нервам.

– Все. Вон.

Два коротких властных слова, и зала мигом опустела. Остались только мы с лордом по разные стороны. Напряжённый воздух колол лёгкие, я даже видела в нём мелькающие искры, но продолжала упрямо смотреть на источник моих бед и губителя планов.

– Не делай глупостей, Ай-йла. Ты можешь навр-редить себе, – рычащие нотки в хриплом голосе мужчины выдавали степень его ярости. Он стоял не двигаясь. Пока. Кулаки сжимал до хруста и непрерывно следил за мной льдистыми глазами. Бездействовать ему вскоре надоело, и он сделал шаг ко мне.

– Н-нет! Н-не подходи! А то… убью!

Лорд церемониться не стал, одним слитным движением очутился рядом и выбил нож из моих ладоней, тот со звоном отлетел и воткнулся в стену.

– Глупая! – Скрутил мне руки, прижав своим мощным телом к стене. Мы находились у незашторенного панорамного окна, за стеклом стремительно густела ночь. Лорд прошипел на ухо, обдав моё лицо морозным дыханием: – Тогда умр-рёшь и ты, ведь нас связывают узы истиной пар-ры!

– Пусти! – сдавленно пискнула. Какой такой пары?! Безрезультатно дёрнувшись, я добилась только более тесного соприкосновения тел. Не знаю почему, но этот светловолосый мужчина вместо тяги истинных вызывал во мне животный ужас. – Т-ты… ошибся! Я вовсе не твоя…

Лорд не дал мне договорить. Обхватил пальцами подбородок и заставил посмотреть на себя.

– Зверь не может ошибиться, Айла.

– Зверь? – Ах да, он же оборотень. Лев! Как я могла забыть! Попыталась отвернуть лицо или хотя бы чуть отодвинуться, но куда мне против такой мощи.

Твердолобая глыба льда!

Мы сверлили друг друга испепеляющими взглядами. Ну, я точно.

– Да… мой зверь выбрал тебя. Нашёл в том лесу, во сне. Ты – моя. – Большим пальцем он мягко погладил царапину на моей щеке. Я задохнулась. Обескураживающие ощущения.

А потом неожиданно губы лорда обрушились на мои снежной лавиной, обжигая контрастом холода и огня, погребая под собой моё неумелое сопротивление. Мысли разбежались из головы, как спугнутые тараканы. Ничего не осталось, кроме Него. Всепоглощающего и напористого моего законного мужа. Пары.

Его жар отравил и меня. Я сама не поняла, как и почему стала отвечать на жёсткий поцелуй, разделяя огонь мужчины. Отрезвило ощущение чужих горячих рук на моей талии, и, когда те скользнули на бедра, инстинкт самосохранения сработал быстрее запудренного мозга – я укусила лорда. Однако он не отстранился, прикусил мою губу в ответ, и во рту разлился неприятный вкус железа.

С досады ударила наглеца коленом, но он предугадал манёвр и уклонился, я попала не туда, куда изначально целилась. Насытившись мной, лорд отстранился сам, отошёл на шаг, даруя мне мнимую свободу. Вытерев кровь с губ рукавом светлого камзола, он победно ухмыльнулся.

– Вот видишь, мы уже обменялись кровью, закрепляя наш союз.

– Я никогда не буду твоей! Запомни, лорд! – выплюнула со злости и унижения. Как он мог так касаться меня! Я его совсем не знаю! И неважно, что мы уже законные муж и жена…

Ухмылка с видимой части лица мужчины сползла. В лазурных глазах полыхнула ярость.

– Моё имя Эйган. Называй своего мужа по имени, – прошипел. – И запомни, Айла, скоро ты будешь нежиться в моих руках по собственной воле!

– Никогда! – парировала со злостью, воинственно сжав кулаки.

– Посмотр-рим, – из горла лорда вырвался рык с какой-то высокой нотой, отдаленно похожей на птичий крик.

Неожиданно в двери залы настойчиво постучали, и, не дождавшись ответа, в трапезную смело заглянула пожилая женщина.

– Мой лорд, – мягким голосом пропела, – уверена, ваша гостья очень устала и перенервничала. Думаю, вы пугаете её. Позвольте сопроводить госпожу в её покои и отдохн…

– Исчезни, Лаки́ра, – обрезал мужчина. Но на женщину приказ не возымел никакого эффекта.

– Эйган, мой мальчик. – Лаки́ра прошла внутрь, неспешным шагом направляясь к нам, а как дошла, смело положила свою ладонь на дрожащее в гневе покатое плечо лорда. – Прошу, послушай меня. Ты слишком торопишься…

Эйган пристально взирал на испуганную меня и словно очнулся, моргнул и вылетел из залы прочь. А раздирающая меня буря чувств и ощущений никуда не исчезла. Как и непонятный страх. Что вообще происходит?

– Ох! Девочка, да у вас кровь! – воскликнула женщина и выудила из кармана белоснежный платок, приложив тот к моим горящим губам. – Что этот проказник мохнатый натворил?! Ну, попадись он мне! Шкуру и перья сдеру!

– Почему перья? – повторила я в недоумении, уставившись на миловидную женщину.

– Ох! Похоже, вы совсем ничего не знаете о лорде, – запричитала.

– Так расскажите! – потребовала я. Нужно узнать о лорде как можно больше, чтобы разобраться в происходящем!

– Не здесь. Идемте скорее. Я приготовила отдельную от супружеских покоев комнату и уже нагрела ванну. А потом и поговорим.

Ванна! Что может быть лучше?

– И-идёмте!

От сердца отлегло, когда слуха достигла весть об отдельных покоях! Я уже с ужасом настроилась, что лорд сейчас запрёт в спальне и потребует немедленного исполнения супружеского долга. Или вовсе возьмет прямо в трапезной. А тут… шагала несмело за своей храброй защитницей по коридорам мрачного замка и озиралась по сторонам, однако Эйгана нигде не было видно. Впрочем, как и другой челяди. Все явно попрятались, остерегаясь разгневанного господина.

– Леди Лаки́ра, верно? – тихо позвала впереди идущую женщину с факелом, та обернулась через плечо и улыбчиво кивнула, продолжив путь. – Вы совсем не боитесь лорда?

– Называйте меня просто по имени, я совсем не леди. И нашего лорда я не боюсь, – весело хохотнула проводница, а эхо подхватило её задорный смех и прокатило, я уверена, по всем залам и проходам замка. Я уже успела тысячу раз пожалеть о сказанном: не приведи, сам лорд услышит! – Я, моя милая, помню Эйгана ещё с пеленок, когда он только ходить учился да конфеты со сдобой со стола таскал. Я, можно сказать, ему что вторая мать. А её мне заменить и пришлось…

Лаки́ра загрустила, вспомнив какие-то печальные события, но сразу перевела тему:

– Вот сейчас доберёмся до комнаты, примете ванну, расслабитесь, и я всё расскажу.

Больше с вопросами я не приставала, ступала и смотрела себе под ноги. Но мне всё чудился, почти физически ощущался тяжёлый преследующий взгляд оборотня. Он касался кожи мурашками, гладил, заставляя меня каждый раз вздрагивать. А губы ещё жег пылкий поцелуй мужчины.

Так мы миновали несколько галерей, поднялись на этаж прежде, чем остановились перед белыми дверьми, украшенными красивой резьбой в виде виноградных листьев. Лаки́ра распахнула их, и мы попали внутрь. Моих замёрзших плеч и лица коснулось мягкое тепло от горящего пламени в камине напротив широкой кровати со столбиками и с ажурной занавесью. Я поспешила скинуть холодные и надоевшие туфли, с огромным удовольствием погрузила закоченевшие стопы в высокий ворс серого ковра, улыбнулась и пошевелила пальчиками.

Лаки́ра меж тем зажгла везде свет, позволяя мне оценить уютное убранство комнаты. Всё в светлых бежево-голубых тонах: резная белая мебель на своих местах, большое зеркало у комода, даже стеллаж с книгами имелся, а читать я люблю! Я приблизилась к окну, занавешенному синими шторами с россыпью морозного узора по нежной ткани, и выглянула. Тихо ахнула от представшего мне чудесного вида. Часть огромного замка сияла бликами в свете неполной луны, и город в окружении высоченного хребта гор. Казалось, вершины прорывали облака, стремясь достать до омута звездного неба.

Но моё отдельное внимание приковали две необычные супротивные скалы. Одна была высечена в виде морды льва с наставленными в угрозе передними лапами, а другая в образе орла с распахнутыми крыльями и передними когтями. Под туловищами фигур темнели провалы пещер. Лев с Орлом будто скалились друг другу, каждый выражая свою непокоримую волю. Совсем как в настоящем сражении.

И тут я приметила не замеченную мной ранее чёрную точку на носу льва, в которой чутьём узнала Эйгана. Лорд поднялся и… прыгнул в пустоту! Ну как в пустоту – снизу торчали острые ледяные глыбы!

Боже, да он же сейчас разобьется! Неосознанно я впилась ладонями в оконную раму, переживая за безумца, но… лорд неожиданно перевоплотился в огромную птицу, вернее, в белоснежного грифона. Оттолкнулся от воздуха мощными крыльями и львиными лапами и воспарил к луне, а потом с громогласным кличем скрылся с моих глаз, будто и примерещилось мне!

Впечатлённая до невозможности, я попятилась назад, наткнулась икрами на кровать да так и села, не отрывая ошеломленного взгляда от окна. Нам, конечно, в академии рассказывали о грифонах, но чтобы лицезреть вот так, вживую! Куда и к кому я попала?!

– …Айла? Айла! – Я так сильно погрузилась в собственный ворох мыслей, что не сразу услышала, как зовёт вернувшаяся из купальни Лаки́ра.

– А?

– Что это с вами? – забеспокоилась женщина. Вытерев мокрые руки о белесый передник, обхватила мои плечи и заглянула в лицо. – Напугал кто?

– Нет-нет, – очнулась я, отодвинулась и удобнее села на постели. – Я… грифона видела за окном. Это ведь лорд, да?

– Хм! И тут подоспел, засранец! Покрасоваться ему захотелось! Ну ничего, Эйган, доберусь я до тебя! Погоди! – Лаки́ра пригрозила окнам, словно лорд мог слышать и видеть её. – Будешь ещё долго прощения у А́йлы вымаливать за своё несносное поведение, паршивец венценосный!

Почему-то в этот миг я представила лорда, стоящего с понурой головой перед отчитывающей его Лакирой. Мне стало смешно, и я тихо прыснула в кулак. Может, не все так страшно и ужасно, как мне показалось вначале? Вон какая у меня ярая защитница выискалась.

– А вам чего чудно? Марш в ванну, пока сопли и кашель не вылезли!

Ой! А это грозное уже прилетело в мой адрес. Спрятав улыбку, я послушно соскочила с кровати и шмыгнула за двери купальни.

Треск 3

Купальня оказалась скромных размеров. Шкаф с различными травами и баночками уместился у стены, полотенца, халаты на полках. Водопровод очень порадовал, а посреди комнаты стояла каменная ванна, от воды поднимался приятный парок.

Сбросив одежду и распустив прическу, я с наслаждением опустилась в горячеватую воду с головой, вынырнула, Лаки́ра вызвалась помыть мне волосы. Отказываться не стала. От мягких массирующих движений умелых пальцев и витающих по купальне благовоний поклонило в сон, но ответы для меня были важнее.

– Вы обещали рассказать о лорде.

– Хм, с чего бы начать? – призадумалась женщина, втирая мне в волосы жидкое мыло с экстрактом черники. – А что вы сами думаете об Эйгане? Как вы встретились? Что он натворил такого, что вы его так боитесь?

Н-да. А я-то думала, что я здесь задаю вопросы.

– Всё началось со сна, ещё в академии. Я гуляла по лесу, как вдруг почувствовала за собой слежку. Чужой жаждущий взгляд просто обрушился, и я бросилась бежать. Преследователя не видела, слышала только рык, меня гнал вперёд страх. Потом я оступилась и упала… огромный белый лев возвышался надо мной, скалился, толкнул в грудь лапой и… обернулся мужчиной. Когда проснулась, то увидела на своей ключице морозный узор. – Провела пальцами по метке, та нагрелась, и я отдёрнула руку. – Меня всё это очень напугало. В академии нам твердили, что быть отмеченной магом, особенно тёмным, – это плохо. Это как позорное клеймо на честь и репутацию, – продолжила я, зажмурившись. Отчего-то казалось, что Лаки́ра за спиной неодобрительно сопит, но позволяет мне завершить рассказ. – На выпускном балу я договорилась с лордом Конра́льдом Ти́рллом заключить контракт на семь лет, обещалась служить ему как Чародейка, а он в ответ защищать меня. Но… по дороге в его замок на моём запястье проявилась брачная татуировка, а затем Эйган забрал меня сюда.

Несмотря на довольно теплую воду, тело пробила холодная дрожь. Я обняла себя за плечи, поджала колени к груди, стало так неуютно. Я чувствовала себя здесь чужой.

– Он… Эйган пугает меня одним своим присутствием, – голос задрожал, а из глаз полились слёзы. – Утверждает, что я его истинная пара… и брачная татуировка подтверждает это, но! Он так напорист! Я… я… не знаю, что мне делать?! Я…

– Так вас пугает сам Эйган, а не его обезображенное лицо? – поинтересовалась вдруг Лаки́ра, сбив меня с мысли, заодно и подкатывающую истерику. Я задумалась, припоминая изуродованную правую часть лица лорда, и поняла, что не так оно и ужасно. Лицо Эйгана покрывал тёмно-серый нарост, похожий на лёд, он словно въелся в кожу. Наверное, причиняет боль.

– Нет. Скорее он сам. Я не знаю почему, но сильно боюсь его. Словно… – я замолчала, прикусив язык.

– Словно что, миледи? – уточнила женщина, вся обратившись в слух, даже руки её замерли в моих волосах.

– Не знаю. Наверное, это прозвучит глупо. Но мне кажется, что это не совсем мои чувства, понимаете?

– Понимаю. Разберемся. – Лаки́ра тяжело вздохнула за моей спиной.

Мы обе молчали. Она промыла чистой водой мне волосы, помогла встать и подала большое полотенце с халатом. Пока я сушила волосы и одевалась, кареглазая женщина внимательно наблюдала за мной. Мне оставалось лишь догадываться, какие мысли крутились в её мудрой голове. Мы вышли в спальню, я села на заправленную кровать, Лаки́ра всунула мне в руки уже остывший чай и себе плеснула из чайничка; устроилась в кресле напротив, похоже собираясь мне что-то рассказать. Но перед этим, щелкнув пальцами, я подогрела нам чай.

– А вы умелая. Значит, чаровница Снежной Академии? – Подмигнула, пригубив горячий напиток. – Интересный, однако, выпал жребий.

– Жребий? – не поняла я, но Лаки́ра отмахнулась. Закинув ногу на ногу, я опять притянула к себе чашку.

– Эйган не всегда был таким. Три сотни лет тому назад он… был мягче. В те смутные времена наш клан воевал с кланом орлов и стал жертвой в интриге Орла́на Всемогущего, напавшего на наш город. Орлиный король пал в битве, но на последнем издыхании связал наши кланы магическим ритуалом – на следующее утро мы и воины Орла́на переродились грифонами! Все до единого старика и ребёнка. Не существовало больше отдельно ни львов, ни гордых орлов. Только грифоны. Лишь в чертогах Царства Грёз мы можем оборачиваться в изначальные ипостаси.

– Ничего себе! Такого в академии нам не говорили! Но, – стушевалась я, не зная, как поудобнее спросить, – а откуда у Эйгана эта… штука на лице?

– Это проклятие Орла́на Всемогущего за то, что Эйган отказал его переродившимся воинам в помощи в войне с драконами Ледяной Пустоши. Хворь терзает Эйгана уже триста двенадцать лет. – Лаки́ра поджала губы. Она жалела его, поскольку взрастила, заменив мать. – С каждым последующим годом Эйган глубже замыкался в себе, никого не подпускал к сердцу. Его невеста первой отвернулась, публично обозвав уродливым чудовищем. С другими девушками тоже не срослось.

Ох! Неудивительно, что лорд так обозлился! И мне стало его действительно жалко.

– Но разве никто не смог излечить эту хворь? За все триста лет никто? Разве такое возможно?

– Возможно, Айла. Ледяная хворь наслана посмертным проклятием, тёмной магией. И она неизлечима. Вернее, есть одно средство, но… – не стала мне рассказывать это но. – Сперва хворь причиняла Эйгану невыносимые муки, вгрызалась в кожу, очень быстро разрасталась. Я до сих пор помню его душераздирающие стоны и крики, от которых вздрагивал весь замок. Чтоб Орла́н на том свете горел! Узурпатор хитрющий!

Лаки́ра поливала Орла́на Всемогущего разношёрстными ругательствами, от выражений у меня стыдливо горели уши. Даже представить не могу, как их клану пришлось тяжело.

– А знаете, в чём самая ирония? – прорычала внезапно женщина, сверкнув в мою сторону яростным взглядом, будто я тоже являлась виновницей их бед.

– Что?.. – промямлила я, невольно ссутулившись.

– О-о, – ядовито хмыкнула она, подалась вперёд и хлопнула руками по коленям, – а то, что этот старый алчный маразматик всё заранее просчитал! Он навёл на наши земли войска, зная, что проиграет битву и умрёт. Орла́н всё подстроил специально, чтобы усилить ипостаси своих воинов и пополнить ряды чужими. Будучи обычными орлами, они сильно уступали драконам, поэтому дрянной старик всё это спланировал! Переродившиеся грифоны во главе с новым молодым вожаком за две ночи истребили вторгшихся в наш мир драконов.

– Ничего себе!

– Да, именно так, миледи, – устало кивнула женщина. – Шло время, сезон сменял сезон, а год новый год, так и минуло три века. Эйган научился жить с хворью, возглавил оба клана, объединил и даже традиции учёл. Он несёт крест ответственности за чужие жизни, похоронив свою собственную.

– Пока не нашёл меня, – подчеркнула я с неудовольствием, скрестив руки под грудью.

– Я не имею понятия, как он отыскал вас во сне, возможно, инстинкты зверя, почуявшего истинную пару, сработали и преодолели барьер снов. Но… но уже ничего не изменить.

Лаки́ра, прикрыв рот ладонью, зевнула, поднялась из кресла и, прежде чем уйти, попросила:

– Айла, не будьте слишком предвзяты к Эйгану. Он много настрадался. Но, прошу, ни в коем случае не проявляйте к нему жалость, хотя бы не показывайте внешне – это только лишний раз разозлит его.

– Х-хорошо.

– Спокойной ночи, миледи. Утро вечера мудренее.

Лаки́ра тихо прикрыла за собой двери. Я заперлась и ещё долго не могла заснуть, раздираемая противоречивыми чувствами. Теперь картина виделась иначе, и окончательное решение принять оказалось трудно.

Сон не шёл, я то и дело озиралась на дверь и окно, подсознательно ожидая вторжения бесцеремонного лорда, притащившего меня в свой замок силой и законом. Но сон взял своё.

Мне снился лорд. Мы с ним танцевали на балу в круге других пар. Лицо Эйгана не закрывала маска, оно было чистым, не тронутым хворью. Он улыбался мне, и я улыбалась ему в ответ. А потом он потянулся ко мне, и наши губы слились в нежном поцелуе. Неторопливом, полном чувств. Руки мужчины бережно прижимали к себе, гладили спину и талию. Так хорошо. Так правильно.

Но внезапно загремел гром, и в бальную залу вторгся холодный ветер со злым хохотом, затушил все горящие свечи и повыбивал стекла на окнах. Какая-то сила схватила меня и оторвала от Эйгана, утаскивая прочь. А лорд звал меня, кричал, бился в невидимую стену меж нами, но разрушить преграду не мог. Хохот прекратился, вместо него прошелестел насмешливый голос: «Не старайся понапрасну, лорд. Не получить тебе её никогда!»

Утро я встретила в отвратительном расположении духа. Из-за пережитых событий, эмоционального накала вкупе с познавательным прошлым клана лорда я спала урывками, и синие мешки под глазами послужили мне наградой.

А разбудила меня гостья. Тихо, как мышь, поскреблась в двери – наверное, опасалась потревожить мой «крепкий» сон и нарваться на немилость госпожи. Похоже моё вчерашнее выступление с ножом наперевес сразило всех наповал. Я бы тоже себя боялась после такого! Я распахнула веки от первого еле слышного скрипа, думала, лорд вторгается в мою новую обитель, минуя запертый засов на дверях! Совсем нервы расшатались!

Но засов держался, позвякивал от слабых потуг, я и догадалась, что утренний настырный посетитель отнюдь не лорд. С кровати слетела я мигом, попутно накинув белоснежный махровый халат, подкралась к дверям и спросила:

– К-кто там? – Кончики пальцев покалывало от напряжения, я сжала кулаки, готовясь применить боевую магию, если потребуется. Это вчера я растерялась.

– Горничная, госпожа. Меня Диланой кличут. Старшая… эм, – поправилась она, – леди Лаки́ра послала меня подготовить вас к совместному завтраку с милордом.

И Дилана назвала мою вчерашнюю спасительницу леди, хотя та запретила мне. Странно.

Стоп. Подготовить меня к завтраку с лордом. Позавтракать? С ним?

От грядущей и неминуемой встречи с Эйганом у меня спёрло дыхание. Опять подкатил непонятный страх, я уже почти не слышала, что там по ту сторону лепетала горничная.

– Госпожа? С вами всё хорошо? Почему покои заперты? – Толчки в двери меня и привели в себя. Дёрнула плечами, сбрасывая оковы страха, и поспешила отпереть вход.

– Я… я просто испугалась заснуть в чужом месте, поэтому и опустила засов, чтобы никто не смог проникнуть ночью, – нашлась я, нервно улыбаясь и разглядывая прошедшую в комнату горничную.

Та оказалась молоденькой девушкой в коричневом платье с белесым передником. Светлые волосы убраны в строгий узел на затылке, нежные черты лица, курносый носик, пухлые губки и щечки. И на меня в ответ взирали озорные карие глаза. Так и подмывало спросить, что такая прелестница забыла в этом мрачном замке? Кстати, девушка очень походила на Лакиру, только волосы светлые, когда у женщины тёмные.

– Знаете, а я совсем другой вас представляла… ой! – неожиданно призналась она и тут же закрыла ладошками рот, в карих глазах блеснул страх. – Простите! Простите, моя госпожа, я… я ляпнула глупость!

– Да нет, что ты! – Но горничная принялась кланяться. – Прекрати! Не нужно это! Как там тебя зовут?

– Дилана, – повторила она, разогнувшись. – Вы… не злитесь на меня?

– С чего мне на тебя злится? – улыбнулась я, присев в обтянутое бархатом кресло. Эта девчонка мне определено нравилась. Простая такая, весёлая. Искорка этого тёмного места. – Наверное, ты думала, что я злая и бессердечная мегера, как ваш лорд, раз решилась выйти за него замуж?

– Ну, почти. – Дилана неуверенно дёрнула губами, но расслабилась. Она направилась к кровати и стала заправлять. – Вчера на кухне только о вас с лордом речи и вели. Говорили, что вы угрожали лорду ножом! Что вы чрезвычайно смелая и…

– И? Договаривай, не бойся. Я не обижусь и уж тем более не стану наказывать, – подтолкнула её. Ну интересно же послушать, какого обо мне мнения жители замка.

– М-м… что вы строптивая и… глупая. Тяжело вам с лордом придётся, – доверилась мне Дилана, она уже справилась с кроватью и полезла в гардеробный шкаф.

Значит, строптивая и глупая?! Что ж, я посмотрела бы на них, если бы выбор Эйгана пал на кого-то из них. Сидела в кресле, поджав губы, и наблюдала за девчонкой. Порывшись в шкафу, Дилана выудила из недр парчовое зеленое платье с рукавами без корсета, что порадовало, и тёплые чулки с туфельками. Моя левая бровь удивлённо выгнулась, а с языка как-то само сорвалось:

– Надеюсь, это платье не бывших любовниц лорда? – Ну а откуда за одну ночь взяться целому гардеробу?

Дилана аж подпрыгнула. Резко повернувшись, хотела было сказать что-то возмущённое, но выдохнула лишь горькое:

– Это платья покойной сестры милорда.

– О! – всё, что я смогла вымолвить. Неловко вышло.

– К вечеру к вам нагрянет портной, чтобы снять мерки для вашего личного гардероба. Вы… не хотите это платье надевать? Я могу поискать другое, – добавила горничная, видимо что-то такое разглядев на моём лице.

– Нет… В смысле я надену, другого не нужно.

Зелёное платье село на мою фигуру хорошо, словно на меня и сшито. Но кое-что удручало. Что подумает Эйган, когда увидит меня в платье сестры? Всколыхнёт ли это скорбь лорда? Или вдруг он разозлится?

– Госпожа, позвольте сделать вам прическу. Мало времени до завтрака осталось, – поторопила Дилана.

– О, я сама тогда.

– Сами? – удивилась она искренне.

– Да. Я ведь чаровница, – похвасталась немного и быстро соорудила прическу: сплела верхнюю часть волос в тонкие косы и перевила между собой. Получилось довольно красиво. Ну и про лёгкий макияж не забыла. Всё-таки с лордом… с мужем завтракать иду. Пора привыкать к этой мысли, ведь никуда не денешься.

– Как здорово! – умилилась Дилана и воодушевленно хлопнула в ладоши.

– И главное, быстро, – подмигнула я. От былого напряжения не осталось и следа.

Дилана вскорости привела меня в малый зал для трапез, в прошлый раз лорд перенес меня через портал в большой. Сейчас в малом я находилась одна. Может, и хорошо, что Эйган опаздывал, хоть мысли в кучу соберу и выработаю стратегию поведения.

Осмотрелась. Из-за плотно задёрнутых штор в зал плохо заглядывал утренний свет, никак не разгоняя атмосферу полумрака. В центре комнаты ожидал прямоугольный, покрытый белоснежный скатертью стол и такие же белые стулья. Горячие яства прятались под серебряными крышками, фрукты, орехи и конфеты разложены в хрустальных вазах. И золотой круглый самовар. Надо же.

В камине из серого мрамора языки пламени лениво лизали обуглившиеся поленья, а со стен за мной следили различные портреты людей и картины со сценами охоты. В основном с участием львов. Наверняка чтобы от художественных зрелищ аппетит разгуливался.

Я решила, что здесь слишком темно, поэтому подошла к окну и дёрнула бордовые шторы в разные стороны, позволяя проникнуть мягкому свету.

– А я уже думал, не придёшь, – за спиной прозвучал низкий хриплый голос, заставив меня чуть было не подпрыгнуть. Чужое дыхание пошевелило волосы, прокатилось волнительными мурашками по позвоночнику и осело где-то в районе живота, скрутившись в тугой узел. Лорд подкрался слишком незаметно. Он только что пришёл?! Или до этого прятался где-то здесь?

Я резко обернулась. Ох и зря!

Эйган стоял слишком близко. Наши лица разделал десяток сантиметров. На лорде по-прежнему была тканевая серебристая маска – похоже, он не желал пугать меня. Куда уж сильнее.

– Д-доброе утро, – я не узнала собственный голос.

– Хм.

***

Эйган

Я стоял у кровати и наблюдал, как Айла спит. Её шёлковые волосы разметались по подушке, Айла улыбалась чему-то, прижимая одеяло к вздымающейся груди. Лунный свет из окна падал на умиротворение лицо с мягкими чертами. Красивая.

Айла…

Ее имя рождало в моей груди злость вперемешку с желанием. Эта Снежинка не должна быть здесь. Четыреста лет назад я клялся, что не допущу, чтобы нога Чаровницы ступила на мои земли. Но она здесь.

Истинная. Моя.

Насмешка судьбы.

Айла явилась в мои сны манящим образом. Позвала моего льва, но сама боится меня. Немудрено. Ведь я урод. Как внешне, так и внутри.

Разозлился на себя, сжал в бессилии кулаки. Зачем я поддался искушению и притащил её в замок?! Ничем хорошим это не закончится. ОН не даст нам быть вместе…

Да о чем я мечтаю?! Айла сама не захочет связать жизнь с таким, как я.

Но судьба уже связала нас нерушимыми узами. И свобода от них лишь смерть.

Глубоко воздохнул. В ноздри тут же ударил её аромат, она пахла подснежниками – символом весны и скорого тепла. Едва устоял на ногах. Зажал ладонью рот и нос, не в силах противиться. Зверь тянулся к паре, брыкался гневно, требовал немедленно слиться, но я не могу.

Зря сюда пришёл. Сегодня я и так достаточно напугал Айлу. Боюсь представить её реакцию, когда она увидит моё испещрённое хворью лицо без маски… Она никогда не захочет сама прикоснуться ко мне!

Орла́н! Чтоб ты вечно гнил в бездне! Дьявольское твоё проклятье.

Скользнул взглядом по спящей снова. Прекрасна. Моя. Усмехнулся. Как в детской сказке. Красавица и чудовище.

Айла что-то прошептала и приоткрыла губы. Бездна! Не смог удержаться. Склонился над ней и накрыл пухлые губы лёгким поцелуем, пробуя их на вкус. Сладкие и безумно нежные на ощупь.

Голову повело. Задурманило вожделением, и я отшатнулся, но нисколько не жалел о содеянном.

Быть может, это первый и последний раз, когда я позволил себе это. О большем немыслимо мечтать. Я уже не уверен, правильно ли поступил, приведя Айлу в свой мир. Поспешил прочь, пока она не проснулась и не испугалась меня ещё больше.

Остаток ночи не смог уснуть. Бродил хмурой тенью по замку, пугая слуг. Думал. А утром велел накрыть завтрак в малой зале. Пришёл задолго раньше и, спрятавшись за тяжёлой портьерой, стал ждать.

Ожидание резало нервы. Но Айла, на удивление, пришла, пусть и опоздав. Зелёное платье сестры ей очень шло, языки горящего в камине пламени добавляли образу изюминки и загадочности. Решил не показываться сразу и понаблюдать.

А если честно, боялся, что она убежит.

Айла внимательно осматривалась, наверное, в поисках меня, но, так и не найдя, подошла к зашторенному окну. Раздвинула занавес, впуская в залу утренний свет. Мне мрак не мешал, я привык к нему.

За размышлениями не заметил, когда успел приблизиться к чаровнице. Но ретироваться было поздно, и я обозначил своё присутствие фразой:

– А я уже думал, не придёшь.

Голос резанул хрипотцой и прозвучал, похоже, слишком неожиданно. Айла стремительно обернулась и застыла испуганным зайцем передо мной. Ну вот, перестарался.

***

Айла

Вынести пристальный, нечитаемый взгляд лорда оказалось мне не по силам, и я трусливо отпустила глаза на его чёрный камзол, рассматривала расположенные в нестандартных местах красивые пуговицы с инкрустацией рубинов и опалов.

Мы так и стояли. Ощущал ли он мой страх? Наверное.

Я терялась в собственном лабиринте чувств. Когда я узнала о печальном прошлом мужчины, мне стало его жаль. Но Лаки́ра предупреждала, что жалость Эйгану не нужна, и я опасалась, что он увидит её отражение в моих глазах.

Хорошенько всё переосмыслив, теперь я понимала, почему лорд ведёт замкнутый образ жизни. Он отрекся от всех, возвёл вокруг себя толстые ледяные бастионы и укрылся внутри, оставив напускную мрачную оболочку чудовища. Чтобы не причинять себе боль, он не подпускал к себе никого. Быть может, глубоко за этой призмой скрывается ранимая душа?

Припомнив первую часть из сна, где мы с Эйганом кружили в танце и он улыбался мне, я подумала, что, возможно, когда-нибудь мне удастся разрушить эти возведенные ледяные стены. Что, может, лорд и есть моё счастье. Второй шанс.

Мне бы только побольше терпения и обуздать свой непонятный страх. Наверное, я слишком увлеклась размышлениями и упустила момент, когда нужно было что-то ответить, поскольку лорд сделал неправильный вывод.

– Тебе противно даже смотреть на меня?

Что?!

Я подняла голову и смутилась, неосознанно отпрянула к окну, но пространство до него было слишком незначительное, и я только ударилась поясницей о подоконник. Эйган взирал на меня сверху вниз тёмными льдистыми омутами, искривил печально губы, похоже убедившись в положительности своего вопроса.

– Так я и думал, – холодно бросил, похоже собираясь уйти. Отчаявшись, что всё испортила, я инстинктивно схватила лорда за локоть.

Эйган замер и удивлённо посмотрел на меня. Я же стушевалась, но наскребла в себе смелости сообщить ему, не разрывая зрительного контакта:

– Я… В-вы не так поняли! Вы мне вовсе не противны! У вас красивое лицо… часть лица, – краска стыда незамедлительно наползла на щёки, когда я осознала, что ляпнула мужчине. Он ведь так остро реагировал на свою внешность!

Лорд сильнее нахмурил виднеющуюся из-под челки и маски светлую бровь, дёрнул локоть в попытке освободиться из моего захвата, но я удержала. Зачерпнув ещё горсточку смелости, провела кончиками пальцев по предплечью и взяла широкую ладонь Эйгана в свои.

– Простите, я не хотела обидеть вас! Не так выразилась! Вы мне совсем не противны внешне! – Эйган руку перестал вырывать, терпеливо выслушивал мой сбивчивый лепет, и я выдавила из себя улыбку. – Я хотела сказать… м-м… наше знакомство, оно произошло так внезапно и неправильно, и… если бы мы попробовали начать всё сначала, то…

– Я понял, юная снежинка. Не продолжай, – выдохнул Эйган устало и… облегченно? Его голос на градус потеплел! Прогресс.

Лорд аккуратно высвободил свою руку и захватил оба мои запястья в плен, медленно поднёс к своим губам и, смотря мне в прямо глаза, поцеловал кончики пальцев. Проверял, не сбегу ли, скорчив гримасу отвращения?

Ощущения нахлынули феерические: сначала пальцы кольнул холод, а потом по руке пронёсся слабый электрический ток и рассеялся по всему остальному телу волнительными мурашками.

– Ох! – сорвалось с моих губ. И мой страх, шипя, отступил, позволяя мыслить трезво.

А Эйган улыбнулся краешком рта. Впервые по-настоящему улыбнулся!

– Идём завтракать.

Эйган отпустил меня только у стола, отодвинул стул и помог сесть, при этом как бы невзначай исхитрился провести ладонью по плечу. Дрожь не заставила себя ждать, прострелила искрами позвоночник.

Я вздохнула полной грудью, когда лорд отошёл и занял место напротив, нас разделяли стол и многочисленные блюда.

Он что, решил сменить тактику? Или это Лаки́ра провела с ним разъяснительную беседу?

Чтобы скрыть смущение, я открыла серебряную крышечку первого попавшегося блюда, там пряталась ароматная запеканка под сметанным соусом и ягоды малины. С ней и разобралась первой, искоса поглядывая на загадочного мужчину. Он тоже приступил к трапезе, не обращая на меня внимания. Мне так казалось.

После того как голод был утолён, Эйган вдруг спросил, почему я сбежала с выпускного бала с Конра́льдом Ти́рллом. Да, пожалуй, пора нам поговорить. Отложив столовые приборы, я промокнула салфеткой губы и затеребила в руках фантик от конфеты, не решаясь снова посмотреть на лорда.

– Я испугалась. Думала, вы колдун, поскольку оставили мне метку во сне… и решила найти на балу влиятельного лорда, заключить с ним контракт, а потом… жить как-то дальше.

– Но не вышло? Тут объявился я и разрушил твои планы, поставив брачную метку, так? Это твоя позиция? – Мужчина опять хмурился, сидел, водрузив локти на стол, и буравил меня тяжёлым взглядом.

– Уже нет.

– Естественно. Лакира рассказала обо мне и истории клана, – он не спрашивал – утверждал.

– А как же теперь лорд Конра́льд? Он остался без Снежинки.

– Тебя это больше не должно волновать! Теперь я – твой милорд. И законный супруг. – Бокал в руке Эйгана лопнул с противным хрустом и звоном. – Не будет в твоей жизни больше других мужчин!

– П-простите! – Испуганно взвизгнула я. Отбросив фантик на скатерть, я вцепилась пальцами в колени, усиленно рассматривала свои дрожащие пальцы и пыталась унять дрожь. Вот и поговорили.

– Айла… – прохрипел Эйган, тяжело дыша.

Я подняла голову и увидела, что порезы на его руке набухли кровью, но, заметив, что я смотрю, лорд быстро обмотал запястье салфеткой.

– Это ты меня прости. Я долгие столетия жил в одиночестве, отвык от нормального общения. Думал, что и умру один, но тут во сне почуял дивный аромат – подснежники. Твой.Сладкий запах, как мёд, и пьянящий, как самое крепкое вино.

Лицо Эйгана разгладилось и просветлело, мне казалось, он говорил искренне. Затаив дыхание я слушала признание лорда, которое давалось ему по виду нелегко. Значит, я пахну для него первоцветами? Неожиданно, но… приятно. Улыбнулась.

– Запах привёл меня к тебе. Я не желал пугать, но инстинкты зверя взяли надо мной верх, и всё случилось так, как случилось. Ты могла проснуться в любую секунду и исчезнуть, не оставь зверь метку, и я искал бы тебя вечность, сгорая от желания и тоски.

Эйган поднялся из-за стола и, подойдя ко мне, опустился на колено. Мои щеки вспыхнули румянцем, когда лорд обхватил мои запястья широкими, чуть шершавыми ладонями. Крови с царапинами уже не было. Вот это регенерация!

– Когда я понял, куда ведёт след, то немедля отправился в академию Снежного Чародейства, но… опоздал, ты уже исчезла в арках перехода с Ти́рллом. Мне ничего не оставалось, как идти к вашему ректору и просить твоей руки, Айла. Доказать, что ты моя истинная пара, не составило труда, ректор заключил официальный брак.

– Н-но если… что, если бы мы с Конра́льдом заключили контракт и он перекрыл метку? – Почему-то меня этот момент взволновал. И не зря.

– Я бы не раздумывая объявил Ти́рллу войну.

Ох! Заметив мои расширившиеся в испуге глаза, лорд довольно усмехнулся.

– Так что ты спасла многие невинные жизни, Айла…

Смешно ему! А у меня сердце чуть не выпрыгивает из груди! Как к такому привыкнуть?!

– Прости меня, Айла… но я никогда не отпущу тебя. Ты – моя. Прошу, прими это. Единственное, что могу обещать в искупление своей вины, – это не принуждать тебя. Я не трону тебя без твоего согласия.

А я думала, что краснеть мне уже некуда…

Треск 4

После «чудного» завтрака Эйган предложил мне экскурсию по замку. Я не отказалась, хотелось прогуляться и осмотреть грифонье гнездо.

Замок лорда поражал глаз. Причудливая лепнина на сводчатых потолках, колоннах, каминах, барельефы на стенах, мозаичные полы. Картины и статуи в галереях и залах. Единственное, на что я обратила особое внимание, это на то, что во всём замке нет и тени изображения грифона. Только горделивые профили львов или их целостные иллюстрации и макеты.

Спрашивать о причине не имело смысла. И так ясно, что Эйган пожелал сохранить первозданный вид интерьера, до проклятья Орла́на Всемогущего.

Вообще, наша первая совместная прогулка вышла скупой на общение. Эйган в большей степени предпочитал хранить молчание, приводил меня в новое место и рассказывал, где мы находимся и как называется тот или иной предмет убранства. Это угнетало. Конечно, я не рассчитывала сразу найти с лордом общий язык, ну хотя бы выяснить схожие интересы.

Челядь и знатные обитатели замка сегодня не прятались. Одаривали нас хмурыми цепкими взглядами, прекращали разговоры, когда мы проходили мимо, но подойти и познакомиться не предпринимали попыток.

Кроме одного мужчины.

Мы с Эйганом неспешно двигались по картинной галерее, рослый черноволосый мужчина в светло-синих и белых одеждах, извинившись перед своей не менее яркой спутницей, лучезарно улыбаясь, заспешил нам навстречу. Лично мне этот тип показался чересчур скользким. Бр-р!

– Светлое утро, прекрасная дева. – Брюнет ухватил мою ладонь и прижался к тыльной стороне влажными холодными губами. Я пожалела, что не надела перчатки. От кисти и до самых кончиков пальцев по моему телу пронеслись неприятные мурашки, и я слишком резко отдёрнула руку, однако это вовсе не смутило наглеца. – Эйган, ты не представишь нам… очередную претендентку на твоё мёртвое сердце?

Позади меня раздалось злое рычание. Лорд неожиданно привлёк меня к себе за талию. Прижал крепко, спиной я ощутила натянутые мышцы под камзолом, а ухо защекотал низкий голос:

– Мою жену, – выделил, – зовут Айла Брам. Се́верус, тебе стоит проявить должное уважение.

После публичного объявления моего статуса шепчущиеся до этого дамы разом смолкли, а от смазливого лица Се́веруса отхлынула вся краска. Его тёмные кустистые брови буквально взлетели на лоб, но полминуты спустя он взял себя в руки, склонился и тихо прошелестел:

– Не знал. Прошу, примите мои искренние поздравления. – И никаких извинений.

А насчёт искренности поздравлений что-то я сомневаюсь, но у меня хватило ума промолчать. Ослабив стальные объятия, Эйган повёл меня прочь из галереи, шёл быстрым шагом, что я едва поспевала, но не смела перечить, потому что не хотела разозлить мужчину сильнее.

Лорд направился вверх по винтовой лестнице, та привела нас на крышу замка, и только потом Эйган отпустил мою руку, а сам замер у парапета над пропастью, всматриваясь в белоснежную даль и горы, посеребренные снегом на пиках.

Колючий мороз закружился вокруг меня, принялся кусать за щеки, нос и другие открытые участки тела. Поёжившись, я обняла себя руками. Тёплое бархатное платье совсем не спасало от зимнего ветра. В этот момент Эйган обернулся, выругался, наверное понял свою оплошность, что вывел меня на улицу без меховой накидки. Это ему холод нипочём. И двинулся на меня, на ходу снимая с себя камзол. Набросил на мои дрожащие от ледяного ветра плечи.

– С-спасибо, – поблагодарила, закутываясь плотнее. Камзол хранил тепло мужчины и запах. Корица и мята. Необычное сочетание, но мне понравилось.

– Кто этот… Се́верус?

Однако Эйган не ответил и вернулся к парапету, я последовала его примеру. Открывшийся вид впечатлял, не то что из окна моей комнаты. Отсюда как на ладони виднелся весь замок и прилегающая к нему территория. Я отыскала глазами и две скалы с туловищами льва и орла.

– Тебе ведь Лаки́ра рассказала об истории клана? – начал наконец Эйган, дождавшись моего кивка, и продолжил мысль: – Се́верус – сын Орла́на. Наши кланы хоть и одного, – скривил губы, – вида, но проживают отдельно друг от друга. Видишь те скалы?

Лорд имел в виду те самые. Я снова кивнула.

– В пещере подо львом живут Старшие – те, кто перешагнул рубеж мудрости в семьсот лет. Они хранят секреты и традиции клана, оберегают от злых помыслов сокровища и… – осёкся, словно не знал, стоит ли говорить мне, но всё-таки досказал: – И источник. Лаки́ра – одна из Старших, она управляет хозяйством замка.

– Источник? – уцепилась я за интересное, но Эйган отмахнулся, аргументировав, что о нём мне рано знать. Ну ладно, выведаю у Лаки́ры. Старшая – вот почему она запретила называть её леди. Она хранительница рода Бра́мов.

– Се́верус с кланом живут под орлиной пещерой. В последней схватке с драконами Ледяной Пустоши их дом был полностью уничтожен. Из-за проклятья я не мог их изгнать, и мне пришлось отвести для них часть своих владений. А Се́верус… в замке он появляется только для отчётов. Но Се́верус мечтает занять место вожака, – криво усмехнулся, – но пока не может, уже два раза проигрывал мне в поединке.

– Вы соперники. Поэтому… вы так разозлились?

– Нет. Причина в другом.

Эйган повернулся ко мне и мягко приобнял за плечи. Медленно приблизил своё лицо к моему, опасаясь спугнуть. Моё сердечко зашлось пойманной пичугой в клетке рёбер.

– Прошу, обращайся ко мне на «ты». И послушай: я не хочу, чтобы ты пересекалась с кем-либо из орла́нов. Теперь им известно, что у меня появилось слабое место, они не преминут воспользоваться этим. Ты, Айла, моя слабость.

Честно, думала, что лорд меня поцелует. Возможно, какой-то частью души даже желала этого. И страх перед мужчиной в это мгновение исчез окончательно. Я чувствовала сердцем, что он не причинит мне вреда.

Но… Эйган отстранился, так и не коснувшись губ. Поправил съехавший с моих плеч камзол и прошептал бархатным голосом:

– Нам пора возвращаться.

Лорд проводил меня до спального крыла и передал в руки Лаки́ры, встретившейся нам на пути. Мне показалось, что он просто сбежал. Вот только от кого: от меня или строгой кареглазой мудрейшей?

– Ну, и как прошло ваше утро? – подмигнула Старшая, вытянув шею вслед уходящему хозяину замка. До этого она поправляла сдвинутые абы как тяжёлые портьеры, впуская в каменный дом яркий солнечный свет.

– Хорошо, – подытожила я, спрятав руки за спиной. – Эйган вёл себя сдержанно.

За исключением казуса с Се́верусом.

– Устроил экскурсию по замку, – начала я издалека, постепенно подводя к главному, – красиво здесь, особенно картины. В них собрана целая коллекция разных историй! А потом… к нам подошёл темноволосый мужчина, Се́верус, и…

– Эйган сорвался? – Предположила Лаки́ра, оставив своё занятие, отвлёкшись на более интересное. Я отрицательно махнула головой, и женщина вздёрнула в удивлении левую бровь. – Не-ет? Растёт в моих глазах. Так как отреагировал?

– Он… – От воспоминаний прикосновений лорда к моей талии и спине на щёки наползла предательская краска, вынудив меня запнуться.

– Я поняла, миледи, – пресекла Старшая и выдвинула свои версии: – Приревновал? Они подрались? Эйган разукрасил его надменную физиономию?

–Н-нет, не подрались, – отозвалась я, поражаясь кровожадности женщины. – Эйган во всеуслышание объявил, что я его жена.

– А вот это он зря, – протянула Лаки́ра задумчиво, приложив указательный и большой пальцы к своему подбородку, нахмурилась, а потом посмотрела на меня строго: – Остерегайтесь Се́веруса и его приспешников, Айла.

– Да, Эйган сказал мне то же самое. Но как я пойму, кто из какого клана?

– Верно, вы ещё никого не знаете. Значит, пока находитесь в замке, держитесь меня или Эйгана. Иногда вас будет сопровождать Дилана, а если соберётесь на прогулку в город, скажите Эйгану. Он либо сам свозит, либо приставит доверенного.

Я понятливо кивнула и решилась наконец закинуть удочку.

– Лаки́ра, а почему ваш клан живёт в замке, кроме Старших, которые ночуют в львиной пещере, а люди Орла́на Всемогущего отдельно в орлиной? Это как-то связано со скрытым в львиной пещере источником?

Ой, и зря я это затеяла... Лаки́ра наградила меня таким многозначительным взглядом, что моё тело насквозь пронзила ледяная дрожь, а в груди отчаянно забилось сердце, требуя, чтобы я пошла на попятную. Но я была бы не я, поэтому ответила женщине тем же:

– Поймите, я должна быть в курсе грозящей опасности, если таковая на самом деле существует. В первую очередь я – Чародейка. И мой долг защищать ваше королевство.

Несколько долгих минут мы играли с мудрейшей в гляделки, прежде чем она заявила:

– Девочка, в первую очередь вы миледи Брам – жена лорда Эйгана, предводителя грифонов, а потом уже Чародейка. Вот и сконцентрируйтесь на главном. Только в ваших силах помочь ему... – в голосе Лаки́ры проскользнула неприкрытая надежда напополам с обреченностью, и я догадалась, что это как-то связано с проклятием лорда. А Старшая добавила: – В замке и за его пределами полно тех, кто сможет защитить королевство, когда понадобится.

Ну-с-с, исходя из всего сказанного, можно сделать вывод, что угроза действительно существует.

– И чем я могу помочь Эйгану?

– Разве не очевидно? – Хранительница клана склонилась, чтобы поднять с пола корзинку с инвентарем, а разогнув спину, вдруг тепло улыбнулась. – Любовь, милая. Только она способна творить небывалые чудеса.

– А если моё сердце окажется не способно полюбить его? – произнесла я полушёпотом, отчего-то боясь спугнуть призрак надежды, нависший над Снежной Загора́вией.

– Не думайте об этом, Айла. На всё воля судьбы. – Лаки́ра неспешной походкой побрела по своим дальнейшим делам, запланированным на сегодня.

Я же осталась, окружённая тревожным ворохом своих мыслей и предчувствием чего-то грядущего. Нехорошего. Мне нужно обязательно докопаться до правды, чтобы окончательно разобраться в происходящем.

***

Эйган

«А если моё сердце окажется не способно полюбить его?» – донеслось до моих ушей, и что-то кольнуло под рёбрами с левой стороны.

Больно так. Неприятно. Забыто.

Неужели моё окаменевшее сердце ещё способно что-то чувствовать Это… Айла его пробуждает? Не верилось, но очень хотелось.

Если её сердце окажется не способно полюбить… тогда я просто умру.

Мимо прошелестела многослойным подлом Лаки́ра, не заметив меня. Специально слился с портьерой: не хотелось, чтобы Старшая читала морали из-за того, что подслушивал их беседу. Нет, стыдно мне не было. Мой замок – что хочу, то и делаю. Просто мне очень хотелось знать, какими впечатлениями поделится малышка.

Моя истинная.

Что ж, узнал. Проскользил глазами по девичьей фигурке: Айла стояла от меня метрах в пятнадцати, о чём-то думала, сосредоточенно смотря в окно, стекло которого покрыл узорами мороз. Ей так шло платье моей сестры, но нужно поручить портному сшить ей новые наряды. Такие, как пожелает по своему вкусу.

У меня закололо пальцы. До жути хотелось подойти и обнять со спины. Крепко привлечь её к своей груди, дать понять, что не обижу её и смогу защитить. Но сейчас я не могу позволить себе это невинное желание.

Потому что после того, как коснусь мягкой и нежной кожи пары, этого мне окажется мало. Не уверен, что смогу остановится.

Нужно отвлечься. Немедленно. Уйти, дать истинной время, чтобы разобралась в своих смешанных чувствах. И себе тоже, чтобы остыть. В этот раз я не позволю звериным инстинктам всё испортить. Моя вторая сущность не понимает, что Айле нужно осознать и принять нашу связь. Не приемлет её отказа и заставит меня взять её силой, дабы закрепить узы и поставить Метку.

А я не уверен, что справлюсь со зверем.

Нужно уйти, да. Сейчас же!

И я даже знаю, чем займусь сегодня. И кем. Се́верус… следует оградить Айлу от него, пожалуй, распоряжусь отослать орла́на с поручением в город. Пусть займется закупкой провизии. И лично прослежу за ним.

***

Айла

Вернувшись в покои, я долго гоняла мысли по кругу, но так ни к чему не пришла. Чтобы отвлечься, выхватила первую попавшуюся книгу из шкафа и уселась перед камином почитать, однако насыщенные приключения герцога Матиаса Героурского по бескрайним морским просторам не желали задерживаться для понимания в моей голове, и я отбросила том в сторону.

Разочарованно вздохнула. Ну не привыкла я сидеть без дела! В академии после окончания занятий я бежала в конюшню к верному вороному другу, и мы с ним носились допоздна по снежному лесу, утопая по колени, а то и по брюхо в величественных сугробах, с гордостью преодолевали белые хрупкие бастионы и скакали навстречу ветру и колким снежинкам, что били в лицо… эх! Как же я скучаю по своему Бурану! Всё бы отдала, чтобы забрать его из академии сюда.

А может, стоит попросить об этом Эйгана? Пусть сделает мне маленький свадебный подарок.

Ага. У нас и свадьбы-то ещё не было. Наверное, и не будет. Мы уже женаты по закону.

Загрустила я конкретно. Дилана звала обедать, но без лорда: тот отбыл по срочным делам, поэтому я вежливо отказалась, сославшись на отсутствие аппетита. Просидела у окна, с завидной грустью наблюдала за резвящимися на улице детьми. Когда-то и я веселилась так же.

Спустя ещё немного времени в сдавливающей со всех сторон каменными плитами скуке я решительно полезла в гардеробную – рыться в вещах покойной сестры Эйгана. Отыскала среди прочего тёплый костюм для верховой езды, обулась в сапожки из толстой кожи и прихватила соболиный плащ. Волосы заплела в простую высокую косу.

Магией старалась не пользоваться понапрасну: ещё в первый день, а точнее, ночь своего пребывания в замке заметила, что из резерва будто по капле утекают силы. Словно нечто уцепилось за него и неторопливо вытягивает магию. Вот только куда и для каких целей? Об этом тоже необходимо разузнать. Желательно скорее, чем окажется поздно.

Итак, выбравшись из своих апартаментов, я направилась на поиски Лаки́ры. Старшая принялась ворчать, что не сидится некоторым особам в тепле, но всё-таки выделила мне провожатого и телохранителя в одном лице, наказав не отходить от него ни на шаг.

Титус – так звали моего надсмотрщика – мужчина зрелый, широкоплечий, темноволосый, с волевой внешностью и аккуратной бородой, в чёрно-красных латах с гербом льва на плечах. Титус окинул меня придирчивым недовольным взглядом а-ля: «За-что-мне-благороднейшему-рыцарю-нянчиться-с-этой-миледи-которой-овладела-скука?» Прямо так и читалось по его мимике и в серых глазах!

Разумеется, такое пренебрежительное отношение мне не понравилось. Поэтому, лучезарно улыбнувшись, я сообщила Титосу, что не отниму у него много драгоценного времени, любезный воин пусть проводит меня в замковый двор, кратко расскажет, что есть где, и может спокойно отправляться по своим делам, а со своим досугом и безопасностью я справлюсь как-нибудь сама.

От моей тирады рыцарь свёл толстые брови к широкой переносице, покосился на меня исподлобья. Голову склонил к плечу изучающе, посмотрел с одной стороны, с другой и неожиданно хрипло рассмеялся. Признаться, меня это немного задело.

– Простите, миледи. – Мужчина кашлянул, чтобы скрыть смущение. – Честно, не ожидал такой проницательности от столь юной девушки и уж тем более заявления о её способности постоять за себя.

– Значит, вы сомневаетесь в моих способностях? – Я дерзко вздёрнула подбородок и выдвинула условие: – Если сумею ранить вас в поединке первой, тогда вы мне поверите и отпустите одну.

Лаки́ра возмущенно засопела о моем безрассудстве, всплеснула руками, но нас уже было не остановить. Азарт уже бурлил и набирал обороты в нашей с воином крови.

– Хм, – усмехнулся Титиус, пряча за усмешкой предвкушение грядущего боя, которое блеснуло в опытных серых глазах, и согласился. – Хорошо. Но если победа окажется за мной, в чём я уверен, вы, как и велела Старшая, не отойдёте от меня ни на шаг.

– Идёт. – Мы скрепили сделку рукопожатием, на что хранительница неодобрительно покачала головой и фыркнула.

– Вот если Эйган узнает!..

– А мы лорду не скажем. Правда, сир Титус? – улыбнулась я. Рыцарь кивнул, и Лаки́ра махнула на нашу задумку рукой.

– Да делайте, что хотите. Но, Титус, – обратилась женщина к воину, грозно сотрясая указательным пальцем перед его носом, – ответственность за ВСЕ последствия на тебе.

К нашей громкой компании подтягивались зрители, слуги и другие рыцари, девушки и женщины с детьми – все шли поглазеть на представление. Отлично, интерес к себе я вызвала, осталось достать Титуса первой и не упасть в грязь лицом! Вернее, в снег. Я хочу, чтобы меня приняли, нужно постараться.

– Но, миледи Айла, вы сильно не полагайтесь на свою магию. Мой меч, – рыцарь любовно прихлопнул по прикреплённым к поясу ножнам, в которых дремало смертоносное оружие, – древний трофей, отразит любую магическую атаку, как щит.

– А кто сказал, что в поединке с вами я буду бороться магией? Отнюдь, сир Титус, мне тоже требуется оружие.

Титус, смерив меня более внимательным взглядом, сложил руки на груди и поскреб в задумчивости бороду.

– Что ж, тогда прошу за мной.

Рыцарь повёл меня на первый уровень – в оружейный склад. Сколько видов оружия здесь хранилось! Мечи, алебарды, перначи и простые булавы, сабли, топоры и копья, серповидные мечи, кистени и щиты висели на стенах, обтянутых бордовой парчой. Разглядывая всё это великолепие, я чувствовала, как адреналин ускоряет ток крови, как подрагивают в нетерпении мышцы и сухожилия.

В академии я строго раз в неделю упражнялась с преподавателем боевых искусств. Ещё в начале второго года обучения, во время конной прогулки в зимнем лесу случайно увидев тренировку обнажённого по пояс мускулистого мужчины – и это в мороз! – я влюбилась в это искусство. Нет, конечно, препод тоже был очень даже хорош собой, но тогда меня мужской пол интересовал слабо, поскольку будущим Снежинкам с первого дня обучения вместе со знаниями вдалбливали в головы, какая судьба нам предстоит после выпуска.

И я уговорила преподавателя дать мне пару уроков, мотивировав тем, что я должна уметь постоять за себя на случай, если вдруг растрачу весь резерв магии. Думаю, препод согласился лишь потому, что рассчитывал от меня отделаться в кратчайший срок, что я, смертельно устав за первые несколько дней, брошу это гиблое для женщины дело. Однако упорности мне было не занимать, в итоге пара занятий вылилась в продолжительные, на которых день за днём, час за часом я оттачивала своё мастерство.

Даже когда преподаватель у нас сменился, я продолжала тренироваться самостоятельно, потому что знала: искусство владения мечом с моей-то судьбой когда-нибудь мне пригодится.

Из-за моего увлечения сокурсницы сочли меня странной. Естественно, им по душе больше наряды и прочая ерунда. И только Бриа́на стала мне настоящей подругой. Эх, Бри! Моя милая Бри! Как же ты там и с кем? Счастлива ли? Но что-то я совсем отвлеклась.

– Я могу взять любое? – уточнила у ожидающего меня у дверей рыцаря.

– Конечно, – Титус обвел рукой зал, – подойдите и потрогайте, попробуйте и прикиньте в руке на вес.

Я предпочла остановить выбор на двухклинковом мече. Провела пальцем по чёрному лезвию, узнавая работу искусного мастера и крепкую закалённую сталь. Сняла с подставки и разъединила меч на два клинка. Тонкие и легкие, без лишних узоров и драгоценных камней, они легко легли в ладони, став их незаменимым продолжением. Пара взмахов в воздухе для проверки, и я вновь сделала меч единым целым. То что нужно.

– Интересный выбор, миледи. – Титус подпирал спиной дверной косяк, он склонил голову вбок, разглядывая меня словно по-новому. – Вы не перестаёте меня удивлять. Признаться, поначалу думал, блефуете.

– Хм, тогда идёмте же на улицу, и я покажу вам, как я блефую.

Если б я только знала, чем для меня окончится моя строптивость и любопытство!..