Потомок Окуданэ. Том ll

Глава 1. Суд без приговора

Два узника сидят напротив и ожидая час суда,

Определённо оба знали – за жизнь им предстоит борьба.

Они из разных положений, они из разных родовых,

Но встретились единым взглядом: «Стать сильным, дабы защитить родных».

Ребятам лет не шибко много, совсем юнцы ещё на вид,

Распорядилась жизнь жестоко, душа по-прежнему болит.

Потеря близких за мгновенье, жестокий мир и нрав людей,

Всё в истину одну сложилось, жить стало сильно тяжелей.

Любовь права, а месть жестока, власть извращает простоту.

Забыть бы мести той истоки, что порождают пустоту.

Но миром правят силы ночи, они чернее тёмных сил,

Закрыв во мраке свои очи, познаешь, что про свет забыл...

Энергией захвачен разум и мощь её не обуздать,

Ведь месть порой сильнее страха, от мести хочется кричать.

Два узника сидят напротив и ожидая час суда,

Один готовится к побегу, другой всё верит, что судьба.

***

Спустя какое-то количество часов, проведенных в размышлениях, разговорах и молчании, стал нарастать гул. Кромешная тишина и обыденные звуки темницы переросли в глухое переплетение грубых голосов, звучавших вдалеке.

Развитие подобных событий заставляет понять – скоро всё начнётся. Спустя ещё немного времени скрип входной двери в темницу разнёсся по мрачным уголкам коридора. Главнокомандующий всеми Ферри не заставил себя долго ждать, присылая двух подданных за узниками.

Цепи зазвенели вновь, после чего нам позволили освободиться от громоздких оков, врезанных в стену, но не от железных наручников. Медленной походкой двое конвоиров вывели молодых парней на свет, явить истинные людские облики, являвшиеся неприятными местным обитателям.

Возмущенные возгласы протестующих не заставили себя долго ждать. Командиры вместе с заместителями трепались вовсю между собой, размышляя вслух, как бы совершить самосуд над парочкой людишек.

Давление витало в воздухе, заметно нависая грузом на души пареньков. Их усадили на колени, небрежно пихая к каменной стене, возвышавшейся напротив гигантского стола.

Место, где сейчас решается судьба юношей на задании, было хорошо знакомо одному из них.

Священный храм Безликого, где после прошлого присутствия в нём возвысилось положение Левента.

Сейчас данное место казалось не больше, чем каменной постройкой, с массой неприятных лиц. Парнишка, чья жизнь тесно переплеталась с жизнью звероподобных, привык к неблагоприятному отношению к себе, жестокость мохнатых часто пробуждала у него гнев. Но не сегодня… в данную секунду Левент был рад и весел, как никогда.

Он со спокойствием принял всю происходящую ситуацию, как обязательный жизненный этап, который скоро завершится навсегда, после чего наступит счастливый эпизод бытия.

Присутствовала твёрдая уверенность в снисходительном приговоре со стороны главы, ведь парень покинул деревню Ферри из благих побуждений.

Спустя долгие годы, прожитые во мраке, постоянной борьбе за собственную судьбу и честь, Левента постепенно захлестнуло небывалое чувство – уверенность в завтрашнем дне и предвкушение подарков судьбы в этот день.

Наконец-то Безликий воздаст несчастному мальчику за всё то, что пришлось пережить. Новая, счастливая картина будущего. Он смог прикоснуться к ней так близко и уже не отпустит... никогда не отпустит...

Нолан напротив находился в недоумении. Он не привык к подобному отношению к себе, ведь в Туманном городе его статус говорил за него.

Парень был в числе бравых воинов, противостоявших энерго-хищникам. Под командованием Остэруса шестой отряд выполнял миссии особой сложности, с которыми порой не могли справиться другие отряды.

Парнишка, воспитанный в городских условиях, где само слово «нужда» не имело места быть, на данный момент испытывал сильную злобу: на бестолкового напарника, отвратительное зверьё, окружающую среду, особенно на самого себя… бесхребетного слабака.

За короткий промежуток времени, проведенный в плену, он прочувствовал на себе всю ненависть жителей Плачущих лесов к людской расе. Ему стало понятнее, в каком жестоком мире пришлось выживать Левенту, а прежнее мнение о напарнике сильно изменилось.

Недовольные крики вместе с неуместными репликами Ферри продолжали накалять обстановку зала.

Атмосфера царила такая, словно присутствующие ожидали не суда, а предложенной возможности расправиться с пленными самостоятельно.

– Закрыли пасть! – прозвучал свирепый приказ, последовавший не из уст главнокомандующего Амерана, – Ваше недовольство понятно мне как никому другому. Много лет назад, стоило этому Бесовому выродку появиться на территории Ферри, я тут же потребовал Амерана прикончить его лично. Но сделать он мне этого не дал по неведомым причинам. Теперь крысеныш привёл дружка и будет продолжать это делать тайком без остановки, пока они не перережут всем глотки во сне. Клянусь всеми воинами Безликого, братья мои и сестры, живым ему сегодня не уйти! – примерив роль лидера, произнёс речь Синдар – вожак западных владений.

Все присутствующие, покрытые мехом, воодушевляюще завопили, полностью поддерживая слова соратника.

– Проклятое дитя отправится к своим Богам и даже старейшина не сможет помешать этому! – отчётливо выделилось предложение, услышанное среди прочих голосов.

«Сегодня они уверены в моей смерти как никогда. Будет приятно увидеть их злобные морды вновь, после вынесения приговора. Но что-то не даёт мне покоя...» – оглядел недоброжелателей вновь.

Не хватает самых главных персонажей всей этой весёлой истории, а именно моего палача – главы и старого ленивца Унрау, выступающего в роли защиты.

Ко всем оскорбительным высказываниям звероподобных в наш адрес мы относились нейтрально. Не знаю насколько тяжело это давалось Нолану, но я успел предупредить напарника о подобной провокации. Наше присутствие изначально является для них оскорбительным, поэтому подливать масло в огонь, реагируя на каждое суждение о нас – безрассудно.

Полностью свыкнувшись с напряженной атмосферой, нам стало плевать на любые обидные слова, а совершить самосуд права они не имели. К счастью, двери храма Безликого в скором времени отворились, после чего в них вошёл полулев.

Сын главы – Торнус – гордо прошёл до середины зала, после чего остановился, оглядывая толпу бушующих соратников и нас. – Занять свои места! Начинается заседание!

Ферри послушно присели за стол переговоров, предварительно прекращая издавать лишний звук.

Следом за правой рукой главы проследовала его подопечная зверолюдка – Таира, вставая рядом со своим командором.

Они замерли словно статуи, пялясь в одну точку, выжидая определенного момента.

Секундная тишина сменилась громоздким топотом. Сквозь могучие деревянные двери, которые продолжали оставаться на распашку, в зал вошёл долгожданный гость.

Глава Плачущих лесов соизволил явиться, пусть даже в запоздалый час. Хотя, чему тут удивляться? Пунктуальность ему не чужда.

Во внешнем виде короля зверей произошли некоторые изменения со времени последней встречи.

Правый глаз был перемотан тряпкой, в которой отчётливо проглядывались следы свежей крови. Похоже, переговоры прошли не так гладко, как планировалось. А отталкиваясь от увечья на лице и незасохшей алой жидкости, они вообще закончились недавно.

Но старика по-прежнему не было. Ладно, пока его неторопливый шаг сойдёт с высот, начнём покорно принимать все выдвинутые обвинения.

Как только двери захлопнулись, а Амеран остановился между Торнусом и Таирой, все сидевшие за столом дружно встали в знак приветствия, а затем приземлили мохнатые задницы обратно.

– Сегодня решится судьба мальчишки, делившего с нами кров, пищу и знания Ферри долгие годы, – прозвучало первым делом из уст главы.

Я уже позабыл этот басистый голос, тем не менее, его тон мне не нравится. И то, что выход затворили, так и не дождавшись старейшину – весьма любопытно. Мог ли Амеран запретить старику являться на заседание, заведомо зная личный интерес Унрау к моей персоне? Теоретически да, но кто посмеет его остановить?

– Человеческий мальчишка Левент! Ты обвиняешься в измене против жителей Плачущих лесов! Обвиняешься в нарушении прямого приказа главнокомандующего – явиться на задание, а также не покидать владения Ферри! – перечислял враждебным тоном, выделяя некоторые ключевые слова громче прочих, – Согласен ли ты с предоставленными обвинениями? – задал неожиданный для всех вопрос, от которого некоторые невольно переглянулись.

Амеран никогда не давал права голоса обвиняемым, самостоятельно вынося приговор и незамедлительно исполняя его. Сейчас же, напротив, звероподобный даже удосужился разузнать моё мнение.

«Будем говорить на чистоту, ну почти... По крайней мере, пока не поймём, что назревает за игра?»

Мне доводилось присутствовать практически при каждом негласном суде. Пусть таковых неприятных моментов было немного, и все они пересчитаются по пальцам одной руки, исход любого являлся одинаковым – неоспоримое решение, мгновенная смерть.

Если главнокомандующий поступает иначе, на то есть причины. Причины, по которым я всё ещё нужен живой.

– Нет, – отделался единственным ответом на обвинения.

Вожак Западных владений полубык Синдар не смог сдержать эмоций, услышав подобное. Он стукнул кулаком по столу, ругнувшись сквозь зубы, – Бесово дитя! – постепенно вскипала кровь.

– Ваши обвинения верны, глава, но я действовал из побуждений исправить свои прошлые ошибки. Если бы указали верные координаты точки сбора, мне бы удалось явиться на задание вовремя и не подставлять вас со старейшиной, – заходил издалека, направляя разговор в нужное русло.

– Пытаешься сказать, что не сбегал, а просто был одурачен? – переспросил холодным тоном.

Взвешивая в голове следующий ответ, на всеобщее удивление заговорил полулис, являющийся ключевым персонажем неординарной ситуации, – Эм... отчасти, но только отчасти, – отрицательно замотал руками, – Моё участие есть. Крохотное, – неловко усмехнулся.

– Хорошо! – подытожил Амеран привычным басом, – Возможно, другие не согласны с ответами человека? Позволю вам выдвинуть свои обвинения, – снова навел смуту своим поступком.

– Мне есть что сказать! – не теряя возможности, в который раз заговорил бычара Синдар – Человек не имел права участвовать в Разящей охоте! Он проклятие, свалившееся на наши головы. Неизвестно, почему подох Гонрик, возможно его убил один из этих, – указывал на Нолана, – Дела Ферри пошли хреново и, уверяю вас, глава, причина всему эта тварь! – выпускал пар из ноздрей, стараясь всеми силами уничтожить меня взглядом.

– Дово-о-ольно, сядь! – рыкнул на взбешенного вожака, разнося звонкое эхо, – Мне не интересна твоя ересь, которой ты страшишься, едва солнце зайдёт. Право на участие в Разящей охоте дал человеку я! Гонрик пал от рогов зверя, а человек смог убить это существо, отомстив за пролитую кровь собрата. Или ты сомневаешься в моих словах и способности видеть?! Быть может, наши братья дозорные вселяют в тебя сомнения? – подошёл чуть ближе к месту, где сидел полубык, – Раз уж ты имеешь дерзость подумать о спланированном убийстве на территории нашего дома.

– Нет, глава... – испустил всю злобу через задний проход, оставляя свое мнение там же.

«Неужели Амеран на моей стороне? Стыдно признаться, но понимание происходящего покинуло меня окончательно.»

– Будут ли ещё мнения в отношении обвиняемого? – делая пару шагов назад, вожак снова обратился к собратьям.

Пара мгновений тишины слегка меня обнадёжила. По всей видимости, звероподобные осознали позицию своего короля. Вместе с ними, до меня также дошло, что главный Ферри не стремится лишать меня жизни. Только мотив подобного поступка неизвестен.

– Если к обвиняемому никаких претензий со стороны Ферри не имеется, можем начинать наше собрание.

Что он сказал, Бесова яма?! – Мы с напарником переглянулись, пребывая в смятении. Неужели на этом всё? Что за собрание и каков вердикт? Если мы до сих пор в цепях, означает ли это помилование? Что ты задумал, Амеран? – растерявшись в череде событий, я решил не приставать к вождю Ферри с вопросами, дабы решение не изменилось вслед за настроением.

Продолжим наблюдать за происходящим, чуйка подсказывает: это далеко не конец.

– Безликий благоволит нам... С тех самых пор, когда Ферри пришлось безвременно переместиться в другой мир, прошло много времени. Наше стремление приспособиться к внешнему миру достойно похвалы. Но как подметил собрат Синдар, дела с некоторых пор идут худо. Пища перестает забредать в наши леса, а дожди унесли немало жизней бравых воинов, – заговорил о серьёзных темах, которые раньше игнорировались.

Затронув погоду, Амеран заставил меня невольно вспомнить о муках болезни, преследовавших моё детское тело долгие годы.

Местный климат действительно убивал на глазах и сейчас речь не о несчастных случаях падений с высоты. Вместе с непрекращающимся дождём живущих здесь преследовала одна болезнь – «Красная горячка».

Она наступала внезапно и, если не прибегнуть к лечению, уносила в мир Безликого быстрее, чем смерть от чьей-либо руки. Многие умоляли расправиться с ними, лишь бы не терпеть мук от Красной горячки.

Я не хотел умирать как многие слабаки, поэтому боролся за жизнь, выдержав натиск болезни двенадцать раз. Не без помощи Унрау, конечно. После последней борьбы за жизнь, тягость отступила, Красная горячка возвращалась, но её удавалось легко переносить на ногах.

– Буду с вами откровенен, вопрос об изменении условий жизни Ферри стоял давно, но мы не знали, как воплотить идею в жизнь, до одного момента, – Растерянность пылала в глазах собравшихся, они абсолютно не понимали к чему ведёт их предводитель, – После необъяснимой вспышки нам предстояло окончательно убедиться в правдивости переселения. Было принято решение разослать филинов в близлежащие деревни соратников и надеяться получить ответ. Из семи птиц вернулась только одна. Она принесла долгожданную весть, вот только не ту, на которую мы рассчитывали. Однако полученное послание легло в основу длительных переговоров, посредством которых в ближайшем будущем жизнь Ферри изменится.

– Получается, угроз войны не было? – перебирая пальцами, вставил предложение Миравин, – Их условием было явиться без бойцов, в знак доверия со стороны неизвестных, – продолжил развивать собственную теорию.

– Верно, – согласился глава.

Сразу же назрел вопрос, касающийся единственного присутствующего, который не являлся звероподобным.

– Тогда какую роль занимал я?! – выкрикнул в спину вожака, позабывшего о пленных.

Раненый полулев медленно обернулся, – Обижаешь, человек, тебе выпала главная роль – роль приманки... – оскалив улыбку, протяжно издал рычание.

– Приманки...? – тихо проговорил, вспоминая каждую лживую похвалу из уст Амерана, сказанную в присутствии других звероподобных.

– Но ты и здесь умудрился просрать свой выход! Никчемная блоха, от тебя требовалось так мало! – явил истинное лицо лживый сукин сын.

– Расскажите подробнее, глава, – спокойно попросила чёрная пантера Инелла.

Презрительный взгляд вожака вновь перенёсся на сидящих за каменным столом командоров и их подопечных.

– Мы со старейшиной прибыли в чужие земли королевства Пирус, где нас встретил король. Требовалось решить, на каких условиях звероподобные станут союзниками неизвестных господ. Король Гриндан Алеврам поклялся даровать нашему народу земли, кров, пищу. Взамен звероподобные присоединятся к его войску и примут присягу, формируя новый отряд особого назначения.

– Начнём прислуживать людишкам?! – поддавшись эмоциям, подскочил вождь Западных владений Ферри.

– Сядь! Р-р... – приказал Торнус, скалясь на невежливого командира.

Амеран молча подождал выполнения приказа, а затем продолжил, – Ферри станут воинами королевства, но не слугами. Нам не нужно жить с кожаными слабаками, подчиняться их приказам и сидеть за одним столом. Наше право остаётся за нами!

Глава прав... – первым поддержал решение Синдар, самый несговорчивый Ферри. Его подопечный положительно кивал головой, полностью соглашаясь с немедленным переселением. – Мы продолжим тихо умирать, если не прибегнуть к переменам. Допустим, всё сказанное истина и нам даруют новые земли, еду, крышу, взамен на битвы с людьми… Да пошло оно всё во мрак! Мой голос с вами, Амеран, – не на шутку завёлся, представляя грядущее будущее.

– Уже не припомню время, когда моя шерсть была сухой. Если в предложенных землях не будет клятого дождя, я поддержу любое решение, – прозвучал ещё один положительный ответ из уст изящной пантеры Инеллы.

Остальные присутствующие дали добро без слов, за исключением последнего командира Северных и Южных земель – Миравина.

Лис молча наблюдал за соратниками, скосив довольную гримасу.

– Ну а ты, что скажешь? – обратился глава к последнему значимому голосу.

Тот лениво зевнул, отвечая одним предложением:

– Надеюсь, будет весело, глава.

– Решено! – махнул массивной рукой полулев в повязке, – Передадим мальчишку королю и будем планировать переселение, – жадно потёр лапами.

– Какого мальчишку? Вы про Левента сейчас говорите? – задорно переспросил Миравин, стараясь не демонстрировать удивление.

Глава указал пальцем на потерянного в мыслях паренька.

– Именно, наш драгоценный беглец.

– Решили порадовать нового знакомого подарком? Личной прислугой? – захохотал бычара.

– Полагаю, отец, скрывать это бессмысленно, – обратился Торнус к вожаку.

– Разумеется, – кивнул отпрыску, – В первом королевском письме речь шла не о присоединении Ферри к его войскам, а про общего знакомого. Им оказался мальчишка, давно числившийся в розыске и бесконечно интересный правителю. Сопоставив все факты, мы со старейшиной убедились в правдивости его слов. Наш заблудший человек являлся тем самым разыскиваемым ребёнком. Оставалось только привести его лично и передать в руки. Но он чуть не сдох! – взбешенно выкрикнул, после чего рассмеялся, – Живучая блоха.

– Старик... Где Унрау? – неразборчиво произнёс, обратившись к предателю.

– Спасибо, что напомнил! – взбудоражено переключился на узника, подходя ближе, – Бесов глупец, под старость лет совсем спятил. Хотя он спятил уже давно... полагаю, в день твоего появления, – король Плачущих лесов присел на корточки, – Понять не могу – как твоя рожа не начала бесить его, за столь долгое время, проведенное вместе? Мне уже тошно стало, – провел гладкой стороной когтя по лицу, – Не бойся, ты нужен целым и невредимым. А иначе, я бы притащил твой труп на переговоры немедля.

Левент смотрел Амерану в глаза, не испытывая даже доли страха. Зато душу терзало чувство похуже – полная обречённость.

– Ам-м... Простите, что отвлекаю, а к чему весь этот бред со странной книжонкой? – привстала с вопросом Инелла.

– А людишки оказались не так просты. Они выдумали скудную историю и проследили за действиями мальчишки, после чего прислали последнюю весточку – "Это он, жду с нетерпением нашей встречи!"

– Можешь себе представить, на что они готовы пойти ради твоей шкуры? Дураки, – вновь проговорил глава, обращаясь в бездумное лицо Левента, – Но мне нельзя на тебя злиться, твоё появление слишком помогло моему народу, вопреки угнетающему присутствию. Услышал Синдар? – обернулся к командору, – Он не проклятие Плачущих лесов, а их спасение, – радостная рожа наполнилась благодарностью.

Нолан не знал, чем помочь напарнику, кроме как сочувствием, а вся надежда на спасение иссякла. Эти звери точно не присоединятся к Туманному городу, раз уж другая сторона предложила им все условия. Да и после услышанного, нужда в Ферри, как соратниках, мгновенно улетучилась.

– Ты заслуживаешь знать, – принялся проговаривать полушепотом следующее, – Сумасшедший старикашка не согласился на перемены и твою жертву во благо своих собратьев. Он хотел продолжить бессмысленное существование, доедая брошенные куски стухшей дохлятины. Мне не нравится, когда страдает мой народ. Я ненавижу, когда меня перестают воспринимать всерьёз! Унрау знал это, но всё же продолжил стоять на своём... Уважаю, но не понимаю.

После сказанного Амеран встал с корточек и протянул мохнатую лапу в сторону зала. Таира сняла с плеча сумку красивого пошива, сделанную определённо рукой мастера. Она швырнула кожаный аксессуар в сторону вожака, а тот перехватил его, принимаясь распаковывать. Узел вышел слишком заумным, спустя несколько попыток, он не поддался развязке.

Могучие лапы яростно разорвали мешок на две части, а на холодный каменный пол упала мохнатая голова.

Лицо Левента застыло с дыханием, а глаза медленно наполнились слезами. Перед ним предстал знакомый лик, перепачканный засохшей кровью. Безжизненные добрые глаза близкого больше не смогут успокоить душу, ведь ныне они смотрят вдаль... Сквозь время, стены и тебя.

Глава 2. Мстительный дух

Не жизнь, когда живёшь с врагами,

Не дом, где хочется кричать,

Не радость выражена в слезах,

Не страх сподвигнет промолчать.

Мне месть откликнется наградой,

Мне смерть откликнется теплом,

Мне жизнь откликнется утратой,

Мне дом откликнется огнём.

Я буду вечной вольной птицей, не знавшей радости, тепла,

Скитаться тихо в бренном мире, всё время видя лик лжеца.

Мне тяжело проститься с домом, мне тяжело прожить без вас,

В минуты смерти буду скован, придёт и мой последний час.

Я буду видеть ваши лица, прокручивая судный день,

Винить себя за свою слабость, утрату близких мне людей,

Но стимул жить – пропасть не сможет, душою движет только злость,

Извергнусь светом до предела, пора убить своих лжецов...

***

Всё происходящее больше не имело смысла...

Гул говорливых звероподобных поутих, вместе со всеми окружающими звуками подле меня. Я потерял связь с внешним миром, полностью погружаясь в свой внутренний. Если пару мгновений назад происходящее казалось забавным, обыденным и даже незначительным, то сейчас ситуация обернулась… таким…

Эти звери по своей сути являлись бездушными созданиями, но выкинуть такое – уму непостижимо. Ублюдки! Выродки! Бесовы дети! – Злость постепенно наполняла мои жилы.

Эта лживая тварь вознесла меня в собственных глазах, чтобы потом лишить всего одним махом! Нет... всё гораздо серьёзнее.

Он давно знал о моей убогой жизни, давно взращивал свою идею о предательстве и давно решил мою судьбу за меня.

Собственная ошибка. Ошибка глупца, прояснившаяся только сейчас – нельзя недооценивать врага. Каждый раз убеждался в тупости Ферри, а в итоге сам оказался дураком.

«Снова предали... Снова убили близкого... Взращивали меня, словно скот на убой...»

«Никогда не прощу!» – Ни-ко-гда… – прошипел сквозь зубы.

– Левент, – обратился напарник, о присутствии которого я успел полностью забыть.

Цепи сковывали моё тело. Я осторожно дотянулся до отрубленной головы Унрау, прикрыв его пустой взгляд тяжёлыми веками, – Прости меня старик, я повёл себя глупо, не послушав тебя... – слёзы сбегали по щекам, разбиваясь о холодный каменный пол, – Покойся с миром. Дедушка...

Звон в ушах перебивал любые звуки, а напряжение в зале нарастало пропорционально моему гневу. Любое сказанное слово или действие в мой адрес проносилось мимо ушей, внутренний голос продолжал твердить одно, – УБИТЬ ИХ ВСЕХ! – звучало всё громче, громче, громче.

Я понятия не имел, каким образом сделаю это, но возможность остановиться улетела вместе с душой Унрау.

Гнев переполнял каждую клеточку тела настолько, что сочился наружу, а сил сидеть попросту не осталось.

Неспешно поднявшись на ноги, с трудом удавалось контролировать учащенное дыхание. Неведомая сила завладевала мной, а я полностью ей покорялся, уходя в пустоту.

– Убью! – вырвалось из дрожащих уст сквозь зубы, – ВСЕХ ВАС УБЬЮ! – пронзительный взгляд прошёлся по каждому мохнатому существу.

Смех не заставил себя долго ждать. Гогот Ферри разнёсся эхом по всему залу, вместе с чередой тошнотворных высказываний.

– Блоха решила возомнить себя сильным.

– Он это тебе говорил, – тыкал огромным пальцем на товарища, – Бойся! Ха!

– В следующий раз предупреждай, прежде чем подобное ляпнуть, есть риск обделаться на месте. Повеселил человек, чуть брюхо не лопнуло, – переговаривались между собой, не воспринимая всерьёз угрозы.

Я продолжал злобно дышать, уже заранее зная, кто первый падёт жертвой от моей руки.

«Слышишь меня!? Если действительно слышишь, даруй свою силу мне. Арнель! Ты поклялся! Плевать, правильный это поступок или нет, но ты должен!» – Ответа не было целую вечность, в реальности же – пару секунд. Рука по собственной воле вытащила метательный нож из укромного места в ботинке, а после резким рывком полоснула запястье. Кровь брызнула в ошеломлённое лицо напарника, а после, толстой струйкой украсила невзрачные полы алой лужей.

Мне не объяснить подобного поступка, но я вовсе не считал себя глупцом, решаясь полностью отдаться инстинктам. В любом случае обратного пути нет, голова уже становится тяжёлой, а в глазах неслабо так темнеет.

«Не нужно меня игнорировать» – злился даже на волшебную косулю.

***

Храм Безликого, подле которого красовалась статуя самого Божества, не имеющего головы, трещал по швам от пронзительных звуков. Скованный цепями парень в смокинге смотрел на товарища, пребывая в ужасе. Его мордашка покрылась красными каплями, также заляпав видимую часть одежды. Он не мог поверить собственным глазам, внимательно изучая действия Левента, которые привели к подобному исходу.

«В этом заключался его план? Сдохнуть при первой возможности? Зачем тогда было угрожать этим тварям? Расклеился видимо… Не выдержал очередной смерти сородича. Хотя, к подобному невозможно привыкнуть. Ничего не понимаю...» – бесились мысли в голове, строя различные варианты происходящего.

Напарник Нолана стоял к нему спиной, смотря в сторону недругов, при этом яростно сжимая небольшой ножик кровавой рукой. Казалось, вот-вот и он бросится на них даже с этой зубочисткой, но мысли в голове порой жестоко обманчивы.

Левент покачнулся из стороны в сторону подобно хлипкой хворостинке на ветру, а после свалился замертво на бетонный пол, оставляя лишь глухой шлепок безысходности.

На секунду в зале суда нависла тишина, а после резко сменилась пронзительным хохотом. Мохнатые шкуры были не в силах сдерживать слёзы, перекладывая лапы то на живот, то вытирая ими мокрые зенки.

Серьёзными в этой ситуации оставались лишь некоторые персоны: Нолан, главарь звероподобных – Амеран и его сын Торнус.

Шум затих в одно мгновение, как только волосатая рука короля поднялась вверх, сопровождаясь словами, – Молчать! Он нужен был нам живым! Как, по-вашему, сторона короля согласится с уговором, когда единственный значимый пленник мёртв? – обратился к собратьям, вселяя долю смятения.

На вопрос ответа не последовало. Окутанный яростью, звероподобный лев направился прямиком к трупу парня, пнув того со всей дури под дых, – Я вас спрашиваю! – тяжёлое дыхание резало воздух.

Несостоявшийся пленник, приняв мощный удар на корпус, отлетел в невзрачную стенку, звонко прозвенев тугими оковами. Тело его холодно свалилось на пол, по-прежнему отрицая все признаки жизни.

Нолан стал впадать в ярость от подобного поступка, намереваясь ринуться в бой вопреки численному преимуществу. Кроме смерти ждать было нечего, лучше подохнуть в бою, нежели стать узником проклятых животных, но нужен подходящий момент...

Удобный случай не заставил себя долго ждать, Таира – правая рука Торнуса, приблизилась к ещё живому парнишке в кандалах, пристально осматривая его какое-то время, – А этот не подойдёт?

Сын короля быстро возразил своей подчиненной, – Чем ты слушала? За ним велась слежка, подсунуть другого не выйдет.

– Убить его, командир? – в мгновение выпущенные когти жаждали плоти.

Воин Туманного города смотрел на зверолюдку исподлобья, готовясь одним ударом унести её жизнь, прежде чем она посмеет дернуться.

– Повремени немного, сначала решим возникшую проблему. Возможно ему есть что предложить? – лишил мохнатую даму азарта.

«О да, одно предложение всё-таки есть. Встань только ещё ближе, никчемная тварь!» – разжёгся огонь в груди.

Неразборчивые звуки, напоминавшие скуление, внезапно прервали немую дискуссию. Взгляд привлекла одна звероподобная, ставшая помощником вожака Западных земель не так давно. Женская особь наблюдала за происходящим предвзято. Ей было трудно прочувствовать ту же злобу к Левенту, что ощущали другие Ферри и даже общие эмоции толпы не смогли пробудить в ней презрение к юноше. Она с грустью поглядывала на мёртвое тело парня, убившего себя по очевидным причинам. Очевидным для неё...

Бурную реакцию переполошенной воительницы вызвал случай, не имеющий объяснений. Незаметно оглянувшись в очередной раз на мертвеца, ей померещилось движение пальцев, а потом ещё раз и ещё. Волосы её стали дыбом по всему телу, а сердце забилось в десять раз быстрее. Она больше не могла сидеть молча, медленно отступая назад, продолжала бубнить неразборчивым говором. Дрожащая рука указывала в сторону погибшего паренька, вот только никто не понимал, что конкретно означает этот жест.

– Да что такое!? – не выдержав выходки умалишенной, ругнулся Синдар.

– О-он Б-бес! БЕ-Е-ЕС! – кричала в горло.

Восседавшие за столом поднялись, а некоторые и вовсе подпрыгнули, готовясь непонятно к чему. Всё внимание упало на жалкое тело у стены, не представлявшее никакого интереса минуту назад. Разумеется, никто не поверил услышанному, но ослабить бдительность не удавалось.

Амеран гордо зашагал вперёд, чтобы лично убедиться в сказанном, но его остановил голос сына, – Нет! Позволь мне, отец? – обогнал родителя, устремившись к телу.

Перечить добровольцу никто не стал, позволяя проявить себя в который раз. С другой стороны, ощупывая покойника – много чести не заработаешь, поэтому никто не придал особого значения поступку Торнуса. Полулев всю свою жизнь рос прихвостнем собственного отца, выполняя любую паршивую работенку ради внимания.

Скосив серьёзную гримасу, принц уверенно сократил дистанцию с трупом, затем присел на одно колено и взял Левента за волосы.

– Мертвее-мертвого, – выдвинул вердикт, оглядев мельком лицо, руки, тело. Хватка ослабла, волосы парнишки проскользнули сквозь пальцы зверя, а лицо упало вновь на пол.

Торнус опёрся лапой о колено, гордо вставая лицом к присутствующим, – Наказать! – атаковал взглядом барышню, посеявшую панику.

Командир, а по совместительству ответственный за свою подопечную, одобрительно кивнул.

Торнус едва заметно приулыбнулся, скрестив руки на уровне груди, питая себя радостными мыслями о приближающейся власти над всеми Ферри. Могучий полулев упоительно предвкушал и нетерпеливо ожидал того самого часа, когда его станут уважать и бояться подобно отцу.

Насладившись мимолетным триумфом, полулев заподозрил неладное. Всего за мгновение, лица соратников возмущенно перекосились, а взгляды поникли. Собратья смотрели не на будущего короля, а сквозь него, затаив дыхание. Грива звероподобного слегка приподнялась на затылке, а вместе с этим под ногами померещилось белое сияние. Нужно было срочно действовать, отойти, отпрыгнуть в сторону, но силы словно покинули воина. Торнус чувствовал себя словно букашка в сжимающемся кулаке, постепенно наблюдая, как увеличивается его тень спереди, неторопливо скользя по каменному полу.

В происходящее мало кто мог поверить. Если бы дальнейшие события не творились на их глазах, услышанное сочли бы бредом.

Всё меняется, невозможное станет явью, а предательство обернется комом в горле.

За спиной Торнуса возвышался некто, имеющий массивные рога, симметрично прораставшие из черепа в разные стороны. От изогнутого рогового ствола тянулись практически прямолинейные отростки с острыми наконечниками. А больше всего внимания притягивало их ярко-белое сияние, с голубоватым, переливающимся оттенком.

Всё ещё трудно просматриваемый силуэт продолжал прорастать ввысь, пока не достиг размеров полульва и даже малость больше. Если посмотреть на эту картину под другим углом, может легко почудиться, словно специфически устрашающие отростки, украшали настороженную мордашку звероподобного полульва. Жаль, подобная картина веселья не вызывала, ведь смеяться больше никому не хотелось. Напротив, все Ферри стояли скопом, озадаченно наблюдая за происходящим.

В секунду смятения в головах мохнатого народа творилась полная неразбериха, нагонявшая долю тревоги – забытого всеми чувства.

Настороженность была вовсе не напрасной, когда сквозь грудь Торнуса проявилась костлявая рука, полностью замызганная кровью Ферри.

Сын короля ахнул, неловко опуская взгляд на инородный предмет в теле. Затем, взглянув в лицо главы, выхаркнул сгусток крови.

Глаза его малость перекосились, а когда смертоносная кисть исчезла, массивное тело полульва двинулось вперёд, не сумев преодолеть желанный путь. Через мгновение принц рухнул с размаху на брюхо и, располагаясь точно у лап отца, выпустил остатки воздуха вместе с жизнью.

– Выродок преисподней... – стиснул клыки Амеран.

– Г-глава, что д-делать будем? – наполнилась ужасом Инелла.

– Одним махом. Убил сына главы, одним махом, – бормотал под нос полубык Синдар.

Тяжёлое прерывистое дыхание распространилось по залу, а взбудораженные Ферри уже проговаривали молитву Безликому в быстрой форме. Вместе с этим рождались нелепые предложения, проносясь между ушами собравшейся толпы, рождая хоть какой-то план по убийству досель неведомого чудовища.

Падение несостоявшегося короля Плачущего леса проявило всем истинный облик убийцы.

Острые оленьи рога отходили от голого черепа существа. В пустых чёрных глазницах скрывались небольшие глазные яблоки белого цвета, густо окутанные светло-синими капиллярами. Зрачок имел похожий цвет, разве что немного темнее, мистически сияя лунным светом вместе с сосудами. Продолговатая морда не имела шерсти, мяса, волокон – ничего. Единственная уникальная черта черепа, как и всего тела – многочисленные микротрещины, из которых исходило идентичное свечение, что и от зрачков. Приоткрытая челюсть испускала пар, а массивные плечи двигались вверх-вниз, словно чудище вот-вот ринется убивать.

Удивительно то, что, начиная от шеи до самых локтей и колен, у существа имелась объёмная мускулатура, покрытая густой белой шерстью. Всё, что тянулось дальше, плавно переходило в скелетообразные конечности рук и ног.

Словно жизнь и смерть, действуя сообща, создали свое уникальное дитя, пропитав его светом луны.

– В бой! – раздался голос командора.

Ферри ринулись толпой, нанося поочерёдные удары неизвестному противнику, вселяющему смятение.

Таира бросилась вместе с подручным Миравина, атакуя ноги, пока лис действовал с воздуха. В момент внезапного убийства юного принца мир Таиры безвозвратно рухнул. Она с юных лет служила ему, отдавая всецело себя поставленной задаче и это приносило ей удовольствие. Воительница хотела увидеть собственными глазами, как Торнус взойдёт на трон. Теперь её жизнь потеряла всякий смысл и по этой причине та билась безрассудно.

Все удары были умело и молниеносно отражены белым существом, лис отпрыгнул в сторону, обдумывая следующую атаку. Правая рука покойного полульва продолжила шквал ударов, безрассудно выкидывая свирепые лапы.

Скелетообразный мститель блокировал и уклонялся от любой атаки, словно предугадывал их все заранее. Нанося очередной выпад когтями, воительница не успела среагировать должным образом, внезапно для себя оказавшись в болевом захвате. Оппонент перенёс корпус в бок, поймав, а затем заломив её кисть за спину, прижимаясь к зверолюдке торсом.

Исход боя обернулся против разгневанной мадам, но она даже не думала сдаваться, готовясь убить недруга свободной рукой. Жертвуя прижатой конечностью, Таира смогла нанести изворотливый выпад когтями, глубоко ранив мясистое плечо существа.

Боль в суставе пронзила сознание, она выполнила желанную цель, но при этом порвала связки, вывихнула кисть, локоть и плечо.

Белый сияющий дух мстителя продолжал стоять непоколебимо, игнорируя увечья соперницы. Кровь выступила из глубокой раны, запачкав белый густой мех, но уже через несколько мгновений от неё не было и следа. Рана быстро затянулась, а шерсть проросла вновь, разве что алая жидкость продолжила украшать рельефный торс.

Таира всё ещё оставалась беспомощной заложницей, вот только по собственной глупости, сейчас зверолюдке приходилось страдать от беспощадной боли. Произошедшее длилось буквально миг, но даже за этот короткий промежуток приключилось слишком много событий.

Товарищи Таиры на секунду остановились, увидев, что она в лапах существа. Таинственный воин просто замер на месте, пялясь в одну точку и не предпринимая каких-либо действий.

Но глава звероподобных Ферри не тюфяк и не позволит управлять действиями своих собратьев. Игнорируя молчаливого провокатора, который определённо хотел заставить мохнатый народ оцепенеть, Амеран вопреки чутью направился в лобовую атаку.

Как только нога короля коснулась каменного пола, переступив через мёртвое тело сына, Левент в мстительном облике свернул шею Таиры. У зверолюдки сразу подкосились ноги, её бренное туловище сложилось к полу – грудью вперёд, а сломанная шея зафиксировала положение лица, обращённого к потолку.

Эта смерть не остановила смелый рывок Амерана к карателю. Могучий полулев оттолкнулся от поверхности, быстро сокращая дистанцию. Его тяжёлая рука уже летела со всего маха в белый череп противника, выпустив острые как лезвие когти. Вот он! Удар, унесший не одну жизнь.

«Сдохни тварь!» – громко подумал Амеран.

Шлеп! – раздался эхом звук, побудивший могильную тишину.

Левая костлявая рука остановила смертельную атаку, будто без усилий, сдерживая натиск полульва. Взгляды соперников сошлись, Амеран совсем не ожидал подобного исхода, свято веря в собственную силу. Но в нынешних обстоятельствах, главарь всех Ферри осознал собственную слабость перед ужасающей силой существа. Жёлтые глаза заклинателя не вселяли страха костлявому мстителю, всё было с точностью наоборот и понимали это оба.

Призрачному оленю удалось распознать безысходность во взгляде предателя и это ублажало душу – погруженного во мрак Левента.

Рука без плоти сдавила напряженные жилы полульва, после чего тот решился нанести внезапную атаку в остроконечную бороду.

– Бах! – апперкот достиг цели, не встречая преграды, по направленной траектории.

– Ра-р-ра! – вылетело из уст Амерана, пострадавшего от собственной атаки. Костные шипы оказались твёрже ожидаемого, а мохнатая рука зашла слишком глубоко, пропуская костные шипы в мягкие ткани и даже ладонь. Оленья голова, не имеющая шерсти, немного задралась вверх, а затем медленно опустилась в прежнее положение, одарив заклинателя ещё большей болью.

Разумеется, пропущенный апперкот являлся частью идеально исполненного замысла. Мохнатый соперник резко выдернул израненную кисть, тут же лишившись дыхания. Мстительный скелет схватил главу звероподобных за горло, неторопливо отрывая его тело от земли, прямо на глазах подопечных.

Великий воин, чьё имя вселяло страх долгие годы, сейчас казался жалким отбросом, насильно испускающим дух.

Левая лапа главы больше не шевелилась, выделяя внушительное количество крови сквозь колотые раны. Правая конечность продолжала всё так же находиться в стальном натиске противника, не имея сил высвободиться. Воздух быстро покинул гордого льва, а заветный вдох оставался утешительной мечтой, сбыться которой уже не суждено. Глаза его закатились к потолку, капилляры лопались, а из пасти исходил жалобный хрип.

Все Ферри, окружившие монстра, не смели двинуться с места, осторожно наблюдая за происходящим. Если сейчас Амеран помрёт, его место унаследует убийца короля... Предполагаемое будущее станет необратимым.

– Не позволю! – заорал Синдар, несясь на всех порах в спину мстительного духа. Он наклонил голову вперёд, выставляя свои величественные рога, дабы насадить на них Бесово существо.

Еле заметное зелёное полотно возникло в полуметре от поставленной цели быка. Разумеется, недалёкий бык его не разглядел, хорошенько вписываясь в магический щит. Ярко-изумрудный цвет разошелся волною по полотну, открывая его полноценный, чарующий вид.

Бычара неплохо отскочил, приземляясь точно на задницу. Нолан, находившийся у стены, твёрдо стоял на ногах, держа две скованные цепью руки перед собой.

Череп оленя посмотрел на парня, словно выражая благодарность, а быть может и презрение. Голубые глаза снова перенеслись на Амерана, а костлявая кисть сжалась чуть сильнее, доводя начатое до конца.

«Убийственный щёлчок!» – раздался в голове карателя, похожий на смертоносный удар молнии в пустом поле.

Непобедимое тело ослабло, испытав пронзительный мандраж. Костлявые руки моментально разжались, схватившись за голый череп. Амеран свалился на каменный пол, пытаясь жадно поглотить как можно больше утерянного кислорода.

Мстительный дух отступил на два шага назад, не желая покоряться подступившей слабости. Убить предателя, отомстить за Унрау, а заодно и за всю причинённую боль – вот истинная цель перевоплощения в чудовище. Но что-то стало сопротивляться изнутри поставленной цели, а если быть точнее – кто-то. Одно тело не способно усмирить две разные души, с разными понятиями о мести. Видимо на этом сотрудничество Инха и человека подходило к концу.

Покончивший с собой парень стал понимать негодование соседа по разуму и что сила скоро иссякнет.

«Нужно срочно спасти Нолана! – словно отдал приказ, возвращающийся рассудок. – Ещё немного, прошу! – обменялся мыслью с Арнелем.»

Боль слегка поутихла, Левент сжал костлявые кулаки, разбивая двумя ударами стену рядом с заключенным в кандалы напарником. Густые клубы пыли поднялись в храме Безликого бога. Пользуясь отвлекающим моментом, Левент разорвал цепи, удерживающие воина Туманного города.

Амеран к этому времени едва оправился, барахтаясь всё так же на полу. Он указывал изувеченной рукой атаковать человека с Бесом, а здоровой – разминал больное горло.

Ферри нехило замешкались, ведь никто не хотел вбегать в сгусток пыли, слепо умирая от костлявых рук. Но всё же приказ – есть приказ.

Двое посланных добровольцев скрылись в непроглядной ловушке, затерявшись на пару десятков секунд. Ферри ожидали продолжения схватки, произнося в мыслях вновь заветные слова: "Я посвящаю свое сердце, открываю душу и освобождаю тело, дабы ты наполнил меня смыслом, одарил светом и наделил силой. Клянусь нести только свет, покуда воля полностью не иссякнет."

Спустя мгновение, басистый голос предоставил отчёт по другую сторону пыльного занавеса – Пленные бежали!