Потомок

Пролог

Мне было два года, когда в наш дом пришло зло. Азазель, если быть более точным. Эта тварь явилась, чтобы отметить моего младшего брата, Сэмми, подходящим для своих планов. Я практически ничего не помню из тех ранних лет своей жизни, но я отлично запомнил ту злополучную ночь.

Детская, где спал Сэм, была полностью объята огнем. Сам Сэмми громко ревел, а отец был бледен, как покойник. Я очень испугался: крики матери звучали надрывно и слишком звонко, поэтому всю дорогу от второй детской до комнаты Сэма держался за руку Дина, который пусть и был старше меня всего на два года, но тогда казался мне героем и спасителем.

Я помню, как отпустил руку Дина, замерев позади него, и уставился на потолок, не до конца понимая, что вижу. В отличии от меня Дин смотрел на отца, который всунул ему в руки укутанного в детское одеяльце Сэма. Наверное именно поэтому картина горящей мамы не врезалась в его память так отчётливо, как это произошло со мной. Вместо того, чтобы смотреть вверх, Дин, схватив в охапку Сэмми, потянул меня за собой на первый этаж.

Та ужасная ночь осталась в моей памяти самым ярким воспоминанием из раннего детства.

Не знаю точно, как отцу пришла в голову идея стать охотником. Может быть он наткнулся на кого-то из этой дружной братии, может ещё что-то, но факт оставался фактом — отец всерьез пристрастился к уничтожению нежити и прочих монстров, что таятся в тенях. Даже стал называть это «семейным делом». Он учил Дина по какому-то странному курсу молодого бойца. Твердил, что тот должен защищать своих младших братьев. Дин относился к заданию отца очень ответственно. На мне же был Сэмми и слежка за порядком в нашей семье.

Может дело было в моих кошмарах? Я каждую ночь просыпался с криками, видя во снах горящую маму. Но, изредка, отец всё же снисходил и показывал мне, как обращаться с оружием или обучал некоторым приемам по самозащите. Я всегда жадно впитывал эти скупые уроки. Пусть смерть мамы со временем и притупилась в моем детском сознании, я не хотел быть слабым. Не хотел, чтобы кто-нибудь из моей семьи повторил её участь. Поэтому я попросил Дина тайком заниматься вместе. Мы повторяли круг упражнений, направленных на физическое развитие. Так же брат пересказывал мне уроки отца. Сэмми обычно сидел рядом с нами в детском кресле и с восторгом тряс в воздухе деталями от пистолета. К тому времени, когда отец сам впервые доверил мне пистолет, Сэму успело исполниться три года. Мне же было уже целых пять лет.

В то время я чувствовал себя взрослым и самостоятельным.

Отец часто уходил на охоту, оставляя нас троих одних в мотеле или у знакомых охотников. Чаще всего всех вместе, но иногда случались накладки. Как и все дети, мы болели. Тот случай тоже не отличался оригинальностью, но Дин и Сэм уже почти выздоровели, а вот меня самого только накрыла температура и отец принял судьбоносное решение оставить меня у своего знакомого охотника и его жены, а сам подхватил Дина с Сэмом и поехал проверять новую зацепку по делу смерти мамы. Когда я отошел от скачка температуры они были уже далеко.

Помню, я тогда решил, что отец меня бросил, но знакомый отца и его жена успокоили меня. А уже вечером следующего дня их не стало. Убивая вервольфов всегда убеждайтесь, что уничтожили всю стаю, иначе выжившие волки придут мстить. Знакомого отца разорвали прямо на пороге, но его жена успела спрятать меня за шкаф в полость между стенами, где они прятали оружие. Маленький ребенок прекрасно там поместился. Скрытый запахом пороха, я уцелел.

Позже, в наступившей тишине, я ждал отца, но он не вернулся. Когда меня нашли полицейские, прошло два дня. На все вопросы я молчал, не в силах что-либо ответить, чтобы меня не приняли за сумасшедшего. В итоге полицейские поместили меня в один из ближайших приютов. Но даже тогда, спустя почти неделю, я ждал. Вот только отец не забрал меня, когда приемная семья распахнула передо мной свои дружелюбные объятия.

Я помню, как Джон Винчестер остановил машину у моего нового дома. Как вышел и несколько минут простоял, смотря на опрятный двухэтажный коттедж. Как сел обратно, поправил одеяло на спящем Дине и погладил по голове Сэмми, которые спали на заднем сидении. Как завел мотор и уехал. Наверное так больно мне не было никогда в жизни. Мой отец решил меня бросить. Это было предательством.

Джон не знал, что я видел его и вряд ли когда-то в дальнейшем узнал об этом. Но жить дальше в приемной семье я не смог. Это было слишком для меня. Все эти дети, старающиеся выглядеть дружелюбными и корчащие из себя не весь что. Они выглядели глупо в моих глазах. Своими попытками изобразить семью, они ярко демонстрировали мне, насколько чужд был их образ жизни моему.

Мне было шесть лет, когда я сбежал.

И пусть подготовился я основательно: уложил в рюкзак еду, воду, сменную одежду, кухонный нож и старый револьвер из тайника приемных родителей — я оказался не готов к жизни в одиночестве. Я видел намного больше, чем простые люди, поэтому легко мог понять, что парочка, целующаяся на обочине, на самом деле вампиры, заманивающие в свои сети тех, кто решит подвезти их до города. Я знал, что иногда в лесах, которые окружали дом моей приемной семьи, пропадают люди, что говорило о возможных охотничьих угодьях вендиго или чупакабры, забравшейся немного севернее обычного ореола своего обитания.

Под конец второй недели скитаний я напоминал загнанного зверька и, шарахнувшись от тормознувшей рядом машины, побежал через поле подальше от дороги, а спустя три дня, измученный и оголодавший, набрел на небольшой, но уютный домик. Дин утверждал, что в таких часто живут ведьмы, но мне было уже всё равно. Почти. Я не смог дойти до двери, упав на крыльце, крепко сжимая рукой кухонный нож, так как револьвер успел потерять, когда убегал от подозрительного автомобиля, даже не заметив, что водитель не стал меня преследовать.

Сквозь дрему я чувствовал, как дверь дома открылась и кто-то подошел ко мне. Слегка запахло чем-то тухлым. Это сейчас я знаю, что именно так пахнет сера, но тогда мне это было непонятно. Некто негромко хмыкнул и выдернул у меня из рук нож. Я попытался проснуться, но не смог: тело не слушалось меня. Поэтому я только и мог, что почувствовать, как меня подняли на руки и внесли в дом, после чего уложили на что-то мягкое. Точно ведьма! Я помню, как попытался прорваться сквозь охватывающую меня всё сильнее дрему и почти смог сделать это, когда некто негромко рассмеялся низким баритоном и щелчком по лбу отправил меня в глубокий сон…

Довольно странно найти дом там, откуда сбежал бы любой нормальный человек.

Даже сейчас, много лет спустя, я не понимаю, почему Каин решил приютить ребенка, которого нашел на своем пороге. Да, мой род был его потомками, но нас слишком много, ведь Каин был одним из первых людей. Кроме меня ещё половина планеты, включая моих родных, могли заявить о своей кровной связи с Каином. Но факт остается фактом: я остался в этом уютном доме около пасеки, слушая по вечерам рассказы Отца Убийства и наслаждаясь сладким медом. Каин заменил мне отца и дал намного больше, чем мог дать мне Джон Винчестер.

Да, пускай я пошел по стопам своей семьи, но никогда не искал встречи с ними. У Винчестеров была своя война в которой не оказалось для меня места и я не стал навязываться. Появляться на пороге их очередного номера в мотеле и лезть с объятиями? Точно не стоит и рассчитывать на подобную глупость с моей стороны. К тому моменту, когда я мог выйти на родных, мы стали уже совсем разными. Меня воспитали иначе. Я был другим. Да, мне нравилось очищать мир от различных тварей и возвращаться обратно в то место, которое я назвал своим домом. Я любил заезжать в магазин и, приехав домой, садиться за кухонный стол, чтобы рассказать Каину новую историю, как тот рассказывал их некогда мне. Я всегда убивал монстров лишь ради людей, помня трагедию своей семьи, и в своих рассказах приемному отцу делился с ним той радостью, что охватывала меня при виде лиц спасенных мною.

Каин с усмешкой всегда в ответ говорил, что я обладаю слишком светлой душой для того, кого воспитал Рыцарь Ада, пусть и бывший, но я сам так не считал. Я должен был быть со своей семьей во всех её проблемах и не стал этого делать. Да, я знал, что Джон Винчестер умер, что Дин попал в Ад, а потом вернулся. Знал, что мои братья умудрились выпустить Люцифера, а потом запечатать его обратно, кстати, Каин долго плевался тогда. Знал о падении ангелов. Знал о многом, но никогда не рвался обратно. Я придерживался мнения, которое подтолкнуло меня когда-то давно бежать из приемной семьи. Я не был нужен, так к чему мутить воду и копаться в прошлом?

Но однажды прошлое само пришло в мой дом…

Глава 1

Вендиго оказался весьма крепким и прожорливым, но мне удалось убить его и спасти семейную пару, которая решила отметить свое пятилетие брака походом в национальный парк штата Пенсильвания. Довольно забавно наблюдать, как с каждым новым годом люди всё спокойнее относятся к сверхъестественным явлениям. Спасенная мною парочка даже попросила совместное фото на память, не забыв скинуть его и мне. Я почти подъехал к дому, прокручивая в голове очередную интересную историю, которую расскажу отцу, когда заметил подозрительную толпу, стоявшую около крыльца.

Демоны, о чем свидетельствовал не самый светлый амулет, сделанный мною под чутким руководством Каина, явно пришли не с мирными намерениями и я припарковал автомобиль подальше, после чего обошел по дуге толпу, используя подарок приемного отца на двадцатилетие. Не распиаренная мантия невидимка, но на носителя этого кулона обычные демоны внимания обращают не больше, чем на обыкновенных животных. Артефакт маскировал ауру и душу, имитируя крупное, травоядное животное. Остальное было в руках самого носителя: сможет прокрасться мимо — молодец, если же провалиться — сам виноват.

Мне повезло и среди демонов не оказалось сильных существ, поэтому я смог спокойно пройти к заднему входу, чтобы увидеть, как кто-то пододвигает к нему холодильник. Кажется, у нас гости. Фыркнув, я тактично постучал в дверь, вызвав нездоровую возню на кухне. Сказать по правде, я не до конца был уверен в том, что отец впустит меня, но уже спустя пару секунд стоял посреди кухни. Смерив взглядом гостей, я мысленно выругался, но постарался держать лицо и поставил на стол купленную в магазине муку — Каин любил кулинарные эксперименты.

Гости не были желанными. Король Ада Кроули и… Дин Винчестер. Меньше всего я ожидал увидеть именно эту сладкую парочку. В том, что меня не узнали, я был убежден: слишком уж агрессивно смотрел на меня старший брат.

— А ты ещё кто? — Дин был похож на готового к атакующему прыжку пса.

Слегка дернувшись, я невольно поразился тому, как голос брата был похож на голос моего родного отца и бросил укоризненный взгляд на Каина. Тот явно чувствовал себя спокойно и непринужденно. Усмехнувшись, я тоже заставил себя успокоиться и сел за кухонный стол рядом с отцом, спиной к запасному выходу, после чего протянул Каину телефон с фотографией и прокомментировал:

— Ты был прав, это действительно оказался вендиго.

— А эта семейная пара твои новые фанаты, да, Генри? — с иронией спросил отец, а я весело рассмеялся:

— Они обещали назвать своего второго ребенка моим именем. Если родится мальчик, конечно.

Хмыкнув, Каин пододвинул мне пакет с овощами и я с интересом принялся копаться в нем. Судя по обилию кукурузы и парочке клубней картошки отец решил сделать похлебку. Весьма вкусную, к слову. Я даже слегка прищурил глаза, предвкушая будущий ужин, а потом, вспомнив про демонов снаружи, немного скис: когда всё закончиться, Каин однозначно решит сорваться с места. Я не особо любил переезды, пусть приемный отец, в отличии от родного, не забывал меня с собой забрать.

— О-оо… — протянул Кроули, чем привлек к себе внимание всех присутствующих, кроме Дина. — Я, кажется, понял в чем тут прикол.

— А я нет, — сказал, как отрезал Дин и, смотря мне в глаза произнес: — Если кто сидит рядом с тобой я знаю, но вот кто ты для меня загадка. Но мне, если быть честным, плевать. — Брат перевел взгляд на Каина, не заметив, как скривились мои губы. — Отдай мне этот хренов Клинок, без него я не уйду.

Я прикрыл глаза рукой, мягко помассировав опущенные веки. Первый Клинок работал только в комплекте с Меткой Каина и создавал поистине дьявольский коктейль из души и тела того, кому принадлежал. Дин явно не знал о чем просил. С его стороны это было прямым шагом к своеобразному самоубийству. Неужели он не знает, что таким образом разрушит всё, к чему стремиться? Лишит себя будущего и этим подарит нашему младшему брату душевные страдания от понимания, чем стал самый старший из детей Мэри и Джона Винчестеров?

Я открыл глаза и резко повернул голову в сторону приемного отца. Неужели Каин действительно решит обречь моего брата на подобное существование? Но, встретившись с Каином взглядами, я увидел в его глазах, обращённых ко мне странную горечь напополам с задумчивостью и недоуменно нахмурился. Я достаточно хорошо умел понимать его настроение, но с таким выражением на его лице встречался впервые.

Отвернувшись от меня, Каин равнодушным голосом произнёс:

— Прости, Дин, но нет. Я не могу тебе его отдать.

— Что? — переспросил Дин, а я, словив на себе задумчивый взгляд Кроули, понял, что Король Ада уже успел догадаться о моей личности. Хитрый ублюдок, не зря был демоном перекрёстка.

— Потому что его у меня уже нет. Он исчез.

Каин встал из-за стола и переложил упаковку с мукой в шкаф, а я молча смотрел на потерянное выражение на лице старшего брата, давя желание помочь ему. В конце-концов меня бросил именно Джон, а не Дин с Сэмом. Они просто не знали, где меня искать и мало ли что наплел им старший Винчестер. Мои братья всегда старались помогать людям, пусть и выходило у них иногда так себе. Я всю жизнь старался держаться подальше от них. Тем не менее, встретившись лицом к лицу с Дином, я непроизвольно захотел ему помочь.

Вздохнув, Каин направился в гостиную и гости тут же последовали за ним. Я до крови прикусил губу. Отец был в сомнениях, и шансы Дина получить вожделенную Метку росли, а я так и не мог понять, смогу ли дать старшему брату шанс допустить эту ошибку. Помедлив, я тоже встал и прошел следом за всеми в соседнее помещение.

— Исчез? — нервы Короля Ада лопнули, но и я, и Каин отчетливо видели искусную игру демона, который знал гораздо больше, нежели Винчестер. — Как это исчез? Как? Заклинание привело сюда. Значит он должен быть здесь!

— Заклинание привело вас к источнику силы Клинка, — ответил Каин и, закатав рукав, показал Метку: — Ко мне.

Увидев Метку, Король Ада отступил на пару шагов назад, перекрестившись, а я мысленно согласился с удивленным возгласом Дина, который тоже не мог не заметить столь нехарактерные движения верхних конечностей для демона.

— Это кровавая Метка Каина… — пробормотал Кроули, и Дин с возросшим интересом уставился на руку Каина.

— Оставленная самим Люцифером, — пробормотал мой приемный отец, задумчиво гладя Метку. — Она и Клинок одно целое и без Метки Клинок бесполезен. Просто обломок кости.

— Кости? — Кроули явно укладывал в своей голове новые факты, как, впрочем, и Дин, который негромко уточнил:

— Это челюсть. Животного. Челюсть, которой ты убил Авеля, потому что Бог любил его.

Я непроизвольно подобрался, но Каин был готов к тому, что Дин начнет сыпать искривленными фактами из Библии. Опустив рукав рубашки, отец негромко ответил:

— Авель говорил не с Богом. Он говорил с Люцифером. Люцифер хотел сделать моего брата своей собачонкой, а я не мог смотреть, как он становиться чудовищем. И я предложил сделку…

Каин не смотрел на Дина или Кроули. Он отвел взгляд, словно теряясь в воспоминаниях, но я, знающий его давно, успел заметить огонек странного предвкушения, который вызвал у меня холодный пот. Отец вел какую-то игру, и я пока не мог точно понять, какую именно. Он знал, что как бы я не любил Джона Винчестера, Дин и Сэмми оставались для меня неким маяком, столпом, за который я держался в самые трудные минуты жизни. Семейные узы Винчестеров… Похоже даже долгий разрыв в общении не смог их уничтожить. Ну, по крайней мере с моей стороны уж точно.

— Душа Авеля на Небесах, моя душа в Аду, — Каин посмотрел в глаза Дина и усмехнулся: — Люцифер согласился… Если я сам отправлю Авеля на Небеса. И я убил его. Стал воином Ада. Рыцарем.

Дин нахмурился от последнего слова и решил уточнить:

— И Люцифер приказал тебе создать войско…

Каин отвернулся, смотря куда-то через затянутое тюлем окно:

— Я и мои Рыцари столетиями несли хаос и тьму.

— А потом ты встретил Николлет, — негромко произнес Дин и Каин слегка дернулся, невольно посмотрев на портрет своей жены на каминной полке:

— Она знала кто я такой и что я такое… и всё равно любила меня. Она простила меня… лишь об одном попросила…

— Прекратить, — пробормотал Кроули, цепко следя за происходящим.

— Узнав об этом, Рыцари отомстили мне. Они забрали Николлет, и я снова взялся за Первый Клинок. Вновь держать в руках его было так приятно, и я перебил Рыцарей Ада, всех до одного.

— Не всех.

— Нет, — буквально ощетинился Каин, погрузившись в воспоминания: — Аббадон вселилась в неё, мою жену, и спровоцировала меня, успев сбежать… Николлет умерла у меня на руках, а я похоронил её и ушёл…

— Соболезную, — искренне произнес Дин и, видимо решив, что от охотника эти слова прозвучат карикатурно, добавил: — Честно. Но я должен остановить Аббадон. Где Клинок?

— Нет…

Каин резко развернулся и направился прочь из гостиной, а Дин с негодующим возгласом побежал за ним. Схватив Каина за плечо, он развернул его и наставил на него нож:

— Эй ты, скотина! Ты может и завязал воевать, но вот я нет!

Вздохнув, я молча продолжал смотреть на превосходную игру Каина. Он действительно любил свою жену. Ценил её посмертную волю, но… ладно Дин, но неужели Король Ада действительно думал, что Каин не знал о возвращении Аббадон?

Отец узнал об этом чуть ли не раньше всех в этом мире. Я помню тот момент, так как находился рядом. Проявление демонической сути Отца Убийств всегда ощущалось болезненно для простых смертных, находящихся рядом. На моё счастье Каин всегда отлично держал себя в руках. Его волю закалила Метка, но его гнев всегда был очень силен.

Схватив Дина за запястье, Каин резко дернул Винчестера за руку, которой тот держал нож, на себя, позволяя широкому лезвию пронзить свое сердце. Нож, которым, если верить слухам, можно было убить даже демонов, не причинил вреда Отцу Убийств. Усмехнувшись, Каин буквально промурчал:

— Ты никогда не сдаешься, верно?

Вроде отец говорил эти слова Дину, но его взгляд, брошенный на меня буквально на секунду, вывел из равновесия, чуть было не нарушив идеальную игру, и я невольно сделал шаг вперед пораженный мелькнувшей догадкой. Не может быть! Мои мысли вспугнул Дин, который твердо ответил:

— Никогда.

— А я сдался.

Каин пропал и я знал, куда он отправился. В минуты, когда всё то человеческое, что пробудила в нём Николлет, начинало пропадать, он возвращался на её могилу, чтобы обдумать всё, принять решение. В последние годы он приходил туда всё чаще и это не могло не волновать меня.

— Куда он делся? — буквально прорычал Дин и они с Кроули уставились в окно, подсчитывая демонов снаружи, а я спокойно уселся на диван.

В том, что Каин вернется, сомнений не было. И я надеялся, что вернется его более человечная версия. Те четыре раза, когда я видел его темную сторону слишком четко отпечатались в моей памяти. И пускай мне отец никогда ничего не делал, я отлично помню тот ужас, который охватывал меня первые два раза. Я был тогда ещё совсем ребёнком.

Демоны ломились в двери, а я смотрел на появившегося возле камина отца. Он легко провел пальцами по изображению жены, словно касаясь хрупкой фарфоровой статуэтки, и, не смотря на меня, сказал подошедшему Дину:

— Если ты хочешь, я могу передать тебе Метку.

— Ты о чём? — недоуменно спросил Дин.

— Метку можно передать тому, кто достоин.

— Такому же убийце, как ты? — уточнил мой брат.

— Да, — просто ответил Каин.

— И я смогу убить эту тварь?

— Да… — повторил Отец Убийств и в его глазах вновь полыхнул огонек предвкушения. — Но знай, что это серьезное бремя и цена может стать непомерной.

— Давай без этого, — Дин начал задирать рукав своей куртки. — Мне и убить эту тварь достаточно.

Я вздрогнул, не веря тому, что вижу, и отвернулся. Мысли метались в голове стаей испуганных ворон и, почувствовав на себе взгляд, я повернул голову, увидев Каина, который смотрел на меня, пока Дин возился с рукавами своей одежды. В этот момент я понял. И принял решение.

Отец всегда оставался демоном. Даже в те моменты, когда успокаивал меня в детстве после очередного кошмара, наполненного образами горящей матери. Он был демоном, когда учил меня сражаться. Да, он был женат. Да, он выкинул Клинок и «ушел на пенсию». Да, он завязал, но… он был демоном. Одним из древнейших. Одним из сильнейших. Не смотря на то, что я умудрился сильно привязаться к Каину, я никогда не забывал этого и сейчас, буквально на долю секунды, я увидел в его глазах того самого монстра, которого назвали Отцом Убийства. Он безмолвно предлагал мне сделать выбор, и я сделал пару шагов вперед, останавливая одной рукой брата, а второй Каина.

Не глядя на Дина, я посмотрел в глаза существа, заменившего мне семью, и произнес:

— Хорошо, я согласен. Прекрати пудрить ему мозги.

— Эй, погоди, чувак, — Дин дернул меня за плечо. — Ты что твори…

Дин замолчал на полуслове, увидев выражение лица Каина. Его демонические глаза и улыбку, в которой было мало человеческого. Это была жестокая улыбка монстра, победившего в своей игре. Попытавшись дернуться, мой брат вдруг осознал, что не может двигаться. Ловушка схлопнулась, но хищник уже не обращал на добычу внимания и смотрел прямо на меня:

— Повтори, — спокойным, буквально ледяным тоном, произнес Каин и я, сглотнув, послушно повторил:

— Я согласен. Теперь отпусти его, отец.

— Глупый… глупый и храбрый мальчишка, — мягко, почти с отеческой любовью, произнес Каин и взъерошил на моей голове волосы. — Но такой смышленый и сильный духом. С такой… светлой и яркой душой.

Резким движением обхватив пальцами мое запястье в захвате, он посмотрел мне в глаза и я, внутренне похолодев, закрепил захват, а в следующее мгновенье подавил стон: Метка казалась жидким огнем, который перетекал в мою руку из руки Каина. Когда Метка полностью оказалась на моем теле, Каин отпустил меня и с легкой улыбкой на лице заметил:

— Ты так похож на меня, Генри, — отец бросил лукавый взгляд на Дина и добавил, прежде чем переместить меня и гостей за пределы дома: — Ты тоже предпочел Ад, чтобы твой брат избежал его.

Оказавшись за пределами дома я смотрел, как внутрь забегают демоны и понимал: отец сорвался. Но… я машинально потер слегка зудящую Метку на своей руке, передачу он, похоже, планировал давно. Зачем? К чему ему это? Избавиться от бремени? Он и так хорошо справлялся. Да, я так и не смог понять логику многих его поступков. Почему он решил оставить меня, воспитал, позволял делиться с собой всем наболевшим: от проблем в школе до удачных моментов на очередной охоте.

Отвернувшись от дома, я оперся на капот машины руками и только после этого узнал её. Импала… машина Джона Винчестера. Такая родная и такая чужая. Невольно улыбнувшись, я провел по ней пальцами. Как давно я видел её в последний раз? Точно, в ту самую ночь, когда Джон принял решение бросить своего второго сына.

— Он запер себя внутри с демонами? — Кроули явно чувствовал облегчение.

— Ага, поехали. Ты, — Дин ткнул мне пальцем в грудь, — на заднее сидение.

Послушно сев назад, я сложил руки на груди и попросил:

— Притормози у поворота, я заберу свои вещи из пикапа, а потом, если никто не против, может заедем перекусить?

— Отличная мысль, — признал Дин и, бросив на меня настороженный взгляд через зеркало заднего вида, добавил: — Заодно расскажешь, что именно имел в виду Каин, прежде чем отправил нас подальше от заварушки.

Кроули повернулся ко мне и внимательно посмотрел сначала на меня, потом на Дина и весело фыркнул:

— Бельчонок, ты иногда знатно тупишь, — Король Ада протянул мне руку, которую я, после недолгих размышлений, пожал, и спросил: — Генри, верно? Тебе не обидно?

— Он не виноват, — я пожал плечами, постепенно начиная осознавать в какую масштабную задницу влез, и усмехнулся: — Когда мы виделись в последний раз, мне было шесть лет, а ему всего восемь.

Дин резко дал по тормозам.

Глава 2

Всегда открыт, всегда полон народу. За это я и любил бар «У Фредди». Отличное место для тех, кто не хочет заезжать в город, рядом с которым я жил с отцом. Среди местных бар всегда пользовался дурной славой. А для просвещенных никогда не было секретом, что слишком уж часто это заведение посещали охотники.

Сказать по правде, я не хотел вести в бар Короля Ада и Винчестера. Слишком для многих охотников понятия демоны и мои братья были синонимами. Но если с первыми всё и так ясно, то все охотники, которые умудрялись связаться с Дином и Сэмми, благополучно были перемолочены теми передрягами, которые следовали за Винчестерами по пятам. Даже существовала поговорка: «Лучше уж встретить самого Дьявола, чем Винчестеров». Мда, слава у Сэмми с Дином была не лучшая.

Со мной такого не случалось и поэтому я имел репутацию «своего». Хотя, как показывает практика, это лишь потому, что я находился далеко от своих родных. Ведь первая же встреча после многих лет разлуки привела к… Метка на руке слегка кольнула от воспоминаний, и я вышел из машины, последовав за сладкой парочкой.

Застыв у входа в бар, я повернулся к Дину и без особой надежды спросил:

— Может мы пойдем в другое место?

— Ну уж нет, — покачал головой Дин. — После всего произошедшего у меня появилось множество вопросов и проснулся аппетит.

Я бросил максимально спокойный взгляд на Кроули, но тот лишь с усмешкой развел руками. На мгновенье посмотрев вверх, на звёздное небо, я подавил желание вздохнуть, взялся за ручку двери и попросил Короля Ада:

— Ничего не касайся, глазами не сверкай. Зайдешь вторым и сразу двигайся вдоль стены вправо.

— С чего вдруг?

Осознав, что у Кроули возникли некие сомнения, я дернул дверь на себя и с еле заметной усмешкой, скопированной у отца ещё в детстве, провозгласил:

— Добро пожаловать в бар «У Фредди». Лучший бар для охотников в штате.

Выражение лиц моих спутников стало для меня лучшей наградой. Столько удивления на лице Дина и непередаваемая пантомима, мелькнувшая на лике Кроули. Настроение мгновенно скакнуло вверх и я зашёл первым, отметив, что Король Ада последовал моему совету и избежал попадания в дьявольскую ловушку о которой знали только местные охотники.

— Хэй, кого я вижу! Генри, амиго, ты уже вернулся из Пенсильвании?

— А ты уже поверил, что я пойду на корм вендиго, да, Фредди?

Я кивнул Дину на дальний столик, располагавшийся в самом темном месте зала, а сам направился к барной стойке, за которой сидел хозяин бара. Отлично, главное, чтобы он не узнал эту сладкую парочку. Вернее сказать, человеческую часть парочки. Ничего хорошего из этого не выйдет. С Фредди станется ещё пытаться отговорить меня. Все знали, чем чреваты совместные вылазки и дела с Винчестерами.

Фредди был отставным охотником, который вот уже почти пять лет не выезжал куда-то дальше соседнего городка. Ведьмовское посмертное проклятье накрепко привязало его к этому месту, но он выкрутился и теперь его знают по всей стране, как владельца бара и охотника, который знает гораздо больше, чем кто бы то ни был. Фредди пользовался тем же уважением, что и покойная Эллен Харвелл. Хорошая была женщина. Она знала, что я сын Джона. Говорила, что я вылитый отец в молодости. Не уверен, что оно так и есть, но я до сих пор благодарен ей за то, что она не выдала меня братьям и самому Джону.

— Скорее я поверю, что тобой вновь подавились вымершие ацтекские божки, чем ты не справился с каким-то вендиго.

— Приятно, что ты настолько в меня веришь, — я тепло улыбнулся Фредди и перешел к делу: — Три пива и две порции фирменного пирога твоей женушки. Да, я знаю, что у тебя он ещё остался. Судя по запаху сегодня яблочный?

— Да, — Фредди улыбнулся в ответ, поставил передо мной заказ и, посмотрев в сторону Дина с Кроули, спросил: — Кто это с тобой?

— Старые знакомые, не обращай внимания.

Попытка загородить собой вид на сладкую парочку не удалась. Я слишком поздно среагировал, и Фредди успел узнать моего брата. Старый охотник и владелец бара нахмурился, наклонился ко мне и гневно прошипел:

— Совсем сдурел, Генри? Это же Винчестер! Ты сам слышал, что о них говорят, — Фредди с волнением посмотрел на меня и посоветовал: — Чтобы этот псих тебе не предложил, не соглашайся. У Винчестеров всегда так: за друг друга глотку порвут всем вокруг и уложат на алтарь своих братских чувств всех соратников…

— Я буду осторожен, Фредди, — попытался я успокоить охотника.

— Очень надеюсь, — Фредди посмотрел за мою спину и расплылся в на редкость фальшивой улыбке: — Добро пожаловать в мой бар. Не советую здесь буянить.

Судя по тону голоса, Фредди явственно давал знать, что в действительности "добро пожаловать" он имел в последнюю очередь. Давно я не видел его таким. Дин даже подобрался, но, тоже криво улыбнувшись, открестился:

— Даже в мыслях не было, — положив мне руку на плечо, брат спросил: — Всё в порядке?

— Да, я уже возвращался. Дотащишь пирог?

Подхватив заказ, я направился к столику за которым с кислым лицом сидел Кроули. На полпути я обернулся и увидел, Дина с хмурым выражением лица. Фредди, оставшийся за стойкой выглядел словно победитель. Или курица-наседка, спасшая своего цыпленка. Не выдержав, я вздохнул и потер пальцами свободной руки переносицу. Фредди… если бы ты только знал!

Сев напротив Кроули, я дождался Дина, который положил на стол пирог и сел рядом с демоном. Король Ада с задумчивым видом смотрел на открытую бутылку пива в своих руках и я, не выдержав, прокомментировал:

— Это мое любимое пиво, попробуй, — Кроули посмотрел на меня и в его глазах мелькнули отблески красного пламени, а я добавил: — И отца, если что. Его оно бодрит особенно.

Кивнув своим мыслям, демон осторожно принюхался к бутылке и сунул в горлышко палец, который тут же задымился от святой воды, а Дин, откусил кусок пирога и приступил к допросу:

— То есть ты Генри? Генри Винчестер, сын Джона и Мэри Винчестеров. Мой и Сэма брат, который погиб, когда отец оставил его у знакомых охотников?

— Да, — я приступил к поеданию своего пирога.

— И как ты выжил?

— Жена знакомого Джона спрятала меня в нише с оружием. Оборотни меня не учуяли, порох отбил им обоняние.

— Тогда почему отец тебя не забрал?

Раздражение появилось мгновенно, но я даже не обратил на него внимание — жизнь с Каином в роли исполнительного родителя научили меня превосходному контролю над собой. Возможно, я даже смогу дольше бороться с влиянием Метки, до того, как она перекует мою душу в существо на подобии Отца Убийств. Невозмутимо пожав плечами, я ответил на вопрос Дина:

— Меня нашли лишь спустя почти три дня и отправили сначала в приют, а оттуда в приемную семью. От новой семейки я сбежал уже через две недели. Слишком много засранцев было у новых папочки с мамочкой.

— То есть ты выжил, сбежал из приемной семьи и каким-то образом стал чуть ли не приемным сыном Отца Убийств? Серьезно, ты думаешь, что я смогу в это поверить?

Я нахмурился, держа себя в руках. Стараясь держать себя в руках. Сидящий рядом с Дином Кроули мастерски изображал статую, смотря на «тёплую» встречу родственников. Гарантирую, что он явно наслаждался этим зрелищем. Сцепив пальцы в замок, я продолжил молча смотреть на Дина, который, похоже, вошел в раж.

— Поверю в то, что мой брат жив? - Дин поморщился. - Скорее я уж поверю, что тебя подослала Аббадон.

— Тогда мне ни к чему говорить, что именно ты боялся заснуть после просмотра второго кошмара на улице вязов, когда тебе было шесть лет и даже пальнул из револьвера Джона по своему отражению, перепугав меня и Сэмми, а потом клялся, что увидел там Фредди Крюгера.

Дин поперхнулся и уставился на меня почти что круглыми глазами, а я широко улыбнулся, хотя, скорее оскалился, и с легкой издевкой посмотрел на брата. Видеть такую палитру эмоций на лице Дина оказалось приятно. Добивая брата, я спросил:

— Или ты думаешь, что Аббадон или Каин так глубоко копались в прошлом почетного представителя славного семейства Винчестеров, чтобы потом подсунуть вам с Сэмми меня?

— Ты действительно Генри? — тихо, словно не веря самому себе, спросил Дин и я, тяжело вздохнув, подтвердил, чувствуя себя идиотом:

— Да, действительно я.

— Почему тогда ты не нашел нас?

Что я мог ответить на подобный вопрос? Правду говорить я точно пока не собирался. Не Дину, который идеализировал нашего отца с самого детства, видя в нём идеал и образец для подражания. А даже если и собирался, то уж точно не сейчас, прямо на глазах у демона, который разве что попкорн не достал, следя за разворачивающейся семейной драмой.

— Давай потом обсудим всё это. Не при… — я красноречиво покосился на Кроули, который приобрел оскорбленный вид:

— Я почти член семьи! Уж тем более после того, что сделали со мной твои братья.

— Неужели лишили демонической девственности? — невинным тоном, полным фальшивого сочувствия поинтересовался я тихим голосом и со спокойным выражением на лице принялся наблюдать за тем, как Король Ада теряет дар речи, а Дин начинает громко смеяться.

— Даже если бы я и сомневался, что вы родственники, то сейчас мои сомнения были бы развеяны, — проворчал Кроули. — Все вы, Винчестеры, те ещё остряки-самоучки с комплексом «слабоумие и отвага». Не успел появится на горизонте, уже принял на себя удар за старшего брата, да?

— Нет, просто я, в отличие, от Дина, знаю, чем грозит Метка своему носителю.

Взгляд Кроули я выдержал легко, но вот взгляд переставшего смеяться Дина был полон настороженности. Да, пускай отец предупредил его о Метке, мой старший братец вряд ли полностью поверил в те слова, которые произнес Каин. В этом был весь Дин. Он шел к своей цели не взирая на трудности. Равнодушно пожав плечами, я бросил предостерегающий взгляд, Кроули и легко улыбнулся Дину:

— Ты не должен был идти на такие жертвы. Иначе у Сэма действительно никого не останется. Его сейчас нет здесь и я подозреваю, что вы немного поссорились. Поверь, Дин, чтобы Сэмми тебе в запале не наговорил, ты единственный человек, которого он боится потерять. Мы оба помним к кому именно тянулся этот засранец, когда ещё пешком под стол ходил. А так, — я предотвратил попытку Дина вставить слово: — я убью Аббадон, помогу вам с падением пернатых, как решите. Если не ошибаюсь, именно ваш знакомый крылатик этим занимается. Заодно посмотрю какими вы с Сэмми выросли. Но учти, что охотиться вместе мы будем редко. Вы с Сэмом отдельно, я отдельно. Понятно?

Дин негромко рассмеялся и с ностальгией в голосе произнес:

— Я уже и забыл как ты был похож на отца своим желанием всё контролировать и всеми командовать, — брат улыбнулся, в то время, как я мысленно поморщился от сравнения, и перевел всё свое внимание на Кроули: — Значит дальше действуем так. Мы с Генри ждем, пока ты ищешь Первый Клинок, а потом выходим на Аббадон и мочим эту сучку.

— Это я могу. Найду его и принесу новому владельцу — криво улыбнулся Король Ада и поинтересовался: — Вперед команда?

— Э-хей! — вяло поддержал я, а Дин лишь закатил глаза и вгрызся в пирог.

— Вы просто полны энтузиазма, ребята, — иронично заметил Кроули и посмотрел по сторонам, после чего заметил: — Здесь скоро будет жарковато, так что я лучше пойду. Удачи, детишки.

Встав, Кроули с ловкостью прошел к выходу, обогнув все столики с посетителями. Дин проводил его взглядом и отставил в сторону тарелку из-под пирога, а я продолжил есть свою порцию, погрузившись в размышления. Патовая ситуация выходит… Отец сорвался и теперь будет бушевать в ближайшие пару десятилетий. Каин будет убивать, пока опять не успокоится и не отвлечется на своих дорогих пчел. Я же поступил в духе своей родной семьи, подтвердив так называемое «Правило Винчестеров» и теперь на правой руке теплом отзывается на эмоции Метка, носителем которой должен был быть Люцифер. Если архангел не справился, то что можно было ожидать от меня? Передо мной сидел Дин, а впереди маячила встреча с Сэмом. Я никогда не горел желанием встретить их, хоть и понимал, что поступаю, как Джон, отказавшись от всех связей с прошлым.

— Генри, — я отвлекся от мыслей и посмотрел на подошедшего к столику Фредди, вернее на конверт в его руках. — Твой отец передал только что через Мари письмо. Для тебя. Вы вновь поссорились? Мне стоит приготовить для тебя комнату у нас?

— Нет, спасибо, — я забрал письмо и посмотрел в глаза старого охотника: — Мы с Дином всё равно уже собирались уезжать.

— Тогда удачи, бродяга, — усмехнулся Фредди. — Береги себя и помни мой совет.

— Не волнуйся, со мной всё будет в порядке. Передавай Мари привет и мое восхищение её талантом. Она, как и всегда, безупречна. Тарелку верну потом, окей?

Встал из-за стола, я пожал Фредди руку и, подхватив остатки пирога на тарелке, направился к выходу, не обратив внимание на то, следует ли за мной Дин. Оказавшись на улице, я подошёл к машине и, оставив на капоте тарелку с пирогом, вскрыл письмо. Быстро прочитав текст, я застыл, молча уставившись на инициалы в конце послания.

— Всё в порядке?

— Старый ублюдок! — прорычал я, не сдержав эмоции, и запрокинув голову, громко рявкнул в темноту ночного неба: — Я знаю, что ты меня слышишь, отец! И знаешь, что я тебе скажу? Не надейся! Понял? Ищи другой способ!

Не смотря на бурю злости, я аккуратно свернул письмо и, уложив его в карман, подхватил свой пирог, сел на пассажирское сиденье впереди, после чего посмотрел на Дина и невозмутимо спросил:

— Так мы едем?

Сев на место водителя, Дин завел мотор импалы и мы в тишине выехали со стоянки у бара, направившись в сторону шоссе из города. Я смотрел в темноту за окном автомобиля, доедая пирог, а Дин хмурился, смотря на дорогу впереди. В конечном счете, он не выдержал первым. Бросив на меня косой взгляд, Дин спросил:

— Что это было? На парковке я имею ввиду.

— Мой ответ на письмо, — я криво усмехнулся.

— Так Каин действительно был рядом?

— Да, отец был неподалеку, я уверен, - я поморщился. - Он хотел увидеть реакцию на свое предложение.

— И что же такого в той записке?

— Прости, но это я расскажу как-нибудь в другой раз, — я вздохнул и уточнил: — Мы же сейчас не к Сэмми?

— Нет, — ответил Дин. — Мы с ним действительно немного разошлись во мнениях. Так что мы с тобой сейчас едем в Южную Дакоту. Я собирался туда, после того пойму, что нашёл Кроули. В итоге мы нашли Каина. Ты же не против Южной Дакоты?

— Нет, — я кинул тарелку на свою сумку, которая лежала на заднем сидении, после чего поудобнее устроился на сидении и, прикрыв глаза, попросил: — Не забудь разбудить, когда остановишься подзаправиться.

— Без проблем, — ответил Дин, но я его уже не слышал, погрузившись в сон.

Глава 3

Сказать по правде, Дин не ожидал увидеть своего брата, которого считал погибшим, у Каина. Дин вообще не ожидал увидеть Генри живым и совсем взрослым. В его памяти тот остался спокойным, добрым ребенком, который старался помочь ему с Сэмми и бесконечно любил их отца. Дин отчетливо помнил, как сильно Генри обожал Джона Винчестера. Он восхищался им, старался угодить и очень злился, когда у него не получалось. Слышать из уст взрослого Генри такое раздражение в адрес отца было немного удивительно. «Джон» — так Генри назвал их папу. Холодно, отчужденно.

Дин уверено вел машину вперед и вспоминал прошлое. Сколько времени прошло, а Джон Винчестер продолжал оставлять своим сыновьям загадки. Из той сейчас кажущейся такой далёкой истории о трагической смерти Генри, рассказанной оставшимся двум сыновьям, Дин вынес самый важный урок, который вел его всю жизнь.

Он стал буквально одержим мыслями о защите своего единственного оставшегося в живых брата. Дин не хотел больше терять родных и защита Сэмми стала для него приоритетным правилом. Вот только теперь, когда Генри был рядом, Дин не знал что и думать. Мир вновь перевернулся с ног на голову. Почему их брат не нашёл их, раз был так глубоко погружён в мир охотников? У Генри было множество возможностей, но он не воспользовался ими, будто даже не хотел искать своих близких. Неужели ему не хотелось вновь увидеть отца? Обнять его, Дина, и Сэмми?

С Генри многое было странным. То, на что Дин не мог не обратить внимание, было эмоциональностью. Генри большую часть времени выглядел невозмутимым. Не как Кас или другие ангелы и не так, как когда-то Сэм, лишённый души, но схоже и эта пугающая ассоциация не желала покидать мысли Дина. Кто знает, что с Генри творил Каин! Это, к слову, было ещё одним странным моментом.

Генри звал демона отцом, сам при этом был охотником и явно знал о происходящем вокруг гораздо больше того, что знали Винчестеры. И Дин был уверен, что без Каина тут не обошлось. Тем не менее, оставался открытым другой вопрос. Что для Генри сделал Отец Убийств, раз тот, насколько уже смог понять Дин, искренне считал его своей семьей? Как вообще можно было променять их, пускай и сложную, но человеческую семью на жизнь с этой демонической тварью, чей возраст соизмерим с возрастом человечества?

К тому же, демон явно воспользовался ситуацией, чтобы передать Метку именно Генри. Дин никогда не был дураком и отчетливо понимал, что его использовали. Его и Кроули, чтобы добиться от Генри определенной реакции. Тот лишь предсказуемо повёлся.

Будь на месте Дина Сэм, он бы стал искать причину, мотивы. Дину же было плевать на причины — демоны те ещё твари со своими дьявольскими тараканами в голове. Вспомнить того же Азазеля, который провел глобальный эксперимент, чтобы освободить Люцифера. Или Самайн, который предпочитал «веселиться» одну ночь в году, но зато с размахом.

Наверное именно поэтому Дин решил сначала присмотреться к Генри. Понять, что тот не навредит Сэмми. Может это и было неправильно по отношению к тому, кто был ему братом, но для Дина всегда на первом месте был Сэм. А вот Генри, наоборот, казался чужим. Слишком много пережил Дин, чтобы доверять неожиданно появившимся родственникам. Пока о неожиданно обретённом брате он мог сказать лишь то, что тот был хорошим бойцом и стремился спасать людей. Охота в Южной Дакоте говорила в пользу этого вывода.

***

Упыри на допинге? Посмотрите на гуля, который всерьез подсел на свежатинку и можете с уверенностью заявить, что таких вы видели. Вурдалаки становятся сильнее и быстрее, но словно пьянеют от увеличившейся силы. Кто бы мог подумать, что на кладбище мы найдем стаю свихнувшихся гулей и их «заначку на черный день»?

— В сторону!

Дин послушно отпрыгнул влево, уходя от удара, а я снес мачете голову последнего гуля, после чего шумно выдохнул, оглядываясь по сторонам. Трупы упырей сильно воняли, но я привычно сдерживался, чтобы не поморщиться и пока Дин стаскивал тела в центр искусственной пещеры, созданной гулями под кладбищем, подошел к огромной клетке, в которой сидели жертвы местных вурдалаков.

Достав отмычку, я немного поковырялся в довольно простом замке и открыл дверь, после чего принялся разрезать путы на пленных. Первыми освободил трех взрослых, затем двух детей. К сожалению ещё двоих спасти не удалось. Судя по степени разложения, они умерли ещё до того, как мы с братом приехали в город.

— Спасибо вам, — меня крепко обняла одна из спасенных, пожилая женщина. — Но как вы нас нашли?

— Это наша работа, — я осторожно погладил женщину по спине и поторопил остальных выживших: — Не застревайте в проходе и следуйте за мной. Я выведу вас наверх, как только мой брат закончит строить холм из тел ваших несостоявшихся убийц.

— Что это были за твари?

Обернувшись, я посмотрел высокого мужчину, который крепко стиснул челюсти и с ненавистью смотрел на тело одного из гулей, которое Дин ещё не успел оттащить к остальным. Мне определённо был знаком такой огонек в глазах. Кажется, ряды охотников могут пополнится новым бойцом. С легкой улыбкой я похвалил выжившего:

— Это отличный вопрос…

— Дак, — понятливо представился мужчина, и я пожал его протянутую руку:

— Генри, а это мой брат Дин. Что касается тварей, то это гули. Можно ещё назвать упырями или вурдалаками. Обычно пожирают мертвецов, поэтому и обитают зачастую на кладбищах, но иногда сменяют свою диету и тогда принимаются за свежатинку, — я запнулся, насильно возвращая себя на иную манеру повествования и подвинулся, не мешая Дину тащить последний труп гуля: — Свежую плоть и кровь. Результат вы все видели. Становятся сильнее и быстрее, но напоминают наркоманов. Ты хотел услышать ответ на свой вопрос, Дак? Вот тебе и ответ.

— Гули? — последний из взрослых выживших мотнул головой: — Это же бред, да? Может быть это просто каннибалы, психи!

— Если бы, — Дин подошел к нам, и я развел руками, добавив:

— В нашем мире существует много того, что не известно широким массам. А теперь пошли отсюда. Детям нужны врачи.

Я подошел к одному из детей, девочке лет шести, и наклонился, подхватив её на руки. Бедняжка сначала вздрогнула, слегка дернулась, но её отвлек амулет, подаренный мне Каином, когда все были уверены в грядущем Апокалипсисе, и девочка успокоилась, завороженно смотря на него. Это была сияющая монетка со странным символом, значения которого я так и не разобрал. Полая внутри, она была наполнена светящейся белой субстанцией.

Каин говорил, что этот амулет будет меня защищать и велел никогда не снимать. Не то, чтобы я его послушал, но субстанция чертовски напоминала мне ангельскую благодать и носить на шее частичку ангела мне хотелось меньше всего. Отец это понял и заставил надеть силой. Сила его приказа лишила меня воли в этом вопросе на целый месяц, но амулету хватило этого времени, чтобы закрепиться. Пусть воля Каина на меня больше не давила, но я не смог снять амулет. Цепочка не имела замка, а разорвать её у меня не вышло. Не помогли даже заклинания. Но я смог выяснить, что символ на амулете был чем-то сродни ключу и привязке к носителю. Я успокоился лишь когда амулет спас мне жизнь, залечив смертельную рану.

— Нравится? — тихо спросил я и улыбнулся девочке, а та молча кивнула: — Его подарил мне отец. Сказал никогда не снимать, и что эта вещичка спасет мне жизнь.

Девочка тоскливо вздохнула, проводив взглядом амулет, который я спрятал обратно за воротник футболки. Улыбнувшись, я погладил малышку по голове, после чего повернулся к остальным и махнул им рукой, прося следовать за собой.

— И много таких… гулей водится? — спросил догнавший меня Дак, на что я спокойно ответил:

— Смотря, что ты имеешь ввиду под своим вопросом, — посмотрев на мужчину, я усмехнулся: — Гули лишь малая часть того, что существует. Самые распиаренные это: вампиры, оборотни, демоны, призраки, ведьмы. В нашем мире существует множество того, что кажется простыми сказками. Вот только вампиры — просто пиявки со множеством клыков, никакой романтики. Оборотни сами страдают от своего проклятия, если только это не рождённые. С демонами в кино почти угадали. Экзорцизм действительно спасает. А вот от призраков спасёт соль, железо и сожжение физического тела духа.

— А ведьмы? — мрачно спросил Дак.

— Ведьмы и колдуны опасны, — я со вздохом добавил: — Если им больше ста лет, то лучше не лезть. Волшебных палочек нет, но проклясть так, что иголками срать будешь, могут на раз. Если тебе так интересно, то могу дать парочку адресов. Встретишься, скажешь, что тебя прислал Генри.

— Что за адреса?

— Неужели ты думаешь, что подобным, — я дернул головой назад, туда, где остался Дин. — Занимаемся лишь мы с братом? Подобных нам много.

***

Дин терпеливо ждал у машины, пока выжившие прощались с Генри. Он внимательно следил за жестами и мимикой своего брата, стараясь подмечать каждую мелочь. Дин не видел никаких отклонений. Генри действительно оказался отличным бойцом. Мачете в его руках словно порхало, а рефлексы были на высоте. Из среднего братца вырос отличный охотник, и угрозы Дин пока не видел. А для параноика со стажем это было хорошим знаком.

Но что-то цепляло Дина. Царапало изнутри. И он пристальней всматривался в принимающего благодарности Генри. Тот как раз разводил руками в ответ на шутку одного из выживших, Дака, кажется, а потом рассмеялся. Странно… Дин устало потер переносицу. Ему просто стоит выспаться. Глупо подозревать родного брата не пойми в чём.

— Хэй, ты там не уснул? Выглядишь замученным. Может рванем к Сэмми? Похоже вам нужно серьезно поговорить. По дороге просветишь меня.

Генри прислонился спиной к машине и посмотрел на Дина. В его взгляде можно было прочитать волнение, и Дин постарался взять себя в руки. Усмехнувшись, он потряс в воздухе телефоном и произнес:

— Договорились, только сначала заедем кое-куда. Я наткнулся на информацию о своем старом знакомом охотнике в полицейских сводках. Он сейчас в больнице в Висконсине. От него давно не было вестей, и я хочу проверить всё ли в порядке.

— О-оо, — невнятно протянул Генри и, пожав плечами, сел в автомобиль, — В таком случае поехали выяснять, нужна ли наша помощь.

Глава 4

Гарт из рассказов Дина предстал передо мной довольно странным, но хорошим охотником и человеком. Впрочем, я и сам знал его именно таким, пускай и мог судить о нём лишь по паре встреч в баре Фредди. Наверное именно поэтому, пока Дин пытался привести своего друга, лежащего в одиночной палате, в сознание, я прислонился к стене около окна и с интересом наблюдал за его тщетными попытками. Фицджеральда накачали обезболивающим и вряд ли он мог прийти в себя так просто. Минут через десять я не выдержал и сделал предложение:

— Может укол адреналина? — Дин резко развернулся и уставился на меня, а я развел руками и невозмутимо добавил: — Зато мгновенно проснется.

Судя по задумчивому взгляду, Дину явно приглянулась идея, но всё же он её отверг и продолжил плескать водой в лицо в Гарта, а я вздохнул и уставился в окно. Да, я знал лежащего на больничной койке охотника, но говорить об этом пока не собирался, хотя может и стоило, но вряд ли пару душевных встреч в баре можно было назвать полноценным знакомством. И всё же мне была интересна причина столь неожиданного преступления, совершенного Гартом спустя почти полгода затишья. Убийство коровы. Смысла в этом я видел мало, но подозрения у меня были.

— Может тогда врезать ему, вдруг поможет? — вновь выдал я идею, а Дин вновь меня проигнорировал, а в следующее мгновенье нам обоим стало не до Гарта.

Я помнил Сэмми мелким и весьма щуплым мальчишкой и никак не ожидал увидеть перед собой огромного, словно лось, мужика. Нет, я тоже довольно высокого роста, но не дотягивал до Сэма пару дюймов. На фотографиях он был меньше. Да, однозначно меньше. Скользнув по мне взглядом и криво усмехнувшись, Сэм проигнорировал Дина и уставился на спящего Гарта. Да, лучше бы старший братец рассказал мне не о Фицджеральде, а о Сэме, который только что надумал себе много чего неприятного.

Будь я сейчас дома с отцом, то поступил бы как обычно: сел и принялся наслаждаться неловкой паузой, но… передо мной были мои братья и я не мог стоять в стороне, пусть ситуация и выглядела весьма забавной. Поморщившись, я кашлянул, привлекая к себе внимание:

— Давайте сначала все дружно поздороваемся, потом приведем в чувство Гарта и на время забудем о разногласиях?

— А ты ещё кто такой?

Да, сразу видно, что они точно росли вместе. Значит пока говорить бесполезно. Поэтому, вместо ответа я подошел к Фицджеральду и привычным движением врезал ему по щеке, приводя в чувство. Подобный метод я часто использовал, чтобы вывести из ступора спасённых мною людей. Встряска помогает гораздо лучше слов. Этот метод не подвёл меня и сейчас.

Подпрыгнув на месте, Гарт заорал, заставив Дина с Сэмом отшатнутся. Я же с улыбкой сел на кровать и помахал «воскресшему» рукой. Добро пожаловать в реальный мир, парень!

— Генри? — Гарт уставился на меня, а потом, повертев по сторонам головой, заметил остальных присутствующих: — Дин? Сэм? Я что, в больнице? Погодите, точно, я в Раю…

— Это вряд ли, — я похлопал бедолагу по плечу, заставив вновь улечься. — Что нового? Не хочешь чем-нибудь поделиться с друзьями?

— Генри… — Гарт замялся, с опаской смотря на меня.

— Не пугай его, — шикнул на меня Дин и посмотрел на Фицджеральда, принявшись тихо говорить успокаивающим тоном: — Спокойствие… ты в Висконсине.

— Попал под машину, — добавил Сэм, а я с усмешкой решил добить бедолагу:

— Говорят, ты грохнул корову. Общество зеленых будет в негодовании. Что-то подобное припоминаешь?

— Грохнул корову? О мой Бог, — простонал Гарт, — Нет… всё так смутно… Я…

Как интересно. На мгновенье мне показалось, что радужка глаз Фицджеральда приобрела желтоватый оттенок. Неужели кто-то теперь воет на луну? Пока я терялся в догадках, Гарт дернул рукой и обнаружил на себе наручники:

— Это поэтому я в наручниках?

— Ну, тебе виднее, — ответил Сэм, освобождая Гарта.

— Мне интересно другое, — Дин не мигая уставился на Фицджеральда. — Куда ты пропал на полгода? Мы нашли тебя только потому, что ты, как верно сказал Генри, кокнул заготовку под стейк.

— Я охотился вообще-то!

— На кого? — Сэм тоже пристально уставился на бедного Гарта, которому окончательно стало неуютно.

— Я… о нет, — неожиданно Гарт позеленел и принялся вставать с кровати: — Я сейчас вернусь!

Я быстро подвинулся, не мешая вероятному оборотню. Натужно кашляя, Фицджеральд выпутался из одеяла и выбежал в уборную, оставив нас троих одних. Неловкая пауза вновь повисла в воздухе.

— Я смотрю ты не долго работал один.

Кивнув на меня, Сэм поморщился и упер руки в бока, а я резко встал с кровати, осознав, что ещё немного и наладить попытки общения будет гораздо сложнее. Повернувшись так, чтобы видеть обоих братьев, я решил провести шоковую терапию:

— Привет, Сэмми. Давно не виделись.

— А мы знакомы? — градус недовольства младшего братика немного снизился, и Сэм недоуменно нахмурился, а я с улыбкой заметил:

— Меня не узнал даже Дин, так что в том, что ты тоже оплошал, я не вижу ничего плохого.

— Что?.. Я не понимаю, — Сэм посмотрел на Дина, надеясь, что тот ему всё разъяснит и получил ответ:

— Отец нам соврал, Сэмми. Генри не погиб у Мальсиберов.

Ещё в детстве Сэм отличался невозможностью скрыть свои эмоции. Они всегда были видны на его лице и, насколько я могу судить, с возрастом изменилось немного. Выражение лица младшего братца было бесценным, и я невольно улыбнулся, смотря на Сэмми, обескураженно переводящего взгляд с Дина на меня. Да, стоит признать, что любого шокировала бы такая неожиданная новость.

— Знаете, — я потер заурчавший от голода живот. — Давайте вы сейчас лучше обсудите то, что между вами произошло, придете к общему мнению и подождете, пока Гарт не вылезет из туалета, а я пока сгоняю и что-нибудь съем.

Я сдержанно улыбнулся и поспешил покинуть палату. Оказавшись на улице, я направился к кафе, находящемуся прямо напротив парковки больницы. Сделав заказ, я попросил завернуть его с собой и сел в ожидании заказа за столик у окна, грея замерзшие от волнения пальцы об стаканчик с кофе, а потом решительно достал из внутреннего кармана письмо, чтобы прочитать его в очередной раз. Не знаю, что я искал. Какую зацепку пытался обнаружить. Каин всегда оставлял лазейку и, если быть честным, я пока ничего не мог понять.

«Если ты читаешь это, значит я осуществил задуманное. Метка на твоей руке, и ты новый страж, охраняющий этот мир от возвращения Тьмы. Смотри, не впусти её к нам. Бог давно отошел от мирских проблем своих творений, а Люцифер не поможет делу, поверь. Его сил попросту не хватит, даже если он восстановится к тому моменту, как ты совершишь величайшую ошибку в духе своей родной семьи.

Ты знаешь, что я всегда ценил больше всего. Схватку. Сражение с равным противником. Ты дашь мне это, и в то мгновенье, когда Тьма перекует твою сущность, я буду ждать тебя около нашего дома, чтобы узнать, каким ты стал. Ты подаришь мне эту битву. Славную смерть или ещё одну славную победу. Запомни, Генри, я буду ждать тебя.

Мы всегда были похожи. Я увидел в тебе огонь, когда ты только пришёл к порогу моего дома. То же пламя, что полыхает и во мне. В конечном счёте, не зря я назвал тебя своим сыном. Считай это своим долгом передо мной, как своим отцом.»

Метка мерно пульсировала в ритм с моим сердцем, а я, спрятав письмо обратно, смотрел на стаканчик с кофе, пытаясь понять планы отца. Его слова в письме были одновременно и признанием, и ловушкой. Но за ними скрывалось нечто большее, чем простая воля отца. Каин всегда был своеобразным демоном и я прекрасно помню, как он злился, когда вернулся Люцифер. Тогда он пропал на несколько недель, а когда вернулся, отдал мне проклятый амулет.

Не долго думая, я вытащил насильно врученный мне подарок за цепочку из-за шиворота и вгляделся в завораживающее сияние. Благодать слегка мерцала, продолжая ярко светиться. Приглядевшись, я внезапно похолодел, осознав, что мерцала она в такт Метке и моему сердцу. Залпом выпив кофе, я почувствовал, что мне явно нужно нечто иное. И желательно покрепче.

Что же ты задумал, отец? С чего ты решил, что я соглашусь? Ты заменил мне семью. Стал лучшим отцом, чем Джон, который бросил и предал меня. Почему мне кажется, что во всем замешан этот проклятый амулет? В очередной раз в разум приходит мысль о том, что нужно его снять. И демоны мне с этим не помогут. Ведьмы тоже бессильны. Все мои знания в области магии не дотягивают до уровня понимания этого амулета.

Может быть ангелы смогут что-то подсказать? Вздохнув, я невольно скривился. Лезть к пернатым я не хотел, но в таком случае мне нужно было дождаться, пока к братьям не прилетит их ангелок. Но вопрос в ином, как его об этом спросить? Увы, но жизнь с демоном не особо положительно влияет на доверие к ангелам и мне…

— Мама, смотри, голый дяденька!

Иногда люди способны терять ход мыслей, когда видят что-то, что выбивается из их понимания. Так и я аж поперхнулся воздухом, забыв о всех своих проблемах, когда увидел Гарта в панталонах, садящегося в машину с какой-то женщиной. Бежать следом было бесполезно, я всё равно не успевал, поэтому я запомнил марку автомобиля и номера, после чего забрал свой сэндвич с индейкой и направился к парковке. Когда я остановился около брошенной Фицджеральдом больничной рубашки, ко мне подбежали братья.

— Он что, сбежал голым? — удивленно спросил Сэм, на что я, разворачивая свой обед, ответил:

— Нет, в трусах и на машине. Его увезла какая-то светловолосая женщина на старом классическом универсале. Номера я запомнил.

— И ты его не остановил? — возмутился Дин.

— Я бы не успел и лишь вспугнул Гарта. К тому же, — я потряс в воздухе сэндвичем, — Я ждал свой заказ.

Дин задумчиво посмотрел на мой обед, что-то прикинул в мыслях и спросил:

— Тогда может действительно сходим и поедим?

Сэм тяжело вздохнул и с тоской посмотрел на небо.

Глава 5

Я был против. Вломиться в чужой дом с оружием наготове? Если Гарт добровольно поехал с незнакомкой, то вряд ли он был в беде. Вот только кто меня будет слушать? Всю дорогу до дома, где скрывался Фицджеральд, Сэм косился на меня, но не рисковал задавать вопросы. Видимо его обида на Дина была гораздо сильнее, чем я думал. Пожалуй, мне позже стоило обговорить эту проблему с нашим старшим братцем. Ведь Сэмми даже предпочел поехать на заднем сидении, которое я уже успел обустроить для себя, помня любовь младшего братишки к отличному виду на дорогу, который открывался лишь с места водителя и соседнего с ним.

Гарт сбежал от нас далеко. Аж в соседний город. Сказать по правде, я не ожидал от него такой прыти. Никто из нас не ожидал. Когда мы замерли у двери, я негромко спросил:

— Может просто постучим?

— Ну уж нет, — поджал губы Дин. — Лучше достань пистолет и держись рядом.

Действовали братья слаженно. Такая синхронность могла даже вызвать у меня легкую зависть, ведь синхронность движений говорила о многих годах практики, но я был бы полным идиотом, если бы разрешил себе это чувство. Хотел бы подобную практику — вышел бы на родных сам и гораздо раньше. Поэтому я лишь негромко фыркнул, переступил через щепки от выбитой двери и, зайдя в дом, помахал рукой Гарту, который подняв руки вверх пытался успокоить моих братьев:

— Эй-эй-эй, тихо! Парни! Я всё объясню! Всё нормально!

— Потому что всё нормально ты сбежал из больничной палаты?

Я не поверил ни единому слову предполагаемого оборотня и с интересом уставился на верх от нижнего женского белья. Как я и думал, похоже я был прав и стоило постучаться. Мы испортили Фицджеральду отличный денек.

— Это просто недоразумение, — Гарт с волнением на лице пытался успокоить нас.

Дин тоже успел заметить женский бюстгальтер и, подняв его за лямку, суровым тоном поинтересовался:

— С кем ты? Кто здесь вместе с тобой?

— Э-эм, Дин, — я попытался разрядить ситуацию: — Тебе не кажется, что это немного не тактично? Ты похож на женушку, застукавшую своего мужа с любовницей.

— Генри, — прорычал Дин, посмотрев на меня не скрывая раздражения, и дал сигнал Сэму, после чего они оба принялись обходить дом, оставив нас с Гартом стоять на месте.

— Да ладно вам, мужики! Давайте все утихомиримся и спрячем пушки. Видите? — заметив что Дин с Сэмом не заметили ничего подозрительного, Гарт даже обрадовался: — Мы же взрослые люди. Давайте говорить, как взрослые…

Женщины… Порой в их силах разрушить самые четко выверенные планы. Открыв дверь в кладовую, которую мои братья так и не проверили, на Сэма, сверкая желтой радужкой глаз, бросилась уже знакомая мне по парковке дамочка. Схватив Сэмми за руку, в которой был зажат пистолет, она пыталась заставить его выбросить оружие. В то время, как Сэм боролся с нечистью, успев её даже серебряным ножом задеть, на Дина, который попытался пристрелить тварь, грудью бросился Гарт. Заставив моего старшего брата опустить оружие, Фицджеральд встал между Сэмми и своей женщиной, загораживая её.

— Прошу вас, не надо!

Гарт среагировал быстро. Успокоил на время Дина, успел встать перед Сэмми, но он зря упустил из вида меня. Всего два шага влево и я держу у виска нечисти пистолет. Дамочка вскрикнула и Фицджеральд мгновенно обернулся на её голос, а увидев меня побледнел. Уважение в среде охотников завоевывается годами. Стоит ли уточнять, что меня уважали не зря?

— Дай мне повод тебя послушать.

— Она моя жена!

Я с сомнением посмотрел в звериные глаза нечисти и, заметив в них ужас, вздохнул. Действительно, прикончить тварь, если она убивала людей, можно и позже, а вот выслушать рассказ о том, как оборотень стал женой охотника, вероятно тоже оборотня, было бесценно. Как интересно! Я всегда любил интересные истории. На них меня подсадил отец. Каин всегда был хорошим рассказчиком и сам тоже любил слушать рассказы. Да, пускай жили мы обособленно, но он всегда с наслаждением слушал, что именно я ему рассказывал. Каин смог привить мне любовь к хорошим историям и поэтому я, щелкнув предохранителем пистолета, махнул рукой в которой удерживал оружие и произнес:

— Рассказывай, как докатился до жизни такой.

— Генри! Она же вервольф! — Дин пришел в себя быстро и был явно не особо доволен моим поступком.

— Я тоже, — Гарт сказал это так, словно в холодную воду шагнул.

Да! Пусть это не особо хорошо, но мне определенно стоит гордиться собой. Я был прав! Удерживая себя от проявления эмоций, я со скрытым весельем посмотрел на выражение лица Дина. О да, давно я не видел этого удивления. Последний раз я наблюдал эти эмоции на лице своего старшего брата, когда малыш Сэмми в трепетном возрасте четырех лет, умудрился семь раз подряд обставить его в камень, ножницы, бумагу. К слову о Сэме. У него выражение лица было тоже на редкость обескураженным.

Позже, когда Фицджеральд сидел рядом с дамой своего сердца и старался осторожно промокнуть её рану от ножа Сэма на руке, я внимательно следил за эмоциями нечисти. Она действительно любила Гарта. Это было видно в её взгляде. Так же мама смотрела на Джона Винчестера, когда тот возвращался с работы. С такой же любовью и нежностью.

Оборотни сидели на диване, словно голубки, а мы втроем возвышались над ними, будто воплощение Немезиды. Ну, по крайней мере, каменное выражение лица Дина явно олицетворяло всю ту бурю эмоций, что сейчас бились в нём. К слову, я опять оказался между братьями. Сэмми предпочел вновь выставить меня, как барьер между собой и нашим старшим братишкой.

— Всё в порядке, милая. Прижми вот здесь, — Фицджеральд был галантен, как никогда раньше.

— Зачем они пришли? — у меня тот же вопрос, но придержу его при себе.

— Они друзья, — Гарт посмотрел в глаза своей жены и добавил: — Честно.

— Они охотники, — какая умная девушка.

Фицджеральд перевел взгляд на нас, стоящих рядом с диваном, где он устроился со своей женой, и вздохнул. Похоже, я наконец-то дождусь свою историю. Кашлянув, Гарт начал говорить:

— Мы немного неудачно начали. Пожалуй, нам стоит начать с начала. Народ, это Бесс, моя любимая.

Дин с Сэмом переглянулись, а я тихо хмыкнул. Действительно, чего только в нашем мире не узнаешь нового! Сами по себе, подобные любовные истории охотника и нечисти не новы. Я тоже пару раз натыкался на подобные парочки, но видеть их каждый раз весьма любопытно. Поэтому я всегда убивал лишь тех, кто нападал на людей и весьма негативно относился к радикальным, повернутым охотникам. Да, мы — защита простых людей, но мы не должны сами терять свою человечность.

Словно вновь откликаясь на мои мысли, руку обожгла Метка, а следом я почувствовал, как легкая вспышка боли уходит, растворяясь под теплом, исходящим от медальона на моей груди. Похоже, Метка действительно живая и сливаясь с носителем реагирует на его действия, но то, что реагирует амулет меня определенно пугает. Интересно, передай Каин метку Дину, реагировала бы она на его мысли или причина в том, что я сам знаю о природе Метки больше, нежели мой брат?

— Это Дин, — Гарт начал представлять нас. — Он может устроить драку в чужом доме, но в душе он просто плюшевый мишка.

Мы с Сэмми синхронно покосились на «плюшевого мишку», который стоял с лицом Рэмбо перед финальной битвой. Гарт крепче сжал руку своей дорогой женушки и перевел взгляд на меня:

— Это Генри, — Фицджеральд улыбнулся: — Всегда спокоен, невозмутим и саркастичен, но он самый понимающий человек из тех, кого я встречал. А это Сэм… Он частенько во всём сомневается, но у него есть причины. Он добрый малый.

— Очень мило, — терпение Дина лопнуло и он перешел к самому важному: — Вервольф.

— Да ладно вам, парни, — Гарт со вздохом уставился на нас, задержав взгляд на мне, а потом начал говорить: — Пол года назад я торчал в окрестностях Портленда, охотился на волка и я его завалил, но он успел меня цапнуть.

— И ты нам не позвонил, — Дин недовольно нахмурился.

— Он никому не позвонил, — негромко заметил я: — Фредди сильно беспокоится за тебя.

— И чтобы я вам сказал? — Гарт скривился: — Что я в заднице? Нет. Мне всё было ясно…

— Ты поступил, как Мишель, — я сложил руки на груди и усмехнулся: — Кстати, раз ты теперь воешь пару раз в месяц на луну, то можно тебе сказать: он привет просил передать.

— Мишель? — переспросил с прищуром Дин, на что я невозмутимо ответил:

— Знакомый охотник. Вернее, уже бывший охотник. Довольно частое явление: охотник сам становится добычей и не горит желанием возвращаться в привычную среду. Чаще всего охотники стараются ликвидировать себя до того, как причинят кому-то вред, но некоторые просто стараются не попадаться своим бывшим коллегам и, соответственно, не создают ситуации, привлекающие их внимание. То есть не убивают людей и живут вполне мирно. Насколько это вообще возможно.

— Вот именно, — кивнул Гарт. — Мне тогда всё стало ясно. Исцелиться нельзя и я смирился с этим. Я пообедал в китайском ресторане. Посмотрел лучший фильм в мире «Рокки 3» и уже был готов пустить себе пулю в лоб, когда меня нашла Бесс.

— И как же она тебя нашла? — Сэм недоверчиво покосился на жену Гарта.

— По запаху, — Бесс ответила сама. — Как же ещё?

— Она забрала у меня пистолет, а остальное… как говориться: «дело прошлое», — Фицджеральд с нежностью посмотрел на Бесс: — Мы женаты уже четыре месяца.

— И моя стая приняла его, как своего.

Стоит ли говорить, что Дин с Сэмом что-то невнятно пробурчали относительно браков с вервольфами, а Гарт начал оправдываться, утверждая, что его стая не нападает на людей? Да, история не была чем-то оригинальным, но мне определенно понравилась.

***

Бесс оказалась вервольфом во втором поколении. Сказать по правде, меня эта информация весьма удивила. Родившиеся оборотнями отличались от обращённых. Чистокровные всегда контролировали себя лучше и были более человечными, нежели те, кого сделали вервольфами укусом. Увидеть подобную стаю в естественной среде было интересно. Наверное именно поэтому я не остался с Сэмом выяснять подробности у полицейских, а направился с Дином прямиком в логово нечисти. Мы были уже недалеко от цели нашей поездки, когда брат задал неожиданный вопрос:

— И много ты знаешь таких охотников?

— Прости?

Я даже отвлекся от переписки с одним из знакомых охотников, что искал для меня информацию по ангельским рунам. Посмотрев на Дина, я заметил на его лице сомнение. Он явно был в смятении и только одно это могло меня заставить выключить телефон, чтобы полностью сосредоточиться на разговоре с братом.

— Я имею в виду охотников, которые стали монстрами.

— Пару-тройку знаю, ещё о нескольких слышал, — я улыбнулся: — Неужели тебя так это взволновало?

— Как ты понял, что им можно доверять? — Дин крепко сжал руль, но я проигнорировал этот всплеск эмоций и честно ответил:

— Я и не доверяю, — заметив, что брат повернул ко мне голову, отвлекаясь от дороги, решил пояснить: — Я им верю, но их места обитания у меня под контролем. Как будет скоро и дом Гарта.

— Неплохая позиция, — хмыкнул Дин. — Как думаешь, Гарт нам не солгал?

— Разве что его самого обманули.

— Вот и проверим.

Когда мы подъехали к новому дому Гарта, тот произвел на меня весьма хорошее впечатление. Пока Дин доставал оружие, одновременно разговаривая с Сэмом, я внимательно рассматривал яркую зеленую ограду у дома и обдумывал наши дальнейшие действия.

— Ну, что там?

— У Сэма пока всё глухо, — Дин покачал головой и протянул мне нож.

— Надо же, ты помнишь. Спасибо.

Я забрал протянутое братом оружие и спрятал его в чехол, закрепленный под футболкой на пояснице. Удивительно, как хорошо Дин смог изучить мои привычки за такой короткий промежуток времени. В особенности эту. Я всегда носил чехол для ножа, даже когда сам нож приказывал долго жить.

— Идем, — Дин выдавал последние указания: — Будь осторожен, мы окажемся в самом сердце логова.

Кивнув, я сделал глубокий вдох, задержал дыхание, потом резко выдохнул. Своеобразная традиция, которая всегда помогала мне сосредоточиться перед ответственным моментом. Пока я настраивался, Дин уже успел подойти к дому и выглядел несколько обескураженно. Приблизившись, я негромко рассмеялся. Вервольфы пели в хоре. Это было действительно забавно. Кинув на меня предупреждающий взгляд, Дин поднялся по ступенькам и постучал в дверь. Встав рядом с братом, я с интересом посмотрел на открывшую нам дверь женщину.

— О, вы наверное Дин и Генри, — вервольф вежливо улыбнулась, хотя, скорее, это был оскал, нежели улыбка: — Я Джойл, теща Гарта. Приемная теща, хотя это, по моему, глупость какая-то. Входите, пожалуйста, мы уже заканчиваем.

— Очень рады приехать сюда, чтобы познакомиться с новыми родными Гарта, — я оттеснил в сторону Дина и улыбнулся привычной улыбкой, скопированной, как и усмешка, у отца.

— О нет, я знаю, что ты задумал, — Дин положил мне руку на плечо и попросил Джойл: — Лучше скажите Гарту, что мы пришли.

— Дин, даю вам слово, что в моем доме вы оба в безопасности, но и от вас я ожидаю того же. В конце концов, — женщина криво усмехнулась: — Не я вооружена серебром.

— А оно на нас и не действует, — я улыбнулся и потянул брата за собой в дом.

В отличии от Дина я внешне никак не показал, насколько меня, как охотника, напрягало нахождение в одном доме с целой стаей вервольфов. Брат напоминал собаку, борзую, пытающуюся почуять след зверя. Он внимательно оценивал обстановку, косился по сторонам, в то время как я с невозмутимым лицом прислонился к дверному косяку, любуясь на хор. Спасибо Каину и его обучению. Отец отлично натаскал меня и в то время, когда Дин только заканчивал осмотр территории, я уже некоторое время был расслаблен. Насколько это вообще было возможно в данной ситуации.

Когда пение закончилось и все посторонние начали выходить к нам подбежал Гарт. Он явно был рад нас видеть. На худом лице Фицджеральда сияла улыбка. Дин, провожающий взглядом, полным настороженности, каждого проходящего мимо члена хора, лишь криво улыбнулся.

— Говорил же вам, что всё в порядке, видите? — Гарт с женой улыбнулись.

— Они что, все волки? — Дин покосился вслед двум детишкам.

— Да, — с довольным видом ответил Гарт.

— И где тут в порядке? — задал резонный вопрос Дин.

— А ты что думаешь, Генри? — Бесс с интересом посмотрела на меня.

— Мне интересно, — я предпочел честный ответ, утаив большую часть правды.

— А вот мне не особо, — мой брат явно не разделял моё любопытство.

— Да ладно тебе, Дин! Ты их просто не знаешь, — Гарт улыбнулся и кивнул на двух вервольфов, которые остались в доме: — Это Расс и Джоба. Двоюродные братья Бесс. Племянники сестры Джойл. А вон преподобный Джим, отец Бесс. Вожак стаи и хороший человек.

Словно услышав, что о нём говорят, преподобный Джим подошел к нам. Окинув нас пристальным взглядом, он задержал его на Дине и произнес:

— Вы Дин, верно? Добро пожаловать, — вожак потянул воздух носом, чихнул: — Прошу прощения. У нас острое обоняние, а от вашего спутника идет отчетливый резкий запах. Генри, да?

— Вы правы, — я усмехнулся, уже знакомый с привычкой нечисти принюхиваться: — Это сера. Мой отец… часто проводил с ней эксперименты. Искал альтернативы дымному способу отпугивать пчёл.

Спокойно выдержав взгляды вервольфов, я тепло улыбнулся Дину, который помрачнел ещё сильнее. Странно, я думал, что мы уже решили, что они с Сэмми не виноваты в моем детстве под боком у Первого Убийцы. Удивительно, но пастер принял мрачный вид Дина на свой счет. Кашлянув ещё раз, он переглянулся с подошедшей женой, Джойл, и негромко произнес:

— Мне понятны ваши опасения, Дин. Охотники и мой народ никогда не ладили.

— Я думаю, что вы поймете, что мы с вами очень похожи, — Джойл тепло улыбнулась и в её улыбке мне почудилась некая фальшь, которую, впрочем, я временно списал на нервозность от нашего с Дином, присутствия.

— Очень сомневаюсь, — покачал головой мой брат.

— Давайте преломим хлеб и посмотрим, — спокойно попросил преподобный.

Дин подзавис. Я, если быть честным, тоже. Преломим хлеб? Что это такое? Я покосился на Дина, тот ответил не менее удивленным взглядом. Всегда был далек от дел духовных, если они не могли помочь в охоте. Каин не водил меня, как благочестивый отец, по воскресеньям в церковь. Пастор видимо понял, что от нас больше ничего не добиться и прошел мимо, а Гарт возмущенно зашипел:

— Дин!

— Что?

— Генри, хоть ты мог ответить!

— Что означает преломить хлеб? — с интересом спросил я и Гарт с Бесс уставились на меня с безмерным удивлением. — Что?

Глава 6

Мирный обед вызвал много вопросов. На первый взгляд всё было тихо и весьма цивилизованно. Насколько это было вообще применимо к вервольфам. Но что-то отчетливо было не так. Я не мог понять откуда, но чувство, словно рядом притаилась угроза, не желало меня отпускать.

Уютный дом, хоровое пение, милые дети-вервольфы с видом будущих лауреатов Нобелевской премии, сама стая и эта царящая везде дружелюбная атмосфера… Всё было слишком идеально, словно на картинке в журнале «Праведные христиане». Этим всё было подозрительным.

С кланом Мишеля было иначе. Удивительно, но эти вампиры-веганы и их логово ужасов вызывали у меня больше спокойствия, нежели мирный домик и стая ликантропов, как они себя называли. Хотя, я не отрицал, что возможной причиной стал выбор блюд. Лишь у меня и Дина была нормальная еда в тарелке. Вести светскую беседу и заедать её сырым мясом… жуткое зрелище. Поэтому, когда обед закончился, мы с братом разделились, чтобы осмотреть дом. Я обошел везде, где смог пройти без привлечения внимания, но ничего странного так и не заметил, но меньше подозрений у меня не стало.

Уже вечером, когда мы втроем, дружным семейством Винчестеров, собрались неподалеку от дома вервольфов, Сэм пытался понять, что же нас с Дином насторожило. Пока я молчал, Дин быстро рассказал об обеде и ждал выводы Сэмми. Тот не заставил себя ждать.

— То есть вас угостили пирогом, — Сэм тяжело вздохнул и спросил: — И почему мы не уходим?

— Да, Сэмми, ты прав, — Дин старался смотреть только перед собой: — У Гарта всё путем. Если хочешь уехать, то лично я не против.

— Тем не менее, что тут что-то не чисто, — мрачно произнес я, следя за окнами дома впереди.

— Но мы все не впервые встречаем хороших монстров, — Сэм посмотрел на меня: — Ты же ведь убиваешь лишь тех, кто охотится на людей. Ты ведь встречал тех, кто был безопасен?

— Пару раз бывало, — не стал я отрицать и с интересом покосился на Сэма, который принялся доставать из кармана зазвеневший телефон.

— Агент Пэрри, — Сэм бросил на меня убийственный взгляд и я постарался смеяться беззвучно. — Шэриф? Чем могу помочь?.. Правда?.. Понял.

Сэм подал нам с Дином сигнал и мы слезли с капота, чтобы сесть в машину. К сожалению, Сэмми поехал не с нами, а на своем автомобиле. Усевшись на переднем сидении рядом с Дином, я неосознанно тер подушечкой большого пальца Метку, будто поглаживая её. В конце концов брату это надоело. Вздохнув, он спросил:

— Метка… почему ты был против?

— Тебе ведь Кроули однозначно говорил, что отец… Каин, в смысле, не был первым её носителем?

— Он сказал, что Каин получил Метку от Люцифера, — ответил Дин. — Это и значит, что он не был первым носителем?

— Да, — я кивнул, чувствуя, как предупреждающе обожгла меня болью Метка. — Первым, что логично, был сам Люцифер. Но знаешь ли ты, что означает Метка?

— Э-эм, — протянул Дин и попросил: — Не изображай Сэмми и скажи четко. Без всех этих вопросов и уточнений.

— Окей, — я легко рассмеялся и вывалил на брата ворох информации, убрав часть, способную вызвать у Дина ворох вопросов и совсем ненужные в данной ситуации муки совести: — У Бога была сестра, Тьма, если так можно выразиться. Давно, ещё на заре времен, Она и Бог поссорились и наш дорогой Всевышний с помощью всех созданных им архангелов смог запечатать Тьму вне нашего мира. Вне Небес, Чистилища или Ада. Выход из этого места он закрыл на ключ и отдал его своему самому любимому сыну — Люциферу, а тот, спустя время, передал его первому убийце в истории человечества.

— Стоп, погоди! — Дин вытаращил глаза и громко воскликнул: — То есть Метка — это ключ от тюрьмы сестрицы Бога?

— Типа того, — закивал я, состроив невинное лицо: — Правда интересно?

— Весьма, но ты так и не ответил.

— Так вот, — я на пару секунд задумался, пытаясь сформулировать свои слова: — Метка является единственным барьером между Тьмой и свободой. Она обладает определенной силой, которая может проявлять себя для защиты. Например сотворение Первого Клинка. Мне рассказывали, что Метка весьма могущественна и способна на многое.

— И кто… Каин, — скривившись, брат сам ответил на свой вопрос, после чего задал новый: — А когда ты это узнал?

— Отец любит слушать истории, — я с теплотой вспомнил вечера в гостиной: — Но ещё он любил их рассказывать. Эту он мне рассказал, когда мне было десять и я впервые увидел, каким именно существом является Каин.

— И что же произошло? — Дин нахмурился, уставившись на бампер автомобиля Сэма, что ехал впереди нас.

— А что могло произойти? — я еле заметно усмехнулся, неосознанно копируя отца: — Иногда к нам заваливались демоны. Подозреваю, что по приказу Азазеля, который Каина терпеть не мог ещё с тех времен, когда не попал в число Рыцарей Ада. Отца они бесили не больше, чем мошки, но в тот раз вышло немного иначе…

Я резко замолчал, вспоминая тот летний день в красках. Я сильно испугался, когда демоны появились около нашего дома и один из них швырнул меня в ограду, но сильнее я оказался напуган, когда увидел лицо отца, заметившего кровь, текущую из раны на моем плече. Каин тогда пришел в ярость и то, как он распылил посмевших прервать его покой, некоторое время снилось мне в кошмарах.

Но я привык к этим проявлениям истинной сущности в отце, как привык ко многому другому в нём. Всё же, Каин смог привить мне многое и как бы я не упирался, не старался спасать людей, я остаюсь выкормышем демона. Так меня назвала Эллен, когда узнала кто меня воспитал. Грустно хохотнула и сказала, что поняла причины моего поведения, а потом заметила, что гены Винчестеров и тут возьмут вверх. Стоило признать, что она оказалась частично права.

Весь оставшийся путь мы с Дином молчали. Он не стал лезть с новыми вопросами, обдумывая то, что я сказал, а я был рад тому, что в моем брате резко проснулась столь нехарактерная для него тактичность. Он никогда ей не славился и в детстве частенько лез вперед, докапываясь до самой сути, когда я не хотел говорить о ней.

***

— Серьезно? — я обошел полицейского и с иронией уставился на убитое животное: — Вы позвали нас ночью в лес ради распотрошенного оленя?

— Ну вам же нравятся странные дела, агенты. Расскажите: кто порвал это оленя? У нас подобные звери не водятся.

Пока Дин с Сэмом присели рядом с трупом животного, чтобы изучить его поближе, я вновь достал телефон, чтобы продолжить дневную переписку со своим информатором. Дела у того встали. Похоже, он больше ничем не сможет мне помочь. Даже подтвердить предположительное происхождение символа на амулете. Это немного злило.

— Всё ещё теплое, — вдруг негромко произнес Дин и я отвлекся от переписки: — Его убили, когда нас вызвали.

Я резко отшатнулся в сторону от полицейского, который достал пистолет и теперь зловеще сверкал звериными глазами. Надо же, целый город вервольфов! Есть в нём вообще нормальные люди?

— Не могли вы просто поверить на слово и уехать, да? Вы понятия не имеете во что вляпались. Правда?

Оборотень был суров, грозен и явно чувствовал себя на коне. Я бросил быстрый взгляд на братьев и сделал ещё один шаг в сторону. Со своим телефоном в руках я был бесполезен в этот краткий период затишья. А вот Дин, судя по еле заметному движению руки, достал нож.

— Ну и не важно, — вервольф оскалился: — Теперь вас отсюда вынесут.

Резкий замах и нечисть упала на землю с кинжалом в сердце, а я, не сдержав свиста, сообщил очевидное:

— Гарта опять облапошили.

— Что предпримем? — Дин подошел к телу и выдрал из него свой нож, а Сэм, присев рядом на корточки, вытащил уже знакомую нам подвеску в виде серебряной пули.

— Вы только посмотрите? — Сэмми сдернул подвеску и встал, показав нам её поближе.

— Какая знакомая вещица, — пробормотал я, а Дин сердито прорычал:

— Это любимый аксессуар преподобного и его паствы.

— Тут написано «Рагнарёк».

— Конец света в скандинавской мифологии? — я с удивлением покосился на пулю.

— Именно, — Сэм кивнул и задал весьма резонный вопрос: — Но зачем он на пуле?

— Стоп, — Дин смерил нас с Сэмми взглядом: — Это что-то связанное с Тором, Локи и Таносом, я правильно помню?

— Это Марвел, чувак, — Сэм поморщился. — Но ты был прав. Тор, Локи, Фенрир… Это части скандинавской мифологии.

— Пофиг, — Дин предпочёл сосредоточиться на главном: — Причем тут вервольфы?

— Фенрир их бог-покровитель. Покопаем ещё информации? — предложил я.

— Хорошая мысль, — согласился Дин. — Закапывайте труп, хватайте Гарта и сажайте его под замок, пока не разберёмся что тут как, а я в церковь.

— Окей, — я допечатал сообщение и, отправив его информатору, сообщил: — Я за лопатами.

***

Ждать Сэма с Гартом около машины оказалось дурной идеей. Когда мы подъехали к дому Фицджеральда на улице уже было достаточно поздно для лишних свидетелей. Я услышал оклик, а когда обернулся сбоку на меня бросился один племяшек жены преподобного. Скажу честно, рожу я ему успел подправить, прежде чем меня вырубили чем-то металлическим. А очнулся я уже совершенно в другом месте. В сарае, привязанный к трактору, ближе к большому колесу.

— Он уже очнулся.

Открыв глаза, я увидел перед собой занятную картину. Гарта и его жену привязали друг напротив друга, а рядом со мной к малому колесу трактора был привязан Сэм. Похоже, вырубили не только меня. Подняв голову, я увидел Джойл, которая с улыбкой Ганнибала Лектора, подходила ко мне, держа в руках пистолет, и стоящих на отдалении племянников женщины.

— Доброй ночи, дорогая Джойл, — я вежливо улыбнулся, надеясь смутить жену пастора и выиграть немного времени.

— Я ещё при первой нашей встрече отметила, что ты весьма аппетитный, — Джойл улыбнулась в ответ и добавила: — А запах этот аромат серы лишь добавляет некие новые нотки. Никогда не ела человечинку с такой приправой.

Я решил воспользоваться случаем:

— Но ты ведь знаешь, от кого именно пахнет серой, милая? Вряд ли тебе понравится подобная плоть. Она будет весьма ядовитой.

— Что ты! Разве я похожа на дуру? — рассмеялась Джойл и присела рядом со мной на корточки: — Будь ты демоном, мы бы давно уже были мертвы. Нет, вкусняшка, ты просто довольно долго жил рядом с демоном или с демоном, раз пропитался их ароматом насквозь. Хотя, стоит отметить, я чувствую в тебе что-то странное… О, твой друг очнулся! Просыпайся, охотничек, поздоровайся с остальными.

Повернув голову к Сэму, я наткнулся на встревоженный взгляд брата. Он тоже отчетливо понимал, что вляпались мы знатно. Оставалась надежда лишь на Дина. А это значило, что нам стоило потянуть время, как можно дольше и Сэмми уверенно включился в эту игру. Как же хорошо, что все существа, позиционирующий себя, как злодеи, схожи в своем поведении до безумия! Если они считают, что всё под контролем, то их не заткнешь. Обязательно похвастаются подробностями своих планов и идей.

— Зачем ты всё это делаешь? Ты сволочь, можно понять, но они же твоя семья, — Сэм кивнул на Гарта с Бесс. — Вы стая.

Джойл ухмыльнулась и кивком отправила своих племяшек подальше, после чего проверила обойму в пистолете. Она явно была довольна собой, больше походя на надутую от гордости индюшку, чем на грозного вервольфа, и будь я не связан, то однозначно повеселился бы, хотя… Метка никогда не отпускает своего носителя. Чтобы тот не решил. Даже если он решит уйти, она не даст этого сделать. Так, в свое время, она перекроила Каина, защитив себя и создав первого из Рыцарей Ада. Я не умру, даже если пожелаю этого всей душой или что у меня будет в тот момент.

Но вот Сэмми… я покосился на младшего брата. Он был в опасности. Проклятье! Вот поэтому я и не любил ходить на охоту в компании: однозначно произойдет подобный случай. И когда ты один, справиться порой бывает гораздо удобнее, ведь ты отвечаешь лишь за себя. Свистнув, я привлек внимание Джойл и поинтересовался:

— Вы действительно верите в Рагнарёк? — я начал открыто насмехаться над женой пастора: — Верите в то, что ваш вид станет во главе этого мира? Серьезно? Вервольфы, как верховная раса, а над вами лишь Фенрир? Вы хоть знаете, что ваш Покровитель даже не бог, а полубог?

— Заткнись, — прорычала Джойл, но успешно взяла себя в руки, чем удивила меня. — Ты так мило провоцируешь меня, Генри, и сейчас похож на сторожевого пса. Лаешь на привязи, но кроме этого ничего больше сделать не можешь. Так беспокоишься за своего спутника… вы ведь родственники, да? Близкие, — вервольф потянула носом воздух и улыбнулась: — Точно! Ты брат ему и тому, что пришел с тобой к нам на обед. Братья… Знаешь, прошлой зимой мой младший брат, Чарли, был убит охотником. Мой муж призвал к терпению и смирению. С тех пор, как он возглавил нашу любимую церковь, он проповедует новые идеи. Сосуществование ликантропов и людей!

Джойл рассмеялась и принялась ходить кругами, полностью поглощенная своими мыслями, а Сэм рядом завозился, пытаясь найти способ выбраться из пут. Я последовал его примеру. Связали нас вервольфы качественно и это не было хорошим знаком. Вряд ли добропорядочной нечисти положено знать, как правильно связывать охотников. Джойл что-то продолжала вещать, но я её уже не слушал, пытаясь вытащить из чехла на пояснице нож. Одно из самых удачных мест для хранения. Если тебя схватили, то при обыске не всегда проверяют спину. Это место считается не особо удобным, если только тебя не связали.

— Пока есть на свете люди, мира не будет! — Джойл повернулась к нам с Сэмом как раз в тот момент, когда я закончил перерезать веревку. — Потому что люди разрушают всё, а меня от этого уже тошнит.

Она наклонилась ко мне и хищно улыбнулась, ища в моих глазах что-то, но её отвлек Сэм, которой усмехнулся и подытожил:

— Теперь мне тоже всё стало понятно. Зачем сосуществовать, если можно править?

— Именно, но мой муж считает иначе. Он инициирован, а не рожден волком, как я. Всё ещё держится за свою человечность. Поэтому я так рада, что Рагнарёк начнется благодаря ему, а не из-за меня…

Не выдержав, я громко фыркнул от смеха, чем мгновенно привел в ярость Джойл. Кажется, ей надоело, что я вечно порчу ей речь. Направив на меня оружие, она прошипела:

— Для плана будет достаточно и твоего брата. Какая жалость, — Джойл буквально проурчала: — Охотники пришли и попытались разобраться со своим бывшим другом, а потом убили прибежавшую на звуки борьбы Бесс, когда та выстрелила в одного из нападавших. В тебя, Генри.

Громкий выстрел, но пуля не попала в цель, ведь я перекатом ушел в сторону ещё когда жена пастора только поднимала руку с зажатым в ней револьвером. А в следующее мгновение всё завертелось. Гарт начал дергаться в своих цепях, словно бешеный. Джойл выстрелила в меня ещё раз, но я успел спрятаться за трактор и, протянув под днищем руку, передать Сэмми нож. Видя, что ситуация выходит из-под контроля, жена пастора направила пистолет на Бесс:

— Рагнарёк важнее всего остального! — провозгласила Джойл.

— Не трогай её! — зарычал Гарт, сверкая звериными глазами, всё ещё пытаясь вырваться.

Сэм вскочил, потянулся вперед и, дернув ногой, выбил оружие из рук Джойл, не дав ей выстрелить в Бесс. Жена пастора повернулась к нему, показывая свой настоящий облик, а я заметил, как в дверях ангара появился Дин, на которого тут же напал один из двух племянников, в то время как второй набросился на меня, спрыгнув откуда-то сверху. Дин быстро расправился со своим противником, в то время как я, будучи отброшенным в сторону, упал прямо у стены, недалеко от разъярившейся Джойл, которая не мигая смотрела на моего старшего брата.

— Надел одежду из дома, чтобы скрыть запах? — жена пастора оскалилась: — Умно.

— Я полон сюрпризов, — Дин пожал плечами и бросился к пистолету, который уронил в процессе боя.

В свою очередь я тоже заметил рядом с собой оружие. Револьвер с серебряными пулями, которым жена пастора угрожала Бесс. Подняв его, я выстрелил во второго племянника Джойл, который готовился броситься на Сэма, а потом перевел дуло на саму женщину, но Дин успел опередить меня, прострелив ей грудь. Выдохнув, я перевел дух и покосился на Сэмми, который уже успел подойти к Бесс и теперь помогал ей освободиться.

Кряхтя, как старушка, я встал с покрытого соломой пола и со хрустом потянулся. Это было близко! Я прислушался к себе, в привычном за последние дни стремлении отыскать в глубине своей души изменения. Я убил вервольфа. Отец говорил, что Метка побуждала его убивать. С того самого момента, как появилась на руке. Но на шее отца не висел амулет с предположительной ангельской благодатью, который успокаивает порывы Метки влиять на меня. У Каина была лишь одна защита — его собственная душа. Но и она пала, была перекована. У меня преград больше, но так ли это? Ещё этот дебил-информатор! Ничего найти не может, кретин!

— Эй, Генри, ты в порядке?

Я посмотрел на обеспокоенного Сэма, улыбнулся и ответил:

— Конечно.

***

На следующее утро, когда я стоял около импалы и любовался погожим солнечным деньком, первым попрощавшись с Гартом и его стаей, ко мне подошел Сэм. Он вышел из дома раньше Дина и выглядел весьма задумчивым. Посмотрев на меня, Сэмми спросил:

— Как Дин нашел тебя?

— Он искал способ одолеть Аббадон, — я с усмешкой посмотрел на нахмурившегося Сэма: — Вышел на моего приемного отца, а потом я вернулся с охоты. Это была забавная встреча.

— Ты ведь сразу узнал его, так?

— Да, — не стал я лгать, понимая к чему мой младший брат ведет.

— То есть ты знал о нас. Помнил. Так почему ты не нашел нас сразу, как только смог?

Я грустно улыбнулся и спросил:

— Тебе ответить максимально честно?

— Да, — кивнул Сэм. — В последнее время мне надоела ложь.

— Джон Винчестер оставил меня в приемной семье, — я старался не показывать эмоции и уставился вперед перед собой: — Я смотрел на него через окно. Была ночь, но фонари отлично освещали его, машину и вас с Дином, спящих на заднем сидении. Джон простоял несколько минут прежде чем уехать. Он бросил меня, Сэмми. И когда я вырос, то не чувствовал, что могу просто так заявиться и сказать: «Привет, пап. Не ожидал меня увидеть?». А после того, как среди охотников узнали, что Джон умер и теперь вы сами по себе, я не стал возвращаться уже по понятным причинам.

— Вот значит как, — Сэм пристально уставился на меня: — Тогда что изменилось теперь?

— Я — единственный доступный шанс уничтожить Аббадон. Первый Клинок в помощь и всё такое, — я поспешил слететь со скользкой темы, которую с младшим братом ещё не был готов обсуждать: — Что произошло между вами с Дином?

— Это долгая история, — поморщился Сэм.

— Ты ведь понимаешь, что Дин никогда не предал бы тебя? — я тепло улыбнулся: — Согласись на его предложение. Он весьма сильно переживает за тебя.

— Я подумаю, — Сэмми прищурился, посмотрев на небо. — Знаешь, я рад, что ты вернулся. Я помню, как скучал по тебе. Как без тебя было плохо Дину. Ты всегда старался примирить нас друг с другом и теперь вновь это делаешь. Это не говоря уже о том, что ты отлично умел готовить, а со стряпни Дина мне до сих пор иногда становится дурно.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Именно в тот момент я понял, что действительно сильно скучал по братьям. Мы были когда-то одной командой, семьей. Я солгал бы, если бы сказал, что не ностальгировал по прошлому. Но, одновременно со светлой радостью во мне пульсировал огонек тревоги.

Мы слишком долго были раздельно. Нет, за себя я был спокоен — я не допущу, чтобы моим братьям навредили. Особенно теперь, когда мы вместе. Сколько раз я сбивал градус негодования у других охотников, которые мягко говоря не особо любили Винчестеров, считая что за теми по пятам идет лишь Ад и Смерть. Сколько вендетт я предотвратил, когда мои братья оттоптали парочке колдунов больные мозольки. Я всегда незримо старался помочь им и защитить.

Вот только мог ли я надеяться на тоже самое отношение уже с их стороны? Пусть я и не признавался даже самому себе, но мне было страшно, что я могу стать для них лишь ещё одной ступенькой. Очередной одной жертвой-соратником, павшим во имя «тех самых братьев Винчестеров».

Глава 7

Готов признать: не таким я видел долгожданное семейное воссоединение. Стоит отметить, что я его вообще никаким не видел, так как не планировал проводить. Но, несмотря на то, что проблема с Гартом разрешилась быстро и практически без потерь со стороны новых сородичей Фицджеральда, Дин с Сэмом вот уже приличное количество времени старались не смотреть друг на друга, чем до жути напоминали мне старых супругов, поругавшихся из-за начинки для рождественского пирога. Это бесило.

Вот только чем сильнее я злился, тем отчетливей отдавалось в ушах биение сердца и Метки. Даже амулет, мерно пульсирующий теплом, не мог успокоить мою злость на этих двух идиотов. Разговоры не помогали. Они кивали, соглашались и… расходились по своим комнатам, оставляя меня в гордом одиночестве.

Если быть совсем честным, то я даже иногда чувствовал себя лишним. Да, стоило признать, что пускай в глубине души я и мечтал вновь увидеться с братьями, но сейчас, наблюдая происходящее, уже начинал всерьез опасаться, что они не могут поговорить по душам именно из-за меня. И Дин, и Сэмми будто выставляли перед друг другом барьер. Вот только этим барьером был я. И чувство при этом возникало преотвратное. Я уже начинал жалеть, что принял решение помочь с Аббадон. Никогда не был мазохистом.

А вот похоже мои братья были. Причем профессионалами в этом нелегком ремесле. Дин страдал, Сэм страдал. И оба при мне пытались изобразить, что всё в порядке. Смотрелось жалко и я разрывался от противоречивых чувств. Впервые за долгие годы мне хотелось быть не наблюдателем, а участником. Подтолкнуть забывшую про меня семью друг к другу, вместо того, чтобы с иронией наблюдать за их поведением со стороны.

Да, куда не посмотри, а минусов в моем переезде к братьям было много, но я не был бы собой, если бы не нашел плюсы. И главным стало Убежище. Огромный бункер, который был полон информации о сверхъестественном. А я всегда был открыт для новых знаний.

***

Пока братья занимались своими делами и даже, вроде бы, успели съездить на охоту, я безвылазно закопался в знания с головой, так и не отказавшись от попыток найти способ снять злополучный амулет, но уже через несколько недель поисков понял бессмысленной этой затеи, а успешные попытки заснуть прямо над книгами стали обыденностью. Желание выспаться было задвинуто как можно дальше в подсознание.

— Просыпайся и не злись. Ты сам просил меня поработать своим будильником, если будешь игнорировать установленный на телефоне.

Вздрогнув, я резко выпрямился на стуле и уставился вперед невидящим взглядом, после чего протяжно вздохнул и принялся тереть глаза. Неужели я снова это сделал? Словно подтверждая мои слова, рядом сел Сэм и, протянув мне бутылку пива, заинтересованно спросил:

— Ты опять заснул в библиотеке? Что ты здесь ищешь?

— Информацию об амулетах с ангельской благодатью, — я взял из рук брата пиво и поблагодарил: — Спасибо.

— Никогда о подобном не слышал. Лучше знаешь, сделай перерыв. Поезжай с нами, отдохни. Не верю, что говорю подобное, но ты скоро себя похоронишь под всеми этими книгами.

— Прости, Сэмми, нет желания, — признался я и Сэм, взяв в руки одну из книг, валяющихся на столе, спросил:

— Давай ты всё же отдохнешь, а я помогу тебе, как вернемся.

— А вы с Дином уже помирились? — я предпочел «съехать» с темы.

— Не знаю, — вздохнул Сэмми. — После того, что произошло я не уверен, что смогу и дальше доверять ему так же сильно.

— Но ты же понимаешь, что он был готов на всё, чтобы спасти тебя?

Сэм горько рассмеялся и, покачав головой, заметил:

— Словно второй раз прохожу через один и тот же разговор. Нет, Генри, он сделал это всё лишь ради себя. И ещё раз нет, я на его месте не поступил бы так же.

Хитро прищурившись, я отпил из бутылки и невинным тоном спросил:

— Ты хоть сам в это веришь? Подумай хорошенько, отбросив всю обиду, что мучает тебя сейчас… Ладно, я в семейные психологи не записывался, так что лучше скажи мне, какое там нашел старший братец новое дело? Я передумал и мне срочно нужно взять перерыв, иначе я похороню себя здесь под книжной пылью.

Весело фыркнул, Сэм хотел было что-то ответить, когда по всему убежищу прошла серия электромагнитных импульсов, заставившая замерцать лампы. Переглянувшись, мы с братом, разделившись, бросились искать Дина. Я нашел его первым. Дин стоял у переключателей и, похоже, тоже пытался понять причину сбоя в электросети. Лампочки продолжали искрить не смотря на все усилия и это чертовски напоминало призраков, что было невозможно.

— Это место ведь экранировано от призраков?

— Я был уверен, — ответил Дин и мы синхронно поежились, почувствовав характерный холод. — Но все признаки говорят, что…

Переглянувшись, мы пошли было искать Сэма, когда тот сам нашел нас. Размахивая железным мечом, он подбежал ближе и взволнованно сообщил:

— Парни, я что-то видел!

— Да, — кивнул Дин. — Похоже в бункере призрак.

***

Чуть позже, сидя на кухне, мы втроем устроили мозговой штурм. Вернее штурм устроил Сэм, а Дин явно пытался убедить в чём-то самого себя. Я был не в курсе событий и остался за бортом, поэтому мне только и оставалось, что, как и в детстве, следить, чтобы братья не заупрямились. До сих пор в памяти свежи их споры. Вроде разница в возрасте для детей была весьма велика, но переговоры велись, как в Парламенте.

— Но откуда здесь взяться призраку?

— А у вас тут никто не умирал недавно? — спросил я и, увидев как вытянулись лица братьев, вздохнул: — Поздравляю, ваш покойник далеко не ушел.

— Мы это и так поняли, — помрачнел ещё сильнее Дин. — Но это просто не может быть он!

— Спиритический сеанс, чтобы проверить? С тобой, Дин, тогда получилось, — предложил идею Сэм, а я с интересом спросил:

— Кто он?

— Наш друг. Не охотник, — с хмурым видом ответил на мой вопрос Дин, после чего вновь повернулся к Сэму: — Мы не можем быть уверены.

— И всё же я думаю, что это Кэвин! — Сэмми был тверд в своем убеждении. — Мы и Бобби кремировали, а он вернулся.

— Нет, этот призрак не Кэвин.

Друг, не охотник и откликается на Кэвина? Вроде так звали пророка слова Божьего. Точно! Каин же упоминал, что ангелы окончательно рехнулись и грохнули пророка своего дорогого Отца. Забавно, что и тут мои братишки отметились. Видя, как уперся Дин, я понял, что спор будет долгим и решил сократить его:

— Просто проверьте и не спорьте.

Словно подтверждая мои слова заработала кофемашина, стоявшая прямо за моей спиной. От неожиданности я шарахнулся в сторону, громко помянув Бога, Люцифера и Михаила в непристойном тройничке. Возникла неловкая пауза. Даже кофемашина, до этого выдававшая на табло странные перепады температуры, окончательно перестала работать. Вздохнув, я нервно хихикнул, сбрасывая напряжение и негромко заметил:

— Ваш Кэвин меня немного напугал. И раз он нас слышит, то сейчас легко проверить он ли это. Кэвин, солнышко наше мертвое, не будь засранцем и подай какой-нибудь знак!

В качестве ответа взорвалась чашка. Некультурно ткнув на осколки пальцем, я с усмешкой произнес:

— Вот и доказательства. Что будем делать теперь?

***

Спустя несколько часов я сидел рядом с кофемашиной и смотрел на неё с неприкрытым скептицизмом. Вынудить призрака на разговор? Глупее я себя не чувствовал никогда. Скривившись я постучал пальцем по электроприбору и вздохнул. Приступим?

— Кэвин, ты меня слышишь?

Да, идея была просто великолепной. Вздохнув, я машинальным движением достал амулет, принявшись по привычке очерчивать пальцем руну на нём. Что могло заставить призрака пытаться выйти на контакт? Если бы я только знал за какую ниточку стоит дергать!

— Знаешь, Кэвин, — я горько усмехнулся. — Я никогда не думал, что вновь встречусь с родными. Тем, кто связан со мной кровью. Отец… Каин учил меня, что никогда не стоит привязываться к людям, но также он говорил, что именно это делает нас людьми. Именно привязанности — самая сильная черта, присущая разумному. Мол, такова была задумка Бога. Изучить насколько сильно разумное существо будет цепляться за свои оковы… и он изучал всех. Хотя о чём я говорю, ты же Пророк и знаешь это не хуже меня. И поэтому мне интересно, какая именно цепь заставляет тебя так сильно добиваться внимания тех, кто косвенно стал причиной твоей смерти.

Ответом послужила тишина. Не удивлен неудаче, слишком уж мало знаю о Кэвине. Я улыбнулся, продолжив поглаживать руну на амулете. Привычка, которая появилась за прошедшие годы, оказалась слишком въедливой, но зато отлично успокаивала нервы.

Погрузившись в свои мысли, я перебирал события последних дней. Стоило отметить, что я становился более раздражительным. Не сильно заметно, но факт того, что я вообще заметил, говорит о многом. Также возросла потребность держать амулет в руке. Стоит ли считать это дурным знаком? Не говоря уже о том, что если бы я нарочно не следил за изменениями, то и не заметил ничего подозрительного.

— Всё, — раздался позади голос Дина и я аж на табуретке подпрыгнул, чуть было не снеся злополучную кофемашину. — Ты чего?

— Не подкрадывайся так, если не хочешь, чтобы количество призраков в этом месте увеличилось.

— Как ты мог не услышать? Да я на пороге запнулся и уронил телефон! — возмутился Дин: — Ты случаем не спал вместо того, чтобы следить?

— Я был слишком погружен в ожидание сигналов с того света, чтобы обращать внимание на этот.

— Спал, — подытожил Дин и махнул рукой, словно отгоняя голубя: — Ну, в любом случае, кыш-кыш, не мешай старшим заниматься делом. Моя смена.

— Вперед, о гуру дел потусторонних.

Я с облегчением вышел из кухни. Вот уж погрузился в себя, слов нет. Для охотника не заметить подходящего со спины равносильно смерти на охоте. Я остановился, вздохнул и потер переносицу, а спустя пару секунд замер, увидев невероятное светопреставление. Ого, близкий контакт!

Развернувшись, я побежал обратно на кухню, столкнувшись по пути с Сэмом. Действовали мы синхронно и оказались на пороге ровно в тот момент, когда Кэвин проявил себя особенно активно, показавшись в видимом спектре.

— Поверить не могу, — Кэвин явно считал, что его не видят. — Несколько месяцев прорываться сквозь завесу только ради того, чтобы послушать как Дин Винчестер жалеет себя. А то мне при жизни этого было мало!

— Ты правда такой нытик? — спросил я шепотом и послушно замолчал, когда Сэм на меня сердито зашикал.

— Кэвин?..

Дин не обратил внимания на мои слова и продолжал широко открытыми глазами смотреть на призрака Пророка. Тот отвлекся от своего монолога и тоже уставился на нас. На его бледном лице явственно виднелось удивление:

— Вы меня видите? — полувопросительно-полуутвердительно произнес Кэвин и тревожно замигал, а Сэм с Дином сделали несколько шагов в его сторону.

— Успокойся, Кэвин. Тебе может быть трудно, но ты ещё не привык.

— Значит говорим быстро, — сделал довольно верный вывод мертвый Пророк.

— Погоди, — Дин нахмурился: — Почему ты не на Небесах? Уж если кто и заслужил вип-проход в Рай, то…

— Я не смог, — развел руками призрак. — И не могу. Никто не может. Небеса закрыты на ремонт. Все, кто умер после падения ангелов застряли в Завесе и ждут…

— Это сколько же агрессивных призраков скоро сформируется! — я не удержался и присвистнул.

— Да, ты прав, — кивнул Кэвин. — Здесь паршиво. Словно бесконечная очередь за справкой.

Мои братья переглянулись и я заметил с какой болью Дин смотрел то на Сэмми, то на Кэвина. Похоже, братишки сильно привязались к Пророку и именно его смерть мешает им нормально взаимодействовать, а теперь, с появлением призрака, стало ещё больнее. Может быть, если они вместе помогут Кэвину найти душевное равновесие, то станет легче? Я сделал несколько шагов вперед и спросил:

— Что именно ты хотел сказать, раз так бился о Завесу?

— Найдите мою мать, — Кэвин посмотрел на Дина с Сэмом, потом перевел взгляд на меня. — Я прошу всех вас. Троих.

— Кэвин… — Сэм отвел взгляд.

— Кроули сказал, что она жива, но он соврал.

— А я ему и не верю, — Кэвин усмехнулся: — У меня свои источники. В Завесе очень людно и мы все застряли там, где умерли, но я передавал сообщение от призрака к призраку и пообщался с новоприбывшей душой. Она видела её неделю назад. Живой.

— Так, — Дин нахмурился и уточнил: — А эта покойница, с которой ты играешь в телефон, что ты о ней знаешь?

— Её зовут Кенди. Говорит, что умерла в лесу Уичита, — Канзас? Далеко же занесло его свидетеля.

— Кенди? — Дин вздохнул.

— И это всё, что ты знаешь? — Сэм тоже явно не особо доверял источнику информации, который заполучил Кэвин.

— Стоп, — я махнул рукой на братьев и, подавшись вперед, спросил: — Где именно эта Кенди видела твою мать?

— Междугородняя связь в Завесе так себе, — вздохнул призрак. — Я хочу, чтобы вы все поехали туда и выяснили всё. Дин, ты хотел всё исправить. Вот он, твой шанс.

Мигнув ещё пару раз, Кэвин пропал. Видимо слишком устал и теперь будет с замиранием мертвого сердца следить за нами. Повернувшись к братьям, я сложил руки на груди и спросил:

— Через двадцать минут у выхода?

— М-ммда, — невнятно промычал Дин и поспешил уйти с кухни.

— Двадцать минут, — кивнул Сэм и поспешил следом за Дином.

Вздохнув, я тоже собирался было выйти, когда назад вернулся Дин. Молча пройдя мимо, он подхватил кофемашину и невозмутимо направился обратно в коридор. Проводив брата взглядом я пару раз моргнул и не решился догонять его, чтобы уточнить детали. Мне явно не стоило знать подробности.

Глава 8

Мы немногого добились от Кэнди. Девушку держали взаперти демоны. По описанию братья вычислили Кроули, а я понял, что будущего информатора Кевина собирались продать на аукционе. Есть парочка таких среди демонов, нечисти и колдунов с ведьмами. На нём можно купить всё, что угодно, а цена договорная. От душ и крови драконов до долларов и золота.

Пока братья пытались узнать от малышки Кенди ещё больше информации, я рассматривал ночное небо, красиво сияющее сквозь кроны деревьев. Мне и так было всё понятно. Скорее всего мать Кевина скоро переведут в другое место — Кроули не дурак и это отмечал даже отец. Да, Каин считал этого демона перекрестков выскочкой-новатором, но не отрицал его хитрости. Утверждал, что это Кроули досталось от матери. Отец многое знал о своих сородичах и не скупился делиться со мной информацией. Пару раз эти знания даже спасали мне жизнь.

Выдернув амулет, я стал машинально гладить руну на нём, обдумывая наши дальнейшие действия, попутно рассматривая местностью с помощью загруженной на телефон карты. Пожалуй, нам стоило найти нужный склад, а для этого было необходимо разделиться. Так же я мог помочь братьям, отдав им кулон, который обычно носил, как браслет. Маскировка ауры под животное. Должно помочь, если демон-страж не окажется выше среднего.

— Ты как?

— Всё в порядке, — я снял с руки веревочку с кулоном и протянул его Сэму. — Держи.

— Что это?

— Подарок Каина, — я улыбнулся встревоженно оглянувшемуся в нашу сторону Дину и пояснил: — Маскирует ауру от демонов среднего и низшего рангов.

— Ого, — присвистнул Сэм. — Полезная вещица. Почему ты её отдаешь?

— Возможно, нам придется разделиться, — ответил я, стягивая с руки ещё один браслет и отдавая его Дину: — Девушку держали на складе с контейнерами. Таких, — я сверился с телефоном: — три в округе. Я просто хочу повысить наши шансы.

— Это тоже маскирующий амулет? — поинтересовался Дин, рассматривая птичью кость на протянутом ему браслете.

— Нет, с помощью этой вещицы ты с легкостью сможешь определить демон ли перед тобой.

— А это… — Дин брезгливо ткнул пальцем в кость.

— Ворон, — улыбнулся я.

— Гадость.

— Зато эффективно, — пожал плечами и поправил на плече лямку рюкзака.

— А ты? — спросил Сэм, завязывая на запястье веревочку с кулоном.

Не долго думая, вытягиваю за цепочку амулет с руной и трясу им в воздухе. Сэм недоуменно хмурится, а вот Дин явно удивлен. Да, сам в шоке, но это явно ангельская благодать. Нет, я не знаю какого именно ангела. Нет, показать ближе не могу. Да, не снимается.

— Ещё один подарок, — я криво улыбнулся и поторопил братьев: — Нам нужно поспешить, пока мать Кевина не перевезли.

— А что он делает?

— Всё потом, Сэмми! — я поспешно направился к машине.

***

Всю дорогу я слушал препирания Дина с Сэмом, но всё равно умудрился задремать и, когда мы остановились у первого склада, братья дружно выпихнули меня из машины. Оказавшись на улице, я одернул рукава пиджака, поежился и недовольно посмотрел на сидящих в тепле родных.

— Ты сам предложил разделиться, — развел руками Сэм.

— Будь на связи, — махнул мне Дин.

Смотря вслед отъезжающей Импале я, скривившись, беззвучно передразнил братьев и направился внутрь склада. Пускай на месте будет хоть кто-то! Перед тем, как зайти, я широко зевнул и сосредоточился. Нужно быть максимально внимательным, ведь мои амулеты у Сэмми и Дина. Зачем я вообще от них избавился? Отличные, демонические амулеты… Мотнув головой, я решительным шагом зашел внутрь склада и, подойдя к стойке для приема посетителей, нажал на колокольчик.

Практически сразу передо мной возник местный «воротила». Метр с кепкой, бледная морда, хипстерские очки и нервозность во взгляде. С улыбкой он задал стандартный вопрос:

— Чем я могу вам помочь?

Улыбнувшись в ответ, я достал из внутреннего кармана пиджака удостоверение агента ФБР и произнес:

— Агент Фалберг, ФБР. Я могу задать вам несколько вопросов, сэр?

— Да…

— Вы замечали что-то странное за клиентами?

— Нет, ничего подобного не было.

— Вы давно здесь работаете?

— Не особо, где-то полгода, а что, что-то случилось?

— Ничего страшного, — я невозмутимо огляделся: — Мне нужно посмотреть на список ваших арендаторов. Это возможно?

— М-мм, — «воротила» заюлил: — Менеджера сейчас нет и я не имею права…

Я присмотрелся к парнишке. Что-то в нём вызывало у меня желание нащупать в кармане фляжку со святой водой, но никаких внешних признаков я не видел. Бред какой-то. Видимо паранойя обострилась из-за того, что все амулеты отдал. Снисходительно усмехнувшись, протянул:

— Друг, ты не понял, — я заглянул в глаза парнишки и, копируя отца, холодно произнес: — Список. Живо.

— Х-хорошо, — пролепетал «воротила» и, повернувшись куда-то в сторону комнат для персонала, крикнул: — Барри! Принеси журнал с клиентами!

Всё то время, пока несли журнал, парнишка криво улыбался пародией на услужливую улыбку. Когда Барри появился в дверях, я мысленно рассмеялся. Словно под копирку ребята!

— Пожалуйста, сэр.

Забрав журнал я подошел к карте склада на стене и принялся сверяться. Я внимательно посмотрел на карту и зацепился взглядом верхнюю правую часть. Забавно… Поспешно зарывшись в журнал я усмехнулся. Три отдельных от всего остального корпуса помещений записаны на некого Дэниела Уэбстера. Фыркнув, я решил, что подобное вряд ли может быть совпадением. Стивен Бене «Дьявол и Дэниел Уэбстер». Кажется, Кроули любит пасхалки.

— Вы нашли то, что искали?

— Да, коридор П. Мистер, — солгал я и не моргнув, после чего сверился с журналом: — Джек Камхер.

— Вас проводить? — какой подозрительно настырный.

— Не стоит. Пожалуйста, не препятствуйте расследованию, сэр, я не собираюсь превышать свои полномочия.

Я кинул последний взгляд на карту и быстрым шагом направился в нужную сторону. Мне казалось, что кто-то за мной идет, но когда я один раз повернул за угол и встал, чтобы подождать преследователя, звуки шагов, которые мне казались в тишине, исчезли. Заглянув за угол, я оглядел пустой коридор, через который только что прошел. Чертовщина! Стоп, действительно чертовщина. Я нашарил в кармане флягу со святой водой. В отличие от братьев я не хранил килограммами противодемоническое оружие. Демоны обычно сами отваливали, стоило мне заикнуться о Каине, а тех, что считали, что я беру их на понт, было мало и, как правило, я обходился простым экзорцизмом, научившись выдавать нужные слова, словно очередь из пулемета.

У коридора П, я резко свернул в коридор Кью и, развернувшись, поспешил обезопасить себя. Что может быть лучше святой воды? Соль. Рисковать я не желал и поэтому достал из кармана брюк ещё одну фляжку. На это раз с солью. Быстро насыпав дорожку из соли, я перешагнул через неё, покосился на окно и спокойным шагом подошел к ближайшей двери. Вскрыть её было делом десяти секунд и дверь, следуя моим указаниям, поднялась наверх, а я сам с удивлением уставился на связанную женщину-азиатку. Похоже, это и была мать Кевина — Линда Трэн. Я быстро подошел к ней, но замер в метре, так как она забилась в истерике.

— Тише, успокойтесь, миссис Трэн! — я вздохнул и попытался вновь осторожно приблизиться к ней: — Я пришел вас спасти по просьбе вашего сына, Кевина. Миссис Трэн, всё в порядке, вы можете мне доверять. Меня зовут Генри. Вы знаете моих братьев Сэма и Дина.

Заметив проблеск разума в полных страха глазах Линды, я осторожно снял с неё повязку, которая мешала ей говорить и продолжил осматривать её тело. На руках были кандалы, которые вызвали у меня злость. Метка теплом запульсировала на руке.

— Генри, нам нужно бежать! Пока он не вернулся… А Кевин с тобой?

Вместо ответа я принялся ковыряться в замке на кандалах, освобождая руки миссис Трэн, но грохот закрывающейся двери заставил меня резко вздрогнуть. Кажется, я обнаружен. Быстро освободив руки и ноги Линды, я вручил ей телефон.

— Позвоните Сэму или Дину, а я пока попробую открыть нам дверь.

Пока миссис Трэн пыталась позвонить моим братьям, я быстро оказался у двери и попытался её поднять. Облом не замедлил себя показать во всей красе. Быстро оглядевшись, я увидел камеру на потолке в углу и поморщился. Показав прямо в объектив средний палец, я полез вскрывать щиток ножом.

— Сеть не ловит, — с отчаянием воскликнула Линда и я поспешил её успокоить:

— Не стоит волноваться, мы позвоним им с улицы, — я с задумчивостью принялся изучать провода.

— Стоит сначала отключить заземление, — миссис Трэн наклонилась к щитку и я послушно вложил в протянутую ладонь нож. — Если здесь стандартная американская цветовая схема, то это зеленый.

— Вот как…

— Я помогала Кевину в его техническом кружке, вот и нахваталась, — пояснила Линда, принявшись ловко ковыряться простым ножом в щитке: — Я знаю, он настаивал, но надеюсь, что вы не взяли его с собой и оставили в безопасном месте.

— Не сомневайтесь, — я солгал и сказал правду одновременно.

— Хорошо, — кивнула Линда. — Теперь нам осталось лишь открыть дверь и выйти отсюда, а потом вы отведете меня к сыну.

— Обещаю, что вы его увидите, — я с грустью посмотрел на мать мертвого Пророка.

Когда мы вышли в коридор, нас уже ждали. Знакомый «воротила» стоял и со злостью смотрел на меня и Линду, не в силах приблизиться из-за соли. Улыбнувшись, я помахал ему рукой и буквально промурлыкал:

— Кристо, — глаза парнишки стали черными и я, вздохнув, продолжил: — Привет, лапа. Не мог бы ты пропустить нас?

— С чего это вдруг? — демон был в ярости. — Я убью тебя, охотник, а эта обезьяна отправится обратно в клетку.

— Это он, — прошипела мне куда-то в лопатки Линда и я зло улыбнулся.

— Пытаешь женщин, нехорошо.

Обычно при сильной злости происходит выплеск адреналина в кровь и человек слышит свое собственное сердцебиение. В моем случае я не слышал свое сердце. Я чувствовал пульсацию Метки на руке и ощущал, что хочу сжечь эту мерзкую погань, которая стояла передо мной и скалилась своим черным, полным склизи, ртом. Сделав несколько шагов к продолжавшему что-то бубнить демону, я криво улыбнулся и, протянув руку, положил ладонь прямо на лоб твари, а в следующее мгновение коридор осветила яркая вспышка. Тело демона упало на пол с выжженными глазницами, а я пошатнулся, чувствуя сильный жар. Спустя несколько секунд стало легче, но чувство, словно в мою грудь поместили обжигающие угли осталось.

Согнувшись пополам, я хватал воздух ртом, а потом, не обращая внимания на продолжавшую стоять столбом Линду, выдернул из-за воротника амулет, чтобы с ужасом увидеть, что тот потух. Проклятье! Я потянул цепочку и та послушно соскользнула с шеи, словно амулет выполнил своё предназначение. Не нравится мне это. Я потер грудь, внутри которой мне всё ещё чудился обжигающий огонь. Что теперь делать?

— Что это только что было?

Резко повернув голову в сторону Линды, я невольно напугал её. Вздохнув, я натянул на лицо добродушную улыбку и, взъерошив одной рукой волосы, показал миссис Трэн потухший амулет.

— Артефакт пришлось использовать, — я говорил короткими, рубленными фразами, чтобы не показать, как мне жутко: — Оружие осталось у Дина с Сэмом. Не говори им про это. Пошли быстрее.

***

Когда мы вернулись обратно в Убежище, Кевин уже ждал нас и, пока Дин с Сэмом пошли вперед, чтобы позвать его, я помогал Линде прийти в себя, протягивая поочередно то бутылку воды, то бумажные полотенца. Хоть миссис Трэн и подобрали новые вещи, взамен тех, в которых она была в плену, душ был для неё недоступен. Пускай мы и предлагали остановиться в мотеле, Линда хотела побыстрее увидеть сына, опустошенная новостью о его гибели и жизни в облике призрака. Вымыв под водой из бутылки голову и отмыв лицо с руками, она выжала мокрые пряди и переоделась в новую одежду. Растрепав волосы, она устроилась под лучами солнца, после чего посмотрела на меня и негромко произнесла:

— Это ведь был не артефакт, верно?

— Вы слишком проницательны, миссис Трэн.

— Винчестеры знают, кто ты?

— Я их брат, — я закатал рукав: — Видите её?

— Что это, выглядит мерзко, — поморщилась Линда.

— Это метка Каина. Она превратила его в демона.

— Но то, что ты сделал определенно точно не относит тебя к этим черноглазым мразям.

— Нет, — я криво усмехнулся, впервые с того момента позволяя своим эмоциям отобразиться на лице: — До этого она принадлежала Люциферу. И он пал, но демоном не стал.

— Ого, — Линда потрогала волосы, проверяя их сухость: — Значит эта Метка не создает новых демонов, а искажает всё, до чего может дотянуться.

— Вы определенно слишком проницательны, — я признался: — Не знаю, почему всё это вам рассказываю. Возможно, мне просто стоит высказаться. К тому же… мне нужен совет.

— Задавай, время у нас есть, — разрешила Линда и добавила: — Пока моя голова не высохла окончательно, я не могу предстать перед сыном. Он не должен видеть отголоски того, что произошло со мной.

— Амулет, — я протянул миссис Трэн злополучный подарок отца. — Он содержал в себе ангельскую благодать. Это именно она сожгла того демона. До этого я чувствовал, что Метка с ней взаимодействует и…

— Скорее всего эта твоя Метка, как ты её называешь, послужила как проводник между амулетом и тобой, проведя энергию до демона, — Линда вернула мне амулет. — А теперь прости, но я направляюсь внутрь. Мне нужно увидеть моего сына. Думаю, что тебе не стоит так сильно переживать.

— Звучит легко, — я уставился на зеркально чистую крышу импалы, даже не проводив взглядом ушедшую мать Пророка. — Но почему тогда мне кажется, что не всё так просто?

Когда я спустился в Убежище, все были заняты своими делами. Линда собирала вещи сына, готовясь увезти его призрак, Сэм и Дин негромко прощались с Кевином. Пройдя мимо всех, я устроился на своем привычном месте — за столом.

— Спасибо, — тихо прошелестел возникший рядом со мной Кевин. — Ты спас её.

Не поворачивая головы в сторону призрака, я кивнул, но мертвый Пророк не ушел. Он наклонился ко мне и негромко произнес слова, которые изморозью прошли по моим внутренностям:

— В твоей душе что-то изменилось. Ты напоминаешь куколку бабочки.

— Что ты имеешь ввиду? — я посмотрел в глаза Кевина, но увидел в них лишь недоумение:

— Ну… то, что ты её спас. Помог привезти сюда.

Я не пошел провожать частично призрачное семейство Трэнов. Вместо этого я остался сидеть за столом, прижав руку с Меткой к груди в которой всё ещё тлели горячие угли.

Глава 9

Закрыв глаза, я сидел в своей комнате и наслаждался музыкой в наушниках, которые, к слову, были взяты из комнаты Дина. Наверное, ему не стоило оставлять свои вещи валяться на кровати без присмотра. Я просто не смог спокойно пройти мимо. Особенно сейчас, когда отслеживать изменения в своем поведении и естественных реакциях стало сложнее, мне нужно было сосредоточится на том, что было привычно. Музыка всегда успокаивала меня, но…

Было то, что в сложившейся ситуации злило меня особенно сильно. Довольно неприятным открытием для меня стало понимание, что любые электроприборы в моем присутствии спустя пару недель использования приказывали долго жить. Это началось не сразу, я даже не мог точно назвать время, когда заметил эту проблему, но с гарантией почти в сто процентов любой электроприбор спустя некоторое время благополучно настраивался на моё состояние и ломался от скачка напряжения, будто одно только моё плохое настроение заставляло электричество сходить с ума.

После событий с призраком Пророка, когда я спас мать почившего Кевина прошло почти два месяца. Казалось, неснимаемый амулет сделал своё дело, сжигая демона дотла, а потом погас и слетел с моей шеи, но что-то здесь было не так. Я не верил в то, что подарок отца был простым защитным амулетом, позволяющим спалить парочку низших демонят. Желая докопаться до сути, я отказался от совместной охоты с братьями и продолжал искать хотя бы что-то, что могло пролить свет на произошедшее, а неделю назад Сэм благополучно смог вывести меня на разговор. Теперь мой младший братишка уже несколько дней копался в глобальной сети и искал информацию по Каину.

Я же частенько сидел рядом и изображал помощь. Всё же больше, чем уже сказано, рассказывать братьям я не собирался. Не хотел. Зная Дина и Сэмми, те с гарантией в процентов семьдесят из ста начнут развивать активную деятельность, пытаясь придумать, как избавить меня от Метки. Расстраивать их новостью, что это возможно лишь в случае снятия или передачи, я не жаждал. К тому же, подсознательно, я боялся их равнодушия. Того, что они, как и Джон Винчестер, отвернутся от меня.

Словно чувствуя мои эмоции, Метка обожгла руку, а огонь, поселившийся в моей груди в тот день, когда я странным образом с помощью амулета убил демона, вспыхнул сильнее. Реакция последовала незамедлительно: наушники брата пронзительно взвизгнули динамиками и задымились. Я еле успел выдернуть их из плеера, надеясь спасти несчастное устройство, которое пережило уже три странных приступа у проводки вокруг меня. Правда в следующий миг плеер мигнул дисплеем и оплавился, видимо полностью исчерпав лимит удачи.

Ругнувшись под нос, я забросил плеер в ящик к двум обугленным телефонам и поспешил в комнату Дина, чтобы вернуть наушники. Мне повезло и брата в комнате не оказалось. Кинув наушники под кровать, я поспешил покинуть «место преступления» и направился в читальный зал Убежища, где уже должен был находиться Сэм. Стоило создать себе алиби, если Дин решит бегать и выяснять, кто испортил ему вечер в обществе тяжелого металла.

Сэмми сидел в читальном зале на своем обычном месте, в любимой позе уткнувшись в ноутбук, а рядом кругами ходил Дин, оставляя очередную гневную тираду на автоответчик для Кроули. Усевшись напротив Сэма, я невозмутимо взял одну из книг на столе и принялся листать её.

— Ну же, Кроули, возьми трубку, — Дин буквально взвыл от негодования: — Ну не на тусовку же он свалил?

— А ты за него что, волнуешься? — прищурившись, невозмутимо поинтересовался Сэмми.

— Лично я волнуюсь, — махнув книгой, я добавил: — Всё же именно за моей вещью гоняется ваш ручной Король Ада.

Метка теплом откликнулась, когда я признал Первый Клинок. Подобная «разумность» иногда пугала. Вздохнув, я неосознанно потёр Метку сквозь рукав пиджака, который накинул на себя прежде чем выйти из своей комнаты, и неожиданно словил на себе пристальные взгляды. Братья отчётливо дали понять, что следят за моими действиями.

— Что?

— Да нет, ничего, — синхронно ответили мне.

Вздохнув ещё раз, я открыл книгу и уставился на страницы, не видя текста. Мыслями я был слишком далёк от отчёта Хранителей по деятельности Рыцарей Ада. В то время, как Дин продолжил названивать Кроули, а Сэм читать статью, я вновь боролся со странным нетерпением. Желания ещё не обрели форму, но я отчётливо чувствовал их внутри. Они скреблись, путая мысли и заставляя крепче сжимать пальцами обложку книги.

— Я поручил ему всего одно дело — найти Первый Клинок! — с возмущением воскликнул Дин: — Но он и тут не справился!

— Это же Кроули, — Сэмми развел руками: — Он ни разу не командный игрок.

— Вот только у него в этом деле свой шкурный интерес, но уже несколько недель от него ни словечка! — Дин нахмурился: — Не понимаю, что могло произойти, чтобы он забыл о сохранности себя любимого?

— Зачем гадать? Вызовите его на ковер, — я отложил в сторону книгу и посмотрел Дину в глаза: — Прямиком в пентаграмму и устройте допрос.

— Ты думаешь, что я не пробовал? — Дин поджал губы. — Это второе, что я сделал, после того, как неделю пытался дозвониться!

— И что, хочешь сказать, что Кроули вообще не выходил на связь? — не поверил я.

— Ну ответа от него не было, — поморщившись, Дин включил на телефоне голосовые сообщения: — По крайней мере внятного.

То, что я услышал дальше мало укладывалось у меня в голове. Бывший демон перекрестков, а ныне Король Ада на шатающемся троне, звонил моему брату, словно тот был его бывшей. То есть пьяным в дупель и с жалобами на жизнь. Переглянувшись с Сэмом, мы синхронно рассмеялись, отчего Дин нахохлился ещё сильнее.

— Он что, звонил тебе по пьяни? — Сэмми вытер выступившие на глазах от смеха слезы.

— Да, давайте, — Дин уставился на нас мрачным взглядом: — Смейтесь, конечно, вперёд!

Буквально рухнув на стул рядом со мной, брат вновь принялся звонить, а я, широко зевнув, задрал голову к потолку, разглядывая лампы убежища Хранителей. За прошедшие дни, я так ещё и не смог привыкнуть к этому месту. Бункер вызывал ощущения замкнутого пространства. Мне хотелось прогуляться под небом.

Резко встав из-за стола, я заставил своим движением дернуться Сэма и, чтобы успокоить братьев, решил пояснить:

— Мне нужно прогуляться.

Поспешно выйдя наружу, я замер, с наслаждением вдыхая свежий воздух. Я не любил долго находиться в замкнутых пространствах. После того случая, когда меня спрятали в хранилище для оружия, чтобы защитить от стаи мстящих оборотней, подобные пунктики личного удобства были для меня обыденностью. Верно говорят, что самые большие комплексы мы вытягиваем из детства.

Ощущение ветра на лице успокаивало и я прикрыл глаза, наслаждаясь дуновениями воздуха. На несколько мгновений мне показалось, что в мире оставался лишь я и этот ветер, но Метка ревниво напомнила о себе и я резко открыл глаза. Задрав рукав пиджака, я вгляделся в её контуры, будто надеясь увидеть что-то ещё.

Люцифер, Каин и теперь я. Достаточно интересный список обладателей. Я абсолютно не вписывался в него. Дин с его послужным списком подошёл бы гораздо лучше, но отчего-то отец решил передать её именно мне. Наравне с его волнением, он был доволен, будто… ему приказали? Но кто мог приказать самому Первому Убийце? На ум приходило только одно существо, которое, по совместительству, было первым обладателем Метки. Оставался вопрос: зачем всё это было Люциферу?

***

В то, что Кроули вляпался по полной, я поверил сразу. Судя по тому, что происходило последние пару недель и после опроса демона перекрестка, который пробрался в тело популярной телевизионной персоны, можно было предположить многое.

Прибыв в номер, в котором скрывался от всего мира почти бывший Король Ада, нам с братьями пришлось некоторое время ждать самого хозяина апартаментов. Честно говоря, два трупа и горы бутылок с коробками из-под пиццы и тайской еды кого угодно могли привести в удивление. В одном из тел погиб демон. Я отчётливо видел то, чего до недавних пор не замечал.

Когда Кроули зашёл в номер и, оглянувшись на нас всех, поздоровался, я меньше всего обратил внимание на потрёпанный вид его тела. Гораздо сильнее меня напрягало то, что я видел самого демона, спрятавшегося за оболочкой невинного человека. Кроули трудно было назвать красавцем. Больше он напоминал худого, но жилистого монстра с венцом из рогов и острым частоколом зубов. Когда мы столкнулись взглядами мне больших усилий стоило проигнорировать голодный огонёк в красных глазах демона.

— И как это называется?

Дин осторожно пихнул носком ботинка труп мужчины посреди комнаты. Кроули слабо улыбнулся, прищурив свои жуткие глаза и, вновь бросив косой взгляд на меня, невинно ответил вопросом на вопрос:

— Закусон?

— Что у тебя в пакете? — решил перевести тему Сэм, потянувшись к бумажному пакету в руках Кроули.

— Ничего.

— Неужели? — Сэмми решительно сделал шаг вперёд: — Дай сюда!

Выдрать из пальцев демона то, что тот не хотел отдавать, было сложно и, в итоге, Сэм попросту порвал бумагу, вытянув спрятанный внутри пакет с кровью. Человеческой кровью. Досада отчётливо была видна на демоническом лице Кроули, в то время, как на его человеческом она оказалась практически незаметной.

— Ты что, банк крови ограбил? — Сэм поморщился. — Садись.

Вместе с Дином они усадили Кроули на стул, а я, обойдя по дуге настороженно смотрящего на меня демона, вздрогнул, заметив на его спине ещё один рот. Вернее пасть с парой сотен острых зубов. Проклятый амулет! Видеть настоящее обличье демонов не было моим желанием, но демон передо мной отчего-то вызывал раздражение. Странно.

Я замер, осознав, что если Метка должна сделать из меня нечто подобное, тогда почему я чувствую её яростную пульсацию? Неужели часть ангельской благодати, пройдя из амулета через моё тело осела где-то внутри и теперь резонирует с Меткой? Тогда, если взять за основу, что всё произошедшее с её передачей и ангельским амулетом, было придумано Люцифером, как единственным, кто мог приказать Каину, что мы имеем в наличии?

Выходила скверная картина. Если во мне остались отголоски благодати, то они, войдя в резонанс с Меткой не могли позволить ей сделать меня демоном. В таком случае чем я стану? Меня резко замутило. Чью благодать взял для опыта Люцифер? Зачем ему вообще был этот эксперимент?

Пока я занимался самоанализом, на Кроули надели наручники с антидемонической печатью, тем самым обездвижив и лишив сил. Раздосадовано скрипнув обеими пастями, демон проворчал:

— Да ладно вам, ребята!

— Смотреть тошно, — Дин окинул взглядом истекающую потом оболочку демона: — Мы на тебя рассчитывали, а ты что творишь?

— Твои сволочные приспешники и надеялись, что ты убьешь Аббадон, а ты их подвёл, — присоединился к Дину Сэмми.

Продолжив оскорблять демона, мои братья не видели то, что видел я. Постепенно глаза Кроули становились всё ярче от ярости, пробуждающейся у него внутри. Кажется, я начал понимать причину подобного поведения. Ещё раз внимательно оглядевшись, заострив внимание на явно обескровленном трупе мужчины, куче остатков еды, дисках с нестареющей классикой, я вдруг осознал, что Кроули попросту подсел на кровь. Каин как-то говорил, что для демонов человеческая кровь подобна наркотику.

— Стоп! — прервал я поток ругательств. — Вы что, подсадили Короля Ада на демоническую наркоту?

— Что? — одинаковое выражение лиц братьев стало для меня лучшим ответом.

— То есть хотите сказать, — я издали ткнул пальцем в зевнувшего пастью на спине Кроули: — Не вы пичкали его человеческой кровью?

— Мы, но… — начал было говорить Сэмми, когда я, тяжело вздохнув, решил прочитать небольшую лекцию:

— Демоны достаточно быстро становятся зависимы от людской крови. Она возвращает им отголоски человечности и чувства. Если демон силён, то сопротивляется он дольше, но каждый из них, неизбежно, при долгом употреблении, скатывается до состояния наркомана.

— Это сейчас не так важно, — Сэм вздохнул и, посмотрев на Кроули произнёс: — Возьми себя в руки.

— Ты не вовремя расклеился, — добавил Дин.

Поймав на себе хищный взгляд Кроули, я поморщился. Король Ада явно начал приходить в себя раньше, чем вернулся в номер и сейчас был в более вменяемом состоянии, чем когда только позвонил Дину с просьбой помочь.

— Лучше скажи, что здесь произошло и что там за демона ты убил, — я кивнул в сторону спальни. — Как враг смог так близко к тебе подкрасться?

— Мои подчинённые, — Кроули поморщился, оскалив острые клыки, и чуть спокойнее продолжил: — Они бегут к Аббадон. Лола решила использовать меня, чтобы возвыситься перед новой… Королевой.

— И как много она могла рассказать? — резко поддался я вперёд, на секунду забыв про ужасающий облик демона.

— Не знаю, — пожал плечами Кроули и, наклонившись, вкрадчиво спросил: — Как давно ты видишь?

— Что? — моргнул я.

— О чём это он, Генри? — сверля мрачным взглядом Короля Ада спросил Дин.

— Это был секрет? — Кроули пьяно захихикал, вызвав у меня приступ злости от которого в номере мигнуло освещение. — Забавно выходит… очень забавно.

— Генри? — Сэмми посмотрел на меня своим умоляющим взглядом. — Что он имеет ввиду?

— Небольшой бонус от Метки, — нехотя ответил я, сверля злым взглядом довольно скалящегося демона.

— Бонус? — нахмурился Дин. — Что за бонус?

— Я… вижу то, чего не видят обычные люди, — уклончиво произнёс я, когда Кроули, видимо не до конца отойдя от дурмана, вызванного употреблённой человеческой кровью, разрушил все мои старания:

— Он видит меня, — улыбнувшись, Король Ада добавил: — Мой настоящий облик. И, судя по всему, это касается не только меня, верно?

— Закрой рот, — я сделал глубокий вдох и, заметив, как демон хихикает пастью на спине, буквально прошипел: — И вторую пасть тоже заткни.

— Вторую? — удивился Сэм, а Дин, вздрогнув, невольно покосился на спину Короля Ада и, сделав шаг назад, строго посмотрел на меня:

— Когда ты собирался об этом сказать? Это ведь не всё, верно? Что ты ещё скрываешь от нас?

Я промолчал, не зная, как точно сообщить, что вообще не собирался посвящать родных в происходящие со мной изменения. Лишь мрачно посмотрел на довольно улыбающегося демона и подавил резко вспыхнувшее в груди желание выдавить содержимое пакетика с кровью прямо в самодовольную морду Кроули. Сделать так, чтобы Король Ада потерял свой довольный вид и вновь стал напоминать ту жалкую тварь, которая вошла в номер, трясясь от одного только понимания, что скоро наконец-то получит новую дозу.

Глава 10

Дин крепко сжимал пальцами руль, стараясь не смотреть на меня в зеркало заднего вида. Я, сидя рядом с весело скалящимся Кроули буквально кожей чувствовал, как брат злится. Сэм, сидящий впереди на пассажирском сидении тоже не выглядел добродушным. Он хмурился, рассматривая пейзаж за окном.

— Если бы я знал, что ты им ничего не сказал… — начал было тихо говорить Кроули, но потом, хихикнув, признался: — Я бы поступил точно так же!

Вид веселящегося демона вызвал у меня очередной приступ злости, подкреплённый жаром, идущим от Метки. Повернув в сторону Кроули голову, я уставился в его алые глаза и мрачно улыбнулся, когда увидел, как в них что-то дрогнуло. Я взял от отца многое. В частности этот тяжёлый взгляд, которым Каин смотрел на то, что его раздражало особенно сильно. Резко выдохнув, Кроули нервно хохотнул и потребовал:

— Бельчонок, останови своего брата, — демон демонстративно отодвинулся от меня подальше. — Он слишком злобно смотрит на меня. Как в вашей весёлой семейке вообще мог родится такой негативный человек? Вы точно уверены, что Небеса не ошиблись и Лосяра сосуд Люцифера?

— Да хватит уже, — пробурчал Сэм, а Дин, ещё крепче сжав руль, отрывисто сказал:

— Лучше скажи, что там насчёт того коллекционера, Магнуса, который выкупил Клинок?

— Колдун, собиратель редкостей. Его коллекция одна из самых больших коллекций сверхъестественного в мире, — коротко ответил Кроули. — Многие бы душу продали за то, чтобы хотя бы краем глаза просто увидеть её.

— Нам всё равно нужен только Клинок, — спокойно произнёс я. — Остальное, так и быть, пусть оставит себе.

История путешествия Первого Клинка, после того, как его выкинул в океан Каин, была весьма богатой. Сначала его выловили из Марианской впадины с помощью беспилотного батискафа, затем лаборант украл его и продал португальским контрабандистам, а те в свою очередь проиграли Клинок в покер марокканским пиратам. Те оказались умнее португальцев и продали выигрыш некому Андре Девелину, который так же решил перепродать покупку и спрятал её в Национальном Институте Древностей штата Канзас.

Вот только, когда мы туда прибыли, оказалось, что не мы одни знали про Клинок. Три трупа, из которых два принадлежали охранникам, а ещё один сотруднице. Похоже у кого-то была весёлая ночка. Меня оставили сторожить Кроули, чему я был не особо рад.

Альберт Магнус было именем, которое использовали Хранители в качестве своего псевдонима. Дин и Сэм подозревали, что тем, кто выкупил Первый Клинок, мог оказаться один из Хранителей, выживших в резне, устроенной Аббадон в 1958 году. Я тоже поучаствовал в поисках таинственного Магнуса, так как что-то внутри меня требовало найти Первый Клинок. Я знал, что это один из первых звоночков, сигналов, что я изменяюсь, но в возмущении не видел никакого смысла. Слишком многое стояло на кону. Судьба Аббадон была уже решена.

С помощью Кроули мы нашли Магнуса. Им оказался выгнанный из круга Хранителей колдун, создававший гениальные заклинания. Оказалось, что защиту Бункера тоже создал он. Как любитель магии я даже невольно пришёл в восхищение. Подобный талант при должном развитии не зря сделал из Магнуса одного из лучших коллекционеров. Видимо привычки Хранителей собирать всё сверхъестественное не покинули этого колдуна.

— Приехали.

Притормозив на обочине, Дин первым вышел из машины. Поспешив покинуть салон вслед за ним, я решил поговорить с братом, ведь с того момента, когда он узнал об изменениях в моём восприятии мира, мы так и не поговорили по душам.

— Дин, — тихо позвал я старшего брата, но тот молча направился к багажнику, принявшись ковыряться в нём в поисках оружия. — Дин.

— Что? — немного резко спросил брат, повернувшись в мою сторону. — Что, Генри? Ты мог сказать нам с Сэмом, что происходит!

— Я не мог, — поморщившись, я произнёс: — Как ты себе вообще это представляешь? К тому же мои слова ничего бы всё равно не изменили.

— Ты сам говоришь, что мы семья, но о каком доверии может идти речь, если ты сам не доверяешь нам? — тихо произнёс Дин и протянул мне пистолет: — Вот, держи на всякий случай.

— Я… постараюсь говорить об этом, — вздохнув, проверил патроны в магазине и, поставив на предохранитель, спрятал пистолет. — Мне не особо легко делиться всем с окружающим.

Уже отходя от брата, я услышал его вопрос:

— Это из-за Каина?

— Нет, — я покачал головой. — Он тут не при чём.

Чуть позже, пробираясь через кустарник следом за братьями, я старался не упускать из виду Кроули, который выглядел задумчивым даже в своем демоническом облике. Похоже он услышал часть нашего с Дином разговора и теперь поспешно укладывал его в уже однозначно имеющийся у него план.

Когда мы вышли на поляну, Король дал сигнал остановиться и принялся оглядываться по сторонам. Его алые глаза быстро перемещали взгляд, изучая окрестности, а рот на спине скалил острые зубы, выдавая появившееся волнение.

— Так значит именно здесь твои демоны потеряли его след?

— Да, именно здесь, — согласился Кроули. — Мои мальчики его так и не нашли. Я ничего не чую и если он здесь, то защитился он на отлично.

— Ну он же был гением, верно? — Сэм спрятал своё мачете и тоже принялся оглядываться. — Естественно кучке демонов его не найти.

Я отчётливо услышал, как Кроули скрипнул зубами. Повернувшись, он высокомерно посмотрел на Сэма. Похоже Короля Ада оскорбили слова, сказанные моим младшим братом. Определённо он был раздражён.

— А вас примет с распростёртыми объятиями, потому что вы такие душки?

— Лучше, — Дин спокойно проигнорировал издёвку в голосе Кроули: — Мы Наследники.

Выйдя вперёд, Дин с Сэмом принялись бродить по поляне, в то время, как я, уже по устоявшейся традиции, остался рядом с Кроули. Наследником Хранителей я себя не ощущал. Им мог бы быть Генри Винчестер, сын Джона Винчестера, а я не был сыном этого человека. Моим отцом был Каин. Именно он меня вырастил и сделал меня таким, какой я есть.

— Не пойдешь с братишками?

Покосившись на облизнувшегося демона, я уже даже не скривился. Похоже, привыкнув к облику Кроули, моё раздражение стало меньше. Хотя, Метка всё так же пульсировала, стоило мне представить, как я бью этого наркомана прямо в лицо. Сделав глубокий вдох, я было собрался отвечать, когда увидел возникший перед братьями портал.

— Генри, — подозвал было меня Сэм, когда портал расширился и оба моих брата исчезли в нём без следа.

— Ого, — я улыбнулся: — Действительно подействовало лучше, чем у твоих парней.

— Не волнуешься? — уточнил Кроули.

— Не особо, — честно признался я, непроизвольно потерев Метку. — Что так смотришь?

— Каково это? — Кроли на долю секунды высунул черный язык, который сразу исчез за частоколом острых зубов. — Каково это, расти под опекой Отца Убийства?

— А сам как думаешь? — я спокойно посмотрел на демона, впервые за последние месяцы чувствуя, что могу немного расслабиться в разговоре, чтобы не травмировать нежную психику братьев. — Отец может быть жестоким учителем, но он всегда был справедлив и по своему опекал меня.

— Как ты выжил?

Серьёзное выражение на демоническом лице выглядело внушающим дрожь, так что я на пару секунд понял, почему Кроули стал Королём Ада. Он действительно мог внушать трепет. Усмехнувшись, я решил ответить честно. Кроули никогда не упускает своей выгоды и не сможет удержаться от того, чтобы не попытаться сделать меня своим союзником, а значит использовать его можно было лишь рассказав правду.

— Он сделал меня сильней, спокойней, рассудительней. Научил рассчитывать лишь на себя. Но он никогда не срывался на мне, даже когда узнал, что Аббадон вернулась, — я весело улыбнулся и добавил: — Мои кости ломались им лишь на тренировках.

— Другого и не ждал, — задумчиво произнёс Кроули и, покосившись на мою руку, спросил: — Метка, ты её чувствуешь?

Задрав рукав, я посмотрел на мерцающую красным светом Метку. Она словно пульсировала с того самого момента, как амулет с ангельской благодатью опустел. С того дня я начал меняться. Но даже если теперь, благодаря изменениям, я видел настоящий облик демонов и других существ, я так не мог увидеть, что происходит со мной самим. Для меня это оставалось загадкой.

— Она словно сияет, — пробормотал демон, протянув свою когтистую руку, впрочем, тут же отдёрнув её. — И немного отличается от той, что была у Отца Убийств.

— Ты что-то видишь? — мгновенно заинтересовался я.

Внимательно смотря на Кроули я ждал его ответ, но когда тот открыл рот, чтобы начать говорить, мир вокруг меня мигнул. Оказавшись посреди богато украшенной комнаты, я потянулся за пистолетом, когда вдруг замер, не в силах пошевелиться.

— Значит ты и есть ещё один Генри Винчестер? — говоривший подходил ко мне сзади. — Потрясающе, обладатель Метки в моих руках!

Обойдя меня, Катберт Синклер, а никто иной это быть не мог, поправил бабочку на шее и улыбнулся, окинув меня изучающим взглядом. Попытавшись дёрнуться, я добился того, что смог немного пошевелить головой, и улыбка Синклера немного потускнела. Прошептав ещё несколько слов, Катберт сделал шаг назад, а меня обвили цепи. Дёрнувшись, я замер, осознав бесполезность своих действий.

— А ты похож на своего деда, — Катберт уселся в кресле, видимо вновь обретя в себе уверенность. — Как так получилось, что Дина и Сэма Винчестеров знают по всему миру, а их брат, Генри Винчестер, никому не известен?

— Меня знают под другим именем, — ответил я, не мигая смотря на Синклера.

— Надо же, — Катберт отпил из бокала с виски. — Но, думаю потом мы ещё поговорим о твоём прошлом. У нас будет много времени впереди.

— Зачем я тебе? — выпрямившись, я высокомерно улыбнулся: — Неужели ты решил, что сможешь удерживать меня вечно в качестве своего трофея?

— А ты умнее, чем твои братья, — протянул Синклер. — Но такой же самонадеянный, как и твой дед. Ты не выберешься. Теперь, ты можешь считать себя в комплекте с Первым Клинком одним из брильянтов моей коллекции. Правда для начала мы должны проверить, точно ли эта Метка то, о чём говорили твои братья.

Встав, Катберт подошёл к одной из полок, сняв с постамента обработанную под кинжал челюсть травоядного. Когда Синклер своим прикосновением снял все навешанные на оружие заклинания, Метка, и до этого ведущая себя беспокойно с того момента, как я попал в комнату, начала жечь, нагреваясь.

— Вот, держи, — Катберт подошёл ко мне ближе, вкладывая в мою правую руку кинжал.

Когда мои пальцы коснулись рукояти Первого Клинка, я не смог удержать судорожного вздоха. Меня с головой захлестнула волна жара, эхом отозвавшаяся где-то в глубине души. В мгновение все чувства обострились, а границы реальности вокруг расширились. Я бы потерялся в биении магии вокруг, если бы не жажда. Вернее, это была Жажда. Неудержимое, как стихия, желание убивать, кромсать, резать. Наслаждаться битвой и смертями. Тем, как кровь течёт из поверженного противника, врага, просто попавшегося под руку существа. Любого, кто окажется на пути.

Когда эта Жажда чуть было не поглотила меня, внутри вспыхнул огонь, который, пульсируя, пронёсся по всему телу, словно кровь по сосудам. Благодать действительно не покинула моё тело и, когда симбиоз Метки с Первым Клинком попытались начать менять меня, она выступила вперёд. Я чувствовал её, привыкшую к моей душе, начавшую менять её раньше, чем к этому приступила Метка, подстёгиваемая Первым Клинком.

— Ч-что происходит? — вскрикнул Синклер и именно это вывело меня из странного транса.

Дёрнув рукой с зажатым в ней Клинком, я оборвал обвивающие её цепи и одним движением снёс голову колдуна, посмевшего меня связать. Жестко улыбнувшись, я дёрнул второй рукой, а потом сделал шаг вперёд, полностью освобождаясь от цепей, которые не исчезли со смертью Катберта. Похоже они были частью защиты дома, но сейчас мне было плевать.

Я только что убил человека, попытавшего меня удержать и бешенная пульсация Метки не давала мне сосредоточится на чём-то помимо оглушающей злости. Звеня цепями, я пнул обезглавленное тело, а потом, подойдя к голове, за волосы поднял её. На лице Синклера навсегда застыло удивлённое выражение. Он так и не понял, когда всё пошло не по его плану. Улыбнувшись шире, я выпустил из пальцев волосы головы, позволяя той упасть, и повернулся, смотря на застывшую у мёртвого тела душу. Похоже моё восприятие мира вновь изменилось, став шире.

Катберт смотрел на меня с ужасом и, протянув левую руку, я коснулся лица призрака ладонью, позволяя пульсации благодати стать сильнее. Громко закричав, душа начала гореть, а потом взорвалась, рассыпавшись пеплом. Наклонив голову к плечу, я молча смотрел на исчезающее облачко, оставшееся от души. Теперь, спокойно сжимая в правой руке Первый Клинок, я пытался обрести над собой контроль.

Это удалось мне только когда я выпустил из рук проклятую челюсть осла. Упав на пол, она издала мягкий звук, а я сделал глубокий вдох, приходя в себя. Произошедшее не было чем-то обыденным. Что-то было определённо не так. Моё поведение под влиянием Клинка и Метки не было тем, к чему я морально готовился. Эта благодать абсолютно не вписывалась в ситуацию. Её словно вдруг резко стало в разы больше, хотя я не мог точно объяснить, почему так решил. Я просто знал это. Чувствовал.

Посмотрев на Метку, я еле удержал себя от абсолютно неуместной улыбки, вызванной теплом благодати. Она текла по телу, приятно согревая его. Я не ощущал дискомфорта. Значит эта благодать принадлежала простому ангелу? Возможно. Эмоции, которые она вызвала во мне, были присущи её истинному обладателю. Оказывается, все ангелы те ещё эгоистичные засранцы, полные гордыни и завышенного самомнения. Хотя, ничего нового. Именно так их описывал отец, а кому верить, если не ему? Отец Убийств встречался в бою даже с Небесами и он знал их высокомерную природу.

Я потёр пальцами левой руки подбородок. Правда почему отвращение? Я мог поклясться, что чувствовал именно это к Синклеру. Отвращение, высокомерие и… желание уничтожить. Не яростное, словно у берсерка, нашёптываемое Первым Клинком, нет. Холодное, извращённое желание уничтожить, унизить того, кто посмел сковать меня, поставить на колени. У какого же ангела взяли благодать, что его суть так чётко отпечаталась в ней и теперь меняла меня?

— Что здесь произошло?

Обернувшись, я увидел вбежавших в комнату братьев с оружием наготове. Кроули шёл позади них, осторожно ступая своими когтистыми лапами по паркету. Герои приходят в последний момент или, в данном случае, к разбору трофеев. Присев на корточки, я поднял Первый Клинок. Второй раз держать его в руках было легче. Словно дрессированный пёс, артефакт принял волю сильного. Я чувствовал его желание убивать и пронзать плоть. Первый Клинок действительно был разумен и мне не показалось это при первом прикосновении к нему.

— Всё в порядке, — я выпрямился и, разведя руками, широко улыбнулся: — Устроим разбор трофеев?

Удивленные взгляды братьев послужили мне отличной наградой, как впрочем и ошарашенный вид Кроули. Никто из них явно не ожидал того, что увидел. Поморщившись, я звякнул цепями и добавил:

— Поможете снять их?