Потерянная душа

Посвящение

Мария Нейман, спасибо за девять лет, что ты была моим компасом в цифровом океане. Эта книга выросла из наших разговоров, и теперь, когда я наконец отпускаю её в мир, понимаю, что именно ты не позволила «Потерянной душе» затеряться в архиве нереализованных проектов. Благодарю тебя за то, что ты сопровождала каждую главу, как никто другой. Между экранами наших телефонов родилась целая вселенная.

Глава 1 «Добрый и милосердный мир»

Аврора - это скромный и очень унылый городок, где есть всего одна старшая школа. Сильвер успел заранее навыдумывать себе множество вариантов того, как могло выглядеть учебное заведение, но когда он разглядел школу из окна машины, то такой вариант его вполне устроил. Трёхэтажное здание не производило впечатления ни размерами, ни архитектурной красотой. Территория школы была окружена высоким железным забором, а к главному входу с огромными дверьми вело высокое крыльцо со множеством ступенек. Единственное, что привлекало внимание, была буйная растительность: высокие деревья, пожухлая трава и яркие цветы, пытавшиеся внести краски в серую монотонность. Сильвер утешал себя мыслью, что в маленькой школе, вероятно, не так уж много учеников.

За окном всё так естественно и привычно: животные разговаривают, ходят по тротуарам на задних лапах, учатся в школе, работают, любят и дружат. В этом мире, населённом антропоморфными животными, хищники и травоядные живут бок о бок. Естественно, они всеми силами стараются ужиться друг с другом. Хищникам строго запрещено охотиться на противоположных себе.

Сжав губы, юноша прислонился лбом к холодному стеклу, не обращая внимания на вибрации, которые сотрясали его голову из-за неровной дороги, и продолжал наблюдать за пейзажем, проплывающим за окном.

- Сильвер, не нервничай. - сказала светло-серая крольчиха по имени Мэри, его мама, сидевшая за рулём серой машины.

- Я не нервничаю. - ответил Сильвер, "ломая" пальцы тёмного цвета и наблюдая за тем, как ученики идут на занятия.

Мэри знала, что её сын говорил неправду, ведь всегда, когда он переживал, то начинал хрустеть пальцами. Если переезд в незнакомый город можно назвать испытанием на прочность, то Сильвер его не прошёл. Он, как и любой другой кролик, болезненно воспринимал смену обстановки. Мэри, напротив, держалась уверенно. Разумеется, её пугали жизненные перемены, но она твёрдо убеждала себя в том, что они необходимы. Маленьким городкам присущи уединённость, тишина и излишнее внимание его исконных обитателей. Мэри не отчаивалась и уверяла Сильвера в том, что Аврора - тихое место, где можно начать двигаться в своём ритме. Крольчиха лишь переживала и надеялась, как бы её сына, полукролика с необычной внешностью, приняли в новой школе.

- Если что-то случится - сразу позвони мне, хорошо? - предупредила она.

- Хорошо. - коротко ответил Сильвер, взяв рюкзак в лапы.

Машина остановилась, Мэри повернулась и взглянула на сына с улыбкой. Тогда она решила дать ему напутствие:

- Сильвер, я знаю, что привыкать к новому непросто. Важно лишь дать себе время. К следующему году однозначно будет значительно спокойнее, чем сейчас.

- Мама, что по-твоему изменится?

- На новом месте бывает по-разному. Я очень надеюсь, что ты найдёшь здесь что-то хорошее для себя. Но если вдруг совсем нет - ты знаешь, что всегда всё можно исправить.

Сильвер молча её слушал, опуская взгляд вниз, неосознанно пытаясь скрыть своё волнение и поджимая губы, чтобы спрятать зубы, далёкие от идеала.

- В твоём классе обязательно будет тот, кто захочет узнать тебя поближе. - сказала крольчиха.

- Или я найду себе новых врагов и буду, как раньше, просто заниматься учёбой... - упавшим голосом проговорил Сильвер.

- Не будь таким пессимистом, надо радоваться, ведь это такой шанс - начать всё заново. Новая школа - новые возможности, новый опыт и новые впечатления! Слышишь меня, самый преуспевающий ученик?

- Ага, но преуспевающий только в учёбе. Главное, чтобы меня снова из школы не выгнали просто так.

- Но у них была причина исключить тебя... - тихо сказала Мэри.

- Подожди, ты до сих пор считаешь, что я во всём виноват?

- Нет, что ты! Просто... - неуверенно заговорила она, сжав руль лапами. - То происшествие и твоя видовая принадлежность заставили их это сделать... Сильвер, ошибки не делают тебя хуже, а исключение из школы - это ещё не конец света и!..

- Ты снова не веришь мне. - прервал он её, собираясь выйти из машины.

- Мы ещё не закончили разговор! - немного рассердилась Мэри.

- Прости, я всегда тебя слушаю, но именно сейчас ты не права.

Парень поймал немного растерянный взгляд матери.

- Я люблю тебя, пока! - сказал Сильвер на прощание.

Он потянул ручку на себя, а затем толкнул дверь. Горький осенний воздух ударил ему в мордочку, ветерок потрепал короткую шерсть, когда он соскользнул с сиденья, закрыв за собой дверь и зашагав по тротуару, покрытому слоем опавшей листвы. Октябрь встречал старшеклассников пасмурным небом и прохладным ветерком. Сильвер некоторое время стоял возле ворот и пытался угомонить своё неспокойное сердце. Сегодня был его первый день в новой школе. Все современные школы, включая эту, созданы и специально сконструированы так, чтобы их могли посещать самые разные виды животных - от больших до самых маленьких. Сильверу не следовало опаздывать в первый же день, а успеть на урок до звонка, познакомиться с учителями и... одноклассниками. Ожидания вызывали страх. Как его примут? Найдёт ли он друзей?..

- Ай! - вскрикнул Сильвер.

Голос сорвался на высокой ноте и прозвучал совсем как у девчонки. А всё потому, что ему бессовестно наступили на хвост! Подтянув к себе уязвлённую часть тела, Сильвер хмуро глянул на виновницу. Высокая газель, элегантно вышагивающая по тротуару, даже не заметила его. Парень вздохнул. В чём-то он сам был виноват, потому что сложно не наступить на пушистый хвост, который перегораживает едва ли не всю дорогу. Да и в целом юноше давно была пора перестать стоять и дрожать, как осиновый лист, а взять себя в лапы и, высоко подняв голову и выровняв спину, пойти вперёд. Вместо этого Сильвер чуть судорожно сглотнул, нервно прижимая длинные уши к голове. Ну, а даже если он будет стоять особняком, - никто ведь его не осудит? Скорее даже наоборот. Никто не любит новеньких...

- Здравствуйте. Меня зовут Сильвер Соул. Надеюсь, вы примете меня. Спасибо. - пытаясь улыбаться, он с опаской осмотрел класс.

Страшно было до такой степени, что задние лапы тряслись, и Сильверу оставалось только удивляться, как они его до сих пор держат. Ему всегда было очень трудно заводить новые знакомства. Юношу приводила в дикий ужас мысль, что он может остаться в большой и незнакомой компании один. Все подростки с удивлением и большим интересом смотрели, в первую очередь пытаясь понять, какое он животное. Сильвер много чем отличался от обычных кроликов. Его когтистые тёмные лапы и острые зубы внушали страх, когда он, ещё маленький, играл с другими крольчатами. Высокий рост, длинный рыжий хвост и светло-серый окрас с рыжими пятнами вызывали множество вопросов, но он привык. Подростки глядели изучающе и с хищными улыбками. Полукровке это смелости ни капли не прибавило. Когда перешёптывания между учениками стихли, учительница прокашлялась и сказала:

- Можешь садиться.

После этих слов новенький последовал вглубь класса, где стояли две свободные парты. Сильвер шёл к самой последней из них, чтобы быть подальше от всех. Так уж он привык жить - находиться вдали, чтобы не слышать оскорбления и не видеть взгляды, полные презрения. Школьной формы здесь явно не было предусмотрено, все ученики выглядели так, как кому было угодно. А ещё в этой школе были смешанные классы. Пока Сильвер молча проходил мимо учеников, то заметил, что большинство зверей в его классе хищники, а травоядных не очень много. Изучение одноклассников следовало систематизировать, иначе Сильвер от такого разнообразия рисковал запутаться. Присев за свою парту и достав школьные принадлежности, он стал украдкой рассматривать тех, кто сидел рядом, а учительница собиралась начать урок. Но неожиданно дверь распахнулась вместе со звуком голоса:

- Мисс Хилл!

В класс с бешеным взглядом ворвалась запыхавшаяся серая волчица с миловидной мордочкой и голубыми глазками.

- Простите за опоздание!.. - юная волчица пыталась отдышаться.

- Блэквуд, звонок ещё не прозвенел. - учительница обернулась и строго взглянула на ученицу поверх очков.

- Правда? Вот здорово!

Вломившаяся в кабинет девушка приподняла палец вверх, как раз вовремя, чтобы визуализировать гадкую трель звонка. Эта волчица была высокая, даже несколько крупноватая для самки, зато одетая точно по последней моде. А шума от неё столько же, сколько от лабрадора, и улыбка такая же широкая и жизнерадостная. Сильверу она показалась настоящей спасительницей. Сама того не ведая, Блэквуд забрала всё внимание одноклассников на себя, и только благодаря ей полукровка перестал чувствовать их давящие тяжёлые взгляды и немножко расслабился. Мисс Хилл недовольно покачала головой, но не выглядела возмущённой выходкой Блэквуд. Кажется, что этой обаятельной девушке прощали многое.

- Спасибо! - улыбнулась волчица, довольная тем, что ей не пришлось на ходу выдумывать оправдание за опоздание, и пошла к своей парте.

Вдруг она с удивлением обнаружила, что кто-то занял её место. Какой-то незнакомый зверь сидел за партой, долгое время бывшей её. Девушка сразу поняла, что это новичок, но не стала выгонять его, а присела за соседнюю парту, вытащив из сумки учебник. Учительница начала свою привычную речь. Волчица совсем не слушала её, а когда ей стало совсем скучно, то взглянула на новенького, который внимательно следил за словами учительницы. Блэквуд также обратила внимание на то, что все вещи на парте у него аккуратно разложены и подписаны. Она подумала, что парень, по всей видимости, отличник. Девушка даже не заметила, как стала пялиться на него. Ну, а что? Он её заинтересовал, поэтому ей хотелось понять, кто он такой, а точнее, к какому виду он принадлежит. Особенно она залюбовалась его янтарными глазами.

- Привет! Ты новенький? - тихо спросила Блэквуд.

- Да, теперь я буду учиться с вами. - пытаясь не волноваться, ответил незнакомый ей зверь. - Извини, я сел на твоё место...

- Да ничего.

Внезапно волчица почувствовала расположение к новичку и даже слегка обрадовалась тому, что будет сидеть рядом с этим, похоже, милым парнем.

- Я Лайма. - улыбнувшись, представилась она. - А тебя как зовут?

- Сильвер... Сильвер Соул. - ответил новый сосед.

Последующее время ничего интересного не происходило. Сильвер не отвлекался от урока и записывал что-то в тетрадь, а Лайма валяла дурака. Прозвенел звонок, ученики стали выходить из класса. Как только Сильвер зашагал по длинному коридору, несколько подростков подошли к нему, чтобы познакомиться. Полукровка слишком перенервничал, когда ему начали задавать достаточно грубые и однообразные вопросы:

- А что ты за вид?

- Ты гибрид?

- Почему у тебя такое странное имя?

- Откуда ты приехал?

- Кто твои родители?

- А кем они работают?

Такие слова заставили Сильвера впасть в ступор. Язык заплёлся сам собой, полукровка был не в силах ответить.

«Что мне делать?.. Я не могу говорить...»

- Ах... - лишь тихо произнёс он, когда ученики, так и не дождавшись ответов на свои вопросы, просто ушли.

Это случилось снова. Всякий раз, когда кто-то начинает с ним говорить, то в конце концов, просто уходит. Сильвер не мог нормально общаться со сверстниками.

«Я никчёмный...» - подумал он.

Постаравшись уйти от печальных мыслей и самоуничижения, полукровка решил отвлечься на что-нибудь интересное. Внутри старшая школа Авроры была очень похожа на его прежнюю, но здесь гораздо больше вазонов в коридорах и на подоконниках. И стены в бежевых тонах, а не белые. Сильвер ушёл вглубь коридора и сел на самую дальнюю скамейку, где было совсем немного учеников, и уткнулся в интересную книгу. Книги - его лучшие друзья. Многие говорят, что книги - это скучно, но Сильвер с этим абсолютно не согласен, ведь с ними можно спрятаться от серой реальности. Однако его длинные уши навострились, услышав, что к нему приближается кто-то крупный.

- Классно, ещё один гадкий утёнок в нашей школе. - услышал Сильвер насмешливый голос одного из новоиспечённых одноклассников и поднял взгляд.

Крупный коричневый волк с карими глазами просто возвышался над полукровкой. Позади него стояла его банда, состоящая из двух волков: чёрного низкорослого в ярко-красном спортивном костюме и белого полярного в джинсах и чёрной толстовке на молнии с пуговицами. Сам же коричневый волк одет в чёрные брюки и застёгнутую куртку из искусственной кожи. Многозначительное молчание со стороны полукровки порядком взбесило волка. Такова психология подобных хищников: они выбирают себе жертву, которую считают намного слабее себя и всячески пытаются её запугать. Причём ждут от неё мольбы о пощаде. Но когда этого не происходит, они пребывают в неведении, ведь считают это противоестественным. Такую простую истину Сильвер понял ещё в детстве.

- Грег, может быть, он немой? Или просто не догоняет? - к Сильверу подошёл чёрный волк и вырвал из его лап книгу.

- Верни, пожалуйста. - сказал юноша, поднявшись со своего места, при этом стараясь сохранять спокойствие.

- Вы посмотрите, он ещё и говорить умеет! - усмехнулся волк.

- Спасибо. - новенький самостоятельно забрал из чужих лап книгу и сложил её в рюкзак.

- Ух-ты, какой смелый! - Грег, коричневый волк, подошёл к нему с коварной улыбкой. - Знаете, я слышал, что кофе помогает при проблемах с внешностью.

Прошла ещё секунда, и Сильвер почувствовал, как на его голову выливается неприятная жидкость, начиная медленно стекать по мордочке. Мерзкое чувство внутри охватило полукровку. Он снова стал изгоем, не успев и дня провести в этой школе.

- Я, конечно, сомневаюсь, что ему что-либо поможет, но чем чёрт не шутит? - сказал Грег и противно засмеялся.

В полном шоке, не зная, что делать, Сильвер схватил рюкзак и побежал в уборную, при этом слыша позади себя издевательский смех трёх волков. Забежав в ближайший туалет, полукровка подошёл к раковине. Он с трудом смыл с головы остатки кофе, умылся, а после взглянул на себя в зеркало. Нахлынули воспоминания о старой школе. Вы испытывали это душераздирающее ощущение, когда боишься до дрожи в коленях переступить порог школы, где тебя с тихим, еле сдерживающимся смешком встречают "любимые одноклассники"? Сильвер испытывал. Подавляющее большинство совсем не любит тех, кто хоть немного отличается от них. Они считают, если ты не такой - ты неправильный, а если ты неправильный - ты чужой. И порой они бывают очень жестоки. Нередко такие "неправильные" становятся объектом всеобщих насмешек и издёвок. Так случилось в жизни Сильвера. Каждое утро он просыпался с надеждой, что сегодня всё изменится. Каждое утро он слепо верил, что сегодня всё будет по-новому, что ему перестанут причинять боль, его не будут унижать, а наконец-то поймут и примут. Но с каждым днём всё становилось хуже. Если в младших классах всё ограничивалось оскорблениями и порванными тетрадями, то уже к шестому классу его просто презирали, в седьмом - "случайно" столкнули с лестницы, в девятом - избили на глазах практически всей школы. Над Сильвером всегда издевались звери во много раз превосходившие его в размерах. Он не видел смысла драться с ними. Нет, он не трус, просто не было желания оказаться избитым до полусмерти где-нибудь в тёмном переулке. Поэтому Сильвер ненавидел себя за то, что ничего не делал, а только боялся показать себя миру. Каждый раз, когда стоило бы ответить, он молчал, позволяя обидчикам унижать себя. Мама всегда учила Сильвера, что отвечать на агрессию агрессией не стоит, ведь конфликт можно уладить при помощи слов. Какой к чёрту разговор, когда современные дети не в силах отличить, где плохо, а где хорошо? Сильвер ненавидел это ужасное состояние, когда хочется кричать: от боли, обиды, безысходности, а приходится улыбаться и делать вид, что всё в полном порядке. И так каждый день. Задиры издеваются, а Сильвер не может дать сдачи. Он просто слабак, изгой, гибрид. Но почему именно он? Что он сделал не так? Сильвер никогда никого не обижал, не курил, не пил, не дрался. Тогда за что? Сильверу не хотелось, чтобы его мама переживала, поэтому он никогда не рассказывал ей, что происходит в школе... Но, рано или поздно, всякое дерьмо всплывает на поверхность. Всего один случай, повергший всех в шок, стал поводом исключить Сильвера из школы. Тогда Мэри узнала обо всём. Вместе они переехали в Аврору, полукровка перевёлся в новую школу. Юноша мечтал, что на новом месте всё изменится, но снова ошибся. История повторяется... Хотите знать мечту Сильвера? Возможно, вы подумаете, что он хочет жить в мире, где его примут таким, какой он есть, где нет печали и боли, а только радость и счастье, но нет. Он вовсе не хотел убегать от проблем. Ему был нужен тот, кто спас бы его от одиночества и грусти, помог в трудную минуту. Он хочет иметь друга. Сильвер хочет, чтобы появился тот, с кем он мог бы поделиться своими переживаниями.

Его размышления развеялись, вспомнив, что нужно идти. Отряхнувшись от пыли, красовавшейся на штанах, он собирался выйти, но в сердце Сильвера вдруг болезненно кольнуло, когда он повнимательнее посмотрел на себя в зеркало. Порой полукровке так сильно хотелось сбежать на другой конец света, забыться, но ведь от самого себя не убежишь, и приходится жить, принимая каждый миллиметр себя, насколько бы уродливым и отвратительным он ни был. Сильвер зажмурился, отворачиваясь от отражения.

«Всё без толку!» - подумал он и сразу вышел в коридор.

Школьная столовая представляла собой прямоугольник с большими окнами с двух сторон. Было шумно. Ученики на большой перемене приходили сюда не только поесть, но и поговорить с друзьями, посплетничать. Все сидели за столами и беседовали, держа в лапах прекрасное спасение голодному желудку. Согласно законам этого мира, употребление мяса является уголовным преступлением. И поэтому мясо не подаётся нигде. Однако еда в столовой имеет особый вкус для каждого ученика и достаточно питательная. Для травоядных подаются тушёные овощи, соевое молоко и ещё многое на выбор. Хищники в основном получают бобовые, молочные продукты и яйца для белка. Вопреки всеобщему обсуждению, фактом остаётся то, что Сильвер - хищник. Расплатившись за обед, полукровка принялся искать место, где бы ему сесть. Он отлично понимал, что у окружающих нет ни малейшего желания сидеть с ним рядом, поэтому направился к самому дальнему столику. Привычка быть одному, кажется, никогда не уйдёт. Сильвер проходил мимо столов, за которыми сидели несколько крупных учеников, и заметил того самого Грега. Волк сидел расслабленно, откинувшись на спинку стула. Он всё время улыбался и смеялся с шуток своих друзей. Вдруг Грег повернул голову, и Сильвер случайно столкнулся с ним взглядом. Волк сначала злобно на него посмотрел, затем усмехнулся и сказал:

- Эй, чудила, под лапы смотри.

- Что? - не понял новенький и резко упал.

Еда разлетелась по полу. Спустя мгновение Сильвер поднял голову, не сразу догадавшись, что произошло. Сидевшие рядом ученики мерзко захохотали. Кто-то незаметно поставил парню подножку. Грег встал перед лежащим на полу полукровкой.

- Ха-ха... Какой же ты урод, Соул. - сказал коричневый волк, наклонившись к Сильверу и шепнув это тому прямо на ухо.

Полукровка оттолкнул хулигана от себя.

- Как глупо. - произнёс Сильвер, поднявшись на лапы. - Я-то думал, что это старшие классы, но это, оказывается, детский сад. Придумать ничего лучше не сумел?

- Что сказал?! - разозлился волк.

- Что слышал. - ответил Сильвер, за что ему тут же прилетел удар в живот.

Он согнулся от боли и упал на колени.

- Тварь, ты даже не представляешь с кем говоришь. Ещё раз ты что-то скажешь мне - я забью тебя до смерти и мне за это ничего не будет. Ещё увидимся, гибрид. - усмехнувшись, сказал Грег и сел обратно на своё место за столом, начав вести себя так, будто ничего не произошло.

Сильвер оклемался от удара, поднялся под смешки учеников и поплёлся к выходу. Делать больше нечего, еда пропала, а денег, чтобы купить ещё, нет. Он вышел в совершенно пустой коридор и сел на ближайшую скамейку. Боль постепенно отпускала живот. Как хорошо, что Грег ударил его не со всей силы, иначе пришлось бы обращаться за помощью к врачу. Вдруг Сильвер испуганно подпрыгнул на месте, услышав громкий скрип, который быстро перешёл в медленный писк. Он повернул голову в сторону звука и увидел, что к нему приближается кто-то крупный на инвалидной коляске. Сильвер заметил силуэт черепахи, тяжело выехавшей из тени коридора. Она приблизилась к Сильверу поближе, полукровка смог полностью её разглядеть. Слоновая черепаха на инвалидной коляске. Иронично, не правда ли? Как оказалось, черепаху звали Фауст. Не только по его имени, но и по глубокому, уверенному голосу Сильвер понял, что черепаха мужского пола. Он некоторое время потупил, уставившись на протянутую лапу.

- Я Сильвер. - представился полукровка и пожал черепахе лапу.

- Забавно, у нас с тобой такие необычные имена. - заметил Фауст.

- Это точно... - неловко посмеялся Сильвер и замолчал.

- Я видел в столовой вашу стычку с Грегом. Решил узнать, всё ли с тобой в порядке. - сказала черепаха, чуть поправив свою тёмно-зелёную накидку.

- Со мной всё хорошо, спасибо. - улыбнувшись, ответил Сильвер.

- Отлично. Не обращай на Грега внимания. Этот волк с завышенным самомнением очень любит поиздеваться над зверьми меньше его самого.

- А сам боится противиться зверям покрупнее. Я много раз встречал подобных ему. - сказал Сильвер.

- В нашей школе таких полно. Нам, таким необычным зверям, приходится держаться вместе. Я вот, как видишь, инвалид, а ты полукровка.

- Это не одно и то же, но я понимаю, к чему ты клонишь...

- Раз так, хотел бы ты встретиться со мной сегодня после уроков? Ты не такой, как звери, знающие мир только в своих гаджетах. Я видел, ты читаешь книги не только по школьной программе. Мы могли бы вместе сходить в местную городскую библиотеку, которая славится количеством старинных книг. Если ты не против.

- О, это замечательная идея! - ответил Сильвер. - Да-да, я пойду с тобой.

- Хорошо, увидимся, Соул. - сказала черепаха, профессионально развернув коляску, и начала уезжать.

- Увидимся...

Сильвер заметно обрадовался, уже позабыв о своей боли. Как здорово, у него наконец-то появится друг! Ещё чуть посидев на скамье, он накинул свой рюкзак и, пока его переполняла радость, пошёл на следующий урок. К счастью полукровки, учебное время закончилось для него без происшествий. Сильвер остановился ждать своего нового знакомого возле школьных ворот.

«Мама была права» - подумал Сильвер и улыбнулся. - «Впервые кто-то захотел со мной пообщаться! Я лишь должен пытаться делать первые шаги и перестать быть одиночкой без друзей!»

Наконец-то парень услышал уже знакомый скрежет колёс и повернулся.

- Ну что, пошли? Хотя, в моём случае поехали. - посмеялся сам над собой Фауст.

- Да... - неловко ответил Сильвер, но смеяться над инвалидном не стал.

Их путь шёл через главную улицу города. Торопиться ребятам было некуда, они общались на интересующие их темы, в основном об учёбе и книгах. Сильвер с интересом осматривался. Жалко, что в Авроре достопримечательностей толком нет. Как сказал Фауст, лишь старинная библиотека могла заинтересовать Сильвера. Полукровка также не упустил возможности рассмотреть черепаху поближе, пока шёл с ней рядом. Толстый костный панцирь имел светло-коричневый цвет. Возможно, своё название слоновая рептилия получила из-за массивных задних лап и кожи, похожей на кожу слонов. Взгляд Сильвера быстро сполз на длинные и ровные лапы черепахи, беспрерывно крутящие колёса вперёд.

- Хочешь узнать, что со мной случилось? - спросил Фауст, который просто не мог не заметить заинтересованность полукровки.

- Да, честно говоря. Если ты не против. Я сам знаю, как порой трудно делиться с кем-то своим прошлым...

Фауст подавил смешок, сдержанно кивнув.

- Для меня это не имеет значения. Я прикован к коляске с тех пор, как попал в автокатастрофу девять лет назад. Трагично? П-ф-ф, пожалуйста, не надо. Я уже столько наслушался этих сожалений, мне уже тошно. Даже когда меня называют инвалидом, мне хочется поблагодарить эту личность, лишь бы она не говорила: «Как мне тебя жаль».

Сильвер выслушал его и обратил внимание на то, как взрослый голос Фауста запросто обволакивал все мысли. Этот поистине прекрасный и медленный тембр можно было слушать долго.

- Мы пришли. - сказал Фауст.

Как только ребята зашли внутрь, Сильвер быстро оглядел высокие стеллажи с книгами и выцветшие стены некогда архитектурного шедевра. Вдвоём они прошли мимо согнувшегося кабана, который лишь бросил на них неприветливый взгляд, а затем вернулся к своей работе. Хотя странным взгляд библиотекаря мог Сильверу просто показаться. Может быть, в Авроре принято всегда выглядеть недовольным? Полукровка пробежался глазами по библиотеке, его уши приподнялись вверх, подрагивая, чтобы парень смог прислушаться.

- Здесь никого нет?

- Сюда мало кто ходит. - сказал Фауст, остановив своё инвалидное кресло у длинного стола.

- Почему?

- Все находят информацию в интернете. И электронные книги существуют.

Тёмные, кое-где совсем выцветшие корешки книг смотрели на Сильвера своими полустёртыми надписями.

- Я бы никогда не смог променять это бумажное чудо, в которую автор вкладывал душу, на какую-то электронную и бездушную машину.

- Ты считаешь, что книги живые?

- Да, я считаю, что у книг есть что-то вроде души и чувств, что им грустно, когда их не читают и оставляют пылиться на полке. Особенно я люблю новые книги и запах типографской краски, кружащий голову. Но старые книги тоже хороши. - Сильвер взял с полки заинтересовавшую его рукопись и осмотрел. - И книга может принять тебя, а может и не сделать этого. С книгой можно поссориться, не понять... Как живого. - он поставил том обратно на полку. - С книгами куда проще, чем с обществом.

Черепаха лишь хмыкнула.

- Пойдём, я хочу тебе кое-что показать. - сказал ему Фауст и зашевелил колёсами, куда-то направляясь.

Сильвер молча пошёл за ним. Оказавшись в самом конце библиотеки, ребята встали за стеллажами.

- Ну, что ты хотел показать? - спросил Сильвер.

- За всю жизнь ты так ничего и не понял. - ответил Фауст. - Ты слишком доверчив, Соул.

- Что?.. - только успел произнести Сильвер, как кто-то сзади ударил его по голове.

Полукровка очнулся только после того, как его окатили холодной водой. Голова трещала, словно была готова взорваться. Когда зрение наконец сфокусировалось, то перед ним предстал Фауст, всё так же сидя в своей инвалидной коляске.

- Очнулся. - прокомментировала черепаха, усмехнувшись зрелищу, на которое смотрела с удовольствием.

Сильвер сначала испуганно вжался в сидение, затем попытался подвигаться, но с ужасом осознал, что был жёстко привязан к стулу, а его лапы связаны за спиной. Первые попытки вырваться не увенчались успехом, верёвка была слишком тугая. Сильвер перевёл взгляд на Фауста, как вдруг заметил, что в тёмной комнате они были не одни.

- Ну, что мы будем с ним делать? - спросил вставший рядом с Фаустом барсук, держа в лапах нож. - Может быть, отрежем ему уши?

По телу полукровки пробежали мурашки. Из темноты вышел толстый кабан и встал рядом с Фаустом. Со страхом в глазах Сильвер узнал в нём того самого "библиотекаря". Кабан с хитрой улыбкой на морде заговорил:

- Нет, давайте мы сначала разденем его, изобьём, устроим фотосессию, разошлём всем его фотографии, а потом выбросим тело на свалку!

- Успокойся, будет тебе, пока рано. - приказал ему Фауст.

- Зачем вам это? - стерпев головную боль, заговорил Сильвер. - Что вам от меня надо?

- О, Соул, причин для этого не сосчитать. - тон Фауста был спокойным. - Могу объяснить суть: на протяжении долгих лет травоядных притесняли хищники. Эволюционировав и став разумными, мы начали уживаться. Это ладно, но на Ауруме стали рождаться нечистые виды. На планете с каждым днём становится всё теснее жить. Наше движение борется за чистую планету, населённую только настоящими животными: чистокровными травоядными и чистокровными хищниками. А такое порождение, как ты, - совершенно лишнее.

Сильвер держался, чтобы не показывать эмоции. Он молча слушал черепаху, а тем временем выпустил когти и медленно, как можно незаметнее, стал резать веревку, следя за Фаустом и остальными присутствующими в комнате. Черепаха продолжила говорить:

- Мы не только устраняем ошибки природы, также в наши лапы попадают преступники и прочие неугодные обществу животные.

- Устраняете, говоришь?.. - тихо произнёс Сильвер. - А если же я за всю жизнь не совершил ни единого плохого поступка, то только из-за происхождения, я заслужил всё это?

- Да. - твёрдо ответил Фауст.

- Сколько же зверей пострадало из-за вас?..

- Достаточно, чтобы об этом заговорили в СМИ. Ты уже должен был услышать новости об исчезновениях животных, если ты вообще их смотришь.

Сильвер сразу же вспомнил, как мама рассказывала ему, будто когда-то давно в Авроре и ближайших городах пропадали животные. Маньяка очень долго не могли найти, а обезображенных тел жертв становилось больше. Случилось даже так, что предполагаемого преступника поймали и посадили в тюрьму, но животные продолжили исчезать. С каждым разом всё интереснее и более запутанным становилось это дело для полиции.

- Так вы лишь жалкой известности добиваетесь? - усмехнулся Сильвер, но продолжал ужасаться. - С чего мне верить, что всё происходящее сейчас правда? Действительно ли вы являетесь теми похитителями?

- Ты точно хочешь узнать? - посмеялся Фауст. - Наше движение намного больше, чем ты думаешь. Я заправляю только в этом городишке, но абсолютно по всей стране члены нашего движения желают изменить мир в лучшую сторону.

- Проливая кровь неугодных вам.

- Совершенно верно! Нечистые, подобные тебе, не заслуживают права на жизнь.

Не выдержав, Сильвер, срываясь на крик, стал со злостью спрашивать:

- Почему?! Зачем вы это делаете?! За что?! Что все эти бедные животные вам сделали?! Что я сделал вам?! В чём моя вина?!

Фауст мгновенно оказался мордой к морде с Сильвером, опалив полукровку суровым взглядом, полным ненависти и отвращения. Он дал ответ:

- В том, что ты родился.

Сильвер замер, как и его сердце на миг. Адреналин в крови подскочил, сердце забилось быстрее, откуда-то появились силы, и ему удалось вырваться из верёвок. Он тут же бросился бежать.

- Не дайте ему уйти! - приказал Фауст подчинённым, которые рванули за полукровкой.

Сильвер вышиб незапертую дверь, по пути ему попался его рюкзак, который он успел подхватить на одно плечо, а далее пробежал по лестнице наверх. На удивление парень быстро нашёл выход и выбежал из полузаброшенного серого здания. Свобода его была подобна холодному ветру. Недалеко за старым забором он увидел библиотеку.

- Попался! - воскликнул кабан и больно схватил Сильвера за уши.

Не ожидавший такого полукровка сначала зажмурился, но потом его глаза встретились со взглядом кабана.

- Отпусти меня! - закричал Сильвер, ощущая острую боль от сильной хватки.

- Сам напросился! Давай, поплачь, уродец! Что, решил, сможешь так просто сбежать? То ли ещё будет! Отрежу твои ушки и сделаю из них серьги для твоей мамаши. Я видел её, она, кстати, довольно милая крольчишка!

Зря он это сказал. В тот же момент полукролик изо всех сил ударил кабана задними лапами в горло. Мощный кроличий удар задними лапами вполне способен убить. Кабан сразу же отпустил Сильвера и схватился за шею. Он лишь прохрипел что-то и, задыхаясь, упал на колени. Внезапно прибежал барсук, поджидавший где-то рядом. Сильверу оказалось на лапу, что он умел быстро бегать, а в такой ситуации инстинкты скрыться от опасности сработали особенно хорошо. Сильвер бежал, пока перед ним не предстал сетчатый забор. Высоко подпрыгнув, он ловко перелез и побежал дальше.

- Стой, не уйдёшь! - разъярённо прокричал барсук.

Преследователь всё не отставал, но уже почти выбежав на проезжую часть, прямо перед его мордой пронеслась машина, заставив барсука остановиться и прекратить погоню. Сильверу удалось пробежать, лишь чудом не попав под колёса машины. Теперь он бежал по улице, где более-менее присутствовали звери, которые могли бы заметить его преследователя.

- Будь ты проклят, Сильвер Соул! - гневно прокричал барсук, наблюдая, как полукровка убегал, ни разу не оглянувшись.

Говорят, что в жизни можно исправить что угодно. Сильвер так не считал. Он грустно улыбался, задумываясь над тем, что, может быть, это и есть его судьба? А ведь всё было плохо с самого рождения. Его отец бросил Мэри ещё задолго до рождения Сильвера. Сам полукровка не очень переживал из-за этого, ведь у него была заботливая мама, которая любила его больше жизни. И Сильвер старался всегда угождать ей и делать всё, чтобы мама не расстраивалась. Жаль, что в итоге всё совсем наоборот. Он мог кому-нибудь рассказать об этих маньяках-расистах, но кто бы ему вообще поверил без доказательств? Тем более, он больше никогда не приблизится к тому заброшенному зданию и старой библиотеке. Сильвер настолько сильно погрузился в собственные мысли, что даже не заметил, как оказался на мосту. Спокойная речка тянулась через весь город. Иногда казалось, что вода в ней просто застыла. Вот же он - выход! Суицид. Самоубийство. Он думал о нём слишком часто. В этом жестоком мире Сильвера ничто не держит, однако он просто не мог взять и покончить с собой. Однажды полукровка пытался порезать вены, но струсил, побоялся боли. Но он просто не мог так жить. Всё достало. Сильвер побежал к холодным перилам. Вокруг никого не было. Держась лапами за поручни и замерев, он долго смотрел на воду. Холодный лёгкий ветер обдувал мордочку и слегка трепал шерсть. Ох уж этот бесполезный мир. Ещё немного и все проблемы Сильвера будут решены. Кто-то скажет, что это не выход, но лично он думает совсем по-другому. Осталось сделать толчок вперёд, чтобы стать свободным. Но что-то по-прежнему удерживало его от этого отчаянного шага.

- Эй. - вдруг услышал он чей-то голос. - Это не самая лучшая идея.

- Что?.. - хрипло произнёс Сильвер и повернул голову.

Прямо рядом с ним, облокотившись о перила и покуривая тонкую сигарету, стояла волчица, с которой он сегодня познакомился в классе.

- Знаешь, какой бы я выбрала способ самоубийства? - спросила она, а Сильвер мог лишь глядеть на неё широко открытыми глазами. - Я бы надела свой лучший наряд, накрасилась, прибралась в комнате, взяла букет роз, выпила немереное количество снотворного и спокойно уснула вечным сном на своей кровати. Если меня хоть кто-то стал бы искать, то, когда обнаружил, увидел, какой я была красивой. Идея с прыжком в воду тоже неплоха, если ты хочешь, чтобы тебя никто не нашёл. - проговорила она и выкинула сигарету в реку. - Извини, я забыла твоё имя.

- Сильвер... - ответила он.

- Классное имя, будто ювелир, а я вот в честь какой-то неизвестной богини названа.

- Лайма - богиня счастья и судьбы, покровительствующая влюблённым у народов Прибалтики.

Волчица удивилась.

- Парень, откуда ты это, чёрт возьми, знаешь?! Я даже не знаю, где находится эта Прибалтика!

- Я много читаю.

- А-а-а, так ты умный. Такие звери нужны миру, а ты прыгать собираешься. Ну, раз решил, то вперёд. Только не забудь обувь снять перед тем, как прыгнуть. Я слышала, так делают в Японии, чтобы все сразу поняли, что ты сам лишил себя жизни. Придурок.

Сильвер посмотрел на неё глазами, полными ничтожной безысходности. Лайма пожалела, что нагрубила. По нему было видно, что он в депрессии, а смерть - это единственный выход.

- Ты навязчивая. - сказал Сильвер. - Ты извини, но почему бы тебе просто не пройти мимо?

- Я не из тех бездушных тварей, которым плевать на окружающих! Кстати, расскажешь напоследок, почему ты решил прыгнуть?

- Это не твоё дело...

Волчице явно не понравился такой ответ.

- Знаешь, я не стану сейчас нести бред, вроде: «Не сдавайся!», «Нужно идти вперёд!», «Ты справишься!», «После чёрной полосы обязательно наступает белая!», и прочее. Короче, у нас у всех есть свои проблемы и нужно их принимать. Своей смертью ты ничего не добьёшься, а сделаешь только хуже. Мы ведь все рано или поздно умрём, не так ли? У нас есть лишь один шанс на жизнь.

- В моей жизни никогда не было смысла. Одна только боль...

- Как прыжок с моста может спасти тебя от боли?

Сильвер немного помолчал, но потом сказал:

- Прости, но... Можешь ли ты просто уйти?..

- Могу, но ты должен встать за мной в очередь.

- Что?

- Моя мама спрыгнула с этого моста три года назад! - проорала она во всю глотку, чтобы его затуманенное сознание пропустило до него эти звуки. - Я до сих пор не знаю, почему она это сделала! Догадываюсь, её достало постоянно ругаться и драться с моим отцом, который надо мной тоже издевался. Но, что ещё хуже, она была беременна! Вот так, она просто убила себя и ребёнка. А я, просто из-за неизбежности, продолжаю жить под одной крышей с мужчиной, который стал причиной их смерти. Тебе не кажется, что в очереди к пропасти я должна стоять перед тобой?

Лайма подошла поближе, почти вплотную к спине Сильвера.

- Послушай, это место лишило жизни уже немало зверей. Они стояли у этого бортика, а потом просто сделали шаг. У них не было шанса изменить своё решение, а у тебя он есть. Будь странным - не прыгай.

Сильвер слышал каждое её слово, но сам не мог ничего сказать. У него получалось только открывать пасть, вдыхать воздух и выдыхать обратно. Он задумался и внезапно вспомнил про свою маму. Она, наверное, уже пришла с работы домой и ждёт его возвращения.

- Эй, так ты будешь прыгать или мне помочь тебе перелезть обратно? Если ты прыгнешь, обещаю, я последую за тобой. Если свою жизнь не жалко, то хоть пожалей мою! - сказала волчица и засмеялась.

Сильвер осознал, что чуть не совершил самую большую ошибку в своей жизни.

- Нет, я не прыгну!

Когда он перелез через перила, на мордочке волчицы появилась нежная улыбка.

- Чудесно, Сильвер! Ну что, не хочешь вместе со мной послушать музыку и поесть яблоки в карамели? Тут недалеко в парке самые вкусные продают!

Девушка протянула ему лапу, ожидая ответ. И Сильвер хотел. Действительно хотел. Он взял её за лапу, Лайма потянула его за собой. Теперь вся эта затея с прыжком с моста казалась Сильверу такой глупой. Он просто хотел прыгнуть с моста и остаться живым. Вот в чём смысл.

Лучи солнца выглядывали через тучи. В парке разноцветные листья ярких оттенков, сдуваемые ветром, падали на землю. Сильвер никогда не любил прогулки, раньше ему было трудно даже просто выйти из дома, однако сейчас он вдоволь наслаждался свежим воздухом в спокойной обстановке со своей новой знакомой.

- Действительно, это очень вкусно... - сказал Сильвер, распробовав красное яблоко в карамели.

- Я же говорила! - ответила довольная Лайма.

Подростки сидели на скамейке в парке, ели яблоки и слушали музыку. Иногда Лайма весело подпевала слава песни, а Сильвер улыбался, ведь настроение у него точно приподнялось. Абсолютно всю дорогу от моста до парка они шли, шурша листвой под лапами и постоянно что-то обсуждая, но заводить разговора о произошедшем на мосту не стали. Юноша посмотрел на хмурую погоду.

- Будет дождь.

В то же мгновение с неба попадали первые капли. Ребята подскочили со своих мест и забежали под ближайший навес, прижавшись к стенке.

- Как ты думаешь, он ещё долго будет идти? - спросил Сильвер.

- Не знаю, ты замёрз?

- Нет, а ты?

- Не-а, вообще, я очень люблю дождь... - ответила Лайма и вдруг хитро улыбнулась. - Хочешь узнать насколько?

- О чём ты?

- А вот о чём! - прокричала волчица и выбежала под ливень.

- Сумасшедшая! - закричал Сильвер.

Полукровка услышал звонкий смех. Дождь усиливался, заставляя Лайму полностью промокнуть, а она только шире улыбалась и кружилась быстрее. Сильвер задержал дыхание. Он не смотрел на волчицу недоверчиво или с упрёком, а просто удивлённо наблюдал за её своеобразным танцем. Вдруг Лайма начала бегать по кругу, расставляя лапы, словно самолёт, а Сильвер, сам того не заметив, начал смеяться. Одноклассница продолжала прыгать, махая лапами в разные стороны и заливаясь звонким смехом - звуком искреннего счастья. Она такая забавная, хоть ей не десять лет, но в такую погоду, как эта, в ней проснулся ребёнок. Лайма наслаждалась каплями, умудряясь ловить их языком, пока бежала, и, видимо, распробовав их на вкус, вновь улыбалась. Сильвер медленно сделал первый шаг. И вот он встал посреди дороги, полностью промокший, смотрел на весёлую волчицу и не смел пошевелиться. Девушка вопросительно посмотрела на него, не понимая, чего он стоит просто так. Лайма взяла его небольшие лапы и увлекла за собой в танец. Музыка была бы здесь неуместна, впрочем, как и слова. Как же Сильверу хотелось, чтобы этот момент длился вечность. Друзья танцевали долго, без счёта времени, под холодным дождём, но им было тепло, просто от того, что они рядом. Песня веселья в их мыслях закончилась, но всё так же, переплетясь пальцами, ребята стояли под дождём и обнялись. В этом сумасшедшем мире, такие разные, но одновременно похожие, они нашли свой остров спокойствия.

- Мама, я дома... - сказал Сильвер, захлопнув за собой входную дверь.

- Привет, сынок! - Мэри как раз вышла из кухни, чтобы встретить его. - Ой, ты что, под дождь угодил?! - воскликнула крольчиха, увидев сына, промокшего с головы до лап.

- Да, я не успел спрятаться... - промямлил он.

- Снова по новостям с погодой обманули. В следующий раз на небо смотри, Сильвер. Ты так можешь заболеть! А где ты был так долго?

- Гулял в парке... - ответил юноша, глядя на свою местами грязноватую одежду. - Прости, это ведь новая одежда...

- Ничего страшного. Переодевайся, я постираю.

- Спасибо... - он направился вверх по лестнице, чтобы поскорее попасть в свою комнату.

- Сильвер, как прошёл твой день? - спросила Мэри.

Он остановился, так как ждал этот вопрос.

- Ну... - сначала замямлил парень, но затем заговорил увереннее. - Всё было просто отлично!

- Правда? О, этот же чудесно! - поверила его улыбке крольчиха.

- А у тебя как дела?

- Всё хорошо, спасибо, что спросил.

- Ясно...

- Сильвер, у тебя точно всё хорошо? - спросила она, заметив его несколько угрюмый вид.

- Да, я просто устал. Пойду к себе.

- Хорошо. - улыбнулась Мэри.

В комнате Сильвера было темно. Тяжело вздохнув, парень закрыл дверь и поставил рюкзак на стул. От долгого переезда не осталось ни следа, всё уже давно было распаковано. Посередине комнаты стояла очень большая кровать, оставшаяся от прошлых владельцев дома, рядом с ней тумбочка, а внутри различные вещи. В углу комнаты стоял рабочий стол с настольной лампой, учебниками, тетрадями и письменными принадлежностями. Посередине стола компьютер, которым Сильвер пользовался редко. У другой стены большой шкаф, где аккуратно по полкам сложены вещи. Рядом расположен книжный шкаф с огромной коллекцией книг, которой полукровка очень гордился. Сильвер сел на кровать и на минуту перестал двигаться. Часы, висевшие над кроватью, всё тикали и тикали.

Тик-так. Тик-так. Тик-так.

- Чёрт... - произнёс Сильвер и уронил свою морду в лапы. - Так и с ума сойти можно... - он поднялся с кровати и направился в ванную.

Время уже давно близилось к ночи. Голова продолжала болеть, но парень старался не обращать на это внимания. Он уже собирался лечь спать, но его взгляд устремился в зеркало. Как же полукровка хотел его разбить, дабы не видеть собственное отражение, но пересилил это желание. Он лёг в кровать и укутался в одеяло так, будто желал укрыться от всего мира. Внезапно его лежащий на тумбочке телефон издал вибрацию. Сильвер подумал, что это просто уведомление из какого-нибудь приложения, но в каком же удивлении он был, когда увидел, как кто-то отправил ему личное сообщение. На телефоне высветилось знакомое имя. Сильвер разблокировал телефон.

«Спокойной ночи!» - написала ему сообщение Лайма.

Полукровка долго рассматривал экран. Вновь и вновь перечитывал это короткое сообщение, которое смогло вызвать в нём бурю эмоций. Он уже и забыл, как после их танца под дождём, когда пришло время расставаться, одноклассники обменялись номерами телефонов. Тогда юноша лишь тихо ответил ей: «Пока...», хотя в душе был готов кричать. Сильвер убрал телефон обратно на столик и перевернулся на спину. По его мордочке потекли маленькие слезинки. Этой ночью он не спал.

Глава 2 «Осколки счастья»

Плетясь по школьному коридору и стараясь быть не задетым зверьми покрупнее, Сильвер направлялся к своему желто-бежевому шкафчику. Он искал его среди множества других, стоящих вдоль стен и визуально очерчивающих коридор. Здесь было шумно. Со всех сторон слышались смешки девчонок и гогот парней, раздавался топот по обшарпанному линолеуму. У Сильвера были опухшие глаза с потухшим взглядом. Он не чувствовал, что выспался, и настроение было паршивое.

«О Спаситель, где же он?..»

Парню ещё ко многому предстояло привыкнуть. И, вроде бы, ничего нового - все школы состоят примерно из одних и тех же составляющих, но будучи постоянно на нервах, Сильвер не всегда успевал улавливать, что к чему. Добравшись до нужного места, полукровка сначала онемел, затем тяжело вздохнул и грустно опустил свои уши. Весь шкафчик был исписан оскорблениями в его адрес и изрисован грубыми рисунками.

- Сам мыть будешь. - услышал он позади себя голос уборщика, который проходил мимо и нёс в лапах свои рабочие вещи. - Маркер не смывающийся, но ты уж постарайся!

Сильвер даже не повернулся, чтобы посмотреть на ухмыляющихся подростков. Давно знакомый ком в горле не позволял даже вздохнуть. Вдруг он услышал, как кое-кто идёт по коридору в компании двух друзей и довольно смеётся.

- Со вторым днём в нашей школе, уродец! - рассмеялся Грег и смачно плюнул.

Полукровка не шевельнулся, а плевок волка попал в его шкафчик, белёсой слюной начиная медленно стекать по дверце. Троица хулиганов громко рассмеялась.

- Ненавижу... - прошептал Сильвер, когда они ушли.

Положив в шкафчик пару книг, юноша захлопнул его со всей силы, сразу же вызывая новую волну внимания учеников и перешептывания: «Да он сумасшедший!».

«Смогу ли я когда-нибудь что-нибудь сделать правильно?..» - подумал Сильвер, тяжело вздохнув.

Только он собрался пойти в класс и, чуть не врезавшись, встретился со знакомой волчицей. Лайма всё это время стояла и смотрела на него, облокотившись о соседний шкафчик.

- Прекрати. - сказала она.

- Что?..

- От тебя за километр воняет страхом. Волки это чуют. - девушка отстранилась от шкафчика и улыбнулась. - Ну привет, камикадзе!

Сильвер осмотрелся и увидел, как старшеклассники бесстыдно на них глазеют, будто к волчице и полукровке обернулась целая портретная галерея незнакомых морд. Однако парень решил больше не обращать на них внимания и отвернулся.

- Привет...

Вспомнив вчерашний вечер в парке, он заулыбался волчице.

- Я хотела тебя кое о чём спросить. - начала она. - Если у тебя сегодня нет никаких дел, ты пойдёшь со мной на вечеринку к Кэрри?

Сильвер не верил своим ушам.

- В честь чего вечеринка? - спросил он.

- У неё сегодня день рождения. Она всех приглашает.

- Не уверен, что в список этих «всех» самым желанным входит моё имя.

- Ой, да ладно тебе. - сказала Лайма. - Ты пойдёшь?

- Разве тебе не с кем пойти?.. - неуверенно спросил он.

- Не-а. Кэрри, конечно, та ещё стерва, но я с ней неплохо общаюсь. А так, у меня больше нет друзей. Кроме тебя! - улыбнулась она.

Полукровка удивлённо замер.

- Что думаешь? - всё не унималась и спрашивала девушка.

- Как получится...

- Маленькая тусовка никому не повредит, а тебе и подавно.

- Ты так считаешь?

- А то! Давай, не стесняйся. Я по глазам вижу, что ты хочешь.

- Я не...

- Но если ты вдруг стесняешься просто хотеть того, чего ты хочешь, то ты никогда, скорее всего, не получишь желаемый результат.

- Да, я знаю. - послышался хриплым юношеским голосом ответ.

Сильвер с силой сжал в лапе лямку рюкзака. Вдруг он сделал открытие, когда увидел, как Лайма широко размахивает своим длинным хвостом, иногда задевая им бёдра.

- Ну-у-у, пойдём, пожалуйста. - она стала практически умолять его, даже когтистые лапы сложила в характерном жесте. - Там весело будет!

- Да, хорошо, я пойду. - ответил Сильвер, надеясь, что мама его отпустит.

- Здорово! - обрадовалась волчица.

Сильвер не понимал, чему она радовалась, ведь он считал, что в нём совсем не было ничего такого, что могло бы привлечь внимание девушки. Прозвенел звонок на урок, все ученики разом стали расходиться по классам.

- Нет... - раздражённо прошептала Лайма. - Ладно, Сильвер, давай встретимся после уроков и всё обсудим?

- Хорошо. Я как раз задержусь, чтобы отмыть свой шкафчик...

- Значит, ещё увидимся! - улыбнулась Лайма и стала отдаляться. - Это будет незабываемый вечер! - на прощание весело прокричала она и побежала на урок.

Сильвер слегка засмеялся и накинул рюкзак себе на плечо.

- Не доверяй ей. - внезапно услышал он позади себя жутко знакомый голос и от испуга аж подпрыгнул.

- Чёрт возьми, Фауст! - прокричал Сильвер, совсем не ожидая вновь его встретить.

- И тебе здравствуй, Сильвер. - усмехнулась черепаха.

- Что ты здесь делаешь?!

- Как что? Я учусь в этой школе.

- Нет, что ты?!..

Сильвер не стал продолжать, вместо этого он уставился на черепаху, удивляясь тому, как же с её скрипучими колёсами она смогла бесшумно оказаться так близко.

- Что тебе нужно? - отойдя на один шаг назад, сурово спросил полукровка.

- Мне - ничего, а твоей подруге - да. Лучше не водись с ней, иначе твоё положение в школе станет ещё хуже.

- Зачем мне тебе верить?

- Ты сам всё прекрасно понимаешь. Лайма - распутница!

- Что ты только что сказал?! - в ярости прокричал Сильвер и резко схватил черепаху за ворот её накидки.

Фауст инстинктивно втянул голову в свой панцирь, чтобы защититься.

- Полегче-полегче, Соул. Ты же не хочешь вновь быть исключённым из школы, но на этот раз за проступок похуже? - выражение морды главного расиста этого города было непроницаемым и ледяным, хотя заострённые губы кривились в усмешке. - Нападение на инвалида, тем более на сына мэра города... Тебя ждёт за это не самая лучшая участь.

- Мэра города?.. - удивлённо прошептал Сильвер.

Осознав свою ошибку, он отпустил инвалида и отступил назад. Фауст быстро поправил свою одежду.

- Да, можешь поинтересоваться, если не считаешь мои слова правдой. - Фауст опустил лапы на колёса и подъехал к полукровке ближе. - Бедный Соул, ты уже угодил в когтистые лапы очаровательной красавицы, да ещё и не своего вида. Ни к чему хорошему ваша "дружба" не приведёт.

- Знаешь, что?.. Пошёл ты, Фауст!

- Ох, раньше ты более литературными словами выражался.

- Без тебя разберусь со своей жизнью! Не приближайся ко мне. - сказал Сильвер и поспешил на урок.

- Ты ещё многого не знаешь, Соул. - громко сказала черепаха и зловеще засмеялась вслед уходящему полукровке. - Помяни моё слово, когда будешь рыдать в мучениях!

Солнце ушло за горизонт, на Аврору мягким одеялом опустилась ночь, только фонари освещали улицы городка ярким искусственным светом. Сильвер вышел из своей комнаты и с помощью ночного зрения в кромешной темноте безошибочно спустился по лестнице на первый этаж.

- Мама?.. - остановившись на последней ступеньке, тихо спросил Сильвер в пустоту.

Ответом ему была лишь тишина. Тогда парень спокойно направился к входной двери через гостиную, но напоследок ему захотелось посмотреть на себя в зеркало. Что бы Сильвер не говорил, но зеркало было красивое: в готическом стиле с серебряными оправами по бокам, ещё оно большое и занимало почти пол стены, которая раньше пустовала. Сама гостиная представляла из себя большую и уютную комнату, которая поражала своей обстановкой и современной мебелью. Везде тёплые пледы, удобные кресла, мягкий ковёр, большой диван с подушками, растения по углам, и многое другое. Очаровательно, не правда ли? Его мама, по профессии дизайнер, постаралась на славу. Сильвер не знал равных ей в создании приятной атмосферы. Полукровка хмыкнул и потряс головой. Как уже можно было понять, он редко куда выбирался, поэтому у него совершено отсутствовал опыт, как следует одеваться на подростковые вечеринки. Сильвер надел чёрные брюки, белую рубашку с чёрным галстуком, а также чёрную кожаную куртку с металлическими креплениями, решив, что так в глазах окружающих он будет выглядеть более крутым. Полукровка принюхался и тихо выругался, когда понял, что за запах учуял. Как назло, сколько бы парень не мыл свои лапы, они до сих пор источали аромат моющего средства. После уроков ему пришлось долго чистил дверцу шкафчика, но сколько бы он не старался, надписи так до конца и не оттёрлись. Так что было вдвойне обидно. Сильвер тяжело вздохнул, глядя на отражение в зеркале.

- Что я вечно пытаюсь в нём увидеть?..

Полукровка коротко засмеялся. Это было больше похоже на всхлипывания, чем на смех. Хорошо, что никто его не слышал. Нужно держать голову. Нужно держаться. Раз он договорился пойти на вечеринку, значит пойдёт... Тогда почему его пальцы и коленки так дрожат? Ему страшно - только и всего. Давай, Сильвер Соул, называй вещи своими именами. Будь, чёрт возьми, честен - хотя бы с самим собой. Ему просто не место на вечеринке. Теперь полукровке начало казаться, что зеркало смотрит на него в упор, и Сильвер отвёл свой взгляд, чувствуя дискомфорт. В этой комнате только он? Кажется, что кто-то ещё... Внезапно свет в гостиной резко загорелся, а парень испуганно обернулся.

- Сильвер Соул, куда Вы направляетесь? - строго спросила Мэри, стоя в дверях своей комнаты.

Крольчиха никак не ожидала, что её сын без объяснений попытается уйти из дома поздно ночью.

- Это... - замямлил Сильвер. - Я хотел... Я собрался на вечеринку...

- Тебя пригласили? - удивлённый взгляд матери быстро сменился на радостный. - О, я так рада, сынок! - она подошла и крепко обняла его.

Полукровка заметно удивился, поскольку ожидал от неё иную реакцию, но сразу вздохнул с облегчением.

- А куда именно? - выпустив сына из объятий, спросила Мэри.

- Да так, дом недалеко... Просто небольшая вечеринка. - сказал Сильвер, хотя сам не знал, чего стоит ожидать от этой ночи. - Мне можно пойти?..

- Разумеется, но до утра не засиживайся. Я позвоню тебе потом.

- Хорошо, мама, пока. - ответил полукровка и, перепроверив карманы на наличие телефона и ключей, ушёл.

Ночь оказалась прохладной. Быстрыми шагами парень направлялся к дому Лаймы, по пути ему не встретилась ни одна душа.

- Это здесь. - убедившись, что пришёл по нужному адресу, Сильвер встал на порог двухэтажного дома, который снаружи выглядел довольно уютно.

У семьи Блэквуд был непримечательный кирпичный дом, чья половина полностью заросла диким виноградом.

- Привет. - сказал полукровка, когда Лайма открыла ему дверь.

- Привет, Сильвер! Я уж подумала, ты не придёшь. - ответила волчица.

Она подобрала одежду, которая выделяла её стройную фигуру. Ей очень шли джинсы и обтягивающий серый топ с вырезом, подчёркивающий вполне опрятную грудь, которая отрывала бы взгляды других зверей от её глазок, но только не Сильвера. Он не испорченный зверь, который пялится на женскую грудь. Он всегда смотрит в глаза.

- Ты очень красивая...

- Спасибо, ты тоже неплох. Заклёпки? Ты переусердствовал с образом. - улыбнулась Лайма, накинув на себя чёрный бомбер. - Ну что, готов?

- Готов.

- Подожди немного, я сейчас вернусь. - сказала она полукровке и вдруг побежала куда-то за дом.

Спустя минуту Сильвер услышал рёв мотора. Неожиданно Лайма выехала к нему на чёрно-белом мотоцикле.

- Садись, доедем быстро! - громко сказала девушка, чтобы он услышал её сквозь шум.

- Откуда у тебя мотоцикл? - удивился Сильвер.

- Деньги копила. - ответила волчица, улыбнувшись. - Я с детства мечтала о мотоцикле. Давай, садись! Только не забудь вот это... - она протянула ему шлем, который явно не подходил для его небольшой головы.

Сильвер надел шлем и максимально его затянул, чтобы он хотя бы не спадал, а затем залез на мотоцикл сзади одноклассницы. Никогда прежде ему не доводилось ездить на мотоцикле, он совсем не ожидал, что Лайма резко помчится на дорогу и, испугавшись упасть с мотоцикла, схватился за её талию. Волчица ничего на это не сказала, лишь немного улыбнулась. Уже совсем скоро они подъехали к огромному дому, который находился в самом богатом и преспокойном районе города, известном под таким названием, как «Вечерняя заря», по улицам которого было безопасно гулять даже глубокой ночью. Здесь уже два часа играла громкая музыка, из-за чего окна домов, что стояли по соседству, вибрировали, создавая неприятный звук. Дом был окружён почти десятками машин, на которых сюда и приехали развлекаться подростки.

- Э-э-э... Что ж, считай, на вечеринке мы побывали, хорошего помаленьку, всё, уходим. - очень нервничая, сказал Сильвер и повернулся в противоположную от дома сторону.

- Стой-стой-стой! - Лайма схватила Сильвера за плечо и повернула к себе. - Мы пришли повеселиться. Тем более, я всё равно тебя никуда не пущу! Просто не привлекай к себе внимание и веселись.

- Как мне не привлекать внимание, если я гибрид?

- Ой, не зацикливайся над этим.

- Ладно...

Сильвер всё-таки согласился войти в этот шумный особняк. Он видел, что на вечеринку пришло очень много учеников из их школы, но и не только. Весь этот кошмар, то есть дом, просто кишит подростками и в сравнение можно привести любой муравейник. Все ходили куда-то и возвращались обратно, уходили с пустыми лапами, а приходили со стаканами алкогольных напитков и закуской. Кто-то танцевал и пел, кто-то общался и сплетничал, кто-то целовался, кто-то курил, кто-то бежал в уединенные места, чтобы расслабиться с кем-то на пару. Типичная вечеринка подростков, пока родителей нет дома. Хозяева со спокойной душой оставили свою "прилежную" дочурку одну, доверяя той в распоряжение весь дом, считая, что она устроит скромную вечеринку с подружками в честь дня рождения. Сильвер уже совсем перенервничал и хотел развернуться, но к ним подошла именинница - газель по имени Кэрри, одетая в блестящее платье без бретелей, облегающее очень тонкую фигурку травоядной, которое было настолько короткое, что ещё чуть-чуть и можно будет разглядеть её нижнее белье. На голове девушки красовалась шикарная прическа, но отчего-то казалось, что волосы были наращены.

- Привет, Лайма! - сказала Кэрри, приобняв её.

- С днём рождения, Кэрри! - волчица достала из сумки розовый пакетик и протянула подруге.

- Спасибо. - улыбнувшись, Кэрри приняла скромный подарок и положила его к красиво упакованным коробкам, которых, кстати, было не так уж и много, учитывая количество животных на вечеринке.

- Знакомься, это Сильвер! - представила Лайма полукровку.

- Здравствуй! Поздравляю с днём рождения!.. - Соул попытался улыбнуться и тут же заметил неодобрительный взгляд газели.

- Лайма, отойдём на минутку?

Волчица молча согласилась пойти с ней, хотя ожидала, что Кэрри ради приличия хотя бы поздоровается с её другом.

- Подожди меня, я сейчас приду. - сказала она и пошла с именинницей в другой конец комнаты.

Полукровка решил налить себе и подруге лимонад, хотя было очень трудно отыскать среди горы алкогольных напитков обычный лимонад или хотя бы сок. В это время у двух подруг завязался серьёзный разговор:

- Лайма, зачем ты привела его сюда? - грубо спросила Кэрри.

- Как зачем? - не поняла волчица. - Мы друзья, я его позвала.

- Друзья? Как можно подружиться с гибридом?! - негодовала газель.

- Только из-за того, что он не чистокровный, мне с ним нельзя дружить?! - возмутилась она.

- Я тебя не понимаю.

- Будто мы с тобой не можем дружить потому что я хищница, а ты травоядная! - злилась волчица. - Он хороший и умный парень! Не знаю, что ещё ты думаешь, но я буду с ним дружить, мне всё равно! - девушка развернулась и ушла обратно к Сильверу, оставив озадаченную газель одну.

Лайма не понимала Кэрри. Пусть Сильвер полукровка, но он же ничем толком от других зверей не отличался.

- Ты чего такая грустная? - спросил Сильвер, когда Лайма вернулась к нему, и протянул ей стаканчик с лимонадом.

- Нет, всё хорошо. - ответила волчица и немного выпила газированный напиток, хотя сейчас она бы предпочла чего-нибудь покрепче.

Ребята спокойно разговаривали, как вдруг их окликнули:

- Эй, Лайма! - они обернулись и увидели, что к ним приближается Грег.

- Отвали. - грубо ответила она и отвернулась от волка.

- Эй, ну что ты, всё ещё злишься? Я же изменился. - сделал он грустный голос.

- Уйди с глаз моих!

- Что же мне сделать, чтобы ты простила меня?

- Ничего, просто уйди!

Неожиданно Грег резко подскочил к Лайме и поцеловал её в губы. Волчица тут же оттолкнула его и хорошенько треснула по морде.

- Пошёл ты!

- Ну уж нет. - потерев щеку, Грег снова приблизился к ней.

Сильвер решил вмешаться:

- Так, тебе уже сказали, чтобы ты проваливал!

Волк громко усмехнулся.

- Я не знал, что ты с гибридами водишься. - сказал он Лайме. - Ну что за урод! - засмеялся Грег, окинув Сильвера взглядом.

- Ну-ка повтори, что ты сейчас сказал?! - Лайма разозлилась ещё сильнее. - Немедленно извинись перед ним!

- Почему я должен извиниться? Я говорю, как есть.

- Пошёл прочь, а иначе!.. - Сильвер не успел договорить, как его прервал противный голос Грега:

- Ой, боюсь-боюсь! Ха-ха, что ты мне сделаешь, недоразвитый? Я, между прочим, её парень! - последнее волк сказал особенно твёрдо и приобнял Лайму за плечи.

- Бывший парень! - рявкнула серая волчица и скинула его лапы с себя.

- Очень обидно слышать это от тебя. - сказал Грег, почему-то улыбаясь. - Может, всё-таки выйдем, поговорим? - сказал он и попытался вновь взять её за лапу.

- Нет, пошёл вон из моей жизни! - Лайма резко толкнула его, отчего волк чуть не упал.

Он лишь фыркнул и развернулся, бросив напоследок:

- П-ф, как скажешь. Ещё увидимся.

Грег ушёл из огромного зала в сторону кухни.

- Как же он мне надоел!.. - с раздражением произнесла Лайма, выпив ещё немного лимонада.

- Значит... У вас с ним что-то было, так? - спросил Сильвер.

- Что? Ну, мы встречались, но... Он просто полный придурок и сволочь. Но я не знала этого, и мне стыдно, что я встречалась с ним. Короче говоря, я давно выкинула его из своей жизни, но он всё равно каждый раз приходит и твердит о том, как он сожалеет, но я знаю, что это неправда.

Вдруг заиграла очень энергичная музыка, под которую многие гости поднялись с мест и начали танцевать.

- Ох, обожаю эту песню! - сказала Лайма, положив свой стакан на стол. - Пойдём, потанцуем!

- Но я не уме... - Сильвер не успел ничего сказать, как Лайма уже увлекла его в танец.

Полукровка замялся, но увидел, с каким весельем, иногда даже подпрыгивая, затанцевала Лайма. Стало ясно, что музыка и танцы доставляют ей большое удовольствие.

- Давай! - сказала она другу.

Сильвер огляделся по сторонам и заметил, что никто не обращал на него внимания. Подростки просто веселились, сейчас им было абсолютно плевать, кто он такой. Полукровка успокоился и неуверенно задвигался под музыку, но потом стал танцевать всё лучше и лучше.

- Да, вот так! - поддержала его подруга.

Сильвер танцевал, Лайма чувствовала себя хорошо. У полукровки не было никаких танцевальных навыков, ничего утончённого. Он то и дело отвлекался на подругу, ведь был очарован, наблюдая за ней.

- Давай, Сильвер! - Лайма неторопливо покачивала бёдрами в такт мелодии. - Танцуй и фальшивь, хоть ритму невпопад, это совсем неважно, просто дай себе минутку побыть собой!

Она двигалась обворожительно и выразительно, пока её лапы были свободными и непринуждёнными - казалось, что на любом другом они выглядели бы нелепо, но у неё это получалось... сексуально.

Неожиданно Сильвер почувствовал вибрацию телефона в кармане.

- Я отойду ненадолго. - сказал он подруге.

- Хорошо! - ответила волчица и продолжила танцевать.

Сильвер скрылся через толпу в более тихое место, дабы он мог спокойно поговорить. Дожидаясь своего друга, Лайма двигалась уже менее активно. Голубые глаза пробежались по огромной комнате, и неожиданно она заметила вставшего возле стола с алкоголем Грега, употребляющего не первый напиток. Коричневый волк поставил пустую бутылку на стол, вдруг его взгляд остановился на Лайме. Он хитро улыбнулся и начал приближаться к ней. Волчица совершенно не желала с ним говорить и начала убегать.

- Лайма, постой, раз ты одна, не хочешь поразвлечься со мной? - окликнул он её.

- Не приближайся ко мне! - выкрикнула Лайма и забежала в первую попавшуюся комнату.

Она попыталась закрыться, но к несчастью Грег успел придержать дверь и зайти. Волк защёлкнул дверной замок и стал подходить к Лайме всё ближе и ближе. Испуганная девушка пыталась убежать, но он схватил её.

- Сейчас рядом никого нет, тебе никто не поможет, Лайма. Не сопротивляйся, а то я сделаю больнее. - раздражённо сказал он.

- Грег, прошу, не надо, отпусти меня!

- Ты сделала больно мне, а я сделаю больно тебе.

Она пыталась его оттолкнуть, но сильные лапы прижимали Лайму с бешеной силой. Волк целовал её, а она всеми силами отстранялась.

- Не беси меня.

- Ты пьян, Грег! Отпусти меня! - прорычала она.

- Сейчас начнётся настоящая вечеринка.

Лайма громко закричала и начала бить волка. Попыталась сбежать, но Грег отреагировал мгновенно: схватил её за запястье и потянул на себя, обхватив лапами талию. Волчица предприняла попытку вырваться из объятий парня, но тот, не обращая на это внимания, больно сжал её. Вдруг она почувствовала, как Грег решил запустить лапу ей в джинсы.

- Сейчас же отпусти меня! - Лайма принялась бить кулаками по чужой груди, но хищник лишь усмехнулся над слабой попыткой сопротивляться и впился в её грубым и настойчивым поцелуем.

Воспользовавшись замешательством Лаймы, волк бросил её на кровать и навис над ней, став срывать с неё одежду. Девушка дёргалась, вырывалась.

- Убери свои лапы! - закричала она, когда насильник запросто скинул с неё лёгкую маечку, заворожено рассматривая красивое тело.

- Если не будешь сопротивляться, я обещаю, что тебе понравится. - Грег свёл её лапы над головой и перехватил запястья одной лапой, а другой больно сжал её грудь.

- Нет! Прошу, Грег! - тихо всхлипнула Лайма.

- Прекрати. - фыркнул кареглазый и, не ослабляя хватку ни на секунду, принялся стягивать с неё джинсы.

- Умоляю, не надо!

Грег прервал крики, закрыв пасть лапой. Она мычала и брыкалась, пока он сдирал с неё одежду, а слёзы лились по её мордочке. Лайма уже почти потеряла всякую надежду на спасение, как вдруг заметила странный силуэт позади Грега, будто за ним встал кто-то небольшого роста. Лайма быстро разглядела в кромешной темноте бейсбольную биту, которую неизвестный поднял высоко над собой, приготовившись ударить. Бам! Прошла ещё секунда и Грег грохнулся на пол. Лайма приподнялась и увидела, как Сильвер, тяжело дыша, держал в своей лапе биту и смотрел на обезвреженного волка. Полукровка чуть было не впал в панику, когда долгое время не мог найти в пьяной толпе свою подругу. Наконец он услышал её крики о помощи, доносящиеся из-за закрытой комнаты. Ворвавшись внутрь и увидев всю эту картину, Сильвер ужаснулся тому, как Лайма лежала под Грегом без одежды, а глаза её полностью опухли от слёз. Он увидел лежащую на полу бейсбольную биту и сразу понял, что должен сделать, и не медлил ни секунды. Лайма прыгнула на Сильвера с объятиями и без перерыва кричала слово: «Спасибо!», заливаясь слезами настоящей радости.

- Прости меня, я не должен был оставлять тебя! - с сожалением сказал он.

- Спасибо... - сквозь слёзы повторила девушка, зарываясь в его шерсть, пока полукровка продолжал нежно обнимать её.

Внезапно до него дошло, что подруга была без одежды и выпустил её из объятий.

- Лайма, оденься, пожалуйста. - сказал он и отвернулся от волчицы.

Сначала она просто стояла, но потом немного успокоилась и, увидев свою валяющуюся на полу одежду, быстро оделась, при этом продолжая тихо всхлипывать.

- Поехали домой. - сказал Сильвер, когда она переоделась. - Я вызову нам такси.

- Нет, всё в порядке. - Лайма вытерла слёзы. - Я могу ехать на мотоцикле, дай только умоюсь.

Волчица вышла из комнаты, Сильвер пошёл за ней, так и бросив Грега валятся на полу, а сам остался верно сторожить дверь в ванную. Вода лилась, утекала в сток, пока Лайма продолжал яростно плескать её себе на мордочку и шею в попытке остудиться, но жар не покидал тело, взволнованное осознанием, что сейчас могло произойти нечто поистине ужасное... Лайма плакала. Плакала так горько, что сердце отдавалось гулкими ударами в ушах, заглушая всё вокруг. Она не могла быть к такому готова. Так ведь быть не должно. Не должно... Столько всего накопилось, что голова словно уже была готова взорваться. Девушка с мокрой мордочкой выпрямилась, и вода медленно стекла вниз по шее, промочив ворот кофты. Трясущиеся лапы сжимали край раковины, пока Лайма, как мантру, проклинала себя и этот город. Сильвер впивался когтями в собственную шкуру, прикусывал губу, нервно притопывая задней лапой, продолжая прокручивать в голове все варианты исхода событий проклятой вечеринки. Но, как известно, иногда всему хорошему должен прийти конец. Этим концом для вечеринки стал приезд патруля полиции. Только заслышав сигнал служебного автомобиля, все ринулись куда глаза глядят, а кто-то в приступе паники не знал, что делать, и метался из стороны в сторону. Лайма выскочила из ванной с ошарашенным видом.

- Бежим через чёрный ход! - сообразила она, хватая друга за лапу, и побежала вместе с ним через толпу.

Они выбежали на лужайку и, пробравшись мимо напуганных подростков, забрались вдвоём на мотоцикл. Лайма завела его, и разношёрстные друзья просто поехали как можно дальше, без какого-либо направления. Мелькали огни ночного города. Свежего воздуха на трассе было предостаточно, изредка можно было даже задохнуться от количества холодного ветра, леденящего лёгкие. В глазах отражались искрящиеся вывески, а также свет из окон домов. Когда полукровка поднимал голову, с любопытством разглядывая тёмный небосвод, ему виднелись далёкие звёзды. Звёзды редко увидишь в больших городах, но ведь это маленький город. Только Блэквуд не позволяла себе развлекаться наблюдением ночного неба, её голубые глаза внимательно следили за дорогой. Лайме нравилось ездить на мотоцикле. Душа девушки ликовала, когда она занимала своё законное место водителя. Никакой другой вид транспорта уже никогда не заменит молодой волчице её чёрно-белого мотоцикла и тех ощущений, что дарят поездки на нём. Даже самая дорогая в мире машина не передаст ей особенное чувство свободы и привольности, которое рождается в сердце под покровом ночи и дальше сопровождается рокотом движка. Друзья негласно поняли, что прибывают в тихом восторге от подобного совместного времяпрепровождения. Уголки губ волчицы едва поднимались вверх, когда тонкие лапы обвивали её талию крепче, когда полукровка прижимался ближе, почти полностью ложась на её спину, стараясь согреться, и волчица не возражала - самой холодно. На карте их маршрута не было конечной точки. Не было цели. Они просто ехали... И ехали.

- Ты уже слышал слухи обо мне? - начала разговор Лайма, замедлив движение мотоцикла.

- Да... - ответил Сильвер и тут же пожалел об этом. - Но я не верю слухам без доказательств.

- То, что говорят обо мне - неправда. - говорила она серьёзным тоном. - Я встречалась с Грегом, но наши отношения продлились недолго. Он признался мне в любви, предложил встречаться, а я согласилась... Как оказалось, я дура, совсем не разбирающаяся в парнях. Грег сразу начал всем подряд хвастаться, что мы встречаемся, и даже рассказывал, что мы занимались "этим", но это было ложью! Как только я узнала обо всём, то сразу бросила его, а он, гад, начал распускать обо мне грязные слухи... Я до сих пор не могу понять, как они все поверили этому подонку, а не мне... Все мои подруги от меня отвернулись, а я не могла понять, почему они так со мной поступили... Позже я поняла, что у меня никогда не было настоящих друзей.

- Я тебя понимаю, Лайма. Я с раннего детства один. И заводить новые знакомства мне тяжело.

- Извини меня, но... Сильвер, я всё хотела спросить, почему ты с детства один?

Он долго не отвечал на её вопрос.

- Если тебе не хочется об этом говорить, то не говори. - заволновалась мотоциклистка.

- Нет, всё нормально. Со мной никто не общается, потому что я не такой как все... Я... Я гибрид!

- А чем ты отличаешься от других?

- Что?

- Ты ведь добрый, милый, умный парень, способный защитить своих друзей, и вообще классный!

Воцарилось молчание, которое затмевали лишь звуки мотоцикла. Лайме стало неловко, так как она не понимала, почему её друг замолчал.

- Спасибо... - наконец-то ответил Сильвер. - Никто никогда не говорил мне такого...

В этот же момент он понял, что пришло его время признаться ей в тайне, которую он так долго хранил:

- Моя мама - крольчиха, а отец... а отец - красный волк.

- Вот оно как... - прошептала Лайма.

- Всю жизнь меня ненавидят за это. Меня ненавидят за то, что я существую. Внешность и деньги решают в этом мире абсолютно всё. Это и есть моё проклятие...

Вдруг они услышали позади себя звуки полицейских сирен и до смерти перепугались.

- Вот чёрт, только не это! - воскликнула Лайма.

- Остановись! - громко сказал Сильвер.

- Нет, сейчас мы уйдём от них! - ответила волчица и помчалась вперёд.

Чтобы понять, в какой глубочайшей и беспросветной заднице оказался, Сильверу стоило лишь повернуть голову назад. Он понимал, что они находятся в ситуации повышенной крутости и вряд ли смогут спокойно из неё выйти. В такой момент даже элементарный неудачный рывок на полном ходу мог стоить жизни. Впрочем, подобного исхода стоило ожидать, ведь Лайма решила уйти от погони полицейских. Если подростков поймают, то как минимум в асфальт закатают. Перенеся вес на левую сторону так, что мотоцикл накренился, позволяя резко свернуть, Лайма проехала по щербатой дороге, стесав левое колено, но не остановилась. В уши вцепился истеричный визг тормозов. Лайма мотнула головой, прибавив газу, так что мотор мотоцикла взревел раненым зверем, и девушка мысленно присягнула самой себе, что больше никогда и ни за что не поддастся желанию выглядеть крутой. Скосив взгляд назад, Лайма увидела несущуюся следом за ними полицейскую машину, во всю воющую сиренами. Лёгкие, зрение, мозг - всё тело Лаймы работало на пределе. Хитросплетения мрачных дворов, резкие повороты, бесконечные кучи мусора, мешающие проезду, становящиеся заметными только в самый последний момент, когда мотоцикл оказывался к ним максимально близко, так что уйти от столкновения практически нереально. У Сильвера сложилось впечатление, что он попал в крайне халтурную компьютерную игру, где назад пути нет. Очередной поворот - новая порция адреналина. Сильвер жалел, что не смог остановить Лайму, когда она только собиралась начать погоню, но ещё больше, что согласился, чтобы волчица вообще села за руль. Лапы у Лаймы замёрзли из-за отсутствия привычных перчаток, шерсть растрепалась и теперь топорщились во все стороны, голубые глаза слезились, а несущийся навстречу дерзкий поток ледяного воздуха, раздув полы кофты, вцепился в ключицы. Лайма на очередном повороте таки умудрилась въехать в небольшую горку коробок. Байк не заглох, просто руль резко вывернулся. Почти не чувствуя пальцев, Лайма с трудом выровняла ход мотоцикла и осмотрелась. Ничего. Она ещё раз бегло оглянулась. И снова картинка не поменялась - узкая полоска пространства между многоэтажками была совершенно точно пустой. Впереди дела обстояли также. Тишина.

- Оторвались?.. - тихо спросил Сильвер.

- Похоже на то.

Лайма перевела сбившееся дыхание и разжала заледеневшие пальцы, намереваясь отдохнуть, а Сильвер застыл, по-прежнему сжимая талию волчицы.

- Эй, отпустишь?..

- Ой, прости! - воскликнул он и отцепился от неё. - Я просто немного в шоке...

- Ладно, ничего. - Лайма слезла с мотоцикла и продолжила оглядываться по сторонам. - Ух, давненько у меня таких приключений не было! - хихикнула волчица и достала пачку сигарет. - Попробуешь?

- Что? Нет! Только этого мне не хватало! - сразу отказался парень.

- Как хочешь. - хихикнула она и закурила.

Неожиданно они услышали рядом с собой звук полицейской сирены и едва не закричали от страха. Лайма выкинула всю свою пачку сигарет куда-то в коробки.

- Чёрт... - одновременно произнесли подростки, когда полицейские всё-таки подошли к ним.

Смысла убегать уже не было, блюстители порядка застали их врасплох.

- Сво-бо-ду! - по слогам проорала Лайма, дёргая прутья решётки.

- Лайма, прекрати... - сказал Сильвер, сидя на скамье в углу и стыдливо прикрывая морду лапами.

- Говорите ваши полные имена и фамилии. - подойдя к камере, в которой сидели старшеклассники, сказал офицер полиции.

- Дяденька офицер, может, не стоит? Я обещаю Вам, что такого больше не повторится. - попыталась заверить волчица лося-полицейского.

- Мне нужны ваши имена.

- У меня не было ни единого предупреждения или замечания, это был первый раз, а Сильвер вообще самый примерный ученик, который всегда учился только на "отлично". Отпустите нас, пожалуйста, и я клянусь, что мы отправимся прямиком по домам.

- Юная волчица, как Вас зовут? - настаивал на своём сотрудник полиции.

Она поняла, что лось не поддастся на уговоры, и тяжело вздохнула.

- Лайма Блэквуд.

- Сильвер Соул. - ответил полукровка и медленно сполз по стене, прошептав: «Меня убьют».

- Дайте мне свои телефоны. - приказал офицер.

- Зачем? - спросила Лайма.

- Я позвоню вашим родителям.

Сильвер медленно достал телефон и протянул мужчине. Тот открыл список контактов и, выбрав среди номеров «Мама», нажал на вызов.

- Здравствуйте, это офицер полиции Смит. У нас в участке Ваш сын Сильвер Соул. Не могли бы Вы приехать и забрать его? - полицейский внимательно слушал собеседницу и иногда что-то мычал в трубку. - Отлично, тогда до скорой встречи.

Офицер Смит вернул мобильный телефон его владельцу, который вздохнул со стоном.

- За тобой скоро приедут. Теперь мне нужен Ваш телефон, Блэквуд. - сказал он Лайме.

- Мой отец не приедет. - вдруг выпалила она.

- А мать?

- У меня нет матери.

- Ваш телефон. - настоял на своём полицейский, которому было всё равно.

Лайма окончательно поняла, что её мнение значения не имеет, поэтому молча подошла к офицеру и протянула ему свой мобильник. Офицер сделал точно такие же действия, как минуту раннее. После недолгого разговора он отдал Лайме телефон и сказал:

- Мистер Блэквуд приедет только завтра, эту ночь Вы проведёте здесь, я не могу вас отпустить.

- Я же говорила. - без удивления ответила Лайма, сев на скамью.

Офицер вышел из комнаты.

- Что же теперь будет?.. - произнёс нервно похрустывающий пальцами Сильвер.

- Когда придёт твоя мама, ты расскажешь ей правду и отправишься домой. В свой тёплый и уютный дом, а я останусь в холодной тюряге, где мне и место.

Сильвер не знал, что ответить, поэтому промолчал. За ним в самом деле скоро приедет мама, и если она увидит сына в таком виде и при таких обстоятельствах, то скандала или даже ссоры не избежать. Юноша знал отношение своей матери к подобным вечеринкам, да ещё и таким выходкам, как погоня.

- Выходи, Соул. - открыв замок на решётке, скомандовал Смит.

Сильвер медленно и осторожно вышел, пристально глядя в пол.

- Спасибо, офицер! - сказала Мэри, на что сотрудник зачем-то отсалютовал ей в ответ.

- Мама, прости, но без Лаймы я никуда не поеду. - сказал полукровка, когда мама взяла его за плечи и начала вести в сторону выхода.

- Ты ещё с девушкой был?! - воскликнула и без того злая мать, увидев неизвестную ей волчицу за решёткой.

- Она моя подруга.

- Подруга?! Она втянула тебя в бессмысленную погоню от полиции, именно из-за неё ты попал сюда!

- Всё было не так! - воскликнул Сильвер.

- Неужели? Может, тогда расскажешь свою версию?

Лайма опустила голову. Она подумала, что сейчас Сильвер поступит правильно и расскажет, что это она вовлекла его в эту глупую авантюру.

- Это я во всём виноват.

- Что? - удивилась Мэри.

- Мама, это я заставил Лайму уехать от полиции. Она хотела остановиться, а я ей не давал этого сделать, только кричал, чтобы ехала быстрее... Лайма не заслуживает того, чтобы быть здесь. Если уж кого и винить, то только меня!

В шоке волчица долго пялилась на друга, который говорил это с полной уверенностью. Мэри пришлось немного подумать, но затем она обратилась к офицеру:

- Мы можем немного поговорить наедине?

- Конечно. - ответил он.

Вместе они ушли в другую комнату. Когда дверь закрылась, Сильвер повернулся к подруге, которая продолжала неотрывно смотреть на него.

- Что? - спросил Сильвер.

- Зачем?

- Зачем что? - прикинулся он дурачком.

- Зачем ты солгал?

- Не знаю. - ответил парень и отвернулся к двери.

Лайма даже не знала, что сказать. Она прижалась к полукровке, крепко обняв его со спины. Сильвер осторожно сжал её лапу на своей груди. Спустя пару минут Мэри и офицер Смит вышли к подросткам.

- Уходим. - сказала крольчиха, потом бросила взгляд на Лайму. - И ты тоже.

Друзья удивлённо переглянулись, а затем быстро отправились за ней. Все трое молчали, пока выходили из полицейского участка, Сильвера и Лайму немного напрягала сложившаяся ситуация. Сев в автомобиль, Мэри повернулась всем корпусом к сыну и его подруге, которые невинно, как будто ничего не случилось, сидели и оглядывались по сторонам.

- Ну и как вечеринка? - спросила крольчиха, на что получила стыдливый взгляд. - Как посидели, хорошо было?

- Мама, зачем ты продолжаешь?..

- Чтобы ты мозги включил свои. - грубо ответила мать и ткнула пальцем сына в лоб.

- Мама, это был первый и последний раз. - сказал Сильвер и посмотрел матери в глаза.

- Где ты научился так отлично врать? От этой? - она кинула неодобрительный взгляд на Лайму.

Волчица виновато прижала уши и опустила голову.

- Я не вру! Лайма здесь ни при чём!

- Не хочешь лапши? Просто на ушах много осталось. - язвила крольчиха.

- Мама, прошу, перестань!

- Ты ни черта не понимаешь, Сильвер!? Взгляни на себя! На кого ты сейчас похож? А за сегодняшний день ты крупно проштрафился: солгал мне, что идёшь на небольшую вечеринку, попал за решётку за погоню на мотоцикле. Мы сейчас же едем домой! - прокричала Мэри.

Немного погодя, когда она завела машину, Сильвер спросил:

- Как ты уговорила этого офицера отпустить нас обоих?

- Заплатила ему. - коротко ответила крольчиха.

- Много?..

- Конечно.

- Мама, такого больше не повторится...

- Да хоть заобещайся. Теперь каждые выходные будешь сидеть дома. Я буду контролировать, чтобы ты уходил и приходил домой вовремя. - твёрдо проговорила Мэри.

Сильвер промолчал, понимая, что заслуживает наказание. Хотя парень был не сильно против, ведь и раньше много времени проводил в своей комнате. Он впервые в жизни видел свою мать такой злой. Возможно, она действительно отдала очень большие деньги, чтобы его и его подругу сразу выпустили из "тюрьмы" без каких-либо последствий. Вдруг он почувствовал нежное прикосновение к своей лапе. Удивлённый Сильвер увидел добрый взгляд и улыбку своей лучшей подруги и улыбнулся ей в ответ. Так они и ехали, держась за лапы.

- Спасибо Вам, миссис Соул... - сказала Лайма, когда Мэри довезла её до дома.

- Мисс Соул, а не миссис. - грубо ответила крольчиха.

Сильвер вылез из машины вслед за Лаймой, желая проводить её до двери.

- Не задерживайся там. - напоследок сказала ему Мэри.

Сильвер не ответил, просто закрыл машину и последовал за Лаймой.

- Ну и ночка, скоро рассвет! - воскликнула девушка, взглянув на небо.

- У меня ещё никогда в жизни такого приключения не было. - сказал Сильвер.

- Надо же с чего-то начинать! - засмеялась волчица. - Эх, мне надо будет завтра забрать мотоцикл. Ещё раз спасибо тебе, что не сдал меня.

- Я не мог поступить иначе.

- Ладно, Сильвер, тогда... Увидимся в школе! - сказала она, стоя с другом на пороге.

- Да, пока! - ответил он с улыбкой.

Внезапно Лайма поцеловала Сильвера в щёку. От такого поворота событий полукровка застыл, как статуя.

- Пока! - со смущением сказала волчица и убежала к себе в дом, громко хлопнув дверью.

«Что это было?!» - у самого себя спрашивал поражённый Сильвер.

Он бы так и стоял, теряясь в догадках, пока вскоре ему не посигналила Мэри. Сильвер тут же залез обратно на заднее сидение машины.

- Доволен? - спросила Мэри, увидев счастливое состояние сына.

- Очень... - широко улыбаясь, ответил он.

По дороге домой Сильвер долго размышлял об этом вечере, задаваясь единственным важным ему вопросом: «Почему она меня поцеловала?».

Глава 3 «Рождение трагедии»

Не греющее солнце медленно опускалось к горизонту, горный городок лениво нежился в лучах, которые заливали всё ярко-оранжевым цветом. На тротуаре лежали золотистые листья, подгоняемые лёгким ветерком. Обычный октябрьский вечер не предвещал чего-то нового. За окном изредка доносились звуки проезжающих мимо машин, которые Сильвера не особо тревожили. Шли тёплые и, возможно, последние беззаботные выходные дни в жизни этого юноши. Следующие школьные будни обещали быть одними из самых напряжённых, ведь они сочетали в себе одновременно выпускной класс, экзамены, а также противостояние враждебным одноклассникам. Сильвер и не надеялся провести выпускной год как-то особенно, чтобы он запомнился навсегда. Год просто пройдёт, как и все предыдущие. Полукровка сидел на лестнице внутри дома. Вечернее солнце светило на него, и Сильвер щурился, всматриваясь в экран телефона. В течении получаса ему беспрерывно приходили сообщения с ужасным содержанием: «Ха-ха! Сбежал, урод!», «Струсил и свалил, выродок?», «Мы тебя из-под земли достанем!», «Ты ответишь за всё, что сделал, гибрид!», «Если читаешь это сообщение, значит, ты ещё живой! Это ненадолго. Теперь ходи и оборачивайся», «Умри!», «Сдохни!», «Сдохни!», «Сдохни!». Все эти послания поочерёдно отправлялись с разных номеров.

Многие сталкивались с такой проблемой, как издевательства в интернете, Сильвер сам тому пример. Когда-то давно он зарегистрировался в одной известной социальной сети, чтобы не отставать от сверстников, даже свои фотографии начал выкладывать, ведь так делали другие, но на него так стремительно обрушилась критика и травля, что Сильвер сразу же стёр все фотки, а сам удалился из социальной сети. Навсегда. Однако, даже переехав в другой город, бывшие одноклассники умудрились добраться до него с помощью сообщений.

- К чёрту это всё... - он так устал их читать.

С тяжёлым вздохом Сильвер выключил телефон и перевёл взгляд на ступеньки. Ему было важно отвлечься, подумать о чём угодно, кроме этих угроз. Полукровка чуть усмехнулся, считая маленькие трещины на деревянных досках. Дом был не новый, но Мэри приказала себе держать его в идеальном состоянии, поэтому внутри всё просто сверкало от чистоты и порядка, но про лестницу она, кажется, забыла. Сильвер коснулся ступеньки и чуть пошевелил пальцами, с интересом наблюдая за тем, как медленно начинала выпрямляться доска в самом большом повреждении. Он мысленно возвращался в детство, когда представлял себя волшебником. Воображал, будто под его пальцами щепки срастаются в одно волокно, а облупившаяся краска заново покрывает поверхность.

«Я уже не ребёнок, но по-прежнему могу фантазировать. Мама в детстве говорила, что моя фантазия напоминает ей бескрайний океан, такой штормящий, что способен затопить любой берег, ведь я любил озвучивать все свои идеи вслух, даже самые абсурдные. Если сейчас размышлять более научным языком, то я скажу, что всё наше сознание стимулирует внешний мир, оттого оно полно шумов. Объединить рассудок одной силой воли невозможно. Пока нет вспышки чувств, пока главенствует разум, не получится проникнуть в мир фантазий... Ничто не может быть свободнее моей фантазии. Я заперт в реальности, а другие миры для меня существуют лишь в сказках. Но без фантазии нет моего искусства, как и для Аурума нет науки!»

Юноша нахмурился, посмотрел на дырочку в ступеньке и слегка поддел её пальцем. Дерево с хрустом едва выпрямилось, а тот хмыкнул. Лестницу в самом деле пора сменить, заменить эти доски новыми. В чулане как раз после переезда завалялись инструменты и доски. Пожалуй, Сильвер займётся этим завтра, а пока что можно оставить и так.

«С возрастом у каждого из нас меняется мировоззрение, как и мечты, но в детстве я больше всего хотел научиться летать. Но крыльев у меня нет. Я умел летать, лишь веря в небо, где всегда светили луна и солнце. Где когда-то была моя сила» - пробираясь сквозь дебри мыслей, он пришёл к удручающему выводу. - «Может быть, что там на мосту, я тоже хотел научиться летать?..»

Выходные дни пролетали стремительно, будто только был вечер пятницы, и вот уже воскресенье.

«Впервые я под домашним арестом, и всё бы ничего, но я даже представить не мог, что будет настолько скучно. Что же изменилось? Раньше я днями напролёт сидел дома, тогда почему сейчас так паршиво?» - спрашивал он и искренне пытался разобраться в своих чувствах.

А ведь Соул знал ответ, но не хотел признаваться. Это вызвало у него тихий смех. Сильвер больше не наделялся, что Лайма ему напишет. Точно, зачем он ей нужен? Прошло два дня с тех пор, как Мэри забрала их двоих из полиции. Поначалу Сильвер нервничал и трясся от страха, но теперь он без угрызения совести мог смело заявить, что это было лучшее приключение в его жизни. Более того, Лайма первая пригласила его на вечеринку, а потом и вовсе назвала классным и милым. Когда-то он не смел надеяться даже на эту малость.

«Я всё ещё помню её поцелуй...»

Парень приложил тёмные пальцы к щеке, провёл ими вниз по шее, и Сильвер резко вздохнул.

«Дурак. Я спас её от Грега, остальное не важно. Сейчас Лайма в порядке, а для меня это главное!»

Вдруг на телефон пришло сообщение, звуком оповещая получателя.

«Это она?!» - едва не закричал Сильвер. - «Лайма! Лайма! Лаймочка!» - сладким предвкушением крутилось в голове имя, пока парень не открыл телефон и не прочёл сообщение: «Урод, я тебя найду!».

Мало кто мог упомянуть в одном предложении нечистую силу и Спасителя, но чувство разочарования позволило полукровке упомянуть всуе сразу обоих: «Чёрт возьми, Спаситель, почему ты так со мной поступаешь?!». Именно с этого номера телефона приходило больше всего гадостей, поэтому Сильвер без лишних размышлений заблокировал бывшего одноклассника. Неужели школьному задире больше заняться нечем, кроме как достать его? Полукровка знал, что угрозы не перестанут приходить, но он не собирался кому-либо показывать эти сообщения, даже своей маме. Пусть Мэри не волнуется ни о чём, а её сын постарается их игнорировать. С перилами Сильвер не заморачивался. Одним взмахом лапы он коснулся всех неровностей.

«Из своего детства я помню, как мама читала мне перед сном сказку, где в конце все живут долго и счастливо, а злодеи получают по заслугам. Почему же в реальности всё совсем не так? Поэтому когда-то я выдумал свой мир. Ведь там всё хорошо. Там так, как мне этого хочется. Он был прекраснее любой мечты, созданной на заводе и оплаченной деньгами. Я не ищу покоя - такого зверя нет на свете. Главное - это не переставать верить...»

Полукровка решил вернуться в свою комнату, как вдруг на плечо его опустилась знакомая тёплая и мягкая лапа.

- Чем занимаешься? - спросил у него нежный голос, и Сильвер чуть прикрыл глаза.

- Ты перебила мой внутренний монолог.

Он услышал тихий смешок.

- Для тебя он был так важен? - спросила Мэри.

- На самом деле нет. Я просто размышлял, мама.

- Размышлял? Это хорошо. Позволь спросить, о чём же?

Сильвер почувствовал лёгкое напряжение дерева, когда Мэри облокотилась о перила.

- Это не важно. - он отвернулся и опустил взгляд.

- Понятно.

Мэри поджала губы. На самом деле ей хотелось услышать, как сын себя чувствует, а тем более, о чём он думает. Просто она не знала, как спросить. Сейчас ей приходилось вести себя с ним строже, ибо наказание парня никто не отменял. Тёмные глаза крольчихи пробежались по гостиной, пока не остановились на одном занимательном музыкальном инструменте в углу комнаты.

- Сыграешь на гитаре? Тебе это нравилось.

Мэри дёрнула уголком губ, но глаз от сына не отвела, и Сильвер заметно помрачнел.

- Нет. Пожалуй, я пойду делать уроки.

Он быстро поднялся по лестнице, оставляя мать на первом этаже. Улыбнувшись бордово-оранжевой стене напротив, Сильвер закрыл дверь и своими янтарными глазами осмотрел любимую комнату. Свет заходящего солнца стекал по стенам жилища, вбирая серость, будто всё пылало в огне. Сильвер прошёл мимо книжного шкафа, едва проведя пальцами по корешкам книг, и сел за стол. Ошмётки резинки для стирания расположились между страницами открытой записной книжки и по всему столу. Справа виднелся отпечаток от чашки. Сильвер любил пить кофе по утрам и зелёный чай по вечерам. Стояла стопка учебников, тетрадей, и пособий, из которых юноша обычно доставал всю нужную информацию. Он получал неимоверную продуктивность во всём этом. Сегодня у него нет никаких дел, поэтому Сильвер откинул сомнения и схватил чёрную ручку, что лежала поблизости. Полукровка слегка зашипел, когда ранка под пластырем на левой лапе болезненно заныла, но это не помешало ему открыть колпачок зубами, найти в блокноте пустую страницу, чтобы начать записывать:

«Загнанные в рамки слова,

Жизнь с нами так жестока.

Я хочу согреться снова...»

- Нет-нет, не так. - ученик старших классов задумчиво свёл брови и решил переиначить фразы:

«Нелепы все мои мечты,

Горю неистово изнутри.

Тепло лишь там, где ты...»

Уставившись на лист бумаги, он задумчиво грыз ручку.

- Звучит лучше. - довольно подумал юноша, решив на этом не останавливаться.

Сказать, что Сильвера посетила новая неудача, ничего не сказать. Но начало было положено. Выражение блаженной гордости вскоре сползло с его морды.

- Что за бред?.. - ещё мгновение и полукровка перечеркнул каждое предложение.

Строчки представлялись Сильверу слишком знакомыми, давно испробованными. Писать о собственной жизни вовсе казалась ему какой-то пошлой и неразумной идеей. Да и кому может быть интересна жизнь занудного полукровки, потратившего всю жизнь на учёбу и книги? Сильвер стал молча перебирать ворох помятых, некогда исписанных листов, но ему ничего не помогало.

«Где же Вы, госпожа Вдохновение?..» - грустно подумал он. - «Словно мантру сейчас вновь закричу: Муза, приди. И никогда не уходи! Мне нужно сочинить хоть пару строчек...»

На самом деле Сильвер давно пишет стихи. Не сосчитать, сколько бессонных ночей он провёл за созданием лирики. Успешно научившись читать в четыре года, в пять лет ему полюбилось на вырезанных из бумаги кленовых листьях писать для мамы короткие стишки. Ему нравилось придумывать рифмы, делать записи, стараться над словами до утра. И бросать это занятие он явно не собирался. Полукровка взялся обеими лапами за голову, напуская на себя вид смертного из трагедии, что хотел пообщаться с музами напрямую. О, как ему не хватало обожаемых минут вдохновения, когда, зацепившись всего за одно слово, Сильвер мог написать целую поэму.

- Я сейчас попусту трачу время. - произнёс он, уставившись в потолок. - Шедевр может только снизойти.

Вдруг звук удара о стекло разбил тишину на кусочки. Сильвер с испугу даже свалился со стула. Парень настороженно выглянул из-под стола, высоко подняв уши. В комнате всё было цело, ничего не сломалось. Жил полукровка на втором этаже, но звук был так близко. Кто-то кинул в его окно камень? Куча мыслей крутилась в голове, и даже если сейчас ему в морду ударит камень, он всё равно решил проверить. Вдруг что-то громко прилетело во внешнюю стену дома.

- Нет, мне не показалось!

Полукровка стремительно подошёл к окну. Вот уже Сильвер дёрнул ручку, придавая ей горизонтальное положение. Он распахнул окно, худощавое тело пробил лёгкий ветерок.

- Блэквуд?! - с большим удивлением спросил Сильвер.

- Привет, камикадзе! - волчица помахала ему лапой. - Ты всё под домашним арестом?

- Да, привет... Лайма. - ответил полукровка, опустив голову вниз.

Сейчас он действительно не мог понять, зачем она пришла.

- Представляешь, мой телефон сломался! - сказала Лайма. - Только что отнесла его в ремонт. Поэтому я не могла тебе написать, а в социальных сетях тебя не найти. У тебя какой-то псевдоним?

- Я не сижу в интернете... - признался парень.

- Что, правда? - удивилась она, но затем потрясла головой, вспомнив, что собиралась предложить. - Погнали со мной?

Глаза парня в восторге расширились, и счастливая улыбка расплылась по его физиономии.

- Ура-а-а! Ты лучшая! А то я здесь от скуки бы помер!

Сильвер возрадовался, но вдруг остановился.

- Подожди... - сказал полукровка.

- Что такое?

- Я не могу выйти из-под ареста...

Лайма слегка улыбнулась.

- Ты правильный и не похож на мужчин этого города.

- Женское воспитание. - Сильвер пожал плечами.

- Я думаю, дело в другом. - сказала волчица, а после грустно вздохнула. - Тогда я пойду, пока твоя мама меня не увидела. Мне не стоит попадаться ей на глаза.

Лайма медленно развернулась, начиная уходить. Сильвер был в отчаянии. Он бы попросту соврал, что хотел увидеть подругу. Нет, он просто горел желанием с ней встретиться! Если бы не этот дурацкий домашний арест... Что же делать?

- Лайма, подожди! - из окна окликнул её Сильвер. - Я спускаюсь к тебе!

Полукровка в самом деле решил уйти из дома, ведь ещё не так давно он пообещал побороть все свои страхи... Но сперва оставил для матери записку: «Маменька, я сбежал из дома на один вечер на поиски вдохновения. Обязательно вернусь. Надеюсь, ты поймёшь меня». Ему повезло, ведь рядом с окном его спальни росло большое дерево, которое служило путём эвакуации.

- Да ты бунтарь! - сказала Лайма, когда поняла, что друг собрался сделать.

Самым сложным для него оказалось дотянуться до первой ветки. Вскарабкавшись, а после встав на неё, он спустился на ещё одну ветку пониже.

- Я была уверена, что волки и кролики по деревьям не лазают.

- Чего только в жизни не увидишь! - поддержал смех волчицы Сильвер и продолжил спускаться.

Дальше, обхватив ствол лапами, полукровка спустился на ещё одну ветку, за которую было удобно зацепиться когтями.

- Обычно слезать с дерева сложнее, чем карабкаться по нему. - прокомментировала Лайма.

- Отлично, значит потом смогу залезть обратно.

Как бы ему не хотелось этого признавать, Сильверу было не по душе это карабканье. Почему-то сразу вспомнился случай многолетней давности.

«В детстве, когда меня оставили одного, я понял, что не очень люблю других детей...»

Маленький Сильвер больно упал с дерева, когда хотел спрятаться от жестоких обидчиков. От грустных мыслей его отвлёк голос подруги:

- Я могу попробовать найти лестницу. Ты просто не шевелись.

- Лайма, всё в порядке. - Сильвер уже стоял на последней ветке и думал, как бы аккуратно с неё спуститься, ведь прыгать он точно не хотел.

Аккуратно присев, полукровка сначала обхватил ветку, после чего свесил одну заднюю лапу, а потом вторую.

- Кусты! - только успел воскликнуть он и свалился прямо в колючие растения. - Ай-ай-ай!

Лайма подала другу лапу, так что Сильвер быстро вылез из кустарника, начиная отряхиваться и убирать с одежды колючки.

- Видишь? Я в порядке. - улыбнулся он.

- Ну-ну. - только ответила волчица, оглядывая внешний вид друга.

Как поняла девушка, гардероб Сильвера состоял преимущественно из классической одежды, но сейчас парень, который поспешно выскочил из дома, выглядел необычно. На нём была прямая чёрная накидка без пуговиц и замков, а на спине этой шёлковой вещи вышита белая хризантема. Такими же белыми были воротник и края очень широких рукавов. Тонкий ярко-красный пояс на талии стягивал его китайский костюм.

- Это ханьфу. - сказал юноша. - Или то, что лишь отдалённо его напоминает, ведь, как оказалось, шить одежду я умею так себе. Мама говорит, пусть отец бросил нас, но я не должен отрекаться от культуры своего рода... - сказал Сильвер и прикусил нижнюю губу. - Предки же моей мамы родом с северного полушария Аурума.

Лайма слегка призадумалась, почему друг так расплывчато намекнул, а не конкретно назвал одну из холодных стран. Девушке вдруг в голову пришла мысль, как она отныне могла в шутку называть своего лучшего друга:

- То есть... Ты кунг-фу северянин?!

Сильвер удивился новому прозвищу.

- Вперёд за североамериканской волчицей! - Лайма с улыбкой перепрыгнула через трещину в асфальте, после чего посмотрела на Соула.

Он выглядел каким-то расстроенным.

- Ты чего?

- Я ничего с собой не взял. - поздно понял парень.

- Ни телефон, ни кошелёк?

- Нет.

- Круто! - весёлый настрой Лаймы ничем нельзя было испортить, а вот Сильверу было неловко. - Ладно, ты сбежал не ради покупок. - Блэквуд хитро улыбнулась удивлённому Соулу.

- Для чего тогда?

- Как для чего? Гулять! - не давая ему ответить, серая волчица схватила полукровку за лапу и повела куда-то.

Сильвер прекрасно понимал, что сбежать и вернуться домой у него всё равно не получится, поэтому с полной уверенностью пошёл за Лаймой. Девушка, как и ожидалось, оказалась словоохотливой. Болтала она не то, чтобы без умолку, но выдавала информацию сразу огромными порциями, из-за чего у Сильвера постепенно начинала кружиться голова. Как и утром, по улицам бродили жители, только темп их был более размеренный, а морды - мрачнее. Среди серьёзных взрослых были и такие же подростки, как Лайма с Сильвером.

- Мы ведь завтра ещё встретимся?

- Обязательно. - с улыбкой ответила она и наклонила голову набок.

Сейчас, когда волчица рядом, приятные мгновения для Сильвера стали вечными, а противная тоска быстро рассеялась, как неприятные воспоминания. Лайма была посланницей Спасителя - одним своим присутствием она озаряла серую реальность, как солнце. Всё в один момент стало таким весёлым... Тогда стихотворение само родилось в голове Сильвера:

«Моя спутница с голубыми глазами,

Пусть в рамках слова,

К тебе приравнивая вечность,

Я тянусь к тебе с нелепыми мечтами,

Чтобы согреться снова»

- Что ты так на меня смотришь? Влюбился?

Сильвер потупил глаза с невольным смущением на мордочке.

- Нет, просто смотрю на тебя, на североамериканскую волчицу...

- Ты никогда раньше не видел других волков? - поинтересовалась она.

- Видел. В моей школе были волки, но это были ребята из другого класса и разглядеть их можно было лишь издалека...

Лайма рассмеялась.

- Сильвер, Аврора - это город волков! Нас здесь очень много!

Полукровка промолчал, посмотрев на небо. Смеркалось. А он точно что-то начал испытывать к своей подруге. Это что-то отражалось порханием в животе и огнём в левой стороне грудной клетки. Отныне Сильвер был уверен, что нашёл свою музу. Время летело быстро, полукровка не проследил за тем, как тайком поздно вечером пробрался к себе домой, как вскарабкался по дереву в комнату на втором этаже, как лёг в кровать... Дальше сложнее, труднее и страшнее...

Глава 4 «Исчезающий звёздный свет»

Лучи утреннего солнца пробирались сквозь задвинутые жалюзи, ложась причудливым узором на мордочку полукровки, который спал крепким сном. Сильвер лежал в кровати почти полностью обнажённый. Его грудь еле заметно поднималась в такт ровному и тихому дыханию. Он недовольно сморщился, почувствовав, как свет устремлялся ему в глаза, и перевернулся на бок, чтобы продолжить спать. Вдруг лежащий на тумбочке телефон громко зазвонил. Тогда Сильвер, не меняя своего положения, дотянулся до него и приблизил к уху.

- Алло? - ответил он на звонок подруги.

- Привет, кунг-фу северянин! Как дела? Ты собрался?

- Что?.. Куда?.. Ещё же рано... - сонно произнёс парень.

- Всё ясно. Доброе утро, Сильвер, уже полвосьмого! Вставать собираешься? - бодрым тоном проговорила волчица.

- Что?! Как полвосьмого? Я же опаздываю! - испуганно прокричал полукровка и вскочил с кровати.

- Ха, если бы не твоя лучшая подруга, ты бы так всю жизнь проспал!

- А я-то думал, это ты у нас любительница поспать. - ответил он, уже натягивая на себя брюки.

- Не отрицаю! - засмеялась волчица, будучи на громкой связи.

- У меня будильник сломался.

- Плохая отмазка, Сильвер. Снова допоздна какую-нибудь книжку читал?

- Нет... Да... Почти.

- Ладно, собирайся, я буду через пять минут! - сказала Лайма.

- В каком смысле? - удивился Сильвер.

- Я заеду за тобой, что же ещё? - ответила девушка и выключила телефон.

Полукровка никогда раньше так быстро не приводил себя в порядок. Пробегая вниз по лестнице, он крикнул на прощание:

- Мама, я пошёл!

Сильвер направился к двери с такой спешкой, что едва не врезался в Мэри, но вовремя успел притормозить. Крольчиха протянула сыну небольшой бумажный пакет с чем-то внутри, наверняка там лежали его любые сэндвичи.

- Это тебе. Беги, а то опоздаешь.

- О, спасибо! - обрадовался Сильвер и убрал пакет с едой в рюкзак.

Уши Мэри испуганно прижались к голове, когда она внезапно услышала с улицы звук грохочущего мотора.

- Эй, Соул, шевели булками, иначе я не поделюсь с тобой шоколадкой! - проорала Лайма так, чтобы друг её точно услышал.

На улице Сильвера уже ожидала его волчица, верхом на своём чёрно-белом, как зебра, мотоцикле.

- Это всего лишь она. - добродушно засмеялась крольчиха, облегчённо приложив лапку к груди.

Насколько бы смелой по характеру не казалась Мэри, но от природы она была животным пугливым.

- Ты с ней всё ещё общаешься? - спросила она, на что Сильвер сразу сказал с улыбкой:

- Лучшие друзья никогда не расстаются!

Он легонько поцеловал мать в щёку и выбежал из дома.

- Приветствую тебя, спящий красавец! - улыбнулась Лайма, встретившись с другом взглядом.

- Привет, жаворонок. Погнали, иначе опоздаем и учитель убьёт нас.

- Сильвер, успокойся, всё будет нормально, тем более, тебе прогулы можно простить из-за оценок.

- Никогда не слышал про такое правило. - сказал полукровка, уже сидя позади подруги, с щелчком закрепляя огромный шлем на голове.

- Ну, ежели учитель не убьёт нас, то только покусает!

Они пустились по дорогам Авроры по направлению к школе. Хмурые тучи лениво перемещались по небу, не давая небесному светилу дарить тепло и радость жителям города. После приключения Сильвера и Лаймы в полиции прошла одна неделя. Дружба полукровки и волчицы становилась сильнее с каждым днём. Порой милый хохот вперемешку с глупыми шутками перерастал в серьёзные беседы о современном мире, о глобальных проблемах, о политике, о глупых сверстниках, чьё внимание было сосредоточенно лишь на разврате и запретах. Сильвер и Лайма могли общаться ночи напролёт, разговаривая друг с другом по телефону или переписываясь, даже не замечая, как быстро летит время. Мэри была вовсе не против их дружбы, потому что если её сын счастлив, то и она счастлива. Раньше Сильвер всегда был неэмоционален, старался никогда никому полностью не открываться, но теперь жизнерадостность волчицы просто заряжала его. Он никогда не видел её чем-то недовольной или унылой. Те, кого Сильвер видел каждый день, как в школе, так и в городе, все, как один, шагали мимо него с угрюмыми мордами, словно весь мир повернулся к ним спиной. На их фоне Лайма казалась настоящим лучиком света, пробивающимся сквозь густой слой темноты. С ним она всегда улыбалась и даже звонко смеялась. Волчица могла радоваться, будто бы в её жизни нет никаких проблем. Именно это и привлекало Сильвера в Лайме. По всей школе о них ходили разные слухи, одноклассники потихоньку начали думать, что волчица и полукровка не просто друзья, что между ними есть нечто большее, а когда кто-то подходил и спрашивал у них об этом прямо, то в ответ слышал лишь смех. Лайма и Сильвер удивлялись таким глупым вопросам, ведь любви между ними не могло быть. В их сердцах есть только дружеская любовь друг к другу. Спустя несколько минут они доехали до школы и успели очень вовремя. Минуя хитросплетения коридоров, ребята забежали в нужный кабинет.

- О-о-о, смотрите-ка! Команда любовников-неудачников явилась! - услышали они до боли знакомый голос.

По соседству со своими друзьями-волками Грег сидел на парте и пристально с усмешкой смотрел на вошедших одноклассников.

- О-о-о, посмотрите! Это же самый огромный в мире кусок дерьма! - сострила Лайма, посмеявшись над волком.

Грег лишь что-то прорычал себе под нос, а Лайма с Сильвером решили больше не обращать на него внимания и отправились в конец класса на свои места. Только место Сильвера пропало... Буквально.

- Э-э-э, друг, а где твоя парта? - удивлённо спросила Лайма, когда увидела, что парты Сильвера, вместе со стулом, просто не было.

Они услышали смешки и сразу поняли, чьих это лап дело. Трое волков просто взяли и на пакость выкинули школьное имущество в окно.

- Придётся тебе на полу сидеть! Таковы правила, гибрид! - смеялся Грег.

- Крайне остроумно, Грег, ты просто превзошёл сам себя! - с сарказмом произнесла Лайма.

- Я просто схожу в другой класс и одолжу парту... - сказал Сильвер и хотел пойти, но подруга его остановила:

- Нет, Сильвер, у меня есть идея получше. - волчица хитро улыбнулась.

На уроке истории было необычайно скучно.

- После полного разорения земель и массовой гибели населения, резкая смена власти со сторон хищников и травоядных привела к долгожданному подписанию мирного договора... - слишком нудно и монотонно рассказывал учитель, поэтому ученики его не слушали.

Напротив, все взгляды подростков были направлены не вперёд класса, а в его конец. В ярости Грег даже карандаш пополам сломал, едва сдерживаясь от того, чтобы не вскочить с места и не разбить кое-кому морду.

- Какой позор... - стыдливо прошептал Сильвер, стараясь не отвлекаться от урока и записывать что-то в тетрадку, но всё равно смущённо пряча мордочку.

- А мне нравится. - ухмыльнулась Лайма.

Сильвер сидел у неё на коленях. Это было трудно не заметить, но вот учителю как-то удалось, ведь он даже не обращал внимания на задние ряды в отличии от учеников, которые разглядывали парочку и при этом тихо хихикали. Это была идея Лаймы. Сильвер даже сказать ничего не успел, как оказался у неё на коленях. Волчица была в два раза больше, поэтому неудобства в таком близком контакте с полукровкой не испытывала. Для удобства она просто положила подбородок на голову Сильвера и улыбалась.

«Успокойся и начни читать параграф, Сильвер!» - полукровка потянулся к книге на краю парты, но в этот же момент длинные пальцы волчицы скользнули к учебнику.

Она слегка нажала на него, и его тёмные пальцы, беспомощные перед её лёгким движением, отпустили книгу. Раскрытый учебник по истории оказался у неё в лапах, и волчица облокотилась о спину смущённого Сильвера, отчего её мордочка оказалась в опасной близости к его.

«Что она делает? Прекрати, прекрати это немедленно! Это пытка! Хватит мучить меня!» - всем своим существом протестовала одна половина парня, а другая не могла сказать ни слова.

Мысли полукровки прервал голос подруги, который он был готов слушать всю жизнь. Сильвер бы даже умер спокойно, если бы новость о его казни произнесла Лайма. Даже если бы она казнила его...

- Ты замечательно пахнешь.

И эту фразу сморозил вовсе не Сильвер. Волчица ткнулась носом ему в затылок, а после, когда она поняла, что сделала, выдохнула.

- Можно я возьму учебник? - друг не нашёл, что ещё придумать, чтобы поменять тему разговора. - Ты всё равно его не читаешь.

- Конечно. - Лайма спокойно отдала толстый переплёт.

Сильвер быстро погрузился в книгу. У него была такая сосредоточенная мордочка, будто он весь день только этого ждал. Лайма очень хотела бы поговорить с Сильвером немного дольше, но в то же время ей не хотелось отвлекать его от чтения. Полукровка вздрогнул, будто физически почувствовал на себе её пристальный взгляд. Он ещё раз глянул на подругу украдкой, и их взгляды на мгновение встретились. Но это заставило его только ниже склониться над книгой.

- Я просто задумалась. - сказала Лайма и бросила короткий взгляд на мелкий шрифт. - Как ты над ним не засыпаешь?

- Как только берусь за чтение, оторваться уже непросто.

- Тебе хотя бы есть на что отвлечься, а свой учебник я дома забыла.

Смущение на мордочке парня сменилось заинтересованностью.

- Давай читать вместе? - предложил он.

Сильвер придерживал учебник правой лапой, чтобы тот не закрывался. Лайма протянула лапу и зажала левую сторону книги большим и указательным пальцами. Сильвер точно так же взялся за правую сторону учебника. Так он решил переворачивать страницы, а она бы прижимала их большим пальцем, когда они окажутся на её стороне. Сильвер чувствовал тепло Лаймы, постоянно видел её периферическим зрением, но продолжал чтение. В какой-то момент парень отвлёкся и посмотрел на волчицу.

- Лайма, ты уже всё?

- Что?

- Мне можно переворачивать страницу?

Девушка замялась и не смогла внятно ответить.

- Ты не читала, верно? - слегка улыбнулся Сильвер с понимающим взглядом.

- Я бы никогда за тобой не угналась.

- Я готов ждать, когда ты прочтёшь.

Лайма вдруг робко хихикнула.

- Не надо, спасибо.

Сильвер больше не спрашивал, готова ли она читать следующую страницу. Он продолжал читать параграф, а волчица помогала ему придерживать страницы с левой стороны.

- Уже скоро начнутся экзамены, выпускной, поступление в университет. Мне кажется, я это не переживу. - сказала Лайма, вздыхая над его головой.

- Моя мама возлагает на меня большие надежды и, если я облажаюсь, чувствую, она будет очень разочарована во мне. - проговорил он, не отводя взгляд от книги.

Лайма промолчала, и Сильвер совсем бы забыл, что сидит на её коленях, если бы не тёплая лапа, что легла полукровке на затылок.

- Не думай об этом.

Своеобразный успокаивающий жест не сработал. Бесполезная попытка отвлечь друга от чего-то, что сжимало его внутренности в тиски. Лёгкое прикосновение пальцев волчицы к короткой шерсти подняло у парня целую волну мурашек. Сильвер ожидал, что Блэквуд скажет что-нибудь на этот счёт, но ничего. Она молчала. Юному полукровке начало казаться, что время тянется вечность, но наконец-то урок закончился.

- Нет, Лайма, я пока не собираюсь искать себе клуб по интересам или что-то в этом роде. - ответил Сильвер на заданный ему вопрос, когда шёл с лучшей подругой по школьному коридору. - А у тебя есть хобби?

- Ну... Я хожу на танцы.

- А почему ты говоришь без энтузиазма?

- Мне часто приходится танцевать на публику, что мне на самом деле не очень нравится.

- В этом мы с тобой похожи... Хотя на вечеринке у Кэрри ты неплохо двигалась.

- Мне тогда хотелось расслабиться. И я больше люблю танцевать сама, что-то своё, под любимую музыку, а не выученные неделями движения. Вообще, я обожаю танцы. Танцы - это моя страсть! - сказала она, весело подпрыгнув.

- Да, я заметил. - улыбнувшись, ответил Сильвер.

- Ты не представляешь, как мне нравится двигаться под самые разные мелодии. В такие моменты я становлюсь настоящей! - проговорила волчица и вдруг исполнила поворот, слово это был отрывок из танца.

- Ты правда хорошо танцуешь. Может быть, я смогу когда-нибудь увидеть твоё выступление? Хотя бы одно.

- Всё возможно. - она лишь пожала плечами.

Неожиданно они услышали женский голосок, который был точно адресован волчице:

- Ого, ты такая болтливая, когда речь заходит о твоём хобби. Меня от этого тошнит.

Сильвер заметил, как Лайма вздрогнула, а с её мордочки моментально сползла улыбка. Полукровка необдуманно обернулся посмотреть на обидчицу, хотя волчица вовсе не хотела, чтобы они останавливались. Его взору предстала жемчужная лиса, которая облокотилась о стенку. Её тонкую и изящную фигуру с небольшой грудью подчёркивала белая рубашка, синий пиджак и такого же цвета юбка до колен. Лёгким движением тёмной лапы с очень тонкими запястьями она поправила шерстинки на щеках, которые и так были расчёсаны идеально. Её окрас назывался жемчужным благодаря голубоватому, пепельно-серому оттенку пуха. На вид школьница была очень милая, но на её симпатичной мордочке застыла гримаса некоего отвращения, когда она смотрела на волчицу и полукровку.

- На что уставились, лузеры? - бросила лиса.

- На морду твою уродливую любуемся. - грубо ответила ей Лайма.

- Ты за своим языком следи, вдруг я решу, что без зубов тебе идёт больше.

- Ой, боюсь-боюсь! - саркастически сказала волчица.

- Ты что, потеряла список тех, кого бояться надо? - лисица с глазами цвета граната, смотрящими прямо в душу, приблизилась к ней на пару шагов.

- Я никого не боюсь. Только твоей морды в тёмное время суток!

- Фу! Может, закроешь свою вонючую пасть?! - воскликнула лиса и помахала лапой, как бы развеивая перед собой воздух.

- Прекрати говорить всякую ерунду. Кстати, на правду не обижаются.

- Если бы ты не была такой глупой, я бы могла обидеться.

- Перестаньте ругаться! - воскликнул Сильвер, решив ворваться в их перепалку.

- Не хотелось говорить гадостей, но она так сияет радостью, что удержаться просто невозможно. - ответила жемчужная лиса с ухмылкой.

- Хватит так говорить! Нельзя же так просто оскорблять друг друга без причины! Слова могут ранить хуже ножа!

- Твоё нелепое маленькое мнение принято к сведению. - ответила лиса и встретилась взглядом с полукровкой, на которого всё это время даже не смотрела.

Небольшая дрожь пробежала у него по спине, когда она увидел её взгляд, переполненный отвращением.

- Чёрт возьми, я слышала, что ты уродлив, но чтоб настолько! - закричала лиса. - Не могу понять, что ты за вид... Ты вообще «он» или «она»? А может быть «оно»?

- Прекрати... - тихо сказал Сильвер, опуская жёлто-коричневые глаза на пол, но лиса продолжала:

- Я не могу вспомнить твоё имя и, пожалуйста, не помогай мне в этом! Интересно, а ты всё ещё любишь природу даже несмотря на то, что она с тобой сделала?

- Прикрой свою пасть! - воскликнула Лайма.

- Как ты сказала: «На правду не обижаются»? - хихикнула лиса, процитировав её. - Этот уродец слишком низкого мнения о чистокровных животных, если думает, что равен им.

Сильвер молчал, понимая, что эта девушка была ничем не лучше Фауста. Для этой особи не существовало никаких правил, а о нравственности она вовсе никогда не слышала. Серая волчица уже готовилась наброситься на неё, но лиса вновь стала доставать бедного полукровку:

- Знаешь, кто в этом мире самое большое ничтожество? Ты.

- Я знаю. - вдруг серьёзно ответил Сильвер и взглянул ей прямо в глаза.

Она сначала удивились, но потом громко рассмеялась.

- Ты сам это признал! Впервые встречаюсь со столь необычным случаем!

Вокруг них собралась целая толпа из учеников, которые с весельем наблюдали за зрелищем, но Сильвер и Лайма не видели в этом ничего забавного. Когда толпа чуть притихла, а лиса перестала смеяться, Сильвер набрался смелости ответить ей:

- Хамство приемлемо только из уст красивых девушек, таких как Лайма, но ты тут причём?

Толпа удивлённо завопила. Улыбка мгновенно исчезла с морды лисы. Она опалила его просто убийственным взглядом.

- А у тебя, наверное, член короткий, раз язык такой длинный! - усмехнулась она.

- Ха-ха... Я бы с удовольствием сразился с тобой в интеллектуальной дуэли, но, как вижу, ты обезоружена.

- Гибрид, ты хоть понимаешь с кем говоришь?

- Да, я знаю, что говорю с девочкой, любящей оскорблять, у которой уже давно закончился словарный запас. На фоне твоих угроз бабайка и то страшнее выглядит. Твой лимит иссяк, приглашаю тебя уйти.

- Это шутка? - рассмеялась девушка, сложив лапы на груди. - Поздравляю, ты официально превратил свою жизнь в ад! - с угрозой произнесла она. - Интересно будет понаблюдать за тем, как быстро рушится твоя никчёмная жизнь. Пока-пока, гибрид, наслаждайся последними счастливыми минутами жизни! - она стала уходить, виляя хвостом.

Все ученики разошлись, эта стычка их развеселила, только Сильвер и Лайма не смеялись. Уроки пролетали незаметно, но как всегда - утомительно. На мордочку полукровки нежно подул холодный ветер. Недавно был дождь, теперь солнце буйно прорывалось сквозь седые облака.

- Я никогда так высоко не поднимался. - сказал юноша на крыше школы.

Именно сюда волчица решила привести друга, чтобы они могли провести время вдвоём, без лишних косых взглядов. Отсюда Сильвер разглядывал весь задний двор школы, смотрел на спортсменов на футбольном поле и зрителей, что с интересом наблюдали за игрой крупных зверей.

- Тебе нравится?! - воскликнула Лайма.

- Нравится, только давай не высовываться, а то нас поймают.

- Брось, Сильвер, расслабься! - беззаботно крикнула волчица и свободно расправила лапы в стороны, вдыхая осенний воздух.

Ребята уселись на скамье, которую сами принесли сюда. Лайма достала из рюкзака плитку шоколада и разломала пополам, чтобы поделиться с другом.

- Слушай, я хотел у тебя спросить. - начал Сильвер.

- М?

- У той лисы с головой не в порядке? Она со всеми так общается или только с нами?

- А, Энни...

- Мне не стоило спрашивать? - подумал полукровка, увидев грустноватый взгляд подруги.

- Нет, всё путём. Энни - мой враг. В начальной школе мы даже дружили, но потом один лисёнок, который ей очень нравился, признался мне в любви, я ему отказала, но Энни возненавидела меня. Дружить, естественно, перестали. Она постоянно меня задевала, но я научилась отвечать. Когда представился повод, Энни не упустила возможности вместе с Грегом начать распускать обо мне мерзкие слухи... Энни просто избалованная "принцесса" с кошельками богатых родителей. Она слишком много себе позволяет и ей всё сходит с лап. Для учителей и родителей она популярная ученица с хорошим нравом и превосходными оценками. Они даже представить себе не могут, что скрывается за мордочкой милой лисы... Большую часть своего времени она любит именно оскорблять. В этом искусстве она никому не уступает.

- Разве оскорбление - искусство?

- Уметь отвечать тоже важно. Может быть, я не самая умная, но такой твари, как она, пасть закрою. Кстати, ты круто её уделал!

- Мне пришлось ответить, я не хотел этого. В этом мире нельзя молчать, но невозможно гордиться тем, что оскорбляешь кого-то.

- Почему ты всегда такой правильный?..

Сильвер вздохнул и потёр пальцами переносицу.

- Добром эта ссора не кончится. От Грега и Фауста уже море проблем, а теперь эта Энни...

- Ил Дарк что-то тебе сделал? - удивилась Лайма, ведь друг при ней ещё ни разу не упоминал эту черепаху.

- Фамилия Фауста Ил Дарк?

- Ага, он из очень известной и значимой в Авроре семьи. Насколько я знаю, отец Фауста переизбирался на пост мэра ни один раз подряд... Что у вас с ним произошло?

- Размолвка, после которой я стараюсь держаться от него подальше. - не вдаваясь в подробности, ответил Сильвер.

Из-за прохладного ветра порой приходилось закрывать глаза. Недолго думая, полукровка сказал волчице:

- Лайма, не связывайся с Фаустом.

- Спасибо за совет.

- Я серьёзно.

- Эй, я сама знаю. - усмехнулась она.

- Прости...

Сильвер виновато опустил уши. Он ни в коем случае не собирался ставить подруге какие-либо запреты, но переживал, как бы этой сумасшедшей черепахе не пришло в голову сделать Лайме что-то плохое.

- Я лучше буду блевать бритвами, чем заговорю с ним. - неожиданно сказала девушка.

- Ты тоже его недолюбливаешь?.. - спросил друг.

Лайма как раз откусила кусочек шоколада и, как только хорошенько прожевала, стала рассказывать:

- Я не знаю, правда ли это, но был у нас случай. Года два назад Фауст надолго слёг в больницу, так что учиться с нами он не мог. Однако, когда ему стало лучше, но ещё нельзя было выписаться из больницы, то он начал бродить на коляске возле школы в одиночку. Постоянно. И как-то раз одна девочка поинтересоваться захотела, кто он такой. Подошла к нему и спросила: «Кто Вы? И почему постоянно здесь находитесь?». Фауст ей ответил: «Ты подойти ко мне. Я тебе расскажу». Она нагнулась - он её молотком по голове ударил. Грег с волками его спугнул - он укатал.

Сильвер отвёл взгляд, когда его дыхание просто застряло в глотке. Он зажмурился, желая сказать что-то ещё, но слова не шли, и юноша попытался дышать глубже. Соул сглотнул, когда перед его глазами встал образ Фауста, безжалостно глумящегося над ни в чём неповинной девочкой. Странный вакуум образовался в районе сердца Сильвера, парню стало неуютно и некомфортно.

«До чего я дошёл, что всерьёз начал бояться инвалида?..»

Тогда он просто улыбнулся. Только этим удалось скрыть весь его ужас.

- Здесь живут одни маньяки...

- Забей. Доедай шоколадку. - сказала Лайма, передавая другу плитку и затем протирая свои лапы.

Вдруг у неё зазвонил телефон. Спустя полминуты короткого диалога, она поднялась с места со словами:

- О, Спаситель...

- Что случилось? - спросил Сильвер.

- Извини, мне надо идти. - ответила она и надела рюкзак. - Староста позвонила и сказала, что мисс Хилл хочет поговорить со мной по поводу моей успеваемости.

- Мне пойти с тобой?

- Чтобы учительница стыдила меня за оценки, сравнивая их с твоими? Ну уж нет. - усмехнулась подруга. - Не переживай, я скоро вернусь. Думаю, успею к уроку физкультуры. Пока!

Сильвер наблюдал за тем, как подруга скрылась, спускаясь по лестнице.

«И снова крыша. И снова солнце на небе. И снова небо над пропастью» - строчки сами пробежали по струнам сознания.

Некоторое время полукровка сидел в тишине, доедая шоколад и наслаждаясь свежим воздухом. До ушей доносились звуки игры на поле.

- Эй! Как ты сюда попал?!

Сильвер резко повернулся на голос. Он совсем не ожидал вновь увидеть Энни, тем более здесь и совсем рядом с собой.

- Не пялься, это раздражает.

- Как ты тут оказалась? - удивлённо спросил Сильвер, ведь от него ускользнуло, как и когда она попала на крышу.

- Я поднялась по лестнице, что же ещё?! Да ты, оказывается, такой же отсталый, как и твоя подружка! Вы двое напоминаете мне океан, огромный, сильный, напористый. И меня от вас тошнит.

- Чего ты этим добиваешься? - Сильвер вопросительно уставился на неё.

Энни встала перед каменной оградой, отделявшую её от пропасти, и посмотрела вдаль.

- Что мне придумать? - хитро улыбнулась лисица и повернулась к полукровке.

Сильвер всё так же сидел и смотрел на неё. Неожиданно его ударили задней лапой прямо в морду, из-за чего он свалился со скамьи.

- Не смей смотреть на меня так похабно, грязный отброс! - прокричала Энни.

- Чего?! - воскликнул Сильвер, быстро оправившись от удара. - Похабно?! Я же ничего не!..

- Я знаю, что ты наполовину хищник, а на этой крыше мы сейчас только вдвоём. Вдруг ты решишь что-то со мной сделать?

- Ты мне даже не нравишься!

Энни снова ему врезала. Успешный удар прошёлся по носу, юноша уже видел, как льётся кровь. Сильвер был уверен, через пару секунд будет больнее.

- Зачем ты продолжаешь это делать?.. - грустно спросил Сильвер, лёжа на полу.

- Ты можешь нормальным языком говорить? Не понимаю твою тарабарщину.

- Сколько ещё зверей страдает от твоих лап? Совесть тебя совсем не грызёт?

- Моя совесть чиста, потому что ты тот ещё отброс! - хихикнула Энни и пнула его в спину. - Даже не думай, что всё это прекратится. Ты что, мечтал о чём-то? У тебя же ноль шансов! Ты всего-навсего ошибка природы, которую мне совсем не жаль!

Сильвер уселся на полу, на губах его застыла улыбка, дыхание сбилось, а из носа продолжала течь слегка размазанная струйка крови.

- Ты хороша во всём, что ты делаешь, а всё, что ты делаешь - это заставляешь окружающих ненавидеть тебя. Я разбираюсь в таких, как ты. Возможно, я могу тебя понять. Отвергнутая, опустошённая, разочарованная маленькая лисица, которой нужна помощь. Психологическая помощь.

Суровый взгляд Сильвера заставил Энни смутиться. Было видно, что эти слова задели её, но она не подала виду и ответила:

- Ты до сих пор что-то вякаешь? Будто мне не всё равно.

- Прощай, Энни, желаю тебе всего наилучшего! - Сильвер схватил свой рюкзак и быстро побежал к лестнице, возрадовавшись тому, что их разговор закончился.

Но ему не суждено было спокойно уйти. Полукровка споткнулся о проволоку, натянутую на первой ступеньке. Сильвер полетел вниз.

- Классное сальто! Это десять из десяти! - громко засмеялась Энни и выключила телефон, который всё это время держала в лапе. - Выложу в интернет. Уверена, это соберёт кучу просмотров! Чёрт, ты так страшно упал... - сказала она и тут же расхохоталась.

Сильвер шокировано смотрел в потолок с одной мыслью: «Я ещё жив?».

Урок физкультуры, определённо, мало кому нравится. Сильвер был неплохо физически развит и хорошо бегал, однако в спортивной форме он выглядел ещё более худо, чем есть на самом деле. После падения с лестницы он даже не отправился в медпункт, чтобы никого не тревожить по пустякам. Сейчас парень продолжал усердно бежать. В отличии от него, Грег, кажется, мог бегать часами. Ему доставляло удовольствие нагонять Сильвера каждый новый круг, с ухмылкой громко называя порядковый номер своего круга, и ещё громче тот же номер круга Сильвера. У полукровки четвёртый? Тогда как у Грега чёртов миллион. Урок бы проходил довольно обыденно, если бы жертва издевательств коричневого волка наконец не упала, споткнувшись о свою же лапу. Для Грега это был шанс:

- Соул, может, мне тебя понести? Тогда появится шанс хотя бы приблизиться к моему результату. Хотя, судя по тебе, ты весишь меньше, чем тростинка. Не боишься заболеть анорексией?

- А судя по твоим мускулам, Грег... - держась за ободранный локоть, заговорил Сильвер. - Ты потратил на них столько сил, что у тебя все мозги ушли в них.

Сильвер демонстративно пошёл мимо Грега, но тот резко схватил полукровку за плечо и развернул мордой к себе.

- Эй, ты думаешь, что Лайме нужен такой жалкий недоносок, как ты? Ты беспомощный слабак. Я уверен, что это ты ударил меня по голове в той комнате!

Сильвер сразу понял, о чём тот говорил и уверенно ответил:

- Ты это заслужил.

Волк занёс кулак для удара, но его окликнул учитель физкультуры:

- Сэлтон, подойди!

Грегори пришлось отложить избиение полукровки на потом. Напоследок волк что-то неразборчиво рыкнул Сильверу ради устрашения, но юноша в ответ оскалил зубы. Оба прекрасно понимали - им ещё предстоит разобраться друг с другом. А пока Сильвер отправился к скамье, чтобы передохнуть, достал бутылочку с водой и немного попил. Он приподнялся и, взяв край майки, вытер им мордочку, тогда же показался его удивительно неплохой пресс.

- Хм, по крайней мере есть одна положительная вещь в твоём теле: оно не такое страшное, как твоя морда!

Сильвер замер, услышав голос Энни. Он безразлично повернулся к ней с выражением, а-ля: «Да что тебе опять надо?!», и оглядел лису, переодетую в спортивную форму, которая состояла из белой майки и красных шорт.

- У тебя такая же проблема - форма роскошная, а вот размерчик подкачал! - усмехнулся парень, успев подумать о том, что уроки от Лаймы даром не прошли.

- Твой уровень интеллекта приравнивается к нулю, так что лучше вообще пасть не открывай. Ты же два слова нормально связать не можешь! - злилась Энни.

- Если я тебе не нравлюсь - разрешаю не разговаривать. - ответил Сильвер.

- Ты, наверное, очень устал. Иди, приляг, желательно на рельсы.

Вдруг они издалека услышали громкий голос Лаймы:

- Отстань от него, Энни!

Они увидели, как волчица быстро перелезла через забор и побежала в их сторону.

- Я рад, что ты здесь. - сказал Сильвер.

Лайма улыбнулась и перевела взгляд на злую лису.

- Что-то случилось, Энни? - спросила она.

- Лучше бы ты не возвращалась. Катись отсюда!

- Вы слишком часто оказываетесь вместе. Я вообще-то ревную! - волчица громко засмеялась.

- Тоже мне, нашла кого ревновать! Это низшее существо... Точно, вы же двое так идеально подходите друг другу!

- Что?

- Смотрю, ты тормозить и без мотоцикла любишь. Естественно ты будешь ревновать его, ведь ты никого лучше себе не найдёшь!

- Верно, не найду, потому что Сильвер - самый лучший!

Энни лишь расхохоталась. Остальные звери на поле слышали эту перепалку, но никто вмешиваться не хотел.

- Заткнись и уходи, Энни! - прорычала Лайма.

- Желаю тебе провести с ним всю свою оставшуюся жизнь! - смеялась лиса.

- Вот за это спасибо. Мне всё равно, что ты думаешь обо мне. Меня радует, что ты вообще думать научилась.

- Ты мне отвратительна, ты даже гибрида не достойна!

- Убейся об стену, мир станет лучше!

- Я тебе намордник куплю, ещё раз тявкать в мою сторону! Так что заткнись!

Лайма перестала рычать и закричала на всё поле:

- Он мой!

После такого заявления, под возмущённые крики Сильвера она резко подняла его за задние лапы и перекинула через плечо. Ощущая сильные тычки в лопатки, девушка побежала с поля под многочисленные аплодисменты и свисты присутствующей публики.

- Будь ты проклята, Лайма Блэквуд! - вслед прокричала Энни.

Вскоре смеющейся Лайме пришлось опустить друга на землю, когда он в очередной раз завопил:

- Лайма, да отпусти же ты меня!

Друзья оказались в саду за пределами территории школы. Парком назвать это место можно было с трудом, просто островок величественных медных деревьев с тяжёлыми кронами. Даже отсюда были слышны крики одноклассников с футбольного поля, звонко вырывающиеся из молчаливой тишины. Громче слышно, как падают сухие листья, с шуршанием касаясь насыпных дорожек. Уходя вглубь всё дальше от посторонних глаз, друзья наконец остановились. Глянув вперёд, Сильвер увидел маленькую речушку, через которую когда-то давно построили ветхий мостик.

- Исток этой речки начинается с маленького подземного источника в лесу и проходит через всю Аврору. - сказала Лайма, ступая на деревяшку. - И я понятия не имею, где река заканчивается.

Мостик противно скрипнул, будто сейчас сломается. К счастью, этого не случилось, Лайма дошла до середины и посмотрела на Сильвера, который оставался на месте.

- Иди сюда. - позвала она, улыбаясь. - Если ты не думаешь, что я тебя скину.

- Здесь неглубоко, так что я не боюсь. - ответил друг, ступая на мост.

Полукровка тут же пожалел о своих словах. Если бы здесь была возможность утонуть, вероятно, Лайма ничего бы не сделала. Волчица резко дёрнулась в его сторону, после чего засмеялась, наблюдая за тем, как он испуганно подпрыгивает.

- Сильвер, я же пошутила.

- Конечно, кто тебя знает?..

- Одному Спасителю известно, что за мысли рождаются у меня в...

Не успев договорить, раздался всплеск воды, после чего не менее громкий смех. Лайма возмущённо посмотрела на полукровку, а тот просто умирал со смеху. Расстояние от мостика до реки было небольшим, поэтому Лайма решила отомстить. Встала, не сводя с Сильвера глаз, после чего резко схватила его за лапы и потянула за собой. Упав в воду, полукровка растерянно оглянулся, но после засмеялся с новой силой.

- Негодяйка! - кое-как выговорил Сильвер и кинулся на Лайму.

Началась то ли драка, то ли детская игра. Одноклассники брызгали друг в друга водой, смеялись, но также прекрасно понимали, что если будут долго находиться в воде, то непременно заболеют.

- Почему после каждой нашей прогулки мы оказываемся насквозь промокшими? - спросил Сильвер, когда вылез из воды и начал выжимать воду из края белой майки.

Лайма, сидя на мосту, посмотрела на эту злосчастную реку, потом на Сильвера. На морде его играла улыбка.

- Давай сделаем фотку? - неожиданно спросила волчица, доставая из кармана телефон.

- Зачем? - кинув камень в реку, он почувствовал дуновение прохладного ветра.

- Как зачем? Конечно же запечатлеть нас на память! - ответила Лайма.

- Я ужасно мокрый. - засмеялся парень. - Хочешь, тебя сфотографирую?

- Нет, мне нужно с тобой. Фотография сама по себе меня не интересует. Я просто хочу захватить этот момент, кусочек реальности, проведённый с другом.

Сильвер ненадолго призадумался о том, что не хочет расстраивать подругу, потому не осмелился ей отказать:

- Давай. - сказал он.

Голубые глазки волчицы заблестели. В один момент волчица включила камеру на телефоне и подтянула полукровку к себе.

- Улыбайся, это селфи.

- А!

Лайма была права, фотография получилась отличная.

- Хм... - Сильвер щёлкнул языком, протягивая лапу, чтобы взять её телефон.

Подруга смотрела в камеру, черты её мордочки были такие чёткие и идеальные. Да и он получился неплохо, насколько это было возможно.

- Красиво, у тебя талант.

- Спасибо. - ответила девушка, рассматривая изображение. - Если эти фотографии должны сказать что-то важное будущим поколениям, то вот: я была здесь, жила в этом моменте и была молода. - она выключила телефон и наклонилась к другу. - И была кому-то нужна так, что он согласился на совместное фото со мной.

- Я бы хотел запечатлеть тебя на закате среди подсолнечных полей. Тебе бы подошло белое платье. - вслух озвучил свои мысли юноша, и только затем по странному взгляду подруги он понял, что сказал лишнее. - Прости меня за мои выходки... Порой я слишком романтичен и нереалистичен.

- Ничего плохого ты не сказал, а про нереалистичность правда. Каков был шанс, что ты родишься?

- Ноль.

Лайма слегка напряглась, когда задумалась.

- Разве то, что ты родился, уже не говорит о том, что ноль - это неверно?

- Нулевая вероятность события не означает его невозможность. - серьёзно ответил Сильвер. - Соответственно, нулевые вероятности множества событий также не означают их неосуществимость. - наконец-то парень стал более разговорив, когда речь зашла о теме, в которой он хорошо разбирался. - Шанс рождения любого жителя Аурума почти равен нулю. От Большого Взрыва и до этого момента всё влияло на рождение. Почему родились именно мы? А если бы нас не было?

- Я никогда о таком не думала... Аурум тоже мог никогда не появиться?

- Если в Мультивселенной бесконечное количество вселенных с разными физическими константами, то вероятность появления такой вселенной, каковой является наша, становится нулевой, ведь единица, разделённая на бесконечность, равняется нулю. В таком случае можно взять любую вселенную из этого бесконечного множества и сказать, что и вероятность её появления нулевая. Понимаешь?

- Да...

- Не означает ли это... Что каждый из нас несёт внутри себя целую вселенную? - на мордочке Сильвера расцвела улыбка. - Мне очень нравится так думать.

Он отвёл загадочный взгляд в сторону. Лайме очень понравилось то, как её друг сейчас выглядел.

- Как хорошо, что ты родился.

Сильвер так и замер с удивлением.

- Я имела ввиду, что мне понравилась эта твоя теория про вселенные и всё остальное...

Она затараторила и уже было не понятно, что Лайма говорила, но только Сильвер всё понял. Как раз сейчас волчица заметила, что друга трясло крупной дрожью. Конечно, ему будет холодно после такой игры в воде. Понимая, что полукровка вряд ли признается в том, что мёрзнет, она встала с места.

- Переоденься, а я подожду тебя у ворот.

- Куда мы пойдём? - спросил Сильвер.

- Нам нужно немного расслабиться и отдохнуть от этой школы!

- Я полностью «за»! - радостно согласился с ней парень и заулыбался. - Ты только ответа «да» заслуживаешь.

Мы живём в очень сложном мире. Всё вокруг переполнено опасностями, неясностями, постоянными проблемами, которых с каждым днём становится всё больше. К глубокому сожалению, жизнь состоит не только из приятных моментов, в ней полно чёрных полос. Они могут стать ещё более невыносимыми, если всё усложнять. И не всё, что мы видим, плохое. Есть в мире достаточно такого, что готово наши души обогреть. С ними нам надо работать. В тот момент, когда вы примете тот факт, что всё временно, колеблется, меняется, вы испытаете невообразимое количество покоя. Будут взлёты и падения. Просто поймите, что вы всё ещё на своём пути, независимо от неудачных дней.

Однако сейчас гораздо сильнее Сильвера волновало другое - его состояние. Он совсем не чувствовал себя подавленно или одиноко, всё было с точностью наоборот. В голове была лёгкость, совсем не чувствовалось отвращение к себе, а мысли о суициде и вовсе покинули полукровку на долгое время. Сегодня Сильвер не думал ни о чём, а существовал лишь в действительности, и говорил то, что даже не успевал обмозговать. Полукровка не знал, насколько это было хорошо или плохо, но это означало, что он поддался воздействию Авроры или же Лаймы. Было странно впервые за все года почувствовать себя живым, а не каким-то полупрозрачным сгустком энергии. Это пугало, но одновременно с этим привлекало. Тем временем мотоцикл ехал всё дальше и дальше, оставляя позади знакомые районы и отвозя полукровку в совершенно незнакомое ему место. Впереди виднелись громоздкие высотки из бетона, напоминающие коридоры лабиринта.

- Ты сумасшедшая! - мгновенно отрезвел полукровка, когда Лайма резко надавила на газ и подняла мотоцикл на дыбы.

Покрытие трассы сгорало под колёсами, морду Сильвера перекосило гримасой страха и ужаса.

- А ты держись крепче! - подлила масло в огонь Лайма и кивнула Сильверу, который изо всех сил держался, чтобы не упасть назад.

- Лайма! Лайма, не надо так!

Волчица засмеялась и опустила мотоцикл в нормальное положение. Произошёл небольшой отрезок дуги под слабым изгибом, затем серия крутых поворотов, а уже после спокойная езда по прямой дороге. Боясь оказаться жертвой очередного трюка, Сильвер инстинктивно прижимался к девушке ближе.

- Ну что, привык?

Сердце Сильвера бешено стучало, грудь жгло, тело после падения с лестницы болело... Так здорово!

- Ты всё ещё думаешь, что в других мирах лучше, чем в нашем? - с небольшой усмешкой спросила она у друга.

- Каким бы смешным тебе не казалось это занятие, узнавать о других планетах может быть интересно.

Лайма уверенно вела мотоцикл, и полукровка был спокоен, находясь за её спиной, ощущая скользящий по одежде ветер.

- Вряд ли я пойму это, просто глядя в ночное небо. Там лишь луна и звёзды в бесконечном чёрном море.

- В бежевом. - поправил её Сильвер.

- Что?

- Вселенная не чёрного, а бежевого оттенка, похожего на белый. Этому цвету учёные дали красивое название «космический латте». Мы бы его увидели, если бы смотрели на Вселенную сверху и одновременно видели свет, исходящий от всех галактик, звёзд и газовых облаков. Чернота - это просто отсутствие видимого света.

- Так, друг, ну-ка перестань взрывать мне мозг! - быстро прервала его Лайма, чтобы её заумный друг не начал ещё больше закидывать её сложными научными фактами, на что Сильвер звонко засмеялся. - Ты в детстве не мечтал стать космонавтом?

- Будучи маленьким я хотел увидеть космос, но не стать космонавтом. - ответил Сильвер с улыбкой. - Ты только представь!

- Например, что?

- Где-то в параллельной вселенной аурумцы любят друг друга, пьют вместе чай и не носят маски, джины живут в карманах, а Андромеда и Млечный путь уже давно стали одной галактикой.

- Ух-ты! Ты вдохновляешься этим?

- Я перестал искать вдохновение полгода назад.

Очевидно, Сильвер что-то недоговаривал, но она решила не обращать на это внимание. Полукровка прикрыл глаза. На протяжении всей поездки бушующая радость разрывала его изнутри. Парню даже хотелось закричать или сжать лапы покрепче, чтобы хоть как-то выразить всё, что творилось у него внутри. Теперь он начал понимать... Из-за своей стеснительности он упускал многое. Юноша мог бы сам звать Лайму погулять, мог бы сам начинать с ней разговор, но Сильвер слишком стеснялся. После сегодняшней фотосессии на природе ему захотелось иметь много фотографий с Лаймой, делая забавные мордочки, заполнить фотками сразу несколько альбомов, чтобы воспоминания всегда были с ними. Сильвер открыл глаза и поморгал несколько раз. Взгляд наконец-то сфокусировался, и отвлечённый мыслями юноша начал возвращаться в реальность. Глазу не за что было зацепиться, разве что огромный солнечный диск почти опустился за горизонт, окрашивая небо в неповторимый золотистый цвет.

«Здесь самые красивые закаты» - с улыбкой подумал Сильвер.

Облака приобрели оттенок розового, а лес погрузился в багряные цвета. Подождите, закат? О, Спаситель! Сильвер что, уснул?!

- Лайма!

Полукровке пришлось повторить несколько раз её имя громко, поскольку из-за скорости и ветра она не услышала сразу. Сбросив обороты, она подъехала к обочине. Лайма заглушила мотоцикл, привычным движением задней лапы поставила его на подставку.

- Всё в порядке?

Волчица сняла шлем, и её обеспокоенная мордочка посмотрела на него. Сильвер поспешил успокоить подругу:

- Да, всё нормально.

- Тебя не укачало?

- Нет, я в порядке.

- Тогда зачем мы остановились?

Сильвер бросил короткий взгляд на небо.

- Не слишком ли поздно? - спросил он.

- Мне всё равно. Я возвращаюсь домой, когда отец уже спит. - ответила Лайма.

- Я считаю, что тебе нужно отдохнуть.

Девушка задумчиво посмотрела на дорогу.

- В принципе мы уехали недалеко. Я отвезу тебя домой. - Лайма поправила шерсть на мордочке, надела шлем и завела мотоцикл.

Дальше она свернула с дороги. Ребята были в другой части города, совершенно незнакомой Сильверу. Полукровка вновь подметил, как во время спокойной поездки его дыхание становится ровнее. Сильвер чувствовал биение собственного сердца, осознавая, в какой гармонии двигался окружающий его мир. Он слышал голоса ветров, хотя не мог их видеть.

- Красиво.

- Для тебя всё красиво! - подколола она друга.

- Дело в том, что большую часть времени я в здравом уме, но затем эстетика берёт верх. - улыбнулся он в ответ. - Я могу увидеть красоту во всём, что нас окружает, но только не в своём отражении. - полукровка вздохнул. - До одиннадцати лет я ещё думал, что у меня есть шанс стать красивым.

- Почему ты до сих пор помнишь это? - не понимала Лайма. - Ты не урод, Сильвер. Вот Грег - настоящий урод, потому что он гадкий и злой волк. А понятие о привлекательности у каждого своё.

- Я не представляю...

- Что?

Сильвер слегка усмехнулся.

- Мне кажется, все относятся к тебе лучше, когда ты красивый.

Лайма некоторое время помолчала, а после, хотя эти слова ей были не по нраву, постаралась невозмутимо сказать:

- Быть красивым не всегда хорошо. Тем более, как мне моя мама говорила: «Красота - ерунда, которая быстро пройдёт». Ты не представляешь, как тебе повезло родиться не похожим на других. Тебя можно любить не за внешность.

- Тогда за что? Разве кому-то интересен мой внутренний мир?

- Моего интереса и моей дружбы тебе недостаточно? - спросила она.

Сильвер, как всегда, задумался, глядя на подругу. Когда он смотрел на неё, его сердце начинало биться быстрее, и полукровка ничего с этим не мог поделать. Он лишь продолжал восхищаться волчицей, надеясь, что она заметит его чувства. Чувства, которые сам он замечать боялся...

- Лайма?.. - очень тихо позвал он подругу, и та повернула к нему голову.

- Да?

- Может, прекратим дружбу?..

Молчание повисло в воздухе. При виде ошеломлённой волчицы Сильвер мгновенно замолчал, проглатывая всю былую уверенность и слова.

- Что?! - воскликнула Лайма. - Сильвер, что ты только что сказал?!

- Из-за нашего общения с тобой случается слишком много проблем. - последовал ответ.

- Беды случаются, но ведь это не повод разрушать нашу дружбу! - взволнованно сказала Лайма. - Мне плевать на реакцию окружающих, я живу не для них!

- Ты правда приемлешь всё это?

- Да, Сильвер, мне правда нравится общаться с тобой. Я не хочу расставаться...

Сильвер на некоторое время замолчал, осмысливая свои следующие слова.

- Так будет лучше. - вновь сказал он. - Ты ведь общаешься со мной только потому что больше не с кем. Если бы у тебя по-прежнему были подруги, ты бы не вспомнила обо мне. Разве не так?

- Тебе череп не жмёт из-за такого мощного остроумия? - с ноткой злости в голосе произнесла она. - Как ты вообще мог подумать о таком?!

Одной секунды было достаточно, чтобы расслышать то, как вздрогнул женский голос.

- Не переживай, Лайма, я не буду на тебя в обиде, если ты найдёшь себе новых друзей и забудешь меня...

- Дурак! Дурак ты! - на её глазах уже наворачивались слёзы. - Я вижусь с тобой, потому что хочу, а не потому что одинока!

- Пойми, я никто, что тебе ещё от меня нужно?

- Заткнись ты!

Ночь стремительно опустилась на Аврору, а на перекрёстке посреди дороги в ожидании зелёного света светофора разгорелась нешуточная ссора, заглушить которую был не в состоянии даже шум мотоцикла.

- Ты даже не хочешь выслушать меня! - крикнул Сильвер.

- Что выслушать?! Твои притянутые за уши наезды в мою сторону? - воскликнула девушка. - Лучше бы ты молчал.

- Что тут такого?! - яростно недоумевал полукровка. - У нас горькие, но абсолютно разные судьбы. Чистокровной волчице меня не понять!

Мотоцикл резко затормозил, шины мерзко заскрипели, оставляя на асфальте чёрные следы.

- Слезай. - сказала она.

- Что? - глаза Сильвера округлились.

- Я сказала слезай! - не своим голосом закричала Лайма, и от этого крика Сильвера будто холодной водой окатило. - Уходи, живо!

Он тут же соскользнул с сидения. Грозно зарычал двигатель, мотоцикл с бешеной скоростью рванул с места.

- Лайма, подруга моя, прости меня! - послышался ей вслед отчаянный голос парня.

Мотоцикл, как и его хозяйка, растворился в промозглом воздухе. Сильвер стоял в растерянности у какого-то здания, беспомощно озираясь по сторонам. Шумели деревья, колыхаясь от осеннего ветра. Гнев потихоньку отступил, и Сильвер с ужасом понял, что остался глухой ночью на пустой дороге в одиночестве.

- Вернись, Лайма, пожалуйста! - понимая своё безвыходное положение, он с надеждой смотрел на дорогу, словно всего через пару секунд, одумавшись, подруга-волчица вернётся и заберёт полукровку с незнакомых улиц.

Но она не вернулась.

- Я влюблён в тебя... - подумал Сильвер, но так и не сказал ей этого.

Ночная мгла окутала небо, и от последних лучиков солнца не осталось ни следа. Сколько бы Сильвер не искал выхода к знакомым улицам, он его не нашёл. Может быть, что так на него повлияло его состояние, или все улицы в Авроре и правда кажутся одинаковыми. Сильвер не знал, но, когда городские часы пробили девять, он всё ещё бродил где-то в этом проклятом лабиринте. Глаза парня становились влажными, но вскоре Сильвер возвращался в прежнее состояние меланхолии и брёл дальше. Сердце полукровки потихоньку свыклось с тем фактом, что он придурок, каких ещё свет не видывал. Но каждый раз, когда парень об этом вспоминал, а делал он это каждые пять минут, это приносило ему такую нестерпимую боль, словно где-то внутри него чей-то жёсткий и беспощадный кулак сжимал его сердце. На улице прохожие встречались всё реже и реже, а те, кого в темноте всё же замечали его глаза-янтари, были молодые парни и девушки, примерно его возраста, что собирались в небольшие стаи и гуляли. Вскоре бессмысленные хождения, тёмная ночь, ужасная ситуация - все факторы сказались на нём, и Сильвер уселся на выложенные у чужого дома камни, спиной найдя в нём подходящую опору, откинул голову назад. Юноша делал вдохи, наполняя лёгкие свежестью, и приподнял уголки губ, когда посмотрел наверх. На небе сияла полная луна в окружении своих верных многомиллионных спутниц - звёзд.

«Неужели это всё навсегда?» - на секунду промелькнуло в его голове, и к горлу подступил удушающий комок внутренних переживаний. - «Я поступил с Лаймой ужасно...» - лапы парня дрогнули.

В этот раз его чуткий слух не дал ему отдохнуть. Первая капелька дождя упала на асфальт. Вторая дождинка капнула Сильверу на нос. Полукровка резко открыл глаза и приподнялся, встревоженным взглядом сразу же обведя улицу. Мысли забили по сознанию, и с каждым новым таким ударом Сильвера сильнее затягивало в пучину скользкой тревоги. Небо содрогнулось, тучи начали нещадно мучать землю слезами. Сильвер бежал, не зная, куда, и оказался на высоком холме. Стемнело, город зажигал первые огни.

«Спаситель! Несмотря на все геометрические линии города и то, как давит на него этот дождливый вечер, он захлёстнут природой. Отсюда это так бросается в глаза... Неужели я один это вижу? Неужели нигде какой-нибудь другой зверь не стоит на холме и не видит у лап своих город, что поглотила утроба природы? Впрочем, какая мне разница? Что я могу ей дать?»

Луна молча смотрела сквозь прозрачные облака и висела так низко, будто ничего не мешало Сильверу дотронуться до неё.

«Я буду выть на луну, быть может, хоть она меня поймёт?»

Луна наблюдала за тем, как он захлёбывался мольбами и дождём. Она будет холодно и недосягаемо молчать, а Сильвер будет кричать и разрывать пальцами землю, проливая серебряные слёзы.

«Луна, звёзды, планеты, природа... Вселенная, что ты? Куда бы я ни пошёл - ты всегда на месте, ты всегда чинно смотришь на меня чрез завесу сражения дождя и ветра и молчишь. Ты созерцаешь? Я чувствую, как грохочет небо, как оно вот-вот упадёт на землю. Ты улыбаешься?.. Там, на той стороне?.. Скажи, Вселенная... Ты находишь покой в моей боли?»

За спиной парня бескрайние поля, город внизу, дремучий лес и гора будто бы где-то очень далеко.

«Я не хочу в Аврору! Слышишь меня, луна?! Я не найду там конца! Я не глупец, я не безумец!»

Ветер реял, бросая разрытую землю парню в морду, а сам он на вершине холма.

«Я молю, забери меня к себе! Я вцепился в свою мокрую шерсть, дождь безжалостно хлещет по моей спине. Я готов перекричать небо, сорвать себе глотку. Пускай молния ударит прямо в меня, но я не хочу вниз! Услышь меня, забери!»

А дождь всё идёт, хлопая Сильвера по мордочке.

«Древние Жители Аурума, жившие при Спасителе, были правы, когда сказали, что всё родилось из Тьмы и Хаоса. Серебряное око, ты слышишь? Смотри, как дёргается моё жалкое тело... Луна, забери меня в вечный Хаос, я обрету в нём покой...»

Недостижимая луна словно бы с сарказмом ему ответила: «Я с тобой, гибрид. Я всегда с тобой».

Стук закрывшейся входной двери показался Сильверу таким громким, что он невольно зажмурился. Когда он вошёл в дом, Мэри уже ждала сына на пороге. Лапы крольчихи были скрещены на груди, а в правой лапе она держала телефон.

- Сын, будь любезен ответить на мой вопрос. Зачем тебе нужен телефон?

Сильвер виновато опустил глаза.

- Прости, я сейчас... - полукровка в спешке переоделся и побрёл на кухню с сумасшедшим желанием сделать хоть один глоток воды.

Он открыл кран и неспешно налил в стакан воды, тогда же Мэри появилась рядом.

- Я звонила тебе много раз. - сказала крольчиха и посмотрела вниз. - Почему у тебя все штаны грязные?

- Я упал в реку. - слишком спокойно ответил он и начал пить, прокручивая в голове воспоминания о том, каким же мистическим образом он сумел вернуться домой, хотя до этого дорогу совершенно не знал.

Долго думать Сильверу не пришлось, так как за его словами незамедлительно последовала реакция матери:

- Что? Ты упал в реку?!

- Там было неглубоко, мы с Лаймой быстро обсохли. - только успел пробубнить полукровка, как получил кухонным полотенцем по морде. - Ну, мам!

Со смехом Сильвер успешно отбился лапами от полотенца.

- Это уже никуда не годится, ты ведь можешь заболеть. - вместо того, чтобы поругать, запричитала Мэри. - Вы с Лаймой каждый день вытворяете что-нибудь ненормальное, совсем не думая о последствиях!

Сильвер смотрел на маму, не моргая. Он слушал и чувствовал, как ком в горле отступил и как расслабилась натянутая в груди струна. Полукровка ополоснул стакан под краном и убрал обратно в шкаф, затем решая уйти к себе в комнату.

- Я согласна, что проводить время с подругой веселее, чем вечно сидеть дома, но надо же соображать. Одного только не пойму...

Когда Мэри заговорила о Лайме, Сильвер, едва ступив на лестницу, остановился.

- Что ты в ней нашёл?

- Себя.

Глава 5 «Покров невинности»

Сильвер упал на кровать, жадно насыщая воздухом лёгкие. На душе парня оставался неприятный осадок после ссоры с Лаймой. Он верил, что следующее утро окажется серым, унылым и таким же обычным, как до встречи с ней. Янтарные глаза полукровки смотрели вглубь комнаты, что на самом деле было не так важно. Лунный свет, бивший из окон, образовывал на полу причудливые узоры. Почти каждые пять минут Сильвер хватался за телефон, но потом тут же его убирал, так и не осмеливаясь написать Лайме. Он очень хотел помириться, но из-за своей дурацкой логики считал, что волчица больше не захочет читать его сообщения. В итоге он не написал ей ни слова, хотя его сердце горело. Засыпал Сильвер плохо и спал плохо. Он постоянно ворочался, смотрел в потолок и, казалось, видел там совсем не то, что могли бы увидеть остальные. На самом деле полукровка видел дом, в котором он родился и вырос. Ещё в первую неделю после переезда в Аврору, Сильвер начал замечать, что довольно часто просыпается по ночам от звуков, будто бы его кто-то зовёт, но никого он не видел.

«Духи сновидений, явитесь ко мне, заберите, убейте. За то, что я урод. За то, что её люблю...» - вместе с этими мыслями полукровка уснул.

Время на часах давно перевалило за полночь. Темноту скромного домика прорезали уличные огоньки, просачивающиеся сквозь окна и падающие на стены бликами. Неожиданный звонок посреди ночи прервал беспокойный сон юноши. Кому Сильвер понадобился? Ночь же на дворе... Полукровка подорвался с места, но тут же замер, глядя на экран телефона.

- Алло? - испуганно выдохнул он.

- Сильвер? Это я... - отозвался с другой стороны знакомый, наполненный страхом и болью голос.

Ходят легенды, что под покровом ночи таится нечто, способное убить лишь одной мыслью, и этот монстр - любовь. Влюблённость - порыв чувств, эмоциональный коктейль возбуждения, желания и боли, который смешивается в страх. Это не страх любить, а боязнь настолько сильного желания быть рядом с тем, ради кого ты готов подставить себя к дулу пистолета, при этом не пустив ни слезинки.

- Во имя Спасителя, Лайма, не молчи! Тебе плохо?! Я сейчас же позову на помощь! - Сильвер начал срываться на крик, когда долго не мог услышать от неё ни слова.

- Прости, что звоню так поздно... - очередной раз всхлипнув, тихо начала Лайма.

Когда она плакала, её голос будто терялся, от того парню становилось не по себе. Нет, даже не так, печальный голос Лаймы просто убивал его. Сильнее чувства беспокойства его охватывала злость от одной мысли, что кто-то посмел обидеть Лайму.

- Прошу, Сильвер, давай созвонимся по видеозвонку...

- Что случилось?

- Мне страшно...

- Звоню.

Он сбросил трубку, готовясь увидеть на экране телефона мордочку подруги. Пока гаджет включался, Сильвер пробежался по комнате в поисках верхней одежды, в которой собирался её встретить.

- Привет, Лайма. - негромко произнёс полукровка, сидя на своей кровати в широкой белой майке.

Сперва он увидел, как Лайма пальцами убрала солёные слёзы и, в попытке успокоиться, сделала глубокий вздох. Затем он обратил внимание на её закрытые глаза, а также на то, как она медленно приоткрывала пасть.

- Прости меня, Сильвер, я поступила ужасно, бросив тебя!

Полукровка остолбенел, а Лайма просто плакала, как маленькая девочка.

- Теперь я поняла, что ты нужен мне. - тут она запнулась, глядя на него сквозь маленький экран. - Прошу, останься. Я понимаю, как это всё некрасиво звучит... Я такая дура, прости!

Сильвер закусил губу. Одна его половина требовала немедленно положить трубку, другая изнемогала от тревоги и желания помочь.

- Лайма, я не в обиде.

- Я сглупила. Была бы возможность вернуть время назад, то не сделала бы этого.

- Хватит просить прощения. - мрачно сказал он, прижавшись спиной к стене. - Ты ни в чём не виновата. Та наша поездка на мотоцикле была ошибкой... Я ошибся, когда только заговорил с тобой... Знал ведь, что всё так и будет.

- Мне очень не хочется, чтобы наша история закончилась недоразумением. Это правда, что ты мой единственный друг. Сейчас у меня нет никого, кроме тебя. Но даже если бы я могла позвонить кому-то другому, я бы всё равно набрала твой номер. - она вновь разрыдалась, никак не успевая стирать бегущие слёзы. - Я зря ругалась на тебя, не разобравшись... Хочу заслужить твоё прощение. Теперь я не усну спокойно, пока ты не простишь меня!

После этих слов Сильвер мечтал сгореть со стыда, раз посмел думать о том, что его подруга пыталась причинить ему зло.

- И ты меня извини. - сказал юноша. - Чувствую себя виноватым за ту боль, из-за который ты плачешь. Я сделаю всё, чтобы вернуть твою улыбку.

- Сильвер, случилось кое-что... - с отчаянием в голосе проговорила она. - Случилось кое-что, из-за чего я на самом деле сейчас плачу.

На долю секунды Сильвер нахмурился, пытаясь понять, что же заставило волчицу плакать.

- Расскажи мне. - сказал он. - Я хочу узнать, в чём дело.

В этот момент Лайма вновь подумала о том, насколько ей повезло с таким добрым другом. Она были уверена, Сильвер поддержал бы её в любой ситуации.

- Мы с отцом поругались... Из-за денег. У нас их не хватает, поэтому он хотел продать мой мотоцикл, но я отказалась. Я убежала к себе, заперлась, теперь сижу в своей комнате и никак не могу успокоиться!

В глубокую ночь все жители Авроры уже давно крепко спали. Только двое друзей разговаривали друг с другом по телефону.

- Сильвер, я правда не понимаю, почему моя мама любила его. Что он сделал для неё хорошего? Я же прекрасно видела, что он не работал, только пил, а мама пахала на работе, чтобы мы могли нормально жить.

Полукровка сидел за столом, рядом с ним горел ночник. Он внимательно слушал подругу, а его лапы понемногу тряслись.

- Отец не понимает, что другим тоже бывает больно. - рассказывала Лайма. - Он не верит мне, когда я говорю о своих проблемах, думает, будто у меня их просто не может быть! - ненадолго её обида и печаль сменились гневом. - Этот мерзавец уже дрыхнет, а я...

Женский голос задрожал с новой силой, но вдруг Сильвер серьёзным тоном сказал:

- Лайма, поверь мне. Я знаю, каково тебе сейчас, и каково это - плакать, прячась своей комнате, чтобы никто не мог тебя услышать. Ждать, пока все уснут, чтобы можно было свободно разорваться на куски. Из-за того, что всё слишком ранит тебя. Ты мечтаешь, чтобы кто-нибудь пришёл и спас тебя от ужаса, но никто не приходит... Потому что никто никогда не приходит.

Он говорил неспешно, аккуратно подбирая каждое слово.

- Сильвер, мне так её не хватает...

Новый поток маленьких слёзок побежал по щекам волчицы. Лайма говорила о своей маме. Такую потерю ей не забыть никогда. В лучшем случае она будет скорбеть и со временем примирится, но её жизнь уже разделилась на «до» и «после».

- Лайма...

- Прости меня за эту чушь. - быстро сказала она, вытирая глаза.

- Всё личное не является чушью.

Она шмыгнула носом и посмотрела наверх в пустую точку.

- Я знаю, что мама назад не вернётся, отец не поможет, и мне нужно как-то жить дальше и разгребать проблемы самостоятельно... Спасибо, что всё ещё остаёшься со мной.

- Меньшее, что я могу для тебя сделать - это выслушать...

Сильвер больше не мог спокойно сидеть на месте, поэтому поднялся с кресла, начиная бродить по всей комнате. "Они" постоянно заставляли Лайму чувствовать себя слабой, когда же она сильнее любого в этом городишке. Почему все хотят использовать её и сделать ей больно? Неужели она не заслуживает счастья? Сильвер не знал ответы на мучившие его вопросы, но был твёрдо уверен, что покончит с печалью лучшей подруги. Решение было принято. Держа телефон в одной лапе, он подошёл к окну, тому самому, в которое ещё не так давно Лайма бросила камень, чтобы привлечь внимание полукровки и отправиться гулять вместе с ним. Ненадолго друзья замолчали, при этом не обрывая связь. Никто не спешил прерывать воцарившуюся в разговоре тишину. Лайма начала успокаиваться, а Сильвер засмотрелся на город. Неоновые голубые ленты на стенах домов, закручивающиеся в хитрые сплетения, освещали прилегающие клочки земли. Их дрожащий свет причудливо отражался в лужах и воде, стекающей по проезжей части. Холодные глаза фонарей мигали через один, а кто-то из них вовсе не светил. На небосводе красовалось множество ярких звёзд. Изредка слышался тихий шелест листьев.

- Посмотри. - сказал Сильвер, повернув камеру к окну. - Такой атмосферный вечер, не находишь?

- Да, но было бы лучше, если бы до этого никто его не омрачил. - попробовала издать смешок девушка, но вышло у неё это плоховато.

- Я слышу, тебе больно. - продолжил он, повернув телефон. - И вижу, что в твоих слезах ночью намного больше правды, чем в том, что ты обычно показываешь миру.

Он молча встал и, не замечая ничего вокруг, подошёл к шкафу.

- Ты можешь скрываться от кого угодно, но, пожалуйста, не скрывайся от себя.

Его взгляд бегал по книжной коллекции, которая была полна особенно любимых и впечатливших Сильвера томов. Каждый раз, когда он читал книжки, то ощущал, насколько был маленьким по сравнению с целым миром. На самом деле полукровка мечтал прожить совсем другую жизнь. Он хотел жить в домике над холодным морем или в хижине в лесу. Хотел чувствовать солёный запах моря или аромат еловой хвои. Хотел просыпаться, не ожидая от абсолютно каждого дня великих свершений. Хотел слушать тишину, чтобы она никогда больше не казалась ему напряжённой. Хотел ценить каждое мгновение, научиться самой простой магии - любить и никогда ни о чём не сожалеть. Теперь Сильвер стоял посреди комнаты, старясь поддержать Лайму, и говоря ей те слова, которые на самом деле хотел бы услышать в свою сторону.

- Лайма, я чувствую, как ты хочешь спать ночью без боли, которую не можешь изменить.

- Продолжай говорить...

Волчица в это время легла в свою постель и быстро спряталась под тёплое одеяло.

- Твой голос меня успокаивает. - сказала она. - Был бы ты ещё здесь...

- Я бы лучше спал у тебя на полу, чем у себя в постели.

Сильвер посмотрел на экран телефона, батарейки было сорок процентов, не мало, должно хватить на несколько часов. Он подвинул стул поближе к окну, поставил телефон на подоконник и уселся поудобнее, потому что знал - эта ночь будет долгая.

- Лайма, у каждого из нас своя история. У всех есть причина, почему мы именно такие, какие есть. Мы такие не потому, что нам так хочется. Кое-что в прошлом создало нас, и это невозможно исправить.

- Это как в той теории про Вселенные? Мы родились, и с тех пор абсолютно всё, что происходило вокруг, влияло на нас?

- Да, именно так.

Сильвер смущённо опустил взгляд и закусил губу. Полукровка радовался тому факту, что настроение подруги потихоньку менялось в лучшую сторону.

- Не выключайся. - попросила Лайма с грустным взглядом.

- Я буду с тобой всю ночь. - без тени сомнения ответил он. - Ни за что не прерву звонок, тогда-то ты увидишь всё. У меня есть истории, которые я хочу тебе показать.

- Как же ты их покажешь?

- Я стану рассказывать, а ты только представляй.

Лайма улыбнулась.

- Буду рада послушать сказки. - она перевернулась на спину и тихо хихикнула. - Включаю свою фантазию на полную!

Сильвер спокойно, в своём неторопливом темпе начал рассказывать:

- Всякий раз, едва ты взглянешь на меня, я чувствую, что встречал тебя в прошлой жизни, и мы дружили с тобой столетиями. Я был мореплавателем, лично прибывшим на край света, дабы отыскать самое бесценное сокровище на свете, но то была ты, и я забрал тебя с собой. Однажды ты была крестьянкой, а я обезображенным героем, который спас тебя не за красоту, а просто потому что на моих глазах ты, сама мучаясь от голода, отдала свой хлеб обездоленному.

Полукровка привстал на стуле и открыл окно, впуская свежий порыв ветра, что даровал ему прекрасное ощущение насыщенности.

- Если детям рассказывают легенду о второй луне Аурума, то, скорее всего, она о тебе. Когда-то ты была превращена в космическую пыль попаданием астероида. Эта пыль покрыла нашу планету золотыми осколками, за что в итоге получила своё название. Планеты до сих пор шепчутся о том, как ты быстро сошла со своей орбиты и спасла мне жизнь.

- Друг, просто возьми и напиши книгу. - сказала Лайма, не переставая удивляться его лирическому дару.

- Ха-х, я бы с радостью... Когда-нибудь... И посвящена эта книга будет девушке с усталой душой и беспокойным сердцем.

На экране телефона Лайма выглядела такой печальной и одинокой.

- Надеюсь, что ты найдёшь в себе смелость вынести всё то, через что тебе приходится пройти. - мимолётно Сильвер дотянулся до записной книжки на столе и открыл её, дабы большую часть из сказанного изложить на бумагу, а то ведь ещё забудет, что и как говорил.

С щелчком ручка припала к поверхности страницы в клеточку. Ему больше нравилось писать стихи, чем прозу, потому что иначе его слова, словно камни, падали с неба и разбивали все иллюзии. Но сейчас он был так взволнован, что ему было не до рифм.

- Твой взгляд такой особенный, потому что в одной из прошлых жизней я украл с неба звёзды и поместил их в твои глаза. Стоит мне поднять голову, поймать твой взгляд, отблеск голубой луны, обращённый всегда ко мне, и сердце из груди выпрыгивает. Оно бьётся так быстро, когда я пишу тебе «Привет». Едва дышу, представляя, что всё это время я был путешественником в поисках ничего, но вот моё сердце стучится мощнее, потому что я вспоминаю, кого я искал и за чем шёл.

- Почему я не помню тебя? - спросила она, чувствуя бегущие по телу мурашки.

- Ты не помнишь, потому что я очень хороший парень и не хочу, чтобы ты грустила. Ведь в этой жизни я хочу только одного - чтобы мы были друзьями.

- Значит, мы помирились?

- Конечно.

Лайма улыбнулась и кивнула головой, а в груди её разливалась приятное тепло. Глаза девушки были такими большими, а взгляд таким нежным, что Сильвер налюбоваться не мог.

- Я так хочу, чтобы у тебя не болело... - как бы ему не хотелось, но от всех проблем по щелчку пальцев не избавиться. - Завтра мы снова пойдём в школу. Будет тяжело, но мы пройдём через это, обещаю.

Лайма, лёжа на боку, повернула голову в сторону своего окна и посмотрела на луну. Друзья были в разных местах, жили на разных улицах, но оба могли наблюдать за ней. И чувствовать друг друга, как если бы были вместе.

- Сильвер, это смешно прозвучит, но я хочу быть такой, как звёзды на небе. - она произнесла это так, будто говорила о чём-то крайне важном, что могло бы изменить всю её жизнь. - Звёзды быстро и смело двигаются вперёд, когда покидают родное небо.

- Лайма, они падают.

- Да! Без оглядки, без сожалений, без истерик. Мне бы только покинуть Аврору, и всё будет хорошо...

- Я бы хотел забрать тебя в самый уютный город и заставить навсегда забыть, что такое печаль.

- А ты знаешь его название?

- Нет, но я найду его.

- Сильвер, что с нашими отношениями будет дальше?..

- Я не знаю, Лайма. - закрыв глаза, ответил он с горечью в голосе. - Я не знаю...

Удивительно быстро дыхание Лаймы стало мирным и глубоким, а через несколько минут она почувствовала, что начинает засыпать. Но важнее сна для неё было сказать другу главное:

- Эй, спасибо, что ты существуешь.

Полукровка не понял, как с телефоном в лапе сполз со стула вниз. Это был его первый раз, когда он сидел на полу в своей комнате. Парень не знал, как ему следовало реагировать. В конце концов, он сам хотел сказать ей спасибо. Сильвер лишь улыбнулся, чего Лайме оказалось достаточно. Его улыбка была такой же искренней и светлой, как и смех, который он издавал.

- Спи, волчонок. Я буду рядом.

В ту ночь... Сильвер и Лайма стали чуточку ближе.

Глава 6 «Жестокость»

Ощутив сильный удар в область ключицы, Сильвер спиной почувствовал столкновение со стеной. Ему показалось или взаправду раздался хруст? В следующую секунду Рон, чёрный волк, ударил ему прямо под рёбра, и полукровка громко вскрикнул, больше не в силах пошевелиться. Теперь Сильвер сидел на полу, прижавшись к холодной стене и запрокинув голову назад. Из разбитой губы сочилась кровь, живот стягивала опоясывающая боль, а ощущение собственной никчемности росло, завязывая внутри узелок из горечи и обиды.

После окончания уроков, едва Сильвер ненадолго остался один, как его тут же схватили под лапы и силком потащили в самый дальний мужской туалет. На самом деле он уже свыкся с подобными происшествиями. Его можно было легко поймать в абсолютно любом месте.

Говорят, к плохому привыкаешь, но эти удары, пинки и подзатыльники по-прежнему, как в первый раз, отдавались в голове коротким: «Ненавижу». Звон в ушах перебивал очередные насмешки, которые накаляли обстановку, а пытаться противостоять Сильвер уже не представлял смысла. Переведя дыхание, он поднял взгляд, замечая чьё-то приближение. Это был волк с коричневой шестью, появление которого вечно заставляло Сильвера вздрагивать. Два других волка, недавно тащивших полукровку, теперь отошли назад и встали за спиной своего главаря. Грег медленно подошёл к полукровке и схватил его цепкой хваткой за серую шерсть на голове.

- Ты всё ещё здесь? - грубо заговорил хулиган.

В ответ ему было молчание. Сильвер не реагировал, направляя взгляд на коленки.

- Сам напросился.

Когда волк замахнулся, Сильвер наконец-то очнулся. Его лапы быстро устремились к голове - всего лишь банальная защита.

- Вставай! - скомандовал Грег, и Сильвер послушно приподнялся, но не успел и разогнуться, как следующий удар откинул его на землю.

Волк нанёс ещё несколько ударов, но бедняга сдержал стон. Тогда Грег заметил, что полукровка начал смотреть ему прямо в глаза. Волка это разозлило. Карие глаза обидчика налились яростью, приобретая более насыщенный оттенок.

- Думаешь... Ты уйдёшь целым, Соул?

Сильвер облизал разбитую губу и со слабой усмешкой сказал:

- Не огорчайтесь сильно, ребята, но ваш шанс самоутвердиться за счёт моего унижения провалился.

- Я удивлён, что за всё это время ты так и не научился держать язык за зубами. - оскалился Грег.

Сильвер вызывающе взглянул на него, приподнимая бровь.

- А я поражён, что ты научился говорить. С твоими-то умственными способностями. Знаешь, жизнь сюрпризов полна.

- Ты можешь выпендриваться сколько хочешь. - волк сощурился, нависая над полукровкой. - Но факт остаётся фактом: тебе пора валить из Авроры туда, где обитают подобные тебе.

- Нет, факт в том, что ты такой же уродливый внутри, как я снаружи, Грегори Сэлтон.

Взгляд всех волков удивлённо обратился к говорящему, и Сильвер сам себя захотел ударить по губам, когда вслух произнёс это. Воцарилась тишина, но полукровка был готов поклясться, что белый волк по имени Барт собирался ему поаплодировать. Морда Грега искривилась в зверском оскале, после чего он вовсе перестал себя контролировать. На полукровку посыпалось множество ударов, из-за чего всё внутри Сильвера задрожало. Глотая воздух, он терпел каждый удар по морде, летал по сторонам, но молчал. Вставая на задние лапы, снова падал из-за пинков. Слышал сумасшедший смех, оскорбительные слова. Он был один. Бить Сильвера доставляло Грегу удовольствие и вместе с тем добавляло волку злости. В какой-то момент полукровка перестал убегать и звать на помощь. Для волка это стало некой игрой, которую необходимо выиграть - выбить из полукровки хотя бы одну слезинку. По крайней мере сейчас коричневый волк единственный в их школе, кто так старательно издевался над ним, не считая двух подхалимов, что помогли поймать полукровку. Грег ненавидел Сильвера настолько сильно, что порой не мог остановиться, нанося удар за ударом. Рон с довольной ухмылкой наблюдал за тем, как отморозок калечит беззащитное тело. Несколько минут назад он сам этим занимался, но сейчас отдал Сильвера в полное распоряжение своего "босса".

- Так его, Грег! - поддержал низкорослый.

У Рона была привычка постоянно что-то вертеть в лапах. Однако ни ручки, ни столовые приборы, ничто не выглядело и не двигалось в пальцах чёрного волка так естественно и органично, как небольшой нож-бабочка. Он порхал между пальцев парня, тихо позвякивая, и изредка ловил по лезвию блики света.

- Эй, Барт, а как же ты? - поинтересовался Рон.

Самый высокий и крупный из трёх волков с идеально белой шерстью был подальше от всех. Уже некоторое время Барт пытался поджечь сигарету, но каждый раз не получалось. Стоял он спиной, будто вовсе закрыв глаза на происходящее. Грег бил полукровку, да с такой силой, что крики его разносились по всей школе, но никто бы не прибежал Сильверу на помощь. Барт понял, что доверить его Грегу и Рону было худшим и неправильным решением. Полярный волк надеялся, что хоть кто-то откроет дверь мужского туалета, вмешается и прекратит это... Но ничего не менялось. А Барт не смел помочь.

- Ты ничего не сделаешь?

- Мне плевать. - сказал Барт дрожащими губами и наконец-то смог сделать одну затяжку.

В глазах друга вспыхнуло осуждение. Чёрный волк смотрел на него, как на пустое место, а затем просто отвернулся обратно к Грегу. Коричневый волк одним резким движением впечатал одноклассника в стену и сжал его шею. Сильвер начал задыхаться, и Грег ослабил хватку, давая ему осесть на пол.

«Когда это кончится?..» - проносится в голове полукровки.

Костяшки пальцев выделились алым цветом на тёмных шерстинках из-за попыток Сильвера драться.

- Барт, я думал, тебе с нами интересно. - до самых локтей отмывая лапы от крови под холодной водой, заговорил Грег. - Забавное же дело!

- Прости, друг мой. - ответил Барт, отворачивая морду. - Смеяться над убогими, которых уже обидела природа, не в моих принципах.

«Как и всегда, он в своём репертуаре» - хмыкнув, подумал коричневый волк.

- Банда! - внезапно засуетился Рон, как только его голову озарила просто блестящая, по его мнению, мысль. - Ребята, я придумал. Чем просто мы оставим этого гибрида здесь, лучше пусть и другие на него посмотрят! Ха-ха-ха!

«О нет...» - только успел подумать Сильвер, как в следующее мгновение оказался подхваченным на лапы.

Три хулигана потащили полукровку на крышу школы. При каждой попытке вырваться или закричать, волки затыкали Сильверу пасть и били его. Когда они вывели его на воздух, он полностью ощутил пронизывающий ветер, что сильными порывами проникал до самых костей. Сильвер ёжился, вздрагивал и осматривался.

- Подвесим его с крыши школы, пускай все увидят этого урода во всей красе! - продолжал хихикать Рон.

Силы покидали избитое тело. Загнанный в угол Сильвер остановился перед обрывом и быстрым взглядом исследовал края крыши. Он обернулся, его взгляд сфокусировался на довольном прищуре карих глаз и изломанных в усмешке губах. Единственный видимый выход был за спиной Грегори, и Сильвер лучше других знал, что уж его-то волк никогда мимо себя не пропустит. Полукровка силился сказать хоть что-нибудь, но забыл все слова, и то, как из них составляют предложения. Ему было страшно. Губы зашевелились - хищник что-то сказал, совсем неслышно, а Сильвер не умел читать по губам. Он лишь беспомощно смотрел и безмолвно умолял позволить ему уйти с этой крыши.

- Грег, я прошу тебя... - на выдохе простонал Сильвер.

За главаря банды ответил чёрный волк:

- Говори громче, а то тебя не слышно!

- Прекратите!

Волки оглянулись и увидели Лайму. Придя на крышу, она с ужасом смотрела то на своего несчастного друга, то на его мучителей.

- Перестаньте! Что вы делаете?! Зачем?!

- О, Лайма, ты как раз вовремя! Не хочешь присоединиться? - ухмыльнулся Грег и попытался поймать Лайму, но та ответила ему пощёчиной.

Однако на этот раз коричневый волк успел перехватить женскую лапу и оттолкнул свою бывшую девушку. Грег тут же начал закипать, эмоции были нестабильны, контролировать себя ему удавалось плохо.

- Отпустите его! - закричала волчица, на что хулиганы лишь засмеялись.

- Лайма, не ломайся ты. Только взгляни на него! - Грег направил лапу на избитого Сильвера, и девушка с жалостью снова посмотрела на него. - Зачем тебе заступаться за такое ничтожество? Жизнь так коротка, а мы... - Грег спокойно взял её за лапу, посмотрев в разгневанные голубые глаза. - Такие, как мы с тобой, не должны обращать внимания на жалкий мусор. Но от мусора стоит иногда избавляться, иначе он начинает вонять! - Грег взял волчицу за талию и притянул к себе, почти касаясь её груди.

Он улыбался ей, как вдруг почувствовал холодное прикосновение к подбородку. Грег замер, а в его глазах читался настоящий ужас. Друзьям коричневого волка захотелось узнать, что же происходит, но как только Грег, отпустив волчицу, сделал шаг назад и поднял лапы вверх, они тут же всё поняли. Лайма медленно отошла от бывшего парня, продолжая направлять на него пистолет.

- Да он ненастоящий! - выкрикнул чёрный волк.

- Хочешь проверить? - угрожающе спросила Лайма, на что Рон лишь нервно сглотнул.

- Шутки шутить?! Опусти его! - громко сказал напуганный Грег.

- Оставь Сильвера и уходи! - приказала она. - Иначе твои мозги перепачкают всю крышу.

- Парни, уходим!

Рону и Барту лишний раз объяснять не пришлось, они тут же бросились к выходу. Коричневый волк осторожно обошёл Лайму, не поворачиваясь к ней спиной, после чего поспешил удалиться, захлопнув за собой дверь. Когда волки сбежали, Лайма бросилась Сильверу на помощь. Полукровка медленно поднялся со словами:

- Я в порядке...

Юноша облокотился о выступ и устало вздохнул.

- Нельзя тебе здесь оставаться. - сказала Лайма, беря его под лапу. - Пойдём, Сильвер, я помогу.

Уроки закончились, школа опустела, кроме охраны никого не было. Тишина будто украшала коридоры своим звонким молчанием. При поддержке подруги Сильвер шёл, тяжело глотая слюну с привкусом крови. Проведя языком по рядам зубов, он на всякий случай удостоверился, что те ещё целы.

- Лайма... - полукровка холодными пальцами, что заползли под одежду, обнимал собственную талию, надеясь хоть немного унять боль. - Ты помнишь, о чём вчера спросила меня, прежде чем уснула?

- Нет. Я помню наш разговор, но вот последнее забыла. А что я тебе сказала?

- Да ничего такого. - ответил парень, как вдруг зашипел от боли в боку.

- Побереги силы, друг. Нам сюда!

Она остановилась возле первого попавшегося кабинета, а Сильвер облокотился одной лапой о стену. Девушка дёрнула дверную ручку, но та не поддалась.

- Кабинет закрыт, Лайма.

- Это не проблема.

Волчица опустилась на колени, чтобы замочная скважина оказалась как раз на уровне её глаз. Блэквуд полезла в свою сумочку и сперва достала некий инструмент, внешне походивший на крючок для вязания. Поместив инструмент в замочную скважину и взяв ещё один, Лайма начала колупаться в замке. Пока серая волчица его вскрывала, глаза Сильвера устало закрывались, но он всё же мог наблюдать за процессом.

- Кто тебя этому научил? - спросил он.

- Грег. - коротко и ясно ответила Лайма.

«Да, точно... Она же когда-то с ним встречалась...» - Сильвер не мог понять, почему его вдруг одолело неприятное чувство, ведь он давно, как считал сам, смирился с этим простым и естественным фактом.

- Давай же... - взмолилась волчица, проталкивая инструменты в замочную скважину, а затем услышала тихий щелчок.

Радостно выдохнув, Лайма плечом подтолкнула дверь, которая без труда открылась. Она помогла войти другу в небольшой кабинет и сесть на стул.

- Жди меня здесь, никуда не уходи. То есть... Короче, ты понял! - сказала она и убежала.

Сильвер терпел боль и не торопил подругу, потому что прекрасно видел, как на самом деле сильно Лайма была напугана. В маленьком кабинете стрелки часов раздавались в голове парня хаотичным звоном. Спустя пару минут, запыхавшись от беготни, серая волчица вернулась в кабинет с аптечкой в лапах.

- Вот! Потерпи немного, я сейчас всё сделаю.

Лайма осторожно начала обеззараживать раны друга. Порой полукровка морщился от неприятных ощущений, но в целом девушка делала всё аккуратно.

- Тебе не больно? - спросила она.

- Терпимо. - отозвался тот, прикусив губу острыми клыками. - Откуда у тебя пистолет? - спросил он, чтобы отвлечься.

- У отца взяла. - ответила Лайма, налепив очередной пластырь.

Иногда Сильвер всё же шипел от боли, когда ватка, смоченная спиртом, прикасалась к его царапинам. Девушка успокаивающе дула на раны, из-за чего его тело покрывалось мурашками.

- Где ты научилась так хорошо обрабатывать раны?

- Была необходимость. - ответила волчица, и вдруг на её мордочке появилось смущение. - Тебе нужно снять рубашку...

Полукровка быстро расстегнул все пуговицы и стянул с себя верхнюю одежду, оставаясь только в брюках. Вскоре Лайма начала делать перевязку. Аккуратно бинтуя торс Сильвера, девушка опять же старалась не сделать ему больно.

- Не представляю, насколько сильным нужно быть, чтобы вынести это. - обеспокоено прошептала волчица. - Я боюсь боли и никогда не смогу её терпеть. - сказала она, тревожно наблюдая за его реакцией.

Сильвер тяжело вздохнул и отвернулся.

- Всё нормально. Не стоит беспокоиться. Я уже привык. - ответил он. - И спасибо тебе за заботу.

Лайма кивнула. Она осторожно начала бинтовать ему лапы. Девушка следила за тем, как Сильвер морщился от боли.

- Я могу чем-нибудь помочь? - спросила волчица, когда закончила бинтовать лапы, но друг лишь отрицательно покачал головой. - У меня просто слов нет, сколько в тебе терпения.

- У тебя есть другие слова, которые я хотел бы услышать. - сказал ей Сильвер.

- О чём ты?

- Ой, то есть... - запнулся он. - Ты знаешь, я хочу тебе кое-что сказать...

Лайма улыбнулась и подняла на него взгляд. Сильвер казался ей красивым... Он был прекрасен, и Лайма понимала это, но он был ещё и одинок. Одинокий юноша, который не знал, что такое любовь. В чьих глазах отражалась боль.

- Ты не знаешь, но это не всё. Я чувствую, что что-то происходит. Что-то, что я никогда не испытывал прежде. Как будто внутри меня что-то меняется. И это не приносит мне много боли. Это просто... - Сильвер не договорил, а лишь смотрел на волчицу, будто не мог выразить словами то, что чувствовал.

- Всё будет хорошо. Ты сильный, ты выберешься из всего этого.

Парень больше не слышал, что говорила подруга. Он посмотрел на свои лапы и почувствовал, что они стали ему какими-то чужими. Это было самым ужасным. Сильвер был более чем уверен в том, что у него больше не хватит сил физических и моральных, чтобы дальше терпеть боль. Однако парень продолжал твердить что-то невнятное, лишь бы не молчать. А Лайма в свою очередь пыталась успокоить его, как могла.

- Мой лучший друг, ответь честно, разве я зря тут с тобой нянчусь? Даже дую тебе на ранки, как маленькому. - хихикнула она.

Сильвер посмотрел на себя. Действительно, его бинтовали, как ребёнка. Повязка была аккуратно закреплена, а поверх неё были наложены ещё несколько слоёв марли.

- Да уж, не представляю, как ты это делаешь. - впервые за этот день Сильверу удалось улыбнуться. - Ты позволила мне вновь погрузиться в воспоминания о детстве.

- Правда? - изумилась волчица.

Парень утвердительно кивнул.

- Однажды во время игры в бейсбол...

- Ты играл в бейсбол?! - удивлённо воскликнула Лайма, сперва не поверив в услышанное.

- Да, и выигрывал.

- Чего же ты бросил? - сразу задала она вопрос, но поразмыслив дольше двух секунд, до неё дошло. - Ой... Кажется, я догадалась...

- В общем, я упал и едва не сломал себе заднюю лапу. После этого я долго хромал. В тот день я так сильно хотел домой, что даже заплакал. Тогда пришла мама, взяла меня на лапы и сказала: «Не плачь, мой маленький». И я сразу же перестал плакать и начал улыбаться.

- Так это лапы бейсболиста?! - в восхищении Лайма не удержалась и сжала холодные ладони полукровки в своих тёплых лапах.

Сильвер замолчал и даже не дёрнулся. Вроде бы в её жесте не было ничего необычного, тогда почему так быстро забилось его сердце? Волчица опустила глаза, но Сильвер успел заметить, что те были расширены, как у кролика, готового попасть в ловушку.

«Она чего-то боится» - подумал он.

- Лайма?..

Взгляд одноклассницы забегал из стороны в сторону. Лайма дёрнулась, убирая свой слишком любопытный нос от его пальцев.

- Что бы ты делал, если бы мы не познакомились? - спросила она и тут же закрыла пасть, когда поняла, что сказала лишнее.

Сильвер молча смотрел на неё, а потом просто медленно покачал головой.

«Это невозможно» - к большому удивлению парня мысли о том, что нужно сказать Лайме о своих чувствах, не принесли ему облегчения.

Напротив, стало хуже, потому что он понял, что не может и не хочет произносить эти слова. В его глазах появилось выражение, которое было волчице слишком хорошо знакомо. Девушка нервно сглотнула и, поёжившись, опустила голову.

- Не надо об этом думать. - сказал он, сразу почувствовав себя виноватым.

Лайма посмотрела на него очень серьёзно, а потом вдруг улыбнулась, показывая крепкие и здоровые зубы.

- Легко сказать! Повернись, пожалуйста. Мне нужно обработать тебе спину.

Сильвер выполнил то, что она попросила.

- Я закончила. - через некоторое время сказала она, убирая бинты. - Шрамов не будет, только синяки.

- Спасибо тебе. - застёгивая пуговицы белой рубашки на себе, он с грустным видом повернулся к волчице. - И прости меня, что оказался таким бесполезным.

- О чём ты говоришь? - не понимала Лайма.

- Нервы всегда были на пределе. Мне очень жаль, я всегда обеспокоен тем, что обо мне думают другие. Хотелось бы просто укрыться от этого мира... Внешность и деньги решают всё.

- Каким бы ты ни был, ты поистине прекрасен.

Сильвер удивлённо уставился на подругу.

- Хватит извиняться за то место, что ты занимаешь в этом мире. Твоё существование - не ошибка.

Это было так неожиданно, что Сильвер даже немного растерялся. Он не думал, что Лайма так быстро поймёт его, и всё же он чувствовал, что её слова - правда. Именно сейчас пришло осознание простой истины: на протяжении нескольких лет Сильвер совершал одни и те же действия, и ничего в его жизни не менялось.

«У меня всё получится. Обязательно получится»

- Спасибо за всё, Лайма.

- Ой, да ладно. Ты ведь мой лучший друг. К тому же, ты постоянно меня спасаешь!

- Значит, мы в расчёте. - засмеялся полукровка, но замер, уставившись на свои лапы.

- Что такое?

- Как я вернусь домой в таком виде?..

- Тогда пойдём ко мне! По дороге перекусим. Позвони и скажи своей маме, что до вечера будешь у меня в гостях. - предложила волчица.

- Давай. - согласился полукровка, но тут же осёкся, пожалев о сказанном.

Он занервничал, ведь никогда раньше ни у кого не был в гостях, тем более у девушки.

- Тогда пошли. - не дожидаясь ответа, девушка развернулась, направляясь к выходу.

И Сильвер заново пошёл, вцепившись в её лапу, как за спасательный трос. В скором времени ребята проехали половину города.

- Вот и моя комната! - сказала волчица, открыв дверь и, что было ей свойственно, по-хозяйски плюхнулась на стул, запрокидывая задние лапы на стол, сметая бумажки.

При этом Лайма курила, держа последнюю сигарету за фильтр, а Сильвер, что неудивительно, неуверенно вошёл вслед за ней и осмотрелся. Её комната довольно просторная. В середине стояла большая кровать, рядом письменный стол, на котором были небрежно разбросаны какие-то безделушки, неподалёку расположилось множество небольших тумбочек. Стены полностью обвешаны плакатами со знаменитостями. Повсюду валялись модные журналы. Большой шкаф внутри стены и два окна, из которых открывался вид на задний двор. Всё здесь находилось в лёгком беспорядке и не на своих местах.

- В самый раз для отдыха. - прокомментировал Сильвер.

- Давай устроим свою вечеринку?! Я сейчас включу музыку!

Лайма подошла к тумбе, на которой стоял магнитофон, и поставила музыку на полную громкость.

- Ты нормальная?

- Да-да, я сумасшедшая на всю голову! - волчица запрыгнула на кровать. - Расслабься, не думай о плохом, потанцуй! Что, не умеешь? Зажигай, друг!

Музыка сменилась резким аккордом гитары, когда Лайма опустила взгляд на Сильвера, который начал неуверенно двигаться.

- Да, забудь обо всём! - громко сказала волчица.

И вот сейчас он - семнадцатилетний, танцующий с всё такой же чудаковатой подругой под дикую музыку, доносящуюся из её стереоустановки.

- Лайма, ты дома?! - вдруг услышали они чей-то голос, который донёсся с первого этажа.

- Выключи музыку! - крикнула Лайма, спрыгнув с кровати, и Сильвер мигом выключил магнитофон, а она вовремя бросила окурок в окно. - Мой отец вернулся!

- Лайма, сколько раз я говорил тебе не включать этот мусор?! - кричал отец, будучи явно не в добром расположении духа.

- Вообще-то я уже всё выключила! - крикнула она в ответ.

- Я поднимаюсь к тебе, нам предстоит важный разговор!

- О нет! - сказала волчица и взглянула на Сильвера. - Извини, я думала, что он вернётся поздно. Тебе нужно спрятаться, сейчас же! Джек убьёт меня, если увидит тебя!

- Лайма, что ты там делаешь? Сейчас же открой! - сказал волк, уже стоя за дверью, но Лайма держала её за ручку, не разрешая войти.

- Успокойся, я просто переодеваюсь, ясно? - ответила волчица. - Сильвер, спрячься! Быстрее!

Полукровка в панике не придумал ничего лучше, кроме как залезть в шкаф.

- Лайма, открой!

- Чёрт... - Лайме неохотно пришлось впустить отца в свою комнату.

Полукровка прижался к стене и замер, а когда он услышал, что дверь открылась, то затаил дыхание.

- Что ты тут делаешь? - спросил взрослый тёмно-серый волк.

- Я мерила одежду! Твоя паранойя просто ужасна. - раздражённо ответила Лайма.

Она спокойно присела на кровать, пока отец подошёл к её столу и посмотрел в окно.

- Мой пистолет пропал. - Джек перевёл взгляд на дочь. - Ты украла его?

- Я не брала ничего из твоих вещей.

- Тогда куда он мог пропасть?!

- Не знаю, может быть, во время очередной пьянки ты сунул его себе в зад и забыл об этом? - рассмеялась Лайма.

- Как ты со мной разговариваешь?! - разозлился Джек. - Так, чем это пахнет? - волк принюхался. - Ты снова куришь?!

- Конечно, курение, алкоголь, а сейчас огнестрельное оружие. Ты рехнулся!

- Скажи мне правду, ты курила и взяла мой пистолет?!

- Не брала я его! - воскликнула Лайма, встав с кровати. - И я давно бросила курить!

- Ладно, но если я узнаю, что это ты взяла пистолет, мало не покажется!

Лайма всегда опасалась взгляда Джека. Очень уж у него были выразительные серые глаза, и теперь в них такая тёмная злость появились, что девушке хотелось просто плюнуть волку в морду, убежать и никогда больше в этом доме не появляться. Или хотя бы не доводить отца. Но она доводила.

- Хватит обращаться со мной, как будто я подчинённая! - не выдержав, воскликнула Лайма.

- Я твой отец и имею право обращаться с тобой так, как захочу!

- Ты не мой отец! - закричала она.

Джек ударил её так сильно, что слёзы против воли выскользнули из глаз волчицы. Щека горела, будто кипятком облитая. На лапах Лайма не устояла, её сразу отбросило на кровать. Сердце сжалось и бешено заколотилось. Она надеялась, что отчим наконец оставит её в покое, но вдруг он рывком оторвал лапу волчицы от больной щеки, схватил девушку за горло, впиваясь когтистыми пальцами, и притянул к себе, заглядывая в глаза.

- Ты совсем страх потеряла?! Отец я тебе или нет, но ты считаешься моей дочерью. Ты что, решила, тебе всё можно? Думаешь, взрослая стала?!

- Джек, не надо, я всё поняла. - тихо ответила она, выжимая слова из сжатого горла.

- Мне надоело твоё неуважение. Придётся тебя наказать. - на устах волка заиграла ухмылка, не предвещавшая ничего хорошего.

- Ч-что?.. - трясущимися от страха губами спросила Лайма.

Когда она оправилась от удара, то приподняла голову. В этот же момент дверь в её комнату захлопнулась.

- Эй! - волчица слезла с кровати и подбежала к двери, начав дёргать за ручку. - Ты что удумал?!

- Тик-так, Алмаз, тик-так! - громко пропел Джек, отдаляясь от двери всё дальше и дальше.

За этими словами последовал жуткий смех из коридора.

- Лайма?.. - вылезший из шкафа Сильвер обеспокоено дотронулся до девушки, которую бросило в дрожь.

- Извини за эту сцену... - сказала она и вытерла слёзы.

- Прости, что не заступился за тебя...

- Было бы хуже, если бы он увидел тебя.

- Что ты сейчас будешь делать? И почему он сказал: «Тик-так, Алмаз»? - обеспокоено спросил полукровка и тут же почувствовал, как она вздрогнула.

- Я не хочу делиться деталями своей жизни, чтобы меня потом жалели. - прямо ответила Лайма, сжав ладони в кулаки.

- Ты можешь мне всё рассказать.

- Потом...

- Ты не доверяешь мне? - на мордочке Сильвера появилось недоумение.

Лайма смутилась.

- Дело не в этом. Пойми меня правильно, сейчас тебе лучше просто вернуться домой. Можешь перелезть через окно, я помогу спуститься.

- Я никуда не уйду, пока ты мне не объяснишь. - твёрдо стоял на своём парень.

- Ты должен уйти!

На некоторое время комната погрузилась в молчание. Сильвер шокировано уставился на подругу, а она сгорала со стыда.

- Прости меня... Я бы хотела признаться, но не могу...

- Я готов помочь. - спокойно сказал он. - Ты только скажи.

Лайма не ответила, лишь грустно опустила голову. С этажа ниже раздался громкий голос Джека:

- Лайма, ты собираешься?!

- Чёрт его подери... - раздосадовано произнесла волчица и распахнула окно.

- Позвони мне потом. - напоследок сказал он первое, что пришло в голову.

Парень больше не стал уговаривать Лайму, хотя чувствовал себя паршиво от того, что попросту бросает её. Сильвер быстро перелез через окно на задний двор и в последний раз взглянул на одноклассницу. Волчица улыбнулась ему, но затем, вновь услышав Джека, быстро захлопнула окно и скрылась из виду. Полукровке не оставалось ничего, кроме как одиноко потопать домой. Его окутало максимально странное чувство того, что на самом деле он вовсе ничего не знает о своей лучшей подруге. Может быть, это хорошо, что не знает. Сколько ещё тайн скрывает Лайма? И кто она на самом деле?..

Глава 7 «Миссия спасения»

Под проливным дождём со шквальным ветром ехал на велосипеде полукровка семнадцати лет от роду. Короткую серую шерсть с рыжими пятнами беспощадно трепал ветер, но ему было глубоко наплевать. Немыслимо, на что ему пришлось пойти - украсть велосипед! Дождевая вода вылетала из-под колёс брызгами. Кофта, рубашка, брюки - вся его одежда промокла насквозь. Немного не справившись с управлением, велосипед ушёл вбок, но Сильвер выровнял руль и уверенно продолжил путь. Снова приключения, снова погоня. Только в этот раз не Сильвер пытался скрыться, а именно он преследовал машину. В этот момент ему были не интересны изредка проезжающие рядом автомобили, что целиком обрызгивали его водой, а также ноющая боль в задних лапах. Он был обязан отыскать Лайму любой ценой.

«Я не хочу туда ехать, ты меня не заставишь! Пусти меня, мне больно!» - со слезами на глазах кричала волчица, когда Джек насильно запихивал её в машину.

«Если ты не прекратишь вырываться, то я сломаю тебе лапу!» - злобно прорычал в ответ волк.

Как оказалось, Сильвер совсем не зря спрятался возле мусорного бака, чтобы проследить за ними. Тогда же полукровка немедленно оседлал чужой велосипед и помчался вперёд.

Снова мимо пронёсся автомобиль, обрызгав Сильвера холодной грязной водой. Он поёжился и встряхнулся, продолжая через силу крутить педали. Колёса чувствовали каждую кочку на большой скорости. И вдруг у парня громко зазвонил телефон. Сильвер даже не сбрасывал вызов, телефон в кармане продолжал трезвонить, пока вовсе не замолчал. Перед янтарными глазами парня широкая трасса расплывалась и мутнела от дождя.

«На словах ты герой, Сильвер, но хотя бы раз возьми и прояви себя, как мужчина! Спаси её!» - он не собирался останавливаться.

Пришла мысль, что каждый день - это всего лишь новое испытание. Вся жизнь проходит незаметно, но вдруг его сознание переворачивается полностью, когда в голове звучит голос Лаймы: «Это правда, что ты мой единственный друг. Сейчас у меня нет никого, кроме тебя». В настоящий момент у него был только украденный велосипед и неумение нормально проезжать ямы, а это очень плохая комбинация, тем более, когда едешь по местности, которую даже не знаешь. Опустив взгляд вниз, Сильвер в очередной раз задумался, но его мысли прервал сигнал автомобиля и свет ярких фар.

«Лайма, я сделаю всё, чтобы вернуть твою улыбку»

Полукровка резко повернул руль в сторону, но не рассчитал силы и больно ударился задней лапой об ограждение у края дороги.

«Ты мечтаешь, чтобы кто-нибудь пришёл и спас тебя от ужаса, но никто не приходит... Потому что никто никогда не приходит»

- А-а-а-а-а-а-а! Чёрт!

Сильвер не перелетел, а именно перевалился через ограду. Велосипед всё ещё оставался на дороге, в то время как парень повис у крутого обрыва, ухватившись за столбики ограждения. Но сил в лапах, как и во всём теле, не было совсем. Продержаться удалось недолго, и Сильвер покатился вниз. Его подбрасывало вверх на каждой кочке, но приземление было таким же болезненным, как при падении с высоты трёх метров. Большие и маленькие, тупые и острые камни впивались в тело полукровки, оставляли то синяки, то ссадины, а после веток низкорослых кустов появились ещё и несколько царапин. Остановился Сильвер в самом низу в паре метров от дороги.

«Я лузер. Почему я вообще решил, что справлюсь?»

Грязь была повсюду, и Сильвер лежал в ней. Подняться с мокрой от дождя земли оказалось невыполнимой задачей, не говоря уже о том, чтобы пошевелить хоть одной лапой.

«Эй, спасибо, что ты существуешь»

Будто в тумане знакомый голос протяжно зазвучал:

- Помогите!

Слегка приподняв голову и прищурившись, перед янтарными глазами парня всё потихоньку приобретало очертания и краски, в том числе большого здания на отшибе города. Вдалеке Сильвер разглядел огоньки неоновых и цветастых вывесок, но не прочёл, что на них было написано, а сразу начал вставать. Облокотившись о какое-то дерево, он потряс головой, чтобы окончательно прийти в себя после падения. Лужи на дороге блестели и переливались разными цветами. Только поднявшись, он заметил заехавшую на автостоянку машину Джека. Волк грубо вытащил Лайму за шкирку. Она старалась утирать слёзы, пока следовала за волком, а иногда он сам подталкивал её вперёд к двери. Это явно был не главный вход, но перед ним стоял бурый медведь-охранник.

- Лайма! - испугавшись за подругу, Сильвер перебежал через дорогу, но потом резко остановился.

В очередной раз услышав всхлип девушки, Джек злобно прикрикнул на неё, отчего она замолчала. Видимо, охранник узнал их двоих, потому сразу же впустил. А Сильвер, притаившись, чтобы его не заметили, задумался над тем, как бы ему попасть внутрь. Полукровка обошёл здание и вдруг нашёл маленькое окошко, которое, должно быть, вело в подвал. Повезло, что размеры парня позволяли ему легко пролезть. Едва он протиснул свой зад, как тут же грохнулся на кафельный пол. Потирая ушибленную голову, Сильвер поднялся и увидел, что попал в ярко освещённый туалет. Здесь никого не было, что, наверное, хорошо. Полукровка посмотрел на себя в зеркало над раковиной и понял, что был весь в грязи, как будто выбрался из канавы.

- Ну и вид! - подумал он, умылся и смыл грязь. - Я выгляжу так, что даже смотреть противно. Весьма забавно, что на меня и в чистой одежде смотрят с презрением.

От своей полностью испорченной белой рубашки он благополучно избавился, бросив её на пол. Морда у него была мокрая, шерстинки лежали беспорядочно. Полукровка понятия не имел, куда именно попал, а потому для скрытности накинул капюшон.

- Лайма, я иду к тебе. - Сильвер глубоко вздохнул и вышел из туалета.

Оглушительная музыка и сумрак, разбавленный яркими вспышками разноцветных ламп, на пару секунд лишили его всех органов восприятия разом. Постепенно зрение привыкло к бьющемуся в агонии освещению, а уши - к громким басам из динамиков под потолком. Он даже начал различать отдельные голоса на этом кошмарном фоне - пьяные, громкие, пытающиеся перекричать музыку.

«Никогда бы не подумал, что тайком проберусь в ночной клуб» - испуганно подумал юноша.

Сильвер неприязненно огляделся. По углам стояли небольшие столики, по середине зала большая сцена и танцпол, а плюсом ко всему были немного развратные танцы и сексуальные девушки на сцене. Барную стойку переполняли разнообразные виды алкоголя и других напитков. Кстати, о барменах...

- Извините, я ищу одну девушку. - обратился он к молодой барменше - пышной свинке.

Полукровка аккуратно взобрался на высокий стул напротив барной стойки, следя за тем, чтобы не упасть, а то с его везением всего можно было ожидать.

- Если ты пришёл за девочками, тогда тебе нужно в частную зону. - ответила барменша и указала в сторону. - Но туда только по списку.

Едва повернув голову, Сильвер издалека заметил, как его плачущую подругу куда-то уводит Джек.

- А ты не слишком юн?.. - решила поинтересоваться свинка, но не успела она это сказать, как Сильвер с криком: «Лайма!» бросился за волчицей через толпу.

Быстро пробираться было очень трудно, но неожиданно полукровку волной вытолкнуло из скопища народа к нужному месту. Он незаметно проскользнул мимо охранника и прошёл по небольшому коридору, туда, куда направился Джек. Сильвер прижался к стенке и закрыл глаза, а когда дверь впереди открылась и туда прошло несколько зверей, он успел пробраться внутрь закрытой от всех комнаты. В помещении было ужасно душно. Интерьер неплохой: светло-серые стены, чёрный пол, абстрактные картины, большая стеклянная люстра на потолке. Неестественное фиолетовое освещение от множества неоновых светильников показывало частички пыли, которые танцевали нежный танец, но музыка была здесь грубая и резкая, да и играла она всего лишь для создания атмосферы. Спрятавшись за чёрным кожаным диваном, Сильвер впервые в жизни обрадовался тому, что был мелковат. На мгновение он успел увидеть, что на креслах сидели несколько незнакомых ему взрослых волков в деловых костюмах. В их диалоге полукровка сумел расслышать и голос Джека, но сидел Сильвер рядом с колонкой, так что сквозь музыку получалось услышать лишь отрывки фраз:

- Что там с деньгами, Джек? - спросил один из волков, сидевший в самой непринуждённой позе.

Галстук этого бизнесмена был развязан и болтался на шее.

- Ну, что можно сказать... - серый волк Джек неловко улыбнулся, почесав за затылком.

Сильвер не расслышал его невнятный ответ, но что было куда важнее - волк уселся как раз в том чёрном кресле, за которым нервно прятался полукровка. Внезапно музыка перестала играть. Подросток панически прижался всем телом к спинке кресла, стараясь не издать ни звука. Все остальные в комнате тоже затихли, когда из колонок донеслось тиканье часов. Постепенно этот звук перешёл в спокойную мелодию. Вдруг волки завороженно ахнули, ведь им явно понравилось то, что они увидели. Любопытство взяло над Сильвером верх, и тогда он чуть приподнялся, дабы взглянуть, что могло вызвать у волков такую реакцию. И он остолбенел, напрочь забыв, как дышать. В противоположной части комнаты на небольшой сцене, встав в красивую позу и держась лапами за шест, стояла... Лайма. В её взгляде читались печаль и безнадёжность, она через силу старалась улыбаться. Волчица провела лапой по длинному шесту и, соблазнительно обняв его задней лапой, откинула голову назад. Она глубоко вздохнула. Её голова кружилась от запаха дорогих сигарет и алкоголя. Сильвер хотел отвести взгляд, но не смог противостоять желаю смотреть на неё. Серая красотка игриво сбросила с себя кофточку, представляя публике своё прекрасное тело. Танцевала она лишь в кружевном бюстгальтере и в чёрной короткой юбочке. Ах, а как она двигалась... Лайма была минутным вожделением, красавицей, что будоражила сердце и заставляла разум умирать. Каждый мужчина в этой комнате отдал бы всё на свете за один её поцелуй. Один из важных волков держался смело и делал вид, будто ему всё равно, однако полуобнажённая красавица не уходила от его взгляда. Следя голодным взглядом, он сглотнул, когда она облизнула губы... Одурманенных донельзя мужчин переполняло восхищение. Все хотели прикоснуться к ней. И при этом каждый из них уверен, что сегодня ночью она точно будет принадлежать лишь ему. Лайма прогнулась, закинула лапы за голову, стала спускаться по шесту, скользя вниз, широко развела задние лапы и почти села на шпагат. Немного приподнявшись, волчица встала на колени, запустила лапы в серую шерсть и, прогибаясь, коснулась грудью пола. Все оценили её навыки. Стриптизёрша заметила, как зрачки волков то расширялись, то сужались, достигая наивысшей степени возбуждения. Волчица эротично сделала последний шаг в сторону зрителей и повернулась спиной. Её пальчики вошли за пояс юбки, а та в свою очередь неторопливо стала спускаться вниз, мягко огибая бёдра.

- О, да... - сорвалось из уст одного из волков, когда он увидел красавицу в полуметре от себя.

Лапы автоматически потянулись, но Лайма сразу же хлопнула его по пальцам.

- Смотреть можно, но лапами не трогать. - сказала она и отступила к сцене.

Оставшись в нижнем белье, волчица перешла в завершающую стадию танца, вскоре сделала последнее движение и застыла вместе с мелодией. Волки громко поаплодировали на прощание, но Лайма быстро удалилась из комнаты. Тем временем Сильвер по-прежнему оставался в неудобном месте без шанса уйти. Он был в полном непонимании от увиденного.

- Как же твоя девчонка хороша, Джек! - громко сказал один из волков и выпил очередной бокал дорого напитка. - Алмаз шикарна!

- Я многое о ней слышал, но даже представить не мог, что Алмаз настолько красива. - произнёс более молодой волк.

- Ха-ха, вы правы. - ответил им Джек.

- Блэквуд, у меня есть к тебе предложение. - позвал его тёмный волк, что сидел по центру и, если Сильверу не показалось, то это он спрашивал у отчима Лаймы про деньги.

- Слушаю.

- Я прощу тебе часть долга, если ты продашь Алмаз мне на одну ночь.

Ради приличия Джек сначала состроил удивлённую морду, но потом расплылся в неприятной улыбке до ушей.

- Прежде чем я отвечу, хотелось бы кое-что добавить.

- И что же? - приподняв бровь, спросил бизнесмен.

- Она девственница.

Волки удивлённо переглянулись.

- Это правда. - сказал Джек. - Вы мне не верите? Да хоть к врачу бегите и проверяйте, но я вас уверяю - она невинна.

- Отлично набил цену... - пробормотал самый молодой волк.

- Хорошо. - ответил ему новоиспечённый покупатель. - Это меняет дело. Я прощаю тебе все долги, а ты отдаёшь мне Алмаз.

- По лапам! - в ответ радостно крикнул Джек.

Волки вновь стали пить и что-то громко обсуждать между собой. Выслушав их разговор, Сильвер поклялся, что не позволит плохому случиться. Полукровка выскользнул из комнаты, чтобы как можно скорее разыскать Лайму.

- Где она может быть?.. - спросил у себя парень, окидывая взглядом переполненный животными клуб.

Неожиданно кто-то резко схватил его за капюшон и поднял высоко над землёй. Испуганный Сильвер встретился мордой с огромным бурым медведем.

- Так-так, кто это тут у нас? Несовершеннолетний в ночном клубе для взрослых. - сделал вывод охранник. - Что ты вообще за кролик такой?

- Прошу, отпустите меня!.. - подал голос Сильвер. - Мне нужно найти кое-кого, и я сразу уйду! Обещаю!

- Так ты не один тут?! - медведь разозлился ещё больше. - Ну всё, парень, ты попал!

Он уже собрался унести его куда-то, но Сильвер дёрнулся и легко вылез из собственной кофты. Охранник удивлённо уставился на предмет одежды, а затем, негодуя, побежал за её владельцем. Полукровка специально пошёл через толпу, дабы притормозить медведя, пока сам пробирался гораздо быстрее. Очутившись в другой части большого клуба, рычащий медведь растерянно пытался отыскать мальчишку, который вовсе куда-то пропал.

Лайма находилась в своей гримёрке, сидела в одном только в нижнем белье и собиралась переодеться, но эмоции из девушки просто хлынули наружу.

- Почему?.. Почему это происходит со мной?! - кричала волчица.

Она продолжала утирать слёзы уже полностью мокрым платком. В какой-то момент Лайма подняла взгляд на зеркало, и её сердце пропустило удар, когда она увидела позади себя силуэт. Волчица обернулась и испуганно прошептала:

- Сильвер?..

- Да, это я. - ответил полукровка, стоя перед ней.

- Ты видел?..

- Да.

Они просто смотрели друг на друга, затем Лайма вновь потёрла глаза.

- Ты теперь меня ненавидишь?.. - она грустно усмехнулась.

- С чего бы? - удивился парень.

- Ты теперь знаешь, чем я занимаюсь... - сказала поднявшаяся со стула волчица и завязала на себе белый халат.

- Я знаю, что ты это делаешь не по своей воле. Тебя Джек заставляет.

- Нет...

- Лайма, я был в той комнате и слышал его разговор с волками. Он собирается продать тебя одному из них на одну ночь в уплату долга.

Лайма уставилась на друга. Её начало трясти, как от холода.

- Почему всё именно так?.. - слезинки снова потекли из глаз девушки.

- Лайма, я помогу тебе. Мы можем убежать, но сначала расскажи мне всё, как есть, прошу.

Волчица не видела призрение в глазах одноклассника, только жалость и искренне желание помочь.

- Что с тобой случилось? - спросила она, окинув взглядом его перепачканные штаны, а также обратив внимание на вовсе отсутствующую на нём верхнюю одежду.

Подойдя к напольной вешалке и начав перебирать висящую на ней одежду, друг стал рассказывать:

- Я отправился в погоню за вашей с Джеком машиной на ворованном велосипеде, кубарем скатился вниз по склону мордой в грязь и "подарил" непутёвому охраннику свою кофту. - Сильвер разглядел подходящую по своему размеру голубую майку и взял её в лапы. - Можно взять?

- Да, конечно.

Дождавшись ответа взволнованной волчицы, друг-полукровка быстро переоделся в эту простую майку без рисунков.

- Сильвер, зачем ты отправился за мной?

- Разве ты не знаешь, как переживает моё сердце за тебя?

Лайма могла поклясться, что была готова простить ему его безрассудство и прижаться к израненному телу. Но она лишь скептически взглянула на парня, пряча лапы в широких рукавах халата.

- Ты серьёзно хочешь знать? - спросила волчица. - Не засмеёшь?

- Засмею? - Сильвер повернулся к ней и встал ближе. - Ты разговариваешь со зверем, который пытался спрыгнуть моста! Хуже не будет. Я никому не скажу, даю слово. Но я должен знать, ведь тебе нужна помощь.

- Джек - не мой отец. - немного поколебавшись, всё-таки начала рассказывать Лайма. - Моя мама от другого забеременела... Джек ещё до моего рождения подозревал, что она ему изменяла, потом решил сделать тест на отцовство и окончательно убедился. Он меня ненавидит. Для него я игрушка, с которой можно играть, как захочется. Он пил, делал ужасные вещи... Мама долго терпела, но потом она... - вспомнив о самом болезненном периоде в своей жизни, девушка злобно оскалилась. - Ненавижу его! А несколько месяцев назад он придумал, чтобы я танцевала для его дружков! У Джека много долгов, он не работает, а заставляет меня. На эти деньги мы и живём... Я танцую под ту дурацкую мелодию с часами, а мой псевдоним «Алмаз».

- Так вот что означало: «Тик-так, Алмаз».

- Да, я занималась танцами на шесте и раньше, а этот гад решил на этом подзаработать. Я бы могла сбежать, но он сказал, что найдёт меня и... - не договорив, она снова заплакала.

- И? Лайма, как он угрожал тебе?

- Он... Он... Где-то год назад он напился и очень сильно меня избил... Мне казалось, что умру... Всё обошлось, но я долго не могла ходить в школу из-за синяков... - рассказывала волчица. - Я не могу сбежать. Джек сказал, если я убегу, то он найдёт меня, изнасилует и убьёт... - она упала на колени и захныкала.

Сильвер обнял её, чтобы успокоить.

- Лайма, мы сейчас же едем к тебе домой, ты соберёшь свои вещи.

- Что ты сказал? - не поверила она своим ушам.

- Я не потерплю, чтобы с моей лучшей подругой это продолжало происходить. - уверенно сказал парень, глядя ей прямо в глаза.

- Но... Где я буду жить? И на какие деньги?..

- Ты будешь жить со мной. Знаю, как это может прозвучать, но у меня нет злого умысла.

- И это ты меня сумасшедшей называл?! - воскликнула Лайма.

Неожиданно он схватил её за плечи и твёрдо заявил:

- Отныне ты будешь танцевать только для меня!

Волчица с широко раскрытыми глазами уставилась на парня.

- Э-э-э... - он вдруг понял, что ляпнул и, смущённо отскочив назад, хотел объясниться. - Я имел ввиду...

- Я поняла. - Лайма улыбнулась и нежно взяла его лапу. - Я буду танцевать только для тебя, Сильвер. - она крепко обняла друга. - Спасибо.

- Пока не за что. Не знаю, как отреагирует моя мама, но с Джеком ты не останешься. Поживёшь у меня, потом посмотрим... Тебя защитить я смогу.

Вдруг дверь в гримёрку резко открылась.

- Лайма, надевай свой самый лучший наряд и готовься, тебя ожидает лучшая ночь в твоей убогой жизни! - пропел Джек, еле-еле стоя на лапах от количества выпитого им алкоголя. - А ты ещё кто?.. - не понял волк, увидев незнакомого зверя.

- Я - её друг! - крикнул Сильвер и схватил Лайму за лапу.

Они выбежали прочь из комнаты, попутно сбив Джека с лап, из-за чего тот громко упал на пол.

- Ах вы твари! - проорал волк и побежал за ними.

Друзья как можно быстрее двигались к выходу. Выбежав из здания и не обратив никакого внимания на кричащего охранника, они незамедлительно бросились к машине Джека. Угон автомобиля? Сильвер выходит на новый уровень безумств! Следом из клуба выбежал Джек, яростно выкрикивая ругательства.

- Чёрт, чёрт, чёрт! - нервно повторяла Лайма, заведя машину ни с первого раза.

Тёмно-серый волк успел только кинуть пустую бутылку, которая с треском разбилась, перепугав сидящих в машине подростков. Из-за этого Лайма резко вдавила педаль газа в пол, и они тронулись с места.

- Быстрее! - скомандовал Сильвер, когда друзья вместе вбежали в дом.

Лайма мигом достала с верхней полки шкафа синий чемодан и принялась кидать в него одежду. Сильвер тоже помогал, складывая и убирая одни вещи в чемодан, а другие в рюкзак девушки. Когда всё уже было собрано, они услышали, как к дому громко подъезжает чья-то машина. Пьяный водитель резко затормозил, сбив пару мусорных баков.

- Думали, что сможете так просто уйти?! - прокричал Джек, выскочив из машины.

- Сильвер, остановись! - Лайма до смерти перепугалась, когда друг начал спускаться на первый этаж.

- Я разберусь. - только ответил он.

Внизу полукровка встретился с Джеком. Они враждебно уставились друг на друга.

- Урод, решил забрать её у меня?! - рявкнул волк.

- Она не твоя собственность! - выпалил Сильвер.

Джек выпустил когти и набросился на парня. Сильвер быстро оказался прижатым к полу, но он не растерялся и стал бить Джека задними лапами прямо в живот. Волк схватил полукровку одной лапой за морду, а другой ухватил его заднюю лапу. Сильвер начал царапаться и в какой-то момент нанёс волку удар по шее. У Джека сразу потекла кровь, он ухватился за рану, что дало полукровке возможность подняться. Мужчина опустил лапу и увидел собственную кровь.

- Гадёныш... - прорычал Джек и стал наступать, чтобы атаковать.

- Стой! - потребовала Лайма.

Отчим повернулся и увидел, что она направляла на него его же пистолет.

- Всё-таки ты его украла... - волк сделал шаг назад.

- Стой там, не двигайся, иначе выстрелю! Только попробуй что-нибудь сделать!

Джеку пришлось молча повиноваться и лишь наблюдать за ними. Лайма не переставала целиться на отчима, пока Сильвер выносил её чемодан и рюкзак на улицу. Спустя некоторое время Лайма выехала к другу на мотоцикле, а сам полукровка сел позади неё. Друзья в последний раз взглянули на смотрящего на них сквозь окно Джека, затем перекинулись взглядами, кивнули друг другу и решительно устремились к дому Сильвера. Лайма припарковала мотоцикл недалеко от дома Соулов. По мере того, как друзья приближались к нужному месту, Лайма чувствовала, что её охватывает страх, хотя, казалось бы, худшее уже позади.

- Так, а теперь заходим максимально тихо... - предупредил её друг, поднимаясь на крыльцо.

Сильвер ключами открыл входную дверь. Медленно зайдя вовнутрь, друзья увидели, что свет был потушен, а в коридоре никого нет.

- Всё нормально, можно идти. - выдохнул Сильвер, но тут же пожалел об этом, когда свет резко включился.

- Ты! - вскрикнула Мэри, увидев сына, и бросилась к нему. - Сильвер, подлец, где ты был?! - в ярости закричала крольчиха. - Я уже все больницы и морги обзвонила!

- Мне звонить ты не пробовала? А, точно, у меня же телефон выключен...

- Ты!.. - хотела было что-то сказать негодующая мать, но вдруг заметила стоявшую в дверях Лайму.

Волчица с огромным рюкзаком на спине до сих пор была одета только в халат, а в своих лапах несла чемодан.

- Здравствуйте, мисс Соул... - неловко улыбнулась она.

- Какого чёрта?.. - растерялась крольчиха и тут же перевела взгляд на сына.

- Мама, можно мы с тобой поговорим наедине? - попросил Сильвер. - Я всё объясню.

- Нет, скажи мне сейчас.

По обеспокоенному виду волчицы Мэри поняла, что случилось что-то страшное.

- Очередной вечер с погоней? - предположила крольчиха.

- Нет... Почти... Да... - сначала неуверенно отвечал Сильвер. - В общем, у Лаймы возникли проблемы с её отцом, они поссорились... Серьёзно поссорились. Может ли она пожить у нас какое-то время?

- Это шутка?

- Нет, мама, я серьёзно.

Мэри повернулась к волчице и сказала ей:

- Не занимайся ерундой, возвращайся к себе домой и помирись с отцом.

- Я не могу...

Лайма уже не знала, как себя вести. С одной стороны, она прекрасно понимала, что Мэри вряд ли обрадуется её появлению, а с другой - юная волчица просто понятия не имела, куда ей податься, если её прогонят.

- Меня не волнует, хочешь ты или нет. Ты ведь просто сбежала из дома!

- Ей грозит смертельная опасность! - неожиданно ворвался в разговор Сильвер. - Если она вернётся домой... - ему было страшно даже представить. - Мама, Лайма останется здесь.

- Мисс Соул, прошу, можно я останусь у вас всего на пару дней, пока не найду себе где жить? - решила сама сказать волчица. - Пожалуйста, мне некуда больше идти...

Лайма сжала край халата, начиная трястись от страха, ведь всего по одному слову крольчихи она могла оказаться на улице. Девушка зажмурилась, ожидая, что на неё накричат, но в действительности всё оказалось наоборот.

- Проходи, не стой на пороге.

Волчица удивилась, но сразу же послушно прошла дальше, волоча за собой чемодан.

- Лайма, ты переоденься, а я пока заварю чай. - любезно сказала крольчиха. - Заодно мы с Сильвером поговорим. - она очень строго посмотрела на сына. - Он-то мне всё и расскажет.

Друзья переглянулись. Увидев уверенный взгляд Сильвера, Лайма решила полностью довериться ему. Полукровка не боялся изложить маме историю. И не потому, что хотел её успокоить, а потому что она очень хорошо всё понимала. Крольчиха слушала, не перебивая, иногда кивала головой.

- О Спаситель... Сильвер, ты хоть понимаешь каким зверям мог перейти дорогу?! А если они придут за Лаймой сюда? Об этом ты подумал?!

- Нет. - честно признался полукровка. - Но что мне оставалось делать? Как будто ты не догадываешься, что они могут сделать с Лаймой. Я не отдам её никому.

- Послушай, Сильвер, с момента нашего переезда происходит много странных событий, и ты был раньше совсем другим...

- Каким, мама? Неудачником? Я должен был помочь ей. Я ни о чём не жалею.

- Почему ты так боишься за неё?

- Потому что она дорога мне, мама!

- Она дорога тебе? - удивлённо переспросила Мэри. - Ты хороший мальчик. Я горжусь тобой. Но ты должен понять, что у всего есть последствия.

- Значит, Лайме можно остаться?

- Естественно. Что я, по-твоему, тиранка? - усмехнулась она.

- Спасибо! Спасибо, мама, спасибо!

Парень запрыгал от радости, а затем поспешил к подруге, чтобы сообщить ей эту замечательную новость.

- Спасибо Вам ещё раз, что разрешили мне остаться. - уже в который раз повторила Лайма.

- Пустяки. - ответила Мэри.

Они были на кухне. Перед девушкой-подростком стояла простая белая чашка. Принюхавшись, волчица уловила аромат ромашки и ещё каких-то незнакомых трав.

- Что это? - спросила она.

- Тебе стоит отдохнуть, а это настой для хорошего сна. - стянув со спинки соседнего стула плед, сказала Мэри. - У меня есть тысяча рецептов на любой случай, так что не стесняйся и обращайся.

Сделав глоток, Лайма была удивлена, как эта "травяная бурда" могла оказаться столь приятной на вкус. Тёплая чашка чая грела ладони. Волчица со вздохом опустила голову.

- Я так устала... - призналась она шёпотом.

Лайма продолжила пить чай, всё глубже уходя в свои мысли. Царившая вокруг атмосфера была для неё такой непривычной, что даже настораживала. Дом семьи Соул был пропитан тишиной и уютом. Кажется, никто не потревожит покой его хозяев. Их дом - это их крепость.

- Tout est pour le mieux dans le meilleur des mondes possibles. - неожиданно произнесла Мэри.

Волчица вопросительно устаивалась на крольчиху, не понимая значения этой фразы. Она вовремя вспомнила слова друга, сказанные им во время одной из прогулок: «На самом деле мы с моей мамой одинаково странные. Когда встретишь её, будь готова к колкостям на французском языке».

- Что Вы сказали?

- Всё к лучшему в этом лучшем из миров. - повернувшись к ней, перевела Мэри.

- Какие красивые слова. - сказала восхищённая Лайма, подумав, что это было совсем не похоже на колкость.

Волчица включила телефон и тут же увидела множество пропущенных звонков от Джека. Ей стало неприятно на душе. Она убрала гаджет, даже не собираясь читать полученные от него сообщения.

- Что у вас с Сильвером? - задала вопрос Мэри, заинтересованно посмотрев на волчицу.

- Простите?..

- Ты поняла, о чём я.

- Ничего такого... Мы просто друзья! - неуверенно ответила Лайма, но её выдавала неловкая улыбка.

- Ой, что-то тут не чисто. - улыбнулась крольчиха.

- Что Вы, ничего такого между нами нет!.. Вроде бы... - волчица опустила глаза.

- Ну да, конечно. Вам вместе стелить?

- Нет!..

- Значит вместе. - засмеялась Мэри и вышла с кухни.

Лайма улыбнулась, понимая, что это была всего лишь шутка. Она взглянула на время и захотела пойти спать. Решено было дать волчице лечь в гостиной на раскладном диване. Размеры дивана были для неё явно маловаты, но что поделать? Уже заходя в комнату, Лайма начала раздеваться, совершенно позабыв, что там находится Сильвер.

- Ого... - услышала она голос друга, стоя перед ним в штанах и лифчике.

- Чёрт... - тихо выругавшись, девушка повернулась к нему мордой. - Так и будешь смотреть? - спросила она, когда полукровка уже довольно долго не сводил с неё глаз.

Сильвер смущённо опустил взгляд на пол, а девушка откровенно смеялась в душе. Лайма открыла чемодан и хотела найти что-то подходящее для сна. Единственное, в чём можно было спать, так это удлинённая футболка. Хотя назвать её удлинённой язык не поворачивался, но выбор был не велик. До сих пор стоя в джинсах и лифчике, Лайма подумала, остаться ли ей переодеваться здесь или же уйди в ванную? Волчица решила немного подразнить друга и осталась переодеваться в комнате, повернувшись у нему спиной. Как жаль, что она не видела его физиономию в этот момент. Переодевшись в эту "длинную" футболку, девушка посмотрела на Сильвера.

- Что? - спросила волчица невинным тоном.

- Ничего... - неловко ответил друг.

Лайма плюхнулась на свежее пастельное бельё, и полукровка рассмеялся.

- Чего это ты смеёшься?

- Ты так мило сейчас выглядишь.

- Кому-то пора спать. - пробубнила девушка.

- Не думаю, что после такого я скоро усну, Алмаз. - ответил Сильвер и сел рядом с ней на край дивана.

- Согласна с тобой.

Но всего через несколько секунд она удивлённо уставилась на друга.

- Ты сказал: «Алмаз»?

- Мне нельзя тебя так называть? - заволновался он, вовсе не желая обидеть подругу.

- Нет-нет, только тебе можно называть меня так... - улыбнулась она.

Посмотрев за спину друга, ей вдруг на глаза попалось кое-что интересное.

- О! - Лайма поднялась с кровати и подошла к стоящей в углу деревянной гитаре. - Ты играешь? - спросила она, подняв инструмент.

- Немного... - неуверенно ответил Сильвер.

- Здорово, я в детстве на барабанах училась играть, но бросила, а потом увлеклась танцами. Ты любишь музыку?

- А ты любишь дышать? - усмехнулся он. - Музыка творит чудеса, будоражит кровь и заставляет жить дальше.

- Ты так красноречив. - хихикнула она и подошла ближе. - Сыграешь мне разок? - волчица протянула гитару и полукровка взял её в лапы.

- Я не думаю, что справлюсь.

- Почему? - удивлённо спросила Лайма.

- Никто, кроме моей мамы, не слышал, как я играю.

- Вот я и буду первой! Как бы ты не играл, я правда хочу послушать. Давай, мой герой, покажи себя!

Лайма уселась на кресле, искренне желая услышать игру лучшего друга. Полукровка замер с гитарой в лапах, иногда неловко касаясь струн, но при этом не издавая ни единого звука. Он переживал, ведь должен был сыграть для кое-кого особенного. Прошла ещё секунда, Сильвер глубоко вздохнул... и начал. Не отрываясь, Лайма следила за его игрой. Её завораживали ласковые, аккуратные движения пальцев по серебристым струнам. Красивые, не слишком длинные, но и не слишком короткие тёмные пальцы. Ей хотелось бы, чтобы Сильвер так нежно гладил её лапу, как он гладил свою гитару. Он просто взял инструмент и околдовал музыкой. Струнами дал жару, а мелодией поцеловал. Сама того не заметив, Лайма начала смотреть не на движения гитариста, а на выражение его мордочки. О, там было написано многое. Когда полукровка быстро перебирал струны, его брови были сведены к переносице, морда напряжена, а когда медленно, совершенно расслабленно - улыбался. Он старательно передавал каждую эмоцию своей мелодии, каждый аккорд. Как же Сильвер был красив, когда играл на гитаре. И полукровка был настоящим мастером. Волчица вдруг осознала, что, наверное, её друг - это и есть самый красивый музыкальный инструмент на свете. Лайма не следила за игрой его гитары, ведь она была ни к чему. Сильвер играл сердцем. Просто поглощённый музыкой, он играл, как дышал, не думая, просто делая. Сейчас он был соединён с гитарой. Она для него важнее целого мира. Как и Сильвер для Лаймы. Но это ещё не конец. Ещё одно точное движение лапой и Сильвер запел:

«Импульсом резким беру весть,

Изменяю в сердце тональность...»

Голос. В жизни можно влюбиться только в один голос, похожий на нежный бархат, что заставляет мурашки бежать по всему телу и забыть обо всём на свете. Волчица поймала себя на мысли, что его голос, заставляющий её томно дышать, кажется ей очень... сексуальным.

«Где моё отчаяние? Оно есть,

Притаилось за спиной, но внутри скандальность...»

Очередной куплет песни сменяется другим, и каждый раз заставляет удивляться, задаваясь вопросом: «Как ему достался такой нежный дар?».

«Теперь без труда грусть меняю на смех,

Больше не держу проходящее мимо.

Теперь не сижу в тишине от всех,

Не впадаю в тоску, с ней невыносимо...»

Но всякому наслаждению порой приходит конец. Песня феерично кончилась, оставив сладкое послевкусие. Гитарист медленно отложил свой инструмент, его движения были плавными, как тогда, когда он играл на гитаре. Он был спокоен так, будто достиг нирваны. И его спокойствие так красиво. Сильвер перевёл взгляд на подругу, которая, уставившись на полукровку, не смела произнести ни слова.

- Как тебе? - поинтересовался он.

- А-а-а, это прекрасно! - вдруг закричала Лайма.

- Ты чего? Не шуми так.

- О Спаситель... - продолжала удивляться волчица, расхаживая по гостиной. - Сильвер, я даже представить не могла, что у тебя настолько хороший голос. - восхищенно сказала она другу. - Ты просто талантище!

- Спасибо. - парень просто сиял от улыбки.

- А что это за песня? - поинтересовалась подруга.

- Моя. Я сам её написал.

- Серьёзно?!

- Мне очень приятно, но прошу, не кричи! Да-да, это моя песня.

- Невероятно... Это потрясающе! Я хочу видеть тебя на сцене. Ты должен быть там!

- На сцене? Нет, только не это.

- Разве ты не хочешь, чтобы твой невероятный голос и твою музыку услышали миллионы зверей по всему миру?

- Мне достаточно тебя. Я не желаю известности, играю и пою для себя... Теперь и для тебя.

Лайма только улыбнулась и легла рядышком с ним. Друзья даже не думали о сне. Сильвер лежал на спине, закинув лапы за голову, а его подруга не переставала болтать:

- А как ты врезал Джеку, это было что-то! - восхищённо говорила волчица.

- Я всё равно проиграл, ты всё сделала сама.

- Да, но ты заступился за меня. Спасибо.

Полукровка не ответил. Его мордочка выражала безразличие, хотя это больше походило на спокойствие.

- Сильвер, всё в порядке? - спросила у него Лайма. - Ты хмурый.

- Не хмурый, а задумчивый. - засмеялся в ответ парень.

Они какое-то время просто молча лежали и смотрели друг другу в глаза. Волчица перевернулась на спину и глубоко вздохнула.

- Я мечтаю уехать из Авроры.

Сильвер видел, как Лайма постепенно оживает. В её глазах появлялись надежда и вера в светлое будущее. Он уже не видел того страха, который был у неё совсем недавно. В свою очередь Лайма заметила, как парень потирал пластыри на своей больной лапе.

- Почему сегодня ты не защитил себя от Грега и его дружков? - спросила Лайма.

- Не смог. - ответил полукровка. - Наверное, я просто привык.

- Но ведь привыкнуть к боли невозможно. - сказала она, приняв сидячее положение. - Ты же спас меня от Джека.

- Я никому не позволю тебя обижать. - полукровка сказал это настолько серьёзно, что волчица даже удивилась. - Но... - продолжил он. - Я слаб.

- Сильвер, перестань, ты мой спаситель! Однако иногда ты не даёшь отпор...

- Не могу.

- Ты вовсе не слабак, тогда почему?..

- Потому что! - прикрикнул полукровка, а затем грустно опустил голову. - Я просто не могу... Однажды я ответил на издевательства и пожалел об этом... - он стыдливо отвернул голову. - Я причинил боль. С тех пор я боюсь отвечать на издевательства. Чтобы никого больше не ранить...

- Я не настаиваю, когда придёт время, тогда и расскажешь. - нежным голосом успокоила его подруга.

Лайма прижалась к парню и опустила голову ему на плечо.

- Сильвер, что бы ты не сделал, я всегда буду рядом с тобой. Я даю слово, что не уеду из Авроры без тебя.

- Это очень мило с твоей стороны. - полукровка взял её за лапу. - Я тоже не собираюсь оставаться в этом городе. Давай посмотрим, как сложится судьба, а потом вместе уедем туда, куда ты захочешь?

- О-о-х, Сильвер... - волчица нежно обняла друга, а он её в ответ.

Когда их глаза встретились, Сильвер был вновь поражён красотой своей подруги. Эта милая мордочка, эти светлые глазки... Только от одного её взгляда внутри полукровки будто растаял молочный шоколад и растёкся по всему телу. Сам того не осознавая, юноша осторожно расположил одну свою лапу на щеке подруги, в то время как другая коснулась линии её талии. Девушка нежно запустила лапу в его мягкую шерсть. Она почувствовала, как от напряжения ей стало не хватать воздуха.

- Прости, мне надо... - Лайма попыталась встать, но он удержал её за плечо.

Она, как и любая женщина, знала, что прикосновение мужчины к женскому телу способно заставить её трепетать. Лайма и сама хотела прикоснуться к нему, но не могла пошевелиться.

- Это не то, что ты думаешь. Я...

- Я не думаю. - перебил её Сильвер. - Я чувствую.

Её сердце билось так громко, что она почти слышала его ритм. И, наверное, это было странно. Лайма никогда не испытывала ничего подобного.

- Ты хочешь быть со мной? - спросил он, когда их пальцы переплелись.

Она молчала. Слова застряли в горле и никак не хотели выходить наружу. Тогда волчица не торопясь стала сокращать расстояние между их мордочками...

- Так, голубки, а ну-ка идите спать! - неожиданный громкий голос Мэри из соседней комнаты заставил их отскочить друг от друга.

- Да идём мы, идём! - ответил Сильвер.

Полукровка и волчица неловко посмотрели друг на друга. Парень с янтарными глазами плавно взял её лапу, поворачивая тыльную сторону ладони к себе и мягко целуя.

- Спокойной ночи, Алмаз. - ласково сказал Сильвер и слез с дивана.

- Спокойной... - тихо ответила она, проводив его взглядом.

Вырываясь из потока воспоминаний, которые держали крепко, до синяков, Лайма погружалась в тревожную полудрёму.

- А-а-а-а... - недовольно произнесла она, когда поняла, что ворочалась уже больше часа.

Девушка испробовала всё, но сон так и не пришёл. Её воспоминания о событиях этого вечера и мысль о том, что она впервые находится в доме своего друга, никак не давали ей покоя. Лайма быстро слезла с дивана и пошла искать, что надеть. Волчица накинула на себя лёгкую кофточку и вышла на крыльцо, почувствовав холодное прикосновение ветра.

- Да где же они?.. - недовольно шептала девушка, что-то разыскивая в карманах. - А, вот! - она радостно вытащила из внутреннего кармана пачку сигарет и села на ступеньку. - Ой... - грустно произнесла Лайма, увидев, что все сигареты кончились. - Вселенная, ты смеёшься надо мной? - спросила она, глядя на небо.

Девушка с досадой стукнула кулаком по ступеньке. Лайма была так расстроена, что даже не заметила, как рядом с ней на крыльце появился кто-то ещё.

- Будешь? - вдруг услышала она голос.

В испуге волчица подскочила с места.

- Мисс Соул? Я просто... - залепетала она.

- Бери. - сказала крольчиха, и Лайма увидела, что та протягивала ей сигарету.

Она неуверенно взяла её в лапу и уставилась на Мэри, которая облокотилась о деревянные перила и уже совершенно спокойно курила свою сигарету.

- Я не думала, что Вы курите...

- Тоже самое могу сказать тебе, танцовщица.

Крольчиха открыла небольшую железную зажигалку с необычным узорчатым орнаментом и протянула её волчице.

- Вы серьёзно? Или это какая-то проверка?

- Нет, ты можешь курить, а можешь не курить. У каждого есть выбор. - ответила Мэри.

Лайма зажгла свою сигарету, после чего крольчиха звучно закрыла зажигалку. Какое-то время они стояли молча, наблюдая за миром вокруг. Ночь полностью вошла в свои права.

«Такой спокойный район» - подумала Лайма.

Разъезжая на мотоцикле по ночам, она привыкла видеть город совершенно другим. Для неё Аврора - это гул, яркий свет от фонарей, болтовня, драки. Чего только не происходит на этих улицах!

- Вам нравится в Авроре? - решила поддержать разговор девушка.

- Здесь неплохо. Я родом из этого города.

- Правда? - удивилась волчица.

- Прожила здесь ровно до шестнадцати лет.

- А потом что?

- Я ушла из дома. Точнее, меня выгнали.

- Что?! Как? За что?..

- Я забеременела Сильвером в шестнадцать лет.

- Извините... - Лайма поняла, что затронула неприятную для Мэри тему.

Однако волчица уже давно подметила, что мама Сильвера выглядит слишком молодо, хотя у неё был почти взрослый сын.

- Всё в порядке. - ответила Мэри. - Моим родителям никогда не нравилось моё поведение. Могу с ними согласиться, я была той ещё "прилежной" дочерью, желающей свободы... Однажды я познакомилась с красивым красным волком. Мы стали встречаться. Он был немного старше меня. Мы много общались, глупо шутили, гуляли и вытворяли много всего чудного... Я правда до безумия его любила. Теперь уж не знаю, любил ли он меня... - она тяжело вздохнула. - Потом я узнала, что беременна. В тот момент я была напугана, но затем обрадовалась и сразу же побежала рассказывать всё своему любимому. - крольчиха ненадолго замолчала, погрузившись в воспоминания. - Никогда не забуду его взгляд... - прошептала она и потушила сигарету о перила. - Он испугался взять на себя ответственность и просто сбежал. Я пыталась найти его, но безрезультатно.

- Он обошёлся с Вами жестоко. - сказала Лайма.

- Я долго плакала. Затем наступил черёд рассказывать про беременность родителям. Они сначала стояли, как вкопанные, а потом начали меня оскорблять, как только угодно. Ладно бы я просто от какого-то кролика забеременела, так нет же, я от волка забеременела!.. И мама, и отец, и мои сёстры, - все настаивали на аборте. Я отказалась. Даже подумать не могла, что избавлюсь от ребёнка. Родители пытались меня отговорить, чтобы я не рушила себе жизнь. Они наговаривали, мол, что за чудовище может родиться от такого союза. Не такое уж чудовище, не правда ли? - усмехнулась крольчиха. - В общем, ребёнка я решила оставить, а родители прогнали меня на все четыре стороны. А я? Я молча собрала вещи и ушла. Без денег, без ничего, с ребёнком под сердцем ушла в неизвестность. Так я уехала из Авроры и воспитывала Сильвера одна. И вот, спустя много лет, снова тут.

- Почему вы переехали?

- А это, дорогая моя, тайна, покрытая мраком! - засмеялась крольчиха. - Прости, но никому не стоит знать об этом.

- Это связанно с Сильвером? Он говорил, что причинил кому-то боль...

- Слушай, будет лучше просто оставить эту тему. Мы сбежали сюда от лишних проблем, вот и всё.

«И наткнулись на новые...» - хотела добавить Лайма, но промолчала.

- Ладно, я не буду больше спрашивать Вас об этом, мисс Соул...

- Мэри. Просто Мэри. - улыбнулась ей крольчиха.

- Хорошо, мисс Соул... Ой, то есть Мэри! - неловко сказала волчица в ответ, на что они обе засмеялись.

- Не обижайся, но ты не такая плохая, как я подумала при первом нашем знакомстве в полиции.

- Ха-ха, спасибо...

- Я не против, чтобы ты пожила у нас дольше, чем пару дней.

- Спасибо Вам большое. Правда, я уже написала своей давней подруге, буду ждать её ответа. Может быть, она разрешит пожить у себя.

- Всякое бывает, так что не торопись. Всё у тебя будет хорошо, а если что, мы всегда поможем.

- Благодарю.

Хоть Лайма и улыбалась, но правда была в том, что воспоминания и тревожное чувство внутри не давали ей покоя. В тайне она молилась, чтобы Джек не пожаловал за ней в дом Соулов.

- Я хочу у тебя кое-что спросить. - вдруг серьёзно обратилась к ней Мэри. - Пожалуйста, будь честна.

Лайма уставилась на крольчиху, попытавшись как можно скорее придумать, как выкрутиться из дальнейшего разговора, но в конце концов настороженно согласилась:

- Хорошо...

- Тебе нравится Сильвер?

Удивлённая Лайма отвела взгляд в сторону, размышляя над ответом. Сказать ли ей прямо, улизнуть от ответа или соврать?..

- Как бы ты не ответила, я не стану негативно к тебе относиться, обещаю. - заволновавшись, добавила Мэри.

Волчица долго молчала, поэтому крольчиха уже успела пожалеть о том, что спросила.

- Нет... - прошептала Лайма. - Он мне не нравится...

Мэри горько улыбнулась. Действительно, чего ей стоило ожидать? Что волчица сможет влюбиться в полукровку? Однако, когда-то ведь крольчиха смогла полюбить волка... Но ничего не выйдет. Мэри убрала лапы с перил и тяжело вздохнула, уже собираясь уйти.

- Я его люблю.

Их взгляды вновь пересеклись. Лайма улыбалась, а в её глазах не было ни капли лжи, только искренность. Мэри отошла от шока и улыбнулась ей в ответ. Мать по-настоящему переполнила радость.

- Иди спать. - сказала крольчиха и направилась обратно в дом.

- Спокойной ночи, Мэри! - напоследок сказала волчица.

- Добрых снов, Лайма.

Глава 8 «Прекрасный мир, который вот-вот рухнет»

Выходной день выдался тёплым, погода располагала к прогулке, а Сильвер Соул решил выйти на пробежку. Вот уже месяц он занимается спортом. Правильное питание и тренировки, состоящие из ежедневных пробежек, а также упражнения на турниках и прочих уличных тренажёрах пошли ему на пользу. Просто в один прекрасный день Сильвер сделал поразительное открытие - его сила воли всё ещё была при нём. Оставалось лишь подкормить её целеустремлённостью, а дальше дело времени. Полукровка считал, что занятия спортом ему необходимы, и он должен стать сильнее. Результат долгих тренировок был очень заметен на уроках физкультуры, его навыки возросли. Даже чрезмерно устав, парень продолжал упрямо двигаться по мысленно начерченному пути. Забежав в парк, Сильвер остановился под деревом, сделал глоток воды из бутылки, которую прихватил с собой, и попытался перевести дух.

- Отлично, ещё немного и хватит. - произнёс он, вытирая вспотевшие лапы.

В парке было спокойно, перед янтарными глазами журчало небольшое течение, маленький порожек, а главное - вода очень чистая. На другом берегу реки разрушенный колодец. Старая постройка, ещё с прошлого века. Сильвер достал телефон и взглянул на время. Близился полдень.

- Надо бы к Алмаз заскочить.

В субботу можно было бы расслабиться, но многие в этот день работают. Например, Лайма! Волчица уже несколько недель подрабатывала официанткой в кафе. К своему отчиму она не вернулась. Мэри вовсе не была против, что Лайма живёт в её доме, а Сильвер тем более был рад тому, что его близкая подруга всегда рядом. Условиями проживания в доме Соулов были только помощь по дому и хорошие оценки. Раньше Лайма училась плохо, но огромным плюсом стало то, что Сильвер выступил для неё в роли репетитора. Волчица специально старались наверстать упущенное по школьной программе, чтобы друг похвалил её лишний раз. Для Лаймы общение с Мэри сложилось очень хорошо, они всегда могли поговорить на какие-то повседневные темы за чашечкой чая. У каждой из них имелись свои тараканы в голове, обе спокойно приняли этот факт. Лайма была невероятно благодарна Мэри и Сильверу, ведь они дали ей то, чего она так давно не ощущала - любовь и заботу. Девушка сама решила, что пойдёт работать. Возможно, что в этом не было необходимости, но ей было стыдно, что она приносит мало пользы, проживая в доме Соулов. Сильвер и Лайма, несмотря на занятость волчицы, всё время проводили вместе. Поневоле полукровке вспомнились их совместные прогулки по городу до позднего вечера, ночные посиделки, просмотры фильмов только вдвоём, странные игры и шутки, которые понимали только они. Лайма любила напоминать Сильверу, что он не одинок. Потому что они одиноки вместе. И им хорошо. Столь крепкую дружбу, кажется, невозможно разорвать.

- Вперёд. - стиснув клыки, полукровка продолжил бежать.

Выйдя за пределы небольшого парка, Сильвер обрадоваться тёплому солнцу, которое освещало городок. Всё было спокойно. Вдруг стук колёс старого, местами потёртого скейта разнёсся по всей улице. Обитатели близлежащих домов давно смирились с группой молодёжи, разъезжающей по их улицам и не дающей спокойно проводить время.

- Эй, не отставай! - крикнула та, что ехала впереди всех.

- Вот сейчас проедусь по твоей тупой башке и догоню! - крикнул кто-то сзади в попытке догнать её.

Совсем ещё маленькая гиена пронеслась между рядами торговцев, снеся парочку коробок. Упрёки, что полетели в спину пятнистой, не достигали её округлых ушей, ведь она была уже далеко, да и девочка явно не собиралась притормозить ради такого пустяка.

- Догоняйте, салаги! - разнеслись по улице крики, подкреплённые ярким смехом. - Ой-ой! - выкрикнула гиена, едва не врезавшись в неожиданно появившегося перед ней зверя.

- Осторожней! - успев вовремя отскочить, крикнул ей Сильвер.

- Извините!

Скейтбордистка, свернув за угол, скрылась в переулке, пока сверстники тщетно пытались догнать её.

- Дети. - произнёс Сильвер с лёгкой улыбкой, наблюдая за отдаляющимися ребятишками, и побежал дальше.

Запах кофе и бензина, шум машин. Всё в кафе пропитано ленью, а время будто замедлилось. Репутация у заведения имелась хорошая, жители были не прочь сюда зайти, ведь готовили здесь весьма недурно. Но особенно хороши в этом кафе были молоденькие официантки, их симпатичную внешность подчёркивала униформа, состоявшая из мини-юбок в тёмно-красном цвете и белых блузок. В целом Лайме такой наряд нравился, но изо дня в день носить абсолютно одинаковую одежду ей быстро надоело. Посетителей сегодня было немного, поэтому она могла позволить себе немного расслабиться на стульчике в конце зала. Лайма заметила, что на последнем столике лежали деньги. Лениво, почти нехотя, она решила встать и забрать деньги, но не тут-то было. Когда она пошла назад, считая деньги и проходя мимо столика с шумной кампанией молодых зверей, которые частенько издавали смех на всё помещение, Лайма почувствовала на своей заднице чью-то лапу.

- Нет! - вскрикнула девушка и отскочила от столика.

- Эй, детка, ты чего? - засмеялся самый наглый из ребят. - А у тебя ничего такая...

Волчица в ярости повернулась к нему и опёрлась о стол, чтобы оказаться на уровне его глаз, и медленно проговорила:

- Ещё раз я почувствую твою лапу, то я её сломаю тебе. Усёк?

- Ха-ха, ты правда думаешь, что своими слабенькими лапками сможешь сделать это? - усмехнулся он.

- А если не я, то мой парень сделает.

Придурки издали звук, на подобии: «О-о-о...», а официантка гордо выпрямилась и ушла, слыша за своей спиной:

- Чёрт, да она тебя уделала!

Отлично, будут знать, чего она стоит. Лайма подошла к стойке с кассой, за которой стояла рысь - самая молодая официантка в этом кафе.

- Что-то случилось? - спросила она, глядя на волчицу во все глаза.

- Да, этот придурок меня за задницу ущипнул.

- Я думала, что ты ему сейчас врежешь. Видела бы ты... - истерическим смехом ответила рысь.

В этот момент вся компашка зверей, которые недавно оглушали Лайму своим смехом, встали и пошли к выходу. Проходя мимо, все по очереди обернулись посмотреть. А тот, который ущипнул Лайму, прошёл, глядя в её голубые глаза с серьёзным, заинтересованным видом, прямо до самой двери.

- Ты смотри, будь поаккуратнее, а то зажмут ещё где-нибудь. - сказала рысь-официантка.

- Я всех уделаю. - слишком самоуверенно ответила волчица.

- Прости, забыла, кто ты такая.

После её слов Лайма устало облокотилась о стойку.

- Ты чего выглядишь такой побитой? - спросила рысь.

- Не выспалась. - пробубнила она в ответ, подперев подбородок лапой.

Дверь в кафе вновь открылась и зашёл новый посетитель, тогда же рысь наклонилась к волчице, чтобы прошептать:

- Смотри, это же тот странный зверь...

Лайма неохотно опустила лапу и повернулась. К всеобщему удивлению в ней откуда-то появилась энергия, а голубые глазки словно загорелись.

- О, это ко мне! - воскликнула повеселевшая официантка и быстро направилась к посетителю, виляя хвостом из стороны в сторону, тем самым вызывая заинтересованные взгляды других работников кафе. - Привет, Сильвер! - сказала она другу, севшему за небольшой столик.

- Привет, официантка моего сердца! - ответил он с улыбкой.

- Ой, не дразни. - хихикнула она. - Ты после тренировки?

- Ага, как у тебя дела?

- Нормально... - не очень уверенно ответила она, вспоминая только что произошедшую ситуацию с теми шумными парнями. - Ты же не завтракал? Будешь заказывать, как обычно?

- Да. Сэндвич, кофе и немного твоего личного времени.

- Хорошо! - сразу ответила она и пошла делать заказ.

Спустя какое-то время Сильвер уже вовсю уплетал свой вкусный завтрак. В кафе других посетителей не было, поэтому Лайма уселась по соседству с другом. Минут пятнадцать они сидели и непринуждённо болтали о всякой чепухе. Сильверу было в удовольствие говорить с ней, не бояться и не стесняться.

- В школе скоро начнётся прослушивание. - начал он.

- А, ты про праздничный спектакль. - вспомнила Лайма.

- Да, и там нужно будет петь...

- Ты хочешь участвовать?! - удивлённо воскликнула Лайма, подскочив с места, отчего все в кафе уставились на неё.

- Тише!.. - успокоил её Сильвер, и его подруга села обратно.

- Обалдеть, Сильвер, я и представить не могла, что ты решишься на такое!

- Пока что только думаю. Скоро состоится прослушивание, а потом начнутся репетиции. Вероятнее всего, я не пойду.

- Почему? - расстроенно спросила Лайма. - Ты ведь так хорошо поёшь! У тебя замечательный голос.

- Меня не возьмут. - ответил он. - Выгонят со сцены ещё до того, как я начну говорить. Никто меня не слышит, кроме тебя, Алмаз.

- Если ты думаешь, что никому не понравишься - это не так. Публика, как твои книги, бывает разная.

- Не только в этом дело. Я боюсь быть осмеянным. Когда-то я попытался, но у меня не получилось. Это случилось ещё в начальной школе... Думал, что смогу показать себя, но, когда пришло время, я увидел десятки огромных глаз, глядящих мне прямо в душу. Мне стало страшно, я не мог выговорить ни слова. Я услышал смех, меня стали прогонять. Они кричали, что им не нужен такой бесталанный зверь, ещё и полукровка. Прямо так и сказали, а я... Грохнулся в обморок прямо на сцене, ха-ха!

Лайма промолчала, грустно опустив глаза.

- Все мечты когда-нибудь разобьются о реальность. Мне никогда не стать кем-то особенным.

- Мечты сбываются, если идёшь им навстречу. - сказала Лайма. - Ты просто будь настойчив, ничего не бойся и верь в свою мечту. У тебя обязательно всё получится! Рискни разок или упусти шанс.

- О, юность, почему ты так жестока? - засмеялся полукровка. - Спасибо за то, что веришь в меня, хоть я и не заслуживаю это. Ха-ха, раньше я мечтал, что, услышав мой голос, меня примут в обществе. Но этого никогда не случится. Сейчас я могу просто веселиться и временно притвориться, что всё хорошо. И жить в мечтах, чтобы хоть как-то скрыться от этого насквозь прогнившего мира.

- Сильвер, не нужно топить себя в океане проблем.

- Действительно, я здесь не для того, чтобы говорить о своих несчастьях. - сказал он, после чего драматично добавил. - Лучше сожги мои крылья, чтобы мне не хотелось в небо.

Взгляд подруги опустился на его лапы.

- Что это? - Лайма резко схватила его за левую лапу, чуть потянула на себя и отодвинула рукав кофты, сразу разглядев под короткой шерстью огромный синяк.

- Ничего! - воскликнул Сильвер и отдёрнул лапу.

- Это сделали Грег и его волки?..

- Вчера увидели, как я тренируюсь, и захотели проверить мои силы. - неловко улыбнулся Сильвер, поправляя рукав. - Но всё нормально, тебе незачем переживать.

- Как незачем? У тебя на теле каждую неделю появляются раны, и ты говоришь мне не переживать?!

Сильвер только промолчал, отведя взгляд в сторону. Вдруг он заметил управляющего кафе. Тот издалека увидел сидевшую без дела Лайму и закричал:

- Блэквуд, не отлынивай от работы!

- Да-да! - ответила Лайма, выскочив из-за стола. - Сильвер, у меня перерыв через двадцать минут, подождёшь?

- Конечно.

Время пролетело быстро. Оказавшись с другой стороны здания, Лайма подошла к своему любимому местечку под тенью большого дерева и легла на зелёную траву, Сильвер же сел рядом. Старшеклассница достала дешёвую сигарету и закурила, а парень почувствовал неприятный запах.

- Бросай курить. - сказал он.

- Прости, не могу. - ответила подруга.

- Почему ты вообще начала курить?

- Не помню, просто начала. У меня не было того, кто мог бы мне объяснить, что это плохо, вот и появилась зависимость.

- Ты этим себе только хуже делаешь.

- Пока на внешности и здоровье никак не сказывается - можно.

- Алмаз!

- Что? Да-да, от курения я умру раньше тебя, спортсмен.

- Мне тебе снова статистику смертей и список заболеваний, вызываемых курением, показать?

- Сильвер, я брошу курить. Но потом.

- Я ведь беспокоюсь за тебя... - прошептал полукровка, но волчица очень отчётливо его услышала и замолчала.

- Уговорил. - она потушила сигарету о землю и выбросила окурок.

Лайма состроила немного обиженную морду, хотя понимала, что поступает правильно, слушая друга. Она взглянула на полукровку и видела его широченную улыбку.

- Что ты лыбишься?

- Ничего. - засмеялся в ответ Сильвер и посмотрел вдаль.

В итоге Лайма вновь спокойно улеглась и взглянула на небо, которое впервые за долгое время было чистым.

- Знаешь, а в детстве небо мне казалось гораздо ближе.

Девушка долго смотрела наверх, затем невольно перевела взгляд на друга. Находясь рядом с Сильвером, она каждый раз вспоминала, как они, после её спасения, вместе лежали на диване. Лайма искренне жалела о том, что при возможности не сорвалась, не сжала его в своих объятиях крепко и не поцеловала в губы. Волчица любила веселить друга, вызывать у него искренний смех, ведь его улыбка сводила её с ума. Ухоженный вид, грамотная речь, высокий интеллект и книги - это то, что всегда будет в моде. И Сильвер такой. Умный полукровка с красивым голосом, с любовью к чтению и добрым сердцем. Серьёзно, и этот зверь думал убить себя?..

- Сильвер?

- Да? - он повернулся к ней в ожидании вопроса.

- У тебя есть мечта?

- Была.

- А сейчас?

- А сейчас она лежит рядом со мной и задаёт глупые вопросы! - улыбнулся полукровка.

- Хватит шутить!.. - смущённо ответила она и отвернулась.

- Ладно-ладно, а почему ты решила это спросить?

- Я размышляла о том, что с твоими знаниями ты с лёгкостью сможешь поступить в абсолютно любой университет, так что я думаю, какую работу ты бы выбрал?

- Я не знаю.

- В каком смысле?.. - удивилась волчица.

- В прямом. Я совсем не знаю, кем стану в будущем. Однако я уверен, что точно останусь хорошим парнем. У меня к тебе встречный вопрос: кем ты хочешь стать?

- Чёрт, я ведь тоже не определилась!.. - Лайма отчаянно схватилась за голову. - Знаешь, мне иногда хочется просто бросить всё, купить небольшой фургончик и уехать путешествовать.

- Да, это в твоём стиле.

- Не осуждай, я пока расплывчато представляю будущее. Всё, что я успела сделать за свою жизнь - это ошибки и сигаретный пепел.

- Я бы даже не подумал тебя осуждать, мы с тобой имеем полное право сами распоряжаться своей судьбой.

- И я верю, что будущее мы будем творить вместе! - бодро сказала она.

- Только не забудь меня прихватить в своё увлекательное путешествие, а то помру тут со скуки.

- Конечно. - сразу ответила Лайма. - Так здорово, что мы можем быть друзьями, не так ли?

- Абсолютно верно! Я ещё никогда не был так счастлив. Я очень дорожу нашей дружбой, Алмаз. - проговорил Сильвер с улыбкой.

Никто не может знать, какой путь изберёт судьба, а каким мечтам суждено сбыться. Никогда не знаешь, когда наступит переломный момент.

На окраине Авроры двухэтажный серый домик пустовал без хозяев долгое время. Дом специально облагородили для продажи, сейчас было даже трудно представить, насколько плохо он выглядел раньше, без должного ухода. Несмотря на ужаснейшее событие, случившееся здесь, постепенно начинали появляться первые покупатели. Возле дороги стояла девочка, что выросла в этом доме. Иногда прохожие оборачивались, но никто не подходил к ней. Скейтбордистка часто приходила сюда и всматривалась в окна, словно желая вновь в них что-то разглядеть.

- Нужно просто забыть... - прошептала гиена, закрыв глаза.

Всего через несколько минут она уже во весь дух мчалась по улицам города, наслаждаясь скоростью.

- Яху-у-у-у-у! - весело прокричала маленькая скейтбордистка.

Каждые прыжки и трюки давались ей легко. Она очень любила кататься на своей потёртой доске. Ни одна вещь в мире не заменила бы ей её любимый скейтборд, а особенно этот стук колёс, свежий ветер, растрёпывающий пятнистую шерсть.

- Получайте! - закричала она и прямо на лету выхватила из рюкзака баллончик с краской.

Притормозив, гиена как можно быстрее начала создавать на высоком заборе своё новое произведение искусства, состоявшее из огромной надписи: «Спаситель». Почти у всего в этом мире есть смысл, и в этой надписи тоже, ведь это было одно большое религиозное послание. Эта скейтбордистка обожала рисовать граффити по всей Авроре. Её забавляло, когда рисунки, находившиеся в неположенных местах, почти каждый день приходилось закрашивать или оттирать другим животным. До порчи городского имущества она ещё не дошла, но некоторые её выходки уже можно назвать беспределом. Она та ещё бунтарка. Её, пятнистую гиену, очень легко можно было принять за представителя мужского пола, но несмотря на странную внешность, она девочка. Для неё и женщин её вида присущи черты мужского характера, что порой вызывает вспышки насмешек, хотя по большей части девочка старается не давать себя в обиду, ещё и за других часто заступается. В ней много уверенности и храбрости, которую часто пытались сломить, но безуспешно. Её вполне симпатичную мордочку портил лишь длинный тёмный шрам, ровно проходящий по её губам с левой стороны. Эта гиена могла показаться странной, но её одежда ещё страннее: серая, местами дырявая и запачканная майка, единственная чёрная кофта, а также короткая клетчатая юбка-шорты. Странный стиль, но выбирать не приходится. Уставшая и дико голодная гиена возвращалась в то место, которое она ну никак не могла бы назвать своим домом.

Остановившись, она оглядела старое здание. Детскому дому было не меньше пятидесяти лет, политики больше волновались за свои кошельки, чем за детей, которые жили по соседству с тараканами и прочими разносчиками инфекций. Детей здесь воспитывалось немного, но практически все жили тут до своего совершеннолетия, а потом получали крохотную однокомнатную квартиру в другом городе. Мало кого брали в семью, никому не нужен чужой ребёнок, тем более взрослый. Легче взять младенца и вырастить, как родного. Детдом - это то место, в котором бесчувственные воспитатели губят множество детских душ, безжалостно "обламывая им крылья". И этой малышке пришлось находиться в этом ужасном месте под названием «Детский дом №13» совсем одной. Жизнь без родителей оказала сильное влияние на формирование характера девочки. Без родителей ей очень тяжело, однако гиена никогда не показывала, что чувствовала внутри опустошённость. Она могла испытывать эмоции, но уже не так, как раньше. В ней появилось много ненависти к миру. Она ненавидит свою жизнь. Ненавидит этот детский дом. Ненавидит отца, из-за которого всё произошло.

- Эй, страдальцы, я вернулась! - сказала гиена, оглядывая пустой двор, куда она заехала специально, чтобы остаться незамеченной.

В тишине только стекающие с труб капли воды издавали хоть какой-то звук.

- Ада... - вдруг услышала она шипящий над ухом голос.

- Рюу! Ну нельзя же так пугать! - воскликнула гиена, испуганно отскочив в сторону, и уставилась на змея, что обвился вокруг длинной трубы.

- Прос-с-с-ти. - прошипел змей.

Его зелёная и чешуйчатая шкура с пятнышками иногда переливалась ярким светом в лучах солнца. Чёрные глаза зелёной мамбы будто бы смотрели прямо в душу, а тёмные круги вокруг глаз и постоянно высовывающийся раздвоенный язык придавали змею ещё более зловещий вид. Однако Рюу вовсе не плохой. Змей и гиена были ровесниками и вместе проживали в детском доме. Но в отличии от Ады, в детдоме Рюу жил с того момента, как вылупился из яйца. Он единственный, кто относился к Аде по-доброму и хоть немного о ней беспокоился. Узнав девочку поближе, змей запросто мог себе представить, что гиена могла натворить, будучи предоставлена сама себе.

- Где ты пропадала?

- На скейт-площадке тренировалась, поругалась с парой придурков из школы, а потом гоняла от них по всему городу.

- Оно и видно... - произнёс змей, оглядев её грязную одежду, но Ада уставшей не выглядела. - Вос-с-с-питательница тебя накажет.

- Да ну? И что эта старая карга мне сделает? В угол поставит? Ха-ха, вот будет потеха, когда она будет пытаться догнать меня!

- Она пос-с-с-адит тебя в карцер и закроет без-с-с еды и воды. Она с-с-со вс-с-с-еми так пос-с-с-тупает.

- Пусть только попробует.

- Ада, тебе с-с-с-тоит прекратить хулиганить. Раз-с-с-ве ты не хочешь, чтобы тебя приняли в с-с-семью?

- Рюу, ты серьёзно веришь, что кто-то захочет взять в семью такую противную девчонку, да ещё и гиену с ужасной родословной?! Ха-ха, а ты смешной!

- Ты с-с-собираешься прожить с-с-с-здесь до окончания школы?

- Конечно же нет, я сбегу из этого ужасного детдома!

- Куда с-с-сбежишь? У тебя нет родс-с-с-твенников.

- Да, но я справлюсь сама. И никакие воспитательницы меня не остановят. Пожелай мне удачи, чтобы я не попалась этой козе! - сказала Ада, начиная взбираться по пожарной лестнице наверх.

- Она овца-с-с...

- Не вижу разницы!

Ловко подхватив на лапы скейтборд, пятнистая мигом взобралась на пятый этаж старого здания. Физическая подготовка Ады была на высшем уровне, так что об отдышке не было и речи. Тихо открыв окошко, девочка пробралась внутрь. Поднимать сейчас шум не было никакого резона. Взору гиены открылась спальня. Кровати, расставленные двумя ровными рядами вдоль стен, были старыми. На них не было матрасов, только древние порванные простыни и белые подушки, покрытые желтизной. Грязный пол и старинный комод, покрывшийся густым слоем пыли. Было ещё зеркало, висело оно прямо над комодом, но вряд ли в нём бы удалось разглядеть своё отражение, всё было испачкано и заляпано. В комнате стоял резкий запах плесени или чего-то подобного, комната так и поросла мхом. Стены были довольно влажные. В настоящий момент скетбордистке не хотелось выслушивать часовые тирады о том, что в её возрасте недопустимо пропадать непонятно где. Однако сегодня явно был не её день. Ада услышала, как кто-то аккуратно повернул старую дверную ручку, а та чуть слышно скрипнула. Дверь открылась. В комнату вошла воспитательница. Неприятная особа. Белая густая шерсть, холодные глаза болотного оттенка, тонкие, немного потрескавшиеся губы, и морщинистая морда. На груди её нового платья красовалась брошь, видно, что не дешёвая. Позади неё в коридоре уже собралась небольшая толпа хихикающих "милых" деток, что хотели посмотреть, как всеми нелюбимую Аду начнут отчитывать за неподобающее поведение. А ещё лучше, если её побьют за это. Овца, определённо не настроенная на мирный разговор, стояла и ждала объяснений. Скорее всего, дети уже успели пожаловаться на Аду. И чего все на неё так ополчились? Ведь её проделки были совершенно пустяковыми! Ада специально выбирала самые дальние улицы, чтобы риск быть пойманной с поличным становился куда меньше. Неужели её кто-то узнал? Но сейчас девочке не осталось ничего, кроме как стойко принять удар.

- Ну привет, монашка! - первая заговорила Ада, сделав акцент на слишком закрытую одежду воспитательницы. - А чего это вы меня все толпой встречаете? - скейтбордистка с невозмутимым видом подошла к овце. - Неужели ждёте меня, чтобы покормить? Ой, как я давно этого ждала!

- Ада, сколько раз я должна тебе повторять, что на улицах опасно? - заговорила старушка, опаляя её ледяными взглядом.

- Да-да, вот только не начинайте. Я эту сказку слышала сотни раз. По улицам бродят маньяки, насильники и всем нужна именно я! А то, что рядом со мной бродят сотни таких же распрекрасных принцесс, их не волнует. - Ада закатила глаза и, пройдя к своей кровати, положила скейт на столик.

- Ада! - резко подала свой голос воспитательница. - Не забывай, что ты тоже часть этой сотни! Ты нарушаешь все правила дома. И убери игрушку со стола! Там ей не место. - не выдержав такого нахальства от своей воспитанницы, овца, приложив силу, громко хлопнула по столу.

На секунду в комнате повисло молчание. Все глаза детишек были уставлены на воспитательницу. Не прошло и минуты, как раздался громкий смешок от Ады.

- Ого! Это было здорово! Слушайте, а Вы можете так по гвоздю? Я думаю, Вы бы смогли вогнать его в дерево. Полезный навык!

- Ты здесь всего ничего, а уже показываешь свою худшую и, наверное, единственную сторону! Ты специально устаиваешь сцены и гоняешь с утра до ночи на своей доске, вместо того, чтобы ходить в школу!

- Она мне не нужна, я и без этих глупых наставлений справлюсь по жизни.

- Интересно будет посмотреть на тебя в будущем. Хотя, постой, у тебя ведь нет будущего! Ты всем делаешь только хуже. Ещё и воруешь чужие вещи!

- Стоп, что? Какие вещи? - удивилась Ада и в этот же момент, благодаря своему острому слуху, очень отчётливо услышала чей-то тихий, мерзкий смешок из коридора.

- Ты так много воруешь, что уже даже не помнишь?! - закричала овца.

- Так, погодите-ка, Вы можете винить меня только в моих проделках, но я точно ни у кого ничего не воровала!

Здесь, где дети живут по одному правилу: «Быть как все и не рыпаться», Ада всегда отличалась. Она не такая жестокая, чёрствая и бессердечная. Другая. Чужая. Когда Ада только появилась в детском доме, она надеялась подружиться хоть с кем-то, найти друга, который мог бы разделить её боль, но и тут жизнь не оказалась к ней добра и милосердна. Поначалу Ада слышала упрёки и насмешки за спиной, а уже затем дети начали высказывать ей своё мнение в морду. Однако Ада была не из робкого десятка, поэтому отгоняла всех обидчиков от себя. Она всегда знала, как ответить. И говорила только правду.

- Неужели? - продолжила овца. - Как тогда Сара обнаружила у тебя под подушкой свой кулон?!

- Эта зебра мне его подбросила! - ответила Ада, потому что правда никогда не брала чужое, ибо понимала всю ценность подобных вещей для сирот.

- Ах! - воскликнула овца, на миг прикрыв пасть лапой. - Врёшь без стыда и совести! - продолжала она обвинять гиену.

- Но я не вру!

- Из тебя ни за что не выйдет достойного для общества зверя!

- А из Вас вышло? - усмехнулась Ада, и овца впала в ярость.

- Всё, хватит! Вот похитят тебя однажды, тогда не плачься!

- Конечно-конечно. - гиена усмехнулась и, прихватив со стола скейтборд, прошмыгнула мимо воспитательницы прямиком в коридор.

- Ада! Немедленно вернись! - раскричалась овца. - Ты сейчас же отправляешься под арест!

- Простите, но мне плевать. - ответила Ада, остановившись рядом с другими детьми и насмешливо взирая на воспитательницу.

Большая часть детишек восхищённо уставились на девочку, кто-то даже посвистывал ей. Стальные нервы у старушки были на пределе. При взгляде на морду гиены, она не выдержала и злобно заорала:

- Ты мерзкая! Ты отброс общества! Ты закончишь свою жизнь в тюрьме, как твой отец!

Последние слова послышались Аде слишком отчётливо и задели её за живое. Хотя девочка сама подливала масло в огонь, но ей постоянно капали на психику, медленно расшатывая её. Слёзы навернулись на глазах, но гиена сдержала их. В итоге хорошее настроение мгновенно пропало. Она сжала лапы в кулаки и громко ответила:

- Да пошла ты!

Все удивлённо замерли, но вдруг овца стала быстро приближаться к Аде. Гиена в тот же миг рванула с места, крепко удерживая в лапах скейт, чтобы не выпал. Девочка пробежала вниз по лестнице и направилась к главному выходу. Ей в спину втыкались крики разъярённой овцы, старавшейся догнать Аду, но это гиену только рассмешило.

- Дрянь мелкая, куда собралась?!

- Ой-ой... - произнесла Ада, встретив на пути охранника.

Возможно, что на этом побег Ады закончился бы, но она не сдалась. Как хорошо, что в недостатке шустрости её нельзя обвинить. Когда охранник стал наступать, Ада моментально проскочила прямо под его задними лапами и помчалась на выход.

- Стой, тварь! Стой, кому говорят! - заголосил охранник, догоняя Аду.

- Идите все к чёрту! Я свободна! - прокричала она.

Гиена бежала, спотыкалась, но не падала. Впереди ей встретился забор, пришлось попотеть, чтобы перелезть через высоченную преграду, но она справилась. Через несколько сотен метров Ада выдохлась. Как только она поняла, что переступила территорию детдома и оторвалась от погони, то распахнула лапы и изо всех сил выпалила:

- Пошёл ты, детдом №13!

Радости не было предела. Наконец-то стены ужасного детского дома далеко позади. Свобода. Наивные детские мечты. В этом мире нет места для сказок, есть только жестокая реальность, особенно для нищенки-сироты. Постепенно до Ады начала доходить вся нелепость её поступка. Радость тут же сменилась безысходностью, ведь у неё не было ни еды, ни воды, ни вещей, ни денег. Только старый скейтборд в лапах и изношенная одежда. Куда ей податься? Как дальше жить? Глупо было надеяться на счастливую жизнь за оградой детского дома. Тогда ей было всё равно, лишь бы куда-нибудь сбежать, а сейчас незаметно пришло осознание нынешнего положения.

- Что мне теперь делать? - почти шёпотом произнесла Ада, сев на холодный асфальт.

Однако она точно знала, что обратно не вернётся. Ада далеко не первая, кто сбегал, а за попытки бегства наказывали старыми методами: пороли и оставляли голодными ровно на неделю, а без воды и вовсе на два или даже три дня.

- Эй, Ада-а-а! - почти певчий голос раздался позади девочки.

- Изыди, Сара! - злобно выкрикнула гиена, увидев приближающуюся к ней компанию травоядных ребят из детского дома, во главе которых стояла зебра.

- Не хорошо сбегать. - ответила чёрно-белая, что была на два года старше Ады.

- Ты подставила меня, хотя я ничего тебе не сделала! - прорычала хищница.

- Ты просто бесишь меня.

- Хе-хе, теперь я понимаю, почему родители отказались от тебя! - сквозь громкий смех сказала гиена.

- Смеяться будешь, когда я пошучу! - разозлилась зебра. - А вообще, ты правильно делаешь, что хихикаешь. С такими челюстями не смеются.

- Ещё хоть одно слово в мою сторону... и твой папа зря потел. - прорычала Ада.

- Я вижу, что миллиарды лет эволюции прошли мимо тебя. Вы, гиены, такие же страшные и тупые.

- Даже не знаю, кто сосёт больше, твоя мама или твои шутки?

- Пасть закрой!

Но гиена её не послушала и громко захохотала.

- Видимо, тебя давненько никто не бил. - зебра хитро улыбнулась.

- Ты не посмеешь меня тронуть. - перестав смеяться, угрожающе сказала гиена.

- Или что? Что ты мне сделаешь? - усмехнулась зебра.

- Ты сейчас же уйдёшь, или... - Ада чуть закинула голову вверх. - Я тебе челюсть сломаю.

У неё был настолько жуткий взгляд, что, глядя на неё, всем хотелось убежать. Когда она смотрела на Сару, в её глазах читалось: «Я тебя уничтожу».

- Вы слышали?! - закричал один из детей. - Она маньячка! Сумасшедшая убийца, как её отец!

- Она ведь могла помогать ему похищать животных. - подхватил другой ребёнок. - Она помогала отцу убивать!

- Заткнитесь! - закричала Ада.

В следующую же секунду она почувствовала удар, от которого её откинуло назад и прямо в лужу.

- Ай! - вскрикнула она, зачерпнув воду носом, но тут же сжала зубы. - Ну, ты и мразь! - закричала она, поднимаясь на лапы. - Да ты просто мразь!

Задохнувшись от возмущения, она не заметила, как зебра уже оказалась рядом. Одной лапой она схватила гиену за гриву, а другой зажала пасть.

- Не смей орать на меня. Если я захочу, то заткну тебя. - сказала она Аде и, ударив ей по коленке, опустила вниз. - На колени, тварь. Целуй землю, которая тебя кормит и поит! - прокричала Сара.

- Чёрт... - прорычала гиена.

Ада слышала смех окруживших её детей, удивляясь, как же им, обычным травоядным, удавалось смеяться хуже, чем ей, пятнистой гиене. И это бесило. Им весело, но Ада не сдастся. Её личность выделялась тем, что до сих пор не сломалась. Девочка поднялась, откинула в сторону скейтборд и рюкзак, а затем приготовилась к бою.

- Ну давай, кто кого! - прокричала Ада.

- Повтори это ещё раз! - сквозь зубы произнесла Сара и побежала на гиену.

Пускай зебра старше и крупнее, чем худенькая Ада, но ей это только на лапу. Прежде чем Сара приблизилась к ней, гиена резко проскочила мимо и, когда зебра не успела вовремя остановиться, Ада со всей дури толкнула её в спину и впечатала в стену.

- Тебе не жить! - закричала зебра, оправившись от удара.

Прямо посреди тёмного переулка дрались две девочки. Это была драка не на жизнь, а на смерть. Борьба для этих детей - обычное дело, но страдают все. Такие здесь законы. Это как джунгли: если не ты их, то они тебя.

- Сдавайся, здесь некому тебя защитить! - усмехнулась зебра, вновь надвигаясь на противницу.

- Я сама могу. - огрызнулась гиена, слизывая с губ кровь.

В очередной раз она без проблем оттолкнула зебру, приводя ту в ярость. Слабость давала Аде о себе знать. Лапы болели, но что-то внутри поддерживало гиену и возвращало ей силы на новый вздох после очередного удара. Ей больно, но эта боль только подталкивала к действиям. Тяжело, конечно, но кому легко? Все вокруг молча наблюдали, не думая вмешаться. Девочки дрались без правил, обе были побиты и неслабо. Они снова сцепились.

- Надоела! - прокричала гиена и резко вцепилась зебре в плечо, сжимая челюсти как можно сильнее.

Ада почувствовала довольно приятный вкус, заполняющий всю её пасть. Сара закричала от ужасной боли и оттолкнула противницу так, что та упала прямо на стекло. Гиена почувствовала, как каждый кусочек стекла залез ей под кожу, а по спине потекла кровь.

- Что там происходит?! - послышался издалека чей-то взрослый голос.

Все сироты, будто по команде, побежали по переулку и, как крысы, разбежались кто куда. Всхлипывающая и ноющая от боли Сара нервно пыталась остановить хлынувшую из плеча кровь.

- Наш бой ещё не окончен, Сара! - громко сказала Ада.

- Ты поплатишься за это! - сквозь слёзы выкрикнула зебра, понимая, что от такого укуса останется шрам.

- Это тебе мой подарок на всю жизнь! - громко в своей фирменной манере расхохоталась Ада.

Сара бежала из переулка. Она слышала, как Ада оглашает смехом всю улицу, пока продолжала лежать на битом стекле. Жуткое зрелище.

«Угораздило же тебя снова найти проблемы на свой хвост, Ада...» - самой себе сказала гиена.

Девочка лежала в каком-то непонятном переулке, медленно истекала кровью и смотрела на светлое небо.

- Эй... - заговорила она. - Спаситель, когда ты уже явишься?..

Её размышлениям настал конец, когда она услышала шаги.

- Ты как? - спросил незнакомец, которого Ада из своего лежачего положения не могла разглядеть.

- Плохо. - усмехнулась гиена, лёжа на стекле.

- Давай помогу.

Она почувствовала, как незнакомец взял её за лапу и очень осторожно начал помогать ей приподняться.

- Ой-ой-ой!.. - произнесла гиена и через боль смогла принять сидячее положение. - Спасибо, незнакомец! - она тут же вскочила на лапы.

Ада отвернулась от него и стала быстро стряхивать со спины осколки. Некоторые кусочки стекла так и застряли в её спине. Девочка не обращала внимания на боль, она думала только о том, как обратиться за помощью к своему другу-змею, и что ей не избежать его расспросов и неодобрительных взглядов. Наконец Ада могла полностью оглядеть того, кто помог ей. Это оказался огромный взрослый кабан с немного жутковатой рожей и только одним торчащим из пасти клыком, в то время как другой был попросту сломан. Ещё строгая шерстяная кофта, прямые без всяких закрученных росписей джинсы и прочие детали одежды - всё это дало Аде понять, что сейчас лучше делать лапы и как можно скорее.

- Можно ли мне помочь тебе? - спросил кабан, строя из себя культурную и вежливую личность.

- Нельзя. Благодарю за помощь, но меня с детства приучили не разговаривать с незнакомцами. - подхватив в лапы скейт, ответила Ада, желая поскорее уйти.

- Тогда будем знакомы. Я Джон, а тебя как зовут?

- А меня звать не стоит. Я либо сама прихожу, либо вовсе не появляюсь в словарном запасе образованных и вот таких культурных личностей.

Не выпуская кабана из виду, гиена отошла в сторону, стянула с себя испачканную в грязи и крови кофту и попыталась отряхнуть её от осколков. Только вот незадача - ткань сильно порвалась. Спина была вся в дырах, а действия девочки могли окончательно испортить одежду.

- Теперь её только выбрасывать... - пробубнила она себе под нос.

- Порвалась? Плохо... - с фальшивой грустью проговорил кабан, не оставляя попытки подойти ближе.

Вот только на каждый шаг в сторону Ады, та отвечала лёгким шипением и небольшим шагом назад.

- Зашить, как вижу, уже не получится... - продолжил Джон. - Давай я тебе новую подарю?

- Конфетку из лап незнакомцев тоже не беру. Стой на месте, амбал, иначе я за себя не ручаюсь. - гиена пригрозила ему кулаком.

- Чего ты так?.. Я же с благими намерениями. - с наигранной улыбочкой он вдруг развёл лапы по сторонам и кинулся поймать Аду.

Кто бы знал, что скейтбордом оказывается можно так больно засадить по лапе? Кабан тут же согнулся, прижимая лапу к ушибленному месту.

- Вот же чертовка! - раздосадовано проворчал он.

Следя глазами за ускользающим объектом преследования, Джон достал телефон и, набрав нужный номер, сказал: «Ушла, не дай ей улизнуть!». Ада возликовала, ведь ей только что удалось сбежать от настоящего маньяка. Но радоваться ей пришлось не долго. Как гиена и предполагала, кабан работал не один. За углом её ожидала чёрная и весьма вместительная машина. Барсук, напарник кабана, зашёл за угол и стал поджидать, когда Ада пронесётся рядом. Как ему казалось, схватить её будет сущим пустяком, только он не предвидел, что местные беспризорники знают эти места лучше, чем кто-либо, и передвигаются не самым обычным путём, а через высокий забор. Барсук никак не ожидал падения девчонки сверху, однако поймать её всё же удалось.

- Пусти меня! - тут же разнёсся голос гиены по округе.

Ада пыталась вырваться, но все попытки были безуспешны, а пасть оказалась зажата лапой.

- Теперь не уйдёшь. - крепко удерживая её, барсук пошёл к машине.

Извернувшись, Ада ловко освободилась из лап барсука. Спина и лапы всё ещё болели, так что бежать было нелегко. Кинув на тротуар скейтборд, Ада примостилась на него и быстро оттолкнулась задней лапой. Скейт с лёгким стуком понёсся в сторону машины - ехать можно было лишь туда, поскольку выезжать на проезжую часть было не самым умным решением. В душе гиена уже отмечала победу, как вдруг её схватили сильные лапы.

- Попалась, а за мою лапу ты ещё ответишь! - изображая из себя персонажа из какого-то боевика, кабан с чувством выговорил слова и, оставив доску на земле, направился к машине, крепко держа на плече бултыхающуюся девочку.

С трудом затолкав гиену в салон, кабан мгновенно закрыл дверь. Ада не растерялась и тут же кинулась к другой двери, но та неожиданно сама открылась. Поддерживая голову лапой, барсук, на которого Ада спустилась с забора, занял место в машине. Девочке не осталось ничего, кроме как скрестить лапы на груди, громко и недовольно фыркнув.

- Джон, садись вперёд и поехали. А то ей уже не терпится. - сказал барсук с усмешкой и махнул кабану лапой, указывая на место водителя.

- Там остался мой скейт. Соизвольте забрать и его. - пробубнила похищенная и откинулась на спинку кресла.

Дорога обещала быть долгой и изнурительной. Вот только для кого именно? У Ады уже созрел хитрый план, согласно которому гиена будет всю дорогу капать им на мозги, как она это постоянно проворачивала с воспитателями в детском доме. И уже в дороге или немногим позже, они её отпустят, ещё и такси вызовут!

- Джон, забери скейт. - скомандовал барсук, слегка недовольно закатив глаза.

Громила, уже почти дойдя до двери машины, остановился и покосился на напарника. Заметив недовольную морду, он решил не возражать и спокойно исполнить приказ. Забрав доску, у кабана появилась мысль сломать её пополам, а свою вину скинуть на неосторожное вождение. Вот только такое допустить нельзя - гиена точно после этого ему спуску не даст. Через некоторое время машина всё же тронулась с места, и тут же набирая скорость, понеслась по местным дорогам. Тем временем одна юная особа уже привела свой план в действие.

- Его имя я знаю, а своё назовёшь? - Ада повернулась всем телом в сторону барсука.

- Декстер. - слегка удивлённо отозвался барсук.

Он ждал вопросов со стороны похищенной, но не так скоро! Жертве, как правило, полагается немного пошалить, подёргаться или поплакать на худой конец.

- Ты объяснишь, зачем меня похитили, Декстер? - поинтересовалась она у барсука с недовольной физиономией. - Слушай, а почему ты вообще этим занимаешься? Тебя не любили родители?

- Не заговаривай мне зубы.

- Я уверена, что тебе в детстве ничего не разрешали. - она состроила сочувствующее выражение морды. - На деле ты просто слабое и беззащитное дитя.

- Я сейчас тебя бросил в машину и везу в лес! Какое ещё дитя?!

- Но разве это заполнит твою душевную пустоту? - девочка не останавливалась на своём. - Слушай, а что это за машина? А на сколько она может разогнаться? А она дорого стоит? А сколько... - разогналась Ада, вот только из-за такого трёпа мозг барсука медленно, но верно начинал вскипать, так что ему ничего не оставалось, как быстро закрыть пасть гиены своей лапой.

Зря он это сделал, ибо за этим жестом последовал болезненный укус.

- Ай! - заорал Декстер, вовремя отдёрнув лапу, которую едва не откусили.

- Не ори, придурок! - крикнул с места водителя кабан, который от неожиданности едва не потерял управление.

- Вот же паршивая!.. - барсук замахнулся на гиену, но вовремя себя остановил.

- Самые мощные челюсти в мире! - гордо ответила Ада.

- Сиди смирно, а не то!..

- Ой-ой, напугал! Мне вообще-то каждый день кто-то угрожает. Так что лучше помолчи и придумай что-то реально стоящее.

Она легко заткнула Декстера, но барсук не стал ей что-либо ещё предъявлять. Усидеть спокойно возле похитителей Ада никак не могла. Размахивая лапами, она мешала водителю. Да и крики гиены не оставались без внимания. Машину носило из стороны в сторону, но дорожные посты на пути не попадались. Пару раз они избежали встречи с другими машинами, но это не могло продолжаться вечно. Когда прозвучал очередной оглашающий вопль Ады, водитель был практически оглушён и едва не пропустил нужный поворот. Завернув, он решил, что лучше будет пока привстать к обочине и показать наглой девчонке, в каком положении она оказалась.

- Какого чёрта ты так разоралась? - первым начал Декстер, которому досталось больше всех.

Однако сказать ему не дали, как, впрочем, не успел он мысль закончить, - вмешался водитель. Кабан благополучно припарковал авто возле какого-то магазина и тут же наклонился к бардачку. Открыв его, Джон вытащил чёрный с лёгкими серебристыми вставками пистолет и немедля направил его на Аду.

- Слушай сюда, мелочь. Если ты сейчас же не утихомиришься, я пристрелю тебя здесь и сейчас. Мне всё равно, если потом меня выгонят из организации и посадят. - чётко и угрожающе проговорил он.

- Ладно-ладно, молчу. - отстранившись, гиена вжалась в сиденье, выставив лапы перед собой.

Доставать похитителей и куда-то врезаться на машине - это лучше, чем за считанные секунды получить дырку в лоб. Там хотя бы есть небольшой процент того, что она останется в живых, а злые животные падут смертью храбрых. И Ада, как в любых боевиках, вылезет из машины и, не глядя на взрыв, уйдёт в закат. Ещё раз пригрозив девочке пистолетом, водитель положил его в нишу под бардачком и тронулся с места. Дальше они ехали в тишине, хотя Ада не упускала возможности иногда надоедливо тыкать барсука.

- Да хватит уже! - взбесился Декстер, откинув её лапу от себя, отчего она лишь что-то недовольно пробурчала.

- Это ещё что? - вдруг заговорил водитель, глядя в боковое зеркало машины.

- О чём ты? - не понял барсук и посмотрел в заднее окно.

- Эй, а это случайно не наш старый знакомый?.. - успел спросить кабан, как вдруг его напарник воскликнул:

- Гони!

Джону сразу же разогнался и поехал быстрее. Ада поняла, что явился тот, кто мог бы вытащить её из лап этих маньяков, так что она чуть подпрыгнула с места и взглянула в окно.

- Помогите! - закричала девочка, за что сразу же получила удар по задней лапе и грохнулась обратно на сидение машины.

На одну секунду показавшуюся из-за стекла мордочку Ады хватило на то, чтобы преследователь окончательно убедился в происходящей ситуации.

- Ах вы сволочи, такой хороший день испортили! - проорал Сильвер, как можно быстрее двигая задними лапами.

Полукровка на всех порах мчался за машиной похитителей на первом попавшемся ему велосипеде.

- Отпустите ребёнка! - закричал он в надежде догнать их.

Чёрная машина ехала быстро, что было сложно, учитывая узкие дороги, из-за которых Джону приходилось стараться, чтобы не попасть в аварию. Напарники не желали слышать Сильвера, важнее им было избавиться от него. А о том, чтобы отпустить девчонку, не шло и речи. Выполнить приказ - их обязанность. Подросток продолжал что-то кричать, как вдруг из окна машины выглянул Декстер.

- Как же ты надоел! - барсук вытащил из своего кармана пистолет и направил на полукровку.

Парень среагировал мгновенно - пригнулся и поехал сбоку от машины. Барсук в ярости бросился к другому окну, но никого там не обнаружил.

- Куда он пропал?! - только спросил удивлённый барсук, как неожиданно появившийся Сильвер попытался выхватить из лап барсука пистолет, при этом стараясь не свалиться с велосипеда и удержать равновесие.

Между ними началась драка за оружие. Сильвер не позволял противнику нажать на курок, а сам барсук не мог дать ему отнять пистолет. Велосипед всё-таки упал и Сильвер повис над дорогой, только одной лапой удерживаясь за крышу машины, а другой держа ствол.

- Стреляй! - закричал кабан с места водителя.

Тут же полукровка собрал все силы в кулак и ударил барсука в морду. Декстер упал, а пистолет отлетел на пол машины. Сильвер схватился за машину и закинул задние лапы в окно, практически влетев внутрь салона.

- Назад, гибрид.

Как только Сильвер поднял голову, Декстер уткнул пистолет ему в лоб.

- Всё кончено! - сказал он, гордо улыбаясь.

Как только барсук произнёс это, Ада ринулась с места и очень больно укусила его за бок. Декстер закричал от боли и случайно выстрелил из пистолета, едва не попав в полукровку, но пуля лишь задела сидение машины. Гиена отпустила барсука и, пока была возможность, попробовала выхватить пистолет, но Декстер откинул девчонку от себя, и она упала рядом с полукровкой.

- Лапы вверх! - приказал барсук, одной лапой держась за бок, а другой угрожая им двоим пистолетом.

Пока что не знакомые друг с другом Сильвер и Ада переглянулись и в итоге безмолвно пришли к единому решению сдаться врагу.

- Что дальше? - послышался голос Джона.

- Он слишком много знает, поедет с нами. - ответил барсук.

- Не лучше убить его сразу?

- Ни в коем случае. Фауст нас не простит, если мы избавимся от гибрида так легко и быстро. Лучше приведём парня к нему. Я уверен, черепаха найдёт куда более интересный способ! - улыбаясь, проговорил барсук, затем вытащил откуда-то верёвку и начал крепко связывать гиену и полукровку.

Угораздило же Сильвера погнаться за ними, а ведь всему виной его желание помогать окружающим. Сидел бы сейчас дома, но нет! Теперь он молчал, хрустел пальцами и ехал с этими маньяками в неизвестность. Полукровка точно знал, что едет на смерть.

- Лучше ещё это добавь. - ухмыльнулся кабан и передал барсуку два коричневых мешка.

- Не-не-не! - протараторила Ада, когда Декстер сперва решил одеть мешок на голову сопротивляющейся гиене.

- Смирно! - прикрикнул похититель.

- Мы не в армии!

Когда барсук притронулся к пистолету, ей пришлось успокоиться.

- Я люблю темноту, но не такую... - пробурчала девочка, когда из-за мешка уже ничего не могла увидеть.

В это время Лайма возвращалась домой пешком. Девушка с наслаждением вдыхала свежий воздух полной грудью и шла по тротуару медленно и не спеша, о чём-то мечтая. Её путь домой лежал через узкий переулок, она совершенно совершенно не боялась идти по тёмным закоулкам. А зря.

- Лайма! - окликнул её голос.

Волчица почувствовала, как по её телу пробежала холодная дрожь. Девушка начала убегать.

- Стой!

- Нет! Отпусти меня! - закричала Лайма, когда кто-то схватил её за лапу. - Помогите, насилуют! - орала она во всё горло.

- Успокойся, я же не насиловать тебя пришёл! - сказал Грег, но она не поверила.

- Отвали от меня! - крикнула волчица и отдёрнула лапу. - Почему ты здесь?! - негодовала она. - Что тебе от меня надо?!

- Поговорить хочу. И проводить тебя до дома. Я заметил, что теперь ты ходишь непривычным путём, причём совсем одна.

- Ты следишь за мной?!

- Это правда, что ты теперь живёшь в доме гибрида?

- Тебе какое дело?! - злилась волчица.

- А вот такое! - грубо сказал он.

- До сих пор питаешь мечты обо мне? - усмехнулась Лайма. - Фиг тебе!

- Я изменился. Правда.

- Нет. - сказала волчица. - Я не вижу вину в твоих глазах пустых. А во всём, что произошло, ты сам виноват. - она уже собиралась уйти, но Грег схватил её за лапу. - Не трогай меня!

- А если я докажу тебе, ты бросишь этого гибрида?

- Нет, я буду терпеть боль, но не разлюблю его! - кричала она, а на её глазах наворачивались слёзы. - Чёрт возьми, Грег, ты вообще знаешь, что до сих пор творишь? Никакая "любовь" не даёт тебе права считать девушку своей собственностью.

Лайма отошла от него, но волк резко повернул её обратно к себе и воскликнул:

- Скажи, почему ты его любишь?!

- Грег, у меня в сумке пистолет! - закричала волчица.

- Не надо, я тебе ничего не сделаю. Просто ответь на вопрос.

По взгляду Грега Лайма почувствовала, что нападать он действительно не собирается. Волчица отошла от него и без стеснения ответила:

- Мне не нужна особая причина, чтобы любить. Я люблю Сильвера просто за то, что он есть.

- Но он же слабак! И вообще... - волк сжал зубы и сделал презрительное выражение морды. - Он гибрид! Нет, у тебя должна быть особая причина.

- Просто Сильвер не такой говнюк, как ты. - прорычала волчица. - Ты безмозглая сволочь, Грег, и я не хочу иметь с тобой ничего общего! Моя жизнь - это моя жизнь, не лезь в неё! Не думай, что когда-нибудь я забуду всё, что ты мне сделал! - кричала она в ярости. - А если хочешь знать: рядом с ним я счастлива. Сильвер всегда будет важен для меня. А ты... Ты ничтожество! Тебе от меня нужно лишь одно. Для тебя не имеет значения, что я чувствую. Тебе нужна подстилка, но я не такая. Просто уйди и найди мне замену, разрешаю!

- Не всё так просто, Лайма...

Грег встал к ней ближе, сокращая расстояние. Она по-прежнему чувствовала его пугающую силу над собой. Волк был напряжён. Он прижал девушку к стене, выставив лапы по обе стороны, не давая ей пройти и глядя на неё сверху вниз. Его улыбка была полна злорадства, однако ему не потребовалось много времени, прежде чем заметить лапу волчицы, удерживающую в своей сумочке пистолет. Парень не сомневался, что Лайма выстрелит, как только он к ней притронется.

- Не понимаю я тебя.

- Никто не понимает. - отозвалась волчица. - И моих чувств к нему не поймёшь. Потому что только я знаю настоящего Сильвера.

Когда на морде Грега появилась широкая ухмылка, Лайме стало вдвойне противно.

- Эй, а может быть ты встречаешься с ним только потому, что он так хорош в пастели?

- Да за кого ты меня принимаешь?! - дав ему пощёчину, закричала Блэквуд. - Если ты думаешь, что хоть капельку сравнишься с Сильвером, то ты ошибаешься! Он намного прекраснее тебя, запомни! И свали уже из этой жизни, подонок! - девушка оттолкнула его и побежала прочь.

«Так всё-таки хорош?» - подумал Грег, проводив её взглядом.

От злости плюнув в лужу, он решил пойти обратно. Волк был раздражён, а эти узкие лабиринты улочек только действовали ему на нервы. Но вдруг Грег, благодаря своему хорошему слуху, услышал, что в тени многоэтажного дома, куда даже нормально свет не проникал, стоял кто-то очень крупный. Кто-то, кого он не мог видеть. Грег подошёл ближе. Это был незнакомец, который сидел на корточках, прислонившись спиной к стене. Грег на секунду даже испугался этой большой и тёмной фигуры, которая стояла ровно, без каких-либо движений.

- Эй, тебе что надо? - огрызнулся Грег.

Незнакомец не ответил.

- А пошёл ты... - раздражённо прорычал волк и отвернулся от тёмной фигуры, уже собираясь слинять из переулка.

Но прежде чем он успел сделать шаг, что-то острое врезалось ему в шею. С криком волк схватился за рану. Боль была невыносимой, словно ему без предупреждения вкололи огромную иглу. Грег резко вытащил из шеи маленький транквилизатор с белой полоской.

- Что за?.. - едва спросил он, как огромный незнакомец резко ухватил его одной лапой за грудную клетку. - Убери свои лапы! - завизжал волк и резко повернулся, но было уже поздно.

Грег попытался ударить мужчину кулаком по морде, однако тот не дал ему такой возможности. Старшеклассник сразу же получил сильный удар в живот и свалился на пол. Грег ругался, вырывался, а едва решил укусить нападавшего, то почувствовал, как силы начали куда-то стремительно исчезать.

- А ты не так прост, да? - ухмыльнулся мужчина, нависая над ним.

В глазах волка начало темнеть, но он продолжал бороться. Почувствовав, что лапы уже не связаны, он попытался встать, но незнакомец лишь сильнее надавил ему на грудь и прижал к стене.

- Не нужно. - прохрипел Грег, когда понял, что не может сделать вдох.

У него перехватило дыхание, и он начал задыхаться. Его тело словно сковало льдом, а затем стало наполняться обжигающей болью. Грег попробовал закричать, но вместо этого из горла вырвался какой-то жалкий писк. Он попытался поднять лапу, чтобы ударить нападавшего, но и эта попытка закончилась полным фиаско.

«Я не могу пошевелиться, меня парализовало» - эти мысли эхом звучали в голове, пока не смолкли совсем.

Глава 9 «Цветы на завтрак»

Стальное кольцо наручников было слишком большим для тонкой лапки Ады, но всё же недостаточным для того, чтобы она могла из него выскользнуть. Девочка была прикована к холодной трубе. Гиена подёргала проклятую железку и убедилась, что та очень крепкая. Сильвер, будучи точно также прикованным к батарее в углу слабо освещённой комнаты, нервно хрустел пальцами и размышлял, как им выбраться. Но в его голове не было ни одной здравой мысли, он просто сидел и вздрагивал от каждого громкого звука за дверью.

- Получается? - спросила Ада, заметив, как парень когтём начал ковыряться в отверстии для ключей.

- Это надолго. - когда он заговорил, на его морде была улыбка, но взгляд оставался серьёзным. - Давай хоть познакомимся? Расскажи мне о себе.

- Я дура.

- Мне нравится, продолжай. - Сильвер засмеялся, но не громко. - А если серьёзно, то как тебя зовут?

- Моя мама раньше называла меня солнцем, ведь на меня больно смотреть! - рассмеялась Ада.

- Ого, складывается впечатление, что ты совсем не боишься того, что сейчас происходит.

- Я спокойно жду, как зелёная мамба. А ты как себя чувствуешь?

- Нормально. - Сильвер пожал плечами. - Что мне ещё сказать? Я не знаю, что с нами будет дальше.

Полукровка ещё какое-то время пробовал открыть наручники, но его попытки оказались безуспешными. Тогда он угрюмо облокотился о стенку.

- Я Ада, а ты? - спросила гиена с неподдельным интересом.

- Сильвер Соул.

- Как ты думаешь, куда они нас привезли?

- Если честно, я не знаю, где мы. - ответил он. - Слушай, Ада, они ведь похитили тебя не потому, что ты им попалась случайно. У меня складывается впечатление, что им нужна была именно ты. Зачем?

- Я не знаю. Может быть, они просто решили украсть никому ненужную девчонку из детдома для собственных целей?

- Ты из детдома? - удивлённо переспросил Сильвер.

- Ага. - кивнула девочка. - Знаешь, мне ещё кое-что непонятно... Зачем ты погнался за ними?

- Увидел ту машину, тех зверей. Понял, что происходит что-то неладное, решил проверить.

- Ты их знаешь? - спросила Ада.

- Можно так сказать... Однажды они похитили меня, но я сбежал. Больше эти двое мне не попадались. Но мне крайне интересно, зачем ты им нужна? Сторонники их движения похищают только полукровок и преступников.

- Да-да, конечно, я ведь особо опасный преступник! - девочка предпочла отшутиться. - Спасибо, что хотел помочь, мне греет душу тот факт, что я здесь не одна, но со мной в беду попал и ты.

- Я ни о чём не жалею.

Ада удивлённо похлопала глазками.

- Тебя будут искать? - поинтересовался Сильвер.

- Меня никто не ждёт.

- Почему?

- Я сбежала из детдома, попутно переругавшись с кем только было возможно. Я просто не могла там больше находиться, а если бы задержалась ещё хоть чуть-чуть, то окончательно бы свихнулась.

- Разве у тебя нет друзей?

- Я слишком агрессивная, чтобы иметь друзей. И вообще... Никому ненужная.

- Неужели ты обвиняешь себя во всём? Почему так?

- Сам посуди: ни дома, ни семьи, ни друзей. В школу не хожу. Разве не ясно? Мне здесь не место. Может быть, даже не в этом мире. - сказала она и заметила его соболезнующий взгляд. - Не надо меня жалеть, я уже не ребёнок и могу сама о себе позаботиться.

- Поэтому тебя похитили?

Ей не понравились его слова, но подавать виду не стала.

- Просто притворись, что всё хорошо.

- Мы вообще-то в опасности сейчас находимся. - сказал парень. - Не боишься умереть?

- Ха-ха, мне кажется, что это смерти стоит бояться меня! Нет, Сильвер, я не боюсь умереть. Я просто не хочу при этом присутствовать. Эй, а сам не хочешь мне немного рассказать о себе?

- Что ж, я вижу, что могу быть честен с тобой. - решив представиться, он чуть выровнялся. - Перед тобой великий лузер столетия. Привет!

Ада тут же со смехом покатилась по полу.

- Ха-ха! Ну привет, лузер, я - оборванка с улицы, будем знакомы! - подыграла она. - А почему лузер? Ты довольно хорошо выглядишь.

- Меня таким считают.

- Да? Парень, который пустился в погоню за маньяками ради незнакомой девчонки - лузер? Спешу сообщить, что справедливые не могут унижать тебя за твою доброту; а на суждения других лучше вообще не обращать внимания. Уж поверь, дети могут видеть то, чего взрослым не дано.

- Ты недавно сказала, что уже не ребёнок.

- Все мы в душе дети! - хихикнула Ада.

- Странная ты... - последовал ответ.

- Не странная. Просто делаю и говорю, что хочу, потому что свободна.

Призадумавшись, Сильвер ещё раз посмотрел на Аду и увидел её улыбку. В глазах этой гиены редко можно было прочесть страх.

- Сильвер, не переживай насчёт чужого мнения.

- У тебя всё так просто.

- Наверное. Душа моя, как ромашка, такая же простая. И если бы я обращала внимание на каждого подонка в своей жизни, то была бы уже мертва. А за сегодняшний день я уже наслушалась достаточно упрёков, сбежала из детдома, и даже серьёзно подраться успела. Никакое похищение не выбьет меня из колеи.

Сильвер, что сидел напротив, посмотрел на неё с каким-то недоумением. Затем он перевёл взгляд на свои лапы, словно что-то вспоминая. Ада подумала, что он сейчас что-то скажет, но парень продолжал сидеть, уставившись в одну точку. Не зная, сколько времени прошло, он тихо проговорил:

- Ты такая сильная, такая...

- Какая? - спросила Ада, понимая, что уже знает ответ.

Он ничего не сказал. Только вздохнул и вновь уставился на окно.

- Так! - вдруг громко заговорила гиена. - Давай забудем о наших страданиях и наконец освободимся!

- Как?

Ада перебрала несколько вариантов, пока наконец ей не стукнула в голову просто гениальная мысль.

- Хе-хе, никогда не знаешь, когда тебе понадобится дополнительный зуб. - и она, оскалившись, вцепилась зубами в железную цепь.

- Что ты делаешь?! - воскликнул Сильвер.

Но гиена проигнорировала его и принялась грызть. Зубам, что прокусывали металл, было больно, но Ада не видела другого решения освободиться от оков. Когда она разгрызла наручники, те с грохотом упали на пол.

- Ура! - радостно закричала гиена и поднялась с места, чтобы размять затёкшие конечности.

- Как тебе удалось? - ошарашено спросил полукровка.

- Самые мощные челюсти в мире! - Ада с гордостью повторила фразу, которой давно была пора стать её девизом. - Теперь помогу тебе. - сказала она и принялась за наручники Сильвера.

- Прекрасно, спасибо тебе. - сказал он, когда был освобождён, и поднялся, потирая свою лапу, на которой по-прежнему красовалось железное кольцо. - Что дальше? Дверь заперта, остаётся только...

Две пары глаз сразу устремились к маленькому окну. Подбежав к нему, пленные увидели, что находятся в огромном заброшенном здании далеко за городом, которое было полностью окружено тёмным лесом, лишь где-то вдалеке виднелась трасса.

«Как же Фауст любит заброшенные здания» - подумал Сильвер.

- Ой-ой, высоко падать! - прокомментировала девочка.

- Ясно, выхода нет. - сделал вывод Соул, посмотрев вниз, а затем окинул взглядом пустую комнату.

Сильвер с тяжёлым вздохом отошёл от окна и грустно сел на пол.

- Неужели ты просто сдашься?

- Очень высоко, прыгать нельзя. - ответил полукровка.

- А если мы покричим?

- На крики сбегутся наши похитители, а этого нам точно не надо. Будем сидеть и ждать спасения.

Гиена рассердилась. Она считала, что желание спасения прямо свидетельствует о слабости, не скрывающей морды своей, ибо тот, кто ожидает спасения, таким образом открыто признаётся в своём ничтожестве. Ада недовольно помычала, затем ей пришла идея кое-что узнать:

- Сильвер, а у тебя есть девушка?

Парень подобного вопроса не ожидал, так что на его мордочке появилось смущение.

- Есть та, с которой я хотел бы провести свою жизнь, но...

- А ты потом признаешься ей в любви, если мы отсюда сбежим? - любопытствовала Ада и улыбчиво уселась на холодный пол рядышком с ним.

- Не знаю. Мы с ней просто друзья разных видов... Зачем тебе это знать?

- Понимаешь, счастье - это когда тебя любят и ждут дома. Не вздумай сдаваться, иначе сам себя не простишь! О, я уже вижу этот новостной заголовок об исчезновении некоего Сильвера... Э, слушай, а ты вообще какой зверь? Вроде бы кролик, но такой необычный.

- Я полукровка...

- Ух-ты! - с восторгом воскликнула Ада. - Не может быть! Я ещё никогда не встречала полукровок.

- Не стоит об этом шутить. - сказал он с изумлённым выражением морды.

- Шутить?! Наоборот, мне кажется, что это круто!

- Прости, что? - непонимающе посмотрел на неё парень.

- Ты одновременно и один зверь, и другой, это же дикость как интересно! - ответила гиена. - Биологи просто с ума сойдут!

- Это не хорошо. Я нечистый вид.

- То, что ты отличаешься - очень круто! Знаешь, моим самым большим страхом всегда было - быть никем. Просто одной из множества. Вот я и пытаюсь выделиться! - с гордостью сказала она. - Мама в детстве сказала мне навсегда запомнить слова Спасителя: «Неправильные украшают мир правильных». Спаситель так и сказал, это записано в его Учении. Гордись тем, кто ты есть! Кстати, а ты знал, что Спаситель тоже был полукровкой? - спросила Ада.

- А ты всё о Спасителе говоришь...

- Да, Он есть. Я в Него верю.

Говорила девочка про древнейшего бога Аурума, которого было приятно называть Спасителем. Как гласили легенды, именно благодаря царствованию Спасителя цивилизация животных достигла своего наивысшего развития. Когда-то очень давно с приходом энергии Спасителя исчезли война и голод, болезнь и смерть на Ауруме. Прошло немало веков, прежде чем вера в него на планете ослабла, однако пятнистые гиены и многие другие животные до сих пор не отказались от своей религии.

- Я не очень верю в Спасителя. - признался полукровка, на что Ада тут же закричала:

- Что?!

- Понимаешь, я не верю, что именно благодаря Ему животные начали эволюционировать. Это не вяжется со всей теорией эволюции. Не может быть, чтобы Он был первым говорящим зверем.

- Так Он и не был! - ответила гиена. - Его мать была первой разумной, но все великие свершения сделал именно её сын.

- Как так получилось, что без долгих этапов эволюции мать Спасителя внезапно стала разумной?

- Голос был дарован ей!

- Кем?

- Бездной.

- О, невероятно, так ты и в Бездну веришь... - сказал он с разочарованием.

- Верю, потому что это правда! - продолжала стоять на своём Ада. - Всё было на самом деле.

- Тогда где твой Спаситель сейчас? - вновь бурно заговорил Сильвер. - Если не ошибаюсь, то в конце своей жизни Он навсегда ушёл в пустыню, пообещав однажды вернуться и продолжить творить свои чудеса.

- Спаситель ушёл не в пустыню. Спаситель ушёл в Бездну. Туда же, откуда появилась Его мать. И пообещал Он вернуться только на пике самых больших бед!

- Тогда чего же Он не возвращается, если ты видишь, что сейчас творится в мире?!

- Не кричи на меня! Спаситель вернётся! Он явится в этот мир совсем скоро. И тогда абсолютно все животные, даже полукровки, вновь заживут счастливо, как при тысячелетнем правлении Спасителя!

- Эх, малышка... - усмехнулся Сильвер. - Мне раньше тоже нравилась эта легенда, но потом я вырос и понял, что это всего-навсего сказка. Слова Спасителя правильные, но им уже никто не следует. Сейчас не то время, чтобы верить.

- Я родилась не в ту эпоху и не в том городе. - сделала чёткие выводы Ада и ушла в угол комнаты. - А мы, гиены, между прочим, Его потомки! - напоследок обиженно выкрикнула она.

Для столь жуткого и опасного хищника Ада слишком плохо скрывала эмоции. Девочка сидела немного боком, словно прячась от чего-то, а ещё обнимала себя лапами. Хмурая, неразговорчивая и серьёзная, как грозовая тучка. Чуть тронь такую - сразу током шибанёт.

- Ты считаешь, что я ошибаюсь, да?

Сильвер промолчал, а Ада медленно встала посредине комнаты.

- Ошибаюсь не я, ошибается этот мир.

Полукровка закусил щёку изнутри. На деле их связывало нечто большее, чем желание быть свободными.

- Тебя устраивает твоя жизнь? - спросила она.

- Нет.

- У тебя такие же проблемы, как и у меня? Нет семьи, крыши над головой, свежей еды, тёплого одеяла и хороших друзей? - протараторила Ада, смотря юноше прямо в глаза.

- Всё тобою перечисленное у меня есть...

- А у меня нет, но жить я хочу. Тогда почему я не могу верить в то, что и у меня когда-нибудь всё будет лучше, чем сегодня?

- Ты предлагаешь молиться?.. - искренне не мог понять полукровка.

- Что? О, нет-нет! Молиться - клянчить, чтобы законы, управляющие Вселенной, были нарушены ради одной-единственной персоны, причём явно недостойной по её же собственному признанию. Я говорю о вере в лучшую жизнь для таких отбросов, как я. Твоё положение намного лучше моего.

- Ты не знаешь, что происходит в моей жизни. - он вжался в стену, ему было не по себе. - Что это? - неожиданно Сильвер, как это обычно делала с ним Лайма, резко схватил девочку за лапы, разглядывая их.

Ада тут же отдёрнула обе лапы и спрятала за спину. Но нахмурившийся Сильвер успел увидеть парочку странных багровых отметин, слово это были... сигаретные ожоги.

- Отец закалял меня перед адом. - хихикнула гиена в ответ.

Полукровка в шоке уставился на эту бедную, брошенную всем миром девочку.

- Ты мне не ответил. - предъявила она.

- Я понимаю, Ада, у тебя тяжёлая жизнь. Возможно, я не пойму всего, но мне не лучше... Я многое терплю в своей жизни. Мне очень стыдно за свою слабость. Если я потеряю тех, кого считаю своими близкими, не знаю, что буду делать дальше. Заживу, как прежде?.. Буду снова один. Продолжу бродить в своей голове по собственному миру... Долго калеча самого себя.

- Бесишь.

- Что?

- Ты меня бесишь. - медленно повторила Ада. - Прекрати изображать героя трагедии. Бесишь меня больше всех! - прокричала она и поднялась с пола. - Ты вообще живой?!

Она резко махнула лапой, указывая на окно, и злобно закричала:

- Да этот лес мне нравится больше тебя! Ты ничего не ценишь! У тебя прекрасная жизнь, а у меня даже коробки под мостом нет! - проорала она.

После таких криков Аде пришлось немного отдышаться.

- Так я выгляжу, когда злюсь! Самодовольной и злой! Я не нуждаюсь в тебе. Чтобы отсюда выбраться, ты мне не нужен. А ты дальше сиди и страдай, пока я буду пытаться выжить. Знаешь, какой ты? - она подползла к нему очень близко. - Знаешь-знаешь? Ты глупый! Вот такой! Это и есть ты.

- Грубовато...

- Я не грубая. Я честная. - улыбнулась Ада. - И ты явно не заслуживаешь моего внимания к себе. Равнодушие будет моей местью!

Как только она сказала это, то сразу ушла в другую часть комнаты, усевшись на полу с недовольной мордочкой и поджав под себя лапы. Тишина, словно стена, давила на их головы.

- Скоро явится Спаситель... - тихо произнесла гиена.

Уши Сильвера приподнялись. Ада поднялась с места, закрыв глаза. Она плавно, будто в танце, приподняла вверх лапы и начала петь:

«Скоро явится Спаситель,

За ним возвысится обитель

По судьбы тончайшей нити,

Тише-тише, звери, не спугните.»

Её слова становились громче, а Сильвер продолжал быть в ступоре, глядя на неё.

«Скоро явится Спаситель,

Аурума великий прародитель,

Одаривший народы светом,

Весть о нём разнесётся ветром.»

Голос на секунду дрогнул, но она не останавливалась и продолжала петь. Глаза её карие наполнялись слезами.

«Скоро явится Спаситель,

Земель золотых хранитель,

Чтобы жила в нас память,

С песней велел обитать!»

Она с чувством прокричала последнюю строчку. Её песня оборвалась также неожиданно, как и началась. Гиена коротко вздохнула и посмотрела на удивлённого полукровку.

- Прости, я хотела успокоиться. Моя мама когда-то пела мне эту песню...

Ада почувствовала пристальный взгляд на себе, так как Сильвер подошёл к ней и встал рядом.

- Ты чего? - спросила девочка, недоумённо посмотрев на парня.

- А вот чего. - ответил он и неожиданно запел.

Его невероятно красивый голос заставил Аду просто остолбенеть. Он хорошо запомнил слова песни, которая нравилась гиене:

«Скоро явится Спаситель,

Земель золотых хранитель,

Чтобы жила в нас память,

С песней велел обитать!»

Песня, словно мёд, лилась и обволакивала душу девочки.

- Как круто... - прошептала Ада, закрыв глаза от наслаждения для её ушей.

- Подпевай!

- Конечно, мой брат по несчастью! - захихикала гиена, затем тоже стала петь вместе с полукровкой.

В ожидании своей участи, ребята позабыли свою недавнюю ссору, они просто пели и водили хороводы. Запертые в пустой комнате вдвоём, им самим было интересно, что их так развеселило.

- Я думаю, ещё не всё потерянно. - сказала маленькая Адель, заключив в объятиях своего нового друга.

Железная дверь с грохотом резко отворилась, предоставляя им путь наружу. Ада решила не упустить возможность и выбраться на волю, но огромный кабан загородил проход.

- Чего расшумелись, уродцы? - сказал Джон.

- На себя посмотри! - огрызнулась гиена, почти упираясь в его пузо.

- Гибрид, ты идёшь со мной. - приказал кабан.

- А я? - спросила Ада.

- Ты сидишь здесь.

- Ой, а хотя бы покормите? С утра ничего не ела! А куда вы поведёте Сильвера?

- Не твоё дело! - злобно прикрикнул Джон и оттолкнул девочку.

Она упала на пол, Сильвер подбежал к ней и помог подняться.

- Хам! - воскликнула Ада, потирая и без того больную лапу.

- Ещё раз тронешь её... - не успел договорить полукровка, как кабан схватил его и начал уводить из комнаты. - Пусти!

- В этот раз твои приёмы тебе не помогут, гибрид! - отозвался Джон, крепко удерживая сопротивляющегося парня уже двумя лапами.

Ада пыталась помочь, но не могла справиться с огромным зверем.

- Сильвер!

Юноша повернул к ней голову.

- Сегодня наблюдай за собою как можно внимательнее, чтобы завтра не оплошать.

Дверь захлопнулась, оставив после себя неприятную тишину. Ада осталась одна в этой тёмной комнате, наедине с своим волнением. Ей больше ничего не оставалось, кроме как сесть возле окна, смотреть на темнеющее небо... и ждать.

Воображение Сильвера вырисовывало холодную и очень тёмную комнату. По крайней мере насчёт того, что она холодная, он был уверен. А вот разглядеть что-либо, в том числе и наличие освещения, мешала непроницаемая чёрная повязка на его глазах. В нос ударил запах гнилых растений.

- Что здесь происходит?.. - искренне не понимал Сильвер.

Когда ткань сползла с его мордочки, полукровка, спохватившись, начал оглядываться по сторонам. Закидать вопросами собственную голову Сильвер так и не успел. Впереди этого бардового помещения слышались какие-то чавкающие звуки, и юноша нервно замер на месте, ища путь отступления, что оказалось невероятно бесполезно - за ним встали громадный кабан и юркий барсук. В самом центре комнаты стоял длинный прямоугольной формы стол из красного дерева. На белоснежной скатерти были небрежно разбросаны цветы и прочие растения. А во главе стола сидел никто иной, как Фауст. Сильвер резко вскинул голову, различая в темноте черты черепашьей морды. Значит, так Фауст выглядит вне стен школы? В плотной чёрной рубашке он кажется гораздо более утончённым, чем Сильвер когда-либо мог себе представить. Ил Дарк прочерчивал его взглядом, переполненным подозрением. От такого внимания у Сильвера непроизвольно скрутило живот. В голове больше тысячи вариантов, что сделать правильнее, но ни один не казался ему достаточно подходящим.

- Сильвер.

- Фауст.

Черепаха сидела в своей огромной инвалидной коляске и ухмылялась, наблюдая за пленником. Её самодовольное выражение раздражало полукровку.

- Можешь присаживаться. - Фауст указал ему на стул напротив себя.

Сильвера в спину подтолкнул кабан, заставляя неуверенно подойти и сесть за стол. Странный вакуум образовался в районе сердца полукровки, стало чрезвычайно неуютно и некомфортно. Неприятный запах цветов вновь больно ударил в его чувствительный для запахов нос.

- Соул, я рад тебя видеть в добром здравии.

Бархатный, глубокий голос обволакивал сознание, словно гипнотизируя. Он проникал в разум, замораживая там все мысли и абсолютно дезориентируя в пространстве. Кое-как оторвавшись от прокручивания голоса в голове снова и снова, Сильвер ответил:

- Взаимно.

- Как доехал? Мои ребята тебя не сильно обижали? - улыбаясь, начал Фауст.

В ответ он получил лишь недовольный взгляд. Хмыкнув и коротко глянув на двух своих подчинённых, Фауст преспокойно сдвинулся с места дальше, медленно прокручивая колёса своего "трона", чтобы набрать себе в лапу овощи и фрукты для дальнейшего их употребления.

- Понимаю, Сильвер. Тебе не нравится это место? Мне, если честно, тоже, но работа - есть работа. Особенно её стоит тщательно выполнять, когда она доставляет неимоверное удовольствие.

Растительное меню Фауста было довольно разнообразным. Он ел ягоды, траву, листья, кактусы. Увядающие цветы валялись нетронутыми. Как и у прочих черепах, у Фауста не было зубов. Он откусывал листья при помощи заострённых, похожих на ножи челюстей, и глотал куски целиком. Сильвер, будучи наполовину волком, решил исполнить смертельно опасный трюк - он натянул наимилейшую улыбку в своём арсенале и пролепетал:

- Ешь на здоровье, Ил Дарк. Как покончишь с трапезой, поделись, чего ты хочешь от меня?

И тут произошло нечто неожиданное, ведь морда у черепахи слегка вытянулась и глаза стали шире.

- Ты выглядел напуганным минуту назад. - произнёс Фауст, всё ещё прибывая в озадаченном состоянии. - Твои любопытство и выносливость в сочетании с самокритикой спокойно жить тебе не позволят. - вернувшись на своё место, он спокойно положил еду перед собой. - Сии качества ведут к погибели.

- К погибели? - Сильвер приподнял бровь. - Отчего ты не приказал своим рабам пристрелить меня, как только узнал обо всём?

- Решил сначала поприветствовать, а потом убить. - рассмеялась черепаха. - Ты, кстати, появился очень вовремя. Пока что ты мне не нужен, но скоро о-о-очень понадобишься.

- Зачем вы похитили Аду?

- Я не обязан отвечать тебе на все вопросы, Соул.

- Ты сделаешь ей больно?

- Ты беспокоишься за неё? - спросил Фауст, но Сильвер промолчал. - Эта девчонка... Заставила же она моих ребят попотеть. Нам вовсе не трудно было найти детдом, в котором она живёт, но, когда Джон и Декстер лично отправились ловить её, вот тогда уже и возникли трудности. Давненько никто не посылал весь мир к чёрту! Ада каждый день куда-нибудь сбегает, не появляется в школе, хулиганит, рисует свои религиозные граффити и катается на своей доске. Однако я не сомневался, что нам удастся привести девочку сюда. Пока нет необходимости её убивать.

Сильвер думал, что наверняка это одна из фамильных уловок семьи Ил Дарк, способности своим голосом влиять на чужие мысли - драгоценное наследство. Но сейчас полукровка отказывался считать себя пойманным в иллюзию. Впервые в жизни его чувства существовали в настоящем времени, а не где-то в легендарном прошлом, и он не вправе сомневаться.

- Фауст, я повторю свой вопрос: зачем ты приказал похитить её?!

- Все совершают ошибки, понимаешь? - он немного наклонился, улыбаясь.

Отвратительно, теперь черепаха всегда будет общаться с ним, как с умалишённым?

- Да, тебе это знакомо. - продолжил Фауст. - Вот и её родители оплошали.

- Как такое может быть? Ведь Ада детдомовская, у неё нет родителей.

- Матери уже точно нет, но есть отец. А он та ещё тварь. Страшная, жуткая, безумная тварь... И девчонка такая же.

- Что с её отцом? - не понимал полукровка.

- Сейчас он в тюрьме строгого режима. Отбывает несколько пожизненных сроков.

- Но... - нервно сглотнув, произнёс полукровка. - Дети не виноваты в грехах родителей!

- Ты не прав, мой друг. Дети - это точные копии своих родителей, которые просто не успели обрести собственную волю. Но Ада уже считает себя свободной. Своими выходками она отчётливо даёт понять, что с возрастом ничего хорошего из неё не получится.

- Говори за себя, Фауст! - прикрикнул Сильвер. - Она ни в чём не виновата. Но кому я это говорю? Для тебя же так естественно биение каменного сердца.

- Послушай сюда, жертва хаотической репликации хромосом. Я бы плакал кровью, будь у меня живое сердце, но мне всё равно. Девчонка заслуживает всего того, что с ней произойдёт дальше. - сказал он со злоехидной усмешкой и, как ни в чём не бывало, прожевал лист салата. - Впрочем, к чему нам говорить о какой-то гиене? Поговорим лучше о другом. Сегодня я бы добрался до тебя абсолютно любым другим способом, но волею судьбы ты сам же и угодил прямо в мои лапы. Забавно! Герой из тебя никудышный. Ты думаешь, что Ада поблагодарит тебя? Да она по возможности сбежит от тебя далеко, ни разу не оглянувшись. Пойми одну вещь: твоя поддержка никогда к тебе не вернётся. Только вспомни, сколько раз тебя предавали. То, что ты пытался помочь Аде, ещё не значит, что она сделает для тебя то же самое. - Фауст тихо посмеивался в кулак, но не сдержался и прыснул от смеха. - Сама концепция «доброты» для меня уморительна. Нас с детства приучают быть добрыми, хорошими, покладистыми. Но нам не говорят, что к нам могут относиться плохо и неблагодарно. Так уж ли важно милосердие? - черепаха пару секунд показывала на своё инвалидное крепло. - Вот, взгляни-ка, разве начав совершать добрые дела, я смогу снова ходить? Как неумно быть слепо добрым и слабым.

- Дай угадаю: ты сейчас скажешь, что своими методами хочешь сделать этот мир лучше. На деле же ты меняешь его лишь под себя любимого, всю свою жизнь плачешься на свои несчастия, выплёскивая негатив на окружающих, как будто они виноваты в твоих проблемах. - Сильвер не переставал иронично улыбаться, когда пришла его очередь говорить. - Ты задаёшь мне интересный вопрос. Чем полезна добродетельная жизнь? Совсем незначительная польза: порядок взамен хаоса, благородство взамен позора, аскетизм взамен распутства, почитание своей души взамен презрения её!

Зёрна граната из лап черепахи рассыпались на стол, точно драгоценные камни, сверкающие в мутном свете лампочки. Сильверу удалось впечатлить противника. Полукровка хмыкнул себе под нос и замер. Даже хрустеть пальцами не хотелось. Сильвер руководствовался советом и разумом, а не душевным порывом и волнением. Но он не закончил:

- В твоей смелой, но абсолютно бессвязной речи есть погрешность. Глупость. А для неё извинения нет. Ты был замечен мною в такой оплошности, что слава о твоей тупости будет для меня если не вечной, но очень и очень долгой.

Фауст сжал в кулаки ткань рубашки, проглатывая внутрь ком обиды. Немного помедлив, он спросил:

- Знаешь, сколько стоит твоя жизнь?

- Для тебя она ничто. Но я верю, что каждая жизнь ценна. Отпусти Аду, я настаиваю.

Фауст впился в попавшийся под лапу помидор с таким остервенением, будто добрался до чей-то шеи. Сильвер, в тот момент почти не дышавший, нервно сглотнул. Черепаха наслаждалась, совсем не заботясь о том, что полупрозрачные капельки сока текли по её морде и лапам. Веки, прикрывающие затуманенные удовольствием глаза, блаженно дрожали. Прожевав помидор, Фауст стал дальше разглагольствовать:

- Осознаю твоё необыкновенное волнение, но... - он явно раздумывал над отмазкой. - Девчонке стоит облегчить страдания. Она же так мучается в этом жестоком мире! - театрально наигранно ответил инвалид.

- Бессмыслица какая-то. - разозлился полукровка.

- Если достаточно глубоко всматриваться, то можно найти смысл во всём.

- Но не в этом! - не обращая внимания на охранников сзади, Сильвер с шумом отодвинул стул, бесстрашно наклоняясь над черепахой. - Ты просто жестокий тиран, который хочет лично наблюдать за страданиями других!

- Да умоются кровью те, кто усомнится в моём миролюбии! - громко возгласил Фауст и рассмеялся.

«Жестокость приводит к безумию» - Сильвер в этом убедился.

- Эй... - наконец подал голос полукровка, сев обратно на стул. - Я знаю, что всем плевать на мою боль. Ты даже можешь ранить меня. Прикажи меня убить, и я ничего не почувствую. Правда.

Враги не переставали удивляться ходу мыслей друг друга. В глазах Фауста пробежала искорка подозрения.

- Странно... - произнёс он. - Страх всегда был моим самым эффективным средством контроля. Но с момента нашей первой встречи ты совершенно перестал чего-либо бояться. Ты даже представить не можешь, насколько ты влип, Соул.

- Вероятно, моё восприятие немного нарушено постоянными суицидальными мыслями.

- Ха-ха, скорее всего. Если ты хочешь умереть - умри. Я тебе в этом даже помогу.

Фауст лапой подал своим подчинённым сигнал. Барсук подошёл к столу и поставил перед полукровкой стакан воды, а рядом положил маленькую белую таблетку.

- Это яд, да?.. - прошептал Сильвер.

- Это быстродействующее снотворное. Близок час, когда тебе выпадет шанс проявить себя. Врать не стану, эта ночь может стать для тебя последней, мой друг. Естественно, ты ещё можешь попытаться удрать, но Ада в любом случае останется здесь. Представь, как ты выбежишь из здания, переполненного охранниками, пойдёшь вдоль трассы и окажешься в городе. Затем вернёшься домой к своей матери и навсегда забудешь об этой встрече. И ты никогда не узнаешь, что произошло с девчонкой.

- Никогда. - твёрдо сказал Сильвер. - Я не уйду без Ады.

В прищуренных глазах Фауста не было ни жалости, ни сочувствия, ни понимания. Полукровка никогда его не забудет. Не забудет. Нагнетающее молчание прошло, когда зловеще улыбающаяся черепаха ответила:

- Хорошо, ты сделал свой выбор.

В ту же секунду Сильвер почувствовал холодное прикосновения дула пистолета к затылку.

- Что же ты делаешь?.. - прошептал он под прицелом одного из подчинённых Фауста.

- Сильвер, пойми меня правильно, я же это из чистых побуждений!

- Благими намерениями вымощена твоя личная дорога в ад. Ты просто поедаешь подобных себе... Живым мне не выбраться. Но ты не сможешь скрываться долго. Тебя найдут. Заставят ответить за свои ошибки. Ведь в конечном счёте... - Сильвер поднял указательный палец на Фауста. - Виноватым будешь ты.

Он сказал это и проглотил снотворное. Фауст улыбнулся. Наконец они договорились - пришли к общему выводу, что являются врагами. А Сильверу от этого нисколько не радостно, ведь с каждым новым вздохом его тело становилось слабее.

«Чёрт... Скоро таблетки подействуют... Но я этому не рад» - подумал он, когда ему даже моргать стало тяжело.

- Спи, мой друг. Тебе следует набраться сил для предстоящего боя.

- Боя?.. - только сказал полукровка, как его голова опустилась на стол.

Сквозь опускающиеся веки он расплывчато видел широкую улыбку Фауста. Он ощутил прикосновение чьих-то грубых лап к своей спине.

- Какой... ещё... бой?.. - произнёс он и погрузился во тьму.

Глава 10 «Между зубами и огнём»

Голова Сильвера раскалывалась от боли. В ушах стоял шум, в глазах всё плыло и двоилось, но он всё же смог приподняться и оглядеться. Когда Сильвер попытался сесть на пол, то обнаружил, что заперт в клетке. Страх, охвативший его, был так силён, что было трудно дышать. Вдруг послышались громкие возгласы толпы, словно с арены стадиона. Юноша преодолел несколько шагов и упёрся головой в решётку, яркий свет ненадолго ослепил его, заставляя закрыться лапой, но через время пятна перед глазами исчезли. Взору предстало некое подобие засыпанной песком арены со стенами из железа. Вопли становились слышны чётче, и Сильвер пригляделся. Множество зверей разных возрастов и толщиной кошелька собрались вокруг арены, напоминающей огромную яму. Здесь собрались богачи, а также просто животные, любящие смотреть кровавые шоу по вечерам вместо программы новостей. С каждой секундой напряжение росло в трёхкратном размере.

- Не может быть!.. - прошептал полукровка, обернувшись к выходу из своей клетки.

Похрустев шеей, Грег сделал шаг вперёд и глубоко вдохнул воздух, спёртый от предвкушения. Местом проведения боёв была заброшенная фабрика на окраине города. Внутри пространства очень много, поэтому нетрудно было устроить целую арену. Мощные прожектора освещали практически всю постройку. Сама арена манила своим величием, а сверху вид наверняка ещё красивее. Как бы странно не звучало, но это было почти идеальным местом для Грега. В мальчишеском возрасте он особенно любил почесать кулаки. Эта привычка оставалась с ним вплоть до сегодняшнего дня. Только волк попал в поле зрения, как его оглушили крики толпы. Он не спеша вышел из клетки, которая с грохотом закрылась за его спиной. Сэлтон не чувствовал какой-либо неуверенности, чего нельзя было сказать о его сопернике.

«Это то, о чём говорил Фауст? Мне предстоит драться с Грегом?» - Сильвер пытался прогонять от себя дурные мысли и продолжал смотреть вперёд.

Грозный волк был явно заранее осведомлён о правилах боя. Сейчас он стоял, как всегда жёстко и хищно ухмыляясь, глядя на врага исподлобья. На что Фауст рассчитывал, выбрав Сильверу в качестве противника Грега? Всё внутри полукровки кричало о том, что ему уготовано стать лёгкой закуской крупного хищника.

- Ти-и-и-и-и-хо! - громогласно раздалось по всему зданию.

На высоком возвышении перед ареной стоял тот, кто устроил всё это. Наконец Фауст громко заговорил в рупор, сразу же перенимая всё внимание присутствующих с бойцов на себя:

- Добрый вечер, дамы и господа. Я рад вас видеть здесь сегодня. Вы выбрали лучшее место для утоления вашей жажды крови! Для бойцов ограничений нет, кроме самых основных, которые всем нам известны. Как только начнётся бой, ставки приниматься перестанут, а значит уже сейчас. Менять ставку нельзя, а если кто-то попробует это сделать тайком, наши парни вашей же кровью отчётливо объяснят правила.

Сильвер сделал вывод, что это будет бой без правил. Но даже элементарный порядок не смог бы помочь молодому полукровке. У таких волков, как Грег, нет правил поведения. Волкам, чтобы быть волками, не нужны никакие правила. А тем временем из толпы послышались недовольные бурчания.

- Чёрт побери, когда вы уже начнёте?! - закричал какой-то громадный зверь.

Его комментарий поддержали аплодисментами. Черепаха на такие слова лишь оскалилась и решила больше не терзать напряжённый народ.

- Раз вам не терпится, то мы начинаем! - прокричал Фауст в рупор.

Как по команде свет направился на соперников, что стояли друг напротив друга. Коричневый волк всем своим видом пытался показать гибриду, что это он является здесь хозяином положения, однако на самом деле в карих глазах противника за притворным высокомерием скрывался страх. И сейчас двоим предстояла будоражащая кровь драка.

- Сегодня на нашей арене сразятся самые необычные представители животного мира. Справа от меня Грегори Сэлтон, гордый молодой волк и просто гора мышц и мускул! - громко представила черепаха старшеклассника, который просто купался в аплодисментах тех, кто делал ставку на него.

Только вот в настоящих драках Грег ещё не участвовал. По крайней мере в том смысле, когда зверю платят за то, чтобы тот сражался до победного, иногда смертельного конца. Задирать одноклассников внутри учебного заведения или перед кафе, где продают газировку, или поздно вечером в переулке, - с точки зрения настоящей драки просто школьничество.

- Уверен, этого парня представлять не надо. - далее Фауст перевёл лапу влево. - Самый непредсказуемый боец. От одного его взгляда даже мне не по себе! Прямо на ваших глазах - гибрид хищника и травоядного, полуволк и полукролик, - Сильвер Соул!

Когда все взгляды незнакомцев оказались прикованы к нему, полукровке стало не по себе. В самом деле страшно видеть десятки пар глаз, что смотрят на тебя в ожидании чего-то невероятного.

- Напоминаю, бой не окончится до тех пор, пока один из бойцов не падёт замертво. Победитель получит право на свободу!

У Сильвера кровь начала закипать от всего этого цирка, но надев маску безразличия, при этом оглядывая толпу, он произнёс:

- Как много голов и ни одного мозга. - с холодной ухмылкой сказал Соул, складывая лапы на груди.

Его всё ещё преследовала головная боль. Вдруг Сильвер опомнился, как только ещё раз посмотрел в сторону Фауста. Кабан, подчинённый Фауста, крепко удерживал в своих огромных лапах маленькую гиену. Ада бы кричала сейчас, не будь её пасть крепко замотана верёвкой. Ненадолго девочка оставила попытки вырваться, чтобы она могла сберечь силы на побег. Пятнистая обеспокоено смотрела на Сильвера, переживая за его участь, потому что прекрасно понимала, чем всё может обернуться.

- Отпусти её, Фауст! - закричал полукровка, но тот его не слышал.

Черепаха поступила умно, ведь Ада стала ещё одной причиной биться Сильверу на арене. Фауст продолжил вдохновенно говорить с толпой:

- Убедитесь, что только чистокровные животные достойны жить на Ауруме! Наш мир продолжает гнить и растворяться, но мы не сдадимся! - дальше ведущий чуть опустил голову. - Прошу бойцов подойти к центру.

Грег неспешно прошёл в середину арены и с усмешкой прошептал оппоненту:

- Ты так легко можешь сделать мне приятно, тебе достаточно просто позволить мне красиво стереть тебя с морды Аурума.

От этого Сильвер опустил взгляд на песок, что лишь позабавило волка. Кровь требовала, кипела, давала жизнь и силу, за которую они должны отплатить разумом. Кровь, одна на двоих, поставила их сейчас друг напротив друга. Сильвер сглотнул, ощущая, что не чувствует ни страха, ни волнения. Когда жизнь вот-вот оборвётся на кончиках волчьих клыков, он не находил ни одной причины воздвигнуть между ним и Грегом тень сомнения.

- Скажу тебе честно, Грег, но ты очень сильно пожалеешь о драке со мной.

Кровь требовала, но земля, на которой они стояли, просила, шептала, любила и лелеяла. Волк будто напрягся, ощутив перемену в своём сопернике. Секунда - Сильвер тянет носом воздух, две - и Грег заносит лапу для удара когтями, три - раздаётся выстрел. Совершенно неожиданно произошла небольшая вспышка, после чего волк упал на песок, хрипя от боли. На его боку расползлось пятно красного цвета.

- Грег?.. - тихо произнёс Сильвер, услышав рычащие звуки, что с каждой секундой переполнялись животной злобой.

- Да, волк, покажи себя! - радостно закричал Фауст. - Пусть откроются твои истинные способности хищника!

Не могло быть всё предсказуемо, ведь это совсем не обычный бой. Стало очевидным, что Грег озверел. В один миг он разорвал на себе верхнюю одежду и встал на все четыре лапы, став похожим на настоящего дикого волка, жаждущего крови. Увидев потенциальную добычу, из горла его вырвался глухой рык, глаза вспыхнули яростью, и волк бросился вперёд. Ошарашенный Сильвер не стал оставаться на месте, и побежал, иначе бы сразу оказался в пасти врага. Высоко подпрыгнув, он очутился на решётчатой крыше клетки, куда дикий волк взобраться попросту не мог. Грег, злобно скалясь, начал бродить вокруг клетки. Волк - животное терпеливое, подождёт. Черепаха лишь ухмыльнулась, увидев с высоты молящий о пощаде взгляд полукровки.

- Не порть мне шоу! - сквозь смех сказал ему Фауст. - Выпусти своё внутренне «Я», Сильвер, иначе песок хорошо пропитается твоей кровью!

- Как мне это сделать?! - вопросил он. - Только идиоты лезут в бой, который не выиграть!

- У тебя есть силы, так покажи их нам!

- Неправда, я слабак! Ты просто хочешь видеть мою смерть! - крикнул Сильвер. - Останови этот бой!

- Остановлю, когда гонг прозвенит. Ты слышал гонг? Лично я - нет.

- Но я же так сдохну!

- Ты не жил, а значит умрёшь не по-настоящему. Бой будет длиться, пока ты не прикончишь Грега.

- Ненавижу насилие... - произнёс Сильвер, и в этот же момент волк, пытаясь взобраться, едва не оцарапал его своими когтями. - Почему всё не может быть мирно?

- Только не в этом мире, только не для тебя.

Фауст бросил взгляд на Аду, которая с глубокой ненавистью смотрела на него, что не могло не вызвать у него уважения, ведь не каждый выдерживал на себе поистине властный и суровый взгляд, от которого не ускользнула бы ни одна мыслишка или эмоция.

- Борись за себя, и за то, что тебе дорого. - сказала черепаха и взяла из лап вставшего рядом с ним барсука пистолет. - Здесь сконцентрирована самая маленькая доза. Поторопись, эффект пройдёт быстро.

Фауст вытащил из пистолета маленький красный шарик.

- Я знаю, что ты можешь. Просто умело воспользуйся своими мозгами, тогда поймёшь, что нужно делать. И я верю, что победишь именно ты!

- Что?! - удивился Сильвер.

- Лови свой шанс на спасение! - сказал он с улыбкой и кинул полукровке прямо в лапы шарик, ставший причиной одичания Грега.

Неожиданно Грегу всё же удалось взобраться на верхушку клетки. Коричневый волк, прижав уши к голове, стал медленно подкрадываться к жертве. На его морде играла небольшая улыбка, а хвост в предвкушении вилял из стороны в сторону. Волк прыгнул, но Сильвер среагировал быстро. Задние лапы у кроликов очень сильные, а крепкими когтями, заваленный на спину, кролик может вспороть обидчику живот. Именно так он и поступил. С разрезанным брюхом волк попусту перелетел через клетку обратно на песок, начиная скулить от боли.

- Превосходно, Сильвер! - радостно воскликнул Фауст одновременно с кричащей толпой, что прибывала в восторге от начала чего-то интересного. - Твоя битва за выживание начнётся прямо здесь и сейчас. Отбрось все сомнения и страх. Открыть тебе тайну? В этом мире нет ничего страшнее нас самих.

Раздумывая, полукровка глубоко вздохнул, однако время поджимало.

- Умеешь же ты уговаривать! - прикрикнул на черепаху Сильвер и скинул с себя майку, бросив её в сторону.

- Отлично... - Фауст ухмыльнулся, когда полукровка остался только в штанах с полностью открытым торсом. - Силён и крепок ты, наш чемпион!

- Я думаю, тебе стоит заткнуться. - сказал Сильвер, потерев губу, и тут же спрыгнул вниз, где находился злой волк. - Я принимаю бой!

Сильвер проглотил красный шарик с ядом и почти сразу начал часто дышать. Организм направил все силы на то, чтобы не дать веществу взять над ним контроль. Разум туманился, но Сильвер пытался справиться со странными ощущениями. Его шерсть встопорщилась, пасть раскрылась, обнажая острые зубы. Он издал неконтролируемый рык. Зрачки парня расширились, оставив от радужки лишь узкую янтарную каёмку, а в глубине мутной пелены глаз загорелись хищные огни. Он чуть опустился к песку, не вставая на четвереньки до конца. Напряжение нарастало с каждой секундной, Ада с ужасом наблюдала за его изменениями, когда толпа скандировала им начать бой. Ещё этот скверный голос Фауста, который, как настоящий ведущий, с небывалым наслаждением комментировал происходящее. Уши Сильвера отвернулись назад, а сердитый взгляд остановился на волке. После одичания он больше не слышал происходящего вокруг. Ни криков поддержки, ни наставлений Фауста, а только звук собственного пульса, лёгким онемением отдающийся эхом по всему телу. Мысль была одна - Грегори Сэлтон должен валяться у его лап. И не важно, насколько грязно придётся драться. Грег раздражённо зарычал и начал медленно приближаться к противнику. Орущие зрители мешали сосредоточиться хоть на одной мысли, но чёрта с два! Сильвер вспомнил абсолютно всё, что ему говорила Лайма: «Что ж, раз уж ты интересуешься, так и быть, расскажу. Вообще мы, волки, довольно ловкие, хитрые и выносливые звери. Защититься от нападающего хищника без оружия крайне сложно, поэтому травоядные нас избегают. С виду не скажешь, но у нас полно слабых мест - это нос, горло, лапы, хвост, позвоночник и живот. Берегись мощных зубов, они дробят кости и рвут мышцы. Ни в коем случае не нужно поддаваться панике и бежать, нельзя смотреть волку прямо в глаза. Что смешного? Это правда! Да-да, а главное - чтобы хищник не оказался у тебя за спиной. Ты мне ещё спасибо скажешь».

В глазах волка разгоралось адское пламя. Грег неистово зарычал, медленно пожирая противника взглядом. Он молниеносно рванул вперёд. Волк атаковал сразу, делая первый мощнейший укус! Он не совершал ритуальных действий, как собака, а сразу бросился к шее. Мощные челюсти и зубы-ножницы способны отстричь ещё живую плоть большими кусками, от открытой кровопотери противник быстро затихнет - именно на это был расчёт. Дальше произошло нечто неожиданное - пока Сильвера не укусили, он проскользнул вниз и со всей дури ударил волка в живот, прямо в то самое место, откуда текла кровь. Волк скорее удивился, чем ощутил сильную боль, но всё равно согнулся, пряча лапами кровавую рану. Воспользовавшись моментом, полукровка запрыгнул Грегу на спину, начиная бить того изо всех сил. Чтобы разъярённый волк не скинул его с себя, Сильвер вцепился в коричневую шерсть, немного царапая ему кожу. Ещё одна уязвимая зона на голове - место соединения позвоночника с черепом. Сильвер наносил удары сразу позади ушей. Во всяком случае, хотелось серьёзно ограничить боевые возможности противника. Волк взревел, одной лапой схватил Сильвера за уши и с лёгкостью откинул как можно дальше от себя. Полукровка ударился плечом о песок, и на этот раз рычащий волк старался врезать Сильверу кулаками, однако же парень стал перекатываться из стороны в сторону, уклоняясь от ударов. У него получилось подняться. К сожалению, большая разница в силе между ними, полукровкой и волком, очевидна. Если полукровка едва не пропускал удар, то он отступал и ждал снова.

«Я его даже с места не сдвину!» - Сильвер начинал потихоньку приунывать, ведь он совсем не знал, что делать.

- Защищаясь, бой не выиграть, Сильвер! - услышал он смех Фауста, потому на мгновение растерялся.

Когда Сильвер дал слабину, Грег сделал выпад в сторону Соула с намерением ударить в живот, но его кулак лишь воздух рассёк, а по зданию послышался мерзкий хруст челюсти противника, но тот, как будто не заметив удара, снова набросился на волка. В пасти полукровки было кисло, будто от незрелого яблока. Один раз Сильвер всё-таки проглядел резкий удар когтями и отлетел к стене арены. Из его рассечённого надплечья ручьём полилась кровь.

- Как же больно... - прошептал он, закрывая бьющую фонтаном рану.

Там, на возвышенности, Ада уже успела прокусить верёвку в своей пасти.

- Фауст, или как там тебя зовут, падла, прекрати это! - закричала она черепахе. - Он же сейчас всю кровь потеряет!

- Значит падёт смертью храбрых! - ответил Фауст. - Он сам решил драться.

- Я всё слышала, ты ему мозги промыл!

- Его вина, раз он так легко соглашается, оставляя позади все свои принципы.

- Что?! Но ведь это ты!.. - гиена не успела договорить, как кабан, что удерживал её, сказал:

- Не кисни, малышка. Это всего лишь жизнь!

- "Малышка" - это то, что у тебя в штанах! - прорычала Ада.

- Вот же чертовка... - произнёс Джон. - Посмотрю на тебя, когда будешь скорбеть об этом гибриде.

- Не буду, потому что он сильный, он обязательно выживет!

Кабан засмеялся ещё громче, что Аду очень разозлило. Гиена уже никак не могла сидеть на месте. Джон, отвлёкшийся на зрелище, происходившее на арене, ненадолго ослабил хватку, чем она решила радостно воспользоваться. Пришло время выбраться.

- А пошли вы все! - воскликнула Ада и резко вырвалась из громадных лап.

- Тварь! - заорал Джон, пытаясь поймать девчонку.

Пускай её лапы были скованны за спиной цепями, однако крепкая пасть всё ещё на месте.

- А-а-а! - заорал кабан, когда гиена вцепилась ему в заднюю лапу, прокусывая её почти до самой кости.

- От тебя уже давно пора было избавиться! - сказал подоспевший Декстер и выстрелил из пистолета.

Ада резко повернулась к барсуку спиной, чуть приподняла свои лапы, и произошло чудо! Пуля ударила прямо в наручники. Как девочка планировала, цепи разломались пополам, позволив ей освободиться.

- Вообще не вкусный оказался! - сказала гиена, отпустив лапу Джона, и чуть потёрла свои лапы.

- Ты... - злобно прошептал барсук и опять выстрелил в неё.

Ада успела отскочить от выстрела, отчего пуля попала его напарнику куда-то в область таза. Джон не просто закричал, а заплакал от боли.

- Идиоты! - прикрикнул Фауст. - Не дайте ей удрать!

- Да, сэр! - ответил Декстер и побежал догонять девчонку.

Черепаха подъехала к раненому кабану поближе.

- У тебя было всего одно задание. Одно. И ты его провалил!

- Сэр... - жалостливо провыл Джон, истекая кровью на полу.

- Лежи, не двигайся, а то хуже кровью истечёшь. - сказал ему Фауст и повернул инвалидное кресло обратно в сторону арены. - Прямо как Сильвер сейчас... - прошептал он тихо.

Полукровка, больше не обращая внимания на боль, поднялся на задние лапы. Между рёбер произошёл сильный удар. Боли не было видно края.

- Г-ха... - издал Сильвер звук, и из него наружу хлынул внутренний сок.

- Не смей разочаровывать меня, герой. - прошептал Фауст, прекрасно видя, что в итоге происходит с полукровкой.

- Ему ни за что не справиться. - негромко произнёс Джон.

Фауст проигнорировал тупого болвана, прожигая его безразличным и ледяным взглядом.

- Он победит. Не сомневайся.

В это время Декстер гнался за Адой.

- Где ты, мелкая?! - проорал барсук, оказавшись в другой части заброшенного здания с кучей пустующих комнат без дверей.

Его окутали мрак и тучи цементной пыли. Барсук откашлялся и пошёл вперёд, светя фонариком на телефоне. В помещении было много всякой всячины, вроде сломанных столов, стульев, досок и арматуры, так что Декстер запинался через каждые два метра. Время было ночное, что предавало заброшенной фабрике ещё более жуткий и даже мистический вид. Казалось, что в любой момент из-за угла на него может выскочить потревоженное привидение с выколотыми глазами и широко открытой пастью.

- Гиена, выходи, я тебе ничего не сделаю! - говорил барсук, медленно и настороженно заглядывая за каждый угол.

Ему становилось не по себе при мысли, что вместо девчонки на него нападёт кто-то более опасный.

- И здесь её нет... - разочарованно сказал Декстер, проверив ещё одну комнату.

Как только он собрался подойти к следующей двери, в то же мгновение из-за угла ему прилетел удар скейтбордом в морду. Декстер грохнулся на пол со сломанным в лепёшку носом. Он потерял сознание, как только упал, а хлынувшая кровь полностью запачкала всю его рубашку.

- Ты сам напросился! - сказала Ада, опустив свою любимую доску и чуть поправив шерсть на голове. - Кто сказал, что скейтборд - не орудие убийства? Ха-ха! Теперь я иду спасать Сильвера. - воодушевлённо сказала она, но тут же пригорюнилась. - Но как?..

Гиена задумчиво хмыкнула, решив, что ей удастся найти что-то подходящее в остальных вещах, точно также, как она смогла найти свой скейтборд. Перед этим она подбежала к окну и выглянула на улицу. В небе за полупрозрачной пеленой шла ожесточённая схватка между грязно-серыми облаками и луной. Облака неистово пытались закрыть собой вечный спутник, но луна всеми силами сопротивлялась, судорожно загоралась и гасла. Наконец ей удалось вырваться, стряхнуть с себя остатки мрака и засиять всей своей холодной и величественной красотой.

- Спаситель, пожалуйста, не оставь моего друга в трудный час... - произнесла Ада и повернулась, осматривая комнату с различными предметами. - Какие-то коробки, доски, пустые бутылки из-под пива, тряпки, и... О! - воскликнула она. - Канистры с бензином!

Девочка подбежала к ним, надеясь, что те не окажутся пустыми. Чуть отодвинув старые доски, гиена осмотрела и чуть потрясла эти своеобразные бочки, причём их было даже не две, а целых три.

- Они полные! - обрадовалась она.

Вот так и возник план Ады. Она полезла в кармашек на своей юбке, приговаривая: «Пожалуйста, пусть они будут здесь!», и сразу вытащила три спички.

- У меня появилось чисто-детское желание всё взорвать. - хитро улыбнулась девочка и вновь задумалась. - Но ведь мне обязательно нужен более интересный способ...

Её внимание привлекли пустые бутылки и тряпки.

- Хм... Бутылка, тряпка и легко воспламеняемая жидкость... - недолго осмысливая сказанное, она сделала громкий и глубокий вдох, едва не упав от переизбытка кислорода, ведь гиене пришло в голову кое-что гениальное. - Всё, Сильвер, жди меня, твоя "геенна огненная" скоро явится тебе на помощь! - радостно прокричала Ада, тут же заливаясь смехом от собственной шутки.

Знала бы девочка, что с её другом происходило сейчас. Зрители затаили дыхание, когда в ходе борьбы волк прокусил Сильверу лапу. Ощущая, как острые зубы прокусывают плоть, Соул оцепенел от страха. Сердце его больно вздрогнуло, а на губах соперника появилась нахальная улыбочка. Казалось, это конец, но Сильвер не растерялся, и правой лапой он надёжно взял волка за шею, а левой протолкнул в пасть волка глубже в горло и схватил животное за корень языка. Псовый, должно быть, сначала удивился, что ужин как-то странно себя ведёт, а потом начал задыхаться. Грег разжал челюсти, освободив чужую лапу. Он часто закашлял, будто его вот-вот может вырвать.

«Как много крови...» - подумал Сильвер.

Он отдал собственную лапу в укус, чтобы освободиться. Начиная с предплечья и до кончиков пальцев, его лапа была полностью изуродована. Нет сомнений, у парня останутся ужасные шрамы. Когда терять уже нечего, в состоянии паники Сильвер способен на многое. Теперь он должен был драться только одной лапой. Орущие зрители настолько впечатлены происходящим, что буквально сами готовы выйти на арену и подраться. Придя в себя, волк зарычал и атаковал высоким прыжком, но в момент полёта ему пришёл прямой удар кулаком точно в нос. Безусловно, уязвимой и даже смертельной точкой является мочка носа.

«Попасть в такую маленькую мишень в бою очень проблематично, даже больше - почти нереально» - задумался Фауст, потрясённый увиденным.

Грег, жалобно поскуливая, отскочил, но затем Сильвер ударил его в нос работающей лапой ещё раз. И ещё раз. Полукровка ощущал лёгкие импульсы волнения по телу, приятно пульсирующие костяшки, и слегка затуманенный разум. Ему сложно сосредоточиться, но у него есть цель и только её он придерживается: победить. У Сильвера начало немного плыть перед глазами, но он старался изо всех сил и, сжимая кулак, ставя его перед собой, ожидал атаку противника.

- Давай, нападай! - закричал Сильвер, глядя волку прямо в глаза, чего категорически нельзя было делать.

В волчьих глазах лишь ярость безумного зверя. Сильвер попытался врезать ему с размаха кулаком, но тот поймал кулак ладонью.

- Наивный полукровка, как меня раздражает твоя уверенность в себе. - он резко повернул свою ладонь вбок и кисть соперника издала слабый хруст. - Ублюдок, ты кого кусать вздумал?!

Сильвер получил удар в солнечное сплетение и, чувствуя, как весь воздух резко покинул лёгкие, упал на колено. Не упуская момент, Грег ударил пяткой полукровку по спине, из-за чего тот громко рухнул на песок, далее перекатываясь на спину, чтобы встать, но Грег сел сверху и начал наносить грузные удары по успевшему сгруппироваться Сильверу, который всё равно пропустил несколько тяжёлых ударов по морде. Истекая кровью, зажимая раны, Сильвер понял истину всех битв на земле: нет никакой разницы, злой ты или добрый, в конечном счёте сильные выживают, а слабые умирают. Грегу нравилось постоянно отбрасывать раненного полукровку к стенам арены и смотреть, как тот бьётся головой. Когда волк в очередной раз ударил ни в чём неповинного парня, толпа начала скандировать: «Убей! Убей! Убей!». Грег с довольной и широкой улыбкой медленно стал приближаться к полукровке.

- Хочу убить тебя. Хочу убить тебя. Хочу убить тебя! - слова его смешивались с рычанием. - Так сильно, что сейчас сойду с ума!

- Даже если тебе удастся пронзить меня... - слабо усмехаясь, Сильвер приподнялся, держась за колени. - Как же ты меня убьёшь?

- Хватит утешать себя, бесполезный мусор!

- Я не ставлю себя выше других, но унижаться не собираюсь. Тем более перед тобой. - ответил Сильвер, стирая с губ кровь.

Волк с шумом выпустил воздух из ноздрей.

- В тебе есть только один плюс. - Грег оказался очень близко к Сильверу и приблизился к его морде. - Ты знал?

- Что?

- Мне нравится вкус твоей крови.

Только он сказал это, как слизнул с губ Сильвера кровь. Полукровка нервно попятился назад.

- Извращенец... - прошептал он.

- Я удивлён, что мясо полухищника может иметь такой приятный вкус. Так что я забью тебя до смерти.

- Хотел бы я на это посмотреть, Грег. - засмеялся полукровка.

- Не смей смеяться надо мной, урод! Я убью тебя... Убью тебя... Убью тебя! - закричал волк и толкнул Сильвера.

Грег наступил задней лапой на шею своего соперника, вдавливая её в перепачканный кровью песок.

- Это за то, что выбил мне два зуба. - Грег усилил давление на шею, из-за чего Сильвер стал задыхаться. - Гибрид, ты в курсе, что произойдёт после твоей смерти? - губы волка растянулись в кровавой ухмылке, что отпечатывалась на сетчатке помутнённого сознания почти побеждённого бойца. - Я заберу у тебя Лайму.

Грег опустился к самому уху полукровки и медленно прошептал:

- Я овладею ею.

В другой части здания Ада уже вовсю разливала бензин.

- Скоро явится Спаситель... Скоро явится Спаситель... - напевала она себе под нос.

Волею судьбы, наконец-то ей осталось испачкать последний коридор и при этом остаться незамеченной. Вдруг из другого конца коридора ей начали слышаться крики с арены: «Убей! Убей! Убей!».

- Что там творится? - Ада помчалась посмотреть.

Она оказалась на самой высокой точке здания, выше следовала только крыша. Девочке открылся вид на всю арену.

- О, ужас!.. - прошептала гиена, бросившись к ограждению над пропастью.

Грег душил окровавленного, полностью истощённого Сильвера, у которого уже начали закрываться глаза. Неожиданно полукровка пришёл в себя под душераздирающий крик Ады, эхом раздавшийся по всей арене:

- Да ударь ты его!

И Сильвер решил сражаться. Грега на секунду отвлёк этот истерический крик девочки, именно сейчас полукровка резко укусил его за нос. Он со всей силы сжал челюсти. Волк взревел от боли и попытался откинуть от себя парня. Сильвер чуть было не откусил ему нос, но вовремя отцепился. Полукровка тут же подпрыгнул и острыми когтями ударил растерянного волка точно в глаз. Волк закричал и упал на колени, держась за выцарапанный карий глаз, на месте которого теперь лилась кровь.

- Тварь, как ты мог?! Ненавижу! Ай, как больно! А-а-а-а-а! - орал Грег во всё горло.

Толпе очень понравился такой поворот событий, однако Сильвер точно не собирался на этом останавливаться.

- Ты думал, что я слаб, но это не так. Убедился? - сказал полукровка без улыбки.

- Я убью тебя! - прокричал волк, сидя на песке.

- Если ты хочешь продолжить, то последний бой за мной!

- Урод... - прошептал волк и тут же в ярости вскочил на задние лапы, больше не прикрывая свой отсутствующий глаз.

Неожиданно Грег замер и удивлённо уставился на полукровку, даже не зная, что сказать.

- Я тебя больше не боюсь, Грег. - сказал Сильвер и стал спокойно подходить ближе к волку.

- Что ты хочешь сделать?.. - спросил волк, попятившись назад.

- Ты чего-то испугался? Я один здесь стою. Никого со мной нет. Ты думаешь, что я захочу причинить тебе больше боли?

- А разве нет?! - огрызнулся Грег.

- Нет, я больше никому не причиню боль. - ответил Сильвер, оглядывая толпу. - Лучше страдать самому. У тебя, Грегори Сэлтон, нет права причинять боль. - он с угрожающим выражением морды уставился на волка.

- Я всё понял, Сильвер, я был не прав.

- Ого! - воскликнул полукровка. - Ты впервые назвал меня по имени! Ха-ха!

- Хочешь, чтобы я попросил у тебя прощения?..

- Я вырвал тебе глаз, а ты сразу бросаешься мне лапы целовать? Как я могу простить тебя с моей кровью, всё ещё оставшейся на твоих лапах?

Грег стыдливо опустил голову.

- Наступит рассвет, ты уйдёшь, исчезнешь, но оставишь мне шрамы и рубцы, которые не заживут. Ничто не искупит твоей вины.

- Я понимаю... - ответил он.

- Грег, ты должен понять кое-что ещё, если хочешь жить.

Волк судорожно сглотнул.

- Я защищу честь своей девушки, чего бы мне это не стоило. - Сильвер подошёл к однокласснику слишком близко.

Грег упал на песок. Полукровка встал над ним, словно желая возвыситься над беспомощным волчонком. Сильвер схватил его за шею, притягивая к себе.

- Лайма - моя. Ты понял?

- Да...

- Она - моя! - повторил он и впился волку прямо в глаза. - Ты больше никогда не приблизишься к ней, ты хорошо меня понял?!

- Да!

Грег стал нервно опускаться на спину, Сильвер выпустил свои когти, что заставило волка испугаться.

- И не смей забывать, что я тоже хищник!

Распластавшись на песке, волк тяжело дышал от пережитого им ужаса. Со всех сторон арены послышались крики, теперь толпа требовала, чтобы Сильвер прикончил Грега, но полукровка к нему больше не оборачивался. Вместо этого он вышел на середину арены.

- Я не стану его убивать! - прокричал Сильвер. - Хватит, бой окончен!

Разочарованные зрители стали кричать ему различные обидные слова, но он не вслушивался. Когда Грег смотрел на Сильвера, всю его грудную клетку заполонило очень странное чувство. Это... Уважение? Нет, искреннее восхищение!

Грег опять плюхнулся головой в песок.

- Вставай. - услышал он голос полукровки.

Тот протягивал волку лапу. Грег принял его помощь и осторожно поднялся, глядя своим единственным глазом.

- Сильвер?.. - неуверенно прошептал он.

- Да?

- Ты сильнее, чем я думал.

Сильвер серьёзно посмотрел на волка и сказал:

- Убери свои клыки и когти. Навсегда.

- Обещаю. Эй, почему так обильно запахло бензином? - заметил Грег, как вдруг по всей округе раздался громкий удар в гонг, оглашая завершение боя.

Образовалась тишина, затем громкие, но медленные, такие злодейские хлопки послышались с главного выступа.

- Молодцы. - заговорил с ними Фауст. - Я впечатлён.

- Фауст... - прорычал Сильвер.

А вот и тот, из-за кого всё это и началось.

- Достойно боролись, браво. Как жаль, что сегодняшний бой окончится печально.

Вставший рядом с черепахой подчинённый-козёл направил на них автомат.

- А мне ведь действительно понравилось шоу! - продолжила жалостливо говорить черепаха.

- Фауст, не нужно этого делать! - попытался вразумить его Сильвер.

- Неужели ты забыл правила? Если кто-то из вас не убьёт другого, то вы умрёте вместе. - поговорила черепаха и рассмеялась.

Полукровка и волк в последний раз смотрели страху в морду.

- Давай, Фауст! - неожиданно закричал Сильвер.

- Что ты делаешь? - непонимающе спросил Грег.

- Ты ведь этого хотел, да?! - продолжил он говорить черепахе. - Стреляй в меня!

- Огонь. - приказал Фауст.

Звук выстрела рассёк пространство.

- Ах... - только произнёс Сильвер, не успев увернуться от пули, но он всё ещё был жив. - Грег! - закричал Сильвер и бросился к раненному волку.

Как оказалось, крупный хищник успел закрыть полукровку своим телом.

- Моё плечо! - взвыл от боли Грег.

- Я сейчас тебе помогу! - Сильвер начал пытаться остановить кровотечение, но у него с собой не было абсолютно никаких средств, чтобы перевязать рану. - Не переживай, пуля в плече - это не так страшно.

- Вот же паразиты! - в ярости прошипел Фауст и кинул взгляд на подчинённого козла. - Стреляй уже!

- Сейчас... - ответил козёл, отвлёкшись на перезарядку и сильно напортачил, не справившись с автоматом.

Черепаха недовольно закатила глаза.

- Правильно говорят: «хочешь сделать что-то хорошо - сделай это сам». - Фауст поднял из-под инвалидной коляски заряжённый револьвер и нацелился на полукровку.

- Мистер Ил Дарк! - вдруг услышал он голос Декстера.

Со сломанным носом барсук на всех порах мчался к своему боссу, дабы предупредить его о чём-то важном.

- Не видишь? Я занят. - отвлёкся на него Фауст. - Говори.

- Здание полностью залито бензином, это та гиена постаралась. Скоро здесь всё будет гореть, мы должны сейчас же уехать!

Фауст уже хотел отдать очередной приказ, но неожиданно откуда-то из-за угла выбежала Ада.

- Ада, что ты делаешь?! - крикнул Сильвер.

- Спокойно, у меня есть Молотов! - крикнула гиена в ответ и бросила горящую бутылку.

Время словно замедлилось, все взгляды следили за летящим коктейлем. И в следующее мгновение тёмная жидкость вспыхнула ярким пламенем. Огонь быстро распространился по всему зданию. Толпа животных разбежалась в поисках ближайшего выхода.

- Гони! - приказал Фауст, и Декстер, схватив инвалидное кресло, стал как можно быстрее увозить его.

Началась неразбериха. В панике все позабыли об оставшихся на арене зверях.

- Сильвер! - воскликнула Ада и, подбежав к ограждению, скинула ему расположившуюся рядом железную лестницу.

Полукровка поднялся сам и помог взобраться раненому Грегу. К удивлению девочки, двое врагов шли вместе. За ними в погоню Фауст отправил своих животных.

- Ты знаешь, куда идти?! - спросил Сильвер, когда все трое начали убегать.

- Не-а! - честно ответила Ада. - Я не знаю, куда бежать, но у меня есть это! - гиена на бегу сунула Сильверу в лапы пока что не горящий коктейль Молотова.

- У тебя есть план или мы просто перестреляем их всех?!

- Это и есть мой план!

- Гиена, я теперь за вас! - сказал коричневый волк.

- Я это уже поняла. Меньше слов, больше дела. Сюда! - крикнула Ада и указала на знакомый коридор.

Время от времени ушам хищников становилось больно от звуков выстрелов.

- Разделимся, так они растеряются! - предложила девочка.

- Только дураки разделяются в подобные моменты!

- У нас должно получиться!

Ада отделилась от парней и побежала в противоположном направлении. Команда вооружённых зверей Фауста разделилась, одни побежали за полукровкой и волком, другие за гиеной.

- Сумасшедшая... - пробормотал Сильвер, продолжая бежать вместе с Грегом.

Спустя несколько минут погони и стрельбы, им удалось спрятаться от преследователей в тёмной комнате.

- Сюда! - сказал волк, указав на огромный шкаф.

Делать было нечего, поэтому они вдвоём решили ненадолго спрятаться в деревянном шкафу. Ребята старались не издать ни звука, чтобы их не обнаружили.

- Чёрт, как всё до этого дошло?.. - прошептал Сильвер.

- Тихо ты! - негромко приказал Грег, которому полукровка из-за столь тесного пространства почти упирался мордой в пупок. - Не шевелись! Будешь шуметь, я тебя изнасилую!

- Чего?! - едва вскрикнул Сильвер, как волк закрыл ему пасть лапой.

В комнату, где они прятались, зашли двое зверей.

- Здесь тоже никого нет, идём, а то мне уже дышать трудно. - сказал один из них, прикрывая нос рукавом.

Вдруг из рации, висевшей у него на боку, раздался голос:

- Девчонка у нас, мы возвращаемся.

Вооружённые выбежали из комнаты.

- Ада... - обеспокоено прошептал Сильвер, и они с волком вывалились из шкафа. - Я должен спасти её!

- Как? - поинтересовался Грег, встав на лапы. - У них оружие, а у тебя ничего!

- Моё оружие - моя сила. Им будет сложно победить меня.

- Сильвер... - волк с ужасом посмотрел на его тело. - Ты ранен, у тебя кровь течёт.

- Меня это не волнует. - лишь ответил он и вышел из комнаты.

- Безумец. - прошептал волк и зашипел, почувствовав ужасную боль в плече. - Надо выбираться.

Сильвер осторожно прибирался по заброшенному зданию. Рвущего и зовущего полукровку свершить правосудие требовала кровь.

- Я нашёл его! - завопил резко появившийся на его пути козёл с автоматом в лапах.

Он направил оружие Сильверу в грудь, но не успел сообразить, как полукровка сам вцепился в автомат. Козёл закричал: «Отдай!», но юноша скрутил лапы козла, так что автомат выстрелил в потолок. На звуки выстрелов сбежались остальные подчинённые Фауста. Сильвер резко ударил рукоятью автомата козлу в голову, так что тот упал на пол. Полукровка постарался удержать тяжёлое оружие в своих лапах.

- Стой, стрелять буду! - сказал один из появившихся зверей.

- Я тоже. - ответил Сильвер и без колебаний кинул в них зажжённый коктейль Молотова.

Небольшой взрыв заставил всех растеряться, Сильвер сломя голову побежал мимо них. Пламя всё больше и больше охватывало здание. От запаха дыма голова начинала кружиться.

- Что здесь? - вслух произнёс Сильвер и, больше не зная, куда деваться, открыл первую попавшуюся дверь.

Судьба привела его в комнату с бардовыми стенами. Теперь помещение освещал свет из огромного окна, которое раньше закрывали длинные шторы.

- Фауст! - воскликнул полукровка, увидев, что черепаха удерживает в своих массивных лапах Аду.

- Сильвер, я тебя уже заждался.

- Отпусти её!

- С чего бы? Она разрушила моё шоу и должна поплатиться за это!

Фауст направил на девочку револьвер, та лишь вздрогнула и зажмурилась, закрывая глаза.

- Давай поговорим?

- Нет! - закричала черепаха. - Вы разрушили это здание, испортили бой! Вы всё испортили!

- Успокойся, ты не в себе.

- Я верил в тебя, Соул! - кричал Фауст.

- Ты ведь знал, что именно этим всё и закончится. Достигнута ли твоя цель?

Черепаха опустила глаза и истерически засмеялась.

- Твой план рухнул. И это здание рухнет, если мы не поторопимся. - сказал Сильвер. - Опусти оружие.

- Я не сдамся... - лапы Фауста дрожали, он стал кричать. - Я не сдамся, Соул!

Фауст сильно надавил дулом пистолета девочке в шею, та тихо пискнула. Сильвер отбросил автомат в сторону.

- Хорошо, смотри, у меня ничего нет. - обезоруженный полукровка начал медленно двигаться в его сторону между опрокинутых стульев. - Если мы поговорим, то сможем понять друг друга.

Ада услышала цоканье, слетевшее из уст черепахи.

- Мне-то какая разница? Ты не сможешь понять, что я чувствую!

Фауст размахивал пистолетом в опасной близости от головы девочки. Глаза ребёнка расширились от ужаса, но Сильвер не остановился, а подошёл ближе и опустился на колени. Он легонько, осторожно дотронулся до лапы черепахи. Сильвер выбрал вкрадчивый голос и максимально дружелюбный тон:

- Фауст, с тобой всё будет хорошо.

- Что?.. - удивлённо переспросила черепаха.

- Пойдём с нами? Мы найдём общий язык. Только, прошу, остановись...

Чувствуя мягкую лапу полукровки на своей громадной лапе, черепаха задумалась. После всего того, что Фауст сделал, ему было трудно принять решение.

- Странно... - усмехнулся он. - Ранен ты, а больно мне.

- Фауст, ты ещё можешь всё исправить.

- Может быть, ты в чём-то прав...

Сильвер обрадовался, что черепаха, как ему показалось, согласилась с ним.

- Твоей кровью я напишу своё имя. - сказал Фауст и направил на него револьвер.

Прежде чем он выстрелил, в комнату ворвался Грег. Ухватив черепаху за лапу, волк направил оружие вверх.

- Нет! - закричал Фауст.

Ада воспользовалась моментом и выпрыгнула из чужих лап. Рептилия резко втянула голову в панцирь, издавая шипящий звук. Фауст, увидев окровавленный живот Грега, резко надавил ему на рану, отчего волку тут же пришлось сделать шаг назад.

- Ах ты! - прокричал Грег, заставив Фауста дезориентироваться ударом в голову.

- Это первый этаж, бежим через окно! - громко сказал Сильвер.

Грег и Ада бросились к окну. Едва полукровка собирался пойти за ними, черепаха двинулась прямо на него. Фауст прижал полукровку к стене, коляска больно зажала ему заднюю лапу, не давая выбраться.

- Фауст! - закричал Сильвер, но тот всё ещё пытался прийти в себя после удара, но револьвер в лапе по-прежнему удерживал крепко.

К тому времени Грег уже успел благополучно разбить окно, открывая путь к свободе.

- Я помогу! - крикнул волк и подбежал к полукровке.

Здание горело, дым быстро заполонял комнату.

- Бегите, я справлюсь! - ответил Сильвер.

- Чего?!

- Хватай Аду и беги! - проорал он.

- Стой, помоги ему! - воскликнула гиена, но неожиданно в комнату ворвались подчинённые Фауста с оружием в лапах, явно ненастроенные на мирный разговор.

- Бегите! - закричал Сильвер.

- Чёрт! - прорычал Грег и легко подхватил Аду на лапы, начиная перелезать с ней через окно.

- Пусти меня! Мы не можем его бросить! Сильвер! - лишь было слышно крики Ады, исчезнувшей за окном.

Вооружённые звери пустились за ними вдогонку, оставив Сильвера зажатым между Фаустом и стеной. Пока полукровка пытался выбраться, черепаха пришла в себя.

- Привет... - ощущая дуло пистолета на своём животе, неловко улыбнулся Сильвер при встрече с глазами Фауста.

Черепаха вдруг злобно оскалилась, но Сильвер не дал ей выстрелить, схватив за лапу. Они начали драться за пистолет. В ответ на черепаху посыпались удары. Фауст старался отбиваться. В какой-то момент полукровка сумел подтолкнуть коляску, чтобы та отъехала от стены, открывая Сильверу проход. Парень побежал к окну, но инвалид успел схватить его за заднюю лапу. Внезапно Фауст специально приподнялся и упал на Сильвера, едва не раздавив его.

- Слезь... - под его огромным весом полукровка едва мог вздохнуть.

- Хоть раз в жизни я должен поступить правильно. - сказала черепаха.

Сильвер почувствовал, как Фауст сунул ему в правую лапу что-то тяжёлое.

- Я написал твоё имя на пуле, чтобы все знали, что последняя вещь, прошедшая через меня - это ты. Убей меня.

Полукровка в шоке уставился на черепаху.

- Стреляй. - серьёзно сказал Фауст. - Это именно то, что я хочу.

- Зачем?! - воскликнул полукровка.

В нос бил дым, за дверью слышались взрывы.

- Мне так хотелось стать кем-то великим... - заговорил Фауст. - Ты единственный кто смог заслужить моего уважения, поэтому я прошу тебя убить меня. Сильвер, спаси меня от того, кем я являюсь.

- Я не могу убить тебя! - ответил он. - Я никогда в жизни не прощу себе этого! Что я буду делать дальше?

- Ты убьёшь меня и уйдёшь. Как я уже говорил, ты отправишься домой и заживёшь своей обычной жизнью.

- Я не смогу... Я буду страдать, думая о произошедшем.

- Может быть. И всё-таки ты встанешь. В это утро, в следующее. С этим грузом на плечах. Так будет всегда. Я очень прошу... Убей меня!

- Умоляю, не заставляй.

- Убей меня! - яростно заорал Фауст и мёртвой хваткой схватил полукровку за горло, начиная его душить. - Стреляй, трус, давай! Ах... - вдруг выдавил из себя травоядный.

После выстрела он схватился за грудную клетку, но одной лапой просто не мог остановить льющуюся кровь, которая обрызгала полукровку.

- Вот и моя королевская кровь пролилась! - дрожащим голосом произнёс Фауст. - Спасибо, Сильвер... Теперь и твои лапы запачканы кровью.

Сказав свои последние слова, он рухнул. Полукровка быстро вылез из-под тела и замер, всматриваясь в бездыханное тело черепахи, под которым образовалась большая лужа крови.

- Фауст?.. - прошептал Сильвер.

Черепаха не ответила. Жизнь потускнела в её глазах.

- Я не мог! Я не убил его! - кричал Сильвер, хватаясь лапами за голову и падая на пол. - Нет! Я не мог! Это ложь! Я не убил его! Не убил!

Сильвер впился когтями себе в кожу, едва не сдирая её с себя. Он кричал и бился в истерике.

«Я убил его! Я убил его! Я убил его!» - проносится в голове тысячи раз.

- Прости меня... - сказал Сильвер, подползая к телу черепахи. - Прости меня, Фауст... - он уронил морду в лапы и залился слезами.

«В этом мире нет ничего страшнее нас самих» - громом разнеслись слова Фауста в его голове.

Внезапно Сильвер услышал, как стены затрещали по швам, готовые обрушиться в любой момент. Он в последний раз посмотрел на тело Фауста.

- Прощай.

Сильвер бежал прочь, пока здание не обвалилось. По земле прыгало отражение пламени. Что-то горело с жаром, треском, что-то рушилось. Алые языки пламени облизывали серые стены. Сверху падали тяжелые балки, огненный зверь с яростью поедал здание. Всё здесь трещит, шумит, воет. Внезапно появившейся ветер усилил огонь. В воздухе витал красный пепел. Чудо, что вокруг не оказалось деревьев, иначе бы весь лес уже полыхал. Ада безумно хихикала, продолжая смотреть на разгоревшийся пожар. Запах гари приятно щекотал ей нос. Тепло, хорошо...

- Огонь довольно классный. - сделала свой вывод Ада.

- Я не люблю огонь. - заговорил вставший рядом с ней Сильвер. - Эта стихия беспощадна и неукротима, очень вспыльчива и яростна, полна страстей, а когда начинает двигаться вперёд к своей цели, рвёт и мечет всё на своём пути.

Изредка гиена и полукровка жмурились от ярких вспышек света. Ада довольно хихикала от того факта, что именно она спалила это проклятое здание. Сильвер молчал. Его взгляд спокоен, словно многолетний дуб, но на деле он - вынужденная минута молчания во время скорби, когда существует только одно желание - кричать, но обстоятельства призывают не делать этого. Влажные тёмные пальцы с болезненным усердием вновь перебирают друг друга, в то время как новые раны на губах вытесняют почти зажившие. Странное чувство калечило череду мыслей полукровки, даря ещё больше вопросов.

- Ты мне так и не сказала, куда пропал Грег?

- Я не знаю. - ответила гиена. - Мы смогли оторваться от тех придурков с автоматами, а затем он без слов просто удрал куда-то в лес, оставив меня одну.

- Ясно...

Рассвет был холодным. Сильвер поёжился. На нём не было даже майки. Недолго помолчав, пятнистая, которой вообще не было холодно, решила поддержать разговор:

- Мы были на волосок от смерти! Это было опасно! Я могла умереть! Это было круто!

- Это не было круто...

- Почему ты вдруг стал таким пессимистом?

- Я всегда таким был.

- Учитывая наше положение, ты кажешься немного чудным. Я имею в виду, мы живы! А Фауст, который это устроил, мёртв. По сравнению с ним, у нас всё отлично.

- Тебя совсем не заботит то, что я весь облит его кровью?! - воскликнул Сильвер и встал перед ней так, чтобы ей чётко был виден его внешний вид.

- Чего только в жизни не бывает. - Ада пожала плечами. - Умоешься потом. Тебе бы лапу промыть, за неё больше беспокойся.

- Я уже начал её чувствовать. - Сильвер осмотрел свою искусанную до самой кости лапу. - У меня кровь не только по телу. На моих зубах кровь. Отныне и в моей душе...

- Да помолчи ты! - его слова девочке порядком поднадоели. - Вообще-то ты заставил меня нервничать.

- Куда ты пойдёшь?

- М? Не знаю, мне некуда идти, мне и здесь нормально.

- В том смысле, где ты теперь будешь жить?

- Я вернусь в детдом.

- Разве тебе там не плохо? Если вернёшься... Будешь страдать.

Гиена фыркнула и рассмеялась.

- Я? Буду страдать? Ой, я тебя умоляю. Со мной всё будет нормально. А ты что будешь делать? - спросила она.

- Без понятия. Я не могу и не хочу сейчас возвращаться домой.

- Если не знаешь, куда идти, иди куда-нибудь! - слегка засмеялась Ада и посмотрела на небо.

В синеватой тьме иногда растворялась огненная пыль. Вдали от города звёзды виднелись намного ярче. Гиена долго в них всматривалась. Повернувшись, она заметила смотрящий в пустоту взгляд полукровки и решила спросить:

- Как ты себя чувствуешь?

- Я чувствую потерянность. Я уже просто устал от этого. Я не знаю, что мне делать.

- Ладно тебе, Сильвер, всё будет хорошо. - попыталась Ада успокоить друга.

- Тогда почему так больно сильно?.. У тебя всё так просто. И душа у тебя простая. - он посмотрел ей в глаза. - Но ты даже не догадываешься, что сейчас творится у меня в голове.

- Сильвер, выглядишь так, будто сейчас помрёшь! - воскликнула гиена.

- А что ты предлагаешь мне делать?! Петь о Спасителе?! Тогда давай, прошу тебя! Я хочу, чтобы ты прогнала мою боль!

Неожиданно Ада обняла Сильвера.

- Что ты делаешь?..

- Молчи и обнимай меня крепче! - прикрикнула девочка, прижимая его к себе. - Не держи всё в себе.

Полукровка не выдержал и, чуть ли не плача, обнял девочку в ответ.

- Ты не один, Сильвер. И никогда не будешь один. - шептала она ему на ухо. - Ты герой. Ты спас меня.

- Тогда почему у меня такое чувство, что всё это время только ты спасала меня?

- Мы спасали друг друга вместе, дурак!

Они просто стояли, прижавшись друг к другу на фоне горящего здания.

- Уже поздно. Я провожу тебя домой. - сказал Сильвер, выпустив девочку из объятий.

- Спасибо, не надо, я сама доеду. - ответила гиена, покосившись на свой скейтборд.

- Почему? Нам ведь по пути. Сейчас ночь.

- Я бы хотела побыть здесь ещё немного.

- Будешь любоваться огнём?

- Да, ведь не каждый день такую красоту увидишь! - восхищённо ответила Ада и вновь посмотрела на пожар.

«И всё же... Она странная» - подумал полукровка, глубоко вздохнул и ответил:

- Ладно, раз ты хочешь, я противиться не буду.

- Увидимся! Скажи хоть, где ты живёшь?

Сильвер озвучил ей свой адрес, а она постаралась запомнить его как можно лучше.

- Пока... - сказал он, начиная медленно отдаляться.

Улыбаясь, Ада махала ему на прощание лапкой. Сильвер ушёл в ночь, думая про себя: «Это так темно на улице или в моей голове?..».

Глава 11 «В погоне за фальшивым светом»

Два самолёта, летящих в противоположных направлениях, расчертили тёмное ночное небо узким прямоугольником, словно отделяя живущих в Авроре от всего того, что творится в мире. Снопы искр улетали высоко, в чём была какая-то своя магия. Именно поэтому Ада радовалась, что являлась обычной девочкой, ведь благодаря этому у неё есть возможность с восхищением смотреть на такие простые вещи в жизни. Ей вообще с малых лет очень нравился огонь. Она могла просто часами сидеть на коврике возле камина и внимательно наблюдать за тем, как играют языки пламени, пожирая древесину и даря живительное тепло. Ада судорожно втянула воздух, скользнув тонкими пальцами по бревну, и присела на него. Дерево было шершавым и холодным. Аде было неудобно, но она просто сидела на бревне и смотрела на пожар. Было темно, холодно, одиноко и немного грустно.

Кусты сзади покачались от движения. Ада обернулась. Шагнув вперёд, Грег направился дальше, отмеряя расстояние между ним и ближайшим бревном. Его задние лапы скользили по сырой траве, но волк не боялся ни грязи, ни влаги. Медленно волочился по траве под тенями деревьев, он не видел Адель, в его карих глазах всё плыло. Упав на бок, Грег кое-как из последних сил перевернулся на спину, облокотившись головой о бревно. Одноглазый почувствовал, как из ран пульсирует кровь, и боль, которую он переносил плохо, отдаётся по всему телу. Хотелось просто закрыть глаза и не проснуться. Грег моргал медленно, словно в бреду, а когда сознание полностью включилось, то пожалел, что вообще живой. Тишина длилась уже около пятнадцати минут, а Грег всё лежал на спине и жмурил глаза от вспышек света где-то рядом.

- Привет, безумная гиена.

- Привет, жуткий волк.

Обязательно нужно чем-то промыть раны. Грег, стараясь не делать резких движений, вновь поднял бутылку, что всё это время нёс в лапах, и обеззаразил тело водкой за неимением перекиси. Жидкость падала на лапы и открытый живот, волк мучительно шипел, но закусывал губы и дезинфицировал дальше. Грег и морду с выцарапанным глазом облил водкой, недолго крича от боли, затем сам немного выпил. Язык обожгла едкая горечь, по горлу прокатилась волна жидкого огня. Откинув голову назад и выбросив пустую бутылку, Грег проглотил то, что осталось в пасти, потёр свой нос замерзшими пальцами и шмыгнул им. Волку было обидно. Он не мог пошевелиться, грудь сдавливало, становилось трудно дышать. В горле будто застряли осколки стекла. Грегори боялся так долго, что, когда Сильвер строго кричал ему бежать вместе с Адой, когда вооружённые звери вдруг погнались за ним, когда пришлось удирать, нестись куда-то в лес, поддаваясь чему-то совсем звериному, он вдруг перестал ощущать ужас совсем. Сэлтон стёр не до конца высохшие слёзы с морды онемевшими пальцами осторожно. Он был измученным посмешищем.

- Ты где водку нашёл? - спросила Ада.

- А? - волк слегка повернул к ней голову.

Томная боль в плече намекала на будущий шрам под коричневой шерстью. Там, где была содрана кожа, выступали капельки крови.

- Иду я с мыслями, что, наверное, так и помру один в этом лесу. Смотрю - бутылка.

- Ты уверен, что это была водка?

- По вкусу и ощущениям - это она.

Грег лежал на земле и растягивал кровавую улыбку, чувствуя, как при любом движении рёбра отдают адской болью, от которой невольно темнеет в глазах. Волк ощущал, как кровь текла из его разбитого носа.

- А я всё жду, когда она пойдёт. - ему приходилось её сглатывать, оставляя в пасти металлический привкус. - Больше не чувствую запахов.

- Сильвер долго ждал, пока ты уничтожишь себя сам. Вижу, ему это удалось. - сказала гиена, вспоминая своего друга-полукровку. - Он ещё и Фауста прикончил.

- Ты это к чему?

- Ни к чему, я просто так...

- Эй!

Ада молчала, чувствуя, как становится холоднее, но не отводила своих глаз от морды старшеклассника, глядя спокойно, отчего тот начинал сильнее бесноваться и злиться.

- Это напоминает мне историю одного из друзей Спасителя. - Ада шумно втянула воздух через нос. - Сначала Безухий хотел убить Его, а закончил, умерев за Него.

Грег мычал, когда перед его глазами вырисовалось горящее заброшенное здание.

- Мне сложно говорить что-либо умное о том, что за чертовщина сейчас произошла. Как я мог пойти на такое?..

- Стресс способен на всякие штуки.

- Случится ещё что-то? - Грег ощущал жар, вспоминал запах гари. - Я пытаюсь понять, нужно продолжать искать взаимосвязи или самому быть частью происходящего?

- Ты уже давно существуешь, как часть Аурума. Тебя ещё ожидает исчезновение в переродившем тебе. Точнее, со всеми изменениями ты будешь сожран разумом, который есть зарождение истинного будущего.

- Я не понял, что ты сейчас сказала.

Его морда не выражала ничего, кроме надменности вкупе с безразличием.

- Да всё будет зашибись. Лучшее решение - сделать вид, что всё нормально.

Губы Грега исказила кривая усмешка.

- Это твой защитный механизм?

Слегка наклонив голову, Ада взглянула на него и пожала плечами.

- Мы не в детской сказке, где финал всегда счастливый. Приходится стараться.

Волку словно поспокойнее от того, что он, как думал сам, избавился от причины уничтожить себя скоропостижно.

- Красиво, правда? - рассеянно спросила гиена, на мгновение совсем позабыв, кто именно составлял ей компанию перед рассветом. - Забудь. - тут же выпалила она, поднимаясь на задние лапы. - Я могу чем-то помочь?

Ада снова посмотрела на него заинтересованным взглядом, ожидая ответа. Грег снова оскалил свои клыки и, бросив на неё быстрый взгляд, прошептал:

- Не будь дружелюбна со мной, когда на самом деле тебе плевать на меня.

Девочка лишь фыркнул.

- Понять тебя, волчара, легко, если только не пытаться объяснить. Ты стыдишься своих решений, или, наоборот, ты в ужасе от того, что совершил нечто страшное, но тщательно это скрываешь.

- Сильвер хоть живой остался?

- Он жив и почти цел.

- Я много лет знаю Фауста. Мы с моими волками всегда знали, что этот псих закончит свою жизнь подобным образом... Разве сейчас я могу говорить, была ли его смерть справедливой?

- Поверь, «справедливость» не всегда значит «закон».

- «Зло» наказано, но «добро» не вознаграждено.

- Не правда. Пока ты разглядывал свои раны, по твоей лапе бежала божья коровка, а ты её даже не заметил.

В ответ волк издал громкий, заливистый смех, который мог показаться даже немного зловещим, особенно в эту ночь, полную невероятных событий.

- Тебе когда-нибудь говорили, что ты странная?

- Они никогда и не прекращали.

Грег прогнулся в спине. И ночь, и мрак, и трепещущие искры застыли в одном мгновении единым целым. Пламя вознеслось до самых небес, когда тёмно-бордовые глаза гиены оказались совсем близко к морде Грега, и она вдохнула - и выдох они разделили на двоих.

- Сюда едут пожарные.

- Что будем делать? - спросил Грег.

- Как насчёт дать дёру?

- Это вряд ли. Раны мои видишь?

- Наступает рассвет. Он вернёт тебе силы. В городе можно спрятаться у моего друга.

- Он сохранит молчание?

- Уверена на сто процентов.

- Тогда вперёд.

Грег приподнялся и сел на колени, которые больно щиплись, а кровь заливала штаны. Ада скрестила лапы на груди, снова потирая свои плечи.

- Ничто так не лечит нервы, как холод.

Когда волк поднялся, гиена кивнула ему и пошла вперёд. Грег последовал за ней. Лес был очень старый и мрачный. Здесь стоит быть внимательным, иначе рискуешь навсегда потеряться в одинаковых гигантских деревьях, которые будто тут же упадут на тебя без причины. За триста лет уже столько жителей Авроры сгинуло в этой дремучей чаще, что никто больше не хотел заходить в самый большой лес, в центре которого гордо возвышалась гора.

- Ты уверена, что мы идём правильно? - поинтересовался Грег.

- Да, я знаю этот лес и направление. - ответила Ада и вдруг захихикала. - Ты полюбуйся, это же просто идеальное место, чтобы прятать трупы!

Волк засмеялся вместе с ней. Ему было нелегко идти, но от девчонки он не отставал. Шли долго, иногда останавливались и прислушивались, но всё было тихо, только шелестели листья под лапами. Всюду пахло хвоей и влагой. Верхушки разнообразных елей и сосен стремились высоко вверх, практически полностью загораживая небо. Огромный, суровый и непроходимый лес утопал в полумраке и прохладе. Землю укрывали опавшие листья, иглы и переплетения корней, так что передвигаться было не так-то просто. В какой-то момент Ада споткнулась о корягу и упала.

- Я могу подержать тебя за лапу. - сказал Грег, однако на его морде, чего гиена не заметила, внезапно появилось выражение недоумения, будто он сам не понял, зачем предложил ей помощь.

- Между прочим, я хоть и падаю, но всегда поднимаюсь! - ответила она, уже встав на лапы.

- Как скажешь.

Грег пошёл вперёд. Почему-то теперь он двигался быстро, удивляясь, насколько же темно под пологом. Лес и кусты такие густые, и только ночное зрение давало представление о том, что находилось впереди.

- Эй, волчара, давай по-честному, ты решил пойти со мной потому что тебе было страшно идти одному? - ухмыльнулась гиена.

- Не мели чепуху. - ответил волк. - Это ты почему согласилась идти со мной, большим и страшным волком, девочка?

- Потому что мне и Сильверу ты сказал: «Я теперь за вас!».

- Серьёзно, только поэтому?

- Я тебе поверила.

Сколько бы Грег не строил из себя спокойного и уверенного парня, все его чувства так или иначе легко прочесть по морде. Волк растерянно взглянул на гиену, пытаясь осознать сказанное. Обычно ему говорили абсолютно противоположные вещи. Глаза Грега, очень ярко выраженные, излучали искреннее удивление и... Радость.

- Прекрати, перестань. - зашептал он, как бы обращаясь к своему длинному хвосту, что задёргался из стороны в сторону. - Да что с тобой такое?..

Ада шла за ним, внимательно осматривая его со спины. Она признала - красавцем Грег был ещё тем, а смотреть на него, когда он был к ней спиной - настоящий подарок. А какая у него была фигура... А какие плечи широкие... А высокий-то какой... Волк резко затормозил и окинул гиену взглядом полного замешательства.

«Мысли мои прочитал?!» - чуть не вскрикнула Ада.

- Ты слышала? - спросил Грег.

Он взял девочку за плечи и, когда оба замолкли, прислушался. Никаких звуков не последовало.

- Я ничего не слышу. - сказала Ада. - Пойдём дальше.

Пробираясь сквозь чащу, они увидели огромное дерево, вокруг которого росло множество кустов. Оно было таким большим, что на нём можно было спокойно жить. Громкое карканье и хлопанье крыльев разорвало тишину.

- Ворон?! - спросили они друг у друга.

- Это мог быть лесник. - предположил Грег, крутясь по сторонам.

Внезапно ребята услышали, как кто-то идёт к ним со стороны озера.

- Он недалеко от нас.

- Я сваливаю! - закричала Ада.

Они побежали по лесу. Бежали быстро, очень быстро. Их преследовало злобное карканье, которое звучало всё громче и громче, словно незнакомец летел прямо за ними.

- Почему мы бежим?! - воскликнул Грег.

- Страшно! - ответила Ада с безумными глазами. - Я не хочу попадаться чужим взрослым!

Ветки били их по мордам, цеплялись за одежду, но они бежали до тех пор, пока лес не начал редеть, и выбежали на дорогу.

- И где мы? - спросил Грег, хватаясь за израненный живот. - Я не узнаю эту местность.

- Мы не заблудились. - ответила Ада. - Теперь нам нужно просто идти прямо. - и она, бросив скейтборд на ровную поверхность и встав на него, указала направление.

Оказавшись перед длинным мостом, у них не было ни сил, ни желания искать приключения, поэтому они просто перебрались на другую сторону.

- Не торопись. - сказал Грег Аде, которая каталась на своей доске. - Я за тобой не поспеваю.

- Ага, всё-таки не можешь без меня! - девочка залилась довольным смехом, а волк не стал отрицать.

Поднимая переднее колесо в воздух, стараясь удержать равновесие, гиена продолжила езду, балансируя на колёсах задней подвески.

- Волчара, ты не представляешь, как тебе повезло со мной. Мне с тобой тоже, но тебе больше.

Он на мгновение улыбнулся и, осматривая всё вокруг, произнёс:

- Меня вообще-то Грегом зовут.

- Я в курсе, но "волчара" мне нравится больше.

- Сожру, если ещё раз так назовёшь.

- Тогда я костью застряну у тебя в горле.

На секунду он отстранился, прищурившись, но ухмылка на губах волка полностью выдавала его заинтересованность.

- Ты давно живёшь в Авроре? - спросил он.

- Всю жизнь.

- Прямо как я.

Фактически, эти двое никогда не были в других городах. Подрастая, Грег начинал всё чаще задумываться о странностях Авроры. До него доходили слухи и будоражащие кровь истории о таинственных исчезновениях и странных событиях. Почему-то теперь Ада казалась ему единственным адекватным зверем во всём этом балагане, который его жители называют городом.

- Ты знаешь, что это за вещество, от которого мы с Сильвером одичали?

- Это был препарат, отправивший вас прямиком в Дикость - самую примитивную ступень развития животных, ещё до пришествия Спасителя. Только с красным красителем, чтобы пятна были похожи на кровь. Говоря совсем простыми словами, то гадкая жижа отключает разумную часть мозга, делая из хищников их доисторических предков.

- А на травоядных он также действует?

- Прости, это всё, что мне известно.

- Откуда ты это знаешь?

- Не скажу.

Глубокую ночь сменял ласковый свет нового дня. Было прохладно, и гиена немного ёжилась. Им осталось пройти два дома вдоль улицы, потом поворот налево, ещё три дома - и они на месте. Все эти серые здания навивали грусть. В тишине улицы слышалось пение девочки под нос, где слова сливались с непонятными для неё самой звуками. Фонари в этом районе вечно работали через раз. Грег шёл медленно, часто оглядываясь по сторонам. Иногда он останавливался - принюхивался или касался ладонями стен.

- У тебя ведь тоже есть секреты? - задала вопрос Ада, вышагивая по краю бордюра уверенно, лишь иногда пошатываясь. - Можешь не отвечать. Тайны всегда привлекательны.

Но Грег лишь склонил голову набок, глядя на девочку. Даже не видя его глаз, она почти физически ощущала, как его пристальный взгляд проделывал в ней дыру.

- Хочешь исповедоваться мне? - предложила гиена.

- Ты не служительница храма Спасителя.

- Да, но я верующая! Этого достаточно.

Он промолчал пару секунд и, когда наконец пошёл вперёд, ответил:

- Я ненавижу всё это. Эту грёбанную ночь, этот год, этих событий цепочку. И то, как ведут себя те, на кого мне плевать.

- А то, как ты ведёшь себя в ответ?

- Тоже ненавижу!

- Так ты прикинься, будто никто не умирал. - спокойно произнесла Ада, и на мгновение Грегу показалось, что в её голосе прозвучали нотки сарказма, но он так этого и не понял, потому что она продолжила говорить. - Ищи положительные стороны во всём и радуйся жизни дальше.

Грег затормозил вместе с ней, прислонившись к светофору.

- Нихрена себе, как ты всё упростила. Стой, ты куда?

Они пришли туда, где не светили фонари.

- Вот мы и здесь! - сказала Ада, показывая на здание детского дома. - На самом верху живёт мой друг Рюу. - она стала идти по пожарной лестнице. - Будь осторожен, а то он гостей, кроме меня, на дух не переносит. Ещё как цапнет ненароком!

Всё хихикая в свойственной гиенам манере, она прикрыла пасть ладонью, чтобы заглушить вырвавшуюся икоту. На это Грег приподнял брови.

- И после этого ты, как и прежде, уверяешь меня, будто он поможет мне спрятаться? - шагая по ступенькам и всё время держась за простреленное плечо, спросил он.

- И даже раны вылечит. - она наклонилась к нему с этажа выше. - Что ещё за сомнения?

- Я понятия не имею. - сказал волк, тяжело дыша.

Она усмехнулась.

- Ты знаешь, что я знаю Рюу. - добавила гиена, не сводя с него глаз. - И если ты действительно хочешь выжить, то пойдёшь со мной. Иначе...

Он остановился и внимательно посмотрел на неё.

- Я тебе верю, Ада. - сказала волк и поморщился. - Не хочу верить, но всё же... - он замолчал, понимая, что уже не может остановиться.

Ему хотелось говорить без умолку, лишь бы не дать себе сбиться с мысли. Он сделал глубокий вдох и продолжил:

- Не желаю вновь ошибиться.

- Ты прав, тебе не хочется верить. - хмыкнула Ада, взглянув на него. - Но если не веришь в то, что кто-то по доброте душевной способен вылечить твоё плечо, то подумай хотя бы о том, что ты мог убить Сильвера.

Волк поднял на неё взгляд.

- Что ты хочешь этим сказать?

Гиена рассмеялась ему в морду, глядя на него сверху вниз.

- Ответь, ты всегда так негативно относишься к тем, кого плохо знаешь, и кто совсем не похож на тебя? - Ада вздохнула и опустила голову. - Как на арене драться - так ты первый, а как...

- Давай-ка мы лучше оставим то, что случилось на арене. И другу своему ничего не рассказывай.

- Рюу не станет задавать вопросы.

Грег покачал головой, когда гиена поднялась на следующий этаж. Он шёл за ней, и каждый раз, когда останавливался, рана на плече начинала жутко чесаться.

- Я не против. - сказал волк, поднимаясь выше и глядя на неё. - Но...

- Что «но»?

- Всё это так странно. Ты говоришь, он вылечит мои раны, а потом я узнаю, что этот парень даже не спросит, откуда они взялись.

- Почему это должно быть странно? - гиена улыбнулась, но улыбка была натянутой.

- Потому что в моём мире незнакомцы не лечат друг друга. Так не принято.

- А в твоём мире принято убивать?

Волк пожал плечами, но ничего не ответил и стал подниматься по лестнице дальше. Задней лапой Ада сделала шаг в пропасть, наклоняясь корпусом вперёд, и одной лапой держась за перила.

- Жизнь меняется, Грег. Она становится всё более... непредсказуемой.

- Невозможно, что завтра будет по-другому. - медленно произнёс он.

- Не говори мне слово «невозможно». Я понятия не имею, что это значит!

Пройдя по крыше всего пару шагов, они остановились перед дверью. Сначала их поприветствовала моргающая лампочка на крыльце.

- Ладно, я всё понял. - сказал Грег и положил ей лапу на плечо. - Больной нуждается в уходе, а чем быстрее уйдёт врач, тем лучше.

Аде засмеялась и пригрозила ему кулаком.

- Скорее уж уползёт.

- Это почему?

Аккуратный стук в дверь прервал развитие очередного гениального сюжета в мыслях змея. Он догадывался, кто стоял за дверью, и потому пополз как можно медленнее, растягивая моменты наедине с собой. Но неожиданно раздалось куда более сильное грохотание.

- Х-хватит пинать мою дверь! С-с-сейчас лапы с-с-себе переломаешь.

Глаза зелёной мамбы расширились от удивления. Когда Рюу открыл дверь, он всё же наверняка был рад увидеть девочку, но при взгляде на Грега поджал хвост. Гиена и волк пропахли кровью и гарью. Смутившийся старшеклассник опустил голову, глядя на ядовитого змея, и подальше от двери сплюнул кровь, смешанную со слюной.

- Я успела испугаться, что не впустишь. - бросила Ада на входе. - У меня тут одна неприятность... - с болезненной улыбкой констатировала гиена, понимая, что змей и так видел всё на ней, как на картинке в раскрытой книге. - И эта неприятность несёт имя «Грег»!

- Пойдёмте... - Рюу, негромко говоря, повернул назад, понуро опуская голову, в которой явно роились какие-то неведомые мысли.

- Ты даже не попытаешься сделать вид, что рад меня видеть. - обиженно сказала гиена, собираясь войти в комнату.

Двое тяжело протиснулись сквозь узкий дверной проём, удерживая друг друга от постыдного падения на пол.

- Это змеиное логово? - спросил волк, окидывая заинтересованным взглядом владения змея.

Рюу начал ползать по своей тёмной комнате, что-то убирая, переставляя, а также открыв единственное зашторенное окно. Оттуда змею открывался неплохой вид на город. Сам по себе дом старый, но конкретно здесь был наведён порядок. Вся мебель находилась на разных уровнях и на разном расстоянии. По углам в горшках расположились крупные комнатные деревья, которых Грег не знал, поскольку в растениях не разбирался вообще, да и не интересовался ими никогда. Пол и потолок, на котором висела одиноко мигающая лампа, были идентичны голым бетонным стенам. У входа стояла бейсбольная бита с гвоздями, и на всякий случай Рюу прихватил её хвостом и потащил за собой, чтобы затем спрятать подальше от волчьих глаз в пыльный шкаф. Переступив порог, коричневый волк обнаружил, что пол полностью обложен газетами и бумажными полотенцами. В отличии от улицы, здесь было очень тепло и немного душно, к чему змей, по всей видимости, привык. Рюу сразу же пополз за аптечкой. Оттуда он достал перекись, вату и бинт, неся их в своём закрученном в кольца чешуйчатом тельце. Гиена уселась на длинной кровати, а волк, кряхтя, с трудом сел на стул рядом и сжался от того, как ныли его порезы.

- Грегу нужно срочно обработать раны.

- С-с-сперва помогу тебе... - сказал Рюу Аде.

- У него ран больше, давай сначала ему? - гиена положила скейтборд на пол под лапы.

- На него уйдёт больше времени.

- Ну, со мной всё в порядке, как видишь. - ответил девочка.

- С-с-снимай майку и показывай с-с-спину. - скомандовал змей.

- Когда ты заметить успел?! - удивлённо вопросила гиена.

Утро понедельника сильно дало змею в голову всю нужную энергию. Ада отвернулась и нехотя приподняла окровавленную майку, показывая только спину. Хоть у Рюу никогда и не было нездорового влечения к млекопитающим, всё же девочке было безумно неловко, ведь он вечно не сводил с неё взгляда и следил за каждым чёртовым движением.

- Что смотришь? Я готова. - выдохнула гиена.

Её спина, вся покрытая шрамами разной глубины и размеров, тяжело вздымалась. Помимо того, что в неё уже много часов были воткнуты осколки стекла, образовывая кровоточащие раны, местами шерсть не росла вовсе, и всё из-за огромного некрасивого шрама от ожога. Ада произнесла что-то ещё, тяжело вздыхая и делая долгие паузы. Но молодой волк с глазами, как с жаром пожирающие холод пустыни, уже ничего не слышал, ничего не понимал. Ничто не интересовало его, кроме этих ужасных шрамов на девичьей спине. Сколько лет прошло с тех пор, как она получила ожоги? Видно, что эти шрамы, если однажды не исчезнут совсем, то точно останутся с ней на долгие годы.

- Ты крас-с-сивая. - бросил Рюу, взяв ватку в растворе и подползая к ней ближе.

Голос змея звучал привычно ровно, но, кажется, Ада уловила в нём усмешку. Все эти полгода Ада каждый вечер приходила к Рюу, и он мазал ей спину всякими заживляющими мазями, которые должны были помочь её ожогам.

- Замолчи, льстец. - усмехнулась Ада, продолжая держать майку.

Грег вдруг резко отвернулся. Просто волк слегка смутился, осознав, что Ада хоть и маленькая, но всё-таки девочка, и пялиться сейчас на неё - очень некрасиво.

- Я вообще-то ис-с-скренне похвалил твою внеш-ш-шность. - сказал Рюу.

- Ты-то? - усмехнулась гиена.

- Какого ужас-с-сного ты обо мне мнения. Я раз-с-зочарован.

- Мы испытываем взаимные чувства.

- Ты ужас-с-сна.

- Каждый день это слышу.

- Услыш-ш-шишь ещё раз-с-с. Ты ужас-с-сна.

Ада чесала старый шрам возле коленки и смеялась.

- Не больно? - змей провёл ватой под выпирающей лопатке Ады.

- Нет. - ответила она, но заметно зажмурилась от жгучей боли.

- Потерпи... - он осторожно водил ваткой под шерстью.

Движения змея были быстрыми и ловкими, он без проблем вытаскивал осколки и обрабатывал её спину. Боль быстро распространялась по всей спине, девочка зажмурилась. Ада кусала губы и сжимала кулаки. Рюу с недовольным видом, который читался в глазах, вытащил из-под кожи очередную стекляшку, вызвав у гиены болезненное шипение.

- Ш-ш-шипишь так, будто тебе лапу оторвало.

- Мне больно...

Змей на пару секунд замер от услышанного, но затем продолжил. Рюу намного грубее тронул осколок из раны, раскачивая и вытягивая наружу. Отброшенный в сторону окна, он зазвенел по полу.

- Рюу, больно!

- Тиш-ш-ше. Я хочу, чтобы твоё тело зажило нормально, а не чтобы раны загноились, там вырос-сли личинки и из тебя полез-с-зли черви.

Ада громко засмеялась, опрокидывая голову и позволяя себе немного отвлечься.

- Эй, доктор. - негромко позвал змея Грег. - Почки мне заменить можешь? Мои уже отбили.

- Жди с-с-своей очереди... - прошипел Рюу.

Грег смотрел в маленькое круглое зеркальце.

- Выгляжу убого... - произнёс он с некоторым отвращением, глядя на свой избитый нос и правый выцарапанный глаз, поперёк которого проходил шрам.

И хотя волк ещё в детстве привык получать побои, но с ударами того гибрида они даже рядом не стояли - морду как сквозь мясорубку пропустили.

- Раны у тебя довольно тяжёлые, но главное, что удалось избежать ампутации головы! - сказала Ада.

Волк тяжело втягивал воздух через нос, но кроме этого не издавал ни звука.

- Удивительно, как она даже с болью продолжает болтать. - с усмешкой сказал Грег змею. - Интересно, а все гиены такие?

- Заткнись, она полна мистического дерьма. - самоуверенный тон змея с каждой секундой становился всё более мрачным.

Поражённая со слов Рюу, Ада немного посидела с раскрытой пастью, потом помахала головой, улыбнулась и сказала, быстро моргая:

- Я более чем уверена, гордый молодой волк, Грегори Сэлтон, что мои фантазии заставили бы Вас смущаться.

- Ада! - неожиданно прикрикнул на неё Рюу. - Ну и вкус-с-сы у тебя.

- А что? - тут же она состроила милую и наивную мордочку.

- Гиена с-с-считает себя всемогущей, пока не наткнётся на волка.

Это предложение змея спровоцировало громкий смех. Аде и Рюу пришлось обернуться на парня, который чуть было не согнулся пополам.

- Что?

- Собралась из нас компашка: волк, гиена и змей. Мы просто идеальная злодейская команда! - он хрипло смеялся, но закашлявшись, схватился за грудь и склонился над постелью, свободной лапой и коленом уперевшись в кровать.

- В таком случае предлагаю ограбить банк! - сказала Ада, подняв лапу вверх.

Волк отрицательно покачал головой и, протиснувшись между Рюу и шкафом, прошёл к окну. Какая наглость!

- Теперь мне хочется ему врезать. - сказала Ада.

- И мне. - добавил её друг.

- И тебе!

Грег отодвинул толстые шторы, впуская тусклый свет. Рюу раздражало его поведение, но раздвоенный язык просто не поворачивался накричать на него, а выгнать из дома - тем более. В конце концов, он и так был не слишком вежлив, поэтому вполне мог потерпеть его назойливость. Волк ведь как-то терпел общение с опасным змеем.

- Змеёныш, я тебе как-нибудь потом заплачу. - Грег открыл шкаф, а там была синяя сумка-холодильник с небольшим запасом еды.

- Нас-с-слаждайся, пока можешь.

Наглая волчья морда не скрывала счастливой улыбки, вгрызаясь в свежую, пусть и холодную булочку с хрустящими листьями салата. Поглядывая на завтракающего парня краем глаза, гиена почувствовала, как в её пасти накапливается слюна.

- Спасибо, ты спас моё утро. - с набитой пастью невнятно произнёс Грег.

- Я тебя не приглашал. - всё же не выдержал и сказал Рюу нежданному гостю, затем разворачиваясь в его сторону. - Но ис-с-скренне заботясь о тебе, я с-становлюсь лучше и с-с-счастливее.

- О себе для начала позаботься. - Грег раздражённо шевельнул ухом.

В ответ раздался смешок Ады. Девочка и раньше замечала, как волчьи уши и зачастую хвост выразительно дёргались, раскрывая то, что творилось в голове волка намного лучше, чем морда. Каждый раз забавно наблюдать, как Грег пытался это контролировать.

- Больно-больно... - простонала гиена.

- С-с-сейчас будешь с-свободна.

Кровоточащий порез на спине змей ювелирно заклеил пластырем.

- Рюу, меня тошнит... - стыдливо призналась Ада, лапами обнимая живот.

- Отчего это? - спросил Грег, вопросительно приподняв бровь.

- От голода... - ответил Рюу и повернулся к подруге. - Она два дня ничего не ела.

Ада медленно покачала головой вверх и вниз. Весьма ошибочно было думать, будто Грег захочет подать девочке завтрак. Рюу пришлось самому ползти за едой и успеть взять до того, как её сожрал бы волк. Ада развернула свой бутерброд и, посмотрев Рюу в глаза, увидела в них облегчение и долю радости, в то время как Сэлтон уже выискивал на дне сумки-холодильника куриные яйца.

- А это что такое? - удивлённо произнёс Грег, внимательный взгляд которого с надеждой обратился к аппетитно лежащему шоколадному кексу.

- С-с-спокойно, обжора. - Рюу предусмотрительно выхватил кекс кончиком хвоста, закрыл сумку и захлопнул дверцу шкафа прямо перед разбитым носом волка. - Это для Ады.

- Спасибо, друг. - обрадовавшись, сказала гиена и взяла кекс.

- С-с-стало похоже на доброе утро?

Улыбаясь, Ада кивнула и с удовольствием продолжила трапезу, но Рюу заметил, что под длинными ресницами скрывались покрасневшие глаза девочки. Волк тихо выдохнул, невольно прижимаясь виском к деревянному шкафу рядом, ища успокоения от разбушевавшегося разума. Меньше всего ему хотелось демонстрировать свою слабость. Похоже, Ада подумала, что Грег всё ещё хочет украсть её десерт, поэтому она отломила половинку и протянула ему.

- Ешь, я не буду... - слегка недовольно пробормотал он.

Прежнее раздражение Рюу сменилось чистым весельем. Сначала волк облокотился о стенку, но затем, не дойдя до кровати, рухнул на стул. Пуля в его плече сместилась, вызывая жгучую волну боли. Ада смотрела на это, скептично приподняв бровь.

- Перестань. - не выдержала она. - Всё время терпишь? Это же страшнейшее ранение, которое ты получал в своей жизни, однако ведёшь себя так, будто бумагой порезался.

- Ничего, потерплю. - он оскалился, подставляя палец к виску.

- Ложись-с-сь на диван. - ухмылка змея становилась шире. - Поскорее управлюсь с-с-с твоими ранами.

- Ты же меня ненавидишь.

- Нет, прос-с-сто мне немного неловко с-с-смотреть на то, как ты хоз-с-зяйничаешь в моей комнате.

Грег ещё раз посмотрел на ненавистное отражение в зеркале, глядя на место, где ранее красовались зубы, и побрёл к Рюу за обработкой ран.

- У меня есть к тебе просьба. - серьёзно сказал парень, глядя на змея своим единственным карим глазом.

- Требование. У тебя есть требование. - перевела Ада, которую он рассмешил.

- Я прошу только вытащить пулю. - он положил лапу на живот. - С остальным разберусь.

- Теплокровные... - прошипел Рюу. - С-с-сила внутри вас и хладнокровие - вот что позволит вам с-с-собраться и не утратить с-с-способность трезво... - своё шипение он прервал слабым смехом. - Рас-с-суждать...

- Не грубил бы ты незнакомцу. - слегка усмехнулся Грег. - Он может быть опасен.

- Для меня никто не опас-с-сен. - ядовитый змей очень быстро проскользнул по полу и оказался на кровати перед Грегом, улыбаясь и глядя крупному хищнику в морду.

Глаза зелёной мамбы устроены так, что никогда не закрываются. В улыбке обнажились клыки, наполненные смертельным ядом.

- С-с-сечёшь?

Не сдержав любопытства, змей провёл хвостом по морде волка, размазывая засохшую кровь рядом с тёмным провалом глазницы.

- Весело тебе? - саркастически поинтересовался Грег.

- Нужно с этим что-то с-с-сделать.

Раненный волк лёг на кровать, слегка замершую от сквозного ветра. Он почуял запах пастели - она впитала сырой аромат осени. Несколько мгновений Ада просто стояла и рассматривала полуголое тело парня постарше, его подтянутый торс и напряжённые мышцы на лапах. Да, от него захватывало дух.

- Будет больно. - Рюу осторожно коснулся пореза на животе и тут же ощутил острые когти, которые вцепились в его шею.

- Ау-у... - старшеклассник завыл от боли.

- Тиш-ш-ше. - сказала зелёная мамба. - Ос-с-смелел?

- Замолчи. - прошептал Грег и спрятал когти, но вот змеиный хвост долго не отпускал.

- Контролируй свою волчью силу, Грег. - сказала ему Ада, а после взяла что-то со стола и повернулась к другу. - Рюу, я пойду на крышу. Помощь моя здесь не нужна?

- Иди. - спокойно отпустил её змей и продолжил работу.

Свежая кровь с новой силой потекла из растревоженной в плече раны.

- Ты собираешься меня покалечить, чтобы вылечить?! - воскликнул Грег, сдерживаясь, чтобы не положить лапу на своё пулевое ранение.

Змей несдержанно высунул свой язык, пробуя воздух на вкус и впитывая запах его крови, прежде чем ответить, но мысли в голове перепутались. Длинный хвост хлестнул по полу.

- Гад ползучий только сейчас почувствовал кровь? - тихая усмешка слетела с губ Грега на такую резкую, почти животную реакцию.

Яркий, вызывающий лёгкое головокружение и находящийся так близко запах крови ударил в голову настолько сильно, что пришлось ненадолго отвернуться, лишь бы не дразнить снова зашевелившуюся сущность внутри и взвывшие единым порывом голоса природы. Рюу стало жутко интересно, сможет ли его пасть растянуться настолько широко, чтобы суметь проглотить крупного волка. В таком случае, он бы целый год не нуждался в пище...

- Пож-ш-жалуй продезинфицирую пинцет. - сказал змей и пополз за всем необходимым.

В этот момент Грег почувствовал подступающую тошноту. Уж слишком он был напряжён.

- Делай это на газ-с-зету... - предупредил Рюу с другого конца комнаты. - Прекрас-с-сно, что артерия не была с-с-задета. Иначе ты бы умер за пару минут, потеряв сознание.

Он начал ползти обратно к раненному.

- Тебе не будет противно вытаскивать из меня пулю? - спросил Грег.

- Ничего. Я люблю много действительно кровавых фильмов ужас-с-сов. Проползаю по трубам в местный кинотеатр и с-с-смотрю. - змей принялся вытаскивать пулю. - Я мечтаю с-с-стать режиссёром. Только видеокамеры у меня нет.

- Что хочешь снять?

На удивление больше волк не сопротивлялся. Судя по морде, даже не хотел.

- Кинофильм про змея, нападающ-щ-щего на животных. - ответил Рюу.

- Зачем? Твой фильм запретят. Выставишь пресмыкающихся в дурном свете.

- Мы не нуждаемся в с-с-свете, волк. - заулыбался Рюу. - Ты понимаешь меня. Мы одиночки, которых зас-с-ставляют быть лапочками.

Некоторые змеи чувствительно относятся к своей дурной славе и бывают излишне обидчивы на этот счёт. Ядовитым змеям приходится считаться с плохой репутацией, и некоторые стараются оправдать свой вид, а другие, как Рюу, - пользуются преимуществами злой славы.

- Тебя тоже с-с-считают чокнутым?

- Ха! Меня нет, а вот то, что тебя принимают за сумасшедшего, я не удивлён. - ответил Грег.

- А ты хотя бы раз-с-с пытался понять почему?

Волк посмотрел на него, потом отвёл глаза в сторону и нахмурился. Его взгляд был полон отвращения. Подростковая жестокость беспощадна, и Рюу в полной мере испытал её мощь на себе.

- Этот город с-с-смахивает на шутку.

- Тут есть и плюсы: можно снимать фильмы ужасов про маньяков, убийц и приз... - Грег почему-то не закончил фразу.

- Иногда это только я против вс-с-сего мира. - змей взялся за кусочек железа внутри его плеча и начал потихоньку вытаскивать. - В конце моего фильма окажется, что того змея просто с-с-сильно обидели...

- Удачи тебе, гадёныш.

Волк никогда не скулил, вся медицинская помощь проходила спокойно, кроме тех моментов, когда Рюу сам нарочно причиняла ему боль, чтобы незваный гость наконец заткнулся.

- Какую бы глупос-с-сть вы не придумали, вс-с-сегда найдется волк, который эту глупос-с-сть с-с-сделает.

Пуля бы громко упала на пол, если бы Рюу не успел её вовремя поймать.

- На память. - змей бросил Грегу пулю, точнее то, что от неё осталось.

- Гад... - почти простонал волк и приподнялся.

- Что?

- Можешь скорей? - он выдохнул и упал обратно на подушку, одновременно пряча пулю в карман.

- Ты куда-то торопиш-ш-шься?

Рюу выплюнул ненужную затычку в сторону и, наклонив горлышко некой бутылочки над открытой раной, потряс, выливая несколько капель вязкой жидкости и тут же перехватив склянку хвостом.

- Аккуратного шрама не будет. - змей просто стянул края раны пластырями и начал забинтовывать.

Почему-то сейчас от вида крови на лапах Грега мутило, заставляя холодок проползти по позвоночнику.

- Мне холодно. - сказал он.

- Наруш-ш-шение теплового обмена... Недолго тебе ос-с-сталось жить.

- По-твоему я умру?

- Возможно, что вечером тебя вынес-с-сут отсюда на носилках, а мне ос-с-станется только наводить за тобой порядок.

- Но почему?..

- Волк, мне двенадцать лет. Я только поз-с-завчера прочёл в учебнике, что такое гемморрагичес-с-ский шок.

Это заявление было настолько неожиданным, что у Грега закружилась голова.

- Я не хочу умирать. - его испуганные глаза забегали по сторонам.

- Вс-с-сё завис-с-сит от того, насколько ты вынос-с-слив. Ес-с-сли умрёшь, что же ты оставишь после себя? Гниющее тело. Ты будешь в памяти близких, но не навс-с-сегда. А где же шлейф из красок и огня?

Змей откровенно смеялся над ним.

- Рас-с-слабься, я закончил. - сухо бросил Рюу, вытирая хвост о полотенце.

Волк встал, опираясь на свои колени лапами, напряжённо выпрямился, но из пасти вырвалось только еле слышное кряхтенье, едва ли выдающее всю бурю ощущений.

- Пос-с-смотри, что там делает маленькая Адель? - предложил ему Рюу, чтобы нервничающий волк заодно подышал свежим воздухом.

Рассветало. Сейчас Грегу обычное утро казалось красивым, как никогда раньше. Ада сидела на крыше, вырисовывая детали рисунка обгрызенном карандашом в маленьком альбоме, обклеенном выцветшими наклейками. Она уже услышала звук шагов, и её когти медленно поскребли по бугристой и истерзанной клыками поверхности карандаша.

- Привет, безумная гиена.

- Привет, жуткий волк.

Девочка положила альбом в сторону и подняла лапы вверх, начиная тянуть их как можно сильнее.

- Что ты делаешь? - спросил Грег, присев рядом с ней.

- Я пытаюсь обнять облако, не мешай мне.

Он усмехнулся и кивнул головой, наблюдая за тем, как она пытается это сделать, и не смог удержаться от улыбки, когда она чуть не упала назад.

«Я уже начинаю привыкать к её странностям» - подумал волк, улыбаясь.

На душе у Ады было спокойно. Она вздохнула и, не обращая на старшеклассника внимания, продолжила увлечённо рисовать, а Грег смотреть за её движениями. Поразительно, какие ровные линии она проводила, в итоге превращая их в картинку.

- Я смотрю, здесь одни творческие личности собрались. - произнёс волк.

- Если хочешь, можешь посмотреть. - девочка спокойно дала ему поглазеть на свой альбом с рисунками. - Я всегда рисую только красивые вещи.

Волк расслабился, просто листая страницы и рассматривая рисунки. В основном Ада рисовала граффити, среди которых были красивые надписи, простенькие портреты обитателей города, знакомые пейзажи Авроры, а также послания во славу Спасителя. И хоть это были всего лишь карандашные зарисовки, ему они понравились. Никогда у Грега не получалось нарисовать что-то красивое, хотя он и не особо интересовался подобным искусством, а когда пытался, то у него тряслись лапы и линии выходили кривыми. А если у Грега что-то не получается, то он быстро выходит из себя и бросает всё на полпути. Он никогда не был терпеливым. Грег ещё немного пялился на страницы с улыбкой, пока не начал переворачивать листок к последнему рисунку. Вдруг девочка справа резко подскочила, явно паникуя и прося отдать ей альбом. Ада пыталась вырвать его из чужих лап, но не успела, так как Грег уже перевернул страницу. На страничке был нарисован он, только в чёрно-белом цвете: его морда, густая шерсть, интересная чёрная повязка на выцарапанном глазу, ухмылка, а одна лапа образовывала характерный неприличный жест, показывающая средний палец, вытянутый вверх. Ну точная его копия! Грег начал смеяться во всё горло, пока вдруг не раскашлялся. Он точно не ожидал такого увидеть. Ада почувствовала себя немного неловко.

- Это слишком странно?.. - гиена слегка хихикнула.

Кончикам пальцев с острыми когтями становилось приятно от прикосновений к наброску, ни капли не претендующему на место в музее искусств, но такому живому. Грег не знал, что ей ответить, так что первое, что вырвалось из его пасти, когда он прокашлялся, было:

- Рисуй, что хочешь. - он почесал за ухом и широко улыбнулся. - Я не против, потому что мне ты сказала: «Я всегда рисую только красивые вещи».

- Замолчи. - она опустила голову и согнулась над изрисованным альбомом. - Другие дети рисуют намного лучше меня. Я совсем не имею своего стиля. Пытаюсь нарисовать хотя бы то, что умею. Но я никогда не перестану стараться. Нельзя сдаваться, потому что...

Проще замолчать, чем закончить мысль. Ада понимала, что от взгляда волка не скрыться, и всё же она пришла к старо-доброй тактике защиты - нападению:

- Скажи сразу, что думаешь или собираешься сделать.

Грег всё так же ухмылялся, глядя исподлобья. Он наклонился к девочке, которая дышала удивительно ровно, и сбил её дыхание, когда взял несколько шерстинок на тёмной гриве между пальцев.

- Я раньше не встречал зверей, подобных тебе и Рюу. - ласково сказал волк. - А вы, гиены, такие...

- Страшные и тупые?

- Солнечные и умные.

Ада по-прежнему сидела с опущенной головой, разглядывая свою юбку. Она чувствовал себя невероятно неловко и непривычно. В обычной ситуации гиена бы повела себя очень глупо, громко засмеялась, либо же собеседник в последствии услышал фразу: «Это ложь». Некоторое время она сидела, недоумевая.

- Я не умею иначе... - прошептала Ада и подняла голову. - Я всегда была такой яркой, что даже если бы не было солнца, то я бы его всё равно создала.

Грег улыбнулся уголком губ.

- Хочешь уйти?

Ада лихорадочно попыталась придумать причину, почему она не хочет, но причины просто не было.

- Давай ещё немного посидим тут.

- Да, давай. - ответил волк.

- Слушай, я много раз участвовала в драках, а что ты чувствовал в бою? - спросила гиена, опустив лапы вниз.

- Сейчас ничего не расскажу. Во время схватки восприятие мира искажается. Я даже последовательность действий во время боя передать не могу. Помню лишь мелькание тёмного и светлого. Даже морды Сильвера не различал, хотя бил по этой морде.

- Извинишься перед ним при встрече.

- Извиниться? - переспросил Грег.

- А что?

- Не знаю. Просто мне кажется, что это не очень хорошая идея.

Она засмеялась.

- Забудь это слово. - сказала Ада, указывая на него пальцем. - Ты не можешь думать о плохом.

- Я уже не уверен, что я вообще могу что-либо думать. - ответил он.

Лёгкий ветерок щекотал своей прохладой. Ада смотрела вниз. Там заботливые родители, как и раньше, отводили своих детей в школу.

- Хоть у них детство нормальное. - произнесла она со вздохом.

Сидеть продолжили молча. Небо вновь заволокли тучи. Почему-то присутствовало чувство тревоги. Но к чему бы это?

- Мне нужно пополнить с-с-запасы. - прошипел появившийся на крыше Рюу. - С-с-спущусь на кухню. Попейте воды, у меня ос-с-сталась одна бутылка...

- О, отлично! - сказал волк, поднявшись на лапы. - Как раз в глотке пересохло.

- Я тоже пить хочу! - Ада побежала за Грегом хвостиком.

После беседы на крыше детского дома, они пошли обратно в змеиное логово, где всё стало как-то очаровательно прибрано. Когда Рюу, как по волшебству, исчез из комнаты, Грег с довольной ухмылкой сразу схватил пластиковую бутылку со стола. Голубая крышечка упала и закатилась куда-то под кровать, а волк начал быстро выпивать всю прозрачную жидкость. Ада тихо стояла, наблюдая за быстро утомляющим жажду зверем. Она хотела остановить его, забрать у него эту злосчастную бутылку, что гиена всё-таки сделала. Гиена вскочила с места и выхвалила бутылку из лап Грега. Волк медленно повернулся к девочке, грозно глядя на неё.

- Хватит. Мы должны поделить воду пополам. Пожалуйста, я тоже хочу пить... - сказала Адель, прижимая бутылку воды к себе.

Грегу это не нравилось. Он схватил малышку за шерсть на голове и притянул к себе, после победоносно забирая бутылку из девичьих лап под её тихий скулёж, а позже, когда бутылка оказалась у него, бросил девочку на пол. Парень стал снова пить и радоваться, что отобрал у ребёнка воду. Ада тихо всхлипнула, чем разозлила Сэлтона. Терпел он ровно минуту, пока ему не надоело. Волк встал, подходя к гиене ближе, медленно наклонился и схватил за ворот майки, поднимая вверх над полом.

- Гиена, ты чего ревёшь? - вдруг спросил Грег, долго всматриваясь в заплаканную детскую мордашку.

Ада шмыгнула носом. Ответа на вопрос не последовало, что тоже его взбесило.

- Я задал чёртов вопрос. - прорычал волк. - Так сложно на него ответить?

- Нет... - промямлила она.

- Неужели я напугал тебя? - засмеялся волк.

Без лишних раздумий Ада хлестнула своей лапой по морде Грега. От не слабого удара его голова откинулась в сторону.

- Чтоб ты поскользнулся на моих слезах, подонок.

Адреналин и ярость огненным коктейлем смешались в крови Ады. Когда Грег, сжимая челюсти, снова перевёл на неё свой взгляд, в его тёмном глазу читались напряжение и гнев, что заставило девочку улыбнуться. Волк моментально развернулся в сторону выхода.

- А? Уже уходишь? - открыв дверь, спросил появившийся перед ним Рюу.

Волк сначала встал, как вкопанный, потом отошёл от зелёной мамбы, отрицательно качая головой.

- Жаль, я надеялась больше его не увидеть. - Ада сделала несколько шагов, проходя мимо Грега, пока тот стоял и потирал горящую от удара щёку.

Гиена несколько раз сжала свою собственную ладонь в кулак. Ядовитый змей хвостом протащил маленькую красную тележку на колёсиках с едой и водой внутрь комнаты. Рюу предпочёл сделать вид, что не заметил нависшее над их небольшим убежищем напряжение.

- Волк, у меня ес-с-сть для тебя кое-что.

Уши волка приподнялись вверх, а голова слегка наклонилась вбок. Спустя пару минут он уже натянул на выцарапанный глаз аккуратную белую повязку. Отныне Грегу предстояло учиться видеть мир по-другому.

- Я с-с-сделал для вас всё, что мог... - сказал змей.

- Спасибо тебе, Рюу, ты лучший! - поблагодарила его наконец-то напившаяся воды Ада, чем вызвала у лучшего друга улыбку.

- С-с-завтра вечеринка на с-с-свалке. Вс-с-се наши идут. Пойдёшь? - спросил Рюу, переворачивая страницу журнала «Искусство кино», с целью лучше рассмотреть его содержание. - С-с-ставлю на то, что напугать Сару будет очень легко.

- Я не хочу. - ответила Ада, встряхивая подушку и бросая её на кровать, на которой собиралась спать.

Змей раздражённо зашипел, бросая журнал на край стола.

- Мне нуж-ш-жно показаться вос-с-спитателям... - всего через секунду он заулыбался. - Напугаю их как следует. Раз-с-с Ада всё ещё беглянка, я с-с-стану героем дня.

- Да-да, конечно. Наслаждайся, пока я не у дел. - ответил она с ухмылкой, падая на матрас.

Подложив лапы под голову, она пробормотала слова, взывающие к Спасителю. Грег надолго умолк. Он и сам понял, что повёл себя с Адой просто отвратительно. Что случилось с его разумом? Такое ощущение, будто кто-то вытащил всё содержимое черепной коробки, встряхнул хорошенько, а потом запихнул обратно.

- Ползите в сон, теплокровные. - сказал им Рюу и удалился из комнаты.

- Твой дружок не боится, что я тебя украду?

Взгляд девочки остановился на волке, который лежал на полу с одеялом и подушкой.

- Гиена, ты в курсе, как неудобно спать на полу?

- Я как-то на лавке в парке засыпала. - съязвила она настойчиво.

- Значит грохнулась на асфальт во время сна. - на его морде появилась улыбка.

- Да ты хотя бы представляешь, каково это?! - Ада ловко спрыгнула с кровати прямо перед Грегом. - Жить без родителей, голодать, мучиться от жажды, сбегать и ночевать где попало, лишь бы тебя не заперли в страшном подвале?! Знаешь, с каким воем я каждый вечер отдирала футболку от шерсти и кожи? Сколько простыней испортила?!

С каждым словом Сэлтон всё сильнее съеживался под её горящим взглядом.

- Ада, честно, я очень сожалею о своём поведении. - волк хотел приблизиться, но по обвиняющему взгляду девочки понял, что этого делать не стоит. - Дело в том, что я часто себя не контролирую.

- Не проконтролировать можно чих, но уж никак не то, что ты отобрал у меня воду и толкнул!

- Но такого больше не повторится. - пытался заверить её волк. - Я пообещал Сильверу, что навсегда уберу свои клыки и когти. Для меня это нелегко, но я постараюсь следовать этой клятве. А клятвы, насколько мне известно, не нарушают.

Впервые за долгое время гиена не нашла слов.

- Я изменюсь. Дашь ли ты мне ещё один шанс?

- Думаю, дам. - сказала она, пожав плечами. - Давай уже спать.

Ада резко развернулась по направлению к дивану, но не успела сделать и шага, как почувствовала длинные когтистые пальцы, обхватившие её локоть. Она остановилась на полпути и развернулась, обнаружив Грега непозволительно близко к себе. Пристальный взгляд волка всегда ощущался по-своему холодным, даже расчётливым, но было в нём что-то обжигающее, и сейчас он бродил по её детской мордочке. Ада попыталась медленно и глубоко втянуть воздух.

- Ты больше не будешь бояться меня, Ада? - низкий, хриплый голос разрезал тишину.

Он был до абсурдного красив, и гиена сглотнула, вспомнив, что от неё ждут ответа на очень лёгкий вопрос.

- Я не знаю. - призналась она, а её ресницы слегка задрожали.

Морда волка склонилось всего на один вдох ближе к ней, а пальцы крепче сжали её лапу. Последний глухой смешок сорвался с её губ, взгляд направился на парня.

- Если не хочешь спать, давай закроем все окна и двери. Будем смотреть в потолок.

Им нужно было остыть, собраться с мыслями. И Грегу не помешало бы подумать о том, как бы не брякнуть чего-нибудь настолько идиотского, от чего хоть сразу можно ложиться в гроб. О Спаситель, ведь Ада - это ходячая катастрофа. Но когда он лежал на полу, а она на кровати, то в абсолютно тёмной комнате Грег боялся, что уснёт, что сделает что-то не так, что сболтнёт лишнее. Он, как никто другой, умел нести бред, мешать, портить всем жизнь... Грег провёл детство в бесконечном лете, обласканный заботой и вечным солнцем, греющим шкуру. А в сердце Авроры ему непривычно, здесь - всегда холодно.

- Эй, ты в порядке? - спросил волк, сидя на полу. - Трясёшься вся... Замёрзла?

Грег подскочил с места и набросил на Аду тёплый плед, ворча на девочку: не сможет правильно одеться в холод, не сумеет выжить в приближающейся зиме. Но ничего, потом она научится, привыкнет...

- Лучше?

Ада кивнула, хоть ей и не было холодно, но так на самом деле лучше. Уютнее. И можно спрятать мордочку. И вообще целиком спрятаться.

- У волчьего сердца холодно не бывает. - с полуулыбкой сказал ей Грег.

Девочка напряжённо свела брови.

- Если вдруг я через несколько часов умру, запомни меня молодым, беззаботным волком, но очень несмелым.

В этот же момент ему в морду прилетела подушка. Грег удивлённо взмахнул лапами, вжимаясь в одеяло.

- Ада, что за чёрт? - даже сквозь шёпот его голос звучал низко.

- Ты не умрёшь. Крепкий слишком.

- Я должен сказать «спасибо»? - Грег даже не попытался прикрыться, напротив, Ада могла поклясться, что отчётливо видела, как напряглись мышцы его живота, и не смогла сдержать улыбки.

- Рюу не со зла может напугать. У тебя есть шанс измениться. Не против, если я скажу тебе кое-что замысловатое?

- Валяй, философствуй.

- Закон природы всегда един - это изменение. Из истории Спасителя я точно знаю, что переменам подвержены не только все живые существа на Ауруме, но и божества. Даже стихии принимают участие в переходах из одного состояния в другое.

- Вникаю, начинаю понимать. - почти рычал Грег, прижимаясь щекой к плечу, укутанному в плед. - И убеждаюсь, что мне необходимо подчиняться клятвам и всяким мудрёным законам.

- Все семнадцатилетние такие наивные? - передразнила гиена, за что получила тычок в бок.

- У такой малышки, как ты, детской травмы не останется?

- Ты и Сильвер привели меня к мысли, что вы - это пока всё то, что удерживает меня от желания сбежать из города. И вы убили того плохого парня, чтобы спасти меня. Конечно, я оценила это. Надеюсь, что не приложу лапы к последствиям. Хочу верить, что эта ужасная история для всех нас наконец-то закончилась. Обещаю себе, что когда-нибудь стану кем-то намного выше.

- Зуб даю, у тебя всё получится, гиена. - сказал Грег и чуть потрогал пальцем место в пасти, где у него раньше был клык. - Уже.

Её губы приоткрылись в попытке что-то сказать. В этот момент волк почувствовал, как по его спине пробежал озноб. Было у него такое ощущение, что она сейчас скажет что-нибудь вроде: «Я не остановлюсь», но она ничего не сказала, а только продолжила таращиться на парня. Грег медленно протёр морду лапой, затем снова посмотрел на неё.

- Эй, успокойся. Всё в порядке. Спи.

И Ада закрыла глаза, вслушиваясь в тихое дыхание Грега. За окном шёл слабый осенний дождь, и волк думал, что, возможно, всё не так страшно. Ужасы отступали. Он уже почти заснул, когда услышал тихий смешок.

- Что?

- Не будь ты таким дураком, я бы к тебе подкатила. - прошептала Ада.

- Я для тебя слишком стар.

- А ты меня дождись. Спокойной ночи, жуткий волк.

С этими словами гиена лучезарно улыбнулась, посильнее укуталась в одеяло и довольно засопела, уткнувшись мордой в подушку. А старшеклассник, которому предстояла бессонная ночь от пережитого потрясения, теперь знал, как тяжело ладить с детьми. Тишиной дом слился с улицей, а когда так тихо, трудно ни о чём не думать. Грег поднялся с места, но сразу уходить не сдал. Он остановился и замер напротив кровати. По дороге проехала полицейская машина, и слабый сине-красный свет, прорвавшись через приоткрытое окно, упал на мордочку Ады, делая её более... волшебной? Ладонь Грега, крепко прижатая к груди, будто придерживающая нутро, чтобы не покинуло тело, потянулась вперёд, но замерла в сантиметре от девичьей щеки. Грег мог бы простоять так долго, но грудь невыносимо жгло. Волк двигался как можно тише, тщательно следя за каждым шагом. Сев у подножия кровати, он открыл глаза, уставился в потолок и пытался понять, как долго сможет терпеть кружащийся по часовой стрелке мир.

«Так больше нельзя...» - подумал Грег.

За одну ночь нельзя изменить жизнь. Но за одну ночь можно изменить мысли, которые навсегда изменят жизнь. Прежде чем покинуть комнату, он повернул голову к спящей Адель.

«Обещаю, завтра я уже буду другим. Будет написана другая история»

Эта глава заканчивается и начинается новая. Пришло время освободиться от той трудной части, которую вы знаете.

Глава 12 «Пред Бездной мира»

Шипы последствий безумной ночи протыкали кожу юноши изнутри. Сильвер был совершенно без сил, но он всё равно продолжал идти по дороге, которая вела в город. С двух сторон возвышались высокие деревья, от сильного ветра они гнулись к земле. Позже Сильверу открылся вид на распутье. Одна дорога вела в Аврору, а другая в глухую неизвестность. Между этими двумя дорогами расположился обычный круглосуточный магазин. Решив, что там можно набрать средств для обработки ран, Сильвер туда и направился. Надо отдать должное тем, кто придумал подобные магазины, потому что всегда есть возможность в любое время приобрести необходимые товары. Неизвестная лапа нацарапала на ближайшем дорожном знаке надпись: «Я не хочу жить в Авроре». Сильвер зашёл в магазин и внимательно осмотрелся. Молодой худощавый продавец-олень мирно спал за кассой. Сильвер, никого больше в магазине не обнаружив, пошёл в уборную. Полукровка был рад тому, что здесь не было зеркал, и он не видел, насколько ужасно выглядел сейчас. Умывшись и смыв с себя засохшую кровь, Сильвер вышел из помещения, а в магазине по-прежнему никого не было. Кассир продолжал спать, вообще не слыша подошедшего к нему полукровку. Будь они в диких временах, оленя бы уже давно сожрали из-за невнимательности. Сильвер оглядел продавца и заметил лежащий рядом с ним журнал для взрослых. Полукровка усмехнулся, ведь он бы к такому даже не притронулся.

- Нехорошо спать на рабочем месте! - громко сказал Сильвер.

Олень тут же проснулся и встал с места.

- Здравствуйте, добро пожаловать в наш магазин! - воскликнул он.

Взглянув на странного посетителя без верхней одежды, глаза его тут же округлились.

- Что с Вами?! - удивлённо спросил олень, глядя на раны полукровки.

- Упал. - ответил Сильвер.

- Да? - не поверил олень. - А как?

- На наковальню с кувырком об огнище и ножище.

- Эм...

- Короче, мне надо себя залечить.

- Налево и последний отдел... - назвал олень шкаф с медикаментами.

- Спасибо.

- Это... чужая кровь? - настороженно поинтересовался продавец.

- Нет, моя.

Неожиданно из глубокой раны у левого плеча Сильвера потекла струйка крови. Не отрывая глаз от продавца, он заткнул её лапой.

- Мне вызвать скорую помощь?.. - спросил олень.

- Нет, не нужно.

Полукровка отвечал без эмоций, будто после всего произошедшего этой ночью вообще перестал что-либо чувствовать. Олень молчал, провожая зверя взглядом. Подойдя к стеллажу с лекарствами, полукровка стал набирать себе в лапы средства для обеззараживания, пластыри и бинты. Быстрым шагом Сильвер направился к скамейке и уселся на неё. Сперва он взял пузырёк с перекисью водорода. Сильвер вздрогнул, увидев глубокий разрез, проходящий ровно от надплечья к середине груди, а затем внимательно рассмотрел длинные полосы следов от зубов на всей лапе, а также несколько ранок внизу живота. Яркие и липкие капли лениво упали на пол. Обычная красная кровь, как у любого другого живого существа. Сильвер поспешно смочил марлевые шарики раствором, первым делом начиная обрабатывать волчьи укусы. Сквозь короткую шерсть его пальцы неизбежно соприкоснулись с тёплой кожей. Можно было ощутить, как под ней напряглись мышцы, почувствовать пульс - биение сердца. Сильвер недовольном поморщился, когда надавил на края раны слишком сильно. Полукровка промокнул новую порцию ваты перекисью и продолжил осторожно обрабатывать.

- Тебе помочь? - услышал он голос кассира, что с содроганием наблюдал за его действиями.

- Нет, спасибо. - ответил раненный.

Раствор снова зашипел и вспенился, от этого Сильвер вздрогнул. Сильно напрягся, накладывая повязку, а затем стал проворачивать те же самые действия с глубоким порезом возле шеи. Очень скоро с такой раной возникнут проблемы, не обойдётся без наложения швов. Обработав самые тяжёлые раны, далее он принялся к небольшим, таким как порезы и ушибы. На теле Сильвера их было полно. Синяки и ссадины жутко болели. Обклеив себя пластырями с лап до головы и обмотавшись бинтами, парень обессилено упал на спинку скамьи. Вдруг ему на глаза попался отдел с одеждой, внимание парня привлекла обычная серая толстовка с капюшоном. Полукровка еле-еле слез со скамейки и, подойдя ближе, тут же снял толстовку с вешалки и надел её на себя. По размеру в самый раз. Главное, что теперь никто из прохожих не заметит под одеждой с длинными рукавами следы от увечий, а на чёрных штанах пятен крови не особо видно, если не приглядываться. Влажной салфеткой, смоченной в антисептике, Сильвер прикоснулся к разбитым в кровь костяшкам, тем самым вызвав неприятное пощипывание. Полукровка устремил свой взгляд на камеру видеонаблюдения.

- Ты не мог бы стереть запись с камеры? - спросил он у продавца.

- Зачем? Ты что-то скрываешь? - подозрительно уставился на него олень.

- Мне скрывать нечего. Просто не хочу, чтобы кто-то увидел меня раненного из-за несчастного случая и неправильно понял.

- Несчастный случай?..

Неожиданно в магазин с грохотом от стеклянных дверей ворвался снежный барс в натянутой на морду чёрной маске.

- Выворачивай кассу! Живо! - приказал он, направив на оленя небольшой пистолет.

Высоко подняв лапы, кассир испуганно прижался к стене и заверещал:

- Прошу, не надо!

- Доставай деньги, ублюдок! - грозно прикрикнул барс.

Грабитель злобно стукнул по столу, продолжая угрожать ему оружием. Сильвер же положил товары на кассу, чтобы оплатить покупку. Он был так спокоен, происходящее его вообще не интересовало.

- Стоять, это ограбление! - закричал грабитель непонятному зверю.

- Стоять - это глагол, придурок. - ответил Сильвер.

Полукровка невозмутимо взглянул на него.

- Убирайся отсюда.

- Ты отбитый что ли?! - удивился барс.

В тот же момент Сильвер вытащил из заднего кармана револьвер и направил его на грабителя.

- Уходи.

- Эй-эй, полегче! - грабитель чуть отшатнулся назад. - У тебя будут проблемы.

- Убить тебя мне ничего не стоит.

Злобный взгляд до чёртиков перепугал барса. Грабитель отпрянул и рассмеялся.

- Ты всерьёз хотел напугать меня игрушкой?!

Сильвер выстрелил ему под лапы, пуля вошла в пол, а барс чуть не упал на кассовую стойку.

- Вот чёрт! - закричал он.

- Пошёл вон! - проорал Сильвер, продолжая угрожать револьвером.

Грабитель мигом бросился на выход, оставив магазин нетронутым. Полукровка и олень наблюдали сквозь стеклянную дверь, как барс запрыгнул в свою машину и уехал как можно скорее.

- Ого, как бывает... - прошептал Сильвер, убирая револьвер обратно в задний карман, и услышал, как позади него что-то упало на пол.

- Спасибо тебе! - громко поблагодарил его за спасение кассир, сидя перед ним на коленях.

- Эм... Встань, не позорься.

- Хорошо. - ответил олень и поднялся с пола. - Реально, я даже не знаю, как тебя отблагодарить! Проси всё, что хочешь.

- Мне ничего от тебя не надо... - пробубнил юноша. - Просто пробей мне эти лекарства и... Ой... - Сильвер расстроенно закинул голову вверх. - У меня же нет денег.

- Давай я заплачу? - предложил олень.

- Не обидишься? Тебе же самому нужны деньги.

- Всё в порядке, это ведь немного, я могу оплатить.

- Спасибо... - ответил Сильвер. - Сотрёшь запись с камеры видеонаблюдения?

- Без проблем. - ответил олень, улыбнувшись, затем невольно перевёл взгляд на дырку в полу. - У владельца магазина явно будут вопросы ко мне.

- Прикрой ковром, никто не увидит. - сказал Сильвер.

- Разберусь. Пойду пока сотру запись.

- Здесь нет охранника?

- Я в магазине один. - ответил кассир, выходя из-за кассы.

- У тебя не будет проблем?

- Как-нибудь отделаюсь. - продавец пожал плечами. - Сошлюсь на старую технику.

- Спасибо, э-э...

- Меня зовут Сэм. - представился он.

- Спасибо, Сэм.

Олень ушёл в комнату охраны, а Сильвер, вновь усевшись на скамью, заметно расслабился. Силы пропали совсем, глаза начали медленно закрываться. Вариант спать в таком месте не казался плохой затеей, поэтому Соул завалился на бок, прикрыл глаза и заснул.

Наступило утро. Чёртово раннее утро. Казалось, мир погрузился во тьму и солнце никогда не взойдет. Сильвер не был против такого исхода. Однажды его солнце тоже не взошло. Это как взросление или первая любовь, не знаешь, когда успел вляпаться. Ночь выдалась кошмарным ужасом, от которого не проснуться. Не было и речи о том, чтобы выспаться.

- Ты проснулся! - услышал он голос знакомого оленя, который заметил его открывшиеся янтарные глаза.

Сильвер нехотя приподнялся и тут же пожалел об этом. Слабость охватила всё тело, боль резко ударила в голову. С каждым вздохом лёгкие неприятно сдавливали сердце.

- Как ты? - спросил Сэм.

- Нормально... - прохрипел он.

- Слушай, у меня через десять минут заканчивается смена. Пора уходить.

Сильвер молча кивнул.

- Держи. Наверняка ты голоден.

Полукровка поднял взгляд и увидел в лапе продавца сэндвич и маленькую бутылку воды. Он дрожащей лапой медленно взял еду.

- Спасибо...

Олень улыбнулся и продолжил собираться, пока юноша сидел на скамье, просто пялясь в одну точку. Его серьёзные раны залечивались, а в пасти ощущался вкус крови. Приложив силу, полукровка с трудом открутил крышку и сделал маленький глоток. Затем ещё. И ещё, пока не опустошил всю бутылку. До настоящего момента он даже понять не мог, насколько сильно хотел есть и пить. Сильвер тут же разорвал упаковку с едой и принялся уплетать сэндвич за обе щеки. Когда поел, он вдруг почувствовал, как тошнота подступает к горлу, но сдержался. Вскоре Сэм и Сильвер вместе вышли из магазина.

- Магазин будет закрыт, пока не прибудет дневной работник. - сказал олень, переодевшийся из рабочей одежды в свою собственную тёплую.

Только сейчас Сильвер заметил в Сэме кое-что необычное - у него была проколота губа с правой стороны, но серёжки не было.

- Почему ты без пирсинга?

- В смысле?.. А, это из-за работы. - ответил он. - Когда ты выделяешься из толпы, становишься не похож на других, тебя перестают воспринимать всерьёз.

- И тогда не получается найти хорошую работу?

- И тогда ты становишься отбросом общества. Ты понимаешь меня. Хочешь, я подброшу тебя до твоего дома? - по доброте душевной предложил Сэм, когда они подошли к очень старой и дряхлой машине оленя, которой уже давно полагалось лежать на свалке.

- Ох, нет, спасибо за всё, но я вынужден отказаться. Сам дойду. - ответил Сильвер.

- Я бы настоял, но бессмысленно спорить со зверем с пистолетом в кармане. - неловко засмеялся олень.

Сильвер улыбнулся и сказал:

- Сэм, а ты хороший.

Он быстро понял, что ляпнул лишнее, но его спас ответ оленя:

- Ха-ха, ты странный малый, но, видимо, тоже неплохой. Давай я тебе свой номер телефона дам, а ты свой? - Сэм достал из своего потёртого рюкзака маленький блокнот и ручку. - Захочешь где-нибудь потусить - позвони мне, или я тебе наберу, если у моих друзей наметится какая-нибудь вечеринка. - записав номер, он вырвал бумажку из блокнота и протянул её Сильверу, а тот сразу сунул её в карман.

- Хорошо, записывай. - сказал полукровка и продиктовал оленю свой номер. - Пока, Сэм, ещё увидимся.

- Ага. - ответил олень и вдруг опомнился. - Как тебя зовут?

- Сильвер.

Сэму ничего не оставалось, кроме как сесть в свою машину и уехать домой, а полукровка проводил взглядом тарахтящую тачку. Дул холодный ветер, тени расплывались в лучах фонарей. Сильвер шёл вдоль трассы на рассвете и пытался осознать, что с ним стало. Его лапы безмятежно раскинулись. Хотелось спать дальше, не испытывать муки совести. Он был один. Во всех смыслах один - на этой дороге, в этом городе, в мире. Интересно, хоть кто-нибудь испытывал подобное чувство? Наверное, да. Мы все одни.

Пройдя уже довольно большой путь, Сильвер остановился передохнуть на длинном мосту, что проходил через огромную расщелину. Казалось, что в этом месте много веков назад, как громом ударенная, разразилась сама земля, образовав трещину. Юноша приблизился к ограждению, а там внизу была одна беспроглядная тьма, но на самом деле внизу что-то есть... Но что? Сильвер поудобнее уселся на ограждении, свесив лапы над пропастью. Холодно. За спиной быстро проезжали машины. Взгляд молодого парня направлен в самое сердце этого мира, полного жестокости и несправедливости. Бездна заставляла смотреть только в неё. Никто не способен сопротивляться, оторвать глаз. Перестать... чувствовать. Что будет после? Это «после» - загадочное, нереальное, мистическое, заставляющее мечтать и думать. Оно вложено в нас с рождения и не поддаётся объяснению. Нам свойственно находится между фантазией и реальностью. Сознание порождает повторение одних и тех же моментов, ошибок прошлого в надежде узнать будущее. Но его нет. Ты не сможешь узнать будущее, ведь его пока что просто не существует. Сильвер стоял на краю, охваченный ураганом эмоций, не в силах удержать слетевший с губ стон. Подняв голову, полукровка выпустил пронзительный крик, прорезающий пространство и несущий один вопрос: «Почему?».

- Мама, я дома... - еле слышно произнёс Сильвер, когда дверь со скрипом открылась.

Мэри несколько секунд удивлённо смотрела на сына, затем резко потянула его к себе и крепко обняла.

- Мама... - прошептал полукровка.

Крольчиха резко отпустила его и закричала:

- Где ты был?! Мы с Лаймой тебя обыскались!

- Мама, не кричи, я объясню... - попытался успокоить её Сильвер.

- Не кричи?! - продолжила Мэри. - Ты пропал из дома на целые сутки, ни разу никому не позвонив, и говоришь мне «не кричи»?!

Сильвер просто молча выслушивал её.

- Где ты был? - немного успокоившись, решила она спросить вновь.

- Нигде. - ответил он.

- Что?! - снова закричала Мэри, но тут же попыталась сменить тон. - Сильвер, ты можешь мне всё рассказать.

- Тебе не стоит беспокоиться. Теперь всё хорошо. - он улыбнулся, но его морда заметно дрожала.

- Хорошо?! - Мэри резко схватила его за лапу, отодвинув рукав толстовки. - О Спаситель, сын, ты ранен!

Сильвер встал возле столика.

- Мама, ты только не пугайся...

- Чего мне не пугаться?.. - непонимающе переспросила Мэри.

Парень очень медленно, чтобы не напугать крольчиху, вытащил из заднего кармана револьвер. Она пошатнулась назад, а Сильвер положил оружие на стол.

- Не бойся. Ничего плохого не случилось. Спрячь его и никогда не доставай.

Крольчиха стояла и не могла выдавить из себя ни слова.

- Я иду в ванную. - сказал он.

- Сильвер, мы ещё не закончили разговор!

- Нет, мы его закончили.

От такого грубого ответа Мэри остолбенела, ведь никогда Сильвер так не обращался с ней. Ошарашенная женщина просто не могла понять, что Сильвер хотел её уберечь. Присев на край наполняющейся ванны, полукровка легонько провёл лапой по воде, отчего по ней побежали круги. Он шлёпнул по своему отражению, чтобы оно развеялось.

- Отвратительная морда... - прошептал Сильвер и закрыл кран, когда вода почти до краёв заполнила ванну.

Скрестив лапы и ухватившись за низ толстовки, парень медленно стянул её с себя. Взору предстали перебинтованные лапа и живот.

- Мама не должна это увидеть... - прошептал Сильвер и положил одежду на тумбочку.

Полукровка выровнялся, встал во весь рост и увидел себя в зеркале.

«В мире нет ничего страшнее нас самих» - раздался в его воспоминаниях голос Фауста.

Зеркало разбилось, оставляя после себя ровные круги на стекле.

- О, нет... - прошептал Сильвер, глядя в разбитое зеркало.

Полукровка взглянул на сжатую в кулак лапу. Пластыри отклеились, на костяшках пальцев выступили капельки крови. В тот же момент дверь резко открылась и вошла испуганная Мэри. Она с ужасом смотрела то на разбитое зеркало, то на своего сына. Крольчиха впервые полностью увидела его израненное тело.

- Сильвер, что произошло?! - воскликнула Мэри.

- Ничего, я всё уберу...

- Как ты можешь такое говорить? Почему ты врёшь мне?!

- Не хочу тебя расстраивать.

- Я не понимаю, что с тобой?

- Не злись, пожалуйста... Со мной всё в порядке.

- Нет, не в порядке! Ты пропал на всю ночь, принёс с собой пистолет, у тебя идёт кровь!

- Это пройдёт, мама...

- Прекрати! От твоего молчания моё сердце болит сильнее... Ответь мне наконец-то, прошу тебя!

- Не лезь ко мне! - внезапно проорал полукровка.

- Сильвер, ты чего?.. - мать удивлённо отошла от него.

- Ничего! Не лезь не в своё дело, я сам со всем разберусь!

- Сильвер, я же просто хочу тебе помочь... - она снова приблизилась к нему.

Полукровка молчал и глядел на неё злобно, из-за чего ей становилось не по себе. Крольчиха встала к нему на расстоянии вытянутой лапы.

- Сильвер... - прошептала Мэри, всматриваясь в перевязанные раны сына. - Что с тобой могло случиться?..

Ей пришлось подняться на носочки, чтобы она хоть чуть-чуть смогла дотронуться лапкой до его мордочки.

- Мне кажется, или ты стал выше?.. - прошептала крольчиха. - Твои лапы стали странными, какими-то грубыми... И твоя морда вытянулась?.. - она немного погладила его по щеке.

- Не трогай меня! - воскликнул полукровка и убрал от себя её лапы.

- Почему ты так себя ведёшь?

- Извини, просто я сейчас чувствую себя также плохо, как выгляжу.

- Это вовсе не так. Давай спокойно поговорим? - предложила она и попыталась взять его за лапу, но он тут же отдёрнул её.

- Просто уйди!

- Я хочу помочь! Почему ты не можешь этого понять?! - она разозлилась. - Ты всегда мне всё рассказывал... Я столько всего на тебя трачу, но ты ничего из этого не ценишь! Ни во что не ставишь!

Сильвера задели эти слова. Он должен доказать, что это не так? А есть ли у него долг перед матерью вообще? Он не знает.

«Неблагодарный» - промелькнуло в голове, отчего ему стало только хуже, ярость охватила его, и полукровка закричал:

- Я не просил тебя о своём появлении на свет!

Мэри резко ударила его по щеке. Сильвер чуть не упал, но удержался за раковину. Женщина выбежала из комнаты, вытирая слёзы, а Сильвер остался один.

- Прости меня за то, что я такой ужасный... - прошептал он, а под рёбрами так больно сжималось, будто кто-то бил в живот. - Всё уйдёт, всё исчезнет...

Глубоко внутри хотелось заорать, но эта жуткая тишина останавливала его.

- Нет, ничего не изменится...

Голова уже почти не работала, он залез в ванную, даже не сняв с себя остальную одежду, и быстро погрузился в воду.

- От меня одни проблемы... Без меня маме жить станет легче. И Лайме я не нужен, ведь она заслуживает лучшего.

Он спокойно лежал и наблюдал за тем, как кровь потихоньку вытекала из его ран и быстро растворялась в чистой воде.

- Так хочется спать... Хочу... Никогда не просыпаться...

Он закрыл глаза и медленно погрузился под воду с головой. Прошло время... Сильвер не всплывал на поверхность.

- Сильвер! - встав за дверью, позвала его Мэри. - Ты там уже слишком долго! Не собираешься выходить? Ты что, игнорируешь меня? Ты вообще слышишь?! - она слегка постучала, но, когда сын не отзывался слишком долго, Мэри начала кричать. - Сильвер, немедленно открой дверь!

Она начала бить в дверь изо всех сил, и со слезами умоляла сына выйти, но он не отзывался. Тогда она как можно скорее забежала в кладовку и схватила молоток. Мэри вновь оказалась возле ванной комнаты и сломала дверную ручку. Та с громким звуком упала на пол, дверь отворилась.

- О нет! - ворвавшись внутрь, закричала крольчиха.

Сильвер был полностью под водой. На его мордочке не было эмоций, лишь только спокойствие. Он словно спал... Мэри резко схватила его и вытащила из воды. Тело полукровки упало на пол, и Мэри стала пытаться его разбудить.

- Сильвер, нет, не смей! Прошу, очнись! Очнись! - она кричала, рыдала и выла от страха за жизнь своего ребёнка.

По всему полу растеклась вода, а он не просыпался.

- Сильвер, сыночек мой, прошу тебя... - Мэри прижала его к своей груди. - Умоляю, не покидай меня!.. - рыдала она.

Её молитвы были услышаны, когда Сильвер резко прогнулся в спине и раскашлялся, выпуская из себя всю воду. Полукровка принял сидячее положение, продолжая кашлять. Его глаза медленно открылись, и он взглянул на мать. Мэри громко заплакала и прижала сына к себе.

- Прости... - тихо прохрипел Сильвер.

- Сын... - провыла Мэри, будучи поистине счастлива знать, что её сын жив.

Сильвер неловко положил свои лапы на её плечи.

- Мама... - прошептал он, лбом прижавшись к её груди.

Мэри обнимала его за голову и вдруг услышала тихие всхлипы.

- Мама! - неожиданно закричал Сильвер.

Он не мог больше сдерживаться, дал волю эмоциям и закрыл морду лапами.

- Мама, у меня проблемы! - истерически прокричал полукровка. - Я пытался, но, мама, я сделал ужасное... Снова... Я снова это сделал! Мама, я не могу так больше жить!

- Тише-тише, успокойся. - Мэри и сама была готова плакать, но старалась сдерживать себя. - Всё нормально.

- Нет, не нормально! Мама, я сделал нечто ужасное!

- Сильвер... - Мэри осторожно приложила свои лапы к его мокрым щекам. - Я не знаю, что с тобой произошло, не знаю, что ты натворил. Но я хочу, чтобы ты знал - я рядом. Я всегда рядом с тобой и готова помочь тебе. - по её щеке покатилась маленькая слезинка. - Не делай больше глупостей... Прошу, не делай мне больно опять!

- Мамочка... Мама...

Мэри давно не видела его слёзы. Её сын всегда был скрытным, но сейчас он, ещё совсем недавно радующийся жизни и кричащий о своём вечном счастье, скрючился в объятиях самого близкого ему существа и плакал, как маленький ребёнок. С полузакрытыми глазами, он медленно опустил взгляд на её лапы и долго во что-то вглядывался.

- Я ведь и тебя однажды ранил.

Мэри взглянула на свою левую лапу. Если не приглядываться, то шрам на запястье был почти не заметен.

- Сильвер, ты был тогда ещё совсем маленький.

- Но уже тогда мог навредить окружающим... Мама, я и тебя могу ранить!

Он на всю жизнь запомнил, как порезал ей лапу. Это произошло случайно. В детстве во время игры с Мэри, он задел её лапу, а тогда у него уже были острые когти. Запястье матери оказалось рассечено, было много крови... Это произошло неосознанно, не специально, но он бы никогда не забыл, какую тогда причинил ей боль.

- Ты ни в чём не виноват, мой мальчик... - прошептала Мэри, поглаживая его по мокрой голове, чтобы успокоить.

- Я виноват в том, что родился.

Он почувствовал, как маленькие капельки упали на его макушку. Он поднял взгляд на мать. Мэри не выдержала и стала ему кричать:

- Кто, чёрт возьми, заставил тебя ненавидеть себя, что теперь ты едва можешь смотреть на себя в зеркало?! Кто, чёрт возьми, заставил тебя ненавидеть то, как звучит твой голос, что ты перестал говорить и петь?! Из-за кого, чёрт возьми, ты перестал видеть галактики в своих глазах?! Кто? Кто сделал это с тобой?!

- Мне даже не нужно называть имени. Потому что я знаю, кто сломал меня. Ты всегда старалась уберечь меня от острого, колющего, режущего, но от самого себя уберечь меня не смогла!

- Тише-тише... - Мэри нежно прижала его к себе.

Сильвер заплакал сильнее.

- Мама, мне очень страшно! Я пытался быть сильным. Изо всех сил старался поступать правильно. Честно... Но, наверное, я проиграл.

- Сильвер, послушай меня...

Едва начав вытирать слёзы, он тут же отшатнулся назад.

- Прошу, не смотри на мои слёзы! - сказал юноша, закрыв морду лапами.

- Когда тебе плохо, ты можешь поплакать. Не нужно держать всё в себе.

- Я не могу остановиться... Как бы я хотел снова стать маленьким! Смеяться над собственной болью... Что же я так изменился?

- Ты повзрослел. Вот что изменилось.

- Я не хочу взрослеть... Мама, я не готов. - говорил он. - Смерть для меня будет лучше взросления, вот что я понял!..

- Нет, Сильвер, в смерти нет ничего хорошего.

- Подожди, но раз есть те, кто заканчивают жизнь самоубийством, разве это не значит, что существует нечто хуже, чем смерть? Может быть, если моё сердце перестанет биться, не будет так больно?..

Мэри не могла ответить. Ей было больно выслушивать это, она плакала, но не отпускала его.

- Мама, прости меня! - закричал парень. - Я думал, что хочу умереть, чтобы всем стало легче, но нет. На самом деле я хотел, чтобы мне стало легче. Прости, но я правда ничего не могу поделать с этой болью! Я не могу дышать, эта боль сильнее меня! Я не знаю, что мне делать!

Его дыхание сбилось совсем, он сильно закашлял.

- Прости, идеального сына из меня не вышло...

- Не говори так, это не правда!

- Я одна большая ходячая катастрофа...

- Но я всё равно тебя люблю! Ты слышишь? Каким бы ты ни был, я всегда буду тебя любить!

Она его обнимала, а ему было плохо.

- Я устал... - заговорил он тише. - Пожалуйста, я хочу уехать из Авроры.

- Сильвер, тебе не нужно бежать. Больно, когда тебя не понимают, да? Знаешь, это нормально.

- Почему?..

- Ты подросток, Сильвер. А быть подростком очень трудно. Точнее, трудно выжить в этот сложный период... Поколения сменяются одни за другими. Быть может, я понятия не имею, каково это расти в твоём поколении. Вы, подростки, очень странные. Вы скрываете всё в себе, прячете эмоции, запираетесь у себя в комнате, но не перестаёте ненавидеть этот мир. Вы так боитесь показаться отморозками или неудачниками, что предпочитаете быть никем. Сейчас трудно абсолютно всем, даже взрослым. Никто не готов к будущему.

Сильвер молчал и внимательно её слушал.

- Сын, ты не проиграл. - продолжила крольчиха. - И не проиграешь. У тебя есть много возможностей. У тебя ещё вся жизнь впереди!

- Я так не думаю...

- Это неправильно. Ты постоянно смотришь на пришлое и думаешь, что только ты во всём виноват, но это уже не важно. Пойми, ты можешь всё изменить. Жизнь слишком коротка для таких глупых вещей. Веселись, не сожалей ни о чём и не позволяй никому сбить тебя с пути. У тебя же столько песен, которые стоит услышать абсолютно всему миру!

Слова матери действительно немного его воодушевили.

- Ты хотя бы подумал, каково будет Лайме потерять тебя?

Полукровка посмотрел ей в глаза.

- Не упускай из виду. - сказала Мэри. - Верь в себя и продолжай идти вперёд. Всякий раз, когда ты чувствуешь себя потерянным или встревоженным, я всегда буду рядом с тобой.

Полукровка уткнулся мордой ей в грудь и крепко обнял. Мэри обняла его за плечи и легонько улыбнулась, радуясь, что хоть немного помогла ему в такое сложное время.

- Настанет день, когда ты будешь по-настоящему счастлив и доволен жизнью. Но для этого ты должен начать действовать сам уже сейчас.

- Это будет очень трудно... - прошептал он.

- Ничего страшного. Ты справишься.

- Ты правда так думаешь?..

- Я в этом уверена.

- Спасибо за то, что веришь в меня... Ты словно нить, которая ведёт меня по жизни. Спасибо, мамочка...

Сильвер вздохнул, не выпуская её лапу из своей, словно боясь потерять. Сын отодвинулся назад, а затем осторожно положил на её бёдра голову. Мама свободной лапой успокаивающе гладила его по макушке, щекам, мордочке.

- Не уходи... - шептал он почти в бреду, медленно засыпая.

- Т-ш-ш, спи... - она поглаживала его растрёпанную шерсть. - Я с тобой.

В тёмную комнату изредка проходил свет проезжающих мимо машин. Мэри не спала всю ночь, бегая в поисках сына, но, когда он наконец вернулся домой, только тогда она поняла, насколько устала и хотела отдохнуть в тишине. Рядом с ней на кровати лежал и мучился от никак не проходящих гематом Сильвер. Ужасная боль каждую минуту пронизывала его тело насквозь.

- От чего же меня не могут принять, как остальных? Почему я хуже их? - всё спрашивал он.

- Ну почему хуже? Почему ты так решил? Ты ведь такой умный, талантливый и добрый.

Сильвер нахмурился. Такая характеристика ему не понравилась. Ему казалось, что мать хотела сказать совсем другое, но боялась ранить его и потому придумывала всякие небылицы.

- И вовсе я не добрый. Ты и сама об этом знаешь.

Мэри удивлённо смотрела на сына.

- Вот что. - наконец объявила она. - Ты совсем не такой, потому что ты лучше, намного лучше их!

Сначала Сильвер опешил и даже захотел прервать её, но смягчился и постарался улыбнуться.

- Даже не думай о себе плохо, слышишь? - строго произнесла Мэри, сделав нравоучительный тон.

Полукровка кивнул. Он посмотрел на погоду за окном, затем перевёл грустные янтарные глаза на мать. Мэри осторожно обвила лапками его шею.

- О, Сильвер... Мой милый Сильвер...

Они долго лежали в тишине, как вдруг полукровке пришла мысль узнать:

- Мама, а почему ты назвала меня Сильвером?

Мэри видно засмущалась и прикрыла лапками мордочку со словами:

- Ох, сынок... Это такая странная история!

- Да ну, расскажи. - заинтересованно попросил полукровка.

- Хорошо, расскажу. - согласилась крольчиха. - Знаешь, в то время, когда я была в таком же возрасте, что и ты, существовала рок-группа под названием «Дикие драгоценности». Их музыка мне очень нравилась. У каждого участника этой группы были псевдонимы, означающие драгоценные камни. Например, гитариста называли Рубин. Все члены Диких драгоценностей были прекрасными исполнителями, но самым лучшим из них бесспорно был вокалист. Его звали Сильвер.

- А? - он удивлённо уставился на мать.

- Что? Мне понравилось это имя! - слегка засмеялась Мэри. - Ах, он так красиво пел... Прямо как ты.

- Ого...

- Я очень любила эту группу, но моим родителям вообще не нравились мои музыкальные предпочтения. Однажды Дикие драгоценности приехали в Аврору дать концерт. Дата их выступления выпала на день моего рождения. Я пыталась уговорить родителей отпустить меня, но они мне не разрешали. Однако прямо перед своим шестнадцатилетним я поклялась, что обязательно пойду на концерт. Как бы родители не старались запереть меня под замок, я сбежала. Как же мы с подругой в тот вечер веселилась, стыдно как!..

- Да ладно тебе. - улыбнулся Сильвер.

- Это был один из лучших дней в моей жизни.

- А какой был самым лучшим?

- День твоего рождения.

- Ой, ну мам...

- Что? Я ведь серьёзно. А ты знаешь, почему тот вечер на концерте стал для меня таким особенным?

- Нет, я не знаю. - ответил Сильвер.

Мэри улыбнулась.

- В тот вечер я впервые встретилась с твоим отцом.

От этих слов по спине полукровки побежали мурашки. Он с широко открытыми глазами уставился на мать, а крольчиха продолжила свой рассказ:

- В какой-то момент мы с подругой разделились, из-за огромной толпы я оказалась одна. Ко мне начали приставать какие-то звери... Я не знаю, что бы со мной произошло, если бы кое-кто мне не помог.

- Отец? - удивлённо спросил Сильвер.

- Да, он спас меня. - улыбнулась Мэри. - Я, крольчиха, подружилась с волком. И весь тот вечер мы провели вместе. Затем мы встречались ещё много раз... Он был таким добрым, заботливым и с хорошим чувством юмора! Я влюбилась. Я часто сбегала из дома на свидания с ним, а потом...

- Потом он бросил тебя. - сурово сказал полукровка. - Отец бросил нас.

- Это правда, но, честно, я не считаю его плохим.

- В каком смысле?.. - не понял Сильвер.

- Ему не хватило храбрости, чтобы идти со мной до конца, жить вместе и воспитывать ребёнка. Он трус, который испугался общественного мнения и давления со стороны своей семьи. Прошу, Сильвер, не проклинай глупца за его поступки.

- Почему ты всегда ищешь в окружающих только хорошее?..

- У твоего отца было очень много хороших качеств. Le temps est le meilleur medecin.

- Время - лучший лекарь? - перевёл Сильвер с французского.

- Именно. Сейчас мы есть друг у друга, значит, всё чудесно, согласен?

- Согласен.

Сильвер прижимался к матери, а Мэри нежно поглаживала его, пока они не уснули. Поспав полчаса, Сильвер открыл глаза. Полукровка аккуратно вылез из кровати, а крольчиха продолжала спокойно посапывать во сне. Он отвернулся, взгляд его устремился в пустоту. Сильвер просто проснулся и понял, что ему не нужна ни эта комната, ни этот город, ни-че-го. Полукровка прошёл к тумбе в углу комнаты, зажёг лампу, подхватил лежащую на кресле серую толстовку и быстро накинул её на себя. Он в последний раз посмотрел на мирно спящую мать и вышел из комнаты. Проходя по коридору, он невольно взглянул на фотографии на стене. Почти на всех картинках Сильвер широко улыбался, будто специально демонстрируя свои остренькие зубки, которых он в скором времени начнёт стыдиться. Полукровка прошёл мимо лестницы, затем практически бесшумно вышел на улицу. Пасмурное небо заволокли облака. Было приятно, ведь начало дня всегда свежее, разве что всё в противном сером цвете, как лужа. Но теперь Сильверу даже нравилась такая погода, потому что она его успокаивала и давала возможность немного побыть наедине с собой. Особенно сейчас, когда он бродил по серому городу без какой-либо значимой цели. Юноша шёл довольно долго, но усталости не чувствовал, однако что-то заставило его резко остановиться и повернуть голову. Его взору предстали школьные ворота.

- Почему бы и нет? - прошептал Сильвер и направился прямо к школе.

Он неторопливо прошёл мимо ленивого охранника, который не обратил на ученика никакого внимания. Полукровка добрался до нужного кабинета и прошёл к своей парте. Никто его даже не заметил. Он положил голову на стол и закрылся лапами. Через несколько секунд он уже крепко спал.

- Подъём, Соул!

Сильвер неохотно приоткрыл глаза и устало поднял голову. Рядом с его партой стоял рассерженный учитель. Был слышен смех одноклассников, надеявшихся, что полукровке влетит.

- Почему ты спишь на моём уроке?! Думаешь, что умнее всех? Думаешь, что знаешь всё в этой книге? - протараторил учитель.

- Я сделал всю работу дома, просто оставьте меня в покое. - ответил Сильвер и положил голову обратно.

- Сделал всё?! Действительно?! - заорал учитель.

В ответ он получил шумный и явно раздражённый вздох своего ученика.

- Если ты ответишь мне на несколько вопросов из этого учебника, можешь спать хоть до конца года!

Сильвер мгновенно поднял голову и хитро улыбнулся.

- Отлично, я принимаю вызов.

- Если не сможешь, то будешь сидеть с ровной спиной и ни разу не опустишь голову.

- Хорошо!

После этого полукровка начал отвечать буквально на каждый вопрос. Он даже использовал материал, который класс не собирался изучать, и безупречно ответил на вопросы, которые задавал ему учитель. В классе повисла тишина, прерываемая только короткими смешками беспечных одноклассников откуда-то с другого конца класса, но Сильвер их не слышал. В его ушах пронзительно отдавался учащённый пульс. Показная смелость, уверенность в своих знаниях - всё мигом улетучилось из его головы, оставив за собой только леденящий страх перед такими же холодными глазами учителя.

- Теперь я могу спать? - он сам был в шоке со своего жёсткого тона.

Учитель потерял дар речи, поэтому, не теряя время, полукровка бросил короткое: «Спасибо» и опустил голову на стол. Урок подошёл к концу, все ученики выскочили из класса, а когда выходил Сильвер, то он чувствовал на себе разгневанный взгляд униженного учителя, но полукровке было всё равно. Он прошёл до конца коридора и уселся на самой дальней скамейке. Как раз здесь произошло первое и весьма неприятное знакомство с Грегом.

«Грег, где ты сейчас? Что с тобой? Как там твой глаз?..» - раздумывал полукровка и покачал головой, отгоняя от себя мысли о волке. - «А Ада? Она вернулась в детдом? Она могла не доехать?! Почему я ушёл без неё?! Дурак!» - ругался он на себя. - «Вот закончится это всё, найду её! Обязательно найду!»

- Эй, вы слышали, что случилось сегодня ночью? - услышал он голоса учеников, что стояли неподалёку.

- Ты о пожаре? О, да, это ужасно! - ответил другой ученик.

- А что за пожар? - спросил третий.

- Где-то в лесу загорелось заброшенное здание! Предполагают, что это сделали бомжи или наркоманы, но точно не ясно, огня было слишком много. Пламя едва не перешло на деревья, но пожарные подоспели вовремя.

«Вот Ада даёт, это же додуматься надо было!» - Сильвер и не заметил, как стал улыбаться.

Вдруг парень увидел на себе озадаченные взгляды учеников. Его неподобающая одежда, потрёпанный внешний вид и то, что он пришёл в школу без учебных принадлежностей. Но никто не смел подойти и поинтересоваться, что с ним. Это даже хорошо. Пусть никто не знает.

- Эй, уродец!

Сильвер безразлично повернул голову в сторону противного голоска.

- Спаситель... - прошипел он сквозь зубы.

- Ты отлично выглядишь! Пил вчера? - произнесла жемчужная лиса Энни и противно захихикала вместе со своими двумя подружками.

Сильвер предпочёл отвернуться.

- Что случилось? - продолжила Энни. - У тебя мозг завис? Но для этого же сначала нужно наличие мозга!

- Как раз наоборот, Энни. У меня есть мозги и желание не продолжать этот никому ненужный диалог. - спокойно ответил полукровка. - Почему бы тебе просто не уйти? - предложил он.

- Закрой пасть и не распространяй свои идеи!

Сильвер не выдержал и громко засмеялся.

- Ты почему смеёшься?!

- Твои слова такие смешные! - ответил Сильвер.

Она так старается его задеть, но в итоге, когда заканчиваются идеи, то начинает затыкать, а когда не удаётся даже это, то злится сильнее.

- Мерзкий чудила, что ты вообще пищишь?! Сегодня ты выглядишь хуже, чем обычно, ещё и припёрся в школу в таком виде. Ты на себя в зеркало смотрел?!

- В отличии от тебя - да.

Сильвер понял, что сейчас она вновь начнёт поливать его грязью, поэтому просто повернулся в другую сторону. Энни разозлилась и закричала:

- Не смей игнорировать меня, нытик!

Сильвер молчал, но его всё это порядком взбесило. Он повернул голову и произнёс:

- Ты кто вообще такая?

Энни опешила и впервые не знала, что ответить. Лиса фыркнула и стала уходить вместе со своими подружками с высоко поднятой головой. Они ушли, Сильвер смог облегчённо вздохнуть и облокотиться о стену. Внезапно издалека он услышал, как кто-то громко, чуть не споткнувшись, забежал в школу через главную дверь. Полукровка спрыгнул со скамьи и внимательно стал искать кого-то в толпе. Наконец-то он нашёл её, девушку, при встрече с которой сердце начинает биться чаще. Лайма обеспокоено оглядывалась в поисках лучшего друга. Она его нашла. Волчица и полукровка побежали навстречу друг к другу. Их объятия были тёплыми и искренними, но Лайма первая отпустила друга и воскликнула:

- Почему ты не отвечал?! Где был?! Я искала тебя по всему городу! Зачем ты сюда пришёл?

Сильвер долго не отвечал, просто смотрел на её слезы.

- Почему ты молчишь? - не могла ждать Лайма.

- Прости... Когда я смотрю на тебя, то забываю всё, что собирался сказать.

- Что?.. - волчица такого не ожидала и быстро вытерла слёзы.

Парень молчал, не говорил, потому что не мог позволить ей узнать, что творилось у него на душе.

- Как же я рад тебя видеть. - сказал Сильвер и улыбнулся.

- Я тебя тоже, но... - девушка бегло осмотрела его потрёпанный вид.

- Не переживай по этому поводу.

- Это странно... - с подозрением в голосе сказала Лайма. - С тобой не всё в порядке, но ты улыбаешься.

- До того, как я встретил тебя, я не понимал, как можно смотреть на кого-то и улыбаться без причины. Я радуюсь, просто увидев тебя.

- Ох, Сильвер... - она вновь обняла его. - Я в самом деле очень сильно за тебя переживала.

- Знаю, прости меня...

- Никогда я не хотела отдавать тебя этому городу.

Они обнимались долго, пока ученики сверлили их удивлёнными взглядами.

- Алмаз?..

- Да?

- Я хочу домой.

- Пойдём. - ответила волчица.

Держась за лапы, друзья направились к главному выходу из школы. Едва они преодолели крыльцо с большим количеством ступенек, заметившая их Энни просто не могла упустить возможность сказать в их адрес парочку колкостей. К своему разочарованию, двое друзей вообще к ней не повернулись. Энни разозлилась:

- Как ты можешь меня игнорировать?!

- Исчезни, не до тебя сейчас! - выкрикнула Лайма.

- Я не с тобой говорю, а с твоим любимым уродцем! Эй, гибрид! - позвала его лиса, всё время шедшая сзади. - Если ты и впрямь такой крутой, посмотри мне в глаза! И не смей вытаращивать зенки, а не то вырву их и прикончу тебя!

Сильвер остановился, Лайма удивлённо взглянула на него. Полукровка неторопливо обернулся к лисе и показал ей средний палец. Услышав громкий смех, Энни от злости сжала лапу в кулак.

- Пока, Энни, всего тебе хорошего! - улыбаясь, сказал Сильвер, и вместе с подругой спокойно пошёл к воротам.

- Тварь... - злобно прошептала лиса.

Ярость охватила Энни, она вдруг жутковато улыбнулась и закричала так, чтобы он точно услышал:

- Твоя мамка родила такой жалкий кусок дерьма после случайного секса, да? Жуть какая. Не понимаю, почему она от тебя не избавилась?!

Абсолютно все собравшиеся поглазеть на эту перепалку остолбенели. Окружающие ожидали услышать от лисы обидные слова, но не настолько жестокие. Даже подружки Энни, что всё это время стояли за ней и хихикали, решили, что улыбающаяся лиса перегибает. Она опять повернулась к оцепеневшему полукровке и закричала во всё горло:

- Да твоя мама завела тебя только потому что не могла позволить себе аборт! Ты просто ходячий, говорящий, неудавшийся аборт!

Тотчас Лайма нанесла мощный удар Энни по морде. Школьница упала на асфальт, схватившись за щёку.

- Ты мне чуть челюсть не сломала! - закричала лиса.

- Ты заслуживаешь большего! - без сожаления выкрикнула волчица.

- Интересно, почему? - Энни поднялась на лапы, одновременно потирая место удара.

- Сильвер - не слабак и не ошибка природы! Он имеет точно такие же права, что и ты!

- Совсем чокнулась?! Он не должен существовать!

- Заткнись! - волчица набросилась на лису, повалив её на спину. - Ещё раз такое скажешь, я тебе язык вырву!

- Пошла ты! - выкрикнула Энни в попытках вылезти из-под тяжёлой Лаймы.

Неожиданно они услышали всхлипывания и уставились на полукровку, который медленно обернулся.

- Зачем?.. Зачем ты это делаешь?! - по его мордочке потекли слёзы. - Мы ведь все дышим одним воздухом!!!

На него нахлынули воспоминания об этой ночи, об ужасной смерти Фауста.

- Видите?! Из-за вас я не могу перестать плакать! - кричал Сильвер. - Я пытаюсь улыбаться, но это очень больно... Видите, в каком я сейчас состоянии?!

Энни спихнула с себя ошарашенную волчицу, встала и закричала:

- Мерзкое существо, у тебя совсем гордости нет?!

- По-твоему я такой ничтожный, да? Неужели?! Так взгляни же на меня всего! - на удивление всех собравшихся он начал снимать с себя толстовку. - Глядите, что от меня осталось! - закричал полукровка, бросая верхнюю одежду на землю.

Сильвер даже покрутился на месте, чтобы абсолютно все увидели его ранения, полученные в бою. Это вызвало целую волну возгласов поражённых учеников.

- Ты говоришь, Энни, что я мерзкий урод, но вот, посмотри, моё теперешнее тело ещё страшнее! Давай, пошути надо мной, ведь ты ранена не была! Ха-ха! - кричал он и заливался безумным смехом.

За смеющейся маской Сильвер скрывал свою боль, но никто этого не понимал. Все решили, что он сошёл с ума.

- Ха-ха, здесь всё стонет от боли, но я не перестаю смеяться, ведь это так глупо, ха-ха! Я живу, а вы не рады, ха-ха!

- Заткнись уже! - выкрикнула Энни.

- Мне надо заткнуться? Нет-нет, я ведь только начал! Я всегда делал вид, что всё прекрасно, но теперь, когда я заговорю, вам не уцелеть.

- Что ты вообще можешь сказать?! - рявкнула лиса.

- Вы все притесняете и ломаете любого, кто мыслит или выглядит иначе, чем вы. Мне от вас тошно...

- Так тебе и надо! Нельзя, чтобы гибриды ходили по нашей земле!

- Хватит причинять мне боль!

Слишком долго он терпел, всё достало. Боль, ненависть, грусть и обида смешались воедино и решили высвободиться.

- Теперь заткнись и слушай мою потерянную душу!

Он выдал то, что хотел сказать миру на протяжении семнадцати лет:

- Я ненавижу всех, кто унижает других за то, что они чем-то отличаются! Их унижают за то, что они имеют другое мнение, нетрадиционную ориентацию, ограниченные возможности, "избыточный" или "недостаточный" вес, необычный цвет волос, проколы на теле или татуировки, странную одежду. Унижают из-за того, что они из неблагополучной семьи, не имеют денег, иногда совершают ошибки. Запомните одно: если вы унижаете представителей не вашего вида, внешности, телосложения, то вы никто в этом мире. Вы не имеете права унижать кого бы то ни было за его особенности и предпочтения. То, что вы делаете - неправильно, но вы продолжаете заниматься всей этой бессмысленной ерундой! - Сильвер схватился за грудь, почувствовав сильную боль. - Неужели это завещал нам Спаситель?! Разве вы не знаете о Спасителе?! Что с вами не так?! Я вас просто ненавижу! Не смейте так делать! Не трогайте мою душу своими грязными лапами!

Докричавшись, он обессилено упал на колени. Никто не проронил ни слова. Сделав передышку, полукровка вдруг усмехнулся.

- Однако мир не без добрых зверей. - Сильвер вновь поднялся на лапы. - Они есть. Я буду среди них. - он взглянул на Лайму и улыбнулся. - Быть может, однажды наступит день, когда добро победит? - он чуть вскинул голову вверх и зашептал. - Скоро явится Спаситель... Скоро явится Спаситель. - произнёс полукровка чуть громче. - Скоро явится Спаситель! - вскочив на лапы, крикнул он с улыбкой.

Парень запел ту самую прекрасную песню, которой его научила Ада. Полукровка кружился в странном танце и пел. Было похоже на то, что Сильвер окончательно спятил.

- Скоро явится Спаситель! - продолжал он запевать, спиной двигаясь по направлению к воротам.

- Сильвер, остановись! - попросила поднявшаяся с колен Лайма, когда увидела, что он приближается к дороге, по которой ездили машины.

Но друг её не слышал. Сильвер уже стоял на краю дороги, когда мимо него понеслась машина, обдувая его тело мерзким ветром. Лайма бросилась за ним. Полукровка оказался практически посередине проезжей части, от мощных и быстрых машин его иногда покачивало. Светофор напротив горел красным. Сильвер закончил петь и, открыв глаза и повернув голову, увидел приближающуюся машину. Голос Лаймы завопил:

- Сильвер! Не-е-ет!

Гудок. Тормоз. Удар. Кровь. Мрак.

«Я мёртв».

Глава 13 «Дыши»

Такая лёгкость не чувствовалась давно. Сильвер, кажется, спит? Да, наверное, это сон. Полукровка стоит посреди абсолютно пустой улицы, утопающей в тумане. Всё слишком серое, унылое. Находиться здесь невыносимо, поэтому он шагает вперёд, назад, в сторону, неважно куда, зачем и что из этого получится. Ему просто нужно движение. Каждая мышца тела сжимается, разжимается, горит. Странно, вокруг ни души, только неопределённость. Сколько боли связанно с этим городом... Где все? Почему никого нет? Где он? Что происходит?

- Мама! - закричал он во всё горло, но голоса своего не услышал. - Лайма!

Он смотрит по сторонам и пробегает мимо каких-то домов, кричит, но снова не издаёт ни звука. Сильвер продолжил бег вперёд, но назад, но вниз. Почему он ничего не может вспомнить? Куда всё исчезло? Почему он один? Что произошло?! Последние события... Что было последним? Что потом?

- Здравствуй.

Обернувшись, полукровка хотел увидеть хоть кого-то... и глаза его на какое-то время ослепли от яркого света, а лапы, спотыкаясь, цепляясь, двигались и переступали через невидимые препятствия.

- Кто ты? - спросил Сильвер сквозь вечность.

- А кто ты?

- Почему ты здесь?

- А ты почему?

- Я не знаю, не могу вспомнить... Что это за место, ты знаешь? Как отсюда выбраться?

- Так важно ли тебе это знать? Подумай. Только ты можешь ответить на свои вопросы, потому что задаёшь их себе, а не мне. - он улыбнулся и исчез.

Хотелось плакать и кричать, потому что Сильвер совсем ничего не понимал: «Отстаньте, не трогайте! Никто бы мне не помог. Я просто не верю в это, не верю в себя и успех. Успеха ведь просто не бывает. Всё какой-то бессмысленный бред. Я бы умер, чтобы это закончилось, но ничего не чувствуется, будто я в один миг весь выгорел». Долгое время полукровку занимал лишь бег. Исчез неизвестный, исчезла надежда.

- Я правда умер?

Пустая дыра сквозь сердце и голову тянула вниз, словно там лежал камень - большой, тяжёлый и холодный. Тогда полукровка лёг и закрыл глаза, мечтая провалиться в сон. Он хотел вернуться домой, вернуться в свой город, увидеть его жителей, любых, даже самых недостойных, но живых. Даже в этом неисследованном пространстве он чувствовал себя чужим, неподходящим, ненужным.

- Я и вся моя жизнь - это ошибка.

В этом странном месте, забытом всеми или самом святом во вселенной, полукровка стал думать по-другому. Вдруг все его представления о ценностях, о путях и судьбах, о мире, о космосе и о том, что после, - ошибочны, нелепы, глупы. Что если не кто-то там наверху виноват во всём его невезении? Куда бы не вели его мысли сейчас, он пытался собрать воедино в своей никчёмной голове собственный образ, придуманный и нереальный, но тот, который всегда присутствовал в его сознании. Сильвер видел себя пару дней назад, когда весь его новый мир рухнул. Счастливый мир пал, и он вновь задумался о жестокости, о всеобщей и всепроникающей несправедливости, и о своей личной трагедии. Он пытался справиться, но терпел неудачи, ссорился с близкими. Возможно, раз он уже думает так, но также возможно и чуточку, много, самую малость, абсолютно прав, или же клетки его мозга умирают от невозможности терпеть этот жуткий, страшный и противный холод. Холод был в каждой клеточке тела. Сильвер вдыхает лёд и лёд выдыхает.

- Так ты никогда не выберешься отсюда. - сказал лёгкий голос, похожий на ветер.

Она здесь. Невидимая. Скрытая. Вы её чувствуете? Закройте глаза, и она появится. Она служит нашему миру и каждому из нас по отдельности. Имя ей - Бездна. Сильвер всё ещё не мог понять, почему она одновременно являлась источником его страха и его... восхищения. Ведь Бездна - иллюзия, магия, хаос, анархия разума, его собственное переживание, личное ощущение, а также мрачный потусторонний мир. Однако безразличие взяло верх над любопытством Сильвера. Юноша предпочел не обращать внимания на очередные галлюцинации, ведь всё происходящее здесь, по его мнению, есть лишь фантазия его уставшего, больного, беспомощного, умирающего разума, который в настоящий момент перелистывал в обратном, прямом, случайном, неважно каком порядке все оставшиеся воспоминания о мире, как книгу.

«Ох, как тяжело мне было раньше жить. Тогда я ещё не понимал, насколько глупы мои мысли о самоубийстве...»

- Не сдавайся.

Он поднял лапы и закрыл уши, спасаясь от галлюцинации, но тогда появился другой голос:

- Сильвер! - этот крик пробирал до мурашек, настолько он был прекрасен.

- Лайма? - прошептал полукровка.

Это она. Его возлюбленная. Грустно смотрит на него, плачет. Парень поднялся и побежал к ней, но с каждым шагом лишь отдалялся.

- Как ты здесь оказалась? Тебе плохо? - обеспокоено спрашивал Сильвер.

- Не бросай меня... - сказала она сквозь слёзы.

- Лайма, я никогда тебя не оставлю! - закричал он.

- Нет, ты бросил меня! - прокричала волчица и растворилась, подобно песку.

Сильвер видел, как она исчезла. Кажется, он проникся её болью. Как Сильвер мог говорить и чувствовать то, что говорил и чувствовал? Он понял, как оказался здесь, но так и не понял, как отсюда выбраться. Вместо пустоты полукровка почувствовал боль в области сердца. Оно вернулось, проснулось, ожило, и загорелось. Было страшно. Когда он умер? Чем заслужил это? Сильвер не мог ничего вспомнить с того момента, как... Как что? Какой момент?

Пошёл дождь. Маленькие капельки попадали на асфальт, упали ему на морду. Их становилось больше, пока дождик не превратился в ливень. Вода прибывала. Дождь лил с такой же силой, с какой его близкие скучали по нему. Света не было, но откуда блики? Или свет был, а янтарные глаза улавливали лишь маленькие вспышки? Лапы трещали при каждом движении, но его невозможно было остановить. Глаза слипались, словно кто-то пытался его усыпить, не дать добраться до причины, до источника, до истины.

- Не сдаваться... - сказал Сильвер своему отражению в воде, и оно заговорило с ним, либо его рассудок просто не выдержал.

Может, он выдумал это место? Или это место выдумало его? Или они просто оказались друг в друге?

- Всё обман, тебя нет... - прошептал он.

Место пыталось остановить его, пыталось затуманить голову другими мыслями, отличными от настоящих, и не выпустить из своей вечной тюрьмы, из тьмы, из безумия, но Сильвер боролся. И тогда отражение заплакало. Оно смотрело на полукровку своими безжизненными глазами из бесконечного зеркала под лапами.

- Смерть. - сказал другой Сильвер напоследок и исчез.

Пространство наполнялось водой. Исчез и этот серый город. Вдали виднелся горизонт.

«Всё в одно мгновение оборвалось... Что это? Какое странное чувство... Боль? Но она не похожа на ту боль, которую я испытывала раньше. Как быстро всё произошло. Как я здесь оказался? Как много глаз вокруг... Они смотрят. Смотрят на меня. И... Мама... Мама!»

Прошло время, Сильвер начал тонуть. Вода проглотила его целиком. Тьма перед глазами сгущалась. Края бездны сомкнулись, дышать нечем. Исчезаешь в пучине и понимаешь - слишком поздно. Сильвер оказался там, где и должна быть его душа. Он видел страдания близких. Видел, как они плачут, кричат, но никак не мог им помочь. Всё время он пытался скрыть от себя бесконечную ненависть к самому себе, ведь он осознавал и понимал всё с самого начала своего жизненного пути. Он знал, что ему нет места на Ауруме, но скрывал истинные причины этой обречённости. Сильвер потерял себя.

«Не могу...» - промелькнуло в голове, когда полукровка оказался не в силах плыть на поверхность.

Он вспоминал самые счастливые и самые мрачные моменты своей жизни. У него больше не осталось времени - это знание пришло из ниоткуда, из тьмы, но было правдой. Сильвер понял, что его поиски вот-вот завершатся вместе с жизнью.

«Простите меня...» - он сделал всё, понял всё, вспомнил всё.

Сильвер уже не ничего исправит, не сможет никому помочь, не осуществит ничего из того, что мог бы осуществить... Он больше не сможет никого любить, и никто не будет любить его. Он больше ничего не почувствует. Ни боли, ни жизни. Просто будет находиться в этой беспроглядной тьме. Теперь хотелось проснуться, но это не сон. Это конец. И вдруг... Что это?.. Что за свет? Откуда исходит яркий свет? Что там? Один единственный маленький лучик света на поверхности. Его душа.

«Мне было одиноко. Но я больше не один! На что вообще ушла моя молодость? Столько слёз и эмоций выпущено зря... Я достаточно страдал. Пришло время победить. Я смогу. Я не сдамся! Я буду жить! Я буду счастлив!» - всплывать так тяжело. - «Я чувствую эту боль, она никогда не перестанет подстерегать меня, но ни за что не остановит!» - Сильвер продолжал двигаться, превозмогая любые чувства. - «Ещё чуть-чуть!».

Полукровка улыбнулся, когда приблизился к свету. К жизни. Свет поддался его стремлению. Сильвер почувствовал, как пустота внутри наполняется зарёй, испепеляя само естество, заменяя его собой. Свет был повсюду, заменив собой землю и небо, воздух и воду. Ярчайший, бесцветный, даже не белый - прозрачный. Сквозь тишину и пространство начали вырываться чьи-то слова:

- Разряд! Ещё раз! Разряд... Ещё, давай! Дыши... Разряд!

Сильвер резко распахнул глаза, делая слабенький вдох. Он еле-еле, насколько только мог, пытался дышать через кислородную маску. Полукровка видел врачей в медицинских халатах и масках, слышал какой-то писк справа.

«Я жив»

В городской больнице Авроры, как и в любой другой день, было уныло и мрачно. Тяжесть блёклых стен давила на окружающих. Лайма сидела в зале ожидания недалеко от отделения реанимации. Локти её были на коленях, кисти сомкнуты в замок, который прикрывал мордочку и встречал дорожки слёз. В соседнем помещении врачи боролись за жизнь Сильвера. Волчица плакала, тихо читая молитвы и прося только об одном - чтобы её друг был жив. После того, как Лайма услышала крики врачей, она вскочила с дивана и побежала к дверям, которые вели в операционную. Девушка не знала, что делать. Ей хотелось рвать и метать, разорвать одноклассников собственными лапами. Отойдя подальше от двери, Лайма начала бить кулаками стену, медленно опускаясь на колени и добивая лапами пол. На эти стуки сбежались медсёстры и принялись успокаивать волчицу. Она постаралась больше не показывать эмоции. Чуть позже старшеклассница встретилась с Мэри, нервно бродившей по коридору туда-сюда. Мэри еле сдерживалась, чтобы не заплакать от глубоких переживаний. Лайма поспешила к ней, потому что крольчиха нуждалась в поддержке.

- Мэри, всё будет хорошо, я уверена. Сильвер сильный, он не бросит нас! - дрожащим голосом проговаривала волчица, чуть поглаживая её по спине. - Нужно ждать...

Трудно даже представить, какие эмоции испытала крольчиха в тот момент, когда узнала, что её сына сбила машина. Водитель затормозил, но от удара полукровка отлетел на приличное расстояние. Кто-то из зевак вызвал скорую, а Лайма бросилась к другу. Она плакала, держа Сильвера в объятьях, просила его смотреть на неё. Ученики столпились возле дороги и просто глядели на них. Полукровка до последнего не закрывал глаза, лишь бы не выпасть из реальности. Он сильно ударился головой, сломал ребро и едва не сломал лапу. Организм был настолько слаб, что начал сдаваться. Подъехала машина скорой помощи, Сильвера погрузили на носилки. Лайма поехала на своём мотоцикле прямо за ними. Теперь же она и Мэри сидели и молились за жизнь Сильвера. Спустя час вышел врач, который спасал полукровке жизнь. Отыскав крольчиху и сидевшую рядом с ней волчицу, он подошёл ближе.

- Вы Мэри Соул?

- Да! - крольчиха вскочила с дивана и подбежала к нему. - Что с ним? Ну же, доктор, не молчите!

- Стабильно. Жить будет, сейчас он отдыхает, мы за ним наблюдаем. Когда проснётся, сможете к нему зайти. - в два вздоха протараторил врач. - Ещё мы хотели у Вас узнать, откуда у пациента появились раны от укусов на лапах. Они точно появились до того, как его сбила машина.

- Это не был случай хищничества... - нервничая, ответила крольчиха.

- Нам пришлось наложить ему швы.

- Хорошо, я лучше подожду... - тихо сказала она и вернулась на диван.

Врач ушёл, а крольчиха вытирала слёзы. Ей стало гораздо легче от мысли, что её сын жив. Лайма закинула голову и тоже немного успокоилась, но смириться со случившимся было очень тяжело. По коридору то и дело бегали врачи. Девушка повернула голову влево, внезапно её глаза от удивления расширились. На диване в конце коридора сидел Грег. Волк, нервно постукивая задней лапой по кафельному полу, осматривал помещение, как вдруг встретился взглядом с Лаймой. Он отвернулся, виновато опустил голову и прижал уши, не желая видеть злобный взгляд волчицы. Естественно, она сразу заметила его белую повязку на левом глазу. Грег качнул головой в сторону выхода, намекая ей выйти из здания и поговорить, но Лайма отвернулась и недовольно сложила обе лапы на груди. Коричневый волк поднялся с дивана и неторопливо скрылся за дверьми, а Лайма задумалась. Неужели Грег знает, что произошло с Сильвером прошлой ночью? Волчица долго колебалась, но в итоге решила с ним поговорить, а ежели не поговорить, так по морде дать. Она быстренько прошептала Мэри, что отойдёт ненадолго. Крольчиха, которая ни разу не подняла голову, ничего не ответила. Лайма вышла из больницы и сразу увидела облокотившегося о дерево Грега.

- Привет. - он заговорил первым.

- Рассказывай.

- Что мне рассказывать?

- О том, что за чертовщина произошла с Сильвером! Ты к этому причастен. Куда он исчез? Откуда у него раны? И где твой чёртов глаз?!

- Ты беспокоишься за меня? - усмехнулся коричневый волк.

- Ты сумасшедший?

- Блэквуд, ничего плохого не случилось. - спокойно ответил Грег. - Можешь больше не беспокоиться.

- Да почему вы ничего и никогда не говорите?! - она разозлилась ещё больше. - Не ты ли сделал с ним такое?

- Не я. Хочешь верь, хочешь нет, но это действительно так. - ответил он, достал из кармана сигарету с зажигалкой и закурил. - Будешь? - спросил Грег, протягивая волчице другую сигарету.

- Я не курю.

- Да? - удивился волк. - С чего вдруг?

- Бросила. Не переводи тему разговора!

- Послушай, Блэквуд. - продолжил он. - Я бы мог рассказать, но воспоминания чересчур мутные. Ударился, наверное. В моей голове сплошной туман... - он опустил взгляд на медленно тлеющую сигарету. - Но в моём случае дым.

- С тобой вообще невозможно разговаривать! Почему бы мне не обратиться в полицию? Я ведь могла и раньше написать на тебя заявление за попытку изнасилования!

- Ты не можешь. У моего отца много знакомых в полиции работают. Достаточно того, что тебе не поверят.

- Ненавижу... - прорычала волчица. - Ненавижу тебя! Почему ты это делаешь?! Зачем постоянно портишь всем жизнь?! Плевать на меня, но чем Сильвер заслужил такое отношение к себе?! Тебе никогда не понять, что он чувствовал! Никому не понять!

Некоторое время Грег молчал, покуривая сигарету и размышляя и чём-то своём.

- Мне жаль. - сказал он. - Мне очень жаль, Лайма. Ты не простишь меня, но мне правда стыдно за всё то, что я тебе сделал. А перед Сильвером... - запнувшись, он выкинул сигарету. - А перед ним я лично извинюсь.

- По-твоему извинений будет достаточно?

- Что я ещё могу сделать?

- Исчезнуть.

- Ха-ха, как скажешь.

- Грег, зачем мы вообще сюда вышли? В нашем разговоре нет смысла, я надеялась, ты хоть что-то расскажешь!

- Вообще-то я хотел кое-что проверить...

- Проверить? - не поняла волчица, как вдруг Грег подтолкнул её. - Что ты делаешь?! - воскликнула девушка, прижатая к дереву.

Лайма встретилась с серьёзным взглядом одноглазого волка, преградившего ей проход, точь-в-точь также, как он недавно зажал её в переулке. Грег пристально смотрел ей в глаза.

- Знаешь... - наконец заговорил он. - Раньше, когда я смотрел на тебя, то что-то чувствовал...

Волк удержал небольшую паузу и сказал:

- Теперь же я не чувствую к тебе ничего.

Грег опустил свои лапы, благодаря чему Лайма смогла отойти от него.

- Я больше никогда не стану к тебе приставать. - сказал Грег. - Ты уже принадлежишь хорошему парню.

Она удивилась его словам, но не успела сказать что-либо ещё, как из главных дверей больницы выбежала Мэри, взволновано крикнув волчице:

- Лайма, Сильвер очнулся! Идём, скорее!

Волчица, не теряя ни мгновения, побежала за ней. Грег какое-то время просто стоял, уже потом осмелившись вернуться в больницу. Волк приблизился к нужной палате и сквозь небольшую щель лицезрел картину, как Мэри и Лайма счастливо обнимают пробудившегося Сильвера, а рядом с ними стоит врач. Счастью семьи не было предела. Грег долго смотрел на них, затем грустно отвернулся и отошёл от палаты подальше. Волк сглотнул застрявший в горле ком, взволнованно глядя на дверь. Прошло немало времени, прежде чем Лайма и Мэри по просьбе врача оставили Сильвера одного, дабы тот мог отдохнуть. Каким-то образом Грегу удалось уговорить медсестру, чтобы он ненадолго навестил своего "друга". Теперь, когда разрешение было получено, он подумал зайти к полукровке, но странное чувство, сопровождающееся дрожанием лап, не давало покоя. Он ведь ещё может уйти, да?

«Нет, я не могу сейчас отступить» - волк крепко вцепился в ручку и, собравшись духом, уверенно открыл дверь.

Палату заполнял тусклый свет лампочек. На больничной койке, совершенно не двигаясь, лежал Сильвер. Из находившегося рядом аппарата почти каждую секунду исходило пищание.

- Привет... - произнёс Грег, чтобы немного привлечь внимание полукровки.

Взволнованный волк отвёл взгляд в другую сторону, лишь бы не смотреть в его потускневшие глаза. Грег начал рассматривать палату, чей гарнитур был скромен, что не удивительно, ведь они находились в больнице. Когда пелена ушла, Сильвер с полуоткрытыми глазами сверлил волка взглядом. Полукровка чувствовал, как что-то мешало ему сомкнуть губы и неприятно прикасалось к горлу. Он не чувствовал тела и вокруг доносились звуки, похожие на писк приборов. Грег уселся на стул возле его койки. Волк почесал себе за ухом и немного дотронулся до своей белой повязки.

- Глаза моего, как видишь, нет. - начал он. - Теперь буду ходить, как пират. Но ты не думай, что я тебя в чём-то обвиняю! Я это заслужил. О, смотри, вот что ещё у меня есть! - Грег снял с себя кофту и чуть стянул майку, оголив перевязанное бинтами плечо. - Мне один змей вытащил пулю. Останется шрам. Если кто-то из моих родных его увидит, у меня точно будут проблемы, ха-ха...

Грег заметил, как Сильвер на него странно смотрит. Морда ослабленного полукровки была закрыта маской для дыхания, а своим взглядом он как бы спрашивал: «Ну и зачем ты пришёл?».

- Извини... Мне многое хочется сказать, но нужных слов такая малость... - волк сгорбился и сжал лапы. - Не знаю, должен ли я сказать то, что хочу сказать, или то, что нужно?.. - он вновь бросил взгляд на полукровку, но тут же отвернулся. - Когда я смотрю в твои глаза, то вспоминаю все свои ошибки.

Грег не решался посмотреть на Сильвера ещё раз, он лишь нервно дёргал задней лапой и смотрел в пол. Наконец волк вобрал в грудь побольше воздуха и осмелился заговорить:

- Это... Так странно... В детстве я был очень мягок по отношению к окружающим, а они любили этим пользоваться. Это была такая игра: что бы я ни сказал, у них всегда находился повод меня задеть. Волчонок боялся проявлять свою внутреннюю силу... Чтобы не испытывать боль, я закрывался в себе. Никто меня не любил. Они всегда были довольны, только если я их слушал. Иногда мне хотелось ударить их кулаком в морду, чтобы они не улыбались так радостно. Я злился на них, но они продолжали улыбаться, и я понимал, что ничего не могу с этим поделать. Мне было больно, когда они смеялись и радовались, чувствуя свою безнаказанность. Я рос, как все, но в душе был одинок. Я начал меняться. Решил, закричал, что хватит с меня тех, чьи души давно прогнили! Подумал бы я раньше, что становлюсь таким же... Перестав подпускать кого-либо близко к себе, я чувствовал, как всё вокруг меня начинает искажаться. И это было то, чего я хотел. Они убили мою душу. Сожрали её. Родители не замечали происходящего. Я терял себя. Я сходил с ума!!! Ненависть, презрение, месть, обречённость, обида - они захлестнули меня. Я знал, куда бить. И бил, чтобы видеть страдания. Я убивал души! И вчера я задал себе вопрос: «Ну что, теперь ты доволен, Грег?». Урод - это я. Уничтожаю всех, кого люблю. Разрушаю то, что мне дорого. Я убиваю в себе всё то, что во мне ценят. Нет, это не потому что я ненавижу всех... Может быть, это потому что я ненавижу себя?

Волк посмотрел на полукровку грустным взглядом.

- Я так омерзителен и ничтожен... Даже не заслуживаю того времени, что ты выслушиваешь меня. Ты, Сильвер, первый заставил меня задуматься. Потому что никто не смог достучаться до меня так, как это сделал ты. - заикаясь, он продолжал говорить. - Прости... Знаю, что есть поступки, которые нельзя искупить. Я ничего не смогу изменить, но я постараюсь исправиться. Прости меня, Сильвер.

Полукровка без резких движений взял в свои лапы небольшую дощечку, предназначенную для того, чтобы он мог написать, что хочет сказать. Сильвер напряжённо поднял чёрный маркер и с большим трудом стал что-то записывать. Грег ждал. Наконец Сильвер медленно повернул к волку дощечку с надписью: «Я тебя прощаю».

- Ого... - прошептал волк, чьё сердце на мгновение замерло. - Неужели я наконец-то перестану быть отрицательным персонажем твоей истории?

Вдруг он заметил, как Сильвер слабо протянул ему лапу. Волк осторожно подошёл к полукровке и легонько дотронулся до него. По неведомой Грегу причине, ему не хотелось его отпускать, слово через это крохотное прикосновение между ними сплелись прочные, нерушимые узы. Но что стало самым неожиданным, так это то, как Сильверу удалось приподняться и приобнять волка. Грег оцепенел. Ему показалось, что Сильвер мог почувствовать его бешено стучащее в груди сердце. Волк аккуратно прикоснулся к спине одноклассника. Затем он более уверенно прижался к нему и закрыл глаза. Ему стало чертовски приятно от тёплого чувства, заполнившего всё его тело. Так они и сидели, держа друг друга в объятиях.

Над Авророй нависло мрачное небо с чёрными тучами. Через приоткрытое окно Мэри ощущала в воздухе свежесть перед дождём. Её пугало ожидание раската грома, который всегда следует за разветвлённой вспышкой света.

- Мне становится так страшно, когда ты один. - крольчиха повернулась к койке. - Я переживаю за твоё состояние.

Полукровке было уже легче дышать, кислородная маска больше не беспокоила его. По-прежнему слышался тихий ритмичный писк аппарата, что следил за сердцем. На улице было очень темно, так что ему не приходилось жмуриться от света. Мэри села на стул, её опухшие глаза грустно смотрели на Сильвера.

- Мне так жаль... Правда... Прости меня, сын, я понятия не имею, как выжить в городе, где все нас ненавидят. Как же хочется уехать из этого мерзкого городишка. Обещаю, Сильвер, как только ты поправишься, мы переедем.

Сильвер слабо приподнялся на локтях, чтобы попробовать сесть, но тело задеревенело. Ему понадобилось больше минуты, чтобы заставить кровь нормально циркулировать. Лёгкие пекло, полукровка сделал глубокий вдох и сразу закашлял от боли в груди и животе. Он зажмурился, а в уголках глаз выступили слёзы.

- Сильвер, что такое? Что случилось? - обеспокоено спрашивала Мэри. - Я позову медсестру.

Этот мягкий голос прогнал прочь его страх и слегка приглушил внутреннюю боль. Сильвер снял маску и сказал:

- Мама, я хочу остаться в Авроре. Я хочу здесь жить, мама.

Глава 14 «Бесплодные земли»

Последняя неделя осени обрушилась на Аврору холодными порывами ветра. Надпись на прямоугольной пачке твердила: «Курение убивает», однако Грега это нисколечко не тревожило. Ему нравился запах табака, нравилось смотреть на то, как сигарета лежит в пальцах и после одной затяжки начинает тлеть.

- Что? - Грег лениво выдохнул дым и прикрыл глаза.

Возможно, ему просто кажется, но курение действительно расслабляет. Раздался голос его постоянного подхалима Рона:

- Показываю тебе базовый способ открывания ножа, запоминай: удерживаешь нож за опасную рукоятку и откидываешь его на обратную сторону лапы. - снова раздался безобразный звук металла. - Следом разворачиваешь нож и забрасываешь безопасную рукоятку на ладонь. Завораживает, скажи, а? Мне повторить быстрее?

Началась бесконечная пытка. Коричневый волк пытался видеть вместо ножа-бабочки мотылька, который порхал своими белыми крылышками где-то над землёй. Грег размышлял о том, как все воспримут отсутствие его левого глаза, прикрытого белой медицинской повязкой, о школе, о родителях, которые ждут от него каких-то достижений при полном отсутствии желания и мотивации у самого волка. Но самое главное, Грег думал о полукровке с яркими янтарными глазами, который уже две недели прибывал в больнице. Сильвер очень быстро шёл на поправку, что радовало коричневого волка. Ещё месяц назад Грег видел его почти каждый день: как тот бегал по утрам, как прогуливался со своей подругой и хохотал, а вечером возвращался домой из магазина, обязательно прихватив с собой годовой запас попкорна для просмотра очередного фильма. Словно испытывая выдержку волка, Сильвер попадался ему на глаза, и Грег ненавидел это. Ненавидел себя за робость, ненавидел за чувства, ненавидел за желания. Пускай даже Сильвер простил Грега, но волку всё равно было стыдно за то, как он раньше обращался с этим самостоятельным и интеллигентным парнем, который всегда носил чистые рубашки, никогда не опаздывал в школу, не забывал учебники и тетради, ненавидел ярлыки и был невероятно верным, к которому сложно расположить доверие, но, если однажды он доверился - лучше это ценить. Прошло уже немало времени, однако волк никак не мог понять, почему так сильно хочет увидеть Сильвера. Из размышлений его вывел голос Барта:

- Ты давно в школе не появлялся, когда вернёшься?

- Когда захочу, тогда вернусь. - холодно ответил Грег и заметил изучающий взгляд полярного волка, направленный на его повязку.

- Как ты потерял глаз? Ты не рассказал нам.

- Я пьяным неудачно упал и вырубился. Проснулся уже в больнице и без глаза, представляешь?

- Жуть. - сказал белый волк. - Твои родители об этом знают?

- Я дома редко появляюсь. Прихожу ночью, матери на глаза не попадаюсь, а отец вечно в командировках. К тому же, даже если они узнают, что сделают? Пожалеют меня? Очень сомневаюсь. - после этих слов Сэлтон поднялся со скамьи, а волки последовали за ним.

- Куда направляешься? - спросил белошёрстый.

- В больницу. Надо кое-кого проведать.

Он интуитивно понял, что его друзья остановились и уставились на него в ожидании разъяснений.

- Я иду к Сильверу. - признался Грег.

- К гибриду?! - воскликнул чёрный волк. - Зачем тебе идти туда? - не мог понять он. - А, кажется, я знаю! Ты хочешь сломать ему аппарат жизнеобеспечения?

- Ужасная шутка, Рон. - ответил коричневый волк. - Я просто хочу его навестить.

- Ты головой об асфальт ударился? Нет? Тогда что с тобой? - Рон подошёл к Грегу ближе.

- Короче, я иду туда. Вы пойдёте со мной?

- Ты бы никогда не решился на такое!

- Откуда тебе знать?! - прорычал одноглазый.

- Хватит вам! - прикрикнул Барт, встав между ними. - Грег, я с тобой.

- Правда?

- Вы рехнулись! - возмутился Рон. - Грег, я не понимаю, ты ведь ещё совсем недавно издевался над этим неудачником!

- Я изменился... Соул оказался неплохим парнем.

- Неужели? - чёрный волк выдержал небольшую паузу, чтобы ехидно задать вопрос. - Интересно, что такого могло произойти между вами? У тебя настолько сильно чесалось в штанах, что ты не выдержал и уже успел с ним где-то переспать?

- Это неправда! - прокричал Грег и резко оттолкнул Рона.

- Ты что?! - разозлился он.

- Я не гей! - воскликнул Сэлтон, отчего черношёрстый лишь громче засмеялся. - Ах ты...

Небольшой боксерский опыт помог Грегу не только увидеть летящий в морду кулак, но и уклониться от удара. Низкий волк, ясно не соображая, потерял равновесие, а Сэлтон отпрянул вбок и, схватив с земли первую попавшуюся палку, с коротким замахом ударил по заново устремившемуся к нему противнику. По щенячьи скуля, Рон прижал к груди повреждённый корягой кулак, а Грегу оставалось лишь поймать и вывернуть за спину его вторую лапу.

- Я всегда буду сильнее тебя, Рон.

Тонко взвизгнув, чёрный волк носом упал в пыль, а Грег, придавив коленом спину поверженного одноклассника, быстро сел на него сверху.

- Перестаньте. - произнёс высокий белый волк.

- Да пошли вы! - когда был освобождён, Рон смог подняться на лапы. - Давайте, идите к своему любимому гибриду, а я ухожу!

- Куда ты?!

- Подальше от такого придурка, как ты!

- Ну и вали! - вслед прокричал ему Грег.

Злоба у коричневого волка в один миг куда-то улетучилась.

- Идём уже. - сказал Барт.

- Тебе разве не всё равно?

- Ты искренне хочешь увидеть Соула, а я собираюсь извиниться перед ним.

Грег удивлённо уставился на друга.

- Пойдём, а то тебе не терпится. - произнёс полярный волк с ухмылкой.

- Ага...

Приближаясь к больнице, Сэлтон не прекращал думать. Он чувствовал, как его дыхание учащается, а сердцебиение заставляет тихо ругаться под нос.

- Нет, я не могу. - сказал волк, едва не борясь с Бартом.

Белошёрстый, уже в меру запыхавшись, подталкивал сопротивляющегося лидера в коридоре больницы, что было довольно трудно, учитывая крупные размеры Грега, который стоял, как к полу прибитый. Уже на пороге Грег активно запротестовал. Более того, он действительно не хотел идти, хотя ему выпала такая замечательная возможность увидеть Сильвера.

- Почему? - раздражённо спросил Барт, продолжая толкать друга вперёд. - Мы ведь уже здесь.

- Потому что это Сильвер... Я не могу говорить с ним...

Белый волк остановился и обречённо вздохнул.

- Грег, я зайду вместе с тобой. Тебе от этого станет легче?

- Думаю, станет.

- Тогда иди. Не будь слабаком.

Волки прошлись по коридору и остановились у нужной двери. Грег замер, просто пялясь на неё.

- Смелее. - поддержал его полярный волк.

Коричневый волк набрал в грудь побольше воздуха и постучался.

- Войдите. - отозвался Сильвер.

Грег крепко вцепился в ручку и открыл дверь. В палате, залитой ослепляющим глаза дневным светом, на кровати возле окна сидел обладатель бархатного голоса, что заставлял сердце замирать. Мордочка Сильвера, освещаемая игривыми солнечными лучами, оставалась светлой и безмятежной, а в его лапах покоилась художественная литература. Грег смотрел на притягивающие к себе внимание черты полукровки. А он не изменился. Его ясные и излучающие доброту янтарные глаза раскрывали светлую душу.

- Это ты, Грег? Я не ожидал тебя. - отложив книжку, сказал юноша с лёгкой улыбкой. - Ты пришёл навестить меня?

- Я... Ну... - волк, смутившись, начал заикаться.

Сильвер терпеливо ждал ответ, как вдруг его внимание привлёк Барт, закрывший за собой дверь со словами:

- Не только он пришёл к тебе, Сильвер.

- Привет. - поздоровался полукровка.

- Я хотел узнать, как ты?.. - почёсывая голову, неуверенно спросил Грег.

- Мне уже намного лучше, спасибо.

Сильвер оказался силён в плане быстрого выздоровления. В начале своего пути к исцелению ему даже пришлось заново учиться ходить. Иной раз ему казалось, что он совершенно не чувствует задних лап, а иногда было ощущение, что они ватные и их неприятно покалывает. Всё усугубляла острая боль в боку, возникающая при резких движениях, но Сильвер занимался изо всех сил, потому что действительно хотел поскорее выздороветь и вернуть прежний образ жизни.

- Я выпишусь из больницы к концу этой недели.

- Правда? - Грег заметно обрадовался.

Затем и полярный волк заговорил с полукровкой:

- Сильвер, ты прости меня. Я вёл себя глупо. - сказал Барт, стараясь скрыть странную дрожь в голосе.

- Ребята, не беспокойтесь. - простой ответ сорвался с тонких губ полукровки, что протянул лапу. - Я зла на вас не держу. - сказал он, замечая чёрные волчьи когти на длинных белых пальцах и странную татуировку, украшающую тыльную сторону ладони.

- Я рад это слышать. - ответил Барт.

- Как ваши дела? - спросил Сильвер.

- Лучше не спрашивай. Сегодня просто ужасный день! - ответил Грег, решив стоя осмотреть палату и убедиться, что она почти не изменилась с того момента, когда он был здесь в последний раз.

Нежного небесного оттенка занавески пропускали сквозь себя тёплые солнечные лучи. Лёгкий ветерок пробирался из приоткрытого окна.

- Мисс Хилл сегодня проверочную устроила по той теме, которую я вообще никак не понимаю. - теперь пришла очередь жаловаться на нелёгкую судьбу белому волку, присевшему на стул возле телевизора. - Низший балл по химии мне обеспечен.

- Значит, у тебя всё плохо с химией? - Сильвер задумчиво приложил лапу к подбородку - это его излюбленный жест, означающий наигранную задумчивость. - Может, мне помочь тебе? Я ведь знаю химию, как свои пять пальцев!

- Без тебя справлюсь. - гордо заявил волк, откидываясь на спинку стула.

- Я бы от его помощи не отказался, ведь у него не голова, а целая библиотека. - сказал Грег и повернулся к Сильверу. - Я раньше многого о тебе не знал, Соул.

- Да уж... - отозвался белый волк. - Нам стоило подружиться с самого начала. Однако, раз мы упустили такую возможность, будем навёрстывать упущенное.

Полукровке вдруг стало хорошо и свободно дышать и думать, когда тиски, снятые с лёгких, остались где-то среди брошенных за спиной издевательств. И отныне нет необходимости уводить прямой взгляд в сторону.

- Ты очень интересная личность, Сильвер Соул. - сказал Грег. - Будь ты девушкой, я бы позвал тебя на свидание!

Коричневый волк громко засмеялся, но остановился, как только понял, что друзья не смеются. В неловком молчании Сильвер нахмурился.

- Не шути так больше, пожалуйста... - серьёзно сказал он.

- Я не гей! - закричал Грег.

- Ага, ты почаще об этом кричи, мы обязательно поверим. - произнёс Барт и прикрыл морду ладонью, выражая чувство испанского стыда. - Хватило мне оказаться в неловком положении в тот раз, когда мы с Грегом, чтобы избежать наказания, перед директором прикинулись влюблённой парочкой.

- Что-о-о? - Сильвер непонимающе уставился на него. - Расскажи мне об этом поподробнее, Барт, а то странно звучит.

- Заткнись, не рассказывай ничего! - воскликнул Грег.

- Дай ему послушать. - ответил полярный волк, а Сильвер уже приготовился к невероятной истории. - Как-то раз мистер Морбус застукал нас в мужском туалете, а мы раньше только туда ходили курить. Грег ляпнул: «Вы не в курсе, что такие, как мы, не курят?». Мистер Морбус ничего не понял, а этот балбес как схватил меня и закричал: «Мы просто любим друг друга очень сильно!», мне пришлось подыграть: «Да-да, прям невозможно оторваться!», а директор нам: «Вздор! Вы курили!», ещё по стенке ударил.

Полукровка улыбался чуть криво, открывая вид на неровный ряд зубов, но искренне и без стеснения.

- Это сработало?! - спросил он, замечая потихоньку умирающего со стыда Грега.

- Директор только отчитал нас, чтобы мы подобными вещами в туалете не занимались. - ответил Барт.

- У меня сейчас швы разойдутся... - Сильвер от смеха уже содрал себе горло.

- Смейтесь дальше, а я пойду в окно. - сказал Сэлтон, разворачиваясь.

Вдруг коричневому волку на глаза бросилось то, как створки в палате начали подниматься. Полукровка и волки услышали шуршание по ту сторону окна и кучу ругательств.

- К нам кто-то пытается залезть? - предположил Сильвер, скрестив лапы на груди и продолжив наблюдать за этой картиной.

Увидев знакомую мордочку, Грег и Сильвер вместе воскликнули:

- Ада?!

Когда девочка начала соскальзывать, то закричала:

- Жуткий волк, помоги!

- Безумная гиена!

Грег тут же подскочил к окну и, нахмуривая брови и опираясь лапой о подоконник, схватил Аду за шкирку. Ещё не поднявшись с пола, она решила сразу поздороваться с пациентом:

- Сильвер, привет! - гиена широко улыбалась и пыталась делать вид, будто это не она секунду назад ввалилась в палату, как мешок картошки.

Юный полукровка старался сдержать смех, задаваясь вопросами: «Почему она не вошла через дверь? Может быть, забыла о ней? Или азарт превыше собственного комфорта?». Видимо, понять эту девчонку он не сможет никогда.

- Ух-ты, как здесь просторно! - громко сказала Ада. - Давно я не была в столь чистом помещении!

- Как же я рад, что ты здесь. - сказал полукровка, потихоньку слезая с койки.

Иногда он прихрамывал, но ходил уже более уверенно. Не теряя времени, девочка бросилась на него с крепкими объятиями.

- Ты всё-таки не забыла меня. - прошептал полукровка с улыбкой.

- Забыла?! Я столько думала о тебе, что ты от икоты уже должен был сдохнуть!

- Как ты поживаешь? - спросил он, глядя на неё полными беспокойства глазами. - Как ты себя чувствуешь? Не голодная? Пить хочешь? - стал закидывать её вопросами герой, на что она лишь усмехнулась.

- Я в порядке, тебе не стоит так волноваться обо мне.

- Эй, солнечная. - Грег вдруг положил свою когтистую лапу ей на голову и наклонился, едва касаясь подбородком её левого плеча. - Ты чего через окно полезла?

- По-твоему я похожа на ту, что ищет лёгкие пути?

Пожимая друг другу лапы, волк никак не мог не почувствовать, что лапы гиены, покрытые слоями уличной грязи, истёрты и полностью намозолены. Ему не давали покоя свежий и очень большой синяк на весь её левый глаз, пластыри на щеке и несколько на лапах, а ещё ссадины на коленках - их даже под шерстью было отчётливо видно.

- Кто тебя так? - волк сощурился.

- Никто. - ответила Ада. - Пустяки.

- Я чую запах обмана. - наконец подал свой голос Барт, который всё думал: «Кто она такая? Почему эти двое так за неё беспокоятся?».

Мордочка Сильвера приняла дурной оттенок, а его губы сжались.

- Ада, что случилось?

Услышав этот вопрос, девочка замерла и, кажется, даже на несколько секунд перестала дышать.

- После того пожара я вернулась в детский дом, а как только попалась всем на глаза, воспитательница натравила на меня детей постарше.

- Они сейчас где? - поинтересовался Барт.

- Хочешь пойти за меня впрягаться, снежок? - усмехнулась Ада, решив, что спрашивал он не всерьёз.

- Мы ради тебя всех знакомых волков соберём. - ответил белый волк, а Грег, кажется, был только за. - И остановим этот кошмар.

- Парни, остыньте... Такое происходит каждый раз, когда я туда возвращаюсь. Настоящий кошмар - это то, что на самом деле творится в стенах детдома.

- Неужели всё настолько плохо? - спросил Барт.

- Ага, парочке тараканов, живущих под моей кроватью, я дала имена.

- Возможно ли как-то исправить эту ситуацию? - задумался Грег.

- Нет. - ответила Ада. - Всем плевать на детдом, предпринимать какие-либо меры никто не станет. Воспитательница просто откупится, как делала раньше, а дом так и продолжит существовать, пока не развалится. Забейте, ничего не исправить, а там я точно не останусь. Сумасшедшая идея побега не выглядит лучшим выходом из ситуации, я даже не знаю, чего ожидать за пределами Америки, но лучше пойти навстречу неизведанному, чем жить в стенах здания, которое ненавидишь больше всего на свете.

- Я это так просто не оставлю. - сказал Сильвер, хватая телефон со стола.

- Умный гибрид, придумал что-то? - спросил Грег.

- Только одна женщина в силах нам помочь. - ответил он, по очереди нажимая большими пальцами по клавиатуре и отправляя кому-то сообщение.

За окном по-прежнему сырая осень и обманчивое затишье. Ада полюбила это напряжённое время года с опадающей листвой, которое по непонятной причине вселило ей надежду на лучшее будущее. Девочка подняла голову и посмотрела на Грега:

- Волчара, ты такой большой, а в баскетбол играть умеешь?

На следующий день в детдоме всё текло в обыденном ритме. Тринадцатилетний чёрный кот в серой майке и лёгких штанах, что выглядел чуть старше своего возраста, быстро спускался вниз по лестнице. Морда выглядела болезненной, шерсть топорщилась во все стороны, а серые глаза бегали по зданию, словно мальчик боялся на кого-то наткнуться. Однако судьба была не на его стороне, поэтому, как только он перешёл последнюю ступеньку, из-за поворота появилась главная воспитательница этого детского дома.

- Куда это ты торопишься? - спросила она и сморщилась. - От тебя воняет. Я говорила, что курить здесь запрещено.

- И что теперь? - котёнок невозмутимо посмотрел на воспитательницу.

- Ты снова хочешь встать коленями на горох? - овца лукаво улыбнулась, складывая лапы на груди.

Сероглазый скривился в морде.

- Сейчас ты пойдёшь и вымоешь весь верхний этаж.

- Почему я?! - закричал кот, на что тут же получил удар по морде.

- Потому что я так сказала! - строго прокричала овца, сменив свою улыбку на гримасу злости. - Будешь знать, как мне хамить, паршивец!

Где-то на улице раздался громкий стук попавшего в кольцо мяча.

- Рюу, что ты видишь?! - крикнула ему гиена, стараясь как можно реже отвлекаться от игры в баскетбол.

- Вам лучше не с-с-знать... - прошипел змей.

Чтобы следить за происходящим сквозь окно, Рюу легко взобрался на уровень второго этажа, используя торчащие из стены гвозди. Абсолютно игнорируя гравитацию и ползая не только по земле, зелёный змей способен взбираться высоко даже с минимальным зацепом. «Рождённый ползать заползёт куда угодно» - часто говорил он, так что всем жителям Авроры строго рекомендуется закрывать окна плотнее даже на десятом этаже.

- Хороший бросок. - сказал Сэлтон, побежав за откатившимся мячом и ударив им об землю. - И отличный перехват. - он пасовал мяч Аде и остановился возле кольца. - Посмотрим, насколько улучшилось твоё прохождение мимо защитника!

Сейчас коричневый волк был таким же уставшим и грязным, как гиена, только синяков меньше. А ещё он счастлив.

- Ай-ай! - вскрикнула Ада, когда упала на землю.

- Не отвлекайся, малявка! - сказал Грег, помогая ей подняться, а затем отбегая на дальнее расстояние. - Вставай, бросай мяч!

- Какого чёрта ты ломаешь эту комедию? Я не большой фанат дотошности, но серьёзности тут явно не хватает!

- Я научу тебя побеждать! - ответил одноглазый на очередную тираду девчонки с искрами веселья во взгляде. - В мире школьного баскетбола я давно зарекомендовал себя, как восходящую звезду. Было бы странно, начни я играть с тобой, как мастер спорта, не находишь?

Гиена кивнула и, сосредоточившись, кинула мяч. И игра понеслась.

- Помню, как мы с моей бандой волков в восьмом классе вышли играть против старшеклассников... - блаженно поддался воспоминаниям волк.

- Они казались вам непобедимыми, но вы их всё равно порвали. Ты мне вчера об этом рассказывал.

- Я тогда им не один десяток раз чуть пальцы мячом не сломал. - с гордостью в голосе заметил Грег. - И попробовал бы кто из них пожаловаться. Уличный баскетбол среди хищников включает в себя не только подножки и рукопашный бой. Сомневаюсь, что малышка Адель знает о чём-то более интересном и сложном. Я готов учить тебя всему, что умею. Как там Рюу говорил?.. Искренне заботясь о тебе, я становлюсь лучше, да?

- Ха-ха-х...

Грег выигрывал, но Ада спокойно улыбалась.

- Не переживай, даже я, Грегори Сэлтон, не могу предсказать развитие событий.

Ада опустила взгляд в тот момент, когда Грег повернулся к ней, но боковым зрением девочка заметила, что её анализируют.

- Думаю, со мной так же. - расплывчато сказала она и не дала Грегу возразить. - Знаешь, я часто наблюдала за тем, как большие парни играют в баскетбол. Невольно я думала, что было бы неплохо поиграть самой.

- Стоять и наблюдать - это не очень весело. Хочешь в будущем стать профессиональной баскетболисткой? Или тебе больше по душе скейтбординг?

- Нет-нет, у меня уже есть мечта. - третий раз подряд у неё не получалось забросить мяч в кольцо, из-за чего она что-то раздосадовано прошипела себе под нос.

- Нужно попросить поучить тебя моего бывшего тренера из средней школы. Он самый лучший тренер, которого я знаю.

- А ты - самый лучший капитан. Мой жуткий волк.

- Прекращай меня так называть! - возмутился Грег, но скрыть улыбку, всего лишь на мгновение лёгшую на его губы, не успел, и заметившая это гиена навсегда закрепила за ним кличку.

Дети, несколько недель назад гонявшие Аду на скейтборде по всему городу, стояли по другую сторону улицы и наблюдали за двумя любителями поиграть в баскетбол.

- Кто этот волк? - один из ребят озвучил крутящийся в голове каждого вопрос. - Кто-нибудь видел его раньше?

- Ада нашла себе телохранителя? - предположил другой ребёнок.

- Сара, а ты как считаешь? - спросила одна из девочек в их компании.

В ответ на обращение зебра лишь высокомерно подняла голову и отвернулась, сжимая кулон на своей шее.

- Гиена, можно задать тебе личный вопрос?

- Будь готов получить личный ответ. - сказала Ада, поймав мяч.

- Твои родители мертвы или тебя просто бросили?

И снова оранжевый мячик пролетел мимо кольца. Девочка вздохнула.

- И то и другое - подойдёт ответ?

- Имеешь ввиду, что один из твоих родителей умер, а другой не стал о тебе заботиться?

- Какой же ты всё-таки глупый, волчара, я в шоке.

Ада подняла мяч в своих лапы и приготовилась кидать его дальше, не заканчивая игру и не оставляя возможность попасть в это проклятое кольцо.

- Я только учусь быть добрым. - ответил Грег. - Могу завтра принести тебе что-нибудь. Что хочешь? Может быть, новые игрушки?

- Нет, спасибо, игрушек у нас достаточно. Побольше бы тёплой одежды - вот её ребятам не хватает. Ещё пригодятся подгузники и детское питание для самых маленьких.

- Тебе приходилось заботиться о младенцах? - слегка удивлённо посмотрел на неё коричневый волк.

- Да, несколько раз. Помню, как помогала воспитателям кормить малышей, успокаивать их, менять им подгузники. Другим ребятам было неинтересно и противно ухаживать за ними, а я - гиена, по натуре такое животное, которому не бывает противно.

- Ты сидела с ними добровольно? И тебе ни разу даже «спасибо» не сказали?

- Ты прав. Кроме опыта, я ничего за это время не получила. - Ада остановилась на месте, держа мяч двумя лапами. - Просто я не могла слышать, как они плачут...

Грег нахмурился и замолчал.

- Бывает так, что матери оставляют своих новорожденных детей прямо на крыльце детского дома. - вспоминала Ада. - Позже их забирают в дом малютки, а там им остаётся дождаться приёмной семьи. Рюу говорил, что его яйцом тоже подбросили под двери этого здания.

- Однако...

- Никто его не усыновил.

Ада смотрела, как мяч влетает в корзину, и Грег смотрел туда же. Все движения ощущались волшебными, да и выглядели, наверное, так же. Девочка радостно запрыгала, светясь от гордости, и несмотря на то, что они противники в этой игре, Грег обнимал её за плечо. Возможно, он радовался прогрессу Ады, как тренер, или же он просто был рад за подругу.

- Ребята, с-с-смотрите!

Как только змей наконец-то позвал их, волк и гиена оказались рядом со стеной.

- Грег, быстрее сюда!

Ада начала лезть ему на плечи, предварительно попросив разрешения. «Удобно» - оказавшись наверху, подумала она и, бесстыдно сжимая в лапках волчьи уши, заговорила со змеем:

- Рюу, отползи чуток, мне не видно!

- Бес-с-страшная юная дева. - прошипел он, поднимаясь над окном чуть выше.

- Я не думаю, что она вообще хоть чего-то боится. - прокомментировал Грег, претерпевая давление на свою голову.

Пока воспитательница кричала на кота, к ней сзади медленно и очень осторожно подошёл белый крольчонок.

- Мисс... - начал он, прижимая ушки к голове.

- Чего тебе?! - рявкнула воспитательница, отчего крольчонок испуганно отпрыгнул от неё, весь затрясшись.

- Там кто-то пришёл, Вас спрашивает...

- Кто ещё?! Вот же не вовремя со всякой чепухой заявляются! - злобно прокричала овца и быстрым шагом направилась к главным дверям. - Инспектор?! - воскликнула женщина, когда открыла дверь.

- Добрый день. - ответил одногорбый верблюд, сняв с головы шляпу.

- Меня не предупреждали, что Вы так скоро придёте... - промямлила овца, пытаясь скрыть своё удивление за натянутой улыбкой.

- Поступили серьёзные жалобы. - в разговоре появился второй инспектор. - Мы должны проверить здание.

- Не вижу в этом смысла. - овца включила свою актёрскую игру на полную. - Я вообще не понимаю, какие жалобы могли быть на нас? Детдом в полном порядке, все дети сыты и здоровы! Уверяю вас, проверка не нужна.

- Мисс, мы обязаны всё осмотреть. Пропустите нас. - продолжил настаивать верблюд и постарался пройти мимо овцы.

- Сэр, прошу вас!

Одногорбый и двугорбый верблюды вошли в детский дом под панические крики воспитательницы, будто бы она была не овцой, а какой-то свиньёй. Едва переступив порог, инспекторы ужаснулись. Казалось, жизнь разжевала это место и выплюнула, выжала, как футболку при стирке. Стены со старыми обоями, потолок с крошившейся штукатуркой, пианино в холле, которое стояло здесь просто для эстетической красоты, - всё было покрыто толстым слоем времени, пожиравшим детдом насквозь. По задней лапе одногорбого инспектора пробежал небольшой таракан, величиной с булавку. Тот быстро потряс лапой, тем самым отшвырнув насекомое в сторону.

- Тараканы - ненавижу! - с отвращением кинул верблюд.

- Сейчас нас интересуют не они. - взволнованно бросил второй и устремился вглубь здания.

Как только из-за угла им попалась парочка заинтересованных и одновременно напуганных детских мордочек, они просто потеряли дар речи. Прижимаясь ухом к стеклу, Ада старалась расслышать, что же в итоге скажут инспекторы. Грег заметил, что хватка вокруг его шеи значительно ослабла.

- Безумная гиена, сейчас упадёшь, держись крепче.

В тот же момент верблюды переглянулись.

- Закрываем? - спросил первый.

- Закрываем. - ответил второй.

В панике подбежавшая к ним главная воспитательница продолжала им что-то тараторить, но инспекторы не желали её слушать.

- Рюу, ползём отсюда. - сказала Ада, соскользнув со спины волка. - Грег?

- Раз всё сложилось так, как должно, что ты думаешь насчёт реванша?

Ребята направились по дорожке в сторону баскетбольной площадки. Попутно волк поднял оранжевый мяч с чёрными полосами в лапы и почти начал чувствовать себя умиротворённо.

- Тебе больше не удастся меня обыграть. - сказала Ада.

- Да-да, с нетерпением жду того момента, когда смогу размазать тебя по площадке. - сказал он с самоуверенной ухмылкой.

- Кого это ты собрался размазать?

От неожиданности волк чуть не выронил мяч и уставился на крольчиху в белой рубашке, бежевых брюках и с фирменной коричневой сумкой на плече. Она как раз потушила кончик сигареты о стену.

- Что вы здесь делаете? - поинтересовался Грег. - Вам стоит быть осторожнее. Тут суровое местечко.

- Мне не нравится твой тон. - усмехнулась женщина и сняла тёмные очки.

- Мисс Соул! - воскликнула Ада, узнав в ней ту самую крольчиху, чей звонок послужил приходу инспекторов.

«Это мама Сильвера?» - понял коричневый волк и остолбенел.

- Мэри, огромное спасибо, Вы лучшая! - не прекращала благодарить её Ада.

- Милая, ничего особенного я не сделала, просто сообщила куда надо. Никто не заслуживает плохого обращения к себе. Теперь я точно знаю, что этих детей ждёт жизнь куда лучше, чем эта.

- Мисс-с-с...

Мэри услышала над ухом шипящий голос и инстинктивно отпрыгнула в сторону от змея.

- Вы с-с-спасительница для этих детей! - сказал Рюу с улыбкой, едва обнажив длинные клыки.

- Спасительница? Ну что ты. - слегка засмеялась Мэри. - Я просто хотела помочь, вот и всё.

- Вы-с-с невероятно вовремя помогли нам.

- Жуткий волк, ты в порядке? - спросила у него Ада, когда он одним махом осушил бутылку воды.

Выбросив пустую бутылку, волк плотно сжал челюсти от накатившего напряжения.

- Ты знаком с моим сыном Сильвером? - обратилась к нему Мэри, чтобы завязать беседу, но по непонятным причинам он решил притвориться немым.

- Да, они учатся в одном классе! - ответила за него гиена и слегка подёргала его за рукав. - Волчара, не молчи, это невежливо.

- Ада, понимаешь, я... - попытался что-то сказать Грег, а у самого в голове, как гвозди, застряли мысли: «Я не должен быть здесь сейчас. После всего того, что я сделал её сыну, я не имею права разговаривать с этой женщиной, не могу даже смотреть ей в глаза».

- Ты куда-то торопишься? Уходишь?

- Верно... - ответил волк. - Вспомнил, что должен был кое-что сделать.

«Такой я на самом деле - плохой и очень трусливый волк»

Девочка грустно опустила голову. Грег, её новый друг, не был даже близок к идеалу, но и она тоже. Грегори Сэлтон и Сильвер Соул - эти ненормальные сделали её жизнь гораздо интереснее. Может, это невероятно и безумно, но такова её реальность. И Ада приняла её такой, какая она есть.

- Не обижайся, мы с тобой ещё завтра поиграем в баскетбол. - Грег опустился на корточки, становясь с девочкой на один уровень. - Я обещаю.

- Не обещай мне ничего. Просто приди. - сказала она и подняла взгляд, похожий на сумрак среди крон густого леса, а один его глаз - корона солнечного затмения.

Ада протянула ладонь, и на этот жест Грег усмехнулся. Он был слегка разочарован. Рукопожатие, серьёзно? Гиена всё же почувствовала тёплое прикосновение его лапы, что сжала её ладонь. Волк вздохнул, расслабляя нахмуренные брови.

- Ещё увидимся, безумная гиена.

- До встречи, жуткий волк.

Дрожь пробежала по её спине, когда Грег исчез в суматохе города Аврора, и она точно не имела ничего общего с холодом.

- Полиция расследует факты жестокого обращения над воспитанниками в детском доме №13. Дети пожаловались, что их запирали в подвале, морили голодом, привязывали к кроватям, избивали, по поручению воспитателей старшие воспитанники издевались над младшими. Факты уже доказаны, но руководство всё отрицает. По всем эпизодам будут приняты самые суровые меры к нарушителям. Сам дом находится в плачевном состоянии: обшарпанные стены, старые предметы мебели, пыль и грязь, полная антисанитария, паразиты и разносчики болезней - вот в каких условиях приходилось жить детям. В настоящее время главная воспитательница находится под арестом, против неё возбуждено уголовное дело. Она отказалась давать показания, хотя доказательств вины и без её слов более, чем достаточно. В общей сложности, следователями возбуждено уже восемь уголовных дел.

Шедшая по телевизору программа новостей перешла на прогноз погоды.

- У тебя потрясающая мама. - с восхищением сказала Лайма, на что Сильвер улыбнулся.

Лучшие друзья находились в палате полукровки и вместе смотрели телевизор. Волчица, сидя на стульчике рядом с койкой друга, прижималась к его плечу.

- Как мне надоело работать официанткой. - устало произнесла она. - После Нового года точно уволюсь.

- Не забывай учиться, а то останешься на второй год. - сказал он, обнимая её одной лапой. - Что же я буду без тебя делать, Алмаз?

- Нет, Сильвер, я стала хорошо учиться! Все в школе удивлены, что у меня повысилась успеваемость, а всё благодаря тебе и твоим урокам. Но без тебя мне вообще не интересно.

Девушка старалась навещать друга после уроков и работы, что получалось редко, ибо строгий начальник кафе её не жалел. «Работай или уходи!» - говорил он. Так что главными способами общения вне стен больницы были звонки и сообщения, однако даже часовые телефонные разговоры и бесконечная переписка не могли заменить им живого общения.

- Есть новости из школы? - спросил полукровка.

- Кстати об этом! - Лайма в миг оживилась. - Ты помнишь Фауста Ил Дарка?

По спине и лапам Сильвера пробежал холодок. Он попытался скрыть своё волнение. Ему казалось вполне очевидным, что про смерть черепахи уже должны были заговорить.

- Что о нём говорят?..

- Он исчез! Никто до сих пор не может его найти. Говорят, мэр нанял на его поиски самого лучшего детектива. Не понимаю, что с Фаустом могло произойти.

«Какова вероятность, что поиски приведут детектива к сгоревшем зданию, а полиция обнаружит на том месте улики, доказывающие мою причастность к смерти Фауста? Там ничего не осталась. Они никогда не узнают, кто убил его... Они не узнают... Не узнают...»

- Угадай, что со мной сегодня на работе произошло? - улыбающаяся Лайма отвлекла его от плохих мыслей.

- Тебе дали прибавку к зарплате? - предположил Сильвер.

- Не угадал. Сегодня к нам в кафе зашёл менеджер из одного крупного модельного агентства. Я приняла у него заказ, мы как-то с ним разболтались, ты ведь знаешь, какая я разговорчивая. Он сказал, что я очень красивая, милая, и стиль у меня имеется. Знаешь, что? Он предложил мне работу!

- Серьёзно? - удивился полукровка.

- Да, менеджер предложил мне поучаствовать в отборе моделей для журнала.

- Ты согласилась?

- Я сказала, что подумаю. Он дал мне визитку со своим номером телефона.

- Извини меня, но я думаю, что такие предложения простым официанткам не делают.

- Значит, я необычная официантка!

- Ты бесподобна и невероятно красива, но сама эта работа вызывает сомнения.

- Вдруг это мой шанс?

- Если согласишься, то будь осторожна. Это только со стороны кажется, что всё легко и просто, но на практике модельный бизнес суров и требует усилий. Нужно трудиться. Если ты готова, Алмаз, попробуй. Этот менеджер наобещал тебе большой успех?

- Нет, он не гарантировал мне успешную карьеру или заоблачные гонорары, а просто предложил участие в кастинге. Мне обязательно нужно будет найти хорошего фотографа и сделать портфолио. Но теперь я не уверена, что смогу чего-то добиться...

- Алмаз, не переживай. - сказал он, заметив сомнения подруги. - Если ты всерьёз настроилась идти к своей цели, тебя всему научат, и ты многого добьёшься. Помни, в случае победы или неудачи, я буду рядом.

Лайма заулыбалась, а полукровка задумался насчёт своего ближайшего будущего. Девушка взяла пульт в лапу и стала переключать каналы в поисках чего-нибудь интересного.

- Хорошо, что у тебя в палате есть телевизор.

- Согласен. Книги, которые мне принесла мама, я успел перечитать дважды, а учебный материал я и так хорошо знаю.

- У меня такое чувство, будто ты уже сейчас готов сдать экзамены для поступления в университет.

- Готов, но лучше вместе со всеми закончить школу. Я хочу провести выпускной вечер с тобой.

Лайма замерла, подумав: «Он только что позвал меня на выпускной бал?!»

- И почему ты такой идеальный? - прошептала волчица и устроились поудобнее.

При просмотре телевизора Лайма начала чувствовать, как её веки медленно опускаются.

- Какой скучный фильм. Да, Сильвер? - она увидела, что полукровка уснул, и улыбнулась, наблюдая за милым парнем. - Я хочу тебя поцеловать... - прошептала Лайма и чуть приблизилась к его мордочке. - А ведь поцелую... Вот сейчас возьму и поцелую! - шептала она, хитро улыбаясь. - Ты такой хороший, Сильвер. Не знаю, что бы делала без тебя. Я готова провести с тобой всю свою жизнь. Я люблю тебя, Сильвер Соул.

Девушка поцеловала его в щёку.

- Но мы просто друзья. - сказала волчица, поднялась со стула и выключила телевизор.

Как только Лайма собралась уходить из палаты, то неожиданно почувствовала прикосновение к лапе. Когда она обернулась, Сильвер притянул её к себе.

- Сильвер?.. - только успела спросить Лайма.

Полукровка приблизился, закрыл глаза и поцеловал её. Губы, слитые в простом касании, приобрели жар, упругость, рождая страстный поцелуй. Пальцами он перебирал её серую шерсть, второй лапой прижимал к себе. Лайма никогда бы не подумала, что от простого поцелуя можно взлететь душой. Сбылась её мечта, она не хотела останавливаться. Они оторвалась друг от друга лишь для того, чтобы глотнуть воздуха. Голубые и янтарные глаза встретились. На мордочке волчицы сияла счастливая улыбка, и она ожидала, что же полукровка ей скажет. Но неожиданно в глазах Сильвера появился страх. Он отскочил от Лаймы на другой край койки и закрыл пасть лапой.

- Прости! - выкрикнул Сильвер и замолчал.

- Сильвер, ты чего? - удивлённо спросила Лайма и улыбнулась, чтобы его успокоить. - Всё хорошо.

Волчица видела, как полукровка сожалел о своём поступке. Сильвер хотел отмотать время назад, спрятаться, убежать, но не мог. Ему казалось, что бешено стучащее сердце вот-вот вырвется из груди.

- Нам нельзя... - прошептал он и едва не закричал. - Прости меня, это неправильно!

- Почему нельзя? - Лайма села на стул рядом и взяла его за лапу. - Я не понимаю, за что ты извиняешься?

- Алмаз, я люблю тебя, но...

- Но? - испугалась волчица.

- Я должен тебе кое в чём признаться...

- Прежде чем скажешь, ты должен знать: я ни за что не оставлю тебя, потому что очень люблю! Говори, Сильвер, я всё пойму.

- Я бесплоден.

Полминуты Лайма молчала, сжимая чуть великоватую кофту обеими лапами. Слёзы сами потекли из голубых глаз, ошарашено смотрящих сквозь сидящего напротив парня. Губы девушки чуть подрагивали, то открываясь в попытке сказать что-то в ответ, то в нерешительности закрываясь.

- Как бесплоден? - неверяще переспросила Лайма, фокусируя взгляд на парне.

Под тяжестью услышанной новости плечи девушки опустились.

- Ничего страшного. - вскоре решительно сказала волчица.

- Ничего? - не понял парень. - Объясни мне.

- На самом деле я не вижу в этом ничего страшного. Я по-прежнему люблю тебя.

- Разве ты не понимаешь? Бесплодие - это диагноз. Страшный диагноз, с которым мне пришлось смириться с рождения. Если мы поженимся, то не сможем иметь детей, а ты здоровая волчица, которая когда-нибудь захочет родить ребёнка. В твоём будущем нет меня.

- Неправда, я не представляю свою жизнь без тебя.

Её слова звучали настолько искренне, что по его спине побежали мурашки.

- Мы что-нибудь придумаем, но не расстанемся. Несмотря на твоё бесплодие, я буду любить тебя.

- А я, Алмаз, буду беречь тебя, буду готов помочь в любой момент, но не как партнёр, а как лучший друг. Ты даже представить не можешь, с каким осуждением столкнёшься, если мы будем вместе. Мы слишком разные.

- Сердцем и душой... - она прикоснулась к лапе Сильвера. - Мы связаны.

Сильвер держал Лайму за лапу, не желая отпускать, и взглянул ей прямо в глаза.

- Я люблю тебя. И от этого очень опасно.

- Плавать на мнение всех несчастных, что не способны понять наших чувств! Ни за что, ни за что, ни за что мы не расстанемся!

- Я не хочу быть с тобой!

Лайма опустила глаза вниз.

- Почему ты это сказал? Мне больно это слышать...

- Потому что я пытаюсь сделать тебе больно. Такая межвидовая любовь - прямая дорога к множеству проблем. Я не хочу, чтобы ты стала отбросом общества, как я, Лайма.

- Я всегда хотела, чтобы жизнь была приключением... - девушка сидела и улыбалась со слезами на глазах. - Но не без тебя. - она достала из кармана телефон и взглянула на время. - А у меня твоя фотография на телефоне. И вообще ты в моей голове. Ты хотя бы осознаёшь, как сильно ты нужен мне?

- Есть парни лучше меня.

- Не нужен мне другой парень, понимаешь? У меня есть ты, а о других даже думать не хочется.

- Я разрушу твою жизнь. Ты самая лучшая девушка, поэтому я желаю тебе счастья.

- Я счастлива только с тобой. - Лайма вцепилась когтями в жёсткий стул. - Ты любишь меня не за внешность, а за то, что я - это я. - она не выдержала и заплакала. - Просто невозможно найти парня, который хочет больше, чем внешность и тело! Я давно отчаялась найти серьёзные отношения, потому что большинство парней заставляют меня чувствовать себя дешёвой и бесполезной! - прокричала она, заливаясь слезами. - Неужели ты не понимаешь? Ты мне дорог, но даже сейчас, признавшись в своих чувствах, ты решаешь оттолкнуть меня, потому что думаешь, что недостаточно хорош для меня! - Лайма подняла голову кверху. - Спаситель, что с твоим миром не так?!

Девушка не успевала стирать слёзы.

- Я сказала, что мне плевать на общественное мнение, но это бесконечно продолжает преследовать нас. - её голос дрожал. - Ты можешь оттолкнуть меня. А я разобьюсь. Но самое страшное... Упав, разбившись вдребезги и лёжа в собственной крови... Я буду любить тебя ещё сильнее.

Волчица поднялась со стула и не забыла взять свою сумочку. В дверях она повернулась к парню в последний раз.

- Если мы перестанем разговаривать, то напиши мне песню.

Раздался громкий хлопок, противный стон двери и скрип петель. Теперь всё. Лайма больше ему не напишет. Полукровка никогда не получит от неё сообщение, а ведь он так переживает. Он достиг пика саморазрушения.

- Прости, что заставил тебя плакать... - прошептал юноша, чувствуя подступающий к горлу ком.

Лайма ушла навсегда. Сильвер один. Ему не спастись.

Глава 15 «Лирика одной далёкой планеты»

Солнечные лучи никак не пробивались сквозь густые тучи. Напоминающий серую массу цемента и кирпичей город не радовался, не улыбался. Пролетает очередная неделя, и Лайму как-то не волнуют работа, предстоящие школьные экзамены, смерть матери, бывшие друзья... Серая волчица потерянно шла, не зная дороги. Несмотря на остаток здравого смысла, она повторяла себе под нос одно и то же имя, но зачем? Это лишнее. Лучше бы думала об учёбе и о своём будущем. Лайма вдруг поняла, как жалко выглядит со стороны, но всё равно ничего не могла с собой поделать.

- Мама, а мы всё-таки взрослеем... - тихо произнесла она, устало сползая по стене в какой-то подворотне и начиная истерически смеяться.

Всему есть предел. Где-то были сигареты? Должно стать легче. Порывшись в сумочке, Лайма достала одну пачку. Зажёгся маленький огонёк. Сидя на земле и облокотившись о стену, волчица затянула едкий, немного горьковатый дым. Она не ждала понимания, просто курение казалось ей спасением, заставляющим хотя бы на пару минут застрять в своих мыслях и прибывать где-то вдали от жестокого мира, который с каждым днём поглощал её всё больше и больше. В одиночестве она могла дать волю эмоциям и выплакаться. Лайма обещала бросить курить, но не сдержалась. Если бы не вечные ссоры родителей, после которых произошло самоубийство беременной матери, то этой привычки у неё бы не было. Существовало бы понимание и уважение к ней, тогда бы не было вечных слёз и мокрых следов на подушке. Лайма всегда знала, что мир не вращается вокруг неё, не все её желания исполнятся, но ведь она мечтала лишь об одном... Лайма правда беспокоилась, когда Сильвер попал в больницу. Девушка не понимала, почему судьба постоянно пытается забрать полукровку, она же его любит! Так искренне, так чисто. Но сегодня всё вернулось в тот серый мир, из которого они вытаскивали друг друга. И как Лайма жила без Сильвера раньше? А никак.

- Мы должны были сходить на наше первое свидание, на выпускной бал... - шептала она и плакала.

Зажмурившись, девушка отбросила пачку сигарет куда-то в сторону. Она ведь не сумасшедшая, да?

- Лайма?

Волчица вздрогнула и не хотела поднимать взгляд, чтобы никто не увидел её красные от слёз глаза.

- Лайма, что ты здесь делаешь? - бросая сумку рядом, взволнованно спросила Мэри.

Старшеклассница не слышала или просто не хотела слышать вопрос. Крольчиха подошла к ней и присела на колени, взъерошила запутанную густую шерсть, потрепала её по голове.

- Ну, что случилось?.. - Мэри ещё раз попробовала добиться ответа, расслышав в её нечленораздельном предложении нотки отчаяния среди, наверное, миллиона схожих эмоций.

Крольчиха обняла её за шею, надеясь успокоить, и Лайма прижала её к себе, уткнувшись носом в плечо.

- Мне плохо... - слова сорвались с губ волчицы, а её сознание прошептало, что это было сказано уж очень мягко.

У Лаймы в глазах - боль и переизбыток эмоций, а у Мэри - россыпь маленьких звёзд и чёрное небо. Лайма - просто волчонок, который пытается выглядеть взрослым, Мэри - та, что поможет в трудный момент.

- Горе ты моё... - улыбнулась женщина, прижимаясь губами к её лбу. - Ну-ка, вставай. - она отстранилась, давая Лайме подняться. - Тебя кто-то обидел?

- Нет... Всё нормально, уходите... - рассеянно возразила она, понуро опустив голову.

- Ты себя хоть в зеркало видела? - сказала Мэри, которая не могла бросить её сейчас.

- Настолько всё плохо? - усмехнулась волчица, пытаясь казаться сильной, но получалось, если честно, не очень.

Она быстро стёрла с мордочки слёзы салфеткой, которую ей передала Мэри.

- Я хочу тебе помочь. - сказала крольчиха, когда девушка немного успокоилась. - Но я не смогу, пока ты не расскажешь.

Волчица опустила глаза и долго смотрела в пустоту. Она могла поделиться с Мэри своими переживаниями, но стеснялась. Лайма горько улыбнулась и ответила:

- Мне разбили сердце.

- Что, прости? - удивилась крольчиха. - Сильвер не мог... - прошептала Мэри и тут же осеклась. - Нет, мог. Кому как ни мне знать, какие глупости мой сын время от времени вытворяет? Что он тебе сказал?

- Сильвер сказал, что я буду несчастна, если мы будем встречаться.

- Вот в чём дело...

- Мэри, я просто следовала сердцу. - глаза юной волчицы наполнились слезами. - А теперь всё кончено.

- Ничего не кончено! - твёрдо сказала Мэри и судорожно вздохнула. - Не делай глупоси и иди домой.

- Куда Вы?

- Поговорю с сыном.

Мэри развернулась и быстрым шагом направилась в сторону больницы.

- Сильвер, какого чёрта?! - крольчиха с криками ворвалась к нему в палату. - Почему ты довёл Лайму до слёз?

- Мне пришлось так поступить. - полукровка растерянно заморгал.

- Но почему? - не понимала мать.

- Потому что я её люблю.

- Мой сын сошёл с ума! - женщина схватилась за голову. - Сильвер, ты повёл себя ужасно! Ты просто бросил её!

- Я не хочу, чтобы Лайма сломала себе жизнь!

- Трус, ты боишься общественного мнения, боишься идти с Лаймой до конца! Чем же ты отличаешься от своего отца? Не делай такую морду, будто не понимаешь меня. Я говорю тебе это по той причине, что у меня уже уши вянут от её бесконечных расспросов: «Интересно, как там Сильвер?» и «Когда же он вернётся домой?». Лайма хотела любить тебя.

-Она не должна была влюбляться в меня. - сказал он, видя грустный взгляд матери.

- Сильвер, мы не выбираем, в кого нам влюбляться.

- Я знаю. - продолжил он, вновь слегка напрягаясь. - Мне нравится, когда она не боится показаться смешной, танцевать на глазах у других, спокойно петь песни, когда ей хочется, дурачиться, шутить, ведь мне всегда стыдно даже громко дышать, стыдно абсолютно за всё. Я обожаю Лайму. Она - это каждое красивое слово, которое я могу придумать.

- Так иди и скажи ей это. - с улыбкой сказала она.

- Я всё испортил.

- Ты можешь всё исправить.

- Я не представляю, как!

- Сильвер, не совершай ошибку. - Мэри присела на край койки и взяла его за лапу. - Это твоя жизнь. Выбор за тобой.

Полукровка обнял её, не зная, как выразить свою любовь.

- Теперь решай сам. Вступая во взрослую жизнь, внимательно думай, как будешь поступать, а сейчас ты должен выкинуть всё, что есть в твоих мыслях и следовать зову сердца.

- Спасибо тебе. - сказал Сильвер, выпустив её из крепких объятий. - Я поступлю так, как велит мне сердце.

- Вперёд! - воскликнула Мэри. - Вставай и беги за Лаймой!

Парень резко отбросил одеяло, спрыгнул с койки и как можно скорее стал переодеваться. Он даже не заметил какой-либо дискомфорт, как раньше, отчего Мэри сделала вывод, что её сын готов к выписке из больницы.

- Где Лайма сейчас? - с тревогой спросил он.

- Думаю, она уже вернулась домой.

- Отлично. - переодевшись, он побежал к двери. - Это не будет моя очередная ошибка, а моё счастье!

Схватившись за дверную ручку, полукровка вдруг остановился.

- Ты чего? - спросила Мэри.

Он повернул к ней голову.

- Мама, мне нужна гитара.

Семнадцатилетняя серая волчица лежала на диване, укутавшись в одеяло, и тихо плакала из-за разбитого сердца. Сквозь воспоминания она слышала голос матери:

«Лаймочка, моя доченька, моя чудесная волчица, ты хорошо запомнила, к какому роду ты принадлежишь?»

«Конечно, мамочка» - отвечала ей маленькая Лайма. - «По твоей линии я из племени Голодного ветра, что издревле обитало на североамериканских прериях»

«Да, моя дорогая, никогда не забывай об этом. Аурум - это безграничный мир легенд, которые рождаются, стоит только прислушаться к древней песне под звёздами. Поймаешь каждое слово, духи предков укажут верную тропу, ты найдёшь свою истинную пару и добьёшься справедливости...»

Лайма медленно вылезла из-под одеяла и села с навострёнными ушами, вслушиваясь в звуки, исходившие с улицы. Она услышала манящий голос и музыку, что заполняла пустоту внутри. Волчица моментально вскочила с дивана и бросилась к окну.

«При закатном свете я один,

Никого вокруг и нет на свете.

И в сердце моём не слышен стон,

Только ветер, только ветер, ветер...»

Душевная песня разливалась, отчётливо доходя до каждого встречного. Прохожие приостанавливались, городские зеваки с удивлением смотрели за разворачивающимся во дворе представлением. Вокалист перед домом неторопливо перебирал струны, держа в лапах гитару. С умилением глядя на полукровку, разношёрстные влюблённые парочки переглядывались, улыбались, слушая песню невинной, чистой любви, посвящённую какой-то счастливице, видимо, уже выглянувшей из своего окна. Мэри вздыхала, вслушиваясь в слова и вспоминая свою молодость, в которой так же играла волнующая мелодия, заставляющая сердце трепетать. Певец смотрел на окно чаще, сразу возвращаясь к струнам и возводя голос с новой силой, чтобы возлюбленная его услышала. От волнения глаза его так и бегали - то взметнувшись вверх, они сверкали любовью, встречаясь с чужим взглядом, а опускаясь, искрились взрывами, что могли по силе превзойти настоящий фейерверк.

«А на небе звёзды, но о любви они

Не способны мне помочь советом.

Потускневшие от суеты,

Тают в дымке предрассветной.»

На очередной строке голос неожиданно дрогнул. Чуть осипшим голосом полукровка продолжал петь, при этом нервно топчась на одном месте. Голос крепчал. Всё ещё переживая, переступая с лапы на лапу, юноша намеревался достучаться до своей возлюбленной и не торопить песню, сохранив её прежний ритм.

«Я один на целом свете... Нет!

Ты со мной, моя душа, ты рядом.

Мы с тобой сказку во мраке создали,

И я не позволю её отнять.»

Когда входная дверь открылась, все слушатели с недоумением уставились на красивую волчицу, что в спешке выбежала из дома. Мордочку Сильвера озарила улыбка до ушей. Да он просто светился от счастья! Певец положил гитару себе под лапы. Смущённая волчица спустилась с крыльца и подошла к полукровке. Едва их глаза встретились, улыбка Сильвера сползла.

- Привет... - смог выдавить он, думая: «Спаситель, я веду себя так неловко, меня сейчас заблокируют на Ауруме».

- Привет. Красивая песня. - сказала Лайма. - И представление чудесное. Правда, я сейчас нахожусь где-то между «Да пошёл ты» и «Я так сильно тебя люблю».

- Надеюсь, ты выберешь второе. - хрипловатым от волнения голосом отозвался он.

- Зачем? - недовольно поинтересовалась она. - Ты же сам сказал, что мы слишком разные, и ты разрушишь мою жизнь!

- Я был не прав. - прохрипел Сильвер севшим от обуреваемых эмоций голосом.

Лайма резко развернулась, собираясь уйти, отчего у всех окружающих замерло дыхание.

- Алмаз! - Сильвер бросился к ней. - Не уходи, я не хочу тебя терять! Я всё испортил, но в тот момент, когда за тобой захлопнулась дверь, я понял, что без тебя не знаю, ради чего стоит жить!

Волчица остановилась. Сердце юноши так много вынесло за последние несколько месяцев, он продолжал говорить:

- Знакомство с тобой было ошибкой, но я каждый день благодарю судьбу за эту ошибку. Ты - моя мечта. Я не хочу расставаться.

Лайма обернулась к нему.

- А как же мнение мира?

Сильвер улыбнулся и глаза его засветились любовью:

- Если мне придётся выбирать между целым миром и тобой, то миру придётся подождать.

В этот вечер всё было необычно, и Лайма не знала, что ему сказать, но когда полукровка наконец подошёл к ней ближе, то знал, как растопить лёд.

- Сильвер, пообещай мне, что ты не забудешь нашей дружбы.

- Никогда не забуду. У меня всего одна жизнь, и я хочу провести её только с тобой.

Лайма опустилась на колени и обняла парня, уткнувшись мордой в изгиб шеи, будто пытаясь спрятаться от заинтересованных взглядов, сопровождающих каждое её движение точно так же, как это делала песня. Полукровка продолжил петь, но тише, только для своей девушки, которая прижималась к нему всем телом. Прежде своё пение он скрывал, боялся ошибок в нотах так сильно из-за того, что не умел себя прощать, но Лайма сделала это за него.

«Я пою, ты рядом со мной,

Вот она - мечта.»

После последнего куплета певец замолк. Каждый раз, когда взгляды Сильвера и Лаймы встречались, они чувствовали, что влюбляются в друг друга всё сильнее и сильнее.

- Да поцелуетесь вы уже или нет?! - не выдержав, заорала всё это время стоявшая рядом Ада.

Сначала все смутились, а Мэри так и вовсе рассмеялась. Влюблённая парочка переглянулась. Лайма хихикнула, закрыв глаза, а Сильвер охотно согласился с Адой. Он осторожно коснулся губ любимой, которая удивлённо распахнула глаза, но не отстранилась. Наоборот, волчица переместила свои лапы на шею полукровки, прижимаясь теснее и глубже отвечая на поцелуй.

- Как трогательно... - стирая навернувшуюся слезинку, прошептала Мэри.

- Ой, не плачьте! - сказала Ада, подскочив к ней.

- Я не плачу, просто рада за них. - с улыбкой ответила крольчиха, вновь переводя взгляд на сына и его возлюбленную.

На просторном заднем дворе больше не было прежней пышности, остались только по-осеннему оголённые высокие деревья и небольшие кусты. Тепло ладоней Лаймы грело Сильвера, расслабляя тело и заставляя его мысли приходить в порядок.

- Держи меня крепко, пока мы смотрим на небо и чувствуем, что знаем друг друга тысячи лет. - сказала волчица с улыбкой и начала наклоняться, чтобы поцеловать своего парня, но вдруг послышался звук вскрытия огромной пачки сырных чипсов.

- Ой! - воскликнула Ада. - Надеюсь, что я не помешала вашей романтической атмосфере.

- Всё просто отлично. - спокойно ответил Сильвер.

- Тогда у меня для вас плохие новости! - расхохоталась гиена, со звуком раскрутив крышку бутылки из-под газировки и начиная довольно пить.

Ада чуть-чуть отпила вкусный напиток, распробовала и радостно воскликнула:

- Как же вкусно, я давно такого не пила! Это сладкое, щекочущее горло чудо... М-м-м...

Мэри, наблюдая за ней, изумлённо покачала головой, а девочка продолжила пить с неимоверным наслаждением.

- Ха-ха, ты такая милая, Ада. - сказала крольчиха.

- Разве гиена может быть милой? - спросила она с удивлением.

- Конечно может. Если хочешь, ты можешь приходить к нам почаще.

В ответ Ада просто кучу раз утвердительно помахала головой.

- Я хочу тебе кое-что подарить.

- Простите? - переспросила Ада, решив, что крольчиха просто шутит.

- Мне осточертело видеть тебя в этой старой одежде. - сказав это, Мэри протянула ей розовую коробку и открыла крышку. - Я надеюсь, что не прогадала с размерами.

Ада на пару секунд замерла, а затем, предварительно поставив газировку на стол, медленно потянулась к подарку. Она дотронулась до содержимого и вытащила новую одежду. Это были светло-розовая толстовка с чёрными надписями на груди и белых рукавах, чёрная утеплённая юбка-шорты и тёмные лосины. Такой стиль гиене был очень по вкусу. Мэри сложно было даже представить, насколько этот подарок, который Ада прижала к своей груди, был ей дорог.

- Спасибо вам больше! - девочка бросилась на серую крольчиху с объятиями.

- О, Ада, это же пустяк.

- Нет-нет, не пустяк! Мне очень нравится подарок!

Гиена закрыла коробку и оставила её на столе, решив, что попозже обязательно всё примерит.

- Ладно, ребятки, веселитесь, а я пойду. - сказала Мэри.

- Что ты будешь делать? - спросил Сильвер.

- Дай подумать... У меня наконец-то выходной, мы празднуем твоё выздоровление, значит я включу свою любимую музыку и буду танцевать, словно мне снова шестнадцать. - крольчиха направилась в дом, пританцовывая и что-то напевая себе под нос.

Трое разношёрстных ребят оказались предоставлены сами себе. Сильвер сполз по забору вниз и взял гитару. Ада время от времени хлюпала из стакана с газировкой, а её друг-полукровка спокойно пел. Порой закрывая глаза, он исполнял разные успокаивающие мелодии. Вдали уже появился полумесяц, хотя небо всё ещё озарял медленно уходящий огненный цвет.

- Лайма, а волки правда воют на луну? - по-детски наивно спросила Ада.

- Есть разные причины для воя, но точно не луна. - ответила волчица, подавив смешок.

- А ты можешь сейчас немного повыть? Пожалуйста, я никогда не слышала вживую, как воют волки!

- Я не могу... - застеснялась Лайма.

- Алмаз, ты чего? Мне тоже интересно послушать. - подал голос Сильвер.

- И ты туда же? - удивилась волчица. - Хорошо, я повою, но совсем чуть-чуть. - согласилась она и поставила свой стакан с напитком на стол.

- Конечно-конечно! - радостно ответила Ада.

Лайма глубоко вздохнула и подняла голову к небу. По всей округе раздался необычайно красивый вой. Волчица выровнялась и в процессе прижала передние лапы к себе. Внезапно с других частей города, даже с самых отдалённых уголков, послышались завывания других волков, отозвавшихся на голос Лаймы.

- Ой... - она сразу же замолчала, прикрыв пасть лапой.

- Это было мощно! - сквозь смех похвалила её гиена.

Лайма вновь прислонилась к забору рядом с парнем, который долго на неё смотрел.

- Вау... - восхищённо прошептал Сильвер, не находя нужных слов.

- Вам понравилось? - ухмыльнулась девушка.

- Кому такое может не понравиться?! - воскликнула Ада.

- Что ж, мне очень приятно. А чем ты любишь заниматься в свободное время? - решила спросить у неё Лайма.

- У меня этого свободного времени хоть отбавляй! Я люблю рисовать граффити.

- Интересно, а это не ты тот таинственный вандал, недавно разрисовавший здание мэрии? - спросила волчица.

- Угадала! - захихикала гиена. - Было весело видеть выражение морды мэра, когда он вернулся туда утром! И никто из этих слепых дураков меня даже не увидел! Я еле-еле сдержалась от того, чтобы не прыгнуть под прицел камеры журналиста, снимавшего об этом репортаж! Ха-ха-ха! - всё смеялась она. - Но больше всего на свете я люблю свой скейтборд! - девочка подняла доску с земли и стала её крепко обнимать. - Не хочу показаться самовлюблённой, но меня ещё никто не смог превзойти в катании на доске. Я истинный профессионал! - проговорила гиена и важно выпучила грудь вперёд.

- Уверен, ты и профессию подстать себе выберешь. - сказал поднявшийся на лапы Сильвер, решив попить немного газировки.

- О, а я уже выбрала! - ещё громче ответила гиена.

Ада резко соскочила с забора и, расправив лапы по обе стороны, гордо закричала:

- Я стану полицейским!

Сильвер аж подавился. Он закашлял, и Лайма чуть-чуть похлопала его по спине.

- Ада, ты серьёзно?! - наконец смог заговорить полукровка, ведь ранее он предполагал совершенно другое, учитывая её бунтарский характер.

- Абсолютно! - ответила гиена с широкой улыбкой. - Раз даже кролики могут вступить в ряды доблестных стражей правопорядка, почему я не могу?

- Я и подумать не мог, что у тебя именно такая мечта. Это очень благородно. Но ты в курсе, сколько для этого нужно учиться?

- Ага, высшее образование, тесты, дисциплина, академия и так далее и так далее, а с физической подготовкой я идеально справлюсь. - она приподняла лапу и легко показала им свой бицепс. - Только с учёбой проблема.

- Почему?

- Я очень давно прогуливаю школу и, скорее всего, уже не числюсь ученицей...

- Я могу поговорить с мамой. - задумался Сильвер. - Если тебя исключили, мы бы помогли тебе с переводом в другую школу.

- Ого, это... Это здорово!

- При условии, что ты, несомненно, будешь учиться.

- Да, я буду учиться, спасибо вам! - девочка искренне обрадовалась.

- Ада, можно задать вопрос? - поинтересовалась Лайма, на что гиена утвердительно покачала головой. - Почему ты хочешь работать в полиции?

Могло показаться, что вопрос застал Аду врасплох, но гиена стала отвечать:

- Моя мама раньше много рассказывала мне о Спасителе. Я тоже многим говорила про Него. Надо мной смеялись, но я не обращала внимания. Мне постоянно говорят, что этому миру не нужен Спаситель, но я каждый день слышу, как кто-то плачет!

Девочка встала перед ними.

- Поэтому я хочу стать защитницей! Как настоящий полицейский, я буду обязана охранять город и бороться с преступностью. Эта работа таит в себе множество трудностей и опасностей. И это ещё больше привлекает меня! Я испытываю восторг, когда представляю, как изловлю всё зло! Может быть... Нет, я точно знаю, что таким образом мир станет лучше!

Ада улыбалась и было легко пропитаться её окрылённым духом мечты.

- Мой отец, как можно догадаться, крайне не любит полицейских. - решила добавить она. - Вот я и отомщу ему, став одной из них.

- А что с твоим отцом? - спросила Лайма.

- Он в тюрьме. Но не подумайте, что я хочу стать полицейским лишь с целью мести. Просто это такой дополнительный и крайне приятный бонус в отместку этой сволочи! - весело сказала Ада, слегка высунув язычок.

- Неужели твой отец был настолько плохим зверем? - спросила волчица.

- Ты ничего не знаешь. - взгляд Ады резко стал серьёзным.

- Хорошо-хорошо, можешь не рассказывать. У меня самой папаша так себе, при том, что он мне даже не родной.

- У всех нас так или иначе есть проблемы с родственниками. - заметил Сильвер.

Полукровка не выглядел грустным, на этом моменте его морда была без эмоций.

На улице царили тишина и абсолютно спокойная обстановка. Ребята просто мирно стояли и попивали напитки, однако этот разговор заставил Аду немного понервничать. Девочка опустила взволнованную мордочку вниз и посмотрела на булькающую жидкость в стаканчике. Пузырьков стало меньше, но некоторые, ещё совсем маленькие, продолжали лопаться. Она решила признаться:

- Мой отец убил мою мать.

Прошло ещё несколько секунд перед полным осознанием сказанного. Брови широко приподнялись, глаза безумно расширились, а челюсти так и вовсе готовы были выпасть у каждого. Волчица и полукровка не успели подумать, не успели осмыслить.

- Ада... - только выдавила из себя Лайма, сожалея о раннее сказанных ею славах. - Прости меня!..

- Я хорошо помню детство... - кое-как сдерживая слёзы, пятнистая гиена закусила губу. - Внутри всё словно переворачивается, когда вспоминаю, как было раньше...

Она немного помолчала, а затем принялась рассказывать:

- Я ненавижу своего отца. Эта ненависть накапливалась годами. Как же я счастлива, что теперь он в тюрьме и никогда оттуда не выйдет! Меня мало кто поймёт, но я желаю, чтобы он поскорее отправился в мир иной. Причин крайне много. Он никогда меня не слышал и плевать хотел на мои чувства. Отец уже родился мёртвым и портил жизнь живым. Ссоры родителей стали настолько привычными, что я начала думать, что так живут все, обвиняя друг друга в чём-то мифическом, швыряясь друг в друга обидными фразами, убивая всё хорошее. У меня не было своей комнаты, так что я садилась в углу, зажав уши лапами. Единственным спасением для меня был мой маленький мирок. Нигде не было покоя. Мама держалась, но её терпение было на исходе. Отец издевался надо мной, избивал, но даже не прикасался ко мне! Он никогда не трогал меня, а придумал самые изощрённые способы, чтобы причинить боль... Брал то, что попадалось под лапу. И так постоянно. Потом настал тот день. - её голос задрожал. - Я видела маму мёртвой!.. Это было ужасно... Я видела отца, но знаете, что самое страшное? Он улыбался. Не раскаивался. Чёрт возьми, он просто улыбался, стоя над её телом!

Девочка не выдержала и слёзки всё-таки покатились из глаз, быстро стекая по щекам вниз и капая с подбородка.

- Ада! - одновременно воскликнули Сильвер с Лаймой и бросились её успокаивать.

- Я не хочу снова увидеть эту дрянь! Эта его улыбка... Ненавижу, ненавижу, ненавижу! - всё повторяла и повторяла Ада.

- Не надо, не продолжай. - прошептал Сильвер, стирая её слезинки, когда же Лайма крепче обнимала гиену и поглаживала по голове.

- Он пытался меня задушить... - дрожащим голосом сказала девочка.

Ребятам было её жаль. Ада всегда так широко улыбалась, а сейчас тихо плакала, закрывая себя лапами, но жалость - это именно то, чего она хотела бы чувствовать по отношению к себе меньше всего.

- Было так больно... - сказала гиена, сжав зубы и стерев слёзы. - Никто в школе меня не принимал, что уж говорить о детдоме? Иногда мне кажется, что я просто никому не нравлюсь. Взрослые ещё хуже! Бесит тот факт, что, как бы я ни старалась, никто никогда не отвечает мне добром на добро.

- Солнце, посмотри на меня.

Девочка шмыгнула носом, слабо потёрла один глаз и взглянула в янтарные глаза Сильвера.

- Ада, сейчас ты с нами. Здесь то самое место, куда всегда можно вернуться.

- Почему вы добры ко мне? Почему так добры к дочери маньяка?!

- Плевать я хотел на твою родословную, мне важна только ты!

Ада шокировано уставилась на полукровку.

- Вот именно из-за таких, как вы, во мне продолжает биться надежда, что когда-нибудь всё будет хорошо.

Сильвер немного подумал и ответил ей:

- Мне кажется, что когда-нибудь - это именно сегодня.

Пятнистая гиена вновь расплылась в улыбке.

- Ты бы хотела прокатиться на моём мотоцикле? - предложила ей Лайма.

- У тебя есть мотоцикл?! - удивлённо воскликнула она.

- Да, настоящий, красивый и просто потрясающий! Пойдём со мной, я покажу. - сказала волчица и, взяв гиену за лапу, быстро направилась в гараж.

Спустя несколько минут с оглушающим рёвом из гаража вырвался лютый чёрно-белый монстр.

- Как круто! - восторженно закричала Ада, которую было еле слышно сквозь большой шлем и шум мотоцикла.

- Ты никогда раньше не каталась? - спросила Лайма.

- Никогда!

- Тогда наслаждайся и держись крепче!

После этих слов мотоцикл стремительно помчался по улице.

- Это быстрее, чем на скейте! Яху-у-у-у!

Солнце уже полностью скрылось за горизонтом, чёрный бархат неба был полностью расшит звёздами.

- Хотелось бы разглядеть абсолютно все звёзды! - сказала Ада.

- Отличная идея! Хоть всю ночь без сна!

- Давайте все вместе залезем на крышу и встретим рассвет?!

- Ты читаешь мои мысли!

- Ура!

Даже в самую обычную и размеренную жизнь могут ворваться чудо и неожиданный поворот событий. И жизнь одной девочки может кардинально поменяться. Забываясь в диком ветре, Аде больше не хотелось ни о чём думать. Отныне она хотела быть только счастливой.

Глава 16 «Там, где горят золотые костры»

- Не только на гитаре, но и на моих нервах ты играешь во время перемены, Сильвер Соул.

Когда послышался шёпот прямо у кроличьего уха, полукровка рефлекторно повернулся в сторону, откуда его звали, и встретился нос к носу с мордой белого волка. Нахмурившись и сверлив Соула сердитым, грозным взглядом, он заставил того отодвинуться на безопасное от морды и кулака расстояние.

- Прости, Барт. - сказал Сильвер и аккуратно поставил свою деревянную гитару позади стула, на котором сидел. - Я готовился к прослушиванию.

Через огромное окно полукровка мог видеть серый небосвод, который не придавал никакого веселья, однако многие подростки в такую погоду всё же смеялись и радовались, и каждый зверь был в своей компании.

«У этой школы полно воспоминаний» - подумал он, грустно улыбнувшись.

Справа послышался смешок и Сильвер обернулся на волчицу. Лайма прикрыла широкой серой лапой морду, посмеиваясь сквозь сжатые губы, но клыки всё равно едва заметно мелькали.

- Барт, ты же сам подсел к нам, ещё умудряешься жаловаться. - дожевав свою порцию еды, девушка положила вилку на поднос. - Нет, Сильвер, ты не должен извиняться. Пусть он продолжает играть на гитаре, если хочет, да, ребята?

- Да! - её слова охотно поддержали другие ученики.

Школьная жизнь не ограничивается коридорами и классами, она есть и в библиотеке, и в медицинском кабинете, и в столовой. Сильвер сидел за обеденным столом, окружённый вниманием новых друзей. Полукровка и его лучшая подруга были крайне удивлены, когда на большой перемене к их столику, за которым обычно сидели только они вдвоём, внезапно подошёл Барт, собираясь бесцеремонно усесться рядом, хотя до этого полукровке казалось, что волк никогда в столовой не ест. Барт решил ничего не говорить. Он вообще всегда выборочно отвечал на все вопросы. Хоть старшеклассники не ожидали пообедать вместе с ним, но всё равно подвинулись так, чтобы уместиться втроём. Помимо них за столом были две очень похожие друг на друга чёрнопятые антилопы и серый короткошёрстный кот с зелёными глазами. Все трое подсели к ним, потому что восторгались силой мелодии полукровки. Им нравилось, как его тёмные пальцы скользят по уже ставшей ему родной гитаре, по её струнам - и музыка насыщала собой воздух, делала атмосферу лучше, но из-за недовольства Барта она закончилась слишком быстро, и Сильверу пришлось опустить лапы.

- Кто это сочинил? - спросила у полукровки одна из импал. - Неужели ты сам?

- Да, и я надеюсь, что на предстоящем школьном концерте вы услышите мою песню. - призрачная улыбка затеплилась на губах гитариста.

- Надо же. - улыбнулся Барт и, поставив локоть на стол и подперев голову кулаком с сжатым внутри него карандашом, смотрел на Сильвера довольно странным, необычным взглядом нежности, смешанного с весельем. - Раньше я не замечал, как музыка важна для тебя.

- Песни объясняют то, что я не могу объяснить.

- Ты готовишься к прослушиванию, а я к контрольной работе по химии. - полярный волк перелистнул одну страницу в книге, всё время держа её в левой лапе. - Больше никому мешать не собираюсь. И я буду с нетерпением ждать твоего необыкновенного выступления. - сказал он со своей вечно серьёзной мордой.

Удивительно, что Барт больше не смотрел на него, как на пустое место. Даже когда Сильвер что-то у него спрашивал - волк ему отвечал, лишь иногда косился и мрачно кривил губы. В течении дня к полукровке никто не приставал, что было непривычно. Ни оскорблений в его адрес, ни пинков, ни агрессии. Со временем Сильвер стал расслабляться, и всё чаще ловил себя на мысли, что спокоен. Больше его никто не задирал, а встретивший его в коридоре сегодня утром Грегори Сэлтон, в прошлом грозный лидер трёх волков, при всех неожиданно накинулся на него с объятиями.

«Братишка Соул, как поживаешь?!» - коричневый волк легко приподнял полукровку над полом, буквально придушив. - «Си-и-и-ильвер! Как же я скучал!».

«Грег, пусти...» - прохрипел Сильвер, удивлённый такой реакцией.

Вроде позавчера виделись, а бывший хулиган говорил так, будто они уже год или два друг друга не видели.

«Я в порядке, как сам?» - поинтересовался Сильвер, когда волк его отпустил, и начал поправлять ханьфу, в котором впервые в своей жизни не постеснялся прийти в школу.

«Как видишь, пока не в хлам!» - смеясь, отвечал Грег.

Красавица-волчица склонила голову набок, всматриваясь в янтарные глаза Сильвера, которые пленяли её своим огнём, и разглядывая мордочку своего парня.

- Я очень рада, что ты вновь ходишь в школу вместе со мной. - шептала Лайма, нежно почёсывая полукровку за затылком. - Ты всегда был хорош для того, чтобы нравиться другим.

- По твоей морде обычно не скажешь, что тебе нравится, Бартоломей! - вдруг с усмешкой сказал зеленоглазый кот, однако его попытка подколоть малознакомого одноклассника провалилась.

- Я, может, и не умею показывать свои чувства, но это не значит, что у меня их нет, Ноа. - с ноткой раздражения произнёс Барт. - И никогда не зови меня Бартоломей. Кто пустил слух о том, что члены банды волков-старшеклассников внезапно подобрели? Кому мне следует хвост оторвать?

Кот насторожился и вздрогнул, но вдруг его голодный желудок выдал громкое бурчание, вызвав за столиком взрыв хохота и совет наконец-то начать есть. Ноа мигом принялся с аппетитом уплетать пюре. Сильвер прислушивался к тому, о чём говорили звери вокруг. По большому счёту это была отвлечённая болтовня об уроках, о последней серии популярного сериала. Барт в разговоры не вмешивался и отдавал всё своё внимание учебнику, по которому неспешно водил когтем, но временами он поднимал глаза, смеялся вместе со всеми или отпускал короткие комментарии. В этом они с Сильвером были схожи - он тоже больше слушал. Основное звуковое пространство занимали Лайма, Ноа и антилопы. Выбросив когтистую белую лапу в сторону полуволка, Барт устало протянул:

- Сильвер, спаси меня, пожалуйста.

От чего его нужно было спасать и каким образом, полукролик не понял. Тряхнув головой и откидывая лишние вопросы, Сильвер слегка робко спросил:

- Мне спасти тебя от Ноа или от предстоящих экзаменов?

- Со вторым предположением ты попал в точку. - ответил белый волк.

- Я могу помочь подтянуть те предметы, с которыми у тебя возникли трудности, но никак не убежать на другую сторону континента. - сказал полукровка, скептически выгнув бровь. - Где сейчас Грег? Я что-то его на уроках не видел.

- Он прячется от мистера Морбуса. - ответил Барт. - Директор с него шкуру спустит, если поймает.

- Тогда зачем этот тупоголовый волк вообще припёрся сюда? - влезла в разговор Лайма, не скрывавшая недовольства из-за появления бывшего парня, чьего исчезновения желала больше всего на свете.

- Мой лидер явился в школу только ради Сильвера. - ответил Барт, сурово вглядываясь ей в морду.

- О, а разве мой Сильвер нуждается в его внимании? - с притворным недоумением спросила волчица.

- Сильвер, ты в порядке?.. - неуверенно шепнул ему Ноа.

- Я сейчас сижу между двумя волками и гадаю: кто из них вздумает сожрать меня первым?

Довольный тем, что сумел рассмешить кота, полукровка призадумался, а затем полез в свой рюкзак. Через пару секунд он вытащил оттуда толстую зелёную тетрадь, из которой так и норовили выпасть исписанные листочки для заметок.

- Барт, успокойся и возьми это. - Сильвер передал волку тетрадь. - Держи, пригодится.

- Что это? - спросил Барт, начиная осматривать тетрадь. - Выглядит старой. Здесь такие аккуратные записи.

- Когда я что-то забываю, то снова перечитываю свою тетрадь. Я ищу то, чего нет в наших учебниках и переношу сюда. - он указал на красиво выделенные цветными маркерами заголовки тем. - Да уж, я тот ещё чудик.

- Нет, это здорово. - ответил белый волк полукровке. - Учиться, исследовать, узнавать новое - здорово. Ты не бежишь от проблем, на самом деле ты очень сильно сближаешься с ними. И побеждаешь.

Внезапно дверь в школьную столовую распахнулась и с грохотом ударилась о бетонную стену. Большинство учеников тут же обернулись посмотреть на происходящее. По решительной походке чёрного волка в красном спортивном костюме, его поджатым губам и просто безумному взгляду все поняли, что сейчас им будет не до шуток, и напряглись.

- Благодаря этой тетради Лайма стала лучше учиться. Я уверен, тетрадь поможет тебе тоже!

- Спасибо, Сильвер, я обязательно верну её потом.

- Я рад, что могу помочь.

- А мне можно такую же тетрадь? - в шутку поинтересовался Ноа, за что тут же получил под столом пинок от Барта.

Убаюканное внимание отвлекло Сильвера, дало время расслабиться и потерять бдительность, как в тот самый момент, когда он меньше всего этого ждал, кто-то набросился на него сзади, крепко схватил за горло и запретил дышать. В эту секунду у полукровки всё оборвалось внутри, желудок скрутило, и он вспомнил все маты, которые знал.

- Как ты смеешь спокойно сидеть и смеяться после того, как из-за тебя я рассорился с друзьями?

От хорошего настроения не осталось и следа. Почему Сильвер вообще надеялся на то, что абсолютно все хулиганы в этой школе от него отстанут навсегда? Он медленно выдохнул, скосив взгляд на взволнованных друзей.

- Рон, что ты делаешь?! - громко воскликнула Лайма, после чего полукровка чудовищной хваткой и железным натиском оказался прижатым к поверхности стола, за которым обедал.

Чёрный волк стоял так близко, что Сильвер ощущал жар его тела. В мускулистых волчьих лапах чувствовалась напряжённость. У Рона в голове крутились лишь мысли о том, как можно скорее вцепиться когтями в его морду, оторвать длинные уши, сделать больно. Полукровка сжал свою вилку, однако подавил желание ударить ею в Рона.

- Ты пришёл убить меня? - спросил Сильвер, стараясь изо всех сил сохранять безразличие и уверенность в голосе.

- Меня бы здесь не было, если бы я не был уверен в своей цели.

- Мне жаль тебя, Рон. - Сильвер слышал рычание противника, но не обращал на него внимания. - Если ты не будешь с волками в стае, то станешь их кормом.

- Выметайтесь отсюда все! - злобно прокричал чёрный волк на всю столовую, резко приставив к горлу одноклассника нож-бабочку.

Мягкая чёрная ткань ханьфу под острыми когтями затрещала по швам, когда Сильвер был выволочен из-за стола, задевая задними лапами стул и роняя его на пол. Оружие - это предмет, который полностью разрушает всё различие в силе между травоядными и мясоедами.

- Клёвый нож. Мама отказалась дарить мне такой на день рождения. - полукровка чувствовал силу и ярость Рона, а ещё он заметил страх.

Сильверу хотелось смеяться от счастья, находясь даже в таком невыгодном положении.

«И ради этого урода наша банда распалась?! Грег, за кого ты меня принимаешь?!» - не переставал злиться Рон, не примирившись с постигшим его унижением.

Многие ученики сразу выбежали из столовой, но некоторые всё же остались, включая скалящуюся Лайму, напуганного Ноа и белого волка, который остался стоять на месте, как вкопанный. Странно, что Барт тормозил с реакцией на этот жуткий инцидент, однако редко кто ходит в постоянной боеготовности.

- Рон, прекрати пугать травоядных. - приподняв лапы в успокаивающем жесте, сказал Барт.

- Проваливай отсюда!

- Я уйду, потому что не дерусь с другими волками, но ты пожалеешь, когда Грег узнает о драке между тобой и Сильвером.

- Беги, жалуйся ему на здоровье! - сквозь зубы процедил Рон. - Ты, полярный волк, выше и крупнее меня, но драться не умеешь.

В этот момент их отвлёк голос одноклассника, и сеанс обмена взглядами ненависти оборвался столь же внезапно, как и начался:

- Какого чёрта я вечно в ваших конфликтах участвую?!

- О, ты знаешь, почему это происходит. Думаешь, я ничего тебе не сделаю? - угрожал волк полукровке на ухо, пропускная слова сквозь острые зубы. - Сейчас я могу перерезать тебе горло, могу свернуть тебе шею, могу когтями содрать с тебя скальп. Ты абсолютно беспомощен.

- Оставь его в покое! - прокричала Лайма.

- Стой, дура! - Барт остановил её, не давая броситься лучшему другу на помощь.

- Местная проститутка переживает за своего нового ухажёра? - усмехнулся Рон. - Не волнуйся, как только разберусь с этим уродом, я и до тебя доберусь!

Неожиданно Сильвер надавил подбородком на лапу волка и резко повернулся, попутно ударив хулигана локтем в живот и освобождаясь от захвата.

- Ты... - Рон с силой сжал челюсть, уставившись на парня перед собой.

Полукровка мог бы попытаться разбить свою гитару об его голову, но музыкальный инструмент был ещё нужен ему для предстоящего концерта.

- Ты учился? - заговорил Рон, подняв с пола упавшую зелёную тетрадь, перед этим наступив на неё. - Как здесь всё подробно расписано... - он бегло оглядел записи. - Ты впрямь сумасшедший! Я никогда не видел смысла в этой куче макулатуры.

Он вырывал листы, комкал их двумя лапами и швырял с такой силой, словно это могло облегчить его боль и заставить полукровку вскипеть от злости. Когда тетрадь стала тоньше, чёрный волк легко отшвырнул её куда-то в сторону.

- Я ловлю её, ловлю! - воскликнул Ноа, вдруг сделав рывок вперёд, пытаясь схватить тетрадь и совсем не думая о том, что сам может пострадать.

И пока от Сильвера не ждали каких-либо действий, он неожиданно достал бейсбольный мяч из широкого рукава ханьфу и тут же бросил в голову Рона.

- Что?! - воскликнул он.

Похоже, хулиган был настолько неуклюжим, что, как только увидел второй летящий в него мяч, молниеносно среагировал, отбивая его ладонью в окно. Злосчастный мяч полностью его не разбил, но стекло хорошенько потрескалось, расходясь во все стороны узором, подобному венам. Когда чёрный волк осознал, что натворил, агрессивно зарычал и уставился на мяч в лапе Сильвера. Тот в свою очередь взял бейсбольный мяч указательным и средним пальцами так, что шов был перпендикулярен.

- Ты даже не представляешь, как была важна эта тетрадь, но тебе всё равно! - полукровка злобно скрипнул зубами. - Знаешь, мы не в дикой природе, но, когда я вижу подобных тебе, во мне просыпаются инстинкты. Если ты так сильно хочешь подраться, то я не стану тебе в этом отказывать. Не пожалей об этом!

- Тогда ты станешь следующим, кого я разорву. - сказал Рон с безумным взглядом, улыбаясь во всю пасть.

Сильвер лишь снова улыбнулся и кинул мяч в направлении Рона. Бейсбол - не самая сильная сторона чёрного волка, именно поэтому прилетевший прямо в его голову мячик был вполне оправдан.

Это утро было для полукровки особенным: он принял ряд важных решений. Кто знает, возможно, бейсбол для него - это лишь минутное увлечение, но сейчас, когда он вкусил прелесть признания своего таланта в музыке, хотя бы её отголосок, Сильвер решил, что больше никогда не хочет видеть презрительных взглядов от очередной неудачи, а мечтает о радостном блеске в глазах окружающих.

Лайма и Барт стояли рядом друг с другом, и по их мордам было видно, что оба пребывают в растерянности. Другие старшеклассники в это время продолжали толпиться, чтобы посмотреть на происходящее, и постоянно что-то выкрикивали, а кто-то даже присвистывал, подначивая волка и полукровку начать драку.

- Что за фокусы?! - воскликнул Рон.

- Это ханьфу! Традиционный китайский костюм. - громко ответил Сильвер, поднимая правую лапу вверх и показывая целый рукав, состоящий из огромного кармана. - Мало того, что такую сумку никогда не потерять, в неё ещё и помещается много всего.

- Хранишь в рукавах мячи для бейсбола?

- Я тот ещё чудик! - смеясь, сказал Сильвер и вовремя заметил, когда чёрный волк замахнулся на него задней лапой.

Поняв, что слова тут бесполезны, Сильвер пригнулся и всадил кулак под ребро волка. Удар получился сильным, он вложил в него всю свою злость. Рон охнул от боли, расцепил лапы и наотмашь ударил полукровку по щеке, отчего тот пошатнулся, но остался твёрдо стоять на месте.

- Ты что, ниндзя?!

- Нет, я кунг-фу северянин! - ухмыльнулся Соул и с размаху ударил свою жертву тяжёлым подносом по лбу, окончательно сбрасывая неуклюжего хулигана на грязный пол.

- Похоже, волк упал? - удивлённо спросил один из учеников.

- Я этого не увидел. Как думаешь, Рон обо что-то споткнулся? - предположил другой ученик.

- Возможно. Он же чистокровный волк и намного сильнее какого-то гибрида.

- Действительно ли это так? Если подумать серьёзно, то каковы шансы этого парня на победу? Мы ведь мало что о нём знаем.

- Его зовут Сильвер Соул. Он ведь довольно тихий парень...

Рон схватился за побитую морду.

- Как ты смеешь?! - закричал волк и побежал с поднятым кулаком, но полукровка легко уклонился. - Я сожру тебя живьём! - с удовольствием прокричал Рон и кинул в него стул, но промахнулся, из-за чего Сильвер даже не шелохнулся, все только успели разглядеть, как он яростно клацнул зубами и зарычал.

Когти неожиданно прошлись по волчьей спине, оставляя на кофте изумлённого Рона рваные раны. Барт издал тщательно подавляемый смешок, который отлично можно было расслышать в наступившей тишине, и закашлял. Ученики единодушно молчали и почти не двигались. Кот Ноа, не имея слов, открывал и закрывал пасть. Вставшая в первый ряд зрителей Лайма изогнула бровь в немом вопросе: «Что дальше?». Чёрный волк, злобно глянув в сторону Сильвера, немного подождал и ухмыльнулся, возвращаясь в боевую стойку.

- Чего вы все так нервничаете? Я думал, будет весело! - обращаясь к толпе, сказал Рон и засмеялся, внимательно наблюдая за эмоциями полукровки. - Я тут насчёт тебя справки навёл. - черношёрстный спрятал нож-бабочку в карман. - Не могу поверить, что ты реально мог кому-то серьёзно навредить!

- Меня подставили. - быстро бросил Сильвер. - Как раз из-за этого мы с мамой переехали в Аврору.

- Боишься, что я расскажу всем твой секрет? - Рон знал, что ему неприятно, это было видно по напряжённому выражению морды врага и стиснутым зубам, но волку хотелось сделать ему больно любым способом. - Не смей думать, что раз такой внимательный, то сможешь одолеть меня. Силёнок всё равно не хватит!

- Почему ты такой раздражительный? - спросил полукровка. - Всё только из-за того, что у тебя нет друзей? Но ведь ты сам в этом виноват.

- Я убью тебя! Ай!

Что-то горячее вылилось ему на шею, и он закричал на всю столовую. Несколько мгновений Сильвер стоял в шоке, но затем повернул голову в сторону, откуда прилетела жидкость, и увидел громко смеющегося одноклассника-ламу, типичного забияку, с пустым стаканчиком из-под кофе в лапе, чьё решение сделать драку ещё интереснее и заодно помочь полукровке поддержали многие.

«Ух-ты, какие мы смелые!» - в первый учебный день Сильвера в старшей школе Авроры Грег подошёл к нему с самой коварной улыбкой на свете. - «Знаете, я слышал, что кофе помогает при проблемах с внешностью!».

Полукровка ясно помнил то мерзкое чувство, когда ощутил на своей голове этот неприятно стекающий тёмно-коричневый напиток, но худшей частью всего унижения были взгляды в его сторону. И сейчас на Рона смотрели точно также, как когда-то на Сильвера.

- Остановись! - в ужасе он бросился к толпе, перехватывая лапу ламы и прекращая издевательство над волком, что сейчас шипел от жжения на своей шее. - Это неправильно!

Подкравшись сзади с нелепо растрёпанной на голове и шее чёрной шерстью, волк замахнулся снова, однако Сильвер резко обернулся и поймал его лапу, вдавливая свои чертовски острые когти глубоко ему под кожу.

- Ты всё равно схватил меня?.. - Рон просто не мог поверить своим глазам.

- Я не желаю иметь с тобой дела. Будь добр, не мешай учиться.

- Да кто ты такой?!

- Меня зовут Сильвер Соул. Моя мама - крольчиха, а отец - красный волк.

В ход пошёл учебник, который белый волк незаметно сунул полукровке во вторую лапу.

«Всё-таки пригодилась химия!» - с ухмылкой подумал Барт.

Сильвер мощно врезал твёрдым переплётом чёрному волку в живот, в морду, выбивая зубы, а потом со всей силы саданул задней лапой снова в живот, отчего Рон весь согнулся. Красный спортивный костюм запачкался, его владелец часто и тяжело дышал, сжимался, стараясь не заплакать. В таком положении отойдя на пару метров назад, хватаясь за разбитый нос, из которого понемногу текла кровь, чёрный волк хотел облокотиться о стекло, не замечая трещин, но вдруг оно рассыпалось на мелкие кусочки. Рон толком закричать и попросить о помощи не успел, как тут же вывалился вниз.

- Слишком мало против меня. - произнёс Сильвер, потирая щёку, и прыгнул к нему через дыру в окне.

От падения с первого этажа Рон пострадал не сильно, однако вид у него был так себе: разбитая морда, кровь из носа, сломанный зуб. Кругом валялись осколки.

- Не падай в обморок, я дам тебе свободу только тогда, когда ты перед всеми извинишься! - без конца тараторил нависший над ним полукровка, тряся его за воротник.

- Сильвер! - с замиранием сердца позвала Лайма.

- Алмаз! За меня можешь не волноваться.

- А как Рон? - поинтересовался Барт, ведь он как-никак его бывший друг и товарищ.

- Он всё ещё дышит, так что я был более чем добр к нему. - громко ответил Сильвер и поднял большой палец вверх.

- Ты бы лучше огляделся, а потом начал говорить...

- Не понимаю, о чём ты.

Сильвер послушался и настороженно повернул голову в другую сторону. Мистер Морбус, крупный лев и по совместительству директор старшей школы, грозно смотрел на полукровку, скрестив лапы на груди.

- Назови мне своё имя.

Что-то Сильверу подсказывало, что он крупно влип. Впоследствии юноша сидел в полупустом классе и нервно вжимался в деревянный стул. Было дико скучно, ведь за целых полчаса ничего не поменялось.

- О нет... - "ломая" пальцы ради хрустящего звука, размышлял он. - В первый же день после возвращения из больницы я так облажался. Если меня исключат из-за драки, то все наши с Лаймой планы рухнут! Меня нельзя исключить!

Вдруг из коридора он услышал четырёх зверей. Нескольких из них Сильвер узнал, ведь это были Лайма и Ноа, которые о чём-то спорили, а вот два других надоедливых голоса совсем не распознал:

- Это он? - один из учеников подглядывал за ним в класс сквозь белые жалюзи.

- Да, ты уже слышал? Этот гибрид кого-то избил до полусмерти.

- Неужели одного из банды волков? Тогда неудивительно, почему все шепчутся только о нём.

- У волка даже ожоги были или что-то вроде того.

- Ожоги?! Ого... Да что творится в этой школе?! Кругом одни головорезы!

Сильвер вздрогнул, когда дверь приоткрылась и оттуда выглянула мордочка Лаймы.

- Алмаз! - обрадовался полукровка, но его настроение резко поменялось. - У тебя могут быть проблемы из-за того, что ты здесь.

Ничего не ответив, волчица подошла к нему и обняла.

- Сильвер, почему ты зашёл так далеко? - грустно спросила она. - Злиться - нормально, но теперь ты будешь наказан.

- Я не мог иначе, ведь Рон оскорбил тебя.

Голубоглазая удивлённо уставилась на парня.

- Подожди, радость моя, ты избил его не из-за порванной тетради, а потому что он угрожал мне и наговорил гадостей?

- В следующий раз я постараюсь держать себя в лапах.

- Сильвер, это так трогательно... - Лайма крепко прижала парня к себе. - Мне очень приятно, правда. Однако сейчас проблем выше крыши и разговора с директором тебе не избежать.

Внезапно дверь распахнулась.

- Мне пора... - сказала волчица и с тревогой посмотрела на полукровку, прежде чем пойти к выходу.

В дверях она встретила перед собой высокого льва. Пышногривый окинул её суровым взглядом.

- Здравствуйте, мистер Морбус... - лишь выдавила из себя старшеклассница, решая уйти как можно скорее.

- Вы с Соулом учитесь с одном классе?

Вопрос директора заставил девушку замереть на месте.

- Да.

- Во время драки ты находилась в столовой?

- Да...

- Если ты не против, останься. Поможешь разобраться, как всё было на самом деле.

Лайма кивнула головой и вернулась к Сильверу, замечая, что в кабинете помимо них будет присутствовать ещё один представитель семейства больших кошек, - пума.

«Спаситель, ну почему он?!» - про себя выругалась волчица, представляя, какую взбучку им обоим устроит этот чересчур строгий учитель.

Мистер Мур не был так же симпатичен, как другие из его вида. Пума одна из немногих кошек, не имеющих ярко выраженного рисунка. Общий тон шерсти песочный, за что этого зверя в давние времена прозвали горным львом, но в отличие от львов нос у пум розовый. Учитель был не очень высок, хотя тела у всех пум более длинные, чем у других кошачьих. Небольшое количество лишнего веса тоже не шло на пользу внешности, заодно Лайма дала низшую оценку его старомодной одежде, которая учителя никак не красила.

- Рон разорвал твою тетрадь и оскорблял окружающих? - выслушав рассказ ученика до конца, терпение мистера Мура было на исходе. - Поэтому ты позволил себе применить насилие на территории школы?! Ты не сдержал гнев, измордовал одноклассника до такого состояния, что теперь он находится в медкабинете, и даже сейчас попросту болтал с Блэквуд, вместо того, чтобы подумать над своим поведением! Наглый мальчишка!

Пока мистер Мур негодовал, директор молча сидел за столом, сложив лапы в замок, и внимательно выслушивал каждого из присутствующих.

- Ты вообще понимаешь, о чём тебе говорят?! - вновь раздался голос пумы, что вывел полукровку из задумчивости.

- Мистер Мур, пожалуйста, выслушайте меня. - ворвалась Лайма в его речь. - На самом деле виновным является наш одноклассник! Рон постоянно устраивает нападения на других учеников.

- Блэквуд, почему ты здесь?! - рявкнул учитель. - Ты должна была уйти немедленно!

- Я велел ей остаться. - сердитый голос льва и его пристальный взгляд заставили учителя утихомириться.

- Понятно... Мистер Морбус, такие проблемные ученики, как Сильвер Соул, - редкость. - намного более спокойным тоном заговорил учитель. - Его поведение неудивительно, ведь он гибрид хищника и травоядного. Насколько мне известно, другие школы тоже не могли совладать с этим парнем. Я предлагаю продолжить бороться с насилием в нашей школе, но сперва исключить этого ученика...

- Сэр! - тут же воскликнула Лайма. - Подождите, но во всём виновен... - она хотела вновь назвать имя чёрного волка, однако неожиданно кое-что осознала. - Главный виновник - эта школа! Подобные Вам, мистер Мур, внимательно относятся к имиджу школы в то время, как тысячи учеников остаются совершенно не обученными элементарным законам морали! Исключив Сильвера, вы потеряете своего самого лучшего ученика. Вы даже не представляете, какой разнос вам устроят. Если вы его выгоните, то я уйду вместе с ним.

- Блэквуд, ты не сумасшедшая? - серьёзно спросил учитель. - Что же, похоже, в нашей старшей школе достаточное количество хулиганов. Этот факт я признаю. И среди них мальчишка, который дерётся! - учитель осуждающе показал пальцем на Сильвера. - Такому мерзавцу не место среди нас!

Лайма уверенно встала перед учителем, загораживая своего парня со словами:

- Сильвер не такой, каким Вы его считаете. Не тычьте в него своим пальцем. Ему пришлось драться, потому что Рон напал первым.

- Ты явилась для того, чтобы учить меня перед директором?! - раздражённый учитель закипал от злости. - Блэквуд, да откуда тебе знать о жизни?!

Неожиданно они услышали громкий львиный смех.

- Мистер Морбус?.. - прошептала пума.

- Вы проиграли, мистер Мур, ха-ха! - ответил директор и подошёл к ним. - Я впервые слышу что-то подобное от своей ученицы. Браво, мисс Блэквуд.

Лайма увидела улыбку на губах сурового мужчины.

- Оказавшись на месте происшествия, я уже был готов вышвырнуть Соула. - лев показал своему коллеге лист бумаги с распечатанными на нём оценками. - Увидев его успеваемость, я решил передумать.

- Что в нём особенного? - усмехнулся мистер Мур и взял из лап директора документ. - А?! - изумился учитель, увидев просто идеальные оценки абсолютно по всем, даже самым сложным предметам.

- Он превосходный ученик, раннее не замеченный ни в одном нарушении школьных правил. В качестве наказания для Сильвера Соула я выбираю отстранение от занятий на пять дней. - заключил лев.

Подростки радостно переглянулись. Директор лишь удовлетворённо кивнул и, взяв со стола несколько бумаг, уже собирался уйти вместе с мистером Муром, но Сильвер остановил его вопросом:

- Мистер Морбус, я отстранён от уроков, но я всё ещё могу пройти прослушивание для школьного концерта?

- Ты музыкант? - слегка удивился лев.

- Да, только гитару в столовой забыл. - ответил полукровка.

- Хм... Да, ты можешь пройти прослушивание. Приходи в назначенное тебе время.

- Огромное спасибо, мистер Морбус!

Вслед за директором из кабинета вышел учитель, предварительно кинув на них недовольный взгляд.

- Алмаз, это была победа? - прошептал Сильвер, глядя на девушку и думая о том, что лишь благодаря Лайме и её внутренней силе разговор с директором обернулся в их с полукровкой пользу.

- Да, именно она!

От переливов её чудесного смеха в нём вспыхнули огоньки незнакомого прежде желания. И такая моментальная реакция тела стала для Сильвера полной неожиданностью. К удивлению волчицы, парень встал задними лапами на стул, резко притянул её к себе за талию и поцеловал. Лайма почувствовала, как язык полукровки проскользнул ей в пасть, если бы не его лапа на затылке, от столь внезапного напора она бы непременно отстранилась. Полукровка прошёлся по ряду острых зубов волчицы и начал ласкать её язык своим, массируя затылок. Иногда он нежно поглаживал рёбра Лаймы, из-за чего та слегка подрагивала. Волчица вовсе не сопротивлялась, ибо прямо в эту минуту смогла честно признаться себе в том, что подобные нежности доставляют ей неимоверное наслаждение. Лайма часто дышала через нос. Из-за переполняющих девушку эмоций никак не удавалось сделать глубокий вдох. Полукровка неспешно оторвался от её губ и резко припал к шее, оставляя дорожку поцелуев. От таких манипуляций Лайма сдавленно простонала, и Сильвер остановился. Оба широко раскрыли глаза и замерли.

- Ой... - Лайма накрыла пасть ладонью и осмотрелась по сторонам, делая невинное выражение морды.

- Прости, я зашёл слишком далеко...

Убрав с неё лапы, он резко отстранился и, прежде чем волчица попыталась его успокоить, спрыгнул со стула, говоря:

- Пойдём отсюда...

- Сильвер, скажи мне честно, ты когда-нибудь раньше целовался?

- Нет, Алмаз, ты моя первая любовь.

- Значит, в тот день в больнице...

- Это был мой первый поцелуй. - честно признался он.

- Тогда почему ты так хорошо целуешься?! - воскликнула она.

- Не знаю. Может быть, это ты на меня так влияешь? - ухмыльнулся полукровка.

- Не ври, наверняка на подушке тренировался!

- Чего?!

Лайма схватил за запястье своего парня и, помчавшись к выходу из класса, громко хлопнула дверью.

- Не догонишь! - девушка громко засмеялась и начала убегать.

Парень бросился за ней с криком: «Сейчас я тебе покажу!». Они бежали по пустому коридору, в котором слышался смех волчицы и пыхтения полукровки, который на самом деле не очень хотел торопиться. Ему нравилось гулять по пустым коридорам школы, не заполненными огромным количеством учеников, которые то и дело носятся по школе в поиске кабинетов, при этом сливаясь друг с другом звонкими и раздражительными голосами. В ходе погони они пробежали по лестнице на второй этаж.

- Поймал! - схватив её за бедро, крикнул полукровка, которому было весело.

- Я всё равно быстрее тебя! - ответила она, не прекращая смеяться.

- Ах так, желаешь совершить ещё один забег?

Лайме удалось выскользнуть из его лап, она была готова бежать снова, как вдруг на горизонте замаячил один очень старый преподаватель. Судя по выражению его морды, он искал шумную парочку.

- Стой, т-с-с... - шепнула она, приложив палец к губам, и потянула его куда-то за собой.

Подкрадываясь, они тихо добрались до небольшой кладовой комнатки и заскочили в неё ещё до того, как учитель успел их заметить. Пространство за закрытой дверью оказалось очень тесным, доверху забитым старыми партами, из-за чего Сильверу и Лайме приходилось жаться друг к другу. Было темно, только свет из маленькой дверной щели падал на их смущённые морды. Вдруг волчица заметила, что учитель остановился прямо напротив двери. Подростки задержали дыхание. Их напряжение спало лишь тогда, когда старик, не обнаружив тех, кто шумел, что-то промямлил про бессовестных подростков и ушёл.

- Это было близко. - с облегчением выдохнула Лайма и тихо засмеялась вместе с парнем.

Неожиданно они поняли, в каком близком положении находились всё это время. От Лаймы исходило тепло, как осеннее ноябрьское солнце в этот странный до чёртиков день.

- Нам лучше отсюда выйти... - сказал Сильвер, смущённо отведя свой взгляд, и потянул за ручку.

Как только дверь открылась, ребята неуклюже вывалились из кладовой. Получилось так, что Лайма упала на полукровку сверху, и сначала они удивлённо уставились друг на друга, но волчица улыбнулась и лизнула его в нос, слегка задев верхнюю губу. Сильвер удивился и прежде чем что-то произнёс, Лайма первая поднялась и протянула ему лапу, помогая подняться.

- Эй, ты! - неожиданно они услышали угрожающий голос позади себя.

- Явился чёрный волк. - прошептал Сильвер, закатив глаза.

Рон быстрой походкой шёл прямо на них. Вся его верхняя одежда была местами порвана, длинную морду школьная медсестра почти полностью обработала, а на его обожжённой шее красовалась стерильная повязка.

- Тебе было недостаточно? - приподняв бровь, спросил полукровка.

- Я с тобой ещё не закончил! - в глазах волка сверкнула ненасытная злоба, но сам того не осознавая, он остановился под воздействием просто убийственного взгляда Сильвера.

Когда Рон замер, кто-то крупный набросился на него из-за угла с криком:

- Как ты посмел на него напасть?!

- Грег, пусти меня! - зарычал Рон, сталкивая его с себя.

- Я за Сильвера тебя сейчас прибью!

Таким разъярённым полукровка не видел Грега даже во время их драки на арене, и эта необъятная, зверская злость давила, вызывая непривычное волнение. Коричневый волк замахнулся на бывшего друга кулаком, но его лапу моментально перехватили.

- Не надо, Грег. - сказал Сильвер.

Одноглазый недоверчиво посмотрел на полукровку, но всё же ему удалось сдержать свою ярость и разжать кулак.

- Ты до сих пор за него заступаешься? - поднявшись, произнёс Рон, держась за обожжённую шею. - И тебе не стыдно нападать на меня?

- Если ты по-прежнему мой друг, то примешь мой выбор. Если нет, то проваливай. Не смей трогать моих друзей! - прокричал Грег, скрывая Сильвера и Лайму за своей спиной.

- Друзей?! - повторил черношёрстный. - Над первым ты издевался, а вторая - твоя бывшая девушка! Ты серьёзно считаешь, что нужен им?!

- Это уже не тебе решать. - полукровка уверенно встал перед коричневым волком.

Грег довольно ухмыльнулся. Чёрный волк не знал, что ответить, поэтому лишь что-то прорычал и, перед тем как скрыться за углом, ударил по железному шкафчику, оставив на дверце заметную вмятину.

- Грег, ты в курсе произошедшего сегодня в столовой? - спросил Сильвер.

- Всех подробностей я не знаю, но когда услышал, что Рон первым затеял драку, то вспылил. - ответил волк и усмехнулся. - Серьёзно, он псих!

- Решил мне отомстить.

- Но за что? - не понял Грег и склонил голову набок.

- По моей вине распалось ваше волчье трио. - ответил Сильвер. - Знаешь, вам с Роном стоило бы обсудить эту ситуацию.

- Не знаю, Рон с детства был упрямым, он мириться не захочет.

Сильвер сочувствующе кивал.

- Знаешь, может быть, я окажусь не прав, но в этой ситуации виноваты вы оба. Я советую тебе спокойно поговорить с Роном. Узнать, почему ему плохо.

Грег положил лапу на плечо одноклассника.

- Я попробую. - улыбнулся волк.

Лайма наигранно закашляла, дабы привлечь к себе внимание.

- Я вообще-то здесь! - заговорила она, поставив лапы по бокам. - Раз вы уже обо всём поговорили, нам с Сильвером стоит пойти дальше.

Но Грег стоял к Сильверу ближе, чем она, поэтому волк, положив на него сверху свою большую лапу, игриво спросил:

- Оставь её, пошли лучше со мной?

- Куда вы собрались? - продолжила негодовать волчица. - Ты что-то от него хочешь, Грег?

- Точно, хочу! - сразу вспомнил волк и наклонился к полукровке, начиная негромко говорить. - Мы с Бартом хотим вместо урока физкультуры отправиться в старый сад возле школы. Я знаю потайной ход, благодаря нему охрана нас не поймает. Сильвер, давай прогуляем школу вместе? - серьёзно спросил он.

- Ты серьёзно, Сэлтон? У тебя закончились кандидаты для свиданий или что? - едко прошипела Лайма.

- Ага, сейчас! Желающих сотни. - он почти столкнулся с сопротивлением. - Просто я хотел погулять именно с ним.

Волк улыбнулся снова - ничего толком не значащей улыбкой, но от Лаймы не скрылось, какой острый взгляд он метнул на притихшего Сильвера. Это должно было насторожить, но Сильвера, казалось, не волновало ничто.

- Обещай подумать. - попросил Грег мягко.

- Я не буду думать. - тотчас сказал Сильвер.

- Нет? - волк нахмурился.

- Я уже согласен.

При виде искренней, а не нахальной улыбки Грега полукровка не смог не улыбнуться в ответ.

- Почему ты согласился? - задала ему вопрос Лайма. - С каких пор вы друзья?

- С тех пор, как Грег и Барт навестили меня в больнице. Алмаз, я понимаю, что ты чувствуешь, но Грег уже не такой, каким был раньше.

- Я всего лишь прошу тебя быть осторожнее. - мрачно сказала она, опустив голову.

- Встретимся после уроков? - предложил Сильвер.

- На крыше. Я хочу встретиться на крыше.

- Я буду там. - согласился он и чмокнул её ладонь.

Волчица тяжело вздохнула и с натянутой улыбкой сказала:

- Хорошо вам провести время вместе.

- Спасибо. Увидимся, пока! - сказал он, уходя вместе с Грегом.

Настроение коричневого волка было приподнятое, поэтому он едва не скакал от радости, уходя в другой конец здания. Лайма ничего не ответила, лишь проводила их взглядом. Когда они ушли, её милая улыбка тут же пропала. Посреди пустого пространства вокруг она осталась одна.

- О, и тучи как раз рассеялись! - заметил Грег перед тем, как выпрыгнуть из окна мужского туалета на первом этаже.

Он легко приземлился на землю, и затем то же самое сделал Сильвер. Все они, включая присоединившегося к ним Барта, который вылез первым, направились к старому саду. Волки и полукровка поторопились обойти спортивную площадку в надежде, что никого из учителей поблизости не окажется. Сильвер находил весьма забавным тот факт, что обычно избегал школьных банд, хоть удавалось ему это довольно редко, а теперь полукровка шёл гулять с волчьей стаей, так неожиданно принявшей его с распростёртыми объятиями.

- Разве мы не собирались остаться в саду? - убирая от морды густые ветви деревьев, спросил Сильвер, когда заметил, что идут они уже довольно долго.

- Ты даже половину Авроры не успел изучить, я прав? - громко сказал идущий впереди Грег.

Покинув заросшую растениями территорию, Сильвер оглядел открывшееся ему пространство. Это была большая и никому ненужная поляна, как полупустыня, посреди которой валялись кирпичные обломки, словно когда-то здесь было здание, но оно просто обвалилось, и все, кому не лень, позабирали остатки.

- Самое время покурить! - сказал Грег и вытащил из кармана пачку сигарет. - Эй, Соул, будешь? - спросил коричневый волк с сигаретой в зубах, при этом подставляя полярному волку зажигалку.

- Нет, пожалуй, откажусь. - ответил полукровка, не уводя с поля взгляд.

- Как хочешь!

Волки задымили, а Сильвер подошёл к ним ближе и спросил:

- Что здесь было раньше?

- Понятия не имею. - ответил одноглазый. - Спаситель знает, по всей Авроре много таких заброшенных зданий. Даже в великом лесу. Кому как не нам с тобой об этом знать?

- Ты попал в самую точку. - Сильвер присел на большой каменный обломок.

- Плюсы таких зданий в том, что их можно использовать, как угодно. - заговорил Барт, глядя на обломки. - Помню, как два года назад на этом поле кто-то закатил самую огромную за всю историю города вечеринку. От музыки дрожали все дома. А потом организаторов забрала полиция.

- Барт, а ты помнишь, как мы здесь в детстве устраивали «хоровод смерти»? - предавшись воспоминаниям, спросил Грег.

- Хоровод смерти? - заинтересовался Сильвер. - А что это?

- Игра такая. - ответил белый волк. - Участники образуют круг в центре поля и начинают петь или читать страшные колдовские заклинания. Я, Грег и Рон часто приходили сюда за этим.

- Хочешь снова сыграть? - предложил коричневый волк.

Барт приблизился к морде Грега, наклоняя корпус вперёд, и с долей уверенности коротко произнес:

- Ни за что.

Грег явно не ожидал такого ответа. Он встрепенулся и даже заулыбался.

- Шутишь?

- Я больше не стану играть в хоровод смерти. - уже более тихо ответил полярный волк, сунув окурок в карман чёрных джинс.

- Почему?! - послышался громкий вопрос.

- А ты головой подумай.

Он улыбнулся Грегу едва заметно и добавил:

- Это не наш с тобой уровень. Сейчас все пытаются разговаривать с духами погоды.

- Звучит вообще не страшно, в отличии от хоровода смерти. - сказал Грег, слегка раздражённый тем, что его желание поиграть никто не поддержал. - Зачем с этими духами разговаривать?

- Предположительно духи погоды дадут ответы или подсказки на интересующие вопросы. Правда, чтобы с ними встретиться, нужно соблюсти сложные условия, связанные с погодными условиями и днями месяца.

Сильвер вопросительно выгнул бровь, но особо не хотел задумываться о таком странном обряде.

- Я считаю, Грег, нам лучше поиграть в это, чем петь детские песни. - сказал Барт.

- А подстава в чём? - поинтересовался лидер волков.

- Какая подстава?

- За каждым общением с нечистой силой стоит какая-то подлость, вроде смерти или воровства твоей души. Тебе же твоя мама ещё в детстве это объясняла, Барт! Я это помню, потому что ночевал у тебя дома.

- Ты не про тот вечер говоришь, когда мы вынесли Рона в спальном мешке на задний двор?

- Да, но на задний двор соседей. - решил уточнить развеселившийся Грег.

«Неудивительно, что эти двое сдружились» - подумал Сильвер, наблюдая за тихими переговорами Грега и Барта, которые выбирали время и место для следующего обряда.

Полукровка часто прислушивался к их речам, но особо не вникал. В основном темами их бесед являлись истории из детства, предстоящие экзамены, учителя, а иногда даже дела на личном фронте. Грег пока знакомиться с какой-нибудь симпатичной девушкой не собирался, а вот Барт, кажется, присмотрелся к одной волчице с светлой шерстью на год младше.

«Духи погоды? Почему именно они знают ответы на наши вопросы?» - задумался Сильвер. - «Может быть, духи правда знают всё? В легенде о Спасителе говорится, что именно ветра разнесли весть о его рождении...»

То, что с древних времён заставляло дрожать от страха, даже забиваться в тёмные углы и травоядных и хищников - были силы стихий. До появления науки стихиям поклонялись, их уважали.

- Скоро явится Спаситель... - совсем тихо пропел Сильвер так, что ребята не услышали его голос.

Грег тем временем во всех подробностях что-то рассказывал Барту:

- Я очнулся в темноте, и тут же начал задаваться вопросами: Кто я? Где я? Но у меня не было времени, чтобы искать ответы, потому что понял, что меня куда-то тащат!

- Никому не нравится, когда его куда-нибудь тащат. - сказал полярный волк.

- Да, точно. - ответил друг. - Так вот, я напрягся, пытаясь вырваться из лап неизвестной силы, но у меня было такое чувство, что меня превратили в камень и теперь тащат через саму Бездну. Под эти мысли я оказался в железной клетке. Я не боюсь тебя, Смерть! Да-да, именно так я завопил от радости. И было такое сильное желание подраться!

- Что ты такое говоришь, Грег? - удивился Сильвер.

- Ты прослушал историю о том, как меня похитили, чтобы мы с тобой потом дрались на арене.

- Он мне уже второй раз эту историю рассказывает. - безразлично сказал белый волк.

- Я совсем забыл спросить, Грег, а Барт уже в курсе всего произошедшего с нами? Кому ты ещё об этом рассказал?

- Только Барту, но он никому не скажет. - уверенно ответил коричневый волк.

- Я нем, как рыба. - спокойно сказал Барт.

- Рыбы не немые. - решил поумничать Грег. - Они умеют разговаривать, просто ты не учишь язык глубинных, чтобы их понимать.

- Будто ты в совершенстве на глубинном языке разговаривать умеешь.

- Умею! Вот встретимся мы однажды с рыбами или китами, уж с ними я обязательно договорюсь.

- Неужели будешь разговаривать с ними также вежливо, как со своим похитителем? - ухмыльнулся Сильвер.

Грег попытался состроить серьёзную морду, но под наигранным гнётом янтарных глаз ему хотелось лишь рассмеяться. В ту же секунду волк толкнул полукровку к стене рухнувшего здания. Грег зажал его своими большими волчьими лапами, так что Сильвер неловко прижался к стене и выставил лапы перед собой, совсем слегка дотрагиваясь до чужого торса.

- Ты близко.

- А ты боишься? - ухмыльнулся Грег.

- Почему я должен бояться? Будто ты можешь мне что-то сделать.

Смех стал отпускать полукровку, когда он понял, что морда Сэлтона приблизилась к нему.

- Могу. Я многое могу с тобой сделать.

С ухмылкой бывший хулиган таращился на Сильвера единственным глазом.

- Ты только этого и ждал? - полукровка скрестил лапы на груди.

- Не-е-ет.

- У нас осталось не так много времени. Давай лучше вернёмся в школу?

Сильвер элегантно развернулся и почти успел уйти, как вдруг почувствовал, что его схватили за лапу. Ему пришлось развернуться и снова посмотреть на наглую морду Грегори Сэлтона. Грег с самодовольной ухмылкой смотрел полукровке прямо в глаза, который в свою очередь думал, с какого бока на него нападут и как увернуться.

- Мне не нравится, когда от меня уходят. - со злостью высказался главарь волков, пока Сильвер пытался выбраться из его цепкой хватки.

Глаза полукровки растеряно забегали по пустоши. В его голове созрел небольшой план, хотя это и планом нельзя было назвать. Ничего не боясь, он просто решил слегка поиздеваться над Грегом, хоть и знал, что ему, скорее всего, потом не поздоровится.

- Я вижу, ты у нас любишь всех подряд к стенкам прижимать. - сказал вполголоса Сильвер, подойдя к Грегу вплотную.

- Лучше бы ты молчал. - произнёс бывший враг с улыбкой.

Волк ослабил хватку, и Сильвер знал, что это могло означать - коричневый волк точно перешёл на светлую сторону. Пока Барт озадаченно пялился на своего главаря, полукровка решил не терять возможности и, не оборачиваясь, побежал со всех лап в школу, словно надеясь найти там спасение. Здесь было много зверей. Все куда-то шли, бегали, некоторые просто стояли возле дверей кабинетов и скучно болтали, чего-то дожидаясь. Сильвер пытался пробиться сквозь огромную толпу к лестнице на крышу, поэтому прошмыгнул на заброшенное крыльцо к запасному выходу, окружённому заросшими кустами и сорняками. Подышать свежим воздухом никогда не помешает, и Сильвера прибывание на крыше вполне устраивало.

- Надеюсь, до выпускного бала школа не развалится. - недовольно прошипел Соул, закрывая ржавую дверь как можно тише, но по школьному коридору всё равно разлетелся скрип.

- Сильвер Соул? Вот ты где! А я тебя везде ищу.

Полукровка услышал приятный, почти мальчишеский голос, и обернулся. Его взгляду предстал уже знакомый Ноа, серый кот с обеспокоенной мордочкой и белым пятном на носу, и то, что он протягивал в своей полосатой лапе однокласснику.

- Моя тетрадь не сгорела? - удивился Сильвер.

- Я постарался склеить скотчем то, что уцелело.

Полукровка таращился на свою тетрадь, не веря в такую доброту со стороны одноклассника.

- Большое спасибо, Ноа. Слушай, мне было интересно, а спросить не у кого... Энни в школе вообще появляется?

- Энни? - слегка удивлённо переспросил кот, совсем не думая, что Соул заговорит о ней. - Она оказалась в центре насмешек и перестала ходить в школу.

- Её не били? - испугался полукровка.

- Нет-нет, просто с тех пор, как тебя сбила машина, все начали относиться к ней, как к пустому месту.

Сильвера слегка потряхивало от злобы и отвращения к этой ситуации.

- Всё из-за меня.

- Энни как раз обвиняла во всём тебя. - ответил Ноа. - На самом деле в своих несчастьях виновата только она. Ничего, посидит дома да вернётся, будто ничего не было.

Сильвер грустно прижал уши к голове и отвернулся.

- Холодно, а ты только в форме. - сказал он. - На этой неделе вообще первый снег обещали.

- Знаю...

Они долго не решались прервать тишину, но за первое слово взялся младший:

- Который час?

Ноа увидел лёгкое движение лапы собеседника, его немного поджатые губы и палец, указывающий на огромные часы над главным входом в школу. Подросткам казалось, что время висит где-то далеко и высоко.

- Можешь идти домой, а я ещё загляну кое-куда. Пока, Ноа.

Почувствовав приятную свежесть и холод на крыше, Сильвер скинул рюкзак с плеча, облокачиваясь на стену с потрескавшейся краской. Парень смотрел то ли на облака, то ли на город. Его взгляд вечно менял свой ракурс, пытаясь рассмотреть самые мельчайшие детали, словно фотоаппарат - запечатлеть картинку, но янтарными глазами. Как бы Сильверу теперь не нравилось проводить время в компании своих друзей, ему порой просто жизненно необходимо оставаться наедине с самим собой. Потянувшись, полукролик расположился поудобнее и полностью погрузился в свои мысли.

«Всё пошло наперекосяк, как только мои лапы переступили порог старшей школы Авроры, но от воспоминаний мне не больно» - Сильвер ткнулся лбом в согнутые колени и закрыл глаза.

Когда проводишь на крыше слишком много времени, реальная жизнь остаётся где-то далеко внизу, и тебя больше ничего не волнует, не напрягает, а существование больше походит на сказку, но реальности вновь удаётся проникнуть во внутренний мир, вместе с мрачноватым мыслями, тщательно вбирающими в себя и увлекающими за собой. И ты упадёшь. Или взлетишь ещё выше.

Что-то мягкое едва ощутимо коснулось лба полукровки. Сильвер поморщился, вызвав у девушки смешок. Лайма же продолжала еле-еле проводить лапой по мордочке парня. Закончив свои коварные манипуляции, она стала пальчиками нежно гладить его короткую шерсть, щёки, нос, чуть приоткрытые губы и подбородок. Сильвер хмуро свёл брови, поджал губы и пробормотал имя волчицы. Лайма заулыбалась и тихо хихикнула. Она вновь обратила своё внимание на Сильвера только во время его потягушек. Майка юноши чуть задралась вверх, поэтому ей на мгновение показался его пресс. Лайма залилась задорным смехом, увидев, как из-за широкого зевка на его глазах выступили слезинки. Спросонья Сильвер удивлённо похлопал глазами.

- Что такое? - прервал он смех волчицы.

У Лаймы от бархатистого голоса ёкнуло в груди. Несмотря на то, что знакомы они уже достаточно давно, а тем более живут вместе, на самом деле она всё никак не могла не смущаться его, и очень часто корила себя за то, что не могла это смущение скрыть.

- Ничего. - отвернувшись, тихо пробурчала виновница прерванного сна.

Сильвер, поняв причину столь резкой перемены в своей девушке, победоносно улыбнулся. Он поднялся с пола и сел на бетонную ограду.

- Сильвер, нам нельзя долго здесь оставаться, пойдём.

- Куда пропало твоё желание нарушать правила?

- Ты отстранён от занятий. - недовольно сказала она и подошла ближе. - Мне снова придётся ходить в школу одной.

- Оставь нравоучения моей маме. Уверен, Мистер Мур ей уже позвонил и всё рассказал.

- Представляю, как тебе влетит. - ухмыльнулась волчица.

- А ты этого так хочешь? - усмехнулся полукровка.

- Возможно. - ответила она, но в следующее мгновение поняла, какую совершила ошибку.

Сильвер зря время не терял и прижал её задними лапами к себе ещё сильнее, при этом обнимая за талию.

- Алмаз, ты сердишься на меня? - спросил он.

Его до безумия милый взгляд дурманил.

- Нет, я не могу на тебя сердиться... - поджав губы, ответила Лайма.

- Конечно, ты же любишь меня. - игриво произнёс тот, после чего пришла его пора смеяться.

Волчица уставилась на парня, завороженная его низким смехом, от которого внутри задевались струны души, а стайка мурашек бегала по коже, заставляя жмуриться и сжимать пальцы.

- Заигрываешь? - взяв себя в лапы, Лайма решила не отставать от парня.

- Нет. - Сильвер неожиданно сильнее прижал к себе волчицу, впиваясь в её голубые глаза-небеса. - Соблазняю.

После этих слов она убрала лапы с его плеч и в смущении закрыла свою мордочку.

- Дурак! - выкрикнула Лайма. - Больше так не шути...

Парень подошёл к ней и нежно обнял.

- Хорошо, не буду. - ласково сказал он. - Моя драгоценная, знаешь ведь, что я не трону тебя.

Лайма опустила голову и прикоснулась к его лапе.

- Идём домой. - сказал он.

Вместе они быстро спустились по лестнице вниз, как вдруг заметили столпотворение возле шкафчиков.

- Что они делают? - задумалась Лайма.

- Зачем они столпились у моего шкафчика? - с подозрением в голосе произнёс Сильвер и начал идти быстрее.

- Грег, а напиши: «Гений»! - выкрикнул из толпы Ноа.

- Сделаю! - радостно ответил коричневый волк и, всё время стоя на корточках, принялся цветным маркером записывать ещё одно слово.

- Что здесь происходит? - услышали они голос приблизившейся к толпе Лаймы.

Животные тут же расступились, и двое лучшие друзей подошли к волку, загородившему собой шкафчик.

- Привет, любовники-неудачники. - поприветствовал их Грег с улыбкой.

- Ага, давно не виделись. - саркастически ответила волчица.

- Грег, что ты делаешь? - недоверчиво спросил Сильвер, бросая взгляд на маркер в лапе волка.

- Короче говоря, в начале этого учебного года я испортил твой шкафчик, но сегодня подумал и решил, что всегда всё можно изменить. - спокойно ответил Сэлтон.

Он шагнул в сторону и пред всеми перестал шкафчик полукровки. Отныне шкафчик был изрисован миленькими рисуночками и исписан разнообразными комплиментами, к примеру: «Удивительный», «Впечатляющий», «Смелый», «Красивый голос», «Добрый», «Интересный», «Загадочный», «Уникальный». Взгляды учеников перешли со шкафчика на его владельца. Сильвер в шоке застыл, всматриваясь в каждую надпись. Все эти приятные слова так сильно контрастировали с теми, что ему повторяли на протяжении всей жизни. Эти простые слова много для него значили. Послышались несколько щелчков с телефона волчицы.

- Фотографию потом на стену в рамочку повесишь. - сказала Лайма, рассматривая получившийся снимок школьного шкафчика.

- Ха-ха, кажется, ему понравилось! - громко сказал Грег, глядя на реакцию Сильвера.

- Очень... - тихо ответил полукровка. - Я не могу поверить своим глазам.

- Придётся. - Грег довольно улыбнулся.

Затем волк повернулся к другим ученикам и велел им расходиться, ибо смотреть здесь больше не на что. Как только Сильвер, Лайма и увязавшийся за ними Грег вышли из здания, коричневый волк произнёс:

- Какого чёрта?

Перед школьными воротами стояла чёрного окраса легковая полицейская машина с тонкими синими полосами по бокам в области дверей, а мигалка на крыше была выключена.

- Что здесь делает полиция? - задался вопросом Грег.

- Плевать. Пойдёмте уже. - отмахнулась серая волчица и начала спускаться по лестнице.

На середине пути девушка остановилась и, повернувшись назад, спросила:

- Сильвер, ты идёшь?

Полукровка долго всматривался в машину департамента полиции Авроры, не осмеливаясь пошевелиться.

- Гибрид, приём! - громкому голосу Грега удалось выдернуть Сильвера из собственных мыслей.

- Да, я иду. - резко отпрянув, ответил полукровка и быстро последовал за ними.

Трём подросткам было некомфортно проходить мимо этой загадочной полицейской машины. Они просто шли с опущенными вниз головами под звуки хрустящих от волнения пальцев Сильвера.

- Стоять! - неожиданно крикнул им носорог-полицейский.

Все напряглись и замерли.

- Чего мы ждём? - Лайма подтолкнула Сильвера в плечо и с ужасом заметила приближающихся к ним полицейских.

Её парень промолчал, зато Грег ответил:

- Так полиция же.

Лайма непонимающе уставилась на волка.

«Вот именно!» - вопило её подсознание, но вслух волчица не произнесла ни слова, так как к ним подошли два офицера.

- Молодцы, что остановились. - сурово сказал носорог, отчего все насторожились.

- Эй, я их знаю! - воскликнул второй полицейский - лось.

Сильвер и Лайма сразу узнали в нём офицера, который задерживал их за погоню на мотоцикле.

- Офицер Смит? - удивился полукровка и испуганно прижал уши к голове. - Сэр, что Вы здесь делаете?

Представитель правоохранительных органов схватил полукровку за лапы и, надев на него наручники, заявил:

- Сильвер Соул, вы обвиняетесь в убийстве Фауста Ил Дарка.

- Ты знаешь, куда ты сейчас отправишься? Ты отправишься в тюрьму. - сказал офицер семнадцатилетнему подростку.

Следуя протоколу, полицейский начал вести юношу к полицейской машине. Сотрудники полиции имеют право задерживать несовершеннолетних, подозреваемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений.

- Ты понимаешь, что всё это очень серьёзно? Мне очень неприятно, но ты заставляешь меня это сделать. - сказал носорог полукровке.

Сильвер судорожно глотал воздух, его кроличий носик испуганно подёргивался. Ему искренне хотелось стать меньше, исчезнуть, убежать, найти укрытие и спрятаться, а лучше умереть на месте, чтобы не видеть, как разрушаются надежды и мечты. Он вздрогнул и в панике огляделся по сторонам, пытаясь найти поддержку у своих друзей.

- Внутри сгоревшего здания в лесу были обнаружены останки от тела Фауста Ил Дарка. - начал объяснять офицер Смит двум подросткам, Грегу и Лайме, которые были ошеломлены. - Экспертиза показала, что умер он ещё до пожара, который случился по неизвестной причине. Внутри его тела была обнаружена пуля с надписью: «Сильвер», однако в составе снаряда стрелкового оружия вовсе не было серебра. Поиск зацепок вывел нас на ученика по имени Сильвер Соул. Если судить по словам некоторых учеников, то между Фаустом и Сильвером были напряжённые отношения. А сразу на утро после пожара Соул был замечен в школе в неадекватном состоянии.

- Вы издеваетесь?! - бесстрашно заступилась за своего лучшего друга Блэквуд. - Это же просто смешно! У вас нет абсолютно никаких доказательств, кроме какой-то надписи на пуле!

- Как ты смеешь так разговаривать со стражами порядка?! - возмутился лось-полицейский.

- Вы не можете его арестовать! - продолжала кричать Лайма.

Сильвер попытался предпринять хоть хоть какие-то действия, но носорог грубо толкнул его к машине.

- Постойте! - воскликнул Грег. - Это ошибка!

- Ни шагу больше, волк! - сказал офицер Смит, остановившись прямо перед ним.

- Подождите, не увозите его. - сказал одноглазый. - Сильвер Соул ни в чём не виноват, потому что я знаю его!

Лось лишь громко рассмеялся, а носорог ответил:

- Твой друг - преступник. Мы обязаны его задержать и наказать по всей строгости закона. Мне жаль.

- Неужели у тебя есть предположения, кто мог убить черепаху-инвалида? - посмеиваясь, в шутку спросил лось, совсем не ожидая от волка ответа.

- Я.

Полицейские удивлённо переглянулись, затем уставились на волка. Грег поднял большой палец и с широкой улыбкой, указав на себя, уверенно ответил:

- Это был я - Грег Сэлтон! Я убил Фауста Ил Дарка!

На мордах животных отобразились смятение и шок. Не менее растерянный, чем все остальные, офицер Смит спросил первым:

- Почему ты убил его?

- Убивать не хотел, это был аффект! - громко, чтобы каждый мог услышать, ответил Грег, взмахнув лапами. - Я же больной на всю голову. Всем в школе в свои семнадцать лет я известен как лидер банды волков, хулиган и головорез. Я легко могу подойти к незнакомцу и сказать: «Я убью для тебя кого угодно! Не веришь? Сейчас узнаешь!». По правде говоря, мне давно хотелось кого-нибудь убить. Фауст всегда раздражал меня, так что я привёз его в то заброшенное здание и застрелил. Пуля с гравировкой - моя идея, чтобы подставить Соула. Потом я устроил огромный пожар с помощью бензина. Ах да, Вы, офицер Смит, кажется, о такой важной детали, как бензин, ни разу не упоминули? А я всё знаю, потому что я там был. - ухмыльнулся волк нахальной улыбкой, которую состроить ему не составило никакого труда. - Я сбежал с места преступления и затаился на некоторое время. Обрадовался, что мне всё сошло с лап. Но мне вдруг стало жалко Сильвера, поэтому я решил признать свою вину. Каюсь в страшном грехе, господа офицеры!

Как только волк закончил говорить, полицейские сразу отпустили полукровку и набросились на Грега.

- Ты будешь доставлен в отделение полиции для составления протокола и допроса. - объяснил ему крупный офицер.

- Я откажусь от присутствия защитника, мне он не понадобится... Эй, полегче, я же не сопротивляюсь! - воскликнул Грег под натиском лап огромного носорога.

- У тебя есть право хранить молчание. - грубо сказал офицер Смит.

Мысли переполняли Грега вместе с нарастающей тревогой, пока его запястья сжимали железные наручники. Двое полицейских заперли волка в машине, а сами отошли в сторону для серьёзного разговора. Сильвер воспользовался моментом, чтобы незаметно подкрасться к приоткрытому окну и заговорить с одноглазым волком:

- Ты не виновен!

- Сильвер, перестань переживать за меня. - ответил полукровке бывший враг.

- Грег, скажи, зачем?! - воскликнул он. - Ты не должен!

- Я был потерян, но обрёл себя благодаря тебе. Поэтому я не могу допустить, чтобы твоя жизнь разрушилась. Лучше буду мучиться я, чем ты.

Грег видел янтарные глаза, полные отчаяния. Ком застрял у полукровки в горле, не давая спокойно дышать, а тем более говорить.

- Сильвер, мальчики не плачут. Мы с тобой ещё когда-нибудь встретимся.

Полицейские сели на передние сидения, и было слышно, как громко заводится машина.

- Запомни меня, Сильвер Соул. - волк улыбался, а полукровке от этого становилось только хуже.

- Я не забуду тебя, Грегори Сэлтон, никогда не забуду. - отвечал он со слезами.

- Я рад. Удачи тебе, гибрид. Будет время, пиши мне письма в тюрьму. Только попробуй забыть обо мне, иначе я сбегу и надеру тебе зад! Будь счастлив! Верь в себя, урод! - успел прокричать Грег, прежде чем окно перед его мордой закрылось.

Сильвер стоял у дороги и смотрел, как машина быстро уезжает вдаль. Ничего изменить он уже не мог.

- Поверить не могу... - услышал юноша голос Лаймы позади себя, но даже не шелохнулся. - Ты сейчас тоже в шоке, да? - спросила девушка, понимая, какой стресс мог испытать её парень.

- Поехали домой. - серьёзно сказал он и направился туда, где Лайма припарковала мотоцикл.

- Всё нормально? - спросила волчица с сопереживающим взглядом, но Сильвер не ответил, и тогда она решила оставить его в покое.

Уши парня повисли вниз. Он сел на мотоцикл и мрачно произнёс:

- Ты чего стоишь? Может, поедем уже?

Лайма нервно поправила шерсть на голове, надела шлем и села на мотоцикл. К удивлению волчицы, на дорогах пробок не было видно за километр, так что она могла спокойно выжимать полную скорость. Что касается Сильвера, то он молился, чтобы Блэквуд не сбавляла обороты.

- О Спаситель, Спаситель, Спаситель... - испуганно тараторил Соул, прижимаясь к девушке как можно плотнее, утыкаясь в неё носом и вдыхая аромат духов.

Полукровка замёрз, ведь его одежда для такой холодной погоды оказалась слишком лёгкой, но юноше нравился ветер, который свистел у него в ушах, да и который уж наверняка всю шерсть растрепал.

- Ты не в порядке, потому что не просишь меня остановиться. - не выдержала и сказала Лайма.

Он обнял её за талию и сказал на ухо:

- Алмаз, не сердись.

- С меня хватит!

Притормозив у обочины, не успела девушка даже обернуться к парню, чтобы накричать на него, как он тут же соскользнул с сидения и отбежал на несколько метров вперёд.

- Сильвер! Куда ты?

Пройдя ещё немного, он вдруг схватился за голову и завопил:

- Грег сел в тюрьму из-за меня! - юноша сел на тротуар под фонарём и до боли сжал свои уши лапами. - Даже если мы когда-нибудь встретимся, я не смогу больше смотреть ему в глаза...

Сильвер злился и рычал, впивался собственными когтями в кожу, но не плакал.

- Фауст... Тот трюк с пулей... Это точно был его план!

- Я не понимаю тебя.

- Грег не убивал Фауста.

Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.

- Алмаз, я должен тебе кое-что рассказать...

- Не надо. - резко сказала Лайма, садясь рядом с ним. - Ничего не говори мне.

Лайма держала одной лапой свой большой шлем, а маленький шлем Сильвера валялся рядом.

- Ты правда не желаешь знать правду? - от удивления слабый голос парня приобрёл ясность.

- Полиция в любом случае обязана была кого-то посадить, независимо от того, кто на самом деле является убийцей. - последовал ответ.

Сильвер, не поворачивая головы, боковым зрением заметил, как Лайма неуверенно переключала взгляд с него на землю и снова обратно. Её мордочка выражала смешение из сомнения и усталости. Было что-то непонятное в этой ситуации, и Сильвер не спешил делать выводы, ведь когда дело касалось правосудия, а оно редко бывало столь простым, каким оно казалось на первый взгляд. Особенно в этом городе, где продажность и ложь были более распространены, чем честность и справедливость.

- Жизнь слишком странная... - прошептал полукровка. - Всё происходит слишком быстро.

В её голубых глазах мелькнуло пламя решимости, которое он так хорошо знал. Парень не поверил и прищурился, но женский голос развеял все сомнения:

- Сильвер, время разложить жизнь по местам.

Лайма скрепила в неуверенности свою ладонь с ладонью Сильвера, помогая затушить пожар боли и стараясь заменить его на надежду.

- Алмаз, а я рассказывал тебе, как недавно встретил своего отца?

Волчица удивлённо похлопала голубыми глазками.

- Нет, ты ничего мне об этом не говорил. - ответила она и стала внимательно выслушивать своего парня.

- Я видел своего отца. Раньше для меня он был всего лишь фотографией в альбоме, которую сохранила мама. Естественно, сейчас этот мужчина выглядит намного старше, но я понял, что это точно был он. И отец совершенно не догадывается о моём существовании.

Глава 17 «Храни свои крылья»

«Правы были те, кто на протяжении многих лет говорили мне, что я родился везучим. Я не был разорван на части абортом. Мне дали счастье жить и совершать ошибки. Мне выпала возможность верить в мечты и достигать их» - думал Сильвер, не отрывая глаз от матери.

Мэри выглядела собранной и сосредоточенной, но в то же время расслабленной. Полукровка наблюдал за каждым движением её лап на руле.

- Ты хочешь во мне дыру просверлить? - усмехнулась она, поймав его взгляд.

Сын вздрогнул, моргнул и засмеялся, ответив:

- Я просто размышлял.

- О чём же?

- О том, что я люблю свою жизнь. - ответил Сильвер, откинулся на широкое сидение и прикрыл глаза, когда с заднего сидения машины послышался звонкий детский смех.

В машине у Мэри тепло и сухо, пахло сладостями и дорогими духами. Чтобы Аде было не скучно, Лайма, сидящая рядом, старалась развлекать девочку, выдумывая различные игры.

- Мы приехали. - сказала крольчиха, когда наконец припарковалась.

Ада самостоятельно отстегнула ремень безопасности и быстро вышла из машины, начиная внимательно разглядывать новое место. Холодный ветер заставлял укутаться в шарф, а пальцы спрятать в карманах, но даже хмурая погода не пугала беззаботную семью. Сильвер улыбнулся, восхищённо оглядывая пестрящий жёлтыми и оранжевыми красками лес, а также гору вдалеке. Небо было серым, а воздух свежим и по-осеннему влажным. Пока они ехали, гиена немного устала и теперь переминалась с лапы на лапу после долгого сидения в кресле. Лайма села на корточки перед девочкой, которая чувствовала себя не в своей тарелке.

- Каждую осень мы с мамой ходили в парк и собирали букеты из крупных листьев. - предалась воспоминаниям волчица.

- А я всегда любила в листьях валяться. Может быть, я немного подросла, но всё равно хочу с ними играть.

- Ада, сейчас ты можешь делать, что хочешь. - улыбнулась ей Лайма. - Не стесняйся.

Девочка с длинным красным шарфом на шее начала без стеснения бегать, поднимая охапку опавшей листвы и запуская в воздух шелестящий фейерверк. Полукровка улыбнулся, сворачивая с тропинки вглубь леса. Через несколько минут Мэри наконец опустила на землю корзинку.

- Давайте остановимся здесь?

Сильвер лишь кивнул. Ему было всё равно, где расположиться, ведь со всех сторон им открывался захватывающий дух пейзаж. Полукровка помог матери расстелить тёплый плед среди полуголых деревьев, дабы было не холодно сидеть на уже прохладной земле. Крольчиха, приготовившая много закусок, разгрузила корзинку, готовя всё для их последнего в этом году пикника. Гиена лишь схватила красное яблоко и снова убежала. Мисс Соул налила чай из термоса и протянула кружечку Лайме, чтобы та насладилась горячим напитком. Поблагодарив крольчиху, волчица поудобнее устроилась на пледе, уже начиная рассказывать какую-то историю, а Сильвер наслаждался звуками её голоса, расположив голову на коленях возлюбленной.

- Осень заканчивается. - вдруг сказал юноша. - Того и гляди, Новый год наступит.

- Для нас это последний год старшей школы. - вздохнула волчица и вновь улыбнулась.

- Ты мне уже говорила, что не будешь получать высшее образование, но мне предстоит выбрать университет для поступления. Очевидно, он будет в другом городе... Алмаз, ты ведь всё ещё хочешь стать моделью? - спросил он.

- Да, я уже твёрдо решила, что буду ходить на кастинги.

Полукровка хмыкнул, а волчица опустила голову и посмотрела на него, не находя причин для смеха.

- Ты чего? - уточнила она.

- Я верю в твою решительность. - спохватившись, протянул Сильвер и мягко коснулся губами тыльной стороны её ладони.

- Если вы уедете из Авроры, то не забывайте навещать нас с Адой. - добавила Мэри с улыбкой.

Воспитанница детского дома привыкла гулять сама по себе и уходить далеко, но здесь Ада не смогла бы уйти вглубь непроходимого леса, ведь запретная территория была ограждена высоким сетчатым забором. Тем более, что совсем недалеко находится гора. Вершины - это первые храмы, древнейшие места поклонения. Гора возле Авроры - священная, она к себе манит своей тайной, своей красотой, своими легендами. Ада с раннего детства издалека наблюдала двояковыпуклые облака, тени и невероятные заходы солнца, что только добавляли этому месту мистическую ауру.

- Ого, какие здесь высокие деревья! - подумала девочка, оглядываясь по сторонам. - Интересно, сколько им лет? Наверное, не меньше трёхсот. Они могли даже застать Великую войну.

Ада пробежала метров пятнадцать, когда наткнулась на огромное дерево с большой дырой. Огромное дупло пронизало весь ствол от корней до ветвей, а снаружи - только небольшая щель, похожая на старый след молнии. Что может быть в дупле на высоте четырёх метров от земли? Любопытно. Ада, цепляясь за ветки, смогла взобраться повыше и просунуть голову в дыру...

- Смотрите, что я нашла!

Услышав неладное, Сильвер приподнялся на локтях, посмотрел куда-то в сторону и усмехнулся, когда взъерошенная гиена с шапкой набекрень, размотавшимся шарфом и блеском в глазах подбежала к ним. Девочка показала им необычный камень в виде треугольника. На чёрном фоне выделялись белые пятнышки, похожие на снежные хлопья или цветки, а по своей форме они напоминали раскрас пятнистой гиены.

- Это не стекло? - спросила Лайма, увидев находку.

- Нет, это волшебный камень, найденный мною в лесу! - громко заявила Ада.

- Это эффузивная магматическая порода. - сказал Сильвер, взяв камень в лапу и рассмотрев повнимательнее. - Природное вулканическое стекло.

- Он из лавы?! - воскликнула гиена.

- Обсидиан образовывается при очень быстром остывании магматического расплава, достигшего поверхности.

- Я продену в нём нитку и сделаю себе кулон на шею. - сказала девочка, задумчиво разглядывая камушек.

- Ада, пожалуйста, сядь ко мне поближе. - ласковым голосом подозвала её Мэри, отодвинувшись на край клетчатого пледа.

Ада вопросительно уставилась на неё. Крольчиха всего пару секунд помедлила, глядя на девочку с добротой и нежностью, и лишь после она вытащила из сумки коробку небольшого размера. Мэри вручила подарок ни о чём не подозревающей девочке со словами:

- Этот день станет особенным.

Гиена распаковала коробку и обнаружила лист с письменным сообщением, помещённым в белую рамку. Зачитывая текст вслух, тёмные глаза девочки бегали по бумаге, но на мгновение она потеряла дар речи.

- Бумаги об удочерении?

Вновь подняв на них взгляд, Ада замерла.

- Не правда.

От неожиданности она выронила из лап рамку, но Сильвер успел её поймать. С волнением он посмотрел на гиену. Закрывая обеими лапами пасть, Ада в слезах повторяла:

- Не правда, я не верю!

- Милая моя Ада, это правда. - сказала Мэри, приобняв девочку.

- Мэри, зачем?! Вы же травоядная!

- Это не имеет значения, вся моя семья состоит из хищников. - ответила она. - Ты переедешь к нам, Ада, начнёшь ходить в школу, будешь гулять со сверстниками и кататься в скейт парке. Я как раз планировала начать делать в доме ремонт, у тебя появится своя комната.

Заикаясь, девочка, чьи глаза наполнились слезами, сказала:

- Я не прихожусь никому из вас родственницей. Я, чёрт возьми, гиена пятнистая!

- Такая мы разношёрстная семья! - с гордостью ответила крольчиха. - Скажи, ты хочешь стать частью нашей семьи?

Стараясь взять себя в лапы, девочка дрожащим голосом ответила:

- Хочу!

- Здравствуй, Ада Соул.

От радости девочка тут же крепко прижалась к ней и громко заплакала ей в плечо. Мэри нежно обняла её дрожащие плечи. Сильвер и Лайма тоже не смогли сдержать слёз, обнимая плачущую Аду и говоря о том, как сильно они её любят.

Конец.