Поступь стали III

Глава 1

Поступь стали III

Баал изменился. За ночь, что я его не видел, он приобрел гуманоидное тело, все также был покрыт шерстью, но более мелкой и густой, имевшей стальной оттенок, все та же медвежья голова, с рогами, направленными вперед и появившейся гривой, словно у льва. Также поменялись глаза: если раньше были обычные глазные яблоки, правда, светящиеся, то сейчас вместо них провалы, окутанные ярко-зеленым свечением. Но не только физически он изменился, перемены были и внутренними. Пока не могу объяснить, но он стал ощущаться каким-то более целым, что ли, словно раньше в нем чего-то не хватало, а сейчас появилось.

Но долго рассматривать мне его не дал демон. И опять на территорию фермы обрушилась убийственная аура, что немного придавила меня и Урсулу. Не прошло и десяти секунд, как Баал схлестнулся в смертельной схватке с Баддом, а я пришел в себя, метнулся к Зигфриду и начал использовать Исцеление.

Капитан лежал побледневший, а возле него уже успела набежать лужа крови, но он был живой, так что я хоть немного и затянул с его лечением, но думаю, что времени достаточно, и заклинание поможет. И оно сработало. Если с Баалом мне не было видно его эффективность, то с человеком, тем более раненым, эффект был и очень сильный.

Цвет лица с бледного моментально поменялся и начал приобретать естественный оттенок, а на месте культи кожа начала стягиваться и зарастать. Если поначалу я обрадовался эффективности заклинания, то когда увидел, что вместо того, чтобы отращивать руку, оно просто исцелило и затянуло рану, расстроился. Ожидал-то я, конечно, того, что и конечность новая отрастать начнет, но не тут-то было, чуда не произошло.

– Что это за монстр появился? – встревоженно спросила графиня, наблюдая за схваткой.

– Баал, одна из первых моих химер.

– Если у тебя была такая сильная химера, то почему ты ее до момента нападения прятал?

– Он был без сознания, еще вчера ночью он лежал в казематах недвижимым, как и предыдущие полтора месяца.

– Он справится с демоном? – глядя на битву Баала с Баддом, спросила Урсула.

– Не уверен, раньше я бы сказал, что нет, но вот сейчас не знаю.

***

А тем временем недалеко от светящегося белым сиянием купола происходила эпическая битва условного добра со злом. Химера, перешедшая на третью стадию эволюции, столкнулась с духом ночи, а точнее просто демоном, что взял себе такое название. Но это не отменяло того, что тварь была невероятно сильна, так как поколениями получала в жертву души.

А все почему? Потому что хитрый демон делал все чужими руками и, по сути, не влиял на события. Именно человеческая жадность была тем столпом, благодаря которому его не могли найти. А он все отжирался. Но сейчас монстр столкнулся с противником, который неприятно его удивил, сила врага не уступала ему самому. Да, он не мог полностью себя проявить в теле смертного, которым он завладел, но и той силы должно было хватить.

Однако демон просчитался, слишком давно он не вступал в сражения, прячась по темным провалам бездны, и сейчас его навыков не хватало против звериных инстинктов химеры. Своими лапами Баал раздирал его тело, тело, о которое затупились бы лучшие мечи королевства, рвалось когтистыми пятипалыми лапами, нет, скорее уже просто руками, но таких размеров, что тут и не знаешь, как их называть.

Схватка продолжалась, оба противника яростно противостояли друг другу, испускаемые ауры убийства периодически прижимали к земле выживших, а те немногие работники, что попрятались по ферме и не были убиты воинами жары, и вовсе потеряли сознание, так как были обычными людьми.

Но битвы такого уровня не могли длиться вечно, и спустя минуту сражения, которое не каждый тренированный воин способен разглядеть, не то что в нем участвовать. Баал, воспользовавшись моментом, нанес удар своими горящими зеленым огнем лапами и попал в средоточие противника.

Кости демона не смогли защитить его от такого удара, и он моментально лишился сердца, которое расплавилось в кислотном огне, разъедающим и саму душу демона. Но и Бадд не остался в долгу, выпустив практически в притык в тело химеры некое заклинание, что по своей сути было темнее, чем душа демона.

Столкнувшись с телом химеры, оно начало его разъедать, и на этом и закончилась бы история Баала окончательно, если бы не вовремя подоспевший Джо, который уж в этот раз не промедлил и начал накладывать заклинание. На химере оно начало показывать себя явно лучше, чем на Зигфриде, так как почти растворившиеся рука и грудная клетка начали медленно зарастать.

***

Смотря на то, что заклинание действует, но как-то медленно, я на последних остатках маны создал еще одно и рухнул на колени, так как энергии не хватило, и сила зачерпнулась уже из тела. Но видя, как исцеляется тело друга, откинул в сторону мысли об усталости, а им на замену пришло умиротворение. Присев возле груди лежачего друга, глянул в его глаза и сказал:

– Спасибо, брат. Рад, что ты с нами!

– Р-р-р-р, – прозвучало из пасти Баала, и тот махнул целой рукой, словно говорил: «Пустяк, обращайся!»

– Ха-ха.

– И долго ты собрался еще сидеть? – подойдя ко мне, поинтересовалась графиня.

– А что делать? – устало спросил я.

– Хоронить павших, лечить раны, очищать территорию, ты только посмотри, что тут происходит!

– Дай хоть десять минут отдохнуть!

– На том свете отдохнешь, кто тут будущий барон, я или ты?! Так что за дело!

– Ну, чертовка, не даст бедному мне отдохнуть, – тихо пробормотал я.

– Что ты сказал?! – расширив глаза, уже начала закипать Урсула Гросвенор.

– Ничего не сказал.

– Пф-ф, – и, развернувшись, пошла в сторону Алана и Зигфрида.

– Эх, – вздохнул я и двинулся следом. – Вставай! Я знаю, что ты уже отошёл, пошли мне поможешь! – сказал я Баалу, на что тот рыкнул, но все-таки начал подниматься.

Когда он стоял на своих двоих возле меня, я оценил его рост. В полтора раза больше точно, где-то около трех метров есть. И шире меня раз в пять. Впечатляет, впечатляет, особенно банки на руках, что были размером как мое туловище...

На следующий день мы хоронили павших, собрались все, кто был в замке, и съехалась вся дружина. Хоронили Митяя, которого я уважал и ценил, хоронили и сорок дружинников, что пали смертью храбрых в неравном сражении, а также двадцать работников фермы, оказавшихся не в том месте не в то время.

Костры горели целый день, и все это время я думал. Думал, что сделать, чтобы этого не повторилось. Кто послал мне привет, понятно, но я не ожидал, что эта тварь пойдет на такие меры. Как показала практика, мне нужно поменьше думать и побольше действовать!

За следующие три дня я создал пять сотен муравьев и направил их на пожирание своих павших собратьев, так как хоронить сотни химер не вариант, тем более они плохо горят, а копать таких размеров яму нет желания.

Еще один раз я исцелял Баала и два раза Зигфрида. Тот уже очнулся и, немного посокрушавшись о руке, пошел бухать с Аланом. Со вчерашнего дня его не видно, но, думаю, мужику нужно отдохнуть и отойти. Кстати, медленно, но верно культя начала постепенно отрастать. Вот только если темп роста не ускорится, то это займет как минимум три месяца, так что чуда не произошло, но медленный рост лучше, чем его полное отсутствие.

А через пять дней прибыл конвой за мясом и с целью проверки произошедшего. О событиях они узнали от нас. Алан на второй день после сражения поднял эту тему, и сразу после похорон в форт было отправлено несколько дружинников, чтобы донести весть о случившемся. А я тем времени назначил замену Митяю, у него в подчинении был толковый мужичок сорока пяти лет, по здешним меркам еще, можно сказать, молодой. Так вот звали его Орест, и он был в курсе всех дел в замке, так что этот вопрос уладили быстро.

Решил поехать и контролировать ферму, так как следующую поставку мяса никто не отменял и нужно, чтобы там все строилось эффективно и молодняк закупался. Я, конечно, понимаю, что вечно покупать кролей нельзя, нужно чтобы у нас было, так сказать, автономное производство, я этим обязательно займусь, только вот попозже. Нападение шайки невиданных мною до этого воинов с их главой душеедом и демоном заодно вызвало некоторые проблемы, а точнее вопросы. Что мне делать? Обо мне явно не забыли, скорее всего, никогда не забудут и в следующий раз подготовятся еще изощрённее или просто приведут силу, с которой я не смогу справиться.

Последним нерешенным делом была выдача мяса пограничникам и заодно раздача им втыка. Выдавали, конечно, Алан и Зигфрид. Матом и криком на все баронство Махно их отчитывал, что они чуть ли не само зло пропустили через границу, которое перебило воинов, приняло их личины, чуть не убило меня и отгрызло ему руку, от которой осталась культя, ей он и тыкал в лицо ни черта не понимающему капитану, клявшемуся, что ничего не знает и усилит дозоры, и вообще все усилит, что только сможет. Зигфрид его еще минут двадцать строил, но потом, видимо, понял, что тот вообще, скорее всего, просто посыльный, а те, кто отвечают за оборону, из форта не высунулись, видимо, из-за опасений за свое здоровье.

Почему капитан регулярной армии Алтонии молча выслушивает ругань бывшего офицера? Ну, во-первых, Зигфрид уже выставляет на общее обозрение жетон, в котором указано, что он является мастером меча. Сам факт наличия такого жетона приравнивает капитана к младшему дворянскому сословию. А во-вторых, решает наличие тут Алана Бонвиля, и как только этот усатый капитан заявился и имел наглость что-то требовать, его сразу поставили на место вопросом.

– А скажите-ка, капитан, не считаете ли вы изменой халатное отношение офицеров приграничных стражей, что допустили нападение на графиню Урсулу Гросвенор, пропустили через кордон невиданного рода опасности отряд из сорока людей, а один из нападавших был еще и одержимый демоном? Что вы скажете в свое оправдание? – со льдом в голосе спросил Алан у капитана, который при упоминании опасности жизни графини начал стремительно бледнеть.

Мужчина сделал шаг назад и, когда до него дошёл смысл сказанного, выпучив глаза, спросил:

– Господин? Я не ослышался, вы сказали «демон»!?

– Вы не ослышались. Вы представляете, что будет, если ваше руководство, а точнее генеральный штаб узнает, что Приграничный форт пропустил одержимого и культистов на территорию королевства? Вас разве не предупредили еще три месяца назад, что граница должна быть на замке? Ваша задача и состоит в том, чтобы такие отряды не могли свободно пробираться на территорию Алтонии. Но я вижу, что вы абсолютно не компетентны, так как за три месяца с назначения вас управляющим на мага жизни первой категории Джо было совершено уже два нападения, и каждый раз отряды наемников наносили значительный ущерб! И вы еще будете что-то от нас требовать?!

Алан навис над более низкого роста капитаном, который был и так подавлен, а теперь и вовсе скис.

– Господин, я недавно назначен в форт, и у меня есть начальство, которое и руководит, но в его защиту могу сказать, что после войны количество людей сильно сократили. Нам не хватает солдат для контроля всей протяжённости границы, штат людей неопытный, многие погибли на войне, а те, что пришли им на замену, еще не набрались сноровки. Мы все обучаемся, набираемся опыта, но три месяца мало, чтобы освоить новое направление. А тем более, отряд из двадцати человек – это стандартный патрулирующий отряд, такие курсируют по выданным им участкам. Нецелесообразно было отправлять усиленную группу не на границу, а просто за продовольствием. Господин, конечно, я передам господину полковнику все, что вы сказали, но прошу вас не гневаться, гарантирую вам, мы усилим контроль! – вытянулся капитан.

– А для того, чтобы вы не забыли своих обещаний, в канцелярию герцогства будет отправлено письмо с изложением произошедших тут событий и указанием причин их возникновения. Лично я сомневаюсь, что вы бы справились с демоном, и предъявить империи пока нечего, так как демон завладел телом культиста уже тут. Но то, что граница сквозит дырами, тем более когда это граница с Империей, недопустимо! Забирайте мясо и остальные товары и побыстрее возвращайтесь в форт с новостями!

– Так точно, господин, сведения будут доставлены! Меры будут приняты! – вытянулся по струнке офицер.

Дальше ему не повезло нарваться на Зигфрида. Их перепалку, а точнее втык офицеру от капитана я уже не слушал, так как пошел заниматься тем, что спасло мне жизнь, а именно жезлами. Не скажу, что Загробная Печка помогла, но и противник попался сверхъестественный, и, если честно, такого я встретить вообще не ожидал.

Слышал еще от знахарки, что есть запретное направление – демонология. Соответственно, если есть такая практика, должны быть и демоны, но знать о них – это одно, совсем другое – их встретить. И если бы не Баал, первая встреча была бы последней, так что нужно подумать о методах противостояния и им тоже.

Первым делом я не просто начал создавать жезлы, а углубился в рунные книги, выискивая и поглощая информацию, что уже сейчас хоть как-то поспособствует улучшению артефактов. Многое было еще непонятно, так что я взялся за те же книги, поглядывая в алхимию, ища возможные варианты усиления и там.

Что показало себя наименее эффективным? Воздушный купол. Его использование оправдано только в случае с обычным противником, а как показала практика, обычные противники закончились еще в Захе и начались необычные, каждый из которых имеет свои особенности и техники. Тот же Рух, от которого не осталось и пепла, тому свидетель.

Так что защита имеет пока основной приоритет, и именно такая, в виде заклинаний или чего-то подобного. Броню усиливать нет смысла, той кинетической энергии, которая выделяется при атаке ветеранов при ударе, хватит, чтобы превратить мои внутренности в фарш, но это пока. Думаю, должен быть способ или метод этому противостоять и соответствующие рунные вязи, просто я еще о них не знаю.

За штудированием книг начал понимать, что воздух, как основа для щита, не есть идеал, но он пока для меня наиболее безопасный. И то, что я смог создать купол направленного действия, говорит, что при нужде можно будет таким образом защищать своих союзников, только, конечно, не Загробной Печкой, а обычным воздушным щитом. Еще не испробованными были вода и земля.

К сожалению, создать щит света с помощью преобразователей невозможно, имею в виду тот свет, что смог оттолкнуть демона, и не дал ему до нас добраться. В храмах богов только жрецы могут напитать артефакты силой света, и то, это возможно не совсем благодаря жрецам, а тем богам, что стоят за ними и даруют им такую силу.

Все это мне рассказала графиня, когда я к ней подошел, чтобы прояснить момент с ее артефактом. Как она сказала, такой амулет дарится всем более-менее знатным особам, что жертвую деньги в храмы света. Конечно, его можно и купить, только стоит он запредельные пять тысяч золотых. Странно, какие-то сильно алчные тут боги света.

Если есть угроза такого рода, то наиболее уместным было бы просвещение людей о методах защиты против всякого рода нечисти. Но зная Алтонию, понимаешь, что тут интересы простых людей вторичны, очень вторичны.

Но была одна зацепка - как и без жрецов противостоять таким тварям, а именно той зацепкой был Баал. Его горящие зеленым огнем кисти, говорили, что такого вида энергия не менее эффективна. Вот только что это? Склоняюсь к идее, что это магия жизни, смешанная с хаосом, что в итоге дало такой себе кислотный огонь, ибо сердце демона, скорее, плавилось и разъедалось, чем сгорало в руках Баала.

Если я прав, хаос, смешанный с жизнью, и вправду может давать такой эффект, то найти способ создания такого кислотного огня, есть не менее важная цель, как и создание более-менее крепкого щита. Правда, есть проблемка - я ведь маг жизни, откуда тогда берется магия хаоса?

Либо амулет, что засел у меня в средоточии, либо что-то в заклинании или в ритуальном круге способствует высвобождению магии хаоса. Но такого рода занятия довольно опасны, если я не ошибаюсь, в мире хаоса и заседают демоны. В каком они там виде, и что способствует их появлению в нашем мире, для меня пока загадка, так как чтива по данному вопросу я еще не встречал и, откровенно говоря, таким и не интересовался вообще. К чему бы мне искать книги о демонах? Мне, магу жизни. Но жизнь учит, что понемногу ты должен разбираться во всем, чтобы не хлопать глазами при виде необычного.

И еще этот Бадд, какой он силы демон, может, вообще слабак, а может и нет. Что-то мне подсказывает, что он не является вершиной пищевой цепи мира демонов. Но так как эта тема пока далека от меня, решил не гадать и занялся созданием более приземленных вещей и пока более актуальных.

Загробная Печка является очевидно эффективным оружием. Но! Враг, обладающий натренированной реакцией, имеет возможность среагировать на образование купола. А тем более, если ему будет известен принцип работы печи, он на месте вообще не остановится. Значит что? Нужно придумать, как его или обездвижить, или как минимум замедлить, чтобы дать ту секунду, за которую печка набирает силы. Будем думать.

Создав еще два купола и пару печек, сел поразмышлять над тем, что у меня есть в наличии, и какие знания я могу применить. Со временем у меня появилась одна идейка. К примеру, что, если землю в преобразователе создавать не как щит, а как условную метку, которая будет вместо укрепления земли ее разрыхлять, а затем в ее основу добавить воду? Таким образом под врагом моментально должно появиться контролируемое болото. А попавшегося в такую ловушку врага не составит труда накрыть печкой. Если идея создания такого контролируемого болота будет реализована, то что это мне даст? Условный контроль противника! Первый в своем роде из моего арсенала. Законтролил врага, накрыл его печкой, он за минуту там спекся, если выжил, еще одна печка, а если не издох, то пером в ухо и конец.

Данная идея вытеснила все планы по усовершенствованию щита, и, уткнувшись в книгу, я начал искать решение. Взял за основу Стену Огня, но вместо огня применил вязь земли, вместо вертикального расположения горизонтальное, в ее же основу добавил рунную водную вязь, таким образом у меня что-то получилось. Что? А будем смотреть на полигоне.

В этот раз после нанесения всех символов полуметрового жезла хватило впритык, только сантиметров пятнадцать осталось под рукоять, а остальное пространство было заполнено рунами. После создания концепции, выяснения порядка построения символов и их физического нанесения прошло десять часов, а практические испытания были перенесены на завтрашний день.

Утром вместе с Зигфридом, а заодно и Авитусом, которому я так и не показал еще печку, мы пошли на полигон. Два посоха были в чехлах, и если капитан и догадывался, что я собираюсь показать, то вот Авитус нет, к сожалению. Незаметным наш поход не остался, и за нами увязалась вездесущая Урсула Гросвенор, которая немного остыла от контроля за фермой, и Алан. Я, по идее, мог и перенести испытания, но подумал, что это будет как-то странно выглядеть. Когда все собрались, я демонстративно достал два посоха и начал напитывать артефакт с Трясиной, как я его назвал.

Произошло нечто очень неожиданное, как обычно бывает в моем случае. Местом на полигоне я выбрал участок, где лежало несколько довольно приличных валунов, чтобы, когда артефакт подействует, они показательно спокойно потонули в болоте. Но все получилось далеко не спокойно. Участок земли, на который я навел посох, превратился в болото и словно закипел, булькая, как кипящая вода, все валуны попадали и скрылись в трясине. Все это продолжалось минуту, а затем земля застыла, будто секунду назад не была подобна кипящей магме, правда, покрылась маленькими ямками, которыми был усеян весь участок.

– Артефакт, как я понимаю, пригоден к использованию, – осмотрев всех собравшихся, произнес я.

Хоть все получилось не совсем так, как ожидал, но я уже в основном привык, что практически все всегда идет не по моему плану, так что этот раз для меня не был большой неожиданностью. Но если для меня зрелище было не таким уж необычным, то вот Авитус немного прибалдел. Подойдя ко мне и попросив жезл, он начал его крутить, рассматривать со всех сторон и приговаривать:

– Интересно, интересно. Основа – дерево, руны среднего порядка, изготовление магом-самоучкой, сила и эффективность магистерская. Я так понимаю, у тебя есть еще один созданный тобой артефакт.

– Да, – и в том месте, где недавно кипела земля, применил Загробную Печку.

Все-таки красивое зрелище: огненный вихрь, сдерживаемый воздушным куполом, бушующий целую минуту. Все стояли и смотрели как завороженные.

– Трясину я придумал, чтобы использовать ее в комплексе с Загробной Печкой. Первая, чтобы обездвижить, но, как я уже понял, ей и утопить можно, вторая, чтобы накрыть сверху и зажарить. Так как я маг жизни, кроме химер хотелось бы еще иметь возможность себя защитить, и тут кстати, как видите, пришлись руны, – пояснил я внимательно слушающим меня людям.

– Защитник твой, правда, заставит многих подумать, прежде чем что-то предпринять в твою сторону, – Авитус указал на стоящего за моей спиной Баала. – Но, Джо, ты меня поразил, такие артефакты и созданные благодаря нескольким книгам. Ты уникален!

– Не стоит, магистр, я ничего не придумал, принципы построения рунных вязей уже поданы в книгах.

– Но ты смог понять и осуществить то, что далеко не у каждого получится. Как я вижу, жезл Трясины еще пригоден к использованию, значит, многоразовый, а вот Загробная Печь нет, но и это поражает.

– Ладно, все прошло удачно, а теперь можно возвращаться.

Развернувшись, я пошел к замку, и все последовали за мной, обдумывая произошедшее тут ранее.

***

Авитус размышлял, сообщать об этом в Ассоциацию или нет, и пришел к мысли, что нужно рассказать только доверенным магистрам, ибо такие жезлы могут кардинально поменять расклад сил. Особенно Трясина. Та скорость кипения земли и погружения в нее камней, которые она показывала, однозначно выведет из строя любого воина. А как сказал Джо, с использованием Загробной Печки сразу отправит его в загробный мир.

А вот Алан Бонвиль был уверен, что новости передаст точно, и к нему уже пришло понимание, что такого человека, как Джо, пожалуй, и вправду нужно беречь. Ибо если он сможет создать жезлы, которые будет возможно использовать не только магам, но и воинам, расклад сил может существенно поменяться. А кому он отдаст предпочтение? Правильно, тому, кто в наиболее неблагоприятный момент подставил свое плечо и помог, и чем быстрее это произойдет, тем лучше.

Зигфрид, наблюдавший за всеми, только ухмыльнулся, ибо то, о чем собравшиеся думали, было видно и так.

А Урсула Гросвенор смотрела на Джо, идущего впереди, и все больше ей в голову приходило мыслей, что этот деревенщина не такой уж неисправимый и, возможно, из него и выйдет когда-то толк.

Глава 2

Возможно, и не стоило бы светить заклинаниями, основу которых составляют руны, ибо в плане распространённости магические явления являются редкостью и, скажем так, патент на чудеса, многие посчитают, должен оставаться за магами и только. Но я все больше склоняюсь к тому, что за такими вот артефактами будущее, конечно, если вычеркнуть естественное развитие и познание законов вселенной в плане физических процессов.

Но кто тут будет двигать науку? Маги сосредоточены на своих стихиях и направлениях, а обычный человек, если имеет свободное время и ресурсы, лучше будет тренировать "дух". Думаю, пожить подольше хочется абсолютно всем. Даже если после смерти есть что-то, даже если сформулированная теория загробной жизни правдива, несмотря на это почему-то никто туда не спешит.

И это понятно, неизвестность пугает. А вдруг это просто конец, и человеку дана одна жизнь, так что лучше ее прожить подольше и как можно интересней. Мой случай, конечно, выходит за рамки, но я воспринимаю его как сбой и не строю надежд, что в случае смерти в этом мире для меня откроется дорога в следующих. Гадать не стоит, нужно сосредоточиться на более практичных жизненных делах.

Руны как атрибут моего усиления показали, что при достаточном их постижении открываются новые грани и пути, которые сегодня уже несут как защиту, так и разрушение, а еще вчера я и не мыслил о таких возможностях. Нестандартный подход открывает нестандартные эффекты, нужно это учитывать.

Но каким бы эффективным мне не казалось направление рун, есть то, что мне написано на роду и является моей предрасположенность, а именно магия жизни и химерология. Они так же многогранны, как и руны, только по рунам мне больше известно, хотя и знаний в химерологии я тоже поднабрался.

В ходе прошедших событий кто наиболее себя зарекомендовал? Конечно же раксы, эти существа неплохо отвлекали врагов, давая моим союзникам время, и я знаю, как увеличить их эффективность. Использование среднего заклинания Исцеления стабилизирует их развитие и исправит дефекты перед искажением. Результат, думаю, будет положительным, ну уж точно не отрицательным.

И я принялся за создание двадцати раксов, только более откормленных и опасных. Благодаря сноровке спустя две недели я мог лицезреть результат моих стараний, вложенные труды явно окупились. Смотря на злобных гуманоидных тварей, что подавляли одним только видом, я был доволен.

Эстетически приятные человекоподобные тела создавали гармонию или точнее ощущение баланса. Абсолютно каждый участок тела был обтянут видимыми жгутами мышц, шерсть хоть и была, но ее стало мало, так что крепкие мускулы были заметны. Черные существа чем-то смахивали на Баала, тот тоже был гуманоидным, но его младшие собратья, конечно, уступали ему как в силе, так и в размерах.

Ради интереса была проведена одна схватка, конечно же, не тренировочная. Результат был очевиден, и только мое вмешательство и исцеление не дали раксу умереть. По-новому такой вид химер я не стал именовать и оставил прежнее название.

За те две недели, что я штудировал руны, работал над раксами и, напитывая маной и заклинаниями, растил трех пауков, под контролем графини были уже сооружены три барака и практически достроен четвертый. Тому, что забота о ферме была скинута с моих плеч, я был сильно благодарен, правда, один раз сходил и наложил на молодняк заклинания роста. В этот раз я не мелочился и потратил на две сотни крольчат практически весь свой источник, так как решил не каждую неделю их навещать, а посмотреть на результат такого подхода. Если и одного раза будет достаточно для того, чтобы за месяц они превратились в четырехсоткилограммовых кролей, то на этом я и остановлюсь. Все-таки пока то время, которым я располагаю, имеет стратегическую важность.

У меня появился проект, правда, он пока чисто теоретический, но его ценность будет крайне высока. Для того, чтобы он действительно начал эффективно работать, нужно более глубокое понимание основ рун. Я подумал так - архимагом или великим воином мне в короткий период времени не стать. Хотя я и стремлюсь к увеличению своей силы, но скорость роста источника и навык владения мечом пока на таком уровне, который не создаст проблем для более опытного и серьезного противника, если я останусь с ним один на один.

Да я, если честно, не стремлюсь совершать подвиги в одиночку, превозмогая себя и сокрушая недоброжелателей. На любую дуэль я могу вместо себя выставить Баала или того же ракса. А что, это магическое существо, буквально созданное мной. Как боевые маги используют заклинания, как мечники бьются с помощью духа, так и я сражаюсь с помощью созданных существ. А пока мои химеры будут рвать противника, я себя закрою куполом и не будут подвергать жизнь опасности. Ну, это в теории, а как оно там будет в реальной жизни, я не представляю. Но знаю одно - следующий удар враг нанесет, и смогу ли я его выдержать – большой вопрос!

Что делать, если враг придёт на мои земли и начнет сеять хаос и разрушения, выискивая меня? Тут уже и так понятно, что все в империи, кому интересна моя скромная персона, очень даже осведомлены о месте моего пребывания. И как показала практика, неплохо знают о ситуации в баронстве и его основных событиях. Та же засада на ферме тому подтверждение. Чернокожие воины, кстати, так обитателями замка и не были опознаны, осмотр на предмет принадлежности их к определенной группе или касте ничего не дал, только понимание, что одежды их были характерны жителям засушливых и жарких краев. Так вот, они прекрасно знали, что я выберусь на ферму, и не штурмовали замок.

На коллективном собрании было приняло решение о массовом сборе информации по пропаже жителей баронства или о создании своей разведывательной сети. Зигфрид меня заверил, что в течение одной недели он найдет наиболее смышлёного человека из его подчиненных, то есть всей дружины, и начнется постепенное создание сети сбора слухов и по необходимости их распространении. В общем, нужна разведка, чтобы обнаружить посторонних личностей в баронстве.

Еще все пришли к общему пониманию того, что пограничный форт в его нынешнем положении не есть та опора, на которую можно полагаться. Ну как все, я и Зигфрид. Коллективный сбор включал нас двоих, информировать о всех моих начинаниях гостей было, на мой взгляд, нецелесообразно. Возможно, данная инициатива была и чрезмерной, но я не хотел уж совсем открываться перед ними. Кто знает, какие цели они преследуют и как повернется жизнь. Сегодня друг, а завтра враг.

После создания личных телохранителей в лице раксов и изучения рун у меня появилась идея сделать дополнительную защиту для замка в виде сети атакующих вышек. Они будут напитываться с помощью стационарных накопителей маны в виде кристаллов тааффеита и приводить в действие вложенные в них заклинания. К примеру, создание вокруг замка той же трясины при достаточной силе даст шанс утопить нападающих в земле, больший объем маны увеличит и площадь поражения, и накрыть куполом замок. Нужно проверить, возможно, чем больше силы вложено в руны, тем выше будет прочность воздушного купола. Я понимаю, что данная мера не будет способствовать моему личному усилению, но как дополнительная защита не помешает. Тот же воздушный купол в масштабах замка вполне будет уместен для обороны, даст возможность отступить или скрыться.

Усиление защиты есть приоритетное направление, но мне все больше не нравится то, что враг бьет в одни ворота, никак не получая ответ. И обвинить я его не смогу, понятно, что не легат лично обращался к наемникам и связать нападения и его причастность к ним никто не сможет. Откровенно говоря, даже если и сможет, то что? Королевство вступит в войну или нападет на его владения? Это не то что сомнительно, это абсолютно невозможная картина. Кто я, а кто та родовитая тварь.

– Я не понимаю, что нам делать... – сказал я Зигфриду, оставаясь с ним наедине. – Как достать ту тварь? Что, опять сидеть и ждать, когда он найдет более сильных наемников и отправит к нам?

– Вопрос, конечно, серьезный. Если честно, я тоже не вижу выхода. Как вариант обратиться к герцогу, точнее попросить графиню, а она уже поговорит с ним о том, чтобы выслать воинов для защиты тебя в первую очередь, а потом уже и баронства. А если ты намереваешься нанести ответный удар, то скажи, пожалуйста, как? Во-первых, чтобы убить его, нужны воин или группа воинов, что будут ему как минимум ровней. Сам понимаешь, он явно будет не сам врагов встречать, так что нужен отряд, который в теории не будет уступать мастеру меча второго ранга. Но! Предел сил самого легата мы не знаем! Что у него там есть в запасе, ведомо лишь ему. Так что могу с уверенностью сказать, такой отряд ты себе не сможешь позволить. Если и есть люди, что берут задание на убийство такого рода личностей, то их услуги могут себе позволить лишь королевства, но уж точно не бароны или, в твоем случае, временные управляющие. Могу предложить и посоветовать: пока не обзаведешься реальной силой, не особо на этом зацикливайся. Думай, как стать сильнее и по возможности укрепить баронство, чтобы врагу пришлось нанять такие силы, на которые уж точно обратят внимание, – сказал капитан, но было видно, что план и ему не очень нравится.

– Честно говоря, план так себе... Сидеть и ждать нападения - не лучшая стратегия. Но и как ему ответить я пока не знаю. Если с отрядом не вариант, то и лично пойти его искать будет явным безумием, обреченным на закономерный итог. И я даже не представляю, где эта погань...

– Узнать теоретически можно через Алана Бонвиля, как я думаю. Он тесно связан с семьей герцога, и полагаю, если попросить его раздобыть информацию, он сможет это сделать...

– Остается вопрос: что делать, если мы даже узнаем, где он засел? Пока идей нет, но буду думать. Погань ответит, и я найду способ осуществить свою месть...

– Главное - просчитать все риски. Если легат выживет в случае нападения и сможет официально доказать, что в этом замешан ты, а ты, я напомню, по сути, представитель герцога, то в теории будет обвинять его, и появится повод для нападения на королевство. А если он потребует твою голову, чтобы не поднимать бучу, думаю, в королевстве пойдут на такие меры. Алтония не готова к войне, так что и тут проблемы... – сказал Зигфрид, скривившись.

Эта новость меня очень расстроила, получается, что и тут я сделать ничего не могу.

– Черт возьми, даже тут есть препоны! Пошлю к нему химеру, так все укажет на меня.

Своим нападением я могу сорвать перемирие. Получается зависимое положение вследствие отсутствия за собой существенной силы, способной отстоять мои права. Отсутствие влияния в королевстве дает право моим врагам нанимать через подставных лиц убийц, а я что, должен с этим смириться? Ибо меня свой же убьет, если я дам ответ. НЕТ! Раз на Алтонию надежды нет, значит, я буду создавать силу, которую в случае необходимости будут принимать во внимание, а не считать расходным материалом. И начну я, пожалуй, со своего влияния в регионе.

Злоба на ту тварь дала мне силы и решительность действовать. Первым делом я пошел к графине и заявил, что пяти бараков будет мало и, раз она проявила интерес к данному делу, пусть организует строительство еще пяти, только в два раза больше, там у меня будут свинки. Дальше мной была поставлена задача организовать скупку всех возможных собак. Из них я хочу вырастить волкодавов, сопровождающих отряды моей дружины и информирующих о затаившемся враге. И самое главное, я штудировал все доступные мне книги. Знания, что есть у меня сейчас, ограничены, мне нужно больше!

За этим я пошел к Авитусу и запросил литературу по тем же рунам и магии жизни. Уверен, что простым Исцелением такое направление не ограничивается. Возможно, и там есть разделы и практики, не являющиеся мирными. Ну не могут маги жизни быть такими беззубыми, в этом я точно убежден. Что я знаю из магии жизни, которую не использую в животноводстве? Два заклинания Исцеления разной силы. И все? На этом не может закончиться данная сфера.

Но пока не получилось еще что-то достать. Авитус сказал, что попробует что-нибудь разузнать. Когда я с ним говорил, он поднял занятную тему, сказав, что используемые мной жезлы являются довольно интересными в плане усиления магов. Возможно, если дать слабым магам способ себя защитить или внести существенный вклад в атаку, это поднимет их в глазах общества магов. А тот, кто даст им возможность подняться в иерархии, получит что? Почет и уважение! А также вызовет желание ему служить. Формально-то их не приняли в Ассоциацию, и такие маги являются свободными. А какая участь их ждет? Явно не та, которой бы им хотелось, так что идея искать слабых магов и принимать к себе на службу мне понравилась. Но было и еще кое-что, о чем сказал Авитус.

– Джо, а что за дети у тебя служат на кухне?

– Забавные, правда? И история их появления тут интересная. Гензель и Гретель, узнав о том, что я набираю воинов в дружину, изъявили желание пойти ко мне на службу. Ну, таким великим воинам я, конечно же, не смог отказать, и теперь они кашеварят. А что?

– Я их сегодня увидел и могу сказать точно - дети не простые. Думаю, стоит их проверить на наличие источника.

– Я не против и только за! – если они и вправду маги, это очень хорошо, плохо то, что они еще маленькие, но это проходит, а благодарность остается!

– Ну вот давай сейчас сходим и проверим!

– А давай! – мне и самому стало очень интересно узнать результат.

Гретель

Детство у меня выдалось не радужным, бедность сопровождала нас постоянно, а соответственно и недоедание. Мама говорила, что мы пришлые в деревне, но мне было непонятно, почему нас не любят, а она почему-то не рассказывала, в чем причина. И когда я спрашивала, откуда мы родом и почему мы не вернемся обратно, велела прекратить со словами, что обратного хода нет. Почему нет, не говорила.

Мама нас любила, а мы с братом любили ее. С нами также жил дядя Бореф. Мама просила нас с братом называть его папой, и мы называли, хотя мы знали, что он не наш родной отец, так как мы с мамой жили сами поначалу, а потом он появился.

Дядя Бореф был неплохой, но очень странный, он никогда с нами не играл и нередко ругал Гензеля, меня он не ругал и часто гладил по голове, говоря, какая я хорошая. Но потом он начал гладить меня по попе, и, когда я маме рассказала это, он куда-то исчез.

После этого нас почему-то перестали любить в деревне. Лишь спустя год я узнала, подслушав у детворы, почему нас не любили. Две бабки, как-то обсуждая нас, не заметили, что я была рядом, и сказали, что моя мама убила дядю Борефа, сначала соблазнив и забрав его деньги. И маму называли ведьмой. А спустя несколько месяцев пропала и она.

Нас называли проклятыми... Никогда ничем не помогали, лишь сплевывая у нас за спиной. Если раньше я думала, что мы бедовали, после пропажи мамы я поняла, что все было не так плохо, как мне казалось. Когда мама исчезла, мне было семь лет, а Гензелю лишь пять, и мы стали жить сами.

Я была умной девочкой, мне всегда так мама говорила, Гензель тоже неглупый, но ему еще два года расти, чтобы быть таким умным, как я. Я постоянно помогала маме с готовкой и в хозяйстве. И когда мы остались одни, несколько месяцев я продолжала делать все то же, что и мама, но просила помогать Гензеля. Раньше он тоже помогал, но мало, а сейчас он начал помогать уже много.

Небольших наших запасов хватило на два месяца, и когда они закончились, стало плохо. Денег у нас было очень мало. Хоть в деревне нас не любили, но приезжим торговцам было все равно, лишь бы платили. И когда я захотела купить крупы для каши, поняла, что денег у нас было еще меньше, чем я думала. Потом я начала продавать все, что мне казалось ненужным, и за эти деньги покупать крупу. Иногда, узнав, кто мы, купцы не продавали нам кашу, и мы ждали следующего торговца в надежде, что он продаст. За полгода мы ели мясо всего два раза, и оба раза, когда я крала кур у соседей. Мама говорила, что те, кто не ест мясо, не вырастают, и я очень боялась, что если мы так и будем его не есть, то останемся такими маленькими всегда, и нас тут будут всегда обижать.

Иногда я думала взять брата и уйти с деревни куда-то в другое место, вот только куда? Там тоже нужны будут деньги, чтобы покупать еду, а мы все, что только можно, продали уже. Одни лишь амулеты остались у меня и Гензеля. Но мама сказала никогда их не снимать и никому не показывать. А мы привыкли слушаться маму, и никогда не показывали их никому.

Следующие полгода были еще хуже. Каши ели мы мало, а красть кур уже было не у кого, говорили, все были бедные из-за войны, и кляли Злыдора, я не спрашивала, но, наверное, это какая-то болезнь. В нашу деревню очень мало стало заезжать купцов, и редко когда удавалось купить каши. Я старалась опять садить огород, но земля у нас и до этого была плохой, а то, что вырастало, было очень маленькое, а потом почему-то и оно перестало расти. Я не знала, что делать, и спросить не у кого было.

Когда я поняла, что крупа практически закончилась, а огород уже не дает плодов, я проплакала целый день, не зная, что делать. Но увидев, как охотники идут в лес, решила тоже стать охотницей. Три дня я искала подходящую палку и еще день вырезала три стрелы. Натянув веревку на палку, я пошла в лес на охоту, только недалеко.

Лес был страшным и темным, далеко я не ходила, потому что боялась, и так на краю леса и проторчала практически весь день, высматривая зайца. А когда увидела, не попала. Следующую неделю я тренировалась в стрельбе, но потом, когда опять пошла на охоту и увидела зайца, снова не попала, и так еще четыре раза, а потом попала, но в лапу. А побежав за ним, догнала и зарезала. Ножик был у меня с собой, мы всегда с Гензелем носили маленькие ножички, так нам говорила делать мама.

А как-то раз я услышала, что приехал дружинник нового барона, или как его назвали "управляющего ", и собирает деревню, чтобы рассказать весть. Новость меня поразила, и я поняла, что это мой шанс, ибо я охотник плохой, а каша уже закончилась. Известие о том, что барон хочет набрать в дружину женщин, очень меня обрадовало. Я хоть пока девочка, но, если буду стараться, тоже стану женщиной, как мама.

И в надежде, что барон примет нас, решила рискнуть и прийти на встречу. Нам повезло, барон попался добрым, мама говорила, что девичьи слезы смягчают мужское сердце, так и получилось, он взял нас на службу. Правда, не в дружину, как я думала, а на кухню, но это тоже было неплохо, мы с братом старались, как могли. До сегодняшнего дня.

Когда я и Гензель несли овощи в столовую казармы, нас рассматривал старый мужчина, очень внимательно рассматривал, мне не понравился его взгляд. Как нам рассказывал барон, это маг, хотя и барон тоже маг, зачем ему еще один? И вот после обеда, когда мы шли мыть посуду, за нами пришел Джо с этим магом...

– Гензель, Гретель, идемте с нами, нужно кое-что проверить, – сказал барон, а нам ничего не оставалось, кроме как пойти следом.

Надеюсь, нас не выгонят... Но барон добрый, наверно, не выгонит, если что, еще поплачу…

Глава 3

Центурион Флавий

С недавних пор Флавий все чаще начал чувствовать приближающуюся беду, а когда в назначенное время не явился вождь Готто Очинг, центурион ощутил, что беда вот-вот явится. Ну как, к беде явится он, и вести, что он принесет, станут роковыми в его судьбе. Была надежда на то, что людоеды убили мага и сами полегли на поле боя, потому не смогли принести весть и голову. В тот же день были отправлены шпионы, которые плотно следили за обстановкой в баронстве, но на следующий день пришли вести о том, что маг со своими тварями перебил всех наемников. И самое главное, как оказалось, там был замешан демон, но и его умудрились убить благодаря химере невиданной силы, которую до этого еще не видели.

Та буча, что началась после этого, говорила, что больше на такие уловки маг не попадется. Также шпионы сообщили, что маг засел у себя в замке и создает химер, а ферма, которая, как оказалось, принесла ему неплохой доход, начала разрастаться, одновременно идут работы по созданию множества бараков. Получается, маг стойко перенес попытку убийства, и все начинания, которые он запланировал, не откладываются, а наоборот форсируются.

Флавия несильно интересовало, чем там собирается заниматься маг, его больше заботили последствия его провала. Парень жив, и это факт. Договор, заключенный с племенем, больше не имеет силы, так как вождь, говоривший, что в случае чего воины жары будут идти до конца, скорее всего не подозревал, что и сам там откинется. Смерть вождя Флавия очень даже устраивала, ибо, если кто-то сможет доказать, что он имеет отношение к демонологу, а тем более, что он заключил контракт с одержимым, гибели не миновать. В империи с этим строго, и заступничество легата не поможет.

Как только Флавий вспомнил о Марке, его настрой, который и так был не радужный, стал скатываться в бездну. Угрозы легата, сказанные перед отправкой на задание, не были лишь словами. Центурион всерьез задумался над тем, что ему делать. Уповать на везение не хотелось, легат вполне может показательно его убить и отправить на задание другого человека.

Обдумав все детали, воин решил дезертировать, точнее, тактически скрыться. Жизнь важнее, пусть этот ублюдок сам попробует мага достать. Флавия посетила было мысль лично пробраться и попробовать придушить мага, но подумав и вспомнив, что там есть химера, способная справиться с демоном, решил, что идея на том же уровне, что и пойти просить прощения за провал у легата – в одном и другом случае в результате его ожидала смерть.

Так как задание было не афишированное, а сугубо деликатное, у центуриона было с собой в подчинении только три человека для мелких поручений. Флавий не был добряком, но и убивать направо и налево никого не хотел. Однако, когда ситуация встает ребром, остается делать то, что нужно, а не то, что хочешь, и три легионера, что были в его подчинении, лишились головы в момент. Кровь окропила находящийся на границе с Алтонией лагерь, а легионеры, не успев понять, что случилось, уже отправлялись в чертоги мертвых. Центурион не дослужился бы до звания старшего офицера, если бы вместо решительных действий долго думал и рассусоливал.

Посмотрев на тела своих подчиненных, офицер сплюнул. Своих было неприятно убивать, но они - свидетели его неудачи, а свидетелей быть не должно. Собрав пожитки, он отправился в Алтонию, на территории империи скрываться ему не будет смысла, а вот в алтонской глуши есть хоть какой-то шанс.

Легат Марк Тиберий III Фениксийский

Вот уже два дня находясь у себя в поместье, легат думал, как он будет убивать своего центуриона. Тот не явился в указанный срок и, что еще хуже, как ему донесли, провалил задание. Марк обладал многими негативными качествами, но глупым его нельзя было назвать, и когда центурион не явился через два дня, он был полностью уверен, что тот не явится вообще. Мысль о дезертирстве посетила его в тот момент, когда он вспомнил свои слова, адресованные Флавию, что если тот не справится, то легат сам снимет ему голову. А так как Флавий допустил оплошность, то и на добровольное упокоение являться, по всей видимости, не захотел. Вот позорный трус! Он харкнул на землю, только вот легат забыл, что рядом была рабыня, массирующая ему ступни, и его слюна попала ей на голову. Рабыня вжала голову в плечи, но все так же продолжала молча делать массаж, про себя молясь, лишь бы тот не убил ее. Но легат, не придав особого значения своему поступку, погрузился дальше в размышления.

Крыса, находясь в живых, оставляла позорное пятно на его репутации, но чертово перемирие не давало возможности напрямую пойти и оторвать ему голову. Вот и приходится искать способы разобраться с проблемой, несильно афишируя свои действия.

Спустя неделю стало окончательно ясно, что крыса полностью здорова, а Флавий пропал. Легат, находясь в разгневанном состоянии, принялся как обычно срывать злость на своих рабах, но три девушки, затраханные насмерть, не внесли ничего кроме еще большей раздраженности. Мысль о том, что погань становится сильнее, не пугала легата, какую бы химеру тот не создал, в случае встречи с ним он его уничтожит.

Но каким бы ни был безумным мозг у Марка Тиберия, он понимал, что еще не время, и отец не одобрит его действий. Кого-кого, но отца легат злить не хотел. Конечно же не потому, что его любил и уважал, а потому что понимал: отец в случае необходимости может и убить его. Проблема в том, что третий раз посылать наемников не имеет смысла. Как бы легат не принижал Джо, он понимал, что тот не настолько туп, чтобы не подготовиться к еще одному нападению. У Марка были деньги и связи, но у него были скованы руки, армию не пошлешь, а наемники уже показали, что на них особой надежды нет. В момент его размышлений к нему наведался тот, кого он не хотел бы видеть еще долго. А именно доверенный человек его отца.

– Господин, старейшина хочет вас видеть в течение двух дней, – склонил голову в небольшом поклоне мужчина, не младше его отца и не уступающий легату в силе. Цирон был подручным и старейшим воином отца, состоящий в его личной гвардии в качестве личного стража, еще когда был юнцом. – Прошу, не затягивайте со сборами, мы вас будем ожидать на выходе для сопровождения. Путь неблизкий.

Легат было хотел взбрыкнуть и возмутится, но решил просто кивнуть, вспомнив, что там, где Цирон, будет и Гектор, а если его не видно, значит, он на улице и явится по первому зову Цирона. С двумя воинами легат мог бы справиться лишь в случае снятия печатей, ну, он думал, что может справиться. Но это ему не нужно. Если отец послал двоих из своей личной стражи, таким образом дело срочное и действительно нужно выезжать. И в том, что ничего хорошего по прибытии его не ждет, был уверен.

Джо

Идя в сопровождении детей и Авитуса в его рабочий кабинет, я думал о ситуации с магами в нашем королевстве. В целом, маги от шестого ранга до четвертого реально не считаются магами, так, слабосилки, ни на что не способные, и их удел быть знахарями в деревнях или вообще не идти по пути магии. Денег у таких в массе своей практически нет, а даже если бы и были, то не хватило бы силы для использования заклинаний. В этом и причина, даже если они смогут достать знания, без учителя они не смогут их освоить, так как многие и читать-то не умеют, но даже освоив, не смогут воспользоваться по причине слабого источника.

Но тут появляюсь я со своими жезлами. Одноразовый жезл не делает из слабосилка полноценного боевого мага, но он все-таки наделяет того основательным аргументом в любом споре. Конечно, мага, способного один раз использовать Загробную Печку, а потом быть бесполезным, особо ценить не будут. Но если он сможет несколько раз использовать заклинание, то тут уже другой случай, и будет не так важно, это благодаря жезлу, посоху или благодаря самому магу. Эффект от трех печек, использованных на враге, будет устрашающим и поражающим.

Гензель и Гретель выделялись не ростом или весом, а чем-то другим. Гретель была очень умной. Я хоть редко с ними общался, но иногда проведывал, интересуясь, как у них дела. Все-таки было бы некрасиво взять на попечение и сразу же о них забыть.

То, что удалось о них узнать, не дало ясности. Мама пришлая, с двумя детьми начала жить в деревне. Поначалу все было нормально, дальше нашла сожителя, а затем он пропал, и их начали травить. Делать это начали благодаря одной чернорылой, а именно матери сожителя, которая обвиняла ее чуть ли не в половой связи с козлами. Ну, то есть ведьмой обзывала.

Я поначалу удивился и расспросил об этом Зигфрида. Так оказалось, что тут есть такое, ведьмы и чернокнижники продают душу демону благодаря ритуалам и обретают магические возможности. До момента нападения на меня я как-то несильно опасался демонов и вообще не думал о них, но увидев их вживую, понял, что страх у местных был не просто так. А очень даже оправдан.

Пропажа Борефа, а точнее то, пропал он или был убит их мамой, не было доказано. Но бабка не затыкалась, и спустя три месяца пропала мама детей. Нам не удалось узнать куда, но были подозрения, что местные убили. Тут все сильно впечатлительные. Когда зашел в Центральную с химерами, так многие там молиться начинали Агне, но мне слова не сказали, у многих тут поклонение знати, магам или более-менее наделенным властью людям просто невообразимое. Хотя и их понять можно, я не сталкивался, но уже наслышан, как тут поступают с теми, кто не проявил уважения к власть имущему. А смириться с убогой жизнью и бесправием помогает вера в богов.

В общем, попала мама Гензеля и Гретель под каток предрассудков, а что было дальше, не ясно. Расспрашивая о жизни детей, не услышал ничего такого, чтобы можно было сказать, что их мама хоть как-то связана с бесовщиной. Обычная женщина с двумя маленькими детьми в сложных условиях выживания.

Начав обдумывать данную тему, я понял, что не мешало бы исправить текущую ситуацию и по возможности помочь. Дать команду патрулям собирать информацию о таких вот матерях-одиночках будет несложно. Думаю, так и поступлю. Интересно узнать статистику по деревням, если действительно у меня есть голодающие дети, то ситуацию я исправлю. Думаю, к тому моменту, как будет точно известно о ситуации, придумаю, как помочь.

Срочно нужно расширять штат помощников, так как список запланированных дел увеличивается, и обременять их решением одного человека не вариант. Но пока верных и полезных людей мало, но это пока, будем работать в данном направлении.

Кабинет Авитуса был обычным: стол, несколько стульев и магический инвентарь специального назначения, также пара книг, и в общем-то все. В принципе, ожидаемо, это же не лаборатория, а рабочий кабинет.

– Так, Гензель и Гретель, подходим к вот этому шару и кладем на него руку.

После слов Авитуса дети зашли мне за спину с видимым испугом на лице.

– Не бойтесь, все будет хорошо, мы просто проверим вас на способности, и я буду рядом, – улыбнувшись, сказал я им.

Глянув на меня, а затем кивнув, Гретель вышла вперед и положила руку на шар, тот слабо засветился. Сразу после нее свою руку положил Гензель, и шар тоже отреагировал. Для меня было очевидно, что дети одарены.

– Гретель - пятый ранг, Гензель - шестой. Слабо, конечно, но возраст довольно мал, есть куда расти. Направление не понятно, с четвертого видно стихию, еще не доросли.

– Очевидно, что при старании будет толк. Гензель, Гретель, поздравляю вас, вы магически одаренные! То есть маги! – сказал я еще слабо понимающим, что произошло, детям.

– Ура!

– Ура! Ура! Ура!

Взявшись за руки, он запрыгали от счастья. Эх, жалко, конечно, что слабоваты, но и это неплохо, посмотрим, что будет после раскачки источника.

– Поможете с их обучением? – спросил я у магистра.

– Дети, можете идти обратно, а мы с Джо еще поговорим, – посмотрев на детей, сказал Авитус.

Те, в свою очередь, перевели взгляд на меня, на что я кивнул, и они, развернувшись, пошли. Заметив их реакцию, магистр улыбнулся.

– Вижу, привязались к тебе сильно, это хорошо. Так вот. До твоей демонстрации жезлов я бы сказал, что пробовать раскачать им источник с меридианами особого смысла нет. Так как слабое заклинание можно использовать где-то с четвертого ранга, а все, что слабее, уже скорее можно назвать наговорами, а не магией. Но сейчас мое мнение изменилось, и основам я готов их обучить, в свободное время, конечно, – сказал о чем-то задумавшийся магистр.

– Благодарю вас, магистр, буду вам очень признателен за помощь, – то, что Авитус возьмет на себя такую роль наставника, меня устраивало. – Кстати, когда будет ваш помощник?

– Меня заверили, что в ближайший месяц он или она будет у нас в замке.

– Очень хорошо, надеюсь, пришлют кого-то не очень проблемного.

– По этому поводу ничего не могу сказать, маг будет не из Ассоциации, так что уверенности полной нет, но точно никого сильнее первого ранга не пришлют, так что проблем особых быть не должно. Но что голова будет забита догмами про верность и ответственность - это точно, это неплохо. Но не будем гадать, когда приедет, тогда и будет видно, что и как. Скажи мне, что ты думаешь по поводу своих жезлов и их будущего?

– Магистр, гадать не хочу, но планы есть и немаленькие. Кроме тех артефактов, что вы видели, в планах создать Жезл направленного исцеления. Кстати, по секрету вам скажу, хотя, скорее, это уже не особый секрет, я освоил исцеление среднего ранга. В планах после более глубокого исцеления создать и жезлы с данным заклинанием. Но сейчас больше мозгую по поводу оборонного потенциала, а также способов своего усиления. Вы же знаете, что враг напал, и, думаю, как и я понимаете, что это не последняя атака. За три месяца, что я тут, это уже второе нападение, пережитое лишь благодаря Баалу. Так вот, меня все больше тревожит, что на стороне врага столь грозные воины и в противостоянии с ними у меня нет и малейшего шанса. Химеры, конечно, основной столп моей силы, но хотелось бы, чтобы и я что-то мог противопоставить врагу. Вот только из магии жизни я знаю два вида исцеления, и все. Магистр, ну разве нет чего-то атакующего из этой стихии?

– Если бы я меньше тебя знал… – прервался на секунду магистр, а затем продолжил. – Но ты парень хороший, и ситуация действительно скверная. В другом случае я бы не сказал тебе про этот вид магии, хотя рано или поздно ты бы все-равно узнал. Сразу скажу, по возможности я постараюсь достать для тебя заклинания из магии жизни, а лишь затем остальное. Так вот, есть второстепенное направление, которое вытекает из магии жизни - это магия крови. В основном маг уже рождается с таким направлением, но я слышал, что есть возможность развить его в себе. Данную дисциплину у нас в королевстве не осваивают, и в целом нам мало известно про нее, но это не означает, что мы вообще про нее не слышали. И я, если не смогу что-то стоящее узнать про заклинания магов жизни, поинтересуюсь про магию крови, – сказал Авитус, о чем-то после этого задумавшись, при этом хмурясь.

– Магистр, а еще какая дисциплина есть?

– Та, про которую вообще не вспоминают и стараются выжечь каленым железом лишь упоминание о ней, а тех практиков, что пытаются ее освоить, уничтожают безжалостно и сразу, кем бы они ни были. Я тебе скажу, только прошу, не распространяйся об этом. Это магия разложения и гниения. Сам я не знаю, но от одного знакомого слышал, что ее первоначальная основа – это магия жизни. Больше мне ничего не известно. Кстати, того знакомого убили, убийцу не нашли, и Ассоциация не особо искала его. Это говорит о многом, так что ты услышал, и сразу можешь забыть об этом.

– Магистр, а почему так? Чем она ну прям уж так опасна?

– Созданием неизлечимых болезней, ну и разновидностью всякого вида зараз. В истории известно, что два королевства исчезло из-за нее. В исторических свитках, которые я читал, прямо не сказано, что применялась магия гниения, но все указывало на то. И это я уже сам додумал, тот, кто знает о ее существовании, может сделать вывод из фактов. Джо, она опасна потому, что в основе заразы есть магия и распространяется она как обычная болячка. Своего рода живая магическая зараза, которая убивает за секунды. Я не уверен, но в одном из исторических свитков упоминалось, что были случаи, когда мертвые восставали, и они уже не были людьми. Что это значит, я не понимаю, но то, что это не некроманты там работали, факт. Лучше пусть некоторые практики остаются забытыми. Ладно, у меня сегодня еще есть дела. А по поводу вышесказанного я узнаю, будь уверен. Или у тебя ко мне еще какие-то вопросы?

– Нет, магистр, я пойду.

– Ладно, увидимся.

Идя в сторону донжона, я думал. Магистр неслабо, конечно, меня загрузил. Магия крови, магия гниения... После слов Авитуса нарисовалась картинка, еще мутная, но уже слабо видимая. Что я могу сказать? Если мое предположение верно, то в создании магии гниения лежит, кроме жизни, еще и магия хаоса. Только направлена она в другую плоскость и запрограммирована на уничтожение.

Прямое подчинение хаоса невозможно без его основного носителя. Значит, в основе разложения лежат ритуалы. Где еще встречаются ритуалы? Правильно, в химерологии. Там тоже два направления. И если вспомнить того гнилостного комара, который лишь раз ужалил ратлинга, и тому хватило, чтобы полностью сгнить и обзавестись такими же гнилостными червями, то можно сказать, что я уже с отдаленной частичкой такой магии познакомился, допустив ошибку в ритуале.

Лишь сейчас я начал понимать, с чем столкнулся, и у меня пошли мурашки по коже. Ритуалы, которые я провожу чуть ли не с закрытыми глазами, уже не кажутся мне настолько безопасными. Все-таки лучше в следующий раз ритуальный круг проверять два, а то и три раза, ибо береженого бог бережет. Еще вспоминается, что у меня был чудо-амулет, который странным образом исчез. Доказать не могу, но вот есть у меня уверенность, что и в нем был тот же хаос. Будем думать.

А вот про магию крови есть слабые догадки. Возможно, основа ее лежит не в самой магии жизни, а в исходящем из нее контроле над телом и кровью. Гадать не хочу, но мне кажется, что там что-то связано с биоконтролем тела и последующими вытекающими, такими как контроль жизни. Опасное направление, в первую очередь в освоении для самого мага. Одна ошибка, и ты калека, а так как воздействие в основном будет магическое, то и магическим калекой стать, я думаю, не составит труда.

Если про гниение и речи пока не идет, то вот кровь как новая дисциплина все-таки возможна в освоении. Вот только я уверен, что за деньги такие знания мне не дадут и, чтобы их получить, я должен буду что-то сделать. Я пока слабо представляю, что могут от меня потребовать знакомые Авитуса, но быть кому-то должным я не горю желанием.

Пока нет понимания, как себя капитально усилить, принялся за разработку охранного магического комплекса с сетью сторожевых башен. Зарывшись в книги, я искал варианты осуществления данной идеи. Что я конкретно хотел сделать? Построить сеть каменных вышек не так и тяжело, укрепить ее рунной вязью тоже. Проблема заключалась в атакующем плетении и, самое главное, в условной системе распознавания " свой-чужой ".

Осмыслив данную проблему, пришел к выводу - не имея возможности и самостоятельного понимания, как осуществить такое заклинание, я не смогу перенести его в Атакующую башню. Сторожевое плетение, оформленное в рунную вязь, должно иметь, во-первых, диапазон применения, который будет активированным постоянно, и, во-вторых, условную возможность распознания объектов как живых, так и неживых.

Такая задача с текущими моими знаниями невозможна, но каждый путь начинается с первого шага, и его я уже совершил, узнав, в каком направлении искать.

Первое, чем я занялся, была медитация, и если раньше я пытался погрузиться в себя, то сейчас старался почувствовать все в округе. В моей теории все было намного проще, чем получилось на практике. Три дня я только и делал, что медитировал, полностью заполняя меридианы магией жизни, стараясь осуществить попытки ощутить что-то за пределами своего тела. А на третий день получил удивительный эффект, но в начале поменял тактику.

Я подумал, как я могу почувствовать жизнь за пределами своего тела, изначально не чувствуя должным образом его самого. И, находясь в медитации, старался не только напитать меридианы, но и с помощью магии прощупать свои внутренние органы. Не сразу, но у меня получилось. Не могу объяснить, но словно мне открылось понимание своего тела, и я интуитивно начал узнавать за один день о нем больше, чем узнал за всю прошедшую жизнь.

Во-первых, я понял, что у меня левая нога незначительно больше, чем правая. Во-вторых, в челюстях в зародыше четыре зуба мудрости. А также, что у меня есть проблемы с левой почкой. Как такое возможно, я не представлял, но я почему-то, коснувшись ее маной жизни, сразу осознал, что что-то не так. Постаравшись воздействовать на нее магией, понял, что исцеление пошло, и спустя два дня проблемы уже не было. Постепенно я начал открывать для себя свое тело, и что-то мне подсказывает: то, что у меня получилось, это далеко не "чувство жизни ", а что-то намного могущественнее и сложнее...

Глава 4

В первый день я еще не понимал, к чему приведет мое открытие, и последующие несколько дней погружался в медитативное состояние, изучая как свой организм, так и в целом процессы, протекающие в нем. Вспоминая первый день и излечение почки, обдумывал, что это мне дает и как использовать данный навык.

Если это чувство жизни, то какое-то чересчур усложнённое, так как я, наблюдая за происходящим в организме, постепенно понимал его суть. Становилось ясно, где все идет правильно, где можно было бы что-то подправить, мышцы, связки, кости – все было мне открыто. В один из дней пошел на тренировку и стал гонять себя на износ, практически получив травму. Но вернувшись к себе в донжон, начал влиять на воспалённые участки тела, тем самым снимая напряжение и способствуя росту новых мышечных волокон, а также укреплению сухожилий.

Что могу сказать по состоянию на следующий день - оно было идеальным. Правда, я полночи направлял потоки маны жизни в части тела, таким образом постепенно понимая, что нужно укрепить, а где остановиться, ибо данный орган был еще не готов. И одно я понял ясно: сердце нужно укреплять в первую очередь. Но был нюанс - просто так, направляя ману, напитывать сердце и ожидать его укрепления не получится.

Именно тренировки дают своеобразный толчок, запуская процессы, способствующие росту показателей силы и закалки организма. Сердце тоже мышца, а, как говорят, существует мышечная память, возможно, это далеко не просто слова, а что-то большее, и я стал на путь постижения своего организма не просто образно, а в прямом смысле этого слова. Кто знает, какие мне могут открыться в дальнейшем тайны.

Был один орган моего тела, на который я старался не влиять, но интерес он вызывал больше всего. Мозг являлся самым сложным органом по сравнению со всеми остальными частями, еще был костный мозг, тот тоже был чем-то запредельным, но все же уступал. Если я постепенно нитями силы касался каких-то органов и направлял в них понемногу ману, то лишь капельку, чтобы заметить эффект. А мозг был той областью, куда я побаивался лезть, просто понимая, что, если что-то нарушу, могу стать тупо инвалидом, или меня коротнет и останусь неполноценным.

Но азарт вещь такая, ее тяжело побороть, особенно в одиночку, обдумывая все самому. Я решил, что не буду афишировать свое открытие, такие возможности лучше оставить при себе, пока, ну или навсегда, посмотрим. Мое понимание тела пока еще поверхностное, мне открылись лишь начальные азы, но кое-что я понимал уже сейчас.

Возможно, именно такой принцип воздействия лежит в усилении человека магом жизни. А глубина познания процессов организма способствует увеличению его физического потенциала. Вообще, получается, что аристократ или человек с обширными финансами, во-первых, может усилить себя зельями, во-вторых, усилить себя с помощью целителя, в-третьих, если у него есть обширные связи и деньги, есть шанс достать знания о духе и возможность его использования.

Интересно получается. В первую очередь становятся очевидными причины разрыва в сословиях и пиетета перед дворянством. Если сельский житель своими глазами увидит, как дворянин поднимет одной рукой человека, а другой раздавит ему голову, как орех, впечатлений будет куча, а особенно преобладающим среди них будет страх перед его могуществом. Вот и получается, между людьми разрыв не только в образовании и финансах, но и в силе.

Так вот, когда я все-таки рискнул запустить нити в мозг, то смирился с тем, что может произойти всякое, но результат был. И если я вначале не понял, какой именно, то дальше стало ясно.

Эффект был освежающим, словно мозг отдохнул после сна и готов работать на полную. Результатом такого эксперимента стало то, что я лишь где-то в три ночи захотел спать, а когда рискнул и опять использовал ману, сон как рукой сняло, и ночь я уже не спал, ибо просто не хотел. Если такой же результат будет на протяжении нескольких дней, то получится, что в сне я не буду нуждаться.

Я, конечно же, понимал, что ночью отдыхает не только мозг, но и все остальные органы, снижая интенсивность своей работы. Так что весь следующий день я посвятил изучению и выявлению положительных эффектов на состояние своих органов и на мое самочувствие в целом.

Не совсем понимал разницу между заклинанием Исцеления и тем, что я делаю. Когда применил его на себе и погрузился в организм для изучения изменений, понял, что была схожесть в происходящих процессах и результате. Во-первых, эффект был направлен чисто на исцеление не только тела, но и, как оказалось, меридиан.

Это, конечно, хорошо. Но применимый мной метод дает не только теоретическую возможность самостоятельно себя исцелять в пассивном режиме, но и способствовать развитию в том, в чем я захочу. А это даст мне шанс стать сильнее, возможно, многократно.

Вспомнив про магию крови, стал изучать и свою кровь. Конечно, после одного исследования все тайны мне не открылись. Но то, что ее важность в организме велика, бесспорно, своеобразный топливный провод, питающий все. И перебои в его работе скажутся очень сильно. Также кости – несущая опора человека, включающая как костный мозг, так и остальные немаловажные вещи наподобие нервов.

Постепенное влияние на организм было бесспорным плюсом. Ясность мысли и отсутствие усталости дали мне возможность тренироваться на пределе своих сил, зная, что вечером или сразу после тренировки я все утомление сниму, оставив только приобретённое. Днем тренировки, вечером изучение как себя, так и рун сказалось на том, что я все чаще пропадал у себя в подвале или в донжоне. Мою активность не удалось скрыть, но я особо-то и не прятался.

– Джо, что-то произошло? – после тренировки ко мне подошел капитан.

– Да нет, все нормально. А что?

– Ты в последнее время сам не свой, на тренировках берешь двойные нормы, вечно сидишь у себя в подвале. Что-то случилось? – взволнованно спросил Зигфрид.

– Ага, недавно нас чуть не поубивали. Вот и готовлюсь, как могу. А что остается делать? – спросил, смотря на восходящий Солл, так как дело было утром.

– Тренировки тренировками, но загонять себя нельзя. Особенно ментально, без планового отдыха эффект от тренировок снижается.

– Ты, конечно, прав, но пока не до отдыха. Как твоя рука?

– Все так же, рост очень медленный и чешется постоянно. Но за то, что все-таки есть шанс, что она отрастет, очень тебе благодарен. Кстати, ты знаешь, что уже около шести бараков построено, осталось еще четыре, и поставленная тобой задача будет выполнена. Шесть готово, но используется только один.

– Это, конечно, очень важно, но в приоритете сейчас несколько другие цели.

– Жезлы? – с сомнением спросил Зигфрид.

– Они тоже, но не совсем. Я тут планирую сеть вышек построить с атакующими заклинаниями и воздушным куполом, который раскинется над замком, защищая его от нападения. Но в этих начинаниях кроме финансовых вложений нужно достаточно большое количество тааффеита для подпитки жезлов. Так что нужно больше злата, но и сам тааффеит не сталь, достать не так просто.

– Если вышки будут на стенах замка, то согласен, эффект будет, но, если их ставить за пределами, враг, раз попавшись, в дальнейшем будет просто обходить. И вообще, я так понимаю, все это будет очень сложным в исполнении и особенно затратным финансово. А ты не думал просто создать арбалетные болты? Дружина, вооружённая таким оружием, сможет нанести неплохой ущерб.

– Если попадет.

– Ну, это да. Но я сомневаюсь, что и твоя вышка сможет. Но вот про воздушный купол согласен, интересная задумка. Особенно, если создать возможность использовать его не магам, то вообще идеально. К примеру, отряд дружины, попавший в засаду, накроет себя куполом, сгруппируется и встретит врага во всеоружии. Изнутри наружу можно атаковать?

– Нет, двухсторонний он. Я пока не имею понятия, как создать щит, чтобы с одной стороны можно было атаковать, а на другую можно было принимать урон.

– Эх, жаль, а какие перспективы бы были. Но само наличие таких щитов у дружины было бы весомым аргументом. А если еще вооружить их трясиной, то вообще.

– Ты видел, какие враги нам попадаются? Одного чернокожего воина хватило бы, чтобы пошинковать их всех. В дружине же обычные люди.

– К сожалению, да, обычные. Но ребята стараются.

– Как там твоя Петра?

– Старается и тренируется больше остальных. Вот только женское тело все-таки слабее мужского, даже с твоим исцелением, но постепенно результат становится все более видимым, – смущенно произнес капитан.

– Это хорошо, но ты давай не теряйся, а то уведут, – подмигнул ему я.

– Дык, не учи ученого! – возмутился в край покрасневший капитан. – А сам-то что? Молодой, да вот что-то ты не горячий!

– Дела у меня! – теперь уже и мне как-то стало неловко.

– Дела у него, скоро меня ростом догонишь, а все нецелованный! – улыбаясь, сказал Зиг.

– Я уже обцелованный везде и не раз! Только не здесь! Раз затяни в кровать служанку, так все баронство будет знать!

– Ну, во-первых, я видел, как на тебя те же служанки смотрят, затягивать никого не придётся, сами в кровать попрыгают. А про слухи, и что с того? Ты мужик или кто? Что тебе те слухи, когда ты на воздушной твари летаешь и вечно монстрами окружен? Вот какие слухи привлекут внимание, а не то, что ты служанок попользуешь!

– Тут ты, конечно, прав, да я как-то загружен был, не до этого было. Вечно думаю, что не успеваю, чертов легат, я бы его придушил если бы мог, но сам понимаешь... Вот и напряжённый вечно.

– Я же говорю, морально отдохнуть тебе нужно. Вот и воспользуйся тем, что готово тебе помочь само.

– Хм, может и воспользуюсь.

Начало 18+ (Кто младше - промотать вниз)

Вечером я вместо зубрежки, обдумав слова Зигфрида, все-таки решил воспользоваться советом и приказал одной молоденькой симпатичной служанке принести мне вина. Имени я не знал, но это мне не помешало. Когда она пришла, разлил вино в два кубка и предложил выпить со мной.

В начале она не поняла, что происходит, но затем удивленное выражение лица сменилось на наигранное стеснение и предвкушение. Сидя в креслах, мы выпили по несколько кубков и поговорили ни о чем. Я подумал, что вино немного разогрело как меня, так и ее и пора действовать. Встав, начал идти к ней.

Но мои планы пошли не совсем так, как я ожидал. Налия меня удивила и перехватила инициативу. Как только я поднялся с кресла, она тоже встала, подойдя ко мне, опустилась на колени и сразу принялась расшнуровывать веревки штанов, а расправившись с ними, достала мое хозяйство и начала с немалым опытом делать минет.

Смотря на происходящее и кайфуя от процесса, задумался, какая милая девушка с ангельским голоском, у меня в разговоре с ней появилась мысль, что я ее, возможно, девственности лишу. Но видя, как она чуть ли не заглатывала мой член, все ускоряясь и ускоряясь, подумал, что девица в этом деле имеет немалую сноровку. А она все продолжала, постанывая, сосать, одной рукой держа член, а другую опустив под подол платья, массируя свой клитор.

Долгое воздержание сыграло свою роль, спустя минуты две я кончил, положив ей на голову руку и вогнав его до предела. Вынул из ее рта член и посмотрел на облизывающую губы довольную девушку. Прислушался к себе, понял, что хочу продолжить, ну это и так было видно, так как мой детородный орган, как и прежде, стоял колом.

Налия, посмотрев вниз, тоже это заметила. Прикусив губу и повернувшись ко мне спиной, она встала на четвереньки, опустив голову к земле, выгнув спину и оттопырив попу. Опустившись на колени, я поднял и закинул ей на спину подол платья, увидел аппетитную девичью попу и блестящую от женских соков розовую киску, а Налия, дразня меня, еще и начала покачивать бедрами то влево, то вправо.

Недолго, словно загипнотизированный, понаблюдал за вилянием аппетитного места, решил не медлить и, пристроившись сзади вплотную, постепенно начал вводить член. Как только головка вошла, девушка издала протяжный стон, который, словно энергетик, придал мне уверенности и сил. Сначала медленно, а потом все ускоряясь, я начал входить до предела, а затем и вовсе, озверев от кайфа, стал уже по-настоящему долбить ее лоно.

– Не останавливайся, быстрее! – протяжно со стоном кричала девушка.

А меня просить и не надо, я достиг уже такой скорости, что кроме набирающих громкость стонов были слышны шлепки от соприкосновения тел, а обильно потекшая киска начала даже почавкивать, когда я входил в нее, что меня еще сильнее возбудило. Сегодняшний прилив крови удивил меня, показав невиданный ранее потенциал моего полового органа, а его твердость могла посоревноваться со сталью.

– Господин, какой у вас огромный! Трахайте меня сильнее! – закричала девушка, не сдерживая себя.

А я все продолжал долбить, смотря то на ее белоснежную спину, то на малые половые губы, которые, растянувшись, обхватывали мой член. Захотев увидеть ее полностью голой, я начал поднимать платье к груди, а затем девушка сама, схватив его, стянула через голову.

Как только Налия сняла одежду, я одной рукой взял ее за роскошную гриву темных волос, оттянув голову назад, а второй рукой ухватился за сочную объёмную грудь. Такая поза еще сильнее возбудила меня, и по усиленным стонам девушки было видно, что ей тоже происходящее по душе, так как она даже начала подмахивать бедрами мне навстречу.

Мысли о том, что нас могут услышать, меня уже не волновали, и я продолжал вгонять член как мог, до предела, а в следующее мгновение по телу Налии прошла дрожь, и оно затряслось в затяжном оргазме. Она издала протяжный стон, выгнув до предела спину, опустилась грудью на пол, при этом еще сильнее оттопырив попу.

Выждав секунд пять, все время рассматривая соблазнительные виды, я на секунду вышел из нее и, опять вогнав до предела член, продолжил свое дело. Но и меня надолго не хватило, чувствуя, что скоро спущу, успел вынуть и обильно смазал ее попу своим семенем.

Встав с пола, посмотрел на девушку, которая уже успела повернуться на спину, раздвинув в разные стороны ноги и показывая свое влажное покрасневшее лоно. Посмотрев на такую картину, я начал заводиться опять, и член, который немного потерял в размерах, принял прежние габариты.

– Господин, какой вы ненасытный, но я вся ваша! Возьмите меня! – тяжело дыша, колыша полной грудью с торчащими набухшими сосками, произнесла девушка, неотрывно рассматривая мой агрегат.

Больше медлить не стал, подняв ее на руки, понес на кровать, где, как она меня и просила, драл еще полночи. А под конец, выжатый как лимон, опустившись мордой в подушку, заснул.

Проснувшись, обнаружил, что суккуба пропала. А кем она может быть, если не суккубой? Эта демоница высосала из меня все соки в прямом и переносном смысле, под утро так точно буквально. Но прислушавшись к себе, понял, что чувствую себя прекрасно, и какое-то умиротворение на душе. Хорошо, однако!

Глянув в окно, понял, что уже далеко за полдень и пора бы пойти посмотреть, что и как у меня в хозяйстве. Да и жрать откровенно охота, что неудивительно, так пахал ночью. Хоть чувствовал небольшую усталость, но, спускаясь на кухню, я был всем доволен. Все прекрасно, жизнь прекрасна! По пути встречающие меня служанки смущенно отворачивали головы. Но меня это не волновало, я знаю, что они знают, а что естественно, то не безобразно, вот так!

Насытившись на кухне, умиротворенно откинулся на кресло и, попивая компот, уставился в окно, наблюдая за тем, что там творится. А там происходили обыденные вещи: на стенах свою службу несли дружинники, слуги на территории замка что-то чистили, что-то тягали. Наблюдать, как кто-то работает, хорошо... Так я и залипал, пока не явилось оно! Ворвавшаяся в обеденный зал графиня Гросвенор изволила быть чем-то недовольной. Судя по раздувшимся ноздрям, покраснению на лице, была она недовольна явно мной.

– Уважаемый, когда будете заниматься выполнением условий контракта? Почему я одна должна организовывать строительство фермы, а вы там даже не появляетесь? Вам ведомо, что сегодня окончательно достроен седьмой барак, он же второй из тех пяти, что ты говорил построить в два раза больших размеров! – вывалила на одном дыхании эта особа.

Данный спич и манера речи не поколебали моего умиротворенного настроя.

– Был занят, – протягивая слова, лениво ответил я.

– И чем вы были заняты, извольте объяснить?

– Делами безопасной важности!

– Это что еще за дела такие? – усевшись напротив меня за стол, проговорила графиня. При этом видно было, что она старается успокоиться.

– Данные дела включали в себя размышление о возможных усилениях замка как в плане строения, так и в плане личной силы. Также постигал имеющиеся знания и обдумывал варианты их применения. Ну и остальное по мелочи. Как вы должны помнить, на нас недавно было совершено нападение. И то, что мы живы, не есть наша заслуга. Так что я крайне озабочен своим выживанием, – смотря ей в глаза, все так же расслабленно говорил я.

– Кстати, об этом. Алан Бонвиль отправил дедушке рапорт о произошедшем, дословно описывая случившееся. Скорее всего, сюда будет выслан отряд усиления, конечно же, в первую очередь для меня. Но то, что хорошо мне, хорошо и вам! – с пафосом произнесла Урсула Гросвенор, словно это решало все наши проблемы.

– Госпожа, о каком усилении вы говорите?

– Я не могу быть уверена, кого посчитает нужным прислать отец, возможно, отряд ветеранов, или воина, не уступающего по силе Алану. Чтоб вы знали, интересы герцога не заканчиваются на вашем баронстве, и армию для вашей защиты никто не будет присылать, так что нужно и самому уметь решать проблемы! – с нажимом выдала графиня.

– Как вам известно, мой недоброжелатель не является той проблемой, которую можно решить с наскока или по одному лишь желанию. Вторжение в империю может накликать беду не только на наше баронство, но и на все королевство! Так что я вынужден пока лишь принимать удар, не давая сполна в ответ!

– Вы меня поражаете. В конце концов будь мужчиной и найди решение, а не ной тут передо мной! – встав, фыркнула графиня, потом направилась по одной лишь ей ведомым делам, цокая каблуками и виляя подолом зеленого облегающего платья.

Ну ты дрянь, посмотрел бы я на тебя, если бы за тобой охотился высший офицер империи, а у тебя за спиной не было бы отца и деда. Но я-то свои проблемы решу, а вот как их решишь ты со своим потенциалом - вот в чем вопрос.

Мне о ее вероятном недуге рассказал Зигфрид, когда графиня перестала посещать наши занятия. На мой вопрос, почему она не появляется, капитан сказал, что, вероятно, она перестала заниматься с нами из-за стеснения передо мной, так как она, как и Зигфрид, видела мой рост навыков, а вот сама все стояла на месте. Я тоже подмечал такие моменты, но чаще всего думал, что она просто не старается или ей лень излишне напрягаться.

А Зигфрид прояснил ситуацию, сказав, что третий ранг ветерана для дочери будущего герцога, откровенного говоря, словно позор. При тех возможностях, что открыты перед ней, она уже должна быть первого ранга, как минимум. Целители, зелья, практики духа – если все это было применено, а она осталась на таком ранге, значит, что-то с ней не так. Дело, скорее всего, в том, что ей что-то не дает перейти определенную планку, и это явно какой-то недуг, связанный со средоточием.

– А что, бывают болезни, которые разрушают средоточие? – спросил я тогда у Зигфрида.

– Как таковых болезней нет, есть врожденные дефекты, ну, как отклонения или мутации у людей. Так вот и средоточие может быть неполноценным, собственно, с таким далеко не продвинешься. Исключаем вариант нападения и того, что ей кто-то его искалечил, хотя… – на пару секунд замолчал Зигфрид, – все может быть. Духовные практики многогранны, есть навыки, способные навредить, вот только я не слышал, чтобы на нее кто-то нападал.

– А почему ты так решил, что у нее что-то не так со средоточием? – поинтересовался я у задумчивого и серьезного капитана.

– У тебя одна программа тренировок, у нее другая, подстроенная под фактор владения ею духом. Так вот, те нагрузки, которые я ей даю, должны способствовать увеличению средоточия и его каналов. Но, сколько она не тренируется, я не вижу прогресса. Да, она проходит те испытания, что заданы мной, но я вижу, что она работает на износ, ее тело на пределе, берет силы уже из организма. Потому я уже как полторы недели постепенно снижаю темп, травм нам не надо. И я не нанимался ее личным наставником, держащим ответ перед герцогом в случае, если она покалечится или перегорит.

– Правильно, все равно доброты от нее не дождешься, а вот если что не так будет, так сразу виновным тебя сделает, – я тогда был еще зол на нее, ибо она опять прикопалась ко мне из-за какого-то пустяка.

– Ну ты тоже не горячись, еще помиритесь, – улыбнувшись, сказал Зигфрид. – Девок я знал много, она вспыльчивая, но неплохая. Курв я видел достаточно. Мне хватил времени, чтобы понять, кто она, так вот, скажу тебе, что это больше игра на публику, а не настоящая ее натура.

– А кто сказал, что я хочу с ней мириться? Пускай едет к себе домой и не трогает меня, почему вообще тут засела, непонятно. Пользы, по сути, никакой, а напрягает постоянно.

– Не горячись, Джо, рано или поздно все узнаем!

– Да уж, обрадовал.

– А, может, поможешь ей?

– Чем?

– Ну, предложишь подлечить?

– За какие такие заслуги? Нет уж, пускай такая умная решает свои проблемы сама!

– Ладно, сейчас не время, я понял, но ты подумай, мне кажется, попытаться стоит.

– Закончили!

– Все, молчу, молчу, – улыбнувшись, сказал капитан, а мне вот его лыба вообще не понравилась.

Вспомнив данное событие, тряхнул головой, словно скидывая наваждение, и начал думать, что делать. Решил пойти развеяться, освежить, так сказать, ничегонеделанием мозг. Сначала пошел в сторону тренировочного лагеря, там заприметивший меня Зигфрид расплылся в улыбке до ушей, показал кулак с оттопыренным большим пальцем и с уважительным выражением лица покивал головой.

– Молодец! Правду говорил, что целованный! Как оказалось, еще и умелый, и с большим потенциалом! – заржал капитан, привлекая к себе внимание. – Ты знай, слухи уже расползлись, а героиня, разнесшая данную весть, ходит, словно важная гусыня.

– Тихо ты! Говори тише, – сказал я, наливаясь краской.

– Да что уж тут, все тайное в этом замке становится явным. Уже стало!

– Кстати, об этом. Нашел человека?

– Ты знаешь, нашел, и думаю, будешь удивлен, кого я решил назначить. С твоего одобрения, конечно, но заверяю, человек подходит на эту роль. Это Петра, мы тут с ней на днях пообщались, – немного замялся капитан. – Говорю тебе, информационная сеть у нее уже даже есть, и ничего придумывать не надо. Знакомых баб у нее куча, а как она всех строит, загляденье!

В ответ на такой спич я посмотрел на него скептически.

– Ты не подумай, я сужу чисто по профессиональным качествам, – немного покраснев, заверил меня Зигфрид.

– Профессиональным качествам, говоришь, ладно, зови ее, будем знакомиться.

– Петра! – крикнул капитан, махнув призывающе рукой.

Та, повернувшись к нам лицом, начала приближаться. Я ее раньше слабо рассматривал, но сейчас понимаю, чем данная особа могла привлечь старого рубаку. Ну, смотря на помолодевшего капитана, я уже и старым его не мог назвать, так что просто опытного рубаку. Женщина под метр девяносто ростом, с правильными, но какими-то воинственными чертами лица, с впечатляющими объемами, что спереди, что сзади, шла в нашу сторону, виляя пышной светлой конской гривой до пояса.

Глядя на нее, я не понимал: она еще до исцеления была такой или у нее при обильном питании стимулировался гормон роста? Ибо мускулистостью женщина не была обделена, а наоборот чрезмерно одарена. Подойдя к нам, возвышаясь надо мной, смотря в глаза, четко и ясно произнесла:

– Здрав будь, господин. Готова служить!

– Здравствуй, Петра, – сказал я, про себя думая: «Ничего себе Валькирия...»

Глава 5

Немного засмотревшись на Петру, я все же вернулся к разговору.

– Как тебе служба в дружине? Зигфрид говорил, что ты показываешь явные успехи.

– Господин, благодарю вас за шанс проявить себя, скажу даже больше, вы поменяли многим жизнь, и мы в безмерном долгу перед вами. А также готовы содействовать в ваших начинаниях.

Удивительно правильная речь и четкий не раболепствующий тон мне понравились. Глянул на Зигфрида, тот улыбнулся.

– Спасибо за добрые слова. Ты догадываешься, почему я тебя позвал? – выжидающе спросил я у Петры в надежде, что она уже поняла из тех намеков, которые давал ей Зигфрид, что от нее потребуется.

– Господин, честно признаюсь, в разведке опыта нет, больше вам скажу, я и не думала вообще, что когда-то буду этим заниматься. Но так сложилось, что я умею слушать и делать выводы, так что о ситуации в баронстве знаю многое, не все, конечно, но и цели быть в курсе всего никогда не было.

– И что же ты знаешь о баронстве и о моих делах? – решил я устроить небольшую проверку женщине.

– Если из последнего, вы заключили выгодную сделку на поставки мяса с Торговым домом Гросвенор, также в недавнем нападении вы выжили, по сути, чудом, лишь вмешательство вашего зверя вас спасло. Но и враг, как я слышала, был демоном. Вы маг первого ранга, направление вашей стихии – жизнь, но ваша спецификация в большей степени химеры, – на секунду замолчав, перевела взгляд на Зигфрида, на что тот кивнул, мол, продолжай. – Ваши отношения с графиней Гросвенор натянутые, причина непонятна, но она агрессивно к вам настроена уже с первых дней своего пребывания в замке.

– Замковые слуги? – спросил я, уже догадываясь, кто разносчик этой информации.

– Слуги, – согласно кивнула она.

– Продолжай.

– Вы умелый воин, целитель, но специально не обучались и, скорее всего, являетесь самоучкой. Также про то, что вы тренируетесь каждое утро с господином капитаном, знает весь замок.

Ну, это и не удивительно, я ведь не скрывал этого никогда. Хотел услышать что-то поважнее, конечно, и уже немного начал расстраиваться, как она продолжила:

– Вы создали несколько жезлов: два с боевыми, один с защитными заклинаниями. В битве против демона и его слуг вы использовали атакующее огненное и защитное куполообразное заклинание.

– Кто? – серьезно спросил я.

Меня начало напрягать то, насколько она информирована, даже подозрительно. Ладно Зигфрид, он-то все знает практически, но она обычный дружинник, хоть и более способный.

– Выжившие работники фермы.

– Что они еще рассказали, и как вообще ты с ними пересеклась?

– Одна из ваших поварих часто общается и спит с мужиком с фермы, он как раз и является одним из выживших в тот день рабочих. Так вот, он рассказал ей, а она рассказала на кухне, их разговор подслушал один из дружинников, а я уже подслушала разговор этого дружинника, когда он пересказывал своему товарищу. Ну как подслушала, специально я не шпионила, просто они говорили, а у меня слух хороший, вот и узнала, переварила то, что они сказали, и сделала выводы.

– Ну что же, ожидаемо.

Я догадывался, что происходящее в замке ни для кого не является секретом, но чтобы настолько. А я думал еще вышки какие-то ставить... Тут в первую очередь нужно озаботиться секретностью. А то внедрю нововведения для охраны замка, а на следующий день уже все в баронстве и за его пределами будут знать, как именно я его собрался защищать.

– Продолжай. Тебе известно, почему напали?

– В этом я не уверена, но есть у меня мысли. Первая из них – это убийство графини. Причина – снять вас с должности управляющего или вообще, как итог, натравить на вас герцога. Вторая – убийцы пришли именно за вами, я слышала, что у вас есть нерешённый конфликт с каким-то имперским офицером.

– Интересные выводы, и один из них правдивый. Что можешь сказать о ситуации в баронстве?

– Постепенно идет на лад. Дружинники, возвращаясь из патрулей, рассказывают, что люди посвежели, а узнав, что вы налоги отменили, так вообще обрадовались, так как есть время восстановиться. Злыдор много соков выпил из баронства, и много людей выжили лишь чудом. Куча мужиков на войне полегло, а бабы, одни оставшись, не особо справляются, но видно, что тоже приспосабливаются к одинокой жизни.

– А твой муж где?

– Нет его, на войне сгинул, кузнецом был в Центральной, его первым забрали. Несмотря ни на что, – сказала Петра, а на лице ее в момент стала видна печаль. Видно, не отошла еще от утраты.

– Сожалею, а какие твои мотивы пойти служить?

– Спасибо, господин. Не могла сидеть и ждать, такой шанс бывает один раз в жизни, и, чтобы его упустить, нужно быть полной дурой. Лучше так, чем растить в одиночестве кур и копаться в земле.

– Спокойная жизнь тоже неплохо.

– Каждый свой выбор делает сам, господин, и я решила попробовать свою судьбу построить самой. Мирно я уже пожила, успев потерять мужа, если бы не вы, доживала бы свой век в одиночестве, – сказала она, немного погрустнев, а я решил не продолжать тему, увидев взгляд Зигфрида.

– Ну что же, цели перед тобой будут стоять такие: выявлять болтунов, не умеющих держать язык за зубами, организовать сеть доносчиков, как слухов, так и всех событий, что происходят в баронстве. Хочу знать обо всех путешественниках и вообще о посторонних личностях в баронстве и что творится за его пределами. Выделю тебе сто золотых на три месяца, а времени тебе месяц, чтобы результаты твоей работы начали приносить плоды. Справишься – награжу, – сказал я тоном, дающем понимание о серьезности ситуации.

– Я вас не подведу, господин, – вытянувшись по струнке, сказала Петра.

Ну что же, надеюсь, она оправдает ожидания, в большей степени Зигфрида, ибо он мне ее порекомендовал, вот и спрос будет по большей степени с него.

Следующие несколько дней были без перемен. Я тренировался, медитировал, просвещался в рунах, ища новые вязи, в мыслях комбинируя их и оттачивая мне известные. И, конечно же, не забывал про своих химер. Новый, немного улучшенный вид раксов я решил довести до сотни голов, пускай будет. Муравьев довел до пятисот. Также приказал организовать скупку кролят и поросят. Мне нужна значительная сумма для своих задумок, и ускорить производство мяса не помешает, тянуть уже некуда, в ближайший месяц планирую заселить все бараки.

Спустя неделю к нам приехали без предупреждения гости. Ну как гости, явились скорее всего не ко мне, а к графине. Знать явилась к знати, так сказать.

Почему я так говорю? А по их лицам было все видно. Правда, их пафосные морды сменились на испуганные, и спесь моментально слетела, когда они разглядели за моей спиной Баала.

Так вот, с дружеским визитом явились два наследных баронета, старшие сыны из соседних баронств. Лука Моуби и Эван Гатсинг приперлись со своей свитой для знакомства с соседями. Как сказали, цель визита – знакомство и налаживание дружеских связей с временным управляющим баронства Логрок.

Баронства Моуби и Гатсинг были побогаче Логрок, война практически их не коснулась, но и оттуда много людей было забрано на фронт. А в финансовом положении они были более обеспеченными, пока. Когда ферма заработает на полную, я буду богаче их двоих вместе взятых.

– Господин маг, рад видеть вас, слышал, на вас недавно было совершено нападение. Хорошо, что вы не пострадали, – сказал Лука Моуби, лукаво улыбаясь. Ему было лет двадцать, хорошо сложен, с утонченным носом, золотистыми локонами волос и в доспехах, что блестели, как отполированные яйца кота.

– Рад слышать, что вы и дальше здравствуете, и прошу прощения за то, что мы не явились поприветствовать своего соседа раньше, дела баронств после войны требовали нашего присутствия, – сказал серьезно Эван Гатсинг.

По нему можно сказать, что он воин. Доспехи были победнее, не такими пестрыми, как у Луки, но, глядя на них, можно было сказать, что они не для показа, а для боев. На вид ему было лет двадцать пять, брюнет, массивный нос картошкой, широкие надбровные дуги, квадратный подбородок, темные, как у вороны, глаза и коричневые коротко постриженные волосы.

– Рад вас видеть, господа, быстро же распространяются слухи. Ну что же, прошу вас быть моими гостями, проезжайте! – сказал я баронетам, что с сопровождающими стояли напротив главных ворот.

Гостей встречали я, Баал и Зигфрид, который успел вернуться в замок.

Вечером того же дня мы в банкетном зале пировали и знакомились с гостями. Не успели мы еще хоть немного разговориться, как при появлении графини Урсулы Гросвенор баронеты забыли о моем присутствии и весь вечер разговаривали с ней, постоянно делая комплименты, в общем, всячески стараясь ей понравиться и в дальнейшем приглашая ее посетить и их баронства. На что графиня тактично обещала постараться найти время, ибо сейчас она занимается архиважными делами и организует быт в этом захудалом баронстве.

Ее спич мне не понравился, и я было уже хотел вставить свое слово, но, как только я начал говорить, меня перебили:

– Ваше сиятельство, вы знаете, я был бы не против помочь вам в ваших начинаниях, имею опыт в восстановлении хозяйств. А вообще, негоже столь знатной особе спускаться до восстановления такого захудалого баронства. Назначьте более компетентных управляющих, раз нынешние не справляются, – сказал Лука Моуби, смотря на Урсулу, абсолютно не обращая внимания на меня.

Графиня немного удивилась словам баронета, конечно же, понимая всю подноготную его слов. Также успела заметить взгляд Джо, особенно в тот момент, когда его перебил Лука, и решила немного подразнить, благоприятно приняв предложение:

– Вы знаете, баронет, я подумаю над вашими словами, и вправду, нынешний управляющий имеет малый опыт в руководстве баронством.

– Как только вам будет угодно, я явлюсь на ваш зов, госпожа, – встав со своего места и поклонившись графине, сказал баронет.

Я уже не мог терпеть такое обращение к себе и, поднявшись, решил высказаться:

– Баронет, вы являетесь моим гостем и оскорбляете меня в моем же замке. Не хотели бы за свои слова извиниться?

Повернув голову в мою сторону, баронет скривился в презрительной усмешке и выдал:

– Если мне не изменяет память, в данном замке вы являетесь наемным персоналом. Баронство Логрок непосредственно принадлежит герцогу Гросвенор, и до того момента, пока официально не назначат нового барона, его главой будет считаться он или его родственник. Именно сейчас в баронстве находится внучка герцога, и ее стоит считать полноправным владетелем этих земель, а не вас. Так что прошу вас, господин "управляющий", – особо выделил последнее слово Лука Моуби, – не влезать в разговор дворян. Ваши успехи графиня уже особо отметила, так что помолчите, ибо за вашу дерзость я буду вынужден вас проучить.

Я не удивился, я реально охренел от его слов. Злость меня переполнила настолько, что мне стало абсолютно все равно на его положение и все остальные последствия. Так меня еще никто не оскорблял. Но кое-что я еще понимал.

– Вы забываетесь, Лука.

– Не Лука, а Лука Моуби, и за свои слова ты, грязный крестьянин, ответишь. Я, Лука Моуби, вызываю тебя на дуэль, – гордо выпятив грудь, посматривая на немного побледневшую графиню, произнёс баронет.

– Господа, что же вы так, давайте не доводить до крови, – попыталась влезть графиня.

– Ваше сиятельство, вы девушка, и ваше сердце мягко, но я покажу черни, как нужно вести себя со знатью и когда стоит помалкивать.

– Дуэль до смерти, и, так как я маг, буду использовать магию, – зверея от гнева, сказал я.

– Ты что, уже обезумел от страха? Ну что же, я согласен, хотя и собирался тебе для воспитания отрубить одну лишь руку, – немного поубавив в гоноре, ответил баронет и, глядя на меня, продолжил. – Я готов тебя проучить хоть сейчас!

– Через десять минут за территорией замка, – сказал я, на что Лука удивленно уставился, но все же кивнул в знак согласия.

Солл еще не успел зайти, как мы уже стояли на территории испытательного полигона. В роли секунданта Моуби выступал, судя по выражению лица, очень недовольный Эван Гатсинг и что-то втолковывал ему, но затем отошел в сторону, так как Лука от него отмахнулся. Моим секундантом был Зигфрид, который предлагал выступить вместо меня, на что я чуть не послал его куда подальше. Ко мне подошла графиня, но я махнул рукой, не став слушать, что она говорит. Судьями поединка выступили Алан Бонвиль и человек из сопровождающих баронета.

Мы встали напротив друг друга, и по окончании отсчета, извещающего о начале боя, я принялся действовать. Трясина и не успевший добежать пары метров до меня Лука, преодолевший за секунду лишь восемь метров, по колено погружается в кипящее болото. Далее накрываю его печкой, а на себя накидываю купол.

Хорошо, что успел, ибо в следующее мгновение в него что-то прилетело, и нечто очень опасное, так как бахнуло знатно, и щит уже был практически схлопнувшимся. Но печка уже запустилась, и баронет, каким-то образом выбравшийся из болота, стоя на нем и не увязая в земле, попал в средоточие огненного вихря. Вокруг него моментально образовалась водная защита.

Когда я уже думал, что действие Загробной Печки закончится раньше, чем исчезнет его щит, водный купол, окружавший баронета, рассеялся, и в следующую секунду раздался душераздирающий крик. Но только я решил, что ему конец, водный поток ударил в огненный купол, практически смыв его, потушив огонь и остудив дымящегося баронета. И когда волна сошла на нет полностью, перед нами предстал обгоревший Лука Моуби с почерневшей кожей, но все еще живой и визжащий.

Глянув в сторону того, кто пустил волну, увидел мужика, который выступал судьей со стороны баронета. На вытянутых руках он держал амулет, что сиял синим цветом и постепенно затухал. Мужик был не особо колоритный, один из сопровождающих Луки, но, присмотревшись повнимательнее, я понял, что персонаж явно непростой.

– Не хотите объясниться? – спросил я, обращаясь к нему. – По какому такому праву вы вмешались в дуэль, которая должна была окончиться смертью одного из нас двоих? – говоря эти слова, дал приказ всем раксам прибыть к нам и Баллу встать возле меня и приготовиться к бою.

Поначалу хотевший что-то сказать мужик прервался на полуслове и начал наблюдать, как спрыгивающие с замковых врат раксы стали бежать к нам. Они при этом издавали воинственные рыки, скорее всего, чувствуя настроение Баала, а тот, в свою очередь, вышел чуть вперед, сверкая горящими глазами, с окутанными зеленым пламенем руками.

Сопровождающие баронетов хотели было схватиться за оружие. Да и сам Эван Гатсинг, находившийся возле павшего Луки, прикладывал нечто, издающее светло-зеленое мягкое свечение к пищащему что-то баронету, тоже подпрыгнул и намеревался схватиться за свой меч. Но потом тот самый мужик голосом, которым он в принципе не мог обладать, гаркнул:

– Стоять!

Убийственная духовная волна, немного придавившая нас всех, а также зацепившая химер. И если сопровождающие баронетов и они сами замолчали, то раксы начали издавать воинственное рычание, ибо приняли эту духовную волну как вызов. Тут без моего вмешательства рыкнул Баал, и все они как один замолчали.

Мужик подошел к молчавшему и серьезно смотревшему на меня Эвану Гатсингу. Поравнявшись с ним, смотря на меня, опустился в поклоне и проговорил:

– Господин, прошу, пощадите. Мой господин недавно переболел, а после сегодняшнего вина его ослабевший организм, видимо, не справился с нагрузкой, и алкоголь очень сильно пошатнул его разум. Прошу, не губите, проявите милосердие как к нему, так и ко всем нам!

– Кто ты, воин? – спросил я у него, а в том, что он воин, я был уверен.

– Гут, по прозвищу Молчаливый. Сир, я назначен его благородием бароном Лурдом Моуди старшим охраны в сопровождении его благородия баронета Луки Моуди. Прошу, не губите, ваше могущество! Его благородие Лука Моуди младший и единственный выживший сын его благородия барона. Кроме него наследовать баронство некому, и его благородие барон Лурд Моуди обязательно оценит столь великодушный жест и будет весьма благодарен тому, кто оставил в живых его сына и наследника. Тем самым вы пощадите сердце его матери, которое несомненно разорвет весть о кончине ее плоти, что еще недавно лежала под сердцем.

– А где его братья?

– Двоих его братьев война забрала, оставив его, младшего, горячего, убитого горем и иногда не думающего о последствиях, и молодых сестер, что еще оплакивают старших почивших в бою братьев.

О как стелет, хитрец, на жалость давит, но в его словах есть резон. По идее, я должен закончить начатое, но, когда я посмотрел на сильно "загоревшего" Луку, меня начало отпускать. За слова свои поганые, думаю, он уже поплатился.

– Оставлять в живых того, кто называл меня грязью, а оклемавшись будет стараться мстить? – скептически приподняв бровь, обратился я к Гуту. Понятно, что данный персонаж явно не просто охранник, а поставленный бароном доверенный человек, вот только сегодня не справившийся со своей задачей. Или, скорее всего, просто не успевший вразумить разбалованного знатного отпрыска.

– Ваше могущество, иногда детям, чтобы не лезть в кипяток, нужно один раз ошпариться, таким образом они на всю жизнь запоминают, что это не игра, и знают, чем чреваты последствия. Так и баронет поймет, что играть с огнем опасно, – Гут на секунду глянул на обгоревшего баронета. – И я вас уверяю, его благородие барон не забудет убедиться в том, что его наследник усвоил урок и выкинул дурные мысли из головы, – замолчал воин и уставился на меня в ожидании ответа.

А я не спешил отвечать и думал. За прошедшее время уже успел окончательно остыть и, смотря на попискивающего поджаренного Луку, не испытывал никакого желания его добивать. И понимал, что если все-таки решу его прикончить, придётся перебить всех окружающих, ведь сопровождение баронетов не будет просто так стоять в стороне и смотреть на это. Они бы могли просто наблюдать, наслаждаясь зрелищем, если бы баронет меня калечил, но не наоборот.

В то, что чешет этот перец, я особо не верил, он сейчас что угодно скажет, лишь бы я не убивал Моуди. Я полностью уверен в своем праве, так как бой до смерти, но мне не хотелось сильно враждовать с соседними баронствами, пока не хотелось, и я принял решение.

– Баронет сильно оскорбил меня своими словами, но и вы своим невмешательством проявили показательное равнодушие, так что ваша вина не меньше. И я скажу вам так - не хочу вас видеть и желаю, чтобы вы сегодня же покинули мой замок. А завтра чтобы вас не было в баронстве. Я все сказал.

– Ваше могущество, я вас понимаю и приношу свои извинения за произошедшие события. В течение часа нас уже не будет видно со стен вашего замка. Вы очень мудры и милосердны, и ваш поступок не будет забыт, – какой-то не совсем понятной фразой закончил Гут, опять склонившийся в поклоне.

– Прошу нас простить за доставленные неудобства, – склонив голову, сказал Эван Гатсинг.

Кивнув им, я направился в сторону замка. Когда шел, ко мне хотела подойти графиня и что-то сказать, но я ее проигнорировал и, не останавливаясь, двинулся дальше. Скорее всего, сегодняшнее событие – это конец. Не знаю, что она себе думала или не думала, но если когда-то и маячила возможность нашего с ней примирения, то не после произошедшего. От таких людей, как она, лучше держаться подальше. И на днях буду говорить с ними об их отъезде назад домой. Гостью, которая при других гостях меня еще и начала позорить, я терпеть не намерен.

Гут, по прозвищу Молчаливый

Когда барон приказал мне сопровождать своего сына, я не думал, что пустяковая поездка в наибеднейшее баронство может так закончиться. Все должно было пройти просто: знакомство с временным управляющим, предложение о сотрудничестве и заверение в дружбе. Барон говорил сыну предложить управляющему помощь в восстановлении баронства, где финансово, а где и человеческим ресурсом. Но поганцу сорвало крышу при виде графини. И мало того, что он подбивал к ней внаглую клинья, так еще и начал принижать управляющего.

Ну как можно было не соображать, что кого попало герцог бы не назначил руководить баронством. И те твари, что стерегли замок, почему-то глупцу не прояснили картину. Хотя было известно, что Джо не простой маг, а химеролог. Но нет, решил вызвать на дуэль, не подумав, что управляющий может выставить вместо себя ту здоровую тварь, которая, судя по ее виду и исходящей от нее физически ощущаемой силы, могла не только баронета прибить, но и нас всех.

Но прав откровенно вмешиваться и отменять решения барона я не имел и не успел бы, дуэль назначилась очень быстро. И она пошла вообще не по плану, амулет защиты был хорош, но недостаточно, и тогда я решил вмешаться. Был бы кто постарше, а не юноша четырнадцати лет, то, скорее всего, за такое ждала бы смерть. Но удалось надавить на жалость или не удалось, а маг просто уже не хотел добивать Луку.

Сейчас на баронета без слез нельзя было смотреть. Весь покрыт полопавшейся почерневшей кожей, в кровавых подтеках. Лишь благодаря зелью воина и магическим амулетам он остался жив, а еще тому, что я водный поток захватил. Редко его ношу, но как знал, что нужно в эту поездку прихватить. Вот и пригодился.

И теперь, везя на повозке баронета, я думал, как правильно все подать барону, чтобы он не пошел войной на мага. Ибо я уверен: ничем хорошим она не закончится.

Глава 6

Адреналиновый мандраж не давал мне заснуть еще полночи. Я все анализировал, обдумывал последствия и в конечном итоге понял, что поступил правильно, не добивая Луку. Сваливать на свою голову еще и войну с баронствами не есть хорошая идея в моем положении. Но как только они рыпнутся в мою сторону - жалеть не буду.

Я как-то ошибочно Луку начал судить по обертке, не ожидая, что меня спасет лишь везение и вовремя выставленный щит. Вычурный павлин был неплохо так вооружён и очень даже опасен. Не ожидал, что баронет из приграничного баронства будет обладать таким количеством амулетов. И, судя по всему, наличие такого рода вещиц у воинов никого не удивило. Это означает, что практика использования немагами подобных артефактов распространена. В принципе, ожидаемо, я так и думал, но все-таки надеялся на обратное.

Хотелось бы посмотреть на те рунные вязи, что в них заложены. Если водная волна, что применил Гут, была следствием использования небольшого амулета, то вот водный купол Луки, скорее всего, был встроен в доспех, или я просто не увидел его амулет. Подумав немного, решил не корчить из себя умника и воспользоваться мнением более опытного коллеги в плане сражений.

На следующий день попросил зайти в мой кабинет Зигфрида для прояснения некоторых моментов.

– Что скажешь о дуэли? – спросил сидящего и попивающего напротив меня вино капитана.

– В этот раз на твоей стороне была удача, – перевел взгляд с вина на меня Зигфрид.

– Поясни.

– Думаю, ты и сам понял, что твои жезлы были неожиданностью для Луки. Скорее всего, он вообще не рассчитывал, что ты будешь использовать что-то подобное.

Как-то не понравилось мне такое объяснение.

– То, что он не рассчитывал, само собой. Глупо выходить на бой, в котором противник все о тебе и твоих возможностях знает.

– Не в этом суть, он не ожидал, что ты будешь обладать жезлами такой силы. Вот и получается, вышел, абсолютно не боясь, и попер в лоб на тебя, ожидая, что его защитный амулет не даст нанести повреждения. Как видишь, сила твоего заклинания оказалась больше, чем его, вот и результат. Скорость его движения была на уровне ветерана второго ранга. Для приграничного барона неплохой показатель. Так что я более чем уверен, если бы он тебя воспринял всерьез, было бы не до шуток, и, скорее всего, ты бы его не успел накрыть печкой, так как закрылся бы от его атаки куполом раньше, а потом сидел бы в нем и смотрел, что будет дальше. Трясина, как видишь, тоже сработала только благодаря эффекту неожиданности, но и то ненадолго. Купол еле выдержал его атаку. А печка еле справилась с его защитным амулетом. Ты победил, но победа очень неуверенная, и, скорее всего, такой схемой "трясина-купол-печка" ты больше никого не удивишь.

– Думаешь?

– Уверен, тот воин Гут расскажет в подробностях о бое, да и Эван Гатсинг, полагаю, многие выводы для себя сделает.

– И что делать? Я раньше думал, что вместо себя буду выставлять Баала или химер, но в такой ситуации посчитал неуместным так поступать, хотелось своими руками его проучить, а не спускать на него кого-то в ожидании, что его накажут за меня.

– Джо, тебе нужно четко определиться, в каком направлении ты хочешь двигаться - маг ты или воин. Если маг, то должен использовать все, что подвластно тебе, как магу. И те химеры, которыми ты обладаешь, по сути, продолжение тебя, они и есть ты! Когда ты принял вызов на дуэль, для меня было все просто. Я ожидал, что ты выйдешь на него с Баалом, так как это твое создание, и никто не вправе запретить тебе его использовать в случае нужды. И все, дуэль бы закончилась, не успев начаться, но ты решил проявить храбрость, граничащую с глупостью, хорошо, что повезло, и ты победил, но могло бы и по-другому закончиться. Если ты считаешь это хитростью, ты подумай вот о чем. Как считаешь, высшие дворяне выходят на сражения, используя лишь кулаки? Или они идут в бой обвешанными всякого рода целительными, защитными и атакующими артефактами? – глянул на меня капитан, а когда увидел, что до меня начало доходить, продолжил. – Вот-вот, они не стесняются использовать все, что хоть как-то их усилит, и не геройствуют почем зря. А ты решил проявить характер. Как видишь, даже твой враг не рассчитывал на один лишь меч...

Вот я баран, действительно, о чем я только думал. Лука Моуби был нафарширован магическими прибамбасами и не стеснялся их применять, а я вот, герой, пошел с тремя жезлами... Ну что тут сказать, наука и опыт. В следующий раз буду умнее.

– А почему ты не предупредил про его амулеты?

– Ну, про само их наличие, я считал, ты и так знаешь. Подумал, ты догадался, что если в меч можно встроить стихию и придать ей определенные свойства, то и с другими предметами такое можно провернуть.

– Я думал, только руны высшего порядка позволяют работать с духом.

– А это и были руны высшего порядка, или ты что, решил, что это амулеты наподобие твоих? – на его вопрос я кивнул. – Э, нет, дружок, если бы это было так, то подобные артефакты не были бы столь редки. Само наличие их у баронета говорит, что барон нехило так раскошелился на защиту своего последнего сынка. А Гут, судя по всему, или достал в бою, или за особые заслуги получил. Купить вряд ли сам мог, дорого слишком.

– А у тебя есть?

– Был неплохой амулет согрева. Ну, если напитать его духом, зимой не холодно в броне, – пояснил он в ответ на мой недоумевающий взгляд. – Но недолго он у меня был, продал я его, чтобы покрыть услуги целителей.

– А за сколько?

– Три тысячи золотых.

– Ого, неплохо ты зарабатывал когда-то.

Сумма для меня и сейчас очень даже впечатляющая.

– Я его снял с того же противника, у которого забрал меч. Такого вида амулеты редкость, простому обывателю их не продадут, да и связи нужны, чтобы тебе артефактор их продал.

– Почему?

– Ну, я всего не знаю, но у того, кто создает такие артефакты, есть свое клеймо. И кому попало такое продавать не будут, чтобы не портить репутацию. К примеру, артефактор Алтонии никогда не продаст свои именные артефакты в империю. Ему будет сразу секир-башка как предателю.

– А если он создаст не именной артефакт?

– Я ж говорю, не знаю всего, но как-то знающие маги могут понять, кто создавал данный артефакт. Есть что-то наподобие стиля, и сам маг при создании оставляет тень своего присутствия или отголоски маны.

– То есть маг делает артефакты для воинов, что используют дух?

– Ну а кто?

– Я думал, что воин, – удивленно произнес я.

– Насколько я знаю, маги такие артефакты создают.

– Почему?

– Они же в основном для магов их создают.

– Стоп, получается, что артефакты, в которых используются руны высшего порядка, могут применять как маги, так и воины, использующие дух? – поразился я данной новости.

– Выходит, что так.

– Интересно. Как думаешь, сколько стоит такой водный щит, что был на Луке?

– Понятия не имею, однозначно дорого. Он же еще в тебя чем-то запустил, бахнуло здорово. Тот артефакт тоже недешевая штука. Имею в виду по меркам дохода баронства не дешевая. Обычным гражданам такие артефакты не светят.

– Значит, воины-дворяне могут обладать не только умением использовать дух, но и всякого рода амулетами.

– Ага. Потому я и говорю, больше не повторяй своего геройства, а выставляй Баала.

– Да я уже понял, что сглупил, но в тот момент как-то мало соображал вообще, неожиданно все произошло.

– Это точно, Лука хоть и дурной, но видно, что перед графиней красовался, а та совсем не подумала, что последует за ее словами.

– Еще как не подумала, начала меня позорить перед гостями. Хочу ее спровадить. Думаешь, послушается?

– Скорее всего, нет. Не силой же ты ее будешь гнать? Но девка сглупила, это правда. Не делается так.

– Вот-вот! Думаю, на днях решить вопрос с ними.

– Даже не знаю, но, судя по ее виду, она и сама поняла, что оплошала. Может, не будешь серчать на нее?

– А где ты ее видел?

– Да она Алана провожала, он в тот же день после дуэли ночью поехал, скорее всего, передавать сообщение герцогу. Так и увидел ее, и по ее взгляду было понятно, что она была расстроена.

– Может, отъезд верного слуги ее расстроил?

– Вряд ли, тут другое.

– Как думаешь, барон будет мстить?

– Не могу судить, так как не знаю о бароне ничего вообще, зависит от его характера, всё-таки сын поехал целый, а вернулся слабой прожарки, га-га-га! – заржал и пожал плечами капитан.

– Ну вот и будет первое серьезное задание для Петры, пускай постарается узнать побольше.

– Хорошо, я ей передам. Но, сам понимаешь, она пока, можно сказать, любитель, не стоит ожидать особых результатов.

– Посмотрим, как справится.

– Это да.

Родовой замок Моуби

В больничных палатах замка за своим обгоревшим чадом наблюдал Лурд Моуби, барон и владетель баронства Моуби. То, что он видел, ему ой как не нравилось, но после последних событий он уже не рубил с плеча, жизнь его научила не принимать поспешных решений. Барон все-таки решил узнать, что произошло у не справившегося со своими обязанностями доверенного.

– Говори, – сказал барон стоявшему за его спиной Гуту, не поворачивая голову и все так же наблюдая за сыном.

– Ваше благородие, произошла дуэль. Его благородие проиграл.

Гут хоть и был воином довольно сильным, но своего господина побаивался, особенно когда тот был в гневе. А сейчас барон был именно в таком состоянии.

– Тогда почему Лука еще жив, если он проиграл? – со сталью в голосе спросил барон.

– Я вмешался, не дожидаясь его смерти.

«Бах-х-х-х», – послышался глухой звук от удара, прилетевшего Гуту в грудь и выбившего воздух из легких, а сам воин отлетел на пять метров к ближайшей стене и врезался в нее спиной.

Затем, упав на землю, Гут тяжело захрипел и сплюнул на пол кровь. Но все же, несмотря на такой удар, начал вставать, а после этого стал ожидать дальнейшей реакции своего господина.

– За то, что опозорил сына, – спокойно произнес барон. – А награда за его спасение – твоя жизнь. Продолжай! Кто зачинщик?

– Господин, его благородие Лука, – Гут немного хрипел поначалу, но дальше, отдышавшись, продолжил нормально говорить. – На пиру, устроенном управляющим в честь гостей, тот, увидев госпожу графиню Гросвенор, начал расспрашивать про ее планы и приглашать к нам погостить. Та ответила, что должна присутствовать в баронстве Логрок и помогать управляющему, так как тот имеет мало опыта, но обещала подумать. Баронет стал предлагать свою помощь графине и советовал, если нынешний управляющий не справляется, назначить нового.

– Это он говорил при управляющем, маге первого ранга? – удивился барон.

– Да, господин, именно из-за этого и началась перепалка. Господин Лука потом обозвал управляющего чернью и сказал, чтобы тот закрыл рот и не влезал в дела знати. Ну и вызвал его на дуэль. А маг поставил условие, что бой будет насмерть и с использованием магии. На что господин Лука согласился, и уже спустя десять минут за территорией замка произошла дуэль.

– Глупец, я думал, что лучше воспитал и обучил своего сына. Скажи мне, маг жизни первого ранга считается чернью?

– Нет, господин, маг такого ранга приравнен к младшему дворянскому сословию.

– Ты это почему-то знаешь, а вот мой сын, к моему стыду, нет. Это все мать, разбаловала негодника... – грустно покивал головой Лурд. – Продолжай!

– Схватка произошла быстро. Господин устремился к магу, а тот, в свою очередь, воспользовался какими-то магическими жезлами, и под ногами господина закипела земля, но та не стала ему сильной преградой, и он применил артефакт иглы пробоя. Маг вовремя накинул на себя защиту, благодаря очередному магическому жезлу она выдержала, и в ответ маг использовал на господине Луке огненный купол. Сфера воды успела активироваться и начала защищать господина, но огонь держался дольше. Когда она пропала, я вмешался, ибо огненный купол, что использовал маг, господина бы испепелил. Не прошло полсекунды, как водный поток погасил пламя, но и этого хватило, чтобы его благородие так обгорел.

– С этим ясно, но он же маг жизни и химеролог, почему химер вместо себя не использовал? – повернув голову в сторону Гута, произнес барон.

– Неведомо мне, господин, но именно нежелание использовать химер было нам на руку, ибо, если бы использовались химеры, а точнее та, что постоянно возле управляющего, шансов бы не было.

– Настолько сильна, что Лука бы не справился? – приподняв бровь, удивленно спросил дворянин.

Лука хоть и был шалопаем, но довольно умелым практиком духа, и не верилось, что он не справился бы с какой-то животинкой, созданной четырнадцатилетним магом. По сути, юнцом.

– Господин, вы не так поняли, шансов бы не было у нас всех, и даже вы вряд ли бы справились.

– Поясни.

– Вид она имеет похожий на медведя с рогами, что идут со стороны висков вперед, и с гривой вокруг шеи, но тварь стоит на двух ногах, прям как люди, и зыркает светящимися глазами по округе. Когда у нее окутались зеленым пламенем руки, понял, что шансов у нас нет, точнее та физически ощущаемая сила, что исходит от нее, дала это понять. Но кроме нее еще были и другие химеры, тоже очень сильные. Так что, господин, мы были обречены на поражение. А когда маг сказал покинуть его владения, мы, не мешкая, собрались и уехали. На этом все.

– Говоришь, химера, что сильнее меня, и остальные твари есть. Сколько их?

– Больше семидесяти точно, может, сотня. Но есть еще и Зигфрид, тот воин тоже сильный, правда, без левой руки.

– Не просто сильный, а мастер меча.

– Мастер меча, господин?! – удивленно вытаращился Гут на барона. – А какого ранга?

– Третьего, как говорят.

– Ну, тогда нам вообще повезло, раз целыми выбрались.

– Судя по всему, так ведя себя, мой сын, действительно, выбрался из этой ситуации наиболее "целым", – сказал барон, глядя на своего обгоревшего забинтованного отпрыска, который в данный момент благодаря зельям спал и восстанавливался.

– Значит так, госпоже и моим дочерям ни слова! Я все расскажу сам.

– Как скажете, господин.

– Ступай, мне нужно подумать, как поступить дальше.

На что Гут склонился в поклоне и пошел по своим делам, оставив задумавшегося барона наедине с сыном.

Алан Бонвиль

Загоняя специально выведенного животноводами коня, Алан добирался к родовому замку герцога. Ситуация требовала его непосредственного решения, нужно было вмешаться в то, что происходило в баронстве.

К сожалению, его советы не воспринимались графиней, и она поступала по своему разумению. Выходило так, что, вопреки запланированной миссии по установлению очень дружеских отношений с Джо, она настраивала его против себя, а последняя выходка показала, что ситуация полностью выходит из-под контроля и задание на гране срыва. Единственно верным для себя решением Алан считал ввести в курс событий герцога или его сына.

По прибытии в родовой замок Гросвенор он направился к находящемуся на месте герцогу. На что тот, узнав о приезде Алана, передал слугами, что примет гостя через полчаса. В это время Бонвиль имел возможность немного отдохнуть, затяжная поездка на конях для воина его ранга не являлась проблемой, но и немного передохнуть не помешает.

Переводя дух, он рассматривал величественные синие гобелены, на которых изображались знатные родичи герцога, а на некоторых полотнах были и сражения людей против каких-то, судя по всему, тварей, так как гобелены были очень старые и уже было плохо видно. Задумавшись, Алан не заметил, как к нему кто-то подкрался, но рефлексы воина сработали как надо, и он успел среагировать на атаку. Отклонив удар, Бонвиль провел контратаку, нанеся два удара руками и один ногой, но и его атаки были отбиты. На этом сражение было завершено.

– Рад вас видеть, госпожа! – склонился он в глубоком поклоне, ибо перед ним стояла старшая дочь Вольфа Гросвенора. – Прошу прощения, задумавшись, не признал вас и на рефлексах начал действовать.

– Выпрямись, Алан, и тебе не хворать! – произнесла графиня уверенным волевым голосом, в котором постоянно присутствовала сталь.

Подняв голову, он, как и всегда, не увидел лица ее сиятельства, так как оно постоянно было закрыто темно-синей маской, что имела очертания волчицы. А сзади была видна сплетенная коса темных, отдающих синевой волос. Графиня была сильной воительницей, и Алан не был уверен, что у него есть шанс с ней справиться. Дева была уже выше ростом, чем он сам, метр девяносто пять, а это в первую очередь говорит о ее внутренней силе. Ну и объёмами в нужных местах она подросла, этого воин не мог не заметить.

– Что привело тебя, разве ты сейчас не должен нянчиться с сестрой? – насмешливо спросила графиня.

– Госпожа, именно поэтому я и приехал, ситуация выходит из-под контроля и на гране провала.

– Чудит? – спросила Сабина Гросвенор, уперев руки в бока.

Но вместо ответа Алан тяжело вздохнул и лишь кивнул в знак согласия.

– Неудивительно, зная ее характер, отправить ее к потенциальному женишку было ошибкой. Что она натворила?

– Принизила Джо перед гостями, вследствие ее слов произошла дуэль до смерти. Маг-то победил, но я решил не ждать последствий и двинулся за советом сюда.

– Эх, сестра, – как-то печально вздохнула Сабина, – но отец или дед решат, что делать, – закончила она говорить и перевела свой взор в сторону идущего слуги.

А тот как раз в этот момент шел, чтобы позвать гостя к герцогу. Сабина Гросвенор, тоже прибывшая недавно в замок, направилась к компании Алана, чтобы заодно проведать деда.

Хью Гросвенор сидел во главе массивного дубового стола в своем кресле и, попивая вино, с немного уставшим взглядом встречал гостей. За его спиной висел родовой гобелен с изображением скалившегося волка, родового зверя рода Гросвенор.

– Господин! – склонился в поклоне Алан.

– Здравствуй, дедушка! – уважительно произнесла Сабина.

– Алан, ты сейчас должен быть не здесь, что-то случилось, раз ты прибыл сюда? – пристально посмотрел на воина герцог, а в его тоне появилась угроза.

Алан подробно пересказал все случившееся герцогу, не только про недавнюю дуэль, но и происходящее ранее, про внутренние события в замке и их обитателей. Внимательно выслушав, герцог откинулся на спинку кресла, задумавшись, начал почесывать седую бороду и перевел взор на его старшую внучку.

В результате неудачной попытки убийства его старший сын стал бесплоден, а внучка, которая была рядом и попала под заклинание, страшно изуродована и теперь вынуждена ходить в маске, чтобы не пугать своим обезображенным лицом окружающих. Несмотря на возможности герцога, он не смог найти нужного лекаря, способного ее исцелить, и тут ему приносят весть, что у его бывшего воина Зигфрида отрезанная рука начала отрастать. Всем известно, что атаки демонов не исцеляются, а тут вот оно как...

– Я читал твой рапорт о нападении, но ты в нем не указывал про руку, – недовольно произнес герцог.

– Господин, как ранее я вам и говорил, наши отношения с магом не дружественные. Так получилось, что, вследствие поведения вашей внучки, мы очень мало общаемся, и о своих возможностях он нам не говорит вообще. И об этом мне никто не рассказывал, я просто помню руку Зигфрида в тот момент, как он ее потерял, и снова увидел ее недавно. Он ее перевязывал на улице, и я заметил, что культя стала больше, вот и сделал выводы.

– Ты уверен, что чернокнижник был одержим именно демоном?

– Из известных мне описаний все сходится. Духи так не выглядят и не искажают так своих носителей. Да и сила его показательна, благодаря Баалу лишь справились.

– Ясно. Значит, у него есть химера, что справилась с демоном, и его исцеление справляется с ранами, оставленными им, – задумчиво произнес герцог, опять начав смотреть на внучку.

– Я тебя услышал, ступай, отдохни немного. Когда нужно будет, за тобой пришлю.

– Как скажете, ваша светлость, – Алан склонил голову в поклоне и, развернувшись, вышел из кабинета, аккуратно закрыв за собой дверь.

В кабинете остались лишь герцог и его внучка.

– Твой отец в столице, но ты его правая рука. Что скажешь? Ты слышала то же, что и я, – обращаясь ко своей внучке, произнес герцог.

– Сестра чудит, ну а что ты ожидал, отправляя ее в ссылку в захудалое баронство к своему худородному женишку? – сказала Сабина, на что дед нахмурился, и она, моментально поправив себя, в таком же холодном тоне продолжила. – Маг – обидчивый плакса и, судя по всему, еще и мягкотелый, раз не стал добивать противника. Демон, видимо, не особо сильный, раз химера справилась с ним. Маг лечит и лечит неплохо, вот его единственный плюс.

– Еще подумай.

Сабина задумалась. Минуты две она помолчала, а потом начала озвучивать свои мысли:

– Скорее всего, ты хочешь обратить мое внимание, во-первых, на химеру. То есть маг вывел тварь, которая убила демона, и если он был не такой уже и слабый, то выходит, что химера сильнее мастера меча третьего ранга. Во-вторых, рука Зигфрида, что стала отрастать. Так как раны, оставленные демоном, не лечатся, то сам факт, что маг может исцелить такое, говорит о многом. Ну и все, в принципе.

– Сабина, почему твои раны не исцеляются?

– При нападении враг использовал неизвестное заклинание, а точнее неведомая тварь, которой управлял враг.

– Сабина, а как ты думаешь, что была за тварь, которая искалечила как твоего отца, так и тебя и повлияла на средоточие твоей не родившейся сестры?

– Дедушка!

Под маской видно не было, но Сабина почувствовала лучик надежды, что впервые начал маячить перед ней, и ее лицо, изувеченное и обезображенное мутациями, впервые приобрело радостное выражение, и первая улыбка за долгие годы показалась на нем.

– Ты имеешь в виду то, о чем подумала и я? Та поганая тварь была демоном?

– Ты права, внучка, и что нужно сделать сейчас?

– Взять доверенных воинов и заставить мага вылечить отца, меня и сестру. Всех, кого мы скажем.

– Э, нет, внучка, ты поедешь и, во-первых, успокоишь свою сестру. Во-вторых, все это время будешь держать язык за зубами. В-третьих, с магом ты должна будешь как минимум подружиться. А за его услуги ты ему дашь несколько трактатов по магии, выберешь что-то из библиотеки, главное, чтобы было о жизни или вытекающее из нее. Попросишь его исцелить тебя, вот тогда и вернёшься сразу с хорошими вестями. Но достаточно о маге, расскажи, как там дела в столице.

– Я тебя поняла, дедушка. Да, слушай, наши враги...