Поступь крови. Перерождение. Том 3

Глава 1

“Четвёртый ранг. Как минимум трое Демонов. И пятый. Как минимум — шестеро, — сообщил Гидра-помощник. — В прошлой жизни такого точно не было”.

— Звучит плохо, но не катастрофично, — пробормотал я. — У меня седьмой ранг, я возьму на себя высокоранговых Демонов, а с остальными справятся Прокажённые. Главное, чтобы они не запаниковали.

Как только я это произнёс, все Прокажённые завопили и повалились на землю. Но они не были ранены. Что происходит? Кто-то атаковал их ментально? Прокажённые катались на берегах Рейна и раздирали себе лица ногтями.

Со всех сторон доносились крики:

— Нет, не надо!

— Остановись!

— Прекратите это!

Сокрушительный удар по моим воинам — казалось, что Демоны автоматически выиграли битву и что я вот-вот лишусь своей маленькой армии. Демоноборцы Германии и Франции просто не успели бы вступить в бой, настолько молниеносно всё случилось. Я подал им знак, но, пока они спустятся к берегам Рейна, Демоны уничтожат большую часть Прокажённых — я не успею спасти всех. Однако… твари потеряли интерес ко всем людям. Они сосредоточились на мне.

На мгновение Демоны замерли и задрали морды вверх, гулко втянули в себя воздух — они что-то вынюхивали. Не что-то, а кого-то — меня. Словно по команде, ублюдки развернулись и побежали ко мне.

“У меня есть предположение”, — скромно проронил Гидра-помощник.

— Какое? — спросил я сквозь зубы, параллельно активируя Кровавую Булаву. Одиннадцать Демонов передо мной завизжали, и в них образовались сквозные дыры. Я закрутил Кровавые Булавы и провертел через них Демонов, как фарш через мясорубку.

“Владыка Демонов запомнил отпечаток вашей магии из прошлой жизни и сделал её слепок в этой. Если у человека или Демона слабый талант, его почти невозможно отследить на любом ранге. Но если он обладает мощным магическим даром, то по такому слепку его можно отследить во время прорыва на высокий ранг”.

— То есть теперь это будет каждый раз? — выплюнул я. — Да чтоб Преисподняя обвалилась и его похоронила!

“Во всём есть плюсы, — философски протянул Гидра-помощник. В его голосе звучали иронические нотки. — Прокажённые погибли бы, если бы Владыка не выследил вас по магии”.

И он был прав — это выиграло время. Французские и немецкие демоноборцы зашли в тыл Демонов и рубили их направо и налево. Я отбивался от нападающих тварей, которые яростно на меня наседали, и пытался понять, что случилось с Прокажёнными. Такая мощная ментальная атака требовала, чтобы менталист находился поблизости. Я медленно отступал, увлекая Демонов за собой, — чтобы они ненароком не затоптали Прокажённых.

— Получай, уродище! — прорычал я и отшвырнул двурангового Демона, который чуть не превратил меня в камень. Заклинание трансформирующего действия — опасно, только если я допущу тактильный контакт. Повезло — у этого Демона была кровеносная система, и я активировал Кровавый Взрыв. Самый большой кровеносный сосуд Демона лопнул, и тварь была выведена из строя. К сожалению, ненадолго.

Проблема заключалась в том, что четырёхранговых Демонов уже так просто не убить. Недостаточно расчленения, необходим Утилизатор — особая печь с Адским Пламенем. Я уже давно рассказал об этих машинах человечеству, и кое-где их начали производить. Но насколько я знал, поблизости не было ни одного Утилизатора.

“Что вы собираетесь делать?, — с интересом спросил Гидра-помощник. — Я не вижу вариантов, как убить четырёхранговых и пятиранговых Демонов прямо сейчас”.

— Этого не потребуется, — ответил я. Ко мне по воздуху подплыл Демон-рыба, ужасно смахивающий на пучеглазую камбалу. Он плюнул, и вокруг меня образовался плотный водный пузырь. У меня не получалось из него выбраться, пузырь растягивался словно резиновый. Кислород в лёгких заканчивался, горло жгло от желания сделать глубокий вдох. Если изнутри разрушить пузырь невозможно, то нужно заставить Демона отключить заклинание.

Я активировал Кровавый Туман. Был риск, что в воде он не сработает, но всё прошло как по маслу — я стал невидимым для Демона-рыбы. Он вытаращился на пузырь, захлопал ртом и подплыл поближе. Повезло, мне попался тупой Демон. Так и не увидев меня, он отменил заклинание — пузырь лопнул, вода расплескалась по земле. Демон подплыл к луже и шлёпнул по ней плавником.

— Меня ищешь? — хмыкнул я и разорвал его пополам Кровавой Булавой. — Ну а теперь можно приступить к ликвидации четвёртого и пятого ранга.

Гидра-помощник любезно подсветил мне нужных Демонов. Я выбрал ближайшего — Демона-каменщика, который не успел восстановиться после Кровавого Взрыва. Я схватил его искалеченную тушку и перепрыгнул через Рейн — туда, где разбили лагерь французские военные. Остальные Демоны, словно заворожённые, проследили за моим прыжком, развернулись на сто восемьдесят градусов и помчались за мной.

Во французском лагере осталось около пятнадцати демоноборцев — видимо, кто-то из главнюков.

— Ты что творишь? Как смеешь?! — вякнул щеголеватого вида мужичок в дорого-богатом кителе. Как на парад собрался, смешной.

— Он притащил Демона! Предатель! — воскликнул старик, стоящий рядом с ним.

Я бросил им в ноги Демона и приказал:

— Рубите, колите, жгите. Что угодно, только не позволяйте ему регенерировать. Это четвёртый ранг, его нельзя убить без Утилизатора.

— Ты понимаешь, с кем разговариваешь, кровавая тварь?! — ощетинился старик. — Всерьёз считаешь, что мы будем выполнять твои приказы?! Уж не знаю, как ты подмазался к Российскому Императору, но…

— Можете не выполнять, — я пожал плечами. — Но это четырёхранговый Демон. Если он восстановится, то убьёт вас.

Я оттолкнулся со всей силы и прыгнул на следующую четырёхранговую тварь. Другие Демоны снова проследили траекторию моего полёта и изменили курс движения. Забавно. Они были будто болванчики, которые наклоняли голову туда, куда ткнёшь пальцем.

“Скорее всего, Владыка запечатал свой приказ в их магических ядрах. Если они не будут следовать ему едва ли не дословно, то их магические ядра взорвутся и они умрут. Это затуманивает их разум”, — вставил Гидра-помощник.

— Облегчил мне работу, — я усмехнулся. — Побуду приманкой. Демоны так поглощены желанием меня поймать, что совсем не защищаются, когда демоноборцы их крошат в капусту. Как думаешь, тот высокомерный старикан согласится почикать ещё пяток Демонов?

“Он разозлится, — фыркнул Гидра. — Но выбора у него нет”.

Следующие минут пятнадцать на берегах Рейна развернулось представление, которое нарочно не придумаешь. Я прыгал туда-сюда, вылавливая высокоранговых Демонов и оттаскивая их француских военачальникам. Демона носились за мной, со злостью рыча и завывая. А Прокажённые всё так же корчились в сторонке. Обезвредив высокоранговых Демонов, я на секунду остановился, чтобы перевести дыхание.

— Да что ж ты за жопа-то рогатая? — прорычал я, оторвав голову Демону с раскидистыми рогами, на которые он попытался меня насадить. — Не мешай отдыхать! — я снова активировал Кровавую Булаву. Последние шесть использований — если буду использовать заклинания ещё, то не хватит энергии на Кровавый Доспех. Шипастые сферы расчистили пространство вокруг меня, но дальше придётся убивать Демонов руками. Грязно, энергозатратно, медленно. — Гидра, где может скрываться менталист?

“Не хватает обзора, — немедленно отрапортовал он. — Я получаю информацию через ваши органы чувств. Мне нужно, чтобы вы осмотрелись”.

— Немного занят.

“Предположу, что менталист деактивирует заклинание, как только вы победите Демонов. Судя по всему, его цель — уничтожить Прокажённых. Вероятно, он ещё надеется, что Демоны переключатся с вас на них. Если Демоны отступят, менталист остановит атаку и затаится и я не смогу его вычислить”.

— Я могу как-то спрятаться от всевидящего ока Владыки? — саркастично поинтересовался я.

“Если вы используете Кровавого Двойника и телепортируетесь в Москву, то резкий разрыв расстояния выведет вас из “радара” Владыки. С Демонов спадёт морок, и они переключатся с вас на других людей. Вы сможете вернуться, и Демоны уже не будут вас чувствовать”.

— Отличный план. За исключением одного маленького “но”, — фыркнул я и прикрыл своим телом воина, которого Демонюга пытался пронзить ледяным мечом. Лезвие проткнуло мне плечо. Я сломал меч и проткнул грудную клетку Демона рукой, вырвал его внутренности.

“Вы о том, что Прокажённые останутся без защиты?” — уточнил Гидра.

— Ты очень догадлив, — французские и немецкие военные справлялись с таким количеством противников с большим трудом. А ведь Демоны ещё отмахивались от них как он назойливых мух, а не сражались с ними всерьёз — убивали, только если они мешали пройти тварям ко мне. Стоит мне исчезнуть, как Демоны со всей яростью обрушатся на демоноборцев и очень скоро доберутся до беззащитных Прокажённых. Я на всякий случай спрятал Кровавого Двойника неподалёку от Рейна, но всё равно телепортация в Москву и обратно — большой риск.

“Так что вы решили?”

— Собирай информацию. Ты же хвалился идеальной памятью. Значит, тебе должно хватить, — сказал я и подпрыгнул. Я вложил в этот прыжок все свои силы, благодаря чему подлетел до облаков и на секунду завис в самой высокой точке, врубив зрение на сто процентов. Передо мной открылся прекрасный вид на поле боя. На пару мгновений — потому что почти сразу же за мной в погоню бросились летающие Демоны, и чёрным полотном закрыли обзор. — Ну что, Гидра, достаточно?

“Восемь десятых секунды — это мало. Из-за этого мой анализ может быть ошибочным”, — брюзгливо ответил он.

— Ладно, давай ещё раз, — я снова подпрыгнул. Повторил три раза. — А сейчас?

“Возможность ошибки не исключена, но уже намного лучше”.

— Ну так не тяни кота за яйца, а выкладывай, что ты там наализировал! — отрезал я, отрывая крылья Демону-летучей мыши. Эх, сколько демонических ядер впустую пропадают… Для меня демонические сферы третьего ранга уже бесполезны, а баночек с карборановой кислотой под рукой нет.

Перед моими глазами появилась картинка — берега Рейна, на которых сражались люди и Демоны. То, что я видел буквально минуту назад, подлетев до облаков. Гидра наставил крестиков, кружочков — выделил, что посчитал важным.

“Все люди заняты. Я не заметил ни одного подозрительного человека, который был бы простым наблюдателем. Однако среди Прокажённых меня заинтересовал вот этот мужчина, — Гидра подсветил красный кружочек. — Его симптомы ментальной атаки отличаются от симптомов других людей. Посмотрите, — картинка увеличилась. — Он будто бы имитирует. Остальные Прокажённые пытаются защитить голову и царапают свои лица и шеи. А он просто дёргает руками и ногами, скрючив пальцы”.

— Кто это?

— Александр Морской.

Один из первых Прокажённых. Клочко докладывал, что на протяжении нескольких месяцев происходили странные события. Будто кто-то саботировал работу Прокажённых. Но с другой стороны, это вполне можно было списать на нелепые случайности. К тому же диверсанта так и не нашли, а недели две назад всё затихло. Александр Морской… неуравновешенный мститель, но на злодея он никак не тянет. Что у него в голове стрельнуло? Или кто-то его подкупил?

— Его первое заклинание позволяет передавать ощущения через тактильный контакт. А второе — наоборот, считывать эмоции. Клочко говорил, что Морской застрял на первом ранге.

“Это легко проверить”, — хмыкнул Гидра.

— Ты прав.

Между Прокажёнными и Демонами была “прослойка” из демоноборцев. Они выгадают мне несколько минут — достаточно, чтобы вырубить Морского и привести Прокажённых в чувство. Я прыгнул — сегодня день прыжков какой-то — прямо к Морскому. Молниеносная реакция того меня удивила — судя по всему, корчась в театральных муках, он внимательно за мной следил. И когда я метнулся в его сторону, он сообразил, что раскрыт, и… побежал мне навстречу. Его расчёт был прост — разгневанный я должен в запале дотронуться до него, и тогда моя песня спета.

Я активировал Кровавое Оружие и создал из крови Морского клетку, сделанную в форме человеческого тела. Изнутри она была покрыта шипами. Я направил клетку на Морского и захлопнул дверцу. Он заорал от боли — шипы проткнули его кожу, но неглубоко. Каждое движение причиняло ему дикую боль — в таких условиях невозможно сконцентрироваться на заклинании. Секунда, вторая — и его магия бесследно рассеялась. Прокажённые избавились от морока и начали подниматься, испуганно оглядываясь.

Первым пришёл в себя Клочко:

— Собрались! Быстро! Сомкнули ряды! — рваными фразами он отдавал команды.

Я повернулся к Морскому:

— Ну что, дружочек, вот у нас и появилась минутка на поболтать.

Убедившись, что Демонов медленно, но верно теснят, я взял Морского за шкирку и уволок на базу Прокажённых. Они организовали её на территории Франции, у подножии Альп. Сняли домик на несколько месяцев у милой старушки. Ключа у меня не было, так что пришлось сломать замок. Я вошёл внутрь и поставил клетку с Морским перед диваном, а сам устало опустился на мягкие подушки.

— Зачем? — устало спросил я, покосившись на настенные часы. Энергии оставалось на полтора часа Кровавого Доспеха.

— Тебе не понять.

— А ты попробуй объясни.

— Ты когда-нибудь терял всё? — Морской наклонился вперёд, не обращая внимания, как шипы впиваются в его щёки. — Весь мир? Нет, тебе не понять… Моя жена была моим миром. Мы планировали… — он хрипло захохотал. — Какая к демонам разница, что мы планировали?! Всё в помойке! Эти твари выкинули всё в мусорку! Они отобрали у меня смысл жизни. Я отомстил, но это ничего не изменило. Всё стало серым. Но самое мерзкое, что остальные люди радовались. Смеялись. Веселились! — он произнёс последние слова с ядрёной смесью ненависти и презрения.

— Обычная зависть? — я вздохнул.

— Справедливость! Почему они, а не я?! — прорычал Морской.

— Почему ты согласился на моё предложение? — уточнил я.

— На секунду… — он усмехнулся. — На ма-а-а-а-а-аленькую секунду мне показалось, что это выход. Показалось, что ты дал мне причину жить. Просто служить тебе и не думать. Развиваться и становиться могущественнее и могущественнее. Но этого хватило на несколько дней. А потом всё вернулось на круги своя.

— Ты хотел захватить власть над Прокажёнными?

Морской опять расхохотался.

— Нет! Я хотел, чтобы все они почувствовали себя мной! Чтобы поняли, каково это — потерять всё! Ты бы видел, как они чуть ли не молились на тебя и твою организацию! Ты же вытянул из говна, помог, а Клочко вообще спас от ужасной смерти! До встречи с тобой у них ничего не было! Совершенно ничего! Преступники, нищенки… просто болваны, болтающиеся словно говно в проруби! Их радость не прошла через несколько дней, они до сих пор готовы тебя боготворить! Разве это честно? Нет, это не честно! Я просто решил лишить их всего. Как когда-то лишили меня.

— Понятно. Чокнутый — одна штука, — пробормотал я. — Ты мог сливать данные Пожирателей и озолотиться, но выбрал убить людей, которые считали тебя другом и соратником. Мне казалось, что у тебя есть шанс на лучшую долю. Я ошибался.

— Хватит задушевных разговоров, — со злостью бросил Морской. — Убивай!

— Ты что! — я с деланным возмущением прижал руки к груди. – Какой убивай? Ты — первый предатель в моей организации. И такому человеку полагает особая честь.

Морской заметно побледнел:

— Что ты имеешь в виду?

— Ты станешь примером того, что происходит с предателями, — я улыбнулся.

— Нет! Ты не имеешь права! — выпалил Морской.

— О, неужели я вытянул тебя из апатии? — иронично протянул я и вышел на улицу, игнорируя крики Морского, впавшего в панику.

Пора возвращаться домой.

Глава 2

На берегу Рейна, спустя несколько минут.

Анастасия очнулась от кошмара в грязи — буквально по уши. Грязь забила ушные раковины, из-за чего она плохо слышала. Люди вокруг кричали, но это уже были не вопли ужаса, а подбадривающие крики и радостное улюлюканье. Застонав, она потрясла головой и протёрла глаза — грязь налипла на ресницах мерзкими комьями. Страшно подумать, что у неё с волосами. Анастасия поморщилась: посреди смертельной битвы думать о волосах — какая глупость!

Она призвала своих зверушек-слуг. Пока она поднималась, крысы аккуратно вытащили комья грязи из её ушей и очистили лицо. Жалко, что её мёртвые звери были ледяными как лёд — тепло ей не помешало бы. Анастасия изрядно замёрзла. Вот они, минусы откровенной одежды.

— Ну, имидж требует жертв, — фыркнула она, окончательно оклемавшись, и хлестнула Демона, который подбирался к ней со спины, кнутом. Хлыст был покрыт термитами, которые мгновенно перекинулись на Демона и принялись его пожирать. Анастасия ласково улыбнулаьс: — Кушайте, мои сладкие.

Она беспокойно оглянулась, параллельно отбиваясь от Демонов. Через пару секунд облегчённо выдохнула — Клочко был жив и командовал Прокажёнными. Она устремилась к нему, пробиваясь через толпу скалящихся тварей.

— Что случилось? — прокричала она.

— Морской, — ответил Клочко. Он говорил едва слышно, Анастасия поняла его, прочитав слова по губам.

Выругавшись, она откинула очередного Демона и рыкнула:

— Хорош актёрище! Прикидывался паинькой на все сто!

Больше они ничего не говорили — методично уничтожали Демонов плечом к плечу. Немецкие и французские Демоноборцы помогали им, но всё чаще останавливались и что-то жадно поднимали с земли. Демонические сферы. Анастасия заметила, что на поясах у воинов висели серебристые фляжки — видимо, с карборановой кислотой. Лишь малая часть демонических ядер отправлялась внутрь фляжек. Демоноборцы, наплевав на приказы начальства, поглощали сферы и уже даже особо не скрывались.

Её первым порывом было врезать хорошенечко наглым ворюгам — ведь они фактически крали добычу Прокажённых! Но устраивать разборки не было времени. Она взмахнула кнутом и врезалась в гущу сражения.

— Вроде бы всё? — выдохнула Анастасия и смахнула пот со лба. — Эти ублюдки наконец-то закончились?

— Закончились, — подтвердил Клочко, сплюнул и пообещал: — Сделаю следующие три дня выходными, — он повернулся к Прокажённым и жестом призвал всех собраться. — Пересчитайте друг друга! Кого нет? Кто-нибудь погиб? Нужно забрать убитых и раненых, в убежище нас ждёт лекарь! Давайте, шевелитесь-шевели…

Он замолчал на полуслове, страшно захрипел и рухнул на колени. Из его груди торчало окровавленное остриё. Анастасия окаменела — она не могла поверить в реальность происходящего. Прокажённые растерянно уставились на своего командира.

— Расступитесь! — гаркнул мужской голос на русском языке с сильны акцентом. Демоноборцы в французской военной форме растолкали Прокажённых в разные стороны. — Любая попытка активировать заклинание будет воспринята как нападение, а нападавший будет уничтожен! Не двигаться! Вы арестованы за нападение на генерала французской армии!

Анастасия проигнорировала его — опустилась перед Клочко на колени и дрожащими пальцами дотронулась до его груди, чуть ниже страшной раны. Крови было очень много. Клочко дышал тяжело и прерывисто, из его рта стекала кровавая слюна.

— Мы помогли вам, — к группе присоединился Аркадий Левин. Старик выглядел помятым, но явно лучше остальных Прокажённых. Во время битвы он держался в отдалении, благодаря чему по нему не потоптались Демоны, когда Морской устроил диверсию.

За ним стоял Лёня Довлатов. Юноша обиженно поджал губы и поддакнул:

— Да, мы хорошие! Мы спасли вас!

— Заткнулись! — приказал командир французских Демоноборцев. — Руки за спину и не дёргаться!

Анастасия покачала головой и, наклонившись к Клочко, прошептала:

— Ты умираешь. Тебе придётся это сделать.

— Нет, — ответил он и нахмурился. То ли от боли, то ли демонстрируя неодобрение. И повторил: — Нет.

— Если бы не мы, они бы уже сдохли, — прошипела Анастасия. Теперь её трясло от злости. — И ты предлагаешь это проглотить? Просто наблюдать, как ты откинешь копыта, а потом похоронить тебя?! Ты в своём уме?! — она забылась и ткнула его пальцем в лоб, отчего Клочко дёрнулся и застонал от боли. — Ты воспользуешься своей чёртовой способностью и выживешь!

Клочко опёрся о землю ладонями и пробормотал:

— Некоторые границы нельзя переступать… Нет. Я не буду.

— Предашь доверие Красного Демона?

— Тем, что умру? — прокряхтел Клочко.

С запозданием Анастасия поняла, что он так смеялся.

— Болван. Ты убил не одного человека… Даже не двоих! Что будет значить ещё один?!

— Плохих… Я выбирал плохих людей. Ты же предлагаешь мне сделать случайный выбор. Наугад.

— Не предлагаю. Настаиваю.

Анастасия усмехнулась, обернулась через плечо и велела:

— Лёня, Аркадий, помогите.

Французик что-то в бешенстве проорал, но его воины не успели отреагировать: на берегу Рейна внезапно выросли огромные эвкалипты. Разрезав землю, они устремились верхушками к небу. Во все стороны разлетелись камни и грязь, некоторые люди — и Прокажённые, и французские воины — зацепились за ветки и теперь орали где-то высоко-высоко, в ужасе болтая ногами. Анастасия тоже орала бы — на высоте-то в семьдесят метров.

Это сработало заклинание Аркадия — его второе и третья заклинания позволяли заглядывать дальше в прошлое, активировать бОльшее количество несбывшихся вероятностей. Судя по всему, если бы климат менялся немного по-другому, то на берегах Рейна был бы густой лес.

Лёня замешкался — разинув рот, восхищённо уставился на эвкалипты. Какой же он, по сути, ребёнок. Аркадий ткнул его локтем под рёбра, и Лёня встрепенулся, активировал своё заклинание, усиливая способности Анастасии. Она врубила первой, второе и третье заклинание — по очереди. Они работали именно так, их эффект суммировался. Первое заклинание позволяло воскрешать зверьков. Второе — увеличивало их количество. А третье — позволяло воскрешать больших зверей, а не только мелкую живность.

Сгнившее зверьё — волки, лисицы, мыши, птицы — окружили французов и повалили не землю тех, кто ещё стоял на ногах. Офонаревшие от неожиданности демоноборцы попытались сопротивляться, но оскаленные клыки поубавили их пыл. Несколько французов всё-таки уничтожили зверей, которые их атаковали, но их тут же впечатали в землю новые умертвия. Способности Лёни усиливали не только Анастасию, но и её питомцев.

— Ты не имеешь права нападать на военных, — прохрипел Клочко.

— А ты не имеешь права подыхать, — отрезала Анастасия. — Если тебе не позволяет совесть убить случайного человека, то я помогу. Либо ты выберешь одного, либо я прикончу их всех.

Клочко закашлялся — он упал бы, если бы Анастасия его не поддержала.

— Выбирай, — настойчиво повторила она.

Клочко прикрыл глаза, и через секунду командир французов, который валялся неподалёку и отчаянно матерился и грозил им всеми возможными карами, вдруг изогнулся дугой. Только его макушка и пятки касались земли. Хрустнули кости, и посреди его груди образовалась зияющая дыра. Одновременно с этим Анастасия выдернула из груди Клочко стрелу, и его рана постепенно закрылась. Напоминанием о ней остался едва заметный розовый шрам.

Клочко оттолкнул Анастасию, поднялся и выпрямился. Осторожно пощупал свою грудь и ровным голосом спросил:

— Зачем?

— Ну, я не успела пригласить тебя на свидание, — нарочито беззаботно протянула Анастасия. По её лицу пробежала тень беспокойства. Переборщила или нет? После такого Клочко может послать её к чёртовой бабушке. Подавив волнение, она игриво добавила: — Считай, что я так флиртую.

На берегу Рейна воцарилась тишина. Французские демоноборцы боялись пошевелиться. А Прокажённые растерянно переглядывались: минуту назад они были героями, а сейчас, кажется, стали преступниками. На Анастасию, наконец, обрушилось осознание, что она сделала.

Тишину разорвал свист воздуха. Следом раздался глухой стук — рядом приземлился Красный Демон.

— Меня не было всего десять минут… — обманчиво ласковым тоном проговорил он.

Анастасия с трудом сглотнула, впервые ощущая себя по-настоящему голой в своём откровенном наряде.

***

Выйдя из домика, который сняли Прокажённые, и оставив Морского орать и молить о пощаде, я направился к Рейну. Решил на всякий случай проверить, всё ли в порядке. Вообще-то обязано быть в порядке — вся битва держалась на договорённости между немецким и французским королями и российским императором. Едва ли найдутся дураки, которые рискнут её нарушить. По дороге туда я прибил четырёх Демонов — прорыв был мощным, так что некоторые твари под шумок разбежались. Ну ничего, Демоноборцы отловят их за пару-тройку часов.

Поглощённых демонических сфер не хватило бы, чтобы поднять уровень развития моего магического ядра, но их достаточно, чтобы пополнить энергию. Так что ещё около двух часов я смогу использовать Кровавый Доспех. Адреналин схлынул, я расслабился. Дело сделано, французско-германское столкновение предотвращено, тысячи жизней спасены. Можно расслабиться. Мои мысли свернули на бал в честь шестнадцатилетия Аделины.

Мы с ребятами уже два месяца планировали торжество. Ну как мы… Дима и Женя предлагали безумные идеи, игнорируя официальные правила. А мне приходилось быть ответственным взрослым, мягко направляющим их на путь истинный. Хотя Дима до последнего настаивал на американских горках в саду…

Расслабленность слетела с меня в мгновение ока, когда я увидел высоченные деревья на берегу Рейна. Там творилась какая-то чертовщина. Демонов не было. Столкновение между людьми? Но в чём причина конфликта? Ого, зверушки Анастасии рычали на французских вояк. А Прокажённые в непонятках переводили взгляд то на неё, то на пленённых демоноборцев.

Прокажённые — те шестеро, которых я набрал первыми — были на уровень выше всех магов мира. Конечно, они отставали от меня в магическом развитии, но опережали обычных Демоноборцев. Так что в целом неудивительно, что Анастасия с помощью Аркадия и Лёни уложила отряд магов на лопатки.

— Меня не было всего десять минут… — протянул я, приземлившись. — Кто-то на кого-то косо посмотрел? Настя, в следующий раз будешь сражаться в скафандре, если драка завязалась из-за твоих… гм, прелестей.

— Они первыми напали! — встрепенулась Анастасия. Зелёная прядь упала ей на лоб, с неё посыпалась засохшая грязь. — Они ранили Виталия! Он мог умереть!

Ну, в таком случае французам ещё повезло — я давненько заметил, что Настя неровно дышит к своему командиру. Если сначала она ходила полуголой, чтобы всех бесить и возбуждать, просто потому что могла, то теперь — пыталась привлечь внимание одного конкретного мужика.

— Господин, — Клочко перебил её и поклонился мне. — Позвольте я всё расскажу.

Мы отошли в сторону, и он негромко изложил события последних минут. Я потёр виски и процедил:

— Не знал, что мне стоит это озвучивать. Но тебе запрещается умирать в ситуации, когда ты можешь выжить. Разумеется, если на кон поставлены жизни твоих близких, то — пожалуйста, решай сам. Я не буду заставлять тебя жертвовать семьёй и друзьями. Но сейчас… — я взмахнул рукой. Сегодня мне только моральных дилемм не хватало. — Короче, ты обязан использовать все возможности, чтобы выжить. Уводи Прокажённых. Собранные демонические сферы пересчитай и спрячь.

Клочко поклонился и отошёл. Я посмотрел на Анастасию. Поняв, что я на неё смотрю, она поёжилась и склонила голову, пряча лицо за спутанными волосами.

— Подойди ко мне, — приказал я.

— Да, господин? — негромко сказала она.

— Сегодня ты поступила правильно. Если бы ты не остановила вояк, то они бы могли наворотить дел. И неизвестно, сколько бы Прокажённых пострадало. Касательно Клочко… — я хмыкнул. — Ты сохранила жизнь командира.

— Но? — спросила Анастасия, правильно считав подтекст.

— В следующий раз не поддавайся сиюминутным порывам. Думай головой, а не другими местами. Ты и правда могла спровоцировать ещё одно сражение, на этот раз между людьми. Повезло, что перевес сил был на твоей стороне. Ну и во-вторых… — я наклонился к ней. — Клочко — твой командир. Ты должна его слушаться. Если твои чувства мешают тебе выполнять приказы, то лучше скажи сразу. Я дам тебе другой отряд.

— Он бы умер! — возмущённо вскинулась она.

— Сегодня ты поступила правильно, — с нажимом повторил я. — Но завтра обстоятельства могут измениться. Ты поняла?

— Да, — Анастасия поклонилась.

— Отзови своих питомцев. Мне надо поговорить с французами и узнать, чего они так взбесились. И желательно, чтобы они в это время не ссали под себя.

Она едва слышно прошептала:

— Назад, — и умертвия окружили её, послушно ожидая указаний.

Я подошёл к французским Демоноборцам, которые боялись пошевелиться. Гидра-помощник помогал мне переводить на французский:

— Почему вы напали на моих людей? Мы сотрудничали. Ваш Король отдал приказ.

— Вы убили нашего генерала! — ощетинился один из воинов.

— Какого генерала? — я поморщился. — Сегодня я убивал только Демонов. Но если ты продолжишь говорить загадками, то это изменится.

— Вы притащили в лагерь Демонов. Сильных Демонов! Они напали на генерала и разорвали его на кусочки!

“Видимо, вы переоценили умственные способности того старика”, — ехидно вставил Гидра-помощник. Мда. Если я правильно всё понял, то генерал — полный кретин. За что, собственно, и поплатился. Я же чётко сказал: четырёхранговых Демонов надо кромсать, резать и сжигать, чтобы они не восстановились! И так до тех пор, пока тварей не отправят в Утилизатор.

Мои догадки подтвердились почти сразу: от французского лагеря в нашу сторону бежала группа людей. Во главе был офицер. Именно он подбежал к нам первым — остановился, отдышался и выпалил:

— Тот, кто атакует наших русских товарищей, отправится под трибунал! — он повернулся ко мне и добавил: — Прошу простить. Мы разберёмся с зачинщиками. К несчастью, капитан Бернар неверно оценил ситуацию и сделал поспешные выводы. Мне сообщили, что вы дали точные указания насчёт тех Демонов, но генерал Ташро решил просто заковать их в магические кандалы. Твари регенерировали и вырвались на свободу, убили генерала и его личную охрану. Хорошо, что Демоны не успели полностью восстановиться. Мы смогли их снова порубить, но в это время капитан Бернар вместе со своим отрядом отправились сюда. Кстати, где он?

— Умер, — бросил я. — Он смертельно ранил моего подчинённого. И умер.

— Ладно… Ладно, наверное, — офицер кивнул. — Я могу… могу увести всех?

— Уводите. За своей долей демонических сфер я прибуду завтра вечером.

— Хорошо.

Как только он отошёл, ко мне приблизился Клочко:

— Господин, люди видели, как вы унесли Морского. Пошли слухи. Они не только гадают, был ли Морской предателем, но и… — он замолчал, подбирая слова. — Несколько человек струсили и боятся, что вы убили Морского, потому что так захотели. Без причины. Они несут эту ересь дальше. Говорят об этом другим Прокажённым. Сеют смуту. Что мне делать, господин? Они сильные маги. Я бы не хотел потерять их заклинания. Но и оставлять всё…

— Я планировал произнести пафосную речь завтра, — вздохнул я. — Когда высплюсь и отмоюсь от демонических потрохов. Не судьба. Отправь всех к вашему убежищу. Устрою небольшое выступление. Заодно и закроем тему с предательством. Надеюсь, раз и навсегда.

— Вы убьёте Морского? — спросил Клочко.

— Зачем? Кое-что может напугать сильнее смерти, — я усмехнулся. — И сегодня я это всем продемонстрирую.

Глава 3

Через полчаса вокруг домика, который арендовал Клочко, столпились Прокажённые. Дом находился в уединённой местности, поэтому это импровизированное собрание не привлекло внимания случайных зевак. Но рисковать не стоит — надо побыстрее всё сворачивать. Всё-таки сражение с Демонами развернулось неподалёку, и по окрестностям будут патрулировать Демоноборцы — отлавливать Демонов, которые ускользнули.

Я обвёл взглядом свою небольшую армию. Лично я знал только пятерых — тех, кого набирал лично. На остальных же Клочко присылал мне досье. Он активно искал талантливых магов, но некоторых ему удалось завербовать из моего списка — того, который я составил, опираясь на знания из прошлой жизни.

Вон тот мужичок с ноготок — его рост был едва ли больше полутора метров — умел изменять размеры вещей. На четвёртом ранге он сможет изменять части человеческих тел, а на пятом — демонических. Рядом с ним мнётся девушка с длинными пепельными волосами — её заклинание создаёт особые феромоны, от которых у Демонов мозги превращаются в кашу. Образно выражаясь. Она, как и Лёня, не сражается с тварями, а помогает Прокажённым издалека.

На мне скрестились десятки взглядов. Настороженные, усталые, восхищённые. Трое смотрели на меня со злостью — я мысленно отметил их. Потом скажу Клочко, чтобы держал их в узде. Особенно мне не понравился рыжий мальчишка — лет девятнадцати, не больше.

— Сегодня вы все чуть не погибли, — произнёс я.

Прокажённые поёжились.

— Этого не должно было случиться. Я обещал, что никто не пострадает. Что всё идеально спланировано. Однако в наши ряды затесалась крыса. Вы понимаете, о ком я говорю.

Кое-кто с осуждением покосился на рыжего — видимо, он разносил слухи, что я прибил Морского просто так. Я выдержал паузу и продолжил:

— Александр Морской был нашим товарищем. Я доверил ему вашу безопасность. Он составлял план сражения вместе со мной и командиром Клочко. К сожалению, Морской поддался бессмысленной жажде крови. Он хотел уничтожить нас. Такое не прощается, — люди согласно загалдели. Я позволил им выплеснуть возмущение и хлопнул в ладоши, призывая к тишине. — Я щедро одарю тех, кто будет служить мне верой и правдой. Вы получите деньги. Вы получите власть. Но самое главное — вы получите магическую силу. Вы будете развиваться быстрее, чем остальные маги в мире.

Теперь Прокажённые оживились и забубнели.

— Чуть позже ваш командир разделит демонические сферы поровну и раздаст их вам. Благодаря сегодняшней битве, вы сможете подняться на следующий ранг и открыть новое заклинание.

— Ура! — выпалил кто-то на радостях.

— Ура! — подхватили остальные.

— А сейчас вернёмся к неприятной теме, — мрачно сказал я. — Вопреки вашим ожиданиям, Морской жив. Его жизнь — ничтожная плата за то, что он мог погубить всех вас! — я активировал заклинание, и кровавая клетка с Морским вылетела на улицу, вышибив дверь. Упс. Придётся раскошелиться на небольшой ремонт. — Участь предателя не будет лёгкой. Если у кого-то появится желание предать меня, пусть он об этом подумает.

Повинуясь моей воле, шипы внутри клетки удлинились. Из ран Морского полилась кровь. Он застонал от боли и выматерился — без огонька, правда. Еле языком ворочал, бедолага. Я на секунду засомневался — не слишком ли жестоко? Но загнал сентиментальность поглубже и объявил:

— Он будет жить. Долго, но несчастливо.

Я активировал Кровавую Чуму и мысленно приказал Гидре-помощнику настроить её на самую низкую “мощность”.

“Активация Кровавой Чумы на сто процентов — смерть в течение пяти секунд. Я поставил активацию на ноль целых пять десятых процента. Человек, попавший под действие Чумы сможет прожить двадцать четыре часа и двадцать минут”, — моментально отчитался Гидра-помощник. Перед моим взором появилась картинка изуродованного человека, с которого облезала кожа, — так будет выглядеть Морской через сутки.

Я направил Кровавую Чуму на Морского, и тот на глазах у толпы покрылся струпьями и волдырями. По его коже расползлись чёрные пятна, а вены вздулись и, казалось, вот-вот лопнут. Прокажённые отшатнулись — явно испугались, что подхватят болезнь.

— Не переживайте. Чума не распространится. Она не заразна и поражает только… предателей, — я повысил голос и добавил в него угрожающих ноток. — Через двадцать четыре часа предатель превратится в кусок мяса! Он будет гнить заживо и молить о пощаде. Через двадцать четыре часа он умрёт, но… — я усмехнулся. — По истечению срока к нему будет приходить целитель. Он излечит все раны предателя, и всё повторится. И будет повторяться снова и снова.

Прокажённые застыли. Они смотрели на меня со священным трепетом.

— Надеюсь, вы сделаете правильный выбор. А если будете сомневаться — всегда можете вернуться сюда и полюбоваться на предателя.

Клетка с Морским залетела обратно в домик, а оттолкнулся от земли и активировал Кровавого Двойника. С тихим хлопком я исчез, окончательно повергнув всех в шок. Чуть позже велю Клочко выкупить домик. Я не шутил — Морской послужит напоминанием. А хранить “экспонат” лучше в значимом месте. Там, где Прокажённые чётко смогут вспомнить причины, перед тем как посмотреть на следствие.

Мда, магический целитель — редкий зверь, его ещё попробуй найти. Жаль тратить его силы на пытку. Но мне нужна преданность Прокажённых и их послушание. Так как я скрываюсь и веду двойную жизнь, то у меня нет времени контролировать всё. Поэтому придётся задействовать страх.

Я вернулся домой и на цыпочках потопал в ванную — хотелось смыть с себя вонь крови и демонических кишок. Мама сегодня заночевала у подруги — наконец-то она начала выбираться куда-то, а то всё дом и Академия, Академия и дом. Дед должен был за мной присматривать, но по факту дрых без задн…

Из-под навеса раздалось хихиканье, и в мою сторону направились шаги. Я на автомате нырнул в огород и растянулся на клумбе. Земля смачно чавкнула — ночью прошёл сильный дождь.

— Хрю-хрю, чтоб меня Преисподняя сожрала, — с досадой выплюнул я.

Во двор вышел дед — он вёл под ручку Антонину Палну. Благо, воркующие голубки были так увлечены, что не услышали моей возни.

— Ваши глаза — как брилльянты, — разливался соловьём дед. — А мозоли на ладонях так приятно щекочут мне пальцы. Знаете, Антонина Пална, я вот зуб даю — вы единственная, кто может обозвать меня козлом и кому я не вмажу за это! Вы так горячи в гневе, что я боюсь к вам подходить — заживо спалите же!

Он взял руки Антонины Палны и принялся их расцеловывать, постепенно поднимаясь выше. Да старый ловелас точно нацелился на декольте! Я закрыл глаза, не желая это видеть. Фу!

— Мяу? — радостно протянула Белка, которая материализовалась передо мной. Изо рта кошки вылетело морозное облачко. Она подошла и ткнулась лбом мне в плечо, негромко мурлыкая. Я шикнул на неё и оттолкнул, но было поздно — дед заметил странное поведение Белки и наклонился над клумбой, слепо вглядываясь в темноту.

— Руслан?! — ошарашенно воскликнул он и воровато оглянулся на Антонину Палну, будто школьник, пойманный на горячем. Правда, дед быстро очухался и повторил уже строго и с наездом: — Руслан! Что ты здесь делаешь?!

— Лежу, — ответил я. — Отдыхаю.

— Вставай немедленно! И быстро в свою комнату! — я поднялся, с меня комьями начала отваливаться грязь. Дед закашлялся и буркнул: — Но сперва отмойся, злыдень писюкатый! И придумал же… — повернувшись к Антонине Палне, он церемонно поклонился и сказал: — Позвольте я провожу вас домой.

И на том спасибо — хоть не придётся объяснять, откуда на мне кровь и копоть; грязь всё перекрыла. Надо только отмазку сочинить, чего это я ночью под кустами валяюсь. Луначу. А чем не вариант? Дед докапываться не будет, да и маме не доложит — она ему по первое число всыплет, если узнает, что он внука проворонил.

Но объяснять мне ничего не пришлось. Дед всё сам придумал.

Когда я вышел из ванной, он сидел на кухне с серьёзной-пресерьёзной миной, будто собирался с духом для важного разговора.

— Ты уже большой, — сказал он. — Давно пора было поговорить с тобой о… всех этих вещах. Я в твоём возрасте тоже был дюже вертлявым. Везде нос совал. А когда уж гормоны в башку шарахнули… Ух! — пропыхтел он и ностальгически помычал. — Короче, я тебя не осуждаю за эту… как её… любознательность! Но если ещё раз поймаю за подглядыванием, то… — дед потряс кулаком перед моим лицом.

— Дед, это не то, о чём ты подумал, — пробормотал я, смутившись. Взрослый человек, вторую жизнь живу, только что с поля боя вернулся, а всё равно покраснел от неловкости. Тьфу!

— Не оправдывайся, все мы там были, — отмахнулся дед. — А чтоб тебе попроще было, я тебе пособие принёс. Из личных запасов. Но если мать найдёт, я ничего не знаю и ничего не видел! Каждый сам за себя, понял? — он протянул мне тонкую стопку журналов. На обложке верхнего была изображена полуголая женщина. — Там всё в подробностях, кхм…

— Спасибо, не надо, — я мягко оттолкнул журналы. — Я это… сам разберусь.

— Разбиральщик, — скептически хмыкнул дед и прищурился. — Ну хорошо. Я их спрячу вон туда, — он поднялся и медленно, демонстративно засунуло журналы в нижний ящик старого шкафа. — Но кассеты не трогай! Для кассет слишком мал ещё.

Я закатил глаза, но промолчал и отправился спать.

Утром я неспешно позавтракал и, сказавшись больным, не пошёл в Академию. Устал. К тому же следует обдумать сюрприз, устроенный Владыкой. Мало того, что он умудрился отправить высокоранговых Демонов на Землю, так ещё и отследил меня по магии. Значит, теперь я не могу постоянно использовать в Москве магию. Иначе Владыка очень скоро вычислит, что я здесь живу. А дальше — дело техники отыскать мой дом и родных. То есть охоту придётся расширить на всю Российскую Империю. А желательно — на несколько стран.

Я вытащил из тайника “рабочий” смартфон и позвонил Кентавру. Он поднял трубку на первом же гудке:

— Слушаю.

— Надо увеличить поставку гробов по всей Империи. Также устрой несколько поставок в Европу и Африку, точное количество и список стран я скину, — гробами мы называли контейнеры с Кровавыми Двойниками. Благодаря им я мог телепортироваться куда угодно. Главное — доставить в точку назначения Кровавого Двойника.

— Это займёт около двух недель.

— Меня устроит.

“Следующий месяц будет пониженная демоническая активность, — произнёс Гидра-помощник. — Владыка потратил слишком много энергии, чтобы вытащить в вашу реальность высокоранговых Демонов. Я могу предположить, что несколько сильных прорывов, которые случились в это время в прошлой жизни, не произойдут сейчас”.

— Но подготовиться стоит.

“Согласен, господин”.

— А что насчёт поиска по магии? Чем мне это грозит, как от этого защититься? Мне нужен подробный доклад.

“Следует учесть, что истинные способности Владыки не были известны никому, даже его любимому брату, — последние слова он произнёс с иронией. — Однако я могу сказать, что чем выше будет ваш ранг, тем быстрее Владыка сможет вас отслеживать. Однако он моментально потеряет вас, если вы используете Кровавого Двойника. К тому же каждый раз посылать за вами Демонов — это значит тратить энергию на прорывы. А это значит, что у Владыки останется меньше энергии на завоевание Земли. Возможно, я ошибаюсь, но…”

Он замолчал, и я, хмыкнув, закончил за него:

— Владыка не захочет замедлить скорость завоевания Земли ради моей поимки. С этим можно поспорить, но в целом… Думаю, да, ты прав. Он не идиот и уже должен был понять, что я приложил руку к закрытию нескольких мощных прорывов. Зачем разоряться и бегать за мной, если можно просто устраивать прорывы и отслеживать, к какому из них я приду. Что там следующее на политической повестке?

“Турецкое вторжение в Египет. Но до него ещё полгода”, — отрапортовал Гидра-помощник.

Я потянулся к телефону и написал Клочко сообщение:

“Вот номера представителей Французской Республики и Германской Федерации. Свяжись с ними и потребуй пятьдесят процентов демонических ядер, которые они собрали. Они в курсе договорённостей. Потом посчитай все демонические ядра и отложи сорок процентов. Я заскочу ночью и заберу их. Но Прокажённым об этом ни слова”.

Не буду их разочаровывать — пусть думают, что вся добыча досталась им. Конечно, в мои планы не входило вообще делиться демоническими сферами. Я предполагал, что мы справимся без чужой помощи. Но Морской не только чуть не убил всех Прокажённых, но фактически обокрал их.

— Руслан! — в комнату ввалился запыхавшийся Дима. — Виктория Заряница ответила! Она приедет на бал Аделины! Ты слышишь?! — он с разбега бухнулся на мою кровать. — Что мне подарить ей? А как мне одеться? А я смогу пригласить её на танец?

О-о-о-о, вселенская любовь Димы к прекрасной Демоноборке… Демоноборице? Тьфу! К женщине-Демоноборцу. Всё равно как-то странно звучит.

— Руслан, ты здесь?

— Что? — я встряхнул головой.

— Ты просто уставился в одну точку и не реагировал.

— Размышлял, — с умным видом протянул я. — О том, всё ли мы сделали. Всё-таки бал через три дня.

— Завтра, — поправил меня Дима.

— Что?

— Бал завтра. Ты забыл, что ли?

— Да чтоб меня Преисподняя поджарила! — я от души хлопнул себя по лбу. С этими подготовками я совершенно запутался в датах. Ла-а-а-а-адно, стоит смириться — отдохнуть мне не светит. Я ж вроде как управляющий всем этим мероприятием.

— Пошли, Димка! — со вздохом поднялся я. — Времени мало. А мы обещали Аделине, что всё будет идеально!

***

Сутки спустя после сражения на берегах Рейна. Убежище Прокажённых в Индийских Эмиратах.

Колька Сварин засунул голову под кран и открыл холодную воду на полную. Фыркнув, он умылся, выпрямился и опёрся на раковину. Уставившись в зеркало, он криво улыбнулся: на него смотрел несуразный юноша с ядрёно-рыжими волосами. Рыжий-рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой… Его часто так дразнили. Но даже не догадывались, что он и правда убил. Не дедушку, а отчима. Не лопатой, а топором. Но это мелочи.

Совесть его не мучила — отчим заслужил судьбы и похуже, ещё легко отделался. А вот страх… Колька не учёл, что после убийства его будет постоянно преследовать страх быть пойманным. Каждый стук в дверь, приближающиеся шаги, странные незнакомцы, которые пялились на него, — Колька вздрагивал и считал, что это пришли за ним. Что его разоблачат и посадят в тюрьму, и жизнь его кончится. К тому же мама временами странно смотрела на него. Будто знала, что он сделал. И осуждала.

Кольке хотелось заорать: “Да он же тебя лупил как сидорову козу! Один раз чуть не убил! И до сестры домогался, а ей всего двенадцать!” Но он молчал. И отчего-то не сомневался, что мама когда-нибудь сорвётся и донесёт на него в полицию. Наверное, так бы и произошло, но его нашёл Виталий Клочко и предложил вступить в ряды Прокажённых. Колька согласился.

Сперва его всё устраивало, но потом закралась шальная мыслишка: “А почему мы служим Демону? Нас много, а он — один. Мы можем прикончить его! Устроить переворот!” Впервые в Кольке проснулись амбиции. Он принялся прощупывать почву и подзуживать всех — мол, задумайтесь, без Красного Демона было бы лучше. Он не человек. Такая же злобная тварь, может убить нас или чего хуже…

Колька снова покосился в зеркало, а потом — на сосуд с демоническими сферами. Поглотив их, он сможет подняться на четвёртый ранг. А ведь большая часть Демоноборцев сейчас на втором. И лишь некоторые счастливчики — на третьем. Красный Демон заботился о своих подчинённых.

— Эй, Коля, — раздался свист из комнаты. Это был Владимир Сергеевич. Он больше остальных проникся речами Кольки. Но сейчас он неловко переминался с ноги на ногу и смотрел на него с лёгкой неприязнью. — Я это… обещал сходить с тобой выпить… Прости, короч, передумал я. И ребята… они тоже. Попросили передать, что не пойдут.

— Ладно, — кивнул Колька.

— Ладно? — удивился Владимир Сергеевич. — А, да, ладно, — он помолчал немного и бросил: — И заканчивай ты с этой мутью, Коля. Никто тебя слушать не будет. А беду на себя накличешь.

— Закончу, — согласился Колька.

Владимир Сергеевич недоверчиво хмыкнул и вышел.

Колька не врал. Сегодня его мировоззрение перевернулось. Он осознал, какие горизонты открывает щедрость Красного Демона. А ещё у него до сих пор перед глазами стояло изуродованное лицо Морского. И это лицо раз и навсегда отбило у Кольки желание стать предателем и устроить переворот. Публичная расправа была жестокой, но справедливой.

Нет уж, Колька будет самым преданным слугой Красного Демона. Выбор между могуществом и клеткой с шипами очевиден.

Глава 4

Два месяца назад, дом семьи Звягинцевых.

Я выглянул в окно — мама и дед копались в огороде, подготавливали его к скорому похолоданию. Я садоводством никогда не занимался, но вроде как там что-то надо выкопать, а что-то, напротив, прикопать поглубже, чтобы не замёрзло к чёртовой бабушке. Сперва я активно помогал маме и деду, но случайно потоптался по клумбам и был отстранён. Вытянувшись на кровати и от души зевнув, я сказал:

— Гидра, мне нужно поднять воспоминания из прошлой жизни. Помоги мне погрузиться в медитацию и разложить всё по полочкам. Кстати, ментальная связь между нами укрепилась. Это даёт какие-нибудь преимущества? Сможешь мне организовать дворец памяти?

“Насколько я понимаю, под “дворцом памяти” вы подразумеваете мысленную библиотеку со всем, что вы когда-либо видели и слышали, — протянул Гидра-помощник. — Нет, чтобы это сделать, мне нужно быть вами. То есть полноправным хозяином вашего разума. Но я могу упорядочить поток мыслей и проанализировать их. Вам нужно просто дать мне задание, чтобы я понимал, на что обращать внимание”.

— Надо найти жениха Аделине.

“Вы решили стать свахой?” — с иронией отозвался Гидра-помощник.

— По необходимости, а не по призванию, — я поморщился. — Бал в честь шестнадцатилетия — это фактически смотрины. Родители подбирают подходящую пару для сына или дочки. Конечно, всё не так консервативно, как было в стародавние времена, и помолвку могут разорвать, но у Аделины другая ситуация.

“Потому что она сирота?”

— Ага, — я прикрыл глаза и помассировал виски. — Она — наследница огромного состояния. К тому же Род Львовых владел швейным бизнесом и крупными земельными участками. На данный момент Аделина управляет всем этим.

“Почему вы говорите об этом с сарказмом? Я могу ошибаться, но ваш тон был бы обиден для Аделины, если бы она это услышала. Разве вы не друзья?” — иногда Гидра-помощник подвисал, запутавшись в элементарных вещах. Обычно это касалось человеческих отношений.

— Друзья, — подтвердил я. — В том-то и дело, что я отнёсся к ней слишком… по-дружески. Она — подросток с тяжёлым детством, у неё нет опыта даже в управлении родовым особняком, что уж говорить о бизнесе. А я пустил всё на самотёк. Открыто вмешаться я не смогу, поэтому придётся плести интриги. Поверенный Рода Львовых мутит воду. Аделина несколько раз обмолвилась, что он делает нечто… сомнительное. Она явно не хочет обвинять его голословно, но, скорее всего, этот хитрый упырь ворует её деньги. А что будет потом?

“Ею будут пользоваться?”

— Грубо, но близко к истине, — я криво усмехнулся. — Я уверен, что вокруг Аделины уже крутятся голодные шакалы, для которых она — вкусная мозговая косточка. Так что я подыщу ей достойную пару и хороший Род.

“Сердцу не прикажешь, — философски заметил Гидра-помощник. — Вы можете выбрать идеального кандидата, но Аделине он не понравится”.

— Поэтому я подберу несколько вариантов. А остальные забракую, — я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. — Давай, приступаем. Мне нужно вытащить из памяти информацию о ровесниках Аделины плюс-минус два года. Тех, кто вырос в сильных магов и не был замечен в грязных делишках. Гадёнышей всяких тоже запоминай и сортируй — их будем отсеивать, чтобы случайно не попались.

“Как скажете”.

Спустя полтора часа я открыл глаза и удовлетворённо улыбнулся. У меня были готовы два списка. Первый я назвал “Одобренные женихи”, второй — “Не подпускать на пушечный выстрел”. Прислать приглашения нужным людям — полдела. Главная задача — подогреть их интерес.

Я вытащил смартфон из тайника и набрал Кентавра. Он долго не поднимал трубку, и, когда ответил, его голос был сонным и хриплым:

— Что случилось?

— Твои ребята не хотят подработать газетчиками? — спросил я и сразу же ответил на свой вопрос: — Конечно хотят, куда они денутся.

— Что? Газетчики? — пробормотал Кентавр. — Газеты раздавать? Какие-то конкретные газеты?

— Конкретные, конкретные, но пока не знаю, какие именно. Подготовь десяток ребят к концу недели. Чтобы были готовы к работе, как только я позвоню.

Мы поговорили ещё несколько минут — обсудили инвестиции, развитие лабораторий и продажи карборановой кислоты. Ничего нового, всё шло по плану. Моё состояние стабильно приумножалось.

Попрощавшись с Кентавром, я снова задумался. Какие газеты в это время считались “элитными”? Такое негласное разделение было всегда. Типа журналов для интеллигенции — которые так-то выпускались в электронном виде, но всё равно было модно их покупать и раскладывать на видных местах. Для аристократов тоже выпускали пару-тройку изданий, которые стабильно раскупались. Перед балом-смотринами родители обычно заказывали проплаченное интервью. Я, как организатор бала для Аделины, могу связаться с редакциями газет и организовать интервью.

Ну, Аделина будет не в восторге, но я притворюсь дурачком. В талмуде про балы советовали сделать интервью? Советовали. Вот я и сделал.

— Трагичная история о прекрасной девушке, — я растянул губы в усмешке. — Точно затронет сердца трепетных юношей. И, конечно же, их мудрых родителей. А чтобы наши кандидаты точно не прошли мимо, мы подкинем им под нос газетки. А ночью… Ночью пообщаемся с поверенным Рода Львовых.

***

Следующая ночь, полчаса после полуночи, квартира Дениса Сорокина.

В небольшом кованом сундуке лежали стопки денег. Денис ласково погладил купюры, потом — наклонился и понюхал. Его пробрала приятная дрожь. Но этого ему показалось мало — он опустился на колени и зарылся носом в бумажки, погрузил в них руки по локоть, сминая банкноты. От непередаваемого аромата у него привстал член. Он провёл в такой позе минут пятнадцать и выпрямился, лишь когда заболела поясница. Поднявшись, он направился на кухню — заварить чай.

— Отвезти бабке? Или засунуть под пол? — пробурчал он задумчиво, размешивая сахар.

Он не мог положить деньги на банковский счёт — у налоговой справедливо появится вопрос, откуда он их взял. Не возьмётся же целое состояние из воздуха? А у него будет целое состояние — Денис об этом позаботится. Всё равно девчонка не сечёт в бухгалтерии и верит ему на слово. Бабка была его единственным живым родственником, но мозги у неё уже ссохлись и временами она творила всякую дичь. Нет, к бабке нельзя. А тут, в квартире, — опасно. Умный вор найдёт тайник и под полом.

— Ну и что мне делать? — Денис отхлебнул чай и закашлялся. Кипяток обжёг горло. — Тьфу! Так, ладно, ладно… Выхода нет, придётся всё-таки здесь, — он отодвинул стол и аккуратно подцепил ламинат, откинул несколько досок. — А сверху мусорку поставлю. Кто решит искать под мусоркой? Ха!

— Я бы поискал, — вдруг раздалось позади.

Денис крутанулся на пятках и уставился на мерзкого Демона, покрытого зелёной слизью. По всей кухне словно распылили красную взвесь. Демон стоял в этом алом тумане и пялился на Дениса. Он выглядел как осьминог, отрастивший рога. Его злобные жёлтые глазки сверлили Дениса. Воцарилась тишина. Демон задёргался, будто пытался вырваться, и его щупальца опрокинули стол. Денис попятился, споткнулся и рухнул на задницу.

— Что… Кто… Почему?! — пропищал он и покраснел от стыда — так по-девчачьи прозвучал его голос.

— Веришь ли ты в загробную жизнь? — задушевно поинтересовался Демон.

— Что? Нет! — выпалил Денис и замолк, пытаясь понять, правильно ли ответил. Немного подумав, он вопросительно проблеял: — Или да?

— Ты никогда не хотел признаться в своих грехах? Облегчить душу? После смерти будет поздно. Демонам не объяснишь, что ты просто не успел. Будут тебя жарить на медленном огне и колоть вилами. И кислотой обливать. Я лично буду душить тебя щупальцами, если ты умрёшь, не покаявшись.

— Я ничего не делал, — соврал Денис.

Демон цокнул языком, его щупальца снова заметались. Они тянулись к Денису, словно желая его схватить и разорвать. Но ведь им ничего не мешало? Демон таким образом сдерживался? Денис оглянулся — кухонные ножи были далеко.

— Ну, если ты не признаешься, то я убью тебя. А потом буду мучить тебя в Преисподней, — предупредил Демон.

— Я ничего не делал, — заупрямился вдруг Денис. У него поджилки тряслись от страха, но он внезапно решил твёрдо стоять на своём: ничего не делал, ничего не знаю. Ведь если он сейчас пойдёт в полицию с повинной, то лишится всего. Его посадят в тюрьму! Его деньги заберут! Нет, лучше уж смерть. Тогда всё закончится сразу и безболезненно. А что случится в Преисподней — да наплевать! К тому же Демонам нельзя верить. Сто процентов эта тварюка просто издевается. Так что Денис сжался, готовясь к смерти, и выкрикнул: — Ничего не делал!

Соседи снизу постучали по трубе — им не понравились полуночные разборки. Демон же замолчал. Тупо болтался у двери, трепыхая щупальцами в воздухе. Денис только сейчас заметил, что он в принципе не касался пола.

— Ты жить не хочешь? — уточнил Демон.

— Хочу, — кивнул Денис. — Но деньги не отдам! А у меня их заберут!

— А ради бабушки? Я же убью тебя, а потом к ней пойду. Прикончу старуху самым жестоким способом.

— Да её в могиле заждались.

Демон вышел из кухни и вернулся уже с сундуком — тот просто плыл перед ним, будто его кто-то левитировал. Демон поставил сундук на табуретку и выдернул несколько купюр. Краем зрения Денис заметил, как с пола взлетела зажигалка, чиркнуло колёсико, вспыхнул язычок пламени. Зажигалка подплыла под банкноты, и те загорелись. Денис издал горестный вой и бросился вперёд. Он ударил ладонями по купюрам, пытаясь потушить пламя. Но Демон отдёрнул деньги. Пара секунд — и на пол посыпался пепел.

— Прекрати! Не смей! — взвыл Денис. — Это мои деньги! Заработай свои и сжигай, сколько хочешь! Отдай! Это моё!

— Ого, — удивился Демон. — То есть вечных мук ты не боишься, а смерть для тебя не довод. Бабку родную тебе не жалко. Зато за рубли ты готов броситься на амбразуру. Интересный ты человек.

Взлетело ещё несколько купюр. Денис схватился за сердце, когда и они загорелись. Его руки затряслись, он буквально чувствовал, как его кожу лижет невыносимо горячее пламя. Скорчившись, он впился пальцами в волосы и вырвал целый клок.

— Я остановлюсь, — сказал Демон. — Если ты признаешься в своих грехах. Чистосердечного признания в ближайшем отделении полиции будет достаточно.

— Нет! Ни за что!

В этот раз из сундука поднялась целая стопка банкнот.

За следующие полчаса Демон не причинил ему физической боли, но Денису казалось, что его растягивают на дыбе, загоняют иголки под ногти и одновременно с этим безжалостно топят. Сундук медленно, но верно пустел.

— Стой! — в конце концов взмолился Денис. — Я согласен, согласен! Только, пожалуйста, не заставляй меня отдавать деньги! Просто позволь мне их спрятать! Пожалуйста!

— Договорились, — сказал Демон. — Спрячешь деньги и шуруй в полицию. Завтрашний вечер — крайний срок. И не вздумай сбежать. Я найду тебя даже на краю света. Ну и разумеется, о нашей беседе ни слова. Мне не нужны Демоноборцы на хвосте. У меня в списке мно-о-о-о-о-ого грешников, — он злобно расхохотался. — Очень скоро ваши тюрьмы пополнятся! Грешники бурным потоком польются за решётку!

Денис смиренно склонил голову, признавая поражение. Излишне пафосная речь Демона показалась ему странной. Если бы страх не застилал его разум, он бы удивился, почему Демону вообще интересно охотиться за грешниками. Всё-таки эти твари питались человеческим мясом, а не душами.

***

Настоящее время, Москва, родовой особняк Львовых.

Дворецкий, стоящий у главного входа, громогласно представлял каждого прибывшего. Аристократы неспешно шествовали по красной дорожке, ведущей в огромный бальный зал. Они держались степенно и равнодушно, но время от времени всё-таки любопытство прорывалось сквозь напускное безразличие. Они точно читали интервью Аделины и знали, что бал устроили её друзья-школьники. Наверное, они ожидали, что вот-вот из-за угла выпрыгнут клоуны или что-то подобное. Но всё было организовано идеально. Точь-в-точь как требовали традиции.

К организации приложила руку и моя мама. Когда вышло интервью, она была в шоке и долго ругалась, что мы ничего ей не сказали. Аделина на меня сильно обиделась. Справедливо. Изначально ведь я планировал всё держать в тайне. Но по итогу решил сыграть грязно. По отношению к Аделине это было немного жестоко.

— Бедная девушка, осталась совершенно одна. Вы слышали, её поверенного отдали под суд!

— Да, ужасная история. Воспользоваться трагедией Львовых… А ведь этот поверенный служил им много лет.

— Грубо так говорить, но скандал с поверенным поднял мадемуазель Львову в цене, — раздалось хихиканье. — Много желающих положить лапу на её денежки.

— Теперь она точно не сможет отказаться от помолвки. Если не выберет сама, то выберут за неё…

Сплетники были правы. Когда Денис Сорокин явился с повинной в полицию, всем стало известно, что Аделина не справляется с управлением Родом. Да ещё и бал, организованный школьниками, — почти как последний гвоздь в крышку гроба. А если бы Сорокин не признался? Всё могло быть куда хуже. Род Львовых мог разориться или вовсе прерваться — мало ли что пришло бы Сорокину в голову? А вдруг он бы попытался убить Аделину?

В Империи очень ценили Рода. Несмотря на жёсткую конкуренцию между аристократами, уничтожение или поглощение Родов было под запретом. Иногда доходило до личного вмешательства Императора. Аделину мягко предупредили, что у неё последний шанс выбрать жениха самостоятельно. Если она этого не сделает, Император примет решение за неё. Я не сомневался, что даже после помолвки Аделины Император продолжит за ней присматривать. За ней и семьёй её жениха — чтобы снова не нашлось “Сорокина”, который попытается ограбить Львовых.

Внутри скреблось лёгкое чувство вины — мне было жалко Аделину, она сильно расстроилась из-за всего случившегося. Но, с другой стороны, это всё было для её блага. Она будет в безопасности, как и её деньги. И самое главное — никто не свяжет Красного Демона с Львовыми.

Я ухмыльнулся, вспоминая сеанс “психотерапии” Сорокина. Этот мужик любит деньги сильнее, чем себя. Я тогда поймал слабенького Демона, воспользовался заклинанием Кровавый Туман и стал невидимым для Сорокина. Тот “общался” с перворанговым осьминогом.

— Руслан, а ты видел Заряницу? — прошептал Дима, который очень сильно стеснялся и старался не отсвечивать. Я отрицательно покачал головой, и он пожаловался: — Они все такие богатые и красивые! Я теперь понимаю, почему Заряница на меня не смотрела!

— Красивые? — я скорчил рожу. — Да половина из них будто палку проглотила! Посмотри, — я кивнул на старика со свекольно-красным лицом. — У него второй подбородок трясётся как та штука у индюка. Он мне все ноги оттоптал, когда заходил и даже не извинился.

— Зато фрак у него крутой, — понурился Дима и поправил пиджак. — И туфли тоже. Когда вырасту, тоже хочу быть богатым.

— И второй подбородок тоже хочешь?

— Нет! Фу!

— А его выдают вместе с деньгами и крутыми пиджаками, — я ему подмигнул.

— Врёшь, — Дима нахмурился. — Вон у той женщины нет второго подбородка. Она худая как палка!

— Исключение, — я пожал плечами.

Дима открыл рот, чтобы продолжить спор, но к нам подошла Аделина. Она улыбалась, но её глаза были печальными.

— Все хотят со мной потанцевать, — вздохнула она. — Три парня позвали меня на свидание. И все намекают на сватовство. Абсолютно все! Или спрашивают, не выбрала ли я жениха. Но самое стрёмное… — когда Аделина волновалась, она начинала использовать словечки из лексикона Димы. — Ко мне подходили Трубецкие.

Я с трудом сохранил спокойное выражение лица и спросил:

— Зачем?

— Предлагали обручиться с их сыном!

Глава 5

— Но самое стрёмное… — когда Аделина волновалась, она начинала использовать словечки из лексикона Димы. — Ко мне подходили Трубецкие.

Я с трудом сохранил спокойное выражение лица и спросил:

— Зачем?

— Предлагали обручиться с их сыном!

Я подавился и закашлялся, согнувшись пополам. Аделина кивнул, словно говоря: “Ну да, ерунда полная!” Дима, который не знал о сыне Трубецких и о том, что тот всю свою жизнь фактически пролежал в коме, недоумённо переводил взгляд с меня на Аделину и обратно.

— Что конкретно они предлагали? — спросил я.

— Замужество… Как же герцог выразился? — Аделина поморщилась. — А, точно! Необременённое мужем. Они сказали, что их сын, скорее всего, не очнётся в ближайшие несколько лет. И что я, когда стану совершеннолетней, смогу разорвать помолвку. А до тех пор герцоги Трубецкие будут управлять моим состоянием.

Я посмотрел в глубь зала — там, среди толпы, я рассмотрел диковинную причёску мамы… то есть герцогини Трубецкой. Она всегда выбирала необычные причёски и платья, на грани приличий. Так, чтобы не подкопались и не сочли за оскорбление, но — следующий месяц обсуждали только её дерзость. Я вздохнул. Как бы ни любил своих родителей, я понимал, что они… ну, как бы сказать — не страдали благотворительностью. Деньги жертвовали в различные фонды, но чтобы поддерживать имидж и репутацию, а не только по доброте душевной. Не стали бы они торговать своим сыном просто так, чтобы спасти бедную девушку.

— Они сказали, в чём их выгода? — уточнил я.

— Мой Род владеет угольными месторождениями в Сибирской Пустоши. Им нужен выгодный контракт на поставку угля, — Аделина прикусила нижнюю губу. — Герцог не углублялся в подробности. Просто несколько раз повторил, что мы составим договор и что Род Львовых никак не пострадает, — она помолчала, а потом, будто набравшись смелости, призналась: — Я хотела согласиться. Другой Род может обидеться, если я разорву помолвку, а Трубецкие сами предложили…

— Соглашайся! — радостно воскликнул Дима. — Тебе чего, угля жалко? Зачем тебе вообще муж нужен? А если он тебе с нами запретит общаться?

Его перебил дворецкий, громко возвестив:

— Валерия Демьянова с сыном, Евгением Демьяновым!

Казалось, на миг все даже прекратили танцевать и оторвались от фуршета. Ещё бы! Фаворитка Императора прибыла! Слухи быстро разлетаются, так что все уже давно знали о гм… триумфальном возвращении Валерии Демьяновой. Какой-то писака даже выпустил книгу, основанную на её биографии: бедовая аристократка родила от индийского Эмира, была коварно отравлена, но воскресла и покорила сердце Императора.

Женя чинно шёл рядом с мамой, сохраняя невозмутимое выражение лица. Он заметил нас, но и глазом не моргнул, не попытался подойти к нам. Видимо, Валерия выдала ему чёткий список указаний. Я ему подмигнул и повернулся к Аделине:

— Так почему ты не согласилась?

— А кто меня захочет потом взять замуж? — Аделина вежливо улыбнулась и поздоровалась с седой дамой, прошествовавшей мимо. — Скажут, что я извращенка — на коматознике женилась! Надо мной смеяться будут… И это я сейчас замуж не хочу, но потом же захочу! А никто не возьмёт!

— Да ладно тебе, ты преувеличиваешь, — небрежно ответил я.

Хотя вообще-то она была права. Злые языки раздули бы из этой истории нечто весьма скандальное. И с большой вероятностью Аделину потом бы посчитали за порченый товар. Правда, в одном она ошибалась — женились бы на ней с удовольствием, но из-за богатства и происхождения. А вот отношение бы к ней было паршивым.

Но всё это было бы важным, если бы не война с Демонами. Я-то прекрасно помнил, что через год-полтора у Земли настанут тёмные времена. Даже с моей помощью и подсказками человечеству будет тяжело. Война стирает условности, и про Аделину скоро забудут. Всем будет плевать, кто, на ком и почему женился. А когда Преисподняя закроется, Аделина спокойно найдёт хорошего жениха.

— Нет, — Аделина отрицательно покачала головой.

— Ну, если ты так переживаешь… — протянул я. — Ты можешь оставить Трубецких как запасной вариант. У тебя же сегодня настоящая выставка, — я обвёл рукой зал. — Ты думаешь, они сюда припёрлись, чтобы бесплатно поесть? Нет, они все хотят привлечь твоё внимание. Потанцуй, поболтай… Тебе же не завтра свадьбу играть. Ты ещё на свидание успеешь сходить с каждым кандидатом, — я поиграл бровями, и Аделина, густо покраснев, отвесила мне подзатыльник. — А если ничего не срастётся, то созвонишься с Трубецкими, и дело в шляпе!

— Да, ты прав, наверное. Ой, ребята, мне надо идти. Опять Воронин идёт… Я от него еле-еле сбежала! — Аделина крутанулась на каблуках и скрылась в толпе разряженных аристократов.

— Мы его задержим! — пообещал Дима, взмахнув кулаком, и случайно заехал прямо в мягкое пузо подошедшему толстячку.

Парень обладал очень добродушной внешностью. Ну, такой стереотипный пухляш с милыми румяными щёчками. Чем-то напоминал плюшевого мишку. Только вот весь образ рушился из-за злого, презрительного взгляда исподлобья. Будто пухляш ненавидел весь мир. От Диминого удара он хекнул и побагровел.

— Да как ты смеешь, мелочь пузатая! — прошипел он. — Руку на Воронина поднимать! Да если бы ты на пару лет старше был, я бы тебя на дуэль вызвал и вздрючил бы от души! — он схватил Диму за ухо и потянул вверх, так что тому пришлось встать на цыпочки. — Где госпожа Львова? Я видел, она только что с вами тут стояла!

— Она пошла вон туда, — я указал в противоположную сторону той, куда ушла Аделина.

— Мда? — Воронин оглянулся. — Ладно, живите пока, таракашки.

Когда толстяк отошёл метров на десять, Дима возмущённо пропыхтел:

— Пусть только попробует ещё раз подойти! Я ему такое устрою!

— Забей, — я отмахнулся. — Мало ли дебилов на свете. Пойдём лучше пирожных поедим. Их вроде уже должны были вынести.

— А там точно на всех хватит? — забеспокоился Дима и оттянул карманы пиджака. Немного подумал и проверил вместимость карманов штанов. Он всё ещё иногда вёл себя как запасливый хомяк: сыграло роль голодное детство. — Я себе парочку отложу, а если после бала останется, то я и бабушке заберу. Аделина же разрешит? Я бы и папе взял, но к нему в центр запрещают еду проносить.

— На кухне еды — за месяц не съешь, — успокоил я. — Можешь не переживать. А эклеры в карманах раздавятся. Полезет у тебя из штанов шоколадный крем, что о тебе люди подумают?

Дима испуганно вздрогнул и соврал:

— Я что, дурак, чтобы эклеры в карманы прятать? — вздохнув, он добавил: — Жалко, что Рудо отказалась идти.

Рудо всё ещё была замкнутой. Её психологическое состояние улучшилось, но она остерегалась людей и предпочитала проводить время либо в одиночестве, либо с нами.

“Прошу прощения, что отвлекаю вас от важной беседы, — с иронией произнёс Гидра-помощник. — Однако я бы хотел отметить, что Аделину преследует потенциальный жених из списка “Не подпускать на пушечный выстрел”. Судя по всему, он отступать не намерен и уже пару раз воспользовался заклинанием”.

— Демоноборец?

— Что? — с недоумением переспросил Дима.

— Ничего-ничего. У меня в животе заурчало. Надо сходить в комнату для гм… размышлений.

Я направился в сторону туалетов, но незаметно свернул и спрятался за колонной, на небольшой возвышенности. С этой позиции передо мной открывался отличный вид на весь зал. Гидра-помощник подсветил красным парня в чёрном костюме с красным галстуком. Подбородок он задирал до небес и не особо вежливо расталкивал гостей локтями.

“Вениамин Табаков, — представил мне его Гидра-помощник. — Демоноборец нулевого ранга. Его заклинание обладает контролирующим действием ментального свойства. Скорее всего — вызывает дискомфорт и желание срочно уйти. Во всяком случае, двое человек, на которых он использовал заклинание, поспешно покинули бал”.

— Кто-то из одобренных женихов?

“Нет. Случайные аристократы, которые пытались втянуть его в светскую беседу. Он не придумал ничего лучше, как использовать заклинание, чтобы избавиться от их компании”.

— Радикально, — я хмыкнул.

“Если бы вы усилили слух на сто процентов, у меня бы получилось лучше собирать информацию”, — вставил Гидра-помощник.

— Нет, спасибо. Я ж тогда чокнусь от перегрузки. Кстати, Табаков недавно получился демоническую сферу?

“Нет. Почти в тот же день, как открылась Преисподняя”.

— И до сих пор нулевой ранг?

“Данных в полученном досье не было, но предположу, что он не хочет сражаться с Демонами. Вы же помните, Император выпустил указ, который обязывает всех людей, обладающих магией, обучаться в специальных заведениях? Для аристократов нулевого ранга, если они вдобавок являются наследниками, сделано исключение”.

Я поморщился. Точно. Приказ Императора возмутил многие Рода, и ему пришлось пойти на некоторые уступки. Я продолжил следить за Вениамином. Он упорно искал Аделину, рыскал по залу, словно пёс, учуявший добычу. У парня отвратительная биография — он уже попадал под прицел полиции, его подозревали в изнасиловании. Но не приглашать его было нельзя — Род Табаковых счёл бы за оскорбление. Но надо бы как-нибудь его сплавить.

Проскользнув вперёд, я врезался в Табакова. Он скривился, но промолчал. Однако через секунду рассмотрел меня и злобно выругался:

— Смотри, куда прёшь, мелкий ублюдок! — прищурившись, он схватил меня за воротник и притянул поближе. — Погоди-ка, ты же дружок Аделины? Выродок Артемьевых? Немедленно покажи, где она, иначе я тебе глаз на жопу натяну и скажу, что так и было!

Я притворился испуганным и быстро-быстро закивал:

— Конечно, конечно! Пойдёмте, — я развернулся и направился по лестнице на второй этаж. Под приём был выделен только первый этаж, но Вениамина это не смутило. Он шёл за мной уверенной походкой и, очевидно, чувствовал себя хозяином положения. Я зашёл в библиотеку и взмахнул рукой: — Она здесь!

— Где? — Вениамин оглядел пустое помещение и рявкнул: — Шутить со мной вздумал?!

Он замахнулся и отвесил мне сильную оплеуху. Я потерял равновесие, растянулся во весь рост и, скорчив растерянное лицо, пролепетал:

— Что вы делаете?! Прекратите! — я начал кататься по полу, словно мне было очень-очень больно. — Простите, пожалуйста, остановитесь!

— Что с тобой? — Вениамин попятился к двери, но прежде чем он вышел в коридор, я активировал Трах-Бабах — заклинание, которое я унаследовал от Гидры. Моё тело взорвалось, расщепилось на миллионы молекул.

Какое-то время меня не было. Абсолютная темнота и тишина. А потом я открыл глаза и потянулся. В библиотеке, кроме меня никого не было. Дверь была настежь распахнута.

— Докладывай, — велел я.

“Вениамин Табаков поверил, что убил вас. Он был в ужасе. Вероятно, у него случилась паническая атака, — в отличие от меня, Гидра-помощник мог вести наблюдение, даже когда я фактически не существовал. — Сотни тысяч частиц вашего тела было на нём и его одежде. Однако пока Вениамин добежал до лестницы, все эти частицы вернулись к вашему формирующемуся телу”.

— То есть он выбежал отсюда весь в крови, но через минуту был уже полностью чистым?

“Верно. К сожалению, как только последняя частица вашего тела исчезла с его одежды, я больше не смог за ним следить. Но могу сказать точно — сюда он не возвращался”,

— Давай спустимся и посмотрим.

Напевая “В траве сидел кузнечик”, я поднялся и потопал в зал. Остановился на пятой ступеньке и осмотрелся. Вениамин быстро нашёлся — он стоял у башни из бокалов с шампанским и методично надирался. Ощутив мой взгляд, он посмотрел на лестницу и побледнел. Я улыбнулся и дружелюбно помахал ему. Его рука дёрнулась и сшибла несколько бокалов в основании башни. Та рухнула, и все присутствующие оглянулись на звон разбитого стекла.

Вениамин позеленел и на первой космической вылетел на улицу. Уборщики в чёрной форме появились словно из ниоткуда и принялись устранять беспорядок.

Довольный донельзя я поспешил к фуршетному столу — что-то проголодался. Закинув в рот тарталетку с креветками, я потянулся к мясной нарезке, когда мою руку нагло перехватили.

— Фто фтакхое? — проговорил я с набитым ртом. На автомате хотел было вырваться и пнуть наглеца по яйцам, но вовремя остановился. Да что ж аристократы-то такие тупые?! В мире, где существует магия и заклинания, опасно грубить незнакомым людям. Даже если они дети.

— Где Аделина?! — ко мне наклонился Воронин. Толстяк запыхался и покраснел, с его лба катились крупные капли пота. Он снял пиджак, по рубашке растеклись тёмные пятна по спине и подмышками. Он ткнул мне пальцем в лицо и прошипел: — Ты куда меня послал, говнюк?! Там кухня и помещение для слуг!

— Ну так Аделина лично следит, как проходит бал. Слугами командует и всё такое, — я виновато потупился. — Но если её там нет, то она, наверное, в…

Я замолчал, подняв брови домиком.

— Где?

— Туда посторонним нельзя, — я покачал головой. — Аделина расстроится, если я вас туда приведу.

— Тебе стоит беспокоиться о том, что я расстроюсь, — рыкнул Воронин.

— Ладно, ладно… — я повёл его в библиотеку.

“По второму кругу?” — осведомился Гидра-помощник.

Я не ответил — молча вошёл в библиотеку и жестом предложил Воронину последовать за мной. Но его реакция меня удивила — он не орал и не возмущался как Табаков. Без перехода долбанул меня кулаком в грудь с такой силой, что я впечатался в письменный стол на противоположном краю комнаты, и разъярённо пробубнил:

— Справлюсь без сопляков.

Он вышел, но повернул не направо, к лестнице в зал, а налево — где были личные комнаты.

— Немного скорректируем план, — ухмыльнулся я, активировал Кровавое Оружие и создал меч. Отрубил себе кисть и активировал Тупого Двойника. Из отрезанной кисти вырос мой клон. Он лежал, пялился в потолок и бессмысленно хлопал глазами. Я подтянул его к столу и раскроил ему голову. Теперь передо мной валялась моя дохлая тушка. Я покинул библиотеку и спрятался за углом.

Раздражённый Воронин показался в коридоре через минут десять. Видимо, он обшарил все комнаты.

“У него из кармана торчит золотая цепочка. Когда он уходил, её не было”.

— Мда, мало того, что идиот и грубиян, так ещё и вор.

Воронин забежал в библиотеку, и оттуда раздался сдавленный вскрик.

— Пацан, ты чего? Эй, подъём! Вставай! Кто тебя так? Неужели я? Нет-нет-нет-нет… Отец такого мне не простит. Я же ему обещал… А если признаться? Он заставит меня сдать анализы, а я же обещал, обещал! Мне конец. Может, никто не заметил? Да, никто не заметил. Надо просто сделать вид, что я ничего не знаю.

Я вернулся в бальный зал и прислонился к колонне, неподалёку от лестницы. Воронин так сильно паниковал, что не увидел меня. Мне пришлось тронуть его за рукав, привлекая внимание, и спросить:

— Ну что, вы нашли Аделину?

Воронин захлебнулся воздухом и застыл, хлопая ртом. Он уставился на второй этаж, а потом — на меня. Несколько минут мы провели в молчании. Он переводил взгляд туда-сюда, а я мило улыбался. Наконец, Воронин помчался наверх. Видимо, в библиотеку. Но там ничего не было — я отменил заклинание, и клон исчез вместе с кровью, которая из него натекла. Секунд через тридцать Воронин пролетел мимо меня и устремился к выходу. Отлично. Второй нежелательный женишок — в минус.

Я не переживал, что меня раскроют или заподозрят. Если эти двое горе-женихов захотят выяснить, кто же буквально у них на руках умер, они узнают и мои официальные магические способности — суперрегенерацию. И решат, что и правда меня убили, но я восстановился. А пока пусть развивают стрессоустойчивость.

От размышлений меня отвлёк возмущённый вопль. У главного входа развернулись мексиканские страсти. Виктория Заряница громко ругалась с молодым симпатичным человеком. Они забыли о зрителях и самозабвенно кричали друг на друга.

— Милые ругаются — только тешатся, — с мечтательной улыбкой протянула дама в пышном жёлтом платье. — Вот мы с моим Жорой…

В этот момент молодой человек залепил Виктории пощёчину. Воцарилась тишина.

— Нет, такого мой Жора никогда не позволял, — пробормотала дама в жёлтом.

— Ах ты козёл! — на сцене внезапно появился Дима. Он подбежал к Виктории и встал перед ней, как рыцарь-защитник. — Я вызываю тебя на дуэль!

— Ты? — молодой человек рассмеялся. — Набираешь поклонников из детского сада, Вика? — он щёлкнул Диму по носу и вальяжно пошёл прочь. — Вызовешь, когда подрастёшь.

— Урод! — Дима с характерным звуком набрал полный рот слюны и плюнул ему на спину. А когда парень обернулся, Дима активировал своё первое ранговое заклинание. Перед молодым человек возникла иллюзия большой такой кучи дерьма. Но он смотрел на неё как на что-то невероятно прекрасное и желанное. Дима выкрикнул: — Жри какашку!

Я рванул вперёд и толкнул Диму:

— Отключи заклинание!

— Нет, пусть он жрёт какашку, если не хочет идти со мной на дуэль!

На глазах у сотни аристократов парень взял иллюзию дерьма и с жадностью запихнул её в рот. А потом морок спал, и он с ненавистью уставился на Диму.

“Это средний сын герцогов Балакиревых”, — сообщил Гидра-помощник.

— Вот это ты попал, Дима… — выдохнул я.