Поступь гнева

Глава 1

— Арден Эшфорд!

Я вынырнул из глубокой задумчивости и нехотя оторвал взгляд от старой книги. Моё имя произнесли громко и строго: скорее всего звали не первый раз. Даже в библиотеке не дают покоя!

Надо мной возвышалась профессор Винтер, и в её взгляде, как всегда, читалось недовольство всем вокруг. Даже не мной, обычным студентом, а будто бы всем окружающим миром.

— Добрый день, профессор…

Винтер положила на стол толстый потёртый томик, подобрала длинную серо-серебристую мантию и села напротив.

— Уже вечер, Арден. Что ты читаешь?

Я зачем-то посмотрел на лежавшую передо мной книгу, словно не знал, что это такое.

— “Принципы и основы” Драгера…

Хотел освежить этот учебник в памяти, однако мой интерес профессору не понравился. Она нахмурилась, так что и без того заметные морщины стали ещё глубже.

— Эта книга для фундаменталистов, да ещё старших курсов. Зачем она тебе?

— Я… надеюсь лучше понять магию.

— Ты зря тратишь время, — с явным недовольством вздохнула Винтер. — Твои результаты на письменном экзамене блестящие. Тебе не хватило всего несколько баллов до максимума в очень сложном тесте — лучший результат на потоке за несколько лет. Но ты не проходишь практический минимум третьего курса.

Мне стоило немалых усилий сохранить бесстрастное выражение лица. Я прекрасно это знал, но будто бы каждому в академии требовалось непременно упрекнуть меня в остановке прогресса!

А ещё несколько вопросов в тесте сформулировали дурацким образом. Иначе я бы вообще не ошибся! Хотя, что толку спорить в моей ситуации, а потому оставалось молчать.

— Ты достиг второго круга? — наконец уточнила Винтер.

— Нет, я всё ещё первого.

Голос едва не сорвался. Это начальный уровень владения магией, приносящий минимальную пользу даже в быту. В академии таких вообще не считают настоящими магами.

— Тогда у меня для тебя плохие новости, — бесстрастно сказала профессор. — Ты не должен был узнать это заранее, но на совете решили отменить послабление, которое поспешно прозвучало после теста. Отсрочки до начала занятий третьего курса не будет.

Я рефлекторно сжал кулак и напрягся… и, что самое неприятное, новость казалась ожидаемой. Некоторые преподаватели настоящие хозяева своего слова: захотели — дали обещание, захотели — забрали.

Профессор Винтер выдержала паузу, глядя на меня со смесью равнодушия и жутко раздражающей жалости.

— Кроме того Вальтерс отказался быть твоим куратором. И, как ты понимаешь, нового тебе не назначат. Лучше не приходи завтра на практический экзамен: нет смысла позориться.

Профессор встала, забрав свою книгу.

— Я приду. У меня есть ещё день.

Женщина повернулась, глянув на меня одним глазом.

— И поэтому вместо тренировки ты сейчас читаешь книгу, которая тебе никак не поможет? Ради чего ты поступил сюда?

— Мои родители были магами, — односложно ответил я, не планируя раскрывать истинные причины всем подряд.

— Были? Ах… ты из Остмарка, — вспомнила профессор. — Но это ничего не меняет. Даже фундаменталисты и артефакторы сдают этот минимум. У тебя был шанс выбрать одну из младших академий. Хотя они бы лишь дали больше времени. У некоторых просто нет таланта.

Винтер двинулась по своим делам. Даже шаги по ковру, казалось, отдавались в тишине гулким эхом.

Я не видел смысла отвечать и вместо этого снова опустил взгляд на страницы пожелтевшего тяжеловесного кирпича. Собственно, ради знаний я и пришёл в главную столичную академию, где собрана крупнейшая в Империи магическая библиотека. Именно здесь работают не просто учителя, а профессоры-исследователи, двигающие науку вперёд.

В этом архиве должно быть нечто способное мне помочь… Два года я буквально жил здесь! Так погрузился в обучение, что казалось начинаю забывать, как общаться с людьми! И как обидно будет вылететь, застряв на базовом уровне! Даже самые слабые ученики, поступившие сюда просто ради статуса, уже перешли на второй круг!

А я какого-то чёрта застрял! Блестящий первогодка стоит на пороге отчисления из-за практического экзамена — сюр, невиданный провал!

Мне всего лишь нужно сделать последний шаг.

— Свет, — тихо сказал я.

Повинуясь точному контролю, над рукой возник простенький круг с единственной руной в центре, вспыхнувшей маленьким солнцем. Никто мне не мешал: в западной части зала настоящий тихий закуток. Высоченные шкафы спасали от лишнего внимания и шума.

Мир сузился до одной простой задачи контроля силы. Круг над моей рукой начал расширяться и усложняться…

— Вспышка…

Узор мигнул и рассыпался исчезающими искрами, а огонёк попросту погас. Ядро силы внутри меня неприятно дёрнулось от попытки пропустить через него слишком много энергии. Делать шаг вперёд оно по-прежнему отказывалось, и простейшее заклинание второго круга оставалось мне недоступным.

— Где же я ошибся… чёрта с два, сегодня можно и не спать, — я вернулся к книге и начал её быстро листать, пробегая по уже знакомому тексту.

Наверняка это Вальтерс настоял на отмене отсрочки за лучшие показатели в теории! Но я обязан успеть. Или все усилия окажутся зря, и я нарушу обещание сестре. В крайнем случае прибегну к лазейке, которая при удаче даст мне ещё немного времени. Как говорил отец: нет абсолютно безвыходных ситуаций, главное твёрдо стоять на своём.

Уже темнело, поэтому я провёл рукой по старой настольной лампе, и кристалл в ней засветился, позволяя продолжить чтение. Я снова с головой ушёл в толстый и сложный томик, пока меня не побеспокоили.

— Эй, книжный червь, я думал, ты уже сбежал.

Я поднял взгляд, на этот раз не скрывая недовольства. Из-за шкафов вышли двое парней и девушка в тёмно-синих мантиях учеников — мои дражайшие однокурсники. Обратившийся ко мне блондин нёс с собой небольшую книжку со стилизованным знаком пламени на обложке.

— Ренэ, не понимаю, отчего я должен бежать. И что ты здесь забыл?

— Всё ты понимаешь, книжный червь, — усмехнулся он, идя ко мне вместе со своим дружком. — Если биться головой о стену, всё равно ничего не получится.

— Ты же как-то поступил в академию. Всё возможно, — пожал я плечами. Ренэ на секунду замер. А потом на его лице отразилась ярость, и в дрогнувшей руке зажглась огненная печать второго круга. Правда, просуществовала она от силы секунду: вокруг замерцали переливы охранного барьера и разрушили опасную магию.

Удивительно как один из лучших учеников может быть настолько дурным и сразу же прибегать к демонстрации силы. Хотя чтобы заучить формулы боевой магии много ума не требуется…

— Чёрт… тебе повезло, Арден, — процедил Ренэ.

— Ты называешь везением закономерный итог. В туалете, наверное, говоришь, что повезло спустить штаны? Или иногда не везёт?

Ренэ начал краснеть и, похоже, решил пойти на меня с кулаками. Но дружок схватил его за руку, пытаясь остановить.

— Не надо! Арден только зубоскалить и может! Мы же в библиотеке!

Изабель тоже было дёрнулась в сторону блондина, но передумала и с нервным видом стала осматриваться, словно ища поддержки.

— Отпусти. Это же бездарь — всем плевать!

Пожалуй, он прав: за удар кулаком он сейчас вряд ли получит выговор. К сожалению, старая охранная система могла не только мешать магии определённого типа и уровня, но и сообщать об этом.

— Вы четверо, стойте! Кто из вас применил огонь?!

Престарелая добрая бабушка-библиотекарь, прощавшая мне даже поедание печений, обратилась в яростную фурию.

— Это он! — тут же испугался Ренэ и ткнул в меня пальцем, отступив на шаг.

Я же закатил глаза и фыркнул.

— Сказал он, стоя с томиком огненной магии в руке.

— Да ты! — подавился словами идиот, попытавшись отпрянуть. Но библиотекарь уже подлетела к нему, схватила за правую руку и подтянула к своему лицу. — Да я просто зашёл вернуть учебник! Это всё книжный червь…

— Здесь остаточные эманации огненной магии, сопляк, — осадила его библиотекарь. Выдернув из руки книгу и быстро осмотрев, она положила её мне на стол. — Арден, поставь её на место. А ты выметайся, завтра экзамен. У тебя предупреждение. А в следующий раз будешь писать объяснительную.

Ренэ бросил на меня презрительный взгляд.

— Завтра лучше не появляйся, — и тут же обратился к библиотекарше, дёрнувшей его за руку. — Да я только показать хотел…

— Трус, — бросил его дружок и не позволил ответить.

Изабель поджала губы, на её лице мелькнуло презрение к “друзьям”. Но она быстро его спрятала. Она достаточно умна, чтобы пытаться войти в ближний круг настолько родовитого парня. На самом деле для многих академия — это важнейший источник связей, способных определить всю дальнейшую жизнь.

Вообще-то обычного ученика сразу заставили бы писать объяснительную. Но Ренэ просто выставили.

До чего же бесят эти придурки. В следующем году нам всем по двадцать лет стукнет — студенты элитной академии, а ведут себя как мальчишки.

Я со вздохом взял книгу и пролистал. Именно эту я не читал, но в ней описывалась магия пикового второго круга с переходами на третий. Ренэ как один из лучших учеников наверняка скоро преодолеет эту грань и шагнёт дальше… А мне нужно понять, почему я отстал.

Книгу я вернул на место, прекрасно зная, где находится нужный раздел. Тем временем на улице уже стемнело — и теперь зал освещали лишь редкие магические светильники. Приглушённые голоса с противоположной стороны зала исчезли: я оказался в абсолютной тишине. Все покинули библиотеку перед закрытием…

И если уж у меня остался последний шанс, я возьму от него максимум и попробую найти разгадку.

Мне не требовалось даже светлячка, чтобы в полумраке отыскать путь в лабиринте переполненных шкафов, между которыми имелись узкие проходы: ведь места давно не хватало, и библиотеку расширяли всеми способами.

Присев, я убрал книги с пары нижних полок, аккуратно приподнял и вытащил деревяшку. Вместо задней стенки шкафа передо мной открылся низ дверной створки. Кто-то распилил её так, чтобы она повисла на одной петле и могла открыться внутрь полки. Уж не знаю, кто и когда вскрыл этот лаз в соседнее помещение старинного имперского замка, но я им воспользуюсь ещё раз.

Я аккуратно потянул за прикреплённую к фрагменту двери небольшую ручку и пролез внутрь. Мне не составило труда тихо вытолкнуть коробку свитков, лежавшую в шкафу с противоположной стороны.

Казалось, по ту сторону ждало точно такое же помещение. Вот только уровень книг здесь совсем иной. Студенты могут войти сюда разве что когда профессору требуется носильщик. Может здесь не хранят тайные знания о вершинах магии, но точно должно быть нечто полезное для меня!

На мгновение я замер, вслушиваясь в абсолютную тишину. Собственное дыхание и шелест одежды казались неимоверно громкими! Но по крайней мере я убедился, что в зале больше никого нет.

— В крайнем случае меня исключат на пару часов раньше, — усмехнулся я шёпотом, просто чтобы нарушить неприятную тишину. Мысль придала немного уверенности моим действиям.

Нет, я всё ещё надеялся на свой резервный план. Но слишком уж он ненадёжен, а я не хочу полагаться на удачу.

На этот раз я сразу прошёл мимо разделов, которые уже осматривал и счёл неинтересными. Алхимия, менталистика, боевая магия высоких уровней… хотелось вновь остановиться у раздела исследований фундаментальных принципов магии. Но он до сих пор не помог решить мою проблему. А потому я двинулся дальше, не постеснявшись идти по главному проходу.

Раньше я всегда опасался попасться, но сейчас мне стало всё равно. Поэтому я дошёл до самого конца помещения, где неподалёку был ещё один вход. Не знаю, куда именно он вёл: те помещения для студентов недоступны. Но без сомнений им активно пользовались.

В памяти всплыло, как полгода назад я услышал щелчок открывающиеся двери и с замиранием сердца бросился к проходу. А после ещё несколько дней ходил напряжённый и ждал визита преподавателей с обвинениями. Как оказалось, зря я себя накручивал и мотал нервы.

Сейчас же моё внимание привлёк один из ещё не изученных разделов на наиболее видном месте. Остановившись около старых шкафов, я вчитался в попавшиеся на глаза корешки: “Общий справочник древней магии”, “Тайны погибших народов”, “Истоки великой силы”.

— Надо же… так вот где этот раздел… — я оглядел полку со смесью интереса и некоторого разочарования.

Древняя магия на то и “древняя”, что давно устарела. Наполовину созданная по наитию без должного понимания сути — нестабильная, переусложнённая лишними элементами. Исследователи иногда черпали из неё идеи и вдохновение. Но в наше время ценность этих записей скорее историческая. Всё равно что прийти в музей посмотреть на первые маготехнические двигатели.

И всё же… то ли грызущее меня изнутри отчаяние, то ли интерес заставили присмотреться в попытке найти нечто, что вызовет отклик в душе.

Когда я поднял глаза к верхним полкам, моё внимание привлекла чёрная книга с золотистыми элементами — богато выглядевшая, с металлической фурнитурой. Правда, на корешке не было названия. Тем не менее почему-то именно она меня заинтересовала. Единственный минус — лежала она на высоте где-то двух с половиной метров.

Ни приставной лестницы, ни ступенек рядом не было, а тратить время не хотелось. Я решил быстро забраться прямо по массивным полкам старого шкафа.

И это оказалось главной ошибкой.

Когда я уже почти взялся за книгу, прочная на вид полка неожиданно хрустнула. Я вцепился в шкаф, попытался перераспределить нагрузку. Но катастрофа уже началась.

Полки под ногами разломились, а та, за которую я держался рукой, попросту выпала!

Полёт был коротким — мне даже удалось сдержать крик. Просто сначала неудачное приземление на ноги, а затем — удар задницей о пол. Я успел сгруппироваться и даже прикрыться предплечьем от летевшей в лицо полки и кипы книг.

Долазался, Арден, древние демоны тебя забери!

Старые книги подняли облако пыли, заставив меня тяжело закашляться. Ругаясь про себя и проклиная излишнее любопытство, я кое-как встал и уже собирался удирать, когда среди завалов мне на глаза попалась злополучная чёрно-золотая книга. А на её обложке красовалось пафосное название “Истина” даже без имени автора или коллектива.

Чихнув из-за поднятой пыли, я схватил книгу и побежал обратно к проходу. Не разбирая дороги, нырнул в него, затянул за собой ящик со свитками и закрыл дверь. Вернув все книги на прежнее место, я на секунду замер. В библиотеке всё ещё было тихо. Но даже если меня не услышали, нужно уходить: время посещения скоро закончится, и библиотекарь начнёт меня искать.

Надеясь на лучшее, я прижал к себе книгу, до смешного тонкую для своего пафосного названия, и побрёл по коридорам. По пути я как мог отряхивался от прилипчивой вековой пыли. На моём столе всё так же лежал толстый томик “Принципы и основы”, а на пустующем стуле рядом затёртый кожаный портфель.

Я открыл томик на середине и положил трофей как бы внутрь, чтобы корешка не было видно. Меня ещё на первом курсе перестали просить показывать книги, которые я брал на вынос, но сейчас… я почти паниковал. Зачем я взял эту чёртову книгу! Неужели никто не догадается, что это из-за меня?! Мне буквально остаётся наивно верить в удачу!

Изучив себя в свете лампы, я направился к отдалённому выходу. Библиотекарь, как обычно, сидела за своим столом и что-то записывала.

— О, Арден, не забыл о времени в этот раз? Что-то взял?

— Э-э… да, Принципы и основы снова читаю. Доброго вечера.

Библиотекарь не подняла головы, лишь записала в учётный журнал взятую мной книгу. А я сразу же покинул библиотеку.

Путь до общежития не отложился в моей памяти. Какая-то часть разума цинично замечала: тебя же всё равно отчислят — чего ты боишься? Но я всё ещё надеялся совершить чудо — не с помощью найденной книги, а просто благодаря собственному упорству.

Вместо своей комнаты, где сосед просто не позволит спокойно почитать необычную книгу, я отправился к своему любимому уединённому месту. В небольшой, немного запущенный участок парка на окраине территории, где стоял бюст одного из легендарных магов недостижимого девятого круга.

Сев на скрытую в кустах старую лавку, я зажёг магический огонёк и в его свете достал книгу.

— Истина… ха… будет смешно, если я наделал столько шума ради теорий, которые в наше время преподают на первом курсе или давно опровергли.

Проглотив едкую иронию, я принялся читать по диагонали. Но уже через минуту вернулся к началу и стал пропускать через себя каждое слово.

Книга не была устаревшей… написанное прямо противоречило базовой магической теории. Магия в ней не была точной, математически выверенной наукой с формулами и плетениями. Вместо этого она описывалась практически как мистическая полуразумная сила, понимающая, чего от неё хотят, и подчиняющаяся самой мысли.

Никаких чётких последовательностей преобразования энергии, пропущенной сквозь своё ядро. Да вообще ни одной формулы! Вместо этого утверждалось, что магия подчиняется тем, кто с ней связан и “резонирует” или обладает над ней “Властью”.

Не как монстры: современная теория объясняет их способности врождёнными структурами, развитыми эволюционно. Тем более у них тоже есть магическое ядро. А «Истина» утверждала, что оно никак не задействуется. Мировая энергия напрямую подчиняется воле — нужно её только направить.

Всё это было бредом, в который могли бы поверить разве что неграмотные крестьяне. Они-то видят в нас мистиков, а не учёных со строгой наукой! Однако этот бред был удивительно структурированным и последовательным: здесь даже говорилось о важности понимания мира и чёткости желания.

В какой-то момент я решил пролистать остаток книги и поискать оглавление, но где-то после середины всё же начинался узор магической формулы. Причём такой, который я вообще не мог расшифровать: ведь он не следовал принципам современной школы. Вот только стоило мне коснуться написанного несколькими пальцами, как узор ожил и начал стремительно перетекать по странице.

— Какого чёрта?! — воскликнул я, попытавшись отдёрнуть руку. Но не смог: конечность мне просто не подчинялась.

Светлячок погас. В ужасе я попытался смахнуть книгу другой рукой. Но и она замерла, едва коснувшись книги. Мгновение спустя всё моё тело оцепенело.

Меня поглотил ужас: наверное, даже больший, чем четыре года назад во время эвакуации из Остмарка — когда раненая, потерявшая сознание сестра лежала в моих руках, а вдали слышался жуткий рёв и сражались маги седьмого круга.

Тогда я хотя бы понимал, что происходит. А сейчас чернила с книги перетекали на мои руки! Формула активировалась и горела странным белёсым светом, в ореоле которого будто содержались переливы всех мыслимых оттенков.

Худшие варианты только начинали прокручиваться в голове, когда древний артефакт вспыхнул чуть ярче и моё сознание отключилось. Казалось, прошло всего мгновение, но очнулся я лёжа лицом на старой брусчатке.

Глава 2

Поднимаясь с земли, я с некоторым удивлением понял, что совершенно цел! Даже пальцы не пострадали после контакта с буквально магической книгой! Лишь лицо немного саднило после падения на брусчатку, но в остальном я чувствовал себя совершенно обычно. При этом в воздухе явно ощущался запах гари.

В свете зажжённого светлячка я увидел остатки книги: обгоревшие кусочки обложки и потемневшую металлическую фурнитуру, с которой слезла позолота. Слабый ветерок постепенно разносил невесомый прах полностью выгоревших страниц.

— Вот теперь… у меня проблемы.

По моей вине уничтожена книга из закрытого раздела библиотеки. В голове немедленно пронеслись варианты обвинений, которые мне могут предъявить. Но вместе с тем хотелось возмутиться: если книга так опасна, то её не должны ставить на полку без всяких предупреждений!

Кому в голову могло прийти сделать из книги артефакт?! И как он вообще должен был подействовать? Переползающие на пальцы чернила выглядели так жутко, что смерть могла показаться не худшим исходом! Но может быть артефакт просто сломался и вырубил меня отдачей?

Я ничего не знал и не понимал. С какой-то робкой, почти детской надеждой я посмотрел на светлячка и попытался преобразовать его во вспышку. Увы, заклинание, как и прежде, попросту рассыпалось, а ядро магии внутри меня неприятно содрогнулось.

Не знаю, сколько бы я ещё стоял, пытаясь осознать ситуацию, но над академией раздался мерный звон колокола, призывающего готовиться ко сну. Время до практического экзамена истекало, пока я страдал фигнёй.

Мне оставалось только забрать металлическую фурнитуру с кусками обложки и потоком ветра рассеять оставшийся прах. Перед уходом я попытался ещё раз прорваться на второй круг. В этот раз я вошёл в медитативное состояние и начал втягивать в себя внешнюю энергию. Однако ядро отказывалось принимать даже кроху сверх достигнутого предела — и не желало прорываться на новый уровень.

Давай же! Почему я остановился?! Что за проклятие на моей семье?!

Ядро буквально дрожало под напором моих попыток — я ощутил боль в груди и дикую усталость. Казалось, словно я только что пробежал несколько кругов на стадионе, а потом пришлось остановиться.

Гадство!

Со злости я врезал по скамейке так, что старая деревяшка хрустнула.

Ренэ хоть и придурок, но в одном действительно прав: если биться головой о стену, можно лишь набить себе шишку. И я не понимал, почему не мог сделать элементарный шаг. Нужно ещё немного времени — вся надежда на запасной план.

Стиснув зубы, я забрал сумку и побрёл обратно в общежитие. К моменту, когда я дошёл до четвёртого этажа, силы совсем покинули меня. В свою комнату я фактически ввалился, едва не забыв вежливо постучать и предупредить о своём прибытии.

— Подрался с кем-то? — удивил меня вопросом Юлиан, сидевший с книгой за своим столиком.

— Ты о чём?

Сосед указал на свою правую щёку.

— Да помятый ты какой-то и испачкался. Опять достают?

Я отёр ладонью щёку. Грязи не нашёл, но, возможно, какие-то следы всё равно остались. Да и колени слегка запачкались.

— Нет, просто хотел побыть один и споткнулся в темноте… Ты повторяешь формулы? — как смог, попытался я сменить тему, убирая портфель в шкафчик у кровати и снимая мантию.

— Ну да… знаешь, лишним не будет: ходят слухи, завтра планируют особенно жёстко тестировать всех, чтобы точнее распределить места в рейтинге.

Помню, в конце первого курса я тоже участвовал в этой гонке и добился немалых результатов. Иронично, как теперь всё перевернулось.

— Не мне раздавать советы…, но лучше не засиживайся. Чистый разум и концентрация ценнее повторения. На учёбу был целый год.

Юлиан почесал рыжие волосы, глядя, как я взял со столика у входа графин с водой и залпом выпил стакан.

— Ты прав, но я ещё посижу. Слушай, на магии свет клином не сошёлся. В мире ещё много профессий…

Я посмотрел на соседа, и тот сразу отвёл взгляд. Правильно, рано он со мной прощается!

Так и не ответив, я снял ботинки и сел на край кровати. Накатила сильная усталость, я расстегнул несколько пуговиц тёмно-серой рубашки и позволил себе упасть на подушки. Хотел просто на несколько минут расслабиться, прежде чем идти готовиться ко сну…

Расслабился я так хорошо, что проснулся от протяжного звона колоколов.

Я резко сел и первым делом обнаружил, что так и спал одетым. Причём Юлиан, судя по всему, переложил мои ноги на кровать.

Кстати, рыжий стонал и со скрипом ворочался на своей кровати, а в окно бил яркий свет. Удары колоколов тем временем продолжались.

— Занятия! Это сигнал о начале занятий! — крикнул я.

Юлиан мгновенно оказался на ногах и округлил глаза.

— Экзамены! Почему ты меня не разбудил на завтрак?!

Вот засранец, привык, что я чуть ли не каждый день будил его после первых колоколов! Да я сам, демоны меня забери, впервые за два года проспал первый звон! А он, вообще-то, намного более неприятный!

С завтраком мы уже пролетели. Время ещё оставалось, но требовалось привести себя в более-менее пристойный вид и добежать до аудитории. Комплекс Имперской Академии огромный, а место проведения занятий находилось далеко. Поэтому мы побежали. Надо сказать, я в полной мере прочувствовал паршивость своей физической формы: у больших дверей аудитории уже задыхался, а ноги после подъёма на верхний этаж огромного корпуса казались отлитыми из чистого чугуна.

— Успели… — выдавил между вдохами Юлиан, сверившись с наручными часами. — Чёрт… я же книгу забыл. Почему ты проспал?

Если бы мне хватало воздуха, я бы спросил, зачем ему книга, когда для успешного применения магии надо сплетать формулу с автоматизмом письма конспектов. Может даже ответил бы на нелепую претензию. Но я мог только стоять, опираясь на ближайшую стену.

Вошли мы сразу же как смогли нормально дышать.

За высокой и тяжёлой дверью нас ждал просторный зал для проведения практических занятий. Кованые стальные решётки с внутренней стороны окон отбрасывали тени на чётко очерченную площадку будто бы из монолитного камня. Здесь хватило бы места для проведения бала. Хотя сегодня цели были скромнее — всего лишь формальный экзамен, для которого по левую руку установили большие неровные кристаллы на штативах и мишени. Все два с лишним десятка людей моей группы толпились у входной зоны. А почти весь экзаменационный состав ожидал за столом, установленным напротив.

Все, кроме профессора Винтер, встретившей меня удивлённым взглядом.

— Значит, всё же не послушал совета?

Я сжал руку и напрягся, но отвечать колкостями не стал: это попросту неразумно и контрпродуктивно в моей ситуации.

Винтер бросила взгляд на Юлиана и немного отошла от группы.

— Поскольку вся группа в сборе, предлагаю начать. Повторяю правила: после команды вы должны сначала очень быстро поразить все статичные мишени, а затем нанести максимально сильный удар по комплексу анализаторов. Допускается как заклинание, поражающее сразу все датчики, так и одна точечная атака по центральному. Помимо силы, оценивается техника, точность и время исполнения. Вопросы?

Разумеется, вопросов не было: правила озвучивали исключительно для протокола проведения экзамена. Ради выполнения этого, казалось бы, простого задания студенты лучшей имперской академии учились и тренировались два года. На самом деле уровень каждого в зале был прекрасно известен: экзамен лишь покажет, способен ли ты прыгнуть выше головы или, напротив, напортачишь из-за нервной обстановки.

Это факультет прикладной магии. А если говорить откровенно, то для девяноста процентов студентов — боевой. Многие нервничали и полностью сосредоточились на себе. Разве что Ренэ нашёл время бросить в мою сторону несколько презрительных взглядов и что-то сказал одними губами, словно я умел по ним читать.

Винтер ушла к четырём другим экзаменаторам и заняла место за столом. Вокруг площадки замерцал барьер, защищавший студентов и убранство зала от случайных выбросов магии.

— Леон Мартен.

Я немного расслабился, интуиция говорила, что меня вызовут либо первым, либо последним. И раз так, значит у людей, не держащих слово, будет меньше времени на раздумья.

Один из немногих крепких парней вышел вперёд походкой человека, абсолютно уверенного в своих силах и будущем. Вполне оправданно: перед любым выпускником Имперской Академии открывается множество дверей. Знатное происхождение меркнет на фоне такой регалии. Хотя всегда лучше обладать и тем, и другим.

Леон положил руку на сердце, коротко поклонился преподавателям и повернулся к мишеням. Я увидел его уверенную улыбку и спокойное лицо. Несколько девушек из группы затаили дыхание, глядя на одного из первых красавчиков потока.

— Начинайте.

Без промедлений Леон вскинул руку, вокруг которой слабо мерцала белёсая сила. Он сплетал магию без печати — напрямую. Это требовало намного большего контроля, зато существенно повышало скорость.

После короткого промедления в воздухе появились три мерцающие белые стрелы магии света. Повинуясь взмаху руки, они одновременно ускорились и почти точно в центр поразили три стальные мишени с кругами.

Снова задержка и на этот раз Леон выпустил три ярких шарика, виляющих в воздухе каждый по своей траектории — и группа удивлённо загудела. Леон тем временем почти свёл ладони вместе, будто пытался схватить большую невидимую сферу. В этот раз между ними возник светящийся рунический контур.

— Третий круг, — восторженно прошептал Юлиан.

Леон долго концентрировался. Я видел, как от напряжения у него слегка дрожали руки. Печать вспыхнула и выпустила яркий белый поток, высветивший всё пространство вокруг. С низким гудением он врезался точно в неровный белый кристалл на высоком штативе. Хотя от выброса силы засветились и мелкие, расставленные вокруг.

В лицо ударил лёгкий жар от магии, барьеры едва заметно замерцали. Луч не прекращался несколько секунд, прежде чем резко оборвался. Леон слегка пошатнулся, но это не избавило его от аплодисментов части группы. Особенно пары самых рьяных поклонниц.

— Меньшего мы и не ожидали, Мартен, — произнёс Вальтерс. — Вы задали высокую планку. Превосходное исполнение.

С моей позиции некрасиво судить о чужой магии. Но результат далёк от «превосходного» из-за чрезмерного рассеивания силы. Луч должен бить точно в цель, а не слепить и греть всех вокруг. Впрочем… контролю он ещё научится, а одним из первых перейти на третий круг — настоящее достижение.

Студентов вызывали одного за другим. Кто-то был доволен своим выступлением, иные сетовали, что не удалось показать максимум. Некоторые долго готовились или промахивались по мишеням, но откровенных провалов не было.

— Арден Эшфорд… выходите, если считаете, что это требуется, — с явным скепсисом в голосе сказал Вальтерс.

По группе раздались смешки. Уже расслабившиеся одногруппники обратили на меня разные взгляды, прокатились шепотки.

— Позориться так до конца, да, Арден? — решил ещё больше меня унизить один из парней.

— Да ладно, раз в год и палка стреляет. Может перед нами будущий драконоборец, — с едким сарказмом ответила какая-то девушка.

Я не смотрел на них и не обращал внимания: просто вышел на позицию и повернулся к мишеням.

— Начинай, — сухим тоном приказал Вальтерс. Пришлось подавить острое желание бессильно метнуть магию в его сторону, просто чтобы выразить своё отношение.

Я поднял правую руку. На ней поочерёдно, треугольником, сформировались сразу три печати, между которыми заискрила небольшая сфера. Я вложил все свои способности в точную настройку траектории и силы. Моё магическое ядро дрожало от предельной нагрузки, как всегда отказываясь делать шаг вперёд. Чудес не бывает, только точный расчёт…

Небольшая сфера с треском сорвалась с места и врезалась точно в центр первой мишени, но не взорвалась, а вернулась назад и тут же стартовала в сторону второй. Без лишних затрат сил и времени она коснулась каждой мишени.

Но для последнего этапа над рукой с трудом возникла ещё одна печать. Искрящая сфера молний выросла в размерах и на этот раз полетела по ломаной траектории, коснулась всех маленьких кристаллов, затем развернулась вокруг большого тонким кольцом и сжалась, словно удавка.

— Арден, что это было? — удивилась Винтер.

— Многосоставное последовательное заклинание, профессор, — ответил я так, будто мне задали вопрос во время урока. Она ведь сама видела, что я делал.

— Составленное из магии первого круга. А его недостаточно.

Сзади уже раздались смешки, но я качнул головой.

— Не совсем. Ваш прибор ведь показывает, что экзамен сдан, — я указал на брусок стали с десятью кристаллами, четыре из которых горели зелёным, сигнализируя о проходной оценке для второго курса. Да, по минимуму, но проходной. Никто не обращал на него внимания, а ведь именно это было основным показателем результатов измерения.

— Это… ошибка, — нахмурился один из преподавателей.

— Позволю себе не согласиться, — спокойно сказал я. — Прибор ведь изготовлен точно по стандартным схемам, верно? В правилах академии сказано, что оценивается не сила как таковая, а её сочетание с мастерством. И для объективности именно прибор определяет результат экзамена.

— Эти правила помнят ещё основателей, им уже несколько столетий, — возразил мой бывший куратор. — Сейчас магия шагнула вперёд, есть чёткие круги.

— Тем не менее это действующий устав, раздел «Правила и принципы проведения экзаменов», — возразил я, надеясь, что прокатит.

— Книжный червь с профессором спорит! Совсем страх потерял, — раздалось где-то сзади в загудевшей толпе. — Какая ещё оценка мастерства? Это же просто измеритель силы удара!

А вот тут мои одногруппники правы не до конца! Весь вопрос в том, как измерить мастерство, вложенное в заклинание? Для этого и оцениваются концентрация силы, неэффективное рассеивание энергии и площадь поражения.

Ради своего развития и ради обещания я легко пойду на обман системы. Да на фоне того, что я проникаю в закрытый раздел — это максимум безобидная шалость.

Ещё месяц назад, поняв тщетность попыток, я нашёл магическую схему этого устройства и расшифровал простой, ужасно дырявый алгоритм. Без второго круга честно получить нужную оценку невозможно. Однако требовалось лишь правильно ударить. И, хотя возможности попрактиковаться у меня не было, всё получилось. И я даже сохранил бесстрастное лицо! Да я актёр!

Я оставался на позиции, с обеих сторон от меня раздались шепотки. Пятеро преподавателей наклонились друг к другу, коротко обсудив увиденное. Сидевший в центре Вальтерс слегка сморщился и покачал головой.

— Понимаете, Эшфорд, наше решение стоит выше всего. Устав — это скорее список рекомендаций, а не свод жёстких законов.

— С каких пор? — не выдержал я.

— Что? — опешил бывший куратор, но отступать уже было поздно.

— С каких пор устав, главный документ академии, определяющий основы всей её внутренней жизни, права и обязанности как студентов, так и преподавательского состава, вплоть до ректора, стал «списком рекомендаций»?

— Что вы себе позволяете? — тон профессора стал приказным. У большинства студентов в такой момент сердце уже уходит в пятки, и они готовы, опустив голову, выслушивать выплёскиваемый гнев, надеясь, что тот иссякнет и избавит их от худших последствий. Но у меня не было ни желания, ни причины молчать.

— При всём уважении, профессор, я всего лишь напоминаю о существующих в академии законах.

Полагаю, лучшие маги, способные за сутки осилить тяжёлый трактат, далеко не все полностью читали устав, томики которого лежат в свободном доступе. Даже мне он дался с трудом — справился лишь благодаря мотивации.

Да, план на грани, но вдруг получится?

— Арден, хватит позориться и спорить с профессорами! Вали в какую-нибудь провинциальную школу и показывай там свои фокусы.

Немалых усилий стоило мне сохранить спокойствие и обернуться к Ренэ, вышедшему в первую линию студентов.

— Если ты не понимаешь отличия фокусов от сложной магии, значит, все годы обучения прошли зря.

— Да что ты… — Ренэ аж подавился собственной злобой. Но затем в его пустую голову пришло что-то нехорошее, и он оскалился. — Уважаемые профессоры, а может проведём спарринг? Это ведь альтернативный способ экзамена для проверки навыков. Там хитрость не поможет.

Прежде чем я успел возразить, что экзамен вообще-то уже завершён, бывший куратор звучно хлопнул ладонями. С магией, так что хлопок прокатился по всему помещению.

— Порядок! Кляйн выдвинул хорошее предложение. Экзамен продолжается. Если Арден уверен в том, что имеет достаточный уровень, то сможет показать себя. Решение принято.

Вальтерс смотрел на меня тем самым взглядом, после которого говорить хоть что-то было опасно. Я не раз видел, как студентов выгоняли из аудитории. Наказания бывали разными, а меня бывший куратор почему-то успел невзлюбить. Его удерживали лишь правила: этикой здесь давно подтёрлись.

Блондин с широкой улыбкой прошёл барьер, движением руки расправляя мантию и пафосно поправляя застёжку.

— Сейчас увидишь разницу между магом и рыночным фокусником первого круга. И в этот раз не сбежишь.

— Правила стандартные, — тем временем объявил Вальтерс. — Спарринг продлится, пока одна из сторон не сдастся или мы не остановим бой.

Стандартные правила означают также запрет на ближний бой: мы же в академии магии, а не училище воителей. Специальной защиты нам не выдали. Впрочем, форменная мантия выдерживает удары вплоть до продвинутого второго круга, а остальная одежда — первого. При этом любой пропущенный удар фактически означает поражение.

Вот так просто против меня поставили пусть не лучшего, но определённо одного из самых сильных студентов. И сигнал к началу прозвучал прежде, чем я успел подготовиться!

— Сгори! — крикнул Ренэ, пустив мне прямо в лицо слабый, зато быстрый огненный шар.

Чудом я успел выставить перед собой простейший щит первого круга. Барьер моментально лопнул, а меня окатило волной жара.

— Ха, это было только приветствие, а ты уже почти проиграл! — засмеялся Ренэ на публику. Хотя он явно надеялся, что я не успею. — Пламенная вспышка — сгори!

Каждое заклинание он подкреплял словом, облегчая себе активацию. Между кругами огромная разница в силе и то, что было бы для меня предельно сильным ударом, он метал каждые несколько секунд.

От одного огненного шара я увернулся, следующий снова принял щитом. А этот ублюдок опять целился в голову, что строго запрещено. Даже Винтер заметила это.

— Кляйн, воздержитесь от ударов выше уровня груди!

— Извините, профессор, быстрыми заклинаниями пока трудно целиться! — сказал он, сплетая что-то серьёзнее, с кругом.

— Если попадёте в голову, вам будет засчитано техническое поражение как за рейтинговый спарринг, — только после этих слов Ренэ сморщился и, похоже, отказался от изначального плана. У меня же проскочила мысль, что Винтер просто не хочет возиться со студентом с обгоревшим лицом. А следующая её команда была адресована мне. — Эшфорд, начинайте отвечать или сдавайтесь — выбор за вами.

Да я бы с радостью, только Кляйн продолжал развлекаться! С надменной улыбкой он вскинул руку и над его головой возникли три печати, которые начали поочерёдно метать в меня слабые атаки. Уклониться от всего не получалось. Раз за разом мои щиты разбивались, и не знаю, каким чудом я успевал создавать новые.

— Давай, Арден, бегай! Напоминаешь шута в цирке!

На лету я сплёл несколько молний, да только они лишь заставили противника немного притормозить.

— И это всё? Первый круг! Это даже магией считать стыдно! Но я дам тебе ещё шанс! Покажи, что можешь, ничтожество!

— Арден, сдавайся! — раздалось откуда-то из группы. — Зачем калечиться? Мало ли что показал прибор, ты всё равно слаб!

Внутри меня закипала безумная злость. Наверное, впервые в моей душе просыпалась ненависть к магии, которая отказывалась мне подчиняться. Четыре года — целых четыре долгих года я посвящал всего себя магии! Так почему я застрял?! Почему тот, кто не знает и пяти процентов от того, что знаю я, и просто вызубрил основы, летит вперёд, пока я бьюсь о стену?!

В груди нарастала боль от перегрузки. Я метал простейшее заклинание «Искры» и создавал барьеры, пока Ренэ уже открыто сыпал оскорблениями, намеренно не атакуя слишком сильно. Даже в этой суматохе я видел, что профессоры хотят остановить этот сюр. А огневик решил завершить месть: около его руки появилось двойное руническое кольцо, и он пошёл на сближение.

— Профессор, Арден сейчас пострадает! Остановите бой! — крикнула какая-то девушка.

— Чёрта с два! Я ещё не закончил!

Крик вырвался сам собой. Я не нарушу обещание, а для этого я должен остаться в этой чёртовой академии!

Нужно лишь убрать подальше этого пустоголового павлина!

— Прочь!

Не знаю, чего я надеялся добиться — просто хотел любыми средствами использовать какой-нибудь воздушный кулак и отшвырнуть противника волной сжатого воздуха. Но огненное заклинание уже вспыхивало…

Магия пришла в движение сама.

Воздух со свистом и гулом собрался в плотную сферу, мерцающую от наполнявшей её энергии, и выстрелил навстречу Ренэ.

Сила удара практически сложила его тело пополам. Он отлетел на метр в сторону экзаменаторов и кубарем прокатился по каменному полу, замерев в скрюченной позе. Я едва сдержал порыв продолжить наступление.

— Остановить бой!

Глава 3

После приказа кого-то из профессоров зал на мгновение затих. Уверен, приказ предназначался Ренэ, и вовсе не потому, что так ценили “бездаря”. Принадлежавшая академии форма могла пострадать: ведь мы сражались без дополнительной защиты.

Вот только… сейчас Ренэ лежал на камне и не мог вдохнуть. Пучил глаза и хрипел, глядя куда-то вглубь себя.

Это… я сделал?

Магическое ядро было на пределе, меня бы не хватило даже на ещё один щит. Да что там! Максимальный толчок в моём исполнении не должен даже опрокинуть человека. Удар ребёнка лет двенадцати — не больше!

Но Ренэ пролетел несколько метров и у него была защита.

Зал на несколько секунд замер. У меня перед глазами прокручивались вчерашние события, а в голове звучал постулат “Истины”:

«Магия подчиняется воле».

Книга всё же что-то изменила во мне.

И всё, что я сейчас смог — как обычно сохранять невозмутимый вид. Пока несколько профессоров бросились к одному из отпрысков династии Кляйн, славившейся своими подвигами, ко мне подбежала Винтер.

— Что ты сделал?

— Э… ветровой кулак, — выбрал я наиболее подходящее заклинание.

Женщина повернулась в сторону Ренэ, которого окутало зеленоватое свечение. Он уже мог дышать и даже нашёл время смотреть на меня ненавидящими глазами.

— Ты всё же прорвался на второй круг? Тогда почему устроил весь этот цирк на экзамене?

Я встряхнулся и взял себя в руки, натянув привычную равнодушную маску.

— Профессор Винтер, при всём уважении, я сдавал экзамен способом, который казался мне наиболее действенным. Как видите… порой трудно себя контролировать и требуется время. К своему стыду я даже едва не проспал из-за ночной практики.

Вальтерс, вставший между отлетевшим Ренэ и нами, окинул меня взглядом.

— То есть, на практическом экзамене мы видели нестабильную магию без должной подготовки? Это не уровень Эрлионской Имперской Академии.

— Тем не менее я сдал экзамен дважды. В проверке через спарринг оппонент нокаутирован. А это неоспоримый результат.

— Перечишь мне, мальчишка? — понизил голос бывший куратор.

— Констатирую произошедшие факты. Или у вас есть личные мотивы?

Не знаю, меня всё ещё несло из-за смелости обречённого или я и правда считал ответ правильным. Безумие — я в лицо косвенно обвинил профессора в предвзятом отношении и попытке меня завалить.

Бывали случаи, когда из-за подобного профессора отстраняли от обучения целой группы и даже увольняли с позором. Ректоры академии не позволяли коррумпировать учебное заведение и превращать его в место, где ведутся политические дрязги, а студентов из неугодных фракций намеренно выдавливают.

В его взгляде читалось желание меня уничтожить, но тут вступилась Винтер.

— Арден, прекращайте паясничать. Сейчас мы отправимся в деканат и всё решим. Экзамен завершён, все результаты будут учтены и вывешены на доске до вечера.

Честно говоря, я даже не знал, как реагировать на перспективу пообщаться аж с деканом главного факультета академии! Что бы там ни считали все остальные, а будущая сила Империи ковалась здесь. Я видел декана лишь во время его речи на церемонии поступления для нашего курса и на паре мероприятий между курсами. Что предвещала эта встреча, я просто не знал. Вот только и моего мнения не спрашивали.

Винтер взяла меня за плечо и легко, но настойчиво потащила к выходу из аудитории. Студенты расступились на пути, провожая меня растерянными взглядами.

— Это была случайность! Я ещё покажу разницу в силе, — крикнул в спину Ренэ.

Мы же вышли наружу и быстрым шагом двинулись по большому и красивому коридору старинного замка. Винтер молчала несколько минут, прежде чем высказать ожидаемое предостережение.

— Ты так же застрянешь на пороге третьего круга. Может быть, даже раньше — не уйдёшь дальше базового подранга второго.

— Не застряну, — упрямо сказал я. — Вы так хотите меня исключить?

Винтер глянула на меня одним глазом, её морщины снова углубились из-за нахмуренного лица.

— Никто не пытается тебя исключить, Эшфорд. Просто одни вещи даются людям, а другие — нет, и слепая вера здесь не поможет. После второго курса значительно увеличивается упор на практику — появляется риск для жизни. Слабые погибают чаще всего, но академия не снижает высокие стандарты. Твоя упёртость может привести тебя к смерти.

Я не собирался отступать из-за риска для жизни, поэтому стоял на своём. Спустившись на этаж ниже и пройдя по крылу, мы остановились у двери с красивой позолоченной табличкой: “Валериан Резерфорд, декан факультета прикладной магии”.

Винтер открыла дверь. После небольшой приёмной с личным секретарём мы попали в красиво обставленный и просторный кабинет, заполненный книгами, статуэтками и трофеями от различных монстров.

Пахло бумагой, деревом и чем-то приятным цветочным. В каждом предмете вокруг чувствовалась ценность и история. Здесь не было декоративных мечей или сделанных ювелиром безделиц — только награды и памятные вещи. И всюду вокруг чувствовалась магия.

Но всем моим вниманием завладел один из двух магов седьмого круга во всей Имперской Академии — элита государства, один из тех, кто защищает нашу страну от бесчисленных угроз.

Человеку передо мной было много лет — чёрные волосы наполовину поседели. Но каким-то образом язык просто не поворачивался назвать его старым. Наверное, из-за взгляда, заставившего меня замереть и на всякий случай забыть о вчерашних событиях с книгой и странной магией.

Винтер опустилась в кресло недалеко от стола и вместо меня как есть изложила произошедшее. Во всяком случае, как это видели профессоры.

— Значит, студент Эшфорд сдал минимум для перехода на следующий курс и хочет продолжать обучение? Тогда в чём проблема?

— Приказ на отчисление уже был передан вам… чтобы не терять времени и быстрее завершить дела, — спокойно сказала Винтер.

— Я его не видел, а значит, это не имеет значения. Какая у него итоговая оценка?

Винтер ненадолго задумалась, вычисляя среднее из двух оценок за теорию и практику.

— Учитывая показатели прибора и прошедший бой… около восьмидесяти, максимум восемьдесят пять, если добавить за спарринг.

Мой средний балл благодаря теории был далеко не слабым и балансировал между “хорошо” и “отлично”, однако вопрос стоял шире. Резерфорд задумался, откинувшись на кресло и теперь посмотрев на меня.

— Может быть, ты перейдёшь на другой факультет? Например, фундаментальной магии или артефакторики.

— Благодарю за предложение, но я хочу остаться здесь. Я выбрал свой путь.

Эти направления попросту не подходили для моих целей. Знакомства с теми, кто изучает истины мира, я могу завести и без перевода.

— Ты всё не хочешь проявить благоразумие, — покачала головой Винтер. — Позволь быть откровенной: в группе слишком много людей. Этот набор оказался хорошим и к этому моменту обычно остаётся двадцать человек. Это предпочтительный максимальный размер группы для эффективного обучения. Разумеется, мы не станем просто исключать или заставлять перевестись перспективных студентов. Если поток переполнен, разумно ужесточить проверки и заставить лучших развиваться ещё усерднее. А результат твоего экзамена балансирует на натянутой струне.

Я снова разминал пальцы, сглотнув и ожидая продолжения. Это я тоже прекрасно понимал. Экзамен сдали все лишь потому, что недостаточно способные перевелись раньше.

— Не будем пугать студента, — декан слегка улыбнулся. — Если он горит магией, значит справится. Экзамен завершён, результаты получены, потому Эшфорд остаётся. По крайней мере до завершения рубежной полевой практики.

— Спасибо, магистр Резерфорд, — облегчённо выдохнул я. Решение было принято, правда настроение сразу испортила Винтер.

— Я должна напомнить, что со следующего семестра вы более не можете претендовать на бесплатное обучение. Для этого нужно набрать минимум восемьдесят семь баллов в итоговом зачёте.

— Но ведь я… победил Ренэ. Отправил в нокаут… понял, — вздохнул я, видя как профессор вскинула бровь. Обсуждать выставленную оценку если не табу, то очень близко к этому понятию даже в личной беседе. — Позвольте спросить, какова стоимость?

Имперская Академия, конечно же, финансировалась из государственной казны — это позволяло бесплатно обучать талантливых студентов и даже платить им стипендию. Я поступил с высшим баллом. Первый курс также закрыл, будучи на верхушке рейтинга. Однако теперь я перехожу на общие условия.

— Тридцать тысяч крон. Но оплата может быть отложена вплоть до начала занятий следующего семестра. То есть, у тебя больше двух с половиной месяцев.

Она знала, что я беженец из погибшего города и у моей семьи едва хватит денег разве что на третьесортную школу, где учат в основном бытовой и ремесленной магии.

Четыре года я не поднимал головы от книг и в жизни не заработал ни кроны. Если кому-то и помогал, то в виде бартера — услуга за услугу. Где можно достать такую сумму, я вообще не представлял — и мне придётся снова совершить чудо. Хотя… может и правда получится?

— Я найду деньги. Спасибо за шанс, — сказал я, но Резерфорд, наблюдавший за мной, качнул головой.

— Нет никаких шансов, молодой человек. Ты не получал отсрочки по милости, а заработал место как и должен. Однако, помнится, от тебя отказался куратор?

— Так и есть, — я снова напрягся и постарался сформулировать слова максимально вежливо. — Скажите, я чем-то оскорбил профессора Вальтерса?..

— Всего лишь разочаровал. Однако он крайне избирателен в студентах и ошибку считает личным оскорблением. Мой тебе совет: не пытайся вновь с ним договориться, он никогда не меняет решения. До начала занятий найди нового куратора.

— Разве его не назначат? — переспросил я, чуя ещё один слой проблем.

Куратор — это личный учитель, который следит за твоим развитием и подсказывает, как стать лучше. Каждый маг уникален и никаких семинарских занятий недостаточно для полного раскрытия потенциала. Учеников распределили в начале второго курса и чем дальше, тем выше важность личного наставника.

— Факультет никогда не назначает кураторов. Они сами делают выбор и могут принять прошение. Только при первом распределении кураторы обязаны разобрать всех студентов.

Я глубоко вдохнул и выдохнул.

— Спасибо за пояснение, я найду нового куратора. Всё равно я планировал остаться в стенах академии на время каникул.

— Тогда можешь идти. И помни, учиться здесь — это привилегия. Я буду следить за твоими успехами.

Я положил руку на сердце и поклонился, после чего вышел на слегка ватных ногах. Когда дверь в коридор закрылась за мной, я ещё какое-то время просто стоял на месте и смотрел в пустоту перед собой.

Чувства были двоякими: я избежал отчисления и одновременно на меня будто бы свалили непосильную ношу. Тридцать тысяч крон… моя месячная стипендия — пятьсот. И это много — намного больше, чем один человек может потратить на еду, если не питаться деликатесами. А мне нужно как-то собрать сумму равную стипендии за все пять лет обучения.

Однако отступать нельзя.

Я посмотрел на свою руку и попытался вызвать ветер… не получилось. Однако я точно знаю, что видел — просто требовалось немного практики. И для неё лучше покинуть территорию академии.

Взяв себя в руки, я быстрым шагом направился к лестнице и вскоре вернулся в общежитие. Не хотелось выделяться в городе, потому я решил переодеться в личную одежду. Стоило снять невероятно удобную, пропитанную магией рубашку, как я увидел на правом предплечье несколько меток.

Хорошо, что я был один… и в свете случившегося даже почти не удивился. Полное осознание ещё не пришло, но меньше получаса назад я нарушил базовые принципы магии. Книга что-то изменила во мне и не оставила меня без отметины.

С внутренней стороны руки, чуть выше запястья, появилась блеклая чёрная семилучевая звезда размером с большой кулон. Рваный, словно выцветший контур из сплетённых линий, лишь один луч был закрашен и на его вершине появилась неизвестная мне руна.

— Есть ещё шесть книг Истины? — спросил я сам себя. — Или это что-то другое?.. Вот же демонова логика, зачем мне эта метка?

Спасибо хоть не на лбу появилась! Или не на заднице, чтобы я ни сном ни духом о ней не знал.

Вряд ли такую “татуировку" можно свести. В любом случае пока она — последняя из моих проблем. Главное не снимать рубашку при посторонних.

С сожалением отложив не мнущуюся магическую рубашку, почти непроницаемую для грязи, я надел простую, некрасивого жёлтого оттенка. Натянул грубые брюки и отправил в карманы студенческий и почти пустой кошель, который больше не пополнится стипендией. Также я забрал из портфеля остатки сгоревшей книги.

“Истины”, которую я по глупости не дочитал до конца… Нужно найти другой экземпляр: не может же она быть уникальной.

В голове крутилось много мыслей и прежде чем принимать решение требовалось проверить, на что я вообще способен и сообщить о своих успехах. Поэтому я покинул территорию академии, очутившись будто бы в другом мире. За высокими стенами дворцового комплекса со множеством корпусов и зелёных садов раскинулся самый большой город Империи.

На одной из главных улиц Арделии сегодня было оживлённо. Самоходные колесницы — магомобили выстроились в парковочной зоне у пропускных пунктов и ожидали учеников, освободившихся после сегодняшней череды экзаменов. Наверное, среди них были и ожидавшие моих одногруппников. Но у меня не было никакого желания напоследок увидеться с ними.

Интересно, как всё происходит: если ты изначально был худшим из лучших, поступивших в Имперскую Академию, то в глазах окружающих ты обычный человек. Но если ты стоял на вершине, а потом скатился к подножию, то о тебя попытаются вытереть ноги, будто бы из мести за то, что когда-то затмевал их.

Усмехнувшись про себя, я быстрым шагом направился в сторону центра. Прямая дорога вела к расположенному на холме замку колоссального размера, на фоне которого даже главный корпус академии смотрелся блекло.

Даже его монументальные белые стены поднимались выше практически всех столичных строений. А башни и шпили достигали поистине невероятных высот. Замок лучше всех историй о силе магии напоминал о величии императорской семьи и… пожалуй, дарил чувство безопасности. Арделию не постигнет судьба провинциального Остмарка: никакой набег монстров не сможет разрушить город.

С главной дороги я вскоре свернул на одну из кольцевых улиц. Старинный дворцовый комплекс академии при строительстве нового столичного центра хоть и остался на окраине, но район естественным образом оставался престижным. Мне же требовалась настоящая городская периферия.

Наверное, я слишком редко выходил в город: Арделия всё ещё казалась настоящим каменным лабиринтом с очень высокими домами. К тому же весьма оживлённым из-за множества магомобилей и трамвайных линий.

Я не стал пользоваться общественным транспортом — хотя бы ради небольшой физической нагрузки и возможности привести мысли в порядок. Вскоре дома и пешеходы стали проще, вдоль улиц появилась зелень, а дорогие кондитерские сменились кабаками.

Мой путь лежал в зелёный дворик довольно старых зданий. И если фасад выглядел ещё вполне прилично, то с внутренней части отчаянно не хватало новой краски и свежего ремонта. Дверь располагалась практически на уровне земли и к ней вёл добротный деревянный пандус. Подойдя к двухэтажному домику, я ненадолго замер, собираясь с мыслями, а затем аккуратно постучал.

— Сейчас-сейчас, подождите немного! — изнутри послышался женский голос.

— Привет, это я, — сказал я, услышав характерный звук по ту сторону двери.

— Арден, ты вернулся!

Замок щёлкнул, и немного ржавая железная дверь открылась. Мия выкатила своё кресло-каталку мне навстречу, широко улыбаясь.

У меня внутри всё сжалось, несколько секунд я смотрел на сестру, которая так повзрослела за последние месяцы. Я ведь её практически не видел… хотя наверное, не сдался только из-за данного обещания.

— Что-то случилось? — с нотками беспокойства спросила Мия, выведя меня из оцепенения.

— Извини, удивился тому, как прекрасно ты выглядишь. Красивый сарафан, — похвалил я длинное голубое платье.

— А… спасибо, — она снова лучезарно улыбнулась. — Заходи! Наверное…

Её перебил окрик, раздавшийся из-за прохода между зданиями.

— Арден, мог бы сначала зайти ко мне!

Ричард, так же как я одетый в грубые брюки и рубашку, практически бежал к нам. Его лицо немного заросло щетиной и выглядел он совсем не на свои двадцать три… минимум лет на пять старше.

— Сейчас рабочий день, не хотел тебя отвлекать. Как ты вообще обо мне узнал?

— Случайно увидел в окно, — брат остановился рядом, осматривая меня. — Без вещей? То есть, ты ещё не одумался? Экзамены закончились?

— Да, я прошёл на третий курс.

Не знаю, какой реакции я ожидал… Ричард просто выдохнул так, словно ему сообщили неприятную новость.

— Как-то смог в последний момент? Заканчивай уже свои игры в магию.

— Игры? — вкрадчиво спросил я. — Только магия может помочь, а ты её бросил.

— Да, бросил. Чтобы вы двое не оказались в канаве. И дал тебе шанс, но не получилось. Бросай это дело и лучше помоги нам.

Внутри меня начала закипать настоящая злость. Я давно привык игнорировать пренебрежение одногруппников и преподавателей, но слышать это от брата просто не мог.

— Как ты быстро похоронил надежды на меня. Я пытаюсь вернуть ноги Мие. Или твой кожевник может это сделать?

— Не смей, — Ричард даже сжал кулак. — Он дал нам отличное жильё. Я добился этого, пока ты гоняешься за невозможным. Тебе пора вырасти.

— О, то есть очень по-взрослому опустить руки и говорить: “я не смог, значит это невозможно”? Хороший подход, далеко пойдёшь. Наверное, скоро получишь звание главной швеи.

— Это реальный мир, он очень отличается от твоих книжек. Вот это и означает вести себя как ребёнок: не верить целителям и высокомерно плевать на окружающих. Набрался от своих одногруппников? Сильно они тебе помогли?

— Пожалуйста, перестаньте! — крикнула сестра. Я вздрогнул и посмотрел на её лицо — в глазах уже появились слёзы, заставив почувствовать себя ещё больше виноватым.

Я встал перед ней на колено, попытавшись ободряюще улыбнуться.

— Извини, просто наши взгляды на жизнь немного разошлись… Он не запрещает тебе готовиться к поступлению?

— А… нет, — мотнула головой Мия. А Ричард оказался немного иного мнения.

— Она станет фармацевтом. В будущем может быть алхимиком.

— Я так посмотрю, ты за всех уже всё решил, — поднял взгляд на него. — Как жить и что делать. И психуешь, когда чьё-то мнение отличается.

Сестра поспешила вмешаться, подкатившись ближе.

— Я готовлюсь к обеим вещам! Учу травологию и уже ощутила ману!

— Молодец, — искренне сказал я. — Главное не торопись и тщательно изучи основы. Энергетические каналы к шестнадцати ещё не полностью сформированы. И если их перегрузить до окончания их развития, можно получить серьёзные травмы. Лучше пока изучай немагические науки.

Я искренне радовался прохождению сложного первого этапа на пути любого мага и это минимально необходимо для поступления. Конечно, желательно сразу научиться немного контролировать силу, но предпочтительно не рисковать формированием магического ядра с переходом на первый круг.В это время лучше освоить важнейшие базовые науки: особенно математику, чистописание и черчение.

— Не волнуйся, я всё знаю…

— Она станет магом. Это полезно, — сказал Ричард. — Но никаких академий. Как ты себе это представляешь?

Я не стал на него смотреть, просто поднявшись на ноги.

— Очень хорошо представляю, потому что знаю границы и возможности магии. И если она захочет, то пойдёт по этому пути. Верю, что когда-нибудь пойдёт во всех смыслах. А ты можешь основать свою династию ремесленников. Безусловно полезных и нужных, а главное живущих реальной жизнью, вместо того, чтобы витать в облаках — во всех смыслах.

— Родители погибли из-за того, что были магами. Потому что пошли защищать обречённый город, — уже тише сказал брат.

— Знаю. Возможно, благодаря им мы сейчас разговариваем.

Ричард смотрел на меня с лёгким прищуром и ничего не выражающим лицом. Я понимаю, что четыре года назад, когда он был в моём возрасте, на него свалились два ребёнка. В том числе Мия, в суматохе получившая странную травму и тогда неспособная даже сама себя обслуживать. Он принял моё решение, когда я пообещал помочь ей и с головой ушёл в магию. Сказал бы, что страна помогла беженцам из погибшего города, но и ему пришлось много трудиться.

Но ведь сейчас всё стабилизировалось, и стоило мне полгода назад понять, что появилась проблема, его отношение моментально изменилось. Жаль… но меня тут не рады видеть. Наверное, пора заняться дикой магией, противоречащей всем научным основам.

— Новости я сообщил и, пожалуй, пойду по своим делам. Мия, ты молодец. Чтобы ты ни выбрала, у тебя всё получится.

Сестра встрепенулась и посмотрела на брата. Тот тяжело вздохнул.

— Постой. Можешь хотя бы пообедать. Если ваше магическое высочество устроит еда простых смертных.

— Ричард! — возмутилась Мия.

Сказал бы, что не хочу… но вообще-то на обед я уже тоже не успею. Я привык питаться нерегулярно и от случая к случаю. Наверное, потому и стал таким тощим и дохлым.

— Да… всё равно не завтракал… тем более я ещё кое-что забыл сказать.

***

[Ранее, Имперская Академия, кабинет декана факультета прикладной магии]

Винтер проследила за удаляющимся парнем и вновь обратила взгляд на мага седьмого круга — одного из немногих, кого она абсолютно уважала.

— Почему вы дали ему шанс? Да, формальной причины исключать за неуспеваемость нет, потому я и привела его сюда… но развитие талантливых магов идёт стремительно. Эшфорд больше чем на полгода застрял на пике первого круга.

— И, разумеется, вы выяснили причину, — произнёс декан без вопроса.

— Так… бывает, недостаток таланта, — с некоторым недоумением ответила профессор. Но глава факультета лишь нахмурился и покачал головой.

— Так называемый талант наполовину состоит из мотивации и усидчивости. И я видел не того человека, которому их недостаёт. На ранних уровнях не появляется физических стен потенциала. Вы просто не захотели искать слишком глубоко скрытую причину, и это плохо.

Винтер сохранила спокойствие, хотя внутри у неё немного похолодело. Вызвать сомнения в собственной компетентности в академии очень опасно для карьеры. Хотя претензия скорее была направлена к Вальтерсу — это ведь он был куратором упавшей звезды.

Декан выдержал паузу и заговорил о другом.

— Что-то стало известно об инциденте в библиотеке?

— Пока нет, к сожалению, — профессор охотно сменила тему. — Я с самого утра разбиралась с этим делом, поскольку была последней посетившей ограниченный раздел. Хотя обрушение выглядело так, будто кто-то залез на шкаф и сломал его своим весом, но охранные барьеры на дверях и окнах не побеспокоили — к ним даже не прикасались.

Винтер выдержала короткую паузу, понимая, что фраза прозвучит странно.

— Вероятно, старый барьер деградирует и это была аномалия с выбросом силы. Персонал проверил все книги, хранящиеся в том разделе — ничего не пропало.

Глава 4

Приняв приглашение, я зашёл в весьма просторную по меркам города главную комнату. Конечно же по сравнению с залами академии помещение казалось несколько бедным.

Побелка на стенах местами отвалилась, часть мебели стоило бы отшлифовать и заново покрывать лаком, а кресло выглядело настоящей развалюхой. Но хотя бы магические светильники давали достаточно много света.

На обеденном столе лежало несколько толстых книг. Помню, мне в своё время почти не позволяли выносить что-то из читальных залов. Даже несмотря на ставшее дешёвым копирование, доверяли лишь самые потрёпанные экземпляры.

А ещё Ричард как-то смог договориться с владельцем здания, чтобы изменить ванную комнату и расширить её площадь для Мии. Хотя на фоне тех общежитий, в которых нас поселили изначально, собственная уборная с водопроводом сама по себе была настоящей роскошью. Как и личная комната для сестры, пусть небольшая. А не одна на троих, причём даже тогда управляющий общежития для беженцев пожалел детей и не стал подселять к нам четвёртого.

Ричарду… наверное, и правда тяжело пришлось там, пока я днями искал возможность обучаться.

Здесь же… вопреки всему было уютно. Вкусно пахло едой, греющейся в духовом шкафу на кухоньке.

— А как же работа? — спросил я у брата, вспомнив о его занятости.

— Я думал, ты не хочешь, чтобы мы лезли в дела друг друга. Ушёл на обед чуть раньше, и вернусь раньше. Что ты ещё хотел сказать?

Пока Мия подтягивалась к столу и убирала книги, я подумал, стоит ли говорить при ней. Но быстро отбросил мысль держать такие вещи в секрете. Она тоже уже не ребёнок…

— Из-за плохой оценки за практику я не попал на бюджетные места. Так что и стипендии больше нет.

Ричард взял два полотенца как прихватки и вытащил большой котелок. В лице он ничуть не изменился.

— Это было ожидаемо. Я не рассчитывал на те деньги. Уж за дурака меня не держи.

И правда было глупо думать, словно старший брат не предугадал такой расклад. Стипендия попросту не была мне нужна. Я почти не покупал дополнительную еду сверх обычного питания в столовой: ведь даже во время каникул между курсами академия продолжала работать. За всё время я лишь раз приобрёл себе нынешнюю одежду, чтобы относительно прилично выглядеть во время выхода в город. Остальное при желании можно было получить бесплатно.

Я хотел помочь накрыть на стол… но просто не знал, где что лежит. Потому смотрел, как ловко сестра перемещается по комнате. Каталка даже не скрипела, легко поворачивалась и двигалась благодаря смазанным подшипникам.

— Удовлетвори моё любопытство. Сколько стоит обучение, которое теперь для тебя не бесплатное? Ты же не мог не подумать об этом, отказываясь возвращаться к нам, — спросил Ричард, нарезая буханку хлеба.

— Тридцать тысяч крон.

— Мне надо говорить, что это больше, чем весь мой заработок за четыре года? Откуда ты планируешь брать деньги? Только не говори, что собираешься кого-то ограбить. Я и не подумаю тебя покрывать.

Он повернулся ко мне и посмотрел в глаза. Мия снова вздрогнула и начала переводить между нами взгляд. Добрый братец, что сказать, и очень высоко меня оценивает.

— Пойду охотником: иных вариантов не вижу.

— Но это опасно! — воскликнула сестра.

— Ещё как, — кивнул Ричард. — Я недавно смог перейти на третий круг. Как самоучка, выкраивая время на медитации. И даже так у меня нет и мысли идти сражаться с монстрами. А ты собрался это делать на базовом втором круге.

— Ты не пошёл, потому что боялся оставить Мию одну, — возразил я. — Я же могу рискнуть: всё равно вы ничего не потеряете, верно? Не буду загадывать, у меня есть определённые планы.

— Как на втором круге заработать тридцать тысяч крон до начала следующего курса? Если надеешься навязаться кому-то на службу за оплату обучения, то время прошло. Могло сработать раньше, но сейчас не получится.

Я это понимал, но говорить о произошедшем пока не хотел. Слишком уж странные последствия контакта с магической книгой… и, честно говоря, я сомневаюсь, что стоит доверять Ричарду.

Мы сели за стол. На обед было овощное рагу с совсем небольшим количеством мелко нарезанного мяса. К нему жестковатый хлеб и немного яблок. Хотя я не стал брать свежие фрукты. Мия волновалась и сначала пыталась отговорить меня от риска, конечно же, не поколебав моего решения.

— Но… мне не так уж нужно ходить! Я и без этого хорошо живу!

— Мия… нет. Просто нет, — качнул я головой.

— Перестань, он слишком упрям, чтобы сдаться, — сказал Ричард равнодушно, глядя в свою тарелку. — Даже не знаю, назвать ли это формой эгоизма, комплексом героя или просто глупостью.

— Слово “надежда” давно выкинул из лексикона? — поинтересовался я, но удержал рвущуюся наружу колкость. — По-моему мы повторяемся… Мия, всё хорошо. В итоге я или добьюсь внимания профессора, или просто оплачу достаточно хорошего эксперта. Просто учись. Ты молодец, что хорошо держишься. Никто ведь не обижает?

— И что бы ты сделал? Пошёл бы практиковать боевую магию на людях? — влез брат. Но сестра сразу стала всё отрицать и уверяла, что всё хорошо.

Основа плана пока не меняется. Помимо целителей от империи, я добился внимания пары преподавателей, достаточно снисходительных или заинтересовавшихся случаем. Не самых сильных в академии, но всё равно относящихся к элите Империи. Увы, они никак не помогли.

Кто-то приказал мне не лезть к ним с личными проблемами, кто-то обозначил неподъёмный ценник просто за осмотр. Я тоже надеялся найти ответ. Но для этого может понадобиться много лет. Ведь именно поэтому я пошёл на факультет практики: не только потому что хотел как родители стать боевым магом. Они раньше получают шанс хорошо заработать и подняться по служебной лестнице.

Мы давно поняли, что целитель не поможет: физически Мия абсолютно здорова. Ноги не работают из-за неизвестного магического воздействия. Во время эвакуации её что-то ранило, и уж кто-то точно должен был с таким сталкиваться. А я пообещал с этим разобраться: самостоятельно или найду способного помочь. Отец учил держать обещания. Ричард и даже Мия могут смириться, но я не собираюсь.

Обед прошёл быстро. После я хотел помочь помыть посуду, но сестра отказала. У меня ведь ещё много дел… и брат не желал меня видеть. По крайней мере пока я не приду с опущенной головой и признанием поражения. Соглашусь стать помощником кожевника или найду какую-нибудь другую ремесленную специальность.

Ещё раз подбодрив сестру, я покинул их жилище и направился напрямую к окраине города. На моём пути ремесленно-торговые кварталы стали чисто ремесленными, в основном с более грязными производствами. А потом пошли небольшие яблочные сады и фермы.

Покидать городскую черту было непривычно. Наверное, будь я в форме студента академии, собрал бы массу любопытных взглядов. Однако на простого горожанина никто не обращал внимания. Признаться, я немного нервничал, а ноги быстро устали… Надо признать, я и правда за четыре года превратился в книжного червя и это нужно исправить.

В итоге я свернул в довольно светлый и расчищенный лес, по которому вилось множество тропинок. Немного углубившись и убедившись, что никто за мной не следит, я сначала попробовал сплести заклинание второго круга — точно так же безрезультатно, как и вчера.

Оставалось отбросить всё, что я знал о базовых принципах магии и довериться мистическому бреду, спасшему меня сегодня. Вот только попытки повторить случившееся на экзамене проваливались — я даже использовал вербальный компонент.

— Ветряной кулак! Ветер! Прочь!

Ничего не получалось — по-моему, не возник даже слабый ветерок.

Опустив руку, я вздохнул и закатал рукав, глядя на семилучевую звезду.

— Арден, ты смешон. Или это всё бред, или… надо подключить голову.

Я вспомнил всё прочитанное в “Истине”. Главная идея в том, что магия подчиняется воле. Для этого есть два основных компонента. Первый — резонанс или же “власть”. Разницы я не знаю, так что буду использовать понятный первый термин, напоминающий принцип склонности человека к определённой магии. Очевидно, книга наделила меня тем самым резонансом.

Второй компонент — это понимание: нужно чётко передать силе своё желание и метод его достижения. По моему скромному мнению, проблем с этим тоже не было…

Понимание пришло быстро и оказалось до такого очевидным, что мне захотелось посмеяться над самим собой.

Если бы магия отзывалась так просто, то я бы что-нибудь поджигал после каждой мысли об огне! Нужно сначала осознанно обратиться к силе! Причём искать её не внутри, а снаружи — как когда я надеялся на какую-то поддержку в бою.

Я вновь поднял руку и в этот раз прочувствовал окружающий мир, струящуюся вокруг мировую энергию, всегда бывшую лишь подпиткой для ядра.

Пусть эта сила подчинится мне — сожмёт воздух в плотную сферу и ударит по моей цели…

Я прогнал в голове принципы магии ветра, степень сжатия и механизм запуска.

Это противоречило тому, что я знал и чему нас учили…

Магия пришла в движение.

Засветившийся воздух собрался в плотную сферу и выстрелил точно в ствол дерева. С гулким хлопком кору дерева немного ободрало, а с шелестевшей кроны сорвалась возмущённо каркающая ворона…

На первый взгляд воздействие было слабым. Однако если бы я вложил всю свою тщедушную мускульную силу в удар молотом, получилось бы ещё хуже! Человек не удержится на ногах, а Ренэ я ударил ещё мощнее!

Наконец меня нагнало осознание произошедшего безумия, заставив облокотиться на ближайшее дерево и рассмеяться.

Это работало — у меня есть сила!

Уняв ликование, я вновь задумался над природой способностей. Возможно, они всегда спали во мне и из-за этого я застрял на месте без видимых причин? Потому книга привлекала моё внимание? Может ли быть, что я подсознательно чувствовал в ней нечто нужное мне?

Честно говоря, звучало как бред, но я уже не знал, чему верить… И мне стоило опасаться, что меня найдут. Ведь кто-то полностью исключил целое направление магии из программы! Некромантия запрещена, но о ней известно даже простым горожанам, а существование подобной силы полностью замалчивается.

Теперь мне стало немного страшно. А что если меня найдут? Нужно держать мои новые способности в секрете и убедить всех, что я действительно постоянно сплетаю магию на прямом контроле, без кругов в воздухе. Если я на самом деле не прорвусь на второй круг, задача становится очень непростой — настолько, что идея покинуть академию кажется здравой. Вот только мне нужны связи и убежище…

Впереди ждала неопределённость — никаких планов построить не получалось. Поэтому я решил действовать по ситуации. И сначала требовалось выяснить свои пределы.

С одной стороны, результаты вышли странными и даже немного разочаровывающими. Зажечь огонёк в воздухе не получилось — лишь воспламенить палочку. Не удалось создать сосульки из магического льда, а только охлаждать предмет. Геомантия работала: почва вспучилась под воздействием моей силы — при случае смогу быстро выкопать картошку.

Молнии и свет кое-как подчинялись, но будто бы нехотя. Все остальные стихии требовали в несколько раз больших усилий ради слабого эффекта.

— Значит, у меня склонность к ветру?.. Неплохо, — сказал я сам себе, заставив воздух струиться вокруг руки. — Низкий наступательный потенциал, большая область поражения, хороший контроль толпы и мобильность… почему бы и нет.

Нет слабых стихий: у всех есть свои сильные стороны. Ветром удобно держать противников на дистанции, а уже на пятом круге можно освоить полёт!.. Правда, это если говорить о классической магии. Неизвестно, на что способен я.

— Пора проверить, что случится, если захотеть максимальных разрушений.

Я вновь сфокусировался и на этот раз пожелал сжать воздушную сферу до предела и метнуть её со всей силы. Перед рукой постепенно собиралось подобие воздушного кулака. При этом я ощутил себя странно: интуиция подсказывала, что я требую от мира слишком много и он сопротивляется. Мне как будто не хватало некой внутренней силы, чтобы заставить его сделать ещё больше.

Зато эффект превзошёл все ожидания и даже напугал. Воздушная сфера с громким хлопком врезалась в тонкий ствол и полностью его перебила. Во все стороны полетела деревянная щепа, и дерево начало падать.

Забери меня демоны!

Пришлось срочно бежать с места преступления: ведь рубить деревья здесь запрещено! При тренировках около городов нельзя чинить разрушения!

Бежать пришлось по неизвестным тропинкам, вместе с тем внутри росло изумление. Эта сила сравнима с максимальным ударом уверенного третьего круга!

Не помню, когда я так ликовал. Наверное, когда узнал результаты вступительных. Пусть третий круг далёк от великой силы, и я очень надеюсь найти способ повысить предел этой особой магии. Все лучшие студенты в ближайшее время перейдут на третий круг, а выпустятся на четвёртом.

И пусть я всё ещё не знаю как добыть нужную сумму, план пойти в охотники на монстров кажется чуть менее безумным. Ведь я уже прохожу по нижней планке настоящего боевого мага!

***

В академию я вернулся только к ужину, и то лишь потому что после дня беготни был зверски голодным и не хотел тратиться на то количество еды, которое желал поглотить.

Магия тоже каким-то образом подтачивала мои силы: я чувствовал себя уставшим. Причём не физически или из-за истощения ядра, а… ментально, что ли. Практику я довёл до такого уровня, что мне просто не хотелось отдавать магии ещё один приказ и приходилось волевым усилием переступать через себя.

У любой силы есть ограничители — это нормально. И достигнутые результаты вселяли большие надежды. Да что уж говорить, они приводили меня в восторг! Настолько, что замолкли все внутренние скептики, говорящие о невозможности подобной магии.

И хотя пока у меня уходило много времени на осознанный вызов силы, я не стал тянуть и напоследок отыскал место, где собираются свободные охотники на монстров. Мне не составило труда найти объявление о наборе в команду. Причём у меня оставалось целых двое суток на подготовку.

Переодевшись в своей комнате, я успел почти к открытию столовой. В большом зале звенела посуда, а толпа около еды уже рассосалась. Я твёрдо решил немного улучшить свою физическую форму, а для этого требовалось хорошо питаться. Потому я набрал побольше мяса и сел в одиночестве, не пытаясь найти кого-то знакомого.

Мои мысли целиком занимала работа с новой силой. Так что я не сразу заметил появление Изабель за столом напротив. Признаться, я никогда особо не общался с группой: попросту не хватало времени. А симпатичная шатенка раньше не пыталась подружиться со мной, ожидаемо предпочитая компанию высокородных.

Впрочем, и в этот раз всё оказалось прозаично.

— Как тебе удалось пройти тест? Я изучила, как работает этот артефакт и просто многосоставного заклинания недостаточно.

На мгновение я задумался, как отвечать. За последние сутки на меня свалилось так много, что подобная приземлённая тема вызвала небольшой ступор.

— Боюсь, я не готов делиться личными секретами.

Девушка смотрела на меня несколько секунд, а затем опустила взгляд к своей скромной порции на ужин, раза в два меньшей моей. Точнее, это я сейчас выглядел как гость из голодающей деревни…

— Как хочешь. На практике тоже будешь выживать за счёт личных секретов? Ходят слухи, что в этом году проверки будут особенно жёсткими.

— По-моему, так каждый год говорят. Преподаватели нагнетают, чтобы мы не расслаблялись, — пожал я плечами, также приступив к еде.

— Слышала отношения с Ревенором стали напряжёнными, и они вновь хотят забрать восточные провинции. Может быть из-за этого Имперская Академия стала принимать больше студентов.

Она говорит о возможной войне? После падения Остмарка, защита востока серьёзно ослабла: многие не захотели туда возвращаться. О причинах нападения ходило немало слухов. Одни связывали его с драконом, желавшим выдворить людей с земель, которые тот считал своими. Другие винили политических врагов Империи. Не знаю, верить этому или нет: такие новости не радовали, но для меня это далёкая проблема.

Или Изабель намекает, что лучше бы отчислиться?

Мысль неприятная, словно все хотели указать, что мне нужно делать. Но я решил сохранить нейтральное отношение.

— Нет смысла об этом думать. Тем более число опытных магов всё время пытаются увеличить: это же вопрос силы Империи. Будь больше сильных людей, Остмарк бы устоял… Кстати, какие результаты экзаменов в группе?

Девушка смотрела на меня странно — я просто не понимал её эмоцию. Вероятно, не горела желанием много общаться, однако плеваться ядом не стала.

— Заваливших полностью нет. Ты ниже середины, где-то пятнадцатое место.

Из двадцати пяти… догадываюсь, как негодовали те, кто надо мной насмехался, но в итоге оказался ниже. Теория очень важна для истинных магов! Она возвышает лучших над теми, кто способен только зазубрить формулу. И, откровенно говоря, пусть таких и переводят в другие академии, где достаточно уметь красочно бахнуть.

Я поблагодарил Изабель за информацию. Дальше разговор как-то не клеился, хотя она на меня то и дело посматривала. То ли хотела попробовать надавить, чтобы удовлетворить своё любопытство, то ли не решалась сказать ещё что-то. В итоге, первой прикончив ужин, она понизила голос.

— Ренэ обязательно захочет спарринг. Я никогда не видела его таким злым.

— Пускай бесится, мне-то что, — пожал я плечами.

Девушка открыла было рот, но остановилась, поджала губы и удалилась с каким-то… обиженным видом. Ладно, есть в мире загадки: драконы, демоны, зеркальное пространство, управление магией одной волей и женщины. Человеческим разумом их не понять.

В одиночестве завершив ужин, я сразу же направился в излюбленное место. В голове начали строиться образы как меня прямо на входе задержат за проникновение. Пусть остатки “Истины” я выкинул в заболоченный овражек, найденный по пути, но я был последним посетителем библиотеки вчера вечером.

Однако… ничего не произошло. Я вежливо поздоровался со старушкой и углубился в лабиринт шкафов. Видимо, никто даже не догадался предположить, что второкурсник смог проникнуть в закрытый раздел.

Остаток дня я посвятил изучению раздела древней магии и истории её развития, пытаясь найти хоть что-то напоминающее способность, подаренную мне Истиной. Не то чтобы я ожидал иного, но всё равно немного разочаровался, когда ничего не обнаружил. Задать прямой вопрос я тоже не мог и пока решил не рисковать новым походом в закрытый отдел.

Пришлось возвращаться в свою комнату, поборов желание практиковаться на территории академии. Юлиан как раз сидел на кровати, рассматривая свои карманные часы.

Удивившись тому, где я пропадал весь день, он сразу же перешёл к предложению.

— Выбрал уже дополнительные занятия? Мне отец прямо сказал: дома до выпуска не появляться. Пойду на практику концентрации силы и контроля. Ещё думаю на углублённую монстрологию записаться — на третьем курсе понадобится. Ты со мной?

Я не стал отказываться сразу, сделав вид, что задумался, пока снимал мантию.

— Да знаешь… сам привык тренироваться. К тому же нужно найти деньги на следующий семестр.

Юлиан пожал плечами и не стал настаивать. Я же нашёл в себе силы лишь сходить в ванную комнату и освежиться, а потом сразу вырубился.

***

Следующие два дня прошли в постоянном движении. Магия хоть и подчинялась воле, из-за чего иногда срабатывала намного быстрее “классической”. Но порой призвать желаемое “заклинание” получалось не сразу: мне пока требовалось слишком много времени на концентрацию. Поэтому я каждую свободную минуту посвящал тренировкам, чтобы не напортачить при наборе в команду охотников. Даже нового куратора себе не искал, надеясь сначала разобраться со вторым кругом. Тем более экзамены продолжались и все были жутко заняты.

Я пока оставил надежду найти информацию об “Истине”. Потому первый вечер в библиотеке сфокусировался на повторении материалов по магии воздуха и планировал продолжить сегодня.

Тренировки давали свои плоды. Правда ради них приходилось очень далеко ходить и тратить много времени впустую. Причём поскольку хотелось и дальше хорошо питаться в академии, вариантов решения проблемы я не видел.

Сделав ещё один круг по поляне, атакуя воображаемых существ, желающих разорвать меня на мелкие кусочки, я устало рухнул на один из пеньков около кострища. Раньше кто-то здесь отдыхал и жарил мясо, но сейчас мне никто не мешал.

— Вот бы с кем-то посоветоваться, — сказал я сам себе. — Вдруг я и исцелять смогу…

Мысль воодушевляла и возвращала надежду, которую последние полгода пытались разрушить все окружающие.

Я с улыбкой посмотрел на голубое небо, словно пытаясь в нём что-то высмотреть… И тут до меня донёсся вой тревожных городских сирен. Внутри всё похолодело, я немедленно вскочил на ноги и собирался на всякий случай бежать к сестре, когда вдали, над кронами деревьев разглядел огромное крылатое создание.

Думал, меня испугали сирены — ничего подобного!

Теперь я по-настоящему был в ужасе, сковывающем движения!

Прямо около Арделии, столицы Империи, объявился дракон. Огромный крылатый ящер, враг всего человечества — легендарное чудовище, способное сравнять город с землёй.

Если бы не сирены, я счёл бы его иллюзией, потому что появление подобного существа здесь казалось чем-то невозможным — немыслимым и диким!

Я неверяще смотрел на дракона, летевшего по касательной к городу. И… тут он развернулся и направился ко мне с попросту невозможной скоростью. Превратился в смазанный луч, долетевший до неба надо мной за какие-то несколько секунд.

Не знаю, каким чудом я устоял на ногах, когда солнечный свет закрыли исполинские белые крылья. Огромное создание сделало над поляной круг и приземлилось в паре десятков метров от меня. Оказавшиеся на его пути деревья обратились в щепки ещё до того, как дракон их коснулся.

Белоснежный, покрытый идеальной сверкающей чешуёй, он встал на землю без грохота и ударов, ожидаемых от существа такого размера. Он возвышался надо мной как исполинские здания старинного дворца, в котором разместили академию. Его толстые лапы наверное не смогли бы обхватить даже два человека. А голова… была достаточно большой, чтобы заживо проглотить меня целиком.

Я всей душой чувствовал сокрушающую силу этого создания, и смотрело оно прямо на меня.

— Кровь Ардориуса… умирающая, но вместе с тем тянущаяся к свету… хм…

Голос звучал будто бы от дракона в целом. Причём я слышал лишь низкий рокот его дыхания и ничего более. Слова словно звучали прямо в моём разуме.

— Кровь? О чём вы говорите…

Не знаю, уместно ли просить воплощение разрушения и погибели меня не убивать. Вместо пустой и бессмысленной мольбы я пытался поговорить с драконом, даже не задумываясь о происходящем.

Его серые глаза, горящие светом, сузились и он опустил голову ближе ко мне.

— Слышишь…

Едва обречённость на мгновение отступила и я попытался осмыслить происходящее, как аура дракона засветилась переливающимся сиянием. Волна колоссальной мощи буквально вбила меня в землю.

Я увидел приближающееся ко мне сияние, а затем пришёл нестерпимый жар. Бесконечно долгое мгновение я во всех деталях чувствовал, как сгорает моё тело.