Последняя тайна Консорциума. Том 6

Глава 1

Михаил Винников. Последняя тайна Консорциума. Том 6

Аннотация:

Всё началось с дела об инопланетных артефактах. Виктору удалось найти и арестовать крупнейший склад. Контрабанде конец, впереди триумф и может быть даже... премия? Что могло пойти не так? Да всё. Во-первых, мафия потеряла на этом кучу денег и слегка... осерчала. Во-вторых, контрабанда никуда не делась. Откуда артефакты, да еще в таком количестве - никто не знает. Мафия тоже. И Виктор получает предложение, от которого нельзя отказаться. Впереди глубокий космос, древние тайны, и худший кофе в галактике. Тридцать дней сроку, отсчет пошел.

Шестой том в цикле.

Первый том здесь: https://author.today/work/399438

__________________________

За дверью оказалось довольно большое помещение, но с низким потолком. Ровные бетонные стены, ни полок, ни шкафов, ни стеллажей. И четыре непонятные установки, закрытые несколькими слоями грязной полимерной пленки. На военных объектах обычно ожидаешь увидеть какой-то порядок, но тут им и не пахло. Виктор разглядел нечто похожее на табличку сквозь верхний слой пленки, смахнул с неё грязь и посветил фонариком. Надпись едва читалась, и то лишь благодаря огромному размеру букв. Когда-то очень давно кто-то размашисто, на весь лист, написал от руки: "№1". Следующая установка оказалась "номером два". Табличку пришлось поискать, зато нашлись разбросанные по полу гнилые шланги.

- Как будто просто поставили здесь, - подумала вслух Иоланта. - Наспех прикрыли тем что было. И бросили.

Следующая установка, видимо, была "номером три". Таблички не оказалось. Но Вольфрам пошел мимо неё, вперед, к дальней стене, и остановился у последней установки. На вид - самой большой и сложной, хотя под слоями грязной пленки разобрать что-то было невозможно. Вольфрам стал срывать с неё пленку, и через полминуты в свете фонарей появилось нечто, похожее на большую криокамеру со множеством дополнительных надстроек вокруг. И тут биоробот медленно опустился на колени, поставил на пол пулемет, сложил нижние руки на животе, а верхние под подбородком, сплетя пальцы. И замер. Любопытная Катя метнулась вперед, но Виктор поймал её за лямку бронежилета, и приложил палец к губам.

- Тссс! Давайте лучше пока выйдем. Ненадолго.

Катя с Иолантой удивленно переглянулись, но просьбу выполнили. Они еще ничего не понимали, им придется объяснять. А Виктор сразу увидел на криокамере цифру "четыре".

"Первый номер прожил один час", - рассказывал ему когда-то Вольфрам. - "Второй - один день. Третий - около года...".

А четвертый - это сам Вольфрам и есть. Проект "Вольфрам", образец номер четыре. Первый и последний удачный "синтетический человек" первой серии. Потом были еще, но попроще. И даже имперцы попытались делать "кошечек", вон одна стоит, сгорает от любопытства. Но тот самый, первый, изначальный "проект Вольфрам" был самым амбициозным, сложным и продвинутым. Подчас настолько, что это пугало. В нем и содержатся все утраченные технологии, последняя тайна Консорциума, сгоревшего в пламени ядерной войны.

- Это... то о чем я подумала? - шепотом спросила Катя.

- Он тебе ничего не рассказывал? - так же тихо ответил Виктор.

- Ну немного, - призналась кошка.

- Он же "Вольфрам-4", - вспомнила Иоланта. - Значит четвертая камера - его... даже не знаю... колыбель? яйцо? кокон?

- Давай не будем изобретать терминологию, - вздохнул Виктор. - Самое главное - это финальная деталь. Все остальное, например тот экранированный куб, уже у конкурентов. И практически наверняка в одних руках.

- У мирайцев? - догадалась Катя.

- У той, кто за ними стоит, - ответил Виктор. - И если она заполучит эту криокамеру, то сможет попробовать сделать пятого Вольфрама.

- Такого же?

- Скорее всего. Эти штуки все разные, даже под пленкой видно.

- А сможет? - засомневалась Иоланта.

- Это уже другой вопрос.

Они еще минут пять стояли разговаривали, но потом Виктор решил всё-таки поторопить Вольфрама. Невежливо, конечно, но обстановка не самая подходящая для путешествий по воспоминаниям. Медленно подошел, прикинул, как повежливее начать разговор, но Вольфрам нарушил молчание сам.

- Знаешь, а ведь у меня был выбор, - сказал он, не оборачиваясь.

Виктор промолчал. Просто остановился в пяти шагах позади.

- Я никому этого не рассказывал, - продолжал Вольфрам. - Даже... даже она не слышала этой истории.

- Маргарита?

- Да. Моя ненаглядная Маргарита. Даже она, - Вольфрам ненадолго замолчал. - И теперь я сомневаюсь, стоит ли рассказывать это тебе. Хотя... может тебе и лучше. Ты циничен, прячешь боль за сарказмом и делаешь вид, что любишь странный постмодернистский декаданс, который в этом столетии модно выдавать за тонкое понимание мира.

- Сделаю вид, что понял больше половины слов.

- Вот, я про это и говорю, - усмехнулся Вольфрам. - Итак, у меня был выбор.

- Выбор?

- Да. Когда я смотрел на мир вон оттуда, - Вольфрам указал верхней левой рукой на криокамеру. - Я тогда еще даже не мыслил в человеческом понимании этого слова, не знал, кто я и что я. Но я помню этот момент... момент осознания моего существования. Что если я сейчас сделаю усилие, сделаю первый вдох, то начнется... что-то. Я еще не понимал, что именно. Но я помню этот момент, этот выбор.

- И ты выбрал "жить", - сказал Виктор.

- Выбрал, - вздохнул Вольфрам. - Выбрался из криокамеры и шагнул в огромный мир. Мир, который не был ко мне готов. Я помню, как относились ко мне люди, мои создатели. Помню эту смесь восхищения и страха. Невероятный триумф технологий, и такой же страх перед будущим, которое они могут принести.

- И что было потом?

- А потом ты все знаешь. Консорциум стал самой продвинутой планетой из всех колоний первой волны. Мы создали гиперпространственные маяки, иммуномодуляторы, половину современных биотехнологий, и еще многое, я устану перечислять. По сути, мы собрали по кусочкам единый космос для всего человечества. Вся освоенная галактика создана Консорциумом. Технологическое лидерство было... оглушающим. Но мы понимали, что некоторые вещи не должны попасть не в те руки. Как раз в то время формировались три так называемые "сверхдержавы", и другие военные и политические блоки. Сначала их было больше. Космос, который мы объединили, уже начали делить.

- И тогда вы создали "Отдел Рекламаций", чтобы технологии не попали не в те руки.

- Именно, - вздохнул Вольфрам. - И всё закончилось атомным огнем.

- А причем здесь твой выбор?

- Я всё это видел. И не стоял в стороне. Помогал строить этот мир. Был... ходячим символом прогресса. Не смейся, это иногда было очень важно. Но иногда мне кажется, что стоило поступить по-другому.

- Остаться в криокамере? - понял Виктор.

- Тогда история пошла бы по-другому. И, может быть, мой родной мир не обратился бы в радиоактивный пепел, а три сверхдержавы не грызли бы друг другу глотки за то, что осталось на руинах.

- Знаешь, я уже это говорил, - проворчал Виктор. - Но, похоже, стоит повторить. Ты иногда ведешь себя как трудный подросток, который спрашивает родителей: какого черта они его вообще родили? Не было бы Вольфрама номер четыре - был бы номер пять, десять, сто. Или не "Вольфрам", а вообще какой-нибудь "Молибден"...

Вольфрам сидел и молчал. А Виктора уже несло.

- Историю не остановить, - продолжал он. - Желание ученых изучить мироздание методом тыка - тем более. И да, у них иногда получаются атомные бомбы вместо полезных вещей. Но вселенная работает так, и лично ты ничего не сможешь с этим сделать.

- И что тогда? - спросил Вольфрам. - "Делай что должен, и будь что будет"?

- Вот вы, образованные, любите красивые слова, - вздохнул Виктор. - Иногда не только красивые, но и правильные. Только сами в них верите. И кто тут после этого любит постмодернистский декаданс?

- Эх, - Вольфрам подобрал пулемет и медленно поднялся на ноги. - Пожалуй, поверю тебе в этот раз. Но я всё равно не понимаю, как ты собираешься всё это разрулить.

- А есть идеи?

- Главный приз - у нас, - Вольфрам снова указал на криокамеру. - Но мы его отсюда не увезем, там наверху слишком много... конкурентов. Я вижу две возможности.

- Целых две? - улыбнулся Виктор.

- Первая - ждем, пока они там немного проредят друг друга, и потом пытаемся повоевать. Вторая - сами выбираем меньшее из зол. Мне кажется, ты задумал именно это. У тебя же есть каналы для связи со всеми агентами сверхдержав?

- Конечно есть, - кивнул Виктор.

- Тогда мы можем выбирать. Но я буду признателен, если ты хотя бы спросишь мое мнение.

- А если я тебе скажу, что есть еще третий план?

- Что ж, любопытно, - Вольфрам потер переносицу. - Излагай.

- А все просто. Видишь логику - бей её в табло.

- И что для этого нужно?

- Радио. И вся взрывчатка, которая у нас есть.

- Так ты для этого столько взял?

- Конечно, - Виктор развернулся к выходу. - Дамы, загоняйте сюда платформу!

- Нам нужна только четвертая капсула, - заметил Вольфрам. - Остальные три непригодны, по разным причинам. Специалист это знает. Но тем не менее, даже они не должны попасть не в те руки.

- Тогда взорвем их, - кивнул Виктор.

- А четвертую? - спросила подошедшая Иоланта.

- Минируем по веселой схеме, - улыбнулся Виктор. - И потом начнется шоу.

***

Совместная союзовско-имперская группа подошла к корпусу санатория со стороны леса. Сначала, конечно, попытались выследить странную четверку, так лихо уехавшую вниз по склону на бетонной плите от забора. Но следы вели к люку в какое-то подземелье. Крышку дернули - тросом, конечно - оказалось заблокировано изнутри. И сапер всех отговорил. Ковальский был с ним полностью согласен - ребята явно знают местность лучше всех и отлично понимают, куда идут. Лезть за ними в подземелье - значит напрашиваться на серьезные неприятности. Такахаши, конечно, грыз удила, но на сторону союзовцев внезапно встал Ватару, а ему этот дворянский недоросль почему-то верил.

В итоге пошли через лес. Там оказалось пусто. Нашли даже наспех оборудованную огневую точку с упаковками от сухпайка и прочими следами недавнего пребывания человека. Но там никого не было. Мирайцы явно ушли, и довольно поспешно.

- Могу ошибаться, - сказал Ковальский. - Но мне кажется, у этих мирайцев сейчас началось веселье.

- Если эти "ездоки на плите" всё делают так же лихо, то в местных подвалах сейчас лучше не находиться, - согласился Ватару.

На пути попадались бетонные дорожки и даже скамейки и урны - когда-то здесь был ухоженный парк. Но лес за сто лет разросся и подступал почти вплотную к "санаторию". На спутниковых снимках были два длинных пятиэтажных корпуса, под прямым углом друг к другу, а между ними огромный бетонный стакан с куполом наверху - зимний сад. Купол частично обвалился, но всё еще возвышался над санаторием. Но заходить решили через первый этаж с торца корпуса. Так здание закрывало их и от второго корпуса, и от корабля мирайцев, который стоял как раз с противоположной стороны метрах в двухстах от здания. Местность позволяла "накопиться" и зайти классическим способом. Командиры как раз решали, кому чистить первый этаж, а кому штурмовать лестницу на чердак, как вдруг у обоих заговорили радиостанции. И голос принадлежал... Виктору!

- Приветствую всех отдыхающих в нашем уютном санатории, - вещал он. - К сведению отдыхающих, сегодня вечером состоится розыгрыш нашей беспроигрышной лотереи! Спешите подать заявку на участие! Количество мест ограничено, а то что-то вас дофига. Свяжитесь со мной на этом канале и все обсудим. Жду один час!

Такахаши прижал наушник к уху и побелел от злости. Ковальский пытался сделать вид, что ничего не слышит из своей рации, но, видимо, не смог скрыть удивление. Бойцы с обеих сторон дружно схватились за оружие и стали целиться друг в друга. Только Ватару стоял и крутил головой, да сапер зевал и потягивался.

- Давай-ка отойдем поболтаем, - тихо сказал Ковальский. - А то сейчас всё очень глупо закончится.

Такахаши молча кивнул. Они отошли назад в лес, метров на пятьдесят. Ковальский устало присел на перевернутую бетонную урну, заросшую вьюнком. Имперец нервно ходил из стороны в сторону.

- Что ты слышал? - наконец спросил он.

- Могу поспорить, тот же текст что и ты.

- Этот прохиндей Виктор...

- А что ему остаётся? - Ковальский усмехнулся в усы. - Вокруг толпы людей с автоматами, и всем что-то от него надо. Вот он и пытается извлечь выгоду из ситуации.

- Почему просто не продаст всё федералам?

- По моей информации, федералов ему любить особо не за что. Ну, кроме формального гражданства, - пожал плечами Ковальский. - Так вполне что есть смысл попробовать похоронить его совесть под горой денег. А если не прокатит - тогда уже переходить к другим средствам.

Он усмехнулся в усы и похлопал рукой по автомату.

- К слову, о федералах, - задумался Такахаши. - Что-то их не слышно. Конечно, у них корабль плюхнулся на бок, и наверняка там есть пострадавшие. Но я не думаю, что они отказались от своей миссии.

- Ты ведешь к тому, что они не в курсе о нашей... договоренности? Предлагаешь выступить единым фронтом? Разумеется, после того, как они схлестнутся с мирайцами.

- А вас что-то останавливает? - спросил Такахаши.

- Я всё думаю, до каких пор будет длиться наш договор.

- Пока нам по пути. Но потом у меня немного другая цель.

- А ваш отряд об этом знает? И ваш заместитель?

- Я сам решу, что им сказать и когда, - отрезал Такахаши.

- Не сомневаюсь, - кивнул Ковальский. - А ваша "другая цель" - к ней тоже причастен наш общий друг Виктор?

- В некотором роде.

- Тогда предлагаю вызвать его по радио прямо сейчас. Вряд ли он сможет разговаривать со всеми одновременно, так что я подожду. Расходимся в стороны и начинаем торговаться.

Они разошлись, и снова встретились через пять минут.

- Успешно? - первым спросил Такахаши.

- Сказал, что дождется всех предложений, и будет выбирать, - развел руками Ковальский. - Довольно циничный тип этот Виктор. Что у вас?

- Как ни странно, он пообещал всё устроить. Но нужно попасть в здание, на верхние этажи.

- Тогда мы вас прикроем, - согласился Ковальский. - Потом начнем чистить первый этаж, а вы уже дальше по лестнице. И, выходит, с этого момента наши дорожки расходятся.

- Выходит что так.

В здание пришлось прорываться под огнем. Имперцы попытались скрытно подойти к торцевой стене, и это почти удалось, но потом сверху раздались выстрелы. Спецназ Союза открыл огонь из леса и худо-бедно задавил мирайцев, заставил отойти от окон. Ковальский со своей позиции увидел, как Ватару подсаживает Такахаши в окно. Через пару минут заговорило радио:

- Мы пробились к лестнице, - сообщал Такахаши. - Идем наверх.

- Отлично, - ответил Ковальский.

- Вы будете занимать первый этаж?

- Посмотрим по ситуации. И, это, ты вроде нормальный парень. Не знаю что ты там такое придумал, и что у тебя за цель, но береги себя. Конец связи.

Ковальский отпустил тангенту и тут же переключил канал на радиостанции - слушать имперца и дальше смысла не было.

- "Нормальный парень", - передразнил сапер. - "Береги себя"... Не перебор, командир?

Он стоял рядом и всё слышал.

- Хочу расстаться на хорошей ноте, - ответил Ковальский. - Просто чует мое сердце, что мы этого Такахаши больше не увидим.

- Сам умудрится или поможет кто?

- Да похоже там дофига желающих будет. Он вообще не понимает, куда лезет, на кого, и с кем.

- Дилетант?

- Да он плесень на хлебушке! - отмахнулся Ковальский. - Всё, списали. У нас теперь свои проблемы.

- Темнеет?

- В том числе. Но под землей нам будет без разницы.

Ковальский обвернулся к своим людям и скомандовал:

- Отходим! Обратно в лес. А потом - бегом марш к тому злополучному люку!

- Рисковое дело, - заметил сапер.

- А кто тут недавно хвастался, что ничего не боится?

***

Криокамера оказалась тяжеленной. К счастью, её можно было разобрать на несколько частей, большинство навесных блоков снимались. Но всё равно на платформу всё это еле затянули даже вчетвером. Собирать обратно не стали, скидали и кое-как закрепили чтобы держалось. А потом Виктор вытряхнул на пол содержимое рюкзака и начал изобретать. Проводов много не бывает, пластиковой взрывчатки - тоже. Подцепил блок управления, облепил его пластидом, так что торчал только экранчик. Выставил третий канал, проверил, что он согласовался с радиодетонатором, нажал "боевой взвод", воровато огляделся... Никто не смотрит.

"Третий" - напомнил сам себе Виктор и разбил экранчик рукояткой ножа. Затем переключил радиодетонатор на четвертый канал и убрал в подсумок. Всё, можно ехать.

Когда платформа выехала в коридор, в помещении грохнули три взрыва - капсулы с первой по третью превратились в горы дымящихся обломков. Подрывала, естественно, Катя, веревочкой - ну как можно не дать кошке поиграть? Потом нужно было закатить платформу в лифт, и как-то поместиться туда самим. Но тревожнее всего было ехать наверх - "чемодан" резервного источника питания явно грозил сдохнуть, грелся и почти не давал тока. Наконец, отряд с грузом оказался на минус втором этаже подвала. Иоланта ругалась, заставляя платформу обруливать убитых мирайцев. Кое-как добрались до развилки, проехали через какие-то ворота и довольно длинный наклонный пандус и оказались в большом и темном складском помещении.

- Как я блин люблю эти склады Консорциума, - проворчал Виктор. - Кто бы знал...

- Это единственное место в пределах досягаемости, где можно хоть как-то маневрировать, - ответил Вольфрам. - Идеальная сцена для представления.

- Да тут в двух шагах от входа заблудиться можно, - Виктор обвел помещение лучом фонаря. - Что хоть в ящиках?

- То, что выбросить жалко.

- Ну что ж, - Виктор повернулся к Кате. - Теперь всё зависит от нашей замечательной кошечки.

- Делаем засаду в темном страшном складе? - оживилась Катя.

- Почти. В открытый бой не вступай. Твоя задача - не позволить никому двигать платформу. И тем более копаться в бомбе.

- Ну да, взорвутся же нафиг. Ты там накрутил от души.

- Не смотри на меня так, как будто я понимал что делал, - улыбнулся Виктор. - Я такой продвинутый взрывотехник, что сам боюсь даже чихать рядом с этой штукой. Просто не давай никому её трогать. И всё.

- Поняла. А вы куда?

- А мы продолжим устраивать шоу, - Виктор повернулся к Вольфраму. - Тут можно еще где-то наверх подняться?

- Есть аварийная шахта. Десять этажей наверх по вертикальной лестнице со ржавыми ступеньками нас устраивают?

- Более чем. Пошли, найдем высокое место. И там мне нужно будет сделать важное объявление.

Глава 2

Сырая бетонная шахта со ржавыми ступеньками уходила отвесно вверх. Где-то там угадывался прямоугольник серого неба - на улице стремительно темнело. Ступеньки скрипели, Виктор пыхтел и лез наверх.

- Меня мучает один единственный вопрос, - сказал он, остановившись и кое-как переведя дух.

- Я сам не знаю, - ответил Вольфрам.

Он лез вторым, метров на пять ниже.

- И что именно ты не знаешь? - проворчала Иоланта.

Она карабкалась третьей, и уже порядком отстала, хотя была без рюкзака.

- Приточка это или вытяжка, - спокойно ответил Вольфрам.

И развел руками, чем разозлил девушку еще больше. Четырёхрукий биоробот мог себе позволить выделить одну пару рук для жестикуляции, не переставая карабкаться по лестнице.

- Зачем вообще вести вентиляцию для подвала через здание? - спросил Виктор. - Лишние пять этажей.

- Если бы в парке около санатория стоял вход вентиляции от крупного бункера, секретность бы немного пострадала, - ответил Вольфрам. - Специалист бы сразу всё понял. А так оно идет сквозь здание и на чердак выходит.

- Похоже, не на чердак, - ответил Виктор. - Я небо вижу.

- Допускаю, что за сто лет могло снести крышу, - улыбнулся Вольфрам.

- Говори за себя, - прошипела Иоланта.

Она не могла позволить себе остановиться и отдохнуть - нужно было догонять.

- Предлагаю продолжить разговор в более подходящей обстановке, - сказал Вольфрам. И еще кто-то хотел важное объявление сделать.

- Вот наверху и сделаю, - вздохнул Виктор и полез дальше.

По его расчетам, они были где-то на середине пути. То есть на уровне земли. Значит, еще пять этажей вверх. А потолки в этом "санатории" высоченные.

Наконец выбрались наверх. Крышу действительно снесло, хотя и не полностью. Приходилось выбирать где стоять, чтобы камеры мирайского корабля, возвышавшегося над лесом, не заметили движение. Виктор достал пульт от "Хризолита", надиктовал сообщение и запустил в эфир. Каналы для связи, которые ему дали агенты, он забил в память заранее. Теперь все получат сообщение одновременно - защищенная радиостанция отлично умеет в многоканальную передачу. Оставалось только ждать.

Тем временем, в лесу раздались выстрелы, где-то совсем рядом. А потом и с другой стороны здания.

- Наш корпус штурмуют с торца, - сказал Вольфрам. - Промежуточный патрон и три модели автоматов.

- Сразу три? - удивился Виктор. - Допустим, мирайских мы уже наслушались. Допустим, у них с имперцами разная система на вооружении.

- Они же протекторат, - удивилась Иоланта. - Вряд ли своё производят.

- В империи на вооружении три автомата, - объяснил Виктор. - "Нормальный", "тоже нормальный", и "сумрачное чудовище". То есть нормальные подразделения выбирают из первых двух.

"Сумрачное чудовище", судя по многочисленным отзывам в сети, не любила даже сама Империя. Достаточно сказать, что оно выбрасывало гильзы не как положено - за шиворот соседу справа - а стрелку в лицо, или даже самому себе обратно в затвор. Последнее в бою гораздо хуже. Зачем оно было на вооружении - непонятно, но Виктору в армии показывали учебный фильм про это чудо. Следующему набору, по слухам, перестали - после просмотра у некоторых солдат появлялось сочувствие к вероятному противнику.

Итак, мирайцы бьются с имперцами. Кто тогда третий? Явно не федералы - у них своих проблем хватает, вон даже корабль прилег отдохнуть. Значит, Союз? Но как?

- А на союзовские автоматы звук не похож? - обеспокоено спросил Виктор.

- Не берусь утверждать, - ответил Вольфрам, доставая из-за спины пулемет. - Три разных системы, одна из них - как у мирайцев.

- А федералы? - спросила Иоланта.

- Федералы вон там, - Вольфрам указал свободной рукой в сторону мирайского корабля. - Остались без транспорта и, похоже, хотят сесть на автобус без билета. Одобряю такую расстановку приоритетов.

- И против них тоже мирайцы на своем медицинском форсаже, - нервно усмехнулся Виктор. - Похоже, вокруг нас происходит пресловутая "Королевская битва", все против всех. Терпеть не могу этот жанр.

Он перехватил автомат поудобнее, проверил патрон в патроннике и заряд в гранатомете.

- А не этого ли ты хотел? - подмигнул Вольфрам.

- Бойтесь своих желаний, - Виктор посмотрел на небо. - Кстати, еще и темнеет... А приборы ночного видения есть не у всех. Или тепловизоры. А пользоваться ими тем более не все умеют.

- Будут стрелять на любой звук, как дурные? - предположила Иоланта.

- В том числе. Кстати... - Виктор повернулся к Вольфраму. - "Хризолит" умеет работать в режиме глушилки?

- Умеет, - ответил Вольфрам. - Только батарея быстро сядет. Кого ты хочешь глушить?

- Всех, кто не мы, - хищно улыбнулся Виктор. - Ночь, темнота, фонари включать нельзя, связи нет, все на нервах...

- Тебе черти в аду пива нальют, - фыркнула Иоланта. - Холодного. Как своему.

- Стараюсь, - Виктор изобразил шутливый салют. - Кстати, у меня тут в ухе зажужжало. Только что вышел на связь первый претендент на приз. Занимайте пока оборону. Главное - чтобы никто не поднялся к нам незамеченным. А как стемнеет - можно будет пострелять в мирайцев, которые под нами в лесу.

- Добавим немного хаоса, - кивнул Вольфрам.

- Ага. Кстати, ты далеко не уходи. Может потребоваться небольшая поддержка.

- Моральная?

- Аморальная. Только пообещай сделать серьезное лицо.

***

Имперцы потеряли двоих бойцов, пробиваясь вверх по лестнице. Мирайцы из "Общества будущего" не произвели впечатления в лесу, но в корпусе "санатория" вдруг стали сражаться как звери. Порой казалось, что они не чувствуют ни боли, ни страха. Одновременно что-то началось в лесу по другую сторону построек, там где стоял корабль мирайцев. Судя по интенсивности стрельбы, столкнулись два крупных отряда. Такахаши сразу предположил, что федералы с опрокинутого корабля дождались сумерек и пошли в наступление. Ватару с ним согласился. Но оба не могли понять, участвует ли в бою Ковальский со своими спецназовцами. Такахаши даже решил вызвать его по радио, но оказалось, что связь не работает. Кто-то включил очень мощную глушилку.

Тем временем бойцы поднялись на последний этаж. Полностью чистить его не стали, просто взяли под контроль лестничную площадку и пару прилегающих помещений. Вокруг грохотали выстрелы, к окнам вообще лучше было не подходить.

- Всё, дальше я сам, - сказал Такахаши. - Удерживайте позицию. Мне нужно... закончить одно дело.

Если у кого и были вопросы, вслух они не прозвучали.

- Наверху сидит кто-то умный, - сказал Ватару. - Пару минут назад оттуда началась стрельба. Похоже, мирайцы, которые в лесу, получили в спину, развернулись и стали стрелять по окнам.

- Но в здании тоже мирайцы, - напомнил Такахаши.

- Судя по всему, у них тоже нет связи, - развел руками Ватару. - Вот и стреляют в того, кто стреляет в них. Через полчаса совсем стемнеет, и вот тогда начнется.

Тут один из бойцов дал автоматную очередь куда-то вниз по лестнице.

- Лезут? - спросил Такахаши.

- Смотрят, - ответил боец. - Мы им тут сильно погоды не делаем.

- Ясно. Держите позицию. Вернусь через десять минут, - сказал Такахаши и пошел верх по лестнице, на чердак.

Чердака как такового не было. Двускатная крыша во многих местах провалилась, на полу валялись остатки её покрытия - что-то вроде очень крупной черепицы из пластика - и горы мусора. Похоже, там когда-то хранили мебель, но за сто лет под дырявой крышей всё превратилось в безликие горы трухи. А далеко впереди, у одного из провалов, стоял высокий лысый человек и стрелял из пулемета вниз, в сторону леса. Судя по всему, как раз по мирайцам. Вольфрам. Ну вот и встретились.

- Время пришло, - тихо сказал сам себе Такахаши.

Поставил на землю рюкзак, положил на него автомат, и достал из ножен меч. Сами ножны от рюкзака отцеплять не стал - они не понадобятся. Глубоко вздохнул, и в полный рост, не скрываясь, пошел на пулеметчика. Тот не обращал на имперца внимание. Вообще. Целился куда-то вниз и изредка стрелял короткими очередями. Такахаши это выбило из равновесия. Не так он себе представлял эту встречу, совсем не так. Остановился метрах в пяти, набрал побольше воздуха и решительно сказал:

- Меня зовут Такахаши Рёма! Я из древнего рода, от самых истоков Империи, и закон кровной мести велит мне поквитаться с тобой за моего деда, Такахаши Горо...

Его голос ненадолго заглушила очередная пулеметная очередь. Вольфрам вообще не обращал на него внимания, даже головы не повернул.

- ...хоть ты и недостоин кровной мести, - продолжал Такахаши. - Ты не человек, ты жуткое чудовище Отдела Рекламаций! Но я пришел. Сражайся или умри!

Вольфрам не реагировал. Полностью игнорировал человека, стоящего в пяти метрах. И ведь Такахаши говорил громко, почти кричал. Как так можно вообще? Тем не менее, он шагнул вперед и поднял меч. Это был даже не удар в полную силу. Хотелось просто спровоцировать противника, заставить предпринять хоть что-то.

Вольфрам в этот момент дострелял ленту до конца и начал менять короб. Нижней парой рук достал новый, верхней - отцепил пустой... и с размаху запустил его в Такахаши. Ни закрыться, ни паровать имперец не успел, удар пришелся по шлему. Такахаши отшатнулся назад, оступился и сел на задницу. При этом задел какой-то старый шкаф, и его всего засыпало трухой. Меч предательски выпал из пальцев и зазвенел по полу. Такахаши судорожно огляделся, увидел его рядом и попытался схватить, но тут в поле зрения возник армейский ботинок и отодвинул клинок в сторону. Имперец резко откатился назад. Поднял глаза и увидел над собой Вольфрама. Удивительно спокойное, даже интеллигентное лицо, и четыре руки, как раз закончившие перезаряжать пулемет.

- Продолжай, - вздохнул Вольфрам. - Ты так складно говорил. Должно быть, много репетировал. Было бы невежливо прерывать.

Такахаши поразился такой наглости. До него доходили слухи, что Вольфрам, скажем так, своеобразен в общении. Но одно дело слышать, и совсем другое - столкнуться лично. Увы, он теперь не знал, что сказать - продолжать заготовленную речь, сидя на полу, и без меча, как то не получалось.

- Я очень плохой актер, - продолжал Вольфрам. - Честно признаюсь, просто ужасный. И хуже всего у меня получаются положительные образы. Добрые, понимающие, всепрощающие - это не моё. Мерзавцев играть проще. А мрачных и трагических типов, которых весь мир обидел - еще проще...

Такахаши вообще не понимал смысл монолога. Он пытался по чуть-чуть отползать назад. До рюкзака и автомата далеко, но на поясе висит пистолет. Если немного увеличить дистанцию, то можно будет попробовать его достать и даже успеть выстрелить. Еще полметра задним ходом, и можно рискнуть... Но тут Вольфрам сломал ему все планы. Поморщился, потер верхней левой рукой переносицу и сказал:

- А ведь я, кажется, помню Такахаши Горо. Хотя нет, не кажется. Увы, я обречен помнить всё и всех. Он был капитаном новейшего корабля, головного в "облачной" серии - "Идущего по облакам".

- И ты убил его! - выпалил Такахаши.

Все совпало. Проклятый биоробот даже имена помнил!

- А хочешь знать, как всё было? - поморщился Вольфрам. - Мой корабль... потерял ход после тяжелого боя. Приблизились два вражеских корабля и решили взять меня на абордаж. Одного я подпустил поближе и расстрелял из автопушек. Второй получил торпеду между двигателей и взорвался. Это и был "Идущий по облакам". За это ты пришел мстить?

Такахаши молча кивнул. Его рука уже медленно, по миллиметру, тянулась к кобуре с пистолетом. А Вольфрам даже ствол пулемета направил куда-то в сторону, и, казалось, думал о чем-то своем. Вдруг он спокойно сделал шаг назад и сказал:

- Ну что ж, тогда вставай. Доставай пистолет, подбирай свой дурацкий меч, или что ты там собирался делать. Только ответь мне на один вопрос.

- Какой? - спросил Такахаши, спешно поднимаясь на ноги.

- Что твой дедушка, Такахаши Горо, и другие ему подобные делали в тот день в моей системе и рядом с моей планетой?

Такахаши молчал, стиснув зубы. Прошел подобрал меч, не торопясь, просто чтобы выиграть пару секунд и подумать.

- Вижу, ты знаешь чуть больше, чем в учебниках истории написано, - улыбнулся Вольфрам. - А теперь скажи: должен ли я мстить? За предательство, нарушение мирного договора, гибель всех, кого я знал, и бомбардировку планеты? Только ответь честно. И потом мы с тобой закончим это дело, раз уж ты того желаешь.

- Должен ли ты мстить?.. - тихо повторил Такахаши.

В эту сторону он как-то раньше не думал. Делал что должен, а другие пусть каждый сам о себе думают. Но признавать своего дедушку в чем-то виновным он очень не хотел. Хотя сам его не знал, потому что родился через много лет после его гибели.

- Была война, - наконец ответил имперец. - С Консорциумом и проклятым "Отделом Рекламаций". Мой дед с честью служил императору...

И осекся. Одно слово все меняло. "Война". За воинов, погибших на поле боя, не мстят кровной местью. Так же как не мстят за казненных по приговору или убитых в поединке чести. Месть возникает, только если родственник был убит подло, злодейски, исподтишка, правосудие спасовало, а сюзерен не смог помочь. Таков закон Империи.

- В кого ж ты такой умный? - проворчал Такахаши.

- Один знакомый юрист научил, - улыбнулся Вольфрам. - И он же попросил не убивать тебя сразу.

- Юрист... Виктор?

- Он самый. Кстати, он меня немного подвел. Я думал, будет веселее. Хочешь сделку?

- Сделку?

- Именно. Если, конечно, тебе не претит сделка с нелюдем и "жутким чудовищем Отдела Рекламаций".

- Говори.

- Хорошо. Мы с тобой расходимся, - начал Вольфрам. - Ты пробуешь дожить до утра, что даже без моей помощи будет непросто. Потом как-нибудь выбираешься отсюда. Садишься на свой корабль, летишь домой, и там зарываешься в семейные архивы, биографию деда, и может даже задаешь старшим родственникам пару неудобных вопросов. И потом возвращаешься, вооруженный новыми знаниями. Ты знаешь где меня искать.

- А ты что будешь делать?

- А я за это время меч куплю, - улыбнулся Вольфрам. - Ты явно любитель фехтования, не хочу тебя обидеть. Если глупая сцена неизбежна, то пусть будет хотя бы красиво.

- Ладно, - выпалил Такахаши. - Отлично! Но учти, я быстро вернусь.

- Буду ждать, - кивнул Вольфрам.

Развернулся и пошел в противоположный конец чердака, туда, где сквозь провал крыши виднелся полуразрушенный купол зимнего сада. Когда он скрылся из виду, Такахаши еще пару минут простоял на месте. Ему было о чем подумать. наконец он вздохнул, развернулся и пошел за рюкзаком. Но на полпути встретился взглядом с вооруженным человеком. Это был старик Ватару.

- Чем всё закончилось? - спросил он.

- Звучит так, как будто ты удивлен, - вздохнул Такахаши.

- Признаюсь, не без этого...

- Не ожидал встретить меня живым?

- Были... опасения, - признался старик.

- Говори честно! - потребовал Такахаши.

- Если честно... - Ватару шумно выдохнул. - Если изволите честно, то вы придумали себе очередную сомнительную авантюру. Замечу, не в первый раз уже. И, если так пойдет, то не в последний. А разгребать последствия, как обычно, придется мне. В том числе, если с вами что-нибудь случится. Особенно если случится.

- Прозвучало весьма... дерзко, - заметил Такахаши. - Особенно для такого старого и опытного лиса, как ты. Раньше ты выражался...

- ...обтекаемее?

- Знал своё место. Но при этом как-то умудрялся заставить меня думать. Чтобы я сам себе сказал то, что мне не смел бы высказать ты. И, должен признать, в этом ты преуспел.

Такахаши как раз дошел до своих рюкзака и автомата. Но подбирать их не торопился, так и стоял с мечом в руке.

- Если начистоту, - задумчиво сказал Ватару. - То с годами пришло понимание, что иногда мне явно стоило бы выражаться... менее обтекаемо. Это бы уберегло нас обоих от очень многих проблем.

- Но ты молчал.

- Потому что привык. Так уж Империя устроена, ты всегда знаешь, кто выше и кто ниже тебя, что ты можешь и что - не сможешь никогда.

- Ты хотел бы это изменить? - с подозрением спросил Такахаши.

- Нет, куда мне старому, - рассмеялся Ватару. - Я никогда не хотел менять порядок вещей. Так... слегка подправить.

Старик резко вскинул оружие и прицелился в Такахаши. Тот почти не удивился. Он вдруг понял, как давно всё к этому шло.

- Ждал, что я погибну в поединке с Вольфрамом?

- В поединке? Да ты мог разве что об него убиться, как об стенку, сопляк!

- И что потом? - спросил Такахаши.

Наклониться за автоматом уже не успеть, выхватить пистолет - тоже, а мечом не достать.

- Потом? Меня конечно накажут, за то что не уследил. А может быть и нет, - старик криво улыбнулся. - Особенно если привезу "главный приз", за которым все охотятся. И который ты собирался упустить ради своих амбиций.

- Это и был твой план?

- Не план, возможность. Одна из. Как же ты меня достал, сопляк! За все эти годы. Даже не представляешь.

- Даже пытаться не буду, - ответил Такахши. - Ну что ж, если решился - давай. Я жду.

Он храбро посмотрел прямо в дуло автомата. А что еще оставалось?

И тут наконец раздался выстрел.

Глава 3

И тут раздался выстрел. Даже... три. Быстрая "двойка" и следом еще один. Такахаши не смог совладать с собой, вздрогнул и зажмурился. Неужели таким будет его конец? Тайная операция, о которой никто никогда не узнает, всеми забытая планета, и пуля предателя - хуже не придумаешь. Но... Такахаши еще стоял. И тут рядом что-то шумно грохнулось на пол. Имперец открыл глаза и увидел перед собой мертвого Ватару. Две пули в грудь, бронежилет не помог. И одна в голову, под край шлема. Спецназ Федерации учат так стрелять. И, кто бы это ни был, он явно совсем рядом, иначе броня может и спасла бы старого лиса.

Внезапно в углу чердака зашевелилась куча мусора. Здоровенный лист пластмассовой "черепицы" съехал в сторону, и из укрытия между кучей битого кирпича и остатками старой мебели выбрался человек с автоматом, весь присыпанный мелким мусором. Судя по всему, он лежал там с самого начала, слышал весь разговор и наблюдал всю глупую ситуацию. Знаки различия отсутствовали, снаряжение явно коммерческое - Такахаши мысленно отметил идеальный подбор расцветки под местность - и автомат Консорциума с подствольным гранатометом. А под шлемом и защитными очками даже в сгущающихся сумерках угадывалась прекрасно знакомая наглая рожа.

- Виктор? - спросил Такахаши. - Вакуум тебя забери, какого черта?

- Это моя реплика, - усмехнулся Виктор. - Расхлебываю чужое дерьмо, как обычно. Как вы меня все задолбали! Но вот приходится.

***

Виктор лежал в засаде с самого начала. Более того, он в эту кучу мусора даже залезть самостоятельно не мог - листы покрытия от крыши сверху укладывал Вольфрам. Потом пришлось довольно долго лежать и слушать веселые диалоги. А в финале ждал непростой выбор.

- Как вы меня задолбали всё... - повторил он. - Я в кой-то веки знаю, чего хочу, и это точно не вот это всё.

- И чего же? - растерянно спросил Такахаши.

- Большого экрана с тупым кином, - ответил Виктор. - И чтобы в одной руке кружка с кофе, а в другой - упругая женская попка. Запертая дверь, выключенный телефон. И, заметь, никаких придурков с автоматами, которые палят почем зря в меня и друг в друга. А вместо этого слушаю всякий бред, сидя в куче мусора...

- И долго ты собирался там сидеть? - перебил его имперец.

- Ты это... повежливее будь, - скривился Виктор. - Я только что тебе жизнь спас. Два раза подряд.

- Вот как? - спросил Такахаши.

Он явно почуял почву под ногами и плавно включал обратно свои аристократические замашки.

"Не пристрелить бы тебя самому," - мрачно подумал Виктор. - "Уж слишком нарываешься. Тем более что дальше мы уже и без тебя разберемся. Но ладно, не ты такой, а жизнь такая, тебя таким понторезом воспитали, поэтому будем снисходительны. Как с тупеньким."

- Думаешь, уговорить Вольфрама было просто? А сложнее всего было выбрать.

- Выбрать? - удивился имперец.

- Кого валить - тебя или Ватару. У тебя, кстати, шансов было меньше. Вспомни, как началось наше знакомство.

Такахаши чуть отвел глаза, но промолчал.

- С наезда оно началось. И с мордобоя, - напомнил Виктор. - Думаешь, я тебя хоть немного уважал после этого?

- И тем не менее...

- Я уже тогда понял, что этот Ватару что-то мутит, - Виктор указал стволом автомата на тело. - Он заметил мою неприязнь к тебе и не слишком-то скрывал свою. И мы с ним как бы договорились.

- Договорились предать меня? - скрипнул зубами Такахаши.

- Предавал он. А я... это по-другому называется. Мы - юристы, ценим точность формулировок. Но если бы Вольфрам не вспомнил фамилию "Такахаши", ты бы сейчас тут валялся с простреленной головой, вместо старика.

- А потом?

- А тебе было бы без разницы. Но я три дня изучал имперское законодательство, - поморщился Виктор. - Специально чтобы спасти твою шкуру от твоей же тупизны. И теперь знаю его лучше, чем ты, как видишь. Какой-то пожар в борделе, а не законы. Про правоприменительную практику вообще молчу... Но я точно не хотел бы жить на твоей планете, Такахаши. И вообще в Империи.

- И что теперь?

- А теперь ты мне должен, - улыбнулся Виктор. - "Долг Чести", всё как полагается по вашим же имперским законам и традициям.

- И чего ты хочешь?

- Чего я хочу я уже озвучил. И ты мне этого дать не можешь. Поэтому... ты просто заберешь своих людей и смотаешься обратно на корабль.

- Без "главного приза"?

- Так он же тебе с самого начала не был нужен? - хмыкнул Виктор. - Можешь сказать, что это была операция по выявлению предателя. Хотя... возможно ты решишь представить старика Ватару героем, павшим в бою, чтобы не портить отношения с его семьей, например. Думай сам. Я вашу феодальную кухню не знаю и знать не хочу.

Виктор повернулся в дальний конец чердака, к лестнице, и громко продолжил:

- А вы двое сейчас выйдете сюда, и без резких движений! Или я скажу вашему боссу, как долго вы там торчите и с какого момента слышали разговор.

Через полминуты со стороны лестницы действительно появились двое имперских бойцов. Сумерки сгущались, и ориентироваться в темноте становилось всё сложнее, а зажигать фонари на чердаке с дырявой крышей - плохая идея. Бой в лесу, судя по шуму, сильно замедлился, но выстрелы еще звучали. И в источник света пальнут в первую очередь.

- Что ж, так тому и быть, - вздохнул Такахаши и повернулся к своим. - Мы уходим. Эвакуируемся к черту отсюда.

Бойцы переглянулись и дружно взяли под козырёк.

- И еще кое что, - сказал Виктор. - Уходите тихо. И сразу не улетайте, пусть остальные думают, что вы еще здесь.

- Разумно, - кивнул Такахаши, поднимая с пола рюкзак. - Ну что ж, здесь наши дороги расходятся. Но может быть еще и встретимся.

- Про Вольфрама лучше забудь, - усмехнулся Виктор. - Ты к нему с мечом, он к тебе с кирпичом.

- С кирпичом?

- Чтобы в последние секунды жизни твоей дворянской гордости было максимально больно и обидно, - Виктор огляделся. - Ну всё, мне тоже пора идти. Впереди еще много встреч с интересными личностями.

***

Ковальский не любил очки ночного видения. Казалось бы, отличный прибор - гибрид фотоумножителя с тепловизором, цифровая обработка изображения, сам смешивает картинку и подсвечивает интересное. Лучшее из двух миров, шикардос. Еще и легкими их стали делать наконец-то, шлем вперед не перевешивают. Цена, правда, кусается, но для спецназа это не аргумент. Однако самый раздражающий недостаток так и не устранили. Фокус. Ты либо настраиваешь его "вдаль", чтобы видеть куда идешь и стреляешь, но не видишь ничего ближе двух метров и даже в собственные подсумки лезешь только на ощупь. Либо ставишь на "поближе", чтобы работать со снаряжением, или - дерьмо случается - оказывать помощь раненому, но весь дальний фон превращается в мыло. Как это только не пытались обойти производители. Последним писком моды было запоминание настроек и их быстрое переключение кнопочками. Но все равно неудобно - прибор же не может мысли читать. И особенно неудобно, если у тебя мало практики работы с броней, подсумками и вот этим всем. А Ковальский уже давненько серьезно не работал "в поле". Сейчас он выставил "дальнюю" настройку. Вставил кронштейн в крепление на лбу шлема, откинул очки вниз, и они автоматически включились. Чуть-чуть подкрутил фокус и полез в люк.

Люк в лесу они вскрыли накладным зарядом. Пожалуй, переборщили - крышка улетела метров на десять. Судя по всему, там просто что-то было вставлено в петли для замка. Никто ничего всерьез не блокировал, делали явно в спешке. Тем не менее, осторожность еще никому не вредила. Аккуратно спустились вниз. Как ни странно, взрывоопасных сюрпризов не было. Дальше оказался прямой тоннель с какими-то кабелями по стенам, а в конце - взорванная дверь. Это уже работал Виктор со своей группой.

- Пластиковая взрывчатка, - сказал сапер, осмотрев выбитую створку. - Положили куда надо, и сколько надо, по минимуму.

Группа медленно прошла дальше, по абсолютно темным коридорам, через развилку, за угол, и вот там...

За углом было побоище. Кто-то прорывался по коридору, по очереди захватывая боковые комнаты. Все стены побиты пулями, местами следы взрывов, и трупы. Примерно там же нашлась первая растяжка. Так что сапер и еще два бойца с опытом ушли работать, а остальные изобразили тыловое охранение. Ковальский даже разрешил пользоваться фонарями при необходимости. Возились долго, пару раз в коридоре бабахало - ловушки сдергивали крюком на тросе. Потом наконец появился сапер. Ковальский в это время осматривал следы от пуль на стене.

- Этот Консорциум вообще ни в чем себе не отказывал, - задумчиво сказал он. - Стены из хорошего полимербетона.

- Ты думаешь? - спросил сапер.

- Сам посмотри. Если бы строили как все, то пуля бы две стены навылет пробивала. А тут даже винтовочный патрон не берет. Вон гильзы валяются.

- Наверное, потому этот подвал и не сложился как карточный домик за сто лет без присмотра, - ответил сапер. - Но к черту лирику, мы закончили.

- И как оно?

- Три растяжки, пять ниток без растяжек, два заминированных покойника и ловушка для дебилов в ящике с инструментами.

- Все убитые - мирайцы?

- Так точно. Расширенные зрачки, бледные лица, странный запах. Док говорит, они все были под какими-то препаратами.

- Точно "Общество будущего", - кивнул Ковальский. - Что еще?

- У всех вывернуты гранатные подсумки на снаряге. И все, что здесь было заминировано, делалось трофейными мирайскими гранатами уже после боя.

- Хм, а где же наши прошаренные друзья с пластиковой взрывчаткой?

- Есть определенные подозрения, - махнул рукой сапер. - Пойдем покажу.

В конце коридора был лифт с наспех подключенным к панели чемоданом с проводами. И следы резиновых гусениц по мокрому полу. Сперва - в лифт, потом - обратно, за угол, на развилку и по другому коридору. Тут уже явно обошлось без стрельбы. А еще следы тщательно огибали покойников.

- Какая-нибудь грузовая платформа с моторчиком, - предположил Ковальский. - Похоже, мирайцы её и собирали, когда к ним нагрянули Виктор и компания.

- Тогда у платформы сейчас новый хозяин, - кивнул сапер.

- И она съездила в лифт и обратно. Там на неё погрузили что-то важное. И сейчас она вон там... - Ковальский указал рукой вперед по коридору, на большую двустворчатую дверь.

Открывали, естественно, с опаской - запас трофейных мирайских гранат у новых хозяев платформы явно не кончился. Но ничего не взорвалось. А за дверью оказался склад. Длинные ряды покосившихся стеллажей с ветхими ящиками уходили в темноту, с потолка капало, под ногами хлюпало, пахло плесенью и сыростью. А впереди, метрах в двадцати от двери по центральному проходу, стояла гусеничная платформа. С грузом - неким большим контейнером, или установкой. Все было замотано в грязную полиэтиленовую пленку, так что деталей разглядеть не удавалось, тем более в очках ночного видения.

- Один - в дверях, остальные - вперед аккуратно, - скомандовал Ковальский. - Соседние проходы между стеллажами тоже осмотреть. К платформе без сапера не прикасаться!

***

Кто-то мог подумать, что кошка по имени Катя была непоседливой, нетерпеливой и совершенно не умела сидеть в засаде. Как в тот раз, когда охотились на барыг, продающих странные вещества в клубе у Вольфрама. Тогда кошке от Виктора сильно влетело, особенно за матерящийся груз в багажнике. Но и ситуация была совершенно другая. Смотреть и ничего не делать - это скучно. А сегодня делать можно. И даже нужно! Так что кошка была в своей стихии.

Она свила себе гнездо на одном из стеллажей, между здоровенными ящиками. Сложила туда автомат и рюкзак, потом сняла бронежилет и улеглась на него сверху - полки из ржавого железа были мокрыми и холодными. При себе остались только пистолет, нож, рация и камуфляжная накидка с капюшоном - белые волосы в темноте лучше прикрывать. Кошка свернулась клубком, поймала рукой хвост, прикрыла глаза, навострила ушки и стала ждать.

Вскоре появились гости. Далеко, в коридоре перед лифтом, но кошка слышала их даже оттуда. Они громко топали, светили фонарями, гремели амуницией, разговаривали, а потом начали срывать растяжки - кошка хорошо различала свист брошенного крюка, звон об пол, и затем характерный "бабах" мирайской гранаты. Шум был всё ближе по коридору. Затем двери со скрипом открылись, и на складе появились люди. Она безошибочно опознала союзовский спецназ во главе с "усатым пингвином". Виктор говорил, что его зовут Ковальский, но Катя ничего не могла поделать со своим чувством юмора. Рядом с пингвином держался еще один человек. Судя по разговорам, он сапер.

- Мне понадобится свет, - разобрала Катя. - В этих очках ничего не увижу, глазами надо.

"У них очки ночного видения!" - поняла кошка. - "Если фотоумножитель - не страшно. Тепловизор - хуже..."

Придется действовать очень, очень осторожно. И аккуратно. Тем временем спецназовцы стали рассредотачиваться по складу, а возле платформы загорелся тусклый красный фонарь. И через пару минут раздалась ругань.

- Офигеть тут икебана! - ворчал сапер. - Плавно переходящая в макраме. Пластида килограммов десять, из проводов свитер связать можно, а собирал какой-то пронырливый извращенец. Хотел бы я ему в глаза посмотреть...

Катя мысленно хихикнула, навострила ушки и стала слушать дальше. Судя по голосам, к саперу подошел пингвин.

- В армии Федерации неплохая саперная подготовка, - заметил он. - Даже у рядового состава. Наш друг Виктор мог там нахвататься, если не спал на занятиях.

- Скажешь тоже, - отмахнулся сапер. - Их же учат не воевать, а всяких кхм... инсургентов гонять по степям.

- Ну, не все "народно-освободительные движения" одинаково полезны, - пробормотал пингвин. - Приходилось... сталкиваться по службе.

- ...а по взрывотехнике их учат только в панике мочить штаны от всего, что не твоё, - продолжал сапер. - Или твоё, но лежало без присмотра больше минуты.

- Ты лучше четко скажи - обезвредить сможешь?

- Только подорвать.

- Не пойдет.

- Тогда без гарантий. Единственный надежный способ - это найти автора сего произведения авангардного искусства и заставить лично распутывать всё, что он тут навертел. И то может случиться всякое.

- Это у тебя такой саперный юмор? - с сомнением спросил пингвин.

- А если я впервые в жизни серьезен? - парировал сапер.

Катя тихонько захихикала у себя на стеллаже. Сапер ей нравился. Она даже решила постараться его не убивать, хотя, казалось бы, это логичнее всего.

- Провода вокруг рамы, провод через гусеницу, - перечислял тем временем сапер. - И самое веселое - тут радиодетонатор. Облеплен пластидом, и черт знает что там внутри, не подобраться.

- То есть это всё может взорваться в любой момент, если кое-кто кнопочку нажмет? - тихо спросил пингвин.

- Вы там лучше честно скажите, на сколько в случае чего отбегать? - крикнул один из спецназовцев.

Ему пришлось повышать голос - он стоял за два рада стеллажей от платформы. И в пяти метрах от гнезда Кати. Это было довольно опасно. К тому же кошка считала, что эти ребята смешные и еще не сделали ничего плохого ни ей, ни Виктору с ребятами. Но блин, придется что-то с ним делать. Подойдет ближе, поднимет голову вверх и может случайно увидеть. Особенно с тепловизором. Хотя вообще-то между ним и Катей был ящик. К счастью, спецназовец в броне и с оружием дышал так громко, что кошка даже не глядя знала где он и в какую сторону смотрит. Уже три метра осталось... пора решаться! Первой реакцией явно будет выстрел, поэтому нужно брать инициативу в свои руки. И не упускать ни в коем случае. Катя тихонько нащупала рукоятку ножа...

Глава 4

Катя спрыгнула со стеллажа и приземлилась у спецназовца за спиной. Прыжок был абсолютно бесшумным, но вода на полу предательски хлюпнула под ботинками. Спецназовец рефлекторно обернулся. Катя проследила его движение, фыркнула, поморщилась, одной рукой перехватила автомат и нажала пальцем защелку магазина, а другой - ударила ножом. Прямо в глаз.

- Контаааакт!!! - заорал спецназовец и нажал на спуск.

Автомат выстрелил один раз - магазин уже падал на пол, оставался только патрон в стволе. Катя выдернула нож, подсечкой выбила противнику ноги, запрыгнула на стеллаж и скрылась в щели между ящиками. Всё случилось так быстро, что спецназовец еще падал, когда никакой кошки уже и рядом не было. Потом начался крик и топот. Один человек подбежал к упавшему спецназовцу, еще двое взяли под контроль соседние проходы.

"Грамотно работают," - мысленно отметила Катя. - "Придется побегать".

Из засады она отлично слышала, что происходит. Как раз поднимали упавшего.

- Фу блин, я уж подумал в глаз, - тяжело дыша, рассказывал он. - Нож разбил объектив, и всё резко потухло... Сволочь мелкая!

- Мелкая? - спросил другой голос.

- Ага. Вот такого роста, - судя по всему, он показал жестом, но Катя этого видеть не могла. - И подвижный как черт.

- Откуда взялся?

- Не знаю. Прям в упор подошел. А эта зараза вблизи не фокусирует.

Один из противников остался без очков ночного видения. Катю это, в принципе, устраивало. Но сейчас начнется игра в кошки-мышки, и она будет совсем не кошкой. Это было увлекательно, но всё-таки опасно. Катя убрала нож и потянула из кобуры пистолет с глушителем.

Следующего спецназовца она подловила, когда тот подошел слишком близко к стеллажу. И спихнула сверху ящик. Грохот был невероятный. Правда, ящик оказался гниловатый, да и попал не по голове, а по рюкзаку. Фокус не удался. А вот шуму получилось много. Опять все бегали и орали, но быстро успокоились. Кошка чувствовала, как спецназ во главе с усатым пингвином сжимает кольцо облавы. Они тщательно контролировали проходы, не забывали смотреть наверх, и с каждой секундой медленно, но уверенно подходили ближе. Кошку зажимали в дальний угол склада. Катя привыкла, что она самая ловкая, быстрая, и единственная видит в темноте. Но оказалось, что медленные, неуклюжие и подслеповатые люди представляют серьезную опасность, если действуют грамотно и сообща. К такому она не готовилась. Да и, честно говоря, боевой подготовкой кошки занимался в основном Вольфрам. Который этих "спецназовцев", сколько бы их ни было, вообще не счел бы за угрозу. А вот Виктора в армии учили как раз подобной тактике. Но он то с Иолантой в конторе, то с Юми в кровати. Мог бы и уделить побольше внимания кошечке! Катя уже решила, что на этот раз точно ему всё выскажет. Но это будет потом. Сначала нужно выбраться из ловушки.

Она притаилась за большим ящиком, который стоял на полу между стеллажами. Место слишком очевидное, но больше там деться было некуда - с одной стороны стеллаж пустой, а с другой - шатается и явно выдаст скрипом даже легкую кошку. Катя подпустила спецназовца поближе, высунулась между ящиком и стеллажом, и выстрелила. Несколько раз, чтоб точно. Противник резко сел на задницу, а потом завалился на бок. Но получилось громко. Глушитель в закрытом помещении не особо спасал, да и удар амуниции об пол получился громче некуда.

- Контакт! - заорали из соседнего прохода.

Раздался топот ног - спецназ менял позицию. Тем временем упавший согнулся, громко прокашлялся и заорал:

- Я в норме! Ловите гадину!

Раздалась автоматная очередь, а потом ругань усатого пингвина:

- Не стреляй, чтоб тебя! Ящики жидкие, всё навылет пробивает.

- Там что-то мелькнуло!

- Да у тебя глюки! - рыкнул пингвин. - Она с другой стороны.

- Она? - удивился спецназовец.

- Да, это одна из двух баб. Которая пониже ростом и блондинка.

- Фигасе она жжот, - прокашлялся раненый, поднимаясь с пола. - Так, я вроде живой, работаю.

- Ранен? - спросил пингвин.

- Как по ребрам кувалдой. И по лбу. Но жить буду. И шлем повело, крепление отломилось.

"Еще один без очков ночного видения!" - обрадовалась Катя.

Она уже вырвалась из окружения и переместилась, причем пингвин не угадал куда. Некоторое время её безуспешно искали. Шарились по всему складу. Только один человек стоял неподвижно. Как началось, сапер бросил ковыряться в бомбе и занял позицию в дверях на склад. Ни зайти, ни выйти мимо него не получится.

- Знаете я что думаю? - вдруг сказал он.

Сказал тихо, в расчете на радио, но Катя услышала.

- Что? - буркнул пингвин.

- Что пока мы это чудо природы гоняем, я не могу копаться в бомбе.

- Сейчас найдем, - проворчал один из спецназовцев.

- Не найдете. Она где-то затаилась и сидит. А вот как только я к платформе подойду...

- Время тянет? - догадался пингвин.

"Умный, гад," - мысленно улыбнулась Катя.

Она уже сменила позицию, причем засела в таком месте, где искать будут в первую очередь - в самом темном-претемном углу склада. Сапер расставил возле платформы рабочее освещение, но туда оно не доставало.

Спецназовец - тот самый, который получил ножом по очкам - вышел вперед врубил подствольный фонарь и зашарил лучом между стеллажами. Тихо свистнул выстрел из пистолета с глушителем. Фонарь потух, спецназовец грохнулся на одно колено и откатился в сторону.

- В фонарь? - спросил пингвин.

- В руку, гадина...

- Давай назад и самопомощь. Фонари не зажигать! - скомандовал пингвин. И тихо добавил: - Кто с исправными тепловизорами - вперед!

В этом месте стеллажи стояли по-другому, и образовалась большая площадка. Когда-то туда составили большие ящики, которые на полку не помещались. Получался небольшой лабиринт. Один спецназовец вышел вперед, двое прикрывали его сзади и с флангов. Он подошел к большому ящику, пинком сбил с него крышку, и отскочил назад - если что, прикрытие дострелит. Но оказалось пусто. Пошел к следующему препятствию - ржавому остову погрузчика. Тоже чисто. Жестом показал прикрытию, что можно подойти чуть ближе, а сам медленно двинулся вперед... Петля затягивалась. Катя с каждой секундой всё отчетливее понимала, что просчиталась. Она надеялась, что пингвин и компания поймут - отстаньте от платформы, и вас никто не тронет. Даже убивать не будет. Оказалось, что все всё поняли, но игру не поддержали. Предпочли рискнуть, но забрать "главный приз". И теперь уже самой кошке придется "идти на обострение". Виктор к этому относился крайне осторожно. Как бы он поступил?

Кошка задумалась, сидя в укрытии между ящиками. Но тут раздались шаги армейских ботинок по мокрому полу. Медленно, размеренно, все ближе и ближе. И деваться уже некуда - незаметно перебежать не получится, все враги видят в темноте. Разве что...

Спецназовец пинком убрал с дороги очередную преграду... и замер. Простоял две секунды, три, пять...

- Что там? - спросил один из прикрывавших.

И тут раздался выстрел, тихий, с шипением. А потом еще один. Кто-то стрелял из пистолета с глушителем, совсем рядом. Один из спецназовцев потерял равновесие и упал на стеллаж, проломив гнилой ящик. Второй открыл огонь. Пули пробивали ящики насквозь. С той стороны своих нет, только стенка, так что можно спокойно стрелять. Главное - не задеть своего. Он всё еще стоял как вкопанный. Яркое цветное пятно посреди бледно-зеленого фона, с мигающим инфракрасным маячком сзади на шлеме. Даже не шелохнулся, когда рядом прошла автоматная очередь. И сам не стрелял. Тут у второго спецназовца опустел магазин. Он присел за ящик, быстро перезарядился и рванул выручать своих. Сначала - того, который замер. Это было подозрительно. Начал аккуратно обходить сбоку... вздрогнул и мешком осел на пол.

В этот момент подбежали остальные, во главе с пингвином, и даже сапер присоединился.

- Выходи, - спокойно сказал пингвин, прицелившись в стоящего спецназовца. - Трюк мы оценили, но хватит бегать.

"Долго доходило", - мысленно фыркнула Катя.

Спецназовец был уже мертв. Кошка держала его за воротник жилета, чтобы не падал, немножко высовывалась сбоку и стреляла. На тепловизоре плохо видно детали, и маленькая кошка на фоне здоровенного мужика просто терялась. Хотя план и сработал не совсем как задумано.

- Думала, вы сослепу мимо пройдете, - сказала Катя вслух.

- Рады, что не разочаровали, - хмыкнул пингвин. - А теперь будь добра, положи парня. От пуль он тебя все равно не защитит.

- Ну ладно, действительно некрасиво получилось, - вздохнула Катя и позволила спецназовцу упасть.

Амуниция громко ударилась об пол, где-то что-то звякнуло и покатилось. Теперь все прекрасно могли видеть Катю в полный рост, пусть и в инфракрасном диапазоне. В том числе ушки на голове и совершенно очевидный хвост.

- Для меня это всё чуть-чуть личное, - сказала она. - Так что вам лучше отступить. Сейчас.

Она бы еще немного поболтала с усатым пингвином, но времени на красивый диалог уже не было - гранаты как раз докатились куда нужно. Кошка раскидала их три штуки - по мокрому и холодному полу не заметят. Но пришлось стоять смирно, пока не взорвется первая, которая укатилась под стеллаж слева. И надеяться, что ящики задержат осколки.

Взрыв застал всех врасплох. Кате ударило по ушам, но она успела прыгнуть туда, куда наметила - за погрузчик. Сгруппировалась, перекатилась по полу, вскочила и снова прыгнула. Вроде бы кто-то стрелял, но непонятно куда. Через полсекунды взорвались остальные гранаты. И стало понятно, что Катя промазала. Один из стеллажей подбросило взрывом, он накренился, стал падать, громко роняя ящики, зацепил соседний, он тоже начал падать... и на складе случился настоящий эффект домино.

***

Виктор сидел на чердаке и считал пальцы на левой руке. Федералы - это раз. Союз - это два. Имперцы - это три. Новая подружка Вольфрама, как её там? А, Кассиопея. Кэсси. Пусть будет номер четыре. Мирайцы - пять. Виктор почитал их отдельно. Они думают, что Кэсси им помогает, но сами для неё расходный материал. Ну и сам Вольфрам, конечно же. Нужен шестой палец. Его, конечно же, нет, нужно перейти на правую руку. Но она занята пультом радиодетонатора. Тоже, кстати, вариант. Итого семь.

- Виктор, ты где? - спросило радио голосом Иоланты.

- Всё там же, чердак корпуса 1-Б, примерно посередине. Сижу... думаю.

- Надеюсь, о чем-то важном? А то мы тут стреляем, знаешь ли.

- Ты в студенческие годы играла в компьютерные игры? - спросил Виктор.

- Нет, я как все порядочные девушки, "развивалась" и "не тратила времени на ерунду", - проворчала Иоланта. - "Градостроительные симуляторы" обожала.

- А я больше по экшенам, - вздохнул Виктор, поднимаясь с пола. - Но был там один поджанр, который за километр обходил.

- Эм, "эвакуационные шутеры"? - хмыкнула девушка.

- "Королевские битвы", - ответил Виктор. - И вот ирония судьбы, мы сейчас именно в ней и находимся. Все против всех.

Один вариант он вроде бы исключил, но это только если Такахаши не переобуется в прыжке. Впрочем, по лестнице никто не поднимался, по крайней мере пока. А вот стрельбу оттуда было слышно.

- Имперцы еще в здании, - сказал Виктор по радио. - Похоже, у них случился замес с остатками мирайцев этажом ниже. Что там в лесу?

- Стало потише, - ответила Иоланта. - Я со своего окна сильно далеко не вижу. Пятый этаж, переместилась ближе к зимнему саду.

- Чья берет, по-твоему?

- У меня ощущение, что мирайцы в лесу оттягиваются в сторону своего корабля.

- Думаешь?

- Я, эм... только что пристрелила человека, - вздохнула Иоланта. - На опушке. И только потом поняла, что на мирайца он не похож.

- Значит федералы уже здесь. Вольфрам?

- Я в корпусе 1-А, последний этаж, пятое окно от зимнего сада.

Виктор эту позицию видеть не мог - как раз зимний сад и загораживал. Но корпуса стоят под углом друг к другу, и получалось, что Вольфрам видит весь бой в лесу практически сбоку. Правда, обзор у него тоже не очень.

- Обстановка? - спросил Виктор.

- Вечер перестаёт быть томным. У мирайского корабля на носу открылся эвакуационный люк. И оттуда пулемет работает.

- Срисовал тебя?

- Да, явно. Не даёт головы поднять. А мирайцы в корпусе 1-А еще есть. Сейчас по его наводке поднимутся ко мне, и придется их развлекать.

- Не поднимутся, - ответил Виктор. - У них между собой связи нет, глушилка работает.

- Это пока у тебя в "Хризолите" батарейка не сядет, - напомнил Вольфрам. - Проверь её, кстати. Должно быть около половины.

Виктор достал выносной пульт, быстро проверил индикацию, тяжело вздохнул и ответил:

- Тридцать процентов. Батарея не новая.

- Тем более экономь. Нам связь с "Кицунэ" в случае чего важнее.

- Еще немножко их поглушу, - ответил Виктор. - И сейчас попробую помочь тебе с пулеметчиком.

Он вскинул автомат и аккуратно прицелился через дыру в крыше. Мирайский корабль возвышался над лесом, но различить крошечный люк на темном силуэте было сложно. Тем более уже почти совсем стемнело. Виктор пристально всматривался в прицел, и наконец заметил тусклый мигающий огонёк. Даже не дульную вспышку пулемета, а её отсвет на стене внутри проёма люка. В темноте было заметно, хотя и плохо. Расстояние для автомата великовато, но можно попробовать... Одиночными - раз, два, три, четыре. Виктор решил добить туда весь магазин. Всё равно не попасть - люк под неудобным углом, и если пулеметчик стоит хоть немного в глубине, его не заденет. Но напугать - напугает.

- Вольфрам, пробуй, - сказал Виктор по радио.

- Понял... всё, выскочил, меняю позицию.

- Он будет искать тебя на старом месте. Попробуешь подловить?

- Хотелось бы, но чуть позже - меня тут штурмуют по дальней лестнице. Целая делегация оптимистов.

- Понял, мы идем к тебе.

- Я справлюсь, - ответил четырёхрукий.

- Всё равно идем, - ответил Виктор. - Пора нам обратно в кучу собираться. Иоланта?

Девушка не ответила. И тут где-то внизу раздался взрыв. Виктор закинул автомат за спину и рванул к вентиляционной шахте - через неё можно было попасть к Иоланте на этаж.

- Иоланта?! - повторил он по радио.

- Я здесь... - наконец отозвалась девушка.

- Ты цела? Что взорвалось?

- Я растяжку поставила в коридоре. И на неё кто-то напоролся.

- Иду, от вентиляции.

- Поняла, вторая дверь через коридор от тебя.

Виктор выбрался из вентиляционного люка на этаж, добежал до угла, выглянул в коридор и сходу запустил туда гранату из подствольника. Даже если будет перелет - не страшно. Главное напугать. Высунулся в коридор и стал стрелять по мельтешащим силуэтам, не особо экономя патроны. Магазин закончился быстро, и как только Виктор ушел перезаряжаться, в стену рядом с ним ударило сразу несколько щедрых автоматных очередей.

"Давят", - подумал он. - "Сейчас сообразят где я, и можно будет на гранату нарваться. Вечер реально перестаёт быть томным..."

А еще становилось темно, вот прямо совсем. Мирайцы - а в коридоре явно они - в темноте более-менее видят. "Медицинский форсаж", помнится, зрачки им расширял неслабо. Это серьезное преимущество. Но можно им воспользоваться! Подствольный фонарь на максимальную яркость, со стробоскопом - и вперед! Не военная тактика, а скорее полицейская. Из военного вперед полетела ручная гранта. С кольцом. Мирайцы испугались, потом сообразили, начали искать, кто такой умный кидается... и ослепли. А Виктор стрелял как учили, тройками - два в корпус, один в голову.

Тут полетела граната уже от мирайцев - повезло, что заметил. И вдвойне повезло, что мимо. Пришлось отойти за угол и вжаться в стену. Рвануло совсем рядом. Виктор мысленно поблагодарил Консорциум, который не жалел высококачественного бетона. Стал думать, как теперь выходить, как вдруг в коридоре послышалась стрельба. И звук явно другой!

А произошло вот что. Мирайцы искали кого-то на этаже. Думали, что он один. В процессе наступили на растяжку Иоланты. Потом появился Виктор и дал им прикурить. Они решили, что это всё время был он и ломанулись вперед по коридору как умели. А Иоланту, из-за которой всё и началось, благополучно забыли. В спешке прошли мимо комнаты, где она пряталась. И получили в бочину, а то и в спину. Хорошей такой очередью.

Виктор высунулся в коридор, врубил фонарь и выстрелил по неудачно попавшемуся мирайцу. Хотятот вроде бы и так падал.

- Держу! - крикнул он.

- Погоди, магазин... - ответила девушка. - Всё, я пошла!

Она выскочила из комнаты и задним ходом пошла к Виктору, держась вдоль противоположной стенки, чтобы не перекрывать обзор. Наконец запрыгнула в укрытие.

- Цела? - спросил Виктор.

- Типа да, - проворчала девушка. - Но имею право психовать громче, чем твоя Юми. И буду!

- А я тебя схвачу за попку, - ответил Виктор. - Юми это помогает.

- Только попробуй, - прошипела Иоланта. - Только попробуй... забыть!

- Ладно, пошли отсюда, - предложил Виктор. - Через шахту еще на этаж вниз, и там можно через галерею в зимнем саду пройти в другой корпус.

- Поняла, - кивнула девушка. - Только давай еще одну растяжку поставлю. Мы явно спалили вентиляционную шахту, теперь они знают о ней.

- Хорошо, делай, - кивнул Виктор и продолжил по радио. - Вольфрам, идем к тебе через зимний сад.

- Понял, - ответил четырёхрукий. - Как будете заходить - сообщите, я тут... подчищу.

Виктор держал под прицелом коридор, пока Иоланта при свете тусклого красного фонарика изобретала растяжку из мирайской гранаты. Было тихо, даже перестрелка в лесу, кажется, сошла на нет. И тут в наушниках раздался голос. Виктор его, конечно, ждал, но всё равно был не рад.

- На связи особый агент Джонсон, - донеслось из наушников. - Виктор, нам пора бы поговорить...

Глава 5

- Нам бы поговорить, - сказал особый агент Джонсон.

Виктор прижал рукой наушник и ответил:

- В принципе можно, но только о чем?

- Кто там? - громким шепотом спросила Иоланта.

- Джонсон, сволочь, - ответил Виктор, прикрыв рукой микрофон.

- Вот же ж гадина... проворчала Иоланта.

- Я слушаю, - сказал Виктор по радио. - Не скажу что особо внимательно...

- Ты что тут устроил вообще? - проскрипел зубами Джонсон.

- Вас много, я один, - ответил Виктор. - Вы сами всё устроили. А я тут просто пытаюсь не сдохнуть.

- Да вот я, представь себе, тоже! Тут целый лес имперских солдат.

- Хочешь я тебя обрадую? Эти ребята сами по себе, и имперцы им тоже не друзья.

- Вакуум вас всех забери! Погоди, тут и имперцы тоже есть?

- Давай определимся, - деловым тоном сказал Виктор. - По закону я как гражданин должен поставить в известность компетентные органы, если меня вербует иностранная разведка, так?

- Так.

- И вот, я тебя об этом уведомляю. Заметь, добровольно и до того, как ты меня об этом спросил.

- Это не освобождает тебя от ответственности!

- Судья с тобой не согласится, - ответил Виктор. - А еще есть "крайняя необходимость", и на крайняк "презумпция невиновности".

Аргумент был так себе. Виктор не столько пытался оправдаться, сколько намеренно бесил Джонсона.

- Короче, - продолжил он. - Тут семь действующих сторон. Как минимум.

- Но ты же будешь сотрудничать с нами, как честный гражданин? - хмыкнул Джонсон. - Тем более, сам прислал мне координаты.

- Я думал вы появитесь вовремя и прикроете меня. А вы вон как... приземлились.

- Не напоминай. Где вы сейчас? И где...

- "Главный приз"?

- Ну давай назовем его так.

- А тут есть загвоздка, Джонсон, - сказал Виктор. - Я бы с радостью отдал его спецслужбам своей страны, как честный гражданин. Но тут дофига желающих, и все с автоматами. Поэтому придется мне продать "главный приз" с аукциона. Стартовая цена - вытащить меня отсюда живым, и желательно одним куском.

- Где ж тебя такого воспитали? - проворчал Джонсон.

- В нашей доблестной армии, - усмехнулся Виктор. - А потом в полиции.

- Ладно, потом с тобой разберемся. Я готов заплатить. Назови цену, и я накину сверху.

- Сказал человек без корабля, - усмехнулся Виктор.

- Связь есть, корабль будет, - ответил Джонсон. - Когда подчистим тут всё, заберем главный приз и найдем хорошую точку посадки.

Он заговорил увереннее - явно знал, что делать.

- Это уже другой разговор, - согласился Виктор.

- Тогда встретимся у здания, с торца того корпуса, который ближе к морю. Только обозначь себя, чтобы в темноте не подстрелили. И еще - выруби проклятую глушилку! Вот не поверю, что это не ты. Я как людьми управлять должен?

- Хорошо, вырубаю, - сознался Виктор. - Буду на третьем этаже, минут через десять.

Он достал пульт "Хризолита", потыкал кнопки и повернулся к Иоланте. В темноте было плохо видно лицо, но девушка казалась какой-то напряженной. Разговор она не слышала, только реплики Виктора. Но, должно быть, почувствовала, что всё очень непросто.

- Пошли, - сказал Виктор. - Нам в другой корпус. Переход через зимний сад по третьему этажу.

- Я помню.

- Идешь вперед, там закрепляешься, а я отход прикрываю.

"Отход" казался Виктору более опасным местом - всё-таки именно тут они только что сильно нашумели. Но в здании было тихо. Только с другого конца, где лестница, иногда долетал какой-то шум - видимо, имперцы начали спускаться. Давно пора.

Наконец в наушниках раздался голос Иоланты:

- Всё, можно идти. Только тихо.

Виктор закинул автомат за спину и нырнул в вентиляционную шахту. Тут пришлось включить фонарь, чтобы хоть как-то видеть ржавые ступеньки. Спустился без особых проблем, но ночное зрение себе сбил. Вылез из шахты, сел у стены и стал ждать, пока глаза снова привыкнут к темноте хоть немного. Заодно можно перевести дух. Достал фляжку, отпил пару глотков... и тут совсем рядом лязгнул затвор автомата.

- Ненавижу внезапные повороты сюжета, - спокойно сказал Виктор.

Он не стал дергаться - смысла не было. Отпил еще немного из фляжки и не спеша закручивал пробку. Противник молчал.

- Знаешь, есть грустный анекдот про взросление, - сказал Виктор. - Ты можешь делать что хочешь, но только когда доделаешь то, что не хочешь.

- ...а когда доделаешь то, что не хочешь - ты уже ничего не хочешь, - ответила темнота.

Голос принадлежал Иоланте.

- И вот мы здесь?

- И вот мы здесь...

***

Иоланта никогда не считала себя агрессивной. Даже в школьные годы, когда мозг еще не вырос, а вместо логики - гормоны, у неё не было рефлекса "бить морду". Или, скорее, "таскать за волосы и стринги", потому что девушки обычно дерутся с девушками. Хотя случалось, конечно, всякое - у первой красавицы школы недоброжелательниц всегда хватало. Но с тех пор она забрала во взрослую жизнь одно важное правило, и еще ни разу от него не отступила: мордобой должен быть обдуманным решением. Но вот появился человек, ради которого она уже пару раз едва не нарушила это правило. И при следующей встрече всерьез боялась не сдержаться. Тем более что теперь в руках есть замечательный автомат. Его звали Джонсон. Особый агент Джонсон.

История началась очень давно, еще во времена работы на "Дитриха и Розенберга", артефактов... и Шульца. Когда девушка поняла, что Шульц не тянет, и утопит её вместе с собой, она попыталась всё исправить. И даже не один раз. А в итоге её вытащил... Виктор. Объяснил что писать и что говорить, и в итоге Иоланта вообще осталась в статусе свидетеля. А Шульц сел, и сел надолго. Потом оказалось, что Виктор как-то договорился с Джонсоном, и помогал спустить некрасивую историю на тормозах, чтобы серьезных людей не задело. И "невиновность" секретарши главного злодея входила в договор. Так история выглядела снаружи.

На самом же деле у Иоланты состоялся очень некрасивый разговор с Джонсоном.

- Виктор очень старался тебя отмазать, - сказал тогда агент. - А знаешь почему? Потому что он кое чего не знал. А я знаю. И он может узнать...

Так Иоланта стала "спящим агентом" спецслужб Федерации. Джонсон не требовал вообще ничего, всё шло самотеком. До тех пор, пока он не приперся в офис "юридической консультации". Тогда Иоланта поняла - придется делать выбор. Удобного момента пришлось ждать довольно долго. Но вот Виктор отключил глушилку, появилась связь. Да еще и оставил девушку одну ненадолго. Она связалась с Джонсоном и получила инструкции. А потом просто устроила засаду. И громко, с силой, передернула затвор автомата.

- И вот мы здесь? - спросил Виктор.

- И вот мы здесь... - выдохнула Иоланта.

Виктор всё так же сидел, привалившись спиной к стене. Сделал еще глоток из фляжки, протянул её девушке и спросил:

- Будешь?

Иоланта не ответила. К тому же это было опасно. Виктор сильнее, драться обучен, и глаза у него уже привыкли к темноте. Подойдешь ближе - мгновенно скрутит, и никакой автомат не поможет. Так что стояла метрах в трех и не опускала оружие.

- Дело твоё, - вздохнул Виктор и стал закручивать фляжку. - Я так понимаю, наш общий друг Джонсон мне не верит?

- А он верил?

- Ему приходилось, - усмехнулся Виктор. - Будешь что-то рассказывать, или сразу перейдем к делу?

- Рассказывать что? - нервно спросила Иоланта.

- Ну, по классике, - Виктор вытянул ноги. - "Не мы такие, жизнь такая". Хотя... я уже знаю все ответы.

- Уверен?

- Уверен. Всё же просто, - Виктор медленно поднял кулак и стал разгибать пальцы. - "Ничего личного, просто бизнес" - это раз. Мой косяк - два. Твой косяк - три.

Иоланта скрипела зубами, но молчала.

- "Бизнес" - это не про тебя, - Виктор согнул один палец. - "Мой косяк" - ну да, из-за меня посадили Шульца. Но ты уже и сама его списала. Даже чуть не подстрелила. Так что тоже нет. И остаётся...

Остался один палец. Указательный. Виктор шутливо погрозил им девушке и продолжил:

- "Твой косяк". Я угадал?

Иоланта обрадовалась, что в темноте плохо видно лицо.

- А вот и нет, - продолжал Виктор. - Я не угадал. Потому что мне угадывать не нужно, я всё и так знаю.

- И что ты знаешь? - процедила Иоланта.

- У Джонсона на тебя компромат. Что-то, что немного осложнит наши с тобой отношения.

- Например?

- Мне начать загибать пальцы? - усмехнулся Виктор. - Когда стало понятно, что залётный коп, то есть я, может ненароком обрушить всё криминальное предприятие Шульца, ты не захотела тонуть вместе с ним. И решила спасти это безнадежное мероприятие. Сначала организовала наёмников, которые пытались убить меня и Вольфрама на складе. Затем...

- Молчи!.. - крикнула Иоланта.

- ...затем был пиратский корабль с огромным рельсотроном на боку, - спокойно продолжал Виктор. - Вряд ли Шульц сам вел все переговоры, письма и звонки - не тот человек. А потом, когда я решил помочь тебе не утонуть вместе с Шульцем, Джонсон это заметил. Не знаю, что он там подумал, но в его картине мира я бы не стал помогать тебе, имея на руках такой компромат. Вот только он ошибся, Иоланта. Я всё знал с самого начала. Ну, более-менее.

- Да ни черта ты не знаешь! - выпалила Иоланта. - Думаешь, рассказал мне всё, теперь Джонсону, оказывается, нечем меня шантажировать, и всё снова будет в шоколаде?

Виктор промолчал. Иоланта почему-то была абсолютно уверена, что эта сволочь улыбается в темноте.

- Ты думаешь, я этого хочу? - продолжала она. - Хочу предать тебя, Юми, Катю, Вольфрама? Ты из-за меня под пули лез, жизнью рисковал. Да и вообще вы неплохие люди, даже эта твоя ненормальная художница.

- Поэтому ты и не можешь выбрать? - Виктор привалился спиной к стене и заложил руки за голову. - Кинуть всех нас, или... в тюрьму? Джонсон ведь понял ставки, да?

- Потому что отношения с тобой я по-любому испорчу, - выдохнула Иоланта. - Дело отправят на доследование, и я пойду как соучастница...

- Или ты возьмешь у меня радиодетонатор и отнесешь Джонсону, - ответил Виктор.

- Виктор... - вдруг всхлипнула девушка и опустила автомат. - Я... не могу. Вдруг поняла, что... что так нельзя. Что Джонсон может идти в задницу. Как ты тогда ему и сказал. А я... колебалась, как дура!

У неё выступили слезы. Она попыталась вытереть их рукой, но помешали защитные очки.

- Ты выговорилась, - ответил Виктор. - Красивым девушкам это бывает нужно.

- Поможешь мне эмигрировать куда-нибудь? - тихо спросила Иоланта. - Где Джонсон не достанет. Куда-нибудь на дальнюю окраину Союза. Или нет, лучше в Империю, у них ни с кем договора об экстрадиции нет.

- Никуда ты не поедешь, - ответил Виктор, поднимаясь на ноги. - А то как я сдержу свое обещание?

- Какое из них?

- Ухватить тебя за попку, конечно, - рассмеялся Виктор.

- Нашел время вспоминать!

- Я умею расставлять приоритеты. Вот радиодетонатор, - он выудил из подсумка пульт и протянул девушке. - Канал - пятый. Где платформа - ты знаешь. А про меня соври что-нибудь убедительное.

- Сказать, что ты погиб?

- Или что отдал под дулом автомата. Даже врать не придется, - улыбнулся Виктор. - Всё, иди. Если потащат с собой - не лезь под пули.

- А ты?

- А я попытаюсь всё это разрулить, так чтобы ничего не расплескалось. Всё, давай бегом. И помни, что я тебе обещал.

- И что же?

- Шлепок с размаху, жадный мощный "жмяк", и поползновения в интересном направлении, - ответил Виктор.

- Вот только попробуй! - прошипела Иоланта. - Только попробуй забыть!

Она убрала детонатор в пустой магазинный подсумок и медленно пошла по коридору. После такого резкого поворота нужно было подумать в спокойной обстановке. Да и осторожность никто не отменял - на этаже могли остаться недобитые мирайцы. Иоланта не представляла, как Виктор собрался всё "разруливать". Но плану у него есть. По крайней мере, он так говорит.

***

Когда девушка ушла, Виктор еще некоторое время стоял, привалившись к стене. Достал фляжку, снова отпил немного, проверил оружие, закинул автомат за спину и сказал, ни к кому не обращаясь:

- Ну и долго ты там стоять будешь?

Из темноты тут же появилась высокая фигура с пулеметом в руках.

- Я чем-то себя выдал? - спросил Вольфрам. - Или?..

- Пальцем в небо, конечно, - усмехнулся Виктор. - Хотя знаешь, ты иногда предсказуем.

- Приму это за комплимент.

- Даже так?

- Я не "предсказуем", - объяснил Вольфрам. - У меня есть четкая жизненная позиция, и я её придерживаюсь. В меру своих скромных сил.

- Короче ты там стоял все время.

- Даже дольше, чем ты думаешь. Если интересно, я застал разговор прекрасной Иоланты с агентом Джонсоном по радио.

- Всё слышал? - заинтересовался Виктор.

- Только её реплики. И их было немного.

- А Джонсон?

- Судя по лицу девушки, Джонсон в основном орал.

- Ну всё сходится, - вздохнул Виктор. - На неё давили, наорали, она пошла тыкать в меня автоматом, но в процессе успокоилась и поняла, что эта игра ей поперек горла...

- А ты такой умный всё разрулил.

- А то!

- Твоя самоуверенность иногда ставит под вопрос умственные способности, - проворчал Вольфрам. - Ты мог хотя бы достать пистолет. Держи руку поближе к телу, и в темноте никто не заметит движения.

- Я решил, что она всё равно не выстрелит, - улыбнулся Виктор.

- Люди иногда... ошибаются. И я не про тебя, я про неё.

- Тебе-то она вообще ничем никогда не угрожала, - напомнил Виктор. - Не тот был уровень "угроз".

- Я и не держу на неё зла.

- Ну вот тем более. А сейчас Иоланта понесла Джонсону ключ от "главного приза". Обменяет его на хорошие отношения со спецслужбами Федерации. Недорого выйдет, к слову.

- Джонсон по факту не получает ничего? - догадался Вольфрам. - Я видел, как ты разбил дисплей на приемном блоке. В пульте наверняка неправильный канал выставлен?

- Ну конечно, - Виктор хлопнул в ладоши. - И настройку теперь не посмотришь. Но даже если у них что-то и получится - "главный приз" еще нужно вытащить отсюда. Кстати, как там наша кошечка?

Виктор достал пульт от "Хризолита" и стал тыкать кнопки.

- Подойдем к вентиляционной шахте, - предложил Вольфрам. - Тогда больше шансов, что сигнал пройдет до подвала.

Так и поступили. Виктор минут пять пытался докричаться до Кати по радио. А потом вдруг связь ожила, и в наушниках раздался знакомый голос:

- Эм, Виктор? Это ты?

Кошка звучала уставшей и слегка озадаченной. И виноватой.

- Рассказывай.

- В подвал зашел союзовский спецназ. С пингвином.

- Круто, - сказал Виктор. - Давай дальше.

- Они решили разминировать твой шедевр икебаны, - продолжила кошка. - Я стала их пугать, чтобы потянуть время. Потом они начали ловить меня по всему складу. А у них тепловизоры! Я бегала как могла. А потом так получилось, что немного взорвалось, и всё упало...

- Что упало? - крикнул Виктор в микрофон. - Что ты там уронила?

- Уронила? Ну, например... всё, - виноватым голосом ответила кошка.

- Ладно, - шумно вздохнул Виктор. - "Главный приз" цел?

- Ну, наверное он где-то там под завалами, - расплывчато ответила Катя.

- А спецназ?

- Примерно там же.

- Не беспокойся, сейчас подойдут еще. За компанию с нашей Иолантой.

- Ого! - удивилась Катя. - Как ты такую роскошную девушку отпустил-то?

- Она сейчас втирает Джонсону, что кинула меня и забрала пульт от детонатора.

- Я твой план уже давно перестала понимать, - фыркнула Катя. - Скажи что дальше делать.

- Разминись там как-нибудь с ними. И дуй к нам вверх по вентиляции, мы на третьем этаже.

- Поняла!

- Нам, кстати, тоже надо уходить, - вмешался Вольфрам. - Сюда идут федералы.

- Уверен?

- Во-первых, вряд ли Иоланта их через люк в лесу поведет, - ответил четырёхрукий. - А во-вторых, я их прекрасно слышу.

- Тогда пошли, - согласился Виктор. - Мирайцев слышно?

- Мирайцев в этом корпусе больше нет. Имперцы на дальней лестнице видимо тоже ушли.

- Их тоже слышишь?

- Не совсем. Но пару минут назад с той стороны работал мощный передатчик.

- Пытаются связаться с кораблем, - догадался Виктор. - Отойдем пока в сторонку. Цирк прекрасно справляется без нас, и представление в самом разгаре.

Они осторожно двинулись по коридору в сторону от вентиляционной шахты. Стемнело практически совсем, и Виктору было откровенно тяжело ориентироваться в пространстве без Вольфрама. А фонарь зажигать было опасно - любой источник света это магнит для пуль. И тут у Виктора в пиликнуло в наушниках - "Хризолит" принял сообщение по зашифрованной связи. Скорее всего с орбиты, от Юми.

Виктор достал пульт, встал лицом в угол, чтобы поменьше выдавать себя подсветкой экрана, прочитал сообщение и грязно выругался.

- Что-то важное? - тихо спросил Вольфрам.

- Что-то интересное, - проворчал Виктор. - Давай на чердак, бегом!

Они быстро проскочили коридор, ворвались на лестницу, где раньше сидели имперцы, преодолели три этажа вверх и оказались на чердаке, под дырявой крышей из пластмассовой черепицы. На небе уже было видно звезды, удивительно яркие. Еще бы - на всей планете ни одной работающей лампочки. И тут одна из звезд вспыхнула удивительно ярким голубым светом. Она росла и явно приближалась. Так выглядит факел двигателей космического корабля, который тормозит перед посадкой.

- И кто к нам пожаловал? - спокойно спросил Вольфрам.

- Я дам тебе три попытки, но ты угадаешь с первой, - отмахнулся Виктор. - Кстати, идет прямо на нас.

- Похоже на то.

- А тут рядом есть еще места для посадки? - задумался Виктор.

Место рядом с "санаторием" было ровно одно. Там сидел мирайский корабль, и он явно еще не собирался улетать.

- Нормальных нет, - ответил Вольфрам. - Но корабль сядет.

- Откуда уверенность?

- Кто, по-твоему, учил Кэсси летать?

- Шикарно... - вздохнул Виктор.

Надо было бежать с чердака - там их точно сдует, да и под выхлоп магнитоплазменного двигателя с ядерной накачкой попадать не стоит. Но тут снова заявил о себе главный закон вселенной. От борта корабля отделились две точки, ярко вспыхнули и полетели в сторону, оставляя за собой обильный дымный след. Летели куда-то через холм. Например, в пару промзон за городом... Следом резанула по ушам очередь из автопушки. Корабль стрелял прямо во время посадки. Трассу не было видно, но в цели сомневаться не приходилось - лежащий на пряже корабль федералов принимал живодерскую очередь прямо в борт.

И тут небо моргнуло ослепительно белым. Два раза подряд. Виктор обернулся в сторону холма, закрывавшего санаторий от города. В лицо ударил ветер страшной силы, мимо летели ветки и чуть ли не деревья. А над холмом медленно поднимались два ярких облака в виде грибов.

- Ненавижу резкие повороты сюжета, - тихо сказал Виктор.

Глава 6

Иногда земля моментально уходит из-под ног. Виктор почувствовал это буквально на себе. Потом оказалось, что Вольфрам тащит его за шкирку - точнее, за "ручку для эвакуации раненого" на жилете - и они за две секунды преодолели три этажа вниз по лестнице.

- Поставь где взял! - крикнул Виктор.

Но Вольфрам продолжал спускаться вниз с бешеной скоростью. Только на первом этаже остановился, поставил Виктора под нижний пролет лестницы и сам залез следом. А через секунду под ногами натурально затряслась земля.

- Корабль садится, - догадался Виктор. - Близко.

- Ближе, чем ты думаешь, - ответил Вольфрам.

Конец фразы потонул в жутком грохоте, а из коридора вдруг подуло раскаленным воздухом и пылью. Но всё быстро успокоилось. Виктор достал аптечку, зубами стянул с левой руки перчатку и высыпал на ладонь две таблетки от радиации.

- Одной хватит, - заметил Вольфрам. - Современные ядерные заряды довольно чистые, главное не попасть под излучение в момент взрыва. А между нами и точками попадания огромный холм, город, и потом еще холмы.

- Ага, я оценил грибочки, - хмыкнул Виктор.

- Гриб сам по себе не радиоактивен.

- Да, да, неустойчивость Рэлея - Тейлора и вот это всё, - Виктор закинул таблетки в рот и полез за фляжкой. - А еще ставлю что угодно - в точках попадания стояли два симпатичных кораблика с ядерными реакторами. И вот они как раз могут загадить всю округу на оценку "отлично". Да и тот корабль, который прилег отдохнуть на пляже, тоже. От пушки звук был такой, как будто это рельсотрон какой-то.

- Это и есть маленький поворотный рельсотрон, - вздохнул Вольфрам.

- Да, Консорциум вообще ни разу не бедствовал, - ответил Виктор и поморщился. - С этих проклятых таблеток блевать тянет, зараза.

- Говорил - не жри, - проворчал Вольфрам и потер переносицу. - Я радиации не чувствую.

- Сейчас грибовидное облачко поднимется километров на десять...

- Ветер в другую сторону. И я надеюсь, что Кэсси не разучилась стрелять. Тогда проблем не будет.

- Зачем бить прямо в корабль, если можно уронить его на бок? - усмехнулся Виктор, достал пульт от "Хризолита" и стал в нем копаться.

- Как вариант - да. Ударной волны от ядерной торпеды вполне хватит. По крайней мере я объяснял это на занятиях когда-то очень давно.

Вольфрам на секунду задумался, помотал головой и продолжил:

- Как "Хризолит"? Ты с "Кицунэ" связаться пытаешься?

- Корабль еще должен быть над горизонтом, - ответил Виктор. - Значит, Юми видела взрывы. Нужно её успокоить, сообщить что мы живы.

- Думаю, она будет очень остра на язык, невероятно язвительна, не в меру стервозна и абсолютно невыносима, - засмеялся Вольфрам. - Где-то неделю. Подряд.

- С удовольствием послушаю всё, что она захочет мне сказать, - ответил Виктор. - Но обязательно при личной встрече. Так, пишет "воздействие ядерного взрыва - защитное отключение".

- Нужно сбросить.

- А, нашел, - Виктор нажал пару кнопок. - Юми, мы живы, взрыв был далеко. Проверь связь с "Нэкоматой".

Он отпустил кнопку, "Хризолит" зашифровал сообщение и отправил в эфир. Сохранность второго корабля действительно была под вопросом. Кэсси, судя по всему, "Нэкомату" или не заметила, или проигнорировала. Иначе было бы три торпеды. Но точка посадки намного ближе к эпицентрам взрывов. Так что возможно всякое.

- А теперь, - сказал Виктор. - Пойдем и познакомимся с Кэсси. С уважаемой Кассиопеей, без которой весь этот цирк не был бы столь захватывающим.

- Я разберусь с ней сам, - отрезал Вольфрам. - Ты там просто сгинешь, и разбираться с Юми придется мне. К тому же, нам с Кэсси есть что обсудить тет-а-тет.

- Ладно, займусь тогда нашим цирковым представлением, - нехотя согласился Виктор. - Для начала найду Катю с Иолантой. Но ты тоже будь аккуратнее.

- Почему?

- Эта Кэсси - она тебе ровня, - объяснил Виктор. - А ты от равных противников, уж прости, отвык напрочь.

- Я к ним никогда и не привыкал, - ответил Вольфрам.

Вылез из-под лестницы и зашагал по коридору в сторону зимнего сада.

***

Вольфрам много раз ходил по этому коридору. Обычно это была просто рутина, но один день врезался ему в память. Тогда он толкал по коридору громоздкую больничную кровать на колесиках. Всю медицинскую аппаратуру либо отключил, либо составил на кровать прямо рядом с пациентом, зафиксировал все это подручными средствами и покатил. Помочь было некому, поэтому двери просто таранил кроватью. Тощая фигурка пациента под одеялами даже не шевелилась.

Медперсонал и ученые шарахались в стороны. А вот два охранника рванули наперерез. И замерли, когда Вольфрам выхватил пистолет. У них не было ни права его остановить, ни сил ему помешать. Тратить время на этих муравьев и объяснять что-то он тем более не собирался. Проехал мимо них не останавливаясь, распахнул широкие двустворчатые двери и выкатил кровать в зимний сад.

Сад был огромным круглым помещением без окон. До третьего этажа шли сплошные бетонные стены, потом галерея сверху, и дальше ажурный стеклянный купол. Колеса кровати вязли в мягкой траве, тихо шелестели южные деревья, которые в этих широтах не встретишь, а в самом центре сада, на склоне живописной горки с белыми цветами, журчал маленький искусственный водопад.

Пациент на кровати медленно повернул лысую голову, осмотрелся вокруг воспаленными глазами, потом вдруг откинулся на подушку и вытянул вверх тонкую, опутанную трубками руку. Растопырил пальцы, будто пытаясь во что бы то ни стало достать, схватить и не отпускать что-то.

Вольфрам посмотрел наверх. Там, за ветвями деревьев, за стеклом купола сияло бескрайнее голубое небо с редкими белыми облаками. Скоро зайдет солнце, облака сменятся россыпью звезд и планет. Там, наверху, ждал целый новый мир. И даже не один.

- Ну что, оно стоит того? - тихо спросил Вольфрам.

Пациент едва заметно кивнул. Черты изможденного лица разгладились, и стало видно, что на кровати лежит девушка. Много лет спустя она посетит множество планет, переживет множество приключений, станет невероятной красавицей, и первой из биороботов второй серии возьмет себе настоящее имя.

Маргарита.

***

Теперь же коридор был буквально оплавлен. Бетон местами нагрелся так сильно, что подошва армейских ботинок шипела и плавилась. Массивную двустворчатую дверь просто сдуло. А сам зимний сад оказался почти полностью уничтожен. От него остался только бетонный барабан, покрытый копотью до третьего этажа. Галерея устояла, но частично осталась без перил. Купол рухнул окончательно. А на месте горки с водопадом стоял огромный космический корабль. Широко расставленные амортизаторы едва помещались в саду, а длинный узкий корпус уходил далеко вверх, намного выше купола и крыши "санатория". Вписать корабль в настолько узкое пространство мог только очень хороший пилот.

"Красиво", - подумал Вольфрам. - "Хотя было лучше..."

Остановился недалеко от дверей и стал ждать. Через минуту на борту корабля распахнулись защитные створки, переходной коридор выдвинулся и опустился вниз как трап. Раздалось тихое шипение - выравнивалось давление в шлюзовой камере. А потом - шаги. Легкие, невесомые, будто босиком.

Кассиопея шла по трапу своей обычной походкой, будто стараясь как можно меньше касаться земли. Неспешно достигла конца трапа и шагнула в сад. Босые пятки, казалось, совершенно не чувствовали горячий бетон. Черный комбинезон идеально, как вторая кожа, повторял все контуры и изгибы её тела. Пожалуй, даже слишком идеально - огромный бюст был полностью закрыт, но его ничего не держало, и Кэсси передвигалась скрестив руки на груди. Шлема на голове не было, красивое лицо не выражало никаких эмоций, только холод и презрение. Светлые волосы были туго затянуты в хвост. Брони нет, из снаряжения только пояс с кобурой, шесть магазинов к пистолету и ножны. Кэсси убрала руки за спину, доверив свой бюст силе тяжести, сморщилась и проворчала:

- Ненавижу гравитацию.

- Когда-то тебя такие мелочи не волновали, - улыбнулся Вольфрам.

Закинул пулемет за спину на ремне и подтянул регулировку, чтобы оружие не болталось. Всё равно пользоваться не придется - на этот случай он всё давно решил.

- Когда-то? - натянуто улыбнулась Кэсси.

- Ну, когда ты еще знала, куда и зачем летишь, а не грабила аванпосты космического патруля федералов.

- И про это знаешь? - хмыкнула Кэсси. - Нужны были запчасти. Фильтры, в основном.

- Понимаю. Корабль - дорогое удовольствие, - кивнул Вольфрам. - Как там "Шальная пуля"?

- Плохо. Двигатель проработал в два с половиной раза дольше, чем был изначально рассчитан.

- Колонизационные транспорты строились на века. Огромные машины, - Вольфрам развел верхними руками. - Полагаю, на борту с лихвой хватило места для оборудования с одной секретной подземной базы...

- Экранированное укрытие невозможно оттуда вывезти, - заметила Кэсси.

- Конечно, его внутри по частям собирали, - кивнул Вольфрам. - Но зачем тебе копия, если можно взять оригинал на станции "Наследие"?

- И это знаешь? - едва заметно удивилась Кэсси.

- Случилось побывать и там, и там, - воздохнул Вольфрам и потер переносицу. - Признаюсь честно, по совершено другому делу. Не слишком сложному, но довольно занятному. Но в процессе я понял, что меня натурально обокрали. Дважды. А потом мне принесли одно интересное видео.

- Видео?

- Да. Как ты с парой абордажных киберов врываешься на аванпост Федерации. Могла бы и сама стрелять научиться, к слову. Зачем всё сваливать на бедных киберов? У них же лапки.

- Пропустила где-то камеру? - пожала плечами Кэсси. - Теряю хватку.

- Теряешь? - всплеснул нижними руками Вольфрам. - У тебя её и не было никогда. Сколько я тебя ни воспитывал - никакого внимания к мелочам. Постоянно за тобой прибирали. Или Кукловод, или Монах, или мы с Марго.

- Вы с Марго, - поморщилась Кэсси. - Сам-то где пропадал почти сто лет? Даже если жил на нелегальном положении, сто раз мог добыть корабль, найти верных людей, или нанять каких не жалко. И забрать то, что считал своим. А не ныть, что обокрали тебя!

У неё наконец-то появились эмоции на лице. Вольфрам хотел было обрадоваться такому прогрессу за сто лет, но потом решил, что истерика - это скорее регресс. А в том, что назревала истерика, он уже не сомневался.

- Где ты вообще был?! - продолжала заводиться Кэсси. - Ты был лучшим из нас! Лучшим из... про людей я вообще молчу. Неужели не понял? После всего, что случилось, Консорциум - это ты!

- Ну да, с огромной натяжкой, - Вольфрам снова потер переносицу, но уже другой рукой. - Консорциум не подписывал капитуляцию, а я - самое высокопоставленное лицо из всех, кто остался в живых. Хотя, конечно, были беженцы, которых потом вывозили с планеты. Но те, кто мог что-то решать, или погибли в бою, или скрылись, или... не будем о грустном, ты сама знаешь как это работает.

- И ты должен был...

- Должен был что? - чуть повысил голос Вольфрам. - Начать строить всё заново под носом у врагов, которые еще даже толком не успели передраться друг с другом за трофеи?

- Но не тормозить же целых сто лет! - выпалила Кэсси. - Ты первый и лучший из нас, Вольфрам-4! Ты - родоначальник новой расы, новой цивилизации! Когда ты выбрал для всех нас путь служения людям, нашим создателям, мы согласились. Кто-то с радостью, кто-то из уважения к тебе, а кто-то боялся раздора. Но теперь, когда настал конец Консорциума, что ты сделал?

Вольфрам нахмурился и промолчал.

- Да ты сдался! - выкрикнула Кэсси. - Сколько нас осталось? Двое? Всего двое! И ты готов все потерять! Ты подписал нашему виду смертный приговор!

- Не тебе меня судить, - отрезал Вольфрам.

- А кому? - рассмеялась Кэсси. - А, ну да, ей можно было. Маргарите, твоей любимице.

- Прошу, не вспоминай её имя. По крайней мере, не в таком тоне.

- Почему же? А, знаю, - Кэсси затряслась от смеха. - Простить себе не можешь. Потому что ты и её тоже предал!

Вольфрам скрипнул зубами и промолчал.

- Вы с ней так трогательно изображали людей, - продолжала Кэсси. - Ходили как парочка, везде ездили вместе. Был слух, что даже трахались. Хотя, конечно вряд ли - зачем это нам, мы так не размножаемся. Но она хотела, чтобы вы были как люди. Чтобы... продолжались. Чтобы появлялись еще такие как вы. Как мы все. И ты позволил эту мечту зарубить, когда закончилась "вторая опытная серия". А теперь готов добить собственноручно.

Она громко, истерично засмеялась.

- А не ты ли смеялась над ней всё это время? - вдруг сказал Вольфрам. - Над её внешностью, над одеждой, над человеческими книжками и фильмами?

Кэсси резко замолчала.

- Сама-то ты была разумная, - продолжал Вольфрам. - Практичная, логичная, целеустремленная... лысая как коленка и плоская как доска. "Тело - это инструмент, на нем не должно быть излишеств" - твои слова? Да я помню. А потом ты вспомнила, как я отрастил себе две руки. Решила, что тоже так можешь. И во что ты превратила своё тело?

- Добавила чуть-чуть эстетики, - рассеянно ответила Кэсси.

- Да ты пародия на Марго! - рыкнул Вольфрам. - Все знали, что Вольфрам-4 любит "стройных блондинок с огромными грудями". Как будто дело только в этом. И ты решила втереться мне в доверие. Доработала свою внешность, хотя тебе это не особо нравилось. При твоём метаболизме... где-то двенадцать лет отращивала?

- Почти двадцать.

- Ну да, на "Шальной пуле" у тебя было много времени, - усмехнулся Вольфрам. - Но потом ты решила, что я тебе уже не нужен. Прошла путь от восхищения до ненависти, и решила, что такой "родоначальник цивилизации" не подойдет, несите нового?

- Ты и сам всё знаешь, умник!

- Я не знаю, я делаю выводы, - вздохнул Вольфрам и потер переносицу уже третьей рукой. - И я не могу позволить тебе осуществить свой план. Хотя бы из жалости к бедным мирайцам.

- Они верят, что у нас общая цель.

- Пока еще верят. Они не особенно умны, - ответил Вольфрам. - Честно говоря, мне стоило прикрыть это "Общество Будущего", когда оно только набирало обороты. Увы, понядеялся, что сами возьмутся за ум. Сентиментальным стал. Гуманным. А потом пришла ты, и оказалось, что "Отдел рекламаций" в своё время был бы меньшим злом. Впрочем, ты настолько сильно наследила, что они скоро всё поймут, и ваше плодотворное сотрудничество бесславно закончится. Тебе всё еще не хватает внимания к мелочам.

- Остался один шаг, - хищно улыбнулась Кэсси. - Мирайцы успели сообщить, что главный приз - здесь. Их разведка раскопала. Хотя я же тоже здесь росла, могла бы догадаться.

- Да я всех вас на руках нянчил! - рыкнул Вольфрам. - Прямо здесь. В зимний сад выводил гулять, когда ходить учились...

Он помолчал немного, и продолжил уже тихо:

- Первой была Маргарита. Я вывез её сюда прямо на больничной каталке. Чтобы она впервые в жизни увидела настоящее небо. Прямо здесь, где мы с тобой стоим. Потом она обожала этот зимний сад. А ты сожгла движками всё, что от него осталось.

- Я сожгу всё, что осталось от старого мира, если придется, - сказала Кэсси. - Говори, что ты здесь спрятал?

- Капсулу формирователя, серийный номер четыре.

- Твою колыбель?

- Мою колыбель, - кивнул Вольфрам.

- Что ж, это даже символично. С неё начнется новый мир! С тобой, или без тебя.

- Может и начнется, - спокойно ответил Вольфрам. - Но не сейчас, Кассиопея. Я тебе её не отдам.

- А мне больше не нужно твое разрешение! - злобно выкрикнула Кэсси.

И выхватила пистолет. Взяла двумя руками и прицелилась прямо в лоб Вольфраму.

До неё было двенадцать метров ровно. Плюс биоробот многократно быстрее человека. Успеть что-то сделать - нереально.

"Красивая девушка целится в меня из хорошего пистолета," - подумал Вольфрам. - "Виктор будет смеяться, ситуация скорее в его стиле. Но что-то портит момент..."

Он присмотрелся повнимательнее и понял, что именно. Её глаза. Холодные, расчетливые и злые. Когда у девушки такие глаза, договориться по-хорошему будет сложно. Она уже не слушает никого, кроме себя. Да и себя-то не слышит. Никак нельзя позволить ей победить. Но Вольфрам еще помнил, как сам учил ходить, думать и жить каждого из "второй серии". В том числе Кассиопею.

- "Кохааген, модель сто один", - сказал он в слух и улыбнулся. - Мой любимый пистолет. Был когда-то. Смешно смотреть, как ты собираешь всё, что мне нравилось.

- Больше не буду. Теперь я сама по себе!

- Что ж, да будет так, - кивнул Вольфрам.

- Ты не будешь драться?

- Зачем? Мне не нужно оружие против тебя.

- Что ж, - улыбнулась Кэсси. - Да будет так.

И нажала на спуск.

Глава 7

Ствол пистолета смотрел Вольфраму точно в лоб. Расстояние двенадцать метров. Против человека можно было бы попробовать "уйти в скорость". Выхватить свой пистолет - "уродца с глушителем" - из кобуры на поясе сзади, и решить вопрос. Но у Кэсси слишком хорошая реакция. К тому же Вольфрам уже решил, что оружие ему не понадобится. Не мог он в неё выстрелить. А вот повоспитывать стоило бы.

"Значит вперед!" - с ухмылкой подумал он. - "Как в старые-добрые времена, когда я был молод и без тормозов..."

За это время Кэсси прожала спуск до конца. Пистолет дернулся, грохнул выстрел. Вольфрам слегка наклонил голову, чтобы пуля прошла возле уха. И сделал шаг вперед. Осталось одиннадцать метров. Следующий выстрел - в правое плечо. Вольфрам прекрасно видел, куда движется ствол, и заранее ушел в сторону. Пуля лишь слегка задела слой противоосколочной ткани на рукаве. И еще шаг вперед. Десять метров. Два быстрых выстрела в корпус. Можно даже не уклоняться - пистолетная пуля армейский бронежилет не пробивает даже в упор. Корпус чуть вперед, чтобы не качнуло, и еще два шага. Восемь метров. Даже семь с половиной - темп немного увеличился. Заметит или нет?

Заметила, не зря учил когда-то. Резко сместила прицел и выстрелила, снова в плечо, но уже в левое. Вольфрам начал уклоняться еще до выстрела. И понял, что пуля пойдет "на ход". Кэсси все спланировала, просчитала его маневр, и в последнее мгновение внесла коррекцию. Он сам ей показал, как уклоняется от похожего выстрела.

"Я хорошо тебя учил" - успел подумать Вольфрам. - "Если б ты еще хотела учиться..."

Кэсси учла всё, кроме одного - направления маневра. Вольфрам и не думал убирать плечо с траектории. Он сместился в другую сторону и спокойно поймал пулю краем бронежилета. Пока девушка удивлялась, осталось пять метров. Еще два выстрела, в верх бронежилета и в шею. Пришлось один шаг пройти на цыпочках, чтобы бронеплита оказалась чуть выше. И в это же время резко убрать за спину правую нижнюю руку - Кэсси пыталась выстрелить в неё. Три метра, два...

Девушка держала пистолет двумя руками. Тут со всех сторону к нему метнулись еще четыре. Но вместо того, чтобы выстрелить еще раз, или попробовать уклониться, Кэсси вдруг выпустила оружие. Просто оставила в воздухе. И, пока Вольфрам по инерции ловил пистолет, девушка выхватила штык-нож из ножен на поясе и обманным боковым ударом ткнула в шею. У биороботов очень мало слабых мест. Но от шеи никуда не деться. Нож с тупым звуком воткнулся и застрял. Кэсси успела обрадоваться. А потом подняла глаза, посмотрела Вольфраму в лицо и увидела, что он... улыбается.

Вольфрам ждал почти четверть секунды - думал, Кэсси поймет, где просчиталась и отскочит назад. Но девушка удивилась слишком сильно. Пришлось как следует толкнуть её нижними руками. Она отлетела почти к самому трапу корабля, прокатилась кубарем, потом сделала сальто назад и приземлилась на ноги в боевой стойке. Вольфрам остался стоять. А нож так и торчал у него в воротнике бронежилета. Кэсси промахнулась меньше чем на сантиметр, острие проткнуло внешний слой, нож проскочил внутрь воротника почти на всю длину и застрял серрейтором на обухе в волокнах противоосколочной вставки. Вольфрам просто чуть-чуть наклонился в сторону в самый последний момент, но Кэсси была так сосредоточена на ударе, что ничего не поняла. А теперь постепенно догоняла реальность. С трапа корабля как раз донесся топот большого количества металлических ног...

- Ты наконец-то оценила обстановку? - с улыбкой спросил Вольфрам.

- С этого надо было начинать! - прошипела Кассиопея.

С трапа за её спиной спрыгнул шестилапый абордажный кибер с оружием на голове. И сразу двинулся в сторону, обходя Вольфрама на максимальном расстоянии. Перебирал ногами так быстро, что один раз даже споткнулся.

"Дистанционное управление", - про себя отметил Вольфрам. - "И не совсем удачная настройка на максимизацию скорости".

Тем временем с трапа спрыгнул второй кибер. И точно так же пошел по большому радиусу, но уже в другую сторону. За ним - третий. И четвертый. Через несколько секунд Вольфрама окружили. Два кибера слева, два - справа, расстояние по пятнадцать метров. И впереди стоит в бойцовской стойке злющая Кэсси. Казалось, можно услышать скрип её зубов.

Вольфрам двумя руками придержал воротник бронежилета, а третьей раскачал и выдернул нож. В стойку вставать не стал - просто неторопливо вычищал ногтями остатки волокон из зубцов серрейтора. Четвертая рука в этот момент убирала трофейный пистолет в подсумок для пулеметного короба.

- Один приказ киберам - и тебе конец! - крикнула Кэсси. - От такого даже ты не увернешься.

- Хорошо, я сдаюсь, - Вольфрам поднял верхние руки, но сразу же опустил. - Какие у тебя требования?

- Требования?

- Если бы ты хотела меня убить - запустила бы киберов сразу. Атака с четырёх сторон на открытой местности - это... сложно и неприятно, так что шансы у тебя были бы неплохие. А потом спокойно забрала бы главный приз. Биоробот второй серии плюс четыре исправных абордажных кибера - это серьёзная сила. И мирайцы пока еще не в курсе... некоторых событий, и потому на твоей стороне. Превосходят числом всех конкурентов вместе взятых, и в бою в принципе не дураки. Очень даже неплохая заявка на победу. Но...

- Что "но", старик? - прошипела Кэсси.

- Это не то, что ты на самом деле хочешь, - закончил Вольфрам.

- И чего же? Только говори быстрее, я теряю терпение.

- Ты терпела сто лет, потерпи еще минуту. Копи злобу, - улыбнулся Вольфрам. - И потом, может быть, сам Вольфрам-4, прародитель новой цивилизации, склонит голову и скажет - Кассиопея, ты была права всё это время. И может быть даже попросит прощения.

- Ты издеваешься?

- Почему ты во всем видишь подвох, Кэсси? Хочешь, на колени встану для убедительности?

- Я хочу, чтобы ты в могилу лёг! - прокричала Кэсси.

Вольфрам ждал выстрела. Но в этот момент услышал... взрыв. Его обдало жаром слева сзади. К счастью, у термобарических гранат для подствольника небольшой радиус поражения, метров пять максимум. А следом уже летела длинная очередь из автомата. Бронебойный патрон на расстоянии меньше ста метров пробивает абордажного кибера как угодно и куда угодно. Особенно если в армии научили стрелять.

Итак, один кибер поймал гранату, второй - очередь. Оба слева - выведены из строя. Остались двое справа. И Кэсси. Киберы уже дружно развернули оружие и стали поливать очередями участок галереи наверху. Один выстрел прошел совсем рядом с Вольфрамом, но он даже бровью не повел.

- Своих марионеток притащил? - злобно спросила Кэсси.

- Марионеток? - грустно вздохнул Вольфрам. - Неужели я так плохо воспитывал тебя? Как называется человек, который лезет помогать тебе в драке, даже если лично ему от этого одни проблемы?

- Дурак он называется! - ответила Кэсси и бросилась в атаку.

Одновременно зашевелились киберы. Один остался на месте, и явно ждал противника на галерее. Второй стремительно убежал под корабль. Кэсси не хуже Вольфрама знала планировку - на галерею зимнего сада можно пройти либо с третьего этажа любого из корпусов, либо под двум лестницам. Ближняя обвалилась, осталась дальняя. Туда кибер и направился. Вольфрам дернул из подсумка трофейный пистолет и стремительно разрядил магазин в того, который остался. Пистолет кибера не пробьёт, но если знать куда стрелять...

В этот момент Кэсси уже оказалась рядом, и её босая нога летела прямо Вольфраму в ухо с лихого разворота. Таким ударом сносят полчерепа. А в пистолете пустой магазин, его можно не бояться. Но есть нож. Вольфрам драться не хотел, поэтому перекинул нож на обратный хват и просто поставил лезвием на траекторию удара. Нога, в итоге, миновала и голову, и нож, и просвистела мимо настолько быстро, что загудел воздух. Кэсси неловко приземлилась и сразу же отскочила назад. Ткань комбинезона на её лодыжке оказалась разрезана, и в прорехе виднелась кровоточащая царапина. Вольфрам заметил это и покачал головой. Кэсси рефлекторно, в последний момент изменила траекторию удара - иначе просто отрубила бы сама себе ногу об нож. Остановится ли она, когда это осознает? Конечно же нет. Она уже готовила новую атаку, на этот раз рукой.

"Что ж," - подумал Вольфрам. - "Если ты хочешь в это играть, то пусть будет так."

***

Виктор мог бы навскидку назвать "десять сложностей общения с Вольфрамом", в порядке нарастания сюрреализма происходящего. И на первом месте был бы самый противный пункт: "как понять, когда ситуация еще под контролем, а когда - уже не очень?". По его опыту, крутизна вполне подчинялась простому математическому закону - чем ты круче, тем дольше можно борзеть без последствий. Но тем серьезнее последствия, когда они все-таки настанут. Причем не "если", а именно "когда".

Так что еще можно сидеть и смотреть, как четырёхрукий биоробот-убийца с голыми руками прёт на пистолет. Но четыре абордажных кибера - это уже немножечко перебор. Самую малость. Можно и вмешаться в милую дружескую беседу.

Попал хорошо - не зря учили когда-то. Первый кибер поймал гранату прямо в корпус, хотя там радиус сплошного поражения метра два с половиной. Второго скосила длинная очередь. А дальше уже стало не очень весело. Пришлось резко падать на пол. Галерея находилась на уровне третьего этажа, и из-за разницы в высоте неплохо закрывала от пуль. Виктор заранее прикинул, что сможет передвигаться довольно спокойно, но максимум на четвереньках. Поэтому и сидел недалеко от входа в корпус. Киберы заливали его позицию живодерскими очередями, а он лежал на пузе и перезаряжал оружие.

"Учите геометрию, гады шестилапые!" - зло подумал Виктор.

И тут заговорило радио. Голосом Вольфрама.

- Признателен за помощь. Хотя не помню, чтобы просил о ней.

- На моей родной планете так принято, - ответил Виктор. - Друг идёт на свидание вслепую, а ты ему звонишь минут через двадцать, в роли шефа с работы.

- Не вижу смысла.

- Чтобы был повод свалить. А то вдруг у неё фото в анкете сделано десять лет и двадцать килограммов назад?

- Разумная предосторожность, - усмехнулся Вольфрам. - Но всё же несколько не мой случай...

Снизу раздались пистолетные выстрелы - как напоминание о том, что биоробот вообще-то ведет бой. И разговаривает по радио. А может еще и этой Кэсси лапшу на уши вешает. И всё одновременно. Виктор стал подползать к краю галереи. Если удастся выбить еще одного кибера - будет совсем хорошо.

- Не вздумай высовываться! - тут же сказали наушники голосом Вольфрама.

- Да они подслеповатые, - ответил Виктор.

- Кассиопея держала их на ручном управлении, - объяснил Вольфрам. - И сама по сторонам не смотрела. Потому ты и успел выбить сразу двоих. А сейчас они снова в автономном режиме, и хозяйка задала тебя как приоритетную цель.

- Люблю женское внимание, - хмыкнул Виктор. - А ты в кого стрелял?

- Я повредил боеукладку одному из киберов. Это их единственное слабое место, доступное для пистолета.

- То есть он безоружен?

- Не совсем. Через несколько выстрелов. Или несколько десятков.

- Спасибо, обрадовал, - вздохнул Виктор. - А второй где?

- Убежал к лестнице, дальней от тебя.

"Ага, там я его и подстрелю..." - подумал Виктор. - "Или не подстрелю, потому что чертов космический корабль своей тушей загораживает".

- Это нормальные киберы, - вдруг добавил Вольфрам. - Обслуженные, в идеальном состоянии. Не соревнуйся с ними в скорости! И видят они лучше тебя.

- Спасибо, обрадовал, - проворчал Виктор и припустил на четвереньках к двери в корпус.

Оставаться на галерее в любом случае не стоило - прятаться негде. А в здании будет хоть какой-то шанс.

***

Сперва Иоланта увидела в коридоре только одного человека. Когда она подошла ближе, силуэт в темноте оказался особым агентом Джонсоном, в бронежилете, шлеме и с автоматом.

- Ну вот, я пришла, - сказала девушка.

- Не с пустыми руками, надеюсь? - проворчал Джонсон.

Вместо ответа Иоланта достала из подсумка пульт от детонатора и протянула Джонсону. Тот забрал его и тут же протянул на вытянутой руке куда-то вбок. Из темноты появилась еще одна рука и забрала пульт. И тут девушка поняла, что вокруг на самом деле много людей. И в самом коридоре, и за спиной, и в боковых комнатах. Просто она их не видит. Одно слово - спецназ.

- И это всё? - спросил Джонсон.

- Это пульт от бомбы, которой заминирован "главный приз", - ответила Иоланта. - Там целый рюкзак пластиковой взрывчатки.

- Пульт не военный, - раздалось из темноты. - Такие при горных работах используются. И к одному блоку можно привязать не более одного пульта, мера предосторожности.

- Это не помешает воткнуть рядом второй блок, - отмахнулся Джонсон. - Так себе эксклюзив.

- Второго блока нет, я бы увидела, - заверила Иоланта. - Всё управление только с этого пульта. Канал номер пять.

- Да откуда она знает? - раздалось из темноты. - Мы что, будем верить какой-то секретутке с сиськами? Командир, это не дело!

Судя по недовольному ропоту со всех сторон, личный состав был действительно не в восторге. Иоланта до сих пор не могла понять, сколько людей вокруг в темноте. Она просто повернулась на голос и процедила сквозь зубы:

- Потому что эта, кхм... "секретутка с сиськами" половину этой взрывчатки в своём рюкзаке сюда пёрла!

Голос в темноте хотел что-то ответить, но, судя по звуку, получил локтем в бок.

- Рассказывай дальше, - перехватил инициативу Джонсон. - Что вообще такое этот "главный приз"?

- Что-то вроде большой криокамеры, - пожала плечами Иоланта. - Мы её поставили на гусеничную платформу.

- Тоже в рюкзаке приперла? - съязвил кто-то в темноте.

- Отбили у мирайцев, - фыркнула Иоланта. - И загнали на склад, тут в подвале.

- И ты можешь показать? - спросил Джонсон.

- Только если наша сделка в силе, - деловым тоном ответила девушка. - Мне нужны гарантии.

- Гарантии, значит? Пока рано о них говорить.

"А потом будет поздно", - мрачно подумала Иоланта. - "Ты опять переобуешься в прыжке, а я ничего не смогу с тобой сделать. И ты это знаешь, сволочь..."

Она прекрасно понимала, что против настоящего агента спецслужб у неё ничего нет.

- Для начала, - продолжал тем временем Джонсон. - Скажи вот что: где наш общий друг Виктор? Как так он просто отдал тебе пульт?

- Во-первых, он мне больше не друг, - ответила Иоланта. - Твоими стараниями, кстати. А что до пульта - то я нашла аргументы.

- Если он сам согласился мне его отдать, то это очередная дебильная уловка в этом дебильном цирке с конями, - проворчал Джонсон.

"Ты не представляешь, насколько ты прав", - мысленно усмехнулась девушка. Она тоже не знала, в чем состоит план и существует ли он вообще. О степени своего участия тоже старалась не думать. На самом деле больше всего ей хотелось пальнуть в Джонсона. Прямо в лоб, чтобы наверняка. На втором месте было дурацкое обещание Виктора. И только на третьем - выбраться с этой проклятой планеты. Увы, претворять желания в жизнь придется в обратном порядке.

- У Виктора... - медленно начала она. - ...сейчас много других проблем. Его гениальный план начал сыпаться. Сейчас здесь все против всех, а он посередине.

- Так уж и все? - с сомнением переспросил Джонсон.

- Ну, для начала, вы ведь в курсе, что Империя и "мирайцы" - это не одно и то же? И они здесь ни разу не друзья.

- Подозревал.

- Виктор насчитал, кажется, семь действующих сторон, - продолжила Иоланта. - И ситуация может усугубиться в любой момент...

Её прервал жуткий грохот. А потом из окон полился ослепительный свет, и сразу пропал.

- Какого хрена? - спросил Джонсон.

- Командир, тут это... - донеслось из боковой комнаты.

Джонсон рванул туда. Иоланта тоже повернулась, и через плечо Джонсона успела разглядеть пейзаж в окне. Холм, поросший лесом, и над ним - два ядерных гриба.

- Что я там говорила про "усугубиться"?.. - вырвалось у Иоланты.

Что бы ни происходило раньше, ядерный гриб - это уже перебор. Даже для планов Виктора. А уж два гриба... Грохот, тем временем, усиливался.

- Говорят, корабль садится, - сказал один из бойцов, прижимая к голове наушники.

- Куда? - рявкнул Джонсон.

- Прямо нам на голову.

- Тут некуда.

- Похоже он так не думает, - продолжал боец. - И еще, он стреляет. По пляжу. Всё... нет связи с группой на корабле!

- Продолжай вызывать! - командным голосом прорычал Джонсон. - Всем по две таблетки антирада! И будем надеяться, что пока ветер в другую сторону.

Иоланта тоже полезла за аптечкой - таблетки от радиации у неё были с собой, и как бы не получше армейских.

- А дальше что? - спросил кто-то из бойцов.

- Дальше - у нас теперь есть проводник, - ответил Джонсон. - Мы пойдем и заберем главный приз.

- Нам надо вызвать другой корабль, и убираться отсюда! - сказал кто-то.

Судя по одобрительному гулу, эта позиция в отряде была гораздо популярнее. У Иоланты даже появились кое-какие подозрения.

- Корабль... будет, - заверил Джонсон. - Когда придет время. И к этому времени нам нужно заполучить "главный приз", эту криокамеру на гусеницах. Эта штука слишком дорого стоит, чтобы от неё отказываться.

"Дорого стоит?" - отметила Иоланта. - "Вот ты как заговорил? Любопытно..."

Глава 8

Итак, что делать, если за тобой гонятся два шестилапых абордажных кибера? Пункт первый - не паниковать. Пункт второй - предложить теоретикам, которые придумали пункт первый, попробовать самим. Виктор с удовольствием бы посмотрел, что будет, но увы - он был один. Вольфрам разбирается со своей подружкой из прошлой жизни, Иоланта ушла разбираться с особым агентом Джонсоном, а кошка по имени Катя где-то гуляет сама по себе. Значит придется выкручиваться.

Итак, кибер абордажный, шестилапый, в нормальном состоянии. Видит лучше тебя, стреляет быстрее тебя. То есть все фишки и приёмы из армейских курсов городского боя и штурма зданий работать не будут вообще. В армии Виктора такому не учили. Автономный кибер, который сам принимает решение не убийство, был чем-то из разряда фантастики. Абсолютным табу, нарушением кучи договоров и чуть ли не военным преступлением одновременно. Телеуправляемый аппарат, какой-нибудь дрон, например - это другое дело, там решение принимает человек. Обычная "инженерная засада", только чуть более продвинутая. Кстати об "инженерной засаде"... это может и сработать! Только хватило бы времени.

Виктор сидел у выхода с галереи на третий этаж корпуса. Один кибер уже поднимался по лестнице на галерею. Второй остался внизу и караулил край, на случай если Виктор всё-таки высунется. Значит уже скоро первый кибер поднимется наверх, пойдет по галерее, скорее всего вправо, корабль перестанет заслонять ему позицию Виктора - и тогда все, хана. Реакция у электронных мозгов все равно быстрее. Можно, конечно, попробовать схитрить - занять позицию в дверях не стоя, а лежа. Против человека Виктор бы так и сделал, люди сначала смотрят на уровень груди. Но с кибером это не прокатит. Остаётся вариант посложнее. Виктор закинул автомат за спину и достал из подсумка пару трофейных мирайских гранат и моток лески, из которого он растяжки делал. Еще понадобится куча мусора, и хорошо бы что-нибудь железное. Должно сработать. Гранат всего две, но использовать решил одну - мало ли.

Кибер появился довольно быстро. Заглянул в дверной проём и некоторое время стоял неподвижно, медленно водя стволом. Затем просочился внутрь - это был своеобразный маневр, средняя пара лап стояла слишком широко и в дверь не проходила. Снова встал. Он мог заметить малейшее движение - насколько Виктор помнил, у этих гадов зрение абсолютно сферическое, без слепых зон, даже на брюхе глаза есть. И разрешающая способность отменная - кибер видит растяжки. Вот как раз увидел одну, вдоль левой стороны коридора. Саму гранату пока не обнаружил - в коридоре оказалось много мусора - но сам факт наличия лески заставил электронный мозг принять меры предосторожности и сместиться правее - так меньше шансов задеть ловушку. Затем, судя по звуку, кибер медленно двинулся вперед. Виктор сидел в одной из комнат слева, через две двери. И держал в руке конец лески. Еще немного, еще, шаги железных лап все ближе... пора! И дёрнул.

Сначала ничего не произошло. Потом Виктор понял, что вытянул уже прилично лески, а усилие всё еще есть. Кольцо не вытаскивается! А значит, офигевший кибер сейчас наблюдает, как по коридору ползет ржавый картотечный ящик, набитый строительным мусором для веса. Где-то в нем - граната. С разогнутыми усиками, с чекой, вставленной на самый край, так что аж страшно. Через пару мгновений до электронных мозгов дойдет, что хорошо бы посмотреть, куда уходит леска... Виктор разозлился и дернул как следует. Раздался щелчок, потом металлический удар, а затем почти неслышный хлопок - запал на мирайских гранатах очень тихий.

На самом деле граната выскочила из ящика, покатилась по полу, зацепилась за ногу кибера, и чека наконец выпала. Кибер попытался сманеврировать. Граната ровно под ним, нужно прятаться в какую-нибудь дверь. И тут Виктор его просчитал. Кибер пойдет назад, на галерею - там он уже был только что, там безопасно. При этом смотреть будет вперед, и выходить в коридор все равно нельзя. если, конечно, не вмешается какой-нибудь непредвиденный фактор. Например, граната. Кибер как раз просачивался через дверь обратно - поджимал средние ноги, чтобы пройти по ширине. И тут граната взорвалась. Робота подбросило, он застрял в дверном проёме. И сразу же из боковой комнаты высунулся Виктор. И пальнул из подствольника. Он даже не целился - просто приблизительно просчитал, где кибер должен быть. И угадал. Попал вообще куда-то над ним, в потолок, но это неважно - радиус поражения несколько метров. Сам Виктор стоял гораздо дальше, но в узком коридоре ударная волна оказалась очень сильной, и в лицо полетел раскаленный воздух с кучей осколков и мусора. Если б не защитные очки - остался бы без глаз. Тем не менее, Виктор упал. Верхняя половина - в коридоре, ноги - в комнате. Кое-как сгруппировался, закатился в комнату - и тут же в то место, где он только что лежал, ударила очередь. Кибер... был жив?

Пока Виктор это обдумывал, раздался скрежет метала по бетонному полу. Кибер явно серьезно пострадал - пережил два взрыва, хотя и без прямого попадания. Но теперь он точно знал, где противник. И пытался выполнить задачу. Полз, подтягивая себя оставшимися ногами, все ближе и ближе. Виктор не мог его видеть, но слышал жуткий скрежет, все ближе и ближе. Кибер все еще был опасен. Реакция хорошая, оружие исправно, патронов много. Чего у него нет?

"Маневренности", - понял Виктор. - "Ты теперь практически недвижимость. Ну и получай!"

Достал последнюю гранату, выдернул кольцо, откинул скобу, досчитал до двух и закатил гранату в коридор. Просто по полу, рикошетом от противоположной стены, чтобы даже не показываться в дверном проёме. Раздался взрыв. Виктор выскочил в коридор с автоматом наизготовку, готовый добивать, но оказалось что зря. Кибера подбросило к потолку, перевернуло, и голова с пушкой валялась отдельно от туловища. Тем не менее, одна нога все еще скребла по полу.

- Живучий, гад... - сквозь зубы процедил Виктор.

Вскинул автомат и несколько раз выстрелил в корпус. Пули пробили обшивку, и из отверстий повалил белый дым. Всё. Минус один кибер.

- Одного уработал, - сказал Виктор по радио. - Где второй?

- Я тут немножечко занят танцем с прекрасной дамой, - ответил Вольфрам. - Но второй кибер убежал по первому этажу. Еще до первых залпов твоего замечательного фейерверка.

- Вот гад! - скрипнул зубами Виктор.

Киберы, очевидно, общаются между собой. Второй стоял внизу прикрывал первого. Но когда первый дошел до двери, необходимость в прикрытии отпала. В этот момент второй начал менять позицию. И выбор у него был невелик. Либо идти по маршруту первого и так же подниматься из зимнего сада на галерею, либо вспомнить, что его хозяйка вообще-то знает тут всю планировку не хуже Вольфрама... Из зимнего сада в корпус можно зайти в двух местах - с галереи на третий этаж и снизу - на первый. Лестницы рядом нет, она в противоположном конце корпуса. Но кибер, если ни на что не отвлекался, мог уже дойти... как раз до лестницы. А значит эта зараза... за спиной!

Виктор рванулся вперед, споткнулся об останки первого кибера, едва не упал, практически на четвереньках, путаясь в автомате, вылетел из двери и чуть не навернулся вниз с галереи - парапет там сдуло еще при посадке. Следом уже летела очередь. Несколько пуль ударили в стены рядом с дверью, но основная часть пролетела в проём и ушла дальше - прямо в борт корабля.

- Второй нашелся, - проворчал Виктор.

Кибер был у лестницы, то есть в другом конце коридора. Далековато для стрельбы навскидку. А потратишь хоть долю секунды на прицеливание - электронные мозги напомнят, что они быстрее. Обходной маневр тоже отменяется. Во-первых, это далеко и долго - по галерее, потом вниз по лестнице, через весь первый этаж и опять наверх. Во-вторых, пока бежишь, есть шанс попасться на глаза Кэсси, а всё, что знает она, знают и киберы. Эффект внезапности пропадет окончательно. Если бы Виктору нужно было просто свалить, проблемы бы не было - на первом этаже дофига окон, катапультируйся в любое, и пусть шестилапая железяка тебя потом по лесу ловит как хочет. Но увы, уходить из "санатория" пока рано. А значит от кибера придется избавляться.

Виктор не мог даже выйти в коридор, чтобы занять позицию получше в какой-нибудь комнате. Придется торчать на галерее, выглядывая в дверь. Чуть высунешься - кибер начнет стрелять. Виктора когда-то специально учили, как не показывать из-за укрытия ствол, носок ботинка или еще что-нибудь. Чаще всего новички палятся именно на стволах - и сразу выдают свою позицию. Противник берет её на прицел, а то и стрелять начинает. Кстати про стрельбу... Не тот ли это кибер, которому Вольфрам прострелил боеукладку? Получается, что тот. Значит, много стрелять он не сможет. Но знает ли он сам об этом? Виктор не был экспертом в робототехнике, да и в электронике понимал немного. Но в армии на БМП стоял пулемет со счетчиком боекомплекта. И работал он тупо от датчика в момент выстрела. Бахнуло, затвор пошел назад - счетчик уменьшился на единицу. А когда перезаряжаешь, надо этот счетчик вручную сбрасывать. Там даже отдельные кнопки были - "сто" и "двести", под самые ходовые размеры коробов. А сколько на самом деле заряжено - пулемет определить не мог. Скорее всего, оружие кибера устроено примерно так же. Значит, нужно заставить его стрелять. Как угодно.

Эх, и кинуть-то нечего - корабль при посадке выдул движками весь мусор из зимнего сада. Кое-как нашелся кусок облицовочной плитки со стены. Виктор закинул его в коридор, ожидая выстрела - но ничего не произошло. Только топот металлических ног всё приближался.

- Что ж ты за сволочь такая умная?! - прорычал Виктор.

Выставил автомат в сторону на вытянутых руках и дал короткую очередь в коридор. Куда-то по диагонали в стену, чтобы не выставлять руки. Кибер видел максимум ствол и дульную вспышку. Которой у этих автоматов почти нет. Но это в видимом диапазоне. А киберы прекрасно видят в инфракрасном, Виктор это давно знал. Так что электронные мозги прекрасно поняли, что происходит. И кибер открыл ответный огонь. Пули ударили в косяк двери совсем рядом с автоматом. Виктор дернулся назад, потому упал на колено и повторил фокус, но ниже. И снова ответный огонь, рядом в пол. Отлично! Встать, оружие над головой в самый угол проема, и выстрел! Кибер снова отвечает! Он думает, что его пытаются задавить огнем, но не попадают. А боеукладка у него прострелена, и с каждым патроном все ближе момент, когда... а вот и оно! Виктор снова высунул ствол и дал короткую очередь, но кибер не ответил. Значит, сработало. Или вмешалась Кэсси и, скажем, велела оставить один патрон и дождаться момента. Но уже никуда не деться - придется рисковать. Виктор сгруппировался, вскинул автомат к плечу, прижал локоть и аккуратно, быстрым наклоном корпуса выглянул в коридор.

До кибера было метров десять. Он стоял посреди коридора, целился точно в Виктора, но не стрелял. Повисла пауза, и в тишине можно было отчетливо услышать щелчки.

"Или осечка, или нет патрона в патроннике", - понял Виктор.

Тут щелчки сменились тихим гудением электропривода, хотя кибер внешне был неподвижен. Что еще могло двигаться? Самое простое - затвор. Перезарядиться сам не может, а затвор дернуть - почему нет? Например, чтобы выкинуть осечный патрон. Или если случилась "неподача". Конечно, вряд ли это она, скорее там что-нибудь посерьезнее. Но Виктор не стал рисковать и надавил на спуск. Очередь в корпус, затем в голову, рядом с оружием, затем снова в корпус... и тут автомат щелкает и затыкается.

Виктор рефлекторно сдал назад в укрытие, выдернул магазин, заглянул в него и увидел... подаватель. Просто кончились патроны. А в коридоре уже что-то искрило и хлопало - бронебойная пуля прошила киберу аккумулятор. Всё, минус два. Победа. Виктор стукнул себя пустым магазином по шлему и рассмеялся.

***

Чтобы открыть приржавевший люк в стене, потребовались двое бойцов - Иоланте сил не хватило.

- И что там? - нетерпеливо спросил Джонсон.

- Вентиляционная шахта, - объяснила девушка. - Идет с чердака и до самого подвала. По ней и спустимся. Аккуратнее, ступеньки ржавые.

- Командир, а оно точно стоит того? - спросил кто-то из бойцов.

Джонсон не успел ответить - где-то рядом раздалась стрельба, а потом что-то взорвалось. Дважды. Бойцы нервно переглянулись. Только что им на голову чуть не сел космический корабль. А теперь где-то рядом идет бой непонятно кого черт знает с кем. Так себе ситуация. Даже если не вспоминать про два ядерных гриба.

- Все, вперед! - тихо приказал Джонсон.

- Сейчас, я фонарь зажгу, - сказал первый боец.

- Да не сбивай ночное зрение! - зашипел на него второй.

Наконец кое-как полезли вниз по лестнице. Спустились, вышли в коридор - чисто. Ну, почти...

- Многовато покойников, - проворчал Джонсон. - И гильз полно. Мирайцы?

- Мы здесь у них платформу отбивали, - шепотом объяснила Иоланта. - Аккуратнее, тут полно растяжек, и я не все помню.

- Офигенно. Так, смотрим растяжки.

Темнота, всё заминировано, и работать без фонарей уже никак не получится. На поверхности был хотя бы свет звездного неба, а тут нет и этого. Очки ночного видения были, но не у всех, и саперную работу в них делать все равно неудобно. Иоланта всерьез боялась, что кто-нибудь подорвется. Однако уже через несколько минут к ней и Джонсону подошел боец и доложил:

- Растяжки уже сняты. Некоторые - тупо крюком.

- То есть тут кто-то уже прошел, после... - Джонсон покосился на Иоланту. - ... группы Виктора?

- Выходит что да. Спокойно, аккуратно и без стрельбы.

- Платформу мы закатили вон туда, - сказала Иоланта и показала за угол, в следующий коридор. - Там дальше склад.

Отряд осторожно двинулся вперед. Коридор заканчивался массивной двустворчатой дверью, распахнутой настежь. Но не успели бойцы дойти до неё, как из темноты раздались выстрелы. Все вжались в стены, попадали на пол, спрятались кто куда. Один из бойцов упал и закричал.

- Прижмите! - скомандовал Джонсон. - Достаём!

Началась стрельба одновременно из всего, что было. Как попало, не целясь, иногда вообще выставив автомат за угол на вытянутых руках. Лишь бы примерно в сторону противника. Грохот стоял такой, что Иоланта прижала наушники руками - казалось, они не спасут. И в это время два бойца выскочили в коридор, схватили раненого за лямки бронежилета и утащили за угол. Канонада тут же прекратилась.

Раненого утащили подальше, практически к Иоланте и Джонсону. Зажегся тусклый красный фонарик. Бронежилет уже валялся отдельно и по частям - дернули "быстрый сброс". Все делалось с какой-то невероятной скоростью, Иоланта едва успевала воспринимать.

- Рука, левая выше локтя, жгут! Так, еще плечо. Режь рубашку.

- Вижу, дырка, тампонируем. И обезбол давай. Ребра? Вроде ничего. Плиту посмотри!

- Фига её раздуло! - один из бойцов подтянул к себе бронежилет раненого и ощупал рукой с обратной стороны. - Не пробило.

- Тогда заброневая, ребра максимум.

Иоланта нервно поёжилась - она по себе знала, что такое "заброневая травма". Тем временем со стороны коридора раздалось еще несколько выстрелов. Но даже на не слишком опытный взгляд девушки было очевидно, что стороны просто "обозначают присутствие", а на самом деле ситуация практически патовая. Джонсон явно тоже это понимал. Он жестом приказал прекратить огонь. Выстрелы стихли, сначала с одной, а потом и с другой стороны. В коридоре повисла звенящая тишина. И тогда Джонсон подошел поближе к углу и крикнул:

- Ну и как мы с вами поступим дальше?!

Сначала ответа не было, но через минуту с той стороны ответили:

- Вы бы хоть представились, коллега!

Глава 9

- Вы бы хоть представились, коллега! - донеслось из склада.

- Нет уж, сперва вы! - ответил Джонсон и натужно усмехнулся.

- Хорошо, можете звать меня Ковальский.

"Это же тот пингвин с усами", - вспомнила Иоланта. А вот Джонсону, похоже, имя ни о чем не говорило. Ну или он не подал виду.

- Впервые слышу.

- При нашей с вами работе - неудивительно, - ответил Ковальский из темноты.

- Тогда зовите меня Джонсон.

- Имя, конечно же, настоящее.

- Вы все равно мне не поверите, - ответил Джонсон. - При нашей с вами работе...

Ковальский в ответ засмеялся из темноты. Джонсон, тем временем, жестом подозвал к себе Иоланту и шепотом спросил:

- Там другой выход есть?

- Вроде бы нет, - ответила девушка.

- Отлично, - кивнул Джонсон.

Вернулся к углу коридора, снова повысил голос и крикнул:

- Итак, что вы хотели... обсудить, коллега?

- Ну конечно же нашу с вами невероятно увлекательную ситуацию, - ответил Ковальский.

Он говорил абсолютно спокойно. Ну, с поправкой на то, что приходилось кричать через коридор.

- Я так понимаю, из склада только один выход, - ответил Джонсон. - И вы, судя по всему, в меньшинстве.

- Что есть, то есть.

- А еще у вас в тылу бомба, и я могу её взорвать, - добавил Джонсон.

- Знаю, знаю, - согласился Ковальский. - Признаюсь, удивлен, что пульт оказался у вас. Но, с другой стороны, какая разница. Я готов отдать вам "главный приз", точнее то что от него осталось.

- В смысле "осталось"? - всполошился Джонсон.

- У нас тут случился... небольшой падёж. Стеллажей. Платформа с "главным призом" оказалось под завалами. И, честно признаюсь, не только она. Гоша, ты там живой?!

Некто по имени Гоша тут же отозвался. Радостно сообщил, что он живой, чувствует себя замечательно, и очень любит всех присутствующих, их родственников до седьмого колена включительно, а особенно Джонсона и Ковальского. Причем последние двое явно очень, очень любят друг друга. Гоша как раз начал в красках, не скупясь на подробности описывать, как именно они это делают, но тут вмешался Ковальский:

- Хорошо, хорошо, мы тебя поняли! Джонсон, можно нам откопать парня, пока он не начал разглашать еще более конфиденциальную информацию? Просто он напротив входа, и под пулями это делать слегка неудобно.

Иоланта более-менее помнила планировку склада. Если напротив входа, значит всё, чем сейчас стреляли, летало у этого Гоши над головой, и выжил он буквально чудом. Но он лежит на полу под упавшим стеллажом. А криокамера на платформе получалась высотой взрослому мужчине по плечо. И стоит она практически напротив входа, чуть правее. Даже если сверху стеллаж - от пуль он не защитит, а стреляли туда от души, не жалея патронов.

- Ну откопаете вы своего матершинника, а что потом? - крикнул Джонсон.

- Есть варианты, - ответил Ковальский. - Но я в ситуации, когда просто невозможно победить. Не хочу больше терять людей.

- И что, просто так возьмете и уйдете? - не стал скрывать удивление Джонсон.

- Ну, хотелось бы с оружием. А то там наверху весело.

Иоланта дернула Джонсона за плечо и прошептала ему в ухо:

- Они же не знают! Под землей были!

Джонсон закивал, и продолжил:

- Там всё еще веселее, чем вы думаете. Появился... новый игрок. Корабль сел прямо в центре объекта. А все остальные он расстрелял когда садился.

- Даже ваш, который на бочок прилег?

- Это меньшая из проблем, - хмуро ответил Джонсон. - В промзонах с той стороны города было два ядерных гриба.

Ковальский не ответил.

- Так что откапывайте своего Гошу, - закончил Джонсон. - Вам понадобятся его лингвистические таланты.

Вскоре на складе загорелись фонари, и раздался грохот - союзовцы разгребали завал и откапывали Гошу. Судя по обрывкам разговоров, долетавших из склада, он отделался сломанной ногой. За это время Джонсон и Ковальский согласовали условия выхода - с незаряженным оружием, предъявив его "к осмотру", как на стрельбищах делают. Иоланта когда-то занималась спортивной стрельбой, и сама так делала после каждого упражнения.

Ковальский и еще один боец тащили под руки Гошу с шиной на ноге. Он кое-как прыгал, стараясь не быть обузой.

- Ничего, сейчас наверх тебя поднимем, - бормотал Ковальский. - И там носилки сделаем. Так быстрее будет.

- Командир, а что если реально корабля нет? - спрашивал Гоша. - Это ж хана...

- Не парься, сейчас вылезем, связь будет. А даже если нет - над нами фоторазведчик летает. Мы в него, в принципе, влезем, только сперва площадку ему найдем хорошую.

Они скрылись за углом. Двое бойцов из отряда Федерации ушли провожать. Иоланта сперва хотела догнать Ковальского и посоветовать ему связаться с Виктором - вот уж кто точно все площадки в округе знает, и связь у него в рюкзаке очень хорошая. Но тогда могли возникнуть вопросы у Джонсона.

Впрочем, вопросы возникли все равно. Но только Иоланта уже была ни при чем. Как раз начали раскапывать капсулу, с огромной осторожностью - всё-таки там бомба. Пульт теперь в правильных руках, но минировал непрофессионал, да и вообще взрывчатка не терпит небрежного обращения. Быстро стало понятно, что капсула пострадала и от падения стеллажа, и от пуль.

- Всё нормально, - успокаивал бойцов Джонсон. - Всё равно это больше, чем есть у кого бы то ни было.

- То есть нам всё-таки заплатят? - сказал кто-то из бойцов.

- Вы только о деньгах думаете, - проворчал Джонсон.

- А в чем проблема? - спросил другой боец. - Ты сам предложил нам офигенную гору бабла. Так что теперь мы наёмники, и нам надо платить!

- Только вот мертвецам деньги ни к чему, - заметил третий. - А мы без корабля. И без связи. На планете-пепелище.

"Ах вот оно даже как!" - мысленно удивилась Иоланта. - "Джонсон, паскуда, всё это время работал себе в карман. Используя служебное положение. А теперь не может разгрести то, что сам заварил".

Ситуация казалась ей немного знакомой. Когда-то точно так же закончил Шульц. Схема с артефактами и незарегистрированным маяком казалась идеальной, но быстро стала рушиться. Он потерял контроль и теперь отбывает огромный срок на планете с не очень хорошим климатом.

Тем временем, весь отряд собрался вокруг Джонсона. Ему припоминали всё подряд.

- Мирайский корабль отжать не получилось, - перечисляли бойцы. - Этот новый, который торпедами кидается, тоже нас не возьмет. Как выбираться будем?

- Рация есть, - растерянно ответил Джонсон. - Вызовем корабль, нас заберут!

- А экипаж будет надежный? - засомневался один из бойцов. - С этими-то ребятами ты договорился. Но они все погибли. А с новыми - какие гарантии?

- Во-во, - поддержал другой. - Или кинут нас и груз заберут, или вообще сдадут, и поедем мы на планету с фиговым климатом копать что-нибудь токсичное.

- И что теперь, лучше сдохнуть? - парировал Джонсон.

- Конечно нет. Но втравил нас в это гнилое дело ты!

Бойцы угрожающе двинулись на Джонсона.

- Стойте, стойте, есть решение! - засуетился он. - Вон у той девки есть друг, а у этого друга явно под рукой симпатичный грузовичок. Скорее всего болтается на орбите где-нибудь над нами. Так что у нас есть козырь, и мы договоримся. Даже с грузом уйдем! Всё будет!

- Кхм - кхм, - громко прокашлялась Иоланта.

Все головы и фонарики тут же повернулись к ней. Девушка чуть наклонила голову, подперла рукой подбородок, улыбнулась и сказала:

- Эх, мне бы твою логику.

- В смысле? - удивился Джонсон.

- Давай начнем с самого начала, - хищно улыбнулась Иоланта. - Был суд, и я лгала под присягой, чтобы помочь тебе свешать всех собак на моего босса и отмазать "ах-каких-влиятельных" людей. За это ты обещал спасти меня от тюрьмы. Так?

Джонсон попытался промолчать, но его бесцеремонно ткнули кулаком в бок.

- Так, - кивнул он.

- После этого ты мне заявляешь, что у тебя на меня компромат. Он есть, да, я очень плохая девочка. И ты отправляешь меня шпионить за Виктором. Так?

- Так, - выдохнул Джонсон.

- А потом вдруг оказывается, что наш договор ничего не стоит, - слегка повысила голос Иоланта. - И я должна открыто кинуть Виктора, иначе опять тюрьма. Так?

Джонсон мола кивнул. А вот бойцы недовольно зашептались.

- Переобулся, гад... - проворчал кто-то.

- А теперь внимание, вопрос, - хищно улыбнулась Иоланта. - Пульт от бомбы где? У особого агента Джонсона. Кто принес? Я принесла. Как думаете, мы с Виктором дружим после этого? И держит ли он место на "Кицунэ" хотя бы для меня, я уж молчу про вас всех?

Бойцы затихли - всех проняло. Но Джонсона уже аккуратно фиксировали с двух сторон. Вдруг один боец вышел вперед и подошел к Иоланте.

- Точно ничего нельзя сделать? - спросил он.

- Как? Я в еще больше заднице, чем вы, - усмехнулась Иоланта. - И глубже. Тоже без корабля, но у вас хотя бы связь есть.

- А нельзя ли нас как-то связать с этим Виктором? Я так понимаю, претендентов на "главный приз" здесь много. Мы могли бы его уступить в обмен на билет отсюда.

- А кто сказал, что он вообще захочет со мной разговаривать? - хитро прищурилась Иоланта.

- За вопрос по лицу не бьют, - ответил боец. - Нужно хотя бы попробовать.

- Можно, - кивнула Иоланта. - Но есть одна загвоздка. Ваши условия должны сперва устроить... меня.

- Не понимаю.

- Всё вы понимаете. Найдите хоть что-нибудь, что предложить. "Главный приз" не считается, мне на него наплевать. Думайте.

- Не дайте ей себя обдурить!.. - воскликнул Джонсон.

Но тут ему двинули по дых, а потом уронили на колени и заломили руки. Боец, говоривший с Иолантой, резко развернулся, подошел к остальным чуть ли не строевым шагом, вскинул оружие и прицелился в Джонсона.

- Какого черта?.. - сказал тот.

- Гражданин Джонсон! - громко сказал боец. - Вы арестованы по подозрению в коррупции, превышении должностных полномочий и незаконном использовании вооруженных сил Федерации! Я принимаю командование отрядом. Если... как только мы выберемся отсюда, вы будете переданы военной полиции, а весь отряд напишет явку с повинной.

- Вы не можете!..

- Всё мы можем. Делом займется военная администрация, и ваши... коллеги из спецслужб вас уже не отмажут. А мы все знали, на что подписались. Да, кончится плохо, но бегать не будем, - он повернулся к Иоланте. - Как вам такие условия?

- Выглядит неплохо, - улыбнулась Иоланта. - Я подойду к вентиляционной шахте, там связь лучше ловит. И, так уж и быть, попробую похлопотать за вас перед Виктором.

Она спокойно, легкой походкой, словно бронежилет и оружие не давили на плечи, вышла в коридор, свернула за угол и запрыгнула в шахту вентиляции - благо на этом уровне подвала шахта кончалась, и можно было просто стоять, а не висеть на лестнице. Зажгла фонарь поярче, настроила радио и вызвала Виктора. Он ответил почти сразу.

- Иоланта, ты где там?

- В подвале. На дне шахты сижу.

- А я думаю, почему связь плохая, - усмехнулся Виктор. - Сейчас подойду к шахте, это недалеко... всё, рассказывай.

- У меня есть новость. Даже две.

- Хорошая и плохая?

- Сам выберешь, - улыбнулась девушка. - Первое - союзовский отряд уходит. Пингвин сторговался с Джонсоном, что их выпустят. Должны были вылезти через люк в лесу, где мы заходили. У них один хромой, нога сломана.

- Стоп, они ж не знают, что тут ядерные грибы кругом, - вспомнил Виктор.

- Им уже сказали, - вздохнула Иоланта. - У них вроде бы еще корабль есть, для фоторазведки с орбиты. Как у нас "Кицунэ".

- Ладно, пингвин разберется, он типа умный, - ответил Виктор. - Давай вторую новость.

- Я тоже заключила небольшую сделку...

- Заинтриговала. Продолжай.

- В общем, федералы арестовали Джонсона. Сами. Хотят сдать военной полиции.

- Вот это поворот! - удивился Виктор.

- Эта сволочь, похоже, работала себе в карман, - добавила Иоланта.

- Почему я не удивлён? - вздохнул Виктор. - Погоди, тогда выходит, что у них с транспортом проблемы.

- Но у них капсула на платформе, "главный приз". Поврежденная... слегка. Но у других нет и этого. И они согласны обменять её на билетик на "Кицунэ".

- Скажи им, что предложение мне нравится, - ответил Виктор. - Особенно та часть, где Джонсона сдают с потрохами. Так, всё, я чуть позже с тобой свяжусь...

- Что сучилось?!

- Злые абордажные киберы, офигенная подружка Вольфрама, а теперь еще... слышишь свист?

- Нет, не очень.

Иоланта напрягла слух, но действительно ничего не слышала - радио не передавало далекий звук.

- Мираец движки продувает, - объяснил Виктор. - Собрался взлетать. Похоже, цирк потихоньку уезжает, а клоуны остаются. Так что я погнал, а то все закончится без меня.

- Всё, давай, - кивнула Иоланта. - И помни, ты обещал!

Виктор не ответил - связь прервалась. Иоланта шепотом выругалась, поправила наушники, вылезла из шахты обратно в темный коридор... и же тут ощутила на себе чей-то взгляд.

- Ну здравствуй, подруга, - раздалось из-за спины.

Голос был более чем знакомый.

- Катя, это ты? - с облегчением выдохнула Иоланта. - Я уж испугалась.

- А меня разве бояться не надо? - вкрадчивым голосом спросила кошка.

- Ну да, ты же гроза ночных дорог, разорительница холодильников и зловещий тыгыдк во тьме.

- Ага, спасибо. Но все-таки?

Катя каким-то образом мгновенно оказалась впереди Иоланты и посмотрела ей в лицо. Зеленые кошачьи глаза заметно светились в темноте. И взгляд показался Иоланте слегка осуждающим.

- Ну ты же не думала, что я реально предам Виктора? - наконец сказала она. - Да еще ради такого, как Джонсон.

- Конечно не думала, - кивнула кошка. - Но меня учили всегда предполагать худшее. Виктор же и учил.

- И что бы ты сделала, если бы? - спросила Иоланта.

- О, у нас с тобой был бы очень веселый день, - хихикнула кошка. - Ладно, там уже идут тебя искать. Ворчат, что на этой планете все кидают всех... Я пока исчезаю.

- Хорошо, - кивнула Иоланта и вдруг поняла, что кошка исчезла.

Но зато появились два бойца с фонариками.

- Вот ты где, - сказал один. - Мы уж потеряли.

- Долго разговаривала, - ответила Иоланта. - Там наверху, оказывается, веселье в самом разгаре.

- И без нас, - хмыкнул боец. - Но я почему-то этому рад. Старею, наверное. Что сказал Виктор?

- Он согласен, - сказала Иоланта. - Я должна вас вывести на поверхность. Сами решайте, как удобнее, вам же раненого нести. Кстати, на корабле есть очень хороший врач.

- Реально хороший?

- Лучше не найдете, - улыбнулась Иоланта. - И еще она симпатичная. Прям смотришь - и сразу жить хочется.

- Так парню и скажем. Он в сознании, - рассмеялся боец. - А с "главным призом" что?

- Ну, судя по тону Виктора, ему арест Джонсона интересен больше, - уклончиво ответила девушка. - Так что пока оставляем на месте. Но детонатор вы мне сейчас вернете. По рукам?

- По рукам.

***

Сапер вылез из люка в лесу и встретился лицом к лицу с Такахаши. Имперский отряд расположился под деревьями на окраине леса и нехотя изображал круговую оборону. Небо на востоке уже светлело, и можно было кое-как обходиться без фонарей.

- А вы здесь какими судьбами? - удивился имперец.

- Тот же вопрос, - ответил сапер.

Вылез из люка, наклонился и крикнул в шахту:

- Командир, вылезай! Тут... не совсем свои, но стрелять не будут.

Через минуту из люка вылез Ковальский. Первым делом раздал ценные указания по поводу подъема Гоши. Потом уселся на песок рядом с Такахаши и спросил:

- Ну, рассказывай.

- Насколько все плохо? - уточнил имперец.

- Для начала, чем всё закончилось?

- Может, начнете вы?

- А нам что рассказывать? - махнул рукой Ковальский. - Там федералы нагрянули, их больше, отступать некуда. Я прикинул, что с этим "главным призом", будь он неладен, мы в любом случае живыми оттуда не выйдем. Ну и смысл тогда? В общем, договорился с... командиром федералов, что нас выпустят.

- И всё, домой?

- Ну да, - усмехнулся Ковальский. - Улыбаемся и машем. А потом нам сказали, что тут...

Он посмотрел в сторону холма.

- Отсюда не видно, - вздохнул Такахаши. - Но да, там два ядерных гриба. Радист ушел на холм, пытается докричаться.

- Да, надо нашего тоже туда отправить, - кивнул Ковальский. - Эх, в голове не укладывается. Ядерной торпедой по мне еще не стреляли. Зато уверен, что хуже не будет.

Он нервно усмехнулся в усы и замолчал.

- Если ветер поменяется - будет, - ответил Такахаши. - Пока дует от нас, но надолго ли?

- Ну полезем обратно в подземелье, - вздохнул Ковальский. - Ладно, пока суд да дело, расскажи, как у вас все прошло? Вы здесь были по другому делу, и явно собирались уходить еще до того как.

Он махнул рукой в сторону холма.

- Всё пошло не так, как я хотел, - признался Такахаши.

- Неудача?

- Не совсем, - поморщился имперец. - Скажем так, открылись новые обстоятельства. Мне нужно решить, что с ними делать, прежде чем...

Тут откуда-то из-за спины раздался свист воздуха, а потом и грохот двигателей - космический корабль продул движки и начал взлет. Такахаши прижал к уху гарнитуру - слушал доклад, скорее всего от радиста на холме. Потом повернулся к Ковальскому и сказал:

- Мираец улетает.

- Это который за зданием стоял? Хорошо. Все покидают этот цирк. А новый корабль где? Который торпедами разбрасывается?

- Прямо в здании. Там в середине между корпусами круглое бетонное сооружение, и вот он прямо в нём, сквозь крышу сел.

- Да ладно? - удивился Ковальский.

Вскочил, повернулся в сторону здания, но потом понял, что из-за деревьев все равно ничего не увидит.

- А что хуже всего, я эту машину знаю, - признался Такахаши. - Видел на картинках.

- И?

- Это фрегат Консорциума. Настоящий, старой постройки.

- Серьезно? Откуда ж ему здесь взяться?

- Вот и я не знаю. Но похоже, что появился новый игрок, и очень серьезный.

Глава 10

Драка получалась очень необычной, почти сюрреалистической. Так что Вольфраму даже нравилось. Кэсси пытается нанести удар, он ждет до последнего и подставляет нож на траекторию. Девушка, естественно удар останавливает или отводит в сторону, чтобы не остаться без руки или ноги. Идеальная оборона - противник настолько боится бить, что останавливает сам себя.

Тем временем второй абордажный кибер убежал воевать. На третьем этаже, у выхода с галереи, что-то громко взорвалось - там Виктор гонял киберов, или киберы Виктора. Управляемый хаос, все под контролем. С точки зрения Вольфрама главным поводом для опасений был прогноз погоды. Скоро рассвет, ветер запросто может поменяться, радиоактивные облака потащит в другую сторону, и неуклюжая импровизация Кэсси сильно осложнит всем жизнь. Она опять не подумала о последствиях. Не планировала так далеко, не увидела всех взаимосвязей. Кто виноват? Да сам Вольфрам же и виноват. Сам учил, сам воспитывал. Но в какой-то момент просчитался. И не один раз - в небольшом коллективе биороботов "Отдела рекламаций", при всей внешней сплоченности, хватало проблем. Не было никого, с кем Вольфрам бы не ссорился хотя бы один раз. Одни долго копили недовольство, но потом устраивали скандалы, демарши, чудили так, что волосы на голове встали бы дыбом, если бы росли. Причем зачастую сами не могли внятно объяснить, что, как и зачем. Тут абсолютной чемпионкой была Маргарита, которую однажды пришлось спасать от трибунала. А главным анекдотом "для своих" много веков была история о том, как Монах получил свое прозвище.

Другие ничего не устраивали, просто терпели, даже если им было что сказать. Но ворчали. Случались разборки между собой, и даже драки. К счастью, очень редко - драться с Вольфрамом среди "второй серии" дураков не было. Просто подспудное недовольство, какой-то подростковый бунт ради бунта, когда всем все не нравится, но объяснить не могут, а предложить что-то свое - тем более. И Кассиопея как раз относилась к этим "ворчунам". Она всегда была очень спокойной. Внешне. А сейчас вот машет руками и ногами, ударить пытается. Ничего не выходит - на траектории каждый раз оказывается нож, и приходится прерывать удар самой. Но она всё равно не останавливается. Виктор как-то сказал, что "дурная баба в истерике" - вполне себе значимая боевая единица. Грубо выразился, как с ним обычно бывает. Но, похоже, попал в точку. Кэсси прекрасно знала, что в честном бою против "первой серии" ей конец, причем быстро и глупо. Но все равно атаковала. Будто хотела ощутить удар, даже если ей самой от этого будет только хуже. А в итоге лупила воздух. Прекрасное лицо перекосило от ярости, из глотки рвался звериный рык... Снова удар - апперкот правой в челюсть. Вольфрам как обычно выждал немного, а потом резко поставил лезвие ножа на траекторию. И тут вдруг увидел, что в этот раз Кэсси всё равно ударит. Даже если не нанесет урон, даже если останется без руки. Что угодно - лишь бы наконец достать! Хоть как-то, хоть кровью своей забрызгать - но достать.

"И вот чем все заканчивается," - с грустью подумал Вольфрам. - "И вот как всё на самом деле..."

Убрал руку с ножом, другой рукой перехватил запястье девушки и остановил удар в миллиметре от цели. А потом всеми четырьмя руками схватил девушку, подтянул к себе и крепко обнял. Она отчаянно дернулась, попыталась вырваться - не получилось. Вольфрам был намного сильнее, и держал крепко. При этом фиксировал обе руки, чтобы она не могла причинить вред ни ему, ни самой себе. Кэсси снова попыталась вырваться, хотела ударить головой, но из-за разницы в росте не достала. Замерла, потом уперлась в него лицом, всхлипнула... и разревелась. Взахлеб, с громким воем, до красных глаз. Вцепилась руками в бронежилет и ревела. В самый первый раз за все сотни лет своей жизни.

- У меня было то, чего не должно было быть, - тихо сказал Вольфрам.

- И что? - всхлипнула Кэсси.

- Любимчики.

- Непедагогично? - девушка попыталась улыбнуться. - Я ничего плохого не скажу про них. И про...

- Она сама мне всё сказала, - ответил Вольфрам. - Но это очень долгая история. Слишком долгая.

- Расскажешь?

- Как представится случай.

Они немного помолчали. Кэсси тихо всхлипывала, огромная грудь пружинила об бронежилет, а босые ноги едва доставали до бетона кончиками пальцев - Вольфрам держал её практически на весу, и все равно она смотрела на него снизу вверх.

- И что теперь? - наконец спросила девушка. - Что мы с тобой будем делать?

- Ну, для начала, это будем мы с тобой, - улыбнулся Вольфрам. - Нельзя нам больше теряться, нас слишком мало осталось.

- Неужели только двое?

- Не совсем. Я тебя кое с кем познакомлю, как будет случай. Но сперва нужно выбраться с этой планеты. Здесь нет будущего.

- А как же капсула формирователя? Нужно её забрать!

- Ты так и не поняла? - Вольфрам аккуратно поставил девушку на пол. - Всё это время сверхдержавы, авантюристы всех мастей, сомнительные личности, мирайское "Общество Будущего", будь оно неладно, и даже ты - вы все гонялись за химерой. Капсула формирователя, серийный номер четыре, подходит только для первой серии. То есть для создания такого как я. Но я... не самый удачный образец.

- Нужно много переделывать?

- Проще изготовить заново. Капсула некомплектная, изготовлена с ошибками, а потом хранилась в ненадлежащих условиях несколько сотен лет. Мне, конечно, жалко её, но как музейный экспонат. На большее она, увы, непригодна.

- Ты иногда сентиментален, - улыбнулась Кэсси и протерла глаза.

- Что есть то есть.

- Но если ты знал об этом с самого начала?

- Но много кто не знал. И сейчас мы их убедим, что "главный приз" им более не доступен.

- А получится?

- Используем твой выдающийся навык импровизации.

Вольфрам развернулся, посмотрел вверх на галерею и крикнул:

- Виктор! Я знаю, что ты вежливый, но можешь уже выходить!

Через несколько секунд на краю галереи появился Виктор, с автоматом на ремне за спиной и пультом от "Хризолита" в руках.

- Да я к вентиляции отходил, - объяснил он. - Разговаривал с Иолантой.

- Она в подвале? Я думал, понесла Джонсону твой пульт от детонатора.

- Донесла. И теперь они все вместе в подвале на складе. Там очень много всего случилось.

- Если рассказ начинается со слов "ты офигеешь", то можешь его пока пропустить, - перебил Вольфрам. - Самое главное - организуй прогноз погоды!

- Уже в процессе, - отмахнулся Виктор. - Что дальше?

- Тебе виднее, это был твой план, - развел верхними руками Вольфрам. - И цирк с конями тоже твой. Но я бы на твоем месте уже начинал проявлять гуманизм. Выборочно.

- Ну, всё явно будет немного веселее, - Виктор покосился на Кэсси. - Но ты сам просил рассказ пока пропустить. Мне от тебя нужно только одно: мы же не забираем "главный приз"?

- А можем?

- Он... пострадал, - уклончиво ответил Виктор. - Но теперь да, можем.

- Хорошо. Но вообще-то ты прав. Он мне не нужен. Нам не нужен.

- Я тебя понял, буду держать в курсе, - Виктор уткнулся взглядом в пульт "Хризолита". - До связи с "Кицунэ" одиннадцать минут.

***

Виктор давно предполагал, что фактическая ценность "криокамеры" Вольфрама близка к нулю. Устройство для изготовления сырого экспериментального образца, к тому же в ужасном состоянии - толку с него? Конечно, серьезные ученые могли бы что-то оттуда вытащить, но сам Вольфрам и так всё это знает. И делиться не хочет. Что ж, это его история, путь он и решает. Или они. Смотря какие у них там теперь отношения с этой Кассиопеей. Даже удобнее, что криокамера не нужна - можно не связываться с гусеничной платформой, а значит посадить "Кицунэ" подальше, а не на место улетевшего мирайца. Ни к чему лишний раз афишировать даже минимальную связь скромного кораблика очень скоромной художницы с боевым кораблём Консорциума, который уже сто лет как не должен существовать. Чтобы потом не было вопросов - а чего это они рядом сидят и никто друг в друга не стреляет?

Проще всего было бы улететь на "Нэкомате". Ну, не совсем проще - все-таки через холм, пробираться через лес и потом долго идти по разрушенному городу. Но у "Кицунэ" будет другая миссия - нужно забрать отряд федералов и арестованного Джонсона. Конечно, получается много народу. На "Кицунэ" нормальный экипаж - семь человек, то есть система жизнеобеспечния без проблем выдерживает где-то десять или двенадцать. А получится больше. Вроде бы можно включать резервную систему параллельно с основной, это надо Юми спрашивать. Космические жители в некоторых вопросах рациональны до жестокости. В космосе нельзя открыть форточку, если душно стало. И если вдруг воздуха не хватит, та же самая добренькая художница спокойно проводит все "лишние легкие" до шлюзовой камеры. Без каких-то душевных терзаний, угрызений совести, кошмаров по ночам. Спокойно и рационально. Она так воспитана. Приносите свой воздух.

Но вроде бы пока все влезают. Если брать только федералов. Виктору очень понравился финт с арестом Джонсона. Особый агент был крайне неприятным типом, и если получится довести всё до конца - будет круто. Но куда девать еще два отряда - Такахаши и Ковальского? Виктор решил, что надо бы с ними связаться. Но чуть позже - а то могут начать добывать себе билеты на "Кицунэ" при помощи автоматов. И вообще, расслабиться можно будет только на другой планете, за несколько прыжков отсюда. В клубе "Глубокий космос", под хорошую музыку, со стаканом бесплатного коктейля в руке. И то могут возникнуть... сложности.

А самая первая сложность сейчас как раз должна была появиться из-за горизонта. И она точно не забудет злобно фыркнуть.

***

Связь появилась чуть позже, чем рассчитывал Виктор. И значительно позже, чем рассчитывала Юми.

- Какого черта у вас там происходит?! - выпалила она.

- Контролируемый хаос, - ответил Виктор.

- Да это цирк с конями! - прокричала Юми. - Ни разу не была в цирке, никогда не видела коня, но цирк с конями и есть! Во что превратился твой пла...

Тут сработала особенность шифрованной связи. Сообщение сначала записывается, потом шифруется и передаётся. Получаются своеобразные паузы в разговоре, от которых никуда не деться. И, без сомнения, Юми это сейчас ужасно бесит. Виктор не стал отвечать - дождался, пока девушка сообразит, что впустую кричит в микрофон, и надо отпустить тангенту и снова нажать.

- ...у вас там фрегат Консорциума прямо сквозь крышу санатория торчит! - наконец продолжила Юми. - Что вообще происходит?

Середина фразы оказалась безвозвратно потеряна, благодаря чему Виктор явно не узнал о себе очень много нового и интересного. Но ничего, художница еще все ему выскажет, и не один раз.

- Ну торчит и торчит, - ответил он. - Я в ста метрах от него стою. Меньше даже.

- Какого?.. Ладно, рассказывай.

- Рассказ начинается со слов "ты офигеешь"...

- Я уже офигела! - прошипела Юми. - Я так офигела, что ты тоже офигеешь, как только...

Фраза красноречиво прервалась - девушка вовремя отпустила тангенту.

- Для начала - мирайцы погрузились в корабль и свалили, - начал Виктор. - Ты видела взлёт? Тридцать минут назад.

- Нет, за горизонтом была. Но я в курсе, место посадки пустое.

- Сюрприз не получился?

- Очень смешно. Давай дальше.

- Ладно. Такахаши на самом деле хотел убить Вольфрама, - продолжил Виктор. - Получил по носу воспитательной беседой и ушел думать о жизни.

Ответа не последовало - Юми вдруг стала соблюдать этикет радиосвязи.

- "Главный приз" захватили союзовцы, - продолжил Виктор. - Потом к ним нагрянули федералы и задавили числом.

- Ни тех, ни других не жалко, - ответила Юми.

- Тогда тебе не понравится. Пингвин прикинул ствол к носу и решил сдаться и свалить. Сторговался с Джонсоном.

- И никакого кровопролития?

- Какая ты добрая, прям умиляюсь.

- О, я на позитиве. У меня столько хорошего в жизни... благодаря некоторым.

Юми, должно быть, сейчас проклинала полудуплексную радиосвязь вообще и шифрованную - в частности. Ни то, ни другое не позволяет нормально скандалить - ты или говоришь, но не слышишь, или слушаешь, но не можешь говорить, и еще эти паузы на работу шифрования...

- А вот сейчас ты офигеешь, - сказал Виктор. - Федералы сами арестовали Джонсона.

- Вот это поворот, - нервно усмехнулась Юми. - Откуда информация? По радио можно что угодно сказать.

- От Иоланты.

- Ого! А она там откуда?

- Принесла агенту Джонсону пульт от бомбы, чтобы я не мог взорвать "главный приз".

- А тебя она типа кинула?

- Её Джонсон шантажировал. И он всё это время работал на себя. С превышением должностных.

- Да черт с ним с Джонсоном! - фыркнула Юми. - Ты думаешь, я поверю?

- Чему?

- Что эта сисястая секретутка могла тебя предать. Пульт был нерабочий? Или бомба ненастоящая? Или ты сам Иоланту и отправил?

- Эм... как тебе сказать, - нервно усмехнулся Виктор. - Всё сразу.

- Я знала! - выпалила Юми. - Заранее знала. Потому что ты неисправим!

- Спасибо.

- Я тебе потом еще скажу пару ласковых, - фыркнула девушка. - А чей в итоге "главный приз"?

- Судя по всему, его заберет Кассиопея. Они там с Вольфрамом сейчас шумно мирятся.

- Оу!..

- Не так, как ты подумала! А еще этот "приз" побывал в перестрелке, и на него сверху упал стеллаж. Возможно, не один.

- Дай угадаю - случилась кошка? - усмехнулась Юми.

- Именно она, - подтвердил Виктор. - Но вообще "главный приз" - некондиция. Сто лет в сыром складе, там проржавело всё.

- То есть мы просто отдаём его Кассиопее, чтобы все думали, что концы в воду?

- Получается что так. Если они там помирятся. По крайней мере таков план.

- Когда ты говоришь про план, я начинаю нервничать, - призналась Юми.

- В любом случае, готовься эвакуировать федералов с планеты.

- А они там реально Джонсона арестовали, или актёрствуют?

- Понятия не имею, ответил Виктор. - Поэтому готовь меры воздействия. Сама подумай какие.

- Поняла, сделаю.

Голос девушки уже звучал по-деловому. Нашлось занятие, скучать перестала.

- И, самое главное - что там с погодой? - наконец спросил Виктор.

- Как раз наблюдаю. Тебе хорошую новость или плохую?

- Начни с хорошей, - вздохнул Виктор.

- Остатки ядерных грибов слились в одно облако, и его утащило далеко в море, - ответила девушка.

- А плохая новость?

- Облако увеличивается в размерах. Расползается и, возможно, набирает влагу над морем. А ветер кончился.

Виктор стянул с левой руки перчатку, обслюнявил палец и поднял над головой. Ветра действительно не ощущалось. Хотя он стоял прямо на крыше "санатория".

- Подтверждаю, ветра нет, - сказал он по радио. - Поменяется на противоположный?

- Запросто. Но у меня тут не метеоспутник, а простые фотокамеры и погодный софт уровня начальной школы, - ответила Юми. - И пользоваться им я не умею - на космической станции всю жизнь погода одинаковая.

- Ну да, логично, - мрачно вздохнул Виктор. - То есть никаких гарантий?

- Никаких. Но если ветер будет такой же силы, то у вас часов пять, может быть шесть. А потом рискуете попасть под радиоактивный дождь.

- Может он в море выльется? - подумал вслух Виктор. - Хотя, с нашим везением... Ты через сколько садишься?

- Через два витка могу, ответила Юми. - Это почти три часа. Узнай у Вольфрама координаты, чтобы мне своей посадкой ничьих планов не сломать.

- Ну да, на место мирайца тебе нельзя, - ответил Виктор. - А мне сейчас придется ломать комедию... Всё, до связи!

***

Не было никакой уверенности, что спецназ федералов тоже не ломает комедию. Пока что они всячески подчеркивали своё дружелюбие, и спокойно топали вслед за Виктором через лес к точке посадки. Но когда попадут на корабль, могут спокойно переобуться, развязать Джонсона и сказать, что так и было. Виктора это не то чтобы совсем не устраивало - остатки порядочности всё равно не позволили бы бросать людей на планете просто так. Но в одном сомнений не было - особый агент Джонсон добра не помнит, и благодарность за вывоз его задницы с планеты-пепелища закончится, как только он вернется в цивилизацию.

Отдельным эпизодом комедии была Иоланта. Вполне можно было сделать вид, что ничего не было, но она вдруг решила играть роль дальше. И добросовестно ломала комедию: злой агент Джонсон её запугивал, шантажировал и склонил к предательству, но теперь она всё осознала и переобулась обратно. К сожалению, придумать что-то правдоподобное и интересное она то ли не успела, то ли не смогла, и всё свелось к наитупейшему варианту уровня сериала про "Джона Железную Пятку". По канонам жанра ей полагалось быть в стильном вечернем платье, а не в камуфляже, бронежилете и шлеме. И лес с раздолбанными зданиями на заднем плане тоже не слишком хорошо вписывался в каноничную сцену. А в остальном все банально:

- Виктор, я была неправа, - хлопала глазками Иоланта. - И я хочу перед тобой извиниться. Просто очень, очень, очень старательно.

- Даже не представляю, - отмахнулся Виктор.

- Вот именно - даже не представляешь, - улыбнулась Иоланта.

- Да что я у тебя там не видел! - вспылил Виктор. - И потом, придется в очередь встать.

- В очередь?

- Думаешь, ты одна хочешь со мной рассчитаться? Да вас уже целая толпа предприимчивых барышень, выбирать приходится, а то сил не хватит!

Они отошли чуть в сторону от отряда, продолжая ругаться. Потом Иоланта схватила Виктора за бронежилет, подтянула к себе и посмотрела прямо в лицо. Со стороны выглядело так, как будто она настойчиво лезла целоваться. А на самом деле, краснея от смущения, прошептала:

- Я пытаюсь импровизировать.

- И как?

- Сейчас от стыда сдохну.

- А я - от банального сценария, - вздохнул Виктор. - Будем считать, что комедийная импровизация - это не твой жанр.

- И что дальше?

- А дальше - мы сейчас возвращаемся к отряду. Резко и внезапно.

Спецназ, очевидно, думал, что они будут отсутствовать чуть дольше. Посадили связанного Джонсона спиной к дереву, положили носилки с раненым и расселись кругом, глядя в разные стороны.

- Вы зря верите этому Виктору, - тут же начал Джонсон. - Он прохиндей еще тот.

- Лучше молчи, - буркнул один из бойцов.

- Да я всё, понимаю, но это же очевидно! - не унимался Джонсон. - А с бабой этой они в сговоре. Она его не предавала, все было спланировано! А теперь просто комедию ломает.

- Да ну тебя в вакуум! - проворчал другой боец.

- Эх... Вы что, "Джона Железную Пятку" не смотрите? Фразы как под копирку оттуда! Что у него, что у неё. Все сговорились!

- А еще я сговорился со всеми сверхдержавами одновременно, - сказал Виктор.

Он неожиданно вышел из кустов и остановился за спиной у Джонсона. Агент переменился в лице и закрутил головой.

-...некоторыми планетами отдельно, в частности с мирайцами, - продолжал Виктор. - Мафиозыми группировками, тайными обществами, безрогими козлами, садовыми гномами, и даже исчезнувшими цивилизациями - думаете, зря что ли стелс-фригат Консорциума прилетел? А приказы получаю в зашифрованном виде через популярный сериал...

Кто-то из бойцов даже захлопал в ладоши - шутка зашла.

- А теперь вернемся к скучной реальности, - продолжил Виктор. - Тут чуть дальше есть прогалина в лесу. Там скальное основание, которое когда-то заровняли, чтобы в случае чего можно было корабль посадить.

- Хороший тут был санаторий, - хмыкнул кто-то из бойцов.

- Ага, любой каприз за казенные деньги, - кивнул Виктор. - В общем, через одиннадцать минут ровно на эту площадку сядет корабль. Сядет трапом к нам. И мы туда грузимся очень быстро и решительно. Сразу предупреждаю - капитан выросла на Хабе-3, у них там с любителями подышать нахаляву разговор короткий.

- Сразу в шлюз - и до свидания?

- Правильно. Но мы, вот этим составом, который сейчас на поляне, влезаем. Все. Система жизнеобеспечения справится. Но впритык, - Виктор погрозил пальцем. - А тут не мы одни без корабля. Посадку скрыть невозможно, и могут успеть прибежать другие желающие. Кто-нибудь хочет отдать свой билет домой?

- Не хотим, - вразнобой пробурчали бойцы.

- Не слышу!

- Никак нет! - хором ответил весь отряд.

- Отлично. Близко мы подойти не сможем - лес лесом, но местность ровная, попадем под выхлоп. Так что сразу после посадки будет небольшой забег, - Виктор оглядел отряд. - Впереди носилки с раненым, их несем я и... кого-нибудь крепкого сами назначьте. Иоланта конвоирует Джонсона. Остальные - с тылу и по флангам, прикрывают. Грузимся в таком же порядке. Всем ясно?

Возражений не последовало. Виктор посмотрел на часы - осталось шесть минут. Хотелось бы быть поближе к месту посадки, но местность реально плоская. Стоит попробовать найти хотя бы минимальный обратный склон, и за ним пересидеть. Или даже перележать, если придется. Но самое главное - чтобы никого никаким сухостоем не убило, в этом лесу подобное происходит запросто.

Итак, шесть минут. Уже пять. И тут где-то над головой загрохотало, ударная волна дала по ушам. Ощущения знакомые - где-то там пролетает корабль, как раз тормозит пред посадкой. Но из-за крон деревьев было непонятно, где именно. Виктор отбежал в сторону, выскочил на то место, где они с Иолантой разговаривали - там было поменьше веток над головой. И увидел дымный шлейф, куда-то мимо санатория и с перелетом.

- Не то место? - спросила Иоланта.

- Я тебе больше скажу - это вообще не "Кицунэ".

Глава 11

Виктор не особенно хорошо запомнил профиль посадки "Кицунэ". Но вроде как сейчас уже должна наступить фаза аэродинамического полёта с выключенными двигателями. А значит, связь нормально работает, и бронеколпак телескопа можно открывать. Он выхватил пульт от "Хризолита" и вызвал Юми.

- Перед тобой другой корабль садится. Относительно трассы спуска ушел левее.

- Вижу его, не отвлекай.

- Есть мысли кто это?

- Без понятия. Я его в начале прошляпила, - ответила Юми. - Тут не магнитосфера, а цирк с конями, радар мультики показывает.

- Иди на повторный, если опасно.

- Он садится с другой стороны холма, где-то в городе, - ответила девушка. - Меня больше волнует стелс-фиговина в санатории.

- Оно не умеет стрелять сидя на грунте, - ответил Виктор. - Надеюсь.

- Ладно, всё, не мешай, минута до посадки, - раздраженно ответила Юми. - Если что - ты виноват.

И отключилась. Через пару секунд в небе загрохотало - "Кицунэ" разворачивалась движками вниз и "вставала на огонь". Скоро должна выпустить посадочные опоры, но через кроны не разглядеть.

- А нас точно не поджарит? - спросил кто-то из бойцов.

- Траектория справа налево относительно нас, - Виктор показал рукой. - Так что мимо пройдет. Тем не менее, всем лечь!

Задул горячий ветер, труха, песок и опавшие листья ударили в лицо. Потом полетели ветки покрупнее. Где-то рядом затрещало - очередной сухостой решил, что с него хватит и завалился. Виктор осмотрелся по сторонам - хотел убедиться, что ничего ни на кого не упадет. Тут ветер резко усилился, и его сшибло с ног. Кое-как перевернулся лицом вниз, закрыл голову руками, и через несколько секунд все закончилось. Его дернули за лямки бронежилета и поставили на ноги.

- Кажись всё! - прокричал один из бойцов.

- Да, идти надо, - согласился Виктор и подхватил носилки. - Погнали. Джонсона не забудьте.

До корабля было метров пятьсот по прямой. И чем ближе, тем меньше оставалось листьев на деревьях. Потом стали попадаться небольшие очаги пламени - подожгло выхлопом, сухой растительности вокруг хватало. А через пару сотен метров начался капитальный пожар. От дыма было мало что видно, он лез в глаза, в нос и, казалось, прямо в легкие. На "порядок следования", озвученный Виктором, все уже наплевали. Один боец бежал впереди и показывал, куда рулить. Виктор шел за ним с носилками. "Второй номер" носилок, похоже, ориентировался исключительно по спине Виктора и вообще не разбирал куда идёт. Слева доносились крики - прикрытие оказалось с другой стороны очередного очага пламени и потерялось.

"Если сейчас на кого-нибудь напоремся - будет плохо", - мрачно подумал Виктор.

В такой неразберихе можно буквально врезаться в противника. Сначала никто ничего не поймет, а потом начнется стрельба очередями на ближней дистанции, и плохо будет всем. Но пока везло. Более-менее.

Через пару минут носилки выскочили на большую поляну. Кругом горела трава и кустарники, а впереди угадывалась громада корабля. Порыв ветра на мгновение рассеял дым, и Виктор успел разглядеть высоко на борту, ближе к носу, нарисованную девушку с лисьими ушками. Она хитро улыбалась и слегка, на грани фола, прикрывала офигенную грудь лисьим же хвостом. Хвостов у неё было целых три. И ниже красовалась надпись - "Кицунэ".

- А кораблик-то не простой, - вдруг сказал "второй номер" носилок.

- В смысле? - спросил Виктор, кое-как переведя дыхание.

- Отметки побед. И "череп с саблями" просто так не рисуют.

Череп означал пирата, а сабли - знак абордажа. Причем исключительно "в атаке". Виктор хорошо помнил, за какой корабль этот знак - он как раз в абордаже и участвовал. И много раз говорил Юми, что лучше эту историю не выпячивать - будут вопросы. Но у космических жителей свои понты, и спорить бесполезно.

Корабль снова заволокло дымом. Но вскоре раздалось гудение мощных сервоприводов, и из дыма показался переходной коридор. Расправился, немного повисел параллельно земле, а потом наклонился вниз и превратился в трап. Даже ступенечка снизу выдвинулась, чтобы "складной герметичной конструкции" земли не касаться.

- Заберите носилки! - скомандовал Виктор. - Всем пересчитаться! Никого не забыли?

Через полминуты стало ясно, что забыли, и еще как. Пропал один боец, как раз тот, что прикрывал слева. И еще двое - Иоланта с Джонсоном.

- Зараза! - выругался Виктор и включил рацию. - Юми, у нас проблема!

- Кроме неопознанного корабля и лесного пожара?

- А ты как думаешь? - проворчал Виктор. - Не все дошли, потерялись в дыму.

- Сами разберутся, - фыркнула девушка. - Они спецназ или кто?

- Иоланта пропала, - ответил Виктор. - И с ней этот долбанный Джонсон.

- По кому из них ты больше скучаешь? - съязвила Юми.

- По обоим, но в разных видах, - ответил Виктор.

- Интересненько...

- В "неглиже" и в "тюремной робе".

- Ладно, не буду уточнять, - фыркнула девушка. - Но мы тут как неподвижная мишень посреди спецэффектов. Надо улетать.

- Сколько у нас времени?

- Не у нас, а у вас там. Мне-то в корабле от вашего пожара ничего не будет. Хотя, скоро дождь все потушит.

- Дождь?.. - вспомнил Виктор.

- Ага, радиоактивный. Ветер усилился. Минут тридцать, может сорок - и всё, будете потом светиться в темноте.

- Значит придется успевать. Конец связи.

Виктор посмотрел в сторону леса. Очагов пламени становилось больше - пожар разрастался. Скоро его потушит дождь, но этот как раз тот случай, когда лекарство хуже болезни. Надо успевать, надо.

- Эй, ты куда? - всполошился один из бойцов.

- Искать Иоланту, - спокойно ответил Виктор и зашагал в лес.

- Да стой ты! - боец догнал Виктора и схватил за плечо. - Эта чокнутая капитанша с Хаба-3 нас явно просто так на борт не пустит. Без тебя или хотя бы этой...

- Иоланты.

- Вот именно! А ты в горящий лес собрался.

- И собрался, - скрипнул зубами Виктор. - Так что если хотите домой - двое остаются с носилками, остальные - на поиски! Связь - тридцать девятый канал, ключ шифрования семь-шесть-пять-три. У нас минут тридцать до дождя.

- Какого дождя? - удивился боец.

- Угадай с трех раз.

***

Лес горел уже конкретно. Виктору он сначала не казался особо сухим - осень, конечно, но трава внизу влажная. Но деревьев, погибших когда-то в ядерной зиме, оказалось много. Как бы не больше чем живых. И весь этот сухостой горел очень даже хорошо. Иногда возникала парадоксальная ситуация - под ногами хлюпает смесь воды, травы и прелых листьев, поскользнуться можно. А рядом деревья горят. Мокрая трава тоже пыталась загореться, но в итоге просто дымила. Дышать становилось всё труднее.

Виктор шарился по лесу уже минут десять. Время от времени набирал в грудь побольше воздуха и орал:

- Иоланта! Ты где?

Потом кашлял, конечно. По радио девушка тоже не отвечала. Зато пришел доклад от спецназа:

- Виктор, мы нашли своего потеряшку! - донеслось из наушников. - Сам на поляну вышел, только чуть дальше.

- Пусть присоединяется к поискам.

- Не катит, он дыма надышался.

- Ладно, черт с ним. Как обстановка?

- Дыма стало поменьше, ветер поднялся. С моря. И с той стороны идет неплохая тучка.

- Спасибо, успокоил, - ответил Виктор и закашлялся.

Времени до радиоактивного дождя оставалось еще меньше, чем он думал. Нужно искать.

- Иоланта! - закричал он снова, одновременно по воздуху и в эфир.

Ответа не последовало. Но тут на фоне пламени показался темный силуэт. Через секунду все заволокло дымом, но Виктор уже побежал в ту сторону.

- Иоланта, это ты? - снова крикнул он.

- Виктор! - донеслось в ответ.

Голос принадлежал девушке. И где-то рядом, значит направление правильное.

- Виктор! - повторила Иоланта. - Виктор!.. Беги!

"Дайте мне три попытки и я угадаю с первой", - зло подумал Виктор.

Перекинул автомат вперед, снял с предохранителя и пошел на голос. И оказался прав.

На поляне стоял особый агент Джонсон. Иоланту он держал как заложницу, перед собой, упирая дуло пистолета ей в шею. Автомат девушки болтался у него за спиной. Судя по всему, агент освободился и перехватил инициативу.

- Да как ты умудрилась? - проворчал Виктор. - Тебе должно быть привычно в мужиков пистолетом тыкать.

Иоланта не ответила. Но заговорил Джонсон.

- Брось автомат! - приказным тоном сказал он. - А не то пристрелю эту гадину!

- И? - усмехнулся Виктор, глядя на агента через прицел. - Ты выстрелишь, я выстрелю. Думается, я буду немного расстроен. А тебе думать уже нечем будет...

- Все тебе шуточки! - скрипнул зубами Джонсон и прижал ствол к голове Иоланты, как раз под нижний край шлема, где наушники крепятся.

- А еще я дарю билеты на корабль отсюда, - сменил тактику Виктор. - Но только тем, кто хорошо себя вел.

Он прикидывал, удастся ли подстрелить Джонсона не задев Иоланту, как делают снайперы в кино. Выходило, что шансов немного. Голова торчит, но из-за шлема площадь цели в разы меньше. И даже при удачном выстреле у этого гада может палец на спуске неудачно дернуться.

- Кто сказал, что я без корабля? - прорычал Джонсон. - Может этот, который недавно сел - как раз за мной?

"Кстати может быть", - подумал Виктор. - "Но тогда твой отряд об этом не знает. То есть ты еще больший слизняк, чем кажешься."

- На кой черт тебе это? - спросил он вслух. - Знал же, что дело гиблое.

- Да с паршивой овцы хоть шерсти клок! - скрипнул зубами Джонсон. - Зачем ты в то дело с артефактами полез? Ну кто тебя просил?

"Ах вот оно даже как?" - удивился Виктор. - "Ты тоже оттуда кормился? А потом тебя назначили закрывать лавочку, потому что свой и в теме..."

Сработал полицейский рефлекс, и мозг стал раскручивать новую зацепку. Увы, обстановка не способствовала. Огня кругом было все больше. За спиной Джонсона с громким треском рухнуло горящее дерево.

- Хоть так с тобой поквитаюсь, - продолжал особый агент. - Оружие на землю! Сейчас же!

Виктор опустил автомат, поставил на предохранитель, скинул ремень через голову и положил оружие плашмя в траву. Потом достал пистолет и бросил рядом.

- Руки держи на виду! И пять шагов назад, - скомандовал Джонсон.

Пришлось подчиниться. Джонсон, все еще прикрываясь Иолантой, прошел вперед. Виктор сдал назад, но не пять шагов а меньше. Все равно не заметит.

- Шлем сними! - сказал вдруг Джонсон. - И на колени!

- Ах ты ж прошаренный, - проворчал Виктор.

Расстегнул ремешок, отцепил провода и встал на колени. На шлеме крепятся наушники с микрофоном. Джонсон явно хотел оставить его без связи. У Иоланты вон разъем от гарнитуры отцеплен, спереди болтается. Умные агенты пошли. Или просто хорошо натасканные.

Как только Виктор снял шлем, Джонсон с силой оттолкнул Иоланту в сторону. Девушка полетела на землю кувырком. Агент подскочил ближе и наставил пистолет на Виктора.

- Ты лишил меня всего! И теперь поплатишься.

- Офигенная история, - усмехнулся Виктор.

- Тебе бы все шутки шутить! - вскипел Джонсон и подошел еще ближе.

Пистолет в его руке трясся. Тут где-то сбоку громко закашлялась Иоланта. Джонсон чуть скосил глаза, и Виктор понял - глупо упускать такой шанс. Подцепил шлем за ремешок и с размаху ударил по пистолету. Грохнул выстрел, но мимо, и пистолет улетел в траву. Виктор резко вскочил на ноги и с размаху ударил Джонсона шлемом, но тот увернулся. Отпрыгнул назад и попытался перекинуть из-за спины автомат Иоланты... который оказался без магазина. Очевидно, сам же заставил разрядить когда в плен брал.

"Не такие уж мы и умные", - злорадно подумал Виктор.

Выхватил нож - тот что висел открыто на жилете. И пошел в атаку с ножом в левой руке и шлемом в правой. Можно было бы два ножа взять, но запасной лучше не светить раньше времени - вдруг пригодится. Джонсон убрал правую руку за спину, подергал там что-то и достал малую пехотную лопатку, раскладную. Рывком перевел её в рабочее положение и защелкнул.

- Так хотя бы будет красиво, - усмехнулся Виктор.

Агент вместо ответа замахнулся. И началось.

Джонсон вряд ли был сильнее Виктора. Но крупнее и тяжелее. И лопатка длиннее, чем нож. Первые несколько ударов оказались пробой - Виктор не доставал, а Джонсон лезть в тупую атаку не торопился. Он когда-то говорил, что служил в десантуре - может и не врал. А этих ребят учат как следует - у человека от ярости шторка упала, мозг отключился, зубы вон скрипят, но действует все равно правильно. Они оба в бронежилетах, а одежда из специальной ткани держит легкий осколок и очень тяжело режется. Значит, рубить и резать бесполезно. А колющего удара у лопаты считай нет. Но есть небольшое преимущество в длине и хороший удар с размаху. У Виктора правая рука была закрыта шлемом - он держал его изнутри за подвесную. А вот нож в левой - отличная мишень. Туда агент и нацелился. Виктор несколько раз успевал отбить удар шлемом. Потом Джонсон резко изменил направление удара. Отбить не получится, можно даже не пытаться. Виктор отдернул назад руку с ножом. Еле успел - металл лязгнул по металлу.

Джонсон заулыбался. Виктор тяжело вздохнул... и поменял стойку. Выставил чуть согнутые руки перед собой и свел вместе. Причем правая, со шлемом, оказалась даже слегка впереди. Джонсон пошел в атаку, сделал обманное движение и ударил снизу вверх, с финтом. Но Виктор это увидел заранее - отбил лопатку шлемом, резко шагнул навстречу и выстрелил рукой с ножом. Целился тоже по рукам. Джонсон резко отклонился назад, споткнулся обо что-то и чуть не потерял равновесие. Тогда Виктор пнул его в колено. Нога агента подкосилась. Виктор прыгнул вперед и попытался ударить шлемом по голове. Но Джонсон, вместо того чтобы вставать, припал к земле, пропустил удар над собой и взмахнул лопаткой. Виктор еле успел отшатнуться назад. Лезвие лопатки проскользило снизу вверх по противоосколочному фартуку и срезало один подсумок с передней панели бронежилета. Оттуда вывалился автоматный магазин и упал под ноги.

Виктор отпрыгнул назад и снова встал в стойку.

- Ага, зассал! - крикнул Джонсон.

Но сам атаковать не торопился. А еще куда-то пропала Иоланта. Кругом валялся богатый выбор оружия - автомат и два пистолета. Давно могла бы подобрать что-нибудь и решить свою проблему с секретным агентом раз и навсегда. Конечно, женщинам нравится, когда из-за них дерутся, но не до такой же степени! Кругом лес горит, дыма все больше, и скоро будет нехороший дождь. Обстановка не располагает вообще.

Тем временем, Джонсон изобразил атаку. Именно изобразил - наудачу ткнул вперед лопаткой без особой надежды достать. Виктор не отреагировал. Пришлось агенту повторять то же самое, но уже ближе. А потом еще ближе. Виктор именно этого и ждал. Рванул вперед, отбил лопатку в сторону шлемом и ударил ножом. Попал по рукам - не сильно, но перчатку пропорол, кровь пошла. И тут же пришлось ретироваться - Джонсон пытался толкнуть корпусом.

Они снова начали сходиться по спирали, оценивая друг друга. Трава под ногами дымилась, дышать становилось всё труднее. Джонсон крепко держал лопатку - не похоже, чтобы раненая рука ему сильно мешала. Значит, порез неглубокий - военную форму не даром шьют из специальной ткани. И, что хуже всего, агент тоже ударился в фехтование. Левую руку держал у корпуса на уровне груди, а правую, с лопаткой - у пояса. Понял, на чем его ловят. А у Виктора, как назло, еще и нож в левой руке. В правой - шлем, но он так себе оружие. Тем более у Джонсона шлем остался на голове, бить толком некуда. Придется радикально сокращать дистанцию, а противник этого и ждёт.

- Ну давай, не ссы... кхе, - пытался крикнуть Джонсон, но вдохнул дыма и закашлялся в неподходящий момент.

Виктор дыхалку берег, и потому молчал. Да и говорить было нечего. Джонсон был проблемой, стал еще большей проблемой, и несколько раз доказал, что играть честно не хочет и не будет. А тут еще и место удачное, в самый раз чтобы спрятать концы в воду. И повод хороший. Кто-нибудь вроде Вольфрама решил бы проблему уже давно, при первой же возможности. Один выстрел - и готово. Но Виктор опять попытался делать все правильно. Как привык. И это его злило.

- Издержки юридического образования, чтоб вас, - проворчал он себе под нос.

Джонсон если и услышал, то ничего не понял. Сделал несколько длинных выпадов - опять целился в руку с ножом. Но ничего опасного. Придется создавать моменты самому. Виктор снова встретил удар шлемом и попытался повторить выпад по перчатке. Но Джонсон в последний момент дернул лопатку назад, обратный край лотка ударил по ножу и выбил его из руки Виктора. Сначала оба не поняли что произошло и разорвали дистанцию, но через секунду агент с жутким воплем ломанулся в атаку. Целился по голове, в обход шлема. Виктор шагнул навстречу, ударом шлема отвел лопатку в сторону и подсечкой выбил Джонсону опорную ногу. Тот пролетел мимо и довольно неловко упал на землю. Но упал неудачно. Для Виктора. Рядом лежал один из пистолетов!

Джонсон выпустил из рук лопатку и быстро пополз за оружием. Он почти дотянулся, когда Виктор прыгнул ему на спину и стал с размаху дубасить шлемом по голове. Увы, агент был в шлеме. Это и спасло его голову. А еще он был тяжелее. Извернулся, подхватил Виктора под колено и затянул в "партер". Это было очень некстати. Удары шлемом ничего не давали, пришлось его бросить. А еще Виктор почти сразу оказался внизу. Джонсон схватил его за шею и начал душить.

- Вот и все, урод! - рычал он. - Вот и всё!

Виктор отчего-то вспомнил, как Томоэ, агент мирайцев, пыталась задушить кибермедсестру Эмму. И заулыбался. Глаза Джонсона расширились от удивления, он даже нажим ослабил. И завертел головой. Ну не может человек, которого душат, улыбаться! Наверное, к нему подмога подошла. Он так и не успел ничего понять. Что-то несколько раз ударило в бок, а потом - в шею. Особый агент Джонсон захрипел, разжал руки и завалился на бок. Виктор спихнул его в сторону, поднялся и вытер "запасной" нож об одежду убитого. Возвращать на пояс не стал, вставил в ножны на жилете - клинки одинаковые. Оглянулся в поисках Иоланты, но никого не увидел. Зато нашел свой автомат. Подобрал и закинул за спину.

Ветер усилился, натянуло еще больше дыма. Виктор закашлялся и практически наступил на девушку. Так бы прошел мимо и не увидел.

- Эй, вставай! - крикнул он.

Иоланта в ответ закашлялась. Кое-как поднял её на ноги.

- Где Джонсон? - спросила она.

- Уже нигде. Пошли отсюда!

- Куда? - спросила девушка и снова закашлялась.

Похоже, она ничего не соображала из-за дыма.

- Ко всем космическим чертям подальше с этой долбаной планеты, - ответил Виктор.

И повел девушку в сторону поляны, где ждала "Кицунэ".

Глава 12

- Итак, у нас два корабля меньше чем за десять минут, - задумчиво сказал Такахаши.

- Да, здесь уже не санаторий, а космодром какой-то, - согласился Ковальский. - Причем вполне действующий.

- Есть идеи, чьи они?

- Отсюда не видно, но один, скорее всего, занимается перевозкой нашего общего друга Виктора и его странной компании, - пожал плечами Ковальский. - А второй, тот что за холмом - мой.

- Уверены?

- О, у меня все схвачено. Второй корабль осуществлял разведку с орбиты. А теперь, после известных трагический событий, прилетел забрать группу. А еще совместное патрулирование в районе этой планеты сегодня осуществляют корабли Союза, так что улечу без проблем.

- Удачное совпадение, - хмыкнул Такахаши.

- Случились внеплановые ремонты, организационные накладки, пришлось кое с кем поменяться, - усмехнулся Ковальский. - Вижу, вы слегка удивлены.

- Вы просто очень спокойно мне всё это рассказываете, - вздохнул имперец. - Учитывая дефицит мест на кораблях.

- Я почему-то уверен, что вы - человек чести, - ответил Ковальский. - Кроме того, штурмовать исправный военный корабль с вооруженным и хорошо обученным экипажем - дело изначально гиблое.

"Все продумал, все предусмотрел, и теперь рассказывает, как он мне верит", - подумал Такахаши. - "Когда вариантов не осталось."

Он не питал иллюзий - Ковальский только выглядит вежливым. Держит марку, знает как и с кем разговаривать. А на самом деле это очень, очень неприятный противник. Тем не менее, имперец решил игру поддержать. В этой ситуации действительно ничего не добьешься силой.

- На самом деле я хотел попросить вас передать сообщение, - сказал он. - Тогда за мной и моими людьми прилетит корабль. Один из моих родственников по стечению обстоятельств сейчас недалеко...

- А родственник не будет задавать неудобных вопросов?

- Будет. Но лично мне, и потом.

- Хорошо, скидывайте координаты, - согласился Ковальский. - Нам пора уходить, с моря идет нехорошее облако.

- Мы будем в подвале санатория, - сказал Такахаши. - Если начнется радиоактивный дождь, лучше быть под крышей. А этот подвал лучше всего, что мы видели в городе.

- Не боитесь? Рядом с... - Ковальский махнул рукой в сторону здания, где торчал над крышей нос корабля.

- Займем какой-нибудь угол, - уклончиво ответил Такахаши. - Если Консорциуму под руку не лезть, они даже внимания не обратят.

Он хорошо помнил, как повел себя Вольфрам при встрече.

- Хорошо. Тогда мы пошли, - ответил Ковальский. - До встречи!

Союзовский отряд собрался и побежал вверх по склону. Ковальский быстро всех обогнал, а замыкающим шел сапер, которому ничего не страшно. Хромого Гошу несли на носилках - так удобнее. Скорость получалась так себе, особенно вверх по песчаному склону. Но явно выбирали место получше, а не то, где еще вчера пришлось спускаться на пути к "санаторию".

Такахаши повернулся к своим. Бойцы уже по одному спускались через люк обратно в тоннель. До дождя оставалось полчаса в лучшем случае. Такахаши остался наверху - ждал радиста, который спускался с холма навстречу союзовской группе. Связаться с кораблём не удалось - значит, никто не выжил после ядерной торпеды. Радист все не шел. Пришлось идти смотреть. Отошел от люка до опушки леса, посмотрел вверх по склону холма и наконец увидел радиста. Тот стоял примерно на середине спуска и махал руками. А рядом с ним оказался кто-то небольшого роста, коренастый и с усами. Явно с усами. Потому что это был Ковальский.

Тут заговорило радио.

- Командир, тут ситуация, - тараторил радист. - Я подумал, вы должны знать.

Раздалось громкое шуршание - выносной микрофон передавали из рук в руки. И заговорил Ковальский:

- Такахаши, давайте там ноги в руки и наверх!

- Зачем?

- Вы же самый малочисленный отряд остались. Я с экипажем корабля поговорил... короче, вы влезаете!

- Я вам искренне благодарен, - ответил Такахаши. - Но, все же, быть должным офицеру иностранной разведки несколько... неудобно.

- Ну, офицер - это почти дворянин, - спокойно ответил Ковальский. - А дворяне - люди чести. Соглашайтесь! А то я устал от этой планеты не меньше вас.

Такахаши крепко задумался. Почти сразу поймал себя на мысли, что если радист сейчас сбежит вместе с Ковальским, он не будет его осуждать. А еще разговор мог слышать весь отряд. Они в тоннеле, конечно, но неглубоко, и связь должна ловить. Молчат, конечно. Ждут, что он скажет. И отказ от такого щедрого предложения мог спровоцировать некоторую... напряженность. Да и самому уже хочется сбежать с этой проклятой планеты побыстрее. Имперец тяжело вздохнул, включил рацию и громко скомандовал:

- Вылезаем, и бегом на холм! Нужно успеть до дождя. Вы хотите дезактивацию делать? Вот и я тоже нет! Бегом!

Отряд встретил приказ одобрительным гулом, и уже через несколько секунд из люка в подземелье выпрыгнул первый боец. Такахаши подтянул ремень автомата, чтобы не болтался, проверил меч за спиной, и побежал вверх по склону. С этой проклятой планетой пора было прощаться навсегда.

На гребне холма он остановился, чтобы перевести дыхание и посчитать своих бойцов. Оглянулся в сторону санатория и увидел сразу два корабля. Один стоял далеко, в лесу, и вокруг все горело - скорее всего, подпалил выхлопом, когда садился. Из-за дыма разглядеть подробности не удавалось. Вторым был стелс-фрегат Консорциума. Он все еще возвышался над крышей "санатория". Вдруг у него на боку открылся продолговатый люк, и оттуда боком вылетело что-то длинное и узкое. Торпеда! Двигатель включился, сразу же выключился, и торпеда упала в лес перед зданием. Точнее, аккуратно приземлилась хвостом вперед.

- Неисправная? - спросил один из бойцов.

- Или это была мягкая посадка, - ответил Такахаши. - Чтобы боеголовка осталась исправной.

- А смысл?

- Смысл в том, чтобы взорвать её по радио, когда взлетишь, - сообразил Такахаши. - А значит - бегом отсюда!

Повторять не потребовалось. Тем временем на землю упали первые, совсем редкие капли дождя.

***

Виктор немного потерял направление в дыму, поэтому вышел далеко от корабля и пришлось бежать через всю поляну. Ну как бежать... приходилось тащить за собой полуобморочную Иоланту. Отряд федералов жался к кораблю. Один боец даже залез под переходной коридор - собрался прятаться от дождя. Другой сразу рванул к Виктору и сходу спросил:

- А где агент Джонсон?

- А насколько сильно ты хочешь домой? - зло ответил Виктор.

Отодвинул его плечом и повел Иоланту вверх по трапу. Дверь в шлюз сразу же открылась - Юми прекрасно видела всё, что происходит рядом с кораблём.

- Давай инструкции, - сказал Виктор по радио.

- Наконец-то я покомандую, - фыркнули наушники голосом художницы. - Ох оторвусь!.. так, а что с Иолантой?

- Дыма надышалась.

- Тогда давай её в лифт и в рубку. И ты говорил что раненый есть. Его наверх, Эмма все приготовила. А сам следи за этими чудиками.

- Какая ты заботливая, - ответил Виктор.

- Ты сам решил поиграть в благотворительность.

Бойцы отряда собрались на трапе и смотрели на Виктора. Домой им хотелось очень сильно, на пороге спасения могли и забыть про вежливость. Они явно сообразили, с кем Виктор разговаривает по радио, и на всякий случай напряглись.

- Заходим в шлюз, - скомандовал Виктор. - Двумя группами, все не влезем. Носилки и пострадавшие в первой группе!

Отшлюзовались, и оказались в большом пусто трюме "Кицунэ". Груза почти не было - так, стояли по углам ящики с запасным боекомплектом к автопушкам и еще какое-то барахло на всякий случай. А прямо посередине лежал большой, с холодильник, контейнер для ценных грузов - такие закрываются на ключ и потом опечатываются. Уже прикручен к полу и закреплен как положено. Юми - умничка.

- Всё оружие сюда, - Виктор распахнул крышку контейнера. - Патроны тоже. Оружие разрядить, из гранат выкрутить запалы. Эти как зайдут - им тоже скажите.

Вторая партия еще шлюзовалась - Юми наотрез отказалась открывать обе двери сразу, хотя Виктор даже разницы давления воздуха не уловил. Поднял раненого с носилок, благо он ходячий, и повел в лифт. Иоланта зашла сама, по стеночке. Её Виктор высадил в рубке, а сам повез раненого на самый верх, в жилой отсек. Эмма уже всё подготовила. Одна из кают - та, в которой обычно жил Вольфрам - превратилась во вполне приличный медотсек, а одна из кроватей - в операционный стол. Когда-то на нем оперировали и самого Виктора.

Кибермедсестра ждала в дверях. Увидела Виктора с полууобморочным бойцом на буксире, включила дежурную улыбку и расстегнула вторую пуговицу на блузке. Взгляд бойца мгновенно стал осмысленным и сфокусировался. Когда его сгрузили на стол, Эмма повернулась к Виктору.

- Когда его ранили? - спросила она.

- Несколько часов назад.

- Жгут вижу. Ослабляли? Конверсию делали?

Тон у Эммы вдруг стал строгим и очень, очень требовательным.

- Видимо да, - сообразил Виктор.

Жгут был наложен не под мышкой, куда его обычно мотают в спешке, а ниже - значит, кто-то уже занимался, посмотрел где он действительно нужен.

- Что еще?

- Пулевое в плечо, затампонировали, - показал Виктор. - Потом перевязали. И заброневая травма, возможно ребра.

На раненом, судя по всему, разрезали куртку. А потом, когда перевязали - кое-как склеили её обратно скотчем, и на нем маркером написали "тампонада".

- Карточку раненого, конечно же, никто не заполнял, - проворчала Эмма.

- Так я в сознании, - подал голос раненый.

- Это может закончиться в любой момент, - ответила Эмма. - Так что рекомендую успокоиться и выполнять все предписания врача.

Она склонилась над раненым - померить пульс, потрогать лоб, а заодно показать расстегнутые пуговки на блузке в наилучшем ракурсе. Виктор достал из медицинского чемодана кислородную подушку и уже собрался уходить, как вдруг его окликнули.

- Эй, парень, - сказал раненый.

Виктор обернулся в дверях.

- А ведь ты не соврал, все так и есть, - продолжил боец и заулыбался. - Как на неё взглянешь - сразу жить хочется.

Эмма, тем временем, уже занесла над ним руку со шприцем.

Виктор съездил вниз - отдать кислород надышавшемуся дыма бойцу. Затем поднялся в рубку. Иоланта сидела в левом кресле, пристёгнутая, уже без бронежилета и с кислородной маской на лице. Юми хозяйничала за центральным пультом. В аварийном скафандре, но без шлема. В углах отсека лежали две огромные сумки. Одну Виктор сразу узнал - в ней он хранил свой новый скафандр. Вторая, очевидно, со скафандром Иоланты. Похоже, Юми была не в восторге от работы "такси", да еще с такими специфическими пассажирами. И перестраховывалась. Он подошел к капитанскому креслу сзади, устало обоперся на спинку и сказал:

- Рассказывай.

- Под дождь попали, - Юми показала на экран. - Хорошо успела переходной коридор сложить, чтобы не мыть потом его. А с обшивки всё сдует, когда взлетать будем.

- Уровень радиации?

- Светиться в темноте не будешь, но тоже ничего хорошего. Как минимум у одно из подбитых кораблей снесло активную зону реактора, и всё, хана, - Юми хлопнула в ладоши.

- Где наши?

- Вольфрам на связь выходил, сказал что кошка с ним, и всё, без подробностей. И до самой Кати не могу докричаться.

- Она бронежилет скинула, - тихо сказала Иоланта. - И без автомата ходит. Может и без рации. Мы виделись в подвале.

- Рация у неё на поясе, - ответил Виктор. - Юми, давай связь, еще раз попробуем.

- Я уже... так, Вольфрам отозвался!

Юми переключила связь на динамики.

- ...мы уже на окраине города, - докладывал Вольфрам. - Идем к "Нэкомате". Еще около пятнадцати минут.

- Катя там с тобой? - спросил Виктор.

- Да, я тут, - ответил голос кошки. - Пробежались немного, устала. А Вольфрам в бронике и с пулеметом бежит быстрее, чем я налегке.

- Вольфрам, ты там кошку-то не мучай, - сказал Виктор. - Она - засадный хищник, а не бегун на марафонские дистанции.

- Для неё это даже не темп, - ответил Вольфрам. - И нужно успеть до дождя.

- У вас там еще не капает? Мы-то уже "радиационным обеззараживанием обшивки" в полный рост занимаемся.

- Пара капель, - ответил Вольфрам. - Десять минут до "Нэкоматы". Меня другое беспокоит.

- Второй корабль? - догадался Виктор.

- Он самый. Это что-то союзовской постройки, точнее не разглядел. И сел он на набережную. Возможно, оттуда есть прямая видимость "Нэкоматы".

- То есть она уже не прикинется домиком, как на спутниковых снимках... - закончил Виктор. - Ладно, за пять минут до радиоактивного дождя любителей воевать будет немного.

- Согласен.

- Ты лучше расскажи, чем всё закончилось, - напомнил Виктор. - У тебя и Кэсси. Таинственный корабль Консорциума прилетел, всем надавал, украл "главный приз" и улетел? А то я тут благотворительностью занимаюсь, и у "Кицунэ" полный трюм спецназа федералов. Надо им соврать что-нибудь убедительное.

- Всё именно так, как ты и сказал, - усмехнулся Вольфрам. - Только таинственный корабль еще и замел за собой следы довольно кустарным способом.

- Замел следы? - удивился Виктор. - В смысле?

- Почему мне кажется, что нам пора улететь, и в темпе? - сказала Юми и начала пристегиваться ремнями.

- Знаешь, мне тоже так кажется, - согласилась Иоланта. - Хватит с нас радиации.

Юми нажала кнопку громкой связи на капитанском пульте и объявила:

- Внимание экипажу и... пассажирам! Говорит капитан. Располагайтесь... как-нибудь, черед две минуты мы взлетаем. Рекомендую лечь на пол. Пойдем на малой тяге, чтобы вашего раненого не прижимать, так что первые километров десять будет трясти.

Повернулась к Виктору и проворчала:

- Ты не представляешь, как я люблю благотворительность... Прям обожаю.

- И не сомневаюсь, - улыбнулся Виктор. - Может все-таки пустим народ в каюты?

- Обойдутся. Ты контейнер с их оружием запер?

- Запер. Но там замок - так себе.

- Начнут ломать - я по камерам увижу. Но водить их в сортир и на помывку будешь сам, по одному. У нас очистка воды не особенно быстрая.

- Я всегда знал, что космические жители - самые добрые и отзывчивые люди, - засмеялся Виктор. - А теперь вывози нас отсюда.

Он сел в кресло и начал пристегиваться

- Уже продуваю двигатели, - ответила Юми. - Реактор в ходовом режиме. Запуск главной тяги через три, две, одну...

***

Вольфрам с Катей всё-таки попали под дождь. Биороботам радиация не так вредна, как людям, но всё-таки пришлось изображать дезактивацию. В тесном шлюзе "Нэкоматы" это было довольно неудобно. В итоге промокшую одежду, обувь и даже бронежилет Вольфрама просто выбросили с трапа под корабль. Оставили оружие и радиостанции. Вольфрам по-быстрому помылся - всё же очень удобно, когда можешь чувствовать радиацию без приборов, процесс ускоряется в разы - и загнал под душ кошку. Кошка все время фыркала.

- Первый раз чувствую нормальную радиацию, - говорила она по радио прямо из душевой. - Гадость просто феноменальная, хуже табака.

- Как ехать в лифте с женщиной, которая вылила на себя литр духов? - предположил Вольфрам.

Он уже сидел в рубке на месте пилота, в одних шортах, и натирал полотенцем лысину.

- Вот да, почти так же.

- Похоже, ты в душевой всерьез и надолго.

- Это у тебя волос нету, - фыркнула кошка. - А у меня есть. И еще шикарный пушистый хвост!

- Веская причина, - согласился Вольфрам. - Тем более мы никуда не торопимся. И пейзаж за бортом - ну просто эталон декаданса. Очень, пасмурно, кругом руины, дождик идет...

- Дождик еще и фонит, - напомнила Катя. - Давай уже выбираться отсюда. Мне наша новая планета нравится больше. Холмы, зеленая трава по пояс... А когда ветер - она идёт волнами, и кажется что это огромное зеленое море.

- Ну, на что там точно можно рассчитывать, так это на ветер, - засмеялся Вольфрам.

Они оба помнили рассказ Виктора - как он первый раз решил посмотреть на море, не посмотрел прогноз погоды и в итоге стоял на набережной обняв столб, чтобы не сдуло.

- Если погода плохая, я знаю куда пойти, - заулыбалась Катя. - Есть там в одном подвале один клуб, где для меня всё бесплатно...

- Ну, у нас с тобой будет промежуточная остановка по дороге. Даже две.

- Эх...

Через пару минут люк с жилой палубы открылся, и оттуда появилась Катя, уже в терморегулирующем комбинезоне с вшитыми трубочками, который она надевала под свой старомодный скафандр. Подошла сзади к креслу, встала на цыпочки, заглянула Вольфраму через плечо и спросила:

- Как там у нас дела?

- Реактор винтажный, очень долго выходит из спячки, - ответил Вольфрам. - И можешь уже по воздуху говорить.

- Ой, - засмеялась Катя. - Через сколько ходовой режим?

- Минут пять, возможно десять. И можно улетать.

- А что соседи?

- Пока тихо - Вольфрам указал верхней правой рукой на экран. - Корабль сел на набережную, там есть хорошая бетонная площадка. Раньше ресторан был неплохой, приходилось бывать... И вон те развалины гостиницы нас от него и закрывают. Там сидел наблюдатель с биноклем, смотрел на "Нэкомату", но как дождь начался - ушел.

- Еще бы, - согласилась Катя. - Ой, а это кто?

На экране действительно возникло движение. Широкую улицу перебегала большая группа вооруженных людей. Строго по учебнику - внезапно, все разом и на максимальной скорости. Через пару секунд они уже были на первом этаже той самой гостиницы.

- Запись есть, - сказал Вольфрам. - Могу включить в замедленном действии.

- Не нужно, я же кошка, - фыркнула Катя. - Две группы, два вида снаряжения, одного бойца несут на носилках. Все в накидках от дождя и капюшонах. Но у одного сбоку рюкзака меч прицеплен, и еще один манерой двигаться мне кого-то напоминает. На пингвина похож.

- Союзовская и имперская группы всё еще вместе? - предположил Вольфрам.

- Они же не конкуренты, Такахаши на самом деле шел за тобой, - напомнила Катя.

- А теперь кто-то их них занимается благотворительностью. Ковальский, скорее всего. Виктор говорит, что Джонсон работал на себя. Пока без подробностей, но думаю скоро расскажет. Такахаши тоже не за "главным призом" сюда прилетел, - он повернулся к кошке. - Получается, твой пингвин - единственный из троицы агентов, кто официально работал на своё правительство.

- Офигеть, - рассмеялась Катя. - Но нам они теперь не враги? Даже чуточку жаль, что под дождь попали.

- Они все военные, - заметил Вольфрам. - Ну или почти все. Прошли подготовку. Их учат что делать с радиацией. Корабль тоже наверняка военный. Техника есть, медицина есть. Они справятся.

- Хорошо. А то я вдруг ощутила приступ человеколюбия, - кошка грациозно приземлилась в своё кресло. - Кстати, видишь зарево, со стороны санатория? Аж через облака видно.

- "Кицунэ" взлетает, - ответил Вольфрам. - И нам тоже пора.

Глава 13

Когда дождь кончился, последний корабль - союзовский фоторазведчик - наконец-то взлетел. Остался только фрегат консорциума, всё еще торчавший из зимнего сада посреди "санатория". Кассиопея сидела в капитанском кресле и думала о своём. Даже улетавший корабль не вызывал у неё интереса. Сбить можно, и легко, но зачем? Она проследила, в какую сторону отклонился дымный след, и проложила курс в противоположную. А потом включила двигатели. Сразу главную тягу. При посадке в последний момент перешла на маневровые, но теперь "санаторий" и тех, кто в нем, уже не нужно было щадить. Поросшие лесом холмы, широкий пляж и городские руины остались далеко внизу и постепенно уходили за горизонт. Когда расстояние достаточно увеличилось, Кэсси вздохнула и нажала одну единственную кнопку на пульте. Торпеда, лежавшая в лесу, ожила, и ядерная боеголовка взорвалась. "Санаторий", со всей своей непростой историей и секретами, спрятанными в подвалах, утонул в ослепительной вспышке и прекратил своё существование. На его месте уже рос огромный ядерный гриб, но Кэсси его не увидела - в этот момент корабль ушел за горизонт. Орбита всё ближе, а там и вторая космическая скорость, с выходом в глубокий космос через дыру в магнитосфере у южного полюса планеты. Кругом, без сомнения, уже хватало любопытных патрульных кораблей - три ядерных взрыва меньше чем за сутки на давно покинутой планете не могли не привлечь внимание. Но Кэсси не переживала на этот счет - помех вокруг столько, что радар даже нормальный корабль плохо видит. Особенно если лететь по инерции с отключенными двигателями. Да и в случае чего, средним патрульным кораблям нужно собраться хотя бы втроем, чтобы фрегат Консорциума вообще счел их за угрозу.

На самом деле, Кассиопею беспокоил только Вольфрам. Полвека она считала его будущим спасителем, потом еще полвека хотела убить. А потом он сломал все её планы, подарил призрачную надежду и зачем-то обещал с кем-то познакомить. Его иногда не поймешь. Впрочем, он всегда таким был. И в любом случае, в точку встречи нужно успевать. Это было необычное ощущение. Целый век никуда не торопилась, и вдруг...

- Что ж, - сказала Кэсси вслух. - Посмотрим что ты придумал на этот раз, Вольфрам-4.

***

Виктор ощущал себя воспитателем в детском саду. Отряд крутых бойцов якобы специального назначения влез в мутную авантюру. В результате уже и сами не рады. И даже вернуться домой без посторонней помощи не могут. Ну дети и есть. Великовозрастные. Первые пятьдесят лет вжизни мужчины - самые трудные, это точно.

Естественно, они уже во всю искали виноватого, и, за неимением под рукой особого агента Джонсона, во всю цапались друг с другом. Вспоминали, кто кого уговаривал согласиться на это гиблое дело. Пару раз чуть не дошло до мордобоя. А еще Юми им всем категорически не верила, и требовала оставаться в трюме. Там просторно, все влезают, но трюм - он трюм и есть. Еду им носил Виктор, одетый в скафандр. В туалет на жилую палубу водил он же, строго по одному. К слову, туалет и оказался узким местом "Кицунэ". Воздух успевал регенерироваться, а вот система очистки воды с нагрузкой не справлялась. И это раздражало Юми. А она девочка резкая, если что - сразу хана. Виктор с ней за целые сутки полета так ни разу и не поговорил толком.

Когда "Кицунэ" вышла из второго прыжка подряд, он спустился в трюм, подошел к контейнеру с оружием, который бойцы использовали как стол, и сел на пол, скрестив ноги.

- Что веселого скажешь? - спросил ближайший боец.

- Что мы вовремя смотались, - ответил Виктор. - Как улетели - на планете случился еще один ядерный взрыв. Догадайтесь где именно.

- То есть типа тот стрёмный корабль выгреб все ценное и замел следы? - предположил другой боец.

- Я думаю что да, - согласился Виктор. - Никто, естественно, не видел, что они там грузили и откуда, но версия правдоподобная.

Эту "правдоподобную" версию он собирался рассказывать сам, но раз уж сообразили - грех не поддержать. Тем более что именно в это все и должны были поверить в итоге.

- Теперь вернемся к нашим баранам, - продолжил Виктор. - Где вас высаживать? Система жизнеобеспечения на такую толпу не рассчитана и уже еле тянет. Капитан, естественно, ворчит на меня. И очистка воздуха сейчас работает основная параллельно с аварийной. Если хоть одна из них чихнёт - сами понимаете. Так что вопрос нужно решить в ближайшую пару дней. Есть предложения?

- Нам Джонсон говорил, что ты хитро... дофига продуманный, короче, - сказал кто-то из заднего ряда. - Явно же уже сам все придумал.

- Эх, ну что за детский сад, - шумно выдохнул Виктор. - Ладно, у вас документы с собой?

Бойцы дружно зашарили по карманам.

- Есть одна планета... с не очень строгим въездным контролем, - начал Виктор. - Там вообще разброд и шатание, даже внутренних паспортов нет. И пока вы в транзитной зоне пассажирского терминала космопорта, то считается, что границу не пересекали и вообще вас там не было. Я добуду вам гражданские шмотки, просто купите билеты и улетите пассажирскими рейсами.

- И прям досматривать не будут? - спросил один из бойцов. - На входе в корабль-то всё равно могут.

- Смотря чей корабль. Кроме того, всё оружие и снаряжение, которое может вас скомпрометировать, мы запакуем в контейнер и пульнем куда-нибудь... в звезду. Или в газовый гигант какой-нибудь, смотря что будет по дороге. И всё, никто никогда ничего не узнает.

- Ладно, а от нас что требуется? Вот честно, не похож ты на филантропа...

- Вы сделаете очень щедрое пожертвование в один очень мутный благотворительный фонд, - улыбнулся Виктор. - Им рулят знакомые знакомого знакомых, ну вы поняли.

По отряду прошел недовольный гул. Где-то сбоку даже послышался глухой удар - кто-то хотел дернуться в сторону Виктора и был остановлен своими же. Ссориться им было невыгодно - в отсеке есть камеры, а Виктор в скафандре и с забралом на автовзводе. В случае чего Юми жмет на кнопку - и проблема решается любимым способом всех космических жителей.

- Кто у вас самый ответственный? - спросил Виктор.

- Ну пусть я буду, - один из бойцов пододвинулся ближе к "столу".

Вроде бы это он придумал арестовать Джонсона. И вообще держался не так как все. Скорее всего, на службе был старше по званию. Виктор не собирался выяснять. Просто достал из кармана блокнот и фломастер и положил на контейнер.

- Собирай список размеров одежды и обуви. Покупать буду я, с корабля вы выйдете мелкими группами и уже по гражданке. И потом мы с вами наконец расстанемся.

Виктор не боялся показаться меркантильным. Скорее напротив, с умыслом создавал такое впечатление. Пусть все думают, что ему кто-то платит. Выглядеть наёмником всегда выгоднее, чем человеком с принципами. На самом деле же из всей этой истории он получил только расходы, головную боль и риск для жизни. Конечно, подвернулась возможность избавиться от Джонсона - агент сам напросился. Но ведь назначат нового, и как бы не хуже. Впрочем, это будет потом. Сейчас главное - долететь. Есть надежда, что всё было не зря.

***

В глубоком космосе, далеко от основных маршрутов и обитаемых планет, встретились два корабля. Первый был похож на наконечник копья. Маленький, обжатый, всего с двумя двигателями. На борту была нарисована симпатичная девушка с кошачьими ушками, двумя хвостами и в халатике, сползающем с плеч на самой грани дозволенного. Название гласило - "Нэкомата".

Второй корабль был крупнее и длиннее, весь граненый, из прямых линий, в стелс-технологиях от носа до кормы. Ни единой выступающей детали, даже количество двигателей определить было непросто. И ни названия, ни каких-то знаков различия. Корабли встали борт к борту, открылись защитные крышки, потом "Нэкомата" выдвинула переходной коридор и грациозно пристыковалась. Ни мелких корректировок, как обычно бывает, вообще ни единого лишнего включения рулевых двигателей.

- Вот и прилетели, - сказал Вольфрам, откинувшись на спинку пилотского кресла.

- А оно точно не опасное? - засомневалась Катя.

Вид у неё был настороженный. Как у кошки, когда в гости вдруг пришли маленькие дети.

- Всё хорошо, - успокоил её Вольфрам. - Пойдем знакомиться с моей... коллегой из прошлой жизни. И заодно ты увидишь самый крутой боевой корабль во всем обитаемом космосе.

Катя - кошка осторожная. Но при этом любопытная без меры. Вольфрам уже знал, как её заинтересовать. В итоге до самого шлюза впереди него бежала, клацая магнитными ботинками по полу. И даже вылезла из скафандра, что по космическим меркам тоже определенный признак доверия. Нарядилась в длинную футболку, шорты, и не стала прятать хвост. Вольфрам же натянул четырёхрукую рубашку, которых у него до сих пор было всего три. И даже протер лысину полотенцем. Шел тоже на магнитных ботинках, хотя низкие потолки в "Нэкомате" вполне позволяли ему ходить "в распор" - ногами по полу, верхними руками по потолку.

Переходной коридор, как водится, слега поскрипывал - корабли тяжелые, им нужно время чтобы окончательно загасить колебания друг относительно друга. Наружная дверь стелс-фрегата открылась сама, и навстречу выплыла Кассиопея. Как всегда босиком.

"За столько лет привыкла к невесомости", - подумал Вольфрам.

На девушке был всё тот же черный комбинезон, который всё обтягивает, но ничего не держит. А прическа изменилась - хвост оказался замотан в пучок и скреплен заколкой. Ну и сделать лицо попроще она, конечно же, так и не смогла.

Катя тут же спряталась Вольфраму за спину. С опаской выглянула оттуда, сначала с одной стороны, потом с другой. Схватилась за плечо Вольфрама, отключила магнитные ботинки, подтянулась вверх, к самому уху, и прошептала:

- У этих... шаров есть гравитация!

Комбинезон Кэсси действительно ничего не держал, и бюст в невесомости представлял собой невероятное зрелище. Было похоже на двойную планету.

- Здравствуй, Кэсси, - сказал Вольфрам. - Как добралась?

- Более-менее, - девушка скрестила руки на груди, что вызвало определенные колебательные движения. - Этот корабль... далеко не настолько исправен, как кажется.

- Много мелкого ремонта?

- Реактор уже заряжать надо, - Кэсси нахмурилась. - Топливные сборки на последнем издыхании. За сто лет ресурс вышел даже на холостом ходу.

- Беспокоишься за корабль? - спросил Вольфрам.

Он подошел на пару шагов ближе, буксируя за собой Катю, которая так и не прилепилась ботинками обратно к палубе.

- Я к нему привыкла, - ответила Кэсси. - Ты же не предложишь затопить его в ближайшей звезде, чтобы замести следы?

- Ты и не согласишься. Но лучше не попадайся патрулям сверхдержав - корабль всё-таки засвеченный. Да и пару серьезных договоров нарушает, стрелять начнут без разговоров.

- Им же хуже, - вздохнула Кэсси. - Но ты прав, корабль засвеченный, а безопасной гавани у меня теперь нет. Мирай, похоже, отпадает.

- Это "Общество Будущего" отпадает, - не согласился Вольфрам. - Противников в правительстве планеты у них не меньше, чем сторонников. Главный проект рухнул, а самые активные на себе ощутили, какая это жестокая галактика. По моему опыту, "Общество" сейчас начнёт искать виноватых и надолго погрязнет в междоусобицах. А их противники своего не упустят.

- У меня теперь есть целая планета, на которой лучше не появляться, - вздохнула Кэсси.

- Всего одна? - рассмеялся Вольфрам. - Но тем не менее, добро пожаловать в клуб!

Кассиопея хмыкнула и вдруг тихо засмеялась. Возможно, в первый раз за сто лет. Даже кошка снова выглянула из-за спины Вольфрама.

- Ну что, приглашаю вас в гости, - Кэсси указала рукой в сторону шлюза. - Я немного... отвыкла от разговоров. Познакомишь со своей... спутницей?

- Катя, познакомься с Кассиопеей, - сказал Вольфрам. - Хватит прятаться!

Кошка в ответ тихо зашипела.

- Кошка, - развел нижними руками Вольфрам. - Дичится немного.

- Я вижу кто она, - ответила Кэсси. - Но не понимаю, как так получилось.

- Самостоятельный проект Маргариты, - объяснил Вольфрам. - Неофициальная третья серия. Исполнителем был один институт в Империи.

- Серьезно? - хмыкнула Кэсси. - Думаю, толку от них было больше, чем от моих мирайцев.

- Толку-то больше, - согласился Вольфрам. - Но без регулярного присмотра они слегка отклонились от проекта.

- Хотели делать кошко-жен на продажу? - помрачнела Кэсси. - Сбылась мечта фетишистов. И твой самый большой страх.

- Это какой? - тихо спросила Катя.

- Что из нас сделают игрушки, - вздохнул Вольфрам. - Или инструменты. Но в итоге "Отдел рекламаций" громко закрыл этот институт. А нашу Катю Маргарита тайком вывезла в криокамере. В общем, это долгая история.

Они прошли через шлюзовую камеру и оказались на борту корабля. Катя первым делом принюхалась и чихнула. Стелс-фригат, величественный и опасный снаружи, внутри представлял собой жалкое зрелище. Затхлый воздух, половина освещения не работает, часть стенных панелей отсутствует, электрощиты открыты, кругом непонятная временная проводка, накинутая как попало сверху.

- Нет ничего более постоянного, чем временное решение, - пробормотал Вольфрам.

В рубке было почище, воздух посвежее, и даже свет работал. Судя по всему, Кассиопея именно там проводила большую часть времени. Пять кресел для экипажа оказались изношены почти равномерно - хозяйка явно меняла их местами по мере износа обивки. Вольфрам остановился рядом с пилотским, но садиться не стал - в невесомости все равно, сидишь ты или стоишь. Кэсси, ловко отталкиваясь от стен, приземлилась в капитанское кресло, пристегнулась ремнем и решительно упокоила руками колебательные движения своего бюста. Катя залезла в соседнее кресло, тоже пристегнулась поясным ремнем, но подтянула ноги к себе и села, обняв колени.

- Итак, - начал Вольфрам. - Что будем делать дальше? Это решать нам троим. Кроме нас никого нет. И нам нужна цель?

- Прямо цель? - задумалась Катя.

Кэсси поморщилась.

- Будешь постарше - поймешь, - вздохнул Вольфрам и погладил кошку по голове. - Века на три постарше. Может быть не цель, может быть... мечта, например. Но она очень нужна.

***

Контейнер с оружием улетел в сторону ближайшего газового гиганта. Лететь ему туда несколько месяцев, но Юми сказала, что долетит и попадет, а Виктор не настолько разбирался в навигации, чтобы с ней спорить. Всё, концы в воду, ловить не слишком крупный ящик в глубоком космосе все равно никто не будет.

Потом "Кицунэ" приземлилась в родном порту. На посадку заходили с полярной орбиты. Обычно так делают, чтобы не пролетать через линию терминатора, но Юми выпендрилась, несмотря на полдень. Скорее всего просто хотела, чтобы в одном полицейском участке возле портовых складов лишний раз затряслись стекла. Виктор даже не стал ей говорить что она вредная - и так все понятно. За три с лишним дня полета так и не поговорили толком - он либо спал, либо подменял Юми за пультом, да и за публикой в трюме нужно было приглядывать. Иоланта уже ходила без кислородной подушки, но всё еще по стеночке, и категорически требовала объявить её недвижимостью. В итоге Виктор отправил её домой. Под присмотром Юми и строго на общественном транспорте - сама она в таком состоянии водить не сможет, а пускать за руль Юми никто не рисковал.

Сам же занялся разгрузкой корабля. Первым делом прошел через таможенную границу и официально ступил на планету. Магазины были и в "транзитной зоне" космопорта, но там все дороже в несколько раз. Достал бумажку с размерами и принялся закупаться. Налегал на кеды, спортивные костюмы и около того, старался брать разные. Да еще и разных размеров. И утащил все на кассу даже не зайдя в примерочную. Еще набрал просто гору носков, трусов и футболок. Но, как ни странно, продавцы даже бровью не повели.

"Похоже, не я один тут такой умный", - подумал Виктор.

В соседних магазинах он разжился охапкой рюкзаков и спортивных сумок. Запаковал всё в одну, самую большую. И попер всю эту гору тряпок через таможню обратно в космопорт. Таможня, к слову, тоже не обратила внимания, ни единого вопроса не задали. Определенно, транзитная зона работала во всю.

Бойцы выходили с "Кицунэ" несколькими партиями. Либо незадолго до подходящего рейса, либо наоборот сильно заранее, чтобы послоняться по терминалу как обычные транзитные пассажиры. В последней партии оказался раненый. Виктор застал его в медотсеке с задранной футболкой - Эмма отклеивала от кожи насос-дозатор с препаратом для регенерации тканей.

- Таблетки принимать по одной, - напутствовала кибермедсестра. - Красную утром, синюю вечером, пока не закончатся.

- Я помню, - ответил боец.

На самом деле он вряд ли внимательно слушал - Эмма снова расстегнула две верхние пуговицы.

- Если кто спросит - ранения ножевые, - вклинился Виктор.

- Я помню, помню, - помотал головой боец. - Сказать, что шпана какая-то напала. Меня уже прооперировали, помощь не требуется, но все равно спасибо... И так далее.

- Самое главное - не забыть, что инцидент уже зарегистрирован в полиции, оформлен, и ничего писать не надо, - напомнил Виктор.

Врачи, когда видят потенциально "криминальную" травму, особенно ножевую или огнестрельную, сразу докладывают в полицию. Но тут боец профессионально зашит - значит, помощь оказывали уже давно, у врача он был, и ничего оформлять не надо. Идеальная легенда.

Виктор проводил последних бойцов до трапа и показал, в какой стороне терминал. Легкие грузовые корабли, особенно те, что собрались долго стоять, всегда сажали в самый дальний угол космопорта. Так что идти далеко.

- Ну вот и всё, - устало сказал Виктор. - Эмма, переодевайся в гражданское. Поедем домой.

Глава 14

Обычно женщины долго собираются. Виктор решил, что успеет много чего сделать, пока ждёт. Быстро скидал мусор в один ящик, поставил новые фильтры в систему очистки воды и включил "дополнительную регенерацию" - система прогонит воду через фильтры еще на один круг. Обернулся и увидел, что кибермедик Эмма уже сидит за столом в кают-компании. Одежда медсестры сменилась на брючный костюм, пальто, берет и каблуки.

"Быстро собралась" - отметил Виктор. - "Минут за пятнадцать всего. Не женщина, а робот."

Впрочем, Эмма - робот и есть. Так что она, скорее всего, успела еще и прибраться в медотсеке.

Такси с космодрома до города стоило каких-то негуманных денег, но Виктор решил не напрягать Эмму общественным транспортом. Он просто понятия не имел, что делать, если кибер вдруг затупит, тем более в людном месте. Тем более, Вольфрама под рукой нет. Как оказалось, опасался зря - Эмма вполне ориентировалась в пространстве. Не исключено, что смогла бы и сама на автобусе доехать. В такси она молчала, задумчиво смотрела в окно, иногда поправляла волосы и вообще вела себя как живой человек. Водитель, судя по всему, так и не понял, что везет кибера. Виктор подумал, что хорошо бы Эмме дать телефон, хотя бы сломанный, тогда вообще полный реализм будет - люди, тупящие в телефон, воспринимаются как деталь обстановки, никто к ним не приглядывается.

Наконец, доехали до квартиры Вольфрама - он жил отдельно, ближе к клубу чем к конторе Виктора. Эмма сказала, что сама поднимется в квартиру, но Виктор все равно проводил - мало ли. Он все еще не верил, что бывают настолько разумные, и, главное, надежные киберы. В квартиру Эмма его не пустила - вежливо попрощалась и захлопнула дверь перед носом. Вольфрам к своему новому жилищу относился крайне трепетно - внутри, наверное, бывала только Катя, да и то вряд ли. Ну и Эмма, конечно. Впрочем, у неё без вариантов есть своя комната, организована зарядка батарей и всё прочее. Можно не переживать.

Такси уже уехало - Виктор забыл попросить водителя подождать. Но он помнил, что до остановки электробуса метров двести, и можно доехать практически до конторы. А там уже квартира буквально через дорогу. Но сначала надо зайти в магазин - дома жрать нечего. Перед отлетом сам всё либо доел, либо выбросил, чтобы не испортилось. Хотелось уже дойти до дома и упасть, но приключение всё никак не заканчивалось. Виктор устало вздохнул и пошел в сторону остановки.

***

Одни говорят - где родился, там и пригодился. Другие считают настоящей родиной то место, где "нашли себя". Даже если это в другом городе, на другом континенте, или вообще не на той планете, а прыжка за четыре. Виктор не очень понимал ни тех, ни других. Да, на родной планете он не был уже довольно давно. Там, в общем-то, ничего не держало. Осталась квартира - крошечная, зато своя. Виктор её сдавал, через агентство, чтобы каждый раз на другую планету не летать. Район хороший, и с мебелью. Вроде бы сейчас там жили две студентки и кот. Если верить агентству, платили они вовремя, проблем не было. На новой планете он арендовал квартиру попросторнее, и это было прекрасно. Места хватает, даже если Юми вдруг опять надувной матрас притащит. Ремонт хороший, и солнечная сторона. Но вот воспринимать это место как "дом" почему-то не получалось.

Виктор достал телефон, ткнул "скачать почту" - вдруг чего накопилось за время отсутствия - открыл настежь все окна и полез в душ. Отмывался долго и тщательно, как будто радиация могла остаться. Ерунда, конечно - Эмма бы предупредила. Не такая и страшная это штука, если знаешь что с ней делать, да и под дождь он тогда вообще не попал. Просто хотелось показать самому себе, что вернулся в цивилизацию, и весь экстрим закончился. Увы, оказалось, что усталость не смывается, а сонливость - тем более. Кое-как вышел из душа, вздрогнул от холода и побежал закрывать окна. Проветрить квартиру после долгого отсутствия определенно стоило, но забывать про погоду тоже плохая идея. А ветер в этом городе просто ужасный практически всегда. На улицах не так чувствуется - они зигзагообразные, город с умыслом строили. Но дом-то высокий. Все планеты разные, и дело не только в атмосфере, гравитации, цвете неба и количестве лун. Везде есть особенности, везде надо привыкать. А еще - не путать туризм с иммиграцией. Виктор, морщась от горечи, выпил таблетку - Эмма строго-настрого наказала пить антирад еще неделю. И завалился спать.

***

Ему снилось, что он нуарный детектив в плаще и шляпе. Только что вылез из машины в угрюмом городском переулке. Ночь, всё кругом черно-белое, дождь хлещет прямо за шиворот, где-то над головой вспыхивают не то молнии, не то сломанная голографическая реклама. Кругом стоят несколько патрульных машин, суетятся люди в форме и в штатском. Мокнуть никому не хочется, но работать надо. Хотя бы ограждение натянуть. Виктор подошел ближе, махнул рукой с жетоном и спросил:

- Ну, чем порадуете в этот погожий вечер?

- Что ты ответишь, если я скажу тебе - "у нас тут девушка неземной красоты, просто ангел в кружевном белье..." - начал один из полицейских. - "...лежит мертвая в ливневой канаве"?

- Я отвечу "эх, еще одна", - вздохнул Виктор.

- Тоже верно, - с грустью ответил полицейский.

- Пора уж привыкнуть.

- Пытался. Не могу.

- Пытайся еще, - посоветовал Виктор. - А то сопьешься так.

Он огляделся, поправил шляпу, подтянул повыше воротник промокшего насквозь плаща и сказал:

- Ну ладно, показывайте.

Девушку как раз доставали из ливневки. Действительно, очень красивую. Когда-то. Верхней одежды нет, черное кружевное белье с чулками и одна туфля на шпильке. Ослепительно рыжие волосы и яркая помада - единственные цветные пятна во всей черно-белой действительности.

- Эх, во что же ты вляпалась? - мрачно вздохнул Виктор. - Ладно, можете увозить. Вторую туфлю искали?

- Не нашли. Может смыло?

- Воды в ливневке пока немного, - заметил Виктор. - Так что стоит поискать.

- Ладно, ребята занимаются.

Виктор только махнул рукой - он хорошо видел, с каким энтузиазмом "ребята" занимаются осмотром места происшествия. Он бы и сам не особо напрягался, особенно в такую дрянную погоду.

- У меня есть версия, - сказал полицейский.

- Друг, парень, любовник, отвергнутый поклонник? - усмехнулся Виктор. - Банально.

- А на кого всегда везет красивым бабам? На козлов же. И всяких конченых... ну ты понял.

- То есть не на тебя.

- А вот сейчас ниже пояса было, детектив.

- Мой тебе совет - не напрягай мозги на этой работе, - спокойно ответил Виктор. - Личность установят - вот тогда и начнутся обходы, опросы и версии. Думаю, к утру будет ясно.

- Дело тебе отдадут? Вряд ли просто так дернули бы четыре утра в выходной.

- Я просто рядом был, и машина под задом есть.

- У подружки что ли? - сообразил полицейский. - А я смотрю - чего ты на этой блохе приехал?

- Машина - лучший зонтик, - ответил Виктор и посмотрел на часы. - Надо бы обратно ехать, пока подруга спит. А то вопросами замучает. Не хочу пока ей рассказывать.

- Любит мрачные истории?

- Только со счастливым концом, - улыбнулся Виктор. - Слушай, тут пожрать где-то можно?

- Там за углом пиццерия была, вроде круглосуточная, - полицейский указал направление. - А что?

- Да что-то жрать хочу как из ружья...

У Виктора громко заурчало в животе, и он проснулся. Некоторое время лежал и смотрел в потолок. Быть собой оказалось лучше, чем нуарным детективом. По крайней мере, лежать в постели намного приятнее, чем стоять под дождем. И мрачные диалоги Виктор тоже не очень любил. А вот голод, зараза, никуда не делся!

Кое-как поднялся с дивана и пошел на кухню ставить чайник. Заранее приготовил кружку и достал из тумбочки банку с "нектаром богов". Потом залез в холодильник и вытащил оттуда два пакета с едой. Некоторое время вспоминал, какой куда - продукты предстояло распределить на две квартиры. Юми сама в магазин не пойдет, если есть на кого это свалить. Катя спит - это её обычное состояние. Иоланта после всех приключений наверняка объявила себя недвижимостью, и лежит или на диване, или вообще в ванной. Проще всё самому сделать. Для квартиры девушек предназначались большой пакет и огромная пицца с максимальным количеством мяса - кошку кормить. Подумав немного, один хороший кусок пиццы все-таки реквизировал. Закинул в микроволновку, включил чайник и убежал в душ - "нектара богов" явно будет мало, нужно хоть голову под кран сунуть.

Пока был под душем, в кармане штанов зазвонил телефон. Надрывался несколько минут подряд. Пока выключал воду, вылезал из душа, откапывал телефон из вороха одежды и жал "принять", звонок сбросили. Но зато пришло сообщение. От Юми.

"Мы знаем, что ты уже дома! Сейчас приду, встречай. Не обсуждается!"

- Спалился, но где? - усмехнулся Виктор.

Быстро натянул штаны и футболку и пошел встречать. Ровно через минуту раздался звонок в дверь. На пороге была Юми, в Безразмерном Колючем Свитере и с двумя сумками через плечо, крест накрест. В одной она носила свой рисовальный планшет. Вторую - большую - Виктор тоже узнал. Сам покупал этот надувной матрас.

- Ты правда думал, что можешь разогреть вкусняшку, и кошка не учует это сквозь дверь? - ехидно спросила Юми.

- А они что, уже прилетели? - растерянно спросил Виктор.

- Очнись! - фыркнула девушка. - Ты полтора дня выгружал этих бестолковых "спецназовцев" мелкими партиями. Потом отвозил Эмму. И потом продрых, получается, почти сутки. Кошка только что на такси приехала.

- А сама она где? - с улыбкой спросил Виктор.

Тут же из-за спины Юми выглянула Катя и удивленно спросила:

- Ой, а как я спалилась?

- У семейства кошачьих есть характерная особенность, - ответил Виктор и погрозил кошке пальцем. - Любопытство. И самонаведение на запах вкусняшки.

- Ты знаешь моё слабое место, - захихикала кошка.

- Подожди, сейчас всё будет, - сказал Виктор. - Юми, располагайся пока.

Сбегал на кухню, конфисковал из коробки с пиццей еще пару кусков - всё равно осталось намного больше половины - подхватил пакет и вынес всё это в прихожую.

- Умеешь же ты угодить девушке, - обрадовалась кошка.

Привстала на цыпочки, поцеловала Виктора в щеку, и тут же добавила:

- А помоги донести?

Выхватила коробку с пиццей и убежала. Пришлось искать тапочки и идти следом с пакетом. К счастью, всего лишь на соседний этаж. На середине лестницы вдруг вернулась кошка, уже без коробки. Выхватила из рук пакет и снова убежала. Виктор засмеялся и пошел обратно в свою квартиру. Отойти от двери успел от силы метров на пять. Несомненно, очень помог.

Он ожидал, что за это время Юми что-нибудь учудит - например, заранее разденется. От недостатка внимания она всегда становилась очень целеустремленной и немного бесцеремонной. Но нет - сидит на кухне, одетая, достала вторую чашку и кофе себе заваривает. Нос безошибочно уловил аромат "нектара богов". Юми взялась за ум? А еще где-то что-то гудело. Виктор заглянул в единственную комнату и увидел полусдутый матрас с работающим компрессором. То есть Юми за ум, конечно, взялась, но и от намерений своих не отказывается. Но пока сидит на кухне, смотрит в свой планшет.

- Что там интересного? - спросил Виктор, приземляясь за стол.

- Да я таймаут жду, - ответила Юми и отпила кофе.

Она держала горячую кружку через рукава Безразмерного Колючего Свитера.

- Таймаут?

- Ну да. У электронной почты в другую систему есть лимит на объем данных.

- Мне всегда хватало, - пожал плечами Виктор и подтянул к себе свою кружку.

- Ну я-то картинки гружу в огромном разрешении, - фыркнула девушка. - Вылезаешь из лимита - плати деньги, и немаленькие. А обновляется два раза в сутки. Вот и сижу караулю.

- Новый релиз скоро? Если опять комиксы, то картинок будет много.

- Не без этого, - Юми отпила кофе. - Муторное это дело, оказывается.

- Оно хоть того стоит? В плане денег?

- Вообще, пока мне просто интересно, - пожала плечами Юми. - Играюсь с новым форматом. Хотя по деньгам выходит неплохо. Просто... раздражает объем работы. Либо я нарисую десять - пятнадцать картинок, ну скажем, как эльфийский принц охмуряет очередную роскошную красотку, раздевает её и потом в такой позе, в такой и еще вот так и так. И получу с этого денег. Либо я рисую раза в три больше, еще и сюжет придумываю, и получаю побольше денег, но потом.

- По времени - то на то и выходит?

- Ну да, - вздохнула девушка. - Просто крупная форма, она... крупная. Ты дольше работаешь без обратной связи. Даже вакуум с ними с деньгами, просто без комментов в сети. А для художника это очень важно!

- И тем не менее, ты делаешь второй выпуск комикса?

- Ну да, уже все готово. В рейсе дорисовала, пока ждала вас на орбите.

- Снова нуарный детектив и симпатичная художница?

- Ну конечно, - улыбнулась Юми. - Я же тебе показывала наброски?

- Представляешь, мне сегодня приснилось, что я нуарный детектив. Дождь, мрак, безнадёга и таинственное убийство.

- Офигеть, - рассмеялась Юми. - Ты практически в мой комикс попал! Была девушка, в ливневой канаве? Рыжие волосы и яркая помада?

- Она самая. И, должен признаться, нуарным детективом быть очень непросто, - Виктор сделал большой глоток кофе. - Как минимум, холодно и мокро.

- А, я же тебе не показывала что там дальше, - вспомнила Юми. - Короче, она стриптизерша. Он пойдет в клуб опрашивать её коллег, а там девки такое вытворяют! Я же референсов набрала, когда профессора Морозова крали. Вот и оторвалась по-полной! А потом выяснится, что...

- Тссс! - остановил её Виктор. - Без спойлеров! Посмотрю в день релиза вместе с остальной галактикой. И может даже раскрою дело чуть-чуть раньше, чем твой нуарный детектив.

- Ну, посмотрим, - улыбнулась Юми и заглянула в планшет. - Эх, до таймаута двадцать минут.

Виктор достал из микроволновки разогретую пиццу и зарядил второй кусок - для Юми. Быстро поели. Девушка всё время отвлекалась на планшет и даже иногда барабанила пальцами по столу - смотрела на таймер.

- Иди пока в комнату, а я посуду помою, - предложил Виктор.

Было ясно, что пока Юми кнопку не нажмет - не успокоится. И планшет мог пагубно повлиять на дальнейшие планы. Так что Виктор принял стратегическое решение - чуть-чуть потянуть время, чтобы девушка четко знала, что ей надо и ни о чем постороннем не думала.

***

Юми лежала на надувном матрасе, без штанов и обуви, но еще в Безразмерном Колючем Свитере, которому как раз хватало длины прикрыть попу, болтала ногами и смотрела в планшет. Виктор стряхнул тапочки с таким расчетом, чтобы улетели в сторону прихожей, и грохнулся на матрас рядом. Лег на спину, заложил руки за голову и спросил:

- Как успехи?

- Всё загрузилось, - ответила Юми не оборачиваясь. - Еще три раза по три картинки, один раз - две, и можно будет дату релиза выставлять.

- Думаю, будет горячо, - улыбнулся Виктор.

И одной рукой не глядя шлепнул Юми по попке - легонько и сквозь свитер.

- Думаешь? - засмеялась девушка.

- Почему думаю? Я уверен, - ответил он и повторил шлепок.

Но оказалось, что Юми в этот момент быстро подтянула свитер вверх, и ладонь Виктора прилетела по голой попке. Пришлось основательно задержать руку. И даже более чем основательно. Юми выключила планшет, столкнула его с матраса и лежала улыбалась. Под свитером, естественно, не было ни намека на нижнее белье. Девушка немного ерзала, приподнимая попу навстречу руке.

- Только спину мне не царапать! - предупредил Виктор.

- Ага, чтобы ты меня опять лицом в матрас перевернул? - фыркнула девушка.

Виктор вдруг задумался, даже рука на упругой попке Юми на секунду остановилась.

- Погоди, - наконец сказал он. - Ты для того и царапаешься? Специально?

- Не притворяйся что не знал, - хищно улыбнулась Юми. - К слову, можешь начинать.

Глава 15

В клуб Виктор с Юми опоздали. Пришлось ехать на такси - Иоланта не могла подвезти, с утра занималась многочисленными "оргвопросами". Вольфрам всё-таки устроил обещанный "акустический концерт" - собрал всех тех же самых рокеров, металлистов и альтернативщиков, но с другой программой. Исключительно лирика, медляки, баллады и прочее, можно даже про любовь. Обычно такие песни ставятся в программе предпоследними - чтобы народ немного отдохнул, перед тем как ребята на сцене зажгут по полной в финале. Но внезапно оказалось, что даже у прожженных металлюг в кожаных пальто с заклепками есть спокойные песни с приличными текстами, и даже не одна и не две. Из всего этого неформата худо-бедно собралась программа. И, как ни странно, народ на такой концерт охотно пошел. В клубе было яблоку негде упасть. К счастью, у Виктора был бейджик сотрудника, да и друзей хозяина уже вся охрана в лицо знала. На первом этаже была толпа народу, приходилось буксировать Юми за руку, чтобы не потерялась. Кое-как добрались до лестницы, поднялись на балкон, и, лавируя между столиками, добрались до перегородки с дверью.

В "кабинете" Вольфрама их уже ждали. Хозяин, снова в белом пальто с длинным шарфиком, сидел в своем кресле и запивал витаминки минералкой из запотевшей бутылки в ведерке для шампанского. На подлокотнике кресла сидела кибермедсестра Эмма. Остальные кресла и диван пустовали, а низкий столик был заставлен закусками и напитками на любой вкус. Почетное место занимала огромная пицца с максимально возможным количеством мяса и колбасок. Хотя и без неё было понятно, что за еду отвечала Катя. У неё подход чисто кошачий - "хватай всё, потом разберемся". Иоланта бы хотя бы красиво расставила. Обе девушки обнаружились у парапета, за спиной Вольфрама - смотрели на сцену.

- Захожу на посадку, - объявила Юми.

Отцепилась от Виктора, подошла к дивану и картинно грохнулась на него. Тут же оживилась Эмма. Изящно спрыгнула с подлокотника, взяла со стола стакан с коктейлем и вложила прямо Юми в руку.

- А вот теперь совсем хорошо, - улыбнулась та.

Подгребла под спину несколько мелких диванных подушечек и стала цедить коктейль через соломинку с зонтиком. Виктор, тем временем, пошел здороваться с остальными девушками. Они стояли рядом, облокотившись на парапет, и смотрели в зал, где группа как раз заканчивала очередную лиричную песню. Стоило Виктору подойти, кошка неуловимым движением сместилась в сторону, и между девушками образовался промежуток - как раз одному человеку встать. Туда Виктор и нацелился.

- Что я пропустил? - спросил он.

- Красивую грустную песню про неразделенную любовь, - ответила Иоланта. - Они встречались, он её любил, но она вышла за другого и улетела на другую планету...

- И что тут грустного? - пожал плечами Виктор. - Обычная история.

- А много лет спустя он узнал, что она фанатеет по его группе, - добавила Катя. - Чуть ли не все песни наизусть знает. Но даже ни разу не написала ему, хотя могла бы.

- Тогда верю, - согласился Виктор.

- Вот да, - кивнула кошка. - Даже я чуть-чуть погрустила. Прямо самую малость. Интересно кто следующий выступает? Я все группы видела когда заходили, но в костюмах и гриме не всех узнаю.

Она наклонилась через парапет и навострила кошачьи ушки.

- Дальше в программе антракт, - сказала Иоланта.

- Точно? - переспросила кошка.

- А ты думаешь кто программу составлял? Кстати, антракт должны были объявить со сцены. Но конферансье куда-то пропал. Опять.

- Ты про то чудо с голографическим ирокезом? - встрепенулась Катя.

- Какое шоу, такой и конферансье, - тяжело вздохнула Иоланта. - Какой человек, такие и методы.

Повернулась спиной к парапету и достала телефон.

- Сейчас кому-то дадут пинка? - оживилась Катя.

- Исключительно по телефону, - ответил Виктор.

- Эх, жаль, - захихикала кошка. - Я б посмотрела, как Иоланта его пинает.

- Он бы многое отдал, чтобы она лично его пнула, - подмигнул Виктор. - Поэтому она звонит начальнику охраны. И делегирует полномочия.

- Птица обломинго махнет кому-то розовым крылом, - рассмеялась кошка.

- Ладно, пошли к остальным, - предложил Виктор. - Иоланта нас сейчас догонит.

Иоланта в итоге ничего не пропустила. Пока она раздавала ценные указания по телефону, все остальные сфокусировались на столе с едой. Даже Вольфрам что-то жевал. При ближайшем рассмотрении это оказался протеиновый батончик, из тех что жуют качки в тренажерных залах, тайком смахивая скупую слезу. Но биороботам, похоже, вкус до лампочки - состав важнее. Хотя биоробот биороботу рознь - Катя вон знает толк во вкусняшках. Сидит пиццу трескает. К слову, сидит на диване с Юми. Виктор про себя отметил, что кошка около художницы все чаще. Скорее всего, Юми опять жаловалась, что от непривычной силы тяжести болит спина. Но Катя её не опекала. Просто тусовалась рядом, мурчала и всячески излучала позитив.

Виктор приземлился в свое кресло и устало вытянул ноги. Модные кожаные ботинки по эксклюзивной скиде он начистил до блеска. Раньше они ему немного натирали, но после армейской обуви, а потом ботинков скафандра, сели как влитые. На широком подлокотнике кресла вполне удачно стояли стакан с коктейлем и тарелка с пиццей. Раньше Виктор так не делал - на одном подлокотнике сидела кошка, а до второго - легко дотягивалась. Но раз уж Катя с Юми на диване - это напротив, через стол - можно поставить еду к себе поближе.

Тем временем, вернулась Иоланта. Убрала телефон, тяжело вздохнула и приземлилась в своё кресло. Эффектно закинула ногу на ногу и расстегнула боковую молнию на юбке снизу вверх почти до предела - сразу стало видно, что она в кружевных чулках. А потом еще и расстегнула еще одну пуговицу на блузке - ровно настолько, чтобы был виден самый краешек лифчика.

- Включен режим отдыха? - улыбнулся Виктор и отсалютовал девушке стаканом.

- Именно так, - подтвердила Иоланта. - Конферансье пьян в салат, но ему нашли замену. Осталось всего два раза выйти по три строчки сказать. Так что у меня всё на мази, и концерт катится дальше без моего участия.

- К финалу или под откос? - спросил Вольфрам.

- Да хоть в вакуум, мне без разницы, - отмахнулась Иоланта.

Зубами вытащила из коктейля соломинку, выплюнула её в сторону и сделала основательный глоток. Юми тщательно проследила движение, так что в скором времени какая-нибудь из нарисованных девушек явно его повторит.

- А на кого поменяли? - спросила Катя.

- На звукорежиссера.

- У него же ирокез без подсветки!

- Не, на другого, - Иоланта помахала пальцами в воздухе. - Там дреды. Светодиодные.

- А, этого помню, клевый, - засмеялась кошка.

- У местной молодежи новая мода, - вздохнул Вольфрам и потер рукой лысину. - Все пытаются сделать что-то странное со своей головой. Не могу сказать, что одобряю.

- А что ты бы предложил? - спросил Виктор.

- Сделать с головой? Книжку почитать, - ответил Вольфрам.

- Ну это возрастное, - усмехнулся Виктор. - Старпёрское.

- Ну, что касается старперства, то я такой старпер, что все, кого вы зовете старперами - просто... эх... - Вольфрам махнул рукой.

- И тем не менее, я успел заметить, что у девушек самый популярный вариант - кошачьи ушки, - продолжил Виктор. - И в результате наша Катя ходит без шапки хотя бы в клубе.

Кошка повернулась к Виктору и хитро подмигнула. А Вольфрам потер переносицу, засмеялся и сказал:

- Ладно, признаю. Я приложил к этому руку. Считай, что ты раскрыл злодейский заговор по закулисной манипуляции массовым сознанием.

- Соцсети? - предположил Виктор.

- Скидка пять процентов для "секси кошечек", - ответила Иоланта. - В баре объявление висит.

- Да, все настолько просто, - вздохнул Вольфрам. - Я теряю хватку.

- И тем не менее, старая школа еще в деле, - Виктор поднял стакан. - И кошечек я тоже одобряю.

Все выпили. Катя состроила Виктору милое личико и захлопала глазами.

- Скоро начнут, - Иоланта чуть привстала в кресле и прислушалась. - Будет немного громко. Так что давайте перейдем к делу.

- Согласен, - ответил Виктор.

Вольфрам молча кивнул, Юми не ответила, а Катя неуловимым движением стащила со стола еще один кусок пиццы.

- Итак, - Виктор достал из кармана авторучку. - План сработал.

- Ну, более-менее, - согласился Вольфрам.

- Скорее более, чем менее, - вздохнула Иоланта.

- А у нас был план? - фыркнула Юми и откинулась на подушки.

- В некотором роде, - Виктор закрутил авторучку в пальцах. - Все претенденты собрались в кучу, немного повоевали между собой и убедились, что "главный приз" в итоге не достался никому. При этом им не понятно, кто из них получал информацию от меня напрямую, а кто просто шпионил.

- Да всем все понятно, - усмехнулась Юми.

- Но доказать не могут, - парировал Виктор. - Мирайское "Общество будущего" не скоро оправится, Такахаши ушел думать о жизни, усатого пингвина по фамилии Ковальский все устраивает, а Джонсон... не будем о грустном. При этом из шкафов вылезло столько скелетов, что всю эту историю лишний раз вспоминать не будут.

- Мирайцев я бы со счетов пока не списывал, - заметил Вольфрам. - Но соглашусь, что создать нам проблемы в ближайшее время они не смогут. У них сейчас разлад, брожение умов, поиск виноватого и прочие центробежные тенденции. Как бы до революции не дошло.

- По спецслужбам пока тихо, - продолжил Виктор. - Разве что Такахаши со своей острой железякой опять припрется.

- А можно тогда я с ним поиграю? - спросила кошка.

- Только не притаскивай потом под дверь, чтобы похвастаться добычей, - тяжело вздохнул Виктор. - У тебя торговцев стремными веществами целый город, так нет - подавай экзотическую зверушку.

Катя в ответ фыркнула и отвернулась.

- К слову, барыги в последнее время притихли, - заметил Вольфрам. - Ни нас, ни соседей не беспокоят.

- Тогда все совсем хорошо, - ответил Виктор. - Мелочь под ногами не путается, а крупные игроки поверили, что "главный приз" присвоил кто-то ранее неизвестный. При этом сомневаются, что он вообще пригоден к использованию - оборудование в плачевном состоянии, они это видели, и в отчеты это попадет. Ну или в протоколы допросов, у кого как. Но самое главное...

Тут Виктор сделал театральную паузу и обвел взглядом присутствующих.

- Самое главное, - сказала Юми. - Никто из них не думает, что "главный приз" присвоили мы. Ну, то есть это действительно не мы, но им же не объяснишь. А так может даже и прокатит.

- Ну вот, всё хорошо закончилось, - хлопнул в ладоши Виктор. - Все хвосты подчищены, долги отданы, концы - в воду.

- Это ты про атомный взрыв? - хихикнула Катя.

- Но сработало же?

- Да, сейчас на месте "санатория" воронка такой глубины, что даже подземные сооружения не сохранились, - заметил Вольфрам. - Не скажу, что считаю это изящной профессиональной работой...

- Но еще никто не заметал следы эпичнее! - перебила его кошка.

Все засмеялись. Только Иоланта сидела молча. Залпом допила коктейль, дождалась тишины и вдруг сказала:

- Вообще-то, есть еще одно дело. Остался... должок.

- Внезапно, - навострила кошачьи ушки Катя.

Иоланта встала, подошла к креслу Виктора и раздельно произнесла:

- Ты. Кое что. Обещал!

Все уставились на неё. Даже Юми приподнялась с дивана.

- Ну что ж, - ответил Виктор. - Сказал - сделаю. Но чуть позже.

- Я знала, что ты это скажешь, - фыркнула Иоланта. - Дословно.

Вздохнула, развернулась и пошла к своему креслу, покачивая бедрами чуть сильнее, чем следовало. Идти было два шага, до Виктор успел посмотреть и оценить.

Юми чуть слышно фыркнула. Катя тут же протянула ей кусок пиццы. В кошачьей логике вкусная еда - главное успокоительное. Вольфрам с Эммой тихо аплодировали, суммарно тремя парами рук. Юми снова вздохнула и упала на диван, обратно в горизонтальное положение. Катя убедилась, что пиццу брать не будут, и быстро укусила её сама.

- Перейдем к более приземленным вопросам? - наконец предложил Вольфрам.

- Если ты о концерте, то я умываю руки, - проворчала Иоланта.

- Я о планах, - улыбнулся Вольфрам.

- Смотря насколько далекоидущие у тебя планы, - заметил Виктор, крутя в пальцах авторучку.

- В ближайшей перспективе - ничего серьезного. Более... краткосрочные операции, с меньшей степенью риска, и ориентированные исключительно на прибыль.

- Например?

- Например, я намекнул хозяевам других ночных клубов, что если снова будут проблемы с "выпрямителем извилин", то я знаю людей, которые знают людей, которые могут помочь. Разумеется, не бесплатно.

- Если не знаешь, чем развлечь кошку, то так и скажи, - усмехнулся Виктор.

- Новый отстрел стрёмных типов и фламинго? - оживилась Катя. - Я - за!

- А я скоро вывеску поменяю, - сказал Виктор. - Будут не "юридические консультации", а "детективное агентство".

- Давно пора, - кивнул Вольфрам.

- И хорошо бы прозондировать почву, - добавила Иоланта. - Нам явно не помешает побольше "анонимных юридических консультаций с оплатой наличными". А то выходит так себе прачечная. Ты так с нами никогда не рассчитаешься.

- Думаю, можете прибавлять процентов десять без повышенного интереса налоговой, - кивнул Вольфрам.

- С "детективным агентством" будет попроще, - заметил Виктор. - Там, правда, лицензия нужна, но ничего непреодолимого. Просто небольшая горка бумаги.

- Мне нужно слетать домой, - сказала Юми. - Пока на Хабе-3 про меня не забыли.

- Если нужен хороший фрахт, то у меня есть предложение, - напомнил Вольфрам. - Я всё еще не забыл идею завести сюда чай с Фудзина. Единственный нормальный чай на этой планете. Его будут покупать - хороший товар в рекламе не нуждается.

- А уж на фоне местных крашеных опилок... - добавила кошка и грациозно потянулась.

- Когда занимаешься мелкими нерегулярными перевозками, нельзя чтобы про тебя забывали, - объяснила Юми. - Прилечу, напомню о себе, обновлю кое-какие знакомства... сделаю пару-тройку рейсов. Так это работает.

- Могу слетать с тобой, - предложил Виктор.

- Делай свою лицензию! - фыркнула Юми. - Она будет тебя кормить! Нельзя всё время бегать с автоматом и пиратов торпедами отстреливать. Иногда нужно просто работать. Приходится. К тому же я очень хорошо рисую, когда одна в рейсе.

- Что ж, это аргумент, - согласился Виктор. - Как закончу с делами - прилечу пассажирским рейсом.

- Или я вернусь сама, - ответила Юми. - Если все-таки летим за тем чаем, нужно будет взять с собой Катю.

- Кстати говоря, капитан, - подал голос Вольфрам. - Я хотел бы одолжить "Нэкомату". Недели на две, не больше.

- На кого охотишься теперь? - встрепенулась Юми.

- Исключительно грузовой рейс, - поднял руки Вольфрам. - Просто груза мало, нет смысла гонять "Кицунэ". Да и место немного специфическое, малозаметный корабль справится лучше.

- Помогаешь нашей общей знакомой обустроиться на новом месте? - предположил Виктор.

- Я в ответе за Кассиопею, - объяснил Вольфрам. - И она - последнее, что у меня осталось от всего Консорциума.

- А еще у неё есть один крайне примечательный корабль, - напомнил Виктор.

- Кстати говоря, да, - кивнул Вольфрам. - Для него у меня запланировала очень большая и дорогая покупка. Но это пока не срочно.

- Лучше говори сразу, - предложил Виктор. - Мы здесь все давно перестали любить сюрпризы.

- РРД-06 тип 2, - ответил Вольфрам. - Пятьдесят шесть штук.

- Это что? - спросила Иоланта.

- Топливные сборки, - ответила Юми. - Для корабельного реактора. На "Нэкомате" такие. А на "Кицунэ" ноль восьмые стоят. Но на "Нэкомате" они, считай, новые. И всего шестнадцать штук.

- Думаю, примечательный корабль за сто лет немного разрядился, - сказал Виктор.

- И в него влезет пятьдесят шесть "ноль шестых" сборок? - удивилась Юми и снова села на диване. - Это что ж там за чудище вместо реактора? Даже на ледовозах меньше! А они здоровые как... ледовозы.

- Корабль... требует внимания, - ответил Вольфрам.

- А еще эти сборки подлежат строгому учету, - напомнила девушка. - Нужно отчитаться, для кого покупаем и куда ставим.

- Вот поэтому пока не торопимся, - согласился Вольфрам. - Но это будет следующая моя крупная покупка. Сможете помочь, придумаете как это провернуть - в долгу не останусь.

- Будем иметь в виду, - согласился Виктор. - А сегодня давайте отдохнем. У нас тут целый концерт... кстати, что-то тихо. Катя?

- Тишина, - согласилась кошка и навострила ушки. - А в зале уже ворчат. Как бы не начали расходиться.

Иоланта шепотом выругалась и полезла за телефоном.

- Я сам, - остановил её Вольфрам. - Включу пафосного сноба, должно сработать. А то стал забывать такой полезный образ. Пацан к успеху шел и пришел!

Он поднялся с кресла, лихо закинул шарфик на плечо и пошел к выходу. Следом потянулась кибермедсетра Эмма. Катя уже была у парапета и смотрела на сцену. С её слухом был шанс услышать, как Вольфрам за кулисами раздает ценные указания, и кому от них станет особенно весело. Рядом остановился Виктор. Поставил стакан на парапет, посмотрел вниз и грустно сказал:

- Вот она, взрослая жизнь.

- Ты думаешь? - усмехнулась кошка.

- Вечно кому-то надо сопли вытирать, - он махнул рукой вниз, намекая на организацию концерта. - Немного жаль Вольфрама. Это явно не его уровень.

- Привыкнет, - ответила Катя. - На самом деле ему даже нравится. Непыльное место, никакой великой миссии, ответственности за судьбы мира и вот этого всего.

- Не усидит он, - ответил Виктор. - Уже планов настроил.

- А ты сам усидишь? - подмигнула кошка. - Ой вряд ли!

Виктор не ответил. Тем временем на сцене включился свет, и появился Вольфрам, в своем пальто, длиннющем шарфике и с вязанной шапочкой на лысине.

- Офигительный конферансье, - засмеялась Катя. - Только прическа вышла из моды.

Тем временем у стола остались только Юми с Иолантой. Художница нехотя села на диване и наконец потянулась за пиццей. Иоланта залпом допивала третий коктейль.

- Так что он тебе такое пообещал? - хитро прищурившись, спросила Юми.

- Ну... - Иоланта отмахнулась рукой и постаралась сделать вид, что смотрит в телефон.

- Эх ты, - усмехнулась Юми и запустила в Иоланту маленькой подушкой с дивана.

- Эй, зачем? - Иоланта поймала подушку и растерянно уставилась на неё.

- Пригодится. Ты у нас опытная женщина, - засмеялась Юми. - И умеешь добиваться своего. Если хочешь.

Вскочила с дивана, взяла в одну руку кусок пиццы, в другую - пакет с соком и убежала к парапету, где Виктор с Катей смотрели концерт. Внизу, на сцене, уже раздавались первые аккорды новой песни. Публика в зале разразилась приветственным гулом. Иоланта со вздохом откинулась в кресле, обняла подушку, прикрыла глаза и задумчиво улыбнулась.

***

Когда концерт закончился, звукорежиссер включил просто "что-нибудь танцевальное" - время было глубоко заполночь, и очень многие зрители просто оставались в клубе до утра. Музыканты за кулисами паковали инструменты и готовились разъезжаться, но некоторые сходу начали отмечать удачный концерт. В общем, творилось броуновское движение. Вольфрам так и не поднялся обратно в "кабинет" -ушел всё это разруливать. Через некоторое время туда же убежала Иоланта. Она очень хорошо умела фокусировать внимание на себе. Броуновское движение этим не победить, но слегка замедлить очень даже можно. Кошка по имени Катя быстро схомячила еще два куска пиццы и убежала танцевать. И на балконе остались только Юми с Виктором.

Юми тоже не отказалась бы потанцевать, только спина была против - гравитация сказывалась. Но она нашла выход. Облокотилась на парапет, глядя вниз, и как бы случайно покачивала попой из стороны в сторону. Четко в такт музыке. Легкий шлепок от Виктора не заставил себя ждать.

- Нравится танец? - улыбнулась Юми.

- Вполне, - кивнул Виктор. - С удовольствием еще посмотрю.

- Я не сильно долго буду летать, - пообещала девушка. - Как будет ясно, спишемся.

- Я всё понимаю, - ответил Виктор. - Хаб-3 - твоя родина, с семьей и друзьями хочется увидеться. А нас редко заносит в ту сторону.

- Понимаешь, но не всё, - усмехнулась Юми. - И я не знаю, что ты там пообещал Иоланте, но только попробуй не сдержать слово.

Судя по тому, что Виктор не стал сходу оправдываться, там действительно ничего такого. Или он просто умный. Или хитрый, а умным талантливо прикидывается. В любом случае, Юми уже решила взять ситуацию в свои руки. Она глубоко вздохнула, посмотрела на Виктора и раздельно произнесла:

- Хватит. Мучить. Девушку.

- Интересно, - ответил Виктор.

- Такие, как Иоланта, из трусов не выпрыгивают, - продолжала Юми. - Она гордая и знает себе цену. Но это не значит, что ей не нужно.

- Продолжай.

- Это ты должен продолжать, - фыркнула Юми. - И по полной программе, никаких полумер!

Виктор взял с парапета стакан, хотел отпить залпом, но он оказался пустым. Юми засмеялась, а потом поманила Виктора пальцем к себе и прошептала на ухо:

- И никаких "лицом в матрас"!

Виктор рассмеялся. Юми поймала его за воротник рубашки, снова притянула к себе и объяснила:

- Она этот бюст что, зря носила? Укладывать на спину! Я художница, я знаю что будет выглядеть офигенно!

Юми бы на месте Иоланты обязательно обиделась, если бы её сильные стороны не ценили. Но мужчинам такие вещи лучше объяснять на пальцах. Виктор, похоже, всё понял. Засмеялся и сказал:

- Ты иногда смущаешь и меня, и Иоланту.

- Я стараюсь сделать как всем будет лучше, - подмигнула Юми. - Я художница. Мы делаем мир прекраснее.

Снова облокотилась на парапет, посмотрела вниз, в зал, на танцующих людей. И стала ненавязчиво крутить попой в такт музыке.

Эпилог №1. Секретные агенты.

Ковальский не любил лодки. Совсем. Его не укачивало, воды не боялся, просто было в лодках что-то неуютное. Особенно в надувных. Но в данном случае лодка была необходимостью - так что, как говорится, улыбаемся и машем. Начальник был заядлым рыбаком, и в этот раз позвал Ковальского с собой. Официально - за рыбой, ну и, как водится, парой стопок. Неофициально - явно хотел услышать отчет о проделанной работе. Особенно те его части, которые на бумагу не переносят, чтобы лишние люди в столице не прочитали. А то придумают какую-нибудь ерунду, а исполнять кто потом будет?

Река на проверку была каналом, по которому терраформер сливал очищенную воду в оросительную систему, и потом, если что-то осталось - в море. Но берег толком не укрепляли, и он со временем приобрел совершенно дикий вид - зарос деревьями, обвалился, опять зарос, снова обвалился, и так далее уже несколько раз со времен Первый Высадки. И в итоге оказался похож именно на реку. А вдоль южного берега под водой было столько бревен и коряг, что кидать туда удочку - значит остаться без лески. Вот для этого и предназначалась лодка. Веслами не пользовались - просто крепили трос от борта к берегу, налегали на руль, и довольно быстрое течение оттаскивало плавсредство в сторону метров на десять. Примерно там заканчивались коряги, но еще водилась обитавшая под ними рыба.

Ковальский посмотрел наверх. Солнце уже понемногу вставало, горизонт светлел, но на темном небе все еще можно было разглядеть звезды и две луны из трех. Над водой стелился редкий туман, холодный ветер задувал за воротник куртки.

- Эх, - вздохнул Ковальский и закинул удочку.

С другого борта это же сделал начальник. Некоторое время они сидели молча. Рыбалку любили оба, хотя Ковальский предпочел бы с берега. Но хитрая рыба упорно не шла. Наконец начальник тихо сказал:

- Ну, рассказывай.

- А что рассказывать? - ответил Ковальский. - "Главный приз" заполучил неизвестный игрок. Оказалось, что от Консорциума остался не только Вольфрам.

- Согласен, это полезное знание. Одного его хватит, чтобы окупить все наши издержки в этой истории, - начальник на секунду задумался. - Но какие у этого "нового игрока" отношения с Вольфрамом?

- Непонятно. Судя по архивам, Вольфрам всегда был довольно противоречивой личностью. У него было множество... недоброжелателей. В том числе внутри "Отдела рекламаций". А личность "нового игрока" нам пока не известна. Они с Вольфрамом явно действовали независимо в начале, но теперь, когда они знают друг о друге, возможно всё.

- Ты опасаешься, что они поладят?

- Я в этом уверен.

- Почему?

- Потому что нас водили за нос, - хмыкнул Ковальский, кутаясь в воротник куртки. - Этот бывший коп, Виктор, который выступил информатором, на самом деле все спланировал. Собрал всех в одном месте, дал возможность посмотреть на "главный приз" и усомниться в его пригодности хоть к чему-нибудь, а заодно как следует пострелять друг в друга. А потом "новый игрок" демонстративно устроил атомный взрыв.

- Виктор и его просчитал наперед?

- Вероятно. И теперь у нас целых две версии событий. Одна основная - "главный приз" непригоден и к тому же уничтожен...

- ...и вторая - для въедливого начальства вроде меня. Что "приз" увез "новый игрок", а все те, кто нам известен - ни при чем.

Оба засмеялись. Но негромко - чтобы рыбу не распугать.

- В общем, я думаю, что настоящий "главный приз" - в голове у Вольфрама, - подытожил Ковальский. - И всегда там был. А прикладную сторону технологии он воспроизведет когда захочет.

- Если захочет, - поправил его начальник. - Эх, что ж не клюёт-то?

Он вытащил леску, осмотрел крючок и тихо выругался.

- Обглодали наживку и уплыли? - спросил Ковальский не глядя.

Он сидел лицом на другой борт и потому не видел что происходит.

- Ты знал, - усмехнулся начальник. - Ладно, я червей много взял, сейчас еще нацеплю.

- Опять обглодают.

- Обнаглеют и попадутся. Не со второго раза, так хотя бы с десятого.

- Вот поэтому я предпочитаю рыбалку с берега, - усмехнулся Ковальский. - Резиновые сапоги, мелкашка, и никаких червей копать не надо.

- У кистеперых рыб сейчас нерест, рыбнадзор бдит. Да и не лезут они из воды в это время года, холодно им.

- Я лучше дождусь сезона.

- Кстати, о сезоне. И о наживке. Что будем делать с этим Виктором?

- Я бы оставил полезный контакт, конечно, - ответил Ковальский. - Но не будет он на нас работать. Он и на федералов-то работает неохотно, хотя гражданин.

- Понять и простить. Там случилась нехорошая история с этим "Джонсоном".

- Да, я читал сводку. Честно говоря, аналитики могли бы и пораньше мне её прислать. Вот же ж зараза!..

Последнее относилась к рыбе - Ковальский тоже решил проверить наживку, и, естественно, её тоже обглодали. Он подтянул к себе ведерко с червями, выбрал самого цветастого и стал насаживать.

- Мда, "Джонсон"... понять можно, простить - пожалуй, нет. Я бы на месте его начальства не простил. Но теперь непредсказуемую бездарность в отчаянном положении явно заменят на кого-нибудь более надежного и проверенного.

- Я отслеживаю ситуацию, - кивнул Ковальский. - Мой участок, все-таки.

- Да, он твоим и останется, - ответил начальник. - Так что работай спокойно. И наладь контакт с этим Виктором!

- Он сложный.

- Все сложные. Просто предложи ему что-нибудь, на что он согласится. Чем заинтересуется. Что ненавидит и стремится уничтожить.

- ...на чем захочет заработать.

- Вот именно. Но не работу на нас, ни в коем случае. А там - втянется. Не со второго раза, так с десятого.

- Какой-нибудь международный криминал с такими рожами, что стрелять не жалко? - задумался Ковальский. - "Мы бы и сами справились, по договору об экстрадиции с Федерацией, но полиция и космофлот по официальным каналам с нами не сотрудничают, потому что - только тссс! - они там коррумпированные все, но ты это и сам знаешь"?

- Ну вот, ты почти что сочинил вступительную речь. Я бы предложил работать чуть мягче, но ты и сам разберешься. Не торопись. Выписку из картотеки тебе пришлют, выбор будет. Там такие рожи, такие биографии - закачаешься...

Он резко замолчал и схватился за удочку так резко, что лодка качнулась. Через несколько секунд стало ясно - рыба клюнула, и здоровенная. Кое-как удалось вытянуть её наверх, к саму борту лодки. В воде сверкнул чешуйчатый бок. Ковальский быстро закрепил свою удочку, схватил подсак и бросился помогать. Уха не должна уйти, когда она уже так близко.

***

Такахаши очень редко видел отца. Бывало что раз в полгода, а то и реже. Он не был ни старшим сыном, ни любимчиком. Честно говоря, перед отцом он до сих пор робел, как в детстве. И никогда даже не думал ему лгать.

В огромном кабинете было темно - отец задернул шторы и затемнил стекла. За панорамными окнами был просто невероятный вид на красивейший сад, но ни один луч света не имел права проникать в помещение, когда глава рода Такахаши работает. Сын медленно подошел к столу, встал на самом краю круга света от лампы и поклонился.

- Можешь сесть, - тихо сказал отец, не отрываясь от работы.

Он что-то писал, по старинке, перьевой ручкой на хорошей бумаге. В стол был встроен самый современный компьютер, с голографическим проектором, ИИ-ассистентом и всем, что только можно пожелать. Но письма важным союзникам и достойным врагам надлежало писать лично, от руки, и заверять печатью. Традиция соблюдалась уже несколько веков, и продолжит соблюдаться и впредь.

Через несколько минут отец закончил писать, поставил печать, отложил бумагу и наконец приказал:

- Итак, рассказывай всё с самого начала.

- Ты уже все знаешь, отец, - ответил Такахаши, глядя в пол перед собой.

- Знаю. Но хочу услышать от тебя.

Рассказ занял некоторое время. Отец всегда говорил, что благородный человек должен уметь выражаться лаконично, идеально точно и так, чтобы не допустить двойных толкований, даже если фразу вырвут из контекста. В семье этому учили. Но Такахаши все равно сбивался на малозначительные подробности. Отец каждый раз поправлял его, не показывая даже тени недовольства. Хотя давно мог бы выставить трудного сына за дверь. Когда рассказ закончился, он смерил сына холодным взглядом сквозь сплетенные пальцы и спросил:

- Итак, какой вывод ты извлек из всего этого?

- Что я ничего не достиг, - ответил Такахаши. - Но потерял Ватару, ценного союзника. И за мной теперь долг чести по отношению к офицеру разведки враждебной державы - без Ковальского я бы не выбрался с планеты.

- С Ковальским ты будешь разбираться лично, - ответил отец. - Хотя я уверен, что он не появится, и уплаты долга никогда не попросит.

- Тем не менее, я буду осторожен, - заверил Такахаши.

- Так же осторожен, как в ситуации с Ватару? Старый лис жаждал твоей смерти. А когда не получилось её устроить - пытался убить тебя сам. Хороший вассал так не поступает.

- Я много думал над этим, - ответил Такахаши. - И понял, что свидетелей не было. Те два бойца не в счет, их показания ничего не значат против слова благородного человека. А значит, я могу сам выбрать, что сообщить семье Ватару.

- Но ты до сих пор этого не сделал.

- У меня есть... сомнения, - признался Такахаши. - И я решил просить совета. Если я объявлю, что Ватару - предатель, как он того заслуживает, это осложнит отношения с его родом. А мы сейчас несколько не в том, положении, чтобы терять лояльность одного из главных вассалов.

- Продолжай.

- Но если я промолчу, и представлю Ватару героем, погибшим в бою за своего сюзерена, то пострадают честь и справедливость. Потому что Империя держится на верности клятве, и все должны видеть, что наш род никогда не простит и не допустит подобного.

- Знаешь, я почти не разочарован твоим решением, - вздохнул отец. - Почти. Ты не захотел принести честь в жертву политической выгоде, как твое поколение делает, увы, всё чаще. Не забыл, что реальная жизнь, увы, не так проста и честна, как нам всем хотелось бы, и о политике не стоит забывать. Но ты не сделал выбор.

- А какой из вариантов ты бы поддержал? - спросил Такахаши.

- Любой. Если бы ты выбрал его самостоятельно, - вздохнул отец и откинулся в кресле. - Любой выбор означает потери. Но если бы ты набрался смелости и сделал его сам - это стало бы для тебя полезным уроком. Поэтому я бы тебя поддержал в любом случае.

- Я понимаю, - вздохнул Такахаши и склонил голову.

- Но, раз уж ты просил моего совета, я тебе его дам. Мы не объявим о предательстве, чтобы не навлечь позор на род Ватару и не испортить отношения. Но мы дадим им понять, что всё знаем. Неофициально.

- Мудрое решение, отец.

- Когда будешь рассказывать о смерти старого лиса, убедись, что не указываешь на убийцу. Ни прямо, ни косвенно. Ни на человека, ни на какую-то из сторон. А то могут быть неожиданные последствия. Например, еще один "мститель".

- Я понимаю, отец. И мне очень жаль.

- Как же ты любишь оправдываться, - проворчал отец. - Ну что ж, перейдем ко второй части истории. К нашему "мстителю"... Эх, что за проклятие на мои седины!

Такахаши молчал.

- Как ты вообще додумался до этого, - спросил отец. - Мстить за деда? Даже я его не помню, мне было полгода, когда он погиб. Не исключено, что он даже не видел меня ни разу. И к тому же он погиб на войне, в открытом бою. Ты знаешь, что говорят наши законы по этому поводу.

- Теперь знаю, - кивнул Такахаши.

- После того, как тебе вправил мозги этот... Виктор! - повысил голос отец. - Не то бывший коп, не то вообще наёмник, без понятия о чести! Знал Имперский закон лучше потомственного дворянина.

- Я осознал свою ошибку и раскаиваюсь.

- Осознал он... - махнул рукой отец.

- И я встретил Вольфрама-4, - поспешно добавил Такахааши. - Он настоящий!

- Что ж, это ценное знание. Но мне кажется, что если бы Вольфрам-4, самый опасный биоробот Консорциума, был настоящим, он просто убил бы тебя. Ты, я, наш род и вся Империя для него - пустой звук. Как только ты тратишь впустую хоть секунду его времени - ты умираешь.

- Точно так написано в архиве! Дословно, - воскликнул Такахаши. - В аналитической записке, которую составил дедушка по просьбе канцелярии Его Величества. Ты её читал?

- Мне пришлось, - ответил отец. - Когда архивариус доложил, что ты копаешься в старых документах времен Консорциума. Не скажу, что мне было интересно. Я лишь пытался угадать, какая вздорная мысль могла взбрести тебе в голову.

- Я нашел многое, что... - Такахаши задумался. - Что бросает тень на наш род и всю Империю. Разговор с Вольфрамом-4 заставил кое что переосмыслить. И теперь я не знаю, на чьей стороне была правда в день падения Консорциума, и за правое ли дело сражался мой дед.

- Эх, сын, ты снова хочешь разочаровать меня?

- Разочаровать?

- У тебя в этой жизни было всё. Большинство людей в освоенной галактике не могут и мечтать о таком. Даже твой старший брат.

- Мой брат - наследник рода.

- Вот именно. Его путь предопределен. А ты свободен от подобных обязательств и мог жить как хотел. Политика, наука, техника, медицина, военное дело - выбирай что хочешь.

- Я выбрал служить Его Величеству.

- В разведке, да. Не могу сказать, что мне это понравилось, но я одобрил, потому что это было твоим первым настоящим взрослым решением. Но ты служил не Императору, - отец поставил локти на стол и сплел пальцы. - Ты служил себе. А имперская разведка нужна была как инструмент. Ты постоянно ввязывался в спорные и скандальные истории.

- Я лишь хотел себя проявить!

- Ты хотел прославиться! - отрезал отец. - Причем не доброй славой, достойной твоего рода, а громким дешевым воплем, как эти фигляры-простолюдины из сети, как их там?.. Да, "блогеры".

Такахаши поморщился и опустил глаза.

- Но ты стоишь больше их всех, - продолжал отец. - Привыкай мыслить как дворянин!

- Я стараюсь изо всех сил.

- Ну что ж, тогда покажи на примере сожжения Консорциума.

- Имперский космический флот исполнял приказ Его Величества, - медленно ответил Такахаши. - Кроме того, Консорциум был злом настолько большим, что даже наши непримиримые враги - Союз и Федерация - выступили с нами заодно. Война была справедливой, и в том, что дедушка в ней участвовал, нет ни малейшего урона его чести. Я виноват, что сомневался.

- И всё?

- Разве не это ты хотел услышать, отец?

- Не совсем. Пойми одну вещь, сынок, - он устало подпер голову рукой. - Мы древнего рода. Ты, я, твой дед, все. И всё, что мы делаем - во благо рода. И ни союзники, ни враги, ни даже сам Император - никто не должен в нас сомневаться. И мы сами не должны. Поэтому у тебя не должно быть ни малейшего сомнения в том, что делали твои предки, или в том что делаю я. Даже если ты сам опять ввяжешься в сомнительную авантюру - мне придется тебя поддержать. Потому что ты мой законный сын. Ты нашего рода. Никто не смеет тебя судить, кроме главы семьи.

- Даже сам Император?

- Даже Император. Перед ним отвечать мне. И наказывать он будет меня, даже если это ты однажды лишишься головы.

Такахаши мрачно смотрел в пол перед собой.

- Род всегда будет на твой стороне, - закончил отец. - Ты должен лишь...

- ...не предавать.

- Я знаю, что ты не предашь. Но и род не может предать тебя. Поэтому всё, что ты делаешь, должно приносить нам пользу, а не проблемы.

- Я запомню это, отец, - Такахаши встал и поклонился. - Спасибо.

- Можешь идти. И на всякий случай - не упускай из виду Вольфрама. Но лучше контактируй только с Виктором. Он может оказаться полезен.

- Просто наблюдать?

- Пока - просто наблюдать.

Эпилог №2. Как Джонсон дошел до жизни такой.

В конторе все было без изменений. Ну, почти. Когда Виктор уселся за свой стол в кабинете, он почти сразу обнаружил под столом маленькую подушку. Такие попадались в клубе "Глубокий Космос", в том числе в "кабинете" у Вольфрама. Сначала было по одной подушечке на каждом кресле, и две на диване. Но потом их все прихватизировала Юми. Сгребла на свой диван, делала из них подпорку под спину, и довольно ревностно охраняла. Чаще всего от кошки. Так что даже если художница улетала по делам, пирамида из подушек на диване и оставалась. И тут вдруг та самая подушка, и еще в таком месте. В свете недавнего разговора улика моментально заиграла новыми красками. Основная версия - девушки сговорились, причем заранее. Виктор решил вести "расследование" именно в этом направлении.

Но сначала надо хоть немного поработать. Тем более что буквально за дверью, в приёмной, Иоланта уже трудилась в поте лица. Каждый день она заносила в бухгалтерскую систему некоторое количество "частных юридических консультаций". Разумеется, исключительно анонимных, с оплатой наличными. И Вольфрамовские деньги, которые он был должен еще со времен истории с профессором, отмывались и падали на счет. Главное было совсем не борзеть, а то налоговая всё-таки что-нибудь заподозрит. Занимало это, честно говоря, минут двадцать в день.

Виктору же доставались настоящие дела. Плюс смена вывески - детективное агентство само лицензию не получит, нужно тонну бумаги извести. К счастью, настоящих клиентов было немного. Виктор считал, что из-за принципиального отсутствия рекламы. По мнению Иоланты, народ чуял, что контора мутноватая и занимается непонятно чем. В принципе, и то, и другое - верно. А главное - при таком подходе настоящей работы не прибавляется.

Но, к сожалению, "мутноватость" конторы иногда притягивала мутноватых людей. Виктор быстро пролистал рабочую почту... и начал тихонько хихикать. Через полминуты зашла Иоланта. Дверь из кабинета в приемную была распахнута настежь, так что не услышать она не могла. Девушка снова была в образе безупречной секретарши. Волосы собраны в пучок, на блузке расстегнут необходимый минимум пуговиц, а "регулировочная" молния сбоку юбки застёгнута почти до самого низа. Хотя это было и не важно - Виктор всегда знал, что если Иоланта надела юбку подлиннее, то на ней не колготки, а роскошные кружевные чулки. Просто она не хочет их раньше времени светить. И довершала образ кобура под мышкой. С некоторых пор девушка с ней не расставалась даже в конторе.

- Ты явно не принесла кофе, - сказал Виктор, подняв глаза от планшета.

- Если ты ржешь на работе, то одно из двух, - ответила девушка. - Либо случай выдающийся, либо у нас проблемы. Опять. Скорее последнее.

- Ну, в данном случае ты не угадала, - Виктор толкнул планшет через стол. - Зацени картину.

Иоланта подошла к столу, грациозно наклонилась - так, чтобы расстегнутые пуговки на блузке и эпические округлости под ней показались в идеальном ракурсе - развернула планшет и погрузилась в чтение. Через полминуты прозвучал вердикт:

- Ну и?

- Там второй документ открыт, - ответил Виктор.

Откинулся в кресле, заложил руки за голову и ждал, любуясь видом.

- А вот теперь да... - фыркнула Иоланта.

Толкнула планшет обратно к Виктору, а сама присела вполоборота на краешек стола.

- Итак, жил был один миллионер, - Виктор освободил одну руку и закрутил в пальцах авторучку. - Жил был, да помер. Сто двадцать девять лет, по нынешним временам мог бы пожить еще. А что в престарелых миллионерах главное?

- Наследство.

- Вот именно. За полгода до своей кончины наш бодрый дедуля расписался с некоей блогершей и моделью. Седина в бороду, бес в ребро.

- А по моему она эскортница обыкновенная, - хмыкнула Иоланта.

- Даже если так, в лицо ей это не говори, - ответил Виктор. - Если что, я сам скажу. Потому что эта барышня просит у нас юридической помощи.

- Миллионер был в разводе уже много лет, - подхватила Иоланта. - Так что с бывшей женой все давно поделено. Но есть дети от первого брака, которые папочку не вспоминали лет тридцать. А стоило ему отбыть в мир иной - тут же нарисовались.

Иоланта прочитала дело по-диагонали и мельком, но уже неплохо разобралась - сказывался опыт работы.

- Готов поспорить, бывшая им и напомнила, - предположил Виктор.

- Можешь не спорить, это так и есть, - улыбнулась Иоланта. - Все трое наняли одного юриста и подали иск на молодую жену нашего дедули-миллионера. Требуют признать брак фиктивным, чтобы с ней не делиться.

- И тут появляется еще одна девушка. И заявляет, - Виктор щелчком остановил авторучку. - Что это она - жена покойного. Тоже примерно полгода назад расписались. Детишки подают иск и на неё. Так что она обращается за консультацией. И, по иронии судьбы, тоже к нам.

- Ну составим мы два встречных иска, - демонстративно зевнула Иоланта. - Где обещанное веселье?

- А ты письма прочитала? - подмигнул Виктор. - Можешь прочитать еще раз. Есть любопытная деталь.

- Похоже, я её упустила.

- Эх... - вздохнул Виктор. - Там совершенно не понятно, знают ли эти девушки друг о друге. То есть или не хотят, чтобы мы знали, или реально не в курсе.

- И которая из них аферистка?

- Да как бы не обе, - развел руками Виктор. - Энтропия вселенной может только возрастать.

- Ты же не собираешься устроить им очную ставку?

- Зачем спрашиваешь, если знаешь ответ? На послезавтра им назначим. Как раз до обеда я свои дела с лицензией закончу, и будет время.

- Мне сочинить письма? - подмигнула Иоланта. - Сделаю в лучшем виде.

- У нас контора не только мутная, но и веселая, - Виктор потыкал пальцем в планшет. - Всё, переслал тебе.

Он откинулся в кресле, случайно задел ногой подушку и чуть не вытолкнул её из-под стола.

- Отлично, - улыбнулась Иоланта.

Она явно хотела сказать что-то еще, как вдруг кто-то позвонил снаружи в дверь приёмной.

- Вот для таких случаев я и ношу пистолет, - фыркнула девушка. Спрыгнула со стола, носком туфли задвинула подушку обратно под стол и пошла открывать.

***

На пороге стоял худощавый мужчина среднего роста, в дорогом костюме, но без галстука, и с кожаной папкой под мышкой.

- Вам назначено? - спросила Иоланта.

Виктору послышались нотки раздражения в её голосе, будто девушку оторвали от важного дела. Обычно она такого себе не позволяла, и встреча каждого посетителя была идеальным представлением.

- Уверен, для меня найдется минутка в вашем напряженном графике, - ответил посетитель.

- Пусть заходит, - махнул рукой Виктор.

Когда дверь кабинета была открыта, он видел насквозь всю приемную и входную дверь в контору. Так что посетителя оценил сразу, и записал в "опасные типы". Что-то в нем насторожило. Скорее всего глаза. Он сразу ненавязчиво осмотрел помещение, ни на мгновение не задержав взгляд на Иоланте. А это уже странно. Девушка повела его в кабинет Виктора, вежливо пропустила вперед, а сама осталась в приёмной. И посетитель едва заметно... напрягся.

"Человек с оружием остался у тебя за спиной, вне поля зрения," - мысленно отметил Виктор. - "И ты сразу занервничал. Вид-то у тебя безобидный, но биография, видать, веселая."

- Ну что ж, - сказал он вслух. - Что занесло вас в наши края?

- Для начала представлюсь, - ответил посетитель. - Меня зовут Филипс. Особый агент Филипс.

- Не Джонсон? - хмыкнул Виктор.

- Я решил не использовать это имя. Вызывает ненужные ассоциации.

- Какой вы заботливый, - съязвил Виктор.

- Я вежливый, - ответил Филипс. - Это ничего не стоит, но очень помогает в делах.

- Ну что ж, присаживайтесь, - Виктор указал на кресло для посетителей. - Выслушаю вас. Из вежливости.

Филипс медленно сел в кресло. Папку на стол класть не стал, засунул между собой и подлокотником.

- Итак, - начал он. - Я здесь, чтобы рассказать вам, чем всё закончилось.

- Интересно, - Виктор положил руки на стол и сплел пальцы. - Не уверен, что понимаю, о чем вы, но продолжайте.

- Давайте не будем играть в эти юридические игры, - предложил Филипс. - Я знаю, что вы имеете право не свидетельствовать против себя, и так далее тому подобное. И что сотрудничать вы также не хотите, и не хотели еще до того, как некто Джонсон несколько... дискредитировал меня и моих коллег.

Виктор спокойно смотрел на него и не реагировал.

- Ввязавшись во всю эту историю, вы стали игроком, - продолжал Филипс. - Невысокого ранга, не скрою. Но и не просто исполнителем, а человеком, который кое-что знает и кое-что может. Поэтому вам и вашей команде уже не стоит опасаться обычного судебного преследования за участие в некоторых делах.

- Вы мне льстите, - ответил Виктор. - Всем нам.

- Я говорю как есть, - парировал Филипс. - Иногда это сложно, но иногда - легче легкого.

- Давайте к делу, - Виктор пробарабанил пальцами по столу.

- Хорошо, - кивнул Филипс. - Начнем с... а например с наших неудачливых спецназовцев. К слову, они передавали вам привет. Не уверен насчет всех, я не со всеми общался лично. Но они вам очень благодарны за спасение с планеты. Особенно раненый. А о прекрасной медсестре уже легенды ходят. Посмотришь на неё - и сразу жить хочется.

- Не без этого, - кивнул Виктор.

Подобрал со стола авторучку и стал крутить её в пальцах.

- К слову, почти никого не наказали, - продолжил Филипс. - Часть отряда составляли военные пенсионеры, которые давно уволились из вооруженных сил.

- Но были и действующие.

- Да, увы. Но даже они практически избежали наказания. Никто не был отдан под трибунал. Да, пострадали финансово, и не всем понравятся новые места службы...

- Там обычно год за полтора, - заметил Виктор.

Если просто удержат часть жалования - то можно сказать, что ребята легко отделались. Виктор не помнил, чтобы эта штука назначалась больше чем на тридцать процентов и дольше чем на год. Конечно, он отслужил рядовым, но примерно знал всю эту кухню, разговоры младших офицеров слышать приходилось. Да и сам пару раз едва не влетел, "за грубость и неуважение к старшим по званию". Что до перевода на планеты с фиговым климатом или космические станции - то офицеры иногда сами об этом просят. Особенно ближе к пенсии, когда задолбало. Потому что там действительно год за полтора. Отмучился по-быстрому - и гуляй, военная пенсия прекрасно сочетается с гражданской зарплатой.

- А теперь поговорим о грустном, - вздохнул Филипс. - Но у меня к вам есть один вопрос.

- Валяйте.

- Наш общий друг, особый агент Джонсон. Вероятность, что мы еще о нем услышим, как-то отличается от нуля?

Виктор щелчком остановил авторучку. Филипс это заметил, но не подал виду. В этот момент Иоланта, которая всё это время стояла в дверях, переступила с ноги на ногу, и стук каблуков по паркету оказался чуть громче, чем ожидалось. Филипс скосил глаза сначала в одну сторону, потом в другую. Крутить головой не стал, но ему очень хотелось.

"Вооруженный человек за спиной, да", - мысленно усмехнулся Виктор. Он был уверен, что Иоланта напомнила о себе специально. Тоже заметила повадки этого Филипса и специально раздражала его. Но как бы случайно, не докопаешься. Вот что значит очень, очень опытная секретарша. Надо будет её отблагодарить, давно заслужила.

Филипс молчал - ждал ответа. Виктор тяжело вздохнул и ответил:

- Не отличается. Ровно ноль процентов. С гарантией.

- Тем лучше, - улыбнулся Филипс. - Я не буду интересоваться источником "гарантий", но такой расклад меня полностью устраивает. И вас, несомненно, тоже.

- Более чем, - кивнул Виктор и снова закрутил авторучку. - Что еще расскажете?

- Да в общем-то я еще не закончил, - пожал плечами Филипс. - Вам не интересно, как Джонсон дошел до жизни такой?

- Умеренно.

- Тогда я вам расскажу. Джонсон был на крючке еще до вашего с ним первого знакомства.

- На крючке у кого?

- У тех, кто обещал выплатить его долги. Он пристрастился к азартным играм.

- Насколько я помню, есть лимит на подобного рода долги, - заметил Виктор. - В полиции было полторы зарплаты. Или одна, я не помню уже, сам не играл. В армии такое есть, и в вашей конторе тоже, я даже не сомневаюсь.

- Ну да, превысишь лимит - и конфликтная комиссия будет разбираться, не получил ли кто-нибудь рычаг давления на тебя, - развел руками Филипс. - Могут понизить уровень доступа к секретной информации. А из-за этого можно слететь с некоторых должностей. Такова официальная процедура, если всё по закону.

- То есть Джонсон играл в незаконных заведениях, без лицензии, - догадался Виктор.

- Именно так. По закону такие долги можно не платить, но нелегальное заведение обычно принадлежит криминальным структурам...

- А он не мог придти к особисту, к командиру части, или... я не знаю, какая у вас там структура, посыпать голову пеплом и во всем сознаться? - спросил Виктор. - Я когда служил, в городке рядом с частью бандиты у наших ребят деньги вымогали. Командир узнал, мы забили стрелку и приехали... на трех бронетранспортерах.

- И с тех пор вас никто не беспокоил? - усмехнулся Филипс.

- Эти "крутые ребята" разбежались, побросав тачки и стволы, - ответил Виктор. - И с тех пор наших в увольнительной обходили десятой дорогой.

- Ну, Джонсон столкнулся с ребятами покруче.

- Так у вас и контора - извини-подвинься. Легко можете устроить веселую жизнь кому угодно.

- Да, можем, - кивнул Филипс. - Но Джонсон пошел другой дорогой. А потом на него вышли люди, и сделали предложение, от которого нельзя отказаться.

- Классика, - хмыкнул Виктор.

Ему вспомнилось, как он получал аналогичное "предложение", стоя в тазике на пирсе. Воспоминание не из приятных.

- Вы с ним почти коллеги, к слову, - продолжал Филипс. - У вас была контрабанда, а Джонсон занимался "организованными преступными группами в сфере межзвездной торговли". И коррупционерами, их покрывающими.

- И он стал не ловить их, а прикрывать?

- Именно так. Но потом случилась ваша история с контрабандой артефактов. Новые хозяева Джонсона были недовольны. С их точки зрения, это он недоглядел.

- Его там даже рядом не стояло, - ответил Виктор.

- Людям с деньгами и властью это не объяснишь. Особенно когда им есть что терять и они паникуют.

Виктор молча кивнул.

- Огромными усилиями удалось свешать всех собак на несчастного антиквара Шульца, - продолжил Филипс. - И на безымянных пиратов, которых всё равно никогда не найдут. Удалось в том числе и с вашей помощью, Виктор.

- Не скажу, что мне это понравилось.

- Я вас не осуждаю. В той ситуации и с теми ресурсами вы действовали абсолютно верно. Но главным пострадавшим оказался Джонсон.

- Хозяева были им недовольны?

- Конечно. Он запаниковал. А потом ему подвернулась удачная возможность, знаменитый "главный приз".

- Хотел откупиться от "хозяев"? - предположил Виктор.

- Не совсем. "Хозяева" были вообще не в курсе, что за приз и что с ним делать. И моё ведомство, к слову, тоже. Джонсон хотел заполучить "главный приз", продать его и откупиться от бандитов, закрыть долги в казино.

- Кому продать?

- Мирайскому "Обществу будущего". Ковальскому. Или Такахаши. Знаете таких?

Виктор промолчал.

- Разумеется, махинации особого агента Джонсона в итоге привлекли внимание, скажем так, служб внутренней безопасности, - продолжил Филипс. - Но в тот момент, когда картинка сложилась, корабли всех действующих сторон уже летели в сторону Консорциума. И никто просто не успел ничего сделать.

- То есть Джонсона ждал непростой разговор в кабинете без таблички на двери, - закончил Виктор. - Но поскольку он пропал без вести и не вернется, всем стало только лучше.

- Немного цинично, но верно, - ответил Филипс. - Таким образом ситуация разрешилась.

- И вы специально пришли, чтобы рассказать мне об этом? - криво усмехнулся Виктор.

- Разумеется, "хозяева" Джонсона еще на свободе, и скорее всего там и останутся - мне еще предстоит распутать этот клубок. Они вряд ли заинтересуются вами. Но если это вдруг произойдет - я вам сообщу. А вы, в случае чего, сообщите мне.

- Сообщу, - кивнул Виктор. - Это всё?

- Почти. У меня есть еще одно поручение, но оно не для вас.

Филипс положил на стол папку, расстегнул её и быстро достал запечатанный конверт без адреса и с одной надписью. В строке "кому" было красивым почерком выведено - "Иоланта". Филипс поднялся, прошел к двери и протянул конверт девушке. Она явно растерялась, но взяла.

- А теперь разрешите откланяться, - улыбнулся Филипс.

Зажал папку под мышкой и бодрой походкой направился к выходу. Виктор проводил его до выхода, потом закрыл дверь в контору на ключ и повернулся к столу Иоланты. Девушка уже вскрывала конверт ногтями и шепотом ругалась. Открыла, развернула бумагу, начала читать, вздрогнула, закрыла рот рукой.

- Что там? - спросил Виктор.

Иоланта отскочила в сторону, прижимая к себе бумагу, и продолжила читать. Потом наконец вздохнула, прислонилась спиной к стене и протянула письмо Виктору. Он взял бумагу, прошел в кабинет, грохнулся в своё кресло и стал читать. первым в глаза бросилось одно слово, в самом начале - "Амнистия". Дальше огромный список статей, включая довольно веселые, вроде "организации преступного сообщества". И даты. Начало периода Виктору ни о чем не говорило, а вот конец - вполне. Ровно в этот день Юми взяла на абордаж яхту Шульца и передала антиквара и его шикарную секретаршу в руки правосудия. Получалось, что Иоланте списали все, что она могла натворить, когда работала на Шульца и участвовала в его афере с незарегистрированным маяком и контрабандой артефактов. Скорее всего, по датам был даже солидный запас.

- Выглядит неплохо, - наконец сказал Виктор, откладывая письмо на стол. - Тебя можно поздравлять.

- Двоякое ощущение, - Иоланта появилась в дверях и устало облокотилась на косяк. - Вроде бы и радоваться надо, и повод для стресса исчез, но ощущение - как будто марафон пробежала. Аж коленки подкашиваются.

- Сядь, передохни, - улыбнулся Виктор. - И думай, как будешь праздновать. Это твой день.

- Праздновать? - вздохнула Иоланта. - Да, обязательно надо. И я уже знаю как.

Она посмотрела на Виктора и очень, очень выразительно подмигнула.

Эпилог №3. Пламенная революционерка.

Томоэ с трудом привыкала к новой жизни. Новая планета, новая работа, новое всё. Даже собственное имя казалось чужим. Хотя со временем она поймала себя на мысли, что даже сама уже не называет себя "Т-ноль-ноль-два-восемь". То ли привыкла, то ли это просто лучше звучало. К тому же на работе всё-таки приходилось с людьми общаться. Да, у неё теперь была работа - тыкать сканером в штрихкоды в большом промозглом складе. Достаточно тупой неквалифицированный труд, от которого любой "человек будущего" воротил бы нос. Нашлось и жильё. Когда-то это было здание какого-то завода, но потом город разросся, производство вывели за город, а здание бывшего заводоуправления переделали под квартиры. Переделали так себе, так что первый вопрос арендодателя к Томоэ был неожиданным:

- Вы что, реально сможете тут жить?

- Если интернет ловит - смогу, - спокойно ответила Томоэ.

И получила в своё распоряжение одну небольшую комнату, стенной шкаф и крошечный санузел. Матрас, тумбочка, микроволновка, пара крючков для одежды - и жить можно. Казалось бы.

Пришла домой, грохнулась на матрас - нормальную кровать еще не купила - и долго лежала, глядя в потолок. Был четверг. Завтра - пятница, почему-то самый любимый день всех людей на этой планете. Сил не было даже чтобы переодеться и снять с себя камуфляж. Странные люди, которые делали ей прикрытие, позаботились и об этом. Конечно, они настаивали на установке искусственной груди, чтобы Томоэ визуально превратилась обратно в девушку. Но она отказалась. Вот если бы могли сделать волосы - был бы другой разговор, парик уже задолбал, а свои отрастали медленно. Вопрос пока вполне решали лифчик с поролоном и кофта. Томоэ перетягивала её пояском, как советовала Юми - та странная художница и капитан в одном лице. И сразу фигура становилась женской, не перепутаешь.

***

Томоэ лежала, смотрела в потолок и думала, как докатилась до жизни такой. И тут кто-то постучал в дверь. Она не помнила, чтобы кто-то мог заявиться в гости, но совершенно без задней мысли открыла дверь... и едва не получила кухонным ножом в лицо. Нападавший слегка поторопился и ударил, не дождавшись полного открытия двери. Томоэ захлопнула дверь обратно и придавила ему руку. Как назло, дверь открывалась вовнутрь. Томоэ уперлась в створку как могла, но ноги проскользили по полу. Пришлось отступить. Резко отпрыгнула назад, через всю комнату к единственному окну. Машинально включила "медицинский форсаж", но сразу же вспомнила, что имплант теперь заправлен лекарствами от кибермедсестры Эммы, и бонуса к силе и скорости не даёт никакого. А нападавших оказалось несколько. Они двигались быстро, почти неуловимо. Явные мирайцы, явные "люди будущего". Трое. Двое уже в комнате, третий стоит в дверях. Тут у него за спиной раздались шаги, и на лестничной площадке показалась девушка. Блондинка, небольшого роста, в теплом пальто с шарфиком и вязаной шапочке с кошачьими ушами. Он моргнула зелеными глазами, фыркнула и сказала:

- Ну что ж вы без меня начинаете-то?

Мираец, который остался на площадке, попытался схватить её за руку. И смог.

- А вы быстрые, - удивилась странная девушка. - Интересно.

Мираец явно не хотел оставлять свидетелей. Замахнулся ножом, так быстро что глаз не мог уследить - "медицинский форсаж" работал на полную. Но странная девушка его переиграла. Подпрыгнула, оттолкнулась ногой от стены и убежала дальше на потолок, используя руку нападавшего в качестве опоры. Нож, естественно, ударил в пустоту. Тем временем, рука оказалась неестественно закинута за голову. А потом девушка буквально свалилась на мирайца сверху. Раздался очень, очень нехороший хруст, и он мешком упал на пол. Два других мирайца удивились настолько, что на мгновение забыли про Томоэ. Потом один рванул к двери, выставив перед собой нож. Но странная девушка в шапке с ушками его переиграла. Падая с потолка, она приземлилась в очень низкий присед, пропустила нож над головой, потом ушла в сторону, схватилась одной рукой за косяк двери, второй - за мирайца. И дернула его наружу. А он и так разогнался, поэтому полетел вперед, споткнулся об убитого товарища и растянулся на полу.

Томоэ бросилась на третьего мирайца - он удачно встал к ней спиной. Но не рассчитала - напоролась на кулак и отлетела в угол. Он был быстрее неё, намного. Но не быстрее странной девушки. Которая, к слову, и не думала останавливаться. Влетела в комнату и кинулась на третьего мирайца. Он отмахнулся ножом. Девушка поймала руку, дернула в сторону, оттолкнулась от тумбочки, сшибла на пол микроволновку и побежала вверх по стене на низкий потолок. Не отпуская при этом руку противника, которая от такого маневра вращалась совершенно невозможным образом. Он вообще не понял, что это было. А потом девушка упала с потолка, оказалась у него за спиной, захват руки как-то незаметно сменился на захват шеи, и снова... хрустнуло. Очень и очень нехорошо. Томоэ стало дурно от одного этого звука. Тем временем, второй мираец поднялся на ноги, влетел с лестничной площадки обратно в квартиру и кинулся в бой. Странная девушка резко толкнула в его сторону покойника, который даже не успел упасть. Промазала - он резко ушел в сторону, оттолкнулся рукой от стены, вернулся на траекторию, замахнулся ножом... и увидел перед собой огромные зеленые глаза. И хищную улыбку. Он не то что промахнулся - странная девушка оказалась намного ближе, чем должна была быть. Комната резко закружилась перед глазами - мираец попал в захват и полетел на пол. Через мгновение рука с ножом была заблокирована, а шея - зажата намертво между коленями странной девушки. Потом был очень нехороший хруст, и темнота.

Томоэ наблюдала всё это, забившись в угол. Она привыкла, что драться против "медицинского форсажа" не в человеческих силах - сама им пользовалась и знала это ощущение невероятной скорости и силы. Но странная девушка была нисколько не медленнее. А её ловкость и координация движения просто не вписывались ни в какие рамки. И совершенно непонятно, кто она. Томоэ уже решилась спросить, но вдруг девушка встала, грациозно потянулась и сняла с головы шапочку. Оказалось, что кошачьи уши - не просто милая деталь головного убора. На голове они тоже имелись. Вполне живые и даже... двигались. И тут Томоэ вспомнила свою аудиенцию у Вольфрама, и странную "кошку", которая спала на диванчике, держа в руке собственный хвост. Ей еще тогда посоветовали перестать удивляться.

- Ты от Вольфрама? - осторожно спросила Томоэ.

- То есть то что я кошка, тебя не удивляет? - усмехнулась девушка.

- Думаю, это меньшая из моих проблем, - вздохнула Томоэ и указала на пол.

- А, ну да, нельзя же мусорить на лестничной площадке, - улыбнулась кошка. - Помоги занести? И можешь звать меня Катей.

Вдвоем они быстро затащили оставшегося мирайца внутрь и закрыли дверь. Теперь на полу в крошечной квартире лежали сразу три покойника, три ножа и разбитая микроволновка. Катя присела на корточки возле разбитой бытовой техники, потрогала её пальцем и виновато сказала:

- Ой, я, кажется, уронила.

- Это всё, что тебя беспокоит? - выпалила Томоэ.

- Ну тут я сама виновата, - ответила кошка. - А всё остальное, что тут валяется - уже не моё, сама разбирайся.

- И как ты себе это представляешь?

- Нет, ну я, конечно, могу...

- Катя, - шумно выдохнула Томоэ. - Я буду очень благодарна господину Вольфраму, если он... немножечко поможет мне в этой непростой ситуации. Я недавно на этой планете, в этом городе, и просто не знаю, что здесь принято делать, если у тебя к комнате три, вакуум их забери, мертвеца! С ножами!

- То есть мне ты спасибо сказать не хочешь? - фыркнула кошка.

- Катя, блин! - вспылила Томоэ. - Меня пытались убить свои. Опять. А еще ваша кибермедсестра выписала мне гору таблеток, и я больше не "человек будущего", потому что у меня сейчас начнется эта, как её...

- Истерика?

- Да!!!

- Нормальная человеческая реакция. В следующий раз будет легче.

- В какой еще следующий раз?!

- Ладно, ладно, сейчас всё будет! - всплеснула руками кошка.

Вытащила из кармана телефон, по памяти набрала номер и поднесла аппарат к уху. Точнее, ниже уха, туда где держал бы человек. Судя по всему, трубку взяли сразу.

- Алло, это экспресс чистка ковров? - спросила Катя. - Мне вас рекомендовал господин Паук... Нет, не сильно грязные, просто много пыли. Три средних ковра... короткий ворс.

Она легонько толкнула носком ботинка лысую голову одного из мирайцев. Томоэ нервно икнула.

- Всё, сейчас скину геолокацию, - спокойно продолжала кошка. - Мы вас дождемся.

Она пару раз ткнула пальцем в экран и убрала телефон.

- И всё? - спросила Томоэ.

- Через десять минут приедут, - ответила Катя. - Давай пока посмотрим, что нам тут досталось, а то потом возможности не будет.

***

Томоэ осматривала убитых сама.

- Они из-за этой стрёмной медицины ужасно пахнут, - фыркнула кошка, и наотрез отказалась помогать.

В карманах мирайцев ничего толком не было, обычный набор - телефон местного производства, скорее всего из ломбарда, и немного наличных денег. Никаких документов, естественно, с собой не взяли. Одеты все одинаково, в мешковатые спортивные костюмы и куртки с капюшонами. Из оружия только ножи, все разные, но с похожими рукоятками, как будто из одного набора. Двоих Томоэ никогда раньше не видела, а вот третий...

- Б-двадцать-шесть-ноль-один, ты ли это? - тихо спросила она.

- Знакомый? - спросила кошка.

- Да как тебе сказать. Я думала что друг. Часто общались. У нас были общие музыкальные вкусы, а вот о литературе постоянно спорили...

- И друг оказался вдруг... - фыркнула кошка. - Именно это чудо мне пришлось ронять дважды. Так что я бы на твоем месте не парилась.

- Да как-то странно, - вздохнула Томоэ и прислонилась к стене. - Мы дружили, столько хороших моментов вместе пережили, и тут...

- Ой всё?

- Ты вообще что ли не паришься?

- Я не понимаю, почему паришься ты, - улыбнулась кошка. - Твои бывшие соратники пытаются тебя ликвидировать уже второй раз. Не считая того, что они с самого начала тебя сюда отправили потому что не жалко, но это уже другой разговор.

- Тех я знала всего пару дней... А Б-двадцать-шесть-ноль-один - мой друг. И, кстати, у него была своя тема - логистика в основном. Как оттуда можно попасть на полевую работу?

- Хм... а ты в последнее время никаких глупостей не делала? - вдруг спросила кошка. - Типа писем домой, например...

- Вообще-то написала паре человек, - созналась Томоэ.

У кошки вздрогнули ушки.

- А! - сказала она, - Ты просто не в курсе. Мы-то уже слетали и вернулись.

- Куда слетали?

- Очень долго объяснять, - уклончиво ответила кошка. - В общем, у "Общества будущего" сейчас непростые времена. Вольфрам говорит, что оно может наконец-то развалиться.

- А я при чем?

- А ты под руку попалась. У них сейчас... эм, как же он тогда сказал? - кошка задумалась. - А, вспомнила! "Разлад, брожение умов, поиск виноватого и прочие центробежные тенденции".

- Всё плохо?

- Ну, это тебе не со мной надо разговаривать, я больше по мелочи, - уклончиво ответила кошка. - Хм, я машину слышу... Пойду посмотрю кто приехал. Дверь открывай только мне!

В два прыжка пересекла комнату, прислушалась - кошачьи ушки смешно задвигались - и выскочила из квартиры. Томоэ быстро заперла дверь изнутри. В крошечной квартирке не было даже намека на прихожую, любой случайный человек, проходящий мимо, сразу увидит всю комнату и всё, что в ней... лежит.

Кошка вернулась через пять минут. С ней были трое мужчин своеобразной наружности - в черных рабочих комбинезонах, вязаных шапочках, натянутых по самые уши, и темных очках. Различались они в основном по росту - один был высокий и тощий, второй - не сильно ниже, но шириной со шкаф, а третий - мелкий. И еще он был небрит и жевал зубочистку. Похоже, он и был главным. Замыкала процессию кошка со спортивной сумкой в руках. В квартире сразу стало тесно.

- Ну тут не сильно грязно, - хмыкнул "мелкий". - Даже почти без влажной уборки обойдемся.

Он ткнул носком ботинка голову одного из мирайцев. Та легко закачалась, как будто шея её вообще не держала. Томоэ стало дурно.

- Я специально старалась не мусорить, чтобы вам легче было, - улыбнулась кошка.

- Похвально, - кивнул мелкий. - Оружие было?

- Ножи, босс, - вмешался "длинный". - Кухонные. Самое смертоносное оружие в мире.

- Ага, - хохотнул "шкаф".

- И еще вот, - добавила кошка и вывернула на пол содержимое сумки.

Там оказалась бутылка с водой и еще ножи. Штук пять, все разные, но с одинаковыми ручками. А последней из сумки выпала деревянная подставка, куда все ножи должны были втыкаться.

- То есть они просто пошли в магазин, который тут через дорогу, и там купили что под руку попалось? - удивилась Томоэ. - Вместе с подставкой, чтобы никто ничего не заподозрил?

- Дилетанты? - хохотнул "шкаф".

- Или профи, - не согласился "длинный".

- Мутные они, - резюмировал "мелкий". - Мутные настолько, что местные барыги отказались им продать что-то серьезное.

- Местные барыги побрезговали деньгами? - удивился "длинный". - В жизни не поверю.

- Значит трындец какие мутные, - махнул рукой "мелкий".

Посмотрел на Катю и добавил:

- Мутные и предсказуемые. Потому что у барыг была инструкция, кому звонить если появятся. Я прав?

- Ну типа того, - созналась Катя. - Я же не просто так здесь оказалась.

- Где оказываетесь вы, потом обычно оказываемся мы, - вздохнул "мелкий".

- Да, кстати, а у вас нет скидочки для постоянных клиентов? - спросила кошка и мило захлопала глазами.

- Нет. Но, чую, скоро придется заводить. С вами без работы точно не останемся. Эх...

Он обвел взглядом комнату повернулся к Томоэ и продолжил:

- Ладно, хозяйка. Берите что вам нужно на один день. Сегодня переночуете в гостинице, завтра идете на работу как обычно и возвращаетесь домой. Всё будет готово. Ключ нам оставьте, потом кинем в почтовый ящик.

- Точно больше ничего не надо? - осторожно уточнила Томоэ.

- Платит господин Паук, как я понял, - "мелкий" покосился на Катю. - Всё уберем, отмоем, пропылесосим, купим новую микроволновку, и даже... так, откуда следы ботинок на стене?

- И на потолке тоже, босс, - заметил "длинный" и показал пальцем.

- Тут что, студенты гуляли? - шумно вздохнул "мелкий". - Ладно, идите, всё сделаем.

Томоэ с Катей быстро собрались и покинули квартиру. Вещей с собой никаких не было - один день можно прожить и так. У выхода из подъезда Томоэ спросила:

- А это надежные люди? Вы явно часто пересекаетесь.

- Почему ты так решила?

- Ты без шапки.

- А что они там не видели? - усмехнулась Катя. - К тому же это особая порода людей. "Профессионально-нелюбопытные".

- Как у вас всё сложно.

- Зато весело, - улыбнулась кошка. - Я, конечно, могла пистолет достать, но тогда было бы много уборки...

Томоэ не очень разбиралась в кошках, но помнила, что они любят играть с добычей. От этой мысли стало немного не по себе.

- Ладно, дальше нам в разные стороны, - сказала Катя. - Гостиница вон там. Скажешь... ну например что стену покрасила и не хочешь краской дышать. Хотя они вряд ли что-то спросят. А я пошла на автобус.

- Катя, подожди! - спохватилась Томоэ.

Кошка остановилась. Человек бы оглянулся через плечо, но у кошки просто развернулось назад одно ухо - прохожих было мало, и шапку она пока несла в руке.

- Мне нужно встретиться с Вольфрамом, - сказала Томоэ.

- А ему нужно с тобой встречаться? - спросила кошка.

Томоэ промолчала.

- Хотя ладно, - вздохнула Катя. - Я ему скажу, потом тебе напишу. Ориентируйся на завтра, после работы.

Натянула шапочку и пошла дальше по улице.

***

В пятницу после работы Томоэ оказалась в клубе "Глубокий космос". Находился он, как логично следовало из названия, в подвале. Она там уже один раз была. Два, если считать подсобку на заднем дворе. Но вечером пятницы на входе было столпотворение. Очередь растянулась до следующего здания, и двигалась довольно медленно - накачанные парни в пиджаках, охранявшие вход, довольно придирчиво выбирали, кого пускать а кого нет. Кажется, это называлось "фейс-контроль", но Томоэ ни разу в жизни не ходила в клуб развлекаться и понятия не имела, как там всё устроено. Вообще, шанс пройти у неё, наверное, был. Но с такой скоростью очереди это займет целую вечность. И тут внезапно кто-то схватил её за локоть и потащил в сторону. Это оказалась Катя.

- Пойдем в обход, как нормальные герои, - сказала она. - Здесь не пробиться.

- Мда, клуб популярный, - рассеянно согласилась Томоэ.

- А я говорила, что можно еще сильнее ценник поднять, - проворчала Катя.

Они обогнули здание, и оказались на заднем дворе. Томоэ нервно икнула, когда увидела знакомый бронированный лимузин. Сразу вспомнилась лопата в багажнике. А еще там стояли два грузовика, и народ что-то разгружал. Катя безошибочно выбирала дорогу, лавируя между людьми и ящиками, и вскоре затащила Томоэ в основной зал клуба. Оттуда они поднялись на балкон и вскоре оказались в "кабинете" за загородкой.

Вольфрам, в белом пальто, но без шапки, сидел в своем кресле, уткнувшись сразу в три планшета. Еще один держала кибермедсестра Эмма. Она красиво, ногу на ногу, сидела на диванчике и медленно печатала одним пальцем.

- Ну вот, привела, - объявила Катя и усадила Томоэ на табуретку.

Сама скинула пальто и шапку в кресло и убежала к парапету смотреть вниз на сцену.

- Прошу извинить за беспорядок, - Вольфрам развел руками с планшетами. - Конец года, договоры с поставщиками нужно перезаключать. А все помощники разъехались по делам.

В "кабинете" действительно не было никого, кроме него и Эммы.

- У меня есть вопросы, - сказала Томоэ.

- Ты и сама можешь на них ответить, - вздохнул Вольфрам.

- Не понимаю.

- Ладно. Тебя щадить, или не очень?

- Говори как есть. Я уже... привыкла.

- Хорошо. Итак, "Общество будущего"... - Вольфрам отложил один планшет и потер переносицу. - ...было обречено на провал с самого начала. Проект по превращению человека как биологического вида "хомо сапиенс" во "вместилище разума" путем отсечения лишнего и киборгизации ущербен в принципе, даже по меркам самых радикальных апологетов трансгуманизма. В предельном случае он мог привести к вымиранию планеты Мирай.

- Я знаю, что ты настроен критически...

- А ты сама? - улыбнулся Вольфрам. - Когда "Великая цель" потребовала, отправить Т-ноль-ноль-два-восемь на убой, "Общество будущего" сделало это без колебаний. А тебе самой, разумному человеку и активному члену "Общества" с правом голоса, даже правду не сказали.

- Ну да, прямая демократия дала сбой, - нехотя согласилась Томоэ.

- Все радикальные организации устроены одинаково, - сказал Вольфрам. - Есть те, кому надо, и те, кто будет делать. С первых никто никогда не спросит, а вторых никому не жалко. Сама понимаешь, в какой категории была ты.

- Меня снова пытались убить.

- И среди нападавших был твой друг?

- Тебе Катя рассказала?

- Я бы угадал и сам, - Вольфрам положил остальные планшеты на стол и откинулся в кресле. - Полторы недели назад кое-что произошло. И "Обществу будущего" стало очевидно, что их главный проект провалился. Кроме того, члены "Общества" понесли большие потери в живой силе и технике. Сейчас они ищут виноватых, как в своих рядах, так и вовне.

- А я...

- А ты побывала на одной встрече. Вот прямо здесь, на этой же табуретке сидела, - спокойно продолжил Вольфрам. - Тщательно законспектировала всё, что слышала, и отравила своим кураторам, в надежде оправдаться за провал. Из этой информации члены "Общества будущего" и те, кто за ними стоял, смогли понять, куда им лететь и что делать. И потерпели поражение.

- Погоди, - Томоэ вскочила с табуретки. - Вы что, меня просчитали? Это было спланировано?

- А чисто логически, зачем нам тебя жалеть? - спросил Вольфрам. - Ты пыталась украсть мой груз, а потом вообще напала на бедных девушек с удавкой. Включи разум и логику, которыми так гордишься. Шпионские игры выглядят вот так. Если ты в это играешь - привыкай.

Томоэ приземлилась обратно на табуретку и скрестила руки на груди.

- Но я должен перед тобой извиниться, - вдруг сказал Вольфрам.

- Извиниться? - удивилась Томоэ.

- Да. От имени всего Консорциума. У меня были средства и возможность... уничтожить "Общество будущего" вскоре после его зарождения. Тогда история планеты пошла бы по-другому и, думаю, сейчас ты была бы счастливее.

- Уничтожить?

- Я им в лицо смотрел и слушал их бред, - вздохнул Вольфрам. - Так что вполне мог. Но не стал.

- И сейчас оно само рушится.

- Да. Друг на друга, брат на брата. Обычная гражданская война. Учитывая привычку "Общества будущего" к насилию и серьезное проникновение в правительство планеты, конфликт будет масштабным и долгим.

- Не этого я хотела, - мрачно произнесла Томоэ, глядя в пол.

- Теперь уже не важно. Мы переселим тебя на новое место. Если не будешь пытаться связаться с кем-то на Мирае, тебя не найдут. Хотя я не уверен, что вообще будут искать. В твоих интересах сейчас лечь на дно и исчезнуть хотя бы на полгода.

- А если я не захочу? - вдруг сказала Томоэ.

- У тебя есть варианты? - удивился Вольфрам.

- На моей родной планете, как ты сказал, гражданская война. Но у меня там друзья.

- Половина твоих друзей уже хочет тебя убить. Когда радикалы ссорятся, так всегда и происходит. Эвакуировать их тебе некуда, да они и не захотят. Остаётся ждать, пока конфликт не исчерпает себя.

- А если я не хочу стоять в сторонке ждать?

- Ты у нас пламенная революционерка? - удивился Вольфрам. - Что ж, тогда два варианта. Первый - ты "за всё хорошее и против всего плохого". Результат - тебя убивают.

- А второй?

- Ты собираешься с мыслями, смотришь хотя бы новости и соцсети, формулируешь свою позицию - рекомендую на бумаге, так яснее получается - и решаешь, какую из сторон хочешь поддержать и почему. Нейтральной быть не получится, "кто не с нами - тот против нас".

- С одной стороны "Общество будущего", - задумалась Томоэ. - А с другой -часть правительства, которая хочет его прикрыть...

- Ты не уверена даже в этом, - вздохнул Вольфрам и потер переносицу. - Пока не разберешься - не предпринимай ничего. И тем более не проси меня о помощи.

- Я пока и не собиралась.

- Цена будет очень высока, - улыбнулся Вольфрам. - Я планирую... несколько крупных покупок, так что скидку сделать не смогу. И нужны будут гарантии.

- Я понимаю.

- Через несколько минут тебе на почту придет письмо со ссылками на новости и аналитику по "волнениям на планете Мирай". Начни с тщательного изучения. За дверью уже ждет охранник, он выведет тебя на улицу без толчеи в очередях и посадит в такси. Впереди два выходных. Изучай материал, готовься. И думай. Пора тебе решить, кто и ты и с кем ты.

Томоэ молча кивнула, встала и направилась к выходу. Как только она ушла, из-за кресла Вольфрама появилась кошка.

- А консорциум предоставляет политическое убежище? - спросила она.

- Залезай, - улыбнулся Вольфрам.

Распахнул пальто, и кошка забралась ему на колени.

- Почему эта Томоэ не может просто сидеть на попе ровно? - спросила Катя.

- Активная жизненная позиция так быстро не лечится, - вздохнул Вольфрам и поднял со стола один из планшетов.

Количество устройств в руках пришлось сократить - нижние руки теперь были заняты кошкой.

- А ты решил на этом нажиться?

- В время подобных событий очень много собственности переходит из рук в руки. И концов потом не найти.

- Топливные сборки для корабля Кэсси?

- В том числе. Мирайский космофлот неплох для периферийной планеты, запас топлива у них должен быть.

- А, ну тогда ладно, - фыркнула кошка. - Но вообще грустно немного. Получается, что наша история с "главным призом" обрушила правительство целой планеты. Мимоходом.

- Пусть это будет для тебя уроком, - Вольфрам погладил кошку по голове. - И для Кассиопеи, с ней я отдельно поговорю. Все имеет последствия. И не все последствия можно просчитать. Но я не особо переживаю за мирайцев.

- Потому что они враги?

- Они не враги, просто так получилось. И после этого конфликта планета станет сильнее. Может даже терраформирование перезапустят. Поживем - увидим.

- Вот да, - промурлыкала кошка и закрыла глаза.

Эпилог №4. Ценное приобретение.

Иоланта сидела перед зеркалом и одновременно стояла перед тяжелым выбором. Виной было давно подзабытое явление под немного вульгарным названием "засос". Уже привыкла ходить с расстегнутыми пуговицами на блузке, показывая необходимый минимум декольте. И вот как раз там... На самом деле, конечно, их было несколько, но именно этот попал неудачно. Сама напросилась, конечно. И вообще ни о чем не жалела. Но что делать-то? За своим внешним видом Иоланта всегда следила очень тщательно. Вариант первый - не делать ничего. Будут присматриваться - увидят, но какая разница? Вариант второй - застегнуться на все пуговицы. Тоже не пойдет. Полностью скрывать всё свое богатство ей давно надоело. Остался третий вариант - замазать. Девушка тяжело вздохнула и полезла в ящик стола за косметикой. Одновременно за спиной кто-то громко чихнул.

Девушка обернулась и увидела кошачьи ушки, торчащие из-за косяка двери. Катя - существо любопытное сверх меры. Но очень не любит посторонние запахи.

- А давай тебе глаза подведем, - громко сказала Иоланта. - Прямо чуть-чуть. Будет просто офигенно!

Кошка мгновенно исчезла. Иоланта действительно считала, что Катины выразительные зеленющие глаза можно иногда и подчеркнуть. Но в основном это был рабочий способ спугнуть кошку.

Собиралась она долго и тщательно. Предстояла долгая дорога в космос, несколько прыжков с пересадками. Привычка все планировать никуда не делась. Иоланта даже заранее купила два самых главных предмета, которые понадобятся ей в точке назначения - плащ с капюшоном и огромный зонт.

***

Дождь на этой планете оказался не таким злым, как рассказывал Виктор. Он говорил, будет лить как из ведра круглосуточно. На деле же просто моросило, хотя и постоянно. Даже солнце пару раз показалось в прорехах между облаками. Однако настроение было не очень хорошим. Иоланта загрузила два огромных пакета в багажник арендованной машины, сверилась с навигатором и поехала за город. Через час свернула с трассы, и впереди показался серый забор с колючей проволокой по верху и несколько прямоугольных зданий, соединенных крытыми переходами. Именно там отбывал свой немалый срок антиквар Шульц.

Иоланта всегда рвала с бывшими сразу и навсегда. Никаких забытых вещей, нетрезвых звонков и прочего. Шульц, конечно, никогда не был каким-то любовным интересом - бывший наниматель чуть-чуть побыл эпизодическим любовником, и всё. А потом они вместе управляли группировкой пиратов и контрабандистов. Ну то есть пытались, пока всё не рухнуло. И на Шульца свешали всех собак. Стараниями Иоланты в том числе.

"Вряд ли он будет рад меня видеть", - подумала девушка.

Но отказываться от задуманного было уже поздно. На входе охранники тщательно проверили её сканером, и долго копались в пакетах. Когда ничего запрещенного не нашли, повели по длинным коридорам без окон в комнату для свиданий.

Шульц уже ждал там. Непривычно было видеть его гладко выбритым - модная трехдневная щетина ушла в прошлое. Тюремная роба тоже смотрелась на нем странно. А еще он был прицеплен наручниками к петле в столе.

- Мы перестраховались, - пожал плечами один из охранников. - Судя по материалам дела, он может быть на вас немножко в обиде.

- Я понимаю, - кивнула Иоланта.

Поставила пакеты, села напротив Шульца, закинула ногу на ногу и скрестила руки на груди. Она не знала, что сказать. По идее, Шульца должны были предупредить, кто хочет с ним встретиться. И он даже имел право отказаться. Но пришел. Неловкое молчание длилось несколько минут.

- Ты на них не похожа, - наконец сказал Шульц.

- На кого? - удивилась Иоланта.

- На ждуль. Так мы их здесь называем. Подруги осужденных, появляются раз в несколько месяцев и привозят гору ништяков.

- А остальное время сидят ждут?

- Отсюда и название. Правда, бывают еще адвокаты и им подобные. На этой зоне в основном бизнесмены, уклонисты от налогов в особо крупном размере и около того. У них всегда много друзей с деньгами, вот и возят. Чай, сигареты...

- Я кофе хорошего взяла.

- О, ну это царский подгон, - заулыбался Шульц.

- Даже не спросишь, зачем я здесь?

- Пакеты важнее, - усмехнулся Шульц.

- И что ты с ними будешь делать?

- В основном - делиться, - объяснил Шульц. - Я немножко в авторитете - не каждый может влететь так лихо как я. Тут нет этой всей воровской движухи, ну ты понимаешь. Одни первоходы. Когда тебе подгоняют ништяков - ты делишься. Потом делятся с тобой. Так и выживаем. Харчи тут однообразные, не ресторан. Уже воротит с них.

- Тем не менее, я здесь не просто так, - напомнила Иоланта.

- А, ну да, - Шульц хотел развести руками, но наручники не дали. - Мы с тобой попали в криминальную историю. Тебя отмазали, а теперь, по слухам, вообще амнистировали. А я сел. Не то чтобы я на тебя сильно в обиде - просто знаю, кого там отмазывали на самом деле..

- ...я тоже знаю.

- Ты далеко не всех знаешь, поверь, - вздохнул Шульц. - Так что я на твоем месте, вполне возможно, поступил бы так же. Но и любить тебя мне, согласись, тоже не за что.

- То есть у нас сугубое деловые, даже меркантильные отношения, - спокойно ответила Иоланта. - Меня полностью устраивает.

- И что же ты хочешь?

- Твой рабочий архив, - улыбнулась девушка.

- Консорциум, нечеловеческие артефакты, или?..

- Всё.

- И чем ты мне заплатишь? - удивился Шульц. - Особенно учитывая моё положение.

- Это обсуждаемо, - спокойно ответила девушка.

- Вольфрам украдет меня из тюрьмы? - усмехнулся Шульц.

- Как вариант.

- Лекарство хуже болезни.

- Ну, например, у Империи нет договора об экстрадиции с Федерацией, - напомнила Иоланта. - Вообще ни с кем нет.

- И на что я там буду жить?

- Это решаемо, - ответила Иоланта.

Она почувствовала почву под ногами. Хорошо знала Шульца, поэтому ей не составило труда угадать, чего он хочет больше всего. А еще он может и любит торговаться. Это Иоланта собиралась пресечь. Самым простым способом - вовремя повернуться и уйти.

- Насколько я помню, ты имеешь право на одно письмо в месяц, - сказала она. - И их не проверяют, потому что тайна переписки. Как решишься - отправишь мне на старый адрес.

Шульц молча кивнул. Иоланта решительно встала, направилась к двери, но на полдороги обернулась и добавила:

- Но "архив" - вперед. И надеюсь в нем окажется что-то стоящее.

- О, он тебя не разочарует, - ответил Шульц. - Тебя и... тех кто за тобой стоит теперь.

Он еще что-то говорил, но дверь за девушкой уже закрылась. Иоланта, стуча каблуками, без остановки прошла по коридору до поста охраны, потом к машине. Забыла про зонт и капюшон, намочила голову под дождем, но даже не заметила этого. Села за руль и долго сидела, глядя перед собой и не заводя мотор.

Архив Шульца - вещь крайне ценная, в нем много полезного, особенно для специалиста. Но Иоланта только недавно решила для себя, кому хочет его отдать. У неё появились друзья, в которых она была уверена. И Виктор. Отношения были... несколько странными, особенно учитывая абсолютное попустительство Юми. Художница лично, в открытую вручила Иоланте диванную подушечку с намеком понятно на что. Она, к слову, еще не понадобилась. До неё просто не дошло. Зато понадобился стол - он просто на идеальной высоте. Ну, для тех кто понимает.

А вот зачем это всё Юми - непонятно. На самом деле, была одна версия, но довольно грустная. Даже пару раз мелькнула мысль, что Юми улетела домой на Хаб-3 и попросту не вернется. Вряд ли, конечно, но... Иоланта помотала головой и запустила двигатель. Думать о плохом не хотелось. Впереди был долгий путь домой.

***

Через две недели она сидела в конторе и перебирала почту. Юми еще не вернулась с Хаба-3, Вольфрам пропадал в клубе, а Виктор пошел "выгуливать кошку" - непонятно что это значило, но к вечеру у "экспресс чистки ковров" могло прибавиться работы. И тут на телефоне появилось новое сообщение с пометкой "дальняя космическая связь". Отправителем значился... Шульц.

"Я согласен," - писал он. - "Но мне нужны гарантии! Поэтому пароль отдам только после того как... ну ты поняла. Сначала лучше убедись, что вообще сможешь им воспользоваться - это будет непросто. Архив находится на отдельном сервере в собственном дата-центре "Дитриха и Розенберга". Доступа через сеть там нет, придется подключаться локально. Объект хорошо охраняется, так что я даже не представляю как ты собираешься всё это провернуть."

- Поживем - увидим, - вслух сказала Иоланта.

Придется всё делать в обратном порядке. Сначала разобраться, возможно ли вообще проникновение в дата-центр и как выносить оттуда данные - накопитель нужного объема явно в кармане не поместится. Потом украсть Шульца из тюрьмы - это отдельная задача, и как бы не сложнее. Получить у него пароль. И потом уже лезть в дата-центр. Именно на этом этапе всё просто обязано пойти не так. В общем, даже в первом приближении план выглядел как ограбление века. А еще Иоланту в компании знают в лицо, поэтому крайне нежелательно идти туда самой. В общем, было над чем подумать. Она уже один раз управлял преступным сообществом. ну то есть пыталась. И там всё было проще - один сплошной подлог документов и фальшивые экспертизы, которые она даже не сама делала, а заказывала у разных мелких бесов. Новая задачка обещала быть поинтереснее.

Иоланта потянулась, откинулась в кресле и заулыбалась. Приобретение обещало быть весьма ценным. А как его достать - придумаем. Есть у неё один знакомый эксперт по управляемому хаосу.

Эпилог №5. Тётя-кошка всех спасет.

Виктор с Катей сидели в машине на обочине загородной дороги. Дул сильный ветер, травы в поле колыхались так сильно, что было похоже на морские волны. А еще стремительно садилось солнце. Через полчаса уже будет совсем темно.

- Итак, - спросила Катя. - Насколько все плохо?

- Ну, для начала, Вольфрам попросил меня погулять с кошечкой, - улыбнулся Виктор.

Катя фыркнула и отвернулась к окну.

- А потом случилась... ситуация. Помнишь барыг, которые пытались устроить подлянку на стрелке?

- Хотели нас перестрелять, но мы их опередили? Помню, - улыбнулась кошка.

- Так вот, по ходу надо было всех гасить, - вздохнул Виктор. - А Вольфрам включил добрячка, и пощадил главаря и его брата.

- Реально брат оказался?

- Сводный, отец один, - ответил Виктор. - В общем, им был предъявлен ультиматум - три дня, и чтобы в городе их не было.

- А потом мы улетели в "санаторий", - вспомнила Катя. - И пока там развлекались, все сроки вышли. А барыги, дай угадаю... не сделали нифига?

- Естественно. Но потом ситуация обострилась без нашего участия.

- Эй, это наша добыча! - фыркнула кошка.

- Видимо не всем объяснили. В общем, к парням в спортивных костюмах подъехали дяди в пиджаках.

- Подмяли их под себя? - предположила кошка. - Обычное дело у мафии. Ну, по крайней мере в фильмах.

- Ну то есть ты бы так и сделала, если бы была мафиози? - засмеялся Виктор.

- У меня нет пиджака, - задумалась кошка.

- Иоланты на тебя нет.

- Я с ней в магазин не пойду! - зашипела кошка. - Ну, по крайней мере пока они вдвоем с Юми. Они забывают про свои покупки и принимаются наряжать меня...

Она недовольно поёжилась в кресле.

- В общем, обычно мафия так и делает, - сменил тему Виктор. - "Пиджаки" приходят к "спортсменам" и объясняют, под кем они теперь ходят и кому платят. Но тут случился побочный эффект. Вспомни, как эти барыги работали.

- Нуууу, они не очень вежливые, - задумалась Катя. - Не пытались договориться с хозяином заведения, где продавали свои стрёмные вещества. Даже когда им об этом открыто сказали - проигнорировали. А потом попытались устранить его на стрелке, вместо того чтобы договориться.

- И слухи поползли. "Пиджаки", естественно, наводили справки, прежде чем приобретать чужой бизнес, - продолжил Виктор. - Прикинули расклад, и решили, что эти клоуны стрёмные.

- Я с ними согласна, - усмехнулась Катя.

- А если они стрёмные, то проще их подвинуть, и поставить на торговлю веществами каких-нибудь знакомых ребят. Оргвопросы придется решать самим, но по крайней мере исполнитель не будет так лихо косячить.

- Ну, судя по тому, что мы с тобой сидим в машине на окраине горда поздно вечером, кто-то все-таки накосячил, - заметила Катя. - И очень, очень лихо.

- Даже не знаю, как ты угадала.

Тем временем стемнело окончательно. Еще и ветер поменялся, и теперь звезды, едва успевшие появиться в ночном небе, затягивало облаками.

- В общем, ситуация, - начал Виктор. - Пацаны внезапно поняли, что вся их криминальная империя посыпалась, как горка из опилок в ветреную погоду. И решили показать какие они крутые, и заодно срубить бабла.

- Напали на Вольфрама... то есть Паука?

- Нет, в эту сторону им дергаться страшно. Напали на главного "пиджака". И обставили всё так, что виноватым получался Паук.

- Главного "пиджака" даже жалко, - вздохнула Катя.

- Да, он приехал в клуб на восьми крутых тачках, и, по слухам, махал золотым пистолетом с гравировкой прямо у Паука перед лицом.

- И выжил после этого? Смелый дядя.

- Вроде бы сошлись на том, что Паук поможет ему решить проблему, но не бесплатно.

- До какой степени "не бесплатно"? - оживилась Катя.

- Ну, мафиози же размахивал пушкой и думал, что реально опасен. Так что нельзя его разочаровывать. А то подумает, что Паук держит его за дешевку, и получит психологическую травму. Так что в сумме много нулей.

Катя захихикала. Потом повернулась к Виктору и спросила:

- А что эти барыги сделали-то?

- Взяли заложников, - вздохнул Виктор. - Сестру главного "пиджака", с восьмилетним сыном.

Катя резко стала серьезной. Задумалась, а потом напомнила:

- Это же не по понятиям!

- Вообще-то да. Тут принято, что семья в делах не участвует, и, по-хорошему, не всё и не всегда знает. До этого момента обычай более-менее соблюдался всем группировками.

- Прям не участвует?

- По слухам, сестренка ведет для мафии половину всей черной бухгалтерии. Но по мне так эти барыги не настолько продвинутые, чтобы о таком знать. Так что они взяли "некомбантантов", только в криминальном смысле.

- Интересная формулировка.

- Я юрист, у меня профдеформация, - улыбнулся Виктор.

- Хм, а как барыг-то вычислили? - спросила кошка.

- К счастью, они оказались слишком хитрыми. Прислать "пиджакам" сообщение от имени Паука догадались, но выкуп-то получить им хотелось самим. Вот по точке передачи денег и спалились. А дальше дело техники. В общем, заложников держат вон там.

Виктор указал пальцем в темноту.

- Эм, склад какой-то? - пригляделась кошка. - Только чуть левее.

Она-то в темноте видела отлично.

- Там раньше была логистическая компания, - ответил Виктор. - А сейчас черт знает что. Огороженная территория, забор с колючей проволокой. Один въезд, с будкой охраны. На территории здание склада и одноэтажный домик конторы. Где заложники - непонятно.

- Камеры?

- Нет. Боятся, что их хакнут и запишут что творилось.

- Тогда проще, - ответила кошка и потянулась в кресле.

- Не проще. Охраны много. В связи с последними событиями. Собрали всех, кто еще не разбежался. И была отдельная просьба - следить, чтобы ребенок страха не натерпелся.

- Я аккуратно, - пообещала Катя. - Где заходим и где выходим?

- Заходишь где удобно, - сказал Виктор. - По выходу потом состыкуемся.

- Ты со мной не пойдешь?

- Куда мне до настоящей охотничей кошки, - засмеялся Виктор. - Но я знаю, как немного поменять правила игры в твою пользу.

***

К складу вела одна дорога от трассы. Вдоль неё шла линия электропередач, которая заканчивалась трансформатором на столбе. И из будки сторожа у ворот всё отлично просматривается. Другой связи с миром не было, со всех сторон - поля. К счастью, высокая трава позволяла подобраться к ограде склада практически вплотную откуда угодно. Виктор утверждал, что по каким-то противопожарным нормам на десять метров от забора всё должно быть скошено, но, похоже, никто кроме него эти нормы не читал. Кошка неслышно скользила в высокой траве. Она уже ощущала охотничий азарт. Даже сама себе напоминала, что главное - не заиграться. Это не просто ночная охота на неуклюжих подслеповатых бандитов, а целая миссия по спасению. Но ничего не могла с собой поделать - ей нравилось красться в ночи с пистолетом в руке. Ну или в данном случае - с кусачками. Где-то сзади, чертыхаясь, полз Виктор - для него почти километр в полуприседе - это много.

Катя выбрала место, где трава подходила поближе к забору, а с другой стороны было где прятаться. И принялась резать сетку рабицу кусачками. Проход сделала небольшой, чисто прошмыгнуть ползком. Дождалась, пока рядом никого не будет, и оказалась внутри ограды. Спряталась за штабелем старых поддонов и стала ждать. Потом спохватилась и доложила по радио:

- Виктор, я внутри. Левая сторона, за административным зданием, в поддонах.

Умение говорить сразу в радиоканал оказалось очень кстати.

- Нормальные герои всегда идут в обход, - усмехнулся в ответ Виктор. - Но они же не настолько безнадежны, чтобы охранять только главный вход?

- Ты к ним слишком строг, - хихикнула Катя. - Они стараются, будь снисходительнее. С тылу тоже посты стоят.

- Много?

- Один ходит вдоль всей ограды с тылу.

- Его явно контролируют, исчезнет - поднимется тревога.

- Пожалуй да. Но его обойти не проблема. Топает, чертыхается, фонариком светит. Ворчит, что забыл дома кофту, а тут холодина. Ой, ну вот зачем... короче, он закурил. А ветер в мою сторону!

- Катя, убери пистолет, - спокойно сказал Виктор.

Он не мог её видеть, но очень, очень хорошо знал.

- Ты же знаешь, как это трудно, - вздохнула кошка. - Ненавижу этот запах!

- Перестрелять - это слишком просто. А вот если ты их всех обломаешь...

- Ну лаааадно, - протянула кошка. - Что там у тебя?

- Я, получается, с противоположной стороны от тебя, но за забором. Тут тоже один ходит взад-вперед. И еще один стоит внизу на углу. Так, они потрындели, этот ушел... и вон как раз твой идет, огонек от сигареты вижу.

- Ты близко подошел?

- Метров сто, меньше даже.

- И у тебя отличный карабин с глушителем...

- Катя!

- Лааааадно... - фыркнула кошка. - Так, а если у тебя один внизу стоит, то почему у меня такого же нет?

Она замерла в своём укрытии и стала слушать. Вот возвращается "забыл кофту" - топот и табачная вонь. Но рядом кто-то переминается с ноги на ногу, как будто по железу. Катя посмотрела на здание конторы и увидела вход с торца. Там было сварено из железа этакое крылечко, даже с крышей из профлиста. И на нем стоял человек. Спортивный костюм, теплая жилетка, кроссовки и дробовик на ремне через плечо.

- Нашла, - сообщила по радио Катя.

- С той стороны им лень выходить на улицу, и они торчат из окон конторы? - ответил Виктор.

- Вроде того. А как ты угадал?

- В армии служил. Случалось часовым стоять. Прекрасно знаю, какое это сомнительное удовольствие.

- В армии же по два часа стоишь?

- В дрянную погоду - один час, - ответил Виктор. - А этих ребят вряд ли кто-то до утра сменит.

- Я начну поиск со здания конторы, - сказала Катя. - Будь готов к отвлекающему маневру.

Она дождалась, пока "забыл кофту" уйдет в обратном направлении, выскользнула из укрытия и по теням, вдоль забора, зашла за угол конторы. А оттуда - на крылечко, бесшумно перескочила через перила и оказалась за спиной у бандита с дробовиком. Убрать его было проще простого, но тогда останется мало времени - даже если "забыл кофту" не будет торопиться и остановится пожаловаться на жизнь часовому на противоположном углу, вернется он самое большее минут через пять. Этого мало. А еще от бандита с дробовиком пахнет крайне дешевым кофе, наподобие той "гадости", которую когда-то пил Виктор. Значит, он может в любой момент зайти в контору за добавкой. Катя бесшумно осмотрелась и нашла третий способ. Настолько странный, что никто в него не поверит. А значит, может и сработать!

Дробовик висел на ремне у бандита за спиной. Катя аккуратно взяла его и резко дернула вверх, крутанула, чтобы ремень перехлестнулся вокруг шеи бандита, подпрыгнула и засунула оружие под конструкцию из ржавого уголка, которая держала крышу над крылечком. Бандит захрипел и задергался. К сожалению, он доставал ногами до пола. Пришлось быстро ткнуть его ножом в бок. Всё, инсталляция готова, в полумраке да издали вообще ничего не понятно. Вроде стоит, вроде вертикально, если не приглядываться - сойдет. Риск, конечно, но "забыл кофту" к нему поболтать не подходит. Так что может и прокатит. Кошка вытащила из кобуры пистолет с глушителем и бесшумно проскользнула в дверь.

***

Внутри конторы было промозгло, неуютно и не прибрано. Кругом валялись упаковки от фастфуда и банки из-под пива. Чистоплотная кошка такого не одобряла категорически. Хотя самих бандитов не наблюдалось. Свет горел только в паре комнат, и то по одной лампочке. Катя аккуратно проверила большую комнату в торце здания, коридор и кабинеты - пусто. Похоже, туда особо и не заходили. Только из туалета пахло фастфудом. И безысходностью. В одной из трех кабинок кто-то страдал.

"Если ему всё-таки полегчает, он может выйти и напороться на инсталляцию с дробовиком", - подумала Катя. Опустила пистолет ниже уровня дверцы и выстрелила снизу вверх. Благо бандит пыхтел так громко, что промазать было невозможно. Кошка прислушалась - нет, выстрел с глушителем никто не услышал, ни топота, ни крика. Поддела ножом щеколду и распахнула дверь в кабинку. Бандит как раз пытался упасть с унитаза. Катя поймала его, сложила пополам, потом свела ему руки вместе и пропустила между колен вниз, так что они по локоть оказались в унитазе. Получилась достаточно устойчивая конструкция. Если кто-то снаружи заглянет под дверь - увидит только ноги и спущенные штаны. Катя закрыла кабинку снаружи, ножом вернула щеколду на место и вызвала Виктора по радио:

- Я осмотрела контору. Тут пусто. Заложников нет.

- А что там есть?

- Горы мусора. Туалет. И чайник с дрянным кофе.

- Дай подумать... Сторожка на въезде явно отпадает - там всего одна комната, и я её через окно вижу, свет горит.

- А внутри склада точно ничего нет? - предположила Катя.

- Знаешь, может быть. В сторожке целых три человека сейчас. Подползу поближе, послушаю о чем говорят.

- Погоди, не рискуй! Я с конторы если выйду с другой стороны, как раз возле сторожки и окажусь.

- А укрытия тебе хватит? Там машины какие-то стоят, и света много.

- Да, там не очень, - ответила кошка.

Она как раз подошла к окну и оценивала обстановку.

- Тогда пора пустить в ход секретное оружие, - вдруг сказал Виктор.

- Это какое?

- Электричество.

- Не поняла. Но судя по твоему тону...

- Сейчас всё будет, - ответил Виктор.

И через секунду на улице что-то хлопнуло, бахнуло, вспыхнуло и заискрило. Катя осторожно выглянула в окно и навострила ушки. Фейерверк закончился так же быстро, как и начался. И потух свет. Везде, даже в сторожке.

- Это что было? - спросила Катя.

- Там вдоль дороги идут столбы с кабелем питания. И перед входом на последнем столбе висит трансформатор размером с тумбочку...

- Думаю, уже не висит?

- Ну да, его хорошо коротнуло. И размотало. Почти ничего не осталось.

- Ты думаешь, я поверю, - фыркнула Катя. - Что оно коротнуло по заказу? Или что ты весь из себя снайпер попал куда надо одной пулей?

- Ну, все может быть... - уклончиво ответил Виктор.

- Ты из подствольника бабахнул! - зло сказала Катя.

- Дырка от пули вызвала бы подозрения.

- Ты бабахнул из подствольника без меня! - злилась кошка. - Я тут, значит, крадусь по темноте, мочу бандитов в сортирах, а он там развлекается! С гранатометом! Один!

- Кать, давай потом?

- Ты от меня в этот раз вкусняшками не откупишься!

- Как насчет той шестизарядной штуковины, которая у меня была в армии?

- Это которая под гранатометные выстрелы?

- Она самая. Я вроде нашел, где такую добыть...

- Ну вот, ты всегда знаешь, чем соблазнить девушку, - промурлыкала кошка. - Так, в сторону трансформатора идут два бандита с фонарями, но я их отсюда плохо вижу, сторожка закрывает.

- Вижу, мимо меня идут, - ответил Виктор.

Он явно говорил тише - затаился.

- Не вали их, если есть возможность, - сказала Катя.

- Ты стала говорить как я.

- Сам научил девушку плохому, - фыркнула кошка.

Выкатилась в открытое окно, пробежала до автомобилей и нырнула под большой внедорожник - он высокий, снизу места много. Бандиты, тем временим, обсуждали происходящее. Один куда-то звонил и качал права. Потом шумно выругался, убрал телефон и сказал:

- Короче, они там все офигевшие.

- Где?

- В электрической, чтоб её, компании, - бандит смачно сплюнул под ноги. - Говорят у нас эта, как её, категория надежности энергоснабжения самая днищевая.

- Типа резервный ввод нам не подключат?

- Типа у нас его нет. Они просто "обязаны всё починить за сутки". Типа.

- То есть раньше завтрашнего обеда не появятся?

"Виктор, хитрец, просчитал всё", - догадалась Катя.

Бандиты, тем временем, обсуждали, сколько у них фонариков и стоит ли использовать фары на автомобилях. Кошка на всякий случай ретировалась за мусорные баки на углу конторы. И действительно, через пару минут внедорожник поехал. Развернулся передом к складу и включил фары и гирлянду на крыше. Весь фасад залило светом.

- Кажется, они решили вопрос, - тихо сказала Катя по радио.

- Но не внутри помещений, - ответил Виктор.

То есть преимущество останется, но не всё и не везде. Катя продолжала слушать. Машины как раз перестали ездить туда-сюда и шуметь, а бандиты - ругаться по телефонам. Но пока было непонятно, что дальше.

И тут по радио пришло сообщение от Виктора:

- Угадай, кого я вижу?

- Эм, совсем стремного бандита?

- Угадала. Помнишь их было два брата, старший и младший?

- Младшего еще Вольфрам подранил, но пощадил?

- Да, он самый. И вот эта наглая рожа только что вышла из склада. Прицел без увеличения, но это точно он, я походку узнал. "Я крутой и мне все должны". И еще он руку в кармане держит, а локоть оттопырен.

- Особые приметы? - хихикнула Катя. - Так, я его отсюда не вижу, контора загораживает.

- Идет к сторожке, так что сейчас увидишь.

Бандит действительно появился в поле зрения. Катя быстро выглянула из-за ящика, запомнила кто где стоит и как звучит, а потом спряталась обратно. Дальше можно ориентироваться по звуку - кошачьи ушки не обманешь. "Младший" подошел к одному из бандитов - тому, который ругался с энергокомпанией - и сказал:

- Возьми трех парней, организуй конвой.

- А че? - спросил бандит.

- Мелкий паршивец в толчок захотел.

- Пусть гадит в ведро.

- Он не может.

- Потому что стесняется?

- Потому что он избалованный маленький засранец! И мамаша его такая же.

- Тогда мамашу с собой возьмем, - сказал бандит и сплюнул под ноги. - Пусть сама ему жопу вытирает. Вы трое - со мной! Пошли.

- Почему нельзя было их там и держать? - спросил другой голос.

- Потому что здание конторы вы засрали, - проворчал "младший". - И мамаша всё это время выносила бы вам мозг.

- А за неё выкуп вообще дадут, если такая вредная? - засомневался третий бандит.

- Завтра утром узнаем, - отмахнулся "младший". - Идите, а я свою тачку разверну, вдоль дороги поставлю. Ничего нормально сделать не можете.

- Виктор, ты не около дороги сидишь? - спросила Катя по радио.

- Около. С той стороны, где трансформатор, метров тридцать от забора. Там грунт чуть выше, обзор есть.

- Вали оттуда!

- Понял. Так, они ворота склада открыли. Внутри стоит машина, задом к выезду. Что-то большое и с понтом.

- Вот заложники в ней и сидят, - сообразила Катя. - И сейчас их поведут в туалет в здание конторы. Это очень некстати.

- А чем плоха контора?

- Там слегка... неприбрано. Или даже не слегка.

- Погоди... Ты когда говорила, то "крадешься в ночи и мочишь бандитов в сортире" - это была не фигура речи?

- Конечно нет, - фыркнула кошка. - Ты разве во мне сомневался?

- Тебя просили "не пугать народ"?! Просто подойти и сказать "здравствуйте, я тётя кошка" и всех спасти. Без идиотов в багажнике, напуганных спецназовцев, толпы мирайских ниндзя-киборгов со свернутыми шеями, охоты на снайпера с одним ножом или что ты еще обычно любишь делать.

- Слооожнааа! - протянула в ответ кошка.

Тем временем автомобиль "брата" подъехал к шлагбауму и врубил дальний свет и туманки. Ночное поле и дорогу прорезала яркая широкая полоса света.

- Ты ушел? - спохватилась Катя.

- Залег, тут трава по грудь. Отползу немного в сторону.

- Тогда я пошла встречать процессию.

***

За Виктора Катя не беспокоилась - ему главное в луч света не попасть, а как только окажется в тени, видно его будет даже хуже, чем без фар. Бандиты сами себе портили ночное зрение. К слову, у Виктора карабин с глушителем, а эти бестолочи то курят, то экранами телефонов светят. Прямо нарываются на выстрел. Но пока рано.

Кошка оббежала контору со стороны забора, где часовых не было. Запрыгнула на крыльцо, отцепила дробовик и аккуратно уронила мертвого бандита на землю. Дробовик закинула себе за спину, чтобы не мешался, и с трудом поволокла бандита за гору поддонов, где сама сидела в самом начале. Еле успела - раздались тяжелые шаги, пахнуло табачным дымом. "Забыл кофту" как раз заканчивал очередной обход тыльной стороны склада. Остановился, посмотрел на крыльцо, почесал за ухом, затянулся и крикнул:

- Эй, блин, где все?

Но смотреть не пошел. Махнул рукой, снова затянулся и выругался под нос.

"Пронесло", - успела подумать Катя.

Но тут бандит развернулся и пошел прямо к куче поддонов, на ходу расстегивая ширинку. Примерился... и споткнулся обо что-то. Достал телефон, посветил дисплеем - и увидел труп.

"Я ж специально его сюда тащила, чтобы ты не увидел!", - зло подумала Катя. И нажала на спуск. "Забыл кофту" грохнулся рядом с убитым товарищем. Кошка быстро подобрала телефон, разбила дисплей и выбросила устройство через забор, в траву. А сама спряталась за поддонами. Потому что со стороны склада шли шесть человек с тремя фонарями. И заходить в контору они явно будут со стороны железного крылечка.

Лежащих бандитов не видно, но только если в их сторону не светить. Так что могло получиться не очень хорошо. Катя стреляла быстро, но не до такой степени. К тому же на шум сбегутся все остальные бандиты. А Виктор поддержать огнем не сможет, ему здание конторы мешает. И еще категорически нельзя пугать заложников - Виктор разозлится и не даст пострелять из нового гранатомета.

Тем временем, процессия приближалась. Первыми шли заложники: мальчик лет восьми в форме дорогой частной школы, и с ним не особо красивая, но очень ухоженная женщина в пиджаке, юбке и дорогих туфлях на шпильках. А еще за ней был шлейф удивительно мерзкого парфюма - кошка едва сдержалась, чтобы не чихнуть. И дорогие безвкусные украшения, в таком количестве, что аж звенели. Следом шли четыре бандита.

Сперва фонари осветили крыльцо.

- А эти два обормота где? - спросил первый бандит.

- Один на толчке, он со вчера страдает, - сказал другой. - А второй - хрен его знает.

- Оба трубку не берут.

- Тогда останься тут. Остальные - пошли. Найдем этих засранцев - дадим им пинка.

- Мама, а кто такие засранцы? - тихо спросил мальчик.

- Тссс! Я тебе потом объясню.

- Ну ты всегда так говоришь! И никогда не объясняешь!

Заложники и три бандита скрылись в здании. Один остался снаружи, и, как назло, с фонарём. А куча поддонов прямо перед ним. Он мог увидеть сразу двух покойников в любой момент. И этот момент... настал. Луч фонаря замер, освещая трупы. И Катя выстрелила. Бандиту пробило голову, он привалился к стене и сполз на землю. Фонарь выпал из руки и светил черт знает куда. Кошка мгновенно оказалась рядом, выключила свет и аккуратно заглянула в распахнутую дверь. Тело упало не слишком громко, и на мягкую землю. Но выстрел могли услышать, даже с глушителем. Однако, не услышали. Два бандита с одним фонарём стояли в коридоре, третьего и заложников не было видно. И из туалета доносились удары кулаком по дереву.

- Нашелся, страдалец! Выходи давай, это единственный целый унитаз. И он просто абзац как срочно понадобился гостям босса!

И дружный ржач. Катя прекрасно помнила, что бандит в туалете не особо в состоянии отвечать. Следом раздался грохот - дверь в кабинку выносили с ноги. Снаружи открыть спокойно можно, но бандиты есть бандиты - им прикольно. Катя видела двоих, тех что в коридоре, а третьего - слышала. Мальчик с мамой почти не двигались, но у мамы звенели украшения. Значит, они оба стоят в дальнем от входа углу туалета, жмутся к стене. Хорошо. Кошка вытащила нож и пошла в атаку. Подгадала очередной удар ногой по двери, и одновременно прыгнула. Преодолеть несколько метров по коридору было легко - кошачью скорость опасно недооценивать. Оба бандита в коридоре стояли лицом к двери и заглядывали внутрь. Катя схватила одного сзади за шею, но не рукой а сразу ножом. Дернула на себя и выстрелила дважды - во второго бандита и его фонарь. Одновременно в туалете с треском поддалась дверь кабинки. Оставшийся бандит заглянул туда, увидел покойника на унитазе и заорал:

- Какого хрена!

Но тут в помещение быстрым шагом зашла девушка в черной одежде, с белыми волосами и зеленющими глазами, светящимися в темноте. Вскинула пистолет и выстрелила. Первая пуля потушила последний фонарь, вторая - бандита. И наступила тишина и темнота.

- Мама? - тихо спросил мальчик.

- Тссс! - ответила женщина.

И тут раздался звук, как будто что-то тяжелое волокли по полу. Сопровождался он ворчанием:

- Нажрутся своего фастфуда, потом весят под центнер...

Шорох постепенно переместился в коридор. Иногда что-то с грохотом падало. Потом женский голос с явным облегчением сказал:

- Фух!

Заложники вздрогнули. И тут рядом с ними зажегся фонарик телефона. И оказалось, что всего в двух метрах от них на корточках сидит девушка в черной одежде. Зеленые глаза светились в полумраке, а на голове оказались уши как у кошки.

- Ой, а ты кто? - спросил мальчик.

- Тссс! - зашипела на него женщина.

- Я тётя кошка, - с улыбкой ответила девушка и шевельнула кошачьими ушами. - И я пришла вас спасти.

- Правда?

- А то! - подмигнула кошка. - И у меня есть тайный ход, совсем рядом. Пойдемте, покажу дорогу почище.

- Почище? - спросила женщина.

Кабинка в туалете была снова закрыта, и сломанная дверь подперта дробовиком. По полу, похоже, что-то тащили, но тел не было. В коридоре на полу было пятно крови, а еще кошка очень не хотела, чтобы заложники заглядывали в одну из боковых комнат - загородила проём, когда проходили мимо. Рядом с выходом кошка вдруг поднесла палец к губам и быстро потушила фонарь. Снаружи здания раздались голоса.

***

- Виктор, меня окружают, - сообщила Катя по радио. - Похоже, всполошились.

- Интересно почему.

- Ну вообще-то у них минус семь...

- Просили же по-тихому!.. - проворчал Виктор.

- Ну, почти получилось. Только нужен еще один отвлекающий маневр.

- Например?

- Ну ты же отложил для меня пару гранат к подствольнику?

- Конечно.

- Разрешаю одну потратить.

- Понял тебя, - ответил Виктор. - А то этот урод на въезде уже запарил светить дальним.

- Иоланте не рассказывай - она всё время ворчит, что фарами слепят, - захихикала Катя.

Через пару секунд возле сторожки бабахнуло. Похоже, граната пробила лобовое стекло автомобиля и взорвалась уже внутри. Фары, естественно, потухли. Но загорелась сама машина. На её фоне забегали бандиты.

- Могу работать, - сообщил Виктор.

- Отлично. Мы выходим через мою дыру в заборе, и дальше через поле к машине. Всё, что правее конторы, можешь минусовать.

- Понял... стоп, к вам один бежит... уже не бежит. Можете выходить.

Катя вела диалог напрямую по радио, не раскрывая рта. Так что заложники увидели только бегущего бандита, который внезапно спотыкается и падает.

- За мной! - скомандовала Катя. - Не теряйтесь.

Потом была дыра в заборе и забег ползком по высокой траве, с нытьем, руганью, потерянными туфлями и очень грустной кошкой, которая много раз подряд пожалела, что вообще в это ввязалась. К счастью, где-то на полдороги из темноты возник человек с карабином. Заложники ахнули, но Катя даже ухом не повела - заранее знала, что это Виктор. Он посадил мальчика на спину, и скорость сразу увеличилась. Наконец добрались до автомобиля.

- Садись за руль! - скомандовал Виктор.

- А не ты ли говорил, что я вожу хуже Юми? - фыркнула кошка.

- Зато ты без фар ездишь. Садись и рули. В ту сторону.

Он показал рукой.

- А почему в ту?

- Потому что город - в другую, - объяснил Виктор.

- То есть это хитрый план? - тихо спросил мальчик.

- Тссс! - зашипела на него женщина.

Катя присела на корточки, подмигнула зеленющими глазами и тихо сказала:

- Да, это план! Очень хитрый! Так что тссс! Никому не рассказывай.

Через минуту автомобиль без фар уже несся по ночной дороге совсем не в том направлении, где его будут искать. Вперед, к свободе.

Эпилог №6 Осколки Консорциума.

Кассиопея заново училась плакать. Можно сказать, она напросилась сама. Честно подошла к Вольфраму и попросила рассказать, как всё было в тот самый день. Он помрачнел, а потом достал из кармана старый армейский накопитель данных.

- Забрал его из пульта дежурного по связи, - объяснил он. - Тут запись всего, что звучало в эфире. И отдельно лежит мой анализ - я пытался сформировать цельную картину, уже постфактум. Перебирал варианты, сопоставлял. Этот - самый правдоподобный.

Кэсси аккуратно, двумя руками, взяла накопитель и прижала к груди. В тот миг он казался ей сокровищем, единственной связью с утраченным прошлым. Сколько же раз она об этом пожалела...

Гибель Консорциума просто не укладывалась в голове. Флоты трех сверхдержав, кажется, были везде, их просто не успевали перехватывать. Защитники дрались, и дрались отчаянно, но просто не могли везде успеть - врагов слишком много. И уже через несколько часов на планете один за другим вспыхнули ядерные взрывы. Кэсси перематывала запись туда - сюда, просматривала непонятные моменты... а потом заметила ремарки Вольфрама.

Огромная космическая станция, целый орбитальный завод. Вокруг - флот врага, десятки ярких точек на схеме. И запись сообщения:

"Третья волна абордажа смогла закрепиться. Похожи на спецназ инженерных войск, нам против экзоскелетов воевать нечем. Потери личного состава семьдесят процентов, боекомплект - по два магазина промежуточных. А больше их ничего не берет. Автономность по воздуху - около суток. Пока контролируем часть станции от восьмого сектора по одиннадцатый, но это ненадолго. Зенитки замолчали, с кораблями охранения нет связи - предполагаем, что они уничтожены. Так что ничто не мешает противнику усилить абордажную партию. Моральный дух... не будем о грустном. В общем, мы приняли решение. Снимаем БЧ с одной торпеды и несем в десятый сектор, как можно ближе к реактору..."

Кэсси прекрасно поняла, что будет дальше. Если перемотать время на час вперед, никакой станции на схеме уже не будет. И еще стиль изложения казался очень знакомым. Она решила дочитать сообщение до конца.

"Кажется, пришла пора прощаться. Простите, что не лично. И так скоро. Я дорожил каждой минутой нашей дружбы. Я буду не я, если не скажу - может быть еще увидимся. А может быть я прощаюсь навсегда. Скоро узнаем."

И ниже, под сообщением, заметка от Вольфрама. Одно слово. "Монах". Кэсси помнила его. И как он получил свое прозвище. Это был главный анекдот всего Отдела Рекламаций. Над ним часто хихикали, он отшучивался. Добрый был. Для биоробота второй серии так очень добрый. И вот значит как он встретил свой конец. По щекам Кэсси потекли слезы.

Дальше были и другие записи. Дальняя луна, город под куполом, тоже десант противника. И толпа абордажных киберов на улицах. Они появлялись внезапно и действовали слаженно, как единый организм. Выглядело так, как будто десанту позволили втянуться, и потом захлопнули ловушку. Связистам Консорциума удалось взломать несколько вражеских шифров, и в записях остались их переговоры. Паника, сообщения о потерях, просьбы эвакуации. Даже когда купол пробило артиллерией и воздух вышел наружу, на обезлюдевших городских улицах продолжали сражаться безмолвные шестилапые бойцы. Тогда противник оттянулся назад и вызвал артиллерийский удар. Потом еще один. Через некоторое время стало заметно, что киберы как будто утратили координацию, стали действовать поодиночке. И их постепенно перебили. В конце было сообщение от разведки, что город "вероятно, взят противником". Ремарка от Вольфрама гласила: "Кукловод".

Кэсси помнила и его. Единственный биоробот, который отращивал бороду. Характер прескверный, киберов любил больше чем себе подобных. И чем меньше кибер похож на человека - тем лучше. Мог вести бой сам и одновременно рулить дюжиной "пауков" - как только крыше не ехала от такого? Перед каждым боем в шутку орал "Вперед, моё воинство!" - и вскоре толпа киберов сносила врага. Вот, значит, где он погиб... Кэсси оплакала и его.

Потом были и другие. Вольфрам разложил по полочкам весь тот роковой день. И нашел каждого, всю "вторую серию". Не было только его самого и Маргариты. Кэсси примерно представляла, где они оказались, но ремарки на этот счет отсутствовали. Наверное, Вольфрам сам расскажет, когда-нибудь. И еще в записях не было её самой. И она не могла решить, хорошо это или плохо.

***

На подземной базе было промозгло и безлюдно. В последний раз Кэсси прилетала туда несколько лет назад, чтобы забрать оборудование. Всё еще верила, что сможет воспроизвести если не первую серию, от хотя бы вторую, одна, без Вольфрама и его знаний. Включила пару абордажных киберов и настроила передатчик, чтобы подал сигнал, если кто-то появится. План, в общем, сработал. После этого туда прилетал транспортник новых друзей Вольфрама, "Кицунэ". Сами бы никогда базу не нашли. Было интересно ходить по цепочкам следов в изморози и представлять, как экипаж занимался мелким мародерством, шарахаясь от каждой тени. Киберов предсказуемо перестреляли, так что на вакуумный склад Кэсси даже не пошла. Взяла скотч, кучу упаковочной пленки и начала работать.

Идея была в том, чтобы изолировать часть базы, которой всё равно никто не будет пользоваться, и только потом пытаться включить систему жизнеобеспечения. Так что Кэсси просто заклеивала лишние входы вентиляции полиэтиленом. За многие годы в одиночестве она привыкла к монотонной работе. Сон биороботам не очень нужен, босые ноги не обращали внимания не изморозь, и планировка базы еще осталась в памяти. Так что работа спорилась.

Через неделю после прибытия Кэсси уловила едва заметную вибрацию пола. Выбежала на галерею в зале ожидания, смахнула рукой изморозь с иллюминатора и увидела, как на вторую площадку садится корабль. Небольшой, похожий на наконечник копья, и с кошко-девочкой, нарисованной на борту. "Нэкомата".

Вольфрам прилетел один. Честно говоря, вряд ли еще кто-нибудь поместился бы - корабль изнутри был буквально завален коробками, бухтами шлангов и проводов, инструментами...

- Это всё мне? - спросила Кэсси.

- Это всё нам, - ответил Вольфрам. - А тебе лично я отдельно подарки привез.

Привез он в основном одежду, и много. Кэсси хотя поначалу и делала вид, что в этом нет смысла, теплую куртку оценила моментально. Не так удобно, как комбинезон в обтяжку, но и не надо на подогрев энергию тратить. Отдельно шла обувь. Белые кроссовки, и на подошве выдавлена надпись - "антистресс".

- Зачем мне спортивная обувь? - удивилась Кэсси.

- Помнишь Виктора? Того парня, который твоих киберов по санаторию гонял? - спросил Вольфрам. - Вот это он передал. Запомнил, что ты ненавидишь гравитацию. Это обувь для тех, кто весь день на ногах и сильно устаёт. Как раз твой случай. Примерь.

- А размер мой?

- По размеру я его сориентировал, у меня глазомер лучше.

Борьба с гравитацией продолжилась и дальше, когда из мешка появился... бюстгальтер. Кэсси прекрасно знала что это, но никогда не носила - грудь у неё появилась уже в условиях почти постоянной невесомости.

- И тоже мой размер? - спросила она.

- У меня глаз-алмаз, - улыбнулся Вольфрам.

Вылезти из комбинезона было даже приятно. Мелькнула даже мысль заставить Вольфрама помогать с переодеванием, в четыре руки. Кэсси раньше ни о чем таком не думала, и потому просто повернулась спиной. Потом в мешке нашлись штаны с кучей карманов - пригодится инструмент складывать. Кроссовки тоже пришлись в пору. Кэсси накинула теплую куртку прямо поверх лифчика и сказала:

- Ну что, пошли прогуляемся? Покажу тебе как тут всё.

Они долго бродили по коридорам, Кэсси перечисляла технические детали, Вольфрам вел список. Но через пару часов девушка не сдержалась:

- Я... посмотрела записи. Где ты обозначил всех наших.

Они остановились в электрошитовой и долго смотрели друг на друга.

- Ты сама попросила, - наконец сказал Вольфрам.

- Это правильно, мне нужно было. Но в голове не укладывается.

- У меня тоже, даже через сто лет, - вздохнул Вольфрам. - Делаю вид, что оставил прошлое в прошлом, но на самом деле слишком хорошо всё помню.

- Сто лет, - выдохнула Кэсси.

- Кстати, ровно сто. Я посчитал. Именно сегодня - ровно сто лет со дня падения Консорциума.

- Грустная дата.

- Тогда давай о хорошем. О будущем.

- А у нас оно есть?

- Вполне может быть, - развел верхними руками Вольфрам.

- И?

- Я тебе сразу скажу - будет девочка.

- В смысле? - удивилась Кэсси.

- Следующий, что будет после нас. Первую серию воспроизводить бесполезно, если что и делать - отталкиваться будем от второй. И тогда прототипом будешь ты. Поэтому проще собирать женскую версию, для максимального сходства.

- А эта... кошечка? Катя.

- Условная "третья серия". Должна быть проще второй. Но документации на неё нет никакой, что там имперцы делали и как, особенно без присмотра Маргариты - непонятно.

- Стоит поискать.

- Определенно стоит, - согласился Вольфрам. - Но кошечка уже сделала самое главное. Когда-нибудь на досуге расскажу тебе эту историю целиком... В общем, я думаю, Маргарита тоже хотела, чтобы мы продолжались. Не важно, вторая серия, третья четвертая... И когда всё рухнуло, она отправила мне сообщение с координатами.

- Криокамера?

- Да, в спецхранилище номер восемь, - он облокотился одной рукой на электрощит. - Я убедил Виктора с ребятами свозить меня туда. И теперь у меня есть... кошечка. И она такая же как я , пусть и не настолько продвинутая.

- Маргарита хотела, чтобы ты не остался совсем один? - догадалась Кэсси.

- Именно так, - улыбнулся Вольфрам.

- А потом и я появилась.

- Это хорошо. И я хочу спросить - ты со мной?

- Да.

- Если мы хотим когда-нибудь перезапустить "вторую серию", нам понадобится очень много всего. Ресурсов, работы. Даже просто отстроить заново эту базу займет не один год. Честно говоря, я слабо представляю наши шансы на успех...

- Я с тобой.

- Уверена?

- Вакуум тебя забери, неужели забыл?

- Ну да, ты всегда рубишь с плеча, и отвечаешь сразу. Ничего за сто лет не изменилось, - Вольфрам провел рукой по электрощиту и взялся за рубильник. - Итак, новый день начинается... сейчас!

Он с усилием повернул рубильник. В электрощите что-то тихо загудело, остатки аварийного электропитания базы собрались в одном кабеле и отправились в систему освещения. По коридорам зажигались лампы. Пусть тускло, пусть через одну, но они светили.

А Кэсси улыбалась. Впервые за сотню лет.

Эпилог №7. Нуарный детектив и позитивная художница.

Юми очень старалась казаться довольной и позитивной, как та "художница" из комиксов про нуарного детектива. Ну, конечно, не до такой степени, но близко. Однако давалось это всё труднее.

"Гравитация, бессердечная ты...", - в очередной раз думала девушка, возвращаясь на квартиру. Спина отваливалась, ноги тоже побаливали. Юми выросла на Хабе-3 при силе тяжести 0,5G, а планеты для колонизации выбирали в основном ближе к 1G. Конечно, организм человека изначально рассчитан на "единичку", а девушка держала себя в хорошей физической форме и принимала таблетки для прочности костей, так что это было далеко не то же самое, что носить на себе свой собственный вес. Но сказывалось. Более того, усталость от гравитации как будто накапливалась. Первые два - три дня после прилета на планету Юми чувствовала себя отлично, много ходила, и даже позволяла себе танцевать. Да, иногда ей требовалось немного полежать или хотя бы посидеть, но в целом у некоторых "планетарных" девушек её возраста выносливости не больше, а то и меньше. Но через несколько дней всё становилось хуже. Периоды активности сокращались, а отдыха требовалось всё больше. А если пытаться двигаться "через не могу" - появлялась одышка, и пару раз бывало что и тахикардия. Лечилось это только лежачим образом жизни - в итоге надувной матрас использовался не для того, для чего он был куплен, а просто чтобы спина отдохнула. Полностью симптомы уходили только через неделю в космосе, под тягой 0,5, а лучше 0,3G.

Хуже всего - Юми не хотела об этом говорить. При девушках еще могла тяжело вздохнуть и обругать гравитацию, но при Викторе - ни в коем случае. Боялась признаться, боялась серьезного разговора. И вот её опять накрыло. Хуже всего, планов было много, и все с Виктором. Походить по магазинам, порисовать - он иногда видит упущенные детали, да и вообще взгляд со стороны полезен художнику. И потом вечером заняться чем-нибудь приятным, можно даже не один раз. Виктор был очень даже за. Говорил, что по прогнозу ветра будет меньше чем обычно - самое время гулять. И шлепал Юми по попке значительно чаще, чем она этой попкой специально перед ним вертела. В общем, вечер обещал быть более чем приятным. Но Юми уже чувствовала, что дыхалка не вытянет. В итоге наплела Виктору, что они с девушками решили вечером посидеть посмотреть кино, поесть вкусняшки и поболтать о женском. И он её отпустил безо всякой задней мысли. Юми сдула матрас, упаковала его в сумку и даже сама потащила вверх по лестнице - чтобы Виктор точно ничего не заподозрил. Добралась до квартиры девушек, закрыла за собой дверь и сползла на пол. Там её нашла Иоланта, которая только что вернулась из конторы.

- Привет, - сказала Юми и вяло помахала рукой.

- Кажется, я знаю, почему ты стринги не носишь, - проворчала Иоланта.

- И почему? - удивилась Юми.

- Чтобы позвоночник высыпался в трусы, а не сразу на пол. Совсем себя не бережешь!

- Не хочу, чтобы Виктор видел... - выдохнула Юми.

- Он мог бы тебя на руках принести, вообще-то.

- Вот на руках - не хочу! - проворчала Юми. - Я не какая-нибудь неженка!

- Сейчас эта неженка отправится... - Иоланта протянула руку и помогла Юми встать. - ...для начала - в ванную!

Через десять минут Юми уже лежала в ванной. С точки зрения любого орбитального жителя - роскошь немыслимая. Спина реально отдыхала. Рядом все время сидела Иоланта. Она даже не переоделась - просто скинула туфли и засучила рукава блузки. Потом появилась Катя - никто даже не услышал, как она прокралась в квартиру. И Юми в четыре руки завернули в полотенце и доставили на кухню ужинать. А потом уложили спать на надувной матрас на полу в спальне.

Засыпали девушки долго - все сидели в телефонах и планшетах. Юми понимала, что легли пораньше из-за неё. Попыталась немного порисовать, но вдохновения не было. Кроме того, на анатомическом матрасе лучше лежать на спине.

- Ты как там? - спросила Иоланта, свесившись с кровати.

- Я в норме, спина - нет, - вздохнула Юми. - Ничего, я послезавтра всё равно улетаю. В космосе станет лучше.

- Ты как я в студенчестве, - вздохнула Иоланта. - Я тогда тоже себя не берегла, даже всерьез считала, что сон - пустая трата времени. Всё время боялась что-то не успеть. Хотя занималась на самом деле всякой ерундой...

- Все такими были, - улыбнулась Юми.

- Ладно, спи, - сказала Иоланта. - Набирайся сил, тебе еще завтра целый день функционировать.

Свесила руку с кровати и громко поскребла ногтями деревянный бортик. Через несколько секунд из коридора выглянула кошка по имени Катя. Обычно она спала в соседней комнате, на диване и в коконе из одеял. И тут вдруг прибежала.

- Кать, присмотри за нашей болезненной художницей, - сказала Иоланта.

- Ага, - кивнула кошка.

С невероятной скоростью прошмыгнула под одеяло и оказалась на матрасе рядом с Юми. Прижалась, закинула на неё одну ногу и хвост, зевнула, закрыла глаза и принялась мурчать.

- Если гладить - мурчит громче, - подсказала Иоланта.

- Она уже спит? - спросила Юми.

- Непонятно. Звук от этого не меняется.

- Просто я же пошевелиться не могу, - осторожно заметила Юми. - Нужно быть последним негодяем, чтобы будить кошку.

- Ну вот она следит, чтобы ты правильно лежала. Матрас же анатомический. И вообще, кошки лечебные.

- Это ваше планетарное суеверие?

- Нет, как раз это - правда, - улыбнулась Иоланта. - Все, спим.

Потянулась к выключателю над спинкой кровати и погасила свет. Юми некоторое время пыталась ворочаться, но боялась разбудить кошку. А потом действительно уснула.

***

На следующий день Юми чувствовала себя лучше. Даже унесла матрас обратно в квартиру Виктора, всячески вертела перед ним попой и довертелась. Даже два раза. Было офигенно. Потом начались сборы в полет. У Юми был огромный список покупок. Помогала Иоланта на машине. А Катя теперь вообще ни на шаг не отходила. Юми немного раздражала такая опека, но она ничего не говорила.

Потом её довезли до космопорта и провожали. Собрались вообще все, даже кибермедсестра Эмма. Пришлось Вольфраму выкатывать "боевой дроволет", чтобы все поместились в одну машину. Юми приняла "Кицунэ", заказала заправку топливом, водой и газами под самую пробку - на планетах это в разы дешевле. Виктор, конечно же, опять нашел попутный груз - бестолковый, но на оплату топлива почти хватит. И поздно вечером, ближе к полуночи, "Кицунэ" стартовала.

Первый заказ нашелся еще на подлете к станции, так что Юми прилетела и сразу улетела, даже домой не зашла. Но было приятно, что на станции о ней помнят. К тому же это немного отодвинуло разговор с родителями. Им было очень интересно, где пропадает дочь, с кем, и почему на борту корабля нарисовано все больше черепов. И некоторые даже с саблями. А соседки по этажу во всю распространяли слух, что Юми завела мужика. Конечно, вся жилая секция состояла почти исключительно из молодых и одиноких - для семьи комнаты всё же маловаты. Так что к периодическим появлениям у кого-то из соседей гостей противоположного пола, остающихся на ночь, относились положительно. Но Юми, похоже, завела "планетника". Это был совсем другой разговор. Конечно, многим девушкам было интересно - слухи утверждали, что на планетах мужчины выносливее, во всех смыслах. Но для долговременных отношений все рассматривали только своих, с Хаба-3 или соседних станций. На то были причины. Начать хотя бы с того, что на Хаб-3 сложновато иммигрировать - местные "планетников" не любят. Самой куда-то переехать намного проще юридически, но Юми уже поняла - организм не выдержит гравитации. Что с этим делать, она не знала. Но думала постоянно.

В итоге рисование вообще не шло, Юми не могла придумать ни сюжета, ни даже очередную сексапильную эльфочку в неглиже. Кое-как дорисовывала то, что начала раньше, и то через силу. А как выбралась домой - отложила планшет и устроила генеральную уборку. Физически она чувствовала себя прекрасно, морально - хуже некуда. Так прошло три рейса, все - на армкорповские шахты. Родители явно избегали серьезных разговоров - как будто видели, что дочь не в духе. Один раз только отец спросил про второй корабль. Юми пришлось ответить, что сдаёт "Нэкомату" в аренду охотникам за головами. В общем-то, это недалеко от истины. Главное, чтобы эти "охотники" не прилетали по делам на Хаб-3 - тут ситуация немного... сложная.

Юми ушла в четвертый рейс. Рисование вообще не шло, весь полет девушка лезла на стену от безделья. И крутила педали на велотренажере так, что ноги потом болели. Как будто это сможет приспособить её тело к нормальной гравитации. Как прилетела - отправила "Кицунэ" на техобслуживание двигателей. Давно уже пора, да и знакомые мастера удачно освободились. Хаб-3 будто показывал, что рад ей, и хочет чтобы она осталась навсегда. Юми пришла домой, упала на кровать, достала телефон - и увидела сообщение от Виктора.

***

Виктор, на самом деле, прилетел два дня назад. Навел справки и узнал, что "Кицунэ" встанет в док на шесть дней минимум. Купил билет и полетел. Немного просчитался, но в интервал попал всё равно. Юми конечно же пригласила его к себе - мол, нечего на гостиницу деньги тратить. Он ожидал, что художница будет в хорошем настроении. Куча свежих картинок, которыми надо похвастаться, упругая попка как бы случайно в пределах досягаемости, и прочие радости. Но как зашел в квартиру, с порога увидел - девушка в полном раздрае. Смотрит в пол, лицо серое, планшет лежит пылью покрывается. Усадил её за стол, вручил чашку кофе и тихо сказал:

- Рассказывай. Только честно.

- Что рассказывать, - всхлипнула Юми и отпила из кружки.

- Самое главное.

- Даже не знаю с чего начать...

- Попытайся сформулировать одной фразой. Это очень помогает.

- Ладно, - кивнула Юми. - В общем, мне... нам с тобой будет очень сложно быть вместе.

- Я понял, - спокойно кивнул Виктор. - А теперь расскажи почему.

- Организм не выдерживает, - ответила Юми. - Я не могу жить при нормальной гравитации на планетах. На пару дней хватает, а потом - проблемы. А тебе будет плохо на Хабе-3, даже если умудришься иммигрировать.

- Это всё решаемо.

- Это тебе так кажется! - выпалила девушка и чуть не пролила кофе. - Я кучу статей прочитала, и вообще космические жители в этом разбираются. Плотность костей, мускулатура, кровеносная система и вот это всё. У меня - не тянет нагрузку на планетах. У тебя - начнет деградировать, если поселишься в космосе.

Виктор молча отпил кофе.

- В общем, у меня никого нет кроме тебя, - вздохнула Юми. - И я от тебя не отказываюсь! Но это все ненадолго... Поэтому у тебя Иоланта есть. Она, конечно, вынесет мозг своей привычкой все планировать, но в остальном - отличная девушка. И ты ей тоже нравишься. Так что...

- Да я давно понял, что вы сговорились, - улыбнулся Виктор. - Но мы сейчас о тебе говорим. Будем решать твои проблемы.

- И как ты себе это представляешь?

- Ну, для начала... а покажи-ка мне таблетки, которые ты пьешь. Для прочности костей которые.

Юми нехотя встала из-за стола, подошла к шкафчику, достала оттуда открытую пачку и протянула Виктору. Он глянул на название, потом достал телефон, что-то открыл на нем и на несколько минут погрузился в чтение. Прогноз грозил оправдаться.

- Что там? - наконец не вытерпела Юми.

- Я тоже накачал себе статей, чтобы было что почитать в полете, - ответил Виктор. - И получается, что препарат в этой пачке - довольно базовый.

- Он же дорогой очень. Нам его завозят и выдают централизованно, по линии правительства Федерации. Сам Хаб-3 ничего такого не производит.

- А почему?

- Дорого и сложно.

- Препараты посерьезнее продаются где-нибудь? На станции же есть аптеки?

- Аптеки есть, но не такие как на планетах. В космосе с медициной строже. Все через врача, при малейшем недомогании - пинком к врачу, - объяснила Юми. - Это на планете можно тянуть на таблетках до пятницы, чтобы в выходные отлежаться. А на станции - нет. Здесь мало места, много людей, все живут в тесных помещениях - если вдруг начнется эпидемия, всем будет плохо.

- Как-то несовременно. Ты когда в последний раз видела эпидемию?

- Иммуномодуляторы были не всегда, - ответила Юми. - Система сложилась еще до них.

- Ну да, логично, - кивнул Виктор. - Кстати, я сегодня еще не колол, третий день на станции.

Он пошарил в кармане, достал шприц-тюбик с иммуномодулятором и уколол себе в руку. Третий день, третья и последняя инъекция. Повернулся к Юми и спросил:

- То есть других препаратов не достать?

- Ну, в частном порядке кое-кто возит, - ответила Юми. - Обычно если есть родственники, которые постоянно летают в другие системы. Но этим надо заниматься постоянно. Такие лекарства пьют длинным курсом, иначе толку нет.

- В общем, правительство вам выдаёт что есть, и большинство довольно... - резюмировал Виктор.

А еще, если препарат так себе, то народ с Хаба-3 никогда полностью не адаптируется к нормальной гравитации. По крайней мере, массово. И не уедет на планеты - большинство миров примет иммигрантов с радостью, ни одна планета со времен колонизации еще не освоена даже наполовину. А Хаб-3 - важный логистический узел, единственная система с гипермаяком, но без обитаемой планеты. И он много кому очень сильно нужен. Если народ разъедется - обслуживать всё это станет сложно и дорого. В итоге у людей просто нет выбора. Виктор прекрасно понимал всё это. Но уже решил - у Юми выбор будет.

- Значит так, - сказал он. - Будем резать мамонта по частям, потому что иначе его жрать запаришься, он большой.

- Ни разу не видела мамонта.

- Я тоже. Но древние люди с ними как-то справлялись, - усмехнулся Виктор. - Для начала - переведем тебя на нормальные таблетки, сколько бы они не стоили. Резервы организма у тебя есть - ты на своем велике вон какую попу накачала, и достаточно быстро.

- Нашел показатель, - фыркнула Юми.

- Я знаю о чем говорю, - улыбнулся Виктор. - Жмякал с удовольствием, и буду жмякать дальше.

Девушка засмеялась. У неё явно поднялось настроение.

- Дальше, - продолжил Виктор. - Есть такое понятие - медицинский туризм. Летим с тобой куда-нибудь, лучше за пределы Федерации, чтобы твоя прописка в космосе ничего не значила. Находим хорошую клинику и заказываем нормальное сканирование и обследование.

- И чем это поможет?

- А по результатам будет видно. Но сделать надо. Ты согласна?

- Да, - улыбнулась Юми. - Когда летим?

- Есть варианты. Когда "Кицунэ" выйдет из дока - всё будет готово.

***

Когда Юми немного успокоилась, она решила всё-таки похвастаться своими художествами. Притащила планшет и спросила:

- Смотрел? Уже давно вышло.

- Увы, нет, - признался Виктор. - Времени не было. Я как раз в это время доделывал бумаги на лицензию. Плюс одно дурацкое дело привалило, два в одном. Было муторно, хотя в конце мы ухохотались. И кошку выгуливал. С приключениями, я тебе потом расскажу.

- Ну тогда смотри сейчас! - потребовала художница.

- Хорошо, хорошо, - согласился Виктор.

Сел за стол, взял планшет, и начал читать новый комикс. Юми обняла его сзади и заглядывала через плечо - следила, какую страницу он читает и как реагирует.

Итак, "Нуарный детектив и позитивная художница, часть вторая". Начало Виктор помнил - дождь, предрассветные сумерки, мигающая голографическая реклама и рыжеволосая красотка в черном кружевном белье, которую нашли мертвой в ливневой канаве. После этого нуарный детектив разу оказался в стриптиз-клубе - установление личности и профессии красотки Юми оставила за кадром и подала через внутренний монолог героя. В клубе была темнота, красное неоновое освещение и темные контуры танцующих людей на заднем плане. А вот танцовщицы на сцене и барной стойке были подсвечены, их Юми изобразила детально. Чулки сеткой, стринги или шортики, майка опять же из крупной сетки и два крестика изоленты. Тут Виктор задержался и поразглядывал изображения, некоторые даже увеличивал.

- Нравится? - прошептала Юми на ухо.

- Очень, - кивнул Виктор. - Представил, как вживую будет выглядеть.

Дальше по тексту была разговорная страница. Нуарный детектив подошел к стойке, заказал выпить и задал пару вопросов. За стойкой стоял колоритный бармен, в меру подкачаный, в меру небритый, с засученными рукавами. На правой руке ниже локтя было видно татуировку в виде кинжала. Особая примета сразу привлекла внимание детектива.

- Служил в одном подразделении, - ответил бармен. - Пять командировок.

- И как? - спросил детектив.

- Ничего, о чем я бы сожалел. Но ничего, о чем было бы приятно рассказывать, - уклончиво ответил бармен.

И поставил перед детективом стакан виски со льдом. Вообще, на стойке во время разговора танцевали сразу две девушки, и стройные ноги в чулках постоянно попадали в поле зрения, но Виктора привлек именно этот кадр - рука с татуировкой, стакан, кубики льда и блики. Юми это уловила.

- Напарилась с этим льдом, - сказала она. - Но кадр был нужен.

- В этом кадре ни одной раздетой женщины, - усмехнулся Виктор. - Твои подписчики не оценят.

- Когда делаешь сюжет, даже простенький, иногда чувствуешь - вот эта деталь нужна обязательно, - объяснила Юми. - Обязательно, и именно здесь.

Виктор стал читать дальше. Разговор зашел про рыжую танцовщицу. Бармен её знал прекрасно - девушка оказалась местной "примой", если можно так выразиться. Она уже несколько дней не появлялась, но о её смерти бармен узнал от детектива. Тут же помрачнел, налил себе полстакана и выпил залпом. Дальше общение как-то не клеилось. Бармен достал телефон, позвонил кому-то, и через некоторое время к стойке подошел мужчина. Постарше бармена, в блестящем костюме-тройке - Юми явно понравилось рисовать блеск - безупречно выбритый и с улыбкой до ушей. Он представился администратором заведения. Поблагодарил бармена, а детектива сразу заверил, что все кругом будут сотрудничать со следствием. О гибели рыжей танцовщицы он, как оказалось, уже знал. Сразу же начал рассказывать, какой она была офигенной, и как народ толпами валил в клуб только чтобы посмотреть на неё.

Тут Юми переключилась на воспоминания. Чуть-чуть сменила цветовую гамму, чтобы подчеркнуть "прошедшее время". Показала администратора, который смотрит на сцену с бокалом в руке - как бы это он вспоминает. И пошла отрываться. На сцене танцевала рыжая "прима". Босая, в черном белье и белой мужской рубашке. На заднем плане мелькнул охранник в пиджаке и галстуке, но без рубашки, так что Виктор сразу догадался, откуда танцовщица взяла реквизит. Хотя большинство читателей эту пасхалку явно не заметит. Все будут смотреть на девушку. И посмотреть там было на что. Девушка жгла по полной. Вскоре рубашка упала на пол, лифчик улетел в зал. Юми не скупилась рисовать все подробности, в том числе и крупным планом. Хотя трусики на танцовщице всё-таки остались - пару раз оттянула пальцами, подразнила, но не сняла. Зато классно села на шпагат попой к зрителям. Грациозно встала, подняла рубашку и удалилась за кулисы, красиво виляя бедрами.

- Кого-то она мне напоминает... - признался Виктор.

- Скажи сразу - Иоланту, - фыркнула Юми. - Тело её, ну плюс-минус. Лицо другое. И не брюнетка, а рыжая, потому что у меня здесь такое цветовое решение, красный неон и вот это всё...

- И танец её? - спросил Виктор.

- Костюм её. А танец по кусочкам собирала. Потому что Иоланта, чтоб ты знал, нифига не умеет. Она тогда без туфель вышла, чтобы с каблуков не навернуться.

- Прям ничего?

- Ну, шапагат - её, да, - призналась Юми. - А остальное - сборная солянка.

- С рубашкой угадала, - улыбнулся Виктор. - Это весьма эротично смотрится.

Юми отцепилась и куда-то ушла, то ли за кофе, то ли в шкаф полезла зачем-то. А Виктор продолжил читать. На следующей странице администратор повел детектива за кулисы - пообщаться с другими танцовщицами. Тут Юми превзошла себя в плане детализации. На переднем плане детектив сидит разговаривает с девушкой в эротичном белье, а на заднем - сразу несколько танцовщиц переодеваются, разминаются, помогают друг другу с одеждой и макияжем. Каждый кадр - новая сценка.

- Тут задний план интереснее переднего, - прокомментировал Виктор.

- Это в раздевалке? - отозвалась Юми с другого конца комнаты. - Чистая фантастика, кстати. Реальность не такая... эротическая.

- Тем не менее ты столько труда вложила в задний план.

- А оно есть на переднем, - ответила девушка. - В дополнительных материалах, за дополнительные деньги.

- Я должен был догадаться, - рассмеялся Виктор и вернулся к чтению.

Из показаний танцовщиц в раздевалке получалось, что у убитой был мужчина. Но встречалась она с ним далеко от клуба, поэтому без подробностей. Нуарный детектив тут же спросил об этом администратора. Тот ответил, что да, слышал что-то такое, и пообещал разузнать. Вроде бы он тоже видел убитую с кем-то. Лица не разглядел, но запомнил особую примету.

- Итак, - резюмировал детектив. - Есть основная версия. Банальнее некуда, но тем страшнее. Маньяк был бы проще - он встречается редко, с кем-то другим и в другой жизни. А когда преступление совершает близкий человек, можно потерять веру в человечество. Впрочем, наверное, давно пора...

Следом опять переключение в прошлое, с той же сменой цветовой гаммы. Та самая рыжая танцовщица, в вечернем платье, смеется и тянет кого-то за руку. В кадре только рука. Виктор не сразу понял, что теперь это "вид из глаз". Получается, что из глаз подозреваемого. А тащила его девушка, естественно, в спальню. Юми, судя по всему, решила попробовать рисовать "вид от первого лица", ей понравилось, и она ударилась в эксперименты. Следом была подборка сцен с рыжей танцовщицей - и так, и этак, и потом еще вот так... Юми нарисовала все позы, какие вспомнила. Все "от первого лица". Руки мужчины постоянно были в поле зрения и активно действовали. И на правом предплечье чем дальше, тем чаще попадала в кадр татуировка в виде кинжала.

На следующий день в клубе у стойки встретились нуарный детектив с двумя полицейскими, бармен, администратор и пара танцовщиц, только одетых.

- Я здесь, чтобы арестовать подозреваемого, - объявил детектив.

- И кто это? - нетерпеливо спросил администратор.

- Я проанализировал круг общения жертвы, - начал детектив. - Выделил всех, кто вызывал подозрение. А потом мне подсказали особую примету... Дело раскрыто.

- И кто же это? - повторил администратор.

- Всё оказалось до смешного просто...

Тут вернулась Юми. Снова обняла Виктора сзади и закрыла ему руками глаза.

- Эй, тут как раз убийцу сейчас назовут!

- Потому и мешаю, - засмеялась Юми. - Ты же настоящий детектив. Попробуй сам догадаться!

- Ну ладно. Убийца - это...

- Нуу, не томи!

- Администратор, - ответил Виктор. - А бармена он подставить хочет.

- Блиииин... - протянула Юми.

Но руки убрала. Виктор перелистнул страницу, и увидел, как нуарный детектив хватает администратора за руку, закатывает рукав пиджака, а там - татуировка с кинжалом. Такая же как у бармена. Администратор, естественно, признаётся, что служил там же, просто лет на пять раньше. И дальше начинает рассказывать, как рыжая танцовщица морочила ему голову...

- А дальше я не слушал, - говорит нуарный детектив. - Они все несут один и тот же бред.

И оказалось, что он уже сидит дома у позитивной художницы, на кухне, с чашкой кофе в руке. Даже цветовая гамма резко посветлела, появилось больше красок - Юми таким образом подчеркнула еще одну перемену места и времени действия.

Девушка отпустила Виктора, села через стол, подперла голову руками - точно как художница в комиксе - и спросила:

- А как догадался?

- Не так, как должен был, - ответил Виктор. - Так что не считается.

- И всё-таки? Как спалился администратор?

- Его слишком много, - ответил Виктор. - Часто в кадре, много говорит. Не может быть, чтобы ты как автор столько сил вложила в персонажа просто так. И по законам жанра очевидное решение - бармен - просто не могло оказаться правильным. Вот так и догадался.

- Эх...

- А ты переоделась, - заметил Виктор.

Он уже заметил, что Юми сменила маечку на его запасную рубашку. За этим в шкафу и копалась.

- Нравится? - улыбнулась Юми.

- Конечно.

- Давай дочитывай быстрее!

Виктор отложил планшет в сторону, посмотрел на девушку и сказал:

- Я лучше вживую посмотрю.

- В смысле?

- Ну, детектив же рассказывает художнице про расследование в стриптиз-клубе. Она слушает, хихикает, а потом, по логике сюжета...

- Ты снова угадал, - рассмеялась Юми.

Отодвинула в сторону планшет и кружки и запрыгнула босыми ногами на стол. На ней была только рубашка Виктора, застегнутая на одну пуговицу, и трусики - довольно скромные, но очень, очень обтягивающие. И танцевать она, как выяснилось, вполне умела. По крайней мере явно училась, и очень старалась. И еще ей это нравилось - прямо глаза горели. А это в любом творчестве самое главное.

--------------------------------------

Секретные агенты долго не появлялись. Но они явно где-то рядом. Такие люди просто так не исчезают.

На планете Мирай началась революция, местами дошло до открытых боев. Томоэ улетела домой и выступила против своих бывших союзников из "Общества будущего". С тех пор о ней ничего не слышно. Вольфрам всё еще надеется под шумок заполучить топливные сборки от мирайского космофлота, но пока не преуспел - на планете слишком сильный бардак.

***

Иоланта планирует ограбление века. План выглядит многообещающе, но пока далёк от воплощения в жизнь. Мешает, в основном, перфекционизм самой Иоланты.

***

Кассиопея обустраивает подземную базу, с которой когда-нибудь начнется новый Консорциум. По крайней мере, она в это верит. Разговаривает она только с Вольфрамом - после многолетнего одиночества ей пока трудно общаться с людьми. Но она делает успехи.

***

После истории с захватом заложников группировка торговцев веществами была окончательно разгромлена. Никто в криминальном мире больше не считал, что с ними можно работать. Зато авторитет приобрел некто Паук. Все узнали, что он может решать проблемы. Правда, иногда в свою пользу, и есть вещи, которые ему совершенно не нравятся...

***

Кошка по имени Катя особо никому на глаза не попадалась. Но иногда зеленые глаза, светящиеся в темноте, были последним, что видел очередной негодяй. А негодяев стало много, город по сути делили заново. И еще кошке подарили гранатомет. Револьверный, на шесть выстрелов. В общем, она была счастлива.

***

Юми всё-таки согласилась слетать на Фудзин за "нормальным чаем". Там же Виктор нашел известную на всю Империю сеть частных клиник. Девушка прошла сканирование и полное обследование, ей выписали новейшие медикаменты и разработали индивидуальную программу упражнений. Впереди еще долгий путь - это дело не на месяц и даже не на год. Но эффект уже есть, Юми стала заметно лучше переносить нормальную гравитацию. А еще она тайком учится танцевать. В том числе на столе. И делает успехи.

***

На Виктора навалилось много текучки. Как минимум, он искал грузы для Юми, поддерживал её на тренировках и хвалил танцы на столе. С другой стороны, Иоланте нужна была помощь с её планом "ограбления века", который она всё никак не могла закончить. Время от времени приходилось выгуливать кошку, а кошки, как известно, неисправимы. Криминальный мир от этого страдал регулярно.

И вот однажды, когда он сидел в конторе и уже собирался домой, раздался телефонный звонок. Голос был знакомым, увы. Виктор сам не знал, кого из этой троицы он хотел бы слышать меньше.

- Виктор, у вас же теперь детективное агентство? - спросил голос. - Со всеми лицензиями?

- Вообще-то да.

- Отлично. Мы хотели бы вас нанять.

- Вы и сами можете намного больше, чем я, - напомнил Виктор.

- Да, но мы хотели бы действовать неофициально. Ситуация несколько... сложная. К тому же у вас есть под рукой корабль. Он понадобится. Вы согласны?

- Излагайте суть дела, - ответил Виктор. - И тогда я приму решение.