Последняя руна

Глава 1.

— Что произошло, госпожа Гавр?

Два немигающих желтоватых ока уставились на меня. Мужчина ожидал ответа. Боковым зрением я видела своё отражение в огромном зеркале — тонкая фигурка в дорожном одеянии словно увядшая былинка, бледные щеки горят румянцем. Не каждый первокурсник Дептонской Академии магии начинает обучение с визита в кабинет ректора. Мне удалось невозможное. Сомнительное достижение для подающей надежды повелительницы рун.

«Ты отличилась, Руна! Гордись!» — ехидно сообщил внутренний голос.

Я кусала губы и думала, что напрасно подняла шум. Опрометчиво и глупо. Служитель прибежал на крики, больно ухватил меня за локоть и притащил в главное здание. Теперь ректор Илбрек измотает душу за нарушение порядка в жилом корпусе. Ещё, чего доброго, напишет отцу! Какой позор!

— Змея… — пискнула я, теряясь под холодным взглядом ректора. — В постели… Такая гадкая! Ой, простите! — от волнения я несла несусветную чушь.

Глядя в жёлтые глаза Матиаса Илбрека, где зрачок то и дело превращался в узкую злую чёрточку, я вспомнила кто передо мной. Для своего возраста и магического статуса мужчина выглядел несколько потрёпанным жизнью, седина пробивалась в редких русых волосах. У меня пересохло во рту. Я почти смирилась с мыслью, что наказания не миновать.

— Ты привезла с собой змею, девочка? — вкрадчиво прошипел анимаг-змей, теряя остатки напускной вежливости.

О резкости господина Матиаса в Академии не упоминал только фонарный столб, но и ему, скорее всего, было, что рассказать. А в последние годы ректор сделался несносным и брюзжал по любому поводу. Истории о его горячем нраве долетали и до семей будущих студентов. Мой папенька, Руфус Гавр, маг второй ступени строго напутствовал вести себя пристойно и не попадать в неприятности. Прибыв по месту учёбы, я немедленно нарушила обещание.

Что ж «везучая» Руна! Начинай выкручиваться.

— Нет, что вы! Я их до ужаса боюсь! Мурашками покрываюсь! Смотрите!

В качестве доказательства я закатала рукав и сунула ректору руку под нос. Пальцы дрожали. Не каждый день обнаруживаешь в собственной кровати ядовитого гада, а потом стоишь перед ректором Академии и оправдываешься точно сопливая девчонка. Я приосанилась, вспомнив, что давно выросла и встала на путь самостоятельной жизни. Не к лицу взрослой девушке так дрожать, ожидая наказания.

— Вы из-за этого кричали как дикий бурундук? — он презрительно оглядел меня.

Господин Илбрек опёрся жёсткими ладонями о стол и вытянул черепашью шею будто собираясь укусить. Я с удивлением отметила обилие морщин на когда-то привлекательном лице ректора. Имея связь с духом зверя, анимаги старели медленно. Ни одного знакомого анимага у меня не было, но и ребёнку известно, что они надолго сохраняют живость и здоровое тело.

«Вовсе я не бурундук. Ни капельки не похожа!» — подумала я, потянув пальцами за краешки рукавов.

Сделалось холодно и неуютно. Наглядная демонстрация искреннего испуга не произвела на Матиаса впечатления. Скорее сильнее разозлила.

— Что-то ещё? — ректор скривил тонкие губы.

Я возмущённо моргнула. Конечно же, было «что-то ещё»!

— У меня украли… — я замялась, стыдливо опуская взгляд.

Образ взрослой и самодостаточной студентки рассыпался в прах от ядовитых слов и пугающего взгляда господина Илбрека.

— Украли что?!

Теряя терпение, Матиас Илбрек выпрямился. Правая бровь стремительно поползла вверх, изменив лицо.

— Сорочку, — выпалила я и потёрла носком сапожка еле заметное пятнышко на идеальном паркете в кабинете ректора.

Возле него я обнаружила мелкие соринки, похожие на обломки крыльев бабочки и змеиные чешуйки. Ничего удивительного — напротив меня находился настоящий оборотный маг-змей.

Занесло меня в мыслях, куда-то не туда. Илбрек смотрел сурово. Веко левого глаза нервно дрожало.

— Я обычно в ней сплю и…

Щеки сделались пунцовыми.

— Мне нет дела до вашего белья! — проскрипел мужчина сквозь зубы. — Всё, что вы сказали выглядит нелепо. Руна Гавр! Вы решили шутки шутить?! Устроили шум из-за ерунды. Так вот, дорогая моя, советую забыть о домашних привычках и следовать правилам Академии. Это учебное заведение для высочайших магов, — ректор многозначительно поднял указательный палец и ткнул куда-то в потолок. — Каждый из членов Совета обучался в этих стенах.

Я подняла взгляд, следуя за повелевающей рукой Матиаса Илбрека, словно рассчитывала узреть на потолке лики тех самых советников. Уже заранее сжалась под их пронзающим укором, но ровным счётом ничего не заметила. Зато на шкафу за спиной ректора сидела белка. Крупная и огненно-рыжая.

«Белка?! В кабинете ректора?!»

Я еле сдержалась, чтобы не произнести вопрос вслух. Широко распахнула глаза и таращилась на живой комок меха. Зверёк наклонил головку и внимательно разглядывал меня. Убедившись, что я не свожу с неё глаз, странная белка встала на задние лапы и прижала малюсенькие пальчики ко рту.

«Молчи! Не выдавай меня!» — умоляли бусинки глаз.

Я зажмурилась и помотала головой, не доверяя зрению. Мало ли, что померещится от переживаний.

— Э-э, — неопределённые звуки вырвались из меня сами по себе.

Белка в ответ горделиво распушила хвост, упёрла лапки в бока и посмотрела с вызовом.

— Ой… — снова вылетело из моего болтливого рта.

Лучше бы мне помолчать. Белка лапой постучала себе по лбу, точно сомневаясь в здравом уме незадачливой студентки. То есть моём ясном уме. Что за наглость?! Такого оскорбления я уже не вынесла.

— Там… она…

— Где?! Куда вы уставились?

Резко развернувшись, ректор Илбрек сжал кулаки. Было трудно не заметить рыжую гостью. Яркое пятно нахально растопырилось на фоне светлой стены и взирало на людей внизу. Кровь отлила от дряблого ректорского лица, которое сделалось похожим на восковую маску. Илбрека трясло от негодования.

— Негодница! Теперь не уйдёшь!

Он пружинисто подскочил, забавно взмахнул руками, стараясь дотянуться до белки. Но та не собиралась легко сдаваться. Она подпрыгивала на месте и нагло виляла хвостом, дразня анимага. Никакого уважения и трепета перед грозным ректором Илбреком.

Вдоволь наигравшись, белка сменила тактику. Раскинув лапы, спланировала точно на лицо господина Матиаса, оттолкнулась всеми четырьмя конечностями и выскочила через открытое окно. Не удержавшись, я тихонько фыркнула в ладонь, но быстро вернула лицу выражение смиренного послушания. Илбрек с силой захлопнул оконную раму.

— Идите, госпожа Гавр, и ведите себя подобающе своему рангу, — зло бросил ректор. — Факультет Рунологии для девушек с редчайшим даром, а не для капризных барышень и фантазёрок. Берите пример с Ларии. Рекомендации вашего отца полностью оправдались — Лария Хермин показала себя в Академии с лучшей стороны. Я сожалею, что такая достойная и перспективная студентка пропала. Вам же следует приложить больше старания к учёбе.

Он небрежно махнул рукой, давая понять, что разговор окончен. С горящими щеками я выбежала на улицу. Цветные камешки мостовой на площади перед главным корпусом, изящный фонтан с золотистыми рыбками и тёплый осенний день разом померкли. Я не думала, что образ Ларии настолько быстро станет преследовать меня и в Академии. Несколько лет мы виделись только на каникулах. Я отвыкла от вечного напряжения в присутствии «госпожи Совершенство». Отец не забывал ставить её в пример, но на расстоянии это было не так обидно.

Летом Лария не вернулась домой, а отец получил пугающие новости — прилежная воспитанница, дочь старого друга… Она исчезла. Лария Хермин перешла на третий курс престижного факультета Рунологии. И так уж вышло, что мой дар совпал с магией Ларии. Нам предстояло учиться бок о бок. Если бы не странные обстоятельства.

— Лария… — я сердито заметалась перед фонтаном, не зная, куда бежать, чтобы скрыться от посторонних взглядов. — Снова: «будь, умницей, будь как Лария»! Я Руна! Руна, а не Лария!

Я выдохнула и устало присела на гранитный бортик. Как же хотелось забыть, что мы с Ларией считались подругами! Когда погибли родители малышки Лари, мой отец взял её под опеку. Никто не спрашивал меня хочу ли я стать младшей сестрой для названой дочери собственных родителей.

Обида выжигала мне сердце. Лария пропала. Соревноваться с призраком стало ещё тяжелее. Самой себе я казалось гадкой, когда позволяла зависти взять верх.

— Не будь эгоистичной, Руна. У тебя есть всё, а Лария потеряла самое дорогое в жизни, — с детства увещевал меня отец, догадываясь о недовольстве. — Она полна усердия, доброты и достоинства. Я бы хотел, чтобы ты брала пример с Ларии.

Я сжимала зубы, молча терпела её присутствие в доме. Спокойная и тихая, Лария ничем не задевала меня, но так горько было слышать о чужом совершенстве и осознавать, что ты всегда на втором месте.

Нахохлившись, я сидела на бортике фонтана и боролась с этим ядом. Он мучил и отравлял сердце. Ещё утром я была полна надежд и предвкушения взрослой жизни, восхищалась парком и аккуратными домиками на территории Академии. Несколько слов ректора испортили всё.

— И пусть! — пробурчала я себе под нос.

Долго унывать было не по мне, поэтому я принялась осматриваться на новом месте.

Глава 2.

Не знаю, сколько прошло времени. Может минут пять или десять. Я подумывала отправиться искать жилой корпус, где оставила вещи. Не просто разобраться в лабиринте незнакомого парка Академии.

Длинная тёмная тень легла на дорожку и на миг закрыла для меня свет. Я повела плечами, точно пробираясь сквозь плотный сумрак. Холодный и липкий.

— Достал тебя старикан?

Высокий светловолосый парень весело подмигнул и ловко уселся рядом. Он вовсе не производил того впечатления, что я ощутила при пересечении с его тенью. Открытое и добродушное лицо с широко расставленными глазами привлекало и успокаивало. Парень смотрел участливо и даже ласково. Но я в ужасе уставилась на студента. Потом на окна кабинета главы Академии. Вряд ли «старикан» Илбрек мог услышать наш излишне вольный разговор.

Я попыталась вспомнить, как зовут нового знакомого. Мы виделись в общежитии перед визитом к шипящему анимагу. Час назад парень смело ринулся на помощь и избавил меня от ядовитого гада, обнаруженного в кровати.

Не слишком ли много змей разом объявилось в моей жизни?

— Ди́ан, — студент протянул широкую ладонь, разрешив все сомнения. — Диан Илбрек! Этот несносный тип, — Ди́ан с улыбкой мотнул головой в сторону ректорских окон. — Мой отец.

— Правда? — я недоверчиво покосилась на Диана и с опаской отодвинулась. — Ты не похож на змея.

— Анимаги наследуют дар превращения, а не дух зверя, — старшекурсник потёр пальцами широкую переносицу. — Смотри!

Ди́ан вскочил с места, выгнулся и резко встряхнул всем телом. Мне почудилось, что его образ затянуло дымкой. Миг, и красавец ирбис ткнулся носом в руки — мокро и горячо. Я не знала, как себя вести рядом с анимагом. Будет ли приличным коснуться настоящего мага в облике дикой кошки.

— Ой! — неуверенно протянув ладонь, я погладила дымчатый мех. — Такой мягкий.

Ди́ан довольно заурчал, щуря зелёные глаза. Вот-вот растянется обычным котом. Он встрепенулся и переступал широкими когтистыми лапами, топчась на месте. Вспомнил, что всё же человек, и мы недостаточно хорошо знакомы.

— Нравится? — ухмыльнулся он. — Ты Руна Гавр? Верно? Слышал, как служитель назвал твоё имя.

Человеческие эмоции и оскал хищника — необычное сочетание. Встреть я такого зверя на тропинке парка — бросилась бы наутёк.

— Да. Я Руна.

Увидев превращение, я с любопытством смотрела на Ди́ана. Новый знакомый явно гордился своим обликом. Он кружил на месте, показывая себя со всех сторон.

— Хорош?! — огромный кот весело подмигнул.

— Ирбис намного лучше, чем змей, — радостно согласилась я, потрепав его за холку.

Я вспомнила о чешуйках в кабинете ректора. Любопытство взяло верх над приличиями.

— Анимаги линяют? Извини, — я смутилась.

Хохочущий ирбис грациозно повалился набок и накрыл голову лапами. Жизнерадостная речь Ди́ана ничуть не потускнела с переменой облика, но голос звучал низко и хрипло.

— Пока в нас есть магия, то никакая линька не грозит. А ты? — начав нетерпеливо бить хвостом по узорным камешкам на дорожке, неожиданно спросил анимаг. — Правда, что твой дар позволяет видеть знаки везде, где их оставили маги древности?

Осмотревшись, я нашла сияющий символ над входом в главный корпус. Мне всегда было трудно представить, что остальные не видят магические руны. Я же с раннего детства легко их замечала. Родители были в восторге, когда я впервые коснулась рун на старинной шкатулке в кабинете отца. Редкий дар обещал обеспеченное будущее и внимание со стороны самых известных магических домов. Кто-то из них искал клад, кто-то мечтал открыть хитроумный замок или укрепить заклятия, а кто-то узнать тайны в дедушкиных свитках. Во всех случаях помогали рунологи.

— Там, над дверью. Знак старый и скоро потеряет силу. Он для защиты.

Я задумалась, перебирая в памяти прочитанное. Отец заранее озаботился подготовкой к поступлению в Академию. Господин Гавр был стихийным магом и мало смыслил в тайных знаках. Он пригласил в дом лучшего рунолога королевства, чтобы мы с Ларией освоились со своим даром. Незримая тень обиды снова накрыла меня.

— Внимательнее, госпожа… Не отвлекайтесь…

Как наяву я услышала дребезжащий голос учителя. Его прямая фигура проявилась из тумана прошлого. Старик с укором смотрел, как я вожу пальцем по полустёртому знаку. Руна не желала откликаться на мой зов.

— Берите пример с госпожи Ларии. Безупречные символы и твёрдое знание предмета — залог процветания успешного рунолога.

Воспоминание о Ларии вторглось в настоящее, омрачив приятную беседу с Ди́аном. Я хмуро отвела взгляд от входа в главный корпус.

— Знак охраняет от чумы, — проговорила я.

А сама думала о Ларии и причине её побега. Покладистый характер никогда не позволили бы ей влипнуть в авантюру. Другой человек или обстоятельства вынудили Ларию исчезнуть из Академии. Иначе и быть не могло! С ней случилась беда.

— От чумы? Невероятно! — воскликнул Ди́ан.

— Не менее трёхсот лет. В знаке нет необходимости. Целители давно придумали защиты получше.

Будто почуяв мою грусть, ирбис ткнулся широким лбом в коленки и напросился на поглаживание. Тёплый и пушистый Ди́ан походил на плюшевую игрушку, а не на дикое животное. Зарываясь пальцами в мех, я невольно успокаивалась рядом с ним.

Мы недолго посидели молча. Прекрасный пушистый ирбис утешил меня и развеял грусть. Как бы я не обижалась на подругу, но исчезновение Ларии тревожило. Это было неправильно и пугающе. Лария Хермин всегда оставалась разумной девушкой, которая ни за что не попадёт в неприятности. Не менее странным было обнаружить в своей комнате змею. И это на территории Академии полной анимагов! Любое зверьё избегает таких мест, если только не откликается на призыв самого мага-оборотня. В случайности я не верила. Пока ещё смутное желание разобраться в этом деле затаилось в душе.

Ди́ан тихо урчал, положив голову на мои колени. Он прикрыл зеленоватые глаза и щурился на солнечные блики в фонтане. Я встрепенулась, осознав, что слишком сблизилась с незнакомым парнем. Ведь анимаг — человек! Не просто огромный говорящий кот. Неприлично чесать за ушком молодого мужчину через несколько часов после первой встречи. Моим родителям это наверняка пришлось бы не по душе.

Ирбис почувствовал возникшее напряжение и отступил.

— Провожу тебя, — принимая привычный облик, бодро заявил Ди́ан.

Без раздумий я подала ему руку. Анимагу удивительным образом удалось прогнать тень из сердца. Он с вниманием склонил взлохмаченную голову и добавил:

— Вдруг кто-нибудь снова обосновался в комнате, — Ди́ан подмигнул. — Увидишь, как быстро я расправлюсь с любым врагом.

Он гордо расправил широкие плечи. Неловкость между ними рассеялась. Я с облегчением выдохнула, а Ди́ана и прежде трудно было смутить.

— Спасибо, а то я, пожалуй, не найду жилой корпус, — я рассмеялась, всматриваясь в дальние постройки в конце аллеи.

Рыжим пламенем между кустами мелькнул нахальный беличий хвост. Я улыбнулась, но промолчала о забавном происшествии в кабинете ректора. Вряд ли сыну Матиаса Илбрека будет приятно слышать, что какая-то белка провела его отца.

Мы неторопливо пошли по дорожке . Под ногами шуршали и хрустели цветные камешки. Студенты Академии следовали по своим делам или сидели на скамейках в парке. Мимо нас пронеслось несколько весёлых компаний, прошествовали важные магистры в мантиях. С кем-то из них мне предстоит познакомиться на занятиях.

— Не успела соскучиться по дому?

Молодому ирбису с трудом давалось долгое молчание.

— День в дороге и полдня в Академии. Конечно нет! — заметила я. — У меня чудесная родня, но…

Я тихо рассмеялась. Анимаг кивнул:

— Воздух свободы…

Ди́ан сразу же понял, что я хотела сказать. Очень мило с его стороны.

— Ни за что не променяю Академию на спокойную жизнь дома!

Я с нетерпением ждала, когда начнутся практикумы. Мне было что показать учителям. Не зря столько времени потратила на подготовку.

Сколько бы людей ни встретилось нам по пути, никто не обращал внимания на первокурсницу и сопровождавшего её анимага.

— Здесь много старых знаков, — продолжая разговор, сказал Ди́ан. — Академии более пятисот лет. Символы потеряли силу. Слышал, что рунологи умеют оживлять древние надписи.

— Это запрещено. Без разрешения Совета магов нельзя вкладывать силу в начертанное, — заученно повторила я слова наставника.

— Рунологи приносят клятву Совету перед выпуском из Академии, — небрежно напомнил анимаг. — Студентам не грозит серьёзное наказание. Поверь сыну ректора, — он улыбнулся, показывая крупные крепкие клыки.

Во внешности оборотных магов всегда сохранялось что-то от духа зверя. Ди́ану шёл двойственный облик мускулистого и изящного ирбиса. Каждое его движение было наполнено уверенностью и силой. Невероятно притягательно и волнующе. Часто-часто забилось сердце, отдавая жар телу. Кажется, не желая того, я теряла голову рядом с Илбреком.

— Я бы побоялась, — смущённо прошептала я, отводя взгляд. — Первое правило — не оживляй символ, если не знаешь, к чему это приведёт.

— Очень верное решение, — не споря, кивнул Ди́ан. — И разумное.

Его открытое лицо стало серьёзным и задумчивым, а я замедлила шаг.

— Ты многих знаешь в Академии?

— Думаю да, — заинтересовался Ди́ан. — Хочешь вычислить, кто подбросил гада? Кому ты успела насолить? Анимаги способны призывать живых существ, но, поверь, мы не коварны, — беззаботно сообщил он. — Ни один из оборотных магов не пойдёт на такое, если это не касается спасения жизни или интересов королевства. Ты же знаешь, что королевская гвардия набирается из нас — анимагов!

Он приосанился и посмотрел на меня долгим взглядом хищника. Расслабленный, но готовый атаковать в любую минуту. Ловко скользнув за спину, Ди́ан стремительно цапнул меня за плечи. Хватка у ирбиса оказалась крепкая и болезненная. Показалось, что косточки затрещали. Сердце ухнуло вниз. Такого от милого кота я не ожидала.

— Признавайся! Ты замыслила уничтожить Совет магов и захватить власть?! — сурово прорычал он мне на ухо.

Глава 3.

Негодник-котище хохотал до слёз. Ди́ан был готов шутить по любому поводу. Я же отшатнулась и сердито прокричала:

— Никогда так не делай!

Я требовательно топнула ногой. Так бы и надавала тумаков этому смешливому коту, но вовремя вспомнила, что взрослой девушке не к лицу устраивать потасовку посреди Академии.

Сердце беспокойно трепыхалось в груди. Илбреку всё было нипочём. Он насладился мгновениями моего испуга, а следом порывисто, но галантно поцеловал руку, прося прощения. Ди́ан умел превращаться не только в ирбиса, но и в невероятно добродушного мальчишку-проказника. Я не смогла долго дуться на него.

— Совет магов падёт к твоим ногам, Руна.

— Захвачу мир, и все маги подчинятся мне!

Я вынужденно включилась в игру молодого Илбрека. Шутка не казалась мне такой уж забавной, но Ди́ан веселился от души. Но хотела бы я знать, кто побывал в комнате после моего прибытия в Академию! Невольно Илбрек напомнил о том, что привело меня в кабинет его отца.

— Серьёзно! Я приехала утром и успела разозлить только твоего… Ректора! Никто не может мне мстить или угрожать. Кто здесь знает о Руне Гавр?!

Отвечая, я смотрела вовсе не на спутника. Мы медленно приближались к человеку, которого я заприметила издали. Несколько минут он не отводил от нас внимательного взгляда. Такого острого, что пробирало до кончиков пальцев. Мы вот-вот должны были пересечься на дорожке парка, и я задрожала от непонятного волнения. Точно тёмный полог на мгновение закрыл яркую красочную картинку. Ненадолго прикрыв глаза, я всё-таки нашла в себе силы выдержать это незримое касание.

Судя по возрасту, незнакомец не был магистром или служащим Академии, к тому же носил форменную куртку факультета. Должна признать, студент напугал меня. Он не двигался с места и не собирался скрывать, что наблюдает за мной и Илбреком.

— Кто это? — шёпотом спросила я. — Почему так смотрит?

Мы успели миновать его и пройти с пяток шагов. Чужак не услышал бы моих слов, но выглядел опасным и подозрительным. Я никак не могла выбросить из головы лицо с резкими чертами и проникновенный взгляд тёмных глаз.

«Анимаг? Похож на ворона», — подумала я.

Молодого студента легко было сравнить с чёрной птицей, если бы не каштановые чуть вьющиеся волосы. Они лёгкой волной обрамляли узкое строгое лицо. Недовольное и даже сердитое, как мне почудилось. Очень презрительный и злой ворон.

Ничуть не теряясь, Ди́ан бросил взгляд на тёмную фигуру, оставшуюся позади. Незнакомец развернулся в нашу сторону, высоко вздёрнул острый подбородок и сунул руки в карманы форменной фиолетовой куртки. Независимый, но настойчиво давящий чужак не собирался отступать.

— Не обращай внимания, — будто большой кот фыркнул Ди́ан. — Это Йон Айгермар.

— Мы ему не по душе, — возразила я без сомнений. — Чем-то задели его?

Я с недоумением покрутила головой. С самого приезда события понеслись так, аж в ушах свистело. Змея в постели, коварное похищение сорочки, нахальная белка и недовольный незнакомый парень в придачу. Не слишком ли много для одной юной первокурсницы?!

— Маги Хаоса отличаются дурным нравом и высокомерием к остальным магам, — равнодушно ответил Ди́ан.

Он не видел ничего странного в студенте, который застыл посреди дороги и сверлил всех недовольным взглядом. Неужели такое происходит здесь каждый день?

— У меня нет знакомых хаотиков. Я… По-моему, утром я видела его возле своей комнаты. Ой, а вдруг это он подбросил гада?!

На этот раз анимаг расхохотался. Ди́ан казался таким лёгким, не обременённым мрачными мыслями или проблемами, что его жизнерадостность передавалась и мне.

— Он снизойдёт, — прорычал Ди́ан. — Если ты его сильно задела. Но ты же не знаешь ни одного мага Хаоса. Значит и мстить тебе нет причины.

— И всё равно, кажется, он ненавидит меня.

Я уже не была так уверена. Утренняя кутерьма подточила мои силы и разум. Только ощущала неприятное напряжение и холод от внимания этого… Йона Айгермара.

— Хаотики всех ненавидят, — пожал плечами Ди́ан. — Пришли. А ещё они едят плесень на завтрак, обед и ужин.

— А-а-а…

Я с удивлением покосилась на шутника ирбиса.

— Я серьёзно, — он сдвинул светлые широкие брови и состроил серьёзную мину.

— Тогда понятно, отчего он такой злой.

Мы вместе посмеялись над сердитым хаотиком и остановились возле жилого корпуса. Здание из светлого камня радовало глаз и дышало уютом не присущим казённому жилью. Я заметила табличку у входа и прочла вслух:

— Стихийный факультет. Рунология. Женские комнаты… Точно!

Мелькнула запоздалая мысль:

«А как Ди́ан оказался на этаже общежития для девушек?»

Несколько часов назад я получила от служителя ключ и успела поставить сумки с вещами возле шкафа. Тогда же почудилось, что кто-то произносит моё имя. Тихий, но настойчивый голос прозвучал под окнами комнаты. Выглянув, я никого не увидела. Услышала шёпот снова, поэтому спустилась вниз. Убежала и забыла запереть комнату на личный магический ключ. Довольно глупо для первого дня в незнакомом месте.

Последующие события пронеслись в памяти за секунды. Вернувшись, я остолбенела. Никак не ожидала, что один из чемоданчиков окажется раскрыт, а вещи перерыты. Я быстро определила, что похитителя заинтересовала тоненькая ночная сорочка. Какая нелепость! Кому такое только в голову пришло?!

Возмущаясь из-за потери сорочки, я присела на краешек постели…

Брр! И сейчас неприятно вспоминать об этом. Как хорошо, что краем глаза я тогда выхватила иссиня-чёрного ядозуба с ярким узором на приплюснутой голове. Гад нагло расположился на подушке и опасно покачивался, готовясь к броску. Ядозуб — агрессивная и опасная зверюга…

— Боишься? — мягко поинтересовался Ди́ан, наблюдая, как я меняюсь в лице.

Я и правда немного трусила, и нерешительно посмотрела на окна своей комнаты. …Когда змея угрожающе выгнулась, я не хотела кричать или метаться, роняя на ходу мебель. Это получилось само собой. В панике я выскочила в коридор, где столкнулась с несколькими студентами. Запомнила двоих. Молодого Илбрека и того… второго…

Вот как! И он был возле моей комнаты. Странный незнакомец в парке встретился мне не впервые. Как в тумане я увидела бледное лицо. Йон Айгермар — так назвал его Ди́ан.

— Давай, поднимусь с тобой.

Я услышала сочувствие в голосе Илбрека. Потёрла лоб ладонью, точно надеялась вернуть себе присутствие духа. Утром я плохо разглядела Айгермара. Он остался в стороне, когда Ди́ан храбро кинулся спасать первокурсницу от ядовитого змея. Маг Хаоса наблюдал.

«Не ты ли и подложил мне свин… гада, не менее гадкий Йон?»

Я уже испытывала неприязнь к студенту-хаотику. Их факультет считался самым закрытым для посторонних, а о практиках ходили кривотолки. Однако все высшие посты в королевстве занимали именно маги Хаоса.

— Ди́! Котик!

Из дверей корпуса вихрем вылетела девица и повисла на шее молодого Илбрека. Я посторонилась, испытывая неловкость за незнакомку. Представляю, что сказала бы моя маменька, позволь я себе подобную вольность. Мысли о наставлениях родителей перед отъездом в Академию вызвали у меня улыбку.

Тем временем девица не терялась, напирая на Ди́ана.

— Ты так быстро исчез утром.

Она скривилась с наигранной обидой. От рук незнакомки полетели маленькие искорки. У меня не осталось сомнений, с кем мы имеем дело. К отцу нередко приходили ученики — сыновья и дочери соседей. Ему нравилось возиться с начинающими магами. И платили за это неплохо. Юные стихийники выдавали себя плохим самоконтролем. Их водные, воздушные, огненные ауры видны всем. Сила так и рвётся наружу.

Вот и знакомая Ди́ана была магом Стихий.

— Убежал, — продолжала тараторить она, не выпуская добычу из объятий. — Разрушил игру. Девочки расстроились.

— Олли… Олли!

Он погладил её по спине, точно расшалившегося ребёнка, но тут же аккуратно отстранился от напористой подруги.

— У нас будет возможность продолжить, — в голосе анимага прозвучали мурлыкающие нотки.

— Это ты кричала? — неожиданно развернувшись, Олли накинулась на меня.

Слишком яркие синие глаза на смуглом лице стихийницы горели любопытством и подозрением. Она оглядела меня с ног до головы, тщательно оценивая запылённые туфельки, немаркое дорожное платье и растрепавшиеся светло-русые кудри. Ответа она и не ждала, лишь всплеснула руками.

— Миленькая первокурсница. Добро пожаловать в Академию!

Радостно воскликнув, Олли расцеловала меня в обе щеки. И тут же горячо зашептала на ухо:

— Только попробуй тянуть руки к моему котику. Я тебе все пальчики повыдёргиваю.

С самой широкой улыбкой она расцепила свой крепкий захват способный переломать кости.

— Ди́, ты мне так нужен, так нужен!

Подхватив анимага под локоть, Олли потянула молодого Илбрека за собой. Тот успел, извиняясь, развести руки в стороны. Лицо Ди́ана выражало крайнюю степень страдания, но смирения с жестокой судьбой.

Парочка быстро исчезла в конце аллеи, оставив меня опешившую и в растерянности. Я стояла перед дверью в жилой корпус и храбрилась, чтобы переступить порог. Какие новые неприятности ждут меня впереди? Я ощущала себя горемыкой, оказавшимся в центре урагана. На этот раз пронесло — я выжила и обрела нового друга.

Глава 4.

Дел предстояло немало: разложить вещи, забрать форму факультета, посмотреть расписание занятий на первую неделю. Ещё получить базовые учебники. Все новички первые дни в Академии ходили одними и теми же дорогами. Вот и мне предстояло освоиться на новом месте и получить всё положенное студенту для обучения. Достойное занятие на остаток дня. Я рассчитывала, что неудачное начало в Академии будет восполнено приятными впечатлениями.

«Надеюсь, что ничего не забыла!» — строго подбодрила я себя.

Мысленно я уже поставила галочки напротив каждого пункта и храбро переступила порог комнаты. Во второй раз. Здесь я проживу не меньше шести лет. Какими они будут зависело только от меня.

Я окинула взглядом мебель и углы в поисках неподобающих существ или незваных гостей. Раскрытые сумки стояли на месте. Ветерок колыхал занавески. Я досадливо шагнула к окну.

— Опять ты забыла, Руна.

Окно осталось открытым, когда меня увели к ректору. Сверху я разглядела кусочек осеннего парка с дорожками из цветных камешков, стриженый кустарник и… фигуру в фиолетовой куртке факультета Хаоса.

Йон Айгермар стоял возле дерева и смотрел на окна моей комнаты. В первую секунду я отшатнулась, но тут же повела плечами — сбросила невидимый груз из тревоги и страха.

— Это становится слишком навязчивым и странным.

Ворча, я закрыла окно и задвинула занавеску, оставив узенькую щёлочку. Любопытство оказалось сильнее прочих чувств. Что он мне сделает этот непонятный Йон?! Высокомерный хаотик с резкими чертами и недовольно сжатыми губами.

«Ух, как нос задирает, мрачный красавчик!»

Я на миг нахмурилась, выбрасывая из мыслей слово «красавчик». Если честно, то ни одна неправильная чёрточка не портила строгого облика молодого мага. Но я же приехала в Академию не оценивать внешность магов?

«Холодный и злой. Так вернее», — уточнила я, решив покончить с глупостями.

Только подглядывать за студентом из-за непроницаемого укрытия было занятно. Хотя его внимание и обеспокоило меня. Не реальной угрозой. Своей необъяснимостью и внезапностью.

Из общежития выпорхнула стайка девушек. Они громко смеялись и сияли стихийными аурами — не мой факультет. Неподалёку возился служащий. Он что-то высматривал в кустах, заглядывая в середину переплетённых ветвей. Нас с Йоном разделяли расстояние, стена корпуса и несколько этажей. Он не представлял опасности.

— Что тебе нужно? — прошептала я.

Понятно, что Айгермар меня не услышал. Он засунул руки в карманы куртки, опустил голову. Поддев носком сапога желтеющие листья, потоптался на месте. Затем прошёлся туда-сюда и снова запрокинул голову, разглядывая окна. Я буквально чувствовала его тёмный и тяжёлый взгляд. Холод волной прокатился по спине и начал ломить рёбра. Я мало знала о магии Хаоса. Айгермар использует против меня какое-то заклинание? Насколько это возможно в Академии? Лария никогда не рассказывала о серьёзных ссорах между студентами, когда в ход шла магия. Я ничем не успела задеть этого странного типа. Так в чём его интерес?

Тем временем Йон провёл всей пятерней по каштановым волосам, вьющиеся пряди мягко упали на лоб. Он ссутулился, разом показавшись старше и…

Я охнула. Прильнула к стеклу. Образ Айгермара густой кляксой потёк на землю. Медленно исчезали ноги, тело. Поток не успел коснуться сухих листьев на лужайке. Он завернулся омутом, откуда выпорхнул крупный ворон. Каждое пёрышко отливало насыщенным фиолетовым цветом. Пугающе красивая птица рывком поднялась в небо и исчезла.

— Такой же, как Ди́ан. Мальчишки!

Одним сердитым движением я плотно завесила окно. Если Айгермар думает, что впечатлил первокурсницу…

«Не обманывай себя, Руна! Ты не отрывала от него взгляда!»

Внутренний голос умел вовремя вернуть меня к реальности. Магические фокусы анимагов и хаотиков, конечно, здорово, но пора приступать к делу. Вещи сами себя не разберут. А так хотелось бы!

— И почему нет такой магии? — спросила вслух я саму себя. — Придумали бы какую-нибудь … бытовую магию. Факультет магической уборки и кулинарии.

Я вдоволь похихикала над придумкой. На самом деле элементы подобного волшебства встречались и у нас, рунологов, и у стихийников. С рождения я наблюдала как отец использует чары, чтобы подогреть остывшее питьё или полить засохший цветок. Ничего необычного!

На разворошённую постель я посмотрела с опаской и неприязнью. Тельце склизкого гада Ди́ан вышвырнул в кусты за окном. Знакомство с анимагом отзывалось в душе теплом. Угрозы стихийницы Олли показались забавной шуткой. Я и не думала претендовать на её «котика».

— Друг! И только! Поняла, Олли?!

Привычка болтать наедине с собой могла показаться странной, но прочно прилипла ко мне. Сейчас я ничуть не кривила душой. Заводить романтические отношения на первом курсе я совершенно не стремилась, а Ди́ан идеально подходил на роль приятеля. Он отлично ориентировался в Академии. Возможно, анимаг знал Ларию…

Идея разобраться в исчезновении воспитанницы отца не отпускала меня. К тому же папенька просил разузнать на месте, что произошло. Придётся подробно отчитаться письмом...

Я вздохнула и приступила к уборке. В Дептонской Академии все студенты были равны. Выставлять на показ состоятельность или статус считалось дурным тоном. Нанимать прислугу не принято. Служащие следили за порядком в учебных и административных корпусах, и на территории парка. Остальным занимались сами студенты. Всё это я успела узнать от Ларии, когда она поступила на первый курс.

Вот…

Снова я думаю о ней! Снова нет покоя!

На каникулах Лария возвращалась в наш дом. Я находила сотню поводов обижаться на госпожу «Совершенство», но рассказы об Академии слушала с удовольствием.

Размышляя, я приводила комнату в должный вид.

— И совсем не страшно.

Шёпотом подбодрила я себя, заправляя постель. Я вычеркнула из памяти образ ядозуба на светлой ткани. Если верить графику на первом этаже жилого корпуса, чистое бельё мне выдадут в конце недели.

— Переживу!

Я решительно перевернула подушку обратной стороной. Не было никакого змея! Не-бы-ло!

А вот кражу забыть никак не удавалось. Я быстро разложила вещи по местам, мысленно поругивая коварного похитителя ночной сорочки. Кому мог понадобиться кусок ткани в цветочек?! Ума не приложу! Оглядела заполненные полки и несколько вешалок, радуясь порядку.

На дне шкафа блеснула яркая искорка. Пришлось залезть с головой внутрь, чтобы рассмотреть находку. Короткий повторяющийся свист под окнами комнаты отвлёк меня. Никогда не думала, что Академия настолько беспокойное место. События так и бурлили вокруг.

Я дёрнулась, распрямляясь слишком рано, и больно ударилась головой о полку. Потирая вероятную шишку, я осторожно отодвинула занавеску и приоткрыла окно. Вместо Йона Айгермара на лужайке топтались двое служащих. Они широко раскинули руки, точно два хвастливых рыбака, демонстрирующих размер добычи. Я не сразу заметила, что мужчины растянули небольшую сеть. Посвистывая и цокая языками, они обходили то один, то другой куст, явно стараясь выманить неизвестное мне животное.

— Ну и день сегодня.

Я опять потёрла голову, чувствуя, что шишка всё-таки решила проявиться. В окно глухо стукнуло. Беличья мордочка с приплюснутым о стекло носом медленно сползла вниз вместе с тельцем. В чёрных капельках глаз читались ужас и умоляющее:

— Па-а-а-ма-ги-те…

Мне не почудилось. Голосок оказался реальным. Пропищав отчаянный призыв, белка, доползла до щели между рамой и оконным проёмом. Повинуясь состраданию, я распахнула окно шире. Зверёк устало перевалился на подоконник. Я уставилась на белку. Белка приоткрыла один сердитый глаз.

— Что смотришь, дурочка! Окно закрывай! Занавески! Занавески задёрни! — не поднимая головы, потребовала рыжая. — Ох, совсем пустоголовая попалась. Не везёт мне!

Немного опешив от нахальства гостьи, я послушно исполнила указания. Обижаться на зверушку было бы глупо. И меня раздирало любопытство.

— Ты анимаг?

Первое, что сразу пришло в голову — передо мной оборотная колдунья. Не слишком воспитанная, но забавная.

— Сама ты анимаг! — белка взвилась, словно я её оскорбила. — Я — Чибити!

Знакомым жестом она постучала лапой себе по лбу. От моих мыслительных способностях рыжая всё ещё оставалась не в восторге.

— Ладно, — я примиряюще улыбнулась. — Чибити. Это очень милое имя. Служащие тебя ловят?

— Меня!

Она гордо вскинула головку.

— Я опасная! Очень!

Белка вытянула лапки перед собой, растопырила пальчики и состроила самую свирепую мину, на какую была способна. Мол, схвачу и закусаю до смерти. Я не удержалась и рассмеялась.

— Верю-верю. А почему опасная?

Боевой настрой гостьи сразу улетучился. Белка погрустнела и отвела взгляд.

— Я… — она растеряно всхлипнула. — Я не помню. Но это не помешает мне постоять за себя!

Быстро же она вернула присутствие духа и оправилась от недавнего страха. Я опомниться не успела, как нахалка соскочила на пол. Миг и она ловко забралась на постель, нырнула под одеяло. В кровати началась непонятная возня.

«Мой порядок…»

Я трагично возвела глаза к белёному потолку. Столько времени потеряла зазря.

Глава 5.

Я с тоской наблюдала за подвижным холмиком в собственной постели. Мохнатый клубок слетел на пол и в два прыжка пересёк комнату. Дверца шкафа оставалась открыта. Чибити заскочила внутрь.

— У тебя отвратительный вкус. Что за расцветка?! Ужас! О, это невыносимо!

Услышала я приглушённый голосок, а следом на пол вылетели мой любимый шейный платок и тёплая шапочка. Её я взяла с собой на случай суровой зимы. Обычно в Дептоне не случалось сильных морозов. Когда я собирала сумки, мама то и дело молча подкладывала шапочку к остальным вещам. Я сдалась.

— Впрочем…

Чибити высунула нос наружу. Сложила лапки на груди. Совсем как маленький раздражённый человечек. Зверёк отказался признавать себя анимагом, но всеми повадками походил на оборотного волшебника.

— Для гнезда сойдёт!

Она будто делала мне одолжение. Скривила мордочку, скептически поглядывая на вещи. Платок и шапочка сиротливо лежали на полу.

— Для гнезда?

Теперь растерялась я, поднимая и отряхивая своё имущество. В первый же день в Академии меня точно настигло какое-то безумие. Анимаги, мрачные хаотики, змеи и ревнивые стихийницы. Вот и белка пожаловала. Я даже приложила ладонь ко лбу, чтобы проверить нет ли у меня жара. Голова была холодной, а сознание ясным.

— Здесь буду жить, — снисходительно заявила рыжая. — Положи мне мягонькое. Спать хочу. Уф! Загоняли меня злодеи.

Я уже поняла, что возражать бесполезно. Белка слышала лишь себя и делала, что придёт в голову. Чибити покрутилась на месте и снова нырнула вглубь шкафа.

— И есть! Принеси еды! Фу, тут мусор какой-то. Чуть не поранилась! Ты бестолковая девица. Могла бы давно навести порядок!

— А что я, по-твоему, делала, — буркнула я.

Какая-то белка будет мне указывать!

Тем временем гостья выбросила из шкафа ту самую блестяшку, которую я не успела рассмотреть. Свист служащих отвлёк меня тогда. Соорудив для Чибити уютное гнёздышко, я подняла находку.

— Это же…

Я держала в руках круглую брошь с мелкими фиолетовыми камешками. Я узнала её. Украшение принадлежало Ларии. В последние зимние каникулы я впервые увидела брошку на скромном платье воспитанницы отца. Лария с улыбкой сказала, что это подарок друга. Не слишком дорогой — хризотисы не считались редкими камнями. Большего я из неё не услышала. Лария не любила много говорить о себе.

— Как она здесь оказалась?

— Не мешай, я сплю.

Чибити пристраивалась в коконе из шапочки и платка. Я зажала брошь в ладони и захлопнула дверцу шкафа.

— И не хлопай дверьми, — потребовала белка изнутри. — И… — она точно не знала, в чём ещё укорить меня. — И… Это… Делай домашние задания!

— Занятия начнутся только через два дня, — возразила я. — Я достаточно взрослая, чтобы самой решать, чем заниматься!

— Глупостями! Все студенты круглые сутки только этим и заняты. Спасибо, насмотрелась! — бурчала Чибити.

Подумав, я спрятала брошку и направилась к выходу. Чибити почуяла неладное. Дверца шкафа приоткрылась.

— Ты куда? Только попробуй меня сдать! Я отомщу. Я опасная…

— Помню, Чибити. Очень опасная. Осталось выяснить чем… Ты хотела есть. Принесу тебе вкусненького. Запру комнату снаружи. Не бойся.

Я старалась быть терпеливой и не принимать близко к сердцу ворчание белки. Может быть, у неё была тяжёлая жизнь и приходилось постоянно прятаться от …

Я так и не придумала, от кого Чибити скрывалась. Помнится, ректор не был слишком доволен её присутствию в кабинете. Служащие явно действовали по приказу змея Илбрека.

— Чибити ничего не боится…

Голосок рыжей не звучал слишком уверенно. Что сказала белка дальше, я не услышала. Как обещала, закрыла дверь на магический ключ. Утром комендант общежития выдал мне невзрачный браслетик с рунами. Простые заклинания, чтобы отворить или затворить двери в Академии.

— Комендант… Точно!

Он скажет мне, кто жил в комнате до меня. Спустившись на первый этаж, я нашла пожилого господина коменданта на своём месте. Мне пришлось проявить всё обаяние, чтобы уговорить его.

— Разве правилами запрещено знать, кто жил в комнате?

Я улыбнулась и заглянула в блёклые глаза пожилого мужчины. Как многие служащие Академии, комендант не имел магического дара. Трудно представить, что чувствует обычный человек. Я невольно ощутила возможную пустоту вместо ярко горящего дара внутри себя. Неприятно и страшно.

— Не запрещено, но и не разрешено, — он сурово и недоверчиво держался на расстоянии от меня.

Таким же взглядом он проводил радостную компанию юных стихийниц, вернувшихся в жилой корпус. Каково ему среди молодых девушек, к тому же владеющих магией? Мне показалось, что общение с такими, как я требует от коменданта особых усилий. Он выглядел усталым. На столе я заметила кружку с остывшим напитком.

— Хотите я зачарую вашу кружку? Любое питье будет иметь приятный вкус и дарить бодрость. Обычно это стоит хороших денег, но для вас не стоит ничего. Если только несколько слов о комнате тридцать шесть.

Не дожидаясь разрешения, я схватила кружку, провела указательным пальцем рисуя руны. Перо, карандаш или особый резец подошли бы лучше, но у меня ничего с собой не было. Чехол с инструментами рунолога я оставила в комнате.

Глаза коменданта округлились. Я так старалась, что потратила немного больше сил, чем рассчитывала. Управлять даром нужно учиться не только магам Стихий. Ничего страшного со мной не произойдёт. Через час я восстановлюсь. Главное узнать, кто жил в комнате.

Смущённо кашлянув, комендант принёс толстенную книгу, куда записывали всех жильцов. Нацепив очки, он несколько минут выискивал нужную строчку.

— Комната тридцать шесть. Хермин Лария. Студентка факультета Рунологии. Второй… Нет! Уже третий курс, — хрипло зачитал он.

Подняв на меня встревоженный взгляд, комендант нахмурился.

— Госпожа Хермин пропала в начале лета. Комната освободилась. Сами понимаете…

Я кивнула, скрывая волнение, охватившее меня.

— А вещи? Куда унесли вещи Ларии? Понимаете, мы выросли вместе…

— По распоряжению ректората вещи отправлены в хранилище Академии.

Лицо коменданта сделалось непроницаемым, как и прежде. Я поняла, что больше ничего не узнаю.

Я живу в комнате Ларии! Это невозможно! Так не бывает! Беспокойство сжало сердце. Странное совпадение выглядело неслучайным. Каждая мелочь толкала меня к размышлениям о воспитаннице отца. Лария спала в той же постели. Её одежда висела в шкафу, куда я только что выложила свои вещи. Даже брошь потерялась, отколовшись от воротничка платья.

Я пока не знала, что со всем этим делать. Сверяясь со схемой, я быстрым шагом пересекла парк. Комендант не стал отвечать на мои вопросы, но сунул в руки брошюру для новичков. Так я точно не заплутаю между корпусами.

«Лария… Куда же ты подевалась?»

Я не думала, что решусь на собственное расследование. До приезда в Академию меня мало заботило, что произошло с госпожой «Совершенство». Это были злые нехорошие мысли. Я обещала себе избавиться от них. И я сочувствовала Ларии, с которой, вероятно, случилось несчастье.

На получение формы факультета, вопреки ожиданиям, пришлось потратить немного больше времени. Первокурсники вытянулись в цепочку, дожидаясь своей очереди. В небольшом помещении стоял гул молодых голосов.

Две студентки передо мной перешёптывались. У одной было невероятно изумлённое лицо. Какая-то тайна так и распирала её изнутри. Вторая настойчивой мухой зудела ей на ухо. Они заговорщицки переглядывались и многозначительно кивали, соглашаясь с общими выводами.

— Невероятно! — первая не смогла удержаться от возгласа. — Почему ректорат ничего не делает?! Я так рада, что имею дар анимага.

Я старалась на них не смотреть, но заинтересованно прислушивалась. Рассказчица снова потянулась к уху подруги. Её остренькие куньи черты излучали лукавство и восторг. Жаль, что ничего не слышно. Я изнывала от любопытства.

— Ты с Рунологии?

Внезапно они обе обернулись и посмотрели на меня.

— Да, — охотно подтвердила я.

Предвкушение интересной истории подтолкнуло меня ближе к болтливой парочке. Я подалась навстречу, как бы говоря: «Расскажите же и мне ваши секреты».

— Бедняжка!

Они одновременно закатили глаза и скорбно вздохнули. Подхватив меня под руки, зашептали с двух сторон:

— Девушки-рунологи…

— Да-да, рунологи пропадают…

— Говорят, что хаотики заставляют их участвовать в жутких обрядах.

— Заставляют есть гадость…. Ту самую, что едят сами.

— И никто не возвращается…

Обрывки горячих фраз терзали мой слух, но ничуть не прояснили ситуацию. Я решительно выскользнула из жадных рук сплетниц.

— И что же? Их никто не ищет? Невозможно потеряться в Академии без следа.

— Ищут и не находят! — почти с обидой бросила самая знающая. — Считаешь, я вру!?

— Тебе не страшно? — заботливо поинтересовалась изумлённая вторая.

— Вовсе нет! Вы что-то напутали. В Академии безопасно.

Я пожала плечами. Пусть Лария и пропала, но в историю про ритуалы хаотиков я не верила. Плесень эта непонятная, о которой говорил мой приятель ирбис. Глупые россказни и домыслы. И ректор Илбрек не стал бы покрывать незаконные дела в Академии.

Студентки недовольно замолчали и отправились получать форму для анимагов. Через десять минут я уже вышла на воздух со своим пакетом. Все мерки снимались заранее, поэтому много времени дело не заняло.

Самый долгий день продолжался. Я побрела в сторону учебного корпуса, чтобы посмотреть расписание и взять книги. В животе урчало от голода. Я обещала белке принести вкусностей. Сама бы не отказалась сейчас от кусочка пирога или хотя бы бутерброда. Вот и основной корпус для занятий!

Запрокинув голову, я оценила высоту главной башни, увенчанной шпилем. Почти стёртые руны над дверью потеряли силу и поблёкли. Академия больше не нуждалась в старых защитах.

В широком и светлом холле с высокими потолками я растерялась. Студентов и преподавателей было немного. Никто не толпился у расписания. В полупустом зале мне казалось, что все взгляды устремлены только на меня.

«Вперёд, Руна!»

Я приняла такой же деловой вид, как и у остальных. Только он с меня тут же слетел, когда я наткнулась взглядом на картины. Портреты занимали всю стену по правой стороне. Буквально раскрыв рот, я изучала лица и надписи с именами. Лучшие ученики Академии, получившие высшие баллы. Выпускники — гордость Дептона. Кто-то из них наверняка стал членом Совета магов. Я узнала и самого ректора Илбрека. В молодости у него были такие же непослушные вихры и задорная улыбка, как у Ди́ана. Куда что девалось?!

— Лария…

Пройдя немного дальше, я встретила и вторую знакомую физиономию.

— Айгермар… И ты среди лучших.

Резкие черты делали хаотика слишком серьёзным и мрачным И Лария, и Йон значились самыми успешными студентами прошлого года.

— В конце курса посмотрим.

Я подбоченилась и смело посмотрела в глаза хаотику на портрете. Уже сейчас я получила высшие баллы среди поступающих и могла рассчитывать на успешное завершение года. Учитель готовил меня и Ларию по программе Академии. Ничего сложного!

— Руна Гавр будет в списке лучших.

Показав язык нарисованному Йону Айгермару, я отправилась искать библиотеку. Но тут меня ожидало разочарование. Я застала книжную даму возле резных старинных дверей, на которых обнаружились свежие руны. Внутри запрещалось создавать заклинания и обращаться в духа зверя. То есть попробовать можно, но вряд ли получится. Руны-ограничители разрушали постороннюю магию.

Библиотекарь вешала на дверь объявление.

— Закрываетесь?

Я с интересом заглянула в огромный зал за спиной грустной дамы.

— Завтра! Всё завтра, — она нервно мотнула головой и вытянула шею, рассматривая холл.

Глаза её внезапно округлились. Я обернулась и нос к носу столкнулась с двумя служащими. В руках они держали сеть, которой недавно пытались поймать Чибити в парке.

— Нас послали, госпожа, — извиняясь буркнул один.

— Меня предупредили, — заговорщицким тоном отозвалась библиотекарь. — Проходите.

Они отодвинули меня словно бессловесную мебель. Дверь захлопнулась. Я осталась стоять в недоумении. С каждым часом Академия преподносила всё больше загадок. Стоит ли обсудить их с Ди́аном? Я не была уверена. Папа-ректор безмолвной тенью стоял за спиной молодого Илбрека.

Я припала к двери библиотеки. Изнутри слышались размеренные шаги и звуки сдвигаемой мебели. Настойчивые поиски нахального зверька продолжались. Неужели ректора так разозлили прыжки Чибити в кабинете? Я предположила, что несносная рыжуха давно дразнит Илбрека-старшего. Она такая. Она … опасная.

Посмеиваясь, я отправилась на поиски еды. Если уж не удалось выполнить все задания на сегодня, то хотя бы поем. Передвижная лавка торговца попалась мне довольно быстро. Яркий вагончик на колёсах манил ароматами свежей выпечки и горячих напитков. Забавный усатый торговец расхваливал товар и подмигнул, заворачивая пышные булочки и волшебную чашу с терпким травяным сбором. Я слышала, что маги придумали особые ёмкости, откуда не проливается жидкость, но никогда такие не видела. Одна из них оказалась у меня в руках. Со временем магия потеряет силу, а чаша исчезнет. Очень удобно!

Для Чибити я купила кулёк лесных орехов. Глазея на разнообразие товаров в лавке, чуть не забыла о рыжей подружке. Вовремя вспомнила, кто поселился у меня в шкафу. В парке было так хорошо, что в корпус я возвращалась неспеша. Желтеющая листва устилала ещё свежую траву. Между деревьями пробивалось низкое солнце. Я любовалась парком, зданиями из светлого камня и узорами в витражных окнах. Дептонская Академия определённо пришлась мне по душе воздушной архитектурой и древним очарованием.

Чибити меня уже поджидала. Стоило переступить порог комнаты, как из шкафа высунулся любопытный нос.

— Тебя только за смертью посылать!

— Не ворчи. Я принесла орехи.

Кулёк я немедленно положила рядом с гнездом белки. С зимней шапочкой и платком придётся распрощаться. Рыжуха завладела моим имуществом основательно и надолго.

— Орехи? — рыжая порылась лапой в содержимом кулька. — А что ещё?

На мордочке отразились недовольство и надежда одновременно.

— Булочки, но это для меня.

— Пфф… — фыркнула Чибити и добавила тоном мудрого наставника. — Кто же ест после шести?! Особенно булочки! С ума сошла!? Ты совсем не следишь за фигурой.

Чибити выскочила и принялась крутиться вокруг меня, показывая, как она считала, свои совершенные беличьи формы.

— Пышные булочки — пышные бока. Нарастишь — пожалеешь. Но так и быть, я тебе помогу. Готова избавить тебя от одной булочки.

— Хитрюга, — расхохоталась я.

Эта белка точно не даст мне заскучать. Я положила покупки на стол. Крупная яркая бабочка встревоженно вспорхнула с занавески. Чибити, примостившаяся рядом с булочками, взвизгнула и метнулась прочь, забившись под кровать.

Что опять не так?!

Глава 6.

— Чиби, Чиби, — позвала я. — Что случилось?

Я заглянула в пыльную темноту под кроватью. Ничего не видно. И что прикажете делать? Выманивать безумную белку? Я в Академию учиться приехала, а не с белками возиться.

«Ага! И Ларию искать ты не собиралась. И что в итоге?» — сообщил вредный внутренний голос.

Он у меня был жутко самостоятельный и независимый.

«Сначала с белкой разберись», — одёрнула я себя.

— Это всего лишь бабочка, — терпеливо произнесла я во мрак. — Они любят цветы, а не зверушек.

Неясный комочек задвигался в уголке.

— Бабочка… — заворожённо повторила белка зловещим шёпотом.

Того гляди вытянет лапки и шатаясь побредёт, не видя ничего перед собой. Настоящая пустышка, ослеплённая магом. Бывают такие заклинания, которые подчиняют себе живых существ. И они забывают себя, исполняя приказы хозяина.

— Она… Она улетела? — глухо пробормотала белка.

— Ужасная бабочка ничем тебе не угрожает. Я закрыла окна.

Я была очень убедительна. И камень бы поверил.

— Честно-честно?!

Коготки заскребли по стене. Или это белка начала грызть ножки моей кровати? Не хотелось бы! Какая же недоверчивая белка!

Страх Чибити выглядел естественным и неподдельным. Казалось, она и лапой двинуть не может, стоит ей подумать о насекомом с яркими алыми крылышками.

— Клянусь!

Но мои слова не подействовали. Белка не спешила покидать убежище.

— Как хочешь! А я голодна и устала.

Я поела, оставив на столе одну из булочек, и принялась готовиться ко сну. Долгий день с бесконечной чередой впечатлений утомил меня. Первый день в Академии…

С наслаждением вытянувшись в кровати, я закрыла глаза. Я лежала, старательно изгоняя из сознания навязчивые образы Ларии и Йона Айгермара. На платье воспитанницы отца темным пятнышком выделялась брошь с фиолетовыми камнями. Что-то не давало мне покоя.

— Запомни, я не Чиби! Я Чибити! —донёсся возмущённый писк из-под кровати.

И как тут уснёшь, если под тобой дрожит живое создание?

Услышав ворчание Чибити, я немедленно подскочила и свесилась с постели.

— Я запомню. А я Руна. Руна Гавр.

— Руна… — белка подалась вперёд, но опять спряталась в тёмном углу. — Магия рун. Рунная бабочка. Бабочка…

Голосок Чибити срывался. Я словно видела, как расширились от страха маленькие глазки. Слышала, как стучат зубы.

— Причём тут бабочка? Забудь! Я просто Руна. Давай спать.

У меня остался последний аргумент против упрямой белки.

— Ты же опасная. По-настоящему опасные белки ничего не боятся. Тем более каких-то бабочек! И какой глупец назвал тебя опасной?!

— Нехорошие люди… Страшные…

Рыжая завозилась внизу и несколько раз чихнула.

— Фу, как здесь грязно.

По полу зацокали маленькие лапки. Я с облегчением откинулась на подушку. Сквозь подступающий сон услышала, как в ванной полилась вода. Моющихся в раковине белок в моей жизни ещё не встречалось.

— Вот и прекрасно… — пробормотала я.

Мягкое облако уносило меня в приятную темноту. Я заснула. Вначале мутный и нечёткий образ Ларии встретился в лабиринтах сна и будто повёл за собой. Я видела обветшалые стены, озарённые оранжево-алым светом магических ламп. Стены растрескались и осыпались, местами поросли лозами жёсткого шиполиста.

Лария уходила всё дальше, теряясь во тьме. Яркие бабочки порхали под сводами подземелья, цеплялись за волосы Ларии и садились ей на плечи. Я упрямо шла вперёд. Мимо слепых поворотов и ходов в неизвестность. Подруга давно пропала. Вместо неё в сновидение вторгся другой образ дневных впечатлений.

Ди́ан издали махнул мне рукой, улыбнулся, приманивая к себе. Такой реальный, настоящий. Растрёпанные светлые волосы, широко расставленные зелёные глаза, мягкие черты. Он протянул ко мне раскрытые ладони, выпуская на волю множество сияющих бабочек.

Я ускорила шаг, потому что ютившийся по углам страх добрался до сердца. Ноги увязали в песке. Он покрывал цветную битую плитку на полу. Я шла по древним развалинам и двигаться становилось труднее с каждым шагом. Ди́ан всё чаще отворачивался, всматриваясь в черноту у себя за спиной. Он словно ожидал, что оттуда появится неведомое существо. Бабочки наполняли галерею, вились вокруг молодого Илбрека.

Должна успеть! Я должна добраться до него раньше, чем… Чем что?

Осталась последняя арка, чтобы дойти и коснуться анимага. Я замерла, поднимая взгляд, и буквально приросла к земле. На стене надо мной фиолетовым пауком распластался Йон Айгермар. Воронье лицо, обрамлённое каштановыми прядями, было бледно и решительно. Он не пропустит меня дальше. Я точно это знала. Паук и есть! Приклеился у самого потолка и охранял вход. Сухие и потухшие бабочки падали рядом с хаотиком на песок. Рука Айгермара потянулась ко мне. Пальцы вот-вот коснутся кожи…

— Рунные бабочки… — прошелестел бесцветный голос.

Я почувствовала маленькое мохнатое тельце, свернувшееся калачиком у меня на плече. Вздрогнула, просыпаясь. Сердце бухало в груди. Я вся взмокла.

— Мне страшно. Бабочки… — тихо пискнула белка.

Чибити доверчиво прижалась ко мне, ища защиты. Ох уж эти насекомые! Они и ко мне в видения пробрались.

— Всё хорошо. Бабочки улетели, — успокоила я её, закрывая глаза.

Мы так и проспали до утра, а за завтраком разделили оставшуюся булочку. Затем я вспомнила, что обещала написать отцу. Подумав, я коротко рассказала, как устроилась. О Ларии я промолчала, хотя родители просили узнать, что произошло. Потом брошу конвертик в ящик возле главного корпуса. Оттуда письма студентов развозили по провинциям.

Встревоженная сном, я осмотрела комнату. Если Лария жила здесь, то кроме броши могла оставить и другие вещицы или записи. И что такое «рунные бабочки»? Заклинание? У магов принято называть формулы необычными и красивыми именами. Какие-нибудь «огненные звезды», «капли росы» или «когти ястреба» были обыденным явлением. А Чибити слышала название чар от студентов или магистров, когда пряталась от служащих. Впечатлилась и придумала себе страшные сказки.

— Я разберусь. Даже не думай, что не смогу, — бурчала я себе под нос, заглядывая под ванную и снова ударяясь макушкой.

Бедная моя голова. Ничего, умнее будет.

Пока я рылась в ящиках стола и заглядывала в каждую щёлочку, Чибити занималась не менее важными делами.

С независимым выражением на мордочке она расправлялась с орехами. Будто и не было вчерашней испуганной рыжухи, готовой скрываться в пыли под кроватью.

— Я люблю орешки в шоколаде или сахаре, — сообщила она и требовательно взмахнула лапами. — Обязательно принеси! И не задерживайся надолго. Мне необходима компания. Вы, студенты, такие шумные и глупые, но выбирать не приходится, — белка деловито вздохнула, отбрасывая пустую скорлупу. — Кто-то же должен защищать меня и создавать хорошее настроение.

Что тут возразишь?!

Преисполненная наставлениями несносной белки, я отправилась за учебниками. Тревожный сон постепенно стирался из памяти. Я улыбалась осеннему солнцу и желтеющей листве. Уверена, что в Академии у меня всё сложится замечательно.

Глава 7.

Стопка книг, перевязанная бечёвкой, оттягивала руку. В библиотеке я пробыла не долго. Успела получить учебники и узнала о правилах работы с литературой в читальном зале. Я загорелась идеей больше узнать о рунных бабочках. Чем бы они ни были!

На улице я поставила свой ценный груз на скамейку. День был ясный и тёплый. Никаких важных или срочных дел не намечалось, поэтому торопиться мне было некуда. Успею подготовиться к занятиям.

Первые лекции начинались через несколько дней. В расписании значились занятия по основам рунологии. В душе всё пело от предвкушения возможности применить дар. От нетерпения зудели кончики пальцев. Из-за переезда я не тренировалась несколько дней.

— Ты лучше всех, Руна, — зажмурившись, я улыбнулась солнцу.

Отец назвал бы меня легкомысленной и излишне самоуверенной, но за видимой слабостью скрывался сильный дар. И я это знала. Пусть мои успехи и казались другим лишь удачей.

Способности Ларии более соответствовали внешности. Она сразу представала в образе строгого и разумного рунолога, которому стоит доверить семейные тайны или поручить сложное задание.

Ох!

Опять не обошлось без воспитанницы отца. Я вздохнула, понимая, что пока не разрешу загадку исчезновения Ларии, покоя мне не видать.

Я задумчиво обвела взглядом парк. Отнесу книги в комнату и продолжу изучать территорию Академии налегке. Так я решила, но заметила приближающегося Йона Айгермара. Он двигался в мою сторону по той самой дорожке, которая вела к жилому корпусу. Я бы предпочла встретить молодого Илбрека и поболтать с ним. Лёгкий и добродушный анимаг оставил приятное впечатление о себе.

«Почему мне так не везёт?!» — я мысленно возвела глаза к небу.

Вопрос к собственному внутреннему голосу остался без ответа. Иногда этот болтун умел молчать. Обычно это происходило в самые сложные моменты моей жизни, когда требовалась поддержка и быстрое принятие решений.

Я сердито зажмурилась, надеясь, что Айгермар исчезнет каким-нибудь магическим образом, а я спокойно пойду в общежитие рунологов. Пусть бы хаотика пожрала та самая плесень, которую упоминал Ди́ан. Но одного желания оказалось недостаточно. И нежелания тоже.

То ли под воздействием страшного сновидения, то ли по иной причине я остро не хотела пересекаться с молодым хаотиком. Так и видела, как он пауком засел над древней аркой. Неприятное зрелище!

А Йон, как назло, уверенно шагал навстречу и рано или поздно мы бы неминуемо встретились. Айгермар давно приметил меня и не спускал острого взгляда. Пригвоздил точно бабочку, не позволяя сойти с места. Я уже не сомневалась, что движется он ко мне, отчего задрожали коленки. Невысокий и изящный, он всё равно заполнил собой пространство парка и казался надвигающейся фиолетовой тучей.

Да что это я?! Пора действовать!

Айгермар не оставил мне выбора. Неловко заметавшись, я подхватила связку книг и бросилась прочь по боковой узкой дорожке. Тропка долго вела вдоль стены учебного корпуса и петляла между кустами. Я удачно путала следы. Бечёвка врезалась в онемевшие пальцы.

— Не побежит же он за мной?! Это выглядело бы странно.

Собственный голос немного успокоил.

— Если что — закричу…

Я набрала в лёгкие побольше воздуха, готовясь дать достойный отпор. И бежала вглубь зарослей. Стена главного здания, скрытая растительностью, не заканчивалась. Я досадливо поморщилась, перекладывая тяжёлую поклажу в другую руку, и обернулась. По моим расчётам я должна была оторваться от преследования. Так и есть! Пустая дорожка. Маленькие фигурки студентов вдали. Никого…

В кронах деревьев мелькнули сияющие фиолетовые крылья.

Дурочка! Я забыла, что хаотик умеет превращаться в ворона и легко отследит путь сверху. Но Йон не спешил настигать меня, а кружил поблизости. Выжидал или наслаждался моей паникой.

И почему я сорвалась и побежала? Сейчас я не находила ответа. Стараясь отдышаться, я прислонилась к стене, поросшей ветвистыми лозами шиполиста. Это растение сохраняло зелень и живость при любой погоде. Шиполистом часто украшали старые дома снаружи, чтобы придать им менее мрачный и ветхий вид. Недавнее сновидение преследовало меня не хуже Йона Айгермара. Я покрутила головой.

И куда мне идти? В какую часть парка я попала?

Внезапно я поняла, что не знаю в какой стороне жилой корпус. План территории Академии остался лежать в комнате на столе. Назад, туда, где высматривал меня хаотик, я не вернусь. Оставалось одно — двигаться дальше вдоль стены. Только переведу дух.

Я всё ещё прижималась к тверди стены и не заметила, как рука теряет опору. Резкий противный скрип прошёлся по сердцу. Калитка, скрытая за порослью кустарника и увитая лозами, отворилась. Несколько шагов отделяли меня от тайной части Академии. Я легко прошла вперёд, слыша хруст камешков и битой плитки под ногами. Так я оказалась посреди небольшого дворика.

Не верилось, что в аккуратной, блистающей чистотой и свежестью Академии остались такие закоулки. Запустение и тлен. Эти два слова первыми пришли мне на ум при виде разваливающегося здания. Оно прилепилось сбоку от мощного и величественного собрата. Точно паразит, готовый выпить все соки из здорового организма, чтобы сохранить собственную никчёмную жизнь.

Щербатые осыпавшиеся стены и слепая арка входа странным образом воздействовали на меня. Я хотела бежать без оглядки, а в следующее мгновение отказывалась от этой идеи. Любопытство горело во мне жгучим и настойчивым пламенем.

Я не ринулась немедленно разгадывать тайны. Привычки и правила рунологов успели отложиться в моём юном сознании. Осторожность — первое, чему обучают при подготовке.

Легкомысленно пробираться через куски старой ограды, сваленные тут же, я не решилась. Осколки камня и кованая сталь перекрывали арку. Она походила на раззявленную пасть дряхлого чудовища. Беззубую, но всё ещё пугающую.

Мне хватило разума не совать любопытный нос дальше. Я удовлетворилась исследованием стены и входа снаружи. Убедилась, что дверь когда-то существовала, но давно снята с петель или выбита мощными ударами. Дар позволил увидеть серию рун, высеченных над входом.

« Неведение », — мысленно прочла я.

Не каждый символ следовало оживлять словом, произнося его вслух. Ещё одно из правил для новичков.

« Неведение », — про себя повторила я.

Такая руна лучший выбор, если хочешь сохранить тайну и отвести глаза случайному свидетелю. Не будь я рунологом, то легко бы прошла мимо развалин. Заклинание превращало странное место в скучный грязный угол, откуда хотелось сбежать.

Далее шла « Волшебная шкатулка » — для сохранения чар внутри здания. Ни одно заклинание, сотканное в этих стенах, не вырвется наружу.

Узнала я и « Мощь слова ». Она усиливала магию рун.

Остальные символы я не знала и усмотрела в этом вызов для себя. У любого рунолога отменная память на знаки. Я запомнила каждый, чтобы разобраться с надписью. Список заданий для первокурсницы стремительно пополнялся. Отправляясь учиться, я ожидала ярких событий, но явно не таких.

Я продолжила рассматривать арку. Удивительно, но все руны хранили полную силу будто их только что начертали. В Академии осталось не так много рабочих знаков. А здесь сохранилась целая фраза. Заброшенное здание использовали для тайных дел?

Сколько я не вглядывалась в темноту холодного нутра корпуса, ничего не различала. Почудилось, что внутри сразу же начинается каменная лестница, но образ размывался и скрывался в тенях.

Я бросила последний взгляд, собираясь уходить. Не сидеть же в заброшенном дворике целый день?!

— Что это?

Пришлось освободить руки от связки книг. Я присела над горстками песка, каменной пыли и крошева. Во-первых, на них отчётливо отпечатались следы. Не мои аккуратные и маленькие, а здоровенные подошвы мужской обуви. А во-вторых, земля была усыпана обломками крыльев бабочек. Их легко было принять за обычный сор, но я сразу обратила внимание.

— Слишком много бабочек.

Я бормотала, опасаясь говорить громко. Кто бы услышал меня? Разве только древние стены. И всё равно я с опаской оглядывалась и ощущала напряжение в спине, помня острый взгляд ворона-хаотика Йона Айгермара.

Я пока не понимала как, но все мелкие детали первых дней в Академии подходили одна к другой. Волнение и тревога охватили меня. Мысли о Ларии наполнились мрачными предчувствиями.

— Ты же нашла это место? Да, Лария? — я продолжила рассуждать, выбираясь за пределы дворика. — Нашла и не смогла оставить тайну неразгаданной. Секрет поймал тебя в ту же ловушку. Всегда была въедливой и добиралась до сути. Была…

С тяжёлым сердцем и сомнениями я проплутала несколько минут, но вышла на центральную дорожку. И буквально уткнулась в яркую вывеску.

— «Весёлая лисица».

Я прочитала название, не понимая, какое отношение имеет лисица к Академии и почему она весёлая. Самое время перекусить и узнать, что скрывается за стенами этого заведения. Не забыть бы и для белки прихватить что-нибудь вкусное. Незаметно для себя я привязалась к вредной зверушке. Она ворвалась в мою жизнь нахальным гостем, но неизменно веселила. И конечно же тайна! Чибити сумела меня заинтриговать.

Местная закусочная оказалась такой же милой и светлой, как и все здания в Академии.

«Не все», — напомнила я себе, храня образ разрушенного корпуса точно ценный артефакт. Знала, что пригодится когда-нибудь.

Интуиция рунолога редко меня подводила. Как в полустёртых линиях дар помогал мне угадывать символы, так и внутреннее чутьё раскрывало важные фрагменты событий.

Увидев поджарого и огненно-рыжего хозяина закусочной, я тут же догадалась, в чём соль названия на вывеске. С хитрым прищуром трактирщик перекидывался короткими фразами со знакомыми студентами. Его осторожные движения и вкрадчивое внимание напоминали лисьи повадки. Дух зверя угадывался в нём безошибочно. Анимаг-трактирщик. Чего только не случается в нашем мире!

С наслаждением избавившись от груза в руках, я расположилась за столиком. Из окна открывалась приятная картина — кусочек парка с фонтаном, грандиозные стены главного корпуса Академии и дорожки с цветными камешками. Чудесная Дептонская осень.

Удовольствие от крепкого напитка из прожаренных и перемолотых корней желтоголова мне быстро испортили. На противоположной стороне улицы я увидела неизменного Йона Айгермара.

«Уже не смешно. Скоро он начнёт наступать мне на пятки или выглядывать из шкафа вместе с белкой. Не обнаружить бы его однажды в собственной постели, как и того змея», — я невольно поморщилась.

Вкуснейший пирог со свежими ягодами потерял привлекательность. Айгермар всматривался в вывеску закусочной будто на ней была написала его судьба. Я не успела как следует посетовать на настырного хаотика. Над ухом знакомым голосом с хрипотцой и рыком прозвучало:

— Привет!

За окном промелькнула стремительная стихийница Олли.

«И ты здесь! Придётся поберечь пальчики».

Я медленно подняла взгляд на «её котика», склонившегося над столом. Вот кому я точно была рада.

Глава 8.

Добродушное лицо Ди́ана озарила улыбка.

— Смотрю ты учиться приехала!?

Он отодвинул мои книги в сторону и уселся напротив.

— А что? — я искренне удивилась. — Кто-то поступает в Академию для иных целей?

Я смотрела на анимага, старательно отворачиваясь от окна. Студент Айгермар стоял на прежнем месте, сунув руки в карманы форменной курки. Упорный и подозрительный тип.

Зато Ди́ан казался понятным и открытым. Он лукаво улыбнулся в ответ на закономерный вопрос.

— Ты не знаешь. Новенькая и с лучшими результатами на вступительных испытаниях. Точно учиться приехала. Заучка, как есть!

— Всё-то ты обо мне выведал, котище!

Хотелось треснуть его по лохматой голове, чтобы перестал насмехаться. Ди́ан не унимался.

— Среди студентов ходит присказка: «В Академию пошла — жениха себе нашла».

— И не собираюсь, — я фыркнула, демонстрируя искреннее презрения к романтическим устремлениям. — У меня более серьёзные планы.

За кого этот анимаг меня принимает!? Или как обычно шутит?

Илбрек прищурился, раздумывая о чём-то. Кончики пальцев ритмично постукивали по столешнице.

— И правильно, — радостно выдохнул он. — Не стоит торопить события. А то некоторые студентки совсем лишаются головы и готовы удрать за женихами неведомо куда. Теряют прекрасные перспективы на будущее.

Ди́ан неожиданно подмигнул.

— Я и сам не прочь хорошо провести время, но бросать всё из-за мимолётного увлечения…

Я уцепилась за невзначай брошенные им слова. Сын ректора может знать несколько больше, чем остальные студенты.

— Удирают? И много уже сбежало?

Я поддержала шутливый настрой анимага, держа в голове все важные вопросы. Для меня стало откровением, что исчезновение Ларии так просто объяснялось. Только невозможно поверить, что госпожа «Совершенство» сбежала из-за любовного рвения. Она, скорее, за редким изданием магических чар с комментариями специалистов побежит, чем за парнем.

— Четыре или пять, — он весело пожал плечами. — Отец знает точно. Они у него все на учёте. Проблемы с семьями, нудные расследования и опросы. Гвардия Академии с ног сбилась. И всё из-за глупых курочек, которым захотелось стать домашними несушками.

Ди́ан скривился, а мне почудилось, что он немного злиться на девиц, потерявших голову от любви. Они создали проблемы для змея-ректора, заставили нервничать. Ди́ан любит отца и волнуется. Ничего необычного в этом я не увидела.

Размышляя, я посмотрела в окно. Айгермар не уходил. Бродил туда-сюда, пиная мелкие камешки. Я невольно нахмурилась. Фиолетовая туча на незримом горизонте давила всё сильнее.

Молодой Илбрек проследил за моим взглядом. Тёплые сильные пальцы ирбиса коснулись моих рук, слегка сжали, будто лаская.

— Хочешь совет? — с тихой тревогой спросил Ди́ан.

Странно было видеть беспокойство в его зелёных с искорками веселья глазах. Я кивнула и не высвободила рук, позволив удержать себя.

— Ты делаешь первые шаги в Академии.

Он сильнее сжал пальцы, хотя я и не собиралась убегать. Я не испытывала боли, но настойчивая хватка мага-ирбиса обеспокоила меня. Ди́ан слишком сильно волновался. Причиной был Йон Айгермар. Я сразу поняла это.

Илбрек с трудом подбирал слова, а недавно он жонглировал ими будто заправский циркач.

— Лучше обходи стороной хаотиков. Особенно Айгермара.

Открытое лицо обратилось застывшей маской. Я молчала, ожидая, когда анимаг договорит.

— Не хотел пугать в первый день. Айгермар не принесёт тебе добра.

— Он преследует меня, — я прошептала признание, не веря до конца в то, что говорю. — Я так думаю…

Ди́ан не высмеял меня. Это значило что-то важное.

— Мало кто знает, что на уме у этих плеснеедов. Насчёт пропавших студенток есть и другие версии, кроме романтических.

— Слышала-слышала, — я отмахнулась, вспоминая девиц в очереди за формой. — Первокурсники не прочь попугать друг друга. Хаотики ставят дикие опыты на рунологах в подвалах разрушенного корпуса?

Глупые сплетни о ритуалах хаотиков я не принимала всерьёз. Я рассмеялась, но заметила, как вытянулось лицо Ди́ана.

— Я знал, что рунологи любопытны. Но чтобы с такой скоростью вникнуть во все местные легенды и сунуть нос в заброшенную лабораторию?! Низко кланяюсь в ножки, госпожа Гавр.

Мне польстило удивление Илбрека, как знатока секретов Академии. Но почему он так встревожился?

— А что Айгермару нужно от меня?

Я действительно не понимала причины интереса мага Хаоса. Только что приехала в Академию. Никого не знала и не успела поссориться. И тут нате вам! Меня преследуют.

— Не знаю, Руна.

Илбрек сохранял серьёзность, чем пугал меня ещё сильнее.

— Йон Айгермар привык получать то, что пожелает. Его отец член Совета магов. Сильный хаотик, имеющий большую власть в королевстве. Такие люди опасны. Даже мой отец не сможет тягаться с такими. Айгермар чувствует себя хозяином в Академии. Лучше не подходи к нему, Руна.

— Я убежала от него сегодня.

Ди́ану удалось произвести на меня впечатление. Мало мне истории с белкой и пропажей Ларии. Ещё и хаотик на мою голову. Теперь я не сомневалась, что змея в постели — его рук дело.

— Постарайся не подпускать Айгермара близко. Хаотики держат в тайне свои заклинания. Зачарует и не заметишь. В заброшенный дворик не ходи. В старые времена в лаборатории и правда проводили магические исследования. Потом всё вышло из-под контроля. Кто-то погиб или просто серьёзно пострадал. Отец давно собирался навести там порядок, но похоже дождётся, что здание рухнет само. Лишь бы не на голову глупого студента или любознательной студентки. Такой как милая Руна Гавр.

Ох, плохо же Илбрек меня знал! После его предостережения, мне сильнее захотелось узнать тайну лаборатории Академии. Лария поступила бы точно так же.

— Будь умницей и всегда можешь рассчитывать на мою защиту.

— Спасибо, — я улыбнулась. — Спасибо, Ди.

Он рассмеялся.

— Любимое словечко Олли. Вот от неё точно немедленно убегай. Не девчонка, а огненный ветер. Опалит до косточек.

С Ди́аном было хорошо сидеть и болтать, но я ощутила необходимость побыть в одиночестве. Насколько это возможно, если у тебя в комнате живёт назойливая белка. Впечатления и новые факты нуждались в осмыслении.

Анимаг подхватил мои книги, стоило подняться из-за стола.

— Давай помогу. Нагрузилась знаниями! Провожу тебя, чтобы ни один хаотик не смел напугать.

Я легко согласилась. К тому же, к Илбреку у меня осталось несколько вопросов. Мы вышли на улицу и неторопливо направились в сторону общежития. Я начала запоминать расположение зданий на территории Академии. Скоро и брошюра с планом не понадобится.

Йон Айгермар проводил нас мрачным и вязким взглядом. Я долго чувствовала спиной его острое царапанье. Невидимые вороньи коготки терзали нас до тех пор, пока мы не ушли достаточно далеко.

Глава 9.

В коридоре, открывая личным ключом дверь, я вспомнила о белке. Чибити обосновалась в шкафу и не желала покидать уютное гнездо. Нехорошо, если сын ректора заметит рыжую и проговорится отцу. Посвящать посторонних в секрет Чибити я посчитала нечестным. Какой бы несносной белкой она ни была, но доверилась мне, просила о помощи, удирая от служителей Академии.

— Пришли!

Я нарочито шумела и громко заявила о нашем прибытии. Предупредила Чибити, давая возможность спрятаться. Я осторожно толкнула дверь, быстрым взглядом охватила обстановку. Не мелькнёт ли где рыжий хвостище?

— Ты первый гость в комнате первокурсницы.

— Миленько, — кивнул Илбрек, осматриваясь. — Напомню, что с комнатой я знаком.

Он многозначительно покосился на постель, где когда-то вальяжно расположилась змея. Будто и сам был не прочь занять место гада.

— Точно! Столько событий, что голова кругом!

Я застыдилась собственной забывчивости. Анимаг спас меня от ядозуба, а я уже вычеркнула неприятные воспоминания из списка важных впечатлений.

— У Олли такая же комната?

Я ляпнула не подумав, захваченная мыслями о змее, белке и сохранении её тайны. По полу рассыпалась пустая скорлупа. Как бы случайно я замела её ногой под шкаф.

— Прости. Не моё дело.

Смутившись, я потёрла раскрасневшиеся щёки. Ди́ан мягко улыбнулся, с интересом разглядывая меня.

— Все комнаты в жилом корпусе похожи как близнецы. У Олли часто собираются игроки в «Рыцари и драконы».

— А-а… Мне было пять, когда я разрисовала карточки отца, — я расслабленно засмеялась.

Хорошо, что «котик» не обидчивый и такой лёгкий в общении.

«Котик. Какая глупость!»

Только Олли могло прийти в голову называть шикарного ирбиса «котиком». А я не задумываясь повторила за вспыльчивой стихийницей.

«Рыцари и драконы»! Вот во что они играли с Олли и другими студентами. Популярная настольная игра, где маги использовали фантазию и чары, меня не сильно интересовала. Дома Лария проводила за ней время с моими родителями, а я присоединялась для того, чтобы игра состоялась. И подумать не могла, что весёлые сборища практиковали и в Дептонской Академии.

Меня обрадовало простое объяснение, и как анимаг говорил об этом. Только не верилось, что и мрачный Йон Айгермар бывал в комнате женского общежития, засиживаясь за игрой в «Рыцари и драконы».

— У отца был дорогой коллекционный набор, — с воодушевлением подхватил Илбрек. — Я дорисовал героев на игровом поле цветными чернилами. Досталось же мне тогда!

— Забавная история…

Я замолчала, почувствовав неловкость. Ди́ан не сводил с меня глаз. Он стоял очень близко, так и не решив, куда примоститься в небольшой комнате. Маг склонился ко мне, будто собираясь поведать важную тайну. В зелёных глазах плясали искорки. Губы не перестали улыбаться, но немного приоткрылись.

Мы напряжённо застыли. Ди́ан взглядом словно поймал меня в ловушку. Я поняла к чему он стремится. Интуиция рунолога, женское чутье и сам сгустившийся в комнате воздух подсказывали, что анимаг готов поцеловать меня. Сделалось тесно рядом с высоким и широкоплечим парнем. Я мушкой увязла в его добродушной насмешливости и притяжении. Дух зверя анимагов умел манить и удерживать подле себя. Наверное, я не была против возможного поцелуя.

Первого настоящего поцелуя в моей жизни. Подумать только!

Не принимать же всерьёз неуклюжие попытки соседского мальчишки, когда нам было по тринадцать лет!? От того времени у меня осталось смутное воспоминание о чём-то мокром и неудобном. Прогуливаясь, мы уединились в саду. Осмелевший сосед тыкался носом в мою щёку и сосредоточено сопел. В итоге я расхохоталась и убежала в дом. После он и взглянуть боялся в мою сторону.

Губы Ди́ана почти коснулись моих. Его дыхание было жарким и волнующим. Каким будет поцелуй? Таким же горячим и нежным? Неистовым и головокружительным?

У меня перехватило дыхание, а ноги ослабли от волнения.

— Как же Олли?

Я не заметила, не уследила за мыслью. Сами собой с языка сорвались неожиданные слова. В последние мгновения перед падением в омут я подумала об огненной стихийнице, обнимающей своего «котика». Я прикусила язык, но было поздно. Совсем ненужный вопрос прозвучал и заставил Ди́ана скривиться. Словно кислятины наелся. Он не ответил, но немного отодвинулся и выпрямился. В тишине натужно заскрипела дверца шкафа. Режущий по нервам звук отрезвил молодого Илбрека.

— Всё время болтается, — пробубнила я, делая шаг к шкафу и захлопывая дверцу.

Я испытала досаду. На себя и на белку, вмешавшуюся в мою личную жизнь. Не иначе как чьи-то маленькие лапки похозяйничали в шкафу.

Ди́ан безразлично отвернулся, выглядывая в окно. «Ничего не произошло», — всем видом говорил он. Туда же, в сторону желтеющего парка, анимаг произнёс:

— Олли не пропадёт. Непробиваема и упряма точно шиполист. Она легко находит себе новых «котиков», «зайчиков» и «птичек».

— Олли обещала лишить меня пальцев, — я фыркнула, примиряясь с ситуацией.

— Ерунда! Она не опасна.

Он обернулся. Спокойный и уверенный в себе маг-ирбис. Рисунок губ сложился в обычную насмешливую улыбку.

— А Йон Айгермар?

Почему-то тёмная фигура хаотика настойчивым облаком мелькнула перед внутренним взором.

— Он правда так опасен, как ты говорил?

— Не бери в голову, — отмахнулся Ди́ан. — Я преувеличил. Немного… У Айгермара дурная репутация. И… Наверное я приревновал. Плеснеед слоняется вокруг тебя, как верный страж. Он не знает, что у тебя уже есть защитник и друг. То есть я!

Илбрек игриво подмигнул. Я мало знала его, но Ди́ан с лёгкостью подобрался близко к моей душе. Я ни секунды не испытывала скованности или сомнений рядом с ним.

— Ди, — я посмотрела прямо в зелёные глаза анимага. — Мне необходимо попасть в хранилище.

Вероятно, я совершаю ошибку, обращаясь к сыну ректора. Ди́ан ничуть не согрешит, выдавая меня отцу. Что потом? Наказание от ректора? Отчисление? Позорное изгнание? Хотя я не делала ничего особенного. Я читала правила Академии. Лария и отец сказали бы, что я легкомысленная особа. Но шаг был сделан и повернуть вспять невозможно. К тому же, ради Ларии я изобретала хитроумные способы узнать правду.

— Какое хранилище?

Искреннее удивление отразилось на добродушном лице.

— Вещи студентов. Комендант сказал, что туда отнесли вещи пропавшей девушки из этой комнаты.

Я могла превратить всё в шутку, но решила ничего не скрывать. Иначе до вещей мне не добраться.

— Она жила тут?

Илбрек обвёл взглядом мои скромные владения, словно впервые видел. В его движениях появилась осторожность хищника. Не ожидал же он, что из-под кровати выскочит неведомый зверь, чтобы утащить и меня?

— Лария Хермин. Моя подруга и воспитанница отца. Я хочу попросить тебя… Если возможно… Я пойму, если ты откажешь.

— Проси о чём угодно!

Он кивнул, подошёл ко мне и положил широкие ладони на плечи. Я не шелохнулась, чтобы освободиться из этих странных объятий.

— Твой отец занимает серьёзный пост. Нам не следует подводить ректора. Но, если возможно… Ты смог бы провести меня в хранилище, чтобы посмотреть на вещи Ларии?

— Я подумаю, Руна. Подумаю и решу, как нам пройти в хранилище.

Ди́ан сдержано попрощался и покинул комнату. Надеюсь, что маг-ирбис не слишком огорчён из-за поцелуя, которого не случилось. Милый и добродушный «котик…

«Вот привязалось! Не будь легкомысленной словно Олли!»

Я распахнула окно и подставила лицо свежему воздуху, пытаясь изгнать тот сумбур, что поселился в мыслях.

«Не выдавай меня, «котик». И не попадись сам!»

Не хотелось ошибиться в Ди́ане. Да и подставлять сына ректора я не желала. Змей Илбрек вряд ли одобрит проникновение в хранилище, но других возможностей я не видела. Мой собственный отец просил узнать, что же случилось с его воспитанницей. Я исполню его желание.

«Умеешь ты оправдывать собственное легкомыслие и любопытство, глупышка Руна. Куда они тебя заведут?», — подумала я.

— Вылезай, Чибити! Гость ушёл.

Я сама распахнула дверцу шкафа. Осуждающий взгляд белки упёрся в меня тараном. Того гляди насквозь прошибёт. Цепкие лапки сурово сложены на груди. И говорить ничего не надо. Недовольство явно читалось на рыжей мордочке.

— Прости, я не купила орешки.

Я сбилась с мысли и запнулась. Странно, что не рассыпалась в прах у ног белки. Чибити не собиралась сдаваться.

— Потому что думала о поцелуях, а не об одинокой и голодной белке, — пропищало несносное создание. — Стыдись, Руна. Где манеры приличной девушки?

— Когда ты успела стать мне матерью?! Белка учит манерам. Это забавно!

Слушать наставления болтливого животного я не собиралась и захлопнула дверцу шкафа.

— Не хлопай дверью! — глухо пробубнила изнутри Чибити. — И блондин мне не нравится.

— А мне он по сердцу! Ди́ан друг!

Дверца приоткрылась и показался нос с вздыбленными усиками.

— Себе на уме. Нахальный тип!

— Кто бы говорил, — тихо отозвалась я, занявшись своими делами.

Я пролистала и разложила учебники, сверяясь с расписанием занятий, приготовила блокнот для записей и остро отточенные карандаши. Затем перебрала перья и резцы рунолога в особом чехле. Нельзя забывать его в комнате, когда уходишь. Инструменты пригодятся мне при обучении или в других делах. Если я решусь осмотреть развалины, которые нашла сегодня, то магия придётся к месту.

«Снова находишь приключения на свою голову», — родительским тоном сообщил внутренний голос.

Так похожий на ровный и всегда приветливый голос Ларии. Она бы никогда не стала рисковать.

«Зануда! Тебе не помогли твои разумность и осторожность».

Мои диалоги с невидимой воспитанницей отца вспыхивали и гасли в сознании по собственному желанию. Словно Лария всегда оставалась рядом и оценивала каждый поступок или слово.

Я повторно оглядела собранные для занятий вещи — больше нечего добавить.

Чибити дулась, но через несколько минут не выдержала молчания и покинула убежище.

— Я забочусь о тебе, дурёха, — примирительно сообщила она, забравшись ко мне на плечо. — Я опасная, но среди людей есть существа намного опаснее.

— Буду осторожна, милая.

Я провела указательным пальцем по шёрстке. За что получила быстрый удар острыми коготками.

— Я не позволяла! — возмутилась Чибити. — Ладно! Гладь!

Она обречённо подставила голову под мои руки. Деваться было некуда. Пришлось задабривать рыжую. Раз уж оставила её без орехов.

— Милая, а ты знаешь что-нибудь о пропавших девушках?

Я осторожно подступилась к вопросу, который волновал меня. Рассудила, что белка долго носилась по Академии, даже в кабинете ректора побывала. То почему бы и нет?!

— О таких же глупых созданиях, как и ты?

Чибити вырвалась из рук и умчалась поближе к спасительному шкафу. Белка с недоверием косилась на меня.

— Студентки. Одну звали Лария Хермин. Говорят, что несколько девушек исчезли из Академии.

— Подумаешь, студенты пропадают. Вон вас сколько!

Несколько прыжков, и Чибити заняла место в гнезде из моей зимней шапочки и платка. Она недовольно сморщила носик и неохотно продолжила.

— Каждый год приезжаете — не убудет. А тут целая белка пропадает. В этой вашей Академии никому и дела нет! Гоняют почём зря и обзываются!

— Так ты знаешь или нет?

Слова Чибити вызвали у меня улыбку. Я догадывалась, чем её можно раззадорить.

— Опасные белки всегда знают, что происходит у них под носом.

— Что-то происходит, — ворчливо отозвалась Чибити и закрылась в шкафу. — Но я… Я не помню… Рунные бабочки помнят.

Жалобный, испуганный голосок стих. Мне стало так жалко Чибити, что расспрашивать дальше я не решилась. Сколько бы она не храбрилась и не называла себя «опасной», но перед собственной тайной дрожала осенним листиком на ветру. Рыжая вредина.

Я смирилась, что пока ничего не понимаю. Потом разберусь как-нибудь.

Глава 10.

Утро следующего дня прибавило загадок. Я обнаружила на полу сложенную вдвое бумажку. Кто-то незамысловато просунул записку под дверь.

«Оглядывайся. Не верь словам. Не ищи ответы».

Я пожала плечами и сунула бумажку в одну из книг на столе. Когда я спустилась вниз, то продолжала думать о ровных аккуратных строчках. Предостережение тяжёлым облаком накрыло радость от нового дня в Академии. Угроза или чья-то глупая шутка? Никто не знал, что я задумала.

«Никто кроме господина Илбрека», — напомнила я себе.

Ди́ан решил отговорить первокурсницу от опрометчивого шага? Опасался гнева ректора из-за проникновения в хранилище?

Открытый и разговорчивый анимаг не стал бы подбрасывать анонимные записки, а высказался прямо. Я бы поняла.

Тревога быстро улетучилась, а мысли вернулись к студенческим заботам. Завтра я впервые пойду на занятия, чтобы доказать — Руна Гавр ничуть не хуже госпожи «Совершенство». Ларии много раз удавалось обойти меня, но не теперь. В конце года мой портрет обязательно появится в галерее лучших.

Я прошла мимо коменданта. Он пил из кружки с моими рунами и проводил меня смущённым взглядом. На пороге жилого корпуса я немного задержалась. Я не была уверена, что взяла свой набор рунолога. Инструменты оказались на месте, но во мне зародилось беспокойное ожидание. Дар превратился в маленький узелок, так, что дыхание перехватило. Что-то царапнуло по сердцу. Будто я забыла нечто важное или не обратила внимания на значительную деталь. С рунологами случается озарение, когда под пальцами оживают знаки, несущие в себе опасность. Тяжесть давила на плечи.

Я огляделась. Изящная фигура, фиолетовая куртка…

Йон Айгермар стоял на углу соседнего здания, небрежно прислонившись к каменной стене. Он делал вид, что рассеяно скользит взглядом по парку и дальним постройкам, а сам наблюдал за входом в общежитие.

— И как не надоест!

Я чуть ли ногой не топнула, но засмотрелась на резкий решительный профиль. Сильнее всего меня раздражало, что я ничем не могу объяснить поведение мага Хаоса. Всё непонятное словно бросало мне вызов и требовало немедленно разгадать тайну. А несносный маг и не собирался помогать.

— Ты сама от него сбежала.

Ох уж эта неистребимая привычка разговаривать с самой собой!

Сейчас я понимала, как глупо поступила и, возможно, потеряла шанс узнать правду. Но Йон Айгермар втянул меня в непонятную игру. И я уже действовала по её правилам. Он кружил рядом и догонял. Я убегала. Тревога обрела зримый образ и фиолетовыми щупальцами обвила сердце. Может быть Ди́ан прав — следует держаться от хаотика подальше…

«Что происходит?!»

Мысль оборвалась.

Я ощутила, как напряглась спина, как закаменели плечи, а ноги двигаются сами. Я отступала от двери в жилой корпус. Медленно и через силу, словно увязнув в уплотнившемся воздухе.

Всё напоминало нелепое сновидение. Сорвавшись с места, Айгермар бежал в мою сторону. Фиолетовые всполохи вились вокруг невысокого мага. Наше столкновение было неизбежно, и я зажмурилась.

«Не закрывай глаза! Не останавливай мысль! Следи, как меняется реальность!»

Так требовал учитель, когда я жила в доме родителей. Рунологу нельзя погружаться в отчаянье или страх. Он должен видеть действие дара на символы, предугадывать отклик рун.

Айгермар нёсся через парк. Следовало немедленно бежать, но я замешкалась. Осмелев, подглядела одним глазом, что происходит. Вид скользящего над землёй мага завораживал. Он походил на грозовую тучу, надвигающуюся на меня. Неотвратимо и угрожающе. А ещё очень быстро. Слишком быстро, чтобы успеть уйти с дороги.

Он налетел, сбил со ступенек. На землю мы повалились вместе. Прозвучавший поблизости грохот отозвался во всём теле. Никогда не думала, что возможно так шумно упасть. Уверена, что случайные свидетели уже бегут к месту столкновения незадачливой первокурсницы Руны Гавр и мрачной тучи по имени Йон Айгермар. Позор! Хуже быть не может!

Но я ошиблась. Лёжа в пыли, я оказалась погребена под мускулистым магом. Йон накрыл меня собой и прижал к земле. Дыхание перехватило, когда я уткнулась носом в мужское плечо. Пахло прелой листвой, древесной корой и чем-то незнакомым, но приятным. Немного приглушённый аромат лесной чащи поздней осенью вскружил голову. Или всё дело в ударе затылком о землю?

— Оглядывайся, — почти прошипел Айгермар мне на ухо.

Не ворон, а настоящий змей!

— Смотри, куда летишь, — в тон ему выпалила я и заёрзала, стараясь сбросить с себя Айгермара.

Он шумно выдохнул мне в висок и замер, будто боясь пошевелиться. В моей голове точно кто-то разбросал сухую листву. Мысли кружились и летели вместе с образом парка, светлыми каменными стенами Академии и витражными окнами. Ясное голубое небо и солнце слепили глаза.

Если кто-то выйдет из корпуса или выглянет в окно, то его ожидает прелестная картина. Редко увидишь, как старшекурсник лежит на студентке посреди дороги. Сплетен хватит до зимнего праздника. На удачу уголок парка с общежитием оставался пуст.

Не раздумывая, я ударила Айгермара кулаком в бок. Он дёрнулся, приподнялся и посмотрел мне в лицо. Глаза тёмные. Злые.

«А они не чёрные… Фиолетовые…»

Несколько мгновений я с удивлением наблюдала, как в глубине фиолетовой бездны будто клубится тьма. Притягательная и таинственная сила заворожила меня. Никогда не интересовалась, чем занимаются маги Хаоса. В чём их секрет? У любого дара имелись свои приёмы и крючки для использования способностей. Хаотики оставались в тени, но внушали уважение и даже трепет. Может поэтому их так много среди влиятельной знати…

Какая ерунда занимает меня в момент, когда следует постоять за себя!

Я видела, как взбудораженный дар Айгермара успокаивается. Фиолетовые всполохи за плечами и над головой рассеялись. Лицо побледнело, но на скулах вспыхнули алые пятна. Я растеряно покрутила головой. Каштановые вьющиеся пряди хаотика щекотали кожу.

— Да отпусти же! Разлёгся!

Я упёрлась ладонями в грудь Йона. С места не сдвинешь! По сравнению с Ди́аном Айгермар выглядел хлюпиком, но и с таким мне не справиться.

— Ударю, — пригрозила я.

Губы хаотика, как мне показалось, презрительно скривились. Он с недовольством, но ловко перекатился набок и поднялся. Протянутую для помощи руку я отвергла. Пусть не думает, что я легко забываю унижения и на мне можно безнаказанно лежать посреди парка.

— Куда тебя несёт?!

Я не ожидала от него извинений, но не прочь была услышать хоть какие-то объяснения.

— Смотри по сторонам, дева рун. Оглядывайся…

Наглец Айгермар развернулся и зашагал прочь, а я изумлённо смотрела ему вслед. Дверь в общежитие открылась.

— Ой, а что случилось?

Маленькая точно подросток, рыжая девчушка топталась на верхней ступеньке широкой лестницы. Форма рунолога казалась ей немного велика и выглядела мешковатой.

И как я сразу не заметила!? Потрясший меня грохот произошёл не из-за нашего с Айгермаром падения. Я запрокинула голову, чтобы разглядеть ящики с цветами, украшавшими окна. Их закрепили на фасаде в железных подставках. Все они оставались на месте. Кроме одного.

— Упало…

Я закрыла рот ладонью, представив, как ящик обрушивается прямо мне на голову. Умирающая зелень смешалась с рассыпавшейся землёй на ступенях входа. Деревянные обломки сохранили обитые железом острые уголки. Один удар в правильное место и Руна Гавр никогда бы не приступила к занятиям.

Если бы Айгермар не побежал, я не стала бы отступать. И меня будто силой отводили прочь с опасного места.

— Тебе повезло, — сочувственно протянула девчонка, сообразив, что к чему.

«Оглядывайся…»

Увязший в памяти шёпот хаотика отозвался дрожью в коленях. Теперь мне никогда не забыть его. Так вот, кто написал записку! Это была угроза или предупреждение?! Он знал, что так произойдёт или сам придумал хитрый план? Подставить меня под удар, чтобы затем спасти. Я и предположить не могла зачем Айгермару такие сложности. Дело явно было в чём-то другом.

Рыжая студентка отшатнулась в сторону. Быстрая и сильная рука толкнула дверь изнутри. Огненным всполохом из общежития вылетела Олли.

— Осторожнее, — пискнула моя незнакомая подруга по дару и покраснела под взглядом ярких синих глаз стихийницы.

— Не стой на пути, малявка! Зашибу!

Олли будто не замечала рыженькую, а смотрела в глаза мне. Стихийница фыркнула и чуть ли не крутанулась на месте, взвившись в воздух. Одним прыжком она перемахнула через разбитый ящик и умчалась по дорожке парка.

Что ни говори, а мне было над чем подумать сегодня. Спасибо Айгермару, что осталась жива. Кто бы знал!

— Спасибо.

Ни единожды я шептала слова благодарности, гуляя по Академии, сидя в закусочной и покупая орешки для Чибити. Только Йона больше в этот день не встречала.

Глава 11.

Отправляясь в Академию, я не предполагала, что немедленно окажусь в центре событий. Собрать и увязать между собой разрозненные факты пока не выходило. К лекциям я приступила озадаченная появлением в моей жизни мага-ирбиса, Йона Айгермара и говорливой белки.

Мне следовало сосредоточиться на учёбе, а не думать о маге Хаоса, но мысли то и дело возвращались к Йону. Я видела его глаза с фиолетовой радужкой, и они затягивали меня в омут неизвестности — пугающая, но притягательная бездна. Я продолжала чувствовать тяжесть тела мага и прижимающие к земле объятия.

«Забудь! И его руки забудь и запах! Всё! Забудь!» — велела я себе.

Наверное, мне следовало больше переживать из-за опасного падения ящика или змее в постели, чем из-за старшекурсников. Лучше выбросить глупости вон, если я собираюсь попасть в список лучших студентов года. Ведь учёба уже началась.

Первыми парами у нас были «Основы рунических знаний».

— Все вы помните, что руны делятся на охранные и атакующие. Каждый вид имеет разветвлённую классификацию. Относится к живому существу или предмету…

Я слушала ровный голос госпожи Бэррис, стараясь не пропустить ни звука. Только всё, о чём говорила наставница, я уже знала. Как и большинство первокурсников. Основы рунологии для начинающих были доступны всем.

— Последовательность, способ начертания...

Госпожа Бэррис тяжело вышагивала от окна к дверям и обратно, напоминая упрямый маятник. Она осмотрела нас — чуть более десятка юнцов с даром понимания рун — и заложила руки за спину. Так она стала похожа на неповоротливую птицу пирр. Эти существа не умели летать и бегали, переваливаясь с боку на бок.

— Последовательно выписанные руны составляют рунические фразы…

В витражные широкие окна пробивалось солнце. Моя соседка кратко конспектировала слова наставницы и сосредоточенно выводила крупные неуклюжие буквы в студенческом блокноте. Меня удивило её старание.

— Разве ты не знаешь о рунах и их видах?

Я шептала чуть слышно, но госпожа Бэррис остановилась, очки в тонкой оправе гневно сверкнули. Она ничего не сказала, продолжив лекцию.

— А ты знаешь?

Соседка удивлённо вскинула рыжеватые бровки. Верика, та самая нелепая малышка, которая первой увидела упавший ящик с цветами, смутилась. Она легко краснела и стеснялась мешковатой формы факультета, потёртых туфелек и яркой копны волос.

— Смотри, никто не пишет, — я незаметно указала на студентов, застывших в скучающих позах.

Молодых рунологов никогда не встречалось много. На первый курс поступили всего двенадцать человек. Я слышала, что дар магов Хаоса проявляется так же редко. Зато анимаги и стихийники не помещались в один жилой корпус. Поэтому нас поселили вместе с такими магами Стихий, как Олли.

— У тебя не было учителя?

Заметив, как Верика снова залилась краской, я обо всём догадалась. Старая обувь, дешёвая бумага для записей, один коротенький карандаш — у семьи Верики попросту не нашлось денег на частные уроки. Дар рунолога — ценный приз, выпавший бедняжке. И она настроилась использовать его со всем старанием.

— Моя мама…

Верика опустила голову, карандаш задрожал в пальцах.

— Мама много работала, но не смогла оплатить…

Соседка вздохнула.

— Это не страшно, — я успокаивающе тронула её за плечо. — Хочешь, я позанимаюсь с тобой? Просто так!

— Я буду рада и очень-очень благодарна.

Она вскинула голову. На пунцовом личике отразилась надежда и недоверие.

— Рунология непростая наука, но есть первокурсники, которым всё понятно, — прозвучал звонкий голос прямо над нашими головами.

Госпожа Бэррис смотрела на нас с Верикой. Моя рыжая подружка сползла со скамьи, будто желая скрыться под столом. Все присутствующие повернулись и с любопытством ждали, что произойдёт дальше.

Кажется, я снова влипла!

— Встаньте! Как ваше имя?

Наставница оценивающе смерила меня взглядом. Я расправила плечи и поднялась, собираясь держаться с достоинством. После аудиенции у ректора ничего не страшно. В сердце немного скребло виной — мы бессовестно проболтали часть лекции.

— Руна Гавр.

Я не стала опускать взгляда. Если уж выстояла против анимага-змея, то рунолог, похожая на нелепую птицу, мне не страшна. Образ неуклюжего существа приклеился к госпоже Бэррис. Теперь навечно останется для меня птицей пирр.

— Руна?

Наставницу позабавило моё имя. В уголках полных губ появилась улыбка.

— Ваши родители надеялись изо-всех сил на появление нужного дара, раз назвали вас так. А вы не цените чести учиться в стенах Академии.

— Ценю, — возмутилась я.

Она не имела права шутить о моих родных и выборе имени. Я готова выслушать упрёк в невнимании, но не насмешку.

— Я с детства готовилась к поступлению на факультет, госпожа … Пирр.

Аудитория затихла всего на секунду, а после грохнула смехом. Я охнула. Проклятая птица сама по себе влезла в разговор. Поднятая рука госпожи Бэррис остановила всеобщее веселье. Верика распласталась по столу, стремясь стать незаметной, и уронила голову на руки.

«Неприятности не просто поджидают тебя, Руна. Ты сама прекрасно их находишь», — подумала я, но взгляда не опустила.

— Простите, я буду внимательной, госпожа Бэррис, — я твёрдо произнесла каждое слово. — И с удовольствием повторю основы рунологии.

Круглые светлые глаза за очками наставницы выражали сдерживаемый смех. Она старалась сохранить строгую серьёзность, но выходило плохо. Я с облегчением выдохнула. Нелепая «птица» и не думала сердиться.

— Если вы так хорошо готовы и самоуверенны, Руна Гавр, то справитесь с моим особым заданием на «отлично», — сказала госпожа Бэррис, склонив неповоротливую шею.

Как есть птица пирр! Ей бы подошло быть анимагом, а не использовать дар рун.

Верика испуганно подняла голову и с сожалением посмотрела на меня. Девочка плохо знала Руну Гавр. Я любила особые задания и ни за что бы не отказалась от возможности показать себя с лучшей стороны.

Я улыбнулась госпоже Бэррис. Склонилась, словно принимая вызов на дуэль. Ничто не смутит Руну Гавр!

— Всегда готова узнать нечто новое.

Её заинтересованный взгляд потеплел, выражая удовлетворение.

— Впрочем, — она отступила от нашего стола и осмотрела аудиторию, — задание предназначено для всех.

Сокурсники принялись шептаться и взялись за карандаши, чтобы записать самое важное из слов учителя. Наставница благосклонно кашлянула.

— Наш курс завершается летом и к этому времени вы подготовите подробные доклады о рунном заклинании. Каждый выберет заклинание, изучит его историю, приведёт примеры использования. За редкие формулы вы получите дополнительные баллы в общий рейтинг.

«Особое» задание потускнело, потеряв уникальность. Но я нашла выход.

— Я напишу доклад о самом необычном заклинании, — твёрдо пообещала я.

— Посмотрим, Руна, посмотрим.

Забавная «птица» госпожа Бэррис снисходительно кивнула.

— Ты такая смелая! — зашептала мне на ухо восхищённая Верика. — Я бы никогда не решилась… Ох, и как теперь выбрать заклинание? Я не представляю, какие из них простые, а какие сложные!

— Выберем вместе. Я помогу.

Для себя я уже всё решила. Если мне повезёт, то «рунная бабочка» окажется тем самым редким заклинанием. И в запасе у меня имелась таинственная надпись над входом в заброшенное здание.

Часы занятий в этот день пролетели незаметно. Я неотступно думала о рунных формулах для доклада и мысленно составила план действий. Первым делом следовало посетить библиотеку.

Но добраться до хранилища ценных манускриптов и пособий удалось не сразу. Текущие задания, точно прожорливое животное, поглотили меня и однокурсников. Магистры взялись за новичков всерьёз. Я поздно возвращалась в жилой корпус и сразу же садилась за книги или падала на кровать и засыпала.

Безумная белка покидала убежище и скакала вокруг меня, выписывая замысловатые фигуры. Она заглядывала в лицо, дёргала за волосы, кусала за пальцы или ухо, взывая к совести или хотя бы ясному сознанию. Иногда я сама забывала поесть. Забывала принести с собой и орешки для Чибити. Так рьяно я кинулась в омут науки.

— Ты меня совсем забросила!

Возмущению Чибити не было предела. Она ежедневно грозилась уйти, оставив меня в «горьком одиночестве», но я неизменно находила белку на прежнем месте. Однажды я обнаружила её распластавшейся на страницах раскрытого учебника. Глаза закрыты, лапки подрагивают, хвост поникший. Сердце дрогнуло. Муки совести терзали меня пока я не услышала знакомое:

— Умру на твоих глазах! Всеми позабытая и несчастная.

— Притворщица! Ты не умрёшь и никуда не денешься. На улице уже холодает и нет еды.

Я отодвинула пушистую тушку в сторону, чтобы продолжить чтение. Чибити подскочила и раздулась от негодования.

— Попрекаешь меня, да?! Уйду! Пусть нехорошие люди поймают опасную белку!

Чибити закрыла глаза лапками и обречённо зашагала в сторону закрытого окна. И как она собиралась выбираться наружу?

— Пусть превратят в бабочку, — точно в мороке пробормотала она. — В рунную бабочку…

— Позволь мне заняться важным делом. И только!

Меня ей не переупрямить. Никакая белка не будет третировать Руну Гавр! Жаль, конечно, бедняжку. Её трепет перед неизвестными «рунными бабочками» оставался непередаваемо искренним. Немедленно затихала и пряталась. Она так ничего и не вспомнила. Но идти на поводу у рыжей я не собиралась. Чибити долго сверлила меня укоризненным взглядом и вздыбливала шерсть. Одним словом: очень опасная белка!

«Рунные бабочки…»

Эти слова так и крутились в голове, напоминая о задании госпожи Бэррис или редкой птице «госпоже Пирр». После моей оплошности на занятии никто иначе её и не называл.

Я продолжала размышлять о поиске редких чар для доклада, но дальше бесплодных идей дело не заходило. Отвлеклась я только на первом практикуме, где каждый студент показал на что способен.

Глава 12.

Это случилось неделю спустя после первых занятий. В огромном тренировочном зале собрались маги разных факультетов. На площадке анимагов царило веселье. Шумные, полные жизни маги развлекались, как умели, не забывая и о деле.

Первокурсники и их старшие товарищи обращались к духам зверей, чтобы продемонстрировать облики животных и сразиться с противниками. Невысокий паренёк с выцветшими волосами превратился в хомяка и шустро носился вокруг мохнатого пса пока не вцепился тому в холку. Наставник анимагов хохотал до слёз:

— Ты грозен, как я погляжу, Дирк! Смотрите все, как из недостатка извлечь выгоду. Из парня выйдет неплохой лазутчик или агент по секретным поручениям.

Красный и растрёпанный Дирк, вернувший человеческий вид, с гордостью смотрел на товарищей. Он-то считал, что сильно проигрывает остальным. Это явственно читалось на круглой физиономии. Трудно смириться, что ты мелкий грызун рядом с роскошными ирбисами или опасными змеями. Интересные забавы у анимагов.

Наш наставник — лысоватый господин Экрах — готовил место для тренировок. Мы с Верикой, да и остальные рунологи, глазели по сторонам. Вокруг всё сверкало, кричало, смеялось, наполняя воздух юной магией.

Я надеялась увидеть, чем занимаются хаотики. Или один из них…

«Сдался тебе этот Айгермар!»

Я резко одёрнула себя. И привела весомый аргумент против:

«Он наглец и странный тип!»

Я привыкла видеть мрачную физиономию Йона неподалёку и теперь мне словно чего-то не хватало.

— Смотри! — Верика дёрнула меня за рукав. — Огненный фонтан.

В зоне стихийников тренировались не менее усердно. Один молодой маг удерживал чарами потоки лавы. Они стекали на площадку внутри каменной чаши, бурлили огнём и жаром, и растапливали ледяное озерцо. Высокая тоненькая девушка замораживала воду снова и снова, тонкие морозные иглы поднимались вверх, борясь с огнём. Меня такими фокусами не удивишь — отец стихийный маг устраивал на праздники яркие представления.

— А вот так! — крикнул третий студент и взмахнул рукой.

Песчаный вихрь запорошил магическую конструкцию и её создателей. Огонь угас. Хрустальное озеро обратилось грязью. Маги возмущённо повернулись к разрушителю, готовясь запустить в него ледяными иглами и шарами из лавы, но тот ловко прикрылся земляным щитом. Они так и стояли, готовые к атаке, пока наставник стихийных магов не развёл их.

— Где же хаотики?

О, я произнесла это вслух?!

— В том тёмном углу, — Верика указала куда-то в сторону от стихийников. — Однажды мама работала в доме мага Хаоса. Она очень боялась спускаться в подвал, где хранилось вино и припасы.

— Там были крысы?

Не оборачиваясь к подружке, я спросила первое, что пришло в голову. Плохо освещённая зона для хаотиков притягивала мой взгляд. Там расположилось всего трое студентов и высоченный тощий наставник. Все в тёмных куртках. Бесчувственные изваяния, а не живые люди.

— Крыс не было, — ответила Верика. — Никого не было. Мама боялась чёрной двери. Хозяин часто скрывался за ней и занимался этими… эксприментами…

— Экспериментами, — я невольно улыбнулась. — Ставил опыты.

Тем временем хаотики получили от наставника… Конфеты?!

Я глазам не поверила. Каждый развернул фантик и сунул в рот по маленькому белому шарику. Только после этого они приступили к тренировке. Ди́ан упоминал плесень, которую принимают маги. Неужели это и есть их необычное лекарство!?

— Все собрались? Не отвлекайтесь, моя дорогая.

Осторожное касание вернуло меня к реальности. Господин Экрах призвал обратить внимание на задание для рунологов. Я успела увидеть, как маги Хаоса вместе сплетают из силы дара огромный фиолетовый полог, закрывающий их площадку от посторонних взглядов.

Как же любопытно, чем они занимаются!?

Так и тянуло подглядеть за хаотиками. Но мне пришлось сосредоточиться на собственном практикуме. Наставник расставил перед нами предметы. В любом доме найдётся зеркальце, щётка для волос, пара обуви, тарелка и шкатулка. Множество бытовых мелочей поджидали на полках и столе. На некоторых вещах ярко сияли руны. Какие-то предметы оставались обычными и пустыми.

— Рассмотрите вещи и определите, что отличает их друг от друга, — сделав широкий жест, велел господин Экрах.

Он будто собирался продать нам весь этот хлам и приглашал оценить товар. Я не стала долго тянуть с ответом.

— Предметы можно поделить на три группы.

Наставник ничем не подтвердил верно ли моё предположение.

— На них есть руны…

— А здесь нет!

— Что же тогда третье?!

Сокурсники наперебой выкрикивали предположения. Я пока не знала их имён, но присматривалась к каждому. Кто-то из них мог стать конкурентом на пути к высокому баллу в конце семестра.

— Три группы, — повторила я. — Со свежими рунами. Без магии. С рунами, потерявшими силу.

И я переставила поближе три предмета, как доказательство правоты.

— Ваше имя?

Господин Экрах прямо смотрел на меня.

— Руна Гавр.

Я была уверена, что не ошиблась с выводами. Наставник сделал пометки в своих записях, сохраняя на лице выражение строгой сосредоточенности. Я рассчитывала получить свой первый «плюсик» в рейтинге факультета.

— Отличать зачарованные предметы от пустых довольно просто. Покажите, как вы умеете работать с рунами. Решите сами, чего желаете добиться, используя дар. Превратите обыкновенную безделушку в волшебный артефакт.

Он предложил выбрать для упражнения любую вещь из расположенных на полках. Все засуетились, похватали первое, что подвернулось под руку. Все волновались и не хотели провалить первое задание в Академии.

Верика грустно смотрела на глиняную чашку с расколотым дном. В такую и воды не нальёшь, и муки не насыплешь. Непонятно, что с ней делать. Я же положила руку на неприметную тёмную шкатулку. Никто не покусился на артефакт с тремя ячейками для чар. Я прогадала, если задание на время. Верика быстрее разделается со своей чашкой, чем я с такой непростой задачей.

— Что с ней делать? — прошептала подружка, боясь сделать лишнее движение и выразительно указывая взглядом на испорченную вещь.

— Пусть перестанет быть дырявой.

Первое, что пришло мне в голову. Идея была отличная, но у Верики затряслись губы.

— Я не умею.

Сокурсники уже зачаровывали предметы, добиваясь появления дополнительных свойств у зеркалец, костяных гребней с искусной резьбой и прочих бытовых мелочей. Господин Экрах оказался внимательным наставником и сразу же догадался о затруднении Верики. С красным от напряжения и усердия лицом она принялась повторять за ним линии и чёрточки. Дар у девчонки был не слабее, чем у остальных, но не хватало знаний. Не для этого ли она поступила в Академию?!

На меня наставник посматривал задумчиво, но с интересом, ожидая результатов. За Верику я могла быть спокойна и обратила всё внимание на свою тренировочную вещицу. Мысленно я обещала не подвести семью и старого учителя.

Разминаясь, я пошевелила пальцами, достала свой набор резцов и перьев. По спине словно пробежали колкие искорки. Неужели я настолько сильно волновалась?! Знакомое царапанье птичьих коготков отозвалось в шее.

Я резко обернулась, но не увидела ничего необычного.

— Прочесть, оживить и начертать, — произнесла я, возвращаясь к шкатулке.

Оценив, что мне предстоит сделать, я всё же заметила движение на площадке магов Хаоса. Йон Айгермар! Собственной персоной. Он легко раздвинул полог, сотканный первокурсниками, и скрылся внутри. Демоны знают, чем они там занимаются!

Несносный Айгермар…

Не его ли мрачный взгляд заставил меня дрожать над шкатулкой? Этот фиолетовый ворон уже царапался, следуя за мной попятам. Весь ворох чувств пережитых, когда мы лежали с Айгермаром на земле, вспыхнул с новой силой.

— Не отвлекайся, Руна, — я зло сжала кулаки.

В конце концов я приехала в Академию, чтобы стать мастером-рунологом, а не думать о парнях. Даже о Ди́ане я не вспоминала настолько часто. С начала учёбы мы несколько раз пересеклись с обаятельным сыном ректора. Он дружески приветствовал меня издали, но всегда был в компании горячей Олли или собратьев по дару. Стихийница не выпускала своего «котика» из цепких пальчиков.

Моя просьба о помощи с хранилищем оставалась без ответа. Я понимала, что Ди́ан имел полное право отказать и не рисковать репутацией. Мне не хотелось подводить его. Красавец ирбис оставил о себе более приятное впечатление, чем вредный Йон Айгермар. Хаотик спас меня, но я его настойчивое преследование наводило на нехорошие предположения.

Я всё же совладала с сумбуром в душе и сосредоточилась на задании. Читать руны без позволения старших магов запрещалось. Исследование древних и мало изученных надписи требовало разрешения Совета. Но предметы в тренировочном зале использовались долгие годы. Ничего опасного здесь быть не могло. Я без труда произнесла имя первой руны.

— Хаккар, — я выдохнула, коснувшись руны кончиками пальцев, и линии вспыхнули голубоватым огнём.

Знакомый символ, означавший «хранилище». Не удивительно встретить его на шкатулке.

Вторая ячейка для знака выглядела тусклым пятном грязи. Будто кто-то нарочно замазал её чернилами. Крышка коробки вся потрескалась и потемнела от времени. Магам рун приходится иметь дело со старинными вещами, хранящимися в семьях долгие века.

Я оправила платье и пригладила волосы, собираясь с мыслями. Мне чудилось, что все смотрят на меня. Все ждут, сможет ли первокурсница выполнить задание. На самом деле кто-то из одногруппников и правда наблюдал вместе с господином Экрахом. Несколько человек бездельничали, справившись с упражнением.

— Глупо выбирать такое сложное задание, — тихо произнёс один из сокурсников.

— Руна, ты сможешь! — горячо поддержала меня Верика.

Глаза рыженькой подружки горели от радости. Похоже, она удачно закончила свой урок. А я наслаждалась каждым шагом для достижения цели.

Оживить потёртую руну легко, если чётко видишь её начертание. Я рассмотрела тонкие почерневшие линии, напоминавшие руну «Алмей» — «случайность». Здесь мне понадобится волшебное перо. Несколько аккуратных штрихов и знак озарился светом.

Третью руну я должна подобрать сама. Открыть шкатулку возможно только при верной комбинации фраз.

Конечно открыть!

Я взялась за резец. Металл вибрировал, откликаясь на силу моего дара.

— Варрох, — произнесла я.

Сердце бешено колотилось от восторга и ожидания. Руна подчинилась мне и ожила под резцом. В шкатулке щёлкнул невидимый механизм.

— Прекрасно, Руна, — наставник благосклонно кивнул. — Шкатулку не открывали несколько лет. Последней это сделала студентка Лария Хермин. Весьма одарённая девушка и очень упорная.

— Лария?

Моя радость потускнела, увяла точно осенний сад. Без всякого интереса, не задумываясь я подняла крышку волшебной коробки. Лучше бы я этого не делала…

Я немедленно подумала, что снова влипла в неприятности.

— Жаль, что госпожа Хермин пропала.

Голос наставника доносился до меня точно сквозь плотный осязаемый туман. Я решила, что оглушена из-за напоминания о Ларии — оно всегда отзывалось тяжестью в сердце, но ошиблась. Из раскрытой шкатулки выпирало, переваливалось за край нечто вязкое и неприятное на вид. Над столом с учебными пособиями сгущалось фиолетовое облако.

Я не сразу заметила, как все отпрянули, а господин Экрах закрыл собой группку первокурсников. Мои товарищи разом притихли. Отстранённо я уловила, что весь зал пришёл в движение. Наставник махал руками и что-то кричал, но я уже не слышала его.

Зачарованная необычным явлением, я осталась стоять над шкатулкой. В её глубине будто образовалась глубокая расселина, кусочек чуждого мира, откуда к нам проникала инородная материя. Я погружалась в магическую дымку. Тошнота подкатывала к горлу. Тело наполнилось свинцовым бесчувствием и пустотой. Тяжёлой и неотвратимой. Я осознала, что «оно» живое и жаждущее. То, что стремилось ко мне из шкатулки. Оно было неутолимо голодно.

— Не стой столбом, дева рун!

Резкий окрик взорвал меня изнутри. Кто-то обхватил за талию сзади и отшвырнул в сторону. Шатаясь, я слетела с площадки рунологов. Я очнулась.

Тонкая тень вытянулась перед туманной материей. Тренировочная зона рунологов потерялась за фиолетовой дымкой. Более густая в центре, где стояла шкатулка, дымка расползалась и переливалась мраком.

Я не понимала, как такое могло произойти? Моя ошибка в формуле рун или шкатулка хранила в себе опасный секрет? Собственными руками я выпустила на волю неведомую и злую силу. То, как держались маги, как наставники не подпускали учеников к туману — всё говорило, что никто не желал иметь дела с чуждой материей. Она же продолжала истекать из недр маленькой коробки и пугать всех.

— Не станем мешать, госпожа Гавр. Я отправил человека за магистрами-стражами.

Наставник крепко взял меня за руку и увёл к остальным студентам. Я послушно подчинилась, хотя меня так и тянуло обратно. Я будто не полностью контролировала себя.

Стихийники и анимаги шумно обсуждали происходящее.

— У-у! — они завопили и засвистели, не сдерживая эмоций. — Плеснеед, покажи нам свою магию!

Невысокая фигура перед живой жадной материей бесстрастно отразила окрики и не шелохнулась. Маг тянул время, словно подбирая верные чары для укрощения чёрной стихии.

— Если у тебя есть магия! — закричали из угла оборотней. — Покажи на что способен!

Хаотики, хаотики!

Подвальная плесень и черви в друзьях.

Хаотики, хаотики!

Растут на плесени, как грибы на пнях…

Хор голосов подхватил обидную песенку. Хаотиков не очень-то любили в Академии. Маги Хаоса молча наблюдали. Ни один не встал рядом с товарищем.

— Айгермар!

У наставника хаотиков был грубый голос и жёсткое некрасивое лицо. Недовольно сложив руки на груди, он не говорил, плевался ядовитыми словами-колючками.

— Студент Айгермар, вы забыли правила. Всё, что происходит на площадке других факультетов не касается подмастерьев. Для этого существует служба безопасности!

Точно! Как я сразу не поняла, кто стоит перед нами! Каждая встреча с Айгермаром заканчивалась новым приключением для меня. Или всё-таки начиналась с них?

Йон не обернулся, не сдвинулся с места, чуть заметно дёрнул плечом, будто скидывая невидимую руку, пытавшуюся остановить его.

— Тебя ждёт наказание. Но я погляжу, как ты выкрутишься, Айгермар, — старый хаотик усмехнулся одними губами, обращаясь к подопечному с холодной и злой грубостью. — Хорошая практика для остальных недоумков.

Фразы мага Хаоса имели особую силу и значение. Я ощутила тяжкий груз на сердце от угроз мрачного наставника. Какой же жуткой будет кара для отступника! Я не знала, что грозит Айгермару, но у хаотиков и наказания должны быть самыми изощрёнными.

— Я разберусь, господин Женталь, — не поддаваясь, ответил Айгермар.

— А я разберусь с тобой, — удовлетворённо проворчал мерзкий наставник хаотиков. — Давай, подбери верное заклятие, мальчишка, пока эта дрянь не заразила всех!

Что за отвратительные нравы царили на факультете Хаоса!?

Йон переступил с ноги на ногу и занял устойчивое положение перед фиолетовой материей. Никто не заметил, как и когда молодой маг установил защиту, но туман перестал расползаться по тренировочной зале. Эта дрянь безвольно зависла в воздухе, ограниченная невидимыми стенами. Развернув ладони, Йон медленно поднял руки, и вокруг стола с вещицами разгорелись язычки сиреневого пламени. Круг огня магии Хаоса пульсировал, линии будто плясали.

Я любовалась отточенными движениями мага. Айгермар сложил пальцы обоих рук и кольцо начало сжиматься, очищая площадку. Хотическое пламя разгоралось, выжигая чуждую силу. Материя корчилась, съёживалась с противным скрежетом. Словно из множества разверзнувшихся ртов вырывались вопли ужаса и угрозы. Несколько человек закрыли уши, не вынеся мучительной пытки.

У входа появилась группа старших магов. По одному представителю каждого факультета. Короткими окриками они погнали студентов прочь из зала. Наш наставник махнул рукой, приказывая уходить и нам, но я упрямо мотнула головой.

— Нет! Я хочу знать, что происходит. Это была моя ошибка или… Или нет, но я должна увидеть!

— Руна, пожалуйста…

Верика жалобно пискнула за спиной, но осталась со мной. Господин Экрах не стал настаивать.

— Выбор рунолога, — коротко и с удовлетворением бросил он. — В любом случае, мы под защитой.

— Этот хаотик отлично справляется, — произнёс незнакомый голос поблизости.

— Смотрите в оба, господа. У студента Айгермара много гонора, но мало практики, — ввернул Женталь.

— Не для того ли студенты обучаются в Академии, чтобы получить необходимый опыт?

Магистр сухо осадил злого наставника. Я с благодарностью и теплом подумала о неизвестном мне страже. А он задал закономерный вопрос:

— Что произошло?

— Студентка открыла шкатулку по всем правилам, господа, — доложил наставник подоспевшим старшим магистрам. — Никто не ожидал разлома. Вещь зачаровали без ведома наставников. Материя Хаоса вышла из-под контроля.

— Шкатулка? — голос человека, которого я не видела, выразил удивление. — Вы не убрали шкатулку после истории с Ларией Хермин?

Не отрывая взгляда от действий Айгермара, я вся обратилась в слух. Нельзя пропустить ни слова из разговора. Ни одно событие не происходило без упоминания Ларии. Я должна найти ключик к тайне.

Магия Йона почти победила врага. Из коробки выпирала огромная чёрная капля. Она надувалась и шипела, когда огонь касался её поверхности. Дерево шкатулки темнело и трескалось.

— Коробку забирали для проверки после ранения студентки Хермин, — оправдывался господин Экрах. — Я не видел шкатулку до сегодняшнего дня. Засомневался, когда заметил, но не придал значения. Вещи забирают в лабораторию и возвращают. Это нормально.

Я отвлеклась, размышляя о Ларии, с которой случилось что-то во время тренировки. Лария, как и я, открыла коробку и … Была ранена. Похоже я шла по пути тех же неприятностей, что и воспитанница моего отца.

Я вспомнила о падении ящика с цветами, подумала о настырном Айгермаре, спасшем меня. Конечно же он уже справился с тварью, которая попыталась проникнуть в наш мир. Самоуверенный и умелый маг. Пусть и молодой ученик. Точно справился! Иначе и быть не могло!

Внезапным, быстрым движением Айгермар прижал руку к своему плечу. Он постарался устоять прямо, но невольно сгорбился и накренился набок. Мы все услышали его тихий стон. Как я не заметила! Как мы все не успели уловить, что материя в шкатулке успела оформиться в бездонную зубастую пасть. Существо из хаоса погибало, но бросилось в атаку. Йону не хватило нескольких мгновений, чтобы победить без потерь.

Глава 13.

Верика молчала, не смея прервать мою задумчивость. Нерешительная и скромная, она не умела громко заявлять о себе. Ей было проще сбежать и спрятаться от сокурсников, сложностей и суровых наставников. Как маленький орешек, она скрывалась в своей скорлупке. А я мечтала однажды вытащить девчонку в настоящую жизнь. Верика заслуживала счастья.

Сейчас она оставалась тенью рядом со мной. Незаметное присутствие Верики совсем не тяготило, но изредка смущало. На занятиях она не сводила с меня восхищённого взгляда, ловила каждое слово и движение. Как обещала я потихоньку подтягивала Верику по основам рунологии. Я и не поняла, как у меня оказалось две рыжих подружки.

Она молча шла рядом, а я, ничем не обременённая, словно вернулась на несколько дней назад. Фразы, брошенные будто случайно, продолжали звучать в голове. Я перебирала обрывки событий, завершивших первый практикум по рунологии. В душе остался осадок из тревоги и непонимания. Думала ли я, что учёба в Академии станет настолько непредсказуемым и опасным событием в моей жизни?

Айгермар всё-таки уничтожил жадную материю из шкатулки. Ему хватило сил победить. Маги из службы охраны отметили смелость и мастерство Йона.

— Поступок подмастерья достоин награды, а не наказания, — выразил общее мнение глава отряда.

Грубый наставник хаотиков, Женталь, скривился и не преминул ввернуть острое слово.

— Мальчишка Айгермар получит, что заслужил, господа. Вам хорошо известно, что правила Академии едины для всех. Сойдёт с рук одному — все недоучки сорвутся в бесчинство. Вот тогда работы у вас будет по горлышко, — он театрально провёл ребром ладони по горлу, скрытому за строгим воротником.

— Это наша забота, Женталь, — жёстко осадил его страж.

Но наставник хаотиков ничуть не смутился.

— Ученик оплошал. Кодекс магов Хаоса строг и не прощает ошибок. Слабакам не место среди нас. Пусть получит полноценный урок и сделает выводы, — пролаял он, оборачиваясь в сторону Айгермара.

При виде побледневшего ученика Женталь расплылся в широкой ухмылке. Что за гадкий тип?! Он получал искреннее удовольствие от ошибки подмастерья. Я и теперь испытывала дрожь и отвращение, вспоминая о нём. Были и более пугающие детали, доказывающие, что Женталь опасен.

Мне пришлось воссоздать образы прошлого, заново «просмотреть» события. У рунологов отменная память. Это наш дар и проклятие. Иногда не желая того, я в мельчайших подробностях видела картины ушедшего времени.

В момент неполной победы Йона Айгермара я обернулась на лающий голос Женталя. Я успела заметить, как странно сложены пальцы его обеих рук. Характерные жесты опытных магов. Не случайные движения, не обыденное положение тела. Он колдовал. Готова поклясться, что он исподтишка применил какие-то заклинания. Не магия ли помешала молодому хаотику справиться с инородной дрянью?

Верика, стоявшая тогда рядом, подтвердила мои наблюдения. Маленькая перепуганная рыжая птичка храбрилась и не сбежала.

— Хорошо, что у нас в наставниках мастер Экрах, а не этот господин, — прошептала она и обхватила горячей ладонью мои пальцы. — Господин Экрах помогает в магии, а этот страшный человек помешал чарам ученика.

— Ты видела?

— Собственными глазами. Клянусь!

Она испугалась, что я не поверю ей, но я не сомневалась. Наставник хаотиков вёл себя гадко и подозрительно.

— Попробуй на вкус расплату за самонадеянность, Айгермар. Урок для всех. Самоуверенный маг — будущий раб Хаоса, — с насмешкой прорычал Женталь. — Тебя ждёт холодный подвал и сорок укусов ядозуба. Жирные пиявки для очистки крови, — он опустил веки, наслаждаясь будущими неприятностями для юного подмастерья. — Их маленькие жернова готовы терзать твою плоть, маленький Айгермар.

«Ядозуб!»

Гад, которого я обнаружила на подушке, используется магами Хаоса в лекарском деле. Подозрительное совпадение. Кто-то из хаотиков подбросил мне змею. Почему-то не хотелось верить, что это сделал Айгермар.

Йон сжал зубы и молчал. Лишь в тёмных глазах горела ярость. Его качало, но он не сдавался, не позволял себе упасть на колени. Как же ему тяжело!

— Как вы можете так говорить!

Я не смогла остаться бессловесным наблюдателем. Айгермар спас меня и других студентов, а взамен получит несправедливое наказание. Но Женталь рассмеялся мне в лицо.

— Девчонка защищает тебя, Айгермар, точно слабого щенка. Ты не маг, а жижа из плесени и протухшего мяса. Ни на что не способен без протекции папеньки! Докажи, что тебя стоит оставить на факультете!

Женталь разошёлся не на шутку, продолжая зло брюзжать в сторону студента. Похоже хаотикам неведомо сочувствие. Или это часть подготовки магов факультета? Как я убедилась, чуждая материя не поддаётся нерешительным недоучкам.

И всё равно меня затрясло от обиды, но я замолчала, чтобы не давать повода к новым насмешкам. Айгермар сжимал кулаки, чтобы не броситься на Женталя. Любого студента немедленно отчислят из Академии за нападение на магистра или мастера. А тот беззастенчиво пользовался неуязвимостью наставника.

Маги из отряда безопасности подхватили Йона под руки, спасая от злобы Женталя. У старшего стража закаменело лицо, но наставники подмастерьев не подчинялись ему напрямую.

— Я доложу о вашей горячности, Женталь, — чётко и отстранённо заявил он.

— Буду рад обсудить поведение Айгермара с ректором лично, — пробурчал этот отвратительный человек.

Вроде бы опытный маг Хаоса, а совсем не умеет держать себя в руках. Я не желала больше тратить на Женталя время, смотрела только на Йона. На Айгермаре не виднелось и следа от нападения твари. О магии хаотиков я знала слишком мало. Что-то незримое причинило Йону вред, отравило тело.

— Ведите его в лазарет, — распорядился главный из группы магистров.

Айгермар не смотрел на меня, но отрывисто прохрипел, когда его провели мимо:

— Кто-то хорошо знает тебя, дева рун. Знает, что ты примешь вызов. Не пройдёшь мимо тайны. Так ходи с оглядкой…

— Кто-то решил пошутить, но перестарался, — отозвался эхом Женталь на слова ученика. — Такой же глупый мальчишка. Вот попадись мне…

Наставник хаотиков небрежно перевернул почерневшую шкатулку, и она распалась на несколько обугленных дощечек.

— Теперь-то покончено. Давно пора выкинуть старый хлам.

Я вздохнула, протолкнула внезапный комок в горле. Воспоминания оказались настолько свежи, что я заново пережила возмущение поведением Женталя и волнение за Айгермара. Я покачала головой, будто стремилась прогнать навязчивые образы. Жизнь дома была намного проще!

Верика заметила мои страдания и осторожно спросила.

— Думаешь о хаотике?

И втянула голову в плечи, испугавшись откровенности. С этой девчонкой срочно необходимо что-то делать. Вышибить из неё трусливые привычки и приучать открыто смотреть на мир.

— Угадала, — я замедлила шаг. — Это так очевидно?

— Не знаю, — подруга пожала плечами. — Вы смотрели друг на друга. Так…

Она не нашлась, как завершить опасную фразу. Дар рунолога не подводил и необученную девочку с самым малым запасом умений. Никаких чудес! И Верика немного осмелела. Уже хорошо!

Но предположение, что между мной и Йоном возникли некие особенные отношения мне не понравилось. Я благодарна ему за помощь. И только… Ведь так?!

Два раза он встал между мной и опасностью. Как и Ди́ан. О молодом Илбреке я думала с теми же дружескими чувствами. Но как раз Йон другом мне не был, всегда наблюдал и разговаривал с непонятным злым упрямством, преодолевая нежелание обращать внимание на первокурсницу.

— К Айгермару не пускают, — вместо сурового внушения подруге, я смиренно подтвердила, что интересовалась пострадавшим магом.

Прошло несколько дней, как Йона заперли в лазарете. Тогда же я немного побродила рядом с неприметным двухэтажным зданием, злясь на себя за нерешительность. Куда девалась моя отвага? И ринулась добиваться встречи. Вспомнить стыдно!

Выслушав сбивчивые объяснения, пожилой служащий окинул меня насмешливым взглядом. У себя в воображении он выстроил привычный ему сюжет — первокурсница потеряла голову от старшекурсника.

— Новенькая? Правил не знаешь? Студент Айгермар находится на карантине в отделении для магов Хаоса. У него особый режим и ему точно не до свиданий с дамочками. Иди и учись, деточка. Успеешь ещё натешиться.

У меня покраснели уши, а язык стал заплетаться. Я промямлила что-то неразборчивое и поспешила сбежать. Я задыхалась от стыда и возмущения. Об этом я конечно же Верике не расскажу. Для неё я всегда оставалась образцом смелости и уверенности в себе. Зачем я хотела увидеть Айгермара и сама не знала. Внутренний голос твердил, что стоит поблагодарить мага, а я с лёгкостью поддалась на уговоры. И почему всё шло кувырком, когда дело касалось этого мрачного хаотика?!

Я привыкала к новой жизни студентки магической Академии, усердно посещала занятия и размышляла о задании госпожи Бэррис. Я должна найти самое необычное заклинание для доклада, чтобы доказать всем — я не хуже Ларии! Стоит поговорить с Ди́аном и узнать продолжается ли расследование. Или змеиный ректор давно убрал в архив дело о пропавших студентках?

Верике не стоит показывать своего смущения и сомнений.

— И мне совсем не интересно, что с Айгермаром! — поспешно выпалила я, чтобы она не успела ничего нафантазировать. — Анимаги намного привлекательнее! Я познакомилась с одним милым котиком. Добродушный и открытый парень.

В чём-то я не лгала. Я верила, что Ди́ан мне нравится. С оборотным магом Илбреком было легко и понятно, но с первых дней занятий мы не успевали и словом перекинуться. Олли коршуном металась вокруг и следила за своим сокровищем. Я общалась с преподавателями и однокурсниками. И рыжей подругой. Чибити, разумеется…

Возвращаясь в комнату, я неизменно натыкалась на следы проживания «опасной» белки. Несносная Чибити скрывалась в шкафу, грызла орехи, покушалась на человеческую еду и ворчала по любому поводу, а чаще и вовсе без него. Говорить о «рунных бабочках» и «нехороших людях» белка отказывалась. Стоило мне упомянуть таинственное заклинание, как Чибити начинала дрожать и исчезала под кроватью.

— Вот и сиди там! — я привычно отмахивалась. — Никакая ты не опасная, а очень трусливая белка.

Чибити возмущалась, но и носа не показывала наружу.

— А ты храбрая, да?! Я такое видела! Такое!

— И что же ты видела?

Беличьи тайны распаляли моё любопытство. Я упорно продолжала считать, что Чибити невольный свидетель странных дел в Академии. Нюхом рунолога чуяла!

— Я.., — моя неожиданная соседка по комнате тяжко вздыхала. — Я не помню…

Вот только белки с потерей памяти мне и не хватало для полного счастья! И никому не признаешься, что рядом поселилась говорливая зверушка. Даже Верике я не говорила о белке. Недовольное лицо ректора Илбрека с тонкими губами и глубокими морщинами так и стояло перед глазами. Он не забыл отправить служащих на поиски беглянки. Значит Чибити очень нужна ему. Не проболтаться бы Ди́ану!

Какой же хаос у меня в голове! Настоящая карусель из воспоминаний и образов. Хаос! Опять тёмная тень Айгермара всплыла в памяти. Так я не добьюсь успехов в Академии. Что угодно способно отвлечь от основной задачи. Я прижала к груди учебники, которые брала на занятия.

Верика терпеливо ждала, когда я соображу, что мы собирались заглянуть в «Весёлую лисицу», а сами топчемся на месте неподалёку. Как-то так получилось, что малышка Верика с первого же дня увязалась за мной. Вначале нерешительно и в отдалении. Я тогда обернулась и махнула ей рукой. Она пошла рядом, с робостью заглядывая мне в лицо. С тех пор она постоянно жалась поближе ко мне. Я не возражала.

Голод напомнил, куда мы направлялись.

— Идём, — я махнула в сторону низенького здания с красочной вывеской. — Поедим и займёмся уроками. Задание по начертанию сложное. Я покажу, как правильно держать перо и резец.

— Спасибо, Руна, — голосок Верики звучал тихо. — Спасибо, что не гонишь меня и возишься с такой неумехой.

— Мне в удовольствие.

Я не обманывала. Учить Верику мне нравилось, но подружка не верила в доброе отношение.

— Никто не хочет говорить со мной. Считают недостойной. Знают из какой я семьи.

Она говорила спокойно, будто отношение сокурсников ничуть не задевало. Её смирение отзывалось во мне отвращением и гневом. Не к печальной Верике. К заносчивым первокурсникам, у которых не нашлось доброго слова для девочки в нелепом мешковатом наряде.

Я не хотела, чтобы Верика принимала поведение одногруппников, как должное, и сразу сказала об этом.

— Замолчи! Неважно откуда ты! Твоя семья ничуть не хуже любой другой.

Всегда предпочитала высказаться сразу, а не держать чувства в себе. Я никогда не таилась. Лария была совсем другой.

Поведение госпожи «Совершенство» должно было стать примером. Отец нередко одёргивал меня, призывая усмирить порывистость, но осторожной я становилась, когда речь шла о рунах. Дар оберегал меня от необдуманных поступков, но и притягивал к тайне.

Взрывная фраза ударила по Верике. Я ощутила её замешательство. Излишне резко остановившись и положив руку на худенькое плечо, я напугала подружку. Она съёжилась, но и отступить побоялась. Так и стояла, не смея поднять глаз.

— Не сердись, Руна. Я не хотела раздражать тебя.

Девчонка чертила на песке кривые линии носком потёртой туфельки.

— Наверное мне лучше уйти. Нехорошо, если Вас увидят со мной.

Перейдя на «вы», Верика осторожно выскользнула из-под моей ладони, но я поймала её за рукав форменного платья. Для факультета рунологов их шили из серой плотной ткани. Скромно и практично. Не то что броские наряды магов Стихий. Те любили выделяться из толпы. Ещё и украшали себя всякими безделушками.

Ну вот! Вышло только хуже! Придётся исправлять оплошность.

— Нас все видели сотни раз, — с улыбкой заметила я. — Всегда смотри прямо, Верика. И не убегай, когда тебя хотят унизить, — я заговорила нарочито мягко. — И никаких «вы»! Вот это точно меня разозлит!

— Прости. Я привыкла. Мама брала меня в большие дома. Учила кланяться и уважительно молчать рядом с людьми твоего круга.

Лицо Верики по цвету почти сравнялось с огненными волосами. Трудно представить, как остро она переживает униженное положение семьи и свою непохожесть на других студентов.

— Будто другие люди какие-то особенные! — возмутилась я. — Твоя мама зарабатывала на жизнь честным трудом. Наверное, она хорошая женщина, но, извини, внушила тебе какие-то сословные глупости. В наше время это уже не так важно.

— Она всего боится, — Верика покачала головой. — Я спорила с ней, но маму не переубедишь. Бедность сделала её такой.

— У неё нет дара? Как вышло, что вы…

Я замолчала, боясь ещё больше обидеть Верику.

— Настолько бедны?

Она предугадала вопрос. Сообразительная девчонка. Отличный рунолог выйдет.

— Магом был отец. Он ушёл из дома и лишился наследства, чтобы жениться на маме. Брался за любые поручения, чтобы содержать семью. Иногда он выполнял не самые законные задания. Совет магов выдаёт разрешения на работу с рунами, но не каждая семья готова открыть свои тайны властям. Отец погиб, вскрывая чей-то фамильный склеп. Старое защитное проклятье ударило прямо по нему. Родня отвернулась от нас. Они посчитали, что мама виновата в его смерти.

— Какие же странные бывают люди! Чем же она виновата!?

— Рисковал из-за нас. Мама лишила его будущего. Так они говорили. Я слышала, хотя все думали, что я сплю. Мама долго плакала.

— Сами лишили наследства, а кто-то виноват!

История Верики задела меня. Подружка загрустила, стояла опустив плечи.

— Ничего! — я решила её подбодрить. — Выучишься, и жизнь наладится. Наш дар очень ценится в королевстве. Твоей маме не придётся работать в чужих домах.

— Я смогу. Ради неё. Потерплю пока учусь, — чуть заметная улыбка тронула губы Верики. — Двоюродная тётя говорила, что в Академии не смотрят на сословия и богатства. Жаль, что наврала. Такая болтушка!

— Просто они глупцы, невоспитанные дураки! Не все здесь такие. У меня есть знакомый анимаг, который точно не станет смотреть свысока. А он сын ректора! Твоя тётя училась в Академии?

— Выучилась и работает в Академии. Она добрая, но взбалм.., — Верика запнулась и сильнее покраснела. — Взбалмошная. Единственная немного помогала нам. Такой же изгой в семействе папы. Они не переносят её вредный и непримиримый характер! А тётя настоящий анимаг!

Глаза Верики восхищённо заблестели. Подруга ожила, а я радовалась, что мы миновали тяжёлый разговор.

Между тем мы так и не добрались до закусочной. А есть хотелось всё сильнее.

— Интересно. Обязательно познакомь нас.

Я устремилась в сторону «Весёлой лисицы». Это невыносима так долго добираться до закусочной, которая давно маячила перед глазами.

— Я её пока не видела. Мы не особо дружили. Мне кажется, она стеснялась, что моя мама работала в домах других магов. Ворчала, что не дело это, растить девчонку по грязным углам. То есть меня…

— Хочешь, разыщем твою тётю вместе? — предложила я. — Ой, а вот тот анимаг, о котором я говорила!

Мы увидели Ди́ана. Он выходил из «Весёлой лисицы». Я невольно потянулась в его сторону, но вовремя остановилась. Молодой Илбрек был не один. Рядом с ним появился ректор. Старший анимаг двигался тяжело. Вид у него был весьма потрёпанный, недовольный и потускневший. Когда мы виделись в кабинете, он не показался мне настолько безжизненным.

Следом, на прямых, точно палки, ногах вышел Женталь. Вот кого я точно не думала увидеть снова! Наставник хаотиков поклонился Илбрекам и удалился, сохраняя непроницаемое выражение лица. Такой же злой, как и в тренировочном зале. Этого словно заморозили однажды, и он навсегда сохранил выражение презрения ко всему миру на бледном некрасивом лице.

Мне было неприятно смотреть на ректора и Женталя. Ди́ан казался чужим рядом с ними. Он возвышался над магистрами, излучая силу и молодость. Светлая куртка факультета обтягивала мускулистый торс и широкие плечи. Я начинала понимать, отчего Олли так волнуется за своего «котика». Должно быть у молодого Илбрека немало воздыхательниц в Академии.

«Но ты не одна из них, Руна. Только друг», — напомнил мне внутренний голос.

Соревнование с Олли не вызывало никакого интереса. Я не мечтала о Ди́ане и не ревновала его к огненной магичке, угрожавшей порвать соперницу. Занимало меня иное.

— Странное совпадение, — прошептала я.

Почему-то я решила, что в закусочной все трое мужчин были вместе. Необычное место для официальных бесед с ректором. Или это была дружеская встреча?

Верика, способная незримо и тихо находится поблизости, смотрела то на меня, то на компанию возле закусочной. Я обеспокоенно наблюдала за отцом и сыном. Но зачем там появился наставник факультета Хаоса?

Женталь обращался с Йоном с такой ненавистью, что трудно не заподозрить личную неприязнь. Не придумал ли он очередную пакость против Айгермара? Какие отношения связывают его с Илбреками?

Ректор остановился и положил руку на плечо сына, что-то тихо втолковывая. Затем потрепал по щеке. Этот обыденный отцовский жест вызвал в Ди́ане недовольство — спина напряглась, добродушное лицо закаменело. Всем телом он показывал, что желает удрать из-под внимания отца. Разговор был ему неприятен.

Дар рунолога колол мне пальцы, подсказывая, что за всем этим скрывается какая-то тайна. Та же сила толкала меня заняться разгадкой.

— Я боюсь ректора, — сдерживая дыхание, прошептала Верика. — Он сильно изменился. Не похож на портрет в галерее. Два разных человека.

— Два разных змея, — прошептала я.

Верика права. Я видела портрет ректора — светловолосый красавец с пронзительным взором лишь отдалённо напоминал мужчину, говорившего с Ди́аном. Годы не пощадили Матиаса Илбрека. Анимаги редко болеют. Они надолго сохраняют молодость, но исключения случаются. Так произошло и с ректором. Волосы поредели, спина согнулась, а на лице пролегли глубокие морщины. Годы стремительно иссушали его.

Я передумала идти в закусочную. Найдём в парке фургон и купим по кружке горячего напитка с ванильной булочкой. Не стоит дольше оставаться на виду у посетителей «Весёлой лисицы».

Я потянула Верику за руку. Мы стали невольными свидетелями разговора отца и сына. Тяжёлая тошнотворная аура растекалась вокруг Илбреков. Думаю и моя маленькая подружка почувствовала горечь и беспокойство. Не хотелось, чтобы Ди́ан знал о нас. Внутренний голос нашёптывал, что сейчас лучше уйти.

— Не пойдём внутрь?

Верика с надеждой глядела на меня, точно умоляя бежать. Ей очень не нравилась идея напрямую встречаться с ректором. Но мы опоздали.

— Ой!

Рыжая голова мигом скрылась за спиной. Верика осторожно выглядывала из-за моего плеча, рассматривая молодого ирбиса. Ректор отпустил Ди́ана. И внимательный анимаг немедленно сцапал нас обеих.

— Что это за мышка с тобой?

Он грозно возвышался над нами, мелкими пичугами, но улыбался со знакомым добродушием. Быстро же Ди́ану удалось скрыть сумрак во взгляде после беседы с отцом. Искорки ярко горели в насыщенной зелени глаз.

— Руна…

Глубокий вибрирующий голос будто прокатился по телу, пробираясь в самые тайные уголки. Колени неожиданно ослабли и задрожали. Да что ж это такое делается?! Пришлось снова напомнить себе, что в Академию я приехала учиться магии, а Ди́ан друг и уже имеет пару. Наверняка Олли крутится где-то поблизости. Поберегу же пальцы, которые она грозилась оторвать, если что. Широкая улыбка невольно растянула и мои губы. Рядом с «котиком» невозможно было не радоваться жизни.

Илбрек изящно поцеловал мне руку и со смехом заглянул за спину.

— Милая испуганная мышка.

— Верика, — представила я подругу. — Не обижай её.

— И в мыслях не было!

Он настойчиво потянул нас в закусочную, куда мы прежде и собирались. Всё сложилось не так уж плохо.

— Всё таскаешь этот хлам с собой?

Илбрек буквально вырвал из моих рук книги и отложил в сторону, когда мы уселись за столик.

— Начертание… Инструменты рунолога и способы их использования…

Анимаг рассеянно пролистал несколько страниц учебника.

— Какая скука! Прогулки по парку и жаркие поцелуи намного занятнее. Или что-то более.., — он многозначительно усмехнулся. — Учебника для этой науки не существует, но практику я освоил хорошо.

Горячий взгляд скользнул по мне. Жизненный дух, связанный со зверем, так и переливался в молодом Илбреке.

— Нам интересна рунология. Правда, Верика?

Я решила напомнить, что мы не одни. Ди́ану следовало умерить пыл. Моя подружка сидела с красными ушами.

— Правда, — прошептала она, опуская голову.

А негодный «кот» наслаждался произведённым эффектом.

— Что это? Любовная записка? Я уже ревную, — он ловко развернул бумажку, спрятанную между страницами.

В сердце кольнуло тревогой.

Глава 14.

Я и забыла о предупреждении Айгермара. В записке он советовал ничему не верить и быть осторожной. Это точно был маг хаоса! Никто другой не мог написать этого письма. Йон прошептал те же слова, когда сбил меня с ног на пороге общежития. Уходя из комнаты, я сунула записку в книгу и с тех пор не думала о ней. Не ожидала, что приятель анимаг обнаружит проклятую бумажку. Всего на секунду, но я ощутила уколы совести. Совсем как в детстве, когда родители поймали меня за чтением недозволенных детям книг.

И чего я разволновалась?!

Слишком внимательный взгляд Ди́ана требовал пояснений. Он будто имел право допрашивать меня! Неприятное чувство!

Илбрек давно прочитал короткие строчки и крутил бумажку в пальцах.

— Чья-то неуместная шутка. Но кое-что произошло. Дважды, —я созналась, понимая, что вовсе не обязана оправдываться.

Но ответ прозвучал именно как попытка оправдаться. Мой рассказ занял не больше минуты. Ди́ан узнал об упавшем ящике и шкатулке на тренировке. Умолчала я только об Айгермаре, сумевшем поучаствовать в обоих происшествиях. Никому не признаюсь, что несколько минут лежала в объятиях хаотика посреди дороги.

Маг не перебивал. Верика сидела за столом точно испуганный мышонок и не сводила глаз с молодого ирбиса.

— Случайность!

Подведя итог, я выхватила книгу из рук анимага и отложила в сторону. Прищурив один изумрудный глаз, ирбис разглядывал убранство закусочной. Обдумывал мои слова.

— Мышка, хочешь мороженое?

Вопрос Ди́ана прозвучал так неожиданно, что мы с Верикой подпрыгнули на скамье. Коварный «котик» потянулся к моей рыжей подружке, заглядывая в лицо. Я воочию увидела, как она из румяной стала белее полотна, а затем снова приобрела насыщенный цвет спелого помидора.

— Да, господин Илбрек, — пропищала Верика.

Ох, «котик»! Знает же какое воздействие оказывает на бедняжку, но нарочно её мучает!

«Шалости кошки с мышкой», — невольно подумала я.

Если мне было иногда трудно устоять перед обаянием Ди́ана, то Верике не выдали ни одного шанса.

— Просто Ди́ан.

Он грациозно поднялся и удалился к стойке, где возился хозяин закусочной. Вернулся «котик» с невероятной стремительностью. Боялся, что «мышки» сбегут из сладкого капкана?

— Руна, прошу тебя…

Анимаг замолчал с самым серьёзным видом. Он принёс нам по рожку с мороженным. Огромная белая шапочка ванильной массы была посыпана шоколадной крошкой. Чибити немедленно заявила бы, что сладкое вредит фигуре, но отказаться от такой роскоши я не смогла.

— Прошу никогда не скрывать, что с тобой происходит, — договорил Ди́ан.

— Ерунда!

— Мы друзья и я всегда готов помочь.

Он поймал мою руку, игриво поцеловал кончики пальцев. Верика опустила голову. Капелька подтаявшего мороженного упала на платье.

— Ты не успела приехать, а события посыпались как из дырявой корзины. Мне не нравится эта цепочка событий. Напоминает…

— Что напоминает?!

Я хотела подтолкнуть Ди́ана, когда он снова замялся, и отвернулся. Будто там, у стойки, происходило нечто интересное. Но кроме анимага-лиса, занятого делами, я никого не увидела. Илбреку не была свойственна нерешительность, но он не спешил с объяснениями.

— Неважно, Руна… Фантазии сплетников из Академии. Про историю на тренировке я немного слышал. Наставник хаотиков только что докладывал отцу.

«Ах, вот оно что!»

Я радостно ухватилась за понятное и разумное объяснение. Ректор встречался с Женталем в неформальной обстановке. И только! Может быть, у него много встреч и он решил совместить неожиданный визит с обедом?

— Не знал, что именно ты стала участницей жуткой истории. И без нашего плеснееда не обошлось.

Ди́ан показал клыки в улыбке-оскале.

— Меня опросили на следующий день магистры из охраны. А что с Айгермаром?

Последние слова вырвались сами собой. Илбрек наклонил голову набок, посмотрел так, точно у меня нос был испачкан мороженным, а я дурочка не заметила. Не раздумывая, я схватила салфетку.

— Лежит в подвале и получает по заслугам, — с необычайной холодностью сообщил Ди́ан. — Процедуры для хаотиков не слишком приятны.

— Не знаю, чем опасна та материя, но Айгермар спас всех, — возразила я. — Вы недолюбливаете друг друга? Что-то из прошлого?

Очевидно, что так и было. Йон и Ди́ан враждовали. Взгляды при встрече. Слова анимага. Напряжение между ними читалось в каждой мелочи.

— Безопасники всегда справляются без участия мелких пакостников навроде Айгермара. Плеснеед любитель пускать пыль в глаза первокурсницам.

— Как и любой старшекурсник.

Язвительно усмехнувшись, я уткнулась в меню, чтобы не видеть, как Ди́ан злится. Неужели «котик» действительно ревнует. А как же Олли?!

— Я сейчас.

Ди́ан снова поднялся. В голосе звенела сдерживаемая волей ярость. Я проследила, как высокий и гибкий маг-ирбис прошествовал к хозяину закусочной «Весёлая лисица». Широкие плечи расправлены, спина прямая, но шаг мягкий и крадущийся. Дикий зверь способный незаметно подобраться к самому уязвимому месте и расправиться с зазевавшимся врагом.

— Ты его задела. Такой злой.

Верика в изумлении смотрела на меня.

— Иногда мальчикам полезно умерить пыл. Он тебе понравился?

Никакого особого умысла я не имела. Спросила из любопытства. Малышка Верика смущённо сложила салфетку и низко опустила голову.

— Он красивый.

— И опасный, милая.

Не я ли недавно нахваливала добродушного анимага?! Не знаю почему откровение подруги взволновало меня, но я развернула её к себе за плечи, заставив смотреть в глаза.

— Очень опасный для любой девушки. Особенно для неискушённой и …

— Такой, как я, — Верика с сожалением кивнула.

Всё-то она понимает, моя маленькая рыжая подружка.

Он умел расположить к себе, умел развеселить в минуту печали. И с лёгкостью раздавал девушкам невысказанные обещания. Одним взглядом или жестом увлекал за собой. Я сама почти попалась под очарование ирбиса. Неискушённая и наивная Верика пропадёт, а молодой Илбрек с улыбкой пойдёт дальше. Он мигом забудет о разбитом сердце очередной первокурсницы.

— Ты замечательная. Не хочу, чтобы ты страдала.

Я не знала имею ли право вмешиваться в чужую жизнь. Следовало оставить Верике право решать самой.

— Я понимаю, Руна.

Верика очень легко соглашалась со всем, что предлагала ей жизнь. Легко принимала чужое мнение. Она и сама многое чувствовала. Не просто быть рунологом, когда замечаешь не только суть вещей, но и читаешь человеческие души. Стоит только немного остановиться и подумать, не поддаваться эмоциями. Я считала, что хорошо поняла характеры Ди́ана и Верики. Для неё привлекательный анимаг был смертельным ядом. Она же для него — лакомством на короткий срок.

При каждой встрече Ди́ан подтверждал впечатление о себе. «Котик» был прост и понятен. Лишь Йон Айгермар оставался вроде запертой шкатулки. Оттуда равноценно могла вылезти материя хаоса, либо высыпаться невероятные сокровища. Погубить или одарить тех, кто находился рядом. Это очаровывало и привлекало. Мой дар разгорался ярче и пробуждал любопытство рунолога, когда я вспоминала об Айгермаре.

— Выше нос, Верика! — спохватившись, я подбодрила подругу. — Ты же умница и справишься с любыми трудностями.

— Угу, — робко вздохнула она.

— Кроме того, у Ди́ана есть девушка, — шепнула я, когда приятель направился к нам.

Ди́ан шлёпнул на стол поднос. Чашки и тарелки устояли, но жалобно звякнули.

— Вы обязаны попробовать «пироги удачи», — безапелляционно заявил анимаг. — В «Весёлой лисице» их делают с особым мастерством. Я угощаю.

— Что-то слышала. Это кексы с начинкой?

Я с интересом изучала содержимое своей тарелки. Круглая корзиночка с тонким румяным тестом выглядела аппетитно. Перед Верикой стояла такая же. На лице рыжей подружки читалось сомнение. Две чаши с морсом распространяли свежий аромат фруктов. Себе Ди́ан взял кружку пьянящего сока. Как по мне, он достаточно был на взводе, чтобы пить. Я промолчала.

— Поел с отцом, — пояснил он. — Ты же нас видела. Правда, Руна?

Илбрек вскинул на меня взгляд изумрудных глаз, где на миг полыхнуло даром анимагов. Будто-то он немедленно собирался обратиться в дух зверя. Огонь угас, но Ди́ан прожигал сознание, добираясь до самой последней мысли. И оборотни имеют свои секретные способы узнать истину.

— Мы как раз подошли к закусочной.

Пожав плечами, я беззаботно парировала вопрос Илбрека. Я чуяла подвох в простых словах, но имела слишком мало фактов на руках, чтобы определить, что мне не нравится.

— В чём же сюрприз!

Я надавила вилкой на запечённое тесто, чтобы отломить кусочек. Тонкая корочка треснула и окрасилась в красно-бурый цвет. У меня перехватило горло. Вилка выпала из рук. Растерзанный пирог распался в лужице крови, показывая нутро.

Изломанные крылья багряных бабочек. Тонкие нити лапок и усиков. Раздавленные тельца...

Я закрыла рот ладонью, сдерживая тошноту и отпрянула подальше от стола. С грохотом, цепляясь за столешницу, вскочил Ди́ан. С тихом рычанием он склонился над блюдом, вид которого надолго отбил у меня желание пробовать пироги и есть в принципе. Верика отодвинулась на краешек скамьи. В её «сюрпризе» оказались сладкие осенние ягоды.

Это что ж!? Мне так повезло?!

— Проклятие какое-то!

Перед глазами разом пронеслись образы: ядозуб на подушке, разбитый цветочный ящик, монстр мрака, выползающий из шкатулки…

Один к одному.

— Проклятие… — повторил Ди́ан. — Не может быть…

Точно вихрь он вытолкал нас на улицу и велел ждать. Сам недолго разговаривал с хозяином «Весёлой лисицы».

— Верика, мы тебя догоним.

Когда Ди́ан появился, я легонько направила подругу вперёд, а сама ждала объяснений. У Илбрека был озадаченный и непривычно мрачный вид. Будто кто-то из хаотиков и его накормил пресловутой плесенью.

— Хозяин и повар клянутся, что в пироге была шоколадная паста.

Ди́ан немного ссутулился, заглядывая мне в лицо. Словно пытался понять, насколько сильно я испугалась. Крупные губы мага с мягкими линиями приоткрылись. Я так и не узнала, каков поцелуй ирбиса. Сама потянулась к нему. И какой демон управлял мной?!

— Завтра ночью, — прошептал он. — Я проведу тебя в хранилище.

Непонятная магия, на миг связавшая меня с Ди́аном распалась.