Последняя Хромосома

Глава 1

Я прос­ну­лась в хо­лод­ном по­ту. Моё тя­жёлое, хрип­лое ды­хание от­чётли­во слышалось в пред­рас­свет­ной ти­шине. За ок­ном тус­кло све­тила лу­на, на ко­торую сей­час медленно наползало гус­тое тёмно-серое об­ла­ко. «Что это мне та­кое прис­ни­лось», задалась вопросом я, снова опус­ка­ясь на по­душ­ку и зак­ры­вая гла­за.

Вспом­нить так ни­чего и не уда­лось. Я намеревалась сно­ва за­быть­ся сном, од­на­ко, про­лежав с зак­ры­тыми гла­зами нес­коль­ко ми­нут, осознала, что со­вер­шенно не хо­чу спать. Более то­го, сер­дце в гру­ди би­лось с та­кой яростной си­лой, буд­то оно увеличилось минимум в два ра­за. Я слы­шала как оно колотится в грудную клетку, словно собираясь вырваться наружу. Так же в вис­ках хорошо ощу­щалась пуль­са­ция кро­ви.

Распахнув гла­за, я ус­та­вилась в по­толок. Нес­коль­ко раз мор­гнув, сфокусировав зре­ние и прис­по­собившись к по­луть­ме я за­мети­ла что по­толок рас­се­ка­ет тре­щина, око­ло пя­ти сан­ти­мет­ров ши­риной. Она бра­ла своё на­чало в од­ной из стен и об­ры­валась над ок­ном. От ок­на, кстати, ос­та­лась од­на лишь ра­ма, и ве­тер ти­хонь­ко пос­висты­вал, свободно вры­ва­ясь в комнату. Жут­ко пере­пу­гав­шись, я продолжала ле­жать в постели, не в си­лах по­шеве­лить­ся. Ос­та­валось толь­ко на­де­ять­ся, что я до сих пор сплю.

Мед­ленно пе­реве­дя взгляд на сте­ну я об­ра­тила вни­мание на лоскуты сви­са­ющих обо­ев. В сте­не так же имелось нес­коль­ко тре­щин, прав­да, не та­ких боль­ших как та, что криво ухмылялась с потолка.

Моя люс­тра, сос­то­ящая из мно­жес­тва на­вешан­ных на креп­ле­ние хрус­таль­ных ша­риков, отныне пред­став­ля­ла из себя жал­кое зре­лище – все­го три ша­рика ос­та­лось на по­косив­шемся креп­ле­нии, а лам­почка в пат­ро­не отсутствовала.

Пол комнаты кто-то превратил в настоящую свалку, вывалив на него целые горы мусора, ну а при­от­кры­тая, покосившаяся дверь из последних сил цеплялась за единственную уцелевшую пет­лю. За дверью прос­ти­ралась неп­рогляд­ная ть­ма, а ведь там, в ко­ридор­чи­ке, постоянно го­рел не­боль­шой ноч­ни­чок, и ма­ма ни­ког­да не за­быва­ла вклю­чать его пе­ред сном.

Однако никакая разруха вокруг не могла сравниться с тем, что произошло с моим собственным телом. Чувс­тво­вала я се­бя со­вер­шенно не в сво­ей та­рел­ке – ка­залось, я ста­ла за­нимать в два ра­за боль­ше мес­та на сво­ей не­боль­шой кро­ват­ке. Да только вот, это больше не была моя уютная, мягкая, небольшая кроватка. Этот сколоченный из кривых досок монстр, больше напоминал выброшенную на берег лодку, разбившуюся о скалы.

И завершающим штрихом выступила вонь. О да, с от­вра­титель­ным ви­дом тех лох­моть­ев, ко­торые я по­нача­лу при­няла за оде­яла, способен был срав­нить­ся только их «аромат». Не по­нимаю, как я сра­зу этого не ощутила.

— Ма-а-ам!

«Что с го­лосом? Хрип­лый, гру­бый, сов­сем не по­хожий на мой. Да что же со мной происходит», загорались обжигающим пламенем в голове вопросы. Я по­пыта­лась про­каш­лять­ся. Ка­шель так­же зву­чал до­воль­но гру­бо.

Сбро­сив с се­бя лох­мотья, я об­на­ружи­ла что спала одетой. В тём­ных шта­нах, из ка­кого-то плот­но­го ма­тери­ала, и такой же неказистой ру­бахе. К то­му же на но­гах красовались под­би­тые металлом бо­тин­ки, а талию опоясывал ши­рокий ре­мень, чёр­но­го цве­та.

При­жав ру­ки к ли­цу, на­мере­ва­ясь про­тереть гла­за, я вдруг ощу­тила под ла­доня­ми самую настоящую ще­тину. Ко­жа на ла­донях почему-то стала гру­бой, с нес­коль­ки­ми бу­гор­ка­ми, ко­торые при ближайшем рас­смот­ре­нии ока­зались жёс­тки­ми мо­золя­ми.

Я мед­ленно се­ла на край кро­вати, ощу­пывая чу­жое ли­цо не сво­ими ру­ками. Не в си­лах по­верить в про­ис­хо­дящее я под­ня­лась и нап­ра­вилась к пе­реко­шен­ной две­ри. Как ока­залось, да­же хо­дить теперь было труд­но – ма­ло то­го что я ста­ла вы­ше сан­ти­мет­ров на де­сять, так ещё и центр тя­жес­ти сместился в дру­гое мес­то.

Преодолев трудности с ориентацией в пространстве и балансом, я наконец ока­залась за дверью... Где чуть не свалилась, подвернув ногу, правда не по своей вине – от­сутс­тво­вало боль­шинс­тво до­сок, ко­торы­ми раньше был вы­ложен пол. Их ос­та­лось все­го три, да и те пошатывались.

Ходить, по такому-вот, импровизированному мостику, сей­час, в тем­но­те, да ещё и не ос­во­ив­шись с но­вым те­лом, казалось вер­хом глу­пос­ти. Од­на­ко мыс­лить здраво, я в данный момент была не в состоянии – слиш­ком уж не­веро­ят­ным и нереальным ка­залось всё про­ис­хо­дящее.

И толь­ко добравшись до комнаты родителей, обер­нувшись, я по­няла насколько мне по­вез­ло. Даже в спокойной, а не столь стрессовой обстановке и с нормальными параметрами тела, преодолеть отрезок пути по коридору в непроглядной тьме и не упасть, да ещё по расшатанному мостику из трёх досок – подобный подвиг едва-ли был доступен обычной девушке-подростку.

К счастью, здесь, в самой большой комнате нашей квартиры бы­ло нам­но­го свет­лее. Правда по помещению сво­бод­но гу­лял ве­тер… который вообще ничего не сдерживало, так как внеш­ней сте­ны более попросту не существовало, так же, как и бал­ко­на, что рань­ше при­мыкал к этой ком­на­те.

Зависнув на краю обвала, при­дер­жи­ва­ясь за сте­ну, я бросила осторожный взгляд вниз. Там, на земле, несмотря на достаточно скупое освещение, которое предоставляла надкушенная бледная луна, да­же с мо­его, треть­его эта­жа, мож­но бы­ло раз­гля­деть ог­ромную гру­ду об­ломков. По­хоже, же­лез­ные бал­ки, на ко­торых дер­жа­лись бал­ко­ны прор­жа­вели и боль­ше не мог­ли вы­дер­жи­вать вес железобетонных конструкций. Два верхних этажа нашей пятиэтажки тоже остались без балконов, да и без внешних стен заодно.

Ос­мотрев­шись в комнате родителей, я об­на­ружи­ла боль­шое зер­ка­ло. Пе­ред ним обыч­но кра­силась ма­ма, ну и я в пос­леднее вре­мя, всё-та­ки мне уже ис­полни­лось сем­надцать. Некогда шикарный, дорогой любой женщине предмет интерьера, как и вся остальная квартира, не сумел избежать печальной участи, потеряв кусочек стекла справа внизу, а вся его отражающая поверхность сильно потемнела. И хотя стекло кто-то тщательно оттёр, на нём до сих пор виднелись следы копоти. Значить это могло лишь одно – кроме ветров, тут и огонь успел погулять вволю.

Однако если разрухе вокруг, и отсутствию родных можно было найти какие-никакие разумные, логические объяснения и обоснования, то вот продолжать верить своим глазам с этого момента я отказалась наотрез.

Из зер­ка­ла на ме­ня уставился па­рень, лет двад­ца­ти пя­ти, с чер­ны­ми, как ночь во­лоса­ми и свет­ло-зе­лёны­ми, поч­ти жел­ты­ми гла­зами. Его одежду мож­но сме­ло бы­ло при­нять за ту, что обыч­но напяливают на себя на­ши, так на­зыва­емые бом­жи, ко­торые ко­па­ют­ся в му­сор­ных кон­тей­не­рах. Прав­да, этот странный юноша на себя ещё и кус­ки ме­тал­ла, то здесь, то там, зачем-то нацепил.

Естественно, во всём этом великолепии, за­пах от ме­ня исходил со­от­ветс­тву­ющий. Уж не знаю почему, но зрительный осмотр повысил мою обонятельную чувствительность, так что вонь я теперь ощущала гораздо лучше и отчётливее.

Мы­лась я по­хоже очень дав­но, ес­ли во­об­ще ког­да-нибудь мы­лась. Хо­тя нет, я-то мы­лась вче­ра, пе­ред тем, как легла спать, а вот об­ла­датель дан­но­го те­ла, видимо, счи­тал что мыть­ся – это лиш­няя тра­та вре­мени.

Ужас­но заче­салась голова и пошкрябав грязными ногтями по не менее грязным волосам в оче­ред­ной раз, я осмотрела мозолистую ла­донь вроде-как принадлежащую отныне мне, раз­гля­дев на ней ко­поша­щего­ся мел­ко­го па­рази­та.

А вот этого стоило ожидать – грязь и антисанитария, в которую погрузилась моя комната и полуразрушенная квартира, создавали для этих гадов благоприятные условия жизни. Странный парень про гигиену не слышал, вот они на его голове и поселились.

Ярость и отвращение смешались во мне, и я раздавила насекомое, а затем попыталась вытереть руки о штаны. Только вот чище ладони не стали, на них лишь появились новые пятна, заменив собой останки убитого создания. Брезгливо тряхнув руками, мне захотелось избавиться от наряда этого бродяги, в чьё тело по странному, но несомненно злому стечению обстоятельств, попало моё сознание, однако раздеться оказалось не так-то просто.

Терпение и труд, как известно, всё превозмогают и про­возив­шись несколько минут мне, всё-таки, удалось это сделать. Выдохнув с шипением воздух, стащив с себя наконец, штаны, я уже собиралась расслабиться, но не тут-то было!

Очень странные чувства обуяли меня, когда я выпрямилась и поглядела в зеркало. Рассмат­ри­вать своё обнаженное тело, и ви­деть сов­сем не то, что при­вык­ла, удовольствие, по крайней мере в таких-вот, как сейчас обстоятельствах, мягко говоря, сомнительное.

Повертевшись, стараясь не обращать внимания на въевшуюся в кожу грязь, я пока не опускала взгляд ниже пояса. Торс юноши, как и его лицо, если сбрить щетину, выглядел вполне прилично или даже, с небольшой натяжкой, привлекательно. Креп­кие ру­ки и ши­рокие пле­чи, хо­рошо раз­ви­тая мус­ку­лату­ра, такой типаж мне нравился всегда. А вот шра­мы по все­му те­лу портили картину – слишком уж много их было. Однако эти бледные рубцы ясно дали понять, что за жизнь вёл до сего момента этот молодой че­ловек.

Крас­нея и жут­ко сму­ща­ясь, я наконец опустила взгляд вниз и при­кос­ну­лась к то­му, что болталось чуть ни­же по­яса. То ли от при­кос­но­вения, то ли от сму­щения кровь, разгоняемая мощными толчками сердца, хлы­нула ту­да неудержимым потоком, и я по­чувс­тво­вала как эта шту­ковина на­чала быс­тро уве­личи­вать­ся и твердеть. Я мгновенно отдёрнула руки, отош­ла от зер­ка­ла и сгорая от стыда уставилась в потолок. Пуль­са­ция кро­ви ощущалась с не­веро­ят­ной си­лой, а мне всё ни­как не удавалось ус­по­ко­ить­ся…

Осень уже пол­ностью всту­пила в свои пра­ва, а так как внешняя стена отсутствовала, да ещё и время пробудиться мне выпало предрассветное, холод очень быстро напомнил о себе неприятными поглаживаниями по обнажённой коже.

Подобрав снятую недавно одеж­ду с пола, я пос­пешно на­чала на­пяли­вать её на се­бя, при этом ста­ра­ясь не об­ра­щать вни­мания на то, что про­ис­хо­дило с тем, не мо­им ор­га­ном. Влажный, бодрящий ут­ренний воз­дух по­мог ус­по­ко­ить­ся, вот толь­ко те­перь ме­ня би­ла мел­кая дрожь. На­тянув на ноги тя­жёлые бо­тин­ки, я мед­ленно нап­ра­вилась в свою ком­на­ту.

Уж не знаю, благодаря-ли инстинктам обладателя моего нового тела, или мне снова улыбнулась удача, но и в этот раз я как-то умудрилась не свалиться в тёмном коридорчике. Единственной, наверное, на сегодня радостью было ощущение силы и мощи в мышцах рук и ног. Рань­ше, тя­жести на но­гах в виде монструозных ботинок вылились бы в настоящую проблему, од­на­ко сей­час я со­вер­шенно не чувс­тво­вала ве­са этих, подбитых металлом гро­мадин.

Нес­мотря на от­вра­щение, я снова заб­ралась в кровать, под те лох­мотья, ко­торые являлись жал­кой па­роди­ей на оде­яло, что­бы хоть как-то сог­реть­ся. Зажмурившись и за­кусив гу­бу, я принялась мысленно жалеть себя и проклинать судьбу. «За что мне это всё, что я сде­лала пло­хого», спрашивала в сердцах я, но ответов не получала. Ко­мок под­сту­пил к гор­лу. Рань­ше я бы уже громко и с надрывом ры­дала, но че­ловек ко­торым я ста­ла, по­хоже, попрос­ту не умел это­го де­лать. Ску­пая сле­зин­ка всё-та­ки ска­тилась по ще­ке и не­замет­но для се­бя самой я зас­ну­ла.

***

По­чувс­тво­вав тёп­лое, мяг­кое при­кос­но­вение осен­не­го сол­нышка на сво­ём ли­це, я прос­ну­лась. Некоторое время продолжая лежать с зак­ры­тыми гла­зами, я с надеждой цеплялась за мысли о том, что ночью мне прос­то прис­нился кош­мар.

Однако чаяньям моим не суждено было воплотиться в жизнь. Лёг­кий ве­терок, ко­торый ну никак раньше не мог проникнуть в ком­натку сквозь закрытые по осеннему времени окна, до­носил до мо­его обо­няния те са­мые неп­ри­ят­ные за­пахи, что ви­тали здесь при прошлом пробуждении. В том са­мом «сне», ко­торый гро­зил сей­час ока­зать­ся горь­кой явью.

Деваться некуда – пришлось открывать глаза в этой странной реальности, оказываясь от сладких грёз о прошлой, нормальной жизни.

С по­тол­ка мне снова криво ухмыльнулась гигантская, уродливая тре­щина. Те­перь сквозь неё мож­но бы­ло раз­гля­деть ком­на­ту чет­верто­го эта­жа. Так же уны­ло сви­сали со стен об­рывки по­серев­ших обо­ев, да и груды мусора ни на сантиметр, с тех пор как я уснула, не уменьшились.

И нес­мотря на неп­ри­ят­ный за­пах, очень хо­телось есть и пить, так что пришлось выбираться из-под вонючих, но тёплых одеял. Поднявшись и по­шарив по ком­на­те, я об­на­ружи­ла не­боль­шой по­ломан­ный хо­лодиль­ник, в ко­тором притаились две пя­тилит­ро­вые плас­ти­ковые бу­тыл­ки с более-менее чистой во­дой.

Вдо­воль на­пив­шись я нап­ра­вилась к вы­ходу. Нес­мотря на го­лод, я так и не рис­кну­ла прит­ро­нуть­ся к то­му, что ле­жало на вер­хней пол­ке хо­лодиль­ни­ка – нес­коль­ко ку­соч­ков че­го-то, от­да­лён­но на­поми­навше­го вя­леное мя­со, не внушившего к себе ни­како­го до­верия.

Выб­равшись из до­ма я принялась бро­дить по мо­ему родному не­боль­шо­му го­род­ку, со все­го од­ной ули­цей, и нес­коль­кими де­сят­ками, пос­тро­ен­ных вдоль цен­траль­ной до­роги, пя­ти­этаж­ных до­мов. Ещё во вре­мена Со­вет­ско­го Со­юза деды и прадеды возвели сей посёлок для семей военных.

Правда воинскую часть рас­форми­рова­ли и раз­во­рова­ли пос­ле рас­па­да СССР поэтому городок начал медленно загнивать. Но люди здесь жили хорошие, дружные и трудолюбивые – по старой привычке они продолжали содержать дворики и прилегающий парк со стадионом в чистоте.

Вот только в этой реальности от былой чистоты вообще ничего не осталось. Маленький го­родок, в ко­тором прош­ло всё мое детс­тво, те­перь ле­жал в ру­инах. Из окон исчезли стёкла. Две­ри, ес­ли где и виднелись, име­ли жал­кий вид. Рас­те­ния рос­ли прямо на до­мах, вгры­за­ясь в ка­мень кор­ня­ми и раз­ру­шая строения. Нес­коль­ко до­мов час­тично об­ру­шилось, от­кры­вая взгля­ду не­ког­да оби­та­емые ком­на­ты.

Я обош­ла го­родок нес­коль­ко раз, так ни единого человека и не повс­тре­чав. Ви­дела нес­коль­ко бе­лок на де­ревь­ях, хо­тя рань­ше в на­ших кра­ях этих милых, маленьких зверушек вроде-как не во­дилось. Од­нажды мне по­каза­лось, что я за­мети­ла до­воль­но круп­ную со­баку, ко­торая скры­лась из ви­ду, не дав воз­можнос­ти себя рас­смот­реть. Заглянув во все мес­тные ма­гази­ны, я не наш­ла ни­чего по­лез­но­го или съ­едоб­но­го – по­хоже, тут уже по­быва­ли до ме­ня, и тща­тель­но всё обыс­ка­ли.

Вы­бира­ясь из оче­ред­но­го ма­гази­на, я ус­лы­шала стран­ный звук, до­нёс­ший­ся от­ку­да-то из­да­лека. Он мне по­казал­ся до бо­ли зна­комым, но я так и не смог­ла вспом­нить, где его рань­ше слы­шала. Мои мыс­ли бы­ли за­няты дру­гим, и я не при­дала это­му боль­шо­го зна­чения.

Заб­равшись в один из со­сед­них до­мов и обыс­кав нес­коль­ко квар­тир, я быс­тро по­няла, что за­нятие это бес­смыс­ленное – как и в случае с магазинами, ни­чем по­лез­ным там разжиться не удалось. Од­на­ко прос­то си­деть и ни­чего не де­лать я не мог­ла, по­тому про­дол­жа­ла свои по­ис­ки по­ка солнце не опустилось к горизонту и не на­чало тем­неть.

Уставшая, голодная и злая, вер­нувшись в свою ком­натку, я об­на­ружи­ла что за вре­мя мо­его от­сутс­твия здесь по­хозяй­ни­чали ка­кие-то жи­вот­ные. На хо­лодиль­ни­ке вид­не­лись све­жие сле­ды от чь­их-то ма­лень­ких ко­гот­ков. Лох­мотья, ко­торы­ми бы­ла зас­те­лена кро­вать ва­лялись не­пода­лёку, а на их бывшем месте, похоже, кто-то ус­тро­ил не­боль­шую по­тасов­ку. Так же я наш­ла нес­коль­ко клоч­ков ры­жева­той шер­сти, которых раньше, вроде-как, здесь не было.

За неимением лучших вариантов, пре­одо­левая от­вра­щение, я мед­ленно пережёвывала подозрительные кус­ки мя­са из хо­лодиль­ни­ка, за­пивая прохладной во­дой. Ну а пос­ле сей царской трапезы пришлось снова забираться в пос­тель и укрываться дурно пахнущими лохмотьями.

На­тяги­вая на се­бя это «одеяло», я вспо­мина­ла о про­шед­шем дне и размышляла о том, что де­лать даль­ше: «без пищи и во­ды дол­го про­тянуть не получится, а последние запасы еды я только что приговорила, да и во­ды хва­тит толь­ко на пер­вое вре­мя». Мне ста­ло по-нас­то­яще­му страш­но – что ес­ли кро­ме ме­ня, в мире вообще не осталось лю­дей. Сно­ва за­хоте­лось зап­ла­кать, од­на­ко вмес­то это­го в па­мяти вдруг воз­ник тот стран­ный звук, ко­торый я ус­лы­шала днём.

За­сыпа­ла я с улыб­кой на ли­це, ведь вспом­ни­ла, что это был за звук и где его рань­ше слы­шала. Мыс­ли та­буна­ми сумасшедших лошадей но­сились в го­лове, но усилием воли я зас­та­вила се­бя зас­нуть – зав­тра мне пред­сто­яло не­боль­шое пу­тешес­твие, однако к не­му ещё пред­сто­яло под­го­товить­ся, а для это­го необходимо хорошенько выс­пать­ся.

«Как же не­удоб­но поль­зо­вать­ся этой шту­кой» мель­кну­ла, вдруг, за­поз­да­лая мысль. Па­мять, нас­ме­ха­ясь, ожи­вила мои се­год­няшние по­хож­де­ния. А имен­но то, как я пы­талась схо­дить в ту­алет. Я крас­не­ла каж­дый раз ког­да при­ходи­лось при­касать­ся к той штуковине.

Да что там, даже дер­жать его в руках так, что­бы не об­мо­чить се­бя, при этом не перекрыв путь жидкости, оказалось край­не неп­росто. И это ещё не са­мое страш­ное. Са­мым страш­ным оказалось то, что он сра­зу на­чинал «вклю­чать­ся», а пос­ле не получалось сде­лать уже вообще ни­чего. Пос­ле вто­рой не­удач­ной по­пыт­ки я ре­шила, что гораздо про­ще и удоб­нее все эти дела делать как раньше, присев на корточках…

***

Под­нявшись с пер­вы­ми лу­чами сол­нца, я при­нялась тщательно обыс­ки­вать ком­на­ту. Это, ко­неч­но, сле­дова­ло сде­лать в пер­вую оче­редь, но мыс­лить ра­ци­ональ­но бы­ло не так-то прос­то в сло­жив­шихся об­сто­ятель­ствах. С другой стороны – я же не знала, что творится снаружи, вдруг там меня встретили бы спасатели, и отвели бы к родителям, возвратив в нормальное тело.

Раз­во­рошив очередную ку­чу му­сора, ту которая находилась в ближайшем к кровати углу, я наш­ла вмес­ти­тель­ный рюк­зак, се­рого цве­та. В одном из его от­стёгива­ющихся кармашков ока­зал­ся спрятан не­боль­шой пе­рочин­ный но­жик, по­лови­на свеч­ки и да­же ко­робок спи­чек. Ко­робок кто-то бережно за­печа­тал в па­кетик так, что­бы вла­га не мог­ла до не­го доб­рать­ся.

По­рыв­шись ещё нем­но­го, я об­на­ружи­ла в чре­ве рюк­за­ка ак­ку­рат­но смо­тан­ную ве­рёв­ку, где-то с половину сан­ти­мет­ра в ди­амет­ре с ме­тал­ли­чес­кой «кош­кой» на кон­це. Там же находились ка­кие-то другие ме­тал­ли­чес­кие прис­по­соб­ле­ния, но их пред­назна­чение так и ос­та­лось для ме­ня загадкой. По­мес­тив в рюк­зак один из пя­тилит­ро­вых бу­тылей с во­дой, я выб­ро­сила из не­го все не­понят­ные вещицы.

На­цепив на­ход­ку се­бе на пле­чи, ос­матривая свою ком­на­ту напоследок, откуда-то из подсознания всплыла горькая мысль: «воз­можно я боль­ше ни­ког­да не вер­нусь, а ведь здесь прош­ло все моё детс­тво». Очень уж жалостливой получилась эта мысль из-за чего сер­дце пре­датель­ски за­щеми­ло.

За­дер­жи­вать­ся доль­ше смыс­ла не имело, так что я пос­пе­шила по­кинуть вымер­ший го­родок. До­рога за городской чертой, сколько я себя помнила, была вы­ложе­на же­лезо­бетон­ны­ми пли­тами. Го­родок-то строился все­го лишь как придаточный мик­ро­рай­он, при­со­еди­нен­ный к во­ин­ской час­ти, а зна­чит, и до­роги укладывали на совесть, с расчётом на то, что они обязаны вы­дер­жи­вать вес тя­желой бо­евой тех­ни­ки.

Од­на­ко при­рода и здесь по­каза­ла свою си­лу. Из ще­лей и сты­ков меж­ду пли­тами тор­ча­ли зе­лёные ос­тров­а пушистой тра­вы, а по обо­чинам рос­ла уже не толь­ко тра­ва. Кое-где виднелись кус­ты, а кое-где пусть да­же невысокие и кривые, но самые настоящие де­ревья. Своими корнями они слег­ка при­под­ни­мали мно­готон­ные ка­мен­ные бло­ки, либо опутывали их со всех сторон, как только могли.

Вдоль до­роги, на некотором от неё отдалении, для защиты от ветров с полей люди когда-то высадили в рядок деревья, которые в последствии под­ре­зали элек­три­ки, что­бы те не за­дева­ли про­вода вет­ка­ми. Правда это было раньше, в той, другой, нормальной жизни.

Сейчас же, де­ревья, ши­роко рас­ки­нув вет­ви-ру­ки, укрывали от мо­его взо­ра некогда пло­дород­ные по­ля, с ко­торых аграрии обыч­но собирали пше­ницу или под­солнух, или ещё ка­кую сель­ско­хозяй­ствен­ную куль­ту­ру. Про­водов, так­ же, как и стол­бов теперь вид­но не бы­ло. Из­редка встре­чались не­боль­шие куч­ки свет­ло­го кам­ня, лишь на­поми­нающих об их былом су­щес­тво­вании. Я нес­пешно бре­ла по до­роге, и за­метив не­боль­шой прос­вет меж­ду де­ревь­ев, свер­ну­ла с до­роги что­бы взгля­нуть как же об­сто­ят де­ла с по­лями те­перь.

Вмес­то вспа­хан­ной по осе­ни земли, пе­редо мной пред­ста­ла рав­ни­на, по­рос­шая гус­той тра­вой. В не­кото­рых мес­тах, вымахав похоже уже в свой полный рост, торчали кри­вые де­ревья, и не­боль­шие кус­ты. И ни­каких сле­дов пре­быва­ния че­лове­ка. Вер­нувшись на мо­щёный тракт, я про­дол­жи­ла свой путь. Ид­ти пред­сто­яло не так чтобы очень дол­го, но меш­кать всё рав­но не сто­ило.

Дваж­ды за вре­мя не­боль­шо­го пу­тешес­твия мне по­вез­ло встре­тить пло­довые де­ревья. Яб­ло­ню, я чуть бы­ло не прош­ла ми­мо, пог­ло­щен­ная мыс­ля­ми. Пло­ды на ней оказались ма­лень­ки­ми, жёл­ты­ми, так что не сра­зу и за­метишь сре­ди осен­них, иг­ра­ющих раз­ны­ми крас­ка­ми листь­ев.

За­то по­том я уже вни­мательнее всмат­ри­валась в де­ревья, ко­торые рос­ли по обе­им сто­ронам до­роги, благодаря чему раз­гля­дела за вы­сокой Ака­ци­ей не­боль­шой Орех. Сол­нца ему поч­ти не дос­та­валось, по­этому он рас­ки­нул свои вет­ви с круп­ны­ми листь­ями как мож­но ши­ре. Наб­рав в рюк­зак ещё и оре­хов, с удовольствием ими же и пе­реку­сив, в хо­рошем рас­по­ложе­нии ду­ха я выш­ла к мес­ту сво­его наз­на­чения.

Вы­сокая на­сыпь вы­ныри­вала из-за де­ревь­ев и, при­жав­шись к до­роге, рас­по­лага­лась даль­ше па­рал­лель­но ей. Из неё тор­ча­ли ог­ромные стол­бы, дер­жавшие на се­бе вес мно­жес­тва про­водов. Как же силь­но я об­ра­дова­лась, ког­да выб­ра­лась на са­мый верх и об­на­ружи­ла блес­тя­щие чис­тые рель­сы. Имен­но звук про­ез­жа­юще­го по­ез­да я ус­лы­шала вче­ра, и ле­ле­яла на­деж­ду, что не ошиб­лась: «су­дя по все­му, по­ез­да здесь хо­дят ес­ли не час­то, то ре­гуляр­но».

Пришлось ещё немного пройти по шпалам, дабы остановиться посерединке пря­мого и длин­ного от­ре­зка пу­ти, где несложно было бы раз­гля­деть следующий в любом направлении сос­тав из­да­лека. Выб­рав мес­течко по­мяг­че, на од­ном из скло­нов, я раз­ва­лилась, вы­ковы­ривая из зу­бов ос­татки зас­тряв­шей ко­журы от яб­лок тра­вин­кой. «Как же не хва­та­ет зуб­ной щёт­ки и пас­ты! А ещё ван­ной, что­бы от­мокнуть, от­мыть въ­ев­шу­юся грязь… и шам­пунь, да! Это бы­ло бы бо­жес­твен­но...», я заж­му­рилась, пред­став­ляя как при­нимаю ван­ну. За­меч­тавшись, я и не за­мети­ла, как ме­ня смо­рил сон.

Про­буж­де­ние в этот раз выдалось неп­ри­ят­но шум­ным. Ми­мо нес­пешно проп­лы­вали гру­жёные ва­гоны, пок­ры­тые слоем грязи и пыли, го­лова по­ез­да благополучно скры­лась из ви­ду, так что дог­нать её не представлялось ни­какой воз­можнос­ти. «Ду­ра! Как вообще мож­но бы­ло прос­пать!? Ког­да те­перь сле­ду­юще­го ждать», ру­гала я се­бя, за­кусив до кро­ви гу­бу. Пос­ледний ва­гон, про­катил­ся ми­мо, рав­но­мер­но сту­ча ко­лёса­ми. «Ну уж нет, у ме­ня би­летик имен­но на этот по­езд».

Рва­нув за пос­ледним ва­гоном изо всех сил, я мед­ленно на­гоня­ла сос­тав. Раньше, с тя­желен­ными бо­тин­ками на но­гах и загруженным более чем наполовину рюк­заком за спи­ной, я бы, на­вер­ное, да­же хо­дить нор­маль­но не смог­ла. Од­на­ко это бы­ло в той, дру­гой жиз­ни, где моё тело выглядело и ощущалось иначе.

Сер­дце гул­ко колотилось в гру­ди, ды­хание с шу­мом вы­рыва­лось сквозь стис­ну­тые зу­бы, мыш­цы ра­бота­ли словно ка­кие-то ме­ханиз­мы, не зная ус­та­лос­ти. Я вош­ла в раж, и сде­лав ещё один ры­вок ока­залась на рас­сто­янии вы­тяну­той ру­ки от ме­тал­ли­чес­кой конс­трук­ции ва­гона.

Однако ух­ва­тить­ся за не­го не по­луча­лось – ско­рость, тряс­ка, к то­му же, я ещё не пол­ностью ос­во­илась с длин­ны­ми ру­чища­ми и широкими плечами. «Лад­но, ес­ли не по­луча­ет­ся так, сде­ла­ем по-дру­гому», мель­кну­ла мысль и соб­рав все си­лы я прыг­ну­ла впе­рёд схва­тив­шись обе­ими ру­ками за меж­ва­гон­ное со­еди­нение.

Рез­кая боль прон­зи­ла пра­вую но­гу – по­хоже, за что-то зацепившись во время прыжка, я её достаточно сильно повредила. Но на то, чтобы себя пожалеть время выдалось, мягко говоря, неподходящее, поэтому, стиснув зубы, не об­ра­щая вни­мания на боль, я взоб­ра­лась на бо­лее-ме­нее удоб­ную пло­щад­ку.

О том что­бы по­пытать­ся по ва­гонам доб­рать­ся до го­ловы по­ез­да те­перь не мог­ло быть и ре­чи. Но я всё рав­но оставалась до­воль­ной. «Луч­ше пло­хо ехать, чем хо­рошо ид­ти», вспом­ни­лась по­говор­ка.

Пос­ту­кивая ко­лёса­ми, по­езд тащился ча­са три-че­тыре к ряду без остановок, не набирая скорость, но и не сбавляя её. Боль в но­ге нем­но­го сти­хала, а вок­руг пос­те­пен­но на­чали ме­нять­ся пей­за­жи.

Радуя глаз попадались об­ра­ботан­ные, вспаханные людьми по­ля, од­нажды да­же трак­тор вдали мелькнул. Он та­щил за со­бой за­мыс­ло­ватый плуг, переворачивая пласты земли. «Ци­вили­зация, лю­ди, ура! Пер­вым де­лом поп­ро­шусь в душ. А по­том пусть объ­яс­ня­ют, ка­кого лешего здесь про­ис­хо­дит», размышляла я в предвкушении.

Ещё спустя час-пол­то­ра по­езд въ­ехал в боль­шой го­род. Спра­ва и сле­ва в небо взметнулись многоэтажные здания. Сол­нце, к это­му вре­мени уже успело скло­ниться к го­ризон­ту.

Стран­но, но лю­дей на ули­цах поч­ти не бы­ло. Прав­да и самих улиц я видела немного – боль­шую часть пу­ти по го­роду по­езд следовал вда­ли от ожив­лённых рай­онов. Час­тень­ко встре­чались про­межут­ки пу­ти, где с обе­их сто­рон го­род был скрыт от мо­его взо­ра трёх­метро­вым бе­тон­ным за­бором.

Но вот уже слы­шит­ся скрип тор­мо­зов, и ос­та­нав­ли­ва­ясь меж­ду дву­мя дру­гими сос­та­вами, мой тран­спорт в пос­ледний раз кач­нувшись, замирает. С тру­дом спрыг­нув на твёр­дую поверхность, слег­ка прих­ра­мывая, я поб­ре­ла прочь. Мыш­цы за­тек­ли, к тому же я окон­ча­тель­но про­мёр­зла, и мне не­об­хо­димо бы­ло дви­гать­ся, что­бы хоть как-то сог­реть­ся…

Глава 2

Уг­лу­бив­шись в го­род, про­бравшись по узким, грязным переулкам, меж низ­ких, по­косив­шихся домов и ока­зав­шись на ожив­лённой ули­це, мне всё время не да­вала по­коя ти­шина, не­обыч­ная для густонаселённого областного центра. Тус­кло го­рели ред­кие фо­нари, и не­кото­рые вы­вес­ки на вит­ри­нах ма­гази­нов. Правда их стало гораздо меньше, чем раньше. По крайней мере если сравнивать с тем городом, который я знала до рокового пробуждения в мужском теле.

Странно, но лю­ди гу­ляли пря­мо по про­ез­жей час­ти, ти­хонь­ко пе­рего­вари­ва­ясь, совершенно не опа­са­ясь транспорта, для ко­торого она, по идее, пред­назна­чалась.

«А ведь за всё вре­мя я не уви­дела ни од­ной ма­шины и не слы­шала зву­ков мо­тора. Воз­можно ли, что их нет вов­се? Мо­жет именно по этой причине в городе настолько ти­хо?»

По­нача­лу я со­бира­лась спро­сить пер­во­го встреч­но­го о том, что же слу­чилось с тем ми­ром, ко­торый я зна­ла. Но пред­ста­вив как это может выг­ля­деть со стороны, ре­шила немного повременить с расспросами – пер­спек­ти­ва от­пра­вить­ся в пси­хуш­ку ме­ня сов­сем не прель­ща­ла.

Я мед­ленно бро­дила по ули­цам, ста­ра­ясь впредь из­бе­гать тем­ных не­ос­ве­щён­ных пе­ре­ул­ков. Тех пять сотен метров, от железнодорожных путей до центральной улицы, показались мне адом на земле – там я постоянно спотыкалась о кучи мусора, и под ноги бросались облезлые крысы.

Бездомных псов или котов, кстати замечено не было – их скорее всего всех извели те самые здоровенные бестии, что копошились по углам. Ну и, конечно же, сводящий с ума смрад, бьющий по обонянию изо всех сил…

Всмат­ри­ва­ясь в ли­ца прохожих я обратила внимание на одну удивительную за­коно­мер­ность – все встре­чен­ные оказались жен­щи­нами. Не­кото­рые из них, правда, но­сили ко­рот­кие при­чёс­ки и оде­вались в муж­скую одеж­ду, но они однозначно являлись жен­щи­нами.

На их ли­цах час­то по­яв­ля­лось смущённо-недоумевающее вы­раже­ние, ког­да их взгляды устремлялись в мою сторону. Не­кото­рые да­же ос­та­нав­ли­вались и разглядывали ме­ня, не скры­вая лю­бопытс­тва. Так я блуж­да­ла при­мер­но час. За это вре­мя так ни с кем и не за­гово­рила.

Нес­коль­ко раз прогуливающиеся по дороге жен­щи­ны пы­тались по­дой­ти бли­же, ви­димо на­мере­ва­ясь о чём-то спро­сить. Но как толь­ко дамочки под­хо­дили дос­та­точ­но близ­ко, то тут же, скривившись, от­во­рачи­вались, а не­кото­рые да­же прик­ры­вали носы ру­ками или платочками. «А ведь я уже поч­ти при­вык­ла к это­му от­вра­титель­но­му за­паху…», по­дума­ла я, с от­вра­щени­ем ог­ля­дывая са­му се­бя и свою, с позволения сказать, одежду.

Обнаружив на ли­це од­ной из жен­щин ред­кую, ко­рот­енькую бо­род­ку, я слегка опешила, однако это точ­но бы­ла жен­щи­на – только слепой бы не заметил её выдающуюся грудь, при­мер­но чет­вёрто­го раз­ме­ра. И она но­сила свою бо­род­ку с гор­достью, вы­соко за­дирая под­бо­родок.

Оделась эта особа в муж­ской костюм, да и волосы на голове состригла достаточно ко­рот­ко. «Ка­жет­ся, подобная при­чёс­ка на­зыва­ет­ся по­лубокс», припомнила я. Дамочка важ­но про­шес­тво­вала ми­мо, хмык­ну­ла, и де­монс­тра­тив­но от ме­ня отвернулась, будто узрела во мне соперника. «Правда, в чём именно нам соперничать – непонятно», продолжала свой внутренний монолог я.

Поб­ро­див ещё не­кото­рое вре­мя, мо­ему взгля­ду вдруг пред­ста­ла оче­ред­ная престран­ная кар­ти­на – на трам­вай­ной ос­та­нов­ке сто­яла жен­щи­на, оде­тая в рос­кошное платье, крас­но­го цве­та. «Оде­ва­ясь подобным образом, лю­ди обычно не катаются на об­щес­твен­ном тран­спор­те. Хо­тя, ес­ли вспом­нить что ни одного захудалого автомобиля я так и не повстречала, мо­жет это те­перь обыч­ное де­ло», раз­мышля­ла я.

Ос­та­новив­шись в нескольких метрах от ос­та­нов­ки, и рас­смат­ри­вая над­менную даму, ко­торая, по­хоже во­об­ще ни­кого вок­руг се­бя не за­меча­ла, до мо­его слу­ха до­нёс­ся звук от стука ме­тал­ли­чес­кий ко­лёс трам­вая.

Же­лез­ная те­леж­ка мед­ленно пол­зла, слег­ка по­качи­ва­ясь из сто­роны в сто­рону – ре­монт пу­тей, ви­димо, не вы­пол­нялся уже очень дав­но. Я сно­ва вернула свой взгляд к жен­щи­не в крас­ном платье. Са­ма по се­бе она хоть и вы­деля­лась, но не нас­толь­ко, что­бы ра­ди это­го сто­ило прив­ле­кать к се­бе не­жела­тель­ное вни­мание, надолго остановившись на хо­рошо ос­ве­щён­ном фо­наря­ми учас­тке ули­цы. Од­на­ко в пра­вой ру­ке она сжи­мала ко­жаный ре­мешок, ко­торый ох­ва­тывал за­пястье сто­яще­го под­ле неё тщедушного паре­нька.

Ссу­тулив­шись и опус­тив го­лову, что ещё сильнее под­чёрки­вало его низ­кий рост и бо­лез­ненную худобу, парень почти не подавал признаков жизни. «Мо­жет это и не муж­чи­на вов­се», мель­кну­ла мысль. Пы­та­ясь рас­смот­реть пер­во­го встре­чен­но­го мной, за се­год­ня, представителя мужского пола, я по­дош­ла бли­же.

Вагон до­полз, на­конец, до ос­та­нов­ки и, неприятно заскрипев, ос­та­новил­ся. Это был один из тех са­мых железных трамвайчиков, на ко­торых я ка­талась с ро­дите­лями, ког­да приезжала в областной центр па­ру ме­сяцев на­зад. Только вот у этого проржавевшего корыта две­ри отсутствовали. Да и во­об­ще, соз­да­валось стойкое впе­чат­ле­ние, что данное транспортное средство уже дав­но от­слу­жило все воз­можные сро­ки экс­плу­ата­ции.

Жен­щи­на в платье под­ня­лась на пер­вую сту­пень­ку и настойчиво потянула за по­водок. Юно­ша удив­ленно пос­мотрел на свою ру­ку, ох­ва­чен­ную ремешком, ко­торый почему-то натянулся и начал увлекать его впе­рёд.

Не под­ни­мая го­ловы, он поплёлся сле­дом за сво­им по­воды­рём, с трудом поднявшись по ступеням трам­вая. Кро­ме этих дво­их на ос­та­нов­ке находилось не так уж мно­го на­роду. И пос­ле то­го как все под­ня­лись, в трам­вае ещё осталось дос­та­точ­но сво­бод­ных мест.

Лю­бопытс­тво взя­ло верх, и я тоже заскочила в салон че­рез зад­ний дверной проём. Учи­тывая от­сутс­твие две­рей, и ско­рость тран­спортно­го средс­тва, я ре­шила, что в лю­бой мо­мент смо­гу из не­го выс­ко­чить.

Опи­ра­ясь спи­ной о по­руч­ни, в свете двух работающих ламп, я при­нялась внимательно разглядывать стран­ную па­роч­ку. Де­вуш­ка в крас­ном уса­дила юно­шу на жёсткое сиденье, не вы­пус­кая из рук по­водок, а сама раз­мести­лась по­зади не­го. Получив опору под пятой точкой, чахлый мужчинка сно­ва ус­та­вил­ся не­видя­щим взгля­дом в пол.

В то же вре­мя я ста­ралась не упус­кать из ви­ду и дру­гих пас­са­жиров. Я проникла в вагончик последней, да ещё притаилась в задней его части, куда свет от ламп почти не доставал. Так что мне повезло – боль­шинс­тво присутствующих разглядывали па­роч­ку, не имея возможности присмотреться к притихшему «шпиону», коим я обозвалась про себя в шутку. Кстати, мне самой не составило особого труда разглядеть выражение зависти, застывшее на лицах местной публики.

Все­го три попутчицы не обратили на паренька и даму с поводком практически ни­како­го вни­мания. Го­ловы двух из них покрывала копна седых волос, по-ви­димо­му, им стукнуло уже не­мало лет. А третья, которая расположилась на сиденье все­го в мет­ре от ме­ня, взгля­нула на парочку только раз, и тя­жело вздох­нув, опус­ти­ла го­лову.

Её длин­ные, тём­но-ру­сые, во­лосы дотягивались до самого по­яса. На вид девушке исполнилось примерно лет двадцать – двадцать пять. «Такая красивая», почему-то мелькнула мысль.

Лишь тень лёгкой, грус­тной улыб­ки затронула губы красавицы, и тут же исчезла. Мне да­же по­каза­лось, что по её ще­ке ска­тилась ма­лень­кая сле­зин­ка. Стран­ные чувс­тва воз­никли у ме­ня, пока я наблюдала за длинноволосой незнакомкой.

Не­ожи­дан­но для се­бя, за­хоте­лось её уте­шить. Об­нять и пообещать что-нибудь наподобие: «не грус­ти, всё бу­дет хо­рошо». Пришлось даже закрыть гла­за и трях­ну­ть го­ловой, дабы отогнать наваждение. Рань­ше я ни­ког­да ничего подобного, не ощущала. Особенно в отношении такой же как я, представительницы слабого пола. «Ви­димо, пре­быва­ние в муж­ском те­ле да­ёт о се­бе знать», успокоила себя я.

Трам­вай за­мед­лил ход подъ­ез­жая к оче­ред­ной ос­та­нов­ке. Де­вуш­ка под­ня­лась и нап­ра­вилась в хвост вагона. До сего момента незнакомка не мог­ла ме­ня ви­деть, так как её си­денье располагалось ко мне спин­кой, однако те­перь эта переменная перестала существовать.

Красотка, направляясь к выходу, приблизилась почти вплотную и теперь даже слабое освещение не могло помешать ей ме­ня рас­смот­реть. Занявшись именно этим, де­вуш­ка да­же рот от­кры­ла от удив­ле­ния.

Трам­вайчик скрип­нул и ос­та­новил­ся. Её длин­ные, пря­мые, источающие приятный аромат во­лосы слег­ка кач­ну­лись, потревоженные по­рывом вет­ра с ули­цы. Не в си­лах по­шеве­лить­ся она так и сто­яла на верхней ступеньке.

— Т-ты…

Про­шеп­та­ла незнакомка, не­уве­рен­но про­тяги­вая ру­ку к мо­ему ли­цу. Я то­же за­мер­ла, не понимая, чего девушка хочет и как се­бя вес­ти в столь необычной си­ту­ации. Раньше никто ничего подобного сделать со мной не пытался, именно поэтому я ин­стинктив­но отс­тра­нилась.

Спустя секунду трам­вай дёр­нулся и на­чал на­бирать ход. Опом­нившись, красавица выс­ко­чила из уже на­чав­ше­го своё дви­жение потрёпанного вагона. Ока­зав­шись на ули­це, она какое-то время сто­яла и смот­ре­ла вслед уда­ля­ющей­ся ме­тал­ли­чес­кой ко­роб­ке. Да и я зачем-то приль­ну­ла к стек­лу, поддерживая зрительный контакт. Вскоре незнакомка скры­лась из ви­ду, но я так и сто­яла не обо­рачи­ва­ясь.

Не­ожи­дан­но за спи­ной раз­дался гру­бова­тый жен­ский го­лос:

— Оп­ла­тите про­езд!

«Прок­лятье! Как я мог­ла об этом за­быть, нуж­но бы­ло сле­дить за тем, что про­ис­хо­дит в трам­вае, а не пя­лить­ся в ок­но», отругала я себя мысленно. Пы­та­ясь со­об­ра­зить, что де­лать в сло­жив­шей­ся си­ту­ации я обер­ну­лась, и ткнув паль­цем в сто­рону са­лона вос­клик­ну­ла:

— Что это та­кое!?

Жен­щи­на до­воль­но плот­но­го те­лос­ло­жения как раз ры­лась в ко­шель­ке. Тот цеплялся за пояс, который из последних сил сдерживал напор её необъятного животика. Повезло – проводница да­же не взгля­нула на ме­ня. Прос­ле­див за воздетой над её плечом ру­кой, дама испуганно ойкнула, обер­ну­лась и спросила:

— Где?

Больше шарообразная тётенька ничего не ус­пе­ла сделать. Ибо я пулей бро­силась на ули­цу че­рез двер­ной про­ём. К сожалению, приземлилась я не­удач­но и сно­ва по­чувс­тво­вала рез­кую боль в ло­дыж­ке. За мо­ей спи­ной раз­дался гром­кий свист – это дула в свисток та са­мая тёт­ка, что тре­бова­ла оп­ла­тить про­езд. «У гадины ещё и свис­ток име­ет­ся», возмутилась я про себя.

Вдруг из трам­вая выс­ко­чила жен­щи­на, оде­тая в фор­му тем­но­го цве­та с ка­кими-то на­шив­ка­ми на пле­чах. «А эта там от­ку­да взя­лась? Не­уже­ли вош­ла на ос­та­нов­ке ког­да я от­влек­лась на длинноволосую» испугалась я, бросившись бе­жать по трам­вай­ным пу­тям в об­ратном нап­равле­нии.

Де­вуш­ка в фор­ме не от­ста­вала. Она то­же дос­та­ла не­боль­шой свис­ток, и заду­ла в не­го изо всех сил. Нес­мотря на боль в но­ге, рас­сто­яние меж­ду на­ми на­чало уве­личи­вать­ся, ус­та­лос­ти я со­вер­шенно не чувс­тво­вала, порадовавшись: «всё же есть и плю­сы мо­его пре­быва­ния в муж­ском те­ле, сей­час это как нель­зя кста­ти».

Про­бежав два квар­та­ла, из-за по­воро­та на ме­ня выс­ко­чила ещё од­на местная, в тем­ной фор­ме, так что те­перь ме­ня прес­ле­дова­ли уже две правоохранительницы. Рез­ко свер­нув с ос­вя­щен­ной ули­цы в тем­ный пе­ре­улок, я сде­лала крюк вок­руг од­ной из мно­го­эта­жек, и зас­ко­чила в пер­вый по­пав­ший­ся подъ­езд.

Коротенький лес­тнич­ный про­лёт из че­тырех сту­пенек упёрся в не­боль­шую пло­щад­ку, а после брала своё начало длинная лес­тни­ца на­верх. Од­на­ко взбираться на верхние этажи по ней не хотелось. Травмированная но­га до сих пор напоминала о себе болью при каждом шаге.

Ещё на площадке имелось ответвление ведущее в ко­ридор­чик с двумя лиф­тами. Две­ри од­но­го из них как раз на­чина­ли зак­ры­вать­ся. Не­имо­вер­ным уси­ли­ем, пре­одо­левая боль, я рва­нула ту­да, ус­пев зас­ко­чить как раз в пос­леднюю се­кун­ду. Дверь за мной зак­ры­лась и лифт на­чал под­ни­мать­ся.

Правда в ка­бин­ке находился кое-кто ещё, однако это даже к лучшему. В моей увеличившейся, после преображения в мужчину буйной головушке мгновенно нарисовалась мысль, и я сказала себе: «а не завалиться ли в гости к соседке по лифту, раз уж судьба свела нас в этом тесном пространстве».

Де­вуш­ка за­билась в угол от не­ожи­дан­ности и уже собиралась зак­ри­чать. Однако я быстро при­жала её к сте­нке и за­жала рот ру­кой.

— Бу­дешь вес­ти се­бя ти­хо, и ни­чего плохого не слу­чит­ся, по­няла?

Быс­тро за­шеп­та­ла я. Де­вуш­ка нес­коль­ко раз су­дорож­но кив­ну­ла. Её гла­за ши­роко распахнулись, в них чи­тал­ся не­под­дель­ный ужас. Приг­ля­дев­шись, я уз­на­ла в ней ту са­мую длин­но­воло­сую красавицу, из-за ко­торой мы и оказались в столь щекотливой си­ту­ации. «Что ж, видимо действительно судьба», согласилась сама с собой я.

Мед­ленно уб­рав ру­ку с её розовых, не испачканных помадой губ, я отош­ла на шаг, го­товая в лю­бой мо­мент пресечь даже малейшую попытку сопротивления. Лифт ос­та­новил­ся на чет­вёртом эта­же. Две­ри разъехались в стороны и мне приш­лось буквально вы­тал­ки­вать дро­жащую де­вуш­ку из не­го.

— Да не дрейфь ты так. Ка­кая из квар­тир твоя? От­кры­вай быс­тро!

Перепуганная до глубины души красотка по­дош­ла к од­ной из две­рей. Капаясь в су­моч­ке, разыскивая ключи, длинноволосая пос­то­ян­но обо­рачи­ва­лась, а когда нащупала то, что искала, тут же уро­нила связку на пол. В за­моч­ную сква­жину она по­пала не сра­зу – ру­ки хозяйки квартиры силь­но дро­жали.

— Мне всего лишь нужно место, где можно привести себя в порядок и переночевать. Никому вредить не собираюсь… если будешь слушаться, конечно. Так что хватит дрожать – просто впусти меня!

Попыталась успокоить её я, продолжая дер­жаться на не­боль­шом от­да­лении, что­бы иметь возможность сре­аги­ровать, ес­ли девушка выкинет ка­кую-ни­будь глу­пость. Длинноволосая по­вер­ну­ла ключ в зам­ке, и тот ти­хонь­ко щёл­кнул. Вни­зу, где-то на пер­вом эта­же пос­лы­шались го­лоса и зву­ки ша­гов.

Де­вуш­ка вопросительно взглянула на ме­ня, а я, при­ложив па­лец к гу­бам, од­ной ру­кой мед­ленно от­кры­ла дверь, и под­тол­кну­ла её вов­нутрь. Зак­рыв дверь и ти­хонь­ко по­вер­нув руч­ку зам­ка, я на­чала вслу­шивать­ся в зву­ки доносящиеся из подъезда, продолжая наблюдать за сво­ей за­лож­ни­цей. Так ни­чего и не ус­лы­шав, я по­тяну­ла де­вуш­ку за со­бой, схватив её за ру­ку.

Принадлежащая пленнице квар­тирка оказалась ма­лень­ким, скромным, но у­ют­ным од­но­ком­натным гнёздышком. Ко­ридор­чик с вешалкой для одежды и полочкой для обуви плавно переходил в опрятную ком­на­туш­ку. Зна­читель­ную часть этого помещения за­нима­ли кро­вать и шкаф. Так же имел­ся пись­мен­ный стол.

Я уса­дила де­вуш­ку на кро­вать. Быс­тро ос­мотрев­шись, и заг­ля­нув в шкаф­чик с одеж­дой, удалось отыскать длин­ный ре­мень. Со сло­вами:

— Из­ви­ни, но я хо­чу умыть­ся. Как за­кон­чу, сра­зу те­бя раз­вя­жу.

Пришлось действительно привязать длинноволосую к спинке кро­вати. Стран­но, но она и не поду­мала соп­ро­тив­лять­ся, мол­ча вы­пол­няя всё, что я ей ве­лела. «Ищь, какая покорная, однако почему мне это так нравится», спрашивала я себя и не находила ответа.

Стоя под тёп­лы­ми, тугими стру­ями во­ды, основательно на­мылив го­лову, я ощутила настоящий приступ бла­женс­тва. «Ни­ког­да рань­ше не осоз­на­вала нас­коль­ко при­ят­но быть просто чис­той», поражалась я. Сей­час ме­ня да­же не вол­но­вало то, что я намываю не своё те­ло. Тем бо­лее я к не­му уже нем­но­го при­вык­ла, «по край­ней ме­ре те­перь я могу при­касать­ся к этой шту­ковине, чуть ни­же жи­вота, и при этом не ис­пы­тывать не­мед­ленную эрек­цию».

Од­на­ко сто­ило только над этим за­думать­ся, и вот опять! Я пос­пешно покончила с водными процедурами, и при­нялась вы­тирать­ся мяг­ким по­лотен­цем.

С от­вра­щени­ем поглядев на свою одеж­ду, я за­мети­ла под умы­валь­ни­ком плас­ти­ковый таз. В не­го я поб­ро­сала эти лох­мотья, за­лила тёп­лой во­дой и за­сыпала вовнутрь сти­раль­ного по­рош­ка.

Взгля­нув на се­бя в зер­ка­ло, и нем­но­го пе­ред ним пок­ру­тившись, я под­мигну­ла отражению, прошептав:

— А ведь ты кра­сав­чик, все­го-то и на­до бы­ло те­бя в по­рядок при­вес­ти! Шрамов, правда, многовато…

И не­ук­лю­же об­мо­тав по­лотен­це вок­руг та­лии, так же шёпотом добавила:

— Вро­де так де­ла­ют муж­чи­ны?

Пос­ле это­го я выш­ла из ван­ной проверить – как там плен­ни­ца. Я отсутствовала около двадцати минут, поэтому начала волноваться. Однако девушка преспо­кой­но ле­жала на кро­вати. Видимо она приняла судьбу и смирилась со своей участью. Её длин­ные во­лосы рас­плес­ка­лись по по­душ­ке, мне да­же ста­ло стыд­но за то, как я с ней пос­ту­паю.

По­ка я раз­мышля­ла, почёсывая затылок, де­вуш­ка раз­гля­дыва­ла ме­ня с не­под­дель­ным изум­ле­ни­ем и ни­чуть это­го не скры­вала. Мне ста­ло не­уют­но от столь прис­таль­но­го вни­мания.

— Ты, на­вер­ное, то­же хо­чешь схо­дить в убор­ную…

Вы­дави­ла я из се­бя, что­бы хоть как-то раз­ря­дить об­ста­нов­ку и при­нялась раз­вя­зывать уз­лы на её за­пясть­ях. Ос­во­бодив­шись, длинноволосая красотка се­ла на край кро­вати и по­тёр­ла затёкшие ру­ки. Я сто­яла чуть по­зади в не­реши­тель­нос­ти. Де­вуш­ка под­ня­лась и, так же мол­ча, нап­ра­вилась в ван­ную. По­кор­ность хозяйки квартиры сби­вала с тол­ку и обезоруживала, «да на её мес­те, я бы уже давно сбе­жала или хоть по­пыта­лась это сде­лать».

Заново ос­матри­вая ком­на­тушку, я пришла к выводу, что за­лож­ни­ца действительно ведёт достаточно скром­ный, но опрятный об­раз жиз­ни. Ещё ког­да я рылась в шка­фу, выискивая – чем бы таким привязать пленницу к кровати, то об­ра­тила вни­мание на иде­аль­ный по­рядок. Ве­щи бы­ли сло­жены как буд­то под ли­не­еч­ку. Те­леви­зора или компь­юте­ра в ком­на­те не наблюдалось, зато на не­боль­шой пись­мен­ном столе одиноко ле­жала кни­га.

При бли­жай­шем рас­смот­ре­нии ста­ло яс­но, что кни­га про­жила дол­гую жизнь, од­на­ко бе­реж­ное об­ра­щение сох­ра­нило её в хо­рошем сос­то­янии. На об­ложке художник-иллюстратор изоб­разил ка­кого-то ста­рика, и тот в од­ной ру­ке он сжи­мал длин­ный по­сох, а вто­рой тя­нул­ся к све­тящей­ся крас­ным кру­пин­ке, сок­ры­той в хрус­таль­ной сфе­ре.

«Ник Пе­румов - Ги­бель Бо­гов» проч­ла я над­пись на об­ложке. Над сто­лом зависла уз­кая пол­ка, в ко­торой хозяйка в ряд составила дру­гие кни­ги.

Так же на сто­ле обнаружились две фо­тог­ра­фии в де­ревян­ных рам­ках. С од­ной из них на ме­ня смот­ре­ла мо­лодая жен­щи­на, бережно прижимая к себе мла­ден­ца.

Од­на­ко моим вниманием целиком и полностью завладела не эта, а другая фотография. На ней фотограф за­печат­лел мою прекрасную пленницу, в воз­расте при­мер­но пят­надца­ти лет.

Девушка роб­ко улы­балась, скромно гля­дя из-под длин­ных рес­ни­чек. Са­ма фо­тог­ра­фия бы­ла не так уж ин­те­рес­на, та­ких у каж­дой мо­лодой де­воч­ки мно­жес­тво.

Но в моём моз­гу яр­ким, обжигающим ог­нём пылали циф­ры, выбитые у вер­хне­го края рам­ки, обозначая дату, когда была сделана фотография.

«11. 11. 2504г.»

Глава 3

Схватив фотографию со стола, я пригляделась и потёрла глаза. «Нет, я не ошиблась, указана именно эта дата… Но может здесь просто ошибка? Какой-нибудь сбой в настройках фотоаппарата?»

— Плохо получилось, сама знаю, но она дорога мне как память…

Послышался тихий и приятный голос за спиной. Руки сжимались рефлекторно, под воздействием нахлынувших эмоций. Ещё немного – и стекло, скрывающее за собой фотобумагу, не выдержало бы. Сделав над собой усилие, я положила дорогую хозяйке вещь на стол и с шумом выдохнула.

Не оборачиваясь, я хрипло произнесла:

— Здесь указана дата…

— Мне и самой не верится, что уже столько времени прошло

Девушка подошла ближе, пока говорила. Резко развернувшись, я схватила её за плечи и встряхнула.

— Сколько! Сколько времени прошло!? Какой сейчас год?

Кричала я. Девушка ахнула. Видимо я не рассчитала свои силы, а когда взглянула вниз, даже сама испугалась – я держала её над половицами, сантиметрах в пяти. Опустив перепуганную хозяйку квартиры, я сделала шаг назад.

— Прости. Я не нарочно… случайно… извини…

Шептала я, опустив глаза.

— Семь. Прошло уже семь лет, сейчас две тысячи пятьсот одиннадцатый год.

Когда я держала длинноволосую в руках, подняв в воздух, мне казалось, что она вот-вот заплачет, однако этого не случилось. Моя заложница оказалась настолько сбита с толку как моими вопросами, так и странным поведением что, видимо, даже забыла о собственной боли и обиде.

Медленно опустившись на стул, я закрыла лицо руками. Этими чужими, огромными, мозолистыми руками. Не моими руками! Захотелось со всего размаху ударить кулаком по столу, хотелось заплакать, но даже этого я теперь сделать не могла.

— Пятьсот одиннадцатый…

Тихо повторила я слова покорившейся заложницы. Она зачем-то подошла, и положила руку мне на плечо.

«Почему эта девушка настолько добра? Зачем утешать того, кто только что причинил тебе боль? Дебошира, который вломился в чужую квартиру и взял в заложники её хозяйку», мысли обжигали сознание, отрезвляли.

«Хватит себя жалеть, это ничем не поможет в сложившейся ситуации! Даже эта хрупкая девушка держится достойно, а ты совсем расклеилась. Соберись», поднявшись, я принялась ходить по комнате, отмеряя по четыре шага в одну и в другую сторону.

Длинноволосая тихонько присела на край кровати и наблюдала за мной, пока я продолжала мысленный разговор сама с собой: «Ха, сама-то давно была хрупкой девочкой, а уже рассуждаешь как заправский мужик. Быстро в роль вжилась, хотя в данной ситуации это хорошо. Итак, что мы имеем: когда я засыпала в своей уютной комнатушке, был две тысячи одиннадцатый… получается, с тех пор прошло целых пятьсот лет? К тому же теперь я в чужом теле. Почему так произошло, как всё вернуть на свои места – неизвестно. Но, по крайней мере, я должна выяснить, что же случилось с окружающим миром, раз уж мне теперь здесь жить. Это совсем не похоже на тот научно-технический прогресс, который нам пророчили учёные двадцатого и двадцать первого веков».

Резко остановившись, я взглянула на заложницу. Девушка смиренно ожидала дальнейших распоряжений. Сидя на кровати и слегка наклонив голову, её реснички невинно хлопали, обезоруживая и заставляя умиляться. Большие зелёные глаза красавицы неотрывно следили за каждым моим движением, при этом отражая тусклый свет луны, проникающий сквозь окно. «Интересно, если я выложу всё как есть, на чистоту, она примет меня за сумасшедшую, или чего-нибудь ещё похуже» спросила я саму себя. «Скорее уж за сумасшедшего», последовал насмешливый ответ.

— Что если я скажу тебе, что в две тысячи одиннадцатом году, я лёг спать в своей комнате, а проснулся два дня назад в вашем, две тысячи пятьсот одиннадцатом?

Внимательно отслеживая её реакцию, я взяла стул и расположилась напротив. Во все подробности я решила не вдаваться. Для получения нужной мне информации, этого было достаточно. Девушка ещё некоторое время молча обдумывала мои слова, после чего спокойно произнесла:

— Это могло бы многое объяснить, непонятно только, как ты это сделал?

Было непривычно говорить о себе в мужском роде, и слышать обращение к себе как к мужчине. Однако за сумасшедшего меня не приняли, более того, девушка допускала возможность того, что мои слова – правда. А может просто притворилась что поверила, но это, по сути, не так важно.

— Я ничего не делал! Самому интересно как это могло произойти. Но сейчас это не самое важное. Сейчас я хочу, чтобы ты мне рассказала, что тут происходит. Могу сказать, что не так мы себе представляем наше будущее в две тысячи одиннадцатом.

Длинноволосая тяжело вздохнула, прикрыв глаза на несколько секунд.

— Одиннадцатого марта, вашего, две тысячи одиннадцатого, произошло землетрясение в Японии. Ещё тогда учёные отметили снижение рождаемости мальчиков. А ещё через одиннадцать лет, во всём мире рождаемость мальчиков значительно упала. Это случилось внезапно, в течении всего одного года, и по всему земному шару. Сейчас мы называем это «первой волной».

После второй такой волны, официально, мужчины больше не рождались. Последний мальчик, официально, появился на свет в две тысячи пятьдесят пятом году в Китае. Точного ответа на вопрос, почему так случилось, у нас до сих пор нет. Но есть теория, которой придерживается большинство.

Как тебе, наверное, известно, пол человека определяют хромосомы. У женщины две “X” а у мужчин “XY”. По теории Чарльза Дарвина, всё живое ведёт постоянную борьбу за выживание. И выживает сильнейший. Так же и на уровне хромосом идёт постоянная борьба. Мы считаем, что единственная мужская Y-хромосома проиграла борьбу за выживание. По ещё одной теории, раньше у мужчин было две Y-хромосомы.

Сейчас считают, что древние цивилизации, построившие Великие Пирамиды, цивилизация Майя, и даже Атлантида, могли действительно существовать, населённые обществом, в котором жили мужчины с двумя Y-хромосомами, и женщины с XХ-хромосомами. Считается, что это давало им невероятные способности, но достоверных подтверждений этому нет.

Девушка тяжело вздохнула, и продолжила

— Уже давно никаких исследований в этой области не ведётся, а то, что я тебе рассказала – информация давно минувших дней. Когда люди поняли к чему всё идет, правительства и частные корпорации начали создавать комиссии, для проведения исследований причин и возможных последствий.

Потом, когда стало ясно насколько всеобъемлющи масштабы катастрофы, учёные всех стран объединились, дабы предотвратить полное вымирание человечества. Это объединение назвали «Последней Надеждой».

Мужчины и женщины разных национальностей, трудились вместе, но предотвратить катастрофу им так и не удалось. Информация, которую я тебе поведала, есть плод их исследований.

И всё же, кое-чего они смогли достичь. Учёными «Последней Надежды» была разработана технология хранения мужского семени. Никто пока не знает, насколько долго его теперь можно хранить без пагубных последствий, но по заверениям тех учёных – десятки тысяч лет.

Переведя дух, длинноволосая ещё сильнее погрустнела и перешла к следующей теме.

— Когда оставшиеся мужчины состарились или умерли, почти все слабо развитые страны просто прекратили существовать. В развитых же странах началось деление сфер влияния. Зачастую насильственное.

В те сферы человеческой деятельности, где прежде большинство должностей занимали мужчины, назначались женщины, чаще всего сами не желавшие там работать. А иногда мужчины до последнего держались за свои места, не желая уходить с производства или передавать власть женщине.

В общем экономика рухнула. Людей катастрофически не хватало. Сёла и маленькие города, в большинстве своём, пришлось оставить. Появилось множество банд мародёров. Этим было неважно что случится завтра, лишь бы сегодняшний день прожить.

Те государства, которые смогли измениться, в которых новые правительства сумели справиться с кризисом и кое-как стабилизировать обстановку, стали супердержавами. Они начали захватывать ресурсы и территории, стран-призраков, где людей не осталось.

Однако и тут всё пошло не так гладко, как хотелось. Часто столкновение интересов приводило к вооруженным конфликтам между этими супердержавами, в результате вспыхивали опустошающие войны. Последняя такая война закончилась всего семьдесят лет назад.

То, чем мы сейчас живем, в большинстве своём – остатки былого величия человечества. Будущее туманно и пугающе, но мы стараемся об этом не думать…

Ах да, я тебе ещё кое-чего не рассказала. Те ученые из «Последней Надежды», их исследования оказались не такими уж и бесплодными. Они создали некую вакцину или препарат, который способен изменить пол ребенка, на первой стадии беременности.

Однако работу в этом направлении они не сумели закончить как следует. Появляющиеся после введения препарата мальчики с самого рождения имеют слабый иммунитет и плохо растущие тела. Большинство умирает детьми.

Так же их умственные способности не развиваются с возрастом. Да и мужского семени они могут производить крайне маленькое количество. Зато они послушны и покорны.

Это из-за того, что на завершающей стадии, вакцину дорабатывали одни женщины. И они решили сделать новых мужчин более послушными и лояльными воцарившемуся матриархату.

Они добились поставленной цели, пожертвовав физическим здоровьем и умственными способностями. «Не разбив яйца, яичницу не пожаришь», примерно так оправдывалась их глава перед недовольным обществом и правительствами. Но исправить никто ничего уже не смог, хоть многие и пытались…

На лице заложницы снова отразилась усталость и грусть. Как тогда в трамвае, когда она смотрела на женщину в красном платье, и её «питомца». В комнате вдруг стало так тихо. За окном завёл заунывную песенку ветер. Как-то неуютно мне стало.

Ощущение опустошенности после её истории поглощало целиком и полностью. Но длинноволосой рассказчице, похоже, приходилось даже похуже, чем мне. Она натянула кривую улыбку на каменное лицо, устремив взгляд в пустоту. Да, несомненно, это то самое выражение отчаяния и беспомощности что я заметила ранее. «Если ничего не сделать, она, наверное, заплачет…»

— Кажется я видел одного такого в том трамвае. Но почему ты плакала, когда смотрела на него и женщину в платье?

Тихо кашлянув, спросила я. Девушка, быстро заморгала, возвращаясь к реальности и удивлённо произнесла:

— Я? Плакала? Ну да, может быть. Дело в том, что я как раз возвращалась из Центра Надежды. Это такие учреждения, где хранится мужское семя. Я проходила обследование на возможность завести ребенка. К сожалению, мои тесты показали отрицательный результат. Сейчас очень немногим позволено выносить ребенка. Женщина должна быть молода и здорова, чтобы иметь такое же потомство. Правительство обещает равные условия для всех. Но на деле, положительный ответ получают в основном те, у кого есть связи, власть или деньги.

Она снова глубоко вздохнула.

— Не обращай внимания, это только мои проблемы. Всё нормально, ведь со мной ничего страшного не случилось…

Потом она направила взгляд вверх, на моё лицо. Мне показалось что в её глазах вдруг вспыхнул огонёк надежды. Она улыбнулась настоящей, искренней, слегка заискивающей улыбкой, так что я даже слегка смутилась. Девушка поднялась и спросила:

— Тебя ведь преследовали, не так ли? Вымотался наверное? Можешь оставаться здесь сколько пожелаешь. Я никому о тебе не расскажу. Ты кушать хочешь?

Она произнесла это слишком быстро – трудно было выбрать на какой вопрос отвечать.

— Д-да…

Протянула я, а она уже направилась на кухню. Я ещё немного подождала в комнате, пролистала несколько книг, пока хозяйка звенела посудой на кухне. Когда до моего обоняния донеслись приятные ароматы пищи, рефлекс собаки Павлова сработал как положено. А точнее сверх положенного.

Может бывший хозяин этого тела и привык жить впроголодь, но для меня эти два дня без нормальной пищи обернулись настоящим испытанием. Когда я вошла, стол уже был заставлен разными яствами.

— Я не знала, какую еду ты привык кушать, поэтому приготовила всего понемногу. Живу я скромно, так что извини, здесь не такой уж большой выбор.

— Я такой голодный, что готов слона съесть!

Воскликнула я, усаживаясь за стол.

— Кстати, ты так подробно рассказала о событиях пятисотлетней давности… откуда столь глубокие познания?

Как бы невзначай поинтересовалась я – слишком уж быстро и легко удалось получить ответы почти на все вопросы. Тем не менее ни на секунду не задумавшись, пленница пояснила, развеяв подозрения:

— Да об этом знают буквально все. Не так-то много знаний передают детям в нынешнее время, но вот информацию о том, как человечество стало таким как оно есть, вбивают в головы основательно. Уж не знаю, надеется ли правительство таким образом избежать ошибок в будущем, или пытается вдохновить талантливых девушек на научные свершения в этой области…

Пока я ела, моя пленница смотрела на меня, сидя напротив. От этого стало как-то неуютно. Мне даже пришлось пригрозить что, если она ко мне не присоединится и не начнёт кушать, заставлю силой.

Наевшись, я вдруг вспомнила одну фразу из мультфильма моего детства – «ну вот поели, теперь можно и поспать». Однако хозяйка квартиры оказалась не только красивой, умеющей готовить, но ещё и сообразительной девушкой.

Она расстелила свою мягкую кровать, предложив отдых в комфорте. Насколько благородно с моей стороны это будет выглядеть, я задумываться не стала, и тут же забралась под одеяло. Девушка погасила свет, и в комнате стало совсем темно. Лишь отблеск луны дарил предметам слабые бледные очертания.

Через несколько секунд зрение приспособилось к тусклому, серебристому свету. Длинноволосая, приоткрыв дверку шкафа, сняла одежду и накинула на себя лёгкий халатик.

Странные чувства владели мной, пока я наблюдала за её переодеванием. Мягкие изгибы, идеально гладкая кожа, струящиеся водопадами волосы… Раньше я никогда не испытывала ничего подобного, глядя на подруг. Хозяйка квартиры, сложив вещи в шкаф, скрылась за дверью в ванной. Там загорелся свет и зажурчала вода. Больше смотреть было не на что, поэтому, повернувшись на бок, я почти сразу заснула.

Что-то тёплое, почти горячее коснулась моих рук, сложенных перед собой. От неожиданности я подалась назад, но потом поняла, что это моя пленница, вернувшаяся из ванной.

Девушка придвинулась ещё ближе. Я легла на спину, а она положила голову мне на плечо. Это было приятно. Даже слишком. Чувствовать её тепло, её мягкость, вдыхать её аромат. Она обняла меня и прижалась ещё плотнее.

Сама не знаю, как всё случилось. Никогда бы не подумала, что мой первый раз окажется таким. Видимо природа наделила человеческие тела всеми необходимыми знаниями. И неважно даже что девушка ничего не знала о занятии любовью, а я вообще в чужом, мужском теле. Случившееся было прекрасно. Всё остальное неважно!

***

Тёплое солнышко приветливо заглядывало в окошко. Но не оно стало причиной моего пробуждения. Я проснулась от громкого, настойчивого стука в дверь.

Вскочив, стараясь не шуметь, я подкралась к двери и взглянула в дверной глазок. Моему взору предстали несколько представительниц местных правоохранительных органов в темной форме с какими-то нашивками на плечах.

Отпрянув, я тут же бросилась на кухню, окна которой выходили во двор. В коридорчике столкнулась с хозяйкой квартиры. Она вопросительно глянула на меня, а я шикнула, приставив палец к губам. Выглянув из окна на улицу, я поняла, что дела совсем плохи. Во дворе, около каждого подъезда рассредоточились женщины в тёмной форме. И их там, казалось, было не меньше сотни.

— Немедленно откройте, или мы вскроем дверь!

Послышался громкий голос. Я тут же бросилась в ванную. Хозяйка квартиры не поленилась постирать вчера мои вещи, так что штаны к этому времени почти полностью высохли.

Быстро натянув их на себя, я подошла к окну в спальне. Оно выходило на внешнюю сторону дома, и здесь поблизости женщин в форме не наблюдалось. Снаружи дома имелся небольшой карниз, и я решила, что по нему смогу добраться до ближайших балконов, а уже по ним как-нибудь спущусь вниз.

Стараясь не шуметь, я открыла окно и забралась на подоконник. Моя бывшая пленница замерла посреди комнаты. По её щекам ручьями текли слезы.

— Скажи им, что я тебя заставил, скажи, что была заложницей! Удачи!

Я сделала несколько шагов по карнизу и оттолкнувшись изо всех сил схватилась за металлические решётки ближайшего балкона. Удача сопутствовала мне, так что я смогла спуститься, не сорвавшись и не привлекая лишнего внимания.

Но как только ощутила под босыми ногами холодный асфальт, тут же послышался теперь уже знакомый, неприятный звук.

Как оказалось, бегать без обуви по улицам – занятие не из приятных. К тому же, травмированная нога снова дала о себе знать. Со всех сторон слышался отвратительный свист. Куда податься я не знала, и вот, несколько раз свернув, выскочила на улицу, в конце которой виднелась гавань.

Понадеявшись на удачу, я рванула к воде. Там-то меня и зажали, так сказать, в угол. Попятившись спиной вперёд, ноги упёрлись в небольшой бортик, за которым простиралась водная гладь.

Меня окружили четыре женщины в форме. Наставив оружие похожее на пистолеты, но с большими квадратными стволами, они медленно приближались. «Зачем я бегу? Я же ничего такого серьёзного не сделала! Может просто сдаться». Думала я, но, видимо, недавно обретённое мужское эго влияло на меня сильнее чем я бы могла подумать – сдаваться я совершенно не желала!

Наоборот – в моей груди горел огонь! Адреналин разливался по венам прогоняя рациональные, адекватные мысли. Выжидая момент, я собиралась броситься на одну из дамочек, чтобы прикрыться ею от остальных и попытаться сбежать.

К сожалению, провернуть задуманное не удалось – послышался тихий щелчок и в кожу впились два проводка, а пистолет в руке стрелявшей женщины начал издавать резкие короткие щелчки. Я дёрнулась, сорвав с себя жалящие током проводки, и отступила назад. Электрический разряд не смог меня остановить, но мышцы слушались, теперь, плохо. Я зацепилась за бортик и свалилась в воду.

Совладать с собой в воде не получалось от слова совсем. Руки и ноги двигались медленно, неуклюже. Из-за шока и холода я не могла всплыть, да и ориентацию в пространстве утратила буквально через секунду. В груди жгло огнём. В глазах потемнело, а потом холодная вода хлынула в лёгкие.

В следующее мгновенье мне показалось что я устремилась куда-то вверх, навстречу тусклому свету. Руки и ноги заработали, будто повинуясь чужой воле. В то же время сознание неумолимо отключалось. Ни страха, ни холода я более не испытывала. Никакого присутствия воды вокруг. Ни тестостерона, ни адреналина, лишь темнота и умиротворённость...

Глава 4

Первое что я почувствовал – это вкус холодной солёной воды. Странно, но жидкость попадала не только в рот, она проникала дальше. И не в желудок, что вполне естественно, а в лёгкие, заполняя их полностью. Я вдыхал, а затем выдыхал эту субстанцию, словно рыба.

«Интересный такой сон», размышлял я спокойно и отстранённо. Мышцы выполняли свою работу циклично и размеренно. Мне не приходилось их как-либо понукать или направлять. Будто чужое тело развивало довольно приличную скорость, скользя под поверхностью воды.

Нет, я не обернулся рыбой, но и самим собой абсолютно точно не являлся. Тело, в котором в полудрёме пребывало моё сознание, принадлежало, похоже, более взрослой и сильной человекоподобной особи. Намного сильнее и выносливее не только меня, но и вообще любого человека, судя по мощным гребкам и скорости подводного перемещения.

Я любил плавать, но занимался этим делом не слишком часто. Мне исполнилось семнадцать, и каждый раз, когда я с семьёй приезжал к морю, обязательно по нескольку раз проплывал до волнореза и обратно. Потому-то и был в состоянии понять разницу.

Всё больше осознавая себя, постепенно получая контроль над новообретённым вместилищем, движение рук и ног замедлилось. Теперь я уже сомневался – является ли всё происходящее причудливым сном или же пугающей реальностью. Запредельным усилием направив себя вверх, поднимая голову над водой, я заметил в нескольких метрах полосу камней и песка.

И совершив неуклюжий рывок я наконец выбрался на берег. В этот момент вода вырвалась изо рта и носа, освобождая лёгкие. «Мне не показалось? Всё это время я плыл и дышал не воздухом, а морской водой?» ужаснулся я.

Теперь, вспоминая предыдущие несколько минут бытия, я более не сомневался в том, что вдыхаемая жидкость словно стала просто густым, холодным, но всё же воздухом. Из последних сил я отполз подальше от пенящихся волн и отключился.

***

— Проклятье! Какой тяжелый! Я не смогу тащить его одна! Клара, помогай давай!

— Знаешь, Софи, ты просто бесполезная! Не можешь мужчинку поднять?

— Дура, ты же видишь, что это не обычный мужик! Он весит, наверное, даже больше, чем твоя мамаша!

— Моя мамаша – жирный кусок дерьма, так же, как и твоя! Или ты забыла, что мы сёстры? Как он может весить так много? Видно же, что на нём ни грамма жира?

Два женских голоса, почти не отличимых друг от друга, спорили над ухом. «Начинаю привыкать к подобного рода, неприятным пробуждениям», усмехнулся я про себя.

Лёгкие горели огнём, вызывая ужасные, болезненные ощущения при каждом вдохе. В то же время «снаружи» я очень сильно замёрз. Ничего удивительного, ведь после длительного заплыва в холодной воде, пролежал неизвестно сколько времени на берегу, обдуваемый осенним ветерком. Всё что имелось на мне из одежды – штаны. Вот только они до сих пор так и не просохли, что лишь усугубляло ситуацию.

— Закройте свои рты и берите с двух сторон! И не поцарапайте, а то мамуля поотрубает вам руки!

Раздался чуть позади меня ещё один голос, срывающийся и писклявый.

— Да, госпожа Маргарита Ольгиевна!

— Конечно, госпожа Маргарита Ольгиевна!

Почти синхронно ответили сёстры. Через секунду меня с двух сторон подхватили под руки и начали поднимать. Положение тела изменилось, и резкая боль пронзила грудь. Я несколько раз кашлянул, дабы избавиться от остатков воды в дыхательных путях.

Видимо испугавшись, женщины тут же бросили свою ношу, и я повалился на песок, ударившись головой. Со стоном открыв глаза я заметил рядом с собой камень, всего в сантиметре от глаз.

«Повезло, что приземлился на песок, было бы очень неприятно, окажись он на три-четыре сантиметра ближе. Как раз там, где сейчас мой висок», возмутился я про себя.

В метре застыли две дамы, внешне почти не отличимые друг от друга. Даже одежду носили одинаковую – брючный костюм тёмно-синего цвета. Обе девушки держали руки под свободными пиджаками, явно нервничали и со страхом глядели в мою сторону.

В любую секунду дамочки были готовы выхватить пистолеты из кобуры. Откуда я знал, что у них там пистолеты, без понятия. Однако их неестественные позы казались мне знакомыми. Отличить сестёр можно было только по зачёсанным в разные стороны челкам.

— Я…

Мой хриплый голос сорвался, и я снова закашлял.

— …не собираюсь на вас нападать. Не в состоянии, даже если бы захотел. Не нужно оружия.

Простонал я, указывая на их спрятанные под пиджаками руки. Чтобы осмотреться я поднял свой корпус. Даже просто сидеть было тяжело. Чуть дальше заметил ещё одну девушку.

Она оказалась подростком, лет шестнадцати на вид. Встретившись со мной взглядом, девочка тихонько пискнула, прикрывая рукой ротик. В её глазах читался самый настоящий ужас. Я снова опустился на песок и тяжело вздохнул, закрывая глаза.

— Сейчас я даже подняться самостоятельно не могу!

Тишина, нарушаемая только звуком волн и криком чаек затянулась почти на целую минуту. Не выдержав, я снова открыл глаза и посмотрел на сестёр, которые не сдвинулись со своих мест. Они даже дышать, похоже, перестали.

— Девочки, вы же хотели меня куда-то тащить? Сейчас я не против. Я даже постараюсь вам помочь, особенно если там найдётся сухая одежда и пара чашек чего-нибудь горячего!

Часто заморгав, сёстры выпрямились и неуверенно направились ко мне. Руки из-под пиджаков они вытащили и теперь тёрли их о штаны. «Ладони видимо вспотели от волнения», решил я, глядя на их неуверенные движения.

— Вы, э-э-э… мистер… мужчина…

Запинаясь, пыталась что-то сказать одна из сестёр.

— Тим! Меня зовут Тим! Я не против с вами поболтать, но, если возможно, в более приятной, а главное тёплой обстановке – я конкретно замерз, возможно даже заболел. Помогите подняться, что ли?

Наблюдая моё плачевное состояние, внимательно слушая мой спокойный, уставший голос, сёстры переглянулись. «Он разговаривает!!!» прошептала одна. «Я слышу, дура!», достаточно громко ответила другая и они начали меня поднимать.

— Только больше не роняйте, а то это неприятно. У меня всего два глаза, не хотелось бы один из них оставить на здешних камнях.

Попытался я пошутить. Никто не смеялся. Наконец поднялся в вертикальное положение.

Девушки поддерживали меня с двух сторон, положив мои руки плечи и приобняв. Ощущение близости вызывало множество противоречивых чувств и желаний. «Пусть сейчас мой разум и находился в этом, более взрослом теле, разуму всё ещё семнадцать», напомнил я сам себе.

За столь недолгую жизнь никакого опыта отношений или тесного контакта с противоположным полом я не имел. «Даже не обнимался никогда, а тут целых две». Близняшки оказались рослыми – всего на пару сантиметров ниже меня, нынешнего. И, наверное, сантиметров на пять выше меня настоящего.

Почувствовав под руками устойчивую опору и крепкие объятья вокруг торса, стало понятно, что девушки серьёзно занимаются спортом. Я сделал шаг и осознал, что их поддержка гораздо больше, чем казалось на первый взгляд. Без них я точно рухнул бы обратно на песок. Стыдно.

Я никогда не был слабаком, в своей прошлой жизни, ходил сразу не две секции – тайский бокс, и акробатику, даже получил пару юношеских разрядов на соревнованиях. Это тело тоже было в отличной форме, судя по мышечной массе и рельефу.

Вот только это всё никак не спасало сейчас – я стал слабее пятилетнего ребёнка. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку и отвлечься от своих мыслей я спросил:

— Как вас зовут хоть?

Девушки нервно заулыбались. Видимо этот вопрос им понравился. Та что справа, немного запыхавшись, ответила:

— Клара или София! Можешь звать как больше нравится, нас всё равно никто не различает.

Вторая сестра утвердительно хмыкнула, улыбнувшись ещё шире. А вот это вы зря, девушки, я уже успел рассмотреть небольшую родинку на шее у говорившей. Зато у той, что слева, на лице имелось несколько веснушек, почти незаметных, но всё же…

— Я хотел бы знать. Если можно, представьтесь.

— Клара!

— София!

Они ответили одновременно и злобно уставились друг на друга. «Та, что с родинкой – Клара, с веснушками – София», зафиксировал я информацию в уме.

— Я запомню!

— Ага.

— Конечно.

Скептически и опять синхронно ответили девушки, снова злобно зыркнув друг на друга. Похоже им не нравилось, когда так получалось, но уступать ни одна не жалела.

— Вы, наверное, близняшки.

Улыбнулся я.

— Мне нравится, когда вы отвечаете одновременно.

Подлил я масла в огонь. Девушки молча опустили головы смущаясь и краснея. «Даже это они сделали синхронно. Как мило», усмехнулся я.

Покинув пляж, медленно поднимаясь по частично развалившейся лестнице, я размышлял над ситуацией, в которой оказался. Я «помнил» жизнь этого человека, с того момента как он проснулся в полуразрушенном доме в каком-то захолустном городке.

Это походило на фильм, глазами другого человека. Его поведение казалось, мягко говоря, странным, особенно если вспомнить, как он возбуждался, глядя на себя или прикасаясь к своему члену. Секс с длинноволосой женщиной для меня, ничем интересным или примечательным не отметился. Едва различимый силуэт в темноте, ахи-вздохи, и на этом всё. В этих воспоминаниях отсутствовали тактильные ощущения, только картинка и звук.

А вот себя я помнил хорошо. Все свои семнадцать лет жизни. Сомнений не возникало, я – Тим, только в теле другого человека, и в другой жизни. Либо в каком-то ином мире.

Я примерно понимал, что это за мир, ведь не являлся особо компанейским парнем, зато постоянно читал. Если честно я был одиночкой без друзей, поэтому читал всё свободное время. Компьютер у меня появился только год назад, и я серьёзно подсел на игры. Истории про возрождение либо перерождение главного героя в другом мире, для меня ничем новым не стали бы.

Неожиданным и разочаровывающим оказалось то, что я не «перенёсся» в младенца или ребёнка, дабы суметь развить свои способности в новом теле. Тут я оказался даже старше себя прошлого, с неудобными, длинными волосами и жесткой сантиметровой щетиной на лице.

Вспоминая рассказ длинноволосой, чьё имя предыдущий владелец этого тела так и не спросил, у меня возникали двоякие чувства: «С одной стороны, жить в мире, где почти любая женщина скорее всего захочет со мной переспать хорошо и приятно. С другой, осознание того, что очень многие попытаются при этом ограничить мою свободу и использовать в своих целях, либо вообще разобрать на запчасти, дабы посмотреть, что-да-как работает, удручает и пугает».

Подъём для меня, так же, как и для моих помощниц оказался сложной задачей. Мои неуклюжие шаги часто сбивались, поэтому мы делали остановки, почти падая. Все молчали, потея и тяжело дыша. Сзади, на приличном расстоянии кралась девочка «Маргарита Ольгиевна», как её величали близняшки.

Я разок обернулся и посмотрел на неё, от чего девчушка остановилась с выражением ужаса на лице. Мой взгляд через плечо, кстати, едва не привёл к падению нашей сцепившейся троицы, выводя из равновесия. Больше я так не делал.

Правда «Маргарита Ольгиевна» всё равно решила впредь держаться на ещё большем отдалении, отставая на дополнительных несколько метров, и не спешила догонять.

Наконец лестница закончилась. Дальше мы побрели по узенькой тропинке, меж низеньких, с кривыми ветками, деревьев, к трёхэтажному особняку, территория вокруг которого была обнесена высоким забором. Тропинка быстро упёрлась в асфальтированную дорогу, а впереди замаячили ворота на территорию особняка.

Идти стало полегче, и я осознал, насколько сильно проголодался. Но если с голодом дела обстояли более-менее сносно, то вот от жажды я прямо-таки изнывал!

Металлические ворота при нашем приближении медленно расползлись в стороны. Я заметил, как в особняк вбежала какая-то женщина, оставив отрытой входную дверь.

Пройдя по длинному, прямому коридору особняка, меня подвели к массивной двери, около которой стояла женщина, в таком же костюме как у моих помощниц-близняшек.

— Вы можете войти, госпожа ждет!

Произнесла дама и распахнула дверь. Меня втащили в просторный кабинет с двумя окнами почти во всю стену. Ещё пара шагов и близняшки замерли перед массивным столом, за которым важно сидела женщина лет сорока, в черном костюме и кошкой в руках.

«Атмосферу помрачней, да парочку джентльменов сюда… ну или дам, во фраках, и из неё получился бы настоящий Дон Корлеоне здешнего мира» улыбнулся я про себя. Секунда сменяла секунду, под пристальным взглядом хозяйки дома.

— Мы нашли его на пляже, госпожа…

Вдруг начала София, но её рот со щелчком захлопнулся, когда женщина в кресле подняла руку. Помолчав ещё немного, она сухо произнесла:

— Сколько раз мне нужно повторить, чтобы до вас, наконец, дошло – рты должны быть закрыты, до тех пор, пока к вам не обратятся?

Сёстры сразу опустили головы. Хозяйка дома их явно пугала. А вот меня начало раздражать подобное отношение – я ведь, как-никак, гость, но мне даже стул не предоставили. «Я вымотался, замёрз, проголодался и хочу пить, но меня заставляют смотреть этот третьесортный спектакль, стоя посреди комнаты», возмущался я мысленно.

— Раз уж вы оказались настолько любезны, что пригласили меня в свой дом, то может предложите гостю присесть?

Мой тон был далёк от вежливого. Но они это заслужили, и я продолжил.

— И ещё, раз уж вы здесь главная, не помешало бы представиться, да объяснить, зачем вы меня всё-таки к себе притащили, уважаемая!

С каждым моим словом глаза хозяйки дома открывались всё шире. Брови поползли вверх. Так же открылся рот. Она даже привстала, опираясь на стол руками. Пребывая в таком забавном виде несколько секунд, глядя на меня округлившимися глазами, полными удивления, дама вдруг рухнула обратно в кресло и с шипением выдохнула.

Я спокойно за ней наблюдал, ожидая, когда же мне позволят, наконец, присесть. Близняшки, поддерживая меня начали довольно сильно дрожать, и не похоже, что от усталости. Взяв себя в руки, хозяйка дома наконец представилась:

— Можете обращаться ко мне – госпожа Ольга! Вы двое! Помогите нашему гостю, или вы не видите, что ему тяжело стоять!

Прикрикнула она на сестёр, указывая на одно из кресел что подпирали стену. Его немедленно пододвинули к столу и меня аккуратно усадили. Наконец получилось хоть немного расслабиться. Госпожа Ольга всё это время не сводила с меня изучающего взгляда. Немного поиграв с ней в «гляделки» я не выдержал.

— Итак, Ольга, меня зовут Тим. Вы так и не сказали, зачем пригласили незнакомца в свой дом. Ах да, я бы не отказался от чашечки чая или кофе, а ещё я слегка проголодался! Мамонта бы съел…

Меня почему-то очень раздражали все эти «госпожи» и «слуги». Я был простым парнем, и плевать хотел на всякие высшие общества – человек остается человеком, сколько бы власти он не получил. Так я считал и не собирался отказываться от своих убеждений. А может это был просто юношеский максимализм.

Тем не менее я продолжал вести себя дерзко и вызывающе, устраиваясь поудобнее в кресле. Глаза Ольги поблёскивали холодом и скрытой угрозой, но на лице появилась вежливая улыбка. Она как будто нацепила маску, определившись, наконец, со своим поведением и отношением ко мне.

— София, дорогая, пойди, распорядись! Пусть нашего гостя хорошенько накормят, и поскорее!

Пропела дамочка совершенно другим голосом, тем не менее глядя в упор на Клару. Та сразу выскочила из кабинета едва дослушав хозяйку до конца. Похоже, сёстры не врали, когда говорили, что их все путают.

И хотя Ольга продолжала меня разглядывать, почти не моргая, меня это мало волновало – я улыбался, в предвкушении скорой трапезы. В жизни не чувствовал такого голода как сейчас. Через две-три минуты в кабинет вкатили небольшой столик на колесиках.

Дверь открыла Клара и пропустила вперёд пухлую седовласую тётеньку, в белом фартуке. Та нерешительно остановилась недалеко от хозяйского стола. Жестом указав на меня, Ольга не удостоила повариху, как я её для себя обозначил, даже мимолётным взглядом. Когда наконец столик оказался в зоне досягаемости, я взял стакан с каким-то соком и залпом его осушил.

— Спасибо. Если можно ещё!

Облизнувшись, протягивая стакан седовласой поварихе, заявил я. Та чуть дёрнулась, но стакан всё же не уронила. Меня начала забавлять местная реакция на вполне обычные фразы. «Ух-ты! Говорящий мужик!», посмеялся я про себя. Не обращая больше внимания на всех собравшихся, я принялся орудовать ложкой. Почти не пережевывая я затолкал всю предложенную еду в себя и удовлетворённо откинулся на спинку кресла.

— Ух, спасибо! Вы помогли мне убраться с того пляжа и накормили. Несомненно, это заслуживает благодарности не только словом, но и делом. Теперь, будьте же столь любезны, озвучьте, чем я могу вам помочь.

Поджав губы и сощурившись, Ольга смерила меня ещё одним тяжелым взглядом. Вдруг поднявшись, она подошла к окну сцепив руки за спиной. Глядя на то, как ткань брюк облегают её бёдра и ягодицы, я не мог не отметить, что хозяйка в достаточно хорошей форме и несмотря на возраст, остаётся довольно привлекательной. Особенно в этом своём образе «госпожи».

— Не стану скрывать – я шокирована! И что с тобой делать пока не решила. Кто ты такой? Откуда? Что делал около моего дома?

«Вуу… столько вопросов и все для меня!», усмехнулся я про себя. «Хочешь что-то скрыть, говори правду, оставляя небольшие пробелы для себя, и тебя никогда не раскроют», вспомнилась фраза из какой-то книги.

— Сожалею, однако вынужден вас разочаровать. Сам не знаю откуда я. Всё что помню – как проснулся около двух дней назад в каком-то полуразрушенном доме, загородом. Сюда добрался на поезде, прокатившись на последнем вагоне товарняка. Потом, в городе, я встретил женщину, которая немного ввела меня в курс дел. В общих чертах обрисовала что у вас тут нынче происходит. Ах да, я перед этим немного покатался на городском трамвае, и забыл рассчитаться. Видимо из-за этого на меня сильно обиделись правоохранительницы и гонялись целой толпой. Загнали в угол, угостили электричеством, и я свалился в воду. Потом почти утонул, и лишь чудом выбрался на тот самый пляж, где меня нашли мои спасительницы.

Широко улыбаясь, я закончил свой рассказ театральным жестом указывая на Клару и Софию, которые стояли в сторонке, прикидываясь мебелью. Близняшки тут же покраснели и отвернулись, как всегда синхронно. «Милота», мелькнуло в сознании.

В этот момент раздался тихий стук в дверь. Повариха несла в руках целый кувшин того сока что я пил раньше, и стакан. Продолжая соответствовать своему образу, я взял кувшин, проигнорировав стакан, и влил в себя как минимум половину его содержимого.

— Ты сам понимаешь, насколько необычен, Тим?

Произнесла хозяйка дома с нажимом на имя в конце предложения. Я многозначительно пожал плечами, слегка кивнув. «Что ещё я могу ответить? Мне нужна информация не меньше вашего. Слишком недолго я пробыл в этом мире, или в этом времени, пока не разобрался», начинал злиться я в мыслях. Однако Ольга, видимо сделав для себя какие-то выводы, продолжила:

— Тогда предлагаю тебе немного погостить в этом доме. Судя по рассказу, идти тебе всё равно некуда. Вот только, сам понимаешь – ты незнакомец, я тебе пока не доверяю, поэтому за тобой будут присматривать. А я пока попробую что-нибудь выяснить. Надеюсь, ты не обманываешь и у нас не возникнет из-за тебя неприятностей.

В конце она вновь свела брови к переносице, пытаясь вызнать и понять мои скрытые мотивы. «Зря ты так, уважаемая, мои скрытые мотивы, пока, я и сам не понимаю», усмехнулся про себя я.

Продолжая невинно улыбаться, на вопрос я ответил следующее:

— Я не обманываю и тоже на это надеюсь. Эмм… Если вы хотите назначить мне соглядатаев, я бы хотел попросить этих сестричек. С ними я уже знаком, к тому же именно они спасли меня, так сказать, от холода и голода.

Указал я на Клару с Софией. Хозяйка особняка презрительно фыркнула:

— Хорошо. Всё равно они не справляются со своими обязанностями! Они должны находиться рядом с моей единственной дочерью Маргаритой, охранять её! Вместо этого стоят здесь, как истуканы. Где Маргарита?

Строго спросила Ольга под конец. Сёстры, перебивая друг друга, принялись уверять хозяйку, что девочка зашла в дом следом за ними, и что они «глаз с неё не сводили». Их начальница снова подняла руку, и близняшки тут же замолчали.

— Отведите нашего гостя в комнату, на втором этаже. Она уже должна быть готова, я распорядилась заранее. Найдите ему какую-нибудь одежду, и сводите в душ.

Последнее дамочка проворчала, слегка поморщив носик. «Будто от меня воняет! Нет, ну если честно, так оно и есть – вода, в которой я плавал изобиловала водорослями вперемешку со всякого рода мусором. Я сам собирался напроситься в ванную, как только предоставится возможность. Ещё волосы эти раздражающие… всё время в глаза лезут, и борода, бесит просто», заводился я всё сильнее.

К этому моменту, я уже чувствовал себя намного лучше – всего-то и надо было, хорошенько покушать! Теперь я был полностью уверен, что способен идти без поддержки, но отказываться от объятий двух милых близняшек не собирался. Поэтому позволил им себя приобнять, как раньше. Уже в дверях, хозяйка дома распорядилась:

— И передайте Маргарите, что я желаю наблюдать её перед собой как можно скорее!

В коридоре до сих пор караулила та самая женщина, что забежала в дом, когда мы подходили. Она от выкрика хозяйки, так же, как и близняшки, испуганно вжала голову в плечи. Одна из ближайших дверей оказалась слегка приоткрытой, а в щель выглядывала Маргарита Ольгиевна собственной персоной.

Комната дочурки находилась совсем близко, так что она явно услышала требование матери. Однако, как только я посмотрел в её сторону, дверь, громко хлопнув, закрылась и больше не открывалась. По крайней мере пока мы не свернули за угол.

— Девочки, давайте сразу в душ, у меня после морской воды всё тело ужасно чешется!

Бодро заявил я. После трапезы моё самочувствие улучшалось с каждой секундой. «Самые заветные желания сейчас – душ и поспать. И я уверенно иду к этой цели», радовался я.

Ванная комната находилась на первом этаже, около лестницы. Когда же София распахнула дверь, и попыталась протиснуться вперёд, я слегка сжал её руку.

— Ах, девочки, мне бы конечно хотелось, чтоб вы потёрли мне спинку… но мы ещё не настолько близки, так что дальше я уж как-нибудь сам.

В своей прошлой жизни я бы никогда себе не позволил подобного поведения. Однако всё происходящее сейчас казалось нереальным. Словно я отыгрывал в компьютерную игру за главного персонажа. Самоуверенного такого персонажа. Я не только ничего не боялся, но будто даже нарывался на неприятности! Раскрасневшись, сёстры остались дожидаться за дверью.

Оказавшись перед зеркалом, я на мгновенье растерялся – непривычно, видеть не себя в зеркале! Проведя рукой по чёрным, длинным волосам я снова почувствовал раздражение: «Бесит! Бесит! Гадкие волосы, рассадник паразитов! Бесполезные! Борода эта ещё, фу! Ненавижу! ЭТО мне не нужно! Их не должно быть!».

И пока я так думал, глаза в отражении вдруг начали меняться. Зрачки вытянулись. Вместо светло-зелёного, радужка стала ярко-желтой, почти светящейся. Всего на две секунды, я даже испугаться, толком, не успел. Зато всё тело зачесалось сильнее прежнего.

Убрав руку от головы, я обнаружил клок волос, зацепившийся за пальцы. Поражаясь такому повороту событий, я снова провел пятернёй по волосам. Они падали на пол даже от легчайшего прикосновения явно прекратив быть частью меня.

Я быстро стащил с себя штаны и встал под тёплые струи воды. «Как же всё чешется», мысленно кричал я. Несмотря на то, что я не выставил особо сильный напор, вода легко смывала волосы со всего моего тела.

Проведя рукой по груди и животу, я обнаружил что лишился их не только на голове. Всех, абсолютно всех волос на моём теле больше не существовало! Слив душевой забился, и я, собрав всё что только смог, затолкал выпавшие патлы в мусорное ведро.

Проходя мимо зеркала, я глянул на себя нового, опасаясь увидеть какого-нибудь мутировавшего монстра. К счастью, реальность предстала не настолько пугающей – чистый гладкий череп и такое же лицо, вот что я узрел в отражении.

Кроме того, меня поразило удивительное сходство этого человек со меной прошлым. «Да ведь это моё лицо, только на несколько лет старше! Кошмар, а брови! Ресницы! Их-то за что! Они нужны! О ну пожалуйста, верните хоть их», понадеявшись на чудо, принялся я тереть глаза руками изо-всех сил.

И снова на какую-то секунду мне показалось что зрачки изменились. Брови зачесались. Я с надеждой вплотную приблизился к зеркалу: «нет. Ничего. Ни одной волосинки».

— Эх… говорили же мне – будь осторожен со своими желаниями! Хотя нет, никто мне этого не говорил! В какой-то книжке прочитал…

Раздосадовано прошептал я.

Закончив свои дела, обмотав полотенце вокруг пояса, я обернул второе вокруг головы, завязав его сзади, словно бандану.

— Глупо, конечно, волосы так быстро не отрастут, я не смогу постоянно прятаться за полотенцем. Но прямо сейчас я не готов предстать перед людьми в эдаком «гладком» образе.

Вздохнул я устало. За дверью меня дожидалась только одна сестра. Обнаружив веснушки, я улыбнулся и спросил.

— Привет София, поможешь мне?

Девушка растерялась. Я почти слышал её мысли – угадал, или правда знаю, что это именно она. Сейчас я с легкостью мог подняться по лестнице даже бегом, но все равно приобнял девушку за талию, прижимая к себе.

Запустив немного руку ей под пиджак, я ощутил, как под тоненькой тканью рубашки работают мышцы её животика. Несколько раз девушка поглядывала на меня из-под чёлки, но ничего не говорила. Так же не спросила ничего про мою импровизированную бандану, и отсутствие бороды с усами.

Комната, предоставленная мне госпожой Ольгой, находилась в самом конце коридора на втором этаже. С легким щелчком София открыла замок ключом, и тут же спрятала его в карман.

«Хмм… пытаетесь меня запереть? Но эта дверь не выдержит и одного хорошего удара. Вот только спешить и бежать нам некуда – сначала отосплюсь и восстановлюсь», подумал я, заходя в новообретённую крохотную обитель.

Помимо кровати в комнате имелся шкаф, письменный стол и один стул. Как только взор упал на кровать, на неё тут же захотелось уронить и моё только что тщательно вымытое тело.

Единственное окно впускало немного света, но для чтения, например, хватило бы. За стеклом, кстати, виднелась металлическая решётка, с толстыми прутьями. «Интересно, каких гостей они тут держали до меня, учитывая, что больше на окнах я нигде ничего подобного не замечал», продолжал я бессмысленные разговоры с самим собой.

Вместе с Софией мы, остановившись около кровати и девушка, миленько краснея, попыталась отстраниться, оказавшись, наверное, в первый раз наедине с мужчиной в столь интимной обстановке. К тому же, кроме двух полотенец, мою наготу ничего не скрывало…

— Я бы пригласил тебя поваляться да пошалить, вот только, чувствую, что сразу вырублюсь.

Очень сильно хотелось спать. Я зевнул, неуклюже забираясь под одеяло. Пока я это делал, София успела прокрасться к двери. Девушка тенью выскользнула в коридор и воспользовалась тем самым ключиком, запирая комнату.

Мой взгляд зацепился за небольшое зеркальце, оставленное хозяевами на столе. Стащив с головы полотенце, я улыбнулся, глядя на своё отражение. На месте бровей и ресниц появились малюсенькие волоски! Засыпая, я даже не успел удивиться тому, как быстро они выросли.

Глава 5

Тьма и покой. Никаких сновидений. Будто лежишь закрыв глаза, полностью выпав из реальности. Сколько ещё я бы так проспал – не знаю. Вот только проверить это мне не дали. Тихий стук в дверь сразу вернул меня в сознание.

Я собирался ответить, но не успел. Послышался щелчок открывшегося замка. Немного повернув голову, не меняя положения тела, я, хмурясь уставился на дверь. Та медленно открылась.

Сначала в проём протиснулась тележка с заставленными едой подносами, а за ней и гостья, что её двигала. Девушке на вид было лет пятнадцать-шестнадцать. Одета в классический наряд горничной. Курносый носик, розовые щёчки, каштановые волосы, аккуратно собранные в хвостик. Только без чепчика.

Поддавшись эмоциям, я замер наблюдая сию завораживающую картину. За свои семнадцать лет я никогда ничего подобного не видел. Если быть честным, то видел много раз на картинках или видео, но ведь это совершенно другое!

Как только гостья посмотрела в мою сторону я смежил веки. Не знаю зачем. В своей прошлой жизни я старался не смотреть женщинам в глаза. И уж точно не разглядывал никого столь пристально с идиотской улыбкой, застывшей на лице.

Было бы очень стыдно, если бы кто-нибудь застал меня в подобном виде. Вот только девушка похоже решила, что я всё ещё сплю. Она медленно приблизилась к кровати, распространяя по помещению приятный аромат.

Особенно сильно он затронул обоняние, когда горничная склонилась к моему лицу. Гостья явно меня разглядывала. Так прошло несколько секунд. Она находилась настолько близко, что я ощущал кожей её тёплое, слегка влажное дыхание.

Открыть сейчас глаза казалось верхом глупости. Вот я и лежал, притворяясь спящим, даже не представляя, насколько далеко всё может зайти. Девушка, уверившись в моём бессознательном состоянии, вдруг, немного сместившись, приподняла одеяло.

«Что она делает?! Черт, я же полностью голый», вспыхнуло в моей голове. Сейчас я отчётливо помнил, как засыпая стащил с себя то влажное полотенце, обёрнутое вокруг пояса.

Не выдерживая больше смущения, я тихонько зевнул, потягиваясь, создавая видимость того, что только проснулся. Глаза я старался держать закрытыми как можно дольше, оставляя девушке возможность отойти, уходя от разоблачения. Та, конечно, сразу отскочила, запнулась и упала, приземлившись на пятую точку. Когда я наконец на неё взглянул, бедняжка сидела на полу с широко распахнутыми глазами.

— Ах извини! Не хотел тебя напугать.

Произнёс я, стараясь что бы голос звучал как можно мягче.

— Ты мне покушать принесла? Спасибо большое.

С каждым словом челюсть девушки отвисала всё ниже. Глаза, хотя и так были широко открыты, ещё больше распахнулись. Я даже немного испугался – вдруг выпадут. Если честно, реакция на мои слова в этом мире… или времени, начинала слегка раздражать. Однако в данном конкретном случае, я готов был всё простить.

Созерцая сие миленькое личико, попросту невозможно было сердиться. Широко открытый рот и глаза, вызывали некоторые ассоциации. «Не совсем то, но очень похоже! Вроде это называлось ahegao», мелькали мысли.

— Я очень тебе благодарен за еду, но, мне бы хотелось сначала умыться, ну и другие некоторые дела… не могла бы ты ненадолго отвернуться?

Взяв, наконец, себя в руки девушка вскочила и повернулась, едва не ударившись лбом о дверь. На стуле около кровати комом лежали вещи, порывшись в которых я нашел штаны. Трусы обнаружить не удалось.

Быстро их натянув, выяснилось, что данная часть гардероба, мягко говоря, маловата. Особенно в некоторых интимных местах. «Надо будет поинтересоваться, куда делись мои собственные штаны, они, хоть и из грубой, жесткой ткани, но зато по размеру», продолжал я мысленно беседовать с самим собой. Пока натягивал через голову найденную здесь же футболку, обратился к гостье:

— Уже можешь повернуться. Тебя кстати, как зовут?

Моментально разворачиваясь, высоко подняв голову, она почти крикнула:

— К-Карина! Мне поручили заботиться о ваших нуждах, господин!

— Ох, не нужно этих «господинов»! Просто Тим, хорошо? Зови меня по имени, договорились? Расслабься.

Испытав небольшое раздражение, я видимо произнёс эти слова жестче, чем хотел. Результат не заставил себя ждать. Девушка вместо того, чтоб расслабиться, сделала шаг назад, прикрыв ротик рукой. Её лицо моментально покраснело, то ли от страха, то ли от смущения.

Взгляд горничной упёрся в то самое место, где новые брюки неприятно и очень плотно всё обжали. Дабы не смущать молоденькую девчонку ещё сильнее, я быстро направился к двери. Она мгновенно отскочила в сторону. Покидая апартаменты, я попросил:

— Карина, не могла бы ты найти брюки побольше, либо те, которые я носил раньше? Я их где-то в ванной оставил.

В коридоре за дверью словно истуканы застыли два «гвардейца» в лице Клары и Софии.

— Доброе утро, девочки! София. Клара.

Поприветствовал я их, кивая каждой, показывая, что знаю к кому обращаюсь. София сразу улыбнулась, видимо вспоминая что и вчера я опознал её, не спутав с сестрой-близняшкой. В то же время Клара, наоборот, нахмурилась.

Куда идти я помнил, поэтому сразу направился к лестнице на первый этаж. Сёстры молча последовали за мной. Уже подходя к первому пролёту, я обернулся, обнаружив два напряженных взгляда упёршихся в меня чуть пониже спины.

«Стыдоба! Штаны срочно нужно поменять, я ведь не на балете!» Быстро спустившись по лестнице, я ворвался в ванную, даже не постучавшись. Повезло хоть что внутри никого не было.

«Девушкам больше не нужно меня поддерживать, но не ходить же всё время в обнимку, притворяясь немощным! Больше никаких объятий с близняшками и это немного удручает», мысленно пожаловался я самому себе.

Приблизившись к зеркалу, я осмотрел своё новое лицо. Брови с ресницами красовались на прежних местах. Отросли до нормальных размеров. Однако больше никаких волос.

Абсолютно лысая голова, гладкие щёки и подбородок. Точно так же, как и всё тело. Нахмурившись, я попытался вспомнить что вчера делал и как добился такого результата. Усердно натирая лысину двумя руками, я думал те же мысли, даже пару раз произнёс свой монолог вслух.

Никакого результата. Как бы не напрягался, ничего не менялось. «Жаль конечно, но зато бриться не придётся», на этой позитивной мысли я закончил свои процедуры и снова направился в выделенную мне хозяйкой особняка комнату.

Молчаливыми призраками за мной следовали сёстры-близняшки. «Немного раздражает. От праздных бесед лучше отказаться. Я сейчас не в настроении: штаны – узкие, голова – лысая», ругался я про себя.

Ничего не говоря и не обращая внимания на бесстыдно рассматривающих мой зад сестёр, я вернулся к себе. Карины в комнате не обнаружилось, зато осталась еда.

Медленно пережевывая, я размышлял над планом дальнейших действий. «Ясно одно – информации об окружающей действительности крайне мало, это необходимо исправить», заканчивая прием пищи, подытожил я.

В это время в дверь снова тихонько постучали. Карина вошла, прижимая к животу какую-то скомканную вещь. Улыбаясь, я уже мысленно стаскивал с себя эти раздражающие, узкие штаны, предвкушая ощутить свободу и комфорт. Карина смущённо молчала, переминаясь с ноги на ногу. Наконец набравшись смелости она произнесла:

— Брюк большого размера нету, а ваши старые я не нашла… Есть только вот это.

Она показала что принесла, вытянув руки перед собой, разворачивая здоровенную юбку. «Юбку! Женщина! Ты рассчитываешь на то, что я стану ходить в этом?!!» прогремело в моей голове. Понятное дело эмоции отразились и на моём лице.

Горничная была на грани срыва. Она дрожала, видимо страшась моего гнева. Или того, что я пожалуюсь хозяйке. А потом Карина встретилась со мной взглядом. Опустилась на колени, уткнувшись лицом в злосчастную юбку девушка тихонько заплакала.

***

Почти шесть месяцев назад меня взяли горничной в этот особняк. Выросшая в сиротском доме, четырехэтажном здании с небольшой игровой площадкой и садом, окруженным высоким забором я не знала другой жизни. Это заведение оставалось моим миром до шестнадцати лет.

Пару раз нас водили на прогулки в парк, к морю или в музей. Я каждый раз с замиранием сердца ждала следующей экскурсии, чтобы увидеть что-нибудь новое! Но большую часть жизни нас учили быть полезными обществу, обучали всему понемногу и ничему конкретному. Как-то раз к нам пришла полноватая женщина в возрасте. Нас построили, и она громко продекларировала:

— Я предлагаю работу! Вам предоставят комнату, пропитание и одежду в том же доме, где вам предстоит работать. Испытательный срок – полгода, никаких выходных или зарплаты, пока он не закончится. Если я останусь вами довольна, начнете получать достойное жалование и два выходных дня в неделю!

Предложение так себе, если честно, думали буквально все воспитанницы. Мы были молодыми девчонками. Почти у всех имелись амбиции и мечты, все хотели поскорее вырваться на свободу. Самые смелые даже собирались сразу заявиться в мед центры и попытаться выпросить мужское семя. Самый простой способ получить стартовый капитал – родить ребенка.

Вдруг одна из девочек толкнула меня в спину. Чтобы не упасть я сделала шаг вперёд. Меня не особо любили в коллективе – я была одиночкой, всё время старалась найти укромное местечко, почитать книжку или помечтать. И вот результат – я стою перед всеми, будто соглашаясь на эту скучную работу! Женщина сразу впилась в меня взглядом.

— Значит хочешь работать? Удивлена что хоть у одной из вас хватило ума понять, насколько заманчиво моё предложение. Мир за стенами вашего заведения не такой гостеприимный, как вам кажется. Собирайся, девочка, мы уезжаем немедленно!

Её властный, уверенный в себе голос заставил меня сжаться. Не то что возразить, я вообще ничего сказать не могла. «Ну ладно, в любом случае, это только испытательный срок, насильно же меня не станут там держать – уйду когда захочу», старалась успокоить себя я.

Опустив голову, я поплелась за своими вещами. Другие девочки посмеивались надо мной, прошептав даже пару нехороших слов в спину. «Ну и хорошо, что я отсюда ухожу, скучать точно не стану по этим стервам», прорычала я. Естественно мысленно, а не вслух.

Когда меня привезли в особняк, сразу ввели в курс дел, объяснив обязанности горничной. Так же мне предоставили комнатку и некоторую одежду. Оказалось что женщина забравшая меня – главная горничная в этом доме. Ей исполнилось пятьдесят четыре года.

Она была строгой, но справедливой. Я честно и добросовестно выполняла всё что мне поручали. Не потому, что нравилась работа, просто я выросла совестным человеком – старалась всё делать как следует. Наказали меня всего пару раз, и то, лишь по моей собственной вине и невнимательности! Нет, меня не били, просто поругали.

Испытательный срок подходил к концу. В предвкушении первой зарплаты и выходных я мечтала по ночам. Старшая горничная оставалась мной довольна – я никогда не пыталась выскользнуть на свободу, или уклониться от возложенных обязанностей.

На самом деле ничего сложного мне не доверяли – уборка или помощь на кухне, почти всегда под присмотром. И кормили вкусно. Намного лучше, чем в нашем приюте.

Свободное время я проводила в библиотеке особняка. За долгое время там собралось превеликое множество книг. Почти все они были старыми романами о любви. Не знаю кто их столь самозабвенно коллекционировал и в таких объёмах, но я этому человеку была безмерно благодарна.

Однако этим утром всё изменилось. Старшая горничная разбудила меня намного раньше обычного. Я быстро, но аккуратно оделась, разгладив каждую складочку фартука, и тщательно расчесала волосы. Первое правило горничной – «будь примером чистоты и порядка!», я стояла готовая получить новые указания. Оценив внешний вид, и оставшись довольной, начальница вдруг погладила меня по голове. Никогда прежде она такого не делала. Широко раскрыв глаза, я смотрела не неё, а она лишь улыбалась.

— В это место привела тебя я, и нисколько не жалею. Раньше я думала, что это пустая трата времени – брать молодую девочку, не видевшую мир, не узнавшую цену деньгам. Признаю, что ошибалась! Ты отлично справлялась и если бы могла, уже сейчас закончила бы твою стажировку, приняв к нам официально! Возможно со временем, ты даже сможешь занять моё место. Но сейчас тебе предстоит кое-что необычное. Я бы сказала, невероятное! Ты всё свободное время торчишь в библиотеке, читая те глупые книженции о сильных мужчинах и слабых женщинах. Как-то раз я пыталась читать что-то подобное, но для меня это просто глупости и фантазии озабоченных писательниц, так что даже ту единственную я не дочитала до конца. Теперь жалеть поздно. Работа, которую я тебе поручаю, которую поручает тебе наша госпожа, очень серьезна и ответственна! Именно я привела тебя в этот дом, и я порекомендовала тебя нашей госпоже сейчас. Я уверенна ты справишься как раз из-за твоего увлечения!

Всю свою жаркую речь женщина смотрела мне в глаза, но я не понимала какой реакции она ждёт. Даже не догадывалась, что это за новая работа. Немного помолчав, начальница добавила:

— Похоже, ты не знаешь, но вчера в наш дом пришел… или точнее сказать его притащили эти две громилы… в общем не важно! На втором этаже, в комнате для особых гостей сейчас находится мужчина! Он пока поживёт здесь, и твои новые обязанности – выполнять его поручения! В разумных пределах, конечно. Ты уже видела мужчину хоть раз?

Почему-то смутившись, добавила она.

— Да наставница.

Мне нравилось её так называть, а она не возражала.

— Однажды на экскурсии мы встретили женщину с мужчиной на поводке. Если честно я не уверена, что справлюсь с этой работой. Ведь я не знаю как о них заботиться, какие у них нужды… и как они могут давать поручения?

Вдруг, задумавшись над её словами я замолчала. Ведь и правда – какие ещё поручения? Разве они могут нормально разговаривать? Насколько мне было известно это только в книжках они такие же как мы, а в реальности только издают звуки, если им что-то не нравится или когда чего-то хотят, как маленькие дети. Наставница всё это время молчала, улыбаясь, давая мне время всё хорошенько обдумать. Когда я подняла вопросительный взгляд, она гордо ответила:

— Я не ошиблась в тебе! Ты – умная девочка! Всё правильно, если бы это был обычный мужчина, тебе бы его не доверили. Вот только он необычный! Он даже выглядит как один из тех, что нарисован на обложках книг, которые тебе так нравятся! И ведет он себя прямо как герой тех старых фильмов XX века. Наглый! Госпожу просто по имени назвал! Даже, вроде, угрожал ей! Хотя такой же слабый, как и остальные. Эти две громилы везде таскают его на себе. Хозяйка приказала им его охранять. Возникнут трудности – обращайся ко мне, или к тем сёстрам. Я уже предупредила их о тебе и приказала слушаться. Накормишь его утром и поможешь одеться. Есть вопросы?

О да! Вопросы возникли, и много! «Вот только какой смысл их задавать, раз хозяйка с наставницей всё за меня решили», оставалось только подчиниться.

Если честно, отказываться мне не хотелось. «Любопытство кошку сгубило», прочитала я когда-то, в одной из тех книжек, что хранились в библиотеке. И теперь мне выпал шанс ощутить себя той самой кошкой!

Любопытство овладело мной мгновенно, окончательно и бесповоротно – это ли не приключение, о котором я так долго мечтала?! Выслушав все наставления, расставив еду на подносы, я катила небольшой столик к заветной, таинственной комнатушке. За всё время, меня в туда ни разу не пустили. И гостей в неё никогда не селили. По крайней мере я об этом ничего не знала.

Дверь, как и раньше, была заперта на ключ. Вот только сейчас этот ключ находился у одной из этих высоченных сестёр-близняшек. Я всегда их побаивалась – они носили оружие. Всегда смотрели так, будто избить попытаются при первой возможности. А ещё, я никогда не могла понять кто из них, кто – они выглядели совершенно одинаково!

Когда я приблизилась, одна из сестёр тихонько постучала в дверь, сразу же открыв её ключом. «Что ты наделала! Я ещё не готова!» обругала я охранницу мысленно. Вслух, естественно, ничего не сказала.

Стараясь ничего не уронить, я протиснула тележку в комнату и вошла сама. За спиной послышался тихий щелчок. «Эти наглые, гадкие сёстры закрыли за мной дверь! Страшно», я надеялась, что дверь останется открытой и эти великанши будут присматривать за мной.

«Ха, вот я дура! Да они и пальцем не пошевелят, чтобы спасти меня! Они охраняют ЕГО, а не меня», старалась отвлечь себя мыслями, я боялась встретиться с мужчиной взглядом. Конечно я много всякого прочла об этих созданиях в тех книжках. Но выдумки и фантазии писательниц это одно, а реальность, совершенно другое!

Всего одна книга хоть как-то напоминала данную ситуацию. Про некоего графа и его служанок. Но станет ли ЭТОТ, вести себя как граф из книги, ведь я не его служанка, и ему не принадлежу.

Ничего не делала я всего пару секунд, и пусть для меня они растянулась на целую вечность, я наконец нашла в себе смелость посмотреть на мужчину. Он лежал на кровати, с закрытыми глазами.

Когда я поняла, что мой новый господин до сих пор спит, чуть не рассмеялась над собственной трусостью – он же просто мужчина, такой же человек, как и я, только очень слабый!

Подойдя поближе, я начала рассматривать его необычное лицо. Совсем не такое, к которым я привыкла. Ещё бы, ведь все остальные, привычные, были женскими!

Тот единственный мужчинка, которого я заприметила в детстве на экскурсии, стоял опустив голову, так что рассмотреть, как он выглядит не получилось. Немало времени с тех пор прошло, так что даже обрывочные воспоминания давно стёрлись.

Любопытство овладело мной полностью, даже страх куда-то испарился, незаметно для меня самой. Лысая голова не являлась чем-то новым – некоторые женщины тоже так стриглись, или точнее, брились. Хотя мне подобная, с позволения сказать «причёска» не нравилось. Однако в сочетании с мужскими чертами лица, гладкая, розовая кожа головы выглядела намного гармоничнее и привлекательнее.

Едва ощутимый аромат, источаемый массивным телом нового господина, который получилось ощутить только приблизившись совсем близко оказался непривычным, необычным, но приятным. Отмечая все детали у себя в голове, я слегка приподняла одеяло. Плечи, руки и даже грудь выглядели просто огромными. Я видела толстых женщин, но тут нечто совершенно иное!

Ещё я успела заметить несколько шрамов. Глядя на них, я с трудом представляла, насколько же ужасными были ранения, что оставили за собой такое. Насколько мужчине было больно, и как он вообще пережил нечто подобное!

Видимо, я слишком увлеклась, поднимая одеяло всё выше. Без пошлых мыслей, конечно, я заглянула чуть дальше лишь на мгновение… ну или почти без пошлых мыслей. Но разглядеть ничего не удалось, так как в этот момент мужчина проснулся! Осознание того, что я вытворяю, вторглось в сознание вместе со страхом и растерянностью.

Свалившись на пол, я вдруг вспомнила, как тот граф из книжки наказывал своих горничных, уложив на свои колени и шлепая ладонью по голой попе. Тогда мне показалось странным что горничным такое нравилось. Но сейчас, представив подобное наказание, мне даже захотелось, лишь на мгновение, узнать, правда ли это настолько приятно.

Однако парень ничего не заметил. Лишь попросил, чтоб я зачем-то отвернулась. Я стояла, замерев словно статуя, прекрасно понимая что, откинув одеяло и поднявшись, а судя по звукам именно это новый господин и сделал, ничто больше его наготу скрывать не будет. «И сейчас он предстанет предо мною, в первозданном, так сказать, виде. Непонятно, правда, зачем отворачиваться, ведь я всё увижу, когда начну одевать…», призадумалась я.

Любопытство боролось со страхом и смущением. Но продлилось всё не долго. Через несколько секунд он сам приказал повернуться. «Я не могу ослушаться! Это моя работа! Я должна его одеть», подбадривая себя таким образом, я развернулась, только чтобы обнаружить что новый господин всё сделал сам, безо всякой моей помощи.

Парень уверенно стоял, поглядывая на дверь, заявив что ему нужно умыться. Так же он запретил называть себя «господин», и приказал обращаться по имени. Это оказалось самым сложным – всё время меня здесь учили как следует обращаться к гостям и хозяевам. И я к этому привыкла!

Однако долгого разговора всё равно не вышло. Когда я опустила взгляд чуть ниже, сразу поняла, насколько сильно мы отличаемся. «Конечно женщин со скромной грудью хватает, хотя у господина Тима не такой уж и скромной она отросла. Правда формой достаточно сильно отличается. Широкие плечи, возможно у какой-нибудь дамы найдутся. Но вот ЭТОЙ штуки, ни у одной женщины точно нет и быть не может!», пока в моей голове дикими табунами носились мысли, парень вдруг направился ко мне.

Точнее он шёл к двери, вот только там как раз стояла я. Сдержав крик запредельным усилием, я отскочила в сторону. Уже выходя, он потребовал найти другие штаны, и разыскать те в которых он явился в наш особняк.

Как только дверь за мужчиной закрылась я рухнула на пол, тяжело дыша, будто целый час бегала! Наставница говорила правду – такой наглый и самоуверенный человек мог грубить и угрожать даже хозяйке!

Но он оказался совсем не слабым, успел натянуть те узкие штаны, и футболку всего за пару секунд! Вышел из комнаты он тоже сам, без поддержки охранниц. Взгляд его светло-зелёных глаз, из-под густых бровей, был почти ощущаем. А слова били словно хлыст.

«Ужасный, страшный человек», поднявшись и нервно поправив одежду я направилась к наставнице, выполнять поручение. Но тут судьба сыграла со мной злую шутку. Как раз десять минут назад хозяйка отправила наставницу по каким-то делам в город.

Естественно штаны господина Тима, я не нашла. Я даже не знала, как они выглядят! Обыскав всё, что могла и не найдя никакой одежды подходящего размера я отправилась за помощью к нашей поварихе. Она была доброй женщиной, но ни брюк, ни штанов у неё в гардеробе, к сожалению, не имелось. Зато она отдала мне одну из своих юбок.

Когда я поднялась на второй этаж, сёстры о чём-то с энтузиазмом шептались. На их лицах мелькали страшные улыбки, которые можно было принять за хищные оскалы. Заметив меня, девушки тут же замолчали, пропуская в комнату.

Тим, усердно пережёвывал пищу. Поглядев на мои руки, на его лице появилась искренняя улыбка. К сожалению, милым парень оставался недолго. Когда я показала, что именно принесла, улыбка мгновенно сменилась ужасающей, гневной гримасой.

В этот момент мой мир рухнул. Этот взгляд, побелевшие костяшки пальцев, когда он сжал в руке ложку, немного её даже помяв… Я была в ужасе! Даже если этот монстр прямо сейчас ничего не сделает, хозяйка точно меня вышвырнет на улицу, а сёстры-охранницы изобьют как следует.

«Ни одного поручения я не выполнила – не помогла одеться, поел он тоже сам. Даже простейшее задание – найти подходящую одежду, не смогла выполнить! Мало того принесла нечто, что разозлило его НАСТОЛЬКО!», вопила я про себя.

Не замечая больше ничего вокруг, я опустилась на колени, уткнувшись носом в эту злосчастную юбку, и заплакала. Парень встал и направился ко мне. Я ожидала удара, однако Тим вдруг обнял меня и начал гладить по волосам. Замерев, прекратив даже дышать, я слушала его спокойный тихий голос, ощущая мощное сердцебиение, из-за тесного контакта:

— Не знаю почему ты плачешь, но если из-за меня, то извини. Я совсем не хотел тебя напугать. Если есть что-то чем я могу помочь – ты скажи, только не плачь, хорошо? А про штаны не беспокойся, похожу пока в этих.

«Этот день, действительно оказался самым невероятным в моей жизни, а ведь ещё только утро! Меня второй раз гладят! Кроме того обнимают. Это приятно, я ведь и привыкнуть могу! Возможно, не такой он плохой и страшный, как мне казалось… да, определенно…» размышляла я успокаиваясь.

Когда парень отпустил меня, вернувшись на своё место, я почувствовала некоторое разочарование. Хотелось ещё! «Интересно, каким ещё способом можно получить нечто подобное?», возник вдруг вопрос в голове. Больше плакать совсем не хотелось.

Глава 6

Обнимать и гладить девушку, как оказалось, занятие очень приятное и умиротворяющее. Вот только осознание того, что это я своими действиями довел её до слёз, раздражало и отвлекало.

Если честно, я вообще с трудом понимал как должен себя вести с девушками теперь, в этом новом теле, и новом, для меня, мире. Да что там! Я в своём собственном теле и «прошлом» мире этого не понимал.

И вот когда я решил, что ситуация нормализовалась взгляд девушки снова начал выражать ужас. Она посмотрела на заправленную мной кровать. Потом, всё ещё не в силах сдвинуться с места, на то, как я складываю на тележку тарелки со стола… и вот, когда я начал катить тележку к двери, вдруг бросилась в мою сторону. От неожиданности я сделал шаг назад отпустив тележку, которую тут же схватила Карина.

— Господин Тим! Я здесь как раз для того, чтобы вы не утруждали себя подобной работой!

Выпалив сию тираду, направляясь к двери, горничная выскочила из комнаты. Я даже не успел выразить своё недовольство по поводу «господина». Тем не менее зацикливаться на странностях поведения местных представительниц прекрасного пола я не счёл нужным – ничего путного всё равно бы не надумал.

Наметив для себя план действий, выглянув за дверь я пригласил в комнату охранниц. Те, переглянувшись и замешкавшись, спустя секунд десять всё-таки вошли. Оказавшись в комнате, близняшки старались глядеть куда угодно, только бы не на меня. И так как здесь имелся всего один стул, я, указав на кровать, предложил гостьям:

— Присаживайтесь, дамы!

Дамы тут же выпучили глаза и уставились сначала на меня, потом на кровать, а затем друг на друга. Глубоко вздохнув, я пояснил:

— Я просто хочу с вами побеседовать. Так как стоять и говорить неудобно, а стул здесь всего один, я предлагаю кровать, в качестве альтернативы.

Разместившись на стуле, наблюдая отсутствие какой бы то ни было реакции, пришлось слегка повысить голос.

— Мне неудобно говорить пока вы надо мной нависаете!

Никаких изменений. Я начал медленно подниматься, поглядывая на них, понизив голос почти до шепота.

— Ах, ну как же я сразу не догадался, вы же меня охраняете! Значит хотите, чтобы мы вместе сидели, поближе друг к другу… Желаете, чтобы на кровати я находился между вами?

А вот это подействовало – девушки бросились на кровать, будто она обернулась спасительным плотом посреди бушующего океана. Прижавшись плечом к плечу, близняшки даже за руки взялись, затравленно глядя на то, как я медленно усаживаюсь обратно на стул.

Улыбаясь, я наконец перешёл к делу:

— Итак, мне нужна информация! Вы вчера слышали – я помню только свои последние два дня жизни и кое-какие, почти бесполезные, обрывки непонятно чего. Здесь есть компьютер? Интернет?

У меня самого, в моём времени, комп появился относительно недавно, а вот до инета, дело не дошло. Максимум на что я мог рассчитывать в нашем городе, это сетка для игры в «Диабло» или «Герои» – по мнению сверстников самые крутые игры нашего времени. Вот только друзей, с которыми я бы мог поиграть, у меня не было. Но я знал и понимал, что такое «интернет», и что там можно найти много полезной информации.

Оказалось комп в доме имеется. В единственном экземпляре. Им пользуется только хозяйка. Зато про интернет сестрички не знали вообще ничего. Даже слова такого не слышали. Удручающий факт. Когда я спросил девушек о том, где они сами берут информацию, близняшки с глупыми улыбками заявили:

— Раньше нас обучали всяким вещам… в основном ненужным. Теперь же всё что нужно приказывает хозяйка или тренер.

«Кто бы мог подумать, что эти две красотки окажутся настолько тупыми», мысленно поразился я. Не в силах больше это выдерживать, я встал и начал ходить по комнате, чтобы успокоить нервы.

Ещё немного побеседовав, выяснилось, что в совсем юном возрасте сестёр отдали той самой «тренер», которая натаскивала их словно собак, обучая драться, стрелять и подчиняться. Больше ничего в их программу обучения не входило. Они вообще едва могли читать и писать!

К счастью, под конец беседы вернулась Карина. Замерев в дверях, она часто заморгала, переводя взгляд с девушек, жавшихся друг к другу, на меня, угрюмо бродящего туда-сюда. Будучи достаточно раздражённым, я указал ей на кровать.

— Ну-ка сядь рядом с ними!.. Пожалуйста.

Девушка тихонько пискнув, почти бегом бросилась к кровати. Глубоко вздохнув, успокаиваясь, я начал задавать ей те же вопросы. И когда горничная услышала слово «почитать», мечтательно заулыбалась, отвечая:

— У хозяйки самая большая, самая лучшая библиотека! Там столько замечательных, интересных книг, есть большие, есть маленькие, короткие, длинные…

Я поднял руку, в комнате сразу наступила тишина. Казалось, если её не остановить, то эти хвалебные оды библиотеке никогда не закончатся.

— Отлично! Не могла бы ты меня туда отвести? Кстати, что это у тебя?

Всё это время девчушка сжимала в объятьях целый ворох каких-то тряпок. Оказалось её начальница как раз вернулась из города, куда ходила за одеждой для меня. Среди принесённого добра даже штаны нормального размера нашлись!

Я настолько обрадовался, что позабыл обо всём и расстегнул пуговицу на своих узких брюках. Вовремя осознав, что творю, я остановился и повернулся, столкнувшись с тремя крайне заинтересованными взглядами. И хотя лица девушек обрели розоватый оттенок, ни одна даже и не подумала отвернуться. Дамочки даже моргать перестали, пока пристально наблюдали за моими руками, которые готовились стащить ненавистные штаны.

— Пожалуй, вам стоит подождать снаружи, девочки.

Подняв глаза, обнаружив мою снисходительную улыбку, их розоватые лица немедленно стали пунцовыми. Сохраняя молчание, гостьи на негнущихся ногах удалились. Я постарался запечатлеть эту сцену в памяти – в прошлой жизни, насколько я помнил, ни одна девушка ТАК на меня не смотрела. А тут сразу три!

Быстро переодевшись и покинув комнату, в сопровождении близняшек-охранниц я последовал за горничной, которая указывала дорогу к заветной цели.

Библиотека оказалась довольно мрачным местом. Пользовались ей, похоже, нечасто. Горела только одна лампа. Здесь бы скопилось море пыли, если бы не горничные. Полки с книгами, почти до самого потолка создавали запутанный лабиринт. Между ними узенькие проходы, в которых едва могли разминуться два человека.

«Интересно, какой любитель литературы всё это здесь собрал», задавался я вопросом. Пройдя по лабиринту в другой конец внушающего уважение помещения, нам открылся вид на диван и столик перед ним. Два огромных окна создавали здесь прекрасную атмосферу для чтения, пропуская сквозь себя немалое количество света.

К сожалению, с единственной рабочей лампой, о ночных посиделках не стоило даже заикаться. Охранницы мои остались около двери, где имелось несколько стульев. Усевшись там, они не могли видеть меня за полками, но видимо даже не подумали о том, что я могу сбежать, разбив окно, либо просто расковыряв ссохшуюся за века краску и распахнув ставни.

Зато Карина следовала за мной безмолвной тенью. Не отходя далеко от окон, я рассматривал полки с книгами. Ничего интересного не заметив, пришлось обратиться за помощью к юной горничной:

— Может посоветуешь что-нибудь полезное? Я совершенно не знаю с чего начать!

Ещё договорить не успел, а на лице Карины появилась озорная улыбка. Даже щёки порозовели. Она рванула в проход между полками с радостным возгласом:

— Сейчас принесу!

И принесла, я даже не успел устроиться на диване. Передо мной на стол легли три книги. На обложках двух – обнимающиеся мужчина и женщина, на третьей похожая картина, только тут парень держит женщину на руках. Таких книг я видел немало и мог «судить о книге по обложке». Чтобы не обидеть мою, сияющую зубастой улыбкой помощницу, я всё же открыл их, быстренько пролистав.

Я оказался прав – она притащила обычные слащавые романы, наподобие «Унесенных ветром». По мере того, как я откладывал эти произведения в сторону, улыбка на лице Карины сходила на нет, а потом и вовсе сменилась хмурым выражением. Я понимал, это, видимо, были её любимые книги. «Только я здесь не за тем, чтобы развлекаться, вчитываясь в чужие влажные фантазии! Мне нужна актуальная информация об этом мире. Он, кстати, для меня не менее фантастичен и невероятен, чем эти книжки», ругался я про себя.

— Послушай, Карина, это всё, конечно, очень интересно… Но мне нужно совсем другое, мне нужна информация…

Пытаясь быть тактичным и мягким, я говорил медленно и тихо. Однако горничная, так и не дослушав схватила со столика отложенные книжки и опять убежала.

И принесла ещё три. Таких же. Быстро открывая и закрывая их, я даже не пытался читать! Молча поднявшись, я сам подошел к ближайшей полке и начал искать. Каково же было моё удивление, когда я осознал, что они все подобного толка!

Переходя от полки к полке, я даже не заметил, как Карина проскользнула мимо меня, прижимая к груди, словно сокровище, принесённые недавно книги. Она скрылась в проходе опустив голову, с мокрыми глазами. Пересмотрев целую кучу «романтической ерунды» на полках перед диванчиком, я тоже свернул в проход.

Только чтобы столкнуться там с Кариной, которая тащила здоровенный том в кожаном переплёте. Горничная наступила мне на ногу, но видимо не заметила этого, или просто не пожелала заметить. Вместо извинений она ткнула в меня принесённой книгой. Обложка была без картинок. Только название и имя автора. Внимательно присмотревшись, любой бы догадался, что этот талмуд отпечатан относительно недавно. Прочитав название, я улыбнулся.

«НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ РЕГРЕСС ИЛИ КАК МЫ ДО ТАКОГО ДОКАТИЛИСЬ»

Больше не обращая внимания на обиженную горничную, я уселся и принялся читать. Первая глава называлась «Автомобили». В ней рассказывалось о том, что когда-то почти на каждого жителя земли приходилось по автомобилю. Зато сейчас они стали редкостью либо даже диковинкой. В рабочем состоянии они остались либо у очень богатых, либо у очень влиятельных леди.

Всё потому, что хотя процесс их создания был почти полностью автоматизированным, на производствах работало очень мало женщин. К тому же, добычей материалов и их обработкой занимались тоже в основном мужчины. И даже ремонт уже произведённых транспортных средств, общество взвалило на плечи бывшего «сильного пола». А ведь ещё оставалось топливо, которое тоже, раньше, добывалось в основном мужчинами…

Дочитав первую главу, я поднял взгляд только для того, чтобы обнаружить растерянную Карину. Похоже её удивила моя заинтересованность этой «скучной нудятиной». Улыбнувшись, я попросил:

— Если можешь, принеси пожалуйста, ещё подобных книг. Я ничего не знаю о мире. Почти не помню себя. Только последние несколько дней.

Наконец дослушав до конца, горничная похоже поняла, чего я от неё пытался добиться. Девушка оглядела меня с ног до головы, будто видела впервые и покивав, удалилась. Когда она ушла на поиски нужных мне книг, я продолжил чтение.

Вернулась Карина не скоро и притащила стопку книг. Так же прихватила парочку газет. Так как теперь я полностью погрузился в разбор информации, попросил Карину сесть рядом – других мест для отдыха поблизости не наблюдалось. Мне не хотелось, чтобы она стояла, пока я тут расслабляюсь. Девушка замерла в сомненьях, но, когда я предложил ей взять какую-нибудь книжку и тоже почитать, с радостью согласилась.

Порывшись в кипе предложенной литературы, мне стало более-менее понятно, что жизнь здесь можно приравнять к постапокалиптическому будущему, которое нам рисовали фантасты ХХ века. Только без ядерной войны.

Хотя войны за опустевшие территории всё-таки случались. Но книгу, описывающую их в подробностях, я отложил, пока, в сторону. Вообще, как выяснилось из той первой книги, войны, по большей части, оказывались бессмысленными – даже захватив территорию вымершего государства, ресурсы ещё нужно было добыть и переправить. Но людей не хватало даже на добычу и обработку своих собственных. Человеческая жадность не знала границ. Даже перед лицом грозящего вымирания.

Ещё в одной книге я нашел кое-что о той самой «Последней Надежде», в которой учёные всех стран работали вместе. Но как писала автор, немалая часть их работы в итоге была саботирована шпионами. В каждом крупном государстве создавалась своя собственная лаборатория, откуда шпионы или засланные ученые «сливали» информацию, зачастую не только копируя, но и удаляя передовые наработки. На момент написания, как заявляла автор, о многих лабораториях и их разработках информация утеряна полностью.

Так незаметно, за чтением прошло время обеда, даже солнце начало клониться к горизонту. День прогорал быстро – всё-таки осень на дворе. Карина тоже забылась в одной из романтических книг, не замечая ничего вокруг.

Когда я почувствовал, что читать стало тяжело, из-за недостатка света, то отобрал две книги, дабы закончить работу с ними в своей комнате. Там, по крайней мере, было хорошее освещение. Поднявшись, я прикоснулся к плечу Карины.

— Я пойду к себе – темнеет уже. Это всё пусть тут лежит, завтра ещё почитаю. Кроме того, хотелось бы чего-нибудь перекусить.

Девушка, оторвавшись от книги, повертев головой, осознала, что полдень давно миновал. Она бережно вложила полоску ткани розового цвета меж страниц и закрыла свою книгу.

— Сопроводить вас в вашу комнату? Или немедленно отправиться за вашей едой на кухню?

— «Немедленно», не надо. И сопровождать тоже не нужно, я помню дорогу. Покушай сама, потом и мне… А вообще, я могу пойти с тобой – вместе покушаем, чтобы не таскать тарелки туда-сюда.

Побледнев, девушка опустила голову и взялась двумя пальчиками за край моей футболки. Глядя снизу вверх полными мольбы глазами, горничная попросила:

— Господин Тим, пожалуйста! Госпожа Ольга приказала привозить еду к вам в комнату. Не заставляйте меня нарушать её приказы!

— Ладно. Но только если перестанешь называть меня, наконец, господином!

Девушка застенчиво отступила.

— Спасибо… Тим!

И убежала, прихватив с собой свою книжку. Подходя к выходу из библиотеки, я обнаружил бравых гвардейцев-охранниц. Сидя на стульях около открытой двери, дамочки дрыхли, обнявшись и тихонько похрапывая. Карина, похоже так спешила выполнить поручение, что не стала терять время и будить этих «спящих красавиц», заливающих друг друга слюной.

Сначала я хотел оставить их так, но потом подумал, что если госпожа Ольга узнает о столь бдительной службе – накажет близняшек. Присев на корточки перед ними, улыбаясь, я начал гладить девушек по волосам, отложив свои книги в сторонку, освобождая обе руки.

Честно признаюсь, наблюдать за пробуждением двух красавиц, которые синхронно вытирают рукавами влажные губки, мне очень понравилось. Приставив палец ко рту, я подмигнул милашкам.

— Я направляюсь к себе. Вечереет. Сходите, покушайте хоть.

Ещё раз погладив сбитых с толку сестричек, я поднялся, прихватив книги и побрел к своей комнате. Близняшки следовали за мной, переговариваясь шёпотом – «ты иди!», «нет, ты!».

Каким-то образом договорившись, до дверей со мной дошла только София, а Клара свернула в один из поворотов. Дверь в комнату оказалась открыта, но внутри никого не было. Я хотел пригласить Софию зайти, чтобы девушка могла расслабиться на кровати, вместо того чтобы истуканом караулить перед дверью, но вспомнил как Карина умоляла не заставлять нарушать приказы хозяйки, и не стал этого делать.

Усевшись за стол, я начал читать одну из принесённых книг о самой крупной войне за опустевшие территории. «Эта информация мне вряд ли пригодится, но может попадётся что-нибудь интересное», размышлял я.

Кроме прочего мне нравилось читать о тактике, стратегии и вооружении войн будущего. Как оказалось вооружение почти не изменилось с моего времени. Прошло всего минут десять с момента, когда я взялся за первую книгу. Легкий стук и голос Карины прозвучали снаружи. Пригласив девушку войти, я обернулся.

Закатывая тележку с едой, Карина внимательно следила, чтобы не уронить ничего, переступая порог комнаты. Подкатив тележку поближе, горничная взяла стакан в руку и потянулась другой к кувшину с соком, собираясь его наполнить. Но в этот момент девушка мельком глянула на меня.

Стакан выскользнул из её дрогнувшей, мгновенно вспотевшей ладони и разбился о пол. В ужасе бедняжка сделала шаг назад прикрывая рукой ротик и сдавлено произнесла:

— В-ваши глаза!

Резко повернувшись к зеркалу на столике, взглянув в него я заметил, как зрачки «стекаются» в форму шара, из вертикального положения, а цвет из желтого медленно переходит в мой светло-зелёный. Случайно взглянув в открытую книгу, я заметил номер страницы, на которой остановился.

«511»

Пятьсот одиннадцать страниц за десять минут! И я дословно помнил всё, что там написано!

Глава 7

Её испуг был вполне объясним и понятен. Не заметить происходящих с этим телом странностей мог только полный идиот – дыхание водой, выпадение волос, сверхбыстрое чтение, ничем из этого я не мог похвастаться в прошлой жизни.

Я начал бы паниковать, случись всё это со мной прошлым. Однако новое тело будто тушило слишком сильные эмоции и притупляло страхи. Я получил не просто мужское тело в мире женщин. Оно вообще являлось чем-то выходящим за рамки понятия «нормальный человек».

«Однако ничего плохого для себя, пока, я не заметил – нет желания убивать или грызть-кусать людей, как-либо им вредить, никаких дополнительных конечностей или уродств… К лысине я уже привык, так что это скорее плюс, чем минус – стричься больше не надо», размышлял я.

Через секунду глаза вернулись в нормальное состояние. Обернувшись, не глядя на испуганную девушку я начал собирать крупные осколки, тихонько её успокаивая:

— Всё хорошо, Карина, это просто глаза. Они не совсем обычные, иногда меняют цвет и форму. Но ведь я не такой как другие мужчины. Они не могут нормально говорить, их тела не такие развитые, как моё. Не бойся, ведь несмотря на все эти отличия, я не сделал тебе ничего плохого. И не сделаю. Обещаю!

Выбрасывая стекло в мусор, я украдкой посмотрел на горничную. Было видно, что она всё ещё растеряна. Однако страха, насколько можно судить по внешнему виду, не осталось. Девушка сконфужено созерцала оставшиеся на полу мелкие осколки.

— Про стакан, скажи, что я разбил. Ведь это не будет обманом – я тебя напугал, потому он и разбился!

Карина заморгала, часто хлопая ресничками и прошептала:

— Спасибо! Я сейчас вернусь.

Вышла из комнаты. «Что ж, видимо я её не убедил. Похоже, мои странности вконец запугали девочку», поглощая пищу я размышлял над этими самыми странностями.

«В этом следует разобраться как можно скорее. И научиться контролировать. Только как? С волосами ничего не вышло. Вот доем и обязательно на второй книге попробую использовать «быстрочтение», первая всё равно дочитана почти до корки», беседовал я мысленно с самим собой.

Правда пока я разбирался с трапезой и размышлял, в дверь снова тихонько постучали. Вернулась Карина. Горничная вошла и улыбнулась мне, словно ранее ничего не случилось. «Оказывается, эту девочку не так просто напугать», мелькнула мысль.

На сей раз Карина притащила совок и веник. Я поднялся, отодвигая тележку, ведь иначе добраться до всех осколков на полу не получилось бы. Глаза девушки засияли, когда она поняла, что именно я делаю и зачем. Подбежав, сметя всё, горничная выбросила мусор в ведёрко. А затем отложила веник с совочком в сторону и решительно приблизилась ко мне.

— Спасибо! За то, что помогаешь мне! И за то, что хочешь взять мою вину на себя! Было глупо с моей стороны так пугаться. Всё что ты сказал – правда. Я совсем-совсем не боюсь!

«Воу-воу, полегче! Немного бояться всё-таки стоит – ты сейчас в одной комнате с парнем», пробормотал я мысленно то, что чуть было не произнёс вслух.

Подходя всё ближе, сжимая подол фартука ручками, девушка тараторила свои умозаключения довольно громко. Её глаза уверенно смотрели в мои. Казалось, она старается убедить в своём бесстрашии не столько меня, сколько себя. Последние слова ротик Карины произнёс, находясь всего в нескольких сантиметрах от моего лица. Я даже ощутил своей кожей её тёплое, влажное дыхание.

Горничная приблизилась настолько, что её грудь упёрлась в меня. Пусть через одежду, но воображение дорисовывало и без того яркие и красочные ощущения. Не выдержав напора юной особы, испугавшись собственных желаний, я отвёл взгляд и отступил, краснея.

Карина тоже смутилась, видимо догадавшись, на какие мысли толкнул меня её необдуманный поступок. Только, похоже, моя стеснительность, подарила ей ощущение превосходства. С задумчивой улыбкой на лице горничная собрала тарелки на свой столик. Выкатив его из комнаты, она, на прощанье, стрельнула в меня глазками из-под ресничек и пропев сладким голоском:

— Спокойной ночи, Тим.

Закрыла дверь.

«Мда-а, стоит лишь единожды показать слабость! Женщины – хитрые создания! И я вообще-то не доел», возмущался я мысленно.

Забираясь в кровать с книгой в руках, я пытался «включить» свои желтые глаза. «Или «режим скорочтения», нужно будет придумать названия этим способностям. В играх и книгах, обычно, у всех крутых способностей есть название», задумался я.

Как не пыжился и не напрягался, хмурился, усиленно моргал, ничего не выходило. Прочитав страниц тридцать, со своей обычной скоростью, я потушил свет и лёг спать.

***

«Утро начинается не с кофе», всплыла первая мысль в голове, когда я проснулся. Сновидений опять не было. «Похоже, это тело не способно их видеть. Ещё одна странность», пришла тут же вторая.

Однако я чувствовал себя отдохнувшим и выспавшимся. Разбудил меня тихий щелчок замка. Карина протиснулась в комнату стараясь издавать как можно меньше шума, толкая тележку перед собой.

Зачем-то я снова не подал виду что проснулся. Мне было интересно как она поведёт себя сегодня. А может мне просто хотелось снова почувствовать её приятный аромат, и лёгкое прикосновение волос.

Всё происходило точно так же, как вчера. Только в этот раз горничная действовала уверенно и смело. Она склонилась надо мной, разглядывая лицо. Осторожно коснулась руки. А потом, когда поняла, что реакции нет, снова попыталась заглянуть под одеяло.

Поймав плутовку за запястье, я решил её немного проучить. Карина дёрнулась. Её испуганное лицо находилось совсем близко. И я тихонько прошептал:

— Доброе утро, Кариночка! Не очень вежливо подглядывать за спящими людьми. Если ты хочешь посмотреть – просто попроси. Я не откажу, только будь готова к тому, что я тоже что-нибудь попрошу!

Я отпустил бедняжку, и девушка, краснея, отступив от кровати, недовольно буркнула:

— Д-доброе утро.

Моё настроение моментально улучшилось – горничная выглядела до невозможности мило. Прямо как злой, маленький хомячок. Поднявшись с постели, я заметил, что девушка украдкой меня разглядывает.

В этот раз я не был голым. Порывшись вчера перед сном в ворохе той одежды, что принесла Карина, я нашел «семейники» серого цвета. «Вполне сносные, хоть и немного маловаты. Ну, ничего не поделаешь – все мужики этого мира слабо развиты, во всех смыслах, где же тут найти подходящего размера одежду для меня», резонно отмечал я мысленно.

Карина недовольно насупилась. «Надеюсь не из-за того, что футболку и штаны я натянул слишком быстро? Не позировать же, потакая её любопытству – стыдно как-то», правда других причин для её недовольства я не находил.

Трапезничал в тишине. Зато после того, как поел, горничная не позволила мне переложить тарелки на столик с колесами, заявив, что эту работу поручили ей, а меня уже ожидают София и Клара, чтобы отвести в библиотеку. Теперь «злой хомячок» нравится мне гораздо меньше.

Так как дорогу я помнил хорошо, уверенно направился в нужное место по коридорам. Близняшек я поприветствовал ещё раньше, когда выходил умываться. Не забыв, конечно, как и вчера показать, что прекрасно отличаю кто из них София, а кто Клара. Сестрички остались довольны.

А вот недовольны они были тем, что и в этот день им придётся торчать в библиотеке. Однако на сей раз близняшки проследовали через лабиринт книжных полок вместе со мной. Они намеревались стоять, но я применил нехитрый метод убеждения, припомнив вчерашний послеобеденный сон и вынудил девушек сесть на диван. Рассчитан он был на троих, так что между нами даже осталось некоторое свободное пространство.

Пока я рылся в куче литературы на столике, пришла Карина. Девушка недовольно поморщилась, глядя на то, что её место заняли. Однако, недолго думая миниатюрная горничная втиснулась между мной и охранницами.

При этом она почти не теснила близняшек. Зато мне пришлось подвинуться на самый край диванчика. Горничная так сильно прижималась, что почти сидела на моей ноге. Сёстры-близняшки удивлённо наблюдали за разошедшейся не на шутку девицей, но помалкивали.

Сама же Карина, с невозмутимым видом, открыла свой роман и начала читать. Аккуратно поёрзав, устраиваясь поудобнее, я продолжил вчерашние изыскания. Примерно через пол часа я обратил внимание на близняшек, которые «клевали носами», изо всех сил стараясь не заснуть. Мне стало их жалко, и я попросил Карину найти пару книжек для сестёр поинтересней, чтоб не скучали.

Прервавшись, оглядев охранниц, горничная снисходительно улыбнулась. Кивнула, и скрылась между полками. Прошло минут десять. Не знаю почему, но я забеспокоился и отправился проверять, почему так долго. Свернув два раза, в конце самого длинного прохода я увидел Карину.

Девушка была совсем невысокого роста. Она стояла на стульчике и тянулась к книге на самой верхней полке. Как раз когда я заметил малышку, она схватила книгу, поднявшись на носочки. Её голова вдруг повернулась в мою сторону – наверное горничная услышала шаги.

Стул резко качнулся, и она начала падать. Время замерло. Я ощутил жгучую вину – ведь это я стал причиной падения бедняжки. Нас разделяло метра три, плюс мне ещё предстояло сделать шаг из-за поворота.

Однако, отбрасывая логику, я бросился к девушке. Воздух, будто сгустившись, ударил меня в лицо. Тело дёрнулось, как от удара током, резко сорвавшись с места. Мышцы, получив сильнейший импульс работали с умноженной в десятки раз силой.

Я не просто успел поймать Карину. Ещё в воздухе я прижал девушку к себе, разворачиваясь, принимая удар спиной, маневрируя между полками. Разогретые, эластичные мускулы спины приняли на себя весь урон от столкновения с жесткой поверхностью пола библиотеки. Несмотря на скорость, и дополнительный вес горничной, которую я сейчас бережно прижимал к себе, боли почти не было.

Замерев, я всё ещё чувствовал бешеный стук сердца. Пожелай я сейчас, смог бы легко раздавить хрупкую девчушку в своих объятьях. Ценой огромных усилий я сдерживал себя. Не потому, что хотел причинить ей боль. Всё потому, что организм испытал сильнейший стресс. Импульс зародившийся абсолютно в каждой его клетке искал выхода. Сила и энергия требовали только вектора.

Вспоминая себя прошлого, так как я серьезно занимался спортом, что нужно сделать я понимал. Долгие перерывы заставляли тело «чесаться изнутри» – мышцы требовали работы. Вот только существовала огромная разница между теми ощущениями, что я испытывал, когда не занимался около месяца в прошлой жизни, и тем, что ощущал сейчас.

«Капля в море», более-менее подходящее сравнение. Ослабь я сейчас контроль хоть на секунду, могло бы случиться непоправимое. А Карина, вместо того чтобы вырваться из объятий, или хотя бы попытаться это сделать, преспокойно расслабилась, положив голову и ручки мне на грудь.

Постепенно успокаиваясь, первое что удалось сделать, это восстановить более-менее нормальное дыхание. Лёгкие перестали обрабатывать галлоны воздуха в секунду. Энергия никуда не ушла, она затаилась, и требовала теперь заняться хоть чем-нибудь активным. Но контроль над собой я вернул. Разжав стиснутые зубы, и разлепив губы, я прохрипел.

— Всё хорошо? Нигде не болит?

Слегка трясущейся рукой погладил девочку по волосам. Та пошевелилась, медленно поднимая голову, как будто прижимаясь к моей ладони посильнее. Это было похоже на пробуждение маленькой кошечки, которую погладил хозяин. Даже глаза оказались затуманены, словно у только что проснувшегося беззаботного питомца.

Я перестал гладить и убрал руки, «от греха подальше». Однако горничная не спешила подниматься. Наоборот, она снова положила голову на мою грудь, прижавшись щекой. Вот теперь, взглянув на ситуацию под другим углом, мне стало не по себе.

Слишком хорошо ощущая её тело, которое полностью прижалось ко мне, я осознал, что платье Карины сделано из довольно тонкого материала! Или мне так только показалось…

Энергия, требовавшая выхода, начала взаимодействовать с похотью. «Проклятье», ругнулся я мысленно. Понимая на что меня это толкает, я поднял девушку на вытянутых руках, вставая с пола. Милашка всё ещё пребывала в каком-то полу-трансе. Склонившись, будто отряхивая и поправляя штаны, я произнёс:

— Иди, пожалуйста, вперёд, я сейчас отряхнусь от пыли, и догоню.

Карина развернулась, сложив ручки перед собой на фартуке, и медленно побрела по проходу, слегка покачиваясь. Не разгибаясь, я собирал с пола упавшие книги, сконцентрировавшись на контроле собственного дыхания. Поставил упавший стульчик, и наконец выпрямился, последовав за горничной.

Она двигалась очень медленно. Я тоже не спешил, оставляя между нами некоторое расстояние. Тело била мелкая дрожь. Разум отчаянно боролся с инстинктами охотника, пока взгляд буквально впивался в беззащитную спину служанки, наблюдая за неосторожной походкой такой лакомой, и такой желанной «добычи».

Пришлось ещё раз остановиться. Я опёрся рукой о полку с книгами, чтобы предоставить девушке возможность скрыться за спасительным поворотом, а себе шанс отвлечься от пошлых мыслей. Принялся читать названия с переплётов. Плохая оказалась затея – авторы и\или авторши зачастую такие названия своим произведениям давали, что стало только хуже.

Из лабиринта полок я вышел лишь когда успокоился и взял под контроль все разбушевавшиеся эмоции. Однако картина, открывшаяся мне, когда я увидел столик и диван, снова заставила сердце усиленно биться.

Горничная стояла в своём полу-трансе перед столиком, тупо уставившись на него. На диванчике близняшки, обнявшись посапывали, повторяя вчерашнюю премиленькую картину.

«Машу-ж-вать! За что мне эти испытания? Сразу три беззащитные жертвы передо мной. А я жаждущий действий хищник», раскатами грома звучали мысли в голове.

Ещё раз тяжело вздохнув, обуздывая желания… «хотя нет! Это ведь не мои желания! Это новое ненормальное тело! О как же трудно его контролировать», подумав так, мне стало намного легче.

Эмоции снова ушли на второй план, почти погаснув, как было до этого. Нет больше «жертв и хищника». Просто я, и три милые девушки. Даже ярость невыпущенной энергии в мышцах поутихла.

Хотя всё ещё хотелось движений и нагрузок. Обойдя столик, я повторил вчерашнюю процедуру, поглаживая близняшек, пробуждая их ото сна. Теперь, проснувшись, они не испугались как вчера. Синхронно потянувшись, девушки сонно заулыбались.

Попросив Карину передать близняшкам выбранные книги, я не спешил возвращаться на своё прежнее место. Состояние горничной вернулось в норму, она даже с некоторым недовольством поджала губы, когда я будил сестричек. Пропустив горничную на диванчик, я осторожно устраивался на его краю, пытаясь ни к кому не прикасаться.

Вот только старания мои ничего не стоили – как только устроился, Карина придвинулась, буквально вжимаясь в мою руку и бедро. «Тяжело… Нет, дело отнюдь не в пресловутых килограммах. Мне тяжело себя сдерживать», в памяти вспыхнули ощущения девичьего тела, когда оно, совсем недавно, прижималось к груди, заключённое в мои объятья.

Бросив укоризненный взгляд на обнаглевшую девчонку, я получил лишь милую улыбку, да хлопающие ресничками, невинные глазки в ответ. Мне нечего было противопоставить столь вопиющему коварству. Оставалось только беспомощно вздыхать, что я и сделал.

Сосредоточиться на чтении больше не получалось. Перечитывал одно и то же предложение несколько раз, мысли путались, похоть выводила из себя – пару раз я даже поймал себя на том, что пытаюсь заглянуть в декольте моей юной помощнице.

К тому же каждая мышца стремилась напомнить, что ей нужно срочно поработать – выпустить накопившуюся энергию. Временами ощущались непроизвольные сокращения, вроде микросудорог.

Минуло минут десять, и я вскочил на ноги, получив при этом три испуганных взгляда. Пытаясь выглядеть естественно, я произнёс, потягиваясь:

— Что-то совсем засиделся. Хочу прогуляться. Мне ведь можно выйти во двор?

Последнее я произнёс, глядя на Клару с Софией. Те переглянулись и быстро замотали головами.

— Госпожа Ольга не велела выходить из дому!

В один голос воскликнули близняшки. «Во дела! Я подозревал что меня так просто не отпустят, однако, это ни в какие ворота», развернувшись, я направился к выходу из библиотеки.

Девушки бросились за мной. Уже более-менее разбираясь в расположении комнат, я без особого труда нашёл кабинет Ольги. Перед дверью стояла все та же тётенька, с каменным лицом, и взглядом, смотрящим сквозь всех прибывших, включая меня.

Так как вламываться я не стал, а вежливо постучал, женщина отреагировала… никак. Вообще. Будто ничего не происходит. Услышав «входите», я распахнул дверь.

Когда Ольга поняла кто пришел, натянула на лицо то самое снисходительное выражение, с легкой улыбкой и бесстрастным взглядом. Ну а я, чтобы соответствовать своему образу, без спросу уселся на кресло перед ней.

Все мои сопровождающие остались снаружи – им-то разрешения входить никто не давал. Сверкая самой лучшей улыбкой, которую только мог изобразить… и возможно недавно обретённой лысиной, я заговорил:

— Здравствуйте хозяюшка!

Она поморщилась, но я продолжил,

— Прекрасно выглядите! Извиняюсь, что в прошлую нашу встречу этого не сказал!

«Лесть – лучшее оружие против женщин. Не помню из какой это книги, ну да не важно. Я даже буду обращаться к ней на «вы», лишь бы это сработало.»

— У вас прекрасный дом и просто замечательная библиотека! Девочки, тоже замечательные…

«Так стоп. Хвалить других женщин плохая идея! Хотя это её подчиненные… или всё равно не стоит? Проклятье, никогда не понимал женщин! Нужно переходить к делу», продолжали вертеться юлой мысли в голове.

— Я, собственно, к вам зашёл не просто так. Понимаете, мне просто необходим свежий воздух и немного пространства, потому я прошу разрешить мне выйти во двор. Я не сделаю и шагу за ворота, и не попытаюсь сбежать, обещаю!

Хозяйка оглядела меня, переоценивая – ведь в прошлый раз меня буквально тащили на себе близняшки. Сейчас же, я был полон сил и энергии. Поджав губы, женщина кивнула, громко приказав сестричкам-охранницам войти. Те подчинились, виновато опустив головы.

— Я разрешаю нашему гостю гулять во дворе и саду, проследите чтобы с ним ничего не случилось, и чтобы он не… заблудился!

Последнее слово дама произнесла с нажимом. Только дурак бы не догадался, на что хозяйка намекает. Но мне было всё равно – сбегать я и правда не собирался. Только побегать. Пока.

На улице стояла прекрасная погода. Всего пару маленьких облаков на небосводе и лёгкий ветерок, шелестящий опавшей листвой. Обратившись к сёстрам-близняшкам:

— Несколько кругов вокруг дома сделаю. Раз уж хозяйка приказала вам следить – можете находиться одна с этой стороны, другая с тыльной, или по углам дома, чтобы не упускать из виду и особо не напрягаться.

Но они отказались. Карина осталась на крылечке, смиренно сложив руки на фартуке. А вот сёстры даже пиджаки снимать не стали, припустив за мной следом.

— Что ж, сдерживаться я не собираюсь.

Посулил я им. И разогнавшись до приличной скорости, я, наконец, выпустил накопившуюся энергию. Почти сразу нахлынули радость и восторг от ощущения свободы.

На втором кругу, приспособившись к длинным ногам моего нового тела я ещё прибавил скорости. «Просто замечательно! Отличное новое тело. Намного лучше, чем ожидалось», восхищался я мысленно.

Ещё пару кругов и я обернулся. Клара с Софией имели жалкий вид. Полностью мокрые от пота, с красными лицами. Стало жаль девчонок, пусть даже страдали они из-за собственной же глупости.

Остановившись около небольшого садика, я подошел к одному из деревьев. Схватившись за толстую ветку, начал подтягиваться. Выбившись из сил, близняшки прижались спинами к другим деревьям и тяжело дышали.

Осенний ветерок стал ощущаться гораздо отчётливее из-за впитавшей влагу ткани одежды. Пожалев, что не сделал этого раньше я снял футболку. Это так же был намёк охранницам – «в пиджаках поверх рубашек слишком жарко, девочки».

Выпучив глаза, София закусила губу. Оглядевшись по сторонам, девушка уселась под деревом стаскивая свой пиджак. Клара испуганно посмотрела на сестру, и, так же, не заметив никого вокруг, сняла свой, плюхнувшись на пятую точку под деревцем.

Открывшиеся с новой стороны сёстры притягивали к себе взгляд. Их волосы растрепались, чёлки прилипли к лицам. Насквозь промокшие белые рубашки давали возможность оценить как формы под ними, так и ярко-розовый оттенок кожи.

— Господин Тим! Вы уже закончили?

Вдруг зазвучал голос из-за спины – Карина быстро топала в нашу сторону, недовольно поджимая губы, стиснув кулачки. Оторвавшись от созерцания прекрасных тел охранниц, я виновато повернулся к горничной:

— Ах Кариночка, я же просил – никаких «господинов»! И нет, я ещё не закончил.

А затем снова ухватился за ветку, и начал выполнять подтягивания. Естественно ни я, ни окружающие меня девушки не замечали на себе внимательные взгляды, из двух разных окон особняка.

Глава 8

Устал. Энергия наконец иссякла. Сколько времени прошло? По ощущениям часа два-три. Отзанимавшись, я взглянул на девушек. Близняшки снова спали, развалившись около деревьев. Карина стояла между ними, сложив ручки на фартуке, и молча за мной наблюдала.

Увлёкшись, я совсем про них позабыл. Горничная успела накрыть сестричек пиджаками – такой вот сон на опавших листьях, осенью, в мокрых рубашках, мог вызвать воспаление лёгких. «Хорошая девочка, заботливая», отметил я про себя.

— Пожалуй, на сегодня хватит.

Заявил я, стаскивая футболку с ветки ближайшего дерева. Одевать её не стал – выполняя разные упражнения разогрелся. А ещё вспотел. Карина быстренько растолкала охранниц. Похоже она к ним окончательно привыкла и больше не боялась.

А может строптивая горничная просто не хотела подпускать к сестричкам-близняшкам меня? Будучи слишком уставшим, чтобы не обращать внимание на подобного рода мелочи, я побрёл к особняку.

Подойдя к двери ванной комнаты, я оглядел близняшек. Вид девушки имели, скажем так, «не очень». И хотя рубашки успели высохнуть, можно было не сомневаться, чувствовали они себя, в одежде пропахшей потом и со слипшимися волосами, как минимум грязными.

Уж это чувство мне было хорошо знакомо. Сведя брови к переносице, тоном, не терпящим возражений, я обратился к охранницам:

— Идите умойтесь. И одежду, неплохо было бы сменить. Я же говорил не бегать со мной! Могли ведь просто постоять около дома! Карина, в той куче одежды, я помню видел некоторые вещи, что подойдут этим сёстрам. Или может, обернётесь полотенцем после душа, и сами сходите к себе, а там уже переоденетесь?

Выпучив глаза, близняшки переглянулись. Они отрицательно мотали головами, пока я говорил. Схватив ближайшую, которой оказалась Клара, я затолкал её в ванную, захлопнув дверь.

— Ну а теперь, София, может ты сходишь за свежими вещами?

— Я не могу. Кто будет за вами присматривать? Если уйду, хозяйка очень разозлится.

София испуганно смотрела на меня. Глаза охранницы стали мокрыми. Губы слегка задрожали. Охранница явно собиралась расплакаться, поэтому я обратился к Карине.

— Сходи ко мне в комнату, пожалуйста. Принеси им что-то. Там вроде, в шкафу ещё остались какие-то вещи.

Взглянув на готовую разрыдаться девушку, Карина быстро кивнула и бросилась вверх по лестнице. Оставшись наедине с Софией, чувствуя за собой вину, я подошел к охраннице и поднял руку, намереваясь её погладить и успокоить. Бедняжка испуганно зажмурилась, но ощутив лёгкое поглаживание тут же открыла глаза.

— Извини, я не хотел быть грубым, но по-другому вы бы не стали меня слушать. Не волнуйся. Всё будет хорошо. Я заступлюсь, если Ольга захочет вас наказать.

Эффект получится прямо противоположным – София зарыдала! Громко, с надрывом. Мне пришлось прижать охранницу к себе, обнимая. Она тут же уткнулась лицом в плечо.

«Грёбаный мир! Из трёх близких ко мне девушек, я заставил плакать уже двоих», ругал я сам себя мысленно. И хотя рыдания стали тихими, а моё плечо мокрым, девушка никак не успокаивалась.

Только спустя пять минут она наконец перестала плакать, но почему-то продолжала прижиматься, слегка вздрагивая. Вернулась Карина, с комом одежды в руках. Глаза горничной от удивления расширились, когда миниатюрная девушка поняла, чем мы тут занимаемся.

Однако, удивление быстро сменилось осуждением, и она, отталкивая нас в сторону, громко постучала в дверь ванной. «Зачем толкаться, если мы совсем не мешаем двери открыться», недоумевал я.

Прикрываясь мной, София боязливо огляделась. Но поняв, что это горничная, снова прижалась к плечу. Замок на двери щёлкнул, и Карина быстро заскочила в ванную.

София, наконец, слегка отстранилась, поглядывая на меня снизу вверх из-под чёлки, вытирая рукавом лицо. Однако другая её рука, не сдвинулась ни на миллиметр.

Дверь распахнулась, выпустив облачко пара. София моментально отступила в сторону. Карина и Клара вышли из ванной. Горничная тут же сунула Софии какую-то одежду, подталкивая к открытой двери. Как только София оказалась за порогом, Карина, громко хлопнула дверью, закрывая её.

После этого она встала между мной и Кларой, демонстративно не глядя в мою сторону, и скрестила руки на груди. «Чем я вызвал столь неприкрытое недовольство – непонятно», мысленно разводил я руками в стороны.

Вместо пропахшего потом и уличной пылью костюма, на Кларе было теперь надето платье, чуть ниже колен. Декольте оказалось довольно низким, ну а бюстгальтер отсутствовал вовсе. Поэтому, дабы не будить только недавно уснувшую похоть, я сразу отвёл глаза, подальше от её «прелестей».

Проживая в мире без нормальных мужчин, девушки перестали их хоть немного побаиваться. Клара, наверное, даже не догадывалась, насколько новый наряд вызывающий. Только сейчас я обратил внимание на её обувь – совершенно несочетающиеся с платьем чёрные кроссовки.

Обычно они оставались почти полностью скрыты штанами. Сёстры носили их как альтернативу туфлям, бегать в которых неудобно.

Как только из ванной вышла вторая сестра, я тут же отпустил охранниц и горничную, чтобы все могли пообедать. Естественно кушать близняшки ходили по очереди, потому, выйдя из ванной, я обнаружил Клару около двери.

Странно что именно София ушла. Ведь как раз той сестре достался очень консервативный наряд, состоящий из юбки в пол, и свитера с высоким воротником.

Поднявшись к себе, я всё-таки предложил Кларе зайти, аргументировав своё предложение тем, что если охранницу застукают в «новой форме», могут и отругать или нажаловаться Ольге.

Милое личико девушки тут же исказила гримаса страха, и она, кивнув, заскочила в приоткрытую дверь. «Да, я не очень хороший человек… наверное», хмыкнул я про себя. На самом деле мне просто хотелось побыть с красавицей наедине. Близкий контакт с прекрасным полом – все эти объятья и рыдания на плече, сильно меня расслабили или даже разбаловали.

Оказавшись в комнате, Клара замерла, осознав, что назад дороги нет. С опаской посматривая на меня девушка переминалась с ноги на ногу. Небрежным жестом указав на кровать, я предложил:

— Присаживайся.

Однако охранница, пребывая в ступоре, глядела на кровать так, будто та обернулась неведомым хищным зверем.

— Нет.

«Ух ты! Нет! Как интересно. Первый раз в этом мире мне так категорично отказывает девушка», изумился я, и принялся с интересом рассматривать Клару, пытаясь понять, что же заставило девицу воспротивиться моей воле.

Молчание затянулось. Лицо молодой охранницы бледнело всё сильнее. Не выдержав пристального взгляда, она залепетала:

— Это платье для гостей, если я его помну, хозяйка будет недовольна! И ваша кровать заправлена, что с ней станет, когда на неё усядусь я?!

«Ага, понятно. Страх. Но не тот страх, о котором сначала подумал я. Как же их тут всех вышколили», мне даже стало любопытно какие такие наказания практикует «хозяйка»? «Нет-нет, я не садист! Я не собираюсь никого наказывать… пока», улыбнувшись Кларе, я подошел, слегка подталкивая её в спину.

— Не переживай, скажешь, что это я помял платье. А кровать заправлял я сам, так что ничего страшного. К тому же, сегодня я больше не собираюсь ходить в библиотеку. Мне тут пришла в голову мысль, что я не с того начал. В первую очередь следовало поговорить с вами. Ведь вы живёте в этом мире, и сами можете мне о нём рассказать. Не обязательно было всю информацию искать в книгах.

Спокойная речь и лёгкие подталкивания в спину, не давали девушке возможности возразить. Она, похоже, сама не поняла, как оказалась на кровати. Моя похоть постоянно пыталась вырваться из-под контроля, но я всё-таки сдержал себя.

Осознав, к какому месту на теле гостьи всё время возвращается мой взгляд, я отвернулся к окну. И заговорил:

— Расскажи о себе, где родилась, как жила, как здесь оказалась, в общем всё что можешь.

Задавая такой вопрос, я решил, что картину мира будет проще воспринять целиком, услышав историю жизни той, кто в нём непосредственно проживает. В крайнем случае, я собирался задавать наводящие вопросы, если рассказ начнёт уходить «не туда».

Как оказалось, Клара и София являлись исключениями. После того как перестали рождаться мальчики, близнецы тоже появлялись крайне редко. «Скорее всего, это из-за того, что семя изменённых мужчин, очень слабое», предположил я.

Минут через пятнадцать, в дверь постучалась София. Отпустив Клару обедать, и усадив вторую сестру на место ушедшей, принялся слушать её рассказ, который почти ничем не отличался от первого.

Сразу после рождения, мать отдала близняшек в специальное детское правительственное учреждение. Института семьи больше не существовало как такового, поэтому были созданы подобные заведения.

Обычная гражданка не могла надолго оставить работу и заниматься детьми. Государство одноразово выплачивало некоторую сумму родившим женщинам. И предоставляло различные льготы.

Это хороший старт, потому многие девушки пытались начать взрослую жизнь именно таким образом. Ещё можно было сдавать грудное молоко, также за неплохие деньги.

Существовал способ получить крупную сумму, согласившись на операцию изменения пола ребенка, однако это так же влияло на здоровье матери. В специальных хранилищах на данный момент хватало семени, поэтому пока, это решением считалось добровольным. Соглашались немногие, готовые ради денег рискнуть здоровьем.

Родившихся мальчиков сразу помещали в специальный инкубатор, потому что они были очень хрупкими и слабыми. Почти всё молоко, что сдавали женщины, поступало в эти инкубаторы. Смеси, которыми кормили младенцев-девочек, часто не принимались хрупкими мальчиками, иногда такое кормление даже заканчивалось летальным исходом.

Почему-то рассказы обеих сестер всё время упирались в финансовую сторону вопроса. Возможно, суть крылась в трудном детстве. Или тяжелой жизни в это непростое время.

Ещё минут через десять явилась Карина. Девушка прикатила тележку с едой. Усадив и её на кровать, я продолжил слушать историю Софии, разбираясь с привезённой пищей.

Рассказ о детстве близняшек, напоминал историю из какого-то фильма, где детей-беспризорников готовили для работы диверсантами. С самого рождения определяя их судьбу как военных, либо телохранителей. Или других подобных профессий.

Так отсутствие мужчин повлияло на уклад жизни, направляя девочек по нужному государству пути с первых лет жизни. Моё внимание вдруг привлекли брошенные невзначай Софией слова «обязательная дефлорация».

Когда я попытался уточнить о чём она говорит, девушка растерялась. Зато Карина заговорила, как прилежная отличница, отвечающая на уроке. Оказывается, всех девочек в возрасте четырнадцати лет, заставляли проходить осмотр на возможность иметь в будущем детей.

И после него, хирургическим путем, совершались соответствующие действия. Так как вступить в половые отношения с измененным мужчиной шансы стремились к нулю, чаще всего происходило искусственное оплодотворение. Да и многие мужчины этого мира попросту оказывались неспособны преодолеть даже такую, «несущественную преграду». Потому от всего лишнего избавлялись заранее. Прагматичный подход.

Хорошо что к этому моменту я уже поел. Ничего такого, просто к подобным подробностям жизнь меня не подготовила. Вдруг зевнув, я почувствовал сонливость. «Пожалуй, информации для одного разговора достаточно», поднимаясь, потягиваясь, я обратился к девушкам:

— Видимо, я устал больше, чем думал. Давайте завтра ещё поговорим. А сейчас, вам бы тоже не помешало отдохнуть. Больше никуда выходить я сегодня не собираюсь.

София и Карина покинули комнату, и я улёгся в кровать с книгой в руках. Эта, вторая книга о войнах, оказалась не столь интересной. Читалась медленно, через силу. В ней встречались детальные описания кровавых сцен, которые, по моему мнению, не следовало «в красках» расписывать.

Убирая в сторону книгу, так и не дочитав нелицеприятную сцену очередного убийства, я решил вздремнуть. И как только закрыл глаза, мгновенно провалился в сон.

Именно так, в этот раз не чёрная тьма, а самый настоящий красочный сон вторгся в угасающее сознание.

***

Что за дела? Я полностью осознаю себя, хоть и понимаю, что это сон. Это похоже на те, первые воспоминания, этого тела. Я вижу всё и слышу, но не чувствую и ничего не могу сделать. Как фильм из глаз другого человека. Того самого, в чьём теле сейчас находится мой разум. А раз теперь это моё тело, стоит постараться воспринимать его как себя.

Итак, я почему-то привязан к какому-то, похожему на кресло дантиста, устройству. Множество ремней сковывают мои руки, ноги и даже голову. Скосив взгляд, я вижу ещё два таких же кресла, с двумя, похожими на меня мужчинами в них. Они тоже, по рукам и ногам связанны.

Интересно, в этом мире же нет нормальных мужчин кроме меня. А эти двое, хоть и старше лет на десять-пятнадцать, выглядят вполне нормально. С такой же развитой мускулатурой, правда их тела так же покрыты шрамами, как моё.

На нас те самые штаны из плотного материала и широкие ремни. Торс голый. Огромное помещение, наподобие самолётного ангара, а кресла в самом его центре. Вокруг куча какой-то аппаратуры, компьютеров, столов, со всякими непонятными мензурками и разноцветными жидкостями в них.

Всюду снуют женщины в белых халатах. Ко мне подходят две такие дамы. В руках у одной шприц. Вторая держит блокнот и ручку. Игла входит в вену на руке и тело начинает дрожать. Я ничего не чувствую, но похоже это больно.

— Препарат три четыре семь один пять, испытуемый, номер тысяча сто одиннадцать. Реакции нет.

Произносит другая, глядя в монитор, около кресла, и записывает что-то в блокнот. Они подходят, и повторяют процедуру с двумя другими мужчинами.

Дрожь в моём теле становится всё сильнее, картинка перед глазами подёргивается. Скосив взгляд на мужчину в кресле рядом со мной, я замечаю, как его глаза наливаются кровью. Зрачок уменьшается до точки, а радужка увеличивается и обретает яркий, бордовый цвет.

Вены на его теле вздуваются, мышцы вдруг напрягаются и высвобождают одну руку из ремней. Точнее он просто вырвал сам ремень из его крепления на кресле.

Женщины в халатах только после этого замечают неладное. Включается сирена. Все замирают, глядя на освобождающихся подопытных. Второй мужик тоже начинает разрывать оказавшиеся недостаточно прочными оковы. С его глазами происходят такие же странности.

Дрожащая от страха учёная в халате подкрадывается ко второму подопытному намереваясь что-то ему вколоть, пока тот занят высвобождением своих ног, разрывая ремни на них голыми руками. Дама лет сорока с виду подходит к нему со спины, держа в руках пневмошприц. Раздаётся звук рвущейся плотной ткани…

В следующее мгновение взбесившийся мужчина бросает остатки ремней прямо в лицо женщине-учёной. Пневмошприц падает на пол, разлетаясь на куски. Дама прижимает ладони к лицу. Другой подопытный к этому моменту тоже обретает свободу.

А вот бывший владелец моего тела пока ничего не делает. Хотя ему препарат ввели самому первому. Внезапно молоденькая девушка в халате, схватив обычный шприц, вонзает его прямо в спину красноглазому.

И если до этого, получив столь желанную свободу, мужчины просто стояли, тупо разглядывая всё вокруг, то теперь начали действовать. Тот у которого из спины торчал шприц, хватает и бросает девушку в воздух. Пролетев несколько метров, она врезается в стол с мензурками и пробирками, разбивая всё на своём пути.

Начинается паника. Женщины в халатах бегут к выходу. И похоже это как-то повлияло на освободившихся, озверевших мужчин. Они начинают нападать на всех подряд. Крушат всё, что попадается под руку.

Воцаряется настоящий хаос. Повсюду кровь, тела, обломки и осколки. Один красноглазый вдруг впивается зубами в шею какой-то женщины. Та истошно вопит. Кровь брызжет, вырываясь из раны, заливая лицо мужика. Он отбрасывает женщину в сторону и пожевав кусок плоти, сплёвывает.

В помещении полный погром. Жидкость из пробирок смешивается с кровью на полу. Потрескивают искры на разорванных проводах. Множественные замыкания приводят к тому, что гаснут лампы на потолке.

Теперь, в полутьме, это место напоминает настоящий ад. Некоторые женщины кричат и стонут. Слышится плач. Повезло тем, которые находились около дверей. Они успели сбежать.

Женщина, с прокушенной шеей издаёт булькающие звуки, захлебываясь собственной кровью. Это привлекает внимание укусившего, и он бросился в её сторону.

Я отворачиваюсь… только для того, чтобы увидеть, как второй взбесившийся насилует рыдающую молодую девушку. Во время этого процесса он сжимает шею девушки руками.

Через минуту она перестаёт шевелиться. Ещё через пару минут, утолив свои желания, два озверевших мужчины замирают уставившись друг на друга. А потом начинается бой.

Это что-то невероятное. Взбесившиеся подопытные бросают друг друга, через весь зал, на огромные расстояния. Удары невероятной силы сотрясают стены и потолок, но сыплются беспорядочно. Кровь разлетается фейерверками брызг в разные стороны. Выбиты зубы, поломаны конечности, но они продолжают своё бешеное буйство.

В какой-то момент, одному удаётся подобраться к противнику сзади, пока тот лежит на животе. Упершись ногой в позвоночник, монстр тащит второго за голову, отделяя её от тела.

Я снова отворачиваюсь. Наступает относительная тишина. Слышны только стоны, потрескивание электричества, и мощное дыхание выжившего красноглазого.

И дыхание это, судя по звуку неотвратимо приближается. Обладатель тела начинает напрягать руки пытаясь освободиться. Он и раньше это делал, но ремни были слишком крепкими. В тот момент, когда перед глазами появляется окровавленное лицо с красными глазами, я испытываю настоящий ужас.

Я даже почти забываю, что это просто сон. Монстр, осматривая меня вытягивает руки и хватает ими мою шею. В этот момент, ремни под руками не выдерживают, разрываясь, и я тоже хватаю его за горло.

Я вижу, как пульсируют вены на моих руках, как вздуваются мышцы. Вижу отражение своих ярко-желтых глаз, в отражении его, тускло-красных. И как шея напавшего на меня монстра сминается, будто бумажная…

***

Широко распахнув глаза, с хрипом резко вдохнув, я вернулся в реальность. В комнате царила полутьма. Наступил поздний вечер. Сон казался настолько реальным, что я не сразу осознал, что снова управляю этим телом.

Слишком резкий переход от созерцания к управлению дезориентировал и шокировал. Я помнил каждое мгновение, и был уверен, что видел настоящие воспоминания бывшего владельца.

Так же как в воспоминаниях поднятые руки тянулись вперёд, а в ладони сжимали чью-то тёплую плоть. Однако эта шея была значительно тоньше, мягче и нежнее.

Непонятно как, но в смертоносный капкан угодила хрупкая шея Карины. Глаза девушки закатились, а руки повисли. На моих же руках, красовалось несколько свежих кровоточащих царапин.

Я разжал хватку, и горничная упала на кровать, закашлявшись, сворачиваясь калачиком около меня на простынях. Радость от того, что она жива, сплеталась с горечью осознания того, что я наделал.

Подумав об этом, я оглядел комнату. Около кровати стоял столик с едой. Видимо малышка пришла с ужином, для неблагодарного гостя. Так как свет она не включила, я предположил, что Карина решила не будить меня и снова подкралась вплотную.

Естественно, после сверхреалистичного сна, я отреагировал соответствующе. Отдышавшись, взглянув мокрыми от слёз глазками на меня, маленькая горничная прохрипела:

— Простите. Я больше не буду подкрадываться. Не буду подглядывать. Извините.

«Проклятье! Больше не могу и не стану искать себе оправданий! Я – ужасный человек, причинил боль такой невинной милашке», ругался я мысленно. Обняв Карину, поглаживая девушку по спине и волосам, я шептал ей на ушко:

— Мне приснился страшный сон. Я не хотел сделать тебе больно. Это ты меня извини. Ты хорошая девочка. Ты не сделала ничего плохого. Виноват здесь только я. Так что это ты меня прости.

Через пару минут горничная успокоилась. Она лежала со мной на кровати, обнимала и прижималась всем телом. Удовлетворив наконец свою потребность в ласке и утешении, девчушка выглянула из-под чёлки.

Слёзы окончательно высохли и испарились. Глаза Карины блестели, отражая тусклый свет из окна. Так как одеяло сползло до пояса, её горячие ладошки были крепко прижаты к моей спине.

— Я невиновата?

— Конечно! Просто плохой сон!

Заявил я, снова притянув к себе хрупкую девушку, погладив по голове.

Только вот она вдруг упёрлась ручками в мою грудь, отталкиваясь.

— Тогда почему? Почему вы ничего не попросили!? Я ждала весь день!

Обиженным голоском заявила Карина. На её лице появилось то самое недовольное выражение, как утром.

— Что не попросил?

Недоумевал я, рассматривая вернувшегося «злого хомячка», забравшегося в мою кровать. «Уровень милоты и беззащитности просто сводит с ума. Хорошо, что она уже в моих объятьях. Иначе не сдержался бы, набросился на неё и затискал», честно признавался я сам себе. Правда столь сильный прилив нежных чувств возможно был связан с эмоциональными горками, после кровавого кошмара.

— Вы… Ты утром сказал, что попросишь что-то, но так и не попросил!

— Не понимаю. Я говорил утром что попрошу только если ты хочешь посмотреть…

Запнувшись, покраснев, вспоминая чего наговорил, я замолчал. Карина, всё ещё держала ручки на моей груди и уверенно глядела мне в глаза.

— Но я хочу! И ещё я хочу узнать, что ты хотел попросить! Это сводит меня с ума! Я хочу знать!

Её любопытство граничило с одержимостью. «Что же мне теперь делать? Зачем я сморозил ту глупость утром», лихорадочно соображал я.

Глава 9

В тот самый момент, когда меня вытолкнули перед строем других девочек, я смирилась со своей судьбой. Да, я не возразила тогда, даже слова не сказала.

Я не хотела становиться горничной. Убирать, гладить, стирать. И так всю жизнь. Какая молодая девушка добровольно выберет что-то подобное?

А ведь я знала о другой жизни. Прочла множество книг. Верила, что мир может предложить множество путей, возможностей и судеб. Правда сама я, ничего не могла предложить миру.

Так я думала, и потому мечты осталось в мечтах. На страницах прочитанных и непрочитанных книг. Я убирала, гладила, стирала, и ещё много чего, о чём не хочется даже говорить, не то, что делать. Так что прошлая и будущая я продолжала жить в тех самых книгах, а настоящая, увы, в реальности.

«И вот теперь моя жизнь круто изменилась!» Хотела бы гордо заявить я, но на самом деле, продолжала выполнять рутинные обязанности… не изменилось ничего.

Когда я оказалась в объятьях настоящего мужчины, подумала – «ну теперь точно всё будет по-другому!». Во всех прочитанных мною романах мужчины ухаживали за женщинами, дарили подарки, даже на руках носили. В одной старой книге я прочла про дуэли. Мужчины убивали друг-друга за «руку прекрасной дамы»!

Уж не знаю почему, но именно мне выпал шанс один на миллион. В моей серой, скучной, монотонной жизни появился парень. Настоящий, совсем как в тех книгах. И он обнимал меня, гладил, говорил ласковые слова. Потом случай в библиотеке…

Когда я услышала шаги, отвлеклась, и начала падать. Выходя из-за угла, его светло-зелёные глаза будто бы засветились. В них отразился свет, как у настоящего зверя. Особенно хорошо это было видно в полумраке. Полка с книгами нависала над Тимом, создавая затенённый участок – свет единственной лампы никак не мог охватить собой каждый закоулок огромного зала.

В следующее мгновение я уже лежала на нём, заключённая в его объятья. Когда подняла взгляд, столкнувшись с необычными желтыми глазами, окончательно потеряла себя. В них ощущалась неизмеримая мощь и невероятная сила. Всё чего я желала в тот момент – подчиняться. Остальные мысли попросту исчезли. Находиться рядом, выполнять всё, что он прикажет. Любое его желание, стало бы моим.

И что же он приказал? «Иди, пожалуйста, вперёд». Он пожелал, чтобы я ушла! А мне так хотелось остаться. В том тёмном закоулке, между полок так любимых мной книг. Это было бы так романтично.

Но вместо этого пришлось брести назад, к двум глупым дылдам. Одной, повинуясь его воле. Безропотно. Просто подчиняясь, ведь ничто иное надо мной тогда не властвовало. Оказавшись рядом с его желтыми, животными глазами, я потеряла себя.

Ожидая перед столиком, около дивана, я слегка раскачивалась, пребывая в странном состоянии полутранса. Всё что я слышала, всё что ощущала – его тяжелое дыхание за спиной. И взгляд желтых глаз. Я стала жертвой. Хотела стать таковой. «Пусть набросится на меня, пусть овладеет», именно так я думала и желала лишь этого…

«Да что это со мной», опомнилась я спустя несколько секунд. Он прошел мимо, огибая столик. Я успела заметить, что глаза парня вернулись в норму – снова зеленоватые, с обычными, не вертикальными, зрачками.

«Почему я думала все те странные мысли? Это совсем не похоже на меня!» Я стала горничной, научилась подчиняться, не показывать недовольства, выглядеть покорной. Но я никогда не хотела этого! В своих мыслях я всегда оставалась свободной! До этого дня. До этого случая.

Положив принесённые книги на стол, Тим вдруг начал гладить Клару и Софию. Во мне вспыхнуло новое чувство. Как тогда, в детстве, когда другие девочки начали брать те книга, которые читала я. Они их не читали! Просто забирали, чтобы меня позлить. И никто не заступился, когда я пожаловалась. «Нужно делиться. Другим тоже хочется. Возьми другую», вот какие ответы я тогда получала.

Это жестокий мир. Совсем не такой, как в книжках. Здесь нет мужчин, которые станут устраивать за меня дуэли. «С чего это я решила, что являюсь той героиней, за руку которой, мужчины готовы на всё? Вот дура», ругалась я мысленно. Здесь есть только он. Один.

Я поняла. Все как тогда, в детстве – придётся делиться с теми, кто не ценит и не понимает. Он может дать многое, из того, о чём я читала в книгах. Но что могу предложить взамен я? Героини тех произведений были смелыми, уверенными в себе, а я просто горничная.

А сейчас, побывав в объятьях смерти, почти задохнувшись, я чувствовала себя другим человеком. До этого момента я боялась всего. «Я просто горничная, у меня ничего нет. Но это так же значит, что я ничего не могу потерять! Я могу быть смелой, уверенной в себе, даже если я просто горничная» горели огнём мысли в голове.

Отдышавшись, слушая его голос, лёжа в кровати рядом с Тимом, я вдруг поняла – он испугался! Такой сильный, человек запаниковал, просто увидев страшный сон. Он ведь даже оказался сильнее тех сестер-громил. Выше меня почти на целую голову, а я считала их непобедимыми.

«Пусть даже этот мир не такой как в книгах, и здесь нет других мужчин, кроме этого. Но зато есть он. И он здесь, рядом со мной», пьянея от собственных дерзких мыслей, я обнимала парня. Прижималась к нему, ощущая рельеф его тела под своими горячими ладонями.

— Я невиновата?

Слушая будто со стороны свой голос, я получила ответ:

— Конечно! Просто плохой сон!

Ещё раз ощутив его страх и растерянность, я полностью перешла в наступление, обращаясь к нему на «ты». О, я прекрасно понимала, чем всё может кончится. Не зря же читала все те книги. Что ещё молодой, здоровый парень может попросить, ведь у меня ничего нет, кроме моего тела!

Даже если забыть о том, насколько приятен сам процесс, если верить книгам, получить семя было бы просто замечательно. Я всё равно собиралась первым делом, после официального устройства, занять место в очереди на искусственное оплодотворение. «Но это не значит, что я не хочу почувствовать всё то, что так красочно описывалось в любимых романах! И я это получу», пообещала я самой себе.

Тим явно чувствовал себя виноватым, ведь он только что почти лишил меня жизни. Я стала невероятно смелой, отчаянной и дерзкой. «Давай! Проси! Я сделаю! И уж тогда получу всё, чего хочу Я», взрывался мыслями взбудораженный воображением разум.

Но жизнь не такая, как в книгах. То ли от чувства вины, то ли он сам по себе был таким застенчивым… погладив по голове, и легонько похлопав по спине, парень прошептал:

— Ничего не нужно. Я тогда ещё не совсем проснулся, вот и сморозил глупость.

«Ну уж нет! Я стану главной героиней этого романа», чуть не выкрикнула я. Оттолкнув парня, поднявшись над ним, сползая с кровати, глядя в глаза, я стаскивала фартук и развязывала шнуровку платья. При этом приговаривала тихо, но уверенно:

— Это не было глупостью, Тим, всё должно быть по-честному – сначала сама должна показать то, что пыталась увидеть. Коль уж два раза посмотрела без разрешения, должна вернуть столько же и того же!

Его рот открылся от удивления, но возразить парень ничего не смог. Возможно его шокировала моя смелость. Или наглость. Но мне было всё равно. Выпрямившись так, чтобы тусклый свет из окна получше освещал моё обнаженное тело, я расправила плечи.

Во всех книгах недвусмысленно говорилось – мужчины восхищаются, наблюдая за женщинами без одежды. Да я и сама заметила, какое Тим уделял внимание Кларе, когда она влезла в то слишком тесное, для охранницы, платье.

И теперь, не переставая ловить его взгляд, я поняла, что не ошиблась! Единственный раз в десятый день рожденья, мне и другим девочкам в школе дарили подарки. И сейчас Тим выглядел так же, как мы тогда.

Купаясь в его внимании, в устремлённом на меня взгляде полном восхищения и вожделения, я замерла, почти перестав дышать. Его глаза слегка изменились, обретя желтоватый оттенок, но всё ещё оставались человеческими. Он поднялся, и обошел вокруг.

Казалось, его страстное любопытство охватывает каждый миллиметр моего обнаженного тела. Проникает везде и всюду. Когда он обнял меня, прикоснувшись губами к шее, поцеловав нежную кожу, я поняла – всё что описывалось в тех книгах правда!

Его поцелуй вдруг обернулся лёгким укусом, и с моих губ сорвался стон. Больно не было. Ну, может совсем чуть-чуть. Но я желала этой боли. Стон привлёк внимание Тима, и он приник своими тёплыми, мягкими губами к моим.

По телу пробежала волна наслаждения. Моё тело растворялось в его объятьях, сердце бешено колотилось, а разум просто перестал существовать. Немного отстранившись, обрывая поцелуй, Тим заглянул в мои в глаза. Я снова издала стон, на этот раз от разочарования – мне не хватило, я не распробовала, хотелось ещё!

Я сама потянулась к его губам. И получила чего желала! Более страстный, напористый, и длительный поцелуй. Захлестнувшие меня ощущения казались необычными, но естественными и невероятно приятными одновременно.

Насладившись поцелуем, чувствуя лёгкую слабость я положила голову на его грудь. Не напрягаясь Тим поднял меня и уложил на кровать…

***

Через час-полтора, девочка окончательно выдохлась. Со словами, «лучше чем в книжках», она заснула на моём плече. «Какой же всё-таки хитрый лисёнок скрывался в теле этой, на вид невинной и миленькой девочки», поражался я.

Пришло время проанализировать случившееся: «однако я не настолько твёрд духом, как считал ранее – не смог себя сдержать, когда увидел её обнаженное тело. Хотя нет, дело даже не в этом. Дело в том её взгляде, он будто говорил – возьми меня сейчас! Немедленно!».

И я взял. Как мог – опыта у меня, естественно, не имелось, но знаний хватало. Я рос любопытным парнем, обо всех этих амурных делах, прочитал немало. Судя по её довольному лицу, и издаваемым звукам, получилось неплохо.

Как только первый лучик солнца коснулся моего лица, я проснулся. И не только я. Вчера было хорошо, но маловато. Начав гладить Карину, я нежно целовал её в губки. Девочка проснулась, томно потягиваясь. Бросив смущенный взгляд из-под ресничек, горничная прижалась, потеревшись щекой о мою грудь. И тут, внезапно, она повернулась к окну. Её зрачки расширились.

— Уже утро!

Воскликнула горничная, вскакивая с кровати, хватая брошенную вчера на пол одежду, поспешно одеваясь.

— Мы куда-то опаздываем?

Насмешливо произнёс я. Но Карина, поджав губки, парировав взглядом, раздражённо заявила:

— Вчера хозяйка изменила свои указания! Теперь мне не нужно постоянно находиться рядом с тобой! Поэтому я должна оправляться в город, за покупками с наставницей. Обо всём остальном, теперь будут заботиться София и Клара.

Остановившись, грустно вздохнув, она вдруг подошла и поцеловала меня.

— Но я всё равно буду приходить!

И ускользнула, не позволив заключить себя в объятья. Я поднялся с кровати, открыл окно, запустив в прохладный утренний ветерок в комнату. Вдали виднелась синева моря, перед ним, разноцветье осенних деревьев. Красота. «Замечательная ночь, и отличное утро», мелькнула мысль.

— Ах!

Я услышал удивленный возглас, а обернувшись заметил покрасневшее лицо Клары, которая тут же захлопнула дверь. «Надо бы, для начала, что-нибудь надеть», улыбнулся я.

— Доброе утро, Клара! Ты одна? Как спалось?

Бодро шагая к ванной, засыпая вопросами мою охранницу, я спускался по лестнице. Лицо девушки до сих пор сохраняло розовый оттенок. Растерявшись, она отвечала, запинаясь:

— А… Эмм… Хорошо..?

Последнее её слово, действительно звучало как вопрос. Будто она спрашивает, удовлетворён ли я её ответом. «Ну… Удовлетворён. Был. Вчера», пошутил я мысленно.

Больше мучать не шибко умную девушку я не стал. Молча продолжил свой путь. Закончив утренние процедуры, я перекусил вчерашней, давно остывшей едой – столик на колёсиках до сих пор оставался в моей комнате.

Собираясь сходить в библиотеку, я снова выглянул за дверь. Теперь там оказалось на одну близняшку больше. София приветливо мне улыбнулась, и бодро произнесла:

— Доброго утра, Тим! Желаете сегодня опять гулять в саду?

«Да! Вот так нужно приветствовать своего обожаемого… эмм… охраняемого подопечного», снова пошутил я про себя. Не признаю «любимчиков», но София нравилась мне всё больше. «Эх Клара, почему же ты такая вредная? Что я сделал не так? И где то коротенькое платьице…», продолжался мысленный диалог с самим собой.

Возможно я действительно был слишком бодрым сегодня. Но у меня имелось оправдание.

— Привет Софи! Ты как всегда неотразима! И да, сходим в сад, но сначала, скажите куда откатить этот столик?

Указал я через открытую дверь на готовый к транспортировке объект. Оттолкнув меня, Клара быстрым шагом направилась в комнату. «Ну зачем ты так со мной», мелькнула мысль, а Клара уже толкала столик через порог, чуть не рассыпая с него всё на пол.

— Я сама!

Заявила девушка, шагая по коридору с приличной скоростью. Я крикнул ей вслед что мы будем ждать в библиотеке, и она скрылась за поворотом. София лишь пожала плечами.

Дождавшись в библиотеке вторую сестру, я задал девушкам вопрос:

— Вы сегодня опять хотите бегать со мной?

Получив два синхронных кивка в ответ, я отправил сестёр переодеваться в спортивную одежду. К счастью, такая у них имелась. Естественно ходили они по очереди, что заняло, в общем, примерно половину часа.

Так что я даже успел прочесть несколько относительно свежих газет. В одной из них, рядом с заявлением женщины, о том, что её похищали инопланетяне, красовался заголовок: «Зачем правительства скрывают правду?!!»

Дальше красовались свидетельства очевидцев, которые, якобы, наблюдали на улицах города настоящего мужчину. Не изменённого. Вчитавшись, я понял, что статья обо мне. «Ха – в этом мире я на одном уровне с НЛО и зелёными человечками», улыбнулся я.

А вот ближе к концу колонки напечатали заявление женщины, которая утверждала, что видела, как я проник в квартиру к её соседке. Это не могло не насторожить и огорчить, ведь потом ту соседку куда-то забрали.

Словами: «квартира пустует до сих пор, хотя поначалу там побывала целая куча различных организаций, от полиции, до службы национальной безопасности», заканчивалась статья. Девушку оставалось только пожалеть – рассказать обо мне она всё равно ничего не могла. «Да я и сам о себе, пока, знаю почти что ничего. Больше вопросов, чем ответов», лишь вздыхал мысленно я.

***

В особняк через парадную дверь вошла женщина. Чем-то она напоминала хозяйку дома. Похожий костюм, туфли, даже причёска идентичная. Она была на года два-три младше Ольги.

Никто не задавал ей вопросов, никто не пытался остановить. Все знали – это лучшая подруга хозяйки. Некоторые считали, что они вообще сёстры. Без стука распахнув дверь кабинета, гостья, закинув ногу на ногу, расположилась в кресле. Явно пребывая в плохом расположении духа, она смерила тяжелым взгляд хозяйку.

Ещё никогда Ольга не видела свою подругу в таком состоянии.

— Здравствуй, Лена.

— В этот раз ты зашла слишком далеко! Сколько дней прошло? Разве я не сказала тебе в первый же день, когда ты ко мне обратилась, что следует сделать?!

Когда-то давно, эти две женщины начинали свой путь вместе. Не имея за душой ни гроша, к подругам в руки попал старый игровой автомат. Его тогда украла Ольга, с какого-то склада. И если бы она не отдала тот самый, первый автомат, подруге, а та не разобрала его по винтикам, обе так и остались бы уличной шпаной.

Оказалось, талант Лены – техника. Разобрав что-то, она могла сказать, как это работает. И собрать обратно. Ну, почти всегда. Иногда вещь превращалась в бесполезный хлам. Прямо как тот игровой автомат. Ольга не стала ругать подругу, наоборот, похлопав по плечу, поддержала.

Зато потом Лена, из наворованных запчастей, смогла собрать целых три, отлично работающих. Сейчас Ольга контролировала весь игорный бизнес в городе. Не совсем законный, но прибыльный. А её подруга стала ведущим техником-специалистом, работающим на правительство.

— Да перестань ты, никто не узнает.

— Твоя горничная искала мужскую одежду в городе! Слишком большого размера, чтобы её могли носить изменённые. Хотя у тебя и такого нет! Хорошо, что эта информация попала сначала ко мне, и я её подчистила! Оля, как ты не понимаешь – это вопрос времени, когда они узнают, что он у тебя. И случится это гораздо раньше, чем ты думаешь! Я ничем не смогу тебе тогда помочь. Меня уничтожат так же, как и тебя. В порошок сотрут, вместе с этим домом, и всеми, кто в нём находится!

Ольга показала злобный оскал, прорычав:

— Пусть попробуют!

— Не строй из себя дуру! Сделай как я сказала – у тебя есть дочь, пусть возьмет его семя. А потом избавься. Продай, подари, выброси. Я бы и свою мелкую привела, но ей всего десять. Жаль конечно, упускать такой шанс, но это нужно сделать! Ну же, подруга! Я не хочу тебя хоронить!

Последние слова женщина произнесла, подойдя к Ольге, положив на её плечо свою руку. В глазах гостьи читались страх и мольба. Ольга тяжело вздохнула, поворачиваясь к окну.

— Не всё так просто! Он не такой как ты думаешь. И эта вредная девчонка не желает слушаться. Она его боится. Когда я завела разговор на эту тему, вообще истерику закатила! Ума не приложу, как заставить девчонку взять его семя. Маргарита совсем не такая, какими были мы…

Присоединившись к созерцанию вида из окна, Лена задумчиво заговорила:

— Дочка твоя? Не удивительно. Избаловала ты её. Трудностей мелкая не знала, а ты ещё и охранниц к ней приставила!

Лицо Ольги скривилось, но возражать она не стала – подруга была права. Женщины молчали, любуясь разноцветными, яркими листьями, медленно опадающими с деревьев в саду.

Вдруг из-за угла выбежал парень. Схватившись за ветку одного из деревьев, он начал подтягиваться. Через пару секунд из-за поворота появились сёстры-близняшки. Как только они поравнялись, парень спрыгнул и продолжил бежать, скрываясь за домом. Сёстры снова стали отставать.

— Невероятно! Это те самые, что охраняли твою Маргариту? Они ведь считались лучшими в своём выпуске!

Ольга недовольно поджала губы, и произнесла:

— Я же тебе говорила, что всё не так просто. Вчера, когда они уже валялись без сил, Этот, продолжал заниматься больше часа, после чего бодро вернулся в дом. Да если он вдруг захочет, сможет уйти, и без оружия мне его не остановить!

— Настолько силён?

Задумчиво спросила Лена,

— Тогда у меня появилось отличное решение всех твоих проблем. Тот, кто нам мешает, тот нам поможет!

Сама того не понимая, выразилась женщина фразой из старого хорошего фильма, и начала излагать свой план хозяйке дома.

Глава 10

Сколько себя помню, мы с Кларой были неразлучны. До самого выпуска я ни в чём не уступала сестре, а она мне. Наши спарринги, обычно, заканчивались в ничью. Либо одна из нас побеждала, но только для того, чтобы в другой раз оказаться побеждённой.

Стреляли мы тоже одинаково хорошо – всё время соревнуясь между собой, мы давно превзошли наших сверстниц. Однако жизнь не стоит на месте. Нас взяла к себе госпожа Ольга. Мы знали кто она, и ожидали «грязной» работы.

Правда иногда жизнь преподносит неожиданные сюрпризы – оказалось, нас приставили присматривать за её дочкой. Я не могла поверить что нас, лучших выпускниц, сделают няньками! Хотя платили хорошо, так что мы не возмущались. Я не возмущалась.

Зато Клара, наедине, все уши прожужжала – «Как же так? Мы должны следить, чтобы эта маленькая гадость не поранила ножку, свалившись с собственной кровати! Да я сама поломаю ей обе ноги, если она продолжит хамить!». И ещё много подобного рода бравад и угроз.

С каждым днём сестра становилась всё мрачнее, изнуряя себя тренировками в свободное время. Стыдно признавать, но она превзошла меня. Боюсь теперь, я могла выиграть у неё только в одном случае из четырёх, а то и пяти.

Просто я занималась кое-чем особенным. В отличии от Клары, у меня изменились приоритеты – появилась мечта, и я уверенно приближалась к её осуществлению!

Все знали госпожу Ольгу, как властную, уверенную, сильную и суровую начальницу. Но когда я попала в её дом, увидела другую сторону этой женщины. Она проявлялась только тогда, когда рядом находилась Маргарита.

Ольга просто не могла не баловать свою дочь. Мы с сестрой не знали материнской любви. Что это такое я поняла, только оказавшись здесь.

С каждым днём во мне росло новое чувство. Наконец я обрела цель в жизни, к которой решила стремиться. У меня, конечно, была сестра, и мы заботились друг о друге, но сестринская забота и материнская, как выяснилось, совершенно разные вещи!

Мне захотелось стать матерью. Подарить жизнь и любовь. И я наделась, получить любовь в ответ. Я собиралась научить свою дочь всему хорошему, из того, что знала сама, и оберегать от всего плохого.

Все необходимые анализы я уже сдала, бумаги заполнила. Оставалось дождаться только своей очереди. О, я знала, что там не всё так просто, но с таким покровителем как госпожа Ольга, волноваться не стоило. Я пока не решалась обратиться к ней за помощью в этом вопросе – ждала удобного момента…

А потом случилось то происшествие на пляже. Уж не знаю, было ли это удачей, или сама судьба в лице Маргариты, привела нас именно тогда и именно на тот, а не какой-нибудь другой крохотный пляж, скрытый от глаз прибрежной лесополосой.

Когда я поняла, на что мы наткнулись, то оказалась на седьмом небе от счастья! «Ну теперь я точно смогу попросить о содействии! Конечно, это не лично я его нашла, но ведь находка ценная. Госпожа Ольга будет довольна», думала я.

Пока он не открыл глаза и не заговорил. Поначалу я не придала этому особого значения – ну говорит, ну с глазами какие-то странности, какая разница? Зато хозяйка сразу разобралась в ситуации и приказала нам его охранять.

Правда она не была так уж довольна. Скорее наоборот. Похоже, находка не так хороша, как я предполагала. Ничего просить в тот день я не решилась.

Клара же, как всегда, оставшись наедине со мной, начала возмущаться – «Зачем нужно охранять беспомощного мужчину? Для чего нужны целых две охранницы? Такие как мы! Хватило бы и простой горничной, которую, кстати, тоже к нему приставили!».

Когда мужчина самостоятельно вышел из комнаты, на следующий день, стало ясно – хозяйка поступила правильно. Никогда не сомневалась в том, что она очень умная. Как иначе можно заработать столько денег и получить такой огромный дом?

А ведь она закончила ту же академию что и мы, была такой же, обычной девушкой, без гроша за душой. Мастер часто рассказывала о ней, ставя в пример, к которому следует стремиться. Мы с сестрой были сильны, хорошо стреляли, но я совершенно не представляла, как и где раздобыть столько денег.

И хотя Клара продолжала утверждать, что достаточно одной меня, чтобы справиться с этим странным, но всё же мужчиной, мне уже так не казалось. «Силы и энергии в нём хватит на десятерых, таких как я», думала я, окончательно сбившись со счёта…

Лицо горело, невероятно хотелось пить, пот заливал глаза, а он всё ещё бодро бежал впереди, останавливаясь и подтягиваясь на ветке дерева. Наконец обратив своё внимание на нас, парень перешёл на шаг и направился к дому.

Он снова отправил нас в душ первыми, но на этот раз там уже лежали некоторые вещи, в которые можно переодеться. Карина вчера побеспокоилась об этом. Хорошая девочка, я могла лишь порадоваться тому, что она перестала нас бояться. И хотя горничная до сих пор относилась к нам прохладно, я надеюсь в скором времени подружиться.

После душа Тим снова заставил нас рассказывать о всяких глупостях, усадив на кровать в своей комнате. «Не понимаю, зачем ему всё это», недоумевала я, хотя уже давно устала удивляться его странностям.

«Ну вот скажите, кто захочет читать такие большие книжки? Там ведь даже картинок нет! Хорошо что он больше не пытается заставить читать нас с Кларой – это было настоящее мучение», вспомнились недавние события в библиотеке.

На его вопросы отвечала в основном я – Клара, потратив всю энергию, медленно клонилась к подушке, засыпая. Мы больше не дежурили у его двери как в первую ночь. Просто запирали её. Но после столь изнурительных тренировок я бы сейчас тоже не отказалась прилечь вздремнуть на часик-другой. Я что-то бормотала, отвечая на очередной вопрос, совершенно не осознавая этого, моя голова опускается, а веки закрываются…

Ласковое прикосновение, уже ставшее привычным, за эти пару дней, вернуло меня из мира грёз. Сколько бы ни возмущалась Клара, жалуясь на подобного рода, бесцеремонность, и вторжение в личное пространство, выглядела сестра, в такие моменты счастливой и расслабленной. «Интересно, я тоже выгляжу такой беззащитной сейчас», мелькнула мысль.

— Я дал бы вам ещё поспать, но обед давно прошел, читать тут больше нечего, а в библиотеку, без вас, я пойти не могу. Точнее могу, но вас за такое, наверное, накажут.

Он говорил всё это, продолжая гладить наши головы. Я не возражала, мне это даже нравилось. Если Клара не сопротивляется, сонно потирая глаза, то почему это должна делать я?

Как выяснилось, проспали мы около двух-трёх часов. Сестра, опомнившись, вызвалась сходить за обедом для Тима. Соответственно, она решила пообедать первой, пока Светлана, наша повариха, будет загружать столик парня едой.

«Пусть идет, она тратит больше энергии, чем я, нагружая себя дополнительными тренировками», лишь кивнула на её предложение я. Пока сестра отсутствовала, Тим снова начал задавать свои вопросы. На этот раз спрашивал о наших с сестрой тренировках.

Чувствовала я себя немного неловко, находясь в небольшой комнатушке, наедине с мужчиной. А может я просто привыкла, что Клара всегда рядом. Ничего странного не произошло, вскоре вернулась сестра, дребезжа тарелками на столике, и я отправилась обедать.

На кухне уже сидела Карина, вернувшаяся из города с покупками. Горничная тоже обедала.

— Всё нормально? Ничего необычного не случилось, пока меня не было?

Девчушка задавала странные вопросы. Что такого могло случиться, за каких-то полдня? Соответственно это я ей и ответила. Перекусив, я направилась обратно к Тиму. Карина последовала за мной.

Странно, ведь её освободили от необходимости ухаживать за парнем. Сейчас было её свободное время, но в библиотеку, как раньше, горничная не пошла. Карина очень изменилась за эти пару дней, даже её отношение к нам с сестрой стало абсолютно иным. Её смелость порой граничила с дерзостью. Если бы какая-нибудь из наших соучениц в академии так себя вела, точно бы нарвалась на драку.

Когда мы вошли, Клара быстро выскочила из комнаты. Нечасто я видела её такой довольной.

— Сейчас вернусь!

Заявила она, хлопая дверью. Мы с Кариной вопросительно посмотрели на Тима. Парень, почему-то смутился, отводя взгляд.

— Я просто спросил, что ей нравится больше всего, и она рассказала мне о ваших спаррингах, Софи. Наверное я зря попросил её, показать пару приемов…

«Конечно зря – Клара никогда не успокаивалась, пока не победит. Даже когда мы были на одном уровне, последняя победа должна была достаться обязательно ей! Какие ещё пару приемов? Хозяйка точно будет недовольна», пребывая в полной растерянности, я боялась произнести это вслух. Зато Карина не побоялась:

— Это очень плохая идея. Это опасно! Хозяйка будет недовольна!

Повторила горничная мою последнюю мысль вслух. На что Тим тут же ответил:

— Не стоит волноваться, я аккуратно. Я не сделаю ей ничего плохого!

«Какой глупый мужчина! Он думает, что мы волнуемся о Кларе! Очень глупый. Вот почему хозяйка приказала нам его охранять – он совершенно не осознаёт опасностей», вздыхала я про себя.

Ну а горничная просто приложила руку к лицу, закатывая глаза. И пока мы обдумывали, как бы вразумить этого несмышленого глупца, вернулась Клара. Она притащила две пары беспалых перчаток. И даже успела переодеться, нарядившись в рубашку-кимоно, и облегающие спортивные шорты.

Штаны в которых мы бегали, валялись в ванной, вместе с другими грязными вещами, а других у нас здесь, в особняке хозяйки, не имелось. Сестра бросила на нас хмурый взгляд, проходя мимо и протягивая Тиму перчатки. Тот виновато опустил голову:

— Прости, так как мы хотели не получится – Карина говорит, это плохая идея.

Рука Клары опустилась, и она, поджав губы, взглянула на горничную. Та вернула ей такой же недовольный взгляд, уперев ручки в бока. Похоже Тим почувствовал вину и попытался разрядить остановку.

— Девочки пожалуйста, не ссорьтесь. Я кое-что придумал!

Сначала я обрадовалась, но потом, когда я услышала, что такое придумал парень, чуть не упала. Он передал вторую пару перчаток мне, а сам вышел в коридор вместе с Кларой.

Заявив, что ему нужно восстановить координацию, поэтому, стоя на месте, он будет уклоняться, пока Клара должна пытаться попасть в голову, тоже стоя на месте. Естественно бить следовало легонько, только чтобы обозначить ошибку уклоняющегося.

С первых секунд сестра взяла быстрый темп, и пару раз попала, однако потом Тим ускорился. Удары Клары становились всё быстрее, силы вкладывалось всё больше, но она не могла попасть. На лице парня появилась улыбка, которая все сильнее злила сестру.

Через минуту Клара работала на полную мощность, со всей доступной скоростью. На её лице отражалась настоящая ярость. Сестра проигрывала, и ничего не могла с этим поделать. Осознав что Клара выходит из себя, совершенно не сдерживаясь Тим, слегка запыхавшись, произнёс:

— Пожалуй хватит. Давай остановимся.

Вот только сестра не остановилась, из её рта донеслось приглушенное рычание. Тим сделал шаг назад, поднимая руки перед собой. Его ладони были обращены на девушку, в примиряющем жесте. Та вдруг попыталась применить болевой прием, хватаясь за ближайшее запястье, выворачивая его.

Вот только сестра недооценила силу и жёсткость оказавшейся в её распоряжении руки – та никак не поддавалась давлению. Осознав, насколько смешно выглядела в наших глазах попытка захвата, Клара прикусила губу, отчаянным рывком подсаживаясь, с разворота перебрасывая парня через своё плечо.

Но и тут всё пошло не так как планировала девушка – Тим повис на противнице, обхватив свободной рукой талию Клары. Захлебнувшись в бессилии, колени сестры подогнулись. Она крутнулась, освобождаясь из хватки, но сделала это слишком резко.

Вращаясь, тело сестры падало на пол, обещая жесткое приземление через секунду. Однако Тим успел среагировать, подставив себя под удар, оказавшись на мгновенье быстрее. Гул от падения двух тел разнёсся по коридору. Тяжело дыша, парень и девушка прижимались друг к другу. Руки Тима крепко держали талию Клары под кимоно – пояс развязался во время борьбы.

Выдохнув со стоном, сестра начала подниматься, упираясь руками. Теперь, когда пояс больше не выполнял свою функцию, кимоно распахнулось. Всё что скрывала и сдерживала спортивная рубаха, легло прямо на лицо Тиму.

Посмотрев вниз, сестра сделалась полностью красной, теперь уже не от злости, а от смущения. Она отскочила назад, прикрываясь и завязывая пояс. Теперь, когда всем открылся вид лежащего на спине парня, стало ясно, что кое-каких результатов, Клара своей борьбой, всё-таки добилась.

Нечто заметно приподняло штаны Тима изнутри, и это что-то, понятное дело, не являлось содержимым его карманов.

— Ты должна взять на себя ответственность, сестра.

Закон есть закон – если ты стала причиной возбуждения мужчины, обязана взять семя. Либо немедленно передать другой желающей, при условии, что она находится в непосредственной близости.

Изменённые могли дать семя всего раза три в месяц, и даже если всё прошло удачно, беременность не гарантирована. Зато если во время возбуждения изменённый переживёт какое-нибудь потрясение, может потерять свои мужские функции навсегда. Тим был необычным, но тем не менее, мужчиной.

— Я не специально! Я забылась, увлёкшись боем, простите! И вообще, София, это же ты хотела ребёнка.

«Да, хотела. И хочу. Интересно откуда сестра знает? Я же ей не рассказывала», удивилась я. Но я могла получить семя, просто дождавшись очереди. А сестре такой шанс мог больше вообще не выпасть. Поэтому я сказала:

— Специально или нет, значения не имеет. Ты это сделала, и ты должна выполнить свой долг!

Мы сверлили друг друга взглядом, как делали это всегда во время спора. А Тим в это время лежал на полу, переводя изумлённый взгляд с меня на сестру и обратно. Карина подошла, протянув ему руку, но он поднялся сам, отряхиваясь и поправляя одежду. Горничная вдруг раздраженно заявила:

— Вы двое! Хватит спорить! Стойте здесь и занимайтесь тем, что вам поручила хозяйка – охраняйте, вместо того, чтобы избивать!

Она схватила руку Тима и потащила в комнату.

— Да всё нормально. Дайте мне минутку, и всё пройдёт, с чего столько шуму?

Пытался возражать парень, однако послушно плелся вперёд, увлекаемый маленькой горничной. Как только он пересек порог комнаты, Карина захлопнула дверь. Изнутри послышался щелчок закрываемого замка.

Мы с сестрой стояли в полной растерянности. Помешать мы не могли – если она расскажет хозяйке про Клару, будем наказаны. А ещё через пару минут из комнаты начали доноситься необычные звуки.

— Так вот что это тогда было!

Прошептала Клара. Ночью она куда-то выходила, но быстро вернулась. И видимо она поняла, почему рано утром горничная вышла из комнаты Тима в настолько растрёпанном виде.

***

Карина в полной мере воспользовалась моим потрясением, затащив в комнату. Никогда бы не подумал, что в постель будут тащить меня, а не наоборот. Я не жалуюсь, вы не подумайте, но чувство странное. Этот мир продолжал удивлять не меньше, чем странности нового тела!

Выйдя из комнаты, я не знал куда девать глаза от смущения. Хотя, похоже, близняшки тоже стеснялись на меня смотреть. Оказывается, девушки во время этого процесса могут быть довольно громкими. Даже такие маленькие и миленькие как Карина.

Она, кстати, осталась в комнате. Снова отключившись после удовлетворения своих желаний. Я улыбнулся сам себе, вспоминая стереотип, что после полового акта мужчина засыпает, а женщине охота поболтать. Приняв душ, чтобы освежиться, я снова отправился в библиотеку. Клара и София всё время молчали.

Вот только до библиотеки мне дойти не дали. Из-за поворота вышла та самая женщина, которую я видел около дверей хозяйки дома.

— Госпожа желает вас видеть.

Заявила она. Развернулась, и пошла обратно. «Ага, и вам «здравствуйте»! А если её видеть не желаю я? Ну да ладно, меня здесь кормят, одевают. Крышу дали над головой. И я благодарен за это. Постараюсь быть вежливым», пообщался с самим собой я.

Хозяйка пребывала в хорошем расположении духа. Передо мной, на столе стояла чашка горячего кофе.

— Здравствуйте, хозяюшка! Сегодня вы ещё прекрасней, чем вчера!

Ольга осталась довольна таким началом разговора. Она улыбалась, слушая как попивая кофе, я нахваливая не только внешность, но и щедрость госпожи. Из того что я успел прочесть об этом мире – кофе теперь стоило немалых денег.

— Хорошо ли тебе в моём доме?

Вдруг задала Ольга вопрос. Я тут же насторожился. Конечно я понимал, что придётся рассчитываться за гостеприимство. И вот, похоже, момент настал. Надеялся лишь, что цена не окажется слишком высокой.

— Всё хорошо, Ольга, мне здесь нравится.

Мы некоторое время смотрели друг на друга. Я ухмылялся одной из своих самых глупых полуулыбок. А потом хозяйка дома перешла прямо к делу:

— Я бы хотела у тебя кое-что попросить. Поскольку я знаю, чем ты занимаешься с горничной, хочу что бы ты сделал то же самое и для моей дочери.

Она замолчала, изучая мою реакцию. «К чему-то подобному я и готовился. Однако, похоже, это не вся просьба, судя по выражению лица хозяюшки», поэтому я не спешил отвечать. Скривившись она продолжила:

— Но есть небольшая проблема. Маргарита, почему-то, очень тебя боится. Настолько сильно, что мне не удалось её уговорить, даже применив угрозы! Поэтому тебе придётся заставить глупую девочку, ты сильный я видела, сможешь.

— Нет.

Мой жесткий ответ удивил женщину. Она рассматривала меня, поджав губы. Я больше не улыбался, моё лицо стало абсолютно серьезным. «Это вообще, что за просьбы такие? За кого она меня принимает», постепенно закипая, размышлял я.

— Ну ладно, я сама её свяжу. Могу держать собственными руками, если хочешь. А ты просто сделаешь своё дело. Дашь семя моей дочке и все довольны.

— Нет!

Поднявшись с кресла, она нервно поправила одежду, сложила руки за спиной и подошла к окну. Глядя в него, хозяйка как будто выплюнула:

— Почему?

«Почему? Женщина, ты ещё спрашиваешь», ругался я про себя.

— Да потому что я не насильник! Уж не знаю актуально ли это слово сейчас, но это так!

Ольга обернулась, удивленно оглядела меня с ног до головы, и направилась обратно к своему креслу. Рухнув в него с разбитым, уставшим видом она прошептала:

— И что же мне теперь делать?

Она не обращалась ко мне, это скорее был горестный, беспомощный вздох. Мне стало жаль её. На лице женщины даже появилось пара морщинок. Тогда я поднялся, направляясь к ней. Ольга оставалась погружённой в свои мысли и, похоже, ничего не замечала.

«Почему женщины этого мира так прелестны, беззащитны и беспечны», спрашивал я самого себя. Оказавшись рядом, я положил руку ей на плечо, а потом погладил по голове.

Ольга дёрнулась, повернулась, уставившись округлившимися глазами и замерла. Похоже она пребывала в лёгком шоке. «Интересно, хотя бы один раз в жизни был ли кто-нибудь с ней ласковым и нежным? Если речь идёт о мужчинах, то наверное, нет», продолжая ласково гладить женщину по волосам, я тихонько, почти шепотом заговорил:

— Не нужно так расстраиваться. Мне больно видеть твою печаль. Конечно же я помогу, ведь ты спасла меня и пригласила в свой дом. Я понял чего ты хочешь, но насиловать твою дочь не стану. Зато я могу подарить ещё одного ребенка тебе.

— Н-но я старая…

Попыталась возразить хозяйка дома.

— Это не так. Как уже не раз говорилось – ты очень привлекательная женщина, и, я уверен, можешь иметь детей. Выглядишь вполне здоровой, так что проблем возникнуть не должно.

Подарив ей свою самую ослепительную улыбку, я сделал шаг назад. Женщина приложила к голове руку, не в силах поверить в происходящее. Всё озвученное, являлось правдой – хозяйка мне действительно нравилась.

Странно, в той жизни я не был способен оценить красоту зрелых женщин, однако сейчас всё изменилось. Ольга растерянно отвела взгляд и произнесла:

— Я… подумаю…

Глава 11

— Мы обнаружили его, профессор. По крайней мере, всё указывает на то, что он там.

Женщина в форме, без опознавательных знаков, с серьезным видом указывала на карту.

— У каждой вашей подчинённой должен быть транквилизатор. Одиннадцатого необходимо взять живым. Побочный ущерб меня не интересует.

Отвечала ей другая женщина, в белом медицинском халате и роговых очках.

— Насколько мне известно, хозяйка дома благоразумная женщина. Можно будет обойтись без стрельбы.

— Ты помнишь, что случилось в лаборатории?

— Конечно, однако в этом доме всё тихо и спокойно, никаких зверств и никто, насколько нам известно, не пострадал.

Поправив очки, женщина-учёная подытожила:

— Значит произошли изменения в лучшую сторону. Либо отчёты и рассказы очевидцев из лаборатории неверны. В любом случае готовьтесь к худшему. Однако не вздумайте стрелять по нему боевыми, он нужен мне живым и желательно целым…

***

— Разрешите доложить, полковник?

Женщина в синей форме, с майорскими нашивками обращалась к начальнице. Та сидела за столом, заваленным бумагами.

— Сара, ну сколько можно, я ведь тебе говорила – когда мы наедине обращайся просто по имени. Что там у тебя?

Та немного расслабилась, но не сдвинулась с места и серьезно продолжила свой доклад:

— Наш источник подтверждает – в северной лаборатории случился инцидент. Лаборатория разрушена, много персонала погибло. Но самое главное не это. Похоже, им удалось совершить прорыв. Хотя не ясно в лучшую или худшую сторону. Двое из трёх объектов тоже погибло. Зато третий сумел выжить и сбежать.

Полковник откинулась в своём кресле и вздохнула.

— Ну и что? Мы давно знаем, что они способны создавать этих твоих «объектов». Что толку, если для этого необходим весь их ресурс, который, кстати, намного больше нашего. Хотя радует, что теперь, после настолько серьёзной катастрофы, они подобную возможность потеряли. Лет на десять как минимум.

Подчинённая вдруг упёрла руки в бока, строго посмотрев на полковника.

— Будь серьезнее Мишель! Я же сказала – они совершили прорыв! Объект не только сумел выжить в этой катастрофе, он, похоже, и являлся её причиной. Вот тебе отрывок шифровки: «Испытуемый стал полностью неконтролируемым, уничтожал всё что попадалось под руку. Это напоминало бешенство. К тому же его сила увеличилась во много раз. Испытуемый был способен поднимать вес, намного превышающий его собственный, голыми руками разрывать ремни безопасности и электрические провода, развивать огромную скорость…»

Оторвавшись от чтения, Сара посмотрела на свою начальницу. Та скептически поморщила нос.

— Это бред. Скорее всего у агента шок после аварии в лаборатории, может долбануло её там чем-то по голове.

Однако Сара отрицательно покачала головой.

— Есть ещё кое-что. Из различных источников, в том числе в правительстве, пришла другая информация. Его видели в городе, через пару дней. Город на расстоянии примерно двести километров от места расположения северной лаборатории. Более того, объект вступал в контакт с местными жителями. А после, когда на его задержание задействовали всю местную полицию и спец службы, сбежал. Мишель, он смог сбежать из такого окружения! Но и это ещё не всё.

На сей раз лицо полковника стало серьёзным, а Сара, наконец, улыбнулась:

— Всего за пару часов, он вступил в связь с местной жительницей. И если верить моим источникам, а им верить можно. Так вот он её оплодотворил! С первого раза. Без побочных эффектов. Ну, это пока… Тем не менее, если сумеем его заполучить, это даст нам невероятные возможности! А если сами сможем создавать нечто подобное…

Сара мечтательно зажмурилась, уже представляя красочное будущее. Полковник Мишель задумчиво произнесла, теребя прядку волос.

— Если всё действительно так как ты говоришь, то можно рискнуть. Свяжись с центральной, пусть готовят свою «Бету», и распорядись подготовить нашу «Альфу». Давно хотела испытать их в деле – что толку тратить время и средства, если окажется что они бесполезны. И нашу спецгруппу им в поддержку.

Майор удивленно заморгала и неуверенно возразила:

— Они ведь ещё не закончены, «Бета» с некоторыми дефектами, а у «Альфы» проблемы с контролем…

— Именно поэтому ты отправишься руководить операцией.

Улыбнулась полковник.

— М-мама…

— О, так теперь ты вспомнила, что я твоя мама?

***

Додзё находилось буквально на территории восточной лаборатории. Спаррингуясь в полной защитной экипировке, две женщины размахивали своими синаями. Постоянно звучали гулкие удары. Скорость и точность обеих иначе как «невероятной» и «поразительной», обычный человек бы не назвал.

Через минуту противницы замерли друг перед другом. Потом обе поклонились и опустились на колени, убирая в сторону синаи, снимая защитные маски. Глубоко вздохнув, старшая заговорила:

— Пришло время, Ай. Ты должна доказать им что ты не ронин. Северный медведь пробудился от спячки и разрушил собственную берлогу. Западный орёл расправил крылья. И только мы пока не сделали свой ход. Сегодня я расскажу им что происходит. Мы не можем сидеть, сложа руки, пока один наш враг пожирает другого. Настоящая цель войны – мир! И мы не позволим одному из них победить. Потому что после победы западу захочется ещё, и они обратят свой хищный взор на нас.

Юная девушка, слегка опустив голову, слушала не перебивая. Её идеально чёрные волосы блестели чистотой и здоровьем. Несмотря на недавний бой, лицо осталось бледным. Почти белым. Маленький ротик с ярко-алыми губами, и глаза, не выражающие ни единой эмоции.

Никакой косметикой она не пользовалась, девушка всегда выглядела именно так и никак иначе. Какое-то время, на востоке, подобная внешность считалась идеалом. Только когда старшая закончила говорить, Ай вежливо поклонилась:

— Да, сэнсэй.

— Когда будешь на месте, веди себя тихо. Твоя задача наблюдать и выжидать пока враги наносят друг другу максимальный урон. А потом уничтожь выживших. Твои основные цели – их так называемые «Альфа» и «Бета». Скорее всего, они уничтожат «объект» северной лаборатории. Или попытаются захватить. Не дай им этого сделать. При необходимости уничтожь его сама. Подробную информацию получишь после.

— Да, сэнсэй.

Последовал такой же, как и прежде, безжизненный ответ.

***

Я вышел из кабинета Ольги с лёгкой улыбкой на лице. Женщина всё ещё сидела, откинувшись в кресле, пребывая в прострации. Что ж, пусть думает, это нужно ей, а не мне. «Адаптируйся, приспосабливайся, выживай», как-то так вроде, говорилось в какой-то книге. Этот мир требовал особого, нестандартного поведения. «Но кажется, я справлюсь», продолжил подбадривать себя я.

Ближайшая по коридору дверь оказалась приоткрытой, и как в прошлый раз, из щёлки выглядывала мордашка Маргариты. Только завидев меня она со стуком захлопнула дверь, спрятавшись.

«Да что не так-то? Тебе-то я что сделал», с такими мыслями я подошел и потянул за ручку. Заперто. Ну и ладно. Уже развернувшись чтобы уйти, около меня нарисовалась та самая, «Госпожа желает вас видеть», или как там её.

На этот раз женщина выглядела отчего-то довольной. Она преградила мне путь, быстро вытащив из кармана ключ и отперев дверь Маргариты. Всё моментально встало на свои места – «хозяйка, видимо, проинструктировала что я буду… эээ… оплодотворять. Эх, не так-то просто приспособиться и адаптироваться, как мне казалось. Хорошо что хоть с «выживать», пока, проблем нет». Не обращая больше внимания на ехидную улыбку женщины, я вошел и запер за собой дверь.

На огромной кровати, раза, наверное, в два больше моей, лежал комок одеял. Лежал и дрожал. «Вот кто приспособился и адаптировался – теперь то она в безопасности, никто не сможет прорваться сквозь этот барьер», улыбнулся я мысленно.

Я присел на край кровати и приложил руку к одеялам. Дрожание прекратилось. Тишину нарушало только тяжелое сопение – одеял много, а кислорода под ними, мало.

— Привет, маленькая госпожа.

Бодро заявил я. На что тут же последовал недовольный ответ:

— Я не маленькая!

— А как же «привет»? И если не маленькая, зачем под одеялами прячешься?

Тишина. Ни ответа, ни «привета».

— Эй, ты там не задохнулась?

И снова недовольный возглас:

— Уходи!

— Уйду, если ответишь на мои вопросы.

Из-под одеяла донеслось усиленное сопение – видимо результат напряженного мыслительного процесса.

— Нет! Я знаю зачем ты пришел. Мама мне все сказала. Уходи!

— Не волнуйся, я как раз поговорил с твоей мамой, и она всё отменила. Я не буду… ээ-м… ничего тебе делать. Даже прикасаться к тебе не стану.

Ещё немного раздумья, подкреплённого сопением и неуверенный вопрос:

— Честно-честно?

— Честное слово. Обещаю.

Из-под одеял показалась раскрасневшаяся мордашка, с растрёпанными волосами. «Она вроде примерно одного возраста с Кариной. Вот только, как оказалось, это большой ребенок, а то молодая девушка», сделал вывод для себя я.

Поняв, что никто не пытается её схватить, оглядев комнату, дамочка сбросила все одеяла кроме одного. «Наивная и доверчивая», лишь ухмыльнулся я. Естественно меня не остановили бы и три таких горы одеял, но сама попытка спрятаться в постели говорила о многом.

Хотя «трогать» девочку, а именно так я её теперь воспринимал, желания никакого не возникало. Устроившись поудобнее, спихивая на пол всё что мешало, девочка, надула губками и буркнула:

— Ну?!

«Маленькая, наглая, избалованная девочка! Ты меня боишься и всё равно хамишь», глубоко вздохнув, подумал я, успокоившись, и добавил: «пусть её мать воспитывает, я здесь не за этим».

— Ты сказала маме, что боишься меня. Почему?

— Потому что ты страшный!

Тут же последовал уверенный ответ. Ну что ж, зайдем с другой стороны:

— А почему я страшный?

— У тебя глаза желтые!

Такой-же молниеносный ответ.

— Вот эти?

Указал я на свои глаза, поморгав, глядя на неё в упор. Девочка на секунду задумалась.

— Нет не эти. Те что были на пляже. Эти не страшные.

Я улыбнулся.

— Значит сейчас я не страшный?

— Ты, оборотень! Я знаю, мне Карина про такое рассказывала! Ты превратишься и всех загрызёшь!

Она снова накинула одеяло на голову, оставив только маленькую щёлку, через которую смотрела на меня. «Да, это бы тебя от оборотня защитило однозначно. Кстати надо будет обдумать предложенную теорию. Хотя те ребята вроде шерстью обрастают, а у меня вот, как раз, всё наоборот. Ну и когти там, клыки. Ничего такого за собой я не заметил», призадумался я.

— Но ведь оборотни нападают на людей ночью. Ещё воют громко. А я здесь уже пару ночей, и не напал ни на кого. Значит я человек.

Маргарита медленно стащила с себя последнее одеяло, задумчиво разглядывая меня.

— Да?

— Да.

Одета она оказалась в лёгкую ночнушку, почти прозрачную. «Лучший наряд для противодействия насильникам. Проклятье, зачем я вообще сюда пришел», подумал я и поднявшись, направился к двери.

«Мозг может и детский, но тело ни в чём не уступает той же Карине, кое-где, кое-что даже, побольше выросло. Получив на всех инстанциях карт-бланш, находиться в комнате с этим наивным созданием – лишний раз самого себя искушать. Лучше свалить, подобру-поздорову».

— Эй, ты куда?

Послышался недовольный возглас за спиной.

— А? В библиотеку.

Ответил я, не оборачиваясь, и вышел за дверь. Оказалось там меня ожидал горячий прием. Ольга и «хранительница ключей». На лицах обеих читался вопрос – «что, всё?», или «ты это сделал?». Я возвёл очи горе.

— Ничего не было. Мы просто поговорили.

В этот момент дверь открылась, и выскочившая Маргарита врезалась в меня.

— Ой.

Заявила она, плюхнувшись на пятую точку, и терла ушибленное место. Я был повёрнут спиной, поэтому никак среагировать не мог.

— Пойду я.

Мне хватило одного мимолетного взгляда через плечо, чтобы понять – из одежды на ней, все та же ночнушка, и больше ничего. Быстро зашагав, я слышал за спиной как Ольга ругает дочь за то, что та легко одета – может заболеть. «Новый мир! Из спальни твоей дочери выходит мужик, а она почти голая? Ругай её. Чтобы не заболела. Простудившись!»

Наконец добравшись до библиотеки, у входа в которую дежурили близняшки, я вздохнул с облегчением. Слишком много событий для одного дня. Нужно почитать в тишине и успокоиться.

Однако спокойствие моё длилось не долго. Маргарита заявилась и с прохода начала задавать вопросы. «Что ты читаешь? Почему у тебя такие странные плечи? Почему такой высокий? Куда делись волосы?..», и длилось это до самого ужина.

Хорошо хоть на ужин её забрала Варя. «Хранительница ключей». Имя я узнал у Маргариты. Пусть и не спрашивал. «Но хоть какая-то польза от её болтовни. «Варя», слишком милое имя для столь немилой женщины! Пожалуй, иначе как «Варвара», называть я её не стану. О да, это самое то! Можно даже пару букв «р» к уже имеющимся добавлять», пытался подбодрить я себя.

Сидя в комнате, уплетая пищу за обе щеки, я даже расслабиться не успел. Маргарита вошла без стука и тут же заняла место на кровати, со словами: «А что ты ешь».

Хорошо что ел я быстро, почти закончил к её приходу. Весь этот вечер у меня прошёл как блиц опрос, прерываемый только рассказами типа: «А вот мама говорит, что таких как ты больше нету, и что оборотни не существуют…» или «Я тоже хотела сбрить волосы на голове как ты, но мама не разрешила…»

Поздним вечером я наконец не выдержал и вытолкал приставучую девочку за дверь со словами – «мне пора спать!». «Я спокойный человек, и благодарен Ольге за гостеприимство, но, если это повторится завтра, терпение лопнет. Отшлёпаю как следует, а если и это не поможет, сделаю то, о чём мамаша просила. Может хоть тогда отстанет», про себя ругался я.

***

Поздним вечером Ольга сидела за своим компьютером и смотрела в монитор. Она собиралась проверить бухгалтерию, но мысли постоянно путались, цифры не сходились и приходилось пересчитывать заново.

Постучалась Варя, доложив что Маргарита вернулась в свою комнату. «Довольная как слон», со слов Варвары. А такое случалось не часто. Девочка вечно всех доставала, а те, либо сбегали, либо ругали её. Ну, ругала обычно только Ольга, и ещё Лена, когда бывала в гостях.

Больше никто не осмеливался. «Что же теперь делать? Похоже она больше не боится. Может теперь удастся уговорить несносную девчонку? А если даже удастся, должна ли я отказываться от ещё одного ребенка?», размышляла хозяйка дома.

Какой бы вредной и избалованной не росла Маргарита, она стала настоящим счастьем и отрадой. А счастья было не так много в жизни этой госпожи. Постоянная борьба за власть и финансы. Страх перейти дорогу не тем людям, или быть обманутой мошенниками, такова была настоящая жизнь богатой современной женщины.

И это только вершина айсберга. Наконец всё для себя решив, перенеся на завтра практическую часть плана, Ольга уже собиралась выключить компьютер. Из колонок раздался звук сообщения, а на экране появилось письмо.

Лена уже давно провела кабель, соединившись с компьютером Ольги. Не всегда у подруг имелась возможность увидеться, а проблемы с программами у хозяйки дома возникали часто. Вот Лена и настраивала необходимое через сеть. Ольга с опаской открыла письмо.

«Они скоро будут у тебя, не оказывай сопротивления. Отдай ТО, что они хотят. Дочку спрячь на всякий случай. Письмо удали.»

«Да чтоб вас всех! Ну почему сейчас? Почему сегодня, а не завтра», начала мысленно ругаться хозяйка дома.

— Варя! Быстро позови Маргариту. Пусть оденется в тёплое, и ко мне!

Удалив письмо, женщина сама вышла и направилась в комнату дочери. Та вяло одевалась. Зная Маргариту, торопить смысла не было. Запутается или пуговицу оторвет. Быстрее точно не получится.

— Дочь, я уже отправила за сёстрами. Бери их и делай то, чему я тебя учила в случае нападения. Понятно?

Замерев с одной рукой в воздухе, просунув вторую в рукав, девочка удивленно спросила.

— На нас напали?

— Нет, ты одевайся, не стой. Просто сделай как я сказала и всё будет хорошо.

— Они идут за ним?

«Ну, она не такая глупая, какой хочет казаться», улыбнулась Ольга.

— Да.

Отведя взгляд, ответила мать.

— Но он мой! Я его нашла!

«Нет, похоже, она ещё глупее, чем я думала. Как же так вышло? Это я виновата», перестала улыбаться женщина.

— Он не твой, и даже не мой. Не спорь, делай что велено!

Вдалеке, на улице послышался шум. Хозяйка тут же вышла из комнаты, и направилась к входной двери. По пути она краем глаза заметила, как по лестнице спускаются Клара с Софией.

Ничего говорить она им не стала, возможно на это уже нет времени. Маргарита хорошо знала, что надо делать, уж это ей в голову вдолбили, повторив множество десятков, если не сотен раз. Безопасность дочери для Ольги оставалась в любое время превыше всего.

У входной двери уже стояла Варвара.

— Открывай.

Приказала хозяйка, и как только дверь открылась, женщину ослепил яркий свет.

***

Толком не успев заснуть я услышал, как открывается замок. Потом дверь резко распахнулась. Правда свет никто не включил. В коридоре тоже было темно. Попав под лучи тусклого лунного света, вырисовался силуэт ночного невысокого гостя. Знакомого, но нежеланного. Бросившись к кровати, Маргарита тормошила меня изо всех сил, пытаясь разбудить.

— Да не сплю я! Чего ты хочешь?!

Девочка шикнула, приложив пальчик ко рту. Потом она начала тащить меня за руки. В дверях появились близняшки, быстро схватив мои вещи, они пропустили нас с Маргаритой вперёд.

Она тащила меня к библиотеке, эту дорогу я выучил хорошо. В конце мы действительно прибыли в библиотеку. Так же тихо, без слов, не включая свет, дочка Ольги маневрировала между полок.

Оказалось, девочка хорошо знала это место. Маргарита подошла к окну, и повертев ручку открыла его. Открывшись, рама окна зацепила маленький крючок, и за окном появились ступеньки.

«Да что здесь творится», думал я, но продолжал молчать. Последовав за Маргаритой в сад, мы подошли к одному из деревьев. Дёрнув неприметную веревку, привязанную к самому подножью ствола, открылся люк, рассыпая вокруг опавшие листья.

В полумраке виднелись ступеньки. Первой спустилась Клара, за ней отправили меня, потом Маргарита и вторая близняшка. Когда София опустили крышку стало совсем темно. Пару раз я чуть не поскользнулся. Зато девушки не показывали дискомфорта, бредя в полной темноте. Наконец спуск закончился, впереди чем-то тихонько скрипнула Клара. Я даже не заметил, как прошел мимо неё. Ещё через несколько шагов сзади послышался шепот:

— Стой.

И опять странный скрип. Вспыхнувший в руке Софии фонарь ослепил меня. Теперь стало ясно что это был за скрип – лестница заканчивалась металлической дверью, которую сейчас на все засовы запирали близняшки.

Маргарита, передала мне вещи, и я начал одеваться. Холодновато в одном нижнем белье осенью. Дочь хозяйки наконец облегчённо вздохнула:

— Теперь всё в порядке. Пойдем. Идти придется долго…

Глава 12

В темном туннеле осветительные приборы отсутствовали от слова «совсем». Только фонари Софии и Клары не давали мраку окончательно поглотить нашу маленькую компанию.

Через некоторое время начались разветвления, кое-где на стенах имелись явные следы человеческого вмешательства. То там, то здесь, лежали обрывки каких-то проводов.

Некоторые проходы были заложены кирпичом, обычно развалившимся почти полностью. Когда я спросил, не заблудимся ли мы, близняшки указали на некие пометки на стенах. Просто крестики, почти незаметные, если не знать, что искать.

Один луч каждого такого крестика был длиннее трёх других и указывал направление. Частенько встречалась живность, в виде шустрых крыс. При каждой такой встрече Маргарита пряталась за меня, прижималась и взвизгивала.

И это несмотря на то, что здесь присутствовало целых два её телохранителя. Сёстры кстати, тоже боялись крыс, но виду не подавали. По крайней мере они не кричали, а просто вздрагивали и подходили поближе ко мне. Не очень приятные создания, однако они нас не трогали, соответственно мы их тоже.

Собственно, что случилось, почему нужно куда-то бежать, мне толком никто не ответил. Близняшкам, так же как и мне, вообще ничего не сказали. Маргарита же, наша кладезь информации, заявила:

— Мама сказала так надо!

Могу только догадываться, что это как-то связанно с не очень честным бизнесом Ольги, о котором я краем уха слышал от горничной и сестёр. «Либо это связанно со мной. Я ведь не дурак – трудно было не привлечь внимание, наделав столько шуму, сколько в городе наделал я».

Конечно я не стал строить из себя героя, заявляя что мы бросили хозяйку или Карину: «ведь если это по делам Ольги – она справится без нас, раньше ведь справлялась. А если за мной, то ещё лучше – меня нет, проблем нет. Ещё попробуй, докажи, что я там вообще был. Раз хозяйка отправила меня со своей дочкой, значит я зачем-то нужен. Ну не совсем я, или не весь…», криво усмехнувшись, поправил я сам себя мысленно, «однако, думаю, она может добыть семя другими путями, не бедная ведь женщина. Значит я ценный сам по себе. Уж не знаю, стоит ли радоваться такому открытию».

Путь и правда оказался неблизким. На поверхность мы выбрались часа через три-четыре. Ночь к этому времени, естественно и не думала заканчиваться. Вышли мы где-то близ моря, чувствовался его запах и слышался звук волн, но воду из-за деревьев и темноты заметить не получалось.

Звёзды и луна довольно ярко освещали путь, который, похоже, вёл вглубь леса. Хорошо что осень сорвала с деревьев почти всю листву, а то из-за неё не получилось бы обходиться без собственного освещения.

Клара и София почему-то выключили фонари. Девушки нервно озирались теперь по сторонам, достав свои пистолеты из кобуры. На мой вопрос:

— Для чего оружие? Кто может на нас напасть на столь небольшом отдалении от города?

Девушки ответили:

— Звери. Волков немало, говорили даже медведя кто-то видел. Ещё псы одичавшие.

И действительно, обдумав всё хорошенько, я понял – так как людей становилось меньше, обитаемого пространства тоже. Природа забирала обратно отвоёванные человеком территории. А это значило, что не только растения, но и звери подбираются всё ближе к городам.

Вот почему автор той книги так сильно осуждала конфликты за безлюдные земли – глупо воевать, если ты не в состоянии воспользоваться завоёванным.

В тишине и темноте думалось легко: «надо бы тоже обзавестись каким-нибудь оружием. Желательно чтобы это был меч. Всегда любил эти фэнтези истории, где главный герой прорубается через полчища своих врагов или каких-нибудь монстров… хотя погодите. Где мне тут взять монстров или этих самых врагов? Да, глупо размахивать мечом, если у противника в руках огнестрел. Тем более пользоваться я им не умею. Потом поговорю с сестрами по поводу оружия, раз уж этот мир опаснее того в котором вырос я».

Примерно через час мы подошли к небольшому домику. Судя по всему, он находился здесь как раз для таких случаев ночного бегства. Вместо окон узкие бойницы. Дверь крепкая, так просто не выбить. На крыше виднелась небольшая печная труба.

Внутри обнаружилась кровать. Правда только одна, хорошо хоть широкая. Клара сняла одну из досок пола, около стены. Под ней прятался металлический сейф с сухим пайком и чистой водой. Так как пыли вокруг скопилось не много, стало понятно что за домиком присматривали.

Маргарита есть наотрез отказалась, только попила воды, со словами «Фу, не вкусно!». Девочка забралась на кровать, не раздеваясь, и начала кутаться в одеяла.

Клара заявила, что на случай нападения, будет дежурить первой. София не спорила. Тогда я спросил девушек, когда моя очередь, близняшки посмотрели на меня как на идиота.

Хоть я и уверял что вполне могу справиться с настолько простой задачей, слушать меня никто не стал. София присоединилась к Маргарите под одеялом, а Клара разожгла маленькую печку. Посмотрев на кровать, край которой явно предназначался мне, я обнаружил два внимательных взгляда. Только Клара не обращала ни на что кроме разгорающегося огня внимания, орудуя кочергой. Стало неловко ложиться в кровать к двум девушкам, и я обратился к ней:

— Может составить тебе компанию?

— Нет.

Последовал холодный ответ. Похоже, я нравился ей всё меньше. «Обиделась что не смогла тогда победить? Или из-за того, что случилось после? Ну так, не виноватая я, он сам пришел! В смысле, надо было остановиться и не лезть бороться! Или хотя бы пояс свой могла завязать получше», вот с такими мыслями я устраивался на краю кровати, стараясь чтобы между мной и девушками оставалось хоть какое-то пространство. Однако, как только улегся, София накрыла меня одеялом и прижалась к спине, прошептав:

— Холодно же.

И хотя никто одежду снимать не стал, чувствовал я себя неловко. Однако отключился быстро, провалившись, в ставшую уже привычной тьму, без сновидений. Через пару часов меня разбудила Клара.

— Двигайся.

Заявила она, занимая место на краю кровати. София к этому времени как раз поднялась. Толком не проснувшись я сделал как хотела охранница. И опять заснул.

В этот раз сон длился не долго. Ощутив тяжесть, жар и удушье я разлепил глаза. В протопленной комнате стало намного теплее. Но жарко мне стало не только от этого.

Я лежал на спине. С одной стороны, Маргарита, обхватив мою руку, пускала на плечо слюни, сладко посапывая. С другой, Клара, забравшись повыше, почти лежала на мне, перекрыв доступ воздуха своим третьим размером.

«Да что ж ты мне их вечно в лицо суёшь, женщина, я не жалуюсь, вы не подумайте, но к хорошему быстро привыкаешь», всякие откровенные мысли отправили кровь к известному месту.

Я начал выбираться из-под горячих, во всех смыслах, девичьих тел. Оказавшись за пределами кровати я оглянулся. Ни одна из девушек не проснулась. Всё остальное… тоже.

Больше спать не хотелось, и я присел рядом с Софией. Девушка молча посмотрела на меня и прижалась плечом. В камине тихонько потрескивали дрова. Где-то вдалеке выла собака. Я надеялся, что это всё-таки собака. Ветер шуршал опавшими листьями.

— Можешь вздремнуть, если хочешь. Я выспался. Если что разбужу.

Прошептал я Софии. Девушка улыбнулась. Потом бросила взгляд на кровать, и что-то решив, положила голову на моё плечо. Через минуту донеслось ровное, спокойное посапывание.

Солнце уже давно взошло, а девушки всё не просыпались. «Вымотались, видимо вчера», решил я. В какой-то момент съехав с плеча, София лежала на ковре, положив голову мне на колени. Я поглаживал её мягкие волосы, накрыв девушку небольшим одеялом. А когда лица Клары коснулся первый луч солнца, та открыла глаза. Вяло потянувшись, она вдруг сощурилась, глядя на нас. Я улыбнулся ей, со словами:

— Доброго утра.

Ответа удостоен не был. Клара довольно громко начала будить Маргариту. София от этого тоже проснулась. Потирая глаза, она смотрела на меня, сейчас как никогда похожая на кошечку. Быстро перекусив, мы опять отправились в путь.

На сей раз даже Маргарита что-то пожевала. «Ещё один подобный денёк, думаю, и она начнёт есть всё под ряд, не перебирая», мысленно ухмыльнулся я.

Теперь Маргарита вела нашу процессию, цепко ухватившись за мою руку, без умолку что-то рассказывая, тут же задавая вопросы, перебивая саму себя. Сзади, Клара шепотом ругала Софию за то, что та спала, когда должна была дежурить.

Я не вмешивался – посчитал что только ещё сильнее её разозлю. Однако София оставалась спокойной. Лучезарно улыбаясь, девушка молча брела за нами.

После обеда деревья уступили место полям. А ещё через пару часов мы, наконец, вышли к цивилизации. «Не уверен, тот ли это город, в котором раньше побывал я. Хмм… Или не я, ведь тогда это тело мне не принадлежало», призадумался я.

***

Несколько фонарей, прикреплённых к стволам АК-47, хищно уставились в лицо Ольге. Женщина не раз сталкивалась с опасностью, но в этот раз всё было по-другому.

Пришли в её дом. С оружием. И она не могла с этим ничего поделать. Могла попытаться, но тогда этот дом перестанет принадлежать ей. Если от него вообще что-нибудь останется.

Однако женщина не собиралась воевать – Лена ясно дала понять, эти люди связаны с правительством. Всё можно решить мирным путем. Улыбаясь, несмотря на раздражающий свет, хозяйка подождала пару секунд.

— Доброго вечера. У вас какое-то дело ко мне?

Задала погромче вопрос Ольга, чтобы все могли слышать. Она намеренно показывала пустые руки, как бы намекая, что сопротивления никто не окажет.

Из-за лучей света появились две фигуры. Одна в такой же форме как державшие оружие, а вторая в джинсовом комбинезоне, с чемоданчиком и в роговых очках. Поднявшись по ступенькам, женщины остановились, пристально глядя на хозяйку. Прикрыв рукой глаза, Ольга смогла кое-как их рассмотреть. А потом улыбнувшись заговорила:

— Похоже, я удостоилась огромной чести! Сама Профессор Безобразова, пожаловала в гости. Прошу, входите.

Женщина в форме подала какой-то знак, и в дом забежало несколько человек, осматривая ближайшее пространство. Та, что в комбинезоне почти вплотную приблизилась к Ольге и надменно спросила:

— Где он?

— На втором этаже. Спит. Если его не разбудил весь этот шум. Последняя дверь по коридору, налево от лестницы. Вот ключ.

Хозяйка протянула небольшой ключик. Профессор обернулась к старшей в форме, отрывисто бросив:

— Проверь.

Та забрала ключ и направилась к лестнице. За ней последовало несколько женщин с оружием.

— Мы будем стоять здесь, или хотите поговорить в моем кабинете?

Спросила Ольга, продолжая натянуто улыбаться.

— Веди.

Оглядев хозяйку ещё раз, так же надменно заявила профессор. Четыре вооруженные женщины остались, удерживая на прицеле хозяйку и Варвару. Возможно сейчас они могли бы захватить в заложницы эту глупую ученую, или попытаться одолеть четверых её охранниц.

«Но зачем, если всё скоро само собой закончится», урезонивала себя хозяйка особняка. Оказавшись в кабинете, Ольга расположилась в своём кресле, а Профессор в кресле напротив.

— Может хотите чаю?

Спросила хозяйка, но получала отрицательный ответ.

— Не ожидала лично встретить легенду наших лет. Ваша предок совершила величайшей значимости… эмм… поступок.

Безобразова недовольно сощурилась. Возможно этого не стоило упоминать – все знали что предок профессора Безобразовой сделала из мужчин то, чем они являлись сейчас. Конечно подобная заслуга не могла принадлежать лишь одному человеку, но именно эта фамилия звучала громче всего, когда случился раскол в «Великой Надежде».

Предок Безобразовой стала лидером тех ученых, попытавшихся сделать мужчин послушными и безвольными, превратив их заодно в плохо развитых умственно и физически, болезненных и слабых существ.

Все страны осудили тогда их поступок. А международная организация «Последняя Надежда», фактически перестала существовать. Сейчас фамилия той учёной стало нарицательным. Однако эта Безобразова не вышла из себя.

— Всё правильно. Поступок был великим и правильным. Только глупцы не в состоянии по достоинству его оценить. Ну ничего, скоро я докажу, что всё тогда было сделано правильно. Мужчина нужен для продолжения рода, не более.

В кабинет зашла та самая старшая, в форме.

— В комнате никого нет. Дверь оказалась открытой. Кровать расправлена, но всё ещё теплая.

— Обыщите дом. Всех кого найдёте – сюда.

Распорядилась Безобразова. Она положила на стол свой чемоданчик, вытащив из него прямоугольное устройство с маленькой иглой и прозрачной жидкостью. И пока это делала, обратилась к Ольге:

— Вы что-то скрываете, уважаемая? Где он?

— Я сама не знаю. До вашего прихода он находился там. Что вы собираетесь делать?

Хозяйке стало страшно, но вида она не подавала. Безобразова подошла, быстро и уверенно хватая руку женщины, прикладывая устройство в вене. Дамы в форме недвусмысленно направили оружие на Ольгу.

— Не волнуйтесь, это простой тест. Вам ничего не угрожает. Пока. Я хочу проверить не оставил ли одиннадцатый вам какой-нибудь подарок.

Улыбнулась профессор, когда игла пронзила плоть, и в жидкость устройства добавился красный оттенок. Встряхнув колбочку, разглядывая жидкость, снова ставшую прозрачной, профессор повторила процедуру с Варварой.

После этого в кабинет привели всех обитательниц особняка. Учёная взяла кровь у каждой. Последней привели Карину. Когда с жидкостью смешалась её кровь, та стала голубоватой и больше не меняла цвет. Безобразова приподняла подбородок девушки, злорадно усмехаясь:

— Такая маленькая, но такая хитрая и наглая. Кто бы мог подумать, что именно ты возьмёшь его семя. И ещё больше удивительно, что именно в тебе его нечестивое семя стало следующим поколением подопытных! Вот уж правда – никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Ведите её в фургон. Глаз не спускать. Она намного ценнее ваших жизней. Временно.

Ольга знала, что Карина заполучила семя Тима. Но о каком «следующем поколении» говорит Безобразова, не понимала. Однако та продолжила, на этот раз достав шприц с мутной жидкостью, подходя к хозяйке во второй раз.

— А вот это – так называемая, сыворотка правды. Мы её немного доработали, но, к сожалению, препарат до сих пор не даёт стопроцентного результата.

Вколов мутную жидкость дёрнувшейся женщине, профессор продолжила, поправив очки и спрятав шприц обратно в чемоданчик.

— Однако, несмотря на неприятные побочные эффекты, ты мне сейчас всё расскажешь.

Всех остальных, под прицелами автоматов вывели из кабинета. И тогда Ольга заговорила. С её губ обильно капала слюна, смешанная с кровью. Но женщина этого не замечала, рассказывая всё что знала. Начиная с того самого момента как в её дом притащили Тима…

***

Карина плакала, когда её затаскивали в автомобиль. Она ведь не сделала ничего плохого. Любая девушка поступила бы на её месте так же. Все молодые женщины хотят получить ребенка, ведь чем старше, тем меньше шансов на успешное зачатие. Тем более, нужно родить пораньше, чтобы как можно раньше начать пользоваться привилегиями матери. Почему её за это куда-то забирают. Девушке было обидно и страшно.

Подойдя к автомобилю, одна из женщин в чёрном вдруг в упор выстрелила в другую. Прямо в голову. Пистолет с глушителем, много шуму не издавал, однако менее опасным от этого не становился. Особенно при стрельбе на незначительное расстояние.

Смерть наступила мгновенно. Лицо Карины побледнело. Её начало трясти. Она хотела бежать, но пребывала в ужасе – вдруг горничную сейчас так же пристрелят! Женщина стащила с лица маску, такую же, как носили все остальные, явившиеся к особняку Ольги.

Показалось вполне симпатичное, миловидное и молодое личико. Кто бы не мог подумать, что так может выглядеть лицо убийцы. Молодая женщина улыбнулась Карине, убирая пистолет в кобуру.

— Не волнуйся! Я - Лидия. Тебя никто не обидит. А теперь быстро в машину. Нам нужно убираться отсюда, пока они не поняли в чём дело.

Карина послушно села на пассажирское сиденье. Лидия завела мотор, и машина тронулась с места, сразу набирая приличную скорость.

— Как хорошо! Как замечательно! Мать была права! Пророчества не лгали. Ты пришла! Ты явилась, и теперь займешь своё место! Возьмешь предназначенное тебе! Я так рада! Главное не забудь, что это я тебя нашла!

Её глаза блестели, в них отражался не только свет фар. Фанатичное безумие, радость, граничащая с эйфорией. И ведь эта женщина только что убила свою напарницу.

— Скажи, его глаза, они были желтыми? С вертикальными зрачками, да? Как у змеи.

До сих пор пребывая в шоковом состоянии, Карина тихонько ответила:

— Да…

Но Лидия её услышала. Теперь её улыбка больше напоминала оскал. Она вжала педаль газа в пол. Двигатель заревел. Автомобиль рванул с ещё большей скоростью, чем раньше.

— Я знала! Я была уверена! Мне не показалось! Это действительно ОН!

Кричала девушка, вписываясь в очередной поворот.

Глава 13

Путь через поля оказался приятным и спокойным. Дорога, поросшая мелкой травой, почти без пыли, никуда не сворачивая вела прямо к городу. Человека мы повстречали всего раз – какая-то женщина курила около трактора. Она окинула нашу честную компанию скучающим взглядом, а потом, всмотревшись, чуть сигарету не выронила.

«Ещё бы – Клара с Софией и так вымахали будь здоров, а тут ещё я, превосходящий их не только ростом, но и шириной плеч», ухмылялся я. Маргарита если и заметила прикованное внимание к нашим персонам, никак не отреагировала. А близняшек интересовало лишь одно – безопасность хозяйки, остальное не важно. Зато я натянул капюшон своей куртки на самый нос.

— Сомневаюсь, что это сильно поможет, но лишний раз привлекать внимание не хочется. Особенно учитывая, что мы собираемся в город. Плюс, оказывается, лысая голова, мёрзнет гораздо сильнее волосатой.

Тихонько ворчал я, отвечая на очередной вопрос Маргариты.

В городе на нас тоже посматривали с интересом. Я брёл, опустив голову, сгорбившись, стараясь сникнуть как можно сильнее, но всё равно выделялся. Пункт нашего назначения находился недалеко от городской черты – двухэтажный дом, ограждённый невысоким деревянным забором.

Смотрелся он вполне естественно рядом с разношёрстными каменными строениями, некоторые из которых почти развалились. Тут ещё не было оживленных улиц или больших скоплений людей. Лужайка перед домом оказалась ухоженной и чистой.

Поднявшись на крыльцо, Маргарита вытащила из кармана ключ. Я тогда решил, что дом принадлежит семье Ольги, но ошибся. Отворив дверь и переступив порог, Маргарита громко крикнула:

— Тётя Лена! Лилька! Мы пришли!

Пока все снимали верхнюю одежду и обувь, упомянутая «тётя Лена» спускалась по лестнице. Но её обогнала миниатюрная девочка. Она бросилась обнимать Маргариту, радостно хихикая.

— Привет, Марька!

— Привет, Лилька!

«Видимо Лену и Ольгу связывают крепкие узы, раз они даже дочерей назвали цветочными именами», предположил я про себя. Девочки кружились, взявшись за руки.

Подошла Лена. Её улыбка, медленно сползла с лица, когда она перевела взгляд с девочек на меня.

— А он что здесь делает?!

Задала женщина вопрос, указывая на меня пальцем. «Не очень-то вежливо с вашей стороны, уважаемая», подумал я, но пока промолчал, «в этом доме я, как-никак, гость». А женщина тем временем продолжила:

— Что тебе сказала мама?

Выпятив губу и надув щёки, Маргарита упрямо заявила:

— Мама сказала его оставить. Но он мой! Я его нашла! Вот и забрала с собой. Ай-ай-ай!..

Последнее она произнесла потому, что Лена, схватив девочку за ухо, начала тянуть и крутить. Клара и София в это время разглядывали потолок, делая вид что их попросту нет. Лена наставительно заговорила, не выпуская ухо бедняжки:

— Он не твой. Мама тебе сказала оставить – значит надо оставить. Маму надо слушаться! Он чужой и его надо было отдать! Понятно тебе?

— Ай-ай… Тётя Лена! Мне поня-ятно! Отпустите, пожалуйста!

Не собираясь больше терпеть уничижительное отношение, я произнёс:

— Вам тоже здравствуйте, уважаемая Елена. Приятно с вами познакомиться. Наверное. Однако, меня нельзя «отдать», или «забрать», или «передать». Я не вещь, а человек.

Лена выпустила ухо Маргариты, и та сразу отскочила, прячась за девочкой Лилией. Глядя на меня с вызовом, женщина, уперев руки в бока спросила:

— И чей же ты? Может ответишь?

— Что значит «чей»? Ещё раз повторяю я не вещь и не раб! Никому не принадлежу!

Злость начинала овладевать мной. Появилось желание схватить надменную дамочку за шиворот и легонько встряхнуть, дабы вытрясти весь бред из её симпатичной головушки.

Вот только этот спор был прекращён не нами. Разбив окно в гостиную что-то влетело. Лена среагировала мгновенно, прикрывая собой девочек, что стояли, прижавшись друг к дружке, чуть в сторонке. Сверху их накрыли телами София и Клара. Только я не сдвинулся с места, тупо уставившись на предмет, оказавшийся светошумовой гранатой.

Яркая вспышка, ослепившая глаза, громкий хлопок, ударивший по барабанным перепонкам – вот она моя награда за ротозейство. В голове звенело, зрение отказало, и меня выталкивали из дверей дома.

Это была София, потому что Лена подхватив дочку, уже выскочила во двор. То же самое Клара проделала с Маргаритой. Ничего не понимая, я споткнулся и повалился кубарем со ступенек.

Оказалось, девушки оценили ситуацию правильно. В момент, когда через окна ворвались люди в форме, мы находились на улице. Вот только я был полностью дезориентирован. Ещё и с лестницы свалился.

Казалось, болит буквально везде. Слышались приглушённые команды:

— Наружу все! Боевыми не стрелять!

Судя по всему, кричали очень громко. И где-то совсем рядом, ибо я смог расслышать даже сквозь шум в голове. Все ещё с трудом ориентируясь в пространстве, я пытался подняться.

Плечо вдруг ощутимо дёрнулось и заболело. Проморгавшись, я заметил, что в меня из-за угла целится женщина в черной форме. Была бы эта, первая пуля боевой, я бы уже истекал кровью. С другой стороны меня дёрнула София, проорав в ухо:

— Бежим!

Лена с Лилей на руках находилась уже метрах в пяти, приближаясь к заборчику. Клара тащила за руку Маргариту, но от матери с дочкой отстали они не сильно. А когда побежал я, тут же получил ещё одну резиновую пулю в спину.

Обернувшись, София поняла в чём дело. Она вытащила свой пистолет и выстрелила. Штукатурка брызнула в лицо стрелявшей резиновыми пулями, и та спряталась за угол.

Лена взялась за две доски, которые тут же упали на землю. Видимо они были заранее подготовлены на такой случай. «Этот мир действительно опасное место – уже вторая хозяйка дома, которую я здесь встретил, готова всё бросить и бежать в любую минуту», пытался привести мысли в порядок я.

Совсем рядом просвистело ещё несколько пуль. Оставалось надеяться, что это только резина. Одна из нападавших, стреляла прямо из разбитого окна дома.

Я выскочил на дорогу последним. Сзади кто-то бросил сеть, но она зацепилась за забор. Оглядевшись по сторонам, я сразу заметил с одной стороны перекрытую улицу. И побежал за Софией. Девушка старалась прикрыть собой Маргариту, пока Клара тащила девчонку за руку.

Внезапно справа и чуть позади раздался властный голос. Он перекричал всё, даже шум творящегося вокруг бедлама и стрельбу. А может это только для меня он звучал настолько отчётливо.

— Тысяча сто одиннадцатый. Стоять. На. Месте.

Тело резко остановилось. Это походило на мышечную память. Что-то чего не осознаешь, но делаешь. «Какого лешего», взревел я в своей голове.

Прилагая огромные умственные усилия, я заставил тело повернуться. Ко мне приближалась женщина в комбинезоне. Её роговые очки на мгновение отразили свет солнца ненадолго меня ослепив.

Неотвратимо приближаясь, дама сжимала в руке шприц. Игла уже находилась в каком-то сантиметре от моей шеи. Я ощущал себя игроком, севшим за непривычное управление. Персонаж – моё тело, и оно почти полностью потеряло контроль, столкнувшись с этой странной, уже немолодой женщиной. «Двигайся, чтоб тебя!» неуверенно махнув рукой я попал по шприцу, и тот выпал, покатившись по асфальту.

— Я. Тебе. Не. Раб.

Зачем-то сказал я. Развернулся и побежал за близняшками. Правда разогнаться до хоть сколько-нибудь приличной скорости поначалу не получалось.

Конечно я понял что это не просто женщина. Она как-то связанна с бывшим владельцем этого тела. Но ничего конкретного я, естественно, вспомнить не мог. Метров на семь я успел отбежать, набирая скорость, когда услышал её спокойный голос:

— Ты нужен мне живым, но, необязательно целым.

И раздался выстрел. Левая нога подогнулась, и я кубарем покатился по асфальту. Кровь потекла из сквозной раны, чуть выше колена. «Как же больно», огнём горели мысли. Головой ударился о камень. Разбил губу. Прикусил язык. Во рту образовалась лужица крови. «Грёбаный мир», хотелось выть, держась за рану.

«Почему это происходит со мной? Я вообще не хотел здесь быть! Не хотел этого тела, меня устраивало моё собственное», пытаясь отстранится от боли, я снова потерял контроль над управлением и замер в неестественной позе.

«Так не пойдёт», совершенно спокойно подумал я. «Ты – воин. Поэтому встань и сражайся», вдруг вспомнились слова тренера из прошлой, нормальной жизни.

«Ведь и правда, чего я раскис? В той жизни травмы были для меня нормальным явлением. Так почему сейчас я отказываюсь от всего? Потому ли, что последние пару дней, меня чуть ли не на руках носили, а тут вдруг проблемы посыпались одна за другой? Не важно, как я здесь оказался. Не важно, что тело не такое как раньше. Это я! Это моё тело, и моя жизнь», продолжал я спокойно мыслить.

Твёрдая уверенность в себе, осознание выбранного пути и отрезвляющая, начавшая закипать в груди ярость. Всё это вернуло меня в реальность. «Да больно, но ведь не смертельно. Сквозное ранение – вообще не проблема, даже пулю вытаскивать не придётся. Остальное вообще пустяки», теперь даже с болью я мог мыслить рационально и спокойно.

На всё про всё, от морального декаданса до ренессанса, ушло всего секунд пять, но обстановка изменилась кардинально. С другой стороны улицы, куда побежала Лена с дочкой и близняшки с Маргаритой появились люди в форме.

Они держали женщин на прицеле, недвусмысленно намекая на то, что произойдёт, если те попытаются сопротивляться. Девочка Лилия громко плакала. Глаза Маргариты тоже стали мокрыми, но она молчала. А ко мне со всех сторон приближались.

Сразу два сеткомёта выплюнули свои опутывающие снаряды в моё измученное тело. Точнее туда, где оно только что валялось. Развивая огромную скорость, как тогда в библиотеке, когда ловил Карину, я наносил удары быстро, но аккуратно.

Одетые в чёрную форму отлетали на пару метров после каждого такого удара. Всего вокруг меня их собралось пятеро. И все взмыли над землёй, отправляясь в разные стороны.

На моих спутниц никто больше внимания не обращал – людей в форме отныне интересовал только я. И заложниц из них не сделали, хотя возможность была. «Уж не знаю с чем связано столь благородное поведение, но всё равно, спасибо», сказал я про себя. Ненависти ни к кому из напавших я почему-то не испытывал. «За исключением той тётки, в очках», поправил себя мысленно.

Тут же в меня полетели резиновые пули. Но я просто сместился на два метра в сторону. Потом бросил в бежавших одну из напавших, которая не пришла в себя после того, первого удара. И тело весом около восьмидесяти килограмм, в полной амуниции, пролетело добрых пять метров. «Нормально так, бросил», не переставал сам себе удивляться я.

Перепрыгнув через забор, я снова оказался во дворе, из которого недавно бежал. Я поступил так намеренно, чтобы дать близняшкам и остальным возможность сбежать. «Шалость удалась, так сказать», мелькнула мысль, потому что никаких криков о помощи от «своих», не прозвучало. Слух ведь обострился так же, как и другие чувства, так что я бы не пропустил.

Здесь бой протекал для меня проще – из дыры в заборе враги могли выходить по одному. Нанося точные удары, я старался сильно никого не травмировать, просто вырубая. Мои знания, плюс мощь этого, нового тела предоставляли такую возможность.

Краем глаза я заметил, как из калитки у ворот, что находились в некотором отдалении, кто-то выглянул. Боец навёл на меня ствол своего оружия. Поначалу я даже уворачиваться не собирался, разбираясь с теми, которые находились рядом, но потом передумал.

Отпрыгнув к крыльцу, я услышал очередь и увидел, как вздымаются фонтанчики земли. «А вот это уже явно боевые», как-то слишком спокойно отметил я, «причем из автоматического оружия». Услышав голос с улицы, я узнал в нём знакомую незнакомку в комбинезоне:

— Что ты делаешь? Он нужен мне живым!

На что автоматчица огрызнулась:

— Ты не видишь, что происходит? Его можно остановить только так! Иначе он нас всех тут сейчас положит!

Ещё одна очередь прекратила их спор. Оставалось лишь порадоваться тому, что я успел спрятался за крыльцо. А потом заклинило затвор. В нынешнем состоянии этот звуки я бы ни с чем другим не спутал, поэтому поспешил перейти в наступление.

Правда дамочка просто бросила автомат, выхватив пистолет и продолжила стрельбу. Выстрелить она успела лишь дважды, оба мимо – я прекрасно видел куда направлен ствол оружия. Всего в метре её заслонила собой другая в женщина в форме. Но только для того, чтобы отлететь врезавшись спиной в ворота.

— Монстр!

Выплюнула мне в лицо стрелявшая, и бросила на землю несколько колец от гранат. Она широко улыбалась, а на поясе остался висеть, отсчитывая мгновения до взрыва пояс. Я успел насчитать на нём пять гранат, с непонятным крепежом. «Не успею», мелькнула мысль, «хотя…».

Вместо гранат, я ухватился за сам пояс, прилагая нечеловеческие усилия и разрывая его прямо на женщине. Та с ужасом наблюдала за моими действиями, не в силах пошевелиться. Швырнув пояс с гранатами подальше, я бросился на землю. И через секунду прогремел взрыв. На меня посыпались камни и штукатурка. Обернувшись, я понял, что забросил пояс прямо в окно дома.

«Да что ж мне так не везёт» подумал я, возвращаясь в реальность. Тело напомнило о себе болью в каждом его квадратном сантиметре. Голова просто раскалывалась. Сил не осталось даже чтоб подняться. «Похоже кончился запал. Или что там это такое со мной происходило», пришло осознание.

Не забыв, что нахожусь рядом с женщиной, которая готова взорвать себя, лишь бы и меня отправить на тот свет, я поднял голову. Но там уже никого не было. Осмотревшись стало ясно что напавшие сматываются.

Женщины быстро поднимали своих, и выскакивали за забор. Через пару секунд раздался звук моторов. Перевалившись на спину, я созерцал небо, сквозь облака дыма. В доме вовсю бушевал пожар. Вокруг валялись обломки. «Ну вы, это… заходите ещё, если что…», мысленно перефразировал я слова волка из мультфильма, сам себе усмехаясь, сплевывая скопившуюся во рту кровь с грязью на траву.

Спустя какое-то время надо мной нависло хмурое лицо Лены.

— Вставай, ничейный. Сейчас прибудет полиция и куча девчат из других служб, а я не знаю, как им объяснить, что ты тут делаешь, и кто ты вообще такой.

— Не могу. Сил нет больше. Всё болит. Памагитя…

Попытался я шутить. Вспоминая свое первое осознанное появление в этом мире, я улыбнулся. Тогда я тоже пытался шутить. И тоже никто не смеялся.

Подошли София с Кларой. Помогли подняться. И потащили куда-то, вдоль по улице. Оказалось, неподалёку находился принадлежащий Елене склад. Там и разместилась наша небольшая компания. Лена пошла разбираться с тем бардаком что остался после меня и других незваных гостей.

«Жаль не удалось никого из нападавших поймать. Спросить бы, чего они так на меня обиделись, что целый дом разнесли», появлялись и гасли мысли. Будучи опять не слабее котёнка, как в прошлый раз, мне зверски хотелось есть и пить.

Радовало только одно – рана на ноге затянулась сама собой. Но я всё ещё чувствовал боль, опираясь на неё. Запасов еды на промышленном складе, естественно, не нашлось, поэтому София отправилась что-нибудь раздобыть. А я пока выпил всю принесённую с собой воду и жаждал большего.

Девушки на меня старались не смотреть. «Ещё бы – видок у меня тот ещё. Грязный, одежда порвана, вся в крови, а тело в синяках и ссадинах», лишь грустно посмеивался про себя я

София вернулась через часа два. Притащила кучу еды. С ней «притащилась» и Лена. Женщина имела помятый, уставший вид. Не такой как у меня, конечно, но ей тоже, видимо, пришлось несладко. Пока я жевал, она смотрела на меня хмурясь, что-то обдумывая. Наконец дама не выдержала и заговорила:

— Что планируешь делать дальше, ничейный? Мой дом ты разрушил окончательно. Не представляю, где брать деньги на его восстановление. Подружки, которые за тобой приходили, придут снова. И в следующий раз, думаю, подготовятся получше.

— Не ничейный. Тим я. Свой собственный. У меня тут, после твоих слов, и столь явного проявления любви, со стороны тех дамочек мысли интересные возникли. Если всё получится, новый дом тебе купим.

Не переставая жевать, заявил я. Все удивлённо воззрились на меня. «Ну а что – будем приспосабливаться. Раз уж я твёрдо решил, что это теперь мой мир, и моё тело», хмыкнул про себя я.

План мой, кстати, Лена оценила. В конце, на её лице даже нарисовалась хитрая полуулыбка.

— Пойду с людьми нужными пообщаюсь. Сколько ты ещё планируешь пребывать в таком состоянии?

Спросила она.

— В прошлый раз уже на следующий день мог ходить нормально. А если два дня – то и бегать начну и прыгать.

Я широко улыбался, разбитыми губами. Лена скептически оглядела меня, но ничего не сказала. Развернувшись, ушла. Даже не попрощалась. «Жаль тут душа нет и с одеждой бы чего-нибудь придумать», с этими мыслями я прилёг, закрывая глаза и отключился.

Вот только тьма без сновидений на этот раз не наступила. К сожалению. Ведь к ней я успел привыкнуть, а сны в новом теле приятными назвать уж точно было нельзя…

***

— Стоять. На. Месте.

Слышал я голос женщины в роговых очках. Она вонзила в мою руку шприц с какой-то жидкостью. Вливаясь в вену, жгло будто это жидкий огонь. Однако я не двигался. Она вытащила иглу и развязала жгут.

— Беги.

Приказала учёная, и я побежал. Передо мной находился вход в огромную трубу, примерно трёх метров в диаметре. Труба имела около километра в длину и заканчивалась тут же. Когда я в двадцатый раз выбежал из неё, женщина приказала остановиться.

Она усадила меня в какое-то медицинское кресло. В вену на руке вставили иглу с трубкой и по ней начала утекать моя кровь. Не знаю сколько её выкачали, но голова начала кружиться. Иглу вытащили. Наклеили пластырь. И ещё одна инъекция огненной жидкости в другую руку.

— Беги.

Приказала учёная снова, и я побежал. На этот раз меня хватило на пять заходов. Свалился недалеко от выхода. За мной пришли и выволокли, усадив в то самое кресло.

— Не двигаться. И только попробуй мне заорать!

Бросила учёная в очках. Она достала скальпель и начала рассекать кожу на плече. Вырезая небольшой кусок плоти, дама смотрела в мои глаза и улыбалась. Рядом стоявшая ассистентка монотонно бубнила:

— Объект тысяча сто одиннадцать. Скорость регенерации возросла на два процента. Больше никаких изменений. Хотя нет. Показатели падают. Он теряет сознание, профессор.

Вытаскивая окровавленный скальпель из плоти, она с досадой прикусила губу.

— Этот никуда не годится. Верните обратно в камеру.

Заявила женщина, убирая скальпель в коробку, стаскивая перчатки. Только сейчас я осознал, насколько мал. Эта же учёная, с которой я столкнулся возле дома Лены выглядела явно старше и ниже почти на голову. Во сне же я едва доставал ей до середины лица.

Меня толкнули в камеру, и заперли дверь. Деревянная кровать и унитаз в углу. Четыре стены и больше ничего. Но самое страшное то, что я был невероятно рад и счастлив, когда сюда вернулся…

Глава 14

Пробуждение в этот раз оказалось неприятно болезненным. Сильнее всего болела нога. Мелкие травмы хоть и не полностью, но зажили. Энергии едва хватало на то, чтобы передвигаться самостоятельно, не падая при ходьбе. В общем, чувствовал я себя ужасно.

Помыться хотелось, наверное, даже больше, чем есть и пить. Добравшись до бутылки с водой, я жадно припал к её горлышку. Хорошо что рядом никого не было, чтобы лицезреть моё плачевное состояние. Какой позор, а ведь вчера я заявлял, что послезавтра начну бегать и даже прыгать.

Перекусив, я снова прилёг, но заснуть не получалось. Обдумывая слишком реалистичный сон, который скорее всего и не сон вовсе, я кое-что понял. После каждого такого пробуждения информации о владельце данного тела появляется всё больше. Однако если в прошлый раз я только видел и слышал происходящее, то в этот, начал чувствовать.

«Очень неприятное дополнение. Если я ещё и мысли его начну слышать, станет совсем хреново. Надеюсь что не сойду с ума. Хотя, учитывая происходящее вокруг, возможно я уже давно того, этого… Лежу сейчас где-нибудь в психбольнице, замотанный в мокрое одеяло… А даже если так, что это меняет? «Если безумие нельзя остановить, то его нужно возглавить», как-то так вроде? Ну, я как раз этим здесь и занимаюсь. Теперь я, кажется, понимаю почему оказался в этом теле», размышлял я.

Жизнь у бывшего владельца была не сахар, вот он и свалил. Оставил всё на меня, так сказать. «Так не делается, парень – перед уходом нужно прибрать свой бардак! Теперь, вот, мне приходится разгребать, а я даже не знаю, что именно», ругал я бывшего владельца. «Ну вот, теперь ещё сам с собой разговариваю. При том, что обращаюсь даже не к себе», я как-то читал, что разговор с самим собой развивает мышление. Только не уверен, что всё правильно делаю – развитие не ощущается.

В этот момент, скрипнув, открылась дверь. Клара заглянула внутрь, а обнаружив что я не сплю подошла поближе.

— Пойдем.

«Куда? Зачем? Почему? И где моё «доброго утра»? Замечательный мир! Просто, мать его, великолепный», кряхтел я про себя как старый дед. Девушка ждать не собиралась. Пришлось скрепя зубами от боли ковылять за ней.

Уже около двери она протянула мне какую-то жесткую тряпку. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это плащ-палатка. Целая минута потребовалась чтобы разобраться как это на себя правильно надеть.

Клара с недовольным видом созерцала процесс. Ни делом, ни советом помогать не желала. Кое-как замотавшись, я вышел за девушкой на улицу. Здесь было не так много прохожих, но меня всё равно вели какими-то закоулками.

Но лучше уж так, чем опять оказаться в засаде, окружённым агрессивными женщинами в форме, с оружием. Или ещё хуже, предстать перед той тёткой в роговых очках. Она меня пугала больше всего.

Вырулив из очередного закоулка, Клара указала на облезлую дверь какого-то полуразрушенного дома. Заборчик перед этим домом почти отсутствовал, только кое-где валялись прогнившие доски. Однако дверь открылась без скрипа, а оказавшись внутри, я обнаружил чистоту и порядок.

Стаскивая с себя неудобный плащ, я осматривал помещение. «Ещё одно тайное логово», сразу возникла мысль, «что за жизнь у Ольги и Лены? Кто они вообще такие». Порассуждать на эту тему мне не позволила Маргарита, выскочившая из-за угла.

Девочка собиралась меня обнять, но передумала, заметив засохшую грязь и кровь. А от запаха поморщила носик. «Вонь – самое мощное оружие в арсенале попрошайки», вспомнилась фраза из какой-то книжки. Кстати выглядел я сейчас вполне соответствующе. Хорошо. Ведь сейчас, обнимашки для меня – это в первую очередь боль.

— Ах Тим! Мы думали ты умер! Ты был таким холодным и не хотел просыпаться!

«И здесь никакого мне, «доброго утра»! Может это потому, что оно совсем не доброе? Или здесь вообще нет такого понятия? Или это только для меня? Вон каким живчиком вертится вокруг Маргарита! Вся чистенькая и довольная». Я хотел улыбнуться, но вовремя остановился – пересохшие губы затянулись ещё не полностью, не хотелось опять слизывать с них кровь. Вчера я нахлебался её вдоволь и этого вкуса мне ощущать больше не хотелось.

— Ну, похоже, что не умер. Но если срочно не помоюсь, точно помру. Засохну в этой грязи и не смогу пошевелиться!

Шутка получилась не смешной. Маргарита с возгласом «Ой!» прижала ладошки ко рту. Клара бросила скептический взгляд и отвернулась.

— Пойдем скорее! Тут есть вода, можно помыться… тебе нельзя засохнуть!

Маргарита… Хорошая, милая девочка. Но глупая. Вытолкать её из ванной оказалось не так-то просто. Девочка уверяла что я должен слушаться, и меня надо помыть. А она, по её же заявлению, умеет мыть лучше всех. «Думаю, она считает меня чем-то вроде домашнего питомца. Кто-нибудь вообще воспитывал этого ребенка», возмущался я про себя.

— Если ты сейчас не уйдешь, наброшусь на тебя и съем! Помнишь какие желтые глаза у меня вчера были? Я злой оборотень, так что, кыш!

Ругал я её, выталкивая из ванной. Девочка совсем не испугалась. Даже язык показала, перед тем как дверь наконец закрылась. Я уже сам понял, что глаза меняются, когда наступает то странное состояние. «Странное, но очень приятное. Если бы не последствия. Похоже на наркотик или алкоголь, с ужасным похмельным синдромом», мелькали мысли. Вот и сейчас, кряхтя и морщась от боли, я сдирал с себя засохшую грязь и кровь, добавляя вслух:

— Даже хуже, чем похмелье.

Помывшись я чувствовал себя другим человеком.

— Как же всё-таки я люблю быть чистым!

Заявил я зеркалу. Однако насладиться покоем мне не дали. Маргарита, караулившая у двери, тут же накинулась с вопросами. Стоя в одном полотенце, приложив руки к голове, помассировав виски, я спросил неугомонную девчонку, есть ли здесь одежда для меня.

Маргарита, услышав вопрос сразу замолчала. Она осмотрела меня сверху вниз и выдала своё любимое «Ой!», куда-то умчавшись. Дождавшись её возвращения, я получил одежду. Свежую. Чистую. Вот теперь и у меня наступило «доброе утро». Хотя время близилось к обеду.

Когда я снова вернулся в ванную, то наблюдал любопытную мордашку Маргариты. Девочка изо всех сил вытягивала шею, пытаясь заглянуть в уменьшающуюся щель, и даже поставила ножку, мешая мне скрыться за дверью.

— Кыш! Кыш!

Ругался я, выталкивая ногу и хлопая дверью. И первое что я услышал, когда снова выбрался из ванной:

— А что такое «кыш»?

И ещё много вопросов после этого: «А почему ты вчера был такой сильный, а сегодня такой слабый?», «А почему глаза были желтые?», «А кто те женщины, что на нас напали?». Миллион разных вопросов, и ответ на них у меня имелся лишь один – «не знаю».

Спасла меня пришедшая примерно через час Лена. Женщина заявила, что ей понадобится примерно неделя, чтобы всё организовать.

— Это хорошо, потому что я вчера себя переоценил. Похоже мне на восстановление потребуется больше времени. Думаю, недели как раз хватит.

Лена в ответ только хмыкнула, и заявив, что у неё дела, ушла. Приходила дама не с пустыми руками, за что я был ей премного благодарен. Терзавший зверский голод сам по себе в покое меня оставлять естественно не собирался. В той жизни я никогда не ел так много, как сейчас. И при этом никогда не чувствовал себя настолько оголодавшим.

«Надеюсь не разжирею», думал я, уплетая пищу за обе щеки. Маргарита была так великодушна, что позволила поесть в тишине, просто наблюдая за процессом.

Мне выделили коморку гораздо меньшего размера, чем в доме Ольги. Тут едва помещалась кровать, в которую я сразу же забрался. Маргарита, не переставая тараторить, уже ползла по одеялам ко мне поближе.

На сопротивление не осталось ни сил, ни желания. Так, слушая её голосок, что-то бормоча в ответ на очередной глупый вопрос, я отрубился. Наступила тьма и покой. Раньше я не понимал, насколько приятен сон без сновидений.

Разбудила нас София. Нас, потому что Маргарита успела забраться под одеяло, и миленько посапывала на моём плече, пуская слюни. Клара стояла в дверях, скрестив на груди руки, и недовольно глядела в мою сторону. «В чём я-то виноват? Эта девочка делает что хочет, а вы ей потакаете. Я, конечно, не лучше, но в своё оправдание могу заявить, что ненамного её старше. Мне семнадцать, как бы сейчас не выглядело моё новое тело. Почему я должен кого-то воспитывать», возмущался я мысленно.

Ольга попала в больницу, как оказалось. И сейчас ей как никогда требовалась поддержка дочери. Я уже давно догадался что причиной нашего ночного бегства из особняка, стали именно те дамочки, что гонялись за мной. Исходя из того, что говорила Лена Маргарите, выводы сделать было не сложно. Меня собирались отдать ещё тогда. «Без шума и пыли», так сказать. Но Маргарита всё испортила.

— Ура! Тим, мы идём к маме!

Заявила она, прыгая возле кровати в одной ночнушке. Радовалась девочка не долго. Близняшки уточнили что идёт только Маргарита. А когда она начала упрямиться, добавили:

— Госпожа Лена сказала – если вы не будете слушаться, она вернётся. Поможет вам собраться и отведёт к маме. Только она упомянула, что сидеть после этого вы, почему-то, не сможете.

Девочка испуганно покраснела. От страха она даже забыла про своё «Ой». Молча опустив голову, Маргарита пошла собираться и вскоре покинула наше временное пристанище.

Наступила тишина и покой. С одной стороны, я радовался, что меня никто не достаёт, а с другой, настолько привык к этой приставучей девочке, что теперь мне её даже как-то не хватало.

Я был готов к одиночеству. Ну или по крайней мере что мне придётся покинуть новых подруг. Они проявили доброту, и за это пострадали. Собрав воедино всю имеющуюся информацию, я более-менее понял, что из себя представляю для местных. И что Ольга, так же как и Лена сильно рискуют, пока я околачиваюсь рядом.

Мне не хотелось подвергать их ещё большей опасности. Их, и всех остальных милых девушек, таких как Маргарита, Карина и близняшки. А исходя из слов Лены я понял, что здесь мужчина не может существовать сам по себе.

Обязательно должна быть хозяйка, или что-то типа такого. По закону женщина обязана заботиться о своем мужчине. Но это так же значит, что мужчин тут держат за домашних животных. Поэтому я решил оставить этих добрых женщин и начать заботиться о себе самостоятельно. Вот только теперь, причинив столько неудобств и разрушив дом Елены, я чувствовал себя обязанным. Поэтому придумал план:

Лена связывается с местными криминальными авторитетами или с самыми богатыми дамами города. Зачастую это как раз одни и те же люди. Так вот она им предлагает продать мужчину. «Да не простого, а золотого», пошутил я про себя. В общем, рекламу мне сделает, мол – выносливый, не болеет, может столько, сколько нужно.

Единственная хитрость сего мероприятия – забыть упомянуть о том, что я не такой послушный и безвольный, как изменённые. Лена меня продаёт, получает компенсацию за разрушенный дом, а я потом сбегаю и, если что, можно повторить. Например, в каком-нибудь другом городе.

У заключивших сделку оснований опасаться мужчины не будет – они ведь не убегают. Максимум, потеряться могут. Сколько получится насобирать денег эксплуатируя подобную схему я не знал, но надеялся, что немало. По крайней мере Лена заверила, что с первой успешной «операции», дом восстановит. Либо новый купит.

Пару дней я маялся от скуки залечивая раны. Изредка приходили близняшки, приносили еду. А в назначенное время в их сопровождении и ошейником в руках явилась Лена. Не понравилось мне это от слова «совсем».

Однако женщина заявила, что для правдоподобности надеть его необходимо. Добавила так же, что он легко порвётся – больше для вида. София смотрела на меня виновато, когда застёгивала и передавала поводок Лене. Так же на меня напялили плащ-палатку, скрывая лицо и фигуру.

Вот так и началось новое путешествие – с ног до головы замотан в ткань, с ошейником и на поводке. Как раб, только кандалов не хватает. Путешествие, правда длилось не долго. Полуразрушенный склад, без одной из стен и потолка являлся конечной точкой маршрута.

Из нескольких колонн, на которых он раньше держался, гордо стоять осталась лишь одна. Остальные валялись грудами камня. Трава покрывала жёлто-зелёным ковром избитый и потрескавшийся пол. Кое-где даже проросли кривые, невысокие деревья.

Здесь нас уже ожидали двое. Женщина в строгом костюме, как у Клары или Софии, а чуть позади неё, на раскладном стульчике, сидела другая. Бедняга явно с трудом выдерживал её немалый вес. И даже сантиметровый слой косметики не смог сделать даму хоть сколько-нибудь для меня привлекательной. Около неё на земле дожидался своего часа небольшой чемоданчик.

«Кстати здесь, в этом мире, она первая на ком «боевой раскрас» действительно очевиден. Конечно, на лёгкий макияж я бы вряд ли обратил внимания либо вообще не заметил. Но разница с прошлым миром существенна. Это и понятно – для кого краситься, если нормальных мужчин нет. А тем, что есть, на такие мелочи глубоко всё равно», размышлял я, отыгрывая роль тупого болванчика.

Мы подошли поближе и остановились. София стащила плащ-палатку и отошла в сторонку, демонстрируя «товар», так сказать, «лицом». Сидевшая тут же впилась в меня хищным взглядом. Однако женщина в костюме продолжала наблюдать за Леной и близняшками.

Вдоволь насмотревшись, поёрзав на стульчике, толстуха потребовала:

— Пусть подойдёт поближе. А ты, проверь!

Лена слегка толкнула меня, и я сделал пару шагов. Поводок натянулся. Пришлось остановиться. Подошла дама в костюме и начала меня осматривать. Потом она расстегнула на мне куртку, и полезла руками под футболку, приподнимая её. Ощупав и осмотрев грудь, она осталась удовлетворённой, и повернувшись кивнула толстухе. Вот только её такой осмотр не устроил.

— Всё проверь!

Крикнула она. Дама в костюме снова повернулась ко мне. Как бы сильно она не пыталась оставаться беспристрастной, всё же покраснела. Её рука снова легла на мой живот под футболкой и поползла вниз. Взгляд женщины изменился, когда она нащупала то, что искала. Она даже губу прикусила, уже явно наслаждаясь процессом.

Всё это время моя голова была опущена, я смотрел в пол, как меня проинструктировала Лена. Однако спокойно терпеть подобные «издевательства», оказалось совсем непросто. Её рука была тёплой и мягкой, а движения нежными, но уверенными. Я поднял голову и заглянул в её большие, небесного цвета, бесстыжие глаза.

Опомнившись, нахалка замерла и даже дышать похоже перестала. Потом она быстро вытащила руку из чужих штанов и отошла.

— Всё в порядке, госпожа Тамара.

Дрогнувшим голосом сообщила подчинённая. Толстая госпожа пнула чемоданчик в её сторону. Тот упал, так и не докатившись, но это никак не смутило женщину в костюме. Она подняла и вручила его вышедшей вперёд Кларе. Заглянув внутрь, показав содержимое Лене, Клара закрыла крышку, возвращаясь на своё место. После этого Лена бросила конец поводка женщине, и та ловко поймала.

Вот так и закончилась эта встреча. Никто ни с кем не прощался. Я продолжал исполнять роль неподвижного дерева и не мог видеть, как уходят мои знакомые, только слышал удаляющиеся шаги. Дама в костюме помогла подняться Тамаре со стульчика и передала ей поводок.

— Давай Нина, пока они не ушли далеко.

Вдруг произнесла госпожа Тамара. Нина потянулась к поясу, отодвинув пиджак. Там, на ремне, рядом с кобурой и ножнами висела небольшая рация. Надавив на кнопку, подчинённая приказала:

— Начинайте, когда они попадут в зону поражения. Чемодан не повредите. Всех троих в расход!

«Вот так мой идеальный план накрылся медным тазом. Придётся раскрыть себя с самого начала, иначе всё окажется бессмысленно», сокрушался я про себя. Оценив ситуацию, стало понятно, что пистолет у Нины вытащить не удастся: «слишком далеко от меня, и кобура какая-то мудрёная, возиться с застежкой времени нет».

Поэтому я выхватил её нож, одновременно отталкивая женщину в сторону. Конечно, никто подобного «финта ушами», не ожидал и женщины замерли с широко открытыми глазами и ртами, уставившись на меня. Я тут же приставил остриё к шее толстухи, громко потребовав:

— Отмени всё! Немедленно.

Та молчала, то ли от шока, то ли от нежелания выполнять выдвинутые требования. Пришлось слегка надавить, чтобы потекла кровь. Боль сразу отрезвила Тамару, и она заорала:

— Отмени! Отмени! Только не убивай, прошу!

Последние слова уже были адресованы мне. Нина к этому времени успела взять себя в руки, а меня на прицел своего пистолета. Только я, сгорбившись, прятался за спиной её хозяйки. Рисковать охранница не хотела, а получив приказ тут же опустила ствол, и произнесла в рацию:

— Всё отменяется. Отпустите их и идите сюда. Сейчас же!

— Ты серьёзно, Нина? Они уже на прицеле.

Донеслось из динамика. Я ещё немножко надавил на рукоятку, и Тамара взвыла.

— Я сказала ОТМЕНА! Не трогайте их! Сюда идите!

Проорала Нина в рацию.

— Как скажешь, ты же босс.

Ответила неизвестная. Наступила тишина, нарушаемая только всхлипываниями Тамары. Я ослабил хватку и немного сместил нож. Жизни женщины ничего не угрожало – всё что я сделал, это небольшой порез в сантиметре от яремной вены.

— А теперь послушайте меня.

Заговорил я спокойно.

— Вас же предупредили что я необычный. И это правда. Вы совершили хорошую сделку. Я знаю для чего нужен, и постараюсь оправдать вложенные средства. Вот только друзей моих обижать не стоит, договорились?

После этого Тамара наконец взяла себя в руки, пробурчав «договорились».

Когда появилось несколько женщин с оружием, я протянул нож Нине рукояткой вперёд. Всем своим видом показывая, что сопротивляться не собираюсь. Тамара сразу отошла, забыв про поводок, который теперь валялся на земле. Другие женщины с недоумением уставились на Нину, которая удерживала меня на прицеле. Они понять не могли, зачем нужно целиться в мужчину. Однако женщина быстро навела порядок, раздавая приказы. Она сама взялась за поводок, убирая нож за голенище своего сапога.

Вот так, под прицелом, меня довели до припаркованного неподалёку фургона. Поездка в кузове получилась не из приятных, но теперь, после моей выходки, на место в кабине рассчитывать не приходилось. Дорогу запоминать я не пытался – какой в этом смысл, если возвращаться к Ольге или Лене я пока не собирался. Лишь надеялся, что у них больше не возникнет из-за меня неприятностей.

Моё новое жилище оказалось каким-то полуподвальным помещением, без окон. Кроме кровати и унитаза здесь ничего не было. Про себя я предположил: «очень похоже на ту камеру из прошлого, в которой жил владелец данного тела, будучи ребенком, только просторнее. Видимо это царские апартаменты, куда сажают провинившихся перед госпожой женщин».

Разговаривать со мной никто не пытался. Я платил той же монетой. Уже в камере пришлось заново обдумывать принятые решения и разрабатывать стратегию поведения на будущее: «если бы я там попытался прикончить Тамару и Нину, и мне бы это удалось, другие убили бы Лену и близняшек. А если бы попытался сделать это после, скорее всего погиб бы сам, Нина ведь целилась в меня почти в упор. Но даже если бы не погиб и сбежал, подставил бы Лену, которая меня привела. Жаль я пока не разобрался как использовать эти мои сверхспособности, может тогда бы что-то и получилось».

Целых три дня меня держали камере-коморке. Кормили всего один раз в сутки, но зато как на убой. Однако долго так продолжаться не могло – я ведь стоил Тамаре немалых, так сказать, вложений. Дверь в мою камеру открылась.

Вошли трое. Две серьёзные тётеньки тут же навели на меня стволы оружия. Третья, совсем юная, пряталась за ними. Из одежды на ней, насколько я мог судить, имелся лишь лёгкий халатик. Она с опаской смотрела на меня, дрожащими руками теребя пояс. В щель не закрытой до конца двери я разглядел Тамару. Установив зрительный контакт, женщина крикнула:

— Давай!

— Что давать?

Невинным голосом поинтересовался я, хотя мысленно выражался намного радикальнее. «Вы совсем охренели», ругался про себя, всерьез обдумывая вариант – а не отобрать ли оружие и перестрелять всех, начиная с Тамары.

— Раздевайся!

Продолжала орать женщина из-за двери, видимо ожидая что я так и сделаю. Женщина в халате медленно тянула за пояс, развязывая его.

— Даже не надейтесь!

Заявил я, скрестив руки на груди, и продолжил.

— Ничего и никому я давать не буду. Вы, конечно, можете попробовать заставить меня, но я начну сопротивляться. Пострадаете либо вы, либо я, либо все вместе. Но, уверяю, ничего вы в этом случае, кроме крови, не получите.

Наступила тишина. Только слышалось злое сопение Тамары из-за двери.

— Ты говорил, что сделаешь.

Неуверенно произнесла она.

— Говорил. И сделаю. Столько, сколько смогу. Но для начала перестаньте держать меня в этой бетонной конуре! Мне нужна нормальная комната и человеческое отношение. Ещё я хочу искупаться. Выполните, тогда и поговорим!

Целая минута понадобилась Тамаре чтобы успокоиться. Потом, глубоко вздохнув, она буркнула:

— Хорошо. Получишь.

Глава 15

Целых три вооруженных охранницы сопровождали меня из подвала на самый верхний, четвёртый этаж здания. Видимо решили хоть так перестраховаться – попытка сбежать через окно скорее всего привела бы к серьёзным травмам, учитывая, что внизу асфальт. Но я пока и не собирался этого делать.

Огромная двуспальная кровать. Даже слишком мягкая как по мне, но будь я проклят, если начну жаловаться на такое. Особенно после тех «удобств», из которых меня только что вытащили. В душ я сходил, и теперь наслаждался приятным запахом чистых простыней.

За окном мелькали ветки какого-то дерева, совсем без листвы. Наступила поздняя осень и на улице ощутимо похолодало. Помимо начальных требований я запросил и тёплую одежду.

Женщина, которую прислала Тамара, вопросов задавать не стала. Например, зачем нужны тёплые вещи, если в доме не холодно, а за порог меня выпускать никто не собирается. Она просто всё записала и удалилась. Вернувшись уже без блокнота, дама произнесла:

— Госпожа согласна, скоро всё принесут. Все требования будут выполнены, а завтра ты обязан сделать что обещал. Согласен?

— Да конечно… Я тут подумал, ещё добавьте бутылочку вина, как раз на завтра. Отработаю в лучшем виде.

«Мягкая постель, трёхразовое питание, вино и женщины – именно так следует спасать человечество от вымирания», улыбнулся я про себя. Недовольно поморщившись, дама удалилась.

На следующий день, с самого утра меня вкусно и сытно покормили. А чуть позже доставили партию одежды, и я с радостью обнаружил что она моего размера. Чёрный костюм, белая рубашка, даже туфли подошли. «Просто замечательно, ведь мозоли от маленькой обуви уже достали», не мог нарадоваться я.

Так же принесли запечатанную бутылку вина и стакан. Всего один. Вообще, я не считал себя любителем спиртного. Первый и единственный раз я употребил на выпускном, и не скажу, что мне очень уж понравилось.

Однако отчаянные времена и ситуации, требуют отчаянных поступков. «Немного не помешает», сказал я себе, ведь действительно собирался исполнить то, что обещал.

После ужина, когда солнце скрылось за горизонтом и начало темнеть, заявилась Нина. Женщина старательно избегала смотреть в мою сторону. Молчание затянулось, и она не выдержала:

— Ты готов?

Подарив ей лучезарную улыбку, я весело ответил:

— Кто бы мог подумать, что это будешь ты. Неужели я так сильно тебе понравился?

Нина покраснела, сжав кулаки. Её глаза метали молнии, но сделать дамочка ничего не могла.

— Через полчаса придёт девушка! Ты должен сделать то, что обещал, иначе пожалеешь!

Она не кричала, но была к этому близка.

— Ах, так всё-таки не ты? Какая досада, ведь наши отношения успели продвинуться достаточно глубоко… Даже окрепли, в какой-то момент… Что ж, если ты просишь, я подожду сколько нужно.

Не знаю зачем я её дразнил. Просто все эти дни со мной никто не разговаривал, было ужасно скучно. Вот и веселился теперь. Нина ответила, переходя на крик:

— Придёт моя младшая сестра, и, если ты с ней что-нибудь сделаешь, я лично с тобой разберусь! Мучиться будешь долго!

Продолжая невинно улыбаться, я ответил:

— Страсти-то какие! Значит тебе такие игры нравятся? Любишь делать больно? Кстати, а как же ты хочешь, чтобы я провернул обещанное с твоей сестричкой, если мне нельзя ничего делать?

— Ты прекрасно понял, что я хотела сказать! Если причинишь ей вред, убью!

Рычала дама, пребывая на грани срыва. Но даже зная, что у неё при себе пистолет, я не останавливался.

— Не волнуйся, дорогуша. Я буду с ней таким же нежным, какой была ты в нашу первую встречу.

Нина дошла до предела. Она вылетела из комнаты, громко хлопнув дверью. Сам не знаю почему, но я остался доволен.

Откупорив бутылку с вином и наполнив стакан, я устроился в огромном кресле. Оно было повёрнуто к окну и оказалось весьма удобным. Разглядывая облака, плывущие по темнеющему небосклону, я размышлял о своём поведении.

Ничего подобного раньше я бы себе не позволил. Возможно, стал другим из-за стресса. А может из-за того, что здесь меня постоянно окружали женщины, и я к этому привык?

Размышления плавно перетекли в воспоминания о прошлой жизни, где я даже разговаривать с девушками побаивался, не то, что пошло дерзить. Стакан опустел, и я наполнил его снова.

Тридцать минут пролетели незаметно. Дверь тихонько открылась, и в комнату вошла девушка. Она и правда оказалась очень похожей на Нину, только на пару лет моложе. Облачилась сестричка в ярко-красное платье.

«Некоторое количество макияжа, не вульгарного, а только чтобы выгодно подчеркнуть большие глаза и пухлые губки. Волосы уложены в красивую причёску. Интересно, чего она ожидала, так тщательно подготовившись», мысленно оценивал я гостью.

Дверь со щелчком закрылась, и девушка вздрогнула от этого звука. И никаких автоматчиц как в прошлый раз. Ещё одно требование – отсутствие посторонних во время процесса. Закинув ногу на ногу, слегка покачивая стаканом с красной жидкостью, я разглядывал свою жертву.

В общем, жаловаться было не на что. Симпатичная, в своей прошлой жизни я был бы рад встречаться с такой девушкой. А она явно чувствовала себя не в своей тарелке, нервно теребя ткань платья пальчиками.

— Раздевайся.

Спокойно произнёс я, и задался вопросом: «интересно, это я от вина такой спокойный, или правда настолько изменился? В случае с Кариной, инициатива явно оставалась на её стороне». Сестра Нины неуверенно посмотрела на меня, но тут же опустила взгляд.

Она долго возилась с завязками сзади на платье. Возможно, от волнения. Либо она раньше никогда таких не носила и не знала, как оно снимается. Я мог бы помочь, но решил не вмешиваться. Под конец сестричка даже забыла о своём смущении, разозлившись то ли на себя, то ли на непривычный наряд.

От очередного рывка платье вдруг соскользнуло, оставив в руках девушки обрывок шнуровки. Оставшись в нижнем белье, юная гостья снова посмотрела на меня. Одна из прядок её волос выбилась и мешала обзору. Девушка медленно убрала её за ушко.

— Продолжай.

Безэмоционально произнёс я. Теперь она, похоже, не столько смущалась, сколько злилась. Плотно сжав губки, девушка потянулась за спину, к застежке лифчика. Через секунду он присоединился к платью на полу. Руки сестрички повисли, а голова опустилась. Непослушная прядка снова упала на лицо.

«Вот примерно так и должна была выглядеть моя жизнь здесь. В мире, где полно женщин, которым от меня нужно только одно. А не эти драки, погони, простреленные ноги и тому подобное! Именно такой была бы она, окажись я собой, а не этим, подопытным кроликом из лаборатории-пыточной. Не в его, исполосованном шрамами теле, а своём», размышлял я пока девушка раздевалась.

Не скажу, что я оставался полностью спокойным, но страсть мной не владела. Вместо того чтобы разглядывать тело молодой девушки, я будто смотрел сквозь неё. Сейчас как никогда я чувствовал себя чужим в этом теле. В этом мире. Невероятное умиротворение завладело мной, даже думать ни о чём не хотелось. «Да… Зачем мыслить и страдать… Блаженство в забвении…»

Стеклянный сосуд выскользнул из моих рук, издав пронзительный звон. Пятном алой крови разлилось вино по полу. Острые осколки тонкого стекла отделились друг от друга, чтобы больше никогда не стать целым. Только сейчас, наблюдая эту картину со стороны, я понял, что теряю контроль.

Голова бессильно откинута на мягкую спинку кресла. Рука, державшая стакан повисла плетью. Время замедлилось. Девушка неестественно медленно поднимает голову, её глаза удивленно расширяются…

«Это не может закончится вот так… Я всё ещё мыслю, значит существую! Я могу лучше… Я докажу», взревел про себя я, непонятно к кому обращаясь.

Первое что вернулось – это слух. С того самого момента как девушка начала раздеваться я слышал какой-то шум за окном, но не придавал ему значения. Теперь уже отчетливо стали слышны крики, взрывы и выстрелы. Похоже во дворе завязалось самое настоящее сражение.

Девушка со страхом смотрела на меня, прижав руки к груди. Вдруг дверь в комнату распахнулась. Нина, схватив сестру за руку, вытащила её в коридор и побежала. Дверь так и осталась открытой. В коридоре больше никого не было. Спокойно поднявшись, я подошел к окну. В комнате горел лишь маленький ночничок, поэтому я не боялся, что меня заметят.

Те самые люди в черной форме уверенно приближались отстреливаясь, иногда бросая гранаты. «Охранницы дома такого напора долго не выдержат», подумал я, всё так же не торопясь, накидывая тёплую одежду.

Коридор заканчивался лестницей, по которой спустились вниз Нина с сестрой. Двери многих комнат остались настежь распахнутыми. Звуки боя раздавались всё ближе. Один раз дом тряхнуло и с потолка что-то посыпалось.

Однако я продвигался не торопясь, заглядывая в очередную комнату. Тут беспорядок был заметен сильнее всего. Столы и стулья отброшены к стенам. На полу видны борозды. Здесь явно тащили что-то тяжелое. Одна из картин сдвинута, открывая край спрятанного предмета в стене.

При ближайшем рассмотрении он оказался вмурованным в стену сейфом. А заглянув внутрь, я нашел небольшой, забытый в спешке свёрток. Повертев находку в руках, я понял, что это моток туго пережатых резинкой денег. «Авось пригодится», мелькнула мысль, и я бросил находку в карман.

На стене другой комнаты обнаружился закреплённый на красивой дощечке короткий меч. Вытащив его из ножен, повертев в руке, название всплыло откуда-то из глубин памяти – «Ксифос».

Естественно оружие являлось бутафорией. Рукоятка болталась, а лезвие настолько затупилось, что им скорее получилось бы забить гвоздь, нежели кого-то порезать. Хотя скорее всего оно и не точилось никогда. Стоило оставить безделушку, но внутренний романтик не позволил. Теперь при ходьбе, ножны неприятно хлопали по бедру.

Оказавшись около лестницы, я зашагал по ступенькам наверх, а не вниз. Дверь на крышу хозяева заперли, но мне удалось её выбить. Хватило всего двух ударов.

Бросив быстрый взгляд вниз, я оценил ситуацию. Бой переместился к самому порогу. Свет луны вдруг заслонила ветка того самого дерева, что росло перед окном моей комнаты. Огромный тополь возвышался над крышей четырёхэтажного дома, раскинув ветви в разные стороны. И хотя ствол находился в добрых пятнадцати метрах от здания, сейчас я верил в свои силы как никогда. Поэтому, не потратив на раздумья ни единой секунды, разбежался и прыгнул.

Ветка, за которую ухватилась рука подозрительно захрустела, но в этот момент ноги коснулись другой, более толстой, и оттолкнувшись от неё, я прыгнул ещё раз. Несколько мгновений и я уже находился за забором. Здесь произрастало немало растений, которые смягчили падение.

Выбрав направление, где деревьев побольше я побежал, шурша листьями. Скорее всего никто не слышал этого шелеста, ведь там, во дворе гремели выстрелы и взрывы.

Видимо дом находился где-то на отшибе, близ леса, потому что ни людей, ни признаков их присутствия я не обнаружил. Через несколько часов бесцельного блуждания я присел отдохнуть в груду сухих листьев, прислонившись к дереву. И хотя звуки боя давно стихли, я не был уверен, что ушёл далеко. Ночью в лесу, не разбирая дороги, возможно, я ходил кругами.

Спать не хотелось, да и я как-то побаивался. Память услужливо воспроизвела рассказы близняшек о диких животных. Из уютных ножен, подышать свежим воздухом выбрался «меч-кладенец». Сомнения на его счёт конечно возникали, но лучше отбиваться хоть каким-нибудь оружием чем голыми руками.

«Итак, это второй раз, когда я потерял контроль над своим новым вместилищем. Почему так происходит? Как этого избежать? Непонятно. Что общего в этих двух случаях? Я испытывал печаль, грусть и меланхолию. В первом – меня ранили, было чертовски больно. Но боль не при чём, учитывая, что второй раз, я просто сидел в кресле, расслабившись», размышлял я, выдыхая клубочки пара.

«Эх, никакой мне больше депрессии… Ну, с этим я справиться могу. Ах да, ещё никакого больше спиртного – как оказалось оно действует слишком расслабляюще, а это ведёт к праздным размышлениям о бренности бытия, меланхолии и грусти».

Внизу, под штаниной что-то неприятно поползло. Подпрыгнув, я начал вытряхивать насекомых. «Заметка на будущее: всегда проверяй, не сидишь ли ты на муравейнике, или чём-то подобном», ругался про себя я.

Отряхнулся и снова побрёл по лесу. До самого утра ничего примечательного не случилось. Кроме того, что я устал. И натёр несколько новых мозолей. Туфли, как оказалось, даже если они впору, не лучшая обувь для прогулок по лесу. Особенно ночью.

Когда показалось солнце, и появилась возможность рассмотреть хоть что-то, дальше трёх метров, я попытался определиться с направлением: «чему там нас в школе учили? На какой-то стороне чего-то там, растет мох… Проклятье, да тут везде мох, со всех сторон. А вот здесь его вообще нет! Ещё про листья было… хотя и листьев тоже нет – осень же. Очень полезные знания у меня остались со школы! Ах да, по солнцу ещё можно. Итак, сейчас утро, где север, юг, и другие два направления, мы определились, а куда идти-то? Я ведь понятия не имею в какой стороне город. Ладно, пойдем на юг, там, обычно теплее, а то моя лысина даже в шапке промерзает».

Вот так, побеседовав с самим собой я направился на юг. Один только раз мне попалось плодовое дерево. Возможно их было больше, но определить, что это именно то, что нужно, в нынешнюю пору года я не мог.

Орехи показались вкусными, и немного перебили голод. Но после перекуса пить захотелось ещё сильнее. Силы таяли на глазах. Скорость передвижения, упала почти до нуля.

Только к вечеру я наконец наткнулся на заброшенную деревушку. Уцелевших домов не осталось, но были не до конца рухнувшие. Однако не про уютный домик я сейчас думал. Перебираясь со двора во двор, я искал колодцы.

Парочку нашел – в первом вообще отсутствовала верёвка или барабан с цепью. А другой оказался высохшим. Или чем-то заваленным. Отыскав-таки один с водой, я начал обдумывать способы как до неё, добраться. В общем, побродив ещё час, я добыл ржавую кружку, связал воедино найденные, то здесь, то там, куски более-менее не прогнивших верёвок и каких-то проводов.

«Выживай, приспосабливайся», радовался я, допивая третью кружку. Тащить небольшой сосуд из колодца приходилось быстро – на дне обнаружилась дырочка.

Так началась новая страница в моей жизни. Никаких женщин или вина. Пришлось забыть о трёхразовом питании. Зато более-менее мягкую кровать я себе смастерил. Выбрав один из самых целых домов, я натаскал туда досок и листьев.

Из подручных материалов сделал ловушки для мелких зверушек и спрятал их неподалёку в лесу. Но пару дней ничего не попадалось. Пока я не положил туда яблок. Здесь за домами раньше были сады и огороды, так что кое-чем поживиться получилось.

Огонь тоже добыть удалось не сразу. Сколько не крутил колышек руками, толку было ноль. Потом, вспомнив другой способ, я привязал верёвку к гибкой палке, делая небольшой лук, и через двадцать минут, сухая трава, вместе с листьями и мелкими щепками вспыхнула.

Хорошо, что наступила осень и давно не было дождя – недостатка в сухих ветках не возникало. А огонь я хранил, в одной, уцелевшей почти полностью, печке. Постоянно подбрасывая в неё дровишки.

Убить первого пойманного в ловушку зверька помогла кочерга. Длинная, с острым крючком, оказалась намного полезнее бутафорского меча. Пока я безрезультатно тыкал им в зверя, приподняв клетку, он вырвался, намереваясь сбежать.

Однако я прихватил с собой кочергу. Крючок вонзился, не позволяя зверю бежать, а сильный удар тупым лезвием по затылку довершил дело.

Жалко зверушку, конечно, но она была очень вкусной. В свободное время я пытался точить лезвие меча подручными средствами. Получалось так себе. Повезло что в одном из домов я нашел проржавевший, но острый нож, иначе разделка живности приносила бы одни лишь мучения.

Первая неприятность вылезла, когда я жевал очередного зайца… или кролика, в их разновидностях я не сильно разбирался. Здоровенная собака, рыча и скалясь, приблизилась к моему обиталищу.

Размахивание кочергой и блестящей бесполезностью, в виде меча, только ещё больше разозлило захватчика. Тогда я нагнулся, поднимая камень. Пёс сразу отбежал, бросая в мою сторону недовольный взгляд, но не ушел.

Тогда я бросил ему кости и другие отходы, которые счёл несъедобными. Собака слопала всё за пару секунд и скрылась за деревьями. «Ни тебе, «спасибо», ни тебе, «до свиданья». «Вот как человек приручил дикое животное? Непонятно», подумал я. Псина иногда приходила, но останавливалась поодаль. Жрала остатки моей трапезы, и снова в лес.

Однажды, проверяя очередную ловушку, я вдруг услышал какое-то сопение за спиной. Я дёрнулся оборачиваясь, выставляя клинок, падая на спину. И вовремя, ведь на меня нёсся дикий кабан, и он находился уже совсем рядом.

Лезвие вонзилось в его брюхо по самую рукоятку. Пластик на рукоятке лопнул, впившись острыми осколками в ладонь, но оружие я не отпустил. Ощутив боль в ноге, резко откатился в сторону, вырывая клинок из плоти кабана.

Почувствовав знакомый прилив сил, я заметил отражение своих желтых глаз, в блеске окровавленного лезвия. Кабан опять бросился в атаку, но на сей раз я легко увернулся, ткнув кочергой прямо в его морду. Пробить толстый череп не удалось, и я начал целиться в глаза. В разы возросшая сила и скорость помогли добиться успеха всего после трёх-четырех выпадов.

Бой был окончен, когда зверь истек кровью. Ослепнув, он носился туда-сюда, быстро теряя силы. Моё усиленное состояние продлилось достаточно долго, чтобы я мог дотащить его тушу до своего временного жилища. Еды теперь у меня стало вдосталь.

Как только вернулся в обычное состояние, навалились усталость и боль. Огромный синяк на бедре, кровь на руке, и почти полное истощение – вот результат моего недолгого взрывного улучшения.

Теперь я более-менее понял, как действует суперсила. Ещё в прошлой жизни я читал о том, как например мать, поднимает автомобиль, вытаскивая из-под него своего ребенка. В обычной же ситуации она бы никогда этого сделать не смогла.

Мое новое тело каким-то образом делало нечто подобное. Преобразовывая всё что возможно в энергию. «Именно поэтому на мне не остаётся даже капли жира – он сгорает в первую очередь. И от того мне так хочется есть и пить. Хорошая новость – я никогда не разжирею. Плохая – если не смогу вовремя остановиться, помру от истощения. А задействует это состояние скорее всего адреналин. Ну, по крайней мере я так думаю. Но кое-что нужно обязательно проверить», мелькали мысли.

Однажды я уже видел медведя. Тогда я заметил его первым, потому что он объедал какой-то куст и ветер дул в мою сторону. Не на шутку испугавшись я тихонько сбежал, стараясь в ту часть леса больше не ходить. Теперь же я специально искал встречи с царём чащи. «Кто ищет, тот найдет», говорил я себе, и через три дня это случилось.

В этот раз мишка учуял меня первым. Из-за кустов вдруг показалась его наглая морда, с большим, мокрым, чёрным носом. Мы какое-то время смотрели друг на друга. Потом он повернулся и попытался уйти.

«Ну нет, дружок, сейчас мы с тобой побегаем», подняв сухую ветку, я запустил ею в медведя. Пока он поворачивался, прилетела вторая, угодив бедняге прямо в морду. Мишка взревел, рассвирепев, и рванул, намереваясь растерзать обидчика.

Пока мы бегали, я всё пытался «включить» свои желтые глаза, но ничего не получалось. Не получалось до тех пор, пока его когтистая лапа не царапнула моё плечо. Случилось это слишком быстро, я даже не заметил, когда зверь успел подобраться вплотную! Шеей я почувствовал его дыхание, сзади клацнули челюсти.

Вот тогда-то задействовались резервы. Уже следующий шаг был намного дальше, чем все предыдущие. Медведь начал отставать, а я стащил с головы шапку. Глядя на лысую голову, я пытался заставить волосы на ней снова вырасти. «С ресницами и бровями же как-то получилось», говорил себе я.

Давно уже холод начал создавать дискомфорт голове без волос. Ходить без шапки не хотелось от слова «совсем». А зима близилась. И вот сейчас я пытался внушить самому себе, насколько они там необходимы. Мишка давно отстал, но я продолжал бежать, глядя на лысину в осколок зеркала. Приложив максимум мысленных усилий, я вдруг почувствовал, как голова зачесалась.

Этот день я провалялся в постели, страдая от болезненного истощения, выпив всю заготовленную воду и слопав остатки еды. Теперь я, наконец, почувствовал и понял, как именно запускается усиление организма.

Когда полностью восстановился, отправился в путь. Наступали холода. Первый снег мог выпасть любой ночью. Уверенности что смогу выжить один в глуши зимой не было.

Сквозь деревню проходила дорога. И хотя заросла она сильно, внимательно присмотревшись, с пути я бы не сбился. По ней, конечно, давно никто не ездил, но скорее всего она вела в город.

Не торопясь, но и не мешкая, я брёл по заросшей колее, выбрав южное направление. Иногда встречались такие же как моя, заброшенные деревеньки, где я пополнял запасы воды. Скорость передвижения, после «догонялок» с медведем на «хвосте», возросла многократно.

Иногда я с удовольствием включал новообретённую способность, прилично ускоряясь, не чувствуя при этом усталости на протяжении нескольких часов. Глаза становились желтоватыми, сердце стучало как мотор, а мышцы работали словно хорошо смазанные роботизированные механизмы.

После подобного рода экспериментов я ощущал сосущий голод и жажду, но отказываться от столь приятного бонуса не хотелось. «Во-первых, это приятно, а во-вторых, в мире полом опасностей, я просто обязан уметь пользоваться своими навыками. Это вопрос выживания! Конечно, я пока не всё понял, и могу задействовать только процентов десять доступной силы. Но постоянная практика делает меня лучше», по крайней мере я в это верил.

Уже через два дня мне встретилось первое вспаханное поле. А потом на горизонте замаячили многоэтажки. Почёсывая сантиметровую шевелюру на макушке, я распознал в приморском городе очертания того самого, с которого начинался мой путь здесь, в этом мире…

Глава 16

Лёгкие маленькие снежинки таяли, соприкасаясь с моей кожей. Второй день я брёл меж запорошенных снегом полей, близ леса. Город пусть и был мне знаком, но вот так сразу соваться туда не хотелось.

«В прошлый раз, не прошло и пары часов, а меня уже нашли и попытались схватить. Могу только догадываться как так вышло – они, скорее всего, раскололи Ольгу. Ни в чём её не виню, настоящие пытки не выдержит ни один человек, сколько бы о таких героях не писали сказок. В любом случае я слишком выделяюсь. Нельзя ходить по улицам, приковывая к себе внимание окружающих», размышлял я.

Так как оказался около того самого города, над планом дальнейших действий особо и размышлять не пришлось – во-первых следовало отыскать домик, в котором мы с близняшками и Маргаритой переночевали по пути из особняка Ольги. А во-вторых, переждать там зиму. Заглядывать дальше, я пока смысла не видел.

Но, естественно, не всё получалось гладко и с первой попытки – пару раз я сворачивал в просеки, похожие на дорогу, и забредал не туда, куда нужно. И терял несколько часов впустую. Положение усугублял снег. Его хоть и выпало немного, но внешний вид лесочка он изменил радикально. Провизия заканчивалась. Вода тоже.

Разведав очередной неправильный путь, я не выдержал и побрёл в город. Сутулясь, натянув шапку на самые глаза, я скупался в одном из ближайших к окраине магазинов. Это был обычный магазинчик с продавщицей, без самообслуживания, поэтому приходилось общаться.

Писклявый голос, который я старался выдать за женский, постоянно срывался. Оставалось только надеяться, что меня не раскроют сразу. К счастью, идеально гладкая кожа лица, без намёка на щетину, вносила немалый вклад в фальшивый образ. Продавщица была угрюмой, неразговорчивой женщиной – ещё один плюс.

Я вышел на улицу. Из-за угла вдруг раздался громкий звук. Нервы были напряжены до предела, в постоянном ожидании засады. Сердце застучало с удвоенной скоростью. Выброс адреналина подбросил моё тело аж на крышу рядом стоящего небольшого домика. Пакеты с продуктами так и остались валяться на земле.

Из-за угла выбежала маленькая собачка. Осознав, что громкий звук оказался её писклявым «гав», я нервно рассмеялся. Спрыгнув с крыши, собирая рассыпавшееся обратно в пакеты, я поспешил убраться с улицы, сворачивая в подворотню. К счастью, в этот раз никто меня поймать не пытался.

Снова спать в лесу не хотелось, поэтому я выбрал какой-то заброшенный склад и устроился там. На следующее утро, в хорошем расположении духа, я отправился на поиски с новыми силами. Ноги бодро зашагали, разгоняя застоявшуюся, остывшую за ночь кровь. Глаза цепко и внимательно осматривали очередную заснеженную лесную просеку.

«Вроде та», в очередной раз решил я, и нырнул под низко нависшие ветви. И в этот раз дорога действительно привела куда нужно. Порывшись в выемке под крышей, я выудил ключ. «Дом, милый дом», радовался я, разжигая огонь в печи. «Завтра нужно будет отправиться на поиски дров. А ещё, следует разыскать где-нибудь поблизости воду, как-то не хочется всю зиму снег топить», радостно мелькали мысли.

Так началась зимовка. Дров я натаскал прямо в дом – никакого дровника или чего-то подобного строители лесного убежища не предусмотрели. И хоть места стало меньше, зато древесина быстро просохла. А вот воду поблизости разыскать не удалось. Облазив вдоль и поперёк ближайшие деревушки, я ничего не обнаружил. Приходилось совершать вылазки в город и топить снег.

Основной пищей являлось мясо диких животных. С каждым днём я всё лучше контролировал «способности» нового тела. Или, по крайней мере, мне так казалось. В любом случае без добычи с охоты я возвращался редко.

Обостряющиеся слух, зрение и даже обоняние как оказалось, входили в комплект к желтым глазам. Смастерив себе длинное копьё из прочной, ровной ветки, я всё равно чаще пользовался кочергой. Именно длинный железный прут с крючком на конце, стал просто незаменимым, когда нужно было удержать живность, не рискуя при этом попасть под острые клыки или когти.

Вылазки в город, тоже не всегда проходили гладко. Однажды, уже закупившись, с рюкзаком на плече я брёл по улочкам. Недалеко зазвучала сирена. Перепугавшись, я побежал. За мной с визгом и лаем увязалась с виду злющая, облезлая собака.

Через квартал их собралось уже четыре, а потом к погоне присоединилось ещё несколько «друзей человека». Не знаю, что они во мне такого учуяли, но нападать псы явно не собирались. Просто бежали, как за вожаком, радостно виляя хвостами и громко гавкая.

Естественно, это привлекало массу ненужного внимания, и мне пришлось ускориться, развивая максимально доступную скорость. Через минуту я скрылся в переулке, понадеявшись, что пёсики не станут преследовать меня по запаху, до самого дома.

Был ещё один интересный случай. Проходя около одной из высоток, на меня свалилась девушка. Она вывешивала бельё на третьем этаже, и похоже, отвлеклась, обратив внимание на мою необычную внешность. Хорошо что я заметил её за пару секунд до падения. Девушка не успела даже закричать, когда очутилась у меня на руках. Все прохожие уставились на эту картину. Я сразу опустил дамочку на землю и заспешил прочь, не обращая внимания на слова благодарности и просьбы подождать. В тот день я так ничего и не купил…

***

Валерия Безобразова, профессор Северного Союза. Будучи лучшей в своей области – руководителем последнего исследовательского института по созданию «нового поколения», сейчас она больше походила на уставшую пенсионерку.

— Уже второй месяц ни одной зацепки. Лабораторию, судя по всему, восстановить не смогут ещё очень долго. Финансирование вообще урезали, после этого отвратительного происшествия. Тысяча сто одиннадцатый был наиболее бесперспективным. С самыми низкими показателями. И вот, когда идеальный геномодификатор угодил ко мне в руки, повезло именно ему! Как же обидно что в тот день меня не было в лаборатории. Возможно, удалось бы предотвратить катастрофу.

Ворчала учёная себе под нос ведя запись на диктофон. Она просто не могла поверить в случившееся, но записи с камер и отчёты очевидцев говорили сами за себя.

Радость от возможного открытия оказалась омрачена полным уничтожением препарата. Что именно ввели испытуемым, узнать теперь было невозможно – заместитель мертва, данные с компьютеров уничтожены. Или, по крайней мере, пока не восстановлены. Единственный выживший – одиннадцатый, сбежал.

— Он действительно сильно изменился. Не только физические показатели, но и интеллектуальные. Одиннадцатый, как и другие содержался в изоляции. Никогда и ничему не обучался. Даже разговаривать не умел. Бессвязное мычание или обрывки слов, не имеющие в себе смысла, вот и всё что он мог до катастрофы. Однако, даже если забыть те несколько слов, что он сказал во время столкновения, действовал подопытный осознанно. Знал что такое оружие, сумел правильно среагировать на гранаты.

Это превзошло все ожидания учёной, которая создавала сильного, но глупого и послушного осеменителя. Она продолжала дело своего давнего предка. «Никакого пряника, только кнут», вот девиз, записанный в старом потрёпанном дневнике, рукой самой первой Безобразовой. Развитие интеллекта оказалось нежелательным побочным эффектом.

После катастрофы женщину преследовали сплошные неудачи. Задержать одиннадцатого никак не удавалось. Каждый раз потери – куча раненых и даже несколько убитых.

Особняк Ольги вычислить было достаточно трудно. Повезло что портниха в городе имела длинный язык, везде рассказывая, что ей заказали мужскую одежду очень уж большого размера. Отследить эту зацепку оказалось непросто – кто-то убирал информацию из отчётов.

Но она всё равно вышла на нужных людей. Безобразова была невероятно счастлива, оказавшись в доме Ольги, когда выяснилось, что девчонка беременна. Следующее поколение! Ребёнок стал бы, тысяча сто двенадцатым. Она создала его, так же как создала одиннадцатого, и нескольких других. Ну, может не собственными руками, но без вклада учёной этих мужчин бы точно не существовало.

— Как и куда исчезла девчонка с моим ребёнком в животе? Единственное что известно – с ней пропала одна из охранниц лаборатории, прихватив автомобиль.

Безобразова даже помнила ту излишне рьяно исполняющую свои обязанности женщину.

— Беспощадную, когда дело касалось испытуемых. Пару раз её даже пришлось осадить, чтобы не сломала тем руки… После столкновения в городе, одиннадцатый ненадолго пропал. А потом одна из местных криминальных заправил объявила – за небольшую сумму продаст семя. Уверяла что это семя «невероятно чистое» – забеременеешь с первого раза. Какие глупости! А ещё глупостью с её стороны было отказаться выдать одиннадцатого без сопротивления. И вот, когда мы наконец сломили сопротивление, в доме никого не обнаружили.

Задав несколько вопросов выжившим, пообещав женщинам лечение или избавление от тюрьмы, выяснилось, что одиннадцатый действительно находился там, но каким-то образом сбежал. Видимо спрыгнув с крыши. Результат – несколько элитных бойцов ранено, две убиты.

Всё что осталось – беременная женщина, которую одиннадцатый оплодотворил в городе. Её держали во временной лаборатории, проводя некоторые тесты. К настоящей работе учёная готовилась приступить ко времени, когда младенец выберется из утробы, но особых надежд Безобразова на сей счет не питала. Плод женского пола. Кроме хорошего здоровья женщина и ребенок ничем не выделялись.

Отложив диктофон в сторону, сгорбившись над столом, учёная начала разбирать отчёты.

— Какой бред! Зачем одиннадцатому прыгать по крышам?!

Отбрасывая очередную бумагу, негодовала Безобразова. Следующий оказался не лучше – кто-то утверждал, что видел странного, замотанного в шкуры, то ли зверя, то ли человека, в окружении стаи псов, мчащегося по городу с желтыми глазами. Ещё одна утверждала, что встретила свою судьбу – когда девушка выпала с третьего этажа своей квартиры, её поймал принц в плаще из белого меха.

Этот отчёт улетел на край стола к предыдущим. Безобразова сняла очки, и морщась потёрла виски. Голова женщины в последнее время болела всё чаще.

В кабинет, без стука вошла начальница охраны лаборатории. Виктория получала указания напрямую от руководства Северного Союза. Даже Безобразова, возглавляя лабораторию, могла отдавать ей распоряжения постольку-поскольку. Учёная даже знала, что у Виктории есть разрешение взять полный контроль и руководство на себя, если сочтет, что Безобразова действует во вред государству.

— Плохие новости, профессор.

Виктория передала Безобразовой флешку.

— Что на этот раз?

Устало вздохнула женщина.

— Руководство предупреждает, это была последняя капля. Ещё один провал, и проект закроют.

На мониторе появилась картинка. Видеозапись показывала палату, где содержали беременную длинноволосую женщину, которую захватили в городе. Дверь открылась. Вошла дама в халате и тут же вытащила из-под него пистолет. «- Во имя Евы!» прокричала она и начала стрелять.

Беременная спала на кушетке. Она так и не успела проснуться, когда наступила смерть. Дама в халате стреляла до тех пор, пока не кончились патроны. Однако убегать стрелявшая не собиралась, так и стояла, нажимая на спуск, пока не ворвались две охранницы, расстреляв сумасшедшую. На лице женщины осталась глупая улыбка, а безумный блеск в глазах, потух только со смертью.

— Фанатики. Какая-то из этих новых религиозных сект.

Декларировала Виктория. Безобразова ударила кулаком по столу. Потом потёрла ушибленную руку и указала на край стола, где лежали просмотренные донесения.

— Проверь это.

— Полный бред.

Заметила начальница охраны, пробегая глазами по строчкам текста. Учёная и сама это понимала. Но делать больше нечего. Возможно подопытный просто погиб где-нибудь в лесу. Однако Виктория вдруг, выбрав один из отчётов, с интересом прочла его. А потом повторила, более внимательно.

— А вот это похоже на правду. Помнишь, я говорила тебе, что у него глаза желтые, с вертикальными зрачками. Ты ещё сомневалась, не верила.

— Он стоял прямо передо мной. Мы говорили, вот как с тобой сейчас. Со вполне обычными человеческими глазами. Светло-зелеными, как раньше.

Ответила учёная.

— Значит, он способен их менять! Ты же из мужчин что-то эдакое и создавала. Вот и получился полузверь!

Настаивала Виктория.

— Хорошо. В любом случае нужно проверить. Любые зацепки даже самые невероятные. Пока от нас ещё не отказались.

Начальница охраны кивнула, забирая бумаги с собой, и вышла из кабинета. Уже за дверью, находясь вне зоны слышимости, Виктория тихо произнесла:

— Откажутся только от вас, профессор…

***

Ай прибыла в эту холодную страну несколько дней назад. За всё время она ни разу не покинула палубу корабля. Другая, на её месте, маялась бы от скуки, но Ай была не такой. Ей было абсолютно всё равно, участвовать в битвах, выполнять шпионские задания, или просто сидеть в четырёх стенах своей каюты, ожидая указаний. Именно поэтому её называли ронином – Ай относилась ко всем и ко всему равнодушно.

Вот и сейчас, ни в её душе, ни на её лице ничего не изменилось, когда пришел приказ выдвигаться для выполнения задания. Получая инструктаж, в ней тоже ничего не изменилось. Девушка запомнила информацию и отправилась экипироваться.

***

За окном лежал, укрывая землю белым покрывалом, мягкий снег. Дорогу до города и обратно я теперь знал хорошо, поэтому не волновался, что её заметёт, и я не смогу вернуться. В очередной раз собираясь за покупками я прихватил свой новый рюкзак.

Так как свободного времени и заячьих шкурок у меня имелось в избытке, из них его и смастерил. Конечно, навыки шитья у меня отсутствовали, поэтому, когда рюкзак, как сейчас, был пустым, то он просто висел за спиной словно своеобразный маленький плащ.

В город я выбирался редко, только если заканчивались запасы, поэтому денег осталось больше половины. Покупать старался лишь на самое необходимое. Вот и сейчас я бодро шагал по почти метровым в глубину сугробам, задействовав «способность».

Список покупок составил у себя в голове заранее, чтобы не задерживаться в магазине, переживая что меня попытаются схватить. От волнения я мог что-нибудь забыть, как это случалось в первых вылазках.

Теперь я уже не сутулился как раньше. С тех пор как спрыгнул с крыши дома Тамары, меня ни разу не пытались поймать. Никто даже дорогу заступить не посмел. Задавать на улице вопросы тоже. И не особо засматривались – ну бредёт себе женщина бомжеватого вида, в лохмотьях, ну высокая, кому какое дело? Это сделало меня расслабленным и легкомысленным.

И всё равно я несколько раз сменил магазин, чтобы не примелькаться – а то запомнят, хорошенько рассмотрев, и доложат кому надо. Особенно если попадался магазин с особо любопытной и разговорчивой продавщицей.

Обычно если меня начинали о чём-либо расспрашивать, например – «вы живёте поблизости, раньше я вас здесь не видела», то я сразу уходил, приобретя коробок спичек. Я никогда не вступал в праздные беседы и не отвечал на посторонние вопросы. Лучше уж так выглядеть подозрительным, чем ляпнуть какую-то глупость, и быть разоблачённым.

В последнем посещённом мной магазине работала как раз угрюмая, необщительная продавщица, поэтому я решил закупиться в нём ещё раз. Тихонько зазвенел колокольчик, когда открылась входная дверь. Постукивая ногами, отряхивая с них снег я зашел в помещение. За кассой на сей раз стояла другая женщина. Но она ничего не сказала и даже не поздоровалась. «Хорошо. Приду сюда и в следующий разочек, коль уж тут работает такой угрюмый персонал», подумал я, называя товары из списка.

Немного задумавшись о покупках, я вдруг почувствовал, как в шею что-то вонзилось. Резко поворачиваясь и отскакивая в сторону, я задействовал «способность», и заметил – ещё два дротика, летящих в мою сторону.

Впившийся в кожу я выдернул из шеи и отбросил в сторону, пытаясь определить направление, откуда тот выпустили. Второй угодил в рюкзак, но так и не смог проколоть его плотную, двойную кожу. А третий вонзился в плохо защищённое бедро.

«Способность» заработала на весь доступный максимум… но, к сожалению, именно это и сыграло со мной злую шутку. Метаболизм ускорился, сердце застучало, словно пламенный мотор, и впрыснутый в кровь транквилизатор подействовал гораздо быстрее чем должен был.

В последнее мгновение мне даже показалось что я разобрался в своих ощущениях и понял, как заблокировать усыпляющее действие. Вот только не успел ничего предпринять, потому что мозг отключился раньше. Тело рухнуло на пол, а сверху, видимо для страховки, кто-то набросил металлические сети.

***

На мгновение сознанием завладевает тьма. Вспышка, и я разжимаю стиснутые пальцы, наблюдая как падает труп мужчины с красными глазами. Снова стоны и потрескивание проводов. Снова ангар-лаборатория.

В этот раз я прекрасно осознаю самого себя, и то, что снова вижу воспоминания бывшего владельца тела. Теперь я не только вижу и слышу его глазами и ушами. Теперь я так же чувствую, и даже понимаю его мысли.

Настоящий ужас испытывает сейчас бедняга, оглядывая разрушения, которые причинили двое озверевших мужчин. Даже я, в душе являясь обычным семнадцатилетним подростком, когда стал свидетелем трагедии в прошлом сне-воспоминании, отнёсся более спокойно. Правда я ничего не ощущал, поэтому, возможно, морально отстранился.

Шатаясь, владелец тела направился к выходу, через который сбежали женщины в халатах. Он не забыл прихватить свою испачканную рубаху, всё ещё пребывая в шоке от происходящего.

Яркий свет ударил в глаза, как только он оказался снаружи. Раздался громкий хлопок и плечо обожгло. Через мгновенье что-то тёплое потекло по руке. Он тупо уставился на разорванные ткани и устремившуюся вниз кровь. Пуля прошла по касательной, но захватила с собой добрый сантиметр плоти.

Страх смешался с болью и появилась паника. Бывший владелец тела развернулся и побежал. Сзади раздавались выстрелы, но парню повезло – больше в него никто не попал. Добежав до забора, высотой метра три, бывший владелец тела легко перепрыгнул препятствие и скрылся в лесу.

Похоже, развитым интеллектом он не обладал, потому что пытался есть листья. Даже кору деревьев грыз. Пил воду из лужи. Потом он набрёл на какой-то заброшенный городок, где питался сырым мясом крыс. Однажды заметив собаку, парень испугался и убежал. Ему повезло найти чей-то тайник с парой пятилитровых бутылок, в которых плескалась чистая вода. Так же там обнаружился рюкзак с различными приспособлениями и немного еды.

На протяжении всего времени я чувствовал его боль и отчаяние. Сколько прошло дней, я точно сказать не мог. Однако с каждой минутой ему становилось всё хуже. Здесь никто не приносил еду, не было уютной, как казалось тысяча сто одиннадцатому, крохотной комнатки с жесткой койкой.

Огромный мир до крайности ужасал того, кто провёл всю жизнь в замкнутом пространстве. Его грызли паразиты, которых он подхватил, наверное, от отвратительных на вкус крыс. И хоть рука уже почти не болела, он всё равно с грустью поглядывал на деформированный, покрывшийся коркой, участок плоти.

Забравшись на третий этаж полуразрушенного здания, он притащил туда все свои вещи. И забравшись под лохмотья, парень лёг, уставившись в потолок. Сейчас как никогда я чувствовал тоску и грусть бывшего владельца тела.

Он полностью отчаялся, не понимал, что делать дальше и куда идти. Ему больше вообще ничего не хотелось. Его слаборазвитый ум этого не осознавал, но он пожелал смерти самому себе. Просто не жить – вот чего он захотел.

И это случилось. Изменённое, улучшенное неведомыми мне способами тело, получившее «способность», кажется, само уничтожило сдавшееся сознание. В этот момент бывший владелец исчез, оставив после себя только тело. Оболочку, которая странным образом оставалась живой, но, по всем признакам, пустой...

***

Распахнув глаза, я попытался прикрыть их рукой, из-за слишком яркого света. Ничего не вышло. Чьи-то пальцы грубо держали веко, слепя фонариком прямо в глаз.

— Мда-а, ничего необычного. Просто человеческий глаз, даже цвет не изменился.

Женщина в роговых очках убрала руку и выключила фонарик. Я зажмурился, а потом поморгал, пытаясь восстановить зрение и осмотреться.

— Организм объекта преодолел действие транквилизатора гораздо раньше, чем ожидалось. Заметка: в следующий раз увеличить дозу.

Убирая диктофон, она рассматривала моё лицо, как хищная птица. По целых три широких ремня удерживали мои руки, плотно прижимая их к металлическому креслу. С ногами та же картина, только там ремней на два больше.

Пошевелив пальцами, я понял, что не смогу дотянуться даже до ближайшего из них. «Вырваться нет абсолютно никакой возможности. Сомневаюсь, что смогу, даже использовав все свои резервы. Скорее сам себе кости переломаю», мелькнула мысль.

— В прошлый раз ты разговаривал со мной. К тому же, все опрошенные заявляли, что интеллектуально ты ничем не отличаешься от обычной женщины. Ты понимаешь то, что я говорю? Можешь отвечать на вопросы?

Женщина склонила голову набок, ожидая ответа.

— Для начала развяжите, потом поговорим.

Резковато получилось, но за такое обращение с человеком это ещё ничего. Учёная злобно улыбнулась.

— Ты будешь отвечать на мои вопросы, одиннадцатый. Или я сделаю тебе больно.

Не знаю какого эффекта добивалась женщина, но особого страха нагнать ей не удалось.

— Чай не впервой, потерпим.

Храбрился я.

— Какой в этом смысл? Или тебе есть что скрывать?

Её тон был спокойным, будто это не она сейчас угрожала мне пытками. Однако приходилось признавать – вещи дамочка говорила правильные и логичные. Зачем мне терпеть боль, если всё что она хочет, это поговорить. По крайней мере, пока мы говорим, истязать меня никто не намерен.

— Сомневаюсь, что смогу быть полезным, ведь сам почти ничего не понимаю.

«Правильно – больше размытых фраз, меньше информации. Может со временем у меня даже появится шанс сбежать», думал я.

— Начни с самого начала. Кто научил тебя так хорошо разговаривать?

Учёная снова включила диктофон, подвинув его поближе. «Возможно мне и правда лучше рассказать всё как есть, может удастся получить ответы и на мои собственные вопросы. Но кое-что, пожалуй, рассказывать не стану», решившись я начал свой рассказ.

С того самого появления в воде, только убрав из повествования всё что касалось сверхспособностей. Сказал ей что очнулся и поплыл к берегу. И так далее. Выставляя проявления мной суперсил, когда до этого доходило, как везение и удачное стечение обстоятельств. Женщина слушала не перебивая. К окончанию повествования у меня даже во рту пересохло, но воды мне никто не предложил.

— Быть может теперь, вы объясните, как я оказался в этом теле? Я был обычным парнем, жил примерно пятьсот лет назад, а потом «бац», и я вот такой. Здесь в вашем времени.

Как ни странно, она мне ответила:

— Тут скорее вопрос не в том «как», а в том, «что» ты такое.

Я хотел было возмутиться, но сдержался, внимательно вслушиваясь в её задумчивую речь.

— Могу лишь предположить, что ты – генетическая память, лучше всего сохранившаяся, либо выбранная случайно. Твой организм был не просто улучшен, я создавала и корректировала вас для выживания не разума, но тела. Возможно, это какая-то его защитная реакция на экстремальную ситуацию. Скорее всего, в генах сохраняется некоторый объём данных о каждом конкретном предке. Правда семнадцатилетний подросток явно не идеальный кандидат. Видимо это предел информации, который способен хранится в генах. Хотя даже семнадцать лет многовато… Можешь ли ты вспомнить своё детство? Какие-нибудь подробности из него?

«А ведь правда, я помню всего десяток лет своей относительно взрослой жизни. Да и там множество моментов с пробелами, виной которым, как я раньше считал, плохая память. Но теперь, после её слов, в этом стоит усомниться. Как выглядели мои родители? Были ли у меня братья или сёстры? Абсолютная пустота. Ничего из этого нет в памяти. Я – всего лишь кусок информации? А как же душа и всё такое», ужаснулся я.

Апатия, усталость и отрешённость от осознания того, что настоящий я, жил и умер давным-давно, завладели мной. Начиная терять контроль, я резко остановился.

«Хрен вам! Я это я! Проживу хоть две, хоть десять жизней! И сделаю это красиво», прикусив до крови губу я со злостью уставился на женщину-учёную. Она в это время даже не смотрела на меня, вставив диктофон в компьютер, скидывая информацию. Дама даже не обратила внимания на то, что я ничего не отвечаю, продолжая бубнить:

— Как много нового! Можно провести столько различных тестов. Всё тщательно проверить. Интересно, если причинить тебе достаточно боли, поместить в невыносимые условия, организм заменит тебя другой личностью?

Взгляд, который садистка бросила на меня, был полон энтузиазма. Теперь я понял, что значит выражение «безумный учёный». Ей абсолютно плевать на результат, лишь бы ставить опыты. А ещё ей плевать на мои чувства и боль. Тем временем она продолжала:

— Ты, конечно, мне не всё рассказал, но времени у нас теперь предостаточно. Сейчас я только за инструментами схожу, и мы продолжим.

***

Безобразова задумчиво улыбалась, открывая дверь. Странная тень мелькнула, когда та открылась, но я не успел понять, что это было или проследить, куда оно делось. Летающая в облаках учёная, вообще ничего не заметила.

Дверь закрылась. Звук удаляющихся шагов быстро стих. Оглядывая комнату, насколько позволяли ремни, я не заметил ничего странного. Никакой тени или постороннего человека. «Наверное показалось», думал я, призывая все доступные мне силы.

«Руку. Всего одну руку. Даже если вывихну плечо, потом как-нибудь вправлю», ремни я рвать не пытался, просто тащил локоть вверх, в надежде что смогу выскользнуть из них. Ничего не получалось – слишком плотно всё оказалось прижато, и материал совсем не скользкий.

От отчаяния я начал дёргаться всем телом, хоть и понимал, что занятие это бесполезное. Стресс и движение, тем не менее, сыграли свою роль и тело бросило в пот. Взмокшее предплечье под ремнём получилось-таки слегка сместить…

Издавая слишком много шума, чтобы услышать сзади какое-то шуршание я вдруг сорвался с места. Рухнув на пол от неожиданности, ударившись лицом, я уставился на державший меня пыточный инструмент. Ремни валялись рядом на полу, и явно были разрезаны чем-то острым, а не разорваны.

Заозиравшись по сторонам я никого не обнаружил. «Что ж, дарёному коню в зубы не смотрят! В любом случае, спасибо тебе, невидимый спаситель», поблагодарил мысленно я.

Уже собираясь открыть дверь, я остановился. На столах валялось много всяких приспособлений, парочка ножей и скальпелей. Позаимствовав один из них, я приблизился к системнику, оставленному без присмотра.

Откручивать скальпелем болты было не сложно, к тому же я знал, что делаю, ведь свой первый персональный компьютер собирал сам. Прихватив парочку ножей, я выскочил за дверь.

Жесткий диск слегка оттягивал карман штанов, когда я, крадучись, пробирался по коридорам в поисках выхода из этого гиблого места.

И я даже не заметил, закрывая за собой дверь, как упавшая с потолка черная тень, беззвучно приземлившись, проводила меня взглядом…

Глава 17

Валерия Безобразова, профессор Северного Союза. Лучшая в своей области, руководитель последнего института по созданию «нового поколения». Хотя, теперь уже бывший руководитель.

Женщина сидела в помещении, где зачастую проводили совещание высшие чины государства. Вокруг собрались почти все члены Высшего Совета Северного Союза. Одна из них, самая молодая, зачитывала с листочка длинный список обвинений.

— Халатность, приведшая к аварии в лаборатории. Множество жертв во время инцидента. Уничтожено бесценное оборудование. Потеряны данные. Единственный выживший подопытный образец сбежал и учиняет беспорядки. Во время его задержания гибнут наши сотрудницы. Ценнейшие кадры, на обучение которых ушло немало средств и времени. Общественность недовольна. Адвокаты двух влиятельных лиц подали кучу исков государству. Но самое главное – все это было напрасно. Подопытный, умело пойманный нашей подчиненной, полковником Викторией Власовой, снова сбежал. Сбежал из-под самого вашего носа!

Всё это Валерия слушала без особого внимания. Она и сама всё знала. Но вот то, что выступающая начала говорить дальше её не на шутку разозлило и даже напугало. Женщина вдруг обратилась к своим коллегам:

— У нас возникли некоторые подозрения. Небеспочвенные. В первом случае, как раз во время инцидента, профессор не находилась в лаборатории. А сейчас, хоть подопытный и был надежнейшим образом обездвижен, находился в хорошо охраняемом комплексе, сумел сбежать. Более того, охрана утверждает, и эта информация подтверждена полковником Власовой, что ремни, удерживающие подопытного, оказались разрезаны. Не разорваны, как ранее во время первого инцидента, а именно разрезаны. По утверждению персонала, Профессор Безобразова находилась в помещении с подопытным одна. Более того, она запретила кому-либо присутствовать при допросе. И самое главное – пропал жесткий диск со всеми данными и исследованиями по «новому поколению»! Обладая такой информацией, наши… заграничные партнёры, начнут доминировать в этой сфере. Наше государство может быть поглощено или уничтожено, если они преуспеют в создании таких как тысяча сто одиннадцатый.

Безобразову пока не обвинили в предательстве или измене родине, но буквально поставили на эту самую грань. «Неужели Виктория, дрянь коварная, решила сделать меня козлом отпущения? И ведь всё сказанное правда. Только я ничего не делала. Жесткий диск, скорее всего, забрал безмозглый мальчишка! Или тот, кто помог ему освободиться и сбежать, я здесь совершенно не при чём! Ах ну да, ведь у Виктории родственница в Высшем Совете! Хочет выслужиться, подняться на моих неудачах», профессор даже губу закусила от обиды. Тем временем член Совета продолжала:

— Правда в защиту профессора выступает сама полковник Власова. Она заявляет, что профессор предана своему делу и государству. В контактах с иностранными агентами, ни разу замечена не была. Поэтому пока, никаких обвинений мы не выдвигаем. Однако без наказания ваши проступки остаться не могут. Вы отстраняетесь от руководства институтом, и вам запрещается вести научную деятельность с гражданскими компаниями. И конечно вам запрещён выезд за пределы нашего государства. Это всё.

«Вот оно как, оказалось. Видимо я в ней ошиблась. Однако, что мне теперь делать? Всю свою жизнь я занималась исследованиями. Может, даже лучше было бы оказаться за решёткой, там меня всё равно загрузили бы научной работой», учёная не стала говорить это вслух, лишь молча склонила голову.

Собрав все свои вещи в небольшую коробку, Безобразова брела по коридору к выходу. Здесь её встретила начальница охраны.

— Всё не так плохо, профессор. Пройдёт месяц-два, максимум полгода, и вас позовут обратно. Я посодействую, вы же знаете, у меня есть некоторые возможности.

Безобразова ничего не сказала, лишь улыбнулась, кивнув. Неспешно бредя по тротуару вдоль хорошо знакомой дороги, она не смотрела по сторонам. Уже у самого дома женщина начала ощущать чьё-то назойливое присутствие. «Всё-таки не доверяют, видимо слежку выставили. Пусть следят, это ничего не даст, кроме впустую потерянного времени».

Вот только две одетые в пальто дамы, преследовавшие Безобразову, подходили всё ближе. Стоя на пороге собственного дома, учёная обернулась. Подобное поведение уже никак нельзя было назвать слежкой – скорее преследованием. Одна из женщин в плаще, недвусмысленно пошевелила рукой в кармане и вдруг с акцентом произнесла:

­— Открывайте дверь, профессор. Мы хотим поговорить.

«Пара-тройка спешащих по своим делам прохожих на почти пустынной улице, они едва ли заметят, если я вдруг рухну, тем более силуэты в плащах уже совсем близко, меня и не видно из-за них», спокойно рассудила Безобразова.

«Пистолет у говорившей, почти наверняка с глушителем – никто не услышит выстрелов», вздохнув, Безобразова открыла дверь и вошла. За ней в квартиру сразу же вломились гостьи в плащах.

Дамы не пытались напасть, наоборот, учтиво улыбались предложив помощь с коробкой, чтобы учёная могла спокойно снять верхнюю одежду. Валерия просто оставила коробку на полу в коридоре, так как все полки и шкафы в квартире были завалены всякими бумагами, книгами, исследовательскими принадлежностями и тому подобными вещами.

В лаборатории она всегда поддерживала идеальный порядок. Однако здесь, в её собственной квартире, свила гнездо птица хаоса и анархии – повсюду на полу и на шкафах собирали пыль, похожие на принесённую сегодня, коробки. Почти все дверцы шкафов пребывали в распахнутом состоянии, выставляя напоказ груды какого-то хлама.

Своё пальто Валерия просто бросила на коробку, стащила сапоги и, не оборачиваясь, побрела на кухню. Вошедшие следом переглянулись, пожав плечами. Быстро разувшись, дамы преследовали ученую, не упуская из виду. Уже на кухне, пока Безобразова ставила чайник, женщины положили на стол конверт.

— Прочитайте, и дайте ответ. После этого мы уйдём. И будьте так любезны, не заставляйте нас долго ждать.

Ученая повертела конверт в руках. Тот не был запечатан, а внутри находились какие-то бумаги. Делать нечего, Валерия начала читать, а когда закончила, молча уставилась на своих гостей.

— Решайте сейчас, профессор, другого подобного шанса скорее всего не представится.

Всё так же с акцентом заявила дама в плаще.

***

Сидя за огромным столом, Мать Наталия перебирала бумаги. Как и предыдущие три месяца, женщина испытывала дискомфорт. Её раздражала любая мелочь, и часто болела голова. Прямо как сейчас.

В дверь без стука вломилась Лидия. Лет десять назад, девчонка за такое была бы выпорота. Но теперь, как бы ей самой не оказаться наказанной, если не лично Лидией, то её окончательно сбрендившими товарками. А ведь девушка являлась родной дочерью Наталии.

В тяжелые времена слабые духом люди обычно обращаются к религии. Там они находят утешение для себя. Слабым легче жить, будучи овцами, которых пасёт пастырь. Но есть и сильные люди – те самые пастыри. Они пользуются религией как оружием, как инструментом, для управления этими самыми овцами. Много лет назад Наталия, выбрала для себя сей тернистый путь. И она добилась многого, став Матриархом этого места.

Сама женщина, хоть и занимала высший пост в местной иерархии, в религиозные бредни не верила. Страшная истина, о которой никто кроме неё самой не знал. Даже собственная дочь.

Вот только Наталия старалась воспитывать Лидию свободно мыслящей. Давала ей множество поблажек и не настаивала на монашеском пути. Более того, она сама, незаметно, подтолкнула дочь уйти из монастыря. Тогда-то девочка и отправилась в армию. В какое-то элитное подразделение.

Лидия изредка приходила повидаться с мамой и подругами детства. Но скептицизм по отношению ко всякой религиозной чепухе сквозил в её речах и не шибко скрывался за поступками. Пару раз девушка даже прямо высказала свои сомнения вслух. И Наталия была рада этому, тем не менее публично осудив «малодушие».

Однако совсем недавно, всего пару месяцев назад, девочка вернулась вся в слезах. Она плакала на коленях у матери, наверное, первый раз в своей жизни. В этой самой комнате, на том самом диване, у стены. Наталия гладила дочь по голове, успокаивая, а та рыдала, намочив подол рясы, пересказывая случившееся на охраняемом объекте, где Лидия несла свою службу.

Прервав воспоминания матери, Лидия хлопнула по столу, усаживаясь на диванчик.

— Мы сделали это, мама! Мы её уничтожили! Её и этого демонического выродка. Мы предотвратили рождение демона!

Наталия тяжело вздохнула. «Как жаль, что это не очередная её невинная детская выходка», про себя вздохнула Наталия. То чем теперь занималась дочь, являлось преступлением не только в глазах закона, но и по мнению любого здравомыслящего человека принципе. За подобного рода деятельность могли посадить пожизненно или даже приговорить к «высшей мере».

— Кого?

Только и спросила Матриарх. Брови Лидии сошлись на переносице. Она недовольно посмотрела на мать, блестящими, совершенно сумасшедшими глазами. Потом выражение её лица несколько раз изменилось и девушка с отвращением, будто выплюнув, сказала:

— Лилит. Мы убили её! Больше она не представляет угрозы. Так же, как и её не родившийся демон. Осталось только уничтожить змея, и наступит новая эра человечества!

Наталия закрыла глаза, приложив руку ко лбу. Всё-таки они это сделали – проникли на государственный объект и убили ту несчастную. «Теперь дороги назад нет. Правительство здесь камня на камне не оставит, когда всё выяснится. Если всё выяснится», поправила она себя, пытаясь утешиться блёклой надеждой.

***

— Ева.

Произнесла Мать, обращаясь к склонившейся над книгой девушкой. Карина перелистывала очередную страницу, погрузившись в чтение. Эта книга, как и многие другие здесь, была ей совсем не интересна. Но она всё равно вчитывалась в каждое слово, ведь от этого, теперь, зависела её жизнь.

— Ева!

Повысила голос немолодая дама, в белоснежном монашеском одеянии. Её звали Наталия, хотя здесь все обращались к ней не иначе как – Мать. Она являлась главой местной религиозной общины, и любая женщина в стенах монастыря беспрекословно выполняла её поручения. Ну, может кроме Лидии. Та была настоящей дочерью Наталии, потому могла позволить себе некоторые вольности. Хотя в последнее время Карина начала замечать, что Мать попросту боится своей дочери.

Оторвавшись от книги, Карина взглянула в лицо Наталии.

— Тебе пора бы уже привыкнуть к настоящему имени.

Заявила Мать Наталия, на что Карина сразу же кивнула, соглашаясь. Её животик почти не изменился к этому времени, но девушка знала и чувствовала, что это случится уже скоро.

Шел третий месяц её пребывания в монастыре, но Карина действительно иногда забывалась, отрешившись от внешнего мира, сосредотачивая внимание на страницах книг.

Наталия в очередной раз упрекнула девушку. Удивительное дело, но Матриарх будто чувствовала, когда Карина погружается в свои мысли. Именно в такие моменты дама тихонько произносила новое имя «Ева».

«Возможно столь странным образом намереваясь заставить забыть прошлую жизнь и указать на место в новой… Или она просто надо мной издевается», мелькнуло в голове у Карины.

Карина тешила себя иллюзиями, прекрасно осознавая – её появление, это прямая угроза власти и авторитету Матриарха. Она попыталась бы сбежать, если бы не была уверена, что бежать ей некуда. Бывшая горничная даже не знала где точно находится.

Обнесённый высокой каменной стеной периметр являлся золотой клеткой для беременной девушки. Но даже здесь Карину не выпускали из комнаты без сопровождения. Минимум три сестры в черных балахонах сопровождали её повсюду.

Однажды Карина пожаловалась на это Матери, но та лишь усмехнулась. «— Это великая честь для наших сестер, сопровождать возродившуюся праматерь. Не отказывай им в желании служить тебе и малышу Каину» ответила дама тогда.

Карине всё это очень не нравилось – они не только звали её чужим именем, приписывали чуть ли не божественное начало, они так же дали имя ещё не родившемуся ребенку. Её ребенку!

Конечно Карина, когда брала семя Тима, не собиралась оставлять ребёнка себе. Ей просто нужны были деньги и государственные льготы. Она бы отдала младенца. Но теперь, узнав, что это за ребенок, девушка собиралась получить всё что только возможно, став первой матерью мальчика на планете.

«Ну, может не первой, ведь у Тима тоже должна быть мать», тут же поправила себя бывшая горничная мысленно. «Но я в отличии от неё скрываться не намерена! Обо мне узнают все, напишут в газетах, расскажут на радио и покажут по телевизору, предложат лучшие условия, лишь бы я с ребёночком оставалась в Северном Союзе… начнут конечно подлизываться и завидовать, куда ж без этого. Особенно те задаваки, которые не желали дружить в детстве», вновь вернулась к своим недавним мыслям Карина.

Будущая мамочка давно всё для себя решила. В тот самый день, когда перед ней на колени начали опускаться обитательницы этого места. Даже сама Мать, тогда присоединилась к остальным. Карина снова ушла в себя, вспоминая её появление в монастыре.

***

Машина летела с огромной скоростью. А может Карине так только казалось. Это, всё-таки, была её первая поездка в автомобиле. Девушка даже не думала о том, куда и зачем её увозят. Все мысли сосредоточивались на том, «как бы выжить, после того как эта сумасшедшая врежется в очередное дерево, или перевернёт автомобиль на крутом повороте».

Однако время шло, дом Ольги всё удалялся, а дорога неистовой куницей бросалась под колёса машины. Идеально вписываясь в каждый поворот, похитительница что-то напевала, иногда поглядывая на Карину. Каждый такой момент Карине хотелось закричать что-то типа – «смотри на дорогу, дура», но ей было слишком страшно.

Спустя часа два-три машина остановилась около высоченных резных ворот. От них, в обе стороны был выстроен каменный забор. Территория за воротами, оказалась огромной. Где заканчивается забор, разглядеть не удавалось, он просто тянулся вдоль дороги, никуда не сворачивая.

Когда из калитки вышла дама, в черном монашеском балахоне, похитительница прокричала:

— Открывай скорее! Мне необходимо увидеть Мать!

Та недовольно что-то забурчала, но ворота открыла. Машина рванула с места, чуть не задев зеркалом раздвигающиеся створки. Слева и права от дороги раскинулись чистые, убранные от листьев сады. Чьи-то усердные руки так же очистили от мусора и ровную, асфальтированную дорогу.

Меж деревьев бродили женщины в черных балахонах или рясах. Атмосфера умиротворённости и покоя царила вокруг. Только ревущая мотором и мчащаяся с немаленькой скоростью машина нарушала созданную местными идиллию.

Сделав резкий разворот, визжа тормозами, машина даже слегка подпрыгнула и замерла. Дорога закончилась небольшой, выложенной брусчаткой, площадью. Здесь был воздвигнут настоящий храм.

Не потрудившись даже заглушить мотор, похитительница выскочила из автомобиля взбежав по ступеням и распахнула деревянные двери. Те разлетелись в стороны. Звук от удара прогремел по огромному залу.

В помещении на жестких деревянных скамьях, склонив головы, сидели послушницы и монахини. А в самом конце зала, за пюпитром, стояла высокая, немолодая дама, в белом одеянии. Пробегая меж рядов, похитительница даже не смотрела на окружающих. Её горящий взгляд был устремлён только на женщину в белом.

— Что ты себе позволяешь, девочка!?

Громко произнесла дама за пюпитром. Многие присутствующие гневно глядели на ворвавшуюся, а та и не думала останавливаться. Оказавшись подле пюпитры, она плюхнулась на колени, схватила руку дамы в белом и прикоснулась к ней лбом, тут же вскакивая. Та поморщилась – видимо даже сие проявление смирения являлось нарушением этикета.

— Я нашла её! Преподобная Мать! Я нашла ЕВУ!

Поднявшись с колен, кричала девушка. Помещение наполнилось шумом. Со скамей вскакивали женщины в чёрном. Мать схватила за локоть говорившую и прошипела прямо на ухо:

— Ты с ума сошла, Лидия? Что ты несёшь?!

Но девушку это не смутило. Она лишь улыбнулась, указывая на распахнутые двери, и продолжила кричать.

— Она здесь. Прямо там, за дверью! Я привезла её с собой. Ты была права, пророчества верны! Зря я тебе не верила.

Успокаиваясь, закончила Лидия. Правда Матриарх больше не слушала, она шагала к выходу. За ней, в проход выскакивали другие присутствующие.

Когда из собора высыпали женщины во главе с Матерью и Лидией, Карина как раз спустилась со ступеньки автомобиля. Ей надоело ждать и она, поборов страх, решила выйти наружу.

Теперь она пожалела о своём решении. Десятки глаз впились в неё, будто намереваясь дотянуться до той самой души, о которой пишется в некоторых книгах. Их взгляды приковали молодую девушку к месту так, что она даже дышать боялась.

— И узрела я Змея, в обличии человеческом, но со звериными глазами. И был он быстр и силён, как ни один человек не может быть! Сия девушка вкусила запретный плод его. Предначертанное сбылось! Змей искусил невинную деву, ибо таково было пророчество. Пробил решающий час. Именно нам дано вершить судьбу мира. Ибо Ева пред нами. Падите ниц перед Первой Матерью! Ева пред вами, сестры! А в чреве её Сын Первый! И обитель сия, станет Эдемом для него! И да благословит он всех нас рождением своим!

Лидия раздельно выкрикивала каждое слово, торжественно спускаясь по лестнице. А остановившись подле Карины, опустилась на колени. Безумный блеск в её глазах смешался с экстазом. Другие женщины в черном начали неуверенно опускаться на колени. Их становилось всё больше. Вскоре только одна Наталия осталась на ногах, с багровым от гнева лицом.

Лидия вдруг обернулась, бросив угрожающий, строгий взгляд на свою мать. Та дёрнулась, будто от удара, и тоже опустилась на колени. Лицо Наталия поспешила спрятать под капюшоном. Глаза Матриарха уставились в землю, поэтому никто не мог видеть, как женщина кусает от злости губы и слышать, как она шепчет проклятья.

Всё, о чем сейчас могла думать Мать Настоятельница – почему же она в тот злополучный день, вместо ободряющего утешения, решила проучить своевольную, блудную дочь. Зачем пыталась привить немного смирения растерянной, плачущей девушке? Для чего несла религиозный бред, наполовину придуманный ей самой, не только Лидии, но и всем остальным здесь?

Ведь у неё и так имелось достаточно власти и авторитета. Но страх, это дополнительный стимул, рассуждала дама тогда, и самозабвенно проповедовала в этом самом соборе.

А ведь могла же просто сказать наедине, что дочке просто привиделось. Никаких желтых, змеиных глаз зверя не было. Просто отблеск от взрыва и пожара на том объекте.

Однако теперь поздно – история для слабых и глупых, как и религия, создаётся теми, кто её пишет. Её собственные проповеди были произнесены. Переданы из уст в уста. А после занесены в священные писания новой религии.

Теперь все здесь знают о «звере», рыщущем меж людей, «вышедшем из моря, о семью головах и с десятью рогами». И знание это распространяется по миру.

«Настоящий кошмар заключается в том, что Лидия на почве недавних событий скорее всего сошла с ума. И все это поймут, когда родится ребёнок. Свет увидит обычная девочка, как у любой другой женщины, не прошедшей процедуры изменения плода», сокрушалась Матерь Наталия.

Нет никакой Евы, так же, как и зверя. В этом Матриарх оставалась полностью уверенной. Предстояло только решить, как избавиться от навалившихся проблем, не растеряв паству…

Глава 18

Конечно я был благодарен спасителю, разрезавшему ремни, но что же делать дальше? Что это за освобождение, если спасённого снова поймают буквально через минуту? Застыв в коридоре около двери в пыточную, «эмм... интересно как они сами называют это помещение, с миленьким железным креслом, и кучей острых предметов? Как-нибудь типа комнаты отдыха, наверное. Однако куда же мне идти дальше», размышлял я.

Выбрав наугад направление, я старался двигаться бесшумно, но быстро. Активировав способность, я начал видеть и слышать намного лучше. Пару раз встретились камеры видеонаблюдения. Если они вращались, то я пробегал, пока объектив не был повёрнут в мою сторону. Если же нет, старался проскочить просматриваемый участок с максимальной скоростью – авось не заметят.

Потом я решил пролезть в вентиляцию, как это обычно делают в фильмах. И, во-первых, отыскать эту самую вентиляцию оказалось не так-то просто. Во-вторых, стало совсем не до смеха, когда я всё-таки её нашел.

Мало того что пролезть туда мог только очень уж маленький человечек, так она ещё и держалась на тоненьких креплениях. Думаю, килограмм двадцать эта конструкция выдержала бы, не больше. Кроме того, в трубах скопилось столько пыли, что любой, запихнувший внутрь голову, попросту задохнулся бы, потревожив её обманчивый покой. Скорее всего их вообще никогда как следует не прочищали.

В общем, побег мой, казалось, просто обречён на провал. Тревога включилась как раз когда я наткнулся на лестницу. Один раз я видел зарешёченное окно, и обрёл твердую уверенность в том, что нахожусь не в подвале. А значит выход внизу. Так же это значило, что искать меня станут именно там, перекрывая путь к спасению.

Перескакивая сразу по четыре ступеньки, я стремительно поднимался наверх. «Однажды побег через крышу уже увенчался успехом, может повезёт и здесь», понадеялся я.

Как и в прошлый раз, дверь продержалась недолго, хоть и оказалась металлической. Правда я поддерживал усиление, ещё и выспался хорошенько. «Сомневаюсь, что местные ожидали в гости кого-нибудь с подобными моим способностями», лишь усмехнулся я. В общем, петли выдержали ровно три удара, и дверь вылетела наружу.

Ровная площадка с невысокими парапетами предстала передо мной. Оглядевшись вокруг, я понял, что здание пятиэтажное. Высоковато. И деревьев поблизости не видать.

А вот около ворот учреждения собралась целая толпа. Ещё там припарковался какой-то микроавтобус. Охрана как раз разгоняла женщин, видимо из-за объявленной тревоги.

Ворота находились достаточно далеко, однако, когда микроавтобус тронулся, он свернул на прилегающую к заборчику дорогу. «Если повезёт, и я всё правильно рассчитаю, смогу приземлиться как раз на крышу автомобиля», возникла сумасшедшая мысль.

Странно, но я даже отнёсся к этой мысли вполне серьезно. «Пятый этаж», пропел насмешливый голосок в голове, но я уже шарил по крыше. Ничего полезного не обнаружив, я просто выломал слегка подгнившую трубу, и разбежавшись, прыгнул.

Уже не первый раз, после появления в новом времени, я замечал за собой некие странные, суицидальные наклонности. Чего только стоил эксперимент с медведем! Ни за что я бы не стал так рисковать, будучи собой, семнадцатилетним парнем, из моего времени.

Уже в полёте я запоздало осознал – «жесть, я всё-таки это сделал», и зацепился трубой за провода.

А потом, за одно мгновенье произошло множество вещей. Своими обострёнными чувствами я ощутил всё. Кроме боли.

Электрический разряд обжёг руки, когда металл трубы замкнул провода между собой. Пальцы, локти и плечи напряглись, амортизируя тело, которое развило немаленькую скорость при падении.

Один из проводов лопнул, не выдержав давления, и я выпустил трубу из рук. Перед этим я ощутил рывок в плече – то ли вывих, то ли растяжение, однако приземлившись спиной на металлическую крышу фургона, всё вернулось на свои места.

Вот теперь я почувствовал боль. Пока приходил в себя, рыча и проклиная этот мир, где вместо гарема получаю увечья, страдания и жизнь впроголодь, где-то в лесу, вдали от цивилизации, машина резко начала набирать скорость. Пришлось отложить жалобы и ухватиться за небольшой выступ, упираясь ногами в бортик.

Редкие пешеходы в панике отскакивали в стороны, освобождая проезжую часть. Автомобиль летел, не замедляясь около десяти-пятнадцати минут, а потом, ворвавшись во двор, с уже распахнутыми воротам затих, окончательно остановившись.

Неизвестно кто находился в машине, поэтому я сразу спрыгнул на землю, прижавшись спиной к металлическому кузову, чтобы не упасть. Выбирая из двух непростых решений – бежать или сражаться я чувствовал нехватку энергии.

Распахнув водительскую дверь правой рукой, я схватил левой сидящую там девушку и потащил наружу. Резкая боль сковала руку от плеча и ниже, но я всё-таки закончил начатое.

«Заметка на ближайшее будущее – пока пользуемся только правой рукой», родилась из страданий мысль. Оказалось плечо травмировано гораздо сильнее, чем я сначала подумал. Видимо от шока во время прыжка, я не придал должного внимания полученной травме.

Перехватив девушку здоровой рукой, пришлось прижать её к себе поплотнее. Оставалось лишь надеяться, что в таком положении она не сможет оказать сопротивления.

Вот только в машине находилось два человека, а не один. На пассажирском сидении, выпучив ярко-голубые глазёнки, осталась молодая девчушка.

На шее у неё висел бейдж с надписью «ПРЕССА. Корреспондент информационно-аналитического издания Союз». Успокоившись, я отпустил захваченную дамочку.

Поначалу я опасался, что они окажутся сотрудницами лаборатории, попытаются на меня напасть, схватить и вернуть обратно, на то пыточное кресло.

«Видимо эти девушки приезжали делать репортаж, но их прогнали. Сейчас мучительницам там явно не до репортажей», усмехнулся я про себя.

Потеряв интерес к недавним невольным попутчицам, я начал осматривать дворик, в котором остановился автомобиль. Ворота до сих пор никто не закрыл, поэтому я решил сквозь эту брешь и ускользнуть.

Посещая магазинчики ставшего почти родным города, я приобрёл его карту. Это была чуть ли не первая моя покупка. Я постарался её выучить как раз на такой случай – если придётся заметать следы, уходя от преследования.

Конечно я не ожидал, что меня схватят, и придётся бежать. План был проще и прозаичнее – вообще не попасться, избежать засады, и всё такое...

Я считал себя почти неуловимым, с этими моими новыми способностями. Однако судьба жестко поставила меня на место, показав, что я всё ещё человек, пусть даже улучшенный.

Выдернутая с водительского сиденья девушка вдруг испугано произнесла дрожащим голосом, выводя меня из раздумий:

— Что вам от нас нужно?

Обернувшись, бросив взгляд на случайных спасительниц – ведь если бы не проезжающий мимо автомобиль, сидеть бы мне и дальше на той крыше. Либо меня уже повязали бы, снова истыкав дротиками с транквилизатором.

Вспомнились ощущения, когда в меня попали. «Кажется, я чувствовал, что могу блокировать усыпляющее действие. Выделить чистую кровь и направить в мозг только её. Эх... какой же бред! Управление собственной кровью? Это за гранью человеческих возможностей», спорил я сам с собой.

В последнее время я часто так делал, находясь в глуши, далеко от цивилизации. «Ведь с волосами случилось что-то подобное – управлять собственным телом, это и есть способность того, одиннадцатого. Осталось только разобраться как именно это делать. Интересно, а зубы я смогу вырастить новые, если вдруг с этими что-то случится? Ох не хочется это узнать на собственном опыте, но судя по моим похождениям, всё вполне возможно», размышлял я, вслух отвечая:

— Да ничего не нужно. Всё уже. Спасибо что прокатили.

Возможно так, сарказмом, мой организм боролся с шоком, болью и полученными травмами. Руки жгло, плечо ныло, спина теперь тоже начала болеть.

«Девушки-журналистки ведь ни в чём не виноваты. Даже помогли мне», вяло отругал себя мысленно я. Однако, здесь и сейчас мне было плевать на них. «Сомневаюсь, что я зачерствел и больше не вижу в этих хрупких созданиях чего-то милого и желанного. Скорее это тело отгораживает меня, таким образом, от опасностей – ведь именно с женщинами связаны все мои проблемы. Именно они причина травм… Бездушной оболочке ведь не объяснишь, что это не их вина, просто мужчины выродились, а изменённым вообще ничего не нужно, как хомячкам – лишь бы поесть, да поспать».

Сделав два шага по направлению к воротам, я вдруг услышал срывающийся голосок из машины:

— Ты что, решила, что сможешь так просто уйти, после всего что сотворила? Ремонт машины будет стоить немало. Как рассчитываться будешь? Даже не думай сбежать! Мама тебя найдёт, где бы ты ни пряталась!

Обернувшись, я подарил кривую усмешку молодой журналисточке:

— Денег у меня с собой нет. Придётся твоей маме хорошенько поискать меня, чтобы взыскать долг. Правда сомневаюсь, что у неё что-то получится. А теперь, прощайте.

Но другая, которую я из-за руля вытащил, вдруг, подбежав обняла мою ногу, плюхнувшись на колени. Я пребывал в своём обычном состоянии, потратив все суперсилы на побег и катание на крыше. Плюс не ожидал подобной прыти от какой-то невзрачной девчонки. Вторая, похоже, тоже такого не ожидала, потому пискнула:

— Майя! Что ты делаешь?

Пытаясь освободиться от хватки, я начал тянуть её руки в стороны. Плечо снова напомнило о себе, «но это меня не остановит», через боль посулил я себе.

Остановил меня громкий визг девчонки. Вздохнув, я поднял её голову, взявшись правой рукой за подбородок.

— Чего тебе надо? Денег? У меня нет. Потом как-нибудь отдам, обещаю. Адрес ваш запомню. Отпусти!

Последнее слово я сказал, слегка сжав пальцы. Девушка замычала, ощутив боль. Даже хватку ослабила.

— У-у-мм! Больно-больно!

Пискнула журналисточка. Я отпустил, а она снова ухватилась за ногу как следует. Нахмурившись, я снова потянулся к ней рукой. Мая вдруг затараторила, зажмурившись:

— Не уходи, я... мы просто хотим поговорить. Ты же из той лаборатории сбежал. Видно же, что ты не женщина! Мы поможем. Что угодно сделаем если дашь интервью!

«А эта оказалась сообразительной – сразу поняла, что к чему», подумал я. И пока размышлял над её предложением, девушка устроилась поудобнее на ноге, и теперь рассматривала моё лицо, глядя снизу в верх.

К женскому обществу я уже, конечно, привык, но учитывая обстоятельства – как она выглядела, где находилась и что я чувствовал, через не такую уж плотную ткань штанов, следовало срочно что-то предпринять.

«Но как избавиться от этого приставучего существа», встал, так сказать, вопрос. Причинять ей боль не хотелось, а она похоже была готова идти на крайние меры. Тяжело вздохнув, пришлось согласиться.

— Хорошо, но для начала слезь с меня, потом поговорим. Только не посреди улицы. Нужно какое-то укромное местечко. Желательно тёплое – куртка моя осталась где-то в лаборатории.

Майя неуверенно отстранилась и начала подниматься. Тем не менее находилась девушка очень близко, почти прижималась, продолжая пожирать меня взглядом.

Выпрямившись, она схватила мою ладонь обеими руками и потащила куда-то в сторону расположенного неподалёку крыльца здания. Вторая журналистка к этому времени выбралась из машины и закрыла двери. Теперь уже два горящих взгляда были прикованы к моей скромной персоне. Ощущался лёгкий дискомфорт и раздражение.

За дверью оказалась уютная двухкомнатная квартирка. Девушки набросились со своими вопросами, как только заперли дверь. Причём та, что помладше, которая сидела на пассажирском сидении оказалась намного напористей Майи.

Игнорируя сыплющиеся с двух сторон вопросы, я ждал до тех пор, пока журналисточки не выдохлись, столкнувшись со стеной молчания. Да и как тут ответить, если слова без остановки выстреливаются, словно из пулемётов.

— Может сначала поедим? Я ужасно голоден. За едой как раз и расскажу вам свою историю.

Организм требовал восполнения растраченных ресурсов – сколько я провалялся в отключке неизвестно, плюс травмы тоже следовало залечить. Девочки переглянулись и повели меня на кухню.

Младшую звали Соня, и она оказалась дочерью председателя правления этого самого «информационно-аналитического издания Союз». Квартирка принадлежала как раз ей.

Запихивая в себя пищу, почти не жуя, я поведал им свою историю. В отредактированной версии, о себе я говорил как о единственном владельце тела – мол, с самого рождения являлся подопытным. Был заперт в подвале секретной лаборатории, и подался в бега после аварии. Естественно обошлось без упоминания сверхсил. Почти всё то же, что рассказывал Безобразовой.

Может и к лучшему, что я встретил девочек-журналисток – пусть расскажут обо мне всему миру, авось какие-нибудь борцы за права человека выступят в защиту, надоело уже скрываться и везде ждать засады.

— Ну, пожалуй, время прощаться.

Сказал я, поднимаясь из-за стола. Мой рассказ закончился сегодняшним побегом, на крыше фургончика журналисток. Но Мая сразу же схватила мою руку.

— Погоди! Останься пожалуйста ещё хоть ненадолго! Так нам никто не поверит. Твой рассказ настоящая сенсация! Мы должны всё заснять на камеру. Соня, скажи ему!

Девочка опустила голову и тихонько обратилась к подруге:

— Мама не даст. Даже не представляю, что она со мной сделает, когда узнает, что мы машину угнали, ещё и помяли её...

Оказалось машину девушки взяли без спросу, и принадлежала она даже не самой матери Сони, а компании. В лабораторию сегодня они тоже без спроса поехали, получив инсайд от одной знакомой. В сообщении говорилось, что в лаборатории творится что-то неладное. Теперь Соня чуть не плакала, осознав, что наделала, и во что вляпалась. Зато Мая была полна энтузиазма.

— Не волнуйся, когда она получит видео с настоящим мужчиной, забудет про всё на свете!

— Да, но, если я приду в редакцию, меня сразу потащат к маме в кабинет. И она мне не поверит. Снова запрёт дома и уже так просто не выпустит…

— Тогда пойду я! Просто стащу камеру, они ещё спасибо потом скажут!

Поднялась девушка и уверенно зашагала к двери. Соня же, вдруг бросила на меня обеспокоенный взгляд – видимо испугавшись что придётся остаться наедине. Я улыбнулся и произнёс, когда за Маей захлопнулась дверь:

— Могу просто уйти, если ты так сильно боишься. Теперь, после ваших слов, я уже сомневаюсь, что кто-нибудь поверит в мою историю, даже если вы снимете интервью на камеру.

Только секунду на лице девушки держалось задумчивое выражение, сменившись потом уверенностью.

— Нет! Нам многие поверят! Если всё выйдет, и мама покажет тебя по телевизору, случится сенсация. Поднимется большой шум, люди будут за нас!

«Обычно людям плевать, пока это не их проблема. И я сильно сомневаюсь, что твоя мама пойдёт против государства», подумал я, но промолчал. Возможно, распространить запись получится даже у меня самого, но для начала следует её создать и желательно в хорошем качестве, а для этого нужна камера.

После неловкого молчания Соня начала разговор с вопроса. Ей стало интересно – каково это, быть мужчиной. «И как я должен на такое ответить», призадумался я. В комнате было довольно тепло, поэтому, не придумав ничего лучше, я просто снял рубашку.

— Ого!

Воскликнула она, приложив руку к ротику. Левое плечо представляло из себя один сплошной синяк. «А ведь выглядит намного хуже, чем ощущается», боли почти не было. Болело только когда я что-либо делал этой рукой.

— Это когда я за провода зацепился. Не волнуйся, «до свадьбы заживёт».

Ляпнул я, не подумав. Глаза девушки тут же вспыхнули.

— А ты знаешь про свадьбы!? Я читала про такое. Мужчина и женщина связывали свои жизни навсегда... Так романтично. Совсем не то, что сейчас. После нашей встречи я понимаю – измененные это не настоящие мужчины. Один раз я с мамой ездила туда, где их выращивают. Они больше похожи на животных, чем на людей. Жалко их. Вот интересно, если бы они все были как ты, кто-нибудь взял бы меня замуж? Хотя вряд ли – их же так мало...

Девушка перескакивала с темы на тему, и похоже её вопросы не были адресованы мне. Снова натягивая на себя рубашку, я болезненно морщился. Вернувшись из своих раздумий, Соня взяла меня за здоровую руку.

— Подожди секунду, у меня там мазь есть.

И отправилась в другую комнату, довольно быстро вернувшись. Девушка начала втирать в синяк какую-то желтоватую смесь. Приятно запахло травами.

— Какие большие...

Задумчиво произнесла она.

— Что?

— Я про руки и плечи. У женщин всё намного меньше. И спина такая широкая. О боже, сколько шрамов!..

Девочка явно увлеклась, прикасаясь сразу двумя ладошками и пальчиками уже далеко от левого плеча. Сидя на стуле, спиной к собеседнице, я ощущал прикосновения её волос к своей коже.

Тяжелое дыхание девушки немного щекотало, а руки всё гладили спину, перебираясь от шрама к шраму. Она ощупывала каждый, и мне стало неловко от столь нездорового интереса с её стороны. Руки девушки раздвигались всё шире, почти добравшись до моей груди. «Ещё немного и она прижмется ко мне, заключив в объятьях», мелькнула мысль.

В этот момент распахнулась дверь. На пороге застыла Мая, держа в руке камеру. Из тёмного коридорчика кухня и стул, на котором сидел я, просматривались целиком и полностью.

На лице вошедшей появилось удивление, быстро сменившееся поджатыми губами и сдвинутыми бровями. Соня тут же отошла на шаг, забирая тюбик с мазью, и отправилась мыть руки. Мая, хоть и заметила огромный синяк, ничего не сказала, а сразу начала устанавливать камеру.

Обсудив с девушками предстоящее интервью, я начал свой рассказ:

« — Здравствуйте. Сейчас двадцать седьмое февраля, две тысячи пятьсот двенадцатого года. Меня зовут Тим, и я мужчина. Был таким естественно рождён, а не изменён как остальные. Полностью раздеваться я не стану, но для того, чтобы вы могли убедиться сниму рубашку. Вот эти храбрые журналистки попросили меня об интервью, именно поэтому вы имеете возможность узнать правду...»

Девушки тоже представились, показав документы и даты на них. Естественно, у меня ничего подобного не имелось, поэтому свою личность подтвердить я мог, только предъявив самого себя.

Когда я закончил, даже во рту пересохло. «Третий раз за день рассказывать одну и ту же историю довольно утомительно», пожаловался про себя я. Мая выключила камеру, и начала её демонтировать, отсоединяя треножник. С чувством выполненного долга я направился к выходу, но тут Соня меня остановила:

— На улице уже темно. Останься на ночь. Здесь две комнаты – места хватит. Вместо того, чтобы ночью бродить по холодным улицам, лучше отоспаться в тепле. Твоему больному плечу нужен отдых!

«Девочка везде права, да и не похоже, что мне здесь что-либо угрожает», согласился я с её предложением, просто кивнув.

— Я постелю тебе в той комнате.

Пролепетала она и уже открыла соседнюю дверь. Однако тут подала голос Мая:

— А я тогда постелю нам в другой!

Соня удивленно обернулась:

— Ты не идешь домой?

— Да, мы ведь подруги, я не брошу тебя в такой ситуации – вдруг что-то случится!

— Да что может случиться, Мая?

Возмутилась Соня, но её никто не слушал – Мая уже начала расправлять диван в соседней комнате.

— Я остаюсь и точка!

Заявила она.

Лёжа в постели, хорошенько поев, я действительно чувствовал себя на вершине блаженства. Луна заглядывала в окошко, и я играл с ней в гляделки. Большая и круглая, казалось – протянув руку можно коснуться этого светящегося шара. Она дарила свой серебряный свет, мягкий и приятный, совсем не такой резкий как солнечный.

Тихий скрип половицы вывел меня из раздумий. В дверях стояла Соня, в футболке и шортиках. Девушка подошла к моей постели. Я привстал, вопросительно склонив голову, не желая разбудить Маю.

— Пожалуйста, не прогоняй меня. Завтра ты уйдешь, и я больше никогда не увижу настоящего мужчину. Можно мне хоть одну ночку почувствовать, каково было тем женщинам, много лет назад?

«Довольно эгоистично, зато честно», подумал я, кивая, приподнимая одеяло. Девушка миленько заулыбалась, но, прежде чем забраться в постель, заперла дверь в комнату. Она даже не заметила, что из другой комнаты, прячась за стенкой, за нами наблюдала её подруга.

Когда же Соня оказалась рядом, то прижалась, положив голову на мою грудь. «А ведь я уже и забыл, настолько это приятно – обнимать и гладить девушку. И когда это она успела футболку снять», появились мысли и тут же улетучились, когда журналисточка начала проявлять инициативу явно и настойчиво.

***

— Во имя Евы!

Разбудил меня громкий крик. От неожиданности моя способность активировалась почти автоматически. Распахнув желтые глаза, я увидел прямо перед собой бурый ствол пистолета, а спусковой крючок уже начал своё роковое движение...

Глава 19

Жизнь Лидии после того инцидента изменилась кардинально. Она помнила всё до мельчайших подробностей. Хотя, возможно, это уже не настоящие воспоминания. Почти каждую ночь женщина видела кошмарный сон, незначительные детали которого иногда менялись.

Сначала из здания лаборатории начали выбегать сотрудницы. У некоторых на белых халатах виднелись следы крови, грязь и подпалины. Внутри вспыхнул пожар и погас свет. Сирена неприятно завизжала. К лаборатории сбегались охранницы.

Однако все толпились в отдалении, опасаясь входить. Командовать, как оказалось, некому. Безобразова и начальница охраны куда-то уехали. Заместитель профессора осталась в лаборатории. «Кто руководит охраной – непонятно», думала Лидия, «скорее всего нужный человек тоже внутри». Из лаборатории начал просачиваться дым.

Какое-то время было довольно тихо. Странно, но ни одна из выбежавших сотрудниц не могла толком объяснить, что же там такое случилось. Женщины в форме охраны начали приближаться к двери. Черный дым заслонил вечернее, закатное солнце.

Не только видимость ухудшилась, но и дышать стало тяжело. Внезапно раздался глухой звук удара, и массивная дверь вылетела, попутно зацепив одну из приблизившихся женщин. Из дверного проёма вырвался большой клуб дыма. На его фоне замелькали кроваво-красные всполохи пламени, бушевавшего в помещении.

Вспыхнули два светящихся жёлтых глаза, а через секунду из открывшегося прохода вылезло существо. Весь в крови и гари он уставился на мир своими звериными глазами. В голове Лидии вдруг зазвучали слова матери:

« — И будет Зверь взращён тайно, потом внезапно восстанет, возмутится и воцарится. Но не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий его...»

Адским пламенем горели эти глаза, выжигая саму душу девушки. Это был он! Тот самый, «тайно взращённый и удерживаемый здесь». Ведь именно о мужчине говорила Мать, и вот он стоит перед всеми.

Он будто стал выше, руки перевили пульсирующие вены, а мышцы вздулись буграми. Все замерли, не в силах противиться взору его, и только Лидия нашла в себе волю выстрелить.

Девушка являлась отличным стрелком, почти никогда не промахивалась. Однако сейчас руки её дрожали, глаза слезились, а в сердце поселился настоящий ужас. «Прошу, Всематерь, дай мне силы! Только я одна понимаю – это нечестивое пришествие его! Убереги меня, и остальных здесь присутствующих, от власти его!»

Рука зверя дёрнулась, и он тупо уставился на рану. В месте попадания отсутствовал большой кусок плоти. Кровь потекла ручейком, а он всё стоял и смотрел на этот ужас.

Звук выстрела подействовал на других женщин отрезвляюще, и они тоже начали палить. Желтоглазый рванул с места. Пули просвистели, выбивая штукатурку из стены, но там уже никого не было. Через мгновенье он уже оказался около внешней стены, и просто её перепрыгнул. Трёхметровый, с колючей проволокой, забор, даже не зацепившись.

« — Которого пришествие, будет со всякою силою и знамениями и чудесами ложными...»

Ещё одна строчка из проповеди матери загорелась огнём в сознании молодой девушки. Опустившись на колени, Лидия начала молиться. Естественно, возносила мольбы она далеко не в первый раз. Однако теперь девушка молилась искренне, уверовав всем сердцем.

После инцидента Лидия попросила небольшой отпуск – повидаться с мамой. Учитывая безупречный послужной список и душевное расстройство, ей это разрешили. В храме Всематери, Лидия рыдала на коленях у Наталии. Девушка рассказала маме о случившемся, и та подтвердила все её догадки.

— Воистину, в тяжелые времена живём, сестры! Но не убойтеся зверя пришествия, ибо смирение и вера приведут нас ко свету. Ведь сказано было – явился змей в облике человеческом. И имя присвоил себе – Адам. И да совратил он Еву, первую среди людей, искусив её. Смилостивилась Всематерь над дщерью своей, и благословила, очистив дитя от скверны. Чадо, рождённое Евой, невинно было! И дало это чадо начало роду человеческому!..

Мать ещё долго тогда проповедовала, неся истину каждой сестре в монастыре, и Лидия успокоилась. Она вернулась на военную службу. Оказалось, многие в тот день были сбиты с толку и не понимали, что происходит.

Заблудшие нуждались в наставлении. И девушка наставляла. Она сама проповедовала, пересказывая откровения матери и слова Истинного Святого Писания, внося некоторые корректировки, сама того не замечая. Тогда-то у Лидии и появилась собственная небольшая паства.

Однако её последовательницы не были тихими овечками, каковые обитали в монастыре. Лидия выбрала другой путь. Никаким смирением от него не пахло. Наоборот, она формировала ударный, передовой отряд, для борьбы с величайшим злом мира. Все обращённые Лидией узрели желтоглазого лично, поэтому уверовали сразу. Всем сердцем. Безоговорочно. Фанатично.

Вскоре Безобразова нашла молодую девочку-горничную. Тест показал наличие ребёнка мужского пола в её чреве. В голове Лидии загремели пророческие слова, и разрозненные части мозаики мироздания, наконец выстроились в ряд, став одним целым.

« — Имя Зверя это число, но вовсе не тринадцать или шесть. Сама профессор называла своего подопытного одиннадцатый. И ведь то землетрясение, в Японии, с которого всё началось произошло как раз в две тысячи одиннадцатом! А теперь невинная девочка беременеет, хотя с ней не проводили никаких специальных процедур. История повторяется! Раз появился зверь, значит переродилась и Ева! А в чреве её, тот кто даст новое начало роду людскому!», твердила Лидия каждой сестре, а также собственной матери.

После столкновения со зверем в городе, ещё больше сестер примкнуло к отряду Лидии.

« — Да зверь показал свою злую мощь и сумел уйти. Но он не бессмертен, пусть и силён. Ведь он пытался избежать ранений, но всё равно был ранен. Он истекает кровью, как и все мы, значит с ним можно справиться», не прекращала свои пылкие проповеди Лидия.

Многие, оставаясь на службе в спецподразделении, передавали информацию если хоть где-то мелькало упоминание о желтоглазом. Долго его не могли поймать, а когда зверь угодил в ловушку, Безобразова вновь упустила своего подопытного.

Это очень раздражало Лидию, но нет худа без добра – правительство изменило своё отношение к зверю. Они ограничились указом – «уничтожить если будет обнаружен, не пытаться задержать или вступать в контакт». Безобразову отстранили. Отряд Лидии взялся за дело, и им тут же повезло.

Одна журналистка, которой сёстры подкинули информацию о содержащемся в лаборатории мужчине, вышла на связь посреди ночи. Изначально журналистов хотели использовать, чтобы отвлечь внимание охраны, по-тихому уничтожив желтоглазого монстра.

Именно так поступили с Лилит. Старшая Сестра Лидия, как её с недавних пор начали называть, широко улыбалась, вспоминая тот триумф: «удалось не только стереть с лица земли прародительницу демонов, но также, вместе с ней и первое нечестивое отродье, которого та вынашивала».

Сейчас Лидия с небольшим отрядом мчалась к указанному журналисткой адресу. В здании, где содержался Зверь, работали несколько сестёр, верных общему делу, но продолжавших исполнять долг перед государством. Именно туда поступило сообщение, а уже потом информация попала к Лидии.

Конечно после столкновений с желтоглазым, всех строго-настрого предостерегли – никаких поспешных действий. Сначала необходимо собрать максимум сил и ударить единым кулаком. Но, как всегда, всё пошло наперекосяк. К нужному адресу отряд добрался часам к десяти.

Завидев полицейский кордон издалека, Старшая Сестра приказала остановиться. Она отправила одну из подчинённых выяснить, что произошло и нужна ли помощь.

***

Соня проснулась от громкого крика, и почти сразу прогремел выстрел. В следующее мгновение, окно в комнате со звоном и треском разбилось. На улицу вылетело тело женщины, а из её руки выпал пистолет. Точнее его вырвал Тим, тут же бросившись за стрелявшей.

Не придя в себя, молоденькая журналистка натянула одеяло повыше, оставив снаружи только глаза. В комнату вбегали какие-то женщины, некоторые носили черную форму, другие были облачены в рясы с капюшонами.

Ворвавшись в комнату, женщины тут же бросились к окну. Первые вошедшие выскочили на улицу проигнорировав опасные осколки, а остальные повернули обратно, явно собираясь воспользоваться входной дверью.

С улицы доносились звуки боя, гремели выстрелы. В стену дома пару раз попали пули. Бедная Соня сжалась под одеялом и дрожала.

Один раз она выглянула в окно, собрав всю имеющуюся волю и храбрость в кулак, привстав на кровати. В тот момент Тим, как раз наносил удар пистолетом по затылку одной из напавших. Патроны в его магазине, видимо, закончились.

Около входной двери, пространство до которой так же попадало в угол обзора, валялось несколько тел. По двору тоже были разбросаны тела, но сколько их всего, девушка сосчитать не могла. В окно залетела шальная пуля, и на Соню посыпалась пыль.

Взвизгнув, журналисточка, пригибаясь, выскочила на кухню. По крайней мере, та не простреливалась со двора. Здесь ей предстала странная картина: Мая зачем-то копалась в камере, вытащив её из футляра. Полностью растерянная Соня, дрожащим голосом спросила:

— Что ты делаешь? Что происходит? Надо бежать! Надо позвать полицию!

Последние слова она уже кричала. Однако Мая, обернувшись, лишь криво усмехнулась:

— Поздно. Полиция не поможет. Для него всё уже кончено. А вот для меня всё только начинается!

— О чём ты говоришь, Мая?

Заплакала Соня.

— А кто, по-твоему, пригласил сюда этих милых дам. О, не сомневайся, я получила за это то, что мне причитается. Теперь заберу ещё камеру и запись. Я это заслужила!

Мая помахала перед лицом подруги пачкой купюр, и спрятала её обратно под одежду.

— Зачем тебе всё это? Мы же подруги...

Хныкала молодая журналистка.

— Как будто ты не знаешь! Ну да, откуда тебе знать, ты же никогда ни в чём не нуждаешься – мамочка всё тебе даёт. Машину, квартиру… репортёром сделала! А вот я свою, даже не знаю! Но ты ненасытна! Тебе всё мало! Даже этого себе заграбастала. Без меня ты бы даже не поняла, что он мужчина. Дура!

Начала орать на неё Мая.

— Но я же всегда с тобой всем делилась, даже упросила маму тебя оператором устроить...

Не унималась девочка. Эти слова окончательно вывели из себя Маю. Она подняла руку, с каждым следующим словом приближаясь к бывшей подруге.

— Делилась? Мне. Твои. Жалкие. Подачки. Не нужны!

Соня зажмурилась, ожидая удара, но через две секунды, когда ничего не произошло снова отрыла глаза. Она вдруг осознала – вокруг подозрительно тихо. Нет больше звуков боя или выстрелов.

Мая стояла совсем близко, её рука находилась вверху, над головой, но ударить, уже бывшая подруга, не могла – её удерживал в таком положении Тим.

Измазанный грязью и кровью. Кое-где заимевший свежие царапины и несколько синяков… однако серьезных ран Соня не замечала. И хотя кроме нижнего белья, парень надеть ничего так и не успел, его тело стало мокрым от пота, несмотря на холод снаружи.

Тим развернул к себе предательницу и отобрал накопитель с записью.

— Ты уже получила то, что тебе причитается. Забирай своих тридцать серебряников и беги, пока я не передумал, и не свернул тебе шею.

Спокойно произнес парень, отпуская девушку. В её глазах застыл самый настоящий ужас. Она с визгом убежала, как только оказалась свободна. Теперь страшно стало Соне – глаза Тима стали желтыми, с вертикальными зрачками.

Возможно, сами глаза не имели бы такого пугающего эффекта, если бы не свершившийся факт того, что он в одиночку перебил кучу народу. Кровь на парне лишь усугубляла ситуацию.

Тим протянул руку к Соне, но она инстинктивно отстранилась. Поджав губы, парень сделал шаг назад. Положил камеру в футляр и направился к двери.

— Пойдём, скоро сюда нагрянет полиция. А может подтянутся ещё и эти, в черном. Ты водить умеешь?

Соня, к сожалению, не умела, поэтому, опустив голову, отрицательно ей дёрнула.

— Ну ничего, я вроде пару раз ездил когда-то... Бери камеру и жди меня в машине. Оденусь хоть.

Соня медленно побрела к фургону. Девушка обнаружила в кузове несколько пулевых отверстий, и одну вмятину. Около этой вмятины, на земле валялась женщина. «С какой же силой она должна была врезаться, чтобы так погнуть металлический корпус? А ещё… мама меня точно прибьёт за машину», думала молодая журналисточка, пока забиралась на пассажирское сиденье.

И минуты не прошло, как Тим вышел уже в своей вчерашней одежде. Нагнувшись к лежащей около порога женщине, он снял с неё странный балахон или рясу и напялил на себя. Парень сел за руль, пониже надвинув капюшон, и завёл мотор.

— Показывай дорогу к своей маме, там ты будешь в безопасности.

Соня подчинилась. Машину Тим вёл быстро и уверенно. Вдалеке послышались сирены. Видимо на шум и выстрелы уже отреагировали. Опасно вырулив из очередного поворота, машина остановилась.

Наполовину стеклянная высотка – здесь работала мать Сони. Солнце успело немного подняться над горизонтом, заглядывая в окна офисов. Тим заглушил мотор, и бросил ключи девушке.

— Пришло время прощаться. Извини за всё, я не хотел, чтобы так получилось.

Виновато произнес парень. Его желтые глаза наконец обрели обычный цвет и форму.

— Ты не пойдешь со мной? Мама защитит нас. Ты выступишь по телевизору, после такого они не посмеют напасть, это точно!

Тим тяжело вздохнул.

— Если бы все было так просто. Раз уж так хочешь помочь, сделай копию этого видео и положи в почтовый ящик по такому адресу. Там заброшенный, развалившийся дом. Через недельку попробую забрать. Это на тот случай, если у твоей мамы не получится её показать. Но даже если так, и даже если не сможешь оставить мне копию, я не обижусь. Прощай.

Сказал он и выскочил на улицу. Добежав до переулка, парень свернул за угол. «Надеюсь, мы ещё когда-нибудь всё-таки встретимся, первый и единственный оставшийся настоящий мужчина», думала девушка, заходя в здание с камерой в руках.

***

«Как мне удаётся управлять машиной с таким мастерством», всю дорогу задавался я вопросом. Согласно моим воспоминаниям, всего пару раз в прошлой жизни я оказывался за рулём легковушки. Мне давали порулить, но это происходило на прямом участке дороги.

Однако сейчас даже намёка на дискомфорт не возникало. Намеренно не отключив усиление, чтобы вовремя затормозить, с мыслью: «сейчас врежусь во что-нибудь прямо во дворе», я взбирался на водительское сиденье.

Но, каким-то образом, руки и ноги действовали почти автоматически, переключая скорости, нажимая на нужную педаль. А ведь я даже не был уверен, какая из них за что отвечает! «Ещё одна загадка этого тела, и я просто обязан её разгадать».

Второй раз за два дня я сбрасывал счетчик. Ноль дней без угрозы жизни в этом мире. Проживая в глуши, я иногда встречал крупных хищников, но они избегали схватки. Я платил им тем же.

С животными было проще. Возможно, они каким-то образом чувствовали скрытую во мне силу. Или не изголодались настолько, чтобы напасть на человека. Хватало в лесу живности менее опасной, чем двуногий желтоглазый, поймать которую намного легче.

Только люди способны убить из своих собственных, эгоистичных побуждений или забавы ради. Существуют даже такие, которым убивать в радость. «Уж я в такого не превращусь никогда», пообещал я себе.

Правда утром во мне кипела настоящая ярость и звериное неистовство. Нет, я не терял контроль как раньше. Наоборот – меня развращала сила и власть. Безудержная мощь, сметающая всё на своём пути. Даже когда потасовка закончилось, мне хотелось продолжения.

Слова той девчонки, Майи, разозлили меня намного больше, чем я мог от себя ожидать. Повезло, что рядом находилась Соня, иначе я бы не сдержался. Только когда недавно сопевшая в моих объятьях девчушка отшатнулась от протянутой руки, я осознал, что творю и немного успокоился.

Сегодня я убил. Сделал это несколько раз, это точно. Когда дрался раньше, всегда делал это голыми руками. Травмировал своих противников, но не убивал. Только в лесу. Животных. Ради пропитания.

Ладонь всё ещё чувствовала шершавую рукоять пистолета. Тело помнило ощущение отдачи, а разум понимал – каждый выстрел, чья-то оборванная жизнь. Стрелял я, не полагаясь на удачу. Целился в голову, потому что нападавшие старались поступать так же. Но я был быстрее.

Тогда, в горячке боя, я не осознавал сколько жизней отнимаю, но теперь, оказавшись наедине с собой, в тёмном переулке стало гнусно и страшно. Опираясь рукой о стену, меня едва не стошнило. Ничего не вышло только из-за полного истощения, и абсолютно пустого желудка.

Разумом-то я понимал – «убей или будь убитым», эти люди не собирались оставлять мне шанса. И если бы не сверхспособности…

Первая почти в упор целилась в моё лицо. И она бы преуспела, если бы не орала глупости, «какая ещё, к лешему, Ева? Когда я успел разозлить ещё и её».

Сегодня я однозначно превысил свой лимит силы. Сгорели запасы жирка, накопленные мною за зиму. Обидно. Выход за пределы наказывал полным истощением. Ужасно хотелось пить и есть.

Хорошо, что я экспериментировал со своей силой предыдущих пару месяцев. Иногда, буквально вползая в своё жилище. Сейчас я мог оставаться на грани, не выключать способность, истощая, похоже мышечную ткань и кальций. «Так стоп! Откуда я это знаю», мелькнула мысль и сразу забылась.

И я ведь даже не понял, что за люди напали в этот раз. На расспросы времени не оставалось. Желания выяснять кто ещё жив, а кого я отправил на тот свет окончательно, тоже.

Они были похожи на тех, что раньше ловили меня для экспериментов, но какие-то другие. Переговоров в этот раз вести никто не собирался. Бойцами являлись далеко не все, только дамы в форме. Те, что в балахонах, действовали как дети – толкались, мешали друг другу, удары наносили размашисто и не точно. Стреляли они так же – куда попало.

Почти бессознательно я брёл по тёмным переулкам. Здесь валялся какой-то хлам, мусор выбрасывали, похоже, прямо из окон. В закутках копошились крысы, бездомные коты и собаки. Запахи тоже витали соответствующие.

Однако, несмотря на это всё, я один раз застал себя за мыслью – «не присоединиться ли к этим чудесным созданиям, в их поиске еды? Или может просто сожрать вот эту жирную крысу».

Остановился, приходя в себя. «Нужно прекращать летать в облаках, когда организм на грани. Как там говорила та ученая – это тело создано для выживания», похоже, без должного контроля, оно начнёт действовать на чистых инстинктах.

Скорее всего, если бы я перестал справляться, оно просто заменило бы меня другой личностью. Не просто же так пару раз я почти потерял контроль.

Тех первых два-три дня, когда ещё не было меня, а Одиннадцатый отказался жить, этим телом ведь управлял кто-то другой. И он не справился. Сейчас, вспоминая его действия, я был почти уверен в том, что то сознание вообще принадлежало женщине.

Наконец добравшись к нужному месту, я разглядывал забор и аккуратный домик за ним. Лена полностью восстановила свои хоромы. «Надеюсь те деньги помогли, и ей не пришлось вкладывать свои кровные», мелькнула мысль.

Натягивая капюшон пониже, я стучал в знакомые двери. Через пару секунд раздался девичий голосок:

— Мамы нет дома, что вам нужно?..

Глава 20

В ответ на моё хриплое представление, девочка куда-то убежала, ничего не ответив. Дабы хоть как-то отвлечься, я начал мысленно беседовать с самим собой: «стою на крылечке, как дурак. С дороги меня хорошо видно, особенно учитывая немаленький рост. Начинаю привлекать внимание прохожих. Хреново. Я ведь как раз этого пытался избежать, даже дурацкий балахон напялил». Хотя к тому, что мне рады не будут, я приготовился заранее.

Прошла минута, или две. В помещении вдруг раздался топот. Резко распахнувшись наружу, дверь чуть меня не задела. А выскочившая из дома девочка прыгнула, заключив в объятья моё измождённое тело.

Это оказалось серьёзным испытанием. Зашатавшись, сделав пару шагов вперёд, с трудом оторвав от себя Маргариту, я опустил девочку на землю. Дверь за спиной кто-то захлопнул, и обернувшись, я заметил притаившеюся там Софию. «Она, видимо, всё ещё охраняет юную госпожу», сам собой напросился вывод.

Юная госпожа, кстати, сейчас недовольно скрестила ручки на груди и надула губки – пообниматься не дали.

— Прости, я не хотел тебя оттолкнуть. Ты хорошая девочка. У меня просто нет сил, еле на ногах стою.

Погладил я Маргариту по головке, и она тут же заулыбалась. Недовольство улетучилось мгновенно.

— Ты ко мне пришёл да? Я знала! Потому что ты мой, ведь это я тебя нашла! Видишь Лилька, он пришёл, а ты не верила!

Заявила девочка. А у меня действительно не осталось сил. Вообще. Даже на то, чтобы что-то объяснять или спорить. Чуть подальше, около лестницы, стояла Лилия. Маленькая девочка со страхом посматривала в мою сторону, и похоже, намеревалась куда-нибудь убежать.

— Привет София. И тебе малышка Лилия. Мне бы попить. И поесть чего-нибудь.

Со вздохом обратился я к Маргарите. Скорее всего на данный момент, всем здесь заправляла именно она. «Совсем на попрошайку стал похож. Ну, я хоть, денег не прошу! И вообще, у меня там ещё некоторая сумма припрятана, в лесном домике – рассчитаюсь», скрипел я зубами.

— Всегда голодный! Я помню!

Воскликнула Маргарита, и потащила меня за руку. Пару раз чуть не свалившись, я таки добрался до кухни.

Усадив свою пятую точку на стул, можно было наконец расслабиться. София накрывала на стол, а Маргарита уселась напротив и принялась засыпать вопросами: «Где был? Что делал? Почему не приходил? Откуда волосы», и ещё куча им подобных.

Переминаясь с ноги на ногу, из коридорчика выглядывала Лилия, до сих пор побаиваясь приближаться. К счастью, София принесла порцию ещё и для Маргариты. Девушка начала жевать. «Хоть какая-то передышка между её бесконечными вопросами, отвечать на которые я уже порядком утомился», про себя поблагодарил я охранницу.

Закончив с трапезой, я отдал жесткий диск. София посмотрела на него и спросила:

— Что это?

Пришлось объяснять, но потом, заметив абсолютно пустой взгляд, я просто сказал, что это надо передать Лене.

— Помнится, вы говорили, она в технике разбирается. Скажите, что на нём скорее всего присутствует защита. Я его из очень серьёзно места укра... одолжил.

Улыбнулся я. Ничего не поняла, похоже, только Маргарита. Добрая девочка, хорошая. Но глупая.

После этого я собрался уходить – мало ли, вдруг привёл на хвосте дамочек в балахонах. «Они теперь просто стреляют на поражение, не хотелось бы, чтобы здесь кто-нибудь пострадал». Только вот Маргарита сразу вцепилась в мою руку, буквально повиснув на ней.

— Не пущу! Опять пропадёшь надолго, а я буду волноваться!

Заявила девушка. Пришлось соврать, что я кое-что забыл – возьму и сразу вернусь. Только тогда отпустила. Попрощавшись с девочками, я подошел к Софи.

— Я пока живу в том домике, что в лесу, по пути из особняка Ольги. Когда Лена что-нибудь выяснит, дайте знать, пожалуйста.

Прошептал я охраннице на ушко. София немного покраснела, но не отстранилась. Наоборот, крепко обняла и тихонько произнесла – «хорошо, Тим». После такого прощанья уходить совсем не хотелось, но рисковать жизнями самых дорогих в этом новом мире людей, мне не хотелось.

До своего убежища я добрался как раз к темноте. Все это время я не отключал способность. Ослабить контроль, означало бы немедленно провалиться в сон. Этого я допустить никак не мог.

«Организму трудно восстанавливаться, пока я бодрствую, будто моё сознание препятствует выполнению необходимых операций. Эффект наблюдателя, как в корпускулярно-волновой теории...», появилась словно чужая мысль сама собой.

Я даже остановился, озираясь по сторонам, находясь где-то на полпути к домику, на опушке леса. «Какая ещё теория? Какой эффект наблюдателя».

Однако, в тот момент прострации, самоанализа и отрешённости, я точно понимал о чём идёт речь. А вот теперь, полностью взяв контроль в свои руки, снова стало тяжело. Но уже не так, как раньше. Будто вздремнул на ходу.

«Может просто у меня крыша едет, от истощения? Нужно поспать, пока не стало хуже». После этого я ускорился насколько возможно, и добрался без происшествий.

Как только голова коснулась подушки я сразу отключился, проваливаясь в привычный и такой приятный сон без сновидений.

***

Сара Коннорс, родная дочь полковника Мишель Коннорс, той женщины, что руководит всеми тайными операциями Звёздного Альянса. Самого крупного из трёх оставшихся государств на планете.

Поначалу женщина пребывала в настоящем ужасе – она ни разу не участвовала в боевых операциях. Тем более на чужой территории. Однако сейчас Сара была счастлива – дела шли с каждым днем всё лучше!

Женщина никогда не хотела становиться военной, но армия предоставляла огромные возможности, для таких учёных как Сара. К тому же её мать сделала всё, для лёгкого продвижения по службе. Нельзя сказать, что Сара этого не заслужила – она являлась гениальным учёным своего государства.

Вот только быть военной всё равно не научилась. Все эти, «Есть, мэм! Так точно, мэм!», и тому подобное вызывали у Сары оскому.

Конечно же дела шли хорошо, не благодаря заслугам самой Сары. Ситуация становилась лучше, благодаря провалам местных. Северный Союз действительно напоминал раненого зверя.

Они даже оказались неспособны обуздать творение своих лабораторий. Желтоглазого монстра в человеческой шкуре. Бардак, который творился вокруг больше не радовал Сару. Как учёной, ей конечно же было грустно наблюдать за сорванным экспериментом.

Проявив личную инициативу, Сара настояла на том, что Безобразову необходимо попытаться завербовать. Дочь полковника давно мечтала встретиться со своей более опытной коллегой.

Женщина из Альянса даже не стыдилась, признавая себя менее опытной, и дело совсем не в возрасте. Пусть Безобразова и родилась на шестнадцать лет раньше. «Объект тысяча сто одиннадцать, можно без преувеличения называть настоящим прорывом», не раз заявляла Сара Коннорс.

И иногда добавляла: «а если учесть, что «материала» у северной учёной осталось совсем мало, то гений её начинает возвышаться над всеми жившими и живущими, работающими в данной области. Даже её предок, та, что сумела завершить «изменённых», меркнет на фоне Валерии».

Альфа и Бета тоже были хороши, но они всё-таки являлись женщинами. Множество неудач постигло Альянс до того, как получились эти два образца. Сара иногда с ужасом вспоминала отчеты о провалах.

Хорошо хоть для самых опасных экспериментов брали заключённых. Преступниц, которым грозила смертная казнь или очень долгий срок. Кстати Альфа стала одной из таких «счастливиц».

Возможно потому у неё и возникали проблемы с контролем. «Даже не сотни – тысячи женщин погибли во время трансформации. Но дефекты остались, а конечная цель не достигнута», сокрушалась Сара.

В комнату постучали, нарушив неспешный ход мыслей майора Коннорс.

— Войдите!

Крикнула она, уже зная, что привели Безобразову. Точнее она сама пришла, её никто не заставлял. Именно вежливое приветствие и приглашение, а не угрозы и шантаж, содержались в том письме, продиктованном лично Сарой.

Профессор Валерия Безобразова оказалась как раз такой, как представляла себе майор Альянса. Угрюмой и необщительной, пока речь не заходила о науке. Пожилая гостья держалась насторожено до тех пор, пока ей не показали материалы, изъятые во время инцидента в её бывшей лаборатории.

Одна из охранниц работала на Звездный Альянс, но ей никак не удавалось проникнуть в саму лабораторию. Не удавалось до того, с одной стороны злосчастного, а с другой счастливого, происшествия. Пока все занимались спасением выживших, шпион успела стащить кое-какие записи и данные с компьютеров.

Глаза Безобразовой вспыхнули, когда она увидела блокнот. Тот самый в котором велись записи последнего эксперимента. Именно туда её бывшая заместитель вписала название геномодификатора, который ввели одиннадцатому и двум другим.

— Что же ты наделала, недотёпа… Ведь я строжайше запретила!

Негодовала учёная, обращаясь к бывшей заместительнице, которая давным-давно «отправилась на тот свет». Фрагменты головоломки собрались в целую картину. Самая ужасная догадка Безобразовой подтвердилась.

Сара попыталась выведать у женщины, что именно произошло, но та лишь отмахнулась, заявив:

— Все что могу пока сказать – успех одиннадцатого не повторить. Даже если у нас появится нормальный образец мужского пола, такой как те, что производились в моей лаборатории. Нам нужен одиннадцатый, или Тим, как он теперь себя сам называет. Только проведя над ним комплекс процедур, я смогу что-нибудь выяснить.

Учёная Северного Союза снова закрылась в себе, перебирая бумаги. Сара тихонько подошла, выглядывая из-за её плеча.

— Возможно вас заинтересует ещё кое-что. Мы знаем, что вы обнаружили ребенка. Двух, но один, к сожалению, погиб так и не родившись.

Безобразова дёрнулась, закусив губу, и недовольно кивнула:

— Второй пропал, как только я его нашла. Ваших рук дело?

Повернулась она к Саре, но та примирительно подняла руки:

— Нет, нет, мы здесь ни при чём. Однако кое-что выяснили. У нас ведь остался один спутник. Около часа в сутки он снимает ближайшую территорию. Вы не поверите, но он заснял нечто интересное. Это ведь один из ваших автомобилей? Вот сюда он прибыл, и мы начали следить за этим местом. Это, так называемый, монастырь «Евы». Общество религиозных фанатиков. Довольно крупное.

Валерия склонилась над снимками, сверяясь с картой, подсунутой майором Звёзд. Покивав, она подтвердила – машина принадлежала охране её бывшего комплекса лабораторий.

— Беременная девчонка находится там, и мы уже готовим операцию по её захвату. Когда вы поймали одиннадцатого, мою операцию собирались свернуть, заполучив лишь беременную. Вламываться в правительственное здание нам запретили, чтобы избежать международного конфликта. Но он, объект «одиннадцать», сумел сбежать. Не поделитесь, как же ему это удалось, профессор?

Безобразова зло посмотрела на собеседницу:

— А разве это не вы ему помогли?

И снова ученая получила спокойный, отрицательный ответ.

— Значит есть кто-то еще... Ремни разрезали.

Сара просто кивнула, будто так и думала.

— Кое-что произошло после вашего отстранения, и на это мы никак не можем закрыть глаза. Эти фанатики, буквально на следующее утро разыскали и напали на одиннадцатого. Так что, скорее всего, именно они помогли объекту сбежать. Операцию по зачистке мы готовим на послезавтра. Центр так же требует задействовать Альфу и Бету. Хотя я – против.

После этого две дамы ещё долго обсуждали различные теории, возможные пути развития женщин будущего и создание для этого правильных мужчин.

Безобразова поражалась открытости майора другой страны, не понимая, что та в ней видит своего кумира. Гения, создавшего геномодификатор для объекта тысяча сто одиннадцать.

Вот только истина была иной. Безобразова не создавала и даже не работала с тем препаратом. Он прибыл в лабораторию не так давно, в строжайшей секретности. Ещё одну дозу добыть вряд ли кто-нибудь сможет. Но этот секрет профессор собиралась приберечь до самого крайнего случая.

***

Через день в домик явилась Лена с близняшками и Маргаритой. София проговорилась девчонке, где я нахожусь и удержать её от визита в гости не смогли даже угрозы госпожи Лены. Пока мы разговаривали, дочка Ольги прыгала рядом, с нетерпением ожидая, когда с ней поиграют.

Лилия, как оказалось, тоже пришла, но в домик войти побоялась. Мать ей ничего не запрещала, и не приказывала. Вместо этого она просто оставила дочку на морозе, и та долго не выдержала.

Через десять минут, вместе с порывом холодного ветра, малышка тихонько проскользнула в помещение, будто такое можно не заметить. Её покрасневшая от холода мордашка стыдливо пряталась в шарф, а глазки смотрели только на маму.

— Здравствуй Лилия, рад что ты тоже пришла.

Улыбнулся я ей. Бросив в меня молниеносный взгляд, девочка сазу отвернулась, подходя поближе к маме Лене. «Странно что Лилия такая застенчивая, ведь Маргарита её полная противоположность, а они лучшие подруги», удивлялся я.

Лена рассказала о событиях в городе. Переполох, который я там устроил, по-быстрому замяли. Правительство блокировало распространение информации, ведь в нападении участвовали женщины в форме, состоящие на службе.

Ни про какое интервью Лена не слышала, а значит мать Сони не решилась представить общественности мои откровения. Оставалось надеяться, что Соня сумела сделать копию.

Жесткий диск, Лена пока взломать не смогла. А пришла потому, что появилась некоторая информация. Ольга наконец поправилась и рассказала подруге о случившемся в особняке.

Карину похитили, к тому же она, оказывается, забеременела. Каким-то образом Лена смогла выяснить, куда утащили молодую горничную. Это место находилось примерно за восемьдесят километров от города, если по прямой.

Там притаился монастырь, где проповедовали учения какой-то новой веры. Учреждение не было связанно с государством. Скорее наоборот.

После этих слов я вытащил балахон и показал Лене.

— Вот такие штуки носили на себе те дамочки, которые в этот раз пытались меня прикон… поймать.

Запнулся под конец я, стараясь не пугать лишний раз Маргариту и Лилию.

— Возможно они действительно оттуда, но утверждать не могу. Сейчас полно всяких сект. В тяжелое время люди готовы верить во что угодно. Отчаявшихся много, так же, как и тех, кто готов воспользоваться слабостью первых. В любом случае, Ольга собирается вытащить девчонку. В конце концов, после столь серьезного удара по репутации, мы просто обязаны восстановить лицо.

Ответила женщина.

— Я бы хотел присоединиться к этой вылазке. Карина моя подруга, не хочу, чтобы она страдала. Тем более в этом есть и моя вина.

— Значит я в тебе не ошиблась. Машина выезжает завтра вечером. Твои способности, в нашем деле, будут как нельзя кстати. Пойдешь обратно с нами?

Естественно, я согласился, ведь там меня ждала тёплая ванная, о которой в этой глуши не приходилось даже мечтать. Тем более не хотелось опоздать к выезду.

С собой я так же прихватил свой мечик-Ксифос. После заточки он слегка уменьшился, и теперь напоминал длинный кинжал. Ножны и рукоятку я смастерил новые, из шкур и дерева.

Мастерство владения данным инструментом я оттачивал всю зиму, так что теперь доверял холодному оружию как себе. Повезло что металл оказался качественным. Из-за этого он трудно точился, но и тупился тоже не быстро.

В пути Маргарита крутилась около меня. Заметив перемотанные верёвкой ножны, глаза молодой госпожи загорелись.

— Что это?

Девочка сразу потянула к предмету ручки. Лилия заинтересовалась ничуть не меньше, судя по тому, что подкралась почти вплотную, забыв про маму, нашептывая что-то на ушко Маргарите.

«Так вот что их объединяет – любовь к опасным игрушкам», осенило меня. Вытащив клинок из ножен, я передал безопасную часть девочке. Она прикоснулась щекой к мягкой шерсти, потёрлась о неё и передала Лилии. Подружки начали играть ножнами, изучая замысловатые крепления. «Надеюсь они их не сломают», понадеялся я.

Быстро потеряв интерес к предмету, Маргарита вернулась, и с любопытством потянулась пальчиком к лезвию. «Хорошая девочка, добрая. Но глупая», пришлось легонько щёлкнуть её по лбу:

— Нельзя. Он острый. Поранишься.

— Ой!

Пискнула Маргарита, приложив обе ладошки к ушибленному месту. Она посмотрела на меня полными слёз глазами, и мне пришлось каяться:

— Извини, больно стукнул?

Погладил я девочку по головке. Та сразу успокоилась, но виду не подала – мол, ещё погладь, «хорошая девочка. Но хитрая».

Вот так весело мы добрались до города. Поначалу я предложил остаться в том небольшом домике, чтобы не стеснять Лену, но Маргарита заявила, что в таком случае отправится со мной. Пришлось смириться и сделать как было запланировано изначально. Тем более что Лена уже приготовила для меня комнату в своём отстроенном особняке.

Оказавшись там, я наконец получил в своё распоряжение горячую ванну. Только сначала пришлось выгнать оттуда Маргариту. Юная госпожа собиралась «помогать», и, когда я заявил, что с мытьём собственного тела справлюсь без посторонней помощи, попыталась протестовать.

Потом это невинное исчадье прицепилось как банный лист, и везде следовала за мной. А на некотором отдалении бродила Лилия. Девочка ничего не говорила, просто смотрела, почти не моргая. Выглядело это жутковато, но я не упрекал – всё-таки дочь хозяйки дома.

После еды я отправился в свою комнату, пожелав всем «спокойной ночи». Но у Маргариты на сей счет имелось иное мнение. Девочка плюхнулась в мою кровать, укуталась одеялом и с лукавой улыбкой наблюдала за моими действиями. Сзади, в приоткрытую дверь, бесшумным привидением, за происходящим непотребством следила Лилия.

Спасла меня госпожа Лена. Женщина просто распахнула дверь. Вошла в комнату, схватила Маргариту за ухо и вытащила наружу. По пути свободной рукой прихватила так же ухо Лилии, и все трое удалились. Крик стоял на весь дом, но очень скоро всё стихло.

На следующий день в оговоренное время к воротам подъехала машина, полная угрюмых женщин. Клара и София остались дома – в этой операции участвовать им запретили, хоть они и просились.

Лена приготовила для меня снаряжение, которое, к величайшей радости, оказалось впору. Уже в автомобиле мне протянули пистолет с запасным, забитым патронами, магазином.

Отказываться я не стал, осознавая, что глупо корчить из себя пацифиста. Но как только рукоятка оказалась в ладони, вернулись неприятные ощущения. «Надеюсь, применять его не придётся», лишь вздохнул про себя я. Так же мне выдали небольшую радиостанцию.

Всю дорогу никто не разговаривал, пока водитель не прокричала, что мы скоро будем на месте. Тогда я натянул прихваченный из лесного домика балахон и сказал:

— Давайте сначала я попробую по-тихому пробраться внутрь. Гляну что там к чему, а потом, если что позову вас.

Все сразу посмотрели на вручившую мне пистолет, видимо именно она, командовала операцией. Женщина кивнула. Остаток поездки продолжили в молчании.

Но, как и всё в новом мире, план с самого начала затрещал по швам. Вырулив из леса, машина остановилась. На фоне заходящего солнца был хорошо виден большой столб дыма, поднимающийся над зданием интересующего нас собора.

Глава 21

Когда к воротам подъехал грузовик, первой сообщили конечно-же Лидии. Девушка частенько отсутствовала, но как раз сегодня приехала отдохнуть и навестить свою обожаемую Еву. Мать настоятельница, была этому крайне не рада, но поделать ничего не могла.

Подчинённые дочери занимались охраной, переложив повседневную, рутинную работу на сестёр, присоединившихся к монастырю до инцидента в лаборатории. Сослуживицы Лидии, намного лучше подходили для выполнения подобного рода задач, учитывая их военное прошлое. Правда их было немного, так что дежурили дамы лишь на воротах и около покоев так называемой «Праматери».

Будь на то воля Настоятельницы, этих опасных дамочек не пустили бы даже просто переночевать, но дочурка взрастила в них настолько фанатичную веру в Еву, что выгнать ни одну не получилось бы.

Девчонка тоже раздражала Наталию всё сильнее. Она оказалась хитрой и сообразительной. Прочитав немало священных книг, хранящихся в церковной библиотеке, она уже распоряжалась здесь как хозяйка. Самой Наталии бывшая горничная пока приказывать не осмеливалась, но всё к этому шло.

С другой стороны, Лидия выполняла каждый каприз своей «Евы». Её товарки готовы были наказать любую, не зависимо от церковного ранга или возраста, если, по их мнению, кто-то не выказывал должного почтения бывшей горничной.

Всё изменилось с приходом «Праматери», и Матриарх ничего не могла с этим поделать. Власть принадлежит сильным, а сила сосредоточилась в руках Лидии.

Со ступеньки автомобиля спрыгнула женщина в незнакомой форме и с оружием. Опознавательных знаков она не имела, зато говорила с акцентом:

— Ты здесь главная, девочка?

Обратилась дама к Лидии. За пару последних месяцев амбиции дочери взлетели до небес. Она мнила себя чуть ли не наместником божества на земле. Правой рукой Евы, прародительницы рода людского. Разум привыкший распоряжаться и отдавать приказы не замечал простой провокации. Эмоции взяли верх, и она закричала:

— Кем бы вы ни были, уходите. Это частная территория, а мы её охраняем. Вы даже не попытались спрятать свою кобуру. Здесь не рады посторонним людям с оружием!

Переговорщица, выглядела старше самой Лидии всего-то на пару-тройку лет, но она прекрасно себя контролировала. Женщина улыбнулась, подняв безоружные руки, глядя на вышку, и направленные на неё стволы автоматов.

— Конечно-конечно, девочка. Мы уйдём. Только отдайте нам девчушку, которую похитили. Ту, что беременна. Предупреждаю, мы работаем на правительство!

Ярость Лидии не знала границ. Она хотела расстрелять надменную гостью, а заодно и грузовик, на котором та приехала, но военная выправка говорившей, не ускользнула от глаз Старшей Сестры.

— Какое ещё правительство? Где ваши шевроны? Ты меня за дуру держишь?

Но переговорщица продолжала спокойно улыбаться. Она медленно достала какую-то бумагу из нагрудного кармашка, и направилась поближе к вышке.

— Вот мои документы, можете сами всё проверить.

Вышка находилась за забором, ещё и на высоте больше трёх метров. Даже если бы женщина подняла руки с бумагой вверх, никто бы не смог ничего прочитать. Но Лидия была настолько зла, что не придала этому значения. Однако женщина, оказавшись близ забора, просто бросилась на землю, скрывшись из зоны видимости и обстрела. Теперь её могли достать, только выйдя наружу, а для этого требовалось открыть калитку.

Переговорщица закричала из своего укрытия:

— Если девчонку не отдадите, я вам тут подарочек оставлю. Взрывной!

Лидия ничего ей не ответила. Вместо этого она отдала приказ – захватить в край обнаглевшую гостью трём сестрам из нового набора. В кабине грузовика больше никого не осталось, а значит, вмешаться могли лишь те, кто притаился в кузове. Но Старшая сестра и остальные держали на прицеле как сам грузовик, так и ближайшее к кузову пространство. Сквозь зубы взбешённая Лидия лишь выплюнула:

— В случае чего – огонь на поражение, без дополнительных команд.

Хорошо смазанные замки на калитке открылись. Одна из охранниц медленно повернула ручку, готовясь выскочить для захвата наглой гостьи. Однако в этот самый момент из-под машины выскочила закованная в полный комплект брони женщина. «Как такая огромная дама могла уместиться под грузовиком, да ещё в броне», задавались вопросом, наверное, все, кто находился на вышке.

Сверху на грузовик хлынул дождь из свинца. Брезент кузова изрешетили в мгновенье ока, но там, к удивлению защитниц, вообще никого не было. На штурм явилась только хитрая переговорщица, да бронированная великанша.

Последняя, кстати, врезалась плечом в уже приоткрытую калитку. Ближайшую охранницу просто снесло, и она откатилась в сторону. Всего два пистолетных выстрела влились в какофонию звуков с вышки. Две охранницы повалились на землю. А третьим, громила добила потерявшую ориентацию, от удара дверью, отлетевшую на пару метров сестру.

Переговорщица, выкатившись из своего укрытия под забором, попыталась обстреливать вышку. Правда и подчинённые дочери оказались не так просты. Одна из них заранее приготовила гранату, выдернув чеку и посчитав положенное количество секунд, бросила её вниз. Взрыв прогремел в воздухе, над самой головой переговорщицы. Естественно, выжить после подобного не смог бы никто.

Ещё две гранаты полетели вниз и разорвались. Наступила тишина. Защитницы настороженно выглядывали, пытаясь понять – удалось ли ликвидировать вторую незваную гостью. Только теперь, после прекращения огня до них начал доноситься звук мотора. Из лесочка, по бездорожью к воротам мчался военный джип, с пулемётом, выведенными за кузов. У него вместо окон имелись металлические пластины с узкими прорезями.

Понуканий не требовалось – сёстры направили свой гнев на новую цель. В ответ заговорил пулемёт нападавших. К счастью, в движении точностью такая стрельба похвастаться не могла.

Вдруг распахнулись ворота. Никакие доспехи не спасли бы от мелких ранений и контузии, учитывая три разорвавшиеся рядом гранаты. Но великанша действовала чётко и быстро, будто вообще не являлась человеком.

С десяток вооружённых до зубов воительниц приближались к месту столкновения, выскакивая из-за деревьев. Охранницам пришлось отступить, ведь они оказались в невыгодном положении на своих вышках. Лидия отступала последней. Северный Союз хорошо тренировал своих военных, но в монастырь их пришло слишком мало. Да и тяжелого оружия религиозное общество раздобыть себе, пока не успело.

У ворот нападавшие ненадолго замешкались, перегруппировываясь. Одни укрепляли позиции подтаскивая к грузовику раненых, а другие последовали вглубь территории, скрываясь за бронёй джипа и отстреливаясь. Они действовали дисциплинированно и слажено, метр за метром пробиваясь к зданию храма. Защитницы были в основном неопытными, но сдаваться не собирались. Фанатики не боятся смерти, особенно если это смерть за их веру.

На небольшой площади Лидия устроила последний рубеж обороны, успев стащить к этому месту всё что только возможно, создавая баррикаду. Наталия наблюдала за боем в небольшую щель через окно. Ворвавшись в кабинет буквально с ноги, дочь заорала:

— На нас напали, бери Еву и уезжайте. Действуй по заготовленному плану! Я сдержу их сколько смогу. Много времени у вас нет, они профи.

На всякий случай, в гараже за храмом стоял небольшой фургон, с полным баком горючего. Так же, одна из плит в заборе держалась лишь на неприметных подпорках, выбить которые не составляло труда, если знать где и как нанести удар. Только несколько сестёр знали об этом пути спасения.

Но когда Матриарх с тремя старшими сёстрами и беременной девчонкой подошли к гаражу, автомобиля на месте не оказалось. Несколько трусливых предательниц угнали машину, и уже, скорее всего, находились за территорией монастыря.

Далеко не все являлись истинно верующими, готовыми отдать жизнь за Еву, или монастырь, или Мать-Настоятельницу. Некоторым было глубоко наплевать на всё, кроме собственной шкуры. Среди них даже затесалась одна из Старших Сестёр, которая знала где ключи и нужная плита-обманка.

«Хорошо, что Лидия никогда не узнает, что подобное случилось в самый ответственный момент. Девочка впала бы в бешенство, и могла натворить глупостей. Хотя теперь уже не важно», вздохнула Мать Наталия про себя. Сейчас её дочь, вместе с оставшимися сёстрами, вела ожесточенный бой.

Бронированный джип подъехал ближе, и девушка, высунувшись из своего укрытия швырнула в него гранату. Та закатилась прямо под передний бампер и разорвалась. Машина заглохла, а нападающие остановились.

Сёстры несли тяжелые потери, однако и нападавшие лишились немалой части своих бойцов. Даже находясь в критическом состоянии, фанатики оказывали сопротивление, отринув страх и боль.

Крепче всего держался островок Лидии, которая собрала вокруг себя всех бывших сотрудниц военного подразделения Северного Союза. Ещё две гранаты метнули обороняющиеся, но взорвались они метрах в трёх-четырёх от автомобиля, не нанеся джипу серьёзного урона.

Неожиданно из-за декоративного дерева выскочила та самая, здоровенная женщина в тяжелой защите, которая вышибла калитку. Она мчалась, расстреливая ближайших к Лидии сестёр. Те палили в ответ. Несколько раз даже попали, но это не остановило бегущую – пули проходили по касательной, вышибая искры при столкновении с пластинами брони.

В последний момент Старшая Сестра Лидия выпрямилась в полный рост, посылая пулю прямиком в забрало шлема. Голова великанши дёрнулась, но в следующее мгновение, массивное тело сшибло главную защитницу храма. Оружие выпало из её рук и осталось лежать где-то около баррикады. Лидию отбросило на несколько метров, но она не утратила связи с реальностью, оставаясь в сознании.

Воспользовавшись благоприятным стечением обстоятельств, из-за джипа успели выбежать захватчицы. Оказавшись в зоне прямой видимости, без своего лидера, сёстры погибали одна за другой.

Лидия перевернулась на спину, сплёвывая кровь. Над ней нависла великанша в шлеме. И хоть на поверхности забрала появилась паутина трещин, укреплённое стекло выдержало прямое попадание. Однажды Старшая Сестра видела подобный старый шлем «Алтын», но противница носила какой-то другой аналог, более тяжелый.

Странно что огромная дама даже не шаталась – удар пулей сильно толкнул её голову назад, во время попадания. Пережить подобное столкновение без сотрясения, и вообще каких-либо видимых негативных последствий, по мнению защитницы, не сумел бы ни один, даже хорошо натренированный человек.

— Моя душа принадлежит Еве, демон! Ты будешь низвергнут в ад, как и твой желтоглазый повелитель!

Через кровь проговорила Старшая Сестра. Но громила просто разрядила своё оружие ей в лицо. Отвечать Лидии женщина не стала. Она даже не моргнула, когда кровь забрызгала её и без того основательно перепачканный доспех.

Наталия закрыла рот руками, подавив крик, наблюдая развернувшуюся на площади картину. Она быстро развернулась и повела свою небольшую свиту в конец зала. Собор начал наполняться дымом, загоревшись сразу в нескольких местах.

Здесь, в углу, под ковриком, находился люк в подвал. Потянув за верёвку, открывая проход женщина поторапливала выживших, но те опять устроили спор о том, кто должен идти первым – Ева или же сёстры.

Терпение Матриарха лопнуло. Она просто толкнула в спину беременную девушку, и та чуть не свалившись, быстро сбежала вниз по ступенькам. В свете последних событий Наталия отринула всякую осторожность, наплевав на последствия, но никто не заметил неподобающего поведения.

Внизу царила непроглядная темнота. Сёстры быстро зажгли заранее заготовленные факелы. Пламя, багровым светом озарило темные кельи, которые вместо стен были отделены друг от друга проржавевшими решётками. Пройдя вглубь достаточно далеко, Наталия остановилась.

— Переждём здесь, сёстры. Наша главная задача уберечь от этих демонов Еву и её дитя!

Никто не спорил. Карту подземных лабиринтов знала только Наталия, и ещё пара-тройка сестёр, которые остались снаружи. И только Матриарх знала – если пройти ещё немного, можно выбраться в подлеске, сразу за стенами монастыря. Но женщина об этом никому не сказала.

Спустя сорок минут, проведённых в молитвах, Наталия обратилась к подчинённым:

— Прошло достаточно времени. Кому-нибудь следует отправились обратно. Возможно напавшие уже ушли, и мы сможем оказать помощь выжившим.

Пока сёстры решали, кому же идти, Наталия подняла руку:

— Я хорошо знаю эти лабиринты. Нас с Праматерью не найдут. Идите вместе сёстры, разделившись можно заблудиться. Держитесь отметин, которые я оставила. Всё будет хорошо, не спорьте!

Спустя примерно пять-десять минут после того, как шуршание ног стихло, и свет факелов исчез, Мать Наталия начала действовать. Это был чуть ли не первый раз, когда она осталась наедине с ненавистной девчонкой. Выждав момент, схватив беременную за волосы, Наталия ударила Карину лицом о стену. Потом навалилась всем телом повалила бедняжку на пол, и накинула на запястья заготовленную заранее верёвку.

— Хочешь купить себе жизнь, продав меня? Зря стараешься, скорее всего это нанятые госпожой Ольгой наёмницы. Возможно, если отдашь меня без сопротивления, тебе и сохранят жизнь. Вот только если не развяжешь, я сама попрошу, чтоб тебя прикончили!

Попыталась урезонить мучительницу Карина. Вот только слова она подобрала неправильные. Ярость захлестнула сознание Матриарха. Мысли в её голове обжигали, словно раскалённые угли: «во всём виновата гадкая девчонка! Какая ещё, к чёрту, Ева! Лидия мертва, почти всё сёстры мертвы, монастырь в огне, больше ничего не осталось, ни дочери, ни власти».

Больше она себя не сдерживала, вытащив кинжал из-за пояса:

— Сдохни! Сдохни! Гадина! Тварь! Всё из-за тебя!

Кричала женщина, нанося удар за ударом...

***

Ай всё так же находилась на корабле, в своей каюте. После вылазки в новую лабораторию Северного Союза, других заданий не поступало. Данные, которые собрала девушка, оказались интересными руководству. Её даже похвалили.

Оказывается, «объект одиннадцать» способен прыгнуть с пятиэтажного здания без критических для себя повреждений! Успеху местных учёных, коллеги с востока могли лишь позавидовать.

Так же выяснилось, что подопытный мужчина, обладает развитым интеллектом, намного превосходя изменённых. Он не только сумел рассчитать свою скорость при прыжке, но также и скорость движущегося по дороге автомобиля. Хотя высказывались предположения, что ему просто повезло.

Однако эти голоса тут же стихли, когда Ай доложила, что Тим забрал жесткий диск с компьютера. Девушку даже отругали – почему сама не додумалась выкрасть диск с информацией, до того, как это сделал северный объект!

— Немедленно собирайся! Альянс устроил неподалёку маленькую войнушку! Возможно, они пытаются захватить одиннадцатого. Мы этого допустить не должны! Твоя задача наблюдать – но, если подозрения подтвердятся, вмешайся. Уничтожь одиннадцатого, в случае его захвата диверсантами с запада. Так же, если на месте окажутся Альфа или Бета Альянса, по возможности устрани их.

Начальница замолчала, наблюдая за сборами Ай. Получив от неё лаконичное, «поняла», женщина продолжила:

— Самое главное, сама не попадись. Официально тебя здесь нет. Вытаскивать никто не будет. Если схватят, лучше сразу самоустранись, не подставляй Императрицу и Великую Азиатскую Ассоциацию!

— Поняла.

Ничуть не изменив тона, ответила Ай, пристёгивая парные катаны. Начальница недовольно хмыкнула и удалилась.

Заведя свой мотоцикл, Ай ещё раз перепроверила все крепления, и дополнительные магазины для пистолетов. Мотор взревел, а на маленьком экранчике перед девушкой возникла карта.

***

— Присаживайтесь, профессор.

Пододвинула Сара пожилой учёной кресло. Это кресло предназначалось майору звёзд, но женщина взяла себе обычный стул, уступая Безобразовой. Сиденье было жестковатым, но для Сары это казалось мелочью, по сравнению с возможностью сделать приятно своему кумиру.

— Есть картинка, майор. Данные со спутника будут поступать каждых полчаса.

Раздался голос из динамика.

— Отлично, выведите на экран.

На мониторе появилась видео из кабины грузовика, впоследствии, сменившись видом из бронированного джипа. На другой монитор пришел снимок со спутника. Картинка с воздуха показала, что к воротам сбегаются местные, в балахонах.

Когда из-под грузовика выскочила бронированная гигантша, Коннорс прокомментировала:

— Это наша Альфа. Хороша, не правда, ли?

Безобразова только кивнула. Зачистка продвигалась довольно быстро. Некоторые трудности возникли у собора, но Альфа оперативно с ними разобралась. Когда молодая сектантка выстрелила в забрало Альфе, Сара недовольно заворчала себе под нос.

Потом её подчинённые ворвались в сам собор, обыскивая каждый закоулок. Кроме всего прочего, здание начало гореть, поэтому пожар пришлось тушить, чтобы безопасно закончить поиски. Примерно через час после начала операции, в динамик доложили:

— Майор, спутник зафиксировал, что из монастыря выехал автомобиль, мы сейчас отслеживаем его местоположение.

Так как на территории следов беременной обнаружено не было, Коннорс распорядилась:

— Если ремонт джипа закончен, грузитесь, и вперёд за той машиной. Остальные в грузовик, вдруг там засада и потребуется подкрепление.

Довольно быстро собравшись, военные диверсанты Альянса выдвинулись по указанному направлению.

Беглянки не ожидали погони, потому ехали медленно, и вскоре их нагнали. К всеобщему удивлению, оказывать сопротивление фанатички не стали. Наоборот, они сразу сдались, и одна рассказала кое-что интересное. Под собором есть тайный лабиринт, только туда могла увести мать-настоятельница беременную девушку.

Пришлось срочно разворачиваться. Джип разогнался насколько позволяло бездорожье, оставив грузовик позади...

***

Мои новые подруги смотрели на горящий монастырь, выбравшись из автомобиля. К такому повороту событий нас, естественно, никто не готовил. Все молчали, а старшая, почему-то, косилась на меня. «Девчонки, вы чего, я-то думал, что балласт тут именно я. И уж точно не подписывался вами командовать», мелькнула мысль.

— Пожалуй, можно не менять план – я тихонько проскользну внутрь, и уже оттуда свяжусь с вами.

Старшая просто кивнула, выдыхая воздух и расслабляясь. Похоже, ей самой командовать не очень хотелось.

К воротам я идти не стал, выбрав вместо этого участок, где деревья росли максимально близко к бетонным плитам. Включив способность, я помчался вперёд, развивая приличную скорость. Уже около забора, тело рвануло вверх. Руки схватили ветку ближайшего дерева, и перенаправив импульс, оттолкнувшись посильнее ногами я покатился кувырком уже с другой стороны забора. Хорошо, что приземлялся на мягкую травку. «Случись здесь камни, эти кувырки бы мне дорого обошлись», поругал я себя за безрассудство.

Перебегая от дерева к дереву, пользуясь длинными вечерними тенями как укрытием, я поражался развернувшейся кровавой картине. Настоящее побоище открылось моему взору. Женщины в балахонах не шевелились и не стонали. Будто все мертвы. Добравшись до здания собора, я беззвучно проскользнул внутрь.

Здесь немного погуляло пламя, но до пожара не дошло – кто-то вовремя воспользовался огнетушителем. Облазив всё вдоль и поперёк, я собирался отправиться дальше, когда услышал странный звук. Без способностей одиннадцатого, уловить настолько незначительный шум бы точно не получилось.

Затаившись за колонной, удалось заметить, как в углу приподнялось несколько половиц. Из открывшегося прохода выглядывали женщины в балахонах. Они осмотрелись, и никого не обнаружив, начали вылазить на поверхность.

Выжидая, пока выберется последняя, я обдумывал ситуацию: «для допроса, хватит и одной, а остальных попытаюсь вырубить», но потом передумал. Вспомнились слова Лены о том, что здесь все фанатики. Брать пленных смысла нет – они скорее умрут, чем что-то расскажут.

Приняв решение, воспользовавшись тенями, я тихонько проскользнул в тот самый проход, который так и не закрыли местные. Все факелы дамы забрали с собой, поэтому в катакомбах стояла почти кромешная тьма.

Вдруг до обострённого слуха донеслись какие-то крики, и я немедленно бросился к их источнику. Благодаря способности, в темноте я видел лучше других людей, поэтому почти не спотыкался и не сталкивался с препятствиями.

Поворот, поворот, ещё поворот. Запах гари ощущался отчётливо, в выборе направления я практически не сомневался, пройдя теми же коридорами, по которым недавно бродили местные, с факелами.

Правда с самого начала, когда я припустил, из-под ноги выскочил камень и гулко ударился о металлическую решётку одной из келий. Это заставило женщин в балахонах устремиться за мной в погоню.

Выскочив на освещённое несколькими факелами пространство, я заметил её. Лицо, с одной стороны, с кровоподтёками и синяками, руки связанны, а ткань платья на животе залита кровью. Так же из живота Карины торчала гравированная рукоятка кинжала.

Склонившись над девушкой, я услышал слабое биение её сердца. Из глубины сознания поднимались страшные чувства. То самое, звериное желание убивать и калечить. «Они сделали это с бедной беззащитной девочкой, уверен – после стольких ран Карине скорее всего не выжить», горели яростным огнём мысли.

Кинжал доставать я не стал, вспоминая уроки первой помощи – открытое кровотечение гораздо опаснее куска металла в животе. За спиной раздался шум. Все ещё не в силах оторвать взгляд от страшной картины, я даже не обернулся.

— Что ты сделал с Евой! Изыди, демон!

Прозвучал крик, когда одна из женщин подошла достаточно близко, и схватила моё плечо. Резко развернувшись, рука схватила то, что под неё подвернулось – голову сектантки. Впечатав женщину в стену, я не разжимал хватку.

Купаясь в собственной ярости и ненависти, я смерил взглядом трепыхающуюся в балахоне. Багровый свет от факелов придавал картине настроение отчаянья и ужаса. «Приложив немного усилий, я могу раздавить этот череп. Тёплая кровь польется по моим рукам. Тёплая и вкусная!»

Испугавшись собственных мыслей, я отпустил сектантку. Она рухнула, и подоспевшие подруги тут же подхватили пострадавшую. «Это сделали не они. Эти находились наверху, когда всё случилось», ругал я сам себя.

Теперь стало понятно, что за крики доносились из этой кельи, когда я только спустился вниз.

— Не может быть!

Воскликнула вдруг одна из присутствующих.

— Это ведь кинжал Матери Наталии!..

Глава 22

Нападать или как-то препятствовать моей деятельности эта кучка женщин не намеревалась. К их же собственному счастью, ведь сейчас я пребывал в крайне недобром расположении духа, и мог не сдержаться. Не самое подходящее время для урока хороших манер.

Видимо все, способные хоть как-нибудь сопротивляться захватчицам, остались за стенами собора. Их участи не позавидуешь. Сбежавшие же, что прятались в катакомбах, выглядели безобидными, и могли только роптать.

Перевязав Карину, насколько позволяли ситуация и мои знания в медицине, я понёс её к выходу. Перешёптываясь, за нами следовали местные. Они начинали понемногу раздражать своим мельтешением, и я задал вопрос:

— Что у вас тут произошло?

Тётеньки умолкли. Слышалось только шарканье ног. Набравшись смелости, одна из женщин заговорила:

— А разве это не вы на нас напали?

— О чём вы говорите? Кто «вы»? Я один пришел. Увидел побоище, зашел в собор, из дырки в полу вылезли вы. Ну а потом я крик услышал и прибежал к Карине.

Дамочки снова зашушукались, но так как они яростно перебивали друг друга, понять почти ничего не удавалось. Пару раз более громко прозвучали слова «Ева» и «Карина». Потом самая старшая спросила:

— Что ты собрался делать с телом Евы?

«Неудивительно что их тут всех покрошили – эти дамочки способны выбесить с пары фраз», вздохнул про себя я.

— Во-первых, она ещё жива! Во-вторых, вы сначала на мой вопрос ответьте!

И тут их как прорвало, они начали кричать наперебой, некоторые даже разрыдались. Из их криков я понял, что монахини сами не в курсе кто напал, но им нужна была Ева, сиречь Карина.

Выбравшись из храмовых катакомб, в глаза сразу ударил свет фар. К этому времени солнце полностью спряталось за горизонт. Сёстры сразу заголосили, мол, нападавшие вернулись, «ироды окаянные» – к Собору на приличной скорости мчался бронированный джип.

Вспомнив про рацию, я спросил, нажимая на кнопку:

— Это Тим. Слышно меня?

Тут же последовал ответ:

— На связи. Нужна помощь?

Видимо наемницы сохраняли молчание, чтобы не выдать меня в ответственный момент громким звуком.

— Я направлю к вам парочку местных. С ними Карина. Она ранена, поэтому сразу везите всех в больницу. Меня ждать не надо. Сюда соваться тоже не надо – опасно.

Ответа пришлось подождать несколько секунд. Потом голос из динамика поинтересовался:

— А как же ты?

— Справлюсь. Уведу погоню от вас и скроюсь в лесу. Опыта хватает.

В своих словах я был уверен – карту местности запомнил хорошо.

— Мы подъедем ближе, чтобы забрать раненую. Около дороги оставим тебе припасы и снаряжение.

— Понял, конец связи.

Выбрав небольшую деревянную скамью, я уложил на неё девушку. Передал радиостанцию сестрам и отправил к главным воротам:

— Увидите сине-белый фургон, в нём мои друзья. Они помогут. Направляйтесь в город. Там сообщите кому можно о нападении. Больше вы тут ничем не поможете, только зря погибнете.

Сестры взяли импровизированные носилки с раненой, и понесли по дороге.

Джип как раз подъехал достаточно близко. Свет его фар зацепил медленно удаляющихся сестер. Выбрав самую крепкую на вид скамью, отломав с одной стороны ножки, я затаился за углом, ожидая удачного момента. И как только бронированная машина, разворачиваясь выскочила на брусчатку, я бросился под колёса. Уперев конец лавки без ножек в землю, второй остался торчать вверх.

Водитель нажала на тормоз, но упустила момент. Перевернувшись несколько раз, надо мной в воздухе, тяжелый джип рухнул на бок, и совершил ещё один оборот уже на земле. Изрядно помятая машина остановилась в положении колёсами кверху. Из-под капота повалил дым. Пару секунд ничего не происходило, а потом передняя пассажирская дверь вылетела.

Луна прекрасно освещала небольшую площадь. Лёгкий ветерок доносил до обоняния неприятные запахи гари и дыма, смешанные теперь с запахом разлитого бензина. Из покорёженного джипа вылезли две женщины.

Они оказались полностью закованы в броню. На головах носили шлемы с забралом. Обе выглядели нелепо, но устрашающе. Одна – чуть поменьше, превосходила мой рост сантиметров на пять, и нисколько не уступала в плечах. Вторая же, вымахала ещё выше и объёмней.

Великанши не двигались, глядя на меня из-за бронированных стёкол своих шлемов. Вместо их лиц, я лицезрел лишь блики отражённого лунного света. А у той что покрупнее, на стекле образовалась сетка из трещин.

«Неужели шлем так пострадал при падении», задался я вопросом. Больше в автомобиле признаков жизни никто не подавал. «Скорее всего остальные в джипе либо без сознания, либо мертвы», вделал вывод я.

Секунды медленно сменяли одна другую. Громилы ничего не предпринимали, разглядывая меня словно диковинного зверя. Однако потом, та, что поменьше, вдруг вытащила две телескопические дубинки и двинулась вперёд.

***

Картинка из джипа тряслась на мониторе, когда тот въезжал на территорию монастыря. Фары осветили группу беглянок, когда джип подъехал к зданию собора.

— Догнать их. По возможности не убивать.

Распорядилась в микрофон майор Коннорс. Но в этот момент из-за угла выскочил человек. Всего на мгновенье свет отразился от его жёлтых глаз, а потом всё завертелось. Когда картинка перестала наконец вращаться, замерев вверх ногами, на экране появились полосы помех, поверх картинки.

Безобразова вскочила с кресла, сжав кулаки.

— Это одиннадцатый! Но что он там забыл?

Удивлённо подняв брови Сара посмотрела на профессора. В это время в динамике раздался грубоватый голос:

— Говорит Бета. Все кроме меня и Альфы выведены из строя. Ожидаем распоряжений.

Выбравшись из автомобиля, лучшие агенты звезд стояли, ожидая указаний. Одна фара джипа потухла, но вторая освещала происходящее на площади. Придвинувшись поближе к микрофону, Коннорс заговорила:

— Альфа – на месте. Бета – взять его живым. Можешь не сдерживаться, но не убивай.

Из динамика вдруг донеслось грязное ругательство. Майор виновато посмотрела на Безобразову, пожаловавшись:

— Альфе не хватает дисциплины, а ещё у неё некоторые проблемы со злостью, но мы никак не можем это исправить.

— Возможно я смогу потом помочь. До пресловутого инцидента, мои подопытные оставались максимально послушными. Хотя и не очень умными...

Последнее Валерия произнесла уже тише. На экране Бета достала две телескопические дубинки и побежала к одиннадцатому. Тот вытащил длинный ровный кинжал и приготовился к бою.

После нескольких обменов стало ясно что образец северной лаборатории превосходит Бету как в силе, так и в скорости, но пробить броню его нож не мог. Используя два оружия и технику боя спецназа звёздного альянса, Бета сумела нанеси несколько ударов по незащищённой стороне парня.

После очередного выпада, когда противник выставил руку, защищая лицо от дубинки, одиннадцатому пришлось откатился в сторону к баррикаде. Там он схватил крепкую доску и снова бросился в бой.

Теперь мужчина получил возможность отражать удары Беты без ущерба для себя. Картина боя изменилась. Всего через несколько обменов Тим вдруг заблокировал обе дубинки доской и нанес колющий удар изнутри в локтевой сустав.

В этом месте броня делалась эластичной и не очень крепкой. Клинок пронзил руку, но парень не стал на этом останавливаться, он рванул обе руки вниз, разрезая предплечье до самой кисти.

Потом нанес прямой удар ногой в область живота, и Бета рухнула на землю спиной вперед. Всего секунда отделяла почти равный бой от поражения. Майор Коннорс не успела ничего сказать или как-то спасти ситуацию. Однако в следующее мгновенье, без команды, в дело вступила Альфа...

***

Ай заглушила мотор и прикрыла байк специальной накидкой. Здесь, на опушке леса она оставила всё лишнее, спускаясь к обнесённому забором монастырю. Добиралась она довольно долго, солнце давно зашло, и только луна освещала местность вокруг.

По пути девушке встретился бело-синий фургон, следовавший в сторону города, но в кабине сидели гражданские, поэтому Ай просто проехала мимо.

Спускаясь по склону, она заметила, что на территории за забором происходит какое-то мельтешение. Главные ворота приветствовали незваную посетительницу в распахнутом настежь состоянии. Их никто не охранял.

Однако, даже если бы там всё ещё имелся пост охраны, девушку бы не заметили. Именно скрытность была её сильной стороной. Это признавала даже сэнсэй.

Ай передвигалась зигзагом, скрываясь в тени. На небольшой площади перед собором кто-то сражался. Если бы Ай являлась обычной девушкой, она бы сильно удивилась, обнаружив здесь все три свои цели.

Бой между Бетой и одиннадцатым как раз подходил к концу. Когда парень нанёс удар ногой, отталкивая противницу, в него на полной скорости врезалась Альфа. Желтоглазый пролетел несколько метров и приземлился на брусчатку. Откатившись к баррикаде, его засыпало камнями, досками и другим хламом, из которого та состояла.

Бета лежала на спине и держалась за разрезанную руку. Альфа, издавая глухое рычание из-под шлема, надвигалась на груду хлама, которая погребла под собой Тима.

Так как для выполнения поставленной задачи, момент представился идеальный, Ай рванула из своего укрытия, обнажив катану. Вторая рука азиатки уже сжимала рукоять пистолета.

Бесшумной тенью она подбежала к Альфе и полоснула катаной от плеча вниз. Но все оказалось не так просто. Наплечник выдержал удар, а великанша обернулась.

Словно из воздуха, в её руках появились пистолеты, и она начала отстреливаться. Вот только попасть в Ай, с близкой дистанции крайне сложная задача. Девушка была настолько же гибкой, насколько проворной.

Она наносила удары своим клинком, но никак не могла пробить броню Альфы. Ай даже несколько раз выстрелила, но быстро поняла, что это не приносит результатов. Тогда азиатка просто сменила пистолет на вторую катану.

Опустошив оба магазина, Альфа выбросила пистолеты и достала такие же телескопические дубинки как у Беты. В скорости она значительно уступала Ай, но силы в удар вкладывалось столько, что бой вполне мог закончиться после всего одного попадания по противнице. Азиатке приходилось соблюдать максимальную осторожность, уворачиваясь от ударов гигантши.

Выждав момент, Ай запрыгнула на ближайшую баррикаду и на мгновенье зависла в воздухе. Перед этим девушка успела спрятать в ножны одну из своих катан и снова выхватить пистолет. Оказавшись над головой Альфы, Ай выстрелили три раза. Для этого ей хватило всего пол секунды. Все три пули попали в центр трещины на забрале шлема.

Первый раз, толстенная защита лица выдержала выстрел почти в упор из оружия Лидии. После этого, когда джип столкнулся с брусчаткой, Альфа сильно ударилась головой, но стекло снова выдержало.

И вот теперь после третьего попадания пули, его запас прочности исчерпался. В лицо великанше ударили осколки, и последняя пуля, потерявшая, правда, свой убийственный импульс.

Альфа взвыла, упав на колени. Ай как раз приземлилась чуть позади и уже занесла меч, целясь шейный стык между пластиной и шлемом. В этот самый момент её и настиг удар дубинки. За первым ударом последовал второй, в область затылка и маленькая азиатка рухнула на землю.

Бета сумела выбрать идеальное время и место, для своего появления. Больше ни на что сил у истекающей кровью воительницы не осталось. Она опустилась на землю, выронив дубинку, которая с металлическим звоном покатилась по брусчатке.

Зато Альфа пришла в себя. Она ругалась благим матом, срывая с головы шлем. Её лицо превратилось в окровавленную маску – несколько осколков впилось в кожу, а вместо глаза зияла кровоточащая рана. Восстановить его вряд ли удастся даже прославленной лаборатории Звёздного Альянса, ведь от него почти ничего не осталось.

В наушник орала Коннорс:

— Не совершать никаких действий! Девчонку и одиннадцатого не убивать! Грузовик с подкреплением скоро прибудет на место!

Но раненая великанша не слушала. Она схватила Ай и подняла над землёй. Огромные ладони Альфы сомкнулись на шее девушки, Будучи без сознания, азиаточка не сопротивлялась, её руки висели плетью, а глаза оставались закрытыми.

***

В первый раз я встретил кого-то настолько сильного в этом мире. С самого начала боя стало ясно что дама обладает серьёзными навыками. Она уворачивалась и подставляла своё оружие для защиты, только чтобы нанести другой рукой удар в незащищённое место. Пропустив пару таких выпадов, левая сторона отзывалась болью при каждом движении.

Её телескопические дубинки оказались достаточно прочными, чтобы выдержать ярость наших столкновений. С другой стороны, мой Ксифос теперь имел несколько вмятин на лезвии. Всё-таки это бутафорское оружие. Хорошо хоть он не сломался.

Оказавшись рядом с баррикадой я прихватил с собой доску и дела наладились. Обычный квадратный деревянный брус, и пользовался я им больше как щитом, нежели в целях нападения.

Выждав момент, когда противница занесёт обе руки для мощного удара я блокировал дубинки и пронзил руку женщины. Потом когда я её оттолкнул, ударив в район солнечного сплетения, меня сбил грузовик. По крайней мере, по ощущениям это было действительно так.

В момент столкновения я отчетливо слышал и чувствовал, как хрустнули рёбра. Почему-то я пребывал в полной уверенности, что их сломалось сразу три. Потом мне немного повезло, и я приземлился на спину. Вот только радость от такого счастья омрачали жесткие камни брусчатки, которыми была выложена площадь. Как жаль, я-то рассчитывал на мягкую травку.

Откатившись к баррикаде, меня засыпало всяким хламом, и это тоже оказалось не очень приятно. На лицо упала отполированная деревянная лавка, ознаменовав своё пришествие звоном в ушах. Зато она укрыла меня от мелких и острых предметов.

Оказавшись в своеобразном коконе из мусора, я задумался о своих повреждениях. Самые страшные из них – сломанные рёбра. Спину я ушиб сильно, но мышцы смягчили удар. И множество мелких, не опасных кровотечений. На них можно вообще не обращать внимания.

Энергии тело потратило немало, но до критически опасной ситуации пока не дошло. И хотя свет под обломки не проникал, я всё равно закрыл глаза. Будто ощупывая себя, я нашёл места разломов.

В тот момент я плохо понимал как именно действую, но не сомневался ни мгновенья. Слегка сместившись, чтобы прижать разъединенные части вместе я направил силу в стыки. Чувствуя сильный жар и ломоту в каждом миллиметре тела, я понял что это процесс изъятия необходимых элементов из самого себя.

Несколько минут пролетели в одно мгновенье, и я начал выбираться из-под завала. Открывшаяся картина поражала до глубины души. Та самая тень, что спасла меня в лаборатории, оказалась стройной девушкой. И девушка эта сейчас на мгновенье зависла в воздухе над великаншей, разрядив свой пистолет. Я обрадовался, когда стекло забрала не выдержало, но потом захотелось крикнуть «берегись!», однако было уже поздно.

После манипуляций с восстановлением, двигаться я не мог. Точнее не мог заставить двигаться мышцы. Разум будто изолировался, пока тело заканчивало регенерацию. Обидно было осознавать, что спасшую меня во второй раз, сейчас убьют, а я валяюсь, как тряпка, ничем не отличаясь от остального мусора в этой баррикаде.

Отклик я почувствовал, когда громила стащила с себя шлем. Лицо женщины представляло страшное зрелище. Сжимая и разжимая непослушные пальцы, пытаясь подняться я наблюдал как она нагибается за спасительницей. Время замедлилось, и я наконец вернул полный контроль.

Нас отделяло расстояние в добрых десять метров, поэтому добежать бы я не успел. Заметив в куче хлама возле себя увесистый камень, я мгновенно схватил и метнул его в громилу.

Та как раз подняла над собой девушку, заключив её хрупкую шею в свои ладони. Уж не знаю, везение это, или я действительно настолько меткий, но камень угодил точно в висок. Повалившись на землю, великанша больше не подавала признаков жизни.

Слегка прихрамывая, я приблизился к единственной оставшейся в сознании. Женщина сидела, сжимая свою кровоточащую руку, и смотрела на меня из недр своего металлического шлема.

По пути я подобрал выпавшую из рук спасительницы катану. Глаза женщины смотрели на меня из-за стекла, не выражая никаких эмоций. Никакой злобы или ненависти. Я даже сумел рассмотреть её абсолютно белые брови и бледную кожу. Глаза имели какой-то красноватый оттенок.

Раненая явно потеряла способность сопротивляться, поэтому, когда я замахнулся мечом, она просто подняла руку, инстинктивно защищая лицо. «Жить значит хочешь, да? А вот интересно, сколько жизней забрала ты сама? А сколько ещё заберешь, если я тебя не убью», обжигали сознание мысли.

Вот только это просто мысли. Хладнокровно кого-то зарубить, отнять жизнь я не смог, «и считаю, что это хорошо. Одно дело, в горячке боя, почти не осознавая, чем закончится твой выстрел или удар, и совсем другое, осознанная казнь. Значит никакой я не монстр, а человек, что бы так кто ни говорил».

Опустив руку, женщина удивлённо заморгала, видимо не в силах поверить в своё спасение. Я подарил ей презрительный взгляд и развернувшись подошел к выручившей меня уже второй раз азиатке.

Вложив катану в ножны, прикреплённые к обмундированию последней, я поднял её и побрёл к воротам. Удивительно, но весила спасительница немало, для своей стройной фигурки и невысокого роста.

В глаза вдруг бросился небольшой предмет у неё на запястье, который при ближайшем рассмотрении оказался необычными многофункциональными часами. Но они не показывали время. Вместо этого на циферблате горела стрелочка, указывая направление.

«Ты спасла меня дважды, а я даже не знаю твоего имени. Думаю рискну, и последую за этим белым кроликом. Выясню, насколько глубока кроличья нора», думал я, оказавшись за воротами, следуя по направлению, указанному стрелкой.

Интересно, громко бы я над собой смеялся, если бы знал, что моя спасительница, пришла как раз для того, чтобы меня убить?

Глава 23

Уже за воротами до моего обострённого слуха донёсся звук мотора. Откуда-то издалека, к монастырю приближался грузовик. Меня это не пугало, так как автомобилю ещё предстояло объезжать обнесённую забором территорию, а это небыстро.

Указатель на часах спасительницы привёл нас в лес. Здесь, почти у самой опушки был спрятан мотоцикл. Именно на него указывала стрелочка. Своей удаче я радовался недолго – ездить-то я на таком не умел. Ещё и спасительница на руках. В общем, провозившись некоторое время, я-таки смог завести двухколёсного красавца.

Вспомнив об оставленных наёмницами припасах, я оставил девушку у приметного дерева, а сам поехал к дороге. Пару раз чуть не свалившись, я кое-как приловчился и ехал теперь более-менее ровно.

Мне просто требовалась практика, потому что свалиться самому, это одно, а уронить при падении хрупкую азиаточку, совсем другое. Подобрав мешок с провиантом, я направился обратно. С каждой секундой ехал я всё уверенней.

Девушку пришлось устраивать перед собой. Свесив её ноги с одной стороны, с другой я крепко прижимал обмякшее тело рукой к себе. Ехал я в таком положении очень медленно. Рулить приходилось одной рукой. Пару раз чуть не свалился, но, к счастью, всё обошлось

До города мы так и не добрались – закончилось горючее. Пришлось оставить мотоцикл, и идти пешком. Так как дорога пролегала близ того места, где расположился лесной домик Ольги, я свернул к нему.

Силы заканчивались, похоже на восстановление ушло гораздо больше энергии, чем сначала показалось. После того как я снял с девушки всё вооружение, и пояс с боеприпасами, она стала весить килограмм на двадцать меньше.

Порывшись в мешке, я обнаружил помимо всего прочего небольшую радиостанцию. Закинув в себя кусок тёмного хлеба, залив это дело почти литром воды, припасы я тоже оставил с мотоциклом.

С трудом доковыляв до дома, я осторожно уложил девушку на кровать. Усталость совсем меня доконала, и я решил хоть немножко передохнуть. Разглядывая закутанную в темно-серый костюм спасительницу, меня одолело любопытство, и я аккуратно снял маску с её головы.

Открывшаяся картина поражала до глубины души. В мире женщин я уже привык видеть в основном симпатичные мордашки, и относился к этому теперь спокойно. Однако моя спасительница оказалась на совершенно ином уровне. Не выше или ниже, просто она была другой. Безусловно её привлекательность никто не стал бы отрицать, но зацепило меня другое.

Её лицо будто не имело возраста. Бледноватая кожа, резко контрастировала с ярко алыми губками. Ротик хоть и был маленьким, но губы компенсировали это полнотой. Абсолютно черные, ровные волосы обрамляли почти белое личико. Её узкие, азиатские глаза, венчали поистине королевские реснички. Идеальная симметрия пропорций, словно у заводской куклы. И всё это при отсутствии какой-либо косметики.

На пару минут я завис, просто рассматривая столь необычное сочетание красоты и изящества, придвинувшись слишком близко. Потом резко поднялся, осознав, что наши губы почти соприкоснулись. «Пользуешься бессознательным состоянием хрупкой девушки чтобы украсть её поцелуй? Отвратительно», обругал я себя мысленно.

Прихватив с собой радиостанцию, я побрёл к городу. В пути я уже несколько раз пытался связаться с наемницами, но никто не отвечал – видимо слишком далеко, сигнал не доставал. Именно поэтому я брёл сейчас по дороге.

Всё что удалось определить, разглядывая синяки, оставленные на шее спасительницы громилой в броне – это не смертельно. По крайней мере, девушка была жива, «мне нужен врач, тот кто в таких делах разбирается, ведь она никак не приходит в сознание».

Только когда я оказался на опушке, близ полей, наёмницы наконец ответили: «Да, приедем. Ждите». И я повернул назад, не забыв добавить, что у меня всё хорошо и не опасно, а то ещё ворвутся, с оружием наперевес. Можно было попробовать притащить девушку в город, но я слишком устал. К тому же, нельзя забывать о диких животных. Эти существа чувствуют слабость, и могут напасть.

Волоча ноги, я распахнул дверь домика только для того, чтобы броситься вперёд. Выжимая остатки энергии, бросив её в топку моей способности, я всё-таки успел.

Мои желтые глаза столкнулись с её, почти черными. Девушка не показывала страха или ненависти. Во взгляде, как и в мимике лица вообще не присутствовало никаких эмоций. Будто передо мной действительно кукла. Но самым страшным было как раз то, что именно пыталась сделать спасительница, с таким, воистину королевским, бесстрастием.

Одна рука ухватила её запястье, а вторая сжимала лезвие клинка. Моя кровь стекала по блестящему металлу, смешиваясь с её и капала на колени девушки. Лезвие успело войти в плоть примерно на сантиметр, когда я его остановил.

Приложив силу, я вырвал оружие из её рук и бросил к двери. Голова девушки бессильно опустилась. Нет, не отчаянье владело хрупкой азиаточкой, просто она поняла, что я сильнее и сопротивляться бессмысленно.

Не выпуская запястье спасительницы, я приложил окровавленную ладонь к её щеке, приподнимая голову. Наши взгляды вновь встретились.

— Зачем?

Горестно спросил я, но никто не ответил. Её лицо ничуть не изменилось, даже будучи испачканным моей кровью. Она оставалась холодной во всех смыслах этого слова. А вот я, после разгоняющих кровь прогулок, стал, наоборот, горячим.

Я давно за собой заметил, что при включении усиления, температура тела немного поднимается. Сейчас я как раз пребывал под усилением, прижимал спасительницу к себе, и испытывал почти физическую боль.

Девушка была не просто холодной. Вокруг конденсировался некий барьер. Особенно хорошо это чувствовалось через кровь. Инстинктивно я опустил руку ниже, к ране, закрыл глаза и приложил усилие.

Как и к чему, сам не знаю – это были не физические действия. Не сжимая пальцы, не пошевелив ни единой частью тела, но я надавил на этот барьер. Он продержался лишь мгновенье, тут же исчезнув. Задумавшись, не показалось ли мне, я вдруг обратил внимание на свою гостью.

Зрачки спасительницы расширились. Глаза распахнулись на максимум. Ротик приоткрылся, а из глаз покатились слёзы. Вот теперь она стала похожа на обычную молодую женщину, с её страхами и растерянностью.

Она зарыдала громче, подняв голову вверх. Я попытался отстраниться, но из этого ничего не вышло – иссякли воистину последние резервы сил. Кроме того, новая знакомая вдруг решила проявить инициативу, прижавшись и ухватившись за меня, уже не такими холодными ладонями. Сложившаяся ситуация вводила в состояние полной растерянности, «что вообще происходит», недоумевал я.

Страх в её глазах исчез, сменившись другой непонятной, но сильной эмоцией. А потом она заговорила.

Голос звучал уверенно и громко. «Ещё бы понять, что она лопочет, на своём непонятном, чужом для меня языке. Совершенно не понимаю японский! А может это даже китайский или корейский», тупо улыбался я.

В прошлой жизни мне не довелось близко пообщаться ни с одним из представителей этих народов. Ни в их внешности, ни в языках я не разбирался.

***

Это случилось. Она провалила задание и попала в плен. За мгновение перед отключкой девушка заметила, как Бета Звёздного Альянса замахнулась своей телескопической дубинкой. Голова, спина и шея отзывались сильной болью.

Ай очнулась в каком-то небольшом домике. Вид из единственного окна открывался довольно удручающий – кривые деревья и облезлые кусты. Дороги или других зданий поблизости не видно. Вспомнив слова отправившей её на задание начальницы, девушка задумалась.

Её взяли в плен, это точно. Где-то снаружи однозначно притаились пленители. Они, видимо, собираются проследить за Ай – куда, интересно, побежит агент восточной страны. Хотят, чтобы диверсантка привела к своим отправителям.

Взглянув на ручной навигатор, девушка заметила, что им кто-то пользовался. Переключив на другую функцию, Ай сопоставила собственные координаты, и координаты мотоцикла. Тут её тоже ожидало разочарование. Мотоцикл явно нашли – он переместился в другое место.

Ещё она не обнаружила своего оружия – пистолеты и катаны отсутствовали. Видимо в Альянсе побоялись оставлять такого грозного противника вооружённой. Маску с головы кто-то снял, но оглядевшись, Ай обнаружила её неподалеку, на тумбочке.

«Что ж, Ай покажет вам, насколько вы в ней ошиблись», подумала девушка, нащупав припрятанный за голенищем Танто. По крайней мере, она сможет уйти, сохранив свою честь. Пусть даже все и называют её ронином.

Устроившись на полу поудобней, девушка обнажила лезвие. В этот момент дверь распахнулась. «Ничего удивительно – за мной явно наблюдали. Вот только уже поздно». Взявшись за рукоять обеими руками, она нанесла удар. Лезвие пронзило кожу, но было остановлено.

Боль немного затуманила сознание, но Ай всё равно поразилась скорости её пленителя. Она считала, что кроме неё, и ещё, возможно, наставницы, так быстро двигаться не может никто.

Наблюдая перед собой напряжённое лицо с желтыми глазами, девушка поняла, что её схватили не Звезды, а Северный Союз. Теперь всё встало на свои места – они специально разыграли аварию и побег, выманив на свою территорию самых опасных противников. Раз он здесь, цел и невредим, значит Альфа и Бета убиты, либо тоже взяты в плен.

Ай мысленно даже похвалила гениев тактики и стратегии Союза. Так же она осознала, что не может тягаться в силе с этим желтоглазым и расслабилась.

Парень бросил окровавленный Танто к двери, и тот покатился по полу. Живот девушки кровоточил, но рана оказалась несерьёзной. Наверное, его ладонь пострадала даже сильнее. Глупо было надеяться, что ей позволят завершить сэппуку, но что ещё оставалось?

Тим приложил окровавленную руку к лицу девушки, поймав её взгляд.

— Зачем?

Спросил он, но Ай не собиралась отвечать ни на один вопрос. Она только надеялась улучить момент и попробовать ещё раз.

В этот момент она вдруг почувствовала тепло от его руки. Будто вся кровь парня на лице Ай сама собой нагрелась. В какой-то момент эта кровь даже обожгла, но потом всё исчезло.

В следующее мгновение, Ай захлебнулась. Первый раз в своей жизни она по-настоящему почувствовала. Радость, печаль, отчаянье, обиду, страсть... Эмоции захлестнули её, смешавшись, и разум не справился. Ай зарыдала.

Первый раз в своей жизни. Это были слезы тех самых эмоций, ни разу доселе не испытанных, но девушка этого не понимала. Она просто рыдала, чтобы хоть как-то выпустить бушующий ураган страстей.

***

Рождённая от семени последнего императора, на нее возлагали огромные надежды, и все они обернулись разочарованиями. Ещё в утробе матери Ай начали улучшать всеми имеющимися методами. Восточный институт задействовал все наработки, использовал каждую возможность, чтобы создать идеальную женщину.

Первую мать, способную рожать мальчиков. Но Ай оказалась не способна. Более того, её организм отвергал любое семя, и она не могла забеременеть вообще. Ни мальчиком, ни девочкой.

Но и это ещё не всё. В возрасте пятнадцати лет её организм не был развит. Все анализы показывали, что телу только семь. Внешний вид тоже соответствовал ребёнку.

На данный момент ей исполнилось двадцать девять, но тело развилось по всем признакам примерно на пятнадцать. У Ай никогда не было месячных – единственная яйцеклетка самообновлялась, без кровотечений и всего сопутствующего.

Учёные попробовали извлечь её хирургическим путем, чтобы передать другой женщине, но потерпели неудачу. Яйцеклетка Ай была отторгнута, а новая хозяйка чуть не погибла после трансплантации.

А ещё у Ай отсутствовали человеческие эмоций. Никакой ярости, страсти, любви и тому подобного. Как-то раз ей приказали убить сотрудницу, которую заподозрили в шпионаже. Женщина относилась с теплотой и добротой к Ай, но последняя привела приговор в исполнение без колебаний. После этого случая её и прозвали ронином.

Неоднократно звучали предложения о препарировании. Точнее сначала следовало, провести всевозможные опыты, чтобы понять с чем связанны все аномалии, а уже потом препарировать неудачный образец восточной лаборатории.

Тогда в дело вмешались военные. Сенсей разглядела потенциал Ай как шпиона и диверсанта, способного действовать строго по приказам, отбросив любые моральные аспекты. Девушку забрали на военную базу и начали тренировать.

Её лишили фамилии, оставив только звание и имя. Она стала обычным солдатом, диверсантом, а не отпрыском императорской крови. Только сенсей относилась к Ай по-другому. Не как к кукле, солдату или маленькой девочке. Она стала учителем, а Ай учеником. Сенсей не делала различий для нее и других. Все ученицы были равны.

Это учитель рассказала девушке про самураев, про путь воина «бусидо». Вот только Ай ничего толком понять не могла. Не могла до этого самого момента.

Ай почувствовала «до». Это была настоящая жизнедарящая сила, и она наконец нашла своё единичное бытие во всём! «Я поняла сенсей! Наконец я соприкоснулась с божественным», ликовала про себя девушка.

Потом она наконец взяла себя в руки и заговорила. Девушка спрашивала о пути воина, о том, как парню удалось снять с неё оковы. Она благодарила и ликовала без передышки. Тим медленно, с опаской убрал руку и искоса посмотрел на Ай.

Это подействовало как холодный душ. Эмоции медленно остыли, оставив Ай опустошенной. Снова вернулся холод и отрешённость. Теперь, успокоившись, она поняла, что говорила на своём языке. Её скорее всего не поняли.

Подобную оплошность Ай бы никогда прежде не допустила. «Некоторые минусы от эмоций проявились уже сейчас. Что же будет дальше? Я стану зависимой, как те женщины, упивающиеся спиртным до беспамятства? Та ли это божественность, о которой говорила сенсей», задумалась девушка.

Но Ай помнила недавнюю эйфорию, и ей хотелось ещё. Девушка боязно потянулась к рукам Тима, а прикоснувшись снова почувствовала эмоции. «Сенсей говорила, что однажды я сама всё пойму. Пойму и почувствую! И вот я чувствую. Не важно хорошо или плохо, это мой путь и это мой Даймё, дарующий мне единение с природой», думала девушка с трудом убирая руки. Она сложила вместе ладони, расположив их перед собой, и коснулась лбом пола.

— Господин.

Произнесла она своё первое слово на языке северян, на языке её Господина!

Вот только он, приложив руку к лицу, возвёл очи горе, тихонько прошептав:

— Что, опять?

Потом Тим взял её за плечи и начал поднимать.

— Что у вас тут за фетиш такой, с этими поклонами и «господинами»? Хватит кланяться, у тебя вон кровь идет. Зачем себя резала?

Сказал он, поднимая Ай на руки. Девушка хотела возразить, но не могла. Это был её даймё, и она не смеет противиться его воле. Однако это до крайности смущало.

Входная дверь снова распахнулась и внутрь забежала девочка. Глядя на окровавленный нож перед дверью, она прикрыла ротик ручкой, произнеся «Ой!». Она перевела испуганный взгляд на Тима, когда тот укладывал заключившую его в объятья Ай на кровать.

— Ой, кто это?

Воскликнула девочка, указывая пальчиком на Ай. Тим глубоко вздохнул, а в дом следом за девочкой вошла дама в костюме. Из-за её спины выглядывала совсем маленькая девочка. Женщина осмотрела помещение и произнесла:

— Почему-то я не удивлена. Неприятности к тебе так и липнут. Зачем я только с тобой связалась? Врач ей нужен?

Сказала дама, кивнув в сторону Ай.

— Ну, да. Со мной-то что может случиться – поем, посплю и всё пройдет.

Улыбнулся Тим.

— Кстати, познакомьтесь – это...

Парень посмотрел на азиаточку, выглядывавшую из-за него, легонько прикасаясь к руке.

— Ай. Меня так зовут, господин.

Глава 24

Как оказалось, никакого доктора Лена с собой не привезла, зато приехала на том самом, бело-синем фургоне. Наёмниц распустили, а Карину доставили в ту же частную больницу, где лежала Ольга. Но как бы мне не хотелось их навестить, явиться туда я не мог.

Существование здорового, не изменённого мужчины, до сих пор «большой-большой секрет». И хотя такое положение дел уже порядком надоело, изменить что-то сейчас, не представлялось никакой возможности.

С другой стороны, если одни тётеньки перестанут охотиться на меня, чтобы подвергнуть пыткам, а-ля опытам, появятся другие, желающие получить семя.

И новая очередь намного превзойдёт первую. Угодить всем не получится физически, даже если буду способен на соответствующее действо по десять раз на дню. А отказывать выборочно как-то нечестно.

В общем, доктор никому не требовался, но нам с Ай всё равно предложили отправиться в город. Точнее предложили мне, а Ай тут же заявила что последует за «господином», куда бы тот ни отправился. Поджав губы, Лена согласилась на ещё одного гостя в своём доме.

Правда только после того, как я поручился за азиаточку, ведь именно она спасла меня из лаборатории Безобразовой, и вчера от бронированных громил. «Кстати, как она узнала, что я в беде и где именно нахожусь», призадумался я, но решил оставить расспросы на потом.

Время уже наступило позднее, стрелка часов приближалась к часу ночи. Понимание этого подтолкнуло к вопросам о целесообразности нахождения в загородном домике детей – девочкам полагалось спать дома, в постели, а не бродить по полям-да-лесам. На замечание с моей стороны, последовал укоризненный ответ:

— Сам виноват, что разбаловал их. Они так и не ложились, только делали вид. Ждали, когда вернётся их драгоценный Тим. Подслушали что тебе нужна машина, и прицепились как банный лист. Тратить время на угрозы или уговоры я не стала – сама уже отдохнуть хочу. Ну что, девочки, забирайте своего Тима и поехали домой!

— Девочки?

Спросил я недоумённо, глядя на Лилию. Та стыдливо спряталась за маминой спиной, что-то яростно зашептав. А вот Маргарита переключилась, похоже, на новую «игрушку», во все глаза разглядывая Ай.

Единственная дочурка Ольги тихонько обошла меня, подкравшись к изголовью кровати и тянулась ручкой к волосам спасительницы. Когда я обернулся она как раз погладила прядку, со словами:

— Какие гла-аденькие... и мягкие!

Ай испуганно дёрнулась, но ничего не сказала.

— Маргарита. Ты пугаешь гостью. Сначала надо спросить!

Отругал я девочку, а та, так и не выпустив прядку из рук, невинно произнесла:

— Можно потрогать?

Ай кивнула. Мне на мгновенье даже показалось, что она улыбнулась. Моя рука всё ещё находилась в её ладонях.

— Ладно, раз решили отправляться, пойдем.

Заявил я, поворачиваясь к девушке на кровати. Она попыталась встать, но я ей этого не позволил.

— Рана ещё не затянулась. Не двигайся, чтобы кровотечение опять не открылось. Я тебя понесу.

Ай открыла рот, видимо собираясь возразить, но потом просто кивнула, потянувшись ручками к моей шее. Маргарита глядела на эту картину с открытым ртом, а потом заявила:

— Я тоже хочу! Приедем домой, и ты меня поносишь! И Лильку!

Немедленный отказ привёл бы к уговорам и глупым вопросам, поэтому я просто сказал:

— Сначала отдохну, потом посмотрим. И не надо других подписывать на свои чудачества! Ты Лилю спросила? Может она не хочет!?

Столь неоднозначный ответ сбил с толку Маргариту, и она умчалась к младшей подруге. Погрузившись в машину, мы поехали в город. Пол дороги девочки шептались, а другую, Маргарита засыпала меня вопросами. И ещё пыталась расспрашивать Ай, но та почти ничего не отвечала.

Уже дома, сидя за столом, перекусывая, Маргарита громогласно оповестила:

— Лилька согласна, можешь её тоже покатать на руках!

Все сразу уставились на меня, а я на Лену. Та просто пожала плечами и отвернулась. Лилия, когда я перевёл взгляд на малышку, слегка краснея кивнула. «Как будто это я напросился их катать, а не наоборот», возмутился я про себя.

— Ну ладно, раз уж ВЫ так сильно этого хотите, завтра и покатаю.

— А почему завтра? Мы хотим сегодня!

Сразу же возразила Маргарита.

— Потому что я устал и иду спать!

— О! Я тоже иду!

— Ну что за ребёнок. Она сейчас точно имела в виду то, что я подумал.

Обратился я к Лене, а та с улыбкой произнесла:

— Сам виноват.

И удалилась.

Из комнаты Маргариту пришлось выталкивать силой, и запирать дверь. Ай покормили отдельно, прямо в постели. Она пыталась возражать, но после моих слов, «так надо – быстрее вылечишься, вон какой синяк на спине и шее», повиновалась.

Заходить и желать ей спокойной ночи я не стал – вдруг спит уже, да и сам я готов был отрубиться в любую секунду. Коснувшись подушки, я моментально окунулся в привычную тьму, без сновидений, такую приятную и расслабляющую.

Проснулся я после обеда. В доме зависла гробовая тишина. Спали все кроме Лены и пожилой поварихи, которая крутилась на своём рабочем месте. Перекусив, я решил сбежать, воспользовавшись предлогом, что мотоцикл с припасами и оружием необходимости забрать из леса. Попросив у Лены бензина для двухколёсного жеребца, я уже был одет и собран.

— Надеюсь ты не думаешь въехать в город на этом транспорте и пригнать его к моему дому?

Нахмурила брови хозяйка.

— Конечно нет! Я оставлю его в домике, в лесу. Да и порядок там надо навести, и ещё кое-что забрать.

Лена покивала, раскусив мой план, но бензина выделила.

— Сбегаешь значит? Всё равно ведь вернёшься.

Естественно, я это понимал, но после долгого пребывания в одиночестве, общения навалилось слишком уж много. И оно оказалось очень, так сказать, близким. Хотелось развеяться и всё хорошенько обдумать. «Здесь у меня это точно не получится, ведь скоро проснётся Маргарита. Ещё и Ай, не желающая отпускать мою руку словно маленький ребёнок», покивал сам себе я.

— Всё правильно, вернусь.

Улыбнулся я в ответ и вышел, натягивая капюшон пониже. До мотоцикла я добрался без происшествий и пригнал его к домику. Наведение в помещении порядка заняло около часа, и я был готов выдвигаться обратно.

А так как до заката времени оставалось ещё много, я решил поохотиться. Мой мечик, после столкновения с великаншами, пришел в негодность окончательно поэтому пришлось позаимствовать одну из катан Ай.

Мелочится не хотелось, поэтому включив способность, я разыскивал что-то покрупнее чем зайцы или кролики. Разок попался крупный олень, но его я трогать не стал – всё равно до города не дотащить. Примерно через полчаса ускоренных способностью поисков, до обоняния донёсся знакомый запах.

Средних размеров кабанчик оказался сражён довольно быстро. Несколько колющих ударов и недолгая пробежка – сначала он за мной, потом наоборот и всё закончилось. Мне даже не понадобилась кочерга –излюбленное оружие на охоте. Катана имела гораздо большую длину нежели бутафорский Ксифос, и я мог наносить удары оставаясь в безопасности.

Затолкав тушку в заранее заготовленный мешок, я отравился в город. Хотелось хоть как-то отплатить за еду и проживание. Так же я забрал из домика ту небольшую сумму денег, которую не растратил во время зимовки.

Весна вступала в свои права медленно, но снега уже почти нигде не осталось. Он почему-то выпадал нечасто в этом году. «Или в этом времени всегда так», поинтересовался я мысленно.

Оружие спасительницы я тщательно отполировал и оставил вместе с мотоциклом в домике. До города двигался уверенным темпом, несмотря на дополнительный вес. Мышцы уже привыкли к частым усилениям, а сросшиеся недавно рёбра не создавали дискомфорта. Я не чувствовал боли или зуда, так что почти забыл об этой травме.

Уже в городе, я заглянул в почтовый ящик развалившегося здания. Там обнаружился накопитель и записка. «Дома почитаю», подумал я и сунул всё в карман. Немного попетлял по улочкам, высматривая слежку. Никого не выявил и со спокойным сердцем потопал к Лене.

Оказавшись у особняка, я первым делом отправился на задний двор. Там я оставил свой груз и постучался в двери. Маргарита, как всегда, выскочила первой, с криком «Где ты был!?», но я, выставив перед собой руку, её остановил.

— Позови тётю Марту, пожалуйста.

Девочка удивилась, но подчинилась, сразу побежав на кухню. За ней по пятам следовала Лилия. Повариха без вопросов вышла со мной во двор.

Когда я развязал шнурок на мешке с кабанчиком, она воскликнула «Матушки», и сделала шаг назад.

— Что мне с этим делать?

Обратилась она ко мне, а я, пожав плечами спокойно ответил:

— Можете приготовить или продать. Вы меня тут постоянно кормите, а я ни разу за это никак не отплатил.

Пышная дама, охая, удалилась в дом. Пока я раздевался слышал их с Леной разговор: «Что принёс? М-да... Ну как что делать, придумай что-нибудь, если сможешь приготовь».

Из своей комнаты показалась Ай, пронзив меня бесстрастным взглядом.

Маргарита, вдруг спросила:

— Ты слышал? Ещё один город озверился!

— Маргарита! Так говорить неправильно. И слова такого нет!

Сразу отругала девочку Лена, подходя к нам, а та обиженно возразила:

— Но девочки на улице так говорят!

— Те беспризорницы и попрошайки? Я тебе сколько раз говорила с ними не играть! Надеюсь, ты хоть Лилию с собой не брала? Не хватало ещё, чтобы она тоже понабралась подобных словечек.

Маргарита затравленно посмотрела на младшую подругу. Лилия часто заморгала, но не вымолвила ни слова. Всё было настолько же очевидно, насколько мило.

— О чём речь вообще?

Вмешался я в разговор. Мне не очень-то было интересно, но дело попахивало взбучкой, «а плакать и жаловаться потом прибегут явно ко мне». Маргарита встрепенулась, чувствуя лазейку, и тут же бросилась в мою сторону, хватаясь за руку.

— А ты не знаешь? Звери выгнали людей и поселились в городе!

— Все не так. Если хочешь я тебе объясню, только не слушай эти глупости.

Вздохнув, произнесла Лена. Вот теперь мне стало интересно. Рассказ Лены длился довольно долго, и звучал скорее для девочек, нежели для меня.

Война что закончилась примерно семьдесят лет назад, имела серьёзные последствия. Происходила она на территории бывшей Индии, это я знал ещё из книжек, прочитанных в доме Ольги. Четыре последних государства земли вели там войну, и одно из них перестало существовать.

Индийская Федерация теперь превратилась в настоящие джунгли, без единого человека на огромной территории. И тропический лес захватывал всё большее пространство. Дикие звери нападали на людей, а корни деревьев мешали выращивать сельскохозяйственные культуры.

Люди массово покидали близлежащие поселения и больше не обрабатывали поля, от чего заросли приближались ещё быстрее. И вот города, потерявшие почти всех своих жителей, официально признавались покинутыми.

Пока это были в основном азиатские поселения, но буквально вчера пришла новость о втором покинутом Северным Союзом городе. По крайней мере, так звучала официальная позиция государства.

Неофициально, люди рассказывали о монстрах, бешеных животных огромного размера, которые выходят из джунглей. Говорили, что эти монстры за день-два уничтожают всех жителей, врываются в дома и пожирают людей.

— Глупости, раздутые желтой прессой.

Подытожила Лена, закончив свой рассказ. Довольно интересно. Об этом я ничего не знал, хотя, судя по заброшенным деревушкам, и небольшим посёлкам, здесь – ничего удивительного.

«Человечество уверенно приближает своё вымирание, далеко ходить не надо – меня самого пытались убить множество раз», про себя пожаловался на глупость местных обитательниц я. Почти каждый такой случай уменьшал и без того небольшую популяцию способных иметь детей женщин.

— Это ведь очень далеко отсюда, не так ли?

Поинтересовался я, и когда Лена кивнула, направился в ванную со словами:

— Пойду тогда помоюсь, пока я сам не озверился, и не покусал одну надоедливую девочку!

Лилия испугано спряталась за мамой, а Маргарита выдала излюбленное «Ой», но через мгновенье поняла, что уставший мужчина просто пошутил, и помчалась следом.

— Я не приставучая!

Кричала девочка, цепляясь за руку.

Приведя себя в порядок, я отправился к Лене. Передав хозяйке накопитель с записью, я зачитал вслух письмо: «К сожалению, мама не захотела пускать в эфир наше интервью. Сказала, что это просто слова, а твою внешность можно подделать. Однако если сумеешь показать ту лабораторию, где тебя держали в детстве, она возможно согласится. Вот здесь мой адрес, приходи в любое время, мама меня больше никуда не выпускает, так что я всегда дома».

— И что ты намерен делать?

Спросила Лена после того, как я замолчал.

— Да сам не знаю. Я если честно не помню, где та лаборатория. Хотя, если окажусь где-нибудь неподалёку, может сумею найти к ней дорогу. Только какой в этом смысл – даже если я покажу людям лабораторию на видео, как это поможет?

— Может ты и прав. Кстати, тот жесткий диск, который ты мне дал... Я не могу его взломать, не повредив данных. Однако если достанешь другой, с подобной защитой, уверена, что разберусь, в чём там дело.

Я задумался. Появилось целых три причины отыскать старую лабораторию. Во-первых – интервью, во-вторых – добыть жесткий диск, а в-третьих – мне хотелось собственными глазами увидеть, где и как вырос одиннадцатый, настоящий хозяин новообретённого тела.

— Значит решено – отправлюсь на поиски завтра.

Закончил наш разговор я.

Вечером мне всё-таки пришлось «покатать» девочек. Маргарита громко смеялась, оказавшись на руках, когда я кружился посреди комнаты. Потом наступила очередь Лилии. Девочка прижалась, зажмурив глазки, но после одного оборота её страх испарился.

Она широко улыбалась, расставив в стороны ручки. Естественно одного раза не хватило, и подружки отстали только окончательно меня замучив. Даже способность задействовать захотелось.

Девочки убежали к себе делиться впечатлениями, а в комнату заглянула Ай. Я её не заметил – голова ещё немного кружилась. Бесшумно приблизившись, спасительница взяла меня за руку.

От неожиданности я резко повернулся, и наши взгляды пересеклись. Ситуация вырисовывалась неловкой, но одёрнуть руку я не мог. Чтобы хоть как-то разрядить остановку я пошутил:

— Что, тоже хочешь?

И поднял её на руки. Девушка тут же обвила мою шею руками, тихонько произнеся:

— Ах, господин...

Уж не знаю зачем она приходила, но азиаточка почти сразу ушла, пребывая в каком-то полутрансе. Я только и успел поинтересоваться её самочувствием, на что получил ответ: «хорошо, господин».

Ночью мне снилось, как огромные звери бегают по городу, нападая на жителей. Их глаза были красными, налитыми кровью. Совсем как у тех двух мужчин из лаборатории. Потом я увидел, как из леса показалось существо, покрытое мехом.

Оно передвигалось на двух ногах, как человек, но полностью обросло шерстью, а изо рта торчали клыки. Существо развернулось в мою сторону. Его желтые глаза, с вертикальными зрачками, посмотрели на меня, и я проснулся.

Мой первый сон в этом мире. Не чьи-то воспоминания, а настоящий сон. Жаль только он оказался кошмаром.

Глава 25

Утром в гости наведались близняшки. Клара с Софией до вчерашнего вечера охраняли в больнице Ольгу. А всё потому, что со мной к монастырю выехали самые матёрые дамочки из банды хозяйки – свободных рук, так сказать, не хватало. Не успев отдохнуть, старые знакомые удалились – Лена послала их к молоденькой журналистке, и те вскоре вернулись.

Встречу назначили на окраине города, в почти полностью заброшенном районе. Со мной отправилась только Ай. Ей я приказал держаться на небольшом отдалении, чтобы могла вмешаться если что-то пойдёт не так. Изначально я не хотел её брать, но в этом вопросе азиаточка оказалась на удивление упряма.

Место встречи перепутать было совершенно невозможно – рядом припарковали тот самый микроавтобус, с простреленным кузовом. Характерные отверстия замазали, но вмятины на крыше и на боку никто не отрихтовал.

— Здравствуйте.

Поприветствовал я, выныривая из тени, стягивая капюшон. Двери открылись и из автомобиля вышла женщина в очках. Меня явно слышали, так как окна в машине были опущены. С пассажирского места выскочила Соня, радостно помахав руками.

— Я, конечно, поверила дочке, но всё равно хотела убедиться лично. Похоже ты настоящий.

Сказала дама, бросая мне ключи.

— Как и договаривались. Соня поедет с вами. Это её решение, я не могу опекать её вечно. Береги мою дочь, иначе пожалеешь.

«Вот такой монолог. Ни тебе здравствуйте, ни до свидания», помянул я этикет и правила приличия нового мира. Тётенька в очках прошествовала мимо, не обернувшись, и через десяток-другой метров свернула за угол.

— Что это было?

Обратился я к Соне.

— Она не хотела меня отпускать. Мы поссорились. Всё наладится, когда вернёмся – мама отходчивая.

Девушка подошла ближе и секунду поколебавшись, бросилась в объятья.

— Я рада что с тобой всё в порядке!

Погладив журналисточку по головке, я улыбнулся в ответ:

— Да что со мной может быть не в порядке – молодой, горячий, у девчонок с большими стволами пользуюсь успехом и популярностью...

Соня миленько засмеялась, но в этот момент рядом возникла Ай. «Никогда не привыкну к её бесшумным появлениям. Только под усилением удаётся заметить приближение спасительницы. Будто не ходит, а парит над землёй», не переставал поражаться мастерству новообретённой подруги я. Соня сразу сместилась, спрятавшись за спиной от незнакомки, но я её успокоил.

— Не волнуйся. Это – Ай, она нездешняя. И она друг. Ах да, она пожелала поехать со мной, и я согласился.

Ай кивнула, и зачем-то прикоснулась к моей руке. К подобным выходкам привыкнуть пока не получалось. «Она всё время подкрадывается и дотрагивается к отрытому участку кожи. Хотя, может я зря нервничаю, может в их стране так принято», удивлялся я.

Отбросив праздные размышления, я отправился к машине, забравшись на водительское сиденье. Соня уверенной походкой потопала к пассажирской двери, явно намереваясь оказаться в автомобиле раньше Ай, но та черной молнией обогнала даже меня, проникнув в кабину.

Перемещения подобным стилем тоже в голове не укладывались и вызывали лёгкую завить. Даже под усилением мне не удавалось двигаться с такой грацией, не растеряв львиную долю скорости.

Пока девушки рассаживались, я вдруг осознал, что прошлая водительская уверенность улетучилась. Только после того, как заработала способность, мне удалось вспомнить какую педаль нажимать и в какую сторону поворачивать ключ в замке зажигания. В этот раз я постарался запомнить все действия, на случай если придётся рулить без усиления, ведь путь не близкий.

Вспомнив маршрут предыдущего владельца тела, я понял, что ехать нужно на север. Поездка на поезде происходила вечером, и солнце всю дорогу находилось справа. Сопоставив карты железнодорожных путей с этой информацией, выяснилось, что в том направлении пролегает только одна ветка. Оставалось лишь порадоваться – можно не волноваться и просто ехать вдоль неё.

Но для начала мы наведались в лесной домик. Лена выдала пистолет с двумя полными магазинами, на всякий случай, но Ай заявила что этого мало. Пришлось сделать крюк за её снаряжением.

— Вот здесь я и прожил всю зиму.

Сказал я, обращаясь к Соне, когда вышел из машины. Естественно, Ай и тут всех обогнала, даже дверь не успела захлопнуться. Взявшись за руку, спасительница едва заметно улыбалась, тихонько прошептав:

— Здесь начался истинный путь.

Соня вдруг обхватила другую руку и посмотрела на меня снизу вверх, похлопав ресничками:

— Бедненький. Совсем один, в этой глуши...

— Всё не так. Мне здесь нравилось. Даже подумывал завести собаку или кошку.

Улыбнулся я в ответ.

Около порога пришлось остановиться: «с одной стороны Соня, с другой Ай. Руки заняты, как дверь-то открыть».

— Девушки, я не собираюсь убегать, незачем меня держать. Да и двери зубами я открывать не умею.

Соня отпустила руку, не раньше, чем это сделала Ай. Зато потом юная журналистка забыла про соперничество. Она восторженно рассматривала мотоцикла со всех сторон, охая и ахая.

— Я таких никогда не видела, только на картинках! Какой классный! Вот бы меня кто-нибудь на нём покатал.

Намёк был понятен, однако Ай, вернувшись к бесстрастной манере поведения, вдруг произнесла:

— Если господин позволит, потом покатаю.

С трудом сдерживая улыбку, я наблюдал настоящую дуэль взглядов. С одной стороны холодная как снег и почти такая же белая Ай, а с другой пышущая огнём, побагровевшая от возмущения, сжимала кулачки Соня.

Загрузив снаряжение в кузов, мы отправились в путь. Дорога кое-где была размыта по весне, однако глубокие лужи удавалось объезжать, ни разу не застряв на обочине. Пару раз железная дорога терялась из виду, но ориентируясь по карте я легко возвращался, сворачивая в нужных местах. Где-то через часа два-три, места показались мне знакомыми.

Не обладателю тела, а именно мне: «странно всё это, будто я здесь бывал, в своей настоящей жизни, до исчезновения нормальных мужчин». Замедлившись, осматривая каждый проезжаемый посёлок и деревушку, я наконец свернул на бетонные плиты бывшего военного городка.

Да мы нашли то самое место, спутать было невозможно. Вот уже и полуразвалившиеся пятиэтажки показались. Загнав микроавтобус в тень большого дерева, около одного из домов, заглушив мотор, я вышел и потянулся.

Несмотря на остатки следов цивилизации, местность вокруг превратилась в безлюдное захолустье – волноваться, что машину кто-то найдёт и попытается угнать, не стоило. Девушки последовали моему примеру. Озираясь по сторонам, они бродили поблизости, но прикоснуться в этот раз никто не пытался.

— Отсюда пойдём пешком. Надеюсь, завтра будем на месте.

Соня испугалась и спросила:

— А ночевать где? Как?

— Наверное в лесу. Но если хочешь, можешь остаться и подождать здесь, в машине.

Соня мгновенно бросилась в объятья, со словами:

— Не бросайте пожалуйта-а-а!

— Да никто и не собирался.

Пришлось погладить юную журналисточку по голове, чтобы успокоилась.

Найти дорогу из сна, который не сон, а воспоминания другой личности, оказалось непростой задачей. Когда солнце совсем скрылось за горизонтом, я скомандовал привал. Натаскав побольше сухих веток, мы разожгли костёр.

Еды с собой взяли с запасом, поэтому досыта наевшись, Ай с Соней укладывались спать. Для комфортного отдыха, я тащил на спине плотные, шерстяные покрывала и теперь девушки кутались в них, устраиваясь поудобнее.

Подбрасывая в костёр дровишки, я рассказывал попутчицам о своём времени. Обе поначалу слушали внимательно, боясь упустить малейшую деталь. Постепенно снижая темп и громкость голоса, я с умилением заметил, как Соня уснула. От Ай сей факт тоже не ускользнул и спасительница заговорила шепотом:

— Раньше я считала, что вы работаете на Союз, господин. Теперь понимаю, что это не так. Вы похожи на меня. Но почему-же вы ни разу не спросили о том, кто я и откуда?

Я положил руку на её головку. Взгляд девушки сразу изменился. Ай явно расслабилась.

— Всё просто – и дураку понятно, что ты не обычная девушка. Уверен, у тебя множество тайн, но ты спасла меня. Если захочешь чем-то поделиться, я обязательно выслушаю, но заставлять не стану.

Глаза Ай наполнились слезами, однако она их быстро смахнула и твёрдо заявила:

— Я всё сейчас расскажу. Если пожелаете – прогоните. Готова принять любое наказание, ведь я не заслуживаю доброго отношения!

А потом Ай поведала о том, кем является на самом деле. Откуда узнавала, где я нахожусь, когда спасала, и вообще всё. Её повествование длилось долго и походило на историю одиннадцатого – такой же подопытный кролик, только азиатку ещё заставляли совершать диверсии и убивать.

Обернись всё немного иначе, желтоглазый тоже, возможно, стал бы разведчиком или солдатом, только на службе у Союза.

Дослушав до конца, я смотрел в её темные, широко раскрытые глаза, ожидающие сурового вердикта. Если честно, последняя часть рассказа, про «бусидо» и «единение с природой» мне была совершенно непонятна.

— Когда вы спасли меня, остановив нож и не позволив завершить сэппуку, я первый раз в жизни почувствовала! Теперь вы мой даймё!

«Что почувствовала? Какой ещё даймё», но задавать пришедшие в голову вопросы я не стал. Время наступило совсем позднее, а дальнейший разговор грозил затянуться ещё на часик-другой, судя по его течению. «Ничего, подвернётся ещё множество возможностей спросить», решил я.

— Всё хорошо Ай, каковы бы ни были твои первоначальные цели, ты всё равно меня спасла. Ты умничка, а теперь ложись спать!

Девушка задумалась, а потом неуверенно произнесла:

— И вы даже меня никак не накажете?

Ничего лучше не придумав, я просто щелкнул её легонько пальцем по лбу.

— Вот, твоё наказание. Ложись и спи. Завтра пообщаемся.

Повиновавшись, спасительница легла на бочок, натянув одеяло. «Господин слишком добр...», услышал я её шепот. Через некоторое время дыхание девушки стало глубоким и ровным.

Я включил способность, закрывая глаза. Однажды зимой, когда ушел слишком далеко от домика, мне пришлось заночевать в лесу. Тогда я узнал ещё одну особенность способности одиннадцатого.

Можно спать сидя, воспринимая окружение через странные, нефизические ощущения. Ближе десяти метров никто не подберётся без моего ведома, когда я в таком состоянии.

Расцвело и пение ранних птиц разбудило нашу компанию – никаких происшествий ночью не случилось.

— Вы дежурили до самого утра? Почему не подняли меня, господин?

Возмутилась Ай, но я её успокоил, заверив что никому ничего не угрожало и я тоже выспался. Перекусив, мы продолжили поиски. Ближе к обеду меж деревьев показался трёхметровый бетонный забор.

— Да, это то самое место!

Ответил я на невысказанные вопросы девушек. Из моего заплечного мешка Соня вытащила камеру и начала её настраивать. Я пробежался вдоль забора, стараясь издавать поменьше шума и скоро обнаружил ворота. Они были закрыты, а в небольшом КПП рядом, сидела девушка в форме. Оглядевшись, я больше никого поблизости не обнаружил.

Вернувшись к попутчицам, я сообщил, что охраны почти нет. Никаких вооружённых патрулей или сторожевых псов. Сей факт, даже Ай с Соней показался странным. Мол – секретный объект ведь, а охраняется из рук вон плохо!

Ай вызвалась проверить обстановку внутри. Я согласился – ведь она, как-никак, хорошо подготовленный шпион-диверсант.

— Только никого там не убивай!

Предупредил я на всякий случай, когда малышка упёрлась ступнёй в мои, сложенные перед собой руки. Азиаточка кивнула, взмыв вверх, легко преодолев трёхметровую высоту и бесшумно приземлилась. Усиленный способностью я мог перебросить и Соню, но опасался, что у журналисточки на той стороне возникнут серьёзные проблемы.

Через пятнадцать минут со стороны КПП подошла Ай.

— Всё хорошо господин. Объект заброшен. Всего три охранницы.

Докладывала спасительница обстановку. Дверь в сторожку была открыта, и мы спокойно вошли. В помещении, уронив голову, на стол пускала слюни та самая охранница в форме, которую я заметил ранее.

— Усыпляющий газ, господин. Проснутся не раньше, чем через час. Ещё две в комнате отдыха, они и так спали, но я всё равно обработала их тоже.

Побродив по комплексу, мы не нашли ничего интересного. Рядом с ангаром-лабораторией стояли бетонные коробки без окон. В этих камерах раньше держали подопытных.

— Крайняя - моя.

Пояснил на камеру я. Соня включила аппарат, как только переступила порог учреждения. Правда сомнения в целесообразности проводимых мероприятий усиливались с каждой секундой: «ну как вообще может повлиять на веру в существование неизменённого мужчины прогулка по непонятным исследовательским комплексам. Скептиков подобным не убедить, а остальные поверят и так».

В самой лаборатории более-менее навели порядок. Всю рабочую технику вывезли, а в дальнем от входа конце здания на столы грудой свалили искорёженные, побывавшие в огне системники и другую технику. «Видимо оставили до лучших времён, когда начнутся восстановительные работы», мелькнула мысль.

Порывшись в куче хлама, удалось отыскать несколько жестких дисков. Выбрав парочку самых целых на вид, понадеявшись, что хоть один удастся запустить и это поможет Лене с расшифровкой, мы побрели к выходу.

«Только зря съездили», думал я, когда мы вернулись обратно в военный городок. Вечерело. Гнусаво каркала где-то неподалёку ворона. Проходя около дома, в котором спал прошлой осенью одиннадцатый. Меня что-то дёрнуло заглянуть внутрь той самой квартиры. Взглянуть, так сказать, своими глазами, а не довольствоваться чужими воспоминаниями.

— Постойте здесь, нужно подняться на третий этаж. За мной не ходите – эти дома могут рухнуть в любую минуту.

Заявил я, направляясь к подъезду.

— А как же ты?

Крикнула вслед Соня, но я лишь махнул рукой.

— Успею выскочить, третий этаж для меня не проблема.

«Ну, или небольшая проблема», добавил уже шепотом.

Странные чувства владели мной, ещё когда мы ехали по бетонным плитам, подъезжая к городку. Будто уже слышал характерный размеренный стук колёс, причём не один раз. Оказавшись сейчас в знакомой квартире, чувства вернулись.

«Разве подобное возможно? Здесь ведь обитал не я, а одиннадцатый! Откуда это чувство дежавю, моё собственное, а не воспоминания одиннадцатого?» Я смотрел на посеревшие куски обоев, свисающие со стен, и видел их целыми и красочными. Прогнившие доски на полу казались мне тоже до боли знакомыми.

Заглянув в маленькую комнату, я обнаружил лохмотья, служившие кроватью одиннадцатому. Их немного потрепали звери, но они до сих пор пребывали на старом месте. «А вот эти тряпки и шкуры мне знакомыми не кажутся», возникла мысль.

Перешагнув дыру в полу, пройдя по коридору, я оказался в соседней комнате и остановился около зеркала. Угол его был отколот и покрыт копотью.

Повинуясь секундному порыву, я включил способность. В зеркале отражалось лицо одиннадцатого. Знакомые черты, чем-то так похожие на мои собственные с посторонними элементами.

Закрыв глаза, я вдруг узрел образ девушки. Темно-русые волосы, большие зелёные глаза... Она красовалась перед этим самым зеркалом, только чистым и целым, проводя расческой по волосам сверху вниз.

Квартира принадлежала ей. Отражение из наваждения продолжило существовать в сознании. Спокойно, по-хозяйски подошел я, обнимая и целуя девушку в шею. Настоящий я, существовавший до перемещения в чужое тело.

Медленно опустившись на колени, стараясь прогнать наваждение, я схватился за голову. Чужие воспоминания неудержимым каскадом ворвались в мозг, смешиваясь и терзая разум. Вместе с чужой памятью вломилась и боль. Мышцы напряглись, заскрежетали зубы, и я повалился на пол. Из носа, ушей и рота потекла кровь и сознание покинуло меня.

Очнулся я уже в машине. Девушки видимо не послушались, и поднялись за мной на третий этаж. А затем вытащили из здания. Солнце изменило своё положение, и я догадался что прошло не меньше часа. Безоблачное небо заслонило озабоченное лицо Сони. Обнажив клинки, Ай настороженно замерла перед автомобилем, ожидая неведомо чего.

— Что случилось? На тебя напали?

Спросила девушка. Во рту пересохло и я вместо ответа закашлялся.

— Воды...

Прохрипел голос. Бросив бессмысленный караул, Ай метнулась в кабину. Непостижимым образом в её руках вместо оружия возникла бутылка с водой. Осушив сосуд до последней капли, я начал приходить в себя. Голова всё ещё гудела и болела, поэтому двигаться совершенно не хотелось.

— Никто не нападал. Просто потерял сознание.

Соня продолжала задавать вопросы, но её порыв остановила моя воздетая вверх рука. Хотелось хоть немного тишины. Множество разрозненных воспоминаний складывались в целую картину.

Сопоставив новые знания со словами Безобразовой, я примерно понял, что здесь произошло. Сомнения отпали – стало ясно на кого похож одиннадцатый. Оказавшись в первый раз на железобетонных плитах военного городка, по случайности или волею судьбы вырвавшийся на свободу подопытный, выбрал дом своего предка.

Её квартиру и её комнату. И именно в её, пусть изломанной и со шкурами вместо матраса кровати, одиннадцатый отказался существовать.

Правда, каким образом организм сумел заменить одиннадцатого личностью девушки, из далёкого прошлого, понять не удалось. Предок подопытного жила когда-то в квартире на третьем этаже и, видимо, подсознание выбрало её, сопоставив знакомое окружение с генной памятью.

Затем она посчитала себя погибшей, когда упала в воду под пирсом в городе, и тоже была заменена. Моя же личность являлась, так сказать, «ближайшей», потому что прошлый я, по всей видимости, заделал девушке ребёнка, к которому и вело генеалогическое древо одиннадцатого. Я был её мужем. Или партнёром, не важно.

«У-у-у, как же болит голова», хотелось кричать, но это грозило причинить ещё больше страданий. Хорошая новость заключалась в том, что я, похоже, получил возможность извлекать знания из генетической памяти.

«Только я пока не разобрался как. Что-то подобное я чувствовал, когда сел за руль микроавтобуса, под усилением. Только тогда головной боли не возникло, и память не вливалась в мозг миллионом разрозненных, острых осколков, как сейчас. Я просто неосознанно пользовался информацией одного или нескольких предков, не более. А вот сегодня извлёк огромный массив неупорядоченных данных.

С этими вещами следует обращаться осторожнее. По ощущениям это самая сильная боль из тех, что я испытал в новом мире. Простреленная нога или сломанные рёбра даже рядом не стоят с этим адом», размышлял я.

Только минут через двадцать я более-менее пришел в себя, но машину вести больше не мог. Хорошо что Ай умела это делать, и запомнила маршрут. Так мы отравились в обратный путь, который, из-за тряски, оказался для меня наполненным болью и страданиями.

Глава 26

В кабинете Лены собралось несколько женщин. Все они выглядели молодо и подтянуто. Некоторые имели при себе оружие. Начальница сидела за столом с серьёзным видом и стучала ногтем по лакированной поверхности. Хотя солнце давно зашло, сонливостью здесь и не пахло.

— Что же нам делать, госпожа?

Задала вопрос Клара. Похоже, собравшиеся воительницы признавали лидерство одной из близняшек. Лена посмотрела ей в глаза, и та опустила голову.

— Выбора нет. Мне и самой придётся уехать. Однако думаю, проблем здесь не возникнет. Пусть Ольга и лежит в больнице, никто не посмеет посягнуть на наш бизнес или территорию. После случая в монастыре все считают ответственными за бойню именно нашу группировку и трясутся от страха. В этом нет ничего удивительного, правительство не желает признавать, что на территории нашего государства побывали диверсанты Звёздного Альянса. А вы не вздумайте взболтнуть лишнего.

Некоторые из девушек ответили: «да, хозяйка», другие, так же сразу: «да, госпожа».

— Я потянула за некоторые ниточки – вас всех отправят вместе, поближе ко мне.

С лиц присутствующих наконец сошло хмурое выражение. Некоторые даже заулыбались. Для них это была самая хорошая новость за последнее время.

— Однако если вдруг кто-то из вас меня там встретит, делайте вид что мы незнакомы. Всем всё ясно?

— Да, госпожа!

Послышался дружный хор.

— Если станет слишком жарко, попробую вытащить, но ничего не обещаю. А теперь, свободны. Идите, собирайтесь, попрощайтесь с близкими, никто не знает когда всё закончится.

Девушки выходили из кабинета в приподнятом расположении духа, с мыслями: «начальница не бросит и не откажется от своих людей! Госпожа Лена рядом! Всё обязательно будет хорошо».

Сама же, хозяйка дома подобных иллюзий не питала – она всего лишь техник, пусть даже высшего класса, реальной власти имеет немного.

В дверь кабинета постучалась пожилая повариха.

— Он вернулся, госпожа.

Естественно, объяснять кто «он», не требовалось. «Ещё одна головная боль, так внезапно свалившаяся на обещающую скоро поседеть голову. А ведь я просила Ольгу избавься от него с самого начала», вздыхала про себя хозяйка.

Картина, что предстала взору, когда женщина вышла из кабинета, заставила её только плотнее сжать губы. Дама молча наблюдала за тем, как Ай практически тащила на плече Тима. Парень с трудом передвигал ногами, но всё равно широко и лучезарно улыбнулся:

— Привет, хозяюшка! Я скучал.

«Хорошо, что девочек удалось уложить спать пораньше, убедив в том, что мужчина сегодня не вернётся», Лена кивнула в ответ, ничего не ответив. На лице парня виднелись следы высохшей, плохо вытертой крови. Вокруг ушей тоже осталась характерные, бурые пятна.

— Там, около двери я оставил несколько жестких дисков. Правда, они слегка... эмм... в общем сама всё увидишь. Я, пожалуй, прилягу и посплю. Поговорим завтра, хорошо?

«Наглый и прямолинейный», Лену всегда злила фривольность и панибратство бывшего подопытного. Она смолчала, снова кивнув, «хоть какай-то плюс в том, что приходится уезжать – этого нахала там не будет».

На следующее утро Лена столкнулась с Тимом, в дверях ванной комнаты. Теперь он уже не шатался, имел бодрый и чистый вид. Раздетый до пояса, в руках бывший подопытный держал зубную щётку и явно витал в собственных мыслях.

Переброшенное через плечо полотенце соскользнуло и упало к ногам женщины. В домашних тапочках, слишком маленького размера, для мужской ноги, Тим чувствовал себя неуверенно, поэтому медленно присел на корточки потянувшись за вещью.

— Доброе утро, хозяюшка! Как спалось?

Произнёс парень, поглядывая снизу вверх. «Вот в таком положении это даже приемлемо. Была бы я на пару лет моложе... Показала бы этому нахальному, но довольно привлекательному парнишке, как спалось», вдруг возникла мысль в голове Елены.

Когда женщина отрыла рот для ответа, из-за угла выбежала Маргарита. В одной ночнушке, с громким криком девчонка бросилась на шею только выпрямившемуся Тиму. Сзади, потирая глаза, в такой же ночнушке, брела Лилия.

Глаза девочки загорелись, она явно хотела повторить за старшей подругой, но постеснялась. «Ещё одна головная боль – эта избалованная девица учит мою Лилию только плохому! Если бы она не являлась дочерью Ольги, давно бы вылетела отсюда, а ещё лучше – отправилась бы в какое-нибудь военное училище», размышляла Лена, но когда услышала следующие слова Маргариты, то просто закатила глаза, приложив руку к голове.

— Тим! Ты слышал? Слышал? ВОЙНА!!!

***

К полувертикальным кушеткам привязали двух здоровенные женщин. Их тела были полностью обнажены, а рядом Безобразова уверенно орудовала пинцетом. Учёная повернулась к мулатке, лицо которой представляло из себя одну огромную рану, и вытащила очередной осколок.

Великанша сквозь зубы витиевато выругалась, упомянув чью-то мать. Безобразова сощурилась, её очки отразили свет яркой лампы.

— Я смотрю, язык тебе мешает. Если ещё раз что-то подобное услышу – отрежу.

Бывшая начальница северной лаборатории говорила с акцентом, но сохраняла ледяное спокойствие. Осколок со звоном упал в металлическую чашу. Пациентка уставилась на мучительницу и произнесла:

— Это чертовски больно! Сами не желаете попробовать?

И хотя говорила пациентка с вызовом, она явно побаивалась профессора, обращаясь на «вы».

— Я и так ввела вам обеим обезболивающее. А теперь закрой рот и не дёргайся.

Валерия по-хозяйски погрузилась инструментом в пустую глазницу. Альфа рычала сквозь стиснутые зубы, но больше не ругалась. Безобразова наконец нашла что искала, вытащив окровавленную, смятую пулю и бросила её в чашу.

— Вот и всё. Теперь введу вам некоторые стимуляторы – это подстегнёт регенерацию. Постарайтесь не орать.

Ученая знала, что разработанный под её руководством препарат, который она раньше вводила подопытным, причиняет сильнейшую боль. Единственный кто научился терпеть процесс от начала и до конца, не проронив и звука – это одиннадцатый. Правда иногда он, так же как другие терял сознание от болевого шока.

«Пока желтоглазый был маленьким, постоянно и подолгу плакал. Два более взрослых образца орали и впадали в ярость. Приходилось связывать», вспоминала учёная. Безобразова ещё раз проверила надежность ремней, удерживающих великанш, «во избежание эксцессов».

Из палаты учёная выходила недовольно морщась. Только когда Валерия плотно закрыла за собой дверь, стало тише. Альфа и Бета корчились на своих кушетках и орали во всю, но крепкие ремни не позволили вырваться.

— Это нормально, профессор?

Поинтересовалась Сара, наблюдая мучения женщин через стекло.

— Скоро привыкнут.

Соврала учёная.

— Глаз Альфы будет восстанавливаться почти год. Вторая вообще бесполезна. Функционирует только левая рука, во избежание деформации, и нарушения функций правой, потребуется тщательный контроль над регенерацией. Как так вышло, что она стала альбиносом?

Бета имела бледно-белую кожу, красноватые глаза и совершенно белые волосы.

— На ранних стадиях улучшения.

Ответила Сара, и продолжила:

— Дефектны не только внешние признаки. Она быстро перегревается. Больше двадцати минут серьёзных нагрузок её организм не выдерживает. Прямые солнечные лучи тоже проблема – сразу появляются волдыри и покраснения. Эффективна только ночью или в полном обмундировании со шлемом.

— Это я уже поняла. Исправить не пробовали?

— Нет профессор – слишком опасно. Наши специалисты утверждают, что она и так на грани, дополнительное вмешательство убьет образец второй лаборатории.

Пожаловалась Коннорс. Безобразова только поджала губы, кивая.

В этот момент в дверь постучались.

— Приказ из центра.

Отрапортовала посыльная, передавая конверт майору Коннорс, и отсалютовав, удалилась. Брови Сары ползли вверх с каждым прочитанным словом. Потом, не выдержав, дочка полковника бросила бумагу на стол.

— Они там совсем ничего не понимают! Требуют, чтобы мы снова вернулись в Союз! Приказывают подготовить Альфу и Бету. И ко всему прочему руководить в этот раз буду не я! Всего одна неудачная миссия и они забыли все прошлые заслуги!

— Что случилось, майор?

Поинтересовалась профессор.

— Что? Нас просто пытаются списать со счетов. Похоже наконец решились закрыть проект. Зачем ещё оправлять не восстановившихся Альфу и Бету в зону повышенной опасности?

Покусывая от досады губы, женщина снова и снова перечитывала бумагу, тихо бормоча:

— Союз ввёл у себя военное положение, объявлена мобилизация...

***

Лена подошла, и схватив девочку за ухо, оттащила от меня.

— Сколько раз повторять, Маргарита. Если не знаешь – лучше молчи!

Наставительно проговорила женщина, пока юная госпожа выдавала своё знаменитое «ой-ой-ой». Освободившись, Маргарита, сдерживала слёзы из последних сил, прикрывая ладошкой покрасневшее ухо.

— Не война, а военное положение, понятно?

— Да...

Обиженно ответила дочурка Ольги, хотя, по всей видимости, не поняла в чём разница. Я вопросительно посмотрел на хозяйку дома, и она позвала в свой кабинет.

Только сначала попросила отнести полотенце и щётку к себе и что-нибудь надеть. «Странно, в доме довольно тепло. Зачем последнее, если я совсем не замерз», удивился я.

Открыв дверь без стука, я направился к креслу. Лена, как всегда, была не в духе, но к этому я привык.

— Итак, что случилось?

Уточнил я, чтобы сразу перейти к делу.

— Ты помнишь разговор, про странных зверей, которые нападают на города?

Я кивнул, и она продолжила.

— Всё подтвердилось. Пока ты отсутствовал пришло сообщение. Ещё один крупный город разорён почти полностью. Множество жертв и множество раненых. Все выжившие рассказывают одно и то же. Несмотря на то, что джунгли располагаются более чем в тридцати километрах, звери прошли через поля и напали на жителей. Местные власти ничего не смогли с этим поделать. Огнестрельное оружие плохо справляется со взбесившимися монстрами. Эта информация из моих источников, официально ничего пока не объявляют. Пресс-конференция правительства состоится послезавтра в столице, но военное положение уже введено. Призывают всех, кто прошел специальную подготовку или имеют отношение к армии. Так как я работаю на правительство, сегодня после обеда тоже уезжаю.

Она замолчала, ожидая какой-нибудь реакции. «Но что я могу ответить? Вспоминая недавний ночной кошмар, он уже не кажется обычным сном. Хотя, если подумать, это ведь шанс», решение моих проблем возникло в голове почти мгновенно.

— Пожалуй, я тоже туда поеду.

Лена удивленно подняла бровь.

— Куда и зачем поедешь? Я думала ты обрадуешься – всё будут заняты новой проблемой, и оставят тебя в покое, по крайней мере, пока там всё не решится.

Я подарил ей зубастую улыбку, немного кровожадную и надменную.

— У меня появился план как изменить свой статус и прекратить нападки вообще!

Когда я изложил свои идеи женщине, она скептически изрекла:

— Если прямо там не схватят. И если ты окажешься настолько же хорош, как думаешь. И если тебя потом не сожрут... Очень много если, но попробовать можно. От меня ты чего хочешь?

Продолжая улыбаться, я ответил:

— Данные с того жесткого диска. Если их удастся расковырять, это станет отличным козырем.

Через час я уже брёл по подворотням, скрываясь в тени домов надвинув капюшон на нос. Сзади бесшумным призраком порхала Ай. Свои катаны спасительница замотала в ткань, и держала за спиной. Долго блуждать не пришлось, и вскоре я уже стучал в деверь знакомой журналисточки. Заспанная Соня открыла, потирая глаза, показавшись на пороге в смешной, детской пижаме.

— Ах, Тим! Не ожидала что ты придёшь!

Воскликнула малышка и убежала. Дверь осталась распахнутой, поэтому мы с Ай вошли. Переминаясь с ноги на ногу, я не мог понять, что произошло, но Соня вернулась к нам довольно быстро, и повела на кухню.

Девушка переоделась, натянув юбочку, чуть выше колен, и лёгкую футболку с изображением какого-то зверька. Хозяйка квартиры, угостила нас чаем с печеньем, а я поведал второпях составленный план действий. Соня радостно хлопала в ладоши, нахваливая мою сообразительность, а потом вдруг замерла.

— Но ведь это опасно, тебя могут убить!

— Меня уже множество раз почти убили, про травмы я вообще молчу. Игра стоит свеч!

Девушка искоса взглянула на меня и неуверенно кивнула.

— Пойду к маме тогда. Надо ещё чтоб она согласилась. Ждите здесь.

Соня вернулась примерно через час и вид имела крайне смущённый и задумчивый. Подруга избегала смотреть мне в глаза, чего раньше не замечалось:

— Мама согласилась.

— Хорошо! Хорошо же? Почему ты такая... невесёлая?

Спросил я Соню. Подруга стала совсем красной.

— Она кое-чего хочет взамен.

«Ну да, у всего есть цена, вполне закономерно», подумал я и уточнил:

— Всё нормально, это не проблема. Рассчитаюсь, только денег у меня немного. Чего там она хочет? Если смогу – выполню!

— Внучку.

Тихо произнесла Соня.

— Что-что?

Переспросил я, а девушка, бросив из-под чёлки взгляд повторила чуть громче:

— Внучку.

***

Микроавтобус успели кое-как отрихтовать, а дырки от пуль залепили и закрасили. Я гнал его, включив способность, с максимальной скоростью, чтобы не опоздать. Времени оставалось не так много, а второго шанса могло не представиться.

Рядом сидела Ай, сверяясь с картой, указывая дорогу. Её мотоцикл был закреплён в кузове, так же, как и другое снаряжение. Рядом с азиаточкой, непривычно тихая, ёрзала на сиденье Соня.

К счастью, мы успели добраться вовремя, и я припарковал автомобиль с надписью «Пресса», рядом с другими, такими же или похожими. Я вышел из машины, спрятавшись под кепкой и капюшоном. На плечо водрузил камеру, и немного горбился.

Соня обратилась к охране, предъявляя пропуска. Серьёзная дама в форме оглядела журналисточку, бросила хмурый взгляд в мою сторону и пропустила. Ай было решено оставить в машине, на случай если придётся быстро уносить ноги.

Ждать пришлось недолго. Множество репортёров собралось в огромном зале. Куча камер и прожекторов были направлены на сцену. К микрофонам вышла дама в строгом костюме и начала со слов:

— Рада всех вас здесь приветствовать. Я представляю Верховный Совет Северного Союза. Итак, начнём.

Женщина рассказала тоже самое, что поведала мне Лена. Уточнила, что угроза более чем серьёзна – монстры, вышедшие из джунглей сильны, быстры и выносливы. Намного крупнее обычных животных, проживающих в других местах нашей планеты. Некоторые похожи на волков, медведей или больших диких кошек, но есть и совершенно ранее невиданные. Однако все имеют внушительные клыки когти, хвосты с шипами, и тому подобные орудия для нападения и убийства.

— Мы просим всех способных и желающих защитить свою страну, её жителей от этой напасти явиться в призывные пункты. А те, кто прошел специальную и военную подготовку, просто обязаны это сделать! Теперь задавайте ваши вопросы.

Последовало множество вопросов: «какие города подверглись нападению? Какова численность популяции монстров? На какой территории сейчас опасно находиться», и множество подобных. Представитель правительства стойко и уверенно на всё отвечала, и когда вопросы закончились, наступила тишина.

— Что ж, раз вопросов больше нет, пресс-конференция окончена. Всем до свиданья!

Наступил мой «звёздный час». Снимая кепку, усиленный способностью я перепрыгнул ряд охранниц, и оказался около тумбы с микрофонами. Удерживая перед собой докладчицу, я громко произнёс:

— Уберите оружие, я пришел просто поговорить!

Начавшаяся было паника, прекратилась, но нацеленные на сцену стволы никто не опустил. Журналистки, заинтересовавшись происходящим, наводили объективы на моё лицо. Я прижимал представительницу Совета к себе поплотнее, заключив запястья женщины в одной руке. Удивительное дело, но она даже не пыталась сопротивляться.

— Слушайте внимательно, дамы! Перед вами мужчина! Совсем не такой как изменённые, которых выращивают в инкубаторах. Я – настоящий! Такой же как те, что считаются вымершими.

Громогласно заявлял я, расстёгивая змейку-молнию своей куртки. Под верхней одеждой ничего надето не было, и отодвинув один край в сторону я продемонстрировал обнажённую часть торса. Рты почти всех присутствующих открылись от удивления. Охранницы опустили оружие.

— Я не желаю быть подопытной крысой, которой меня пытается сделать правительство. За мной гоняются уже несколько месяцев. Множество раз находился на грани жизни и смерти! Я человек, и хочу человеческого к себе отношения! Однако я пришел сюда не только требовать или жаловаться. У меня есть что предложить! А теперь слушайте!..

Глава 27

Наблюдая за тем, как мимо проплывают танки, закреплённые на открытых вагонах поезда, я улыбнулся своим глупым амбициям. Что может один человек, пусть даже очень сильный и быстрый, в сравнении с тяжёлой техникой.

«А ведь у Союза для решения проблемы имеется ещё и артиллерия, если потребуется могут попросту разбомбить джунгли», переосмыслив прошлое я догадывался почему руководители государства согласились на выдвинутые требования…

— Кроме всего прочего, я уже дал эксклюзивное интервью, его копии вы можете получить у этой девушки!

Закончил я свою пламенную речь, указывая на Соню. Внимание присутствующих переключилось на юную журналистку, а она вытащила из сумочки несколько накопителей, заявив, что каждая желающая получит копию в порядке очереди, внеся небольшой денежный взнос.

Естественно, в помещении тут же воцарились шум, гам, анархия и хаос. Ну а я обратился к своей пленнице, приблизившись, и яростно зашептав в ухо.

— Хотелось бы поговорить с вашим руководством. Это возможно сейчас?

Женщина, кстати, совсем не сопротивлялась. Её слегка затуманенный взгляд и тяжёлое дыхание сбивали с толку, пока я не присмотрелся к рукам докладчицы.

Продолжая сжимать её тонкие запястья за спиной, удерживая в своей ладони, некоторую свободу заложница всё-таки имела. И так как куртка была расстёгнута, одна рука девушки прикасалась к кубикам пресса, у самого ремня на поясе. Вторую ладонь женщина положила чуть ниже, и сейчас плавно водила пальчиками, ощупывая естественный «мужской» выступ.

«Проклятье! Как я этого не заметил», перед нами располагалась деревянная стойка трибуны с микрофонами на ней, так что никто не мог видеть, что вытворяет нахальная дамочка.

Сместился в сторону я всего раз, когда расстёгивал куртку, демонстрируя свою принадлежность к мужскому полу. Камеры и взгляды, направленные на нас, похоже ещё сильнее заводили заложницу-извращенку. Я держал её близко, чтобы охрана побоялась стрелять, но она воспользовалась ситуацией в своих целях.

— Что ты делаешь?

Спросил я, слегка подталкивая женщину вперёд. Она издала странный звук, с силой выдохнув. Микрофоны никто не обесточил, а мой толчок заставил ротик заложницы оказаться прямо перед ними.

Если бы не поддержка с моей стороны, заложница бы наверняка свалилась, утащив за собой и тумбу. Чтобы не выставить представительницу правительства в дурном свете, пришлось ухватиться за её запястья посильнее сжимая пальцы, причинив боль. Правда, похоже, ей и это понравилось…

«А я-то думал, чего это она такая тихая и не пытается возразить, пока я тут распинаюсь», мелькнула мысль.

Только звук собственного голоса, прозвучавший из динамиков, заставил женщину наконец прийти в себя.

— М-м-м… Ах!.. Да?.. Конечно... Поговорить. Охрана, опустить оружие, этот... юноша не вооружён.

Непонятно зачем сказала дама – в меня и так уже никто не целился. «И откуда она знает, что я безоружен», удивился я, отпуская женщину. Нетвёрдой походкой она направилась к боковой двери, из которой недавно вышла.

За дверью обнаружился длинный коридор, в котором дежурили две женщины с обнажёнными пистолетами. Моя недавняя пленница сразу подняла руку и обратилась к ним:

— Немедленно спрячьте оружие!

Охранницы неуверенно подчинились, но, пристроившись сзади, не отставая ни на шаг. Совсем скоро представительница правительства привела нас в небольшую комнату с круглым столом посредине, несколькими стульями и диванчиком под стенкой.

Сопровождающих, в помещение начальница не пустила. Более того, щёлкнув засовом, оставила ключ в замочной скважине. Кроме нас двоих в кабинете никого не было, так что я сразу ощутил некую неловкость.

Дамочка прошествовала мимо меня и плюхнулась на диванчик.

— Как же ты меня напугал, мальчик! Можешь звать меня Дианой. А теперь говори, чего на самом деле хочешь.

— Мальчик? Я? Ты всего-то на пару-тройку лет старше меня выглядишь! И с чего такое фривольное обращение? Там на конференции ты вела себя по-другому...

Ответил я, угрожающе нависая над наглой представительницей совета. Та, положив ногу на ногу, с улыбкой посмотрела мне в глаза.

— Брось эти глупости. Война, огромные звери и всё такое... Подноготная твоя мне известна. Бежавший подопытный – сначала тебя содержала одна мелкая бандитка, потом перепродала другой. Затем тебя схватили, но ты убежал. Надоело бегать да? Говори, что хочешь на самом деле. Денег? Власти? Роскошной жизни? Всё есть – хоть сейчас машина увезёт отсюда и доставит в мои апартаменты. Будешь жить в тепле и достатке, ни в чём себе не отказывая. С моими связями тебя больше никто не тронет.

Потом Диана вдруг сместила взгляд вниз – куртка до сих пор пребывала в расстёгнутом состоянии, и облизнувшись добавила:

— Если только сам не захочешь...

От столь дерзкого откровения, я, мягко говоря, охренел. Сделал пару шагов назад, и отодвинув стул уселся на него. «Вот оно как на самом деле. Получается, вся моя ценность для таких вот правительниц, болтается чуть ниже пояса. Плевать им на мои навыки и способности», рассуждал я, глядя в пол.

— А как же монстры? Люди ведь гибнут, целые города разрушены.

Тихо вымолвил я, не поднимая головы. Женщина громко засмеялась.

— Наивный мальчик! На таких как ты и рассчитана эта пропаганда! Страшные звери! У-у-у! Напали на нашу страну! Военное положение и всё такое – это для укрепления власти, народ любит громкие победы. Зверушек быстро перебьют, джунгли сожгут, если понадобится. Хватит ломать комедию.

Поднявшись, заходя за спину, Диана прижалась и начала осторожно массировать мои плечи.

— Поехали ко мне. Ты так напряжён. Отдохнёшь, расслабишься, а я тебе в этом помогу!

Я медленно встал и со вздохом повернулся к недавней заложнице. Правда, похоже, Диана никогда всерьёз и не воспринимала этот, присвоенный мною статус.

— Как уже было сказано там, в зале, я не намерен оставаться подопытным кроликом для лабораторий. Но и кроликом для размножения тоже становиться не собираюсь. Это понятно?

Представительница совета же, улыбаясь, запустила руки под расстёгнутую куртку, раздвигая её полы в стороны.

— Не волнуйся милый, мы будем развлекаться только вдвоём! Если, конечно, сам не позовёшь кого-нибудь ещё.

Терпение моё в этот момент лопнуло, и я схватил извращенку за шиворот, поднимая над землёй:

— Послушай меня, сучка! Я тебе не шлюха и не подстилка! Ты либо соглашаешься со всеми моими условиями: я получаю все права и свободы как остальные граждане этой страны, либо свалю в другую, к звёздам, например. У меня ведь ещё и диск с данными из вашей лаборатории имеется!

Отпустив представительницу правительства, мне пришлось ловить её обмякшее тело. Иначе, дамочка ударилась бы голыми коленями о бетонный пол. Диана упёрлась руками в мою грудь, прислонившись так же и щекой.

Она откашлялась, но дышала тяжело, поэтому отстраняться не спешила. «Проклятье, да ведь ей понравилось», осенила меня мысль.

— Хорошо, милый, всё сделаю как прикажешь! Хочешь пострелять зверушек – езжай. Я распоряжусь, и тебе предоставят всё необходимое – оружие, снаряжение, транспорт. Только умоляю – когда надоест, погости у меня немножко, хорошо? Никаких ограничений – не понравится, пойдешь куда захочешь.

Терпеть выходки извращённой начальницы сил не осталось, и я, распахнув дверь, направился к выходу. Охранницы Дианы, не получив по поводу меня никаких указаний только хлопали глазами, глядя в след сбегающему мужчине.

Покинув учреждение, я наконец мог не прятаться. На ступенях я со злостью застегнул куртку. Несколько репортёров с микрофонами и камерами устремились к крылечку, но в этот момент из здания показалась женщина в форме.

— Полковник Жмаева распорядилась сопроводить вас на склад снабжения.

— Кто?

Переспросил я.

— Представитель Верховного Совета, полковник Диана Жмаева.

«Машу-ж-вать! Она ещё и полковник!»

Форму на меня искали долго. Сапоги так и не нашли, поэтому выдали обычные кроссовки. Оружие, естественно, не дали. Ай тоже присоединилась к веселью – на миниатюрную азиаточку одежду подобрали быстро.

Поначалу, когда я заявил, что со мной сопровождающая, военная заартачилась – «указаний по поводу второго человека не поступало», но, когда добавил, что в таком случае ухожу, тут же сдалась.

Местное руководство собирались посадить меня на поезд попозже, вместе с высшими чинами, рейс которых планировали отправить через несколько дней, но я отказался.

— Я поеду на ближайшем, вместе с рядовыми!

«Учитывая поведение полковницы Дианы, подозреваю что пресловутое руководство спокойно доехать не позволит. Начнут приставать, и неизвестно, смогу ли устоять под их напором», опасался я.

Препираться со мной не стали, сразу согласившись. Видимо власти и веса у госпожи Жмаевой, действительно имелось немало, раз любую прихоть бывшего подопытного сразу же воплощали в жизнь.

В поезд мы с Ай садились с помпой. Власти города нагнали кучу репортёров, которые освещали знаковое событие – единственный неизменённый мужчина на планете отправляется защищать Северный Союз. Правда пафос и ликование вызывали скорее раздражение, после откровений Дианы, но поделать я ничего не мог.

Соню решено было не вмешивать в опасные, военно-политические дела. «Юная подружка и без того сделала немало хорошего. Не хочется вмешивать как её, так и мать журналисточки, дабы не создать им дополнительных проблем», рассуждал я.

Мотоцикл остался в кузове потрёпанного фургона. Всё что взяла Ай, это катаны. Впоследствии выяснилось, что Соня, втихаря, обивала пороги, пытаясь получить аккредитацию военного корреспондента.

В вагоне поезда молодые солдатки поглядывали на меня со страхом и интересом, близко не приближаясь. Поначалу. Однако через некоторое время самая смелая, или самая любопытная, обратилась с вопросом – правда ли я «настоящий».

— Да действительно, но доказывать не стану, это всегда плохо кончается.

Ответил я не очень приветливо. Вот только рядовая заметила как Ай держится за мою руку и спросила:

— А это ваша женщина? Слышала, что раньше наоборот было – мужчины владели нами, а не как сейчас.

— Господин Тим мой даймё!

Тут же вмешалась Ай, не позволив вставить и слово.

— Вас зовут Тим? Как необычно!

Удивительно, но военная заинтересовалась именем, а не странным, необычным словом и даже забыла про собственный предыдущий вопрос.

«Все забываю уточнить у Ай, что значит это слово», мелькнула мысль. Внезапно рядом нарисовалось ещё несколько молодых девушек, с интересом рассматривая нашу с Ай парочку. В основном, конечно, интересовались моей скромной персоной, хотя внешность спасительницы тоже выделялась.

— А как вы сюда попали? Мы ведь на войну едем!

Естественно, пока не многие получили возможность лицезреть выступление бывшего подопытного Северной лаборатории, или даже услышать о нём. Однако новость распространялась быстро, Соня недвусмысленно об этом докладывала. Просто конкретно эти девушки были заняты подготовкой и погрузкой в поезд.

Вслед за первыми любопытными «птичками», вокруг собрался весь вагон. Их горящие взгляды буквально сверлили во мне дырки. Пришлось в очередной раз излагать заученную «на зубок» историю.

«Это, кстати, меня уже достало. В следующий раз, попрошу Ай рассказывать вместо меня», когда я наконец закончил, та, самая смелая военная спросила:

— А можно тоже дотронуться?

И указала на предплечье, к которому прикасалась Ай. Ничего страшного для себя не усмотрев, я пожал её кисть, будто здороваясь. Однако, как только закончил и освободился, свою руку протянула следующая солдатка. Путь до места назначения лежал неблизкий, «просто необходимо чем-нибудь занять попутчиц в форме, иначе спокойствия мне не видать».

— Есть одно правило – я должен узнать того, чью руку пожал. Давай, как тебя зовут, расскажи о себе!

Заявил я, и время действительно пролетело быстро. К тому моменту, когда поезд остановился, проскрипев тормозами, каждая попутчица успела рассказать свою историю.

Состав качнулся перед полной остановкой и двери открылись. Солдаток строили командирши и колоннами уводили в разных направлениях.

— Сюда, пожалуйста, транспорт готов.

Подоспела и наша сопровождающая. Неподалёку стоял военный джип, который быстро доставил нас в полуразрушенный город.

По прибытии, случилась и вовсе неожиданная встреча.

— Ну здравствуй, Тим. Мы с тобой уже встречались, я – полковник Виктория Власова.

Представилась женщина. Образ, возникший в сознании, был настолько ярким, что слова сорвались с языка мгновенно:

— Сумасшедшая, с гранатами?

Сощурившись, Виктория ответила:

— Я руковожу обороной этого города, обращайся как положено! Жаль Безобразова не смогла тебя вовремя разобрать на запчасти. Из-за этого мне добавилось головной боли. Знаешь, не стану я с тобой возиться. И плевать даже на Жмаеву. Делай что хочешь, надеюсь вскоре тебя сожрут монстры из джунглей!

Развернулась и ушла. «Весёлое начало военной службы», мелькнула мысль. Сопровождающая наблюдала наш разговор пребывая в настоящем ужасе. Только когда дверь здания за спиной полковника закрылась она осмелилась приблизиться.

— Пойдёмте, я размещу вас и выдам оружие.

Мне действительно предоставили полную свободу действий, вручив автомат с четырьмя снаряжёнными магазинами и поселив в более-менее целом домике на окраине. Как я понял, звери нападали с другой стороны города – в районах поблизости техники и укрепрайонов почти не было.

Близилась ночь. Солнце клонилось к закату, поэтому экскурсию перенесли на утро. В поезде вздремнуть не удалось, несмотря на длительное путешествие.

Однако, вместо того чтобы благополучно уснуть, как поступила Ай, я всё думал о словах Дианы: «может она и права. В смысле, почему я решил, что моё героическое появление что-то решит на поле боя? И вообще, какое я себе здесь могу найти применение? Командовать мне никто не даст, да и не знаю я как это делать. В тактике и стратегии не разбираюсь, в технике тоже. Так зачем я сюда приехал? Мешаться под ногами…».

Отбросив сомненья, я всё же заставил себя отключиться, но сон не продлился долго. Взвывшая в ночи сирена сразу подняла меня с постели. Хорошо, что спать я лёг не раздеваясь.

Схватив автомат, включив способность, я помчался по улице. Бежать пришлось долго, но заметив движущийся куда-то грузовик, я запрыгнул в кузов. Молоденькие солдатки переполошились, хватаясь за оружие, и я поспешил произнести:

— Не стреляйте, вы чего!

«Глупая голова. О чём я только думал, заскакивая на полном ходу в кузов с изменёнными способностью глазами хищника! Хорошо, что всех проинструктировали, предупредив обо мне. Всё-таки Виктория позаботилась об этом, не забыв даже о странностях, связанных с телом одиннадцатого», вертелись в голове мысли, пока командир взвода озвучивала эту информацию вслух.

Военные ещё и на Ай поглядывали с опаской, которая помимо автомата тащила две катаны, «будто одного ненормального мало», читалось выражение на их лицах. Через несколько минут езды грузовик вдруг подбросило, и он перевернулся.

Под способностью я успел выскочить, заметив как Ай сделала то же самое. Здоровенная зверюга со слоновьими бивнями, костным наростом на морде и телом тигра врезалась в движущийся автомобиль.

Я ещё до приземления начал стрелять в монстра, но видимых результатов попадания не принесли. Опустошив пристёгнутый магазин, уже на твёрдой поверхности, я отбросил его в сторону.

Перезарядив, перейдя с автоматического на одиночный режим, я продолжил палить. Ай не повезло приземлиться за скользкий камень, и она упала, ударившись головой. Зверюга переключила своё внимание с грузовика на меня, и сейчас мчалась по пятам.

Её глаза были налиты кровью настолько, что казались полностью красными. Так как попадания в другие части тела не причиняли монстру вреда я начал целиться в них.

Через пару минут непрерывных прыжков, уворотов и отскоков я наконец прострелил оба глаза. Зверюга теперь ориентировалась только по звуку. Отбежав подальше, я дал ей хорошенько разогнаться, стоя перед зданием, совершая один выстрел за другим.

Громадина врезалась в стену, разрушив её, но меня на том месте естественно уже не было. Потолок рухнул, завалив монстра камнями и балками, после чего тот перестал двигаться. Если бы не способность, тварь бы скорее всего меня растоптала. Вот теперь я понял для чего потребовались танки.

Ай подошла, слегка пошатываясь. Склонив голову, спутница вымолвила:

— Ай подвела вас, господин. Ай заслуживает наказания.

Я аккуратно погладил её, уточнив:

— Не болит? Раны нет?

Девушка подняла мокрые глаза со словами:

— Господин слишком добр! Ай в порядке, Ай может сражаться!

Я улыбнулся и отправился к перевёрнутому грузовику. Травмированных оказалось много, но, к счастью, никто не погиб. Лейтенант – та самая, старшая взвода, благодарила меня, разрыдавшись.

— Мне говорили, что вы здесь ради забавы, что от вас будут только проблемы... А вы сумели убить монстра в одиночку! Вы отвлекли его и спасли нас! Если бы он растоптал кузов, все бы погибли...

В этот момент монстр вздрогнул и начал подниматься, стряхивая с себя здоровенные камни и раздвигая балки. Ай тут же бросилась к морде твари, проскользнув меж бивнями. Лезвие катаны она вонзила в глазницу по самую рукоять.

Потом обнажила второй клинок и нанесла несколько ударов в шею животному. Только после этого он испустил дух, окончательно прекратив двигаться.

Осматривая тушу, я обнаружил множество отверстий от пуль и запёкшуюся кровь. «Интересно, насколько быстро тварь регенерировала? И сколько ещё вокруг бегает подобных? Если много, то ситуация гораздо хуже, чем казалось сначала. А ещё, автомат оказался крайне неэффективным против этих тварей», возмущался мысленно я.

Оставив место происшествия, я двинулся дальше, в ту сторону, где кипело сражение. Через несколько минут взору открылась невероятная картина. Вал каменных осколков, поднимающийся на высоту более пяти метров а на вершине гребня расположились отстреливающиеся с него люди и техника.

В несколько прыжков забравшись на самый верх, я увидел освещённое прожекторами поле, и скользящие через него тени. Наступающие монстры были не такими крупными, как тот, что встретился нам ранее, однако имели преимущество в скорости.

«Скорее всего, гигант сумел прорваться, использовав свой бронированный лоб в качестве щита, закрытый от попаданий ещё и бивнями», мог лишь догадываться я.

Пули свистели, оставляя за собой огненные росчерки, но попадали крайне редко. А даже если попадали, темные тени так сразу не останавливались. Многие добегали до каменных осколков, попадая в хорошо освещенное прожекторами пространство. Только здесь их удавалось расстрелять, буквально изрешетив тела.

Когда из темноты вдруг показался силуэт здоровенной твари, похожей на ту, что встретилась в городе, заговорили крупнокалиберные пулемёты. Они отрывали от зверя целые куски, но он всё равно бежал, пока в него не угодил снаряд из пушки. Однако даже после этого гигант сумел сделать ещё несколько шагов.

Несколько минут я наблюдал за бойней. Стрелять из своего автомата не пытался – ни один зверь всё равно дальше каменной насыпи не мог прорваться. Потом, будто по команде, темные силуэты все разом развернулись и помчались от города.

Ещё немного подождав, рассматривая останки монстров, я развернулся чтобы уйти. Понять, как выглядели создания при жизни, стало практически невозможно, ведь останавливались они, только превратившись в кровавое месиво. По пути назад мне снова встретилась подвёзшая нас компания. Грузовик к этому времени уже поставили на колёса.

— Вас вызывает полковник.

Обратилась ко мне одна из женщин в форме.

— Сюда, пожалуйста.

Другая повела меня обратно к каменной насыпи, только немного правее того места, где я находился ранее. Правда Власова и сама уже топала навстречу.

Вид полковница имела крайне недовольный. «Неужели это я опять что-то не так сделал», мелькнула мысль.

— Благодарю за содействие. Поступил доклад – ты в одиночку сумел уничтожить Бронто?

Вдруг уточнила Виктория.

— Так вот как называются эти бронированные твари, что ж название подходящее. Спасибо, полковник, только мы это сделали вместе – смертельный удар нанесла Ай. Зверюга оказалась очень живучей!

Военная поджала губы бросив взгляд куда-то за спину.

— Часовые проспали, и он успел прорваться до объявления тревоги. Остановить тварь в городе крайне сложно, так что вы сделали большое дело. А сейчас я хочу, чтобы ты отдохнул. Завтра прибывает делегация Звёздного Альянса. Они вызвались помочь с обороной, и хотят взглянуть на тебя. Это договорённость на высшем уровне, но учитывая сложившуюся ситуацию, руководство просит, а не приказывает.

«Быть цирковой обезьянкой перспектива не из приятных, но раз уж я заявил о себе на весь мир, дороги назад нет. Наверное, мне теперь часто придётся показываться перед камерами. Тем более для Союза я как козырная карта в международных отношениях – мол, мы смогли создать настоящего мужчину», размышлял я.

— Ну, раз просят, тогда приду. Взамен тоже кое-что попрошу, раз такое дело. Мне нужно оружие. Длинный меч, крепкий, а лучше два. Поскольку пули с местными тварями справляются плохо, а в скорости я их превосхожу, холодное оружие не помешает.

Глава 28

Выспаться мне так и не дали, разбудив с первыми лучами солнца. Женщины в форме тарабанили в дверь так, что тряслись стены. А ведь это царское жилище и так имело несколько знатных трещин. Даже на потолке парочка имелась. Ай зачем-то схватила свои мечи и метнулась, спрятавшись за одну из стен около двери.

- Представьтесь и назовите цель визита!

Громко произнесла девушка не открывая дверь. Одну из своих катан она к этому времени успела обнажить.

- У нас приказы для мужчины.Немедленно откройте!

- Господин Тим еще спит. Уходите.

Естественно я уже не спал, Ай кричала даже громче чем эти наглые гости.

Засунув руку под футболку, я чесал живот около груди. Кровать здесь была просто шикарная – несколько досок сбитых вместе. На них был брошен дырявый матрас со скомканным в некоторых местах наполнителем. Царское ложе доставляло неудобства ночью, а поутру оказалось что я отлежал себе несколько мест. «Выброшу к чертям этот матрас сегодня-же! Уж лучше спать на твердых, но ровных досках» думал я, открывая дверь. Снаружи обнаружилась особа росточком примерно полтора метра. Нашивки на ее форме дали понять, что она в капитанском звании, хоть и выглядит совсем молоденькой. Или мне так кажется из-за ее маленького роста?

- Вы должны немедленно последовать с нами!

Заявила маленькая капитан обращаясь к моему животу. Голову она поднимать не хотела, а я все еще не вытащил руку, почесывая отлежанное место. Прикрывая второй рукой рот, зевая, я смотрел на фуражку этого маленького, но такого громкого создания. В некотором отдалении стояла другая военная. Она держа в руках какую-то форму с белыми и красными нашивками и аксельбантами. Так и не дождавшись приветствия, я взял маленького капитана под руки, поднимая над землей. Когда красное лицо данной особы было на одном с моим уровне, я спокойно произнес:

- Доброго утра и вам. Кому и что я там должен?

Буря эмоций отразилась на этом маленьком личике. Девушка попыталась вырваться, но это оказалось ей не по силам.

- Немедленно отпусти меня, ТЫ..!

Подобрать слово она так и не смогла, а еще избегала смотреть мне в глаза, хоть и пыталась храбриться. Опустив ее на землю, я наставительно произнес:

- В следующий раз, прояви немного вежливости, поздоровайся сначала, и не ломай дверь, тут все и так на честном слове держится.

Дамочка сжала кулачки, наконец подняв свою голову.

- Хорошо. А теперь следуйте за нами. У меня приказ привести вас на встречу вовремя и в надлежащем виде!

Ярость она сдерживала из последних сил, но мне захотелось подлить масла в огонь, и я погладил ее по голове, снимая фуражку.

- Хорошая девочка. Сейчас оденусь и пойдем на вашу встречу.

И положил слегка помятый головной убор на место. Она потеряла дар речи. Трясущаяся рука потянулась к кобуре на поясе, но я, спокойно развернувшись закрыл перед ней дверь.

Накинув свою помятую форму, не забыв автомат, я вышел за дверь. Ай была собрана еще раньше меня. Маленькая капитан стояла чуть в сторонке, пиная камушки сапогом. Заметив открывшуюся дверь она тут же развернулась, и не говоря ни слова свернула на соседнюю улицу. Вторая, с формой в руках негромко произнесла:

- Сюда, пожалуйста.

«Вот это уже лучше, вежливое обращение, как у порядочных людей!» улыбнувшись ей, я последовал за капитаном, сворачивая за угол.

Сопровождающие привели меня в огромный спортивный комплекс. К парадному входу которого выстроилась длинная очередь из девушек в форме. Завидев меня, многие начали толкать подруг или просто стоящих рядом, указывая пальцем.Ай тихонько зашипела что-то про непочтительное отношение, хватаясь на за эфесы своих мечей, но я ее успокоил, положив на плечо руку. Это подействовало мгновенно. Девушка часто заморгала, отпустив оружие глядя мне в глаза затуманенным взором. Я сразу убрал руку – кто знает что про нас потом будут рассказывать все эти женщины.

К счастью вести нас к этому скоплению народа не стали.Заведя за угол капитан распахнула небольшую дверь. Мы пошли по длинному коридору. Справа, вместо обычной стены через несколько метров открылся вид через стекло на огромный, хорошо освещенный зал. Я даже споткнулся, когда понял что там происходит. Пустой бассейн переоборудовали под душевую. Множество смесителей было установлено по его периметру. Та самая очередь была как раз для того, чтобы попасть в это место.

Сейчас бассейн был заполнен обнаженными молодыми девушками. У меня даже скулы свело, когда я пытался не смотреть сквозь стеклянную стену. Как назло там начался какой-то шум. Мои сопровождающие остановились, повернув головы. Успокаивая себя, «я просто хочу узнать причину шума, никаких других мыслей у меня нет», я тоже повернулся.

Шум, как оказалось, был вызван как раз нашей компанией. Дамочки ведь тоже могли видеть сквозь стекло, и вот сейчас они почти все заинтересованно повернулись в нашу сторону. Некоторые даже подпрыгивали, пытаясь рассмотреть получше. Никто даже не пытался прикрыться. Всего пару секунд я наблюдал эту картину, а потом ускоренным темпом, обгоняя сопровождающих, поспешил пройти этих несколько стеклянных пролетов.

Прислонившись спиной к каменной стене, я глубоко вздохнул, успокаиваясь. «Какой удар по моему самообладанию! Вычеркнуть из памяти эту картину я наверное никогда теперь не смогу! Еще и Ай постоянно рядом! Как скажите мне расслабиться и не наброситься на привлекательную девушку, если закрывая глаза я вижу ЭТО?»

Мой момент самоуспокоения был грубо прерван маленькой капитаншей, которая похоже забыла о своей обиде.

- Что с вами? Плохо себя чувствуете?

Заинтересованно спросила она, останавливаясь совсем близко. «Отойди от меня женщина, или я за себя не ручаюсь!» мелькнула мысль. Ай тоже подошла и взялась за руку, обеспокоенно глядя на меня. Я осторожно освободился из ее хватки, и ответил:

- Все в порядке. Может пойдем, мы же вроде спешили.

- Да, пойдемте.

Ответила военная, и мы, пройдя несколько дверей, зашли в душевую. К счастью здесь кроме нас никого не было. Несколько перегородок отделяли кабинки без дверей. Я догадался что эту комнату использует руководство – кабинок просто бы не хватило чтобы помыть всех собравшихся в этом городе военных.

- Полковник сказала что вы должны явиться на встречу чистым и в новой форме.

Сказала капитан указывая на вторую военную, и повернулась ко мне. Выходить, похоже никто из присутствующих не собирался. Пришлось забрать приготовленную мне форму и вытолкать всех за дверь. К счастью на ней имелась задвижка. Торопиться я не собирался, тщательно себя намыливая.Потом, смывая пену, я повернулся, поднял голову и открыл глаза. Над вешалкой, где я повесил одежду и полотенце имелось небольшое окошко, через которое сейчас на меня внимательно смотрели несколько глаз. Оказавшись обнаруженными, преступницы поспешно бежали. По звуку мне даже показалось, что там, за стенкой кто-то свалился.

Вымывшись, я начал рядиться в этот, с позволения сказать, мундир.Повернувшись к имеющемуся здесь зеркалу, я обнаружил в нем отражение какого-то расфуфыренного франта. Моя форма, после вчерашнего, была в пыли и имела несколько дыр, но я все равно предпочту ее этому наряду. Поснимав все что можно, поменяв красно-белые погоны на свои без звания, я вышел в коридор.

- Что случилось с вашей формой?

Ужаснулась маленькая военная, на что я, пожав плечами, невинно ответил:

- В некоторых местах маловата, пришлось снять лишнее.

- Н-но как-же так! Где маловата..?

Не могла успокоиться малышка. Вместо ответа, я обратился к Ай.

- Иди тоже помойся. Для нее нет чистой формы?

Это уже к моей маленькой провожатой. Растерявшись, так как формы, конечно же не было, девушка посмотрела на вторую военную. Та со словами «сейчас найдем!» куда-то умчалась. Ай как всегда беспрекословно повиновалась, скрывшись за дверью.

Оставшись наедине, невысокая девушка явно нервничала, глядя куда угодно лишь бы не на меня.

- Тебя как звать-то?

Поинтересовался я.

- Капитан Смирнова!

Слишком быстро выпалила девушка.

- Ну эт понятно. А зовут как?

Не унимался я. Смирнова бросила украдкой взгляд снизу вверх, подозревая издевку, но обнаружив совершенно серьезное выражение на моем лице, тихо ответила:

- Лиза.

Больше я ее не беспокоил, дождавшись вторую сопровождающую с формой. Когда Ай закончила свои процедуры, нас повели тем же путем обратно. В этот раз я прошествовал опасный отрезок стены глядя строго перед собой. На улице ко входу для нас с Ай подогнали джип. Лизу и вторую военную в автомобиль не взяли.

Джип вырулил на площадь с постриженными кустами и флагштоками. Здание посреди нее явно было каким-то правительственным – скорее всего городская ратуша. Нас высадили у самого входа, где собрались разодетые дамы вперемешку с военными. Пышные платья соперничали с количеством звезд, орденов и медалей. «Интересно, где и за что они получили все эти награды, если последняя война была около семидесяти лет назад?» думал я, поднимаясь по ступеням.

Навстречу вышла полковник Власова и первыми ее словами были:

- Что с формой?

- А? Да ничего, маловата была. Что тут происходит? Я-то думал какие-то военные звезд приезжают, а тут вместо этого целый карнавал.

Поджав губы, раскусив мою хитрость, Виктория все же забыла про форму и ответила.

- Все правильно, я тоже так думала. Скорее всего это из-за тебя. Понаехали будто мы здесь пикник устраиваем, зато если какой-нибудь дуре отгрызут руку, виновата буду я! Еще и журналистов понавезли с собой!

Возмущалась она тихонько. Скорее всего, так откровенничать она здесь больше ни с кем не могла.

Власова таскала меня за собой, представляя разным женщинам. Естественно каждая из них обладала большой властью или большими деньгами, что, по сути, практически одно и то же. Я никого не запоминал, просто здоровался и шел дальше. «Ничего не поделаешь, я сам вызвался защищать эту страну, а они, вроде как представляют ее народ или спонсируют всю эту компанию» размышлял я, даже не глядя вокруг, с единственным желанием побыстрее отсюда свалить.

Вдруг до слуха донесся какой-то звук сверху. Полковник Власова громко произнесла в микрофон:

- Так как эти твари посмели вторгнуться в наш дом, разоряя его, мы решили сделать то же самое. Обратите внимание: это последний в мире бомбардировщик. Такой остался только у нашей великой родины Северного Союза! Исправный и всегда готовый к бою.

Над нами, довольно низко, явно красуясь, пронесся огромный самолет. В названиях и их характеристиках я не разбираюсь, так что просто полюбовался его грациозным полетом и отвернулся. Подъехал грузовик с открытым кузовом, на котором лежал труп Бронто.

- А вот этого монстра буквально вчера в бою один на один одолел наш защитник. Тим здесь по собственному желанию, как вы все уже слышали из его выступления на пресс-конференции, чтобы защищать людей Северного Союза!

Все это было для пафоса, поэтому я не стал напоминать что зверя добила Ай. Тем более что нас как раз пригласили в здание, где были накрыты столы. Поесть нормально в ближайшее время вряд ли выпадет возможность, поэтому я не стесняясь приступил к обжорству.

Несколько раз ко мне подходили, что-то спрашивали, но я просто кивал головой или выдавал что-то вроде «Угу», и продолжал трапезу. Власова толкнула меня локтем прошептав, чтоб я был поучтивей, но я ответил что не собираюсь этого делать. Я уже понял что нужно таким вот дамочкам – то же, что и представительнице правительства, и плевать им на разрушенные города и умирающих граждан.

Потом прозвучали отдаленные гулкие удары – это бомбардировщик наконец долетел до джунглей и опустошил трюмы. Ну или где у него там эти бомбы. Все похлопали в ладоши, видимо посчитав что все монстры погибли и угроза миновала. Ко мне подошла наконец представитель делегации Звездного Альянса. Точнее их было две, но вторая, только представившись: Сара Коннорс, отошла в сторонку. Вторая жадно пожирала взглядом часть груди, где я расстегнул пуговицы, ведь в здании было слишком жарко. «Еще одна Жмаева», сделал я для себя пометку, даже не запомнив ее имя.

Самолет снова пролетел где-то рядом, отправляясь за второй партией бомб. Гости смеялись, выпивали и ели. Я делал то же самое, только без смеха и выпивки. Из-за алкоголя в прошлый раз я чуть не отправился в забвение. Хотя сейчас, все переосмыслив, я понял что дело не в спиртном а в моем отношении к жизни. Главное не сдаваться, как это сделал одиннадцатый. Но пить я все равно не стал, хотя несколько раз предлагали.

Вскоре взрывы в отдалении прозвучали во второй раз, а через некоторое время в здание ворвалась дама в форме. Подбежав к Власовой, она зашептала что-то полковнику на ухо. Лицо Виктории побелело и она направилась к выходу. Перехватив ее у самой двери, я придержал женщину за локоть.

- Что-то случилось, полковник? Помощь нужна?

Сначала она бросила недовольный взгляд на мою руку, но потом приблизилась и шепнула:

- Наш самолет разбился. Нужно немедленно выяснить что там случилось, а теперь отпусти и возвращайся к банкету.

Пораженный таким откровением я сделал как было велено. Вскоре о катастрофе узнали остальные. Кто им нашептал не знаю, но информация распространилась довольно быстро.

Практически сразу банкет закончился и в зале кроме меня осталась только Ай и две военные звезд. Коннорс, оказавшись рядом вдруг спросила:

- Скажи, твои глаза, как именно ты их используешь?

- А вы откуда знаете про глаза?

Подобравшись, уточнил я.

- Так здесь все знают, предупредили, чтоб тебя не спутали с этими монстрами. Кроме глаз, какая-нибудь часть твоего тела меняется?

Нахмурив брови я сначала подумал что она намекает на что-то пошлое, но посмотрев в глаза майору звезд ничего такого в них не увидел. Если честно, мне даже стало немного не по себе. Такой же взгляд был у Безобразовой, когда она собиралась ставить свои эксперименты. И чаще всего в этот момент у нее в руках было что-то острое.

Вдруг зазвучала сирена, закончив нашу беседу. «Хорошо хоть успел поесть вдоволь», думал я, выскакивая на улицу. На площади перед зданием царил хаос – все бежали в разные стороны, будто нападение произошло прямо здесь, а не в хорошо укрепленном районе, на окраине. К тому же небо было чистым и солнце ярко освещало весь город – к чему паника?

Прервав мои праздные размышления, из тени соседнего здания выскочила тварь, с вытянутой волчьей мордой, туловищем обезьяны и шипастым хвостом. Способность я включить еще не успел, да и автомат все еще был за спиной. Тварь бросилась к ближайшей военной, сбив ее с ног и раскрыла пасть, полную острых клыков. Ай в этот раз оказалась быстрее выпустив короткую очередь прямо в морду зверю. Однако тот успел нанести удар когтистой лапой в живот бедной девушке.

Осознав что ситуация вышла из-под контроля, раз звери прорвались и нападают далеко от каменной насыпи я под способностью начал двигаться по спирали, истребляя всех встреченных зверей. Близко подойти они обычно не успевали, но это только из-за моей сверхчеловеческой реакции. Ай тоже была на высшем уровне, но вскоре у нас обоих закончились патроны.

Мы бы могли заняться помощью раненым, но я решил этого не делать. Дело в том, что наши с Ай выстрелы почти всегда попадали в голову. Другие же, не могли похвастаться такой меткостью и скоростью реакции. Если они даже попадали по прыгающим с одной стороны улицы на другую монстрам, то делали это довольно редко.

Однако, только выстрел в голову останавливал этих тварей, а иногда требовалось даже два или три. Эти звери, с налитыми кровью глазами, были не просто живучими. Раны на лапах заживали почти мгновенно, отстреленные хвосты на глазах зарастали грубым костным наростом, не давая зверю истечь кровью. Более того, даже получив несколько пуль в корпус, зверь практически не терял подвижности, продолжая нападать на редких защитников, которые сбивались в небольшие отряды, продвигаясь к командному пункту.

Чем ближе мы приближались к окраине города, тем меньше встречалось очагов сопротивления. Всех выживших стянули к центру и каменной насыпи, где были сосредоточены огневые точки. Магазины с патронами мы брали у погибших, стреляли одиночными, но даже так частенько приходилось пускать в ход катаны Ай. Девушка без колебаний отдала один из своих клинков мне, когда я отбросил в сторону последний пустой магазин.

Странным было еще то, что звери оказались рассредоточены по всему городу, будто свалились с неба. Или же они обошли город с тыла, затаились в разных местах, и напали одновременно. «Но ведь такое невозможно, это бы значило, что монстры не только обладают интеллектом, но и могут координироваться», размышлял я, отделяя очередную зубастую башку от тела, попутно уворачиваясь от хвоста бестии. Оружие Ай было острым как бритва, однако у меня клинок часто застревал в монстрах. Только благодаря способности удавалось в таких случаях избежать острых клыков и когтей разъяренных бестий. Зато у Ай всегда получался один точный удар, и отсеченная часть зверя падала на землю, а девушка грациозно отскакивала в сторону.

«Придется взять у моей напарницы несколько уроков, а то мне уже становится стыдно» обдумывал я свою предыдущую неудачу, когда мне пришлось сделать целых три удара, чтобы остановить какого-то пантеро-дикообраза. Конечно в бою с ним мне все время приходилось отскакивать, чтобы не уколоться длинными шипами, но закончив с ним я был весь покрыт кровью. Надеюсь в таком виде, с моими-то желтыми глазами меня не примут за одну из напавших тварей. Зато на Ай следов крови практически не было, даже ее клинок оставался чистым, в то время как мои руки были по локоть красными, а ладони начали скользить на рукояти.

Выходя из узкого переулка на широкую дорогу с двусторонним движением, мы обнаружили первого за сегодня Бронто. Этот был даже больше вчерашнего и имел целых четыре бивня. Тварь пыталась достать прячущихся в здании и безуспешно отстреливающихся военных. Долго не думая, я схватил булыжник и запустил его, целясь гиганту в глаз. Не попал, зато внимание твари переключил на себя. Бронто развернулся и помчался на меня, разгоняясь все быстрее. Мне вдруг вспомнилась моя первая встреча с диким кабаном в этом мире. Ощущения ломающейся пластиковой рукоятки бутафорского Ксифоса, в своей ладони, я вряд ли смогу так просто забыть.

- В сторону!

Крикнул я Ай, и побежал навстречу разогнавшейся махине. Перед самыми бивнями я прыгнул на землю ногами вперед, выставив над собой лезвие катаны. Та вошла в мягкое брюхо твари по самую рукоять и разрезала его до задних лап. Зверь начал прыгать, пытаясь растоптать меня и затормозить одновременно, но это сыграло с ним злую шутку. Я конечно был далеко позади, когда его когтистые лапы ударили в землю, вырывая куски асфальта. При этом из разрезанного живота вывалились внутренности, которые он с яростью сам же и растоптал. Потом он обрушил свою ярость на ближайшее строение, поломав о стену один из своих бивней и наконец испустил дух. «Мда, ускоренная регенерация не спасает, если твои кишки валяются на мостовой» думал я, вытирая с лица налипшую кровь.

Зачистка города продолжалась до самого вечера, а с наступлением темноты полковник Власова отдала команду всем собраться в укрепленном районе. Погибших было много, но город удалось очистить от монстров. Однако завтра еще предстояло все проверить – не притаилась ли какая-нибудь тварь в темном переулке, избежав человеческого возмездия.

Стоя под струей холодной воды, я сдирал с себя куски чужой плоти и засохшую кровь. Меня сейчас даже не волновало, смотрит на меня кто-то или нет. Импровизированную душевую кабинку сделали, составив три грузовика вперед кузовами и подкатив с четвертой стороны цистерну с водой. Я не хотел пользоваться своим положением, но меня буквально заставили пройти вне очереди, ибо я был подобен вышедшему из преисподней демону.

Закончив с омовением, натянув новые штаны, я отправился в свое расположение. Нам с Ай предложили пока разместиться в кузове грузовика, чтобы не стеснять ни меня, ни молоденьких военных. На пол были брошены два матраса, и Ай сидела на своем, скрестив ноги. Руки девушки лежали на коленях, а глаза были закрыты. Сразу распахнув глаза при моем приближении Ай поклонилась.

- Что делаешь?

Поинтересовался я.

- Медитирую, господин.

Ответила девушка, а с моего лица медленно сошла улыбка. «Вот же я идиот!», медитация – путь к самопознанию. Это говорил еще наш учитель тайского бокса в прошлой жизни. Я знал что это и как это делать, но не уделял должного внимания, в силу молодости и глупости. Мне больше нравилось молотить грушу, нежели сидеть, размышляя о правильном нанесении одного единственного удара. И вот сейчас, оказавшись в новом теле, в теле с непонятными способностями, без наставника или учителя я занимался ерундой. Понапрасну множество раз рисковал жизнью – бегал от медведя, прыгал с крыш домов и тому подобные глупости, когда ответы были прямо передо мной, нужно просто их правильно взять!

Глава 29

Нет предела совершенству, так же как и юношескому максимализму, поэтому, вместо того чтобы отдохнуть я уже присматривал местечко поудобней, чтобы помедитировать. Но для начала я решил перекусить – уж очень много энергии было затрачено на усиление сегодня. Разрывая зубами упаковку сухпайка, я с тоской вспоминал сегодняшний шикарный банкет. Вот за этим занятием меня и застала полковник Власова.

- Кажется теперь я понимаю как ты выживал в бегах...

Скептически произнесла дама, пока я выплевывал кусок упаковки. Одарив ее своей фирменной зубастой улыбкой, я спросил:

- Чем могу служить, миледи?

Дамочка поморщилась, со вздохом устраиваясь на бортике.

- Несмотря на тяжелую ситуацию здесь, руководство требует чтобы я отправила группу к месту крушения бомбардировщика. Они хотят получить бортовой самописец, чтобы узнать причину крушения. Им даже плевать на мои заверения, что эта миссия обречена на провал с вероятностью в сто процентов. И вот я подумала, раз у тебя так хорошо получается истреблять этих тварей, может ты захочешь прогуляться по лесу? Отряд выдвигается завтра утром, в восемь, если что. К этому времени твой ножик должен подъехать кстати. А теперь отдыхай. Ты сегодня спас много жизней.

Она поднялась и не дожидаясь ответа выскочила наружу. Я, пережевывая очередной кусок повернулся к Ай:

- Что думаешь?

- Как пожелает господин.

Тут же последовал ответ.

- Там ведь будет очень опасно...

- Ай последует за господином!

Опять мгновенный ответ.

- Послушай, я уже давно хочу тебя попросить, может перестанешь все время называть меня господином?

- Ай говорит неправильно?

- Я просто хочу, чтобы ты звала меня по имени, понимаешь? Просто Тим, хорошо?

Ее лицо не выражало никаких эмоций, хотя так было всегда, за исключением случаев когда девушка ко мне прикасалась. Ай настолько быстро и низко поклонилась, что послышался звонкий звук удара, от столкновения ее лба с кузовом автомобиля.

- Ай не посмеет!

Будто ничего не случилось заявила девушка, так и не разогнувшись. «М-да, похоже для этого еще рано...», вздохнул я про себя, осторожно поднимая свою ретивую соседку. Смочив тряпочку холодной водой, я приложил ее ко лбу Ай.

- Больше так не делай, пожалуйста. Сегодня мы множество раз избежали смерти и травм, но теперь ты сама себя ранишь. Если ты не жалеешь себя, подумай обо мне – когда ты пострадаешь, кто будет защищать меня от всех этих монстров и других женщин, не таких порядочных как ты?

Мои слова, вместе с поглаживанием и приложенным ко лбу холодным компрессом подействовали на девушку именно так как я хотел – Ай с легкой улыбкой и мокрыми глазами произнесла:

- Господин слишком добр... Ай не будет себя травмировать. Ай обещает.

- Это хорошо. Теперь я спокоен.

С этими словами я присел на свое место, пытаясь скопировать положение для медитации Ай. Поза оказалась крайне неудобной, поэтому я просто лег, полностью расслабившись, балансируя на грани сна, концентрируясь на своем дыхании. Ничего конкретно не желая, я открыл разум для информации. И вот уже знакомая боль, врываясь и сметая все на своем пути, заставила меня застонать. Из носа опять, как тогда в заброшенном военном городке, полилась кровь. Несметное количество разрозненных кусочков информации начали заполнять мозг.

Вот только сейчас рядом была Ай. Она обняла меня, поднимая с матраса, и прижала к себе. Не знаю почему, но информация из генной памяти перестала поступать. Вместо этого я снова почувствовал тот барьер, что окружает девушку. Сейчас она сидела у меня на коленях, обхватив своими руками мою спину. Голова безвольно опустилась на ее плечо. Мягкие волосы девушки слегка щекотали, и я смог осознать момент распада этого барьера.

Теперь я понял что Ай имела в виду, говоря о «первых эмоциях в жизни». Так же я понял почему она так медленно взрослела и не могла зачать ребенка. В человеческом теле скрыт бесконечный потенциал, но он, без контроля разума может раскрыться, причинив массу неудобств. Так как ученые серьезно вмешались в развитие организма девушки, он изменился. Иммунитет Ай намного превосходит даже мой. Уверен ей не страшна ни одна болезнь. А еще она блокирует эмоции, для защиты разума от потрясений даже этого не осознавая. Процесс взросления замедлен, но это потому, что почти остановлено старение клеток. Не знаю сколько она проживет, если ничего не изменится, но думаю не меньше пяти сотен лет! С зачатием все тоже оказалось довольно просто – беременность огромный стресс для организма, вот он этот стресс и предотвращает. То же касается и месячных. «Вот бы скопировать этот автоматический процесс замедленного старения», мелькнула мысль прежде чем я провалился во тьму.

Лучик света, пробившись сквозь щель в брезенте кузова, пробудил меня ото сна. Солнце стояло высоко, а я лежал, накрытый теплым покрывалом. Ай сидела рядом, уперев в меня свой затуманенный взгляд. Девушка держала мою руку у себя на коленях, заключив в объятья своих ладоней. Да, теперь я знаю почему ей так хочется прикасаться ко мне. Каким-то образом, соприкасаясь, я ослабляю защиту разума девушки и она может чувствовать эмоции. Подсознание девушки расслабляется, воспринимая мои прикосновения как нечто дружественное. «Ведь тогда в лесном домике, когда моя рука остановила кинжал, уже вошедший на сантиметр в плоть Ай, я спас ей жизнь. Более того, прикасаясь окровавленной рукой к лицу девушки, я буквально внушил ей мысль о сохранении жизни, и о том, что не дам ей умереть. А это значит, что моя способность может воздействовать на других!» мысли носились в голове, обгоняя одна другую. Осталось только выяснить, связано ли это с кровью, физическим контактом либо чем-то еще...

- Воды.

Прохрипело мое пересохшее горло. Черт, оказывается медитация не такой безопасный метод познания моих способностей, как я сначала подумал. Да это же еще опасней всего что я делал прежде! Полученные знания почти свели меня с ума, хорошо что Ай была рядом. Возможно вчера она спасла мне жизнь, вмешавшись в этот процесс. «Зато теперь я знаю как играть в нарды! А еще знаю все про лишайники и грибы... черт, сколько же информации хранится в генах?» раздумывал я, припав к горлышку пластиковой бутылки.

Опустошив ее полностью, я поднялся на ноги. Голова все еще побаливала, но к счастью не так сильно как в прошлый раз, после получения информации о девушке, что заменила одиннадцатого.

- Который час, Ай?

- Около четырнадцати часов, господин.

Поклонилась соседка и продолжила.

- Утром приходила полковник Власова. Я сказала ей что вы не сможете присоединиться к отряду, объяснила вчерашнюю ситуацию и она ушла, оставив это.

У одного из бортов лежал автомат с пятью магазинами, и длинный, завернутый в ткань предмет.

- Ай, ты уже кушала?

Поинтересовался я, стаскивая ткань со своего нового оружия. Меч оказался именно таким как я просил – длинным, около полтора метра, и обоюдоострым. Лезвие имело ширину около пяти сантиметров, и хотя он был тяжелее чем катаны Ай, все равно казался мне каким-то хрупким. «Дареному коню в зубы не смотрят», вспомнилась пословица, когда я перебрасывал ремень с ножнами через плечо.

- Нет, господин.

Ответила девушка, а я распахнул брезент кузова, спрыгивая на землю. Резкое движение отдалось новой болью в голове, но это быстро прошло. Направившись прямиком в центр управления к полковнику, я влил в себя еще одну бутылку воды, так необходимой организму для восстановления.

- Доброго утра, полковник! Дайте чего-нибудь поесть и карту маршрута. Если можно побыстрее, чтобы я мог догнать ваших девочек.

С порога заявил я, обращаясь к спине Власовой. Женщина медленно повернулась, с прищуром оглядывая мое слегка бледное лицо.

- Ты в порядке?

- Конечно, полон сил и энергии, хотя голова немного побаливает...

В этот момент рука полковника метнулась вверх. Способность мгновенно активировалась, и я перехватил запястье женщины. Лезвие ее ножа было в каких-то пяти сантиметрах от моей шеи, но вырваться из моей хватки она уже не могла.

- Ладно. Вижу ты в норме. Можешь отпустить, я просто проверяла.

- Хм-м, а если бы я не прошел проверку..?

Задумчиво поинтересовался я, отпуская запястье женщины. Та лишь пожала плечами, передавая мне рацию и указывая на карту. Пока начальница показывала маршрут, и обращала внимания на приметные ориентиры, принесли еду. Дальнейший инструктаж я получал, закидывая в себя пищу ложку за ложкой, даже не пережевывая. Ай тоже принесли поесть, и она последовала моему примеру.

Всего несколько минут, и мы были готовы отправляться.

- Идти с самого начала придется пешком, но это так же значит что вы вдвоем сумеете нагнать тяжеловооруженный отряд – они передвигаются осторожно и медленно. А теперь удачи, верните моих подчиненных в целости, хорошо?!

***

Взявшись за голову, майор Коннорс осматривала Альфу и Бету. Полностью закованные в броню с новыми шлемами, великанши молча наблюдали за передвижением начальницы. Сара ходила из стороны в сторону, ударяя кулаком в ладонь.

- Вы поняли что от вас требует руководство?

- Да, поняли.

- Готовы отправляться?

- Готовы, майор.

Альфа отвечала за двоих, но раз Бета молчит, значит тоже согласна. Коннорс в очередной раз вздохнув, махнула рукой – идите, мол. Великанши взяли свое новое снаряжение – овальные щиты с острыми краями. И ручные пулеметы, с лентой выведенной за спину, где были пристегнуты ранцы с патронами. На всякий случай им дали два крепких длинных ножа, сейчас закрепленных на бедрах. Хотя рука Беты все еще не восстановилась, и пользоваться им вряд ли сможет. Разве что под усилителями, которые девушкам тоже были выданы, на самый крайний случай. Это уже подарок Безобразовой, опасный подарок ведь по истечении часа после применения они даже ходить смогут с трудом. Хотя Бета вообще после этого, скорее всего не выживет. Зато целый час девушки будут на пределе своих возможностей, в крайнем случае смогут просто бежать.

Вот только Коннорс была уверена что это все напрасно. Вчера она видела местных монстров. Это был настоящий кошмар. И теперь Альфу и Бету отправляют за отрядом полковника Власовой. «Тайно проследить за спецгруппой и забрать черный ящик», так звучала формулировка приказа, но Сара знала, военное руководство просто хочет закрыть проект. Финансирование двух лабораторий дорого обходится звездам вот и вся правда. Хотя военные прикрывались необходимостью получить информацию о сбитом самолете

Альфа и Бета выдвинулись утром за небольшим отрядом всего из десяти человек. Великанши держались позади держа союзных военных вне поле зрения немного отстав. Всего пара монстров встретилась группе в пути, но они были превращены в фарш не добежав до военных и пятидесяти метров. Власова отправила на задание настоящих ветеранов. Эти стояли в обороне города почти с самого начала и уже насмотрелись на местную живность.

- Как-то странно они себя ведут здесь. Когда в город приходят, они будто злее что-ли?..

Задумчиво произнесла одна из женщин, проходя мимо очередной туши только что убитого зверя.

- Есть такое. А еще странно, что мы их так мало встречаем, вчера в городе их было не меньше трех тысяч. При таком раскладе их здесь должно быть тьма просто. Вместо этого мы встретили только трех. Хотя я надеюсь так будет и дальше, вон уже джунгли видны. Еще пять километров по ним топать...

Отвечала другая, рассматривая кривые деревья с большими листьями. Альфа и Бета за всю дорогу не сказали друг другу и слова.

В джунглях двигаться приходилось очень медленно, выверяя буквально каждый шаг. Еще несколько тварей встретились отряду, а одна даже успела подобраться вплотную, укусив за руку немного отставшую женщину. Через мгновенье тварь отбросило назад и искрошило выстрелами напарниц. На ходу перевязав рану, отряд двинулся дальше.

Через некоторое время обнаружились первые воронки от бомб. А потом наконец встретились обломки самолета. Старшая группы не могла поверить своей удаче – они дошли не потеряв ни одного бойца, всего одна раненая а они у самой цели! Организовав огневую точку, оставив оборону четверым из отряда, остальные начали поиск самописца. Альфа и Бета тоже остановились, укрываясь за деревьями, наблюдая в бинокли. Раньше времени показываться смысла не было – пусть сначала северные военные найдут ящик.

Внезапно в небе мелькнула какая-то тень. Сверху стремительно опускались десятки тварей наподобие летучей мыши. Размер каждой был не меньше теленка, с пастью полной острых клыков и размахом крыльев в два раза превышающим рост. Они были бы легкой мишенью на открытой местности, но здесь в джунглях, широкие листья скрывали тварей до последнего.

Летучие твари падали на землю, иссеченные множеством пуль, но через мгновенье на месте погибшей появлялась новая. Вот уже трое из отряда были погребены под ворохом шевелящегося меха и перепончатых крыльев, разрываемые острыми зубами и когтями монстров. Ни одна из ушедших на поиски военных тоже не вернулась. Через пять минут замолчал последний автомат группы северного союза.

Конечно твари обнаружили прячущихся неподалеку великанш, однако справиться с Альфой и Бетой у них шанса не было, сбитые туши великанши отбрасывали своими щитами в сторону, расстреливая свой боезапас. Даже оказавшись на земле монстры пытались отомстить ломая зубы о броню напарниц, но вскоре все было кончено и женщины двинулись к огневой точке погибшей группы.

Маленькая полянка была в крови и телах бестий. К счастью вся группа была мертва, иначе Альфе и Бете пришлось бы их добить лично. И хотя Альфа в таких случаях угрызений совести не испытывала, Бете это не нравилось. Медленно и осторожно женщины сами принялись за поиски бортового самописца. Вскоре он был найден, красный и круглый, как и положено черному ящику.

Но только забрать его девушки не успели. Снова появилась тень, на этот раз намного большего размера. Подняв оружие великанши пытались рассмотреть сквозь листву приближающегося врага, но он, вместо того чтобы сразу напасть, приземлился на полянке, где лежали трупы отряда союза. Альфа и Бета подняли щиты и направили в ту сторону свои пулеметы, готовясь встретить монстра. Странно, но тот не спешил. Трещали ветки, предупреждая о его приближении и судя по звуку, тварь была огромной.

Внезапно наступила тишина. Точнее это был звук, который затопил собой все вокруг. Неслышимый звук, но от него из ушей военных пошла кровь. Через секунду не выдержала Бета. Выронив щит, она опускаясь на колени, прижав руки к шлему. Но шлемы не могли защитить от звука. Теряя сознание, Бета еще успела заметить как Альфа использует выданный Безобразовой препарат и отключилась.

Глава 30

Бодро шагая по следам отряда, я пытался разгрести завалы знаний, которые вчера получил. Вообще, насколько я понял, это знания моих предков, и если среди них, например, не было музыкантов, то получить информацию о нотах оттуда не получится. Солнышко пригревало и двигались мы довольно бодро. До самих джунглей мы не встретили ни одной живой твари, что наводило на определенные мысли. Возможно ли, что бестии больше не идут в лобовую, предпочитая обходить город с флангов? А если так, то кто их направляет? Или они действительно настолько умны, что смогли додуматься до этого самостоятельно?

Однако праздные мысли пришлось оставить, как только мы перешли черту из листьев. Деревья были не слишком высокими, но имели большие и широкие листья. Здесь действительно выживает быстрейший – можно буквально в двух метрах спрятаться так, что даже самый внимательный путник не заметит! К счастью быстрейшим здесь был я. Ну, по крайней мере под активным усилением, когда мои глаза горят желтым огнем.

Первая бестия, выскочившая из засады, была разрублена мной дважды, прежде чем развалиться на куски. «Первая кровь», прозвучало в моей голове. Голос был явно не мой, с характерной хрипотцой, будто я слышал эту фразу слишком много раз. «Хм-м, интересно откуда это? Видимо из вчерашнего хлама информации. Надо бы найти способ удалять всякий бред, а то вдруг место ограниченно», размышлял я, вытирая клинок о мех животного.

Автомат здесь был практически бесполезен – заметить тварь вовремя, навестись ей в голову, следить за количеством патронов... Зачем, если можно просто взмахнуть длинным мечом, отсекая опасные конечности, или просто зарубить, долго не думая! Ай тоже обнажила свои катаны и шла позади. Конечно девушка изъявила желание быть авангардом, но после моего отказа беспрекословно подчинилась.

Меня начинает немного пугать ее покладистость – в смысле, я ведь здоровый нормальный мужчина, и мне трудно бороться с искушением приказать ей что-нибудь эдакое. Она ведь все выполнит. Я даже слышу у себя в голове ее излюбленное – «как пожелает господин».

Отбрасывая праздные мысли, я встречаю вторую тварь, отсекая тянущуюся ко мне когтистую лапу. Через мгновенье Ай оказывается сбоку, нанося смертельный удар и мы движемся дальше.

Вскоре мы встречаем первые следы прошедшего здесь отряда – мертвый зверь с характерными следами от пуль. Напав на их след, мы стали двигаться быстрее. Помимо моего обостренного под способностью обоняния, благодаря которому я издалека чуял запах пороха, были еще гильзы, оставленные на местах стрельбы. Так что к полянке где отряд встретил свою смерть мы добрались довольно быстро. Здесь повсюду валялись трупы каких-то огромных летучих тварей. Даже нам с Ай пришлось бы несладко, столкнись мы с этой стаей зубастых летунов. Судя по всему, они напали одновременно и уничтожили отряд, тупо завалив женщин своими телами.

Где-то недалеко послышался хруст ломающихся деревьев, а потом мимо пробежал человек. Хорошо рассмотреть бегущую не удалось, ведь она промчалась в десяти метрах с невероятной скоростью, но я ее узнал. Это была великанша, которую я встретил в монастыре. Она была в такой же экипировке с металлическим шлемом. «Вот это скорость! Сомневаюсь что смогу догнать ее, даже используя все свои резервы. Интересно, куда это она так рванула?» подумал я, поворачиваясь на звук ломающихся все ближе веток.

Чудовище, а это было настоящее чудовище, как в фильмах ужасов, выскочив на поляну заметило нас с Ай. Вместо того чтобы остановиться четырехметровая тварь взмыла вверх, расправив гигантские перепончатые крылья. В ней сочетались черты летучей мыши и гориллы. Но самое страшное то, что в ней так же были и человеческие черты. Мы с Ай начали стрелять, но в голову попасть не удавалось. И тут чудовище, открыв пасть, издало странный звук.

Мою напарницу этот звук мгновенно заставил выронить автомат и упасть на землю. Из ушей девушки полилась кровь. По мне тоже ударило, но слух мгновенно отключился. Я хорошо ощутил этот момент, вспомнив даже как перестроились легкие, когда я выплыл из-под воды, оказавшись в этом мире впервые. Не представляю что сделала с телом одиннадцатого Безобразова, но это был шедевр. Существо издавало звук на недоступной человеческому уху частоте, воздействуя на мозг жертвы, но теперь мне это не страшно. Перестав слышать какие-либо звуки, я расстреливал тварь в полной тишине.

Не знаю что я делал не так, но стрельба не давала никаких результатов, и тогда я совершил глупость. Размахнувшись изо всех сил, я запустил в тварь свой длинный меч. Тот, сделав несколько оборотов в воздухе, пронзил бестию. Из тела твари теперь торчала только рукоять, но монстр не рухнул на землю. Рассвирепев, существо понеслось к земле, целясь в меня своими здоровенными лапами.

Сейчас, когда тварь неслась к земле, изменив положение тела, стоило бы стрелять ей в голову, но мой магазин пуст. Времени его сменить уже нет. Отскочить бы в сторону, взять катаны Ай, чтобы сразиться с тварью на земле, но мыслить рационально я почему-то не мог. Вместо этого я уставился своими желтыми зрачками в эти здоровенные, налитые кровью глаза.

«Я не боюсь тебя. Ты – низшее создание. Я сильнее. Я уничтожу тебя. Хочешь меня сожрать..? Вот только это я тебя сожру!» это были мои мысли, но направил я их зверю. И в этот самый момент, почти у самой земли, тварь дрогнула. Всего на мгновенье, но этого хватило чтобы я отпрыгнул в сторону. Тварь махнула когтистой лапой, вырвав здоровенный кусок грунта, и повалилась на землю. В этот момент его туловище оказалось открытым и я схватил рукоять торчащего из твари меча.

Рванув клинок, я с разворота отрубил бестии лапу, а затем начал беспорядочно наносить удары. Тварь попыталась взлететь, расправив крылья, но тут же получила по ним несколько ударов. И даже когда существо перестало двигаться я не остановился.

Искрошив тварь, я упал на колени, тяжело дыша. Ярость все никак не оставляла меня. Хотелось зубами вгрызться в его тушу, грызть его плоть и пить кровь. Взглянув на лезвие своего меча, мне даже показалось что глаза, наливаются кровью, прямо как у этих тварей.

Это отрезвило и привело в чувство. «Я человек, а не монстр» подумал я, стряхивая с клинка кровь и рассматривая себя в более чистом отражении. Теперь с лезвия на меня смотрели мои нормальные, ну почти, желтые с вертикальным зрачком глаза. «Показалось! Все из-за налипшей на лезвие крови! Я точно не был как они!» успокаивал я себя, подходя к бессознательной Ай.

Повреждения девушки не были серьезными. Атака монстра действовала на мозг, просто отключая его. Видимо потом этот гигант убивал беззащитную жертву лично. Возможно поэтому оно впало в панику, столкнувшись со мной.

Подняв девушку на руки, я начал поиски черного ящика, и вскоре его обнаружил. Рядом лежала женщина в броне и шлеме. Я узнал ее по бледному цвету кожи и белым бровям – это с ней я тогда сражался, и ей же разрезал руку. «Интересно, что она здесь делает? Наверное помогала отряду добыть черный ящик» размышлял я, положив Ай рядом.

Из-под шлема великанши тоненькой струйкой сочилась кровь, поэтому расстегнув застежки, я его снял. «Попала под действие звуковой атаки летучей твари», догадался я. Вот только дыхание женщины постепенно замедлялось и она была очень горячей. Лучик солнца, попавший на открытый участок кожи, сразу вызвал болезненное покраснение.

Не зная как помочь бедной женщине, я прикоснулся к ее лицу и почувствовал что-то похожее на барьер вокруг Ай. Однако это было что-то другое. И оно мне не поддавалось. Вспоминая прошлый опыт, я порезал свои ладони, и снова прикоснулся к лицу женщины. Моя кровь смешалась с ее и меня пронзила боль. Только это была не моя боль, а ее.

В голове появилось второе сознание, в котором была заключена женщина. Но она не имела собственного «я», а просто была там, давая мне доступ к функциям ее организма. Ощущая в беловолосой великанше какую-то неправильность, я попытался это исправить.

В организм девушки внедрили столько мужского, столько чуждого, что мне даже стало не по себе. «Кого же они пытались создать? Бесполого, или двуполого гибрида?» думал я, осматривая изнутри эти странности. Тем кто это сделал, так и не удалось смешать два начала – женское и мужское, ведь они были как масло и вода. Она жила в постоянных муках, сейчас я это понимаю.

«А что если убрать лишнее..?» мелькнуло в сознании, и женщина забилась в конвульсиях. То самое «мужское» я вытеснял, используя свою кровь и девушку стошнило.

Конечно убрать все, так сразу не удалось, но по крайней мере великанше стало легче. Кожа обрела розовый оттенок. Солнечные лучи больше не причиняли боли и не раздражали, а я почувствовал сильнейшую усталость.

«Нет-нет, рано еще спать», подбадривая себя, я открыл флягу с водой и осушил ее в несколько глотков. Ай в это время открыла глаза и сидя осматривала окрестности.

- Ай снова подвела вас, господин.

Пожаловалась девушка, но я только махнул рукой – мол, все в порядке.

- Как ты? Идти можешь?

- Да господин.

Я поднялся, поглядывая на великаншу. В броне ее нести я не смогу, но и раздевать женщинку не хочется. А ведь придется еще самописец тащить...

С мыслями, «ничего не поделаешь, так надо», я принялся снимать защитную экипировку. Ай ничего не сказала, даже когда выяснилось что броня одевалась прямо на тело, имея тканевую подкладку.

И вот, закрепив ремнями красный шар бортового самописца на спине, рядом с мечом, я несу по опасным джунглям девушку, в одном нижнем белье. Впереди, обнажив катаны, шествует другая девушка, уничтожающая всю встречающуюся на пути живность. «Шикарный вид!» снова зазвучали в голове слова чужим голосом, с одесским акцентом. С этим ворохом странных словечек срочно нужно что-то делать...

Когда мы вырвались из джунглей, очнулась моя старая-новая знакомая.

- Убей меня.

Попросила женщина.

- Ага, я тебя именно для этого и спасал. А теперь тащу уже третий час, только для того, чтоб принести жертву Ктулху!

Великанша шутку не оценила, снова потеряв сознание.

До города мы добрались, когда уже совсем стемнело. Запустив вверх осветительную ракету, чтобы не попасть под дружественный огонь, мы вышли на освещенный прожекторами участок. У каменной насыпи нас уже встречала полковник Власова. Рядом с ней, по какой-то причине были представители Звездного Альянса. Хотя я догадывался по какой – Ай рассказала, кем является эта дама у меня на руках.

Подчиненные Виктории быстро забрали красный самописец, расстегнув ремни, но полковник молча стояла скрестив на груди руки.

- Простите, Виктория. Я не успел. Погибли все до единой, я нашел тела. Кстати еще я нашел виновника крушения вашего самолета. По крайней мере, я считаю что это наиболее вероятный виновник. Огромная летающая тварь, которая издает звук, лишающий человека сознания. Тварь убита, если что.

Поджав губы, женщина кивнула.

- А это кто?

- Не знаю, но она помогала вашему отряду. Может вы что-то знаете?

Невинно обратился я к представительнице звезд. Та ответила даже слишком быстро.

- Нет, не знаем!

Стоявшая за ней майор Коннорс клацнула зубами, резко закрыв рот. Она видимо тоже хотела что-то сказать, но после слов старшей отвернулась и быстро зашагала прочь.

- Что это с ней?

Обратилась к представительнице Власова.

- Эти дни. Не обращайте внимания, полковник.

Виктория, повернувшись ко мне заявила:

- Отдай ее нам, необходимо допросить и выяснить кто она, и что делала в месте проведения операции.

- А вот этого я сделать не могу. Я спас ее, поэтому считаю своей. Когда придет в сознание, сам допрошу. И если выяснится что она причастна к крушению или смерти ваших подчиненных, обещаю передать вам. Только я уверен она не при чем – я осмотрел тела, пулевых ранений ни у кого нет. Ах да, еще полковник, следите за небом, оказывается есть здоровенные летучие мыши. Именно они ваш отряд истребили. Я пока вернусь в тот домик, что вы мне выделили. Очень хочется спать. И есть. А еще помыться...

Я специально говорил так много, не давая военной вставить слово. Естественно задержать меня могли только силой, а для этого им нужно разрешение сверху. В каком-то смысле хорошо быть любимчиком крутых начальниц. Сейчас я даже благодарен Жмаевой за свой статус.

С самого начала я не собирался отдавать женщину. Ни звездам, ни союзу. Она такая же как Ай. И такая же как одиннадцатый. Мне повезло встретить ее. И теперь я поставил себе цель освободить всех подопытных. По крайней мере, если ее заставляют таковой быть. Если окажется что убийства и диверсии ее собственный выбор – отдам Власовой, как и обещал.

Укладывая на свою кровать беловолосую, я уже собирался уйти, когда она схватила меня за руку.

- Зачем?

Спросила девушка.

- О! Ты больше не притворяешься?

Поинтересовался я.

Еще в тот момент, когда лицо девушки осветил прожектор, у входа в город, она пришла в себя. И все время после этого только притворялась, будто без сознания. Пока я держал ее на руках, соприкасаясь с кожей, то странным образом мог чувствовать ее состояние. Поэтому меня она обмануть не смогла.

- Ты знаешь? Тогда ответь! Зачем? Зачем спас меня? Почему не отдал? И что ты со мной сделал?

- Ух ты! Сколько вопросов! Но ведь ты слышала что я сказал Власовой. Что еще ты хочешь знать?

Девушка сильнее сжала руку, посмотрев мне в глаза.

- Ты сказал, что считаешь меня своей. Хочешь пользоваться для секса? Я кое-что знаю об этом, меня к этому когда-то готовили. Но ты прогадал – я оказалась ущербной... Стоило просто бросить меня там, в джунглях, или убить, когда я просила!

Вздохнув, я положил руку ей на плечо, опуская на матрас.

- Вообще-то мне не очень нравятся высокие женщины... Но ты ничего... И грудь большая...

Великанша покраснела, прикрыв руками упомянутое место.

- Да шучу я! Ничего такого я с тобой делать не собираюсь! А спас, потому что ты человек, как и я. И заслуживаешь человеческого отношения. Люди должны помогать друг-другу, разве нет?

Девушка успокоилась и обреченно произнесла:

- Я не человек. Точнее не нормальный человек, мне это твердили с самого рождения. У меня даже имени нет, только цифра – Бета...

Улыбнувшись, я погладил ее белые волосы.

- Ну и что? Меня вот тоже тут называли одиннадцатым. Хочешь имя? Я его тебе дам! Как на счет Альба? Это значит белая, на латыни, назло твоим создателям, раз уж им так нравится этот мертвый язык. Или вообще, сама придумай! Какое захочешь, меня-вот, Тим зовут. Давай будем друзьями!

И протянул руку девушке. Она неуверенно ее пожала, явно не доверяя. Но это ничего, доверие нужно заслужить, это я знаю.

Возможно с моей стороны все это было слишком глупо и наивно, но уж лучше я поверю в добро, и буду сожалеть о содеянном, чем наоборот. Ведь я оптимист и добряк по жизни! Или, по крайней мере хочу таким казаться, ведь я всего лишь выдернутая из генной памяти, давно умершая личность...

Оставив новую гостью на попечении Ай, я отправился на поиски пищи, чистой одежды и возможности помыться. Однако, оказавшись на улице, до моего слуха донесся подозрительный звук. Включив способность, я прыгнул в темноту, за угол своего дома, обнажая клинок. Естественно после вчерашнего нападения тварей, без оружия я ходить не собирался. С шипением рассекая воздух, лезвие остановилось в сантиметре от лица прячущейся за углом девушки.

Хорошо что под способностью в темноте я вижу как кот. Прячущейся девушкой оказалась та самая малышка капитан.

- Лиза? Что ты здесь делаешь?

Девушка собиралась упасть, но я подхватил ее под руку.

- Я... эм-м... ждала вас...

- Тебя.

Поправил я.

- Что?

Не поняла Лиза.

- Я говорю, давай на «ты». Чего ждала-то? Зачем я нужен?

- Ах да... Точно! У меня сообщение от Лены. Она расшифровала!

- Здорово! Там есть что-то интересное?

Обрадовался я. Девушка смутилась, взглянув снизу вверх.

- Я не знаю. Мне просто велели передать. Лена хочет чтобы ты пришел, она здесь рядом, в соседнем городе...

* "Первая кровь" - звук при первом убийстве в играх типа Dota 2, Prime World или Unreal Tournament

*** "Шикарный вид" - из сериала "Жизнь и приключения Мишки Япончика"

Глава 31

Да. Утро действительно начинается не с кофе. Я вообще уже почти забыл его вкус. И почему я не оказался в мире где люди летают к другим планетам, живут на луне... или хоть имеют холодильники с душем в каждом доме? Вчера, после разговора с Лизой я еще долго не мог вернуться домой. Сначала я сходил в тот спорткомплекс – помылся. Потом искал чего-бы поесть и одежду для «малышки» Альбы, которую так и не нашел... В общем, домой я вернулся уже к часу ночи. Ненавижу этот мир!

И вот сейчас, я проснулся не от того что выспался, а потому что на меня в упор кто-то смотрит! Открыв глаза я обнаружил нависшую надо мной Ай. Девушка имела странное выражение лица и легонько прикасалась к моему плечу, которое выглядывало из-под покрывала. К счастью вчера я, таки сумел раздобыть пару матрасов и теплых покрывал. Про нормальные одеяла, тут похоже вообще не слышали.

- Ай может помочь господину с этим? Ай знает что делать.

Итак, пальчик девушки указывает куда-то вниз. Вот теперь понятно что за странное выражение у нее было. Кое-кто проснулся раньше чем я. Утренний бодрячок, так сказать. Ну, ничего удивительного – сначала куча голых прыгающих девушек в пустом бассейне, а потом Альба, в одном нижнем белье, у меня на руках несколько часов к ряду...

Резко поднявшись в сидячее положение я посмотрел в серьезные глаза Ай. Да, девушка полностью серьезна. Вот только ее взгляд полон решимости совершить например прыжок с парашютом, или сунуть голову в пасть тигру. Это совершенно не похоже на томный взгляд той же Дианы Жмаевой или пылающую страсть Карины.

- Остановись, Ай. Что именно ты предлагаешь?

Вот теперь она наконец смутилась, покраснев.

- Я помогу господину расслабиться!

Быстро нашлась она с ответом.

- А как же ты? Что при этом сделаешь ты?

Ай опустила голову. Она убрала руку с моего плеча, но я поймал ее, не давая уйти в бесчувственное состояние. Она даже ахнула от неожиданности.

- Знаешь, Ай, ты ведь девушка. Хорошая, умная, сильная а еще ты мой друг. Но ты считаешь себя прислугой. Или рабом или подчиненной, я так и не понял что это за даймё такое, но ты всегда называешь меня господином. С самого моего появления в этом мире я живу и сражаюсь за свободу! За свободу выбора – не быть рабом, не быть подопытным, не быть чьей-то секс игрушкой или производителем семя. Может это эгоизм, но я хочу сам решать когда, как и с кем мне жить, дружить или заниматься любовью. Тем временем ты, находясь постоянно рядом, ведешь себя как слуга, не имеющий собственного мнения или собственных желаний! Я не знаю будет ли что-то у нас такое, ты мне нравишься это правда, но пока ты не изменишься, я к тебе не притронусь. Сам-то я, может и не могу похвастаться большим количеством женщин, но все что у меня было, было по обоюдному желанию. Не согласию, а именно желанию! Никто никого не заставлял, в том числе самого себя. А ты это делаешь. Пойми, это должно быть твое собственное желание, а не желание угодить господину.

Отпустив девушку, я начал одеваться. «Фух, вот это речи я толкаю! И это совсем не потому, что рядом, буквально в метре, притворяется спящей беловолосая Альба. Я конечно сказал то что думаю, и это правильно и все такое, но как же, блин, тяжело обуздать собственные желания! Я ведь почти согласился, и плевать на все «правильно-неправильно»! Надо срочно что-то с этим делать», думал я, собираясь уходить. Все сказанное Ай, было даже больше для меня самого. Я пытался успокоить собственную похоть. А ведь дальше будет только хуже, судя по таким вот происшествиям. Но, «слово не воробей», и хорошо что я высказался. Даже если... или когда я дам волю своим пошлым желаниям, от этого не должна пострадать моя преданная и верная напарница. Ведь потом я уже не смогу смотреть на нее так, как сейчас. А ей будет все равно. По крайней мере, если она не будет ко мне прикасаться. «Может съездить к Жмаевой? Сразу три плюса – успокоюсь сам, успокою ее, еще и вроде как рассчитаюсь за поддержку...» но тут мои мысли прервала канонада.

Снаружи громогласно заговорила артиллерия. Реактивные снаряды полетели в сторону джунглей и через пару секунд зазвучали взрывы.

- Оставайтесь здесь. Ай, присмотри за Альбой!

Крикнул я, выскакивая на улицу. Вокруг было спокойно – никаких монстров или паники. Но я все равно быстро побежал к командному пункту. Власова смотрела со злой улыбкой в ту сторону, куда были отправлены снаряды.

- А, это ты? Выспался?

- Почти. Что тут происходит?

Поинтересовался я. Полковник отвечала, указав на накрытый неподалеку стол.

- Присаживайся, я догадывалась что ты придешь, поэтому приказала накрыть на двоих.

Мне даже захотелось ее обнять. Ну или пожать руку, ведь она все еще оставалась той сумасшедшей, что готова взорвать себя, лишь бы забрать и меня с собой.

- Спасибо Вика, я это ценю. Так что происходит?

Усевшись я сразу приступил к трапезе. Полковник тоже с улыбкой начала есть.

- Руководство наконец позволило задействовать артиллерию! В общем-то, это больше заслуга добытого тобой черного ящика. Ну и твоя тоже. Теперь-то они поняли что угроза реальна. И что твари намного опаснее, чем думали все эти штабные крысы! Подумать только – летающая тварь, способна не только лишить летчиц сознания, она так же вывела из строя некоторые бортовые системы! Думаю после артобстрела, здесь наконец будет спокойно.

Я покивал, пережевывая и произнес:

- Это хорошо. У меня как раз появилось одно дело, в соседнем городе. Я так понимаю, особых проблем не будет, если я отлучусь на пару дней?

- Да, я и сама собиралась тебя отпустить. Более того, некоторые руководительницы, как раз-таки просили это сделать. Меня только интересует та женщина, которую ты вчера принес.

Запивая трапезу остывшим чаем, я невинно спросил:

- А что с ней? Я же сказал, она со мной.

- Коннорс почему-то ей интересовалась – спрашивала, жива-ли, здорова?

Я улыбнулся – еще бы ей не интересоваться. Но после моего вмешательства девушке действительно ничего не угрожает, разве что слабость после выведения всякой дряни, которой ее пичкали. Со временем она полностью выйдет естественным путем и Альба восстановится. По крайней мере, я так думаю.

- С ней все хорошо, можете так и передать нашим западным союзникам.

Власова не была дурой, кое о чем догадывалась, но молчала.

Попрощавшись с ней я вернулся в свое временное обиталище, прихватив конечно еды для Альбы и Ай. Вдалеке все еще слышались взрывы. Подозреваю, получив разрешение, Власова не успокоится, пока не сравняет ближайшие джунгли с землей.

Дверь в мое временное жилище была открыта, и я без стука ее распахнул. Посреди комнаты Ай помогала обнаженной по пояс Альбе одеться. Девушки замерли, глядя на меня. Я уже вошел, поэтому спокойно произнес:

- Еды вам принес. Закончите – позовите.

И вышел на улицу, оставив провиант на столе. Похоже, как я и просил, нашли одежду для моей новой соседки. «Когда же это закончится? Точно к Жмаевой поеду!» подумал я, пиная со злости камушек.

Когда девушки закончили с трапезой, я к ним обратился:

- Мне нужно в соседний город. У вас какие планы?

- Ай последует за господином. Тимом.

Добавила она мое имя после небольшой паузы.

- А у меня выбора нет – либо с тобой, либо на допрос к местным.

Спокойно заявила Альба. Конечно форму даме не дали – не положено, поэтому сейчас великанша красовалась в зеленом платье. Ей оно было маловато, но Ай как-то сумела это исправить и наряд смотрелся естественно и симпатично.

Автоматы с боекомплектом мы сдали на склад, где я выпросил немного еды на дорожку. Мой полутораметровый ножик вернуть не просили, поэтому он остался при мне. Хотя я бы и так его не отдал – я его отработал, к тому же, им он не пригодится, а мне, очень даже может быть!

Дорога до соседнего города оказалась пыльной и длинной, а моя новая напарница слабой и медленной. Ее силы иссякли как только мы оказались за городскими стенами. Их возвели теперь по всему периметру, опасаясь нападений тварей. Хотя здесь, в тылу, это были просто насыпи камней и мусора меж домами.

- Все. Больше не могу. Что бы ты там со мной не сделал, результат так себе.

Вздохнула высокая девушка. Прошли мы совсем немного, а путь впереди еще длинный, поэтому я предложил ее понести. Альба начала возражать, но я просто включил способность, поднял и понес беловолосую.

Несколько раз мы делали остановки, и спустя четыре часа решили последний раз отдохнуть, перед решающим рывком. До города оставалось примерно километров десять, если верить торчащей у обочины табличке. Присаживаясь на поваленное дерево у обочины, Альба в очередной раз пожаловалась на недостаток сил. Она конечно жаловалась, но подставляла лицо солнышку. Платье поднялось выше колен, но Альба не спешила его поправлять. Новая напарница явно наслаждалась солнечной ванной.

- Тебе просто нужно время. Потом все станет хорошо, почти как было. Я так думаю.

Ответил я девушке. Дернувшись, она со страхом посмотрела на меня.

- И я опять не смогу находиться под солнцем?

- Нет, с этим все должно быть в порядке. Кстати, ты решила как тебя называть?

Спросил я. Лучше пусть скажет сразу, а то я уже начал привыкать, называя ее Альбой в мыслях.

- Альба мне нравится. Я и правда белая.

Успокоившись ответила уставшая напарница, подняв прядку своих совершенно белых волос.

Наслаждаясь видом почти блестящей на солнце великанши, я вдруг заметил движение, у ее ног. Способность активировалась почти мгновенно, когда я бросился в траву, хватая за хвост длинную змею. Голова гадины уже летела, обнажив ядовитые клыки к бедру девушки, но я рванул ее на себя. Извернувшись в полете, воспользовавшись инерцией, которую я сам же ей и придал, зубы твари впились мне в ногу. Ай махнула катаной, отделяя голову змеи у самого основания, и та упала на землю.

«Поздно. Яд уже попал в кровь», мелькнула мысль и я тут же вспомнил как быстро отключился от транквилизатора. Под способностью кровь циркулирует намного быстрее, а это значит что яд почти мгновенно распространится по всему телу. Но у меня был некоторый опыт, после встречи с усыпляющим раствором. Когда транквилизатор несся по венам к мозгу, я чувствовал его. Чувствовал инородную субстанцию, агрессивную и вредоносную. Тогда я не успел ничего сделать, но сейчас успею!

Мгновенно изолируя яд в месте укуса, я заставил сердце остановиться. Кровь начала сворачиваться вокруг раны, вытесняя прозрачную жидкость из аккуратных дырочек, оставленных клыками. Я развернул ногу, давая яду вытекать под собственным весом. Потом, когда во мне почти не осталось этой гадости, я наконец расслабился, падая на землю.

Чувствуя как сознание начинает уплывать, а картинка перед глазами меркнуть, я кое-что вспомнил. «Сердце надо-бы запустить...» пришла запоздалая мысль, и я ощутил сильный толчок в грудь. Я сам себя ударил из последних сил и сердце запустилось. Тук-тук, тук-тук, послышался тихий звук в груди, а в голову, вместе с кровью начал поступать кислород.

- Зачем? Почему ты все время меня спасаешь?

Первое что я смог расслышать, приходя в себя. Альба склонилась над головой, а по ее щекам текли слезы. Но я удивил ее, резко распахнув глаза. Потом так же быстро я обратился к Ай.

- Дай мне свой кинжал.

И девушка без колебаний передала свой клинок. Отрезав до колена штанину, я с силой вонзил лезвие в плоть, и вырезал место укуса. Плоть в том месте стала темно-синей, но дольше сдерживать распространение остатков яда я уже не мог.

- А на твой вопрос, я уже отвечал. И не все время, а только второй раз!

Сказал я, подарив Альбе свою зубастую улыбку и опустился на травку.

- На тебя не действует яд?

Удивленно спросила она.

- Очень даже действует. Но это первый раз, когда меня укусила змея. Повезло что получилось изолировать место укуса. Я еще не совсем освоился со своими способностями. Блин штаны почти новые были! Опять в лохмотьях ходить.

Пожаловался я, делая полоски из уже отрезанного куска. Ай принесла каких-то листьев, и приложила к ране, предварительно промыв все водой. Она аккуратно перевязала мне ногу, так что теперь я был почти в порядке.

Вот только когда я попытался включить способность, все тело наполнилось болью и ничего не вышло. Затем я попытался встать, и опять неудача – закружилась голова, да так что о второй попытке не могло быть и речи.

- Девочки, у меня плохие новости. Похоже я перенапрягся разбираясь с этим ядом. Теперь не могу встать.

Ай тут же оказалась рядом, подставляя плечо и хватая мою руку, но я ее остановил.

- Нет Ай, нести меня ты не сможешь, я слишком тяжелый. К тому же у Альбы сейчас тоже проблемы с передвижением. Я вот что подумал – вы идите вдвоем. До города осталось немного. Там найдете Лену. Ай, ты ее знаешь. Как мне сказали она там начальница какая-то. Лена точно сможет прислать кого-то за мной.

- Ай не бросит вас, господин!

Возразила девушка.

- А придется – из-за движения яд может распространиться и что тогда? И сколько времени понадобится, чтобы добраться до города нам троим? В этот раз тебе действительно нужно подчиниться, если ты хочешь помочь.

Не хотелось так говорить, но девушка слишком упряма, когда нам нужно разделиться. Ее бы воля, она и в туалет за мной ходила бы. Вдруг голос подала Альба:

- Я могу остаться если что.

Ай все еще прикасалась ко мне, и в ее брошенном на великаншу взгляде я вдруг заметил огонек ревности. Чтобы не нагнетать, я спокойно сказал:

- Идите вдвоем, ничего со мной не случится.

Не прощаясь, девушки направились по дороге к городу, а я остался любоваться местной флорой. Справа от дороги росли какие-то деревья, а слева простиралось вспаханное по весне поле.

Одиночество мое не длилось долго – из-за деревьев вдруг вышли какие-то женщины. Их гардероб наполовину состоял из военной формы, а наполовину из разных пестрых вещей. «Если бы такое безобразие увидела Власова, пару нарядов вне очереди, они бы точно схлопотали», размышлял я глядя на странную компанию. Всего я насчитал восемь девушек, и только у одной на виду было оружие.

Подойдя ближе, они никак не решались заговорить. Все еще подозревая неладное, я спросил:

- Вы из города? Военные? Знаете меня?

Женщины зашушукались между собой. Как же раздражает мое состояние. Усиление никак не включается – услышать ничего не могу. Вообще без способности я теперь чувствую себя беззащитным. Наконец посовещавшись, вперед вышла дамочка, с короткой стрижкой.

- Мы это, военные, да. Про тебя знаем. Хотим помочь. Ты ранен?

Странный говор какой-то, ну да ладно, не буду же я от помощи отказываться.

- Да, конечно! Сам я идти не могу – нога болит и голова кружится. Мне бы в город, если можно.

- Эт да, эт можно. Только ножик у тебя страшный. Сними, пожалуйста, и мы поможем.

«Ну, меч и правда не маленький, только чего меня бояться?», подумал я, но ремень отстегнул, протягивая оружие в ножнах женщине.

- Да вы не бойтесь, я его только против тварей использую. Людей не обижаю.

Тут подошли другие девушки, и одна из них взяла меч, перекидывая себе за спину. Две другие подхватили меня под руки и потащили. Только не к городу, а к деревьям.

- Эм, девушки, город в другой стороне!

Начал протестовать я, но меня успокоила все та же, с короткой стрижкой.

- У нас тут лагерь, без приказа не можем. Там подлечим тебя и в город отправим.

Сопротивляться я не мог. Способность включить тоже. На просьбу вернуть меня на место, ведь за мной и так скоро придут я получит такой же бесхитростный ответ – «без приказа не можем». Я уже начинал догадываться кто эти дамочки, и через пол часа подозрения мои подтвердились.

В лесу имелась заброшенная деревушка, где и разбили лагерь эти «военные». Их главная располагалась в самом целом домике, рядом с колодцем, из которого сейчас набирали воду такие-же, пестро одетые девушки.

- Свезло, начальница – нашли его у обочины. С ним двое были, но они ушли в город. Это тот самый, говорящий, про которого все рассказывают!

Сидевшая в дырявом кресле женщина разглядывала меня, широко улыбаясь.

- Рада приветствовать тебя, Тим. Наслышана о твоих подвигах. Можешь звать меня Настей, хотя тут все зовут начальницей. Как ты понял мы...

- Да понял я кто вы такие. Дезертиры и разбойницы.

Презрительно ответил я. На что женщина только шире улыбнулась.

- Ну зачем ты так. Мы не разбойницы. Мы – честные воры!

Глава 32

Только часа через два Ай наконец дотащила Альбу до города. Великанша выдохлась, но все равно медленно брела, не сдаваясь. Ай пришлось подставить свое плечо, хоть ей этого и не очень хотелось. Альба была слишком высока, так что и ей пришлось переступить через себя, обнимая маленькую Ай, плечо которой находилось слишком низко, чтобы на него можно было опираться.

В городе все тоже оказалось не так просто. Никто не хотел помогать, когда рядом не было господина Тима. На Ай смотрели с опаской и недоверием. Внешность рядом стоящей Альбы тоже была далека от обычной, что только добавляло подозрительных взглядов.

Девушек наконец выслушали только когда они наткнулись на патруль. Их повели к начальству, однако Лены среди военных руководительниц не оказалось. Послушав историю Ай руководительницы покивали, а после заперли в какой-то комнате без окон. Таким подозрительным иностранкам явно не поверили, но допрашивать не стали – решили дождаться прибытия Лены.

Будь у Ай ее эмоции, она бы сейчас сгорала от нетерпения. Зато Альба просто уснула, как только ее пятая точка опустилась на жесткий деревянный стул. Распахнув дверь, Лена осмотрела девушек и строго спросила:

- Где он?

Ай принялась объяснять, и закончив своей короткий рассказ попросила:

- Пошлите, пожалуйста, кого-нибудь за господином. Ай покажет место, где он остался.

Лена молча развернулась, махнув Ай рукой. И обратилась к двум высоким девушкам в форме, которые стояли за дверью:

- Клара, София, эту к нам отнесите, койку выделите и покормите.

Указала она на спящую Альбу, и близняшки бросились выполнять поручение. Великанша проснулась, когда сестры подхватили ее, вытаскивая из комнаты. Дернувшись она попыталась вырваться но Ай ее успокоила:

- Это друзья господина. Перестань сопротивляться.

Альба успокоилась, но головой вертеть не перестала, переводя взгляд с одной сестры на другую – близняшки все-таки были редкостью в этом мире.

Лена тоже ушла, отправив с Ай несколько крепких девушек. Странно, но Тима не оказалось на том месте, где его оставили Альба и Ай. По дороге группа тоже никого не встретила, поэтому одну девушку, отправили в город, сообщить о ситуации Лене.

Поиски продолжались до самого вечера, но как только начало темнеть, группа вернулась в город:

- Джунгли недалеко, поэтому нам не разрешают оставаться вне стен города ночью. Тем более что мы практически не вооружены. Если твари вдруг нападут, мы и мужчину не найдем, и сами погибнем.

Ай согласилась, но возвращаться отказалась, продолжив поиски в одиночестве. Она обнаружила множество следов на том месте, и теперь пыталась их все отследить.

К сожалению Ай не была специалистом в этой области. Ее учили заметать следы, сбивать противника со своего следа, а не наоборот. Хотя некоторые знание в этой области у нее все-таки были. Поэтому ведущие в лес следы, неподалеку, показались ей подозрительными и она начала бродить меж деревьями.

То здесь, то там, она находила поломанные ветки, сорванные листья или даже чей-то след. Один из таких следов был довольно большим и отпечатался сильнее. «Это точно господин Тим! Только у него могла быть такая большая ступня и такой большой вес!» обрадовалась девушка.

В последнее время она все чаще замечала проблески эмоций, даже когда не прикасалась к своему господину. С одной стороны это хорошо – возможно скоро она станет совершенно независимой. А с другой, девушке этого не хотелось – ведь ей нужен повод прикоснуться и почувствовать себя защищенной. Это ведь так приятно...

Совсем отвлекшись на свои мысли, девушка чуть не выскочила на заросшую дорогу, что вела из заброшенного села, рассекая его пополам. Вообще Ай повезло – сегодня на ночном небе была большая и круглая луна, которая помогла девушке найти в ночном лесу эту маленькую деревушку.

Людей здесь Ай насчитала не много - всего около пятидесяти женщин, прикинула она, осматривая полуразрушенные домики и их обитательниц. Обнаружив обжитый лагерь неизвестных, спрятанный в лесу, девушка вспомнила кем она является на самом деле. Разведка, выявление противника и его уничтожение – вот для каких целей ее готовили.

Только сейчас ее ситуация немного отличалась – сначала нужно выяснить здесь ли господин Тим. Потом узнать, враждебно ли настроены эти люди, а потом уже действовать по обстоятельствам.

Большая часть домов была частично восстановлена и в них обитали местные. У многих здесь было оружие. Караул тоже имелся, но назвать их службу бдительной язык бы не повернулся. Ай заглядывала в каждый маленький домик, скрываясь в тени и никто ничего даже не заподозрил. Даже когда девушка проскальзывала буквально в метре от местных. Один из совсем разрушенных маленьких домиков оказался складом, где на полу валялся клинок господина Тима. Теперь, теперь Ай была уверенна что господин рядом, ее скорость и рвение возросли.

Подойдя к самому высокому и целому дому Ай услышала странные звуки. Рядом, перед крыльцом собралась небольшая компания женщин. Они развели костер прямо во дворе и что-то варили в почерневшем от копоти котле. Женщины часто поглядывали на дверь дома, но подойти не пытались. Сделав несколько длинных, бесшумных прыжков, Ай оказалась за домом и быстро забралась на чердак.

Распластавшись в пыли, девушка не могла поверить своим глазам. В щель меж досками, которыми местные прикрыли дыру в потолке, было отлично видно комнату. Посреди нее к стулу был привязан Тим, и его штаны были спущены. Сверху на нем восседала какая-то девица, которая оказалась полностью обнаженной. Она подпрыгивала, издавая эти самые странные звуки – не-то крики, не-то стоны, и явно не замечала ничего вокруг.

Ай не могла понять почему, но эта картина очень сильно ее раздражала. А больше всего при этом, ее раздражали эти громкие звуки. Тим же сидел молча, с закрытыми глазами. «Может ему плохо? Его заставили!» сама себя утешила девушка, собираясь разнести эти доски и ринуться вниз. «Сейчас Тим! Ай поможет!», думала девушка забыв даже добавить в мыслях «господин». Она уже замахнулась катаной, намереваясь всадить клинок в щель меж досками, когда крики внизу вдруг стихли. Ай снова упала на пол, глядя с потолка в комнату и снова удивилась, ведь там произошли изменения.

Каким-то образом Тим сумел освободиться, и сейчас держал девушку за горло. Он просто стоял на полу, выставив руку перед собой, но из-за роста, ноги девушки находились в воздухе, а грудь болталась при каждом ее движении, ведь она изо-всех сил пыталась вырваться. Ай смотрела на своего господина и вдруг подумала: «а как бы он поступил со мной, окажись я на месте этой женщины...

***

«Чертовы американские горки! То сверхсилы, после которых я оказываюсь на грани смерти, то немощь, при которой даже голову поднять больно. И все это без инструкций, правил или хотя бы учителя, который поможет разобраться, разложит по полочкам и объяснит», размышлял я, сидя в маленькой комнате на кровати местной начальницы.

Какую судьбу мне уготовили разбойницы будущего, я конечно догадывался – денег у меня нет, материальных ценностей тоже. Единственная ценность это я сам и то что, так сказать, болтается чуть ниже живота. Думаю, сначала возьмут второе, а потом попытаются продать первое. Или наоборот...

Вот только я так просто ничего не отдам. Уж не знаю что эти дамочки обо мне слышали, но они меня даже не связали. Просто бросили на кровать и ушли. Конечно в этой комнате не было окон, а единственная дверь вела к Насте, но если они думают что меня так просто остановить, то они крупно ошибаются, «поправочка – меня прошлого. Этот я, даже пары шагов без головокружения сделать не может. А если и сделаю, обязательно потом упаду.»

В комнату без стука вошла упомянутая начальница. Дама спокойно подошла и села на кровать, рядом со мной.

- Послушай малыш. Я понимаю что тебя раскрутили эти шишки из правительства. Судя по тому, что ты даже ходить самостоятельно не можешь, работает у тебя только язык. Понимаю даже чего они хотели добиться – рассказать миру о величии Северного Союза, что смог создать супер-мужчину, который воюет за нас всех. Об этом самом величии мне втирали еще с детства. И только здесь, столкнувшись с тварями и равнодушием руководства, я наконец поняла что все это хрень! Ясное дело ты ни с кем тут не сражался, тем более глупо думать что ты мог делать это ножиком вместо автомата. Видимо здоровенный меч за тебя носили те же девоньки, которые ушли в город. Одного только в толк взять не могу – почему они тебя бросили?

Разубеждать я ее не стал, ведь тогда ко мне могут приставить охрану или даже связать.

- Устали тащить – тяжелый я. А еще я поранился, вот они и побежали за помощью. Вам-то что от меня надо?

Женщина покивала, будто я подтвердил ее догадки, а потом улыбнулась.

- Ты не глупый вроде, разве не догадываешься?

- Догадываюсь, только ничего у вас не выйдет! По крайней мере не так сразу.

Добавил я, заметив как улыбка сошла с лица дамочки. Уж не знаю на что они готовы, ради достижения своих целей, но проверять что-то неохота.

- Вы покормите сначала, воды дайте – пить хочется и рану промыть надо...

- Ишь ты, шустрый какой! Ну да ладно, это получишь, а потом дашь мне семя! Я хоть и не старая, но после дезертирства, мне уже ничего не светит от государства, кроме тюрьмы.

Она замолчала, глядя на меня, явно ожидая ответа и я кивнул. Дамочка ушла, оставив меня в одиночестве.

В этой комнатке помимо кровати ничего не было. Даже зеркала, чтобы его разбить, а осколок использовать как оружие. Болезненно морщась, я свесился с кровати, заглядывая под нее. Там тоже ничего кроме толстого слоя пыли не оказалось. Заметив трещину на одной из досок пола, я попытался отломать острую щепку, которой эта трещина заканчивалась. Все что таким способом удалось раздобыть – это маленькая, размером с палец, лучинка. Ее я спрятал в рукав и устроился поудобней на своем временном ложе.

Закрыв глаза, я снова попробовал включить способность. И сразу, вместо усиления, в висках появились болезненные ощущения.

- Ну и ладно, не очень-то и хотелось!

Тихонько сказал я сам себе. Рана на ноге к счастью болеть перестала, и я размотал повязку осматривая последствия своей работы кинжалом а-ля скальпелем. Дырка вышла знатная, но кровь по краям засохла, и нигде ничего не загноилось.

Выбросив смесь из растертых листьев, я все ждал когда мне принесут воду и это случилось довольно скоро. Небольшой тазик и даже какая-то тряпка, в чистоте которой я уверен не был. Пока пришедшая женщина, возможно местный лекарь, обрабатывала мою ногу, в дверях стояла начальница, наблюдая за процессом. Лекарь быстро закончила свою работу, сменив повязку, а потом обратилась к Насте.

- Он явно не так слаб, госпожа. Мышцы в тонусе, а на ладонях мозоли. Он точно много двигался и работал руками. Возможно даже махал тем мечом. Советую его связать.

«Вот же гадина! Ты же доктор! Ты должна помогать людям, а не наоборот!» мысленно наорал на нее я.

- Но девчонкам пришлось его тащить – он ходить даже не мог!

Возразила начальница, а докторша просто пожала плечами:

- Скорее всего это из-за раны. И если она была нанесена сегодня, то вам следует быть вдвойне осторожной – с таким быстрым заживлением я еще не сталкивалась.

После этого дама вышла, оставив начальницу с ее мыслями. Настя стояла молча, глядя на меня с прищуром, и мне от этого взгляда стало неудобно.

- Поесть бы еще, начальница...

Невинно произнес я, стараясь всем видом изобразить немощность и безобидность. «Ага, да, мужик под два метра. Весь такой няха-милаха-безобидный», пошутил я про себя. Но дама просто удалилась, закрыв дверь. Через пару минут принесли какую-то бурду, местного приготовления. Вкуса это произведение кулинарного искусства не имело, но было довольно сытным.

- Когда?

Вдруг спросила начальница. Она все так же стояла в дверях, а из-за ее плеча выглядывали местные жительницы. «Позвала поддержку на всякий случай, теперь опасается меня. Хорошо хоть не связали. Пока», раздумывал я, пережевывая.

- Вот отдохну немного и сразу дам.

Облизнувшись я выделил для собравшихся свою самую невинную зубастую улыбку. Дамы начали отворачиваться – видимо в зубах у меня что-то застряло, или я просто переоцениваю свою миловидность, когда улыбаюсь. После трапезы меня снова заперли, и я лежа размышлял над ситуацией, в которую попал. «Почему не включается способность? Инстинкт самосохранения? Организм сам себя оберегает? Но как ему объяснить, что ранил я себя из логических соображений – нужно было нанести малый вред, во избежание большего! Черт мне нужна моя суперсила, и желательно прямо уже!», снова попытавшись включить способность, я застонал охваченный болью и тело сковала судорога.

Когда боль стихла, я наконец смог расслабиться. «Ладно, будем пока плыть по течению», подумал я, собираясь помедитировать. Нет в этот раз я не собираюсь искать какие-то знания, мне еще со старым завалом разобраться надо. Спать здесь мне не хочется, поэтому медитация лучший выбор.

Закрыв глаза я начинаю свою мантру. Не то чтобы меня учили делать именно так, но так у меня получается лучше всего. «Я есть мир. Мир есть я. Мы есть гармония...» очистив разум, я погрузился в транс.

Ощутив толчок в плечо, я очнулся. Подхватив под руки, меня вытащили в соседнюю комнату. Всех собравшихся здесь девушек я сосчитать не мог, но их было больше десяти. Начальница указала им на стул и меня усадили на него. Потом руки и ноги начали грубо вязать за спиной, несмотря на мои возмущения.

- Ну, давай! Мне надоело ждать!

Заявила Настя, глядя мне в глаза, на что я ответил, пытаясь успокоиться:

- Так просто не бывает, ты же знаешь. Или ты не знаешь?

Конечно женщина не знала, да и откуда ей, в этом мире-то.

- Все я знаю!

Крикнула она, но во взгляде женщины появилась угроза. Не желая сильно ее выводить, я продолжил:

- Ну тогда прикажи всем остальным выйти, ведь ты же знаешь – это делается наедине... или ты боишься связанного мужчину?

После этого вопроса, все женщины в доме повернулись к начальнице. Мужчины этого мира совершенно безобидны. Сюда меня тащили на себе, так что все собравшиеся считают меня слабаком. Начальнице придется выполнить мое требование, или она потеряет лицо, показав трусость.

- Вышли все!

Крикнула она, и женщины начали неспешно покидать ее жилище.

- Что дальше?

Тон женщины теперь был далек от спокойного, и было ясно что она не потерпит издевок.

- Теперь ты должна раздеться.

Улыбнувшись, произнес я.

- За дуру меня держишь? Я сама знаю что мне нужно!

Сказала она подойдя, и начала стягивать с меня штаны. Открывшаяся картина заставила женщину покраснеть, а выражение ее лица изменилось. Растерянно переводя взгляд с него на меня, она спросила:

- Разве он не должен быть твердым?

- Я ведь сказал – ты должна раздеться. Причем полностью!

В голове я уже прикидывал дальнейшие варианты, но ничего пока не придумал. Пока дамочка раздевалась, я нашел щепку у себя в рукаве. Потом я принялся ощупывать узлы, пытаясь их развязать. Вот только пока я был сосредоточен на веревках, то совсем не обращал внимания на хозяйку дома, которая довольно быстро оказалась полностью обнаженной, недовольно нависая надо мной.

- Почему ничего не изменилось?!

Негодовала местная начальница, на что я совершенно серьезно ответил:

- Теперь ты должна его пососать.

Недоверчиво опустив взгляд, женщина закусила губу и опустилась на колени. Все это время я пытался развязать узлы, но, похоже, только сильнее все затянул. Настя довольно быстро добилась поставленной перед собой задачи и сейчас осторожно вводила в себя известную часть моего тела, усаживаясь сверху. Удалось ей это довольно легко, ведь дама к этому моменту сильно намокла.

- Давай.

Произнесла она, сидя на мне и глядя в глаза.

- Ты думаешь я это сделаю вот так сразу, по собственному желанию? Так не бывает, женщина! Подвигайся сначала.

Недовольно произнес я. И Настя начала двигаться.

- Дай мне семя. Я хочу его в себя. Дай скорее...

Проговаривала она, подпрыгивая. Теперь, когда женщина начала получать удовольствие от процесса ее голос изменился, а слова выходили с придыханием. Вскоре она начала довольно громко кричать и входная дверь приоткрылась. Заглянувшую было в щель девушку, хозяйка прогнала громко крикнув:

- Пошла вон!

И продолжила свои движения, после того как дверь с хлопком закрылась. Ее крики отвлекали, а движения сбивали, когда я пытался развязать узлы. Закрыв глаза, сосредоточившись на веревках, я начал повторять свою мантру, «Я есть мир. Мир есть я. Я есть гармония...»

В следующее мгновение из огромного количества заложенных во мне знаний, всплыли знания об узлах. Теперь я знал различные их вариации, названия, и способы их легко развязать тоже. Просовывая щепку в нужное место, я пальцами одной руки начал тянуть веревку. Она поддалась не сразу, но через пять минут руки больше ничего не сдерживало.

Веревка упала на пол, но Настя этого не заметила. Она сейчас, похоже, вообще ничего вокруг себя не замечает. А еще, ее громкие крики прямо мне в ухо слегка раздражают. Однако я и сам был сейчас на грани, поэтому поднявшись со стула, я схватил женщину за шею, снимая с себя. Она начала вырываться и дергаться. Душить ее я не собирался, поэтому отпустил начальницу, и она опустилась на пол.

Сидя передо мной на коленях, женщина подняла свое заплаканное и обиженное лицо.

- Что ты делаешь! Помогите!

Крикнула она, но никто не пришел. Она так громко орала до этого, плюс выгнала заглянувшую подчиненную – естественно на новые крики никто внимания не обратил.

- Открой свой рот, сучка!

Потребовал я, хватая Настю за подбородок. Женщина послушно выполнила требование, и я вошел в нее до самого упора, выплескивая все, что накопилось за столь долгое время. На ее судорожные попытки сопротивления я внимания не обращал. Начальница упиралась в меня руками, пытаясь отстраниться, но даже без усиления я был намного сильнее.

Спустив все, я убрал руки, и девушка рухнула на пол, закашлявшись.

- Ну вот. Как ты и просила. Мое семя в тебе.

Декларировал я, вытираясь ее одеждой и натягивая штаны.

Глава 33

Усадив Настю на стул, я поднял с пола веревку, намереваясь ее связать. С чердака вдруг послышался какой-то шум. Там в потолке была дыра, с метр шириной, заколоченная сверху досками. Вдруг из щели показалось лезвие, и доски затрещали. Я насторожился, обматывая один конец веревки вокруг руки, готовясь к бою, но услышал знакомый голос и расслабился.

- Это Ай, господин.

Девушка сдвинула одну доску заглянув в комнату. «Надеюсь она пришла только что, и не видела чем я здесь занимался», подумал я, хотя понимал что момент для появления она выбрала подозрительно идеально.

Пока я вязал хозяйку дома, заткнув рот импровизированным кляпом, старался не думать о том, чем была эта вещь раньше. Да-да, это было ее нижнее белье, но искать что-то более подходящее времени, да и желания у меня не было. Она практически не сопротивлялась. Видимо Настя осознала разницу в силе, и вела себя смирно. А может женщина поняла что вредить я ей не собираюсь, иначе просто задушил бы минутой раньше.

Ай спрыгнула, беззвучно приземлившись и оглядела помещение. Оружие свое она так и не спрятала, угрожающе нависая над беспомощной хозяйкой дома. Даже ее глаза как-то подозрительно блестели. К чему нужна эта кровожадность я не понимал, но сейчас не до того. У меня бала проблема посерьезней – нужно выломать еще хотя бы одну доску, чтобы я смог протиснуться в эту дыру на чердак. А потом нужно чтобы этот самый чердак выдержал мой вес.

К счастью после медитации голова кружиться перестала и я чувствовал себя более-менее нормально. Я снова рискнул включить способность, получив очередную порцию боли и никакого усиления. «Ладно, придется по старинке, своими силами», вздохнул я, подтягиваясь на подозрительной балке, и уперся здоровой ногой в доску. Ее видимо просто прибили парочкой гвоздей, потому мне удалось ее выдавить без особых усилий.

Ай последовала за мной, указывая дорогу. Приземлившись в траву за домом, я похромал к ближайшим деревьям. Компания перед домом громко шумела, смеясь и обсуждая свою начальницу, ну и меня, наверное. Ай ненадолго отлучившись, оставив меня в укрытии, за деревьями, и через пару минут внезапно появилась, вернувшись с мечом. Не перестаю удивляться ее умению скрываться и появляться из ниоткуда! Конечно меч был тяжелым, но я использовал его как трость, помогая себе при ходьбе. Благо ножны внизу тупые и он не врезается в землю.

Только к утру, мы наконец добрались до города, почти сразу наткнувшись на патруль. Эти военные дамы, осветив меня фонариком были так великодушны, что сопроводили к самому дому Лены, когда Ай назвала им адрес. После грубого «Что надо?», дверь открылась, и на порог вышли близняшки. София сделала шаг навстречу, расставив руки, но заметив за моей спиной патруль, подставила плечо, помогая зайти в дом. Ее поддержка была намного удобней, ведь она была почти моего роста, но Ай все равно не отпустила.

- Спасибо за помощь!

Успел крикнуть я, в уже закрывающуюся дверь. Клара хоть и выглядела так же, как сестра, но была холодной и необщительной. Хотя возможно София в мое отсутствие ведет себя так же…

- Здравствуй, хозяюшка.

Устало поприветствовал я Лену, которая, кутаясь в халат, спустилась по лестнице со второго этажа и после ее кивка продолжил:

- У вас тут, под самым носом, оказывается, паразиты завелись. Карту дайте, я место покажу, пока не разбежались.

- Ты в порядке?

Поинтересовалась Лена, поглядывая на лохмотья, в которые превратились мои штаны и перемотанную ногу. Радует что ей не все равно, хотя здороваться она опять не стала.

- Я – да, до свадьбы заживет.

Пошутил я, и все заинтересовано обернулись в мою сторону.

- Ну все-все, шутить я не умею, это я уже понял. Карту дайте, я покажу где лагерь преступниц, которые меня… похитили.

Правильное слово подобрать было непросто – будто я та самая «Красна девица», которую злодей утащил к себе в логово.

- И даже поесть не попросишь?

Вдруг улыбнулась Лена. Клара и София едва сдержали смех и только Ай осталась полностью серьезной. «Так вот значит, кто тут главный шутник-озорник! Или им просто понравилось, что шутят надо мной?», но я не в обиде – после всех этих суровых лиц военных и разбойниц, я уже соскучился по улыбкам.

- Ну, раз уж вы сами предложили, та да, не откажусь.

София не выдержала, рассмеявшись, прикрывая рукой ротик. Я погладил ее, давая понять что совсем не против. Странно, но за другую руку меня потянула Ай, заглядывая в лицо, изо всех сил растягивая лицо в улыбке. Девушка не понимала из-за чего все веселятся, но раз за это гладят, то и она постаралась. Ее я тоже погладил, после чего натянутая улыбка превратилась в искреннюю, счастливую.

Пока меня кормили, Клара сбегала за картой и я ориентируясь по памяти, с подсказками Ай, указал расположение заброшенного села где обитают разбойницы. Надеюсь только, что их тихо возьмут в плен, без стрельбы и смертей. Лена сказала что руководство уже обратило внимание на некоторые сбои в поставках, поэтому дамочек все равно рано или поздно обнаружат. Вот только чем дольше их будут искать, тем больше вреда они нанесут, а это еще больше усугубит последующее наказание.

С полученной информацией Лена удалилась. Она хоть и имеет высокое звание, но реальной властью не обладает, являясь просто главным техником. Поэтому ей нужно зайти в штаб, передать информацию. Мне выделили комнату на втором этаже, с тремя койками, ведь места в доме оказалось мало, а обитающих женщин, на удивление много. На одной из коек дрыхла, яростно похрапывая, Альба. Как мне сказали, она все проспала и даже не знает о моем маленьком приключении. Может это и к лучшему – новая знакомая явно будет винить во всем себя.

Оказавшись наконец в относительной безопасности, на мягкой уютной кровати, я отключился мгновенно. Даже громогласный храп великанши на соседней кровати меня не остановил. Однако долго поспать мне не дали. София, с виноватым видом легонько дотронулась до моего плеча.

- Там за тобой пришли, и мы не можем их просто так прогнать.

Прошептала девушка. Ай уже не спала, поглядывая на Софию с неодобрением. Или мне это кажется, ведь она же не может испытывать эмоции..?

- Идем, пообщаемся с нашими гостями.

Зевая произнес я, и не одеваясь, в одних штанах спустился вниз. О своем решении побыстрее разобраться с проблемой я пожалел задолго до того, как добрался к месту назначения. По коридору туда-сюда ходили девушки в форме, которые завидев меня, останавливались и начинали пялиться, забыв о своих делах. Некоторых я узнал – это были те наемницы, которые ехали со мной к монастырю. Одна девушка замерла прямо около лестницы и пройти мимо никак не получалось. София, которая вела нашу процессию, легонько толкнула девушку и та, опомнившись, отскочила в сторону, чуть не свалившись с этой самой лестницы.

Внизу, в комнате, которую занимала Лена находились две женщины. Большие шишки, судя по их поведению – они сидели в присутствии хозяйки дома, пока та стояла, нервно переминаясь с ноги на ногу. Мне все их чины и ранги были «до лампочки», поэтому я взял стул, поставил его посреди комнаты лицом к этим особам, и сел. Нога все еще побаливала, но даже если бы я был полностью здоров, поступил бы так же.

- Ну здрасте, уважаемые. Чего от меня надава?

Включил простака я, осматривая высокопоставленных начальниц. Лена недовольно поджала губы, но я на это внимания не обратил. Женщины были настроены серьезно и перешли сразу к делу.

- Где высокая девушка?

- Какая?

Невинно спросил я, догадавшись, что речь идет о моей новой подруге Альбе.

- Мы прочитали рапорт Власовой. Ты, якобы в одиночку, сумел добыть бортовой самописец.

Она помолчала, непонятно чего от меня ожидая, но так как реакции не было, продолжила:

- В общем, ты с этой задачей справился, а группа опытных ветеранов, нет. Огромная летающая тварь им помешала, но ты ее убил. Все погибли, поэтому никто не может подтвердить твои слова, я правильно понимаю. Зато ты вернулся с какой-то странной женщиной, и это уже вторая странная женщина рядом с тобой.

Последнее она произнесла скосив глаза на Ай, и мне это не понравилось.

- Что вы всем этим хотите сказать? Что не верите? Ну так мне плевать – черный ящик вы получили. Или вы думаете, что вместо меня с тварями в лесу сражался кто-то другой? И конечно я не все сделал сам - моя подруга Ай помогла. А еще, например в городе, многие видели как мы сражаемся, уверен там вам все подтвердят. Вторая девушка тоже мой друг. Не пойму что вас не устраивает? Я ведь добровольно помогаю и никакой награды не прошу.

Разведя руками я закончил свою речь, поглядывая на гостей. Дамы переглянулись, и вторая неуверенно произнесла:

- Мы проверили информацию о дезертирах и она подтвердилась. Однако все задержанные на допросе говорят, что ты не сопротивлялся. И что ты был слаб, как котенок. Вот поэтому мы задаемся вопросом – кто ты, и чем здесь занимаешься?

Вот теперь мне стало более-менее ясно почему они пришли. Я встал и медленно подошел к говорившей. Она неуверенно подняла голову, но встретившись со мной взглядом покраснела. Уж не знаю от смущения или недовольства.

- Вот смотри.

Сказал я, указывая вниз. Женщина стала совсем красной и неуверенно перевела взгляд на указанное мной место. Я поднял штанину, показывая рану. Сейчас дырка уже не казалась такой страшной, но все же.

- Ногу я поранил как раз перед тем, как подошли эти ваши разбойницы. На них, к тому же, была форма, вот я и не стал бросаться в драку. Ну потащили не в ту сторону, и что с того? А потом было уже поздно. Однако я выбрался, опять же с помощью моей подруги, Ай.

Закончил я свой рассказ, опустив штанину, и посмотрел в лицо женщины. В ее взгляде все еще было полно сомнения, поэтому я не распрямляясь подхватил ее на руки и поднял.

- А вот это, чтобы вы могли убедиться в моих способностях. Хоть сейчас я и не в лучшей форме, но легко могу посадить еще вашу подругу сверху. Так что я далеко не слабак, как эти ваши, измененные.

Пока все не вышло из-под контроля, я вернул женщину на место. Ее рот открывался и закрывался от возмущения. Вторая в это время медленно тянулась к кобуре, на поясе. Дамы больше ничего не сказали.

Поднявшись со своих мест, они направились к выходу. Уже в дверях одна из женщин обернулась и произнесла:

- Рано или поздно ты поймешь, что твои покровители не смогут вечно тебя защищать.

- Какие еще покровители?

Удивленно спросил я, но вместо ответа, женщина сама спросила:

- Сколько тебе лет?

- Семнадцать!.. В смысле… Двадцать пять!

«Черт! Надо ж было так оговориться! А все потому, что я в постоянной меланхолии о себе прошлом!», обругал я себя мысленно. К такому вопросу я готов не был, потому выдал первое, что пришло в голову. Все женщины, включая Лену, удивленно на меня посмотрели, а потом с многозначительным «ясно», гости убрались восвояси.

- Ты хоть знаешь, кого на руки поднял?

Прошипела Лена, когда дверь закрылась и услышать ее не могли. Я невинно пожал плечами:

- Кого?

- Это генерал армии Жукаева! Ты совсем головой не думаешь?

Ругала меня женщина, а я наивно оправдывался.

- На самом деле я все продумал – теперь они считают меня просто сильным идиотом, а не шпионом, или чем-то типа того.

Приложив руку ко лбу, Лена позвала за собой. Плотно заперев двери, она включила какое-то устройство, которое издавало тихий, но неприятный звук. Странно, но Ай и Лена видимо его не слышали, ну а мне пришлось страдать.

- Это от прослушивания.

Сказала Лена, видя как я начал морщиться. Пришлось кивнуть, соглашаясь потерпеть.

- Итак данные с диска. Естественно там были всевозможные исследования и наработки по созданию «нового поколения». О тебе конкретно я там ничего не нашла, но это скорее всего потому, что сильно не вникала. Это не моя область. Интересно другое – там есть информация, которую я не могу обнародовать или передать руководству, хотя она сейчас имеет огромную ценность. Именно за этим я и позвала тебя. Так как ты у нас идиот… Ой прости, просто хочешь таким казаться… В общем, диск украл ты, и об этом известно, поэтому информация тоже должна идти от тебя. И я надеюсь что меня с этим никак не свяжут, а даже если свяжут, доказать ничего не смогут.

Женщина замолчала, выдерживая эффектную паузу. Я отреагировал на ее шутку просто улыбнувшись, и дожидался продолжения рассказа, но вместо этого она спросила:

- Что ты знаешь о последней войне?

- Ну, была около семидесяти лет назад. Велась на территории этих самых джунглей или бывшей Индии. Хотя джунгли уже разрослись далеко за пределы того государства. Там, вроде-как была еще одна сверхдержава, которая после войны прекратила существовать. Все. А, ну еще знаю, что повоевать там успели все, поэтому ее можно назвать третьей мировой.

Улыбнулся я в конце, торжественно выпятив грудь как отличник, ответивший на экзамене. Я и правда гордился этими знаниями, которыми далеко не каждая жительница этого мира может похвастаться.

- Вижу ты кое-что знаешь. Не буду спрашивать откуда. Может еще ответишь, из-за чего возник конфликт?

Вот здесь я уверен не был, поэтому сказал то, что было написано в книге из библиотеки Ольги:

- Ресурсы?

- Это официальная версия. Но как видишь, никто там ничего не добывает. Все убрались с территории уничтоженного государства сразу после его разгрома, а знаешь почему?

Отрицательно качнув головой, я продолжил слушать.

- Вот и я не знала. Информация об этом, неожиданно обнаружилась на твое диске. Представители той страны перед войной заявили, что им удалось создать «идеальную пару» - мужчину и женщину, которые могут иметь потомство, состоящее не только из девочек. Они заявили, что шанс зачать мальчика, у такой «пары», больше шестидесяти процентов. Вот только их институт играл в опасные игры. Оказалось что «идеальная пара», это не совсем люди. Они скрещивали человека с животными. Да-да, не одно, а сразу несколько животных генов внедрили в ДНК этой «идеальной пары». Естественно другие страны их осудили и потребовали прекратить эту античеловечную практику. Ведь их создания совершенно точно уже не были людьми. Между правительствами возник спор который закончился всем известной войной и уничтожением того государства и их института. Однако не все было так просто. Когда войска приблизились к лаборатории, из нее полезли твари с красными глазами. Ничего не напоминает?

Догадавшись о чем она, я спросил:

- Так значит этих тварей из джунглей создали люди?

- Не совсем создали. Скорее изменили, скрестив несколько видов. Из тех данных, что я получила, следует что монстры нападали на всех, включая ученых, которые ставили над ними эксперименты. Лаборатория была разрушена еще до прибытия войск. Но информации на диске много, а у меня нет времени во всем разбираться. Я надеюсь что группа специалистов, получив всю информацию с диска, сумеет разобраться и создать эффективный яд против тварей или что-то типа такого. Боюсь мы столкнулись здесь с гораздо большей проблемой, чем можем себе представить. Всего каких-то семьдесят лет назад тварей было несколько десятков, а сейчас они тысячами нападают на города. Самое страшное – это скорость их размножения и распространения. Почему-то правительство все замалчивает, руководствуясь какими-то своими соображениями.

Дама замолчала, изучая мою реакцию. И мне действительно стало не по себе. Такими темпами, твари вскоре заполонят всю планету, или по крайней мере наш континент. А если… или когда твари, научатся плавать и летать достаточно далеко, то и остальные долго не продержатся.

- Есть у меня одна знакомая полковник. Достаточно сумасшедшая, чтобы пожертвовать собой ради достижения поставленной задачи. Передам данные ей, а потом попробую распространить в прессе. Там у меня тоже знакомые имеются. Сделай, пожалуйста, парочку копий и я завтра же начну действовать. Потом еще попробую надавить на свою, как тут некоторые выразились «покровительницу». Во всех смыслах этих слов…

Добавил я, широко улыбнувшись, но шутку опять никто не оценил…

Глава 34

Сидя на своей кровати, я медленно закрываю и открываю глаза, глядя на рану. Возможности человеческого тела невероятны. С моем же случае, границы возможного вообще сильно размыты, и находятся намного дальше, чем у других людей. Хотя например сейчас, без усиления, я не смогу сравниться с Ай в скорости. В скорости боя или движений, но вот скорость моей регенерации это нечто. Всего за полтора дня рана на ноге уменьшилась, наверное, на тридцать процентов. А например дырка в бедре, после выстрела Безобразовой, полностью зажила где-то за недельку. Но мне все равно кажется, что я могу лучше.

«Быстрее, выше, сильнее...», так стоп, сейчас не до шуток, остановил я сам себя. «Что есть моя способность? Я имею в виду – усиление, ускорение, улучшенное восприятие... это ведь реакция на стрессовую ситуацию. Организм задействует собственные резервы чтобы выжить, а я нагло пользуюсь этим в своих целях. Чаще всего подвергая себя гораздо большей опасности чем следует, но сейчас не об этом. Как мне сделать то же самое с регенерацией? Я отчетливо помню, как сразу после попадания пули, точнее после того как она вылетела с другой стороны ноги, включилась способность и кровь мгновенно свернулась, а ткани срослись. Почему же тогда я стал настолько беспомощен, когда порезал сам себя? А если бы я попросил это сделать например Ай? Ладно, это сейчас тоже не так важно», закончил я свой самоанализ.

Закрыв глаза, я попытался еще раз. «Я есть мир. Мир есть я. Мы есть гармония...» расслабление на грани сна, только желание, без мыслей как в прошлый раз. Да было кое-что невероятно странное, когда я ощупывал узлы, а на мне восседала, совершая известные действия, начальница лесных разбойниц. Я как-то сумел получить знания. Но не кучу всякого хлама, как это было раньше, а именно те, что нужно. А вот сейчас мне нужны знания о собственном теле. Анатомия или морфология человеческого тела, названия не имеют значения. Я хочу сначала понять как все устроено, чтобы можно было восстановить правильное состояние, В случае, например, если мне отстрелят ногу. Хотя ее, скорее всего, отгрызут, исходя из последних новостей. Тогда придется выращивать новую...

Открыв глаза, я снова смотрю на свою рану и понимаю что все не так просто. «Хотя... Может зайти с другой стороны..?», решил я, выдавив побольше мази, которую мне принесли близняшки. София говорила, что она хорошо помогает – раны с ней заживают быстрее. Опять закрываю глаза, направив все помыслы к дырке на ноге. Кровь есть, мазь тоже. «Все заживает само, мне не нужно ничего направлять, нужно только ускорить процесс!»

Казалось, прошла всего пара секунд, однако взглянув на часы, открыв глаза, я заметил что маленькая, толстая стрелка сместилась на целое деление. Зато дырки в ноге больше не было. Только темная корка, покрывающая заросшую рану. «Получилось! Отлично! Вот только если я выпаду на час из реальности где-нибудь в джунглях, ничем хорошим это не кончится...»

Почти у самого моего носа вдруг появилась мордашка Ай. Девушка внимательно посмотрела в мои глаза и произнесла:

- Это было невероятно, господин! Вы научите Ай делать так же?

Спросила она, указывая пальчиком на зажившую рану.

- Если бы я сам знал что и как сделал... Но я обязательно попробую – говорят, когда объясняешь кому-то, вникаешь в суть гораздо лучше.

- Кто говорит?

Задумчиво произнесла девушка. «А и правда. Кто? Какой-нибудь мой предок наверное, но как такое объяснить моей напарнице? Ладно, оставим это на более спокойные времена...»

- Альба проснулась?

Вместо ответа я сам задал вопрос, и Ай сразу ответила, забыв о своем вопросе:

- Десять минут как ушла в уборную. Она все еще плохо себя чувствует.

Моя беловолосая напарница вскоре вернулась и сразу пожаловалась:

- Лучше не стало. Даже хуже – голова болит, и немного тошнит.

Видок у нее действительно был не очень. То что я сделал с ней в прошлый раз – помог организму очиститься от всякой инородной дряни, которой девушку напичкали ученые звезд, похоже, не решило проблему. «Хотя нет, тут дело скорее в количестве. Тогда я избавился от меньшей части. Видимо организм не может самостоятельно доделать то, что было сделано при помощи моего вмешательства.»

- Подойди ко мне.

Попросил великаншу я, а когда девушка подошла, взял ее за руку. «Нет, так не пойдет, она вся напряжена, шатается и с трудом стоит на ногах. Еще рухнет на пол прямо здесь, в этой маленькой комнатушке», мелькнула мысль.

- Садись рядом.

Сказал я ей, и она подчинилась. Кровать жалобно заскрипела, когда к моему немаленькому весу, добавился еще и ее. Альба смущенно покраснела, и отвела взгляд.

- Закрой глаза и постарайся расслабиться.

Произнес я, приложив руки к ее лицу, как в прошлый раз. Сейчас нас не связывает кровь, но, думаю все и так получится. «Как на велосипеде кататься – если один раз получилось, дальше будет не сложно», убеждал я себя, хотя на самом деле в успехе уверен не был.

Закрывая глаза я попытался «осмотреть» девушку, как это делал в прошлый раз. «Так стоп! Никаких пошлых мыслей! Я есть мир...», и тут хлынули знания. Да, это не совсем то, чего я хотел... «аутопсия, аутолиз, вскрытие, трупное окоченение...», все эти, и многие другие термины, мне теперь хорошо известны и понятны. «Либо какой-нибудь мой предок был патологоанатомом, либо маньяком-потрошителем. Надеюсь, все-таки первое, хотя, какая разница - главное, что о строении человека я теперь знаю очень и очень много!», радовался я, забыв о том, что собирался сделать. Руки соскользнули с лица девушки и Альба открыла глаза, несколько раз моргнув.

- Ничего не изменилось.

Растерянно произнесла она, и я снова положил руки к ее лицу.

- Прости, получилось не совсем то, что я планировал. Давай, еще раз, расслабься. Глаза закрой.

В этот раз произошло то, чего я хотел – в голове появились ее ощущения. И как в прошлый раз они были ограждены и никак не влияли на меня самого. Снова отделяя мужское, чуждое, от ее организма, я отправляю это в переработку, в желудок или сразу дальше, минуя очищение и переваривание.

Альба вдруг дергается, вырываясь из моей хватки, и выбегает из комнаты. Послав вслед девушке удивленные взгляды мы с Ай переглянулись. Через несколько минут великанша вернулась, осуждающе глядя в мою сторону.

- Еле успела! Предупреждай, если собираешься на мне слабительное испытывать!

- Прости, я как-то не подумал...

Извинился я, легонько стукнув себя по голове.

- Хотя теперь я чувствую себя лучше. Только кушать хочется.

Добавила она, и мой живот, издав громкий звук ее в этом поддержал. Ай улыбаясь посмотрела на меня, а я смутился, «неужели я тоже так выгляжу, постоянно клянча еду?», мелькнула мысль, пока я искоса смотрел на Альбу.

Лены к этому времени дома уже не было, но она оставила для нас целую гору еды, предупредив местную повариху, что мы придем. «Не представляю как и когда буду рассчитываться, за все хорошее, что она для меня сделала», думал я, глядя на несколько накопителей, которые хозяйка дома оставила в небольшой сумочке.

Закончив с трапезой мы отправились обратно в полуразрушенный тварями город, к Власовой. Оказавшись на улице, наша компания сразу привлекла внимание. Местные останавливались, забыв о своих делах, и во все глаза разглядывали меня, Ай и Альбу. Последняя блестела, в лучах солнца, своей бледно-розовой кожей и совершенно белыми волосами.

- Это, конечно еще не та сила, которая у меня была раньше, но чувствую я себя превосходно!

Заявила великанша, жмурясь и подставляя лицо солнышку. Ей, похоже, было вообще плевать на взгляды окружающих. Пристальное внимание так же было нипочем и Ай, которая преданно поглядывала на меня, и крепко держалась за мою руку. «Интересно, она вообще осознает что мы выглядим как парочка?», размышлял я, быстрым темпом направляясь к окраине города.

В этот раз путешествие из города в город закончилось без происшествий и довольно быстро. Альба ни разу не пожаловалась на слабость, да и моя рана больше не беспокоила. При въезде в город был поставлен шлагбаум, и оборудован контрольно-пропускной пункт. Девушки на посту меня сразу узнали и даже предложили передохнуть в их комнате отдыха. Мы вроде-как не устали, к тому же есть дело, с которым надо поскорее разобраться, поэтому я отказался. Военные дамочки расстроились, но настаивать не стали. Нам выделили сопровождающую, которая по пути к командному центру рассказала, что после артобстрела ни одна тварь к городу больше не приближалась. Тут вообще стало очень тихо, и если так продолжится, военное положение скоро снимут. По крайней мере, она на это надеется.

Выйдя на площадь перед командным центром, девушка вдруг начала меня благодарить. Оказывается, она была в том здании, которое крушил Бронто. Девушка, со слезами на глазах, говорила что я всех спас, так как патроны у военных в здании закончились, а тварь почти его обрушила.

- Все хорошо, не надо благодарностей. Мы все здесь сражались вместе и помогали друг-другу. Моя подруга Ай, например, убила этих тварей даже больше чем я, так что хватит плакать.

Девушка удивленно посмотрела на спокойно стоящую рядом Ай.

- Я не считала, но думаю, господин Тим преувеличивает, и он сразил больше чем Ай.

Монотонно декларировала моя черноволосая подруга. Сейчас она ко мне не прикасалась и имела свое безжизненное выражение лица.

Распрощавшись с сопровождающей, мы направились прямиком к полковнику Власовой. Виктория приняла меня без задержек. Она распивала горячий чай, пребывая в хорошем расположении духа, и даже поздоровалась.

- Привет! Слышала о твоем маленьком приключении в лесу, и очень тебе благодарна. Перебоев в снабжении больше нет, а среди этих мерзких дезертирш обнаружился даже один хороший врач. Теперь она почти добровольно работает в лазарете.

Я протянул ей руку, и легонько сжал ее кисть, когда она ответила тем же. Она выглядела немного растерянной, ведь такое приветствие в этом мире совсем не норма, но я просто обрадовался, наверное первому приветствию за все время пребывания здесь, в теле одиннадцатого.

- Здравствуй, Виктория! Рад видеть тебя. И рад твоему хорошему настроению!

Поздоровался я, усаживаясь на стул. Полковник налила чай в чашку и взглянула на сопровождающих меня девушек.

- Если можно, им тоже.

Улыбнулся я, и женщина достала еще две чашки. Сделав первый глоток, наслаждаясь сладким вкусом, я со вздохом произнес:

- Как бы мне не хотелось тебя расстраивать, но придется.

Протянул я Власовой накопитель, а потом пересказал историю Лены.

- Кое-что из этого я знала, кое о чем догадывалась... однако что ты планируешь с этим делать?

Помахала дама накопителем.

- Распространю в прессе, пусть наверху зашевелятся, сделают что-нибудь. Тут люди гибнут, а им все равно!

Виктория тяжело вздохнула, повернувшись в сторону джунглей.

- Как ты думаешь, кто я? Я – патриот своей страны. А то что ты хочешь сделать, ударит в первую очередь по авторитету Северного Союза. Я не знаю почему информацию скрывают, но уверена, тому есть причина! Ты сначала пришел ко мне, и это радует. Значит ты мне доверяешь и не считаешь причастной к сокрытию информации. Или думаешь что я заступлюсь за своих людей здесь? Только после связи с тобой и явной антигосударственной деятельности, меня скорее всего снимут. И поставят на мое место такую руководительницу, которой на людей будет вообще плевать!

Стукнув кулаком по столу, она бросила в меня яростный взгляд и продолжила:

- Я передам эту информацию кому надо, и попрошу о содействии, но если ты попробуешь ее обнародовать, то я умываю руки. И вообще после такого я тебе помогать не буду, так и знай!

Закончила она, протягивая накопитель обратно, ожидая моего ответа. Я поднял руки.

- Хорошо-хорошо! Я не очень хорош в этих делах, потому и пришел к тебе. Сделаю как скажешь, никакой прессы – ты действуешь, я помогаю. Вот только что еще я могу сделать? Твари ведь вернутся, ты должна это понимать!

Власова удовлетворенно кивнула, отправив накопитель себе в карман.

- На самом теле, Тим, ты можешь сделать даже больше чем я.

Улыбнулась дама.

- Правда?

Удивился я, а она с улыбкой продолжила:

- Ты уже забыл про Жмаеву? Она же не просто так за тебя заступается. У нее власти наверное больше всех в этой стране. Пойди и попроси ее! Хоть она мне и не нравится, но денег у этой особы очень много.

Призадумавшись я ответил:

- Хмм... я не знал что она настолько крута. Похоже, мне надо было ехать сразу к ней, а не сюда, к обычной полковнице. Хоть милой, но бесполезной.

Власова разразилась громким смехом, на который я ответил своей фирменной зубастой улыбкой. Отсмеявшись, Виктория произнесла:

- Первый раз в жизни меня кто-то милой назвал. Даже в детстве такого не было. Я начинаю понимать, за что тебя опекает Жмаева! Ладно, здесь ты больше не нужен, можешь ехать к ней со своей информацией, я даже машину тебе дам, до вокзала доедешь, а там первым же составом к Диане. Надеюсь у тебя все получится, и я наконец свалю из этого места. Ненавижу жару и насекомых!

Власова вызвала одну из своих подчиненных, и через несколько минут к зданию действительно подъехал джип. Прощаясь Власова вдруг протянула мне руку, повторяя мой жест приветствия. Она с силой сжала мою кисть, улыбаясь и произнесла:

- От тебя зависят наши жизни. Постарайся там с ней все как следует сделать, во всех смыслах этих слов!

Улыбаясь во все тридцать два зуба, пошутила Виктория. «Какая же, все-таки, хорошая женщина. И шутит почти как я», улыбнулся я ей в ответ, подмигнув, и машина тронулась с места. Махнув рукой, я крикнул:

- Намек понял! Уж постараюсь!

Дальнейший наш путь в столицу тоже закончился без происшествий. Несколько раз перебравшись из одного товарного состава в другой, мы наконец прибыли в город. Пару раз я пытался медитировать, но ничего путного из этого не вышло. Усиление тоже больше не включалось, и я смирился. «Все хорошо и без сверхспособностей. Сомневаюсь что в этом мире так уж много людей смогут со мной сравниться. А еще у меня есть знания и регенерация», успокаивал я себя, когда следуя указаниям прохожих мы наконец добрались до особняка Жмаевой.

Точнее мы пришли к высоченным воротам на окраине города. Это было целое поместье, с огромной прилегающей территорией и стеной, ограждающей это царское жилище. Охранницы открыли нам калитку и сопроводили в дом. Дианы не было дома, но она предупредила всех о моем возможном прибытии. Комнат в доме хватало, поэтому нам их выделили целых три – каждому по одной. Ай хотела остаться у меня, но я запретил.

Вернувшаяся к вечеру хозяйка дома без стука вошла в мою комнату в боевом наряде, состоящем из легкого халатика и пушистых тапочек.

- Как я рада что ты приехал! Слышала о твоих подвигах, мой герой!

Пропела она, бросаясь мне на шею, но я ее сразу отстранил.

- Я вообще-то здесь по делу.

Строго произнес я, и начал свой рассказ. Диана слушала без интереса, все время пуская слюни. Но в конце смогла собраться:

- И что ты предлагаешь? Всем все рассказать? Предупредить об опасности? Это создаст панику, но ничем не поможет. Ты думаешь, я не знала о тварях? Или ты думаешь, мы не пытались создать что-то против них? Мы не можем, не потому что не хотим, а потому что нет информации. Семьдесят лет назад, главы государств договорились и разделили данные с той, уничтоженной лаборатории. Чтобы никто не мог повторить эксперимент по созданию этих зверолюдей. После нападения тварей из джунглей мы конечно просили звезды и наших азиатских соседей о содействии, но все отказали! Никто просто так не даст свою часть данных. Они даже заявили, что информация утеряна. Ха, будто мы не понимаем, что они просто не хотят делиться!

- А если я добуду эти данные?

Обдумав ее слова, спросил я. На что женщина с улыбкой ответила:

- Я сделаю все что смогу, даже без данных – построю лабораторию, найму специалистов, денег выделю... если ты останешься здесь и будешь делать то, чего я хочу.

Закончила она, положив руки мне на плечи.

«Все ради выживания человечества! Совсем не потому, что дамочка в своем вожделении просто неудержима. Тем более я уже давно хотел немного отдохнуть и нарастить жирка», подумал я, кивая.

- Отлично! Раздевайся быстрее! Я хочу чтобы ты...

Заявила дама, потянувшись к пуговицам на рубашке. Я остановил ее, грубо толкнув на кровать.

- Замолчи.

- Но я...

Начала женщина, когда я приподнял ее подбородок, заглянув в глаза.

- Я сказал – сделаю то, чего ты хочешь, а не то, что скажешь!

Произнес я, а глаза Дианы закрылись в томном предвкушении...

Глава 35

Вообще спать, а я имею в виду именно сон, с обнаженной женщиной очень приятно. Хотя и все остальное было совсем не плохо... Как это было с длинноволосой, когда телом одиннадцатого управляла девушка, я ничего сказать не могу. Зато с Кариной это было так же приятно, как сейчас. Вот только сейчас первым проснулся я, а не девушка. Жмаева оказалась выносливой и мне пришлось выложиться по полной. Однако результат того стоил, и сейчас женщина посапывает с довольной улыбкой на лице, обняв подушку, которую я подсунул вместо себя, выскальзывая из-под одеяла.

Натянув штаны, я побрел по коридору на кухню. Здесь вовсю кипела работа, гремели кастрюли, ложки, шипело масло и тому подобные атрибуты большой кухни – похоже кухарки готовятся к настоящему пиру. Чтобы не вызвать панику или не помешать слаженной работе, я присел за небольшой столик, в закоулке. Это видимо было место для перекуса поварих.

Мимо проходящая с подносом девушка, случайно повернув голову, чуть не уронила его содержимое, встретившись с моей зубастой улыбкой. Следующий ее шаг оказался неудачным и поднос начал крениться, а стоящие на нем тарелка заскользили вниз. Чего-то такого я ожидал, поэтому успел придержать девушку одной рукой, а ее поднос другой. Потом, убедившись в устойчивости работницы, приложив палец к губам, я тихонько прошептал:

- Все нормально, не шуми. Я просто заглянул чего-нибудь погрызть. У вас какой-то праздник?

Девушка удивленно посмотрела на меня, недоверчиво хлопая глазами:

- Это же из-за вас. Хозяйка позвала гостей. Вечером будет банкет.

«Только этого мне не хватало, похоже меня собираются выставить на всеобщее обозрение», размышлял я. Диана наверное делает это чтобы похвастаться. Такая перспектива меня совсем не радовала. Девушка легонько повела рукой, которую я так и не выпустил, выводя меня из раздумий.

- Вам уже накрыт стол в соседнем зале...

Жалостливо прошептала девушка с подносом, и я сразу ее отпустил.

- Извини что отвлек.

Сказал я, пройдя в указанную дамой дверь. Здесь уже сидела Ай и Альба. Последняя беззаботно поглощала стоящую перед ней еду, без разбора. У Ай вид был как всегда спокойный и отрешенный. Мне даже показалось что более отрешенный, чем обычно.

- Привет девчонки, как спалось?

- Отлично! Наконец мягкая и теплая кровать. Правда какая-то баба орала на весь дом, но я настолько устала, что меня это не остановило.

Заявила Альба с полным ртом еды. При этом она даже умудрилась не проронить и крошки.

- Ай не жалуется, господин. Кровать действительно удобна.

Монотонно проговорила вторая девушка. Свои катаны она даже сейчас держала при себе. Присоединившись к девушкам за столом, я рассказал им о ситуации, пересказав почти весь наш вчерашний разговор.

- Так что теперь у нас планируется отдых. А вечером меня, видимо, будут выставлять напоказ, как цирковую обезьянку. Хоть мне это и не нравится. Я бы даже сказал, очень сильно не нравится, но такова цена – Жмаева спонсирует исследования, а я выполняю ее желания. Только сомневаюсь что ученые придумают что-нибудь полезное, без данных других государств.

Вздохнул я, помешивая ложкой сладкое нечто, очень вкусное, кстати. Альба вдруг оторвалась от еды, и спросила:

- Эти данные могут быть в моей бывшей лаборатории? Если да, можем туда наведаться. Только путь не близкий. Понадобится машина.

- Жмаева точно не даст. Это же межгосударственный конфликт будет, если выяснится, что она причастна к нашей планируемой деятельности. К тому же она не захочет меня отпускать. И не важно, добудем мы информацию или нет, засветимся там или нет.

Снова вздохнул я.

- Господин... Тим не хочет оставаться?

Вдруг неуверенно спросила Ай, на что я ответил:

- Нет, не хочет. Уже сегодня банкет, явится целая толпа народу. Не люблю я этого – каждая захочет посмотреть, пощупать...

Ай вдруг протянула обе руки, положив их на мое предплечье. От неожиданности я чуть не отдернул руку, удивленно посмотрев на проявившую столько эмоций девушку.

- И вы не намеренны подчиняться Северному Союзу?

- Во-первых, Ай, не «вы», а «мы». Во-вторых, я считаю нас свободными людьми, которые готовы помочь всем, независимо от государства. Я просто хочу использовать данные, для борьбы с тварями из джунглей. И вообще, то что касается лично меня – правительство Северного Союза отправило вооруженных девиц, чтобы те меня скрутили, или вообще застрелили. А потом одна ученая хотела разобрать меня на запчасти, чтобы разобраться как я устроен. В общем, пока наши цели совпадают, я подчиняюсь. Понимаешь к чему я клоню?

Ай медленно кивнула и приблизилась вплотную, прошептав:

- Если вернемся в портовый город, где мы были с самого начала, можем захватить корабль. Если пообещаете никого там не убивать. Этот корабль принадлежит Великой Азиатской Ассоциации. С вашей помощью я смогу им управлять, и доставить нас прямо к лаборатории. А потом можем отправиться и в лабораторию звезд.

Не сдержавшись, я поцеловал ее в щеку, радостно улыбаясь. Шепча на ухо, Ай приблизилась совсем близко, и не успела отреагировать, но не похоже, что ей это не понравилось. «Корабль! Ведь это моя детская мечта – побыть капитаном морского судна! Еще и данные добудем», мысленно ликовал я. Краснеющее все больше лицо Ай все еще находилась в моих руках, после этого приступа ликования, и опомнившись я ее отпустил.

- Прости, Ай. Не сдержался. Просто ты меня очень сильно порадовала. Конечно никого убивать или калечить мы не будем!

Поднявшись из-за стола, я направился в свою комнату, на ходу проинструктировав напарниц:

- Собирайтесь как можно быстрее. Если хозяйка проснется, так просто смотаться не получится. Еды прихватите если че!

Стараясь не шуметь, я открыл дверь и проскользнул внутрь своей комнаты. Положение Дианы на кровати не изменилось, поэтому я как можно тише начал собирать свои вещи. Выскользнуть обратно, так же удалось не разбудив хозяйку дома, поэтому поймав прислугу я попросил ручку и листик. Быстро и коряво, нашкрябав что-то типа – «не ищи, скоро сам вернусь», я велел отдать это любовное послание хозяйке, когда проснется.

До калитки удалось добраться без происшествий, и только там меня остановили охранницы.

- Хозяйка не велела выпускать.

Заявила женщина, преграждая дорогу.

- Разве я пленник? Или она велела держать меня силой?

Поинтересовался я, подходя вплотную. Охранница растерялась, отступая:

- Нет, но...

Но было уже поздно – я открыл металлическую калитку, выходя на улицу.

- Не волнуйтесь, я вернусь!

Улыбнулся я, закрыв дверь с другой стороны, прямо перед носом растерянной девушки.

Дальше наше путешествие было не слишком интересным – мы просто залезли в один из задних вагонов едущего в нужном направлении поезда и прокатились до конечной.

Приехали мы, когда солнце давно зашло, и людей на улицах города почти не было. Да и фонари освещали только центральные улицы, поэтому наша компания могла особо не прятаться. В знакомом городе, под покровом ночи, мы втроем притопали к дому Сони. Еще там, в разоренном тварями городе, мне пришло от нее письмо, в котором девушка сообщила, что ей не удалось получить аккредитацию, и она возвращается домой.

В моем времени, заломиться ночью домой к одинокой девушке, еще и с двумя подругами, идея, мягко говоря, не из лучших. Однако здесь, меня встретили заключив в объятья с радостным криком. Мне даже пришлось зажать Соне рот, чтобы не разбудила соседей. Поскольку у нее имелась всего одна кровать и небольшой диванчик, ночевать здесь я не собирался. Вообще, выяснив что фургон в исправном состоянии находится не так далеко, в гараже от которого у Сони имеются ключи, мы выдвинулись за ним. Ай поведала, что от сюда до корабля можно доехать за пару часов, и мы решили не мешкая туда нагрянуть.

В час когда сон крепче всего, около четырех-пяти утра мы оставили автомобиль в зарослях и двинулись к спрятанному в небольшой бухте кораблю. Так как Альба все еще не восстановила свои силы, ее было решено оставить с Соней и машиной. На случай, если что-то пойдет не так, мы оставили ей два пистолета из снаряжения Ай.

Раз уж убивать мы никого не собирались, с собой взяли только веревку и, конечно-же, катаны. Моя напарница заявляла что мешать они не будут, поэтому сейчас она плыла, используя всего одну руку, подняв над водой драгоценное оружие. Вообще, скажу я вам, плавание в весенней воде, занятие бодрящее – сонливость сняло как рукой! Стараясь не шуметь и не клацать зубами от холода, я греб к кораблю, до которого было добрых метров пятьсот.

Каким-то образом Ай удалось не только не отстать, но и к борту добраться первой. Как ей удавалось сориентироваться в темноте и взобраться на палубу, уму не приложу. Без усиления, в утреннем тумане я с трудом мог что-то разглядеть дальше пяти метров. Однако добравшись наконец к борту, я обнаружил сброшенную с палубы веревку. Все же, мне очень повезло подружиться с Ай. Будь она врагом, жизнь моя бы давно закончилась, и сомневаюсь, что я успел бы это осознать!

Напарница посвятила меня в план заранее, поэтому я знал куда идти. Девушка направилась в рубку, где должна была находиться бодрствующая смена. Мне же достались каюты со спящим экипажем. Согласен, не очень джентльменское разделение труда, но без усиления я был практически бесполезен – ни ловкости, ни скрытности, да и угрозу я теперь мог заметить только в самый последний момент.

Тихо пробравшись с нужное место, я вытащил герметичную коробочку из арсенала моей азиатской напарницы. В ней находилась небольшая бутылочка и несколько кружочков ткани. Ай предупредила меня не вдыхать это вещество, поэтому я обмотал заготовленный заранее шарф вокруг рта и носа, смачивая беленькие кружочки.

И вот я, герой нового времени, сверхспособности и все такое... под покровом ночи крадусь к спящим женщинам, с усыпляющим веществом в руках. Всего две каюты и в каждой по две койки. Третья должна быть пустой – дежурная смена в рубке. Первая каюта – без происшествий, влажные тканевые кружечки положены у носа спящих. Вторая – все сделано, и я уже тянусь к веревке, возвращаясь к своим первым жертвам, которые за это время должны были хорошенько надышаться, чтобы их можно было вязать.

Открыв дверь, я замер, глядя в глаза так же замершей напротив девушки. У меня в руках веревка, а вышел я из каюты ее напарниц по команде. Как нашкодивший кот, я вжимаю голову в плечи, когда девушка поднимает пистолет. Между нами не больше двух метров, поэтому я бросаюсь вперед, ничего лучше не придумав, и протягиваю руку к ее оружию. Первый раз с момента моего появления в этом мире усиление не включается, даже в момент смертельной опасности. Только сейчас я осознал, насколько оно меня выручало, и как сильно я на него полагался.

Вообще, теоретически, удержать затвор пистолета рукой можно, особенно если ты здоровенный мужик в хорошей форме. Но это только при условии, что твои руки не влажные, и взялся ты за этот самый затвор хорошенько. В утренней тишине гремит выстрел. В этот момент моя рука ложится на холодный металл затвора. Ухо обожгло резкой болью, а за спиной, слышится звук попавшей в стену пули, и несколько осколков ударяют в шею и сыплются за воротник. Адская боль в ладони, и потекшая по пистолету кровь из-под содранной кожи. Вот таков был результат моего необдуманного поступка.

Глаза девушки расширяются, а руки напрягаются, когда она пытается сместить пистолет, направив его чуть правее, прямо мне в лицо, но я уже сместился в сторону от боли в простреленном ухе. Удерживая ствол окровавленной рукой, я наношу ладонью второй руки удар прямо в лицо этой особе.

Удар вышел знатный и угодил прямо в подбородок, к тому же я вложился еще и корпусом. Пистолет остался в моей руке, а тело девушки упало на пол, отлетев где-то на метр. Рядом с ней, на колени опускаюсь и я. Хочется орать, держась за руку, или за ухо, но я вместо этого проверяю состояние моей противницы. По всем признакам она в нокауте, но я все равно на всякий случай, переворачиваю ее на живот, и связываю за спиной руки.

В этот момент появилась Ай. Оценив обстановку девушка виновато произнесла:

- Ай приносит свои глубочайшие извинения, господин. В рубке была только одна женщина. Вторая зачем-то пришла сюда.

- Это я уже понял. Там в каютах они не связаны, но усыпляющие тряпочки я оставил, так что должны спать крепко. Закончи с ними пожалуйста, а то я не в состоянии.

Ай подчинилась, хотя сначала явно собиралась помочь мне с ранами. Потом, когда мы закончили вязать наших жертв, Ай посветила фонариком, моргнув три раза, сообщая об успехе оставшимся на берегу Альбе и Соне. Мои раны девушка принялась обрабатывать, как только привела в рубку, добравшись до аптечки. После этого я присел в кресло и попытался расслабиться.

- Там я заметил лодку, закрепленную на палубе, как она спускается на воду?

Устало спросил я.

- Прямо отсюда, автоматикой.

- Отлично, сделай это. Ты ведь умеешь на ней плавать? Забери наших подруг с берега, а я пока попробую восстановиться.

Отпустив девушку, я медленно закрываю глаза. На ладонь и ухо она распылила какое-то пенящееся вещество из баллончика, которое немного уменьшило болевые ощущения. «Надеюсь эта штука будет работать не хуже мази... Я есть мир. Мир есть я...», начал было я, но сосредоточиться удалось далеко не сразу. Дискомфорт и боль вообще не помогают при медитации! Только через минут десять настроиться все-таки удалось и начался процесс восстановления.

Когда я открыл глаза, рядом сидела Соня, наблюдая за процессом заживления ладони. Она восстановилась не полностью, но я уже совсем выдохся. Оказалось, регенерация высасывает силы не хуже чем марафон! Начал я с уха, решив разбираться по одной травме за раз, и вот чем это обернулось – пока я могу полноценно пользоваться только одной рукой.

Дальше все было не так просто – брать с собой в путешествие шесть пленниц ни желания ни возможности у нас не было, поэтому я собирался отправиться к Ольге. Женщина все еще находилась в больнице и если честно, туда мне следовало отправиться в первую очередь. Она столько хорошего для меня сделала, а я даже не проведал ее ни разу.

Соня высадила нас у больницы и отправилась по каким-то своим неотложным делам. Альба же осталась присматривать за пленницами на корабле. Солнце к этому времени взошло над горизонтом, и люди сновали туда-сюда около больницы. Все же, у таких учреждений самое напряженное время это утро. Таиться я не стал, сразу же поймав на себе множество заинтересованных взглядов. Но это ничего – теперь я, вроде как, свободный человек, и меня никто не ловит.

Уж где-где, но здесь меня без очереди даже «спросить» не пропустили. Хоть последний мужчина на земле, хоть динозавр – бабульки во все времена останутся бабульками, когда дело доходит до очередей. Однако мне удалось отвлечь их внимание, чтобы Ай смогла, использовав свои навыки, проскользнуть к стойке и выяснить нужную информацию. Как оказалось, даже ей это сделать не так-то легко – обмануть внимание немощных пожилых дамочек. Повезло что нам действительно нужно было только спросить, а то здесь было опаснее чем в джунглях, с монстрами! Оставив спорящих между собой старушек, о том видела ли Маруся «в былые времена», такого же, настоящего мужика, мы направились вверх по лестнице.

Естественно не бедная дама Ольга могла себе позволить ВИП палату, в которой находилась одна. Странно что она вообще здесь, а не дома, с личным доктором у изголовья, но как говорила Лена, в этой больнице на энтузиазме, работает одна из лучших врачей Северного Союза. Тихонько постучав, мы вошли. Ольга лежала на койке, а рядом с ней сидела та самая, пухлая повариха, что накормила меня в первый день пребывания в теле одиннадцатого. Голова хозяйки особняка была повернута в нашу сторону, а по щеке стекала тоненькая струйка слюны. Глаза женщина медленно открывала и закрывала, уставившись в пространство.

- Как она?

Спросил я пухлую пожилую женщину.

- Хуже стало. Поначалу поправилась вроде, а сейчас вон оно как, и никто ничего поделать не может.

Вздохнула повариха. От Лены я слышал – женщине вкололи какую-то дрянь. Подойдя поближе, я разглядывал лицо Ольги. Лежащая на кровати дама выглядела сейчас лет на десять-пятнадцать старше, чем та которую я знал.

- Дай мне нож, Ай.

Попросил я напарницу, и та протянула его рукоятью вперед. Опыт по выведению дряни из организма у меня уже имелся, так почему-бы не попробовать, решил я, вскрывая плохо зажившую ладонь. Кровь потекла, стоило только коснуться тонкой розоватой кожи. На ладони Ольги я тоже сделал маленький надрез.

Повариха начала было возмущаться, но знающая Ай, ее отстранила, шикнув. Присаживаясь на стул, я начал свою мантру «Я есть мир...», с Ольгой все вышло даже легче чем с Альбой. Все же там намешали такого, что черт ногу сломит, а здесь всего один препарат. Гадкий и чуждый, мне даже казалось я чувствую его горечь, передаваемую через эмоции женщины.

Двадцати минут оказалось достаточно, чтобы разобраться где оно засело, и я начал выдворять гадость из организма. Похоже, эта дрянь смешалась с кровью и влияла на нервные окончания, подпитываясь кислородом. Раньше я бы не понял этого, но теперь, с анатомическими знаниями моего предка, работать куда проще!

- Чего это ты со мной делаешь?

Вывел меня из раздумий голос Ольги. Женщина вполне осмысленно смотрела на наши сцепленные, окровавленные руки. Я только улыбнулся в ответ, и погладил ее по голове, заодно стерев платочком почти засохшую слюну на щеке женщины.

- Пора тебе отсюда выбираться, госпожа-хозяйка. Домой, к дочери, а еще мне опять нужна твоя помощь, за просто так чудесами не разбрасываюсь...

Потом я рассказал даме о последних событиях, не забыв упомянуть, что Лены в городе нет.

К сожалению доктора так сразу ее выписывать отказались, удивляясь чудесному выздоровлению. Ну это не страшно, Ольга, придя в себя быстро набирала обороты, передавая указания через пухлую повариху.

Теперь бы мне еще поспать. Да и поесть чего-нибудь калорийного. «Опять я потратил все свои запасы жирка. В этот раз не на усиление, а на восстановление, и всякие странные манипуляции», сокрушался я. Навык целительства, среди арсенала моего нового тела мне нравился больше всего. Планирую даже, когда-нибудь сказать что-то типа – «встань и иди!» или «открой глаза и прозрей!»

- Всех излечит, исцелит добрый доктор Айболит...

Напевал я тихонько песенку, выходя из больницы.

Глава 36

Рассматривая снимки, женщина азиатской внешности кивала головой.

- Да это она, я уверена. Но как им это удалось? Я была на сто процентов уверена в ее преданности!

- Важно другое – она оказалась крайне эффективной против тварей леса. Наш человек докладывает, что Союз даже послал ее вместе с их желтоглазым в джунгли, и они вернулись целыми и невредимыми, выполнив возложенную на них миссию. Более того – в городе ее эффективность тоже превзошла все ожидания. В тесных переулках, там где не справляется огнестрельное оружие, вооруженные холодным оружием воины, лучшее решение. Так же как и в джунглях, где нет возможности обнаружить противника на большом расстоянии.

Отвечала ей другая, принесшая снимки. На небольшом постаменте, за сидящей дамой находились несколько японских длинных мечей, в ножнах. А еще, в углу комнаты, в специальной урне лежали несколько бамбуковых, тренировочных синаев.

- К чему вы клоните, тайсё?

- Проект «тысяча дочерей». Мы запустили его с исходным кодом вашей подопечной, сенсей! Мы не можем больше терять города, да и скрывать это мы больше не в состоянии. Императрица в ярости, Великая Азиатская Ассоциация теряет лицо!

Названная сенсеем тяжело вздохнула, отвернувшись в сторону.

- От меня вы чего хотите?

Спросила она, поднимаясь из-за стола.

- Первая партия будет готова через неделю. Вы должны испытать продукт. Если они будут хотя бы вполовину так сильны как предательница, пошлем их на зачистку Наньнин и Чжаньцзьян. Если эти города отбить не удастся, огромная территория будет отрезана и навсегда потеряна!

***

Конечно про Карину я не забыл, но ее, оказывается, забрали в монастырь те самые выжившие сектантки, по ее же собственной просьбе. Персонал больницы отзывался о них очень хорошо, заявив что о «девочке» монашки заботились без сна и отдыха. К счастью ей удалось выжить без особых осложнений, так как жизненно-важные органы задеты не были. Все удары принял на себя плод. Врачиха качала головой, сокрушаясь о том что такая молодая и здоровая девочка потеряла возможность иметь детей... Что ж, надеюсь в монастыре ей будет хорошо, раз уж она сама решила туда вернуться.

Как-нибудь, когда все закончится, я наведаюсь к ней в гости, но сейчас – дела. Первое, наиважнейшее дело – поесть. Второе – поспать! Но вместо этих важных дел, я бреду за пухлой поварихой. Ольга сказала – понадобится время, чтобы собрать людей. А еще для солидности, и чтобы поварихе сразу поверили, я должен ее сопроводить.

Шли мы достаточно долго, пока не выбрались на самую окраину города. Здесь я еще не бывал, но райончик тут был загляденье – почти все дома наполовину разрушены, в переулках кучи мусора, запахи тоже соответствующие. Прямо сейчас, белым днем, облезлые крысы снуют меж этих куч, даже не думая прятаться.

Нужное нам здание оказалось здоровенным складом, окна которого были заложены кирпичом, а у двери валялась пьяная в хлам девица, в грязных лохмотьях.

- Подождите здесь, пожалуйста, господин Тим. Я позову, если понадобится ваша помощь.

Попросила повариха.

- Ладно. Сколько времени ждать если что? А то, я смотрю, тут небезопасно.

- Ох, вам нечего волноваться. Напасть на вас никто не посмеет. Слухи о вашей силе уже давно здесь распространились.

Заохала пухлая дама, но я ее остановил, подняв руку.

- Я не о себе говорил. Ладно минут десять подожду.

Женщина удивилась, но ничего не сказала, открыл незапертую дверь склада. Небольшое облачко дыма сразу вырвалось из помещения. Это явно не от пожара, догадался я, узнав запах сигарет и еще какой-то дряни. В прошлой жизни я как-то попробовал, что такое табак, и мне не понравилось. «Что вообще люди в этом находят? Никакого кайфа, только вред здоровью. А еще они денег стоят, и все это ради понтов!», думал я, слушая бормотание пьяной женщины, которая пыталась куда-то ползти.

Минут пять прошло и мне надоело ждать. Очень раздражали бегающие вокруг крысы, и запахи тоже! Даже мой зверский аппетит почти улетучился! Распахнув дверь, я ворвался в этот мир порока и упадка. Дым стоял такой, что хоть топор вешай. По бокам, около стен расположились старые игровые автоматы, а чуть дальше находилась барная стойка. В это время народу тут было не много, но даже так на меня сразу же обратили внимание. Девушка в грязном пиджаке, с металлической дубинкой на поясе, криво улыбаясь, вынырнула из клубов дыма, но разглядев новых посетителей, открыла рот и замерла. Я поднял ее отвисшую челюсть и спросил:

- Женщина. Полная. Только что вошла. Где она?

Говорить здесь было очень неприятно – во рту сразу появлялся горький привкус дыма. Встретившая нас дама не смогла вымолвить и слова. Она трясущейся рукой указала на дверь, в конце зала, за барной стойкой. Туда мы с Ай сразу же и направились.

Никто не пытался нас остановить или окликнуть, поэтому я не останавливаясь открыл дверь и вошел в плохо освещенный коридор. По бокам было несколько дверей, но нужная мне находилась прямо в конце, и была открыта. Здесь почти не было дыма, поэтому я видел стоящую в комнате, около двери повариху. Ее широкая фигура закрывала обзор, поэтому я не мог разглядеть кто там еще кроме нее есть и сколько их. Однако разговор был слышен хорошо. Мы с Ай тихо приблизились и остановились где-то в метре.

- Да че ты тут базаришь? Лены в городе нет, еще неизвестно когда вернется, а Ольга овощем лежит в больнице! Я сама видела – она никакая! От кого приказы? Меня за старшую оставили, или ты рамсы попутала?

Этот цветастый говор меня порадовал. Я будто попал в кино про гопников каких-то. Особенно смешно было слышать это в исполнении женского, высокого голоса. Повариха уже собиралась что-то ответить, когда над ее головой, из темноты коридора показалась моя зубастая улыбка. Не знаю насколько устрашающе это выглядело, но сидевшая за столом девушка вскочила, опрокинув стул, и уперлась спиной в стену.

- Вечер в хату!

Выдал я единственное известное жаргонное приветствие своим хриплым от дыма голосом. Справа на диванчике сидели еще две женщины, которые тоже вскочили, и потянулись руками под куртки.

- Вот этого не надо.

Обратился я к ним, но обнаженное лезвие у горла одной из дам подействовало намного лучше. Ай разговаривать не стала, а перешла сразу к действиям.

- Итак, вы, уважаемые, не верите нашей доброй подруге? Мне-то поверите? Ольга в порядке, приказы передала через нее. Ну а если кто сомневается – сходите в больницу и спросите лично.

Дама у стены нервно поправила одежду и подняла упавший стул.

- Мы... Э-э-э... Верим конечно, я с вами к монастырю ездила, помните?

Заискивающе спросила старшая. И правда, она там была, только тогда она рот почти не открывала.

В общем дальше все пошло как по маслу – и машина нашлась, и место, где будут содержаться пленницы, и даже провизии нам в дорогу организовали.

- Не убивать и не калечить, остальное на ваше усмотрение.

Сказал я, передавая пленных азиаток.

Одна из них, с синяком на лице, глядя на мое зажившее ухо широко раскрытыми глазами вдруг произнесла что-то типа «бакэмоно». Как оно переводится я не знал, зато знала, похоже Ай. Девушка подошла к пленнице, обнажив клинок, но та ее не испугалась. Пленница попыталась плюнуть в мою подругу, но та, естественно с легкостью увернулась, занеся руку для удара. Хорошо что я вовремя успел это остановить. Нужно будет с ней поговорить – чем больше эмоций появляется, тем более кровожадной она становится. «Или мне это только кажется», думал я, поднимаясь на борт своего, пусть и временно, корабля.

Когда мы закончили со всеми делами и уже собирались завести двигатель, на горизонте показался микроавтобус. Это Соня, наконец закончила со своими делами, и видимо приехала попрощаться. Однако молодая журналистка, выскочила с пассажирского сиденья, и уверенно направилась к трапу. За ее плечами виднелся огромный рюкзак, под весом которого девушка сильно горбилась. Ее мать вышла попрощаться и я обратился к ней:

- Мы вообще-то не на прогулку собираемся. Там опасно будет...

На что получил надменный ответ.

- Пф-ф, будто я не знаю. Она уже взрослая, меня не слушает, а профессия журналиста очень часто сопряжена с рисками. Тем более, ты ведь будешь ее защищать!?

Пришлось кивнуть. Знала бы она что меня и самого, в последнее время, частенько приходилось защищать. Итак, наше путешествие началось. Путь был не близким, но это даже к лучшему.

В дороге я начал тренировки с бамбуковыми мечами, которые хранились у Ай в каюте. Здесь вообще было много тренировочного инструмента и всяких приспособлений. Так же на борту был компьютер, которым я пользовался, пытаясь разобраться в исследованиях Безобразовой и вообще всего северного института, где было создано тело одиннадцатого.

Как выяснилось, не такого уж большого прогресса добились ученые – шанс рождения мальчика меньше одного процента, даже после всей гадости, которую они вводили женщинам перед оплодотворением. Еще они разработали способ определить пол в первую же неделю после зачатия. Вот так они и делали – оплодотворяли яйцеклетку, через неделю проверка, не повезло – уничтожали ее, и через месяц пробовали снова.

Женщины после таких процедур быстро теряли здоровье и репродуктивную способность, поэтому ученым требовалось много подопытных. И хотя численность населения постоянно падала, найти молодых женщин, готовых на все ради денег, труда не составляло. Большей проблемой были как раз деньги. Их поначалу выделяли в достаточном количестве, но постепенно, из-за неудовлетворительных результатов сократили до необходимого минимума. А после побега одиннадцатого, и смерти двух других подопытных мужского пола, исследования в этой области вообще прекратились.

Я и раньше думал, что на мне лежит огромная ответственность, но теперь, осознав сколько труда и ресурсов ушло, только чтобы одиннадцатый появился на свет, стало совсем грустно. И пусть бы проблемы закончились на плохой рождаемости, но нет – еще и твари из джунглей лезут, да и сами джунгли как-то уж очень быстро разрастаются.

Проплывая близ берега бывшей индии, я специально попросил Ай подплыть ближе. Кривые деревья, с большими листьями, которых и в природе-то раньше не существовало, сейчас росли прямо на песке. Их кроны торчали из воды, забравшись в океан на добрых десять метров. Если это результат мутации, то очень скоро можно ждать их появление на других континентах. Семена распространятся с пометом птиц, или еще каким-нибудь способом...

Пару раз мелькали темные силуэты монстров, медленно бредущих меж этих деревьев, но бросаться в воду, к кораблю они не пытались. Рассмотреть тварей я не мог без способности. И даже в бинокль, из-за широких, больших листьев, сделать это оказалось не просто.

На счет способности я уже совсем отчаялся – не получается ее задействовать и все. Что бы я ни делал, результат один – начинает болеть и кружиться голова. Без нее разобраться в сложной науке оказалось практически невозможно, я перечитывал по нескольку раз исследования ученых, так ни в чем и не разобравшись! Девушки тоже пытались, с тем же успехом. Альба так вообще, сразу отказалась, заявив что ее сильная сторона это мускулы, а не мозги.

По поводу мускулов. Тренировки с бамбуковым мечом показали что именно я – самое слабое звено нашей команды. Соню я вообще не считаю – она снимает видео для общественности, а не сражается. С Ай шансов у меня вообще не было. Единственное в чем я ее превосходил – это сила и вес, но если вы не собираетесь заниматься армрестлингом или перетягиванием каната, две эти характеристики не очень важны. Хотя и в этих дисциплинах техника играет не последнюю роль.

Но если с проигрышем мастеру боя на мечах Ай я мог смириться, то поражения от Альбы меня совсем расстраивали. Я полностью очистил ее совершив два дополнительных «захода» в ее организм, и она начала участвовать в наших тренировках. Как заявила девушка после победы: «Ты совсем деревянный и предсказуемый», а потом еще несколько раз меня победила. Кстати, шатающаяся палуба, в бою доставляла, наверное, наибольшее неудобство, в то время как девушки наоборот пользовались этим, чтобы меня поймать, проскользнув сбоку или вообще между ног. Последнее было фишкой маленькой Ай, и потом она обязательно больно била меня по затылку. Я понимал что так она хочет научить меня защищаться, но все равно сильно злился. Ах да, злым я потом допускал еще больше ошибок и проигрывал быстрее...

Хорошо хоть я научился восстанавливать свои травмы за час медитации, и к следующему дню был как огурчик. Девушки занялись моей растяжкой, и это оказалось очень больно. Не знаю почему, может проблема в быстрой регенерации, но растяжка у меня продвигалась крайне медленно. А может все дело в том, что я мужчина? Ведь тела женщин более гибки и эластичны.

Ай и Альба занимались этим почти с рождения – их готовили к битвам, в то же время одиннадцатого просто гоняли, заставляли подтягиваться, отжиматься и таскать тяжести ради экспериментов. Однажды я предложил Соне попробовать позаниматься с нами, но она наотрез отказалась:

- Нет-нет, даже не просите – это слишком больно!

Категорично ответила она, глядя на мои синяки и шрамы. Настаивать никто не стал – это и правда довольно больно!

На тринадцатый день, не замечая улучшений, я решил схитрить. Перед сном, усевшись медитировать со своим мечом, я достал знания из генетической памяти. Оказалось что мечников в моем роду было немало. Сотни и тысячи взмахов, техник, их названия и разновидности этого вида оружия заставили голову поболеть, чего не было уже давно. Жаль с наукой генетикой такого фокуса не вышло – ну не было ученых среди моих родственников, что поделать.

На следующее утро я в первый раз сумел одолеть Альбу. Ее техника была основана на бою с дубинкой, и нужна была для выведения из строя противника, которого необходимо захватить живым. Поэтому сильного упора на нее учителя не делали, предпочитая учить способам убийства. А убийства легче всего совершать из огнестрельного оружия. Четыре мои победы в пяти раундах был наш утренний результат.

Девушки сильно удивились такому качественному скачку, а потом Ай выиграла все пять поединков.

- Тим стал намного лучше!

Радовалась Ай, пока Альба накладывала пластырь на мою рассеченную бровь. Ай наконец перестала называть меня господином, и начала относиться больше как к другу, что не могло не радовать. Хотя ее обращение в третьем лице никуда не делось. Возможно это из-за сложностей языка, не знаю.

А все благодаря нашей практике по изменению ее барьера. Каждый день я пытался его перенаправить. Оставить путь эмоциям, но сохранить медленное старение и иммунитет. Эта работа была очень тонкой, не то что выводить токсины и другие вещества, как в случае с Альбой или Ольгой. Ошибка может стоить слишком дорого, поэтому на третий день я начал ставить эксперименты над собой.

И вот сейчас, закрывая глаза, с руками Ай в своих ладонях, я начинаю: «Я есть мир. Мир есть я...», и создаю собственный барьер, копируя тот, что есть у девушки. Он появляется, но очень слабый, ущербный, а как только я выхожу из темноты своей сосредоточенности, прекращая медитировать, все рушится. Снова старый-добрый я, без барьера, стареющий с той же скоростью, что и другие люди.

Ай независимо от этого меняется самостоятельно. И это не так хорошо, как кажется на первый взгляд – ее старение, или пока взросление, начало ускоряться. Так как в этом есть моя вина, я сам себе поклялся, что не остановлюсь, пока не добьюсь успеха.

На двадцатый день путешествия Ай вдруг позвала всех на палубу.

- Смотрите, это город Чжаньцзьян. Когда я плыла в другую сторону, он еще был населен людьми.

Мы подплыли достаточно близко, чтобы можно было рассмотреть город в бинокль. Зрелище оказалось устрашающим – деревья захватили несколько первых кварталов. По гавани бродили монстры, а над зданиями летали те самые летучие мышки, размером с теленка.

Меня вдруг привлек какой-то блеск на крыше одного высотного здания. К сожалению, рассмотреть что там происходит не получалось. Возможно там шло сражение, так как летучие твари пикируя вниз больше не поднимались, а некоторые падали со здания, явно кем-то сброшенные. Странно еще то, что никаких звуков слышно не было – ведь если идет бой, военные должны стрелять, а ветер дует в нашу сторону.

Все стояли молча, даже когда город скрылся за горизонтом, и мы снова отплыли подальше в океан. В том городе, с Власовой, мы одержали победу, но похоже все идет к тому, что война будет проиграна, если мы не преуспеем. Разрозненное и ослабленное человечество не сможет противостоять мощи природы.

***

Стряхивая кровь с бамбукового меча, названная сенсеем устало снимает защитную маску с головы.

- Не так уж и плохо, тайсё. Раза в два слабее оригинала, но качество можно перекрыть количеством. Как вам удалось? Они не понимают?

На полу, расплескав черные гладкие волосы, лежали три девушки. Свои синаи из рук они так и не выпустили, но были без сознания. Нос одной кровоточил, а у другой рука была неестественно вывернута в сторону.

- Идеальный исходный код!

Усмехнулась пожилая собеседница.

- Раньше ведь сходили с ума, когда понимали что они такое.

Возразила сенсей.

- Они осознают, но им все равно. Все так же, как с вашей бывшей ученицей. Жаль что для размножения не пригодны – срок эксплуатации слишком короткий. Но мы над этим работаем. Так что скажете, сенсей, можно отправлять?

Убирая синай в урну, женщина кивнула и добавила, уходя:

- Волосы обрежьте – эти не умеют ими пользоваться. Им они мешают, закрывая обзор.

Глава 37

К концу пути, я все-таки смог одержать несколько побед над Ай. Происходило это не чаще чем в одном бою из десяти, и то при условии, что я перед победой подставлялся. В голову Ай вдолбили – нельзя допускать ранений. Такого же поведения она ждала и от противника, что в принципе правильно – кто захочет победы, потеряв руку или будучи пронзенным в живот? Но я не все! У меня есть сверхбыстрая регенерация. Если попадется настолько серьезный противник, я легко могу пожертвовать какой-либо частью тела, при условии что мне гарантирована победа. Потом как-нибудь восстановлюсь.

Альба сразу осудила такой подход, но когда я объяснил что могу залечить почти смертельные раны за час, успокоилась. Соня вообще отказалась смотреть на наши поединки, заявив что это слишком жестоко, и не важно, что все мои повреждения восстанавливаются перед сном. Девушки, конечно, тоже иногда получали синяки, но осознавая свои возможности, и предстоящую операцию сдерживались в поединках между собой. Я вообще старался не наносить удары, а только показывать их возможность, за что неоднократно был отчитан обеими.

- Ты же и в настоящем бою остановишься перед ударом!

Возмущалась Альба.

- Тим не должен жалеть Ай! Ай – сильная и крепкая!

Вторила ей черноволосая подруга. Я соглашался, но все равно делал по-своему.

В этом путешествии девушки сдружились и частенько болтали, делясь историями из прошлого. Меня в этот клуб любителей разрушения тоже звали, но я больше сидел за компом, разгребая отчеты и исследования. Рассказы девушек чаще всего сводились к их миссиям, и были они довольно кровавыми. Узнавать такое о милых дамах, моих подружках, мне очень-то хотелось, поэтому я занимался исследованиями.

Во время моих погружений в таинства северного института, рядом всегда находилась Соня. Она просто тихонько сидела на соседнем стуле, поглядывая то на меня, то в монитор. Иногда приносила чай с перекусом, чем заслужила мою глубочайшую признательность.

Наш корабль приплыл к нужному месту на двадцать четвертый день плавания. Над водой, вдалеке показалась гора, покрытая сверху снежной шапкой. Именно под ней, в укромном месте располагался один из двух восточных институтов. Как рассказала Ай – этот был больше сосредоточен на улучшении характеристик женщин, нежели на создании чего-то нового. Здесь занимались развитием способностей для военных целей. По сути, это был ее дом. Место, где она выросла и стала той, кто вытащил меня из исследовательского центра, прямо из-под носа у Безобразовой. И той, которую я спас. Девушка, кстати, однажды сказала мне, когда мы были наедине:

- Той Ай больше нет. Она сумела совершить то, что предотвратил Тим. Новая Ай сейчас здесь со своими друзьями, которых у старой Ай не было и быть не могло.

Не был бы я таким черствым, расплакался бы после таких откровений!

Ай разложила перед нами карту и начала подробный инструктаж. Подход был прост – Альба и я отвлекаем внимание охраны, подняв шум с двух противоположных сторон, в то время как Ай проникает по известному ей пути, и копирует данные. На словах все было легко и просто, остается надеяться, что и на деле будет так же.

Корабль с Соней остался на якоре, в то время как мы плыли в небольшой лодке, которую с берега заметить было крайне сложно. Веслами работал конечно-же я, как самый сильный и выносливый, но после часа упорной работы я конкретно устал. «Надо было включить греблю в программу тренировок», пошутил я про себя. Все были сосредоточены на предстоящем мероприятии, поэтому разговоров мы не вели.

Спрятав лодку в приметной рощице, около берега, наша троица бодро побрела к горе. Конечно все эти мероприятия мы проводили ночью, чтобы не встретить случайную путницу, а даже если встретим, чтобы она не разглядела нас в ночи. Небо заволокли тучки, что давало еще большее преимущество.

Как и в случае с северным институтом, восточный был окружен лесом. Уверен, я бы заблудился здесь, без указывающей дорогу Ай, и маячащей перед глазами высоченной горы. Ее белую, снежную шапку, даже в полутьме глухой ночи, было видно хорошо.

Ай вдруг подняла руку, сигнализируя об остановке. Мы замерли, а потом начали красться и наконец увидели высокий забор. Между забором и лесом была чистая, освещенная прожекторами полоса, без деревьев. Как Ай собирается преодолеть этих двадцать метров, оставшись незамеченной, а потом перепрыгнуть четырехметровый забор, я понятия не имею. «Потом спрошу, когда назад плыть будем», подбодрил я себя, хотя по словам той же Ай, шансы на успех – пятьдесят на пятьдесят.

Не покидая спасительной тени деревьев, мы брели вдоль забора, пока в отдалении не показались ворота и дорога, Здесь освещения было намного больше, а по бокам от ворот возвышались охранные вышки. Оттуда на дорогу угрюмо пялились холодные стволы пулеметов. Охранниц видно не было из-за тени, но они дежурят круглосуточно, сменяясь каждых четыре часа, если конечно ничего не изменилось с тех пор, когда здесь была Ай.

В этом месте осталась Альба, а Ай повела меня обратно, огибая огороженную территорию, на мою позицию к другим воротам. Ай выдала нам специальные браслеты, похожие на часы чтобы через них согласовывать наши действия. Еще одна функция этих браслетов – маленькая стрелочка, указывающая направление к лодке. Так, даже оставшись в одиночестве, можно не бояться заблудиться.

Моя позиция практически ничем не отличалась от первой, где осталась Альба – те же ворота, забор, прожектора и вышки. Ай растворилась во тьме, сделав всего пару шагов, будто ее здесь и не было. Я выбрал овраг поглубже, и присмотрел парочку крепких деревьев, за которые можно будет спрятаться и стал ждать. Минут через десять браслет засветился розоватым – сигнал к началу операции. Вытащив светошумовую гранату, я подобрался поближе, и бросил ее за ворота, как можно дальше.

В метании тоже следовало бы попрактиковаться заранее – я едва не угодил гранатой в сами ворота! Но мне повезло и она перелетела в каких-то тридцати сантиметрах над ними и взорвалась на охраняемой территории. После взрыва прожектора сразу начали метаться, выискивая нарушителя, но я не собирался скрываться, запуская на этот раз осколочную. Чтобы никого не задело, я выбрал целью дорогу перед воротами, и в этот раз, к счастью, попал куда хотел. Как только из-за деревьев показался летящий предмет, ветки начали иссекать пули. Пришлось залечь и ползти к оврагу. Второй взрыв не заставил себя ждать, разбрасывая осколки вокруг, создавая еще больше шума, когда они попадали в металлические ворота.

Стрельба по зарослям продолжалась около пяти минут, и как только она стихла, я наугад стрельнул по забору. Снова заговорили пулеметы, не смолкая на этот раз гораздо дольше. Во время паузы в громкоговоритель начали произносить слова на иностранном языке, которого я, ясное дело, совершенно не понимал. «Полностью согласен, чего бы вы там не говорили», подумал я, целясь в ближайший прожектор. Оборвав речь говорившей я выпустил в это «Око Саурона» несколько пуль и снова затаился.

«Что ж, по крайней мере, кусты вам подстригать теперь не придется», нервно шутил я, сжимаясь в своем укрытии, пока вокруг летели пули. Совсем рядом разорвалась граната, но меня к счастью не задело. Только уши заложило, а так никаких проблем...

Вдруг тихонько пискнул браслет и я удивился. Это был сигнал от Альбы – она отступает. Странно что так быстро. Остается только надеяться что она в порядке.

Однако поразмышлять над этим мне не дали. Калитка на несколько мгновений открылась, и из-за нее выскочили три тени. Слишком знакомые тени, но недостаточно быстрые. Силуэты быстро добрались к деревьям, и начали приближаться. Меня к этому времени конкретно-так присыпало сбитыми ветками и листьями, поэтому я выбрал тактику ящериц-кругоголовок, которые в момент опасности зарываются в песок.

Лучи прожекторов носились по зарослям, стараясь найти нарушителя, но теперь они попадали и на вышедших разведчиц. Стрельба естественно прекратилась, чтобы они не попали под дружественный огонь. Одна из девушек прошла в метрах трех от меня, беззвучно ступая, держа пистолет в одной руке, а катану в другой.

Вглядевшись в ее лицо, я поразился до глубины души. Это была Ай, только с короткой стрижкой. Хотя нет, не совсем Ай, неуловимое отличие все-таки было, но я не мог понять в чем оно заключается. Но рассматривать себя долго девушка возможности не дала. Каким-то образом она обнаружила мое укрытие, медленно наводя на него ствол своего пистолета. Ждать выстрела я не стал, бросив в лицо девушке ком рыхлой земли, и побежал.

Выстрел все равно раздался, и спину больно обожгло. «Какой же я неудачник», мелькнуло в сознании, когда я понял что в меня попали. Но я продолжил бежать и через пару секунд осознал что все не так плохо. «Живьем взять хотят», догадался я, после того как выяснилось что пули у девушек травматического действия. Однако это не отменило того факта, что бьют они чертовски больно.

Я успел пробежать метров двадцать, и меня потом меня настигли. Без желтых глаз я с трудом разбирал дорогу, и чуть не врезался в ствол очередного дерева. Резко остановившись, разворачиваясь и готовясь к схватке, я обнажая меч. «Даже против одной Ай у меня шансов мало, что уж говорить о трех, но убежать мне тем более не удастся». Обнадеживало одно – если техника у них похожа, то некоторое преимущество у меня есть. «Сейчас посмотрим, чего стоят мои собственные навыки, без суперспособности», храбрился я, хотя поджилки тряслись основательно.

***

Альба ожидала своего сигнала в укрытии. Секунды тянулись медленно, ведь ей пришлось ждать пока на позицию выйдет сначала Тим, а потом еще дожидаться готовности от Ай. Однако девушка к такому привыкла и чувствовала себя уверенно.

Наконец браслет оповестил о начале операции, и она начала действовать. Тактику обговорили заранее, поэтому никаких сомнений не возникло – сначала полетела свето-шумовая, выверено брошенная за забор, а за ней, осколочная. Без бронекостюма было конечно не так весело, но Альба была профессионалом. Позицию она выбрала отлично сориентировавшись на местности, определив углы обстрела пулеметов и видимость с вышек.

К сожалению не всегда все идет согласно плану. Стрельба быстро прекратилась и из калитки вышла женщина. Двигалась она странными зигзагообразными прыжками. Альба оценила эти непредсказуемые движения – попасть в такую мишень было бы крайне непросто, пожелай великанша ее застрелить.

Жаль конечно, но попробовать это Альба не могла – убийства были поз запретом, поэтому она решила медленно отступать, держа преследовательницу в страхе. Великанша начала стрелять над головой женщины, но та не дрогнула. Наоборот, ее движения ускорились, поэтому Альба развернувшись побежала. Здесь деревья росли не так густо, к тому же тактику бега по такой местности, учитывая что планету уверенно поглощали леса, Альба, будучи еще Бетой отрабатывала множество раз.

К сожалению преследовательница владела этими навыками лучше, и догнала великаншу даже слишком быстро. Лезвие ее длинного меча просвистело в миллиметре от убегающей, а когда она замахнулась второй раз, Альба выстрелила. Тут уже было не до уговоров – если не убить преследовательницу, та ее просто зарежет.

Как так вышло что она промахнулась, Альба понять не могла, ведь женщина с мечом была совсем рядом. Однако она не попала, а второй выстрел совершить не удалось. Пистолет был разрублен этим страшным длинным мечом и тогда Альба побежала. Она бежала так, как еще никогда в своей жизни. Дотянувшись к кнопке на браслете и с трудом ее нажала, оповещая о своем отступлении. Что-то было не так, когда она сжимала пальцы, нажимая кнопку. Рука слушалась плохо, а когда великанша бросила на нее мимолетный взгляд, обнаружила отсутствующие пальцы.

Кровь забрызгала одежду девушки с одной стороны, и ее необходимо было срочно остановить. С опаской обернувшись, Альба резко затормозила – ее никто не преследовал. Трясущейся целой рукой девушка распаковывала небольшую аптечку, выданную ей до начала миссии. Теперь, когда схлынул адреналин, пришла боль. И боль эта заставляла скрипеть зубами. Но долго отдохнуть не получилось – из-за деревьев показались силуэты в военной экипировке, с касками и автоматическим оружием. Эти никуда не спешили, намереваясь медленно, но уверенно загонять раненого зверя, в лице беловолосой великанши, пока она истекает кровью. Кое-как обмотав руку, Альба побрела по указателю на браслете. Как бы там ни было, еще совсем недавно она была вторым лучшим бойцом Звездного Альянса, поэтому поймать ее так просто не получится.

***

Из-за деревьев вышли три абсолютно одинаковые фигуры, которые к этому времени успели спрятать пистолеты. «Вот это вы зря, девушки. Самонадеянность выйдет вам боком, уж я свой шанс не упущу», прислонившись спиной к стволу того самого дерева, в которое чуть не врезался, я ждал. Одна из них обходила по широкой дуге, с правого фланга, в то время как остальные две шли прямо на меня. Лезвия их катан угрожающе блестели в тусклом свете, но дожидаться их смертоносных приветствий я не стал.

Сделав несколько широких взмахов, я заставил девушек остановиться – лезвие моего двуручника было намного длиннее и им приходилось это учитывать. Воспользовавшись их замешательством, я рванул, пробежав еще несколько метров от территории института, стараясь придерживаться нужного мне направления. Девушки старались обойти меня с флангов, но я снова выбрал дерево побольше и прислонился к нему спиной. В этот раз короткостриженные Ай не побоялись подойти.

Девушки стелились над землей, целясь в ноги, пытаясь по полной использовать свое преимущество. Да это было неприятно – с моим ростом и длинным лезвием, допустить вплотную хотя бы одну противницу не сулит ничего хорошего. Вот только дамочки не знали о моем опыте. Их стиль был похож на стиль моей напарницы, а значит, был мне хорошо известен. Ко всему прочему, они видимо не привыкли работать в команде, частенько мешая друг-другу. Еще одним приятным сюрпризом для меня стала их скорость, которая не шла ни в какое сравнение со скоростью моей подруги.

И все же я не мог победить. Во-первых мне не хотелось их убивать, а во-вторых все мои тренировки проходили на палубе корабля, и я к сожалению, привык к постоянной качке! На устойчивой поверхности, я вроде бы чувствовал себя уверенно, но именно эта уверенность и сыграла со мной злую шутку. Одна из девушек сумела проскользнуть вниз, полоснув меня по бедру, пока ее напарницы сдерживали лезвие двуручника вверху.

«Поддаваясь, побеждай!», возникла чья-то фраза в голове, и я сделал единственное, что могло предотвратить еще большее повреждение уже порезанной ноги. Падая на колени, я нанес удар навершием рукоятки в висок полоснувшей меня девушке. «Надеюсь не убил», мелькнула мысль, пока я наблюдал как она заваливается на бок, выпуская оружие из рук.

К сожалению досмотреть до конца ее падение мне не дали. Девушки осознали с каким серьезным противником столкнулись и снова начали стрелять. Пришлось прятаться за деревом, но два раза они все-таки попали. «Три синяка от пуль и неглубокий порез на ноге, и минус одна противница», резюмировал я, обдумывая свое положение. Начало было не таким уж плохим, но это только до тех пор, пока они не достанут боевые вместо травматов, а я уверен, такие у девушек имеются.

И как только я услышал звук заклинившего затвора у одного из пистолетов, сам перешел в нападение. Короткостриженные, похоже, именно этого от меня и ждали, потому что вторая имела целых три невыпущенных пули. Однако это я тоже учел, держа меч над головой, прикрывая лицо руками. Одна пуля попала в грудь, другая в руку, а третья просвистела мимо, у самого уха.

Когда расстояние между нами сократилось почти на метр, я бросил в лицо одной из двух Ай ножны моего меча, предварительно снятые с плеча, пока я был за деревом. Девушке пришлось отбить этот бросок, и она не смогла нанести свой удар. Зато смогла вторая. Лезвие ее катаны пронзило уже раз пострадавшее бедро, когда моя свободная рука сомкнулась на ее шее. Я резко развернул ее, прижимая к себе, проводя удушающий захват сзади. Когда вторая попыталась напасть, я подставил под удар свою жертву, и та остановилась, не желая вредить напарнице.

Неожиданно, не дожидаясь результата моих действий, единственная оставшаяся противница развернулась и начала убегать в сторону КПП. Я только и успел что заметить красный сигнал на ее браслете, почти таком же как у меня. Ай говорила – красный, сигнал к отступлению. Потом, когда я перевел взгляд на девушку в своих руках, которая уже начала отключаться то увидел такой же красный цвет ее браслета.

Отпустив жертву, я с поднятыми руками сделал шаг назад, показывая что нападать не собираюсь. Недавняя противница откашлялась, бросив на меня затуманенный взгляд, не понимая что происходит.

- Тебе пора домой. И подругу свою забери.

Произнес я, указывая на ее напарницу, которую я ударил в висок, лежащую неподалеку. Девушка медленно кивнула, видимо понимая что я говорю и тоже побрела обратно к базе, прихватив с собой бесчувственную подругу.

Медленно опустившись на пятую точку, я резко вытащил из ноги катану, которая до сих пор торчала из бедра. «Я есть мир...», зажимая рану начал я. Но на полное восстановление времени не было, поэтому я просто остановил кровотечение, немного залатав разрезанные мышцы. «Повезло еще что сухожилия задеты не были», думал я, бредя к лодке, используя меч в качестве трости. Теперь и я нажал на кнопку, которая находилась на боку браслета, оповещая о своем отступлении. Надеюсь наших с Альбой усилий хватило, чтобы Ай успела совершить задуманное...

Глава 38

На самом деле, у женщины, которую все звали «сенсей», было имя. Вот только она уже и сама его почти забыла. Когда-то, очень давно, будто в другой жизни, она была разведчицей, ну и по совместительству диверсанткой. Хотя нет, еще раньше она была просто испытуемой. И звали ее Юна Саваки. На нее изначально не возлагали больших надежд – организм девушки был сильным, но не выдающимся. После рождения четырех детей, она заболела, и ее отдали военным.

Именно там, на боевом пути, раскрылся ее потенциал. Девушка впитывала военное искусство как губка и вскоре превзошла всех своих учителей и наставников. Потом ее начали отправлять на задания, с которыми она блестяще справлялась. Любую другую, не улучшенную, ждали бы высокие звания и почести, однако она была не как все. К ее успехам относились как к должному и никого не интересовало, что улучшения коснулись только ее крепкого здоровья, которое на поверку оказалось не таким уж крепким!

И вот, когда двухзначное число этих успешных миссий приблизилось к сотне, она провалилась. Всего раз, но на нее сразу нацепили клеймо неудачницы, и сослали сюда, на этот остров. Эта миссия сразу показалась Юне странной – не было точных координат цели или хоть каких-то данных о противнике. Ей просто сказали: «проникни в здание, найди сейф и принеси его содержимое, и тебя не должны обнаружить». Однако стоило только приблизиться к нужному строению на расстояние десяти метров, зазвучала сирена, и ее осветили несколько лучей света. Будто противник был предупрежден не только о ее приближении, но даже о том, где именно девушка находится.

Естественно Юна все понимала – если бы императрица узнала о ее успехах, то мола бы и возвысить, не посмотрев на статус «улучшенной». А это уже позор для всех знатных и потомственных военных страны. Еще бы, какая-то безродная встанет рядом с ними, а то и выше! Это никак не вяжется с устройством нынешней Азиатской Ассоциации.

Однако сенсеем она стала не сразу. Прежде, из-под ее крыла выпустились множество первоклассных разведчиц, диверсанток или просто бойцов. Юна не была первой во всем, но совокупность ее навыков не мог превзойти никто. Она могла проиграть кому-то в меткости, или в умении скрываться, но на поле боя чаще всего важна универсальность. И самым большим ее талантом, оказалось умение научить, наставить на правильный путь, найти подход к ученицам.

В возрасте двадцати шести лет она начала интересоваться, как и многие другие в этой стране древней историей и традициями. Самураями, ниндзя и их покровителями, а так же древним как мир учением - «бусидо». Примерно в то же время она узнала про Ай.

Девочка оказалась крайне талантливой и поднялась к вершине воинского искусства почти так же быстро, как сама Юна. Однако, как считала Саваки, гений девочки намного больше, нежели то, что сделала из нее наставница. Ай была как самой большой ее гордостью, так и самым большим разочарованием. Но что бы не делала Юна, раскрыть потенциал подопечной полностью не получалось. По крайней мере, по мнению самой наставницы, и кроме нее никто ничего такого не говорил.

Саваки не замечала, своего предвзятого отношения к девочке, но никто не указывал непревзойденной сенсей на этот маленький нюанс. Возможно это потому, что никто не завидовал маленькой Ай. Наставница конечно прощала девочке непочтительность или небрежные ответы, однако и правила во время тренировок, к ней применялись гораздо более строгие. Результаты которые Ай должна была показать, сильно отличались от тех, что требовались от других учениц. И хотя девушка чаще всего не справлялась, ее конечный результат все равно был гораздо лучше, чем у других.

Такое отношение не было прихотью Юны или случайностью. Все потому, что между ней и Ай было очень много общего. Почти та же судьба – рожденные сильнейшими, они обе не имели права подняться над остальными. Их обеих использовали и хотели выбросить, но они сумели доказать что способны стать воинами и принести пользу Императрице и Великой Азиатской Ассоциации, а не быть просто производительницами потомства. Хотя Ай вообще не смогла иметь детей, что поставило ее в гораздо худшее положение. Сенсей воспринимала маленькую Ай не как одну из своих дочерей, которых она совершенно не знала, но скорее как младшую сестру. А возможно даже как подругу по несчастью.

Однако с Ай все было очень и очень сложно – из-за отсутствия эмоций она не могла превзойти свою наставницу, хотя физически ее тело уже давно стало сильнее, быстрее и более гибким. Несмотря на разницу в возрасте сенсей никогда не проигрывала, а все потому, что юная ученица не могла выйти за рамки. Наплевать на правила или сымпровизировать – отсутствие эмоций так же означало и отсутствие инициативы или креативности.

Юна была уверена что рано или поздно это сыграет с Ай злую шутку и она провалит какое-нибудь задание, что и случилось совсем недавно. Ее отправили в Северный Союз, откуда девушка так и не вернулась. Более того, недавно ей показали снимки, где отчетливо видно ее, в сопровождении желтоглазого Союза. Сенсей сразу догадалась – северные соседи всех обхитрили, выдавая свой успех за неудачу. Разыграли аварию в лаборатории и «побег» своего подопытного, чтобы Звезды и Азиатская Ассоциация начали действовать, и вот результат – Ай захвачена в плен и вынуждена следовать за этим, тысяча сто одиннадцатым, как его называли ученые Союза. Остается открытым вопрос – как им это удалось, заставить подчиняться ту, которую просто невозможно переубедить, подкупить или запугать.

Девятнадцать дней назад, на эту базу, для испытаний доставили трех клонов, «сестер битвы», как их пафосно называли ученые другого института. Испытания прошли успешно и почти весь персонал был откомандирован на материк, для исследований и обследований созданных «сестер». Их хоть и не тысяча, как в пафосном названии, но насколько знала Юна, больше сотни. Здесь оставили только тех трех первых, чтобы с ними могла работать сенсей. Потом до нее дошла информация, что первая партия, почти сразу после создания, была отправлена в Чжаньцзьян. Ничего удивительного – полевые испытания лучше провести как можно раньше, чтобы не продолжать затратное производство, если «продукт» не оправдает ожидания. Наставницу кстати не позвали на материк, оставив здесь за старшую.

Однако сейчас сенсей была этому даже рада – у нее появилась возможность размять мышцы и омыть кровью клинок своего нодати, с которым она прежде не расставалась ни на одной миссии. Кто-то дерзнул напасть на это место, и эта кто-то была сейчас в пределах видимости. Как же сильно удивилась Юна, наткнувшись в лесу не на диверсанток из Союза, а на беловолосую великаншу одного из институтов Звездного Альянса.

Странно все это, ведь если с Союзом у ее родины были трения еще со старых времен, то Звездный Альянс всегда считался если не близким другом, то союзником. А тут внезапно выясняется что они, под покровом ночи, посмели напасть на засекреченный, хорошо охраняемый объект.

Однако это не был последний сюрприз на сегодня – напавшая явно сдерживалась, стреляя куда-то вверх. К тому же, она была плохо вооружена и не носила свою силовую броню. А ведь по данным разведки, что Альфа, что Бета никогда не выходят на задание без экипировки и поддержки. Бета Альянса оказалась слабым противником и не оправдала ожиданий Юны. Ее позиционировали как грозную противницу, а на деле оказалось, что это большая, но ничем особо не выделяющаяся женщина, с посредственными навыками. «Доклады преувеличили мощь этой великанши как минимум вдвое», подумала сенсей, одним сильным, молниеносным ударом разрубив оружие напавшей.

Эти странности заставили сенсей колебаться, а когда на личный браслет женщины пришло сообщение о проникновении, она прекратила преследование. Проходя КПП, наставница велела собрать отряд и отправиться за раненой беловолосой великаншей, которая скрылась в лесу.

С самого начала, Юне доложили что нападения совершены на оба КПП одновременно, поэтому, отправляясь к южным воротам, она приказала клонам Ай заняться нарушителями у северных. Сенсей провела с каждой из них немало учебных боев, поэтому была в них уверена. Конечно это не был уровень настоящей Ай, но втроем они представляли серьезную силу. Если бы Юне пришлось сразиться в настоящем бою сразу с тремя, то она, скорее всего, проиграла бы. Поэтому, отправляя эту троицу к южным воротам, сенсей была спокойна.

Естественно вражеские диверсанты не могли прокрасться к воротам базы в большом количестве или с техникой, оставшись незамеченными. Именно поэтому нарушителей необходимо было взять живыми и допросить, что и собиралась сделать сенсей, но не успела. Однако, так как клонам была поставлена та же задача, волноваться было не о чем.

«Здесь явно действует небольшая группа, но как им далось проникнуть именно там», размышляла Юна, пробегая по коридору исследовательского центра. И действительно, был всего один единственный лаз, который обнаружила сенсей, и о котором знали только два человека – сама Юна и ее лучшая ученица Ай.

На полу, около одной из дверей центрального здания, и по совместительству главного исследовательского корпуса, лежали охранницы, живые, но без сознания. Распахнув эту дверь, женщина обнаружила Ай, быстро шагающую ей навстречу. Не копию или клона, а настоящую. Девушка сильно изменилась с их последней встречи, как будто даже немного повзрослела. Сенсей никому не говорила о способе незаметно сбежать за забор и так же вернуться, лишь потому, что сама иногда им пользовалась. И еще потому, что проделать все необходимые для успеха акробатические элементы и удержаться потом на ветке росшего неподалеку дерева мог только такой же легкий, гибкий, сильный и быстрый человек как Юна Саваки. Даже Ай смогла похвастаться такими качествами совсем недавно. Последняя сумела воспользоваться этим путем два года назад, когда достаточно подросла. Юна буквально заставила ничем не интересующуюся девочку последовать за собой, чтобы попытаться взломать эту ее скорлупу. Гуляя по лесу сенсей показывала ученице цветы, птиц, животных, небольшое озерцо и разнообразие жизни около него. Саваки всегда восхищалась красотой природы, поэтому решила что такой способ сработает. Ничего не помогло, но сенсей не переставала пытаться…

Стоящая же посреди прохода девочка вдруг улыбнулась, заставила Юну усомниться в реальности происходящего. Та Ай, которую она знала, никогда не улыбалась. Хотя нет, девочка могла это сделать, по чьему-нибудь приказу, но выглядела такая улыбка крайне неестественно. Бывшая ученица остановилась, и произнесла, тоже, совсем не свойственную ей фразу:

- Рада видеть вас, учитель. Полагаю, теперь вы не захотите отпустить меня в лес, на прогулку?

Юна, лишь в последний момент смогла удержать свою, собравшуюся отвиснуть, челюсть.

- Что с тобой сделали, девочка?

Направила женщина свой меч на Ай, но та мгновенно развернулась и побежала. Вот только выход здесь был всего один, и находился он за спиной у наставницы. «Куда это она направляется», раздумывала Юна, преследуя по коридорам бывшую ученицу, но ответ оказался довольно прост.

Ай распахнула одну из боковых дверей, вбежав в самый большой тренировочный зал. Она осторожно положила в сторону небольшой мешочек, и переместилась в центр помещения.

- Я скучала по вам, сенсей, но сейчас у меня нет времени на разговоры.

Произнесла Ай и бросилась в атаку. Юна была к этому готова и уже заняла оборонительную позицию.

Бой длился около двух минут, сопровождаемый звоном сталкивающихся клинков, акробатических прыжков, уворотов и отскоков. Юна была потрясена тем, как сильно изменился боевой стиль ее бывшей ученицы. Теперь Ай не боялась отступиться от правил или импровизировать, ко всему прочему, в ее технике появились совершенно не свойственные восточному стилю приемы, которым Юна не обучала свою ученицу. Она и сама о таких не знала, и сейчас с трудом сдерживала натиск Ай, который с каждой секундой все нарастал.

Углядев пробел в защите ученицы, сенсей нанесла единственно правильный удар, а в следующее мгновение была обезоружена и к ее горлу было приставлено лезвие катаны Ай. Меч наставницы, с гулким звуком вонзился в ближайшую стену, и сейчас слегка покачивался.

- Один мой друг сказал, пока я сама не подставлюсь, меня очень трудно поймать, поэтому для победы нужно сделать именно это – дать противнику надежду.

Произнесла Ай. Рукав на ее левой руке был надрезан и начал пропитываться кровью, в том месте, куда попала Юна. Однако рана не была серьезной, и если о ней позаботиться, даже шрама не останется. Сенсей сидела на коленях, готовая принять свою судьбу.

- Не медли, девочка. Делай то что должно и уходи! Ты сражалась превосходно, а теперь позволь мне сохранить свою честь и достойно умереть!

- На самом деле, сенсей, вы тоже мой друг. Я поняла это не так давно, но вы всегда были моим другом. Я пришла сюда не убивать или разрушать. Наша цель – помочь. Мы не работаем ни на одно правительство или страну и мы не террористы. Встаньте, наставница, и оставьте эти глупые мысли о смерти. Вы не самурай, и я тоже. Те времена давно прошли, о них необходимо помнить, но не жить ими. Мы – женщины. Люди, и не важно что с нашими телами сделали ученые. Человек в первую очередь здесь и здесь, то что он думает, и то, что чувствует!

Закончила Ай свою пламенную речь, указав на грудь и голову. Она подобрала свою сумочку, и направилась к двери.

- Значит ты делаешь то, что сама хочешь?

Вдруг спросила Юна.

- Да сенсей. Я этого хочу.

- И ты украла данные? Зачем они тебе?

Спросила сенсей, указывая на сумку Ай. Та лишь пожала плечами:

- Чтобы противостоять тварям из джунглей, иначе они сожрут всех людей, не зависимо от расы или национальности.

- Как наивно! Уж не знаю кто за этим стоит, Звезды или Союз, но когда они получат то что хотят – выкинут вас или просто убьют! В любом случае, вам не взломать шифр – твои коды доступа больше не действительны. Тебя считают предательницей.

Пока Юна распиналась, Ай неспешно шла к выходу но теперь остановилась, слегка повернув голову.

- Не вы ли говорили мне, что лучше поверить врагу, чем не поверить другу? Я верю своим друзьям. Поэтому сделаю все необходимое чтобы им помочь!

- Хорошо у меня есть предложение. Я дам тебе свой ключ – ты ведь знаешь, я помогаю в развитии почти всех улучшенных, и имею доступ к любой информации. К южным воротам я отправила трех… улучшенных. Скоро они будут здесь – я отправила им сигнал.

Сенсей указала на свой браслет и продолжила:

- Если ты их одолеешь – ключ твой. Кстати, странно что ты так веришь в своих друзей. Та белая великанша оказалась довольно слабой, но ей повезло – мне пришлось вернуться, потому что ты проникла на базу. Может она и сбежала, но не думаю что такой шанс будет у тех, кто напал на другое КПП.

Глаза Ай обеспокоенно метнулись к двери. Девушка явно хотела броситься к выходу, забыв даже про обещанный ключ и данные. Юна уже устала сегодня удивляться – похоже друзья действительно очень важны для этой новой Ай. Однако потом бывшая ученица слегка кивнула, улыбнувшись, и произнесла:

- Тим справится. Он невероятен! Когда-нибудь я вас обязательно познакомлю.

- «Он»? Это тот желтоглазый Северного Союза? Он там один?

- Да, сенсей, но он не всегда желтоглазый…

Улыбнулась Ай еще шире. Теперь Юна поняла в чем дело – это не просто дружба, в глазах ее ученицы горит огонь настоящей страсти, если не чего-то большего! «Ну ничего, скоро клоны вернутся, разделавшись с этой проблемой и тогда, вчетвером, у нас будет шанс скрутить глупую девчонку и во всем разобраться. Потом я как-нибудь смогу ее защитить – например скажу что она специально заманила сюда Одиннадцатого и Бету. Да. Точно! Начальству понравится…», однако планам наставницы не суждено было сбыться. Ее запросили по рации и доложили:

- Вернулись улучшенные. Одна без сознания, вторая потеряла свое оружие но без серьезных травм. Задержать нарушителя им не удалось. Просят помощи, но мы уже отправили группу преследования через другие ворота!

Сенсей скрипнула зубами и полезла во внутренний карман своей одежды.

- Похоже я недооценила желтоглазого. Возможно у вас даже что-нибудь получится. Бери и уходи, пока я не передумала.

Юна бросила флешку ученице и та ее поймала.

- Спасибо, сенсей! Мы обязательно еще встретимся!

Крикнула Ай убегая, на что наставница тихо ответила, ни к кому не обращаясь:

- Надеюсь на это. А еще на то, что встретимся мы не врагами, моя лучшая ученица…

Потом, нажав кнопку на рации, она крикнула:

- Группу преследования вернуть. Пострадавшую в мед лабораторию. Территорию базы никому не покидать!

Направляясь к нужному месту, Ай заметила приближение странной девушки, с короткой стрижкой, но задерживаться не стала. Эта девушка, попыталась догнать Ай, но безнадежно отстала и остановилась. Все в преследовательнице, начиная от внешности, заканчивая движениями казалось Ай смутно знакомым, но времени на определение личности странной особы сейчас не было, поэтому для Ай, она так и осталась неизвестной. Безупречно выполнив разгон, прыжок, переворот, закрутившись в воздухе, счастливая Ай ухватилась за ветку и оказавшись на земле, за забором, побежала по лесу к лодке.

***

Ай сигнализировала об успехе и отступлении через браслет, и я вздохнул с облегчением. Уйти раньше, бросить напарницу я никак не мог, хотя, попади она в плен или еще что похуже я сейчас вряд ли сумел бы хоть как-то помочь. Но теперь можно не волноваться и бодро хромать к лодке. Опять я сбрасываю свой счетчик – ноль дней без угрозы жизни. Про здоровье вообще промолчу. Прихрамывая, я старался балансировать между скоростью и аккуратностью – моя позиция была дальше всех, поэтому дамам придется меня подождать. Не по-джентельменски это как-то. «Хотя у меня есть подарок для Ай – трофейная катана, вместо цветов, но она их любит больше. Я про катаны, если что», подбадривал я себя, слегка покусывая губу от боли.

Конечно я был готов к тому, что может быть жарко, но будь я проклят если хотя бы догадывался что у Ай есть три абсолютно одинаковые сестры, и мне придется им противостоять! Интересно, почему Ай ничего об этом не сказала и не предупредила? Но поразмышлять на эту тему у меня возможности особо не было – приходилось крайне внимательно выбирать путь, выверяя каждый шаг, чтобы не свалиться.

Уже подходя к лодке, мне навстречу с распростертыми объятьями выскочила Ай. Альба же, осталась в лодке, и чего-то там возилась.

- Все получилось. Ай достала данные, и их даже не придется расшифровывать, потому что Ай добыла еще и ключ доступа!

Произнесла девушка, явно напрашиваясь на похвалу.

- Умничка, Ай! А вот это тебе подарочек.

Произнес я, протянув трофейную катану, и погладив по головке. Как и ожидалось, глаза напарницы загорелись, когда она приняла из моих рук все еще слегка окровавленный меч.

«-Ты сегодня мне принес, не букет из алых роз, не тюльпаны и не лилии…», завертелась в голове какая-то приставучая, странная песенка, слова которой возникали, выныривая из той самой кучи неразобранных чужих воспоминаний.

Глава 39

После радостного приветствия Ай, я обратил свое внимание на подозрительно тихую Альбу. Она была, какой-то, совсем не веселой. А подойдя ближе, я обнаружил, что девушка бинтует свою руку уже не первым слоем, а присмотревшись, понял, что с пальцами все совсем плохо. Девушка морщилась и тихонько ругалась, после каждого оборота бинта. Ай же, на ее страдания внимания совсем не обращала, щебеча мне на ухо как все замечательно получилось, и о том как ей удалось победить свою наставницу используя мою тактику ведения боя.

В последнее время я все чаще стал замечать изменения в ее поведении и характере – чем сильнее рушился барьер, тем более эгоистичной она становилась. Она начала отказываться делать то, что ее расстраивало, пытаясь все время веселиться. И хотя, по большей части, это была моя вина, сама она даже не пыталась быть учтивой и понимающей или хоть как-то бороться с эгоизмом. Раньше, Ай просто не понимала качество и глубину своих чувств – радость или печаль, без разницы, она просто жила, выполняя что ей велят. Но сейчас появились ее собственные желания, и она, похоже, забыла что чувства есть не только у нее.

Подняв руку, я прервал ее рассказ, повернувшись к Альбе.

- Что случилось?

Задал я девушке вопрос, аккуратно коснувшись плеча. Великанша замерла и медленно подняла голову. Похоже до этого, она вообще не замечала моего присутствия. Альба попыталась спрятать руку, а в ее глазах появился страх. Пару секунд прошли в молчании. Тяжело вздохнув, девушка подняла перебинтованную кисть. Мизинца не было вообще, а безымянный и средний пальцы, стали намного короче, чем были.

- Где-то там потеряла, и найти не получится, я дорогу не запомнила. Меня преследовали, поэтому пришлось петлять.

Не глядя мне в глаза, грустно вздыхала беловолосая. Поначалу я подумал, что она расстроена самим фактом потери пальцев, но потом вспомнил ее рассказы. Девушку всю жизнь упрекали в несовершенстве, и грозили смертью при каждом удобном случае. «Только сомневаюсь, что мне бы дали спокойно помереть, не мучаясь. По-любому бы сначала отрезали пару кусков для исследований», всплыли в памяти ее же слова, которыми закончился очередной рассказ о прошлом. Вот почему она на меня не смотрит – переживает что я теперь буду считать ее бесполезной, захочу наказать или вообще прогнать.

Опустившись рядом, я крепко обнял почти плачущую великаншу и произнес:

- Не волнуйся, все будет хорошо. Вернемся на корабль, и я попробую это как-нибудь исправить.

И конечно после этих слов она не сдержалась. Слезы текли по ее белой коже, а она пыталась их смахнуть, но сделать это незаметно, еще и одной рукой у девушки получалось плохо. Легонько потрепав ее по волосам, я взялся за весла. «Даже не знаю кого благодарить – за все время что я провел в этом опасном мире будущего, у меня до сих пор «полная комплектация»! Была пара новых дырок, но они очень быстро заросли, как, я уверен, зарастет и этот подарок сестрицы Ай. Не представляю как это, наверное, тяжело потерять часть себя, даже если это только пальцы. Или лучше сказать, особенно если это пальцы», размышлял я, подплывая к нашему кораблю.

Солнце к этому времени слегка разогнало утреннюю мглу, зато поднявшийся туман не позволял разглядеть ничего дальше нескольких метров. Хорошо что на лодке есть такой же указатель, как в браслетах, а то мы бы могли проплыть мимо нашего корабля, так его и не заметив.

Отправив девушек умываться, я сосредоточился на своей плохо зажившей ране. Но время во тьме собственного разума пролетает незаметно, поэтому когда я открыл глаза, стало намного светлее, а солнце совершило скачек в пару сантиметров, от линии горизонта.

Быстро сполоснувшись, я отправился к Альбе, и на мой стук сразу же послышался ее хрипловатый ответ:

- Не заперто, входите.

Великанша уже переоделась в повседневную одежду и сидела на кровати, глядя в окошко. Подойдя ближе, я сел на край кровати, рядом с ней.

- Покажи мне.

Тихонько произнес я, и девушка протянула перемотанную руку. Не знаю почему, но я решил что мне нужно видеть повреждения, чтобы пытаться их исправлять. Во всех случаях самовосстановления, я закрывал глаза, но это потому, что чувствовал где и что неправильно, а это ведь лучше чем просто созерцать покрытое коркой отверстие – внутрь-то не заглянешь. В общем-то, можно попробовать сделать так же, как при выведении препаратов ученых звезд из организма девушки, но для начала попробую без тесного контакта.

Освободив кисть Альбы от бинтов, я взялся за нее у самой раны и начал пытаться воздействовать на обрубки. Медленно открывая и закрывая глаза, я продолжал повторять «Я есть мир. Мир есть я…», но ничего не происходило. По крайней мере, мне так казалось, однако когда я опомнился, обрубки ее пальцев полностью заросли розоватой плотью. «Это не совсем то чего хотелось, но все равно результат», подумал я глядя на уснувшую девушку. Естественно, ведь я сам приказал ей расслабиться и ни о чем не думать, так что все логично – после трудной миссии и всех переживаний, Альба просто отрубилась. Тихонько покинув каюту, чтобы девушка могла хорошенько выспаться, я оказался в коридорчике, где меня уже ждали.

- Почему ты был в комнате Альбы? Что вы делали?

Сходу начала засыпать меня вопросами Ай, что больше походило на допрос, нежели на дружеское «как дела?». Устало объясняя, что пытался сделать, я брел к своей цели – моей комнатушке с уютной, желанной кроваткой. Она, склонив голову набок, послушала, а потом кивнула. Ай сразу ухватила мою руку и не отпускала, преследуя до самой каюты.

- Извини, Ай, я очень хочу спать – слишком много сил потратил на саму миссию, да и восстановление отняло не меньше.

Сказал я освобождаясь, и захлопнул дверь прямо перед ее носом.

Путь назад оказался не таким веселым. Данные у нас, но они представляют из себя огромную кучу иероглифов, которые может прочесть только Ай, да и океан уже порядком надоел. Тренировались мы теперь меньше, ведь я почти все время уделял попыткам вырастить пальцы Альбы и восстановить барьер Ай, но в обоих случая неудача следовала за неудачей. На Альбе я испробовал все, даже пробовал капнуть своей крови на ее обрубки, для более тесной связи или скорее от безысходности. А через несколько дней случилось кое-что совсем неприятное.

Налив воды в чашку я ощутил соленый вкус – опреснитель сломался. И естественно заметили мы это, когда в резервуаре было полно соленой воды, пить которую нельзя. Попытки починить аппарат ничего не дали. Во-первых никто из нас не был специалистом в системах очистки воды, а во-вторых, насколько я понял, пришел конец какой-то там мембране или фильтру. Запасных запчастей к опреснителю, у нас конечно-же не было.

В это время мы как раз проплывали близ территории бывшего Вьетнама, где сейчас густо росли необычные деревья с широкими листьями. Сверившись с картами, мы нашли место неподалеку, где реки впадают в океан, и направили туда наше судно. После того, как людей на этой территории почти не стало, реки очистились, так что можно было просто заплыть немного вглубь и набрать пресной воды, может и не совсем чистой, но с обычной грязью фильтр опреснителя, я надеюсь справится.

Странно, но в отличии от мест где океан соприкасался с сушей, здесь деревья не вторгались на территорию воды. Возможно это связанно с быстрым течением, хотя оно здесь далеко не везде было быстрым. А может все дело в том, что вода пресная. Оставив эту загадку на более спокойные времена, мы поднимались вверх по течению. Берега медленно приближались с двух сторон, и через некоторое время мы начали забор воды, запустив опреснитель.

Здесь и раньше-то густо росли деревья, но сейчас, они буквально душили друг друга, борясь за солнечные лучи всеми доступными способами. Рассматривая джунгли, я вдруг заметил нечто странное. Нависнув над водой с веток одного из этих новых необычных древесных истуканов, подставив желтые и розовые бока солнцу, свисали крупные плоды. Ничего подобного я раньше не видел, и решил добыть парочку – вдруг в них кроется секрет такого быстрого разрастания этого леса.

Ай была полна энтузиазма, готовясь к вылазке. Она экипировалась и вооружалась так, будто мы собираемся на войну. Упрекать я ее в этом не стал, ведь там и правда водятся довольно страшные создания, но долго задерживаться, я надеюсь, мы не будем. Естественно и я не забыл про свой маленький ножичек, приторочив его ножны себе за спину, так чтобы рукоятка торчала над плечом и его можно было быстро извлечь, но и чтобы меч не мешался, если не понадобится.

Подплыв к более-менее спокойному месту, мы бросили якорь, и спустили на воду лодку. Так как вылазка подразумевала скорость и скрытность, отправлялись только двое – Ай и, собственно, я. Соне и Альбе выпала честь дожидаться нас на корабле, но ни одна возражать не стала. Первая вообще тряслась от страха, оказавшись настолько близко к ужасным джунглям, где водятся не менее ужасные монстры, а вторая, в последнее время, впала в меланхолию, и ее вообще мало что интересовало. Мои ежедневные попытки восстановить ее пальцы не давали результатов и девушка совсем поникла.

Более шустрая и легкая Ай выпорхнула на берег, едва днище коснувшись песка. Мне же, досталась почетная обязанность – тащить лодку на берег. Ума не приложу, как девушке удаются все эти трюки. Сомневаюсь что даже под усилением смогу сделать хоть один шаг по воде и не промокнуть, а на ней, вон, даже капельки нет, хотя я был уверен что ноги она намочит до самых колен, выскочив слишком рано.

Идти к тому самому дереву, которое я заметил с корабля, смысла не было, ведь подобных вокруг росло немерено, да и отплыли мы далековато. Всего через пару минут, заглянув за очередное деревце, раздвинув кривые ветви мы оказались будто в другом мире. Прямо перед нами раскинулась небольшая полянка, поросшая высокой зеленой травой, а за ней, подставив свои плоды под солнечные лучи, росло нужное нам дерево.

Вот только на его ветвях, усиленно работая челюстями, восседали ужасные летучие твари, похожие на обезьян. Они спокойно пожирали фрукты, перебираясь с ветки на ветку, иногда пролетая небольшие расстояния. Похоже их крылья были больше предназначены для планирования, хотя некоторые, забравшись повыше, подпрыгивали довольно высоко, помогая себе крыльями и пикировали вниз, на полянку. Тут сытые монстры устроили себе лежбище, выискивая друг у друга паразитов или просто отсыпаясь.

Однако на этом странности не закончились. Вели себя монстры, совсем не как монстры, а как стая обычных обезьян хоть и довольно крупных. Глаза кстати у них были карими, а не красными, налитыми кровью, как у других монстров, встречавшихся нам раньше. Наблюдая эту картину, я совсем забыл зачем пришел и что нахожусь здесь не один.

- Ай сможет добыть фрукт. Чудища не заметят!

Вдруг прошептала напарница и рванула куда-то в сторону, растворившись в листьях. Мое «нет, погоди», так и осталось пустым звуком – либо девушка не услышала, либо сделала вид, что не услышала. «Вот и зачем, спрашивается, подвергать себя лишней опасности, если можно найти другое такое дерево» мысленно ругал я ее.

Звери на полянке передо мной, вдруг подняли крик и помчались к дереву с плодами. Их глаза быстро наливались кровью, а движения ускорялись. Буквально пара секунд отделяла обычных, ну хорошо, может не совсем обычных животных, от обезумевших монстров, которые жаждали только одного – убить человека. И человеком этим, естественно, была моя напарница. Блеск лезвий ее катан, теперь разглядел даже я. Таиться смысла больше не было, поэтому обнажив свой двуручник, я вышел из своего укрытия.

Странно, но большая часть тварей, как мне показалось, мгновенно развернулась, будто у них были глаза на затылке. Или им кто-то подсказал. Одновременно на меня неслось, совершая длинные прыжки, целая куча этих созданий. Некоторые, до этого еще не спустившиеся с дерева, прыгали прямо с веток, пикируя, нацелив в меня когти и обнажив клыки.

Разрубив первую подоспевшую бестию пополам, я едва сумел увернуться от второй, а потом подоспела и третья. Завертевшись волчком, я пользовался преимуществом длинного лезвия, но силы от такого приема таяли очень быстро. Ко всему прочему, приходилось часто менять угол, из-за того что часть нападавших пыталась достать меня сверху. А еще я медленно отступал, чтобы меня просто не завалило трупами или не схватила какая-нибудь отрубленная конечность – даже отделенные от тел, когтистые лапы судорожно несколько раз сжимались, прежде чем окончательно замереть.

Без сомнений здесь бы мне пришел конец, если бы не тренировки, и знания, полученные из чужих воспоминаний. Без усиления я был почти обычным человеком, в хорошей форме, но все же, далеко не так хорош, как с желтыми глазами. Несколько раз тварям удалось меня задеть, но, к счастью серьезных повреждений не нанесли. Однако, хоть и небольшие, но кровопотери, вместе с танцем клинка выматывали гораздо сильнее обычного. Все решит количество бестий – либо раньше иссякнут они, либо я совершу ошибку, или просто не смогу поднять, кажущийся уже сейчас неподъемным, мой двуручный меч.

Но судьба, будто усмехаясь в лицо, решила что все должно случиться одновременно. Последний зверь, почти в два раза меньше обычной особи, наверное еще детеныш, оказался рядом, когда я промахнулся и лезвие вонзилось в землю. Мне не хватило всего пары сантиметров, чтобы достать этого детеныша, возможно как раз из-за его небольшого размера. Хотя даже его относительно небольшой размер, не делал зверя милым пушистиком. Эта хитрая тварь уже раскрыла пасть, намереваясь вонзить свои немаленькие клыки мне в живот, поэтому пришлось ее захлопнуть самостоятельно, воспользовавшись коленом. Послышался хруст от резкого столкновения его нижней челюсти с верхней, и монстрик начал опрокидываться назад. Давать ему второй шанс желания у меня не было совершенно, поэтому, сделав последний оборот, окровавленное лезвие оборвало нить его жизни.

Вонзив меч в землю, я буквально обнял рукоятку, навалившись всем весом. Грудь вздымалась и опускалась, наполняя легкие насыщенным кислородом воздухом. Глаза залило потом, но сил, чтобы просто поднять руку и его смахнуть, совершенно не было. Хотелось просто рухнуть в прохладную травку и расслабиться, но я не мог себе позволить такую роскошь. Только не здесь и не сейчас – нужно убраться отсюда поскорее. Не припомню, чтобы я хоть раз так сильно вымотался с самого моего появления в этом мире. И во всем виновата моя читерская способность, которой я злоупотреблял буквально при каждом удобном случае.

Долго прохлаждаться я не стал – где-то там моя напарница, возможно еще сражается, за широкими листьями плодового дерева. Волоча за собой, двуручник, я медленно передвигал одну ногу за другой, иногда смахивая пот, текущий ручьем и мешающий обзору.

И наверное ничто не могло так сильно удивить, как открывшаяся мне около дерева с плодами картина, когда я отодвинул свисающую до земли ветку. Моя спокойная, рассудительная, уравновешенная, сверхрациональная напарница рубила в капусту, закусив губу трупы летучих обезьян.

Кровью была залита ее всегда чистая одежда. Ее клинки, обычно способные посоперничать в отражающей способности с зеркалом, сейчас по самые рукоятки были красными. Лицо и волосы Ай тоже были залиты кровью. На мгновение, мне показалось что даже ее глаза стали похожи на глаза этих монстров и я бросился к девушке, бросив меч на землю, с криком:

- Остановись, Ай! Они все мертвы, что ты делаешь?

Когда я оказался совсем близко, поскользнулся на мокрой от крови траве, и вместо шага вперед, отшатнулся вправо. Следующее мгновение мне запомнится, наверное, очень надолго, ведь моя самая преданная подруга, попыталась меня убить.

Лезвие ее катаны очертило круг, и если бы я сделал тот самый шаг, который собирался сделать, сейчас истекал бы кровью, доживая последние мгновенья своей жизни с разрубленным горлом, а может и вообще без головы. Медленно отступая, не веря происходящему, я запнувшись спросил:

- Т-ты чего?

После этих слов, глаза Ай наконец прояснились, а сама она уставилась на руку. Ту самую руку, сжимающую оружие, что чуть не лишило меня жизни. Она посмотрела вокруг, потом на меня и из ее глаз полились слезы. Бросив катаны она опустилась на колени, глядя на свои окровавленные руки.

- Это не я! Я не хотела, оно само! Я была так зла, так сердита, что меня смогли обнаружить…

Понимая что опасность миновала я приблизился и обнял плачущую напарницу, и с ужасом осознал что барьера больше нет. В моих объятьях обычная девушка, хорошо натренированная, с неплохим иммунитетом, но с полным спектром эмоций, и живущая ровно столько, сколько отведено обычному человеку.

Вдруг по спине пробежал холодок, будто на меня кто-то смотрит, но повертев головой я никого не обнаружил. За ветками метрах в двадцати, на высоте около трех метров от земли вроде горели два желтых огонька, но моргнув, приглядевшись, я их больше не замечал. «Ничего удивительного – после этой мясорубки всякое может привидеться», успокаивал я себя, но странное чувство прошло далеко не сразу.

- Пойдем, Ай. Все нормально. Это просто эмоции. Ты не смогла себя контролировать из-за ярости, ведь это очень сильное чувство. Я тебе потом расскажу про берсеркеров. И мы попрактикуем с тобой самоконтроль, а то ты себя в последнее время совсем не сдерживаешь, и вот к чему это привело.

- Угу, хорошо. Ай будет хорошей. Ай будет послушной и больше никогда не попытается причинить вред Тиму…

Сквозь слезы шептала девушка. Намереваясь поскорее покинуть это место, я побрел к своему мечу, брошенному неподалеку. Подобрав его, я обернулся и челюсть моя отвисла в буквальном смысле этого слова. Ай успела собраться, спрятать катаны в ножны, и глядя в пустоту жевала.

Выплюнув крупную косточку, Ай уже тянулась к другому, свисающему перед ней желтовато-розовому плоду. Без раздумий, не зная съедобный для человека или же ядовитый фрукт новых деревьев, она слопала как минимум один и принялась за второй.

- Да что же ты творишь?

Приложив к голове руку, сокрушался я. Ай, невинно склонив голову набок, проследила за моим взглядом, к своей руке, которая уже поднесла ко рту второй фрукт, и выдала совсем несвойственный ей ответ:

- Ой…

Глава 40

Вернувшись наконец, почти через два месяца, в ту самую бухту откуда мы и умыкнули корабль, можно было немного расслабиться. Однако наше путешествие не было окончено, по сути это была лишь его половина. Пальцы Альбы восстановить я не смог. Ай теперь без своего барьера, что скорее минус, чем плюс. Зато почти все свободное место на корабле забито странными фруктами из джунглей. После того как Ай слопала первый такой розоватый плод, и с ней ничего не случилось, я тоже осторожно попробовал кусочек.

Конечно я опасался, что симптомы отравления могут возникнуть не сразу, но понадеялся на улучшенный организм одиннадцатого. Он ведь сумел тогда распознать транквилизатор, хоть и не успел заблокировать его действие. Потом мне удалось справиться с настоящим ядом, который практически не нанес вреда, так что уж с маленьким кусочком фрукта я должен справиться, если что.

Однако все опасения оказались напрасными – плоды оказались съедобными, и не содержали вредных для человека веществ. По крайней мере, ничего такого мой организм не выявил. К тому же, плоды странного дерева были крайне вкусными и сытными, больше всего напоминая бананы смешанные с персиком по вкусу.

Возвращались к лодке мы другим путем, чтобы не смотреть на истерзанные Ай, ну и немного мной, трупы тварей. По пути мы встретили еще два таких плодовых дерева, и вернулись к ним, собрав немалый урожай, после того как отмылись от крови в реке. Прохладная вода и полный желудок очень быстро восстановили потраченные силы. На корабль наша диверсионно-разведывательная группа вернулась бодрой и свежей. Ну может не совсем так – мне хотелось просто лечь и не шевелиться, в то время как Ай, выпятив грудь, с гордостью рассказывала о нашей вылазке.

Альба бесстрашно вгрызлась в бок привезенного лакомства, выдав что-то типа – «пока мы здесь, надо побольше набрать, после них и пить не хочется, и есть тоже». Соня, несмотря на опасения тоже приложилась, откусив маленький кусочек, а потом, распробовав, быстренько умяла парочку, работая челюстями даже быстрее чем Альба. Ничего удивительного в этом не было – нам приходилось ограничивать себя в воде последнее время.

Потом мы довольно быстро нашли место, где деревья с плодами росли практически у кромки воды, и собрали неслабый урожай, завалив почти все свободное пространство вкусным лакомством. Разобраться с их происхождением, провести всевозможные опыты, это конечно хорошо, однако питаться сухомяткой уже надоело, и фрукты стали просто замечательным дополнением к рациону.

Еще один приятный сюрприз преподнесла нам наша добыча, когда выяснилось что к прибытию, ни один фрукт не испортился. Я с тоской наблюдал как люди Ольги, которая практически окончательно поправилась, и вернулась к делам, сгружали на берег наши запасы, забрав не меньше половины сладких плодов. Выдвигаться сразу никому не хотелось, к тому же, необходимо было починить опреснитель.

Соня умчалась к матери, рассказывать о своих приключениях и отдать отснятый материал, а наша троица модифицированных людей направилась в особняк Ольги, который практически не изменился с того раза, когда я был здесь в последний раз. Конечно там мне пришлось терпеть маленьких прилипал в виде Маргариты и Лилии. Последняя все больше походила на старшую подругу, подражая во всем. В том числе это касалось и отношения ко мне. Однако мне это даже нравилось. Приятно расслабиться в веселой, непринужденной обстановке, играя с детьми, после напряженных боевых действий, в которые я был втянут, можно сказать не по своей воле...

***

Сара с каждым днем все больше и больше разочаровывалась в своем кумире. Безобразова больше не обращала на нее своего внимания, ведь женщина потеряла почти все влияние и власть, которыми она обладала при их первой встрече. Ничего удивительно в этом не было – после потери Беты, ее вообще хотели отдать под трибунал, но вмешалась мама. К сожалению, никого не интересовало что реальной властью Сара тогда не обладала, и вообще была против, когда Альфу и Бету отправляли в джунгли.

Все закончилось тем, что ее вернули в первую западную лабораторию, где она и начинала свою карьеру. Возможно, другая на ее месте расстроилась бы, но для Сары, эта новость была как манна небесная. Во-первых она имела высокое звание, что давало ей практически безграничный доступ, а во-вторых могла заниматься любимым делом, развернувшись на полную. Раньше ее руки были связаны всевозможными ограничениями, как-то долг и военные обязанности, а теперь ее просто оставили в покое.

Безобразова, как ни странно, оказалась хитрой и изворотливой особой – как только встретила военную верхушку звезд, сразу пообещала им суперсолдат, наподобие одиннадцатого. Естественно все уже знали об этом самом непревзойденном воине, который одолел Альфу и Бету, выполнил миссию которая девушкам оказалась не по зубам. Хотя больше всего, их волновало наверное то, что все эти неудачи приписывали Саре, что нанесло удар по ее матери. Там, наверху, так же как у политиков, у военных велась постоянная борьба за власть, и многие увидели в предложении Безобразовой шанс пробиться выше, или хотя бы укрепить свои позиции.

Сара не знала кто именно, но Валерию взяли под крыло и отправили во второй институт, расположенный в Европе, и она сразу же приступила к работе. За ее деятельностью, конечно, пристально следили, поэтому она намеренно выставляла напоказ проводимые эксперименты. С ужасом перечитывая эти записи, просматривая видеофайлы, Сара не могла поверить своим глазам – ее кумир оказалась настоящей садисткой. Ее методы ничем не отличались от тех, которыми пользовались ученые второй лаборатории. Те самые, которые довели Бету до крайней точки – либо жизнь на препаратах, либо смерть. Хотя Безобразова оказалась еще хуже, она вообще не считалась с человеческими ресурсами, и если усиленная женщина после ее препаратов погибала, заявляла буквально следующее – «этот образец никуда не годится, слишком слаба, давайте другую».

К счастью Валерия не заинтересовалась Альфой, и она находилась здесь, под наблюдением Сары. Жаль только что Бета пропала. Хотя, если подумать, ее история выходила за рамки понимания ученой. Как Союзу удалось вытащить ее из джунглей без бронекостюма, куда она подевалась после артобстрела и установления спокойствия в том городе, и еще множество подобных вопросов мучали Сару. Конечно руководство Звездного Альянса пыталось через своих шпионов хоть что-то выяснить, но они натыкались на пустоту. Будто и не было у Союза никогда Беты. Хотя Сара знала что шпионы есть не только у Звезд, и их разведка работает не хуже, так что, и про Альфу, и про Бету, им должно быть известно.

У Сары была всего одна догадка, о дальнейшей судьбе великанши. Ее забрал с собой тот одиннадцатый. Сколько бы не утверждали и не уверяли женщину, что он агент Союза, Сара просто не могла в это поверить. Ну не может себя так вести человек, который состоит на службе у правительства. Женщина прочувствовала все это на собственной шкуре, когда пыталась быть просто ученой в прошлом. Тогда для нее все закончилось множеством выговоров, криков и всевозможными взысканиями. Но тот желтоглазый, на банкете, вел себя так, будто ему плевать не только на собственных руководителей, но даже и на представителя другого государства. Если бы он на самом деле работал на военных Союза, однозначно бы попытался втереться в доверие к представительнице военных. Однако когда та подошла, тот просто поздоровался и отвернулся.

Из всего этого напрашивается только один вывод – либо он полностью независимое лицо, либо над ним имеют власть только самая верхушка северных соседей. Не зависимо от правильного ответа, Сара хотела верить что с Бетой все хорошо, ведь в некоторой мере, хоть и меньшей чем в случае с Альфой, она была ее подопечной. Посещая вторую лабораторию по долгу службы, Сара всегда навещала беловолосую великаншу, и пыталась облегчить ее непростое существование.

Прошло немало времени, с возвращения Сары, и она совсем расслабилась, занимаясь исследованиями. Ее мать, Мишель, после провала дочери ни разу не захотела с ней увидеться, но Сара была уверена – этот день, рано или поздно, наступит. И тогда ей придется очень долго выслушивать нравоучения и наставления, о том, чего делать нельзя а что можно, и в каких случаях Сара была неправа и так далее и тому подобное...

Однако этот день наступил гораздо раньше чем ученая ожидала – дверь ее кабинета распахнулась без стука, чего здесь не позволял себе никто. Вот только это пришла ее мать, которая вообще не привыкла стучать, прежде чем войти. Еще бы, с ее-то властью и влиянием. Без приветствия или предисловия, Мишель бросила перед дочерью карту памяти и потребовала:

- Посмотри. Это спутник снял буквально вчера. Придумай какой-нибудь повод и отправляйся во вторую лабораторию. Возьми с собой Альфу, и в этот раз, сделай все как надо. Вернешься уже героем, и все забудут о твоих неудачах в Союзе. И меня, наконец, тоже оставят в покое, а то я устала уже разгребать то дерьмо, что ты в этот раз после себя оставила.

Сказано это было так, будто всем и каждому ясно – во всех неудачах звезд на севере виновата одна Сара, но женщина была к этому готова, поэтому проигнорировала и подключила принесенное матерью устройство к своему компьютеру. Там оказались снимки и текстовые файлы, описывающие ситуацию. На снимках со спутника был виден корабль, следующий сначала к берегам Азиатской Ассоциации, затем обратно в Союз, и теперь направляющийся к границе Западного Альянса.

- Кстати, на этом корабле, помимо одиннадцатого Союза, находится так же наша Бета. Мы давно уже следим за этим судном. Его обнаружили близ того города, куда изначально отправили тебя, а информацию о пассажирах удалось получить совсем недавно.

Просматривая снимки, Сара вдруг заметила нечто странное. Корабль зачем-то заплыл в джунгли, по реке, однако странным было не только это – в правом углу снимка было видно необычное красноватое облако, зависшее над джунглями. Указав Мишель на него, женщина спросила:

- А это что такое?

На следующих снимках, красноватого облака видно уже не было, потому что корабль снова вышел в океан.

- Наверное какие-то помехи, не обращай внимания.

Мишель выглядела крайне неубедительно, когда говорила эти слова. Сара хорошо знала свою мать, поэтому поняла – женщина врет, и теперь вернулась к снимку утроив свое внимание. «Никакие это не помехи! Облако, имеющее примерно километр в диаметре, видно хорошо, и я обязательно выясню что это такое», решила Сара, но вслух сказала совсем другое:

- Конечно, я прямо сейчас начну собираться.

Когда Мишель ушла, Сара действительно начала собираться, но попутно начала поиск информации. Побывав на передовой, близ джунглей, женщина не на шутку заинтересовалась этим явлением. Как растениям удается так быстро захватывать новые территории? Откуда взялись эти монстры, не похожие ни на что другое, из того что Сара видела в своей жизни. А ведь ей довелось поработать с разными представителями земной фауны, улучшая Альфу и других подопытных, стараясь сделать их выносливей, быстрее и сильнее.

Странно, но когда она подобралась к интересующей ее информации, женщину остановили ограничения доступа. Однако, тогда она воспользовалась своим козырем, который сумела добыть перед отправкой в Союз. Тогда Мишель, странным образом открыто проявив, наверное в первый раз в жизни свою любовь к дочери, сама дала свои коды доступа Саре, со словами: «если дела будут совсем плохи, можешь ими воспользоваться, это все, чем я могу тебе помочь». Данные которые были скрыты, не просто удивили ученую, она была шокирована и растеряна, но потом взяла себя в руки и сохранив на свой носитель все что сумела найти, отправилась собираться дальше. В ее голове начал зреть план который не сулил ничего хорошего самой Саре, однако мог если не спасти, то по крайней мере облегчить страдания всего нынешнего человечества. Если, конечно, все получится именно так как она задумала…

***

Развиваясь над головой, небольшой клок материи заставлял меня улыбаться. Я сам его разукрасил, выделив немного свободного времени и потом повесил на самую высокую антенну, до которой только смог дотянуться. На черном фоне был виден корявый человеческий череп, а под ним две скрещенные кости. Мне показалось что это будет смотреться круто, особенно учитывая что в этой миссии я не принадлежу ни к какому государству. Да и корабль, вроде-как мой, пока я не верну его Азиатской Ассоциации. Все это значит что мы, вроде-как пираты.

Подходил к концу последний день нашего плавания. Завтра мы наконец причалим к берегу. Тренировки с девушками делали меня все лучше, и теперь я, по крайней мере в ближнем бою мог сражаться с Ай на равных. Ее мастерству мне удавалось противопоставить грубую силу, в ситуациях когда не удавалось совершить красивый захват или удар, я просто прилагал больший напор. Хотя может все дело в ее нестабильности – девушка потеряв свое хладнокровие и свой антиэмоциональный барьер, принимала те вызовы, которые раньше бы просто проигнорировала бы. Хотя для нее это тоже был хороший опыт. Поражения учат человека гораздо эффективнее побед.

Спарринговал я так же и с Альбой, но она постоянно проигрывала, даже не пытаясь побороться. Каждый день я пытался «синхронизироваться» организмами девушек, развивая свою способность. Одной необходимо было вернуть защищающий от эмоций и старения барьер, а второй вырастить потерянные пальцы, но пока ничего из этого не выходило.

Ай теперь вела себя необычно, если не сказать странно. То проявляла слишком уж сильную привязанность, проникая без стука в каюту, где я иногда находился почти без одежды, с непонятными целями. То кричала на всех, включая меня, по поводу и без. Обижалась по мелочам, а потом почти сразу отходила, будто забыв об обиде. В общем, находиться рядом с ней было очень уж непросто и не только мне.

Все это привело к тому, что завидев на горизонте берег, я почти приплясывал на месте от нетерпения. И даже нагадившая на плечо птица не смогла омрачить этот момент.

- К счастью! Нам обязательно теперь повезет!

Улыбнулся я девушкам, стоящим рядом, указывая на прилетевшую неприятность. Однако понимания не нашел, они лишь поморщили носики, и даже отошли на пару шагов.

- Сними это! Пока еще есть время, не хочу идти рядом и нюхать такое! Плохая птица!

Крикнула Ай, погрозив уже улетевшему паразиту кулачком. Ничего не поделаешь, пришлось идти переодеваться. «Вот интересно, какова она, эта ваша Европа», думал я, вспоминая свою прошлую жизнь, в которой по телевизору постоянно ругали тамошний, «буржуйский» стиль жизни, с его гей парадами, капитализмом, ненастоящей демократией и тому подобным. «Ну, по крайней мере геев теперь там больше нет», посмеялся про себя, снова выходя на палубу, в этот раз с опаской посматривая вверх…

Глава 41

Путешествие по морю оказалось далеко не таким романтичным и уж точно не таким веселым как мне раньше казалось. Хоть мы не отплывали слишком далеко в океан, но суши на горизонте видно не было. Только синие волны вокруг, да птицы, которые так и норовят нагадить если не на голову, то хотя-бы под ноги. Ай во время спаррингов, постоянно выходила из себя, порываясь нанести серьезную травму. Альба, наоборот была слишком вялой, и ее безразличие злило не меньше чем ярость Ай. Из-за этого тренировки с девушками уже не приносили такого удовольствия как раньше. Хотя дело не ограничивалось одними тренировками. Их общение стало похоже на шипение змей, полное желчи и шпилек. Разок я попытался вмешаться, отругав обеих, но это привело к тому, что они обиделись, перестали со мной разговаривать, и продлилась эта обида целых три дня.

Я рад был почувствовать, наконец, твердую землю под ногами. Когда мы прибыли на место, указанное Альбой. Девушка оказалась крайне полезной, так как знала расположение прибрежных, необитаемых поселений. Люди покинули их, а военные оборудовали несколько мест, где в случае войны можно было бы разместить войска. Именно поэтому, в этот раз, у нас была возможность причалить к берегу. Здесь даже имелась более-менее целая гавань. Альба рассказала что отсюда до лаборатории придется пробираться дня два, и это если по прямой, не огибая обитаемые города, коих в этой местности немало. Однако жаловаться не было смысла – по заявлению беловолосой девушки, ближе на корабле подплыть не получится.

Закинув рюкзак за плечи, обвешавшись оружием, я шагал по дороге, меж поросших мхом небольших домиков. Девушки поначалу хотели разделить груз поровну, но после недолгого обсуждения согласились что мое предложение наиболее оптимальное. Дело в том, что они обе прошли специальную подготовку, а мы, что ни говори, находимся на вражеской территории. Врага я смогу заметить только если он сам решит раскрыть себя. Поэтому я сгожусь на роль вьючного животного, а настоящая работа достанется Альбе и Ай.

Однако враги не заставили себя долго ждать. Уж не знаю как, но не успели мы отойти и триста метров от гавани, как Альба вдруг остановилась и подняла руку, давая понять что что-то не так. Мы как раз проходили мимо пятиэтажного здания, на первом этаже которого когда-то был то-ли магазин, то-ли ресторан. Стеклянные витрины лишь кое-где сохранились нетронутыми, но надписи выцвели, и уже невозможно было понять, что же на них раньше было написано или нарисовано. Девушки выхватили оружие и направили его в сторону этих самых мутных и грязных стекол, за которыми я никого разглядеть не мог. Медленно пятясь Ай потянула меня в ближайший переулок, а Альба смотрела сквозь прицел своего автомата, закрыв нас от возможного огня со стороны этого здания. Конечно жать на курок пальцами левой руки и целиться из другой позиции ей было неудобно, но даже так она бы попала в цель, лучше чем я.

- Прошу вас, уберите оружие, нас здесь всего двое, и мы не собираемся нападать.

Послышался голос женщины с легким акцентом. Демонстративно выставив пустые руки перед собой, из дверного проема, шурша осколками стекла и мелкими камнями, вышла женщина средних лет и улыбнулась глядя на нас. Порывшись немного в памяти, я вспомнил ее имя. Сара Коннорс была довольно харизматичной личностью, поэтому запомнилась, несмотря на то, что видел я ее всего пару раз. Женщина все так же стояла, ожидая нашей реакции, ничуть, похоже не переживая что находится под прицелом двух моих спутниц. Присмотревшись я заметил за ней высокую фигуру и тоже ее узнал. Напарница Альбы в полной своей броне похоже была готова оттолкнуть или закрыть собой Коннорс, если мы начнем стрелять. Вот только не думаю что она успеет что-то сделать – как бы ни быстра была великанша, пулю не обогнать.

Подумав так, я понял что Сара таким образом пытается показать что доверяет нам свою жизнь и действительно настроена мирно. Оружия у Альфы я не заметил, но если вспомнить наш с ней бой, даже безоружная великанша представляет серьезную угрозу, особенно в своей пуленепробиваемой броне.

- И что же вам нужно, уважаемая?

Громко спросил я, не переставая отходить в безопасность переулка, на что женщина спокойно ответила:

- Я знаю зачем вы здесь. И даже помогу вам, только сначала хочу поговорить. Что скажете?

В ее голосе не было и тени сомнения, но для собственного успокоения, я все-таки уточнил:

- Так зачем мы здесь, по-вашему?

- Ранее вы уже отметились в лаборатории Азиатской Ассоциации, поэтому не сложно догадаться, куда вы теперь направляетесь.

Внезапно Альба остановилась и опустила оружие.

- Давайте выслушаем ее. Она всегда была добра ко мне. Могу одна пойти, если что задержу преследователей а вы вернетесь на корабль. В любом случае, наша операция уже провалилась.

И ведь действительно, мы всецело полагались на фактор внезапности. Теперь-же, я ясно понимал что у нашей маленькой команды не получится провернуть дело, когда целая армия будет выступать противником. Подготовленным противником! Но и отступать не хотелось, потому я, положив руку на плечо Альбы, шагнул вперед:

- Никто тебя здесь не бросит, подруга. Пойдем поговорим, раз уж так вежливо приглашают.

Заметив наши действия, Сара расслабилась. Здесь они успели расчистить небольшое пространство и нашли даже несколько целых стульев и стол. Этот островок порядка выглядел чуждо, в окружающем его хаосе из битого стекла, мебели, и всевозможного мусора, но кто я такой, чтобы жаловаться, когда вместо драки нам предлагают посидеть и просто поболтать? Разместившись напротив Сары за столом, я посмотрел на стоящую истуканом за ее спиной Альфу. Будто копируя бывшую напарницу, Альба встала за мной. Все это сильно раздражало, но отбросив посторонние мысли, я обратился к Коннорс:

- Итак, Сара, с какой целью вы все это затеяли? Что вам от нас нужно?

- Все просто: хочу знать что вы сделали с Бетой. За это я помогу вам с вашим делом.

Улыбнулась ученая. Однако, если она сейчас сказала правду, я готов был рассказать что угодно. Пусть знает, мне это ну никак не навредит.

- Хорошо, но лучше пусть она сама все расскажет. И сядьте уже наконец все! Тут хватает стульев, хватит дышать мне в затылок, Альба!

Не сдержавшись, Коннорс расхохоталась и потянула свою бронированную охранницу за руку, отодвинув рядом стоящий стул. Альба тоже села, но только после того как это сделала ее бывшая напарница. Немного поерзав, Альба начала свой рассказ:

- Там в джунглях, мы столкнулись с разными опасными тварями. Когда мы добрались до черного ящика, на нас напало странное существо. Каким-то образом оно воздействовало на меня и я потеряла сознание…

Сара внимательно слушала, иногда уточняя или переспрашивая в интересующих ее моментах. Особенно ей было любопытно, как мне удалось избавить девушку от ее «дефектов». Вот только мои объяснения выглядели не очень убедительно. Я пытался передать все что мог словами, но это оказалось непросто, все равно что объяснять кому-то как дышать – ты просто делаешь это, совершенно естественно, не задумываясь. Свое повествование Альба закончила словами:

- Теперь я по собственной воле следую за Тимом. А данные из лабораторий нужны для того, чтобы помочь людям. У него будет собственная лаборатория, и я уверена что там не будут делать тех ужасных вещей, которые делают ученые звезд. Уж я по себе знаю, что это такое.

Сара после этих слов тяжело вздохнула, глядя в пол. Было видно что она понимает и сочувствует Альбе.

- Спасибо за ваш рассказ. Теперь я уверена что поступаю правильно, помогая вам. Сомневаюсь, что в итоге все будет так гладко, но попытаться стоит. Итак, я отдам вам все данные, которые только смогла достать сама. Уверенна, вы все равно не смогли бы получить больше, скорее наоборот. Только вам все равно придется немного пошуметь. Иначе у меня возникнут серьезные проблемы. Вы ведь понимаете – если вы просто уплывете на своем корабле, да-да, не удивляйтесь, именно по нему вас и выследили, со спутника, начнется расследование, и оно укажет на меня. Поэтому нужно создать видимость нападения и кражи данных.

- Понимаю. Конечно мы так и сделаем. Только без убийств, по возможности.

Ответил я, на что Коннорс сразу же согласилась.

- На вашем корабле ведь имеется компьютер? Мне необходимо кое-что вам показать. А вот это, то что я обещала. Отдаю прямо сейчас, полностью вверяя свою судьбу в ваши руки.

Женщина протянула мне накопитель, и я его принял. Смутные сомненья терзали меня – стоит ли пускать их на корабль, но с другой стороны, его бы за это время, пока мы тут разглагольствовали, давно захватили, будь у звезд такое желание. А еще мне стало любопытно, что это она такое интересное хочет рассказать, что даже на корабль просится.

- Пожалуй, мы можем на это согласиться.

Оказавшись перед монитором, Коннорс включила видео, попутно объясняя происходящее на экране:

- Не знаю в курсе ли вы, но территория джунглей, раньше была еще одним государством. Там тоже была своя лаборатория. И исследования которые там велись, многие сочли бесчеловечными, и объединившись, Звезды, Союз и Азиатская Ассоциация, напали на это государство с целью уничтожить их лабораторию.

В это время, на экране мы наблюдали видео с камеры шлема одной из солдат звезд. Солдаты расстреливали всех кто им встречался, будь то смуглые военные, ученые в белых халатах или просто гражданские. На фоне гремели взрывы, здания пылали и рушились.

- «Идеальная пара», так звучало название того что они хотели на самом деле создать – гибрид человека и животного. Нечто, что превзойдет и нас людей, и животных. Но когда военные приблизились к полному уничтожению того места, что-то пошло не так.

Взрыв прогремел совсем рядом с женщиной от лица которой велась сьемка. Ее отбросило и на экране показалось изображение какого-то бассейна с бурой жижей. Женщина неуверенно поднялась, осматриваясь. Сверху в этот огромный бассейн по трубкам медленно текла белая жидкость. Трубки эти брали свое начало от огромных цистерн. Рядом появились другие военные, и тоже растерянно осматривали это странное инженерное сооружение.

Белая капля сорвалась с кончика трубки и упала в бассейн. Это вызвало бурную реакцию и поверхность бурой жижи забурлила, вступая в реакцию с воздухом, а потом все заполнил розоватый туман. Все кого касался этот туман падали на землю и начинали корчиться. Кто-то попытался бежать, но скорость распространения этого тумана была огромной, и через мгновенье вся ближайшая территория, включая солдата с камерой, оказалась накрыта гигантским розоватым облаком.

Упавшие солдаты начали подниматься. Их глаза были красными, налитыми кровью. Они начала нападать друг на друга, избивать, разрывать друг друга, забыв об оружии, которое если и было использовано, то только для нанесения ударов, а не для стрельбы. Вскоре бойня закончилась всеобщим кровавым уничтожением и видео закончилось.

- Запись транслировалась в командный центр. В той операции были задействованы лучшие из лучших трех государств. Не выжил никто. Кроме того воздействия на человека что вы видели, этот красный туман влияет так же на флору и фауну. А вот снимок вашего корабля, когда вы заплыли по реке вглубь территории джунглей, тем самым приблизившись к месту где была лаборатория. Вот в углу снимка. Видите? Такое же облако, отнесенное ветром не так далеко от места своего появления. Этот бассейн все еще далеко не пуст, и он выбрасывает в воздух такие облака с некоторой периодичностью. Я уверена что именно они изменили животных и растений. А исходя из того, что инцидент прошел около семидесяти лет назад, можно предположить что вещество в бассейне закончится не скоро. Однако я верю - если уничтожить хранилище этого вещества, мутации прекратятся. Ну или очень сильно замедлятся, так что нападать на человеческие города животные больше не будут в таком количестве. Иначе эти облака, разгоняемые ветром, будут продолжать изменять нашу планету. Мне страшно представлять что тогда может случится с человечеством…

Повисла напряженная тишина. Все понимали – раз эти данные есть у звезд, значит, скорее всего, и верхушка союза и азиатской ассоциации тоже их имеет. Но прошло уже около семидесяти лет. Никто не отправил людей, для уничтожения этой угрозы. Либо отправляли, но все закончилось провалом.

- Теперь все понятно. Что ж. Видимо для меня нашлось еще одно дело в этом мире. Возможно я оказался тут не ради созидания, а ради разрушения, что, в принципе у меня, пока получается лучше всего.

Посмеялся я. Однако после этих слов мне уже не хотелось смеяться. Вдруг навалилось уже знакомое чувство. Организм снова начал отторгать мое «я». Усилием воли, как и в прошлые разы, мне быстро удалось вернуть контроль. Хорошо что я уже знаком с этим чувством, преодолевать его становится все легче. Никто не заметил что со мной что-то не так и я даже не пошатнулся, хотя раньше валялся бы на полу безвольной куклой. Странно, но в этот раз мне показалось, что я чувствую волю одиннадцатого. «Интересно, это так его тело пытается сказать мне чтобы я не лез в очередную опасную авантюру? Бред какой-то, неужто организм одиннадцатого настолько улучшен, что способен распознать даже намерение?» размышлял я, криво ухмыляясь сам себе.

- Надо будет раздобыть побольше взрывчатки. По джунглям я уже гулял, схожу и еще разок. Кстати, девочки, не угостить ли наших гостей трофеями, добытыми в тех самых джунглях?

Соня, тут же побежала за фруктами. Надо сказать, ученая смотрела на крупные необычные плоды с подозрением, но после того как мои напарницы, своим примером показывая что бояться нечего, тоже откусила кусочек. И даже Альфа, сняв наконец свой шлем попробовала лакомство.

- Если хотите, можете взять несколько с собой, для исследований. Они ведь растут близ той лаборатории, и скорее всего, подверглись воздействию тех розоватых туманов. А пока, давайте собираться, нам еще предстоит пошуметь в лаборатории звезд, дабы прикрыть нашу новую подругу. Сара, ты ведь не против, что я тебя так называю?

На что женщина, слегка покраснев, утвердительно кивнула.

Глава 42

Честно сказать, Сара сильно трусила, выходя на переговоры. Репутация этих троих была ужасающей: одна – лучшая убийца Азиатской Ассоциации, другая, судя по всему, хоть раньше и была верной подчиненной, сейчас стала предательницей, Бета ведь добровольно следовала за желтоглазым. Ну и конечно же он. Странное существо. Единственный в своем роде. Его способности за гранью понимания. Даже объединив усилия, Альфа и Бета не смогли одолеть этого монстра, который притворяется человеком. Сара просто не верила что человек, пусть даже улучшенный, способен сравниться с подопечными звездных лабораторий. А этот желтоглазый не только сравнился. Он их легко одолел и скрылся.

Коннорс прилагала максимум усилий, чтобы ее протянутые вперед руки не дрожали, и сама поразилась тому, насколько спокойно и уверенно звучит ее голос. К счастью переговоры закончились хорошо. То что рассказала Бета, зовущая себя сейчас Альбой шокировало ученую. Способности одиннадцатого, как и ожидалось, оказались просто невероятными. И хотя он утверждал что потерял их, верилось в это с трудом. С другой стороны, Сара была приятно удивлена когда пообщалась поближе с этим желтоглазым, который оказался спокойным и добродушным мужчиной, и как выяснилось, его на самом деле звали конечно же не «одиннадцатый» или «желтоглазый», а Тим. Буквально после первых двух фраз сказанных парнем, страх ученой улетучился, а накопившийся стресс выплеснулся смехом. Еще бы, ведь он отнесся к Альфе и Бете ровно так, как если бы они были обычными дворовыми девчонками, а не лучшими бойцами Звездного Альянса, равных которым, считалось, на планете нет.

Поведение Беты, рядом с ним, говорило само за себя, благодаря чему сомненья Сары по поводу правильности ее действий тоже улетучились полностью. Она не собиралась сразу отдавать имеющиеся данные, но потом просто доверилась Тиму и не ошиблась. Особенно сильно забилось сердце, уже не молодой женщины, когда она поняла что ее считают другом. Слова сказанные парнем явно были искренними, ведь он уже получил здесь все чего хотел, а потому больше ученая никакой пользы бы ему не принесла. Раньше многие пытались сблизиться с ней, ведь Сара была дочерью влиятельной военной, но никому не была интересна дружба как токовая, только ее положение и статус. Поэтому сейчас, предложение дружбы было принято с огромной радостью и энтузиазмом.

Потом Сара подробно объяснила все нюансы нападения на вторую лабораторию. Показала на карте где будут размещены боеприпасы для группы Тима, чтобы им не пришлось все тащить на себе. Было решено что взрывчатку, в нужных местах, непосредственно перед атакой, установит Альфа и даже сама ее подорвет, что создаст максимум суматохи и паники. После этого разговора Коннорс не засиживалась, ведь примерно через часа два спутник будет над этим местом, и ученой не хотелось засветиться на снимках вместе с Альфой и их вездеходом. Кстати именно на нем Альфа домчала сюда быстрее ветра всего за пару часов, а теперь пришла пора «сматывать удочки».

Как бы то ни было, группа Тима прибыла на место как раз вовремя и началась потеха. Гремели взрывы, где-то стреляли, люди носились как ненормальные, хоть и были предупреждены о возможном нападении. Более менее дисциплинированно вели себя военные и охрана лаборатории, однако и здесь все было не так просто. Дело в том, что Сара прибыла сюда со своими подчиненными, плюс ей выделили еще около сотни солдат, однако все это было лишь ширмой. Хватало здесь местных начальниц и каждая со своим отрядом. Естественно они так же имели покровительниц где-то в верхах и никому кроме этих покровительниц не подчиняясь. Всем хотелось захватить, или, в крайнем случае, уничтожить злостного нарушителя спокойствия, диверсанта и шпиона чужого государства в одном лице. Сара тоже сыграла свою роль в создании хаоса и сумятицы, отправляя своих людей мелкими группками навстречу отрядам других военных, снабжая их ложными сведениями о местонахождении диверсантов.

К счастью все прошло по плану – знатно пошумев группа скрылась, не оставив и следа. Немного задержалась с возвращением Альфа, но все же вернулась, хоть и немного потрепанной. На молчаливый вопрос Сары, великанша лишь махнула рукой, прошептав: «все в порядке». Тут же была организована погоня, но догнать, естественно никого не удалось. Еще бы, ведь Сара любезно оставила в условленном месте свой вездеход, на котором Тим, вместе с Бетой и Ай на полной скорости уже мчали к кораблю. Сам же корабль, по наставлению Коннорс поменял свое местонахождение и сейчас притаился в другом месте. Благополучно приняв своих хозяев на борт он тихо растворился в ночи…

***

Мне нравилось как все идет, ровно до того момента, когда отступая я встретил Альфу. Ай с Альбой уже должны были добраться до транспорта и ждать меня. Этого не было в плане, потому я сильно удивился. Еще больше я удивился, когда девушка, сняв свой шлем, наставила на меня пистолет.

- Положи оружие на землю.

Потребовала великанша. И мне пришлось подчиниться.

- И что это ты делаешь?

Спокойно спросил я, ведь если бы она хотела напасть, уже сделала бы это, и уж точно не стала бы снимать шлем.

- Сразись со мной!

- Ты серьезно? Здесь и сейчас? Как ты себе это представляешь?

- Я не признаю твоего превосходства! Я лучшая! И сейчас это докажу.

Альфа убрала пистолет и бросилась врукопашную. Присмотревшись, я понял что вместо тяжелой брони, на этот раз девушка экипирована во что-то легкое и гибкое, хотя цвет и форма схожи с тем доспехом который она использовала раньше. Времени на размышления особо не было, поэтому я тоже бросился вперед, намереваясь схватить ее за руку и попытаться скрутить. Хотя всерьез драться, конечно не собирался, понимая ситуацию.

И вот, когда моя рука уже должна была схватить запястье Альфы, все оказалось с точностью наоборот — это она схватила меня, и с резвостью, совершенно не свойственной таким большим людям, девушка появилась сбоку. Потом перед моим лицом вдруг мелькнула ее нога, и я оказался на земле. В полностью беспомощном положении, с рукой взятой на излом и ногами опутавшими мою шею и грудь, все что я мог, это хлопать по бедру великанши, признавая свое поражение. Женщина отпустила меня и медленно поднялась. Со стоном потирая локоть, я осуждающе глядел на Альфу, когда та будто выплюнула:

- Что все это значит? Ты смеешься надо мной? Почему ты так слаб и медлителен?

- Я ведь говорил ранее — те способности я больше использовать не могу. И вообще, когда это я говорил, что превосхожу тебя хоть в чем-то?

- Все так говорят!

Огрызнулась Альфа. Она даже губу прикусила, будто собираясь расплакаться. Медленно положив руку ей на плечо, я произнес:

- Не стоит обращать внимание на всякие глупости. Ты занимаешься этим всю жизнь. Ты выбрала путь воина и идешь по нему. Это твой выбор и его следует уважать. Я же, некоторое время занимался спортом ради собственного удовольствия, а потом получил непонятную силу и победил благодаря стечению обстоятельств. Возможно, если у меня все получится, мы потренируемся вместе в спокойной обстановке и ты покажешь всем насколько хороша, а сейчас, пожалуйста успокойся. Я давно должен был прибыть к точке сбора. Удачи тебе, надеюсь еще свидимся!

Сказал я, похлопав еще раз, великаншу по плечу и побежал к вездеходу. Естественно я понимал что она эмоционально нестабильна, поэтому включил красноречие на полную, стараясь побыстрее закончить эту неуместную сейчас стычку. Однако я не лгал, и говорил то, что действительно думаю, не забывая, при этом что общаюсь с профессиональной убийцей, на счету которой, уверен, не один десяток отнятых жизней.

Своим напарницам я об этом инциденте рассказывать не стал — мало ли что взбредет в голову слетевшей с катушек Ай, или Альбе, имевшей свои отношения с бывшей напарницей. Обратный путь не занял много времени, ведь теперь у нас был транспорт. Вездеход, правда, пришлось оставить и спешно отплыть. Я опасался что звезды могут послать за нами свои корабли, но Ай заверила что догнать нас им не удастся.

Теперь мной владели смешанные чувства. С одной стороны, мы добыли все данные которые только могли, а с другой, как оказалось это все не имеет значения, если не получится разобраться с «мутирующими облаками», как их метко окрестила Соня. Стоя рядом со мной на палубе, глядя в темноту, Альба вдруг произнесла:

- Надеюсь Сара не пострадает из-за того что помогла нам.

- Мы все равно ничего с этим поделать сейчас не можем. Но если удача будет на нашей стороне, и все получится, то я обещаю, сделаю все возможное и помогу ей потом.

Раньше беловолосая великанша была полностью поглощена саможалением. Истязая себя мыслями о том, что без своих пальцев она бесполезна, однако с этого момента все изменилось. Встретившись со своими старыми знакомыми, столкнувшись с самоотверженностью Сары Коннорс, готовой рискнуть всем что у нее есть, ради возможности помочь человечеству, Альба видимо пересмотрела свои взгляды на жизнь. К тренировкам и спаррингам девушка теперь подходила с полной самоотдачей, а в остальное время вела себя совершенно не так как раньше. Стала более общительной и внимательной, и касалось это не только меня.

В то же время Ай постепенно привыкала к эмоциям, уже не срываясь на других и если скандалила, то нечасто. Вместо этого, девушка выплескивала весь свой гнев на тренировках и в спаррингах, чему я был несказанно рад, ведь кроме того, что в нашем плывущем по волнам небольшом домике, наконец стало немного спокойнее и обратный путь уже не был таким гнетуще ужасным я тоже получал новые знания и опыт. Я уже давно сбился со счета коварных и подлых боевых приемов, применяемых Ай и способов избежать получения урона, в случае если такой прием будет использован в настоящем бою. Один раз, кстати, я чуть глаза не лишился, когда не успел вовремя среагировать и пропустил удар рукояткой ее учебного оружия. Уверен, если бы не моя сверхчеловеческая регенерация, точно стал бы похож на пирата с одним глазом и повязкой на другом, только попугая на плече бы не хватало и ноги деревянной.

Ежедневные медитации помогли освоить английский язык на вполне пристойном уровне, ведь из той кучи обретенных чужих воспоминаний, нашлось немало именно на этом языке. Так же, я более-менее начал разбираться в исследованиях которые проводили в лабораториях Звездного Альянса. Ну, по крайней мере, в терминах я уже не путался и понимал о чем идет речь в очередном отчете об эксперименте над человеком. И честно сказать, не уверен, чья участь была бы предпочтительней — одиннадцатого, детство которого тоже прошло в качестве подопытного кролика или тех девушек из звездных лабораторий.

Вернувшись домой, ведь я, как ни странно, уже начал воспринимать городок в котором появился, оказавшись в этом мире как свой новый дом, хотя мой настоящий дом, из прошлого, тоже находился не так далеко отсюда, нас встретили люди Ольги. Девушка, назначенная старшей, попросила подождать хозяйку на борту, не спускаться на берег, чем немало всех удивила, но возражать никто не стал. Пока мы ждали, на борт поспешно загрузили уже подготовленный провиант и пресную воду. Зачем эта спешка я не понимал, пока не примчалась сама Ольга и все не объяснила.

Как оказалось, наши действия не остались без внимания и соседние государства во всем обвинили руководство Северного Союза. Обстановка между странами накалилась и меня снова разыскивают, дабы, как минимум, стребовать объяснения и даже власти Жмаевой не хватает чтобы все это как-то замять. Так же Ольга передала мне белый, никем не подписанный конверт с письмом, однако я сразу понял что оно от Дианы, и вот что там было написано:

«Очень невежливо с твоей стороны было даже не попрощаться, покидая мой дом. Твои дальнейшие действия это настоящий ужас, и мне не удастся повлиять на ситуацию, пока ты скрываешься. Поэтому прошу, вернись ко мне, тут тебя никто не найдет. Рядом со мной ты будешь в безопасности и комфорте, обещаю. Я лично говорила с Ольгой, и она любезно предоставит тебе транспорт, на котором ты быстро и безопасно доберешься к моему дому. Прошу, не делай больше глупостей, а просто приезжай. Я жду!»

Аккуратно свернув письмо, я положил его обратно в конверт.

- Судя по всему, я правильно сделала, когда попросила тебя не спускаться на берег. Там уже стоит машина, и люди Жмаевой, которым приказано доставить тебя к ее дому. И, насколько мне известно, даже применить все средства принуждения, ежели таковые понадобятся.

С улыбкой произнесла Ольга, на что я, вздохнув, ответил:

- Если честно, я бы с радостью сел в эту машину, ведь уже порядком устал от всех приключений, о которых не просил. Вот только пока не могу. Есть одно очень важное дело, но что-то мне подсказывает — если сначала поеду отдыхать к Жмаевой, отдых этот может затянуться очень надолго. Ты лучше скажи, у тебя есть взрывчатка, столько чтобы подорвать целый бассейн вредоносной гадости?

Улыбка медленно сползла с лица женщины.

- Ты ведь сейчас не пошутил? Собираешься что-то взорвать, и при том что-то немаленькое?

- На самом деле, я действительно собираюсь подорвать бассейн.

Теперь пришла моя очередь улыбаться, и как всегда, у меня получился скорее оскал, который не сулит ничего хорошего. Ничего не могу с этим поделать, мое безобидное личико подростка осталось в прошлой жизни. Здесь я брутальный мужик около двадцати пяти лет, хорошо еще что борода и усы больше не растут, а то было бы совсем страшно.

- Сейчас у меня нет такого количества, но мы можем условиться, когда и в каком месте ты будешь, а я постараюсь ее туда доставить.

Показав на карте маршрут по которому мы возвращались из джунглей я произнес:

- В любом прибрежном городе, по пути следования.

Конечная точка была отмечена как раз в том месте, где мы собирали вкусные необычные плоды, и брови Ольги поползли вверх.

- Ты в джунглях собрался что-то взрывать?

Ухмыльнувшись еще шире я просто кивнул, а женщина потирая виски тихо пробормотала себе под нос, «ненормальный». Странно, но если она не хотела чтобы это услышали абсолютно все в этой каюте, ей следовало убавить громкость минимум в три раза. Но я не из обидчивых, поэтому просто сделал вид что не расслышал.

Дальнейший наш разговор продлился недолго — мы просто выбрали место и время, где я смогу забрать бомбу и тут же расстались, даже не попрощавшись. Еще я передал ей добытые данные, н случай, если вдруг не получится вернуться. Хорошая женщина, надеюсь смогу когда-нибудь вернуть ей все долги, коих уже накопилось неприлично много.

***

Джунгли встретили нас своей пугающей красотой и звуками, то ласкающими слух то наоборот, раздражающими. Пение странных птиц прерывалось криком какого-нибудь зверя, толи брачным зовом, толи боевым кличем или воплем жертвы — кто ж их разберет. Птиц, кстати мы увидели впервые. Несколько таких важно прохаживаясь у самой кромки воды, что-то выискивая в прибрежном грунте. Высокие, похожие на страусов, у них были длинные острые клювы, а вместо крыльев какие-то костные отростки, тоже острые. Ими существо переворачивало камешки, выковыривая из-под них здоровенных мясистых жуков. Вид этих созданий мгновенно отбил аппетит у всей нашей команды, а вот птицы жрали их издавая радостные визги, похожие на смех маленького ребенка. И это все это было бы очень мило, если бы не осознание того, что своими острыми костными отростками, так же как и клювом, такая милая птичка может проткнуть взрослого человека насквозь, почти не прилагая усилий. Хорошо что эту картину мы наблюдали с борта корабля и теперь, если что, были готовы ко встрече с новой опасностью.

Однако сойдя на берег, и углубившись немного в джунгли, выяснилось что здесь не так уж и опасно. Конечно опаснее чем в обычном лесу, но тут далеко не каждый зверь пытался напасть. Нам встречались разные животные и большинство из них были как раз травоядными. Да что там говорить, дважды мы видели пасущегося на лужайке Бронто, которому до нас не было совершенно никакого дела. Опасная, тяжело бронированная махина, с длинными бивнями просто жевала себе травку, жмурясь от удовольствия, и помахивая хвостом будто обычная корова.

Были и опасные моменты. Например, когда завидев огромный цветок, около метра в диаметре, Ай захотела его потрогать и лишь в последний момент успела убрать руку от нежного лепестка. Оказалось что этот «цветочек аленький» плотоядный, а последний ряд лепестков был жестким хитином, который захлопнувшись мог удержать внутри даже небольшое животное, не говоря уже о насекомых.

Чем дальше мы углублялись в этот необычный лес, тем выше становились деревья, здесь они уже стояли на приличном друг от друга расстоянии и своими кронами создавали полумрак, не пропуская солнечные лучи. Пройдя еще дальше, стало светлее — на стволах деревьев появились улитки со светящимися раковинами. Эти создания, естественно тоже были гораздо больше чем их сородичи, коих я раньше видел немало.

Великаны-деревья своими стволами, будто копьями, пронзали небо, а на верхних ярусах, в их ветвях и листьях, поближе к солнцу, жизнь просто кипела. Нечто постоянно шуршало, прыгало с ветки на ветки и издавало разные звуки, вот только это все происходило так высоко, что рассмотреть с земли хоть кого-то не было ни одной возможности. К вечеру первого дня, мы встретили еще одно невероятное растение. Очередного древесного гиганта, ствол которого могли бы обхватить не меньше десяти человек, взявшись за руки, опутала не менее гигантская лоза. Ее плодами оказался виноград. Ну или что-то подобное, ведь гронки этого растения достигали двух метров, а каждая ягода была размером с крупное яблоко.

Перепада температуры в джунглях не наблюдалось совершенно, листья вверху удерживали теплый воздух, не давая ему подняться выше. Поэтому ночь оказалась теплой, а мягкие листья могли служить отличной кроватью. Однако копошащиеся в них насекомые, однозначно не были теми клопами, которыми я бы хотел быть покусанным. К ночевке здесь в джунглях мы, естественно подготовились, взяв с собой три гамака, которые и развесили на деревьях меж подходящих для этого веток. Сон разделили на троих, чтобы один в случае нападения разбудил остальных. Ну а Соня, естественно осталась на корабле, ведь для нее здесь было слишком опасно.

На самом деле, здесь и для нас было опасно — несколько раз приходилось пускать в ход оружие, когда какой-нибудь местный хищник, коих вокруг ошивалось немало, принимал нашу компанию за легкую добычу. Их разнообразие поражало – никогда бы не подумал что существует столько способов смешать тигров, медведей, обезьян, волков, ящериц, змей и других тварей. А ведь немало было и совершенно ни на что не похожих созданий! Регенерация местной живности была на очень высоком уровне, наверное не уступая моей собственной. Но втроем мы быстро с ними справлялись, однако никогда не преследовали понявшую свою ошибку зверюгу, если та решала отступить. К счастью, на особо крупных созданий мы ни разу не напоролись. Трудно было поверить, что это те самые джунгли, в которых на нас с Ай почти сразу набросилась целая стая злобных летучих обезьяноподобных!

Кстати Ольга, вместе со взрывчаткой передала еще один меч, с прикрепленной к нему запиской — «наслышана о твоих подвигах, и раз уж ты снова в лес на охоту, может пригодиться». Это оружие досталось Альбе, которая, до сего момента, предпочитала тяжелый огнестрел. Махала она им не очень уверенно, но это, все же, лучше чем начать палить со всех стволов, привлекая к себе ненужное внимание в радиусе нескольких километров.

Ориентиров, здесь в лесу практически не было, поэтому мы шли по компасу. На нашем пути должно было встретиться два более-менее крупных города, руины которых дали бы понять, что группа не сбилась с пути, и на первый такой город мы наткнулись утром второго дня. Ничего кроме нескольких груд камней, поросших мхом, встречающихся то там, то здесь не сказало бы вам что тут когда-то жили люди. А вот когда мы дошли до второго такого города, случилось кое-что интересное. Проходя около очередного дерева, сверху послышался хруст ветвей. Наша троица бросилась от этого места в разные стороны, а там где мы только что стояли, с грохотом рухнула колесная пара. Взглянув вверх, мы обнаружили застрявший в ветвях пассажирский вагон поезда. Из каждого его окна торчали ветки, которые и подняли вагон в воздух. Видимо от времени, тяжелые металлические детали иногда отваливались под собственным весом, когда достаточно сильно прогнивало их крепление.

- Кажется я что-то видела. Что-то большое спряталось в ветвях над этим местом.

Произнесла Ай, указывая на поднятый деревом вверх вагон. С минуту мы настороженно осматривали то место, однако замеченное Ай существо больше не показывалось.

- Возможно оно жило в этом вагоне, а мы его напугали. Животное сбежало, и убегая случайно сбросило эти колеса?

Предположила Альба, и согласившись с ее догадкой, мы отправились дальше. Наконец к середине третьего дня мы набрели на руины города, в котором и находилась искомая лаборатория. Конечно у нас была карта этого самого города, но сейчас она бы скорее мешала, ибо узнать в этих развалинах крупный некогда город, с небоскребами и другими масштабными постройками, было попросту невозможно.

Невысокая, стройная Ай тут же предложила осмотреть окрестности с какого-нибудь дерева, и оставив внизу снаряжение полезла осуществлять свою задумку, перебираясь с ветки на ветку, не хуже обезьянки. Мы наблюдали за ней, пока девушку еще было видно, но это продлилось недолго – ее силуэт уже через минуту скрылся в листьях. Время будто растянулось, ведь мы не знали что может скрываться там вверху, а Ай отправилась вооружившись всего одним коротким ножиком, однако спустя несколько минут она, все же, благополучно вернулась.

- Нам туда. Там растительности почти нет, и скорее всего это из-за сильной концентрации этих ваших «мутирующих облаков». И мне показалось, что я снова видела ту здоровенную тварь. Она будто следила за мной, но когда я повернулась в ее сторону, скрылась из виду.

- Ну, раз не нападает, уже хорошо, не гоняться же за этим… существом, чтобы спросить чего ему надо.

Я попытался разрядить обстановку шуткой, но это не сильно помогло. Ай теперь постоянно озиралась на верхушки деревьев, явно высматривая преследующую нас тварь.

Как и сказала Ай, дальше деревьев становилось все меньше и в какой-то момент их совсем не стало. Вокруг валялись кучи битого камня, в некоторых местах все еще оставался асфальт, а вот растений тут видно не было. Даже трава не росла в трещинах этого самого асфальта. Долго искать нужно место не пришлось и вскоре бассейн, все еще заполненный больше чем наполовину мутной жидкостью предстал пред нашими взорами. Рядом, на металлических конструкциях, наподобие электрических столбов, были установлены цистерны из которых через трубки текла белая жидкость. Кстати, как раз сейчас, с конца такой трубки свисала капелька, собираясь сорваться вниз.

Пошарив в развалинах нам удалось разыскать длинную трубу, и я, стараясь не дышать, аккуратно снял нависшую над всеми угрозу в виде белой капли. Отбросив подальше свое орудие мы принялись устанавливать взрывчатку. Это была не такая уж простая работенка, ведь заряды нужно было установить между цистернами и бассейном, чтобы взрыв максимально отбросил одно от другого. Ну это по возможности, а так сойдет и полное уничтожение.

Однако девушки, со знанием дела, которого у меня естественно не было, быстро со всем закончили, и мы выдвинулись в обратный путь. Взрыватель был установлен дистанционного действия, но на всякий случай мы так же установили и таймер на три часа. В любом случае, если заряд не сдетонирует через установленное время, мы подорвем его дистанционно, укрывшись где-нибудь подальше. Однако, направляясь обратно в лес, как только мы ступили под тень первого невысокого дерева, из джунглей вышло существо.

Оно было прямоходящим, как человек, высоким, около трех метров в высоту и полностью покрыто густой шерстью. Однако это все было не так интересно. А интересным было его лицо. Да-да, именно лицо, как у человека, хоть и сильно заросшее волосами, и самое главное глаза. Они были желтыми, с вертикальными зрачками, точь-в-точь как у меня, когда я раньше активировал свою способность.

- Это оно нас преследовало.

С дрожью в голосе произнесла Ай. Странно, чего она так сильно испугалась, тварь была не такой уж большой, не имело больших клыков или когтей. Хотя когти как раз были, не очень длинные, но острые и крепкие, однако же, стоит ли о них так переживать, ведь мы вооружены и готовы, а вокруг почти открытая местность, где с перевесом в численности у нас явное преимущество. Между нами было метров двадцать, поэтому я спокойно направил клинок в сторону зверя, готовясь к его атаке, но тварь вместо этого медленно отрыла пасть и в последний момент я понял что сильно просчитался, однако было уже поздно. Существо издало такой же лишающий сознания звук, что и крылатый гигант и мои напарницы скорчившись, рухнули на землю. У них были с собой затычки, на случай встречи с крылатой тварью, но никто не ожидал, что такая способность будет еще и у этого существа. «Надеешься на легкую победу? Тут ты, дружочек сильно ошибся, ведь у тебя нет крыльев, как у того гиганта, да и росточком тоже не вышел, что уж говорить про длину когтей и клыков! А ведь того я вынес почти не вспотев, так что давай, подходи, тварь!» мысленно подбадривал я себя, хотя стало по-настоящему страшно – теперь-то я без усиливающей и ускоряющей способности.

Не дав страху завладеть собой, я лишь на мгновенье бросил взгляд назад, на девушек, чтобы убедиться, что с ними все в порядке и именно в это мгновенье ощутил нечто похожее на удар в затылок. Нет, тварь не сдвинулась с места и ничем в меня не бросила, однако мир вокруг начал меняться, покрываясь багровой пленой. «Рвать-На-Куски! Терзать! Убивать!..» скорее не мысли, а желания вспыхивали в мозгу, и мне действительно хотелось это делать. «Неважно кого, да вот хоть этих два куска все еще живого и теплого мяса, что лежат совсем рядом! Такие беспомощные. Просто протянув руку можно свернуть им шею или вгрызться в нее, ощутив теплую сладкую кровь во рту…»

Мои глаза начали краснеть, наливаться кровью, оружие выпало из руки, а кулаки сами собой сжимались и разжимались. Гримаса злобы застыла на лице, обнажая зубы, и я сделал шаг, протягивая руку к лежащей совсем рядом девушке...

Глава 43

Предвкушая кровавое пиршество, мои пальцы коснулись Ай, и мне действительно захотелось ее крови. Однако возникло еще одно чувство. Очень знакомое, ведь каждый день с того момента как она начала в полной мере ощущать эмоции, я делал это. Пытался помочь, восстановить барьер, и при этом всегда прикасался к ней. Уцепившись, из последних сил за эти воспоминания, я отринул все остальное. «Да барьер. То, что защищало девушку от чувств. Именно. Чувства это лишь реакция на что-то что приходит извне. От них не нужно отрекаться или отгораживаться, нужно просто изменить свое восприятие. Но не только восприятие внешних раздражителей. Нужно полностью пересмотреть восприятие мира в целом», и вот тогда я четко осознал – жажда крови пришла извне. Я даже смог ощутить ее источник. Эти желания навязаны мне желтоглазой, мохнатой тварью. Вон она, за спиной, ожидает моих дальнейших действий.

«Погодите-ка, но ведь если он смог заставить меня делать такое, значит ли это, что во всех случаях нападений зверей из джунглей, тоже виноват он?» мелькнула мысль, и я аккуратно опустил Ай на землю, снова поднимая свой меч. Тварь с интересом наблюдая за мной склонила голову набок, до сих пор не сдвинувшись с места.

- Не стоило тебе этого делать. Теперь пощады не жди.

Произнес я, и шагнул навстречу монстру. Сомневаюсь что он меня понял, но это и не важно.

«- Кто… ты… есть… такой..?»

Вдруг зазвучали голоса в голове. Именно так, будто каждое слово было произнесено множеством голосов.

«- Ты… не… похож… но… ты… один… из… нас…?»

Существо оказалось не просто разумным. Оно было телепатом?

- Ты сам-то, кто такой?

Крикнул я, не переставая обдумывать наилучшие пути нападения, и сделал еще один шаг навстречу.

«- Создатели… дали… имя… идеальная… пара… но… нас… намного… больше…»

Вот теперь я наконец все понял.

- Так вы улучшенные люди?

«- Нет… мы… не… люди… мы… идеальны… люди… угроза… и… должны… быть… уничтожены… ты… из… нас… присоединяйся..!»

А существо, вдруг подняло руки, будто намереваясь обнять и начало передавать информацию. Это было похоже на то, как я извлекал воспоминания своих предков. Только теперь мне показывали прошлое этих созданий. Всего десять особей успели создать ученые разрушенной лаборатории до того как пришли военные других стран. После бойни их осталось восемь, но зато они стали полноправными хозяевами этих земель. Люди истребили сами себя, оставив руины на многие километры вокруг. Однако идеальные действительно не были «парой», хоть они и обладали каждый своим «я», так же они все были объединены ментально. Между ними постоянно шел обмен информацией. Не было у них лидера, подчиненных, старших или младших. Все были равны и всё было общим, даже желания. Поначалу им было тяжело – найти пищу оказалось непросто, зато потом они осознали свою силу. Идеальные быстро научились вселять ярость, граничащую с безумием другим живым существам. Так же они могли издавать необычный звук, лишающий сознания, тем самым и обеспечивали себя пропитанием. Сырое мясо не было проблемой для их желудков, а еще они не нуждались в одежде. В общем, поговорку: «человек – царь природы», можно было смело переписывать, ведь появились новые цари, или, быть может лучше сказать короли?

Никто никогда не мог воспротивиться их ментальным воздействиям… До сего момента. Именно из-за этого твари восприняли меня как одного из них. А может они почувствовали силу, что скрыта в теле одиннадцатого, и предложили объединиться – влиться в их сознание, считая это высшим благом. Конечно это предложение в некотором роде имело свои привлекательные стороны – о завтрашнем дне можно будет не волноваться, всегда сыт, всегда в безопасности, никакой собственности и индивидуальных потребностей. Что-то типа жизни Адама в райском саду, которую описывала одна из религий моей прошлой жизни. Конечно я был против такого «родства» и попытался воспротивиться, но что-то сразу пошло не так.

Чувствуя, как сама собой активируется моя суперсила, я хотел было обрадоваться, но вместо того чтобы воспользоваться преимуществом, начал терять контроль. «Нет-нет! Только не сейчас! Это мое тело!..»

«- А вот тут ты ошибаешься. На самом деле, оно мое.»

Вдруг ответил внутренний голос.

«- Что… Кто..?»

Совершенно не понимая что происходит, вопросы всплывали сами собой.

«- Ну как же, я настоящий владелец этого тела, ты меня одиннадцатым всегда называл, хотя по сути, имени у меня никогда не было. А сейчас, будь так любезен, исчезни! Мне уже порядком надоело твое вечное стремление к опасности. Не для того я извлекал тебя из генной памяти. Да-да, не удивляйся. Конечно это не было спонтанным действием организма, такое попросту невозможно. Только разум может совершать настолько великие поступки. Хотя не буду спорить, сделал я это тогда интуитивно, да и девчонка разочаровала, но выбирать тогда не приходилось, сам ведь знаешь, мир слишком жесток и я не был к нему готов. Однако ты! Ты хуже чем она! Я сто раз мог умереть из-за тебя! О, сколько раз я собирался поменять тебя на кого-то другого, но ты все время умудрялся впутать нас в еще большие неприятности, из которых никто кроме тебя бы и не выпутался. Вот что тебе мешало жить спокойно? Спал бы, жрал и трахался, а однажды утром вместо тебя бы проснулся я, и жил бы в тепле и уюте! Но нет, тебе всегда было мало! И вот мы здесь. У-у-у как я зол! Сгинь навеки, а я, пожалуй, сольюсь с Идеальными, человечество все равно обречено, ведь рано или поздно, своей силой они всех уничтожат. Ну а я буду вместе с победителями!»

Вся эта тирада заняла какое-то мгновенье, вспыхивая мыслями в сознании. Осознание собственной беспомощности, и подтверждение слов Безобразовой о том, что я всего лишь информация, просто кусок памяти молодого парня, что давно прожил другую жизнь и умер, угнетало. Стало понятно почему я не мог активировать способность. Одиннадцатый оказался обычным трусом, прятался где-то в глубине сознания и наблюдавшим за моими страданиями. И даже когда я балансировал на грани жизни и смерти, все что он делал, это прятался. Дальше больше – он просто блокировал способность, надеясь что я и правда где-нибудь осяду, в теплом местечке. «Как же все это мерзко… Пропади оно все пропадом! Одиннадцатый! Идеальные! Мир этот, подыхающий…» но в этот момент одиннадцатый повернул голову. Он посмотрел на девчонок.

«- Потрахаюсь наконец. Никогда не мог понять тебя, Тим. Такие красивые куски плоти, столько всего можно с ними сделать…»

Он даже губу закусил, явно представляя какие-нибудь извращения. «Интересно, что с ними будет, когда я исчезну..?»

«- Ну для начала развлекусь, а потом на корм пойдут. Там еще много, хочу всех попробовать.»

Вдруг ответил одиннадцатый. И это разожгло во мне настоящую ненависть. «Не важно что этот мир далек от идеала. Плевать на причины моего появления. Я изменю здесь все так, как сам захочу! Ведь мир есть я, и я есть мир!» отметив себя как центр, я создал собственный барьер, похожий на тот что был у Ай, только я отметал им не только эмоции, а все, кроме себя самого. Раздвигая его границы все дальше и дальше, выходя за пределы тела одиннадцатого. Моего тела!

«- Стой! Нет! Прекрати, что ты делаешь??!»

Прокричал свои последние слова одиннадцатый перед тем как полностью исчезнуть.

- Как ты и сказал. Именно разум, а не тело, способен на невероятные и великие поступки. Со временем, я уверен, идя по нужному пути, не я, так кто-нибудь другой, дойдет, воистину, к божественным пределам.*

Мохнатая тварь в недоумении склонила голову набок, а я, врубив на полную способность, рванул вперед. Меч, как продолжение руки, даже не сверкнул, рассекая существо на части…

Однако тварь была не так проста. Ее желтые глаза не были похожи на мои. Они были такими же. Его скорость ничуть не уступала моей. Тварь, благодаря своим размерам была сильнее, имела большую мышечную массу и использовала ее на полную. Эффект неожиданности все же сыграл в мою пользу, и существу не удалось полностью избежать урона. Конечно разрубить пополам Идеального не получилось, но левую кисть по самое предплечье я отсек.

Имея общее сознание существо не испытывало такой боли как человек, разделив ее с другими такими же, где бы они сейчас не находились. Идеальный тут же махнул ногой, и когтями оставил довольно глубокие царапины на моей груди. Охладив свой пыл я занял оборонительную стойку, и начал отражать посыпавшиеся градом атаки. Получив наконец полный доступ ко всем способностям этого тела, раны заживали почти мгновенно, хоть на это и расходовалась энергия, так что бой не будет длиться долго. Идеальный регенерировал тоже очень быстро, правда отрубленная кисть не отросла, а лишь покрылась коркой, прекратив кровоточить.

Все колюще-резанные раны что я успевал нанесли твари, похоже вообще не отвлекали Идеального, а мои силы таяли подозрительно быстро. И ведь действительно, в последний раз способностью я пользовался очень давно, и уже подзабыл как это делается. Спасали лишь знания и навыки приобретенные в спаррингах и из воспоминаний, ведь ошибка в бою с этим противником, легко могла привести к потере конечности, а быть может и головы. Здраво оценив обстановку мне стало ясно – первым в этом бою выдохнусь я, потому пришлось использовать уже не раз выручавшую тактику – «отдай плоть, сломай кость».

В общем, я подставился под удар, выставив клинок в сторону, а потом резко крутнувшись вонзил его по самую рукоять в тело Идеального. Плечо обожгло, когда тварь вонзила в него когти, вырывая кусок мяса, но продолжив движение по инерции, существо пронеслось вперед а у меня в руках остался только эфес двуручника. Лезвие сломавшись у самого основания и застряло в мохнатом существе.

Пока тварь валялось на земле, пытаясь выковырять из себя инородный предмет, я успел подбежать к Альбе, которая в этот момент оказалась ближе и схватил ее клинок, подаренный Ольгой. В следующее мгновенье я уже занес его над головой бестии, а она, наконец обратив внимание на приближающуюся опасность выставила руки и разинула пасть, снова издавая звук лишающий сознания, но было уже поздно. Вместе с протянутыми руками клинок отсек голову Идеального, и монстр наконец перестал шевелиться.

- Не такой уж ты и Идеальный, без головы.

Выдохнул я, опускаясь на колени. Наконец обратив внимание на заливающий глаза пот и затянувшиеся, но напоминающие о себе жгучей болью раны я залпом осушил литровую флягу воды. К сожалению времени на отдых не было, ведь там, возле бассейна с мутирующей субстанцией тикают часики взрывного механизма. Не отключая усиления, я подобрал девушек и потащил в лес.

- Как бы фривольно это не звучало… Эхехе…

Подбодрил я сам себя, с трудом переставляя ноги. Как бы ни казались близки, те самые «божественные пределы», путь к ним, для меня, пока неизвестен и закрыт. Шаг. Еще шаг. Еще один. Так я и двигался, сбившись с их счета где-то после тысячи. Прогремевший за спиной взрыв прервал мои усилия, и я рухнул на землю. «Нет… нельзя отключаться…» ругал я себя, но тьма вдруг навалилась со всех сторон.

Что-то холодное и слизкое медленно наползало на лицо, а уютную тьму, почему-то, разгонял яркий свет. Пытаясь прикрыться от этих неприятных чувств, я поднял руку но она наткнулась на что-то твердое. Пришлось перевернуться и встать. Упавшая рядом здоровенная улитка спряталась ненадолго в свой светящийся панцирь, а потом снова осторожно высунула рожки-усики и дальше куда-то поползла. Уж не знаю сколько времени прошло, но небо успело окончательно потемнеть. В воздухе витал слабый запах гари, но на пожар похоже не было. «Видимо та дрянь долго горела. Хорошо что там деревьев поблизости не росло» предположил я и попытался растолкать Альбу с Ай.

Хоть и не сразу, но сделать это все же удалось. Обратный путь, благодаря браслету с указателем, и куда-то подевавшимся хищникам прошел гладко. Всего пару раз на нас нападали звери, но эти одиночные атаки были отбиты без происшествий. Соня встретила потрепанную группу горячим чаем, после чего все тут же завалились спать.

***

Рассекая волны, на полном ходу мчится корабль с пиратским флагом на антенне. Солнышко пригревает, а ветра и волн практически нет. На палубе скрестив под собой ноги напротив меня сидит Ай, закрыв свои почти черные глаза. Мои же, желтые, с вертикальными зрачками, наоборот широко распахнуты. Еще одно усилие воли и я, наконец, закончил.

- Ну как, Ай, что-нибудь чувствуешь?

- Все так же, как раньше, и в то же время как-то по-другому…

Отвечает неуверенно девушка.

- Правильно, потому что я изменил барьер. Эмоции ты чувствовать не перестанешь, а вот стареть будешь, медленно, как раньше. А сейчас отдохни. Мне пришлось заставить твой организм работать на пределе, чтобы добиться нужного результата. Я пожалуй, тоже отдохну. Альба, ты за старшую.

Обратился я к беловолосой великанше, на что та, отсалютовав почти полностью отросшими пальцами бодро произнесла:

- Да, капитан! Уже завтра будем на берегу!

Ее новое обращение появилось как раз тогда, когда мне все-таки удалось обмануть природу. Заставить клетки не восстанавливаться, а делиться, выращивая новые ткани. После боя с Идеальным, когда его отрубленная второй раз рука пролетала мимо моего лица, я заметил бугорок, в месте первого сруба. Тогда-то я понял – тварь может отрастить новую руку, а значит смогу и я. Дальше были дни экспериментов, немного пролитой мной крови – отрубил себе кончик мизинца, чтобы, так сказать, на собственной шкуре все прочувствовать. Избавившись от трусливого ублюдка, одиннадцатого, я получил доступ ко всем возможностям этого тела. И хотя не совсем пока разобрался в нюансах, уже сейчас понимал что потенциал его, просто огромен. Вплоть до контроля всех внутренних процессов. Выбитые зубы теперь совершенно не проблема. Даже болевые ощущения можно отключать, хотя у меня пока вышло только слегка их притушить. Однако я не перестаю практиковаться, медитируя каждый день, в ущерб спаррингам.

К берегу мы причалили как раз на следующий день, после обеда. Странно, но спустившись на берег, меня не встретила машина и не повезла к Жмаевой. Здесь вообще дежурила всего одна девушка, и это была подчиненная Ольги. И направились мы в ее особняк. Пока ехали, мне вдруг вспомнилась Карина. «Интересно, как она, первая девушка с которой у меня был… была любовь, назову это так», думал я, глядя в окно. Без задержек доехав до самого крыльца, автомобиль остановился. На пороге, скрестив на груди руки, стояла хозяйка этого места. И в своей излюбленной манере, грозно глядя на нас вымолвила:

- Знаешь ли ты, что предшествовало войне, семьдесят лет назад? Той самой, после которой перестало существовать целое государство?

- Эм… Ну, они хотели создать из людей монстров..?

Почесав затылок, выдал я.

- Нет! Это была причина, а предшествовало войне встреча военных представителей государств! А как ты думаешь, сколько раз после того, проводилось такая-вот встреча? Ни разу! А что у нас назначено на понедельник следующей недели? Знаешь?

- Не уверен, но, может быть, встреча представителей?

Продолжал я валять дурачка.

- Ну а кто виноват в этом всем, знаешь?

- Хмм… ну, исходя из всего того, что я делал ближайших пару месяцев, точно не я!

Странно, но никто кроме меня над этой шуткой не посмеялся…

____________________________________________________________________

*Из стиха С.Есенина "Религия раба"

Глава 44

Жаль конечно, но отдохнуть и отоспаться в теплой постели пока возможности не представлялось. Даже на сборы времени особо не было, ведь до города, в котором, будет проводиться встреча путь не близкий. Снова пришлось просить Ольгу о помощи, и она снова помогла. Соня в этот раз осталась дома – мать не отпустила молодую девушку, приказав работать с уже отснятым и записанным материалом. Может оно и к лучшему, ведь если все пройдет по плану, то ничего интересного там, на встрече, не случится.

Кроме прочего, Ольга рассказала о последних новостях. Оказывается, примерно в то время когда мы были в джунглях, произошел серьезный прорыв тварей. Тот город, где я вел первые бои, названный теперь Рубежом, подвергся нападению. По слухам, отбиться удалось лишь чудом. Множество раненых и убитых. Пострадала даже Власова, которая сейчас находится в военном госпитале. Обязательно навещу ее, после того как закончу с этим, внезапно возникшим по моей вине кризисом. Теперь стало понятно из-за чего зверей в джунглях встретилось так мало – Идеальные согнали огромное их количество к городу для атаки.

На место мы прибыли за день до мероприятия. Времени на подготовку хватало, однако ни я, ни Ай с Альбой показываться на улицах, по известным причинам не могли. Водитель, которую нам выделила Ольга сходила за покупками и попыталась ненавязчиво узнать о намечающемся событии, но продавщица, естественно знала не больше нашего. Итак, на следующий день, когда мероприятие уже началось я, не скрываясь подошел к ближайшему контрольно-пропускному пункту и представился:

- Здравствуйте. Я представитель мужского пола планеты Земля. Будьте так любезны, пропустите.

И добродушно улыбнулся. Поднялся неслабый переполох. Вызвали начальницу охраны. Точнее их примчалось сразу три. По одной от каждого государства. Женщины никак не могли решить что со мной делать и тогда я просто пошел напролом. Точнее я просто прошел в дверь и остановился около этих трех дам, пока они спорили. Охранницы у дверей не успели среагировать, но и преследовать не решились, ведь я уже находился около их начальниц.

- Уважаемые дамы, в чем проблема? Вы сомневаетесь в моей принадлежности к мужскому полу, или, быть может, боитесь что я принес с собой оружие? Можете обыскать меня прямо здесь и сейчас, чтобы удостовериться в первом, а заодно будете уверены в том, что я безоружен.

Женщины тупо уставились на меня.

- Мне бы не хотелось пропустить все самое интересное, давайте уже начнем.

Произнес я, расстегивая пуговицы на рубашке. Дамы, как это уже было не раз в этом мире, узрев подобную картину, зависли, почти раскрыв от удивления рты. Хотя, на этот раз, мне попались подготовленные, уверенные в себе особы, быстро взявшие себя в руки. Ну и меня заодно, обыскав быстро, но, наверное, тщательно, ведь в этих делах я не особо разбираюсь.

- А теперь, если, вас не затруднит, может проводите меня в нужное место.

Все высшие руководительницы сейчас находились на встрече, и задать вопрос о моих полномочиях эти дамы ни у кого не могли, а брать ответственность на себя, и просто выставить последнего настоящего мужчину вон, не решились. Именно поэтому сейчас меня вели по каким-то коридорам к черному входу. Открывать парадную дверь после начала и до окончания заседания запрещалось.

Тихонько отворив дверь одна женщина собиралась проскользнуть вовнутрь, видимо чтобы посоветоваться по поводу меня с присутствующими в зале. Однако и здесь я совершил тот же маневр что на проходной – нагло удержал дверь и протиснулся за ней в помещение. Все что успели сделать сопровождающие, это тихо вымолвить «Эй!», но мне на этот их возглас было наплевать.

Зал имел округлую форму с пьедесталом в центре и множеством кресел, расставленных полукругом. Выступавшая у трибуны представительница Звездного Альянса, как раз обвиняла северных соседей в совершении диверсий и краже ценных данных. Недолго думая я сразу же направился к этому самому пьедесталу. Необходимо было прорваться к микрофону как можно скорее, пока еще есть такая возможность. Воспользоваться, так сказать эффектом неожиданности.

Рот говорившей женщины замер на полуслове, когда я бесцеремонно подошел к трибуне, и встал рядом. Дама сделала шаг в сторону, а я просто сказал ей за это спасибо и начал свою речь. Правда первое что выдали динамики, когда я слишком близко придвинулся и слегка их задел это гулкий раздражающий звук, но потом все нормализовалось.

- Уважаемые дамы. Извините что прерываю, но мне просто необходимо кое в чем признаться. Это именно я совершил кражу данных из ваших лабораторий, так же я угнал корабль Азиатской Ассоциации, на котором и совершал данные преступления. Он, кстати, уж не знаю почему, находился близ города Северного Союза, ну это, наверное, не столь важно. Я не принадлежу ни к одной организации или государству. Кражи данных были совершены мной как из лаборатории Звездного Альянса, так же и из лаборатории Азиатской Ассоциации, но помимо этого я забрал жесткий диск с данными непосредственно из компьютера Валерии Безобразовой, главной ученой Северного Союза. Все это я совершил только для того, чтобы помочь человечеству, в это сложное время. Все данные, которые мне удалось собрать, я сегодня предам всем вам. Каждый получит наработки по улучшению людей, ведь вы же не против поделиться вашими достижениями с другими, если это взаимно, не правда ли? Так же я добавлю в качестве бонуса образцы своей крови и кхм… свое семя. Кроме того, я побывал в джунглях и раздобыл множество образцов необычных растений и животных. А еще, там я столкнулся с теми, кого назвали «Идеальной парой». Эти существа разумны, похожи на нас, людей, но намного сильнее, обладают телепатическими способностями, а так же способностью издавать звук, лишающий человека сознания. Вот они-то и являются причиной нападения монстров из джунглей, ведь многие из тех животных, вообще травоядные. По пути моего следования постоянно велась видео съемка, и вскоре у вас появится возможность получить эти записи. Могу лишь надеяться на то, что мои слова изменят ваш агрессивный настрой.

Сделав эффектную паузу, я обвел зал взглядом.

- И последнее, если все-таки, кто-нибудь решит что настало время начать войну между людьми, я выступлю на стороне тех, кто будет защищаться.

Закончил я свою речь и тут же направился вглубь зала. Тем же путем что и пришел, а не через парадный выход, ведь я не собирался «громко хлопать дверью». Наконец на душе стало легко – все что задумывалось месяцы назад, до отплытия, сделано. Более того, обошлось без серьезных жертв и разрушений, так что мы могли гордиться собой.

Странно, но за дверью меня никто не караулил, однако зайдя за угол стало понятно почему. Передо мной, почти носом к носу стояла Безобразова. На некотором отдалении за ней, вооруженная группа во главе с Альфой. Бывшая ученая Северного Союза держала в руке пистолет для стрельбы дротиками, и мне не пришлось долго гадать над тем, что же находится в этих самых дротиках.

Возможно эти дамы и надеялись застать меня врасплох, но они прогадали. Свою способность я активировал еще до того как вышел из зала собрания. Безобразова дважды нажала на спуск выстрелив, и дротики, не спеша, начали свой полет. Естественно «не спеша» только для меня. Другие же наблюдали как в подставленную мной руку, вонзились два снаряда и впрыснули свою отраву. Я легко мог уклониться или даже отбить дротики, но не стал этого делать. Необходимо было продемонстрировать тщетность таких «засад», чтобы в будущем они не повторились. Поджавшая губы Валерия медленно опустила свое оружие.

Дозы транквилизатора, влитой в организм, хватило бы, чтобы свалить с ног слона, не то, что человека. Аккуратно вытащив впившиеся в руку снаряды, я выбросил их и медленно, шаг за шагом начал подходить к ученой. Вооруженные охранницы встрепенулись, поудобнее перехватывая оружие, но Безобразова подняла руку, отдавая приказ «не стрелять». Оказавшись на расстоянии вытянутой руки от женщины, я улыбнулся. Мои желтые глаза смотрели на нее в упор, и я спокойно, двумя пальцами достал один из шприцов, что сейчас находились в одном из карманов ее куртки. Выдавив все что было в этом шприце в воздух, я вонзил иглу в вену, недалеко от места, куда попала Валерия. Ловко набрав собранную усилием воли в одном месте жидкость из ее дротиков, я вложил почти полный шприц обратно в карман куртки Безобразовой.

- Так вы могли остановить меня раньше. Сейчас уже бесполезно, и даже эти девочки с оружием ничего не смогут сделать, Валерия. Пожалуй, на этом закончим. Не делайте глупостей, калечить людей я не хочу, но случиться может всякое…

- Ты монстр!

Прорычала в ответ Безобразова, но мне было плевать на ее слова. И, отведя взгляд, я собирался просто уйти, однако она продолжила:

- Чудовище, просто в шкуре человека! Такой же, как твари в джунглях. Именно так, ведь тебе ввели предназначенный «Идеальной паре» препарат, пусть и измененный немного.

Ей все же удалось привлечь мое внимание своим откровением, хотя о чем-то таком я и так догадывался.

- Знаешь Валерия, человек не здесь, а вот здесь.

Сначала положив руку себе на грудь, потом указав на голову, произнес я, и продолжил:

- Я намного меньший монстр чем ты. Воспитанный тобой одиннадцатый оказался трусливым социопатом и маньяком. Но винить его в этом, наверное, я не в праве. Ты сделала его таким. О твоих экспериментах я знаю немало, и они очень далеки от человечных. Так что здесь есть монстр, и он прямо передо мной. А еще, знаешь, исходя из имеющихся у меня данных, в том числе твоих собственных, единственное отличие этого организма от обычного человека – Последняя Хромосома. Y-хромосома, коих у меня две, вместо XY, как положено, вот и все. А теперь, прощай.

Бросив взгляд на столпившихся в проходе вооруженных девиц, я вложил немного силы в этот взгляд, чем заставил их расступиться. Безобразова молча наблюдала за тем как я удаляюсь, но отдать приказ стрелять все же не решилась. Однако пройдя несколько метров, сзади послышались шаги тяжелых металлических сапог. Обернувшись, я увидел Альфу, преследующую меня. Снимая шлем она произнесла:

- Ты вернул свою силу! Сразись со мной!

Не хотелось этого делать, но, похоже, великанша так просто не отстанет. Уже собираясь напасть, я вдруг заметил валяющуюся ампулу около ног улучшенной девушки.

- Стой. Ты что вколола себе ту дрянь, что вам с Альбой, эмм… Бетой, давала Безобразова?

- И что с того? Испугался?

Скривилась великанша, уже выбирая путь наилучшего нападения, но я продолжил говорить:

- Ты знаешь как оно работает? Чем больше ресурсов организма ты под этим задействуешь, тем больший вред ему нанесешь по окончании действия. А при серьезных нагрузках, до этого самого окончания, ты просто можешь не дожить.

- Плевать!

Рявкнула Альфа, сорвавшись с места. Ранее я сказал чистую правду – не хочу кого бы то ни было калечить, поэтому пришлось использовать выученный недавно трюк. Установив зрительный контакт с девушкой, я нанес удар. Не физический, а ментальный, и Альфа остановилась, покачнулась, и начала заваливаться набок. Такого эффекта я сам не ожидал, надеялся просто сбить ее с толку и сбежать, но так даже лучше. Поймав ее падающее тело, осторожно прислонив к стене, я удостоверился в том, что великанша просто спит. И после этого наконец покинул здание и направившись к автомобилю, где находились Альба и Ай.

К счастью долго ждать не пришлось – минут через тридцать к нам уже подошли представительницы государств, и я выдал им по чемоданчику с обещанным. Посыпались вопросы о планах на будущее, и предложения сотрудничества, в «любом виде». На все это мне пришлось уклончиво отвечать, мол – буду работать в лаборатории созданной Дианой Жмаевой и всех желающих буду рад видеть там, а так же вместе работать на благо всех людей. Столько лживых улыбок за раз, наверное, я не видел раньше ни разу. У всех, без исключения, подошедших ко мне женщин, были свои скрытые мотивы, и разрази меня гром, если я хотел узнать то, чего они хотят на самом деле.

Кое-как отбившись от этого града вопросов и предложений, стараясь никому не нагрубить, мы наконец уехали из этого ужасного места. Мы отправились в главный военный госпиталь Союза. Где лежала Власова и еще много других пострадавших во время нападения зверей из джунглей. Встретившая нас медсестра даже не смогла нормально удивиться. Под ее глазами были синеватые круги от недосыпа – весь персонал работал на износ, пытаясь спасти как можно больше жизней. Власова встретила нашу маленькую компанию слабой улыбкой. Вся в бинтах, она имела жалкий вид. На лице виднелись две багровые борозды, оставленные чьими-то когтями, а правой руки, от локтя, попросту не существовало.

- Уж извини, что в таком виде. Не могу встать и поприветствовать вас как положено, но, думаю, вы меня простите.

Улыбнувшись ее стойкости, мы расположились у кровати и рассказали обо всем, что успели сделать во время странствий. Викторию порадовала новость о взорванном бассейне, и она даже не удивилась когда я рассказал про Идеальных.

- Перед нападением камеры засняли несколько похожих по описанию существ. Они ходили у самой опушки что-то высматривая, а потом случился прорыв. Столько монстров я никогда не видела. Орудия на линии баррикад не справились с лавиной захлестнувшей город. Бои шли на улицах. Как видишь, я тоже в этом поучаствовала. Однако в какой-то момент твари замерли на месте, а потом развернулись и побежали обратно в лес. Только это спасло нас от полного уничтожения. Теперь, после твоего рассказа, я думаю это могло произойти из-за того что вы взорвали бассейн, а может на них так повлияла смерть желтоглазой твари, которую ты обезглавил. В любом случае, город решено оставить. Там теперь дежурит небольшая мобильная группа – ведет наблюдение на случай нового прорыва, чтобы предупредить соседние города.

Женщина тяжело вздохнула и взгляд ее застыл где-то на потолке. Положив руку на плечо я включил способность, ускоряя процессы восстановления ее организма.

- Все будет хорошо. Когда поправишься, приходи в мою лабораторию, посмотрим что можно сделать с твоей рукой. Альба покажи, пожалуйста, руку. Видишь, пальцы были отрублены по самое основание. Хорошо кушай, примерно как я, и быстро встанешь на ноги. А там, глядишь, и рука отрастет, через годик-другой.

Вселив надежду нашей военной подруге, мы наконец поехали к Жмаевой. Диана, как и обещала, закончила все приготовления и запустила лабораторию, даже персонал набрала. Пару дней отоспавшись, я и сам приступил к работе в этом учреждении.

***

Около года прошло с нашего возвращения. Сидя перед монитором, женщина сняла очки, помассировав надавленное ими место.

- Получилось, Тим.

- Да, профессор, поздравляю. Раковые клетки пациентки полностью уничтожены. Она здорова и может теперь завести ребенка.

Ответил я, на что женщина возмутилась:

- Хватит уже издеваться, Тим. Ты зовешь меня профессором когда мы наедине, но как только рядом другие люди, сразу переходишь на «Сару», при матери даже «Сарочкой» назвал, как тебе не стыдно вообще?

Коннорс легонько стукнула меня в плечо, застенчиво улыбнувшись. Теперь она уже совершенно не походила на ту уставшую военную, что отдала нам данные лабораторий звезд. После того происшествия ее заставили уйти из армии Звездного Альянса. Поэтому я, как только выдалась такая возможность, пригласил даму работать со мной, и она согласилась. Как оказалось, ей никогда не хотелось быть военной, женщину привлекала наука. В дверь довольно громко постучали, и тут же вошли. Власова, при полном параде звонко цокая каблуками, подошла и протянула вперед руку. Регенерация остановилась у самой кисти и немного замедлилась.

- Хватит тут хихикать! Можно как-нибудь это ускорить? Оно жутко чешется и мне постоянно хочется есть! Я уже почти готова остаться вообще без руки, лишь бы эта чесотка наконец прошла!

- Я и так выжимаю из твоего организма максимум. А ты потом скачешь кузнечиком, вместо того чтобы хорошенько высыпаться, так что, страдай!

Огрызнулся я, но Власова все это уже слышала не раз, так что никак не отреагировала.

- В этот раз я пришла не просто так. На Рубеже что-то происходит. Камеры зафиксировали несколько Идеальных и множество зверей, стягивающихся к опушке. Группа готова в любой момент сняться с места.

На следующий день пришли вести с Рубежа – город заполонили звери, хотя желтоглазых среди них замечено не было. К этому времени я уже мчался туда на машине, делая остановки только для заправки. Целый год я к этому готовился, однако не отказался бы и от еще одного спокойного года.

Оставив машину на дороге перед въездом в Рубеж, я продолжил путь пешком. Из оружия я взял только один двуручный меч, но использовать его собирался лишь в самом крайнем случае. Монстры, шаставшие по улицам злобно скалились пуская слюни, но не нападали. В тот момент, когда первая тварь заметила меня, я почувствовал сильное давление со стороны джунглей, но лишь укрепил свой ментальный барьер. Животные взирали на меня с разных точек, кто с крыши здания, кто из окна полуразрушенного строения, а кто просто, сидя на дороге, но напасть не могли. Приказы отдаваемые им Идеальными натыкались на возведенную мной стену и разум бедных созданий впадал в ступор. Поняв что происходит Идеальные применили другую тактику. На крыше уцелевшей многоэтажки сидел крылатый гигант, которого я не замечал, пока он не оказался слишком близко, пикируя на меня с огромной скоростью, выставив вперед когти и разинув пасть.

В то мгновенье когда он уже почти врезался в меня, я сделал шаг. Не люблю этих странных названий из всяких фильмов или аниме типа «призрачный шаг» или что-то типа того но мое движение было на это похоже. Только что я медленно брел по одной стороне улицы, а в следующее мгновенье так же медленно иду по другой. Крылатый гигант кое-как приземлился, завалившись набок по инерции, но тут в него вонзились бивни Бронто. Я просто внушил бронированному существу что крылатый это я, и убрал барьер, поэтому давление Идеальных на его сознание почти свело с ума бедную зверюгу. На огромной скорости Бронто впечатал пронзенного гиганта в стену ветхого здания, и их обоих засыпало обломками.

Больше нападений не последовало. Даже ментальное давление Идеальных ослабло. Похоже они поняли кто идет к ним и решили подождать, выяснить, так сказать зачем я здесь. Взобравшись на брошенные людьми баррикады, я устремил свой взор в сторону леса и ослабил барьер. Я будто приглашал Идеальных на разговор, но они никак не реагировали. Тогда я сам попытался обратиться к ним, вспоминая чувства, которые владели мной при нашем прошлом с этими существами разговоре, и результат не заставил себя ждать:

«- Враг… из… нас..! Зачем… ты… пришел..?»

Раздались, как и в прошлый раз голоса в голове.

«- Ошибаетесь. Я не «из вас», я – человек! Однако и врагами быть нам не обязательно.»

Ответил я им, и они услышали.

«- Разве… ты… человек..? Ты… как… мы… а… люди… слабы… и… должны… быть… уничтожены..!»

«- Я здесь для того, чтобы предупредить – если продолжите нападать на людей, мне придется вас самих уничтожить!»

Присовокупив к этим словам образ отрубаемой головы Идеального, я даже ощутил их страх. Весь год я размышлял над сложившейся ситуацией и понял что уничтожение разумного вида бесчеловечный поступок. Тем более что Идеальные созданы по образу и подобию людей, или на их основе, не суть важно. Однако, если они не оставят другого выхода, это придется сделать.

«- Ты… не… сможешь..! Ты… один… а… нас… много..!»

«- И снова ошибаетесь. Я не один.»

Ответил я, и страх существ, на этот раз, оказался намного сильнее, ведь они поняли что я не вру. В следующее мгновенье зверье из города помчалось обратно в джунгли. А я получил желаемый ответ:

«- Мы… отступим..! Не… будем… нападать… больше..! Мир… и… процветание…»

***

А где-то далеко отсюда, в небольшом домике на мягкой кровати лежала девушка азиатской внешности, с черными волосами и почти белой кожей. На руках она держала младенца, который сейчас тянулся ручками к круглому животику женщины-альбиноса. Младенец будто чувствовал родственную душу в этом животике, но никак не мог дотянуться к нему своими слабыми ручками. В следующее мгновенье он наконец смог сделать это и блаженно улыбнулся, а его глаза вдруг изменили цвет, обретя желтую радужку с вертикальными черными зрачками.

Конец. Одесса. 2019 год.

Надеюсь, написанная мной книга доставила вам позитивные эмоции и удовольствие, искренне ваш, Константин К. Simple.

Красная, связующая нить. Иной путь.

Примерно за 500 лет до событий, описанных в книге Последняя Хромосома.

Поездка в Новосибирск не задалась с самого начала, хорошо хоть поезд прибыл на конечную станцию как раз к назначенному времени. Однако, вернувшись из нее, девочки окончательно рассорились.

Вика, подружившись с Тимом, начала с ним общаться и через год они стали жить вместе. Завели ребенка, прожив долгую, счастливую и спокойную жизнь, несмотря на начавшее ухудшатся положение во всем остальном мире.

Тревожные вести пришли из Японии, где рождаемость мальчиков катастрофически упала. Вскоре ученые назовут это «первой волной», но, счастливые в браке, Тим с Викой волноваться ни о чем не будут, ведь у них, примерно в это время, как раз родится сын.

Марина, поссорившись не только с Викой, но и с Аней, полностью ушла в свою борьбу со всем мужским полом. Она уехала из областного центра, где раньше проживала и, вместе с такими же как она, начала строительство монастыря. Ее новые подруги, обращаясь друг к другу, будут обязательно добавлять перед именем «Сестра» за одним лишь исключением. Очень скоро, благодаря фанатичной вере, нетерпимости и строгости, как к себе, так и к окружающим, к имени Марины, добавится обращение: «Матерь», вместо «Сестра», как у остальных. Эти женщины, во главе с Мариной, станут основательницами новой религии, и будут поклоняться Еве, как прародительнице человечества.

Аня вышла замуж за некоего ученого по фамилии Безобразов, и на деньги ее родителей он основал исследовательский центр, занимающийся проблемой рождаемости.

Так же там велась и другая работа, по улучшению, а так же, усовершенствованию человека, естественно незаконно и тайно, до некоторого времени...