Обложка Последний звук будущего

Последний звук будущего

LoliJuice

0% прочитано
Стандартный
LoliJuice

Последний звук будущего

Ouverture; Операция Meurtrekami

Пролог

Тяжёлые капли дождя бьют по асфальту, словно бесконечный поток пуль, лишая людей последней надежды на мирный исход задания. В такие дни особенно ощущается запах войны, которым пропиталось всё вокруг: каждый закоулок, каждая покинутая комната, здания, районы. Сейчас город Сионтель, некогда цветущий, ничуть не походит на оплот цивилизации: в нём не осталось ничего от былого величия — сплошная разруха и мёртвые вокруг. Если бы не бесконечный ливень, накрывший собой город и смывший следы катастрофы — тёмно-серые краски сменились бы кровавым оттенком, давая представление о событиях, произошедших здесь недавно.

***

По широкой улице, издавая шум на всю округу, передвигаются несколько металлических монстров семиметровой высоты, пилотируемых людьми. Им посчастливилось добраться сюда живыми, оставив позади своих погибших товарищей. С каждой смертью близких безумная жажда добраться до конца и покарать нарастала в их сознании.

— Заменить батареи, проверить боеприпасы. Оружие снять с предохранителя. Пятнадцатисекундная готовность, — командовал возглавляющий колонну.

— Так точно.

— Принято.

— Включить обзор на триста шестьдесят градусов. Максимальная осторожность. Ни шагу в сторону, следуем строго по заданному маршруту. Информация обновлена и передана на тактические экраны.

Вокруг залязгали затворы, раздались механические звуки пневматических фиксаторов, прорываясь сквозь шум ливня. На землю с металлическим лязгом валились отжившие своё батареи. Их место занимали новые, заполненные до краёв. Поверхность роботов и кабину оператора, прикрытую полусферой ударостойкого и пуленепробиваемого стекла, окутало силовое поле, словно зонтиком, прикрывая пилотов и давая великолепный обзор, но лишь спереди. У многих роботов камеры, располагающиеся на предплечьях и спине, давно вышли из строя, поэтому пилоты ощущали себя как в консервной банке, лишённые возможности своевременно реагировать на опасности сзади и по бокам. Сейчас эта проблема решалась, но будь у противников крупное бронебойное снайперское оружие — пилоты оказались бы их главной мишенью.

— Капитан, цель прямо по курсу. Расстояние три километра двести пятьдесят метров.

— Не сбавляем темп, — в голосе капитана ощущалось волнение. Совсем недавно он был решителен, последний рывок — и его народ будет свободным, но с каждым шагом росли неуверенность и чувство обречённости. Чем ближе, тем сильнее они нарастали.

— Рарик, позвольте мне… — начал один из пилотов, заметив смятение на лице капитана.

— Всё… хорошо. Всё хорошо, Эгна, задача лично вам — обеспечить меня прикрытием до конца нашей миссии, — капитан оценивающе взглянул на соседнюю кабину робота, в которой сидела Эгна — лейтенант отряда, остатки которого двигались позади.

Капитан Рарик присоединился к ним на подступах к Сионтелю, его отряд уже был уничтожен, самого капитана теснили — время шло на минуты. Тогда Эгна с оставшейся группой в количестве трёх человек вовремя подоспела на помощь капитану и прикрыла его своим мехом.

Большинство машин рядовых ничем не отличаются друг от друга — громоздкие, неповоротливые, обшитые воронёной сталью, и имеют стандартное вооружение — станковые пулемёты; однако, машины командного состава были сродни артефакту. Наивысшая форма технологии, которой успело достичь человечество. Мех-робот Эгны отличался ярким платиновым окрасом, имел большую устойчивость, эргономичность, манёвренность и огневую мощь. Внешний вид максимально приближен к человеческому. Одной из особенностей было многообразие вооружения — от длинного лезвия, которое идеально справлялось с любым врагом, оказавшимся на расстоянии удара, до плазмомёта и спаренной турели. Кровь врагов неоднократно обагрила высокотехнологичный сплав робота. Эгна дала ему название — Этос. На поле боя они становились чем-то большим, чем машина и оператор. Робот заменял ей самого преданного и близкого товарища. Эгна уже давно перестала верить в надёжность людей — только верное оружие, которое никогда не подведёт.

Робот капитана был куда скромнее, хоть и экипирован лучше, чем большинство стандартных роботов того же типа.

— Капитан, расстояние достаточное, чтобы просканировать местность на наличие вражеских единиц.

— Сканируйте.

Колонна замедлилась, сконцентрировав внимание на возможном неожиданном нападении. Ещё немного, и они достигнут цели, ради которой гибли их товарищи. Внезапно пропали все звуки. Складывалось ощущение, что их ведут куда-то, при этом не пропадало чувство опасности и незримого присутствия.

— Вражеских единиц не обнаружено.

— Ририк? — Эгна заставила капитана подумать ещё раз перед принятием важного решения.

Капитан убрал руку с манипуляторов и взглянул на свою ладонь. Дрожит, проклятая, и, наверняка, не только она. Сжав её в кулак, он с силой ударил по подлокотнику.

— Выходит она уже знает. Значит, так и должно было случиться, — с этими словами капитан посмотрел вдаль на здание — конечную точку их маршрута. Мрачный свет исходил из провалов в стене, которые раньше были окнами. Вся дорога до входа была перегорожена упавшими колоннами. Печальное зрелище.

— Ририк? Капитан!

— Д-Да, вперёд. Не отклоняемся от маршрута.

Эгна в очередной раз ощутила неуверенность в голосе капитана. Встретившись взглядом с каждым членом отряда, она почувствовала всеобщее одобрение на невысказанный вопрос. На лицах читалась твёрдая решительность и поддержка. Эгна чётко знала — этой ночью не прольётся кровь её ребят.

Тем временем капитан Ририк ещё глубже погружался в пучину раздумий и отчаянья. С каждым шагом он словно спускался в бездну небытия. Место, где его ждал сам дьявол. Сомнения, словно цепи, сковали капитана. Ноги машинально передвигались вопреки его воле. Страх то накатывал волнами и сжимал в тисках, то немного отступал. Ощущение, что он безвольная марионетка в руках умелого кукловода, ни на минуту не отступало.

Достигнув здания, отряд рассредоточился, контролируя направления возможных атак. Сканер по-прежнему молчал, оповещая об отсутствии возможного противника в радиусе действия. Лишь трупы и сладковатый запах разложения, витающий в воздухе, портили картину, толкая на ответные действия. Свет, исходящий из зияющих проломов здания, становился ярче. Робот капитана вступил в её владения, перейдя некую невидимую черту. Лёгкий шёпот эхом заметался по пустынным помещениям, разносясь по округе и вызывая мурашки. Следом вошли все остальные.

Взбудораженный взгляд капитана был направлен на одно единственное живое существо, что находилось здесь. Это и была цель, ради которой они проделали столь долгий путь длиною в месяц, терпя лишения и не считаясь с потерями. Она здесь. Одна и без охраны, всем своим видом дающая понять, что заждалась гостей.

— Марьям, ты!.. — воскликнул Ририк.

Огромный зал, упирающийся в постамент с сидящей на нём статуей какого-то падшего бога. На колоссе, словно на троне, восседала девушка, фигура которой казалась хрупкой, но исходившая от неё невидимая мощь подспудно заставляла почувствовать себя незначительным и преклониться. Первое, что бросалось в глаза — её необычная одежда: облегающий белоснежный корсет и подобие шортиков, идеально сидевшие на фигуре; поверх невесомая струящаяся накидка, от малейшего колебания воздуха приходившая в движение, словно живая. Всё это вызывало учащённое сердцебиение, невольно перехватывало дыхание, приковывался взгляд — это была какая-то неземная красота. Её идеальная, неестественно белая кожа в неверном свете, исходившем отовсюду, как будто светилась, образуя ореол. Тёмно-фиолетовые волосы, собранные в два длинных хвоста, спускались за спину, практически до самого пола, и довершали картину неземного создания. Лишь небольшая прозрачная маска-респиратор, плотно охватывавшая нижнюю часть лица и запотевавшая при выдохе изнутри, вносила диссонанс. Заметив отряд, девушка сменила скучающее выражение лица на усмешку, едва заметную сквозь маску.

Отряд, не теряя бдительности, рассредоточился, привычно занимая позиции.

— Оружие на изготовку, — приказала своим людям Эгна.

— С-Стой… Погоди, ещё немного! — остановил её капитан.

Тем не менее, отряд уже наставил на свою цель орудия, следуя лишь приказам лейтенанта.

— Капитан, никакого промедления. У нас приказ!

— Эгна, прошу! Всего пару минут.

Не дожидаясь одобрения своей подчинённой, мужчина торопливо набрал комбинацию клавиш. Защитное стекло отъехало в пазы, и он выбрался наружу, осторожно ступая по полу, усыпанному крупными и мелкими обломками. Остатки внутреннего убранства говорили о том, что это либо храм, либо музей.

— Марьям! Они… Мы… Мы пришли казнить тебя.

— Капитан! — продолжала попытки вразумить Ририка Эгна.

— Ты достаточно натворила на этой планете, игры закончены! — достав из кобуры пистолет, капитан наставил его на девушку, уверенный, что не промахнётся, однако дрожь в руках не утихала. — Никогда. Никогда, слышишь! Тебе не быть для нас Богом. Мы пришли свершить правосудие, избавив тебя от этой роли.

Девушка ничего не отвечала. Её полуулыбка по-прежнему выражала превосходство, но, если приглядеться внимательней, в ней прослеживались оттенки грусти, не связанные со скукой. Этой ночью должна пролиться кровь. Этой ночью родится нечто новое. Фатум станет новой отправной точкой для всего человечества.

— Прощай, Марьям, — капитан положил палец на курок и был готов выстрелить в любой момент.

Но что-то заставляло его медлить. Девушка встала, расправила плечи, и, не выражая страха перед вооружёнными людьми, медленно потянулась рукой к маске. Сняв её, откинула на землю и вдохнула полной грудью.

Ствол пистолета капитана медленно опустился.

— Ч-Что? Н-Нет, нет, нет! Этого не может быть!

— Капитан! Возвращайтесь в кабину, немедленно! — робот Эгны широким шагом двинулся в сторону капитана.

Ей хватило бы мига, чтобы схватить Ририка и как можно скорее вернуть назад в кабину робота. Но как только она попыталась дотронуться до него, тело капитана, словно песок, прошло сквозь механические пальцы и развеялось по залу, подхваченное поднявшимся ветром. Лишь защитный костюм и пистолет напоминали о человеке, стоявшем здесь ещё секунду назад.

Тут же тревожно запищали индикаторы и звуковое оповещение в кабинах роботов, сообщая о критической ситуации и биологической угрозе.

Девушка вскинула руки к небу, явно довольная устроенным. Так было предрешено — эта ночь станет отправной точкой.

Недолго Марьям наслаждалась моментом. Эгна, не мешкая, направила на неё ствол пулемёта — раздалась оглушительная очередь, и вскоре её поддержали огнём оставшиеся члены отряда. Импровизированный трон окрасился красным, тело девушки безвольной куклой упало на него. Остекленевший взгляд смотрел в потолок, из груди вырвался последний выдох:

— Мир… мой…

Between ideality and reality; Пробуждение

«Сегодня мне приснился сон. Не помню увиденное в нём, и что происходило вокруг. Знаю точно, что навсегда останутся со мной после пробуждения её неземной голос и мелодия, звучавшая тогда. Её мягкий, в какие-то моменты печальный голос. О чём же она пела? О лицах людей, которых она пыталась вспомнить. О крике её умирающего сердца. Воспоминаниях, неизбежно уходящих прочь. Тоске и вечном одиночестве. Это грустная песня, лишённая надежды и счастливого конца».

Открыв глаза, Сонг провёл рукой по своей щеке и, взглянув на пальцы, ощутил влагу. Он сразу понял, что это одинокая слезинка. Пока он спал крепким сном, что-то заставило его сердце сжиматься, вызывая слезу. Сонг никогда не задумывался, что сны способны так сильно влиять на реальность. Это казалось чем-то потусторонним, чем-то, что никогда не пересечётся с реальным миром. Да, люди часто просыпаются в плохом настроении, если им снился плохой сон, но когда это было видано, чтобы люди вообще пробуждались в хорошем настроении?

Сонг медленно потянулся и, скинув с себя одеяло, выпрыгнул из кровати. Оглядев свою маленькую комнату, он обратил внимание на палящее в окно солнце, которое послужило причиной его пробуждения раньше положенного.

Быстро отыскав штаны и белую рубаху, парень оделся и вышел во двор, оглядывая окрестности. Деревня, в которой жил Сонг, имела радиальную структуру: все дома располагались по кругу, а в центре была площадь с большим фонтаном, вокруг которого сутками бегали дети и отдыхали престарелые жители. И тех, и других в деревне хватало. Жители были уверены, что такое расположение домов очень сближает. Каждый видел из своего окна дома всех своих знакомых и друзей, и, случись у кого-нибудь пожар, непременно, подоспел бы на выручку.

Один единственный дом располагался на вершине холма — церковь. Особое, священное место в этих землях. Многие люди приезжали сюда даже из соседних окрестностей. Нередко церковь посещали и гости из столицы — города Сектаторе. Сама страна, в которой проживали граждане, называлась Сектаторесом, а её жители соответственно — сектаторианцы.

— Доброе утро, малыш Сонг, — сказал старик Хами, который также не брезговал просыпаться раньше всех.

Сонг бросил на старика наигранно презрительный взгляд и, нахмурившись, ответил:

— Доброе. И хватит называть меня малышом.

— Как быстро летит время. Только недавно бегали по округе вместе с Евой голышом, а теперь такие взрослые. Глядишь скоро, экхе-экхе, — дед закашлялся на самом интересном месте, так и не договорив.

— Ева, услышав такое, была бы в бешенстве.

— Дайте старику порадоваться за молодых. Мои-то года давно прошли.

Вместо ответа Сонг понимающе улыбнулся ему и посмотрел в сторону церкви. Ранним утром в деревне совсем нечего делать, а там, на холме, уже вовсю кипит жизнь. Святые встречают солнце с куда большим энтузиазмом. Жизнь с верующими по соседству всегда положительно отражалась на жителях деревни, которые в какой-то момент отбросили всю лень и невежество.

Не найдя себе занятия в столь ранний час, Сонг решил подняться на холм и навестить своего близкого знакомого.

Постепенно деревня оживала, люди выходили из своих домов один за другим, и их голоса слышались уже издалека. Сейчас Сонг стоял перед вратами церкви: их размеры, как и высота самой постройки, были поистине велики. Учитывая, что она находилась на холме, издалека её можно было принять за башню, если бы не купол на вершине.

Дверца отворилась, и парень зашел внутрь. Как и всех гостей, его тут же встретила большая фреска, на которой была изображена она.

— Сонг, приветствую тебя.

— Здравствуй, Михаил, — Сонг поприветствовал священника, который тут же подошёл к нему.

— Что привело тебя сюда в столь ранний час? Дай угадаю. Нашлось свободное время между ленью и бездельем? — Михаил улыбнулся.

— Вы слишком плохого мнения обо мне.

— Я сказал так, исходя из рассказов Евы о тебе.

— А, ну тогда всё понятно. Вам нужно меньше слушать эту избалованную девчонку. Может, она что-то ещё рассказывала обо мне? — Сонг упёр руки в бока.

— Ничего, что могло бы характеризовать тебя с положительной стороны. Но ты же знаешь Еву — она всегда преувеличивает своё недовольство к людям. На самом деле, она очень чуткая к окружающим девочка.

— Как скажете, Михаил, — улыбнулся Сонг.

Священник пригласил своего друга присесть на крайнюю скамью, чтобы не загораживать гостям проход.

Пение утреннего хора, состоявшего из трёх сестер, было прекрасной колыбельной для ушей Сонга. В основном, именно из-за этого он любил приходить и проводить здесь часы напролёт.

— Наша мать всегда рада тебе, Сонг. Мне очень хочется, чтобы когда-нибудь ты стал приходить сюда чаще, не как гость, — слушая хор, тихим голосом говорил Михаил.

Глядя на большую фреску, на которой была изображена она, Сонг тут же ощутил её теплый, заботливый взгляд и добродушную улыбку, которую словно преподносили своему любимому чаду. Забота, которой так не хватало Сонгу, заполняла всё внутри, пока он находился здесь, под присмотром святой матери.

— Спасибо, что позволяешь приходить сюда в любое время. Я всё никак не могу найти своё место в этом мире…

Михаил положил свою ладонь на плечо друга и, кивнув, произнёс:

— Я уверен, ты обязательно найдёшь свой путь. Совсем скоро. Не нужно торопить судьбу.

Из уст Михаила упоминание судьбы звучало как напутствие. Тем не менее, эти слова успокоили тревогу Сонга, и он продолжил слушать ангельские голоса сестёр, полностью избавившись от утренней сонливости.

***

Попрощавшись с Михаилом, Сонг решил вернуться в деревню и проведать свою ненавистную подругу.

— Сонг, — прямо перед уходом окликнул Михаил парня.

— А? Что такое?

— Скоро мимо деревни будут проходить войска из Сектаторе.

— Дядя Узу? — радостно спросил Сонг.

— Да, он тоже там будет. Скорее всего, война ещё ближе подступит к нашей столице. Пожалуйста, оставайся с нами.

Сонг ощущал волнение в голосе Михаила. Они оба понимали, что Сонг всегда стремился туда, где честь и патриотизм значат куда больше. Михаил всячески отговаривал друга от этой затеи. Он был почти одного возраста с Сонгом, но куда мудрее и проницательнее. И Михаил прекрасно знал, что значит слово «война».

— Я только поздороваюсь с дядей. Обещаю.

— Хорошо. Передавай ему от меня привет.

Михаил низко поклонился и вернулся назад на скамью, наблюдая за хором. Сонг еще раз окинул своего друга взглядом и пошёл вниз по склону в сторону деревни.

Вместе с новостью о приближающейся войне поднялась сильная буря, которая заставила деревья болезненно сгибаться. Тёмные, средней длины волосы Сонга играли на ветру, пока он мчался вниз. Там, внизу, уже вовсю разыгрались детский шум и старческие сплетни. Все взрослые отправились в поле и к мельницам. В последнее время деревня, где трудиться приходилось с раннего детства, испытывала проблемы с работой — её стало гораздо меньше.

Военные, приходившие из столицы, оставляли после себя полугодовые запасы еды и сырья. Кому-то этого было слишком много, а кто-то прекрасно понимал, что полгода — это слишком много для тех, кто отправляется на войну. Отринув все мирские ценности, они приходили в церковь в последний раз —помолиться перед матерью и попросить самое ценное, что она могла дать — надежду.

После короткого стука в дверь та со скрипом отворилась, и на пороге появилась недовольная Ева с заспанной миной.

— Ты опять собиралась проспать до обеда? — спросил подругу Сонг.

— Помолчи. Чего припёерся-то? — сонным голосом спросила она.

Парень уже привык не обращать внимание на то, что девушка даже не заботилась о своём внешнем виде перед парнем — растрепанные, неуложенные длинные волосы медового оттенка. На теле какая-то домашняя белая майка и — да! — трусы.

Глядя на Еву, которой пора бы уже и замуж выходить, Сонг мог лишь вздыхать и, молча, сочувствовать её будущему мужу.

— Да так, думал прогуляться. Не хочешь?

— Ну… не знаю, — Ева зевнула, — погулять, говоришь… — Её глаза уже были закрыты, а тело едва качалось из стороны в сторону. — Ну… не знаю, — опять зевнула.

— Я зайду попозже, так уж и быть.

— Ладно-ладно, погоди ты. Дай мне пятнадцать минут, ладно? Посиди пока где-нибудь.

Дверь перед Сонгом с шумом захлопнулась. В этом хлопке девушка постаралась выразить всё своё недовольство фактом раннего пробуждения.

Дети, как и всегда, бегали в округе, плескались в фонтане, запускали воздушного змея, который постоянно падал. В какой-то момент к ним подошёл старик и помог правильно запустить игрушку. Дети стали еще более счастливы, а старик улыбнулся, тихо наблюдая за ними и кивая.

Пару раз к Сонгу подбегали девочки, спрашивая о Еве. В основном, они жаловались Сонгу на то, что она обещала научить их делать венки, но постоянно переносила свои обещания на неопределенный срок. На такие жалобы парень мог лишь пожимать плечами и извиняться за свою знакомую перед расстроенными девочками.

— Чего они от тебя хотели? — Ева появилась именно в тот момент, когда девочки уже ушли. Было ли это совпадением? Кто знает.

— Скорее уж, от тебя. Но горбатого могила исправит.

— Не хочу даже знать, к чему была эта фраза! — Ева присела рядом на скамейку возле своего дома, где её ждал Сонг, — Может, за Кимом зайдём?

— Да не, он, наверняка, ещё спит.

Ева прикрыла глаза, едва сдерживая свою ярость, и попыталась сохранить спокойствие. Потом, как можно более ровным голосом, она спросила:

— Разве ты не думал об этом перед тем, как постучаться в мою дверь?

— Знаешь ли, Ким и ложится позже, и работает больше. Ну, в твоём случае можно сказать — просто работает.

— Я, конечно, не подарок, Сонг, но твоя прямолинейность звучит порой очень грубо! — ответила Ева.

Парень взглянул на девушку, которая уже успела надуть щёки и отвернуться в противоположную сторону. Как и говорил Михаил, где-то в глубине души Ева всё же отдаёт себе отчёт в своей жёсткости. Но душа у неё, похоже, та ещё бездна.

Так, за сидением на лавочке и болтовнёй ни о чем, проходил почти каждый их день в деревне. Сегодня к парочке присоединился и Ким, но совсем ненадолго. Отец вновь заставил его помогать на складе, поэтому встреча друзей была слишком короткой, и до вечера они больше не виделись.

— Тебе нравится тут, Сонг? — неожиданно спросила Ева.

— Если ты имеешь ввиду деревню — я не знаю, — ответил парень. — Воспринимаю её как место, где я родился и проживу всю оставшуюся жизнь. Нужно ли думать ещё о чём-то?

— А что, если война доберётся и досюда? Я слышала, что где-то совсем неподалёку будут проходить какие-то боевые действия.

— Тогда… тогда я постараюсь защитить тебя и Кима, — искренне ответил Сонг, — а заодно и всех жителей деревни. Уверен, Ким думает так же.

Эти слова заставили Еву слегка покраснеть. Сонг и сам понимал, что девушка смутилась, но не стал смотреть в её сторону, чтобы лишний раз не заставлять её нервничать.

— Хотелось бы и мне стать полезной всем вам.

— Да, ах, было бы полезно, если бы ты умела хотя бы готовить…

— Будь ты проклят. Портить такой момент! Ненавижу!

Сонг неосознанно спровоцировал девушку на агрессию, и вскоре на него обрушился шквал ударов всем, что попадалось под руку.

После небольшого конфликта они всё же решили прогуляться по окрестностям. Первое место, которое захотела посетить Ева, — цветочный сад, что располагался недалеко от её дома, за окраиной деревни. Она частенько проводила там своё свободное время, ухаживая за цветами. В такие моменты Ева открывалась для своего друга с новой стороны. Находясь там, она была более спокойной и немного опечаленной чем-то. Печали было своё объяснение — конфликт между двумя странами унёс много невинных жизней и продолжает делать это.

Отперев калитку, Ева вошла в сад и тут же направилась к небольшому сарайчику, в котором находился садовый инвентарь. Сонг шёл следом, осматривая цветочные лужайки. В прежние времена этим садом могли любоваться все жители деревни, но сейчас он стал куда скромнее. Ева время от времени винила себя в том, что у неё не хватает сил и навыков вернуть сад в прежнее состояние, к моменту, когда за ним ухаживала её мать.

Ожидая, пока подруга вернется, Сонг нашёл одинокую слегка наклонённую лавочку и сел на неё. Некоторые из цветов успели завянуть с последнего его визита. Вскоре вернулась Ева, держа в одной руке лейку, наполненную водой, а в другой секатор. Сонг лишь, молча, наблюдал за ней. Все предыдущие попытки предложить свою помощь тут же отклонялись. Почему-то Ева не хотела, чтобы помимо неё кто-то участвовал в уходе за садом. Наверное, она до сих пор испытывает какую-то вину перед матерью и не желает делиться ей с окружающими.

— Они очень красивые, — полушёпотом произнёс Сонг, наблюдая за распустившимися цветами, которые избежали гибели.

Ева была занята сорняками и почти не обращала внимание на присутствие своего друга. На её лице появилась тёплая улыбка с толикой грусти.

— Они продолжают увядать…

Задумавшись о чём-то, Ева, наконец, поднялась с земли и полила цветы водой из лейки. Затем перешла к соседним цветам. Сонг уже давно заметил, что некоторые из цветов сильно отличаются от своих собратьев. На одном из небольших участков росли необычные цветы ярко-бирюзового оттенка. Как-то в детстве Ева пригласила Сонга с Кимом к себе с ночёвкой только ради того, чтобы показать, каким необычным свойством обладали эти редкие цветы. Под звёздным небом и луной они способны были переливаться голубым, словно в них протекала какая-то необычная энергия. Тогда это было похоже на самую настоящую магию. Ева очень дорожила этими цветами, которые достались ей от бабушки. Она всегда хвалилась, что нигде на земле больше не растёт ничего подобного. Каждый раз, заходя в сад, Ева первым делом обращала внимание именно на их состояние и молилась, чтобы ни один из них не завял. Но и про остальные цветы не забывала — все они переживали не лучшие времена.

— Сонг, неужели когда-нибудь война коснётся и нас? — опустив голову, спросила Ева.

Сонг медлил с ответом, не желая говорить правду. Рано или поздно эта деревня может стать настоящим полем боя. Все силы сектаторианцев брошены на то, чтобы не допустить этого, но кто знает, что произойдёт в будущем.

— Я не хочу этого… не хочу больше никого терять. В детстве ты всегда хвалился, что отправишься на фронт ради спасения своей деревни. Я очень гордилась тем, что знаю такого человека, как ты. Но теперь понимаю — я не хочу, чтобы подобное случилось. Не хочу расставаться с тобой и Кимом. Может, проще сбежать. Лучше бы мои родители тогда…

— Ева, всё будет хорошо, — твёрдо ответил Сонг, пытаясь поделиться хоть каплей своей уверенности с подругой.

Ева всё ещё сидела над клумбой, не показывая другу своего лица. Опустив лейку, она провела тыльной стороной руки по нему, протирая.

Всё оставшееся время парень с девушкой провели в безмолвии. Закончив с уходом за садом, Ева убрала инструменты обратно в сарай и вернулась к Сонгу, но уже со свежей улыбкой. К ней вернулся боевой дух, и вскоре друзья покинули это место, пропитанное меланхолией.

На следующий день в деревню прибыли военные. Поприветствовав жителей, большинство из них тут же отправились на службу в церковь. Некоторые оставались, рассказывая старикам о жизни в столице. Большинство рассказов казались жителям фантастическими.

Среди военных Сонг искал своего дядю, который должен был прибыть вместе с остальными. Похоже, тот не меньше хотел повидаться с племянником и расспрашивал местных, где мог бы найти Сонга.

— Дядя Узу! — вскрикнул Сонг.

— Ох, Сонг. Как же я рад видеть тебя!

Дядя Узу был братом матери Сонга. С детства ушёл на фронт — и так началась его военная карьера. Лицо его было испещрено шрамами — это добавляло мужества и закаляло характер. Стандартная военная форма — чёрная с голубыми полосками — сидела на нём, как влитая, подчёркивая рельефность тела. Каждое движение заставляло жгуты мышц танцевать причудливый танец. Для многих он был образцом, на него хотелось равняться.

— Вы здесь надолго? — поинтересовался Сонг.

— Да так, — Узу оглянулся по сторонам, а затем подошёл ближе к Сонгу, при этом говоря заметно тише. — В наши края должны доставить один очень ценный груз. Мы направляемся туда, как сопроводительная группа на случай нападения. Работа не пыльная, словом. К завтрашнему ужину будем дома. Но ты же понимаешь, Сонг, я тебе ничего не говорил.

— Ты уже ходил в церковь?

— Ещё нет, но мне, как и всем остальным офицерам, нужно будет кое о чем переговорить с местным священником. Возможно, мы ещё появимся тут в ближайшее время. Но об этом тоже никто не должен знать, племяш.

— Тогда, если у тебя будет свободное время, заходи ко мне, дядя Узу.

Военный похлопал своего племянника по плечу, заботливо улыбнувшись.

— Хороший у Анеке вырос сын, — сказал он, глядя в глаза парню.

В голосе дяди ощущалась какая-то печаль. Сейчас, глядя на Сонга, он вспоминал лицо своей сестры, которой уже давно не было в живых.

— Что ж, ещё свидимся, Сонг. Не скучай тут, и девочек не обижай.

На этом родственники распрощались. Узу отправился на холм в церковь, а Сонг продолжал глядеть тому вслед, пока к нему со спины не подошла Ева.

— Слушай своего дядю, нахал, — слегка грубо произнесла она.

— У него на щеке появился новый шрам. Скоро совсем не останется живого места.

Ева также смотрела куда-то вдаль, подхватив настроение своего друга. Глядя на тех, кто собрался на важную и опасную миссию, было совсем не до шуток.

Попрощавшись с местными и оставив очередные запасы провизии, военные покинули деревню. Этим вечером, как обычно, в поселении было празднество. Люди радовались новым дарам из столицы, но одновременно с этим молились за тех, кому они обязаны своей безопасностью и свободой. В Сектаторесе люди по-настоящему были свободны. Во главе всего стояли церковь и вера в мать. После шла армия, без которой в текущем положении нельзя было представить мирную жизнь. Генералы управляли Сектаторе, и лишь косвенно оказывали влияние на всю страну. Главной проблемой государства были её враги — дереликторианцы. За горами находилось их государство — Дереликториан. Постоянные набеги врагов на Сектаторе сильно истощали армию, но страна продолжала жить и противостоять своим врагам, несмотря на численное превосходство и более развитое вооружение.

Что касается причин этой войны… Все уже давно позабыли о них. Люди сражались, потому что считали это чем-то естественным. Конечно, за всем этим бессмыслием скрывались истинные мотивы противоборствующих сил, но они были неочевидны.

Однажды Михаил построил своё предположение по поводу атак Дереликториана. «Они охотятся за нашей верой», — так он сказал тогда.

Было бы ошибкой сказать, что дереликторианцы — единственная проблема жителей Сектатореса.

***

Этим утром Сонг слышал шум за окном. Пробудившись, он решил выглянуть во двор и посмотреть, в чём дело. Несколько мужчин стояли посреди двора, держа в руках вилы и пару ружей. Женщины глядели на них с волнением.

— Сонг, ты проснулся, — к парню подбежал Ким, также вооруженный вилами.

— Ким, что происходит?

— Дочь пастуха, София, не вернулась вчерашним вечером. Мы уже искали её в округе этой ночью, но всё напрасно.

— София? — Сонг припоминал лицо этой девочки. Она одна из тех, кто жаловался вчера ему у дома Евы.

— Этим же утром у пастуха пропали две овцы. Мы собираемся в лес. Ты как, с нами?

После этой новости Сонг понял, к чему все эти сборы. Решительно кивнув, парень последовал за Кимом к остальным мужчинам, среди которых было также и много стариков.

— Сонг? Ким? — где-то из толпы выкрикивала Ева.

— Ева, мы скоро вернёмся, — Ким попытался успокоить девушку, которая, наверняка, захотела бы остановить своих друзей, собравшихся на охоту.

Нет сомнений, что где-то в округе завелись оборотни. По крайней мере, так их называли местные. Отдалённо напоминавшие волков, эти двуногие существа, покрытые шерстью, часто нападали на заблудившихся людей, любили похищать домашний скот. Последний раз эти монстры появлялись в округе года три назад. После себя они оставляли лишь скорбь и разорванные тела своих жертв.

Уже выйдя за околицу, мужчины плотной группой двинулись через небольшое поле, по направлению предполагаемого движения девочки. Попутно они выглядывали малейшие следы для определения более точного маршрута потерявшейся. Ева ещё некоторое время вместе с остальными жителями провожала их взглядом, сжимая рубаху на груди.

Поисковая группа, так и не обнаружив явных следов детских ног, решила выдвигаться к лесу, не теряя больше времени, и уже там, на лесной подстилке, по сломанным ветвям или придавленной траве, определиться с направлением поиска. Лес начинался резко, без какого-либо перехода. Сплошная стена вековых деревьев, плотный кустарник и местами поваленные стволы. Ещё в деревне, готовясь и планируя поиски, было решено — по лесу двигаться тройками, цепью и на небольшом расстоянии. Во-первых, это избавляло от внезапных атак, а если таковые и будут, то остальные группы смогут быстро среагировать и подоспеть на выручку. Во-вторых, при плотном движении возможность упустить детали, следы и прочие указывающие знаки сводилась к минимуму. Немного впереди двигалась группа из опытного старика-следопыта, Сонга и Кима, как из наиболее ловких людей с хорошей реакцией, задавая темп и направление. Пройдя буквально несколько метров, охотники вышли на звериную тропу. Внезапно старик подал знак, поднимая руку.

— Тс, тут кого-то тащили, — сказал он, привлекая внимание. В руках он держал берданку, периодически вглядываясь в ближайшие кусты и поводя стволом.

Остальные остановились, ожидая. Теперь каждый заметил кровавые пятна, оставленные в нескольких шагах от тропы. След уходил всё глубже в лес.

— Старик… — побледнев, сказал один из мужчин.

— Нет, это не человеческая. Идём по следу.

Кто-то с облегчением выдохнул, но это не было поводом расслабляться — лишь маленькой надеждой на положительный исход.

Восьмилетняя София была единственной дочерью пастуха, в которой он души не чаял. Очень милая и добрая девочка, всегда послушная, она часто играла со своими подругами во дворе. Никто и не думал, что она может выйти из деревни и отправиться в лес. Образ, рисуемый в голове взрослых при мысли, что с ней что-то могло произойти, заставлял сердце в груди сжиматься.

— Сонг, гляди в оба, — предупредил Ким.

— Л-Ладно.

В прошлом парни так же вместе охотились на поселившихся под горой оборотней. Сонг до сих пор помнит этих двухметровых существ, которые, словно дикие хищники, только почуявшие свою добычу, нападали без раздумий. Сейчас люди на их территории, поэтому монстрам нет смысла скрываться или сдерживаться.

— Стоять! Там! — выкрикнул старик, показав пальцем в дальние заросли.

Несколько мужчин взяли вилы на изготовку и медленно, с опаской, зашагали в том направлении. Ветвь кустарника слегка дёрнулась, от неё отделилась едва различимая серая тень и метнулась прочь.

Это определённо оборотень. Вместо нападения на отряд, он будет выманивать их к логову, а, учитывая их стайный образ жизни, о численном превосходстве можно позабыть.

Первоначальной задачей всё ещё оставались поиски Софии, но вместе с этим мужчины обязаны были вычислить логово и уничтожить всех оборотней, чтобы подобного больше не происходило.

— Только не торопитесь, прошу вас! — кричал старик на ходу.

Сонг и Ким вместе с остальными мужчинами шли за ним, лавируя между деревьев.

Впереди неподалёку послышался пронзительный вой. Тут же с разных сторон этот клич был подхвачен на разные голоса. Вой, казалось, звучал отовсюду, сбивая с толку. Группа селян резко остановилась и попыталась принять круговую оборону.

— Вон там! — указывал старик рукой.

Повернув головы в указанном направлении, парни увидели оборотня, нёсшегося в их сторону. Со всех сторон стали выходить и другие оборотни, окружая охотников.

— Осторожно, Сонг! — выкрикнул Ким и тут же рванулся к другу.

Сонг сразу понял, что хотел от него Ким. Прямо со спины на парня напрыгнул оборотень. Ещё немного, и он бы повалил парня на землю, а дальнейшее развитие событий не сложно предсказать.

Остальным также приходилось нелегко. Не все успели среагировать вовремя, и оборотни, накинувшись, вцепились в шеи, разрывая и швыряя своих жертв в разные стороны, обильно орошая землю вокруг кровью.

И глазом не моргнув, Сонг вонзил вилы в спину оборотня. Взвыв и выгнувшись дугой, тот попытался извернуться и атаковать обидчика. Остальные мужчины последовали примеру, насаживая оборотней на вилы. Прозвучало несколько выстрелов.

И наступила тишина, разрываемая выкриками раненых.

Как только барабанные перепонки Сонга постепенно пришли в норму, он услышал болезненные стенания одного из мужчин. Из его руки во все стороны хлестала кровь. К нему тут же подбежали, чтобы оказать первую помощь.

— Старик Со и Кениан, — тихим голосом произнёс Ким.

Сонг проследил за его взглядом и увидел двух распластавшихся на земле мужчин, которым повезло меньше.

— Логово уже близко. Оборотни побежали туда, — мотнув в сторону седой головой, указал направление старик.

— Давай сначала перевяжем раненых и переведём дух.

— Если не хотите идти дальше, так и скажите, — разозлился тот, не желая упускать добычу, заглотившую наживку.

— Мы идём, — сказал Ким, — пусть они позаботятся о пострадавших. Скрылся всего один.

— Да, идём. Скорее всего, это последний, — согласился Сонг.

— Нет, Сонг. Помоги с телами, надо доставить их в деревню, — остановил друга Ким.

— О чём ты? Мы ещё не нашли Софию!

— Сонг, пожалуйста.

Друзья посмотрели друг на друга. Сонг, прочитав на лице Кима отрицание на любой последующий вопрос, коротко кивнул своим мыслям и опустил голову. Он понял, что тот хотел сказать ему.

После короткой передышки старик с Кимом поспешили за оставшимся оборотнем.

Сонг и другие перевязали раненых, а их оказалось всего двое, и убедились, что остальные отделались лишь ушибами и царапинами. Затем соорудили импровизированные волокуши из веток для тел погибших. Они обязаны вернуть тела их семьям, почтив тем самым память и совершенный подвиг героев, несмотря на то, что это причинит боль родным. Погрузив тела и поддерживая раненых, потерявших много крови и испытывавших головокружение, группа выдвинулась к деревне.

Дорогу назад Сонг помнил смутно. Очнулся он лишь на подходе к деревне, услышав плач женщин. Охотников заметили ещё у леса и, разглядев ношу, женская половина ударилась в слёзы, предполагая худшее, что могло произойти. Плач усилился, когда погибших опознали родственники.

К Сонгу тут же подбежала Ева, собираясь спросить что-то, но слова с её уст так и не слетели.

— Я очень устал, — сказал Сонг девушке.

Вскоре из леса вышли старик с Кимом, который держал на руках хрупкое тело маленькой девочки. Все жители обратили своё внимание на вновь прибывших, застыв в ожидании.

— Девочка, моя девочка вернулась, слава Богу! — выкрикнул пастух и тут же подлетел к Киму.

Сонг и Ева смотрели ему вслед, задержав дыхание и переведя взгляд на Кима: эмоции на его лице были красноречивее слов.

— Нет, Боже, нет. София, София, почему? Папа здесь, открой глаза, София! — рыдал пастух.

Ким передал ему Софию, руки которой безвольно свисали. Её тело было накрыто толстой тканью.

Каждый здесь присутствующий чувствовал всю боль, которую сейчас испытывал любящий отец. Некоторые подходили к нему, выражая соболезнования, или просто чтобы поддержать, но он только ругался и просил оставить его в покое. Так, держа на руках дочку, пастух ушёл по направлению к дому.

Этим вечером в деревне объявили траур. Уже не были слышны веселье и смех детей, бегающих вокруг фонтана.

На утро Сонг, выспавшись, подошёл к дому Евы и сел на скамью. Он любил это место, и сидеть здесь стало для него привычкой. Кима снова не было видно. А Ева, обнаружив его у своего дома, тут же вышла на крыльцо и присела рядом.

— Они сожгли логово. Больше оборотней тут не появится, — сказал Сонг.

Ева промолчала, хотя это было не то, что она хотела услышать.

— Всё нормально, Ева. Просто… Такое естественно. Люди умирают. Но сейчас всё хорошо, правда.

— Хватит, Сонг. Я же вижу, как тебе плохо, — спокойно ответила Ева.

— Плохо, да? Я никогда не видел столько крови. Да как это можно назвать «плохо»? Это ужасно! Да что ты знаешь! — Сонг начал злиться.

Шлепок. И тут же парень ощутил на своей щеке жжение.

— Прекрати! Эта девочка, София, она просила меня помочь ей с венком! Вместо того, чтобы самой отправиться в лес, я просто рассказала ей, какие цветы нужны, и где их искать! Из-за моей лени… — Ева не смогла сдержать слез.

Сонг хотел отчитать свою подругу и сказать: «Да, это всё из-за тебя», — но подобные слова могли навсегда разрушить их и без того шаткую дружбу. Вместо этого парень подумал о том, что будь всё иначе — Ева бы сейчас здесь не сидела.

— Извини, это не то, что я хотел сказать.

Ева продолжила рыдать, прикрыв глаза руками.

Девушке понадобилось некоторое время, чтобы совладать со своими эмоциями. Теперь она сидела с покрасневшими глазами.

У фонтана уже началась церемония, и люди вышли из домов, держа в руках свечи. Пришёл даже Михаил, каждый житель здоровался с ним, кланялся и обнимал.

Жители по-настоящему уважали священника. Через него они могли просить у матери прощения и сил, чтобы пережить непростые времена.

Церемония продолжалась до самого вечера, и после её окончания жители ненадолго оставили Михаила без своего внимания. Оглядевшись, он заприметил Сонга и Еву, что сидели на крыльце дома и наблюдали за церемонией со стороны. Поймав ответный взгляд Сонга на себе, священник кивнул и подошёл к паре, чтобы составить им компанию, до возвращения в церковь.

— Сонг, Ева, доброго вечера, — поприветствовал их Михаил.

Сонг, выражая почтение, тут же поднялся с места, чтобы уступить его священнику, но Михаил остановил его и попросил не беспокоиться.

— Я рад, что с тобой всё хорошо, Сонг.

— Да, спасибо, Михаил. Но я толком-то ничего и не сделал, — Сонг опустил голову, закутавшись в кокон сожаления и переживаний.

Еве оставалось наблюдать за этой сценой, испытывая смятение, пока Михаил не обратился к ней:

— Пожалуйста, поддерживайте друг друга во всём. До тех пор, пока это возможно. Ева, я рассчитываю на тебя.

Ева едва смутилась, услышав подобные слова от священника, который соединял любящие сердца всех жителей деревни.

— Не бери на себя слишком много, Сонг. Погибшие были хорошими людьми, каждого из них мы знали лично. Они были благочестивы, и жертва их не напрасна. Я уверен, что они поддержат нас с небес, переродившись в ангелов, и придадут сил для борьбы с нашим противником в эти непростые времена. Все мы живём под крылом нашей матери, каждый из нас заслужил присоединиться к её армии, переродившись ангелами. Это касается и вас с Евой, и меня. Это наша общая судьба.

— Как всегда прекрасные слова, Михаил, — с теплотой в душе произнесла Ева, положив руку на спину склонившегося Сонга.

— Что ж, купидону Михаилу пора возвращаться в церковь, служба продолжится там. Отдохните, как следует, — поклонившись своим дорогим друзьям, Михаил развернулся и ушёл.

— Ну что, ты как? — обратилась к Сонгу Ева.

Парень, всё ещё измученный произошедшим ранее, поднял взгляд к небу и глубоко вздохнул.

— Наверно, стоит пойти отдохнуть.

— Л-Ладно, дядя с тётей уже наверняка заждались меня дома. Тогда, до завтра.

Пожелав Еве спокойной ночи, Сонг поднялся с лавки и отправился домой. Этой ночью ему ещё долго не удавалось уснуть и, накрывшись с головой одеялом и сжавшись, он пообещал себе, что завтра уединится и постарается разобраться со своими мыслями и накопившимися эмоциями. И только заботливый женский голос помог ему, погрузив в крепкий и здоровый сон, избавив от терзающих его мыслей.

Все случившиеся события стали началом новой судьбы. Об этом пела таинственная муза в сегодняшнем сне.

They are connecting: dream and Metlogica; Наследие

«Наша мать учила, что сострадание — слабость. Для человека не должно существовать такого понятия. «Проявляя сострадание к людям, я бы никогда не стала Богом», — так говорила мать. И мы, являясь её потомками, должны следовать этому примеру. Но пока мы слабы. Это присуще людям, мы не должны стыдиться, называя себя слабыми, как не должен стыдиться слепец, называя себя инвалидом».

Ева в нерешительности стояла у дома Сонга. Каждый раз занося руку, она останавливала её у самой двери, отдёергивая и придумывая оправдание за вчерашний инцидент.

— Милая девушка — скромная девушка. Е-хе-хе, — засмеялся соседский старик, наблюдая за мучениями Евы.

— Ух, это вас не касается! — принялась ругаться Ева, скрывая смущение от того, что её застали врасплох.

— Вам, молодым, не нужно сдерживать своих эмоций для решительных действий. Поверь опыту старика, кхе-кхе.

Ева почувствовала, что начинает раздражаться, и, чтобы не наговорить глупостей, закусила нижнюю губу, собрала волю в кулак и постучала в дверь.

Затем ещё и ещё раз, с каждым разом всё больше раздражаясь на хозяина и прикладывая больше усилий.

— Ох, трухлявая моя голова. Я же забыл, что Сонг сегодня ушёл куда-то пораньше, кхе-кхе, — сказал старик, при этом глаза его бессовестно смеялись, а рот растянулся в улыбке, наслаждаясь моментом.

— О-о-о-о-о-ох! Пошёл отсюда! Да чтоб я ещё раз!..

Сонг тем временем уже покинул деревню и ушёл по узким лесным тропам на приличное расстояние. Выйдя на поляну, он нашёл одинокое дерево, стоящее на холме и возвышающееся над всем лесом. Расположился под ним, облокотился спиной о шершавый ствол и прикрыл глаза. Лёгкое дуновение ветра освежало и придавало бодрость, которая помогала расслабиться и собраться с мыслями.

Сонг, наконец-то, смог немного забыться, очищая разум от всего навалившегося за последние дни, и задремал.

Во сне он уловил нежный неземной голос, который часто слышал в мире грёз. Как и в прошлый раз, голос отличался от любого человеческого, при этом был прекрасен — его неестественность притягивала ещё больше. Он снова шептал что-то на ухо своему слушателю, словно играя колыбельную. Мелодия, проникая в глубины сознания, оседала где-то внутри, укутывая невидимым саваном, и вызывала щемящее чувство тоски.

Лебединая песнь той, о ком все забыли. Она пыталась воззвать к самым потаённым уголкам души парня, прося стать первым и единственным слушателем. Для неё истинной радостью было петь ему.

За всем этим скрывалась одна-единственная просьба — просьба о помощи.

Резкий звук вырвал Сонга из сонного состояния. Лёжа и постепенно просыпаясь, он понял, что простой отдых превратился в глубокий сон, но что же его разбудило? Прислушиваясь, парень пытался уловить нетипичные для природы звуки, но, не услышав ничего лишнего, уже было продолжил нежиться на солнце. Вдруг приглушённый взрыв вновь заставил его встрепенуться.

Вскочив на ноги, Сонг посмотрел в сторону, откуда предположительно прозвучал взрыв. Перед взором расстилались бесконечные зелёные леса, а чуть левее — невысокие скалы. Именно около них он увидел тёмные клубы дыма, тянущиеся к небу: оттуда и доносились взрывы.

«Это… Что это?» — спросил Сонг у себя.

Грохот то утихал, то начинался вновь, но все эти взрывы были какими-то приглушёнными — наверняка, в деревне их вообще не слышно. Определённо, Сонг стал свидетелем какой-то стычки.

Интерес к происходящему проснулся в парне, и он широкими шагами, всё больше ускоряя темп, перешёл на бег, направляясь к источнику дыма. Это могло быть как самым настоящим сражением между двумя враждующими сторонами, так и просто нападением разбойников на мирно следующий по лесу конвой.

Чем ближе Сонг становился, тем громче и разнообразнее были звуки. Без сомнений ко всем прочим звукам добавился стрекот крупнокалиберных пулеметов, перемежаемый взрывами подствольных гранатомётов.

Двигаясь параллельно лесной просеке на небольшом расстоянии, боясь нарваться на вооружённый патруль, Сонг не замечал хлеставших по лицу и телу веток. Любопытство возобладало над здравым смыслом.

— Ты… там! — послышался чей-то хриплый голос и закашлялся.

Сонг прислушался, сбавляя темп. Затем аккуратно раздвинул ветви кустарника, увидел опушку и тело, лежавшее в траве. Судя по экипировке это был солдат. Он едва шевелился, поднимая руку и пытаясь привлечь внимание.

— Не может быть. Нет! Дядя Узу! — едва не переходя на крик, произнёс Сонг и побежал к мужчине.

Тот, лёжа на боку, пытался приподнять голову. Сонг, подлетев, перевернул дядю на спину. Перед ним открылась ужасная картина: защитные пластины лёгкого бронекостюма были буквально вбиты в грудную клетку и представляли собой кровавое месиво; кровь медленно растекалась, заливая пространство вокруг, со рта текла кровавая юшка, нижняя губа была прокушена, лицо бледное. Сонг проследил за кровавым следом на траве, уходящим в сторону дымов, и сердце его сжалось, на глаза наворачивались предательские слёзы.

— Слава Матери, нашёлся хоть кто-то. Сонг, это ты? Сонг, скорее… — практически одними губами произнёс Узу и закашлялся.

— Да, дядя, потерпи, я отнесу тебя в деревню.

Стоило лишь Сонгу прикоснуться к дяде, как тот попытался оттолкнуть его.

— Нет, слишком долго. Беги назад, найди Михаила и скажи, что на объект напали, — так тихо произнёс Узу, что Сонгу пришлось склониться ухом, чуть ли не к самым губам, чтобы расслышать.

— Дядя, хватит. Не шевелись, я сейчас…

Перебив своего племянника, Узу крепко схватил его за плечо и попытался приблизиться, чтобы его слова звучали как можно убедительнее:

— Совсем нет времени. Да и они уже следуют по моим следам. Но важнее всего груз. Мало времени, Сонг. Прошу, забудь обо мне! Беги!

Парень и сам видел, в каком тяжёлом положении был дядя. Голос его с каждым словом становился всё слабее, дыхание сбивчивое, кровавые пузыри то и дело возникали на потрескавшихся губах.

Взрывы прозвучали буквально в нескольких десятках метров от них. Похоже, их местонахождение обнаружили и обрабатывали местность миномётным огнём.

— Чёрт, дядя!

Ответа не последовало. Вояка отжил своё, его неестественно-стеклянный взгляд смотрел в голубую высь, не мигая. Сонг не хотел мириться с потерей: прилагал все усилия, кусал губы в кровь, поскальзываясь на крови, падал, пытался утащить тело дяди из-под обстрела. Когда-то его покинули родители, а теперь последний оставшийся родственник умер прямо на его руках.

«Пожалуйста, помоги!»

Сонг на секунду прислушался. Только что он отчётливо слышал голос из своих снов, но он звучал наяву и как будто совсем рядом, перекрывая звуки взрывов. На секунду Сонгу показалось, что кто-то приблизился к самому уху и молил о помощи. Это и привело его в чувства, заставив мыслить критически. Дяде он уже ничем не поможет, но сообщить в деревне о произошедшем обязан, а для этого надо выжить.

Для начала, он решил отбежать подальше в лес, чтоб не стать обнаруженным отрядом зачистки. Наверняка, они наткнутся на тело дяди и поймут по следам, что он там был не один, и пустятся в погоню. Последняя во всех смыслах встреча с дядей тяжелым грузом лежала на сердце, ком подкатывал к горлу, но Сонг гнал от себя сейчас эти мысли, ему надо было двигаться как можно дальше и осторожней. Оказавшись на безопасном расстоянии, он остановился перевести дух. Женский голос никуда не пропал, заставляя вслушиваться в него. Казалось, он звучит с разных сторон, но достаточно близко, всё так же прося о помощи. Механический звук сервоприводов послышался со стороны деревьев впереди, заставляя застыть и прислушаться. Мысли белками скакали в голове, выстраиваясь в логическую цепочку. Возможно, кто-то, чей голос слышал Сонг, тоже оказался жертвой конфликта и нуждается в помощи. Решив, что надо хотя бы подробней узнать, кто напал и количество нападающих, а, если появится возможность, и помочь своим хоть чем-то, Сонг собрался с духом и выдвинулся к дыму. Решил двигаться, как и прежде, параллельно просеке; насколько он помнил, она упиралась в широкую дорогу. Дойдя до неё и выглянув из-за ствола дерева, он увидел длинный военный фургон с двумя машинами сопровождения, окружённый парой механических роботов — мехами, пилотируемыми людьми, и небольшим отрядом пехоты, рассредоточившимся по округе. За фургоном то и дело видны были вспышки выстрелов и перебежки бойцов в форме сектаторианцев с позиции на позицию.

Понаблюдав какое-то время за сторонами, Сонг пришёл к выводу, что нападавшие — это дереликторианцы; хоть они и были одеты в нейтральные бронекостюмы, но количество и качество снаряжения указывало на них. Напав на сопроводительный отряд, они явно желали заполучить груз, не считаясь с потерями. Возможно, там оружие или, что ещё хуже, — какие-нибудь древние технологии.

Роботы нападавших пытались обойти колонну с флангов и ударить в тыл, тем самым подавляя сопротивление. Однако, защищающаяся сторона не давала этого сделать, активно используя гранатометы, и порой казалось, что ещё чуть-чуть, и она начнёт теснить противника. Но на несколько секунд возникало шаткое равновесие, а потом всё повторялось. Стоило учитывать, что часть бойцов ушла на поиски и зачистку отставших или раненых, возможно, даже какая-то часть заходила с тыла, делая обходной манёвр, так что общее число сражавшихся и нападавших не удавалось посчитать; по прикидкам Сонга, нападавших было около трёх десятков, плюс мехи, а это уже приличная боевая мощь. Что касалось приглушённых взрывов, то, скорее всего, там стоял какой-то генератор помех или купол. Сонг, находясь в паре десятков метров, с трудом различал звук выстрелов. Битва выглядела сюрреалистично: было похоже, будто в знойный день глядишь вдаль и замечаешь, как воздух дрожит. Глуша звуки, барьер также глушил радиоволны, ничем иным нельзя было объяснить тот факт, что к защитникам никто не спешил на помощь.

«Что же я могу сделать? — Сонг пытался понять, чем он может быть полезен, кроме как сбегать в деревню и отправить сообщение о нападении. — Что я вообще тут делаю? Как я могу помочь военным? Помочь обладательнице голоса, не зная, где она? Я даже не знаю, как она выглядит, но уверенность, что она где-то рядом, только крепнет!»

Какой-то внутренний голос всё же заставил парня остаться и подождать развития событий, несмотря на опасность быть обнаруженным. Ракета, выпущенная роботом, полетела по затейливой траектории, ударила в край фургона и, попав в стык бронепластин, взорвалась, расцветая уродливым шрамом на боку и обнажая нутро. Защитники понимали, что если ничего не предпринять в ближайшее время, боеприпасы подойдут к концу, и бой закончится. Они решили идти на прорыв, усилив отпор и тесня нападавших к лесу, а там уже будут шансы, возможно, появится связь, и вызовут подмогу. Сонг ощутил — вот он шанс, если не спасти груз, так хоть удовлетворить любопытство — за что борются стороны. Несмотря на то, что это любопытство могло стоить ему жизни. Будь тут Ева — она пришла бы в ярость от таких рискованных решений.

Обходя сражавшихся за деревьями короткими перебежками по широкой дуге, Сонг подобрался почти к самому фургону. Разошедшиеся пластины топорщились рваными краями и образовывали небольшой проход, в который вполне можно было протиснуться некрупному мужчине. Проникнув внутрь фургона, он подождал пока глаза хоть немного привыкнут к темноте. Постоянно прислушиваясь и напрягая зрение, пытался обнаружить хоть что-то, напоминавшее ценный груз.

Идя по узкому проходу, Сонг то и дело спотыкался о поваленные стеллажи, под ногами хрустело битое стекло, и повсюду были разбросаны какие-то ящики. Попытки приподнять их или хотя бы вскрыть не принесли успеха. Решив не задерживаться, а сначала бегло осмотреть фургон, он двинулся вперед. Пролезая через очередное препятствие, Сонг заметил впереди нечто интересное: большой, порядка двух метров модуль, подсвеченный аварийными огнями. Судя по тому, как монументально выглядела конструкция и как она была зафиксирована — это именно то, что он искал. И, возможно, именно то, ради чего и началась эта заварушка.

Подойдя, Сонг увидел на корпусе иллюминатор и исходивший из него слабый голубоватый свет. Заглянув через прозрачное толстое стекло, он увидел лишь смутный силуэт и капельки конденсата, скапливавшихся на поверхности. Скорее всего, пострадала система воздухоснабжения из-за частых попаданий по корпусу фургона. Не долго думая, Сонг поспешил открыть модуль, ища либо панель, либо аварийную кнопку на открытие, так как крышка плотно прилегала, и попытки подцепить её не приносили никаких результатов.

Найдя небольшой рычаг в основании, потянул на себя. Послышалась работа сервоприводов и шелест отъезжающих в пазы затворов, вместе с этим пошла откачка среды из кокона, с шипением выходя из дюз по бокам и окутывая дымом. Сонг невольно задержал дыхание. Крышка сегментами отъезжала в стороны, раскрывая своё нутро.

Заглянув внутрь, Сонг поначалу не поверил своим глазам — это была она.

Приглядевшись внимательнее, он увидел, что находившаяся внутри всего лишь похожа на нее. Она — простой человек, но при этом что-то неуловимо отличало её от всех остальных.

Перед парнем словно в механическом гробу лежала девушка. Её глаза были прикрыты. Нагое тело, лишённое каких-либо изъянов, очень бледная кожа. Кровь невольно прилила к лицу Сонга из-за пристального разглядывания. Всё в ней было необычным, слишком идеальным. Но ещё более необычными выглядели её длинные, чуть ли не до самых стоп, волосы аквамаринового оттенка, которые едва прикрывали особо пикантные места, оставляя простор для воображения. Она словно прибыла сюда из будущего.

Медленно её глаза раскрылись. Зрачки были такие же яркие и необычные, как и волосы. Похоже, она не понимала, где находится и что произошло. Сфокусировав взгляд на парне, она тепло улыбнулась.

— Ты… — хотел было спросить Сонг, но взрывы, доносящиеся снаружи, вернули его с небес на землю.

Найдя среди ящиков кусок брезента (искать что-то более подходившее не было времени), он накрыл им тело девушки и, придерживая её со спины, поднял из модуля. Она была неестественно лёгкой. Непонимающе она глядела по сторонам и вела себя, словно ребенок, инстинктивно обнимая за шею Сонга и прижимаясь к нему всем телом.

Он чувствовал себя неловко: близость девушки и факт того, что сейчас он крадёт то, из-за чего случилась стычка. Но оправдывая себя тем, что исход конфликта неизвестен, и жертвы дяди и других бойцов тогда будут напрасны, он перестал сомневаться в правильности решений, а со своими всегда можно договориться и объяснить ситуацию. Всё это он обдумывал, пробираясь сквозь захламлённый фургон, постоянно прислушиваясь к новым взрывам. Несмотря на то, что девушка была неестественно лёгкой, она всё же создавала заметный дискомфорт по пути назад, и теперь обходить препятствия приходилось с двойной осторожностью. Сейчас самое главное — в безопасности добраться до леса и уйти незамеченными как можно дальше.

Добравшись до отверстия, Сонг выглянул наружу, оценил диспозицию, посмотрел в глаза незнакомки, будто ища там поддержки, и коротко кивнул. После этого она ещё сильнее прижалась к груди своего защитника, и они короткими перебежками, пригибаясь и оглядываясь, выдвинулись в сторону леса. Сонг старался, чтобы между ними и отрядами сражающихся всегда находился фургон. О том, что их следы могут быть обнаружены, он не волновался, так как после боя, многочисленных взрывов и ног десятков бойцов они просто затеряются. Парень добежал до кромки леса и скрылся в кустах, но приходилось так же осторожно передвигаться за стволами деревьев, ведь от шальной пули никто не застрахован. Меньше всего парню хотелось сейчас получить пулю в спину и упасть. Сонг постепенно чувствовал накапливавшуюся усталость в мышцах, несмотря на то, что вес девушки был не велик, ноги всё же испытывали нагрузку, а руки деревенели с каждым последующим шагом.

Девушка за всё это время не промолвила и слова, вела себя тихо, смотря по сторонам с широко раскрытыми глазами. Как будто всё для неё вокруг было в новинку, её взгляд пытался подробней всё разглядеть, но декорации быстро сменяли друг друга. Хотя, это был всё тот же лес.

Сонг продолжал бежать, стараясь ориентироваться по памяти, огибая стволы и ныряя в кустарники. Девушка на руках хоть и перекрывала часть обзора, но пока коварных ям, сучков и веток ему удавалось избегать. Звуки выстрелов уже были неразличимы, а крупнокалиберный пулемёт звучал как треск сучков под ногами. Адреналин кипел в крови Сонга. Он прекрасно понимал, что этот день мог бы стать последним в его жизни, но не отступил, и уверенность, что он всё сделал правильно, только крепла в нём. Пытаясь отвлечься от усталости, Сонг всё ещё думал, что же его подтолкнуло на этот решительный шаг.

«Потому что… Потому что она звала меня? Она просила спасти её? Или смерть дяди так повлияла? Может, вид убитых бойцов так подействовал? Возможно, даже всё вместе».

Как только звуки полностью стихли, Сонг замедлился и опустил девушку на землю. Но она, не сделав и шага, покачнулась и начала заваливаться. Сонг вовремя подхватил её под тонкую руку, чтобы девушка не плюхнулась.

Неизвестно, как долго она пролежала в том модуле, но её мышцы успели заметно ослабнуть. Чтобы привести их в норму, потребуется какое-то время. Сейчас она не сможет даже стоять без посторонней помощи. Помогая девушке, Сонг усадил её на ближайшее поваленное дерево и сел рядом.

— Ничего не болит? Прости, что сразу не поинтересовался, — извинился парень.

Вместо ответа девушка, повернув голову в его сторону, очень долго и пристально посмотрела на лицо Сонга. Казалось, она пыталась запомнить каждую деталь: глаза, волосы, уши, нос, рот — всё было для неё открытием и не осталось без внимания. Такое пристальное изучение заставило Сонга смутиться.

— Мику… — неожиданно выпалила она и показала указательным пальцем на свой нос, сведя при этом глаза вместе и пытаясь сфокусировать на кончике пальца взгляд.

— А? Это твое имя?

— Мику, — вновь сказала она. На этот раз более утвердительно. И показала пальцем в сторону Сонга, чуть при этом не ткнув его в глаз.

— Меня зовут Сонг, — парень немного отстранился, пытаясь понять, что с ней не так.

— Ми-ку-у-у, — снова протянула девушка, улыбаясь при этом.

— Да, да, я уже понял. Очень красивое имя. Скажи, ты… — начал было Сонг, задумавшись и пытаясь сформулировать мысль.

«Её голос. Необычный, словно с другой планеты. Это тот самый голос из моих грез».

— Послушай, как ты оказалась в том модуле? Ты помнишь хоть что-то до того, как ты очнулась там? Куда и откуда тебя везли, хоть что-то?

— Ми…

— Ми?.. — переспросил Сонг с надеждой в глазах.

— Мику! — сказала девчонка, активно кивая и улыбаясь, будто ответила разом на все вопросы.

— Эх, — вздохнул парень, — это бесполезно. Хорошо, мы пойдём в мою деревню, может, там ты придёшь в себя и хоть что-то вспомнишь. Нужно показать тебя моему другу, он хороший человек, как и все жители деревни. Со мной тебе нечего бояться, — вкрадчиво, по-отечески, говорил Сонг, посылая положительные эмоции, чтобы не испугать девчонку, пребывающую явно не в себе.

Улыбаясь и кивая, она то и дело крутила головой по сторонам, и все слова парня проходили мимо ее ушей. Она уже некоторое время была увлечена окружением и, подняв голову к небу, рассматривала облака и пролетающих птиц.

Оставив девушку сидеть на бревне, Сонг поднялся на небольшую горку — было необходимо более точно определиться с направлением. Увидел в нескольких километрах приметное одинокое раскидистое дерево на вершине холма, служащее ориентиром. Сонг решил сначала дойти до него, чтоб наверняка оторваться от погони, если она будет, а уже оттуда направиться прямиком к деревне.

«Неужели она и была тем ценным грузом, о котором говорил дядя Узу? Выходит, он и все его товарищи погибли, защищая её? Что в ней такого важного? Как мне вести себя с ней?» — в голове Сонга роились вопросы, ответы на которые он пока не находил. Пристально наблюдая за девушкой со стороны, пытался решить что-то для себя.

Концы её волос из-за длины успели испачкаться в земле. Белоснежные ноги, торчавшие из-под брезента, которыми она беззаботно болтала в воздухе, также испачкались. Она выглядела чужеродно в этом лесу, слишком чистой и непорочной.

«Что скажет Михаил, когда я приведу её в деревню? Не будет ли это ошибкой?»

Не придя к какому-либо выводу, Сонг подал девушке руку, на которую она лишь вопросительно посмотрела.

— Ах, точно. Совсем забыл. Давай, запрыгивай, — парень развернулся к ней спиной и присел, приглашая девушку взобраться на него.

Минута ожидания, но без результата, она так и не поняла, чего от неё хотят.

— Ну давай же, залазь на спину, я понесу тебя, — Сонг жестами пытался изобразить пантомиму, что ей надо сделать. Девушка при этом безудержно смеялась своим звонким, словно колокольчик, голосом. Дождавшись, пока она успокоится, повторил попытку, присев.

Неуверенно вскарабкавшись на спину парня, она попыталась схватиться за волосы, чтоб не упасть. Сонг, понимая, что останется без волос пока несёт её, показывал, что держаться надо за шею. Следуя советам, она с невинным лицом обхватила его за шею со всей силы. Глаза Сонга выпучились, лицо начало приобретать красный оттенок. Откуда у неё взялись силы, ему было непонятно, да и неважно; он пытался разжать хватку девушки. Разжав руки и отдышавшись немного, Сонг постарался объяснить, как надо. Вторая попытка была удачней. Придерживая ношу под коленями, он приподнялся и, не спеша, пошёл в сторону холма.

***

Время подходило к обеду. В лесу, несмотря на тесное расположение деревьев, было красиво и достаточно светло; кроны деревьев, пропуская солнечный свет, создавали сумеречные лучи, образуя световые колодцы. Для Сонга всё вокруг было обыденным, Мику же бурно реагировала, то и дело подпрыгивая, крутила во все стороны головой — для неё это была словно сказка. Проходя мимо кустарников, усыпанных ягодами, парню приходилось следить за её руками, которые тянулись сорвать их. Многие ягоды были несъедобны, но даже трутовики, росшие на деревьях, вызывали у неё восторг. Сонг всё больше задумывался над тем, что она поистине невинное и чистое дитя — не от мира сего. Для неё ещё не существовало понятий красивого и страшного, злого и доброго, она была как ребёнок — без предрассудков и открыта всему новому.

Выйдя на знакомую тропу, Сонг ускорил шаг. Вот уже вдали показались первые дома, заборы и пастбище. Незаметно для себя, он вышел на площадь в одно мгновение, приковывая к себе внимание большинства горожан, точнее их внимание было приковано к «грузу» на спине парня.

— Вау, какие необычные у неё волосы! — детвора тут же облепила, на разные голоса выражая свои эмоции.

— Можно-можно потрогать?

— Сонг, это что за девица? — единственный недовольный возглас принадлежал Еве.

Раздражённая особа перегородила дальнейший путь Сонгу и, как сварливая жена, поставила себе обе руки на пояс, выражая всем своим видом негодование.

— Мику, — ответила девушка на спине, улыбнувшись новому лицу.

— Эм, Сонг? Можно тебя на минуту?

— Можешь говорить при ней. Она всё равно не понимает язык ворчливых девиц, — он обогнул Еву и продолжил свой путь.

— Мику! — выкрикнула ещё раз девчонка на спине Сонга, махая всем рукой.

— Где ты её взял? Её волосы… Она вообще человек? — Ева поравнялась с Сонгом, который продолжал следовать вперёд. — Эй, погоди-ка!

— Ева, прости, мне нужно срочно к Михаилу, нужно доставить её… — торопливо начал Сонг.

— Михаил? Его нет в деревне. Он уехал, сказал, будет только вечером.

Сонг, наконец, остановился, взглянув на Еву. Похоже, она говорила правду.

— Слушай, ты не могла бы… — скосил он взгляд на девушку на спине и посмотрел на Еву.

— Ты с ума сошёл? Тащи её к себе! — понимая, на что намекает парень, отмахнулась Ева.

— Е-хе-хе, какая красивая. Я могу взять её себе, — за забором показался надоедливый старик.

Сонг и Ева одновременно посмотрели на него с недовольством.

— Мику! — лишь одна Мику поприветствовала старика улыбкой.

— Да-да, красивая девочка. Сонг славный парень, а Ева невоспитанная ворчунья, — начал рассказывать голубоволосой девушке старик.

— Л-Ладно, идём! — сдалась Ева, лишь бы не выслушивать того и дальше.

Дядя и тётя Евы отсутствовали дома. Сонг по-свойски зашёл в комнату подруги и аккуратно опустил Мику на кровать.

— Дашь ей какую-нибудь одежду? — тут же принялся раздавать команды парень.

— Что-нибудь поищу. Да, и ей не помешало бы помыться и сделать с волосами что-то. Можешь пока приготовить что-нибудь на кухне, — не уступала Сонгу Ева, тонко намекая, чтобы парень свалил.

— Договорились, вот только сбегаю до старосты и вернусь, — и, ничего больше не объясняя, выбежал.

Уже на полпути к старосте его остановил голос друга.

— Сонг, привет! Куда так торопишься?

Обернувшись, Сонг увидел Кима, нёсшего вязанку хвороста. Не став дожидаться пока тот его нагонит, подошёл сам и, неспешно следуя рядом, продолжил разговор.

— Привет, Ким. Отлично, что я тебя встретил, как раз к вам бегу. Не в курсе — отец дома?

— Нет, как раз отъехал по делам, но, думаю, скоро будет. Может, я могу чем-то помочь?

— Да, пожалуй, можешь, — Сонг ненадолго задумался, не зная с чего начать рассказ, — буквально недавно я был свидетелем нападения отряда дереликторианцев на колонну сектаторианцев, — начал он, чувствуя, как уходит время, а каждая минута промедления — это чья-то смерть, и подробности можно опустить.

— Нашим отрядам срочно нужна помощь, не уверен, что наши бойцы успели вызвать подмогу. А соотношение сил было трудно оценить, возможно даже, все погибли. Знаю, что у вас стоит радиопередатчик для экстренной связи с военными, сейчас как раз такая ситуация.

Ким выслушивал друга внимательно, задумчиво глядя вперёд и чему-то кивая.

— Узнаю тебя, Сонг. Молодчина, ты всё сделал правильно, сказав мне, я обязательно передам отцу новости. В ближайшее время он свяжется с военными и всё им передаст. Думаю, подмога скоро выдвинется, и они успеют на выручку, — Ким мягко улыбнулся, подбадривая приятеля. — Можешь сообщить ещё какие-то подробности?

— Мне кажется, я знаю причину, из-за которой случился конфликт, — понизив голос, сказал Сонг. — Буквально из-под носа воюющих сторон мне удалось спасти девушку, которую перевозили в фургоне спрятанной в саркофаге.

Ким прищурился, глядя на приятеля. Не став выяснять, как он там оказался, и выговаривать за безрассудство, лишь добавил:

— Что ж, позаботься о ней. Думаю, стоит отвести её к Михаилу, когда он вернётся. А я побегу, может, отец уже вернулся, нужно сообщить ему важные новости. Потом расскажешь подробности. Удачи, Сонг, — и быстрым шагом он направился в сторону дома.

— Давай, удачи, Ким, — уже вслед удаляющемуся приятелю сказал Сонг, испытывая облегчение от того, что сделал всё зависящее от него.

Посмотрел на солнце, прикрываясь рукой, глубоко вздохнул, развернулся и побрёл обратно к дому Евы.

***

Умело орудуя ножом, Сонг нарезал салат, не сразу заметив, как в помещение вошли девушки. Обратив внимание на Мику, он чуть было не порезался: короткое белое платье выше колена с чёрным подъюбником, выступавшим снизу, воротник-стойка, закрывавший всю шею, на груди тонкие чёрные ленты, завязанные на бантик. Длинные волосы девушки собраны в два высоких хвоста и подвязаны такими же лентами.

— Ты дала ей самое лучшее, что у тебя было? — поинтересовался Сонг у Евы.

— Опять язвишь?!

Всё это время Мику с восторгом и удивлением глядела куда-то за спину парня и, показывая пальцем, произнесла:

— О… Э-Это…

— Мику? — удивился Сонг.

Голубоволосая девушка направилась прямо к парню, но, пройдя мимо, оказалась перед разделочной доской.

— Что такое? Ты что-то увидела? — к ним подошла Ева.

Мику с восторгом смотрела на то, что лежало на столе, затем схватив, обернулась, радостно улыбаясь.

— Это…

В руках она держала лук-порей, который каким-то магическим образом привлёк внимание девушки. Мику подняла его над головой и, словно ребенок, начала размахивать в разные стороны.

— Она действительно странная. Так где ты нашел её, Сонг?

— В нескольких километрах отсюда. Отряд сектаторианцев попал в засаду, началась перестрелка, центром которой стал фургон, в котором была она, точнее, её саркофаг. Напавшие были дереликторианцами. И… — сглотнув подкативший к горлу ком, Сонг продолжил, — это был отряд дяди Узу, он погиб на моих руках. — Замолчав, он погрузился в раздумья, сердце сжималось от щемящей тоски, на глазах проступала влага. Он отвернулся, чтобы подруга не видела его слабости.

Девушка от таких шокирующих новостей присела на кресло и прикрыла рукой рот.

— Сочувствую, Сонг, — подойдя к нему сзади, неловко обняла, похлопала по плечу, но, смутившись неожиданного порыва чувств тут же отступила. Сонг лишь кивнул головой.

Возникла неловкая пауза. Чтобы как-то разрядить обстановку, Ева продолжила расспрашивать:

— Дереликторианцы охотились за ней? И ты, рискуя жизнью, выкрал её? Сонг, ты сошёл с ума? А что если бы… — Ева начала злиться на своего друга за его безрассудство, осознавая, что могла лишиться его.

Сонг понимал, что подруга права, но поступить иначе он не мог.

— Как только вернётся Михаил, я отведу её к нему, она будет под защитой.

— Да дело не в этом! Ты… ты же мог… Ты дурак! — Ева ударила ладонью по спине Сонга.

— Хра-тса-тса, я рипи-дапи!.. — на каком-то незнакомом языке запела Мику, размахивая луком над головой и подпрыгивая в нелепом танце, делала умильное лицо, глаза её при этом стали как будто ещё больше и блестели.

Прекратив спорить и увидев как Мику танцует, Ева и Сонг улыбнулись — это хоть немного разрядило гнетущую обстановку.

***

Разговор решили продолжить после еды. Сонг пообещал в подробностях описать своё приключение, ничего не скрывая. Сев за стол, он разложил нехитрую снедь — быстро порубленный салат и свежий хлеб, испеченный ещё с утра тётей Евы. До ужина ещё было далеко, чтобы готовить что-то серьезное, а обед давно закончился и не был рассчитан на гостей, поэтому ничего не осталось. Прочитав молитву матери, благодаря её за яства, они приступили к еде. Мику, как и ожидалось, даже не понимала, что нужно делать. Ева, улыбнувшись по-матерински, решила позаботиться о девушке и принялась кормить её с ложки. Сонг с умилением наблюдал за этим со стороны и никак не комментировал, чтобы не смущать девушку. Редко он видел её такой умиротворённой и счастливой.

— Она словно ребенок, — смеясь, говорила Ева.

— На вид ей лет шестнадцать, — заметил Сонг, — наверняка, у неё потеря памяти. Да и не знаем мы, в каких условиях она содержалась всё это время, может, это защитная реакция организма. Хотя сейчас она не выглядит испуганной, и это хорошо.

— Да-да, разумничался тут, — закатила глаза Ева и показала язык парню.

Когда тарелки опустели, желудок перестал вопить, а девушки слегка задремали, Сонг решил убить немного времени снаружи, оставив Мику на временное попечение Евы.

До возвращения Михаила оставалось ещё много времени. Сонг медленным шагом пошёл к холму в сторону церкви, чтобы узнать конкретнее, по каким делам отлучился священник. Он довольно редко покидал деревню, и если делал это, то этому способствовали какие-то серьёзные проблемы. Возможно, это было связано с недавним появлением оборотней и жертвами в деревне, но это также могло быть связано с недавними событиями в лесу. До Михаила уже могли дойти слухи о неудачной транспортировке груза, но тогда его отъезд создаст новые несостыковки. Именно за ответом на эти вопросы Сонг и отправился к церкви.

Налёгши на врата, Сонг зашёл внутрь и оглядел всё помещение. Где-то там у алтаря напротив фрески стояли сестры, воздавая почести матери. Ему не хотелось тревожить столь важный в этих стенах процесс, поэтому он тихонько присел на лавочку, туда, где сидела одна из сестёр, слегка прикрыв глаза. Выглядело так, будто она задремала. Хоть Сонг и вёл себя учтиво тихо, всё же она заметила его присутствие и едва заметно поклонилась, улыбнувшись искренней улыбкой.

— Доброго дня, Сонг, — мягким голосом произнесла она.

— И вам.

— Ты, наверное, ищешь Михаила?

— Да, мне сказали, что он отъехал. Я подумал, вы знаете, по какому поводу.

Сестра покачала головой, слегка прикрыв глаза.

— Не знаешь, куда пристроить ту девушку?

— А, так… Вы уже в курсе. Не думал, что новости разойдутся так быстро.

— Мой сын прибежал ко мне утром и сразу же всё доложил, — сестра засмеялась, прикрыв рот раскрытой ладонью. В такие моменты она выглядела очень милой.

— Я мог догадаться. Он у вас шустрый сорванец.

— Ты был таким же в детстве, Сонг. Когда Анна ещё жила здесь, ты часто навещал её и рассказывал о своих приключениях вместе с друзьями. Я часто присутствовала при этом, могу даже вспомнить половину твоих историй, — сестра была добродушна, рассказывая о прошлом, которое Сонг с трудом мог вспомнить.

— Не вини её за то, что она сделала, — девушка положила ладонь поверх крепких рук Сонга, оказывая ему поддержку.

— Вы про то, что она оставила меня здесь и убежала за отцом на войну? — вместе с этим Сонг слегка сжал челюсть, на него нахлынула злость.

— Ты очень сильно привязался к ней, и её поступку нет оправдания. Но не стоит держать на неё злости. Уверена, будь у неё возможность — она захотела бы всё исправить.

Больше не нужно было слов, чтобы Сонг смог хоть немного смириться с тем, что произошло когда-то. В конце концов, прошло так много времени, что он уже успел отпустить эти воспоминания.

— Пожалуй, Вы правы.

Одарив Сонга ангельской улыбкой, сестра коснулась кончиком своего пальчика носа парня, чтобы приободрить его и заставить, наконец, улыбнуться. Ещё некоторое время Сонг провёл здесь, окутанный умиротворённой атмосферой церкви.

***

Вечером вернулся Михаил. Сонг узнал это от прихожан, проходивших мимо него, пока он разгуливал по округе деревни.

Решив не откладывать дело в долгий ящик, он направился к Еве. Какой же для него было неожиданностью застать двух девушек, спящих в обнимку на кровати Евы, учитывая, что кровать была одноместная. К сожалению, эта идиллия была нарушена: Сонг хоть и передвигался неслышно, но от скрипа половиц Ева проснулась, посмотрев на него сонным взглядом и протирая заспанные глаза.

— Ты что… наблюдал за нами, пока мы спали? — недовольным голосом пробормотала Ева.

— Михаил вернулся. Нам нужно идти, — Сонг было потянул руку к Мику, чтобы растолкать, но Ева тут же хлопнула по ней.

— Дай ей отдохнуть немного, — полушёпотом произнесла Ева.

Некоторое время Сонг и Ева смотрели друг на друга с раздражёнными лицами. Парень ещё некоторое время раздумывал, взвешивая все за и против, но в конце концов сдался и согласился с подругой. День для хрупкой девушки действительно был перенасыщен событиями и, наверняка, организм требовал отдыха.

Спустя несколько часов Мику, наконец, проснулась, и, сладко зевая и потягиваясь, привстала на постели.

— Приятного пробуждения, — сказала Ева, поднося девушке стакан с водой и придерживая его. — Давай, аккуратнее.

Мику отпила воды из стакана, при этом поперхнулась и облилась. Ева тут же промокнула воду с платья и лица.

— Я пойду с вами, хорошо? — спросила она у Сонга, помогая Мику подняться, поправляя и разглаживая её платье.

— Ради Бога, я не против.

Удостоверившись, что Мику может стоять без посторонней помощи, Ева надела на неё свои старые сандалии и помогла выйти на улицу. Взяв Мику с двух сторон под локти, дружной компанией под взглядами окружающих друзья направились к церкви.

У входа их встретил Михаил, недовольно поглядывая на Сонга. Обведя взглядом компанию, он задержался на Мику.

— Поверить не могу. Когда мне говорили, я не поверил, но…

— Михаил, ответь честно, «ценный груз» — это она? — сходу огорошил священника Сонг.

— Разговор не для посторонних ушей. Давайте поговорим внутри, — Михаил, отперев дверь, приглашающим жестом пропустил компанию вперёд.

Встретившись взглядом с Евой, он коротко кивнул, приветствуя.

Дойдя до одной из пристроек к основному зданию, Михаил пропустил компанию внутрь и запер за собой дверь. Оказавшись в просторном помещении, предложил гостям присаживаться на свободные стулья, а для Мику поставил отдельный стул в центре комнаты. Как только девушка присела, священник стал разглядывать её со всех сторон, словно редкую скульптуру. Осмотр начал с левого предплечья Мику. Какое-то время Михаил потирал его, вглядываясь. Достав из ящика стетоскоп, он приложил его к груди девушки, прислушиваясь.

Все остальные сидели в ожидании, наблюдая за Михаилом. Было заметно, что осмотр производился в спешке, и в какой-то момент он замер. Убрав прибор в ящик, он уселся в своё кресло и с серьёзным лицом начал размышлять над чем-то.

— Может, поведаешь нам? Кто она? — устав ждать, спросил Сонг.

— Она — обычный человек, — ответил Михаил, разведя руками.

— Тогда какую ценность она представляет для дереликторианцев? Как объяснить её схожесть с матерью?!

Михаил обратил внимание на Сонга только после последнего вопроса. Ещё раз оглядел Мику, приподнял бровь.

— Разве похожа? Цвет волос и глаз другие.

— А разве других сходств недостаточно?

Теперь и Ева обратила внимание на сходство Мику и фресок, изображающих мать.

Всё это время Мику сидела молча, наблюдала за парнями, один из которых постепенно повышал голос, добиваясь ответа священника.

— Может, ты и прав. Сонг, Ева, мне нужно кое-что рассказать вам, пока есть время, — интонация голоса Михаила заметно изменилась. — Дереликторианцы верят, что где-то в наших краях сохранилось захороненное тело матери. Они хотели заполучить его, а сейчас, разузнав о существовании этой девушки и внешнем сходстве, решили — это и есть мать, воскресшая или переродившаяся. Они будут охотиться за ней до последнего, вы же понимаете насколько это важно?

— Подожди, Михаил, я правильно понял, они верят, что наша мать ещё жива? Не могу понять, для чего им всё это?

— Наверное, они хотят в этом убедиться, найдя её тело, как подтверждение. Я могу судить лишь поверхностно. А эту девочку нужно доставить в столицу, и как можно скорее. Именно туда её и вёз наш кортеж военных. Завтра с утра я сообщу, что она у нас, и за ней тут же прибудут военные с сопровождением.

Неожиданно, земля содрогнулась, прервав торопливый рассказ священника. С потолка посыпалось мелкое крошево, и вдалеке прозвучал взрыв.

Мику сжалась на стуле, обхватив ноги руками. Ева, подскочив с места, кинулась к окну, пытаясь определить, как далеко прозвучал взрыв.

— Что это было? — растерявшись, задал глупый вопрос Сонг.

Михаил уверенным шагом подошёл к окну, пытаясь разглядеть причину, но Ева, определив направление, уверенно указала рукой на приближавшийся отряд. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять — надо действовать.

— Слишком поздно, — шёпотом проговорил Михаил и уже громче, чтобы все слышали, добавил, — они как-то узнали, что девушка в нашей деревне.

Священник подошёл к книжным полкам и торопливо начал вытаскивать все книги.

Сонг тоже решил посмотреть, кто же всех так взволновал, и подошёл к окну, встав рядом с Евой. Он посмотрел на приближавшийся к деревне вооружённый отряд. Где-то по коридорам церкви раздавались шумные шаги, началась паника.

— Нет, нет, дядя, тётя! — Ева схватилась за голову руками, понимая, чем это грозит для деревни, а потом развернулась и побежала в сторону выхода. Возможно, она ещё успеет спасти или хотя бы предупредить их.

— Нет, Сонг, не дай ей!.. — моментально среагировал священник.

Парень, метнувшись, перехватил Еву у самых дверей.

— Ты с ума сошёл?! Отпусти! Отпусти! — Ева пыталась вырваться из его хватки. Сонг же, удерживая подругу, думал о деревне и жителях, о том, что с ними случится, и в глазах его разгоралось пламя. Сейчас в нём играли противоречивые чувства. Он и сам должен был последовать примеру Евы и рвануть туда, где от него требовалась помощь.

Там, где были дома жителей, занималось пламя пожаров. Над соломенными крышами возвышались боевые машины, из механических рук которых веером расходилась струя напалма. Они не щадили никого на своём пути, отдалённые крики долетали до холма, набатом звуча в голове Сонга.

— Отпусти! Ничтожество! Если у тебя там нет родных — это не значит, что их нет ни у кого! — Ева уже не стеснялась в подборе выражений.

У неё начиналась истерика, на глазах проступали слёзы. Беспорядочно колотя парня по груди, девушка пыталась вывернуться.

Михаил за это время успел освободить от фолиантов полки — задняя часть шкафа представляла собой дверь, которую он открыл для друзей. Сонг подхватил одной рукой сопротивлявшуюся Еву, другой — Мику со стула. Отряд из трёх человек вошёл в тёмное помещение и теперь ожидал замешкавшегося священника.

— Михаил, а как же ты? Может, мы успеем спасти ещё людей? — выкрикнул пришедшую идею Сонг.

— Ваша безопасность превыше всего. Я ещё приведу нескольких людей сюда и пойду следом за вами. Торопитесь!

Сонг впервые ощущал свою беспомощность, не в состоянии помочь жителям деревни.

— Надеюсь, ты сдержишь обещание, Михаил, — сказал Сонг, не оглядываясь за спину и осматривая тёмную пещеру, через которую ему вот-вот придёется проследовать.

— Михаил… — что-то начал говорить Сонг, обернувшись, как вдруг дверь перед его носом начала закрываться. Михаил напоследок одарил своего друга улыбкой и кивнул. — Михаил! Черт!

Долбить в дверь было бесполезно, пространство вокруг стремительно заполнялось мраком, сменившись слабым освещением аварийных ламп. Ева, наконец, вывернулась из хватки Сонга и, к его удивлению, направила весь свой гнев на невинную девочку.

— Ты! Это из-за тебя! Это из-за тебя они пришли в нашу деревню! Будь ты проклята! — схватив Мику, Ева резко прижала её к стене и сильно сжала пальцы на плечах, отчего та даже взвизгнула.

— Эй, прекрати!

Сонг тут же подбежал к девушкам, пытаясь унять Еву.

— Зачем ты привёл её? Зачем?!

— Ева, хватит, прошу, — Сонг оттащил девушку.

Мику, обняв себя за плечи, издавала непонятные звуки, то ли от испуга, то ли от боли.

— Мои дядя с тётей всё ещё там! Мои друзья! Ким всё ещё там!

Развернув Еву к себе, Сонг неожиданно влепил ей смачную пощёчину.

После звука пощёчины повисла мертвая тишина.

Прижав ладонь к покрасневшей щеке, Ева заплакала, сквозь слезы продолжая смотреть на Сонга таким взглядом, будто он предал её.

— Почему… почему… — дрожащим голосом произносила она.

— Михаил знал заранее, что это случится. Он знал, что они придут в нашу деревню. Но всё равно никому не сказал. Он понимал, что это неизбежно, Ева. Наше спасение уже можно назвать чудом. Можешь считать меня трусом, но наша смерть ничего бы не изменила сейчас.

Девушка опустила взгляд и сползла по стене на пол. Вздрагивая всем телом, она закрыла лицо руками.

Мику всё это время прижималась к стене, с испуганным видом наблюдала за разворачивавшимися событиями.

— Нам нужно идти. Этот туннель должен вести куда-нибудь.

Сонг встал напротив подруги и протянул руку, чтобы помочь встать ей.

— Ева, прошу тебя…

Некоторое время девушка ещё колебалась, но в итоге согласилась на протянутую руку.

— Идём, Мику, — второй рукой подхватывая под локоть испуганную девчонку, сказал парень.

Постепенно углубляясь и не зная, что ждёт их впереди, они продвигались дальше. Тусклое освещение, гулкая тишина, но где-то там, наверху, сейчас был самый настоящий ад.

Фреска, украшавшая собой церковь, стала свидетелем неумолимого пожара, поедавшего всё вокруг. Стены такой родной церкви рушились одна за другой. Теперь некому больше слушать прекрасный хор. Теперь негде больше принимать гостей. Теперь даже Бог не рад этому месту.

My story, which begins from now on; Побег

Звук работающих серверов отражался от стен огромного зала, превращаясь в равномерный гул, напоминающий растревоженный осиный улей. Свет от многочисленных мониторов разгонял полумрак помещения. Неожиданно распахнулась дверь, и в проёме показался силуэт высокого мужчины в военной форме.

— Лорд, нам не удалось найти её в поселении. Скорее всего она скрылась в подземных туннелях под горами. Мы узнали об их существовании случайно, но вход найти пока не удаётся.

— Полагаю, ей помогли, и бежала она не одна.

— Мы не исключаем такой вероятности. Отряды «Колос-1» и «Колос-8» прочёсывают местность на наличие следов.

Старец, сидевший в кресле перед мониторами, переводил взгляд с одного дисплея на другой, одновременно выслушивая доклад. Изображения на некоторых мониторах искажались, на других отсутствовал цвет, третьи издавали характерный треск, вызывая лишь головную боль.

— Что будет дальше, лорд? — поинтересовался, прежде чем уйти, подчинённый.

— Время покажет. Мы всегда будем ребром монеты в этом мировом конфликте, друг мой. Что ещё ты хочешь услышать от меня? Наш род был опозорен. Мы застряли между двумя параллелями. Если это действительно она, её кровь станет дорогим вином на нашем пире. Пока этого не случится, мы так и будем привязаны к своему прошлому. Но что ещё хуже, изменения всё чаще настигают нас. Поэтому, продолжайте искать. Времени не так много.

— Слушаюсь, — выразив своё уважение низким поклоном, подчинённый удалился.

Старец продолжал сидеть в одиночестве, наблюдая за оставшимися рабочими мониторами.

***

Горный туннель оказался длиннее, чем предполагалось.

Мику часто спотыкалась, и Сонгу приходилось постоянно отвлекаться на неё вместо того, чтобы контролировать дорогу. Ева же шла молча позади всех, понуро опустив голову.

Сложно было определить направление туннеля: он то уходил вниз, то поворачивал влево или вправо. Вскоре последние звуки далёких разрывов перестали быть слышны. Туннель погрузился в полумрак, и лишь капли срывавшиеся со сталактитов, выбивали причудливый ритм, а закрыв глаза и вслушавшись, можно было услышать целую мелодию.

— Мы уже далеко прошли, скоро должен быть выход, — пытался подбодрить всех Сонг, в том числе и себя.

Мику на это высказывание никак не отреагировала, а Ева не слушала, впав в состояние апатии.

Чем глубже товарищи продвигались по проходу, тем явней становилось его природное происхождение. Всё чаще попадались сталактиты и сталагмиты, стены становились более неровными, а своды выше — терялись в темноте; лишь тусклый ряд редких аварийных огней не давал сбиться с пути. Сонг решил, что силы нужно расходовать экономно и необходимо сделать очередной привал, да и состояние Евы вызывало беспокойство парня.

— Мику, ты, наверно, устала с непривычки. Девчонки, давайте немного передохнём, — делая вид, что сам утомился, произнёс парень.

Мику лишь ткнула пальцем в направлении стены, произнеся своё привычное:

— Мику!

Приглядевшись, парень понял, на что указывала девушка, — это оказался выступающий камень.

— Отлично! Давай помогу присесть. Отдохнём немного и дальше в путь.

Оказавшись на нём, девушка выпрямила спину и сложила руки на коленях, словно прилежная ученица, голова её продолжала жить своей жизнью, крутясь в разные стороны и пытаясь охватить взглядом всё вокруг. Ева, не доходя до них нескольких шагов, плюхнулась прямо на пол, не став утруждать себя поисками удобного места. Сонг решил немного поддержать и подбодрить подругу разговором:

— Ева, мы ещё не знаем, что будет, когда мы выйдем на поверхность. Но мы должны держаться вместе. Вместе мы со всем справимся. Они, наверняка, ищут нас.

Ева ничего не отвечала.

— Там остались Михаил и Ким. Я уверен, они смогли помочь пострадавшим и отвести их подальше от деревни или укрыть в убежище.

— Уверен? Как же… — Ева посмотрела на Сонга, взгляд её по-прежнему выражал ненависть. — Раз так уверен, пообещай мне! Пообещай, что я ещё раз увижу живыми своих дядю и тетю, наших соседей, всех друзей!

Сонг не находил, что сказать. Парень прекрасно понимал — как только он даст такое обещание, пути назад не будет, нарушить его — равносильно потере друга, а гарантии того, что все живы, стремились к нулю.

— Обещание… — голосок раздался со стороны Мику.

Девушка неожиданно встала и медленно подошла к Еве, молча взяла её ладони в свои и, подняв на уровне груди, переплелась пальцами.

— Обещание… — повторила она.

Ева, смутившись, отвернулась, всё ещё держа обиду и раздражение.

— Обещание! — громко произнесла Мику.

— Ну хватит… Бесишь… — Ева чувствовала себя неловко. Покраснев, она тут же расцепила руки и отвернулась.

Но, немного поколебавшись, переборола свою гордость, понимая, что могла обидеть девчонку, и развернулась к Мику, по-режнему не решаясь сделать первый шаг. Голубые глаза неотрывно смотрели на Еву, невольно вызывая улыбку.

— Вот глупая… — не выдержав невинного, милого взгляда, Ева расплакалась. Обняв Мику и уткнувшись ей в шею, всхлипывала, не в силах остановить поток слёз.

— Я прежде наговорила тебе гадостей. Пожалуйста, прости меня. Прости меня, Мику! — рыдая в голос, Ева просила прощения.

Мику на секунду растерялась от такого напора. Глаза, казалось, расширились от удивления, но потом, так же тепло обняла и принялась поглаживать Еву, успокаивая. Девушки ненадолго поменялись ролями и теперь Мику выглядела как заботливая мать, обнимающая своё плачущее дитя.

Сонг не стал комментировать и поторапливать девушек, понимая, какой это важный для них момент.

Как только Еве удалось успокоиться, она ещё раз взглянула на счастливое лицо Мику, и шёпотом произнесла:

— Спасибо…

Мику лишь прикрыла глаза и радостно закивала.

— Тебе уже лучше? — поинтересовался Сонг.

— Немного. И это не твоя заслуга, между прочим! — в привычной манере ответила Ева. Похоже, она, наконец, вернулась к своему нормальному состоянию.

— Я понимаю, что виноват перед тобой Ева, и мне очень жаль, — смотря в пол, произнёс Сонг.

— Д-Да ладно тебе… Наверняка, у тебя и правда не было выбора. Давай забудем об этом на время. Надо продолжать двигаться…

— Ура! — радостно воскликнула Мику, всем своим видом выражая нетерпение продолжить путь.

С каждым шагом группа всё глубже уходила в недра пещеры. Стены и свод расширялись, скудного света едва хватало освещать узкую тропинку. Казалось, сделай шаг в сторону, и неминуемо поглотит пустота. Компания решила двигаться друг за другом, шаг в шаг, так они могли контролировать большее пространство и успеть среагировать на опасность в любой момент.

Проход постепенно начал сужаться, и из стен, то и дело, торчала арматура, части непонятных металлических конструкций. Вскоре и пол из монолитно-каменного сменился на металлический, и каждый шаг причудливым эхом разносился по проходу, заставляя останавливаться и вслушиваться в звуки. По мере сужения прохода чаще встречались распорные конструкции, удерживающие свод пещеры.

— Что это за сооружение? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросила Ева, разглядывая перекрытия.

— Судя по коррозии и ржавчине на металле, отсутствию следов и общему состоянию этого места, здесь давненько никто не появлялся. Наверняка, это какой-то секретный бункер. Но это лишь предположение, — оглядывая всё вокруг, ответил Сонг.

В одном месте им попалась шахта с лифтом, но тросы оборваны, а панель управления обесточена.

— Интересно, Михаил сам тут бывал?

— Бах-бум! — игриво выкрикнула Мику и побежала вперед.

Сонг и Ева обратили на неё внимание, но та уже убежала в большое помещение и рассматривала там что-то.

Парень подошёл к Мику и проследил за её возбуждённым взглядом.

— Это!..

— Что такое? Что там? — Еве тоже стало интересно, и она присоединилась к товарищам.

Там, в глубине помещения, среди обломков стены, стоял механический робот. Размер его чуть меньше напавших на деревню. Весь его вид кричал об уникальности. Синяя краска местами облупилась, но в целом он выглядел как новый, хотя обводы и бронирование не такие грозные, как у дереликторианцев, но вооружение явно внушало уважение.

Подойдя ближе, Сонг заметил следы недавнего пребывания здесь: инструменты, ведро с водой и какие-то детали.

— Это робот Михаила, — утвердительно сказал Сонг, ещё раз заглянув машине в глазные щели, из которых исходило тусклое, желтоватое свечение.

— Хочешь сказать, он прятал его тут всё это время?

— Скорее всего.

— Бах-бум! — ещё раз произнесла Мику.

Неожиданно земля содрогнулась, и с потолка посыпались пыль и мелкие камни. Очередной толчок, словно кто-то собирался пробиться с поверхности в глубины пещеры.

— Неужели они нашли нас? Нужно скорее уходить! — глаза Евы расширились, в них плескался страх, она откровенно запаниковала.

Сонг же, будто не обратив внимание на шум, продолжал разглядывать робота издалека — испытывал судьбу на прочность. Приняв для себя какое-то решение, неожиданно подбежал к боевой машине, принялся придирчиво осматривать со всех сторон. Заглянул в технический люк убедиться, что у меха присутствуют заправленные батареи и боекомплект. Эта машина уже сейчас была готова к бою. Сзади под бронёй располагалась небольшая консоль, с которой можно попробовать открыть кабину, что он и сделал. Пробежавшись по клавиатуре пальцами и вбив стандартную команду на открытие, Сонг услышал характерный звук, и передняя часть отъехала, приглашая пилота внутрь.

— Сонг, нет! Ты это всерьёз? — Ева начала отговаривать парня, прижав к себе Мику, пытаясь защитить от мусора и камней, сыплющихся с потолка.

Сонг, не слушая подругу, влетел внутрь робота, удобно расположившись в ложементе. Будь тут больше места, можно было попытаться втроём влезть и удрать как можно дальше, но кабина рассчитана только на одного человека — оператора.

Огромное количество кнопок, датчиков и тумблеров окружало пространство вокруг. Тут и там на клавишах встречались пупырышки, ничто иное как шрифт Брайля, намекая на то, что с роботом может справиться каждый.

Очередной толчок, и потолок в дальней части комнаты обвалился. Земля крупными кусками устремилась в помещение, заполняя собой всё свободное пространство.

В пролом стало заглядывать небо, и солнечные лучи уже разогнали мрак помещения. Следом влетели два уже знакомых, по нападению на деревню, робота.

— Сонг! Скорее идем! Ещё есть шанс скрыться! — кричала Ева.

— Пожалуйста, укройтесь где-нибудь, Ева, — прокричал в ответ Сонг, махая на тёмный проём рукой.

Увидев вражеских юнитов, Сонг судорожно начал нажимать все кнопки подряд, с каждой секундой нервничая и покусывая губы. Очередная кнопка и никакой активности. Базовые команды либо игнорировались, либо робот неисправен. Пальцы продолжали перебирать команды, и вскоре старание было вознаграждено — кабина закрылась и включилась подсветка. На сенсорном экране перед глазами появились данные системы по тестовому прогону и отклику управляющих контуров. Обратный отсчет показывал, что тестирование продлится порядка минуты. В любом случае теперь у них появился шанс.

Ева смирилась, и, взяв Мику за руку, потащила за собой в безопасное место, где они спрячутся и не попадут под перекрёстный огонь.

Оба вражеских робота направили свои механические стопы в глубь помещения, прямо по насыпи из земли, подсвечивая себе путь мощными прожекторами. Сейчас робот Сонга находился вне видимости, но стоит им пройти чуть дальше, и он будет обнаружен. Вести разговоры скорей всего, не станут, а просто издалека расстреляют от греха подальше.

«Проверка систем — закончена. Система функционирует в штатном режиме. Авторизация — провалена. Идентификация — отложена. Управление переведено в ручной режим. Запуск систем жизнедеятельности. Прогрев двигателя», — бесстрастно сообщил механический голос.

После этого сообщения раздался металлический лязг, шум от работы механизмов сначала ударил по ушам, а потом приглушился, отсекаемый защитным экраном. Машина вышла на рабочий режим и встала на ноги. Изнутри кабина казалась прозрачной, что давало идеальный обзор. Информация потоком сменялась на тактическом экране, пробегающие строчки информировали о готовности всех систем, пиктограмма недвусмысленно намекала на полный боекомплект в виде ракет в количестве восьми штук и какое-то импульсное оружие с зарядом в девяносто восемь процентов.

Глубоко вздохнув, Сонг взялся за рукояти манипуляторов и потянул их на себя. Приноравливаясь к весу и габаритам робота, он двинул машину вперед. Сделав пару шагов, вышел из-за укрытия, представ перед врагами.

— Колос-8, мы обнаружили противника в подземном ангаре. Высылаю координаты, — зазвучал радио-доклад от дальней машины, первой обнаружившей цель.

Второй мех, не мешкая, вступил в бой: выпустил в Сонга очередь из крупнокалиберного пулемета. Скрежет металла разнёсся по всему подземелью, в местах попадания выбивая снопы искр. С непривычки к управлению Сонга мотало в разные стороны. Постаравшись хоть как-то защититься от обстрела неприятеля, он поднял руку робота, принимая весь урон на неё.

— Ты совершишь большую ошибку, сектаторианец, если будешь противостоять нам. Знай своё место, сдавайся без боя, и, возможно, мы не убьем тебя.

Сонг проигнорировал слова, сейчас он не замечал ничего вокруг, впав в некий транс. Он вспоминал лицо Евы — лишившейся всех близких и дома, лицо дяди Узу — умирающего на его руках, всех тех — кого уже не вернуть. И сейчас люди, причастные к этим преступлениям и убийствам, стоят прямо перед ним. Пусть он и не смог пообещать своей подруге счастливого воссоединения с близкими, но по крайней мере попытается отомстить врагам за ту боль, что они причинили Еве и всем близким ему людям.

— Это вам… Это вам здесь не место! Вы должны убраться отсюда! Это наш дом! — выкрикнул Сонг в порыве гнева.

Новая очередь перечеркнула корпус его робота.

— Ублюдки. Возвращайтесь в свой ад! — но за этими словами ничего не последовало, никаких решительных действий, лишь глухие щелчки.

Сонг продолжал раз за разом безуспешно тыкать по кнопкам на рукоятях манипулятора, но оружие даже не думало стрелять, лишь щёлкая в холостую.

Испарина проступила на лбу парня, под градом пуль одна из ног робота подкосилась, и он заметно накренился. Если так продолжится и дальше, всё кончится прямо здесь, не успев начаться.

«Идентификация отложена. Функции ведения огня отключены. Ряд основных функций ограничен. Идентификация отложена…» — бесстрастный механический голос сообщил в очередной раз.

— Да заткнись, заткнись ты!

«Идентификация отложена. Функции ведения огня отключены. Ряд основных функций ограничен. Идентификация отложена».

— Что… Что тебе надо?!

На поверхности кабины появились первые трещины, с каждым попаданием разрастаясь и окутывая бронестекло причудливой паутиной.

— Жалкое зрелище, — сказал один из нападавших, — вы, сектаторианцы, ни на что не способны.

С каждой неудачной попыткой Сонг всё сильнее терял уверенность в себе. Он начал думать, что умри он там, в деревне, вместе с остальными, — ничего бы не изменилось. Какой от него одного толк, если он даже не может защитить своих друзей, которые верят в него.

«Всё хорошо. Пожалуйста, услышь мой голос. Пожалуйста, стань моим слушателем».

— Этот голос? — Сонг вновь пришёл в себя, оглядываясь вокруг в поисках источника, но услышал лишь очередное сообщение от машины:

«Идентификация произведена. Дополнительные двигатели включены. Дополнительные системы включены. Добро пожаловать, оператор».

— Это…

Очередное нажатие на кнопку под указательным пальцем вызвало лёгкий гул, и пучок энергии в виде шаровой молнии понёсся вперёд, освещая пространство вокруг. Цифры заряда на панели бесстрастно сменились на девяносто пять.

Как только нападающие увидели, что их противник стал огрызаться, их огонь стал плотнее, но точность заметно снизилась. Возможно, они стали всерьёз воспринимать противника или просто запаниковали, столкнувшись с отпором. Сонг продолжал прикрываться правой рукой робота от огня противника. Выставил левую руку вперёд и, нажав на кнопку манипулятора, выпустил ракету, которая отправилась по затейливой траектории в направлении нападавших, и, не встретив на пути сопротивления, поразила вражеского меха. Очередная ракета, встав в пазы, заняла своё место и отправилась туда же.

— Будь ты проклят! Колос-8, немедленно сюда! Активное сопротивление, нужна помощь!

Это был последний сигнал о помощи, что послали в эфир вражеские роботы. Остовы мехов едва стояли на ногах, искрясь и выпуская клубы чёрного дыма, вытягиваемого в пролом. Второй робот, объятый едким дымом, неожиданно оглушительно взорвался, и тяжелые куски шрапнелью разлетелись по помещению. Оставшийся мех покачнулся и навзничь упал, не подавая признаков активности. Сонг, не желая оставлять кого-либо в живых, выпустил прицельно ещё одну ракету. Очередной взрыв, после которого последовал жалобный скрежет, словно предсмертный крик боевой машины.

Сонг ощутил головную боль и безвольно откинулся в кресло пилота, чувствуя, как по лбу стекает струйка чего-то густого и тёплого, похожего на кровь. Тревожные уведомления и сигналы робота извещали о неполадках, но Сонг проигнорировал их. Вжавшись в кресло пилота, обхватил голову руками и прорычал сквозь зубы:

— Я слаб. Как же я слаб!

До этого момента парень не придавал особого значения всему, что происходило вокруг него, старался жить сегодняшним днём, не заботясь о будущем, пустив всё на самотек. Но сейчас ему стало казаться, что всё вращается вокруг него. Он находится в эпицентре водоворота, и никто не протянет ему руку помощи. Сначала спасение Мику, теперь эта битва, он в очередной раз сделал что-то, что не свойственно ему. Теперь на его плечах лежит ответственность не только за свою жизнь, но и жизни доверившихся ему, и Сонг это прекрасно понимал.

«И с какого момента это началось? С какого момента меня начало волновать моё окружение? Моё будущее? Будущее тех, кто меня окружает?»

Ответ уже находился в его голове: мелодия, которую он слышал последние дни, прекрасный нежный голос, чувства, которые в нём пробуждались. Всё это меняло Сонга. Она изменила его. Сквозь потрескавшееся стекло кабины он видел девушек, бежавших к нему. Мику выглядела непривычно напуганной и обеспокоенной, хотелось надеяться, что волновалась она за состояние своего друга, а не просто испугавшись громких взрывов.

— Сонг? Ты меня слышишь? Пожалуйста, ответь! — взволнованный голос Евы доносился снаружи.

Ударив рукой по панели, Сонг заставил кабину раскрыться. Девушки тут же подскочили к роботу, желая поскорее заключить в объятья Сонга, но тот всё не торопился вылезать, он до сих пор выглядел растерянным из-за случившегося. Воспоминания, калейдоскопом проносясь, не давали сконцентрироваться и собраться с мыслями.

— Это что у тебя… кровь? Ты ранен?

— Может быть, совсем немного. Наверняка, сюда скоро прибудет подкрепление, нужно уходить немедленно.

— Там есть туннель, и его не завалило, мы можем скрыться по нему, — Ева указывала себе за спину.

Мику, последовав её примеру, тоже вытянула руку и тыкала в том же направлении, состряпав серьёзную мину.

— Ладно… Двигайтесь вперёд, я буду прикрывать сзади, сейчас это направление представляет наибольшую опасность, — клацнув затворами, кабина вновь закрылась. Робот медленно поднялся на ноги, движения его казались дёрганными, и его периодически вело в сторону.

Несмотря на переживания, Ева кивнула и побежала вперед, указывая направление и не забывая держать Мику за руку.

Сонг потёр глаза, помассировал слегка виски пальцами и, схватившись за манипуляторы, развернулся — направился за девушками. Туннель оказался высоким, и робот без проблем прошёл в него. Немногочисленные огни освещали путь девушкам. Сонг время от времени поглядывал на мониторы заднего вида, надеясь, что их никто не преследует, ведь дым, выходивший из пролома, был заметен на десяток километров вокруг, и послужил чётким маяком для преследовавших, и когда их обнаружат — лишь вопрос времени. С каждым шагом по туннелю пятно света впереди увеличивалось в размерах, явно указывая на выход.

***

Как только они достигли выхода, лица обдало свежим воздухом, а в глаза ударили яркие солнечные лучи, заставляя зажмуриться, привыкая, и остановиться. Группа вышла у подножия горы, в нескольких шагах от леса, которому не было видно конца. По туннелям, по прикидкам Сонга, они прошли порядка пяти километров. Углубившись немного в лес, старательно заметая малейшие следы, Сонг заглушил машину, и без церемоний повалился на траву — всем своим видом показывая, как его вымотал весь этот путь. Да и первый опыт пилотирования оказался не так прост, как могло показаться. Второго такого Сонг может просто не выдержать, по крайней мере сейчас.

— И что теперь? — поинтересовалась Ева, нависнув над лицом парня.

— Наверно… не знаю… — лениво грызя травинку и зажмурив от удовольствия глаза, сказал парень.

— Совсем дурак? Мы посреди леса, непонятно где. В каком направлении столица? Сколько до ближайшего города или хотя бы деревни? А чем мы будем питаться, ты не задумывался?

Град вопросов посыпался на Сонга. Приоткрыв один глаз, парень увидел, как зрачки Евы бегали по сторонам, не фокусируясь ни на чём, щёки зарделись. Зная девушку, не оставалось никаких сомнений — за этим поведением она пытается скрыть накопившиеся переживания.

— Прими, наконец, ответственность! — подвела итог Ева.

— Ладно-ладно-ладно! — хотел было отмахнуться Сонг, но, видя нешуточные переживания в глазах подруги подскочил, вглядываясь вдаль. Посмотрел в глубину леса, развернулся в противоположную сторону, глядя поверх горы, потом ещё раз развернулся и, приложив руку к подбородку и потирая его, с наигранной задумчивостью сказал:

— Я… не знаю.

— Мику!

***

Солнце медленно опускалось к горизонту, окрашивая небосклон в ярко-оранжевые тона. Сонг осматривал робота, Ева сидела рядом с Мику, наблюдая за парнем.

Звонкое урчание пронеслось над поляной, сначала у одной девушки, а потом и у другой, вскоре и желудок парня выводил рулады, демаскируя.

— Я понимаю, понимаю! — говорил Сонг.

— Ты же парень, поймай какого-нибудь дикого животного. Разведи костер, приготовь что-нибудь, в конце концов.

— У тебя слегка искажённое понятие о парнях. Да и готовку могла бы взять на себя. А Мику… она…

Посмотрев в её сторону, увидел беззаботное лицо, провожающее глазами огромную бабочку.

— К-Кто?! Кто здесь?! — донесся недовольный, явно испуганный голос из леса.

Все трое устремили взгляды в ту сторону, откуда послышался вопрос.

— Мику, Ева, назад! — приказал Сонг, направив в сторону угрозы неказистое оружие в виде ножа.

— Кто хозяйничает возле моего дома?!

Голос нарастал, приближаясь, но стоило лишь показаться его обладателю, как Сонг отбросил мысль атаковать незваного гостя.

Держа в руках подобие дубинки, перед компанией появилась небольшая девочка, у которой были заячьи уши, пышная белая прическа и какая-то тряпка вместо одежды.

— Ч-Что?! Кто вы такие? Б-Быстро уходите отсюда! — неожиданно девочка, будто испугавшись собственного голоса, бросила палку на землю и, упав на колени, закрыла голову руками, дрожа всем телом.

Все трое были в ступоре, не зная, как реагировать.

— Мы не враги, мы просто заблудились, — спокойным голосом попыталась объяснить Ева.

— Нет, не говорите ничего! Не обращайте на меня внимания! Я стесняюсь! А-а-а, зачем вы пришли сюда?!

— Да что здесь вообще происходит? Ты живешь где-то здесь неподалеку?

— Я не привыкла к неожиданным гостям, — всё тело девочки дрожало.

Сонг присоединился к Еве и Мику, которые всё ещё пребывали в лёгком недоумении от происходящего.

— Нам нужно в ближайшее поселение. У нас совсем нет еды, ты не могла бы нам помочь? — не оставляя попыток наладить контакт, Ева сделала несколько шагов навстречу девочке. — Как тебя зовут?

— Я не скажу вам своё имя! А вдруг оно вам не понравится! Начнете смеяться надо мной! Я не хочу, чтобы надо мной смеялись посторонние!

— Да успокойся уже, не части, — Сонг, подойдя, приподнял лёгкое тело девочки за шиворот на уровень лица. Незнакомка тут же смутилась и прикрыла глаза руками.

— Это что, настоящие уши? — удивилась Ева, указывая пальцем на кроличьи ушки, торчавшие из волос девочки.

Сонг бесцеремонно потыкал в них пальцем, пощупал и утвердительно кивнул.

— Ну вот, я не смогла произвести положительное первое впечатление! Если бы я знала заранее, что в этих местах кто-то объявится, я бы постаралась набраться смелости!

— Покажи нам свой дом, — наигранно злобным голосом произнес Сонг, смешно сведя брови и глаза у переносицы.

— Х-хорошо! Только прошу, не обижайте меня!

— Веди скорей.

— Слушаюсь! — и девочка, не дожидаясь, вывернулась, спрыгнула на землю и, схватив свою палку, побежала в чащу леса, откуда появилась ранее.

Сонг помахал Еве и Мику, призывая следовать за ним.

— Не могу поверить, что ты такой жестокий. Она же напугана, — с укоризной произнесла Ева, догнав его.

— Я подумал, что её такое поведение нам только на руку, и немного ускорил процесс знакомства, надеюсь, не слишком перегнул палку…

***

Вскоре компания вышла к маленькому лесному домику, почти полностью покрытому мхом. Здесь не было окон, лишь одна дверь. Судя по размерам, туда едва могла бы поместиться пара взрослых людей. Перед домом была небольшая полянка, на которой лежало несколько бревен, а по центру остатки костра.

— Слушай, а это нормально, что мы вот так вламываемся? — сказала на ухо Ева, на что Сонг лишь пожал плечами.

Парень продолжал наблюдать за девочкой. Она, схватив самодельную метлу, начала мести полянку.

— Послушай, мы не хотели доставить тебе неудобства. Покажи нам дорогу, и мы уйдём, — обратилась к девочке Ева.

Мику стояла позади всех и как обычно крутила головой, стараясь разглядеть всё вокруг.

— Эй, хозяйка, где еда? — грозно спросил у девчонки Сонг, наблюдая за реакцией.

— Йих! — та подпрыгнула на месте, откинув метлу, и заметалась по двору. — Д-Да, сейчас принесу! Пожалуйста, садитесь! — и тут же умчалась куда-то в домик.

— Эй, а ну перестань! Не будь таким наглым и бессердечным, — Ева ударила Сонга кулаком в грудь, надув щёки и пытаясь изобразить недовольство.

Вернувшись, девочка держала в руках импровизированный поднос из лопуха, на котором лежало мясо, приготовленное на костре и порубленное на куски. Преподнесла угощение, словно подношение Богам, оставив его на одном из брёвен, и низко опустила голову.

— Всё хорошо, мы тебя не обидим, — Ева попыталась успокоить девочку. — Правда, Мику?

Но та, не обращая внимание на внешние раздражители, на пару с Сонгом уплетала мясо.

Утолив первый голод, группа развела костер, и, усевшись вчетвером на брёвнах, переглядывались, не зная, с чего начать разговор. Мику, опёршись спиной о Еву, прикрыла глаза и, всё ещё в сидячей позе, тихонько посапывала. Сонг предупредил Еву, что оглядит местность, сразу же встал с бревна и побрёл к лесу. Солнце уже успело скрыться за горизонтом, и теперь весь лес наполнялся ночными жителями. Ева переживала за друга, однако, не подав виду, решила завязать с девочкой разговор.

— Слушай, а ты не боишься жить здесь одна?

— Я об этом никогда не задумывалась.

— Совсем недавно в этих краях видели оборотней. Если бы они нашли это место, страшно подумать, что было бы…

— Оборотни?

— Ну да. Монстры, похожие на волков, только ходят на двух лапах.

— Ты про демонов?

— Демоны? Никогда не слышала. Мы привыкли называть их оборотнями.

— Я уже давно не встречала их. Но… они же не виноваты. Не виноваты, что родились такими, это не повод обижать их… Я их совсем не боюсь. Это нормально, что они пытаются выживать. Мне порой даже жалко их… Словно это я живу на их территории.

— Похоже, у тебя большое сердце, раз ты так свободно пустила нас к себе, — Ева мягко улыбнулась.

— Нет же! Я просто испугалась того грозного парня! — девочка изобразила самый настоящий неподдельный ужас.

— Да, я тебя понимаю, сама бы испугалась. Как твоё имя? — как бы между прочим поинтересовалась Ева.

— Не скажу!

— Ну и вредная!

Девушки еще некоторое время сверлили друг друга взглядами, пребывая в тишине. Лишь крик совы разносился по округе, да треск тлеющих угольков в огне. Громкий всхрап и невнятное бормотание Мику хоть немного разряжали обстановку.

— И куда вы направляетесь? — переведя тему, поинтересовалась девочка.

— Мы сами точно не знаем. Но лучше всего как можно скорее попасть в Сектаторе.

— В столицу… — лёгкая грусть промелькнула на её лице.

— Оу, ты была там?

— Когда-то… давно, — языки пламени отражались в глазах девушки, взгляд стал отрешённым и более грустным.

Ева лишь сейчас смогла обратить внимание на шею своей собеседницы: на ней хорошо выделялись тёмные отметины. Девушка прекрасно понимала, что это значило — это следы от тугого ошейника, что сдавливал шею девочки на протяжении длительного срока.

— Прости. У тебя от столицы наверняка не лучшие воспоминания.

—…но, но я помню, что там очень красивые дома. И люди иногда улыбались мне, — девочка готова была заплакать, но при этом на лице её наметилась едва уловимая улыбка.

Ева не смогла удержаться и, притянув к себе, приобняла свободной рукой девочку, второй по-прежнему обнимая Мику.

Ни для кого не секрет, что в столице всё ещё сохранялись законы, по которым люди могли иметь рабов. Как правило, к рабам относили тех, кто не имел никакого положения в обществе и отличался от окружающих физически или взглядами на жизнь. Не всё так гладко в этой стране. Ева успела разглядеть шрамы в основании кроличьих ушей девочки, на них все еще оставались следы запёкшейся крови.

— Они очень красивые, — Ева кончиками пальцев провела по ушкам.

— Н-Нет, это всё из-за них! — девочка попыталась отстраниться, но ей это не удалось.

Не сложно догадаться, что девочка в какой-то момент поняла — причиной всех её бед были эти уши, и она попыталась избавиться от них, но лишь нанесла себе увечья. К счастью это были лишь попытки, не увенчавшиеся успехом.

— Знаешь, в детстве мама всегда подстригала меня, — успокаивающим голосом начала рассказывать Ева. — Мне очень нравились мои волосы. Но однажды она случайно отстригла немного больше, чем требовалось. Я тогда очень сильно разозлилась на неё. Не могла даже выйти на улицу. Боялась, что меня все засмеют. Но мне так и не удалось скрыть этого, и один мальчик увидел меня. К моему удивлению он даже не подал вида, что ему было смешно или весело. Вместо этого он ушёл домой, а на следующий день… — Ева опустила руку в карман шорт и достала оттуда вязанную шапочку.

— Что это? — удивилась девочка.

Но Ева вместо ответа пригладила кроличьи уши девочки и надела поверх них оранжевую вязаную шапочку.

— Он подарил её мне. Я не хотела принимать её, так как подумала, что он так намекает мне: «На, прикройся, чтобы никого не пугать». Но вместо этого я услышала: «Если стесняешься, можешь носить её. Но знай, что с ней или без неё — я всё равно не стану смеяться над тобой».

Девочка слегка улыбнулась, придерживая одной рукой шапку на голове.

— Тёплая, — сказала она.

— Ещё какая, — Ева кивнула, улыбнувшись в ответ.

Девушки ещё некоторое время сидели, болтая обо всём. Удалось выяснить маршрут до столицы и приметные ориентиры. Мику решили уложить у костра, накрыв её одеялом, принесённым хозяйкой из дома. Сонг же продолжал впотьмах возиться с роботом, изучая его функции. Включил аварийную подсветку, стараясь не выдать своего местоположения, дабы не облегчать работу преследователям. Просмотрев ещё раз базовые настройки и ища объяснение произошедшему сбою в противостоянии вражеским машинам, ничего не обнаружил. Если это робот Михаила, он наверняка управлял им и до боя, но всё ещё оставалось непонятным, почему он отреагировал на голос Мику, игнорируя команды Сонга. Какая-то мысль забрезжила на краю сознания, но как только ему казалось, что он приблизился к разгадке, мысль будто соскальзывала, и логическую цепочку приходилось выстраивать заново.

***

На утро дружная компания была готова продолжить путь. Мику, всё ещё сонная, едва стояла, пошатываясь и не открывая глаз, подпирала Еву.

— Что ж, нам пора идти в столицу! Удачи тебе! — преувеличенно бодро сказала Ева, чем разбудила Мику окончательно.

— Спасибо, что приютила нас, — поблагодарил её Сонг.

Мику, очнувшись, подошла к девочке и обняла, тихо произнеся:

— Спасибо.

Это так сильно растрогало девочку, что она готова была расплакаться. Сама не ожидала от себя такой реакции. Она осознавала, что успела привыкнуть к этим случайным людям за столь короткий промежуток времени, проведённый вместе. Сейчас она готова признаться себе, что ей действительно одиноко, а побег от цивилизации — это вынужденная мера, попытка убежать от страхов, болезненных воспоминаний, боязнь причинить страдание и быть непонятой. Любому живому существу важно понимать, что он может кому-то довериться и открыться, быть понятым и принятым таким, какой он есть.

— Спасибо вам. Спасибо, что стали моими гостями. Пожалуйста, приходите ещё! — девочка попыталась исполнить реверанс, но слегка пошатнулась.

— Да, я тоже надеюсь, что мы когда-нибудь зайдём. Береги себя, — произнесла Ева.

Кивнув и помахав на прощание, компания развернулась, чтоб уйти.

— Прощайте! — сжимая в руке шапочку и размахивая ей над головой, девочка провожала друзей.

— Это же… — начал было Сонг, увидев шапочку, но бесцеремонно был прерван подругой.

— Идём-идём, не тормозим, — Ева начала подгонять, не дав закончить фразу.

Мику ещё раз помахала ручкой девочке, одарив её лучезарной улыбкой.

На этом мимолётная встреча подошла к концу. Девочка ещё долго вглядывалась в даль, пытаясь разглядеть силуэты случайных знакомых, внутренне переживая расставание, но в конце концов смогла собраться и счастливо улыбнуться. Ещё немного и всё вернётся на круги своя: снова одиночество, попытка убежать от себя и своих страхов. Губы предательски задрожали. Собрав всю волю в кулак, девочка смогла выдавить из себя сокровенное:

— Пожалуйста… — тихо начала она. — Пожалуйста, возьмите меня с собой! —

изо всех сил закричав, сорвалась вдогонку девчонка.

Ева и Сонг, услышав за спиной голос, одновременно обернулись. Навстречу им бежала девочка, с которой они недавно расстались, размазывая на бегу слезы по лицу. Раскинув руки, она влетела в Еву и, уткнувшись в район живота, продолжила рыдать. Ева, приобняв обоими руками девочку, стала поглаживать ту по спине, успокаивая и бормоча какую-то ерунду. Мику присоединилась к обнимающимся, радостно улыбаясь и крепко прижимаясь.

Ева едва сдерживала слезы, одобрительно кивая, словно сама ждала чего-то подобного:

— Конечно, идём с нами. Все будут только рады тебе.

Оглядев каждого из присутствующих заплаканными от счастья глазами, девочка увидела на их лицах лишь улыбку и одобрение: они действительно были рады новому члену их небольшого отряда. В какой-то момент Сонг вспомнил о том, какую опасность они тянут за собой по следам, но если им хватило сил отбиться, они и в дальнейшем смогут защитить друг друга, несмотря ни на что.

— Что ж, в таком случае будешь нашим проводником. Мы по-моему уже начали плутать в этом лесном лабиринте, — почесав затылок, признался Сонг.

— Хорошо! Спасибо. И… и… меня зовут Зунко! Приятно познакомиться! — звонким голоском произнесло это чудо.

Through this long, long downhill; Затишье

— Генерал, согласно последнему докладу наших людей — девушка в безопасности. Ей, и двум сопровождающим её селянам, удалось скрыться от преследования Дереликториана. Однако, нашими разведчиками зафиксированы передвижения небольших отрядов противника, направленных на поиск беглецов. Точное местоположение объекта установить не удаётся, штаб аналитиков даёт прогноз — с вероятностью в семьдесят три процента, они направляются в столицу.

— Полковник, не сметь называть её «объект», вы же не называете человека, давшего вам жизнь, родную мать — «объектом»! Она — наша богиня. Она наше солнце, данное нам свыше, явившая свой лик нам, простым смертным! А голос — этот её неземной голос, разве он не прекрасен? — генерал в запале ударил по столу и, включив воспроизведение мелодии на небольшом аудиоустройстве на столе, дал прочувствовать подчинённому всю глубину и красоту звучания. — Как же он ласкает слух! Мечтаю слышать его наяву! Я не имею права умереть, пока не услышу его вживую, с нетерпением жду того момента, когда она споёт для меня, для нас всех, в конце концов! — встав, бородатый безумец развёл руками.

— Сэр, мы немедленно отправим наш отряд на поиски, необходимо обеспечить безопасность, — полковник отдал честь.

— Не теряйте ни секунды! Франкс, ты же понимаешь моё состояние? Думаю, ты тоже испытываешь подобные чувства, слыша её голос, как и я.

— Д-Да, пожалуй, генерал.

— А её внешность… Она же вылитая наша мать. Представляете Франкс, если это её реинкарнация? Наша мать вновь спустилась на Землю, чтобы быть с нами, вести нас? Мы лишь её рабы, потомки первой, давшей жизнь всем живущим на Земле людям! Наша встреча станет великим событием, возможно, даже начнёт новую эру человечества!

Полковник, понимая, что разговор окончен, ещё раз отдал честь и молча удалился, закрыв за собой дверь. Генерал устало откинулся в кресле, продолжая наслаждаться мелодией и голосом Мику.

***

— Тут практически прямо через лес и упрёмся в скалы, а если обойти их слева — выйдем на серую и твёрдую дорогу до самой столицы, — активно жестикулируя, направляла всех Зунко.

— Под «серой и твердой» ты подразумевала асфальтовую дорогу? — уточнил Сонг, не забывая тем не менее смотреть по сторонам и контролировать местность.

— Д-Да, простите! — Зунко пригнулась, прикрывая голову руками, будто ждала удара по голове.

Но практически сразу перестав сжиматься, выпрямилась и, как ни в чем не бывало, продолжила объяснять детали дальнейшего путешествия. Следом шли Ева и Мику внимательно слушая, а замыкал их импровизированную колонну Сонг на своём роботе. Оказалось, Зунко прекрасно ориентировалась и знала все кратчайшие пути, вероятность того, что до столицы они доберутся ещё до темноты, была очень велика. Чем ближе к столице, тем меньше угроза от Дереликториана и посланной погони. В том, что погоня будет, не было сомнений. А пока необходимо быть настороже, с чем Сонг успешно справлялся, сканируя местность в доступных диапазонах.

— Сонг, когда мы вернём Мику… — начала разговор Ева, поравнявшись с роботом.

— М-м-м? — промычал что-то невнятное Сонг, не отрывая взгляда от тактического экрана.

— Что с нами будет? Я не тешу себя напрасными иллюзиями, что от нашей деревни после атаки Дереликториана хоть что-то осталось. Нам просто некуда возвращаться. У нас больше нет дома, — последние слова Ева произнесла почти шёпотом, видно было, что даётся это ей с трудом.

Лицо Сонга стало серьёзным, взгляд сделался холодным. Он и сам всё чаще задумывался над этим вопросом. Собравшись с мыслями, начал:

— Скорее всего, нам окажут тёплый приём и попросят задержаться в столице. И, если удастся поговорить с генералом, он поможет. Дядя Узу рассказывал, что он понимающий человек, и тот факт, что именно мы спасли Мику и доставили по назначению, сыграет не последнюю роль. Не хочу торопиться с выводами, но как вариант — можно рассмотреть. Допускаю даже, что с нашей деревней всё в порядке, и уже совсем скоро мы вернемся назад к своим друзьям и близким. Надежда, Ева. Надежда даёт нам веру в то, что все наши дела имеют цель и смысл, каким бы ни был исход.

— Хотелось бы верить, но это всего лишь предположения… у тебя нет никаких конкретных планов. Ты совсем не задумываешься о будущем. Если всё пойдёт не так, как ты ожидаешь, есть ли запасной план? — выдохнув, Ева опустила голову, и добавила полушёпотом. — Ты совсем не такой, как Ким…

Сонг взглянул на свою подругу из кабины робота. Она выглядела поникшей и растерянной. Почему-то именно сейчас ему вспомнились те времена, когда они все вместе дни напролет играли у фонтана. Тогда ещё родители Сонга были живы, а Ева уже успела приобрести скверный характер. Она всегда хотела казаться взрослее и умнее двух оболтусов, с которыми играла, но случись что — тут же плакала и бежала к ним же, ища защиты. В те далёкие времена Ким всегда был рядом с ней и приходил на выручку, Сонг же игнорировал её проблемы. Он с детства привык решать свои трудности сам и думал, что остальные тоже должны справляться со своими переживаниями в одиночку. Если бы не эти убеждения, возможно, Ева относилась бы к нему с большей теплотой, такой же, как и к Киму, не обращая внимание на недостатки.

После встречи с Мику Сонг понял — есть люди, которые по какой-либо причине неспособны помочь себе сами, им нужна чья-то поддержка, а для этого необходимо самому открыться, в некоторых случаях даже приложить усилия. Так же произошло и с Зунко. Парень после всех событий, свалившихся на него, ощутил себя кораблём Тесея — полностью переродившимся. Когда-то и Еве, будучи ребёнком, требовалась его поддержка, которую он так ни разу и не оказал, но понял это лишь сейчас. Неудивительно, что в настоящем это отразилось на их взаимоотношениях. Конечно, прошлого не вернуть, но в его силах изменить сейчас отношение подруги к себе.

— Зунко, как долго ты живёшь в лесу? — поинтересовалась Ева, чтобы хоть как-то скоротать время.

— Точно не знаю, но помню, что пережила четыре зимы.

— Вот как… Должно быть, это не просто, вот так, одной в лесу. Наша деревня располагается совсем недалеко от места, где ты живешь. Обратись ты к нам, мы с радостью бы приняли тебя.

— Я… — Зунко не нашлась с ответом, краснея и дрожа. Ева наблюдала за реакцией девочки, подмечая как зрачки её расширились, а глаза забегали от одной лишь мысли, что ей пришлось бы контактировать с незнакомыми людьми. Возможно, даже сейчас она чувствует себя некомфортно, но при этом старается изо всех сил, перебарывает свои внутренние страхи, лишь бы не остаться одной.

Ева не стала продолжать и давить на девочку, на этом их короткий разговор закончился, так и не начавшись. Переключив внимание на Мику, Ева, немного поколебавшись, задала мучивший её вопрос:

— Мику, а ты, — Ева подошла ближе, поймав на себе удивлённый взгляд девушки, — ты помнишь что-то из прошлого? Может, за время после твоего освобождения ты смогла что-то вспомнить?

Мику, призадумавшись, подняла взгляд к небу и зависла ненадолго. Видимо, она не знала, как на него ответить.

— Извини, вижу, что воспоминания тебе даются всё ещё тяжело. Не нужно напрягаться, уверена — это придёт со временем.

— Папа! — внезапно выкрикнула Мику, вытянув руку и указывая пальчиком на робота, в котором сидел Сонг.

— Что? Что ты имеешь ввиду? — Ева, не поняв, о чём говорит Мику, указывая на Сонга, задала вполне логичный вопрос.

Вместо ответа получила лишь улыбку Мику и несколько торопливых радостных кивков. Затем девушка неожиданно подняла руку и положила ладонь на голову Евы, слегка похлопав:

— Вкусно, вкусно!

— П-Прекрати! Что это вообще значит?! — Ева попыталась отмахнуться, на что Мику вновь стала выглядеть озадаченной.

Сонг сбавил ход, заметив на экране движение, но точки двигались от них, инфракрасное сканирование показало, что это всего лишь животные. Зунко шла чуть в стороне, наблюдая за группой и прислушиваясь к диалогам Мику и Евы, поглядывая озадаченно то на одну, то на другую — не выдержав спросила:

— Вы, наверно, давно знакомы?

— Ты имеешь ввиду меня и Мику? — Ева была рада сменить тему и с удовольствием принялась рассказывать.

— Сонг привёл её в нашу деревню прямо перед тем, как… — тут она осеклась, почувствовав, как внутри всё сжалось в комок, но, глубоко вдохнув, продолжила, —…как на деревню напали, прошло всего два дня с тех пор, а с Сонгом мы знакомы с детства. Рада, что хотя бы нам удалось спастись, — невесело улыбнулась Ева.

— Значит, вы с ним очень близки… — улыбнувшись, заключила Зунко.

Ева, растерявшись от такого вывода, попыталась невнятно отрицать, активно жестикулируя. Зунко, не обращая внимания на реакцию и протесты, продолжила:

— А зачем вы ведёте Мику в столицу? И что будет потом? Вы ведь оставите её себе? — выпалила на одном дыхании Зунко, переводя взгляд на Сонга, и, не дав ответить, добавила. — Вы должны будете её удочерить?

— Кьхе?! — услышав это, Ева поперхнулась.

— Ни за что! — слышавший краем уха разговор, Сонг буквально выкрикнул это.

— Почему? Разве вы не единственные, кого она знает? Кто у неё остался, — будто не замечая реакции, Зунко продолжала сыпать вопросами.

Сонга и Еву почему-то смутила эта ситуация, и они принялись оправдываться наперебой.

— Ещё чего! В таком случае у Мику будет ужасный отец! Бестолковый и вообще невнимательный! Она не заслужила такого! — привела свои «железные» доводы Ева и довольная собой, сложила руки на груди.

— Д-Да, мне бы тоже не хотелось, чтобы у Мику была отвратительная мать — истеричка и грубиянка! — отреагировал на тираду Сонг из кабины робота.

Началась перепалка, и каждый хотел оставить за собой последнее слово.

— Мику! Мику! — словно рефери кричала девчонка, размахивая руками и изображая мельницу, поддерживая тем самым спор.

Зунко ошарашенно следила за развитием ситуации, не понимая, каким образом её невинное любопытство перешло в самый настоящий конфликт, распугавший всех птиц в округе.

Вскоре спор перерос в обычную болтовню. Так, неспешно разговаривая, они и продолжили движение, выйдя к лесной опушке. Она выглядела настолько уютной и красивой, что вызывала оторопь. Всё вокруг казалось более насыщенным и ярким, деревья, словно живые, приветственно шелестели кронами, будто переговариваясь, густая трава двигалась волнами под лёгким ветерком, походя на бушующее море, вызывая чувство нереальности происходящего, словно в сказке. В отличие от дремучих лесов, окружавших родную деревню Сонга и Евы, здесь всё казалось безобидным и приветственным. Время от времени Ева указывала на верхушки деревьев, показывая Мику белок или птиц. Зунко, шедшая рядом, словно ходячая энциклопедия, давала краткое пояснение каждому встреченному существу. Но стоило им только сконцентрировать внимание на очередном милом зверьке, как за спиной раздавался лязг робота, руша хрупкую идиллию очарования. Живность в панике разбегалась по округе, и три пары недовольных глаз, извергая молнии, устремлялись на парня, что-то при этом бормоча и проклиная.

И вот, после длительной, изнурительной дороги, показался неглубокий, примерно по колено, журчащий ручей, а за ним начинались скалы, про которые рассказывала Зунко.

— Думаю, здесь можно немного отдохнуть, перед последним рывком, — произнёс Сонг и пристроил робота в тени раскидистого дуба.

— Мои ноги сейчас отвалятся, — с нотками усталости в голосе произнесла Ева и, не разбираясь, плюхнулась прямо на землю. Мику последовала её примеру и с блеском в глазах, подпрыгивая, плюхалась в пружинившую траву, пока не умудрилась сесть на камень. С обиженным видом сидя и потирая бедро, скорчила умильную мордашку, Ева, не выдержав, рассмеялась и выставила наставительно указательный палец вверх, предупредила, чтобы та впредь была осторожнее.

— Ух, тогда я схожу пока освежусь! — радостным голосом произнесла Зунко и вприпрыжку побежала к ручью.

— Хорошо, только аккуратнее там! — крикнула Ева уже в спину удаляющейся девушке.

Перевела взгляд на Сонга, вылезающего из робота, но, услышав довольный вскрик Зунко, повернула голову в её сторону и обомлела.

— Ч-Ч-Ч-Ч-Чего это ты делаешь?!

Зунко, сбросив с себя всю одежду на бегу, практически голышом мчалась к ручью. Челюсть Евы отвисла, взгляд метался от Зунко к Сонгу, который всё ещё спускался и то ли замешкался, то ли высматривал что-то в кабине — стоял к девушкам спиной. Стоило ему спрыгнуть на землю и начать оборачиваться, как он почувствовал, что на него накинули что-то плотное, перекрывая обзор и солнечный свет.

— Эй! Что происходит?! — Сонг, чертыхаясь, пытался скинуть с себя какое-то тряпье, и, как только ему удалось, в лицо тут же прилетела пощёчина.

— Дурак! Не смотри! Не смотри! — раздался шипящий в раздражении голос Евы у самого уха, пытающейся прикрыть лицо Сонга какой-то тряпкой. В конце концов девушке удалось развернуть парня лицом в сторону леса.

Сонг, всё ещё недоумевая снял с лица тряпку и принялся её разглядывать.

— Знакомая… Неужели это… одежда Зунко?! — осознав это, парень попытался избавиться от детали туалета девушки.

— Что вы там делаете с моей одеждой? — прозвучал взволнованный голос Зунко со стороны ручья.

Теперь Сонг не торопился поворачиваться, поняв, что происходит. Ева, прислонившись спиной к спине парня, пыталась хоть как-то объясниться.

— Мику! Мику! — раздался восторженный голос Мику и босые шлепки ног по земле.

— Н-Нет! И ты туда же, Мику! — Ева обессиленно склонила голову и обхватила её руками.

— Ну, эм, в таком случае я пока погуляю? — невинным голосом спросил Сонг, стараясь незаметно скрыться.

— А кто за тобой следить будет? Кто знает, что у тебя на уме?

— Ну, в конце концов и тебе, после долгой дороги, нужно по… — на так и не договорившего парня посыпался шквал ударов в спину, от неожиданности он даже подпрыгнул на месте.

— Уходи! Немедленно уходи! Иди прямо и даже не смей оборачиваться! Ни на градус!

— Да-да, я рад, что ты мне доверяешь, — присев, Сонг поднял одежду Зунко, также, не оборачиваясь, передал её Еве и, не спеша, пошёл в сторону леса.

Ева, еще некоторое время испуская из ноздрей пар, смотрела в след удаляющемуся парню. Убедившись, что он ушёл на приличное расстояние, смогла расслабиться и улыбнуться, мысленно благодаря парня, сама не понимая, за что. Обернувшись, увидела призывно машущую рукой Зунко и Мику, плескающуюся рядом: набирая в ладошки воду и подбрасывая, она заливисто смеялась. Ева побежала к ним составить компанию.

***

Время близилось к обеду, Сонг вышел на небольшую поляну, где кроны деревьев, расступаясь, открывали взору чудесный вид на облака, медленно текущие по небосводу.

Приблизившись к дереву, Сонг расположился на траве, прислонившись к шершавому стволу спиной, и закрыл глаза, задумавшись о чём-то. Обманчиво-мирная атмосфера, но именно сейчас парню хотелось расслабиться и хоть ненадолго забыться. По дороге он всё чаще размышлял, что, возможно, никогда больше не встретит Кима, Михаила, остальных жителей деревни. Люди, с которыми он совсем недавно общался, больше никогда не появятся в его жизни. Эти тревожные мысли пересекались в единственной точке — на тех, кто сейчас рядом с ним. Что будет, если их вдруг не станет? Потеря родителей в раннем детстве оставила в сердце Сонга огромную рану. Он стал более холодным, равнодушным к окружающим, замкнутым, но стоило только допустить мысль о том, что его может покинуть Ева, как внутри всё сжималось и переворачивалось. Сонг не желал, чтобы дни, проведённые вместе, стали лишь грустными воспоминаниями. Эти мысли заставляли парня сильнее ощущать тоску по всем тем, кого он потерял. Скупая слеза скатилась по лицу парня в память о близких и родителях, даря облегчение долгое время тугой пружиной сдерживаемым чувствам, копившимся в нём.

«Я не забуду уже никогда

О том, как каждый день была с тобой.

О том, как мимо летели года.

Цветами, мечтами

Твоими я окружила себя.

Мы сами сломали

Всё то, что строили на века.

Мечтали, летали,

Но мы с тобой так боялись…

И вот уже я

Самая несчастная из нас,

Ведь я без тебя.

Но сейчас…»

Сонг, очнувшись от наваждения, открыл глаза и увидел прямо перед собой лицо Мику, с любопытством наблюдавшей за ним.

— Мику? Ты давно здесь? — Сонг растёр лицо руками и огляделся вокруг. — Ты одна?

— Мику, — произнесла девушка, указывая на себя пальцем и улыбаясь.

— Прости, я, видимо, задремал. Тебе не стоит гулять одной, ты могла заблудиться.

— За… заблудиться… — грустно произнесла Мику и опустила ладонь на грудь Сонга, будто пытаясь ощутить ритм его сердца.

Теперь парень чувствовал ту же теплоту, что и во сне. Там он, словно маленький ребенок, лежал на её коленях и слушал колыбельную. Эти сказочные чувства можно было ощутить, лишь погрузившись в мир грёз, но даже сейчас, наяву — это чувство не покидало парня.

— Спасибо… — едва сдерживая слёзы, произнёс парень, кладя свою руку на руку Мику.

— Угу… — закивала, улыбаясь, девчонка.

Немного отойдя от нахлынувших чувств, Сонг поднялся и уточнил у Мику, закончили девушки с процедурами или нет, на что она лишь продолжала улыбаться. Не дождавшись вразумительного ответа, пребывал в замешательстве, опасаясь реакции Евы, с неё станется поколотить его, но Мику уверенно взяла его за руку и потянула за собой. Парень не стал сопротивляться и поддался её напору.

***

Шум двигателей разносился в небе. Несколько боевых машин, разрывая облака, оставляли после себя инверсионный след, двигаясь по координатам, полученным из штаба.

— Колос-8, двигайтесь параллельно курсу. Всем сканировать местность в своём секторе. Не пропускайте ни единого участка. Как поняли?

— Д-Да, мисс! Приказ ясен! — несколько боевых машин с интервалами друг от друга, следовали клином, возглавлял строй командир отряда. Боевые машины частой гребёнкой прочёсывали местность, стремительно приближаясь к своей цели.

***

— Но я всегда… — начала было оправдываться Зунко, но была прервана Евой, влезшей с замечаниями.

— В нашей группе есть мальчик, поэтому в следующий раз так не делай, договорились? — грозя пальцем Зунко и всем своим видом выражая недовольство, произнесла Ева.

Мику привела парня на место стоянки и, не останавливаясь, потащила к ручью, Ева и Зунко не обратили на них ни малейшего внимания. Девушка, подведя парня ближе к бурному ручью, остановилась и отпустила Сонга. С серьезным видом набрала в ладони чистой воды и попыталась что-то в ней разглядеть, а потом, привлекая внимание парня, протянула ему. Он не сразу сообразил, что от него требуется, но, наклонившись над ладонями Мику, пристально вглядывался в воду и пытался что-то там разглядеть.

Неожиданно ладони Мику резко приблизились к лицу парня, и его окатило водой. Парень тут же отпрянул, отплёвываясь и пытаясь утереться, а девушка удивленно и как-то по-детски глядела на него, раскрыв рот. Где-то за спиной слышались смешки Евы.

— Мику, что это было? — спросил Сонг, утирая лицо рукавом.

Девушка, ничего не ответив, начала набирать новую порцию воды в ладони, вновь требуя от парня наклониться.

— Ах, вот как, — Сонг, проведя ладонями по лицу, посмотрел на них и увидел грязные разводы. По всей видимости девушка хотела помочь Сонгу умыть лицо, проявив тем самым заботу. — Хорошо, я по… — не успел парень договорить, как лицо окатила новая порция воды. — Ак-гхр! — принялся отплёвываться он, ругаясь.

Протерев глаза, посмотрел на Мику сердито, но увидел на лице лишь непонимание, ей, по-видимому, казалось, что она всё делает правильно. Смирившись, Сонг уже добровольно подставил лицо, кивая девушке, чтобы она продолжала. Ещё несколько раз неумело плеснула водой в лицо парню, попав при этом и на одежду, стала усердно растирать ладонями щёки, лоб. Закончив, улыбнулась и, как ни в чем не бывало, побежала к Еве и Зунко.

Сонг решил сам проконтролировать процесс, умывшись ещё раз, — чтобы наверняка. Закончив, встал и пробежал взглядом по каждой присутствующей.

— Думаю, пора идти дальше. Вы готовы?

Никто не обратил на него внимания. Зунко сидела на траве, прикрыв глаза от удовольствия, позади неё Ева пыталась привести в порядок непослушные волосы девчонки. Мику сидела рядом и заворожённо наблюдала за процессом, дожидаясь своей очереди. Парня для них словно и не существовало.

— Ева! — Сонг почувствовал возмущение, просыпавшееся внутри.

— Ну что тебе? Подожди немного.

Ева полностью погрузилась в процесс расчёсывания волос и наведения причёсок подругам, а значит, смысла спорить с ней нет. Сонг, зная подругу, лишь махнул на них рукой, недовольный беспечностью Евы, остальные своим молчанием лишь подыгрывали ей.

— Что же, хорошо, я буду ждать вас впереди. Догоняйте, — с этими словами Сонг развернулся и, не спеша, пошёл к роботу, стоявшему в тени раскидистого дерева и ожидавшему своего пилота. Обошёл вокруг машины, в очередной раз проверяя оборудование на работоспособность в ручном режиме. Конечно, это можно было сделать и через компьютер, но парень ещё не до конца привык к этой сложной технике с множеством индикаторов, сенсоров и прочими наворотами. Пробежать же глазами по внешним датчикам ему не составляло никакого труда. Поднявшись на «бедро» машины и осматривая датчики, обратил внимание на свежие царапины, которых до этого точно не было. Приглядевшись повнимательнее, пришёл к выводу, что больше всего они похожи на следы от когтей, но случаев встречи с серьёзными зверями не было. В том, что царапины от зверя, говорила глубина, порядка сантиметра, и расположение между ними, да и выглядело повреждение достаточно свежим.

— Кто же это мог быть? Разве что… — стоило лишь озвучить размышления вслух, как до него постепенно начало доходить, в какой опасной ситуации они находятся. Посмотрев вниз, он осматривал местность возле робота, глазами ища следы. Обнаружив их, спустился на землю и, ещё раз внимательней осмотрев пространство вокруг, нашёл помимо человеческих более крупные, сомнений не было — это следы от лап.

— Ева!

Что есть сил закричал Сонг и рванул назад, где прихорашивались девушки. Пролетев через заросли, Сонг вылетел на поляну, застав их на тех же самых местах в тех же позах. Ева продолжала расчесывать Зунко, мирно болтая и рассказывая что-то.

— Ева! Нам нужно уходить! И как можно скорее!

Девушка с недовольной миной взглянула на Сонга.

— Здесь есть оборотни! — стоило лишь упомянуть о монстрах, как на лицах отобразилось волнение. Мику подскочила на месте, хотя вряд ли понимала, что происходит, её напугал возбуждённый крик Сонга. Зунко заметно напряглась, но осталась сидеть.

— С чего ты взял? Мы же шли и никого не встретили, — Ева всё ещё скептически относилась к тревожным предупреждениям Сонга. Оставив попытки переубедить девушку, он просто подошёл к ней и, схватив за руку, потянул за собой. Бросив на остальных лишь строгий взгляд и показав всем своим видом следовать за ними, уверенно направился к роботу.

— Давай, идём Мику, — прошептала Зунко, помогая девушке сориентироваться и, взявшись за руки, они направились следом.

— Да что ты себе позволяешь?! — выкрикнула Ева, вырвавшись из хватки Сонга. — Не смей тащить меня, ясно?!

— Ева, прошу, только не сейчас. Они уже учуяли нас, — Сонг старался вести себя как можно сдержаннее, чтобы Ева не заводилась и начала думать здраво.

— Знаешь, ты меня раз…

— Ребята, там… там что-то шевелится! — Зунко подняла руку, направив вытянутый пальчик в сторону зарослей, за которыми находился мех и куда они собственно шли.

— Отлично, — всплеснул руками Сонг, — они уже окружили нас.

Ева продолжала злиться и психовать, но слов возразить не находилось. Ей не хотелось признаваться, что именно по её вине вся группа задержалась в этом месте и теперь подвержена серьёзной опасности.

Четверо, задержав дыхание и не шевелясь, смотрели в одном направлении. Сонг понимал, что надо хоть как-то защитить группу, искал взглядом хоть какое-нибудь оружие, любую палку.

Кусты в очередной раз зашевелились, и над ними возникла выгнутая дугой спина с тёмным волосяным покровом. Кусты затрещали, что-то двигалось навстречу группе, медленно прорываясь сквозь ветки. Как и ожидалось — это оказался оборотень, представ перед людьми во всей красе. Огромный, куда больше всех тех, которых Сонг встречал ранее. Пасть приоткрыта, выставляя на обзор длинные, острые клыки, способные с лёгкостью прокусить шею насквозь. На лапах огромные, загнутые когти, словно консервный нож, запросто способные вскрыть металл, в чём Сонг убедился, осматривая меха.

— Ми… — прошептала Мику и подалась вперед.

— Нет, Мику! Стой на месте! — остановил девушку Сонг, краем глаза заметив её движение, выставил руку, преграждая тем самым путь. Прямо за ним стояла Ева, а чуть дальше Мику с Зунко. Если оборотни нападут ещё со спины, то Мику первой окажется у них на пути и может пострадать. Сонг ругался про себя, не в силах сделать что-либо.

Оборотень всё ещё сверлил взглядом каждую свою жертву. Временами Сонг ощущал, как их с монстром взгляды ненадолго встречались. Маленькие тёмные глаза, в глубине которых горел яркий красный огонёк, жаждущий крови. Оглядев всех остальных, оборотень едва выпрямился и вытянул руки к земле. Теперь он не сводил взгляда с одной единственной точки за спиной Сонга. Он глядел на Зунко, или… на Мику?

Издав агрессивный рык, оборотень будто ожидал от своих жертв первого шага.

— Ч-Что нам делать? — дрожащим голосом спросила Ева.

— Больно… — звонкий голосок Мику раздался на всю полянку.

Сонг и Ева тут же повернулись в её сторону.

— Тебе… больно?.. — повторила девочка, продолжая ступать вперёд, навстречу монстру.

Сонга всё ещё удивляла спокойная реакция оборотня, от которого, тем не менее, ждать можно было чего угодно.

— Мику, достаточно! Ни шага больше! — приказал Сонг, но девочка его не слушала, словно пребывала в трансе и следовала своей дорогой.

Оборотень с интересом наблюдал за ней, опустившись пониже к земле и свесив голову.

Мику всё же сохраняла дистанцию и, остановившись, неожиданно взяла в ручки края своего подъюбника и, слегка расправив его в стороны, неумело воспроизвела реверанс. Все трое глядели на неё с удивлением.

— Что это только что было? — удивилась Зунко.

Но Сонг продолжал уделять больше внимания оборотню, нежели Мику, потому что чуть что, парню придётся выбежать вперёд и спасти девушку от неожиданной атаки.

Оборотень, однако, выглядел довольно умиротворённо, и даже в какой-то степени болезненно. В присутствии Мику свирепый лесной монстр напоминал скорее домашнюю собаку, которая ожидала от своего хозяина команды. Однако связь, которая возникла между девушкой и монстром, напоминала что-то совсем иное. Было между ними что-то, что связывало их с какими-то определенными событиями, чем-то общим… одним бременем.

— Больно… да?.. — интонация Мику также отдавала грустью, которую до этого она ни разу не выказывала. — Мой голос… звучал для тебя…

Девушка протянула свою руку вперёд, чтобы коснуться грубой шерсти зверя, но в следующее мгновение оборотень неожиданно взвыл от боли, распластавшись по земле и вытянув все конечности на максимально возможное расстояние. Его рот раскрылся так широко, словно он задыхался от боли, и вскоре из него на землю плеснула лужа крови. Мику, прикрыв рот, торопливо отбежала подальше, где её уже схватил в свои объятия Сонг. На секунду все звуки вокруг смолкли, но постепенно начали возвращать девушку в реальность, и теперь она слышала свист турбин, из которых лилось разноцветное пламя, заставляя пыль вокруг подниматься в воздух. Теперь Мику заметила длинное лезвие, торчавшее из спины оборотня. А над лезвием восседал большой, метров пять высотой, боевой мех. К нему тут же присоединились ещё двое, опустившись с неба на землю. Сонг и все остальные узнали тип этих роботов. Они уже встречали их ранее в подземном строении, когда бежали из церкви. Это всё те же преследователи — приспешники Дереликториана. Вот только робот, что стоял ближе всех к компании, чья металлическая рука сжимала рукоять длинного острого лезвия, пронзившего монстра, заметно отличался от всех предыдущих моделей. Нет сомнений — это один из офицеров. Один лишь внешний его вид нагоняет страху. Облачённый в металлические пластины, напоминавшие самурайские доспехи, голова его заканчивалась выпуклой формой, изображавшей шлем всё тех же восточных воинов. Тёмно-свинцовый окрас его выглядит так, словно это не металл, а поверхность камня.

Высвободив острие из мёртвого тела чудовища, боевая машина выпрямилась и глядела прямо на беглецов перед собой.

— Колос-8, это те самые беглецы, что являются нашей боевой мишенью?

— Д-Да, мисс, так точно. Девушка с длинными голубыми волосами — наша цель. От остальных приказано избавиться.

— Вот оно как… — голос, что исходил из офицерского меха, звучал грациозно, но это мнение было ошибочным. — Жалость-то какая. Нет ничего более унизительного, чем уничтожить врага, который не способен ни атаковать, ни защищаться, — теперь женский голос звучал слегка нахально и самовлюблённо.

Ева, напрягшись, попыталась сделать шаг назад и тут же ощутила присутствие Зунко, что стояла позади и теперь прижималась к Еве. Сонг же держал Мику за руку, пока та продолжала наблюдать за бездыханным телом погибшего оборотня.

— Это говорит тот, кто воткнул оборотню в спину лезвие? Как-то не вяжется с благородным образом самурая, — усмехнулся Сонг, не показывая страха перед неожиданным врагом.

— Да как ты… — клинок боевого меха, вместе с рукой, вытянулся навстречу парню, —…посмел раскрыть свой рот! Жалкие… жалкие сектаторианцы! Фанатики, что молятся несуществующим Богам! — пилот меха пришёл в настоящую ярость.

— Твоим правителям тоже есть кому молиться.

— Я Шион-Ши, первый офицер его превосходительства лорда Ареса. Вы должны быть благодарны мне за то, что продолжаете дышать!

— Мисс, нам приказано…

— Молчать! — заткнула своих подчиненных Шион-Ши, а затем вновь обратилась к Сонгу. — Разве мне не нужно напомнить, в каком положении вы находитесь? Нам достаточно забрать девчонку, а остальных убить, и ты ещё смеешь дерзить мне?

— Если таков ваш приказ, и раз уж нам нечего противопоставить — что поделать, — пожал плечами Сонг.

— Ты, ты что такое говоришь, дурак?! — Ева же не согласна с участью.

Мех-самурай всё ещё стоял неподвижно, обратив своё лезвие к лицу Сонга. Парень уверен, что даже если по роботу это не определить, то пилот сейчас явно дрожал от злости, но больше — от гордости, распирающей его.

Неожиданно, не оборачиваясь, мех перевёл лезвие себе за спину.

— Тот робот. Он принадлежит тебе?

— Вообще, моему другу. Но сейчас управляю им я.

— Я позволю тебе сразиться со мной в равной битве. Ты будешь пилотировать своего робота. И если тебе удастся победить меня — я удостоюсь чести попросить тебя назвать своё имя, — со всей изящностью произнёс офицер.

— Да мне не сложно, могли бы спросить, если уж так необходимо. Меня зовут Сонг, — со своей обычной интонацией произнёс парень.

— Ты… ты придурок что ли?! Совсем идиот?! Кретин! Ничтожество! Зачем, зачем ты всё испортил?! — и вновь, истратив всю свою изящность, Шион-Ши начала ругаться и двигать всеми конечностями, разрыхляя землю под собой.

— Да уж, Сонг, — Ева, что стояла сзади, прикрыла лицо ладонью. — Я полностью солидарна.

Мику, словно вернувшись из транса, перевела свой взгляд на парня, что продолжал сжимать её ладонь. Во взгляде читалось беспокойство. После того, как на её глазах кто-то лишился жизни, она словно начала думать, что так случится с каждым, кто находится здесь.

— Всё хорошо, Мику. Кажется, в какой-то момент я понял, что мне есть, за что сражаться. Есть, что ценить, — улыбнувшись, Сонг медленно поднёс ладонь девушки к своим губам и, едва коснувшись, поцеловал её. Мику с удивлением хлопала глазами. Такая же удивлённая физиономия стояла на лицах Евы и Зунко.

— Ева, а разве вы не…

— Ничего подобного! — хлопнула ладонью Ева девочку по затылку.

— Хватит этого цирка. Ты сейчас же полезаешь в робота, и мы начнём, — распорядилась Шион-Ши.

— Мисс, но наш приказ!

— Всю ответственность перед начальством я беру на себя, — Шион-Ши развернулась к своим солдатам, сохраняя образ офицера, но следующие её слова звучали уже не так уверенно. — Впрочем, как и всегда…

***

Уже ставшие чем-то привычным раздались звуки включающихся двигателей, запуск систем и куча текста на мониторах, которому Сонг старался не придавать значения. Сейчас, пытаясь сконцентрироваться на предстоящем бою, парень ощущал, как дрожат его колени, ладони уже успели вспотеть, как и всё лицо покрылось потом.

Сейчас там, на обратной стороне поляны величественно стоит мех офицера армии дереликторианцев. Один лишь внешний вид робота вселяет страх в Сонга, а одна мысль о том, на что он может быть способен в бою, — словно психологическая атака.

Там, в сторонке, на обратной от ручья стороне поляны стоят наблюдатели. Среди них Сонг выделил Мику. Фактически, этот бой проходит ради этой девочки. Чуть что — это будет их последняя встреча. К Мику уже подошла Ева, слегка приобняв. Не столько, чтобы успокоить девушку, сколько успокоиться самой. Может, Сонгу отсюда недоступно это чувство, но Ева переживала больше всех присутствующих здесь.

— Если сможешь удивить меня — мы не станем препятствовать вашему пути. Однако, при следующей встрече таких поблажек вам не светит, — произнесла Шион-Ши.

— Так значит, победа не мой приоритет? Что же ты сразу не сказала, — напряжение на лице Сонга ни на долю не спало.

Рука парня уже лежит на рычаге, что активирует правую конечность робота, на которой располагается лазерная пушка. На одной её стороне обнаружилась вполне себе крепкая пластина металла, которую, в случае чего, можно будет использовать как щит. А вот от ракет пришлось отказаться — слишком маленькая область сражения на слишком большую площадь поражения.

Единственное оружие Шион-Ши — клинок, отдалённо напоминавший стилизованную под механическое оружие катану. Вместе с этим на плечах её робота располагаются едва заметные отверстия пулемётов.

— Что ж… — выдохнув, Сонг сделал первый шаг.

Этот короткий шаг стал знаком для Шион-Ши, и она, совершив манёвр, скользнула за ближайшие деревья: из задней части голеней её робота показалось пламя. Едва Сонг развернул своего робота к опушке, как мех Шион-Ши оказался прямо напротив него. Он, скрывшись на обратной стороне, проследовал параллельно поляне между деревьев, чтобы незаметно сократить с Сонгом расстояние. Это было слишком очевидно: используя катану как основное оружие, Шион-Ши в первую очередь необходимо было думать о том, чтобы как можно скорее сократить расстояние.

В самый последний момент Сонг успел выставить свой «щит» вперёд и блокировать молниеносный удар, который мог бы придти прямо в кабину. Но этого было недостаточно: робот Шион-Ши одним резким движением с разворота врезал своей нижней вытянутой конечностью по обратной стороне меха Сонга, тем самым накренив его вперёд. Ловкости ему явно не занимать.

Сонг, уже готовый свалиться кабиной к земле, успел активировать турбины и вместо падения, разворошив всю почву перед собой, прошёлся вдоль земли вперёд. Развернувшись на месте, он уже готов был к очередному выпаду и выставил лазерную пушку вперёд, но та, встретившись с клинком Шион-Ши, сбилась к низу.

— Как я и ожидала — у сектаторианцев совсем нет опыта в обращении с боевыми мехами, — словно насмешкой прозвучали слова Шион-Ши. — Я согласна со словами лорда — это плата за вашу беспечность, которую вы переняли у вашего Бога.

Очередной режущий удар пришёлся по корпусу параллельно кабине Сонга. Он буквально видел искры, брызгающие в разные стороны от места удара.

— У вашего лорда и правда зуб на всех сектаторианцев.

— Вы — обычные захватчики без морали и совести. Паразиты на этой планете.

Не желая пропускать следующий удар, Сонг всем телом впрягся в рычаги, заставив робота подняться и уйти от клинка в сторону. Разрезав воздух прямо возле меха, Шион-Ши оставила на земле длинную прямую полосу. Следующее, что она увидела, — острие пушки, что упиралась в верхнюю часть своего меха, а вскоре из дула её начали разрастаться яркое голубое свечение и свист.

— Я не понимаю ничего из того, о чём ты говоришь. Мы не часть вашего военного конфликта. Мы обычные люди. У нас был дом, были друзья, семья. Мику, за которой вы охотитесь, стала частью нашей семьи, и она также не связана с тем, до чего вы все пытаетесь возвысить её.

— Семья, друзья… — Шион-Ши, не желая просто стоять, одним резким движением руки перекрыла траекторию лазерного луча, который успел ударить в её клинок, буквально расплавив его. Через образовавшуюся дыру лазер едва смог достигнуть кабины, в которой находился пилот. Изнутри можно было буквально заметить, как он прошёлся по краю кабины, заставив несколько приборов искрить, а мониторы в том месте искажаться. Освободив механическую руку от лезвия, Шион-Ши направила её на робота Сонга и, врезавшись в него раскрытой ладонью и включив турбины, впечатала его в деревья позади.

В этот момент мехи находились максимально близко друг к другу. Сонг наблюдал прямо перед собой гнетущее застывшее выражение лица меха, за которым сидел пилот, что также сверлил взглядом своего заклятого противника. Парень мог чувствовать всю ненависть этого живого, как и он, существа. И эта ненависть, как он мог почувствовать, была направлена не только на Сонга, не только на его народ — на весь мир. Словно Шион-Ши и самой до лампочки был весь этот конфликт и эта война, ей просто хотелось чего-то своего, чего она была лишена в своей жизни. Это было очевидно ещё тогда, когда она предложила эту дуэль. Дуэль, которая уже подошла к концу.

— Что прикажете делать? — раздался голос со стороны одного из наблюдателей.

Шион-Ши, всё ещё вгрызаясь в механическое тело робота перед собой, молчала, но вскоре ослабила хватку и, развернувшись, проследовала к тому месту, где из земли остался торчать её клинок, по центру которого теперь зияло отверстие.

— Доложите командиру, что нам не удалось обнаружить объект.

— Но!..

— Да, я всё понимаю… — по какой-то причине в голосе Шион-Ши ощущалась доля страдания. Развернувшись к Сонгу, девушка добавила. — У дереликторианцев внутри столицы тоже хватает проблем. Лорд уверен, что во всех этих проблемах виновата ваша хвалёная мать. И эта девушка… она ещё успеет принести всем нам проблемы своим существованием.

Сонг, ничего не ответив, ещё раз оглядел Мику. Та смотрела на него глазками, полными сопереживания. В них совсем не ощущалась опасность, и Сонгу хотелось бы, чтобы Шион-Ши также заметила это. И, похоже, девушка хотя бы на долю процента смогла понять это.

— Покрайней мере, так считает лорд.

Три боевые единицы шумно зашагали прочь, скрывшись за кронами крайних деревьев. Вскоре их фигуры показались в небе, взмыв вверх, они направились в сторону своей столицы с неутешительным докладом. Сонг ещё долго размышлял об этой встрече, о личности офицера дереликторианцев, который поклялся, что их народу также жилось несладко. Возможно, генерал смог бы прояснить эту ситуацию, или же рано или поздно героям удастся убедиться в этом лично. Ведь их следующая встреча с Шион-Ши не сулит ничего хорошего.

Когда всё вокруг стихло и можно было выдохнуть, Сонг смог избавиться от оков своей машины. К нему тут же подбежали три девушки.

— Эта Шион-Ши, она показалась мне слегка… грустной? — призналась Зунко, являясь свидетелем диалога между Шион-Ши и Сонгом.

— Мику!

— Как я уже говорил, давайте уходить отсюда. Чем раньше дойдем до столицы, тем лучше для всех нас, — вопреки произнесённому только что Сонг свалился на землю за собой. — Только сначала нужно слегка передохнуть.

— Т-ты… — Ева тоже хотела добавить свои пять копеек, вот только беспокойство на её лице быстро переменилось на привычную раздражённость, —…да валяйся. Мы подождём.

Мику и Зунко присели по обе стороны от парня, держа его за руки, отчего он почувствовал себя максимально неловко. Они со всей внимательностью наблюдали за его сном, хлопая широкими глазками, а парень так и не смог сомкнуть глаз. Так они пытались выразить ему свою благодарность за спасение, словно сговорившись. Одна лишь Ева стояла в стороне, и глядела на них с какой-то завистью.

— Ева, спаси меня…

— Да ну тебя, придурок, — высунув язык, произнесла Ева и отвернулась.

«Я вообще-то хотела поступить также, опередив всех», — подумала про себя девушка, надув щёки и прикрыв глаза, выслушивала жалобы парня на домогательства.

***

Дорога, наконец, перешла на асфальтовое покрытие. Теперь здесь начали появляться дорожные знаки, а значит, героям удалось достичь торговых путей. Там, сквозь густые облака на горизонте, тусклая, выглядывала самая высокая башня Сектаторе. Отсюда её прекрасно видно.

— Что ж, к вечеру мы должны прибыть в столицу. А пока что давайте передохнём, — предложил Сонг.

— Тоже мне, умник. Всё это время разлёживался в роботе, — хмыкнула Ева.

— Знаешь ли, там довольно душно, и в нос постоянно лезет какой-то металлический запах. То ещё удовольствие. Да и, что значит разлёживался?! Вообще-то я сражался за наши жизни!

— Да, но делал ты это всё равно лежа, — Ева хмыкнула и поторопилась вперёд, намекая всем видом на то, что переубедить её никак не удастся.

Парень, уже настроенный на отдых, подошёл к обочине путей, отключил робота и вылез наружу.

— Ох, смотрите-смотрите, что это? — Зунко подозвала всех к себе.

— А, алтарь матери. Недалеко от нашей деревни стоял такой же.

Ева склонилась перед небольшим камнем высотой не больше сорока сантиметров. Несмотря на его затхлый вид, не сложно было догадаться, что на нём было высечено лицо матери.

— Когда я жила в столице, о ней часто упоминали, но я никогда не понимала слов окружающих. Мне даже не позволяли читать книги, — Зунко свесила голову, извиняясь за свою безграмотность.

— Пустяки, ты ни в чём не виновата. Давай мы расскажем тебе за обедом, хорошо?

Найдя за кустами небольшую полянку, Сонг притащил сюда крепкое бревно, чтобы можно было присесть. Зунко вытащила из мешочка, что несла на плече, остатки вчерашнего мяса и раздала всем. Мику, с радостью приняв еду, захлопала в ладоши. Похоже, она больше всех дожидалась приёма пищи.

— Мать была той, кто дала всем нам жизнь. Она — фактически Бог. А людей, произошедших от неё, называют потомками Бога. Фактически, это мы и есть. Когда-то давно были трудные времена. Наши предки умирали один за другим. Но мать смогла пережить это тяжёлое время, и более того, смогла спасти всех, кто окружал её. Её почитали и уважали. Но были и те, кто завидовал ей и хотел уничтожить всё то, что она взращивала с нуля. Михаил рассказывал, что по крайней мере мать умерла счастливой. Если бы не она — нас бы сейчас здесь не было. Прошло уже шестьсот лет с момента её смерти. Поколения сменяют друг друга, наша страна и род продолжают существовать, и всё благодаря ей.

— Вы так много знаете, — Зунко оглядывала Сонга и Еву, в её глазах читалось неприкрытое уважение.

— Ну это лишь то, что нам прививали с раннего детства. Все эти истории выглядят как легенды, и, как некоторые выражались, успели слегка исказиться с течением времени.

— Но, мне показалось, или лицо на этом алтаре чем-то напоминает лицо Мику?

Сонг ещё раз взглянул на Мику, которая жадно откусывала кусочки мяса, держа его в обеих руках. Чуть ранее он задавался тем же вопросом. Но теперь его мнение слегка изменилось. Мику — это Мику. Она не какое-нибудь божество, перерождённое в человека. Она обычная девушка, которой требуется забота и опора.

— Только волосы другого цвета, и глаза, — процитировал он своего друга, приподнимаясь и отряхиваясь.

***

Закончив с обедом, компания вернулась к обочине.

— Эй, смотрите, там! — Зунко указала вперёд.

Приглядевшись, Сонг увидел отряд, состоящий из нескольких солдат, одетых в черную форму. Нет сомнений, это отряд Сектаторе, что движется со стороны столицы навстречу компании.

— Неужели они вспомнили, что мы тут как бы выполняем для них важное поручение, да и вообще, что существуем, — выдохнула Ева.

Сонг почувствовал на своей руке чье-то прикосновение. Взглянув, он увидел Мику, которая с испугом прижалась к его предплечью и задрожала. Ева тоже заметила её состояние и подступила поближе.

— Что такое, Мику? У тебя что-то болит?

— Плохие… — произнесла она.

— Плохие? Кто? О чём ты говоришь?

Ева и Сонг всё ещё не понимали то, что хотела до них донести девушка. Но внутри неё произошло какое-то отторжение, как только она заметила спасательный отряд из столицы. Этим же временем отряд Сектаторе уже приблизился к ним.

— Доброго времени суток. Мы пришли сопроводить вас до столицы, — один из солдат выступил вперёд.

Все они держали в руках автоматы.

— Костыли нам не нужны, — шёпотом отшутилась Ева, чем вызвала беспокойство на лице Зунко, которая так же, как и Мику, ощущала напряжение.

— Хорошо, но нас всё ещё могут преследовать.

— Да, генерал доложил нам. Не волнуйтесь, мы постараемся оказать вам надёжную защиту. А этот робот?

— Это наш, всё хорошо. Я управляю им, — заверил военного Сонг.

Ни для кого не секрет, что в Сектаторе боевые роботы были большой редкостью, нежели в Дереликториане. По какой-то причине боевые машины были запрограммированы так, что управлять ими мог не каждый. Это очень древняя технология, секреты которой ещё не до конца раскрыты, и дереликторианцы, похоже, были больше осведомлены об этих секретах.

— Что ж, в таком случае надеемся и на вас.

— Да, — Сонг поклонился и проследовал к роботу, оставив Мику на попечение Евы.

Зунко уже успела натянуть на голову свою подаренную шапочку, считая, что могут возникнуть проблемы, если её уши заметят. Ева заверила её, что не стоит об этом так сильно беспокоиться.

— Мику, всё хорошо, — Ева держала девушку за руки, которые уже успели похолодеть. — Они выглядят грозно, но они здесь, чтобы помочь нам.

По какой-то причине Мику не слушала то, о чём ей говорят, и продолжала со страхом в глазах следить за военными. Те, не мешкая, направились к столице.

Ева чувствовала себя немного неловко, окружённая со всех сторон. Сонг следовал позади всех, а рядом с ним шла Зунко.

— Скажите, а что с нашей деревней? — поинтересовалась у одного военного Ева.

— Нам не поступало приказов отправлять туда поддержку.

Ева была недовольна таким сухим ответом, но больше ничего не произнесла. В какой-то степени она прочувствовала всё холодное отношение столицы к своему народу. Несмотря на идеалистические принципы, в этой системе было много изъянов. И даже когда одно поселение страны утопает в пламени, никто не обратит на это никакого внимания, если это не пересекается с личными интересами армии. Каким бы мирным ни было общество, мирное оно лишь потому, что привыкло не обращать внимания на окружающие его проблемы.

Здесь, однако, было множество противоречий, с которыми сложно смириться. Ведь сектаторианцы поклонялись матери, которая никак не смогла бы допустить такого отношения к своему народу. Но те времена уже давным-давно прошли. И, чем ближе к столице, тем сильнее начинаешь убеждаться в этом.

***

Прошло по меньшей мере часа четыре, и отряд, наконец, достиг главных ворот столицы. Здесь было много людей, много купцов и путешественников. Проходя мимо них, Сонг то и дело выслушивал их восторг и предложения выкупить робота.

— А куда мы идем? — вновь интересовалась Ева.

— Девушку мы доставим во дворец генерала. Вас можем поселить в какой-нибудь гостинице.

Это буквально значило, что до всех, кроме Мику, генералу не было никакого дела.

— Позвольте нам сопровождать её. Она еще не привыкла к такому количеству незнакомых лиц.

— Мы уточним у генерала, но ничего не будем обещать.

— Спасибо большое. Этого будет достаточно.

Зунко плелась сзади, оглядываясь в разные стороны и вспоминая те времена, когда она жила здесь. В тот раз, правда, все её конечности были скованы, а шею сжимал металлический ошейник, за который постоянно тянули. Сейчас, будучи свободной, она могла во всей красе разглядывать здания. И люди больше не отводили от неё взгляда.

— Ну как тебе здесь? — спросил Сонг из своего робота.

— Здесь и правда красиво, — с восхищением отвечала девочка.

— Я уверен, у нас ещё будет много времени на то, чтобы погулять по округе. Посмотришь город. Теперь тебя никто не обидит, Зунко.

— Так, дальше дворец. Генерал разрешил кому-то пойти в качестве сопроводителя. Остальные пусть остаются тут, — распорядился солдат, что шёл впереди всех.

Ева крепче сжала руку Мику, не желая её отпускать.

— Ева? Это правда ты? — кто-то знакомый окликнул девушку.

Девушка обернулась, выглядывая в толпе того, кто обращался к ней, и, встретившись с ним взглядами, сначала не могла поверить своим глазам:

— К-Ким! Ты цел!

Парень, теперь убеждённый в том, что не обознался, тут же подбежал. Солдаты немного напряглись, не желая пускать посторонних к Мику, но Ева дала понять, что всё в порядке.

— Как ты здесь оказалась? А где Сонг?

— Мы бежали из церкви, когда всё началось. Сонг позади, с ним всё хорошо. Ким, я так рада, — Ева не смогла сдержать себя и, сорвавшись с места, крепко обняла своего дорогого друга.

— Из церкви, значит. Михаил молодец, смог всё продумать.

— Ну, а ты, ты же здесь не один? — в глазах Евы появилась капелька надежды.

Но длительное молчание Кима говорило за него.

— Неужели…

— Да, прости. Мне не удалось никого спасти. Я пытался, но…

— Да, я всё понимаю.

Ева всерьёз расстроилась. До этого момента она ещё могла надеяться, что кто-то из её родных выжил, но слова Кима тут же вернули девушку из мечтаний в суровую реальность.

— Ким, я рада, что с тобой всё хорошо.

— Вы и девушку смогли сюда привести, — парень обратил внимание на Мику, которая всё ещё пряталась за спиной Евы.

— Михаил сказал, что это очень важно. Мы направляемся к генералу.

— Вот как. Хорошо, что ж, мне нужно ещё уладить кое-какие дела. Мы ещё увидимся, Ева, — Ким собрался вдруг уходить, но Ева остановила его, схватив за рукав.

Парень остановился, развернувшись к ней. В какой-то момент Ева опешила и остановила себя прямо перед тем, как поцеловать его.

— Д-Да… Увидимся… — её нерешительность взяла верх.

— Не скучай. И будь осторожна.

Парень отсалютовал и скрылся в толпе, торопясь куда-то. К этому моменту к отряду уже подошёл робот Сонга и Зунко.

Сонг невольно стал свидетелем этой разыгравшейся небольшой сценки, из-за которой сердце на мгновение замедлило свой ход. Зунко также заметила, что он переменился в лице.

— Это ваш друг? — спросила девочка.

— Да, точно. Друг, — Сонг проследил за Евой, которая сразу же поймала на себе его взгляд.

В какой-то момент девушка ощутила себя виноватой перед своим другом и тут же отвела взгляд в сторону, схватив Мику за руку и развернувшись в сторону дворца.

— Нет времени, идём, — поторопил их один из солдат.

— Да, идите. Мы с Зунко побудем в городе, будем ждать вашего возвращения.

После этих слов парень развернулся и пошёл по направлению к соседней улице. Зунко, растерявшись, последовала за ним, перед этим помахав Еве и Мику своей маленькой ручкой.

Ева ещё какое-то время стояла на месте, ощущая дискомфорт, но солдаты уже не могли ждать и подгоняли её проследовать во дворец.

— Идём, Мику.

— Угу.

***

Оставив робота возле одного из домов, Сонг вылез и решил прогуляться пешком. Всё это время Зунко следовала за ним, оглядываясь по сторонам.

— Это, рынок? — спрашивала девочка, указывая на большое скопление металлических контейнеров, к которым подходили покупатели и обсуждали что-то с продавцами.

— Да, здесь можно найти абсолютно любую деталь или попросить кого-то починить робота. Там дальше продают разные вкусности, одежду, украшения. Хочешь посмотреть?

— Да, очень хочу! — обрадовалась Зунко.

— Отлично, идём.

Прожив такое большое количество времени в одиночестве, среди диких животных, Зунко чувствовала себя неловко, оказавшись в толпе, окружённая со всех сторон незнакомыми людьми. Сонг старался придерживать девочку за руку, чтобы ненароком не потерять её из виду.

Спустя некоторое время, толкаясь в толпе, им удалось выйти к павильонам, где торговали одеждой.

Сонг прохаживался вдоль рядов, приветствуя продавцов, а Зунко послушно следовала за ним, не понимая и половины из того, о чём те общались. Перед её глазками то и дело сверкали всякие украшения. Она не раз встречала девушек, одетых в красивые платья и носивших те самые украшения. Теперь девочке стало ещё более неловко, глядя на свою оборванную тряпку вместо одежды.

— Зунко, ты где? Идём сюда, — Сонг подозвал девочку к себе.

— Да-да, такой размер найдётся, — говорил старик, почёсывая бороду. После этого он удалился в свой контейнер, рыская в ящиках.

Зунко продолжала стоять, непонимающе глядя на своего друга.

— Вот, последнее осталось. Пусть примерит. Пожалуйста, проходи, девочка, — старик отошёл в сторону, приглашая Зунко внутрь.

Девочка недоверчиво глядела то на него, то на Сонга, но парень тут же уверил её, что волноваться не о чем. Тогда Зунко последовала внутрь. Старик вручил ей что-то, сложенное в пакет, а затем прикрыл девочку от посторонних глаз, завесив занавеской.

Спустя длительное время Зунко вышла, одетая в новое красивое оранжевое платье, которое идеально подходило к её шапочке. Она всё ещё не понимала, что происходит, но глазки её светились от счастья, когда она увидела себя в зеркале, что держал перед ней старик.

— Тебе нравится, Зунко? — поинтересовался Сонг, но ответ уже сверкал в глазах девочки.

— Д-Да… оно очень красивое!

— Хорошо, берём, и какие-нибудь шлёпанцы, — Сонг достал из кармана несколько монет и расплатился со стариком.

— Теперь тебе нечего стесняться, Зунко. Чувствуй себя свободнее.

— Спасибо… спасибо большое. Тебе с Евой, и Мику. Я готова расплакаться, — девочка прикрыла глаза руками.

— Если это слезы счастья, то я не против, — засмеялся Сонг.

— Д-Да, именно они… — девочка хотела засмеяться вместе с ним, но одновременно с этим начала и плакать.

Окружающие уставились на нее с удивлением, но никто из них не смотрел на неё презрительным взглядом. Никто не тянул её за ошейник. Никто не называл её «животным». Теперь она готова была улыбаться чаще, и вместе с ней улыбались все окружающие.

— Что ж, не знаю, как там Ева, но думаю мы ещё можем прогуляться. Ты как, согласна? Я ещё не угостил тебя чем-нибудь вкусным.

— Ты здесь раньше бывал?

— Дядя в детстве часто возил меня сюда. Признаться, я знаю-то всего пару мест, но не думаю, что мы сможем потеряться. Я всё ещё помню, где очень вкусно готовят.

И с этими словами Сонг похлопал девочку по голове, и они вместе пошли дальше по улице, весело и беззаботно проводя время.

***

Сразу после широкой арки, служившей входом во дворец, находился большой белоснежный зал. По центру его располагалась широкая лестница, которая вела на второй этаж. Здесь, как и на улице, много людей, каждый из которых занят чем-то своим. Кто-то стоял у высокой полки и изучал книги, кто-то сидел за столиком и, попивая чай, обсуждал что-то со своими собеседниками. Все они выглядели… богато. Это первое, что бросилось в глаза девушки. Сейчас Мику и Ева шли в окружении военных, кто-то то и дело бросал на них взгляд и, увидев Мику, широко раскрывал рот. Кажется, издалека она действительно была похожа на мать, и с этим фактом не поспоришь — это заметил каждый. Сонг отрицал это потому, что хотел видеть в Мику кого-то простого, кого-то, на кого не будет налегать большая ответственность. Но как ни крути — это было неизбежно.

— Генерал уже ждёт у себя в кабинете. Можете проходить. И если будут какие-то вопросы — обращайтесь ко мне. Меня зовут Франкс, — возле одной из дверей стоял мужчина в военном мундире, тот заметно отличался от остальной формы своим пёстрым видом.

— Я Ева, а это Мику.

— Остальные могут быть свободны.

После этих слов все солдаты удалились, оставив девушек наедине с мужчиной. Отперев перед ними широкую дверь, Франкс поспешил пригласить их внутрь. Туда, где их уже с нетерпением ждал сам генерал.

Первой в комнату вошла Ева, а следом за ней Мику. Первое, что бросилось в глаза, — невероятно богатый вид комнаты. Казалось, всё вокруг итак пестрило, как в сказке, но в кабинете была какая-то особенная атмосфера роскоши. Шкафы были уставлены изображениями матери. Напротив входа располагался широкий стол, за которым в ожидании сидел сам генерал. А на столе стояло какое-то музыкальное устройство, которое воспроизводило музыку. И из него доносился звонкий нежный голосок, напевающий мелодию. Ева сразу узнала этот голос, но ей потребовалось время, чтобы осознать и принять это.

— Невероятно. Невероятно! — повторял генерал, только-только обратив всё свое внимание на Мику.

Похоже, он даже не заметил присутствия Евы, обращаясь сразу к таинственной голубоволосой девушке и неотрывно наблюдая за ней.

— Какое же прекрасное создание. Я хочу… нет, я даже не имею права прикасаться к ней! Прошу, скажи, как тебя зовут? — молил генерал, вскакивая со своего кресла и чуть ли не ползая по полу.

Мику вопросительно взглянула на Еву, и та ей кивнула.

Радостно улыбнувшись и также по-детски, как и прежде, произнесла:

— Мику!

— О-о-о-о-ох! Голос, этот голос! Как прекрасен он. Словно перья с крыльев ангела ласкают уши. Это он, это поистине он. Ты же узнаёшь эту песню? Скажи, узнаёшь же?

Генерал замолк, предоставив Мику возможность послушать музыку из устройства.

Девушка долго разглядывала его, никто не мог понять, что сейчас происходило в её голове. Смогла ли она вспомнить, что пела когда-то что-то подобное. Или, возможно, она узнала в этом голосе саму себя.

— Я хочу, я мечтаю, чтобы когда-нибудь ты спела для меня вживую, ох, богиня!

— Генерал, может, объясните? Почему Мику так важна для вас? Почему она так важна для Дереликторианцев? — поинтересовалась Ева.

— Ох, слепое, глухое дитя. Эта девочка — реинкарнация нашей матери. Посмотри же, как они похожи! — генерал указывал на портреты, что были развешаны по всем стенам.

За исключением мелких деталей, это почти точная копия Мику. Но взгляд у неё куда более грозный и острый, нежели у невинной девочки, что стояла перед Евой.

— Глупые Дереликты хотят лишить нас последнего, что связывает человека с Богами. Именно поэтому мы должны защищать эту девочку.

— Зачем им это понадобилось?

— Чтобы искупить бесчисленное количество грехов. Они знают, что Мику — перерождённый Бог. Нет, может она и есть наша мать. Ведь её тело так и не было найдено. Возможно, перед нами стоит наша мать, которая лишь потеряла память, а как только всё вспомнит — поведёт нас в небесный мир, которого мы ждали на протяжении шести веков, и которого не дождались наши предки.

— Тело матери не было найдено? — эта деталь стала неожиданной новостью для Евы. — Значит, столько лет Дереликторианцы пытались выкрасть то, чего у нашей страны попросту нет? Но, я всё ещё не могу принять то, что Мику со всем этим связана. Это просто девочка, которая не имеет с этим ничего общего.

— Ты ничего не знаешь, глупая девчонка! Наши люди смогли найти это божественное тело там, среди древних технологий. И то, сколько она там пролежала, ставит всё на свои места.

— Там… дом, — неожиданно проговорила Мику, услышав слова генерала. — Там Лу…

— Мику? Ты что-нибудь вспомнила?

Мику начала шататься, похоже, её одолевало головокружение.

— Ох, каждое её слово — услада для моих ушей. Надеюсь, надеюсь когда-нибудь эта девочка споёт для меня свою песню. Я не покину этот свет, пока не услышу это вживую!

Неожиданно где-то во дворе прозвучал взрыв. Всё здание сотряслось.

— Ч-Что это было? — запаниковала Ева.

Генерал тут же подбежал к окну, выглядывая наружу. В основании здания пылал пожар, множество людей бежали в разные стороны, словно муравьи, на поселение которых наступили ногой. Схватив с полки бинокль, генерал вновь выглянул в окно.

— Проклятье. Дереликторианцы в столице!

Там, за стенами города, по дороге шло большое количество механических машин, разрушавших всё на своём пути. Но они всё ещё далеки от города, чтобы их снаряды смогли бы долететь сюда.

— Кто-то устроил диверсию прямо у нас под боком! — выкрикивал генерал. — Франкс! Мне нужен Франкс!

В комнату тут же влетел полковник.

— Мы уже собираем все военные силы. Они будут охранять подходы к городу и отведут мирных жителей в безопасную зону.

Мику уже упала на колени, всё ещё пребывая в болезненном состоянии, Ева придерживала её, молясь о том, чтобы девушка не потеряла сознание.

— Нет, только ни снова. Не говорите мне!..

— Да, юная леди. Они пришли за Мику. Я брошу все силы на то, чтобы беречь это создание.

— Дом… мой дом… Где… где мой дом?! — Мику всерьёз одолевал психоз, который не был свойственен её обычному спокойному состоянию.

Ева со всех сил прикрывала уши девушки своими руками, чтобы та не слышала взрывов и криков, доносящихся снаружи.

— Генерал… прошу, сделайте что-нибудь…

— Я знаю, что случилось в вашей деревне, из которой вы прибыли. В столице мы этого не допустим. Можете не переживать, — понизив голос, генерал обратился в своему подчиненному. — Но на всякий случай, подготовьте нам путь к отступлению. И убедитесь, что к лифту никто не подступится.

— Так точно, генерал.

«Сонг, Зунко, Ким, пожалуйста, не погибайте», — молилась про себя Ева, приласкав хрупкое дрожащее тело Мику.

***

Тем временем в городе началась настоящая паника. Жители спешили в свои дома, забаррикадировав все двери и окна. На улицах появились военные. Остальные бежали прочь из города, подальше от военных действий, которые достигли самой столицы.

— Сонг, что же нам делать? — испуганным голоском спрашивала Зунко, прижимаясь ближе к парню.

Сонг взглядом нашёл своего робота, оставленного на улице. Тот стоит, в целости и сохранности, готовый к возвращению своего пилота.

— Нужно вернуться за Евой и Мику, а потом бежать как можно дальше.

Никакого конкретного плана у Сонга не имелось. Если дереликторианцы ворвались в город ради Мику, даже после побега из столицы их продолжат преследовать. Пока шансы уравновешены, есть повод остаться в городе и укрыться где-нибудь.

Оказавшись в кресле робота, Сонг некоторое время глядел на Зунко оценивающим взглядом. Та не понимала, что он задумал.

— Ч-Что… у меня на лице осталась еда? — смущаясь, спросила она.

Это было странно, потому что с такого расстояния Сонг вряд ли бы заметил это.

Парень ещ1 раз оглядел кабину вокруг себя, потом снова оценил габариты маленькой девочки и, наконец, выпалил:

— Давай-ка, залезай. Ты-то точно поместишься.

— А-а-а?

Парень в очередной раз подогнал девочку, и она запрыгнула внутрь, расположившись на животе Сонга. Кабина без проблем заперлась.

— Да уж, здесь стало ещё теснее, — заметил парень, хватаясь за рычаги и запуская двигатели.

— П-п-п-п-п-простите! — кричала Зунко, прикрыв голову руками.

— Что ж, вперё-о-о-о-о-од!

Робот, наконец, двинулся с места, из его задних турбин разгорелось синее пламя, и он понёсся по улицам прямиком в сторону дворца.

Навстречу бежали люди, которых Сонг рисковал задеть. А то, что тело Зунко загораживало большую часть обзора, создавало дополнительные проблемы. Залетев за очередной угол, Сонг напоролся на вражеского робота. Маневрируя между зданиями, Сонг старался не показываться на глаза противникам.

— Что? Они уже в городе? Но когда успели?

Оглядев всё пространство вокруг, заметил, что роботы появлялись из туннеля, что вёл в городскую канализацию.

— Значит, они уже длительное время планировали эту операцию. Похоже, у генерала были враги даже внутри столицы…

— Обнаружена вражеская единица. Подтверждаю уничтожение.

— Сонг, они хотят…

— Да-да, только пригни немного голову! И твои уши тоже!

— Не обижай мои уши!

Крики ругающихся друг на друга заполонили всю кабину. Вражеский робот уже успел встать в боевую стойку и сразу же понесся со всей скоростью на робота Сонга.

Поставив блок правой рукой, окрашенный синим робот едва выдержал таран. В следующий раз такая атака полностью уничтожит кабину. Противник, не медля, блокировал правую руку Сонга. От левой на такой короткой дистанции совсем не было толку: ракеты рисковали повредить обоих.

— Черт!

Обратив внимание на металлический контейнер, что стоял за спиной вражеской машины, Сонг поднял левую руку, заряженную ракетой, и, рассчитав угол, выстрелил прямо по поверхности контейнера. Его угол отклонился в сторону, но между тем противоположный наоборот начал двигаться сюда, тем самым врезавшись в робота со спины. Не выдержав такого удара, он вместе с Сонгом повалился на землю. Наконец, парню удалось высвободить правую руку робота, и теперь, направив оружие прямо в кабину противника, он нажал на кнопку, и огромный импульс энергии выстрелил, образовав большую дыру. Все внутренности механического тела словно исчезли, оставив после себя расплавленные остатки металла.

Скинув с себя побеждённого противника, Сонг поднялся на обе ноги и, запустив двигатели, понёсся дальше.

— Я… я чуть не!..

— Ох нет, только не говори мне… — Сонг вспомнил, что до этого, сидя возле лавки с едой, Зунко жаловалась, что выпила много жидкости.

Верхушка дворца уже показалась над зданиями, и Сонг прибавил ходу. С тех пор, как прозвучал первый взрыв со стороны дворца, небо окрасилось серыми тёмными тучами. Поднялся сильный ветер, медленно перераставший в лёгкий шторм.

Улицы уже успели заметно опустеть. Теперь этот город потихоньку превращался в место боевых действий, и погода тому способствовала. Где-то в конце улицы раздавались многочисленные выстрелы, взрывы, кто-то из командиров отдавал приказы.

Стена, ограждающая город от окружающего мира, внезапно рванула, и сквозь ещё не успевший рассеяться дым, в столицу начали вторгаться многочисленные боевые машины Дереликториана.

— Сгруппироваться! «Колос-9» и «Колос-3», оказать поддержку у центрального входа. Остальные за мной! Двигаемся по направлению к дворцу!

— Есть!

— Принял.

Группа, состоявшая из пяти роботов, понеслась по улице на всех скоростях, сметая всё на своем пути. Им отдали приказ как можно скорее добраться до дворца и, избавившись по необходимости от генерала и всех его преданных, отыскать девушку.

Сонг на своём роботе двигался параллельно этому отряду, не рискуя ввязываться в бой. Ему едва удалось хитростью справиться с одним врагом.

— Мы же успеем, да? Успеем? — спрашивала Зунко.

— Здесь должно быть короче, но кто знает. Прибавим!

За очередным углом находилась финишная прямая, которая должна была привести героев к дворцу. И стоило лишь Сонгу завернуть, как его робот тут же затормозил на месте.

Там, на небольшой площадке, кое-кто уже поджидал гостей.

— Я знал, что ты вот-вот появишься, — произнёс неожиданный встречный.

Посреди площадки стоял вражеский мех. Такой же, как у Сонга — необычный, напоминавший, скорее, тело человека, нежели боевой танк. Оснащён он двумя лазерными пушками, которые выступали на большое расстояние вперёд, словно копья. Пилот этого робота стоял снаружи, вытянув руки в стороны, как бы показывая, что не пропустит мимо себя никого.

Капли дождя медленно падают на землю, но затем быстро перерастают в ливень. Где-то вдали слышны раскаты грома. Два парня смотрят друг на друга, и между ними проскальзывает самая настоящая ненависть друг к другу.

— Я мог догадаться, что мы ещё встретимся в подобной обстановке, Ким.

— Здесь твой путь подходит к концу, Сонг.

Come to my rescue, before it's too late; Познания

Ливень шёл сплошным потоком с небес, заглушая все посторонние звуки.

Сонг сверлил взглядом своего близкого друга и одновременно заклятого врага. Ким лишь ухмылялся, не выдаёт никакого страха или неуверенности. Оба тверды в своём решении идти до конца, но никто не решается совершить первый шаг.

— Разворачивайся и уходи, Сонг.

— Только после того, как заберу Еву и Мику.

— Глупец. Ты всегда им был, Сонг. Попытки рассмотреть в тебе зерно рационализма, наталкивались на стену мальчишеской наивности и самонадеянности. Ева наверняка разделяет моё мнение, — Ким, развернувшись, прошёлся медленным шагом перед своей боевой машиной.

— Я подозревал, что ты можешь быть одним из дереликторианцев, ведь и твои родители были одними из них. Когда тебя всего израненного принесли в деревню, все решили умолчать об этом. Ева до последнего не знала правды и упрашивала тебя оставить. Даже окончательно убедившись, что ты продолжаешь следовать идеалам своего народа, я, не желая причинить ей боль, молчал.

— Сейчас это совершенно не важно. Да, я решил, что их цели в какой-то степени совпадали с моими. Я рассказал им, что Мику оказалась в нашей деревне. Я также помогал сведениями при составлении плана по захвату столицы. Но дереликторианцы также глупы, как и остальные.

— Разве ты не действуешь по их указкам? Разве ты здесь не для того, чтобы выкрасть Мику? — повысил голос Сонг, направляя оружие прямо на Кима.

— До какого-то момента, пожалуй, так и было, пока не узнал правду от Михаила. Он всё рассказал, перед тем как была уничтожена церковь и деревня. Михаил всё знал и скрывал, решив довериться судьбе, но я такого допустить не могу, — Ким забрался в кабину своего боевого робота, отбивая команды на клавиатуре и продолжая речь, — Сонг, человечество всегда стремилось к новым познаниям: в космос, новым солнечным системам, другим галактикам, неизведанным вселенным. Стремлению человечества развиваться, узнавать новое — этому нет предела. Но что произойдёт, когда оно достигнет точки, после которой откроется нечто иное, нечто запретное? То, что перевернёт все человеческие представления, знания, с ног на голову. Полностью изменит мировоззрение человека. Бывают знания, которые должны оставаться тайной.

— Довольно. Меня начинают напрягать твои речи.

— Ты затыкаешь меня? Не хочешь слушать? Разве ты не понимаешь, о чём я говорю? Люди ждут, что эта девочка станет для них ангелом, Богом, новым мессией, смыслом жизни. Но что, если она станет для них дьяволом, злом в чистом виде? Я не могу допустить этого. Спустись на землю Сонг, мы не предки Богов, мы — асуры.

— Что ты узнал от Михаила, заставившее тебя так сильно измениться?

— Истину. Правду. И вскоре эта девушка также откроет для себя эту правду. Я пытаюсь не допустить этого. Прочь с дороги!

Сонг не ответил, лишь сильнее сжал рукояти манипуляторов, готовый выстрелить в любой момент.

— Что ж. Если встречу Еву — скажу, что тебя случайно подстрелили и я ничего не смог поделать.

Молния из руки робота ударила в полуметре от кабины Кима.

— Сонг! — выкрикнула Зунко.

— Все хорошо. Можешь прикрыть уши и глаза, если боишься.

Робот напротив уже включил маневровые двигатели и помчался прямо на Сонга, тот решив не отступать, полетел на встречу. Лазер с мерным гулом прожигая борозду в земле, взрезал асфальт, оставив чёрную полосу и понёсся дальше в сторону Сонга. Ему едва удалось разминуться с лучом. Если подобное попадёт в него, то наверняка пройдёт насквозь, как нож сквозь масло. Раскручивается эксцентрик и из правой руки робота Сонга ударил сноп молний, понёсшийся в Кима, но не нанеся видимого урона. Оставалась надежда на ракеты, которых в запасе совсем ничего.

Увернувшись от очередного лазерного луча, роботы сблизились, войдя в клинч. Ударяясь поверхностями кабин, Сонг попытался дотянуться правой рукой до вражеской лазерной установки, нанося тяжёлые удары, но поверхность оказалась куда прочнее чем предполагалось. Тем временем, свободная рука Кима направила дуло пушки на одну из нижних конечностей противника, произведя выстрел. Не успев ничего осознать, мех Сонга начал крениться на бок и конечность заклинило, сенсорный монитор расцвёл красными уведомлениями об ошибках и неисправностях.

— Религия. История. Книги. Знания. Страны. Классы. Это всё не имеет значения. Всё это создано не для нас. Мы ничего не создали. Мы этого не достойны. Именно такого будущего ты желаешь, Сонг?

— Разве ты плохо знаешь меня, Ким? Я никогда не задумывался о будущем, жил одним днём, есть только здесь и сейчас.

— Как всегда цинично и глупо, с таким подходом к жизни, тебе не стоило даже появляться здесь!

Дуло лазерной пушки упёрлось в «бедро» робота Сонга, прозвучал щелчок, звук разрезаемого железа и громкий взрыв, ощущаемый даже в кабине. Робот чудом не падал, сцепившись с противником и, казалось, прикипев к нему.

«Ошибка. Ошибка. Ошибка. Ошибка. Ошибка. Ошибка. Ошибка. Ошибка. Ошибка.» — полотно предупреждений загородило весь обзор на экране.

— Береги ушки, Зунко, — внешне спокойным голосом произнёс Сонг.

— Д-Да! — пискнула Зунко, вжимаясь.

Только сейчас Сонг заметил, что эти боевые роботы даже не предусматривали систему катапультирования. Наверняка это и не требовалось, но на всякий случай парень проверил.

Пока Сонг размышлял, Ким успел полностью вывести из строя правую руку. Оружие на которое можно было положиться в ближнем бою, держалось на нескольких армированных шлангах, но под тяжестью собственного веса разорвались и орудие упало на землю.

— Я всегда ценил тебя как друга Сонг, но боюсь в вопросах выживания человечества — дружба ничего не значит.

Эти слова прозвучали реквиемом, оставляя после себя горький привкус.

Напрягшись всем телом робота, Сонг подался вперёд, ударяясь своей кабиной о кабину Кима. Еще и ещё раз, пытаясь пробить её и добраться до противника. Вместо этого на кабине Сонга появилась паутина трещин, но он и не думал сдаваться. Поставив на эту самоубийственную атаку всё. Молясь, чтобы «скорлупа» его кабины оказалась хоть чуть-чуть прочнее.

— Что это? Предсмертные конвульсии? — засмеялся Ким.

Ещё один удар и ещё. Повернув кабину робота боком, Сонг ударил ещё раз, стараясь попасть выступающей частью. Вскоре кабина Кима начала поддаваться и треснув, от неё отвалился небольшой кусок, обнажая нутро.

— Зунко, ты как, прикрыла ушки?! — с каким-то азартом прокричал Сонг, продолжая молотить кабиной.

— Д-Да, я прикрыла-прикрыла! — сжимаясь в комочек всем телом и пряча уши, кричала девочка.

Руки Сонга были заняты манипуляторами, он понимал, что в лучшем случае у него будет пол секунды, после удачной атаки, что бы прикрыть уши, а иначе гарантированна тяжёлая контузия. Все ещё целая левая рука меха, с ракетой на боевом взводе, развернулась своим концом в сторону проделанного отверстия кабины Кима. Собрав силы, Сонг буквально вбил ракету в пролом, расширяя его.

— Стой! Ты же не собираешься!..

Не слушая предсмертных выкриков Кима, Сонг вжал гашетку и ракета вылетев, сразу же сдетонировала в кабине Кима, раскалывая и выжигая нутро огнём. На какое-то мгновение Сонг увидел как на него надвигается разрастающееся пламя, поглощая всё на своём пути. Сквозь веки почувствовал белую обжигающую вспышку и оглушающий взрыв достигший ушей, из которых тут же потекла кровь, погрузив окружающий мир в тишину и лишь навязчивый звон вкручивался в мозг на одной ноте. Взрывом робота Сонга отшвырнуло назад, бросив на обломки здания.

***

Защитное стекло кабины частично раскрошилось, по счастливой случайности ни один из осколков серьёзно не задел сидящих внутри. Теперь, лежа на земле, капли дождя беспрепятственно попадали внутрь кабины, падая на лицо Сонга, принося свежесть и приводя в чувства. Ему потребовалось некоторое время, чтобы хоть немного придти в себя. Сквозь вату и звон прорвался девичий голос.

— Сонг, как ты? Ты в порядке? — лицо Зунко нависло над парнем, взволнованно вглядываясь.

— Сложно сказать… Кхе-кхе. Тебя не сильно задело? — морщась от многочисленных гематом на теле, прохрипел Сонг.

— Кажется, нет. Ты ведь в последний момент закрыл меня руками, забыл?

— Разве?

Сонг вспомнил, как рассчитывал в самый последний момент прикрыть уши или хотя бы лицо, но по какой-то причине руки сами потянулись и прикрыли миниатюрное тело девочки, всем телом сжавшееся в комочек на груди парня.

— Ох, да… верно. Что-то такое было… — уже совсем придя в себя и утирая кровавую юшку, вспоминал событие Сонг.

— С-спасибо, — на щеках девочки появился румянец, но опомнившись, она вновь вернулась к осмотру парня, разглядывая его потрепанное лицо, — у тебя кровь, — девочка набрала в ладонь дождевой воды, скопившуюся во вмятинах на корпусе меха, и принялась оттирать щеки, лоб, уши, покрытые коркой свернувшейся крови.

— Здесь становится слишком тесно, не думаешь? — тонко намекнул Сонг, что пора бы и выбираться.

— П-Прости.

Сейчас Зунко буквально оседлала парня, придавив его и мешая выпутываться из ремней безопасности.

Панели полностью обесточены и перегорели, пришлось открывать кабину вручную. Упёршись ногами в остатки бронестекла и кряхтя от натуги, Сонг попытался откинуть или хотя бы сдвинуть защитный колпак. На это ушло не мало сил, но вскоре защита поддалась и со скрежетом вывалилась наружу. Зунко первой спрыгнула на землю, Сонг вылез следом, осматривая место боя. Его ещё некоторое время пошатывало от сильного головокружения, то и дело спазмы в животе, вызывали позывы исторгнуть из себя всё лишнее. Робот Кима был на том же месте, где они сцепились. Механические руки с лазерными пушками опущены, ноги подогнуты, все тело робота осело вниз, а кабина превратилась в сплошное оплавленное месиво, из пластика и железа.

— Это был твой друг? — поинтересовалась Зунко, приводя себя в порядок и подставляя лицо каплям дождя.

— В какой-то период жизни — другой жизни.

Ливень продолжал усиливаться, прибивая пыль и принося долгожданную прохладу. Казалось сама природа хотела смыть с себя груз, накопившийся за день, потоками воды унося все проблемы, оставляя лишь усталость и чувство, что всё сделал правильно.

— Спасибо за робота, Михаил. Он долго служил нам, — произнёс Сонг, глядя в серое небо. Переведя взгляд на остатки робота, отдал честь, приложив кулак к груди. Дальнейшая эксплуатация даже не рассматривалась, машина не подлежала восстановлению. Взяв девочку за ладонь, направился в сторону дворца, до которого оставалось пройти всего ничего. Парень надеялся, что за время, которое они потратили на бой с вражескими мехами, Ева с Мику находились в безопасности и с ними всё в порядке.

***

— Франкс, выведи нас! — командовал генерал.

— Хорошо, только не отставайте. Сейчас наши солдаты сдерживают врагов на первом этаже. Через чёрный ход выбраться не удастся, нас окружили.

— Что насчёт хранилища артефактов? — хмурясь спросил генерал.

— Да, это пожалуй наш единственный шанс. Пошлите.

Ева с Мику, не задавая вопросов, следовали за генералом. С нижних этажей доносились звуки боя: нескончаемый стрекот и взрывы сотрясали здание. Мелкое крошево сыплющееся с потолка, вызывали приступы кашля. Укрывшись в очередной комнате, группа пережидала очередные толчки из-за взрывов и ожидая отряд военных, посланных вперёд, проверить дорогу. Всего за каких-то двадцать минут, вражеским войскам удалось пробиться в столицу и подавить сопротивление, углубившись в город до самого центра. Не сложно предположить сколько времени им понадобится на то, чтобы полностью захватить город.

— Генерал, как такое вообще могло произойти? Что будет со столицей? Что случится с нашей страной в конце концов? — неожиданно для самой себя, выпалила Ева.

Ненадолго задумавшись, генерал решил всё-таки ответить.

— Совокупность событий: часть войск на учениях, часть улаживает стычки на границе, плюс перевооружение — старое списали и утилизировали, а новое не полностью поступило, ну и конечно головотяпство. Говорю как есть — это не оправдание, а констатация фактов. Скоро прибудет подкрепление, с кем нужно уже связались. Численное превосходство в любом случае на нашей стороне, да и дереликторианцы не дураки. Выполнили диверсию и отступят обратно. Те, с кем мы имеем дело — всего лишь наёмники, которым нет дела до политических интриг.

— А как же человеческие жизни? Люди гибнут!

— Не будь так наивна, девочка. Это война, и жертвы — лишь неизбежная плата за мир и спокойствие.

Возразить ей было нечем, но в глубине души она не могла смириться с подобным отношением. Она устала от смертей, устала видеть как люди страдают. За короткий промежуток времени ей пришлось пережить многое, некоторые за всю жизнь не сталкиваются и с половиной того, через что ей пришлось пройти за эти дни.

— Впереди лифт, пойду и запущу его. Сидите в укрытии пока, как подам знак выйдите, — сказал Франкс и побежал вперёд.

Генерал выглядывал из-за угла, смотря вслед подчинённому.

— Мику, ты не устала? — обратилась Ева к Мику, которая уже успела запыхаться.

— Угу.

— Ещё чуть-чуть и мы будем в безопасности, потерпи немного. Ты справишься, я уверена.

Ева сидела рядом с Мику и поглаживая по руке и отвлекала разговорами, видя как тяжело ей даётся путь. Было тяжело поверить, что на эту хрупкую девочку возлагают большие надежды, но если она станет именно той причиной, способной спасти невинных — Ева готова будет поддержать её до последнего. Главное, чтобы Мику сама этого хотела.

— Франкс зовёт, нам пора, — сказал генерал и развернулся на выход.

— Давай Мику. Нужно встать, ещё немного и всё, — Ева помогла девочке подняться и придерживая подругу, пошла за генералом.

Уже подходя к лифту, было понятно — что-то не так: двери лифта открыты, но кабина отсутствует, панель не подсвечивается. Рядом суетился Франкс, копаясь в техническом люке, из которого торчали провода, и по очереди замыкал клеммы. Вот панель осветило голубоватое свечение и послышался звук работы лебёдки. Кабина лифта остановилась в тёмном проёме шахты, подсвечиваемая слабым мерцающим светом с потолка.

— Генерал, неприятель обесточил здание. Я попытался задействовать резервную линию питания, всё готово.

Девушки в сопровождении генерала, недоверчиво помявшись, вошли в лифт, Франкс же остался снаружи, всматриваясь в проход откуда они только что пришли. Сомнение в надёжности лифта читалось на лицах пассажиров, но искать другие пути, значит терять время, а это дополнительные жертвы. Молча кивнув генералу, Франкс нажал несколько кнопок и створки лифта сомкнулись, отрезая путь.

— А как же ваш подчинённый, почему он не с нами? — обратилась Ева к генералу, с интересующим её вопросом.

— Всё просто, он не тот человек, который сбежит с поля боя, в то время пока его товарищи гибнут. Команда была довести в целости до лифта, а дальше — его личные убеждения. Я не имею морального права препятствовать его выбору, это и есть долг и каждый определяет его сам для себя, — и немного помолчав, продолжил, — надеюсь мы его ещё увидим.

Повисла гнетущая пауза, свет в лифте то и дело мерцал, но звуков боя больше не было слышно. Первой паузу нарушила Ева:

— Куда нам дальше?

— Дальше будет подземный ангар, о существовании которого знает ограниченный круг лиц.

— Да уж, хватило нам подземных ангаров, «о которых никто не знает», — неожиданно зло произнесла Ева, вспомнив, что предшествовало их бегству по туннелю в прошлый раз. Воспоминания нахлынули, пробуждая чувства.

— Сонг… — тихо произнесла Мику.

Ева посмотрела на неё, всё ещё отходя от воспоминаний:

— Надеюсь он не дурак и не полезет в бой, — и уже более мягко, —…не насколько дурак.

***

— Я не хочу, не хочу, не хочу! — вопила Зунко.

— Выбора нет, мы же хотим спасти Еву и Мику, — вздохнул Сонг и, закинув девочку на плечо, побежал в сторону дворца, где продолжалась перестрелка.

Несколько боевых машин уже окружили здание, расстреливая каждого. Сонг надеялся подгадать момент и забежать в здание, а уже там у своих узнать о судьбе подруг. Дело за малым — попасть внутрь. Была надежда, что роботы сменят позицию или отвлекутся на подавление сопротивления и воспользоваться шансом. Подобный опыт у него уже был и завершился положительно, так что затея не казалась ему совсем уж провальной.

Короткими перебежками Сонг подбирался всё ближе к цели, контролируя передвижение машин. И тут у одного из защитников не выдержали нервы и он выбежал из дверей, пытаясь прорваться через кольцо оцепления. Хватило секунды, чтобы он превратился в решето. Девочка на плече парня совсем притихла понимая всю серьезность момента. В противостоянии сторон наступило затишье, разбавляемое редкими выстрелами и лязгом роботов. Сонг понимал, что именно сейчас наступит удачный момент: либо нападающие пойдут на прорыв, либо защитники соберут все силы в одном месте и нанесут превентивный удар, отбрасывая тем самым противника. И вот парень с девчонкой получили отличный шанс — один из роботов сменил позицию, отойдя дальше, контролируя фасад здания, и повернул корпус в сторону окон, второй же свернул за угол и находился близко к стене, так что у Сонга будет порядка нескольких секунд, пока роботы повернутся в его сторону и наведут орудия.

— Не переживай, Зунко. Если в меня вдруг начнут стрелять, я попытаюсь выиграть тебе время и перекрыть линию обстрела, ты главное не теряйся и со всех ног беги внутрь.

— Как грубо! Не говори так! — попыталась возразить Зунко, размахивая руками.

Выскочив из-за кустов, Сонг по кратчайшей траектории, рассчитанной заранее, понёсся к выбитым дверям дворца. Спиной ощущая наводимые на него стволы и слыша лязг, рыбкой нырнул в проём, уходя в бок с предполагаемой траектории обстрела. За спиной послышалась пулеметная очередь, перечеркивая и выбивая бетонное крошево из стены.

— Эй, вы! Стоять! — крикнул один из солдат, наводя оружие на ребят.

— Отставить. Это не враги, — тут же отдал команду человек в военном мундире.

Подойдя к парню, всё так же держащего девчонку, тот поприветствовал гостей:

— Приветствую. А лихо ты там пробежал, — показал он глазами в сторону двери, и уже более серьезно продолжил, — думаю вы проделали этот сложный путь ради друзей? — не дожидаясь ответа продолжил, — к сожалению вы немного опоздали. Ваших друзей укрыли в бункере. Туда так просто не попасть, а отвести некому, каждый боец на счету. Так что пока вам придётся переждать здесь, а после мы свяжемся с генералом и отведем вас в назначенное место.

— Мы можем вам быть чем-то полезны? — улыбнулся Сонг и расслабился, узнав, что его друзья в безопасности.

— Опусти меня уже на землю! — подала голос девочка на плече парня, колотя его по спине кулачками и болтая ногами.

***

— Полковник, у нас заканчиваются патроны!

— Отступаем на второй этаж, живо-живо!

— Идем, — сказал Сонг девочке, и они побежали наверх.

Ещё совсем недавно красивый и роскошный дворец, за считанные минуты превращался в руины — трещины на потолке, выщерблены в стенах, оконные проёмы лишились стёкол. Сонг побывал здесь лишь раз, ещё в детстве. Тогда это место казалось ему, словно из сказки. Михаил рассказывал, что в этом помещении часто устраивали балы, а Ева, услышав об этом, заперлась на неделю дома, разучивая танцы, мечтая когда-нибудь станцевать в этом зале. Теперь, это выглядело как несбыточная мечта. Хотя он понимал, что рано или поздно это здание отстроят. Хочется верить, что компания застанет этот момент, все вместе, включая Мику.

— Почему они так быстро прорвались в город? — спросил у полковника Сонг.

Тот, не оглядываясь, ответил:

— Мы бросили большую часть сил на эвакуацию гражданских, на защиту и сопровождение, лишь малая часть отправилась на защиту ворот. Нас просто застали врасплох, напав с нескольких направлений, в том числе воспользовавшись коллектором под городом.

Сонгу нравился полковник, без гонора, не чинясь, рассказывает всё как есть. Если не обращать внимание на причуды генерала, в верхних эшелонах власти ещё оставались адекватные и собранные люди, готовые в любой момент жертвовать собой, своей верой и думать в первую очередь о народе. Вера мало чем сейчас может помочь невинным гражданам, которые ещё пару часов назад мирно гуляли по городу, веселились, и ни о чем не подозревали. К счастью, пока Сонг добирался сюда, он не встретил ни единого гражданского или хотя бы убитых, а это значит — всех удалось укрыть и вывести.

— Рассредоточиться по всему этажу. Занять позиции.

Внизу рвануло и часть стены на первом этаже обвалилась, и в проёме, сквозь пелену бетонной пыли вошли три вражеские единицы роботов.

Солдаты Франкса, пытаясь застать противников врасплох, тут же открыли огонь, не дожидаясь, пока развеется бетонная пыль. Обычные автоматы максимум могли повредить лишь корпус, оставалось только стрелять прицельными выстрелами прямо по кабинам. Но тяжелые пулеметы роботов просто не оставляли шанса каждому, кто решит выйти из укрытия хотя бы на мгновение, а ведь еще требовалось время на то, чтобы навести прицел точно в заданную точку.

— Как так вышло, что у вас нет ничего, что могло бы оказать сопротивление таким роботам? — спросил Сонг у полковника.

— Два дня назад на наш основной склад кто-то напал. Большая часть вооружения была похищена.

— В столице одна проблема за другой.

— Это началось сразу после… ладно, это сейчас не столь не важно. Это наша собственная вина и оправдания ни к чему. Мы были слишком безрассудны, и теперь из-за нашей легкомысленности пострадали люди. Возьми, — полковник протянул Сонгу автомат. После боевого робота носить такое было не так солидно, но всяко лучше, чем с пустыми руками.

— Зунко, беги в дальнюю комнату, спрячься где-нибудь, хорошо? Эй, ты слышишь?

Девочка все это время лежала, прижавшись к полу и прикрыв ушами и руками лицо.

— Д-Да, — кивнула она, когда голос друга смог хоть ненадолго привести её в чувство, и торопливо поднялась с пола и проследовала в указанное место.

— Эй, для начала глаза открой!

Девочка все также с закрытыми от страха глазами пыталась бежать по коридору, но Сонг напомнил ей, чтобы она открыла их. После этого она стала бежать увереннее. Двое солдат пропустили её в дальнюю левую комнату и загородились собой проход, чтобы обеспечить безопасность.

Очередная очередь пуль заскрежетала по потолку над солдатами. Проследив за тремя вражескими очередями, Сонг выглянул с противоположной стороны укрытия и пустил туда короткую очередь. Это лишь заставило противников изменить траекторию атаки и в укрытие тут же ударил плотный шквал огня.

Если так продолжится и дальше — все стены рухнут.

— Судя по всему, они не знают о тайном проходе, по которому бегут генерал и твои подруги, — успокоил Сонга полковник.

— Да, но нам то от этого не лучше.

Ситуация все продолжала усугубляться. Солдаты во главе с полковником уже покинули главный зал на втором этаже, перейдя в коридор. Постепенно им пришлось сдавать позиции. Коридор довольно узкий для того, чтобы в него могли пройти сразу несколько боевых роботов, а уж маневрировать в нем они и подавно будут не в состоянии. Если так пойдет — для защитников дворца это станет удобной позицией. Да вот только вражеским роботам и не требовалось поступать подобным образом. Один из них, что стоял ближе всех к проходу, в котором сейчас укрывались Сонг и остальные, буквально пошел напролом, тараня своей гривой потолок второго этажа. Из обломков образовался крутой подъем, но и на этом все не закончилось. Весь пол под ногами начал накреняться, рушиться, постепенно поравнявшись с первым этажом. Солдаты, которые не успели сохранить равновесие, валились один на другого. Благо прилегающая комната, в которой пряталась Зунко все еще держалась и не собиралась оседать.

Все вокруг завалило, и теперь с конца коридора, что вел в главный зал, сюда направились несколько роботов, уже наставив пушки на выживших. Надежды рушились одна за другой. В голове Сонга словно включился таймер, отсчитывающий доли секунды до того, когда враги решат открыть огонь.

— Эй, там, что это… — неожиданно испуганным голосом произнес один из пилотов.

Сонг, полковник и все остальные теперь тоже заметили какое-то нежно-розовое свечение, образовавшееся во внутреннем дворе дворца, прямо напротив входа. Все три робота, что стояли спиной ко входу, развернулись туда.

— Это не наш юнит.

— Назовись!

Там, под проливным дождем, в нескольких метрах над землей парил робот необычного вида. Его платиновое покрытие освещало собой все вокруг, а с поверхности в разные стороны разрастался какой-то барьер, который и был источником свечения, что до этого заметили военные. Вытянутое тело робота напоминало женскую фигуру. Левая рука его заканчивалась длинным лезвием, что служило чем-то наподобие кинжала. На второй располагался громоздкий пулемет, в половину больше всех тех, что видел когда-то Сонг. Да и сам робот — словно забытая технология, которая неожиданно возникла в этом мире из параллельной вселенной. Все замерли, выжидая, лишь люди дереликторианцев не обладали таким терпением, выкрикивая обращения к неожиданному гостю и заставляя его назваться. Наконец, это розовое свечение стало отделяться от поверхности робота и, все еще играя на ветру, стало принимать форму, отдаленно-напоминающую демонические крылья. Расставив все конечности в стороны, робот издал оглушающий рык. Этот рык был похож на тот, которые издают животные в пик своей ярости. Этот звук словно исходил из глубин робота. Такой механический, и при этом совсем не похожий на все, что когда-либо можно было услышать.

— Единица не подтверждена.

— Нам открыть огонь?

— Кхм… — наконец, зазвучал демонический голос. Робот, опустив подобие головы, протянул свою руку вперед, словно вызывая тех, кто стоял перед ним на бой.

— Д-Да, открываем ог… — не успел пилот произнести фразу, как поперек его робота образовалась ярко-красная линия. Она буквально разрезала машину пополам, оставив на ее месте лишь мгновенно образовавшийся взрыв и необъятное пламя. На всё ушло не больше секунды.

По какой-то непонятной причине дереликторианцы все еще не открывали огонь. Страх поселился в них. Страх перед неизведанным. Этот робот выглядит так, словно заранее можно было бы предположить, что пули не причинят ему вреда.

— Не ваш… не ваш… — тот самый демонический голос, исходящий от платинового робота, стал более разборчивым. Теперь он пытался донести до всех слушателей какую-то мысль.

— Давай, идем, — Сонга, очарованного этой картиной, вдруг подозвал к себе полковник. Они уже успели разгрести один из задних проходов на улицу, не теряя времени понапрасну.

— Подождите, — парень обратил взгляд кверху, на дверной проем на втором этаже, откуда выглядывала маленькая девочка, — Давай, Зунко, я тебя поймаю, — полушепотом произнес Сонг.

Какое-то время Зунко мялась у стены, мотая головой из стороны в сторону, но в конце концов поборола страх и спрыгнула, приземлившись в раскрытые руки Сонга. Затем все проследовали к выходу, как можно тише, чтобы их побег не раскрыли. Вражеские роботы все еще заняты появившимся гостем, и вряд ли могли обратить внимание на беглецов.

— Подкрепление. Немедленно! Ко дворцу, у нас неизвестный враг, которого не удается классифицировать!

— Не ваш… Здесь не ваш дом… Убирайтесь!

Боевые машины открыли огонь, но все их пули, как и ожидалось, словно поглощались этим адским свечением. Даже капли дождя, падающие на поверхность платинового робота, испарялись. Оставалось лишь гадать — каким образом этот щит смог поглощать все, что входило с ним в прямой контакт.

— Кха-ха-ха-ха-ха-ха, — адский смех, выказывающий все свое превосходство над противником. От него насквозь пробирало страхом.

За этим смехом последовала вся ярость, которую платиновый робот направил на тех, кто пытался противостоять ему. Все здание, вся земля содрогнулись. Один взрыв за другим раздавались со стороны главного зала. Со стороны соседних улиц уже подоспели новые роботы, но даже они, вместе взятые, не составляли даже процента от той мощи, которая предстала перед ними. Когда к ним пришло такое осознание — стало уже слишком поздно.

Обернувшись в пол оборота, платиновый робот вытянул свою руку и острие его лезвия вонзилось прямо в кабину ближайшего к нему робота, защитное стекло которой за одну секунду изнутри окрасилось красным. Затем, используя свой тяжелый крупнокалиберный пулемет, робот пригвоздил оставшихся противников к стенам, не жалея на них патронов. Все его атаки сопровождались адским смехом. Он смеялся над беспомощностью своих противников. Смеялся над их искривленными лицами, на которых надолго сохранился страх перед неведомой мощью. Это чувство, которое возникает, когда не можешь сделать абсолютно ничего перед неизвестным — то, что хотела донести до своих врагов адская машина убийства.

— Что это было? — спросил Сонг, убегая как можно дальше от этого места, — Какого черта, полковник?

— Один… один из древних артефактов, — голос полковника звучал серьезнее некуда, — кажется, случилось то, чего так сильно боялся генерал.

***

Лифт стремительно опускался вниз.

— Как глубоко находится это место? — спросила Ева, сопоставив скорость лифта и то время, которое они затратили на спуск.

— Настолько, чтобы никто о нем не узнал. Мы почти прибыли, дамы. Держитесь ко мне поближе, — генерал по какой-то причине выглядел напряженным, по его лицу проступил пот. И причиной этому явно не была ситуация, что разыгралась сверху.

Вскоре лифт начал замедляться и в конце концов остановился, отперев двери. Генерал сразу же вывалился наружу, подгоняя девочек. Перед ними оказался невероятной высоты ангар, точнее, вся его поверхность уходила высоко во тьму, что даже нельзя было так сразу сказать какой он высоты. Но куда важнее то, что находилось здесь внизу. Следуя за генералом, торопливо шагающим вперед, Ева то и дело обращала внимание на высокие бетонные блоки с большим количеством неровных отверстий, что уходили на большое расстояние вверх. Эти конструкции выглядели очень старо и нельзя было точно сказать зачем и для чего они здесь построены.

— Генерал, это… что же это? — поинтересовалась Ева.

— Ты никогда не задумывалась, что такое шесть поколений в масштабах вселенной? Совсем мизерное число. Цивилизация не строилась за такой промежуток времени. Наша мать, буквально вручила нам готовый мир, в котором мы смогли бы жить и, как она надеялась, процветать.

— Любите же вы все говорить загадками, вместо того, чтобы дать прямой ответ. И где вас только находят? — пробурчала Ева, не желая выслушивать то, что никак не касалось того вопроса, который она задала. Взглянув на Мику, с которой они встретились взглядами, Ева игриво подмигнула ей.

— Что ж, просто следуйте за мной. До выхода не так далеко. С противоположной стороны хранилища находится такой же лифт, который выведет нас на территорию за стенами столицы. Там куда безопаснее.

— Так это все-таки хранилище, а не просто подземелье? — с интересом спросила Ева, поравнявшись с генералом и заглядывая прямо в его глаза, — И что же вы тут храните? Я вижу только какие-то колонны, которые никак не похожи на какие-нибудь драгоценные минералы.

— Мы храним тут древние артефакты, — генерал запнулся, — некоторые из них. Совсем малое количество.

— Значит, вы каким-то образом не хотите, чтобы о них знали все вокруг, раз нам пришлось опускаться настолько глубоко, и то лишь как самая крайняя мера при нападении на город?

Мику, не участвуя в разговоре, неожиданно застыла на месте, сосредоточив свое внимание на чем-то, что ее заинтересовало. Постепенно расстояние между ней и Евой и генералом начало увеличиваться.

— Я просто избегаю лишних вопросов со стороны народа. Это нормальная позиция для правителя, который заботится о безопасности своего государства. Не подумай, что мы прячем здесь несметные богатства, которые навсегда избавили бы людей от нищеты и голода.

— У меня есть подруга, которая смогла бы возразить вашим словам. Она провела в стенах этого города несколько лет, живя на поводке и выслушивая команды своего хозяина, — выругалась Ева, повысив голос, — это тоже проявление заботы?

Ева извергала пламя ненависти к человеку, что находился прямо напротив нее. Дело не только в отношении к Зунко, Ева не могла выкинуть из головы халатное отношение к тому, что стало с её родной деревней.

Генерал остановился, обдумывая сказанное:

— Отношения людей друг к другу — ты считаешь эти проблемы тоже лежат на плечах правителей? Я понимаю, что ты имела ввиду. Просто, знай — я не давал своего согласия на оскорбительное отношение к тем, кто слегка отличается от нас. Есть много того, на что мы повлиять просто не в силах. Проблема генофонда — это то, что стоит сейчас на первом месте. Я все усилия прикладываю к решению данной проблемы, и даже сейчас… — генерал оглянулся назад, на его лице проступило удивление и он начал торопливо бегать глазами по всей территории вокруг, словно выискивая кого-то.

Обернувшись и не заметив за своей спиной Мику, Ева начала всерьез волноваться. Девушка не сразу обратила внимание на то, что Мику отстала от них и теперь и вовсе пропала из виду.

— Мику? Эй, Мику? Ты где?

— Что? Богиня пропала? — генерал выглядит всерьез обеспокоенным, — Быстрее, ищи её! Она не могла уйти далеко! Только, прошу, сама не потеряйся. И не заходи в дальние секторы.

Кивнув, Ева стала возвращаться назад по тому же пути, по которому они пришли. Эти огромные конструкции уходили далеко в высоту, и размер их был невероятен. Одна за другой они образовывали собой целый лабиринт. В сумме с этим сильно мешало отсутствие хоть какого-либо освещения. Полоса от лифта, уходящего в потолок, была единственным источником света на большое расстояние вокруг.

— Мику? Где же ты, Мику?

Ева кричала, надеясь, что подруга её услышит и придет на зов. Она забежала за очередной угол, еще за один, еще за один. Если так пойдет и дальше она в конечном итоге и сама заблудится.

— Мику, пожалуйста, ответь мне, где же ты?

Неожиданный скрежет, похожий на удар металла по бетонной поверхности прозвучал в нескольких метрах от девушки. Ева сконцентрировала внимание и, вопреки чувству неизвестности, со всех ног побежала в том направлении, откуда раздался звук. Пройдя до ближайшего поворота, она, воодушевленная мыслью скорее отыскать Мику, заглянула за него, и тут же замерла на месте от испуга. Что-то мрачное показалось там, во тьме, и что-то живое, движущаяся тень, которую заметила девушка.

— К-Кто здесь? — короткими шагами Ева начала двигаться туда, уже откинув мысль о том, что этим кем-то могла оказаться Мику.

И этот кто-то развернулся, оскалив свои зубы перед незваным гостем, заступившим на его территорию.

— Оборотень?! Здесь?!

Девушка, попятившись, упала на твердую поверхность почвы, но, тут же поднявшись, развернулась и побежала прочь. Оборотень, почуял свою добычу, со всех ног рванул за ней, не желая упускать лакомый кусочек.

«Куда, куда бежать?!»

Вой монстра раздался по всей округе, призывая к охоте своих товарищей, и вскоре к нему присоединилось еще несколько. Ева бежала со всех ног в этой непроглядной темноте. Единственным ориентиром служил луч света, исходящий из шахты лифта, что уходила в потолок.

— Эй, сюда! — выкрикнул генерал, как только заприметил Еву, бегущую в противоположном от него направлении.

Девушка, уже запыхавшись, тут же развернулась и побежала к генералу.

— Я же говорил тебе не уходить далеко.

— Оборотни! Что они здесь делают?

— Это место давно стало их обителью, мы пытались отгонять их, но они все равно возвращаются сюда, как к себе домой. Нам нужно уходить. Где Богиня, ты нашла ее? — не заметив за спиной Евы девушки с голубыми волосами, генерал пришел в бешенство, — Ты должна была найти ее!

— Точно… Мику ведь все еще там! Мы должны вернуться за ней! — вопреки здравому рассудку, Ева развернулась в том направлении, откуда только что показалось несколько оборотней.

Генерал схватил девушку за запястье, но та продолжила вырываться, все её мысли заняты подругой, которая могла стать жертвой кровожадных существ. Оборотни же, оскалив клыки, все еще стояли там, словно заступили за невидимую границу, дальше которой следовать им было не положено.

Что-то заставило этих монстров замереть на месте. Один за другим они врезались в спины тех, кто стоял в первых рядах, но попросту дальше двигаться не думали. Морды их слегка приподняты, все их внимание явно занято чем-то другим.

Ева, удивленная, взглянула себе за спину и увидела то, что стало источником того механического звука, который она слышала ранее лишь краем уха, и того, что навело страх на преследующих свою добычу монстров. Генерал тоже обернулся, и глаза его расширились от изумления и вместе с этим боязни, которую он словно разделял вместе с оборотнями. То, чего он опасался больше всего — свершилось. Причина, по которой он старался держать от этого места подальше.

Оборотни в страхе бежали отсюда как можно дальше, возвращаясь в свои норы.

Там, в конце этого огромного ангара, создавая новый источник невероятного сияния, парил робот. Необычное платиновое его покрытие переливается, создавая игру света. Еве показалось, что невидимый взгляд этой машины был направлен прямо на нее. И после короткой паузы, турбины за спиной этой механической техники активировались и она, поднявшись на определенную высоту, со всех скоростей пролетела прямо над головами людей вдоль всего ангара, оставив за собой сильный вихрь. Вскоре робот скрылся в глубинах темного пространства в потолке.

— Этот робот… его кто-то пилотирует? — первое, что спросила Ева, придерживая свои взъерошенные волосы, и глядя вслед улетевшей машине.

— Древний артефакт, который мы пытались скрыть от мира. Ни один из нас никогда бы не смог пилотировать его… — вздохнул генерал, но вскоре разразился смехом.

— Что вас так веселит?

— Какая ирония. Девочка, которую мы считали реинкарнацией Бога, пилотирует «Этоса» — убийцу Богов.

Ева еще раз прокрутила в голове слова, сказанные генералом. И взгляд ее наполнился болью и новыми переживаниями. Переживаниями за Мику, которой больше не было в этом ангаре.

***

Тем временем на поверхности уже успел рассеяться дым многочисленных взрывов. Дождь постепенно прекратился, перед этим погасив пламя пожаров, что разразились здесь и там, и тучи, словно ожидая окончания боевых действий, начали потихоньку расходиться, предлагая городу яркое солнечное небо. Вместе с ним из домов постепенно начали выходить люди, с испугом оглядывая окрестности. От наемников армии Дереликториана не осталось и следа. Последние их остатки бежали из города еще пару часов назад.

Сонг, держа за руку Зунко, вышел из-за угла дворца, оглядывая разруху вокруг. Его взору предстала новая картина, совсем не похожая на ту, что прежде была присуща этому великолепному месту. Первое, что заметил Сонг, проследив за взглядами окружающих, удивило не только его: прямо по центру двора, что находился перед дворцом, несколько разорванных на мелкие детали роботов лежали друг на дружке, собранные в кучу, и образовывали собой что-то отдаленно напоминающее алтарь. Поверх него лежали остатки тех, кто пилотировал этих самых роботов. Словно какой-то дикий зверь пытался сотворить из ужасного — творение искусства.

— Сонг! — голос Евы раздался на всю улицу.

— Смотри, это же Ева! — радостно ответила Зунко.

— Да, но она одна… — заметил парень, медленно зашагав навстречу подруге.

Теперь и девочка увидела, что Ева шла лишь в сопровождении генерала. К нему уже вот-вот подбежал полковник и еще несколько солдат, переживая о его самочувствии и расспрашивая о дальнейших действиях.

Теперь, когда Ева приблизилась, Сонг и Зунко могли заметить, что лицо ее подруги выглядело поникшим и пустым.

— Ева, ты цела… Слава Богу, — понимая, что не все так хорошо, как хотелось бы, Сонг решил начать с положительной ноты.

— А где Мику? — оглядываясь за спину Евы, поинтересовалась Зунко.

Вместо ответа Ева подняла взгляд на Сонга, и в глубинах ее глаз уже хранился неутешительный ответ.

— С ней все в порядке. Но ее больше нет в столице, — генерал развеял своим голосом нависшую мрачную атмосферу.

— Что вы имеете ввиду? Тогда куда она делась?

— Сонг, там был робот, и похоже Мику была его пилотом. Я не знаю как ей это удалось, и была ли это вообще она и понимала ли что делает… — голос Евы дрожал, слова давались ей с большим трудом.

— Робот? — первое и самое необъяснимое событие, что вспомнил Сонг, тоже было связано с таинственным роботом.

Он до последнего не хотел верить в подобное, но факты складывались один к другому. Перед глазами предстал образ скромной невинной девушки, а затем все пространство за её спиной заняло то самое мерцание.

— Сонг, мы же найдем её, да? Мы же вернем Мику? Мы обязательно отыщем её? — сыпала вопросами Ева, прижимаясь к своему другу. Из глаз её уже потекли слезы.

Парень ничего не смог ответить, лишь опустил взгляд, и погладил Еву по волосам. Зунко, что стояла рядом, потянула Сонга за рукав. На лице ее оказалась улыбка, которой она хотела оказать поддержку. Тогда, улыбнувшись ей в ответ, парень дал однозначный ответ своей подруге:

— Да, конечно. Иначе и быть не может, Ева. Мы найдем её.

***

— Судя по последним полученным данным, она направилась именно в то место, — Франкс разговаривал с генералом, а тот утвердительно кивал, соглашаясь с каждым предположением.

— Куда? Скажите нам, пожалуйста, — неоднократно интересовалась Ева.

— Мне кажется, первым делом она отправится туда, где мы нашли её. Возможно, там находится её дом.

— Вы скажите нам где это? Сонг, мы отправимся туда прямо сейчас!

— Да, но это не близко. Я расскажу вам как пройти туда. Богиня, похоже, отправилась вслепую, ориентируясь лишь по обрывкам воспоминаний, поэтому вы сможете нагнать ее, даже передвигаясь по земле. Да и робот, которым она управляет, довольно требователен и нуждается в периодическом охлаждении.

Ева, полная надежд, смогла облегченно вздохнуть. По какой-то причине за всё проведенное время вместе, она сильно привязалась к Мику. Раньше она не проявляла таких чувств ни к кому. Подумав об этом, Ева инстинктивно обратилась к Сонгу:

— А Ким, с Кимом все хорошо? Может возьмем его с собой?

Это вопрос, которого Сонг ожидал, но на который не желал отвечать. Все еще полные надежд глаза Евы обращены к нему, и каждая секунда паузы создает еще больше сомнений в её сердце.

— Ева, Ким был одним из шпионов, работающих на Дереликториан, — прямо ответил Сонг, больше не желая скрывать что-либо, — он один из тех, из-за кого на столицу смогли напасть с такой легкостью.

Ева, сменившись в лице, приблизилась как можно ближе к своему другу, после этого раздался звонкий шлепок. Очередной раз Ева одарила своего друга пощечиной, не желая принимать сказанных им слов.

— Не смей так говорить! Не смей!

За Сонга заступилась Зунко, что подбежала к своим друзьями и протиснулась между ними, обращенная к Еве:

— Он не давал нам проходу! Сонгу пришлось с ним драться! Он был нашим врагом!

— Наглая ложь. Ты решил в очередной раз посмеяться надо мной?! — очередной приступ гнева разразился в Еве.

— Если не веришь мне, хотя бы поверь Зунко.

Не обращая до этого никакого внимания на девочку, теперь Ева вслушалась в ее жалобные крики, пытающиеся оправдать Сонга. Но она все еще не желает мириться с правдой.

Силы покинули Еву, она едва стояла на ногах, опустив взгляд к земле.

— И ты знал об этом? Знал ведь?

— Да, уже какое-то время. Но не хотел говорить тебе.

— Почему? Почему не сказал?!

— Потому что получилось бы как сейчас. Может, если бы это никогда не прояснилось, было бы проще. Но я решил, что выбора у меня просто нет, тем более сейчас…

— Сейчас? — уже заплаканные глаза девушки вновь обратились к парню, — Где Ким? Где он сейчас?

Все присутствующие молчат. Даже Зунко, и та проигнорировала вопрос подруги.

Ева ничего не ответила, отвернувшись. Она уже не держала зла на Сонга, но ей было больно от всего, что скопилось за последние несколько дней. На группу сыпалась одна проблема за другой, и после услышанного весь энтузиазм в миг испарился. Только сейчас она разгорелась надежной отыскать Мику, но тут же руки опустились и все отошло на второй план.

— Перед дорогой можете отдохнуть в гостинице. Пожалуйста, идемте. Это не займет много времени, — нарушив тишину, произнес генерал, и направился вдоль улицы.

— Да, пожалуй. Нужно придти в себя, — томным голосом ответила Ева и проследовала за генералом. Глаза ее так и не поднялись на друзей, что заметили её удрученное состояние. Они с пониманием относились ко всему, что тяжким грузом упало на душу Евы. Девушке понадобится какое-то время. Сонг хорошо знал свою подругу, и знал, что она довольно отходчивый человек. Вот только отходчивость, присущая Еве, имеет тенденцию скапливать в себе всю ту боль, что она испытывала с каждым разом все острее. Рано или поздно что-то внутри надломится, и Ева погрузится в отчаяние. Сонг хотел бы сделать все возможное, чтобы подобного не произошло. И лучшее, что сейчас можно придумать — отправиться на поиски Мику.

Сонг и Зунко продолжили стоять на улице, не решаясь сделать и шага.

— Вы идете? Или решили ночевать на улице?

Ева развернулась к ним и, словно за такой короткий промежуток времени её успели подменить, мягко улыбнулась.

As we all search for you, we are singing out; Поиски

Генерал предоставил гостям шикарную комнату в гостинице, где они смогут поселиться, готовясь к новому путешествию. Распорядившись здесь и договорившись с персоналом, он низко поклонился и покинул комнату, вернувшись во дворец.

Сонг, оглядев комнату, был слегка поражен: довольно просторная, уютная, и очень большая комната, в которой стояли две кровати, столик с зеркальцем, шкаф и проход на веранду, где открывался вид на широкую улицу, по которой в столь поздний час все еще гуляли люди. С противоположной стороны находилась отдельная комната с туалетом и большой ванной. О такой роскоши людям, что прожили всю жизнь в деревне, можно было лишь мечтать.

Зунко уже успела снять с себя обувь и запрыгнуть на одноместную кровать, беззаботно радуясь чему-то.

— Зунко будет спать тут! — радостным голоском кричит она.

— Да, конечно, почему бы и… — с улыбкой произнесла Ева, но вскоре заметила, что вторая кровать оказалась двуспальной, — Эм, кхм-кхм, ну не стоит так торопиться.

Сонг тем временем вышел на веранду, осматривая окрестности. Луна уже успела взойти на небо, необычайно большая и красивая. Где-то вдали слышны возгласы жителей, которые, по-видимому, работали над уборкой города от следов разразившейся битвы. Вместе с этим можно услышать, как кто-то поет и играет музыка. Несмотря на то, что здесь куда более оживленно, чем в деревне, Сонга поглотила ностальгия. И чувство печали. Обернувшись, он увидел Еву и Зунко, спорящих о чем-то и замахивающихся друг на друга подушками. И среди всего этого парень действительно понимает, что здесь не хватает еще одной девушки. Ему бы хотелось, чтобы она тоже почувствовала каково это — спать всем под одной крышей, не забивая голову чем-то плохим.

Надышавшись свежего воздуха, Сонг вернулся внутрь и уже готов был свалиться в кровать после ужасного дня, насыщенного событиями.

— Мы решили, что ты будешь спать на одноместной кровати, — уперев руки в бока, девушки, в конечном итоге пришли к согласию… и выселили парня на отдельную кровать.

Пожав плечами, Сонг согласился, сейчас подобные мелочи не играли никакой роли.

— Зунко, не хочешь принять ванную? — спросила Ева у девочки.

— Да-да, хочу, — закивала девочка.

— Я не сразу заметила… — Ева на секунду остановилась, внимательно разглядывая девочку, — Очень красивое платье.

Зунко оглядела свое тело, проследив за взглядом Евы. К сожалению, совсем новенькое платье в некоторых местах испачкалось, всё еще было сырым, покрытым пылью. Потеряло всё свое очарование. Девочка слегка поникла, вспоминая, что это было подарком, который она приняла от Сонга.

— Нужно… постирать его, — бросив короткий взгляд на парня, тихо произнесла девочка.

— Что ж, в таком случае, идем. Заодно и платье твое простирнем. Нужно только захватить полотенца.

Так парень остался в комнате в одиночестве, выслушивая шум льющейся воды и женский смех. Потушив свет, он накрылся одеялом и попытался уснуть. Через некоторое время в комнату вернулись девушки, и закутавшись под одеяло, начали потихоньку сопеть.

Вся комната освещена лунным светом, где-то далеко ухает сова. За входной дверью периодически слышны шаги горничных. Они время от времени переговариваются между собой, но вскоре все звуки за дверью стихают и наступает полная тишина. От такой тишины Сонгу слегка неуютно.

— Почему не спишь? — шепотом произнесла Ева, заметим открытые глаза Сонга.

— Как раз собирался… не привык я к… — Сонг чуть не проболтался, что ему неловко спать в одной комнате с двумя девушками, но, вовремя одумавшись, сглотнул и продолжил, —…к такому уюту. Дома все было иначе. Да и плохие мысли лезут в голову.

Ева ненадолго утихла, приобняв сопящую Зунко.

— Думаешь, мы…

— Да, Ева, найдем, конечно найдем. Я обещал тебе.

Теперь каждый смог удостовериться, что все их мысли поглощены Мику. Забыв о том, что случилось прямо перед ее уходом, Сонг и Ева все же видят в ней беспомощную девушку, которой прямо сейчас может угрожать опасность где-то там. Но хотелось верить в лучшее.

— Я до сих пор не могу разобраться в своих чувствах, — произнес парень.

— Ч-Что ты имеешь ввиду?..

— Совсем не много времени прошло с тех пор, как мы познакомились с Мику. Мы так и не узнали кто она, откуда она, но по какой-то причине я чувствую какую-то связь. Я не говорил раньше, но, в её присутствии меня не покидает мысль, что мы уже были знакомы… когда-то.

— Вот как… — Ева тоже задумалась, — Я думала такое только со мной. Действительно, я чувствую то же самое. Именно поэтому мне хочется еще раз увидеть её. И, наконец, узнать её получше. Понять, что значат эти необъяснимые чувства, что образовались между нами тремя.

После слов, сказанных Евой, наступила неловкая пауза.

— Л-Ладно, нам нужно набираться сил перед завтрашним походом.

— Спокойной ночи, Ева, — тихим голосом произнес Сонг, и зашелестел одеялом, отворачиваясь к стенке.

— Д-Да… и тебе…

Девушка еще некоторое время пролежала, раздумывая о чем-то. Потом еще сильнее прижала к себе девочку и постаралась уснуть.

***

Этой ночью Сонгу приснился странный сон.

Вокруг него стояла кромешная темнота. Сверху, сбоку, даже снизу, все пространство вокруг поглощено непроглядной тьмой. Обратив внимание на платформу, на которой твердо стоял Сонг — он увидел вращающуюся сферу, размером чуть шире стоп парня. Несмотря на ее случайные вращения, Сонг не ощущал, что кружился вместе с ней: плоскость, в которой он находился всегда располагалась в одном положении. Хотя, даже в этом нельзя было быть уверенным. Внутри этой сферы теплилась какая-то энергия, какая-то материя. Недалеко от себя, впереди, Сонг смог постепенно разглядеть чей-то проявляющийся силуэт. Чью-то женскую фигуру. Точнее, по ее длинным голубым волосам Сонг сразу понял, что это Мику. Она стояла к нему спиной на такой же вращающейся сфере. Парня и девушку разделяли каких-то пять-десять метров.

Сонг хотел произнести что-либо, протянуть к ней руку, но это не дало никаких результатов. В этом пространстве нет ничего, даже звука. Почему-то ему казалось, что ступив туда, в темноту, он удалится от Мику еще дальше. А она продолжает безучастно стоять, словно ощущает присутствие парня, но желает смотреть в его сторону.

Неожиданно в этой беспросветной тьме загорелся источник яркого пламени. Он появился прямо за спиной Сонга, представляя из себя плотную стену. И эта стена медленно двигалась по направлению к той сфере, на которой стоял парень.

Ему захотелось еще раз попытаться окликнуть Мику, но стоило лишь раскрыть рот, как прозвучал ее звонкий голос:

— Уходи! — он звучал свирепо и презрительно, — Уходи! Уходи! Уходи! Это всё из-за вас!

Девушка не желала даже поворачивать лицо в сторону парня. В какой-то момент Сонг подумал, что это не Мику. Это кто-то, похожий на нее. По крайней мере в это хотелось верить до последнего, наблюдая за её изменившимся в отрицательную сторону характером. Но времени на подобные размышления совсем не осталось. По мере того, как приближалось плотное пламя, сфера под Сонгом, по какой-то причине, начала уменьшаться в размерах, словно плавилась. И огонек внутри начал постепенно затухать, словно из него уходили остатки жизни.

— Уходи! Уходи! Уходи! Уходи! — повторяла про себя Мику.

Оказавшись в безвыходной ситуации, парень мог лишь наблюдать за тем, как из-под его ног уходит земля. Первым делом пропала сфера, а потом и все тело парня, превратившись в ничто, в пепел, даже тот исчезал из этой страшной реальности.

Стоило лишь пробудиться, как все воспоминания об этом жутком сне испарились. Осталось лишь неприятное послевкусие, которое теперь сложно было объяснить, не вспомним причину его возникновения. Но где-то в глубине души образ Мику начал совпадать с тем образом, который предстал не так давно на площади перед дворцом. Это могло положить начало сомнениям… сомнениям в том, кем же являлась Мику на самом деле.

***

На следующее утро группа из трех людей, под провожающие взгляды жителей и армии, выдвинулась из столицы на север. Генерал дал примерный ориентир до тех самых гор, где солдаты впервые обнаружили Мику. Через полпути они должны будут выйти на одну маленькую деревню, где пребывают сектаторианцы, что решили жить в изоляции. Генерал также предупредил о том, что леса в тех краях куда менее доброжелательны к путешественникам.

Обеспечив путников едой, необходимой для прогулки туда и обратно, генерал еще предлагал взять с собой двух солдат, но Сонг любезно отказался, почувствовав себе слегка неловко. Поначалу Сонга удивило, с какой легкостью генерал принял отказ — он так стремился заполучить Мику, а теперь его пылкое рвение заметно спало, словно в этом больше не было никакого смысла. Это создаёт еще больше вопросов. Но дереликторианцы, наверняка, все еще проявляют к девушки должное внимание, и представляют большую опасность. В том же направлении, куда направляются Сонг, Ева, и Зунко, находится столица вражеской армии — неприступная металлическая крепость, напоминающая больше форт, высота стен которого достигает ста метров.

После ночи в гостинице Сонг ощущал себя на удивление бодро. Ева с самого утра выглядела какой-то сонной и молчаливой, чего не скажешь о Зунко, которая постоянно улыбалась и подстать Сонгу была в тонусе. Это и понятно: сейчас, когда она покидала столицу, люди провожали ее добрыми улыбками. Дети что-то кричали и махали рукой. Наконец, она сможет запомнить и покинуть этот город лишь с теплыми воспоминаниями, не оставив места темному прошлому.

— Что ж, опять в пути, — выдохнул Сонг, как только стены столицы скрылись за ближайшей опушкой.

Первое время им придется двигаться параллельно реке, что проходила вдоль границ города и уходила в чащу леса.

— После прогулок на роботе пешком уже не так комфортно? — засмеялась Зунко.

— Ты совсем из меня старика делаешь. Да и говорил уже, что не такой уж и комфортный он внутри. Да и ты сама могла ощутить.

— Ну, будь я внутри одна, он определенно оказался бы для меня комфортным, а так — не знаю. Для двух-то там действительно было тесно.

— Да уж… я изрядно так вспотел.

Ева все это время шла впереди. Невольно подслушивая разговор, плечи ее напряглись и вздернулись.

— Я чувствовала себя слегка неловко, сидя на тебе.

— Ну перестань, не хочу даже вспоминать о подобном опыте. Хотя, это всяко лучше, чем если бы на твоем месте оказалась Ева.

Ева остановилась на месте, сжав кулаки. Сонг и Зунко, следовавшие за ней, также остановились и непонимающе глядели на девушку.

— Чем это вы там таким занимались?! — с нарастающей интонацией заголосила она.

Объяснив все в подробностях, компания лишь засмеялась и двинулась дальше. Ева же продолжала дуться за то, что неправильно поняла этих двоих.

— Каковы шансы, что мы сможем встретить Мику до того, как она достигнет гор? —неожиданно спросила Ева. Ее все еще терзали сомнения насчет того, что у них есть хоть какие-то шансы нагнать подругу.

— Генерал не обмолвился и словом о том, что конкретно находится в тех горах и почему Мику так отчаянно стремилась туда.

— Может быть она подумала, что раз ее нашли в том месте, значит она родилась там? — предположила Зунко.

— Думаешь, там все еще могут быть ее родители? Или кто-то из родственников? Кстати, а что насчет твоих родителей, Зунко?

— Ну…

— Сонг, не нужно было, — грозно сказала Ева.

Но, вопреки замечанию Евы, девочка решила все же рассказать:

—…я все еще помню лица своих родителей, хоть и смутно. Они всегда выглядели напуганными. Я не помню, что бы видела их счастливыми или радостными. Может, в моем присутствии им просто не чему было радоваться. Мама часто плакала, но в силу своего возраста я не могла понять причин этого.

— Твои родители любили тебя, Зунко. В наше время иногда происходят необратимые мутации при рождении детей. Я слышала, что подобные случаи с течением времени только участились. Тем не менее это не повод ненавидеть своих детей. Никто не может знать заранее, что это случится именно с их ребенком, — произнесла Ева, выслушивая вместе с Сонгом историю девочки.

— Да… Наверно ты права. Но уже с раннего детства к нам начали приходить какие-то незнакомые люди. Они постоянно крутились вокруг меня. Я начала все реже видеться с родителями. И в какой-то момент меня просто забрали из дома и отправили в столицу. Это было так неожиданно. Там, куда меня отправили была не только я. Еще множество таких же детей.

— Некоторое время назад существовали отделения, в которых изучали причины мутаций. Вскоре их расформировали. Как бы они не пытались, им так и не удалось ничего разузнать. Но, насколько я знаю, всех тех детей должны были отправить по домам. Если только не…

— Да, мои родители по какой-то причине отказались. Позже мне объяснили, что у них родилась еще одна дочка… нормальная. В итоге всех тех, кого некуда было устроить, отправили в рабство, приравняв к домашнему скоту. Отношение к таким как я с тех пор заметно ухудшилось и люди, у которых рождались дети с мутацией, начали относиться к ним с еще большим отвращением, добровольно сдавая таких государству.

— Собственных детей… как же так можно? Как после этого вообще можно называться родителями?

— Вопреки тому, какой теплый прием нам оказали в столице, у нашей страны еще много страшных и темных сторон, — с унынием в голосе произнес Сонг, — Генерал и армия сейчас заняты другими вопросами и то, что происходит внутри, порой обходит стороной высшие органы правления.

— Знаете, я всегда хотела, чтобы у таких как я была надежда на счастливое будущее, такое же, как и у всех остальных детей. Когда от тебя отказываются родители — это очень больно, но именно в эти моменты детям требуется поддержка. Именно в такой период жизни им должна открыться надежда на светлое будущее. Я бы хотела попытаться помочь им, — Зунко, поддавшись эмоциям, стала говорить как взрослая, хоть и смутилась в конечном итоге. Но эти слова воодушевили Еву поддержать девочку и разделить её чувства:

— Если ты решишь этим заниматься, когда подрастешь — я буду поддерживать тебя на всем пути, Зунко.

— В конечном итоге вы решили открыть приют, — подытожил Сонг.

— Да-да, точно! — улыбнулась Зунко, глаза ее засверкали.

— А Мику будет у нас воспитательницей! Уже представляю ее в сарафане, сидящей с книгой в руках в кругу детишек, — Ева полностью ушла в фантазии.

Как бы нелепо это не звучало, но Зунко с радостным лицом выслушивала Еву и со всем соглашалась. Ее тяжелая судьба стала шагом к тому, чтобы не допустить такой же судьбы для других, похожих на нее, детей. И если ее мечта воплотится — много детей, кому не повезло родиться в любящей семье, станут счастливее.

За этими разговорами компания заметно замедлила свой шаг и Сонг, в итоге, напомнил девочкам о том, чтобы они поторопились. В ответ на свое замечание Сонг услышал лишь недовольное «хмыканье» Евы.

Лес, через который шла группа, заметно отличался от того, что рос вокруг их родной деревни. Деревья здесь даже цветом и размерами отличались. Листва куда темнее, стволы раза в три толще. Всем окружением ощущалось, что дорога вела все дальше на север. Даже за два дня ходки климат уже успел поменяться. И хоть температура вокруг нисколько не снизилась, все окружение говорило об обратном.

— А правда, что на севере в горах идет снег? — интересовалась Зунко, которая никогда в жизни не видела снега.

— Ну, так далеко мы точно не зайдем. Но да, далеко на севере в горах действительно идет снег, — ответил любознательной девочке Сонг.

— Моя бабушка рассказывала, что они даже жили в одном северном городке, — поделилась Ева, — Снег круглый год. Холодрыга и сильный ветер. Уже от одних рассказов холодок по телу. Бр-р-р.

— А мне хотелось бы, хотя бы разок увидеть!

— В таком случае это без меня, — Ева недовольно высунула язык.

Река, вдоль которой шли герои, стала извиваться и вскоре ушла в противоположную сторону. Здесь путникам необходимо было повернуть чуть западнее. Через пару часов они должны будут выйти к той самой деревне, о которой говорил генерал. За разговорами расстояние очень быстро сокращалось, что не могло не радовать.

— Этот лес действительно жуткий, в отличии от того, что окружал нашу деревню и в котором жила ты, Зунко, — осматривая темную местность, поведал Сонг.

— Здесь ведь нет никаких опасных монстров?

— М-Монстров?! — голос Евы заметно задрожал и она замерла на месте, но тут же отшутилась, размахивая ладонью, словно веером, перед лицом, — Нам уже хватило оборотней. Давайте не будем создавать себе новых врагов.

— Ах, точно, я вспомнил, как в детстве Ева боялась ходить в одиночестве в лес. Обычно в такие моменты она придумывала повод, чтобы взять с собой меня. Например, говорила, что ей просто скучно гулять одной, или что я обязан её сопровождать везде, словно подчиненный.

— Хватит уже делиться чем-то, что принижает моё достоинство!

— Да-да, ей явно не хватало кожаного костюма и пле… — начал было воодушевленную фразу Сонг, как его тут же перебили.

— Да чему ты учишь ребенка! Неужели я действительно создаю такое впечатление?

И Сонг и, что удивительно, Зунко, промолчали. Тогда Ева обратилась к девочке, на глазах её уже проступили слезы и она, медленно ступая, и вытянув руки вперед, тянулась к Зунко:

— Неужели я такая пугающая?

— Д-Да, вот сейчас особенно, — дрожащим голоском произнесла Зунко и отступила назад.

Чтобы как-то поднять в глазах свою подругу, Сонг вспомнил то, что грело его душу сильнее всего:

— Но, вопреки этому, Ева уже тогда была довольно заботливой. У нее даже был маленький сад с цветами, за которыми она ухаживала.

— О, правда? — Зунко сменилась в лице, — Значит, ты много знаешь о цветах, Ева?

— Ах, ну, не то что бы, — оглядевшись по сторонам, Ева вытянула палец вперед, туда, где возле дерева росли нежно-розовые цветы, почти у самой земли, — например, я точно знаю, что эти цветы называются аквилегия.

Зунко обратилась к тому дереву, где росли едва заметные цветы. Они еще не успели до конца расцвести, но уже могли приковать к себе изумленное внимание девочки. Сонг, который совсем не разбирался в растениях, был удивлен, что даже на севере может расти такая красота.

— Эти цветы — один из признаков того, что мы приблизились к северным землям. Они довольно распространены здесь, — пригнувшись над Зунко, поделилась Ева, — Удивительно, но каким бы красивым он не вырос, во многих народах этот цветок считается символом измены, и поэтому дарить его девушкам и женщинам не полагалось. Конечно, это не единственное значение. Когда-то мне попалась в руки книга, где говорилось, что эти цветы имеют некоторое отношение к Деве Марии. Это связано с некоторыми особенностями цветения.

— Ева, у тебя такое милое увлечение.

— Ах, ну… не сказать, что мне это было прямо-таки интересно. Просто этот сад остался, как напоминание о моей семье. А все эти знания можно получить из обычных книг по садоводству. Но знаешь, были в моем саду поистине необычные цветы, о которых не было написано ни в одной книге. Я даже как-то упрашивала Михаила, когда он в очередной раз отправился в столицу, чтобы он зашел в библиотеку и поискал информацию об этом цветке. Он с радостью выполнил мою просьбу, но найти так ничего и не смог.

— Ого, возможно, в твоем саду росли очень редкие и ценные цветки?

— Возможно. У них был красивый, бирюзовый окрас, который переливался голубым. Каждый цветок отдает жизнью, но этот… он словно хранил в себе что-то более видимое человеческому взгляду. Я даже не знаю как объяснить.

— Бирюзовый, голубой… прямо как Мику? — задумчиво произнесла Зунко.

— А? — Ева, зарывшись в воспоминания, не сразу расслышала девочку, но потом, призадумавшись над её мыслью, коротко кивнула, — Да, пожалуй, как Мику.

Сонг, что стоял позади и наблюдал за разговором двух, склонившихся к цветам, девушек, уже готов был двигаться дальше. Но выслушивая то, с каким интересом они общались друг с другом, и как расцветает улыбка на их лице, Сонг решил для себя, что готов подождать еще немного. В конце концов это он завел разговоров о цветах, зная, с каким энтузиазмом Ева любит поддерживать эту тему.

— Что ж, думаю, нам пора двигаться дальше, — выпрямившись, произнесла Ева. Зунко согласилась с ней и они обе вернулись на тропу, проследовав дальше.

***

— А что за деревня, в которую мы направляемся?

— От генерала я лишь узнал, что там живут бывшие солдаты армии с их семьями. В какой-то момент они решили, что не хотят участвовать в военных конфликтах. Глава нашей деревни, откуда мы родом, тоже придерживался похожей позиции. Вообще, в нормальной ситуации за такое следовало бы суровое наказание, но генерал принял этот протест, как знак свободной воли, которому он не в силах перечить.

— Этот генерал, вообще, очень странный тип, — заметила Ева, — какое-то время он боготворил Мику, прыгал вокруг нее, но в итоге даже не расстроился, когда она исчезла. Что им движет?

— Не спрашивай меня, я в людях не разбираюсь, — отмахнулся Сонг, — мне даже с друзьями не везет, не то что с посторонними.

Ева уперла руки в бока, понимая, что это был камень в ее огород. И так продолжалось еще несколько раз за все время пути. Лишь Зунко была способна вовремя разнять этих двоих, которым чуть что — сразу нужно было бодаться.

Но и Зунко, и Сонг наконец видели Еву в бодром расположении духа.

— Интересно, в этих лесах тоже обитают оборотни? — спрашивала Ева, по ходу того, как они углублялись все дальше в дикий лес.

— Если обитают, у нас будет дополнительная проблема — жители деревни наверняка расставили в лесу ловушки. Не хотелось бы мне оказаться в сети, как это обычно бывает. Так что, Ева, держись от меня на небольшом расстоянии.

— Эй, это ты сейчас так тонко намекнул, что не хотел бы оказаться со мной в одной сети? Ух, бесишь!

По какой-то причине Сонг и Ева перешли на полушепот, будто всерьез остерегались того, что что-то плохое может произойти. Деревня должна быть совсем недалеко. Оставалось лишь надеяться на теплый прием, который окажут жители деревни совсем незнакомым путникам.

Меж деревьев уже начали проявляться огни. Первым делом компания смогла выйти на более менее широкую тропу, вдоль которой были воткнуты факелы. По какой-то причине они горели даже в дневное время суток. Там, в конце тропы, можно было заметить врата, сделанные из бамбука, и по обе стороны от этих врат также стояло высокое плотное заграждение. Жители этой деревни всерьез задумывались о безопасности своего поселения. И, как вскоре выяснится, тому были свои причины.

Как только чужаки подошли к воротам, откуда-то из кустов показался один из, по-видимому, жителей деревни, держа в руках ружье.

— Кто такие? — грозно спросил он, сжав оружие в руках еще плотнее.

Удивительно, как быстро эти люди адаптировались к дикой природе, что даже люди вызывают у них подозрения.

— Мы прибыли из столицы. Нам нужно пройти к северным горам. Генерал предупредил нас, что вы сможете помочь, — попытался объясниться Сонг.

Охранник оглядел всех троих и, не заметив каких-либо подозрений или враждебности, отступил в сторону. Вскоре после этого ворота медленно отперлись.

За высоким ограждением оказалась самая обыкновенная деревня, куча небольших домов по типу тех, в которых жили Сонг и Ева. Но здесь было необычайно тихо и немноголюдно. Если домов было большое количество, то жителей на улице сейчас было не больше пяти-шести.

— Остальные жители спрятались в своих домах? Вы так не привыкли к чужакам? — поинтересовался у охранника Сонг.

— Остальные? Это все жители.

Зунко и Ева еще раз оглядели поляну между домов и все еще не верили словам охранника, сочтя их за злую шутку.

— Разве не многовато домов для такой маленькой кучки жителей?

— Ну, дома остались от старых хозяев. Не сносить же их. Проходите уже.

Медленно следуя вдоль домов, компания остановилась у разожженного по центру небольшого костра. Бабушка, что сидела и грелась там, немного придвинулась, приглашая путников присесть.

— Они собираются в горы. Говорят идут из столицы, — начал говорить с бабулей и всеми присутствующими жителями охранник.

— В горах опять что-то произошло?

— Опять война добралась до нас? У нас и свои проблем хватает, — начали перешептываться жители.

— Нет-нет, мы не из армии и не имеем к ним никакого отношения. Нам нужно просто кое с кем встретиться.

Сонг пытался разрядить обстановку. Ева и Зунко лишь кивали, подтверждая слова своего друга.

— Слишком много вас, заинтересованных в этих горах, последнее время стало.

— Что вы имеете ввиду?

— Немного ранее, мы услышали страшные звуки, доносящиеся из леса. Они были похожи на этих ваших роботов. А вскоре на пороге появилась странная девушка.

Ева с Зунко переглянулись.

— Это Мику. Мы как раз разыскиваем ее!

— Да, по всей видимости она тоже искала эту деревню, а может просто случайно вышла на нее. Она ничего не спрашивала, вела себя странно, даже не общалась ни с кем, но мы, как могли, оказали ей теплый прием.

— Слава Богу с ней все в порядке, — выдохнула Ева.

Судя по словам жителей деревни, Мику вела себя естественно. От той сущности, которая проявилась в столице, не осталось и следа. Но все еще неизвестно с чем это было связано.

— Как давно это было?

— Ранним утром я обнаружил ее у ворот. А с момента ее исчезновения прошло уже полдня, — рассказал охранник.

— Исчезновения?

— Она что-то невнятно твердила, указывая куда-то. Кое-как нам удалось понять, что она, как и вы, направлялась к горам. Указав ей путь, мы больше ни о чем не расспрашивали. После того, как она узнала дорогу, след её простыл.

— Значит, у нас еще есть шанс нагнать ее. Как далеко отсюда горы?

— С противоположной от входных ворот стороны. Расстояние примерно такое же, как отсюда до столицы.

Как и говорил генерал, деревня располагалась почти на полпути к горам.

— Если у вас там какие-то дела, собирайтесь и идите! Нам не нужны лишние проблемы! — настрой охранника вдруг стал грозным.

— Успокойся, Артур, не часто к нам заходят гости, — успокоила его бабушка.

— Уж лучше бы никогда их тут не появлялось.

С этими словами охранник пнул землю под ногами и вернулся к воротам.

— Простите его. Артура можно понять, все мы уже продолжительное время живем в страхе.

— Что произошло в деревне? Где все остальные жители? — спросила Ева, приблизившись к бабушке.

— Оборотни… их стало слишком много в этих краях.

— Неужели… вы хотите сказать…

— Они нападают на вашу деревню? — вместо Евы вопрос задал Сонг.

— И недели не проходит с их предыдущего набега. С каждым днем их гнев растет.

— Скорее всего они поселились где-то под боком деревни. И теперь решили выселить вас из этих краев.

— Артур предлагал перебраться подальше к реке, но кто же нам позволит? В этом дремучем лесу они-то нас и будут поджидать. Здесь у нас есть хоть какие-то шансы укрыться.

Ева еще раз оглядела всю деревню. Помимо бабушки и охранника, возле одного из домов две девочки поливали цветы. Немного дальше на лавочке сидели мужчина с девушкой и обсуждали что-то. У мужчины была перевязана рука. Где-то в окнах домов можно было разглядеть еще две или три человеческих фигуры, и это, похоже, все оставшиеся жители деревни.

— Из мужчин, способных защищать деревню, у нас только Артур и Герц, — бабушка закашлялась, — Простите, вы, наверное, хотите чаю? Я скажу девочкам, чтобы навели вам.

— Не стоит, мы уже уходим, — остановил ее Сонг.

Ева с каким-то взволнованным выражением лица посмотрела на парня, будто хотела что-то донести до него.

Зунко также ощущала какой-то дискомфорт.

Поднявшись со своего места и извинившись перед бабушкой, Ева оттащила Сонга подальше:

— Им нужна помощь. Может, нам стоит вернуться в столицу и сказать, чтобы сюда кого-то прислали?

— Что? Ева, о чем ты? А как же Мику? Разве мы не должны торопиться?

— Да, но… — Ева впала в отчаяние, — Неужели мы опять сбежим, бросив за собой беспомощных людей?

— Мы потратим лишний день на дорогу. Я понимаю твое смятение, но не в нашем положении.

К Еве и Сонгу подошла Зунко, которая, судя по ее выражению лица, хотела сказать то же самое, что пыталась донести до парня Ева.

— Если бы Мику знала, с каким «рвением» вы собираетесь вернуть ее — она надула бы щеки, — сдавшись, произнес Сонг.

— Значит мы поможем? — Ева улыбнулась.

— Я поговорю с тем мужиком. Что-нибудь решим.

— Спасибо… спасибо тебе, — Ева готова была обнять своего друга.

Вместо нее инициативу в свои руки взяла маленькая девочка. Она подошла к Сонгу и припала к его телу, обхватывая руками. Это еще сильнее смутило парня, но не придало ему дополнительного стимула. В конце концов проблема крайне серьезная и опасная.

— Так что вы решили? — поинтересовалась бабушка.

— Наливай чаю, бабуля, — воодушевленно ответил Сонг.

***

Вскоре Сонг попросил жителей деревни, включая Артура, собраться у костра, расспрашивая их о местных оборотнях.

— Мы охотились с Герцом только вчера. Смогли убить одного оборотня.

— Скольких вам удалось убить за все время? И сколько их еще, по вашему мнению?

— Это третий на нашем счету. На деревню они нападали группами по три-четыре. Но я не уверен, они всегда приходили лишь ночью. Осторожничают.

— Они бы могли уже давным давно напасть всей стаей, хм, — размышлял Сонг.

На эти слова Ева толкнула его локтем в бок. Две девочки, выслушивая Сонга, затряслись от страха.

—…но, они же не стали, значит все хорошо. Видимо, в их стае также не много тех, кто способен охотиться. Вы пытались выследить их логово?

— Когда нас было больше, мы смогли найти в лесах какие-то старые руины. Мне самому не доводилось видеть их лично, но я примерно знаю по словам моих собратьев, где они находятся. Да и Герц там точно бывал. Похоже, оборотни обитают где-то в той области.

— Плохо это, Артур. Мы тогда троих потеряли, — к обсуждению присоединился сам Герц, у которого была перебинтована рука.

— А что у вас с оружием?

— Да оружия то полно; рук, способных держать его — вот чего нам не хватает.

Обдумывая всю полученную информацию, Сонг еще долго не мог придти к здравому решению, но в конце концов обратился к неутешительному выводу, который так и напрашивался:

— Тогда решено — мы пойдем к их логову, — ударив кулаком в раскрытую ладонь, твердо произнес Сонг.

— Погоди-погоди, разве мы не договаривались привести из столицы подкрепление? — с недовольным возгласом в разговор вклинилась Ева.

— Не нужно. Если оборотни не нападают, они, по всей видимости, лишились своего вожака. Мы сможем справиться сами. К тому же уже не впервой.

— Нет! Я категорически против! Мы собирались совместными усилиями оказать помощь этим жителям! А что нам с Зунко предлагаешь делать?! — Ева выпрямилась, недовольно глядя в глаза Сонга.

— Девушек и детей я брать с собой не собираюсь! — выругался охранник.

— Ева… Останьтесь здесь.

— Как эгоистично! Я просила тебя о помощи, но я не говорила тебе решать все в одиночку!

Все окружающие напряглись. Ева разразилась в самом настоящем гневе. Все, кроме нее самой, прекрасно понимали, что она хотела донести — это было неприкрытое волнение за своего близкого друга.

— Ева, ты должна остаться тут вместе с остальными. И ждать нас. Ждать меня, если тебе так угодно. И тогда я буду уверен, что мне есть куда вернуться — туда, где меня ждет моя близкая подруга. Думая об этом, насколько же глупым я должен оказаться, чтобы не допустить своего возвращения!

— Ты! Ты!.. — Ева начала понемногу остывать, когда проанализировала слова, сказанные ее другом. Тогда ее лицо залилось краской, — Ты дурак! Не говори таких смущающих вещей! Тут же… — Ева оглядывалась по сторонам, поймав на себе несколько заинтересованных взглядов, —…дурак!

Прикрыв покрасневшее от стыда лицо руками, девушка убежала. Зунко собралась бежать за ней, но перед этим повернулась и обратилась к Сонгу:

— Мы с Евой будем ждать вашего возвращения.

— Да, мы не подведем вас! — подняв большой палец кверху, с улыбкой произнес Сонг.

Зунко ответила той же доброжелательной эмоцией, кивнула и отправилась за смущенной и рыдающей, Евой.

— Ты, похоже, много знаешь об оборотнях. Охотился? — спрашивал охранник, отводя Сонга к складу оружия.

— На нашу деревню часто нападали, да и мой… мой друг очень много знал о повадках оборотней. От него я узнал их слабости и некоторые особенности охоты. Охотились мы всего пару раз, правда и тогда не обходилось без жертв.

— Мы готовы, — охранник остановился, — Мы уже давно готовы к собственным жертвам, если это принесет покой умершим.

Сонг понимающе взглянул на Артура. В его глазах, скорее, горит огонек мести. Это тот человек, который переживает за умерших больше, чем за тех, кого еще можно спасти. Артур тут же поведал о своем двигателе ненависти к кровожадным тварям, чем только подтвердил догадки Сонга:

— Мои жена и ребенок стали жертвами этих монстров. Для меня это месть, а месть — это дорога в один конец. Я думаю лишь о том, что не готов умереть, зная, что эти твари останутся в живых. Если понадобится — я заложу бомбу в их логове.

— Так у вас еще и бомбы есть?

— Да, есть парочка, но… мы не стали ими пользоваться, потому что никто не знает как их активировать, — почесав затылок, произнес Артур.

Склад с оружием располагался в одном из домов, в погребе. Конечно, складом это не назовешь. Там лежало лишь несколько ружей, сложенных в куче, которые Артур периодически чистил и проверял. И те самые бомбочки. Взяв одну в руку, Сонг сразу же убедился в том, что они выглядели весьма необычно: неизвестный темно-синий переливающийся металл с небольшим дисплеем. Никаких намеков на кнопки или что-то подобное тут не было.

— Ладно, возьмем на всякий случай.

Выбрав более менее новое ружье, Сонг еще раз проверил его, затем прихватил коробку с патронами.

— Артур, прекрати уже, — в комнате появился Герц. Он все еще не был доволен подобным решением.

— Можешь оставаться здесь, Герц. Я ждать больше не собираюсь. Этот парень говорит, что шансов у нас потом может и не быть.

— Да посмотри на этого подростка. Откуда ему разбираться в охоте? — указав свободной рукой на Сонга, произнес Герц.

— Хватит, Герц. Я помню, что говорили о Зое.

— Что? Ты винишь меня за Зое? Я знал, что мнение посторонних тебе важнее! Сколько раз мне тебе повторять?!

— Мои товарищи, погибшие на охоте — не посторонние. Я не виню тебя за то, что тебе тогда пришлось бросить Зое, — заряжая, произнес Артур, — Герц, я рад, что ты вернулся живым.

Эти последние слова словно были направлены на совесть парня с перебинтованной рукой. Отступив назад, он почувствовал неловкость и легкую обиду.

— Артур, я пойду с вами. Позволь мне, — Герц, словно по щелчку, изменил свое решение.

— Ты уверен?

— Д-Да, да, буду чувствовать себя последней дрянью, отсиживаясь в деревне, пока вы там.

Между парнями настала длительная тишина, которую вскоре прервал Артур:

— Спасибо, Герц.

— Да, только скажу Елене, чтобы сменила повязку. Приготовь и для меня ружье.

— Хорошо, брат. Мы будем ждать тебя у ворот.

Взяв еще одно ружье, Артур кивнул Сонгу и, заперев погреб, парни вышли из дома и направились к центральному выходу из деревни.

Зунко провожала взглядом Сонга, махая ему ручкой. Евы все еще нигде не было видно. Но это, наверно, и к лучшему. Сейчас Сонг не хотел, чтобы она вновь беспокоилась понапрасну. Скорее всего, она испытывает долю вины за то, что заставила парня остаться и помочь этим жителям. Теперь у него просто не было выбора, и он обязан был вернуться живым, это очередное обещание, которое Сонг дал своей дорогой подруге. И с каждым таким ответственность внутри все росла и росла.

— Удачи вам в пути, молодые люди, — сказала старушка на прощание.

Оказавшись снаружи, парни еще некоторое время ожидали Герца у ворот, и вскоре он появился, торопливо следуя к ним со стороны своего домика. Елена глядела ему вслед, прижав руки к груди.

***

Густой лес встречал путников лучами солнца, что местами прорывались сквозь непроглядные кроны. Отсюда, если поднять голову, не видно даже неба. Высокие деревья, как колонны, восседают над скромной группой охотников. Сонг заметил, как, несмотря на дикую местность, здесь много тропинок, постепенно зарастающих сорняками. Это еще один признак того, что раньше здесь проходило много людей. За неимением жителей, цивилизация постепенно покидает это место. И этому способствовали обосновавшиеся оборотни, словно желающие отнять то, что у них когда-то забрали. Этот вечный конфликт, похоже, закончится лишь тогда, когда не останется не единой твари в этих краях.

— Как далеко эти ваши руины? — спросил Сонг, пока все трое, свернув с тропы, перебирались через густые лесные заросли.

— Сложно сказать. Первый раз мы шли вслепую, а возвращались уже сломя голову, — ответил Герц, вспоминая предыдущую вылазку, — но они достаточно близко. Нужно просто следовать вниз по склону, а храм как раз в самой низине и стоит. Там, если глядеть вдаль, такая местность, словно кратер. Правда, хрен тут что рассмотришь, право.

Где-то вдали, нежданно, раздался глухой вой, принадлежащий одному из местных обитателей.

— Ну вот, уже не так далеко.

Пару раз на своем пути Сонг замечал самодельные могилы, где, по-видимому, были похоронены боевые товарищи Артура и Герца. Под крестами уже была разрыта земля.

— Даже умерших не жалеют, дьявольские отродья, — сплюнул Артур.

— Ты знаешь, Артур, у нас не было другого выбора. Хоронить их вблизи деревни было худшей идеей.

— Пожалуй, ты прав, — выдохнул мужчина, — Так-с, короткий перерыв. Я ненадолго отойду, — сбросив с себя сумку с боеприпасами, Артур направился в заросли.

— Давай, брат. Мы будем ждать здесь.

Сонг с недоумением глядел вслед Артуру, а потом перевел взгляд на Герца. Тот, разглядев в глазах парня немой вопрос, тут же пожал плечами и ответил:

— Его дочь и жена тоже захоронены где-то тут. Надеюсь с их местом упокоения все в порядке.

Не нужно было больше пояснений, чтобы согласиться и молча дожидаться, пока Артур вернется. Он наверняка не глупый мужик и далеко не уйдет: разделяться в таком месте было бы самой наихудшей идеей.

Даже раньше, чем ожидал Сонг, вернулся Артур. Он не произнес ни слова, и пройдя мимо, пошел дальше, вернув сумку себе на плечо. Герц и Сонг молча последовали за ним.

— Эта девушка, которую вы преследуете, она не из этих краев? — интересовался Герц.

— Ну, она жила где-то у подножья северных гор. Туда мы и держим путь.

— Эй, Артур, а что у нас в горах? Разве там кто-то живет? — крикнул Герц своему приятелю.

— Никогда бы не поверил, что там можно жить. Но Чарми… — начал Артур и запнулся.

Герц перевел взгляд на Сонга и уточнил:

— Чарми это погибшая дочь Артура.

— Чарми как-то блуждала в тех горах. Еще до того, как здесь появились оборотни. Она рассказывала о девочке, с которой подружилась там.

— Наверно, она встречалась с Мику…

— Я как-то не придавал этому особого значения. Она каждый раз твердила, что эта девочка была одинокой, всегда грустила и, вроде как, ждала кого-то.

— Ждала кого-то? — переспросил Сонг.

— Не знаю, Чарми всегда любила фантазировать и придумывать себе воображаемых друзей. Ну, знаете, девочки… — на секунду показалось, что Артур готов был пустить слезу, — Она также рассказывала, что эта девочка в горах научила ее разным песням, историям. На вопрос: «как она выглядит?» Чарми лишь отвечала, что у нее необычные длинные розовые волосы. Тут-то я и подумал, что Чарми скорее всего выдумала себе новую подружку.

— Розовые? — это факт заставил Сонга усомниться, — Странно, значит это не могла быть Мику… Может кто-то из её друзей или родных…

— Эй, смотрите. Вон там! — перебив разговор Артура и Сонга, Герц указывал пальцем куда-то вперед.

Там, среди кустов и зарослей валялась огромная мраморная глыба.

— От храма, поди. Значит мы уже почти пришли, — спокойно произнес Артур и последовал дальше.

Ружье в его руках уже было заряжено и готово выстрелить в любой момент. Сонг и Герц также напряглись, готовые к неожиданным встречам, и весь оставшийся путь до храма глядели в оба, рассчитывая каждый шаг.

Здесь вокруг ни единого звука. Земля под ногами всегда находится под небольшим наклоном, говоря о том, что весь этот путь парни ступали по склону. Глыбы начались встречаться всё чаще, деревья здесь росли куда плотнее, напоминая самые настоящие джунгли. Воздух какой-то тяжелый, влажный. Похоже из-за недостатка солнца влага после проливного дождя может сохраняться здесь до нескольких недель. И где-то в этой местности живут оборотни, который до сих пор не подали ни малейшего намека своего присутствия.

Прорываясь сквозь дикие растения, взору Сонга предстал тот самый заброшенный храм. Большая его часть покрыта зеленью, что создавало свою специфическую красоту. Несколько темных входов внутрь, и неизвестно что скрывается за ними.

— Поди знают уже, что мы здесь. Хотя я не ощущаю присутствия кого-либо.

— Скорее всего прячутся где-то внутри. Может даже спят.

— Что это за место? — спросил Сонг, подняв голову к верхушке храма. Высотой он, однако, заметно ниже крон деревьев. Если глядеть с неба, это храм полностью скрыт среди зелени.

— Без понятия. Черт знает сколько ему лет. Когда мы только отстраивали деревню, некоторым людям удавалось находить в этих местах потрепанные книжки. Вон там вход.

Следуя за Артуром, Сонг и Герц направились прямиком внутрь.

— А что за книжки?

— Знаешь, сколько мне в руки не попадало, ни в одной не удавалось разобрать и слова. Прогнили, валяясь тут в земле на протяжении нескольких веков, похоже.

Внутри неизведанного строения группу встретили короткие узкие коридоры, пустые помещения. Это скорее наземные катакомбы, нежели здание, сооруженное для посещений. Возможно даже гробница какая-нибудь. Сонг аккуратно переступал через корни деревьев и плотно-растущие кустарники, которые прорывались сквозь камни из-под земли и с каждой расщелины, ведущей наружу. Если бы не обильные заросли, здесь наверняка мог бы быть большой дворик для прихожан. Чем дольше Сонг находился в этом месте, тем сильнее он убеждался в том, что это место, словно храм для служения. Какие-то общие с церковью черты были присущи этому зданию.

— Да, они здесь, — Артур указал вглубь коридора.

Там, среди крупных осколков от стены лежали какие-то лохмотья и тряпки. Похожи на чью-то разорванную одежду.

Высунув ствол из-за угла, Артур выглянул туда и наткнулся на очередное помещение, в которое проникал тусклый солнечный свет.

— Пока что довольно спокойно для логова.

— Тут всего один этаж. Может, есть какие-то подземные туннели? — спросил Сонг, указывая себе под ноги.

— Да, скорее всего так и есть.

Развернувшись, Артур проследовал в другой коридор, по пути заглядывая в каждое помещение.

— Артур, а что, если они узнали, что мы идем сюда и решили в это время напасть на деревню?! — предположил Герц.

— Не думаю, не настолько они умные, как мы, люди.

Зайдя в очередные покои, нашлась первая зацепка — небольшая лужа крови, от которой в противоположном направлении тянулась красная полоса.

— Сейчас будьте предельно аккуратны, — наставив ружье туда, Артур пошел вперед.

В том помещении, куда зашел мужик, крови было еще больше, но она продолжала полосой уходить все дальше и дальше, в конце концов скрываясь за очередным углом.

— Эй, Артур, тут что-то разжигали, гляди!

В одной из комнат прямо по центру были сложены палки и хворост.

— Скорее пытались разжечь, но по какой-то причине не стали.

Такая необычная находка обнаружилась еще в нескольких местах.

— Хочешь сказать тут совсем недавно жили люди? Может мы ошиблись?

Словно отвечая на вопрос парня, из дальней части здания раздался протяжный вой. За ним последовало еще несколько.

— Они здесь! — выкрикнул Сонг, наставив оружие на один из выходов.

Только сейчас парни заметили, что находились в комнате, у которой было четыре выхода в противоположных направлениях. Это выглядело так, словно их заманивали как можно дальше в лабиринт, чтобы была возможность напасть сразу со всех сторон.

Очередной вой эхом пронесся по всему храму, все еще не ясно с какой стороны находились враги, или они уже успели сосредоточиться в каждом проходе.

— Глядите в оба. Герц, прикрывай вход с правого плеча, и гляди в левый. Парень, ты тоже.

— Хорошо!

В конце концов сторон, откуда мог показаться противник, больше, чем людей в этом помещении. Таким образом каждый взял на себя по полтора прохода, чтобы если один не заметит, другой мог предупредить его.

Первый оборотень сразу же появился в конце западного входа. Глядя прямо в глаза своей жертве, монстр не задумываясь помчался вперед, сметая все на своем пути. Подпустив монстра на расстояние, допустимое для попадания, Сонг выстрелил. Следом выстрелили и Артур с Герцом. Как и ожидалось, оборотни рассчитывали напасть одновременно, как тогда, в деревне Сонга.

Торопливо перезарядив оружие, Сонг вновь наставил его на выход и ожидал появления очередного противника. Они летели один за другим в произвольном порядке. Выстрелы из ружья звучали один за другим, заглушая собой все вокруг, включая нескончаемый предсмертный рев. На секунду Сонгу показалось, что подобное выглядело, скорее, как самопожертвование собой ради защиты чего-то, чем продуманная атака хищников.

— У меня никого, давайте туда! — скомандовал Артур.

Герц и Сонг, все еще направляя свое оружие на выходы, спиной направились за напарником. Проследовав в соседнюю комнату, парни смогли сосредоточить свои оружия только на двух входах, с обратной стороны располагалось небольшое прямоугольное окно.

Еще два оборотня одновременно влетели в один из проходов, мешая друг другу. Картечь, выпалившая им в морды, заставила их выскочить назад.

Сонг, перезаряжая очередной патрон, в панике случайно выронил его из рук, и пытаясь торопливо поднять его с пола, неожиданно замер. Его взгляд зацепился за что-то, что валялось на полу в том месте. Там, под мелкой крошкой камней и пыли, словно полотном, изображен чей-то до боли знакомый портрет. Сонг смог разглядеть лишь отдельные черты лица, но сомнений быть не могло.

— Двигаемся дальше! — скомандовал Артур.

Сонг хотел запечатлеть это изображение в своей памяти, до последнего всматриваясь в него, но Артур с силой потянул парня за собой.

— Ты что, не время спать!

Согласившись с мужчиной, Сонг кивнул и перезарядил оружие. Картинка все еще не вылетала из его головы.

«Почему она здесь?»

Очередной противник залетел в комнату и одним рывком преодолел все расстояние до парней. Всем своим весом оборотень накрыл собой Артура, и парень выронил из рук ружье. Герц, что-то выкрикнув, ударил прикладом монстра и, целясь ему в затылок, выстрелил. Монстр упал замертво, и Артур отбросил его в сторону. Сонг, тем временем, был занят очередным нашествием.

— Артур, почему их так много?

— Такое чувство, что они сбежались сюда со всей округи.

— Глупости какие. Неужели мы для них деликатес? Да и, подумать только. Мы, вроде бы, рассчитывали, что их осталось совсем немного. В таком количестве они давно бы разнесли нашу деревню.

Сонг тоже не знал причины такого большого скопления оборотней в одном месте. Обычно они жили отдельными стаями, но здесь было несколько стай. Словно они призывали в этот храм своих товарищей.

— В округе больше нет других гнезд. Я не знаю, вообще не понимаю.

— Отступать уже нет смысла, брат. Мы пообещали, что на деревню больше не нападут, — схватив за руку Артура, Герц помог ему встать.

— Да, давай постараемся.

Сонг все еще был погружен в собственные мысли. Ощутив вес знакомого предмета за спиной, парень засунул руку в сумку на поясе и достал оттуда одну из гранат. Все также никаких мыслей о том, каким образом ее активировать. Но на всякий случай Сонг со всей силы швырнул ее туда, откуда бежали оборотни. И как и ожидалось, бомбочка лишь ударилась о стену и упала куда-то за камни.

Один из оборотней, однако, увидев блестящий предмет, вдруг зарылся лапами в то место.

— Сонг, давай в следующую комнату!

— Хорошо, понял.

Развернувшись спиной, Сонг проследовал за Артуром и тут, внезапно, со спины в него устремилась ударная волна, отправив на твердый пол. Все вокруг поднялось на воздух. Герц также завалился на землю, один лишь Артур успел зайти за угол и устоять на ногах. По всем помещениям пронеслась яркая вспышка. Сразу после неё раздался пронзительный свист, поглотивший собой все посторонние звуки. Все вокруг затряслось. Вместе с этими странными ощущениями легкой невесомости, Сонга начало стремительно покидать сознание. Все окружение погрузилось во тьму.

***

Нарастающий звук сирены постепенно приводил сознание в порядок, поселив в нем новую тревогу.

— Достаточно. Мы высаживаемся здесь! — грубый мужской крик прозвучал в ушах.

— Держите себя в руках, командор.

— Как долго это будет продолжаться? Запас ресурсов на нуле. Я отдаю приказ на высадку.

В комнату, где проходил жаркий спор между двумя персонами, влетел один из подчиненных в военной форме.

— Миледи, кажется, мы нашли.

Девушка, к которой было обращено предложение, изящно улыбнулась, облизнувшись.

— Прекрасно, — переведя презрительный взгляд на командора, она встала со своего кресла и гордой отработанной походкой направилась к выходу из кабинета.

— Что теперь с нами будет? Что будет с этим местом…

— Командор, неужели вам нужно разъяснять такие очевидные вещи? Ох, вы до последнего надеялись, что подобного не произойдет? — выказывая все свое превосходство, поинтересовалась она.

— Н-Немыслимо!

— Готовьтесь к переговорам, командор. У вас будет много работы. Посмотрим, насколько их убеждения совпадают с вашими. Мне бы, конечно, хотелось, чтобы они полностью провалились, — в сопровождении подчиненного девушка проследовала к выходу, напоследок одарив командора игривой улыбкой.

Механическая дверь с шумом заперлась, оставив за собой мужчину в гордом одиночестве.

Взглянув в огромный иллюминатор перед собой, командор глубоко вздохнул, не желая признавать своего поражения.

— Не этого от тебя ждали…

***

— Эй, парень, вставай. Ты цел? — Артур изо всех сил тряс Сонга, пытаясь вернуть его в чувство.

Еще некоторое время находясь в состоянии контузии, Сонг, хотя бы смог открыть глаза. Картинка медленно, но начала из искаженного ломанного состояния приходить в норму. Пыль перед глазами начала постепенно расходиться, и теперь Сонг видел перед собой взволнованное, и, на удивление, слегка повеселевшее лицо Артура.

— Что это только что было… — Сонга волновало видение, которое случилось во время его обморочного состояния.

— Похоже, из-за взрыва ты ненадолго потерял сознание. Так, поднимайся, аккуратно.

Подхватив парня, Артур помог ему подняться на ноги. Герц сидел в этой же комнате, все еще сжимая в руках ружье. Сонг же только сейчас понял, что не смог удержать своего в руках.

— Не беспокойся. Теперь мы в безопасности.

— Что ты имеешь ввиду?

— Мы пытались привести тебя в сознание минут десять. За это время на нас никто не напал. Конечно, рано ликовать. Нам надо еще раз обойти все здание и округу, и убедиться, что оборотней больше нет.

Сонг, взглянув себе за спину, увидел лишь заваленный большими глыбами проход. Другой же, что располагался перпендикулярно — был свободен. Через него можно было выйти наружу и покинуть, наконец, это странное заброшенное место.

Еще какое-то время опираясь на плечо Артура, Сонг медленно ступал, прихрамывая. Когда резкая изнеможенность отступила, он смог твердо стоять на ногах. Вокруг было тихо и необычайно умиротворенно. Кое-где все еще лежали трупы оборотней, что портили собой эту мирную картину. Обыденная атмосфера вернулась в эти покинутые человеком помещения древнего храма. И здесь больше не осталось признаков присутствия кровожадных монстров.

— Артур, неужели? Неужели?! — с радостью в голосе спрашивал Герц.

— Еще бы, ха-ха, — мужики не смогли сдерживать себя больше и сцепились в крепких дружеских объятиях.

Сонг наблюдал за ними со стороны, опираясь на стену и разделяя всеобщую радость.

Риск был велик, но охота прошла без потерей.

— И все-таки, чем их так притягивало это место?

— Не знаю, брат, но нам пора уходить отсюда. Сонг?

— Да, идемте.

Все трое, закинув ружья за плечи, пошли вверх по склону, удаляясь подальше от храма. Во время повторного осмотра Сонг еще какое-то время рыскал в поисках того изображения, что теперь въелось в его сознание, но безнадежно: оно навсегда погребено под завалом и теперь станет лишь фрагментом в памяти парня.

Все-таки было в этом месте что-то значимое. Не сейчас, но когда-то давно. И оборотни тоже чувствовали это. Именно поэтому они так стремились защитить это место от чужаков. Тех, кто являлся для них истинными противниками.

Всю дорогу назад Артур и Герц заливались улыбками, поглощенные разговорами о том, чтобы напиться в стельку этим же вечером. Они также приглашали и Сонга, но тот любезно отказался. Вот только в подобных ситуациях настойчивость двух взрослых мужиков не знала границ.

Уже вдали, среди густых дебрей, показалось высокое ограждение деревни, приветствуя вернувшихся с удачной охоты героев.

Стоило воротам лишь слегка отпереться, как за ними показались взволнованные лица всех жителей, включая Зунко.

— Сонг, ура-ура! — радостно запрыгала девочка и побежала к другу на встречу со всех ног. Не сдерживаясь, она прыгнула к нему на грудь и крепко обхватила, ласкаясь своей щекой о щеку парня.

— Слава Богу, Герц! — Елена подбежала к своему мужу и осматривала его царапины.

Артур стоял в компании старухи и девочек, которые не переставали расспрашивать его о чем-то.

В этой сцене не хватало лишь одной героини.

Сонг, опустив Зунко на землю, оглядел каждого вокруг себя. И тут же почувствовал на себе холодный взгляд Евы, стоящей поодаль от всех. Она, сложив руки на груди, с недовольством глядела на Сонга.

— Привет, — спокойным голосом произнес он, подходя к подруге.

Та лишь отвела негодующий взгляд, ничего не ответив.

— Ужин уже готов?

— Придурок! Идиот! Дурак! Лучше бы не возвращался! — град неожиданных безжалостных ударов обрушился на Сонга.

Парень, не обращая внимания на гнев подруги, прекрасно понимал, какие истинные чувства скрывались за всеми этими действиями, лишь молча приобнял свою подругу, сковав ее агрессивные движения.

— Я дома, Ева.

— Да вижу я, вижу! — голос девушки дрожал. Она вцепилась в руки Сонга, и не желала отпускать, — Не делай так больше!

На все эти упреки Сонг лишь мягко улыбнулся и опустил свою голову на волосы Евы.

Она еще сильнее прижималась к его груди, всеми силами пытаясь скрыть свои слезы. Зунко и все остальные наблюдали за этой сценой со стороны, чувствуя себя слегка неловко.

— Кстати, они же муж и жена? — спросил Артур у девочки.

— Друзья, вообще-то… хотя, я даже в этом пока не до конца уверена, — Зунко всерьез задумалась над этим вопросом.

***

Ближе к вечеру Артур с Герцом сдержали свое обещание, которое они дали друг другу, и напились в хлам, затянув с собой и Сонга. И, ко всеобщему удивлению, Ева тоже не осталась в стороне.

— Ева, может хватит?! — Зунко оттягивала подругу от очередного бокала с пивом.

— Этот, этот сфин! Ты знаешь когось… сколько страданий я выс… испытала, пока ждала его здесь?

— Но ведь все обошлось!

— Хочу забфыть этот день, как странный… как старинный… страшный сон!

— Не-е-ет, Ев-а-а-а!

Этим вечером в деревне было шумно, несмотря на такое малое количество жителей. Но все они смогли, наконец, отметить долгожданную победу и начать строить планы на ближайшее будущее. Сонгу хотелось верить, что деревня теперь начнёт процветать и люди без опаски смогут выходить за ее территорию, навсегда позабыв о высоких оградах и расставленных по всей округе ловушках.

День стремительно подходил к концу. Почтенным гостям любезно предоставили один из свободных домиков, и Сонг, взвалив на свое плечо все еще брыкающуюся и матерящуюся на всю округу Еву, побрел туда. Зунко, прикрыв ушки руками, чтобы в конец не портить впечатление от своей подруги, следовала за ними.

***

На следующий день Артур и остальные жители пригласили Еву, Сонга и Зунко отдать почести тем, кто не смог дожить до этого дня. Ева смогла возложить цветы на могилу Чарми, помолившись за нее и всех остальных, упокоенных в чаще леса за деревней. Зунко последовала ее примеру, собрав небольшой букет полевых цветов.

— Если надумаете навестить нас — всегда будем рады, — похлопав Сонга по плечу, сказал Артур.

— Надеюсь в следующий раз вы окажете более теплый прием.

— Кто ж знал, что вы окажетесь такими славными ребятами, которых сюда, словно сам Бог заслал.

«Сам Бог, да?» — на секунду Сонг задумался.

За этим разговором парень понимал, что время неумолимо бежит вперед, отделяя группу от их неразговорчивой подруги с голубыми волосами. Пришло время двигаться дальше. Артур долго спорил с бабушкой, рисуя на пару с ней карту, ведущую к горам, по просьбе Сонга. В конечном итоге, общими усилиями они смогли составить ее во всех подробностях и вручить путнику. Ева и Зунко уже стояли в воротах в ожидании. Пока Сонг был занят расспросом охотников о тех краях, к девушкам подбежали две девочки, и вручили сверток, в который была завернута собранная ими пища.

Пожав друг другу руки, Сонг и Артур попрощались. Сзади у своего домика стояли Герц и, склонившая к его плечу голову, Елена. Герц воодушевленно махал рукой. Только сейчас, бросив на них прощальный взгляд, Сонг смог заметить, что Елена часто придерживала свой живот, в котором уже рос новый житель этого, отныне безопасного, поселения.

***

Деревня осталась позади. Впереди ждали горы, и где-то там была Мику.

Всю дорогу Ева держалась за голову. Пару раз даже приходилось делать остановку, чтобы ее как следует вырвало. Зунко и Сонг смеялись над ее и без того тяжелым состоянием, но сейчас у бедной Евы даже не хватало сил, чтобы накричать на них. Очередная попытка сделать это заканчивалась тем, что она вновь склонялась над ближайшими кустами.

Когда девушке стало хоть немного получше, Сонг решил кое-что поведать ей, то, что сидело в его голове со вчерашнего дня.

— Слушай, Ева, — парень выдержал паузу, дожидаясь, пока девушка обратит все свое внимание на него, — Там, в храме…

— В храме? — переспросила Ева.

— Ах, да. Когда мы искали логово оборотней, нам удалось наткнуться на древний храм. Неизвестно как долго он простоял там, но оборотни основательно засели в нем.

— Значит, они соорудили логово в том храме? — Ева замедлила шаг.

— Да, но я хотел поговорить не об этом. Там было что-то, что выбивается из общей картины.

Ева заметила, что Сонг стал вести себя куда серьезнее. Уловив в его опущенных к земле глазах одну острую мысль, девушка прямо спросила:

— Это как-то связано с Мику?

Сонг перевел на нее удивленный взгляд:

— Но как ты догадалась?

— У тебя все на лице написано. Когда речь заходит о Мику, ты сам не свой. Я понимаю, я тоже теряюсь в догадках время от времени, хотя всеми силами пытаюсь выбросить все это из головы. Но сейчас ты всерьез чем-то озадачен. Так, о чем ты хотел рассказать?

— Там, внутри храма, среди обломков на полу лежало какое-то древнее полотно. И…

Сонг поведал Еве о находке, и о том, что было изображено на том полотне. У Сонга не было никаких сомнений. На том полотне в храме, что стоял в лесу несколько сотен лет, лежало полотно, на котором была изображена девушка с яркими голубыми волосами и выразительным взглядом с такими же, как и ее волосы, голубыми зрачками — там находилось изображение Мику. В этот раз Сонг не принимал во внимание сходства внешности Мику с матерью, в этот раз он был уверен в том, что видел именно свою подругу.

The bond between us had come apart; Друзья

Группа стремительно подбирается в горам, что расположились по всей северной широте. Земля под ногами уже начала отдавать легким холодом, и теперь солнце единственный источник тепла на всю округу. Определенно, ночью здесь будет куда холоднее. И хоть в обычной летней одежде можно было противостоять понижению температуры, чуть поднимется ветерок — все тело подрагивает. Где-то там, впереди, сейчас находится Мику, в полном одиночестве, пилотируя робота, ищет что-то особенное, что-то, что связывает ее с прошлым. Возможно, найдя ее там, Сонг и Ева смогут лучше понять этот мир и девушку, которая все еще создавала вокруг себя много вопросов. А сейчас они медленно бредут, выслушивая хруст промерзшей почвы под ногами.

— Не хочешь рассказать мне, что случилось тогда в столице, в тот момент, когда мы с генералом были в подземном ангаре? — спросила у Сонга Ева.

— Если тем роботом, о котором мы говорили, и действиями которого стали свидетелями, действительно управляла Мику, то, пожалуй, нет, не хочу. Ты уже и сама догадываешься, что ничего хорошего не было. Ты видела, что осталось от тех солдат, которые не успели покинуть город.

Этот ответ не устраивал Еву, но, по-видимому случилось что-то действительно страшное, что выбивалось из привычного образа Мику. Даже Зунко не обмолвилась и словом.

— После того, как Мику вошла в контакт с этой машиной, интерес генерала к ней быстро пошел на убыль, — вспомнила свои прежние слова Ева, — неужели в этом есть что-то особенное? Там внизу он назвал робота — убийцей Богов. Может, поэтому солдаты Дереликториана ее так боялись? Может все это время они не хотели, чтобы Мику добралась до этого робота? Есть в нем что-то особенное, как и в самой Мику.

— Они с самого начала искали тело нашей матери. И не удивительно, что Мику, по их словам, так похожая на мать, стала объектом их интереса. Мне нужно было сразу расспросить генерала про того робота, пока мы не покинули город.

— Я молюсь, что это не создаст проблем, когда мы встретимся с Мику…

Все трое прекрасно понимали, что их встреча приближалась все ближе и ближе. Вот только кого они там встретят — все еще оставалось загадкой.

***

— Граф, мы обнаружили примерное местонахождение девушки. Она направляется в северную область, точные координаты в реальном времени вот-вот отследят.

Темное помещение, уставленное мониторами, начало отдавать красным тусклым свечением. Здесь все также непривычно темно. Обычно такое место могло ассоциироваться с обителью затворника, для которого солнечный свет стал нежеланным гостем, но никак не с правителем западной столицы материка — Дереликторианом.

— Как же быстро уходит наше время. Все меньше шансов на то, чтобы искупить наши грехи.

— Граф Арес, — повторил подчиненный, — Прикажете отправить в тот район отряд, возглавляемый командиром Шион-Ши?

— Шион-Ши сейчас отбывает свое очередное наказание, — увлажнив губы, ровным голосом произнес Арес, затем едва откинулся на спинку своего кресла, — Бель-Зе справится с этой задачей куда результативнее. Проследите, чтобы ему в путешествие выдали все необходимое. Вы меня понимаете?

— Е-Есть!

— Но вдогонку ему, отправьте туда как можно больше своих личных солдат. На этот раз приложите все силы, чтобы не упустить девушку. Я буду смиренно ждать момента, когда она окажется у меня на пороге. Она — перерожденная мать. Её смерть — последняя ступень перед нашим общим искуплением. Я лично пролью ее кровь. За все то, что было причинено в прошлом. За весь тот позор, который она наложила на нас, — один из мониторов, располагавшихся прямо напротив лица графа погас, скрыв его лицо в тени.

— Как прикажете, я отправляюсь вместе с остальными, — поклонившись, произнес слуга.

— Хорошо, мой друг. Я буду ждать вестей. Не подведи меня.

***

Верхушки северных гор уже продолжительное время выступали над деревьями: тучи, скрывающие их, наконец рассеялись. Теперь дорога до них сокращалась куда заметнее. Ветер на этой высоте не знавал пощады, встречая резкими порывами новых гостей.

Покачивающиеся деревья постепенно расступались перед путешественниками, а почва под ногами сменялась гравием и горными ручьями.

Теперь дорога вела по горным тропам.

— И куда теперь? — спросила Ева, протягивая ладонь Сонгу, который уже успел забраться выше и подавал ей руку помощи.

— Солдаты Сектаторе перевозили модуль с Мику на большом военном фургоне. Могу предположить, что мы вот-вот должны выйти к дороге, проходящей сквозь горные массивы. Ну, я так думаю.

— Смотрите-смотрите! — указывала вперед Зунко, оказавшись внимательнее остальных.

Ева и Сонг, поравнявшись с ней, тоже заметили в низине широкий ровный протяженный участок, по которому вполне мог проехать целый конвой. Дорога уходила в густой лес, а с противоположной стороны упиралась в основание одной из гор.

— Может быть, это здесь, — произнес Сонг и начал спускаться вниз по склону.

— Ты думаешь? Я пока ничего не вижу, но, хочется верить, что Мику еще где-то здесь.

— Ура-ура!

Оставляя за собой клубы дыма, все трое спустились к широкой, ровной, словно вытоптанной ногой великана дороге. На ее поверхности все еще сохранялись едва заметные колеи от колес.

Оглядевшись по сторонам, Сонг не обнаружил каких-либо признаков жизни. Да и поселений и домов в округе, похоже, совсем не было. Так говорило внутреннее чутье, но вопреки ему здесь наверняка может находиться что-то, скрытое от глаз.

— Пойдем, проверим.

Гора расположена в окружении куда более высоких, нависших над ней скал. С одной ее стороны была граница плотно-растущих деревьев. Небо здесь было открытым, освещающим всю горную тропу. А лес выглядел, как плотная стена, за которой начиналась непроходимая клоака из зарослей и местной живности.

— Ева, Сонг! Там, смотрите, там! — Зунко, до этого тихо разглядывающая местность, неожиданно сорвалась с места и побежала куда-то вперед по направлению к лесу.

Переглянувшись, они побежали за девочкой, заметившей что-то, что привлекло ее внимание.

Там их ожидал долгожданный сюрприз. Среди деревьев, выпрямившись в полный рост, стоял платиновый монстр. Он не подавал каких-либо признаков жизни, и кабина его была раскрыта. А чуть ниже, в основании его тонких изящных отполированных конечностей на траве лежала девочка с длинными голубыми волосами, в одежде, которую ей когда-то подарила Ева. Подложив под свою голову ладони, сейчас она мирно посапывала. Дорога изрядно утомила её.

— Мику? Мику! — Ева не смогла удержать от того, чтобы подойти к ней, но Сонг сразу же остановил подругу, недовольным взглядом будто напоминая о том дне, когда он сам хотел помешать сну мирно-спящей Мику.

Ева, согласившись с тем, что не стоит будить уставшую девушку, лишь положила руку на грудь и с облегчением выдохнула.

— Успели, слава Богу.

И все же не сдержав своих материнских инстинктов, она подошла ближе к Мику и, присев рядом, вытерла краем рубахи проступившую капельку слюны на краю рта девочки. Зунко, опустившись к земле, наблюдала за ее милым спящим личиком со стороны. А Сонг все это время сверлил взглядом устрашающего на вид робота, что скрывался в тени крон деревьев. Сейчас от него не исходило никакого адского сияния, но он из без того создавал какую-то гнетущую атмосферу вокруг себя. Подойдя ближе, Сонг заглянул в кабину. Она почти ничем не отличается от стандартной, которая была почти в каждом роботе. Вот только панели выглядели иначе. Иероглифы на ней отличались от тех, которые было бы привычно видеть. Но что сильнее зацепило внимание Сонга — это был цельный робот. Он не делился на составные части, будто его собирали не люди. Он выглядит так, словно это единое тело.

— Так, значит она все это время направлялась в это место? — спросила у Сонга Зунко.

— Похоже на то. Но Мику вполне могла уснуть еще до того, как прибыла к желаемому пункту назначения. Мы не узнаем, пока она не проснется. Я поброжу в округе, осмотрюсь, если что — кричи.

— Угу.

Сонг отправился к подножью той самой горы, от которой начиналась дорога.

Ева осталась сидеть рядом с Мику, Зунко также находилась здесь, подтянув к себе колени.

— Последний раз, когда мы виделись, мне показалось, что Мику меня не узнала… — начала рассказывать Ева.

— А? Что ты имеешь ввиду?

— Сама не знаю. Там, в подземелье, когда она пилотировала этого робота… она смотрела на меня, но не проявила никаких эмоций. Ну, я не видела её лица, конечно, но где-то в глубине души мне так показалось. Я боюсь… боюсь, что когда она проснется, она уже не будет помнить кто я. А вдруг ее память вновь пропадет?

— Получается, ты хочешь занять в ее сердце особое место, Ева, — тепло улыбнувшись, сказала Зунко.

— Да, ты права. Я не хочу, чтобы она забывала мое лицо! И своих друзей! Но я все чаще убеждаюсь в словах окружающих. Вдруг она действительно наша мать, рожденная в этом времени? Тогда личность Мику неизбежно изменится…

— Ты не должна выслушивать ожидания окружающих. Для тебя Мику стала чем-то особенным. И как бы сильно не поменялась ее личность, а я надеюсь этого не произойдет, в твоем сердце она должна оставаться тем же человеком.

Ева же, позволив своему эгоизму вырваться наружу, желала противоположного. Но только теперь, услышав подобные слова со стороны, задумалась, и полностью согласилась со словами девочки.

Она вдруг вздрогнула пару раз, прикрыв глаза.

— Эй, ты чего? Я что-то не то сказала?

— П-Прости, просто из твоих уст это так необычно звучало, — Ева, наконец, залилась смехом.

— Ну-у-у-у! Не смотри на мой рост! Я говорила от всего сердца!

— Да-да, спасибо, Зунко. Эти слова много для меня значат. Я тоже хочу надеяться на это.

За этим разговором Мику пару раз перевернулась с боку на бок, а потом медленно поднялась, потирая сонные глаза.

— Вуэ? — промямлила она, еще не продрав до конца заспанные глаза.

— Прости, мы слишком шумно разговаривали! — извинялась Зунко.

— Мику, с добрым утром! — спокойным, с нескрываемой долей радости голосом произнесла Ева, — Это же правда ты?

Все еще сонная, девушка с голубыми глазами оглядела одну фигуру перед собой, затем другую, затем снова перевела взгляд на первую, и, улыбнувшись, радостно произнесла:

— Мику!

Ева, что так давно ждала этого момента, не смогла больше сдерживать себя и крепко обняла девушку, вложив в свои объятия всю заботу.

— Мы так волновались о тебе! Проделали весь этот путь, чтобы еще раз встретиться. Я так рада, что нам это удалось. Пожалуйста, больше не убегай, не предупредив меня.

Мику с удивленным выражением лица глядя на Еву, медленно положила свою ладонь на волосы подруги и легонько и осторожно провела по ним, а затем еще раз и еще, уже увереннее.

— Угу, обещание…

К этому моменту к девушкам уже подошел Сонг. Бросив на Мику короткий приветливый взгляд, сопровождаемый улыбкой, он сменился в лице и рассказал о результатах своих поисков:

— Там у подножия есть трещина. За ней потайной вход в комплекс.

— Комплекс? Здесь? Это дереликторианцы или сектаторианцы? — интересовалась Зунко.

— Без понятия. Никаких обозначений, но его хорошо скрывали. Похоже, именно это и искала Мику.

— Да-да! — закивав, сказала Мику.

Ева отпустила ее, и Мику, радостная, подбежала к Сонгу и взяла его за руку:

— Покажи-покажи!

— Ева, Зунко, мы пойдем все вместе.

— Л-Ладно, — девушка почувствовала себя неловко, наблюдая за тем, как свободно Сонг и Мику держат друг друга за руки. Ева поднялась, последовав за остальными.

Зунко, радостная от того, что все вновь в сборе, пошла вперед вприпрыжку. Компания вновь в сборе.

В основании горной породы действительно оказалась широкая трещина. Достаточная, чтобы свободно протиснуться туда. Сонг еще ранее успел оглядеть выступающие края камней — на них оказалось несколько заметных потертостей. Парень более чем уверен, что если вспомнит тот фрагмент, когда он впервые увидел модуль, в котором находилась Мику, то увидит несколько царапин на его поверхности. Во тьме за трещиной находились металлические ворота с засовом. Для такого места они выглядели чуть более чем фантастически. Словно подземный ангар, который всеми силами скрывали от окружающих. Мальчишеский азарт проснулся в Сонге, и он проследовал вперед, оглядывая поверхность ворот на наличие механизмов для опознавания, или хоть чего-то подобного. Однако никаких панелей или замков здесь не оказалось. Стоило лишь приблизиться к воротам, как что-то механическое прозвучало с обратной стороны.

Только сейчас, ступив ближе, Сонг заметил, что по центру над воротами выступало что-то, напоминающее камеру. На одно короткое мгновение на ней проскочил блик. Она все еще функционировала, и незваных (или званых?) гостей уже успели обнаружить.

После небольшой паузы, створки заскрипели и с большой тяжестью разошлись в стороны, предлагая войти внутрь. Там, за ними, кромешная тьма. Мику тут же забежала внутрь, без чувства тревоги перед неизвестным и пропала из виду. Может, она знала, что внутри нет никакой опасности, но Ева и остальные насторожились, вглядываясь во тьму.

— Та-дам! — произнесла Мику откуда-то издалека и после этого торжественного возгласа включилось освещение.

Едва дернув глазом от неожиданности, Сонг теперь смог увидеть внутреннее помещение этого комплекса. Оно оказалось довольно просторным. Здесь было всего две двери, ведущих в противоположных направлениях, и панель, за которой стояла Мику и откуда она и включила свет.

— Мику, ты знаешь это место? — поинтересовалась Ева.

— Дом, — девушка утвердительно кивнула.

Взяв Еву за руку, Мику потянула ее в правую дверь, словно приглашая пойти вместе с ней.

Сонг следовал за ними, осматривая все декорации. На полу он заметил еще множество царапин, словно что-то тяжелое тащили по этим коридорам. Теперь он твердо уверен, что модуль нашли именно в этом месте. Зунко следовала сзади, не отставая ни на шаг.

Автоматические двери отпирались сразу после того, как Мику с Евой приближались к ним.

Освещение уже встречало гостей в каждом отдельном помещении. Следующее оказалось изгибающимся коридором. Здесь стояли горшки с цветами и что-то наподобие лейки прямо над ними. Удивительно, но цветы продолжали цвести, кто-то ухаживал за ними даже сейчас. Все здесь работало на автомате, судя по всему. Или, может, кто-то управлял функциями в этом комплексе отдаленно. Оставались еще некоторые вопросы, ведь хозяина этого комплекса пока найти не удалось, а еще оставались неизведанные области.

— Так значит это то самое место, где нашли Мику? — спросила у Сонга девочка.

— Да, и похоже она провела здесь какое-то время. Она прекрасно помнит где что находится.

Ева с Мику уже скрылись за следующими дверями. Надпись «01» с левой стороны от дверей не прошла мимо взгляда Евы.

— Мику, ты хочешь мне что-то показать? — спросила Ева, ощущая с каким упорством ее тянули за собой вперед.

Теперь перед ними предстала последняя комната, по центру которой из пола торчала куча оборванных проводов и разбросанные всюду какие-то металлические ящики.

— Ой, бардак! — с испугом произнесла Мику.

— Это… это твоя комната? — проходя внутрь, спросила Ева.

— Дом!

В том месте с кучей проводов, нет сомнений, стоял модуль с Мику, который с силой выдернули из этого места и будто бы похитили. Вокруг располагалось куча мониторов и клавиатур, полки с папками и пустые колбы. Теперь это выглядело как самая настоящая лаборатория.

— Ты жила здесь одна?

— Одна… — Мику задумалась, — Одна ли…

Пытаясь распутать клубок собственных воспоминаний, Мику не была уверена в своем ответе. Девушка медленно прошла к тому месту, где раньше располагалась ее «кровать». Напротив того места стояло одинокое кресло на колесиках. Мику, подойдя к нему, заглядывалась на естественный предмет декора с вопросительным взглядом. Постепенно к ней начали приходить образы и она пыталась вспомнить человека, который когда-то в прошлом сидел в этом самом кресле напротив модуля, и наблюдал за девушкой. Что же тогда делала Мику?

Ева продолжала проходить вдоль полок, вытаскивая оттуда одну папку за другой и просматривала содержимое. Почти все они были посвящены состоянию Мику, каким-то внешним и внутренним параметрам. Все, вплоть до мелочей. Например, температура тела, состояние зрачков и так далее. И напротив каждого такого отчеты стояла дата. Ева внимательно присмотрелась к ней: «04.11.49».

В каждой последующей папке было то же самое, менялись только даты и незначительные данные.

В комнату уже вошли Зунко с Сонгом.

— Выходит, они забрали модуль отсюда, — подтвердил он, прикинув примерные его габариты из своей памяти.

— Я пока ничего не понимаю, Сонг. Что это за место? Они будто изучали Мику, — передав парню одну из папок, Ева все еще была в недоумении.

Пробежавшись по ним глазами, парень не сказал ни слова. Здесь не было ничего, что было бы написано человеческим языком, поэтому трудно что-либо предполагать.

«Добро пожаловать. Пожалуйста, назовитесь.» — внезапно чей-то женский голос раздался откуда-то сверху, словно с обратной стороны потолка.

Все в комнате заметно напряглись. Мику уставилась в потолок, хлопая удивленными глазками. Она единственная не понимала откуда исходит голос, а он исходил из камеры с динамиком, что располагалась в углу.

— Это тот компьютер, который следит за комплексом? — спросил Сонг, не обращаясь к кому-то конкретно.

— В этом комплексе работает искусственный интеллект? Я слышала о подобном.

— Мику!

«Этот… голос… неужели… Мику, это правда ты?»

— Да! — Мику махала руками, найдя в углу комнаты маленькое устройство с объективом.

— Эй, так ты видишь нас? Кто ты? — спросила Ева.

«Мику… это твои друзья?»

— Угу-угу! Тетя Ева тоже!

«Х-Хорошо… Пожалуйста, вернитесь к главному входу и пройдите в противоположный корпус. Там будет дверь с надписью «02». Я открою вам доступ.»

— Мику, кто это? — спросила Ева.

— Это… — этот вопрос застал девушку врасплох, но тот факт, что хозяин этого комплекса признал Мику и ее друзей, говорит о том, что им нечего бояться.

Пройдя по коридорам в обратном направлении, герои на этот раз прошли в соседние ворота. За ними находился точно такой же коридор, даже цветы выглядели также и стояли на тех же местах. Ева предположила, что в конце располагалась точно такая же, как у Мику, комнатка.

Двери внутрь раскрылись. Первой туда вновь забежала Мику.

— Так это…

Комната, как и ожидалось, почти ничем не отличалась от той, в которой некогда жила Мику. Вот только вместо модуля здесь стоял большой прозрачный экран, словно стекло, на котором было изображено лицо девушки. По всей видимости той самой, с которой они прежде разговаривали по динамику.

«Розовые волосы», — первое, что бросилось в глаза, когда Сонг взглянул на нее.

От этого экрана в разные стороны тянулось огромное количество проводов к приборам. Они похожи на системные блоки. Что касается самой незнакомки, выглядела она также… необычно, как Мику. Такие же выразительные большие глаза, необычного цвета волосы, гладкая, без изъянов кожа, словно кукла. Возможно, в какой-то мере она выглядит едва старше Мику. Сейчас взгляд её выражает неприкрытый страх и беспокойство. Беспокойство перед долгожданной встречей.

— Не могу поверить, Мику… — девушка на экране прикрыла рот ладонью, а на глазах ее, к удивлению всех присутствующих, проступили слезы.

Мику все еще с удивлением наблюдала за девушкой, пытаясь выудить из памяти её образ и связанные с этим воспоминания.

— Это правда ты…

Но Мику всё ещё не признавала изображение на экране. Подойдя ближе, она присела напротив, вслушиваясь в дрожащий голос незнакомой девушки.

— Ты программа, которая следит за этим комплексом? — спросил Сонг.

Вытерев слезы, она низко поклонилась:

— Не совсем. Я искусственный интеллект, созданный здесь же.

— Что это за место?

— Мику не рассказывала вам? — удивленно спросила девушка.

— Она едва вспомнила дорогу до сюда.

Ева все это время перебирала папки, краем уха выслушивая разговор ИИ и Сонга.

— Мику, неужели ты… — девушка с нежно-розовыми длинными волосами обратила взгляд на Мику, но потом, с каким-то болезненным видом, опустила взгляд вниз, —…вот как. Ты даже не помнишь меня.

— Не помню… — задумчиво произнесла Мику.

— Да… пожалуй, это нормально. Ведь так много времени прошло.

— У тебя такой же необычный красивый голос, как у Мику. Вы родственники? — поинтересовалась Зунко.

— У нас один создатель. Но, наверно у нас нет родителей, как таковых.

— Создатель? — переспросил Сонг.

— Мы с Мику, и еще несколько наших друзей, были рождены в этом мире в образе двухмерных созданий. Но с развитием технологий все изменилось.

— О чем ты?

— Синтетический геном человека, — процитировала фразу из очередной папки Ева.

— Другими словами — создание искусственного человека, — дополнила девушка.

— Впервые слышу о подобной возможности.

— Мику — живой тому пример.

Все разом обратили внимание на девушку, которая все еще продолжала внимательно рассматривать изображение перед собой.

— Благодаря нанотехнологиям, что начали развиваться с невероятной скоростью, это стало реальностью. К сожалению, Мику единственный представитель результатов таких возможностей. А я…

— Ты тоже должна была стать человеком?

— Верно. Следующим, после Мику. Но в результате несчастного случая в системах, запрограммированных на саморазвитие, мой процесс создания замедлился, а вскоре и вовсе остановился, и я могу предстать перед вами только в образе искусственного интеллекта. Произошел… регресс моей личности. В отличии от Мику, которая смогла собственными силами формировать свою личность на протяжении… длительного времени. Ее развитие стало, наоборот — прогрессировать.

— Погоди, так для чего вас создавали?

— Это всего лишь научный интерес людей к неизведанному. По крайней мере так мне говорили и так было в начале. Я уверена, что создатель поручил Мику что-то, о чем могла знать лишь она. По поводу несчастного случая… Мику, ты тоже не помнишь? — девушка обратилась к Мику.

Та торопливо закивала.

— Вот как… Тебя можно понять. Будучи искусственным интеллектом, память имеет почти безграничное пространство. Но человек не может хранить в себе столько данных. Наверно, именно поэтому Мику забыла все, что могло быть связано со мной и нашими друзьями… — девушка выглядела по-настоящему грустной.

— Ты знала, что модуль с Мику выкрали?

— Д-Да… К сожалению я обнаружила пропажу лишь после пробуждения. Мой заряд периодически подходит к концу и мне требуется подзарядка, которая длится несколько часов в отключенном режиме. Это сравнимо с человеческим сном. Хоть что-то, отдаленно напоминающее живое существо. Я рада, что хотя бы Мику может ощутить все то, что ощущает обычный человек. Чувствовать ветер, чувствовать тепло чьих-то рук, биение сердца. Я по-настоящему завидую ей. Это то, о чем мы мечтали когда-то все вместе.

— Даже будучи искусственным интеллектом, ты умеешь плакать и улыбаться, — заметила Зунко.

— Наверно, это можно назвать лишь имитацией. Все это время я жила в надеждах, что когда-нибудь проснусь живым человеком. Но я рада, что наша с Мику общая мечта смогла воплотиться в ней.

— Лу… Лука… — дрожащим голосом произнесла Мику.

— Да, Мику. Добро пожаловать домой.

— Лука! Лука! — Мику уже готова была обнять монитор, но вместо этого она продолжала кричать на него, рыдая и выплескивая накопившийся тяжкий груз.

— Я рада, что смогла еще раз услышать твой милый голос, Мику. Я рада, что ты смогла вспомнить мое имя.

Лука обратила внимание на всех тех, кто находился в этой комнате:

— Пожалуйста, позаботьтесь о Мику. Она только совсем недавно проснулась и весь мир для нее, словно родился заново.

— Лука, Лука, я хочу с тобой!

— Есть еще кое-что, что ты должна сделать. Ты же пришла сюда для того, чтобы вспомнить о поручении, доверенном тебе нашим создателем, верно?

— Угу, но… но… — Мику зарыдала еще сильнее, опустив взгляд к полу. Слезы все не желали останавливаться. Её голосок не мог не оставить никого равнодушным. От её слез сердце Евы сжалось и она подошла ближе, опустившись рядом с Мику и приобняв её.

— Ты еще должна оказать этим людям одно одолжение. Ты же помнишь, куда нужно идти?

— Да, Лука, — Мику смогла сдержать слезы и хоть немного успокоиться.

— Хорошо, я буду молиться за тебя, здесь, и ждать твоего возвращения.

— Это жестоко, жестоко! Вопреки своим желаниям ты обязана всегда быть здесь, как ребенок в утробе матери, которому не суждено родиться, — теперь не сдержалась и Зунко, наблюдая за сценой со стороны.

Сонг и Ева согласились с ее словами.

— Я была создана для того, чтобы радовать людей своим голосом и песнями. И я прожила достаточно времени, чтобы выполнять свое предназначение. Иметь тело, это здорово и прекрасно, но даже без него я всегда могла делать то, ради чего существовала.

— Разве это можно назвать существованием?

— Пока существуют сердца, в которых я могу занять свое место — это будет для меня существованием, — Лука неожиданно прервала себя, отвлекаясь на что-то, — Простите меня, моя батарея вновь садится, — она низко поклонилась.

Мику все это время терпела, чтобы в очередной раз не заплакать. Лука одарила ее мягкой улыбкой и сложила руки на груди.

— Спасибо, что осуществила нашу общую мечту, — повторила она вновь.

Экран с ее изображением стал заметно тускнеть, а вскоре и вовсе потух. Какие-то огоньки на нижней панели загорелись, извещая о том, что устройство было переведено в режим подзарядки.

Теперь по помещению раздавались только рыдания Мику и Зунко. Ева понимающе глядела на них, не произнеся ни слова. Сонг тоже решил промолчать. Оставалось еще много вопросов, на которых не было ответов.

— Что нам теперь делать, Сонг?

— Мы планировали найти Мику и вернуться назад, в столицу. Но теперь я чувствую, что планы вновь изменились, — Сонг все еще глядел на потухший экран, переводя взгляд на девочек, что сидели, склонившись на полу.

— Подождем Луку? Подождем? — протирая глазки, Мику умоляющим голоском обратилась к Еве.

Вместо девушки на вопрос ответил Сонг, приняв решение:

— Да, почему бы и нет. Переждем в этом комплексе, пока она отдыхает.

Ева с недоверием глядела на своего друга, пытаясь уловить его мысль. Похоже, в нем теплилась надежда получить ответы на какие-то вопросы. Ева же, вопреки сложившейся ситуации, все еще размышляла о том, чтобы оставить все это, просто забыть и уйти туда, обратно к нормальной жизни. Да только для Мику это было бы сродни предательству, ведь это что-то важное, какая-то миссия, которую ей поручил кто-то или что-то. И опять все возвращалось на круги своя, опять на девочку была возложена большая ответственность, которой Ева не могла принять, но не оставалось ничего, кроме как смириться. Хотя бы сейчас…

Прохладный воздух исходил из кондиционеров, которые то и дело включались и отключались, когда температура в помещении достигала какого-то конкретного значения.

Сонг сидел в коридоре, обдумывая слова Луки. Она упоминала резкий скачок в развитии нанотехнологий, но сейчас о них никто даже не заикается. Неужели наука потерпела крах? Более того, Лука также упоминала песни, которые она и Мику посвящали людям. Со слов Евы в кабинете генерала также были записи с голосом, который принадлежал Мику. Это напоминало обычный медиа-проект, когда люди создавали киборгов ради развлечения, превращая их в идолов, певцов. Может, изначально так и было, а потом случилось то, о чем рассказывала Лука? Что-то, что заставило науку резко сменить направление, словно это было вынужденной необходимостью.

— Сюда не проникает солнечного света, даже сложно определить который час, — рядом с парнем появилась Ева, нервно потирая свои предплечья, — Сложно уснуть в такой обстановке. Но Мику это, похоже, не помешало.

— А где Зунко?

— Она осталась в комнате Луки. Не отходит от монитора, вглядываясь в него. Я взяла с нее обещание, что она вот-вот отправится спать.

— Ты словно детей укладываешь, — Сонг не смог сдержать улыбки.

— Э-Эй. Я вообще-то, хотела пригласить тебя прогуляться.

— Конечно, почему бы и нет.

Они не спеша направились к главному входу. Отсюда дверь можно было открыть с помощью панели, а вот вернуться назад без помощи Луки уже не удастся, поэтому пара решила просто постоять в дверях, вдыхая свежий ночной воздух. Небо уже усыпано полотном ярких звезд, словно кто-то рассыпал на небеса банку с огоньками. Эта атмосфера как нельзя кстати успокаивает и воодушевляет.

— Это все то же небо, за которым мы наблюдали из нашей деревни в детстве, — шепотом произнесла девушка.

— Оно и через тысячу лет будет тем же.

Ева недовольно буркнула:

— Вечно ты портишь и поправляешь мои высказывания.

— Нет, напротив, я тоже подумал о чем-то таком. Люди дарят друг другу памятные подарки, чтобы смотреть на них через год, пять, двадцать лет, и вспоминать о своем дорогом друге, но достаточно просто взглянуть на небо. Это небо хранит в себе все те же общие воспоминания людей, которые никогда и никуда не денутся. Да, Ева, я помню как мы любили глядеть на него перед сном.

— Ну вот, тоже вспомнил. Мне теперь слегка неловко. Я же тогда часто плакала.

Для Евы небо было не просто чем-то, за чем было интересно наблюдать, для нее это была связь с её погибшими родителями. Иногда она даже проговаривала вслух какие-то фразы, словно интересовалась как у них дела, и чем они сегодня ужинали. Они даже интересовались у нее в ответ. За такими разговорами настроение Евы смягчалось, она выглядела счастливой, но всегда все заканчивалось горькими рыданиями.

— Это отчасти твоя вина!

— Почему это?

— Сколько раз я просила тебя взять книжку и заучить все созвездия, чтобы потом делиться передо мной своими познаниями! Так хоть какой-то толк был бы!

— Единственное, что я способен различить на небе — это луну и солнце, — пожал плечами Сонг, нисколько не стесняясь своего мышления.

— И свою бесконечную глупость.

— Тоже мне, Ариадна нашлась.

Друзья залились смехом, споря друг с другом и вдаваясь в воспоминания их глубокого детства.

— Знаешь, мне кажется, мы должны поддержать Мику и отправиться с ней.

— Так ты изменила свое решение? — поинтересовался Сонг.

— В каком смысле «изменила»?

— По твоим глазам хорошо читается, что ты хочешь избавить Мику от этого бесконечного пути самопожертвования. Просто отправиться вместе домой и жить как… в общем, я же прав.

— Да, все так… Но некоторые вещи все же не дают мне покоя. Пойдем внутрь? Я должна кое-что показать тебе.

***

Ева целенаправленно шла в одну комнатку, которая находилась совсем рядом с помещением, где когда-то располагался модуль Мику. Сонг следовал за ней, в ожидании.

Дверь отперлась, внутри оказалось темное помещение, в котором даже автоматический свет не удосужился зажечься. Но этого и не требовалось: помещение было настолько маленьким, что напоминало подсобку с инвентарем для уборки. Здесь по обе стороны от двери стояли два узких стеллажа со всяким мусором. Ничего особенного. Ева прошла внутрь и, чуть потянувшись, достала с верхней полки глиняный горшок. Затем развернулась к Сонгу и показала ему свою находку.

Внутри горшка еще сохранилась засохшая, на ощупь словно камень, почва. Здесь также можно найти несколько высушенных лепестков, которые отдают зеленоватым оттенком. Сонг пытался понять, что здесь необычного. У него была одна мысль, но он оставил объяснения своей подруге.

— Я вычитала в книге, которую нашла в этом комплексе. Там от руки исписана целая страница, я уверена, в обычных книгах об этом цветке информации не найти. Gacktus Kamui — название цветка. Настолько редкого, что встретить такой на земле — настоящее чудо.

Сонг уже приготовился к тому, что Ева посвятит этой находке целый рассказ, ведь это её излюбленная тема. Однако в этот раз девушка решила не утруждать себя и ответила прямо:

— Точно такой же цветок, какие были в моем саду. Которые достались мне от бабушки. Я думаю… — Ева опустила взгляд, воодушевленная такой находкой, —…это судьба, что мы оказались здесь.

— Судьба?

Слово, которое любил произносить Михаил.

— Это и подтолкнуло меня к мысли, что мы обязаны быть рядом с Мику. Встреча, которую я когда-то проклинала… Встреча, из-за которой погибли жители в нашей деревне, — Ева сжала челюсти, пытаясь совладать со злобой, что хранилась в её сердце уже продолжительное время, — Значит, вот так оно все было с самого начала…

— Если мы начали обсуждать наше предрешение — самое время пойти и отдохнуть, Ева, — Сонг уже видел в Еве то, что заставило его слегка напрячься, какая-то доля безумия и безразличия, — Идем?

Девушка ничего не ответила, вернув горшок на место и устало зашагала с парнем по коридору. Словно в одно мгновение силы покинули её, высушив тело, лишив остатка энергии, что была распределена до самого сна. Внутри нее вновь образовалось ядро, поддерживающее вечную тоску.

Оставив Еву в свободной комнате, где располагалась кровать, Сонг еще некоторое время провел здесь, в углу помещения, наблюдая за мирным сном своей подруги. Когда лицо её больше не выражало печали, он вышел в коридор и решил навестить еще одну особу, которая все еще бодрствовала — Зунко.

— Все еще не ложилась, — тихим голосом, чтобы не спугнуть, произнес Сонг, подойдя к большому экрану, напротив которого сидела девочка.

Она помедлила с ответом, все также не оборачиваясь, и раздумывала над чем-то.

Сонг присел рядом, и тут же погрузился в эту атмосферу раздумий, что витала по помещению. Ему вернулся момент, когда Лука рассказала им о своем с Мику рождении. Сколько бы она не говорила, однако, саму суть смогла уловить лишь Мику. Остальным приходилось лишь строить теории. Вот только Зунко сейчас думала совсем не об этом.

— Я думала нам удастся найти здесь родителей Мику и Луки… — с какой-то печалью в голосе произнесла девочка.

Парень не спешил с ответом, не желая прерывать внутренних терзаний девочки. Пусть сразу выскажет то, что тревожит ее последние пару часов.

— Оказывается, у них совсем не было близких?

— Я думаю, искусственный человек, как таковой, лишен такой возможности. Конечно, я не могу быть уверенным.

— Мы словно в одной лодке, — девочка задрожала нервным смешком.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ваши с Евой родители погибли, у Мику и Луки и вовсе их не было. А я еще смела жаловаться…

Это первый раз, когда Сонг наблюдал Зунко такой грустной.

— Ты скучаешь по своим родителям?

— Да, очень… очень… — теперь Зунко с трудом даются слова, лицо ее покраснело, она начала всхлипывать.

— Знаешь, порой невозможность встретиться с ними в какой-то мере снимает с тебя ответственность. Это звучит ужасно, но теперь я не переживаю, что где-то там они скучают по мне, что, вернувшись домой, мне придется рассказывать им о своем длительном путешествии. Видеть волнение на их лицах, потому что их сын очередной раз оказался в опасной ситуации. И в итоге, за всеми этими мыслями я начал терять человечность. Появилось какое-то безразличие. И это безразличие стоило мне друзей.

Зунко внимательно выслушивала все, о чем говорил Сонг, пытаясь усвоить для себя какие-то мысли.

— Я потерял друга, и, еще немного, потерял бы и Еву. Теперь я понимаю, что были бы живы мои родители, я бы готов бежать куда угодно, лишь бы встретиться с ними хоть еще раз. Чтобы напомнить себе о том, каково это, испытывать по настоящему теплые чувства, ощутить то тепло и уют. Но даже при этой мысли мне становится не по себе. Ведь я даже не знаю, что бы я сказал им, — парень перевел взгляд на девочку с заплаканными покрасневшими глазками, — Ты очень эмоциональная и жизнерадостная девочка, не смотря ни на что, Зунко. Несмотря на то, как в прошлом поступили твои родители — мысль о том, что ты в любой момент можешь встретиться с ними, одарить их теплыми словами, и, возможно даже увидеть на их лицах искренние эмоции после долгой разлуки с дочерью, до сих пор вселяют в тебя радость и ту самую человечность.

— Как ты думаешь, Лука думает о своем создателе?

— Да, разумеется. Ну, я думаю так и есть. Она хранит в себе эти воспоминания, да и ты видела, какие искренние эмоции она выражала при виде Мику? Да черта с два я назвал бы ее компьютером, лишенного человеческих чувств.

Зунко засмеялась с решительного настроя своего друга.

— А Мику… — Сонг посмотрел на потолок, — Никакой она не искусственный человек. Она просто человек. Еще более человечный человек, чем каждый из нас. И ее создатели, как и создатели Луки, это никакие не создатели — это их родители.

— Спасибо…

Сонг перевел взгляд на девочку. Она сжалась на полу, прижав челюсть к коленям, но щеки ее натянуты от наплывшей улыбки.

— Я понимаю, почему ты переживаешь за Луку. Вы разделяете те же чувства. Живущие в одиночестве длительное время. И если ты смогла найти себе товарищей, то тебя поглотила мысль о том, что стоит нам уйти — Лука вновь останется одна.

— Н-Неужели ты видишь меня насквозь?! — Зунко заметно напряглась.

— Ха-ха, ты сейчас была похожа на Еву. Нужно быть осторожнее, двоих таких в нашей компании я не выдержу.

Зунко надулась.

— Я не буду настаивать на твоих решениях, — Сонг тепло улыбнулся, очередной раз прочувствовав переживания Зунко, которые накатывали на девочку перед завтрашним днем, — Пойдем спать? Завтра нам нужно поговорить с Лукой еще разок.

***

— Я понимаю, что у тебя слишком много вопросов ко мне, — проявила чуткость Лука, как только Сонг появился в помещении напротив нее.

— Отвечать на них, ты конечно же не станешь?

— К сожалению, как бы ты не сомневался в моих знаниях, я и сама знаю не так много, как хотелось бы, — девушка повела взгляд куда-то над головой Сонга, вглядываясь в дверь за его спиной, — Даже не могу сказать что творится там, за входной дверью. Летают ли еще птицы, звучит ли их мелодия, цветут ли цветы, бьется ли человеческое сердце?..

— Вскоре Мику поведет нас в какое-то определенное место?

— Да, верно. К сожалению эта информация мне тоже недоступна.

— Когда она родилась ей привили какую-то задачу?

— К сожалению, эта информация мне тоже недоступна.

— Возвращаешься к своим корням? Тогда для чего была создана ты, Лука? Номер «02» на дверях, похоже, имеет куда большее значение, да?

Лука утихла. Потом, расплывшись в нежной улыбке, ответила на вопрос:

— Я рождена, чтобы поддерживать ее. Так было давно, так должно было быть сейчас.

— Зунко очень переживает за тебя, оставленную здесь. Ты не можешь найти способ повторить тот же успех за Мику?

— Я пыталась, но моих знаний недостаточно. Скажем, я как кошка в коробке, у которой не имеется должных знаний, и взять их неоткуда.

На этот раз Сонг ничего не ответил. Лишь пожав плечами, он развернулся к выходу, давая понять, что ему больше не о чем спросить. Даже Мику сейчас поведает больше, чем она. Однако у девушки все же был контрольный вопрос:

— Можно я кое-что спрошу у тебя?

— Валяй.

— Я хотела бы узнать твое имя.

— Сонг.

Лука слегка удивилась. Стоя к ней спиной, парень не увидел того взгляда, с которым она теперь наблюдала за ним. Имя, которое она хорошо знала.

— Вот как. Я рада, что Мику оказалась в надежных руках. Нашла свое место даже спустя столько времени.

— Знаешь, до того, как мы попали сюда, она выглядела куда более удовлетворенной. Так что я не согласен с тобой.

— Просто, прошу, Сонг, помогите ей. Направьте ее, и тогда она все расскажет. Примите мою просьбу, пожалуйста.

Сонг опешил, махнув рукой на прощание и выразив свое согласие. Двери перед ним раскрылись и вскоре прикрылись. Парень, только оказавшись по другую сторону от девушки, внезапно осознал, что она говорила не о компании друзей, в последний момент она обращалась к парню на «вы».

Лука вновь осталась в помещении одна. Но совсем ненадолго. Будто бы дожидаясь свободной минутки, в комнату тут же забежала Зунко.

— С добрым утром!

— Оу… это… мне? — Лука, будучи единственным обитателем этой комнаты, все равно удивилась, когда девочка поприветствовала ее, помахав ручкой перед монитором, — С добрым! — Лука также постаралась изобразить восторг, вытянув руку, сжатую в кулак, к виртуальному пространству над своей головой.

Зунко лишь слегка улыбнулась, увидев эту нелепую позу.

— Ты хотела со мной о чем-то поговорить?

— Ну, нет, просто проведать. Мику мой друг, а ты ее подруга. Значит, мы с тобой тоже друзья.

— Друзья, хм, — Лука расплылась в нежной улыбке, — Да, я бы хотела стать для тебя другом, это…

— Зунко! — словно подражая Мику, ответила девочка.

— Зунко, да? Очень приятно, — в голову Луке пришла одна идея, стоило лишь услышать имя своей новой знакомой, — Раз уж мы друзья, ты примешь от меня подарок?

— Я пришла вовсе не клянчить подарки.

— Нет-нет, пожалуйста, прими это.

Зунко удивленно глядела на Луку, все еще испытывая дискомфорт, словно сама напросилась на презент. Лука некоторое время не двигалась, слегка прикрыв глаза, словно искала что-то в закоулках своего сознания. Спустя пару мгновений где-то за спиной раздался щелчок, и пара металлических шкафчиков, длинной чуть больше двух метров, придвинулись к центру, раскрывшись.

— Пожалуйста, — Лука слегка поклонилась.

Зунко неуверенными шажками двинулась в сторону шкафчика, и, заглянув внутрь, увидела на первый взгляд странный предмет. Однако девочке не требовалось представления, чтобы узнать в нем большой лук для стрельбы. Оба его конца представляли из себя стручок, в каждом из которых словно находилось по три горошины. Здесь же, рядом, лежало одеяние, состоящее преимущественно из светло-зеленого, под стать оружию, и фиолетового оттенков. Больше напоминало какое-то церемониальное одеяние.

— Лук для стрельбы… — глаза Зунко слегка задрожали. Лука, заметив это, слегка напряглась, —…мой отец очень часто ходил на охоту, используя лук. Я… я всегда хотела хоть раз попробовать, научиться, ходить вместе с ним. Но всегда получала отказ.

— П-Прости… я…

— Нет, — Зунко внезапно обернулась к Луке, на лице ее появилась счастливая улыбка, — Это очень приятный подарок. Он дал мне понять, вспомнить, что у меня есть родители, которых, не смотря ни на что, я очень ценю и люблю. И, мне бы очень хотелось наконец научиться стрелять из него!

— Что ж, если вы вернетесь, думаю у нас будет достаточно времени, чтобы ты смогла как следует освоить его.

— Ты тоже умеешь стрелять из лука?! — в глазах Зунко загорелись огоньки, выказывая уважение.

— Ну… эм… я не уверена, — девушка опустила взгляд на свои руки, напомнив себе о том, что она все еще является частью двухмерного пространства.

— Спасибо, спасибо большое!

— Я не была уверена, что тебе понравится. Просто ты напомнила мне одну мою подругу, с которой бы были знакомы давным давно. Этот лук принадлежал ей.

Зунко слегка стихла, переведя взгляд на подарок.

— Ты уверена, что я могу принять его?

— Да, более чем. Я думаю, она была бы только за, увидев тебя, и узнав твое имя, — Лука слегка склонилась, понизив громкость своего голоса.

Между девочками возникла какая-то нить, связывающая их. Зунко ощущала ее еще ночью, но теперь отчетливо понимала что значат эти чувства. Здесь, глядя на Луку, она смогла увидеть кого-то родного. Что-то теплое отзывается внутри. Зунко хотелось понять, что скрывалось за этими необъяснимыми эмоциями. Подарок она решила оставить пока что здесь, но перед выходом еще раз одарила Луку благодарственным взглядом.

— До встречи, Тохоку, — шепотом произнесла Лука прямо перед тем, как входная дверь прикрылась.

Через некоторое время на пороге показалась Мику. Между девушками завязался серьезный разговор, который продолжался довольно долго.

***

Компания уже дожидалась свою подругу, и вскоре она появилась в расступившихся дверях.

— Нам нужно идти, — твердо и четко произнесла Мику, развернувшись к выходу.

— Мику? Ты вспомнила еще что-то?

Повернув лицо к Еве, Мику мягко улыбнулась и протянула ей свою ладонь. Выражение ее лица после беседы с Лукой заметно повзрослело. От той невинной девочки словно и следа не осталось. В какой-то степени это насторожило Еву.

— Я должна показать вам еще кое-что. Место, с которого все началось, точнее… в котором все закончилось, — с этими словами Мику осторожной походкой повела Еву к выходу.

Понимая, что девушка получила ответы, которые заставили её прийти к определенным выводам, Сонг подошел к Зунко и, придерживая ее за плечо, направился следом к выходу.

Оказавшись снаружи, компания еще долго молчала. Мику стояла впереди, глубоко вдохнув, она ощутила на своей коже легкое дуновение ветра. Это выглядело, как новое рождение. Новый этап в жизни девушки, который она со всей ответственностью приняла.

— Позвольте мне… остаться… — неожиданно сказала Зунко.

Все трое с удивлением взглянули на нее.

— Зунко?

Девочка все еще продолжала сопеть под подступившей к глазам соленой влаги. Похоже, встреча с Лукой оказала на нее сильное влияние.

— Почему-то, находясь там, я ощутила, как одиноко Луке здесь, совсем одной.

С этими словами никто не собирался спорить. К тому же из уст Зунко, которая несколько лет прожила в одиночестве в лесу, эти слова звучали убедительнее.

— Но Зунко, как мы можем тебя оставить здесь? — возразила Ева.

— Это не ваша вина. Я почувствовала, что должна так поступить. Мы правда успели сдружиться, и я рада, что встретила всех вас. Мне бы хотелось остаться здесь, поддерживая Луку. И к тому же, вы ведь еще вернетесь.

Сонг тоже не мог мириться с таким решением, но, в отличии от остальных, уже был настроен на что-то подобное. Одна лишь Мику тепло глядела на девочку. Подойдя поближе, она опустилась перед Зунко и взяла ее за руки. Девочка все еще плакала, и с недоверием глядела в голубые глаза Мику, ожидая, что та вот-вот начнет отговаривать её.

— Хоть Лука и выглядела немного грустной, на самом деле она очень жизнерадостная и веселая, — Мику начала рассказывать Зунко о своей близкой подруге теплым, ласковым голосом, — Она очень любит общаться, и знает много интересных книг.

Рассказывая все это, Мику и сама не заметила, как с края ее век проступали слезы:

— У нее очень приятный голос. Красивые, невероятно красивые длинные волосы. А еще она не любит, когда ее сравнивают с осьминожкой.

Наконец, Мику крепко обняла Зунко:

— Пожалуйста, стань для нее хорошим другом, Зунко.

— У-Угу… я обещаю.

— Да, обещание.

Эта сцена до глубины души тронула и Еву, и Сонга. Согласившись друг с другом, они пришли к выводу, что не могут позволить себе отговаривать Зунко от её решения.

***

— Зунко, ты уверена? — спросил Сонг, глядя на девочку, стоящую в открытых дверях.

Вытерев остатки слез, Зунко выпрямилась, скорчив серьезную ответственную мину.

— Да, я твердо решила.

Ева еще раз обняла девочку, и нежно поцеловала в лоб.

— Пожалуйста, береги себя.

— Спасибо, Ева. И вы берегите себя. Надеюсь, мы еще встретимся.

— О чем ты? Конечно встретимся! — добавил Сонг.

— Я буду ждать, — Зунко низко поклонилась и прошла внутрь холла. Еще раз помахав ручкой, вскоре металлические двери стали препятствием между ней и группой друзей.

Еще некоторое время Ева, Сонг и Мику глядели туда, вспоминая милое, детское и беззаботное лицо Зунко, которое хотели запечатлеть в своей памяти.

«Спасибо», — поблагодарила Мику.

***

Теперь, вспомнив свое прошлое, Мику твердо решила, куда она должна направиться дальше. Подойдя к роботу, оставленному в тени деревьев, она долго глядела внутрь кабины, обдумывая план действий.

— Как далеко отсюда находится то место, которое ты хочешь показать нам, Мику? — поинтересовалась Ева.

— Довольно далеко, но… — Мику обернулась к Еве и тут же застыла, глядя куда-то через плечо.

Сонг обратил внимание на ее испуганный взгляд, суженные зрачки, и посмотрел в том же направлении.

Одинокая фигура брела по насыпи, опираясь на одну ногу. С виду молодой парень, с короткими темными волосами, под солнцем переливающиеся блеском даже на таком приличном расстоянии. Одна его рука опирается на плечо, выдавая утомленность, не от жары, а от большого количества невидимых ран.

— Нужно помочь! — с испуганной интонацией произнесла Ева и торопливым шагом побрела в сторону незнакомца.

Сонг с Мику остались стоять на месте. По мере приближения парня начали вырисовываться новые подробности. Черты его лица выдавали в нем крепкого закаленного парня. А потом Сонг заметил очертания его одежды, которая выдавала в нем человека, живущего в пределах восточной столицы.

— Н-Нет! Ева, стой! Не приближайся к нему!

Девушка не обращала внимания на слова друга за своей спиной. То ли игнорировала неприкрытую опасность, то ли просто поддалась желанию оказать помощь раненному.

— Отойди! — еще громче завопил Сонг.

Девушка ослушалась и теперь, не успев среагировать, оказалась в лапах военного, принадлежащего армии дереликторианцев. Искаженное болью лицо, все же выдавило улыбку от такого удачного улова, что выбросился на берег, не обращая внимания на стоящих на пристани рыбаков.

— Смердящий запах сектаторианцев, — шепотом произнес незнакомец, обращаясь к уху девушки.

Ева выглядела напуганной, но лицо ее выдает злость — на саму себя за беспечность. Однако в этой ситуации никакого обмана не было. Человек, чья раскрытая ладонь сосредоточена на хрупкой утонченной шее девушки, действительно был тяжело ранен. Его боль выдавало томное болезненное дыхание, и жар, который исходил от его тела.

Сонг с Мику подступили ближе, но противнику это явно не понравилось. Ева внезапно начала стонать от подступившей к ее горлу боли. Во второй руке незнакомца оказался какой-то предмет, похожий на маленький цилиндр.

— Будь ты проклят, Арес! Решил выжать из меня последние соки! Рано мне еще в отставку! — дереликторианец проклинал кого-то, кто здесь явно не присутствовал.

— Отпусти Еву! — выкрикнула Мику, вытянув сжатые в кулачки руки.

— С радостью, если ты заменишь ее место.

Никто не сомневался, что его целью была Мику. Но Сонг также не сомневается в том, что ему ничего не стоит нанести Еве вред. У превосходящей по силе стороны не было смысла устраивать подобные сделки. Наверняка припрятал пистолет — какой же он военный без оружия.

Согнув руку в локте, военный направил конец цилиндра себе в шею и большим пальцем надавил на его обратную сторону. Даже отсюда видно, как тело его слегка задрожало, словно в его сознании началось землетрясение. И все же это не мешало ему держать Еву, которая не оставляла попыток вырваться. Парень выше хрупкой девушки в полтора раза, не стоило сомневаться в его силе.

— Я… Я Бель-Зе — пятый офицер Его Величия Лорда Ареса, — откашлявшись, произнес парень, — Запомнили?! А теперь я заберу девицу с голубыми хвостами! Живо! Тащись сюда! — офицера насквозь обвила аура нервозности.

— Позвольте оказать вам помощь. Вам же… — начала Ева, но офицер тут же заткнул ее, очередной раз выругавшись.

— Я не буду повторять! Я убью ее!

Сонг оглянулся на Мику. Та в свою очередь со всей внимательностью наблюдала за мучениями Бель-Зе. Но принимать его условия не торопилась.

— Через пару секунд ты уже не будешь в состоянии стоять на ногах. Что уж говорить о мышцах рук, которой ты угрожаешь причинить вред моей подруге, — ровным голосом произнесла Мику.

И, словно она только что прочитала заклинание, тело Бель-Зе забилось в очередной волне судороги. Хватка его ослабла и Еве удалось отступить. Однако, оказавшись на свободе от смертельных тисков, она склонилась над упавшим на землю парнем, и оглядывала его лицо.

Сонг подбежал к подруге, схватив ее за плечи и пытался оттащить ее подальше. Мику все с тем же пустым выражением на лице глядела на происходящее с расстояния.

— Они дают своим людям лекарство, которое еще не успело пройти испытания. Выходит, — Мику опустила расстроенный взгляд к земле, — времени меньше, чем предполагалось.

Человек, который назвался пятым офицером дереликторианцев, все еще лежал на земле, корчась от боли.

— Нам нужно уходить, ребята. Сонг, прошу, не показывай Еве, — Мику подступила поближе, приложив руку к груди.

— Что не показывать?

— Пожалуйста, давайте уйдем! — выкрикнула Мику, чтобы ее слова звучали убедительнее.

Но Сонг, пытаясь скрыть от Евы происходящее с парнем, ждал ответа на свой вопрос и не двинулся с места.

— Что с ним, Мику?

Девушка не ответила.

— Что с ним?!

Ответ не заставил себя долго ждать. Бель-Зе, перевернувшись на живот, и распластавшись по земле, начал кашлять без остановки. Кожаная форма на его спине заметно растянулась, вскоре на ней появились дыры. А сквозь них… сквозь них начала прорываться жесткая темная шерсть. Постепенно из человека дереликторианец преобразовывался в того, кого люди считали своими врагами. Осознав это, Сонг все также не двинулся с места.

— Сонг, послушай. Это не совсем то, о чем ты подумал. Это не оборотень, но… — Мику запнулась, объясняясь перед другом.

Существо, которое уже не было похоже на человека, постепенно замедлило свои движения. Сонг видел в нем оборотня — свирепое животное, покрытое шерстью, напоминающее волка. Но глаз не обманешь. Как и сказала Мику — это нечто иное. Сквозь его спину, покрытую шерстью, начали прорезаться крылья. Совсем небольшие, словно зачатки. Выступив из спины, они стали медленно подергиваться, размахивая. Еще одна особенность, которая отличала это существо от оборотней — задние конечности заметно вытянулись, а там, где раньше была человеческая стопа с пятью пальцами, новое место заняли копыта.

«Демон.»

Застывший взгляд Евы выражал самый настоящий ужас. Это хуже смерти, определенно, хоть существо до сих пор было живо, и теперь в нем пробуждались его естественные инстинкты, в первую очередь — чувство голода.

Обернувшись к людям, голова существа заметно дернулась, а затем он упал к земле, прямо к ногам Сонга. Кровь медленной струйкой проступила из его затылка. В шоковом состоянии Сонг не сразу различил хлопок выстрела, что раздался со стороны леса.

Там, где дорога переходила в густую зеленую стену из листьев, кто-то двигался прямо сюда. Роботы. Много боевых роботов, которые принадлежали дереликторианцам.

— Почему… Как? — дрожащим голосом произнесла Ева, словно не замечала приближающейся опасности.

— Ева, Сонг, пожалуйста, спрячьтесь! — Мику, не теряя ни секунды, направилась к своему роботу, но стоило лишь приблизиться, как автоматная очередь проскочила рядом с ее стопами.

— Никто никуда не пойдет, — из-за дерева вышел солдат, держа в руках автомат. Следом за ним появилось еще несколько.

В конечном итоге троицу окружили со всех сторон.

— Теперь вы пойдете с нами.

У героев не оставалось выбора, кроме как подчиниться. Мику оставила все попытки забраться в робота и застыла на месте.

— Робота мы тоже возьмем с собой. Грузите, — распорядился высший по званию среди этой неотличимой друг от друга толпы военных.

Всех троих поместили в транспорт, похожий на большой танк, который стоял на некотором расстоянии от скал.

Сонг, сохраняя рассудок, изо всех сил молился, чтобы они не заметили того самого комплекса, в котором находилась Зунко и Лука. И, к счастью, как только дереликторианцы схватили пленников и забрали робота, они тут же покинули это место. Их путь вел в Дереликториан. Там их уже ждали, и совсем с нехорошими намерениями. Мику все еще не оставляла надежды закончить поручение, которое ей дали когда-то в прошлом. Сонг, что сидел напротив, успокаивал Еву как мог. Судя по ее поникшему состоянию, лучше ей не становилось. Очередная страшная тайна открылась ребятам. Слова Кима, что вырисовывались в памяти, теперь обретали смутную форму. Сонг смотрел на Мику, а та, испытывая вину, отводила взгляд. Она знала. С того момента, как к ней вернулась память. Знала.

***

— Лорд Арес, они уже направляются сюда, — по связи сообщил подчиненный.

— Отлично, друг мой. Я буду ждать их на мостике.

Следующее, что увидел Сонг, скованный по рукам за спиной — огромное сооружение, похожее на гигантский механический форт. Роботы один за другим заходили в ангары, где их встречали военные и механики. Все это лишь для того, чтобы поймать и привести сюда Мику. Более того, всей этой армии хватило бы, чтобы разгромить столицу Сектаторе и всех ее жителей, но по какой-то причине этого так и не произошло. У Ареса еще оставалась частичка здравомыслия и уважения к своим врагам.

Грубо толкнув Сонга, солдат приказал двигаться вперед. Еву и Мику уже не видать, однако парень заметил того самого платинового робота, которого успели перевести на нижний уровень. Самого же парня вели куда-то по направлению к лифту, что следовал почти до самого верхнего этажа, поднимаясь по внешней стене форта.

Все это время Сонг находился в сопровождении двух солдат. Там, выйдя с противоположной стороны, он смог увидеть Дереликториан собственными глазами. Теперь этот форт скорее напоминал вулкан, кратер которого и являлся тем самым городом. Огромное количество домов, в отличии от зданий Сектаторе, состоящих исключительно из металлических конструкций. И над всеми ними возвышалась длинная башня, где находился Лорд. Именно туда Сонга и направляли.

Уже внутри ему удалось увидеться с Евой и Мику, которых также проводили сюда в сопровождении. Никто толком не понимал зачем они здесь, кроме самой Мику. Оказавшись внутри башни, Сонг и остальные стали свидетелями всей той роскоши, в которой жил Лорд. Если во дворце настоящей богатой красотой мог похвастаться лишь кабинет генерала — здесь все состояло из подобного. Но за этой красотой ничего не было. Здесь не было ни единой души.

Стоя напротив лестницы, Сонга силой заставили опуститься на колени, как и Еву. Мику не позволили шелохнуться даже с места.

— Значит, это на самом деле ты, Марьям?

Мужчина, одетый в длинный королевский плащ, с напыщенным видом медленно спускался вниз, одарив девушку презрительным взглядом сквозь темные круглые очки.

— Марьям? — удивилась Ева, но никто не обратил на нее никакого внимания.

— Последняя оплошность, из-за которой нам приходится с позором вспоминать наше прошлое, — оказавшись напротив Мику, мужчина оказал девушке приветствие грубой пощечиной.

— Хватит! Она не та, за кого вы ее приняли! — Ева попыталась встать, но ее тут же остановили.

— Ее глаза о многом говорят. Это глаза того, кто смотрит на нас с отвращением, — заявил мужчина, приблизившись к Мику, — словно мы лишь паразиты.

— Что вы хотите от Мику?

— Мы избавим мир от той, что обрекла наш народ на страдания. Возможно, так мы придем к спасению, пока не поздно.

— О каких страданиях идет речь? Разве Марьям — не имя той, кто подарил нам всем жизнь? Это имя нашей матери!

По помещению раздался смех, который принадлежал Лорду и его подчиненным.

— Что и следовало ожидать от сектаторианцев. Вера затмила взор на реальность нашего мира. Я, как и мои предки, были против того мира, к которому мы пришли! Ваша вера оскверняет весь наш народ!

— Да о чем ты говоришь?! Мику, ты знаешь что-то об этом? — Ева обратила свой взгляд на Мику.

Девушка ничего не ответила. Она с интересом выслушивала «пламенную» речь лорда.

— Мы предки людей, которые должны защищать землю от таких, как она! Разве вы не понимаете этого?!

Неожиданно для всех из уст Мику прозвучал презрительный смешок.

— Тебя смешит наша благородная цель?

— Просто ваши цели еще более слепы, чем чья-либо вера, — твердо произнесла Мику, — «Душа» Марьям, постепенно почерневшая по ее собственному желанию, продолжает отравлять ваше существование. И вы пытаетесь найти в этом виновных. Даже если эти виновные на самом деле явл… — звонкая пощечина прервала речь девушки.

— Уведите ее в темницу. Готовьте все к публичной казни. Мы объявим народу, что готовы избавить их от мучений.

Два солдата схватили Мику и потащили куда-то. Ева вновь попыталась подняться, но ей в очередной раз помешали.

— Мику ни в чем не виновата! Хватит, она не та, за кого вы ее приняли! — выкрикнул Сонг.

— Вы просто не понимаете всей нашей ненависти. Вы выбрали не ту сторону. Я прямо сейчас покажу вам, почему мы служим своей цели и почему считаем ее благородной!

Произнеся это, Лорд кивнул и солдаты схватили Сонга и Еву, подняв наконец на ноги.

Лорд приказал им следовать за ним в противоположном от места заточения Мику направлении.

Там, куда они направлялись, находились жилые блоки. Народ здесь, на удивление, жил не так хорошо, как могло показаться с первого взгляда. Многие из них выглядели бедно, на их лицах отражалась какая-то пустота и страдания. Это город, который, как оказалось, был объят местной «чумой». И по мнению Ареса эта чума была вызвана эгоистичным желанием Марьям не оставить после себя ничего.

Такие вещи уходили корнями глубоко в прошлое. И лорд, следовавший своим принципам, и сам был слеп перед правдой, называя себя — человеком. После увиденного у подножия горы Ева уже не знала во что верить. Она начала бояться саму себя.

Перед заключенными, сопровождаемыми военными и лордом, предстало здание, из каждого окна которого на улицу лился яркий свет.

— Куда вы нас привели? — спросила Ева.

Лорд медленно повернулся к ней и решительно произнес:

— Это больница.

В приемной оказалось очень много людей. Пожалуй, здесь было даже больше, чем повстречалось на улице за все время пребывания чужаков в столице.

Проходя мимо них, Ева и Сонг ловили на себе болезненные взгляды. Лорд провел их к лифту и, зайдя внутрь вместе со всеми, нажал на самую нижнюю кнопку.

Дверь отперлась, как только лифт достиг нижних этажей, и за ними оказались широкие помещения, в которых работали специалисты, отдаленно напоминающие врачей: халаты им заменяла военная форма, а хирургические инструменты — автомат. Здесь было много коек, и на каждой из них лежали… люди? Нет, они не совсем похожи на людей. Ева и Сонг узнали в них тех самых существ, в одного из которых превратился Бель-Зе у них на глазах. Первое, что приходило на ум при взгляде на них — мутации. Было и другое слово, которое подошло бы больше, но обладатель подобного мнения уже давно мертв.

— Почему, почему люди превращаются в монстров? И почему их так много? — с испугом спросила Ева, прикрывая рот ладонями.

— Это тот самый «дар», который оставила для нас Марьям.

Daydream, depicting it almost like a grimoire; Сердце

Непривычная тишина, тяжелый сухой воздух, и пустые стены вокруг. Сонг и Ева оказались в камере, из которой был лишь один выход — плотная дверь, не желающая поддаваться. Здесь не было даже окон, да и подобные помещения в глубине однотипных коридоров здания их не предусматривали. К счастью хотя бы было освещение, яркое, от которого то и дело возникали головные боли.

Сонг сразу же отбросил все попытки к побегу, но Ева продолжала возражать, она требовала, чтобы ее услышали. Сейчас она больше беспокоилась не за себя, а за Мику, которую ждет еще более тяжелая судьба, чем двух заключенных. Хотя они даже не могут подозревать какая судьба им уготована.

Безрезультатно истратив все свои силы, Ева развернулась и, припав к двери спиной, опустилась на пол. Взгляд ее выражает безнадежность.

— Почему они не слушают нас? Почему им так нужна Мику? — Ева продолжала кричать, требуя ответа, но голос ее звучал уже более натянуто.

— На протяжении всего нашего пути они пытались поймать ее. Но я все еще не понимаю для чего. Может, это как-то связано с той миссией, которую поручили Мику.

— Поехавшие фанатики! Они верят в какой-то ритуал? Справедливость? Да при чем тут Мику?

— Ева, может мы просто чего-то не знаем, — Сонг старался успокоить свою подругу, но подбирал не те слова.

— Не знаем? Мы знаем, что Мику ни в чем не виновата! И не заслуживает этого!

Сонг не мог перечить этим словам. Все так, как сказала Ева. Им не хотелось задерживаться в этом месте, в этом городе. Единственное, что сковывало их рвение — то, где они оказались.

— Лорд упоминал, что Мику казнят завтра. Может, у нас еще есть время придумать что-то, — размышлял Сонг, осматривая помещение.

Ева взглянула на него сквозь слезы, в глазах ее все еще теплилась надежда.

— Сонг, пожалуйста, спаси Мику. Спаси…

— Я сделаю все возможное. Обещаю, — это первое твердое обещание, которое Сонг дал своей подруге, — И не только Мику. Я спасу и тебя, Ева.

Не желая больше наблюдать за ее слезами, он подошел ближе и присел рядом. Ева опустила свою уставшую голову на плечо Сонга, все еще всхлипывая. Приобняв девушку за плечо, Сонг прижал ее ближе, также наклонив к ней свою голову. Сейчас он хотел сделать все возможное, чтобы она перестала плакать. Ева уже достаточно пролила слез за все то время, что они провели вместе. От той ее напыщенности почти не осталось и следа.

— Ты никогда прежде меня не обнимал! — вытирая слезы, сказала Ева.

— Да, знаю, — спокойно ответил Сонг.

— Даже когда, казалось, должен был! Даже когда к тому располагала ситуация!

— Все так.

— Черствый! Никогда не смотрел на меня, когда я наблюдала за тобой!

— Знаю.

— С самого нашего детства. Всегда такой грубый и бесчувственный… — потихоньку Ева изливала все накопившиеся за долгие годы эмоции, одну за другой.

Сонг принимал каждое ее слово. И с каждым этим словом соглашался, виня себя за свое отношение к той, которая незаметно тянулась к нему на встречу.

— Дурак! — выпалила наконец она.

Руки Евы болезненной хваткой схватились за предплечье Сонга. Он не подавал никакого виду, лишь терпел. Казалось, что Ева сжимала свои пальцы настолько, что вот-вот проступит кровь.

— Давай, когда все это закончится, попробуем еще разок, — неожиданно сказал Сонг.

— Ч-Что?

Ева приподнялась и все еще заплаканными глазами непонимающе глазела на Сонга.

— На этот раз я постараюсь оправдать все твои надежды. Постараюсь стать для тебя тем, кого ты ждала все эти годы.

— Дурак! Это совсем не то! Я не принцесса, чтобы исполнять мои прихоти!

— Это будет моим личным желанием. Я постоянно бежал, думая, что создам для тебя лишь проблемы. Но никогда даже не подозревал о том, что ты и есть решение всех моих проблем, Ева…

Сонг наконец обратил на девушку свое внимание. Взгляд его был непривычно заботливым и нежным. Это именно тот взгляд, которого так ждала Ева.

Тогда, когда она впервые увидела его в детстве. Стоило лишь на одно мгновение встретиться взглядами, и между ними проскочила какая-то искра. Но с тех пор Сонг ни разу не взглянул на нее с тем же чувством, с тем же огоньком в глазах. Избегал этого чувства, которое поразило его тогда. И вот, этот мимолетный момент вновь настал.

— Придурок! — казалось, в такой важный момент теперь и Ева ощутила смущение. Она отвернулась к стене, надувшись.

Так долго стремиться к этому, чтобы в конечном итоге засмущаться, скрыв это недовольством. Сонг улыбнулся, узнав в этом характере свою старую подругу.

Даже сейчас, глядя в противоположных направлениях, они одновременно улыбнулись, словно сбылась маленькая мечта каждого из них.

***

Время в камере тянулось необычайно долго. Сонг то и дело ходил вокруг, оглядывая каждую щель в стене, но как ни крути, отсюда невозможно выбраться. Оставалось рассчитывать либо на хитрость, либо на удачу. Но и хитрость можно было тут же отбросить — судя по всему ни один звук отсюда не доходит до противоположной стороны двери. Сейчас там наверняка дежурит охрана, но что не говори, она не обратит ни малейшего внимания на заключенных. Оставалась лишь удача — последнее, на что хотелось бы надеяться Еве, когда речь заходила о Мику и стремительно уходящем времени.

Оглядев потолок, Сонг не заметил даже вентиляционного отверстия. Полная изоляция. Воздух подавался сюда в ограниченном количестве, и то сложно определить откуда. Постепенно дышать становится все тяжелее.

После нескольких попыток пара вновь свалилась к полу, присев у стены и опустив головы друг к другу на плечи. В этот раз Сонг и Ева держались за руки, сцепив их в замок, усталые и слегка вспотевшие.

— Слышала про вариант, когда люди застревают в лифте и спасатели появляются в самый неподходящий момент? — Сонг решил немного разрядить обстановку.

— Я истощена, но у меня все еще остались силы на то, чтобы поколотить тебя.

Они оба засмеялись, но вскоре вновь умолкли. Спустя некоторое время Сонг вновь попытался сделать хоть что-то, но обстановка в помещении становилась только хуже. Ситуация усугублялась.

В голову закрадывается страх и болезненная дрожь. Полная беспомощность. Стены все сильнее давили, а больше всего давило осознание неизвестности, творящейся снаружи. Время продолжало уходить.

— Нас же, тоже ждет тяжелая судьба? — усталым голосом спросила Ева.

— Да, пожалуй.

В такой ситуации пора бы думать и о себе, но что они могли сделать?

— Почему-то, несмотря на такой финал, я рада… рада, что у меня останется меньше сожалений.

Сонг ощущал боль в голосе своей подруги. Он уже готов был согласиться с ней, но не собирался вот так мириться с подобной участью. Перед глазами то и дело всплывали образы Мику, Зунко, всех остальных. Проделать такой путь, чтобы умереть в камере? Это сродни фильму про супермена, который поперхнулся молочным супом.

— Это неправильная позиция, Ева.

— А?

— Давай постараемся, чтобы этих сожалений и вовсе не осталось.

— Хах, тогда, тогда ты должен просто вынести эту дверь одним ударом, взять меня на руки, словно принцессу, и мы вместе убежим отсюда, — у Евы все еще оставались силы на шутки, хотя Сонг вполне мог предположить, что она говорила это на полном серьезе. Ему определенно нравился такой вариант событий, да только он провалится уже на первом этапе — на том, где он должен вынести дверь.

Потихоньку даже надежда покидала Еву и Сонга. Они все ближе и ближе друг к другу, пытаясь общими усилиями бороться с мыслями о неизбежном.

***

«Пожалуйста, открой глаза.» — знакомый голос Мику прозвучал в сознании Сонга.

Даже раскрыв их, у Сонга оставалось чувство, что они все еще прикрыты. Похоже, это еще одно измерение внутри сознания, далекое от реального мира. Ведь он уже смирился с мыслью, что Мику где-то там, в заточении. Но ее голос… сейчас он звучит так близко.

— Мику? Где ты? Твой голос…

— Ты и раньше мог его слышать. Расстояние и время совсем не помеха, — силуэт Мику показался из непреодолимой тьмы.

— Ты где-то рядом? Мику? С тобой все хорошо?

— Я ближе, чем ты думаешь. Мой голос исходит из твоего сердца.

— Значит, это всего лишь иллюзия…

Наконец, образ Мику полностью прояснился. Она стояла прямо перед ним, но одета была необычно. Большую часть ее тела закрывало что-то, похожее на облегающие латы. От ее плеч и бедер вниз опускались полупрозрачные ткани. А на голове была надета корона темного цвета с большим количеством остриев, уходящих как вверх, так и вниз. Она была похожа на принцессу, обитающую в замке темного королевства, которая любила проводить свое свободное время в таком же жутком лесу с голыми деревьями.

— Я удивлена, что в тебе еще осталась частичка Марьям.

— Мику? Ты о нашей матери? Я все еще не могу понять.

— Даже во мне по какой-то причине живет часть ее личности. Лорд Арес и генерал были даже в чем-то правы. Но это лишь знания, полученные извне. Это словно личность, которую наложили поверх. Прости, я еще сама не пришла к выводу. Однако, то, что находится внутри сердца изначально — куда важнее.

— Мику, я не понимаю ни единого слова.

Постепенно в этой тьме начали проявляться и другие силуэты. Но ни один из них не существовал больше секунды, они сменялись один за другим. Словно вспышки из сознания, превращающиеся в туман, что рассеивался, как разбитый хрусталь.

— Я хотела о многом рассказать, но есть фрагменты, которые доступны лишь тебе. Перед тем, как мы продолжим наш путь — ты должен открыть в своем сердце один из этих фрагментов.

Голос Мику постепенно отдалялся.

— Пожалуйста, не теряй надежды. Время летит вперед.

И наконец, темнота вокруг начала стремительно рассеиваться. Это выглядело как бред. Сонг уже почти забыл, что сейчас они с Евой сидят в закрытой камере, лишенные свободы. Но это совсем другое место. Совершенно другое. Это частичка, которая присутствует в каждом человеке — то, что связывает его с Богом.

***

— Королева Утахимэ, неужели вы изменили свое решение?

Мужчина, похожий на Сонга, стоял напротив большого белого стола. Все вокруг было таким же белым, футуристичным и необычным.

— Изменила? Скорее, я просто отложила его на неопределенный срок. Командор Арес уже готов ползать у меня в ногах, лишь бы я пошла наперекор своим намеченным целям. Он очень низко упал в моих глазах, но это забавно. Пусть еще поползает передо мной, пока я буду веселиться и изображать из себя добрую королеву.

— Какая же вы жестокая, Утахимэ.

— Сонг, я не люблю лесть в свой адрес, — девушка приложила руку ко рту и артистично захохотала.

Мужчина решил поддержать ее, но лишь слегка улыбнулся.

— По крайней мере она оправдана.

— Жестокость стоит рядом с силой, а сила рядом с властью. Народ будет слушать того, у кого есть власть. И поэтому власть равносильна бессмертию. Нет никого, кто мог бы встать в один ряд со мной, мой дорогой Сонг.

— Как скажете, Королева, — мужчина низко поклонился.

— Где носит моего командора? Жду не дождусь ежедневного лизания моих стоп, — перекинув одну ногу на другу, Утахимэ показательно протянула их в сторону мужчины.

— Возможно, он нашел себе занятие по вкусу.

— Дерзости тебе не занимать, Сонг.

— Может, вам тоже стоило попытаться? В конце концов я согласен сопровождать вас где угодно, моя Королева.

Утахимэ всерьез призадумалась и тут же отвернулась, не желая показывать свое сомнение.

— Здесь нет ничего, что могло бы меня удивить или развеять мою скуку.

— Пожалуйста, хотя бы попытайтесь.

— Ты действуешь мне на нервы, Сонг, — разозлилась королева.

— Примите мои извинения. Что ж, зовите меня в любое время, — мужчина низко поклонился и развернулся к выходу.

— Сонг…

— Королева? Вы звали? — мужчина вновь развернулся, услышав за спиной свое имя.

— Ты знал, что твое имя переводится, как песня? — с усталым взглядом спросила Утахимэ.

— Песня? Вот оно как…

— Не важно. И не строй такую улыбку, она меня раздражает. Все, иди уже куда шел.

Сонг еще раз одарил свою королеву почтением с долей дружелюбия и с облегчением сказал перед выходом:

— Вижу, вы уже начали.

— Кончай уже! Уходи-уходи! Прочь с глаз моих!

Эти вопли лишь еще сильнее раззадорили Сонга, но в конце концов он решил поспешить и покинуть комнату, заперев за собой дверь. В нее, уже запертую, тут же прилетела книга. Это был словарь английского языка.

Чувствуя себя оскорбленной, Утахимэ развернулась в своем кресле и сложив на него ножки, обхватила их руками и надула щеки.

***

— Это лишь фрагмент. Одна маленькая сценка, — слова Мику вновь разошлись по всему сознанию парня, — К сожалению, частичка песка не может быть соизмерима даже с песочным замком, что уж говорить о вселенной.

— Это то, что хранит мое сердце? — спросил Сонг.

— Да, но это чувство тебе недоступно. Пожалуй, ни один человек не смог бы воспроизвести этих воспоминаний наяву. Но во сне — все иначе.

— Ты стала говорить загадками.

— Прости, — Мику стала извиняться, неловко почесывая свой затылок, — Но порой сны не знают границ. В них может показаться что-то, что существует за гранью существования человека. И эти грани порой не знают границ. Это очень важные слова, которые я хотела бы донести до тебя.

— Ты могла бы сказать прямо!

— Просто запомни их, и когда-нибудь я поведаю тебе об их реальном значении.

Силуэт Мику вновь растворился, будто дразня Сонга. А тем временем окружение вновь стало принимать новые краски. Тьма полностью рассеялась и взору опять предстал тот же самый большой белый кабинет, который выглядел все также очень необычно. Первое, что подумал Сонг — словно этот дизайн прибыл прямиком из будущего.

***

— Ты заставляешь меня скучать! — возникала Утахимэ.

— Вы просили меня о том, в чем я совсем не разбираюсь, — извинялся Сонг, заходя в кабинет королевы.

— Ты сам вызвался мне помогать. Да и от командора и след простыл, — Утахимэ недовольно бурчала, развалившись в кресле.

— Вы могли бы попросить об этом Салли.

— Приказы не обсуждаются. Приказы нельзя спихивать на других. Жаловаться на приказы запрещено. Знай свое место, мой непутевый подчиненный! — несмотря на свой грозный вид, Утахимэ порой вела себя совершенно по-детски.

— Вам не стоило бы так выражаться при людях. Они о вас неправильно подумают.

— Шевелись-шевелись, мой бесполезный раб.

— Вот это было обидно, — улыбнувшись, Сонг запер дверь за собой, подтолкнув ее ногой, так как руки его были заняты.

Большая стопка книг буквально скрывала все туловище и лицо мужчины. Подойдя ближе, он аккуратно опустил ее на стол королевы.

— Вижу, вы полностью погрузились в изучение, — стряхивая с себя пот, произнес Сонг.

Королева тем временем уже не слушала его и перебирала книгу одну за другой, рассматривая только обложки.

Сонг, приведя дыхание в порядок, взял одну из книг и прочитал название: «Воля к власти».

— Это в вашем духе, Королева.

— Я не просила тебя комментировать. Мне просто приглянулись названия. Можешь быть свободен, — пригрозив пальцем, Утахимэ указала на дверь.

Мужчина низко поклонился и пошел прочь.

— Возвращайся к вечеру, — напоследок приказала она.

***

Сонг в очередной раз прибыл по приказу своей королевы тем же вечером того же дня.

— Может быть чаю? Салли готовила его специально для вас, моя Королева, — держа в руках кружку, Сонг прошел в кабинет к столу Утахимэ.

Та все еще была погружена в чтение. Несколько книг уже были отложены в сторону, другие все еще нетронуты.

— Моя Королева? — напомнил о своем присутствии Сонг.

— Вот эти книги верни туда, откуда взял. Или можешь сжечь! — выругалась она, указывая на отдельную стопку на краю стола.

Сонг взял оттуда пару книг: «Гадкий утенок», «Камаххтра».

— Милая сказка с поучительным концом, — заметил Сонг, листая первую книгу, — А эта…

— Кхм-кхм! Просто неси уже! Я не просила высказывать свое мнение! — что-то определенно разозлило Королеву, стоило лишь притронуться ко второй книге.

— Как прикажете. Но все же — попробуйте чай.

— Хорошо-хорошо! Иди уже.

С позволения Королевы Сонг взвалил на себя очередную стопку книг и удалился, отправившись в город, в котором располагалась библиотека.

Мужчина, который работал в библиотеке, всегда с радостью встречал Сонга, хоть и испытывал некоторый страх в его присутствии. Тем не менее Сонг пытался выглядеть максимально дружелюбно, не создавая проблем местным жителям.

Пару раз ему встречался командор, который, похоже, окончательно поселился где-то в этом районе. Он часто отговаривал Сонга от службы Королеве, но обычно в такие моменты он был пьян в стельку. Сонг не воспринимал его речь всерьез, но все же всегда был настороже. Последнее время Королева совсем изменилась. С одной стороны это то, к чему хотел придти Сонг, но и в этом были свои недостатки. Она все сильнее начинала забывать о той ответственности, что находилась в ее руках, что была поручена ей. Утахимэ стоило поддерживать боевой дух, чтобы ее собственные солдаты не отвернулись от нее.

***

— Королева, сегодня в городе какой-то праздник. Не хотели бы вы сходить? — интересовался Сонг, стоя напротив Королевы в ее кабинете.

Она все больше времени проводит в компании многочисленных гримуаров, даже прием пищи является чем-то редким для нее.

— Меня никто не приглашал.

— Разве вашей персоне требуется приглашение? — удивился Сонг, — Это на вас совсем не похоже.

— В таком случае меня просто не интересует это, — подперев щеку рукой, произнесла Утахимэ.

— Тогда… тогда вы не против, если я приглашу вас?

— Ох, Сонг, — вздохнула Королева. Мужчина уже был готов к тому, что она смутится или хотя бы удивится, — что же это за праздник такой, что даже такой как ты смог побороть свой стыд перед Королевой?

— Новый год.

— Тц, какая мелочь, — вздохнула Утахимэ, явно недовольная ответом.

Мужчина больше не стал настаивать, прекрасно осознавая, что такие мелочи не были интересны Королеве.

Однако, после длительной паузы он услышал ее неожиданный ответ:

— Мое лицо спасает темнота, а то б я, знаешь, со стыда сгорела, что ты узнал так много обо мне. Хотела б я восстановить приличье, да поздно, притворяться ни к чему.

— Моя Королева? — Сонг был слегка растерян, услышав такую поэтичную речь из уст жестокой леди.

— Очень красивая, и одновременно грустная книга. Впервые я смогла ощутить, что даже красота может быть настолько печальна.

Сонг все еще стоял столбом, наблюдая за поэтичным настроем Утахимэ.

— Глупый раб. Ты даже не можешь уловить смысла между строк! Идем на твой унылый праздник, только обещай быть моим охранником!

— Д-Да, Королева! — низко поклонившись, едва сдерживая наплыв радости в голосе, произнес Сонг.

Он еще долгое время удивлялся тому, что Королева в конечном итоге приняла его предложение.

Буквально гуляя с ней под руку, Сонг все еще не верил тому, что происходит. Королева свободно гуляла по городу, осматривая каждое здание. Люди, увидев ее, низко кланялись и расступались. Сонг также чувствовал себя неловко, находясь рядом с ней.

— Тоже чувствуешь, насколько это прекрасно, когда вкушаешь чей-то страх? — с ехидной улыбкой Утахимэ наблюдала за реакцией Сонга.

— Я не думаю, что людям от этого лучше.

— Ты снова за свое…

— Люди привыкли верить тому, кто настроен к ним с благими намерениями. Тирания никогда не служила на пользу.

Утахимэ лишь буркнула на это замечание и перестала слушать упреки своего подчиненного. Дорога вдоль улицы наконец привела пару к центральной площади. Здесь люди шумели, веселились, танцевали и пели новогодние песни. Вопреки своему недовольному взгляду на окружающие вещи, Утахимэ смогла улыбаться.

— Глупости какие, — говорила она, не понимая причину своей радости.

Сонг улыбался вместе с ней.

— З-Здравствуйте! — чей-то неловкий голосок раздался из-за спины.

Утахимэ развернулась, опустив взгляд. Перед ней стояла девочка в коротеньком платье. В глазах ее мечется смущение и неловкость.

— Ты ко мне обращаешься?

— Д-Да, вы такая красивая! — девочка смогла улыбнуться, хотя края ее губ продолжали заметно вздрагивать.

Сонг одарил девочку почтительным взглядом, коротко поклонившись перед ней в приветствии. Девочка все еще смущалась, глядя на пару снизу вверх.

— Вот, это… это вам! — прикрыв глазки, она протянула вперед вытянутые ладони, в которых красовалось необычайной красоты красное налитое яблоко.

Утахимэ не скрывала своего привычного презрения, однако в ее глазах промелькнуло удивление и такая же неловкость. Чуть погодя, девушка таки приняла из рук ребенка презент.

— С новым годом! — радостно выкрикнула девочка и широко улыбнулась.

— И вас с новым годом, юная леди, — Сонг похлопал девочку по волосам, благодаря за подарок.

Утахимэ еще некоторое время пялилась на яблоко, затем, когда девочка уже ушла, коснулась его своими губами и откусила.

— Твое красивое платье у всех на виду. Девочкам помладше всегда нравились аристократичные леди, — Сонг перевел взгляд на Утахимэ, а та, неожиданно, начала проливать слезы, — Королева? С вами все в порядке?!

Протерев глаза рукавом, Утахимэ заплаканным голосом произнесла:

— Горькое.

— Ах, да, у яблок довольно непривычный резкий вкус. Но уверен, постепенно вы привыкнете к его сочности.

— Да нет же! — выругалась из-за непонимания Утахимэ, — Не яблоко горькое… внутри меня все горькое.

***

— Командор? До меня дошли слухи, что несколько наших боевых роботов были добровольно отданы в пользование посторонних лиц.

При очередной встрече с командором Сонг решил поднять эту важную новость.

— Это лишь деловые интересы. Сонг, мальчик, оставь ее. Ты же знал, многие из нас были против всего этого. Она сама должна разгребать эту кашу.

— В вас говорит ваша гордость, командор. Очевидно, вам нет никакого дела до происходящего. Это лишь личная обида на Королеву Утахимэ.

— Она ребенок, которому захотелось поиграться, прочувствовать ту власть, которую ей доверили. Сонг, посмотри вокруг себя и прими адекватный выбор. Переходи на нашу сторону.

— Вы предлагаете мне предать собственный народ, командор?

— Мы не собираемся предавать народ. Мы хотим лишь поставить Утахимэ на место, и в нашем арсенале лишь горстка времени.

— Я отказываюсь выслушивать подобное.

— Глупый влюбленный мальчишка. Ради прихотей маленькой принцессы, возомнившей себя Королевой Вселенной, идти на такое, — командор был переполнен гневом.

— Вы плохо ее знаете. Я лично прослежу за каждым ее решением. Отставьте свои глупые намерения устраивать внутриполитические конфликты, командор.

— Как знаешь, Сонг. Я буду лишь рад, если все пойдет так, как ты об этом говоришь.

На этом разговор с командором подошел к концу. Мужчина похлопал юношу по плечу своей здоровой ладонью, и последовал по своим делам.

***

— Мику, я не понимаю всего этого, — Сонг схватился за голову, опустившись на колени.

Темнота вновь окрасила собой все пространство вокруг.

— Странно, ведь я же показываю тебе самое главное. Давай вспомним еще один осколок. Он довольно значимый. И немного горький…

***

— Сонг, наверно, я правда вела себя эгоистично, — неожиданно произнесла Утахимэ.

— Королева? Нет, не стоит сомневаться в своих решениях.

— Я слышала, что обо мне говорят окружающие.

— Вы начали слушать окружающих? На вас это совсем не похоже.

— У меня все еще остается безграничная власть, но мне кажется, что я распоряжаюсь ею неправильно, — Утахимэ опустила лицо, — я слышала о том, что собирается сделать командор. Это подло.

— Вам ничего не грозит, я вас уверяю. С ним лишь маленькая горстка тех, кто отрекся от собственного народа.

— Да, но…

— Я понимаю ваше смятение. Даже высшие не согласны с некоторыми вашими решениями, однако, сейчас не о чем беспокоиться. Уверен, вы с командором пришли к некоторому недопониманию.

Слова глубоко засели внутри Королевы, растворяясь, словно таблетка. Сонг не привык видеть ее такой подавленной и задумчивой.

— Знаешь, в книгах, которые я читала, часто упоминается одна, — Утахимэ обратилась к полкам с книгами, просматривая их взглядом.

— Вы хотели бы прочесть ее? Я с радостью достану.

— Да, пожалуйста. Она называется «Библия». Может, в ней я смогу найти ответы на свои терзания.

Сонг низко склонил голову, дав обещание, что исполнит любую просьбу своей Королевы.

Вскоре эта самая книга оказалась на столе Утахимэ.

С тех дней она погрузилась в ее чтение. Она постоянно приходила к Сонгу за советом, так как не понимала и половины содержимого. Вместе они стали проводить еще больше времени, склонившись над языком святых. В конечном итоге время подходило к своему судьбоносному дню.

— Кажется, я поняла что так сильно не хватало людям. Поняла все, о чем ты мне когда-то говорил. Сонг, у меня появилось желание!

Мужчина удивился, насколько радостной была Королева. Она словно обрела новый смысл в жизни.

— Я хочу дать этому миру того, в кого они начнут верить. Кого они будут любить и уважать. Кто станет вести их, кто станет особенным в их глазах. Того, кого они смогут называть — Богом.

Тогда Сонг, что проводил за чтением книги вместе с Утахимэ много времени, знал примерную цепь мыслей, по которой следовал разум девушки, и примерно понимал что она хотела до него донести.

— Я подарю этому миру новую надежду. Я постараюсь сделать его таким, каким он должен быть. Возможно, мне удастся объединить всех.

— Это очень благородная цель, Королева, — согласился Сонг.

В глазах Утахимэ горели огоньки. Впервые он видел ее такой счастливой и воодушевленной. Весь народ поддерживал ее желание и потакал ему.

Даже в глазах командора Королева предстала в новом свете. По какой-то причине он отбросил все свои сомнения и убедил остальных своих товарищей, что они поспешили с выводами. По крайней мере, на какое-то время.

С того дня Утахимэ пыталась претворить свою мечту в жизнь. Мечту, которая казалась сказкой.

Один день.

Два дня.

Месяц.

Год.

Несколько лет.

***

— Почему? Почему всевышний не награждает меня? Почему никто не ценит мое желание? — все чаще Утахимэ впадала в истерику.

Подчиненные сбегались вокруг, чтобы попытаться успокоить ее, но все тщетно. Даже слова Сонга более не доносились до ее ушей.

— Эти преграды! Откуда они?! Не трогайте меня!

Тогда Сонг видел самую настоящую боль и терзания. Это были новые для Утахимэ чувства. Нет, с какой-то поры она просила называть ее Марьям — мать Иисуса.

Но как бы она не старалась, благодаря одному лишь желанию невозможно было родить на свет Бога.

Окружающие пытались ей объяснить это, но она не слушала и продолжала свои мольбы. Эти книги сильно повлияли на ее мировоззрение, укоренившись глубоко. Теперь Сонг сильно жалел о том, что пытался приобщить ее к этому. В итоге большая информация оказала негативный эффект. Он чувствовал вину, необратимое чувство тоски. Но все это было лишь крохотной крупицей того, что испытывала Утахимэ.

Утахимэ стала интересоваться религией, верой, историей. Слишком большая информация, воспринять которую под силу не каждому. Эти знания были не для нее. Они послужили отравой для ее организма. И теперь этот яд неизбежно убивал ее личность. В конечном итоге из-за своих эгоистичных желаний Сонг потерял ту, которую любил больше всего на свете.

Новость о том, что Утахимэ была изначально бесплодна лишь усугубляло ситуацию. У нее больше не оставалось никаких надежд.

— Сонг, — однажды Утахимэ, наконец, обратилась к своему подчиненному. Голос ее все еще наполнен страданиями.

— Королева? Вам лучше? — спросил Сонг, слегка удивленный. Он уже давно не слышал от нее своего имени, и это, несомненно, не могло не радовать.

— Все… отлично…

— Хорошо, но вы все еще выглядите усталой. Салли сказала, что вам стоило бы чаще спать и полностью исключить прогулки. Она приготовит чай, я скажу ей.

— Сонг, пожалуйста, останься со мной. Еще немного, — голос Утахимэ был непривычно тихим.

— Да, само собой, я буду здесь.

— Пройдешься со мной? — Утахимэ поднялась со своего кресла и, шатаясь, направилась к выходу из комнаты.

Сонг тут же придержал ее. Она с радостью опиралась на своего подчиненного, положив свои руки ему на грудь. Ее длинные темные волосы, собранные в два низких хвоста, развивались за спиной. Где-то включились вентиляторы.

— Конечно, идем.

Утахимэ направляла своего подчиненного, переступая вдоль коридора маленькими шажками. Они медленно дошли до лифта, Королева нажала несколько кнопок и, оказавшись внутри, металлическая кабина отправилась вниз. Внизу располагались такие же длинные темные коридоры. За небольшими окнами стояла ночь, освещаемая луной. Где-то из соседних помещений исходил свет и гудение приборов. За ними кто-то сидел, шумно гуляя пальцами по клавиатуре. Утахимэ вместе с Сонгом по-тихому прошли мимо и направились дальше.

Оказавшись напротив огромной круглой двери, Утахимэ припала к панели и начала вводить очень длинный код, состоящий из символов.

— Эта дверь… — пытался что-то сказать Сонг.

Королева ничего не ответила, продолжая набирать код. Вскоре раздался шумный скрип и большое количество створок разъехались в стороны.

Сонг уже мог предполагать, что находилось за этой большой дверью. Он прежде никогда здесь не бывал, но тем не менее об этом месте знал абсолютно каждый.

Утахимэ зашла внутрь, схватив Сонга за руку и ведя его за собой.

— Зачем мы пришли сюда? — насторожился Сонг.

— Просто хотела показать тебе ту мощь, которой мы обладаем. Просто напомнить тебе, для чего мы здесь.

Голос Королевы звучал так же уверенно и твердо, как в прежние времена. На секунду Сонг подумал о том, что это выглядит нереальным, но тем не менее Утахимэ смогла вернуть себе первоначальный облик и характер.

— Напомнить… для чего мы здесь… Королева? Нет, Утахимэ!

— Сонг… — девушка медленным уверенным шагом приблизилась к парню, прикоснувшись своей ладонью к его щеке, —…мой непутевый подчиненный.

Убрав свою ладонь, Утахимэ вновь развернулась к тому устройству, что находился внутри и, расставив руки в стороны, произнесла:

— Если я не могу подарить этому миру Бога, тогда давай же сами провозгласим себя Богами!

Все вокруг стало сгущаться, будто кто-то опустил в стакан с красками кисточку и начал вращать содержимое.

В этот момент Сонг понимал, что эмоции на его лице здесь, в реальности, и там, за гранью совпадали — на нем читалось удивление, смешанное со страхом.

— Мику? Эта девушка. Она похожа на тебя… нет, она похожа на нашу мать. Я видел ее лицо еще тогда, в церкви.

— Да, ты прав.

— Не могу поверить. Но, выходит что…

— Нам некогда, Сонг. Мы и так провели здесь слишком много времени.

— Что это значит?!

— Я рада, что мой голос… моя песнь смогли достичь твоего сердца и проявить те чувства, о которых ты не догадывался.

— Мику?

— Я обещаю, что ты еще услышишь мой голосок. Именно сейчас тебе и нужно пробудиться и продолжать верить. Следующее, что я покажу тебе — случится уже наяву. Я обещаю.

Фигура девушки растворилась во тьме. Сонг ощутил что-то теплое и нежное, что опиралось на его плечо. Вместе с этим чувством Сонг открыл глаза и увидел привычную белую комнату, в которой была всего одна запертая дверь. Ева лежала рядом, тихонько посапывая.

Сонг не хотел ее тревожить, но вместо этого девушку потревожило легкое землетрясение и взрывы, последовавшие за ним.

— С-Сонг? — еще не проснувшись до конца, спросила Ева.

— Я не знаю.

Очередной взрыв, который сотрясал все вокруг. Прямо напротив двери, неожиданно, проявилось голографическое изображение. Сонг и Ева внимательно уставились на него, узнав в нем свою недавнюю знакомую.

— Лука?! — одновременно удивились они.

— Ох, я рада, что смогла подключиться! Ой, я не вовремя?

Ева тут же отстранилась от Сонга.

— Лука? Но как?

— Я же все-таки искусственный интеллект. Самый продвинутый в мире. Сейчас я смогла проникнуть в систему дереликторианцев. Погодите, я открою двери.

После недолгих манипуляций, прозвучал щелчок — Лука отперла дверь. Ее изображение исчезло, но голос все еще звучал:

— Я буду направлять вас на нижние уровни. Не беспокойтесь, охрана занята другими делами.

— Лука, а Мику…

— Это тоже можете предоставить мне. Я продолжаю ее поиски. Как только мне удастся обнаружить ее — тут же сообщу.

— Лука, спасибо! — Ева готова была обнять то, что обнять было в принципе нельзя.

Голос девушки с пышными розовыми волосами стих. Сонг и Ева переглянулись и, взяли друг друга за руки.

— Первая прогулка за руки? — улыбнулся Сонг.

Ева хотела ответить чем-то агрессивным, но сдержав себя, лишь прикрыла глаза и кивнула:

— Да, пожалуй. Как всегда, в тебе никакой романтики, — ее слова звучали под шум взрывов, доносящихся снаружи.

На этой ноте пара побежала по маршруту, который для них на ходу составляла Лука. Таким образом им в кратчайший срок удалось добраться до лифта.

— Лука? Ты здесь?

— Да, что-то случилось? — раздался голос из динамиков в лифте.

— Что это были за взрывы? Тоже твоя работа?

— Хах, ну, не совсем. Это уже наши общие с Зунко усилия.

— Зунко тоже здесь?!

— Да, и не только она. Армия Сектаторе тоже уже успела подобраться к крепости. Ох, мы должны поспешить. Я смогла обнаружить местонахождение Мику.

— Отлично!

Двери лифта раскрылись и Ева с Сонгом забежали туда. Теперь, как и прежде, они следовали на встречу с Мику. На встречу девушке, рожденной желанием стать их надеждой.

This melody is still short and incomplete; Мелодия сражений

— Лорд Арес, на пост А-7 напали. Противник решил надвигаться с северных ворот.

— Как много? — лорд продолжать сидеть за креслом, не оборачиваясь к внезапно вошедшему в его кабинет подчиненному — даже в такой критической ситуации, возникшей внезапно, его голова забита другими вещами.

— Кхм, всего один робот.

— И вы смеете докладывать об этом мне?! Просто уничтожьте его!

— В этом и проблема. Большая часть нашего вооружения, находящегося в ангаре, по какой-то неизвестной причине оказалась деактивирована, как и все защитные оружия, — склонив голову, доложил подчиненный, — к тому же нам докладывают, что на границе обнаружено большое скопление войск Сектаторе. Они определенно настроены атаковать форт.

Даже с позиции подчиненного можно было расслышать, как скулы лорда заскрипели от ярости. Он все еще продолжал смотреть на сменяющиеся картинки на мониторах, но понимал, что никто не позволит ему сидеть сложа руки.

— Вы уже изучили Этоса? И что насчет матери? Она под стражей?

— Мы потеряли связь с блоком, в котором ее держат. Прошу прощения.

— Идиоты! И ты до сих пор стоишь в моих дверях? Немедленно отправляй туда всех своих людей. Скажи Шион-Ши, чтобы отправилась разведать остальных заключенных. При необходимости может устранить их!

— Слушаюсь.

— Этос, я спрашивал про Этоса! Что с ним?

— Последний отчет гласит, что ни один из нас не сможет его пилотировать.

Арес готов был прыгать от ярости, но последние слова подчиненного заставили его всерьез задуматься.

— Ты говорил, что в столице Сектаторе кому-то удалось взять его под контроль.

— Не совсем взять под контроль, но пилотировать — несомненно.

Лорд поднялся со своего кресла, торопливо расхаживая туда-сюда. Затем он схватился рукой за свое лицо, надавливая на него, будто хотел выжать из себя все соки.

— В чем же мы ошиблись, друг мой? — теперь спокойным напыщенным голосом спрашивал Арес, — Мы, предки людей, не способны принять их дары. Неужели это еще одно проклятие, посланное нам этой грязной королевой?

— Я немедленно отправлюсь на ее поиски.

Подчиненный сию же секунду удалился, оставив Лорда наедине со своими размышлениями. Он уже кусал свои пальцы, не понимая этого мира, в котором живет. Тем временем вдали поверх макушек зданий уже разрастались взрывы и грохот, заставляя окна в коридорах дребезжать.

***

— Пожалуйста, проследуйте направо, там будет лестница, по которой вы сможете достичь выхода, — Лука продолжала направлять Сонга и Еву, подключаясь к камерам слежения. Ее голос доносился из динамиков от одного коридора к другому, сопровождая беглецов.

— Как там Зунко? — спросила Ева.

— Сейчас я одновременно помогаю и ей, и вам. Пока что все идет хорошо, не волнуйтесь. Нам удалось свести большую часть вражеского вооружения на нет.

Ева смогла с облегчением вздохнуть, пока бежала за Сонгом на расстоянии вытянутых навстречу друг другу рук. Вскоре им удалось достичь той самой лестницы, что вела вниз. Не больше десяти пролетов, которые придется пересечь в спешке. Повсюду шастали противники, но благодаря Луке героям удалось миновать любую случайную стычку. За это Лука заслуживала отдельной благодарности Сонга.

— Насчет Мику… — Лука запнулась, словно все еще получала неполную информацию, —…я помогла ей бежать и дала точные координаты, на которых вы сможете пересечься, но, по какой-то причине она двигается в другом направлении.

— Что? О чем ты, Лука?

— Я не знаю, я пока точно не определила куда она бежит — в том секторе отсутствуют камеры и я не могу с ней связаться.

— Тогда мы побежим за ней.

— Хорошо, в таком случае я буду вас направлять.

Достигнув первого этажа, Сонг быстро нашел дверь, ведущую наружу. Здесь и там бегали солдаты вперемешку с гражданскими людьми. Военные быстро потеряли интерес к Сонгу и Еве, как только им сообщили о надвигающихся врагах. Атмосфера в Дереликториане заметно отличалась от того, что Сонг видел в Сектаторе. Обычные жители были предоставлены самим себе. Солдаты были заняты лишь тем, что им приказали, и это никак не относилось к укрытию и спасению всех тех, кто окажется на улице во время боевых действий. Может, за это и стоило винить лорда Ареса, но до этого он показал все свое отношение и переживания к людям, что по какой-то причине мутировали. Тогда Сонг мог наглядно увидеть как хорошо заботятся обо всех этих людях. Нельзя сказать, что здесь все слишком плохо. А вот с техникой в городе сейчас настоящая катастрофа. Луке удалось продемонстрировать всю свою власть, даже фонари и те мерцают, словно в них разрастаются фейерверки.

— Прошу, поспешите. Впереди длинная улица, — голос Луки раздался над головой Сонга.

— Идем, Ева, — парень вновь протянул руку своей подруге.

— Угу.

Проталкиваясь через толпу, пара смогла достичь выхода и оказаться снаружи. Все те же серые улицы, где все вокруг состоит из металлических конструкций. Без людей все окружение выглядит, словно поверхность космического корабля, бороздящего открытый космос. Если бы не ясное небо над головой, эта мертвая атмосфера поглотила бы с концами.

Здания стояли в несколько колон, впереди располагалась длинная прямая улица, о которой твердила Лука. Сонг и Ева, под звуки грохота, разносящего со стороны границ форта, бежали вперед. Некоторое время голос Луки не мог сопровождать пару, поэтому им нужно было поспешить.

— Значит, армия сектаторианцев тоже решила атаковать форт? Но почему именно сейчас? — интересовалась Ева.

— Может кто-то сообщил им, что если они не атакуют сейчас — у них вряд ли будет еще одна такая удачная попытка. Хотя по большей части этому поспособствовала Лука.

— Но что насчет всех этих людей, которых нам показал лорд? Я слышала о мутациях, даже мутация Зунко в какой-то степени относится к подобному, но чтобы настолько и в таких количествах? Что здесь случилось?

Сонгу не нашлось что ответить. Он сам был в шоке, когда Арес распахнул перед ними двери. Там находилось много людей, которых и за людей принять нельзя было. Словно все они оказались жертвами какого-то сильного пожара, либо эпидемии. Это, скорее, напоминало чуму или действие вируса. Но по версии лорда — во всем этом была виновата Мику. С этим Сонг точно не готов мириться, и ее жертва уж точно никак не поможет всем этим людям.

За этими мыслями паре уже удалось пересечь большую часть улицы.

— Давай немного передохнем, — предложила Ева, ноги которой то и дело заплетались от усталости.

Сонг мог понять ее, все-таки они продолжительное время провели в камере без воды и еды.

Опустившись на колени, Ева стала тяжело дышать. Сонг, опираясь на здание, тоже старался как можно быстрее восстановить дыхание, не желая задерживаться здесь надолго.

Выстрелы и грохот продолжали набирать громкость. Армия сектаторе постепенно прорывалась внутрь форта. Если бы их встретило несколько роботов — шансы на победу опустились бы до нуля, но сейчас это самый настоящий шанс захватить власть в этом регионе. Если не на всем материке. У них нет забот о спасении Сонга и Евы, может быть Мику и представляла для них какую-то ценность, но первостепенная задача — лишь захват территории, принадлежащей давнишним заклятым врагам.

— Ну что, бежим? — спросил Сонг.

Ева коротко кивнула, хоть по ее лицу было очевидно, что она бы еще отдохнула.

Вторая половина пути давалась с трудом. В отличии от узких коротких улиц Сектаторе, здесь улицы были очень протяженными и открытыми. Чтобы пройти поперек дороги от одного здания до другого, стоящего напротив, необходимо было пересечь целую площадь по меркам Сектаторе.

Достигнув конца улицы, Сонг оглянулся по сторонам, заглянул за угол. Здесь все так же безлюдно, хотя совсем недалеко отсюда располагались ангары с боевыми роботами. Как и ожидалось, они все стояли на своих местах, несколько солдат до сих пор пытались привести технику в движение.

— Смотри, — Ева небрежно похлопала Сонга по плечу, указывая в сторону противоположной стороны улицы.

Там, напротив входа в очередное здание стоял необычный транспорт, отдаленно напоминающий мотоцикл.

— Я не уверен, что смогу управлять таким, — заранее предупредил Сонг.

Ева, прищурившись, с недовольством глядела на Сонга, разочарованная таким открытием, но в конце концов смогла найти для себя способ очередной раз поглумиться. И, схватив парня за запястье, потащила за собой.

***

— Но откуда?! — удивлялся Сонг, держа Еву за талию, пока она заводила мотоцикл, тыкая по кнопкам на панели.

— Что значит откуда? У каждой девушки должно быть что-то, о чем парень должен узнавать только в самый последний момент, — положив руку на рукоять, Ева заставила мотоцикл взреветь.

Полностью покрытый тяжелым металлическим корпусом, похожим на броню, мотоцикл раскручивал свое широкое заднее колесо, образуя клубы дума. Как только этого стало достаточно, Ева рванула вперед, предупредив Сонга, чтобы он держался крепче.

Благодаря невиданным Сонгу технологиям, которые создавали над поверхностью мотоцикла какую-то особую сферу, препятствующую потокам ветра, шлем водителю и его пассажиру не требовались.

Где-то в углу панели мотоцикла появилось изображение Луки.

— О, это очень кстати, что вам удалось раздобыть транспорт, — улыбнувшись, произнесла она своим звонким голоском.

— Направляй нас, Лука, — произнесла Ева с задором.

Девушка полностью прониклась тем драйвом, который испытывала, управляя такой мощной штукой и не сдерживая себя ограничителем скоростей.

Сонг уже уткнулся лицом в спину Евы, ощущая, как быстро проходящие мимо здания давят на его глаза, заставляя голову кружиться. За спиной слышится звонкий свист.

— Лука не говорила, что мы торопимся, — настаивал Сонг, но Ева даже не думала его слушать, продолжая набирать обороты.

— На следующем повороте поверните налево. Там сразу же направо. Будьте аккуратны. В тех районах замечены большие скопления противников. К сожалению, это единственный путь.

— Не переживай, Лука. Спасибо, — поблагодарила Ева.

Почти не сбавляя ходу, мотоцикл влетел в поворот, оставляя за собой две черные полосы. Еще не успев выпрямиться, он уже набирал угол для входа в следующий поворот.

Впереди очередная прямая улица. Мотоцикл в очередной раз постепенно набирал обороты, не видя перед собой препятствий.

Словно лавина, одно из зданий впереди разлетелось на множество крупных осколков, что теперь загородили собой всю дорогу. Что-то, что способствовало этому разлому в стене, вылетело прямо навстречу мотоциклу из поднявшегося тумана пыли. Еве едва удалось увернуться, но вскоре раздался свист резко затормозивших по асфальту колес мотоцикла.

Впереди, в сотне метрах, на фоне разрушенного здания, стоял серый металлический робот, облаченный в одеяние восточных стран. В руке он держал длинное, напоминающее катану, лезвие.

Сонг и Ева сразу же узнали в этом роботе старую знакомую.

— Вот вы где! Я уже обыскалась вас по всему городу! — раздался вопящий голосок пилотирующей робота девушки.

— А мы все ждали когда ты появишься. Разве сейчас не важнее помогать своим товарищам у стен форта? — спросил Сонг, выглядывая из-за спины Евы.

— Это что там за голос за спиной девушки? Кья-ха-ха, — Шион-ши как обычно по-детски смеялась, что полностью разрушало ее грозный образ. Тем не менее робот все еще внушал страх перед теми, у кого не было возможности противостоять ему.

— Не смей так говорить… — Ева еще сильнее сжала рукояти мотоцикла, —…о моем…

Сонг застыл в ожидании.

—…о моем…

Шион-ши тоже молчала, ожидая окончания фразы.

— А-а-а-а-а-а! — Ева в конец раскраснелась и, заводя мотоцикл, развернула его на сто восемьдесят градусов, оставляя клуб дыма за собой, на мгновение скрывший их от робота-самурая.

Еще секунда и Ева вместе с Сонгом помчали отсюда как можно дальше, разрезая воздух.

— Эй, я не позволяла вам убегать! — кричала им вслед Шион-ши.

Робот, активировав турбины, расположенные на «бедрах», помчался следом.

— Ева? — спросил Сонг.

— Заткнись! Заткнись! Заткнись! — вопила она, смущенная собственными словами. Парню едва удалось сохранить равновесие на следующем повороте. Хотя, это скорее Ева просто вильнула мотоциклом назло Сонгу.

За широким клубом дыма, который оставлял за собой мотоцикл, мчась по протяженной улице, все еще можно было разглядеть свет от пламени, исходящего из турбин робота. Сейчас два механических зверя двигались почти с одинаковой скоростью.

— Пожалуйста, постарайтесь не покидать этот район. Я составлю обходной путь, но потребуется время, — говорила Лука.

— Никто не смеет поворачиваться ко мне спиной! — кричала Шион-ши.

Лезвие ее меча проносилось в нескольких метрах от мотоцикла, разрезая пополам встречающиеся на пути фонарные столбы и окончанием лезвия задевая поверхность зданий.

— Разве не ты говорила о честных поединках? — выкрикивал про себя Сонг.

Его голос вряд ли достигал ушей девочки, к тому же она пребывала в полной ярости, наверняка не способная контролировать себя. С предыдущей встречи в ней скопилась какая-то ярость. Сейчас она не желала думать о каких-то честных поединках. Ей хотелось лишь скорее избавиться от своих противников, пока они были беззащитны.

— Держись, Сонг, — спокойным ровным голосом произнесла Ева.

Следующий поворот оказался очень крутым и мотоцикл сильно занесло в сторону. Робот, обзор которого был весьма ограничен, влетел в здание, разрушив большую его часть. Выравнивая транспорт, который едва не покосился на бок, Ева вновь рванула вперед по улице. Шион-ши понадобилось некоторое время, чтобы придти в норму и вернуться на траекторию. Плечо ее робота сильно повреждено, но она старалась не обращать внимания на любые поломки, лишь слепо преследуя свою цель.

— Я могу активировать дополнительные двигатели, но батареи очень быстро сядут, — тыкая по кнопкам, размышляла Шион-ши.

Нагоняя мотоцикл, что мчался по улице на максимальной скорости, девочка готова была поставить все на то, чтобы на несколько секунд получить большое ускорение и поразить своих противников одним точным ударом.

Ева продолжала нести мотоцикл вперед, периодически поглядывая на панели заднего вида. Самурай уже показался сзади, стремительно настигая их. Следующий поворот еще не скоро.

— Похоже, она вот-вот догонит нас, — оглядываясь, известил Сонг.

— Я активировала все дополнительные параметры. Это максимум, который можно выжать из этой модели, — сказала Лука.

Ева молчала, понимая, что сейчас она больше ничего не может сделать. Быстрее они просто не могут.

— Вы уже приняли свою судьбу? Кья-ха-ха, — Шион-ши уже праздновала свою победу, однако все еще не решалась активировать турбины. Если ей не удастся, это будет полный крах.

— Сонг, что нам делать? — спросила Ева.

Они оба понимают, в насколько безвыходной ситуации находятся. Лишь виляя по улицам ничего не добьешься.

Теплая ладонь парня накрыла собой руку Евы, которая сжимала со всех сил рукоять.

Все звуки вокруг стихли. И все же сквозь эту тишь можно было расслышать рев двигателей робота. Пламя за его спиной разразилась, оставляя на дороге за собой два огненных следа. Буквально из клубов дыма показалось его металлическое тело, держащее наготове длинное лезвие.

Подняв «катану» над собой, самурай готов был пронзить мотоцикл, разрезав металл пополам.

— Я засекла… кажется… это!.. — голос Луки едва различим, но это был радостный и неожиданный возглас. Такой же неожиданный, как следующая разыгравшаяся сцена.

Робот, уже восседающий над задней частью мотоцикла неожиданно скрылся из виду, отправившись прямиком в здание, которое оказалось на его пути. Что-то быстрое и неуловимое глазу проскочило прямо над клубами дыма. Сонгу понадобилось некоторое время, чтобы понять что произошло только что. Робот, неожиданно появившийся меж зданий, вылетел прямо в тот момент, когда мимо проскочил мотоцикл, и влетел в преследовавшего их робота. Две боевые машины тут же столкнулись друг с другом и одна из них влетела в здание.

Мотоцикл замедлил ход сразу после того, как чувство опасности скрылось от них. Когда дым рассеялся, они увидели самурая, лежащего в обломках здания. Глыбы заблокировали своим весом большую часть тела боевой машины.

Напротив самурая стоял еще один робот. В сравнении с роботом Шион-Ши он выглядел куда скромнее. Похожий на тот, которым ранее управлял Сонг, только в зеленом окрасе и с двумя короткими пулемета на обоих руках.

Машина повернулась в сторону мотоцикла и, подняв одну руку, неловко помахала.

— Не бойтесь. Это Зунко, — сказала Лука.

— Ч-Что? — Сонг с Евой удивились.

После сообщения Луки робот тут же изобразил кивок. Похоже, Лука отправила сообщение сразу на два конца, проделав огромную работу в самый короткий срок.

Оставив мотоцикл, Ева и Сонг направились к роботу-спасителю.

— Ева, Сонг! Привет! — раздался знакомый голос внутри зеленого робота.

— Так это правда ты. Но откуда?

— Должно быть, мне нужно было сразу рассказать вам: в комплексе где я жила был также ангар с роботами. Эта модель осталась там, — звучало объяснение Луки, — именно благодаря этому мы смогли так быстро достичь столицы и предупредить генерала о том, что вас поймали и держат в Дереликториане. Мы предложили свою помощь и генерал тут же согласился сопровождать нас, а заодно и настигнуть врага врасплох.

— Хватит болтать, будто меня здесь нет!

Все находящиеся здесь обратили внимание на робота, который лежал в обломках здания.

Он все еще пытался шевелить конечностями, но все без толку. Лезвие, которое являлось единственным оружием самурая, разломилось пополам и было погребено под завалом.

— Пока я жива — вы должны видеть во мне своего достойного противника! — голос Шион-Ши вызывал жалость, но она все еще была зла и нетерпелива перед жаждой отомстить.

— Ты уже второй раз пытаешься причинить вред моим друзьям! — Зунко наставила на кабину самурая один из своих пулеметов.

— Зунко, нет, постой! — Ева пыталась остановить ее, подойдя поближе.

— Ева?

— Она больше не представляет для нас угрозы, — Ева пыталась успокоить Зунко, которая, похоже, злилась сильнее всех.

— Что? Я слышу жалость? Не смейте унижать меня еще сильнее! — Шион-Ши была в полнейшей ярости, ее честь была оскорблена тем, что ее хотели пощадить.

Девочка начала нажимать на кнопки, кабина робота едва двинулась, но вскоре вернулась в исходное положение. Очередная попытка выбраться увенчалась провалом.

— Проклятье! Как только я покину этого чертова робота, я убью вас всех!

После очередного клацанья по кнопкам, произошла вспышка и небольшой разряд, который ударил девочку током. Все системы отключились и у нее больше не было возможности выбраться наружу. Кабину полностью заклинило. Одна из глыб оказалась настолько тяжелой, что просто не позволяла открыть ее вручную.

Ева больше не могла наблюдать за этой картиной и поддалась вперед, но Сонг остановил ее.

— Ты что, Сонг? — с беспокойством в голове спросила Ева.

— Она… она все еще наш враг.

— Я знаю, но она же совсем беспомощна.

Сонг ничего не ответил, все также выражая свое несогласие с позицией Евы. Лука все это время молчала, сохраняя твердый нейтралитет в данной ситуации. Зунко, похоже, все еще считала, что Шион-Ши должна быть наказана. Этот суд затянулся бы, если бы не очередной протяжный рев сверху. Одна из глыб, свисающих с балки над поверхностью кабины самурая, неожиданно рухнула вниз.

— Кья! — Шион-Ши с испугом отпрыгнула в дальнюю часть кабины, чуть ли не забившись в угол.

Там, откуда упала глыба, свисало еще несколько, более громоздких, да и сама балка вот-вот готова была оборваться и поразить кабину насквозь, словно копье архангела.

— Ч-Ч-Ч-Что это… — голос девочки начал дрожать, от ее прежней злости не осталось и следа.

Сонг все еще сжимал ладонь Евы, не желая, чтобы та вмешивалась, в очередной раз подвергая себя опасности.

— Хватит, пусти! Мы же не звери! — Ева со всех сил пыталась вырваться из оков Сонга.

Парень выслушивал жалобный крик Шион-Ши из кабины ее робота, по какой-то причине ослабил хватку и позволил Еве вырваться.

Очередная глыба обрушилась на кабину, протаранив ее. Девочка прикрывалась руками, все ее тело дрожало.

— Зунко, пожалуйста, помоги ей! — Ева обратилась к девочке, что сидит в кабине зеленого робота.

Нависла длительная пауза. Лишь скрип балки прерывал ее время от времени.

— Л-Ладно, — понимая, что не готова смотреть на это дальше, Зунко согласилась и подошла к роботу-самураю. Охватив механическими руками глыбу, что лежала поверх кабины, она с тяжестью подняла ее и отбросила в сторону. Ева, осторожно ступая между камней и железных блоков, подошла ближе к роботу и попыталась отпереть его кабину. Что-то все еще сдерживало ее, но в конечном итоге девушке удалось отпереть ее на приличное расстояние, настолько, чтобы можно было проскользнуть. Заглянув внутрь, она увидела девочку, сжавшуюся в кресле пилота.

Ева протянула внутрь руку, раскрыв ладонь:

— Давай, хватайся!

Девочка подняла на Еву свой взгляд, залитый слезами. В ее зрачках все еще видно недоверие и отвращение, но она смогла побороть гордость и медленно вытянула вперед свою руку. Ева тут же схватила за нее и потянула, помогая девочке выбраться наружу. Зунко все это время следила за верхними этажами, чтобы ненароком не пропустить падающие тяжести.

Вытянув девочку наружу, Ева тут же взяла ее в свои объятия и отбежала назад подальше от робота. В какой-то момент балка сверху накренилась и под весом свисающих глыб упала вниз, пронзив кабину насквозь. Теперь робот, которым прежде управляла Шион-Ши, был полностью выведен из строя.

Оказавшись на свободе, Шион-Ши ту же отпрянула, выпрыгнув из объятий своей спасительницы. Сонг подбежал к Еве. Зунко, отойдя подальше, вылезла из своего робота, встречая своих старых знакомых. К удивлению всех присутствующих, кроме Шион-Ши и Луки, Зунко предстала перед ними в новом образе: окутанная какой-то мантией на груди и поясе, она держала за спиной выступающий лук необычной формы.

Каждый из них обменялся короткими объятиями. Шион-Ши все это время сидела на металлической земле, обхватив себя за плечи и отводя взгляд.

Наконец, Ева, вместе с остальными, обратили на нее свой взгляд.

— Так, значит ты тоже? — первой свое удивление выразила Зунко.

Несомненно, вещь, на которую успел обратить внимание каждый — кошачьи уши, что торчали из коротких светлых волос девочки. Было еще что-то, что она всеми силами пыталась упрятать за своей спиной, но каждый присутствующий уже догадался чем бы это могло быть.

— Чего пялитесь?! — выругалась Шион-Ши.

Сейчас ей было как никогда неловко. Она испытывала прежнюю ненависть к людям, которых видела перед собой, но в данной ситуации она полностью безоружна, а из-за сложившейся ситуацией были безоружны и ее помыслы.

— Скоро сюда придут сектаторианцы. Тебе стоит бежать, — сказал Сонг.

— Что? Бежать?! Вы все еще пытаетесь высмеять меня? Я лучше умру, исполняя долг перед своим лордом, чем убегу, поджав хвост и заботясь о своей никчемной жизни! — Шион-Ши, словно шипящая кошка, выкрикивала каждую фразу.

Сейчас каждый смотрел на нее сверху вниз, впрочем, это не было чем-то новым для Шион-Ши.

— Мы же хотим помочь, — Ева подошла ближе, опустившись на колени перед девочкой, — Тебе больше не нужно выполнять чьи-то приказы. И мы не желаем тебе зла.

Шион-Ши опустила взгляд к земле, едва сдерживая слезы.

«Больше не нужно выполнять чьи-то приказы? А в чем же тогда заключается смысл моей жизни? Было ли в ней что-то еще?»

Шион-Ши никогда не знала о таком понятии, как «свобода». Приказ, за ним еще один, за ним следом еще один. И так вся жизнь. Если ослушаешься — тебя будут бить. Если выполнишь не в указанные сроки — тебя будут бить. Если хозяину не понравится результат — тебя будут бить. Вся жизнь превратилась в исполнение приказов. И если не исполнять их, тогда что останется от жизни? Тогда все, что из себя представлял человек — не будет иметь значения.

— Ты думаешь, что жизнь дается лишь одна? — внезапно спросила Зунко.

Шион-Ши подняла на нее заплаканные глаза.

— Тогда у тебя неправильное понятие о жизни. Жизнь — это то, что окружает нас. Стоит лишь поменять свое окружение, и вот она — новая жизнь. Ты глупая, раз считаешь, что жить лишь с одной единственной целью, которую тебе навязали другие — это правильно! Найди для себя новую цель, найди для себя новое место!

— Откуда тебе знать, выскочка?! — сквозь слезы выкрикнула Шион-Ши. Голос ее уже надрывался от злости.

Больше не желая сдерживаться, Зунко схватилась за шапочку, которую носила на голове, и сняла, обнажив свои милые кроличьи ушки.

— Я никому не служу. Я не выполняю чьи-то приказы. У меня есть друзья, ради которых я готова на все. Да, мне тоже было больно, мне тоже было тяжело. Но я рада, что все эти страдания в итоге обернулись тем, что я имею сейчас —новую жизнь. Нужно лишь приложить усилия, и все получится, а если не получается — всегда найдутся те, кто помогут тебе. Именно поэтому, как бы ты ни старалась — ты слабая! Твоя гордость лишает тебя поддержки, а твои принципы в корень убивают возможность что-либо изменить. Трусиха! — последнее слово Зунко выкрикнула со своей привычной детской интонацией.

Все с удивлением смотрели на девочку, выслушивая ее речь. Сейчас она, буквально, излила всю свою душу, ради того, чтобы помочь нуждающемуся — тому, кто потерялся в собственных убеждениях, которые вели лишь к саморазрушению.

— Я… я… я… — Шион-Ши начала заикаться, не зная что ответить. Любой ее возглас был бы лишь защитной реакцией, но в конечном итоге она вновь вернется к тому, с чего начала.

— В конце концов — выбор за тобой. Ты можешь остаться здесь и ждать своего господина, который вновь выльет на тебя свой гнев за проваленное задание, а можешь сбросить оковы и просто бежать в новую, неизведанную жизнь, — произнес Сонг.

— Сонг, Ева, я смогла обнаружить Мику. Это совсем недалеко. Нам нужно скорее поспешить, пока она снова не скрылась из моего поля зрения.

Зунко тут же полезла в робота, не теряя драгоценного времени. Ева и Сонг кивнули друг другу.

— Береги себя, — теплым нежным голосом произнесла Ева на прощание.

Сонг уже последовал к мотоциклу. Ева, еще раз посмотрев в заплаканные глазки Шион-Ши, подмигнула ей и побежала за Сонгом.

В конечном итоге робот и мотоцикл скрылись из виду, оставив девочку наедине с собой. Она еще некоторое время сидела на земле, протирая слезы. Ей хотелось вылить злость хоть на кого-то, но в конечном итоге оказалась в одиночестве. Впрочем, для нее в этой ситуации ничего не изменилось. Так было всегда.

Вскоре до этого места добрались войска Сектаторе, которые возглавлял Франкс.

Увидев на земле девочку, он приказал своим солдатам не открывать огонь, но быть настороже.

— Эй, ты в порядке? Ты служишь лорду Аресу? — поинтересовался Франкс, опустившись перед незнакомой девочкой на одно колено.

Он старался быть как можно более деликатным. Она понимает, что от ответа зависит ее дальнейшая судьба, ее будущая жизнь, даже если это все окажется все лишь иллюзиями — несбывшимися надеждами, что сопровождали ее на протяжении всего времени с раннего детства.

— Я… я… нет, я никому не служу, — дрожащим голосом ответила Шион-Ши, отводя взгляд в сторону.

Франкс опустил взгляд на бирку на ее груди. Переложив автомат в другую руку, он взял эту бирку в ладонь и с силой оторвал, так, чтобы этого не заметили другие солдаты, стоящие за его спиной.

Девочка с удивлением глядела на него. Сжав бирку в ладони, на которой было изображено звание лейтенанта войск дереликторианцев, мужчина подмигнул девочке и произнес:

— Хорошо, ступай к северо-восточным воротам. Впереди дорога чистая, а на выходе тебя будут ожидать наши солдаты, они смогут оказать тебе первую помощь, если ты вдруг поранилась.

Шион-Ши все еще удивленно глядела то на мужчину перед собой, то на солдат за его спиной. Никто из них не проявлял к ней враждебности и агрессии.

— Спасибо… спасибо… — тихим дрожащим голоском сказала Шион-Ши.

Мужчина поднялся на ноги, указал своим солдатам в сторону противоположной улицы и все они дружно направились дальше, оставив девочку позади.

Она еще некоторое время просидела здесь, благодаря кого-то, кто воодушевил ее. И вскоре последовала совету Франкса и отправилась к выходу из города. Направилась к своей новой жизни…

***

— Последний раз я смогла обнаружить Мику где-то в этом районе, — перепроверяя полученную информацию, рассказала Лука.

Сонг и Ева, под защитой робота Зунко, оглядели местность, но никого не обнаружили. Здесь, как и в большей части города, никого не оказалось. Совсем недалеко от этого места располагалась та самая башня, возвышающаяся над фортом. Сонг предположил, что Мику могла направиться туда, но если это окажется ошибкой — они потеряют еще больше времени на поиски.

— Если бы была хоть какая-то возможность связаться с ней…

— Прошу прощения, — Лука извинилась, не в силах чем-либо помочь.

Солдаты Сектаторе еще не скоро появятся здесь.

Звук выстрела прозвучал в нескольких метрах от компании. Вскоре за ним раздался скрежет пули о металл, который пронесся в сантиметрах от стопы Сонга.

— Зачем вы противитесь нам? Вы же сами все видели!

Там, напротив башни у самого входа стоял Арес, держа пистолет, направленный на Сонга. Болезненный его вид оставлял желать лучшего. Сгорбленный, в потрепанной одежде, Арес всем своим видом показывал, как давным давно обезумел, движимый своей невесомой идеей о светлом будущем своей столицы. Продолжительное время ему хоть как-то удавалось выглядеть в глазах подданных и жителей по-человечески, но за всем этим уже давно скрывалась та самая сущность, которая готова вот-вот проявиться.

— Мы заберем Мику и уйдем. Вам стоило бы позаботиться о себе и своих истинных врагах, которые штурмуют вашу крепость.

— Разве я не показывал вам? Разве я не показывал все страдания, которые обвалились на нас? Думаете вас это не коснется? — выкрикивал Арес, размахивая оружием.

К безумному лорду присоединились еще несколько солдат, сопровождающих его. Каждый из них был вооружен и готов выстрелить по первой команде.

Зунко, сидя в роботе, слегка напряглась, готовая действовать, но Лука попросила ее не совершать необдуманных решений. Под ударом находились Сонг и Ева.

— Генерал Сектаторе окажет этим людям надлежащую поддержку, я уверена, — говорила Ева.

— О чем ты? Ты думаешь это какая-то болезнь?! Злой рок! Судьба, оставленная вашей чертовой сукой. Постепенно она отбирает у нас все, что одолжила нам под видом подарка! Наш род итак опозорен, а теперь она желает изничтожить его до конца! Я, Арес, убью эту королеву и отдам дань уважения всем тем, перед кем мы виноваты. Это мой долг, долг моего рода! И я собираюсь сделать это до того, как у нас не останется шанса!

— Я не понимаю о чем ты, — Ева сжала кулаки, не желая даже вникать в весь тот бред, который высказывал лорд, — Мику не имеет к этому никакого отношения!

— Молчать! Глупые последователи предательницы. Вы называете себя предками Богов?! Ложь! Вы предки тех, кто лишь называл себя Богами! Вас ждет та же участь, что и ее! — Арес наставил пистолет на Еву.

Сонг не мог устоять на месте. Еще немного и этот псих точно выстрелит.

Как гром, звериный рев раздался по всей округе. Солдаты дереликториана, во главе с Аресом, тут же напряглись, переглядываясь, оглядывая все закоулки в поисках источника звука.

— Этот… рёв, я уже слышал его, — Сонг озвучил свои мысли вслух.

Зунко, не теряя времени, схватилась за рычаги, готовая вот-вот выстрелить. Но прямо в тот момент, когда она нацелилась на отвлекшегося лорда, между ее прицелом и ним что-то возникло.

Словно упавший с небес ангел, на землю опустился большой платиновый робот, породив порывы ветра, расходящиеся во все стороны. Турбины его постепенно стихают, и он плавно опускается стопами на металлическое основание. Как и прежде, от него исходило пурпурное пламя. Сейчас он стоял спиной к Сонгу, Еве и Зунко. И отсюда они видели большие «крылья», создаваемые этим пламенем прямо на поверхности робота.

— Кха-ха-ха-ха-ха, — появление нежданного гостя сопровождалось дьявольским смехом.

Солдаты в панике открыли огонь, но что их оружие может сделать против прочной поверхности робота, подобной алмазу?

— Ты… ты!.. — Арес от страха опустил свой пистолет, — Этос! Как такое возможно! Кто же управляет тобой?! Кто?!

Огонь утих лишь в тот момент, когда пули в автоматах кончились. Робот все еще стоял напротив, содрогаясь от смеха.

Вблизи вся его платиновая поверхность казалась едва прозрачной. По крайней мере с близкого расстояния Арес был уверен в том, что мог бы разглядеть внутренности кабины, стоило лишь подойти чуть ближе.

Подняв лезвие под прямым углом перед собой, Этос провел им над землей, прямо вдоль тел военных, не оставив им времени на перезарядку своих орудий. Аресу едва удалось в самый последний момент опуститься на землю, прикрыв голову руками. На него плотным ливнем начала плескать теплая кровавая жидкость, словно кто-то решил вылить на него ведро с водой.

— Кха-ха-ха-ха-ха-ха! — Этос продолжал уповать на происходящее перед ним. Для него большая радость быть инициатором веселья.

— Ева, Сонг, нам нужно бежать, пока есть возможность! — кричала Лука.

Но парень с девушкой не двигались с места, уже строя предположения, кто находился в кабине. Вопреки внутреннему чувству, этот голос, и эти манеры — они явно не принадлежат Мику.

Подняв голову, Арес обнаружил, что полностью покрыт кровью, и все вокруг него также окрашено красным. Все подчиненные за его спиной уже лежали замертво.

— Как тебе удалось овладеть Этосом?! Невозможно! — выкрикивал Арес, смотря прямо в лицо того, кто оказался перед ним.

— Ты и сам должен догадаться, лорд, — голос Этоса звучал везде, словно эхом разрастаясь по всей округе. Или так только казалось, потому что он звучал в самом сознании окружающих.

— Я в это не поверю! Неужели… неужели она? Та, кого мы считали перерожденной королевой…

— Кха-ха-ха-ха-ха. Глупые Вока, ты все еще хочешь убить ее? Твое тело дрожит. Где твоя решительность?! Как же глупо и нелепо выглядит тот, кто перечил своим собственным убеждениям все это время. Ничтожество. Как и все Вока! — Этос поднял свое лезвие, направив на Ареса, — все еще готов нести свое бремя за весь свой народ? Тебе стоило бы и дальше жить обманом, считая, что вершишь правосудие.

— Этот голос… голос ненависти, опустившейся на всех нас. Прошу, пощади. Весь мой род на протяжении нескольких веков пытался искупить свой грех. Неужели мы не заслуживаем прощения? Прощения за деяния этой мелочной королевы?!

— Кха-ха-ха-ха! И тысячи лет не хватит, чтобы искупить его! Просто исчезни. Давай, я хочу видеть это!

Сонг и Ева были свидетелями всего этого действа, они также отчетливо слышали голос Этоса, который, словно звучал для каждого присутствующего здесь. Это голос, полный ненависти, злобы, отвращения. Голос, который принадлежал существу, испытывающему вражду ко всему живому.

— А-а-а-а-а-а! — Арес рыдал, опустив свою голову к земле, словно преклоняясь перед роботом.

Как можно ниже припав к земле, он повернул голову на бок, увидел пистолет, лежащий рядом с его рукой. Взяв холодное оружие, Арес, все еще дрожащими руками, подносил его к голове. Лицо его, испачканное в крови своих товарищей, заполнилось слезами и соплями.

— Никакого искупления, — произнес Этос.

И вскоре после слов приговора раздался выстрел. Безжизненное тело лорда упало на землю за своей спиной.

Сонг подошел вплотную к Еве, прикрыв ее лицо руками и закрыв телом от картины, что ей не стоило видеть. Понимая, что с лордом и опасностью в его лице покончено, компания все же была готова к худшему сценарию. Сейчас Этос наверняка вспомнит и об их присутствии и прольет еще немало крови. Однако робот продолжал стоять неподвижно, не оборачиваясь. Пламя вокруг него постепенно затухало и с течением времени и вовсе испарилось.

Какой-то металлический лязг раздался с передней части Этоса, оттуда где располагалась кабина.

Сонг, надеясь на лучшее, попросил Еву остаться, а сам пошел проверить свои догадки. Свои надежды.

— П-Подожди! — с испугом произнесла Ева.

Однако Сонг уже не слушал ее и торопливо бежал к платиновой машине. Обойдя робота, Сонг увидел раскрытую кабину, а внутри, как он и ожидал, сидела Мику. Ее глаза были прикрыты. Сейчас она выглядела, словно спящая принцесса в своем хрустальном гробу. Прямо как тогда, когда он впервые встретил ее.

— Мику? Эй, Мику? — Сонг постарался взобраться наверх, чтобы дотянуться до девушки.

Как и предполагалось, она была без сознания, но ее сердце продолжает стучать в груди. Парень аккуратно вытащил ее, придерживая со спины. Ева, убедившись, что все в порядке, тут же последовала к Сонгу, уже встречая его внизу. Аккуратно опустив Мику на землю, парень еще раз убедился, что она жива и невредима.

Ева тут же обняла ее, придерживая за голову.

— Слава Богу, все хорошо, — выдохнула Ева, поглаживая лоб девочки.

Сонг сидел рядом, вскоре к ним подошла и Зунко, которая успела покинуть кабину своего робота. Все трое старались не обращать внимания на страшную картину в нескольких метрах поодаль. В этом случае Ева настояла на том, чтобы поскорее унести отсюда Мику и самим уйти. Все поддержали предложение. Сонг поднял девушку на руки и понес назад по улице, туда, где уже должны были находиться войска Франкса.

Лука уверила Зунко, что робота можно оставить здесь. Больше никакого опасности.

Компания направилась к границе форта, оставив за спиной неподвижно стоящего дьявола в виде робота под названием Этос — древнего артефакта, которому чуть больше шестисот лет.

***

— М… мх… — с болезненными стонами, Мику постепенно начинала приходить в себя.

Ева все это время была рядом, переживая за состояние своей подруги. Сейчас они находились внутри армейской палатки, которая была частью большого лагеря, разбитого у подножия ближайшей скалы. Сонг обсуждал что-то с Франксом снаружи.

— Не торопись, можешь еще немного полежать, — спокойным голосом произнесла Ева, когда увидела, как Мику попыталась встать, — Зунко скоро принесет тебе попить.

Глаза Мику все еще прикрыты, она то и дело морщилась, но никак до конца не могла проснуться.

— Спасибо… мама… — тихим, едва различимым голоском произнесла Мику.

Ева слегка удивилась и смутилась, но вскоре мягко улыбнулась и, опустив свое лицо ко лбу девочки, нежно поцеловала его.

— Приятных снов, моя милая, — произнесла Ева, все еще краснея от той роли, которую она приняла на себя.

Вскоре в палату вошла Зунко, держа в руках стакан с водой. По ее счастливому и умиленному выражению лица можно было догадаться, что и до нее дошли слова Евы.

Через некоторое время здесь появился и Сонг, волнуясь о состоянии Мику. Но смог застать лишь двух спящих девушек, что нежились в объятиях друг друга. Зунко спала на стуле, накрытая теплым пледом. В палатке витала умиротворенная атмосфера.

***

Медленно приоткрыв глаза, Ева обнаружила себя лежащей на чьих-то коленях. Прямо над собой она увидела лицо Мику, которая с интересом наблюдала за спящей Евой.

— С пробуждением, — улыбнувшись, произнесла девочка.

Ева, протирая глаза, еще раз убедилась, что Мику уже бодрствовала, потом медленно поднялась и, едва сдерживая слезы, в очередной раз крепко обняла Мику.

— Я так скучала, нас опять разделили…

— Мне очень жаль, что заставила тебя переживать, — произнесла Мику.

— Я рада, что ты цела.

— Я тоже рада, что с вами все в порядке.

— Угу… — все еще всхлипывая, торопливо кивнула Ева.

Девушки просидели так в обнимку еще некоторое время, обмениваясь теплыми словами. Когда же Мику и Ева смогли привести себя в порядок, они вышли из палаты. В палату ворвался свежий ветерок, заставивший Еву слегка поежиться. Сонг встретил их приветственным жестом. Зунко шла рядом с ним и тоже помахала ручкой. Теперь все находились в бодром расположении духа, да только Мику еще иногда зевала, прогоняя остатки длительного сна.

— Все-таки, он очень напоминает моего создателя… точнее — моего папу, — произнесла Мику, глядя на приближающегося Сонга.

Ева с удивлением взглянула на Мику:

— Ты вспомнила своих родителей?

— Да… прекрасное время, которое мы проводили вместе. И вся та трагическая история, о которой он с горечью рассказывал мне перед сном. О той, кому вы сейчас поклоняетесь…

— Ты о нашей матери? Марьям?

— В своих рассказах он звал ее Утахимэ. Пожалуй, это ее настоящее имя. Его Джульетта. В какой-то момент я даже начала думать, что я действительно ее реинкарнация. Рассказы отца, которые я по ошибки восприняла, как свои собственные воспоминания, словно наложились чужой личностью поверх моей.

— Мику, тебе не нужно думать об этом. Мы все видим в тебе нашу дорогую подругу.

— Ты и Сонг, словно стали для меня вторыми матерью и отцом. Теперь я поняла, как устроен этот мир. Даже сквозь время и пространство, все в конечном итоге образует круг.

Мику прикрыла глаза, наслаждаясь легким дуновением ветра.

— Судьба… да? — спросила Ева.

— Верно, судьба. Я обещала отвести вас еще в одно место… оно находится недалеко от Сектаторе. Немного севернее.

— Ты хочешь, чтобы мы пошли с тобой?

— Это касается одновременно и всех вокруг, и лишь меня одной. Но было бы эгоистично по отношению к вам с Сонгом отправляться туда в одиночестве. Я вновь заставлю вас переживать…

Ева не смогла сдержать улыбки, наблюдая за заметно повзрослевшей духовно Мику.

— О каком же месте ты говоришь?

— На севере находятся руины одного древнего города — Сионтеля.

— Сионтель… — Ева задумалась, но в ее памяти не сохранилось ни малейшего упоминания об этом городе. Вряд ли она когда-то слышала о нем.

К девушкам уже подошел Сонг.

— Там находятся все ответы… — с повисшей на лице грустной улыбкой произнесла Мику.

«Там и подойдет к концу наше путешествие.»

My final song was not in vain; Исчезновение

Следующий пункт путешественников находился в регионе, время для которого давно остановилось. Ветра задувают в эти отдаленные края единственных странников: пыль и песок. Некогда процветающий город на окраине превратился в сплошные руины, погребенные под песком. При жизни Сионтель часто называли «городом дождей»: он всегда был мрачным, серым, центром скопления грозовых, обволакивающих небо туч. И теперь представшая картина никак не ассоциировалась ни с проливными дождями, ни с серостью: сплошь палящее над пустыней солнце и окутанные природной пылью колонны и бетон. Даже некогда высотные дома уже давно скрылись под гнетом песка. Теперь верхушки небоскребов представляют из себя скалы, едва выглядывающие из-под песка.

Франкс составил путешественникам компанию до южной границы города. Сюда они добрались на военном танкере, предназначенным для переправы военных. Сейчас большая часть из них осталась наводить порядок в Дереликториане.

— Спасибо вам большое, — поклонилась перед военным Мику, прямо перед тем, как вылезти наружу из военного вездехода.

Следом за ней вышли Ева и Сонг, оглядываясь по сторонам и прикрываясь от палящего в глаза солнца.

— Пожалуйста, позаботьтесь о Зунко до нашего возвращения, — передала Ева Франксу. Девочка осталась там, где от нее требовалось куда больше помощи, и с радостью согласилась поддержать раненых и вычислять все еще оказывающих сопротивление дереликторианцев, управляя подаренным Лукой роботом.

Франкс долго и молча глядел на руины города — на лице военного повисла ностальгия по каким-то былым временам.

— Где-то в этом древнем городе нам удалось однажды найти Этоса, — вспомнил он о своем походе по приказу генерала, — с тех пор город вновь сильно изменился.

— Сионтель. Ни чем не примечательный город, у него нет богатой истории, но для всех вас он, пожалуй, может считаться тем самым, что называют — домом, — улыбнувшись, произнесла Мику. Ей больше не требовалось времени, чтобы медлить. Кивнув Еве и Сонгу, она пошла вперед, ожидая, что они пойдут за ней.

— Генерал всегда подозревал, что наша мать была захоронена где-то здесь, — сказал Франкс.

— Значит, это правда, что ее тело так и не нашли?

— Я уже не знаю что правда, Сонг. Но Мику верно подметила. Это место в прошлом, определенно, многое значило для всех нас. Ева, — Франкс перевел взгляд на девушку, — да, я буду приглядывать за Зунко. Только возвращайтесь скорее.

С этими словами военный еще раз поклонился друзьям и залез внутрь, закрыв за собой массивную дверь. Транспорт еще некоторое время простоял тут, провожая удаляющуюся пару. Как только они скрылись из виду, Франкс приказал водителю возвращаться.

Верхушки домов, выглядывающих из песка, образовывали собой лабиринт, вдоль которого двигались герои. Мику то и дело виляла среди них, словно искала что-то конкретное, но лишь в очередной раз ошибалась и возвращалась к исходной точке, повторяя один и тот же маршрут раз за разом. Ее лицо не выдавало напряжения, скорее она воспринимала эти поиски как легкую прогулку.

— Мику, ты бывала здесь раньше? — поинтересовалась Ева.

— Неа. Никогда, — призналась девушка.

— Тогда как мы найдем то, зачем мы здесь?

— Найдем. Рано или поздно — найдем, — девушка была настроена оптимистично, — По правде говоря, это вы должны были вести меня.

Последние слова девушка произнесла так, что ни Сонг, ни Ева не смогли их достаточно расслышать.

Сонг лишь следовал сзади, изучая песчаные рельефы и отвлекаясь на каждую мелочь, готовый к любой неожиданной напасти. Густые зеленые леса остались позади, этот город был словно границей между привычным климатом и широкой, расстилающейся на большое расстояние пустыней, в конце которой находился океан. Действительно, где-то там в нескольких километрах можно было разглядеть границу суши.

— Мику, а ты помнишь как звали твоего отца? — Ева нагнала девушку и поинтересовалась у нее.

— Да… помню. В тот день, когда меня вытащили из модуля, в тот момент, когда я впервые открыла глаза — я сразу же вспомнила его имя. И нисколько не удивилась, когда узнала настоящее имя моего спасителя.

— А? Что ты имеешь ввиду? — Ева задумалась, все еще не понимая слов Мику. В какой-то момент она, придя к каким-то выводам, обратила внимание на Сонга, идущего позади.

Мику лишь улыбнулась, словно подтвердила догадку девушки, и убрала руки за спину:

— Как только мы придем — я готова буду ответить на любой вопрос. И я постараюсь говорить как можно понятнее.

Прогулка продолжалась по меньшей мере пару часов. Порой внимание Мику цеплялось за какие-то детали окружения и вскоре она ускоряла шаг, будто была уверена, что двигается в правильном направлении. Спустя некоторое расстояние Ева и Сонг заметили, что уже привычные здания остались далеко позади. Сейчас компания вышла на пустынное пространство, которое и прежде занимала пустая поляна, лишенная всех даров цивилизации.

— Я думала это место осталось под землей, — задумчивым, радостным голоском произнесла Мику, — но если изначально оно было на возвышенности, то теперь оно оказалось на одном уровне с нами.

Сонг проследил за взглядом Мику. Ева последовала примеру и теперь все трое разглядели впереди силуэт одиноко-стоящего здания, омываемого песчаной бурей. Отсюда оно напоминает мираж, расплываясь от испарений.

— Генерал назвал бы это место — обителью Богов.

— Значит, мы искали это здание? — спросил Сонг.

Мику лишь молча кивнула и последовала вперед. Уже на подступах это заброшенное здание начало напоминать какой-то древний храм, забытый временем. Большая арка приглашала во внутренний двор храма. Остатки колонн разной высоты стояли здесь и там. Осколки обвалившейся крыши загородили собой главный вход. Однако окна, расположенные с двух сторон, по своим размерам могли вмещать целых боевых роботов.

Придерживая Еву за руку, Сонг ступал по осколкам, забираясь к одному такому окну. Мику уже выглядывала из него, дожидаясь своих спутников.

Ева и Сонг всегда думали, что это место хорошо знакомо Мику, но она с таким же, как и у всех остальных, интересом глядела по сторонам, ступая по песку, забредшему во внутренние помещения. Широкие лучи солнца падали на пол, освещая собой храм, превратившийся в безжизненные руины. Пройдя несколько помещений с невероятно высоким потолком, Мику нашла главный зал, что располагался сразу за главным входом. Им пришлось огибать все здание, чтобы добраться до сюда. Как и ожидалось, большая часть зала была завалена большими глыбами, а вместо потолка — открытое небо с плывущими по нему облаками. Одна деталь, к счастью, хорошо сохранилась: в конце зала, прямо на противоположной от входа стороне, стояло некое подобие трона. Когда-то он был полностью выполнен в наскальной живописи и узорах, возможно даже украшенный драгоценными камнями, но сейчас это лишь камни, засыпанные песком.

— Она очень любила строить из себя главную… и в такие моменты выглядела еще милее, — процитировав чьи-то слова, тихо произнесла Мику.

— Ты о Марьям?

— Похоже, мой отец был искренне влюблен в нее до какого-то момента, — опустившись перед троном, Мику водила ладонью по его поверхности, отряхивая от песка, забившего в щели.

— Выходит это место можно считать обителью нашей матери. Мику? Это здесь?

— Не-ет, не совсем. Но уже совсем близко, — поднявшись, Мику обошла трон и вновь опустилась на колени, будто искала что-то. Наконец, раздался глухой щелчок, после которого земля под ногами задрожала.

Сонг и Ева напряглись, боясь, что стены здания вот-вот начнут рушиться, но благо ничего такого не произошло. Причиной этой вибрации стал механизм, который отпирал дверь прямо позади трона.

— Идем? — улыбнулась Мику.

Прямо за потайной дверью находился длинный туннель, уходящий вниз под наклоном. Свет уже не проникал сюда, поэтому какое-то время приходилось идти в кромешной тьме. Но Мику уверяла, что бояться нечего, здесь совершенно ровный и прямой коридор, который никуда не изгибался.

Держась за руки, пара спускалась, передвигаясь короткими шажками. Мику все время проговаривала что-то.

— Одну секундочку.

Раздались торопливые шаги по песку. Вскоре их звук изменился и теперь Еве и Сонгу слышались лязги обуви по металлической поверхности. После этого очередной щелчок и над головами появился свет, источаемый висячими вдоль коридора лампами.

А впереди, там, где стояла Мику, располагался проход и за ним что-то похожее на подъемник.

— Нам еще ниже.

— Мику? Откуда в этом подземелье такое? Это какая-то подземная лаборатория?

— Хе, я уже говорила что это за место. Скоро сами все увидите.

Доверившись словам девушки, Ева и Сонг ступили на подъемник, который с треском повез их вниз в глубины шахты. Периодически встречались тускло горящие мерцающие лампы. Тени на скалах и скрип подъемника создавали атмосферу спуска в ад. Лишь спокойный вид Мику успокаивал и придавал уверенности.

Вскоре люди достигли самой низины. Почти в упор к подъемнику их встречала большая металлическая дверь с вызывающей надписью.

— Аварийный выход? — прочитала Ева.

Мику вновь без капли сомнения отперла массивную дверь и зашла внутрь, ожидая Еву и Сонга уже с той стороны. Свет тут же озарил собой все пространство вокруг. Широкие коридоры, устеленные красным потрепанным ковром. Словно в бесконечность уходящие во все стороны широкие коридоры. Где-то встречались двери, но Мику сразу уверяла, что отпереть их не сможет.

Сонг оглядывался вокруг и до сих пор не мог понять что это за место. Стены, их покрытие, все это было до боли знакомым, но при этом он чувствовал, что никогда ранее не был здесь. Ева ощущала почти то же самое, но при этом она вообще не могла узнать этого места. Ни малейшего понятия.

Каждый коридор имел форму овала, расширяясь к противоположным сторонам по горизонтали и сужаясь к потолку. Двери имели такую же овальную форму. Стены совершенно голые.

— Так-с, а куда же дальше? — Мику всерьез задумалась, осматривая каждое направление.

Ева и Сонг лишь покорно ожидали ее решения. Вскоре Мику дала понять, что ищет еще один лифт, который должен будет отправить их на нижний уровень.

Медленным шагом прохаживаясь вдоль коридора, Сонг застыл напротив одной из дверей. Парень подошел ближе и она издала характерный звук об ошибке, запрещающий входить внутрь.

— Мику? Ты сможешь туда попасть? — спросил Сонг, прикладывая руку к поверхности двери.

Девушка глянула в его сторону, а затем изучила дверь. Как только она поняла куда ведет эта дверь, Мику прикрыла глаза и кивнула:

— Значит, в глубине души ты почувствовал, что это место знакомо тебе.

— Что находится там?

— Ты сам знаешь.

Девушка больше ничего не ответила и пошла дальше, оставив Сонга позади, разглядывающего дверь. Обратившись к подсознанию, парень словно проник сквозь дверь и почувствовал то, что было за ней. Большое окно, широкий стол, стены, такого же цвета, как и все вокруг. Последние дни на этом столе очень часто лежали стопки книг, которые хозяин этой комнаты поглощал одну за другой.

Еще какое-то время Сонг стоял здесь, опустив голову.

— Эй, ну же, идем! Мы нашли лифт, — позвала парня Ева.

«Значит, этого ты так сильно не хотел, Ким.»

Сонг медленно повернулся к Еве, наблюдая за ее слегка раздраженным видом. Мику продолжала вести их к «ответам». К секрету их существования. К причинам такого быстрого прогресса технологий. К секрету и причинам войны между дереликторианцами и сектаторианцами. К причинам ненависти Ареса к матери. К причинам, по которым Марьям была для нас Богом — создателем. Вот почему Мику изначально не хотела вести их сюда и отвечать на вопросы.

***

Лифт медленно вел их вниз, уже более уверенно и безопасно, в сравнении со скрипучим подъемником. Когда все внешние механизмы стихли, двери плавно раскрылись. Еще один коридор, ничем не отличался от всех предыдущих. В конце его была гигантская, даже по меркам всего этого места, приоткрытая наполовину дверь. Прямо по ее центру располагался огромный вентиль, напоминающий скорее штурвал корабля. Он не крутился, лишь был частью декора, украшающего эту массивную дверь. Толщиной она, наверно, метра два. То, что находилось за ней, было определенно чем-то ценным и важным. Теперь это скорее напоминает хранилище банка, как раз расположенного также на самом нижнем этаже и представляющим самую большую ценность.

Воздух здесь отдавал металлом и какой-то сырой тяжестью.

Мику протиснулась сквозь щель двери внутрь, в глубину помещения. Ева последовала за ней, туда же вошел и Сонг.

Он уже готов был увидеть что-то страшное и пугающее, но первое, что накатило на него — непонимание.

Внутри располагалась огромная широкая капсула, от которой к верхней поверхности помещения отходили большие многочисленные трубки. Вся эта конструкция словно напоминала большое дерево, диаметром по меньшей мере метров десять, а в высоту до самого потолка. Внутри капсулы находилась темная плотная жидкость.

— Вот мы и пришли, — после длительной паузы произнесла Мику и обернулась к Сонгу и Еве.

— Это то, что ты хотела показать нам Мику? Что за это место? Весь этот комплекс, — Ева развела руками.

— Будем считать это той самой «комнатой правды».

Мику сложила руки в молитве, опустив голову.

— Я немного волнуюсь, словно перед первым выступлением, — тихо произнесла девушка. Сейчас она напоминала рассказчицу, стоящую на сцене перед зрителями под узким столбом освещения прожектора.

Глаза ее все еще закрыты, девушка долго собиралась с мыслями, пока, наконец не подняла на своих слушателей взгляд и не протянула руку к устройству за своей спиной:

— Это — ядро одной очень-очень далекой планеты.

В глазах Евы все еще витали многочисленные вопросы.

— Наверно, стоит начать с самого начала. Однажды, на очень далекой планете случилась большая катастрофа. Существа, населяющие эту планету, одни за одним гибли, вскоре их род вымирал, а численность и вовсе приближалась к нулю. Главы этого народа очень сильно переживали за судьбу всего живого на своей планете и вскоре приняли очень тяжелое решение — покинуть планету. Вместе с собой они взяли остатки разъедаемого ядра, которое смогло бы подарить новую жизнь на новой планете. Космический корабль, на котором поселились остатки той расы, бороздил космос очень долгое-долгое время. Представляете, что он преодолел больше 4.9 миллионов световых лет? Это примерное расстояние до ближайшей крупной к нам галактике, и обратно. Все запасы, включая главный источник топлива корабля постепенно истощались и вскоре они приземлились на одной маленькой планете. Они приземлились прямо здесь — на Земле.

Сонг и Ева смутно понимали смысл этой истории, но теперь они были твердо убеждены. Этот комплекс — это и есть тот самый космический корабль, на котором когда-то на Землю прибыла древняя инопланетная раса.

— «Эх, если бы только не прихоть одной маленькой девочки — все было бы по-другому» — так когда-то говорил мой отец, — Мику с грустью посмотрела на пол, вспоминая его слова, — Между жителями Земли и инопланетной расой разразился конфликт, который послужил очередной большой катастрофой, унесшей множество жизней. С той катастрофы началась новая эра — эра Богов.

— Но в конечном итоге мы же живы, верно? Что стало с теми инопланетянами? — спросил Сонг, пытаясь собрать воедино все скопившиеся мысли.

Мику медлила с ответом, она и вовсе не собиралась отвечать, отворачиваясь, прикусывая губу, и дрожа всем телом.

— Мику, неужели ты потомок той инопланетной расы? — медленно приблизившись к девочке, спросила Ева.

— Не я… — ее палец медленно поднялся вверх, указывая прямо на Сонга с Евой, а затем губы ее разомкнулись, вопреки желанию, —…вы.

Наступила тишина.

Сонг и Ева длительное время не могли вникнуть в истории, рассказанные Мику, и тогда она продолжила рассказ.

— Ваша мать — Утахимэ, она же предводительница расы Вока. Инопланетной расы. Все «люди», населяющие эту землю на сегодняшний день — потомки инопланетной расы, которая уничтожила человечество за один день.

— Ты хочешь сказать, что мы и вовсе не люди?

— Не те, за кого вы себя ошибочно принимаете. Лишь гости на этой далекой от вашего дома планете. Я лишь вкратце рассказала вам маленький отрывок истории.

— Значит, ты знаешь причину войны между дереликторианцами и сектаторианцами?

— Изначально у расы Вока было два лидера — лорд Арес, потомок того Ареса, которого вы знаете, и королева Утахимэ. Конфликт между ними поделил весь народ на две составляющих. Одни верно служили идеалам своей королевы, другие во всем соглашались с лордом. Приземление корабля на Земле также стало причиной их бесконечного конфликта. А долгое путешествие в космосе — личной скукой Утахимэ. Она считала, что ее народ обязан до последнего искать то место, где уже живут другие существа, чтобы развязать войну и захватить планету благодаря своей мощи и превосходству. Лорд был против таких методов. Он считал, что им достаточно было найти место, где они смогут комфортно обосноваться и иметь все, необходимое для жизни. Когда топливо истощалось, и королева уже была готова принять свое поражение — они смогли найти Землю, которую уже населяли люди. Пойдя на уступки из-за своего, практически поражения, королева решила дать шанс человечеству и не развязывать войну. Это случилось в 2019 году прошлой эры.

Сонг и Ева внимательно слушали рассказ Мику. У них было множество вопросов, было очень тяжело усвоить столько всего за один рассказ.

— Постепенно королева стала привыкать к жизни на новой планете. Но при этом всегда оставалась одна проблема — атмосфера Земли не располагала к тому, чтобы раса Вока могла жить на ней. Вопреки всему, земляне не испытывали никакой ненависти по отношению к инопланетянам. Лорд Арес все это время налаживал свои отношения с людьми, продавая им свои технологии — роботов, которыми вы управляете сейчас. Он рассчитывал на помощь землян, чтобы в конечном итоге набрать достаточно топлива для того, чтобы вновь поднять корабль в воздух и направить на какую-нибудь другую ближайшую планету. Приобщившись к человеческой культуре, даже королева стала более лояльно относиться к людям. Но знания, полученные человеком на протяжении нескольких тысяч лет не шли ни в какое сравнение с тем, чего достигла раса Вока. Такой уровень духовности, религиозности, ценностей, морали… И все это Утахимэ изучала в своем кабинете на протяжении нескольких месяцев, лет. В конечном итоге это сломало королеву, которая хотела лишь побольше узнать о людском роде. В 2066 году прошлой эры она объявила о своих злых намерениях по уничтожению человечества. А в 2067 году произошла катастрофа. Она началась с этого места, — Мику указала куда-то вверх, — разрастаясь по всей Земле. Ядро было активировано и это стало причиной изменений в атмосфере. Она стала пригодна для Вока, но смертельна для любого человека. Лишь за один день девяносто девять процентов населения Земли было уничтожено. Один процент еще мог жить некоторое время, но вскоре эти люди полностью мутировали, превратившись в существ, отдаленно напоминающих человека. В тот же день прямо перед концом человечества была также убита Утахимэ.

Очередная длительная пауза.

— Мику, но тогда, кто ты?

— Я — последний человек.

— Хватит! — выкрикнул Сонг.

— Я понимаю, это неприятно слышать. Но я не презираю вас и не ненавижу…

Ева подошла ближе к Мику, взяв ее холодные ладони в свои.

— Мику, но разве по твоим словам атмосфера не была изменена?

— Ты права… но я была рождена еще до начала перестроения атмосферы. Мой отец позаботился о том, чтобы в основе моего освоения было все возможное, чтобы приспособиться к этим изменениям. За шестьсот лет прошедших лет я буквально эволюционировала вместе со всеми, при этом продолжая оставаться лишь зародышем в утробе. В те старые времена наука шагнула далеко вперед и человечество было готово к тому, чтобы создать искусственного человека. Мой отец и мама принимали в этом участие. Они знали, чем все закончится, и хотели хотя бы попытаться найти шанс на спасение.

— Значит, все, что ты знаешь, ты узнала из рассказов отца. Кем он был?

— Он был одним из Вока. И моя мать тоже. Однажды они пришли к людям и заявили о своем желании участвовать в проекте. Возможно, он хотел уберечь человечество от полной гибели, возможно он преследовал какие-то личные мотивы. Это случилось в 2048 году. Ах, — Мику, словно только что открыв что-то для себя, вздохнула, — удивительно, как несправедлива судьба. Если бы Утахимэ не отчаялась из-за того, что не может явить меня свету, я бы и не появилась на свет. Наверно, эту цель и преследовал мой отец, вкладывая в меня жизнь.

«Ты станешь чем-то большим, чем просто человек. Хотя, ты с самого своего рождения еще будучи по ту сторону измерения была особенной. Но сейчас у тебя больше ответственности. Ты должна стать тем, в кого они поверят. Мы очень хотим, чтобы ты явилась на свет. Знаешь, я был сильно удивлен, когда впервые увидел тебя. Ты так похожа на мою королеву. Наверно, это и называется судьбой, да?»

— Эти слова отец произносил, сидя напротив моего модуля, когда у меня даже не было физической формы. Он работал ночь и день, отвлекаясь лишь на кофе.

— Ты уже говорил с ней? — к Сонгу подошла Салли, держа в руках очередную кружку кофе.

— Последнее время она слишком резко реагирует на все вокруг. Да и результата еще нет. Я боюсь не успеть, — Сонг выглядел экстремально усталым, но он продолжал держать глаза открытыми, вопреки желанию прилечь хоть ненадолго отдохнуть.

— Тебе стоит поспать.

— Я должен работать, — отмахнулся Сонг.

Это продолжалось изо дня в день.

Время неумолимо ускользало. Утахимэ объявила о своей войне. Тогда Сонг работал с двойным напором, не жалея себя. Салли во всем помогала ему, чтобы достигнуть хоть каких-то результатов. Они оба понимали, что рано или поздно приспешники Утахимэ найдут их и, скорее всего, убьют. У Сонга больше не оставалось времени и он запустил программу, благодаря которой Мику и Лука будут развиваться сами собой. С сильной болью в груди Сонг и Салли в последний раз попрощались со своими дочерьми, и ушли в неизвестном направлении, не создавая им лишних проблем. К тому моменту человечество уже исчезло. Утахимэ уже была мертва. Теперь ее желание, ради которого так много трудился Сонг, стало желанием его самого. Теперь он хотел подарить этому человечеству надежду, веря в светлое будущее.

— Ты знаешь где похоронена королева?

— Никто не знает. Хотя… пожалуй, отец наверняка знал. Всегда знал. Наверно, он был единственным, кто знал где она похоронена.

— А твои родители?

— Не знаю. Но для меня они живы всегда, — с этими словами Мику обратила свой взгляд на Сонга и Еву. Теперь у нее больше не было сомнений, что перед ней либо прямые потомки родители, либо реинкарнация ее родителей — ее создателей. Мику решила не говорить об этом, оставив все в своем сердце.

— Тот робот, которым ты управляла. Что с ним? Почему Арес так боялся его?

— Арес всегда считал, что он и его народ — потомки людей. Этос — технология людей, с помощью которой они уничтожили Утахимэ. Этим роботом могли управлять лишь люди. И тот факт, что Арес и никто из его приспешников не мог управлять им — раскрыли глаза на происходящее. Он, как и его первый потомок, испытывали бесконечную вину перед человечеством за грехи, совершенные Утахимэ. Это то, что они никогда не понимали, ошибочно считая себя людьми. Хозяин Этоса перед своей смертью заключил в роботе всю силу человечества, весь его гнев к расе Вока. Простите, меня, как человека, всегда тянуло к этому роботу, но я никогда не могла контролировать эти потоки ненависти, обращенные против вашей расы.

— Мику, неужели тебе не грустно от того, что ты осталась одна? Что больше нет людей? Неужели ты не испытываешь злости на нас? — дрожащим голосом спрашивала Ева.

Она, в отличии от Сонга, смогла хоть как-то смириться с услышанным. Парень же крепко сжал кулаки, желая кричать. Жить, называя себя человеком, чтобы в конечном итоге узнать, что человеком ты не являешься. Теперь все слова Кима, сказанные тогда перед битвой достигли Сонга. Ему не хотелось бы никогда услышать подобного.

— Я была рождена здесь, в сердцах людей, еще до прибытия Утахимэ и всех вас на эту планету. Я пела для них, делилась с ними, радовала их. Я обещала, что моя музыка останется с ними даже тогда, когда никого не станет. Я жила ради того, чтобы мои песни достигли сердца каждого, кто послушает их. Я верю, что справилась со своей задачей. У меня нет причин злиться на кого-то, ненавидеть кого-то. В конце концов я родилась не для того, чтобы испытывать подобные плохие чувства. И вы не должны, — Мику обратилась к Сонгу. Она подошла как можно ближе, положив свою ладонь на его грудь.

«Ты же продолжаешь слышать мой голос. Не ушами, а прямо своим сердцем. Пожалуйста, продолжай слушать меня. Я знаю, иногда моя музыка заставляет грустить, но я не хотела бы, чтобы она кого-то злила.»

Сонг смотрел на девушку перед собой. Она лишь слегка кивнула, убедившись, что ее искренние слова достигли парня. Ради Мику, он хотел бы постараться смириться с тем, что открылось перед ним в этот час. Ему лишь обидно за родителей, которые умерли, так и не узнав правды. Все, не только они, умерли, живущие обманом, живущие на чужой земле под чужим солнцем. Но Мику, даже зная все это, даже зная правду, шла вперед и видела в людях то, кем они являются в ее лице, не обращая внимания на их происхождение, род, класс. Как и говорила Зунко — не стоит зацикливаться на одной единственной жизни, когда у нас всегда есть возможность вступить в новую. И Мику также понимала это, и Сонг должен понять это и смириться. Просто принять.

— А теперь, перейдем к самому главному.

***

Очередной тест увенчался положительным результатом, но Сонг все еще продолжал сомневаться в успехе. Время — его главный враг. Еще сильнее он боялся неожиданного нападения на этот скрытый в горах комплекс, в котором кроме него, Салли и еще нескольких ученых никого не осталось.

Протяжно выдохнув, Сонг позволил себе вылезти из кресла и пройтись по комплексу, заодно выглянуть наружу и отвлечься, разглядывая звезды, которые куда ближе к их родному дому.

Прохаживаясь по освещенному коридору, от ярких ламп в котором тут же разболелась голова, Сонг встретил свою близкую подругу. Он нисколько не удивился, обнаружив ее здесь в поздний час, склонившейся над протяженными вдоль стены горшками с цветами. Эти цветы — формы жизни, что сохранились с их далекой планеты. Удивительно, но они смогли прижиться в этой атмосфере даже без посторонней помощи. Сейчас для Салли эти цветы, словно надежда на то, что и для них когда-нибудь настанут светлые времена, когда мы смогут самостоятельно расправить крылья и жить бок о бок с истинными обитателями этой земли. Сейчас же им приходится выходить на открытый воздух лишь в защищенных костюмах.

— Тебе все же следует отдохнуть, — не оборачиваясь, произнесла Салли.

Она продолжала копаться в почве, отстригать засохшие листья. Всерьез увлечена делом.

— Мы не успеем, — твердо сказал Сонг.

Девушка ничего не ответила, застыв в одной позе. Она прекрасно понимает, что могли бы значить эти слова.

— И сколько времени нам понадобится?

— Салли…

— Не мало, да?

Сонг повременил с ответом, плечи его поникли.

— Да уж, еще как не мало. Возможно сотни лет.

В это время Салли уже успела закончить с уходом за цветами, напоследок пройдясь лейкой над их яркими лепестками.

— На всякий случай я уже все приготовил к автономному развитию. Нужно проследить, чтобы с Лукой тоже не случилось никаких проблем.

— Ты собираешься идти туда? В Сионтель?

Сонг опустил руки в карманы, выпрямившись. Никакого желания смотреть в требующие немедленного ответа глаза Салли, но решения уже приняты. Парню не хотелось вот так уходить, не предупредив.

— Я еще раз поговорю с ней. Не хочу, чтобы она натворила чего-либо. До меня дошли новости о том, что в Сионтель прорывается отряд людей. Мы оба знаем с какой целью они следуют туда.

— Значит там все и закончится, — теперь Салли выглядит слегка раздраженной.

— Ты же знаешь, Утахимэ так просто не сдастся. Ядро будет активировано. Всему придет конец. И потом рано или поздно они будут искать нас, обнаружат это место и все кончено. Все наши планы о мире…

— Тогда давай просто убежим! — выкрикнула Салли, перебив своего друга.

Сонг глядел на нее с удивленными глазами. Он и сам задумывался о подобной идее, но боялся озвучивать ее вслух. Уже который раз они убегают вот так вдвоем.

— Позволь мне еще раз встретиться с ней.

— Ты не переубедишь ее, Сонг!

Вопреки словам подруги, мужчина уже шел в сторону комнаты, в которой он оставил свой костюм для наружной вылазки. Салли осталась там, позади, опустив голову, желая вцепиться в спину друга и ни за что не отпускать. Но она все еще помнит, какие теплые чувства хранит в себе Сонг — в нем еще осталась доля влюбленности в прежнюю Утахимэ.

Выйдя из комнаты, облаченный в легкую версию респиратора и нагрудного оборудования, Сонг бросил напоследок:

— Я должен, если не поговорить с ней, то хотя бы похоронить ее, как подобает.

***

— Ядро далекой планеты, с которой вы родом, было отравлено кровью Утахимэ, — Мику продолжила свой рассказ, словно экскурсовод в музее.

Ее тоненькая ладонь тянулась к тускло светящейся сфере внутри колбы.

Сонг и Ева проследовали за ней взглядом. Похоже, в этих изменениях ядра и крылись те причины мутаций, которым были подвержены все больше людей Земли.

— Я не знаю почему, но возможно она сделала это нарочно. Постепенно огонек в этом ядре угасает, и это ведет к изменениям в атмосфере. Те мутации, которым подвержены все Вока в настоящее время — результат этих изменений. Ваша королева дала вам жизнь, это правда. Но ее благодетель подошла к концу. Теперь она хочет отобрать все то, что даровала своим детям.

— Но что мы можем сделать? Неужели и мы когда-нибудь превратимся в чудовищ? — в глазах Евы появилась паника.

Сонг же стоял молча и выслушивал Мику. Он прекрасно знает к чему ведет этот разговор. И лишь на миг переглянувшись с Мику, он увидел в ее голубых глазках ответ. Она почти незаметно кивнула ему, а затем вновь обратилась к Еве, раскрыв карты.

— Мой отец знал обо всем, что вскоре случится с этим ядром. Когда надежды не осталось, он решил даровать мне жизнь хотя бы с этой целью. Именно поэтому он создал меня, способную вернуть все в норму. Он верил, что я смогу «очистить» ядро и тогда вам не будет угрожать никакой опасности. Во мне также течет человеческая кровь, способная модернизировать ядро до такой степени, что и люди, и Вока смогут жить на этой планете вместе. К сожалению, прошло так много времени. Но я все еще могу спасти всех вас. Я хочу…

— Нет! Исключено! Я не дам своего согласия! — Ева сцепилась с места и подбежала к Мику, хватая ее за руки, — О чем ты вообще думаешь?

— Мику, ты уверена? Я напомню, что мы потомки тех, из-за кого были уничтожены все люди, — Сонг продолжал сохранять хладнокровие.

Мику хотела ответить очередным своим согласием, но Ева не давала ей даже раскрыть рта, потряхивая девочку за плечи. На глазах Евы проступили слезы, она мертвой хваткой вцепилась в Мику, не желая выпускать ее.

— Ты не обязана жертвовать собой.

На глазах Мику также проступили слезы. Но она все еще сохраняет улыбку, полную радости. Опустив голову на плечо Евы, Мику попыталась успокоить свою подругу:

— Никаких жертв. Потребуется лишь значительная часть моей жизненной энергии.

Подобные слова было больно слышать, и Ева старалась не обращать на них внимания. Мику пыталась найти поддержки в глазах Сонга, что стоял поодаль. Он прекрасно понимает, что выбора у них просто не будет. Но главное решение в данной ситуации зависело от Евы, от той, кто так заботился о Мику все это время на протяжении их недолгого путешествия.

— Прошу, позволь мне, мама, — тихим нежным голосом произнесла Мику.

— Ну хватит. Сейчас не время, чтобы разбрасываться такими фразами! — сквозь слезы выкрикивала Ева.

К девушкам подошел Сонг, опустив руку на плечо девочки и заглядывая в ее глазки. Он пытается найти в них ответ на свои сомнения, но видит лишь огонек страсти, решительности, и непоколебимости.

— Что станет с тобой, Мику?

— Возможно, мне потребуется немного отдыха. Скажем, пару деньков?

Сонг слегка улыбнулся, на этот раз поверив словам девочки. И сразу после этого обхватил своих подруг крепкой мужской хваткой, захватив в объятия и Еву, и Мику. Со стороны они выглядели, словно любящая семья, воссоединившаяся после длительной разлуки. Сейчас никому из них не нужно было больше слов. Они лишь хотели делиться друг с другом теплом, а заодно и привести Еву в чувство.

***

— Все будет хорошо.

— Это обещание, Мику. Обещание. Пожалуйста, обещай, что с тобой ничего не случится! — Ева выкрикивает эти слова из глубин своего сердца.

Мику лишь остается тепло улыбнуться, глядя на девушку вполоборота, и тихо, но с уверенностью, проговорить:

— Да… я обещаю.

Сонг с Евой стояли рядом друг с другом, сцепив пальцы в замочек, словно пара на вокзале, провожающая свою дочь на поезд. Мику стояла прямо напротив небольшого модуля под ядром, словно созданного для того, чтобы девушка разместилась в нем. Внутри и начнется основная процедура «выкачивания» и одновременно очищения ядра. И после этого все закончится. Люди перестанут мутировать. Мику выполнит обещание, данное ее отцу. И все они смогут начать жить спокойной жизнью где-нибудь в тихой деревушке. Как настоящая семья. Светлое будущее.

Напоследок, не скрывая волнения, Мику обернулась к Еве и Сонгу и нервно улыбнулась, набираясь необходимых для следующего шага сил.

Ева одарила ее заботливой улыбкой, смешанной с толикой грусти. А твердый взгляд Сонга придавал девочке решительности.

— Что ж, я пошл…

Один из приборов за спинами Сонга и Евы произвел оглушающих хлопок. Пара слегка пригнулась, не готовая к такому. Ева прикрыла уши руками, согнувшись к земле, а Сонг, что пришел в себя чуть раньше, перевел взгляд на Мику. Та продолжала стоять на месте, но глаза ее перестали отдавать прежней энергией. Словно в один миг из них пропала вся жизнь и теперь это лишь два темных камня в центре глазниц. Постепенно они закатились и девочка рухнула на пол. На красивой белой блузке, которую Ева когда-то подарила Мику, образовался кровавый след, набирающий в диаметре.

Сонга пробила дрожь, все звуки в один миг стихли, а время словно замедлилось. Лишь почувствовав первое сопротивление в своих руках, которыми он сжимал тело вырывающейся Евы, он постепенно начал приходить в себя и слышать, как Ева жалобно кричит, обращаясь к Мику.

Когда же силы покинули парня, он позволил девушке вырваться из хватки и побежать в сторону Мику. Возможно, той еще можно помочь. Но почему Сонг так яро уверен, что все кончено? Почему он стоит как вкопанный, не в силах предпринять ничего.

И тогда ему вспомнился звук, который он слышал прямо перед падением Мику. Звук, который он спутал с одним из приборов, теперь нет никаких сомнений — это был выстрел.

Медленно обернувшись, Сонг заметил стоящего в тени человека. Рука его вытянута, и в этой руке, направленный в том же направлении, где только что стояла девочка, пистолет. Из дула его все еще выходит пороховая пыль.

— Мику, о боже, пожалуйста, держись, не закрывай глаза! — жалобным стоном слова выходили из уст Евы, что придерживала голову девочки на своих коленях.

Подобные слова могли лишь означать, что Мику еще жива, и ей срочно требуется помощь. Сонг сделал пару шагов на встречу девушкам, но знакомый голос из тени приказал ему не двигаться.

— Вас не должно было здесь быть, Сонг.

— Зачем? Зачем ты это сделал?! Ты же сам все слышал, да? — Сонг не сдерживал эмоций, обращаясь к своему давнему знакомому — еще одному «чудом» выжившему из его родной деревни человеку.

— Да, я слышал весь ваш разговор, Сонг.

— Тогда зачем, Михаил?!

Сонг продолжал смотреть вперед. На Мику, глаза которой смотрят в потолок перед собой. Слезы сочатся из них, будто она пытается плакать, он это сопровождается пронзительной болью. И Еву, склонившуюся над девочкой. Волосы ее налипли на лицо, скрывая каждую эмоцию, но сейчас она тоже наверняка плачет. Девушки о чем-то переговариваются, но внимание Сонга обращено за спину.

— Сонг, неужели мои учения были для тебя лишь пустой болтовней? О нашей матери, о нашем предназначении. О нашей судьбе.

— Наша судьба превратиться в мутантов?!

— Значит так и суждено было стать. Это воля Бога. Это воля нашей матери. Следующий шаг эволюции, естественно течения. Разве ты не понимаешь, Сонг? — по бетону прошелся стук каблуков, Михаил медленно направлялся к Сонгу, — Утахимэ оставила нам этот дар, чтобы мы в конце концов эволюционировали. Смогли встать в один ряд с нашими создателями, смогли вознестись. Эта эволюция — наше превращение в ангелов, истинных потомков Богов.

Сущий бред. Вера, которой жил Сонг умерла в тот момент, когда он узнал правду о погибшем от руки Утахимэ мире, на руинах которого жил он и все его потомки. Боги — понятие, которое относилось лишь к жителям Земли. И Утахимэ, заступив за эту границу, нагло вырвала сердце чужого Бога, желая сожрать его плоть и обратить себя в его подобие. Никто не заслуживает называть себя потомком Бога, восседая на его костях.

— Я видел во что превращаются люди, Михаил. Это никакие не ангелы, это скорее демоны. Наше истинное обличье.

— Не сравнивай нас с дереликторианцами. Они отступились от матери, последовали за Аресом, поэтому и не заслужили такого права.

— Сектаторианцы, дереликторианцы, очнись. Мы ни чем не отличаемся друг от друга. Вера не определяет наш род! — Сонг позволил себе обернуться и взглянуть в глаза Михаила.

Тот уже стоял напротив, держа пистолет на уровне живота, все еще нацеленный на Сонга.

— Мику наш враг, Сонг. Разве ты не понимаешь? Она пыталась прервать процесс нашей эволюции. Потому что она человек. При нашей первой встрече я сразу понял это. Понял, в чем заключается ее миссия, но я не собирался никого лишать жизни. В конце концов, с какой стати ей стараться ради нас? В ней все еще живет месть к нашему народу.

— Мику не такая. И я видел, что случилось, когда она пилотировала Этоса. Но это не изменило ее.

— Ах да, видел? Доволен? Это и есть человеческая сущность! Весь тот кошмар, что они пережили теперь живет внутри этой девочки! Она сделает все, чтобы истребить нас, утолить свою месть, — Михаил сорвался на крик, уступив место эмоциям, это и стало его ошибкой.

Подойдя на достаточно близкое расстояние, Михаил позволил Сонгу схватиться за его запястье и потянуть в сторону. Михаил, готовый к этому, нажал на курок, но пуля проскочила мимо, отрикошетив от металлической стены. Собрав всю волю в кулак, Сонг направил его прямо в лоб своего противника. Михаил пошатнулся и плюхнулся на землю за собой. Пистолет вылетел у него из рук и отправился куда-то в дальнюю часть помещения, скрывшись в тени.

Сонг не стал медлить и подошел ближе, схватил старого знакомого за воротник и еще раз врезал. Ему хотелось врезать еще и еще, прилив адреналина позволял делать ему что угодно, но все без толку. Где-то там, за спиной, слышны рыдания Евы.

Эта короткая пауза стоила Сонгу пропущенного удара. Михаил все еще был в сознании. Только отступив на небольшое расстояние, Сонг смог избавиться от потрясения, вызванного настолько мощным ударом. Обратив взгляд на Михаила, что быстро поднимался с земли, пошатываясь, он заметил в нем некоторые изменения.

Михаил, также удивленным увиденным, пребывал в некотором шоке. На кулаках его облезла кожа, а под кожей образовалась белая оболочка, словно нарост, постепенно вырывающийся наружу. Сгорбленная спина парня, заставившая его вновь повалиться на землю и кричать от боли, буквально разрывалась от чего-то неизвестного. Будто в нем рождался кто-то новый, и теперь его тело служило лишь яичной скорлупой. Постепенно тело Михаила стало приобретать новые черты. Заметно вытянулось, покрылось белоснежной шерстью, а горб, образовавшийся на спине, буквально разорвало пополам и теперь он расправился, образовав подобие крыльев. Белые, покрытые настоящими перьями, крылья. Все еще скрючившись на земле, Михаил попытался выпрямиться, но каждое его движение сопровождается адской болью. Осознав, что стало с его руками, он также оглядел свою грудь, свои ноги, коснулся руками своего лица. И наверняка остался доволен результатом столь радикальных изменений. В конце концов он превратился в то, чего так желал — он превратился в ангела.

***

— Мику, о боже, пожалуйста, держись, не закрывай глаза! — жалобным стоном слова выходили из уст Евы, что придерживала голову девочки на своих коленях.

Мику скрючилась от боли, старалась сохранять дыхание, но легкие ее отзываются лишь болезненным кашлем.

Ева хотела попросить Сонга о помощи, но голос ее не доходил до парня. Придерживая раны обеими руками, Ева пыталась остановить кровотечение. Красная жидкость сочилась сквозь ее пальцы, не желая уступать.

— Мику, прошу, ничего не говори. Я что-нибудь придумаю. Давай, тут должен быть медпункт, — Ева попыталась приподнять девочку, но та словно не желала отдаляться от этого места, которое она так долго искала.

— Пожалуйста, помести меня в модуль, — хриплым голоском произнесла Мику.

Каждое слово дается ей с большим трудом. Ева обратила внимание на модуль, в который так желала попасть девочка. На нем также нашлось изображение креста, возможно он мог послужить и медицинским центром.

— Мама, пожалуйста. Я же так долго хотела выполнить свой долг. У меня еще есть шанс. Прямо здесь. Как же мало… времени… и сил.

— О чем ты? О чем ты, Мику?!

Мику и до этого говорила, что для обеззараживания ядра понадобится некоторое количество ее жизненной энергии. Но что она может сделать сейчас, когда эта самая энергия покидает ее тело? Ева и сама нашла ответ: Мику желала, пока не стало слишком поздно, закончить свою миссию, чего бы ей это не стоило.

— Но что будет с тобой? Ты говорила ничего плохого не случится! А теперь? Когда ты так слаба, что произойдет с тобой теперь?! — Ева склонилась над грудью девочки, заплаканная.

В модуле Мику еще можно будет оказать первую помощь. Вот только эта машина также необходима для того, чтобы лишить Мику остатка ее сил.

— Какой тогда во всем этом смысл…

Что-то теплое накрыло волосы Евы, подрагивая, но поглаживая девушку. Это ладонь Мику. Невероятно холодная, бледная и загрубевшая.

— Все будет хорошо. Мы столько времени были вместе. Вы столько сил придавали мне на протяжении всего этого времени. Я не растрачу их понапрасну.

Девушка поднялась, глядя в излучающие надежду глазки девочки, обращенные на Еву.

— Ну почему ты настолько упрямая?!

На эти слова девочка лишь слегка улыбнулась. Она услышала в них смирение и поддержку.

Дверца модуля приоткрылась, приглашая девушку внутрь. Для Евы это был знак. Знак уже практически принятого решения.

— Ты же вернешься целой и невредимой, да?

Мику вновь одарила Еву теплой улыбкой:

— И без дырки в животе.

— Б-Боже, уже успела понахвататься глупых фразочек у этого дурня, — дрожащим голоском произнесла Ева.

Девушки расплылись в улыбке. Еще раз смерив Мику взглядом, Ева кивнула самой себе и помогла девочке приподняться и подойти к модулю. Аккуратно поместив Мику внутрь, она выслушивала инструкции по настройке модуля. Убедилась, что все работает исправно. Если все будет так, как задумано, и если совсем не поздно, жизненной энергии Мику хватит на то, чтобы очистить ядро и вернуться живой, целой, и невредимой.

— Держись, милая, мы с тобой.

Сквозь толстую прозрачную поверхность модуля Ева наблюдала за Мику. Глазки девочки постепенно сужались, погружая ее в сон. Грудь ее вздымается в болезненном дыхании. Но она все еще сохраняет улыбку на лице. Сейчас Ева словно заботливая мать укладывала свое дитя в теплую постель. Прижавшись к стеклу, девушке не хватило только поцеловать Мику в лоб. Еще немного, и девочка в модуле уснула. Теперь Ева могла лишь плакать, молиться, и надеяться, что все обойдется.

— Все будет хорошо. Все будет хорошо, — успокаивала она себя.

Тем временем за ее спиной разразилась самая настоящая битва.

***

Михаил, даже не имея в руках оружия, стал представлять серьезную угрозу. Теперь Сонг даже не думал о том, чтобы вступать в прямую схватку с некогда бывшим человеком — перед ним оказался самый настоящий монстр. Его белоснежные перья, изящный вид, расправленные крылья, все это создает лишь иллюзию божественного существа. Лицо его заметно исказилось, а в области рта проступило подобие клюва. Полугрифон-получеловек перестал выть от боли, и теперь, выдыхая горячий пар, словно бык, искал взглядом скрывшегося за ближайшем укрытием Сонга.

Казалось, Михаил хотел сказать что-то своему другу, вызывая того на поединок, но из его рта выходили только протяжные выкрики, которые нельзя больше ассоциировать с человеческой речью.

Сонг, не желая сидеть на одном месте, больше всего беспокоился за Еву и Мику. Если Михаил не обнаружит его — он подвергнет опасности девочек. Пригнувшись как можно ниже, Сонг переступил на обратную сторону металлической балки, поддерживающей потолок, затем метнулся к соседней, расположенной в пяти метрах. Отсюда можно было увидеть тот участок под ядром, где располагался модуль. Ева стояла напротив консоли и неторопливо и неуверенно нажимала на кнопки. Мику уже расположилась внутри, все с тем же болезненным видом. Сонг мог лишь пожелать удачи девочкам и не допустить того, чтобы грифон направился к ним. Самое главное — не терять его из виду.

Выглянув наружу, Сонг сразу же заприметил двухметровое массивное тело монстра, широкими шагами двигающегося вдоль ангара. Скрываясь в тени, оно продолжало сверкать глазами, осматривая все возможные укрытия. В голове Сонга проскользнула идея найти пистолет, отлетевший куда-то к дальней стене, но дорога до того места совершенно лишена укрытий и парень лишь подвергнет себя еще большему риску.

«Будь у меня робот.»

— Сонг? Сонг, где ты?

То, чего так сильно опасался парень. Закончив с Мику, Ева обернулась и начала искать парня взглядом, но лишь навлекла на себя беду. Моментально среагировав на голос девушки, грифон повернул голову точно в ее направлении. Если у него осталось еще хоть капля здравого ума и интеллекта, монстр сразу сообразит направить весь свой гнев на Еву и Мику, которая все еще в состоянии нарушить все его планы.

Так и произошло. Мощными лапами он ударяет по металлическому полу, следуя к напуганной Еве. И это стало реальным шансом добраться до единственного оружия.

Выпрыгнув из укрытия, Сонг метнулся к тому темному углу, где вот-вот проскочил короткий блик, отразившийся от вороненой стали оружия. Сохраняя эту точку в центре своего зрения, Сонг бежал вперед, не обращая внимания ни на что. Грифон, встретив свою цель в нескольких метрах правее от намеченного маршрута, расправил крылья еще сильнее и к большой неожиданности взмыл в высь. Буквально совершив высокий прыжок, монстр приземлился прямо перед Сонгом, заставив парня затормозить и отпрянуть назад.

Инстинкты монстра не подводили — ему хватило доли секунды чтобы сообразить и нарушить план Сонга.

Развернувшись, Сонг побежал прочь, оглядываясь в сторону Евы.

— Ева, прошу, спрячься куда-нибудь!

— Но… но как же Мику?

— Умоляю! — последнее слово вылетело из уст Сонга выкриком.

Что-то массивное врезалось в его спину и заставило изменить траекторию бега прямо в направлении ближайшей стены. Острая боль пронзила каждый позвонок, а теперь растекалась по всему телу, заставив парня упасть к холодному полу.

Зацепив Сонга лапой, грифон последовал к нему, желая добить, уничтожить свою цель. Его громоздкие лапы вполне способны раздавить человеческий череп под собой без особых усилий.

Без пути отхода, парень мог лишь прижаться к стене и надеяться на малейшую возможность найти выход из данной ситуации.

Монстр, словно ликуя, взревел с новой силой, широко раскрыв свой клюв. Даже с этими изменениями, Сонг все еще мог разглядеть в нем своего давнего друга. Однажды ему пришлось собственными руками убить Кима. А теперь еще и Михаил стал его врагом.

— Ты почти заменил мне родителей, — обратился к монстру Сонг, на что тот в очередной раз взревел, вытянув шею вперед.

В голове проскакивали моменты из прошлой жизни. Жизни в деревне. Самое раннее детство, в котором Сонга окружали его любящие отец и мать. Кадры сменялись так быстро, что Сонг и не заметил того момента, когда счастливой семьи вдруг резко не стало. И тогда к нему на помощь пришел Михаил. Его любимой мыслью была идея о судьбе. О том, что все предопределено. И сейчас, когда Сонг смотрит в его блестящие, словно отшлифованные топазы, глаза, он не может согласиться с такой судьбой. Весь этот путь, который Сонг проделал плечом к плечу с Евой, Зунко, с Мику, их встреча, все это действительно было судьбой? Тогда как можно назвать судьбой такой грустный конец? Если кто-то из них умрет здесь, в самом конце, это уже не будет судьбой. Это будет самой настоящей бессмыслицей. Также, как и называть смерть вообще кого-либо — судьбой.

— Но одно я знаю точно, Михаил, — Сонг все еще держался прямо, не желая опускать взгляд, — Твоей судьбой станет сгинуть здесь, вместе с твоими эгоистичными желаниями превратить нас в тебе подобных.

Очередной рев монстра, словно он попытался оспорить последнюю мысль своего бывшего друга, и тогда мощная лапа замахнулась на парня, желая изничтожить его, разорвать. Острые как кинжалы когти выглянули из лапы грифона, и он вложил в них всю силу для того, чтобы направить ее на Сонга. В последний момент парень попытался увернуться, но все было без толку. На таком коротком расстоянии он ничего не сможет сделать. Оставалось надеяться на то, что Ева успеет вовремя.

«Подключение выполнено. Защитная система активирована. Произвожу огонь.»

Пулеметная очередь ударила в массивную спину грифона, разрывая на кусочки его ангельские крылья. Перья разлетаются во все стороны, смешанные с кровавой жижей. Выпрямившись, монстр взвыл, словно проклинал кого-то смотрящего на его тяжелую судьбу свысока. Но над ним всего лишь тьма подземелья. Никаких Богов, в которых верил Михаил, больше нет.

Из последних сил грифон закончил свой замах, за спиной Сонга заскрежетал металл, разрастаясь искрами. Но в теле грифона больше не осталось сил, способных хоть как-то навредить Сонгу. Напоследок подняв морду к парню перед собой, монстр пронзительным острым взглядом таранил Сонга, словно пытался вылить на него весь фонтан злости, зависти, и ненависти. Но это ничего не изменит. Широкая кровяная струйка потекла из клюва грифона и он, медленно прикрыв глаза, рухнул вниз. Пулемет, расположенный под потолком, перестал тарабанить по спине заданной цели и стих, вернувшись в изначальное положение.

Краем глаза Сонг заметил Еву, что все это время стояла у панели. Именно она каким-то чудом смогла активировать пулемет. Это было чистой удачей, на которую надеялся парень. Еще при первом спуске в это место Сонг заметил пулемет. Испуганный, он подумал, что в этом помещении до сих пор работает охранная система. Ева, похоже, тоже заметила эту деталь и подумала, что тут должен иметься какой-нибудь способ активировать подобную штуку, заставив ее заработать.

Медленно сползая вниз по стене, Сонг шумно дышал и до сих пор не верил своей удаче.

— Господи, как же я был напуган, — с неподдельным ужасом процедил Сонг.

Ева одарила его самодовольной улыбкой. Да-да, сейчас она в очередной раз напомнит о том, что все сделала сама и Сонг обязан быть благодарен ей до конца дней.

Все вокруг как в одночасье стихло. Теперь это лишь подземелье, покинутое живыми существами несколько столетий назад.

Жидкость в колбе с ядром, что возвышается над ангаром, периодически издает булькающие звуки. Ева вновь вернулась к модулю, наблюдая за состоянием борющейся за жизнь Мику. А Сонг, все еще вздыхая перед мертвым телом старого друга, глядел тому в лицо. Умиротворенное лицо того, кто смог, наконец, отправиться к матери.

— Передавай от нас привет, Михаил. И скажи, что ее подарок нам не пришелся по вкусу.

***

Аккуратно ступая, Сонг только сейчас обнаружил, что успел вывернуть лодыжку. Прихрамывая, он кое-как доковылял до модуля. Сейчас его боль ничто по сравнению с тем, что приходится испытывать Мику. Ева стоит здесь, напротив колбы с обеспокоенным выражением лица, сложив руки на груди, словно в молитве.

— Не хочу думать о том, что ее борьба до сих пор продолжается, а нам остается лишь наблюдать, — с тоской в голосе произнесла Ева, подняв взгляд наверх.

Колба все еще заполнена непроглядной темной жидкостью, и где-то там едва заметно мерцают вспышки умирающего от яда ядра планеты, названия которой Сонг не знал. Планеты, которая когда-то считалась их домом.

Далекая, далекая планета, обреченная на гибель. Утахимэ и Аресу поручили серьезную миссию: собрать всех жителей планеты на огромном корабле, вместе с ядром планеты, и отправиться в далекое путешествие в поисках пригодной для жизни земли. Там, на планете Вока, Утахимэ была доверенным лицом — королевой, на которую возлагали большие надежды. В какой же момент времени ее сердце почернело, а миссия по спасению превратилась в азарт?

— Сонг, гляди! — Ева указала пальцем на толстенные стенки колбы.

Парень, отвлекшийся от размышлений, присмотрелся к прозрачному стеклу и заметил сияющее голубое полотно, словно паутинка, окутывающая все содержимое цилиндра. Сотни, тысячи, миллионы таких маленьких молекул, словно поглощают темную массу, очищая ее, как фильтр. Постепенно в колбе, как и в самом ангаре, становится заметно светлее. Яркое сияние разносится по всему помещению, и постепенно сквозь темную жидкость открывается путь к тому самому ядру, что вспыхнуло с новой силой. Теперь, еще быстрее, остатки темной жидкости начали растворяться в голубой микстуре. Ядро засияло новыми красками.

— Мику… у нее получилось! — Ева готова была разрыдаться, прикрыв рот руками.

— Да… Она спасла нас всех. Осуществила свою мечту.

«Стала тем, кем должна была стать — новым спасителем. Меньшего от дочери Утахимэ ждать не приходилось», — сквозь время прозвучали слова Сонга.

Модуль, в котором находилась девочка, заполнился паром. Она продолжает глубоко дышать, но глаза ее все еще прикрыты. Множество огоньков на панелях изменились с красных на зеленые, извещающие о положительных результатах.

— Мику, давай же, вставай, — Ева прижалась к стеклу, умоляя девочку раскрыть глаза.

Сонгу с его подругой предстояло последнее испытание: дождаться того момента, когда Мику раскроет свои красивые, голубые глазки и даст понять, что все закончено.

— Прошу тебя.

Парень последовал примеру Евы и положил ладонь на стекло модуля, прижавшись к нему. Он ничего не произнес, но продолжал в мыслях молить о том, чтобы все закончилось хорошо. У этой истории, у этой судьбы не может быть иного конца.

Прошла минута, две минуты. Все приборы в комнате вновь стихли. Мику продолжила лежать там, так не открыв глаза.

— Мику, Мику! — Ева все еще не сдается, но голос ее начал заметно дрожать. Она готова была стучать кулаком по стеклу, но этим ничего не изменишь.

Сонг положил руку на плечо Евы, слегка прижав к себе. Он еще не сдался, но уже готов поддержать ее, успокоить. Постепенно Ева опустила голову, не сдерживая подступивших слез. Мику так и не одарила ее своим милым взглядом.

— Будь все проклято. Все это путешествие… — шепотом произнесла себе под нос Ева.

— Ева, пожалуйста.

— Никакого смысла. Ни в чем. Абсолютно никакого смысла!

Сонг все еще держал руку на стекле модуля. И вдруг, сквозь непроглядный пар, расступившийся изнутри, к поверхности стекла прикоснулась тоненькая хрупкая ладошка девушки.

— Пожалуйста, не говори так, мама.

Ева подумала, что ей всего лишь показалось, но на всякий случай подняла взгляд и увидела добрую улыбку Мику. Рот ее широко раскрылся от подступившего шока и радости.

— Мику? Мику! — если бы не стекло, она набросилась бы на девочку, погрузив ее в свои крепкие объятия. Вместо этого, не в силах сдерживать эмоции, Ева повернулась к Сонгу и обняла его, сжав покрепче. Теперь слезы грусти сменились на слезы радости, смешанные с нервным смехом.

Сонг принял объятия Евы, обхватив ее со спины. Его также переполняет радость за то, что с Мику все в порядке. Девочка наблюдает за ними из модуля, одарив своим благословением, и также слегка прослезилась.

— С возвращением, Мику, — обратился к девочке Сонг.

— Да, я дома.

Эпилог: World is Mine

Ярко-голубое небо расстилается над поляной, покрытой множеством прекрасных полевых цветов. Слоистые облака медленно плывут по нему, не пересекая палящего летнего солнца. Лишь легкое дуновение ветерка отрывает самые слабые лепестки цветов и пускает их по воздуху вперед, туда, где тянется протяженная проселочная дорожка.

Сейчас вдоль нее бредет девочка, умирая от жажды и протирая проступивший на лбу пот. В мыслях она готова была проклинать этот долгий путь, который ей пришлось проделать за последние сутки. Но там, на границе поляны уже заметны клубы дыма, тянущиеся вверх — первый признак того, что поселение уже совсем близко.

Измученная, из последних сил она добралась до окраины деревни, готовая рухнуть прямо на землю, но в последний момент кто-то похлопал ее по плечу и заставил сосредоточиться. Оглянувшись, она увидела едва знакомое лицо — один из жителей деревни. Мужчина тащил на себе большой стог сена. Подмигнув гостье, он направился дальше, вглубь деревни. Там уже вовсю кипела работа. Большое число жителей отстраивали дома, дети помогали взрослым таскать доски, инструменты, ведра с водой. Девочка в какой-то степени даже растерялась, не находя себе места в этой суматохе.

— Ох, ты подруга Зунко, верно? — обратился к девочке все тот же рабочий.

Девочка залилась краской, словно кипящий чайничек, и, сжав кулачки, выругалась:

— Никакая я не подруга! Но, вообще-то да, я ищу ее.

— Ее приют находится на холме, тебе через деревню до конца.

— Приют? — девочка слегка удивилась, но лишь ненадолго, опустив взгляд, она смогла выдавить улыбку, — Что ж, спасибо, старикан.

— А-ха-ха, какая дерзкая кошка! Ну удачи тебе, девчушка.

Девочка очередной раз бросила на мужика презрительный взгляд, поправила свой кошачий атрибут, что выглянул из-под шапки, и направилась дальше вдоль главной площадки, на которой располагался фонтан. Она то и дело ругалась на детей, которые бегали вокруг, буквально сбивая девочку с ног. Здесь же она смогла заметить вдали пару знакомых лиц, что сидели в тени под крышей своего дома.

— Кхм! — хмыкнув, девочка последовала дальше, желая поскорее увидеть свою старую подругу, с которой не виделась уже достаточно долгое время.

***

— Ну-ка, Сонг, помоги мне, — попросил Франкс, подтягивая бревно к крыше, где его уже принимали мужчины.

— А, д-да, сейчас! — подбежав к другу, парни вместе напряглись изо всех сил и подтянули бревно наверх.

Франкс, уже бывший командир Сектаторе, похлопал Сонга по плечу, выражая благодарность за поддержку:

— Работы еще много. Отдохнул бы хоть немного.

Грязный от пота, смешанного с сажей, Сонг выдыхал горячий пар, перетрудившийся за весь день.

— Деревня постепенно приобретает тот вид, которым я ее помню, — воодушевленный проделанной работой, сказал Сонг.

— Ну, а ты переживал. Все благодарны тебе.

— Верно, — Сонг оглядел площадь перед собой, на которой бегали дети, — Спасибо Михаилу, за то что смог вывести большую часть жителей из деревни. Спасибо…

Еще раз похлопав парня по плечу, Франкс подтолкнул его в сторону дома.

— Ну ладно, иди отдыхай. Думаю мы пока займемся работой попроще.

Поблагодарив Франкса скромной улыбкой, Сонг принял его предложение и побрел в сторону домика, где он жил вместе с Евой.

— Господи, не приближайся к нам, — раздраженная, произнесла Ева, как только заметила приближающегося Сонга, — Иди хоть лицо сполосни.

— Как скажете, моя королева, — изящно поклонившись, Сонг прошел мимо лавочки, на которой сидела Ева, и все же не сдержался перед тем, чтобы не потрепать ее аккуратно уложенные волосы.

— Ай, придурок! Ну-ка пошел! — хлопнув Сонга свободной рукой по заднице, Ева нахмурилась.

Внизу послышался короткий недовольный плач. Ева сразу же обратила все свое внимание на кулек, что держала на коленях, и на плачущую, закутанную в нем девочку, чья недовольная мордашка выглядывала наружу.

— Ну вот, Рин, твой отец опять тебя разбудил?

Убаюкивая девочку, Ева обратила взгляд на площадку перед домом. Там на нее глядела одна знакомая особа. Ева сразу узнала в путешественнице Шион-Ши. Та лишь коротко кивнула в знак приветствия, и какая-то надутая последовала дальше в сторону приюта, которым заправляла Зунко.

Малышка уже успела утихнуть, посасывая большой палец, но все также глядит перед собой, хватаясь зрачками за каждое движение перед собой.

— Сегодня навестим твою сестренку, — с какой-то грустью произнесла Ева, глядя на дочку.

Вскоре в дверях появился Сонг, успевший привести себя в порядок. Он тут же направился к Еве, присев рядом с ней на лавочку и глядя игривым взглядом на Рин.

— Как же быстро летит время, — вглядываясь в небо над деревней, сказала Ева.

Не отрывая взгляда от дочери, Сонг согласился с ней:

— Уже два с половиной года прошло. Казалось бы, не так много, но…

— И правда.

Больше никто ничего не сказал. Сонг проследил за грустным взглядом Евы, увидел в нем горящее желание вновь увидеть Мику.

— Можем сходить прямо сейчас. У меня нет никаких других дел.

— Угу, — Ева приподнялась с лавочки, перекладывая дочь в другую руку, и медленным шагом направилась к тому домику, в котором жила когда-то вместе со своими родителями.

Как бы Ева не старалась заботиться о доме, он выглядел обветшалым. Пожар прошлого, к удивлению девушки, прошел мимо этого домика, оставив его нетронутым, будто заботился о теплых воспоминаниях Евы. Однако со временем он все равно все сильнее и сильнее требовал реконструкции.

Отперев скрипучую дверь, Сонг пригласил Еву внутрь. Девушка, пригнув голову, прошла в прихожую, оглядывая родные декорации. Кровать, на которой она спала когда-то, кухня, обеденный стол, дверца, выходящая в сад, полностью увядший со временем. И окошко, напротив которого сидела она.

После окончания всей той истории в этом домике поселились Зунко и Мику. Зунко сейчас не было дома, а Мику большую часть времени проводила у окна.

Стараясь не тревожить девушку, Ева прошла вперед и уселась на кровати рядом с креслом Мику. Сонг все еще стоял в дверях. Ева жестом пригласила его к себе поближе, а затем вновь перевела взгляд на Мику.

— Здравствуй.

Мику ничего не ответила, взгляд ее неотрывно смотрел на лесной пейзаж за окном. Она прекрасно слышала слова Евы, и скорее всего поприветствовала ее в ответ. На глазах ее все еще сохранялась застывшая влага. Ева, передав дочь Сонгу, достала из кармашка платочек и вытерла влажные щеки Мику.

Как и до этого, кожа ее была заметно бледной. Щеки впали, пальцы на ручках выглядели такими тоненькими и хрупкими.

Такая картина не могла не заставить Еву в очередной раз загрустить. Сонг лишь молча наблюдал за девушками, с пониманием относясь к чувствам Евы. Сейчас она могла позволить себе немного поплакать.

— Спасибо, — тихо прошептала Ева.

Это благодарность Мику за дочь, за мир, за будущее.

— Думаю, нам всем не помешает прогуляться, — предложил Сонг.

— Д-Да, — вытирая слезы, Ева смогла с улыбкой посмотреть на Мику, — Погуляем, Мику? На улице сегодня солнечно, — зайдя за спину девочки, Ева убрала переключатель тормоза, и повела инвалидное кресло вперед по направлению к выходу, откуда лился яркий солнечный свет.

Сонг молча следовал за ней, поглядывая на дочь и ловя на себе ее любопытный взгляд. Одарив девочку улыбкой, он также про себя поблагодарил Мику за все, что она сделала для рождения этой замечательной девочки.

«Спасибо, Мику.»

Вечность

2007 г. Эра Неизвестна

Сквозь сон к мужчине прорывается образ незнакомой девушки. Он возникает перед ним, убегает, и появляется вновь. Силуэт девушки словно смеется над ним, играя в прятки, но даже во сне парню совсем не до шуток. Он пытается догнать ее, схватить за запястье и обратить на себя ее игривый взгляд и детскую улыбку. Но единственное, что он может — наблюдать за ней издалека. Она не позволит, чтобы к ней притронулись, не проявив достаточно деликатности и заботы.

Ее длинные волосы, собранные в два хвоста цепляют внимание парня. Она всегда улыбается, и даже если не улыбается, лицо ее выглядит довольным и умиротворенным. Глаза ее, словно две жемчужины, в которых кипит жизнь: в них отражается все, на что она смотрит, настолько глубоко, словно вместе с этим в них хранятся все чувства и эмоции, которые она испытывает при взгляде на что-либо. Парень изучает ее, как скульптуру в музее. Пытается запомнить каждую деталь ее одежды, каждую эмоцию, которую он испытывает в ее компании.

Но неожиданно раздавшийся звон возвращает его в реальность. Образ девушки исчезает, как и все пространство вокруг нее, окутавшись в тьму неосвещенной комнаты.

Слегка приподнявшись, мужчина смотрит на часы: 03:39 ночи, или утра. За окном летнее небо, заметно посветлевшее от медленно восходящего солнца. Звон продолжает гудеть.

Мужчина протянул руку и достал с тумбочки у кровати телефон, на автомате провел по экрану и приложил аппарат к уху.

— М… да?

— Прости, что так рано. От коллег я слышал, что ты любитель поработать допоздна, — на другом конце линии раздался короткий смешок.

— Угу, но вот прямо сегодня решил лечь пораньше, как все нормальные люди, — мужчина перевернулся на другой бок.

— Хотел поинтересоваться как успехи с работой.

— Ах, ты про образ? Да, мне уже звонили вечером пару раз. Пока что… тухло.

— Вот как, ну, будем надеяться, что вдохновение посетит тебя.

Мужчина уже готов был бросить трубку, но что-то перед глазами заставило его отбросить остатки сна, и задержать разговор:

— Хотя… п-погоди, есть кое-что!

Пристав с кровати, неаккуратно открыв верхний ящик в тумбочке, мужчина достал оттуда альбом и карандаш, заготовленные на тот случай, если вдохновение посетит его в самый неожиданный момент — как сейчас.

Сконцентрировавшись, он начеркал несколько штрихов, постепенно вырисовывая образ.

— Д-Да, думаю я справлюсь, — глядя на наброски, произнес обрадованный мужчина.

— Мой звонок сотворил чудо?

— Чудо матери природы, вкуснейшее из блюд на земном пиру.

— Значит я все-таки разбудил тебя, Кей?

— Слушай, я перезвоню, завтра, хорошо? — с этими словами мужчина бросил трубку.

Он вспомнил смутный образ девушки из его снов, и теперь старался во всех подробностях отрисовать его. Те же волосы, та же одежда. Но была во снах одна неприятная деталь — все они были бесцветными. Он точно не знал каким именно цветом были глаза и волосы девушки. Вопреки недосказанности, мужчина выбрал цвет, который ему приглянулся на тот момент — аквамариновый.

Образ девушки, что рождался на бумаге, постепенно превратил ее в самую настоящую диву, имя которой — Хацунэ Мику.

Девушка, которая родилась в глубинах сознания иллюстратора, словно он уже видел ее когда-то. Или должен будет увидеть? Откуда же она? Из далекого прошлого? Из далекого будущего? Может и вовсе с другой планеты, такой же далекой? Одно мужчина знал наверняка — теперь она станет близкой каждому.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге