Последний жнец рода.

Глава 1

Я проснулся от того, что в щёку мне упиралось нечто острое. Открыв глаза, увидел перед собой на подушке книгу, что читал перед сном.

Сев на кровати и потерев ладонями лицо, я загрёб копну русых волос набок и сладко зевнул.

В окне, что было, чуть ли не в четверть двери и имело металлическую сетку, виднелся тусклый свет из коридора, а значит, дверь ещё закрыта.

Свесив ноги с кровати и засунув ступни в тапки, посмотрел в белую стену своей палаты.

Ещё раз, сладко зевнув, я скинул белую больничную мешковатую рубаху без пуговиц, что полетела на подушку и, оставшись в одних такого же цвета мешковатых штанах, встал и подошёл к столику.

— Опять протёк, — я скривился, смотря на лужу под картонным стаканчиком, что за ночь лишился трети содержимого. — Хоть бы пластик выдавали. Экологи хреновы.

Осушив свой протекающий сосуд, я поставил его обратно в лужу, и начал выполнять утреннюю зарядку, что постепенно перерастала в полноценную тренировку с собственным весом.

Когда я выполнял упражнения на пресс, в окне моей двери мелькнул силуэт, а за ним и его обладатель. Санитар, что был словно горилла, ехидно уставился в окошко, смотря на меня.

Я же также ехидно ответил ему улыбкой на улыбку и прямо из лежачего положения задрал прямые ноги вверх, ведя их к голове, при этом поставив руки по бокам от головы. Секунда и я вышел в идеальную стойку на руках, после чего мои ноги развелись в полу шпагат, а левая рука оторвалась от пола и помахала злорадной роже в окне.

Морда санитара исчезла, а я принял естественное для человека положение, стоя на ногах.

Да. Два года назад я о таких трюках и мечтать не мог. Именно тогда я попал в эту психушку для богатых и влиятельных сумасшедших.

Здесь, наверное, надо пояснить кто я и почему я в дурдоме.

Зовут меня Денис, и мне двадцать лет, а скоро стукнет двадцать один год. До своего попадания сюда я был простым парнем. Учился, как и все в простой школе, потом поступил в институт. Растила меня одна мать. Как она мне в детстве говорила, мой папаша — космонавт. Короче, улетел. И вот из-за этого космонавта я здесь и нахожусь.

Я уж не знаю, что там творилось у моего отца-космонавта в девяностых и нулевых, но к моменту, как я о нём узнал, он был миллиардером. Почему был? Потому что помер, от какой-то неизлечимой болезни, став при этом доказательством фразы — хотел как лучше, а получилось, как всегда.

Всё своё состояние, что в большем роде состояло из акций и компаний, батя завещал мне, ибо больше, как выяснилось, детей у него не было. Но вот это явно не понравилось совету директоров его империи. В завещании, батя параноик, что прошёл девяностые, вроде всё предусмотрел. Да не всё, как мне потом объяснил Дмитрий Геннадьевич, что являлся в узких кругах дьяволом в бухгалтерской и юридической сфере, на чём и поехал крышей и отдыхает через палату от меня. Любимая фраза Дмитрия была — Приди, возьми. Не можешь? Значит, уже не твоё. Колоритный персонаж.

Так вот. В случае моей смерти все активы отца замораживались на двадцать лет, а акции должны были отойти благотворительным фондам по всему миру. Короче, если я труп, то корпорация аннулируется. А если я захочу продать акции и прочее, то цена может быть только в три раза больше рыночной.

В общем, не буду вдаваться в прошлое. Скажу просто. Совет директоров нашёл лазейку. Мне подстроили инцидент с глюками и вот я в психушке и по документам, пока не являюсь дееспособным, а значит, всеми делами занимается совет директоров.

Здесь была частная клиника для психически больных людей, а значит, каждый сотрудник здесь был куплен с потрохами, так что на честную экспертизу мне можно было не надеяться.

Первый месяц для меня здесь был сродни аду. Препараты и десятки психов. Иногда очень агрессивных, если ты скажешь им, к примеру, что яшеро-гадук с планеты рукавиц не существует или ещё что, почём у них там кукушка уехала.

Я думал, что действительно свихнусь. Но так просто задаваться я был не намерен, а ломаться и тем более. Поэтому я решил, что точно рано или поздно выйду отсюда, а пока надо адаптироваться.

Препараты я научился не пить, а от скуки стал общаться с теми, кто здесь лежал и на этом моменте и понеслось.

Знаете ли вы, насколько может быть дружелюбен и фанатичен псих, если ты проявил заинтересованность в его любимой теме.

Теперь после двух лет, проведённых здесь, я мог многим похвастаться. Одно только моё тело чего стоит. Любой бы позавидовал. Спасибо за это Якову. Мужик слетел с катушек, будучи помешанным на физических тренировках с железом и собственным весом, а также питании.

Когда я проявил интерес к его тренировкам, мужик аж воспылал и, задав мне сотню вопросов и измерив, моё тело вдоль и поперёк, подготовил адскую для меня и базовую для него программу тренировок.

Филонить и отлынивать не получилось, Яков за этим следил и мог очень обидеться за надругательство над его тренировочной системой, а посещать медпункт мне каждый день не хотелось. Одного раза хватило.

И это был, только один из многих, с кем я здесь стал водить дружбу.

Закончил я тренировку комплексом из ушу школы обезьяны. Да у меня в друзьях есть сам король обезьян — Виталиком зовут. Вроде бы.

Свет в коридоре включился, и послышались звуки отпирающихся дверей. Я же подойдя к пластиковой раковине, что больше походила на мяч, умыл лицо и тело, после чего, утёршись полотенцем, вновь натянул мешковатую рубаху и нацепил тапки, хрустя шеей, делая наклоны вправо влево.

Вскоре и моя дверь открылась, после чего я вышел в коридор, видя, как из своих номеров начинают появляться люди.

Так как в комнатах был и туалет, никто не бежал в уборную наперегонки, а размеренно направлялись в столовую.

Я также пошёл в столовую и был, окликнут высокой и худой женщиной в огромных очках и неизменным пучком на голове. Пациентка обратилась ко мне на немецком наречии, я же улыбнувшись женщине, также ответил ей на приветствие, приветствием всё на том же немецком языке.

— Отлично Денис, — тоном строгой учительницы пуританской школы произнесла женщина. — Как только мне привезут книги. Будем учиться читать. — Вспыхнули азартно глаза женщины, что была похожа на стрекозу.

— С нетерпением жду. — Натянул я улыбку, вспомнив, как я мыкал-брыкал, учась читать по-английски и, когда Станислава Олеговна от моего кощунства чуть не воткнула мне в ляжку карандаш. Зато теперь я могу читать книги в оригинале.

Войдя в просторную столовую с белой мебелью и огромно раздачей, где, кстати, кормили как в ресторане, я, взяв всё в том же картонном стакане кофе и пару булочек, что только испеклись, направился к столу у окна.

Сев на любимое место, я посмотрел в окно, из которого виднелся осенний лес, а через секунду рядом со мной плюхнулся на стул Яков, кидая цепкий взгляд на картонную тарелку с булками.

— Углеводов, на сегодня достаточно. Больше белка и клетчатки.

Я, оторвавшись от окна, перевёл взгляд на грозу физического совершенства, что выглядел как Аполлон и, в этот момент на стол упала увесистая такая книга, от чего качёк чуть не снёс рукой мои булочки.

— Вот, — навис над столом мужчина с зачёсанными волосами, на носу которого были очки. — Наконец-то прислали. Жаль, что только теория. Ну, ничего. Думаю, Яков по ассистирует нам трупом. У него такое тело. Можно анатомию мышц, сухожилий и связок без вскрытия изучать. Да и у вас Денис уже не хуже.

Я слегка коряво улыбнулся, словно моё лицо свела судорога, смотря, то на огромный медицинский фолиант, то на выдающегося в прошлом хирурга. Доктора наук и просто человека, который с огнём в глазах мог рассказывать, как и где надо копаться в человеческом теле.

В общем-то, по словам Аркадия Виссарионовича, с которым мы изучали медицину вот как уже год. Он бы меня взял без раздумий ассистировать даже на операцию на сердце, а там аппендикс вырезать или что-то похожее, то и вовсе бы не раздумывая, поручил, а сам бы просто рядом постоял.

Яков, услышав, что его хотят притянуть на очередное врачебное изыскание, быстро потерялся, а я, придвинув книгу, поблагодарил Аркадия. С этим дядькой были шутки плохи. Он мог препарировать человека пластиковой ложечкой и при этом улыбаться, указывая на названия вываливающихся аргонов.

— Всё учишься. — Раздался голос из-за спины бывшего светила медицины, к которому по слухам, ехали лечиться даже из-за бугра.

Мы с Аркадием повернулись на голос и увидели мужчину лет пятидесяти, что выглядел как депутат с плаката.

— Доброе утро Семён Игоревич. — Отпил я кофе, держа ладонь на убийственной по весу книге, словно готовясь дать присягу или клятву Гиппократа.

Врач также поздоровался и сел напротив меня. То же самое по-хозяйски, но при этом сдержанно сделал и Семён.

— Как вчера всё прошло? — Поинтересовался я у Семёна.

Мужик расплылся в улыбке и откинулся на спинку стула, присев рядом с врачом.

— Да как обычно. Директор этой богадельни хотел развести базар, а по итогу молчал, как осётр. Не вышло панты покидать у начальника. Радовался он, что в отпуск уходит, и его замещать будет какой-то дядя, от которого мы тут все вспотеем и на минус сядем и, что не стоит с ним рамсить.

— В отпуск? — Аркадий вскочил со стула. — А моя программа. Что тогда с моей подготовленной программой. Мне пора. Полистай книжку. — Обратился врач уже лично ко мне и уметал из столовки.

— Не. Хороший он мужик. Инициативный. Но на дело бы я с ним не пошёл. Слишком он мягкий, что ли, в отличие от тебя Денис. С тобой хоть вдвоём на стрелу. Эх, в девяностые мы бы с тобой дел наворотили.

Я уже привыкший к Семёну Игоревичу, что в прошлом явно не цветочки растил и был весьма уважаемым бизнесменом и даже одно время депутатом, пока его на прошлом не переклинило, и его сыновья не запихнули папаню в клинику. А то мало ли опять рынки, опг, стрелы. Делюга.

— Заява, конечно, серьезная, базара нет. — Ответил я мужчине, что от моих слов расплылся в улыбке.

— Короче, если этот Васёк здесь борзеть начнёт, придётся ему объяснить, зачем в хлебе дырочки. Можно даже, как его там. Малахитового императора взять с собой, сойдёт за бешеного азиата. — Засмеялся Семён.

Я же поддержал мужика смехом, а про себя подумал: — «Не малахитовый, а нефритовый император».

— Кстати, слышал, что Южные холмы на ремонт закрывают. Там якобы бассейн строить будут и ещё чего-то. А пока, то сё, некоторых пассажиров к нам направят. Сегодня в хате будут гости.

Во второй половине дня, во время якобы занятий со специалистами, что должны нас возвращать в нормальное состояние, действительно прибыли новенькие психи.

Вообще, мой день был весьма насыщен, поэтому мне некогда было думать о тех, кто сюда приехал. Хотя частенько я чувствовал на себе взгляды новичков. Скорее всего, по причине того, что я тут был как бы самый молодой и многим в дети да внуки годился.

Однако о новеньких я вспомнил, а также и увидел за ужином, когда сев с подносом за любимый стол практически под конец ужина. Ибо моя тренировка с царём обезьян и нефритовым императором затянулась, а под конец я и вовсе разнимал этих двоих, что решили выяснить чьё кун-фу лучше. Вот и задержался.

Сев за стол, я посмотрел, как обычно, в окно, а передо мной появилась странная и незнакомая мне женщина лет так чуть больше сорока, что в упор смотрела на меня, облокотившись руками об стол.

Вид неизвестной мне особы был тучным, а волосы слегка растрёпанными и взъерошенными.

— Я Эра. Богиня неприкаянных и заблудших душ. А также магии. Я из другого мира. — Вылила на меня с ходу без сдрасти, информацию весьма чудаковатая женщина с носом картошкой.

Я даже бровью не повёл, только отнёс женщину в разряд фэнтези психов.

Таких тут тоже хватало. Чего только стоил Егор Игоревич, что в свои пятьдесят лет возомнил себя волшебником и реинкарнацией самого Мерлина. Да и богиня здесь тоже была, правда выписалась пару месяцев назад. Она, кстати, тоже была, из какого-то мира и сюда попала из-за неудачного магического эксперимента.

— Я Денис. Просто Денис. — Слегка с опаской посмотрел я на новенькую, не зная, что она может выкинуть. Всё же новенькая.

Хотя здесь главное — соблюдать правило «Да конечно, я тебе верю» и будет всё хорошо в девяноста восьми процентах из ста.

— Да, мне плевать кто ты. Главное, что ты больше всех здесь подходишь, — Эра, как назвала себя женщина, фыркнула. — У меня мало времени. Я тут ненадолго проявилась, даже сама не знаю, как это вышло. Моя духовная проекция с трудом воплотилась в этом теле. Да и маны в этом чёртовом месте нет. Так что слушай.

Я много здесь бреда повидал и услышал, так что на слова женщины, что именовала себя богиней, только мило улыбнулся, но на всякий случай убрал с подноса ложки от греха подальше.

— Ты же не хочешь сгнить в этом месте и сдохнуть. Так что, я предлагаю тебе сделку. Я помогу тебе выбраться и жизнь в новом мире. А ты помогаешь мне.

Я даже не удивился. Чего я тут только не наслушался за два года жизни. К примеру, один мужик обещал меня отвести в Хогвардс и помочь устроится в мире магов, что живут себе припеваючи за скрывающих их заклинаниями. Также мне предлагали жить под водой у Посейдона.

— Ты обязуешься найти мои божественные артефакты, в которых осталась частичка моей божественной сути, и возродить меня, — напирала как на стол, так и на меня, как её? Эра вроде. — А я обязуюсь тебя вытащить отсюда и дать тебе возможность жить в новом мире.

— Ок, — слегка отодвинул я стул от стола. — Как скажешь. Если выйду отсюда, обязательно поищу, думаю, мир действительно слегка изменился за то время, что я здесь нахожусь. А нет. Можем здесь вместе поискать как-нибудь.

— Ты идиот? — Эра наградила меня презрительным взглядом. — А, к Мандолу тебя. Просто скажи да, что согласие на условия сделки. Согласен? — Якобы богиня оттолкнулась руками от стола и, обогнув препятствие между нами, встала прямо надо мной, словно сверкая глазами.

— Хорошо-хорошо, — слегка шарахнулся я в сторону от обитательницы дурдома. — Только не нервничай. Найдём мы твои артефакты. Всё будет хорошо.

Эра криво улыбнулась мне и произнесла, поднося указательный палец правой руки к губам:

— И такое согласие пойдёт.

Стоило женщине договорить фразу, как она укусила свой палец до крови, а через секунду прыгнула мне на колени, оседлав меня, под жалобный скрип стула. Ведь весела тётка немало.

Оттянула ворот моей больничной рубахи, эта психопатка стала быстро мазюкать кровью мне чуть ниже ключицы.

— Твою мать! Женщина, ты, что творишь на хрен. — Был я в полном шоке от выходки психопатки.

Эра же в свою очередь, убрав окровавленный палец от моего тела, произнесла, чуть ли не на ухо мне:

— Как вселишься в тушку в новом мире, не будь идиотом, а то опять в психушку угодишь дорогуша. И помни про уговор.

Я и слова не успел сказать, а эта Эра слезла с меня и, сделав шаг в сторону, застыла столбом смотря в одну точку пустым взглядом, но не прошло и двух секунд, как тучная психопатка моргнула и её взгляд приобрёл осмысление, насколько это возможно в дурдоме.

Несмотря на меня, эта богиня из другого мира заметила окровавленный палец и, схватив его, вереща, побежала меж столов, задевая их своей тушей, на выход.

— Обеденное время вышло! — Эхом из динамика прозвучали слова по столовой.

— Психушка. Мать её, — я встал со стула и с досадой взял маленькую булочку. — Пожрать не дали.

На часах было девять вечера, когда я закончил вечернюю тренировку и, у меня ещё оставался час для чтения.

Подойдя к тумбе, я заглянул за неё, где стопками лежали книги.

— И что почитать? — Смотрел я на бумажные издания.

Взгляд бегал по обложкам разномастной литературы, а через секунду я взял в руки медицинскую энциклопедию, что сегодня утром притащил мне Аркадий Виссарионович.

Завалившись на кровать, я открыл этот увесистый талмуд и начал читать. Через какое-то время мои глаза стали слипаться и я сам не заметил, как уснул за чтением.

Проснулся же я от жжения в области правой ключицы. Открыв глаза, я понял, что проспал отбой и выключение света, уснув прям в одежде на нерасплавленной кровати.

— Что за дела? — Морщась от жжения на груди, протянул я, оттягивая ворот рубахи, наклоняя голову. — Что за на хрен?

Быстро скинув рубаху, я уставился на светящиеся линии под правой ключицей, в том месте, где ненормальная баба измазала меня кровью.

Проведя пальцами по тускло светящемуся рисунку, я скривился от острой жгучей боли, а моё сердце словно сжалось тисками.

Тяжело дыша, я на автомате схватился за грудь в области сердца, а в глазах на миг потемнело.

В голове же была только одна мысль. Надо встать и добраться до двери, где была кнопка вызова санитара.

Боль в сердца повторилась, только в разы сильней, от чего в глазах вновь потемнело, а дыхание сбилось и на секунду замерло.

Терпя жгучую боль, я кое-как свесил ноги с кровати и встал, но через секунду пришла третья волна боли, от которой я только сдавленно прохрипел и завалился назад, переставая дышать.

Сознание пришло вместе со светом фонарика, что светил мне в глаза.

— Реакция на свет есть. — Глухо доносились до меня чьи-то слова.

— Грузим его на каталку.

— Как? Нас всего двое.

— Зови водителя и пожарников тоже.

Перед глазами вместе со светящимися плывущими, размытыми кругами мелькали незнакомые лица людей, а потом, мня, схватили за одежду и приподняли, кидая на холодную поверхность.

— Ять. Чуть спину не надорвал. — Слышал я слова какого-то человека.

Рывок, и вот меня куда-то катят, в уши же доносится звук медицинской сирены, а через пару мгновений, раздался удар и, меня тряхнуло, а в глаза ударил яркий свет ламп салона скорой помощи. Куда меня задвинули врачи.

Двери захлопнулись с глухим стуком, и машина тронулась с места, оглашая своё движение сиреной.

— Куда едем?

— В госпиталь. Ты что герб не видел?

— Видел. Так он же лишённый.

— Да какая разница-то. Аристократ он. Значит в госпиталь.

Мне же что-то вкололи, и я вновь потерял сознание, но перед этим я увидел перед глазами некое табло, что висело под потолком и просвечивалось лампами.

Система божественный помощник «Источник знаний» зарождается.

Глава 2

Очнулся я с дикой головной болью, которую я испытывал, наверное, только на утро после дня первокурсника в университете.

Голова трещала, а к горлу подкатывал ком. Во рту же словно устроили лоток кошки и, почему-то пахло картошкой фри, потом и медикаментами.

Перед глазами белый потолок, а сбоку капельница, чья трубка шла к моей руке.

— Откачали, — я тихо простонал, слыша, словно не свой голос через заложенные уши. – Моя жизнь стоит пока миллиард. Ещё бы не откачали.

Я попытался привстать на локтях, и услышал жалобный скрип койки, что словно молила меня не двигаться, иначе ей придёт конец.

— Не вставайте, — откуда-то с боку донёсся женский голос, что ударил по воспалённому мозгу не хуже плети. — Я позову врача. Лежите, пожалуйста, спокойно.

Послышался стук каблуков, а я вернулся в исходное положение.

— Ох, блин, — подавил я рвотный позыв от витающего рядом со мной запаха. — Какая зараза здесь картошку жрала. Боже, как же воняет-то.

Не успел я даже куда-либо посмотреть кроме потолка, как в палате под звук каблуков раздался мужской баритон:

— Алекс, как вы себя чувствуете? Мы уже оповестили вашего опекуна, что вы в госпитале.

— Что? Это вы м… — Не успел я повернуть голову и закончить фразу, как волна головной боли заставила взвыть меня в голос, а перед глазами стали мелькать разные люди, события и даже фразы. Я словно проживал чужую жизнь, и эта жизнь была как раз какого-то Алекса.

Сквозь мои стоны я услышал как мужик, что явно был врачом. За ним же вроде бегали, распорядился что-то мне вколоть, а потом я почувствовал укол иглы.

Полчаса спустя.

Я сидел на больничной койке и смотрел в одну точку на стене, а за моей спиной стонал от боли какой-то мужик, привезённый в палату десять минут назад.

Свободная от иглы капельницы рука поднялась к лицу и почесала между вторым и зарождающимся третьим подбородком.

В голове же помимо своих и чужих воспоминаний о прожитых жизнях, крутилась фраза сумасшедшей бабы, что затмевала всё. Как её там? Эра. Богиня чего-то и кого-то.

— «Как вселишься в тушку в новом мире, не будь идиотом, а то опять в психушку угодишь дорогуша. И помни про уговор».

— Скотина ты Эра, а не богиня. — Протянул я одними губами, всё, смотря в одну точку, и в этот момент перед глазами появилась неведомая хрень, напоминающая прямоугольный экран.

Система — божественный помощник «Источник знаний» готова к работе.

Желаете ознакомиться с собранной информацией?

Мой потерянный взгляд не поменялся, а на лице не было и тени нового удивления.

— Сгинь нечистая. — Выдохнул я, смотря через табло всё в ту же выбранную точку на стене.

Табло исчезло, а я всё пялил в стену, сидя на больничной койке с опущенными на пол ногами.

— Алекс? Алекс, ты как? — Раздался со стороны двери взволнованный запыхавшийся женский голос, а через секунду передо мной появилась огромная грудь, а мои щёки сжали тёплые женские ладони, что задрали мою толстую, как у откормленной свиньи голову вверх. — Алекс? Алекс, тебе плохо? Где болит?

Я моргнул и уставился в лицо красивой женщине, что на вид было чуть больше тридцати.

На лицо женщины, что склонилась надо мной, держа меня за огромные щёки, падали пышные волосы цвета каштана. Одета Арина, так звали эту женщину, спасибо памяти Алекса, была в строгую блузку и стогую офисную юбку бежевого цвета.

Арина была очень красивой женщиной, но сейчас её красота ушла на второй план, уступив место взволнованности и явно затяжному испугу.

— Плохо? — еле ворочал я губами, на которые залезали щёки от сжатия их ручками Арины. — Можно и так сказать.

В этот момент в общую палату вошёл врач и Арина, выпустив лицо из весьма такой мощной хватки, пошла, беседовать с этим дядькой, а я так и остался сидеть и смотреть в стену.

Через какое-то время Арина вновь предстала передо мной и, так как я сидел на кровати, первое, что я увидел это её большущую грудь.

— Алекс, врач сказал, что тебя нет смысла держать здесь. Я вещи захватила. Переоденься и поехали. Хочешь, в фастфуд заедем по дороге. Купим крылышек, картошки, лимонада? — Протянула женщина мне пузатый пакет.

Я протянул мясистую руку, что могла весить килограмм тридцать и, взялся пальцами-сардельками за огромный пакет.

— Спасибо. Откажусь. — Пытался я прийти в себя и взять себя в руки.

— Что? Точно не хочешь? Можем на дом заказать. — Со смесью удивления и страха смотрела на меня Арина.

— Вообще, не хочу. Может, в другой раз. — Держал я в руке пакет, начиная вставать, после того, как мне отсоединила капельницу, пришедшая с врачом медсестра.

Сотрудники госпиталя вышли из палаты, а я поплёлся за ширмочку, что вряд ли могла меня полностью скрыть от глаз.

— Тебе помочь? — Послышалось мне в спину предложение Арины.

— Нет. Спасибо.

Зайдя за ширму, я стащил с себя больничную то ли сорочку, то ли халат, что был огромным, и мог, наверное, укрыть большую часть средненькой машины и посмотрел на своё огромедное брюхо, за которым не было видно моего теперь уже младшего меня. Да что его. Колен не было видать.

— Твою мать. Тебя что на выставку жиробасов откармливали, что ли? — Вытаскивал я из пакета вещи, что могли служить чехлами для больших таких вещей. — Я стою-то минуту, а уже уставать начал и потеть. Эра, я ненавижу тебя.

— Точно помощь не нужна? — Арина встала перед ширмой и заглянула за неё.

Я дёрнулся и по телу пошло жировое цунами, хотел бы сказать, что прикрыл хозяйство, но прикрыл я живот, что прикрыл хозяйство.

— Ты чего? Алекс. — Арина удивлённо посмотрела на меня голого.

Я моргнул и произнёс, всё ещё держа руки на брюхе:

— Ничего. Я сам.

Лицо Арины исчезло, а я, взяв в руки огромные, словно парашют семейные труселя на которых мне улыбались мультяшные звёздочки, попытался их надеть.

С первого раза не вышло. Я был настолько толстый, что не мог нормально наклониться или подтянуть к себе ногу. Мешало буквально всё.

Зло, сжимая зубы и цедя чуть слышные ругательства, я всё же справился, только когда облокотился на стену и в первый раз увидел маленького себя. Хотя мини я, был и весьма и маленьких размеров.

Следом за трусами, я, тяжело дыша, кое-как надел огромные джинсы и подтяжки, что были почему-то уже пристёгнуты к штанам, а после и плотную майку чёрного цвета, что пахла кондиционером для белья и слегка жареной картошкой. Видно, даже стирка не могла вытравить из одежды Алекса едкий запах фастфуда.

Одевание заняло у меня чуть меньше десяти минут и принесло мне усталость и симптомы отдышки.

Проведя руками по майке расправляя ткань, я почувствовал ладонью нашивку слева в области груди.

Кое-как опустив голову, я помог себе руками, оттягивая ткань, увидел рисунок. Скрещённые серп и коса, а посередине где древки перекрещивались облако, то ли дыма, толи ещё чего, а наискосок рисунок перечёркивала чёрная толстая линия.

Память Алекса любезно подсказала, что это за такое.

Рисунок — это родовой аристократический герб рода Тумановых, коем являлся Алекс, а теперь уже я. А чёрная линия говорила, что парень хоть и аристократ, но род больше не имеет статуса и аристократическим родом как таковым не является.

— Алекс, ты всё? — Лицо Арины вновь появилось из-за ширмы и, сбила меня с мыслей о том, что я теперь до кучи ещё и недоаристократ.

— Да, — провёл я рукой по груди в области герба и шагнул к женщине.

В вестибюль огромного госпиталя мы пришли только минут через двадцать, хотя всего-то надо было пройти больничный коридор и спустится на лифте на первый этаж. А всё это потому, что я ходить быстро не мог, да и уставал быстро, от чего начинал потеть едким таким потом, словно это был не пот, а луковая настойка с добавлением нашатыря.

Арина, что-то болтала, о том, что сказал ей врач и какое лечение рекомендовал, а я, тяжело дыша и переваливаясь с ноги на ногу, думал над своей участью в теле жиробаса.

Если б Яков увидел меня таким, то в лучшем случае поседел бы до глубины яиц, а потом бы меня ждал ад и море клетчатки.

В голове же пока была каша. Мои и чужие воспоминания создавали неразбериху, а чужая память работала пока что только на явные знакомые раздражители, как Арина и герб рода.

Хотя чем больше проходило времени, тем больше упорядочивались мысли в моей голове.

Идя по вестибюлю госпиталя, я чувствовал на себе многочисленные взгляды, а где слышал и тихие смешки. Оно и понятно. Шёл я как медведь с последней стадией ожирения, что последний год сидел на бочке и получил форму ног колесом.

Арина же шла чуть впереди, цокая каблуками и веля бёдрами, но явно делала женщина это неосознанно.

Я хоть и был в шоке, и полном ауте, но всё же залюбовался на округлые упругие бёдра в обтягивающей юбке. Оно и понятно. Я два года был в психушке, а там красивых женщин не было. Думаю, богатые и молодые девушки и женщины редко сходили с ума. Времени у них на это не было. Шопинг, курорты, спа процедуры и прочее.

Так что можно сказать, я увидел красивую особу впервые за долгие два года. И вот сейчас идя за Ариной, что была моим опекуном, ведь родни у меня не было как таковой.

Были, конечно, дальние родственники, как подсказывала память Алекса. Но это уже не Тумановы. А всякие другие аристократические семьи. Короче, седьмая вода на киселе.

Я шёл и смотрел на соблазнительные бёдра женщины и, в груди теплилось чувство некого возбуждения, но только в груди. Ведь я начинал со страхом понимать, что от такого вида за долгое время внизу у меня было спокойно, как на кладбище.

Да, нет. Это просто стресс, от такого невероятного события, да и тело вроде получило сотрясение головы ещё с прежним Алексом. Так что рано паниковать. Рано. Шёл я за следом за Ариной, успокаивая себя.

Когда мы были практически у дверей госпиталя, Арина остановилась, смотря через стеклянные двери на улицу, где расходился дождь.

— Давай здесь подождём, пока я вызову такси. — Арина наградила меня ослепительной улыбкой и добавила. — Точно через Биг-Бургер не поедем?

Я же, тяжело дыша и чувствуя усталость в ногах, отрицательно замотал головой.

— Нет. Хватит мне жиров и углеводов пока, — с лёгкой отдышкой в голосе произнёс я, смотря по сторонам и, увидел навороченную скамейку для ожидания в виде чуть ли не кресел. — Я тогда пойду, посижу. Пока такси едет.

Арина кивнула, а я, кое-как переваливаясь с ноги на ногу, пошёл к сидячим местам и как только дошёл до них, сразу плюхнулся на скамейку, что жалобно скрипнула и задрожала, заняв своей жопой практически два места.

— Сколько же я вешу? — Я протянул одними губами и, тут передо мной появилось вновь табло, что дублировало надпись голосом, что звучал весьма живо, а не как бездушная озвучь-ка.

Хозяин желает ознакомиться с собранной информацией по себе?

Я уставился на табло, что хоть и было прозрачным, но всё же мешало обзору. Конечно, от таких глюков можно было вновь впасть в шоковый ступор. Но я принял выданные здесь успокоительные, и они накладывали свой эффект.

— Ну, давай, — протянул тихо я и добавил. — Только можно обзор не заговаривать.

Применяю минимальные зрительные параметры.

Табло дрогнуло и стало совсем маленьким и перестало загораживать обзор.

Предоставляю выписку.

Алекс Романович Туманов — 19 полных лет.

Рост — 180 см. Вес —180 кг.

Магический родовой дар — Жнец.

Магический элемент, что открывается жнецам на 7-й ступени, отсутствует.

Магический потенциал — 0 ед. мана джоуль.

Индекс магического развития: — 1-я ступень. Не открыта.

Родившийся после перерождения дар на основании души хозяина и присущего в теле дара — Поглотитель сущностей.

Доступно перенять 5 магических элементов магии начиная с 7-ой ступени магического развития и должного уровня единиц мана джоулей, через половой контакт. Сила и выраженность магического дара партнёра не имеет значение. От магического элемента после принятия нельзя отказаться или убрать.

— Алекс? А-лек-ссс? — Арина махала перед моим лицом ладошкой.

Я моргнул, пытаясь понять полученную информацию, в которой для меня было ничего не понятно, кроме того, что я был нормального роста и писец какой жирный. Хотя, что я жирный я и так видал и чувствовал воочию.

— А? Что? — Я посмотрел на опекуншу.

— Пошли, — Арина улыбнулась мне, слегка склонившись надо мной. — Такси приехало.

— Ага. Иду. — Встал я под скрип кресла-лавочки.

В этот момент стеклянные двери госпиталя разъехались, и в вестибюль вошли люди в чёрных костюмах с зонтами в руках, а впереди этих мистеров Смитов шла стройная рыжеволосая особа.

Девушка, спустив пальчиками солнцезащитные очки на кончик носа, окинула взглядом это место, а к незнакомой особе, что сошла, словно с обложки журнала, уже спешил администратор клиники.

Так как свита рыжей девушки заняла всё пространство в дверях, мы с Ариной, как и ещё несколько человек остановились неспособные пока выйти.

Рыжая же девушка, всё так же через приспущенные очки перевела взгляд с администратора, на нашу кучку людей, что желали выйти в занятые двери и её взгляд скользнул и по мне.

Девушка скривила губы в этот момент, а потом словно слегка удивилась, когда её взгляд упал на мою нашивку с гербом.

Но через секунду девушка отвела глаза, кинув ещё только один мимолётный взгляд в мою сторону. Хотя мне могло это только показаться, после чего шагнула вместе с администратором госпиталя, к стойке информации. Мы же пошли к освободившимся дверям и, выйдя из госпиталя попав под дождь, быстро зашагали к такси, что ждало нас у входа.

Арина, естественно, была первой. Когда женщина уже заняла своё место на переднем сидении и даже успела пристегнуться, я только подходил к машине.

Открыв заднюю дверь, я кое-как влез в салон, после чего мы тянулись с места.

На улице был уже вечер, да и дождь расходился в ливень, а я смотрел в окно машины, как в первый раз.

Перед моими глазами предстал город. В принципе, то, что я видел, не многим отличалось, к примеру, от Москвы или другого города миллионщика. Высотки, торговые комплексы и жилые дома. Неоновые и просто светящиеся вывески на фасадах домов. Мимо проезжают обычные машины. Вон пожарка промчалась, а за ней и скорая.

Хотя отличия всё же были, просто из-за темноты и дождя я сразу так и не рассмотрел.

Архитектура тут была слегка другая. Словно в двадцать первом веке вновь решили возродить и добавить к строениям старый стиль.

Но чем дальше мы ехали, тем больше отличий я наблюдал. Улицы менялись и превращались в подобия улиц Лондона с его архитектурой.

Я же смотря в окно, напрягал память Алекса, пытаясь понять, а где теперь я живу?

Память хоть и неохотно, может потому что меня укачало в машине, но всё же всплывала.

Оказывается, что нахожусь я в России двадцать первого века, где есть и царь, и парламент. Город же, этот был миллионником и важным промышленным центром.

Меж тем минут через тридцать, машина под проливным дождём и практически в полной темноте остановилась, пробивая светом фар тёмную стену дождя.

Арина ловко покинув машину, и быстро устремилась к забору с каменными колоннами с метр высоту и железными прутьями, а я, кряхтя только через минуту под насмешливый взгляд водилы, выбрался из салона авто.

Задняя дверца хлопнула, а машина умчалась в темноту улицы, а я шагнул на тротуар, смотря, куда меня привезли.

Оказалось, что дома тут строились по проекту ленточной террасной застройки. То есть такие дома строились стена к стене и имели вытянутую форму прямоугольника или цилиндра. Все дома были одинаковыми и стояли стена к стене, имея собственное крыльцо и три этажа, по одному окну на каждую сторону от крыльца, и чердачное круглое окошко на острой крыше.

Выглядели же эти домики, мягко говоря, ветхо, что проглядывалось даже в темноте.

Арина, уже спрятавшись под козырёк крыльца, ждала меня, а я только шёл к открытой калитке, вымокая при этом до нитки.

Вскоре и я очутился под козырьком, и тогда Арина открыла дверь ключом, и мы попали внутрь дома.

Как я и думал. Узкий коридор и кухня с кладовой и маленькой гостиной на первом этаже. Значит, жилые комнаты — это второй и третий этаж.

Скинув обувь, я крутил головой по сторонам и вспоминал незначимые моменты жизни Алекса, что всплывали в памяти.

Зайдя в гостиную, где всё было скромненько, я посмотрел на не горящий камин, часть портала которого смотрела на меня отвалившимися кусками камня.

— Алекс тебе бы переодеться. Весь вымок. — Раздался голос из арочного проёма в зал.

Я повернулся на голос Арины, и увидел женщину, чья блузка тоже намокла от дождя и сейчас просвечивала, слегка открывая очертания белого бюстгальтера.

— Хорошо. С трудом отвёл я взгляд от женских прелестей.

Из коридора же послышался топот, словно кто-то спускался по лестнице, а потом раздался молодой женский голос:

— Ну и стоило мне тут нервы трепать! Что ему будет-то. У мягкого в окружности с метр подушка безопасности. В его сале даже пули застрянут, наверное. — Появилась в арке молодая стройная блондинка.

Я же чуть не поперхнулся от вида, что передо мной открылся. Память же мне подкинула имя этой девушки — Ника.

Так вот, в арке стояла Ника. На девушке была надета воздушная блузка и в принципе всё. Если не считать маленьких чёрных трусиков, что плохо были прикрыты краями блузки, а в руках Ника держала светло, практически белые джины.

От такого вида у меня защемило сердце, что стало биться быстрее. Но отклика на такой сексуальный вид красивой блондинке со средними длины волосами и чёлочкой у меня в штанах не последовало.

— Ника! — Повернулась вполоборота Арина на блондинку. — Я тебе сколько раз говорила, чтобы ты не щеголяла по дому в одних трусах. Сложно было сначала надеть джинсы, а потом спустится?

— Сложно было сначала съездить в больницу и всё узнать? А не трепать мне нервы сообщениями и звуками? Да и это наш дом. Как хочу, так и хожу. Кого здесь стеснятся-то. Да пухлый? — Обратилась Ника уже ко мне.

— Наверное, — буркнул я, озадаченный неисправностью своего организма, который должен был сейчас вовсю набирать мощь.

Память же деловито предоставила мне знание, что в этом доме Алекса за мужика не считали вообще, отсюда и хождение в таком виде и прочее. Как, к примеру, предложение Арины помочь мне переодеться. — Писец шампанское без пузырьков. Я для них как толстый кот.

— Ты чего там бормочешь, а мягкий? — Ника натягивала джинсы, начиная скакать на одной ноге.

— Прилечь мне надо, — Отстранённо протянул я, делая шаг к дверной арке.

Час назад. Госпиталь для аристократов.

— Вадим, — Лидия обратилась к рослому мужчине в чёрном костюме, которому было чуть больше сорока лет. — А что за герб был у того толстяка? Что, наверное, сдохнет скоро от ожирения. Я почему-то не знаю такого.

Вадим сделал большой шаг и поравнялся спереди идущей рыжеволосой девушкой.

— Это герб рода Тумановых. Когда-то они были аристократами высшего порядка. Род жнецов, что обладали ярко выраженными способностями к магии. Сейчас, как я знаю, этот толстый парнишка вроде бы получается последний из рода Тумановых. Правда, лет сто как, магов в роду сильных не было. Выродились, наверное. Сам же род был после последнего прорыва вовлечён в войну родов и сокрушён Волокитскими. Род был разорён и предан процедуре аристократической упадка. Так что этот паренёк лишён права и титула аристократов высшего порядка. Аристократ он номинально. — Словно прочёл лекцию Вадим своей госпоже.

Лидия же только хмыкнула.

— Теперь понятно, почему я не знала этот герб. Никудышные маги и жнецы в придачу, и уже задворки истории. Спасибо Вадим.

Глава 3.

Не знаю, насмешка ли это судьбы или просто стечение обстоятельств, но моя комната находилась на третьем мать его этаже.

Я пока поднялся по лестнице, вспотел как боров и даже останавливался, чтобы перевести дух. Так жить нельзя.

Очутившись у себя в комнате. Наверное, так уже можно говорить. Ведь тело Алекса уже моё, я попал в комнатушку чуть больше моей бывшей палаты.

Одна стена здесь была продолжением покатой крыши и, около неё стоял письменный стол, на котором находился старенький, как я понял компьютер.

На полу не было ни ковра, ни линолеума. Просто покрашенные доски. В комнате также была кровать с очень маленькими ножками, рядом с которым стояла большая бельевая корзина и, угловой шкаф рядом с которым стояло местами заштопанное кресло внушительных размеров, чтоб явно убралась моя жопа, а рядом с креслом стоял пуфик для ног и торшер. Также рядом с креслом у стены стоял старый на вид сундук, что был закрыт на амбарный такой замок.

В самой же комнате пахло фастфудом и был беспорядок от разбросанных повсюду вещей.

Закрыв за собой дверь, я ещё раз окинул комнату взглядом и шагнул к шкафу, скидывая мокрую и уже вонючую майку.

Открыв дверцу шкафа, я оголился полностью и посмотрел на себя в зеркало, что было во всю дверь.

— Полный мрак, — Поджал я губы и взялся руками за живот, начиная его потряхивать словно покрывало. — А это что? Татуировка? — Долез я руками до паха, оттягивая мешающую часть себя же обзору.

В области лобка чуть ближе к бедру красовалась маленькая круглая татуировка в виде замысловатого узора.

Но стоило мне удивлённо рассмотреть сие искусство, как память Алекса предоставила мне информацию.

Этот рисунок был магической печатью, как следовало из воспоминаний. Такой рисунок наносили всем детям их родители или опекуны в возрасте шести лет при помощи артефакта.

Данный рисунок делал бесплодным своего носителя и убирался только после первого брака, что разрешался после окончания университета, или когда аристократ достигал тридцатой ступени своего развития как маг.

В воспоминаниях Алекса по этому поводу было сложно, что-то мне пока понять, ведь многое мне было просто непонятно.

Такой меткой, как я понял, аристократы ограждали себя от нежелательного зачатия в момент, когда маг только формировал свою силу, а его магический дар только развивался. Если же зачатие проходило раньше, то ребёнок мог не унаследовать магию. Но это редкий случай. В основном дар мага тогда был очень низок, посредственен и плохо развивался. Это пока всё, что я понял из воспоминаний. Надо будет узнать поподробней и разобраться. Но точно не сейчас.

Переодевшись в сухое, я аккуратно развесил мокрые вещи на батарею, и тяжело дыша, стал собирать разбросанные предметы моего толстого гардероба, после чего, запихивая в бельевую корзину.

Слегка прибравшись и заработав отдышку, я доковылял до кресла и посмотрел на сундук, что был закрыт на замок.

— Ну и где я прячу ключ? — Произнёс я вслух и получил ответ, что ключ в шкафу под труселями.

Дойдя опять до шкафа, я через пару минут нашёл ключик и открыл замок, а потом и крышку сундука.

Передо мной предстала копилка всякого хлама. Какие-то безделушки, журналы и комиксы, а потом в мои руки попал старый потрёпанный фотоальбом.

Я не был любителем смотреть чужие вещи. Но теперь это ведь и мои вещи. Поэтому я плюхнулся в мягкое кресло, что поприветствовало хозяина скрипом и, включив торшер, открыл альбом.

С первой страницы на меня смотрели незнакомо-знакомые, благодаря памяти Алекса лица людей.

— А в детстве ты не был толстым, — листал я детские фотографии Алекса, где он был даже слегка худощав. — На нервах, что ли поправился или гормональный сбой?

Перевернув очередную страницу, я увидел фото, что было просто вставлено между страницами.

С фотографии на меня смотрел маленький Алекс, которого обнимал поджарый красивый мужчина, а вот его уже обнимали три молодые женщины.

Память подкинула воспоминание — это отец и мамы.

Я хотел было переплеснуть страницу, как меня посетило осознание пришедшей рядом с фото, информацией.

— Чё блин? — Удивлённо протянул я, вновь уставившись на групповое фото.

Через два часа. Комната Алекса.

Я сидел в кресле, а рядом повсюду валялись вещи из выпотрошенного сундука.

На столе горел включённый экран компьютера, что показывал стартовую страницу браузера, а в руках я держал старый с кожаным переплётом дневник, наверное, уже моего деда Фёдора Андреевича Туманова, что я нашёл спрятанным в сундуке, который имел двойное дно.

Теперь я узнал и понял многое о мире, куда меня запихнула, чёртова богиня Эра.

Глаз слегка дёргался от нервов, ибо припаратики, что дал мне врач, видно начали меня отпускать.

Так что же я узнал? А узнал я следующее.

Не буду заострять внимание на том, что тут есть царь и аристократы. Это я ещё в больничке узнал. Это блин цветочки по сравнению с полученной за два часа информацией.

Так вот, в мире магия — это обычное дело. Но пользовать сей скил могут только аристократы или пробудившиеся. Это как я понял, тоже аристократы постарались, имея связи сексуального характера с простолюдинками.

Разновидностей магов целая куча. Нет ни белые, чёрные и серые и их подвиды. Как там друиды, некроманты и прочее. Здесь всё делилось на магов разных подвидов элементов и сил.

Как следовало из сети, маги могли быть совсем разномастными, хоть и имели чёткий описанный перечень сил. Как я понял, если маг обладал даром огня, то и колдовать он мог только огненную магию, как и маг воды, только магию воды, ну и так далее. Хотя, может, я чего-то неправильно понял. Для меня-то это абракадабра полная. Ах, ещё были маги, имеющие несколько элементов. Но это я как понял было исключением из правил.

Отсюда выливалось, как бы это бредово ни звучало брачная селекция магов. По-простому два мага огня родят хорошего и, скорее всего, сильного мага огня, а разномастные маги непонятно чего. Хотя как я понял, если маг достиг сороковой ступени силы. То там без разницы кого он будет дрючить.

Также есть распространённые маги и редкие. Если интернет не врёт, то маги с редким даром к магии завидный жених или невеста и без разницы кто будет его партнёршей и партнёром. Хотя это тоже неточно. Надо разбираться.

Так же из сети я узнал, что аристократы мужского пола могут иметь до десяти жён. Почему только мужики? А потому что только мужчина может быть главой аристократического рода, и даже если главный мужик скопытится, а у него, к примеру, три жены пять детей, а из них только один пацан, то он-то и, новый глава рода.

Конечно, до совершеннолетия наместниками будут выступать его матери. Но ключевые решения рода должен всё равно принимать шкет.

Если это кажется странным, а аристократия и знатные рода всякие в двадцать первом веке пусть и другого мира были цветочками, а маги и их огромные семьи с браками соцветиями, то вот и ягодки.

В этом чёртовом мире есть зомби. Зомби. Зомби блин. А ещё приведения, монстры, всякие сущности и прочая и прочая нечисть. Ну и какие-то потусторонние двери. Но пока я не понял что это такое.

Весь интернет пестрил статьями о разноплановых духах, что могут скрываться в городах и, овладевать телами людей, порождая разнообразных тварей из самого ада.

Из этих же статей я понял, что потусторонние двери должны закрывать маги, а с сущностями бороться жнецы, вроде как бы. Хотя я мог и перепутать.

И вот из всех этих статей и прочей информации из сети, я понял, почему на фото с отцом Алекса было три мать его матери.

Мир кишел всякими тварями, а сила была только у аристократов, чтобы их минусовать. Нет, конечно, и солдат с автоматом против монстра хорошо. Только вот дохнут монстры, от обычного оружия хренова, да шустрые настолько, что за ними только маги и поспевают, ибо маг, чем выше ступень, тем в разы сильнее и быстрее простого человека.

Как писали в одной статье, двух магов двадцатой ступени достаточно для закрытия потусторонней двери, забыл, какого уровня, а если простые люди пойдут, то там и роты не хватит, всех пожрут.

Так о чём я? Ах да, почему здесь один аристократ может иметь с десяток женщин аристократок. Потому что смертность у аристократов высокая. Да и не все сильны для этой работы, а некоторые просто не хотят свою жопу подставлять. Вот и приходится штамповать маленьких аристократов и аристократок. Так и род больше и сильнее, да и смертность не так заметна.

Магии, как я понял, здесь не учили. Точнее, учили ей пользоваться. Чувствовать там энергию, развивать дар. Но не более того. Думаю, причины на это были важные. Но после прочтения про монстров и нечисть потустороннюю, я как-то не заострял внимание на этом.

Короче мир здесь был веселей, чем у меня в писхушке.

Отложив дневник, я поднялся из кресла и, шагнув в центр комнаты, скривил губы, после чего попытался принять упор лёжа. Вышло не сразу. Когда же всё же я принял этот чёртовый упор лёжа, то, не успев отжаться плюхнуля на пол.

Я, конечно, думал, что всё плохо. Но не настолько же?

Кое-как приподнявшись, я попробовал отжаться с колен, вышло просто ужасно. Руки тряслись, как в принципе и всё тело. Живот мешал просто жуть. Да и сразу появилась отдышка, что на шестой попытке отжаться с колен принесла мне потемнение в глазах, а руки не выдержав подогнулись, от чего я распластался на полу, как выброшенный на берег кит.

— Алекс, — послышался из-за двери голос Арины. — Я вхожу.

Не успел я даже подумать, чтобы попробовать встать, как дверь в мою комнату приоткрылась, и я увидел женщину.

Арина стояла в дверях в коротеньком халате, что еле-еле закрывал её бёдра и не скрывал начало большой груди. Но первое, что я увидел, были её тапочки с кроличьими ушами.

— Алекс? — Удивлённо протянула женщина, смотря на меня, валяющегося на полу. — Ты упал? С тобой всё в порядке? — Арина подскочила ко мне и присела передо мной, от чего я увидел её белое кружевное бельё.

Дыхание от такого вида у меня перехватило, но отклика своего напарника не последовало, от чего я только сокрушённо уронил голову и ударился лбом об пол, провоцируя глухой звук.

Арина же, походу перепугавшись не на шутку, схватилась за меня руками и стала трясти.

— Алекс. Алекс!? Тебе плохо. Я сейчас вызову скорую. — Перепугалась не на шутку Арина и, вскочив на ноги, хотела было сделать шаг к двери видно за телефоном.

— Нет, — схватил я за ледышку женщину, и приподнял голову, видя всё, что скрывалось под коротким халатиком Арины. — Мне лучше. Смотри.

Я отпустил ногу своей опекунши и начал подниматься на колени, стараясь не кряхтеть при этом.

Арина смотрела на меня, как я встаю на ноги и её потихоньку отпускало испуг, но не волнение.

— Алекс. Я всё же думаю, что тебе надо вновь показаться врачу. — Женщина произнесла, смотря на меня.

— Я три часа назад там был. Тебе же сказали, что ничего такого. Иначе бы меня не отпустили домой. — Спокойно и слегка грустно произнёс я, смотря на Арину.

— Ну, так-то да. — Растерянно произнесла опекунша.

— Вот и я про то. — Произнёс я и в этот у меня заурчал диким зверем живот.

Я удивлённо уставился на брюхо, а Арина на меня.

— Есть хочешь? В холодильнике вроде осталось одно ведёрко куриных ножек. Могу ещё пельменей отварить и яичницу с колбасой пожарить.

От такого обилия жратвы у меня аж глаз задёргался, а вот мой живот идею поддержал на предложенную гастрономию.

— А есть салат? — Выдохнул я.

— Салат? — Аринины брови взлети вверх.

— Ага. Овощи, но без заправок. — Вспомнил я, что мне вбивал в голову Яков.

— Есть, конечно. — Растерянно произнесла женщина, словно позабыв, что я минуту назад валялся посредине комнаты, как обожравшийся тюлень.

На следующее утро, я в восемь утра стоял на крыльце одетый в чёрные джинсы на подтяжках и клетчатую красную рубашку, что пришлось заправить в штаны из-за подтяжек. За плечом был рюкзак, а на ногах кроссовки.

На улице была весна и, пахло свежестью после вчерашнего ливня, что шёл практически всю ночь.

— Что встал тут, — раздался из-за спины раздражённый голос Ники, что появилась из дверей. — А ну, подвинься жирный.

Я отшатнулся, а Ника сбежала по ступеням и, даже не посмотрев в мою сторону, вышла за калитку.

К слову прежнему Алексу Ника очень нравилась, и он стелился перед ней как тряпка. Блондинка же, как я понял из воспоминаний толстяка, призирала и в отсутствии Арины могла не следить за языком. Но при этом Ника не брезговала поручать всякую грязную работу Алексу вплоть до стирки своего белья. Мужиком Алекса Ника не считала и походу знала, что прибор парня не фурычил, и скорее всего, думала, что он из тех, короче не из наших. Но это уже я сам додумал. Всё же женщины, с которыми я жил, реально не видели в Алексе мужчину. Домашнее животное или ещё чего — да. Но не противоположный пол.

Шагнув со ступеней, я поправил лямку рюкзака и поплёлся на остановку. Так как врач не дал мне больничный лист, официальной отмазы, чтобы не посещать ЦГМУ, где я теперь учился на первом курсе.

Конечно, как следовало из памяти Алекса, царский государственный магический университет только так назывался. На деле же это было учебное заведение для аристократов и тех, у кого была мана. Простолюдины тут не учились естественно.

И судя по воспоминаниям, жилось Алексу там очень несладко. И причин для этого было до буя и дальше. Хотя Алекс видно, старательно пытался это забыть. Вот и не мог я больно-то разобраться во всех причинах.

Через десять минут стояния на остановке приехал мой автобус, и я отправился в университет для аристократов. Благо Алекс путь туда не пытался забыть.

Пока я ехал, размышлял о своём положении и мире, в который я попал. Уж больно многого я не знал и не понимал здесь.

Выйдя на остановке, что была в двухстах метрах от ЦГМУ, я поплёлся по тротуару, уже издалека видя огромное здание, перед которым была просто огромная парковка.

Я медленно шёл и мечтал просто присесть, настолько вес давил на ноги, а отдышка задрала как хорёк курицу.

Когда я всё же поднялся по ступеням университета, предварительно дав себе минутку отдыха, то успел поймать на себе сотни взглядов студентов, что выгладили куда лучше, чем я. Да, блин, кого я обманываю, они все выглядели, словно собрались на кастинг в модельное агентство.

Аудитории тут заменяли большие классы, где студенты проводили все занятия кроме физкультуры.

Вот в один из таких классов под «№33» я и завалился. Память учтиво подсказала, где было моё место, что оказалось последним в дальнем углу от окна. Туда-то я и прошёл под взгляды уже присутствующих аристократов.

Сняв рюкзак с плеча, я сел за одинарную большую парту и подо мной заскрипел стул, от чего я услышал смешки.

Время шло, и класс заполнялся моими одноклассниками. К слову, толстым в классе оказался только я. Да и пока я шёл на второй этаж, пухлых людей я тоже не встретил.

Вскоре появился и учитель. Высокий дядька в строгом костюме и аккуратно подстриженными усами. После этого начался урок и я понял, что Алекс не только был толстым тюфяком, но и учился хренова. Ведь первый год уже, как я понял, подходил к концу, а я даже с его памятью вообще не вдуплял, о чём говорит учитель.

Нет, конечно, базовые термины всплывали в голове, но не более того, от чего я сидел и смотрел, то на учителя, то на исписанную доску, как баран на новые ворота.

Урок закончился, и учитель покинул класс, а ко мне подошёл высокий, широкоплечий блондин.

— Алекс, — по-дружески хлопнул мистер голливудская улыбка меня по плечу. — У нас тут с ребятами спор произошёл. Они думают, что ты от конца класса до доски не сможешь пробежать, а я думаю, что справишься. Так что вставай. Надо разрешить спор.

Я посмотрел на парня, что, как я понял, звали Андрей и который, судя по воспоминаниям, любил поиздеваться над Алексом между уроками.

— Если на деньги спорили, то можешь отдавать бабло. — Спокойно произнёс я.

Андрей моргнул, видно, переваривая услышанное.

— Вставай, говорю. — Произнёс Андрей, слегка непонимающе и грубыми нотками в голосе.

— Я же разрешил ваш спор. Зачем мне вставать. — Я произнёс, испытывая лёгкую трясучку тела.

Я не боялся этого парня. Но вот мышечная память Алекса видно, боялась.

— Встал. Живо. — Андрей схватил меня за плечо и дёрнул вверх.

Конечно, поднять такую тушу одной рукой парень не мог, но на удивление я слегка привстал.

Моя толстая ручонка врезала наотмашь по запястью одноклассника и сбила захват, а по классу пронеслось удивление.

— Ты что боров? Совсем охамел, — смотрел бегло на людей в классе Андрей, переводя на меня. — Свинота! — Выкрикнул белобрысый парень и ударил кулакам меня в лицо.

Скорость удары была высокой, от чего я только чудом успел подставить лоб под удар парня, после которого я вместе со стулом завалился назад, падая на пол.

— Лентин! — Разнёсся по классу суровый голос. — Живо ко мне.

Андрей, слегка потряхивая кулакам, шагнул к появившемуся учителю, а я словно перевёрнутая черепаха пытался встать, переворачиваясь набок, слыша колокола в своей голове.

Драться, как я помнил из воспоминаний Алекса в университете, было нельзя, без официальной дуэли. Но если очень хотелось, то можно. Главное — не использовать магию. За простое махание кулаками, конечно, пожурят, снимут ученические баллы, но не более. Хотя баллы это весомый аргумент с их помощью можно было закрывать предметы, что не давались, да и рейтинг учащихся от этого страдал.

Был ты такой, к примеру, на двадцатом месте во всём университете. Подрался. Скатился на двадцать первое или двадцать второе место. Обидно так-то.

Пока я под смешки и ехидный шёпот вставал на ноги, Андрея пожурили и да, сняли пять баллов.

Лентин же после этого прошёл до своей парты, и сев кинул на меня испепеляющий взгляд. Думаю, после занятий мне светит взбучка.

Так, оно и вышло. Пока шли занятия меня в принципе не трогали. Могли плечом задеть или ногой. Пошутить над моим весом или грубо обратиться. Но всё без рукоприкладства. А вот когда учебное время кончилось и я, выполз из университета, то за его пределами меня уже ждал Андрей со своими дружками.

Я, конечно, не хотел убегать как трус. Но если б даже захотел, то я и бег — это небо и земля. Я хожу-то с отдышкой. Так что я, сжав зубы, пёр на своих одноклассников, что улыбались, смотря, как я медленно приближаюсь.

Если б я был в своей былой форме, то эти четверо ребят не несли бы для меня ни малейшей угрозы. Всё же меня тренировал король обезьян и нефритовый император, что практиковал жёсткие стили ушу.

От мысли об императоре мои голени словно заболели, хоть и не испытывали его дьявольской набивки.

— Смотри-ка, даже не попытался убежать. — Гадко так, улыбнулся, глядя на меня Андрей, что, кстати, был аристократом среднего порядка, я пробил его герб в интернете прямо во время урока через телефон.

— Ты моей смерти, что ли хочешь? Отдышка меня убьёт. — Спокойно произнёс я, стоя перед парнями.

— Андрюх, — обратился к белобрысому, чернявый и кудрявый парнишка лет семнадцати на вид. — Тебе не кажется, что жирабас какой-то борзый сегодня?

Андрей скривил поджатые губы.

— Престо мозги видно совсем жиром заплыли. Значит надо напомнить. — Криво ухмыльнулся Лентин и толкнул меня в грудь.

Я отшатнулся, смотря на четвёрку парней, что словно гиены скалились в ехидных ухмылках.

— Вы чё сброд дворовый. Решили по беспределу наехать. Решили нанести мне вреда? — скинул я рюкзак с плеча на асфальт, вспоминая Семёна Игоревича. – Чё вылупился, — обратился я к кучерявому чёрноволосому парнишке, у которого отъезжала от удивления челюсть. — По жизни по беспределу живёшь, что ли?

Парень от моего наезда дёрнулся и даже сделал шаг назад, а остальные зависли, хлопая глазами. Правда, недолго.

Молчаливый удар кулаком от Андрея прилетел сбоку, но я даже умудрился поджать голову и прикрыться плечом, после чего толкнул белобрысого этим же боком, что он отшатнулся.

А потом на меня налетел опять Андрей, и ударом в нос повалил меня с ног, после чего я практически умудрился даже подсечь ноги парня, дёргаясь, как черепаха танцующая брейгданс.

Однако фокус не удался и дальше чуть меньше минуты я просто прикрывал голову от ударов, а когда всё прекратилось, получил в свой адрес кучу оскорблений и угроз, а Лентин отстранился и пошёл вместе со смеющимися дружками прочь от меня к своей машине.

Я же кое-как сев на жопу, утёр кровь, что слегка текла из разбитого носа и, корчась от боли, встал на ноги. Решив, что домой я пойду пешком и, это будет моя первая в этом мире тренировка.

Глава 4.

Была пятница и я, как и уже четыре дня подряд шёл домой пешком, читая на ходу учебник, так как мне теперь приходилось проходить весь учебный план с самого начала первого курса. Ведь Алекс не удосуживался учиться. Вот мне и приходилось учиться в три, а то и в пять раз больше чем всем остальным.

В университете же прессинг не уменьшился. Но пока всё протекало без рукоприкладства. Издёвки же и насмешки шли за мной по пятам.

Однако с насмешками и издевательствами я сделать пока ничего не мог. И на то были причины.

Во-первых, я был самым слабым в классе. Даже хрупкая девчонка могла надавать мне тумаков.

На то были причины, как я узнал, учась заново, вместо старого Алекса.

Все аристократы и аристократки маги и уже на первой ступени ученика были сильнее обычных людей и с каждой ступенью сила только росла.

Я же был на первой ступени номинально, когда в моём классе, как я понял, все уже были на второй, а кто-то и на третьей и даже нашлись те, кто имел четвёртую ступень.

Можно, конечно, было устраивать драки и пытаться задавить их массой. Однако тогда у меня спишут баллы, а у Алекса их кот наплакал. Он и так был на последнем месте в университете.

Дуэль? На дуэли разрешено пользоваться магией. Там меня вообще в порошок сотрут.

Во-вторых, было то, что я был аристократом высшего порядка, да в придачу последний глава рода Тумановых, что утратил аристократические права. Кто же упустит возможность пнуть высшего аристократа, если ты сам аристократ низшего или среднего порядка.

Права, как я узнал, можно было вернуть. Вот только были условия. И для меня как для главы рода Тумановых и высшего аристократа отлучённому, от благ и привилегий, они были жёсткими. Надо было окончить университет. Надо быть не ниже младшего мага, а то есть тридцатой ступени развития магии. Надо внести пошлину в казну. Для аристократов высшего порядка, это, кстати, сто миллионов рублей если что.

Изучая эти нюансы, я понял, что мне не светит многожёнство. У аристократов были в этом плане ограничения. Только высшие аристократы царских кровей могли иметь до десяти жён. Аристократы высшего порядка до шести жён. Средние аристократы до четырёх, а низшая аристократия до трёх. Наложниц, конечно, никто в учёт не брал, их могло быть, сколько потянет твоя казна. Но вот на такое могли пойти только простолюдинки, да обедневшие и бесполезные аристократки низшего порядка.

Мне же, как отлучённому полагалась только одна жена, если вообще кто-то захочет ей стать.

В-третьих, мой магический класс был жнец. Маг, что использует ману для создания оружия, что может валить потусторонние силы. Вроде звучит круто. На деле это не совсем так. Для магов я отстой редкостный. Но если жнец всё же переваливал за сороковую ступень, да в придачу имел магический элемент, то держите девки юбки, как бы сказал Семён Игоревич. Идёт первый жених на деревне.

Жнецы — плохие маги. У многих даже дара к элементу нет, только сила жнеца. Те же, у кого всё же есть магия, всё равно пасуют перед магами. Мана капризна, а заклинания ещё нужно выучить и отточить, а это не просто. Плюс самой маны в теле не так много и творить магию целый день не выйдет, а чем сильнее заклинание, тем больше расход маны.

Жнецы же большую часть маны тратят на призыв и удержание оружия. На заклинания маны просто может не хватить. Да и контролировать ману в оружии и колдовать одновременно, это как я понял практически нереально на худо-бедно сильных заклинаниях.

И есть ещё одна причина, почему жнецы хреновые маги. Знания. Заклинания в свободном доступе не водятся. Это я уже проверил. Аристократические рода имеют собственные библиотеки, за которые трясутся как за золото. Отсюда иногда и вытекает брачная селекция. Если род магов огня получит чадо мага земли, где брать заклинания-то ему. Если только мама не научит и не внесёт в род новые знания. Вот так они и живут.

Ну и в четвёртых, я был жирный, стрёмный слабак, от которого периодически разило потом, а до меня ещё и жареной курятиной и картошкой. Ну как тут устоять и не утвердится в глазах окружающих. Да в придачу все понимали, что, только занимаясь медитациями и спортом, на начальном этапе становления магом, можно было повысить магическую силу. Я же делал всё вплоть наоборот. А значит, и жнец из меня не выйдет, а маг и подавно. Одним словом ничтожество.

Пройдя несколько улиц, я устало стёр со лба пот и присел на автобусной остановке перевести дух.

Прошёл-то всего пятьсот метров, а с меня льёт, словно из ведра окатили, при этом предательски заурчал живот, напугав слегка сидящую неподалёку старушку.

Вынув из рюкзака яблоко, я смачно откусил кусок, и как ни в чём не бывало продолжил чтение. Сейчас я изучал первичные азы управления маной. Алекс завалил этот зачёт два месяца назад, и у меня была на носу пересдача этой темы.

Посидев на лавочке с десяток минут и обглодав яблоко до огрызка, я вновь встал и пошёл дальше по дороге. Впереди меня ждало ещё длинный путь до дома.

Когда я доплюхал до дома, то был весь мокрый от пота. Дорога же заняла у меня практически два часа.

Зайдя в узкую длинную прихожую, я снял обувь и пошёл на кухню. Пить хотелось просто жуть.

— Фу, блин, — раздался голос Ники, стоило мне появиться в дверях кухни. — Ужас-то, какой. Боже, как воняет-то. Жиртрест пошёл вон.

Я застыл в дверях, смотря на блондинку, что стояла на кухне, наливая себе кофе. На девушке был надет короткий халатик, что был нараспашку и не скрывал розовый комплект нижнего белья.

— Уродиц. Весь аппетит испортил, — даже не удосужилась девушка запахнуть халат, выставляя напоказ свои прелести. — Иди, помойся. А то весь дом провоняет.

— Ща попью и пойду. — Шагнул я на кухню, думая, что, у такой красивой девушки, такой ужасный характер.

Ника же только фыркнула и демонстративно открыла форточку. Я же выпив стакан воды, пошёл на выход из кухни.

— Эй, и вот ещё что, — окрикнула меня Ника. — Шмотки свои в пакет завяжи, а то мои вещи пропахнут, а то несёт как от свиньи.

Я хотел было огрызнуться, что я пока что не делал на нападки Ники. Но у блондинки зазвонил телефон, и она с небывалой ловкостью сразу ответила на звонок, полностью уходя в разговор с кем-то, улыбаясь и смеясь.

— Стервоза. — Чуть слышно выдохнул я, покидая кухню.

Ванная комната располагалась на втором этаже и была весьма просторной.

Зайдя в ванную комнату, я только взвыл в голос, смотря на развешенное разнообразное женское бельё после стирки.

— Ну, за что мне всё это? — Сокрушённо чуть ли не взвыл я, видя пред собой местами очень откровенные вещички женского гардероба разных цветов и размеров.

Скинув вещи и засунув их в чёрный пакет, я кое-как забрался в ванную, что мог принимать только стоя и задёрнув ширму, врубил душ.

Вода ударила тёплым напором по коже, а я, упёршись руками в кафель, подставил затылок струям воды.

— Ну, Алекс, — я тяжело выдохнул, сплёвывая воду. — Надо было чертовски постараться, чтобы две красотки тебя за мужика не считали, а остальные и того хуже. Ненавижу тебя за такие виды. Но и спасибо, тоже можно сказать.

На часах было шесть вечера, когда я нацепил чёрные спортивные штаны и такого же цвета толстовку с капюшоном, начиная походить на пережравшую тучу, вышел из своей комнаты и, скрепя ступенями, стал спускаться на первый этаж.

Уже в прихожей из маленькой гостиной послышался возмущённый голос Ники:

— Круглый, мать твою, я же тебя просила взять побольше жратвы и не спускаться вниз. Ко мне сейчас подруги придут.

— Мне что в окно прыгать? Чтобы из дома выйти. — Пытался я надеть кроссовки.

— Что? — высунулась из гостиной Ника, что была одета в лёгкий топ и коротенькие шорты. — Ты куда собрался? Ты ещё, что вчера Арина купила, не сожрал.

— Отсюда не видать, — наконец-то я справился с обувью, подхватывая с пола рюкзак. — Не боись. До девяти меня точно не будет.

Я шагнул к двери, открывая её, вышел на улицу.

Путь моей лежал за район, где стоял мой дом, и располагался весьма большой и даже, можно сказать, дремучий парк.

Идя по вечерним улицам, я старался не замечать, как люди косятся на меня, а так же на мой герб.

Было слегка прохладно, и я наслаждался прогулкой, хоть в таком теле это было весьма непросто.

За эту неделю я уже свыкся с мыслью, что мне здесь жить. Даже заинтересовался магией. Ведь это было невероятно. Конечно, заинтересованность пришла только после шока.

Магия открывала в этом мире море перспектив и возможностей, а я до кучи был ещё аристократом, правда, пусть и отлучённым. Но и это поправимо. А поправить это надо. Мало ли я захочу вторую жену, когда верну себе своё стройное и раскаченное тело и, моё второе я оживёт.

Да и, чего греха таить. Я не такой, как был Алекс. Меня не устраивает быть квашнёй и размазнёй. Я это уже один раз доказал, когда в моей прошлой жизни меня пытались сломать и свести с ума. Я адаптировался и выстоял, да в придачу научился многим крутым вещам и узнал много нового. И всё это поможет мне начать новую жизнь в этом мире.

Алекс ничего не хотел менять и возвращать, что было его по праву. Теперь же это моё и я хочу вернуть всё.

Остановившись на пару секунд, я достал из рюкзака дневник Туманова, и пошёл дальше, читая про то, что значит быть жнецом.

Путь до парка занял у меня практически час, ведь скорость моя была чуть выше, чем у черепахи. Не, можно было идти быстрее немного, но отдышка — это зло.

Парк же встретил ухоженной аллеей с лавочками и фонарями, но я туда не пошёл, а свернул на тропинку, которая скоро закончилась на маленькой полянке с пепелищами от костров и мусором.

Дальше я уже пробирался просто словно по лесу, пока не вышел на средних размеров поляну, что была скрыта от всеобщих глаз.

Это место я облюбовал два дня назад, и сделал своим тренировочным лагерем.

На одном дереве были примотаны скотчем, на разной высоте, толстые пачки газет. В кустах валялся стальной прут, что я упёр со стройки неподалёку. У этих же кустов лежала прикаченная сюда массивная покрышка. Да вроде пока и всё. Не обжился ещё полностью на местности.

Кинув у массивного дерева рюкзак, я пошёл в центр поляны, махая руками, разминая суставы. Выполнять пока большинство упражнений, которым научил меня Яков, я не мог. Было тяжело. Так что, слегка размявшись, потрясся жир по всему телу, я стал выполнять медленно комплексы ушу, что, кстати, тоже весьма выматывали и спускали с меня с три пота.

Но тело должно привыкнуть к движениям, это и разминка, и отработка движений, и наработка мышечной памяти. Короче, одна польза от этого.

Время бежало, а я за два часа раз тридцать отдыхал на колесе. Тело болело безбожно, а пот лил ручьём, от чего я тренировался уже в одной майке.

Стоя перед деревом, на котором были накручены газеты, я без фанатизма наносил удары руками и ногами. Осуществляя отработку и постановку, а также набивку конечностей и при этом дышал как загнанная в мыле лошадь.

— Руки и ноги не сводит. Тело не болит. — Чуть ли не хрипя, повторял я одно и то же, практически уже обнимаясь с деревом.

Время уже было позднее и тёмное, так что светом мне служила луна и звёзды, что, кстати, довольно-таки ярко светили.

Нанеся очередной вялый удар кулаком, я вздрогнул от разносившихся в дали невнятных тихих криков и взрывов петард.

— Веселится кто-то, — я устало упёрся лбом о ствол дерева. — Мне бы так.

Крики же стихли, как в принципе и взрывы петард, а вот вместо этого послышался быстро приближающийся шум хруста веток и шуршания кустов.

Шум нарастал и я, отстранившись от дерева, повернулся насовсем уже близкий звук ломающихся веток.

В этот момент из темноты кустов выскочило нечто похожее на человека и зарычало, а я заорал от страха в унисон с непонятной хренью.

Существо выглядело как человек, вот только руки у него были длинные и заканчивались когтями или лезвиями. Абсолютно лысый с телом, что имело следы разложения и дистрофии настолько, что после рёбер словно был только позвоночник. Ноги полусогнутые и будто не разгибающиеся как у барана или козла. Это нечто имело огромный клыкастый рот от уха до уха и такие же раскосые огромные глаза. На всём же теле были словно следы от пуль, выпущенных из дробовика из которых сочилась густая чёрно-красная слизь.

Монстр сделал шаг в мою сторону, хромая при этом на простреленную конечность и издав рык, рванул вперёд, размахиваясь когтистыми тощими ручищами.

— ААА демоны! — Взвыл я, чуть ли не подпрыгивая на месте и схватив воткнутый в землю металлический прут со всего маху врезал по роже, запрыгивающей на меня твари.

Удар получился весьма сильный, от чего тварь снесло в сторону и, она покатилась по поляне, а я на автомате раскрутил стальной стержень, принимая боевую стойку.

Неведомая зверюга меж тем остановилась и начала подниматься на своих длинных мутовках, а через секунду вскинула голову испепеляя меня яростным взглядом дикого маньячеллы.

От такого взгляда я подскочил на месте, и вскрикнул, беря весьма высокую ноту, после чего с перепуга рванул на страшилу, позабыв даже про свой вес.

— Удар раскалывающий гору! — Выкрикнул я, подскочив к встающему монстру и, огрел его прутом сверху вниз, впечатывая вновь в землю.

Вереща как Брюс Ли, я скакал по поляне лупеша железным прутом монстра, выкрикивая при этом «Хвост дракона» или «Три удара небожителя» и всё в этом духе, не давая подняться с земли пугающую меня до глубины яиц страшилищу.

За таким занятием я напрочь позабыл о весе, ведь во мне кипел коктейль из страха и адреналина, за которым я и не заметил, что мой прут, который я использовал словно боевой посох монахов Шаолинь, стал покрываться чуть заметной чёрной дымкой.

— Свирепая обезьяна прыгает через ручей! — Раскрутил я прут и чуть подпрыгнув, обрушил своё оружие на голову монстра, приседая при этом, словно меня приспичило в туалет.

Башка пытавшегося подняться монстра вновь влетела в землю под треск черепушки, что лопнула как перезрелая дыня.

Монстр обмяк, а я так и застыл в позе человека, которого в лесу посетил понос, держа прут, что скрылся в башке страшилы. Видя, как от тела отделался чёрный шарик с небольшим хвостиком.

Хозяин уничтожил потустороннюю сущность — Потрошитель первой ступени. Как ваш персональный помощник, хозяин. Советую вам поглотить сущность Потрошителя. Чтобы поглотить потустороннюю сущность, коснитесь её.

Всё ещё находясь в полу приседе и держа одной рукой прут, я потянулся правой рукой к слегка мерцающему и растворяющемуся шарику.

С опаской смотря на контуженый шарик, я протянул к нему опасливо указательный палец.

В это же момент из кустов с проклятиями, нацеленными на зелёные насаждения, вылетела ещё одна фигура, от чего я дёрнулся и словно проткнул шарик пальцем, что впитался в руку, а я застыл, смотря на того, кто появился с матюками из кустов.

— Что за нахрен? — Встала как вкопанная в нескольких метрах от меня стройная девушка с чёрными волосами и зелёными, словно изумруды глазами. — Это ты что? Это ты его убил что ли?

Я моргнул, смотря на красивую девушку в облегающих синих джинсах и топе, на поясе которой был полицейский ремень, а поляну сотряс мой урчащий живот.

Незнакомка открыла было рот для очередного вопроса, но от рычания моего брюха сама захлопала глазами смотря на меня в нелепой позе бабуина, что решил справить нужду, но его спугнули.

– Надеюсь, ты Потрошителя убил не для того, чтобы сожрать. — Девушка произнесла после долгой немой паузы.

Моё же тело скрутила судорога, и я повалился на жопу, выпуская из руки прут, тело сразу стало словно тяжелее тонны на две, а дышать стало труднее. Но при всём при этом в самом теле растекалось тепло.

Хозяин. Вы поглотили призрачную сущность Потрошителя.

Индекс магического развития увеличился. Хозяин открывает 1-ю ступень.

Магический потенциал хозяина увеличен до 5 ед. мана джоуль.

До перенятая магического элемента осталось 6-ть ступеней.

Мои поздравления хозяин!

— Эй, ты чего? Надеюсь не помереть, решил, — подскочила ко мне молодая женщина. — Мне ещё отчёт заполнять. Не думай дохнуть.

Из кустов же выскочили ещё двое мужиков, у одного из которых в руках был дробовик.

— Не хрена себе! — Воскликнул высокий мужик в полицейской форме, что сжимал дробовик. — Крис. Ты Потрошителя завалила. Да парнишку спасла. Теперь точно погром ларька нам спишут.

— Это не я, — развернулась Кристина вполоборота от меня, смотря на мужчин. — Это он сделал. Когда я появилась, Потрошитель уже скопытился.

— Тогда? — Дёрнулся усатый мужик, что был явно самым старшим из этой троицы, доставая какой-то прямоугольник с рожками из недр кожаной куртки, что запищал как погорелец. — Не понял. — Стал ходить по поляне усач со своим пищащим прибором. – Следов нет. Сущность уничтожена?

Мужчина с дробовиком и стоявшая рядом со мной молодая особа, посмотрели удивлённо на усача, а потом перевели взгляд на меня.

— Я невиноват. Это самооборона. — Сквозь тяжёлое дыхание чуть ли не пищал я. — Он сам пришёл. Я не приделах. Честно.

— А ты кто вообще? — Произнесла нависшая надо мной красотка.

— Я? — Удивлённо ткнул я себя пальцем в грудь. — Я Алекс.

— Фамилия? — Шагнул ко мне мужик с дробовиком. — Документы с собой?

— Туманов я. — Я сорвался на хриплый визг, смотря на дробовик.

— Туманов? — Протянул задумчиво усач, складывая рожки прибора и убирая его во внутренний карман куртки. — Точно. Род жнецов.

— Жнецов? — Как-то нехорошо посмотрела на меня девушка. — Правда, что ли?

— То есть, — кидая на меня косой указательный взгляд, парень с дробовиком и губами, явно говоря словно «Он». — Завалил Потрошителя без права возрождения? То есть, тогда мы без опер группы выполнили зачистку.

— Вот в отделе и разберёмся, — подошёл ко мне чуть ли не вплотную усач. — Вставайте господин Туманов и проедем с нами в отдел.

Глава 5

Я сидел в коридоре на удобной, мягкой лавочке, которую занял практически наполовину.

Из кабинета, чья дверь была прямо напротив меня, раздавались крики и брань, а я, попивая воду из пластикового стаканчика, посматривал на часы, на которых стрелки показывали одиннадцать тридцать ночи.

Минут тридцать назад я вышел из комнаты для показаний, и был усажен сюда до полного выяснения произошедшего. Ведь допрашивающий меня полицейский никак не мог поверить, что я смог убить Потрошителя. Оно и понятно. Перед поджарым офицером полиции сидел на стуле, что явно был мал для моей жопы, я. Толстый чувак с отдышкой и воняющий потом.

В кабинете напротив меня, к выкрикам добавился телефонный звонок, а потом глухой звук удара, словно книгу обрушили о стол плашмя, а потом всё стихло и, из кабинета вышла, слегка улыбаясь, Кристина. Та самая девушка, что была со мной на поляне.

— И нечего было так орать, — присела полицейская рядом со мной. — Как дела?

— У меня? — Растерянно удивился я, повернув голову на черноволосую красотку, во внешности которой явно прослеживались японские или корейские черты.

— А у кого ещё? Как у меня дела ты, наверное, слышал. — Ухмыльнулась Кристина, показывая взглядом на кабинет начальства.

— Дела у прокурора, а так как в полицейском участке. — Брякнул я первое, что пришло мне в голову.

— Ха, — пихнула меня в плечо локтем девушка. — Остряк, что ли?

— Привет, Кристин, — в коридоре перед нами остановился высокий молодой мужчина, одетый с иголочки в чёрные брюки и неформальный пиджак поверх чёрной майки, что не скрывала его подкаченного тела. — Слышал, что ваша команда снова отличилась. Какой на это раз урон городу нанесли? Не надоело ещё? Напомню один звоночек мне, и может, я смогу выбить тебе место в нашей группе зачистки.

Кристина подняла пренебрежительно одну бровь, смотря на мужчину, что словно собирался на фотосессию для модного журнала.

— К твоему сведенью, Кирилл. Не так уж и много. А звоночек я уже говорила, откуда надо ждать, жаль, что ухо только дотуда недотягивается. И к твоему сведенью мы сами зачистили Потрошителя.

— И как же? — Ехидно скривился мужчина.

— И также, — в тон Кириллу ехидно протянула Кристина. — Жнец у нас был, знаешь ли.

— Жнец? — Кирилл удивлённо поднял брови. — Вы же постовая группа. Кто вам жнеца-то даст. Не смеши меня. Просто прибор, наверное, сломали, вот следов и не нашлось потусторонней сущности. А нам потом за ваши проколы отдуваться и подчищать.

— В этот раз не придётся Кирилл. На арматуре, что в башке Потрошителя была, эксперты нашли следы маны жнеца. Не боись не воскреснет и, ты свой массаж не приспустишь.

— На арматуре? Что за бред? — Саркастически улыбнулся мужчина в лицо молодой женщине. — Жнецы так не работают. Сама подумай. Зачем жнецу арматура.

— Не знаю, — Кристина пожала плечами, поворачиваясь в мою сторону. — Тебе, зачем арматура была нужна?

— Что?! — Воскликнул Кирилл, явно не удержав голос. — Это он-то жнец? Ты прикалываешься надо мной, что ли? Получше никого найти не смогла.

— Ну, какой есть, — буднично протянула Кристина, толкнув меня своим плечом в моё плечо и, слегка обняла меня за плечи. — И кстати. Вскоре, возможно, мы тоже станем нештатной группой зачистки. Вроде межу криками я это разобрала. Так что у меня всё хорошо. — Кристина расплылась в гадкой триумфальной улыбке, пытаясь подтянуть мою тушу к себе поближе.

— Что?! Как? — Кирилл навис над нами с непонимающе зло-ревнивым лицом смотря, как Кристина обнимает меня за плечи и даже прижалась своей грудью к моей руке. — Ты? Этот жирдяй? Ты что несёшь вообще? Он же жиртрест, какой из него жнец. Он вообще университет-то закончил и какая ступень?

— Но-но. Это будущий член нашей группы. За языком-то следи. — Исподлобья зыркнула Кристина на Кирилла. — Из криков капитана, вроде ещё учится, а ступень формально первая. Но университет закончит. Ты же закончишь? — Кристина посмотрела на меня, всё ещё обнимая за плечи.

Я, находясь в полном шоке от происходящего, кивнул.

— Ну вот, — Перевала вновь взгляд Крис на Кирилла. — Закончит.

Мужик с обложки резко шагнул к нам, а его рука устремилась к моей груди и, он оттянул мою толстовку, уставившись на герб. Взгляд мужика на секунду подвис словно он коннектился с сервером, после чего отпустил мою одежду, слегка толкнув меня при этом.

— Да он даже не аристократ, как таковой. — Начал говорить Кирилл, но в это время открылась дверь, что была напротив нас и, из неё показался суровый мужик с ухоженной бородкой и усами, что были тронуты слегка сединой.

— Кирилл, ко мне в кабинет. Ты же ко мне шёл? – Прервал или остановил речь мужика с обложки, капитан. — А ты свободен. — Наигранно зло обратился ко мне полицейский. — Телефон ты оставил? — Посмотрел капитан в листы бумаги. — Телефон оставил. Карта привязана к номеру?

Я кивнул, всё ещё находясь в обнимку с Кристиной.

— Значит, премию за Потрошителя переведём по номеру. А теперь проваливай. И без тебя дел дохрена. А ты за мной. — Зыркнул мужик на Кирилла.

— Ну, пошли тогда, — встала с лавки Кристина, обращаясь ко мне. — До дома докину, а то автобусы уже не ходят.

Я плёлся на парковку перед полицейским участком, а усталость тянула к земле. Но при всём при этом мне словно стало легче таскать свой вес, да и отдышка хоть и присутствовала, однако не так давила на грудь.

Кристина же, остановилась у маленькой машинки, повернулась на меня и словно просканировала с макушки до пят.

— Думаю, — Крис протянула, засовывая ключи в карман кожаной лёгкой курточки, что доходила девушке до рёбер. — Лучше служебную возьму. Постой тут. Я быстро.

Я кивнул, а девушка чуть ли не бегом отправилась обратно в участок, а через десять минут я уже ехал на заднем сидении полицейской машины и смотрел через металлическую сетку на ведущую машину служительницу правопорядка.

— Слушай, Алекс, — не оборачиваясь, произнесла Кристина. – Тут такое дело. Будешь нашим жнецом в группе. Капитан ни против, хоть и орал как потерпевший. Какое у него сильное горло. Столько орать и не осип даже. Оформим тебя как внештатного сотрудника, пока учишься. Зарплата и премия вся до копейки. Урезать не будут. Пончики за счёт отдела.

Мои брови взлетели вверх, а перед глазами всплыла рожа монстра, что как зубастый маньячелло смотрел на меня в желании разорвать на куски.

— Спасибо. Неинтересно. — Я моргнул, развевая образ монстра перед глазами.

— Что? — Резко затормозила на светофоре полицейская, от чего я чуть не влетел рожей в решётку. — Ты же жнец. Я тебе предложение на миллион сделала. А ты что? — Повернулась на меня Кристина.

— Я что? Я чуть сегодня богу душу не отдал. Мне одной встречи хватило по гроб жизни, а ты мне хочешь с этими маньячеллами свидания на постоянной основе сделать. Давай, не надо. — Выпалил я, слова единым потоком, даже позабыв, что предо мной блюститель закона.

— Да ладно тебе. Понимаю, что Потрошитель у тебя первый был. В первый раз всегда сложно, а потом втягиваешься. Не ломайся ты.

— Вот чтобы мне не сломаться ненароком я и отказываюсь. И вообще, я только на первом курсе. Я зачёт по контролю маны завалил. Какой из меня полицейский. Посмотри на меня, я похож на того, кто может кого-то догнать. Ты что моей смерти хочешь? И вообще, я думаю, это незаконно.

— Да ладно тебе прибедняться-то. — Кристина нажала на тапку газа, и мы вновь поехали. — Потрошителя завалил. Завалил. А учёба не помеха. Многие студенты где-то да подрабатывают. Ты же внештатный сотрудник будешь. Но смотри, со штатной зарплатой. Полный соц. пакет. Да и премии закачаешься. Буфет бесплатно, главное, только всё не съедать, а то ребята осерчают. Ну что порукам? — Смотрела на меня вполоборота девушка, то и дело, отворачиваясь, смотря перед собой на дорогу.

— Нет. — Мотнул я отрицательно головой.

— Да. — Парировала Кристина.

— Нет и ещё раз нет. Я не согласен.

— А я говорю, ты просто не понял, что за шанс тебе выпал. Так что да.

— Нет, я сказал. Не втягивай меня в это, — я подался вперёд к решётке. — Это же из-за того красавчика в коридоре. Так что нефига было лишнего болтать.

— Да! То есть, нет. Короче, ты согласился. — Отвернулась от меня Кристина.

— Ничего подобного мой ответ, нет. Могу письменно предоставить свой отказ участвовать в этом самоубийстве. — Уже слегка на эмоциях выпалил я.

— Тебе просто надо подумать, — завернула на мою улицу Крис. — И осознать, как тебе повезло.

— Повезло мне, что у меня арматура была на поляне. И мой ответ нет. И останови машину.

— Зачем? Твой дом в конце улицы. — Повернулась на меня девушка, медленно ведя машину.

— За тем. Мне ещё не хватало, чтобы соседи увидели, что меня наряд полиции привёз.

— Ну, ты же сам часть полиции. — Повернулась вновь на меня Кристина и улыбнулась мне. Всё же останавливая машину.

— Нет, я сказал. Я пошёл. Спасибо, что довезла. — Открыл я дверь и стал вылезать на тротуар.

Когда я вылез и закрыл за собой дверь, переднее стекло с пассажирской стороны опустилось, и в нём показалась Кристина.

— Телефончик у меня твой есть. Созвонимся. — Криво улыбнулась мне Крис.

— Что? Зачем? Я уже всё сказал тебе. — Слегка я наклонился, чтобы лучше видеть девушку через окно машины.

— Как зачем? Мы же теперь напарники. Что, я не могу позвонить напарнику. До связи Алекс. — Кристина подмигнула мне, и машина сорвалась с места, не дав мне возможности, сказать, что-либо в ответ.

Зайдя в дом не включая свет, я скинул обувь и шагнул по коридору, как свет сам включился. А в конце коридора стояла Арина, скрещивая руки под грудью.

На женщине был прозрачный халатик, что практически полностью просвечивал её голую грудь и не скрывал наличие на Арине чёрного кружевного белья.

— Ну и где ты был? Что на звонки не отвечаешь? – Арина шагнула вперёд, а я тяжело вздохнул, чувствуя, как затрепетало моё сердце от вида женщины, что предстала передо мной.

— Гулял. — Еле выдавил я из себя.

— Гулял? Ты время-то видел сколько? — Напирала Арина. – Алекс, ты себя странно ведёшь в последнее время.

Вид был прекрасен. Но вот усталость и нежелание разговаривать всё же победили.

— Да в бургерной был. Телефон в рюкзаке на беззвучном. Забыл после университета переключить. Засиделся. Прости. — Снял я с плеча рюкзак и шагнул навстречу обворожительно соблазнительной женщине, стараясь не пялится на её прелести.

— В бургерной? — Резко сменила гнев на милость Арина. — Ну ладно. Но так нельзя засиживаться, и бери трубки, когда я звоню.

— Хорошо. Я устал. Пойду спать. — Прошёл я мимо женщины и стал подниматься по лестнице.

— Алекс. Я в понедельник уезжаю по делам. Мне звонила Эльвира Тарасовна из департамента попечительства. Так что какое-то время меня не будет. Я Нике уже говорила. Надо разобрать комнату, что на третьем этаже на всякий случай. Мало ли.

Я, не оборачиваясь, идя по ступеням, на автомате ответил Арине, что всё понял и поплёлся спасть.

Выходные я провёл в тренировках и подготовке к заваленному Алексам зачёту по первичному контролю маны.

И вот если с тренировками на удивление было всё куда лучше, чем раньше. Ведь я вечером воскресенья даже смог чуть-чуть побегать.

То с магией было всё куда сложнее. Между тренировками я медитировал, стараясь почувствовать свою магическую энергию. Но либо я был совсем дурак либо сани не ехали. Так как продвинуться дальше теплоты в теле, что являлось первичным признаком пробуждения маны, я не продвинулся.

Возможно, это было связано с моим весом. Ведь как говорил наш учитель по развитию. Первичный контроль маны напрямую зависит от контроля и развитости тела.

Также в выходные меня сообщениями и звонками донимала Кристина. Эта особа буквально разряжала мне телефон.

В понедельник я, как обычно, вышел раньше из дома, чтобы весь путь до университета пройти пешком, читая дедов дневник и пытаясь хоть что-то повторить из написанного на старых страницах. Но всё было тщетно, а вот путь я прошёл куда быстрее. Видно действительно с поднятием первой ступени магии, я стал куда сильней и выносливее.

Часы обучения закончились и я, сметя вещи с парты в рюкзак, встал из-за стола и пошёл на выход из класса.

Дойдя практически до дверей, в спину меня окликнул Лентин, что считал своим долгом каждую перемену сказать мне что-то гадкое.

— Да-да, я толстый смердящий боров, — не оборачиваясь, помахал я поднятой рукой, словно отгоняя назойливого комара. — Пойду, пожру с горя.

Парень, что стоял в толпе своих дружков, подвис, а несколько девушек засмеялись в голос. Я же вышел из класса и пошёл по коридору, в спину же мне, донеся смешливый голос Лентина:

— Ну вот! Старый, толстый, вонючий Алекс.

Тяжело вздохнув, я только покрепче сжал лямку рюкзака.

— Будет и на моей улице праздник. Но сначала зачёт.

На улице уже весьма быстро миновав парковку с дорогими тачками студентов, я окинул джип Лентина, проходя мимо машины.

— Может ему половой орган на капоте гвоздиком нарисовать. Интересно, как Лентин относится к гротеску? — Хохотнул я и пошёл дальше.

Выйдя за пределы университета, я как обычно поплёлся пешком по известному маршруту.

Однако, не пройдя и ста метров, увидел впереди стоящую Кристину, что облокотилась на фонарный столб. Девушка была одета в толстовку и чёрные обтягивающие джинсы.

— Ты чего трубку не берёшь? — С наездом в голосе оттолкнулась спиной от фонаря Кристина, стоило мне поравняться с ней.

— А ты звонила? — Скорчил я удивлённое лицо.

— Что? Да я тебе столько раз писала и звонила, сколько не одному мужику по пьяни. Ладно, — мило улыбнулась Крис, начиная идти рядом со мной, я же не стал останавливаться. — Ты подумал?

— Мой ответ. Нет. — Несмотря на черноволосую красотку, произнёс я.

— Ну, ты что опять начинаешь-то. Мы же практически напарники. Хочешь, пошли, посидим в кофе, попьём. Я угощаю. — В этот момент у нас, у обоих одновременно послышались звуки приходящих сообщений, и Кристина, достав из кармана толстовки навороченный смартфон, расплылась в улыбке. — А вот и премия за Потрошителя пришла. Так что? Пошли. Я куплю тебя самый большой бургер или два. — Девушка руками показала, насколько большой будет бергер, толкая меня своим плечом.

Я слегка искоса посмотрел испепеляющим взглядом на Кристину и произнёс:

— Вот сама его и ешь, а я пошёл. Мне к зачёту надо готовиться и до семи свалить из дома на тренировку.

— Тренируешься это хорошо, а ты же и в тот вечер тренировался в парке. А зачем до семи?

— К сестре подруги придут. Хочу до них свалить. А то походу до приезда Арины сестричка каждый день девичники закатывать будет. — Неохотно ответил я.

— Какой сестре? — Непонимающе протянула Кристина, моргая. — У тебя же нет сестры или есть? По документам нет.

— Да не сестра она мне. Просто живём вместе. Наша опекунша говорит, что мы типа семья. И такие обращения сделают нас ближе друг к другу. На тренинг съездила в выходные. Крепкая семья называется. Вот теперь пожинаю плоды этой мозга промывки.

— О, как, — Кристина хохотнула, а у неё зазвонил телефон. — Чёрт. Шеф звонит. Я тебе вечерком позвоню, и только не возьми трубку.

Кристина остановилась, отвечая на звонок, а я пошёл дальше, вынимая из кармана телефон.

— Ничего себе. А жизнь-то налаживается. Я улыбнулся, смотря на оповещение от банка, что на мой счёт зачислено семьдесят пять тысяч рублей. — Интересно, а это всё мне за Потрошителя? Или поровну с Кристиной и её напарниками. Наверное, поровну. Она же тоже оповещение получила.

Уже, будучи дома, я с пару часов посидел за книгами готовясь к зачёту. Даже записал на телефон базовые упражнения из дневника деда, после чего, одевшись в спортивную одежду, закинул рюкзак за плечи и вышел из дома под ворчание сестрички, что жутко бесилась, когда я её так называл, о чего мне так говорить было за вредную радость.

В наушниках звучал мой голос, зачитывающий базовые знания и принципы магии жнецов, а я медленно бежал по улице, радуясь тому, что хоть и не на сто процентов, но могу бегать.

Теперь путь до парка сократился в разы, хоть я и останавливался перевести дух или когда отдышка прям совсем одолевала меня.

Домой же я припёрся за полночь и, войдя в темноту прихожей беззвучно выматерился. Ведь из гостиной светил приглушённый свет, а значит, подружки Ники ещё не свалили.

На цепочках, словно слон ниндзя, я крался по прихожей и когда уже хотел проскочить мимо арки на лестницу, услышал дикий храп.

Моя нога зависла в воздухе так и не коснувшись пола, а голова повернулась к арке.

Шаг и я заглянул в гостиную и открыл рот.

Прямо с пола на меня смотрела упругая попка, не прикрытая одеялом, что словно дразнила тонкой ниточкой розовых трусиков.

— Мать моя роди меня обратно, — чуть не схватился я за сердце, а в штанах на долю секунды, словно что-то дрогнуло. Хотя, может, мне показалось, ведь там пока была вечная зима и, мой ходок замёрз в вечной мерзлоте.

Всюду валились бутылки из-под пива и даже вина, а на полу, на расстеленном большом матрасе спали три девушки.

Раздался очередной храп, что издала миловидная блондинка, и от неё откатилась рыженькая девушка, выползая из-под одеяла, и я увидел во всей красе жёлтые миниатюрные трусики, что слегка сползли вбок.

Я, чтобы не застонать от увиденного в голос, прикусил кулак и реально почувствовал лёгкий и совсем скромный трепет в штанах.

То ли от боли от укуса, то ли от радости, я чуть не пустил слезу, смотря на прекрасное зрелище, что показывали мне две из трёх красоток.

Очередной храп разнёсся по гостиной и та, что была в розовых трусиках, стала невнятно, что-то бормотать, приподнимая голову.

Меня, как ветром сдуло и, перевёл я дух, только когда оказался у себя в комнате.

— He's alive, — хохотнул я, парадируя доктора Франкинштейна смотря сначала в потолок, а потом на свой низ живота. — Он живой. — Продублировал своё восклицание уже на русском.

На следующий день, я пребывал в приподнятом настроении, а в шесть вечера, я снова свалил из дома и начал тренировку с лёгкой пробежки, как и вчера.

Выбежав практически за пределы своей улицы, только сокрушённо выдохнул, ведь рядом со мной стала бежать Кристина, что была сегодня в спортивном костюме.

— Привет. — На бегу поздоровалась со мной девушка коп.

— Нет. — Ответил я.

— Чего нет? — Вровень со мной бежала Кристина.

— Мой ответ нет. — Чуть не сбил я дыхание при беге.

— Да ладно тебе, — как ни в чём не бывало, бежала со мной Кристина. — Смотри, вон спортом занимаешься. А у нас в отделе свой крутой спортзал с тренажёрами. Тренируйся сколько влезет. Бесплатно. А какие там сотрудницы разных отделов тренируются, закачаешься. В лосинах и топиках. Есть на что посмотреть между подходами на тренажёрах.

— Нахрена мне это? — Я остановился тяжело дыша. — Если меня первый же монстр сожрёт или на ремни пустит.

— Ну, ты же убил Потрошителя. — Встала напротив меня Кристина.

— Да мне повезло. Вы его из дробовика расстреляли и ещё чего сделали с ним. Он ко мне полудохлый допрыгал. Это просто везение. Я даже даром не умею пользоваться, пойми ты это, наконец. Я и близко не подойду к этим тварям и, не проси даже. Мой ответ нет. Понимает ты, слово такое есть. Нет. Нет. НЕТ!

— Офицеры ОПБ нужна проверка улицы Баха. Взрыв в магазине в сороковом доме. Подозрение на потустороннюю сущность.

— Офицер Витрова, — ловко выхватила рацию из кармана девушка, поднося к губам. — Нахожусь поблизости. Буду на месте приблизительно через десять минут.

— Принято. — Послышался мужской, хрипящий от помех голос.

— Пошли. Надо проверить. — Запихнула рацию в карман кофты Кристина, обращаясь ко мне.

— Я же сказал, нет, — наконец-то восстановил я своё дыхание. — А что, если там действительно монстр?

—Тогда пострадает много людей. Ты что трус? — Кристина нахмурилась, а на её красивое лицо упала тень.

— Реалист. Я реалист, в отличие от тебя. — Стоял я перед девушкой. — Я там ничем не смогу помочь, кроме как героически сдохнуть.

— Ну и катись тогда нахрен, чёртов толстый реалист. — Толкнула меня в плечо Кристина. — Сама справлюсь и без тебя.

Девушка сорвалась с места и побежала по дороге в сторону торгового квартала, а я остался стоять на месте, смотря убегающей Кристине в спину.

Улица Баха. Кристина.

Когда Кристина добежала до сорокового дома, первый этаж уже вовсю пылал, а из распахнутых дверей валил дым.

Без раздумий девушка рванула в двери здания, и сотворила перед собой воздушную волну.

Влетев в горящее помещение, что было раскурочено взрывом, Кристина увидела валяющихся людей, что были все в крови и лежали словно куклы, а с боку донёсся тихий кашель.

Кристина среагировала мгновенно и, подскочив к месту, что когда-то было сродни прилавку для вещей, раскидала в стороны грязные шмотки, увидев под ними девушку.

— Это офицер Витрова. Есть раненые. Потусторонних сил не наблюдаю. Зелёный свет пожарным и скорой. Повторяю зелёный свет. — Произнесла в рацию Кристина, и услышала шипящий звук.

Крис быстро повернулась и увидела рогатого краснокожего монстра с пастью от уха до уха и глазами, что были миндалевидны и огромны и находились на голове раскосо вертикально и кончались чуть веще висков. Тело же было человеческое и худое, руки удлинены, а ноги уже практически приняли козлиную форму.

Монстр широко улыбнулся, демонстрируя острые зубы и, всунул огромный язык, на кончике которого заиграла пламя.

— Ифрит. — Только и успела произнести Кристина сидя на корточках рядом с полуобморочной девушкой, как монстр выпустил в их сторону струю огня, что, набирая силу, взорвалась, обрушивая часть потолка.

Кристина успела, поставит воздушный купол, и частично обвалившийся на них потолок обрушился на магическую защиту, как собственно и пламя, а монстр слегка согнувшись, подёргивая языком словно змея, рванул к девушкам, занося когтистые руки в размашистых ударах.

Крис понимала, что её барьер не выдержит атаку, и как только он лопнет, их пронзят когти Ифрита и обрушатся горящие потолочные балки.

Но когда Ифриту оставалось всего ничего до купола, в него влетела, словно скоростной поезд, массивная фигура и, протащив монстра с метр, откинула в горящую дверь, которую монстр выломал своей спиной и скрылся в вырывающемся из подсобки пламени.

К Кристине же подбежал Алекс и, пыхтя и кашляя, подхватив какие-то тряпки, стал сдвигать с барьера горящие балки.

— Вылезайте, я держу — Хрипел от натуги Алекс, приподнимая массивную потолочную балку. — Быстрее блин. Ща рожу.

Кристина схватила в охапку девушку и, славно лягушка выпрыгнула за пределы купола, что лопнул, словно мыльный пузырь.

Рёв сотряс горящий магазин вещей, и в дверном проёме появился плохо горящий Ифрит.

— Что вылупилась! — Заорал Алекс на Кристуну. — Тащи девку нахрен отсюда. — Схватил толстый парень горячий местами, длинный деревянный брусок.

Улица Баха. Горящий магазин бредовой одежды.

Помещение сотряс треск и несколько потолочных балок рухнули, вниз отделив Кристину с девушкой от меня и монстра.

Я кинул беглый взгляд через щели в упавшем потолке, и заорал:

— Да свали ты наконец-то. Спасай девчонку. Ты же за этим сюда прибежала. А ты! — Отвернулся я от Кристины, взмахнув горящим брусом. — Ща узнаешь у меня, что такое жить по дефолту. Надеюсь, это последнее, что я покажу! — Выкрикнул я и рванул на красного монстра.

Глава 6.

Отлетев в ворох одежды от удара монстра, я как мог быстро вскочил на ноги и швырнул в него грудой одежды, что лишила Ифрита зрения, свисая с его башки, после чего врезал с размаху по его башке бруском.

Ифрит отлетел на метр в сторону, оказавшись за разделяющим нас столом с вещами.

Я же, не медля ни секунды, рванул вновь в атаку, наступая на валяющийся пуфик и, прыгая вверх над столом, ударяя краснокожую тварь с двух ног.

Монстр отлетел к кассовой стойке, а я рухнул вниз на стол, ломая его под своим весом.

— Ох, блин, — Кашлянул я, пытаясь быстро встать на ноги сжимая, словно оберег, деревянный брус.

Дым заполнял магазин и, дышать уже было не то что сложно, а практически невозможно, так же всюду распространялся огонь, обжигая мою тушу жаром.

Стоило мне вскочить на ноги, как я словно копьём нанёс удар в грудь Ифриту, что вновь рванул в атаку и, сделав полу разворот, врезал нижним концом бруска по роже монстра, заставляя его отшатнуться на пару шагов назад.

В нескольких метрах от нас раздался треск, и ещё несколько балок вместе с подвесным потолком обрушились вниз, полностью заграждая путь на выход из помещения.

— Удар, раскалывающий гору! — Нанёс я сверху вниз мощный удар бруском по башке монстра, и тот рухнул на колени, а я отскочил в сторону, так как пара подвесных панелей, упали с потолка.

Оказавшись у стеллажа с одеждой, что бодро разгорались, я взвыл в голос туша волосы на затылке, так как языки огня лизнули меня в спину.

— ААааа! Горю мать твою. — Сбил я рукой пламя на затылке и сразу швырнул в монстра, что открыл пасть, высовывая язык с пламенем на нём, ворох возгорающейся одежды.

Шмотьё повисло на Ифрите, а я, подскочив к врагу, врезал брусом чуть ниже колен монстра, сбивая его с ног.

Стоило Ифриту упасть окутанным ворохом когда-то модного шмотья, как я стал лупешить по его башке, не переставая брусом, словно обезумевший кольщик дров, которого пёрло не по-детски колоть дрова.

— Да сдохни ты наконец-то мудила! — Как заведённый бил я его сверху вниз брусом, и брус не выдержал, и его край отлетел в сторону. — Твою мать! — Вскрикнул я, смотря на знатно укоротившейся брус.

Монстр же не видя меня из-за тряпок на роже, прям с пола прыгнул на меня словно спущенная пружина, и мы покатились с ним по горящему помещению.

Огонь обжигал кожу и прожигал одежду, а удушье уже стояло за спиной, ожидая своей минуты, чтобы взять меня за горло. Да и монстр не отставал, располосовав своими когтями мне плечо, бедро и грудь.

Катаясь по полу с монстром, что впился когтями в мою плоть, мы то и дело прокатывались по горящим предметам, борясь на полу.

Очередной перекат, и мы, прокатившись по куче горящих вещей, налетели на стул, ломая его своими телами.

Моя одежда не могла защитить тело от огня и, прожигаясь, тлела, доставляя мне дикую боль.

Взвыв от чудовищной боли, оказавшись на Ифрите, я в пылу ярости и боли, словно кувалдой ударил монстра своей головой несколько раз.

Башка Ифрита ударилась о пол, а я схватил валяющуюся рядом ножку от стула и заорал в голос, обжигая свою ладонь.

Но вместо того, чтобы откинуть ножку стула, я только сильнее сжал хватку. Словно от этого уже покрывшаяся углями палка остынет, жалея только одного, чтобы боль ушла.

Всё внимание было на обожжённой до мяса ладони, а в голове желание больше не испытывать прожигающий плоть жар.

Крича от боли, я нанёс удар ножкой стула по роже Ифрита, и его морда отлетела опять на пол, а когтистая ручища впилась мне в бедро.

Взвыв от боли, запрокидывая голову вверх, я сжал тлеющую палку ещё сильнее и обрушил её на монстра, словно острый клинок, желая проткнуть Ифрита насквозь.

Палка воткнулась в грудину врагу, а я, вытащив ее, нанёс ещё один такой же удар, даже не понимая, что боль в руке исчезала под моим желанием, а обломок стула затягивался чёрной покрытием.

Удар, за ним ещё и ещё удары, что шли вровень с кашлем удушья и моим склонением к монстру и потерей ясности мыслей.

Хозяин уничтожил потустороннюю сущность — Ифрит первой ступени, что созрел для перехода на вторую ступень.Как ваш персональный помощник, хозяин. Советую вам поглотить сущность Ифрита. Напоминаю! Чтобы поглотить потустороннюю сущность, коснитесь её.

Я же, тяжело кашляя и держась за воткнутую ножку стула в грудь Ифрита, чтобы не упасть на него, увидел пред собой хвостатый красный шарик, что вырвавшись из тела, мерцая и утончаясь, всосался в мои руки, которых он задел хвостиком.

Стразу стало легче, и даже прояснилась голова, но очередной приступ кашля вернул всё на место, и я обрушил свою тушу на тело уже мёртвого монстра.

Сознание начинало меркнуть, а где-то, словно вдали слышался голос моего незримого помощника и треск горящих перекрытий и мебели.

Хозяин. Вы поглотили призрачную сущность Ифрита созревшего для перехода на новый уровень развития.

Индекс магического развития увеличился. Хозяин переходит на 2-ю ступень развития.

Магический потенциал хозяина увеличен до 10 ед. мана джоуль.

До перенятия магического элемента осталось 5-ть ступеней.

Мои поздравления, хозяин!

Я же собрав последние силы, вскочил на ноги и, разразившись диким кашлем, рванул по горящему помещению на пролом через огонь и дым.

Под ногами трещало стекло, а я, перевалившись через обвалившуюся балку и валяющиеся стеллажи, очутился у уцелевшего каким-то чудом окна, что было закрыто стеллажом.

Подбежав к стеллажу, я схватился за его края и дёрнув изо всех сил. Стеллаж неохотно частично завалился на пол, я же устремился в окно. Раздался звон, и моя туша вылетела на улицу, катясь по мостовой.

Хрипя и кашляя, я валялся на тротуаре, а ко мне подбежали люди и, потащили волоком.

Через пару мгновений я был погружен в скорую помощь, а на лицо мне нацепляли кислородную маску.

Два часа спустя. Госпиталь.

Я сидел на больничной кровати в сорочке, перемотанный бинтами по всему телу.

Эта палата располагалась в небольшом отделении, что принадлежала, как выяснилось силовым ведомствам города. Весь персонал от санитарок до главного по отделению, занимались в госпитале только сотрудниками внутренних дел и не имели отношения к простым больным госпиталя.

Даже если в хирургии все врачи были заняты на операциях, а госпиталь доставляли человека, которого нужно было прооперировать. Врач этого отделения, не оперировал, так как в любой момент могли доставить сотрудника из силовых ведомств города.

На шею же мне нацепили какую-то пластину, что приятно грела кожу. Сказав, что её надо будет вернуть. Мол, этот артефакт снимет к завтрашнему дню ожоги, а от ран не будет шрамов.

Кстати эффект от этой безделушки я оценил уже через полчаса, когда с кожи стали исчезать незначительнее ожоги.

Дверь в палату открылась и, я увидел Кристину, что, потупив взгляд, прошла в помещение.

— Вот, — девушка подняла на вытянутой руке большой пакет. — Надеюсь, всё подойдёт. И не переживай. Опекуну сообщать не будут. Это же не просто госпиталь, где нужна страховка и всякие подписи на документах. Ты же получал лишение, как сотрудник царского ведомства внутренних дел.

— Ага, спасибо, — принял я пакет забинтованной рукой, проводя по плешивому затылку с опалёнными волосами левой рукой. — Вообще красота. Я теперь вдобавок ещё и плешивый.

— Ты это прости меня и спасибо, что спас, — отвернулась от меня Кристина. — Я больше не буду тебя донимать. Честно.

— Донимать больше не будит, видите ли, она, — язвительно произнёс я. — Я опять чуть не здох. А я ведь говорил. И вот я опять в больнице с кучей ранений и, возможно, даже с психологической травмой. Но это не точно. Соц. пакет, блин. Тренажёрка и девчонки в лосинах. Ага, как же. Сплошной аттракцион выживания, а я даже маной не умею пользоваться. А ты меня в винторез хотела засунуть без обреза.

Да я виновата, — не оборачиваясь слегка дрожащим голосом, произнесла Кристина. — Но ты отказался идти. Зачем же пришёл? Зачем рисковал тогда?

— Зачем-зачем, — ворчливо и слегка смущённо произнёс я. — Чтоб ты, если там монстр окажется, одна ни осталась. Ты ж девушка, как-никак. Да и без твоих звонков как-то одиноко было бы. Да и спортзал мне с девушками в лосинах обещала. Если б ты умерла, то, как бы обещание выполнила. — Понял я, что меня куда-то ни туда понесло и, постарался всё вывести в шутку.

Кристина, стоявшая ко мне спиной, повернулась и в секунду плюхнулась рядом со мной на больничную койку.

— Так ты, что, согласен, что ли? — Заглянула она мне в глаза.

Я слегка смутился и чуть отвернувшись, произнёс:

— Ну, если тебе ещё нужен плешивый, толстый напарник, не умеющий колдовать. То, да. Только никаких монстров, пока я хотя бы не сдам зачёт первичной энергии.

— АААаа! — Кристина вскрикнула и обняла меня. — Нужен, конечно. Да без проблем! — орала мне на ухо девушка. — А плеши мы поправим. У меня мастер есть, она тебе такую красоту на голове наведёт, никто и не поймёт ничего. Ууу, как шлычком потянуло. Есть, аж захотелось. — Протянула девушка, всё ещё обнимая меня и раскачивая на кровати, словно я был деревом, которое надо было выдрать с корнем.

— Это от меня, — сбивчиво протянул я, от раскачивания девушкой. — Я там не хренова так прожарился. И чего так радоваться-то? Я ж ни черта не умею.

Научишься. Куда ты денешься. Напаррррник.— Всё обнимала и трясла меня девушка. — Ой, — Кристина отстранилась. — Блин, надо же шефу позвонить. — Вскочила девушка с койки, доставая из заднего кармана джинсов телефон.

— Я пока переоденусь. — Я также встал с больничной койки.

— Давай. — Вполоборота повернулась на меня Кристина, поднося трубку к уху.

Я же шагнул к ширме, слыша, как из динамика Кристининого телефона раздался крик капитана полиции.

Уже, будучи за ширмой, я натянул прямо на голое тело спортивные штаны, словно их отобрали у Алладина, майку и кофту на молнии с капюшоном.

— Ну что так орать-то, — слышал я голос Крис, выходя из-за ширмы, беря с табурета свой местами проезженный и весь в копоти рюкзак. — Дайте я хотя бы, громкость убавлю, а то оглохну. Что значит я в госпитале, вылечат? Я не хочу на больничный. У меня только жнец появился.

Кристина же договорив по телефону, сразу же позвонила ещё кому-то.

— Ну, пошли, — улыбнулась сияющая девушка с пластырем на лбу. – Будем маскировать плешки.

— А не поздновато ли? — Покосился я на весящие круглые часы на стене.

— Да нормально. Она всё равно ещё уснуть не успела. Пошли, напарник. — Шагнула к двери палаты Кристина.

Через минут сорок мы заходили в квартиру к женщине. Красивая и стройная особа с явно слегка перекаченными бёдрами открыла нам дверь и впустила внутрь.

Пройдя за женщиной в майке и спортивных штанах в небольшую комнату, где четверть пространства было оборудовано под место парикмахера.

Женщина усадила меня в кресло и укрыла накидкой, что была мне слегка мала, а потом под непринуждённую беседу с Кристиной, что уселась в кожаное кресло, начала крутить мою голову, приступая к работе.

Уже за полночь мы покинули квартиру Даши. Женщина постаралась на славу и, теперь не было и намёка на опалённые волосы и плеши. Как говорила сама Дарья, мне повезло, что у меня были удлинённые волосы, и было с чем поработать, а то пришлось бы просто побрить череп под полный гладкий ноль.

Теперь же у меня на голове красовалась короткая модная причёска, которая переходила в лысый затылок с висками.

— Алекс придётся тебе у меня остаться, — Кристина сладко зевнула, нажимая на кнопку вызова лифта. — Я без сил, а тебя вести на другой конец города. Да и с утра пораньше в отдел надо. Хочешь, я завтра сама всё твоей опекунше объясню.

— Даже не вздумай. Да и не получится. Она уехала в столицу. Так что дома только сеструха. Скорее всего, уже в хмельном угаре дрыхнет. Она даже не заметит, что меня нет. И да. Пока не надо Арине знать, что я на полставки. А кто я на полставки?

— Как кто? — Кристина зашла в открывшиеся двери лифта. — Ты теперь внештатный сотрудник-жнец в ОБП, особый отдел при ЦВВД. Звание офицера тебе не удалось выбить. Ты же ещё учишься. Но корки дадут какие-то. Завтра. — Девушка зевнула, прикрывая глаза, упираясь головой в стену лифта, что ехал вниз. — Завтра в отдел съездим с утра, бумаги подпишем и дадут. Кстати, шеф написал, что за тобой записали Ифрита. Так что мы получим с тобой премию.

Как оказалось, Кристина жила через несколько домов от Дарьи в двадцатиэтажном доме. Квартира же моей теперь уже напарницы, расположилась на десятом этаже.

Небольшая, но весьма уютная квартирка встретила нас лёгким беспорядком, что Кристина быстро исправила, собрав в охапку по прихожей и небольшой гостиной свои раскиданные вещи.

— Короче, вот диван, — указала зевающая девушка на нераскладывающийся диванчик. — Плед и подушка. Я спать. Если что, ванная комната, как и туалет, рядом с кухней. В общем спокойной ночи. — Сладко зевнула Кристина и вышла из комнаты, после моего кивка.

Я же шагнул к выключателю и погасил свет, направляясь к дивану.

Когда я сначала сел на мягкую поверхность, то промял её, заваливаясь на диван с ногами, смотря в тёмный потолок.

В моём теле же была дикая усталость вперемешку с некой лёгкостью. Ещё в больнице я заметил, что свой немаленький вес мне стало таскать ещё проще.

Переход на вторую ступень дал мне дополнительные физические силы и, если верить моему якобы помощнику, ещё и прирост маны.

Наверное, это наполовину и повлияло на моё решение стать жнецом на полставки.

Убивая монстров и пожирая их сущности, я становился сильнее, а где как не в отряде борьбы с этими самыми потусторонними сущностями я смогу и дальше повышать ступени и становится сильней.

Но не только это подвигло меня встать на такой шаткий путь.

Ещё к этому можно было прибавить моё финансовое положение, которого в принципе не было.

Как я уже знал, пока я учусь и являюсь подопечным Арины, правительство хоть и оплачивало мне учёбу и некую стипендию, но деньги переводила опекуну. Арина же за вычетом расходов, что были не маленькие, переводила остатки уже мне на карту. Прежнему Алексу их даже не хватало на всякие бургерные.

Сами же расходы в основном упирались в оплату больничных счетов и выкуп дома, где мы жили. Ведь естественно, никто не выделял бесплатное жильё, таким как я. А так большая часть займа будет выплачено. Хотя может и, нет. Недвижимость в городе была ломовая, если я правильно понял.

Да и вообще. Если я хочу возродить род Тумановых и вернуть аристократические привилегии, то мне надо дорасти как минимум до тридцатой ступени мага и иметь просто неприличную сумму денег. А так, пока я учусь и если не помру ко времени выпуска, то могу неплохо заработать и возможно, заручиться поддержкой силовых структур города. Надо же с чего-то начинать новую жизнь. А там видно будет.

Думая обо всём этом, я вдруг вспомнил про то, как сюда попал, а вместе с этим и уговор с богиней. Мне же надо было отыскать какие-то артефакты Эры и возродить её. Но большей информацией я не располагал. Да и здесь она не вышла со мной на связь. Поэтому, как выполнять уговор я не знал. Мне же никто не объяснил, где что искать и, как я пойму, что это артефакт, да в придачу богини Эры.

Спать хотелось жутко, от чего я и уснул, за своими насушим мыслями.

Первая половина следующего дня выдалась насыщенной. Сперва я проснулся под крики Кристины, что мы проспали и надо срочно собираться.

Здесь я был благодарен девушке, что хоть она с утра предстала передо мной в закрытой пижаме в цветочек, а не как Арина или Ника.

Собравшись второпях, мы выехали в отдел, где меня по буравил тяжёлым взглядом капитан отдела, которого звали Александр Анатольевич Ближнёв. К слову, высший аристократ. К тому же через его крики на Кристину, я понял, что мужик явно заботился о Крис, словно отец и потакал ей во многом, пусть и крича при этом.

В общем, капитан и на меня по орал, объяснив мне, что я в принципе не пришей ни пристигни. Хрен мне, а не корки сотрудника, ибо я студент первогодок. По бумагам же я буду внештатным помощником группы патруля. Так что никаких пока мне полицейских привилегий. Но Соц. пакет и прочее всё же будет, как и зарплата. Но как у внештатного помощника.

А, и ещё заставили подписать бумагу, что если я скопычусь, то по своей инициативе, а отдел и моя группа к этому никакого отношения не имеет. Короче Анатольевич обезопасился, как мог.

После кабинета теперь уже, наверное, и моего начальника, Кристина провела мне экскурсию по отделу, а потом, мы вышли на улицу и, пройдя от участка всего сотню метров, оказались у огромного здания с яркими вывесками, одна из которых говорила, что здесь расположился спортзал.

— У отдела здесь государственный контракт на тренировку сотрудников, — Крис произнесла, увидев мой непонимающий взгляд. — Сейчас оформим тебя, и можешь тренироваться, сколько хочешь у сотрудников отдела безлимит. Платить надо только за персонального тренера. Но половину суммы.

Войдя в двери торгового комплекса, у которого один из этажей был отведён под спортзал, мы минут через пять были на ресепшене, где под удивлённо-скептический взгляд со смесью лёгкой брезгливости, миловидная спортивная девушка, записала мои данные в базу и выдала мне персональный ключ он ящика в раздевалке.

После же мы покинули зал, и я, попрощавшись с девушкой, пошёл на автобусную остановку, смотря по разбитому смартфону, на чём мне надо ехать до дома.

Оказалось, что от спортзала шёл прямой рейс, на котором я и доехал до дома.

Будучи в родных стенах, прошёл прихожую, видя мешки с мусором, что приготовила Ника на выброс. Самой же белокурой стервы дома не оказалось на моё счастье, от чего я спокойно поднялся в свою комнату.

Переодевшись и сев в кресло, я тяжело вздохнул. Теперь чтобы работать и сдать заваленный зачёт, а главное, не умереть ненароком. Мне предстояло научиться первичному контролю маны.

Глава 7.

Был поздний вечер, а снизу доносилась громкая музыка, что доходила до моей комнаты, а она, между прочим, на третьем этаже и практически под крышей.

И вот сидел я в кресле под отголоски гулянки, а на моём брюхе лежал открытый страницами вниз дневник деда.

На моём лбу выступала испарина, а в теле была усталость, словно пробежал марафон и всё это, потому что я, проведя всю вторую половину дня и весь вечер за тренировками контроля маны.

Уж не знаю от усилий и упёртости, или от того, что я не умея ни черта, смог пройти до второй ступени развития мага, но результат был. Даже два результата.

Первый результат давал мне уверенность, что я сдам зачёт, так как я теперь хоть худо-бедно чувствовал и мог концентрировать ману.

Второй же результат хоть и был сродни провалу. Но был же.

Руководствуясь уроками из дневника деда, я сначала освоил первичный контроль, а потом попробовал сотворить оружие, что могли через ману призывать все жнецы и, как писал дед, многие уже на первой ступени могли хоть на мгновенье вызывать оружие.

В общем, я попробовал, и с сотой попытки призвал нечто похожее на сплющенный теннисный мячик, что вообще не тянул на оружие. Этот не до шарик возник у меня в ладони на краткий миг и разлетелся чёрными бликами, а я ощутил внутрии сосущую пустоту.

После этого даже эту сплющенную штуку призвать мне не удалось. Зато после, прочитав несколько страниц дневника, я понял, как у меня получилось завалить Потрошителя и Ифрита.

Базовое, можно сказать, детское упражнение для жнецов рода Тумановых. Не способные сформировать и призвать оружие дети, что могли контролировать ману, тренировались в том, что покрывали маной всякие предметы. Палки, игрушечное оружие, ложку или столовый ножик. Такое покрытие могло действительно угомонить монстра первой и даже второй ступени, но не всегда. Всё завесило только от толщины покрытия предмета и уровня и классификации монстра.

По первой, пока не научусь призывать оружие, и такое сходится.

К музыке добавились пьяные голоса девушек, что устроили из гостиной караоке, а я, всё сидя в кресле, на своей шкуре понял, что быть жнецом сложнее, чем магом.

Как я узнал из интернета, да и видел в университете. Люди даже на первой ступени хоть и не все, могли творить магию. Да слабую и простую, да немного. Но могли же.

Мне же надо было не выучить формулу заклинания, что как я понял, тоже было не простым занятием, а призвать оружие. Сделать ману оружием и удерживать её в этом виде.

Маг же сотворил огненный шарик и кинул его, и забыл, а мне нужен был постоянный контроль, на который уходило, как я понял дофига и больше энергии.

Поэтому жнецы и считались не до магами даже с каким-либо элементом. Удерживать оружие и колдовать чертовски сложно, а маны надо вагон и маленькая тележка, и только после двадцатой ступени накапливалось маны для оружия и пары заклинаний в бою. Хотя, я думаю, что это условно.

Сидя в кресле, я слушал отголоски пьяных голосов, что могли распугать ворон в поле, после чего, встав на ноги, приступил к разминочному комплексу. Ведь если я хотел вновь мастерски освоить науку короля обезьян и нефритового императора, без гибкости было никуда. Да и скучал я очень по своим былым умениям.

Последующие два часа я словно неповоротливый деревянный медведь пытался делать растяжку, под конец, умудрившись потянуть паховые связки. Причиной тому было то, что я разъехался как корова на льду, когда, закинув ногу на стол, используя его как станок для растяжки.

Утро у меня началось с пробежки ни свет ни заря. Перейдя на вторую ступень моё тело, ощутимо стало крепче и выносливей, от чего я мог бегать даже с таким весом, как мой.

В эту тренировку я останавливался всего десять раз и пробежал на километр больше, чем планировал.

Следом была растяжка на спортивной площадке, где на меня с интересом пялились ранние прохожие. Мне же были до фонаря их взгляды и смешки.

В восемь утра я вернулся домой и, проскользнув в ванную комнату приняв душ, стал собираться в университет. Когда я покидал дом, Ника и её подружайки только вяло просыпались.

До университета добрался, как обычно, пешком и, зайдя в свой класс, уселся за родимую парту под смешки одноклассников.

Конечно. Из-за того, что в университете была неформальная форма одежды, все здесь одевались, подчёркивая свои достоинства. Особенно девушки. Было на что посмотреть и положить глаз.

Вот только смешки сегодня были пока не из-за моей тучности и жирности, а из-за новой причёски.

Слышались подколки и язвительные фразы, что, мол, так рожа ещё круглее стала или мне даже стильная стрижка не поможет, не быть свинотой.

Но вскоре в класс зашёл наш учитель, что вёл общую потустороннюю грамотность.

Учитель мужиком был суровым, да аристократом высшим не из последнего рода в списки города, от чего в основном его занятия проходили в тишине.

— И так класс, — положил журнал на стол высокий и худой мужчина в пиджаке надетым поверх чёрной водолазки. — С сегодняшнего дня у нас начитается обширный раздел нашего предмета.

Мужчина подошёл к доске и, взяв мел, начал быстро писать.

— Потусторонние сущности, — Ударил мелом по надписи на доске учитель. — Многие из вас к сущностям отношения иметь не будут. Так как маги закрывают потусторонние двери, а не убивают начесть в городе, что пробралась сюда из дверей. Но знать базовые понятия и положения вы должны. Кто мне ответит. Почему маги практически не занимаются уничтожением монстров, что взросли в городе?

— Неаристократическое это дело, – донёсся с места голос высокого бугая с модельной стрижкой. — Не по статусу нам это. На такую работу не до маги есть. Жнецами зовут. — Бугай заржал, и большинство учащихся поддержало его смех.

— Анатолий, — Спокойно, но при этом властно посмотрел на парня, учитель. — Хочешь ответить. Будь добр встать.

Смешки сразу замолкли.

— Кто ещё может ответить на мой вопрос? — Обвёл взглядом учитель класс.

Из-за парты поднялась миловидная рыженькая девушка в коротком платье.

— Маги практически не занимаются ловлей нежити по ряду причин. Первое — это социальный статус. Так как ловлей занимаются сотрудники отделов ЦВВД. Аристократические рода считают это шагом назад в развитии и укрепления рода. Такое не приемлют уважающие себя рода. Второе это то, что маги могут развивать ману и поднимать ступени только путём тренировок тела и медитации, а самое главное в потусторонних дверях, где закрытие двери даёт магу прирост маны вне зависимости от развития тела и духа. К тому же это почётно и приносит не только статус роду, но и немалые денежные выплаты. А также артефакты и фолианты с заклинаниями, что скрываются за дверьми и, которым нет аналогов. Третье. Маг не может полностью убить вырвавшуюся сущность. Даже уничтожив тело, сущность возродится через какое-то время вновь. Бесполезная трата сил и времени.

Девушка села на место, а учитель кивнул.

— Ну, можно и так сказать. Молодец Анна, — сдержанно улыбнулся учитель, рыжеволосой. — Но на деле. Маги не способны убить призрачных сущностей, хотя они быстро и эффективно могут уничтожать их тела при должном уровне силы. Полное же уничтожение призрачных сущностей доступно только жнецам. Теперь разберём поверхностно виды сущностей, так как углублённо это начинают проходить со второго семестра, второго курса и не все. — Посмотрел бегло и быстро на меня Учитель. — Начнём, пожалуй, с нежити. Нежить имеет много разновидностей.

Следующей урок, а точнее уроки, были по физическому развитию. Вообще, как я узнал, здесь для лучшего контроля и увеличения маны на начальных ступенях много уделялось этому времени.

Контроль своего тела помогал в контроле маны и даже увеличивал энергию, как и при медитациях.

И да. На физкультуре не обязательно было прыгать бегать и скакать. Хотя общие нормативы и были.

Здесь в огромном крытом зале, можно было увидеть, как студенты тягают железо, бегают, занимаются борьбой или всё сразу. Девушке же в большем своём роде занимались растяжкой, йогой, тренировками на пилоне, просто танцами или тренировками на тренажёрах, а также гимнастикой.

От вида девушек в спортивных топиках заниженных штанишках и спортивных лосинах перехватывало дух, особенно там, где шли тренировки по йоге.

Я же помня, что Алекс в основном из-за веса был освобождён от занятий и просто сидел на лавочке и не стремился к занятиям спортом.

— Эй, хрюшка? — раздался сбоку от меня женский голос. — Куда это ты пялишься? Неуч-то на девчонок потянуло? — Стройная девушка в окружении подруг посмотрела, куда и я, видя, как студентки в лосинах выполняли замысловатую позу из йоги под наставничеством инструктора.

— Туманов? Фу, какая мерзость, — скривилась рыжеволосая студентка, что была одета как раз для занятий йогой. — Урод блин. Только посмотри в мою сторону и тебе не жить.

— Да ладно тебе Кать, – толкнула в плечо рыжеволосую девушку, блондинка с пышной грудью. — Толку-то. Ему только и светит, что глаза греть. С ним же даже проститутка водится не будет. Раздавит и не заметит. Если, конечно, там есть что-то живое. Я слышала, что такие боровы все поголовно импотенты. Всё в жир ушло.

Девушки рассмеялись, а я, скривившись, развернулся от девчонок вполоборота и произнёс:

— Ну, тебе точно не светит это узнать. Ты так себе типаж.

После секундной паузы, после которой послышались новые оскорбления, я зашагал по залу думая, что тренироваться мне здесь точно нормально не дадут.

Но стоило мне пройти метров сто, как услышал резкий мужской голос, а через секунду, меня схватив за плечо, резко, словно пушинку развернув на девяносто градусов.

Я только и успел увидеть очертание кулака, и подставить лоб. От удара меня откинуло на шаг назад, а в голове зазвучали колокола. Но, не успев даже закончить шаг и насладиться звоном, как в мою пригнутую к подбородку голову влетел апперкот.

Я, чуть не подлетая на месте, с грохотом повалился на пол, а меня уже чуть ли не оседлал какой-то разъярённый парень и, схватив за грудки, ударил в лицо.

— Ты что гнида толстая. Совсем берега попутал, хамить моей девушки. Чёртов не до аристократишка. — Услышал я распалённый голос незнакомца, после которого последовал ещё один удар в лицо.

Моя голова отлетела назад, а где-то вдали слышался голос, что велел прекратить драку.

Меня сразу же опустили, но при этом пнули в живот, от чего я согнулся пополам, выпуская воздух, словно сдувающийся шарик.

Лёжа на полу, чувствуя вкус крови во рту из разбитой губы, я слышал, как с практически нескрываемой насмешкой в голосе, парень, что разбил мне лицо, общался с учителем или инструктором, объясняя, что я нанёс оскорбление его девушке.

Вскоре я уже шёл в медпункт при спортивном комплексе под смешки одноклассников и прочих занимающихся здесь студентов.

Когда я практически дошёл до середины зала, то услышал голос той самой блондинки:

— Получил жиробас. Впредь держи язык между своих толстых булок в присутствии настоящих аристократов.

— Да вообще ничтожество, — поддакнул противный, пискливый, тягучий женский голос. — И не маг и не аристократ. Толстый кусок мусора короче.

Не поворачиваясь на голоса злобных стервоз, я прошёл мимо них, делая покер фейс.

Пробыв в медпункте чуть меньше двадцати минут и получив пластырь налицо, оставшееся время уроков физкультуры, я провёл в уголке на лавочке, как когда-то и прежний Алекс, которого часто били и шпыняли именно в этом месте.

Когда же уроки закончились, я встал с лавки и пошёл на выход, смотря на оповещение на телефоне. На мой счёт прилетело сто тысяч рублей. Ифрит оказался подороже Потрошителя.

Окинув последний раз спортзал, только улыбнулся, чуть скривившись после этого от боли в опухшей губе, увидев особу из-за которой я получил по роже.

— Ну, нечего. И на моей улице будет праздник и тогда, я с тобой и такими, как ты, даже за сто блинов в голодный год спать не буду.

Два часа спустя. Торговый центр Небосклон.

— Слушай. Тебя точно сильно по башке ударили? — Шла рядом со мной Кристина, таща два весьма тяжеленьких пакета. — Вот эта страшила тебе нахрена? — Указала на медицинский манекен, что я пёр подмышкой.

— Чтобы изучать анатомию и оттачивать манипуляции. — Перехватил я манекен поудобнее.

— Манипуляции? Какие манипуляции? — Кристина закатила глаза. — Я бы поняла. Если б манекен бабы был. Без обид.

— Медицинские. Ты меня подначила жопой рисковать, знаешь ли. Надо навыки обновить. И вообще, сама предложила со мной пойти по магазинам.

Крис посмотрела на меня, как на придурка.

— Ладно. Допустим. Я даже пойму книжонки по английскому и немецкому языку. Но нахрена тебе книги по юриспруденции и бухгалтерскому делу. Зачем? Ты что решил стать бухгалтером или юристом? И зачем тебе складной шест?

— Ты что, хочешь, чтобы я был не только толстым, но и тупым? А шест для работы. Ты же в курсе, что я пока не могу призывать оружие, а шест можно маной покрыть.

— Палку? Может тогда бы попросил отдел тебе разрешение выдать носить меч, к примеру, в рабочее время. — Не унималась Кристина, выходя из торгового центра.

— Палка или шест самое древнее оружие, что зарекомендовала себя в веках. А мечем, я махать не умею. Не хватало себя ещё порезать им.

— В веках, — передразнила меня Крис. — Как бы ты со своей палкой сам в веках ни увековечился. А что, если ты будешь призывать меч? А так хотя бы научился бы заранее им хоть немного махать.

Поджав губы, я призадумался. Действительно, жнецы призывали определённое оружие, что как бы отражало их дар. Вторичное же сотворение чего-то другого было чертовски сложным занятием. Если верить дневнику деда.

— Да не, — я отмахнулся от девушки. — Если что и может отражать мою силу жнеца, так это шест. Я умею или почти сейчас умею им драться.

— Ну, надеюсь, я это скоро увижу, а не эту палку капалку. — Остановилась Кристина у полицейской машины, открывая кое-как брелком двери и багажник.

Я же подойдя машине, закинул несколько огромных пакетов в багажник, и направился с манекеном к задней двери.

Положив манекен на заднее сидение авто, захлопнул дверцу.

Через час я был дома, и благо здесь никого не было, и без лишних вопросов затащил свои покупки к себе в комнату.

Однако дома я оставаться не собирался. Запихав в рюкзак новую купленную спортивную одежку и, взвалив его на плечо, покинул дом, идя в спортзал.

Пока я добирался до нужного спорткомплекса, с головой погрузился в изучение основ магии жнецов. Что, кстати, была весьма скудна. Оказавшись в спортзале, я на входе назвал фамилию и прошёл за турникет, идя в раздевалку. Люди косились на меня и даже втихаря показывали пальцем. Но мне было это до фонаря.

Приодевшись под взгляды подкаченных мужиков, что фоткали себя в зеркалах, я вышел в зал и сразу ощутил на себе десятки взглядов.

Выдохнув, я запихал в уши наушники и врубил музон, после чего занял беговую дорожку.

Рядом со мной на таких же тренажёрах бегали стройные женщины, что кидали удивлённые взгляды на толстяка в мешковатой толстовке с капюшоном, от которого разносилась музыка и, что бежал практически наравне с ними, только иногда останавливаясь, отдышаться.

Я же чувствовал как, перевалив на вторую ступень развития, что давала прирост не только в магии, но и в обычных показателях, только улыбался, сдувая с губ бегущий пот.

Ведь как бы мне сказали мои друзья из психушки, что научили меня драться. Путь в тысячу шагов всегда начинается с одного маленького шага.

Глава 8.

Практически неделя пролетела как скоростной поезд. Я учился и не вылазил из спортзала.

В университете дела протекали по обычному сценарию. Вот только насмешки уже были, какие-то вялые. Без огонька, что ли. Ведь стоило кому-то начать шутить надо мной, как я соглашался с этим в саркастической форме. А что? Да я толстый и потею. Маг из меня никакой, и силу жнеца я ещё не открыл. Да и девушки в мою сторону не смотрят, если только не хотят поржать. Ну и аристократ я тоже не совсем. Титул есть, привилегий и статуса нет. На что обижаться-то?

Прежний Алекс от таких насмешек страдал и мучился, замыкался и прочее. Это и подстёгивало всех продолжать издевательства, ведь жертва уязвима к этому и приносит нужную реакцию и итог.

А так, ну, сказали мне, что я жирный боров, так я каждый день на себя в зеркало смотрюсь. Америку этим не открыли.

Вот и получалось, что сотрясали они воздух, но желаемого не получали.

А вот в спортзале администрация попросила меня на всякий случай написать бумагу, что я, если помну на тренажёрах, то они не при делах.

Бумагу я написал и продолжи заливать потом спортзал.

Тренировался я много и покидал тренажёрку под самое закрытие и, это дало, свои первые плоды. Я похудел на двадцать килограмм.

Конечно, стройности мне это не принесло, да и было совсем незаметно. Хотя кожа местами начинала чуть обвисать. Но зато, теперь тело слушалось куда лучше и, не было полной квашнёй. А вместе с этим и улучшился первичный контроль маны.

Теперь-то я понимаю, почему все студенты так старательно чем-либо занимались, имея хорошие тела без намёка на жирок.

Вот и сейчас я, держа в руках два каната, махал ими вверх вниз под удивлённые взгляды спортивных девчонок, что даже перестали фоткать себя на тренажёрах, смотря как я в согнутом положении, выполнял подходы с канатами.

Отмахав ещё двадцать раз, я положил канаты и, взяв бутыль с водой, сделал небольшой глоток, после чего поплёлся к наклонной скамье, на которую и сел отдыхая.

Но уже через пару минут, взяв в руки небольшие гантели, лёг на скамью и приступил к упражнению, чувствуя, как напрягается тело.

Следом шла штанга, а после жим ног.

Когда я полностью выдыхался, уходил на удобные кресла. Что были расставлены по всему спортзалу. Оно и понятно. Как я понял, зал был весьма известный и адаптирован под более состоятельный класс народа. Здесь даже были вип комнаты с тренажёрами и залы, для особо блатных посетителей.

Так вот. Пока я отдыхал сидя в кресле, то читал, чем вызывал ещё большее удивление тренирующихся здесь людей.

Играет музыка, люди охают и ахают, показывая крутые результаты на тренажёрах, кто-то фоткает бицуху или упругие задницы, а здесь сижу я, весь такой толстый и потный с натянутым капюшоном на голову и читаю книжку.

Вторая часть тренировок проходила у меня в залах с боксёрскими и тайскими грушами. Здесь я заново ставил ударную технику и иногда вызывал непроизвольный смех тренирующихся рядом людей.

А всё почему? А потому что ноги я пока высоко задирать не мог, и мои удары по грушам ногами напоминали, словно пережравший медведь пытается перелезть через небольшой заборчик. А когда я нарабатывал падения и кувырки, так и вовсе на катающийся по полу шарик, что издавал весёлые звуки.

И вот как раз, закончив тренировку в одном из таких залов, я поплёлся в раздевалку. Нужно было принять душ, а после встретится с Кристиной. Сегодня мне предстояло первое патрулирование в рядах ППБ, что расшифровывался как патруль потусторонней безопасности.

Вот по этой причине мне пришлось уйти из зала за два часа до закрытия, а так хотелось сходить в сауну, когда уже никого нет.

Выйдя из спортзала, я поправил лямку рюкзака на плече и поплёлся к отделу полиции.

Время было восемь вечера, и сегодня, как я понял, домой вернуться мне предстояло только под утро. Благо, что Арина ещё не приехала из столицы и мне не надо думать, как объяснять мои выкрутасы. Она же с ума сойдёт от моих поздних возвращений.

А вот когда Арина приедет, здесь уже придётся поломать голову, что говорить и как быть. Ведь скажи ей, что я теперь шарахаюсь по ночным улицам, ища монстров, она как опекун может сказать, своё веское не позволю и, тогда лавочку прикроют, как и крутой спортзал и выплаты денег. Ведь как я помнил из памяти Алекса, она ну очень сильно его опекала, словно ему не девятнадцать, а сем лет. И поскольку Арина до момента моего завершения учёбы являлась моим законным опекуном, то по закону она могла запретить мне работать в ППБ, и закон будет на её стороне. Ведь моя внештатная работа, в принципе была сшита и притянута белыми нитками.

Девять вечера. Городское кладбище №2.

Мы с Кристиной шли по уложенной плиткой дорожке меж могил, патрулируя внутри кладбища.

Аркадий и Михаил Евгеньевич же патрулировали пока прилегающую территорию.

— Надеюсь, сторож не спьяну забил тревогу? Как думаешь, мы сегодня найдём монстрика? А то я хочу машину поменять. — Беззаботно шагала впереди Кристина, держа в руках усатый или рогатый прибор, что хранил пока молчание.

Я же скептически посмотрел на девушку.

— Монстрика? Это те страшилы монстрики? Надеюсь, что не встретим. Денег видители она хочет. Да и машина у тебя есть. — Шагал я рядом словно пастух, сжимая в руке разложенный шест.

— Есть. Но в мою малышку кто-то не помещается же, а служебную машину не всегда можно в своё пользование захапать. — Кристина хохотнула, кинув злорадный взгляд в мою сторону.

— Это я-то не помещаюсь? — Я возмущённо посмотрел на девушку, чем вызвал её смех.

На поясе же Кристины раздалось шипение, а после послышался голос Михаила Евгеньевича, что в нашей группе имел пышные усы и был самым старшим из нас.

— Кристин. Нас дёргают отсюда. На Булкинской появилась призрачная дверь. Так что быстрее заканчивайте обход и присоединяйтесь к нам.

— Принято, — Недовольно ответила в рацию Кристина. — Ну, блин, замечательно вообще. Нам монстров искать надо, а нас в оцепление подтягивают.

— А это надолго? — Поинтересовался я, смотря на серп полумесяца, что выглядывал из-за облаков.

— Да кто ж знает. Пока поймут, что за дверь. Пока оцепление выставят. Надо ещё разместить на портале информацию по новой двери, и ждать, пока какой не то род аристократов возьмёт зачистку на себя. Но нам только отдел дверей надо дождаться в принципе. Там уж они сами разберутся.

— Понятно, — протянул я, ускоряя шаг, чтобы поспеть за напарницей. — Крис, а почему ты не зачищаешь двери, а работаешь в ППБ? Ты же маг.

Кристина слегка замедлилась и, посмотрев на меня, словно что-то решая, отвернулась.

— Мой отец был главой рода и при одном закрытии двери получил очень серьёзную рану, от которой и скончался. Наследников у него не было, а вот младший брат был. Он стал новым главой и по-быстрому женился на моей матери и ещё двух жёнах отца. Потом он решил выдать меня и ещё двух сестёр замуж. Сбагрить решил короче, чтоб в роду только его дети остались. Ведь моя мать уже была к этому времени беременна от него, как в принципе и другие.

Мне в женихи подобрали аристократа среднего звена из захудалого рода, но готового выплыть свадебный выкуп. Этот мужик являлся, как и я, магом воздуха. Короче, я ему очень подходила, ведь их род, как раз относился к воздушной стихии.

Я же недолго думая обратилась к близкому другу моего покойного отца. Он-то и устроил меня в отдел, и я стала сразу незавидной невестой. Ведь я поставила, по сути, крест на себе, как на маге. Но лучше так, чем в койке с тем похотливым селекционером. Мага воздуха сильного захотел, чтобы я родила. Мудак. Я сама решу, от кого и когда мне рожать. — Распалилась на последних фразах Кристина.

Дальше мы шли, молча, думая каждый о своём, а вскоре покинули кладбище. На моё же удивление, когда мы оказались за забором, Кристина, хлопнув себя по лбу, сообщала, что мне в принципе делать на Булкенской нечего, я же внештатник. Патруль внутри группы, это одно, а выполнение поручений других отделов другое.

По этой причине мы попрощались, и я пошёл вдоль забора кладбища. Время было не так много, и я наделся добраться до дома на общественном транспорте.

Мне всего-то нужно было пройтись с полтора километра, обогнув кладбище, где стояла остановка.

Топая по пустынной дороге, я наслаждался относительно тёплым вечером и думал, что мне подфартило. Я-то думал, что до утра буду шарахаться по кладбищу, а вышло, даже выспаться смогу.

Завернув за угол, я размышлял о том, как быть с Ариной. Ибо скоро она приедет и надо хоть что-то выдумать.

Впереди же в дыру в прутьях, высоченного с три метра кладбищенского забора вылезла мужская фигура, что споткнувшись, разразилась тихой бранью.

Увидев такую картину, я сначала не придал этому значения, ведь вслед за первой фигурой показалась вторая. Мало ли кто по кладбищам шастает. Может, навещали кого, и через дыру в заборе срезали путь до остановки.

Однако стоило явно женской фигуре появиться на тротуаре, как я удивлённо вскинул брови.

Дело было в том, что голова женщины была скрыта накинутой лёгкой курткой, а мужчина чертыхнулся в голос, встав так, словно пряча за своей спиной женщину.

От такого поворота событий, я встал в шести-восьми метрах от чудаковатой парочки, видя, что мужик явно нервничал и дёргался, а потом я увидел то, что заставило меня быстро потянуться к боковому отсеку рюкзака, где у меня находился сложенный шест. Так как из-за плеч мужчины показалась укрытая курткой голова женщины из-под которой на меня смотрел словно красный круг.

— НЕТ! — Заорал мужик, раскидывая руки в стороны, видя, как разложился мой шест. — Это не монстр! Это моя жена. Жена! Ей просто нездоровится. Мы в больницу едем. — Сбивчиво вопил мужчина, а на его плечо легла рука женщины с весьма длинными пальцами.

Секунда и мужик был откинут в сторону, падая на тротуар, а с головы женщины упала куртка и, теперь я мог её рассмотреть во всей красе.

Под светом тусклого фонаря передо мной стояла худая особа в красивом платье. Кожа женщины была бледной и синюшной. Длинные волосы спутаны и несли отпечаток ушедшей причёски, а глаза. Глаза горели красным светом.

От такого вида, моя рука только сильнее сжала посох, а женщина дёрнулась и её руки стали слегка вытягиваться, а ногти превращались в длинные когти.

Взмахнув посохом, я принял боевую стойку и, в этот момент женщина заорала, да так, что у меня заложило уши, а её щёки порвались, становясь продолжением рта, что стремительно деформировался в клыкастую пасть.

— Мать моя женщина. — Произнёс я, не слыша своего голоса, а монстр рванул на меня.

За секунду до столкновения с клыкастой синюшной бабой, я отпрыгнул назад, выкидывая в колющем ударе посох вперёд.

Удар достиг цели, тормозя монстра, а я, приземлившись в полу широкую стойку, сделал под шаг вперёд и, взмахнув по окружности снизу вверх посохом, обрушил его на башку страшилы.

Монстр от удара склонился и сразу получил от меня восходящий пинок по роже, от которого монстр женского рода отлетел назад, запрокидывая голову и падая на жопу.

Я же словно волчок крутанулся на девяносто градусов и со всего маха врезал посохом по роже неведомой мне твари.

Монстр бабу снесло в сторону, и она покатилась к проезжей части, а на меня с криками сжимая большой тесак, бежал её, как выяснилось бывший муж.

Он что-то кричал мне, но я его не слышал, но видел, как он замахивается ножом, что мог быть младшим братом мачете.

Сделав резкий выпад посохам вперёд на манер копья, я ткнул мужчину в живот, заставляя его сложиться пополам, после чего мой шест врезал мужику по хребтине, отправив защитника монстра к моим ногам.

Меж тем даже через полностью заложенные уши я услышал повторный крик монстра, от которого у меня брызнула кровь носом, а валяющийся мужик стал кататься по брусчатке, держась за уши, из которых пошла кровь, как в принципе и из носа.

Монстр же закончив орать, рванул на меня, замахиваясь когтистыми ручищами, открывая при этом широко свою пасть, а я в свою очередь рванул на монстра.

Мой шест, не переставая, то останавливал яростную начесть, держа дистанцию, то наносил удары по телу и конечностям, всё больше покрываясь, словно чёрным матовым покрытием.

В пылу боя я махал своим оружием не замечая боли в рваном от когтей плече, куда всё же дотянулась это исчадие.

Очередной опережающий выпад, словно копьём в горло твари, и я сорвал её так и не начавшуюся атаку в виде крика, а после этого быстрый отталкивающий удар шестом в грудь.

Монстр отступает на шаг назад, а я, меняя стойку, провожу подсекающее движение шестом, оказываясь сбоку от монстра.

Тело ещё не успело до конца упасть, а мой шест обрушился на голову крикливого существа, а следом последовали несколько быстрых ударов, после чего, крутанув шест, перехватил древко и со всего маха помогая себе всем своим весом, нанёс колющий удар в грудь монстра сверху вниз.

От колющего удара синюшный монстр сложился, лёжа на брусчатке, словно книга, пронзённый насквозь шестом, на конце которого словно по моей воле сформировалось чёрное маленькое остриё. Тело же пробыв в сложенном пополам состоянии всего секунду, обмякло и ударилось об тротуар.

Хозяин уничтожил потустороннюю сущность — Банши, что почти созрела для перехода на первую ступень. Как ваш персональный помощник, хозяин. Советую вам поглотить сущность Банши. Напоминаю! Чтобы поглотить потустороннюю сущность, коснитесь её.

Я, посмотрев на отделившийся хвостатый шарик, что если я правильно понял, был в разы меньше, чем у Потрошителя и Ифрита, протянул руку, слегка приседая над телом поверженного монстра.

Шарик впитался в кончики пальцев и, по телу пробежала совсем лёгкая волна тепла.

Хозяин. Вы поглотили призрачную сущность Башни, созревающую для перехода на первый уровень развития.

Магический потенциал хозяина увеличен до 12 ед. мана джоуль.

До перенятия магического элемента осталось 5-ть ступеней.

Мои поздравления, хозяин!

Вытащив шест из груди монстра, я снял рюкзак и, пошарив в нём с пару секунд, достал телефон и позвонил Кристине.

Но только через двадцать секунд после соединения понял, что я зря жду услышать голос Кристины. Я ведь оглох на оба уха.

Стоило мне до этого додуматься, как я сам стал говорить, слыша свой голос только у себя в голове. Надеюсь, я не кричал в этот момент, как потерпевший.

Госпиталь. Часом позже.

Сидя на больничной койке, я смотрел в стену. Моя рука легонько дотронулась до замотанных бинтом ушей, и я скривился. Не слышать, было ужасно, да и плечо всё ещё садило от ран, оставленных когтями монстра.

Перед глазами же пролетали минувший бой, как я только недавно узнал, с Банши. Словно со стороны я смотрел на те моменты и понимал, как же мне мешала моя толстота. Движения были корявыми и весьма неуклюжими, хоть я и двигался правильно. Да и скорость сильно хромала.

Имея на момент драки с монстром своё прошлое тело и усилившиеся показатели тела от двух ступеней мага, эта Банши не смогла бы меня ранить. Оглушить да, но не ранить.

Ожирение могло стать моей погибелью, если мне встретится монстр не стадии зарождения или первой ступени, а хотя бы второй. А, то, что такой монстр мне встретиться я почему-то не сомневался. Я же жнец на полставки в отделе патруля, что, как раз должны выявлять таких тварей.

Надо было быстрее худеть и оттачивать боевые навыки, иначе жизнь моя может быть весьма короткой. Благо я хоть и жнец, но всё же маг, и худею, как я понял по минувшим неделям куда быстрее, чем обычный человек, правда, кожа висит, и растяжки хренова исчезают после сброса веса.

От моих мыслей меня отвлекло то, что в палату завалилась Кристина, которая и привезла меня в госпиталь, а вместе с ней и сам капитан отдела Александр Анатольевич.

Слышать я их не мог, но видеть, да. Мужчина явно, как обычно, орал, помогая себе жестикуляцией, то и дело, показывая на меня, а вот Кристина поначалу вроде старалась молчать, но уже через минуту сама как я понял, заговорила на повышенных тонах.

Я с интересом смотрел немой для себя концерт и даже слегка начинал слышать отголоски их голосов. Видно артефакт, что опять на меня одели медики, начал восстанавливать мои барабанные перепонки.

— И что мне прикажешь делать? Если нет, то всё. Я буду бессилен. — Услышал я словно совсем тихий и не разборчивый шёпот капитана.

Кристина же явно говорила тише Александра Анатольевича, от чего девушку я не слышал, но мог видеть её взволнованный и даже местами поникший вид.

Капитан же, спрятав лицо в ладони, словно умываясь, поднял их выше, загребая назад меж пальцами волосы, после чего, положив на секунду ладонь Кристине на плечо, покинул палату.

Мы остались вдвоём, и тут уже Кристина начала ходить передо мной жестикулируя и явно что-то говоря. Вот только я нехрена не слышал.

— Ты совсем идиот, что ли? – Кристина с трудом сдерживала эмоции, что до полного счастья накрутил капитан. — Кнопку сохранения у себя нашёл, придурок? Зачем?! Ну, зачем ты полез к Банши. А если бы она была не стадии зарождения? Надо было отступать и вызывать меня с подмогой. Когда не надо, в отказ лезешь, а когда надо сваливать, вперёд прёшь. Придурок!

Я же смотря на девушку, показал на уши. Мол, не слышно ничего. Хотя не надо было слышать, чтобы понять, как Кристина взволнована и расстроена, а весёлый огонёк в её глазах, словно тух.

На мой жест Кристина на секунду уставилась на меня, смотря, не отрываясь и что-то ещё эмоционально говоря, не способная быстро остановиться, а после, просто со всего маха села рядом.

— А если ты умер бы? Это же тебя отпустила домой. Даже до остановки не довезла. Ты опять за меня делаешь работу и пострадал из-за меня, опять. А ты даже оружие призывать не можешь. — Кристина уже не кричала, смотря себе на ноги, а её чёрные волнистые волосы скрыли лицо.

Моя ладонь легла на плечо напарнице.

— Да нормально всё. — Сказал я, не слыша своего голоса. Стараясь говорить тихо.

Кристина подняла голову и посмотрела на меня, а я заметил, что глаза девушки слегка блестели, а через секунду она вскочила с койки и отвернулась.

В палату же зашёл Александр Анатольевич, убирая в карман брюк телефон. Вид у капитана был вымотанный, а под глазами проявлялись чуть заметные тёмные круги.

Мужчина прошёл по палате и, встав передо мной, протянул мне два листа.

Я непонимающе взял бумаги и уставился на листы.

На первом листе было заявление о роспуске Кристининой группы и моём отчислении из группы ППБ, при этом инициатором выступал отдел, что даже был готов выплатить мне немаленькое такое выходное пособие.

Увидев эту бумагу, я поднял непонимающий взгляд на стоявших рядом людей.

Если лицо капитана осталось неизменным, то Кристина попыталась улыбнуться. Хотя у девушки это плохо получилось.

Отведя взгляд от людей, я уставился на второй двойной лист, что был скреплён скрепкой.

На этих двух листах также были заявления. Первый листок являлся заявлением на согласие на мой перевод из подлежащего расформированию постового отряда Кристины в отряд зачистки.

Второй же листочек был подобием нештатного контракта, что я уже подписывал, но с добавленными пунктами.

Вновь подняв голову на сотрудников силового ведомства города, я увидел, как мне протягивает ручку капитан.

Взяв письменную принадлежность, что была явно подарочная, поймал на себе выжидательные взгляды.

Я же поджав губы, случайно выронил ручку и, сунув в руки Александра Анатольевича два листа, что были скреплены канцелярской скрепкой и, сжимая листок с заявлением об уходе, сполз с кровати, залезая под койку, дабы достать ручку.

Когда я вылез из-под кровати и начал подниматься с колен, упираясь рукой с листком о её край, то увидел, как Кристина грустно улыбнулась и, подняв большой палец вверх, словно Аве Цезарь, повернулась ко мне спиной и пошла на выход из палаты.

Первую две секунды я не понял телодвижений девушки, а потом до меня дошло. Я держал в одной руке ручку, а в другой заявление об уходе.

— Эй! Ты куда это собралась. — Произнёс я и, видимо, чертовски громко, ибо Кристина, идя на выход, вздрогнула, чуть не подпрыгнув.

Крис повернулась на меня вполоборота, а я разорвал листок пополам, кинув на пол, после чего под округляющиеся глаза девушки и босса отдела, забрал из рук Александра два листа, и прямо на весу черканул свою закорючку на первом листе.

Я не мог слышать, но даже полностью глухи, я услышал радостный вопль, рванувшей ко мне Кристины, от которого капитан зажал уши.

Глава 9

Кристина налетела на меня словно ураган. От напора девушки я не устоял на ногах и завалился назад, падая вместе с ней на больничную койку.

Кристина, оказавшись сверху, радостно нависла надо мной, лучась радостью и ёрзая на мне своими бёдрами.

Я же находясь в позе креста с листами в одной руке и ручкой в другой, приподнял голову и буквально очутился в вырезе мешковатой кофты девушки, с большим вырезом для горловины, видя тёмно-синие чашечки лифчика, в которых радостно вздымалась грудь.

Кристина же всё ёрзала на мне и мяла, как плюшевую игрушку, выдавливая из меня воздух.

Отведя взгляд от столь соблазнительного вида, я сразу получил Кристиниными волосами по глазам, что склонилась надо мной, начиная обнимать. Как только девушка прижалась ко мне, я приподнял голову, высовывая её из-за женского плеча, то увидел капитана, что, махнув на нас рукой, пошёл из палаты.

Вскоре Кристина радостная и растрёпанная также ушла из палаты, прихватив подписанные мной бумаги, а я, весь помятый остался сидеть на койке.

Минут через десять после ухода девушки ко мне пришёл врач и принёс то, о чём мы с ним общались после оказания мне медицинской помощи.

А принёс доктор лечебный артефакт, что выглядел как круглый кулон, а вместе с ним и квитанцию об оплате аренды этого кругляша.

К сожалению, такие лечебные услуги в мою страховку не входили.

Так вот. Когда помощь с ушами мне была оказана, я через набор текста на планшете, через который меня опрашивал врач, спросил медика о своём насущем вопросе.

А вопрос был вот в чём. Так как я начинал худеть, то возникал вопрос, что делать, с начинающей обвисать кожей и растяжками. Врач на это ответил, что есть артефакты, что позволяют без хирургии убрать мою проблему. Но это в страховку не входит, да и является весьма дорогим удовольствием. Мол, есть артефакт, что при ношении будет подтягивать кожу и убирать уродливые растяжки. Однако такой предмет очень дорогой, как и вся пластическая хирургия в общем.

Цена такого чуда была и вправду не то что дорогой, а неприлично дорогой. Сам артефакт если покупать, то стоил около пяти—шести миллионов, а аренда у отделения пластической хирургии такой безделушки в месяц равнялась пятистам тысячам рублей. А ведь одного месяца точно будет мало для привидения тела в порядок. Да и денег у меня таких нет.

Хорошо, что был аналог такой дорогой штуки. Правда, этот артефакт считался полу проклятым предметом. Помогать-то он помогал. Вот только и навредить мог. Да и один из его отрицательных эффектов был таков, что пока артефакт был на человеке, люди не могли видеть плоды похудения. Да. Пока артефакт на шее, для всех ты будешь толстяком. Да и если не носить его больше пяти часов. Эффекта не будет.

Но даже такая штуковина стоила пятьсот тысяч рублей, правда по непонятной мне причине. Она же проклята. Кто захочет покупать проклятый предмет?

Мне же в аренду через медицинское отдаление эта штука досталась в аренду всего за десять тысяч в месяц и это со скидкой.

В общем, оплатив для начала три месяца аренды этой штуковины, я нацепил её на шею к другому артефакту, что вскоре надо было вернуть, как уши заживут, поблагодарил врача, а передо мной всплыло табло помощника.

Хозяин надел артефакт — Издёвка Гладиалиса.

Артефакт бога Гладиалиса: низший ранга.

Божественная основа не обнаружена.

Положительные эффекты: восстановление тела.

Отрицательные эффекты: Издёвка противоположности. При физических и магических тренировках поглощает ману или жизненную силу носителя. При поглощении маны мага может вызывать лёгкий обратный эффект, что увеличит в разы путь становления красивого тела как у Гладиалиса.

Врач ушёл, а я обдумывал информацию, полученную от моего божественного помощника, что выдали мне в помощь.

Получалось, что этот кругляш был артефактом, какого-то бога Гладиалиса, что решил поиздеваться над тем, кто решит с его помощью стать красивей.

Врач мне ничего не говорил про то, что если я буду тренироваться в артефакте, то эта хрень начнёт жрать мою ману и жизненную силу. Да в придачу, как я понял, может постоянно подкидывать пару кило, пока я худею. Действительно издёвка. По-другому и не назовёшь. Ведь тренируешься ты, а результата пока на тебе эта штука никто увидеть не сможет. Да и поправиться можно.

Получалось этот артефакт надо использовать только тогда, когда я не тренируюсь, скидывая вес и прочее. Тогда по логике будет действовать только один отрицательный эффект и один положительный.

Очень полезная информация. Мысленно порадовался я полученным данным по артефакту.

Дома я был уже за полночь и был очень удивлён, когда с капюшоном, натянутым чуть ли не до носа, крался по прихожей, словно сумоист, решивший, что он ниндзя.

Ведь не моей сожительницы Ники ни её подруг в доме не оказалось, хоть всюду и были разбросаны бутылки из-под лёгкого спиртного.

Будучи уже у себя в комнате, я сел в потёртое кресло и закинув ноги на пуфик, утёр лицо руками.

Спать хотелось жутко. Но я, всё же взяв в руки дневник деда, продолжил грызть гранит чуждой в моей прошлой жизни науки под названием магия.

Так, я и уснул за чтением в кресле и только под утро переполз на кровать, не удосужившись даже раздеться.

Субботний день я провёл у себя в комнате. Врач запретил мне пару дней физические нагрузки, по этой причине смысла покидать дом мне не было.

Комнату я покидал всего несколько раз. Два раза на кухню взять еды и воды, да и в туалет всё же надо было посещать.

К вечеру я уже худо бедно слышал и мог улавливать очередную вечеринку Ники, что кутила на прополю, пока Арины не было дома. Я же всё это время посвящал теории и практики, не забыв при этом снимать артефакт, а то мало ли подкинет мне на бока пару килограмм проклятая безделушка.

Вечером воскресенья всё же пришлось покинуть дом. Продукты, что были основой моего рациона, кончились и, надо было пополнить запасы. Вот я и вывалился на ночь глядя из дома, нацепив на глаза капюшон толстовки скрывая перемотанную голову от глаз Ники и её подруг, что словно у нас прописались.

Путь до нужного торгового центра был не так уж и близок и я, поборов лень, что говорила мне проехаться на автобусе, всё же пошёл пешком.

Идя по улицам в сумерках уходящего вечера, я смотрел на витрины и дома, а также на людей, что шли по своим делам или просто гуляли. Видел воркующие в скверах парочки и не только парочки, кстати. Иногда я наблюдал, как один парень мог идти с двумя девушками, обнимая их и прижимая к себе, а рядом с ними могла идти и третья, что тоже могла выказывать знаки внимания тому пареньку.

Для меня это было, мягко говоря, странно, но здесь это не вызывало у прохожих никакой реакции. Ведь на одежде такого счастливчика красовался герб рода аристократов, а им по статусу такое разрешено.

Да, этот мир был так похож на мой. Даже модели машин и названия торговых сетей. Однако это только на первый взгляд, пока ты не встретишься с монстром, что решит тебя сожрать.

Мимо меня пролетали дорогие автомобили, а дорогу подсвечивали яркие вывески разнообразных магазинов.

Идя по оживлённому тротуару, я наслаждался вечером, уже думая, хорошо, что я не поехал на автобусе.

Общую картину моей прогулки портило частичное отсутствие слуха. Правда, слух возвращался быстро и, если верить врачу, то уже во вторник я смогу вновь нормально слышать.

Проходя мимо кофейни, от которой тянулся невероятный запах обжаренных кофейных зёрен, я не удержался и зашёл внутрь, дабы купить стаканчик кофе.

Расплатившись на кассе и получив свой горячей напиток, я шагнул в двери и увидел, как в соседнее здание через дорогу летит машина, а всюду разные стороны разбегаются люди. В уши же ударили тихие крики, и звуки бьющегося стекла и мнущегося, скрежетавшего железа.

Словив секундный ступор от увиденного, я увидел пролетевшую вслед за первой, вотирую машину.

Со спины меня сильно пихнули выбегающие из кофейни люди, выталкивая на середину пешеходной дороги и, в этот момент я увидел в десятке метров от себя на проезжей части монстра.

Жирный гигант, облачённый, словно в греческие военные одежды, одной рукой переворачивал машины на дороге, и круша их огромными кулачищами.

Размашистый удар кулака сверху вниз, обрушенный на капот легковушки, смял её, чуть ли не пополам, приминая к асфальту, при этом колёса машины лопнули, а колпаки разлетелись в разные стороны. Жопа же машины приподнялась, отрываясь от поверхности задними колёсами.

Монстр же, что стоял ко мне чуть ли не спиной, резко развернулся и пнул соседнюю машину ногой, от чего искорёженный джип повалился набок, а после и на крышу.

Я же увидел рожу монстра. На толстом рыле в греческом шлеме красовалась огромная пасть и всего один здоровенный глаз.

— Циклоп? — Опешил я от увиденного.

Меж тем откуда-то послышались выстрелы, и монстр, словно ужаленный зверь, взбесился, начиная метаться по проезжей части раскидывая машины в разные стороны.

Люди же выпрыгивали из машин, до которых ещё не добрался циклоп, и чуть ли не на четвереньках, бежали, не разбирая дороги, а циклоп, впадая, словно в слепую ярость, будто носорог подхватывал легковушки и швырял их в здания и соседние машины.

Я не мог слышать всего гама царившего на улице ужаса, но видеть я мог всё.

Стаканчик с кофе ещё падал на мостовую из моей руки, а я метнулся к валяющейся перевёрнутой машине, где тщетно пытались выбраться люди.

За каких-то две секунды я был рядом с легковушкой и стал оттягивать вмятую в салон дверь. Метал, не желал поддаваться, но скрепя всё же уступал.

Когда дверь была открыта, я вытащил израненную средних лет женщину, а следом и обморочного состояния мужчину.

Однако не успел я даже до конца вытянуть из салона мужика, как в меня вцепилась спасённая особа, явно что-то мне, крича в истерике.

Крик-то я слышал, вот только разобрать ничего не мог.

Но вот в момент, когда я всё же через истерику и жестикуляцию, через пару секунд понял, что мне пытались донести, рядом с машиной, словно снаряд упала и проехалась на бочине легковушка.

От такого я дёрнулся всем телом и в полусогнутом состоянии обернулся по траектории прилёта транспортного средства.

— Твою мать! — Увидел я циклопа, что поднимал маленькую машинку, используя её словно щит от пуль.

А потом громыхнуло. Да так, что даже я, глухой на оба уха, услышал это очень отчётливо.

На моих глазах монстра откинуло взрывом в стену дома, от столкновения с которым стена словно вмялась, а камень посыпался кусками.

Монстр же обезумев вскочил на ноги и, вырвав фонарный столб, швырнул его, после чего циклопа из неоткуда настиг тёмный вихрь, что, закрутив тварь, стал резать плоть чудовища, приподнимая над тротуаром.

Секунда и вихрь распался, швыряя жирного монстра в нашу сторону, а тот, упав и проехавшись по дороге, рванул с четверенек прямиком на нас.

— Ять! — Взвыл я и рывком склонился перед задней дверью машины, пытаясь открыть дверь. Но дверца не поддавалась.

Не зная, что делать под слабо слышимую истерику женщины, что стояла рядом, скинул толстовку, оставаясь в одной майке, я намотал одежду на кулак и врезал по стеклу. Однако стекло устояло.

Ещё удар, а за ним и ещё один и вот стекло поддалось под моими ударами, после чего я смог слегка забраться в салон, и лихорадочно стал отстёгивать от детского кресла ребёнка.

На момент, когда я смог это сделать, монстр был уже совсем рядом, несясь напролом, расшвыривая машины, что встали на его пути.

Вытащив ребёнка, что даже без сознания стонал и звал, словно в бреду мать, я только и успел передать его женщине, как в спину монстра что-то ударило и, циклоп вспыхнул сине-чёрным огнём, был отправлен в полёт прямо на машину, у которой мы находились.

Огромная жирная туша обрушилась на легковушку, сминая её, словно бумагу, а тело монстра горело, сжигаясь до основания.

На момент столкновения циклопа и машины мать с ребёнком успели слегка отбежать от меня, но, как и я были сбиты с ног.

Если женщину сбило только ударной волной, то меня зацепила огромная ручища монстра, прибивая к асфальту.

Циклоп же сгорая заживо, заорал клыкастой пастью, впившись в мою тушу своим яростным красным глазом и приподняв свою ручищу, которой он меня и придавил. Хотел было нанести мне удар.

Однако за пару мгновений до этого, моя рука нащупала какую-то палку, что по итогу оказалась зонтом тростью, что вылетел явно из перевёрнутой машины, и я с перепугу покрыл его чёрной первичной энергией жнеца и вонзил в единственный глаз монстра.

В это же время в тушу влетел чёрно-синий огненный шар и, туша вспыхнула факелом, что облили бензином.

Пламя обуяло циклопа, испепеляя его до состояния праха и костей, а я так и остался в полулежащем состоянии перед догорающей тушей.

Секунда и передо мной появился хвостатый шарик, что явно был контужен, но вот-вот был готов улететь.

Моя нога дёрнулась вверх, словно желая пнуть призрачную сущность, от чего я завалился спиной на асфальт, а моя ступня попала по хвостатому шарику, который неохотно, сперва, будто прилипнув к ноге, всё же впитался в тело.

Хозяин. Вы поглотили призрачную сущность Циклопа 3-го уровня развития.

Индекс магического развития увеличился в несколько раз. Хозяин переходит на 5-ю ступень магического развития.

Магический потенциал хозяина увеличен до 30 ед. мана джоуль.

До перенятия магического элемента осталось 2-е ступени.

Мои поздравления хозяин!

Мне бы обрадоваться от услышанного, но моё тело начинало лихорадить, а в груди появилось уже знакомая мне по этому телу отдышка, что грозила мне удушьем, а сердце защемило.

Тяжело дыша и схватившись за грудь, я пытался привстать с асфальта, помогая себе одной рукой, что хрустел разбитыми осколками стекла.

И вот за таким неприглядным занятием передо мной появилась рыжеволосая девушка с надменным лицом, что была одета в брюки и пиджак одного тёмного цвета, а рядом с ней стояло двое мужчин в чёрных костюмах с каменными рожами.

— Быстро подох, — девушка смотрела на обгорелую машину, на которой были останки сгоревшего Циклопа. — Слабенький какой, оказался.

А через секунду взгляд рыжеволосой надменной красотки упал на меня, а точнее, на мою майку на которой красовался герб рода. Взгляд девушки сузился, а рядом с ней появились несколько мужчин в разномастной одежде, которым преградили путь люди в чёрных костюмах.

— Отдел зачистки, — Сразу же произнёс один из мужчин под пищащий звук прибора обнаружения призрачных сущностей, что достал стоявший с ним рядом мужчина. — Это вы убили монстра?

— Этого жирного Циклопа? — Девушка отвела пренебрежительный взгляд от меня и перевела его на мужчину средних лет. — Да я. А что? И вообще, что за тон?

От такого надменного обращения рыжей, спрашивающий мужчина, слегка потерялся, однако на помощь ему пришёл высокий и хорошо сложенный парень в чёрной спортивной кожаной куртке, что походил на модель.

— Анатолий Васильевич Сокин. Жнец пятого отряда зачистки ЦВВД. Мой коллега просто хотел уточнить классификацию сущности, и вы ли это сделали. И не могли бы вы обозначить себя.

Девушка скривилась, смотря на холёного парня.

— Рощина Лидия Игоревна. — Произнесла девушка, и мужики из отдела зачистки слегка поменялись в лицах.

— Лидия Игоревна, — постарался слегка улыбнуться жнец. — При всём моём уважении. Вам не следовало убивать Циклопа. Вы же должны знать, что маги не могут убить сущности полностью. Достаточно было просто его задержать или не вмешиваться. Теперь же призрачная сущность затаиться, набирая силу для повторного возрождения…

— Послушайте сюда Анатолий Васильевич, — Лидия перебила парня. — Если бы ваше ЦВВД работало, как должно. То мне и не пришлось бы его убивать. Мне плевать возродится ли это жирное чудовище. Это меня не должно волновать. Это ваша забота. Не моя. Это вы проворонили такого урода. Это вы не смогли предотвратить сегодняшний инцидент, в который я была вовлечена и была разбита моя машина. Так что не указываете мне, что я должна была, а что нет. Скажите спасибо, что я вообще вмешалась, иначе вот этот жиртрест, что даже не способен убежать и что того и гляди сейчас подохнет перед нами. — Рощина указала на меня пальцем. — И многие другие, стали бы жертвами Циклопа, который не пойми как, появился на оживлённой городской улице.

Я на странность даже в таком плачевном самочувствии, как сейчас, отчётливо слышал эту заносчивую фифу, и от её последних слов стало гадко, ведь слово жиртрест эта Лидия применяла как к монстру, так и ко мне.

А через пару минут разгромленная улица уже заполнилась пожарными и медиками, а также ещё сотрудниками ППБ и просто полицейским.

Меня же приняли за пострадавшего и уволокли под презрительный взгляд Лидии к одной из машин скорой помощи.

Там-то я и встретился со своим шефом, что был весьма удивлен, увидеть меня сидящим на краю открытого кузова скорой.

С пару минут поболтав с Александром Анатольевичем, я поплёлся прочь от разгромленной улицы.

По пути до дома, я хоть и чувствовал себя, хренова, но всё же зарулил в небольшой магазинчик и купив воды и фруктов, напугав при этом слегка миловидную продавщицу.

На моё счастье, Ника с подругами меня не заметили, увлечённо вопя в микрофоны караоке, а я, поднявшись в свою комнату, повалился на кровать, сотрясаясь, словно при лихорадке.

Глава 10

Понедельник у меня начался только в обед. Разлепив глаза, я понял, что лежу на кровати в одежде, весь мокрый, а за окном во всю светило ярко солнце. Уши же снова слышат.

Встав с кровати, добрался до шкафа и, взяв чистые вещи, поплёлся в душ. Вода бодрила и освежала, а я чувствовал в теле небывалую лёгкость, словно и не был толстяком, а в теле бурлил прилив сил.

Выйдя из ванной в одном полотенце, благо время было учебное и Ники не было дома, я прошествовал в свою комнату и, одевшись в спортивную одежду, спустился вниз, доедая при этом уже третье яблоко.

Настроение было приподнятое, хотя в памяти ещё были живы вчерашние события и слова этой стервозной Лидии. Но потом я достал телефон и за десятком пропущенных звонков и сообщений от Кристины, что, скорее всего, узнала от капитана, что я был вчера там, где был Циклоп, увидел банковское оповещение, что гласило. Мой банковский баланс увеличился на сто тысяч рублей. Нифигово там оценили Банши без уровня.

Однако не успел я полюбоваться своим балансом, как телефон зазвонил и, мне пришлось ответить Кристине.

Девушка с первых слов стала на меня наезжать и отчитывать, выставляя при этом претензии. Я же отнекивался, а на предложение попить кофе и перекусить, отказался, сказав, что сейчас пойду в спортзал.

Кристина же только хмыкнула на мои слова и, сказав, что как освободится, также подъедет в спортзал, после чего завершила наш с ней разговор.

Будучи в спортзале переодетый и готовый к тренировке, я, не забыв снять проклятый амулет, что должен был убирать мою отвисающую от похудения кожу, встал на беговую дорожку.

Включив приемлемую для меня скорость, я накинул капюшон и побежал. Однако уже через минуту бега поднял планку скорости, поняв, что мне мало. Бегущая рядом симпатичная девушка в розовом спортивном костюме удивлённо посмотрела на меня и на тренажёр, словно думая, не развалится ли он под моим бегом. Я же бежал, чувствуя силу в теле и практически не ощущая своего веса. Даже отдышка пришла не как обычно, а запоздала на добрых двадцать минут.

В этот раз на моё удивление бегал я на полчаса больше, а отдыхал, переводя дух меньше.

Следом шли гантели. Взяв, как обычно гантельки по два сплавиной килограмма каждая, лёг на скамью и сделал подход. Правда, после нескольких повторений поднялся и, положив гантели на место, взял их собратьев, но уже, куда большего веса.

Проведя чуть больше двух часов в спортзале, я, как обычно, в минуты отдыха сидел в зале и читал учебник. Вдруг стало куда темнее.

Оторвав глаза от страницы и подняв голову вверх, увидел перед собой Кристину, что сейчас была одета в короткий топ, что не скрывал бретельки белого бюстгальтера и свободные штаны с заниженной талией, а волосы девушки были убраны в тугой хвост.

— Я-то думала, ты тренируешься, – Крис ехидно скривилась, держа руки на бёдрах. — А ты здесь книжки читаешь. Ладно, хоть гамбургеры не ешь.

Закрыв книгу, я, стараясь не показывать вида, что удивлён такому женскому виду и представшему перед лицом голому, упругому животику, ответил:

— У меня отдых сейчас.

— Ну да, конечно, — по-дружески похлопала меня по плечу девушка, после чего сжала хватку на моём плече. — А теперь коль ты отдыхаешь, Алекс. Будь добр, расскажи, как ты вновь оказался рядом с монстром, твою мать. Ты что проклят?

— Но-но-но, — постарался я стряхнуть с плеча ладонь Кристины. — Я не виноват. Я вообще в магазин шёл.

— А почему я об этом, я узнаю от капитана, а не от тебя, а? — Нависла надо мной девушка, сильней сжав пальцы словно капкан.

В ноздри ударил запах женских духов, а перед глазами нависла грудь, что виднелась через оттопыренный топ.

В груди полоснуло пожаром, а потом и в штанах от чего там стало тесно. От осознания первого в этом мире стояка, я дёрнулся и свалился со стула на пол, а на моём лице сама собой застыла тупая радостная улыбка.

— Ты чего? — Крис отошла от меня на шаг. — Больно, что ли? Ну, прости.

Я же всё сидя на полу, постарался взять себя в руки, и поднялся на ноги, на всякий случай, вставая так, чтобы возможных радостных проявлений не было видно.

— Нормально всё, — отмахнулся я от девушки. — Отдых закончен. Пора тренироваться.

— Ну, пошли. Я тоже потренируюсь. Заодно и поболтаем. — Улыбнулась мне Кристина, убирая руки за спину.

За тренировками и разговорами пролетело чуть больше часа и, вот сейчас сидя на полу выполняя упражнения на растяжку под смешки Кристины, я вспоминал своих адских наставников короля обезьян, чьё имя я быстро забыл, как в принципе и нефритового императора.

Эта адская парочка, что, как мне казалось, могла вздрючить вдвоём всех монахов Шаолиня, особое внимание уделяли растяжке. Можно даже сказать, с адским наслаждением растягивая меня. И вот сейчас, я повторял их вбитые в мою память уроки, заставляя свои мышцы, выть от боли. Ибо только так, я мог отвлечься от гибкой Кристины, что сидела рядом в разных соблазнительных гимнастических позах.

Вот как сейчас, к примеру, на параллельном шпагате полностью положив корпус на пол, слегка приподнимая попку.

Теперь, когда моё тело реагировало на женские прелести не только мозгом, в моём теле, то и дело начинал бурлить тестостерон и гормоны. Да так, словно желая наверстать всё время, что они отсутствовали.

— В общем, Алекс, теперь мы, пока вдвоём. Спасибо, что остался, в отличие от этих гадёнышей. Я уж думала тогда, всё. — Поднялась с пола Кристина и, сведя ноги, выгнулась назад, округляя грудную клетку и запрокидывая назад голову.

От выставленной груди я прикусил губу и с ещё большей силой потянул себя вперёд, используя резинки, что были накинуты мне на ступни.

Тело подалось вперёд, чувствуя жгучую боль в связках под коленями, а я проскрипел в ответ:

— Ага. Не за что.

Как я узнал, в тот день в палате. Подпиши я бумагу об уходе, то наш отряд бы расформировали, так как после убийства Банши, нас было решено перевести из отряда патруля в группу зачистки. Но напарники Кристины такой радости не разделяли и отказались от этого.

Там была, какая-то своя юридическая проволочка, которую я пока не совсем понял, но по итогу поставь я не на том листе свою закорючку, то отряда зачистки бы не было, как и бывшего отряда патруля. Кристине бы пришлось либо пристраиваться к другому отряду патруля, что маловероятно. Либо уйти в резервный штат, что сродни позору, хуже увольнения, особенно если вспомнить нашу первую встречу с Крис и мистером Голливуд.

А теперь мы были типа резервной группой зачистки, не имеющей пока номера. По факту же мы остались постовой группой, но с более красивым названием и крохотной привилегией.

— Ну что ты пыхтишь? — Встала на ноги Кристина, смотря на меня в полу сложенном состоянии и вцепившимся в резинки, словно от них завесила моя жизнь. — Давай я тебе помогу.

Не успел я и слова сказать, как руки Крис легли мне на спину, и она начала ими давить.

Я только тяжело выдохнул, а Кристина навалилась на меня, прижимаясь к моей спине грудью усиливая напор.

Боже, как мне было приятно и больно одновременно, и я хотел, чтобы это кончилось и не прекращалось.

— Ещё чуток и сложишься, — азартно бубнила мне на ухо Крис, и я, чувствуя упругие женские шарики у себя на спине, дыхание на затылке и около ушей, сложился, издав невнятный стонущий крик боли.

Кристина же радостно лежала на моей спине чуть, не подпрыгивая от радости.

— А теперь давай шпагат, — Азартно произнесла девушка мне на ухо.

Через час я валялся на полу, а Кристина, стоя надо мной довольно улыбалась.

— Не думала, что ты такой гибкий, Алекс. Ладно, отдыхай, а я пойду. Мне ещё с капитаном встретиться надо, да в автосалон заглянуть. Благодаря тебе, я теперь могу сдать свою малышку и купить, что-то другое. Где моему напарнику не будет тесно.

Я с гримасой боли поднял большой палец вверх, а нога непроизвольно дёрнулась.

Крис же наградила меня беззаботной улыбкой и пошла на выход из зала, веляя слегка бёдрами.

На часах было семь вечера, когда я еле переставляя болящие и теперь такие растянутые ноги, поднимался по крыльцу, кряхтя, словно старый дед.

Амулет Гладиалиса, что болтался у меня на шеи, слегка щипал кожу и грелся. Иногда мне даже казалось, будто этот проклятый предмет урчал, словно перед вкусной трапезой. Но надев эту штуку после тренировки, мне даже стало легче. Да и боль в мышцах ныла меньше. Хотя мне могло это только казаться.

Войдя в прихожую, не успел даже снять обувь, как по узкому помещению раздался женский голос:

— Алекс вот и ты!

Я вздрогнул, застыв, пытаясь скинуть кроссовку, держась одной рукой за стену, а в коридоре появилась Арина.

Женщина выглядела уставшей, но на лице светилась радостная улыбка. Одного взгляда на Арину, что была одета в строгую офисную одежду, мне хватило, чтобы понять. Она только приехала и не успела ещё переодеться.

Чуть ли не подбежав ко мне, Арина обняла меня и сжала медвежьей хваткой, выдавливая из лёгких воздух.

В ноздри сразу ударил запах духов и поезда, а моё тело ощутило женское прижатое тело.

— Ну, вроде всё хорошо, — Арина слегка отстранилась, всё держа мои плечи своими руками, смотря на меня под разными углами. — Вижу, питался хорошо. А то я боялась, что ты недоедаешь. — Вновь прижалась ко мне женщина, вминаясь в меня своей немаленькой грудью. — Что это? Что-то в бедро упёрлось. — Непонимающе сделала шаг назад Арина, смотря на меня.

— Телефон. — Я чуть скривился от боли в растянутом теле после обнимашек, доставая из штанов свой весьма немаленький смартфон.

Арина посмотрела на чёрный прямоугольник в моей руке.

— Фу, — облегчённо выдохнула женщина. — Я уж подумала, что бургеры смяла. Ты же не любишь, когда они мнутся. Соус же вытекает. Я помню Алекс. И я купила в честь приезда королевское комбо в твоём любимом фастфуде.

Меня словно молнией ударило, а потом банным медным тазом, что меня и накрыл от слов Арины, что беззаботно и радостно щебетала, стоя передо мной.

— Алекс ты обязательно сегодня расскажешь, как провёл время без меня. Как учёба и твоё здоровье. Но пока мне надо тебе сказать кое-что важное.

У меня же начинал дёргаться глаз, от такого сюсюканья и полного игнора меня как мужчины.

— В общем, ты же знаешь, что я ездила по делам в столицу. Там оказалась очень сложная и весьма печальная ситуация. Я и сама не знала, что так всё обернётся. В общем, теперь у тебя есть ещё одна сестра Алекс. Мария, выходи, — Арина отвернулась от меня вполоборота. — Я познакомлю тебя с Алексом. Он тебе понравится. Не бойся. Это для него мы заезжали за бургерами и картошкой. Выходи.

У меня отвисла челюсть и к первому глазу, что дёргался, присоединился и второй, а из арочного дверного косяка высунулась совсем молодая девчонка с чёрными волосами и красивым худым лицом.

Так называемая Мария, смущённо и в то же время настороженно уставилась на меня.

— Мария, ну ты чего. Алекс не страшный. Смотри, какой он большой, как медвежонок. — Словно добивала меня медным тазом женщина с каждым произнесённым словом. — Выходи. Не бойся.

Показавшаяся голова чуть мешкала, всё же явила своё тело, выйдя в прихожую и, я смог рассмотреть девушку уже полностью.

Невысокая. Максимум метр шестьдесят пять. Стройная и я бы даже сказал слегка худощавая, но спортивная. Волосы длинные и чёрные. А вот груди практически не было, как в принципы и попы. Хотя в комплексе Мария была очень красивой и её миниатюрность давала ей шарм, что легко мог притянуть взгляд к её маленьким, но явно упругим прелестям.

Одета девушка была в спортивную одежду, что облегало её тело.

— Привет. — Тихо поздоровалась со мной Мария и отвела взгляд, засунув руки в карманы олимпийки.

— Привет. — Выдавил я, переводя взгляд с Марии на радостную Арину, что стояла между нами. — Рад знакомству.

— Ну вот и славно. Я же говорила, что Алекс тебе понравится Мария, — Арина устало улыбалась, смотря на нас. — Кстати Алекс, Мария теперь твоя соседка. Вы же разобрали комнату, что рядом с твоей?

Я скривился, вспоминая, куда меня послала Ника, когда я попросил её помочь разобраться в комнате и, мне пришлось одному это делать.

— Да, — вымученно улыбнулся я, чувствуя слабость в ногах от расслабления мышц и связок. — Я пойду. Переоденусь и отдохну.

Будучи в своей комнате, я переоделся и сел в своё любимое кресло, закинув ноги на пуфик и, застонал от блаженства.

Теперь у меня на повестке дня стоял ребром вопрос, что делать с Ариной и моей работой в отделе ЦВВД.

Так как я учился большую часть дня, то моя работа переносилась на вечер, а то и ночь. Не думаю, что женщина с повышенной опекой, станет такое терпеть. Для Арины я словно медвежонок. Большой, толстый медвежонок, а такие медвежата не могут патрулировать улицы и выслеживать монстров. Это опасно и неприемлемо. Медвежонку надо учиться и набивать брюхо холестерином, а не рисковать своей шкуркой.

Вспомнив про учёбу, я вдруг понял, что на носу у меня пересдача. От этой мысли меня прострелило и, я дёрнулся. Однако вовремя вспомнил, что благодаря поднятию магических ступеней, я не только теперь могу нормально тренироваться, но и освоил первичный контроль маны. Так что можно было расслабить булки.

Вечер же в нашем доме прошёл весьма специфически и даже напряжённо. Ника, мягко говоря, была не очень рада новой сожительнице и всем своим видом это показывала. Хотя, может, причина была ещё в том, что заявилась она с подругами и пакетами с выпивкой, а здесь облом, Арина приехала.

Также за ужином я узнал, что Мария, также как и я будет учиться на первом курсе в университете и как только Арина утрясёт все бумажные формальности, сразу приступит к учёбе.

На следующий день. Университет.

Я сидел в пустом, небольшом классе и ждал учителя. Занятия уже кончились и, мне оставалось только пересдать зачёт, и я смогу пойти в спортзал.

Мышцы и связки, что чуть не порвала мне от усердия Кристина, на странность практически не болели и не беспокоили меня. Тело же было лёгким, а за ночь подтянулась отвисающая кожа и я, словно ещё больше похудел.

Вот только с утра обнаружил красное пятно на своей коже от слегка так проклятого амулета. В общем, тело требовало нагрузок и тренировок. Как и мой воспаривший дух. Ведь с утра моё тело обрадовало меня здоровой физиологической мужской реакцией. И скажу я вам не маленькой такой реакцией.

Эх, Алекс-Алекс знал бы ты, как тебя одарила внизу природа, ты бы не стал убивать жиром такой большой подарок.

В кабинет вошёл средних лет мужчина с лёгкой щетиной, что была не из разряда, я не успел с утра побриться, а из разряда ухоженной.

— И так Алекс, — встал у стола учитель, проведя рукой по залаченным назад волосам. — Вы готовы к пересдаче?

Слова учителя звучали нейтрально, но я понимал, что на деле вопрос он задал из вежливости, не надеясь на сдачу теста.

— Да, конечно. — Встал я из-за парты.

Учитель, поджав губы, окинул мою тушу взглядом, скорее всего, думая, как такой жирдяй как я, может это сделать.

— Ну, тогда приступим. — Нагнулся под стол мужчина и достал откуда-то снизу круглый камень размером с волейбольный мяч и, поставив его на стол, жестом пригласил меня пройти к нему.

Я подошёл к столу и положил руку на гладкую поверхность, после чего сосредоточился, прикрыв глаза, начиная ощущать свою ману и заставляя её небольшую часть, сконцентрироваться в области ладони, что приживалась к камню.

— От-лич-но, — протянул учитель. — Алекс, вы молодец. Вы и вправду освоили первичный контроль маны. Не скрою, вы меня удивили. Зачёт у вас в кармане.

Открыв глаза, я расплылся в улыбке, убирая с поменявшего цвет камня руку.

— Спасибо.

Через пять минут я уже вышел из кабинета, быстро двигаясь к лестнице, а у меня зазвонил телефон. Звонила Кристина.

Сняв трубку, я стал спускаться по ступеням, отвечая на ходу на звонок.

— Алекс я у твоего универа. У нас наводка есть на патрулирование. Так что вылезай быстрее, я тебя жду.

— Что-то серьёзное? — Произнёс я, радуясь тому, что теперь всюду таскал с собой в рюкзаке свой складной шест.

— Да, нет, не думаю. Мы же супер группа. Кто нам серьёзное сейчас выдаст. Но проверку провести надо.

Через десять минут я уже шёл по прилегающей территории университета к выходу за ворота, а за ними на дальней стороне дороги, прислонившись к капоту красного джипа, стояла Кристина.

Перейдя дорогу я, ещё раз поздоровался со своей напарницей, что сразу запрыгнула на водительское сидение, а я залез на заднее, после чего машина тронулась в путь.

— В общем, в одном заброшенном торговом центре, что решили всё же достроить, сторож третью ночь подряд слышит скрежет и завывания. Патруль там уже был в первый день, — не отрываясь от дороги, вводила меня в курс дела Кристина. — Но ничего не обнаружил. Правда, заявка пришла снова. Вот нас и направили, чтоб понапрасну нормальные группы попусту не гонять. А сторож и его начальство может успокоятся.

— То есть мы теперь по всем бредовым заявлениям ездить будем? — Выдохнул я, понимая, что спортзал мой сегодня тю-тю и придётся тренироваться вечером на улице либо в комнате.

— Получается так, — Кристина, хохотнула. — Но нам за это платят. Так что грех жаловаться. Кстати твоя опекунша приехала?

— Приехала.

— Я тут подумала, — Крис повернула на меня голову. — Может мне с твоей Ариной поболтать, чтобы она не волновалась и не ругалась, что ты вечерами и ночами пропадать на дежурствах будешь.

— Даже не вздумай, — чуть не подпрыгнул я от услышанного. — Ты и закончить свою речь не успеешь, а она уже вето наложит. Я для неё медвежонок блин. — Вырвалось у меня неосознанно с обидой в голосе.

— Ха! — Девушка ударила по рулю ладонью. — Медвежонок. А что похож. Может тебя так в телефоне записать, медвежонок Алекс. А что? звучит.

— Ещё слово и ты одна будешь в нашем отряде. — Скрестил я руки на груди, чем вызвал вторую волну смеха.

Практически достроенное, а потом заброшенное огромное здание, что должно было стать торговым центром, расположилось на окраине одного из районов города.

Точнее было оно на окраине, а теперь всюду виднелись стройки новых микрорайонов. Ясно теперь, почему его решили достроить.

Выйдя из машины, нас сразу встретил пожилой мужчина в строгом деловом костюме с двумя дядьками класса шкаф высокий и широкий, а вот за ними, чуть в стороне, мялось несколько охранников.

— Отдел ЦВВД, — с ходу показала корки Кристина людям. — Офицер Вольская Кристина Олеговна, отдел зачистки.

Встречающая нас процессия удивлённо посмотрели на девушку, а потом на меня стоявшего, как бедный родственник у машины и смотревшего на закрытое строительными сетями здание.

— Красов Дмитрий Фёдорович, — ответил дед в костюме. — Я один из соучредителей данной стройки торгового центра. Очень приятно. Кристина Олеговна, если вы из группы зачистки, значит ли это, что моё заявление всё же рассмотрели в серьёз? И вы прибыли сюда с полноценной проверкой и жнецом? Только я не вижу жнеца. Он приедет чуть позже?

Кристина убрала корочки в карман и улыбнулась явно седеющему дядьке.

— Безусловно, Дмитрий Фёдорович. А жнец уже приехал. Алекс, представься. Прошу прощение, весь в работе. На здание засмотрелся.

Я от слов Кристины вздрогнул и шагнул под удивлёнными и неверующими взглядами к своей напарнице.

— Жнец отряда зачистки. Туманов Алекс Романович. — Я представился и поймал взглядом взлетающие брови людей.

— Туманов? Это шутка такая? — Произнёс Дмитрий под смешки охраны.

— В чём вы нашли здесь шутку? — Кристина нахмурилась, смотря на людей. — Я показала вам удостоверение, прибыв по вашему заявлению. В чём же тут шутка?

Дед слегка виновато улыбнулся, косясь на меня.

— Прошу меня извинить офицер. Но насколько я знаю из рода Тумановых, вроде остался только один человек, и я ни в коей мере не сомневаюсь, что этот юноша последний из Тумановых. Но вот может ли он быть жнецом?

Кристина хотела было открыть рот, но я, делая маленький шаг вперёд, слегка задел её локтем, после чего, вытянув руку ладонью вверх, постарался изо всех сил выпустить энергию жнеца, что и создавала оружие.

В ту же секунду на моей руке появилось чёрное нечто, на это только я и был способен, после чего под взгляды людей я сжал кулак, рассевая ману.

— Думаю, этого достаточно, — я произнёс, не показывая виду, как мне было сложно. — Нечего попусту тратить силу. Вдруг в здании и вправду что-то есть. — С видом знатного такого знатока подытожил я.

— Вполне, — не стал спорить дед. — Пойдёмте. В этот раз я хочу провести проверку, присутствуя при этом.

Мы с Кристиной переглянулись, понимая, что с этой проверкой нам подложили знатную такую свинью.

Вот уже как два битых часа мы шарахались по этажам не до строя под пристальным взглядом сопровождающих нас людей.

Дмитрий Фёдорович оказался настырным навязчивым дядькой и хотел, чтобы мы проверили каждый сантиметр здания прибором, улавливающим потусторонние сущности. И начать он хотел сверху, так как там, по его мнению, там меньше вероятности найти сущности, а значит, быстрее пройдёт проверка. Ну а подвалы надо осматривать капитально, значит, времени уйдёт больше и, осмотр будет куда тщательней.

В общем, прибор молчал, и мы наконец-то смогли спуститься в подвальные помещения. И вот здесь уже начинались, чёртовы, плохо освещаемые катакомбы.

Весьма уставший я шёл чуть в стороне, ибо прибор у нас был один, и он был у Кристины, которую донимал неугомонный дед. И откуда в нём столько сил-то.

За спиной остался первый нижний ярус, а мы сейчас шли по второму и последнему подземному этажу, где пахло отсырелым бетоном, а свет тускло освещал сплетения коридоров.

— Чёрт! — Выругался один из сторожей, налетев на торчащую из стены арматуру и распахав себе ей плечо.

Всё посмотрели на мужика средних лет в синем костюме охранника.

— Василий. Сильно поранился? — Обратился Дмитрий Фёдорович к неудачливому охраннику.

— Терпимо Дмитрий Фёдорович. — Морщась от боли, зажимая рану ладонью, из-под которой капала кровь, произнёс охранник.

Пока невезучему мужику пытались оказать первую помощь, Кристина пошла дальше, крутя приборном, словно он от этого лучше работал. А через минуту все услышали скрежет, словно по бетону скребли палкой.

Прибор же стал чуть слышно издавать писк.

Вот тут все насторожились. Охранники сбились в кучу, светя по сторонам плохо освещённого коридора фонариками. Телохранители спереди и сзади закрыли собой деда. Кристина, что шла впереди, уставилась на прибор, а я разложил шест, который держал всё это время в руках.

Впереди раздался треск, словно отвалилась часть стены или обвалился пол, а прибор заверещал так сильно, что один из охранников выронил в испуге фонарик.

— Уходите! — Кристина вскрикнула, прицепляя определительный прибор на пояс. — И вызывайте….

Договорить девушка не успела, так как из чёрного прохода в какое-то помещение, что было впереди по коридору, вывалились несколько фигур.

— Скелеты! — Заорал один из охранников и бросился наутёк, а следом за ним и его коллеги.

На нас же, словно с каждым шагом, всё больше приобретая подвижность, двинулись монстры.

На скелетах свисали грязные лохмотья, в которых можно было узнать строительные робы, а их пустые глазницы светились красным ярусным светом.

Единственно, что отличало эту толпу от обычных скелетов, так это то, что у некоторых из них руки заканчивались не кистями, а острыми обрубками, словно плоские копья.

Коридор же озарился светом и, в монстров полетело нечто похожее на огненную стрелу, что в полёте набирало силу и вспыхнуло заревом, ударившись в одного из скелетов, погружая их в буйство пламени.

Это один из охранников деда, решил видно сразу перейти от переговоров к военным действиям.

Но в буйстве угасающего пламени стали появляться скелеты, чья одежда плохо горела и тлела на белых костях, а потом они рванули в бой.

Удар ветра снёс бегущих черепков, протаскивая их по полу назад и заставляя отваливаться от монстров части их костей.

— Уходите! — Орала Кристина, с выставленными вперёд руками. — Живо!

Скелеты же замерцали тёмно-белёсым светом и их отвалившиеся конечности стали дёргаться сами по себе.

Кристина же вновь обрушила на встающую нежить воздушный удар, но один из скелетов прытко ушёл вниз и, выставив культю-копьё вперёд, прыгнул в низком ударе.

Расстояние было сокращено так быстро и неожиданно, что Кристина просто не успела отскочить или увернутся полностью, от чего костяная рука меч вспорола бедро девушке.

Крик, полный боли, огласил коридор и, Кристина упала назад, закрываясь руками от замаха для второй атаки прыткого скелета.

За миг до удара я отбил культю скелета шестом, а моя нога пнула его по черепушке.

Череп монстра, словно мяч, отлетел от тела, а я нанёс ещё удар с ноги в грудь, отписывая уже и тело монстра от Кристины.

Остальные же скелеты практически поднялись с пола, возвращая себе недостающие части, от чего я как скорый поезд устремился вперёд, налетая на поднимающихся костяшек, начиная махать шестом, мешая им подняться и срастаться вновь.

Со спины же раздался громкий звук удара и пол содрогнулся, а с потолка посыпалась бетонная крошка с отвалившимися местами кусками камня.

От такой неожиданности, я отскочил назад и быстро посмотрел в ту сторону. Оказалось, что один из охранников ударом ноги вмял скелета без башки в пол, сделав в бетонном полу вмятину, от которой чуть не стал обваливаться потолок.

— Ты что творишь! — Заорал я на мужика в чёрном костюме, будучи обсыпанный серой бетонной пылью и крошкой. — Решил потолок обрушить?

Охранник ничего не ответил, только зло кинул на меня взгляд, после чего быстро пошёл следом за удаляющимся боссом со вторым охранником.

Кристина же вставала по стеночке, стараясь не переносить вес на кровоточащую ногу.

— Крис, уходи! — Заорал я, после чего мне пришлось отбить атаку скелета, что хотел насадить меня на свои острые руки-пики. – Я за тобой! — Я откинул от себя скелета, после чего сбил точным ударом шеста ему череп.

— Пригнись! — Крис, морщась от боли, вытянула руки вперёд, облокотившись на стену плечом.

Я в секунду принял упор лёжа, а надо мной пронёсся ураганный ветер, снося далеко назад скелетов, вот только Кристина после этой атаки побледнела и стала устало съезжать по стеночке.

Вскочив на ноги, я хотел было побежать к Кристине и свалить отсюда к чертям собачьим, но на моих ледышках сомкнулись костлявые пальцы рук скелетов, что неплохо себя чувствовали и без тел, от чего я споткнулся и опять грохнулся на пол.

Надо мной же пролетел очередной воздушный удар, после которого послышались глухие звуки разлетающихся костей, а я, прокатившись по полу, спихнул с себя вцепившиеся в ноги, руки скелетов.

— Да отвали уже! — Взвыл я в голос и обрушил прямо из сидячего положения шест, покрытый частично чёрной энергией на быстро ползущую ко мне костлявую ручонку.

Костяная рука переломилась пополам, а вдали из прохода, откуда появились скелеты, раздался яростный стон боли. Рука же пыталась срастись, но это получалось очень медленно и плохо.

— Ага! — Я вскочил на ноги и, взмахнув шестом, рванул в атаку, сразу снося с плеч голову скелету, что треснула напополам от встречи с моим оружием, покрытым тёмной оболочкой, а до ушей донёсся очередной яростный стон.

А после все скелеты, вспыхнув белёсой дымкой и даже не пытаясь встать, рванули на меня словно тараканы.

Я махал шестом и бил скелетов ногами, но те даже не восстанавливаясь пёрли в атаку, от чего моё тело начинало покрываться ранами от острых пальцев и рук-пик и даже от укусов.

Но и стоны боли от моих ударов из коридора раздавались всё чаще.

Швырнув очередной скелет в стену, я вмял его плечом, заставляя частично развалиться и, сразу же пнул другого, приняв на шест его острую как копьё руку, а со спины раздался крик Кристины о новой атаке магией.

Стоило мне услышать голос девушки, как я нырнул вперёд прямо на скелетов и, свалив несколько из них своей тушей, прокатился по костям, после чего ещё раз, укатываясь дальше по коридору, гремя схватившими меня отвалившимися от тел руками скелетов.

Я ожидал сильного удара ветром, но магическая атака Кристины получилась куда слабее, от чего даже не все скелеты упали.

Вскочив на ноги, я с силой сжимал посох, чувствуя, как мои руки уже каменеют от нагрузки, а артефакт на груди раскалялся, обжигая кожу. И в этот момент меня снесло в стену, выбивая из моей тушки весь дух.

— Лич! — Кристинин крик ворвался в мои уши, сливаясь с колоколами от сильного удара затылком об бетонную поверхность.

Боковым зрением я же увидел, как вдали хромая и чуть не падая на поднимающихся скелетов, рванула Кристина. А вокруг рук девушки образовывались, словно воздушные боксёрские перчатки.

Но потом мне стало не до чего, ведь пришлось отбивать атаку костяной колотушки в виде секиры, что обрушил на меня сверху вниз скелет, который мерцал бледной дымкой, а на его костях будто нарастала плоть.

Подняв и выставив перед собой шест, я принял на него удар, что чуть не вмял меня в пол, и ударил с двух ног по голеням Лича.

Главный монстр, что таился всё это время, выжидая, видно нашего изнеможения, грохнулся на меня, а я, спихнув его с себя, схватил его за черепушку и стал стучать костяной башкой с зачатками плоти об пол. Но через пару мгновений мня с главного урода, смели скелеты, что налетели на мою тушу.

Взвыв от боли в теле, ведь в меня вонзились острые кости, я стал кататься по полу, давя и скидывая с себя скелетов.

Как только я был свободен, вскочил на ноги, ища глазами шест, а он валялся за Личем, что сейчас шагнул ко мне, размахиваясь отростком в виде секиры вместо одной руки.

Делать было нечего, и я бешеным кабанчиком устремился к Личу и за метр до него прыгнул в кувырок, уходя от его размашистого удара.

Прокатившись по бетонному полу и вскочив на ноги, сжимая рукой шест, а второй рукой срывая с жопы ухватившую за штаны костлявую руку и, рванул в бой.

Мой первый удар был подобен разящему копью, что ударил в грудь Лича, заставляя его отшатнуться на шаг назад, после чего я раскрутил себя на девяносто градусов и врезал боковым ударом.

Лич отлетел к стене, а я снова нанёс протыкающий удар шестом, но на моём пути встал скелет и шест прошёл между его рёбер.

— Свалил нахрен! — Рычал я, моргая от текущего по лицу градинами поту, и с силой дёрнул в сторону оружие снося в сторону скелетона, что повалился на спину. — Получи, скотина! — Не успевая ударить шестом, влетел коленом в отходящего от стены Лича.

Монстр вновь вмялся в стену, а я, отскочив, ударил по его роже шестом, что, вновь покрылся чёрной оболочкой.

Лич отшатнулся в сторону, но не упал, а от его черепушки отлетели куски плоти.

— Стойкий, что ли?! — Проорал я и врезал ему опять шестом по роже, а через секунду припал на одно колено, вопя, как медведь, что попал в капкан, так как из моей ноги торчала вражеская кость, что пробила мою икру насквозь. — Сдохни ты уже! Обрушил я посох на подползшего ко мне скелета, что проткнул мне ногу и, размозжил ему череп одним ударом.

Тут же к моим крикам добавились яростные стоны Личи, что поднимался в это время с пола.

— Больно! — Скалил я зубы, повернувшись к Личу. — Мне тоже! — Выкрикнул я и, вскочив с полухромого прыжка, обрушил на голову врага шест, что уже весь был покрыт чёрной оболочкой и местами выпирал подобием шипов.

От удара Лича прибило к бетонному полу, а я, как ненормальный дровосек, стал бить его сверху вниз шестом, не останавливаясь ни на секунду.

Однако уже через десяток ударов я стал заваливаться на колени, от боли и слабости в проткнутой ноге, от чего направил в шест всю ману, что чувствовал в себе.

Шест дрогнул и заклубился чёрной вязкой дымкой, а я, грохаясь на колени, обрушил его на черепушку Лича, что выкинул вперёд свою культю топор, остриё которого пропороло мне плечо.

Под мой крик, полный дикой боли от, распоротой плоти, череп Лича развалился на куски, а его тело переставало мерцать тусклым свечением.

Хозяин уничтожил потустороннюю сущность — Лич первой ступени, что созрел для поднятия скелетов первого воплощения. Как ваш персональный помощник, хозяин. Советую вам поглотить сущность Лича. Напоминаю! Чтобы поглотить потустороннюю сущность, коснитесь её.

В тот же миг, скелеты стали осыпаться грудами костей, а я увидел, как от тела врага отделился хвостатый шарик, что я впитал в себя, схватив рукой.

Хозяин. Вы поглотили призрачную сущность Лича.

Показатель магического развития увеличился. Хозяин переходит на 6-ю ступень развития.

Магический потенциал хозяина увеличен до 50 ед. мана джоуль.

До перенятия магического элемента осталось 1-на ступень.

Мои поздравления хозяин!

Держась друг за друга, идя, можно сказать, в обнимку, как пьяные собутыльники, мы с Кристиной, хромая и еле переставляя ноги, покидали подвальные помещения, а где-то сверху слышались крики и топот.

— Слышь боевой медвежонок, — Кристина еле ворочала языком, прижимаясь ко мне. — Может тебе ДТП оформить, чтоб твоя опекунша лишних вопросов не задавала, или у меня останешься. Скажешь, у друга в приставку под бургеры играть всю ночь будешь или две.

— Я тебе, что про медвежонка говорил? — Морщился я, не переставая от боли.

— Да ладно тебе Алекс. Прикольно же. Ты большой и мягкий. Ну, хочешь, мне тоже придумай прозвище. Мы ж друзья.

— Не хочу, — чувствовал я тепло женского тела. — Надеюсь, в госпитале тебе сделают укол самым огромным шприцом, что у них есть. С огроменной такой иглой.

— Эй? — Слегка толкнула меня Кристина, притормозив и, мы пошли дальше, слыша голоса людей впереди.