Последний шанс

Глава 1. Автор-Рекстерн.

Гена сидел в своей квартире, укутавшись в плед, и смотрел в экран телевизора. Его тело сковывал озноб. Последний месяц дался крайне трудно. Совершенно случайно парень наткнулся на новостной сюжет. Там говорилось о нём...

Когда Гена возвращался из магазина домой, его настигла небольшая группа работников с телевидения.

— Здравствуйте, Геннадий! — улыбалась девушка, что брала интервью.

«Чёрт... Да что им нужно?» — подумал Генка, но вслух так и не произнёс, хоть и очень хотелось. Он казался взъерошенным котом, что только что подрался с соседским барсиком.

— Ну чё встал? Быстрее снимай! Почему я должна постоянно тебе всё объяснять?! — фыркала молодая особа на оператора. Затем повернулась и посмотрела на Генку. Её выражение лица тут же сменилось: из презрения — в наигранное благоговение.

— Геннадий! Не могли бы вы рассказать про тот особняк, где на вас напал серийный маньяк и убил всех ваших друзей? Правда ли, что он расчленял своих жертв? Вы видели отрубленную голову друга, это так? — она тараторила с невероятной скоростью.

Гена выпучил глаза и молча направился прочь быстрым шагом, в сторону дома.

— Чего встал, олух? — деваха на каблуках, неуклюже махая руками из стороны в сторону, побежала за парнем. — Ну же, снимай его! Снимай!

— Аппаратура вообще-то не лёгкая... — грустно пробубнил оператор себе под нос.

Дамочка на каблуках настигла участника бойни и преградила ему путь:

— Геннадий! Что вы можете сказать про случай в том особняке? — её глаза блестели, она жаждала ответа с возбуждёнными придыханиями.

«Эта чёкнутая не отстанет... Надо что-то сказать», — мысли метались одна за другой. Парень сначала посмотрел на репортёршу, а затем на оператора. Его взгляд устремился прямо в камеру, и мужчина невозмутимо выдал первое, что пришло в голову:

— Ну... Мы уехали туда отдыхать... Хорошо отдохнули.

Выражение лица оператора и репортёрши сменилось на шокированное удивление. Гена осознал, что сказал что-то не то. Его лицо побледнело.

— Я пошёл.

Он снова отправился быстрым шагом в сторону дома.

— Подождите, подождите! Но вы не ответили на вопросы! — кричала девушка. — Уделите минутку!

Но Гена уже никого не слушал и скрылся в подъезде.

Через несколько дней мужчина уже смотрел на себя в телевизоре, укутавшись в тёплое одеяло. Парень резко переключил канал дрожащими руками. О нём буквально говорили все, кому не лень: соседи шушукались, мать названивала каждые несколько часов. Даже алкаш, распивающий на лавочке, смотрел с осуждением и повторял фразу: «Хорошо отдохнул!».

В интернете история взорвала все площадки и вышла в топ по просмотрам. Блогеры обсуждали и смеялись, кто-то осуждал, кто-то говорил, что хочет такого друга, как Гена. Ведь даже если он умрёт, то Гена «хорошо отдохнёт» на его похоронах. Всё это выводило парня из равновесия. Он от природы одиночка-интроверт и не стремится к вниманию. А теперь этого внимания переизбыток... Нервы сдавали, что плохо сказывалось на физическом самочувствии.

В скором времени после интервью у Гены поднялась высокая температура. Он попытался заснуть, но просыпался каждые полчаса, а затем снова засыпал. Самочувствие было настолько дурное, что Гена не понимал, где реальность, а где сон. Он видел оператора и репортёра перед собой, прямо дома. Затем ноги того самого убийцы. Парень забивался в угол, но, открывая глаза вновь, — никого уже не было. Уставший мужчина засыпал снова, а потом всё повторялось снова и снова.

Раздался звонок в дверь. Он проснулся и медленно подошёл к двери. Посмотрев в глазок, ноги стали подкашиваться. В подъезде находился второй выживший — Женя. Парень выглядел немногим лучше «звезды интернета». Он неожиданно постучал в дверь, Гена вздрогнул и отскочил.

— Я знаю, что ты дома, я тебя слышал. Пожалуйста, открой дверь... — прежнее нахальство в голосе отсутствовало, в голосе читалась глубокая печаль, что бывает у людей, переживших страшное.

Вытерев сопли рукавом кофты, Гена открыл дверь. Парни зашли в комнату и долго молчали, глядя в лица друг друга. В воздухе витало напряжение.

— Я не могу всё так оставить... — горько сказал Женя. — Уже прошло два месяца, а этого урода так и не нашли... В городе начали пропадать люди! — безумные глаза мужчины посмотрели на портфель, что лежал у него на коленях. Затем вытащил фотографии и газетные вырезки. Все они повествовали о жестоких убийствах в округе. — Гена, если бы не ты, то меня здесь бы уже не было... Ты умный парень, без тебя я не справлюсь!

Неохотно, но Гена согласился участвовать в поисках серийного убийцы. Он даже не понял, как это произошло.

Глава 2. Автор-Julia

Парни еще минуту помолчали, разглядывая ворох газетных вырезок. Кое-какие бумажки уже обтрепались по краям, будто их много раз хватали нервные неосторожные пальцы.

– Надо это разложить, – мрачно пробормотал Гена. – В такой куче мы ничего не разберем.

– Точно, – согласился Женя. – Типа как в истории про полицейских.

Гена вздохнул. Ему совершенно не хотелось принимать участие в истории про полицейских, пусть даже и вымышленной. Он слышал чересчур много рассказов о том, как вот такие энтузиасты начинают собственное расследование, а заканчивают… Заканчивают кому как повезет, или вернее, не повезет. Но друг уже начал сортировать бумажки, и Гена заметил в его глазах слабую тень прежнего Жени, который когда-то легко становился душой любой компании. Гену это порой раздражало, но сейчас он, наверное, предпочел бы потерпеть, но не видеть друга таким пришибленно тихим.

– Слушай, – Женя виновато поднял глаза. – Может, перекусим, а? У меня со вчерашнего дня ни крошки во рту.

Гена дернул плечом и указал на кухню – мол, что найдешь, то и твое. Его самого еда сейчас волновала меньше всего. Температура снова давала о себе знать, и мозги в голове как будто размешивали ложкой.

Женя вернулся в комнату минут через пять, грызя кусок зачерствевшего хлеба.

– Не знаю, как ты тут выживаешь, – сказал он. – В холодильник заглянуть страшно.

Он снова обратился к своей жутковатой коллекции. Четыре пропажи. Небольшая компания студентов, праздновавших выпускной. Четыре подруги – видимо, устроили что-то вроде девичника. И супружеская пара, решившая отдохнуть на природе по поводу, который уже никто не узнает.

– Хоть детей с собой не взяли, – с горечью прокомментировал Женя, разглядывая семейные фотографии последних жертв. – Хотя жизнь у мелких теперь – врагу не пожелаешь.

Четвертый случай – их друзья. Газеты писали о них не меньше. Гена краем глаза смотрел на знакомые лица, узнавая фото из соцсетей, и чувствовал пустоту. Как будто память подернулась пеленой. Хотя, скорее всего, это его голова тормозит из-за болезни.

– Все отдыхали там? – спросил он, не называя места. В уточнении не было необходимости.

Женя кивнул.

– Я еще в интернете видел статьи, – припомнил он. – Но там, в некоторых… Короче, там такие фотографии были, что их удалили через день, даже заскринить не успел, да и рука не поднялась.

– Я посмотрю. Может, есть что-то, – Гена открыл ноутбук.

Он нашел страницу дома, который они сняли на те злополучные дни. Хозяин, похоже, забросил ее после всех событий. Гена прокрутил стену вниз, до сообщений двухмесячной давности – в то время отзывы полнились восторгами.

«Буду рекомендовать вас, отличное место!»

«Так атмосферно, природа вокруг, как будто вернулась в школьное детство…»

Чуть позднее тон постов резко изменился. Некоторые были стерты – равнодушный серый шрифт пару десятков раз сообщил, что «сообщение удалено владельцем страницы». Дальше отзывы посыпались без купюр – видимо, именно тогда хозяин смирился, что в ближайшее время его бизнесу ничего не светит.

«Гори в аду, тварь!»

«У меня там подругу нашли, это ты во всем виноват!»

«Сжечь там все, ребята!» – и тому подобное. Пару раз местные шутники, считая себя невероятно остроумными, оставили посты с улыбающимися рожами и подписью «Хорошо отдохнули». Гена раздраженно пролистал, стараясь не задерживать взгляд.

– Ну, что там пишут? – Женя наконец раскидал вырезки на четыре стопки и с мрачным интересом заглянул в экран.

Гена чуть развернул ноутбук, предоставляя другу самому составить мнение.

– Идиоты, – бросил Женя. – Можно подумать, это хозяин убивает людей. Да он сам, наверно, сидит сейчас где-нибудь в углу и нос высунуть боится. Ты ж сам знаешь эту толпу...

Гена посмотрел на приятеля с укором, тот осекся, и оба продолжили изучать ленту.

Одно сообщение привлекло внимание парней сильнее остальных. Два дня назад пользователь под ником «Привидение» оставил пост – необычно длинный и связный для того потока эмоций, в который на неопределенное время превратилась стена.

«Друзья, давайте попробуем поймать этого маньяка сами! Собираю смелых, всех, кто не боится и не ждет справедливости от полиции, а способен добиться ее сам. Пишите мне в личку, если нас будет много, то нам не будет страшен ни один ублюдок, будь он хоть с топором, хоть с ножом. Избавим город от страха!

P.S. Если ты и есть та самая дрянь, можешь не стараться искать меня. Этот профиль создан только для прикрытия нашего дела!»

– Избавим город, – вслух прочитал Гена. – Вот такие и попадаются в ловушки быстрее всего. Он еще и людей за собой тащит.

– Может, не он, а она, – предположил Женя. – По нику неясно, а вместо фотки какой-то черный квадрат Малевича.

– Вообще неважно, – отозвался Гена. – Неподготовленные придут ловить преступника. Он только рад будет.

Он собрался захлопнуть ноутбук и пойти выпить воды – в горле саднило, голова будто сделалась вдвое больше и клонилась вниз, как тяжелый шар. Сейчас бы завернуться в одеяло и заснуть на сутки, а не прокручивать бесконечно в памяти все, что случилось.

– Погоди, – Женя положил руку на клавиатуру. – Давай ей напишем, или ему, пофиг. Вдруг что-то знает.

– Я против, – голос Гены был тихим, но не терпящим возражений. Парень тяжело поднялся со стула и поплелся на кухню.

Когда он вернулся, сжимая в руках щербатую кружку, Женя уже дописывал сообщение.

«… тоже хотим расследовать это дело, и поэтому решили связаться с тобой. Буду ждать ответа».

Гена подавился водой, закашлялся и издал негромкий протестующий звук, но друг уже щелкнул мышкой на кнопке «Отправить». Замечательно. Только левых людей им не хватало. Людей, которые не были там и не понимают, каково это – видеть то, что видели они, и не иметь возможности помочь.

– Я против, – повторил он бесстрастно. – Ты зря это сделал.

– Хотя бы поговорим, – пожал плечами Женя. – Нам необязательно возвращаться туда вместе с ними.

Они посмотрели друг на друга, словно без слов понимали, что рано или поздно этого не избежать.

Глава 3. Автор- Рекстерн.

Некоторое время парни молча сидели в душной комнате. Неожиданно Гене пришла в голову странная мысль, что не давала покоя: почему особняк сдавался в аренду, если так часто там происходили преступления? Место как минимум должны были опечатать, так как дом — главная улика. Никого бы туда и близко не подпустили! Гена поделился своей идеей с другом. На что Женя задумчиво нахмурился и показал фото:

— Видишь, все тела лежат на улице, на траве. Либо этот урод оставил их там, либо хозяин дома подкупил полицию, для того чтобы его бизнес продолжал работать. Убийства будто произошли не в доме, а где то в лесу..

От увиденных растерзанных тел у Гены к горлу подступила рвота. Он еле успел подставить кружку под содержимое. Женя посмотрел с омерзением:

— Я же чай не допил!

— Добавка, — пояснительно сказал Гена с красно-бело-фиолетовым лицом. На него было страшно смотреть. У Жени возникло ощущение, что друг вот-вот должен упасть в обморок. — Может, приляжешь? — на этот раз голос казался тёплым и заботливым.

— Угу, — Гена уселся, даже почти лёг в большое кресло и снова укрылся пледом. Холод пробирал до костей, зубы стучали как при морозе, хотя в комнате стоял тёплый спёртый воздух.

— Динь, — на экране высветилось уведомление о новом сообщении. Гена молча наблюдал, но на лице даже без слов ясно читалось: «Ну что там? Скажи же!»

— Комментатор ответил, — пояснил Женя.

Глаза мужчины заблестели, ему нужно было срочно узнать, чем закончится диалог. Как будто от этого зависела их собственная жизнь.

— «Как здорово, что вы откликнулись! Нам непременно нужно начать поиски преступника, у меня есть зацепки. Приходите в семь вечера по адресу: ул. Годаева, 37, квартира 45», — Женя недовольно прочитал сообщение вслух.

Затем Гена от удивления вскочил с кресла, но голова закружилась, и он, как оловянный солдатик, упал на пол. Глаза Жени округлились, сердце ушло в пятки:

— Гена! Гена! Гена, что с тобой?! — поднял друга Женя, и Гена отдышался.

— Принести воды?

— Нет, — сказали сухие, синеватые губы Гены.

— Я пойду туда. Он написал, что у него есть зацепка, — Женей руководило отчаяние. И Гена это видел. Они чуть сильно не поссорились, но в семь вечера уже были в подъезде около той самой двери. Гена отоспался и чувствовал себя немного лучше, по крайней мере, его не тошнило.

Дыхание перехватывало от нетерпения, палец нажал на звонок, оба парня посмотрели друг на друга, чтобы набраться храбрости. Через полминуты дверь открылась. В дверях стояла довольная молодая девчонка, на вид старшеклассница.

Она яростно начала жестикулировать, словно героиня итальянского сериала:

— Я вас так ждала! Проходите!

Удивлению не было предела:

— Стой, стой... Это ты мне писала про убийцу? — надеясь, что это лишь какое-то недоразумение, переспросил Женя.

Девчонка невозмутимо, словно не понимая, в чём проблема, произнесла и улыбнулась:

— Всё верно!!

Женя что-то фыркнул себе под нос и начал разворачиваться спиной. Гена тоже собрался уходить. Юная особа, заметив это, немного забеспокоилась:

— Подождите! Куда же вы?! У меня есть зацепка! — но мужчины словно не слышали её. Лишь пожалели потраченного времени.

Девушка вновь начала говорить громким, поставленным голосом:

— Разве вы не хотите наказать убийцу? Без меня у вас ничего не получится, я знаю то, что вам неизвестно! Мой папа полицейский и работает над этим делом! У меня есть связи и информация!

Мужчины развернулись лицом к девочке:

— Что именно тебе известно? — произнёс Женя. Гена, как всегда, оставался невольным слушателем.

Лицо наглой девицы вновь сменилось: с испуганно-озадаченного — на нагло-ехидную гримасу. Она нашла к ним подход:

— Конечно расскажу, но только в квартире!

Уговаривать долго не пришлось, через несколько минут они уже сидели в кухне и обсуждали преступление. Девочка наливала гостям чай и заботливо поставила расписную вазочку с конфетами посреди стола.

— Так что тебе известно? — повторил вопрос Женя. Гена продолжал молчать, не понимая, зачем он сюда пришёл. Нога истерически стучала по полу, отбивая странный ритм.

— Хм... Честно говоря, не очень много... — задумчиво произнесла девица. — Но кое-что да знаю, — она загадочно и игриво посмотрела на мужчин, ожидая, что они станут уговаривать её поделиться тайной.

Женю это начало раздражать:

— Слушай, либо говори, либо мы уходим. Я не собираюсь играть в эти игры!

Гена кивнул в качестве одобрения.

— Ладно, ладно, я же и так хотела вам всё рассказать! Хозяин того дома явно как-то замешан в случившемся. По какой-то причине он каждый раз вытаскивал тела из особняка и уничтожал улики. Денег у мужика полно, так что ничего отцу разнюхать про этого персонажа не удалось. Странным образом все подозрения с него сразу же снимались вышестоящим руководством, — довольная девушка медленно отхлебнула чай из кружки, наблюдая за реакцией парней.

— Это всё? — спросил Гена.

Она молча кивнула. Гена задумался, а Женя встал из-за стола:

— Пошли! Мы и так знали, что с хозяином что-то не так. Лишь время потратили!

— Стоять! — прозвучал командирский голос. — Возьмите меня с собой на расследование! — она не просила, она настойчиво требовала.

— Боже, нет! — недовольно произнёс Женя. — Я не возьму десятилетнего ребёнка на поиски маньяка... Это слишком опасно!

— Мне не десять, мне пятнадцать! — пояснила девочка.

— Ах да, тогда, конечно, это всё меняет! — Женя направился к двери и потянул ручку двери, но та была закрыта. — Где ключ? Открой дверь, быстро!

— Я хотела же по-хорошему... — она достала телефон из кармана и показала фото. Девушка сделала фото парней из дверного глазка. — Если вдруг со мной что-то произойдёт, то это фото автоматически опубликуется на моей странице во «ВКонтакте» с надписью «Помогите». Ну, либо если вы уйдёте, то я могу сказать отцу, что вы меня изнасиловали. Так что вам выгоднее взять меня с собой. Что думаете?

Женя мгновенно побледнел. А Гена выпучил глаза и произнёс лишь одну фразу:

— Охренеть нынче детишки пошли...

— Зачем тебе это всё? — с недоумением произнёс один из парней.

— Мой отец — полицейский с хорошей должностью, и я хочу пойти по его стопам. Но он категорически против... Поэтому я хочу найти убийцу и доказать отцу, что я на что-то способна! Ну так что решаем, я высылаю фото?

Глава 4. Автор-Julia

Женя бессильно опустился на стул, прожигая взглядом маленькую шантажистку. Девчонка спрятала телефон в карман и скрестила руки на груди.

– Ну что? – спросила она. – Когда выезжаем?

Женя умоляюще посмотрел на Гену, но тот лишь нервно дернул уголком губ и вернулся к своей чашке с намерением допить чай, пока тот не остыл. На лице ясно читалось: «Ты сам заварил эту кашу, не требуй от меня решений».

– Даже если мы куда-то едем – если! – Женя поднял палец, заметив, что девчонка уже вскочила с места, – это будет не сегодня и не впопыхах. И потом, ты собиралась организовать чуть ли не целую экспедицию. Где все твои сторонники, «Привидение»?

Девочка ковырнула пол носком пушистого тапка.

– Честно говоря, кроме вас, никто не ответил, – призналась она с неохотой. – То ли боятся, то ли уже устали от этой истории.

– Устанешь тут, пожалуй, – пробормотал Гена и неловко стукнул пустой кружкой об стол.

– А тебя я знаю, – протянула девочка, глядя на него с прищуром. – Видела фотки. Ты тот…

Гена предостерегающе приподнял ладонь.

– Молчу, молчу. Зато теперь я понимаю, почему вы лезете в это дело. Мы отлично сработаемся.

– Никакого «сработаемся», – отрезал Женя. – Я тебе уже сказал…

– Не забывай вот про это! – девчонка снова взмахнула телефоном, но движение прервалось звонком.

– Не-е-ет… – сквозь зубы прошипела она, ткнула в экран и нежным голоском поприветствовала: – Да, пап?

– Привет, дочь, – низкий, уверенный голос было отлично слышно из динамика. – Мне тут сказали, что ты решила расследование провести. Не хочешь ничего рассказать?

– Пап, я даже не понимаю, о чем ты! – ее лицо представляло собой образец невинности. – У меня же нет от тебя секретов, вот вообще!

– И в соцсетях ты, конечно, ничего не обсуждала?

– Ой, ну о чем с друзьями болтают? Музыка, парни, школа…

Гена уже давно сдерживался, но болезнь после передышки решила взять свое. Он согнулся пополам и хрипло, надсадно закашлялся. Женя тихо охнул и в ужасе прикрыл рукой глаза.

– Кто там с тобой? – голос в трубке стал осязаемым, и это ощущение не понравилось никому из присутствующих. – Даша! Мне приехать?

– Это фильм, пап! Телевизор!

«Зря орет, – промелькнуло в голове у Гены. – Тут ни у кого не останется сомнений, что обманывает. Тем более, у офицера полиции».

Телефон замолчал. Девочка ошалело посмотрела на черный экран и схватила со стула потертую джинсовую куртку.

– Чего расселись? – бросила она, убежала в прихожую и вернулась с кедами в руке. – Папино отделение в двух кварталах!

Они сбежали по лестнице, вывалились во двор. Гена тяжело дышал – кашель никак не унимался, и горло будто стиснуло обручем.

– Не стоим, не стоим, – девочка махнула рукой в сторону выезда на улочку. – Я тут одно место знаю…

Она провела парней к темной арке. Идеальное место для тайных переговоров – или, по мнению большинства местных пьяниц, для туалета. Гена поморщился от отвращения и сполз по стене на асфальт, глядя прямо перед собой.

– Конспираторша, – Женя хотел дать девочке символический подзатыльник, но та ловко увернулась. – Профиль создать догадалась, а встречи назначаешь в собственной квартире! А если к тебе маньяк придет? И откуда твой отец вообще узнал, что ты там писала?

– А это он мне прозвище дал, – в глазах девочки мелькнули теплые искры. – Я мелкой в простыне бегала, и он меня называл «привидение ты мое».

– Ума палата, – Женя ударил ладонью по лбу. – А еще в полицию собираешься. Иди домой, пока нас всех тут не загребли! Черт меня дернул тебе написать, Дашенька, блин, Холмс.

– Никуда я не пойду, – заявила она, выглядывая украдкой из арки. По стене пронесся синий блик от мигалки. – Я вам еще не все рассказала.

Она вытянула из-за плеча маленький рюкзачок и запустила в него руку.

– Вот! – просияла она, извлекая на свет мятую бумагу. – Распечатка звонков за последние два месяца. И не спрашивайте, где я ее достала.

Женя взял лист за уголок и подсветил фонариком. Всю поверхность занимала убористая таблица – настолько мелкая, что ячейки в полумраке сливались в невнятную рябь.

– И что? – невесело хмыкнул парень. – Предлагаешь позвонить каждому из них и спросить, не маньяк ли на проводе?

– Я точно пас, – заметил Гена. Он с легким стуком откинул голову на кирпичную стену и закрыл глаза.

– Я там отметила, – Даша встала на цыпочки и ткнула в лист. Несколько повторяющихся строк в разных концах таблицы были криво отчеркнуты красным карандашом.

– Так, погоди, – Женя оглянулся, ища на асфальте чистое место, но не нашел и обреченно сел рядом с Геной. – Черт, мелко как. Но если я правильно даты опознал…

– Это дни, когда происходили убийства, – страшным шепотом подтвердила девочка. – И этот человек больше никогда не звонит, понимаете?

Гена покосился на бумагу, чтобы как-то скоротать время. Раз уж отвязаться от расследования не удается, он решил иногда удостаивать вниманием окружающие предметы – это немного проясняло голову.

– А это чье вообще? – спросил он. – Ну… распечатка?

– И правда, – спохватился Женя, направил фонарик на верхний край страницы – и чуть не выронил телефон. – Ах ты ж… Сейчас.

Он открыл историю своих вызовов и долго прокручивал вниз, пока не воскликнул:

– Точно! Я сюда звонил, когда дом бронировал.

– Молодец! – Даша стремительно выхватила листок из Жениных пальцев. – Это хозяин. И кто-то звонил ему в дни убийств, а потом пропадал до следующего раза. Мало того, – продолжила она тоном заправского сыщика, – это был не просто дозвон. Они говорили по несколько минут.

– Набирать не пробовала? – поинтересовался Женя.

– Ну естественно, – она снисходительно посмотрела на него. – Там какой-то автомат отвечает. Похоже, с него можно только самому звонить. И здесь мы подходим к самому главному, – она торжественно подняла палец вверх. – Я этот номер видела у папы. В истории входящих.

– Даша!!! – прогремел мужской голос.

– Ну все, – вздохнула девочка. – Пора сдаваться полиции.

Она закинула рюкзак на плечо и обернулась.

– Скорее всего, меня посадят под домашний арест, но это максимум на пару суток. Папа быстро отходит. Ну, пока! Вы знаете, где меня найти.

И убежала, размахивая руками.

– Стихийное бедствие какое-то, – Женя встал и подал руку Гене. Тот с трудом выпрямился и молча покачал головой.

Значит, они были правы. Полиция точно замешана. Эта безумная затея нравилась ему все меньше, но в глубине души он ощутил что-то новое – заинтересованность, решимость? Гена прислушался к себе и предпочел списать незнакомое ощущение на высокую температуру.

Глава 5. Автор-Рекстерн.

Наглая девчонка убежала и скрылась из виду. Парни потихоньку побрели в сторону остановки. Женя снова взглянул на список номеров, вздохнул, а затем аккуратно свернул и убрал в карман брюк.

— Ну и что мне с этим делать?! Как я должен найти хозяина номера?! — недовольно бубнил парень.

Гена, не успев хорошо подумать, ответил:

— У меня знакомый в салоне сотовой связи работает...

Глаза Жени загорелись, этот ответ будто был тем самым ключом к сложной, нерешимой задаче.

— Поехали! — радостно сказал Женя.

По спине пробежали мурашки. Гена уже не хотел ничего расследовать. Ему просто хотелось забыть о случившемся и жить старой, спокойной жизнью.

— Куда поехали?

— Конечно, к знакомому твоему!

Спорить было бесполезно. Они приехали в большой торговый центр. Гена надеялся, что тот человек уже не работает там или хотя бы что сегодня не его смена.

— Ну что, куда идти? — Женя оглядывался по сторонам, высматривая броские вывески операторов.

Ноги Гены начали подкашиваться, взгляд устремился куда-то вперёд, в одну точку.

— Похоже, его здесь нет, — голос не казался плавным и ровным, он вибрировал, словно струна.

Женя взглянул на друга и посмотрел в сторону, куда смотрел Гена.

— Так значит, это он?! Пойдём знакомиться! — его ехидная, но дружелюбная улыбка расплылась по лицу, она словно говорила: «Я вижу тебя насквозь».

Парни подошли поближе. Человек за стойкой сразу узнал одного из них:

— Гена? — он не был рад, скорее, очень сильно удивлён встрече.

— Привет... — сухо произнёс Гена, опустив глаза вниз, как провинившийся ребёнок.

В диалог встрял Женя и представился, протянув руку для рукопожатия. Он вкратце объяснил всю ситуацию и попросил помочь.

— Ну, вообще-то это подсудное дело! Если вскроется, что я распространяю личную информацию, то мне придётся несладко... И вообще, Гена, откуда ты узнал, что я здесь работаю? Мы же пять лет не виделись!

Парни озадаченно смотрели на друга.

— Я просто как-то был здесь несколько месяцев назад и увидел тебя за стойкой...

Лицо знакомого исказилось в лёгком презрении:

— То есть ты видел меня здесь и даже не подошёл поздороваться?! А я теперь должен рисковать и делиться информацией?!

В этот момент Женя начал возмущаться и упрекать своего собеседника в мелочности:

— Олег, ты понимаешь, что на кону жизни людей?! Наверное, видел последние новости об убийце. Я видел своими глазами, как эта мразь отрезала голову моему другу, он кинул её в машину как послание! Понимаешь? Если его не поймать сейчас, то количество жертв начнёт увеличиваться с каждым днём! Никто не узнает, что информацию о владельце номера нам дал ты, нам это незачем.

Настойчивый монолог Жени сдвинул ситуацию с мёртвой точки. Олег пробил номер телефона по базе клиентов. Владельцем оказался некий Пётр Михайлович Гудько, ему пятьдесят один год, прописан на соседней улице, неподалёку от данного торгового центра. Женя поблагодарил нового знакомого и быстрым шагом направился по адресу. Гена шёл следом, словно утёнок за мамой уткой.

Момент звонка в дверь оказался крайне волнительным. Из квартиры вышел мужчина, что выглядел лет на десять старше своих лет. Он был в растянутом домашнем трико, белой майке с въевшимся пятном и с залысиной на макушке.

— Вы кто? Что надо? — спросил мужчина, даже не поздоровавшись.

— Пётр Алексеевич? — вопросительно сказал Женя.

Мужчина поморщился:

— Я Пётр Михайлович!

Женя изобразил сожаление и удивление:

— Ой, извините, пожалуйста, Пётр Михайлович! — парень кивнул головой в знак уважения собеседнику. — Мы из полиции, расследуем дело телефонного мошенничества, и этот номер фигурирует в качестве жертвы и свидетеля. Вы владелец данного номера? — Женя протянул небольшой изодранный клочок бумаги с цифрами, написанными от руки.

Мужчина посмотрел на бумажку и прищурился:

— Да, это мой номер. Это номер моей компании, мы занимаемся логистикой. Офис находится в ТЦ, в районе, где плохо работает связь, а у меня звонки через спутник. Поэтому мы также предоставляем услугу по «аренде номера»: любой желающий может прийти в офис и позвонить куда угодно за фиксированную плату.

Когда разговор закончился и Пётр захлопнул дверь, парни оказались в ещё большем замешательстве, чем прежде... Из-за двери раздался голос:

— Алло, тут какие-то странные менты приходили. Про номер спрашивали... — затем голос стих, похоже, что мужчина ушёл в другую комнату.

— Это точно Пётр Гудько... — задумчиво произнёс парень. — Он разозлился, когда ты назвал его Алексеевичем...

— Да, я тоже это заметил, а затем он без задней мысли меня поправил... Но всё же он какой-то странный, хоть мне и не кажется, что он врал нам. Правда, вполне возможно, что о чём-то недоговаривает.

Гена показал пальцем на дверь:

— Слышишь? — из квартиры раздавалась неразборчивая речь.

— Да, слышу. Он сразу кого-то предупредил о нашем приходе... Но, возможно, просто испугался каких-нибудь проблем с бизнесом, ему сказали, что номер замешан в преступлении.

— Он не убийца, — уверенно сказал Гена. — Я видел ноги маньяка, когда он спускался с лестницы. Этот Пётр гораздо толще и ниже убийцы. И ему не хватило бы сил таскать тела туда-обратно...

Женя улыбнулся и посмотрел на Гену:

— Теперь я узнаю своего наблюдательного и умного друга!

Гена смутился и резко замолчал, как обычно. У парней не было больше никаких зацепок, кроме того самого офиса.

Глава 6. Автор-Julia

Ночью Гене приснился один из тех снов.

Болезнь ненадолго избавила от них. Высокая температура подбрасывала кривые образы то заснеженного леса, где он почему-то бежал босиком, то раскаленной лавы, в которой тонули ноги. Но никогда – тот день. А когда вирус понемногу начал сдаваться, то ли под напором горячего питья, то ли не выдержав Гениного равнодушия, все вернулось.

Он стоял в доме, не смея вдохнуть. Видел ноги, тяжело ступающие по крови друзей. А потом фокус размывался, и уже он стоял над телами, занося нож, и он лежал на полу, и он был стенами, окнами, даже лесом вокруг. И одно было неизменно – он не мог ничего сделать.

Звонок милосердно прервал кошмар.

– Заскочу? – выпалил Женя, задыхаясь на бегу.

Гена пробормотал нечто неопределенное. Сон таял перед глазами, но сердце еще бешено колотилось.

– Я поднимаюсь, – предупредил Женя. – Одеться не забудь.

Друг позвонил в дверь через минуту. Он был нагружен коробкой пиццы и двумя высокими стаканами кофе.

– Ешь давай, – приказал он, выставив угощение на стол. – А я буду рассказывать.

Он положил между ними телефон и открыл приложение карт. На переплетении улиц желтели пять флажков.

– Это торговые центры, где располагаются офисы логистических компаний…

– Так мало? – недоверчиво спросил Гена.

– Я отбросил несколько в центре города. Петр сказал, что у них со связью проблемы, значит, точно не там. Мы едем в каждый, я прикидываюсь, будто мне очень нужно позвонить. Набираю тебе, а ты смотришь входящий номер.

Гена мрачно побарабанил пальцами по столу. Многовато возни, а что в итоге?

– Главное начнется потом, – Женя прочитал его скептический взгляд. – Как только найдем место – зависнем там на несколько часов и срисуем всех, кто приходит звонить.

– И с чего ты взял, что нужный тип придет именно сегодня?

– Ну, мы вчера немного спугнули этого Петра, так? Есть вероятность, что он позвонил нашему подозреваемому… – Женя явно вжился в роль сыщика. – А тот обязательно попытается связаться с хозяином дома. Предупредить или наехать – вдруг подумает, что это хозяин нас навел!

– Или он это сделал уже вчера, – заметил Гена.

– Тогда мы пролетели, – Женя развел руками. – Но это хотя бы что-то.

Наскоро дожевав пиццу, парни отправились по ближайшему адресу. Девушка-администратор, выслушав Женину просьбу, округлила глаза.

– Ой, директор такого не разрешит, наверное, – пролепетала она.

– Ничего, – сказал Женя, выйдя на улицу и удалив первую отметку. – Это тоже результат. Сужаем круг.

По второму адресу было закрыто. Несмотря на предостерегающий жест Гены, Женя постучал в стеклянную дверь, но офис не подал признаков жизни.

– По закону подлости… – начал Гена, но друг перебил:

– Вернемся позже, если что. Чую, наши логисты не здесь сидят.

В третьем ТЦ у входа в офис скучал пожилой охранник.

– Две сотни, – пробурчал он на вопрос Жени. – В ящик кидай, сдачи нет.

Женя трясущейся рукой набрал номер и подождал несколько гудков.

– Не отвечает, – печально улыбнулся он. – Эх, сорвалось свидание. Спасибо!

Он выбежал на улицу и подскочил к Гене. Тот молча показал экран телефона.

Номер совпал. Друзья переглянулись – даже в воспаленных глазах Гены мелькнуло что-то вроде победной искры.

– Теперь занимаем позицию, – прошептал Женя. Вон там можно сесть.

Посередине этажа, вокруг фонтана, который не работал уже лет пять, извивалась кольцом деревянная лавка.

– Не люкс, но сидеть можно, – тихо сказал Женя и повысил голос: – Так что за прикол ты мне хотел показать?

Парни притворились, будто увлеченно делятся друг с другом мемами. Они шумно передавали друг другу телефоны – и стоило кому-нибудь зайти в офис и обратиться к угрюмому охраннику, как один из друзей незаметно делал фото.

За пару часов подошли несколько девчонок в зеленых косынках – кассирши из ближайшего супермаркета, женщина с двумя сумками и ноющим ребенком, да парень на роликах, которого не пропустили.

– Время тратим, – выразил мнение Гена. Он взъерошил руками волосы и уставился в пол, выложенный мелкой мозаикой.

– Генка… – прошептал Женя. – Стой! Не дергай головой, осторожно смотри.

К офису широкими шагами приблизился крепкий высокий мужчина. Он не удостоил охранника взглядом, бросил на стол купюру и прошел к телефону.

Парни пригнулись, надвинув капюшоны – сейчас их можно было принять за подростков. Но глаза внимательно следили за звонившим, а камеры тихо щелкнули.

Мужчина вышел за дверь, окинул взглядом этаж, задержавшись на ребятах, а после, будто вспомнив что-то, резко развернулся. Охранник привстал, но посетитель ткнул пальцем в купюру на столе – тут, мол, хватит на целый день разговоров.

Он сделал еще один звонок и покинул торговый центр окончательно.

– Машину бы еще приметить… – протянул Женя, вытирая вспотевшие ладони о штаны. – Но я, честно говоря, испугался. Он так зыркнул, как будто узнал нас.

– Военный, – сказал Гена. – Или полицейский.

– С чего ты взял? Одет как все…

– Походка. Ты его спину видел? Как палка… Если наш тип и должен был прийти сюда, то это точно он.

– Опять чудеса наблюдательности, – уважительно хмыкнул Женя. – Погоди, у меня идея. Есть двести рублей?

Он со скучающим видом подошел к охраннику.

– Дайте еще раз позвонить, а? Может, ответит моя подруга?

И вернулся через минуту, сияя.

– Это точно тот, кто нам нужен, – прошептал он. – Там на аппарате кнопка повторного набора последнего номера, понимаешь?

–Только не говори мне… – начал Гена.

– Именно. Он звонил в тот дом. Черт, он бессмертный, что ли? Вообще не скрывается.

– Интересно, зачем он два раза звонил, – заметил Гена. – Сваливать бы нам пора.

– Не помешает. Пошли.

В маршрутке в сторону центра они оказались одни. Женя уткнулся в телефон.

– Ой, как мне не хочется этого делать, – страдальчески протянул он.

Гена вытянул шею, посмотрел на экран друга и с раздражением откинулся на обшарпанном кресле.

– Ну нафига… – сказал он, закрывая глаза. – Не втягивай ты ее… не отвяжется же потом.

– У Дашки батя полицейский. А ты говоришь, наш тип тоже из них. Вдруг она его рожу узнает? Прикинь, если это начальник какой-нибудь. Дело, считай, раскрыто…

Глава 7. Автор-Рекстерн.

Женя набрал номер, в телефоне послышались гудки.

— Алло? Я знала, что ты позвонишь! — нахально произнесла девочка.

Женя недовольно фыркнул, а затем перешёл к делу. Гена с любопытством придвинулся поближе и приложил ухо к обратной стороне телефона, чтобы услышать весь диалог и ничего не пропустить.

— Даша, нам нужно срочно встретиться.

Седая бабулька, что стояла напротив них и уже собиралась выходить из транспорта, скорчила недовольную гримасу:

— Тьфу, срамота! Уже на людях обжимаются!

Женя и Гена не обращали внимания на окружающих.

— М-м-м, прям срочно нужно? Меня папа словно овчарка стережёт! Из школы в школу отвозит и обратно...

— То есть никак не сможешь выйти, детектив Даша? Мы кое-что нашли, — ехидно произнёс Женя.

Бабулька проехала свою остановку, наблюдая за парнями, затем начала говорить гораздо громче, чтобы все пассажиры услышали:

— Срамота! Не стыдно же ведь! На людях обжимаются!

Женя отодвинул телефон от уха и мельком посмотрел на ворчливое маленькое создание:

— Ш-ш-ш, отстань, старая! — парень поднёс палец к губам, демонстрируя знак «тише», а затем снова приложил телефон к уху.

На что старушонка ещё более рассердилась и начала кричать. Гене надоело выступление, и он вступил в диалог:

— Бабуль, тебе заняться нечем? Внуки, дети-то есть? Похоже, они к тебе не ездят, и это грустно! — он мельком оглянул бабульку с головы до ног, обручальное кольцо находилось на левой руке, на безымянном пальце. — Муж примерно год назад скончался. Но знаешь, это же ведь не повод к окружающим лезть и хамить! Да, непростой период в жизни, но ведь нужно переживаниями поделиться с близкими, позвонить детям, сказать, как тебе плохо. Они же ведь родные люди, обязательно поймут!

Старушка расплакалась и вышла в спешке на следующей остановке. Женя удивлённо смотрел на друга, как будто впервые видит этого человека. Гена снова замолчал, сердце заколотилось, и его бросило в дрожь от неописуемого страха. Все в салоне смотрели на него. Приступ гнева у Гены резко исчез, ему хотелось раствориться в воздухе.

Из телефона раздался голос:

— Что там у вас?! Что случилось?!

Женя улыбнулся и продолжил телефонный разговор:

— Ничего, цирк... В общем, нам нужно срочно сегодня встретиться!

— Эх, ладно, но только ночью. Я под замком... Папа будет спать, а я заберу ключи и выйду ненадолго.

— Отлично! Мы будем ждать! — Женя сбросил звонок и посмотрел на Гену. Его взгляд говорил без слов: «Ты её около подъезда всю ночь собрался ждать?»

Бесцельно прогуляв весь день по городу, они обсуждали преступление и минувший день.

— Гена, мне интересно, как ты всё это понял про старушку? — Женя смотрел на друга, словно маленький ребёнок на «умного» взрослого.

Гена попытался объяснить, но говорил тихо и неуверенно, волновался, как на допросе, от которого зависела жизнь:

— Обручальное кольцо на левой руке — значит, муж умер, она не сняла его, потому что ещё остались чувства. Я решил, прошёл примерно год, ведь она слишком резвая, активная для скорбящей. Старуха не занимается и не следит за собой — вещи не первой свежести, изношенные, волос сальный, скорее всего, живёт одна и никто не помогает. Но при этом есть богатые родственники, что периодически всё-таки приезжают. В её руках была дорогущая новая сумка, скорее всего, подарок, дорогая хорошая обувь. Эти вещи не вписываются в общий образ со старой курткой с рынка и дешёвыми брюками.

Женя смотрел на Гену с восторгом, его глаза блестели и выдавали обожание:

— У меня нет слов! Ты... Ты просто Шерлок Холмс в реальности!

В два часа ночи Даша вышла из подъезда лёгкой, летящей походкой:

— Привет! — с небольшой улыбкой произнесла особа.

Женя не стал размениваться на приветствие и перешёл к делу, пока им никто не помешал:

— Ты знаешь этого человека? — мужская рука протянула яркий экран телефона.

— Да, знаю. Он работает вместе с папой. А что? — глаза переполнились любопытством.

Парни переглянулись, словно решив трудную задачу.

— Мы думаем, это он убийца, — серьёзно проговорил Женя.

Гена молча кивнул.

Лицо Даши исказилось в удивлении:

— Дядя Рома — убийца? Почему вы так решили?!

Женя спокойно продолжил объяснение:

— Он звонил с того номера, что ты нам дала. Оказывается, телефон привязан к логистической компании. Там плохая связь, и за небольшую плату можно позвонить от них куда угодно.

Девочка неожиданно засмеялась, на всю улицу разнёсся истерический хохот. Парни переглянулись между собой:

— Что смешного?! — они чувствовали себя дураками, что сказали какую-то глупость.

Даша немного отдышалась, а затем объяснила всё, что ей известно:

— Я недавно слышала, как папа звонил дяде Роме и просил продолжить расследовать это дело вместо него. Он сказал ему номер и адрес компании. Дядя Рома просто шёл по следу... Эх вы, великие сыщики! А ещё меня глупым ребёнком называли! — Даша казалась довольной победительницей, что выиграла интеллектуальную войну.

Женя не выдержал насмешек и со злостью сказал первое, что пришло в голову:

— Вот же стервозная язва! И откуда ты такая взялась?!

Девчонка ненадолго обрела задумчивый вид:

— Ну... я с детства после школы приходила к папе на работу и ждала, пока он закончит дела, чтобы мы пошли вместе домой. Я часто общалась с его коллегами и преступниками. Со всякими там убийцами, уголовниками и барыгами.

В ответ послышалось только тихое, обречённое:

— Понятно...

Глава 8. Автор-Julia

– Я бы все равно не стал этого твоего дядю Рому исключать, – тихо проговорил Гена. Отказываться от версии, на которую они потратили почти целый день и чуть не попались, было ужасно неприятно. – Бывает, что преступники сами принимают участие в расследовании, чтобы отвести от себя подозрения.

– Вот, – Женя поднял палец. – Слушай его. Он в последнее время таким сыщиком стал, что я просто шляпу снимаю. Хоть у меня ее и нет.

– Бред полный, – отмахнулась Даша. – Наговариваете на классного дядьку! Да мой папа…

– Твой папа ремня тебе даст, если узнает, как ты по ночам сбегаешь, – перебил Женя. – Так что иди-ка ты домой. Мы подождем, пока ты не поднимешься.

Даша посмотрела на часы и ойкнула.

– Побегу. Обращайтесь, следователи!

Парни постояли перед домом, пока в окне девятого этажа не мигнул свет.

– Добралась, – отметил Гена. – По домам?

Гена лег в постель и долго не мог уснуть. Мысли закручивались в голове, путались, но воспоминания о том страшном дне не пытались вылезти вперед. Он размышлял о другом.

«Чего я разболтался сегодня? Возомнил себя гением дедукции. Женька от меня теперь не отстанет. А по-хорошему, забить бы на эти поиски, пока совсем умом не тронулся».

Но из глубин сознания то и дело возникала новая мысль, тихий навязчивый образ. Он ловит убийцу и передает подонка в руки правосудия. Интернет пошумит еще пару дней, но быстро успокоится, переключится на другую «жареную» историю, которых в округе тьма. Он посмотрит в глаза этому – Гена даже в мыслях не мог назвать это существо человеком – а потом все закончится. И вина перед друзьями, которых он не смог спасти, постепенно утихнет, притупится, как боль в старой затянувшейся ране.

Дверной звонок задребезжал неожиданно резко. Гена проснулся, не понимая, где он и сколько проспал. В голове еще болтались следы ночных мыслей.

Он поплелся в прихожую, теряя великоватые пижамные штаны, ругая про себя Женьку на чем свет стоит. Опять другу не спится с утра пораньше. Хоть бы кофе притащил, как вчера.

Но на площадке стоял не Женя с картонными стаканами, а трое парней в форме. Самый молодой был не старше Гены – тот отметил, как оперативник с облегчением выдохнул, увидев тощую фигуру в пижамных штанах.

«А он кого себе представлял, Халка?»

– Полиция, – произнес тот, что стоял ближе всех. – Пройдемте с нами.

Гена распахнул глаза и ухватился за дверь. Не осознавая, что делает, он шагнул вперед и чуть не врезался в гостей.

– Оденьтесь, – безразлично сказал полицейский. – Мы надолго.

Парень кое-как натянул одежду, путаясь в рукавах. Он боялся, что нацепят наручники, как в фильмах – но обошлось. Да и куда бы он делся? Не возникло ни единой мысли бежать или сопротивляться. Он брел по лестнице, уставясь в пол и гадая, какой сюрприз подкинула жизнь.

С переднего сиденья служебной «Лады» обернулся коротко стриженный мужчина с цепким взглядом – наверное, руководитель. В званиях Гена не разбирался и даже не стал пересчитывать звездочки на погонах.

– Майор Степашин. Я расследую дело об убийствах в загородном доме. Вы привлекаетесь в качестве свидетеля.

– Я? – только и выдавил Гена. Перед глазами помутилось.

– Да, Геннадий, вы. Поехали.

Что-то в голосе следователя показалось Гене знакомым. Отец Даши? Впрочем, сейчас не время выяснять… Несколько окриков, искаженных телефонной трубкой – вот и все, что он слышал, ошибиться легко.

– Начнем, – сказал Степашин, располагаясь за столом и почти скрываясь за бумагами. Аккуратно сложенные стопки походили на городской квартал из многоэтажек. Гена присел на краешек стула напротив.

– Вы были вчера…

Гена похолодел. Следователь назвал адрес торгового центра, где они с Женей провели несколько часов с камерами наготове.

– Э-э-э… Да.

– С какой целью?

– Мы с другом… просто сидели. Он девушку ждал…

– А снимали посетителей для чего?

– Просто, мы не хотели…

– Наш сотрудник заметил, как вы сделали несколько его фотографий.

Гена хотел соврать, что заинтересовался модной одеждой «дяди Ромы», но понял, что легенда рассыплется на первом же уточняющем вопросе. Он уронил голову на руки и ничего не ответил.

– Что вы делали возле дома на Годаева, тридцать семь?

– Где? – не понял Гена.

– Слушайте, Геннадий, – следователь откинулся в кресле и постучал пальцами по столу. – Так дело не пойдет. Отвечайте на вопросы. Что вы делали по этому адресу?

– Так вы все-таки отец Даши? – спросил парень и тут же пожалел.

– Это к разговору не относится. Что вам нужно от Дарьи? Я в курсе, что вы переписывались с ней по поводу дела.

Гена открыл рот и тут же вспомнил, что Женя писал «Привидению» с его ноутбука. Ну, спасибо, дружище. Хотя какая разница? Итог один – допрос. Наверняка и возле Жениной квартиры вот-вот появятся гости в форме.

– Ничего нам от нее не нужно, – пробормотал он. – Это она в расследование лезет.

– Что еще за расследование? – Степашин с интересом облокотился на стол. Пара бумаг спланировала с края, и следователь, еле слышно чертыхнувшись, вернул документы на место.

– Ну, то дело. Вы знаете…

– Делом занимается полиция. Вы своими действиями отвлекаете внимание сотрудников, а в худшем случае – рискуете спугнуть подозреваемого. Или навлечь подозрения на себя. Кстати, где ваш приятель?

– Женька? – Гена поднял голову. – Дома, наверное. Где ему еще…

– По адресу мы его не обнаружили, – сообщил следователь, нахмурившись. – Консьержка утверждает, что он не возвращался со вчерашнего дня.

Гена уставился на Степашина и сполз на стуле, хватая ртом воздух.

Майор помолчал, давая словам осесть. Потом посмотрел Гене в глаза.

– Так где же ваш друг, Геннадий?

Парень не ответил. Он не знал.

Глава 9. Автор-Рекстерн.

Гена обхватил руками голову и обдумывал произошедшее. Его лица не было видно, голова опустилась вниз, и глаза смотрели в стол.

— Геннадий, я повторяю вопрос: где сейчас находится Евгений Петров?! — спросил отец Даши.

— Я не знаю, — тихим голосом произнёс парень.

На этом допрос не окончился. В диалог вступил недавно вошедший мужчина:

— Слушай, Гена, лучше скажи всё как есть, без вранья и сокрытия фактов. Скажу тебе честно: вы оба подозреваетесь в преднамеренном убийстве группы лиц. И если вы сознаетесь сейчас, то срок могут смягчить!

Гена резко поднял голову, его глаза были круглые, как футбольные мячи. Удивлению не было предела. Адреналин ударил в голову:

— А вы не охренели ли часом? Вы считаете нас убийцами?! Да Жене ногу тогда чуть капканом не оттяпало!

Тон разговора не понравился спрашивающему:

— Следи за словами! А то поедешь на пятнадцать суток в обезьянник и объяснительную на три листа будешь писать!

— Это я за словами не слежу?! Вы сейчас напрямую предъявляете человеку обвинение в убийстве своих друзей, с которыми мы с детства знакомы были! С кем-то со школы, а с кем-то с садика... — Гена придвинулся поближе к сотрудникам полиции. — Я своими глазами видел отрубленную голову человека, с которым с трёх лет в один садик ходил! Мне пришлось выкинуть его гниющую, облепленную мухами голову из машины, чтобы уехать из этого ада!

Полицейские молча слушали и больше не перебивали. Гена повернулся в сторону отца Даши и произнёс:

— А вы... Вы бы лучше за своей дочуркой следили!

Возмущённый мужчина уже хотел вставить своё слово, но Гена не позволил:

— Молчать! Дайте договорить! — парень встал со стула, словно искусный оратор, и покачал головой из стороны в сторону. — Как вы вообще могли позволить приходить ребёнку в такое место и общаться с преступниками?! Вы в курсе, что «солнышко Дашенька» решила заняться шантажом?! Она сфотографировала нас в глазок двери и сказала, что если мы не возьмём её в расследование, то она скажет, что мы будто её изнасиловали, и покажет вам наше фото.

Отец девочки мгновенно взбесился, былой стати как не бывало. Весь профессионализм испарился.

— Да что ты несёшь, сопляк?! Если вы ей хоть что-то сделали, я без разбирательств вас вдвоём в лесу закопаю! — по интонации стало понятно, что это не простые угрозы и они в любой момент могут стать реальностью. У этого человека явно есть все необходимые связи, так что вину по подобному делу быстро скинут на кого-нибудь другого.

Второй мужчина ухмыльнулся и вполголоса произнёс:

— У нас тут, похоже, бессмертный. Может, я умерю его пыл? — он демонстративно достал дубинку.

Но отчего-то глаза Гены загорелись вдвойне сильнее:

— Я знал, что вы мне не поверите. Поэтому записал всё на диктофон.

Гена достал свой телефон и включил запись.

— Ну как хотите! — говорил знакомый женский голос. — Если вы не возьмёте меня в расследование, то я покажу это фото папе, и вы долго будете оправдываться. Вы же уже поняли, кто мой папа и что он может сделать?

Затем раздался голос Жени:

— Это просто идиотское фото из подъезда в чёртов глазок! Ты им собралась нас шантажировать до конца дней?!

— Сколько нужно будет, столько и буду шантажировать! — послышался лёгкий смешок. — И я могу сказать, что угодно, и поверят мне, а не вам! Вы странным образом оказались единственными выжившими после нападения маньяка, так что прошлое у вас довольно тёмное.

Гена поставил запись на паузу и молча уставился на собеседников. Отец девочки неожиданно побледнел. Он медленно встал и направился к Гене. Затем сильно ударил парня кулаком в живот и вполголоса произнёс:

— Если эта запись каким-то образом окажется в интернете, телевизоре или ещё где-то, то тебе и твоему дружку не жить!

Гена скрутился калачиком на полу и держался руками за живот. Он немного отдышался, затем продолжил вести диалог. Адреналин ударил в голову и снял все ограничения и зажатость, что была раньше. Только когда Гена чувствовал опасность, он ощущал себя по-настоящему свободным.

— Вы пытаетесь меня запугать? — потрескавшиеся сухие губы немного улыбнулись. — Если я вдруг умру, то эта запись автоматически разойдётся по всем госорганам и новостным каналам через почту в течение каких-то месяцев! Не пытайтесь узнать пароль, это бесполезно, я его не запоминал. Ни логина, ни пароля почты я не знаю! Симку, на которую она зарегистрирована, я выкинул, пароль нужно восстанавливать. А логин придёт ко мне на вторую почту автоматически только через пару месяцев. Вы уверены, что хотите со мной воевать?!

Отец Даши медленно сел на своё место и с удивлением и страхом посмотрел на сидящего на полу парня:

— И откуда ты такой умный на мою голову взялся?

Гена встал с пола и отряхнул грязь с одежды:

— От вашей дочурки научился...

Парень сел на свой стул, тело почувствовало, что ему снова ничего не угрожает. Поэтому адреналиновый кайф сошёл на нет, руки снова затряслись. Голос задрожал:

— Женя... С ним что-то случилось... Он поздно ночью ушёл от меня... Я боюсь, что он так и не дошёл до дома...

Полицейские с изумлением смотрели на Гену. Всего лишь минуту назад он, словно дикий лев, отвоёвывал свою правоту, а теперь дрожит от страха, как маленький ребёнок.

Глава 10. Автор-Julia

Степашин побарабанил пальцами по столу, продолжая пристально изучать Гену. Парень почувствовал неудобное внимание и съёжился на стуле.

Все мысли крутились вокруг Женьки. Что с ним? Неужели маньяк прознал о расследовании и решил убрать их по одному? Может, Женя уже… Нет. Об этом не хотелось думать.

– Итак, – майор нарушил тишину. – Ты выжил в том доме, а теперь надумал ловить убийцу самостоятельно. Уже понял, что это глупая затея?

Гена дернул плечом. Затея действительно была не очень, но…

– Я хотел избавиться, – тихо сказал он. Горячая речь, которую он только что произнес, вытянула все силы.

– От чего?

Парень хотел рассказать про сны, но решил оставить откровения при себе. К делу они совершенно не относились.

– От вины перед друзьями. И… теми, кто был после.

– Вина выжившего, Геннадий, – Степашин удобнее устроился в кресле. – А что ты удивляешься? – спросил он, заметив недоверчивое изумление на лице собеседника. – В полиции, знаешь ли, не роботы сидят. Кое-какую психологию изучили.

Гена не нашел слов и уставился в пол.

– Я, конечно, не специалист, – продолжил майор, – но любой психолог подтвердит, что твоей вины в произошедшем нет. Но ты мне, конечно, не поверишь.

Он разворошил ближайшую стопку бумаг и извлек картонную папку.

– Попробуй припомнить, – он вытащил из папки фотографию, – не встречался тебе этот автомобиль?

Гена взял фото. Обычный белый внедорожник – такой спешит купить себе каждый, кто хоть чего-то добился в жизни или хочет, чтобы так думали окружающие. Но одна деталь привлекла внимание.

– Вот эта царапина на крыле, – он провел пальцем там, где кузов пересекала кривая темная линия. – Я ее помню.

Он нахмурился и потер подбородок.

– Мы с Женькой уходили… оттуда, – он поднял глаза на Степашина, и тот коротко кивнул. – Там была лужа на дороге, и нас чуть не обрызгал… я тогда почти ничего вокруг не замечал, но мысль мелькнула, что еще этого не хватало. Понимаете? – он с горечью рассмеялся. – Я только что видел, как расчленяют моих друзей, а забеспокоился о лишнем пятне на штанах.

– Это нормально, – заверил майор. – Мозги в стрессе и не такое вытворяют. Продолжай.

– И я подумал: чтоб тебя какая-нибудь карма настигла, неужели сложно сбросить скорость, когда видишь, что люди идут? А потом увидел царапину. Понятно, думаю, тачку твою уже настигло…

Гена вернул фотографию Степашину.

– А что это за машина? – осторожно спросил он. – За рулём точно был не маньяк. Когда мы уходили, он еще оставался в доме.

– Автомобиль замечали разные люди в окрестностях того дома – в дни, когда совершались преступления. Хозяин живет в соседнем городе, машиной пользуется кто-то другой. Больше я тебе ничего не расскажу. Это детали дела. А теперь можешь быть свободен.

– Вы меня не задерживаете? – на всякий случай уточнил Гена.

– Нет. Не уезжай пока из города. Когда мы найдем водителя, скорее всего, вызовем на опознание. И, Геннадий…

– Да? – парень уже приподнялся, но снова сел, поняв, что беседа не окончена.

– Первое: не вздумай искать Евгения самостоятельно. Можешь обзвонить его друзей – понимаю, что ты захочешь приложить усилия к поискам. Но никакой самодеятельности, поездок по городу или, чего доброго, на место преступления, – Степашин стучал ребром ладони по столу, отсекая фразы. – И второе: если увижу тебя рядом с дочерью… ты помнишь.

– Помню, – пробормотал Гена.

– Тогда больше не держу.

Гена вышел на улицу и сощурился от яркого солнца. В животе заурчало, но он не был уверен, что сможет впихнуть в рот хоть кусочек. Он снова думал о Жене.

Нет, на поиски он не поедет, по крайней мере, пока. Степашин показался ему человеком надежным – пожалуй, неплохо, что дело в таких руках. Строгий майор вполне походил на человека, способного поймать маньяка. А значит, его рекомендации лучше выполнять, особенно сейчас, когда полиция обратила на Гену свое внимание.

Кое-как дойдя до квартиры, он плюхнулся на пол возле кровати, подтянул к себе лист бумаги и ручку. Семье друга он звонить не станет – родители с ума сойдут. Да и родственники Женьки живут далеко за городом, к ним бы он точно не поехал.

Постепенно листок начал заполняться именами. Однокурсники, с которыми Женя иногда переписывался. Бывшая девушка. Всех номеров он не знал, но надеялся выведать их по цепочке.

Он звонил, выслушивал ответы «Нет, не заезжал», выяснял контакты других приятелей. Через час голова гудела, как трансформатор. Гена всегда поражался, как Женька умудряется держать в памяти столько людей, да еще с каждым находить общий язык. Самому Гене круг шире трех-пяти знакомых казался неоправданно огромным. Он лучше бы провел ночь за работой, чем трепался с кучей народу на вечеринках – но люди почему-то продолжали считать это отличным развлечением.

Ни один звонок не принес полезной информации. Женя как сквозь землю провалился, и ни один приятель не слышал о нем ничего, что могло бы помочь в поисках.

Вычеркнув последнее имя, Гена накинул куртку и отправился во двор Дашиного дома. Он не собирался подниматься к девочке – хотел лишь осмотреться. Двор был последним местом, где они стояли вместе, прежде чем разойтись по домам.

– Вот он, – раздался за спиной скрипучий голос. – А я уж думал, сгинул.

Гена обернулся и увидел сгорбленного старика с кривой палкой.

– А… должен был?

– Мне почем знать, – прошамкал старик. – Это ж ты ночью орал?

– Я не орал, – возразил Гена. – Вы меня с кем-то спутали.

– Вы вчера тут торчали? С ментовской дочкой. Я не спал, слышал. А потом разошлись, и кто-то за углом завопил. Но тихо так, будто его держит кто. Я подумал, ну все, дерутся из-за девки.

Гена с отвращением нахмурился.

– Ей пятнадцать, вы о чем? – и его осенило. – Постойте… Голос был мужской?

– Да вот как твой примерно, – старик ткнул ему в грудь узловатым пальцем.

Он бормотал еще что-то, но Гена не слушал. Резко развернулся и побежал обратно в отделение полиции.

Глава 11. Автор-Рекстерн.

Гена бежал со всех ног и уже задыхался. После болезни его выносливость стала ещё хуже, чем была. Парень начинал задыхаться, даже когда поднимался по лестнице на третий этаж к себе домой. Гена пробежал двести метров, и его голова начала пульсировать и кружиться. Парень остановился и перевёл дыхание:

— Вполне возможно, я недавно переболел пневмонией. — Он не ходил к врачу, поэтому точно знать не мог, так ли это.

Немного отдышавшись, Гена выпрямился и пошёл дальше. Справа, рядом с одним из домов, была примята трава. Это казалось чем-то странным, ведь больше никаких тропинок рядом не оказалось, и смысла срезать путь местным жителям не было — дальше находился лишь тупик в виде высокого забора. Даже если кто-то и прошёл там, то след остался бы совершенно другой. Трава примята так, словно кого-то волочили по земле или кто-то упал. А в одном месте даже видна свежая земля.

Мурашки пошли по коже... Гена подошёл поближе и сел на корточки, чтобы рассмотреть всё поближе.

— Похоже, Женю схватили сзади, но он вывернулся и упал в траву. Его ногти впились в землю, но кто-то поспешно потащил его за ноги. Скорее всего, преступников было несколько.

Парень уже хотел уходить, но заметил в траве что-то жёлтое, сверкающее на солнце. Он поднял небольшую конфету в золотой обёртке. Казалось, что он её где-то видел. Мысли путались, голова снова закружилась.

Неожиданно для себя воспоминание чётко и ясно пришло в голову, как по велению. Глаза расширились от удивления, на лбу проступили капли пота. Гена поспешно положил конфету в карман, а затем спрятал её на улице в укромном месте.

— Неужели это правда? — парень до сих пор не верил в происходящее. Ему срочно нужно было попасть к Степашину.

Преступник выронил из кармана конфету, когда боролся с Женей. Всё происходило ночью, поэтому он ничего не заметил. Вполне возможно, они хотели быстро запихнуть его в машину, но не учли, что Женя — бывший спортсмен, а точнее, атлет. Поэтому повозиться пришлось чуть дольше, чем рассчитывали изначально.

Дойдя до полицейского участка, Гена нервно сглотнул слюну, руки сжались в кулаки, ноги словно свело судорогой — они отказывались идти вперёд. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, затем открыл дверь и шагнул вперёд.

На проходной сидела противная женщина лет сорока. Такое ощущение, что раньше она работала в МФЦ или в паспортном столе. Атмосфера от неё веяла именно такая.

— Мужчина, вы куда несётесь? Вы по какому вопросу?

Гена остановился и громким голосом произнёс:

— Я к Степашину!

— Ждите, — ответила полная дама. — Садитесь и ждите, говорю, он занят! У нас обед. — Она отвернулась от парня и уткнулась в экран телефона.

Гена недолго думая перепрыгнул через небольшой турникет и побежал к кабинету. Женщина начала кричать, она чуть ли не оскорбляла Гену. Но тот успел добежать до двери Степашина.

— Мужчина, вы что вытворяете! Я сказала ждать!

Дверь открыл Степашин. Он прогнал женщину, сделав ей замечание. Гена вошёл в кабинет и сел на стул. Степашин вальяжно развалился в своём кресле.

— И что же у вас за важное дело ко мне, Геннадий? — его глаза с любопытством сверкали и считывали каждое движение собеседника. Он медленно стучал пальцем по столу в ожидании ответа.

У Гены подступил ком к горлу, он будто играл в игру на выживание. Набрав побольше воздуха в лёгкие, парень начал говорить:

— Женю похитили. Один человек слышал его крики в ту ночь, но, к сожалению, никого не видел. — Взгляд опустился в пол, ему стало не по себе.

Степашин, наоборот, придвинулся поближе и стал на мгновение серьёзнее:

— Вы уверены, что это кричал именно Евгений? В нашем районе часто происходят пьяные разборки.

— Вы правы, — покачал головой Гена в знак одобрения. — Но это не может быть совпадением, потому что Женю так и не нашли. У него ещё оставались здесь дела, которые он решил закончить. И именно в этот момент он исчезает. — Гена посмотрел в лицо Степашину, чтобы увидеть его искреннюю реакцию на сказанное. — Не странно ли то, что он пропал именно в тот момент, когда мы начали вести расследование?

Мужчина в кресле немного наигранно улыбнулся:

— Хорошо, что сразу рассказали про свидетеля. Это может помочь нам, но повторю: это не единственная версия происходящего!

Гена снова заговорил и пристально смотрел на следователя:

— Когда я услышал про крики, то сразу же отправился к вам. Но по пути заметил около соседнего дома примятую траву, как будто кого-то волочили по земле. Вдобавок Женя пытался зацепиться ногтями за что-нибудь и немного откопал часть травы. — Руки парня дрожали.

Степашин недолго помолчал, словно был немного шокирован:

— Хорошо, мы проведём расследование и всё выясним, но не стоит вам заниматься самодеятельностью. Если всё так, как вы говорите, то вы, Геннадий, можете стать следующим пропавшим. — Он снова обрёл беззаботный вид. Затем облокотился на спинку кресла и достал из кармана две конфеты с золотой обёрткой. Одну сразу же положил в рот, а вторую отдал Гене, чтобы тот немного успокоился.

Парень вышел из участка и медленно побрёл вдоль дороги до остановки. Сзади быстро проехала белая машина. Когда Гена садился в автобус, он снова её увидел, но разглядеть водителя не удалось.

— Похоже, он следил за нами давно. Кто-то видел, что я был на месте преступления, но с такого расстояния конфету разглядеть не удастся. Пока что следователь мне поверил. — Гена смотрел из окна и наблюдал, как белая машина едет следом за автобусом.

Глава 12. Автор-Julia

Гена вернулся домой, не помня, как поднимался по лестнице, как не с первого раза попал ключом в замок. Скинул ботинки, бросил куртку на стул в прихожей и побрел к холодильнику.

Аппетита не было, но парень заставил себя приготовить незамысловатый обед. Конфета, которую дал Степашин, камнем упала в пустой желудок, оставив во рту приторный привкус дешевого шоколада. Этого точно не хватит до вечера, а организм только начал нехотя справляться с болезнью.

Гена криво накромсал хлеб, положил на куски колбасу, свежесть которой осталась где-то в прошлой неделе, и залил кипятком пакетик чая. Прихватив тарелку и кружку, он направился в комнату, где тихо гудел ноутбук, который он так и не отключил от сети ни разу за прошедшие дни.

На полу возле ножки стола еще лежали четыре стопки вырезок, которые принес Женя. Похоже, придется преодолеть отвращение и пролистать бумаги еще раз.

Фотографии уже не вызывали тошноты. Все померкло перед тревогой за друга.

Гена медленно жевал бутерброд, с трудом глотая подсохшие куски хлеба. Что у него есть на сегодня? Даша. Глупый ребенок, она мечтает расследовать преступления, не понимая, как опасно иногда даже приближаться к нашумевшему делу. Она точно не имеет никакого отношения к убийствам. Он представил нахальное смеющееся лицо «Привидения» и тут же выкинул из головы.

Ее отец. Гена никак не мог раскусить Степашина. Майор кричал на него, угрожал, даже ударил – парень потер живот, еще ноющий после тяжелого кулака. А в следующую минуту разговаривал как ни в чем не бывало, словно добрый дядя, предостерегающий от ошибок. «Твоей вины тут нет», – так он сказал, и Гена почти поверил, что следователь желает добра.

Но почему он с таким недоверием отнесся к рассказу о крике Женьки? В том, что кричал именно друг, Гена не сомневался. А Степашин сразу отмахнулся от версии. В кино полицейские вели себя совершенно по-другому. Стоило свидетелю притащить любую информацию, догадки, самые глупые подозрения, и герои в форме тут же бросались на проверку. А майор будто готов был вытолкать Гену из кабинета, лишь бы закрыть тему.

И этот его то ли коллега, то ли начальник… Роман, которого они видели в торговом центре. Действительно ли он вел расследование или пользовался положением, чтобы покрывать маньяка?

Гена доел бутерброд, залпом выпил остатки чая и поднялся. Рука на автомате скользнула в карман – парень ненавидел, когда в одежде скапливался мусор. Он вытащил обертку, которую нашел там, где Женя сопротивлялся похищению.

Стоп. Это не та обертка. Меньше складок, нет следа уличной грязи, а обратная сторона еще пахнет тем недоразумением, что сейчас считается шоколадом. Гена залез в другой карман.

«Вот идиот», – обругал он себя. С этой болезнью, кошмарами и навязчивыми воспоминаниями он скоро лишится рассудка. Вот оно, доказательство, в его руке.

Он оцепенело разглядывал одинаковые бумажки.

С другой стороны, хорошо, что он не догадался сунуть обертку под нос Степашину. Кто его знает, чем все могло закончиться, если следователь замешан в преступлениях. Сидел бы Гена пятнадцать суток за решеткой, а маньяк продолжал проворачивать свои дела.

За решеткой…

Может, Женька не в сыром подвале загородного дома, а в обезьяннике? Не лучшее место, но там его жизни хотя бы ничто не угрожает…

Гена снова обратился к газетным вырезкам. Перечитал статьи, но написанные как под копирку строки не принесли ни единой новой мысли. Он со вздохом открыл ноутбук и зашел на портал новостей.

И застыл. Сердце ухнуло куда-то к ногам.

«Новое преступление местного убийцы», – кричал заголовок. Крупные буквы – как будто без этого громкую новость мог пропустить хоть кто-то из их городка. Гена дрожащим пальцем кликнул по ссылке.

Он знал, чего боится. Увидеть растерзанное тело друга было бы невыносимо. Как назло, фото загружалось мучительно долго, и парень хватал ртом воздух, как рыба, бесцельно щелкая кнопками мыши, пока перед глазами издевательски мигал пустой прямоугольник.

Изображение появилось. Гена обмяк на стуле и почти целиком сполз под стол.

Не Женя. Трое незнакомых людей – мужчина и две женщины. Семейная пара и родственница из пригорода. С утра пошли собирать ягоды к заброшенному лагерю – Гена припомнил, как девчонки, нахваливая дом, говорили что-то об огромных кустах лесной малины. Правда, тогда до сезона оставалось не меньше двух месяцев.

Там и нашли тела – корзины валялись рядом. Гена постарался убедить себя, что красные пятна на фото оставила раздавленная ягода, хотя это ничего не меняло. Он отметил, что маньяк сменил тактику: теперь, когда в дом никого было не затащить, убийце пришлось импровизировать с теми, кто подвернулся под руку.

Он мысленно попросил прощения у этих людей. Было неприятно осознавать, но при взгляде на их лица Гена испытал что-то вроде короткой искры облегчения. Они не были близки ему, а он смертельно устал терять друзей. Наверное, если бы увидел Женькино лицо, точно лишился чувств.

Мысли вернулись к Жене. Друг всю ночь просидел где-то, возможно, в отделении полиции. Сам Гена до обеда отвечал на вопросы следователя. Дашка под домашним арестом…

В голову пришел странный вывод. Гене он не понравился, но и отмахнуться парень не мог. Их троих будто вывели из игры на это утро. Хотели оградить, что ли? Он хмыкнул, перечитывая новость. Своеобразная защита. Но…

Он еще раз заставил себя всмотреться в лица троих, что больше не увидят свет.

Но сработало же.

Глава 13. Автор-Рекстерн.

Он открыл глаза, но ничего не изменилось. Вокруг была кромешная тьма, в которой даже собственных рук нельзя разглядеть.

— Чёрт, где я? — взволнованно произнёс парень.

Тьма рисовала в воображении страшные картинки. Это самая мучительная пытка, что была придумана человеком.

Затылок сильно болел, он задел рукой голову и почувствовал что-то влажное на волосах.

— Скорее всего, кровь, — подумал Женя и вспомнил события минувшего дня.

Чьи-то руки схватили его сзади и закрыли рот. Он выбрался, но споткнулся об бордюр и упал на землю. Тогда кто-то схватил и поволок его за ногу. Женя инстинктивно попытался ухватиться за что-нибудь и впился ногтями в землю. Изо рта вырвался громкий крик, а затем, скорее всего, ему ударили по голове... Последнего он не помнил, но предполагал по жуткой боли и чему-то влажному на затылке.

Женя попытался встать, но в темноте тут же споткнулся обо что-то и упал на холодный пол. Послышался писк и скрежет маленьких когтей. Что в полной темноте было ещё более жутко, чем обычно. Он отскочил назад и наткнулся рукой на какого-то жука. Мышцы резко дёрнулись с отвращением и швырнули насекомое вдаль...

Женя невольно крикнул, а затем застыл на месте, чтобы больше ни на кого не наткнуться.

Пол был холодный, а в воздухе витал запах сырости и плесени.

Первая мысль, что возникла: «Подвал... Меня кто-то похитил и посадил в подвал...» Радовало то, что хотя бы не убили. А значит, есть шанс выжить и сбежать.

Дверь заскрипела, в глаза упал яркий свет. Удалось разглядеть только крупную мужскую фигуру и то, что подвал был разделён на две части металлической решёткой с толстыми прутьями.

— Очнулся, значит... Хорошо... — сказал незнакомец.

— Где я? Отпустите меня! — резво прокричал Женя.

— Что ты знаешь? И что знает твой дружок Гена? — голос звучал тихо и уверенно.

— Я ничего не знаю, и Гена тоже ничего не знает! Я вообще не понимаю, о чём речь, выпустите меня! — он шагнул вперёд и упёрся в решётку.

— Ладно, я подожду ещё... — снова открылась дверь, и яркий свет ослепил.

Парень снова остался один на один с темнотой. Возможно, там больше никого и не было. Но воображение постоянно рисовало разных мерзких насекомых, что ползают рядом с ним и, возможно, по его куртке или штанам. Крыс, что ждут не дождутся, когда Женя уснёт, и тогда они нападут все вместе.

Никакие крики не помогали. С каждым часом рассудок всё больше дурманило воображение.

---

Даша открыла дверь из своей комнаты и подошла к комнате отца.

— Что же ты скрываешь? — девочка достала канцелярскую булавку, разогнула её и начала ковыряться в замочной скважине. Этому её научил однажды один домушник, когда она приходила в полицейский участок к отцу.

Подобное происходило довольно часто, поэтому дверь быстро поддалась и открылась.

Неожиданно зазвонил телефон. Даша вздрогнула от напряжения. На экране было написано: «Папа».

— Алло? Пап, привет! — она даже почти не слушала, глаза уставились на письменный стол и ящики.

— Алло, Даш, ты просила что-то купить в магазине?

Ответ раздался с небольшой задержкой.

— А, да... Просила... Но ты опять всё забудешь, я лучше тебе напишу! Кстати, а ты где? Скоро дома будешь?

— М-м... Я, наверное, задержусь ещё на работе, приду через пару часов... — обычно на работе у отца было всегда шумно. Кто-то разговаривал, иногда даже кричал. Но на этот раз из трубки раздавался лишь голос папы и зловещая тишина.

— Ладно, жду, целую! — Даша сбросила звонок и принялась шариться по ящикам.

Она была слишком занята, чтобы обращать внимание на что-то другое. Нужно успеть найти информацию до его прихода. Девочка перевернула всю комнату с ног на голову, просмотрела все полки, каждую папку с документами, изучила все дела. Но ни единого упоминания про их дело с парнями в комнате не оказалось.

— Чёрт... Он придёт с минуты на минуту! — Даша посмотрела на настенные часы и торопливо стала собирать всё обратно по своим местам.

Она собрала все вещи и с досадой была намерена уже уходить и закрывать дверь. Но заметила кое-что странное. Она так же тайком заходила сюда несколько дней назад. И часы висели на другом гвоздике, что находился на десять сантиметров правее.

— Он же менял батарейки недавно, сам говорил... Так зачем же он их трогал? Если только... — Даша подвинула стул к стене и сняла часы.

Посмотрев на обратную сторону корпуса, оказалось, что внутри находится небольшой тайник. В тайнике лежало много фотографий Гены и Жени. Парни не смотрели в камеру и каждый раз были где-то на улице. Это означает, что за ними велась слежка и тайная съёмка.

За окном послышался голос отца, он разговаривал о каких-то пустяках с соседом.

Даша положила половину фотографий назад и повесила часы на стену. Заперла дверь и спрятала фотографии в своей комнате. Она взглянула на них мельком. Вполне возможно, там есть что-то ещё. Никто не стал бы хранить чужие фотографии просто так. Должна быть веская причина.

В квартиру зашёл отец с двумя большими пакетами продуктов:

— Даша! Даша, ты где?

Девочка выбежала из своей комнаты, немного запыхавшись от волнения:

— Да, пап, привет!

— Привет. А ты чего так запыхалась?

— Я... А... Я просто спортом занималась! — ласково улыбнулась дочка.

Вечер прошёл вполне обыденно.

Глава 14. Автор-Julia

Даша еле дождалась утра. Проворочалась всю ночь, пока мысли не улеглись в голове, и только тогда сознание выключилось на пару часов. Будильник застал ее злой и разбитой.

Папа, которого она обожала. Тот, на кого мечтала стать похожей. Кто подбрасывал ее под потолок, и она, хохоча, рассматривала погоны на его плечах – он что, помогает маньяку? Сама тоже хороша. Затащила ребят в квартиру, в это дело… хотя они и без нее рисковали влипнуть. Но она точно ускорила события.

Она схватила телефон, вошла в тайный профиль. Жаль, что они переписывались с ней от имени Гены. Второй, Женя, был как-то поприятнее, и слова из него не надо было вытягивать клещами. Накануне она даже нашла его среди друзей Гены и написала, но парень почему-то не заходил в сеть уже больше суток.

Даша быстро набрала сообщение, дождалась, пока против слов появится зеленая отметка о прочтении и сменила профиль. Даже если оставит телефон без присмотра, никто ничего не заподозрит. Кроме отца, конечно. Черт ее дернул взять это детское прозвище! Но разве она могла подумать, что скрываться придется от самого близкого человека? И к чему это приведет – папу посадят в тюрьму? Или она сама на всю жизнь останется под домашним арестом?

Гена остановился. Сверился с картой – все верно. Двор, детская площадка с желтыми качелями. Вокруг почти пусто, только на балконе курит старуха в цветастом халате, да на лавочке у металлической горки сидит подросток. Из-под капюшона вьется прозрачный дымок – понятно, пацан раздобыл где-то сигарету и торопится скурить ее, пока не заметили родители или дружки. Лет десять назад Гена и сам, бывало, такое проделывал.

– Привет, сыщик, – раздалось из недр безразмерной толстовки. Гена пригляделся к подростку, но тот уже откинул капюшон и оказался Дашей.

– Нифига себе сюрприз, – пробормотал парень и сел рядом с девочкой. – А курить-то зачем?

– Конспирация, – заявила она дерзко, но Гена отметил грустные сонные глаза и складки в уголках губ, так неподходящие к ее юному лицу. – Я не затягивалась.

– Дай-ка сюда, я не собираюсь этой дрянью дышать, – он забрал окурок из ее пальцев, затушил об ножку лавки и выбросил в ближайшую урну. – А теперь рассказывай, зачем позвала. Я из-за тебя и так влип по самые… по самое не могу.

Девочка набрала воздуха в грудь, но сказать ничего не успела. Рот скривился, как у ребенка, она уткнулась Гене в рукав и горько разрыдалась.

– Я его так… – всхлипывала она. – А он… не верю…

Гена опешил. Он давно решил для себя, что женские слезы – одна из тех вещей, которых нужно изо всех сил избегать. А теперь эта девчонка, которая казалась неунывающим ураганом, вытирает нос об его куртку. Он неуклюже похлопал Дашу по макушке.

– Мозги отобьешь, – проворчала она, немного успокаиваясь. – Среди обезьян жил, что ли?

Даша достала из огромного кармана фотографии.

– Только не ори на всю улицу, – предупредила она. – Я сама офигела, когда нашла. Сделай вид, что это какая-нибудь ерунда.

Гена, стараясь сохранять спокойствие, пролистал снимки. Хорошо, что дрожь в пальцах нельзя разглядеть, иначе он сдал бы себя с потрохами.

– Это мы… Тот офис с телефоном. Это Женькин двор, вон вывеска «Продукты», ей лет двадцать уже. Черт, Дашка. Где ты это нашла?

– У папы в тайнике, – тихо ответила она, будто слова не хотели покидать горло.

Гена снова всмотрелся в собственное лицо на фото. И в улыбку друга – по странному совпадению, Женька посмотрел почти в камеру наблюдателя. Сердце снова сжало тревогой.

– А ты чего один? – Даша взглянула на него уже почти сухими глазами, только покрасневший нос выдавал ее недавнюю слабость. – Где Женя?

Настал черед Гены с трудом выдавливать слова.

– Пропал, – сипло сказал он. – Похитили. Вот, смотри…

Он вытащил из кармана две конфетные бумажки и рассказал о примятой траве, внимательном старике и угощении Степашина.

– Папа часто эти конфеты покупает, – заметила Даша, возвращая золотые обертки. – Они с дядей Ромой и другими полицейскими их иногда большими коробками берут. И на работу, и домой…

Девочка помолчала.

– Как-то все серьезно оказалось, – добавила она после паузы.

Гена ощутил, как напряжение последних дней рвется наружу глухой злобой.

– А ты думала, это игра, что ли? – процедил он сквозь зубы. – У меня друзей на куски порезали! И Женька сейчас неизвестно где, может, его там голодом морят, пытают или вообще…

– Ты чего разошелся? – таким же злым шепотом перебила девочка. – Мне, знаешь ли, тоже не в кайф сидеть и знать, что папа оказался… – она опасливо осмотрелась, – ну, понимаешь.

– Все. Оба успокоились, – выдохнул Гена. – Мы на одной стороне.

– Слушай, – вспомнила Даша. – Я тебе сейчас еще кое-что покажу. Отдай фотки, мне их еще надо незаметно вернуть, где взяла.

Она убрала снимки обратно в карман и включила экран телефона.

– Когда я у папы в комнате лазила, – ее голос стал почти неслышным, – на всякий случай вот это засняла. Подумала, тут народу много, может, вы с Женей узнали бы кого.

На фото широко улыбались человек пятнадцать, не меньше. По диагонали снимок пересекал длинный белый блик от стекла, но почти все лица были легко различимы.

– Это папа, – Даша ткнула пальцем, но Гена и так узнал майора, – а это дядя Рома. Это встреча выпускников его класса. На, держи, приближай. Я тебе потом скину его.

Гена взял телефон, увеличил фотографию, пока она не начала распадаться на пиксели, и начал изучать незнакомые лица.

Незнакомые?

– Ох, мать твою, – выдохнул он, рассматривая очередного выпускника тридцатилетней давности. – Ну-ка подожди…

Он достал собственный смартфон и открыл соцсеть, из которой последние несколько дней не выходил. Быстро перешел по нескольким ссылкам.

– Смотри, Дашка, – он показал экран. На карусели снимков улыбающийся мужчина гордо указывал на здания бывшего пионерского лагеря. – Он?

– Кажется, он, – прошептала девочка. – Вот я дура. Я же эту группу изучила вдоль и поперек… Тот самый хозяин…

– Получается, они с твоим отцом учились в школе? И с Романом?

– Получается, – Даша запустила пальцы в волосы и покачала головой. – И что? Где-то рядом на этой фотке может и маньяк сидеть?

– Вполне, – вздохнул Гена. – Если это не кто-то из них. Я уже ни в чем не уверен.

Глава 15. Автор-Рекстерн.

Гена зажмурил глаза и потёр уставшие веки большим и указательным пальцем. Впервые в жизни он не знал, что ему делать. Каждый раз парень мог позволить себе уйти в себя и закрыться дома, укутавшись в плед. Затем забыться и полностью погрузиться в индустрию развлечений — кино либо компьютерные игры. Также парня часто тянуло к мрачным документальным сюжетам про преступников. Хоть чтение его и не привлекало, но подобными сюжетами он зачитывался с головой. Его интересовали хитрости и манипуляции, что использовали злоумышленники, а также гениальность сыщиков и методы их поисков.

Правда, в последнее время он ничего подобного не смотрел. Внутри засело горькое чувство отвращения.

— Гена, ты что, помирать собрался? У тебя инфаркт? Инсульт? Геморрой? — толкнула парня Даша, когда тот не откликнулся с первого раза.

— К сожалению, нет... — он поднял голову и посмотрел на её ехидную улыбку. — Да и вообще, не дождёшься! Я ещё тебя переживу! — взгляд окинул соседнюю улицу. Там стояла та самая белая машина. Лицо побледнело, а руки немного онемели. — Даша... Не подавай виду... Улыбайся, как будто мы говорим о чём-то весёлом! За нами следят!

— Что? Где?! — девушка инстинктивно посмотрела в сторону, чтобы увидеть предполагаемого преступника.

— Тихо, тихо! — зашипел Гена. — Справа от меня белая машина, припаркована рядом с последним подъездом, стоит сразу за красной. Они меня уже несколько дней пасут...

Даша дружелюбно улыбнулась и мельком взглянула в сторону:

— Да, вижу... Кажется, я тоже где-то её видела, но не помню где. Чья она?

— Слушай меня внимательно! — серьёзно сказал Гена, изображая, что смотрит куда-то вдаль. Он показывал пальцем на один из балконов многоэтажки. — Сейчас мы уткнёмся в телефоны, ты тихонечко включишь камеру и обнимешь меня будто на прощание. Телефон держи в руках и прислони к моей спине так, чтобы машина попала в кадр. Если это твой отец, то он тебе ничего не сделает. А если нет, то на маленькую девочку они даже не обратят внимания и уйдут за мной.

Ребята сделали, как было запланировано. Затем Гена проводил её до самой двери. Парню не хотелось, чтобы из-за него пострадал кто-то ещё. Это был тихий спальный район, так что на улице, кроме них, никого не было.

Гена вышел из подъезда и направился вдоль дороги до людной остановки. Внутри всё сжалось, сердце бешено колотилось. Вся дорога хорошо просматривалась из окна Дашиной квартиры. Девочка незаметно следила за тем, как парень всё дальше отдаляется. Она включила камеру на телефоне и снимала всё из окна, как и попросил Гена, на всякий случай.

Его чутьё не подвело. Когда он дошёл до перекрёстка, подъехала та самая белая машина, из которой резво выскочил огромный мужчина и схватил парня со спины, точно так же, как Женю. Гена успел вытащить нож из кармана и воткнул его нападавшему в ногу. Но громила лишь немного пошатнулся и затащил его в багажник. Затем, хромая, сел за руль и стремительно скрылся из виду, даже не выбросив телефон Гены.

Даша всё засняла, к сожалению, лицо разобрать на видео не удалось. Они находились слишком далеко, тем более съёмка производилась через стекло. Но сам момент преступления был отчётливо понятен. Силует нападавшего и даже цвет одежды хорошо различимы.

Гена находился в тёмном багажнике. Голова сильно кружилась, похоже, там был распылён какой-то газ. Что-то вроде сильнодействующего снотворного. Когда его запихивали туда, парень заметил какой-то баллончик, правда, не успел прочитать надписи.

Глаза слипались, с каждой секундой дышать становилось всё тяжелее. Сильное головокружение одолевало его. Гена залез рукой в карман брюк и достал телефон. Включив экран, сразу стало понятно, что дозвониться ни до кого он не успеет — к этому времени Гена бы точно уже лежал без сознания. Поэтому он отключил звук и посветил экраном на стенки багажника. Он нащупал руками зазор между обшивкой и металлическим корпусом автомобиля. Парень засунул туда свой смартфон в надежде на то, что он не вывалится куда-нибудь на дорогу, а останется внутри. Послышался металлический звон — телефон упал куда-то вглубь металлического корпуса автомобиля. Глаза парня закрылись, и сил, чтобы их открыть, уже не оказалось. Гена беспомощно лежал без сознания в багажнике, пока его вёз незнакомец в неизвестном направлении.

Руки Даши тряслись, на её глазах похитили человека. А вдруг тот самый преступник окажется её отцом? Ведь он тоже высокий и сильный. А с такого расстояния сказать, кто это был, с уверенностью было нельзя. Тем более тот парень носил капюшон и балахонистую одежду, что скрывала фигуру и лицо. Что ей останется делать, если её любимый папа окажется тем самым серийным убийцей? А вдруг он придёт этим вечером с раной на ноге? В таком случае за ней встанет тяжёлый выбор — спасти парней или родного человека?

К глазам подступили слёзы, психика не выдерживала напряжения.

Дрожащие пальцы разблокировали телефон и нажали на контакт — «Папочка». Она нажала на зелёную клавишу вызова. Каждый гудок словно растянулся на длинные и томительные часы. Она нервно считала каждый из них. На десятый гудок послышалось долгожданное:

— Алло, Дашуль!

Глава 16. Автор-Julia

Почему так темно вокруг? Он что, ослеп?

Гена сел, упираясь руками в склизкий земляной пол, и часто заморгал. Память возвращалась нехотя, кусками, которые никак не срастались между собой.

Незнакомый двор, Дашка. Багажник машины. Что было в промежутке? Какие-то фотографии, удар по голове. Точно. За ним следили, затолкали в автомобиль и…

Он вспомнил, как пытался определить, в каком направлении едет похититель. В какой-то момент шум города снаружи утих – но это могли быть шутки его угасающего сознания. Потом показалось, что дорога стала грубее, машина то и дело подскакивала на ухабах, но и в этом Гена не был уверен.

Ему показалось, что высоко, под невидимым потолком, темнота становится чуть менее плотной. Значит, зрение невредимо, и он просто находится в подвале или погребе. Хотя слово «просто» к сегодняшней ситуации абсолютно не подходило.

Он встал на колени, осторожно пошевелил руками над головой. Пусто. Прополз в одну сторону, пока не наткнулся на стену – такую же мерзко-скользкую, как и пол. Еле сдерживая тошноту, поскреб ногтями поверхность и нащупал ряды старых щербатых кирпичей.

Значит, о подкопе даже думать бесполезно. Хотя, не будь даже вокруг кирпичей – что бы он мог сделать в толще земли.

Он продолжил изучать стену, постукивая по кирпичам. Угол. Следующий. По прикидкам, квадрат метра три на три. На одной стене кирпич не такой заросший, как будто его выложили намного позже. Похоже, когда-то на этом месте было окно.

Гена прислушался.

– Есть кто? – решился он.

Из-за кладки послышался невнятный ответ.

– Эй! – Гена осмелел и повысил голос. – Ты кто?

На этот раз слова удалось разобрать, хотя и с большим трудом – толстые стены гасили звуки.

– Генка, ты? Как ты здесь…

– Женя, – выдохнул Гена и привалился к стене, не зная, то ли радоваться, то ли окончательно упасть духом.

Даша сбросила звонок, как только услышала голос отца.

– Ой, ой, ошиблась! – протараторила она, нажимая на красную кнопку отбоя.

Заводить разговор не было смысла. Она все равно не поймет, где он и что делает.

«Или, – подумала девочка, – я просто очень сильно не хочу понимать».

Что если бы она услышала шум двигателя на фоне? Или, чего доброго, сдавленные крики? Это добило бы ее вконец. Не осталось бы сомнений, что отец заодно с преступниками, и тогда…

Сомневаться было невыносимо, но неизвестность оставляла хоть какую-то надежду.

Она прокралась в комнату отца, осторожно вернула фотографии в настенные часы, закрыла дверь и устроилась за своим столом, поджав ноги. Девочка снова и снова прокручивала видео с похищением Гены. Высокого мужчину в бесформенной одежде невозможно было узнать. Она не могла бы даже поручиться, что это не папа. К тому же ее руки во время съемки тряслись так, что картинка ходила ходуном.

Даша скопировала видео в облако, подумала и скинула еще на две флешки. Для верности. Пересмотрела еще раз, хотя уже знала каждый кадр наизусть.

Гена ударил его в ногу. Единственная зацепка, которую можно хоть как-то использовать.

– Я дома, Дашуль!

Она вышла в прихожую. Отец сидел на стуле, обмахивая ботинки от пыли мягкой обувной щеткой.

– Привет, пап.

Он кивнул в сторону красного пакета, лежащего у ножки стула.

– Разберешь? Купил кое-чего на ужин пожевать.

Даша на секунду замерла. Вот он, шанс. Она шагнула в сторону пакета и неловко споткнулась о вытянутые ноги отца.

– Ну ты чего? – он подхватил ее под локоть. – Так проголодалась, что ли?

Ни гримасы боли, ни замешательства. Он явно не ранен. Даша почувствовала, как тревога обманчиво сменяется облегчением и тут же возвращается снова. У нее по-прежнему нет никаких ответов. Но хотя бы ее отец – не тот, кто заталкивает людей в багажники. А кто тогда?

– Как там то дело продвигается? – спросила она, заглядывая в пакет, чтобы он не прочитал ее лицо.

– Хватит уже туда лезть, привидение, – устало проворчал Степашин. – Еще троих убили. Я тебе миллион раз говорил, это не детские игрушки.

– Да я так, – она пожала плечами. – Все-таки громкая история.

– Самая обычная, – возразил отец. – Каждый маньяк мнит себя королем, а на деле простой подонок.

Даша оторвалась от изучения продуктов и подняла голову. Рот предательски скривился.

– А чего ж вы никак его не поймаете? – выплюнула она отцу в лицо, чувствуя, как слезы подступают к глазам.

– Да что ты такое говоришь, дочь? Думаешь, это просто?

– А может, все так «не просто», потому что кто-то, – она сделала ударение на последнее слово, – специально усложняет? Средь бела дня, в одном и том же месте людей кромсают, ребята пропадают, а ты говоришь, что это обычное дело? Может, ты вообще… – она задохнулась и с силой швырнула пакет на пол. Что-то звякнуло, разбиваясь, но ей было все равно.

– Ах ты… – он тяжело поднялся и тут же осекся. – Что еще за ребята? Ты что имеешь в виду?

– Не притворяйся! – заорала Даша так, что голос почти сорвался. – Про Женю ты знал! А теперь еще…

Она открыла видео и выбросила руку с телефоном вперед так резко, что отец отшатнулся.

– Ну что, ничего не хочешь рассказать? – не унималась она.

Но Степашин повел себя совершенно неожиданно.

Он опустился обратно на стул, сдвинул ногой ботинки, которые уже успел снять, и уперся локтями в колени, моментально постарев лет на пять.

– Опоздал, значит, – глухо сказал он и закрыл лицо рукой. – И этот идиот тупой, – он мотнул головой в сторону видео, застывшего на стоп-кадре с Геной, – нихрена не слушал. Опять полез куда не просили. А ты что там делала вообще?

Даша закусила губу, шмыгнула носом и ничего не ответила.

Глава 17. Автор-Рекстерн.

Женя не поверил в происходящее. За несколько дней в полной темноте он потихоньку начал сходить с ума. Мозг начал дорисовывать образы. Он слышал много раз голос Гены, Даши, даже давно умершей матушки.

Но этот голос казался другим — более объёмным и живым. Голос раздавался эхом в его голове.

— Гена? Это правда ты? — парень глубоко внутри надеялся, что это очередной его образ, созданный воспалённым сознанием.

Голос ответил:

— Женя? Женя! Живой!

Парень аккуратно полз на голос, чтобы коснуться рукой и быть полностью уверенным в реальности происходящего.

Он задел кончиком пальца тёплую кожу товарища и впал в отчаяние:

— Гена... Геночка, нет... Почему ты здесь?! Нет, я не хочу в это верить! — из глаз полились слёзы. Эти дни одиночества и страха сильно ударили по его психике, оставив лишь осколки прежнего человека.

— Женя! Женя! — тряс парня Гена, но тот продолжал рыдать, его охватила безумная паника. — Успокойся, чёрт побери! — зарычал Гена. — Мы выберемся! Слышишь? Мы обязательно выберемся! — он нащупал руками лицо друга и отвесил смачную пощёчину, что отвлекла от переживаний.

— Ты уверен? У тебя есть план? Этот ублюдок, похоже, так многих убил, помимо тех зверских, открытых преступлений. Ему нравится наблюдать, как люди сходят с ума и теряют рассудок. Ему нравится видеть страх жертвы. Я нашёл здесь несколько иссохших скелетов.

— Успокойся, говорю! Я уверен, что нас найдут! Ты не знаешь, что здесь есть? Есть ли предметы, которыми можно отбиваться?

Женя задумался:

— Здесь есть металлическое ведро, это точно... Но ничего тяжёлого я найти не сумел, скорее всего, он убрал в целях безопасности...

— Ведро?! — воскликнул Гена. — Где оно?

Женя нащупал ведро и вылил зловонное содержимое в сторону:

— Держи...

— Отлично! — восторженно произнёс Гена. — Ручка ведра сделана из тонкого металла. Ты же говорил, что здесь есть решётка? Возможно, я смогу отомкнуть!

— Что? Ты умеешь взламывать замки? — с удивлением прислушивался к звукам Женя.

— Ну да. Я люблю смотреть криминальные хроники, вот и научился от нечего делать замки вскрывать. — Гена снял ручку ведра, теперь она походила на толстую проволоку. Он сумел загнуть её определённым образом и сделать отмычку. Парень увлечённо ковырялся в замке, что висел на решётке, разделившей подвал на две равные части.

Раздался щелчок, а затем и характерный скрип металлической двери.

— Что? Ты уже открыл её? — удивлённо бубнил Женя. Он пробыл здесь не один день, по крайней мере, так ему казалось. А кто-то приходит и с такой лёгкостью просто открывает дверь...

— Чёрт! — прошептал Гена.

— Что такое?

— Здесь нет замочной скважины... Похоже, дверь открывается только с той стороны... — парни словно поменялись местами. Гена был в своей стихии. Ему казалось, что он просто играет в очередную компьютерную игру. И теперь просто нужно пройти босса.

— Слушай внимательно! Рано или поздно он должен зайти сюда. Мужик — громила, но надеюсь, что вдвоём мы с ним справимся. Тем более он не ожидает, что мы выбрались из клетки и поджидаем его здесь. Это будет неожиданно. Ещё я сумел ранить его ножом в ногу, он не в лучшей форме.

Парни вооружились ведром и небольшой деревянной доской. Они уселись около двери и стали ждать.

---

Степашин обувался и недовольно смотрел на дочь:

— Зачем ты в это лезешь?! Я же тебя попросил не соваться в это дело!

— Люди гибнут! — слёзно вымолвила Даша. — Ты думаешь, если я не буду лезть, то буду в безопасности?! — девочка утёрла рукавами сопли, она не могла прекратить говорить. Эмоции били через край. — Гена вообще спас меня! Он проводил меня до квартиры, хотя знал, что за ним следят и хотят похитить! Он знал, что тебе нельзя верить! Кто-то из ваших — маньяк! Именно поэтому вы не можете его поймать! Он в курсе всего расследования!

— Что? Ты о чём говоришь? — глаза Степашина расширились. — Ты вообще понимаешь, что несёшь?!

— Это ты не понимаешь, папа! Ты ничего не понимаешь! — громко крикнула Даша и вытащила жёлтый фантик из кармана брюк. — Гена нашёл это на месте преступления!

Сердце полицейского застучало чаще. Такого совпадения не могло быть. Степашин лично заказывает эти конфеты на работу и домой из другого города. В местных магазинах они не продаются.

— Мне нужно идти. Успокойся и не выходи на улицу, не открывай дверь никому, кроме меня! И скинь это видео и фото машины мне, я попробую пробить их.

Даша молча кивнула и закрыла за отцом дверь. Она не могла поверить, что он мог быть преступником. Его реакция была слишком живая, он действительно расстроился, что парней похитили. И, похоже, он не знал, что кто-то из его коллег сотрудничает с маньяком или является им...

Девочка упала на диван и начала думать. Она хотела помочь своим новым друзьям, но не знала, как это сделать. Неожиданно в голову пришла идея найти и обзвонить предыдущих жертв, что выжили в особняке. Таких было немного, но они были. И многие из них засветились в новостных сюжетах.

Ей казалось, что они что-то упускают из виду, что решение ускользает из пальцев рук, хоть и лежит на поверхности. Рука щёлкнула по клавише компьютерной мыши:

— Вот оно! — Даша нашла одну из выживших девушек, что отдыхала в особняке. Она быстро наткнулась на её соцсеть, так как жертва ни от кого не скрывалась и зарегистрировалась под своим настоящим именем.

Даша напечатала первое сообщение и стала искать других людей. В голову пришла странная мысль: они занимаются расследованием, но никто ещё не догадался опросить других жертв.

Глава 18. Автор-Julia

– Значит, так…

В подвале было тихо, как в могиле, но парни все равно разговаривали шепотом, постоянно прислушиваясь, не приближаются ли тяжелые шаги.

– Ты его отвлекаешь ведром, а я в подходящий момент бью доской, – уже в третий раз повторил Гена. Они снова и снова проговаривали свой незамысловатый план – отвлекало от тревоги.

– Эх, жалко, вылил. Ну, там, – Женя кивнул в сторону угла, куда выплеснул содержимое ведра. – Хороший был бы сюрприз, если на голову...

– Нам его оглушить надо, а не разозлить, – возразил Гена. – Он и так здоровее нас, а если в ярость впадет, то обоих за секунду раскидает.

– Ты так говоришь, будто он какой-то варвар из твоих игрушек с орками.

– Ну, по сути так и есть. Только жизнь в запасе одна. А о чем вообще он с тобой говорил? Не упоминал, что еще троих на днях зарезали?

– Нет, – Женя побарабанил пальцами по ведру, и жестянка отозвалась глухим звоном. – Про тебя спрашивал, про дело – как далеко мы зашли. Я не сказал ничего. А что, еще троих… – голос дрогнул, и парень замолчал, не договорив.

– Да, – мрачно ответил Гена. – Еще. Люди даже дом не снимали, он их в лесу подкараулил. И полиция… Жень, они, похоже, по самые уши замешаны. Покрывают его. Зря мы в это полезли.

– Теперь-то что жалеть… – начал Женя, но резко оборвал себя: – Тихо! Идет!

Из темноты сверху раздался приглушенный звон ключей.

«Привет! Хочу поговорить с тобой о том доме. Ты знаешь, о каком. Ответь, пожалуйста, это очень важно».

Даша отправила сообщение и откинулась в кресле. Теперь оставалось только ждать ответа – но ожидание оказалось недолгим. Катя – так звали выжившую девушку – вошла в сеть, и напротив ее улыбающегося аватара замигала надпись «печатает…».

«Ты кто?»

Девочка задумалась. Если начать подробно рассказывать, это затянется надолго, а время тратить не хотелось.

«Друг», – набрала она коротко.

«Подозрительно как-то звучит».

Даша мысленно согласилась. Пережив такое потрясение, начнешь шарахаться от каждого любопытного. Она нажала на значок микрофона и быстро, запинаясь, записала голосовое сообщение:

– Я… То есть мы с друзьями расследуем это дело. И сейчас мы в полной… типа, в полном тупике. Очень нужна твоя помощь! Пожалуйста, попробуй вспомнить, может, ты замечала кого-то или что-то? Может, видела… ну, его?

Катя долго не отвечала. «Испугалась, не доверяет, – решила Даша. – Кажется, я только что наш последний шанс спугнула…»

Прошло минут десять, и надежда девочки начала таять, но телефон звякнул, и сообщения посыпались одно за другим – отрывистые, сбивчивые.

«Я убежала тогда.

Когда моих подруг убили.

Там фонарик валялся, очень мощный, я включила ему в лицо, он замер на секунду…

Он в балаклаве был, я только глаза видела, но он зажмурился, а мне не до того было, чтобы его разглядывать. Я мимо проскочила и сбежала».

Даша затаила дыхание и нашла в галерее фото со встречи отцовских одноклассников.

«Я понимаю, что это почти нереально, – написала она. – Но может, на этой фотографии тебе кто-то покажется знакомым?»

Катя ответила огромным смайлом. Желтая мордочка каталась по строке, истерически хохоча. Даша подумала, что на самом деле собеседница вряд ли улыбается в этот момент.

«Как ты себе это представляешь? Он не позировал, чтобы я могла поподробнее рассмотреть его рожу. И балаклава, помнишь?»

Даша зло ударила кулаком по подлокотнику кресла.

«Ну пожалуйста! – набрала она, уже не веря в чудо. – Посмотри, может все-таки… У меня друзей похитили!»

Диалог не обновлялся с минуту.

«Погоди», – наконец появилось в окне.

Фотография вернулась ответным сообщением, но на этот раз одно из лиц было криво обведено красным кругом. Линия прерывалась в нескольких местах, будто ее торопливо нарисовали дрожащим пальцем. Мужчина сидел недалеко от отца, широко улыбаясь, и махал рукой, будто только что выкрикнул что-то веселое.

«Я еще подумала, – написала Катя, – что-то у него с левым глазом странное. Когда посветила фонариком. След от чего-то».

Даша присмотрелась. Левую скулу человека в красном круге пересекало темное неровное пятно, оканчиваясь прямо под нижним веком.

«Типа ожога?» – спросила она.

«Я не разбираюсь, но похоже».

«Спасибо тебе огромное! Я удалю чат, ок?»

«Сама хотела попросить», – ответила Катя и вышла из сети, словно только и ждала этого момента.

Перед тем, как очистить беседу, Даша сохранила фото и хотела скинуть отцу, но передумала – палец завис над иконкой мессенджера. Лучше подождать, пока он вернется, и показать глаза в глаза. Придется, конечно, долго и виновато объяснять, откуда у нее снимок, но было уже наплевать. Да и папа, скорее всего, давно знает о ее расследовании и ничему не удивляется. Слишком подозрительно он осматривает свой кабинет, когда открывает дверь.

Надо бы отправить фото Гене, на всякий случай. Даша открыла диалог с парнем, прикрепила файл и снова остановилась в раздумьях.

Вряд ли похититель оставил ему телефон, а значит, любое лишнее уведомление тут же окажется в руках преступника. Пожалуй, и с этим стоит повременить, иначе она опять сделает только хуже. Нет, она отменит отправку до тех времен, пока судьба ребят не прояснится.

Даша решительно ткнула в экран и похолодела. Телефон чуть не выскользнул из руки, которая мгновенно стала деревянной.

Она промахнулась, и палец нажал на «Отправить».

Глава 19. Автор-Рекстерн.

Шаги становились всё громче. Парни крепко сжали в руках свои орудия самообороны и замерли в одной неподвижной позе.

Ключ в замке наполнился металлическим звоном. Пол заскрипел. Парни напряглись и приготовились к нападению. Дверь открылась, и Женя кинулся на мужчину с ведром. Преступник быстро среагировал и толкнул нападавшего. Женя повалился на пол. Маньяк достал пистолет, но заметить это было трудно, пока не раздался выстрел.

Гена ударил мужчину, но промахнулся и попал по спине, а не по голове. Разъярённый мужчина отобрал одной рукой доску и собрался стрелять в Гену. Но Женя схватил его за ногу:

— Беги, Гена! Беги! Приведи помощь! — он истошно кричал и всеми силами ухватился за маньяка, пытаясь повалить его на землю.

Гена бросился на выход и бежал так быстро, как только мог. За спиной раздался выстрел. Крики друга резко прекратились. Он обернулся и увидел, как разливается по полу свежая алая кровь. Женя неподвижно лежал на спине. Глаза были открыты, но больше не моргали.

Теперь же убийца направил пистолет на него. Гена смотрел на дуло пистолета. Раздался щелчок, но выстрела не последовало.

— У него закончились патроны! — подумал ошарашенный Гена и снова бросился бежать.

Он вышел наружу и увидел лишь один лес. Это место было Гене знакомо.

— Это тот самый особняк! Вот урод! Он привёз нас в то же самое место! — гневно думал Гена.

Парень скрылся в гуще леса.

— Скорее всего, здесь много ловушек, — он вспоминал, как в прошлый раз Женя наткнулся на капкан около машины.

Гена был уверен, что и в этот раз он устроит охоту.

— Похоже, этому уроду доставляет удовольствие! — мысли ежесекундно менялись одна за другой. — Может, Женя ещё жив? Без сознания, но жив?! — ему хотелось верить, что друга ещё можно спасти.

Он корил себя за то, что в прошлый раз не спас девушку, что приехала вместе с ними. Они с Женей приехали забрать её. Гена зашёл в дом и услышал женские крики и ноги, что спускаются по ступенькам вниз. Как только он увидел, как убийца спускается вниз, Гена мгновенно развернулся и сел в машину. Он соврал другу, который раненый сидел в машине, что они опоздали. Что все их друзья уже мертвы.

Парень часто вспоминал этот момент и думал, что случилось бы, если бы он поступил иначе? Возможно, он смог бы спасти девушку!? Может быть, получилось бы ударить чем-то маньяка и спасти тех людей, что он убьёт потом? И... Женю...

— Почему эти мысли лезут в голову именно сейчас?! — он ударил себя кулаком в лоб, оставив красный след на коже.

Он считал себя недостойным спасения и был готов сдаться. Но ярость за друга заставила ненавидеть того человека. Он решил, что обязательно поймает его. Гена решил, что убивать он никого не будет. Ведь это самый лёгкий выход. В таком случае его просто не станет. А Гене хотелось именно отомстить. Чтобы он понёс наказание и понимал, за что его наказывают. Вспоминал их лица и имена. Чтобы сожалел о содеянном.

Но даже в таком случае, при таком исходе, парню казалось, что тюрьма — это слишком «гуманная» кара для такого негодяя. Он не испытает весь спектр страданий, что принёс своим жертвам. И это Гену бесило больше всего. В груди что-то сжалось большим комом и давило. Боль острым ножом пронзала сердце.

— Только сердечного приступа мне не хватало! — прошептал Гена и сел на землю. — Нет, я не умру, пока не поймаю его!

Он начал обдумывать план.

— Он явно будет ожидать, что я попробую уехать на его машине. Это единственный способ выбраться отсюда. И, наверное, все его жертвы так и делали.

Гена решил заманить мужчину в глубь леса и устроить ловушку. Единственное, что его беспокоило, — это пистолет. Человек служивый, а значит, стреляет хорошо и промахивается редко. Просто бежать по лесу и вести его за собой не получится — с близкого расстояния он сразу попадёт. А на дальней дистанции не станет бежать — у него раненая нога.

В голову парня закралась странная идея — а что, если установить ловушки не в лесу, а в доме? Или хотя бы около дома?

— Нет, это слишком глупая и безумная идея!

Парень отогнал прочь лишние мысли и направился в сторону особняка. Чтобы сделать охотничьи ловушки, ему потребуется как минимум нож. А если найдётся ещё и верёвка, то будет замечательно!

Гена был уверен, что убийца не ожидает увидеть его у себя дома. Это было бы слишком нагло с его стороны — возвращаться обратно. Мало кто посмеет так поступить. Поэтому Гена был уверен, что в особняке его точно не должно быть.

— Чёрт! Почему же полиция не взяла под наблюдение этот коттедж?! Этого бы не случилось, если бы здесь стоял патруль! — подумал Гена, после чего во рту появился привкус горечи.

Парень быстро подбежал к особняку и залез внутрь через окно. Он забежал на кухню и набрал в рюкзак, что лежал неподалёку, разных консервов. Там же он обнаружил несколько острых кухонных ножей.

В голову пришла мысль, что если он и хранит в доме свои инструменты для поимки и пытки людей, то где-нибудь на чердаке. Именно туда, с большой вероятностью, гости не полезут, а значит, ничего не найдут.

Гена снова оказался прав. На чердаке лежали ножи, верёвки, медвежьи капканы, сети и проволока. Даже если бы кто-то и поднялся сюда, то, скорее всего, подумал бы, что это обычный охотничий инвентарь.

Он собрал всё необходимое, а затем увидел несколько канистр. По запаху стало сразу понятно, что это бензин. На лице парня появилась демоническая улыбка:

— Пусть горит всё синим пламенем!

Он разлил содержимое на пол, вышел наружу и поджёг. Всё моментально загорелось.

Гена снова спрятался за деревьями и начал наблюдать издалека. Как он и думал, мужчина заметил пожар и забежал внутрь, чтобы успеть спасти хоть что-то.

Тем временем Гена проколол ножом колёса машины и пробил бензобак.

— Вот так, урод! Теперь мы на равных! — сказал обезумевший парень и снова скрылся в глубине леса, пока его не подстрелили.

Глава 20. Автор-Julia

Гена спрятался за деревом и перевел дыхание. Жесткая кора впивалась в спину, возвращая ощущение реальности, пелена адреналина начала медленно сползать, и на ее месте росло липкое чувство, которое он не сразу осознал. А когда осознал – колени подогнулись от ужаса.

Он только что поджег бензин. Несколько минут, и дом превратится в облако едкого дыма, которое закупорит все входы и выходы. В том числе и в подвал, где лежит Женя. И даже если друг все еще жив, то Гена своими руками…

Он рванулся обратно, ободрав локоть о торчащую ветку, пока дом снова не показался в поле зрения. И шумно выдохнул, почти рискуя себя обнаружить.

Пожара не было. Гудящее пламя, языки которого взлетали выше старых деревьев, осталось лишь в его воображении. Похититель то выбегал на крыльцо, то возвращался обратно в дом, хлопая по угасающим огонькам куском брезента, похожим на разрезанную палатку.

Гена провел руками по лицу, натягивая кожу и чувствуя под ладонями злые, горячие слезы. Никогда больше он не будет действовать настолько опрометчиво. Никогда… если выживет. А теперь нужно добраться до трассы и уговорить кого-нибудь, чтобы дали позвонить – он еще не придумал, куда именно, и решил определиться по дороге.

На полпути он наткнулся на заброшенную сторожку, почти вросшую в землю. Какой-то животный инстинкт заставил сорвать дверь, заглянуть внутрь, пинками раскидать гнилой хлам. Из-под обломков изъеденных досок шмыгнули по сторонам мокрицы и мелкие жуки – но оказалось там и еще кое-что.

Парень бросился дальше через лес, сжимая в руках ржавый топор.

Даша уже не могла усидеть на месте. Она мерила шагами комнату, то и дело подскакивала к окну, свешивалась с подоконника, чтобы видеть весь двор – но машина отца не появлялась. В отчаянии она упала в кресло и тихо завыла, прижав к лицу кулаки.

– Дочь! – раздался из прихожей крик, когда она почти перестала ждать.

Она выскочила в коридор, врезавшись плечом в косяк, и выпалила:

– Папа! Гена! Я отправила…

Отец не стал уточнять, что она имеет в виду.

– Так, – его голос был твердым. – Я отследил телефон твоего Генки. Он возле того дома. Еду туда. Ни шагу из квартиры!

– Нет! – она подскочила и вцепилась в его рукав. – Я с тобой! Ты не знаешь…

Даша открыла фото с Катиной пометкой. За время ожидания она, казалось, прожгла глазами дыру на месте улыбающегося лица с темным пятном.

– Девушка… выжившая. Она узнала вот этого, – она тыкала пальцем в экран, и фотография металась из стороны в сторону. – Папа, кто это? Он убивал!

Степашин словно забыл о том, что только что торопился. Он замер посреди коридора в полной тишине, как в вязком пузыре.

– Кирилл… – наконец выдавил он с усилием, сжав зубы. – Мы с ним и Ромкой… с дядей Ромой не разлей вода были. А потом он помешался на охоте. Все обещал, что завалит самую большую дичь в нашем лесу, а мы только смеялись. Так, я поехал! Что я говорил? На улицу ни ногой!

– Я с тобой, – упрямо повторила Даша почти шепотом. Она все еще висела на рукаве у отца.

Он тряхнул рукой, будто скидывая животное, вцепившееся мелкими зубами, и тут же устало вздохнул.

– В машину.

Даша кое-как пристегнула ремень, не попадая пряжкой в гнездо, и вопросительно посмотрела на отца.

– Повторяю, – сказал он, не отрывая взгляд от дороги. – Слушаться меня. Если скажу прятаться и не высовываться – делаешь, как велено. Мы с тобой одни, помогать некому. Я никому не сказал в отделении. Черт его знает, кому можно доверять.

Он резко крутанул руль, обгоняя несколько машин прямо на перекрестке. Даша с трудом кивнула – голову занесло вбок, и она едва не ударилась о стекло.

– Не слышу, дочь.

– Да, пап. Я поняла. Все серьезно.

– Кирюха, мать его, – задумчиво проговорил Степашин после паузы, будто они не неслись по городу, нарушая все возможные правила, а неторопливо катались. – Что ж его так переклинило-то… Был же нормальный пацан когда-то.

– А ты с ним давно общался? – Даша решила подать голос.

– Давно. Лет десять не созванивались. Только на встрече одноклассников, да и то, как чужие люди уже. Знаешь – увиделись, всю жизнь друг другу за тридцать лет пересказали, и дальше опять ничего общего. Ромка, тот да – куда-то они ездили вместе то и дело, жены знакомы…

– Ясно, – Даша опустила глаза. – А то, что я отправила Гене то фото… Это очень страшно?

– Сейчас уже, скорее всего, без разницы.

Они выехали за город, и Степашин прибавил скорость. Лес, посреди которого спрятался заброшенный лагерь, ставший логовом бывшего охотника, уже чернел на горизонте.

– Почему он это делает, пап?

– Да кто его знает, – ответил отец и свернул с трассы на грунтовую дорогу. – Может, кто-то косо посмотрел. Или девчонка отказала. Сколько упырей, и что у кого в голове щелкнет… работа для психиатров. Они тут явно нужны, ты же видела, что он с трупами творил.

Машина подпрыгнула, и Даша чуть не впечаталась макушкой в мягкий потолок.

– Папа! – выкрикнула она.

– Ну что ж я сделаю, дочь, – отозвался Степашин. – Если дороги такие. Держись крепче, мы почти приехали.

– Да нет же! Смотри, справа!

Майор бросил взгляд туда, куда указывал ее трясущийся палец, выругался, как еще не позволял себе при дочери, и вдавил педаль тормоза в пол. Даша опустила стекло.

– А ну, быстро! – заорал Степашин, наклонившись к открытому окну. – На заднее сиденье!

Гена, выпучив глаза и все еще прижимая топор к груди, плюхнулся назад и захлопнул дверь срывающейся рукой.

Глава 21. Автор-Рекстерн.

Запыхавшийся и потрёпанный Гена сидел в машине. Степашин и его дочь удивлённо смотрели на парня. У Гены перехватывало дыхание, он хотел сказать так много, но вместо связной речи из горла вырывались отрывки фраз:

— Женя! Убийца! Пожар! Он стрелял! Подвал! Быстрее! — Он даже не замечал отсутствия какой-либо связности. В его голове всё было довольно логично и последовательно.

— По порядку говори, что случилось! — громко перебил Степашин.

Гена ненадолго замолчал и с заиканиями начал говорить:

— Женя! Женя в подвале! Его стреляли!

— В него стреляли? Он живой? — уточнил Степашин.

— Да, — робко ответил Гена, немного успокоившись и собравшись с мыслями. — Я не знаю, жив ли он. Было много крови. Мы вдвоём навалились на него, а он достал пистолет, мы не ожидали. Женя вцепился в него, сказал бежать. В него выстрелили. Много крови... Быстрее, может, он ещё жив!

Степашин нажал на газ — скорость для такой дороги зашкаливала. Машина прыгала вверх по кочкам. Даша попыталась набрать номер скорой, но даже гудков не было слышно.

— Чёрт! Мы без связи! — недовольно хлопнула рукой по ноге девочка. Она обратилась к Гене: — Ты видел его лицо?

— Да, — хмуро произнёс парень.

Даша включила галерею на телефоне и снова показала Гене ту самую фотографию отца с его старыми товарищами.

— Ты его тут видишь?

Парень внимательно всматривался в каждое лицо. Этот момент для Степашина показался вечностью. И когда парень неожиданно сказал:

— Нет, его тут нет! — Степашин сначала не поверил в услышанное.

— Ты уверен?! Посмотри получше, фото старое!

Но Гена снова произнёс своё категоричное «нет».

— Что? Не может быть! — выпучила глаза Даша и забрала назад свой телефон. — Но мне сказали, что вот этот человек и есть убийца! — Она протянула телефон Гене. — Он обведён в красный круг. На лице шрам.

— Там ни намёка на шрам! — полушёпотом ответил парень. — Это точно не он. Никто из них! У этого урода светлые волосы и тёмные глаза.

— В моём отделе я таких не помню! — задумчиво произнёс Степашин.

Даша помахала головой в знак одобрения:

— Да и я тоже... Но зачем она соврала? Или ошиблась?

Лицо Степашина вновь приобрело недовольно напряжённое выражение:

— Либо зачем-то соврала, либо их было двое... Лично я надеюсь на первое. Нужно будет проверить её.

Тем временем машина добралась до особняка. На верхнем этаже и задней части дома было видно свежие следы пожара. Дым до сих пор стоял в воздухе и разносился по ветру. Едкий запах бил в нос, глаза слезились.

— Чтобы потушить такой пожар, нужна спецподготовка и большое количество огнетушителей. Это явно не простой человек, подготовленный... — Степашин достал пистолет и взвёл курок. — Даша, ты сидишь в машине! Это не шутки!

— Я не стану отсиживаться в машине, пока Женя при смерти, а ты рискуешь жизнью! — Юная особа выскочила из машины и как ни в чём не бывало побежала к дому.

— Храбрая! — прокомментировал Гена, выбираясь наружу.

— Глупая! — фыркнул Степашин и побежал следом. Он хотел окликнуть дочь, но в такой ситуации крик привлечёт лишнее внимание, и они станут лёгкой мишенью для стрельбы.

Степашин догнал дочь. Гена сразу же направился на помощь к другу. Он зашёл в тот самый подвал, где находился ещё недавно в заперти. В руках парень держал топор, на ремне брюк висел большой кухонный нож. Никого в тёмном подвале не оказалось, кроме Жени и толпы крыс. Ни намёка на дым не было, потому что вход вёл сразу на улицу, а не в дом. Также наверняка здесь есть фильтры воздуха, что тянут его с поверхности, иначе кислород давно бы кончился, если держать людей в заперти.

Друг лежал на спине — точно так же, как и несколько часов назад, когда всё и произошло. Дрожащая рука парня медленно приближалась к Жениной шее. Он боялся трогать его сонную артерию. Его тело охватил неописуемый страх, что не давал узнать правду. Хотелось оттянуть это мгновение неведения. Вскоре Гена набрался храбрости и потрогал шею. Пульс слабо, но прощупывался. На глазах полились слёзы. Буря эмоций охватила всё тело. Ему казалось, что его единственный друг уже мёртв. Только теперь, сидя и рыдая на бетонном полу, Гена осознал, насколько для него важен этот человек. Ему уже не было разницы, услышит ли его убийца или нет. Главная задача — спасти друга.

— Помогите!! — громко кричал Гена. — Сюда! Я здесь! Помогите!! Я в подвале!

На крики прибежал Степашин с фонариком на телефоне, затем вошла Даша. Их глаза расширились от ужаса и удивления.

— Он жив! Он ещё жив! — рыдал Гена, сидя на полу.

Подвал плохо освещался, и сразу не было понятно, где именно находилось ранение. Но когда Степашин посветил своим телефоном, все увидели довольно мрачную картину. Выстрел попал в голову. И если бы не темнота, то никто не стал бы при таком ранении проверять пульс — подумали бы сразу, что мёртв. Даша была в ужасе, ей стало плохо. С этим человеком она ещё недавно спорила и шутила, а теперь видит его в таком виде.

— Гена... У него голова прострелена... — Она сделала пару шагов назад.

— Он жив! — заверещал парень. — У него есть пульс!

— Боже мой! Не может быть! — Степашин сел на корточки и прощупал пульс Жени. Он действительно был ещё жив. Это не галлюцинация Гены на фоне шока.

— Я... Я видела рацию в доме! — спохватилась Даша.

Гена остался в подвале, а Степашин с дочерью направились в дом. Когда они вышли на улицу, то увидели, как красная машина вдали уезжает, а сам дом снова полыхает.

— Значит, их двое! Ему кто-то помогает! — вымолвил мужчина.

Девочка бросилась внутрь.

— Даша, стой! — Степашин кинулся следом.

Глава 22. Автор-Julia

Даша влетела в комнату, озираясь в поисках рации. Только бы она ничего не перепутала, и это действительно оказался рабочий прибор, а не муляж или игрушка. Глаза слезились, огонь опасно подступал к ногам. Девочка прижала локоть к лицу, пытаясь хоть немного защитить дыхание от едкого густого дыма.

Темная пластиковая коробочка валялась на полу. Даша кинулась и непроизвольно глубоко вдохнула – грудь тут же сдавило кашлем, а в голове помутилось. Она схватила рацию – антенна чуть не выскользнула из вспотевшей руки – и упала, с ужасом ощущая, как перед глазами начинают плясать черные мушки. Чья-то рука сжала плечо, но она уже не поняла, что происходит.

Девочка пришла в себя под синим небом. Гарь витала в воздухе, но дышалось намного легче. Она поморгала и различила белое, без единой кровинки лицо Гены, склонившееся над ней.

– Очнулась! Товарищ майор, очнулась! – крикнул парень, обращаясь куда-то вбок.

– Да, да! Тот самый дом! Быстро, у меня тут раненый! – прогремел, приближаясь, голос отца.

Степашин склонился над дочерью, обнял за плечи и крепко прижал к себе.

– Ремня бы тебе выдать, – сказал он дрогнувшим голосом, не заботясь о том, что Гена может услышать его слабость. – Но рация пригодилась. Скорая и подкрепление уже едут.

– А Женя? – спросила Даша. Дым все еще пощипывал горло, и слова протискивались, будто через песок.

– Дышит. Пока все, что могу сказать. Ну-ка, не распускаться! – рявкнул он, заметив, как Гена шмыгает носом. – Успеешь еще расклеиться. Ввязался – соберись.

Гена, все еще сжимая в руках топор, кивнул и вытер лицо рукавом.

– Раскольников хренов, – проворчал Степашин. – Брось ты его уже. Кого рубить собрался? Уехал наш маньяк, ты ж сам видел.

– И мы опять не знаем, кто это, – заметил Гена. – И сколько их.

– Не знаем, – угрюмо подтвердил майор. – Но теперь ты хотя бы одного в лицо запомнил.

Дверь обычной квартиры в неприметной многоэтажке распахнулась, словно была изготовлена не из тяжелого металлического листа, а из хлипкого картона.

– Иди к черту! – выкрикнула хозяйка, глядя на пришедшего расширенными от ужаса глазами. – Тебя еще здесь не хватало!

Мужчина оглянулся на лестничную клетку и шагнул в прихожую. От его заляпанной грязью одежды и волос цвета пепла разносился сильный удушливый запах горелого.

– Заткнись, – бросил он. – Соседи сбегутся.

– У меня нож есть, – предупредила девушка дрожащим голосом.

– Ну конечно, все у тебя есть, – мужчина прошел на кухню, оставляя грязные следы от ботинок на полу. – Нож, вилка и любовничек в органах. Ничего я тебе не сделаю. Мне пересидеть надо.

– Ты почему в таком виде? – спросила она спокойнее. – Что горит?

– Зад у меня горит, – мужчина усмехнулся. – Значит, и твой скоро достанут, и Ромы твоего. Где он? Пара вопросов есть.

– Он же не живет тут, – пожала плечами девушка. – Приезжает пару раз в неделю. И здесь вам не место встречи. От меня только недавно газеты отстали. Чего тебе от него нужно?

– Вопросик, – повторил гость. – Какого лешего он обещал, что все будет нормально, а за мной то какие-то сопляки гоняются, то целый майор. Если бы я такой квест хотел, сразу сказал бы.

– Так ты сам зарвался, – заметила она. – Какой был уговор? Пару раз приезжаешь, когда позволят, делаешь свое дело и до свидания. А ты целый охотничий сезон устроил. Сколько уже, два месяца оторваться не можешь? Конечно, это внимание привлекает. Те грибники, или как их…

– Ну?

– Их-то зачем? О них вообще не договаривались.

– Захотелось, да и все, – буркнул он. – Еще я перед бабой не отчитывался.

– Эта «баба», – передразнила она, – вас обоих выгораживает как может. Я, между прочим, от тебя след отвела на какого-то Роминого дружка. Когда дочка следователя у меня выпытывала, кого и чего я видела. Она же думает, что я случайно выжила.

– Толку-то. Меня тот пацан засветил. Надо было их обоих сразу… – мужчина не договорил и стукнул кулаком по столу. – Звони своему подполковнику, Катюха. Не уйду, пока не поговорю.

Катя шумно выдохнула и набрала номер.

Фургончик «скорой» подпрыгивал впереди на грунтовке. Степашин мрачно крутил руль след в след.

– Они сказали, что обещать ничего не могут, – ровно, как робот, произнес Гена, не отрывая взгляда от окна. Даша, сидящая рядом на заднем сиденье, вздохнула и похлопала его по плечу.

– Мы сделали все, что могли, – Степашин понимал, что говорит выученную банальность, но больше добавить было нечего. – В реанимации не дураки работают, сынок. Свое дело знают.

Он помолчал и заговорил снова, лишь когда обе машины вывернули на пригородную трассу, и дорога стала заметно ровнее.

– Уверен, что не хочешь в больницу поехать? – уточнил он в последний раз.

Гена мотнул головой – майор увидел в зеркало.

– Вы правы, – тихо сказал парень. – Я уже ничего не сделаю. А вам, может быть, помогу чем-то. Да вот хоть за Дашей присмотрю, – он выдавил слабую улыбку.

– Не надо за мной присматривать, – моментально откликнулась девочка.

– Пока что я тут за вами хожу, как наседка, – сказал Степашин глухо, но без злобы. – Свалились дети на мою голову.

– А куда мы сейчас едем? – спросила Даша, заметив, что скорая ушла далеко вперед.

– Хочу одно место проверить, – коротко ответил он.

Они свернули в спальный район на окраине, и майор сбавил ход, то и дело осматриваясь в поисках нужного места.

– Какая же улица… А. Яблоневая. Я еще тогда подумал, будто не в городе улицу назвали, а в дачном массиве, – он резко крутанул руль вправо и заехал во двор.

– Остановлюсь подальше, чтобы не светиться, – пояснил он притихшим ребятам. – Я недалеко. В соседний двор.

Даша открыла рот.

– Да Катя твоя здесь живет, – сказал Степашин, не дожидаясь вопроса. – Мне не понравилось, что она нас повела по ложному следу. Хочу поговорить. Из машины ни ногой, – он повернулся к Гене, прежде чем открыть дверь. – Остаешься за старшего.

Глава 23. Автор-Рекстерн.

Гену что-то тревожило. С каждой секундой тяжёлое предчувствие выводило его из себя всё больше.

— Здесь что-то не так... — Он не мог усидеть на месте, и, как только Степашин скрылся из виду, парень выскочил из машины. — Даша, сиди здесь!

Почему-то именно в этот раз ей не было дела до происходящего. Возможно, потому что она даже представить себе не могла, что обычная девушка может быть в сговоре с преступником.

— Подождите! — громко крикнул Гена. — Здесь что-то не так!

Степашин почти дошёл до нужного дома и собирался стучать в дверь, но неожиданно развернулся в сторону Гены.

— Дурак, что ли, так громко кричать на всю улицу?!

За последнее время Степашин уже стал относиться к Гене как к младшему брату. Это ощущалось даже по манере общения.

— Я серьёзно! Будьте наготове! — Парень смотрел на мужчину в форме с каким-то особым трепетом и почтением. — Не закрывайте дверь, я буду здесь.

— Больно ты мне там сдался!

Кулак полицейского легонько задел деревянную дверь ровно пять раз. Гена спрятался так, что его не было видно из дома.

Никто не открывал, хотя буквально в нескольких метрах из жилища раздавался шум. Пол скрипел, и в глазке что-то быстро мелькнуло. Степашин постучал ещё раз.

— Да, да! Сейчас открою! — сказал женский голос, а затем снова глухая тишина наполнила воздух.

«Что-то не так...» — крутилась в голове лишь одна мысль. Гена жестами показал, что уходит, и быстро удалился из поля зрения. Шаги звучали всё чётче, полицейский мысленно приготовился выхватить из кобуры пистолет в случае чего.

Дверь открыла миловидная девушка. Она выглядела растерянной и подавленной. На лице красовалась натянутая улыбка.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте! — произнёс Степашин в ответ и оглядел коридор за спиной женщины. Затем достал удостоверение, быстро покрутил перед глазами хозяйки и убрал в мгновение ока, так, что даже прочесть ничего при желании не получилось бы. — У меня к вам несколько вопросов! Можно пройти внутрь?

Улыбка с лица исчезла на мгновение, а затем снова появилась.

— Ой, что же случилось? Я что-то сделала не так?

Гена тем временем стоял с противоположной стороны здания. Из-за угла что-то громко упало.

— Чёрт! — За странным звуком последовал голос, который Гена не сможет забыть никогда.

Он аккуратно выглянул из-за угла и обнаружил того самого блондина. Тот выпрыгнул из окна, а затем, хромая, поспешно пытался направиться к своей машине.

— Вот же гадство! — тихо прошипел Гена и побежал назад. Как назло, у парня не было под рукой даже телефона, чтобы запечатлеть на видео преступника. Приближаться в открытую тоже плохая идея — из него быстро сделают решето.

Запыхавшийся Гена быстро забежал в помещение с громкими воплями:

— Он был тут! Он выпрыгнул из окна!

Степашин даже не успел среагировать, как милая и добродушная Катя схватила вилку со стола и воткнула мужчине в руку. Девушка молниеносно направилась к окну. Но Степашин и Гена повалили её на пол. Она кричала разные несвязные фразы:

— Это не я! Он сам пришёл! Я говорила ему! Отпустите!

Всеми силами Катя вырывалась и пыталась сбежать. Тем временем преступник спокойно уехал. Гена подбежал к окну и увидел лишь отдаляющийся автомобиль.

— Чёрт! Он уезжает!

Степашин приковал девушку к ножке стола и сел на него сверху.

— Ничего, недолго осталось бегать! — Он достал из кармана телефон и связался с отделением полиции. — Степашин! Преступник уезжает на красном автомобиле А784АЕ, рост около ста девяноста сантиметров, блондин, ранена нога, хромает.

Ориентировка быстро была принята без лишних вопросов. Затем полицейский посмотрел злобным, демоническим взглядом на задержанную. У Гены прошёл холодок по спине — он был знаком с этим выражением лица не понаслышке. Парень испытал его на себе перед тем, как получить хороший удар в живот от лейтенанта. Он невольно сделал шаг назад.

— А теперь, Екатерина Ивановна, потрудитесь объяснить происходящее! — Степашин подошёл поближе к девушке.

— Я ничего не знаю! Я ни при чём! — настойчиво повторяла соучастница.

Мужчина с силой пнул тумбочку, что стояла рядом. Мебель с грохотом повалилась на пол. Мужчина медленно сел на корточки, на уровень ошарашенной Кати, которая впервые замолчала и таращила глаза на полицейского.

— Этот урод замочил десятки людей. И если мне понадобится заставить тебя говорить, чтобы что-то узнать, то я не побрезгую никакими методами. — Его голос звучал медленно и весомо. — Мы пока не в отделении. А это значит, что под конец ты можешь оказаться в лесу, если ответ меня не устроит.

Гена молча наблюдал за происходящим. Казалось, что Степашин говорит правду, и от этого становилось вдвойне дискомфортнее.

— Не надо! Я всё скажу! — произнесла девушка. — Он заставил меня помогать, угрожал! — Она говорила быстро, заглатывая половину букв.

— Да мне плевать, — холодно перебил лейтенант. — Кто он? Как звать? Где живёт? Кто ещё замешан?

Катя прикусила губу, словно задумавшись, стоит отвечать или нет.

— Его зовут Пётр Игоревич, это всё, что я знаю!

Степашин глубоко вздохнул и задел рукой кобуру, что висела на поясе.

— Ты, похоже, не до конца понимаешь ситуацию. У тебя две дороги. — Он выставил руку вперёд и показал два пальца. — Первая — это молчать и закончить всё прямо сейчас. Вторая — это рассказать всё и оказаться в тюрьме, зато живой. Про помощь я тоже забывать не буду, это пойдёт в рапорт и смягчит приговор. Выбор за тобой!

Глава 24. Автор-Julia

Катя испуганно застыла, переводя взгляд то на Степашина, то на Гену. Будто пыталась найти в глазах парня хоть какую-то поддержку. Он отвернулся с отвращением. Представил, как она приводит собственных подруг в дом на девичник, который станет для них последним.

– Он мне угрожал, – повторила девушка, словно желая убедить в первую очередь саму себя.

– Чем? – спросил Степашин. – Что этот Петр против тебя имеет?

– Не Петр… – начала Катя, но в этот момент в коридоре послышались тяжелые шаги. Гена резко обернулся и увидел человека в полицейской форме.

– Какого здесь… – начал вошедший, но майор перебил:

– Роман? Ты вовремя, я как раз только начал, – он кивнул в сторону Кати. – Наша выжившая оказалась сообщницей. Я уже направил ориентировку на машину того упыря. Теперь это только вопрос времени.

Роман оглядел комнату, задержался на сидящей у ножки стола девушке. Гене показалось, что она смотрит на подполковника слишком внимательно. Не как на чужого. Кажется, на ее лице даже мелькнула слабая улыбка, но возможно, это была игра света. Или Катя просто очень сильно нервничала.

Затем полицейский перевел глаза на самого Гену, и парня охватил ужас. Как будто он оказался в клетке с опасным зверем, и до нападения остается всего несколько секунд.

– Молодец, майор, – наконец проговорил Роман. – Оперативно сработал. Дальше справимся. Давай ключ.

Степашин протянул ему небольшой ключик от наручников. Гене захотелось закричать «Не делайте этого!», но в горле пересохло, и слова застряли где-то глубоко.

– Ты занимайся той машиной, – продолжил Роман, – а я нашу свидетельницу в отделение отвезу. У тебя оружие в порядке?

– Как всегда, – Степашин на секунду опустил взгляд к кобуре на поясе, и в этот момент Роман нанес удар.

Он с размаху ударил майора в лицо, и тот рухнул на пол. Гена ошалело смотрел, не в силах пошевелить ни единым мускулом.

– Ну вот, – удовлетворенно сказал подполковник, – теперь, Катюша, тебя освободим.

Он наклонился к лежащему без сознания Степашину и подобрал ключ, валяющийся рядом с телом. Потом вытащил из его кобуры пистолет и заткнул себе за пояс.

– Так надежнее, – пояснил он и разомкнул наручники. Катя, хватаясь за стол, встала и потерла запястье.

– Что ему сказала? – спросил Роман, когда девушка полностью выпрямилась.

– Ничего, Ром, – дрожащим голосом ответила она. – Честное слово. Ты же знаешь, я тебя не сдам…

Они говорили, будто Гены не было в комнате. Словно Романа совершенно не волновало, что посторонний услышит что-то важное. «Он и меня мысленно уже приговорил», – понял парень, и от этого стало совсем плохо. Он еще раз глянул на майора, распростертого на полу кухни. Рядом с его головой еще чернел след от грязного ботинка Петра. Это зрелище – такой надежный, казавшийся неуязвимым человек, который сейчас лежал без сознания – заставило бессильные слезы выступить на глазах.

«Там же Дашка ждет», – ударило в голову, и от этой мысли стало дурно.

Роман и Катя перекинулись еще парой слов, а потом полицейский небрежно бросил девушке:

– Иди, пересиди где-нибудь. Я тут разберусь.

– Ты же их не… – в ужасе проговорила она.

– Иди, сказал, – процедил он сквозь зубы, и Катя сдалась. Она опустила руки, исподлобья глянула на Гену и направилась к двери.

Два выстрела раздались один за другим. Гена успел увидеть выражение лица Кати – пораженное, недоуменное. Она будто не почувствовала боли, только страшное удивление. С этим немым вопросом в глазах она и осела на пол.

Второй выстрел пришелся куда-то в тело Степашина. Гена зажал руками рот, чтобы не заорать на весь двор, и дернулся в сторону Романа, но тот уже наставил пистолет ему в грудь. «Оружие майора», – успел подумать парень.

– Но, но, – успокаивающе, почти тепло произнес подполковник. – Стой где стоишь.

Гена застыл на месте. К ногам подтекала кровь – он не мог распознать, чья именно.

– Ну что, сыщик, закончилось твое расследование? – спросил Роман. – Чего добился? Грохнуть тебя прямо здесь или будешь помалкивать?

Гена решил, что тянуть время – все, что он сейчас может сделать.

– Я… – пробормотал он еле слышно. – Что вы хотите?

– Да уже ничего. Все дело вы мне испортили, идиоты. Всю охоту.

– О-охоту?

– Ты тупой, что ли, совсем? – раздраженно хмыкнул Роман. – Охоту на таких дураков, как ты. Которым в городе не сидится, все тянутся в этот сраный лагерь. А там другие клиенты уже ждут. С деньгами. Такие вот, как Петя, – он кивнул в сторону окна, откуда Гена когда-то видел отъезжающий красный автомобиль. – Ему, знаешь, надоело зайцев стрелять по кустам. Впечатлений захотелось.

– И… и вы его прикрывали? Или их? Их много было? – Гена не верил ушам, слушая полицейского. Он решил как можно больше вытянуть из Романа, пользуясь его неожиданной откровенностью.

– Хотел это дело на поток поставить, но Петя оказался идиотом, каких мало, – пожаловался тот. – Прирос прямо к этому лесу, не оттащишь. Я говорил, что это добром не кончится… Из-за него погорели. И из-за этой дуры, – он презрительно пнул носком ботинка плечо Кати, а потом с подозрением прищурился: – А ты чего у меня все выспрашиваешь? Надеешься сдать? Ты вообще знаешь, кто я?

– Знаю, – Гена попытался добавить в голос нотку уважения. – Вы начальник… его… – он мотнул головой в сторону лежащего Степашина.

– Эх, майор, – Роман посмотрел туда же. – Говорил я ему не лезть в это дело. Намекал, что себе дороже будет. А теперь… полицейский убит обезумевшей свидетельницей, которая потом покончила с собой, – он наклонился и аккуратно вложил пистолет Степашина в мягкую руку Кати. – Трагедия. Дело зашло в тупик.

Гена даже не успел понять, что произошло в следующее мгновение.

Роман, только что расслабленно стоявший над телом Кати, охнул и упал, со стуком приложившись головой об пол. Степашин, сидя верхом на плечах начальника, убедился, что тот потерял сознание и поморщился, прижав ладонь к боку.

– Не может быть! – Гена не верил своему счастью. – Вы же… Он же вас…

Майор поднял край рубашки и постучал по бронежилету.

– Уже с неделю ношу, – пояснил он. – Вот, видишь, пригодился. Помоги-ка, Геннадий.

Вдвоем они перевернули Романа и надели на него наручники.

– Вы слышали? – спросил Гена.

– Да, – коротко ответил майор и с тяжелым вздохом посмотрел на бывшего товарища. – Каждое слово.

Глава 25. Автор- Рекстерн.

Девочка, что сидела в машине, услышала приглушённые, но отчётливые выстрелы. Автомобиль находился не так далеко от дома, поэтому даже полуслепой старик услышал бы подобный шум.Внутри всё сжалось.

— Неужели там сейчас действительно находится преступник? — Даша сама не знала, что её больше всего тревожило. То, что рядом с убийцей находится её отец, или то, что она в данный момент не принимает в деле никакого участия?

— Чёрт! — вырвалось отчётливо с её губ.

— Какого чёрта! — продолжала ругаться вслух юная особа, накидывая на плечи джинсовую куртку и выпрыгивая с безумной скоростью из машины.

Она бежала настолько быстро, насколько могла. Но не сразу нашла нужный дом и в начале ринулась к соседнему. У Даши с детства было рассеянное внимание на вещи, что её не интересовали. Врачи в 3 года жизни поставили неприятный диагноз — «синдром дефицита внимания и гиперактивности». Что делало её крайне активной, но рассеянной личностью.Она услышала ещё несколько выстрелов и сменила направление.

— Да ну нафиг! Серьёзно, что ли! — предвкушая опасность, Даша подобрала с земли крупный булыжник, будто он смог бы чем-то помочь против огнестрельного оружия.

Уставшие после потасовки мужчины молча стояли в комнате, обдумывая произошедшее.Как в открытую дверь ворвалась хрупкая девочка с булыжником наперевес. Казалось, что ещё чуть-чуть, и она упадёт вместе с ним, не выдержав тяжести.

Хмурый Степашин продолжал молчать, лишь мельком оглянув глазами дочь, убедившись, что с ней всё в порядке.

Комната наполнилась громким хохотом Генки:

— Даша! Дашенька! Положи, пожалуйста, камень, пока на ногу не уронила! Что ты вообще собралась с ним делать? — безумно улыбался парень, стоя рядом с убитой девушкой.

Девочка смутилась и опустила на пол тяжёлый предмет. Её глаза посмотрели вниз и обнаружили бездыханное тело той самой Кати, с которой они переписывались на днях.

Голова резко закружилась, она думала, что готова ко всему. Но когда впервые увидела настоящий труп — эмоции зашкалили, и ей стало нехорошо.

Даша села на корточки, уперевшись спиной об стену.

— Не смотри, — холодно сказал отец. Он пристально разглядывал своего начальника и медленно докуривал сигарету.

— Что случилось? — наконец произнесла девочка.

— Дядя Рома решил подзаработать и устроил в лагере голодные игры. Сам сказал. Но клиент — Пётр вошёл в азарт и привлёк внимание. Поэтому дядя Рома устранил свидетельницу-соучастницу. Ну и попутно нас хотел… — Гена говорил обо всём с добродушной улыбкой на лице, что добавляло его словам и образу какой-то невыносимой жути.

Она молчала и с ужасом разглядывала комнату. В этот момент ничто произошедшее не имело значения. Её больше волновали собственные чувства и ощущения. Она погрузилась в собственные мысли.

— Неужели отец прав и такая работа не для меня? Неужели я не справлюсь? — раздумиям помешала резко вошедшая группа людей в форме с закрытыми лицами.

— Наконец-то! — вымолвил Степашин. — Забирайте!

После чего бывшего полицейского под конвоем повели на работу. Но уже в качестве заключённого.

Степашин долго писал отчёты о проделанной работе. Гена и Даша проходили по делу в качестве свидетелей.

— Что с Петром? — как и раньше, взволнованно говорил Гена.— Его нашли мёртвым в соседнем городе в реке… На шее следы удушья. Ногти сломаны, словно он отчаянно с кем-то боролся… — по спине парня побежали мурашки.

— Неужели?..— Не знаю… — быстро ответил Степашин.

Мужчины понимали друг друга без лишних слов.

В кабинете нависла тишина, что говорила больше слов. Но вскоре Гена решился продолжить:

— В других городах пропадают люди… Их находят мёртвыми…Полицейский глубоко вздохнул и откинулся на спинку кресла, закрыв руками глаза.

— Мне неоднозначно намекнули, что у меня есть дочь. Я хотел бы посадить их всех… Но ты не представляешь, как всё глубоко прогнило! — Степашин придвинулся поближе к Генке и бешено выпучил глаза, словно дикий и голодный зверь. — Рома не дожил до суда! Он повесился в камере на собственных штанах! Понимаешь? — с каждой фразой воздух казался всё более сдавленным. В помещении не хватало кислорода. — Так что просто забудь и не лезь в это!

Руки Гены дрожали. Он кивнул головой и вышел из отделения полиции.Парень медленно шёл по улице и всё обдумывал.

— Степашин не из тех, кого можно просто запугать. И если он в такой панике, значит, всё куда серьёзнее, чем он осмелился рассказать.

По всему телу разлился холодок.Гена медленно дошёл до больницы. Он схватил дверную ручку, что вела в палату, и немного промедлил.

Его охватила неописуемая тоска. Челюсть сжалась настолько сильно, что заскрипели зубы.

Дверь распахнулась, на кровати спокойно лежал Женя.

Он обернулся в сторону друга, но больше никак не отреагировал. Лишь молча провожал взглядом до своей кровати.

— Т… Ты как? — заикался Гена.— Нормально, — тихо, но уверенно ответил пациент.— Мы нашли убийцу. Как ты и хотел… Он понёс наказание… — Гена нервно и прерывисто оповестил товарища о последних новостях.

— Хорошо, — ответил Женя и посмотрел в окно.

На лице не отображалось ни радости, ни грусти, ни сожаления. Ровным счётом — ничего!

Гость продолжил разговор, пытаясь вывести друга хоть на какую-то эмоцию:

— Ребята отомщены… Больше никто не станет жертвой… — но вместо радости снова послышалось холодное:

— Да, хорошо.На глазах парня начали проступать слёзы, и он поспешно вышел из палаты.

В коридоре он сел на лавочку, что стояла напротив двери, и уставился в пол, обхватив руками голову. Щёки были мокрые.Гена чувствовал свою ответственность за произошедшее. В голове осталась лишь одна мысль: «Это пустая оболочка… Это не он…»

Хоть парень и пришёл в себя после травмы мозга и всё помнил до малейших деталей. Но его личность изменилась до неузнаваемости. Ему стало безразлично абсолютно всё, что происходит вокруг. Он перестал испытывать эмоции.

После вопроса Гены — станет ли Женя прежним? — Врач лишь рассмеялся и сказал:

— Нет. Это чудо, что он остался жив! И он должен быть доволен тем, что имеет сейчас.