Последний реанорец. Том X

Глава 1. Линчеватель Мерраввина...

‒ Здравствуй, Линчеватель, ‒ тихим и хлёстким тоном заговорила нага, словно пыталась резать своим голосом сталь. ‒ Или же тебе больше нравится прозвище Жнец Бездны? Но так или иначе... Давно не виделись, подлая тварь...

Так-так-так… А это странно, очень странно. Почему их всего двое? Где остальные? Почему они ждут здесь? Лицо девки мне знакомо, а второй смутно похож на кое-кого. Похоже, я принял его за другого.

‒ Только не говори, что ты посмел забыть моё имя, реанорец? ‒ с ненавистью прошипела дочь Хаарсы, делая шаг вперед, а её черты лица стали искажаться и бледнеть прямо на глазах.

‒ Здравствуй, Хана, ‒ усмехнулся отчужденно я, вспоминая имя наги недобитки. ‒ Действительно, давно не виделись. Смотрю, ты слегка подросла. Особенно в районе груди. Вполне ничего…

‒ Я более не Хана, я Хааона! ‒ процедила сквозь зубы девка. ‒ Верная последовательница одной их хранительниц Мерраввина! А ты всё такой же надменный маньяк и подлая тварь. Правда, наш бравый реанорец невероятно ослабел. Да и изменился. И отныне ходишь в человеческом обличие. Когда-то тебя боялись, уважали и ненавидели все существа нашего мира. Твоим именем пугали детей и взрослых. Живая мстительная легенда. Но сейчас ты настолько жалок, что носишь столь ненавистную для себя людскую личину. Каково это? ‒ вдруг ощерилась довольно девица. ‒ Приятно, да?

‒ Как по мне, вы все из стана той идиотки безмозглые дуры, ‒ развёл я лениво руками. ‒ Да и если честно, то плевать я хотел на тот сраный и прогнивший мирок. Чихать я хотел на ту вшивую и стервозную истеричку. Вертел я все ваши легендарные истории на горных пиках Зеленвальда. Да и на вас двоих мне по большому счету насрать. Какого причиндала вы притащились сюда?

‒ А ты сам-то готов сдохнуть, выкормыш тёмной потаскухи? ‒ пылко и сгорая от нетерпения внезапно прошипел яростно её спутник. ‒ Ты представить себе не можешь, как долго я ждал этой секунды.

От столь отвратительного упоминания Бездны, моё равнодушное лицо стало совсем непроницаемым. Хватило одного краткого взгляда на его слегка красноватую кожу и множественные отметины на запястьях и предплечьях, чтобы понять к какому страннику Астрала и к какой касте посланников принадлежит этот дерзкий увалень.

‒ Ты мне угрожаешь? Вот так номер! Никчемный асур и отродье вшивого членистоного Аарр'азза должно знать своё место и не встревать в разговоры взрослых! Даже твой сраный повелитель не смел так со мной говорить! ‒ склонив голову на бок, безэмоциональным тоном произнес я. ‒ Ты хоть в курсе, мелкий прыщ, скольких твоих сородичей я обратил в пепел? Скольких убил, просто проходя мимо? Как тебя зовут, кухаркин сын? Я не узнаю тебя. И почему вас всего двое? Где остальной сброд отщепенцев?

‒ Маннех! ‒ гулко расхохотавшись самодовольно проговорил асур. ‒ Так зовут того, кто принесет твою голову повелителю. Совсем скоро здесь будут все. Включая хранителей. Мы лишь передовой отряд. Но признаю, молва о твоей дерзости не врала. Вот только всё это в прошлом. Сейчас ты тень себя прошлого…

От произнесенных слов своего соратника Хааона неуловимо скривились, но что-либо произносить она не стала.

Слава Бездне! Кто бы знал, что мне попадётся такой кретин.

‒ Маннех… Маннех… Маннех… ‒ обкатал я его имя на языке, а после осклабившись поднял взгляд на увальня и втянув носом воздух, брезгливо скривился. ‒ Ты случаем не семя Негхха? От тебя смердит точно также. Когда-то мимоходом я прирезал твоего папашу и вырезал каких-то горных полукровок. Помнится мне, он лепетал перед смертью нечто подобное во славу того членистоногого. В этом вы с ним похожи.

От подобного упоминания физиономия Маннеха слегка дёрнулась, но улыбка вдруг стала гораздо шире и тот с заметным удовлетворением обнажил выступившие клыки.

‒ Мой отец был никчемным слабаком. Тут я с тобой соглашусь. Он подох за дело! Мне его ничуть не жаль, ‒ холодно фыркнул асур, медленно ступая вперед, взмахом ладони материализуя насквозь черную секиру из воздуха, да и силуэт его стал медленно увеличиваться в размерах. ‒ Но за эти слова так или иначе, я всё равно перережу твою говорливую глотку, реанорец. Для всех посланников ты лакомая добыча. Совсем скоро здесь будут вс…

‒ Хватит, Маннех! ‒ отчеканила резко Хааона со сталью в голосе, ловко останавливая своего напарника и с ненавистью глядя мне в глаза. ‒ За все его грехи он должен страдать. Лёгкой смерти не сыщет. За всё, что он сделал в Мерраввине. За всё, что он сделал с твоими соотечественниками. За всё, что он сделал с моими сёстрами. За все смерти нашего мира он заплатит. Он попытался уничтожить наш мир, в ответ мы уничтожим или же поработим его! Ты понял нас, Жнец Бездны?! ‒ а затем она сделала шаг вперед и устремила свой хищный и злорадный взор дальше, мне за спину. ‒ Дай угадаю, это твои новые друзья? Соратники? Подчиненные? Ты привёл их сюда умирать? Они хоть знают, кто ты такой на самом деле? Они понимают какая ты беспощадная тварь? Они в курсе за кого будут сейчас умирать?

Тем не менее на все россказни дочери Хаарсы я лишь весело и надменно расхохотался. И с каждой секундой мой смех становился всё громче и безумнее.

‒ Ты глупа, Хааона! ‒ сквозь смех стал вещать я, медленно шагая им навстречу и начиная заводиться, потому как прошлое бешеным галопом стало проноситься перед глазами. ‒ Когда-то ты чудом смогла спастись от меня и податься в паству к той крикливой суке. Вы считаете меня кровожадным маньяком и убийцей. Да будет так! ‒ с бескрайним равнодушием прошипел я. ‒ Ты любила свой народ! И этот отброс любил свой народ! Вы хотите отомстить! А я сделал это ранее! НО ЧТО СТАЛО С МОИМ НАРОДОМ?! ‒ перешел я на безумный крик. ‒ ЧТО СТАЛО С МОЕЙ СЕМЬЕЙ?! ОНИ ВСЕ МЕРТВЫ! ВСЕ ДО ЕДИНОГО! Поэтому, прежде чем явиться сюда, вам нужно было переговорить с тем членистоногим ублюдком и той истеричной дрянью. Но сейчас, для этого разговора уже поздно, ‒ успокоившимся тоном прошептал я. ‒ Вы считаете себя охотниками, что решили загнать ослабевшую жертву? Так вот я отвечу вам прямо. Вы опоздали. Перед собой я сейчас вижу лишь добычу, а не загонщиков.

‒ Пустое бахвальство! Восстановление твоих сил в этом захудалом месте невозможно! ‒ расхохотался удовлетворенно Маннех, а после с невероятной скоростью рванул ко мне. ‒ Прими свою смерть! Твоя голова отныне моя, реанорец! Аарр'азз будет доволен!

‒ Идиот! Сдохнешь так же, как и твой никчемный папаша! Ведь ты даже не понимаешь на что способен носитель Высшей речи! Представить себе не можешь на что способен Зеантар Ар-Ир Ор'Реанон. Линчевателем того прогнившего места меня назвали не просто так, ‒ презрительно фыркнул я. ‒ Не забудь передать от меня привет своему членистоногому шакалу.

Комбинация потоков ветра и смерти… Эфир ветра и смерти… Абсолютная защита…

Комбинация потоков Высшей речи…

Эфир молнии и ветра… Грозовая гильотина дома Ар-Ир… Тотальное искоренение…

В одно из мгновений, когда эфир буйным поток забурлил внутри вместилища, а разрушительная трескучая молния стала реветь подобно неудержимому зверю и сгущаться над моей головой, глаза Хааоны вдруг резко распахнулись от нахлынувшего изумления и та быстро потянулась к своему оружию.

‒ МАННЕХ, СТОЙ! Не нападай! Жнец бездны вернул себе рунное тело! ОН ВЕРНУЛ СЕБЕ ВЫСШУЮ РЕЧЬ!

Всё же вынужден был признать, что в последний раз с посланниками странников Астрала я сражался на третьем обороте рунного тела, а не на первом. И было это давно. Очень давно. Потому как вместо головы ультимативная техника дома Ар-Ир угодила асуру не в голову, а лишь в левую руку и частично грудь. За толику мельчайшего мгновения конечность Маннеха преобразилась в кровавый туман вместе с его секирой. Туша демона превратилась в настоящее ядро огнестрела и под действием рокочущей молнии стремглав умчалась в сторону разрушенных врат форпоста.

Правда, в следующий миг прямо передо мной сформировался силуэт Хааоны. Нага умудрилась полоснуть по моему покрову в районе ребер своим кинжалом и на удивление в месте удара абсолютная защита под напором вражеской силы пространства дала трещину и кровь потоком хлынула наружу. Впервые за долгое время я ощутил боль. Причем серьёзную боль от разрыва тела магией пространства.

‒ Я слышала от покровительницы, что ты живешь по принципу кровавой платы! ‒ прошипела с яростью женщина мне в лицо, хватаясь за второй кинжал. ‒ Так вот я отплачу тебе за всё! Ты будешь умирать в мучениях, реанорец! Ненавижу вашу проклятую и надменную расу! Ненавижу тебя! Вы всегда ставили себя выше остальных! Даже выше демонов и херувимов! Непоколебимые гордецы! Клянусь тебе, Зеантар, я найду способ проникнуть в твой мир и уничтожить всё, что ты построил! А начну я с тех людей, что сейчас у тебя за спиной…

Сучья кровь! Стоп! Что? Неужели мне послышалось? Она не может проникнуть на Землю?..

После откровенной речи наги боль отступила моментально, а может эфир взялся за работу по восстановлению организма хозяина. Но секунду спустя Хааона уже мчалась в направлении отступающего прочь отряда изгоев. В тот же миг взмахнув своим орудием эта тварь умудрилась выставить передо мной заградительную пространственную грань.

Вот только технике перемещения было плевать на такие уловки.

Ритм угасания…

‒ Катись к своей крикливой суке обратно! ‒ холодно отчеканил я, оказавшись прямо перед нагой и занося над головой оба джада. ‒ Вместе со своими угрозами…

Комбинация потоков Высшей Речи…

Эфир молнии и тьмы… Пагуба дома Нор-Ата… Разрубающий вал...

Черно-багровый разрез встретился с хрупким телом посланницы, и та аналогично своему дружку отправилась в долгий полёт к разрушенным вратам форпоста Ин-Дар.

Правда, и сами посланники оказались не пальцем деланы. Сейчас я сильнее них, но не сказать, что намного.

‒ ТЫ СДОХНЕШЬ, РЕАНОРЕЦ! СДОХНЕШЬ! ‒ перешла на громогласный визг Хааона, выбираясь из-под обломков стены, между делом утирая струящуюся изо рта кровь и пытаясь унять обильное кровотечение в районе груди. ‒ Клянусь честью своей покровительницы!

Взгляд невольно устремился назад, однако от моего отряда уже и след простыл. Правда, своей нерасторопностью я дал шанс и самой наге. Та в мгновение ока переместилась к раненому асуру и ловко схватив того за ворот одежды одной рукой, а второй взмахом аметистового кинжала создала разрез в пространстве и оба посланника за секунду исчезли внутри тотчас закрывшегося портала.

Трепещи Ракуима! Да будь оно всё проклято!..

‒ Честью Хаарсы? ‒ усмехнулся равнодушно я, оглядываясь по сторонам. ‒ Мне кажется, тем чего нет клясться невозможно.

Правда, не прошло и пяти вдохов, как в поле эфира ворвались сразу несколько достаточно сильных аур, которые вырвались прямиком из пространственных врат, а еще мгновение спустя я оказался окружен сразу тремя могущественными одарёнными ранга пиковых грандмагистров с кричащими гербами Британской империи на своих шевронах.

‒ Палач Российской Империи собственной персоной на нашей территории. Неужто решили повторить свой подвиг? Это интересно! Нам расценивать это как объявление войны? ‒ вдруг раздался чей-то спокойный голос за моей спиной. ‒ Хотя в любом случае, Захар Александрович, именем Эдгара Третьего вы арестованы.

Поцелуйте меня в зад все странники Астрала! Этого еще не хватало…

Глава 2. Противостояние империй и в преддверии бури...

Не прошло и пяти секунд как количество появляющихся людей из пространственных врат стало увеличиваться в геометрической прогрессии прямо на глазах. Словно… словно до некоторых пор разлом был чем-то или же кем-то заблокирован.

Сучья кровь! Чтоб я сдох! Вот же стерва рукастая. Её рук дело, не иначе. В силе пространства она способнее прочих…

Первой на территории форпоста появилась та самая троица весьма могущественных одарённых, а следом за ними показали себя множественные маги, стражи и гвардейцы. Но важным было то, что та самая тройка была столпами.

‒ Ты сказал арестован? Вот уж вряд ли. Боюсь, вы глубоко заблуждаетесь, ‒ усмехнулся расслабленно я, оборачиваясь к незнакомцу, и число различной активируемой магии в момент моего движения на нескольких квадратных метрах стало запредельным. ‒ Между прочим, с кем имею честь говорить? Меня вы знаете, а вот я вас, увы, нет…

И в один из моментов мне удалось встретиться взглядом и пристальнее рассмотреть появившегося уникума. Ведь из всей троицы по внутренним ощущениям он оказался сильнейшим. Боюсь, сюда пожаловал как минимум один повелитель. Лет тридцать пять. Чуть выше меня ростом и шире в плечах. Светлые короткие волосы. Полное равнодушие на лице, лишь в глазах и на задворках эмоций у того пульсировал сильный интерес к произошедшему и лично к моей персоне.

‒ Тут вы правы, Захар Александрович, ‒ цокнул с наигранным негодованием англосакс. ‒ Где мои манеры? Рой Карлайл к вашим услугам. Можно просто лорд Карлайл.

Так-так-так. Карлайл? Да у нас тут крупная британская шишка. Один из приближенных императора Эдгара. Стоп-стоп-стоп! Погодите-ка! По слухам какой-то старый пень Карлайл пытался ухлёстывать за Алиной и несколько лет назад просил у Трубецкого её руки. Интересно, это он или кто-то из его отпрысков? Что-то мне подсказывает, что ему далеко не тридцать лет. Замшелых пеньков потянуло на молодое мясцо? Впрочем, ладно, мне ли говорить об этом. В глазах многих людей я буду старше прочих…

‒ Тогда почему я арестован, лорд Карлайл? ‒ весело осклабился я, взглядом окидывая тотчас напрягшихся магов и вставших в стойки воителей, а по моему телу в ответ всем судорогам британцев пробежало несколько разрядов алой молнии. ‒ Точнее, по каким причинам? Так вы благодарите тех, кто прибыл к вам на помощь?

‒ Вы прибыли на помощь? ‒ вдруг ни с того ни с сего довольно расхохотался аристократ, взмахом руки приказывая всем успокоиться и кольцо стражей вокруг меня начало медленно разжиматься. ‒ С каких это пор британских и российских изгоев можно назвать союзниками? Да и боюсь, своеобразная репутация князя Лазарева не располагает к оказанию помощи. Вы по другой части, не так ли? Хотите сказать, что не вы уничтожили наш форпост?

‒ Не поверите, ‒ хмыкнул равнодушно я. ‒ Прибыл с минуты на минуту перед вами. Или вы действительно думаете, что уничтожив ваш полис, я бы находился всё это время здесь и ждал вашего прихода? Разве я похож на идиота? К тому же совсем скоро тут будет полно других изгоев. Я всего лишь оказался первым. Кстати, не подскажете, когда именно случилось нападение?

Улыбка Карлайла тотчас померкла и стала ну уж очень серьёзной. Несколько долгих мгновений тот пребывал в глубоких размышлениях, а пару вдохов спустя, набросив на себя полог тишины, взглядом подозвал к себе сразу трёх магов света и стал о чем-то у них допытываться.

Беседа их длилась около минуты и за это время светляки больше трёх десятков раз успели смерить меня подозрительными и сканирующими взорами, однако, все как один, отрицательно качали головами. Напоследок столп недовольно кивнул и развеял полог.

‒ Что ж, похоже, это и вправду были не вы, ‒ поджав губы, с легким недоумением сухо декларировал лорд. ‒ Но позвольте спросить, князь, с кем вы здесь сражались?

Трепещи Ракуима! Кто бы сомневался, что они не смогут узнать. Эта парочка кухаркиных детей даже не думала скрываться.

‒ При всём моём уважении, Карлайл…

‒ Лорд Карлайл! ‒ вдруг перебил меня второй уникум, а его лицо неуловимо искривилось в презрении.

Надо же, какой пунктуальный шелудивый пёс.

‒ Хоть трижды маркиз и шесть раз герцог! ‒ расплылся я в надменной улыбке, весело подмигивая негодующему столпу. ‒ Оглянись по сторонам. Тебе напомнить, где мы находимся? Или ты не в курсе законов изгоев?

‒ Роберт! ‒ вдруг окликнул того Карлайл.

‒ Рой, по законам изгоев мы можем его прикончить прямо сейчас! Он ранен и он враг! ‒ продолжил с холодком неизвестный, глазами указывая на мою рану, которая только-только перестала кровоточить. ‒ С их империей мы не союзники! Да и всем присутствующим прекрасно известно, кто он такой и какова его репутация на самом деле…

Сучья кровь! Вот так номер! Да меня здесь за говно держать вздумали!

‒ Если ты в курсе, какова моя репутация, ‒ тихо обронил я, делая шаг навстречу, отчего сразу с десяток стражей быстро отступили назад и с нервозностью вновь схватились за оружие. ‒ Тогда должен понимать, что может случиться дальше. Хотя ты можешь попробовать. Как насчёт дуэли? Само собой с договором жизни и смерти. Упростим задачу…

‒ Считаешь себя сильным? ‒ зашипел с явным раздражением столп, прожигая меня яростным взором. ‒ Будь моя воля и ты бы уже…

Чтоб меня херувимы на свои копья света вознесли! Бездна, да я прирежу сейчас этого бриташку…

‒ Достаточно, Роберт! Ни слова больше! Ты в курсе о приказе императора! ‒ вдруг грубо осёк своего соратника Рой. После упоминания о государе лицо уникума стало непроницаемым, и тот мгновенно замолк, а затем Карлайл вновь обратился ко мне. ‒ Прошу простить, за это недоразумение, князь. Граф Рассел был названным братом Балинта Габсбурга-Австрийского. Надеюсь, вы понимаете его негодование и его… скорбь.

Интересно. Очень интересно. Хотелось бы знать, что там за приказ императора, но у меня и без того дел по горло. Нужно срочно найти эту чешуйчатую тварь и прислужника того членистоногого и наконец-то прикончить их как можно быстрее. Правда, будет это весьма проблематично.

‒ Понимаю, ‒ ухмыльнулся злорадно я. ‒ Более чем понимаю.

‒ Но мы отошли от сути, ‒ вдруг продолжил лорд. ‒ С кем вы сражались? Кто на вас напал? И откуда ранение?

‒ Тут такое дело, ‒ вполне серьезно начал я с безобидным выражением лица. ‒ Не было никакого сражения. Под бок меня пырнули незаметно, но весьма болезненно. Было настолько больно, что я не успел их рассмотреть. Выжил лишь чудом. Видимо, почуяв появление столь могущественных одарённых они решили скрыт…

‒ Да он издевается над нами! ‒ ощерился свирепо Рассел, а его аура начала ощутимо пульсировать и быстро наполняться силой.

‒ Вовсе нет. Говорю, как есть, ‒ отмахнулся с ленцой я. ‒ Но могу сказать, что их было всего-навсего двое.

‒ Двое? ‒ резко омрачившись, переспросил Карлайл, а затем хмуро огляделся по сторонам наполовину разрушенного форпоста. ‒ Вы хотите сказать, что ЭТО сделали всего двое людей?

Ага. Как же, людей. Держи карман шире. Стервозная нага и вшивый асур. Чтоб их мертвецы вечного поля битвы сожрали!

‒ Это всё, что мне удалось увидеть, ‒ развёл я по-простецки руками. ‒ Повторяю, я сам прибыл всего несколько минут назад.

Лицо истеричного графа в очередной раз исказилось в гримасе гнева и негодования, но под холодным взглядом своего старшего товарища тот смолчал. Однако уже в следующий миг сразу несколько стражей, которые оказались на стенах начали подавать недвусмысленные сигналы своим командирам. А с десяток мгновений погодя на подступах к форпосту с трёх разных сторон вдалеке показались сразу несколько разношерстных групп изгоев.

‒ Как и говорил вам, ‒ хмыкнул расслабленно я, кивком указывая на горизонт. ‒ Мне просто посчастливилось прибыть сюда первым. Честь имею, господа, ‒ и, развернувшись на месте, неспешно зашагал в противоположную от полиса сторону сквозь напрочь разрушенные врата.

Сучья кровь! Еще с Романовыми объясняться. Вот же дрянь! Бездна, и чего бы такого придумать?

‒ Не прощаюсь с вами, князь, ‒ внезапно ударил мне в спину невероятно спокойный голос Карлайла. ‒ Мне кажется, что в скором времени мы с вами еще встретимся. Очень скоро…

В гробу я видел такие встречи. У меня теперь и без вас проблем хватает. Проклятье! И где теперь искать эту стервозную подстилку Хаарсы? Боюсь, с их появлением в смежной стигме начнется полнейший Хаос. И хорошо если только в смежной стигме. Нельзя позволить им проникнуть на Землю. Но остаётся главный вопрос: почему они не смогли пройти сквозь пространственные врата?..

***

Смежная стигма Романовых.

Форпост правящей династии.

Кабинет начальника форпоста.

День спустя…

Как ни странно, но в кабинете у Мирослава витала вполне непринуждённая и расслабленная атмосфера. Да и сам Романов вместе со своим племянником и Салтыковым вовсе не выглядели разочарованными. Ведь была причина. Да и в целом его настрой я разделял. Российская и Британская империя противостояли друг другу уже давно. Если обратиться к земной истории, то, наверное, чуть более сотни лет. Два могущественных государства. Одно почти не уступает другому. Лишь голая сила Романовых, количество самих столпов, да и сила всей империи в целом ненамного превышала силу Ланкастеров и их детища.

Извечное соперничество. Убийства. Интриги. И всё в этом духе. Нормальная цивилизованная жизнь высших эшелонов знати. Странно, что британцы не влезли в спор между Романовыми и древними кланами ранее. Правда, есть вероятность того, что сами Ланкастеры догадывались о том, что дела экспатов изначально были обречены на провал. И, тем не менее, кое-кого это не остановило. Но в целом уже один этот факт говорил том, что у Эдгара оказалась своя голова на плечах, а не заимствованная. Как, к примеру, у стариканов Габсбургов. Хотя там и Франциск недалеко ушел, благо успел вовремя взяться за ум.

‒ Дядя, тебе не кажется это странным? ‒ вдруг подал голос Ростислав, стоило мне закончить рассказывать свою версию произошедших событий.

‒ Считаешь, что его не могли отпустить так просто? ‒ понятливо усмехнулся Мирослав, подняв на юношу задумчивый взор, на что цесаревич лишь кратко кивнул. ‒ Тогда я развею твоё заблуждение. Во-первых, Захар не простой князь – он советник твоего отца. Во-вторых, их маги света ничего не нашли. В-третьих, нет никаких доказательств. Мне, конечно, интересно, кто пустил эти слухи, но и в то же время я прекрасно понимаю, почему британцы сразу подумали именно на него.

‒ Прецеденты были, ‒ вставил свои пять копеек Салтыков, довольно усмехнувшись в усы.

‒ В-четвертых, ‒ продолжил делиться своими мыслями Романов. ‒ Это всего лишь малый форпост. Численность там была небольшой. Восемь-десять тысяч человек. По большому счету его держали для противодействия именно нашим изгоям. Само собой, это ударило по британцам, но не сказать, что слишком уж сильно. В-пятых, Карлайл не дурак. Он старый лис и тёртый калач. Начнись битва и невозможно предугадать последствия происходящего. Все наши противники на мировой арене хорошо изучили Захара. Ты думаешь, почему Рассел не стал принимать вызов на дуэль? Он вряд ли испугался силы Захара, просто никто так и не смог понять, каким именно образом наш столп смог дестабилизировать пространственные врата и устроить Камчатскую бойню. Для этого нужна заоблачная уйма разрушительных сил. Представь, что могло бы быть, если бы это произошло вновь. Одна из их провинций взлетела бы на воздух, как минимум. И последнее, ‒ на мгновение Мирослав замолчал и глубоко вдохнул. ‒ Лично мне кажется, что это всего лишь начало. Что скажешь по поводу тех двоих, Захар?

‒ Сильны, ‒ развёл я руками с наигранным самобичеванием, покосившись на свой бок. ‒ Если же говорить начистоту, ваше высочество, и незамысловатым языком изгоев, то мне просто надрали зад. Уж простите за мой моветон.

Лгу, разумеется, но что поделать? Сейчас это самый нужный вариант. Правда, надолго ли хватит этого вранья? Ведь я так и не придумал, как лучше поступить дальше… Слава Бездне, что та парочка была в своих человеческих обличиях, а не в истинных.

‒ Всё нормально, ты сделал, что мог, ‒ ободрительно хлопнул меня по плечу цесаревич. ‒ Я, Леня и Кира вообще отключились. Не будь Германа и Бетала, то всё могло повернуться куда хуже.

Сучья кровь! Если честно, то мне всё труднее порой врать Ростиславу. Этот парень слишком добр.

‒ Ростик и остальные потеряли сознание из-за тех двоих? ‒ полюбопытствовал Салтыков.

‒ Иных вариантов у меня просто нет, ‒ в который уже раз соврал спокойно я, пожав плечами.

‒ Я доложу обо всём Владимиру, а вы будьте осторожнее, ‒ задумчиво заговорил Мирослав после затянувшейся паузы. ‒ Боюсь, в связи с последними обстоятельствами он может вскоре отозвать вас обратно. По крайней мере, тебя уж точно, племянник. К тому же нам непонятны мотивы этих двоих. Слишком много неясностей.

Твою мать! А вот этого мне не надо.

‒ Дядя, но я… ‒ вдруг запротестовал юноша, но Романов лишь поджал губы и отрицательно качнул головой.

‒ Я здесь бессилен, Ростик, ‒ с грустной улыбкой изрёк уникум. ‒ Решать твоему отцу. Мне прекрасно известно, что тебе нравится быть изгоем, но ты будущий император, а Захар в скором будущем может стать самым молодым повелителем в истории. И это я еще не говорю о его работе советника. Боевого опыта у вас обоих уже в достатке, поэтому есть вероятность того, что твой отец не станет понапрасну рисковать вами двумя. К тому же неизвестно, что взбредет в голову британцам. Но одно я знаю наверняка: этого они так просто не оставят.

‒ Пришла беда, ‒ тяжело выдохнул Салтыков, ‒ отворяй ворота…

***

Смежная стигма Романовых.

Где-то на просторах диких и неизведанных территорий.

Несколько часов назад…

‒ Нет! Нет! Нет! НЕТ! ‒ надрывался с безумным воем Маннех, продолжая наносить удары секирой по огромной и уже мёртвой туше порождения Катаклизма.

Черная кровь и мерзкая жижа были повсюду. Плоть и куски отвратительного мяса летели в разные стороны, но могучий асур не останавливался и неустанно сыпал тяжелыми атаками сверху-вниз. Да, рука и тело восстановились. Но сейчас он был вне себя от бешенства. Вне себя от столь жалкого поражения. Он проиграл!

‒ Почему? Почему? Почему? ПОЧЕМУ?! ‒ что было сил завопил посланник, а его грохочущий злобный голос отдавался эхом под сводами подземелья. ‒ Почему он так силен? Как он умудрился вернуть себе рунное тело в столь дерьмовом и отсталом мирке? КАК?! Во имя Аарр'азза, как же я хочу разорвать этого реанорского ублюдка на части за всё, что он сделал!

‒ Достаточно! Возьми себя в руки! Видят хранители, ты сейчас похож на сопливого беса! ‒ вдруг раздался за спиной мужчины глухой голос соратницы. ‒ Как это ни прискорбно, но подобного следовало ожидать. Все эти годы он не сидел сложа руки.

‒ Он здесь всего несколько лет! ‒ закричал яростно Маннех, дыша в лицо наги.

‒ Вспомни, с кем мы имеем дело! ‒ стояла на своем женщина, повышая тон. ‒ Он Жнец Бездны и носитель Высшей речи! Думаешь, в Мерраввине его боялись просто так? За красивые глаза и смазливое личико? Вспомни скольких таких как мы он убил на своём пути! Даже странники не могли с ним ничего поделать! Но в одном я уверена точно, ‒ вдруг гораздо тише заметила дочь Хаарсы. ‒ Он не на пике своих сил и возможностей. И этим нужно воспользоваться. Мы не успели и теперь нам необходим новый план…

‒ Что ты предлагаешь? ‒ заметно успокоившимся тоном осведомился Маннех, вгрызаясь зубами в только что оторванный кусок отвратительно пахнущего мяса чудовища и плечом упираясь в стену подземелья.

‒ Нам нужно заручиться поддержкой, ‒ хитро ощерилась нага.

‒ Заручиться поддержкой? ‒ вдруг надменно расхохотался асур, невольно подавившись сырой плотью. ‒ Надеюсь, ты сейчас не о тех жалких людишках, которых мы убили?

‒ Именно о них. Они слабы, но в данном случае сила не очень важна. Реанорец должен был где-то осесть. Нам лишь нужно найти тех, кто болезненно по нему ударит и ослабит его, пока я не найду способа что-либо поделать с пространственными вратами.

‒ Хааона, он Жнец Бездны и безжалостный маньяк. Ты сама это сказала. Думаешь, сработает? ‒ с сомнением вопросил Маннех. ‒ Реанорец ненавидит людей сильнее прочих.

‒ Но как видишь, он вполне неплохо с ними сосуществует, раз обзавёлся друзьями. Во время схватки он пытался их защитить, а значит, этот урод размяк и они ему не безразличны. Но для дальнейших решений нам нужна достоверная информация, ‒ с холодной ухмылкой отчеканила дочь Хаарсы, а затем втянула в себя через нос как можно больше воздуха и, прикрыв веки, злорадно оскалилась. ‒ И в нескольких днях пути я чувствую тех, кто этой информацией с нами поделится, а зная надменность нашего Жнеца и его возможности, фигурой он стал видной…

Глава 3. Безумие посланников и судьбоносный поворот...

Смежная стигма Романовых.

На просторах диких и неизведанных территорий.

Три дня спустя…

‒ Нет! ‒ хрипло взмолился раненый воитель, харкая обильно кровью и на подкашивающихся ногах пытаясь отползти как можно дальше, между делом хаотично нащупывая во внутреннем кармане исцеляющее зелье. ‒ Не убивайте…

Группа исследователей оказалась разбита всего за несколько кратких мгновений. Всё произошло настолько быстро, что ни один из изгоев даже не успел что-либо предпринять. Сигнальные сети и выставленная защита были сметены возникшим из ниоткуда тёмным ураганом. Тот словно спустился с сумрачных небес и за десяток мгновений отряд из четырнадцати человек был почти весь истреблен. В живых остался только один.

‒ Маннех! Тупоголовый болван! ‒ раздраженно рявкнула нага, врываясь на пустырь и взмахом кинжала останавливая массивную секиру асура. ‒ Я просила оставить нескольких! НЕСКОЛЬКИХ! А ты что натворил? Ты всех убил!

‒ Они слабаки, я и так сдерживался. Кто ж знал-то? ‒ оправдываясь, промямлил мужчина, а после кивком головы указал за спину соратницы. ‒ И убил я не всех. Сама посмотри. Один живой... Вроде бы…

Голова девушки дёрнулась в нужном направлении, но уже секунду спустя её лицо искривилось в брезгливой и разочарованной гримасе.

‒ Он почти труп! И ничего нам уже не расскаж…

Правда, в тот же момент Хааона осеклась на полуслове, потому как человек вдруг успел принять неизвестный ей эликсир и стал на глазах приходить в себя. Брови её взлетели вверх и та, быстро рванув к раненому, грубо схватила того за глотку и приподняла тело взрослого мужчины вместе со всем обмундированием над собой, а после стала рассматривать его с ног до головы, будто бы диковинную зверушку.

‒ Надо же. Интересно… ‒ тщательно принюхавшись заключила та. ‒ Вынуждена признать, что алхимия у вас более-менее развита…

‒ Я… Я не понимаю вас… ‒ со страхом захрипел изгой, отрицательно качая головой. ‒ Не… не убивайте…

‒ Проклятье, ‒ рыкнула раздраженно женщина, ослабляя хватку. ‒ Ни черта не смыслю в их языке.

‒ Похоже, он тебя не понимает, ‒ вдруг догадался Маннех, а затем, порывшись в вещах нескольких мёртвых тел, выудил сразу горсть различных артефактов и бросил всю охапку своей спутнице. ‒ Попробуй что-нибудь.

‒ Какой? ‒ встряхнув тело изгоя стала допытываться женщина, глазами указывая на россыпь инструментов. ‒ Какой из них?

‒ Э-этот…

Не прошло и пары секунд, как артефакт в виде тонкого браслета был активирован и взгляд посланницы вновь вернулся к воителю.

‒ Понимаешь меня? ‒ резко вопросила та.

‒ Д-да… К-конечно… П-понимаю… ‒ стал кивать испуганно изгой. ‒ Только… только не убивайте… Мы лишь исследователи…

‒ Слава Хаарсе! Наконец-то, ‒ выдохнула облегченно Хааона, прикрывая на мгновение веки, и сразу же их разлепляя. ‒ Мой друг слегка погорячился. Спутал вас с другими. Мы не убьём тебя, если ты ответишь на наши вопросы. Тебе ясно?

‒ Да-да! ‒ быстро закивал человек. ‒ Я вам всё скажу! Всё, что знаю… Только… только не убивайте…

‒ Как тебя зовут? Откуда ты?

‒ Онур… Онур Шахин. Мы… мы изгои из… из Османской империи, ‒ сбивчиво прошептал мужчина.

‒ А теперь слушай меня внимательно, Онур Шахин, ‒ с лёгкой угрозой проговорила Хааона. ‒ Точнее внимательно смотри на мою руку.

В следующий миг сила пространства над ладонью дочери Хаарсы начала искажаться, формируя прямо в пространстве силуэт седовласого воителя с тёмно-красными холодными глазами.

‒ Ответь мне, ты узнаешь этого мужчину? В курсе кто он такой и откуда?

Взгляд изгоя вначале был невероятно затравлен и напуган, но чем больше он вглядывался в увиденную проекцию, тем растерянней становилась его физиономия, а уже несколько вдохов спустя рот его слегка приоткрылся и тот быстро и утвердительно кивнул.

‒ Да! К-конечно! Я знаю! ‒ взволновано просипел осман. ‒ Его многие знают!..

‒ Многие? Кто он? Говори! ‒ внезапно рявкнула женщина, встряхнув тело изгоя, будто кожаную плеть. ‒ Как его зовут? Откуда он?

‒ Это… это Лазарев. Имперский князь Лазарев. Его называют… называют Палачом Империи и Красным Демоном. Это… это очень опасный человек. А еще он нынешний советник императора Владимира…

‒ Человек, говоришь? ‒ сплюнула брезгливо посланница, а Маннех лишь весело хрюкнул от услышанного. ‒ Вот уж это вряд ли…

***

‒ Это невозможно! ‒ запустив пальцы в волосы, истерично хохотала дочь Хаарсы под визг умирающих чудовищ, меряя медленными шагами небольшой пустырь, пока Маннех в это время добивал нескольких осмелившихся на них напасть порождений Катаклизма. ‒ Это… это какое-то безумие… Безумие…

Весь рассказ вжавшегося от страха в камень изгоя от начала и до конца произвел на обоих посланников неизгладимое и шокирующее впечатление. Ведь в такое невозможно было поверить просто так. Всё казалось попросту нереальным. Тот, кого боялся целый мир. Тот, кто уничтожал целые народности и города. Теперь этот безумный маньяк как ни в чем не бывало просто… жил.

‒ Жнец Бездны сотрудничает с людьми, ‒ шептала невменяемо Хааона. ‒ Реанорец живет рядом с ненавистной для себя расой. Линчеватель Мерраввина основал свой род. Этот безжалостный ублюдок ведет самую обычный жизнь… Нет-нет-нет! Невозможно! Это точно он? ‒ рванув обратно к воителю и ткнув в проекцию пальцем холодно осведомилась та. ‒ Ты ни в чем не ошибся?

‒ Н-нет… Я не ошибся, ‒ опасливо сглатывая отозвался осман. ‒ Это князь Лазарев… К тому же я слышал… ‒ вдруг запинаясь продолжил вещать мужчина. ‒ Что он вновь женился… в этот раз он взял в жен…

‒ ЧТО?! ‒ словно ошпаренная прошипела яростно дочь Хаарсы, склонившись над пленным, а её человеческие черты из-за потери контроля стали походить на самые что ни на есть змеиные. ‒ Он женат?..

‒ Д-да, ‒ подобно деревянному болванчику кивнул изгой, не в силах встретиться с ужасающим существом глазами. ‒ Ч-четыре раза… А одна из княгинь Лазаревых уже ждет своего первенца… Да и все его супруги редкие… редкие красав…

Но что-либо договорить мужчине не дали, потому как в следующий миг невменяемый и истеричный хохот вновь разнесся на небольшом клочке пустоши. После услышанного у Хааоны будто земля ушла из-под ног и на долгую минуту та оказалась в состоянии глубокой прострации.

‒ Дружит с людьми. Женат на человеческих женщинах. Ждёт ребенка, ‒ полубредовым голосом стала шептать брезгливо посланница. ‒ Линчеватель Мерраввина живёт так, словно ничего не сделал. Я убью его! Я ЕГО ПРИКОНЧУ!!! ‒ завизжала свирепо женщина. ‒ Но перед этим лишу его всего, что он сейчас имеет. С кем на мировой арене соперничает Российская Империя? ‒ пронзив смертельно бледного воителя взглядом, внезапно спросила женщина.

‒ М-много с к-кем…

‒ Сильнейшая из них! ‒ глухо просипела та. ‒ Назови сильнейших!

‒ Британская… Британская империя, скорее всего, ‒ после кратких раздумий заключил осман. ‒ Есть еще, но они не чета этим двум государствам.

И в тот же миг речь воителя начала захлебываться в гортанных хрипах, потому как кинжал посланницы медленно перерезал тому глотку. Однако на достигнутом женщина не остановилась, она стала действовать дальше. Хааона рассекала плоть до конечного результата и пришла в себя она в тот момент, когда голова изгоя полностью отделилась от тела, а сама она оказались залита всё еще горячей алой кровью.

‒ Этого достаточно! ‒ сквозь зубы с отвращением процедила нага, в брезгливой манере отбрасывая от себя человеческую голову. ‒ Маннех!

‒ Каков план? ‒ оскалив пасть, тотчас полюбопытствовал асур, который с неприкрытым удовольствием наблюдал за всеми переменами своей напарницы. ‒ Будем ждать наших? Или…

‒ Или, Маннех, или. Неизвестно, когда пребудут остальные, ‒ проскрежетала Хааона. ‒ Я должна лично прикончить Жнеца! Лично!..

***

Смежная стигма Романовых.

Большой форпост Ин-Дар.

Несколько дней спустя…

Приближение двух неизвестных силуэтов стражи полиса заметили еще издали. Ведь те никоим образом не походили на изгоев, потому как в форпосте Ин-Дар этой разношерстной братии всегда было в достатке. В сознании стеновиков всё трубило о том, что эти люди были слишком странными. Об этом вопило почти всё. Начиная с одежды и заканчивая оружием. И чем быстрее приближались незнакомцы, тем сильнее росли их подозрения и врата перед прибывшим под стены тандемом захлопнулись в самый распоследний миг.

‒ Из-за нападения на малый форпост Ин-Дар! ‒ раздался громкий крик. ‒ Главный полис закрыт!

Однако на все произнесенные слова ни один из явившихся силуэтов даже не остановился. Массивному мужчине хватило одного единственного рывка вперед. И оказавшись возле самих врат, тот дважды по ним ударил. Звонкий металлический скрежет и громкие выкрики стражей о тревоге слились в один звук, потому как в следующий миг один защитный барьер за другим стали разрушаться под напором могущественной силы незнакомки, а множественные магические атаки защитников полиса совсем не вредили агрессорам.

Затем тот же самый мужчина, наблюдая за происходящим и улыбаясь, словно упивался происходящим, ударил еще один раз и с оглушающим скрипом и мерзким скрежетом ворота с громким хлопком завалились внутрь. Первый рубеж внешней стены был преодолен всего за несколько секунд.

Возгласы и крики воителей. Пронзительное шипение магических потоков и активация всевозможных арсеналов. Всё слилось в какофонию нарастающей битвы.

Правда, как быстро нападение началось, также стремительно оно и закончилось, ведь секунду спустя над стенами разнесся властный женский голос, а та самая незваная двойка вторженцев сделала всего лишь несколько шагов во внутрь и как ни в чем не бывало попросту остановилась под множественными взорами стражей прямо на разрушенных вратах. Те были защищены загадочным куполом, благодаря которому они не получили ни единого ранения под напором силы более сотни различных британских изгоев.

‒ Если не хотите умереть, то зовите сюда того, кто может говорить от лица вашего государства в целом, ‒ раздался властный женский голос над серединной стеной, который мгновенно ввёл в ступор всех защитников. ‒ Мы не хотим вас убивать. Лишь продемонстрировали наши возможности. Мне лично кажется, что лишь одна сила может уважать другую. Также мы наслышаны о том, что вы уже долгое время находитесь в конфронтации с охотниками из Российской империи и желаете подмять эту стигму под себя… Это действительно так?

‒ Всё может быть, ‒ разнесся в ответ уклончивый спокойный голос, а на одной из стен появился высокий мужской силуэт. ‒ А кто вы такие, позвольте узнать?

‒ Ты здесь главный? А кто мы такие неважно, ‒ грубо отрезала женщина, снизу вверх глядя на заговорившего, а затем чуть склонив голову набок, в миролюбивом жесте подняла руки вверх и защищающий обоих купол в мгновение ока рассеялся. ‒ Вопрос состоит в том, что мы можем и чего не можем. Так и будем стоять? Или поговорим в более располагающей обстановке? Лично вам мы не желаем зла. Нам нужен всего-навсего один человек. И мы желаем, чтобы он и все, кто с ним связаны страдали и корчились в муках.

‒ Кто этот человек? ‒ с неприкрытым любопытством усмехнулся начальник форпоста Ин-Дар, жестом руки давай магам понять, чтобы были начеку. ‒ Мы его знаем?

‒ Да, ‒ в кровожадной улыбке расплылась нага. ‒ Его зовут Лазарев Захар. Глава рода Лазаревых. Но если мне не изменяет память, то вам он еще известен под прозвищем Палач Российской Империи и Красный Демон, не так ли? Говорят, вы точите на него зуб?

После услышанного имени лицо британца нахмурилось и дёрнулось будто от боли, а брови взлетели вверх. Вот только в следующий миг тот без колебаний при помощи левитации спикировал со стены и встал лицом к лицу с неизвестными ему людьми.

‒ Добро пожаловать в главный полис Ин-Дар. Лорд Рассел к вашим услугам…

***

Смежная стигма Романовых.

Форпост правящей династии.

Постоялый двор «Верфь».

Неделю спустя…

Как бы то ни было, но каким-то чудом нас не отозвали обратно в империю. И на ум приходили всего три варианта. То ли Ростислав умудрился в чём-то убедить отца, то ли у государя с Мирославом сформировалось своё видение на сложившуюся проблему в целом. Либо, как сейчас принято говорить среди изгоев, за нас впрягся сам Мирослав. Само собой всё это играло мне на руку, уходить из этого места я теперь не собирался, но за все прошедшие дни рыская по стигме я так и не смог найти ни одного следа тех двоих. Приходилось оставлять свой пост и отправляться вглубь стигмы. И не сказать, что данная ситуация сильно радовала. Эта парочка может принести с собой много дерьма. Слишком много дерьма и разрухи. Но искать их сейчас будет достаточно сложно. Это словно ищешь иголку в стоге сена.

Но наряду с этим меня напрягал еще один момент. Если говорить начистоту, то ситуация была до невозможности дерьмовой. Моя ложь покамест работает, но вот насколько её хватит… Если я не успею вовремя прикончить эту парочку, всё может треснуть по швам. А если они еще начнут петь о моём прошлом, то станет только хуже. За свою жизнь я не переживаю, но те люди, кто мне доверился, девчонки, ребята, корпус, род, отношения. За секунду всё может рухнуть в пропасть.

Ох, Бездна, как же я хочу разорвать каждую неугодную тварь на части. Каждую! Почему даже здесь эхо прошлого ни на единый миг меня не отпускает? Как бы дико и смешно это ни звучало, но люди Земли в одном оказались правы. У любого разумного есть лишь своя правда и только своя.

Всё, что у меня было в одну секунду взяли и отняли, а когда я пролил кровь, стал мстить и добиваться искупления, следуя своим инстинктам и законам, всё стало только хуже. Даже, когда я умер, ничего не изменилось и сейчас процесс повторяется. Проклятый порочный круг!

В зоне отдыха было шумно, вот только в радиусе нескольких метров от меня, будто никого не существовало. Изгои, есть изгои, но репутация в данный момент делало своё дело.

Ростислав должен сейчас куражиться на третьем этаже с Морозовой. Долгорукий и Пожарский отбыли по запросу в ратушу. Бетал и Герман, занимались своими поставленными задачами, но Ветроградову за последний час я видел сразу несколько раз. Похоже, девчонка ошивалась всегда рядом со мной. Не удивлюсь, если такой приказ ей поступил от Русланы. А вот Лёня…

‒ Шеф, ты позволишь? ‒ проговорил с неким напряжением Костров, оторвавшись от веселящейся группы изгоев неподалёку и подойдя к моему столику.

А вот Лёня был сам не свой после случая у малого форпоста Ин-Дар. И не нужно быть мудрецом, чтобы понять, где собака зарыта. По его виду парню оказалось сложно отважиться на такой шаг.

‒ Присаживайся, не стой столбом, ‒ махнул я приглашающе рукой и набрасывая на нас полог, а после протяжно выдохнув и улыбнувшись, добавил: ‒ Спрашивай.

На границе сознания ратая всё также мелькало волнение вперемешку с толикой страха, а затем тот всё-таки решился:

‒ Шеф, скажи честно, ‒ невольно сглотнув и уперев взгляд в стол, тихо начал воитель. ‒ Ты… ты человек?

‒ А что, если нет? ‒ усмехнулся слабо я. ‒ Что ты намерен делать тогда?

‒ Ничего, ‒ словно буйвол, отгоняющий мух, махнул головой Костров. ‒ Знай одно, шеф, что бы ты ни скрывал, для меня и Вадима ты даже больше, чем отец и брат, которых у нас с ним никогда не было, ‒ вновь нервно сглатывая, заговорил тот. ‒ Мы ни за что тебя не предадим. Никогда. Что бы ни случилось. Не будь тебя и мы бы продолжали прозябать в трущобах Царицына, пока не сдохли в каких-нибудь клановых разборках. Ты дал нам всё, что мы сейчас имеем. Дом, силу, ответственность. Если надо, то мы умрём за тебя. Клянусь тебе, шеф! И не вини себя в смерти ребят. На твой счёт у нас всегда было единое мнение. И… ‒ запнулся вдруг парень. ‒ Верни уже пальцы на место.

‒ Нет чести в том, чтобы отдавать за кого-то жизнь, нужно жить ради них, ‒ хмыкнул печально я. ‒ Запомни это.

‒ Запомню, ‒ твердо кивнул ратай. ‒ Обязательно запомню. Шеф, а те… те двое, они кто? ‒ решившись, совсем тихо выпалил Костров. ‒ И тогда… в тот раз это ведь была магия жизни, да? Лично твоя магия жизни?

‒ Это опасные существа, Лёня. Очень опасные. И пришли они за мной. И пока не получат мою голову, ни за что не остановятся, ‒ тяжело вздыхая признался я, неспешно поднимаясь на ноги. ‒ И да, в тот раз была магия жизни. Впрочем, в одном ты прав. Я слишком многое скрываю.

‒ Хочешь рассказать? ‒ смущенно спросил воитель.

‒ Возможно, ‒ уклончиво ответил я, снимая полог. ‒ Отдыхай. Боюсь, скоро настанут тяжелые дни.

Не оборачиваясь на Кострова, я прекрасно знал, что тот не сводил с меня взора до того самого момента, пока я не скрылся на третьем этаже. К тому же забавляло и умиляло поведение Ветроградовой. Хунхуза следовала за мной неуловимой тенью по пятам и стоило мне зайти внутрь комнаты и начать сбрасывать с себя доспехи и оружие, как следом проскользнул и её хрупкий силуэт, который тотчас припал на одно колено.

‒ Докладывай, ‒ глядя в единственное окно в номере оборонил расслаблено я, продолжая сбрасывать экипировку.

‒ С вашими женами всё в порядке, господин, ‒ начала целительница свой отчет. ‒ Алина Юрьевна чувствует себя хорошо. Треволнения в столице начинают утихать. Знать присмирела. Третий тайный отдел и ваш тесть взял ситуацию под контроль. В Москве остались лишь несколько наших агентов. Остальные выведены. В Царицыне тоже тихо. Обучение новобранцев продолжается в штатном режиме. Герман и Бетал занима…

Но мне в следующий миг пришлось жестом руки прервать девушку на полуслове, потому как в этот самый момент, кто-то с невероятной скоростью приблизился к дверям номера.

‒ Входи.

Тень Германа прошмыгнула внутрь подобно своей соратнице и склонившись, тот вдруг взволновано выдохнул:

‒ Мы нашли их господин. Тех, о ком вы говорили. С минуты на минуту пришел отчет, и я отправился сразу же сюда. Только… только есть проблема…

Во имя Угорских бесчинств! Я знал, что теневики мне пригодятся.

‒ Что удалось узнать?

‒ Пара людей, с которыми вы сражались. Они прибыли в главный форпост Ин-Дар, господин. Существует большая вероятность того, что они в сговоре с британцами. Мне доложили, что их принял сам начальник форпоста.

Дерите меня в уши и глаза все феи Зеленвальда! А вот это полнейшая дрянь! Еще одной войны мне здесь не хватало. Но Хааона умна, она вряд ли на такое пойдет. Зная её, я уверен, что она будет действовать иначе. Дочь той истеричной суки не захочет повторения Мерраввина.

‒ Следить и докладывать о каждом их шаге, ‒ приказал задумчиво я, а после поднял заинтересованный взор на Киру. ‒ Ростислав у…

‒ Всё так, господин, ‒ равнодушно кивнула хунхуза. ‒ Он у госпожи Морозовой.

Пришло время, не так ли? Прошлую войну в одиночку я проиграл и боюсь, без нужной помощи могу проиграть и эту…

Глава 4. Признание Жнеца, подготовка к бедам и странница...

Смежная стигма Романовых.

Форпост правящей династии.

Постоялый двор «Верфь».

Поздняя ночь по земному времяисчислению…

Стук по дереву получился тихим. Очень тихим и совсем немного гулким. Словно гудение настенных часов, которое беспощадно отсрочивает спокойные минуты. Правда, не сказать, что этого времени было хоть какое-то приличное количество. Сплошь галоп и скачка.

Реанорский слух уловил негодующее сопение и стенания Романова. Тот видимо пытался всеми силами не разбудить Морозову, перелезая через тело девушки, но сделать должным образом у него это не получилось, потому как её заспанный голос я всё равно услышал, а пару секунд спустя в дверном проёме замаячила сонная физиономия цесаревича с не менее сонными и недовольными глазами.

Но нужно отдать юноше должное, как и подобает аристократу-изгою, тот даже успел накинуть на себя штаны с рубахой и не стал светить трусами.

‒ Захар? Ты совсем офонарел? ‒ прошипел с кислецой в голосе парень, невольно зевнув. ‒ Время видел? Нам через несколько часов нужно выдвигаться, чтобы группу Рахимова менять. Тебе чего вообще?

‒ Простите за вторжение, ваше высочество, ‒ спокойно изрёк я. ‒ Но имеется важный разговор и боюсь, что до завтра он не потерпит. Не выслушаете меня?

‒ Прямо сейчас? ‒ приподнимая одну бровь, спросил цесаревич, параллельно с этим косясь вправо и протяжно выдыхая. ‒ Хотя ладно, черт с тобой. Заходи!

‒ Предлагаю проследовать в мою комнату. Пусть Анастасия Егоровна отдыхает. Не будем мешать ей нашими пересудами.

‒ Иди… ‒ раздался из чрева комнаты сонный шепот Морозовой. ‒ А то я уже устала от тебя…

‒ Тск! Женщины! ‒ с наигранным недовольством и цоканьем отозвался цесаревич, скорчив вселенскую гримасу негодования и в очередной раз невольно зевнув, со всем трепетом прикрыл за собой дверь. ‒ Пойдем, а то мне и самому интересно узнать, чего у тебя там важного на ночь глядя случилось.

***

‒ Ну и? Колись, давай, ‒ с тяжелым вдохом заговорил Ростислав, вальяжно падая на одно из кресел и запрокидывая ноги на второе, а затем поднял на меня донельзя изучающий взор. ‒ Зная тебя и твой характер разговор будет действительно важным. И касается он далеко не тривиальных вещей. Не так ли?

‒ Вы весьма проницательны, ваше высочество, ‒ усмехнулся я, опершись на подоконник и уперев свой взгляд в пол. ‒ Я никогда не сомневался в вашем мышлении.

‒ Завязывай давай уже с «высочеством», ‒ отмахнулся уныло юноша. ‒ Честно сказать, чаще всего меня обижает такое твоё обращение. Особенно после всего, что ты сделал лично для меня и моего рода.

‒ Боюсь… этого будет маловато, ‒ обронил тихо я, поднимая глаза на Ростислава.

‒ О чём ты? ‒ нахмурился резко парень. ‒ Что-то случилось? Какие-то проблемы?

‒ В какой-то мере да. Возникли проблемы…

‒ Что за проблемы? ‒ стал взволнованно допытываться юноша, а затем тот изумлённо приподнял брови. ‒ Значит, мне не показалось. После собрания у дядьки ты ходишь сам не свой. Всё дело в тех двоих, что на нас напали? Мне и самому сейчас не верится в то, что я говорю, но… неужели ты испугался?

На такое умозаключение цесаревича я совсем тихо рассмеялся себе под нос и печально усмехнулся:

‒ Поверь на слово, Ростислав, не родился еще тот человек, который смог бы меня напугать.

‒ Тогда в чем дело? ‒ вдруг не выдержал Романов. ‒ К чему эти прелюдия? Я впервые вижу тебя настолько нерешительным. Я твой друг. Расскажи и я постараюсь помочь…

Сучья кровь! Мастера Уартерата на меня нет, потому как цесаревич во многом прав.

‒ Я не боюсь тех двоих, ‒ расслабленно проговорил я, прикрывая веки. ‒ Я опасаюсь того, что может принести появление этих двух существ.

‒ Ты… Стоп! Что? ‒ осекся напряженно тот, внезапно прищурившись. ‒ Ты сказал существ? Разве они не люди?

‒ Это не люди, Ростислав. И никогда ими не были. Эти двое необычайно сильные существа из очень далёкого для тебя мира, ‒ честно признался я. ‒ Они прибыли из моего мира…

На целое мгновение в комнате воцарилась мёртвая тишина, а затем разлепив веки, я невольно встретился взором с необычайно шокированными глазами будущего императора.

‒ Твоего… мира? ‒ хрипло прошептал он, медленно приподнимаясь с кресла. ‒ То есть ты…

‒ Да. Я не Лазарев Захар и никогда им не был, ‒ видит Бездна, впервые в жизни слова мне давались со вселенским превозмоганием. ‒ Благодаря стараниям княгини Осокиной и рода Осокиных, Лазарев Захар умер несколько лет назад на третьем кольце в трущобах Царицына.

‒ Тогда, кто… ‒ взволнованно прошептал Романов, выпрямляясь во весь рост и с опаской глядя на меня, ‒ …кто ты такой?

Придите на мой зов и явите себя…

Ярость молния… Мощь пространства… Непоколебимость тьмы… Сила ветра…

В следующий миг юноше пришлось ошарашенно отшатнутся прочь, потому как на его глазах стали твориться немыслимые и необъяснимые вещи. Сразу четыре призванные стихии заплясали вокруг моего тела подобно беснующимся феям Зеленвальда в одинаково плавном и текучем ритме.

‒ Моё настоящее имя Зеантар Ар-Ир Ор'Реанон…

А затем в моей ладони начала медленно формироваться сила, которую за две жизни я мало когда использовал по разным на то причинам. Но от увиденного глаза Ростислава лишь сильнее расширились, а сам он изумлённо сглотнул и пристальнее уставился на происходящее.

Приди и явись на мой зов свирепая стихия льда… Я приказываю тебе…

Ледяные потоки Реанора… Эфир льда… Клинок холода…

‒ Я последний в своём роде реанорец, ‒ спокойно произнес я, передавая хрупкое орудие в руки ошарашенного Романова. ‒ И последний из ныне живущих носителей Высшей речи…

***

Говорил я ровно и без остановки на протяжении пары часов. За всё это время цесаревич не проронил ни единого слова. Уточняющие вопросы были не в счет. Тот молча слушал и не сводил взгляда с клинка холода в своих руках, а его пальцы то и дело плавно передвигались по льдистому лезвию.

Без вранья, само собой, не обошлось. Но это я делал уже непосредственно для самого Ростислава и частично для Русланы.

‒ Ушам не верю… ‒ просипел неверяще парень, качая отрицательно головой и всё также не сводя глаз с меча. ‒ Мой друг и зять – непостижимый иномирный убийца, за которым охотятся обозлившиеся боги из другого мира. Кому рассказать ‒ не поверят. Бред какой-то… Даже моя бабка тебя не смогла расколоть. Не могу поверить… Ты столько времени водил всех за нос. Почему ты не рассказал всё сразу? ‒ вдруг раздраженно повысил голос юноша. ‒ Почему?! Я постарался бы тебе помочь! И это я молчу о сестре! Она вышла замуж за лжеца!..

‒ Ростислав, скажи мне, что сделала империя с альвами? ‒ вопросом на вопрос ответил я.

Взгляд цесаревича разом ужесточился, рот открылся, чтобы что-то произнести, но уже в следующий миг тот обессилено выдохнул и откинувшись на спинку кресла упер глаза в потолок.

‒ Узнала о них всё. После позаимствовала все знания и лишь в конце дала кров, ‒ сдался вдруг тот.

‒ Так вот всё, что есть здесь, ‒ спокойно отозвался я, стуча себя по виску. ‒ Это в миллион раз опаснее того, чем обладал дом Тёмного Течения. Без необходимой силы меня бы выпотрошили как рыбу на разделочной доске. От этих знаний лишь один вред… Я не избавился от них сам лишь по одной причине. Без них я потеряю всё, что у меня когда-либо было. Я потеряю и забуду самого себя и семью… А насчёт своей сестры можешь не беспокоиться.

‒ О чём ты? ‒ внезапно приподнял брови Романов, пораженно на меня уставившись. ‒ Неужели…

‒ Твоя сестра проницательна, ‒ со слабой улыбкой на лице, пожал я плечами. ‒ Плюс её ментальный дар однажды и в момент моей слабости пробился сквозь реанорскую эмпатическую сеть. Она многое смогла разглядеть.

‒ То есть ты… ‒ изумлённо прошептал Романов.

‒ Я убийца, Ростислав, а не какой-нибудь занюханный насильник и шантажист. Я её ни к чему и никогда не принуждал. Вика пошла под венец по своей воле. Сам можешь у неё спросить. Она для меня так же ценна, как и Алиша с Куней.

‒ Сестра всегда была умнее меня, ‒ с грустной улыбкой и продолжая отрицательно качать головой, прошептал парень. ‒ А что Алина и Прасковья? Они тоже в курсе?

‒ Нет. Им я ничего не говорил…

‒ Ты обязан всё рассказать! ‒ выпалил резко мой собеседник, вскочив на ноги, будто ужаленный в зад. ‒ Они обязаны знать. Алина беременна от тебя!

‒ По возвращении в столицу я им обо всём расскажу, ‒ успокоил я Ростислава. ‒ Обещаю. Мне следовало это сделать давно. Хотя сомневаюсь, что решился бы, если бы не возникшие обстоятельства.

‒ То есть стигмы, пятна, порождения Катаклизма, сам Катаклизм, все эти догадки наших ученых, правда? Это осколки, что отделились от других миров? А боги… боги в действительности существуют… где-то там? ‒ посыпался вдруг ворох вопросов.

‒ Вероятнее всего, это осколки мёртвых миров, не живых. По мёртвым мирам могут путешествовать все, кто на это способен, но только не по живым, иначе те двое уже бесновались бы на Земле, ‒ после кратких раздумий заметил я. ‒ В Мерраввине было нечто подобное, и назывались они Угасшими или же Мёртвыми полями. А насчёт богов, я хочу тебя разуверить, ‒ брезгливо скривился я. ‒ В тех кусках дерьма нет ничего возвышенного, либо же величественного. Настоящие боги может и существовали когда-то и где-то очень давно, но точно не сейчас в Мерраввине. Мой народ звал их странниками Астрала. Верососущие, а порой даже и кровососущие могущественные сущности. Обычные паразиты, что существуют за чужой счёт. Увеличь силу любого повелителя в десять или же двадцать раз и для многих людей он тоже может показаться так называемым богом.

‒ Ты… ты с ними сталкивался? ‒ заинтересованно приподнял брови Романов.

‒ Более чем достаточно виделись, ‒ холодно процедил я. ‒ Любят лаять, когда кто-то наподобие меня истреблял их паству, но сами ничего поделать не могут. По крайней мере, не могли, пока я был в своём прошлом мире. Что с ними сейчас я не в курсе. Как понял, с момента моей смерти прошло много лет.

‒ Кто были те двое, и кто их бо… покровители? ‒ поинтересовался Ростислав. ‒ Мне жаль твоих сородичей и семью, Захар, но скажи честно… Скольких ты убил на самом деле?

‒ Хааона и Маннех. Хааона нага, и поверь мне на слово, ты бы не захотел встретиться с её истинной змеиной сущностью, а Маннех черный асур. Сраный небесный демон, ‒ признался я, подавшись в размышления. ‒ Покровительница Хааоны ‒ странница Астрала Хаарса. Склочная и истеричная, но как ты теперь понимаешь до жути мстительная баба. У Маннеха ‒ это один членистоногий хрен по имени Аарр'азз. А насчёт смертей и убитых, Ростислав, ‒ протяжно выдохнув, пришлось поднять взор на цесаревича. ‒ Я не знаю скольких убил. Несколько миллионов. Может гораздо больше. Временами я порой себя даже не контролировал и просто истреблял всех и вся невзирая ни на что. Затем исчезал и через некоторое время приходил в те места, где пожирали моих сородичей. Расу реанон низвели к скоту и лишили полностью каких-либо прав. Нас превратили в обычную охотничью дичь. Даже у рабов Угоры были хоть какие-то права, но только не у нас… Реанор был стёрт с лица Мерраввина.

‒ Мне жаль. Честно жаль… ‒ невзрачно прошептал юноша. ‒ А умерев ты уже оказался здесь в нашей империи? И помогла тебе в этом уже твоя покровительница? ‒ заключил задумчиво Романов. ‒ То есть ты… паладин Бездны?

‒ Всё так, ‒ кивнул расслабленно я. ‒ Только многие называют меня Жнецом… Жнецом Бездны. Но это прозвище мне дали разумные Мерраввина и сама великая мать.

‒ Как понимаю не за твои красивые глаза, ‒ усмехнулся сухо тот, напряженно хохотнув. ‒ А если бы… если бы всё было также спокойно, ты бы…

‒ Я бы молчал, ‒ отрезал твердо я. ‒ Никому не нужны эти знания. Никто не потерпит рядом с собой существо наподобие меня к тому же с такой запредельной силой. Человеческие пороки и человеческий фактор, Ростислав. Ты и сам это прекрасно понимаешь. Да и ничего хорошего из этого не вышло бы.

‒ Захар ты или Зеантар, ‒ с печальной улыбкой тихо изрёк будущий император. ‒ И как бы ты силён ни был, но ты непроходимый дурак. Сколько раз ты спасал мою жизнь? Сколько раз ты помогал мне и моему роду? Мы тебе…

‒ Ростислав, ты не весь род Романовых, ‒ перебил я парня. ‒ И ты не можешь знать, что бы предпринял твой дед и отец насчёт меня.

‒ Насколько ты сейчас силен? ‒ вдруг выпалил тот.

‒ Поверь, тебе лучше не зна…

‒ Насколько? ‒ стоял на своём юноша. ‒ Ты сильнее отца? Сильнее деда? Сильнее Потёмкина? Сильнее прочих императоров?

‒ Сложно сказать, ‒ выдохнул протяжно я, сдаваясь и начиная размышлять вслух. ‒ Если тебе так проще, то на первом обороте рунного тела мой ранг находится среди повелителей. Потёмкин и, к примеру, Рудольф мне не противники. Насчёт твоего отца и Эдгара точно сказать не могу. Они сильны, но стоит мне переступить на второй оборот вся их сила станет несущественной от слова совсем.

‒ Задери меня Катаклизм! ‒ растерянно прошипел цесаревич, вновь падая в кресло. ‒ Ушам не верю. Даже не знаю, о чем думала сестра, когда за тебя выходила. Да и что за мир у вас был? Неужели мы настолько отсталые?

‒ Вы не отсталые, просто ваш мир слишком молод, ‒ успокоил я парня. ‒ Даже сейчас среди людей есть те, кто может сойтись в битве с посланниками и возможно победить. По крайней мере, если бы твой отец сражался с выкормышем Аарр'азз, то я бы с большой долей вероятности поставил на твоего отца. Маннех не сильнейший из его подчиненных. Как мне кажется, они прибыли сюда по своей воле. Асур хочет выделиться среди прочих, а Хааона желает отомстить.

‒ Отомстить? ‒ нахмурился Романов, подняв на меня озадаченный взор. ‒ Стоп! Ты и её…

‒ Да. Я вырезал почти весь народ наг. Это месть ради мести… Порочный круг.

‒ Чтоб я сдох! ‒ схватившись за голову, простонал тяжко Ростислав. ‒ Никак не могу поверить и собраться с мыслями.

‒ Я никогда ни о чем не просил ни Романовых, ни тебя, да и вообще никого, ‒ спокойно начал я, продолжая смотреть в одну точку. ‒ И делал бы это впредь, но сейчас… Сейчас это угрожает не только мне, но и всем тем, кто со мной связан. Может пострадать вся Земля, если я не прикончу этих двоих и не разберусь с теми, кто придёт следом за ними.

‒ Я помогу тебе! ‒ решительно выдал столп. ‒ Тебе верит моя сестра. И я буду верить. Правда, после того как ты расскажешь, что случилось с патриархом и князьями, а также объяснишь то, каким это образом ты связан с хунхузами.

‒ Патриарх несколько раз нападал на квартал и похитил альвов и был в сговоре с князьями, которые хотели меня убить. А Воронцов с остальными продали моих жен Габсбургу и убили моих людей. И это я молчу об остальных тёмных делишках. Произошедшее в форпосте Шер-Дол их рук дело. Я никогда и пальцем бы не тронул кого-то первым, но они сами виноваты в случившемся. Поэтому мне пришлось выкорчевать всю заразу.

‒ Грязные предатели! Отец догадывался, что там не всё так чисто, ‒ проскрежетал сквозь зубы Романов, впадая в ярость. ‒ А что с хунхузами?

‒ В Российской Империи их подразделения больше нет, ‒ соврал я. ‒ Один из древних кланов, который был уничтожен ранее третьим тайным отделом и был связан с теневиками. Совсем недавно я лишь добил остатки и подкинул их тела во избежание различных проблем.

‒ То есть ты всё это время зачищал империю в одиночку от всякой грязи? ‒ шокировано прошептал юноша, а затем тотчас скривился. ‒ Хоть и не совсем… чисто.

‒ Я не назвал бы это зачисткой и не ищи в моих поступках ничего благородного. Просто своих врагов я привык убивать собственными руками. Поэтому не будь наивным, Ростислав, государь взял меня в советники именно для этого. Для решения подобных вопросов и задач. Считай, что приступил к работе раньше времени и слегка превысил полномочия, ‒ с горькой усмешкой сообщил ему я. ‒ Я не хочу повторения Мерраввина. Да, я не всегда был честен с тобой, но никогда в жизни не действовал кому-либо во вред первым, либо же во вред вашей империи. Я желал спокойной, достойной и размеренной жизни, хоть и предполагал, что так просто ничего не будет, ‒ однако, не знаю почему, но следующие слова дались мне с превеликим трудом. ‒ Поэтому, как только мне удастся разобраться с Хааоной и Маннехом, я сразу же уйду. Я покину Землю. Не знаю как, но покину. Угроза в моём лице исчезнет. Я более никогда не побеспокою Российскую Империю. И не позволю это сделать кому-либо еще. Никому не дам уничтожить мой дом… опять.

‒ Стоп-стоп-стоп! Погоди, ‒ вдруг запротестовал юноша, вскочив на ноги и схватив меня за плечи. ‒ Ты не понял! Мне плевать, каким ты был в прошлом. Я знаю тебя таким, какой ты есть сейчас. Да, ты далеко не ангел, точнее совсем не ангел. Но ты мой зять! Ты мой друг! Ты хочешь уйти после того, как мы разберёмся с теми двоими? А как же моя сестра? Как же твой ребенок? Как остальные? Ты их бросишь?

‒ Ты хороший парень, Ростислав, ‒ широко улыбнулся я, глядя на необычайно растерянного Романова. ‒ И станешь замечательным правителем. Но уйти мне придется. Так будет лучше для всех. И в первую очередь для тех, кто меня окружает. Никто не оставит такого как я в покое. Никто и никогда. Именно поэтому я и держал всё в тайне…

***

Земля.

Британская империя. Лондон.

Букингемский дворец.

Тот же день.

Поздняя ночь…

В кабинете у императора Эдгара Ланкастера Третьего присутствовали лишь двое. Он сам и его самый верный и могущественнейший сторонник из числа знати. Рой Карлайл. Для многих дворян данный человек был обычным графом, но лишь горстка людей знала об истинном влиянии данного столпа в государстве. Своей властью он давно переплюнул даже некоторых герцогов.

‒ Считаешь, нам повезло? ‒ негромко полюбопытствовал император, дослушав доклад до конца. ‒ Как и Лазареву с альвами?

‒ Не уверен, что это везение, ваше величество, ‒ задумчиво отозвался лорд. ‒ Да и сам князь Лазарев тот еще фрукт. Скажу вам честно, если бы у меня был выбор сразиться с ним самим или же, к примеру, с Мирославом Романовым, то я бы выбрал второго. Он тёмная лошадка. Очень тёмная. Иначе эта парочка не точила бы на него такой острый зуб.

‒ Лорд Рассел так не думает, ‒ подметил колко Эдгар.

‒ Простите за откровения, ваше величество, но Роберт спит и видит, как бы побыстрее загнать клинок промеж ребер Лазареву и как бы пошустрее после смерти Палача Российской Империи начать пользовать его княгинь, раздвинув тем силой ноги. Вы же в курсе о грязном фетише своего лорда насчёт чужих жен. Если бы не ваш приказ…

‒ Я знаю. Не напоминай. Меня это тоже сильно огорчает, ‒ заметил Ланкастер, скорчив гримасу недовольства. ‒ Правда, так или иначе он служит на благо империи. Его методы эффективны.

‒ Однако это не отменяет того факта, что он импульсивен и заносчив и это ему может аукнутся, если не остепенится, ‒ стоял на своём Карлайл. ‒ Балинт Габсбург это ощутил на своей шкуре. Между прочим, его и Кандейма я предупреждал насчет этого взбалмошного парня, но они не прислушались и укатили в Москву, брызжа неистовым гневом. Да и по поводу их дурацкой затеи с древними кланами, я их тоже отговаривал. Романовы не так просты. Силы им не занимать. Они глупцы раз думали, что разобраться с правящей многовековой династией будет так просто.

‒ Ладно, достаточно, Рой, ‒ нехотя согласился император, махнув лениво рукой. ‒ Ты был прав, когда попросил меня не лезть в это дело, и я к тебе прислушался. Так что скажешь насчёт тех двоих?

‒ Большой риск, ваше величество, ‒ без раздумий отрапортовал лорд. ‒ Я и сейчас вам советую не лезть к Романовым. Лучше укреплять свои собственные рубежи. Мы ничего не знаем о той парочке. Да и они сами отказываются что-либо о себе говорить. Сотрудничество, построенное на использовании друг друга. Сплошь загадки и тайны. Не стоит необдуманно им помогать за эфемерную помощь по завоеванию одной стигмы. А ещё они совсем не похожи на простаков…

‒ Самой большой стигмы на планете Земля, мой друг! ‒ напомнил графу Эдгар. ‒ Беда и удача ходят плечом к плечу. Мне уже стало ясно, что именно эти двое уничтожили наш малый форпост. Но я готов пойти на такие жертвы, если мы сможем выбить русских из стигмы и взять её полностью под свой контроль. А уж позже разберемся с тем тандемом. По данным разведки за последние три года русские открыли около шести месторождений пораженного металла и залежей драгоценных камней. Они сидят на полезных для нас ископаемых. Поэтому слушай мой приказ, Карлайл. Пусть начинают действовать изгои и дай распоряжения нашим агентам, чтобы те начинали собирать всю информацию по роду Лазаревых.

‒ Как прикажете, ваше величество, ‒ с тяжелым вздохом, согласился лорд. ‒ Я отдам нужные распоряжения.

***

Смежная стигма Романовых.

Главный форпост Ин-Дар

Местные казематы…

Двое посланников находились в коленопреклонённом положении в полной тишине. Лишь два вида магических сил черного и фиолетового цвета Хааоны и Маннеха медленно сливались воедино, пытаясь сформировать нечто ужасающее и непостижимое для этого места. И в одно из мгновений ценой прорвы энергии им это удалось сделать.

Поток концентрированной высшей магии внезапно разом увеличился, раздался громкий пронзительный хлопок вперемешку с мерзким шипением, и в тот же миг вся область оказалась затянута едким маревом, а затем из искусственно созданного черно-фиолетового тумана вдруг медленно вышагнул статный эфемерный силуэт чудовищно-прекрасной женщины.

‒ Здравствуй, дочь моя, ‒ чарующим тоном прошептала странница и оба посланника тотчас вздрогнули и панически сглотнули, не в силах поднять глаза. ‒ Надеюсь, ты понимаешь, Хааона, что я огорчена? Сильно огорчена…

Глава 5. Хранительница Мерраввина и начало противостояния...

‒ Отвратительное место…

Внешний вид прибывшей будто полыхал черным огнём, однако это оказалось всего-навсего своеобразным экзотическим убранством. Складывалось впечатление, что пылали даже волосы всё тем же нескончаемым пламенем, но нет, такова была Хаарса. Такова была её истинная суть. И видели её отнюдь не многие, лишь жалкие единицы. Каждый шаг, каждое движение, каждый взгляд, каждое очертание бесподобного и чудовищно-очаровательного тёмно-сиреневого лица, всё это трубило о величии и силе присутствующей здесь хранительницы Мерраввина.

Несколько кратких мгновений и во всё такой же гробовой тишине эфемерный силуэт женщины с интересом оглядывался по сторонам, но в следующий миг та разочарованно фыркнула:

‒ Но ради дела я готова потерпеть, ‒ отчеканила брезгливо Хаарса и тут же обратила свои пылающие тёмно-фиолетовым сиянием глаза на обоих посланников. ‒ Дочь моя, почему ты молчишь?

‒ Простите… Простите меня, госпожа… Простите, что нарушила ваш приказ, ‒ зашептала отрывисто нага, чувствуя, как её собственное сердце готово в любой момент вырваться из груди, однако девушка продолжала всё также упирать глаза в пол. ‒ Когда я узнала, что реанорец жив, что-то внутри меня надломилось. И я… я не могла этого так просто оставить. Вы же знаете, что он сделал! Вам лучше остальных известно, что он за существо. Я виновата, повелительница и я каюсь. Моя жизнь ‒ ваша.

‒ Понимаю тебя, дочь моя. Я не сержусь, ведь мне нравится твоя покорность, ‒ усмехнулась очаровательно странница, неспешно обходя зал каземат по кругу, по-видимому, довольная ответом. ‒ Куда вы меня призвали? Надеюсь, вы добрались?

‒ Да, госп…

‒ Помолчи, отпрыск Аарр'азза. Скажу по секрету, твой господин не доволен твоим самоуправством, ‒ перебила тихим голосом странница асура, однако Маннеха от её слабого гласа, словно пробило болевым разрядом и резко бросило в жар. ‒ Ведь за головой Жнеца Бездны он отправлял другого. К тому же сейчас я беседую не с тобой, а времени у меня очень мало. Дочь моя, продолжай. Чем порадуешь?

‒ Сейчас мы на расстоянии вытянутой руки от нужного места, ‒ отозвалась раболепно Хааона. ‒ Правда, возникли некоторые проблемы, госпожа. Мы не можем попасть в его мир. Нам что-то мешает…

‒ Как мы и предполагали, ‒ скривив личико, изрекла странница. ‒ С противоположными мирозданиями сплошная головная боль и морока. Надеюсь, это не всё? ‒ голос женщины вдруг посуровел. ‒ Сомневаюсь, что вы бы призвали меня для обычной беседы.

‒ Ныне же мы находимся на неком подобии Мертвых полей. Мы также нашли людей, которые помогут нам уничтожить Жнеца, потому как у них есть доступ на Землю. Они помогут нам…

‒ Дочь моя, я не это желала услышать! ‒ повысила тон Хаарса, раздосадовано цокая. ‒ Не разочаровывай свою мать! Мне всё равно, чем вы занимаетесь с людишками и в какие игры с ними играете, для меня важен лишь итоговый результат. К тому же я так и не услышала заветных для себя слов! Где сам Зеантар? Вы нашли его? Пытались его прикончить?

Странница Астрала старалась говорить спокойно, но при любом упоминании о реанорце, гнев то и дело самопроизвольно выплёскивался при каждом произнесенном слове, ведь ненависть к Жнецу и его горделивой хозяйке отпечаталась на самих её костях и сознании. Потому как лишь ей одной известно насколько много проблем и бед доставил этот безумный мерзавец.

‒ Мы… мы нашли его, госпожа… ‒ тихонько прошептала Хааона, тревожно переглянувшись с Маннехом, однако всё тело наги в это время била мелкая предательская дрожь.

Горе тому, кто посмеет огорчить повелительницу.

‒ Ну наконец-то! ‒ облегченно выдохнула Хаарса, а на её лице заиграла предвкушающая улыбка, которая мгновенно превратилась в хищный и злорадный оскал. ‒ Хоть какие-то хорошие новости!..

‒ Но… но есть проблема, великая, ‒ еще тише проговорила посланница, а физиономия странницы после слов подчиненной тотчас окаменела. ‒ Большая проблема…

‒ Что за проблема? ‒ резко прошипела женщина, начиная злиться. ‒ Говори!

Сердце Хааоны стучало так громко и так быстро, что заправские танцоры и барды могли уже спокойно начинать отплясывать чечетку, вот только в следующий миг глаза её плотно закрылись и та на свой страх и риск призналась:

‒ Реанорец… он… он вернул себе рунное тело и вернул обладание Высшей речью. Мы проиграли ему при первом столкновении…

‒ ЧТО?! КАК?! ‒ разъяренно завопила странница, а её необузданный гнев в прямом смысле стал материализовываться на глазах, принимая форму ударных волн. ‒ НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!! Проклятый реанорец! Проклятое живучее насекомое! Почему он не может просто сдохнуть?! ‒ зашлась в неистовом крике Хаарса. ‒ Нет-нет-нет! Отвратительная тварь! Это дело рук Бездны! В таком захудалом мирке это невозможно провернуть! Она виновата! Во имя Астрала! Сколько же от неё и её выкормыша проблем! Подробности! ‒ пытаясь унять ярость, прошипела остервенело странница.

‒ Госпожа, но реанорец… Он не на пике сил! ‒ затараторила смертельно бледная нага хриплым голосом. ‒ Он не вернул все свои силы. Лишь часть. Он развивается… Бой дался ему с трудом… К тому же он размяк…

Лицо Хаарсы после речи лишь сильнее нахмурилось, и поток выплёскивающегося гнева моментально начал стихать.

‒ Что вы предприняли? Что за договор с людьми? ‒ холодно спросила та.

‒ Жнец поселился в огромном государстве. Он занимает в одной из империй высокую должность. Даже обзавёлся семьей и женами. Однако здесь есть те, кому он перешел дорогу, и они точат зуб на него и на ту самую империю. Мы уже договорились с людьми. Они начнут свою деятельность, направленную на Жнеца с той стороны, мы будем действовать с этой.

‒ А теперь слушайте меня! ‒ процедила сквозь зубы Хаарса. ‒ Вы должны действовать тайно. Должны в случае чего дождаться тех, кого мы отправили за его головой. Люди пусть воюют, мне до них нет дела. Пусть убивают и режут друг друга. Они это любят делать во всех мирозданиях. Но не вздумайте разболтать миру о его истинном обличии. Это слишком опасно. В большей степени прибыльно, но и очень опасно. В Мерраввине силовой метод не прошел и в отместку этот несносный гаденыш может устроить повторение кровопролитной резни. А если поганец ускользнёт и сможет вернуться обратно, то даже мне страшно представить, что он умудрится там натворить. Если уж смогли пересечь пространство вы, то он и подавно справится! Мстить реанорец умеет, как никто другой. Мне и остальным богам это не нужно. Однако терпеть угрозу в лице этой твари и его хозяйки под боком мы не намерены! Неизвестно на что он сподобится! Да и свою ненависть к ним я никогда не смогу унять! Правда, есть одно «но»… ‒ странница вдруг осеклась, а на её лице засквозило лукавое выражение. ‒ Вы упомянули тех, кто ему теперь близок. Если людишки смогут взять их в плен при этом не убивая и тем самым парализуя Зеантара, то это окажется идеальным вариантом. А ежели умудряться убить лично его самого, то и дело с концами. Но я должна увидеть его голову своими глазами… Своими! Иначе…

Вот только договорить женщина не смогла, потому как резко осеклась и стала внимательно оглядывать своё эфемерное тело, а рассерженное лицо искривилось в гримасе раздражения.

‒ Моё время здесь вышло, ‒ сухо декларировала та, не сводя холодного взора с коленопреклонённых посланников. ‒ Действуйте очень аккуратно. На этот мир в целом плевать, мне лишь нужен реанорец и его голова со всеми знаниями внутри. Вам ясен мой приказ?

‒ Будет исполнено, госпожа, ‒ в один голос покладисто отозвались оба.

‒ Повелительница, а кто… кого помимо Хаанхи вы отправили сюда? ‒ едва слышно поинтересовалась нага.

‒ Реанорец насолил всем. И мы ничего не забыли! Каждый из нас помнит всё! ‒ зло прошипела Хаарса. ‒ Но число ограничено. Поэтому пришлось отправить по одному сильнейшему посланнику от каждого хранителя Мерраввина.

А затем резко развернувшись и сделав шаг по направлению к эпицентру квинтэссенции силы, высокий силуэт женщины полностью истаял в черно-сиреневом бурлящем тумане.

‒ Не разочаруй свою мать, Хааона… ‒ затихающим тоном провозгласила странница напоследок и секунду спустя присутствие могущественной сущности напрочь исчезло.

***

Смежная стигма Романовых.

Дикие земли.

Две недели спустя…

Время уходило как песок сквозь пальцы, но каких-либо серьезных движений не было заметно. От слова совсем. Правда, вынужден был признать, что после так называемой беседы по душам с Ростиславом всё кардинально переменилось. И дело состояло отнюдь не в извечных вопросах цесаревича о моей прошлой жизни. Вовсе нет. Перемены были во мне. Многодневные тревоги после произошедшего стали медленно отпускать реанорское естество. И это оказалось странным и необъясним чувством. Подобного я не испытывал давно. Очень давно.

К тому же теперь отчеты от хунхузов поступали в срок почти каждый день. Вот только Хааона и Маннех безвылазно находились в главном форпосте Ин-Дар и практически не отсвечивали. Поэтому лишь одна Бездна ведает, что задумали эти кухаркины дети, но зная искусность той змеевидной паскуды в силе пространства удара ждать приходилось из самых неожиданных мест, а радиус моего эфирного поля сейчас ограничен.

Наряду с этими вестями приходили донесения и с внешней стороны. В Царицыне дела шли своим чередом, а вот в столице стали происходить необъяснимые телодвижения. И закручивались они весьма стремительными темпами.

По докладам агентов Русланы, что остались в Москве, какие-то британские отщепенцы и якобы сраные шпионы начали затевать мутные трепыхания вокруг моего рода и лично моей персоны. Само собой, без объяснения каких-либо причин. Весьма нагло и некрасиво замечу. Те уже на протяжении целой декады постоянно что-то вынюхивали и выискивали вокруг моих жен. Но и это оказалось не всё. В скором времени из Британской империи в Российскую начали пребывать различные политические делегации с огромным ворохом претензий непосредственно к Романовым и к их верному слуге. То есть ко мне. Причем роптали те на кровожадность изгоев правящей династии и на еще миллиард причин и фактов, а также сыпали градом доказательств по поводу моей причастности к уничтожению форпоста. Причем в очередной раз без каких-либо весомых фактов.

В принципе, как любят говорить люди: «Собака лает ‒ караван идёт». В данном случае всё происходило именно в таком ключе и ответы были аналогичными. К тому же законы изгоев ‒ это законы изгоев. Там и битвы столпов случаются гораздо чаще, чем где-либо. Само собой, ни Владимир, ни Эдгар не участвовали в пересудах нижестоящих ведомств, но так или иначе по своему личному опыту могу сказать, что всё это было только началом. Кто посеет ветер, в скором времени пожнёт бурю.

От всех вялотекущих размышлений меня внезапно отвлёк предсмертный визг сразу нескольких кочевников. Пока сам я пребывал, что называется в генеральских раздумьях отряд под моим командованием денно и нощно на протяжении пары часов отбивался от наплыва тварей, которых в последнее время стало являться в избытке.

Волны не были слишком опасными, а сам лично я вмешивался лишь тогда, когда на подступах к нашим рубежам пребывало какое-нибудь более-менее могущественное порождение Катаклизма. На примере ревенантов или же древних личей.

Сражение с ордой чудовищ входило в свой заключительный, а точнее добивающий этап, Герман, Лёня и Романов занимались тем, что прерывали трепыхания смертельно раненых монстров.

Однако, как и всегда у судьбы на сегодняшний день были свои планы. И не сказать, что они оказались приятными.

‒ Господин, у нас проблема, ‒ раздался за спиной заметно встревоженный голос Ветроградовой, которая своим появлением на поле боя привлекла внимание всех присутствующих, причем в руках та крепко удерживала артефакт для поддержания связи. ‒ Из форпоста доложили, что на одну из шахт, что располагалась на окраине кто-то напал, но подробностей не сообщили.

Надо же. Как забавно…

Правда, доклад Ветроградовой совпал с еще одним неприятным инцидентом. В тот самый миг как целительница закончила говорить, самым странным образом стал вести себя Романов. Цесаревич резко задёргался и начал что-то неистово искать во внутреннем кармане, а стоило тому отыскать искомое, как тот резко побледнел и на всех парах устремился в мою сторону. Причем еще немного и я бы оказался впечатан в одну из близлежащих скал.

‒ Захар!!! ‒ раненым зверем завопил юноша, схватив меня за грудки, а реанорский слух уловил его запредельное сердцебиение, и юноша глазами указал на зажатый в левой руке артефакт. ‒ Кто-то напал на отряд Долгорукова! КАКИЕ-ТО СКОТЫ НА НАСТЮ НАПАЛИ! Шис работает только тогда, когда её ранят… Им помочь нужно… ЕЙ НУЖНО ПОМОЧЬ!

Так-так-так! Интересно. Очень интересно. Начало противостояния, да?..

‒ Погоди минутку, ‒ утихомирил я парня, собираясь с мыслями. ‒ Нужно кое-что закончить.

Взгляд неспешно прошелся по истерзанному магией и духом полю боя, а сам я под встревоженными взглядами всех присутствующих сделал шаг вперед.

Ритмугасания…

Цепная молния Реанора…

Ритмугасания…

Цепная молния Реанора…

Ритмугасания…

Цепная молния Реанора…

Ритмугасания…

……

Техника телепортации в мгновение ока перенесла меня на солидное расстояние и сразу во множество мест. Хватило трёх секунд, чтобы оставить сразу в нескольких местах заложенную магию. А моё возвращение назад совпало с сотнями различных предсмертных криков умирающих тварей. Яростный треск рокочущей молнии прокатился лавиной над всей пустошью в радиусе пары километров, а сам я покривился от осознания происходящего.

‒ Чудовищ нельзя было оставлять, ‒ спокойно объяснил я, пребывая в предательских размышлениях. ‒ Разбегутся еще.

Морозова. Она не безразлична для Ростислава. А я совсем упустил это из виду. Мой просчёт.

‒ Да чихать на тварей, Захар! Настя! Торопиться надо! ‒ взволновано заорал цесаревич, мечась во все стороны, словно загнанный зверь в клетке. ‒ Если с ней что-то случ…

‒ С ней ничего не случится! ‒ перебил я резко парня, глядя в сторону горизонта, где по всем прикидкам должен находится отряд Долгорукова. ‒ Верь мне! Ты знаешь, кто я такой, а Алексей с Пожарским не первый день в стигме. Лёня! ‒ подозвал я к себе парня, а после пальцем указал за горизонт. ‒ Ты за главного в моё отсутствие. Сейчас быстро поднимаете все задницы и держите курс вооооот в том направлении. Соловей, ты отправляешься с ними. Всем всё ясно?

Километров сто или сто двадцать, скорее всего. Надеюсь, управлюсь быстро…

‒ Более чем ясно, шеф!

‒ А ты что будешь делать? ‒ нетерпеливо спросил Романов, не находя себе места и не сводя с меня затравленного взора.

‒ Я отправлюсь туда же, куда и вы, ‒ усмехнулся я, ободрительно хлопая парня по плечу и сбрасывая с себя всё лишнее обмундирование и передавая его Беталу с Германом. ‒ Только пойду я первым и гораздо быстрее чем вы. Заодно расчищу путь от тварей мимоходом. Пойдете по следам, зато не заблудитесь. Всё понятно?

‒ Да, шеф! ‒ громко отозвался Костров в очередной раз.

‒ Тогда, какого причиндала стоим? ‒ рявкнул я. ‒ Все вперёд!

И второй раз повторять не пришлось, Лёня задал стрекоча первым, следом рванула Кира, а уж за ними и все остальные.

‒ Зеантар, не дай в обиду Настю. Прошу тебя… ‒ вдруг обронил тихо Романов. ‒ Ведь… вроде как… я люблю её…

Переживания из парня лились нескончаемым ручьём и быстро спеша за остальными тот так и продолжал крепкой хваткой держать в руке шис, а точнее артефакт Морозовой.

‒ Не переживай, ‒ усмехнулся я себе под нос, глядя в спину устремившегося вперед Ростислава. ‒ Спасу я твою будущую императрицу. Бездной клянусь, что спасу.

Веки невольно и всего на мгновение прикрылись, где-то внутри вместилища засквозило приятным дуновением эфира, а когда разлепил глаза, то по телу моментально прокатился обильный разряд алой свирепой молнии вкупе с нарастающей силой пространства.

Комбинация потоков Высшей речи…

Непрерывный ритм угасания…

Глава 6. Любовь, смерть и реки крови, которые выходят из берегов...

Смежная стигма Романовых.

На рубежах диких территорий.

Несколько минут спустя…

Охота на людей Российской империи длилась уже на протяжении целого часа. Несколько групп вражеских воителей и магов неспешно загоняли тех, словно дичь в капкан. Да и собственно большого выбора у преследуемых не было, потому как пути были отрезаны. Им приходилось принимать вынужденный бой, чтобы выиграть время и медленно отступать в сторону шахтерского лагеря. Звук десятков атакующих заклинаний разносился над густым лесом подобно грому. Свирепые всполохи красного пламени и яркие белые ослепляющие вспышки были видны повсеместно по всему маршруту отступления.

От отряда Долгорукова, который всегда насчитывал шесть магов и четырёх воителей, осталось лишь разношерстная четверка, а запас целебных зелий и усиливающих эликсиров полностью иссяк. Силы были абсолютно неравны. Причем Морозову в тяжелой стычке сильно ранили и почти бессознательную девушку, на своей спине сейчас тащила духовница Крапивина. Пожарский, который в данный момент сражался в авангарде, с трудом удерживал натиск противника, потому как правый глаз и половина лица парня превратились в кровавое месиво во время одного из нападений. Невредим оказался лишь Алексей, но силы у княжича быстро таяли, ведь основную массу преследователей тот удерживал на себе.

‒ Анна, как Настя? ‒ хрипло выдыхая выпалил Долгорукий, хаотично оглядываясь по сторонам, однако взор княжича то и дело был направлен в сторону Артёма, который и замыкал всё отступление. Параллельно с этим мужчина еще успевал воспламенять местность вокруг себя, затрудняя преследователям путь.

‒ Жива… Но долго не протянет… ‒ сбивчиво прошептала Крапивина, искоса поглядывая на смертельно бледную Морозову. ‒ Лёша, какой план? Мы так долго не сможем…

‒ Отходим к шахтерскому лагерю, ‒ скомандовал столп.

‒ Но разве… ‒ запротестовала Анна, но её тотчас осёк Долгорукий.

‒ Знаю, что от них нет вестей, но иного выхода сейчас нет. Надеюсь, наши уцелели… Да и до него рукой подать.

‒ Кто это может быть? ‒ указала глазами себе за спину Крапивина, поудобнее перехватывая тело Морозовой.

‒ Понятия не имею, но догадка есть! Уходи, живо! ‒ приказал Алексей, резко отступая, потому как сзади вновь раздалась всевозможная активация магии. ‒ Артём, следуй за девчонками! Я прикр…

‒ Сам уходи! ‒ отчеканил резко Пожарский, перебивая друга и утирая с лица обильно выступающую кровь, которая мешала обзору. ‒ Я останусь. Прикрою вас! ‒ прошелестел вдруг громче уникум, а его аура за долю секунды вновь скакнула к своему пику, и всё тело княжича вновь обуяло испепеляющее пламя. ‒ Проваливай я сказал! ‒ из-за ревущего пламени, голос столпа в данный момент походил на рокот огнедышащей саламандры.

К горлу Долгорукого внезапно подступил горький удушающий ком, и единственное, что умудрился выдавить из себя изгой, оказался обычный дёрганый кивок, обращенный в спину другу.

Мужчина успел преодолеть в полной безопасности несколько сотен метров, однако в одно из мгновений до него вновь донеслись яростные звуки битвы и очередная порция активируемой магии. Пожарский вступил в последнюю для себя битву с неравными силами противника.

Бегство напоминало бешенную скачку, но Артём сделал всё от себя возможное, чтобы дать остальным шанс. Ведь по истечении почти получаса бегства, к своему отряду столп империи так и не вернулся. А впереди, наконец-то, замаячило то самое шахтерское нагорье, к которому они все так стремились.

‒ Лёша, где Артём? ‒ оглядываясь по сторонам сипло спросила Крапивина, а завидев бледное лицо капитана, глаза воительницы панически расширились. ‒ Лёша…

‒ Остался… ‒ сухо обронил Долгорукий, а кадык мужчины предательски дрогнул. ‒ Вперед, мы уже…

Однако договорить княжич не смог, точнее у него не получилось это сделать, потому как стоило отряду оказаться в том самом шахтерском нагорье, как последние надежды на спасения тотчас рухнули. В воздухе отчетливо витал запах крови и смерти. Складывалось впечатление, что стоянка, будто вымерла, а проследовав к центру лагеря глазам троицы открылась ужасающая картина.

Более сотни мёртвых изгоев усеяли своими телами небольшой пустырь перед входом в рудник. Кровь, истерзанные тела и смерть на каждом шагу. Лагерь оказался кем-то напрочь истреблен, вход же в саму шахту был завален, а порождения Катаклизма из числа падальщиков стремительными темпами начали стекаться на гниющее пиршество.

‒ Нет… нет-нет… ‒ зашептала неверяще Крапивина, падая на колени перед устрашающим зрелищем. ‒ Как же так? Как же…

‒ АННА, БЕРЕГИСЬ!!!

В последний момент мужчина успел отклонить атаку каменного града своей собственной защитой и накрыть обеих девушек телом, но сам Алексей под натиском враждебной силы оказался впечатан глубоко в землю, затем раздался громкий треск костей и лишь на остатках силы воли он чудом выбрался из образовавшейся колеи и, поднявшись на подкашивающихся ногах, вновь закрыл своим силуэтом Крапивину и Морозову.

‒ Похвально! ‒ вдруг раздался надменный голос. ‒ Весьма похвально!

‒ Всё-таки британцы… ‒ пробормотал Долгорукий себе под нос, извергая изо рта обильные сгустки крови, а его слух невольно уловил далёкий стрекот.

Стрекот?

Но он не предал звуку значения, потому как пару секунд спустя на открытую местность перед шахтой вывалились сразу четыре отряда вражеских изгоев. Тем не менее вперед выступил только один, который вальяжно тащил за собой изувеченное и переломанное тело. От увиденного глаза Алексея расширились, а сердце учащенно забилось. Тем самым телом оказался Артём.

‒ Молва о вас не врала, Алексей Никитович. Вы достойный уникум своей империи, ‒ осклабился довольным голосом, по-видимому, главный преследователь, между делом перехватывая голову Пожарского двумя руками, чтобы удобнее свернуть тому шею на глазах у его друзей. ‒ Вынужден признать, что схватка с тремя столпами архимагистрами выдалась весьма изнурительной. Вы хорошо проредили моих людей. Честь вам и хвала, но всему приходит конец. В принципе, как и всем этим людям, ‒ заключил неизвестный одарённый, окидывая довольным взглядом самое настоящее кладбище российских изгоев.

Странный стрекот вдруг усилился, и даже некоторые преследователи стали оборачиваться по сторонам и коситься друг на друга с озадаченным видом.

И вновь тот самый звук…

‒ Идиот! ‒ прошептал вдруг с лёгким безумием Долгорукий, криво ухмыляясь. ‒ Ты даже не понял на кого посмел напасть. ‒ Поверь мне на слово, если эта девушка умрёт, ‒ указал княжич пальцем на полубессознательную Морозову, находящуюся в объятиях Крапивиной, которая в свою очередь не сводила затравленного взора с Пожарского. ‒ То можешь со спокойной душой вздёрнутся на ближайшем суку. Спасения после этого ты не найдешь нигде.

‒ Неужели эта девица любовница самого Палача Российской Империи? ‒ с гадкой ухмылкой осведомился изгой, под всё тот же медленно нарастающий стрекот вдали. ‒ Тогда её я прикончу с большим удовольствием.

‒ Кретин! Романовы обид не прощают… ‒ выдохнула злобно Анна, глядя в глаза мужчине. ‒ Знай одно, ты уже труп. А если бы она действительно была любовницей князя Лазарева, то ты бы уже сдох…

‒ Вот как? ‒ рассмеялся весело изгой. ‒ Тогда мне следует побыстрее с вами разобраться, ‒ и махнув головой остальным, тот указал глазами на троицу. ‒ Убить! Убить вс…

Тем не менее закончить начатое предложение мужчины не успел, а остальные воители и маги не смогли выполнить поставленный перед ними приказ. Потому как внезапно за долю мгновения по всей округе разнесся тот самый оглушительный стрекот. Но был он гораздо пронзительнее, чем ранее. Четыре десятка изгоев обернулись назад друга за другом. Вот только единственное, что им удалось разглядеть это тёмно-красный всполох в глубине леса, который в прямом смысле ворвалась в их гущу и материализовался перед их командиром, а затем с лёгкостью схватив удивленного британца за горло, за одно движение приподнял одарённого над головой и с равнодушным взглядом оглядел тотчас отшатнувшись прочь людей.

‒ Никчёмный кусок дерьма! ‒ прошипел брезгливо тёмно-алый силуэт, сильнее сдавливая горло британца. ‒ Ты на кого посмел руку поднять, отребье?..

‒ Ты? ‒ выпучив глаза, прохрипел главный преследователь, пытаясь вырваться из мёртвой хватки седовласого воителя. ‒ Ты должен быть… в другом месте…

Стрекот был не порывами шквалистого ветра или же ревом какого-нибудь порождения Катаклизма. Стрекот принадлежал молнии. Молнии, которая на огромной скорости рассекала само пространство.

***

Глаза Анны от столь кардинальной перемены на поле боя невольно и шокировано расширились, князь Лазарев материализовался словно из воздуха. Однако девушка всё также продолжала трепетно сжимать рану подруги невзирая на происходящее.

‒ Палач Империи…

‒ Лазарев…

‒ Красный Демон…

Вот только на возгласы отступающих и перепуганных увиденным изгоев тот не обратил никакого внимания. Седовласый в очередной раз быстро обвёл взглядом свежий могильник, который некогда был шахтой по добыче пораженного металла, а затем опустил глаза себе под ноги и наряду с этим скривил лицо.

‒ Артём? Ты? ‒ склонив голову набок вдруг поинтересовался отчужденно Лазарев, встретившись взглядом с единственным уцелевшим глазом княжича. ‒ Какого трухлявого беса здесь развалился? Я был о тебе лучшего мнения… Поднимай свой зад!

‒ Так… получилось… ‒ просипел Пожарский, заходясь в утробном болезненном кашле и пытаясь безуспешно подняться на ноги. ‒ Уж… прости…

‒ Алексей, твою мать! Не стой столбом! Помогай другу!

Громкий голос князя привел в чувство шокированного Долгорукого, который до выкрика несколько долгих мгновений находился в некой прострации от увиденного, но уже в следующую секунду он взял себя в руки и рванул со всех ног в их сторону, начиная быстро оттаскивать изувеченного товарища в сторону двух девушек.

‒ Возьми мой набор! ‒ добавил спокойно Лазарев, бросая тому перевязь с целебными эликсирами, и весело подмигивая слабо улыбнувшейся Морозовой. ‒ Твой Соловей через пару часов будет здесь, так что не вздумай помирать, ‒ а после без какой-либо жалости он встряхнул тело изгоя и чуть ослабив хватку, обвёл глазами местность. ‒ Ваших рук дело?

‒ Я… не боюсь… тебя… ‒ с презрительным видом прохрипел британец. ‒ Совсем скоро… ты сдохнешь…

‒ Ну и дурак! ‒ сплюнул равнодушно князь. ‒ Ты и твои люди знали на что шли. Уважаю ваш выбор. Будь по-твоему.

Свирепый звук молнии вновь разнесся над разрушенной шахтой и затем изгой с неистовой силой закричал. Под напором яростной стихии кожа мужчины стала чернеть и лопаться на глазах, а пару вдохов спустя тело полностью обуглилось и развеялось смердящим прахом, лишь почерневшие кости свалились к ногам седовласого.

‒ Как я понимаю, ‒ вновь обронил скупо Палач Империи, делая несколько маленьких шажков навстречу дрогнувшим изгоям и медленно вынимая из ножен спиралевидные клинки, ‒ вы мне тоже ничего не расскажете. Уважаю смелых противников. В таком случае не вижу смысла для вашего нахождения здесь.

Пока Долгорукий находился спиной к Лазареву и спешно помогал раненным принять зелья, Анна во все глаза наблюдала за происходящей резней. Крапивина не сводила своего растерянного взгляда с седовласого юноши с самого начала его появления перед рудником. Ведь устрашающего независимого советника Российской Империи, который был известен своей жестокостью по всему миру она смела видеть в боевом действии лишь на множественных нарезках в Златограме и на видеоклипах в паутине. Сама воительница происходила из мелкого сибирского рода и попала в группу к Долгорукому по счастливой случайности благодаря Морозовой. Она лишь мечтала о такой встрече во снах.

Вот только наблюдая за происходящим ей попросту стало страшно. Ранг Палача Империи ей показался в данный момент заоблачным. Мощь столпа ошеломляла, а от источаемого давления становилось тяжело дышать. Магия и сила духа из тела советника струились нескончаемой рекой. Под напором неистовой силы князя враждебные изгои, которые несколько минут назад загоняли их подобно дичи, сейчас же пытались укрыться и сбежать от его смертоносной молнии. Вот только он сам в данный момент превратился в росчерк молнии.

Каждое движение ног. Каждый выпад спиралевидных клинков. Каждая атака беснующейся молнии. Каждое перемещение. Любой выверт столпа империи приносил лишь смерть. Противостоящие ему люди не в силах были что-либо поделать с превосходящей разум мощью. Воители таяли на глазах, обращаясь в кровавый туман, джады сокрушали магические щиты и вскрывали защиту одарённых, словно гнилую древесину. На целую минуту нагорье перед шахтой превратилось в кровавый ад, где властвовал не огонь Преисподней, ныне здесь главенствовала всё истребляющая молния.

Магический арсенал князя был воистину велик и непостижим. Разряды стихии сыпались с небес подобно проливному дождю, при каждом своём неуловимом движении в воздухе формировалось снопы молниеносных игл, которые истребляли всё живое на своём пути, а выверенно исполненные техники оставляли после вражеских изгоев лишь груду сочащейся плоти, рассеченные кости и алые ручьи крови. Причем всё это уникум умудрялся проворачивать в гуще врагов, не давая тем подступиться к группе Долгорукова или же каким-то образом ранить себя. Казнь британцев, а иначе это было не назвать, происходила под их собственные множественные крики и предсмертные вопли. Кто-то даже умолял, кто-то пытался сбежать, но юноша был беспристрастен.

Бой продлился не более минуты, однако за это краткое время перед глазами у воительницы пронеслась вся её жизнь, а на поле боя равнодушно оглядываясь по сторонам остался стоять всего-навсего лишь один человек. Тело последнего изгоя медленно соскользнуло со спиралевидных клинков и с глухим звуком завалилось навзничь, прямо к ногам князя Лазарева.

‒ Впечатляет, да? ‒ тихо прокашлял изувеченный Пожарский, обращаясь к Крапивиной, единственным глазом наблюдая за окончанием кровопролитной бойни и спиной опираясь на какую-то шахтёрскую пристройку. ‒ Видела бы ты его в морозной стигме…

На вопрос и слова Артёма девушка лишь заторможенно кивнула, а затем резко отвернулась в сторону, потому как залитый кровью с ног до головы Палач Империи вернув джады в ножны, неспешно зашагал в их направлении.

***

‒ Что здесь произошло? ‒ расслабленно спросил я, склонившись над Морозовой и бегло оглядывая ей раны.

Фух! Успел. Еще бы чуть-чуть и можно было бы начинать слушать похоронный ноктюрн фей Зеленвальда. Но слава Бездне, девка в норме.

Правда, в следующий миг все вопросы отпали сами по себе. Магический фон явственно трубил о том, что в округе было использовано призрачное пламя асура, а закрытый портальный разлом намекал на то, что пару-тройку часов назад здесь побывал кто-то с очень мощной магией пространства. И если взять во внимание все обстоятельства, то итог вырисовывался невзрачный. Хааона и Маннех взялись за дело. Значит, эта стерва всё-таки приноровилась мастерски использовать порталы. Дело дрянь…

‒ Мы не знаем, ‒ отозвался тихо Долгорукий, устало распластавшись на земле. ‒ Лично на нас напали около пяти или шести отрядов, а сюда мы мчались, чтобы укрыться. Но если атаковали нас, то есть большая вероятность того, что взялись и за остальных.

‒ На вас напали не просто так, ‒ отмахнулся задумчиво я, вновь оглядываясь по сторонам. ‒ Вас хотели убить по той причине, что вы весьма лакомый кусок добычи. В каком еще отряде слажено работают сразу три молодых столпа? Три, Алексей! Не мне говорить, как ценны уникумы. Тем не менее, ‒ вдруг осекся я, ‒ сейчас ты скорее всего прав. Всё это скверно пахнет… Так открыто на вас нападать бы не стали, а значит…

‒ Эти сукины дети… захотели развязать войну, ‒ просипел еле разборчиво Пожарский, закончив предложение за меня. ‒ Ты как нас нашел? Почему так быстро?

‒ Этот вопрос лучше адресовать Анастасии Егоровне, ‒ скривился невзрачно я.

‒ Шис, да? ‒ прошелестела Морозова. ‒ Спасибо тебе, Захар…

Правда, в следующий миг пришлось резко оборачиваться спиной к четверке изгоев и пристальнее всмотреться в полыхающий перед глазами густой лес. Потому как сразу несколько достаточно могущественных аур ворвались в радиус действия эфирного поля.

Трепещи Ракуима! Знакомое ощущение. Неужели мне сегодня настолько везёт? Прибыли удостовериться? Может оно и верно. С посланниками лучше держать ухо востро…

‒ Знаете, Анастасия Егоровна, ‒ расслабленно заговорил я, медленно шагая навстречу незваным гостям. ‒ Боюсь в скором времени с такими вывертами его высочество посадит ваше сиятельство под замок. У него, понимаете ли, серьезные планы на вас. На живую вас, само собой. Иначе с подобными выкрутасами и нервами наш бравый Соловей станет таким же седым, как и я. А теперь, одна маленькая просьба. Будьте тише воды и ниже травы. Через несколько секунд к нам пожалуют с визитом…

Если быть точнее, то пожаловали те самые гости через пять секунд. Причем в количестве семи штук. И во главе у них находился уже знакомый мне крикливый хрен.

‒ Граф Рассел, каким судьбами в нашем захолустье? ‒ с радушной улыбкой и распростёртыми объятиями поприветствовал я британского лорда, медленно шагая вперед, пока остальная шестёрка его прихвостней брала меня в кольцо. ‒ Неужели вы прибыли сюда, чтобы в чем-то убедиться наверняка? ‒ а после весело присвистнул. ‒ Сразу семь грандмагистров. Сооолидно!

Несколько мгновений мужик так и молчал, внимательно изучая произошедшую бойню и залитую кровью округу, но с каждым мгновением лицо его становилось всё непроницаемей и под конец увиденного, тот поднял на меня раздраженной взгляд.

‒ Твоих рук дело? ‒ бросил мне британец. ‒ Ты всех убил?

‒ Моих, ‒ усмехнулся спокойно я. ‒ Это плата.

‒ Плата? ‒ выплюнул резко лорд, начиная заводиться, а его магическая аура пика грандмагистра и сила духа младшего сконателя второго спектра начали стремительно расти.

‒ Всё верно, ‒ кивнул я, отбрасывая всё радушие. ‒ Плата за то, что по своей глупости вы решили убить не тех людей, а также плата за вашу халатность, потому как вы заручились поддержкой не тех существ. Неужели ты и вправду думал, что я не узнаю? Для вас та парочка может и сильна, но в моих глазах она лишь грязный, но в меру досадный мусор. Они умрут. Совсем скоро.

‒ Знаешь, Лазарев, ‒ с сочащейся злобой в голосе заговорил граф. ‒ Император Эдгар и Карлайл запретили тебя трогать, но сегодня… сегодня я нарушу их приказ, ‒ а затем ни с того ни с сего Роберт мерзко ухмыльнулся. ‒ Сегодня ты будешь страдать и умолять прикончить тебя. Прямо как пару дней назад умоляли меня твои жены пользовать их дальше и как можно дольше. Особенно мне понравилось брать силой Алину. Она весьма утонченная натура. Жаль, что… была.

Сучья кровь! Сучье племя! Говорил же, что прирежу эту крикливую падаль.

‒ Знаешь, Рассел… ‒ холодно хмыкнул я, протяжно выдыхая и медленно прикрывая веки, чтобы успокоиться. ‒ Один шелудивый пёс уже пытался наложить руки на моих жен. Так вот жаль, что он… сдох. Медленно сдох в самых страшных муках, как никчемный червь. Ты, между прочим, его знаешь. Это сынок твоего названного братца. Ах да! ‒ холодно отчеканил я, резко открывая глаза. ‒ Совсем запамятовал. Балинт тоже сдох. Я его совсем недавно зарезал и выпотрошил как рыбу...

Глава 7. Преступление и наказание...

За крошечную долю вдоха после моих слов и без того накалившаяся атмосфера скакнула к своему возможному пику. Да и прихвостни Рассела стали действовать гораздо слаженнее.

‒ За названного брата и племянника ты ответишь своей головой! ‒ проскрежетал сквозь зубы Роберт, играя желваками и сбросив с плеч дорожный плащ, неспешно зашагал по кругу, неуловимо сигнализируя глазами и остальным. ‒ За всё содеянное поплатишься своей шкурой!

‒ Мне не за что отвечать своей головой или же шкурой, ведь я оказал Австро-Венгрии большую услугу. Жаль, что тот глупый старикан её не оценил, ‒ усмехнулся отчужденно я, с равнодушием наблюдая за сжимающемся кольцом грандмагистров. ‒ Твой сраный племянник был просто-напросто куском никчемного дерьма. Да и твой брат ушел совсем недалеко, раз умудрился воспитать такой мусор. Сдохли и ладно. Я предупреждал. Причем обоих…

‒ Ты дерзок и заносчив, Лазарев, а также отвергаешь любые авторитеты в лице устоявшейся знати по всему миру, ‒ презрительно прошептал лорд. ‒ Но твою личную силу и достижения невозможно не заметить. Карлайл высоко тебя ценит, даже император лестно о тебе отзывался, но сегодня всему этому придёт конец. На любую силу можно найти управу. Любую! И ты не исключение. К тому же тебе повезло с супругами, ‒ с потаённой похотью мерзко усмехнулся тот. ‒ Они весьма сладки на вкус, а уж сколько у них воздыхателей… Многим даже всё равно, что они уже замужем. Поэтому обещаю тебе, что повторно их опробую после твоей смерти, буду иметь их днями напролёт… Из них получатся отменные потаскухи. Им понравится. А твоё неродившееся семя я заполню своим.

О, Бездна! Даже зная, что с девчатами и с ребёнком всё в порядке моя реанорская суть трепещет при любом подобном упоминании. Да. Он труп. Все они трупы…

‒ Ты правильно сделал, что сюда пришел, ‒ тихо произнес я, глубоко вдыхая и со свистом выпуская воздух обратно, а моё лицо стало медленно искажаться в гримасе холодной ярости и злобы, приобретая реанорские черты крайнего припадка. ‒ Но ты зря приплёл сюда моих жен. Зря начал говорить о них и моём ребенке такие непотребные слова. Зря вздумал угрожать моей семье. Зря раскрыл свой поганый рот. Зря посмел меня злить. Ты зря коснулся самых драгоценных для меня вещей. Ведь все, кто так или иначе посмели разбрасываться такими фразами уже давным-давно не дышат. Они сдохли. Я казнил их своими руками. И тебя, человек, ждет та же участь. Ты покойник. Вы все покойники…

‒ Ну так давай же, Лазарев! Рискни убить лорда! Обреки своё государство на войну! ‒ вдруг надменно расхохотался Рассел, довольный устроенным шоу и моей реакцией. ‒ Развлеки меня! Вы двое займитесь остальными! Тех четверых тоже добейте! Лишние свидетели. Нас здесь не было и быть не должно. Для Британский империи сегодня будет великий день. Именно сегодня наши враги лишаться сразу четверых своих столпов! Убить их всех! ‒ зарычал возбужденно тот, рванув уже непосредственно ко мне.

О, великая мать, прости сына своего. Я никогда не получал истинного удовольствия от убийства и смертей. Ведь я обычный безумный мститель, убийца и искупитель, но сейчас… Сейчас я буду упиваться его страданиями и болью. Каждым их граммом…

Покажись алая дрянь!..

……

Всё нагорье за мельчайшую унцию времени наполнилось всевозможной стихийной магией. Земля, огонь, песок, вода, ветер. Шесть могущественных магов в ранге грандмагистров и один столп британской империи работали в едином ключе, лишь разбившись на две группы. Уровень же магической силы и энергетического давления на один квадратный метр превысил любые разумные и неразумные значения. Битва уникумов всегда происходит в подобных животных ритмах.

А я же… я в свою очередь приоткрыл веки и вместо каких-либо разнообразных ярких красок окружающей среды, весь мир преобразился в один единственный цвет. В тёмно-кровавую кляксу. В цвета реанорского транса. И наряду с этим само время на мгновение словно остановилось. И прямо сейчас я видел всё отчётливо. Видел, как двойка грандмагистров, будто в замедленной съёмке рванула в сторону обескураженной группы Долгорукова. Видел их целеустремлённость и жажду выслужиться. Видел тех глупцов, огородивших себя щитами и намеревавшихся высвободить на меня весь свой боевой арсенал, а также видел самодовольную харю лорда, который слившись воедино со своим магическим и духовным резервом, плёл что-то убойное для моей ликвидации.

Жалкий и наивный глупец. Горе тому, кто встанет на пути у озлобленного реанорца.

‒ Если хотите жить, то на всякий случай закройте глаза. Да и уши желательно, ‒ нечеловечески-равнодушным голосом обронил я, поворачивая голову в сторону растерянного отряда Долгорукого и параллельно с этим кладя собственные пальцы на рукояти джадов. ‒ И не вздумайте их открывать, или же слушать.

Как ни странно, но даже находясь в реанорском трансе, было забавно наблюдать, как четверка израненных изгоев в один единственный момент, без каких-либо вопросов, подобно маленьким детям, поджав колени, захлопнули глаза и руками прикрыли уши.

Уже можно. Думаю, нескольких секунд хватит…

Комбинация потоков ветра и смерти… Эфир ветра и смерти… Абсолютная защита…

‒ Инте. Тоаанс. Хваоол. Шарэс ам эс кире… нэ фан линэз…

Ритм угасания…

Первый рывок получился самым медленным и самым жутким, потому как выпал на сбитый и рваный вдох, а само движение породило сверхзвуковую ударную волну. Тело преобразилось в росчерк. Серо-кровавый омерзительный росчерк. А омерзительным он вышел потому, что я не сдержался. В момент старта и начала кровавой жатвы джады оказались оголены рефлекторно. Спиралевидное лезвие с невероятным спокойствием прошло сквозь щит одного из грандмагистров направившегося к отряду Долгорукого, ведь прямо сейчас для эфира не было никаких преград. В глазах у мага мелькнуло ошеломление после того, как перед ним оказался мой силуэт, а затем клинок размашисто снизу-вверх начиная с левой стороны отсёк ногу, распорол брюхо и грудь до самой ключицы, и перехватив оружие обратным хватом, я безжалостно воткнул ему в шею. Хватило едва уловимого движения пальцами, чтобы голова самым омерзительным и кровавым образом отделилась с громким хрустом вначале от позвоночника, а под конец и от тела.

Ритм угасания…

Вихревая гильотина…

Второй телепортирующий рывок выдался более удачным. Хотя так получилось, что я будто прошел мимо британца. Мощь ударной волны разметала кровь и плоть первого противника во все стороны, в том числе попадая и на меня. Джад вновь без каких-либо превозмоганий рассёк защиту одарённого, а техника дома Ар-Ир превратила тело изгоя вместе с его доспехами лишь в груду разрубленного тошнотворного мяса.

Чтобы прикончить третьего и четвертого грандмагистра мне даже не пришлось сходить с места. Ведь они как нельзя кстати стояли почти друг за другом. Окровавленный джад с чавкающим звуком резко вернулся обратно ножны, а затем в битву вступило изнывающее от нетерпения громовое копьё. Лишь с небольшим дополнением. Молния и буря прекрасно дополняют друг друга. Их даже не нужно связывать, хватит и наложения.

Приди и явись на мой зов бесчинствующая стихия ветер. Я приказываю тебе…

Потоки ветра Реанора… Эфир ветра… Штормовой гарпун…

Хватило одного полуразворота, чтобы вырвать из пространства глефу и на завершающем обороте метнуть его в нужном направлении. В момент броска идеальная поверхность алого громового копья стала быстро покрываться светло-голубыми реанорскими рунами. Завораживающее зрелище. А также завораживающее и ужасающее зрелище для тех, на кого оно направленно.

Мельчайшая частица доли секунды. Невероятно малый отрезок. Ни одно живое существо не задумается о столь мизерном количестве времени. Вот только в данный момент эта частица стала фатальной сразу для двух людей. Точнее этих самых людей попросту не стало. Бросок глефы обратил большую часть туш некогда могущественных грандмагистров в кровавый туман. Наземь опали лишь части тех тел, которые оказались вне досягаемости штормового гарпуна. Лишь огрызки рук, одиозного вида головы и ноги.

Затем время вновь вернуло себе свои законные права, а я вновь зашагал вперед в сторону шокированных от увиденного британцев, между делом поднимая руку и оттопырив нужное количество пальцев, пинком ноги отправил в сторону Рассела голову его подчиненного.

‒ Четверо, червь! Четверо за две секунды! ‒ холодно отчеканил я, глядя в растерянные глаза лорда, даже его аура на мгновение ослабла. ‒ Запомни одно, смертник! Я дерзок лишь по одной причине. Свою заносчивость я могу подкрепить силой. Как тебе такое развлечение, мразь?! Нравится? Будь моя воля и ты бы уже сдох… Но мы ведь только начали, не правда ли? Я запытаю тебя до смерти…

‒ Вшивый подонок! ‒ заревел яростно граф, за долю мгновения преобразуясь в самый настоящий вихрь из магии и духа. ‒ Не стойте столбами! Убейте его! ‒ заорал тот на окаменевших подчиненных.

‒ Безмозглый глупец! Казнь, есть казнь…

Ритм угасания…

Третий рывок, как мне кажется, получился самым идеальным и выверенным. Смертоносный вихрь Роберта, вместе с его клинком пронеся совсем рядом с моим плечом, а я просто пропустил его мимо. Этого кретина пришлось оставить напоследок, ибо цель сейчас была иной. Один из грандмагистров действительно постарался меня атаковать. Даже успел воспламениться и призвать своё стихийное оружие. Однако для сопротивления уже оказалось поздно.

Острие левого джада пронзило его пламенный щит, а следом и середину лба, словно гнилую скорлупу, правый джад одним параллельным движением под гулкий хруст позвонков отсёк изгою голову. Череп же бедолаги так и остался висеть нанизанным на клинок. И пропустив мимо себя очередную порцию атакующей магии ветра и силы духа в виде крикливого лорда, я размашистым движением отправил ему в спину кровавый подарок.

‒ Пятый… ‒ прошелестел отчужденно я.

‒ Он… Он не человек! Молва…. Молва не врала! ОН ЧУДОВИЩЕ! ‒ вдруг раздался перепуганный вой последнего прихвостня, вся уверенность водника-грандмагистра тотчас дрогнула и тот, заорав раненным зверем пуще прежнего, рванул в противоположную от меня сторону, спасаясь бегством. В итоге, так и не решившись на атаку. ‒ МОНСТР!!!

‒ Трус и ничтожество, ‒ безжалостно прошептал я, словно забивал гвозди в крышку гроба, а левая рука, вновь вырвав из пространства громовое копьё метнула его в нужном направлении следуя лишь одним инстинктам.

Потоки ветра Реанора… Эфир ветра… Штормовой гарпун…

‒ Шесть…

До ушей лишь донесся краткий и едва уловимый далёкий хрип. Свита британского лорда оказалась уничтожена за несколько мгновений.

‒ СДОХНИ, ВЫРОДОК! ‒ раздался довольный выкрик Рассела.

А следом за выкриком абсолютная защита со стороны спины приняла на себя весь арсенал атак Роберта. Однако единственное, что удалось сделать его ветряным серпам и валу, так это оттолкнуть меня на пару шагов вперёд.

Стоило же мне обернуться к нему с равнодушным лицом, как его стихийный одноручник со всего размаху угодил мне точно в шею.

Наверное, подобной атакой он обезглавил достаточное количество людей. Но с реанорца он смог добыть лишь несколько обильных капель крови и слабый неглубокий разрез в районе горла. Так мы и стояли целое мгновение глядя друг другу в глаза. Яростно потрескивающая молния против тщедушного ветра. Пока неверящий взгляд Рассела с полного непонимания не изменился до животрепещущего страха.

‒ Убедился? ‒ спокойно декларировал я. ‒ Вся твоя сила ничтожна по сравнению с моей. Жалкие трепыхания. Как теперь на вкус мои жены? Они также прелестны?

‒ Нет… ‒ прошептал с ужасом граф, а его тело резко задрожало и тот попытался отшатнуться прочь. ‒ Не верю… Этого не может быть…

Вихрь…

Удар джада получился кратким и восходящим, а сопровождалась атака мучительным воплем почти покойника, потому как обе его руки по локоть оказались отсечены. Ни щит, ни покров ветра, ни дух не спасли столпа от разрушительной мощи напитанных эфиром джадов.

Вихрь…

Следующей целью стали колени. За долю мгновения те обратились кровавым туманом и ошмётками, а душераздирающих криков стало больше. Они были невероятно пронзительными и разносились на несколько километров от области рудника.

Пару мгновений я так и стоял, наблюдая за извивающимся обрубком из плоти и крови у себя под ногами. Сейчас он как-никогда напоминал собой грязного червя, а затем просто присев, я с равнодушием взглянул на некогда могущественного столпа Британской империи.

‒ Своим гнилым языком ты посмел оскорбить самое драгоценное для меня. Это мало кому удавалось, но ты справился, никчёмное отребье. Поздравляю тебя! ‒ тихо прошелестел я, подобно змею, глядя на то, как уникум пытается отползти в сторону, но так и продолжая извиваться в собственной плоти и крови. ‒ Никто не смеет посягать на моё. Никто и никогда! Это самый страшный грех…

‒ Драл я твоих шлюх! ‒ сквозь боль и мучения провопил он. ‒ Только посмей убить меня и ты труп! Это война! Война! ‒ надрывался тот, продолжая визжать от боли, словно свинья. ‒ Ты готов понести ответственность? Они узнают… Узнают, кто меня убил. Карлайл и император Эдгар поймут! На мне висит заклинание… Они узнают… Всё узнают… Умру я, сразу же падёт и твой род… Они уничтожат тебя! Прикончат твоих шлюх! Британская империя такого не простит… Я важная фигура… К тому же этот форпост лишь первый… Вы все сдохнете!

‒ Плевать мне на ответственность и войну, ‒ брезгливо сплюнул я. ‒ В моих глазах ты такой же мусор, как и оба Габсбурга. Если твой император рыпнется, то прикончу и его. Ты посмел опорочить моих жен. Ты посмел разинуть свою гнилую пасть. Как понимаю, именно этим ты гордишься более всего… Думаю теперь, твой причиндал тебе ни к чему.

А затем разогнувшись, я как можно медленнее наступил тому на область паха и визг лорда тотчас перерос в самый настоящий хриплый предсмертный фальцет.

‒ Ты сдохнешь… сдохнешь… ‒ что было сил надрывался уникум. ‒ Не смей… не… смей…

‒ Для меня нет такого слова, ‒ спокойно декларировал я, глядя точно в его налитые кровью глаза и неторопливо наступая тому стопой ботинка в область рта и челюсти. ‒ Ведь я Палач Российской Империи.

Визги и вой тотчас прекратились, и на смену им пришло лишь нечленораздельное мычание и кряхтение.

‒ Однако самый главный твой грех заключается в другом. Своим гнилым ртом ты посмел угрожать моему ребенку и его матери. Поэтому твоя пасть, как и твои яйца, тебе теперь тоже ни к чему. В принципе, как и твоя собачья жизнь, ‒ сквозь зубы процедил я, под нарастающий тихий хруст костей черепа и продолжая наращивать давление ноги.

Мышцы стопы вдруг резко увеличили свою силу, треск и страдальческие мычания стали на порядок громче и нижняя челюсть вместе с горлом, а затем и позвоночником превратилась в костно-кровавую отвратительную жижу под подошвой моего ботинка.

‒ Аре кате ла тийз нор ам эс фэр… непотребная падаль… ‒ шепнул я себе под нос на реанорском, ударом ноги отбрасывая прочь тело лорда.

Транс отступил моментально после свершения наказания. Изо рта практически сразу вырвался облегченный выдох. И лишь пяток мгновений спустя наблюдая за окровавленным полем боя до меня дошло скверное осознание, а стоило обернуться по направлению того самого скверного осознания, как взглядом пришлось встретиться с ошеломлённым отрядом Долгорукова.

Сучья кровь! Увлёкся. Надеюсь, они не увидели больше, чем нужно…

‒ Давно смотрите?

‒ Совсем недавно… ‒ виновато сглотнула Анна, пряча от меня взгляд.

‒ А не хило ты так, ‒ хрипло присвистнул Пожарский, довольно ухмыляясь и единственным глазом оглядывая бойню. ‒ Я тоже хочу воевать как наш советник… Рааааз, и нет бриташек! Два, и нет британского столпа… Красота!

Глава 8. Запрет, заговор и заблудший...

Смежная стигма Романовых.

Кабинет начальника форпоста.

25 августа 2025 года.

Три дня спустя…

Не сказать, что в связи с последними событиями атмосфера в помещении у Романова оказалась приятной и располагающей, но если говорить в целом, то настрой был сносный. Сносный для утопленников и совсем чуточку для смертников.

‒ Вашему отряду и отряду Долгорукова на неопределенный срок отныне запрещено пересекать внешние врата полиса и заходить в стигму, ‒ сообщил нам невзрачные вести Мирослав, отрывая взгляд от какой-то прибывшей официальной бумаги и переводя его на нас. ‒ Приказ императора.

Чтоб я беспардонно сдох! Это дерьмовые вести. Очень дерьмовые. И почему всё так не вовремя?

‒ У нас ведь еще две недели по договору! ‒ вдруг не выдержал томительного напряжения Ростислав, вскакивая с кресла.

‒ И поэтому эти две недели вы проведете в полисе, а затем отправитесь обратно домой, ‒ вставил свои пять копеек Салтыков. ‒ Обстоятельства обязывают.

‒ Но также нельзя! ‒ непоколебимо стоял на своём цесаревич, начиная ходить из угла в угол. ‒ Это ведь их рук дело! Британцев! Мы не виноваты!

Бездна! Всё же я верно поступил, что поведал ему о своём прошлом.

‒ Ростик, ‒ миролюбиво заговорил Романов, переглянувшись с грандом. ‒ Я понимаю из-за чего ты в ярости. Понимаю и разделяю твоё негодование. Мне тоже жаль, что Анастасия пострадала, но…

‒ Дядя, поверь мне на слово, ‒ вдруг с полным спокойствием отозвался юноша, перебив родича. ‒ Дело далеко не в ней. Это был её выбор. Она знала на что шла. Да, я зол, что так случилось Хочу много кого прикончить. Однако дело сейчас не в этом. У нас изгои мрут как мухи неизвестно от чего и неизвестно от кого. Мы потеряли уже несколько шахт, залежей и рудников. Да и на отряд Долгорукого, как и на прочих наших людей, напали именно британцы. Более некому.

Ну да, как же не знаем… Увы и ах, но я-то знаю. Только сделать ничего не могу. Эфир просачивается сквозь меня, как ты ни крути. Я не могу его полностью заблокировать. Маннех обычный дуболом, который способен решать вопросы лишь силой, прямо как и я, но Хааона… Хааона чувствует меня. Чувствует крупицы эфира. Причем её сенсорное поле работает гораздо дальше, чем у меня. В тот день пока я резал на куски Рассела, эта парочка наведалась еще в два аналогичных места. И они истребили там всё живое. Поэтому если решу обосноваться и ждать их в одной из еще нетронутых шахт, то эти двое даже не подумают явиться туда. Они будут до последнего меня избегать. Сучье племя! Если бы знал, что всё так обернется. Ранее за мной охотились, а теперь всё в точности до наоборот… Я преследую, а от меня ускользают. Дрянь! Хаарса хорошо выдрессировала своих дочерей для охоты на реанорцев.

‒ Ростик, мы прекрасно понимаем, что это они виноваты в происходящем. Стычки и охота происходили постоянно. Кровь лилась давно. Это обоюдная вражда, но ныне они сильно усугубились. К тому же Эдгар давно хотел заполучить смежную стигму в своё единоличное пользование. Тем не менее, нет доказательств, что это именно они нападают на наши шахты и рудники.

Чтоб меня тавтонский жеребец лягнул! Никогда не ощущал себя настолько бессильным. Что за мерзкое чувство?

‒ И что? Мы вот так просто сдадимся? ‒ выпалил как на духу раздраженно цесаревич.

‒ Ваше высочество, мы не сдаёмся, ‒ подал голос Салтыков, который всё это время сидел в углу кабинета, подобно мне. ‒ Просто отныне всеми делами будут заниматься опытные изгои и возрастные столпы. И еще парочка грандов. Вопрос с нападениями мы возьмём под свой контроль. Вывели из стигмы не только вас, но и много других воителей и магов.

‒ Что касательно наших мест добычи полезных ископаемых, ‒ отметил рассудительно Мирослав. ‒ То поступило распоряжение законсервировать на несколько месяцев любые разработки рудников, шахт и драгоценных залежей, как и исследование с охотой.

‒ Проклятье! Почему? ‒ вновь не выдержал юноша, в очередной раз вскочив с кресла и уперев руки в стол. ‒ Всё из-за того, что Захар прикончил тех ублюдков и прискакавших на их выручку грандмагистров во главе с тем лордом Расселом? Так туда им и дорога! Мне их ничуть не жаль. Он спасал наших людей. Они хотели всех убить!

Во имя Угорских бесчинств! Как же Ростислав хорош в подобных выкрутасах. Но сдаётся мне, ему достаточно сложно вести такие игры. Помощь парня в данный момент неоценима. Я догадываюсь чего именно добиваются посланники и, если я не совсем дурак, то время у меня до прибытия остальных еще есть. К тому же главный факт всё еще говорит сам за себя. Российская империя не объявила на меня охоту и меня всё еще не взяли под стражу, а значит та парочка ничего не рассказала британцам, а сами британцы не побежали обо всём докладывать Романовым, чтобы те побыстрее занялись уже лично мной. Теперь мне ясен поток мыслей странников и их вшивых прислужников.

‒ Племянник, повторяю, это приказ твоего отца, ‒ серьезно проговорил Мирослав. ‒ Я здесь бессилен. Правда, от себя скажу, что он поступил верно, к тому же мне нравится твой боевой настрой, но в данный момент нет смысла рисковать нашими изгоями ‒ это не война. Оставь эту проблему на нас. А что касательно Захара… ‒ с грустной улыбкой заметил Романов, обращая на меня взгляд. ‒ То в остальном ты прав. Ваш отряд отстранили именно из-за него. Эдгар Третий лично направил ноту протеста вчера вечером. Скажу вам по секрету, он долго беседовал с Владимиром насчет «животного» поведения некоего князя Лазарева. Боюсь, этот инцидент с убийством Роберта нам еще аукнется.

‒ Как они узнали? ‒ спокойно спросил я.

‒ Заклинание посмертия. Весьма энергозатратный метод, ‒ раздался тихий бас Салтыкова. ‒ Британцы его используют уже лет тридцать. Одарённый, который накладывал магию может просмотреть последние несколько секунд жизни погибшего. На тебя вышли буквально через несколько минут после того, как ты убил графа.

Неплохо, вполне неплохо. В целом плевать, но неплохо.

‒ По слухам Эдгар рвёт и мечет, ‒ со злорадной усмешкой заметил Мирослав. ‒ Проблемы, само собой будут, причем, думаю, в скором времени. Потому как Роберт занимал весьма высокую позицию среди столпов и был на хорошем счету, к тому же и для самой Британской империи он всегда оказывался эффективным уникумом. Да и сам Ланкастер очень мстительная натура. Но поверь мне на слово, Захар, ‒ вдруг обратился ко мне начальник форпоста с успокаивающей улыбкой. ‒ Романовы и в том числе сам Владимир на твоей стороне. В этом можешь не сомневаться. Мой брат доволен случившимся. Лорд Рассел был редкостным животным. Этот подонок изрядно нам насолил. Своих врагов он убивал в изощрённой манере, а среди аристократов всего мира он прослыл законченным садистом и маньяком. Тот питал… скажем так… ‒ брезгливо отметил Мирослав. ‒ …слабость к женам и девушкам своих поверженных соперников. К тому же своим вмешательством ты спас остатки отряда Долгорукова, включая трёх наших столпов, и как понимаю, ‒ тут мужчина искоса взглянул с довольством на невероятно смущенного племянника, ‒ вероятнее всего, нашу будущую императрицу. Надеюсь, я доживу до тех пор, когда Ростик остепенится и всё-таки решится сделать госпоже Морозовой предложение.

Сучья кровь! Дело действительно прескверное. Сраный Эдгар со своим нытьём. Если я нарушу приказ императора и отправлюсь в стигму, то будет хреново. Расскажу о своём прошлом, то со слов Ростислава похороню себя заживо. Патовая ситуация. Но есть еще один вариант. Самый рискованный, но выбирать не приходится. Да будет так. К тому же Ростислав сделал всё, что мог. Буду действовать со стороны Земли.

‒ Дядя, хватит! ‒ сконфузился мгновенно цесаревич, под тихий и веселый смех родича и гранда. ‒ Я сам разберусь.

‒ Надеюсь на это, ‒ с широкой улыбкой усмехнулся повелитель.

‒ Мирослав Петрович, ‒ внезапно окликнул я начальника форпоста, чем тотчас привлёк внимание всех присутствующих. ‒ У меня будет к вам просьба, если вас это не затруднит.

‒ Слушаю тебя, Захар.

‒ Понимаю, что есть приказ его величества, но не могли бы вы держать меня в курсе происходящего? Это уже относительно личное дело.

Несколько долгих мгновений Романов играл со мной в гляделки, а потом с вопросом уставился на Салтыкова. И лишь после молчаливого совещания, оба одновременно кивнули.

‒ Понимаем и доверяем. Отчеты будем слать каждые два-три дня. Устроит? ‒ деловито осведомился гранд.

‒ Более чем, ‒ кивнул я, поднимаясь с насиженного места. ‒ Благодарю вас, господа. Как понимаю, беседа подошла к кон…

‒ Не спеши, Захар, ‒ вдруг снова заговорил Салтыков. ‒ Я понимаю, что Рассел являлся еще той мерзкой сволочью, но была ли возможность его не убивать? Ты ведь понимаешь, что из-за его смерти возникнут проблемы?

‒ Была, Яков Сергеевич, и всё понимаю, ‒ честно признался я, заглянув старику в глаза. ‒ Однако он переступил грань дозволенного. За это и поплатился.

‒ Захар, Ростик, у вас еще две недели, ‒ напомнил нам Мирослав, переводя беседу в иное русло. ‒ По истечению этого времени по приказу императора можете отправляться в столицу, а до тех пор из форпоста и полиса ни шагу. Боюсь, это требуется для вашего же блага.

Интриги, тайны, расследования. Кто бы сомневался. Ну да ладно. Так и быть подожду. Я уже принял для себя решение. Скоро всё это закончится. Всё. Потому как видит Бездна я устал. Очень устал…

***

Земля.

Британская империя. Лондон.

Букингемский дворец.

Приёмная его императорского величества Эдгара Третьего.

Три дня спустя.

Поздний вечер…

‒ Мне это не нравится… ‒ задумчиво декларировал Ланкастер, медленно нарезая круги вокруг собственного рабочего стола. ‒ Совсем не нравится.

После навалившегося бедлама император не находил себе места. Да даже сейчас ему приходилось хаотично размышлять над происходящим. Прямо сейчас ситуация развивалась более чем идеальная, но вмешательство одного единственного человека болезненно ударило по репутации империи. Убили столпа. Драгоценного уникума. И где? В смежной стигме? Погибни Роберт на Земле и всё стало бы гораздо проще. Он смог бы успешно надавить на Романовых и потребовать выдать неугодного, но сейчас дело обстояло иначе. Законы изгоев ‒ это законы изгоев, но и пускать дело на самотёк правитель не желал. Авторитет и репутация правящей династии это не позволяли сделать.

‒ Рой, как так получилось, что Лазарев оказался в том самом месте, что и Рассел? ‒ вдруг резко спросил Эдгар, глядя на не менее угрюмого Карлайла. ‒ Почему мы лишись такого количества грандмагистров?

‒ Это сложный вопрос, ‒ кисло отозвался лорд, мерно постукивая пальцами по столу. ‒ Но лично мне кажется, что Роберт со своими людьми поторопился. В тот день его не должно было быть там. Его присутствие вовсе не требовалось, но он нарушил данное слово. И это я молчу о том, что он нарушил ещё и ваш приказ, и мою просьбу. Возможно, я удивлю вас, ваше величество, но я многое разузнал о Лазареве и пришел к достаточно неутешительному выводу.

‒ Какому выводу, Рой? ‒ вспыхнул внезапно раздраженно император. ‒ Убили столпа! Моего столпа! Мы не какое-нибудь третьесортное королевство, чтобы стерпеть подобное.

‒ Ваше величество, ‒ тихим и усталым голосом внезапно заговорил лорд. ‒ Князь Лазарев весьма расчетливая натура, но по моим наблюдением за всё время с момента своего восхождения в дворянство он самолично первым никому не вредил. Никому! Он чаще всего только отвечал на вражеские выпады. А что касательно Рассела, то я не единожды вам говорил, что его поведение ему аукнется. Он сам виноват! Я более чем уверен, что их битвы можно было избежать, но зная характер вашего покойного слуги, он бы ни за что на это не пошел. И это я молчу о том, что Роберт спал и видел, как бы побыстрее прикончить Лазарева. По-видимому, он себя переоценил…

‒ ХВАТИТ!!! ДОСТАТОЧНО! ‒ вдруг рявкнул государь, приложившись ладонью по глянцевому покрытию рабочего стола. ‒ Убили! Моего! Столпа! ‒ пробасил мужчина, чеканя каждое слово. ‒ Сейчас меня интересует только это. Слышал бы ты, как со мной говорил Романов. Будто с каким-то занюханным деревенщиной…

‒ Ваше величество, ‒ вдруг с лёгкой паникой проговорил граф, медленно поднимаясь с кресла, начиная подозревать к чему ведет правитель. ‒ Я вас прошу не рубить с плеча и не трогать Лазарева. Я понимаю, что это может болезненно ударить по нашей репутации, но наши пришлые помощники замечательно справляются со своей задачей, они уже уничтожили три шахты, одно месторождение и более тысячи русских изгоев без особых проблем, усилий и лишней крови. Мы смогли заставить наших врагов стянуть силы к самому форпосту. Еще полгода или же год, и мы полностью выдавим их из смежной стигмы.

‒ А кто сказал, что я желаю убить Лазарева? Он сейчас в форпосте правящей династии. И нам до него никак не добраться. Нужно ловить момент… ‒ хитро ощерился Эдгар, возвращаясь обратно на своё место и вальяжно откидываясь в кресле. ‒ Мы поступим так, как и было оговорено с нашими пришлыми друзьями ранее.

‒ Стойте! Вы действительно хотите выполнить обещание? ‒ выпучив глаза, опасливо сглотнул Карлайл. ‒ Ваше величество, я советую вам…

‒ Хватит! Он слишком далеко зашел! ‒ ледяным тоном отрезал Ланкастер, перебив графа. ‒ Как много наших людей сейчас в Москве?

‒ Тридцать, может быть сорок агентов… ‒ нехотя сообщил лорд, поджимая губы и устало потирая глаза. ‒ Возможно, чуть больше.

‒ Направь еще! Достаточно способных! ‒ резко приказал императора. ‒ По слухам, его близкие ведут весьма оживлённый образ жизни. Но в особенности сконцентрируйтесь на его беременной жене и неродившемся ребенке. Тебе ясен мой приказ, Карлайл?

Несколько долгих мгновений мужчина так и стоял, не желая верить в услышанное, но пяток секунд спустя, тот скрепя сердце кивнул.

‒ Как прикажете, ваше величество. Всё будет исполнено…

***

Земля. Российская империя.

Третье кольцо. Царицын.

Поздняя ночь.

Неделя спустя…

Один из переулков третьего кольца казался безжизненным и тихим. Но безжизненным и тихим он был до тех самых пор, пока близлежащее пространство не вздрогнуло, а еще секунду спустя, под напором необузданной и необъяснимой силы то начало расплываться. Следом за волнами стали образовываться тёмно-бирюзовые искры, но громкий оглушительный хлопок вдруг вывел дрожащее пространство из шаткого равновесия, а секунду спустя внезапно раздался болезный стон и словно из ниоткуда вывалился человеческий силуэт.

От образовавшейся ударной волны тот на всём ходу пролетел несколько метров кубарем, а затем всё разрозненное пространство вновь вернулось в исходное положение. Тем не менее, мужчина с обезображенной левой частью лица так и лежал на спине с глупой улыбкой пялясь в безоблачное звездное ночное небо.

А в следующий миг протяжно прокашлявшись, он с кряхтением принял сидячее положение и поморщившись стал разминать собственные бока.

‒ Мать моя Алина Федоровна, ‒ прохрипел тихо незнакомец, медленно поднимаясь на ноги и оглядывая целостность странных доспехов. ‒ Как же я ненавижу Астрал. Будь он трижды проклят. И как Иви с Линой его терпят? Брррр! На стену лезть хочется! За тридцать лет так и не привык. И почему мне вечно не сидится на одном месте? А ведь говорила мне Ильси: «Пал, побудь дома. Не рыпайся никуда. Займись воспитанием подрастающего поколения». Но нет. Куда там?! Дудки… Мы лучше в Астрал. Искать на жопу приключений…

Некоторое время мужчина так и продолжал вести разговоры с самим собой и что-то бормотать под нос, но буквально несколько мгновений спустя, тот внезапно оглянулся по сторонам и расплылся в самодовольной улыбке.

‒ По крайней мере, я всё-таки добрался. А красиво здесь. Прямо-таки как дома. Не верится даже…

Глава 9. Неизвестный, неизвестность и кошмары наяву...

Третье кольцо. Царицын.

Поздняя ночь…

‒ Надеюсь, я не слишком опоздал… ‒ пробормотал себе под нос человек, тяжело вздыхая и продолжая с интересом оглядываться по сторонам сквозного переулка. ‒ Ладно, не будем гнать лошадей. Действуем по старинке. По-людски, скажем так…

А затем тот неспешно зашагал в самую освещенную часть улицы. Однако стоило мужчине вынырнуть из переулка и оказаться на некоем подобии продольного проспекта, как практически нос к носу он столкнулся с весьма шумной компанией людей, состоящей из трех парней и двух девушек помладше, которые проходили мимо него.

‒ Доброй ночи, молодые люди. Вы позволите…

‒ Ох! Да чтоб меня! ‒ от неожиданности пятерка молодежи испуганно замерла, а самый эмоциональный из них, по-видимому, негласный лидер громко и протяжно ругнулся, и резко отступил на несколько шагов прочь. ‒ Мужик! Ты чего так подкрадываешься? Совсем сбрендил? Какого хрена так пугаешь? Я сейчас…

Правда, договорить тот не успел и резко осекшись, с легкой паникой уставился на обезображенное улыбчивое лицо, странные, ранее не виданные доспехи и поясную перевязь с оружием, которую украшали два диковинных кастета-улакса.

‒ Аааа… А ты… вы… вы кто вообще? ‒ опасливо сглатывая, тихо спросил юноша, периодически поглядывая на своих друзей и на снаряжение неизвестного. ‒ Стеновик? Гамбитовиц? Или же… ‒ тут парень в очередной раз панически сглотнул, глаза его расширились и тот невольно задрожал. ‒ Или же вы… вы из корпуса «Кровавый Лазарь»? Если что, то мы… мы просто гуляли… Мы ничем таким не занимались.

‒ Надо же. Язык тоже почти идентичен… ‒ прошептал еле слышно, но с заметным довольством мужчина. ‒ О! Прошу меня простить, молодые люди, за своё поведение, ‒ учтиво повинился незнакомец, миролюбиво поднимая руки над головой. ‒ Пусть вас не пугает и не смущает мой внешний вид. Буквально недавно я прибыл сюда из очень далёкого места и еще не успел понять, где нахожусь. Вы не подскажите мне, куда именно я попал? Как называется этот прелестный город?

После произнесенных слов пятерка медленно начала расслабляться, а кое-кто из них даже облегченно выдохнул и перевел дух.

‒ Вы находитесь, в Царицыне… ‒ тихо пискнула девушка, взглянув на подругу в поисках поддержки. ‒ На третьем кольце.

‒ Замечательно. Значит, я попал туда, куда нужно, ‒ расплылся в довольной ухмылке обезображенный воитель, бормоча себе под нос. ‒ И еще один момент, если вас это не слишком задержит. Назовите, пожалуйста, год, месяц и число.

‒ Ээээээ… Второе сентября. Двадцать пятый год, ‒ недоумённо обронил негласный лидер.

От услышанного брови незнакомца взлетели вверх, и тот тихо ойкнул, после недовольно цокнул, а затем протяжно выдохнул.

‒ Еще слишком рано. Я чересчур поторопился и опередил график. Это может стать проблемой, ‒ вслух пробубнил пришелец, но почти сразу мужчина расслабился и свой мягкий взор обратил на напряженную публику. ‒ И последний вопрос, молодые люди. Вам известен некто по имени… Лазарев Захар Александрович?

После произнесенного имени вздрогнувшая пятерка тотчас отшатнулась от него, словно завидела прокаженного, и лишь одна девушка с невероятным обожанием взглянула на воителя и сделала робкий шаг ему навстречу.

‒ Вы… вы знаете независимого советника самого императора? ‒ с лучащимся взором и потаённой надеждой в голосе вдруг спросила она. ‒ Вы знакомы с самим Палачом Империи?

‒ С Палачом Империи, значит, ‒ тепло повторил мужчина. ‒ Можно сказать и так. У нас есть одна общая… подруга. Так что скажете? Вы знаете, где его искать?

‒ Боюсь, в империи нет человека, который о нём не знает, ‒ с заметной нервозностью заметил негласный лидер. ‒ Это… опасный и безжалостный человек. И очень… страшный.

‒ Не слушайте его! Он просто боится. Захар Александрович замечательный! Князь Лазарев обитает в столице, ‒ как на духу заворожено выпалила скороговоркой девица, напрочь позабыв о своих друзьях. ‒ Но по слухам он часто бывает в Царицыне. Здесь расположен его корпус и квартал альвов. Я… я пыталась устроиться горничной в его усадьбу, но меня не взяли, ‒ разочаровано призналась девушка, удрученно вздыхая. ‒ Сказали, что мне стоит еще немного подучиться.

‒ Твоё упорство и честность похвальны, юная леди. Я благодарю тебя. Когда-нибудь все твои усилия окупятся, ‒ с широкой улыбкой отметил незнакомец, запуская руку в карман и выуживая оттуда пять небольших драгоценных камней, на который тотчас немигающе уставилась вся группа. ‒ Денег у меня нет, но есть нечто… иное. Это вам за помощь, молодые люди, ‒ поочередно вручая по одному камню в руки, спокойно проговорил воитель. ‒ Вы неплохие разумные, лишь слегка запутались в своей жизни, поэтому мой вам совет, потратьте награду с умом и поразмыслите над своим поведением. Особенно, я советую исправиться вам, юноша. Не стоит идти на поводу у тёмных личностей, ‒ хмыкнул мужчина, ткнув пальцем в мгновенно побледневшего негласного лидера. ‒ Порой, просто нужно побеседовать с кем-нибудь по душам. К примеру, с родителями.

‒ Это… это слишком много. Кто вы такой? ‒ растеряно прошептала та самая девица, отводя взгляд от драгоценного камня. ‒ Вы… вы из знати?

‒ В какой-то мере, ‒ уклончиво отозвался тот, начиная отдаляться и с интересом оглядываться по сторонам, не забывая весело ухмыляться и качать головой. ‒ А теперь позвольте вас покинуть, и еще раз поблагодарить за помощь.

‒ Ваше… ваше благородие, если… если вы хотите встретиться с князем Лазаревым, ‒ вдруг ударил в спину уходящего человека тихий и взволнованный женский голос. ‒ То лучше отправляйтесь в столицу. Правда, попасть на второе и первое кольцо без необходимых документов будет невероятно сложно. А уж встретиться с ним еще сложнее.

‒ Ооооо, Леночка, за подобное не переживай. Для такого как я это не проблема, ‒ галантно махнул рукой мужчина. ‒ Благодарю за заботу. Так и быть я упомяну о тебе князю Лазареву.

А затем прямо на глазах у пятерки ошеломлённых людей силуэт незнакомца блекло вспыхнул тёмно-бирюзовым сиянием, и он попросту исчез. Однако каждый из них мог поклясться всем, чем угодно. За мгновение до исчезновения, доспех у удаляющегося воителя за долю секунды изменился на обычную повседневную одежду.

‒ Ленка, ‒ вдруг тихо прошептала ей подруга с заметной паникой. ‒ А ты разве называла ему своё имя? Он… он ведь одарённый…

‒ Нет, а что? ‒ с недоумением отозвалась та, переглянувшись с обескураженными друзьями.

‒ А то, что этот аристократ назвал тебя по имени.

‒ Р-разве? ‒ выпадая в осадок, прошептала девушка. ‒ То есть он и вправду…

‒ Знаете, народ, ‒ вдруг тихим и осипшим голосом произнес тот самый негласный лидер, не сводя глаз с места, где исчез таинственный незнакомец, а после перевел взгляд на драгоценный камень в своём кулаке. ‒ Пойдемте-ка по домам. Мне надо будет с батей кое о чем перетереть…

***

Первое кольцо. Москва.

Главная резиденция рода Лазаревых.

Кабинет главы рода.

3 сентября 2025 года.

Ранний вечер…

Захар отсутствовал в столице уже на протяжении более двух месяцев. И с каждым днём неизвестное и необъяснимое напряжение в душе у Алины Лазаревой росло стремительными темпами. Напряжение походило на гнойный нарыв, а обеспокоенность за мужа ни на миг не отпускала будущую мать. Потому как дела в столице и в роду шли своим чередом. Квартал альвов медленно, но верно развивался. Род рос в силе и влиянии. Недруги же отступали прочь. Поэтому переживать и бояться приходилось только за него, а не за внутренние дела.

Однако приходя в кабинет любимого человека, где всё от и до пропиталось его аурой и силой, любые тревоги медленно отходили на второй этап. Разрозненные и сумбурные мысли женщины лишь здесь приходили в порядок.

‒ Ты тоже скучаешь по папе, малыш? ‒ тихо прошептала княгиня, присаживаясь в кресло мужа и с нежностью поглаживая заметно возросший живот и прикрывая слегка подрагивающие веки. ‒ Мама вот скучает. Но не переживай. Он скоро будет здесь. Рядом с тобой. Рядом с нами.

Тем не менее, слишком долго находиться в одиночестве будущей матери никто не давал по известной причине. Пару минут спустя дверь в кабинет беззвучно отворилась, а за её порогом оказались сразу несколько знакомых женских силуэтов, которые быстро прошествовали внутрь.

‒ Ты зачастила сюда, подруга, ‒ тепло усмехнулась Прасковья, понятливо переглянувшись с Викой и Лирой.

‒ Здесь спокойно, ‒ улыбнулась расслабленно Алиша. ‒ Очень спокойно. Даже без него.

‒ Как поживает наш драгоценный сын? ‒ повысив голос и присев на колени перед будущей матерью, полюбопытствовала экс-Потёмкина, прикладывая ухо к животу беременной. ‒ Ты уже размышляла над именем?

‒ С ним всё в порядке. А насчет имени, это пусть решит Захар, ‒ мягко проговорила Алина, поднимая задумчивый взгляд на Викторию. ‒ От него ведь поступали вести, не так ли? Вы просто не хотите мне говорить, да?

На некоторое время в помещении воцарилась томительная тишина, а присутствующие женщины резко переглянулись между собой.

‒ Алиша, ты же знаешь его, ‒ подбирая каждое слово, неторопливо заговорила Прасковья. ‒ Он не может сидеть на одном месте. Похоже, каждый второй уникум в нашей империи норовит вляпаться в какие-нибудь неприятности. К примеру, Ростислав. Вика не даст соврать. А уж один небезызвестный всем нам князь всегда найдет приключения на свою тощую задницу.

‒ Не такая уж она и тощая. Её так или иначе все успели оценить, ‒ тихо рассмеялась Хельга на пару с Ритой, и в ту же секунду двери в очередной раз распахнулись и упомянутые быстро прошмыгнули внутрь, удобно устраиваясь на диване.

‒ С ним что-то случилось? ‒ с лёгкой паникой стала вопрошать Алина, приподнимаясь с насиженного места. ‒ Что вы скрываете?

В кабинете главы рода вновь повисла напряженная тишина и все женщины как одна, устремили свои взоры на бывшую великую княжну, на что она в ответ лишь тяжело выдохнула.

‒ Увы, но всё диаметрально противоположно. Кое-что действительно приключилось. Если бабушка и мать от меня ничего не утаили и если не считать всех прошлых претензий по поводу уничтоженного форпоста от западников, то наш муж вновь постарался на славу империи. Правда, не все за границами государства оценили его заслуги.

‒ Ага, как же, ‒ фыркнула холодно Прасковья. ‒ К примеру, британцы.

‒ О чем вы? ‒ нахмурилась тотчас Алина, возвращаясь обратно в кресло. ‒ Что затеяла Британская империя?

‒ Случилось то, что и предполагал отец с дедом, ‒ честно призналась Виктория. ‒ Эдгар Третий захотел выдавить нас из самой большой смежной стигмы. Хотя он давно это затевал. Сейчас много изгоев гибнет на её полях. А на наших столпов и на наши залежи так вообще объявили тотальную охоту. И мы терпим убытки неизвестно от кого. Но если говорить кратко, то Захар оказался в корне не согласен с происходящим. Он прикончил лорда Рассела ‒ одного из самых влиятельнейших уникумов Британской империи, а заодно и целый отряд грандмагистров. В общем, Эдгар самолично выразил ноту протеста. Тот даже пригрозил императору, но отец быстро его осадил. Так что в ближайшее время может быть весьма неспокойно. Поэтому до возвращения Захара нужно быть начеку.

‒ На всякий случай я распорядилась усилить вдвое охрану, ‒ подала голос Хельга. ‒ Да и все девочки начеку.

‒ И правильно сделала, ‒ вставила свои пять копеек Куня.

‒ То есть он скоро вернется? ‒ обрадовалась Алина.

‒ Очень скоро, ‒ расплылась в ободряющей улыбке Лира, переглянувшись с Ритой. ‒ Буквально на днях. Ждать осталось недолго…

***

Второе кольцо. Москва.

Складские помещения на границе первого и второго кольца.

Тот же день.

Поздняя ночь…

В образовавшейся кромешной мгле среди складских помещений обычный человек с первого взгляда ничего не сможет рассмотреть. К тому же с первого взгляда. Однако сейчас под покров тьмы здесь присутствовало огромное количество сверхсильных одарённых, во главе которых находились сразу три могущественных повелителя. Три. Для любого тёмного клана это могло быть огромным числом, однако никак не для Британской империи.

‒ Имеются изменения, ‒ раздался бесцветной голос из мрака, последнего явившегося на склад. ‒ По указу свыше делимся на три группы.

‒ Зачем? ‒ недовольно осведомился один из тех самых повелителей.

‒ Чей приказ? ‒ придирчиво отозвался второй.

‒ А ты как думаешь, Габриэль? Руководя своим собственным мелким тёмным кланом, ты забыл, что значит слово приказ? Вы все здесь не для того, чтобы задавать вопросы. Надеюсь, это всем ясно? ‒ холодно отрезал лидер, обводя взглядом где-то около полусотни неподвижных теней. ‒ Карлайл учёл предыдущие нападения на род Лазаревых и принял меры. К тому же сейчас всё в округе первого и второго кольца находится под присмотром первого и третьего тайного отдела. Обстановка накалилась. Они заглядывают в каждую щель. Да и нам очень повезло, что сам князь отсутствуют в столице. Идеальный шанс. Сами знаете, операция проводится в большой спешке. Если кто-то провалится, то в курсе, что надо делать. Если у вас всё получится, то император дарует вам амнистию и прощение. Все прочие условия остаются в силе.

‒ Какие изменения? ‒ раздался надтреснутый голос последнего повелителя. ‒ Разве не проще атаковать одним единым кулаком?

‒ Нет, не проще. В этом и заключалась основная проблема ранее. Отныне две группы будут предназначены для диверсии. Основной отряд, в который войдет ваша троица, ‒ указала тень пальцем сразу на трёх повелителей, ‒ будет действовать по указанному ранее плану. Цель всё та же. Захватить и увести с собой. Если этого не удастся сделать, то приказ уничтожить. Основополагающая цель беременная княгиня.

‒ Я смотрю, старик Карлайл совсем выжил из ума, раз заставляет нас убивать женщин и не родившихся детей, ‒ презрительно сплюнул Габриэль. ‒ Он совсем позабыл, что значит слово честь?

‒ Не отступнику вроде тебя его судить, ‒ прошипел ледяным тоном лидер. ‒ Что-то не нравится? Можешь проваливать. Но далеко ли ты уйдешь? Долго еще будешь скрываться от всего мира? А так у тебя есть шанс начать всё сначала.

‒ Не читай мне нотации, ‒ резко отчеканил одарённый. ‒ Лишь только по этой причине я нахожусь среди таких как вы. У нас хоть и одна цель, но мы далеко не одинаковые.

‒ Достаточно, Габриэль! ‒ вмешался в разговор один из повелителей.

‒ Ознакомьтесь со своими целями и местами диверсии. У вас два часа, ‒ спокойно проговорил лидер, в мгновение ока растворяясь во тьме складских помещений. ‒ Начинаем после полуночи…

***

Смежная стигма Романовых.

Форпост правящей династии.

Постоялый двор «Верфь».

Глубокая ночь…

Реанорцам не снятся сны. Точнее снятся, но крайне и крайне редко. И чаще всего это отнюдь не какие-нибудь приятные сновидения или мечтания, а обычные ужасающие кошмары. Кошмары, с которыми приходят все призраки прошлого. Кошмары, которые хочешь забыть и никогда к ним не возвращаться.

Но вот сейчас… Сейчас всё было словно наяву. Потому как я находился на страшном пепелище. Я стоял прямо посреди своей усадьбы в Москве. Стоял не в силах, что-либо сделать. Не мог даже пошевелиться. Потому как судорогой от осознания случившегося свело всё тело.

Насилие и кровь. А также смерть самых драгоценных для тебя людей. Опять. Порочный и предательский круг вновь повторился.

От горелого смрада человеческого мяса и едкого дыма невозможно дышать. Тот до полного удушения заполняет лёгкие. Однако на это сейчас плевать. Плевать на всё. Случилось непоправимое. Собственная жизнь медленно утекает сквозь пальцы, а сам я не в силах отвести взгляда от изувеченных и окровавленных тел.

Иван. Ярослав. Прямо сейчас я вижу, как запекшаяся кровь стекает через рваные раны на груди. Искалеченные трупы беременной Алины. Прасковьи. Вики. Лиры. Риты. Хельги. Те вповалку лежат в одной кровавой куче так, что невозможно до конца отличить одну девушку от другой. Тела переломаны, шеи, руки и ноги вывернуты под неправильным углом и сейчас они более напоминают не мертвых людей, а лишь тряпичные куклы. Обезглавленный Вадим укрыл своим телом Ванессу и сына, а его голова валяется всего-то в паре метров от своего хозяина. Тело Лёни насквозь пробито огненным шипом и где-то на уровне трёх или четырех метров пришпилено к уцелевшей стене усадьбы. И совсем рядом покоится Ростислав, лежащий в крепкую обнимку с Морозовой. Оба угодили под единую атаку, и сейчас в районе груди у них нет ничего. Только зияющая отвратительная рана. Та же участь постигла Лизу с Анжеликой.

Они не пожалели никого.

И мёртвых много. Очень и очень много. Трупы тех, кого я знал, простираются вдаль. Пламя медленно охватывает всю округу. Горят тела. Догорает усадьба. Разрушается империя. Но внутри более нет ничего. Ни единой эмоции. Нет ни злости, ни ярости, ни гнева. Там лишь пустота. Сердце мертво. Да и сам я тоже скоро умру. Нет больше сил и желания сражаться. Да и зачем? Потому как всюду, где не ступит нога реанорца, умирает и увядает всё.

‒ Это ты во всём виноват! Это ты их убил, Линчеватель! ‒ вдруг раздался за спиной голос шестерых странников Астрала. ‒ Ты убийца, реанорец! Ты смерть во плоти! Ты разрушитель! Твой удел убивать и страдать…

‒ Они умрут, Зеантар, ‒ зашептал мне на ухо злорадный тон Хаарсы. ‒ И ты будешь свидетелем их смерти! Ну же, реанорец, покажи свою истинную натуру! Покажи своё истинное лицо! ПОКАЖИ! ‒ закричала радостно та. ‒ УБЕЙ ВСЕХ СНОВА! ТЫ ЖЕ ЭТО ТАК ЛЮБИШЬ! ТЫ НИЧЕГО БОЛЕЕ НЕ УМЕЕШЬ! ОБНАЖИ ВСЮ СВОЮ ПРОГНИВШУЮ РЕАНОРСКУЮ СУТЬ! ПРИНЕСИ СМЕРТЬ ЭТОМУ МИРУ!..

‒ Нет… ‒ прошептал безжизненно я, глядя в наполненные мольбой глаза беременной жены и перехватив джад обратным хватом, направил его себе в сердце. ‒ Больше никто не погибнет. Умрёт лишь один…

……

……

……

‒ Я…

В этот же момент, в смежной стигме Романовых в своей личной комнате мне, наконец-то, удалось пробудиться от кошмарного сна. Всё тело залито потом, сердце в любой момент готово вырваться из груди, а глаза вот-вот вывалятся из орбит. Но сейчас не это важно. Важно совсем другое.

Из ужасного сновидения я вырвался не сам. Меня вырвал сигнальный эфир. Вырвал силой.

Потому как кто-то неизвестный каким-то чудом умудрился пересечь заградительный барьер Высшей речи. Барьер Высшей речи, который я возвёл своими руками. Кто-то посмел напасть на мой дом…

‒ Нет! Нет-нет! НЕВОЗМОЖНО! ‒ хрипло вырвалось у меня. ‒ УБЬЮ! УНИЧТОЖУ! Прикончу всех и каждого, если хоть волос с их головы упадёт…

Глава 10. Миг, когда кошмары превращаются в реальность...

Смежная стигма Романовых.

Постоялый двор «Верфь».

Комната князя Лазарева.

Поздняя ночь.

00:20 по земному времени…

‒ Нет! Нет! НЕТ!!!

Гортанный крик, который вырвался из моей глотки был настолько громким и яростным, что снёс выставленный заранее полог тишины, а сам артефакт на пальце резко треснул, потому что следуя реанорским инстинктам свой вопль я случайно напитал крупицами эфира.

После моего пробуждения в комнате царил полнейший кавардак, ведь собирался я в тотальной спешке. Хотя тех самых сборов почти не было. Мысли пребывали в полнейшем Хаосе, а в груди полыхал ни с чем не сравнимый гнев. Мне хотелось рвать и метать. Уничтожить всё, что только попадалось под руку. Доспех был накинут за несколько мгновений в неудержимой спешке, а портупею с джадами я подхватил буквально на ходу уже рванув к выходу.

‒ Барьер… ‒ в полубреду шептал я. ‒ Если это повелитель или повелители, то барьер на моём первом обороте их надолго не задержит…

Однако сегодня, будто у самой судьбы были свои планы на счёт происходящего. Дверная ручка под напором неконтролируемой силы невольно смялась у меня в руках, а дверной замок напрочь заело.

‒ Да будь оно всё проклято!

Весь дверной проём вместе с дверью за долю секунды с пушечным залпом вылетел в коридор и под напором неуправляемой свирепой ярости тот умудрился пробить одну из несущих стен. Лишь после до меня дошло, что проще было бы покинуть комнату через окно.

Хотя теперь уже плевать! Сойдет и эта дыра…

Правда, стоило нырнуть дальше в коридор, как я почти лицом к лицу столкнулся с ошеломлённым Романовым, за которым находилась напуганная Морозова, слева от них стоял сонный Костров, а уже рядом с ним маячили силуэты Бетала, Киры и Германа, которые словно ужаленные повыскакивали из своих комнат.

‒ Шеф, ну ты даешь…

‒ Захар, чего кричишь? ‒ ошалело выдал Ростислав, перебивая Лёню и глядя то на меня, то на проломленную стену. ‒ Что случилось?

‒ На мой дом напали! ‒ прошипел холодно я, быстро следуя вперед и вцепившись мёртвой хваткой в края проломленной стены, перевел яростный взор на цесаревича. ‒ На девчат напали!

После произнесенных слов вся накалённая атмосфера скакнула к своему пику, лицо Романова и Морозовой побледнело, а сам Лёня, словно загнанный зверь метнулся в свою комнату, напрочь позабыв о сне. Троица же хунхузов опасливо сглотнула и переглянулась между собой.

‒ Откуда ты знае… ‒ начал было юноша, но почти сразу осекся и глаза его расширились. ‒ То есть Вика… Когда это случилось?

‒ Только что! Секунд тридцать назад!

‒ За сколько ты доберешься до столицы? ‒ сбивчиво прошептал парень.

‒ На своей максимальной скорости возможно за полчаса, есть вероятность, что раньше! ‒ без раздумий изрёк я. ‒ Как только пересеку блокирующий барьер свяжусь с Олегом!

‒ Тогда поспеши! Не останавливайся на постах и на вратах не вздумай тормозить! ‒ выпалил цесаревич, рванув в сторону выхода. ‒ За приказ императора и дядьку не переживай! Я разберусь! Лёня! За мной! ‒ громыхнул уже со второго этажа полуодетый Романов.

‒ Вы трое знаете, что делать! ‒ резко бросил я вздрогнувшей Кире, Беталу и Герману.

‒ Будет исполнено, господин! ‒ в один голос отозвались те, невзирая на увеличивающееся количество недовольных изгоев в коридоре и на поднимающийся от них возмущающийся гул.

Под ногами вновь раздался треск деревянных полов, по телу резко пробежал тёмно-багровый разряд молнии, а сам я быстро шагнул в образовавшуюся дыру.

‒ Великая мать, моя верность тебе непоколебима, ‒ с мольбой в голосе зашептал в падении я, прикрывая веки. ‒ Но заклинаю. Сбереги их. Не дай им пострадать… И клянусь я тебя не подведу. Никогда! Истреблю любого, кто встанет на твоём пути…

Комбинация потоков Высшей речи…

Непрерывный ритм угасания…

***

Земля.

Российская Империя. Москва.

Где-то на границе первого и второго кольца.

4 сентября 2025 года.

00:01…

Начало четвертого сентября выдалось невероятно тихим и спокойным. Звёздная и безмятежная лунная ночь властвовала над всей столицей. Но тишина и спокойствие просуществовали недолго, а если быть точнее, то чуть более минуты.

Потому как в следующий миг над Москвой в пределах второго кольца раздалась череда нескольких магических оглушающих взрывов на основе магии земли и огня. Следом оказалась атакована прилегающая территория к аэропорту имени Романовых, а пару секунд спустя на противоположной стороне кольца зазвучали аналогичные взрывы, те начинали буйствовать вокруг главного международного управления по делам пятен и стигм.

Менее чем за минуту часть кольца преобразилась в пышущий Хаосом муравейник. На ноги моментально были подняты и активизированы часть всех трёх тайных отделов и солидная доля статских. Образовавшиеся проблемы и охвативший районы бедлам стремительными темпами начали набирать свои обороты. В трёх или четырёх местах государственные спецслужбы во главе с магами света с необычайной скоростью умудрялись находить виновных в произошедшем. И мгновение спустя именно в тех местах возникали ожесточенные сражения между диверсионными отрядами и цепными псами империи. Преступники частично рассеивались во множестве направлений, тем самым пытаясь увеличить радиус бед, однако к тому времени территория оказалась полностью оцеплена. И единственным так называемым спасением являлась самоликвидация резервов. За несколько минут по второму кольцу стали раздаваться краткие взрывы и выбросы магической энергии. Ведь изначально нападение на подобные охраняемые места ничем иным, кроме как самоубийственной затеей назвать было нельзя.

Вот только за всем происходящим крылось нечто иное. Атаки оказались лишь мастерским прикрытием для третьей ‒ основной группы. В этот самый момент неизвестный отряд теней успешно пересек границу первого и второго кольца, направившись в элитные районы, где проживали власть имущие аристократы.

‒ Роланд, Катаклизм тебя задери! ‒ злобно прошипел один из повелителей, резко останавливаясь и оборачиваясь назад, пристально глядя на разнообразные вспышки, взрывы, а также прислушиваясь к оглушительному шуму и вою сирен, которые доносились со второго кольца. ‒ Что всё это значит?! Там мои люди!

‒ Только не говори, что ты не знал, что это самоубийственная затея атаковать такие места? ‒ сухо спросил одарённый с неприкрытым злорадством. ‒ Жертвы будут. Точнее жертвы нужны. Лучше радуйся тому, что твои люди хорошо послужили тебе перед смертью. А теперь хватит скулить и следуй за мной! Позже будешь их оплакивать. Мы почти у цели. Времени мало…

‒ Сучий предатель, да я прикончу тебя прямо здесь! ‒ рявкнул раздраженно мужчина, медленно подступая к лидеру отряда. ‒ Ты специально отправил их на смерть!

Но уже в следующий момент путь ему преградили сразу два других повелителя и троица незнакомых грандмагистров.

‒ Ульберт, Кристоф! Свалите прочь! ‒ прошипел холодно тот.

‒ Утихомирься, Габриэль! ‒ просипел хрипло левый. ‒ Вначале закончим дело, а после делай, что хочешь! Таков был уговор! Там умирают не только твои люди.

‒ Кучка лживых и прогнивших ублюдков! ‒ процедил сквозь зубы мужчина, не в силах, что-либо поделать, а после со злобой взглянул на лидера. ‒ Ты мне за всё заплатишь, тварь!

‒ Разумеется заплачу, ‒ осклабился довольно тот. ‒ Но после того, как закончим работу. За мной! До особняка рукой подать…

***

Первое кольцо. Москва.

Главная резиденция рода Лазаревых.

00:19…

Под покровом ночи и под иллюзорной магией тьмы двенадцать теней передвигались абсолютно бесшумно и в полнейшей невидимости для посторонних глаз. Каждый из них прекрасно видел множественных воителей и магов, что стояли на охране усадьбы. Правда, для трёх повелителей подобное не было большой проблемой. Остановились те в едином ритме, когда до массивного металлического забора оставалось не более двадцати метров.

‒ По моей команде! ‒ прошептал спокойно Роланд. ‒ Три. Два. Один. Начали…

Первыми, оттолкнувшись от земли, вперед последовала троица приготовившихся заранее грандмагистров для расчистки пути. Вот только когда они оказалась над границей, которой служила металлическая преграда, что-то ослепительно вспыхнуло тёмно-багровым сиянием и нечто в грубой манере воспрепятствовало им, не давая проникнуть дальше. В единый миг те оказались парализованы, следом раздались громкие утробные крики и троица одарённых начала тлеть и рассыпаться прямо на глазах у своих товарищей, а секунду спустя неизвестный ярко-алый барьер вдруг вспыхнул и отбросил уже остатки мертвых тел прочь и наряду с этим над всей усадьбой разнесся сигнальный вой.

‒ Что за чертовщина?.. ‒ неверяще прошептал Габриэль, отшатнувшись прочь, однако дальнейшие его слова были поглощены криками. ‒ Роланд, сукин сын. Ты же сказал, что…

‒ НАПАДЕНИЕ!

‒ Всей охране быть начеку!

‒ К оружию!

‒ За род Лазаревых!

Повсеместно над всей огромной резиденцией стали раздаваться приказы и возгласы множественной охраны.

‒ ЗДЕСЬ СИГНАЛЬНАЯ СЕТЬ С БАРЬЕРОМ!!! Раньше её не было! ‒ заорал раненым зверем Роланд, срывая со всего отряда маскировку. ‒ Габриэль, Кристоф, Ульберт!!! Уничтожьте её! Живо! Если вы этого не сделаете, здесь через несколько минут будет весь третий тайный отдел! Не стойте столбами! ДЕЙСТВУЙТЕ!

Троица повелителей не заставила себя долго ждать. Пламя, ветер и земля после визга Роланда в едином порыве ударили по неизвестному барьеру своим сильнейшим арсеналом. В ответ тот ослепительно вспыхнул, задрожал, по поверхности промчалась рябь, но купол выстоял. Правда, это был лишь первый слаженный удар…

***

Главная резиденция рода Лазаревых.

Внутри усадьбы.

00:20…

Внутри содрогающейся усадьбы в это время под громогласное дребезжание защитного барьера происходила самая настоящая эвакуация. Командовали обороной лисицы во главе с начальником службы безопасности рода Лазаревых, а все женщины уже были облачены в свои доспехи гидры.

‒ Дана, Алёна, на вас все княгини! ‒ громко раздавала приказы Хельга, быстро передвигаясь в сторону главного входа. ‒ Зарина, ты займись прислугой! У вас две минуты! Захар говорил, что барьер надежен, но всё зависит от того, кто нападет. Боюсь, у нас проблемы. Так что поторопитесь.

‒ Будет сделано… ‒ в один момент отозвались женщины, ускоряясь.

Но в следующий миг их перебил спокойный голос Прасковьи, на девушке уже тоже красовалась броня гидры, а следом за ней из-за угла вынырнул и силуэт альвы:

‒ За нас можете не переживать. Лучше помогите Алине и детям.

‒ Вика и Рита уже отправились за ней, ‒ с легкой нервозностью отозвалась Лира, то и дело косясь на яркие разноцветные оглушительные вспышки за окнами и нарастающий гвалт. ‒ Лучше помогите им! Мы останемся с вами!

Дважды лисицам повторять не пришлось. Дана и Алёна стремглав умчались наверх за княгинями, пока Зарина подхватив под руку мельтешащего рядом дворецкого, на пару с ним умчалась эвакуировать прислугу.

‒ Боюсь, тут я с вами не соглашусь! Об этом и речи быть не может! ‒ отрезала решительно фон Тек. ‒ Я начальник службы безопасности. И мне решать, кому и куда отправляться. Если с вами что-то случится, то наш князь мне голову оторвёт. Так что спускайтесь вниз. Как только вы будете в безопасности я активирую заслон.

Лицо экс-Потёмкиной скривилось в гримасе недовольства, а рот уже приоткрылся в возмутительном протесте, но Хельга оказалась непреклонна.

‒ Никаких протестов! Скроетесь внизу вместе с остальными. Это приказ Захара! ‒ грубо изрекла на бегу женщина, со всех ног направляясь к главному входу.

‒ Хорошо! ‒ кивнула нехотя княгиня, согласно переглянувшись с Калирой, спеша следом за женщиной. ‒ Но уходить будем последними сразу за прислугой! И какой только кретин отважился атаковать наш род?

‒ Сами знаете, что у вашего мужа много врагов, ‒ отчеканила с заметным напряжением та. ‒ Захару они никак не смогут навредить. Обломают зубы! А после он их нарежет на мелкие куски как остальных глупцов. Поэтому добраться до него его недруги могут только через вас. По этой причине я не буду выслушивать твои пререкания.

‒ Хорошо, ‒ тихо шепнула Прасковья, сдавшись. ‒ Как скажешь…

Договорить девушка не успела, так как в следующий миг вся их троица резко остановилась недалеко от спуска в подвал, куда под предводительством Зарины, Даны и Терентия уже начали стекаться последние единицы перепуганной прислуги.

‒ Всем вниз! ‒ громко выкрикнула Хельга, нервно поглядывая на наручные часы и тем самым перебивая образовавшийся гвалт, а затем начальник службы безопасности в полнейшей тишине обратилась к француженке. ‒ Дана, где Алёна, княгини, Рита и дети? Уже спустились?

‒ Рита, дети и почти вся прислуги укрылись внизу, а княгини…

‒ А мы уже здесь… ‒ вдруг раздался сдвоенный голос Виктории и Иволгиной, которые вынырнув из полутьмы помогали спускаться беременной и заметно бледной Алине, которая бросала тревожные взгляды на улицу.

‒ Ей стало плохо, ‒ тихо добавила магиня жизни. ‒ Пришлось исцелять.

‒ Со мной всё в порядке, ‒ с вымученной улыбкой прошептала будущая мать. ‒ Прислуга укрылась? А Рита с девочками?

‒ Не переживайте, госпожа. Все уже внизу. Спасибо за заботу. Вам необходимо позаботиться о себе, ‒ с обходительной улыбкой отозвался Терентий, заменяя Алёну собой и помогая княгине как можно быстрее и аккуратнее спуститься вниз.

‒ Дана, Зарина, Алёна, быстрее на улицу. Помогите остальным! Времени мало!

Лисицы почти без раздумий бросились в сторону главного входа, а затем начальник службы безопасности кивнула всем оставшимся женщинам в сторону спуска.

‒ Вниз, красавицы! Живее!

‒ Алиша, Вика, вы первые! Мы с Лирой сразу за вами! ‒ сбивчиво проговорила Прасковья, с тревогой глядя на подруг. ‒ Рита и дети уже там…

Ноги будущей матери и Виктории лишь успели ступить на первую ступеньку, и те даже умудрились сделать еще с пяток шагов вниз, а вслед за ними уже поспешили и остальные княгини. Однако у судьбы на сегодняшнюю ночь были свои планы.

Не успела троица лисиц добраться до главных дверей, как с улицы внезапно раздалось громкое и оглушающее дребезжание, а секунду спустя по округе разнесся пронзительный глухой треск.

Защитный барьер оказался разрушен.

Почти сразу снаружи усадьбы начали доноситься крики нарастающего сражения, вопли умирающих людей, а также мерзкое шипение магии.

‒ Девчата, быстрее!!! Барьер Захара сломан! ‒ закричала взволнованно фон Тек, начиная активировать защитный заслон на подвале. ‒ Они…

Вот только женщине не хватило всего нескольких крошечных мгновений. Потому как вдох спустя с улицы вновь раздалась порция магических взрывов. В этот самый момент страшная разрушительная сила снесла напрочь входные двери, отбросив прочь лисиц и адское пламя вместе с буйствующим ветром проникло внутрь. Ударная волна тотчас выбила все окна и перегородки в усадьбе. За мельчайшую единицу времени вся округа превратилась в настоящую разруху.

За момент до взрыва Хельга вместе со своим водным щитом успела встать на пути двух губительных заклинаний, но что-либо противопоставить такой мощи женщина не смогла и ту просто откинуло прочь. Однако надо отдать должное, она умудрилась смягчить ударную волну, ведь проникшие внутрь ветер и огонь были неостановимы для архимага. Ударная мощь магии разметала во все стороны не успевших спустится в подвал княгинь. Едкий дым, гарь и ворвавшаяся вьюга с невероятным давлением прибывших не давали нормально дышать и двигаться.

И прямо на глазах у ошеломлённой фон Тек Прасковья и Калира сдавлено вскрикнув, оказались отброшены куда-то в сторону, пробив своими хрупкими телами одну из деревянных перегородок рядом со спуском. Девушки так с воплями и скрылись в глубине тотальной разрухи. Виктория в последний момент успела создать подобие щита, но силы вновь были несоизмеримы. С жалким воем Терентий кубарем свалился вниз. А вот саму Вику вместе с болезненно охнувшей Алиной просто-напросто смел буйствующий ветер прямо с лестницы. Затем обе княгини в одночасье покатились дальше. Вот только будущая мать угодила в самое скверное место. Та упала прямиком в груду битого стекла и скопление разрушенной стеновой перегородки.

‒ У вас минута! ‒ прорычал вдруг громкий голос, а следом за голосом в напрочь разрушенную прихожую ворвались девять неизвестных. ‒ Найдите княгинь! С остальными не церемониться!

‒ А не нужно никого искать, ‒ тихо просипел хриплый голос, тщательно осматривая округу сенсорным заклинанием и тремя ударами ноги отбрасывая прочь двух лисиц и раненую Хельгу, которая ползла в сторону Алины и Вики, оставляя за собой шлейф крови. ‒ Они все здесь…

‒ Хватайте их и уходим! ‒ не унимался свирепо мужчина. ‒ Времени мало!

Глаза Виктории после грубого выкрика резко открылись. В ушах у дочери императора стоял шум и звон, а затем мгновенно оглядевшись мутным взглядом по сторонам та со страхом уставилась на свою беременную подругу рядом. Преодолевая боль во всем теле, она быстро подползла к будущей матери и аккуратно перевернула её на спину. И увиденное ужаснуло бывшую великую княжну, отчего та горько и панически сглотнула. Чуть выше выпирающего живота в груди у смертельно бледной Алины торчал массивный и острый осколок стекла, и с каждым вдохом горячей крови под телом становилось всё больше.

‒ Нет-нет-нет… Не умирай… Вы… вы глупцы! ‒ со страхом и чуть не плача зашептала неверяще целительница, обращая свой наполненный ужасом взгляд к приближающимся теневикам, пытаясь всеми силами наложить исцеляющее заклинание. ‒ Вы все глупцы! Она ведь беременна. Если… если он узнает, что с ней, с его людьми, с нами или с ребенком что-то случилось. То даже мне страшно представить, что здесь будет… Здесь всё превратится в кровавую Преисподнюю… Вы нигде не укроетесь от сумасшедшего безумия моего мужа…

‒ Захлопни свою прелестную пасть! Мне чихать на твоего ублюдочного мужа! Он сам во всём виноват! ‒ прошипел грозно тот самый голос, а его силуэт стал медленно приближаться. ‒ И мне плевать на россказни какой-то романовской шлюхи. Ульберт, забирай её, а раненную беременную потаскуху можешь добить. Обременяющий груз нам не нужен…

И по традиции как и всегда у нас чибик для всех "наградеров" десятого тома. Всеми любимый реанорец во всей боевой красе.