Последний Паладин. Том 15

Пролог

Светловолосый парень неподвижно стоял перед заваленным входом в пещеру. Одетый не по погоде, он едва заметно подрагивал, а его надетый поверх тактической брони белый халат выглядел неуместно и несуразно, но никто из молчаливой толпы за спиной не смел сказать это вслух.

Потрепанный белый халат развевался по ветру, хлестал по щекам, и эти удары ткани были единственным звуком, что исходил от одаренного Света по имени Денис.

Правая рука парня сейчас была направлена в сторону завала, а левая находилась в кармане халата. И только Денис знал, какая мощь сейчас заключена в этом кармане потрепанного халата.

Только Денис знал, что дрожит он вовсе не от холода. И даже не от страха перед закупоренной пещерой, свод которой каждые несколько секунд содрогался от могущественного существа, пытающегося вырваться на волю.

Нет.

Денису было наплевать на страх смерти. На требующие бежать без оглядки инстинкты. Ему было плевать на давление красной зоны вокруг.

Все, что сейчас имело значение, находилось в кармане белого халата, а истинной причиной дрожжи молодого одаренного Света являлось предвкушение.

Собравшись с мыслями, Денис сделал глубокий вдох. Задержал дыхание на пару мгновений, после чего сделал медленный выдох. И, не вынимая левой руки из кармана, надел перстень.

Выдержанный в «Урне Лиорно» костяной перстень тут же впился в палец до хруста. По телу тут же растекся болезненный спазм такой силы, что даже высшей регенерацией Денису не удавалось подавить накатившую боль. Хотелось заорать от боли или снять окаменевший прямо на пальце перстень, но усилием воли лекарь сделал второй шаг и, игнорируя переломанные пальцы, сжал левую руку вокруг второй Реликвии, что лежала в кармане.

«Сфера Душ» отозвалась теплом и принесла волну облегчения, но лишь для того, чтобы через мгновение распределить всю эту боль от сломанных пальцев по всему телу.

Ощущение, словно все тело пронзило камнем изнутри. Песок в венах, камни в энергоканалах, щебень на зубах. Денис чувствовал, как его собственное тело начинает каменеть изнутри, а жизнь в нем поддерживает лишь тусклая искорка Света, на которой Денис и сконцентрировался.

Нельзя было дать ей потухнуть. Любой ценой.

Несмотря на обещание Маркусу, Денис был готов залезть в любой долг к своей Стихии. Он принял это решение и пути назад не было. Эта внутренняя и абсолютно никак не проявляющаяся внешне агония продолжалась целую минуту.

И только спустя минуту, поначалу тусклая, как спичка, искра Света внутри юного лекаря начала разгораться и растекаться по телу легким теплом.

Жадно зацепив его, Денис наконец смог полноценно дышать. Зрение прояснилось, к телу вернулась подвижность. Боль не ушла, но парень мог двигаться и ему сейчас этого было достаточно.

Опустив взгляд вниз, юный лекарь убедился, что перстень на месте и его левая рука все еще удерживает Сферу Душ, после чего сделал шаг вперед. И коснулся завала правой ладонью. Прижал ее к покрытому глубокими трещинами завалу так сильно, как только мог.

Искра Света в груди к этому моменту разгорелась в настоящее пламя, которое Денис аккуратно перенаправил в свою правую ладонь. Его кожа словно засветилась изнутри и в одночасье вся правая рука покрылась ярким теплым сиянием Света.

Но одновременно с этим, начали учащаться удары по завалу изнутри пещеры. И чем сильнее светилась рука, тем яростнее бился зверь внутри. Словно от боли, яростный рык существа становился все громче. Своды пещеры тряслись уже без остановки, словно при землетрясении. Денису стоило огромных усилий просто устоять на ногах, но он упрямо стоял и держал покрытую Светом ладонь на завале, половина которого уже осыпалась, а в образовавшихся дырах мелькал беснующийся дракон.

Удар, еще удар.

Вот очередной булыжник внутри завала раскололся прямо над головой Дениса и оттуда медленно высунулась окровавленная от многочисленных ударов морда дракона. Вытащив пасть наружу, тварь сощурилась от резкого Света, и, увидев, наконец, источник своей боли, дракон издал протяжный визг и атаковал.

Каменные челюсти устремились прямо в Дениса, но в последний момент лекарь успел поднять свою покрытую Светом правую ладонь и сунул твари прямо в пасть. В каких-то миллиметрах каменные зубы остановились, чтобы не откусить лекарю руку по самое плечо, взгляд каменного дракона остекленел, а сам он замер в таком положении как статуя.

Денис же продолжал стоять на ногах. Рукава его халата окрасились алым, изо рта и носа текли робкие ручейки крови, но сам он улыбался. Пусть Денис и не мог сейчас увидеть, что Сфера Душ покрылась янтарным окрасом, он знал это. Он чувствовал, что получилось.

Но взять под временный контроль душу каменного дракона лишь половина дела. Поэтому, прокашлявшись, Денис повернулся на людей, которые с немыми лицами стояли за его спиной и послушно не вмешивались все это время.

Под угрозой смерти он запретил им даже говорить с ним в процессе ритуала, и сейчас обвел взглядом весь спектр ужаса, бессилия и боли на их глазах. Это странным образом придало юному лекарю сил, и найдя в толпе взглядом Беса, Денис вытащил окровавленную и покрытую Светом руку из пасти дракона, и хриплым голосом спросил:

— Ты готов?

— Готов, — уверенно отозвался мертвецки серьезный каменный здоровяк, и сделал шаг в сторону, открывая лекарю путь к окаменелой статуе в виде девушки.

Глава 1

Совет прошел… нормально.

Если честно, я думал будет хуже. Получив эстафету председателя, я не стал медлить и собрал всех вместе в теневом квартале.

Почему здесь, а не в обычном месте близ Дворца?

Потому что это самое безопасное место в столице, где я могу обеспечить стопроцентную безопасность всем без исключения гостям. Учитывая, как прошел прошлый Совет, этот ответ всех устроил. А вот мое заявление про «Миротворец» устроило уже не всех, но никаких истерик или ярых возражений не последовало.

В целом, все участники отреагировали достаточно спокойно, хоть и немного по-разному.

Валерия Огнева сдержанно и нейтрально. Как регент и представитель юного Князя Огня, она вела себя в целом тихо, и больше в Совете слушала, чем говорила. Так поступила и сейчас.

Виктория Луговская же запросила подробности, подтверждение, что это не силовой захват, и гарантии неиспользования ресурсов «сокровищницы Императора» против людей любого из присутствующих. Выступила Вика первой, уверенно и четко. И сделала это больше для спокойствия остальных, так как у нее самой никаких сомнений на моей счет не было.

С Князем Воды проблем тоже не возникло. Хотя его реакция оказалась слишком спокойной, словно водник уже заранее знал о том, что я хочу сказать. Этот неприятный момент я подметил, и тут же передал Коллю приказ усилить наблюдение за сторонними работниками, коих сейчас на наших объектах было немало. А Клан Воды в последнее время вообще является нашим главным строительным подрядчиком, особенно по объектам внутри столицы, так что усилить меры безопасности на предмет утечек лишним не будет.

А вот второй наш по важности строительный подрядчик воспринял новости о «Миротворце» не так позитивно, как остальные. После самоотвода старика Молнии, и появления в Совете Макса, Князь Металла теперь является одним из немногих оставшихся в Совете Князей «старого» образца.

Одним из двух таких старичков, если быть точнее.

И если с Князем Воды у меня сформировались, пусть и не сразу, но весьма дружелюбные взаимоотношения, то с Князем Металла общего у нас меньше, и потому не удивительно, что этот представитель старой гвардии встретил новости о «Миротворце» куда холоднее остальных.

Пусть напрямую мы с Князем Металла никогда не конфликтовали, но и друзьями нас назвать нельзя. Клювик уничтожил одну из его передовых бригад добытчиков. Да, те ребята сами хотели убить нас с Альбертом, но факт есть факт. Людей в Клане Металла и так не то, чтобы много, и потеря даже одного одаренного заметна, а в той группе их было целых девять.

Так что можно сказать, что мы начали с Князем Металла с негатива, но этот негатив сгладился и перешел в уровень некого нейтрального отношения, после того как я помог Князю Металла освободиться от ментального влияния светлых, и вернул его собственную жизнь под контроль.

Нейтралитет поддерживался какое-то время после этого, но после недавних неудачных попыток вернуть в Клан Металла Альберта, Князь Металла теперь меня недолюбливал. Да и новость о том, что я Паладин, он тоже тогда встретил скептично. Дорвавшись до власти без стороннего контроля, Князь Металла впервые в своей жизни смог ощущать себя настоящим Князем, и принялся воплощать наконец свои идеи, взгляды, амбиции.

Все то, что и привело его к месту главы Клана Металла, Князь сейчас мог воплотить и, надо признать, начал он свою управленческую карьеру весьма успешно.

Новые шахты, рост уровня добычи, уникальные ресурсы, колоссальный приток финансов, и выход на общеимперский рынок за считанные недели. Даже красную зону не так давно начали осваивать одними из первых и без сторонней помощи.

Однако сначала Князь Металла из новостей об учениях узнал, что Клан Теней красную зону осваивает дальше и лучше, чем он, а теперь вот еще и «Миротворец».

Да и замок Пятого опять же. Да, давным-давно, но он принадлежал Клану Металла, и одаренные именно этой стихии создали и обороняли замок, но Пятый присягнул мне, а не Князю Металла.

Пусть глава цельнометаллических доспехов мне ничего прямо не высказывал, но он считал этот замок своим по праву. Я знаю это, потому что мне докладывали, как Князь Металла собирает документы, поднимает архивы, копает информацию. Даже к Пятому в замок в гости приходил с целью переманить его.

Ну, вернее пытался прийти, старик его не пустил и даже слушать не стал.

Вот и получается, что наши отношения с Князем Металла сейчас далеки от дружеских, и когда Лекса говорила о том, что не все будут рады новостям о «Миротворце», то внутри Совета в первую очередь имела в виду его. Но один голос на Совете ни на что не влияет, да и после выступления Вики и подготовленных документов Лексы, обоснованных претензий просто не могло быть.

Уж точно не так быстро.

А простое «мне не нравится» или «почему он, а не я», тут не прокатит.

Что до реакции последнего представителя Совета в лице жизнерадостного Максимки, то его новости вообще не впечатлили. И не потому, что он про них знал заранее, а потому что ему в целом было все равно. Макс доверял мне и дождавшись, когда все выскажутся, просто поднял руку в мою поддержку.

После чего каждый получил свою копию крупной пачки подтверждающих мои намерения и права на «Миротворец» документов, и на этом официальная часть Совета завершилась.

Так мы плавно перешли из кабинета и узкого круга Князей и Княгинь, в просторный гостевой зал особняка с расширенным пулом гостей. Тот самый гостевой зал, где я поделил Филиппа на две части теневой реликвией.

Сейчас казалось, что это было так давно. Как интересно иногда нашим мозгом воспринимается время.

Пусть место было тем же, но выглядел гостевой зал сейчас совершенно иначе, чем в тот раз. В темных тонах, но уютно, без вычурных старомодных люстр, без тысяч воткнутых везде, где надо и не надо свечей, без звериных шкур и безвкусной витиеватой мебели.

О том, что это то самое место, напоминали лишь три нетронутых камина, мерно потрескивающих по трем направлениях от входа, да балкон, в сторону которого, попивая бокал красного вина, сейчас косилась с ностальгическим видом девушка в алом платье.

А в нескольких метрах от нее крутился Артур, и с деловитым видом, в одиночестве лопал канапе и креветок, искоса осматривая убранство просторного гостевого зала. Видно было, что мальчишке интересно все, но при этом он ничего не спрашивал, никому не докучал, а старался вести себя по-взрослому.

Хотя я знаю, как давно он хотел сюда попасть.

Глядя на этого серьезного, но совсем еще мальчишку, я с грустью подумал, что детство у него закончилось даже раньше, чем у тех, кто поступал в Орден. В Ордене из забот было только тренироваться и становиться сильнее, а работки у пусть и юного и с регентом, но все-таки Князя, куда больше.

Много ответственности. Много бумаг. Много людей. Много интриг. Много лицемерия.

И никакого веселья.

С этой мыслью я подошел к парнишке, и ответив уважительным кивком, спросил:

— Ну как тебе, Князь? Все нравится?

— Да, очень! То есть… кхм… — смутился от чрезмерно вырвавшегося энтузиазма Артур, после чего сделал серьезный вид и ответил лаконично, — да, нравится. Благодарю за заботу, Князь.

— Со мной можешь не фамильярничать, — усмехнулся я и похлопал парнишку по плечу, — ты же Князь и можешь делать, что хочешь. Если весело, веселись.

— Но…, но мой наставник говорит, что Князь должен быть серьезным, — не очень уверенно отозвался Артур.

— Сегодня Лера будет серьезной за вас двоих, — с улыбкой произнес я, и осмотрелся, — ну как, все посмотрел?

— Да, пока вы там болтали за закрытой дверью, мне провели экскурсию и все в квартале показали, — с некоторой грустью в голосе ответил парнишка.

— Не расстраивайся, скажу тебе по секрету, эти «Советы» за закрытыми дверьми скука смертная, — чуть наклонившись, шепнул я ему на ухо.

— Правда? — обрадовался он.

— Ага, — кивнул я, — и вот тебе еще один совет. Не торопись быть взрослым.

— Х-хорошо бы, — с серьезной миной вздохнул Артур, — только я все равно не знаю, как это сделать. Не знаю как это… не торопиться. Оно все само… иногда мне кажется, я вообще ничего не решаю.

— Согласен, это непросто, — задумчиво почесал я подбородок, — а хочешь я тебе немного помогу пока ты здесь?

— Да! А как?

— Могу познакомить с одним профессионалом по детскости и непосредственности, — с важным видом предложил я.

— Наставника по детскости? Мне такой не нужен. Я же не ребенок, — горделиво хмыкнул парнишка, и вид такой уверенный сделал, будто ничто на свете не способно изменить его решение.

— Уверен? — выдержав небольшую паузу, спросил я и подался чуть ближе, — а что, если я скажу, что это… — перешел я не шепот и тихо добавил, — дракон.

— ДРАКОН?! — в голос воскликнул Артур и тут же заткнул себе рот двумя руками.

Несколько десятков глаз уставились на нас, но я тут же прикрыл нас плащом от лишних глаз, и, заговорщицки добавляя таинственности, осторожно постучал два раза по перстню с золотой чешуей.

Со стороны мы выглядели забавно.

Встали у стены, хихикаем, говорим шепотом, а потом еще и вспышка огня озаряет гостевой зал, оставляя след гари на белоснежной стене. Но ни я, ни тем более Артур, не обращали внимания на такие мелочи, ведь перед нами сейчас возник золотой дракоша.

Мелкий проявился прямо над перстнем, на миг завис в воздухе, взмахнув своими золотыми крылышками, после чего опустился мне на выставленную руку. Принюхался, осмотрелся, и, не уловив опасности, фыркнул снопом искр, и перевел взгляд на не отрывающего от него взгляда мальчишку.

— Знакомься, это Горигор, — представил я дракошу.

— Вау… реально дракон… — прошептал Артур восторженно и инстинктивно потянулся вперед пальцем, но тут же его одернул и спросил так тихо-тихо, но с огромной надеждой, — можно потрогать?

— Если даст, можно, — кивнул я, наблюдая за забавной картиной.

Восторженный мальчик, практически потерявший дар речи от живого воплощения родной стихии. И наслаждающийся этим искренним восторгом горделивый фамильяр Огня.

Несколько секунд потребовалось Артуру, чтобы собраться с силами и осторожно протянуть указательный палец вперед. Робко, медленно, но без страха, он поднес руку к сидящему на моей руке фамильяру огня, и осторожно погладил его по источающей жар золотистой чешуе.

— Можешь с ним пойти поиграть, если хочешь, — предложил я.

— Чего?! А можно… — отвисла челюсть у мальчишки, — ПРАВДА МОЖНО?! — загорелся он.

— Да. Но только на улице, тут ремонт недавно сделали, — покосившись на подкопченную стену, засмеялся я, после чего серьезно посмотрел на дракошу и, покачав перед ним пальцем, приказал, — а ты не шали. Это наш дом, и наш гость. Понял?

Гордый Горигор Гориихатар фыркнул, мол и без меня все знает, после чего раскинул крылья уже так широко, что теперь уже его увидели все гости, издал брутальный рык и, изрыгая искры из ноздрей, полетел на выход.

Артур же, не теряя ни секунды, побежал за ним, а я перевел взгляд на падающую от балкона тень и сказал:

— Присмотри за ними.

— Сделаю, — отозвалась тень голосом Мрака, и уплыла следом за двумя огневиками.

И едва я это свернул плащ и повернулся обратно лицом к гостям, как увидел перед собой девушку в алом платье. Руки скрещены на груди, брови сдвинуты, а носок красного каблука осуждающе цокает по паркету.

— Ты его балуешь, — устав молча сверлить меня взглядом, наконец выпалила Валерия Огнева претензию, и с тяжелом вздохом привалилась рядом.

— Разве? — удивился я и потянулся к столу с закусками.

Креветки и правда оказались ничего.

— Еще как! — воскликнула Лера, выцепив у проходящего мимо официанта новый бокал красного вина, — Артур и так просился сюда как одержимый, а теперь ты дал ему ручного дракона! Да еще и фамильяра огня! Он после такого вообще домой возвращаться не захочет! Как такое перебить?!

— И не надо перебивать, — закидывая в рот очередную креветку, хмыкнул я.

— Ты так хочешь влиять на Князя Огня? — нахмурилась Лера.

— Влиять? — поднял я бровь, — не, мне просто нравится быть добрым дядей Маркусом, который дает парнишке то, чего он на самом деле хочет. Нельзя?

— Ладно… здесь можно, — вздохнула Лера, — но ты бы знал, Маркус, как это трудно. Артура приняли и признали, да, но давление внутри Клана на него ужасное. Это нельзя, то нельзя, с этим говорить опасно, сюда ходить не стоит… с чем-то Артур легко смиряется, но некоторые запреты напрочь игнорирует.

— Как например запрет ехать сюда? — улыбнулся я.

— Да, — кивнула Валерия Огнева, — совру если скажу, что хоть кто-то из старых семей поддержал эту идею. Все были против. Категорически. Но Артур был непреклонен, и ты видел, как он среагировал на приставленных ими гвардейцев. Просто приказал, без объяснений. С одной стороны, это правильно, и в его мотивах не было ни зла, ни умысла, но когда Артур включает свое упрямство, он не объясняет свои решения и особо горячие головы могут додумывать мотивы за него. И они делают это. Уверяю тебя, все те гвардейцы уже давно связались с главами старых семей огня и все им доложили. Как ты плохо на него влияешь. Как он отказался от охраны. Как унизил их прилюдно. Артуру нужно быть аккуратнее, и, если его не направлять, он может такими действиями потерять и так хрупкое управление Кланом.

— Ну, на это у него есть ты, — напомнил я.

— Да, у него есть я, — устала покачала головой Лера и покосилась в сторону выхода, — а иллюзия была красивая. Дракон получился как живой. На миг я даже подумала, что это настоящий фамильяр огня.

— Так это он и есть, — пожал я плечами и невозмутимо потянулся к фруктовой корзине.

— Кто... «он»? — опешила Валерия Огнева.

— Так фамильяр, — прожевывая насаженные на шпажку кусочки киви, буркнул я, — огня.

— Смешная шутка, — поначалу засмеялась Лера, а потом вдруг заметила, что я не смеюсь, и ее глаза в ужасе округлились, — так это не шутка?! — спохватилась она и дернулась в сторону выхода.

— Не нужно, — остановил я девушку, мягко взяв под локоть, после чего свободной рукой подал ей обновленный бокал красного вина и добавил, — с Артуром все будет нормально. Фамильяр под моим контролем.

— Под твоим контролем?! Фамильяр огня?! — усмехнулась Лера, — даже спрашивать не буду как ты это сделал… — принимая бокал вина, прошептала она, устав удивляться.

— Да это не то, чтобы секрет, — развел я руками, — в новостях можно найти по ключевому слову «Аркадиум».

— Так это тот древний дракон? — замерла Валерия Огнева, снова раздумывая, сорваться сейчас спасать мальчика, или уже поздно.

— Нет, это уже не он, — успокоил я ее, — этот мелкий фамильяр такой же ребенок, как и Артур. Еще совсем маленький, но с могущественной силой и безграничным потенциалом внутри. Можешь не переживать, он Артуру не навредит. Мальчик ему понравился.

— Откуда ты это знаешь?

— Он не обжог его, когда тот его коснулся, — пояснил я, — Артур не придал этому никакого значения, но…

— Этим Дракон признал в нем равного… — одними губами прошептала Лера, — невероятно… самый могущественный фамильяр огня признал Артура! Один этот факт легко заткнет рты всем подстрекателям и дряхлым старперам! — радостно выпалила она и повернула свой чуть захмелевший огненный взгляд на меня, — а знаешь, Маркус, вот сейчас я впервые рада, что все-таки пришла сюда.

— Как грубо, госпожа регент, — раздалось осуждающим женским голоском позади, и рядом с нами появилась девушка в изысканном черно-нефритовом платье, — в следующий раз после таких слов в гости такую грубиянку могут и не позвать, — с легкой издевкой добавила Виктория Луговская.

— Да я же наоборот, комплимент сделала. И Маркус достаточно умен, чтобы это понять, — парировала Валерия Огнева выпад подруги, после чего на всякий случай все равно извинилась за свою резкость, и сославшись на закончившееся красное вино, оставила нас с Викой у этого столика наедине.

Глава 2

По гостевому залу разносился смех гостей. Звенели бокалы, на фоне играла легкая ненавязчивая музыка. По фуршетным столикам шныряли официанты. И мы, словно смотрящие на все это со стороны, располагались у столика с закусками и рядом с обгорелой стеной.

Я потягивал принесенный официантом бокал пенного. Виктория держала в руках какой-то дымящийся разноцветный коктейль, а в воздухе между нами витал приятный аромат луговых цветов. Один в один такой же, как в ночь нашего знакомства.

Она уже не принцесса. Не пытается меня убить или вызнать секреты Реликвии. Однако взгляд Вики совершенно не изменился. Соблазнительный, яркий, живой.

И стоя в полнейшей тишине, мы просто наслаждались обществом друг друга. Рядом с Викой было удивительно уютно и спокойно, словно дома.

Запах луговых цветов возвращал в те дни, когда я еще был оборванцем в пограничном Форт-Хелле, а пара тысяч заемных имперских, рюкзак с покойного вояки, да подранная мантия было всем, что у меня есть.

— Спасибо, — вдруг нарушила нашу умиротворенную тишину Виктория, и одарила меня сверкающим ярким нефритом искренним взглядом, — Антон просил передать тебе спасибо. Хотел лично, но ты уехал из «Долины» раньше, чем он освободился.

— Не за что, — отозвался я, — парень сам отлично себя показал за стеной.

— Да, но я сейчас говорю не только про выход за стену и полученный им там опыт. Я скорее про информацию и про модификацию наших систем обороны. Хребет бедный уже два часа с телефона не слезает, и не внедрил пока даже пятой части того, что Антон прислал с пометкой «исправить немедленно», — покосилась она на сидящего в углу матерящегося мужчину, нервно постукивающего в тактический планшет.

— Марта знает о чем говорит, — охотно подтвердил я, — наставник может из нее и не очень приятный, но если Антон выдержит ее нрав и прислушается, то оборону вам подтянет будь здоров. Нет человека в Империи, кто разбирается в защитных системах лучше, чем глава «Миротворца».

— Это я уже поняла, — усмехнулась Виктория, — но Хребет принялся одержимо исправлять буквально все замечания, а я… не совсем уверена, что это так уж нужно, — произнесла девушка с некоторым напряжением, и чуть опустив взгляд вниз, продолжила, — Князь Света мертв. Фон Грэйв мертв. Внутри Империи наконец воцарился мир. Стоит ли тратить столько ресурсов на укрепление обороны одного поместья в столичном тылу, если реальная помощь Империи нужна сейчас у стен? Там, где у нас остались реальные враги. Просто я боюсь, не поступаю ли я также как отец, который заботился только о собственной шкуре…

— У вас с ним нет ничего общего, — перебил я начавшую разгоняться девушку, и, протянув руку вперед, коснулся ее подбородка и приподнял голову, — совершенно ничего, — когда наши взгляды встретились, уверенно заявил я, — твой отец тратил деньги не на оборону, а набивал свои карманы. Ты же, едва встав на ноги, и восстановив поместье, отправляешь в фонд Имперских Стражей сколько, треть всех доходов Клана?

— Пока только четверть, — скривилась Виктория, — и вообще-то я делаю это анонимно. Кто тебе рассказал? Ах, ну да, забываю, что у вас с молниками есть всезнающие астральные оракулы.

— Не всезнающие, — не согласился я, — они не знают всего.

— Ага, знают только то, что знают. Но это их «только» куда больше, чем у остальных, — вздохнула с некоторой грустью Виктория, явно думаю о чем-то своем, и странно покосилась в сторону стоящей в небольшой компании напротив Лексу, — Маркус, а ты ее… — начала и вдруг замолчала Вика, закусив губу, а я услышал сбоку приближающиеся шаги.

— Забудь. Кажется тут слишком многие хотят с тобой поговорить, — вернув беззаботную маску властной Княгини на лицо, протянула Виктория и собралась уйти.

— Тогда может встретимся после? — предложил я, и Княгиня Природы остановилась.

Повернула на меня взгляд, задумчиво постукивая нефритовыми коготками по пустому коктейльному бокалу.

— Зовешь меня на ужин? — сощурилась она.

— На свидание, — кивнул я, — что на это скажет твоя внутренняя Княгиня?

— Что она не против, — неожиданно уверенно ответила Виктория, после чего направилась к ожидающей ее у столика с винным фонтаном Лере.

Интересно.

Помнится раньше помешанную на совместимости титулов Вику волновали такие вещи, а сейчас даже глаз не дрогнул.

И едва повеселевшая Виктория успела отойти в сторону, забрав с собой аромат луговых цветов, как на ее место тут же подкатил улыбающийся во все тридцать два блондин в белом костюме.

— Алоха, председатель! — весело отчеканил Макс, располагаясь рядом.

До этого молодая княжеская чета Клана Молнии держалась вместе, но сейчас Диана ворковала с Лексой, отпустив своего мужа в свободное плавание.

И именно его небрежные шаги сбили Викторию. Сначала Макс ломанулся напролом, потом дошел до центра зала и, видимо увидев, что помешает, остановился и сделал вид, что танцует.

Под закончившуюся музыку танцует.

Даже отсюда я видел, как покраснели за своего мужа уши у Дианы, но на радость Максу, Виктория быстро свернула наш разговор и освободила тому место.

Поэтому блондин выглядел дураком не так долго. Всего несколько секунд, за которые ловко успел умыкнуть о официанта одну кружку темного пенного напитка и сейчас заливал свой позор отборным Ильретеевским.

— Мог бы и мне взять, — хмыкнул я, глядя, что вторая рука блондина пустая.

— Еще чего! Ты ж надо мной смеялся!

— Не так сильно, как Диана, — заметил я.

— Правда?! — вздрогнул Макс, и покосился назад, весело помахав своей супруге, — и все из-за тебя! Мог бы и сигнал какой подать, что разговор у вас с Викторией приватный…

— Сигнал?

— Ну сигнал! Вот такой например, — несколько раз покачал он ладонью у шеи, — или еще как. Теневыми штуками бы подшаманил, чтобы я не помешал…

— Не переживай, — отмахнулся я, — мы встретимся с ней вечером. Если и туда не заявишься третьим, то все будет нормально.

— Не заявлюсь! Даю слово! — отчеканил Макс, после чего любопытно подался вперед и спросил, — а куда именно я там не заявлюсь?

— Узнаешь из новостей, я думаю, — пожал я плечами, — сомневаюсь, что выход Князя и Княгини в свет вдвоем удастся провернуть без внимания.

— Так вы прям открыто собрались идти? — удивился Макс, а потом понял, что из-за своего любопытства уже чуть столик не перевернул и отпрянул немного назад, — ладно, не важно. За председателя! — поднес он кружку, и под общий звон бокалов мы отпили холодного пенного, глядя на неспешную умиротворенную суету внутри гостевого зала.

— Не удивительно, что ты здесь весь обед стоишь, — хмыкнул блондин, осмотревшись, — отсюда весь гостевой зал как на ладони. Даже взгляды гостей и мимику видно… за мной тоже следил?

— Немного, — пожал я плечами, после чего перевел взгляд на мило беседующих Лексу с Дианой, и спросил, — Камилла выходила с вами на связь?

— Нет, — тут же ответил Макс, — Мы с Дианой не меньше остальных удивились, что она не приехала на Совет. Да, Аглая тоже не жаловала мирские мероприятия будучи Княгиней, но Камилла до этого появлялась на всех наших встречах. А сегодня и вовсе мог быть ее первый официальный выход в свет в новом статусе. Прости, Маркус, но тебя и твой статус председателя Камилла бы легко затмила своим появлением. Может поэтому и не пришла? — предположил блондин.

— Может, — поддакнул я, но видимо слишком буднично, потому что Макс вдруг впился в меня своими почуявшими неладное голубыми глазенками.

— Ты что-то знаешь, верно? — не спрашивал, а утверждал он.

— С чего ты взял?

— Ты не удивился, — продолжая сверлить меня подозрительным взглядом, констатировал Макс, — ровно также, как и Лекса! И на вопрос позвать ли Камиллу, она сказала «не надо». С таким же лицом как у тебя сейчас. Словно знала, что та не придет. А поскольку Камилла точно не общалась ни с Лексой, ни с Дианой, то остаешься только ты.

— Стройная теория, — похвалил я, — растешь.

— Но?

— Без всяких «но», — пожал я плечами.

— То есть ты видел Камиллу, — сам удивился своей проницательности Максим.

— Видел, — не стал я отрицать.

— И? — теперь абсолютно игнорируя накренившийся столик, подался вперед любопытный блондин.

— Мило поболтали о том, о сем. Обменялись поздравлениями.

— И все? Так я тебе и поверил, — разочарованно вздохнул Макс, и поняв по моему лицу, что я ничего не расскажу, отстранился обратно, — ладно, плевать. Ты вообще сам как? В столицу надолго? Хотя кого я спрашиваю, конечно, нет. Великий Паладин Маркус не станет сидеть на одном месте без дела, ведь так? — сунув руки в карманы брюк, заявил Макс и тяжело выдохнул, — не переживай, останавливать или допрашивать я тебя не собираюсь. Просто знай, что куда бы ты не пошел, я отправлюсь с тобой. Хочешь ты того, или нет.

— Звучит как угроза, — выдержав сверкающий голубыми молниями уверенный взгляд, хмыкнул я.

— Это не угроза, а обещание! — внес ценное уточнение Макс, — даю слово Князя!

— Опасно разбрасываться такими словами, — покачал я головой, — а вдруг не поспеешь за мной?

— Спорим? — загорелся блондин и протянул руку.

— Пожалуй, не буду, — сделав вид, что задумался, ответил я.

Ну не говорить же Максимке, что я и сам его хотел с собой позвать. Возгордится еще. Да и кто я такой, чтобы вставать между юным Князем Молнии и его ураганной решимостью.

— Вот! То-то же! — поняв мой ответ по-своему, победоносно поднял нос Макс, и на этой мажорной ноте свалил в другой конец зала под предлогом опустевшей кружки.

Я же постоял так еще пару минут, убедившись, что желающие побеседовать со мной лично, наконец, закончились, после чего нашел взглядом водника и направился к нему.

Когда я подошел к Князю, тот уже приветливо развернулся в мою сторону вместе со стоящей с ним под руку красивой девушкой с темно-синими волосами. Полина выглядела бодрой, живой и совершенно здоровой. Внутренняя энергия от нее так и растекалась вокруг, неосознанно поднимая уровень влажности в помещении на несколько процентов.

— Как самочувствие? — обменявшись дежурными любезностями, обратился я к Полине.

— Прекрасно, спасибо, господин Маркус, — сделала вежливый книксен девушка.

— Просто Маркус, — поправил я, — и если вы не против, могу ли я побеседовать с Князем наедине?

— Конечно! Я как раз хотела поговорить с распорядительницей этого места, и узнать у какого оформителя она нашла такие прекрасные цветы, — беззаботно произнесла Полина, после чего направилась к Ольге.

Князь Воды же остался, с едва заметной грустью смотря вслед своей невесте.

— Заметил у Полины что-то странное за эти дни? — поинтересовался я.

— Нет, ничего такого, — отмахнулся водник, — мы следим за всеми показателями. Физические, психические, память, поведение… все в норме. Более чем в норме. Твой лекарь знает свое дело и каждый день дистанционно смотрит за ней… ну, смотрел, — чуть сбился он, — пока вдруг резко не уехал и не перестал выходить на связь.

— Денис скоро вернется, — пообещал я, — да и я тоже ничего подозрительного сейчас не заметил. Полина в порядке. И за ней мои люди приглядывают.

— Приглядывают? — опешил Князь, а потом вдруг облегченно выдохнул и произнес, — приглядывают… спасибо!

— Спасибо? — удивился я, — я думал ты разозлишься.

— Раньше может и разозлился бы, но сейчас я понял, что под присмотром Паладина жить гораздо спокойнее. Повзрослел, наверное.

От такого откровения я даже чуть смутился. Нет, защищать людей мне привычно и с «прошлой» жизни, но там люди, которых надо защищать находились обычно за моей спиной и менялись, а здесь таковых становится только больше. И поскольку эти люди раскиданы по самым разным уголкам Империи, а не стоят за моей спиной перед очередным идущим на прорыв Порталом, приходится адаптироваться и искать новые способы защищать их.

Уже сейчас как минимум треть моих энергетических ресурсов прокручивается только на мониторинг угроз, с чем очень помогает система быстрого реагирования в виде Клювика и системы Древ, но кажется этого уже становится мало и нужно либо уменьшать количество угроз, либо осваивать новые способы на них реагировать.

Либо и то, и другое сразу, — улыбнулся я внутреннему вызову и понял, что неловкая пауза в разговоре немного затянулась.

— Как Амелия? — нарушил я тишину.

— Вся в делах с природниками, — засмеялся Князь Воды, — давно не видел ее такой одержимой чем-то.

— Это плохо?

— Нет, наоборот! Я рад, что Амелия отвлеклась после всего, что было, и нашла дело по душе. Просто мне немного страшно, Маркус. Все как-то слишком хорошо. Вроде все закончилось, но ощущение странное. Да и еще и этот Князь Смерти…

— С ним возникли проблемы?

— Да нет… сидит тихо, не рыпается. Дела Клана Смерти передал полностью. Его люди сотрудничают, и на первый взгляд все кажется идеально… но… — покосился он в сторону весело болтающей о цветах с Ольгой Полины, — предчувствие мне не нравится. Да и на востоке странные движения происходят.

— Какие движения? — подобрался я, не припомнив ничего подозрительного в последних отчетах своих ребят по востоку.

— Торговые партнеры перестают выходить на связь, товар задерживается или пропадает, сроки контрактов не соблюдаются даже у тех, с кем мы всегда находились в ладах. Пока задержки небольшие, но симптом тревожный. Ты ничего не слышал? У тебя там на учениях были восточники.

— Были, но не особо разговорчивые, — покачал я головой, — матери не звонил?

— Еще чего! — поперхнулся Князь Воды, — но, если чего случится, она теперь сама позвонит. Дала слово. И раз не звонит, значит ничего серьезного там пока не происходит. Ладно, что мы о проблемах, да о проблемах, — буркнул водник, и сделав пару кликов на коммуникаторе, скинул мне документ и сразу пояснил, — это актуальная смета по объектам. Лекса сказала показать тебе. Еще ты отдельно просил ускорить работу на объекте «Трактира» в Форт-Хелле. Найти качественных одаренных рабочих для таких экстремальных условий оказалось непросто, но через неделю смогу отправить одну бригаду.

— А, спасибо, но уже не надо, — вспомнил я.

— Не надо? Трактир уже не важен? — удивился водник, ведь я недавно обозначал Форт-Хелл как главный стратегический объект, и даже у Горемыки запрашивал возможность подтянуть пару Имперских бригад.

— Да нет, важен… — почесал я затылок, — просто я уже нашел подходящих работников. С избытком.

— Вот как? Ладно… — удивился, но не стал дальше допрашивать Князь Воды, и мельком обсудив остальные объекты, мы разошлись каждый по своим делам.

Оставшаяся часть званого обеда прошла весьма продуктивно.

За короткий срок я закрыл столько бюрократических вопросов, сколько не смог бы за сутки сидения над бумажками, поэтому чувствовал себя отлично. Лекса оказалась как всегда права. Одна подобная встреча закрывает сотню индивидуальных аудиенций, экономит силы и освобождает время для новых свершений.

Все рутинные дела я в итоге закончил куда быстрее, чем планировал, и уже через час был полностью свободен и мчал на черном тонированном седане по улицам столицы навстречу новому дню.

Глава 3

Степаныч сидел в бытовке и наливал в кружку горячий чай из термоса.

Обеденный перерыв только-только закончился, и его бригада охламонов вернулась к работе. График был напряженный, но мужики справлялись, да и Федор иногда присылал пару свежих ребят в помощь, так что несмотря на сдвинувшиеся обещанием Степаныча сроки сдачи объекта, здание выездного представительства Клана Теней в Форт-Хелле возводилось опережающими темпами.

Все шло гладко, спокойно, и по плану.

Правда последние дни доносились до Степаныча некоторые слухи о том, что изначальный проект здания претерпит серьезные изменения, а сроки сдачи при этом не сдвинутся, но он в это не особо верил.

Дополнительные три этажа, подземный ангар и защитные модификации, о которых шла речь в этих слухах, добавят к проектным двум месяцам еще минимум полгода стройки. А учитывая, что пространство и так сильно ограничено соседними зданиями, увеличить количество рабочих сильно не получится. Да и специальную технику не пригнать. Ее просто негде поставить, чтобы развернуться. А без техники девяносто девять процентов модификаций из ходящих слухов реализовать просто физически невозможно.

Разве что половину улицы снести к чертям, но кто ж им даст так сделать в центре Форт-Хелла.

Только вот это все понимает Степаныч, но никак не хотят понять рабочие, по какой-то причине разжигая слухи все дальше.

— Еще и поставка этих новых материалов, — покачал головой Степаныч, отхлебывая горячий сладкий чай, — наверняка логисты ошиблись, и сейчас голову ломают куда делся их бесценный камень.

С этими словами глава объекта покосился в угол бытовки, на лежащий у прохода образец камня. Чем его только не пытались распилить. Весь инструмент поломали, лучших землевиков напрягли, все без толку.

Даже царапины на каменюке не оставили. А таких им прислали целый вагон, и судя по бумагам, еще три вагона на подходе.

— Куда только Федор смотрит? Представляю сколько стоит такой камень и как будут злы те, кто его недосчитается… — пробурчал себе под нос Степаныч, и принялся заполнять бумагу по замене неуязвимых иномирных каменюк на нормальный материал.

Благо время позволяет дождаться подходящую поставку без простоя, а за косяк голову свернут явно не Степанычу, так что он был спокоен.

От заполнения мужика прервал резкий стук в бытовку.

— ЗАНЯТ Я! — заорал Степаныч.

Но настойчивый стук повторился.

— И пяти минут не могут потерпеть без меня, и пожрать уже спокойно нельзя… — вперемешку с матами пробурчал себе под нос мужик и, нацепив каску, распахнул дверь и увидел перед собой крупного жилистого мужчину.

Степаныч уже набрал воздуха, чтобы высказать нарушившему его обед наглецу все, что думает, но от одного взгляда на красные глаза незнакомца все слова куда-то улетучились. Степаныч был не робкого десятка, и за десятилетия работы привык строить самых разных одаренных выскочек, даже тех, что сильнее его самого в разы, но сейчас даже опытный прораб не смог найти слов и вдруг осунулся как ребенок.

— Т-ты кто нахрен такой? — предательски дрогнувшим голосом выпалил Степаныч, и несмотря на то, что, даже стоя на двух ступеньках выше незнакомца, ему приходилось смотреть снизу вверх, а от взгляда в его красные глаза хотелось развернуться и бежать без оглядки, Степаныч набрался храбрости и выпрямил плечи.

Да, нарушитель крупный и опасностью от него веет как от целого Ратника, но он всего лишь один. Среди двадцати двух рабочих больше половины опытные одаренные, да и протокол «вторжение» давно отработан.

Неизвестно как незнакомец смог проникнуть внутрь периметра и не активировать при этом сигнализацию, но стоит Степанычу коснуться тревожной кнопки на коммуникаторе, как все будут подняты по тревоге.

Федор говорил, что «птица быстрого реагирования» прибудет на помощь в течение двадцати секунд после этого, так что просто надо будет продержаться.

— Дык пополнение, — вдруг хмыкнул красноглазый незнакомец, и задумчиво осмотрелся, — тебя разве не предупредили, старый?

И в этот момент у Степаныча маякнул входящим сообщением коммуникатор. Тот сразу пробежался по нему взглядом, и поднял голову обратно на переминающегося от скуки с ноги на ногу красноглазого.

— Глен? — странно покосившись, спросил он.

— Он самый, — кивнул с улыбкой красноглазый и протянул свою крупную и испестренную шрамами ладонь.

— Степаныч… — представился в свою очередь мужик, продолжая подозрительно смотреть на красноглазого, — но тут сказано, что ты должен прибыть только завтра.

— Мы решили немного срезать путь, — пожал плечами Глен, на пальце которого мерцало остаточным теневым следом простенькое на вид кольцо.

— Мы? — опешил еще больше Степаныч, и заметил, как за спиной красноглазого появляются еще одаренные.

Один крепче другого, они играючи перемахивали через забор. И не внешний забор, что вел на улицы города, а через внутренний забор, барьер на котором Князь Маркус устанавливал лично. До этого оттуда появлялся только сам Маркус с высокородной гостей, и любого другого одаренного этот барьер бы уничтожил от одного только касания. Степаныч четко знал инструкции и мощь внутренней охранной системы.

Но эти мужики прыгали через забор и даже не морщились, хотя барьер в нем работал на полную катушку.

— А вот этого не надо, — вдруг хмыкнул Глен, перехватив Степаныча за запястье.

Прораб и сам не заметил, как от такого зрелища потянулся к тревожной кнопке, но красноглазый остановил его раньше, чем тот успел об этом даже подумать. Только сейчас Степаныч понял, как наивен был.

Даже в одного, этот Глен легко бы перебил бы здесь всех.

И уже успев попрощаться с жизнью, и коря себя за нерешительность, Степаныч заметил, как из теней вынырнул улыбчивый парень и приветливо махнул рукой.

— Господин Кедр… — с облегчением в голосе прошептал рабочий.

— Сорян, Степаныч, — на бегу выпалил парень, — я этим чудилам в шутку сказал про этот короткий проход. И моргнуть не успел как они в него ломанулись! Хоть кольца успели нацепить, а то передохли бы как суслики.

— Ты кого чудилами назвал, древолюб бледнорожий? — резко погрубел голос Глена, а его жилы покраснели.

— Да вас баранов и назвал! — и глазом не моргнул на агрессию Кедр, — Федя еще инструктаж не закончил, а вы сюда ломанулись всем стадом!

— Мы не сидеть на лекциях приехали, пацан, — фыркнул Глен и, хрустнув шеей, навис над сблизившимся с ним Кедром, — и если еще раз назовешь меня или моих людей баранами, то…

— То что? — усмехнулся Кедр, — дашь мне отделать себя на полигоне еще раз?

— Там была ничья, — с трудом сдерживаясь, проскрежетал зубами Глен, — не останови Марта наш бой, ты бы уже кормил червей!

— Да-да, как скажешь, — отмахнулся Кедр и игнорируя огненное сопение себе в ухо, повернулся в сторону Степаныча и произнес, — новая бригада в твоем полном распоряжении. Опыта строительства у них не очень много, но применение найдешь. Введи их в курс дела, скорректированный график работ Федя тебе сегодня пришлет. Справишься с новобранцами?

— Да… — кивнул ошарашенный рабочий, глядя на выстроившихся перед ним пятьдесят отборных одаренных, один из которых прямо сейчас играючи смял в шарики несколько «неуязвимых» каменюк из новой поставки, и жонглировал ими от скуки.

Пожалуй, каски им не понадобятся, было первой мыслью, которая пришла в голову опытному Степанычу.

***

Я медленно расхаживал по просторной белой комнате Имперской лаборатории, и с любопытством рассматривал экспонаты. Некоторые были заключены в прозрачные сосуды. Некоторые существовали в виде голографических чертежей или крутящихся на экранах 3d моделей.

Абсолютно стерильное и отдающее стальным холодом помещение чем-то походило на исследовательские этажи Башни Аргуса. Я редко заглядывал туда, но спутать их с чем-то было сложно.

Даже запах тут витал аналогичный.

Запах химикатов и спирта.

На этот раз меня пропустили дальше приемной, и мне было даже интересно, чем именно я обязан такой чести.

Тем, что стал Князем? Распоряжение Горемыки? Инициатива ставшего тут завсегдатаем Глеба?

Так или иначе, ждать пришлось недолго.

Через десять минут, аккурат, когда я закончил первый круг по представленным экспонатам, стальные створки внутренних дверей разъехались и мне навстречу выскочило два человека в белых халатах.

Лохматый лабораторный маньяк Павел Матросов, и его помощник Глеб, чей белый халат был измазан машинным маслом и надет поверх комбинезона. Странная даже с виду парочка вышла ко мне шумно о чем-то споря, и замолкли они только когда приблизились ко мне вплотную.

Павел привычно ссутулился и отвел взгляд, а Глеб, наоборот, расплылся в широкой улыбке и выпалил «здарова, босс!», отчего Матрасов стоящий рядом поперхнулся и закашлялся.

— Эй, ты чего? Босса не признал? — нахмурился Глеб и постучал кашляющего напарника по спине.

— Разве можно так говорить с Князем, придурок, — пробурчал Павел и бросив на меня уставший взгляд, буркнул, — простите, ваше председательствующее сиятельство.

— Просто Маркус, — закатил я глаза.

— Или босс! — упрямо повторил Глеб, и обтерев ладони об белый халат, развел руками и с гордостью произнес, — добро пожаловать в Имперские лаборатории!

— А это уже они? — поднял я бровь, — не особо впечатляет.

— Чтобы вы знали, господин Маркус, это лишь малая демонстрационная комната! — оскорбился Павел и с важным видом впился в меня своими мешками глаз, — Но получить доступ даже сюда мечтают все ученые Империи! Это высшая честь, доступная немногим!

— Ага, — кивнул я, — и это все зачем вы меня позвали?

— Нет! — хором отозвалась сладкая парочка ученых, после чего переглянулись друг с другом, и Глеб сделал шаг вперед.

— Мы хотим вам кое-что тебе показать, босс.

— Точно хотите? — сощурился, глянув на угрюмую морду Павла.

— Конечно! — выпалил Глеб, — Пашка просто стесняется.

— Может… я все же просто вынесу образец сюда? — нахмурился Матросов.

— А мой образец мы тоже вынесем? — передразнил его Глеб и ударил в плечо, — Нет! Договорились показать оба! Значит оба!

— Ладно, пойдемте, — обреченно выдохнул Павел, после чего нервно ослабил галстук на шее и направился к снова распахнувшимся внутренним дверям.

Проход вывел нас в коридор, где мы шли молча, но чем ближе приближались к еще одной створке дверей, тем сильнее менялись мои гиды в белых халатах.

Глеб с каждым шагом дрожал от нетерпения все больше, а остаток пути вообще пробежал вприпрыжку. Павел же наоборот замедлялся и качал головой, часто вздыхал и что-то бурчал себе под нос, явно считая это плохой идеей.

Но так или иначе через пять минут коридор закончился, и мы через открывшийся проход вышли в еще одно помещение. Такое же стерильное и белое, как и предыдущее, но куда более большое.

Три яруса экспонатов, куча лестниц, проводов, бумаг и истинного хаоса, если смотреть налево. И ящики с инструментами, подвесные краны, колеса, канистры, домкраты и груды металла, если смотреть направо.

Словно две разные стихии, посреди которых проходила незримая линия свободного от творческого беспорядка нейтрального пространства.

Глеб сразу сиганул в правую сторону зала, и остановился возле расположенного по центру его зоны белого тента, скрывающего что-то большое. Павел поступил аналогично с левой стороной, но его расположенный по центру тент был раза в четыре меньше размером.

— Ну, кто начнет? — нетерпеливо потирая руки, спросил Глеб, и уже потянулся к своему тенту, но Павел его опередил.

Оказавшись в своей зоне, Матросов словно стал другим человеком, распрямил плечи, вспыхнул уверенностью, и просто молча сдернул белое полотно. И моему взгляду открылся висящий на манекене матово-черный костюм.

Черная рубашка. Черный пиджак. Черный галстук. Черные перчатки. Черные брюки. Отдающие легким перламутром пуговицы, но что самое интересное, костюм не отбрасывал тень.

— «Полимер — К19», — с гордостью заявил Павел и щелкнул пальцем, после чего костюм вдруг изменил структуру, превратившись в удлиненный фрак, — уникальная адаптивная структура ткани способна менять форму без потери свойств, — заявил он, после чего щелкнул пальцами еще раз, и рубашка превратилась в черную футболку, а галстук в ремень, — трансформация совершается мгновенно и способна подстраиваться под нужды владельца. Несмотря на отдельные элементы, все они являются частью единого целого, из-за чего отдельные части «Полимера» способны сливаться друг с другом ради укрепления отдельных зон…

С этими словами футболка, перчатки, ремень слились воедино, образовав собой плотную безрукавку, похожую на бронежилет.

— Или восстанавливать повреждения в режиме реального времени, — добавил Павел, и в этот момент резко выехавшее сбоку лезвие с грохотом вонзилось в бронежилет, но уперевшись в ткань, лезвие заискрило, и с громким скрежетом согнулось и упало на пол, — запас прочности в лабораторных условиях определить не удалось, но я бы назвал его… высоким, — с довольной улыбкой произнес Матросов, после чего щелкнул пальцами еще раз, и «Полимер» принял изначальную форму костюма.

— Управляется мной «Полимер — К19» с помощью небольшого манипулятора, стимулирующего движение теней на внутренней поверхности ткани, — показал руку с небольшим пультом Павел, — но это возможно только в лабораторных условиях и в качестве демонстрации. В реальности же тень полимера должна синхронизироваться с носителем, и управление будет происходить как собственной частью тела.

— То есть носить его смогут только одаренные теней? — спросил я, с интересом оглядывая новый образец.

— На данном этапе да, — кивнул Павел Матросов, — но у меня есть идеи как обойти это ограничение, если конечно, этот вариант Полимера пройдет ваши полевые испытания, господин Маркус.

— И когда я могу к ним приступить? — спросил я.

— Ваш экземпляр уже упакован Аллой и ждет вас на выходе, — улыбнулся Павел Матросов.

— Тогда зачем было спускаться сюда ради этой демонстрации? — не понял я.

— Потому что на самом деле мы собрались здесь ради демонстрации вот этого! — дождавшись своей очереди, закричал Глеб и, поймав мой взгляд, сдернул белый тент со своего «экспоната».

Глава 4

Едва тент съехал, как моему взгляду открылся блестящий черный внедорожник. Первой появившейся мыслью при его виде было что это «Кайман».

Такой же грубый, но элегантный перед, высокий просвет, узнаваемое расположение бронепластин, форма фар и лобового стекла, однако, чем больше я всматривался, тем больше отличий находил.

База укороченная, слой металла толще, сплав грубоват и похож на «Кайман» только внешне. Но куда больше отличий появилось, когда я подошел ближе и начал обходить экспонат сбоку. Опустим разную форму дверей и еще больший перепад в толщине сплавов и неравномерное распределение бронепластин…

Куда больше моего внимания привлек торчащий из борта машинки стальной манипулятор. Выглядел он как ковш экскаватора, но куда тоньше и с острым наконечником в виде бура с резьбой. И таких манипуляторов на корпусе внедорожника оказалось четыре штуки, что торчали по бортам машины как стальные лапы.

Сделаны они были из более темного поглощающего свет металла, и когда я с любопытством провел по нему ладонью, понял откуда мне знакома эта структура.

— Ну как вам наш «Паук», босс? — в нетерпении подскочил ко мне Глеб, когда я закончил осмотр.

— «Паук»? — поднял я бровь.

— Ага! А что не похож? — засмеялся он, — за базу мы взяли оригинальный «Кайман». Секрет их сплавов давно утрачен, но вот остальные конструкционные особенности известны. В Империи одно время даже разрабатывался собственный аналог, поэтому начинал я не с нуля, но пришлось попотеть. Главная проблема «Имперского Каймана» в том, что при сохранении эффективной конструкции, все варианты сплавов получаются слишком тяжелые. Даже с максимальным облегчением конструкции, вес получается слишком большой, но я нашел способ это обойти!

— Лапы паука, — хмыкнул я.

— ЛАПЫ ПАУКА! — воскликнул радостно Глеб, — да не простые, а созданные из клонированной стали нашего паука! Я… кхм… мы назвали его «Сталь-Хитин» версия три! — с гордостью выпалил механик, — до оригинала нам пока далековато, но этот сплав уже сейчас превосходит все аналоги и вполне функционален, а главное, мы способны воспроизвести его в лабораторных условиях! Пашка в Полимере тоже использовал наночастицы этого материала, чем увеличил прочность ткани без увеличения веса! Круть же?

— Круть, — согласился я, задумчиво оглядывая внедорожник с четырьмя торчащими по периметру лапами, — но почему тогда из него сделаны только «лапы»?

— Э-эм… — тут же погрустнел Глеб, — дело в том, что «Сталь-Хитин» агрессивно воздействует на любые инородные сплавы, а собрать внедорожник только из него невозможно… поэтому между «лапами» и корпусом есть специальная изолирующая прокладка, а корпус использован из старых Имперских прототипов…, но даже сейчас внедорожник функционален и может двигаться благодаря замене колесной базы на гусеничную и помощи от «лап»!

— Двигаться? С какой скоростью? — перебил я Глеба и тот погрустнел еще больше.

— Пока не быстро… — замялся механик, — километров семь в час, но зато «лапы» могут помогать преодолевать любые неровности на пути, проезжать холмы и болота, очищать завалы, чинить повреждения на корпусе и даже карабкаться на стены! Идеальный транспорт для красной зоны! Возможны модификации в грузовой, транспортный или боевой тип, путем замены задней части под конкретные нужды! Причем «Паук» способен сам установить на себя модификации в полевых условиях за каких-то полчаса!

— Звучит конечно перспективно... но ты ведь сам ездил за стену, Глеб, — вздохнул я, — и понимаешь, что с такой мобильностью транспорт бесполезен даже в желтой зоне, не говоря уж о красной.

— Но «лапы» очень мощные! Они способны не только двигать транспорт, но и защищать от атак! Их прочность на невероятном уровне и их даже взрослый Тиранус не переломит!

— Но что, если удар Тирануса придется по корпусу? — сощурился я, — тогда все, кто будут внутри - покойники. А с такой мобильностью, удар по корпусу точно произойдет, и все, кто окажется внутри или рядом, будут легкой мишенью для тварей. Особенно для стадных, которые берут количеством.

— Да это так… но…

— Я же говорил еще слишком рано его показывать, — вздохнул Павел Матросов и положил руку на плечо своего понурого друга.

— Да нет, не рано, — не согласился я, — «лапы» действительно могут принести много пользы за стеной, если установить их на более мобильную базу.

— Мы пытались, — обреченно вздохнул Глеб, — стихийный ответ «Сталь-Хитина» агрессивно влияет на любой металл, даже не соприкасаясь с ним, и этот сплав единственный, который может выдержать такой фон, не разрушаясь.

— Тогда вам надо максимально облегчить его… — начал я рассуждать вслух, а потом увидел их грустные лица и понятливо вздохнул, — но вы уже это сделали.

— Да, это предел, господин Маркус, — покачал головой Павел, — мы уже отказались от всего, что только можно, но образец все еще слишком тяжелый. Глеб хотел показать его вам, потому что мы зашли в тупик по доработке этого конкретного сплава. Чтобы облегчить образец, придется начинать сначала, а работать со «Сталь-Хитином» очень непросто, он отторгает все…

— Все говоришь, — задумался я и вновь подошел ближе к внедорожнику и медленно прислонил к стальной «паучьей лапе» свой чешуйчатый перстень.

Он нагрелся, несколько раз мигнул золотым, но быстро вернулся в норму, а излучающий до этого агрессивные стихийные потоки «Сталь-Хитин» также успокоился, хотя перстень касался его напрямую.

— Он… успокоился… — ошарашенно выдал Глеб и подскочил ко мне, начав разглядывал перстень, — невероятно! Что это за металл?! Есть еще?!

— У меня нет, — произнес я и оба белых халата синхронно вздохнули, — но я могу дать вам контакт артефактора, который его выковал.

— Это не поможет, — развел руками Глеб, — все плавильни, образцы и наработки находятся здесь и выносить их нельзя.

— Тогда позовите артефактора сюда, — не увидел я проблемы.

— Исключено! — тут же нахмурился Павел, — нахождение любых посторонних здесь строго настрого запрещено!

— Глеб тоже был посторонним, — напомнил я.

— Да, но его компетенции оказались полезны, а кандидатура согласована на самом верху, с выдачей всех допусков, — сухо отчеканил Павел Матросов.

— Так согласуйте еще одного человека, в чем проблема? — удивился я.

— В том, что в Империи все еще работает военное положение и единственным, кто может выдать допуск на режимный объект такого уровня является военный Наместник, — развел руками Павел Матросов.

— Ну позвони ему, дать номер? — все еще не понимал я, откуда такие сложности и сопротивление.

— Со всем уважением, господин Маркус, но, чтобы обратиться к военному Наместнику нужен веский повод и официально поданное обращение. Из-за занятости Наместника, рассмотрение бумаги займет от одной до двух недель, после чего в случае одобрения дело поставят в очередь. И насколько мне известно она расписана на три месяца вперед. К тому же сейчас в активной стадии реструктуризация отделов министерства, из-за чего от одного сотрудника можно подавать лишь одно обращение в квартал, и как вы понимаете, свое я потратил на Глеба. Поэтому…

Слушать дальше я не стал, так как гудки наконец-то прервались, и в моей трубке грубым голосом раздалось «Алло».

— Никита Никитич? Доброго дня! Маркус беспокоит. Тут у вашего сотрудника вопрос один есть, — отчеканил я вежливым голосом, после чего передал трубку побледневшему и замершего как статуя Павлу.

После чего сладко потянулся, окинул взглядом сторону лаборатории Глеба, где помимо всевозможных инструментов и приблуд находился также уголок с наспех застеленной кроватью и шкафом с вещами.

Я читал в отчетах, что Глеб последнее время редко появляется дома в квартале и ночует здесь, выбираясь лишь по огромным праздникам, как например недавний съезд Совета. Но такой ли жизни он хотел? Не перебарщивает ли?

Одной из причин почему я сегодня приехал, это то, что Ольга за него переживает и попросила меня посмотреть, как он тут живет, ведь ее саму сюда не пускают. Да и вообще никого особо не пускают.

— Как тебе тут? — оглядевшись, вдруг спросил я.

— А? — отвлекся напряженно вслушивающийся в разговор Павла Матросова Глеб и посмотрел на меня, — я? Нормально, босс! Жизнь просто песня! Доступы к архивам, к разработкам, к материалам, да еще и полный карт-бланш на собственные проекты! Я о таком и мечтать не мог, а сейчас мне не хватает часов в сутках, чтобы все успеть!

— И как, успеваешь?

— Куда уж там, — вздохнул Глеб, — боюсь такими темпами я и до конца жизни не успею тут все изучить! Иногда я мечтаю быть роботом, чтобы не тратить время на сон и еду, а каждую свободную минуту работать! А кстати… как там Дом? Справляется с должностью водителя?

— Вполне, — кивнул я, — сейчас на выездном задании за стеной.

— За стеной, да? — как-то грустно хмыкнул Глеб, — а меня бы как водителя ты туда одного не отправил, босс.

— У каждого свое место. И как я вижу, твое место здесь, разве нет? Или ты тут на самом деле не счастлив?

— Очень счастлив! — вскинулся и замахал руками Глеб, а его глаза панически забегали от одной мысли о том, что я могу его отсюда забрать.

Этого было более чем достаточно, чтобы Ольга не беспокоилась, и как раз в этот момент к нам подошел закончивший разговор Павел Матросов, и дрожащей рукой протянул мне трубку.

— Ну как? — поинтересовался я, убирая аппарат в карман.

— Эм… ну… он сказал ждать… — потирая пересохшее горло прошептал Павел.

— Все-таки ждать? — вздохнул я, — я думал Никитич пойдет навстречу и выдаст разрешения устно. Ладно, и сколько ждать? День, неделю, месяц?

— Час… — все еще пребывая в некой прострации, сухо произнес Матросов, и сам ущипнул себя за щеку, — Наместник… спускается сюда. Лично.

***

Я сидел в переговорной комнате и пил кофе. Неплохой кофе, надо признать. И конфеты вкусные.

Здесь, в уже знакомой мне пустой комнате со столом и телевизором меня оставили наши белые халатики. Осознав, что военный Наместник навестит их с внеплановой инспекцией, они тут же подорвались как ошпаренные и принялись наводить порядки, предварительно выдворив меня.

Оказалось, что внутрь лаборатории меня провели без официального разрешения и воспользовавшись сомнительной лазейкой для Княжеских персон. Чтобы прикрыть задницу ребятам, мне пришлось выкупить у них пару образцов на нужды Клана Теней, но я и так собирался это сделать.

Второй же причиной моего выпроваживания была моя способность задержать военного Наместника и его внезапную проверку подальше от беспорядков в лабораторных зонах, чтобы дать ребятам эти самые беспорядки устранить.

Суета там поднялась знатная, все сотрудники лабораторий буквально на уши встали, поэтому задержать Наместника болтовней на лишние десять минут было меньшим, что я мог сделать для этих ребят.

Да и кофе вкусный опять же. Сплошные плюсы.

Поэтому я расслабленно откинулся на удобном диванчике и прикрыл глаза. А открыл одновременно со скрипом двери, в проходе которой стоял грузный широкоплечий мужчина в парадном мундире.

Загорелая шрамированная кожа, уверенный взгляд, идеальная осанка, и огнем пышущая уверенность. С каждым разом Горемыка все больше походит на политика, и меньше на вояку.

— Здравия желаю, полковник! — приветливо поднялся я на ноги.

— Вообще-то уже генерал-майор, — басовито усмехнулся вояка.

— О! И как давно?

— Да вот полтора часа как. Ты меня как раз с военного совета выдернул, и, если честно я думал ты позвонил меня поздравить, — поиграл желваками вояка, и прикрыл за собой дверь, — и рад, что это не так.

— Рады? — удивился я.

— Да. Военный совет был секретным. Приятно знать, что ты его не скомпрометировал, — усмехнулся Горемыка и расположился напротив меня.

— Простите, поляна так себе, но уж какую накрыли, — развел я руками и предложил, — кофе?

— Не откажусь, — хмыкнул военный Наместник и с благодарностью принял от меня горячий напиток, — кому скажи, не поверят. Целый Князь мне кофе заваривал.

— Вообще-то заваривал себе, но для хорошего человека не жалко, — улыбнулся я и поднял кружку, — выпьем за ваше повышение?

— Еще успеем, — скривился Горемыка и, выпив весьма горький и горячий кофе залпом, вытер рот рукавом и, отставив кружку, подался вперед.

— Вы ведь не ради проверки и допусков сюда спустились, верно? — глядя в разом посерьезневшее лицо военного Наместника, сказал я.

— Не только, — кивнул Горемыка, и, выждав небольшую паузу, вытащил из-за пазухи серую папку, и кинул ее на столик между нами, — я здесь потому, Маркус, что ты в опасности.

Глава 5

— Опасность говорите, — без особого энтузиазма бросил я взгляд на серую папку, — какая на этот раз?

— Даже не знаю с чего начать, — напряженно постучал пальцем по столешнице Горемыка, — открой папку, глянь сам.

— Ладно, — пожал я плечами и взял документы в руки, — а с ребятами что решили?

— По допуску-то? — басовито усмехнулся военный Наместник, — мои люди уже выслали им одобрение с пустой формой. Все штампы стоят, осталось только имя вписать.

— Оперативно…, а проверка? — бегло изучая данные в папках, поинтересовался я, не поднимая головы.

— Не будет никакой проверки, — хмыкнул Горемыка, — они и без моего вмешательства везде сейчас порядок наведут. Кстати, о лабораториях. Если захочешь подогнать ребятам для испытаний ресурсов каких редких, я это тоже одобрил если что.

— Ну еще бы не одобрили, — засмеялся я и, закрыв папку, вернул документ на стол, — но боюсь не все то, чем мы пользуемся в последнее время, принадлежит Клану Теней. Так что договариваться о таких поставках надо не со мной.

— Я должен был попробовать, — повел плечами военный Наместник, после чего покосился на серую папку и спросил, — прочитал?

— Ага. И это вся опасность? — беззаботно спросил я.

— А тебе мало?! — всплеснул руками Горемыка и хмуро уставился на меня, — ты точно все прочитал?!

— Ну да. Возбудились дворцовые клерки, подумали, что раз возрождаются проекты Императора, то это знак появления его наследника, которого принялись искать, — вкратце изложил я суть и даже проговорив это вслух, не понял, где тут опасность.

Может правда не все прочитал, и Горемыка забыл пару листков положить?

— Не простые клерки, а тайная канцелярия, Маркус! И не просто принялись искать наследника, а вышли делать это за стены Дворца! — воскликнул военный Наместник, но понятнее все равно не стало.

— Тайная канцелярия… это как те Инквизиторы с большими щитами? — припомнил я свой последний поход по коридорам Императорского Дворца, где встретил крупных ребят силой в два с половиной Альберта.

Смахнуться тогда с ними не получилось, да и видел я их всего один раз. Недолюбливающие аристократов дежурные по Дворцовому коридору. Вот кем они мне запомнились.

Да, сильные, с большими щитами, но на «опасность» все равно тянут с натяжкой.

— Да, Инквизиторы туда входят, но не только они. В «Карающую Длань его Величества», как ее называли раньше, входят еще три структуры, которые управляют всем Императорским Дворцом уже много поколений, и все они синхронно активизировались и начали выходить наружу!

— Ну вышли и вышли, — пожал я плечами, — не вы ли мне говорили, господин Наместник, что их силы работают только внутри стен Дворца?

— Похоже, что теперь это не так. Пока мне достоверно известно об одном Инквизиторе, применившем «силу» за пределами Дворца, но там, где смог один, вероятно смогут и другие.

— Логично, — согласился я, и откинулся назад на диванчике, — но все равно не понимаю каким я тут вообще боком.

— Самым что ни на есть прямым! — сжал кулаки военный Наместник, — нездоровые движения во Дворце начались с выхода на свет старых проектов Императора! И вот сюрприз, два из них находятся под контролем Клана Теней. Твоим контролем, Маркус!

— Вообще-то три, — внес я ценное уточнение.

— ТЕМ БОЛЕЕ! — подскочил на ноги Горемыка, — КАК ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, МАРКУС! Поиск наследника лишь предлог для объединения и действий! Объединения против того, кто посмел потревожить покой Императора! А что, если они подумают, что ты хочешь отнять их силу и метишь в Императоры?! А после того, как ты нагло проник в прошлый раз в подвалы Дворца, а теперь прибрал к рукам все проекты Императора, ты ни за что не сможешь их переубедить, что это не так!

— Пожалуй, вы правы, из моих уст это будет звучать не очень убедительно… — припомнил я как со мной разговаривали эти гвардейцы с синдромом вахтера, — а может вы им все объясните? Ну как Наместник.

— Боюсь уже не поможет, Маркус. Узнав, что их сила теперь работает за пределами Дворца, они не остановятся. Пусть среди членов канцелярии нет ни одного аристократа, но все они потомственные слуги Императора, чьи предки давали клятву служить, и они бережно передавали эту клятву из поколения в поколение. Чистоте их крови позавидует любой современный аристократический Клан, — явно не один день затратив на подготовку к этому разговору, выдал Горемыка.

— И какова их цель? Трон? — поднял я бровь.

— Сомневаюсь, что именно Трон, — покачал головой военный Наместник, — источник их силы в клятве старому Императору, и появление нового может лишить их всего. Поэтому я думаю, что искать Наследника очень удобная причина.

— Ведь это можно делать вечно, — понимающе кивнул я.

— Как бы то ни было, эти люди не простые бандиты, что собираются по подворотням, Маркус. Это потомственные Имперские гвардейцы, стратеги и управленцы. За три сотни лет даже Совет не смог выдавить их из Дворца, а теперь Совета нет, как нет и Князя Света, что держал всех вокруг в ежовых рукавицах. И к слову, о Князе Света, именно с одной из его младших дочерей был замечен применивший силу Инквизитор. Это пока единственная реальная зацепка. Девочку зовут Энджи.

— Он ее убил? — нахмурился я.

— Нет, наоборот. Инквизитор ее защитил. Я не знаю подробностей, лишь факт. Пока это все, что известно о деятельности тайной канцелярии за пределами Дворца. Внутри министерств со своей стороны я торможу начавшиеся движения бюрократией как могу, но надолго их это не сдержит. В общем, будь осторожен, Маркус. Вот что я хотел сказать. Особенно в столице, — заключил Горемыка и, глянув на часы, поднялся на ноги.

— Вы тоже берегите себя, господин Наместник, — тоже встал я и протянул руку, — и спасибо за информацию.

— Пожалуйста. Надеюсь, я не пожалею об этом, — вздохнул он.

— Не пожалеете, — пообещал я, после чего Горемыка пожал мою руку, сжег серую папку одним касанием пальца, и ушел, оставив меня в переговорной одного напротив черной кучки пепла.

***

Звенящая тишина. Пустота. Вакуум. Небытие.

Девушка уже давно не помнила значения этих слов, но именно здесь она и находилась. В тишине. В пустоте. В полном одиночестве.

Она не помнит причины. Не помнит, что вообще когда-то умела помнить. Все это улетучилось давным-давно. Когда-то яркие и живые образы были единственным, что скрашивало одиночество девушки.

Воспоминания о детстве, поездках на озеро, двухэтажном домике родителей. Воспоминания о колючей бороде папы и запахе маминой выпечки. Живые, яркие, эмоционально насыщенные, они горели в сознании девушки как путеводные маячки и придавали ей сил.

Образы мест, образы лиц.

Родителей, друзей, любимого мужчины…

В те счастливые времена из воспоминаний, девушке казалось, что вся жизнь впереди. Все возможности открыты. Она молода, любима, умна и амбициозна, но… потом все это словно врезалась в каменную стену.

Глухую непроглядную стену, что выбивала из нее весь дух и запускала весь этот калейдоскоп чувств и воспоминаний заново.

Снова и снова.

По пятому, шестому, десятому, сотому кругу…

И с каждым оборотом что-то терялось.

Сначала это были незначительные детали, словно крошечные кусочки паззла отпадали от цельной картинки, а потом куски становились больше. Вслед незначительным деталям из воспоминаний улетучивались и более важные, крупные куски.

Имена друзей, лица родителей, собственное имя… все тускло, исчезало и безвозвратно покидало сознание девушки. Сначала из воспоминаний исчезли все цвета, потом пропали звуки, а потом одна за одной исчезли все ставшие черно-белыми картинки ее жизни.

Все забылось. Все потускнело, рассыпалось в пыль и исчезло.

Осталась лишь звенящая тишина. Одинокая пустота. Небытие.

Чтобы не сойти с ума и не исчезнуть окончательно, девушка, что не помнит своего имени, начала считать в уме.

Один…

Два…

Три…

Сто…

Тысяча…

Миллион…

Секунды текли, а девушка продолжала считать. Не помнила зачем, но продолжала бороться, не позволяя сознанию сгинуть в этой темноте окончательно.

И так продолжалось до тех пор, пока в этом пустом небытие, сквозь звенящую тишину вдруг не пробился инородный звук. Отдаленный, странный, непонятный, а оттого особо выделяющийся, он раздался где-то на задворках сознания девушки, и она впервые за бесчисленное количество времени перестав считать, сконцентрировалась на нем.

На звуках, которых вдруг стало становиться больше. Обрывистые, разнообразные, и живые… они придавали девушке сил. Она цеплялась за них как могла.

Слушая, она вспомнила, что умеет говорить и стала пытаться им отвечать.

Начала звать их сама. Кричать.

Постепенно, девушке стало удаваться разобрать их смысл. Она поняла, что это не простые звуки, а голоса. Медленно, словно учась заново родному языку, девушка стала успешно складывать звуки в слова, а когда ей это удалось, она поняла, о чем они говорят.

Осознание этого, заставило девушку стараться еще больше. Она стала различать тембры. Слушала истории. Кто-то плакал. Кто-то ругался. Кто-то молил о помощи. Кто-то просто громко дышал.

Голосов и источников звуков становилось все больше и больше. Слушать их голоса и отвечать, в надежде, что они тоже когда-нибудь смогут ее услышать, оказалось куда продуктивнее, чем просто считать.

А вместе с тем, постепенно начали пробуждаться и старые, давным-давно забытые образы и воспоминания девушки. Невнятными обрывками, тусклыми безмолвными образами, и хоть девушка не могла их разобрать, она чувствовала, что они невероятно важны, отчего цеплялась за них всеми силами.

И так продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный момент безграничная темнота вдруг не исчезла, впустив на свое место яркий свет.

Нет, СВЕТ.

Этот всепоглощающий теплый СВЕТ заполонил собой все сознание, а девушка болезненно поморщилась, и вдруг осознала, что может чувствовать.

Боль в глазах. Тяжесть в теле. Голод. Тоску. Счастье.

Эмоции, чувства и утерянные воспоминания лавиной накрыли девушку, и всеми силами стараясь справиться с этим потоком, она открыла глаза. Медленно. Поднимая тяжелые, словно каменные веки, она открыла глаза и сквозь слепящий Свет увидела парня.

Он шатался. Из его носа текла кровь, а улыбка не сходила с его лица.

Девушка попыталась с ним заговорить, но ее сил не хватало. В мозг поступало слишком много информации и крайне сложно было собрать хоть что-нибудь из этого воедино, и она просто хлопала глазами, а потом увидела его…

Лицо. Такое знакомое и такое родное. Лицо единственного человека, чье имя она так и не забыла за всю эту проведенную в небытие вечность.

— Женя… — вырвался сухой и слабый голос из уст девушки, что не помнила собственного имени, а слезы ручьем потекли по ее потрескавшимся каменным щекам.

Глава 6

После встречи с Горемыкой, я забрал свой новый «костюм» из рук Аллы и, переодевшись, вышел на улицу. Солнце уже скрылось за горизонтом, а вечерние улицы столицы красиво мерцали в свете уличных фонарей.

Глянув на часы, я поправил пиджак и направился к машине. Время в запасе еще было, но я хотел приехать хоть немного пораньше. Да и нехорошо опаздывать на свидание, которое сам же и назначил.

Полчаса в дороге, и вот я стою напротив изысканного комплекса из зданий с табличкой «Южный Пантеон». Давненько я тут не был. И последний раз как раз с Викторией.

С тех пор одно из самых элитных заведений столицы претерпело некоторые изменения. Появился отдельный вход в «музейную» часть. Центральные ворота сделали более «глухими», для обеспечения приватности, а для действующих Стражей сделали отдельный проход по «лицензиям».

Однако сейчас все обычно забитые входы пустовали, а на месте местного слуги-парковщика меня встретил с приветливой улыбкой Колль.

— Все готово, — доложил мой главный безопасник, стоило мне выйти из машины и рукой указал на единственный работающий вход.

— Отлично, были сложности?

— Нет. Когда узнали, кто приедет, — кивнул Колль, — периметр чист и под наблюдением.

— А эти? — покосился я на толпу с камерами на отдалении.

— Максимально разрешенная дистанция, — пожал плечами безопасник, — но оттуда даже четких снимков сделать не получится, мы проверили.

— Хорошая работа, — хлопнул я командира безымянных по плечу, и в этот момент заметил, как к зданию подъезжает кортеж из трех машин с гербами Клана Природы.

Колль направился к головной машине, для обсуждения координации с безопасником природников. Замыкающая машина проехала чуть вперед и, сориентировавшись, перекрыла обзор папарацци. В это же время центральный автомобиль остановился напротив меня, и из задней дверцы оттуда вышла нарядно одетая девушка.

Темное облегающее платье, с зелеными акцентами в виде широкого пояса, шляпы и легкого пальто. Зеленые же туфли на шпильке и развевающиеся на ветру волосы цвета нефрита. Непринужденный взгляд, уверенная походка, демонстративно мерцающий энергией природы княжеский перстень и идеально сочетающийся с ним изящный тонкий браслет.

— Чудесно выглядишь, — приветливо улыбнулся я.

— Ты тоже, — ответила взаимностью Княгиня Природы, — новый костюм? Тебе идет.

— Благодарю, — подал я руку, — идем?

— Да, одну минутку, — подняла указательный пальчик Виктория, при этом прильнула мне под руку и развернулась в сторону кучки людей вдалеке, которые разбежались со своих старых позиций как тараканы, пытаясь найти ракурс на вход.

Войди мы сразу, у них не было бы ни шанса, но Виктория нарочно задержалась и даже помахала рукой в ближайшие из мелькнувших фотокамер, позируя и улыбаясь. После чего, ничуть не смущаясь, и никуда не торопясь, повернула на меня свое находящееся чуть ли не вплотную личико, и произнесла.

— Теперь пойдем. Я готова.

— Как скажешь, — усмехнулся я и мы зашли внутрь.

Освещение тут было затемнено, но это уже не имело никакого смысла. После выходки Виктории, еще до того, как мы выйдем обратно, об этом свидании узнают все газеты и каналы.

Смело.

— Странно, обычно в это время тут не протолкнуться, — покосившись на абсолютно пустые коридоры, произнесла Виктория.

— У них сегодня спецобслуживание, — пояснил я, и в этот момент к нам из-за угла вышел мужчина в смокинге.

Высокий, опрятно одетый, с аккуратно стриженной бородкой и располагающим участливым взглядом. На одной руке у него висело белое полотенце, а вторая была заложена за спину.

— Добро пожаловать в «Южный Пантеон» ваши сиятельства, — вежливо поклонился мужчина, — меня зовут Рихтер, и я на сегодня ваш официант. Можете обращаться ко мне по любым вопросам, буду рад помочь. А сейчас, если готовы, прошу за мной, ваш столик уже готов.

Обменявшись дежурными приветствиями, мы проследовали за Рихтером по широкому стеклянному коридору. Мимо центральных зон и залов. Мимо проходов в обеденные и гостевые зоны. Мы двигались прямо вглубь помещения, и судя по удивленно осматривающейся Виктории, она также как и я никогда не была в этой части «Южного Пантеона».

— И сколько обошлось забронировать весь «Пантеон»? — пока мы продолжали идти, поинтересовалась у меня Виктория.

— Не весь, а только один этаж, — уточнил я.

— А пустой холл? — удивленно оглянулась Княгиня Природы.

— Его вновь откроют через десять минут, — пояснил я, — но седьмой этаж полностью наш.

— О! Никогда там не была! Тут есть седьмой этаж? — оживилась Виктория, и с нетерпением ребенка бросила взгляд через плечо Рихтера, но коридор дальше уходил резко по дуге вправо, поэтому куда он вел отсюда еще не было видно.

— Оказалось, что есть. Правда забронировать его может только член Совета.

— Да?! А почему я узнаю об этом только сейчас?! — возмущенно захлопала глазами Виктория.

— Я тоже узнал случайно, — засмеялся я, — просто запросил приватное и спокойное место.

— Вот же стерперы скрытные, могли и рассказать, что так можно, — недобро покачала головой Княгиня Природы, и в этот момент мы дошли до створок лифта.

Именно ими закончился коридор, и Рихтер, убедившись, что мы в порядке, вежливо пропустил нас внутрь, после чего зашел следом и прислонил палец к приборной панели с цифрами от «1» до «6».

Семерки там не было, но и Рихтер указательный палец прислонил чуть выше. Поначалу казалось, что он просто промахнулся и жмет кнопку, которой нет, однако спустя три секунды задержки, область вокруг его пальца вдруг подсветилась появившейся цифрой «7». Поначалу она горела красным, но мигнув пару раз, загорелась зеленым и лифт поехал.

И стоило лифту немного подняться, как за прозрачными задними стенками мы увидели его. Мерцающий всеми стихийными цветами десятиметровый водопад. Тот самый, что являлся украшением главного зала и одной из фишек «Южного Пантеона». Только сейчас мы смотрели на этот водопад не снаружи, а изнутри.

Мы буквально поднимались внутри его бурных мерцающих вод, сквозь которые было видно весь центральный зал «Южного Пантеона». Пока что пустой, но уже готовый принимать гостей зал.

Поднявшись практически под самый потолок, лифт остановился и выпустил нас.

— Прошу сюда, — сдержанно улыбаясь нашей реакции, услужливо повел рукой Рихтер, и мы, обогнув вход в лифт небольшой дугой, оказались в просторной комнате с панорамными видовыми окнами.

Прямо у них располагался накрытый на две персоны стол, два кресла, вешалка, деревянный ящичек под личные вещи. А вокруг обеденной зоны располагались десятки и сотни цветов и растений разных форм и размеров.

Они находились в вазах. Клубились на стенах. Свисали с потолка.

Все растения были идеально гармонично вплетены в интерьер, а между ними висели картины из очень редкой «вороньей» стали, не отбрасывающей тень. Я бы посчитал это совпадением, если бы не две серебристые колонны, вокруг которых клубился едва заметный стихийный дым, а висящие на колоннах экраны транслировали нарезки наших с Викторией сражений с тварями.

И все эта созданная специально под нас экспозиция двигалась и дышала, словно живая.

— Мы старались учесть все индивидуальные особенности наших гостей, но к моему сожалению, в наших архивах не так много данных о Клане Теней, — извинительно развел руками Рихтер, — надеюсь, вас не оскорбит наше невежество и поверхностная подготовка.

— Что вы, это все выглядит… потрясающе! — с горящими глазами осматривая интерьер этажа, воскликнула Виктория.

— Согласен, не ожидал, что вы так заморочитесь, — впечатлился я и провел пальцем по раме из «вороньей» стали.

Настоящая. Не иллюзия.

— Что вы, ваши сиятельства, — отмахнулся Рихтер, — эти пустяки меньшее, что мы можем сделать для членов Совета, на чьи деньги функционирует весь «Южный Пантеон». Располагайтесь.

— Благодарю, — кивнула Виктория, — усаживаясь на кресло, — о! А это отличный ракурс! Никогда не видела этой записи, — ошарашенно посмотрела она на саму себя, ломающую крылья пикирующему на нее Голубому Орлу.

— Наши архивы пополняются постоянно, и не все кадры доступны массовому зрителю, — мило улыбнулся Рихтер и расположил перед нами две папки, — вот ваше меню. Я буду вон там, как будете готовы, нажмите кнопку, и я подойду. Приятного вечера.

С этими словами официант удалился, а между нами и видимым в дальнем конце баром, куда ушел Рихтер, вспыхнул невидимый вакуумный барьер, отрезающий наш столик и зону кухни.

Этот барьер блокирует любые звуки, запахи, и даже стихию.

Полная приватность.

Рядом с нами заиграла легкая музыка. Ненавязчивый цветочный аромат витал вокруг, принося спокойствие, уют и умиротворенность.

Ни один лишний звук не проникал сюда извне, разве что журчание водопада со стороны окна.

Мы находились прямо за этим водопадом, но вода отсюда странным образом не искажала обзор на раскинувшийся внизу основной зал «Южного Пантеона». Обзор отсюда вниз был идеальным. Нас сквозь водопад и стекло было увидеть невозможно, но вот мы видели все и всех.

Только сейчас я заметил, что подавляющее большинство столиков «Южного Пантеона» расположены лицом сюда. Расположены так, чтобы можно было видеть лица практически всех сидящих.

Обычным зрением, конечно, ничего не рассмотреть, но с энергетическим усилением это не так сложно. При желании. Особенно если ты одаренный уровня Князя.

Любопытное место.

Виктория же не обратила на эту странность внимания, и налюбовавшись видами, зарылась в меню. Я последовал ее примеру. Меню оказалось весьма разнообразным. Мягко говоря. Здесь находились буквально все блюда, которые я встречал за это время. И даже больше.

Все кухни. Все ингредиенты. Любой редкости.

Можно было заказать, что угодно, но мы начали с вина и закусок.

— Итак, Маркус, чего ты хотел? — с вызывающим взглядом спросила Виктория, когда Рихтер наполнив нам бокалы, ушел.

При этом сама Княгиня Природы чуть придвинулась вперед, уперев локотки на край стола и покручивая в руке бокал с белым вином.

— Помимо приятной компании? — выдержав пытливый взгляд Княгини, ответил я вопросом на вопрос.

— Мм-м... не поверю, что только ради этого, ты забронировал такое место, — покачала Виктория Луговская головой.

— Если честно, я не думал, что здесь все будет настолько пафосно, — пожал я плечами, — я лишь хотел встречу в комфортном и привычном месте, без лишних глаз. Безопасном месте, откуда не пойдут ненужные слухи.

— Слухи? Мне плевать на слухи! — отмахнулась Виктория.

— Это я уже заметил на входе, — усмехнулся я, — расскажешь, что изменилось?

— А с чего ты взял, что что-то изменилось? — нахмурилась Княгиня Природы.

— С твоих же прошлых слов и действий. Никакой двусмысленности на людях. Деловой подход и субординация. Защита образа невинной Княгини… — перечислял я, загибая пальцы.

— Ну и что! — перебила меня Виктория, — разве не ты сказал сегодня Артуру, что Князь может делать что хочет? «Если весело, веселись», не твои слова? Или же на Княгинь это не распространяется, и мне так нельзя?! — недобро впились в меня нефритовые глазки.

— Почему же, можно, — примирительно подняв руки, улыбнулся я, после чего налил нам еще вина.

Слегка нервно постукивая пальчиком по столу, девушка пригубила бокал, задумчиво поглядывая далеко вниз, где как раз начали собираться в центральном зале люди. Их действительно отсюда было прекрасно видно.

— Ты в курсе, что наш Князь Воды и Полина собираются пожениться? — как бы невзначай перевела тему Виктория.

— Нет, но разве это удивительно? Они уже столько лет помолвлены.

— Ага… жаль только свадьбу решили играть без гостей. Где же это видано, чтобы Княжеская чета образовывалась без достойной церемонии? — возмущенно выдала девушка.

— А почему это плохо? Потому что не сможешь поймать еще один букет? — бросил я первое попавшееся предположение.

— А-а-а это еще почему?! — вдруг начала заикаться Виктория.

— Да просто вспомнил как Лера упоминала, что для тебя это важно, — поспешил я сбавить резко увеличившийся накал.

— Вот же предательница болтливая, — пробурчала себе под нос девушка и вернула на меня серьезный как никогда взгляд, — и что она еще тебе наговорила?!

— Да ничего такого. Невоспитанным варваром обзывала, от тебя привет передавала, — пожал я плечами.

— Вот как, — недобро сощурился взгляд Виктории, а вокруг повеяло штормовым ветерком, — и когда это было?

— Когда? — припомнил я, почесывая подбородок, — да вскоре после того, как узнала, что я Паладин, ворвалась ко мне в ванну и…

— В ВАННУ?! — полезли брови на лоб у Княгини.

— Долгая история, — отмахнулся я, — куда интереснее другое, как твои успехи?

— Успехи? — опешила от резкой перемены темы Виктория и недоуменно захлопала глазами.

— В тренировках. Я вижу, есть прогресс, — кивнул я на браслет.

— Как ты узнал? — хмыкнула она, — он же наоборот уменьшился.

— Поэтому и заметно. Ты свободно управляешь кожухом, а значит твоя связь с Янусом окрепла. Его энергия поддается тебе.

— Не очень-то поддается, — скорчила скептичную рожицу Вика, — управлять этой энергией все еще тяжело. В обычном режиме я могу тренироваться с полной выкладкой хоть весь день, а вот если задействую силу Януса, то очень быстро устаю и валюсь без сил.

— Сколько можешь продержаться? — полюбопытствовал я.

— Начинала с минуты, сейчас час и дальше никак… — вздохнула Виктория.

— Впечатляет, — похвалил я.

— Разве? — скривилась Княгиня, — из меня какой-то одаренный на час получается. Я буквально падаю без сил часов на десять! В красной зоне это смерть.

— Тогда можешь потренироваться не в красной зоне, — предложил я.

— А где тогда? На полигоне время уже не растет, это бесполезно.

— Мир большой и полон возможностей, — напомнил я, — тебе нужно просто сменить обстановку. Как насчет того, чтобы сгонять на пару дней на восток?

— Не достопримечательности же смотреть? — подозрительно поглядывая на меня, спросила Виктория.

— Нет. Вернее не только, — улыбнулся я, и в этот момент нам принесли блюда.

***

Высокий мужчина в идеально выглаженном смокинге сидел спиной к барной стойке и подкидывал монетку, задумчиво глядя на панорамное окно с водопадом. Его русые волосы были зализаны назад, белое полотенце лежало на коленях, а костюм официанта сидел на нем безупречно.

И это несмотря на то, что Рихтер надевал его впервые в жизни.

Так он и сидел у пустой барной стойки на пустом седьмом этаже, пока его задумчивость не нарушил звук торопливых шагов.

Поймав прокрутившуюся в очередной раз в воздухе золотую монетку, Рихтер ловко, словно фокусник, опустил ее в карман, и перевел свой беззаботный взгляд на мужчину, что остановился перед ним.

Безликий серый костюм. Старомодная шляпа, дипломат. Внешне ничего примечательного. Обычный клерк. Только едва заметная эмблема в виде двух скрещенных мечей на внутренней части пиджака могли выдать в мужчине члена тайной канцелярии.

— Они уехали, — доложил мужчина в сером костюме.

— Хорошо. Вместе? — слегка крутанувшись на барном стуле, спросил Рихтер.

— Нет. Раздельно. Проследить за ними?

— Не нужно, — сделав полный оборот, остановился Рихтер и медленно поднялся на ноги, — все, что нужно я узнал.

— И? — подался чуть вперед «клерк».

— Он точно не наследник Императора.

— Как ты это понял? Удалось их подслушать?

— Не полностью, — покачал головой Рихтер, — этот Маркус хорош. И осторожен. Самые интересные части разговора он закрыл своим барьером, но контекст я уловил.

— Тогда с чего такая уверенность про наследника? — осторожно уточнил «клерк».

— Зрительный контакт, дружище, — широко улыбнулся Рихтер, — зрительный контакт. Поверь мне, иногда можно узнать о человеке все, просто взглянув ему в глаза, — многозначительно добавил он, после чего вернул взгляд на окно и добавил, — свяжись с дворцом. Пусть готовят одного Инквизитора к отправке на восток.

— На восток? — удивился «клерк», — но зачем? Ты ведь сказал, что Маркус не наследник?

— Да, Маркус не наследник, — повторил Рихтер, — но он может знать где его искать. Мы не можем так рисковать.

— Понял. Будет сделано, — поклонился мужчина в сером костюме, — еще что-нибудь?

— Нет, можешь идти, — лениво отмахнулся Рихтер.

— Хорошо, — кивнул он и покосился на неубранный столик, — позвать официантов, чтобы убрали тут все?

— Не нужно, я сам, — взял пустой поднос и полотенце Рихтер, после чего с едва заметной ухмылкой добавил, — владельцу тоже иногда полезно спускаться и марать руки.

Глава 7

Лунный свет робко пробивался сквозь приоткрытое окно. Ледяной дождь громко тарабанил по стеклу, а бушующий снаружи холодный ветер колыхал зеленые шторки.

Но девушке с волосами цвета нефрита было совершенно наплевать на непогоду за окном. Одетая лишь в полупрозрачное ночное платье, Виктория Луговская расхаживала босыми ногами по своим покоям и задумчиво хмыкала. Иногда останавливалась, бросала томный взгляд в сторону покрытого каплями воды окна, после чего закусывала губу и продолжала ходить вперед-назад, вперед-назад, вперед-назад…

Со свидания Княгиня Природы вернулась пару часов назад, и с тех пор не могла найти себе места, закрылась в покоях, ни с кем не разговаривала, бродила и размышляла. Виктория Луговская раз за разом прокручивала диалог с Маркусом и думала, как ей поступить.

Ответа ему Виктория так и не дала. И чем больше Княгиня Природы думала о словах Маркуса, тем сложнее становилось решить. С одной стороны Виктория очень хотела согласиться и поехать с Маркусом на восток, но с другой камнем висел груз ответственности Княгини и бесконечный список вытекающих из этого статуса веских «НО».

Виктории даже не требовалось говорить со своими советниками, чтобы их услышать. Все эти «НО» и так звучали в голове Княгини Природы, причем большинство из них строгим голосом отца.

Отчего становилось только тяжелее.

Девушка разрывало от внутренних противоречий, и ведь даже совета ни у кого не попросить!

К кому не обратись, информацию точно получит Хребет и начнет твердить, что это глупо, безрассудно и опасно. Это не вариант, но кого еще спросить?

Леру?

Нет. Тогда ей придется рассказать про тайные тренировки, про истинную причину ее занятости в последнее время и еще много чего, о чем Виктория сейчас была совершенно не готова говорить.

От этой мысли в груди Княгини Природы кольнуло острое чувство одиночества. Давно забытое, неприятное и сковывающее чувство. Мысли о том, что никто не сможет ее понять, захлестнули Викторию Луговскую и вернули ее в бунтарское состояние принцессы. Своенравной девушки, которая справлялась с тяжелыми эмоциями тем, что бороздила красную зону, крошила тварей, тренировалась как проклятая и…

— Была не одна… — прошептала сама себе Виктория, и взяв с тумбы телефон, набрала единственный номер, который знает наизусть.

— Привет, Берти! — как только гудки сменились тяжелым сопением, воскликнула Виктория и привалившись попкой на подоконник, перехватила трубку поудобнее, — не спишь?

— А… эм… уже нет, — слегка заторможенно отозвался Альберт.

— Ой, я тебя разбудила? Прости, — повинилась Виктория.

— Не стоит извиняться, ваше сиятельство. Да и вам же все равно ни капельки не стыдно, — со вздохом произнес Альберт.

— Ну да, твоя правда, — легко согласилась Виктория, после чего сделала паузу и добавила, — и за это тоже прости. Я не сильно отвлекаю?

— Да нет, все нормально. Я на самом деле не спал.

— Эй, я ведь поверила! Так и знала, что Маркус на тебя плохо влияет! — совершенно беззлобно возмутилась Виктория и, впервые за последний час расслабившись, подняла взгляд к потолку и спросила, — как у тебя там дела? Все хорошо?

— Более чем, — отозвался Альберт, — у нас тут весело. Сидим дракону крылья подрезаем.

— Какому дракону? — недоуменно захлопала глазами Виктория.

— Так каменному, — как само собой разумеющееся хмыкнул Берти.

— Звучит весело… — ностальгически протянула девушка.

— Выглядит тоже, — басовито хохотнул здоровяк, — фотку прислать?

— Давай… — машинально ответила Княгиня Природы, а потом вдруг спохватилась и замотала головой, — а нет, знаешь, Берти, не надо… А то еще возьму и сорвусь к вам.

— Не имею ничего против, — спокойно ответил Альберт, — подготовить спальное место в лагере для вашего сиятельства?

— Смешная шутка, — буркнула Виктория, — ты же знаешь, что я никуда не могу уехать.

— Вас приковали цепями? — обеспокоенно выдал Альберт.

— Э-эм, да вроде нет, — глянула себе на босые ножки Княгиня Природы.

— Тогда заперли двери и решетки на окна повесили? — понятливо хмыкнул здоровяк.

— Нет, ничего такого! — всплеснула руками Виктория, — я же Княгиня! Кто меня запрет?!

— Тогда вы можете уехать в любой момент, — с улыбкой констатировал Альберт, — куда угодно и когда угодно. Вы же Княгиня.

— Ты правда так считаешь? — тише чем обычно спросила Вика.

— Правда, — уверенно хмыкнул бывший телохранитель принцессы Рода Луговских, — это все, чем я могу вам помочь, ваше сиятельство? Или есть что-то еще?

— С чего ты вообще решил, что мне нужна помощь? — насупилась Виктория и ощутила легкое чувство дежавю.

— Догадался. А иначе зачем бы вы мне позвонили?

— Жестоко! Может я звоню потому, что хотела спросить, как дела у моего дорогого бывшего телохранителя!

— Вы никогда не звонили мне просто так, ваше сиятельство, — невозмутимо напомнил Альберт.

— Даже когда ты служил мне? — удивилась Виктория.

— Особенно, когда я служил вам, — усмехнулся Берти.

— Прости…

— Вы за разговор извинились уже три раза, — вдруг напрягся Альберт, — я начинаю переживать.

— Было бы с чего… — начала было машинально парировать Виктория, но вдруг закусила губу и после короткой паузы, произнесла, — прости… то есть ты прав, Берти. Мне нужна помощь. А вернее совет.

— Совет? — удивился Берти.

— Да, дружеский совет, — подтвердила Виктория.

— Дружеский… — машинально повторил посерьезневший Альберт, и кашлянув в кулак, добавил, — конечно, ваше сиятельство, я весь внимание.

— И давай без «сиятельства», Берти, — фыркнула Княгиня Природы, — задолбал уже выкать!

— Но ведь вы Княгиня…

— И как Княгиня я приказываю тебе мне больше не «выкать»! — властным голосом заявила Виктория Луговская.

— Как скажете… кхм… как скажешь… эм… госпожа? — расстерялся Альберт.

— Ой забудь… — закатила глаза и ударила себя по щекам Виктория, и только сейчас поняла, что улыбается, а на душе тепло и безопасно, — мне не хватало наших разговоров, Берти.

— Мне тоже, — признался здоровяк.

— Ха, я думала я тебя только и делала, что задирала, — засмеялась Княгиня Природы.

— Так и было, — легко согласился Альберт, — но это время было одно из самых счастливых в моей жизни.

— Одно из? — зацепилась за слово Виктория.

— Одно из, — невозмутимо подтвердил Альберт.

— Поня-я-ятно все с тобой, — ревниво протянула девушка, — сейчас ты счастливее значит. Так Маркус тебе важнее, чем я?

— Да, — легко подтвердил Альберт, и также легко добавил, — как и вам.

И от этих простых слов девушка покраснела и закашлялась, да так сильно, что помог лишь стакан воды и невероятное усилие воли.

После такого отрицать что-либо было глупо. Да и не хотелось Виктории, если честно, ничего отрицать.

— Так чем могу помочь? — нарушил неловкую паузу Альберт.

— Маркус позвал меня на восток, и я хочу поехать с ним, — взяла и выпалила как есть Виктория Луговская, и сама удивилась как легко ей это сейчас удалось и слова понеслись из ее уст сами собой, — но я чувствую, что это слишком эгоистично. Чувствую, что предам своих людей. Чувствую, что предам статус Княгини. Предам ожидания. Особенно после того, как я пренебрегала ими все эти недели… я хочу… очень хочу поехать… хочу стать сильнее… — прошептала она, проводя пальцем по артефактному браслету-кожуху с пульсирующими частицами Паладина Януса, — но чувствую, что поехать сейчас с Маркусом означает предать всех. Заявить всему миру, что Маркус для меня важнее Клана. В прошлый раз я уезжала тайком…, но сейчас все заметят. Нас сегодня видели вместе репортеры и если я уеду во время этой шумухи… как я смогу называться Княгиней Природы?! Мои люди никогда этого не простят! — с огромным трудом сдерживая слезы, выпалила Виктория и, закрыв мокрое лицо рукой, замолчала.

— Ты говорила с ними об этом? — также тихо спросил Альберт.

— А? — опешила Виктория и сама не поняла от чего больше, от того, что Берти впервые в жизни назвал ее на «ты», или от его спокойного и ни капли не осуждающего тона.

— Ты говорила со своими людьми об этом? — уточнил уверенный и успокаивающий голос, словно старший брат отчитывал младшую сестру, — С чего ты вообще взяла, что тебя не простят? Вместо того, чтобы додумать все за других и разгонять свои страхи, просто поговори с ними. Искренне и открыто заяви, что хочешь поехать.

— Но ведь отец всегда…

— Покойный Князь всегда ставил своих подданых перед фактом. Он не думал о них. Не думал о их чувствах. Делал, что хотел, прикрываясь благом Клана. Ты не такая. Я это знаю. И твою люди это знают.

— Ты правда думаешь, что они поддержат мой эгоизм? — осторожно спросила Виктория.

— Я бы поддержал, — хмыкнул Альберт, — и уверен, что Хребет с Тохой поступят также. Пусть им твоя идея может не понравится, но, если ты скажешь прямо, они поймут. Поверь.

— Потому что приказ Княгини закон? — усмехнулась она.

— Нет. Они поймут, потому что Клану Природы нужна сильная Княгиня. Не сломленная и сомневающаяся в себе, а уверенная и идущая вперед. И если ради этого ты должна поехать на восток, едь.

— Берти, это точно все еще ты? Говоришь прямо как…

— Маркус? — засмеялся Альберт, — ну да, с кем поведешься, как говорится. Но про неуверенность и нервозность я не шучу. Хочешь не хочешь, а рано или поздно твои люди ее увидят.

— Рано или поздно… — начала было Виктория, а потом вдруг подскочила на месте, — Антон?! Неужели он тебе что-то сказал?!

— Только то, что переживает. Не поверишь, но он тоже просил у меня совета. Искал силы в том числе ради тебя. Чтобы вернуться и привезти как можно больше полезных знаний. Чтобы помочь тебе с твоим бременем, разгрузить хоть немного. Именно поэтому Тоха сейчас терпит ту злобную бабку Марту. А это тяжело, уж поверь. Эта старуха меня чуть не грохнула, когда мы приехали в «Миротворец» в первый раз. Она реально жуткая. Мускулистый демон во плоти. И Антон терпит ее и делает все это ради своей Княгини. Потому что ты его попросила. Потому что не знает, как помочь иначе. Потому что переживает. И он такой в Клане не один. Ты в Клане Природы не одна.

Виктория Луговская слушала эти слова, а по ее щекам вновь текли слезы. Но на этот раз это были приятные слезы. Они словно вымывали из девушки всю неуверенность. Всю слабость. Все сомнения.

— Спасибо, Берти, — справившись с эмоциями, твердо произнесла Виктория, — теперь я точно знаю, как должна поступить.

— Вот и хорошо, — с нескрываемым облегчением в голосе ответил Альберт, — передавай Маркусу привет и присмотри за ним там.

— Обязательно, — улыбнулась успокоившаяся и повеселевшая Княгиня Природы, после чего повесила трубку и пошла собираться.

***

Положив трубку, цельнометаллический здоровяк зевнул так, что чуть не свернул забрало и покосился на сидящего в углу лагеря у стены светловолосого парня. Он, бледный как покойник, сидел с полуприкрытыми глазами, тяжело дышал, периодически стирая вытекающую из носа кровь белым рукавом, и в целом выглядел так, что вот-вот впадет в кому.

— Ты как? — подошел к парню Альберт.

— Н-нормально, — приоткрыв один глаз, ответил Денис.

— Да не звезди, — протянув ему флягу воды, хмыкнул цельнометаллический здоровяк, — я много за жизнь повидал, но лекаря в таком дерьмовом состоянии вижу впервые. По крайней мере живого.

— Хех, забавно, — болезненно скривился лекарь, — Маркус также говорил.

— О, понял! — спохватился Альберт, — надо ему фотку твою отправить. Сравним мнения.

— Эй-эй-эй! — вдруг нашлись силы распахнуть оба глаза и податься вперед у Дениса, — не надо! Слышишь! Не надо! Какое такое зло я тебе сделал?!

— Ну не знаю… не принимаешь никакой помощи и собираешься молча сдохнуть? — поднял бровь Альберт, продолжая болтать флягой перед лицом лекаря.

— Понял, больше так не буду… — фыркнул Денис и, постанывая, взял флягу и жадно присосался к воде.

— Вот и славно, хороший мальчик, — похлопал Альберт блондина по голове и полез в сумку за лекарствами.

Разложил порцию для Дениса, после чего закинул сумку на плечо и подошел к сидящей неподалеку короткостриженой девушке, вокруг которой суетилось двое человек. Альберт за годы службы Ратником в опасных местах обычно знал, как оказывать первую помощь. Знал базовые основы целительства и способ применения всех полевых медикаментов Империи.

Даже глядя на одного из лучших лекарей Империи, он видел, чего тому не хватает для улучшения регенерации, но вот смотря на эту девушку с веснушками в виде крошечных камешков, он понятия не имел в каком она состоянии и что ей нужно.

Голодна ли? Обезвожена ли? Нарушен ли энергетический баланс? Работает ли регенерация? Есть ли переломы или скрытые кровотечения?

Вообще ничего. Альберт словно зеленый юнец стоял и хлопал глазами, боясь к девушке даже прикоснуться. Собственно, как и все остальные. Никто кроме Дениса не рисковал трогать Иру, но пока сам лекарь не может встать на ноги, нужно хотя бы осмотреть ее.

И с этой мыслью Альберт подошел ближе, склонился над девушкой и, задумчиво перебирая сумку с лекарствами, и бросая взгляды на пациентку, пытался понять хоть что-то.

— Как она? — раздался вдруг озабоченный тяжелый голос сбоку.

Альберт поднял голову и увидел там Беса. Такого же бледного, как и Денис. И одного взгляда на это хватило, чтобы поставить диагноз и сунуть каменному здоровяку успокоительное из портальных трав. Но вот с Ирой было не так просто…

— Без понятия, — наконец сдался и отстранился Альберт, — спроси у нее сам.

— Я же сказала, я в порядке! — в очередной раз возмутилась звонким голосом девушка.

Покрытая каменными веснушками и паутинками трещин по всему телу, с частично окаменевшими волосами-сталактитами, она выглядела вполне бодрой, живой и здоровой.

— Еще чего! — заглотив отвар с травами залпом, подскочил к попытавшейся встать девушке Бес, — сиди и не двигайся! Пока лекарь тебя не осмотрит! Кто знает, как могло пострадать твое тело! Как мог пострадать твой мозг!

— Да нормально все с моим мозгом! — закатила глаза Ира, в тщетных попытках пытаясь найти взглядом поддержку.

Но никто не стремился ей помочь и отводил взгляд, стоило ей на них посмотреть. Молот попытался минут десять назад, но тут же получил от Беса подзатыльник и такой гневный взгляд, что все попытки самодеятельности напрочь отбило.

Бес словно курица наседка с яйцом, носился с девушкой, не подпуская к Ире никого. Ей, конечно, была приятна забота любимого, но не до такой же степени!

Да, поначалу она грохнулась в обморок. Дважды. Полдня не могла связно говорить, путалась в воспоминаниях и забывала имена всех, кроме своего любимого Жени, но сейчас ей гораздо лучше! Туман из головы ушел, воспоминания более-менее уложились и мыслить удавалось ясно. Только шансов это доказать ей больше не давали без осмотра лекаря, а этот самый лекарь только что влил в себя полную флягу воды и отрубился спать.

— Я в порядке, — заметив это, еще раз сказала девушка уже с нотками нарастающей злости в голосе.

— Все равно надо убедиться, — покачал головой Бес, — мозг мог пострадать. Ты не могла говорить. Ты падала и теряла сознание. Ты слышала голоса в голове!

— Я и сейчас их слышу, — пожала плечами Ира.

— Ну вот, видишь! — убедился еще больше в своей правоте Бес, — что-то не так!

— Не обязательно, — вдруг вмешался Альберт и еще раз склонился перед девушкой, — что говорят эти голоса?

— Они зовут меня, — спокойно ответила девушка.

— Куда зовут? Кто? — настороженно замер Бес.

— Люди.

— Так, — ударил себя по щекам Бес, — все, мы собираемся и едем в лазарет. У меня есть отличный лекарь в столице. Он мне должен и…

— Нет, — вдруг качнула головой Ира.

— Что нет? — недоуменно захлопал глазами Бес, — не переживай, мы Дениса с собой возьмем! Там в лазарете и его поднимем. Двух зайцев… я обеспечу уход… охрану…

— Нет, — упрямо повторила девушка, — в столицу я не поеду. Они ждут меня. Они зовут меня.

— Да кто такие они?! — никак не мог успокоиться и сходил с ума от переживаний, Бес.

— А ты еще не понял? — вдруг тепло улыбнулась Ира, и совершенно спокойно поднявшись на ноги, подошла к жениху и положила ему теплые ладони на щеки.

От неожиданности тот обомлел и машинально провел своей рукой по ладоням девушки и аккуратно сжал их. До этого Бес боялся даже коснуться своей невесты, словно она хрупкая как хрусталь.

Но сейчас, ощутив тепло ее тела на своих руках, он слегка успокоился и обнял ее, прижав к себе как самое бесценное сокровище.

Только сейчас, когда паническая тревога и сводящее с ума беспокойство за здоровье невесты слегка утихли, Бес вдруг догадался и, слегка отстранившись от девушки, покосился на Молота и его мини-армию из десяти каменюк, которые сейчас тренировались на окраине лагеря.

— Статуи в Долине… — тихо произнес Бес, — ты слышишь их также как слышал своих треснувших Молот…

— Да, — искренне улыбнулась Ира и ладошками повернула лицо жениха в свою сторону, — мы не можем уехать в столицу. Я им нужна, дорогой. А еще им нужен ты.

— Я? — опешил и захлопал бурыми глазами Бес.

— А Молот тебе разве не говорил? — удивилась миниатюрная девушка с каменными веснушками.

— Не говорил… что? — напрягся каменный здоровяк.

— Треснутые, которых он слышит. Они говорят о тебе.

— Обо мне? Почему обо мне? — напрягся еще больше Бес, — я же их не слышу… я с ними не говорил… я ничего не делал…

— Это не важно, Женя, — не отводя взгляда от жениха, произнесла Ира, — они говорят о тебе, потому что чувствуют. Чувствуют лидера. Молот лишь проводник, через которого они могут идти за тобой.

— Да ну бред какой-то… — начал отпираться мужчина и в этот момент сзади его ткнул в плечо Молот и указал пальцем себе за спину.

Бес поначалу не хотел отводить взгляд от любимой, но убедившись, что крепко держит ее в своих руках, повернулся и увидел десятерых каменных людей, что склонились перед ним на одном колене.

И, улыбнувшись, ровно тоже самое сделал и Молот.

— Л-ладно, допустим, — сглотнул ком в горле Бес и вернул взгляд на Иру, — Молот за несколько недель смог услышать аж десятерых… А скольких ты…

— Всех, — мило улыбнулась девушка с каменными веснушками, — я слышу их всех.

***

Ночь я провел в стриптиз-баре.

С одной стороны это не совсем по-княжески, а с другой стороны занимался я тут исключительно делами. Что ни говори, удобно иметь собственный стриптиз-бар.

Деловые встречи тут можно устраивать даже ночью, договора подписывают еще охотнее, разговоры более раскованные, да и вид на фоне хорош, чего скрывать. Чисто эстетически приятно наблюдать за работой профессионалов.

Макс знал каких девчонок отбирать.

Интересно, Диана в курсе, что он их лично отбирал? Макс случайно признался мне в этом после одной из ночных встреч. Да, Князь Молнии тоже помогал мне с ночной частью работы, да и место для оперативного штаба выбрал тоже он.

Свалил же Макс только под утро, а я решил остаться здесь. На поспать все равно осталась лишь пара часов, пока не появятся первые итоги наших ночных «дел».

В их ожидании я и уснул в наполовину сидячем положении на мягком диванчике вип-комнаты.

Разбудил меня стук в дверь. Первое, что я увидел, открыв глаза, была полуголая красотка в латексе. Идеальные ножки, в обманчиво невинных голубых глазах сверкают молнии, а располагающая милая улыбка лишь маска опытной убийцы и, по совместительству, местной начальницы охраны по имени Настюша.

— К вам пришли, господин Маркус, — доложила девушка, и, заметив мой сонный вид добавила, — могу задержать гостей на сколько пожелаете.

— Спасибо, не нужно, — сладко потянувшись, глянул я на время, после чего подошел к крану, ополоснуть лицо и, умывшись, добавил, — пусть заходят.

— Хорошо, — дежурно улыбнулась Настюша, и, ловким движением руки, распахнула дверь шире.

Глава 8

Я сидел, сложив ноги на журнальный столик, и задумчиво листал отчеты своих «агентов».

Надо признать, работать они стали лучше и эффективнее. Вепрь отлично освоился в роли лидера банд головорезов, а стабильно снабжающий его ресурсами и информацией Мрак, помог тому захватить и укрепить влияние на улицах.

В итоге эта сладкая парочка сейчас контролировала практически все криминальные ячейки столицы, от самых мелких и до более крупных. Контингент специфический, проблемный, но весьма полезный, и в чем-то даже незаменимый.

Например, в определении текущего положения дел и настроений в обществе.

Проблемные точки. Недовольства. Изъяны системы.

При этом банды не требуется полностью контролировать, да и невозможно это. Ты никак не заставишь воров тушить пожары, или убийц в Стражи записываться, но ты можешь за ними присмотреть, минимизировать исходящий от них вред, а высвободившуюся энергию направить.

Пусть не во благо общества, но хотя бы и не во вред.

Но главное, что таким образом ты сможешь наблюдать за тем, что происходит «внизу».

Держать руку на пульсе.

Сможешь заметить симптомы раньше, ведь любая «болезнь» или «угроза» в первую очередь ударит по самым уязвимым группам. Иронично, что именно те низы общества, на которых всем обычно плевать, могут спасти отторгающее их же общество, если вовремя заметить их проблемы и успеть на них отреагировать.

Примерно этим и занимается Вепрь.

Находится среди низов. Видит их проблемы. Решает их. Помогает, направляет, сдерживает, защищает. О его связи с нами никто не знает, официально он не состоит ни в одном из Кланов, что и позволяет Вепрю быть идеальной фигурой для этой работы.

Оставаться среди них «своим», но при этом иметь ресурсы и возможность их же и защищать.

И Вепрь реально защищает своих вынужденных подопечных. Как заботливый надзиратель для проблемных подростков. Где надо ругает, следит за тем, чтобы не переходили черту, сдерживает и наказывает, если нужно.

Но при этом он же и бьется за каждого из этих угнетенных отбросов, как за своих собственных детей.

За что Вепря и уважают на улицах.

И именно поэтому первым к кому я обратился с просьбой, был именно он. Мрак шел в комплекте. После убийства Демида, он стал намного спокойнее, исполнительнее и инициативнее. Сам брался за любую работу и старался найти свое место.

Мне же после слов Горемыки, требовалось прощупать пульс на улицах и понять, насколько все запущено. И есть ли причины для беспокойства. И пока Горемыка прощупывал «сверху», я решил заглянуть и прощупать «снизу».

Правда же, судя по отчетам, оказалась где-то посередине.

— Ты оказался прав, Маркус, — первым подал голос, хмуро сидящий напротив меня и нервно щелкающий орешки Вепрь, — движения на улицах действительно есть. Мы не заметили этого раньше, потому что напрямую наших сфер влияния это не касается. Да, мои люди иногда замечали странности, получали травмы, некоторые пропадали при загадочных обстоятельствах, но все было в рамках погрешности. Без системы…

— Но как только ты указал куда смотреть, казалось бы, не связанные между собой события оказались связаны, и система проявилась, — продолжил за своего подопечного Мрак, что стоял у окна со сложенными на груди руками.

— Мелкие аристократы, — хмыкнул я, отводя взгляд от бумаг на говоривших.

Именно на эту группу лиц приходилось большинство внешне не связанных странностей и инцидентов.

Тут пропал водитель. Там охранник получил травму. Здесь офисное здание сгорело. Все это крутилось именно вокруг возросшей активности определенной группы лиц.

— Да, но активизировались не только они, — хмыкнул Мрак, — ущемленные элиты, разорившиеся бизнесмены, потерявшие влияние семьи, ушедшие в тень сторонники светлых и их бывшие деловые партнеры… Список обиженных длинный. И все они удивительно синхронно пришли в движение, но осторожно. Встречаясь за закрытыми кабинетами. Не оставляя улик. Избегая или устраняя свидетелей. Кто-то действительно обрабатывает всех недовольных. И делает это настолько тихо, что на улицах мы видим лишь рябь на воде, но не сам брошенный в воду камень. Пока мы пытались копнуть тихо, но подойти ближе не удалось. Можем попытаться копнуть глубже…

— Не надо, — прервал я его, и отложив отчеты, поднялся на ноги.

— В СМЫСЛЕ НЕ НАДО?! — подорвался следом за мной Вепрь, — и че тогда делать?! Бездействовать?!

— Нет, не бездействовать, — спокойно подошел я, и поставив на столик бутылку вынутого из местных запасов дорогого коньяка, сел обратно, — но действовать надо тоньше, осторожнее… — продолжил я говорить, достав пару бокалов и наполнив их янтарной жидкостью, после чего пододвинул, и подняв вопросительный взгляд, спросил, — сможете?

Мрак молча повел рукой и черный дым пронесся по полу, оплел столик, подхватил один бокал с напитком, и совершенно бесшумно перенес его в руку одаренного.

Вепрь поначалу ничерта не понял и просто резко схватил бокал, но как только хрупкий хрусталь слегка треснул в его руках, тот ослабил хватку и выпил напиток осторожно.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул я, и двинул в их сторону всю бутылку, — тогда можете использовать все, что потребуется. Кто-то действует ночью. За нашей спиной. Действует скрытно и тихо. Но тень — это наша стихия. Найдите тех, кто за этим стоит, и узнайте, что происходит.

— Сделаем, — ответил с трудом сохраняющий контроль Вепрь.

Его ярость понятна. Всю ночь он бегал по улицам и дергал за ниточки, чтобы в итоге узнать, что погибшие за последние дни люди на улицах погибли не случайно. Что их убили. Убили прямо под носом Вепря, а он этого даже не заметил и ничего не заподозрил.

— А что насчет Энджи? Ее нашли? — перевел я взгляд на Мрака.

— Пока нет, — скривился и вспыхнул черной дымкой теневик, — она как сквозь землю провалилась. Более того, нам не удалось найти ни одного свидетеля ее встречи с Инквизитором.

— По крайней мере живого свидетеля, — зло фыркнул Вепрь.

— А тот о котором говорил Горемыка? — поднял я бровь.

— Убит, — явно ожидая этого вопроса, шмыгнул носом Вепрь, и впившись в меня недобрым взглядом, спросил, — все еще уверен, что стоит действовать осторожно, босс?!

— Да, — не моргнув глазом, ответил я.

Вепрь еще несколько секунд пялился, выдерживая мой взгляд, но потом фыркнул, схватил бутылку и пошел на выход.

Мрак тоже кивнул, и ушел следом, вновь оставляя меня в комнате одного.

По крайней мере визуально.

Пустая комната. Тишина. Никаких энергетических колебаний. Даже дымчатая тень Мрака никак не среагировала, хотя ее чувствительность выкручена на максимум и за последнее время он нехило так подтянул свои навыки.

Только вот этого оказалось недостаточно, чтобы обнаружить ее.

— Долго еще будешь прятаться? — вновь закинув на журнальный столик ноги, беззаботно спросил я и покосился на то место, через которое полминуты назад прошел Мрак.

И я продолжал молча смотреть, пока пространство вдруг не подалось дымчатой рябью, и оттуда не вышагнула недовольная черноволосая девушка.

— Да как ты это сделал?! — надув щеки, плюхнулась Лиса рядом со мной на диван, — Мрак же прямо сквозь меня прошел и ничегошеньки не заметил!

Я ничего не ответил, и просто пожав плечами, подтянул себе тарелку с оставшимися орешками.

Так себе завтрак, конечно, но все остальное за ночь мы уже слопали, и ничего кроме них и бухла тут уже не осталось.

— Эй, Маркус, я серьезно! Скажи, как ты это сделал! Я должна знать! Иметь уязвимость о которой не знаешь, опасно, знаешь ли! — покачала она пальчиком, — вдруг меня и другие смогут отследить!

— Это вряд ли, — отмахнулся я, набрав в руку горсть орешков, и откинулся на спинку дивана.

— Ну… ну скажи! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — сменила стратегию Лиса и подавшись чуть ближе, сделала такой умилительно просительный взгляд, что устоять оказалось выше моих сил.

Блин, научилась же у Кота моську строить.

— Ладно, — вздохнул я, и, закинув пару орешков себе в рот, добавил, — тебя выдал хвост.

— Хвост?! — недоуменно захлопала глазками Лиса, и даже повернулась посмотреть на свою попку, чтобы убедиться, что там ничего нет.

— Ага, хвост. Кошачий, — улыбнулся я, наблюдая за ее реакцией.

— Эй, ты думаешь я совсем глупая?! Вообще-то Кот вернулся на два часа раньше меня и сейчас дрыхнет внизу под одним из шестов! — возмущенно выпалила девушка.

— Да… отправить его вперед себя и возвращаться раздельно было действительно умно, — похвалил я.

— Но тогда как?! — не выдержала Лиса и, подскочив ко мне вплотную, уперлась пытливым взглядом.

— Да, Кота при тебе нет, — вздохнул я, — но есть… — потянул я руку в ее сторону и, коснувшись плеча девушки, приподнял на свет едва заметную черную «ниточку».

— Шерсть… — ударила себя по лбу Лиса и, стыдливо закрыв лицо ладонями, плюхнулась на диван, — бл-и-и-и-н, как же тупо! Но она же черная! Ее совсем не видно! И энергии она никакой не излучает!

— Поэтому я и говорю, что никто другой тебя не отследит, — пожал я плечами, и едва я отпустил черную «ниточку», как она просто беззвучно исчезла в пространстве.

Лиса это увидела сквозь пальцы, и ее выражение лица опять резко поменялось. На этот раз на осуждающее.

— Так не честно, Маркус! Ты за мной следил! — тут же прилетела в меня претензия.

— Присматривал, — внес я ценное уточнение, — или ты думала я Кота тебе только в помощь отправил?

— Фи, использовать котиков для сталкерства это преступление! Такое должно преследоваться по закону! — возмущенно выпалила Лиса, но при этом все осуждение и негодование из ее тона улетучились, а сама она заняла сидячую позу на диване, сложив под себя обернутые в черные чулки ножки, — а тут вообще есть чего покушать? — спросила она в такт проурчавшему животу.

— Только выпить, — пожал я плечами.

— А орешки для любимой сестренки зажал?! — подняла бровь Лиса, и только сейчас заметила, что тарелка уже пустая, а последний орешек я запустил себе за спину.

Жадно сглотнув слюну, она смотрела как орешек по дуге летит куда-то в неосвещенную часть комнаты, и вдруг пропадает там с хрустом. И только сейчас она заметила, что там в темноте, на прибитой в углу жердочке что-то шевелится.

— О! Горик! — рассмотрев силуэт маленького дракона, радостно закричала девушка, и позабыв про голод, побежала к нему.

До этого нарочно скрывающий свое присутствие дракоша такого всплеска внимания не оценил, и тут же взлетел под потолок, прожег себе нишу в стене и, довольно фыркнув снопом искр, устроил себе там гнездо.

Похоже эта парочка уже успела познакомиться, и я даже спрашиваться не стал, когда, и как с таким трудом добытое мелким величественное драконье имя Горигор Гориихатар превратилось в «Горик».

Да и сам дракоша, судя по всему, был против именно обнимашек, а не исковерканного имени, а иначе не прятался бы, а пальнул в наглую непочтительную девку огнем.

Но никакой угрозы или обиды от фамильяра огня не ощущалось, а «наглая девка» лишь разочарованно вздохнула, и, вернувшись обратно на диван, подняла на меня посерьезневший взгляд, и произнесла:

— Я нашла ее след.

Глава 9

Если честно, я уже успел подумать, что повторная вылазка за стены тоже ничего не дала, раз уж Лиса вела себя так беззаботно и расслабленно. Но стоило ей сказать эти слова, как всю ее беззаботность как ветром сдуло, а от подавленной в дымчато-желтых глазах ярости, мурашки бежали по коже.

Похоже к розовой она относится также ревностно, как Лекса к другим астральным «сестренкам». Интересно, это потому, что Вайлет тоже теневик? Этот вопрос первым возник в голове, но вслух я задал другой.

— Где?

— Полный маршрут отследить не удалось, — без особого довольства констатировала Лиса, — но она определенно находилась вот тут, — ткнула она в точку на голографической карте и добавила, — и находилась долго.

— Вот как, — протянул я, легким движением скопировав местоположение, и открыв его уже на своей карте.

Получается Вайлет находилась рядом со мной. Интересно, это было до прорыва Драконов или после? Или же… во время? Маловероятно, но как-то ведь она туда добралась? И как-то ушла, причем без следов.

Любопытно.

Так или иначе, сомневаюсь, что это случайность.

— Погрешность? — на всякий случай уточнил я.

— Меньше метра, — приготовилась оскорбиться Лиса, сверля меня взглядом, — сомневаешься во мне?

— Нет, — спокойно ответил я, — просто это значит, что она, теоретически, могла видеть.

— Видеть… что? — подалась чуть вперед черноволосая.

— Не важно, — отмахнулся я.

— А по твоему виду так не скажешь! — нахмурилась Лиса, — эта розоволосая сучка точно что-то скрывает! Теперь-то я могу пойти и выбить из нее ответы силой? — недобро щелкнула костяшками пальцев девушка.

Эх, и почему все сегодня так рвутся решать все вопросы грубой силой?

— Нет, не можешь, — качнул я головой.

— Нет? — искренне удивилась уже готовая выдвигаться на охоту Лиса, — но почему?! Думаешь я не справлюсь с какой-то изнеженной высокородной девкой? Да я ее даже Проглот как дуру облапошил!

Или она заставила нас так думать, — мелькнуло в голове, но развивать я эту тему пока не стал и вслух произнес другое.

— Потому что ты нужна мне в другом месте.

— Тц, — скривилась Лиса, но по моему тону поняла, что спорить бесполезно и, откинувшись на спинку дивана, спросила, — и где я тебе нужна? Опять в какой-нибудь глуши на подхвате?

— Не совсем. Ты нужна мне на востоке, — прямо сказал я.

— На востоке? — слегка оживилась Лиса, — опять нужна помощь на землях у водопада?

— Нет, на этот раз на пару регионов южнее, — ткнул я в пальцем, в до сих пор визуализированную над столом голографическую карту, — слышала об этом месте?

— Немного, — слегка смутилась Лиса и задумчиво закусила губу, — от нас этот регион закрывает горный хребет, а единственный путь ведет через железнодорожный тоннель. Еще недавно можно было воспользоваться им, но в свете недавних событий его перекрыли. Восток не ждет гостей.

— В прошлый раз нас тоже не ждали, — с улыбкой напомнил я нашу совместную вылазку на земли Дома Идэ.

— Да… но… о… О! — Ты сказал нас?! зацепилась за слово повеселевшая Лиса, — то есть мы опять проникнем туда вместе? Круть! Я готова! Идем вдвоем?

— Не совсем, — хмыкнул я, и как раз в этот момент входная дверь распахнулась.

Без стука. Без вопросов. Без церемоний.

Так сюда ворваться мог только один человек. Макс выглядел слегка сонливым, но был навеселе. Дверь открыл ногой, ввалился в припрыжку, держа в руках целую гору пачек всяких вредностей. Сухарики, чипсы, снэки, крекеры, пара коробок пицц и еще два пакета с какими-то трубочками и солеными крендельками.

Окинув нас взглядом, из-под всей этой горы, Макс нащупал ногой стол и вывалил на него все это добро. После чего отряхнул ладони и с чувством выполненного долга, озарил нас своей лучезарной улыбкой.

— Здрасте, — остановившись на Лисе, приветливо кивнул парнишка и манерно приподнял белую шляпу.

После чего расслабленно развалился на свободном месте.

А следом за этим веселым бодрым блондином зашла и Настюша, в этот раз оставшись внутри и закрыв дверь за собой. Проходить дальше она не стала, а просто привалилась к стене у прохода, одновременно поглядывая и на нас, и на ведущие в сторону зала первого этажа окна.

— И это твой набор продуктов в поход? — скептически окинул я взглядом гору снеков и фастфуда, — ты что подросток?

— Эй! Ты же сам сказал Диане не говорить, никого постороннего не привлекать и сделать все быстро! Рядом в это время хрен что нормальное работает, чтоб ты знал, — фыркнул Макс, — глубокая ночь же!

— Да-а-а, похоже ответственного за снабжение надо менять, — вздохнул я, но от кусочка пиццы и упаковки чипсов не отказался.

— Определенно стоит, — даже не стал спорить Макс, вливая в себя бутылку энергетика, и засыпая это сверху воздушными сырными шариками, после чего блондин перевел взгляд на Лису и спросил, — уже ввел ее в курс дела?

— Как раз был в процессе, — хмыкнул я и кинул Лисе одну пачку чипсов.

Так себе завтрак, но кто ж знал, что Макс у нас такой «самостоятельный». В следующий раз хорошенько подумаю кого отправлять за припасами. А сейчас что есть, то есть.

Лиса поймала пачку, ловко открыла, закинув себе пару чипсин в рот, после чего странно покосилась сначала на Макса, а потом на стоящую у прохода девушку в латексе, и, нахмурившись, спросила:

— А зачем нам в дорогу шлюха?

— А ребенка брать на встречу со взрослыми не опасно? В садик не опоздает? — парировала Настя и между двумя девушками мгновенно вспыхнул огонь, а напряжение в воздухе можно было рукой потрогать.

— Тише-тише, девочки! — мгновенно среагировал Макс, как громоотвод заняв позицию между ними и примирительно развел руками, — вы же не хотите, чтобы Маркус передумал работать в команде и убежал один! Вы обе знаете, что он может!

— А, так она тут, чтобы голым задом перед братиком вертеть? — невинно хлопнула в ладоши Лиса.

— Все еще не понимаю зачем нам балласт. Детских комнат на востоке нет, — хмыкнула Настюша и напряжение вспыхнуло с новой силой.

Я же отбил фейспалм, и глянув на тщетно пытающегося найти слова Макса, повернул голову в сторону Насти и сказал:

— Лиса прирожденный диверсант. Лучший в своем деле.

От этих слов черноволосая возгордилась и горделиво вскинула носик, но после этого я перевел взгляд на нее и добавил:

— Настюша первоклассный боец и ее связи ключ к проникновению на территорию.

— Половые связи? — хихикнула Лиса в ладошку, но под моим взглядом быстро исправилась и беззаботно добавила, — я и без чужой помощи смогу проникнуть куда угодно.

— Только одна ты никуда не пойдешь, — совершенно спокойно произнес я, — и если ты не согласна работать в команде, то я могу попросить Мрака заменить тебя. Он как раз недалеко ушел и… — потянулся я к телефону.

— Нет-нет-нет, я все поняла! — замахала руками Лиса, и включив активный режим паиньки, села смирно и сложила ручки на коленках, словно примерная ученица.

— Кхм, вот и славненько! — прокашлялся Макс и обратился к нашей голографической карте над столом, — раз все разобрались, слушаем расклад. На той стороне у Насти есть внедренный агент…

— Уже?! — не сдержалась и выпалила Лиса, но поняв, что перебила Князя, прикусила язык и прикрыла ротик.

— Уже, — с улыбкой ответил на это Макс, — это одна из подопечных Насти, и мы внедрили ее еще несколько месяцев назад с целью разведать, отследить и накрыть восточную сеть контрабанды.

— Так ваш агент на таможне? — уточнил я, глядя на довольно внушительный военный объект на границе, обойти который мирно действительно очень поможет.

— Не совсем, — покачал головой Макс, — агент в борделе.

— В борделе, — хмыкнула Лиса.

— В борделе, — повторил Макс.

— И после этого ты говоришь, что не шлюха?! — бросив взгляд на Настю, всплеснула руками Лиса.

На этот раз выпад Настюша проигнорировала и, подхватив деловой лад своего голубоглазого молодого Князя, невозмутимо посмотрела на меня и продолжила за него:

— Позывной агента Шарлотта, заведение называется «Белый Дилижанс» и находится вот здесь, — ткнула она в точку недалеко от границы, — туда из Империи поставляют отборных девочек на продажу. Неподалеку есть сортировочные пункты здесь и здесь, — добавились на карте еще обозначения, — это пока все. Внедрилась девочка недавно и знает мало, но точка входа подходит идеально. Безопасно и легально.

— Легально? — поднял я бровь.

— Увы, торговля людьми в том приграничье это норма, — развел руками Макс, — поэтому мы и внедрили агента.

— Дай угадаю, ты лично хотел их всех накрыть, как герой? — усмехнулся я.

— Почему же как, — обиженно буркнул Макс, — вообще-то до встречи с тобой я вполне успешно это проворачивал и не один раз! Не люблю работорговцев.

— Но если мы войдем, вашу девочку придется отозвать и всю сеть мы не раскроем, — хмыкнул я.

— Есть подозрения, что ее пришлось бы отозвать раньше в любом случае, — тяжело вздохнула Настя, — Шарлотта перестала выходить на связь. Пока всего сутки, пропустила один сеанс, но звоночек тревожный. Возможно, это связано с теми странностями, о которых говорил Князь Воды. Так или иначе, контакт с «Белым Дилижансом» установить удалось, и мы смогли напрямую согласовать поставку новой партии.

— Партии шлюх? — уже безо всякой иронии спросила Лиса.

— Именно, — кивнула Настя, и оценивающим взглядом осмотрела черноволосую с головы до пят.

— Эй, ты чего на меня так… нет-нет-нет… НЕТ! — едва догадавшись, активно запротестовала Лиса и брезгливо отодвинулась подальше.

— Ты чего так всполошилась, девочка? — засмеялась Настя, — это всего лишь прикрытие.

— Не нужно мне никакое прикрытие! Я могу просто уйти в тень! — хмыкнула Лиса.

— После прохода таможни, безопасного пути назад не будет. А минимально согласованное количество одаренных эскортниц три. Конечно, если ты так боишься, что не сможешь постоять за себя, я могу заменить тебя на одну из своих девочек… — начала Настя.

— Еще чего! Все я могу! — возмутилась Лиса и, оглядев боевую стриптизершу с головы до ног добавила, — но такую одежду я не надену!

— Тебе такое и не пойдет, с твоими то плоскими формами, — со смешком вернула должок Настя.

— Да я тебя… — оскалилась Лиса, и уже напружинила ножки для прыжка, как вдруг дверь опять без стука распахнулась, а на пороге оказалась нарядно одетая девушка с нефритовыми волосами и походным чемоданчиком.

— Простите, я не вовремя? — легко уловив напряженную атмосферу, спросила Виктория Луговская.

— Почему же, ваше сиятельство, — вежливо поклонилась вошедшей благородной особе Настя, — нам как раз одной не хватало для полного комплекта.

— Одной? — недоуменно подняла бровь Виктория, — одной кого? — невинно спросила она, и все присутствующие перевели взгляды на Лису.

Только вот слово на букву «ш» она в этот раз произносить не рискнула. Даже губу закусила до крови, чтобы случайно не вырвалось.

Похоже наш восточный вояж будет веселым.