Последний Орден Инквизиции

Экспозиция

Прямое включение, передача «Новосибирск+» – Доброго дня, с вами Дарья Мирная. Я нахожусь в центре Новосибирска возле дома коллекционера Михаила Кота, который умер при необъяснимых обстоятельствах. Нас не впускают в помещение. Везде стоит оцепление, и только агенты по борьбе со сверхъестественными силами могут туда пройти. В кадре начинает темнеть. Корреспондент поднимает голову к небу. – Серёга, смотри на небо! Дорогие друзья, нам повезло! Мы находимся в центре событий! В городе наступает ночь посреди дня! Шок! Люди из ТЦ «Небо» бегут, даже агенты «Грани Хаоса» начали нервничать. Камера выключается и теряется сигнал…

✠✠✠

Телеканал «Новости-24», передача «Владивосток сегодня» – Неожиданное астрономическое явление произошло сегодня, 13 августа, в 19:23 по местному времени не только во Владивостоке, но и во всем мире. На небе буквально потухло солнце. Вот уже на протяжении десяти минут во всем мире нет света. Телеканал «Новости-24» призывает граждан сохранять спокойствие и воздержаться от паники. Это не конец света. Учёные РАН утверждают, что это обыкновенное астрономическое явление, и солнце скоро вернётся на небо. С вами была Софья Гарюнова, «Владивосток сегодня»

✠✠✠

Передача «С места событий» канал «Мистика ТВ» Тьма! Тьма поглотила не только наш город, но и весь мир! Мы получаем известия со всех концов света о странном и мистическом полном затмении солнца! В интернете его уже окрестили «потухшим солнцем». Что это? Очередные происки сатанистов? Конец света? Именно на эти вопросы, мы с вами и отправимся искать ответы. И вот мы в колл-центре службы спасения, сейчас сюда, на наших глазах, поступает неимоверное количество звонков с мольбами о помощи и вопросами о происходящем! Давайте спросим у местных операторов, что происходит на самом деле? Перед нами Дмитрий Астаров, оператор службы спасения: – На данный момент нам поступает около ста двадцати звонков в минуту, жители обеспокоены происходящим, кто-то просит помощи, кто-то сообщает о странных шагах в коридорах и подъездах, некоторые спрашивают адреса экстренных убежищ и интересуются, когда начнут эвакуацию. – Дмитрий, скажите, что происходит на самом деле? Это правительственный эксперимент? – Нет-нет, что вы! Это обычное астрономическое явление. На данный момент мы уже связались с научными сообществами в этой сфере и разбираемся, почему об этом явлении не сообщили заранее. Гражданам не о чем беспокоится! – Что ж, спасибо, Дмитрий! А мы продолжим поиски правды о «потухшем солнце» и обязательно докопаемся до истинны! Инсценировка? Галлюцинации? Не думаю! С вами был я, Олег Правдописов и программа «С места событий» на «Мистика ТВ», будьте бдительны!

✠✠✠

«Срочно в выпуск» Нежданная ночь опустилась на наш город прямо посреди бела дня! Жители Екатеринбурга напуганы и обескуражены! Мы ведём наш репортаж с улиц Екатеринбурга, где ничего непонимающие граждане вот уже десять минут как устремили свой взор на «потухшее солнце»! Никто из нас пока не знает, что это: очередная катастрофа или обычное астрономическое явление. Но как бы то ни было, службы спасения уже работают на улицах города в полную силу и просят граждан воздержаться от необдуманных действий и не поднимать панику! С вами была Ольга Мировая и новостной канал «Срочно в выпуск». Берегите себя, всего доброго!

✠✠✠

«Срочно в выпуск» Новая федеральная служба вступает на защиту граждан! На внеочередном собрании правительства, президент Российской Федерации заявил: «Если вы не можете это контролировать, пусть этим займутся знающие люди! Есть же проекты. Почему вы не работаете с этим? Мы должны обеспечить безопасность граждан в любых ситуациях, включая эту...» По окончании заседания была учреждена новая федеральная служба ФСКА «Грань Хаоса». Уже знакомое название, уже известные герои, как на этот раз они проявят себя? Как бы то ни было, новая федеральная служба призвана навести порядок на улицах страны и призвать людей, называющих себя одаренными и экстрасенсами, к ответственности за свою деятельность. Свою работу в полноценном масштабе ФСКА начнет уже с 22 сентября этого года. Международное сообщество одобрило инициативу президента РФ и в качестве поддержки пообещало обеспечить приток специалистов и обмен опытом в данной сфере, после чего лидеры других стран тоже заявили о намерении официально утвердить подобные органы контроля. С вами была Ольга Мировая и новостной канал «Срочно в выпуск». Берегите себя, всего доброго!

✠✠✠

Новости по каналу «Криминальный Екатеринбург».

Сотрудниками полиции Кировского района, были задержаны члены религиозной террористической группировки «Новое Солнце». Буквально час назад, на этом месте, в Харитоновском парке раздалась канонада выстрелов. Отряд спецназа, столкнулись с ожесточенным сопротивлением вооруженных лиц, подозреваемых в организации теракта в ТЦ «Счастье», произошедшем двумя днями ранее. По словам Разумовского Семена Андреевича, майора федеральной службы безопасности, террористов удалось поймать благодаря нашим бдительным гражданам, вовремя сообщившем о подозрительных личностях в парке. К сожалению, не обошлось без жертв со стороны правоохранительных органов, трое сотрудников были тяжело ранены, двое убиты. Личности преступников устанавливаются.

С вами была Юлия Маркизова и оперативные новости с места событий, берегите себя.

✠✠✠

Новости по каналу «Криминальный Екатеринбург».

Кровавая расправа в Свердловском государственном академическом театре музыкальной комедии потрясла наш город! Очередной акт местной религиозной террористической группировки «Новое Солнце» или кровавое жертвоприношение от очередных оккультистов? К сожалению, об этом полиция пока затрудняется говорить.

Единственное, что нам известно, это то что 31 августа в пять вечера поступил звонок в Центральный отдел полиции Свердловского района с сообщением о готовящемся взрыве в государственном академическом театре. Выехавший по вызову патруль был встречен градом пуль и приказом не приближаться к театру ближе чем на сто метров. По данным афиши кинотеатра, в этот день на основной и новой сцене с разницей в полчаса стартовали постановки Санкт-Петербургского и Московского театров. Выкуплено около восьмисот билетов.

У здания театра были замечены автомобили агентства ГХ, однако официальных сведений об их участии нет. Преступники держали оборону около двух часов, отказываясь вступать в переговоры, после прогремела серия взрывов. Ведется подсчет погибших и раненых. Без преувеличения, этот день стал самым страшным для жителей Екатеринбурга.

С вами были самые криминальные новости города Екатеринбурга и я, Юлия Маркизова, берегите себя.

Пролог

Дверь в переговорную хлопнула, заставив всех присутствующих невольно поморщиться. Ожидаемый внеплановый брифинг. В свете последних новостей никто не удивился общей рассылке бросать свои дела и отправляться за круглый стол. С приходом последнего приглашённого, хмуро кивнувшего в знак приветствия, девушка в деловом брючном костюме тяжело выдохнула. Беглого взгляда было достаточно, чтобы оценить обстановку. Менее половины мест за столом занято. Дав знак, она подошла к двери и заблокировала замок. Одновременно с её действием значки сети на смартфонах всех присутствующих переключились на «нет сети».

— Добрый день, кого ещё не видела, — кивнула она, собираясь с мыслями. Бледная жилистая рука невольно потянулась к гриве вороных волос, однако девушка решительно стряхнула позорную слабость, возвращаясь к самому важному. Два шага к небольшой трибуне. — Я думаю, ни для кого не секрет, почему я вас собрала.

Молчание было красноречивее любого ответа. Менее половины мест заполнено. Но явились все, кто мог.

— Отчёт по последней операции, Джеймс? — повернулась она в сторону парня с пшеничными волосами и явно угадывающимися скандинавскими чертами лица.

— Дело почти замяли. Официальная версия событий — теракт Екатеринбургской группировки «Новое Солнце». Все следы оккультизма мы успели изъять в хранилище вещдоков, а остатки самодельной взрывчатки не содержат ничего подозрительного, — безэмоционально отчитывался Джеймс, старательно скрывая свои руки под столом.

Впрочем, лицо скрыть он никак не мог, и в движении мышц челюсти легко угадывалось, насколько тяжело ему отчитываться, не срываясь на эмоции.

— Марк, что по жертвам? — перевела взгляд девушка на темноволосого парня в круглых очках.

— Число жертв всё ещё подсчитывается, — сухо проговорил Марк, явно справляясь с эмоциями лучше, чем Джеймс, — на данный момент у нас информация о тринадцати мёртвых оккультистах, двадцати погибших агентах и ста пятидесяти гражданских. Из раненых остались в живых только одиннадцать гражданских и трое наших. Ульяна… агент Ульяна Скворцова объявлена мёртвой сегодня ночью в три тридцать. Агенты Кирилл Емельянов и Никита Тарасов умерли вчера в восемь пятнадцать и девять сорок пять соответственно. По раненым агентам Ким Мён Хи и Джону Уаяту прогноз неутешительный. Два дня максимум. Агент Марьяна Укошина ещё держится, динамика положительная. Через пару дней её переведут из интенсивной терапии в общую палату.

— Живучая демонова невеста! — донесся откуда-то едва слышный шепоток.

— Что с остальными участниками? — гневно сверкнув глазами в сторону шепотка, продолжила девушка.

— Джеймс жив, — едва сдержав смешок, указал в сторону коллеги Марк, — агенты Вальдемар Пупков, Елена Громова, Лао Шин и Лао Дзы успели вовремя скрыться от линии взрыва. Физически все в боеспособном состоянии, за исключением Лао Шина. Я думаю, по его состоянию ты лучше меня знаешь, Анастасия. Мы потеряли три группы.

— Страница? — голос девушки оставался таким же сухим и деловым.

— Изъята. Сейчас в хранилище вещдоков, позже по регламенту отправится к остальным.

Анастасия хмуро переводила взгляд от одного лица к другому. Очередной «теракт», агентство несло слишком большие потери. Год обещал стать самым сложным, а ведь только-только начался сентябрь и до официальных полномочий, дарованных президентом, ещё надо как-то дожить. Доживут ли?

— Отчёт по активности демонов, — с таким количеством оккультистов этот вопрос следовало задать первым. — Борис?

— Отчёт неутешительный, господа… и дамы, — со своего места встал щуплый рыжий парень с серой кожей, — за последние месяцы активность демонов вдвое превысила критическую точку, установленную в феврале 2019 года. Число одержимых начинает расти по экспоненте. В ритуалах оккультистов всё чаще приносятся в жертву Иные, а не люди. Среди Чернокнижников точка безумия наступает быстрее в четырёх случаях из десяти.

«Словами одного комиссара — мы в дерьме!»

— Что по старому Ордену Инквизиции? — если скрести по сусекам, то по всем.

— Последнее сообщение от них было летом. Обнаружен последний Живой Город*. Все группы в полном составе отправились на операцию по уничтожению. Дальнейших сообщений не поступало, — бодро отрапортовала светловолосая девушка, единственная из присутствующих сидящая в платье.

— Спасибо, Оля, — кивнул ей Марк и продолжил, — по нашим подсчетам, Город их полностью поглотил ещё полмесяца назад. При самом благоприятном исходе, разумеется.

— Жаль, среди них были очень перспективные кадры, — выдохнула девушка.

— Отправляемся мстить? — предложил Джеймс.

— Не вижу смысла. Отправимся, и Город поглотит нас тоже. Раз смог переварить всю группу, значит во главе кто-то сильный. Да и мстить там не за что. Не мне вам рассказывать, что агенты живы и здоровы. Кто-то пекарь, кто-то плотник, а кто-то садовник! — махнула она рукой. — Мы не обладаем таким количеством человеческого ресурса, чтобы разбрасываться по Городам.

Анастасия замолчала, переводя взгляд на лежащие перед ней документы с фотографиями. Потенциальные рекруты ожидали.

— Итак, господа и дамы, перед нами очередной кризис, и этот мы все можем физически не пережить! — начала она свою заготовленную речь, несколько раз отрепетированную перед зеркалом. В момент опасности нельзя моргать первой. — Я объявляю режим чрезвычайного положения и полной мобилизации.

Глаза всех агентов внимательно уставились на неё. Никто не отвлекался даже на собственные мысли.

— Лао Дзы, — кивнула она на полностью лысого агента средних лет, больше похожего на буддийского монаха, практикующего военное ремесло, — тебе поручаю отправиться в Тибет и рекрутировать всех доступных для службы монахов.

— Приложу все усилия! — кивнул Лао Дзы.

— Отец Пётр, — кивок в сторону седеющего агента в свободной форме католического священника, — вам даю аналогичную задачу. Отправляйтесь в Ватикан. Нам требуются новые экзорцисты. Но количество не должно превалировать над качеством. Оценивайте их по всей строгости!

— Разумеется, Анастасия! — чинно склонил голову экзорцист.

— Ольга, — светловолосая девушка подняла голову в ответ на голос Анастасии.

— Мы с Татьяной, — брюнетка рядом коротко кивнула, — отправляемся на шабаш. Бросим клич на общий сбор. Такая активность демонов должна убедить самых упёртых оказать нам поддержку.

— Славно, — кивнула девушка, — приказом, подписанным сегодня утром мной и Виктором, агенты Краузе Герда, Цветков Анастасий и Громова Елена получают повышение до лидеров группы.

По кабинету прошёл одобрительный гул. Три группы потеряно. Три лидера появилось. Возможно, кризис получится миновать живыми. Однако Джеймс помрачнел ещё больше, что не укрылось от Анастасии. Глядя прямо ему в глаза, она поднесла правую руку к лицу, будто собиралась поправить вороную прядь волос и дважды коснулась нижнего века. «С глазу на глаз!»

— Вейс, что насчёт шаманов? — перевела она взгляд на большого попугая Ара.

— В пятницу будет всеобщее камлание. Я подниму этот вопрос. Буду предельно убедительным! — кивнул попугай.

— Держи в курсе. У нас намечены три потенциальных рекрута. Ими займётся Лао Шин…

— Настя, имей совесть! — не выдержал Джеймс, растеряв субординацию. — В группе Лао были все его рекруты, дай ему хотя бы их останки сначала похоронить!

— Если я буду иметь совесть, ситуация поимеет нас всех! — рыкнула Анастасия. — У нас нет времени на скорбь и моральные травмы! Даже чтобы физические вылечить времени в обрез. Если ты так настаиваешь, хорошо, Лао получает одного рекрута, ты забираешь остальных двух. Громова уже вылетела из-под твоей протекции, как ментор ты свободен.

— Согласен, я не хочу еще и друга потерять! — хмуро кивнул Джеймс, чьё британское вытянутое лицо стало выглядеть ещё длиннее.

— Где сейчас Лао Шин?

— По последним данным, разбирается с делом о волколаке в Иркутске, — отрапортовал Марк.

— Отлично. Свяжитесь с ним. Его рекрут будет ожидать в Новосибирске. Джеймс, — она повернулась к коллеге и передала ему две папки «дело», — твоими кадрами станут новоявленные чернокнижник и инквизитор. Проживают во Владимире и Екатеринбурге соответственно. Ещё зелёные, едва прошли вознесение. Так что с ними полегче, но и построже!

— Чернокнижник и инквизитор в одной команде, мне и без демонов будет жарко! — выдохнул он в ответ.

— Зато быстро научатся работать в команде. Марк, — Анастасия уже с усталостью повернулась к агенту, — с тебя запрос в детективные агентства по мистикам. Нам нужно как можно больше, обещай двойной оклад.

— С твоего позволения я брошу клич ещё и в ФСБ. Среди них бывают неожиданные ребята.

— Только поосторожнее с ФСБ, официально мы с ними на поруке только с двадцать второго сентября, — предупредила она и обратилась ко всем остальным, — на этом брифинг можно считать оконченным. Все приказы я уже выслала вам на почту. Кто не получил от меня задание лично, проверяйте почту особенно тщательно, задачами загружены все. Спасибо за внимание!

Дверь переговорной разблокирована, значок сети на смартфонах сменился на активный. Агенты быстро, но слаженно покинули кабинет. Остались Борис, Джеймс и сама Анастасия.

— Насть, по Марьяне, — торопливо заговорил Борис вполголоса, — демон вытащил её, считай, с того света, но он сильно истощён. Ему нужно как минимум два ритуала, чтобы восстановиться.

— Нужно два — будет два, — кивнула она, раздумывая, — если проведём больше двух, то сама Янка не выдержит. Сделаем так, мы проведём один ритуал завтра. Второй через семь дней. Собирай чернокнижников, чтобы через неделю были готовы.

— Сделаю, — кивнул Боря и, попрощавшись, вышел из кабинета, по пути набирая кого-то для звонка.

— Да, Джеймс? — терпеливо выдохнула она, устало присаживаясь на стол. Без Виктора брифинг стал пыткой. Да и роль холодной стервы не радовала.

— Громова…

— Не обсуждается, — покачала головой Анастасия, — она идёт лидером группы. У неё лучшие показатели и идеальная статистика дел. Остальным до неё как до луны.

— Она только-только все проверки прошла, Настя, я не хочу и её труп из завалов вытаскивать! — взмолился он, теряя все остатки выдержки.

После очередного эмоционального витка, он сел рядом, тяжело дыша. Время для всех было непростым. Не только Лао Шин потерял друзей и воспитанников в последнем «теракте».

— Будешь прятать под крылом, и однажды ей придётся выкапывать твой труп из завалов. Нам нужны агенты. Сейчас она лучшая. Готовь также остальных, и мы выйдем из кризиса ещё до Нового года, — уверенно заявила девушка, дружески приобняв его, и с улыбкой добавила: — только с ними не спи!

*«Последний Город Кошмаров».

Часть 1. На золотом крыльце сидели...

Третий год подходит к концу, и я невольно ловлю себя на нервном предвкушении грядущего. Друг мой, мы с тобой начинаем по-настоящему серьёзную игру, где на кон поставить можно только абсолютно всё. Теперь либо наградой станет весь мир, либо поражение заберёт нас обоих. Любая ошибка станет последней для всех.

У нас с тобой нет права на проигрыш. Только не сейчас. Мы готовились к этому моменту. Я бы преуменьшил масштабы игры, назвав её всего лишь шахматной партией. О нет, мы играем во все игры разом. И время нас не щадит. Мои расчёты абсолютно верны, хотя признаюсь, что я втайне надеялся на чудо, которое подарит нам ещё год-другой. Увы, мы слишком точны в вычислениях даты конца.

Осталось недолго. Жалкая горстка месяцев, и мы с тобой узнаем, чего на самом деле сто́им. На нашем игровом поле расставлены почти все фигуры. Почти все. Не хватает лишь одной, но это может разрушить всё, что мы с тобой так долго выстраивали. Её требуется найти. Время не терпит. Придётся переходить к более решительным методам. Возможно, несколькими пешками придётся пожертвовать.

Всё закончится там, где возникла точка нашего отсчёта. Мир иронично зациклен. Здесь и сейчас, сегодня, я ещё могу позволить себе немного сомнений. Могу разрешить себе ужаснуться тому, что нам предстоит сотворить. Лес рубят — щепки летят.

Игра началась.

1. Новая сибирская шаманка

«Соколова Марина Андреевна, также известная как «Чарли»

После длительного наблюдения за Объектом выявлена следующая информация:

Определен класс объекта — практикующий шаман, срок практики — от шести до десяти лет

Камлание среднего уровня с потенциалом развития на высокий.

Наличие духа-покровителя не выявлено, но и не исключено.

Врожденный талант к созданию боевых амулетов из любого материала, способность чувствовать потенциально пригодные предметы для создания амулетов, сверстниками отмеченная как клептомания.

Третью группу здоровья принять в качестве удовлетворительной.

Из психических отклонений отмечены незначительная степень солипсизма, переходящая в невроз навязчивых состояний, однако данный переход замечен только при нахождении объекта в общественных туалетах.

Прямое родство с основными родовыми ветками отсутствует. Происхождение связанным с родом занятия не является.

Поведение в обществе удовлетворительное.

С учётом имеющихся и потенциально доступных к развитию талантов, Объект признан годным к работе в агентстве «Грань Хаоса».

Приглашение выслать».

— Это шутка такая? — не выдержала девушка.

В половину девятого утра мысли практикующей шаманки Чарли двигались с замедлением, и такой внезапный финт судьбы был воспринят как неудачный розыгрыш. Хотя уже на старте «розыгрыш» затянулся, когда высокий лысый мужчина в деловом костюме, словно воплощение агента-47, только ещё и в очках, явился в аудиторию, продемонстрировал преподавателю странного вида «корочку» и, с одобрения последней, вывел девушку в пустой кабинет кафедры.

Не успела Чарли задать хотя бы один вопрос, отойдя от шока, как на стол перед ней упала папка старого советского образца. Под красиво очерченной надписью «Дело №» и длинного шестизначного числа чёрным по серому было выведено её имя. Причем как имя из паспорта, на которое она отзывалась с большой неохотой, так и «настоящее имя», которое она носила с гордостью, хоть и называла далеко не всем. Даже родители до поры не знали, что их младший рыжик считает своим именем Чарли.

«Откуда, блин, у вас столько информации обо мне, даже той, которую вообще ни одна душа не знает, кроме меня?»

С молчаливого согласия «Хитмана» девушка недоверчиво принялась листать своё досье. Неполные двадцать лет жизни уместились меньше чем на десяти страницах без учёта медицинской карточки, которая как раз создавала приличный объём. Биография в сокращённой форме, школьная активность, внешкольная деятельность, первый курс института, даже опрос соседей, одноклассников и учителей. Почти вся жизнь. Плюс несколько свежих фотографий щуплой рыжеволосой девушки, выглядящей из-за низкого роста лет на пятнадцать.

Вся ситуация напоминала некий сюрреалистический сон. Чарли лишь благодаря реакции организма бесчувственно замирать во время сильного стресса, притворяясь камнем, не проронила ни слова и даже не поменялась в лице. Такая реакция явно не слишком нравилась лысому агенту, однако он продолжал бесстрастно рассматривать её, будто оценивал.

— Вопросы? — наконец спросил он, когда она прочитала все страницы о себе уже по третьему разу.

«Как вы узнали про мою тайную жизнь? Кто вы вообще такие? Чего вам от меня понадобилось? Зачем этот цирк?» — вопросов было предостаточно.

Семь лет тайной жизни, о которой ни одна живая душа даже не подозревала. Всё в папке. ФСБ тщательно бдит?

— Кто… чего вы от меня хотите? — решила она начать с самого важного.

— А что вам известно об агентстве «Грань Хаоса»? — ответил вопросом на вопрос незнакомец.

— Эти очередные «Экстрасенсы ведут расследование»? — хмыкнула девушка, едва не закатывая глаза от убогости упомянутого агентства. — Обыкновенные шарлатаны, трясущие из наивных людей деньги!

Лысый агент удовлетворённо кивнул, будто такая презрительная реакция и была целью его вопроса.

— По-вашему всё сверхъестественное — это шарлатанство? — уточнил он.

— Естественно! — фыркнула девушка.

— Значит, я зря вас побеспокоил, Чарли, — он сложил папку обратно в деловой портфель, поправил очки и протянул ей руку для прощального рукопожатия. — Спасибо за уделённое мне время, очевидно, мы приняли вас за кого-то другого.

— Прощайте! — натянуто улыбнулась девушка, испытывая облегчение, что странный незнакомец вот-вот исчезнет, и жизнь вернётся к привычному руслу без сюрпризов.

Однако стоило их рукам соприкоснуться, как кровь под бледной кожей начала неприятно пульсировать, разгоняя по телу чуждую энергию. Чарли поспешно вырвала руку и, ощерившись, отпрянула.

«Что он себе позволяет?! Что это вообще было?»

— Интересно… вы способны почувствовать «шарлатанство» энергии Ци, чего ни один обычный человек не может! — довольный её реакцией, продолжил он.

— Я ничего плохого не сделала! — вжавшись спиной в угол, пролепетала девушка, понимая, что «агент» шутить уже не будет.

— И хорошего тоже, — мрачно припечатал он, недобро на неё посматривая, — я здесь, чтобы предложить вам это изменить. Советую проверить почту сегодня. И приготовить свои вещи.

«Или что? Чёрный воронок приедет?» — едва не вырвалось у Чарли, но вместо этого она вдруг потребовала:

— Снимите очки!

Брови незнакомца от удивления поползли вверх, однако он подчинился. Очки с серой дымкой на линзах покинули его лицо, позволив девушке внимательно рассмотреть собеседника. От увиденного она побледнела ещё больше, отчего веснушки на лице проступили особенно ярко.

«Это он! Или не он? Или только похож? Или он?» — метались в голове буйные мысли.

— Что такое Грань Хаоса? — просипела она.

— У этого термина много значений, но в конкретном случае — это агентство, которое воспринимает вас и подобных вам людей серьёзно и приглашает на работу. Сегодня вам придёт приглашение, — агент явно был рад более серьезной реакции Чарли на происходящее, хоть и удивлён её перекошенному лицу после демонстрации лица без очков.

— Я не прощаюсь! — раскланялся он и покинул кабинет кафедры.

✠✠✠

Девушка еще с минуту пыталась осознать, что только что произошло. Сообразив, что вопросов осталось ещё вагон и тележка, она сорвалась с места и выскочила в коридор, однако незнакомец исчез.

«Да он физически за такое короткое время не смог бы пройти весь коридор! Что за чертовщина?»

В состоянии далёком от готовности к получению новых знаний, Чарли решительно направилась в гардероб. Гранит науки она решила погрызть в другой раз. Уверенным шагом девушка вышла в студенческий городок, поправляя на шее длинный шарф, коснулась на удачу носа памятника лабораторной мыши и помчалась на автобусную остановку.

«Значит, кто-то узнал о моих делах, — размышляла она по пути домой, благо автобус располагал к размышлениям, — нехорошо… хотя, а чего мне стыдиться? Я ничего плохого не делала. Шаманы вообще ребята спокойные, просто дети цветов, тихонечко сидим себе в уголке, закатив глаза, а в ином мире с мертвецами разговариваем, мудрости набираемся. А это ГХ… посмотрим, что за зверь. Работа? Пусть даже работа. Увидим, зачем им внезапно понадобились шаманы. За спрос ведь не бьют?»

По шее помчались неприятные мурашки, заставившие волоски встать дыбом, и к сентябрьской прохладе они не имели никакого отношения. Иной на кормёжке. Девушка для вида опустила голову, уткнувшись в сложенные руки, словно задремала. Вдох-выдох.

«Блин. Плохое время, потом разболится голова!» — недовольно подумала она и, поймав волну резонансной энергии, выглянула из тела.

Рядом с собой она увидела голодную сущность, хищно присосавшуюся к сонной паре. Энергию тянул жадно, не зная меры. Ещё немного, и сон у его жертв продлится слишком долго.

Чарли рывком вернулась в тело, вынула из кармана чётки собственного изобретения и чересчур поспешно сорвалась с места. Там, где она ощутила присутствие голодной сущности, спали, уронив головы друг на друга, молодая мать и ребёнок-дошкольник. Прикинув точное расположение невидимого человеческому глазу Иного, она с размаху ударила в воздух чётками. С глухим рыком, слышимым только ей, сущность отступила.

— С этими всё, найди другую закуску! — едва слышно шикнула Чарли и перевела взгляд на несостоявшихся жертв Иного.

Резко пробудившаяся парочка поглядывала на неё, как на городскую сумасшедшую. Сконфузившись, девушка села на самое дальнее сидение. Весь путь до дома она старалась не попадаться никому на глаза. Голова всё же заболела.

По прибытии домой, Чарли проверила почту обычную и электронную. Ничего не обнаружив, она помчалась советоваться в подвал. Незавершённая часть дома родителей послужила отличным фундаментом для создания самодельного капища. Ушло почти пять лет, чтобы вырезанные собственными руками деревянные тотемы и вручную созданные амулеты начали правильно резонировать, создавая область покоя для камлания и медитации в любое время дня и ночи. Даже в худшее время для шаманских практик, полдень, своё собственное капище позволяло расслабиться и почувствовать себя в убежище, а в остальное время практиковаться в шаманизме.

На еловые ветки, уложенные в несколько слоёв, чтобы не простудиться, положена циновка, сверху на неё завалилась сама шаманка. Вдох-выдох. Резонанс не нужно «ловить». Им за последние годы место пропиталось настолько, что достаточно лишь слегка отпустить свои мысли…

Тело моё в безопасности. Я всё ещё в родительском доме, однако при отсутствии ограниченных человеческих глаз подвал выглядит до неузнаваемости иначе. От каждого тотема и амулета тянутся ниточки энергий и переплетаются в своеобразной паутинке. Она создаёт резонанс энергий, чтобы я могла без вреда для себя оставаться здесь.

На столе вылизывается Чернышка, порой останавливается и смотрит на меня серьезными желтыми глазами. У одного из тотемов ожидает он. Внешне он остался таким же, каким был в последние секунды своей жизни — шестилетним ребенком. После первого успешного камлания он был первым, кого я увидела. И неслучайно. Меня дожидался не рядовой призрак, а мой дух-покровитель во внетелесном мире. Несмотря на юный вид, мудростью превосходит меня на поколения. Если кто-то или что-то истощит меня или навредит на энергетическом уровне, именно он сможет меня «вытянуть» в мир живых в обмен на какую-нибудь игру. Он любит ладушки.

Но никакой грубости, нервов и повышенных тонов — после этого он может надолго обидеться и не появляться, даже когда Шаману будет грозить смертельная опасность. Полное энергетическое истощение несёт за собой кому и смерть.

— Мне кажется, я его видела! — приветствие ни к чему, мы всегда вместе.

— Показы! — требует он, касается моих висков и сквозь поток энергии шаманского тела проходит образ агента.

— Он похоз! — кивает он. — Мозет пгавда тот самый.

— И что теперь? Идти за ним?

— А ты боишься? — как всегда, прозорливый не по внешности.

— Боюсь, — киваю я, — если я его видела во время вознесения, разве не следует держаться подальше?

На нервной почве я подзываю Чернышку. Чёрная кошка ласково касается меня лапой, даруя немного спокойствия.

— Ты выбгала этот путь! Ты знала, что будет! С пути нельзя сходить! Никогда!

Голос уже не маленького мальчика, но древней сущности. Покровитель. Нельзя малодушничать. Назвалась шаманкой — иди вперед к своему предназначению. Или не называйся шаманкой. Вознесение, как он это назвал, дело полностью добровольное. Жаль только, что я вознеслась в свои тринадцать и под действием эмоций.

— А что ты видишь?

Шаманские пальцы потрепали призрачную кошку по холке.

— Ты откгоешь конвегт и начнёшь иггать взапгавду. Уедешь сгазу зе и не захочешь возвгащаться! — уверенно сказал он. — Если ты видела того самого человека из видения, то долзна следовать на ним!

— А что, если мы ошиблись, и всё это обман?

— Не обман! — заверил меня ребенок.

— Ладно, — все-таки решаюсь, — я дождусь писем от них и отправлюсь в путь.

— Поиггаем сначала? — оживился ребенок.

— Немного попозже! — обещаю я ему, возвращаясь в тело.

Возвращение в тело порадовало отсутствием головной боли. А в мыслях молоточком стучала непреложная истина — после вознесения нельзя идти против собственной судьбы. Чарли нехотя направилась в свою комнату по пути столкнувшись со старшей сестрой.

— Прогульщица! — фыркнула старшая, поспешно куда-то собираясь.

— У меня творческие разногласия с процессом обучения! — флегматично отозвалась Чарли, расторопно подавая старшей всё необходимое. — Собеседование?

Рубашка, юбка, расчёска, сумка, косметичка…

— Угу, творческая наша! Смотри, я не Анька, покрывать тебя перед родителями не стану!

Сестра носилась по дому, словно заведённая юла, едва не сбивая на пути предметы. Следующая за ней хвостом Чарли на ходу восстанавливала погром и возвращала вещи на своё место.

— Викусь, Анька смылась в Берлин, когда мне едва тринадцать стукнуло. Что она покрывала? Что я манку в детском саду плохо ем? — голос почти не дрогнул, когда она со всей невозмутимостью проговаривала слова.

— Ну… ладно, она меня покрывала, — хмыкнула Вика, — фиг с тобой. Будут сильно возмущаться, я тебя как-нибудь отмажу, младшая. Так, ладно, как я выгляжу?

Она повертелась перед зеркалом и на бис перед Чарли.

— Очень деловой леди, но лучше ещё очки надень. Все считают девушек в очках ну очень умными.

— Да, идея! — Вика на бегу потрепала девушку за по-детски выпуклые щёки и помчалась надевать плащ.

В очках и при полном параде, она тепло приобняла сестру на прощание и, впихнув ей в руки толстый конверт, умчалась.

— Это что? — крикнула ей Чарли.

— Только что принёс курьер для тебя. Пока, буду поздно!

Момент истины. Чарли помчалась в свою комнату. На всякий случай заперев дверь, она рухнула с письмом на кровать и подтянула к себе для успокоения древний шаманский бубен.

Бесчестно украденный из музея одной деревеньки, под названием Верхняя Эконь, он был первым, что кольнуло её пальцы волной резонансной энергии. Тогда совесть девушку не слишком мучила, а уверенность, что бубен подаёт ей знак, подтолкнула на воровство. Первый этаж. Вентиляцией выступает открытое окно. Из охраны бабульки на входе в музей. Ничего не стоило осторожно спустить из окна бубен, а после проверки «охраны» забрать его на улице. Стыд терзал недолго. Бубен оказался настоящим шаманским сокровищем.

Конверт Чарли открывала трясущимися руками. Из конверта вывалились письмо, клык какого-то животного и визитка. Только три предмета. Клык показался вообще предметом «ни о чём», однако достаточно было сжать его в ладонях, как руку кольнул заряд. Слабенькая энергия. Волколак.

«Обратно зубик уже не вернуть, а вот амулет из него получится хороший!» — хмыкнула со знанием дела Чарли.

Боевые чётки, чья мощь ограничивалась болезненным ударом для любого Иного без существенного вреда, ожидали обновку в виде очередной висюльки. Визитка выглядела весьма эффектно. Золотые чернила на черном фоне. Надпись от руки:

Грань Хаоса. Приглашение.

Три слова на всю визитку, ни номера телефона, ни, тем более, адреса. Однако достаточно было дотронуться до визитки. Красная вспышка, проходящая электрическим током до самого позвоночника. Ведьма. Эту визитку подписывала ведьма и оставила энергетический отпечаток. Причём отпечаток очень мощный. От этой мощи Чарли на мгновение показалось, что её огрели чем-то тяжелым по затылку. И это еще дружелюбное послание. В «шарлатанстве» организации уверенности не осталось вовсе, но вопросы только росли. Мысленно девушка представила, как начнёт их вываливать бесконечным потоком и прикинула, что только ответы на эти вопросы займут несколько часов.

Оставалось письмо:

«Приветствую, Избранный

Если ты получил данное письмо, значит, обладаешь умениями и навыками, необходимыми нам для успешного сотрудничества. Агентство «Грань Хаоса» приглашает тебя посетить нас по адресу: город Москва, улица Советская, дом 80, строение 21.

За тобой уже отправлен транспорт, который заберёт тебя для визита в ближайшие сутки с момента получения письма. Посетив нас, ты сможешь задать все интересующие тебя вопросы и, по желанию, вступить в наши ряды. Вне зависимости от полученной информации в день посещения и под любым грифом секретности, право на выбор дальнейших действий останется добровольным.

Работая у нас, ты сможешь принести пользу обществу в это непростое для нас время. Работа предполагает проводить полные сутки либо на территории вызова, либо на территории агентства с разумными исключениями. В свободное время для тебя будут доступны библиотека, архив, магазин редких товаров, спортивный блок и все комнаты отдыха, а также возможность усовершенствовать свой талант. Агентство предоставляет бесплатное проживание и питание на полный срок работы. Отпуска предоставляются в соответствии с ТК РФ.

Вопросы предполагаемой учебы решаются традиционно — студенты переводятся на заочное обучение или сдают предметы экстерном. Университеты дают разрешение на подобный перевод во всех 100% случаев.

Талантливых ребят, вроде тебя, в мире немного, и вы все нам нужны. Мы ждём вас.

Анастасия»

«Посетите нашу психбольницу!» — озадаченно смотрела на письмо Чарли.

Сверившись по картам, она увидела на месте агентства отель, что ещё больше удивило. Зачем шифроваться, если в новостях повестку про будущий федеральный статус агентства не обсудил только ленивый. «Экстрасенсы-федералы, или дед, пей таблетки!».

До вечера она играла с духом-покровителем в ладушки и прятки, обдумывала письмо, приглашение и само агентство. Их внезапное появление с тонной пафоса, секретности, да ещё и письмо — всё это вызывало множество вопросов, на которые уже не терпелось получить исчерпывающие ответы. Обратной стороной стала тревога — опыт вознесения дал понять, что, получив ответы, можно навсегда потерять покой.

И всё же перед ужином Чарли собрала сумку. Удалось это сделать только с пятой попытки. Сказывалось отсутствие опыта, небольшой объём сумки и ограничения по весу. Идти налегке с огромными чемоданами проблематично, а незаметно сбегать из отчего дома под покровом ночи — тем более. Чарли не питала иллюзий относительно родительского благословения. Никто не станет провожать до двери и махать с крыльца платочком. В лучшем случае родители не поймут и попросят одуматься, а в худшем всё то же, но с добавлением разрешённого в семье насилия.

«Главное — продолжать притворяться нормальной! — мысленно настраивала себя девушка. — Никто не хочет возвращаться в дурку!»

2. Ночные попутчики

Общий семейный ужин всегда был если не тягостным, то бессмысленным занятием, которое у Чарли ассоциировалось с потерей времени. Взаимопонимание с семьёй, если такое и было возможно, завершилось в момент вознесения. Уже семь лет девушка делила стол с чужими для себя людьми. Исключение составляли старшие сёстры. Анна, сохранившаяся в памяти как самый близкий человек, покинула семью ещё до перехода Чарли из человека в шаманку, и Виктория, к которой с возрастом всё же сформировалась привязанность из-за её сходства с самой старшей из сестёр.

Однако в тот вечер ужин Чарли разделила с родителями и тремя братьями, к которым чувствовала ровным счетом ничего. Обратная сторона вознесения — если плохо притворяться нормальной, жди последствий от самых близких людей. Этот урок Чарли давно запомнила и повторять не хотела.

Стандартный сценарий ужина — вытерпеть все разговоры, уйти в комнату и запереться. Однако в этот раз он подвергся изменениям. Чарли нетерпеливо дожидалась момента, когда можно будет начать говорить, чтобы объявить родителям новость. Когда положенные минуты на тишину истекли и она негромко привлекла к себе внимание:

— Родители, — негромко начала она, отсчитав необходимое количество времени, — сегодня мне предложили работу в Москве с проживанием. Вечером я уезжаю. С университетом договорюсь.

Над столом повисла гнетущая тишина, подобная той, что была семь лет назад, когда старшая дочь объявила о помолвке с немцем и сбежала в Берлин, не дождавшись благословения родителей. Пять пар глаз снова смотрели на девушку, как на безумную. Увы, не в первый раз. Приготовившись к неприятному разговору, девушка эмоционально отключилась, частично уйдя в себя. Сквозь толстую шкуру отстранения от реальности, словно через стеклянный купол, едва пробивались слова родителей и старшего брата.

— Ты сегодня пары прогуляла!

— Для начала получи высшее образование, а потом устраивайся хоть на северный полюс пасти медведей!

— При твоих пропусках, какая работа, какое «договорюсь»?! Ты едва учишься!

— Кто тебе мог работу предложить, ты же ничего не умеешь?

— Незачем рисковать своим образованием только ради того, чтобы работать на чужого дядю.

— Что за фирма? Давно на рынке труда? Они берут студентов? Наверняка что-то не так будет в трудовом договоре!

— А если у тебя снова приступ шизофрении произойдет? Или как там твоя болячка зовётся?

Чарли невольно порадовалась, что они живут в доме в частном секторе, а не в тонкостенной квартире с сотней соседей. Родители не стеснялись говорить в полный голос, да и брат далеко не шептал. Как она и ожидала, ответ не был положительным. Чарли не винила родителей. Уже давно не винила. Ни в чём. Она действительно не походила на человека, способного отправиться покорять столицу с последующим успехом. Слишком юная, слишком мелкая, слишком отрешённая от реальности. Однако она не спрашивала их разрешения или благословения, девушка ставила перед фактом. Даже такие чужие близкие должны знать правду.

Отбой в доме с пятью детьми наступал рано. Уже в десять часов родители командовали гасить свет и вести себя тише самых пугливых мышей. В половину десятого вернулась повеселевшая Виктория с хорошей новостью об успешно пройденном собеседовании, спустя пятнадцать минут начались мультики перед сном для младших братьев, в десять близнецы отправились спать. В доме погас свет, и воцарилась тишина.

В половину одиннадцатого с черного выхода дом покинула Чарли с увесистым рюкзаком на спиной.

«В письме говорилось, что транспорт меня будет ждать, а что если нет? Так, денег на карточке должно хватить на поезд до Москвы. Поеду сама до этого агентства, а там увидим!» — решила девушка.

Стоило ей отойти на приличное расстояния от их участка, как из-за поворота показался чёрный автомобиль с эмблемой «ГХ» на боку. Почти неслышно он подъехал к беглянке, со стороны водителя открылось окно, сам водитель, больше похожий на военного, чем на обычного извозчика, без лишних слов продемонстрировал девушке чёрную визитку с золотыми буквами, различаемыми даже в темноте. Минут пять потребовалось Чарли, чтобы вытащить из рюкзака свою визитку с приглашением.

Водитель, увидев искомое, коротко кивнул на заднее сидение и открыл дверь. Шаманка секунду колебалась, понимая, как пугающе это выглядит со стороны. Выдохнув, она вспомнила слова духа-хранителя и спокойно разместилась на предоставленном месте. Машина быстро набрала скорость и за считанные секунды частный сектор остался позади.

— Ну что, новенькая, не страшно? — вдруг насмешливо поинтересовался водитель.

— Не очень, — пожала плечами Чарли, позволив себе робкую улыбку.

— Ты поспи, до Москвы путь неблизкий.

— Мы прямо до Москвы поедем? — удивилась девушка, подсчитывая сколько суток на это может понадобиться.

— Таков план, прямо до Москвы, но, — он широко улыбнулся, — суровость наших планов компенсируется необязательностью их исполнения. По пути много чего произойдёт. Встретим всяких подозрительных личностей, например!

Спустя несколько минут быстрой езды они остановились у автобусной остановки. Несмотря на поздний час, у столба с расписанием рейсов стоял человек. Выглядел он для даже рекордно теплого сибирского сентября весьма нелепо. Белая борцовка, камуфляжные брюки, будто бы украденные из ближайшей казармы, и высокие чёрные военные ботинки. Образ завершал непонятный двухметровый чехол за спиной с чем-то длинным внутри. Присмотревшись к ночному гостю, Чарли сразу узнала странного Хитмана, посетившего университет накануне утром.

Заметив автомобиль, ночной странник бодро зашагал к машине, отправил свой чехол прямиком в багажник и, не успела Чарли глазом моргнуть, материализовался на переднем сидении, рядом с водителем. Буквально. От неверия в происходящее девушка старательно растёрла глаза кулаками. Более странным стало осознание, что телепортация с места удивила одну только Чарли.

— Здорово, Лёх, — весело хлопнул водителя по плечу парень. — Как дела? Тебя вместо Димы ко мне приставили? Что нового в агентстве?

Не позволив водителю даже рот открыть для ответа, «агент-47» начал сыпать вопросами, в которых пестрили известные и не очень термины и названия Иных.Про волколаков девушка знала, про навок, кикимор и леших тоже. Однако встречались и такие названия, от которых она мысленно чесала голову.

— Хм, — дернувшись в сторону пассажирки, ответил после некоторой паузы водитель, — Стёп, ты можешь помолчать секунду?!

— А что тут такого? — не смутился странник, повернувшись к Чарли он подмигнул. — Ну, привет и здравствуй. Решилась всё-таки? Молодец!

Мгновенно оказался на заднем сидении. От повторения фокуса с телепортацией девушка временно лишилась способности говорить. Тело само рванулось в сторону от парня и вжалось в дверцу машины. Привыкшая, что всё сверхъестественное происходит сугубо во внетелесном мире, она была полностью сбита с толку. Спустя мгновение тело привычно отключило все эмоции до состояния камня. Агент-47, слишком легко одетый незнакомец, теперь ещё и человек-телепорт.

«Вы полны сюрпризов, мистер Бэггинс!»

— Меня Стёпой зовут! — сияя, как полуденное солнце, выдал спецагент. — Извини за спектакль в университете, но новички вроде тебя реагируют только на серьёзных дядек в форме с папками и досье на всех и каждого.

— Значит, всё обман? — нахмурилась девушка.

— Всё правда, но с поправкой на серьёзность этого клоуна, — заверил её водитель, разгоняясь на пустой трассе.

— В рабочей среде моё имя — Лао Шин, — представился агент и без перехода хлопнул в ладоши: — Солнце над Тибетом, а нам еще долго ехать. Часов через шесть небольшая остановка. Заберём ещё одного пассажира, перекусим и снова в путь.

С этими словами он растянулся на заднем сидении, едва не вжав Чарли в окно.

— Тогда я спать, всё равно ночь на дворе! — решительно заявила девушка, и в доказательство того, что ничуть никого не испугалась, сев в машину к незнакомцам после того, как сбежала из дома, подвинула Лао, сняла куртку и, переложив сумку в ноги, устроилась на ночлег.

✠✠✠

Мерное движение машины медленно погружало в дрему, пока спинка водительского кресла внезапно не врезалась в нос спящей шаманки. После стремительного падения обратно на сидение, до сонного разума дошло, что они только что резко затормозили.

— Что случилось? Уже…? — начала она, но слово «приехали» застряло в горле.

Часы у водителя показывали полночь, сам он пребывал в шоке, вцепившись в руль. Для него такое торможение также стало не меньшей неожиданностью. А в свете фар прямо перед ними стояла… девушка. На вид старшеклассница.

— Это наш пассажир? — шепотом спросила Чарли у водителя.

— Лёх, — так же шепотом добавил ранее не замеченный на переднем сидении Лао, — ты ее знаешь?

— Я бы сказал, — сипло произнес водитель, — ещё чуть-чуть, и это был бы наш клиент.

Лао уже материализовался на улице. К счастью, вышел по-человечески, через дверь, хоть и излишне стремительно. Чарли осторожно приоткрыла дверь машины на случай, если по какому-нибудь безумному сценарию придётся быстро куда-то убегать, но места своего не покинула.

— Девушка, — голосом учителя младших классов, обратился Лао к бедняжке, — что вы делаете в столь ранний час на дороге?

«Ранний? Ну, это ты сильно загнул, такие ранние часы обычно поздними зовут!»

Водитель сайгаком в два прыжка оказался рядом с девушкой и движениями опытного парамедика начал ее осматривать. В отсутствии водителя шаманка высунулась вперед, чтобы лучше разглядеть происходящее. Светловолосая девочка, насколько позволял увидеть свет фар, одежда грязная, что не удивляло. Джинсы, серая кофта и рюкзак в виде белого зайца в темно-синем плаще с капюшоном, смутно знакомого по мультикам.

— Да все с ней нормально, — уверенно подал голос Лао, — грязная немного.

Вид незнакомки нервировал, что мурашки по коже прыгали, словно имел место назойливый призрак. Хотелось хоть как-то разрядить ситуацию. Девочка растерянно переводила взгляд с одного на другого. Чарли смутилась, память подсказывала, что в таких случаях надо говорить какие-то слова ободрения, однако отсутствие должного опыта не позволяло придумать ничего стоящего.

— Эй, девочка! — натянуто улыбнулась шаманка и крикнула ей. — Садись к нам, погреешься! У меня свитер запасной есть.

— Дяденьки, — всхлипнула девица, глядя на Лао и водителя, — подвезите меня. Меня мама дома потеряла.

Держа одной рукой рюкзак-кролика за ухо, она указала попутное направление.

— Да без вопросов, — решительно заявил Лао, — Лёх, поможем бедняге?

Немногословный водитель кивнул и занял свое место. Чарли поспешила подвинуться, закинув сумку на колени. Девочка, всё ещё глядя на всех, как загнанная лань, осторожно подошла к машине и села на заднее сидение. Ледяных мурашек, гуляющих по коже Чарли, стало втрое больше. Водитель, не теряя времени, включил посильнее печку и успокаивающую музыку. Как только машина сдвинулась с места, шаманка нащупала на дне рюкзака обещанный свитер. В это время Лао с подозрением начал коситься на девушку. Добродушный Степан оказался способен на колючий взгляд бывалого хирурга, высматривающего недуг.

Холодок, пробравшийся под кожу шаманки, не отпускал. Из рюкзака показался свитер. Чёрный с большой оленьей мордой. Самый любимый.

— Держи, грейся! — девочка облачилась в свитер и перестала трястись, лишь растерянно смотрела на попутчиков сверкающими в полутьме глазами.

В процессе поиска свитера руки наткнулись на шершавую поверхность бубна. После недолгих колебаний и того факта, что в присутствии девочки по коже почему-то бегают мурашки, бубен Чарли вытащила и прижала к себе. Незаметно, насколько это было возможно, она сунула его под толстовку.

— Малышка, — ласково, что совсем не сочеталось с недавним взглядом, обратился к девочке Лао, — тебя как зовут? Да и что ты делала одна на дороге?

— Р-Рая… меня Рая зовут, — дрожащим голосом начала девочка, — меня папа к бабушке вез, а потом остановился…

Она всхлипнула, по щеке побежала первая слеза, а голос, и без того звучащий, как хныканье, откровенно начал срываться в плач.

— А где папа? — осторожно спросил Лао, возможно, чтобы девочка совсем не расклеилась.

— Он ушёл в лес и… — тут уже она начала икать, угрожая начать реветь, — и пропал! Я его долго искала…

Мгновением позже «плотину прорвало». Девочка расплакалась, сотрясаясь всем телом и всхлипывая почти каждую секунду. Парням явно стало неловко, поскольку даже Лао отвернулся к дороге и притих. Чарли смотрела на плачущую девочку, как на дождь, который рано или поздно заканчивается. В голове лишь проскользнуло сожаление, что ничего съестного с собой не прихватила. Шоколадка или сахар могли процесс рыданий существенно сократить. Наконец девочка всхлипнула в последний раз и севшим голосом спросила:

— Дяденьки, а вы найдёте моего папу?

— Ладно, не плачь. Всё хорошо будет! — преувеличенно позитивно отозвался Лао. От такой явно фальшивой ноты в голосе Чарли невольно дёрнулась. Всё в ситуации было не так. Совсем всё.

— А что же твоя мама? — вдруг вспомнила шаманка.

Почему-то неприятно заскребло, что слезы девочки начались с того, что её потеряла мама, а в основном повествовании упоминались только отец и бабушка.

— Он там совсем оди-и-ин! — снова захныкала она, игнорируя вопрос.

— А почему тебя мама потеряла? — громко повторила вопрос Чарли.

— Папа ей обещал, что мы ненадолго, — всхлипнула девочка, но деловито повернулась к водителю и начала описывать место, где они оставили машину.

— А смартфон у тебя есть?

Очередной вопрос пролетел мимо внимания белокурой головы плаксы.

— Лёх, останови машину! — потребовал Лао. — Мне… прогуляться надо.

Машина остановилась.

— Иди, Зао Ссун, — загоготал водитель. Коллега, впрочем, не стал обижаться или дожидаться второго приглашения и галопом помчался из машины в темноту.

— Может, мамин номер? — не успокаивалась Чарли. — Позвоним и скажем, чтобы не волновалась.

— Я не помню, — снова сделала Рая грустные глаза щеночка, — а смартфон в лесу потеряла.

Ситуация и история никак не хотели между собой складываться. Но обдумать свои подозрения девушка не успела. Резкий стук в окно заставил её вздрогнуть и с большим трудом задавить рождающийся в горле визг, попутчица, на удивление, осталась абсолютно спокойной.

— Чарли, пошли, покурим! — предложил Лао, успевший вернуться из темноты леса.

— А я не хочу… — невпопад промямлила она в ответ.

Неловкий момент сменился моментом запоздалого понимания, когда Лао подмигнул, стараясь оставаться вне поля зрения девочки. Выдохнув, Чарли кивнула, попутно застёгивая куртку. Бубен наедине с попутчицей решила не оставлять и, чувствуя себя жирафом, не понимающим элементарных намеков, выползла из машины.

— Вон там, — вдруг подал голос водитель, показывая на место в считанных метрах от нас, — похоже, мы приехали. По описанию совпадает.

Заинтересовавшись, Чарли побрела в указанную сторону. Затёкшие конечности требовали разминки. Водитель тоже решил покинуть машину, но далеко отходить от неё не стал. Странная девочка нервировала всех.

— Ребят, у меня фиговое предчувствие, — негромко обратился к ним Лао, стоя спиной к машине, — не знаю, что с этой Раей, но от неё негативом тянет, светлое начало почти убито.

Брови шаманки поползли на лоб. Как от осознания, что не ей одной девочка казалась подозрительной, так и от запоздалого понимания, что колючим взглядом Лао просматривал девочку по энергиям, высматривая тёмное и светлое начала.

— Я думаю, она нас в чем-то обманывает, — негромко проговорила Чарли. — От неё холодом веет, как от мёртвого… не знаю. Это сильно плохо?

— В нашей профессии ожидай худшего, — пожал плечами водитель, закуривая.

«Девочка темнит. Это однозначно. Присутствие двойного дна истории почувствовал каждый. Что тогда делать? Это может оказаться мелкая преступница, не совсем здоровая на голову девочка или просто патологическая лгунья. На дороге всякого человека можно встретить. Думай, Чарли, думай! Дети-маньяки тоже существуют, а за убийцами след в след ходят тени их жертв… идея!»

— Я хочу кое-что проверить, — подмигнув, прошептала она, а затем добавила громко, не особо понимая, выгорит ли безумная идейка: — Я тут, ну, по нужде в кустики могу сгонять?

В свете фар виднелись размытые следы машины, которая тут не так давно припарковывалась. Следы исчезали где-то в лесу. Нырнув в темноту, она быстро села на землю, убедившись предварительно, что там нет муравейника, сжала в руках бубен, под быстрые удары сердца, ухнула в пропасть.

Последнее, что она услышала, был крик водителя «Стёп, девчонка пропала!»

✠✠✠

Никогда прежде не бродила по лесу в астрале. Странно смотреть на растения, по которым бродят непонятные импульсы, и вибрируют уже готовые начать свой рост листья в почках. Все вокруг кажется совершенно чуждой территорией, в которой я оказалась без спроса. Другой мир, другие законы и другие жители. Едва-едва мне удаётся почувствовать их — духов леса, но лишь мельком, как тонкую ломкую нить паутинки. Что-то с ними не то… закрытыми стали. Прячутся.

Однако полюбоваться или хотя бы рассмотреть поближе живую природу мне мешают громкие стоны. В лесу стонут, кричат и плачут люди, совсем недалеко.

Все мои инстинкты кричат, что от этих стонов надо бежать в противоположную сторону. Но я иду вперёд.

«Они там не по своей воле!»

— Эй, что с вами случилось? — кричу я людям, ещё не видя их.

Ответа нет. Лишь громче крики, бессвязнее речь. Наконец я их вижу. Около полусотни несчастных призраков, плачущих и стонущих, закованных в цепи. Цепи сковывают их руки, ноги, шеи, обвиваются вокруг их призрачных фигур и исчезают переплетённым единым тросом где-то в темноте. Нет времени вопрошать, как так можно сковать призраков цепями и кто на это способен.

— Что с вами случилось? — максимально мягко обращаю их внимание к себе. — Дорогие мои.

На мой голос хор плача на мгновение замолкает, чтобы накинуться на меня общим воем отчаянных криков:

— Освободи нас!

— Отпусти!

— Помоги нам!

— Спаси-и-и!

В отличие от общения с духом-покровителем дома, здесь небезопасно и тот, кто заковал бедолаг в цепи, может прятаться где угодно и сделать всё что угодно. Даже бубен, физически присутствующий сразу в двух измерениях, не гарантирует безопасность. А значит, путь только вперед, вдоль цепей, чтобы найти, где они начинаются. Бедолагам нужно помочь.

Цепи соединяясь, тянутся вперед, сходясь в небольшом темном холмике под упавшей сломанной сосной. Что-то потустороннее скрывается в этом холмике, и до этого следует докопаться и чем раньше, тем лучше. Кто-то приближается. Обхожу холмик. Осматриваю. Особенно мрачную ауру излучает старый, давно заросший автомобиль. Или остатки его корпуса.

На первый взгляд автомобиль был пуст. Сквозь пробитое окно едва-едва просматривается кто-то, отдалённо напоминающий человека, если бы того швырнули частично в дробилку, но, внезапно передумав, выдернули всё, что осталось, назад и аккуратно сложили на водительском сидении.

«А папа уехал и не вернулся! — мысленно повторяю слова девочки и уже добавляю от себя: — Долго же ты его искала, мелкая врунья!»

Тишина леса внезапно разрывается грохотом. От волны вибраций физическое тело слегка сдвигается. Шаманское тело кубарем летит с холмика. Ему ничего не будет. В астрале не существует боли и травм. В грохоте смешивается женский визг, возможно не один, скрежет и удар. Мгновением позже наступает тишина. Тишина и зловещий ветерок, полетевший в сторону дороги.

«Это не здесь, — сразу определяю я, — что-то случилось там!»

В ветерке ощущается звонкий и очень недобрый смех. Отчаянный гул голосов пленников в цепях становится невыносимым. На мгновение оглушает. Страдания льются через край.

Гул в ужасе затихает. Я чувствую, как кто-то сзади приближается. Ужас ещё одной цепью начинает постепенно сковывать меня. Практика шамана слишком бедная, чтобы знать, как поступать. Прижимая к груди изо всех сил бубен, я оборачиваюсь.

Позади стоит ночная попутчица. Мой любимый свитер весь в крови. В левой руке болтается за ухо всё тот же рюкзак-кролик. В правой руке нож. Слишком большой для такой маленькой руки. Резкий взмах. Я всё обалдело смотрю на кролика…

Спас старый рефлекс, защищающий от надоедливых призраков — в последний момент поперёк движения ножа бью девчонку бубном. Лезвие оставляет на деревянном ребре заруб. Ответная волна отбрасывает девчонку и нож в разные стороны от меня.

Пытаюсь закрепить успех ударом бубна по цепи. Увы, не тот резонанс. Бубен может защитить, но не атаковать. При попытке разорвать цепи руками, едва не врастаю к остальным жертвам в цепь.

— Продолжай-продолжай! — весело поддевает меня злобная сущность, проступающая сквозь миловидное лицо. — Старайся, скоро и ты станешь прикованной!

«Это мы еще посмотрим!»

С ножом в руке она вновь наступает. Бросив прощальный взгляд на автомобиль, прыжком с места возвращаюсь в тело.

Голова покрылась инеем и страшно кружилась, а вокруг витали запахи чего-то горелого, пороха и крови. Очнувшейся шаманке большинство ароматов в голове по умолчанию назывались: «страх», «угроза», «неизбежность» и «ловушка-мышеловка». Резкая попытка встать отозвалась неприятными ощущениями, казалось, сразу отовсюду. И онемевшая рука, сжимавшая всё это время бубен, и пальцы, с трудом разгибающиеся, и все вертолёты мира где-то в подкорке, и затекшее тело были резко против порыва куда-то идти. Лучше лечь и полежать какое-то время.

Но появилось явно чужое ощущение. Яростное желание вернуться к холмику с чётким ориентиром, куда следует идти. Автомобиль с телом внутри тянул к себе. Чарли удивлённо поймала себя на непривычной дрожи. И не от страха, а от злости, такой, что едва не красная пелена на глаза наползала. Необычное ощущение для холодной для всего земного шаманки.

«Ну ладно, малявка, мы ещё посмотрим, кто кого!»

— Лао, — крикнула она, надеясь на помощь от человека-телепорта в передвижении к машине, — ты мне нужен!

Ответа не последовало. Через силу приказав ногам двигаться в сторону дороги, Чарли медленно побрела вперед, игнорируя противное желание идти в лес.

Казалось, к дороге путь предельно прост — фары били в сторону леса, заблудиться просто невозможно. Однако когда глаза привыкли к свету, глазам открылась картина под названием «вот это поворот!».

— Эй, Чарли, у тебя все в порядке?! — прохрипел лес голосом водителя.

Девушка бездумно двигалась вперед. Оставленная машина никуда не исчезла, однако обнаружилась поперёк дороги, а в ней, будто почка из ветки, торчала явно врезавшаяся в неё светлая легковушка. От столкновения вторая машина смялась гармошкой только задняя часть худо-бедно уцелела. Землю осенними листьями покрывали битые стекла, часть из которых оказалась заляпана в крови.

Бок автомобиля ГХ был распорот так, что будь это живое существо, все внутренности лежали бы уже ковром на земле, а кости перемолоты в рагу. Задняя часть вмята в салон. Лишь со стороны пассажирского сидения, где сидела Чарли, как-то сохранилась дверца. Чудом в этом эпицентре разрушения лежал невредимый рюкзак. Ещё одним чудом казался продолжающий работать двигатель — фары всё ещё прорезали темноту двумя лучами света.

В нескольких метрах от столкновения лежало чьё-то тело в неестественной позе, явно совершившее яркий полет сквозь лобовое стекло с фатальным пируэтом. В темноте, перебивающейся слепящими лучами фар, девушка впервые рассматривала мёртвого человека. Водитель другой машины. Ночь становилась всё интереснее.

«И всё равно, это не самое худшее место, где я оказывалась!» — пришла в голову отстранённая мысль.

Из леса слышались звуки шороха, возни и матов, явно принадлежащих Лёхе. Из темноты показался Лао, держа в руке двухметровый деревянный посох, подошёл к машине, положил свободную руку на дверь и закрыл глаза. На глазах Чарли краска на двери начала тускнеть, лопаться и отпадать кусочками, а под ней резво поползли ниточки ржавчины. За дверью в машине обнаружились две живые девочки, плачущие и явно раненые.

«Сжечь всё надо, а дальше по ситуации!» — пришла в голову безумная идея.

В лес всё больше тянуло. Ногам не терпелось отправиться в самую тёмную чащу, игнорируя голос разума хозяйки.

— Лао, — хрипло проговорила Чарли, стараясь звучать более-менее понятно, — предлагаю взять бензина, зажигалку, посетить в лесу один автомобиль и поиграть с ним в инквизицию.

— А у меня предложение помочь им! — гневно ответил Лао, пытаясь открыть дверь.

Раздался скрежет металла, прожившего несколько десятилетий, и дверь поддалась. Лао отбросил её, не глядя, на землю. Глазам шаманки предстали петли двери, полностью покрытые ржавчиной.

— Лёх, — крикнул он, продолжая осматривать внутренности машины, — посмотри, что там с мужиком на дороге. Чарли, — глянул он на шаманку, — если кто умер, уводи его отсюда!

«Что? Я? В каком смысле уводить?!» — растерялась она.

Приказ применять свою шаманскую практику открыто, произнесённый таким будничным тоном, вызвал лёгкий ступор.

— Не получится, мне кажется, она нас из леса не выпустит, ни живых, ни мертвых.

— Е…тв…ма… — из леса прихромал водитель с дробовиком в руках и фонарём в подмышке.

— Она всех к машине приковывает, — попыталась объяснить Чарли, но складывать слова получалось скверно. — Там, в лесу. Меня уже туда тянет!

Последние слова заглушил звук ломаемого сиденья, которое успешно вытащил из машины Лао и отбросил. Лес ответил мертвенно холодным дуновением ветерка, в котором чувствовался хохот попутчицы.

— Пошли её на три веселых буквы, — посоветовал Лао. — Если мы не вытащим этих девочек, она станет сильнее.

«Блин, этого мало. Одних вытащим, она сразу других приманит! По завету Винчестеров, нужно горючее!»

— Девчонки, двигаться можете? — продолжил исполнять свой план Лао, получив в ответ невнятное мычание.

Отложив посох в сторону, он полез внутрь и почти моментально вытащил одну из девушек. Возраст и внешность не определялись в темноте, перебивающейся на слепящий свет фар, однако сломанную ногу невозможно было проморгать.

— Давай быстрее, — поторопил его Лёха, — не дай бог возгорание!

«Возгорание!» — это слово заставило тело снова начать быстро двигаться.

Чарли метнулась к машинам, присматриваясь, принюхиваясь, не подтекает ли бензин. Уже через пару минут её ожидал «успех», подтверждающий опасения водителя — медленно, но верно из-под машины тёк ручеек.

— Бензин подтекает!

— Пофиг, — отмахнулся он, подбираясь ко второй девушке, — я занят.

Рывок к рюкзаку, поиск первой попавшейся футболки. Большая мужская футболка, по совместительству ночнушка, брошенная на ручеек бензина, начала быстро впитывать топливо. Очередной виток ледяного ветерка с привкусом звонкого недоброго смеха вылетел из леса, направившись в сторону Лао. Агент лишь нервно дернул головой и остекленевшим взглядом уставился в пустоту, что-то едва слышно бормоча.

Пока футболка впитывала в себя универсальный розжиг, девушка осатанело обшаривала рюкзак в поисках зажигалки. На самом дне она всё-таки обнаружилась. Зачерпнув футболкой, сколько смогла бензина, Чарли направилась в лес. Туда, куда тянула попутчица. С самого первого шага кожа покрылась ледяными мурашками, в ушах слышались отголоски стонов тех несчастных людей в цепях. Среди стонов отчетливо слышался девичий смех. Поход в лес в одиночку казался самоубийством. Уверенности в идее о лесном костерке не было совсем.

«Куда же ты пошла, маленькая шаманка? Там гибель твоя!»

— Ча-арли! Чарли-и-и! — услышала она уже знакомый шёпот-шелест, сопровождающийся неприятным злым смехом. — Сегодня ты умрешь… раз и навсегда!

— А тебя леший унесет, коза! — громко крикнула Чарли в чащу леса.

Холм встретил звуком лязгающих цепей, будто заключенные разбушевались и уже сами начали бунт против девицы. Со стороны дороги послышался приглушенный гудок и выстрел.

«Развлекаются, как могут!»

Рассеянный свет фонарика со смартфона обозначил в темноте машину без окон, без лобового стекла и пассажирской двери. На водительском сиденье просматривались останки человека с ножом, застрявшим в нижней челюсти несчастного.

«Идеально, зажигай, откуда хочешь!»

Стараясь не разбрызгать бензин, капающий с футболки, девушка осторожно положила её как можно ближе к водителю. Вслед за футболкой полетели сухие листья, сучья и ветки. Руки девушка тщательно оттерла от бензина листьями. От сосны, нависшей над холмиком она, недолго думая, оторвала сухую ветку.

Со стороны дороги внезапно стало менее светло, зато появился характерный багровый оттенок, а в небо потянулся столб дыма. Чарли никогда не видела лесных пожаров и только из новостей знала об их опасности, но почему-то, увидев дым, больше испугалась за другое.

«Она нас так всех прикуёт!» — думала она, тыкая сухой веткой в футболку, чтобы проще было её поджечь.

Зажигалка в решающий момент решила поартачиться — механизм, подающий искру, заел и не желал исправно работать. От лязга цепей хотелось выть. Наконец во тьме ночной вспыхнул язычок света, подхваченный подготовленной веткой. Огонь разгорелся моментально.

«Нет машины, нет цепей и нет проблем!»

✠✠✠

Пламя быстро охватило всё, что только может гореть.

«А если футболки не хватит? Или ничего не получится?»

Ледяной ветерок вдруг стал в разы сильнее, в его порывах отчетливо послышался девичий визг.

«Вы не всё там спалили, пока меня не было?!» — думала Чарли, озираясь в поисках того, что могло бы помочь костру разжечься посильнее.

В ход пошли листья, ветки, шишки и вообще все более-менее сухое, что удавалось нащупать.

— Не-е-е-е-ет, не-е-ет! Вам их не отобрать у меня! — заверещал голос, заглушая все звуки.

— Гори-гори ясно! — пробормотала шаманка, чувствуя, как холод уступает теплу лесного костра.

Какое-то время ветер всё ещё яростно блуждал вокруг машины, пока внезапно не исчез, в тот же момент потух огонь.

— Я еще найду тебя, Ча-а-арли-и-и! — услышала она напоследок шепот, оборвавшийся маниакальным смехом. — Это ещё не всё!

Мертвенный холод исчез, будто его и не было, и даже в ночном лесной прохладе девушка щекой почувствовала тепло. Уши освободились от пыток лязгающих цепей, а голова перестала угрожать погрузиться в темное липкое безумие. На лес опустилось спокойствие. Все потусторонние звуки исчезли вместе с холодом. Чарли все еще чувствовала в лесу присутствие множества духов, однако больше никто не страдал.

«Да ладно?! Получилось!»

Путь назад осложнился из-за наступившей кромешной темноты — ни света от огня, ни фар. Всё погасло. Ориентиром для верного пути стала сирена скорой помощи, звучащая где-то в отдалении.

Когда удалось выйти к дороге, почти не упав и всего раз десять споткнувшись об торчащие отовсюду корни деревьев, глазам предстала удручающая картина. На месте машин стояли два уголька, настолько прожаренных, что проверять сохранность вещей уже не было необходимости. У дороги устало сидел Лао, держа посох рядом с собой. Чуть в отдалении валялся рюкзак Чарли.

На место подъехали две кареты скорой помощи и три полицейские машины. Ночное приключение постепенно окрашивалось в тона реальности. Чарли по привычке скрылась от стресса всего пережитого в холодном оцепенении. На всякий случай она держалась подальше от медиков, чтобы не ощущать запаха, как в процедурном кабинете. Стресс пополам со знакомым запахом мог вызвать не самые приятные воспоминания.

Следом за машинами правопорядка появились два чёрных автомобиля с эмблемами «ГХ». Бригада скорой помощи тем временем уже окружила пострадавших, оказывая первую помощь. Не поймали только вовремя спрятавшуюся шаманку.

— Незачем! — отмахнулся от медиков Лао. — Девчонкам помогите!

Лёху погрузили на носилки, два парамедика колдовали над его ногой.

— Вот так ваши будни проходят? — наконец спросила Чарли, обращаясь и к Лао, и к Лёхе.

— Я бы сказал, каждые выходные! — рассмеялся Лао и добавил: — Давай об этом в машине.

Вспомнив о пострадавшем бубне, девушка аккуратно вытащила его из-под свитера. Зарубина на краешке. Не опасно, но лучше починить, как появится возможность.

— Что это вообще было?! — наконец прорвало Чарли криком.

— Да хрен её знает, — пожал плечами, оставленный врачами водитель с шиной на ноге, — на работе и не такое встречается. Приблудило девчонку, вот и домогается до всех.

— Призрак это был! — раздраженно отозвался Лао. — Довольно сильный.

— Там связка пленных душ была, — пробормотала она, сбитая с толку, — люди так не могут. Даже приблудившие… Стоп! А как я ей свитер дала?!

— Значит, полтергейст, — пожал плечами агент, — они не моя сфера деятельности. Это с ведьмой или с Весемиром поговори, они расскажут.

— Таких придорожных, — почесал затылок Лёха, — попутчиками кличут. А свитер ты на её могиле найдёшь. Сегодня, видать, годовщина смерти, или рождения, или еще чего.

— Поехали домой, — махнул рукой Лао, — здесь она уже не скоро появится.

«Домой? А я ещё могу вернуться домой!» — осенило Чарли.

Несколько часов на машине, и родители даже не заметят, что ночью дочка гуляла в лесу. Идеальный шанс струсить и вернуться домой, чтобы больше не было таких неприятных столкновений. Однако некая точка уже была пройдена. Обратный путь казался чем-то смехотворно невозможным. В голове слишком много вопросов. А жизнь слишком коротка, чтобы игнорировать шанс получить на них ответы.

— Домой или дальше в ГХ? — спросила она вслух, хотя больше этот вопрос адресовался себе самой.

— Домой в ГХ, — незамедлительно отозвался Лао.

— Одно хорошо, моё досье тоже сгорело.

— Досье новое сделаем! — раздался громкий женский голос, заглушивший весь остальной шум. — Ребята, вы там долго будете зализывать раны?

Она стояла так, что свет фар, казалось, специально её освещал со всех сторон, чтобы было удобнее разглядеть. В тёплом пиджаке и классических брюках прожигала льдинками глаз всех присутствующих высокая темноволосая девушка. Глядя на незнакомку, Чарли невольно сравнила её с феей Морганой из Артурианы.

— Лао, — шепотом спросила она, — кто это?

— Ну-ка быстро по машинам! — скомандовала «фея Моргана» голосом бывалого командира. — Работы невпроворот еще! Шаманка, прыгай ко мне! Девочкам веселее будет!

— Это Анастасия, — шепнул Лао.

«Надеюсь, что следующей остановкой будет уже само ГХ», — устало думала Чарли, уверенная, что даже если машина резко затормозит в пути, она уже не проснётся.

3. Анастасия

Постепенно шум сирен стих и автомобиль с Анастасией за рулём начал набирать скорость на пустой беззвучной трассе. Чарли первое время растерянно смотрела по сторонам, в поисках машины, на которой поехал Лао, однако сопровождения не обнаружила. Они ехали одни

— За него не переживай, — махнула Анастасия рукой. — Лао ко всему привычен. Скоро вы снова увидитесь, как-никак он к тебе приставлен в качестве куратора.

— Интересный куратор! — протянула Чарли, вспоминая странное поведение Степана.

Шутит без умолку, болтает, перемещается в пространстве. При этом не стесняется открыто рассматривать энергии, превращать железо в ржавчину… обладает странным посохом и явно предпочитает оберегать жертв, а не бороться с агрессором.

— Один из лучших, — заверила её Настя, — он очень ответственный, и в обиду тебя не даст. Думаю, уже завтра вас направят на задание, и ты в этом убедишься.

— Что? Уже задание? Но я… — «ещё даже не дала своего согласия».

— В полевых условиях тебе будет проще понять, хочешь ты присоединиться к агентству или нет. Задание простое, только опрос и сбор данных. Никакой угрозы быть не должно. Впрочем, как ты заметила, угроза может возникнуть прямо на дороге. Но таков уж наш мир!

— А разве не нужно, как минимум, обучить или ввести в курс дела? В курс… молодого бойца? — не выдержала Чарли.

Идея идти в бой сразу из дома выглядела слишком безумно. Даже с учётом опыта встречи с попутчицей.

— Раньше так было, — тяжело выдохнула Анастасия, — увы, сейчас курс молодого бойца проходим сразу в бою. Времена не позволяют неторопливо обучать новеньких, как было раньше.

Чарли настороженно смотрела на лицо побледневшей ведьмы. В том, что она сидит в машине с той самой ведьмой, которая пометила своей энергетикой визитку, сомнений не было. Очень мощная. Вся внешняя аристократическая бледность, хрупкость и нежность внешнего облика выглядели иллюзией. Под маскировкой бизнес-леди скрывалась боевая ведьма, способная и армию на колени поставить. И это выводило из равновесия.

Привычный мир вдруг поменял свою полярность. Он совсем не изменился, ИныхЧарли и раньше встречала. Называть так сверхъестественные сущности она начала по подсказке духа-хранителя. Из спокойствия выбивало непривычное предположение, что и для неё в этом мире может найтись место. Не дом, в котором она ночует и прячется в комнате или подвале. Не опостылевший город, в котором она бесконечно притворялась нормальной. Нечто, предназначенное ей! Поверить в такое оказалось сложнее, чем принять факт существования ведьм, телепортирующихся лысых мужиков и ночных попутчиц.

— Ты любишь музыку или предпочитаешь вздремнуть в тишине? Ехать еще часа два, — вдруг поинтересовалась Настя.

— А куда мы едем?

— Тут неподалеку мой домик. Мы можем заехать и переночевать в удобной постельке. Утром предстоит рокировка и перенаправление, в том числе вас с Лао на задание. Я бы не хотела провести время до утра в бесконечной поездке. Предлагаю у меня переночевать, ты не против?

— После всего случившегося, я только за!

— Вот и отлично. Ты можешь подремать, я разбужу, как приедем! — улыбнулась ведьма.

— Нет-нет! Я спать не хочу! Я хочу знать… ну всё про вас, или про нас! — выпалила Чарли, дергая распушившийся кончик рыжей косы.

— Ну ладно, — терпеливо выдохнула Анастасия, — я рассказчик плохонький. Обычно с этим справляется Виктор… ты с ним ещё познакомишься. Наверно. Начнём издалека, ты знаешь, что такое Грань Хаоса?

— Ваша организация?

— Мы взяли это имя когда переквалифицировались в агентство. В честь причины появления организации на свет, — начала она, тщательно подбирая слова, что ей явно давалось с трудом. — Приблизительно в 1700 году произошёл катаклизм, отрезавший известный нам мир от первоисточника Древней Магии. Его назвали Гранью Хаоса. До того мир находился в балансе. Существовали люди, существовали демоны, и существовали полукровки Иные, то есть мы. Люди жили здесь, демоны у себя, а Иные путешествовали между «родительскими домами». Грань существенно испортила наши отношения когда заперла всех в одной банке. Причём в человеческой.

Ведьма замолчала, собираясь с мыслями. По её лицу отчетливо просматривалось, что она не знает как продолжить свой рассказ. Глядя на неё Чарли ужаснулась, мысленно представив сколько информации ей ещё потребуется усвоить за ближайшее время.

— Иные подразделяются на человекоподобных и демоноподобных. К первым относятся ведьмы, шаманы, чернокнижники и все-все-все сверхъестественные сущности, родившиеся в своём собственном физическом теле. Демоноподобные не имеют физической формы и невидимы человеческому глазу, как и все демоны. Из-за этого часто путают одних с другими. Они обладают сознанием, подобным человеческому, а ещё усилием воли способны становиться по-настоящему видимыми и осязаемыми, на что демоны не способны. С этим понятно?

— Люди, демоны, Иные. Более или менее, — кивнула Чарли, — и демоны плохие?

— Ха, сложный вопрос, — усмехнулась Анастасия, — сказать, что все демоны плохие, всё равно что сказать, что все люди плохие. Мы разные. Всё зависит от личного выбора и обстоятельств.

— Я регулярно гоняю Иных, которые присасываются к людям в транспорте. Это показатель их плохости?

— Это показатель их голода, — мрачно проговорила ведьма, — с момента появления Грани прошло больше трёхсот лет. Сначала всех питали надежды, что всё вернётся на круги своя, однако годы шли, а голод рос. Все человекоподобные, что люди, чтоИные, насыщаются от обычной пищи, а вот остальным нужна чистая энергия. Раньше они питались ею от Древней Магии. Это для нас она — источник сверхъестественных сил, а для них необходимая для выживания еда. Запасным источником энергии стали люди. И тут методы разделились. Кто-то берёт необходимое силой, как те, которых ты гоняла. А кто-то сотрудничает. Этот процесс шёл крайне долго и не был выстлан лепестками роз. Однако у всех ведьм и чернокнижников сейчас договоры с демонами. Мы даём им подпитку, а они делятся источником сверхъестественных сил. Увы, природных данных у ведьм теперь ни на что не хватает! Вопросы?

— Есть демоны с которыми можно договориться, есть те, с кем нельзя, — повторила Чарли, — а демоноподобныеИные?

— Они тоже питаются от ритуалов, природных источников хаоса и от людей. Но договоры с ними заключаются крайне редко. В отличие от демонов, с ними трудно построить деловые отношения. Они, как и люди, будут тянуть одеяло на себя. Зато шаманы с ними легко находят общий язык, как ни странно, — подмигнула ей с улыбкой Анастасия, но помрачнев продолжила: — Грань нестабильна. Думаю, ты это уже заметила. В полдень она предельно крепка, а в полночь становится очень тонкой. В это время Иные ощущают прилив сил и что-то могут из себя представлять. Но мир так и не пришёл к балансу. За триста лет демоны настрадались от голода. Человек недостаточно их насыщает, нужна Древняя Магия, а добраться до неё не может никто. Сейчас мы находимся в состоянии жёсткого кризиса. Голодающие демоны начали открыто нападать на людей. Сектанты-демонопоклонники устраивают ритуалы, чтобы массовым принесением людей и Иных в жертву насытить своих хозяев. Как это не иронично, наш мир на грани хаоса, Чарли. А наше агентство всеми силами пытается поддерживать порядок. Потому что больше некому! И потому, что другой планеты у нас нет.

Шаманка потрясённо молчала. Перед глазами раскрывалась мрачная картина. Если все услышанные слова правда, а в этом девушка не сомневалась, то отказав агентству и вернувшись домой, она станет безвольным свидетелем конца всего без возможности на что-то влиять. Все в одной лодке плывут. Все будут тонуть вместе.

— И что же нам делать? — растерянно спросила она.

— Работать! — усмехнулась Анастасия, — поэтому и существует агентство. Одни защищают людей от чрезмерной активностиИных, другие договариваются сИными. Кто-то договаривается с демонами, а кто-то приструнивает совсем неугомонных элементов. Но самая ответственная работа у тех, кто пытается в процессе найти способ сделать так, чтобы и овцы уцелели, и волки не голодали. Это сложно. А в условиях кризиса почти невозможно.

— Ладно, с этим понятно. В чём моя роль?

— Как и все шаманы, ты способна выводитьИных на диалог. И следить за их деятельностью. Ты сможешь сократить список проблем. Например, с различными неупокоенными духами, которые и безИных с демонами могут доставить неприятностей, — ведьма пожала плечами, словно втолковывала элементарные вещи неразумному ребёнку.

«Ладушки, есть демоны, Иные и люди. Есть проблемы с Гранью Хаоса. Проблемы надо решать. Точечно и массово. Пока вроде понятно, как ни странно!» — переваривала полученную информацию Чарли.

После вознесения мало что могло по-настоящему шокировать шаманку. Многие эмоции заморозились, осталось вежливое любопытство, страх, гнев, радость и ещё что-то по мелочи. Удивление возникало очень редко и только в самом начале пути. Семь лет девушка провела в обучении у духа-покровителя и кое-какие крупицы знаний о мире, он ей давал. Хоть до рассказа Анастасии этим крупицам было далеко. Она видела и чувствовала, что мир далёк от того образа, каким его считают люди, но пытаться осознать всё окружающее до сих пор не приходилось.

Внезапно радио в автомобиле зашипело белым шумом, сквозь который начали прорываться отдельные слова ведущего. Анастасия бросила на источник шума короткий взгляд, полный раздражения, опустила руку к динамику и шумно выдохнула.

— Всем доброй но… — начал было говорить ди-джей, но всё звуки одномоментно погасли.

— Не сегодня! — с торжествующей улыбкой пробормотала ведьма.

Приструнённое радио больше не подавало признаков жизни.

— Можно личный вопрос? — вдруг поинтересовалась она. — Почему ты так легко согласилась отправиться с Лао и Лёхой?

Вопрос не прозвучал чересчур лично, хотя привёл в замешательство. Слишком простой и слишком сложный одновременно. Как и ответ на него.

— Не знаю, меня ничто не держало, и я решила попробовать!

— А какое у тебя отношение к людям? — нахмурилась Настя, отчего-то недовольная ответом.

— Я… что? Не понимаю, — растерялась шаманка.

— Твоя инициация или, как это ещё называют, вознесение, произошло, когда тебе было всего тринадцать. Это очень юный возраст, — объяснила Анастасия, — психика ещё не до конца сформирована. У нас, Иных, увы есть определенные пределы развития. Мы можем развиваться как люди, а можем как Иные, однако один путь почти полностью исключает другой. Став шаманкой, как человек ты по большей части утратила своё развитие. Собственно это уже отразилось на тебе внешне. Но важнее всего, что с твоим отношением к людям?

— Люди как люди, — пожала плечами Чарли, — я не среди волков росла. Есть братья и сёстры, родители.

— А друзья?

— Нет.

— Парень или девушка?

— Нет, меня это не интересует.

— Хм, асексуальность, — кивнула больше себе Анастасия, призадумавшись, — что-то такое я и подозревала. В таком случае Лао станет тебе идеальным наставником.

«А как это связано?» — удивилась девушка.

Весь оставшийся путь она пыталась мысленно связать своё субтильное тело, отсутствие интереса к любому полу и качества наставника Лао, делающие его «идеальным». Кроме предположения, что у него что-то похожее, на её случай, ничего в голову не приходило.

✠✠✠

Автомобиль остановился где-то посреди леса. Анастасия заглушила мотор, вышла и открыла багажник. Оттуда появился рюкзачок цвета хаки и перекочевал ей за спину. Затем она села на корточки перед машиной, вынула из кармана искрящуюся в темноте пыль, что-то прошептала и рассыпала пригоршню на землю. С видом человека, завершившего все свои дела, она повела шаманку в сторону непроходимой лесополосы. Стоило сделать несколько шагов, как образ лесополосы растворился словно мираж.

Перед девушками предстал старинный кирпичный дом под черепичной крышей, окруженный многочисленной растительностью, пришедшей без рук садовника в бесформенные заросли.

— Пришли! — подытожила ведьма. — Тут нас ждёт душ, ужин и сон на человеческой кровати.

— Ура! — выдохнула Чарли, чувствуя острую потребность в принятии душа.

Старинный, но уютный домик сразу располагал к себе. Несмотря на некоторые признаки заброшенности, косметический ремонт в нём присутствовал, и на оценку Чарли был вполне современным. Никаких обшарпанных стен, примитивных лестниц, готовых рассыпаться от одного взгляда, кривых деревянных полов со щелями между досками размером в ладонь и древних, как память о царе, розеток с масляными лампами. Более того, мебель была подобрана со вкусом. Все двери в доме, кроме входной и тех, что вели в ванные комнаты, были открыты настежь, открывая входящим хороший вид на камин, находящийся в гостиной.

Входная дверь негромко скрипнула, и дружелюбная улыбка стремительно покинула лицо Насти. В доме уже гостеприимно горел свет. Воздух не казался спертым, а температура внутри ощущалась значительно выше, чем на улице.

— Душа у меня два, — между тем продолжала Настя, напряженным голосом, беззвучно скидывая рюкзак. — А туалет на первом этаже. А теперь тихо!

В соседней комнате раздался звон бьющегося стекла и звук чего-то, падающего на кафель. Ведьма, не говоря ни слова, молниеносным движением вытащила из рюкзака что-то мелькнувшее черным. Несмотря на внешнюю хрупкость, в этот момент она вполне подтверждала статус девушки, с которой шутки плохи.

— Эй! — грозно крикнула она, обращаясь к соседней комнате. — Кто там еще?!

«Это то, о чем я подумала?» — растерянно смотрела на самый настоящий пистолет в руках у ведьмы, отступая от нее на шаг.

— Выходи, пока я тебя не изрешетила! — добавив в свой голос еще немного металла, продолжила Настя, держа наготове миниатюрную беретту.

«Магия теперь недостаточно крута? — поражалась Чарли. — Ведьма с навыками Робокопа?»

Раздался еще один грохот склянок, вслед за которым последовали короткие и отборно нецензурные слова.

— Чертовы склянки… Настя меня убьет! — пропустили стены приглушенные слова.

Низкий голос явно принадлежал мужчине. Но из-за дверей звучал приглушенно. Шаманка не могла точно сказать, знакомый он или нет.

— Может это Лао? — неуверенно прошептала шаманка, помня о способности спеца прыгать сквозь пространство.

Однако спустя мгновение в дверном проеме появился сам виновник шума, имеющий из одежды только небольшое полотенце, покоящееся на его плечах, которым он вытирал пшеничного цвета волосы, спадающие на высокий лоб.

— А нет, — запоздало констатировала Чарли, — у этого волосы есть.

— Ага, и не только на голове! — сквозь зубы процедила Настя, становясь на глазах еще злее.

Внезапное появление голого мужчины в считанных метрах от себя, не вызвал в шаманке ровно никаких эмоций. Парень при виде девушек замер, переводя взгляд с Чарли на Настю, причем на ведьму взгляд серых глаз переводился уже настороженным, если не напуганным. Атмосфера в доме стремительно накалялась.

— Прикройся, идиот! Тут дети! — не выдержала хозяйка дома.

— Мне есть восемнадцать! — спокойно парировала Чарли, поглядывая на незнакомца с вежливым любопытством.

Первым порывом ей хотелось предложить ему одеться, поскольку в доме гулял сквозняк, но гневный вид «феи Морганы» подавлял любое желание разговаривать.

— Эммм, приветик! — улыбнулся он как ни в чем ни бывало. — Ей есть восемнадцать!

Высокий, с явно выраженными британскими чертами лица, он только стоя голышом перед девушками, излучал резонансную энергию, которую без труда улавливала шаманка. Сила подавления с огромной сопротивляемостью ко всему. Он весь состоял из неё. Боевой щит и боевой молот в одном флаконе. Раньше ничего подобного Чарли не встречала и с интересом впитывала в себя незнакомую энергию, не слишком обращая внимания на крепкое телосложение, развитые мышцы и никуда не исчезнувшую наготу.

— Может, уберешь ствол, Настюш? — спросил он с невинной улыбкой.

— Только после того как уберешь свой! — парировала Настя.

— Может, уберете одновременно? — в один голос с ней предложила шаманка.

Опомнившись, парень, взял откуда-то из-за спины полотенце побольше, и, обернув вокруг бедер, закрепил на поясе. После протянул шаманке руку, осторожно миновав при этом Настю.

— Приветик, я Джеймс, — произнес он, чуть не ослепив девушек обаятельной улыбкой в тридцать два белоснежных зуба.

— Чарли, — отозвалась девушка, — очень приятно.

Посчитав знакомство благополучно завершенным, Джеймс обнял Настю и поцеловал ее в щеку. В ответ его ждала пара пощечин, звонко прорезавших тишину дома.

— Я тебя за нарушение субординации к стенке поставлю, а потом передам Громовой, чтобы она завершила начатое! — прошипела ведьма.

Шаманка осторожно отошла от парочки на пару шагов, ожидая продолжение спектакля. Джеймс виновато, но обезоруживающе улыбнулся в ответ и, придержав ответы, наверное, для более личного разговора, объявил хозяйским тоном:

— Девочки, вам бы принять душ! Ужин почти готов! — и повернувшись на пятках, направился в сторону кухни.

От такого поворота событий даже ярость Насти испарилась без следа.

«Видимо, подобные встречи среди ночи для них норма существования!» — пожала плечами Чарли.

Банно-прачечные процедуры прошли без сюрпризов. Чувствуя скатывающиеся по спине горячие капли, она поймала себя на том, что наконец расслабляется. С момента встречи с попутчицей тело послушно находилось в режиме опоссума, зажимая скромный набор эмоции в мертвом равнодушии ко всему. С плеч спускалась усталость, а на её место приходило неуёмное любопытство.

В полумраке кухни царили уют и спокойствие. Анастасия и Джеймс в домашней одежде уже поджидали девушку. Пока ведьма разбиралась с принесёнными с собой бумагами, нежданный гость время от времени возвращался к плите и что-то готовил.

— Джейми, — бодро заговорила Настя, когда Чарли села с ними за один стол, — а кофе есть? Я бы не отказалась от чашечки фирменного!

— Настюш, — вскочил сияющий от её слов Джеймс. — Без проблем!

— И пару венских вафель! — мило улыбнулась фея и, принюхавшись, с восторгом спросила: — Ммм, а что у нас на ужин?

Вместо ответа гость вынес на стол внушительных размеров блюдо, на котором покоилось самое аппетитное в мире жаркое из мяса с картофелем. Глядя на прекрасный шедевр кулинарии, Чарли невольно сглотнула подступающую слюну. Мысленно пребывая где-то между строчек своих отчётов, ведьма машинально потянулась к буфету и разложила на столе тарелки и столовые приборы на всех.

— Анастасия, — шепнула Чарли, поглядывая на колдующего над вафлями ночного повара, — а кто он? В том смысле, я — шаманка, ты — ведьма, а он?

— Джеймс инквизитор, — спокойно ответила Анастасия, захлопывая папку с документами.

— КТО?! — вырвалось у девушки, растерянно переводящей взгляд от ведьмы, спокойно перетаскивающей жаркое на свою тарелку, на инквизитора, готовящего для ведьмы вафли.

— Инквизитор — это полная противоположность ведьме. Ведьмы творят различное колдунство, а инквизиторы его подавляют. Ведьмы могут варить свои зелья, а у инквизиторов к ним полный иммунитет. Всё, что делают ведьмы, инквизиторы или давят в корне или обращают против самих ведьм, — пояснила Анастасия. — Можно сказать, что инквизитор — это антиведьма. Что не мешает нам и дружить, и даже создавать семьи.

— Но вы же…

— Да, были тёмные времена, — кивнул Джеймс, возвращаясь за стол. — Долгое время, благодаря католической церкви, инквизиторы представляли собой фанатичных охотников на ведьм. Святое лицемерие! Экзорцисты и инквизиторы такие же Иные, как и ведьмы, только способности для церкви полезные. Экзорцисты могут гонять демонов, как мух по кухне, а мы способны подавлять большинство Иных. Но потом появилась Грань Хаоса, и всё изменилось. Почти вся сила Иных исчезла. У инквизиторов больше нет ни магии рун, ни способности создавать амулеты, ни долголетия, что особенно обидно! А то, что осталось, напоминает хлебные крохи. Даже в полночь.

— Примерно в то время инквизитор и ведьма заключили союз и создали новый Орден Порядка. В него вошли все адепты старого Ордена Инквизиции и ведьмы-одиночки, уцелевшие после салемской чистки — продолжила Анастасия. — Из католической церкви подтянулись экзорцисты. Чуть позже присоединились чернокнижники и шаманы. В двадцатом веке орден пополнился мистиками и тибетскими монахами. Есть ещё люди, в основном военные.

— Вот такой зверинец сейчас процветает в нашем агентстве!

— Ты говорила, что сейчас у вас кризис, — пробормотала шаманка, уплетая жаркое. Поймав неодобрительный взгляд Джеймса в сторону Насти, девушка поспешила добавить: — Лучше сразу говорить правду.

— Демоны, демоноподобные Иные и их поклонники проявляют агрессивную активность, — угрюмо кивнул инквизитор, — даже не знаю, кто хуже: голодные демоны или их сектанты. Первых можно понять, голод не тётка, но вторые просто безумцы.

— И вы не можете их всех истребить? — уточнила девушка, глядя как он ставит на стол чашки с кофе и тарелку с вафлями.

Анастасия и Джеймс странно покосились на шаманку. На кухне воцарилась неловкая пауза, которую разорвал смех агентов, заставивший девушку почувствовать, что ляпнула она однозначно что-то не то. Тело машинально вдавило голову в плечи, в ожидании худшего.

— Смешно, — выдохнул инквизитор, — для нашего брата не существует способа навредить демону, не говоря об истреблении! Убить и ранить можно только человекоподобных.

— Мммм, — довольно замычала Настя, явно намекая на необходимую паузу в разговоре. — Мясо просто восхитительное, прямо тает на языке!

Какое-то время над столом повисла тишина, прерываемая негромким чавканьем. Кулинарные навыки Джеймса оказались выше всяких похвал. Так вкусно Чарли не ела даже в ресторанах столицы, а там они с семьёй посещали далеко не общепиты.

— Ты, кстати, что тут делаешь? — между делом поинтересовалась хозяйка дома. — Я тебя направила в Екатеринбург и Воронеж, если память не изменяет.

— О, так ты не в курсе? — в свою очередь удивился Джеймс. — Тут хутор вырезали подчистую. Причем ни упыри, ни волколаки не знают о произошедшем. Я молодняк на такое не подпишу. Сначала разберёмся вместе с Вальдемаром в ситуации, а потом я потащу в поля свою мелочь.

На лице ведьмы отобразился десяток вопросов, однако присутствие Чарли мешало вывалить их все. Шаманка молча подметила наличие упырей, которых до этого считала выдумкой. А вот энергетику волколаков по лесам она успела повстречать столько, что давно не сомневалась: они настоящие. Опустив голову к тарелке, она внимательно слушала обычный разговор перед сном двух Иных, обсуждающих упырей и волколаков. Такая атмосфера вызывала когнитивный диссонанс. Чарли чувствовала, что впервые находится в своей компании и на своём месте, однако такие «обыденные» разговоры были ей в новинку.

— Я такое встречал в начале года, помнишь? — потянулся за новой порцией Джеймс. — Я тогда еще страницу привез.

— Страницу? — переспросила Чарли, думая, что ослышалась.

В голосе Джеймса присутствовало странное благоговение, когда он произносил слово «страница». Но больше всего скрывалось во взгляде Анастасии, гневно полоснувшем инквизитора. Он произнёс нечто запретное при госте. И пусть девушка ещё не понимала, что происходит, старательно мотала на ус.

— Я могу уйти спать, если мешаю! — миролюбиво предложила шаманка.

— Нет-нет, — замахала руками Настя, — не мешаешь, разумеется. Это мы в работу погрузились с головой, а надо просто ужинать и спать. Я пойду, подготовлю постели, а вы тут пообщайтесь!

Ведьма дружелюбно улыбнулась, послала предупреждающий взгляд в сторону Джеймса и отправилась по лестнице наверх. И всё же её поспешность выдала Настю с головой.

— Секретная информация? — понимающе кивнула Чарли, когда звуки шагов стихли.

— Нет, но не стоит грузить тебя всем этим за одну только ночь! У нас непростое время, но и не такое переживали! Справимся! Ты — шаманка! — с хитрой улыбкой перевёл тему Джеймс. — У вас, шаманов, почти один и тот же запах!

Старательно подавляя желание обнюхать себя, она пожала плечами:

— Видимо, потому что мы чистоплотные! А почему демонов нельзя изгнать?

— Можно их изгнать, их постоянно экзорцисты изгоняют. А в последнее время вообще потоком…

— Нет, — покачала головой шаманка, — я думала про изгнание в их родной мир, подальше от нас. Ад… или откуда они пришли?

— О, — понимающе протянул инквизитор, — ты не знаешь! Настя не сказала…

— Чего не сказала? — напряглась она.

— Демоны уже в своём родном мире! — усмешка Джеймса отдавала чем-то пугающим. Невольно Чарли поёжилась. — Они родились здесь, как люди, как и мы. Весь этот мир наш родной.

— Но… — растерялась девушка, — почему тогда они себя так ведут агрессивно? И Грань эта…

— Эх, тебе надо будет почитать работы одной древней ведьмы. Она жила веке в пятнадцатом* и вела записи по всему, что её окружало. Она описывала наш мир, как нечто подобное пурпуэну.

— Что такое пурпуэн? — постукивая ноготками по столу поинтересовалась Чарли.

— Французский мужской камзол. По строению напоминает современную рубашку. Итак, представь, что мир — это рубашка. Люди рождаются и живут в ровной и плоской центральной части, а демоны вместе с Древней Магией явились из рукава. ВсеИные — это полукровки между людьми и демонами. Плод межвидовой любви. Долгое время всё было в балансе и гармонии, но появилась Грань Хаоса, которая, скажем, зашила рукав у самого плеча. Как итог — из центральной части не попасть в рукав, а из рукава в центральную часть. Но мир даже по эту сторону остаётся для демонов родным домом. Просто эта комната дальше всего от кухни! Пришлось перейти на человечину. Они научились перерабатывать человеческую энергию и впроголодь выживать. Сейчас их уже даже люди не насыщают. Вот и начался кризис.

— Наст… Анастасия упоминала сделки с демонами.

— Не все демоны прямо такие ужасные, некоторые со временем пошли на сотрудничество, — кивнул он. — Чернокнижники и ведьмы, из полубогов превратились в простых смертных с появлением Грани, заключают с ними сделки. Подпитка собственной энергией и ритуалами взамен на крохи магических практик. Сейчас ведьмы от чернокнижников мало отличаются. По факту они все демоновы невесты.

Он замолчал, переводя дыхание. Допивая свой кофе Джеймс смотрел на Чарли. Шаманка пребывала в странном состоянии. В процессе долгого рассказа она будто одеревенела, с трудом переваривая поступившую информацию. Смириться с бестиарием оказалось более простой задачей, нежели принять то, что вообще весь мир принадлежит межвидовому зоопарку.

— Я всё! — выдохнула Чарли. — Я пока не могу больше узнавать новое.

— Джеймс, ну твою мать! — воскликнула хозяйка дома, глядя на отрешенную от реальности шаманку. — Неужели так необходимо было грузить её?

— А что я? — растерялся инквизитор. — Больше знает…

— Хуже спит! — подытожила Настя и решительно взяла за руку гостью. — Идём, я приготовила нам спальни.

Чарли едва соображала куда её ведут. Она не могла вспомнить, желала ли кому-то спокойной ночи или нет. Погас свет, а она уже лежала в кровати под одеялом. В голове будто цирк буянил. Здравых мыслей не оставалось. Было просто страшно от осознания странностей мира. Особенно пугали демоны. Наивная мысль, что однажды их всех изгонят или истребят, разбилась о реальность — скорее человечество исчезнет. Да и гнать их некуда. Любой демон не менее коренной житель планеты Земля, чем Чарли и вся её семья до последнего родственника.

«Вот это я попала!» — выдохнула она, погружаясь в тревожные сны с демонами и злобной попутчицей.

*События произведения «Последний Ведьмин Ковен»

События произведения «Последний Ведьмин Ковен»

4. Пропавшая страница. ч.1

После тяжелой ночи Чарли проснулась в полдень. Первые минуты пришлось усиленно вспоминать о недавних событиях, чтобы понять, где она оказалась. За дверьми слышалась какая-то активность: кто-то ходил, громко ругался и ронял на пол вещи. В первые секунду показалось, что это Вика.

«Наш мир подобен пурпуэну!» — вынырнуло воспоминание, и шаманка вскочила на кровати.

Не родительский дом. Не Новосибирск. Не её комната. За дверью не Виктория. Крики за дверьми перешли на матерный диалект, и девушка осторожно выскользнула в коридор.

— Доброе утро? — тихо позвала девушка, но не дождавшись ответа добавила громче: — Анастасия? Джеймс?

— Доброе! — выскочила из кухни Анастасия, на ходу спешно собираясь.

Застав впервые в своей жизни ведьму, прыгающую на одной ноге, одновременно натягивающую на себя и джинсы, и туфли, при этом жующую пирожок, Чарли невольно замерла. Ситуация казалась слишком серьёзной и слишком забавной.

— Ты еще не собралась? — выдохнула Настя, при этом набрасывая на себя шарф, а следом и пиджак. — Тогда я за тобой пришлю. Мне надо торопиться! Завтрак на кухне. Чувствуй себя как дома!

Ответить быстроходной ведьме Черли не успела. Лишь проводила растерянным взглядом. В голове с трудом укладывалась информация, рассказанная Джеймсом и Анастасией, от которой ныли виски. Безумно хотелось нырнуть во внетелесный мир и потребовать объяснений у духа-хранителя, однако полдень всегда был худшим для этого временем. Через Грань не пробиться.

Приведя себя в порядок, девушка спустилась в кухню, надеясь, что увидит там хотя бы Джеймса. Однако на пустой кухне разносился аромат свежеприготовленного кофе, на столе покоилось блюдо с горячими блинчиками и остывающими пирожками, а на холодильнике ждала своего часа записка.

«Настюш.

Я уехал к упырям. Надеюсь, скоро увидимся.

P.S. Завтрак на столе»

«А когда я ещё покушаю?» — спросила у себя шаманка и беззастенчиво накинулась на горячие блинчики с ароматным кофе.

Спустя примерно час после завтрака девушка услышала, как к самому дому подъезжает автомобиль.

— ЧА-АРЛИ-И!!! — крик заставил подпрыгнуть на месте. Голосище у гостя был поставлен по-военному.

В любой другой ситуации Чарли предпочла бы спрятаться от обладателя такого голоса, однако после ночи в лесу с попутчицей она его узнала. Водитель Лёха. Но на всякий случай, она высунулась из окна, чтобы убедиться лично.

— Чарли! — снова заревел он. — Ты тут? Настя просила тебя забрать.

— С таким голосом ты мёртвого разбудишь, а живого в гроб загонишь! — фыркнула девушка. — Доброго дня.

— И тебе не хворать, — добродушно откликнулся Лёха, — спускайся, пора ехать!

Все вещи по карманам. Рюкзак на плече. Часть завтрака девушка решила взять с собой, справедливо определив, что такого количества блинчиков и пирожков хватит на роту солдат, Настя с Джеймсом точно их не съедят, а в пути с Лёхой провизия пригодится.

«Попрошу потом прощения, если что!» — кивнула себе Чарли, пока упаковывала еду.

— А кто дом запрёт? — растерянно спросила она, с опозданием вспомнив, что никаких наставлений или ключей хозяйка дома не оставила. — Кроме меня там нет никого!

— Не знаю, — пожал плечами Лёха, — она не говорила. Не думаю, что сюда кто-нибудь проникнет. Это ведьмин дом!

Последний аргумент казался железобетонным – всё-таки вламываться в дом к ведьме с личным огнестрельным оружием себе дороже. Память вернулась к странной искристой пыли и иллюзии, скрывающей дом ночью, пока они не приблизились вплотную.

— Ладно, — кивнула шаманка, забираясь на заднее сидение, — будешь пирожок?

— Не откажусь! — с энтузиазмом потянулся к вязанке с едой водитель. — В лазарете еда так себе. Поехали?

Очередной чёрный автомобиль с эмблемой ГХ на боку резво тронулся с места, набирая скорость на трассе.

Спустя пять часов езды, проведенной в байках о ржавой молодости Лёхи, машина остановилась вблизи комплекса православных храмов. Каждое из строений выполнено из дерева, мастерски обработано, и представляло собой с точки зрения архитектуры произведение искусства.

«Прямо музей деревянного зодчества, как в Иркутске!» — восхитилась Чарли.

У ворот их поджидал неприметной внешности парень. Такими чаще всего представляют типичных программистов. Незатейливая прическа, очки, бликующие фильтрами от излучения, почти офисная одежда. Чарли усиленно всматривалась в его лицо, пытаясь понять, что с ним не так, однако ответа не было. Глаз никак не мог зацепиться за внешность, ни назвать черты лица привлекательными или отталкивающими. Обычный. Невзрачный.

«Как пить дать, тоже агент!»

Лёха вывел шаманку из машины и с уважением пожал руку парню почти вдвое меньше себя. Парень кивнул и с вежливым интересом посмотрел на девушку. Сама Чарли лишь строила догадки, кем является этот необычный агент.

— Чарли, это Марк, — решил начать знакомство Лёха, — Марк, это Чарли, наш рекрут из Новосибирска. Шаманка. А Марк является мистиком. Агент со стажем, знаниями и опытом. Протеже Виктора.

«Кем-кем? Мистик? А это что за птица-синица?» — удивилась девушка, вспоминая, что Джеймс упоминал их за ужином, но тогда она просто не обратила внимание.

— Последнее уже преувеличение! Приятно познакомиться, — вежливо кивнул Марк, и пожал девушке руку, продолжая с интересом разглядывать. — Если по-простому, то я обычный сыщик!

Из храма навстречу группе вышел послушник в черных одеждах. Сделав несколько шагов вперёд, Марк что-то негромко ему сказал, указывая на шаманку и водителя. Послушник окинул взглядом приехавших, коротко кивнул, и повел группу к небольшой избе, напоминающей утеплённую летнюю кухню.

— Батюшка Кирилл велел вам тут подождать, — сообщил послушник и ушел.

В ожидании батюшки, Чарли села за широкий стол, Лёха начал что-то искать в своём смартфоне, а Марк достал из своего портфеля большой блокнот и начал бегло в нём что-то читать, иногда делая правки в записях. Сама шаманка никак не могла решить, что её интересует больше: причина, по которой они находятся в православном храме, или кто такие мистики?

Через полчаса в избу зашел батюшка. Густая с сединой борода, рост под два метра и приветливый добрый взгляд сразу настраивали на приятную беседу. Почти что младший и более добродушный брат Деда Мороза по виду. С его приходом в избе, по ощущениям Чарли, будто стало светлее и теплее. Человек-солнце, рядом с которым сразу на душе легче становится.

— Отец, ты чего хотел? — первым встал ему навстречу Лёха.

— Мир вам, дети мои! — мягко начал говорить Отец Кирилл. — Горе нас постигло, некоторое время назад наш храм пытались разграбить неизвестные мародёры. Они не испугались присутствия людей в храме, были готовы взломать каждый из наших замков, но то, что они украли… впрочем, пойдёмте за мной, я покажу.

Марк заметно напрягся, с тревогой поглядывая на батюшку. По его лицу было отчетливо видно, что он уже догадывается об украденном, и это нечто значимое. Однако пока батюшка вёл группу в храм, он не проронил ни слова.

Стены храма, сделанные из камня, создавали акустику, при которой шаги отдавали оглушительным гулом. Храм вытягивался вверх к дугообразному потолку. Как полагается, все стены были расписаны библейскими сюжетами, ликами святых и ангелов. Самыми любимыми в «библейских комиксах» для Чарли оставались серафимы – красные шестикрылые создания, которых в детстве она принимала за птицу Сирин. Они внушали трепет своим грозным видом.

У одной из стен находилась резная усыпальница, безжалостно кем-то разбитая. Вершина некогда прекрасной конструкции, выполненная в виде спящего старца, посередине была вырублена или вырезана чем-то острым, будто когтями. Внутри конструкция оказалась полой, и сквозь раздробленные камни виднелся сломанный каменный тайник. Шлифованная каменная плита тайника треснула пополам. Предусмотрительные монахи окружили место преступления заградительными ленточками.

— Была украдена страница книги! — сообщил батюшка. — Мы еще не выяснили, которая.

«Джеймс тоже упоминал какую-то страницу» — напряглась Чарли. Чутьё подсказывало, что речь не о Библии.

— Окей, мне требуется опись всех страниц, если есть их копии, то несите всё! — резво принялся за дело Марк.

— Опись есть, я распоряжусь, Ванюша принесет. Если что-то требуется, вы говорите, не стесняйтесь, мы подсобим, — кивнул отец Кирилл.

Оставив агентов в храме, он поспешил к выходу и, остановившись у самых дверей, обернулся:

— Только перевода страниц у нас нет, поэтому опись малым поможет.

Оставшись один на один с суровым греческим стилем изображения лиц на иконах, Чарли невольно поежилась. Почему они всегда кажутся такими серьезными, если не грозными? Неужели для того, чтобы даже в храме пугать слабонервных? Обернувшись на Лёху в поисках подсказки, что делать, она обнаружила, что, кроме неё и Марка, в храме никого нет.

Через пять минут вошел послушник. В руках он нес толстую кипу старых на вид бумаг в папке из металла полсантиметра толщиной. Чарли мысленно присвистнула от неожиданных тайн православной церкви. Сотрудничество с Иными, таинственные страницы, хранилища в гробницах, и только она видит в этом что-то странное. Для всех остальных типичный вторник.

— Фотографии, копии. Несите все, что есть о книге! — командовал сыщик, принимая папку. — Мне нужен список всех, кто мог иметь доступ к странице.

Не получив больше распоряжений от Марка, послушник быстро удалился. Мистик открыл папку, подарив храму громкий скрип. Чарли подошла к нему поближе, чтобы заглянуть за плечо и увидеть содержимое.

— Сей футляр хранит тайну тайн и всё то, что можно о ней знать, дабы ее сохранить, — перевел Марк.

Бумаги от времени поменяли цвет несколько раз, но на них что-то можно было еще разглядеть. На одних листах просматривались зарисовки каких-то страниц с хорошо сохранившимися рисунками, однако текст превратился в нечто, не поддающееся идентификации. Пара-тройка старых фотографий с фрагментами храма на этапе постройки оного, элементы разрушенного тайника, а бывало, мелькал человек, по виду не храмовник, но и не чужой.

— Семь лет назад отец Пётр принес страницы Великой Книги в наш храм и просил нас уберечь их. Даже одна страница Книги способна изменить мир до неузнаваемости. И только тот, в чьих руках окажутся страницы, решит дальнейшую судьбу всего сущего. Страницы были запечатаны божьей печатью, дух Илии Муромского, чьи мощи перевезли в сей храм, стал хранителем печати, — продолжил чтение Марк.

«Дух, который хранит печать. Не об этом ли говорила Анастасия? Я могу…»

— У меня есть идея! — осенило Чарли, и она помчалась искать батюшку.

Марк принялся вертеть в руках старинные страницы и рисунки из железной папки. На слова шаманки он коротко кивнул, не отрываясь от работы.

«Дух Илии Муромского… не верится, что я собираюсь попробовать здесь!» — думала девушка шагая к выходу из храма, где промелькнул силуэт батюшки Кирилла.

На ходу слова не придумывались. Как объяснить своё желание осмотреть печать? За воротами комплекса Лёха прощался с Кириллом. Заметив Чарли он помахал ей рукой и сел за руль. За мгновение девушку осенило, что она вот-вот останется неизвестно где и неизвестно с кем, а единственный человек более-менее знакомый вот-вот даст дёру.

— Стой! — крикнула она первое, что пришло в голову. — Куда?

Несмотря на маленький рост, бегала она так же быстро, как реактивные дошколята. Лёха не успел рта раскрыть, когда его по лицу полоснула рыжая коса шаманки.

— Спокойно, тайфун «Чарли», — хихикнул он, — я еду за Лао. Негоже ему свою протеже надолго бросать. Ты, пока не станешь полноценным спецом, закреплена за ним. Так что он тебе и мамка, и папка, и брат, и нянька. Побудь пока с Марком, наблюдай за его работой. Сегодня от тебя требуется только смотреть, ладушки?

— Оладушки, — недовольно отозвалась шаманка, но кивнула и отступила от машины на несколько шагов.

Отец Кирилл скромно стоял в стороне и не вмешивался. Девушка неуверенно повернулась к нему.

— Можно посмотреть на ту печать? — так и не выбрав как начать беседу, выпалила она.

— Так… сломана она, деточка, — развел он руками, — печать на камень наложена, а камень Илюшенька стерег.

И всё же деликатно указав направление, он повёл Чарли обратно в храм. Шепнув что-то послушнику, батюшка довёл шаманку до заградительной ленты и пропустил вперёд. Сам же чинно остался стоять поодаль.

— Мы старались ничего не трогать, чтобы ваши агенты могли осмотреть усыпальницу без нашего вмешательства. Эх, — вздохнул он и добавил в сердцах: — Это же сколько дури надо иметь, чтобы сломать защиту такую!

— Можно? — на всякий случай уточнила девушка и, получив одобрительный кивок, направилась к каменному гробу.

На резной плите едва виднелись линии, отдаленно похожие на розу ветров. Сквозь разломы проглядывали буквы. На вид старославянский язык, однако смысл написанного давно утрачен. Убедившись, что шаманка заинтересована гробницей, батюшка направился собирать оставшиеся страницы для Марка.

Сам мистик стоял, держа в руках страницу с письменами, отдаленно напоминающими греческий язык. В другой руке у сыщика уже был смартфон, и громкое эхо послушно разносило гудки, усиливая звук.

— Что?! — вопль пронёсся на весь двор. — Что было на той странице?

— Мы не знаем. Язык никому из нас не известен. И никто не знает, что на ней было, — отрапортовал сыщик.

— В храме должны быть зарисовки книги, проверьте по ним, — посыпались инструкции, — почти на каждой странице должна быть схема. Эти изображения единственное, что поддается копированию.

«Так, сосредоточиться! Никаких лишних шумов! — мысленно приказала себе шаманка. — Сейчас почти вечер. Дух. Тут должен быть дух! Защитник этого места, он точно что-то видел или что-то знает. Главное, разговорить его!»

Обоняние донесло странные нотки запаха гнили, но все остальные чувства говорили, что обстановка вполне приятная. Явного присутствия духа с этой стороны почувствовать не удалось. Пристроившись в темном уголке у гробницы, чтобы особенно не бросаться никому в глаза, девушка достала из-под свитера бубен. От украденного сокровища исходило постоянное резонансное колебание, быстро спевшееся с энергией, излучаемой храмом. Энергия множества людей исходила от икон, переплеталась с колебаниями пришельца и приятно щекотала.

«Хорошо. Будет несложно!»

Голова смертного тела опускается вперед. Голова шаманского тела поднимается, чтобы внимательно осмотреть усыпальницу перед собой. От каменной плиты исходит сияние нескольких энергий. Переплетаясь, они создают слепящий свет, сравнимый с солнцем. Приятный шаманскому телу. Гостеприимный. Такое же сияние исходит от узора и надписей на камне. Здесь уже чувствуется присутствие сильного духа, но его самого не видно.

— Илья Муромский! — несмело зову я.

Ответом становится протяжный хрип, раздавшийся откуда-то за гробом. Ответ пугает больше, чем попутчица. Страшнее кровожадного духа может быть только измученный, истощённый или раненый дух. Какой силой нужно обладать, чтобы ранить того, у кого нет тела? За гробом обнаруживается практически бесформенный сгусток энергии. Опыт общения с различными духами и Иными подсказывает, что я нашла того, кого звала.

— Здравствуйте, Илья Муромский, — поколебавшись, обращаюсь я к нему.

В ответ сгусток энергии пытается пошевелиться, и снова я слышу ужасающий хрип. Шаманские пальцы осторожно касаются сгустка. В сознание врываются обрывки энергий, растерзанные, словно оборванные вандалами провода. Почувствовав сильный молодой источник, паутинка тянется к пальцам, ластясь и выпрашивая крохи энергии. Дух на мгновение становится более оформленным и из последних сил указывает на гроб. Жест отбирает у него последние силы. Сгусток энергии полностью теряет форму и рассеивается, частично затягиваясь в гроб.

Последовав за ним, я добираюсь до гроба и, перегнувшись шаманским телом вниз, заглядываю внутрь. Сам гроб во внетелесном мире разворочен, вся резьба, защищающая камень сломана в щепки, словно ее рубили топорами. Но не хаотично, а целенаправленно. «Мародёры» точно видели куда следует бить. От уцелевшей части исходит легкое свечение, родственное исходившему от духа.

«Или гроб восстановим, или напитаем духа, иначе разговора не будет!» — поняла Чарли, вернувшись в тело.

По возвращении в смертное тело, шаманка пошатнулась и едва не упала. Человеческое тело ослабевало от злоупотребления практиками выхода в астрал. Отходя от внетелесного мира, ей казалось, что в Храме вдоль стен гуляет какой-то звук, будто затихающее эхо от чьего-то пения. Приятная мелодия для пробуждения. Гудение намоленных стен и икон.

— Детушки, — громко обратился к агентам Кирилл, заставив Чарли невольно подпрыгнуть на месте и очень неубедительно сделать вид, будто просто сидела и ничего больше не делала. — Время, чай, уже не раннее. Вы, может, проголодались? Так у нас вскоре на ужин накрывать будут.

✠✠✠

Ужин прошел в отдельной избе-столовой. Еда подавалась простая, постная, но сытная и, наверное, даже вкусная. Но шаманка, проникнувшись бедами несчастного духа, думала только о том, как ему помочь. Еда забрасывалась в рот, как уголь в топку. Трапеза проходила в полной тишине, не сбивая Чарли с мысли, однако решение не шло. После ужина служители разбрелись по углам маленькими группами и по избе прошел приглушенный гул.

Чарли с Марком остались за столом. Мистик негромко поведал девушке часть того, что она уже слышала: страниц несколько, на каждую есть зарисовки, украденную страницу необходимо найти. По зарисовкам определены две страницы, не имеющих свои пары. Это вызвало много вопросов, ведь заявлено о пропаже только одной страницы. Отсутствовали две. Уцелевшие страницы по регламенту требовалось отправить в архив ГХ. Под защитой агентства с ними ничего не должно случиться.

Шаманка молча кивала, впитывая в себя информацию. Когда мистик закончил, её распирало от вопросов:

— А что это за Книга?

— Никто точно не знает, когда она появилась и кто её написал, — поведал Марк. — Однако она вся пропитала Древней Магией и описывает всех представителей нашего мира: людей, Иных и демонов. В ней описаны ритуалы, магические практики и бог знает что ещё. Прочитать её могут единицы. Особенную ценность она обрела после появления Грани… хотя до этого она даже не упоминается. Возможно она появилась в тот момент, когда иссякла Древняя Магия. Считается, что прочитавший книгу полностью сможет изменить мир до основания. Но даже сами по себе страницы способны оказывать влияние на тех, о ком в них написано.

— Тогда почему её страницы спрятаны по гробницам православных монастырей, а не под сотнями замков и засовов? — удивилась Чарли.

— Изначально она была целой. А ещё хранилась под кучей замков и кучей стражи, разумеется. А потом, — Марк понизил голос, когда молитвы начали стихать, — появился чернокнижник, одержимый проведением одного из ключевых ритуалов книги. С ним секта таких же неуравновешенных. Они никого не щадили на своём пути к обретению книги. На наше счастье, чернокнижник, который проводил ритуал, не учёл какой-то из ключевых элементов. Ритуал завершился неудачно, книгу разорвало на части, а все сектанты погибли. Агенты, в то время Орден Святой Инквизиции, изъяли все найденные страницы и спрятали их подальше друг от друга. Сокрытие страниц доверили проверенным людям. Илья Муромский один из них. Но помимо этого часть страниц была утеряна во время ритуала, так что по миру может быть спрятано множество неучтёнок.

— А что за ритуал пытались провести сектанты?

— Они хотели уничтожить Грань Хаоса. Открыть дорогу демонам по ту сторону. Сейчас наша задача охранять все страницы и защищать всех невинных людей, ну и невинных Иных тоже, — подытожил Марк.

Вечерняя молитва подошла к концу, и агенты вышли в сентябрьскую ночь. Без ярких фонарей города небо привлекало взгляды. Мириады звёзд гипнотизировали. Чарли невольно залюбовалась видом, впитывая красоту ночи. Впервые с момента встречи с Лао она просто стояла в тишине ночи, слышала шелест травы, чувствовала щеками прохладный ветерок и наслаждалась моментом.

— Вы можете что-нибудь рассказать об этой странице? — вернул её в реальность голос Марка, демонстрирующего отцу Кириллу фотографии со смартфона.

— Это страницы Великой Книги, — пропел батюшка. — Единственной книги, способной изменить мир. Спасти или уничтожить. Нам немного ведомо, но в свое время был у нас один путник, года три назад, который умел читать тайные писания и знаки.

— Путник? — насторожился сыщик. — Могу я полюбопытствовать об этом путнике?

На несколько минут батюшка замолчал, потирая переносицу, собирался с мыслями. В голове Чарли начала формироваться решимость, за которую её вполне могли сжечь на костре как богохульницу, однако награда могла стоить всех рисков.

— Путешественник, — наконец начал он рассказывать, — выглядел он довольно молодо. Ему требовалось прочесть одну страницу, чтобы не допустить катастрофы. При нём были бумаги из агентства, заверяющие, что путнику можно верить и предоставить ему одну из страниц.

— А более подробно внешность описать можете? — продолжил расспросы Марк, заметно напрягаясь от упоминания бумаг агентства. Что-то в его взгляде напрягло и батюшку, и Чарли. Дело пахло секретом, который никому никогда не рассказывают, а всех свидетелей закапывают в братской могиле.

— Подробнее, хм, — призадумался снова батюшка и сразу с ноткой радости ответил: — Да, могу! Я вам покажу. У нас фотокарточка имеется, коллективная, так сказать. Вы заночуйте у нас. Выделим вам отдельные комнаты в гостевой избе, а фотографии я утром туда принесу!

— Мы останемся, — кивнул в ответ на приглашение сыщик. — И время сэкономим, да и атмосфера у монастыря такая… позволяющая хорошо отдохнуть.

Чарли ничего не оставалось, как кивнуть вместе с ним. Транспорт редко проезжал мимо комплекса, а Лёха с Лао не торопились появляться на горизонте.

Агентов проводили в гостевую избу. Внутри она, вопреки ожиданиям, оказалась устроена весьма современно. В комнатах находилась вся необходимая мебель, а в самой избе душ и туалет с проведенными к ним горячей и холодной водой. На территории православных наступил тихий час.

— Надо бы отдохнуть, но и за гробом приглядывать, — пробормотал мистик, когда батюшка ушел, — Чарли, у тебя есть, кого у гроба оставить, чтобы хотя бы просигнализировать о посторонних?

— Например? — удивилась девушка.

— Своё тотемное животное или духа-хранителя, — предположил мистик непривычно обыденным для неё тоном. Он будто обсуждал нечто совершенно рутинное, вроде выбора между кашей и блинчиками на завтрак.

— Я… извини, для меня так странно, что ты или Лао говорите о потустороннем так непринужденно, — покраснела она. — Я семь лет это скрывала. Знал бы ты, какие диагнозы мне психотерапевты ставили, когда родители ловили меня на шаманских практиках.

— А я знаю, — кивнул Марк, — это я собирал на тебя досье. Клептомания и шизофрения больше всего удивили.

— Ты?! — возмущенно выдохнула девушка, но быстро сообразила, что кого попало в агентство приглашать было бы опасно, и неловко продолжила: — Иногда во время разговоров с духами я начинаю бормотать. Мама это услышала. Думала всякое. Так я попала к психотерапевту, а мне было только четырнадцать и я совсем не знала, как лучше притворяться нормальной, чтобы не поймали. С клептоманией… сам понимаешь, трудно объяснить почему мне нужен обломок брошки бабушки какой-либо знакомой родственницы. Я не могу сказать про энергии, про то, что амулет из этого обломка будет невероятно сильным. Проще украсть, прикрыв всё клептоманией.

— Не ты первая, — философски заметил Марк, расстилая свою кровать, — плюс нашего агентства: тебе нет нужды скрываться. Мы все друг о друге знаем, можем подсказать и посоветовать много чего полезного. Тот же Вейс — наш шаман. Он, конечно, своеобразный. Уже два года его никто не видел, он предпочитает занимать тела животных…

— Ого, шаманы и такое могут?! — воскликнула Чарли, округлившимися от восхищения глазами.

«Парить орлом. Плавать рыбкой. Бежать вперёд сайгаком!»

— Шаманы много могли раньше, сейчас тоже немало, — улыбнулся он, раскладывая на столе бумаги и тонкий ноутбук, — приедем в офис, поспрашиваешь. Тебя многому научат. Глядишь, через год уже будешь спецом с собственной группой.

— Из меня лидер… — фыркнула Чарли и, не удержавшись, спросила: — а что могут мистики? Кто вы вообще?

— Мы почти не отличаемся от людей, — пожал плечами агент, — нас обнаружить почти невозможно. Особенность такая. Если всем Иным дарованы какие-то активные силы и сверхвосприимчивость, то мы наоборот — толстокожие, как слоны. На нас не действует магия ведьм, чернокнижников или ритуалы шаманов. Нас не могут подавить инквизиторы. Мы можем не бояться одержимости демонами. Но интуиция и рефлексы у нас более выраженные, чем у обычного человека. Так что да, прирождённые следаки!

— Интересно.

— Вам магия даёт силу, а нам защиту, — Марк сел за стол и включил ноутбук. Опомнившись, он повернулся к девушке. — Ты не против, что я…?

— Я присмотрю за усыпальницей, так что до утра не жди! — хмыкнула Чарли, стягивая с кровати покрывало. Физическому телу нужен комфорт.

— Береги себя!

— Обязательно. Доброй ночи.

Освещая себе путь фонариком, шаманка без происшествий добралась до разрушенной усыпальницы. Свёрнутый плед стал подобием подушки для сидения и медитаций. Пустой ночной храм пугал намного меньше, чем при свете дня. Угрюмых греческих профилей не было видно, а приятная вибрация, исходящая от них, настраивала на нужный лад.

Удобная поза по-турецки. Руки сложены лодочкой. Голова сонно опускается на руки.

Глубокий вдох. Шаманское тело с приятными мурашками отделяется от тела физического.

Ощущаю себя бабочкой, выбравшейся из неудобного тесного кокона. Я покидаю тело и свободно гуляю вокруг усыпальницы. Мальчик-хранитель тревожно приглядывается к сгустку энергии, лежащему поверх сломанной печати. На самой усыпальнице умывается тотемный дух, которым стала моя любимая умершая кошка, не пожелавшая покидать хозяйку после смерти.

Дух Ильи Муромского стал заметно плотнее, что даёт надежду на восстановление. От икон идут плотные нити энергии. Даю знак мальчику, чтобы внимательно следил за происходящим, и забираюсь в усыпальницу. Предельная концентрация обещает отыграться на хрупком физическом теле, но я упрямо не желаю сдаваться. Под волевым усилием тело начинает расплываться, превращаясь в подобие космической туманности. Слишком неплотная, чтобы стать похожей на демона, я старательно придаю себе их облик.

Когда мысли превращаются в осязаемые самостоятельные нити, я выпускаю их к каждой иконе, что вибрирует резонансной энергией. Всё дальше и дальше. К самым старым, самым намоленным. Дотянуться, прижаться и начать впитывать, словно губка, исходящую от них энергию, жадно перекачивать в себя, словно упырь. Не оставлять ни капли. Копить. Расти. Заполнять храм. Становиться плотнее. Сильнее. Сгусток энергии едва не рассеивается снова, когда касаюсь его. Старательно сдерживаю собранную мощь. Мне приходится медленно и осторожно вливать в него всё больше и больше отобранного у икон.

Гордость храма пустеет и становится всё бездушнее, однако сгусток энергии на глазах растёт и становится всё крепче. Постепенно прорисовывается тело. Спустя мгновение мою руку держат длинные жилистые пальцы, изломанные в прошлом и страшно изогнутые. Тощий старик становится на глазах все крепче и достойнее, внимательно смотрит на меня серьёзными глазами. И вдруг всё прекращается. Сам Илья Муромский разрывает контакт и отбрасывает от себя мои руки.

— Юная дева покалечится, если так беспечно будет растрачивать энергию! — грозит он мне пальцем.

«Ой, почти перестаралась и чуть не истощила себя!» — щеки вспыхнули бы со стыдом, но собравшийся в вид шаманского тела облик не мог краснеть.

— Доброй ночи, Илья Муромский, — кланяюсь я. — Я рада, что вам стало лучше.

— Не вреди себе, дева, раньше своего времени! Я благодарен тебе за помощь. Жаль иконы. К ним так тянулись прихожане. Обретали покой!

— Их ещё намолят, зато вы сможете вновь охранять это место!

— Страницы забрали. Теперь мне нечего охранять! — сокрушается дух. — Не к добру это всё!

— Илья Муромский, помогите нам найти страницы! — перехожу я к делу. — Расскажите, что вы видели.

— Не расскажу, — качает головой дух, протягивая к лицу ладонь, — я покажу!

Длань старца касается лба шаманского тела, и в голову перетекают вспышки с образами, собранные старцем. Четверо. Сильная энергия у трёх. Иные. Четвёртый не поддаётся оценке. Знают, как обходить все замки. Знают, где ломать, чтобы дух сразу стал беспомощным, словно дитя. Знают, куда рубить нельзя, чтобы не навредить страницам. Вынимают тайник. Знают даже как открыть хитрый запор на тайнике. Могут взять всё. Страниц несколько, но берут только одну.

Шаманское тело дёргается. Ему вторит физическое. Меня выворачивает из воспоминаний старца. Множество вопросов. Много непонятного.

— Илья Муромский, — шепчу я с тревогой, — пропало две страницы. Кто же взял вторую?

— Три года назад я открыл печать для нашего человека, — отвечает старец, — он обратился ко мне так же, как и ты. Убедил, что страницы следует разделить. Хранить подальше друг от друга. Или вблизи, но не в одном храме. Я принял его слова как истину и позволил забрать одну страницу. Она недалеко.

— Но где же?

— Недалеко, — пространно повторяет дух, начиная покрываться рябью, — не наш храм. Они молятся другому богу, но главное, чтобы страницы были сохранены подальше друг от друга!

— Ладушки, поняла! — киваю я, прикидывая, что немного храмов других религий можно найти в этом медвежьем углу.

Шаманское тело внезапно ощущается неприятно тяжёлым. Грань незаметно становится неприятно плотной, сдавливая и вынуждая вернуться в физическое тело.

«Сколько я перекачивала энергию?!» — вспыхивает паника. Небыстрый процесс мог затянуться почти на всю ночь.

— Запомни, юная дева, — предостерегает на прощание Илья Муромский, загоняемый утром обратно в усыпальницу, — страницы должны храниться подальше друг от друга! Не объединяйте их!

Последняя попытка кивнуть, однако шаманское тело силой влетает обратно в физическое. Тело, оставшись надолго «в одиночестве», отвечает мгновенным обмороком.

4. Пропавшая страница. ч.2

Горячая волна энергии бесцеремонно проползала под кожу, заставляя шевелиться. Чуждая, но приятная, она сворачивалась тёплым котёнком где-то под сердцем, заставляя его пульсировать быстрее и разгонять кровь по бесчувственному телу. Девушка медленно открыла глаза.

Над ней деловито колдовал Лао, перемещая свои руки по худенькому телу. От возмущения шаманка попыталась подскочить на месте, но тяжёлая хватка водителя Лёхи пригвоздила обратно к постели.

«Постель?» — удивилась Чарли, вспоминая, что потеряла сознание около усыпальницы.

— С добрым утром, шаманка! — дружелюбно поприветствовал её Марк, сидящий за своим ноутбуком, словно и не ложился.

Впрочем, мистик выглядел не в пример бодрым и отдохнувшим. Как и все агенты, кроме Чарли, чувствующей что голова вот-вот лопнет от любого шума. Со стороны колокольни послышался громкий звон, заставивший девушку поморщиться и со стоном попытаться заползти под подушку. Однако Лёха и не думал её отпускать.

— Держи крепче! — скомандовал Лао и бормоча неизвестные ей напевы, начал массировать шаманке виски.

От его движений тело начало выгибаться от ощущения сотен иголок, расползающихся по капиллярам. Мозг отчаянно сопротивлялся беспардонному насилию. Однако в крепком захвате она могла только дёргать ногами и возмущённо думать нехорошие слова в сторону водителя и агента. Подавать какие-либо звуки Чарли не решилась. От звуков голову разрывало.

Внезапно экзекуция прекратилась. Лёха продолжал держать Чарли, а Лао творить что-то с её висками, но все неприятные ощущения ушли. По телу начало разливаться спокойствие и умиротворение. Глаза против воли закрылись. Девушка прекратила сопротивление и обмякла.

— Воу! Лао, не перестарайся! — вклинился в наступающий сон голос Марка. — А то она так до выходных проспит!

— Хм, прошу прощения, — кивнул тот и начал трясти девушку. — Вставай, боец, война началась!

— Что?! — распахнулись осоловелые зелёные глаза.

— Ну, привет и здравствуй! — отозвался Лао с улыбкой. — Пост, считай, сдала!

— Что происходит? — непонимающе уставилась на троицу Чарли, свободно сев на кровати, когда её перестали удерживать.

— Мы перенесли твою бессознательную тушку из холодного храма в тёплую комнату, а наш полевой мануальный терапевт ставил тебя на ноги, — буднично отрапортовал водитель. — Кстати, очень вовремя, в храме сейчас как раз время завтрака!

«Потрясающе!» — со скепсисом завертелись мысли.

Однако мнения Чарли никто не собирался спрашивать. Три бодрых агента без труда потащили её в избу-столовую. Завтрак в монастыре проходил весьма оживленно. Над столами летали отзвуки переговоров о планах на день, на неделю, о занятиях семинарии и о делах насущных. Лао с Марком старательно «выбивали» для шаманки кашу с дополнительной порцией сливок и сахара, заставляя её сквозь сопротивление уплетать сразу две порции.

— Кушай-кушай! Ты нам крепкая нужна! — авторитетно заявил Лао. — Солнце только в небо вышло, а значит надо готовиться к труду и обороне.

— И разобраться, что там со страницей, — хмыкнул Марк, — в храме утверждают, что пропала одна, но по всем признакам – две!

— Я щнаю пощему! — отозвалась Чарли, на ходу вспоминая ночную беседу, до этого момента покоящуюся где-то на задворках памяти.

— Прожуй сначала! — скомандовал Лёха, — Они подождут!

Чарли стремительно набила рот рисовой кашей, чтобы расправиться со второй порцией поскорее и, пока справлялась с куском, который оказалось непросто проглотить, с любопытством оглядела присутствующих. Три пары глаз ждали её ответа. Слово девушки что-то решало, а ночные похождения вызвали беспокойство с последующими врачебными действиями. Это настолько отличалось от реакции родителей, что она была готова прослезиться.

— Я перегнала энергию намоленных икон в Илью Муромского, — начала она сразу с самого главного, — когда усыпальницу восстановят, ему станет совсем хорошо. Он сказал, что три года назад появился путник… Марк?

— Отец Кирилл передал фотографии, пока тебя приводили в порядок, — кивнул мистик. — Это один из наших старых сотрудников. С ним всё чисто.

— Этот путник убедил Муромского, что страницы нужно разделять и забрал одну, чтобы передать в ближайший храм, цитирую: «Не наш храм. Они молятся другому богу». Страница там, в тайнике, — подытожила Чарли.

— То, что Муромского вытащила, молодец! — одобрительно похлопал девушку по плечу Лао, вызвав робкую улыбку. — Здесь хранить страницы опасно. Поступим по регламенту. А сейчас нам надо найти тот храм «другого бога» и убедиться, что страница там в целости и сохранности.

Внезапно смартфоны агентов начали издавать странное шипение, наподобие белого шума. Агенты заметно напряглись и поспешно покинули избу-столовую, оставив Чарли допивать чай. Девушка, залпом прикончив напиток, помчалась за ними. Её смартфон тихо-смирно покоился в кармане, отключенный от связи ещё с момента побега от родителей.

— Раз-два… как слышно? — сквозь помехи, напоминающие о временах, когда радиоприемники настраивались вручную, начал говорить кто-то голосом бывалого ведущего радиопередачи, — Итак, с вами радио на Грани Хаоса, и я, всеми любимый, Миртил Вейс по прозвищу Весемир!

«Что?!» — одними губами произнесла Чарли, поглядывая на агентов.

Те, впрочем, совершенно не удивились внезапной переквалификации своих смартфонов в радиостанции.

— Да-да, это я, дамы и господа, — продолжил вещать со всех смартфонов некто по имени Весемир. — Осветим последние события, о которых мне поведали духи. У нас в агентстве новенькая, практикующая шаманизм! Гм, надо будет ее встретить, кстати, Настюш, заключи с ней официальный контракт, а то так и будет ходить без зарплаты!

«Ого, ничего себе новости разносятся!»

— Вторая наша новость, — голосом заговорщика пропел ведущий, — наша новенькая и ее бойфренд Лао наткнулись на агрессивную девочку Раю. Да-да, мелкий и капризный призрак-попутчик! Что же, ребята, удачи вам ее в колыбельку уложить!

— Кто мой?! — возмутилась Чарли, зажав гневный комментарий о том, что еще неизвестно, как закончилась история с призраком, поскольку победы как таковой не было.

— Следующая новость, — переключился на более формальный тон Весемир, — упыри с волколаками, по последним сообщениям, заключили союз. Как мы все знаем, этот союз, собственно наряду с остальными, будет длиться буквально три дня. И самое главное сообщение — лидеры всех групп должны быть на связи завтра в полдень по Москве. Наши замечательные Виктор и Анастасия предоставят нам всем очередные плохие новости. На том всё. Желаю всем жить на Грани, а не за ней! Вами любимый, Весемир!

После прощальных слов диктора смартфоны снова зашипели и через пару секунд полностью затихли.

— Это было странно! — пробормотала Чарли.

Тем временем Марк успел отойти в сторону и, игнорируя всю клоунаду Весемира, что-то старательно выискивал в своём аппарате. Брови сыщика заметно нахмурились, когда трансляция завершилась. Явно нервничая, он достал из кармана салфетку для очков и начал усиленно протирать кристально чистые линзы.

— Самый ближний храм «другого бога» — это Мечеть имама Исмаила. И полчаса назад поступила информация об атаке на этот храм, — нервно произнёс он ледяным голосом, — Все, кто был в храме, сейчас в заложниках.

— Тогда едем туда! — выпалил Лёха.

— А Чарли?

— Если там не разберутся до нашего появления, никого не пустят за оцепление, — пожал плечами Лао, — мы внутрь не будем соваться.

— Принято, по коням! — кивнул Марк.

«Стоп! Мы куда собираемся ехать?» — запоздало пришло осознание, когда Лёха вжал педаль газа в пол.

— Лао? — пискнула она, когда автомобиль разогнался на трассе до предельно допустимых скоростей.

— Всё будет пучком, — беззаботно отозвался он, на всякий случай пристёгивая сначала шаманку, а потом и себя, ремнями безопасности. — Главное, будь рядом со мной или с Лёхой!

— Понял-принял! — кивнула девушка.

Через полтора часа скоростной езды, автомобиль пересёк границу небольшого городка, мелькнувшее перед глазами названием «Татарск», когда они промчались мимо указателя. Спустя ещё двадцать минут агентам открылся вид разрушенной мечети. Если в православном храме пострадала только гробница Муромского, то мусульманский храм не пощадили вовсе. От былой красоты остались две с половиной стены, да и те едва держались. На месте разрушений уже дежурили скорая помощь и МЧС.

Из-под завалов с переменным успехом вытаскивали тела людей. Башенки мечети оказались, будто детский конструктор, разбросаны по территории. Одна, проломив центральную конструкцию, зловеще нависала над обломками. Казалось, будто какое-то громадное чудовище пришло сюда и телом пробило все конструкции, какие увидело и сбежало, частично снеся забор. Вокруг царили паника и хаос. Пыль еще не успела осесть, а значит, самое страшное произошло совсем недавно. Агенты лишь немного опоздали.

Лао, выскочив из машины, замер на месте с остекленевшим взглядом, направленным в пространство. Марк и Лёха последовали его примеру. Чарли настороженно выглянула следом, но покидать автомобиль не торопилась. Виновники разрешения не могли далеко уйти.

— Всем, — выдохнул Марк, голос которого набирал силу командирского тона: — БЫСТРО. ИСКАТЬ. СЛЕДЫ.

— А чего их искать? — хмыкнул Лёха, — Видишь дыры в заборе, явно кто-то вышел.

Мечеть Имама обреталась на территории, некогда огороженной кованым забором, отечественного производства. Вдоль него успела собраться толпа зевак, пара нарядов пожарных и полиции. Три кареты скорой помощи, полностью загруженные, отъезжали с сиренами.

В заборе действительно имелись большие дыры, явно не естественного происхождения, загнутые в ромашку, либо разогнутые в сторону. Восстановлению храм не подлежал. Мечеть разрушена практически полностью, а в некоторых местах еще и взорвана. Не восстановить, только строить заново.

Пожарные с полисменами рассредоточились на территории в поисках, оставшихся в живых или не обнаруженных еще тел. Среди них затесались три кинолога и саперное подразделение, заканчивающее работу. Лёха выверенной походкой направился к ним. Марк и Лао не стали его останавливать, а Чарли оставалось только ещё больше удивляться тому, как водитель сначала здоровается по-военному с сапёрами, а затем спокойно на равных начинает с ними общаться.

Сыщик, оглядев намётанным взглядом ближайшие столбы, направился в ближайшее здание. Лао, оценив обстановку, отправился помогать вынимать раненых из завалов. Талант телепортации ему в этом только помогал. Чарли, медленно выскользнула с пассажирского сидения и неспешно двинулась в сторону обломков. Спустя считанные минуты мимо на всех парах промчались Лёха и Марк.

Не обращая внимания на Лао и Чарли, они быстро запрыгнули в автомобиль и с визгом шин рванули с места. Шаманка проводила их невнимательным взглядом, полностью переключившись на обломки.

Переход во внетелесный мир не требовался, чтобы ощутить гул от множества голосов. Оглушающий хор плача, стонов и мольб о помощи. Чарли никогда не была на месте массовых аварий, и такая какофония шокировала. В затихающем резонансе энергии мечети ощущались оставшиеся на территории храма духи. Еще несколько девушка отчётливо ощущала у карет скорой помощи. Не спасли. Как минимум трое обнаружились у пожарной машины. С десяток продолжали передвигаться среди обломков, не слишком понимая, что уже мертвы.

«Скоро полдень, — недовольно покосилась на часы Чарли, — слишком толстая Грань. Не пробьюсь!»

Неловкие шаги к обломкам привели девушку к тому месту, где был самый центр мечети. В этом месте гул ощущался громче всего. Растерянно стоя на месте, Чарли ощущала, как к ней движется энергия. Такая же тёплая, как исходящая от усыпальницы Муромского, но с вкраплениями чего-то сердитого.

«Думай, думай, Чарли! — повторяла девушка, — Ты можешь что-то сделать, но что?»

Нечто сердитое подобралось слишком близко к ней. Перед глазами на секунду мелькнул образ старичка в восточных одеждах. Вооруженный. Однако угрозы не ощущалось. Поравнявшись с шаманкой, дух на мгновение материализовался до зримого облика и коснулся ладонью лба девушки.

«Чего?! Почти полдень!» — не успела удивиться Чарли, как в голову начали вливаться образы.

Люди. Много людей. Мощная энергия Иных. Кем бы они ни были, это самые сильные представители своего вида. А с ними кто-то мелкий. Но за спиной мелкого тёмного существа стоял демон. Паника. Беспомощность. Крики. Тщательно спланированный ритуал. Не просто взрыв. Совмещение «приятного с полезным». Пока заложники внутри, никто не войдёт в храм. Для взлома тайника Исмаила требовался очень сильный взрыв. Тайник спрятан под крепкими каменными плитами. Люди в любом случае погибнут. Некто мелкий пометил всех гостей храма в качестве жертв своему демону.

Ушедшие во взрыве жизни стали кормушкой, насытив последнего.

Сам Исмаил едва не был съеден голодной сущностью. Грянул взрыв. Страница не пострадала. Демон получил богатое подношение. Побег не был спонтанным. Они точно знали куда бежать. Демон вёл их вперёд и путал следы любому преследователю. На месте взрыва зияла брешь. Брешь в Грани. Затягивающаяся, но напитывающая силой Древней магии всех находящихся рядом. Когда нападавшие ушли, дух-хранитель восстановился полностью, благодаря повреждению в Грани.

«Никто ничего не найдёт!» — приходит понимание.

Имам Исмаил убирает ладонь, и только в этот момент до меня доходит, что среди обломков стоит уже шаманское тело. Вокруг собралось около двух десятков несчастных неупокоенных. Погибшие не во взрыве, но после него в обломках, они не достались демону, однако полустёртая метка жертвы не позволила уйти дальше. От пережитого не все понимают, что мертвы и пытаются общаться с живыми. Кого-то успокаивал Исмаил, но этого было недостаточно.

«Работай, шаманка!» — приказываю я себе.

Шаманское тело садится в удобную позу по-турецки. Смертные привычки. Бессмысленные, но помогают сосредоточиться. Брешь в Грани стремительно затягивается, но бьющего из неё гейзера энергии вполне хватит на задуманное. Главное, не тратить лишнее время. Сосредоточилась. Действую. Предельная концентрация. Никаких лишних мыслей. Только приказы. Плотное тело расплывается волнами энергии, теряет очертания, превращаясь в подобие демона, выходца из-за Грани. Мысли, желания, стремления обретают вкус, цвет, собственную плотность, превратившись в отдельные сгустки космической туманности, сияя своим уникальным переливом.

Каждая из туманностей тянется, стремится и активно плывёт вперед в поисках несчастной раненой души. Найти. Успокоить. Согреть. Отходя от центра паутиной импульсов, она охватывает всех. Никто не остаётся обездоленным. Постепенно души прекращают метаться. Подобие человеческой сонливости сковывает их. Движения становятся медлительными. Податливыми. Покорными приказам.

Ощущая себя большой паучихой со множеством светлячков в каждой лапке, я старательно начинаю тянуть их всех дальше. Вперед от мира живых, где им больше нет места. Туда, где их ждёт продолжение пути. Такое же, иное или немыслимое, оно ожидает каждого из них. Нельзя заставлять судьбу ждать. Сонным медлительным шагом они двигаются, подчиняясь воле шаманки-паучихи. Вперед, всё дальше и дальше туда, где больше нет боли…

Пробуждение сбивало с толку. Слишком странно. Впервые в неправильное время. Впервые столько силы. Чрезмерная мощь почти пьянила. Чарли уже уводила в последний путь неупокоенные души, но лишь одного за раз, и давалось ей это с большим трудом, словно она несла на своих хрупких руках и тело и душу «клиента». В этот раз в теле ощущалась пьянящая лёгкость. Казалось, она способна ещё и город собрать в одну охапку и унести куда требуется.

— …а спустя четыре квартала мы потеряли след! — услышала она гневные голоса.

— Чёрт, как сквозь землю провалились! — угрюмо подытожил водитель.

— Как пить дать, среди них был чернокнижник! Так заметать следы может только демон! — уже тише проговорил мистик, — даже камеры…

Чарли пошевелилась. Тело оказалось бережно завёрнутым в плед и лежащим на заднем сидении автомобиля, у которого вели громкую беседу агенты. Синяков, ссадин и ушибов не ощущалось. Девушка подозревала, что вездесущий Лао вытаскивал из завалов не только жертв, но и её успел умыкнуть, заметив очередной «обморок».

— Нам без ведьмы или чернокнижника на след не встать!

— Так что по камерам на улицах? — деловито поинтересовался Лао.

— Только от мечети, — отозвался Марк. — Смотрел по трём камерам. За поворотом исчезают.

— Они провели ритуал жертвоприношения! — простонала Чарли, поднимаясь на ноги.

Плотно перетянутая пледом, она казалась самой себе ленивой гусеницей, частично превращенной в куколку. Разговоры затихли. Дверь распахнулась на всю ширину. Сильные руки водителя, вынули Чарли из машины, словно она была невесомой игрушкой, и поставили на ноги. Три пары глаз с интересом уставились на неё, ожидая продолжения.

— Несколько мощных Иных, с ними чернокнижник, — начала свой рапорт девушка, — перед взрывом он сделал всё необходимое, чтобы жертвы взрыва пошли на корм его демону. Такой плотный обед прорвал в том месте Грань. Демон обожрался и скрыл все следы. Страница у них. На этом всё.

— Ну, не скромничай, — похлопал её по плечу Лао. — Наша новоявленная шаманка не испугалась упокоить всех духов здесь. В один заход, между прочим!

— А так бывает?! — охнул мистик.

— Ну ты монстр! — усмехнулся Лёха. — Тут даже Весемир мог пупок надорвать!

От всеобщей похвалы, пусть и рядом с руинами храма, девушка неловко улыбнулась. Работа действительно выполнена титаническая, но принятия и, тем более, признания, за неё она совсем не ожидала. Люди не понимают и не поймут. Медвежьи объятия Лёхи заставили пискнуть, одобрение в глазах Марка заставило щеки порозоветь, а от слов Лао и вовсе из горла рвалось глупое хихиканье. В этой безумной свистопляске она все сделала правильно. И её похвалили.

«Блин! Как приятно-то!»

— Если имеет место обожравшийся демон, то все наши чернокнижники их след не найдут! — удрученно покачал головой сыщик.

— Значит, мы проиграли? — поникла шаманка.

— Война не окончена. Один бой ещё ничего не определяет, — авторитетно заявил Лёха.

Раздался писк смартфонов агентов.

— Это от Бори, — сообщил он, проверяя смартфон, — Пишет, что приглашает нас в бар «Три ирландца». У него есть информация, заодно и отдохнем.

— Но разве мы не на работе? Как же погоня?

— Так вечер уже. Шесть часов, конец рабочего дня! — пожал плечами Лао.

«Сколько?! Я определенно теряю связь со временем при переходе в демоническую форму!» — ужаснулась Чарли.

— Ну что, в бар?

— Да куда угодно, — отозвалась она, — главное, чтобы там кормили!

— Наш человек!

Где-то на половине пути к бару внезапно ожил смартфон водителя и после нескольких секунд белого шума, заговорил уже знакомым голосом:

— Доброго всем вечера! И снова с вами я, ваш всеми любимый, Весемир! Итак, подводим итоги дня, — в этом голосе было столько неуместного позитива, что хотелось встретиться с его обладателем и как следует стукнуть. — Сегодня была разрушена мечеть какого-то там Мухаммеда. Неприятный тип, я вам скажу, но когда выпьет, становится вполне съедобным! Говорят, что там некий чудик с громилами поработал, есть жертвы. Наша юная шаманка, о которой я говорил с утра, умудрилась увести всех духов! Хорошая работа, девочка, жму тебе руку!

— Лучше бы не трепал языком, а работал, как все! — фыркнул Лёха, остановившись на светофоре.

— Сегодня ночью, — продолжал не унывающий диктор-шаман, — намечается вечеринка у ведьмочек. Кто хочет хорошо отдохнуть, не выбирайте хуторок или поляну, где веселятся наши прелестницы, а не то…

На этом моменте Лёха, заглушил диктора, зажав смартфон рукой, со словами «маленькая еще такое слушать».

Чарли скептически покосилась на него. Для столкновения со смертью и ответственностью за усопших она в глазах агента была вполне взрослой.

— …вам обеспечена! И последняя новость, упрыри и волколаки снова начали войну из-за пироженки! С вами был всеми любимый Весемир. Девочка, я с тобой!

— Человеку явно нечем заняться! — фыркнула шаманка, откидываясь на спинку кресла автомобиля.

Первый день работы вместе с агентами из ГХ подошел к концу. С удивлением Чарли поймала себя на том, что вполне вписывалась в работу странной организации. Казалось, несмотря на все ужасы, она ровно там, где должна быть. Последние сомнения отметал Лао Шин, которого она без сомнений узнала в своём видении, пришедшим в момент вознесения. Жаль, что эти видения нельзя назвать добрыми.

✠✠✠

— Мне нет никакого дела до дядек из Москвы, которые тебе звонили по поводу Чарли! — фыркнула Вика, бросая короткие взгляды в сторону закрытой спальни младшей сестры. — Ты точно уверена, что она жива-здорова?

Мать буркнула что-то неразборчивое о беглянке, отключившей все каналы связи. Вика для верности лично убедилась, что звонки сталкиваются со стеной отключенного смартфона и со смесью тревоги и восторга поминала Чарли острыми шпильками.

«Сбежала всё-таки из дома, зараза такая. Типичное Анькино воспитание!» — покачала она головой, но всё же улыбнулась.

Но волнение никогда не ушло. Родители не переживали о маленькой тщедушной девчонке, сбежавшей среди ночи в неизвестность. За них психовала и беспокоилась до самого рассвета следующего дня Вика. Злилась, боялась, но прекрасно понимала, что на месте побегушницы тоже отключила бы и смартфон и все возможности родителей найти её и снова забрать… домой ли? Или сразу увезут туда? Об этом не хотелось думать. На правах старшей хотелось вернуть домой и защищать, а на правах сестры пожелать удачи и больше не видеть её в опостылевшем доме.

А затем поступил он — звонок от крайне убедительного дядьки из Москвы. Как он очаровал родителей за две минуты — тайна за семью печатями. Вика работала в момент их телефонного разговора. Но по окончанию родители заявили, что младшая теперь будет учиться и проживать в Москве по какой-то мудреной федеральной программе. Что за программа и как Чарли сумела стать её частью, они, разумеется, не ответили. Да и какая разница, если девочка «пристроена»!

От бессильной злобы хотелось скрипеть зубами. Как можно настолько плевать на собственного ребёнка?! Оставалось только терпеливо ждать, пока Чарли не включит свой смартфон и не сообщит старшей, что с ней всё в порядке и беспокоиться не нужно.

«Я знаю, мы не так давно встречаемся, — пришло текстовое сообщение от парня. Вика улыбнулась, понимая, что последует, но поймала себя на заинтересованности в этом храбром предложении. — Давай съедемся и попробуем пожить вместе?»

Интересная формулировка предложения перебраться к нему. Знакомы с первого курса института, а встречаться начали только пару месяцев назад, но… Вика обвела взглядом запертые двери дома. Спальня родителей, среднего брата, близнецов и пустая комната Чарли. Кто же знал, что вслед за старшей сестрой дом покинет не самостоятельная Вика, а вечное дитя по имени Чарли.

«На выходных я соберу вещи и перееду. Не против?» — отправила она, зная, что он будет всеми руками «за».

Входная дверь содрогнулась от решительного стука кого-то, кто сумел проигнорировать звонок в домофон участка, дверной замок, не говоря о способности преодолевать закрытые ворота. И кто притащился на ночь глядя?

«Только бы не Чарли!» — подумала Вика, надеясь, что младшая всё-таки строит лучшую жизнь в Москве.

Но на пороге оказалась светловолосая девочка. С виду около тринадцати лет.

«Хотя кто их знает, нынешних детей? Чарли в свои двадцать сойдёт ей за ровесницу, а некоторые школьницы в свои четырнадцать будут казаться родителями!»

Незнакомка выглядела немного потрёпанной, будто по лесу слонялась часами. Даже рюкзак в виде кролика в капюшоне был изрядно побит жизнью. При виде удивлённых взрослых, вежливо вопрошающих, всё ли с ней в порядке, девочка странно улыбнулась. Как-то очень уж неприятно, на вкус Вики.

— Я ищу Чарли, — спокойно ответила она, — хочу вернуть кое-что.

«Не помню я у Чарли таких одноклассниц или одногруппниц… о чём это я?! Сестрёнка вообще ни с кем не общается! Или общается?»

— Меня зовут Рая, — тем временем сообщила девочка…

5. Дело о мстительной попутчице ч.1

После ужина в баре, Лао, Марк и Лёха повели Чарли к ближайшей железнодорожной станции. Девушка не слишком протестовала, когда вместо полутора суток в автомобиле она провела ровно столько же в комфортном купе. В машине не подавали еду из вагона-ресторана, не предоставляли душ и хорошую постель, а также не было возможности на некоторое время отрешиться от всего происходящего, чтобы в буйной голове наконец сложились все полученные знания и невероятный опыт.

Примерно в обед и началось знакомство Чарли с московским офисом агентства.

— Официально офис агентства находится в другом месте, но там располагаются исключительно бумагомаратели. Туда идут копии отчётов, приказов, регламентов и вся бухгалтерия, — говорила Анастасия, пока вела Чарли по длинным коридорам, удивительно уютным. — Но по факту мы тут, в здании, зарегистрированном как отель. Это удобно. Никого не удивляют люди с рюкзаками и чемоданами, входящие и выходящие в любое время дня и ночи.

Никакого пафоса, мрамора и позолоты. Яркие и не очень цвета. Цветочные картины. Атмосфера располагала к приятному времяпрепровождению.

— У нас несколько уровней подземных этажей, — продолжила ведьма, — на самом нижнем, третьем, находятся капище, архив и ритуальный зал для чернокнижников. Залы хорошо разделены. Стены не пропускают звук. Никто никого не беспокоит. От демонов на капище и в архиве защитные амулеты, они не сунутся без приглашения. Второй уровень предназначен для практических занятий. Стрельбище, несколько спортивных залов и три зала йоги. Очень советую их посетить. Шаманские силы безусловно полезны, но в здоровом теле — здоровый дух. Первый уровень. Здесь есть несколько потайных выходов для срочной эвакуации. Снаружи в них не войти, а изнутри отступление проходит максимально безопасно для сотрудников. Также там хранилище вещдоков. Пока всё понятно?

«Вы так спокойно об этом говорите. Как?! Как это просто так возможно?! Просто капище для шаманов! Просто ритуальный зал! Просто ведьмы, просто чернокнижники и я просто… »

— Вроде понятно, — кивнула шаманка, загоняя неспокойные мысли поглубже, — а где ведьмы проводят свои ритуалы?

— На крыше оборудовано место. Нам требуются небо и звёзды, — Настя на мгновение улыбнулась уголком губ, — когда появилась Грань, природных ведьм не стало. Сами черпать силы мы не могли и уподобились чернокнижникам. Только у них связь с демонами прямая, а у нас через фамильяров. Но ритуалы проводить под землёй не можем.

Спустя несколько поворотов по коридорам, девушки поднялись по лестнице и оказались на кухне-столовой, окружённой закрытыми дверьми.

— Это жилое крыло, — пояснила Анастасия, — тут живут агенты во время своей службы. Крыло разделено на секции. В каждой секции одна кухня, если вы захотите готовить, шесть комнат, кладовка и прачечная. Душ и туалет отдельно у каждого. Парни и девушки могут быть заселены в одну секцию. Мы не снобы.

— Мне безразлично, парень или девушка. Я отношусь ко всем одинаково! — пожала плечами шаманка. — Главное, чтобы они не пытались меня убить…

Настя понимающе хмыкнула. На чистый обеденный стол легли бумаги.

— Четыре комнаты уже заняты, — пробормотала она, глядя в бумаги, — но их хозяева в данный момент отсутствуют. Комнаты абсолютно одинаковые и по мебели, и по размеру. Подписываешь контракт, и я выдаю тебе ключи. Пока ты работаешь на агентство, они только твои, как и комната. На задания выезжай, сколько хочешь, койка-место будет тебя ждать. Но если тебя переведут в другой офис ГХ, тогда ты получаешь комнату там, а здесь лишаешься.

Чарли послушно кивала, бегло читая бессрочный контракт. Опыта в подобных деловых отношениях у неё не было. Контракт выглядел вполне стандартно. Не обнаружив в нем ничего подозрительного, она быстро подписала в нужных местах.

— Оплата за проживание с тебя браться не будет, — тем временем говорила ведьма. — В здании есть практически всё, что может потребоваться. На первом этаже больничное крыло. Наши медики быстро ставят на ноги. Там же столовая, наши кабинеты и переговорная. Второй и третий этаж жилые. Рядом с нашим «отелем» достаточно магазинчиков на любой вкус. В Измайловском Кремле есть рынок, там может обнаружиться что-то интересное. Например, хорошие заготовки под амулеты. Но учти, что в период отпусков тут бывает людно. Карту тебе нарисовать, что-где находится? Здание коварное, тут даже я иногда теряюсь.

— Лучше нарисовать, — кивнула Чарли, даже мысленно потерявшись в этажах и коридорах.

— Так, про проживание сказала, про здание тоже… ах да, чуть не забыла! Если хочешь получить корочки специалиста ГХ, то нужно будет сдать экзамены, — расчерчивая лист бумаги, продолжила ведьма, — но этот вопрос будет решаться только после года работы. По институту мы предоставляем два варианта: либо заочная форма обучения в родном городе, либо подыскать удобный вариант в Москве. Вот, держи. Погуляй сегодня подольше, и скоро она тебе не понадобится! Ещё вопросы?

— Никаких.

Анастасия попрощалась и ушла к себе, оставив на столе карту здания и ключи. Кухня, на первый взгляд пустая, хранила в шкафчиках запас различных видов чая и достаточное количество различных сладостей. Этих сокровищ хватило бы на большую компанию.

«Должно быть удобно собираться всей толпой и проводить мозговой штурм вечерком за чаем!» — улыбнулась шаманка, внимательно разглядывая карту.

Как только Анастасия забрала её на оформление документов, страховки и прочей бумажной мешанины, парни ретировались. Каждый в свою сторону. Не теряя времени даром, Чарли отправилась рассматривать свое новое жилище.

Комната явно намекала на своё гостиничное прошлое. Простая, но просторная. Никаких излишеств, но всё необходимое уместилось. Кровать, шкаф под одежду, стеллаж под личные предметы и компьютерный стол. Завершало идиллию наличие кондиционера, к которому кто-то заботливо приклеил стикер с надписью: «Следи за своим кондиционером. Некоторые личности с отверткой могут стащить его и продать!»

— Внезапно! — хмыкнула Чарли, но послание оставила на месте. — Она говорила про капище!

К несчастью для шаманки, карты Настя рисовала такие, что Иван Сусанин одобрил бы и продавал полякам. До капища уставшая девушка добралась только к вечеру. Зато начала ориентироваться без подсказок. Облазив агентство вдоль и поперек, она успела поздороваться с неисчислимым количеством людей, сунула нос в каждый странный и непонятный кабинет, повторно поздоровалась с Анастасией, заглядывала в спортивный зал к Лао раза три, посетила столовую, подкрепилась, собралась с силами и снова побрела незнакомыми коридорами. Часы показывали без пяти «спокойной ночи, малыши», когда она зашла в тихое местечко с приглушённым освещением, напоминающее чем-то миниатюрный Стоунхендж, только различных камней и каменных столбов было побольше.

Побродив по капищу, Чарли приметила ответвление в комнаты, полностью состоящие из природного камня, похожие на иглу. В этих комнатах царила атмосфера абсолютного, даже запредельного, покоя. Идеальное место для медитаций и камлания. Оценив красоту шаманского великолепия, Чарли отправилась в зал Дракона, где днём заприметила Лао Шина.

В зале Дракона, предназначенном для различных единоборств, в поздний час остался только Лао, хотя днём шаманка замечала и других агентов. Чарли зашла как раз, чтобы во все глаза понаблюдать за ним. Раздетый по пояс, он фанатично крушил сбитыми в кровь кулаками макиваруМакива́ра — тренажёр для отработки ударов, представляющий собой связку из соломы, прикреплённую к упругой доске, вкопанной в землю. Применяется в контактных единоборствах и стрельбе из лука..

— Ли, Шень, Яо, Цень, — услышала она, подобравшись поближе.

На каждый удар приходилось одно слово. На полу грудой валялись два сломанных снаряда, на каждом проглядывался характерный отпечаток кулака. Даже малочувствительная шаманка намотала на ус, что совершается что-то болезненно личное.

— Цинь! — на последнем ударе очередной тренажёр с треском разломился.

Ситуация выглядела несколько личной, но стоило ей подумать о том, чтобы тихонько уйти, как Лао повернулся к ней. При виде своей подопечной его лицо сменило напряжённо-депрессивное выражение на дружелюбное.

— О, Чарли, привет! — улыбнулся он. — Давно ты тут?

— Только пришла, — осторожно улыбнулась Чарли в ответ, подошла поближе к поломанному инвентарю и как бы невзначай поинтересовалась: — Имена или непечатные словечки?

— Имена, — вздохнул он, подходя к большому кувшину в углу.

Девушка терпеливо подождала, пока он умоется и продолжит.

— Имена моих братьев.

— Большая была семья. Хотя ты всё-таки на лицо больше Степан, чем Лао Шин. Твои братья тоже были славянской наружности? — брякнула Чарли и сама устыдилась своих слов.

Задушевные беседы её нервировали. Чувствительность к человеческому у девушки пропала с инициацией. После вознесения она оставалась ближе к демонам, чем к людям. Родители со своей стороны только подтолкнули её дальше. Разговаривать с людьми она не умела и не пыталась учиться. А талант рассказывать плохие вещи мягко, чтобы плавно подготовить собеседника, отсутствовал напрочь. Психологом девушка себя не считала и в любых беседах только сидела и слушала. Да и рассказывать что-то о себе не торопилась. Обычно люди такое не могли понять или принять, до недавней встречи с «агентом-47».

— Они мне братья не по крови, — пояснил Степан, — а по духу. Мы с ними с пяти лет были в одном храме, пока…

Сжав до хруста кулаки, он в два шага оказался у последней уцелевшей макивары и ударом ноги расколол её надвое.

«Значит, Лао-Стёпа — монах? Следовало догадаться по его лысой голове и абсолютному равнодушию к холоду, да и имечко должно было навевать нужные мысли… монах, надо же! — покачала головой шаманка, вспоминая фокусы наставника. — Круто он с энергиями играется. Неужели все так могут?»

Под хруст разлетающегося в две стороны тренажера, он тяжело вздохнул и сел на пол.

— Они умерли, да? — попыталась Чарли спросить как можно мягче.

Минуты две он испытующе глядел на подопечную, будто пытался высмотреть что-то, что могло бы убедить продолжить разговор.

— Мы всего лишь хотели постичь Дао и Ушу. Жили мирно. Никому не мешали, — невесело усмехнулся он, — будто это хоть когда-то помогало… Однажды на нас напали чернокнижники, подвластные имИные и полчища голодных демонов. Сопротивление шло около двух суток. Когда стало ясно, что нам не уцелеть, решили отступать. Учитель Вень сказал, что останется и задержит их. От сорока монахов нас оставалось меньше половины. Когда мы уходили, оказалось, что учитель не смог задержать всех.

Чарли нервно ёрзала, с тревогой поглядывая на наставника. При оформлении контракта, Анастасия жирно подчеркнула, что до сдачи всех нормативов и получения корочки полноценного агента Лао будет закреплён за ней постоянно, а значит и отношения будут соответствующие. Доверие своему наставнику должно быть беспрекословным. Но и наставник обязан оставаться открытым перед подопечной. Без этого оба погибнут на ближайшем задании.

— Нас настигли братья, тела которых захватили демоны. Вот тогда стало страшно. Враг в теле брата. Что мне оставалось делать? Как защищать братьев? Я делал всё необходимое, но этого оказалось недостаточно. Мир окутала в очередной раз темнота. Тело упало без сил. Из-за присутствия демонов я оказался у самой Грани. Смог её прочувствовать, как никто. Но по ту сторону был кто-то. И не один. Они знали меня. «Тебе здесь не место, Лао» сказали они и вытолкнули меня чистой Ци обратно в тело. Но когда я пришёл в себя, живых на километры вокруг уже не было. Это была очень долгая дорога… Здесь я себе нервы успокаиваю, когда кто-то умирает, — подытожил он, — вот такая история.

«Не люблю я это. Не люблю! Не люблю!» — сопротивлялось всё внутри, но девушка держалась.

— Мне очень жаль, — насколько могла, искренне произнесла Чарли, понимая, что события в мечети не прошли для монаха незамеченными.

— Мне тоже, — угрюмо кивнул Лао, останавливая очередной спортивный снаряд.

Немного подумав, Чарли схватила ещё одну макивару, остановила по примеру монаха и неловко стукнула маленьким кулачком. Летящий в сторону снаряда кулак монаха остановился на полпути.

— Ты что делаешь? — удивился он.

— Раз ты тут кулаками машешь, то поставь мне удар, наставник! — неловко улыбнулась шаманка. — В здоровом теле здоровый дух?

Неуклюжая попытка отвлечь на себя монаха неожиданно сработала. Он действительно будто очнулся, окинул трезвым взглядом сначала зал, а потом и девушку.

— Ну-ну, — критически осмотрел «материал» перед собой Лао, — тут много чего нужно ставить. Переодевайся в спортивную форму, подопечная, и пойдём сначала к боксерским манекенам. Рано тебе по деревяшкам бить!

Через пару часов, взмокшая, как вылезший из лужи гусь, Чарли нервно сползала по стеночке в сторону выхода. Выносливости у щуплого тела почти не оказалось. Базовая тренировка едва не вытряхнула дух шамана наружу из бренных косточек. Монах, полностью переключившись из самобичевания на полудохлое тельце подопечной, даже нашёл в себе силы по-доброму посмеяться над гордой, но слабенькой шаманкой.

— Ничего, с твоими данными, я из тебя УбивашкуУбивашка — маленькая супергероиня из серии комиксов «Пипец». сделаю годика через два! — пообещал он.

— Так точно, — вяло махнула рукой Чарли.

Попытку из последних сил покинуть зал Дракона прервал писк смартфона. Входящее сообщение. Заинтересовавшись, девушка прижалась спиной к стене и открыла сообщение. Неожиданное письмо пришло от Виктории. Сообщение состояло из фотографии и странного текста: «Интересная у тебя подруга, в Москве принято ходить друг к другу в гости по ночам, или это неизвестная новосибская традиция?». Текст завершался злой рожицей с ехидной улыбкой.

Пока фотография загружалась, Чарли пыталась вспомнить, с кем, по мнению сестры, она могла бы дружить. Ещё больше удивило отсутствие гневных сообщений. Особенно если учесть, что побег с родителями она так и не обговорила. По словам Анастасии, всё «разрулил» Виктор, прислав официальное письмо о зачислении в элитный институт-пансион. Два сухих голосовых сообщения от родителей с темой «мы тобой гордимся, дочь» не слишком приоткрывали тайну, как неизвестный Виктор решил все проблемы.

Фотография загрузилась, шаманка взглянула на неё, и её сердце на секунду замерло. Порог родительского дома. Рюкзак в виде кролика в капюшоне. Любимый свитер с оленем. В дом родителей явилась жаждущая мести попутчица.

✠✠✠

Под бешеный стук сердца Чарли непослушными пальцами набирала номер сестры. Вспыхнувший стихийный ужас требовал убедиться, что с родными ничего не произошло. Под тяжёлым взглядом Лао, заметившего ужас в глазах шаманки, она вздрагивала от каждого гудка.

— Чего тебе? — недовольно ответила Вика. — Я тут немного занята!

— Где ты видела эту девицу?

— Какую девицу? — непонимающе отозвалась старшая. — Да, школьница к тебе приходила, спрашивала, когда ты придешь. Свитер тебе отдать хочет.

— Не пускайте её в дом, ничего ей не давайте и вообще… стороной её обходите! — медленно проговорила Чарли, в надежде, что несерьёзная сестра отнесется к её словам чуть менее легкомысленно

— Странная у тебя подруга, — продолжала Виктория, не вслушиваясь в слова, — сказала, что отдаст только лично и засмеялась. У тебя там всё хорошо в твоём пансионате?

— У меня да, — стараясь унять дрожь, проговорила шаманка, мысленно ругая сестру за поверхностное мышление, — а у вас… не уверена.

— На каникулах домой приедешь? — между тем гнула она свою линию. — Родители переживают. Позвони им что ли… Ох, всё у меня свидание! Пока!

Звонок резко прервался. Зная нелюбовь старшей сестры ко звонкам во время устройства личной жизни, Чарли не сомневалась, что смартфон уже отключен. Увы, кроме Виктории младшую дочь никто не слушал. Звонить родителям или братьям стало бы бесполезной потерей времени.

«Я — здесь, они — там. С ними Рая…»

— Что случилось? — привлёк её внимание монах.

— Наша попутчица, — стараясь унять дрожь в голосе, медленно проговорила шаманка, — она объявилась в доме моих родителей. Меня ищет. Это считать проблемой?

Степан витиевато выругался. Рука монаха стремительно нырнула в карман. В белом свете ламп блеснул смартфон. Монах на мгновение замер и сразу начал набирать сообщение. В это время, задумчивый и немного сонный, в зал вошел Марк.

— Без паники, — обращаясь и к шаманке, и к непосвященному мистику, заявил Лао, — у меня есть предложение сегодня спокойно лечь спать, а завтра быстро заедем в одно место и пулей выручать семью.

«В этом бою я не одна?» — сдавленно выдохнула Чарли, благодарно глядя на монаха.

— А что случилось? — не понял сыщик.

— В день, когда я поехала в ГХ, мы встретили попутчицу, успели её разозлить, отжав всех её жертв, а теперь она явилась в дом к моим родителям.

— Это серьезно! — почесал затылок Марк. — Но все водители давно уже сопят в подушки, мы сможем отправиться только утром. А что сейчас мы можем сделать?

«А время у нас вообще есть?! Она уже знает, где они живут. Что ей мешает начать убивать их прямо сейчас? Подождите… он сказал «мы»?» — уставилась девушка на мистика в немом вопросе, но озвучить его побоялась.

Если реакция Лао несказанно порадовала, она всё же была ожидаемой. В лесу они были вместе. Он видел, что творила попутчица, а все неспасенные жизни совесть грузила на его плечи. Однако сыщик, который совершенно ничего не обязан делать в сложившейся ситуации, стал действительно сюрпризом!

— У нас есть её фотография. Можно поискать по различным базам, газетам или социальным сетям, чтобы узнать, кем была попутчица при жизни, а там и могилку найдем, — предложила Чарли. — Её надо упокоить, иначе мне придется родню хоронить, а это совсем не входит в мои планы на этот год!

— А если могилы нет? — почесал лысую голову монах.

— Если могилы нет, то надо тем более узнать, кто она и как пропала, а потом искать тело, — зевнул мистик. — Сбрасывай мне фотографию и начнём искать. Я напишу запрос в архив. Возможно, она по нашим делам проходила.

Чарли кивнула и через секунду разослала фотографию обоим агентам.

— Я буду искать по открытому доступу, авось что-то обнаружится, — предложила она.

— Беру на себя газеты и новости, особенно те, которые мы «подчищали», — кивнул Лао.

— Пошли тогда в библиотеку, там компьютеры подключены и к Интернету, и архивам агентства, — скомандовал Марк и уверенно повел агентов коридорами.

— Спасибо, — тихо произнесла шаманка, старательно подбирая выпрыгивающие из моего обеспокоенного мозга слова, — ты не был обязан…

— Забей! — махнул рукой он. — Это то, чем мы и должны заниматься! Есть дело — идем над ним работать, нет дела — ждем, когда появится. Так что, вперед, за дело!

Библиотека в поздний час уже пустовала. Свет горел только у самого входа, где вдоль стены стояли столы с компьютерами, большая часть библиотеки уходила в темноту, дразня воображение своим бескрайним простором литературы, лишь едва показывая выступающие силуэты стеллажей с книгами.

Марк начал свои поиски через архивные данные. Чарли начала поиски по объявлениям с заголовками «пропал ребенок», «сбежал подросток», «вы не видели эту девочку?», «трагический случай с девушкой» и иже с ними. Лао шуршал со своим доступом в новостном портале. Шло время. Монах щедро угостил агентов кофе и вернулся к газетам. Чарли повсюду поджидали провалы. Дети сбегали, пропадали, с ними случались ужасные вещи, но Раи среди них не было. Поиск по фото не дал положительных результатов. Марк удручённо качал головой в ответ на немые вопросы Чарли.

Шустрый монах успел договориться о позднем ужине в столовой, пока носился за кофе.

— Идём в столовую, после ужина продолжим поиски. Я с утра ничего не ел! — подвёл итог мистик, когда шаманка в очередной раз удручённо выдохнула.

В столовой ожидали вкусно пахнущие котлетки с гречкой, салат, и по чашке кофе. Лао встретил их у самых дверей и, сияя утренним солнцем, повёл к столу с едой.

«А если провести спиритический сеанс, — думала девушка, заряжаясь бодростью от кофе, — её можно вызвать для разговора, не зная ни имени, ни её истории?»

— Ребят, — обратился к ним Лао, когда ужин был уже почти съеден, — оцените это!

Он торжественно водрузил на стол несколько газетных листов, на первом из которых была обведена маркером небольшая статья.

Статья, датируемая 2001 годом, сообщала о скандале, произошедшем тринадцатого октября. В поселке под Новосибирском молодой отец Мурай Ахшбетов похитил свою дочь, изувечил жену Надежду Варских и исчез в неизвестном направлении.

Бабушка, мать обвиняемого, не виделась ни с сыном, ни с внучкой с тех пор, как он уехал. Особой пикантности истории добавили мелкие газетенки, не раз поднимавшие шум, что в годовщину пропажи и следующие семь-десять дней на дороге в том районе по ночам происходит множество аварий. Под статьей находилась фотография семьи. Восточных кровей отец, рядом светловолосая мать, а между ними сама Рая, внешне похожая на маму.

— В то время у нас была вспышка нападения волколаков под Екатеринбургом, — пояснил монах, — все газеты тщательно чистились от любых тревожных новостей. Эту тоже «счистили» на всякий случай. Вот аварии с нашей Раей никто и не связал.

«Мне в тот год было около… меня ещё в проекте не было! Тогда понятно, почему нет никаких следов в социальных сетях и объявлениях! — размышляла Чарли, глядя на чёрно-белое лицо попутчицы.

— Думаю, этот Мурай и был тем бедолагой в машине с ножом в челюсти, — пробормотала она. — Есть идея провести спиритический сеанс и попробовать поговорить.

— Спиритический сеанс — это к ведьмам, — добавил Лао и обратился к Марку: — Узнай адрес Надежды Варских, думаю, мы её точно будем посещать.

— Обратиться к Насте?

— Она сейчас в делах, да и нужно как минимум две ведьмы, — покачал головой Лао. — Такие сеансы — вещь непредсказуемая, мирно поговорить не всегда получается. Все-таки она будет играть на своём поле.

— Ехать туда мы будем сутки с лишним! — напомнила Чарли. — За это время Рая полгорода сможет перерезать.

— Сомневаюсь, — покачал головой Лао, — у нее было много времени это сделать, значит, ей твоя семья не нужна. Ей нужны мы… или конкретно ты. Так что копим силы, спим, а утром поедем!

— Спасибо, — поблагодарила шаманка, — за то, что помогаешь…

— Забей! Я в стороне не мог остаться! — подмигнул монах и скрылся из виду своим фирменным телепортом.

— Ребята, если вы поели, то я закрываю кухню! — пронесся на кухне зычный женский голос.

— Да, мы уходим! — отозвался Марк, поднимаясь из-за стола. — Спасибо, тёть Маш.

Вернувшись в свою секцию, Чарли нашла на кухне нож, достаточно тонкий, чтобы им можно было работать с когтем волколака, полученного вместе с приглашением. Царапать защитные символы пришлось долго, чтобы рисунок был похожим, а царапины — ровными и глубокими. Сидящий на кровати дух-хранитель негромко давал подсказки. С его подачи Чарли постепенно создала свои четки, которыми могла поколачивать Иных. Увы, несмотря на все старания шаманки и все советы духа-хранителя, человек не мог навредить демоноподобному Иному или демону чуть более серьёзно. К рассвету чётки пополнились боевым когтем.

Два часа сна. Быстрый перекус завтраком вместе с сонными Марком и его водителем Димой, который бодро отрапортовал, что автомобиль будет их ждать на парковке аэропорта. Несмотря на ранний час, в столовой царило оживление. Кто-то приходил, кто-то уходил, никто не считал своим долгом сохранять тишину и через зал многие обменивались приветственными криками. Однако Лао в столовой не оказалось.

— Я к нему заходил, — негромко рассказал Марк, пока они поглощали удивительно вкусную молочную кашу с кусочками персика. — Но его не было. Соседи сказали, что он ушёл часов в шесть утра.

— Внезапно! — напряглась шаманка. — Есть идеи, куда он мог сбежать?

Не успел мистик ответить, как из его кармана послышался требовательный писк входящего сообщения.

— Мне Лёха написал только что! — объявил Дима, заглядывая в свой смартфон: — Тааак… он увез Лао в дендропарк. У них там какая-то важная встреча. Пишет, чтобы мы выезжали, они нас догонят.

— Тогда доедаем и поехали, — пожал плечами мистик, — всё полезное с собой. Не забываем паспорта!

Дорога до аэропорта порадовала отсутствием пробок. Почти час до Шереметьева Чарли провела в полудрёме, едва выхватывая сквозь сон отдельные слова разговора мистика со своим водителем.

Около искомого терминала для перелётов внутри страны их уже поджидал автомобиль с эмблемой ГХ на боку. Когда Марк, Дима и Чарли вышли на улицу, из машины Лёхи показались Лао, сам водитель и две нищенки. От вида этих ветхих, хрупких и чуть ли не разлетающихся на ветру созданий девушка невольно воскликнула:

— Это ведьмы?!

— Девочки, — усмехнувшись словам, обратился к ним Лао. — снимайте уже маскировку. Мы относительно далеко.

Нищенки переглянулись, и одежда на них преобразилась, как и их лица. Перед агентами стояли две милые девушки, по возрасту младше Насти. Стройные, длинноволосые куколки в простой, но чистой и практичной одежде смотрели на шаманку и звонко посмеивались над Марком и Димой, которые просто остолбенели от такого эффектного появления.

— Ого, — ахнула Чарли, — это у вас подработка такая?

— Ты про одежду? — кокетливо хлопая ресницами, переспросила одна из них, — это наша маскировка, если можно так сказать.

— Профессиональные издержки, — добавила её подруга с длинными светлыми волосами. — Время не терпит, мальчики и девочки. С кем не знакомы, меня зовут Ольга. Мою сестру — Татьяна. Предлагаю идти, регистрироваться на рейс до Новосиба, а по пути обсудить дела насущные. Итак, у нас есть свободно гуляющая призрак-попутчица, которая внезапно пришла за…

— За семьёй этой милой девушки, — подсказал Лао, указав на шаманку, пока они шли в сторону стоек регистрации.

«Я… ничего не понимаю. Лао и Марк, теперь ведьмы — и все они просто так мне помогают! Это же не их проблема! Разве так бывает?»

— Я — Чарли, привет! — помахала рукой она, чтобы как-то разбавить чувство неловкости.

— Интересный случай, — кивнула Татьяна, — чтобы попутчица сама за кем-то явилась. Очевидно, когда ты разогнала её жертв, ты и её освободила. Кстати, что за вещь ты ей дала?

— Свитер.

— Нехорошо, — нахмурились сестры.

— Но не смертельно, — добавила Ольга.

— На месте разберёмся! — поддержала её Таня.

До Новосибирска агенты добрались к вечеру того же дня. Первый порыв Чарли явиться домой и выпроводить с порога попутчицу, Марк и Лао остудили. Довод об ограниченных силах попутчицы, неспособной долго караулить даже самый ненавистный дом, имел свои плоды.

— Ты явно её прилично разозлила, — раздумывала Ольга, пока они ужинали в кафе при аэропорте Новосибирска. — А упокоить без разрешения её проблемы… необходимо тело! Едем туда, где вы её встретили, тело будет неподалеку. Или лучше сначала посетить родительский дом?

— Одно другому не помеха, — хмыкнул Марк, вглядываясь в карты. Повернув экран своего смартфона, он продемонстрировал красную точку маркера. — Вот, смотрите. Тут вы её встретили. Плюс-минус, если верить отчётам Насти. А она не ошибается. Так, а вот в этом ближайшем населённом пункте угадайте кто живёт?

— А что, после смерти дочери и супруга мать Раи не сменила место жительства?

— Получается, что так. Думаю, что нам следует посетить дом нашей попутчицы. А по пути она сама нас найдёт!

— Я посмотрю, кто в этом медвежьем углу сдаёт домик или пару комнат, — пробормотал монах.

Два автомобиля с логотипом ГХ резво тронулись вперёд. По дороге Чарли умудрилась задремать и увидеть обрывок какого-то приятного сна, когда услышала знакомый голос:

— Баю-бай, баю-бай, спи милашка Чарли, засыпай. Ночь настанет, и тогда… ТЫ УСНЁШЬ РАЗ И НАВСЕГДА!

5. Дело о мстительной попутчице ч.2

Рывком девушка подскочила с сиденья, не сдержав крика. В автомобиле кроме неё сидели только Марк и водитель Дима. Раи не было. Но мысли о невозможности такой случайности подтачивали уверенность шаманки. В голове звенел девичий смех и, будто заезженная пластинка, не умолкал ее голос: «тебе пора спать, Чарли!».

— Что случилось? — участливо спросил Марк.

— Показалось, что слышу ее пение! Нашей попутчицы

— Точно показалось? — насторожился сыщик. — Или действительно слышала?

— Не знаю! Надеюсь, что показалось.

Однако Марк уже вызывал из второго автомобиля Лао с короткой фразой:

— Надо сделать остановку!

Машины остановились у дороги. В тишине ночи на обочину выскочили девушки, осмотрели трассу и лес, переглянулись и принялись вытряхивать свои сумки. Остальные вышли из машин вслед за ними. Отойдя чуть дальше к лесу, Таня и Оля нашли место поудобнее и зажгли свечи, расставив их по кругу. Сами ведьмы устроились в центре круга. Свечи на мгновение вспыхнули кроваво-красным цветом и резко погасли. Девушки испуганно вздрогнули. В глубине леса засиял свет.

— Тут что-то неладное! — заявила Таня, нервно вытаскивая откуда-то из-под одежды небольшого удава и отправляя его на свою шею. — Она не одна! Возможно, освободив ее, ты дала свободу кому-то еще или…

— Или что?

— Или она совсем не так проста, как мы думали, — закончила за сестру Оля, на пример сестры укладывая на своё плечо вынутую из кармана живую жабу. — Без спиритизма не скажешь! А проводить его прямо здесь опасно. Её территория и слишком много рассерженных духов.

Ветер усиливался, и в его холоде чувствовалось что-то потустороннее. Могильная стужа и эхо от ее хохота. Тихие и спокойные до этого животные тревожно всколыхнулись. Жаба недовольно заквакала. Теперь все нервно вслушивались в вой ветра и тоже слышали в нем голос девочки.

«Ча-а-арли-и-и!!! А-ха-ха-ха-ха!» — принесла очередная волна холода.

— Чарли. Тебе был дорог тот свитер? — вдруг поинтересовалась Таня.

— Любимый свитер, — сдавленно ответила шаманка, невольно отступая на шаг.

Ветер продолжал нарастать. Под его порывами даже шелест травы стал казаться угрожающим.

— Нам надо или уходить, или приступать, — крикнула Оля, — еще минут сорок и мы пропали!

Перед глазами тут и там мелькал образ девочки. Казалось, что она начала врастать в роговицу глаз шаманки. Но, что страшнее, в уши лился шёпот, который слышала только она одна.

«Ча-а-арли-и-и… почему ты не хочешь… УМЕРЕТЬ И СТАТЬ МОЕЙ!!!???»

Ее лицо резко появилось у правого уха, так близко, что волосы на висках зашевелились. Никто ничего не заметил, кроме шаманки. Зелёные глаза в ужасе расширились и уставились в одну точку. Тело Чарли вдруг перестало подчиняться, замерев на месте. Ни голосом, ни взглядом она не могла показать агентам, что происходит что-то страшное.

— Ты станешь моим билетом в твой мир, — тихим шепотом, доносящимся, казалось, из головы, продолжила она.

«И к кому ты пойдешь после этого? — борясь с кружащейся головой, спросила Чарли мысленно. — Кому нужна такая чокнутая психопатка, как ты?»

Девушка вскрикнула от вспыхнувшей резкой боли в щеке. Крик пробудил способность тела двигаться, и она едва не упала. Рядом материализовался Лао. По щеке стремительно потёк багровый ручеёк из пульсирующей раны к подбородку. На правой голени огненной чертой боли обозначился еще один порез, заставивший ноги подкоситься. Монах в последний момент подхватил девушку и усадил в автомобиль. По земле поползли ужами клубы тумана, поднимаясь все выше и выше, стремясь загородить звезды.

«Ча-а-арли-и-и!» — зашелестел в тумане голос, пока Марк доставал из автомобильной аптечки бинты и повязки.

— Это у вас семейная традиция, резать ближнего! — гневно крикнула шаманка в темноту леса.

— Все, молчать, — шикнул на меня Лао, — переговоры моя стихия. — И продолжил громко и медленно: — Рая, привет! Это я, Лао, не хочешь поговорить?

В двадцати-тридцати метрах от них вспыхнул огонь. Положительным этот ответ было трудно назвать. Переговоры не состоялись.

— Лёха, Дима, заводимся живо, — едва слышно прошептал Марк.

— Рая, прекрати, — добавил в голос строгости монах, — выйти, поговорим! Зачем ты убивала невинных людей? Тебе не жалко их?

Туман становился всё плотнее и выше. Только в той стороне, где стояли растерянные ведьмы, он слабел и отступал. Со всех остальных сторон то тут, то там проступал силуэт девочки.

— Бааааю-бааай, — запела она и это точно услышали все, — бааааю-бааай, спи, Чарли, засыпай!

— Иди лесом!

«Твою ж…» — наконец дошло до Чарли, чего именно хотела попутчица.

Нереализованное желание мести толкало ее убивать всякого на своем пути, но после встречи с агентами она поняла,как именно сможет привнести в жизнь свои планы. Заманить шаманку, заставить выйти в астрал, ранить настолько, чтобы разорвать связь с телом и занять ее место. Половина плана успешно выполнилась.

Автомобили взревели. Не теряя времени даром, агенты попрыгали на пассажирские сидения и поехали подальше от места встречи.

— Эти твари тебя не спасут! — истерично завизжала Рая.

— Дима, веди осторожно. Она может устроить подлянку! — закричала Чарли, вспоминая аварию при первой встрече с попутчицей.

— Понял-принял! — кивнул тот.

На дороге возникла Рая. В руке её блеснула цепь. Сердце шаманки замерло. Если не найти способ сбежать, то все агенты пополнят свободные места в цепях у сожжённого автомобиля. Попутчица кровожадно улыбалась, когда ее тело внезапно стало покрываться светящимися язвами. От вида разрастающихся дыр прямо на призрачном теле, она яростно завыла и попыталась метнуть цепь в сторону Чарли, однако растворилась в воздухе быстрее, чем кончик цепи достиг автомобиля.

— Что? — выдохнула шаманка, не веря глазам.

— Ведьмы, — ответил мистик, — судя по всему в машине с Лао они смогли сделать быстрый ритуал.

От внезапно зашумевшего радио Чарли с визгом подпрыгнула на месте. Марк и Дима тоже невольно вздрогнули, водитель сквозь зубы выругался, а мистик укоризненно покачал головой, глядя перед собой.

— Всем доброго времени суток, с вами радио на Грани Хаоса и я — самый лучший и неугомонный Весемир! — бодро разнёсся голос шамана по салону, хотя динамики радио были выкручена на самый минимум.

— Неугомонный! — эхом откликнулась Чарли.

— К последним новостям, милые мои! Отец Пётр начинает свой крестовый поход против очередного демона и его одержимой жертвы! Пожелаем ему удачи и вышлем горячительной поддержки. Примерно литр! В Костроме обнаружился опасный вуду-колдун. Творит непотребщину и околдовывает юных прекрасных девушек! Вот за последнее он достоин особенно тяжёлых тумаков! Группа во главе с хроническим бабником Джеймсом уже выехала на укрощение этого жадины. А вот на месте девушек я даже не знаю, кто хуже — вуду-эгоист или любвеобильный Джеймс? Под Санкт-Петербургом кто-то видел навок. На вызов отреагировала группа Громовой. Теперь мне страшно за навок! А на этом все, дорогие мои слушатели. С вами был я, ваш незабываемый, единственный и неповторимый Весемир!

Воцарившаяся тишина после клоунады шамана ощущалась уже не такой гнетущей.

— Окей, педаль в пол Дима, следующая остановка город Чулым!

✠✠✠

Ночлегом агентам стала небольшая двухкомнатная квартира в пятиэтажном доме. Два дивана, три кресла-кровати, пять раскладушек и необъятная кипа спальных мешков намекали на типичное использование этого места большой толпой гостей исключительно в целях однократной ночевки. Впрочем, агенты не роптали. Их цели были точно такими же. Помимо спальных мест присутствовали кухня, раздельные ванная и туалет. Подушек, одеял и постельного белья, найденного в ближайшем шкафу, также оказалось больше, чем требовалось.

«Интересно, какой именно контингент так любит останавливаться здесь толпой? Туристы? Студенты? Автостопщики?» — думала Чарли, подготавливая свое место для сна.

После необычной поездочки, едва не завершившейся горкой трупов, сил почти не осталось. Хотелось лечь спать и ни о чем не думать до самого утра. Беглый взгляд по остальным агентам показал, что не только шаманка вышла из заварушки в вымотанном состоянии. Ужинать не стали. По очереди помылись и отправились по койкам.

Ночь прошла быстро, без метаний и сновидений. Утром Чарли проснулась от звука распевающего какие-то мантры Лао, в который вплетались голоса ведьм. По пробуждению её поджидал неприятный сюрприз в виде ноющего тела. Неподготовленные мышцы поприветствовали хозяйку после крепкого сна ощущением, будто всю ночь её телом играли в футбол. Одного поворота головы хватило, чтобы девушку обуяло желание лежать неподвижно пока мышцы сами не перестанут болеть. И всё же, попутчица никуда не делась. Стараясь не думать о боли в мышцах, девушка встала.

Сложив постель, она нашла монаха и ведьм на кухне, готовящих при этом что-то вкусненькое. Водители и мистик продолжали спать. Чарли невольно улыбнулась, глядя на странную идеалистичную картину. Будто туристы на отдыхе, а ночью никто не пытался их прибить на месте. Короткий звонок с проверкой домой, чтобы убедиться в целости и сохранности родственников, быстрый душ с приведением себя в порядок, и шаманка вышла на кухню с готовностью продолжать бой.

К тому времени на запах еды подтянулись все агенты. Таня и Оля подали свежеприготовленный завтрак, и все сели за стол. Пока агенты уплетали непонятно из каких запасов приготовленную, но очень вкусную фриттату, запивая ее чаем, Чарли беспокоил один-единственный вопрос:

— Каков дальнейший план действий?

— Упокоить девочку, — ответила Ольга, — с такой яростью, как вчера… это не просто злой дух, она кому-то хочет отомстить. Ищет свою собственную справедливость…

— А что если это не принесет покоя? — нетерпеливо перебила ее Чарли. — Какие у нас гарантии, что после мести она не станет еще кровожаднее?

— Ясно, что ничего не ясно, — согласилась Татьяна, — мы едва не поплатились за то что, не зная противника, сунулись на ее территорию. Надо узнать, кем она была и откуда могла получить такую мощь после смерти. И, ты права, неизвестно что будет, если объект ее мести кони двинет!

На последнем слове девушка вдруг задумалась.

— Кони… — перехватила её мысль Ольга, заметно напрягшись. — То есть умрет.

Ведьмы синхронно задумались, неумышленно повторяя жесты друг друга. Казалось, в этот момент они стали единым организмом в двух телах, способным строить мосты между сознаниями. Однако это могло быть и игрой воображения. Слишком уж похожи манерные сестрички.

— А что если в этом часть проблемы? — почти хором предположили они.

— Мы не знаем наверняка, но если представить, что объект ее мести при смерти, — озвучила догадку Таня.

— Она хочет сама добить? Дело принципа и все такое? — удивилась шаманка.

— Про принципы тут едва ли идет речь, — пояснила Ольга, — а вот переклинить может, особенно если имеет место кровная связь. Тогда призрак точно почувствует.

— Из кровных осталась только мать. Тогда надо поспешить, — подвел итог Лао, — мы не знаем, что ждет нас у единственного адреса, возможно, все давно переехали.

Дом, фигурирующий как имущество Надежды Варских, нашелся почти сразу. Городок не был настолько большим или засекреченным, чтобы в нём заблудиться. Просто частный дом из кирпича и деревянного массива. Когда-то покрашен голубой краской, но к моменту посещения агентами, она стала грязно-серой. Двери и окна не заколочены, а сам участок, пусть и неухоженный, совсем брошенным не выглядел. Глаз цепляло, что кто-то пытался своими силами привести все в порядок, но сил этих не хватило.

Оставив машины у забора, агенты прошли на участок. Калитка не была заперта, да и сторожевого пса не наблюдалось, только давно развалившаяся будка. Ни одна дверь не выглядела запертой, замков не наблюдалось, только на одном окне сохранились обшарпанные ставни. Подойдя ко входной двери, группа остановилась, вперед вышел Марк и громко постучал в дверь.

— Есть кто дома? — гаркнул он так, что голос пронёсся волной по ближайшим улицам.

— Паш, поставь у входа, — ответил ему женский голос из дома. — Я завтра маме денежку занесу.

— Простите, но я не Паша! — отозвался мистик.

— Извините, — крикнула Чарли и добавила: — Здравствуйте! Мы ищем Надежду Варских.

Дом ответил звуком шагов под аккомпанемент скрипа половиц. Входная дверь открылась и на пороге возникла полненькая девушка, лет двадцати пяти, одетая в медицинский халат поверх светлого платья в цветочек. На мать Раи она не походила.

— Вы не подскажете, где ее найти? — спросила шаманка, после того как все хором поздоровались с пораженной девушкой. — Это очень важно!

«Вот только как с ней разговаривать? — раздумывала она, глядя на обшарпанные окна. — Как сказать матери, что ее дочь не только мертва, не только чудовищно убивает людей пачками, но и, возможно, желает лично с ней расправиться? Для таких новостей не найти правильных слов, но иначе она ничего нам не расскажет о дочери! А если ее рассказ окажется бесполезен, кто еще может знать подноготную Раи?»

— Здравствуйте, — растеряно пробормотала девушка, но быстро спохватилась и заговорила твердым голосом: — ой, она в больнице. Приболела сильно. Так что вы попозже приходите!

— Когда с ней можно будет поговорить? — продолжила Чарли.

— Через недельку!

С деловым видом вперед вышел Лао, слегка оттеснив шаманку плечом, и голосом бывалого терапевта поинтересовался:

— А какой поставили диагноз?

— Да если бы мы знали, — развела руками девушка, — вот врача вчера вызвали, они на скорой Наденьку увезли.

В душе шаманки поднималась буря.

«Нельзя ждать, нельзя уходить. Если Ольга с Марией правы, то не доживет Надежда до нашей следующей встречи, а снова неподготовленными соваться к Рае — самоубийство!»

— А вы собственно кто такие будете? — опомнилась девушка, с подозрением поглядывая на агентов.

— Да, простите, пожалуйста, наши манеры! — вышел вперед мистик, поправляя свои очки, и скромно улыбнулся. — Меня зовут Марк Кирюшин, мы представляем программу «Экстрасенсы ведут расследование» и собираем данные про этот необычный городок. Если мне не изменяет память, именно в этих живописных краях произошла серия необычных смертей, завершившаяся пропажей супруга и дочери Надежды Варских. Наша команда желает убедиться, имеет ли место тяжелая драматическая история или всё же сии преступления дело рук мистических сил!

«Вот это он соловьём заливается!» — поразилась Чарли, однако никто из агентов не удивился странной речи мистика. Напротив, все старательно строили серьёзные лица и кивали в такт рассказам Марка.

Лицо подозрительной девушки с каждым пропетым лживым словом становилось всё более восторженным. Уже на словах про смерти, она начала краснеть и глупо улыбаться. А когда Марк закончил свою речь, едва не визжала от восторга.

— О Боже-Боже… Боже ты мой! — всё же дошла она до визга. — Не может этого быть! Вы из экстрасенсов?! Я не сплю! Как это? Как это?

— Спокойно-спокойно, — примирительно попытался её успокоить Марк с улыбкой как минимум очень влиятельного продюсера, — разумеется, я не экстрасенс. Я агент по поиску новых сюжетов. Это моя команда! Мы бы очень хотели осмотреться тут и поспрашивать местных, быть может кто-то что-то сможет рассказать нам…

— Ой, я вам всё расскажу! Всё-всё! — восхищённо вызвалась она. — Меня Люба зовут. Я тут медсестрой работаю и всё про всех знаю!

— Очень приятно, Любовь…

— Да, просто Люба!

— Замечательно, Люба, — расплылся в улыбке Марк, — если вы расскажете нам всё про этот пугающий случай, мы будем очень благодарны!

— А если позволите осмотреться в доме, — вмешалась Таня, — то при выпуске обязательно упомянем ваше имя, как ответственной жительницы города Чулым, которая помогла нам в расследовании этой истории.

— Ну… — замялась Люба, тревожно поглядывая то на гостей, то на дом.

— Всего лишь чтобы мы могли определить как устанавливать свет и какие камеры подойдут для съемок, — доброжелательно добавила Оля.

— Ну… красть так вроде нечего у нас, — промямлила девушка и, после недолгой борьбы сдалась, — ладно, проходите в дом!

Переглянувшись, агенты негласно решили разделиться. Домик выглядел слишком маленьким, чтобы идти сразу всей оравой. Марк сразу увёл Любу в кухню и, включив диктофон, с блокнотом и ручкой наперевес начал задавать ей вопросы про события 2001 года. Водители, вооружившись фонариками, деловито начали простукивать все стены, якобы на наличие термитов и некачественной проводки, которая может вызвать пожар.

Пока Дима старательно выстукивал всё подозрительное в стенах, Лёха успел поковыряться в подполе, и подняться на чердак. Чарли с ведьмами отправились осматривать спальни, в то время как монах тщательно просматривал энергии в зале.

Дом выглядел таким же обветшалым и лишенным необходимого ухода, как и участок. Чистый, но ковер под ногами уже стерт до прозрачности, краска на полу местами облупилась, а обои на стенах выцвели. Вся мебель, хоть и оставалась целой, предстала изрядно постаревшей.

Ведьмы, негромко перешептываясь, ищейками осматривали спальни. Они прикасались то к одному, то к другому предмету, пока не пропали из виду, оставив шаманку в одиночестве.

— Чарли, — крикнул сверху Лёха, — глянь, это по твоей части!

Не теряя времени даром, шаманка бросилась на чердак. Пыльный, словно выкупался в соответствующем отсеке пылесоса, водитель торжествующе демонстрировал найденные рисунки явно принадлежащие Рае. Рисунков набралось много. Половина из них не вызывала опасений. На них нарисованная веселая девочка играла в кругу семьи или среди животных. Иногда попадались рисунки, где девочка изображалась рядом с принцем или с рыцарем. Но другая половина была пугающей.

На рисунках более позднего времени во всех возможных деталях нарисованные мертвые дети. Лёха, быстро пощёлкал в смартфоне и продемонстрировал шаманке фотографии, сохранённые из газет. Дела умерших в то время школьников. У каждого рисунка имелась в пару фотография. Изображённое на рисунке, полностью повторялось на фотографии.

— Она и при жизни пришибленной была! — прошептал водитель.

— Забери все рисунки, — шепнула в ответ Чарли, — надо будет показать Марку.

Она спустилась на второй этаж. В спальнях шуршали ведьмы, на первом этаже Марк продолжал бодро задавать вопросы, а Лао осматривал комнаты. Однако… самая главная комната прошла мимо них. Чарли закрыла глаза и попыталась, не заимствуя резервы из-за Грани, почувствовать на уровне интуиции, где могла быть спальня Раи. Пол отзывался протяжным скрипом в ответ на её шаги. Шаг — скрип — шаг — скрип — поворот — шаг — скрип — остановка.

Шаманка стояла около книжного шкафа, мешающего нормально пройти к лестнице, не задевая его рукой или ногой. Торчащий, словно сломанный зуб, он располагался в самом неправильном месте. Зачем кому-то держать шкаф в коридоре и спотыкаться об него каждый раз, если книги можно определить в гостиную и или в спальню.

«Чтобы закрывал грязные секретики!» — кивнула себе Чарли и тихо дала знак, спустившемуся с чердака Лёхе.

Спустя минуту, почти беззвучно, два водителя передвинули книжный шкаф в сторону, явив обшарпанную деревянную дверь.

— Её спальня! — уверенно заявила шаманка и вошла внутрь.

В комнату не заходили несколько лет. Судя по разбросанным клочкам обоев, скомканного одеяла и разорванной подушки, кого-то силой вытаскивали из комнаты, а затем двери закрыли навсегда.

— Псс, Оля, Таня! — позвала ведьм шаманка. — Взгляните на это!

Из соседних комнат показались сёстры. Настороженно озираясь, они неспешно вошли в крохотную спальню. Лёха ретировался вниз, чтобы не занимать место. Комната, представляла собой жалкое зрелище. Казалось, в ней жил кто-то, кто сильно её любил, а затем хозяина комнаты заменил комок чистой ненависти.

На стенах и полках угадывались поделки, рисунки собственного сочинения и любовно собранные в композицию наклейки. На шестиугольных нишах, сделанных вручную, умудрились уцелеть некоторые игрушки. На окне покоилась разорванная пополам подушка, вышитая и обвязанная вручную.

— Здесь её мощная энергетика! — выдохнула Таня, ведя ладонью над всеми предметами, что встречались на пути. — Она сама себе делала игрушки. Сама рисовала картины. Даже та подушка её руками создана. Странно это…

— А что странно? — поинтересовалась Чарли.

— Здесь смешались очень мощная энергия чистого созидания, и чёрная гниль саморазрушения. Они не могут сосуществовать вместе. Не на таком контрасте. Нет перетекания из одного в другое, — попыталась объяснить Таня.

— По энергетике тут будто два совершенно противоположных человека обитало. Но при этом один человек, — добавила Оля. — Нам нужно узнать, как Рая докатилась до жизни такой. Всё непросто.

— Может одержимость? — предположила шаманка, вспоминая страшные фильмы про экзорцизм и жуткие проделки изгоняемых демонов.

— Демонам плевать на предметы. Они замечают только живое, — сообщил, появившийся в дверном проходе, Лао. — У нас тут что-то другое. Марк почти закончил. Нам придётся уйти.

Ведьмы послушно направились на выход. На улице их уже поджидали водители.

«В старых домах всегда обитает дух-хранитель, чаще всего именуемый домовым. Чтобы поговорить с таким духом, для начала надо его выманить, причем по-хорошему. Домовые любят сладости и молоко!» — вспомнила Чарли старые сказки о главном.

— Лао, ночью сможешь меня телепортировать вместе с собой в этот дом? — поинтересовалась она.

— В этом нет надобности. Замки тут никакие, сигнализации нет, Надежда в больнице, а Люба вместе с нами сейчас уйдёт, — монах остановился и пристально посмотрел на подопечную. — Что у тебя на уме?

— Допросить свидетеля, — прищурилась она в ответ, указывая взглядом на игрушечного домового, висящего у входной двери.

— Хорошая идея! — с одобрением похлопал девушку по плечу монах. — Часов в одиннадцать мы с тобой сюда вернёмся, и допросишь нашего свидетеля.

— Мы с тобой?

— Одну я тебя не отпущу, — развёл руками Лао, когда они уже покидали дом. — Я твой наставник, ты моя подопечная. Станешь самостоятельным агентом, тогда сможешь шарить по чужим домам ночью в одиночку, мой юный падаван!

— Надо купить приманку для него. Сладости и молоко.

✠✠✠

В половину двенадцатого ночи, Чарли налила молоко в блюдечко и, освободив пару конфет от оберток, разложила их по краям вместе с несколькими печеньками. Местом переговоров стала гостиная-зал. Где гостей встречаю, там должен зорко за всем следить домовой. Шаманка поставила на пол блюдечко, сама села рядом, спиной к входной двери, кивнула, следящему за домом Лао, и ухнула в пропасть Внетелесного мира.

Несмотря на обжегший меня в первую секунду холод и гул от неприятной тишины, дом внешне не изменился, разве что присутствовало ощущение истощённости. Будто дом голодает. Тело шамана в безопасности. Присутствия лишних духов или какой-либо угрозы я не чувствую, однако и домовой не спешит появляться. Приходится вспомнить слова, которыми на Руси призывали домового:

— Хозяин дома, батюшка-дедушка, приходи на сладкое, приходи беседовать! — громко зову я.

Слышится шорох, поднимающийся от блюдечка, одновременно с этим напротив меня появляется мужчина со смутно знакомым лицом. Его я точно не знаю, но уверена, что уже видела.

— Хитрый ход, шаманка Чарли, — дружелюбно улыбается он, взяв с блюдечка печеньку, — за домового теперь я. Раньше хранителем, возможно, и был дедушка. Меня Мурай зовут.

«Точно! — вспоминаю я, уже другими глазами глядя на призрачную фигуру. — Его я видела на фотографии. Это отец Раи!»

— Вы давно хранитель дома? — интересуюсь я.

— Со смерти, — спокойно отвечает он тоном, будто подобный переход для него нечто само собой разумеющееся. — Я не мог оставить жену. Вот и получилось так.

— Вы можете рассказать, что до смерти было? О своей дочери, о Рае? — задаю я главный интересующий меня вопрос.

— Много чего было! — улыбается Мурай. Дух подходит ко мне, протягивает ко мне руку и кладёт ладонь на мой лоб.

Дом, Мурай и я сама, все растворяется в белоснежной, ослепляющей вспышке.

По двору носится маленькая светловолосая девочка, играющая со своими родителями. По восторженным визгам малютки переходящим в заразительный смех, видно, что девочка счастлива и любима родителями, которые не отгораживаются от ребенка. Напротив, с хохотом за ней гоняются мама и папа.

Картинки меняются. Снова маленькая девочка, только платьице другое, играет с собакой и кошкой, рядом ее родители. Сидят на покрывале. Пикник на улице. Энергия у девочки настолько бьёт через край, что усидеть на одном месте ей не удаётся. Животные постоянно появляются вокруг нее.

Картинки снова меняются, а живность притягивается к девочке и постоянно ее сопровождает. Ничего дурного в девочке нет. Никаких тревожных признаков или пугающих намеков. Мелькающие перед глазами картины ее детства обещают, что из нее вырастет очень добрый человек.

Девочке около двенадцати лет. К ней приходят ровесники-друзья. Повсюду ленточки, шарики и угощения, а родители стараются не попадаться на глаза детям. На праздничном столе много вкусностей. Должно быть, это день рождения или просто маленькая вечеринка. Под вечер трое детей идут в комнату Раи. Она бежит за ними. Не успевает остановить. Они что-то находят. Возможно, что-то личное, ее дневник? Они смеются над девочкой, доведя ее до слез.

После она не улыбается. Возможно, девочка была гиперэмоциональной. Столкновение с жестокими детьми её ощутимо качнуло. Отрывками демонстрируется настоящая депрессия. Отстраненность от общества. Попытка закрыться. Но время вылечивает. Девочка снова начинает сиять. К ней заглядывает мальчик. Она счастлива. Он ей нравится. Рая краснеет, пытается кокетничать и смущается от его слов.

У неё новая собака. Совсем щенок. Он подбирает ее щенка. Внезапно их разговор расстраивает Раю. Девочка плачет. Мальчик злится… сворачивает шею щенку и бросает в кричащую от ужаса девочку. Он сбегает, но прежде хватает её за горло и угрожает.

Тогда и появляется мрак. Девочка темнеет. Её аура, окружающая нас всю историю детства, перестаёт сиять ослепительным тёплым светом. Она приходит домой в слезах. Потом в синяках. Родители не замечают, а синяки проходят. Девочка замыкается в себе, устраивает истерики дома. Животные её больше не посещают. Новой собаки нет. Все ее питомцы пропадают…

А потом она начинает рисовать. Рисунки показывают страшные смерти людей, а чуть позже точно в таких же позах находят тела ее мертвых ровесников. Родители что-то подозревают. Вломившись без спроса в ее комнату, они застают дочь за проведением какого-то обряда. Успокаивать Раю пришлось силой. Этот скандал ознаменовался новыми жертвами. Теперь со школы она приходит пугающе спокойной и сразу запирается в комнате.

Очередная борьба. Царапины, кровь и цепь.

— Нам казалось, что веревки ее не удержат, — говорит появившийся рядом дух Мурая. — Нам пришлось. Мы хотели ее спасти!

Последней картинкой родители тащат вырывающуюся девочку в машину.

— Последнее, что я помню, — продолжает говорить дух, — как она вырвалась, уже в машине. Нас занесло, и мы съехали в лесополосу. Она сидела со мной на переднем сидении. Цепи внезапно ослабли, и она достала нож. А потом я оказался тут, рядом с женой. Она рыдала, винила во всем себя, но дочь тоже «вернулась» из леса в ту ночь.

Он тяжело вздыхает и, поглядев на меня, говорит:

— Тебе пора!

6. Дело о бойне скота ч.1

На следующее утро после возвращения из Новосибирска в комнату Чарли нагло ввалился Лао, вскрыв запертую дверь. Ожидая бурную реакцию на своё вторжение, он несколько скис от вида крепко спящей девушки, не услышавшей ни грохот от его шагов, ни его громкого крика: «С добрым утром!». Попытка растормошить сонное тело завершилась невнятным бормотанием девушки, после чего она зарылась поглубже в одеяло.

— Вставай, солдат! Война началась! — гаркнул он, приблизившись вплотную к подушке за что получил ощутимый шлепок по лицу ладошкой.

Девушка не просыпалась. Даже посягательство на авторитет наставника прошло без пробуждения.

— Рота подъём! — уже не так уверенно, но также громко взревел монах, однако ему пришлось признать неприятную истину — сонную шаманку даже пушка не разбудит.

С недоброй улыбкой он рывком поднял её вместе с одеялом на добрые полметра над полом, держа за ногу, однако столкнулся со способностью девушки спать вниз головой, как летучая мышь. Запоздало в голову парню пришли мысли о людях, любящих спать голышом. К его счастью, пижама шаманки скрывала её тело от шеи и до щиколоток. Большая порция холодной воды, вылитая на сонное тело также осталась без внимания.

— В монастыре такому не учили! — пробормотал он.

Решив сменить тактику, он вышел на кухню. Будто специально для него, на холодильнике кто-то выложил буквами-магнитиками фразу «Утро начинается с кофе, дятел!». Неожиданная подсказка показалась неплохим решением проблемы. Кофе и сладости обнаружились на своих традиционных местах. По негласному правилу, ветераны ГХ регулярно пополняли запасы чая, кофе и закусок. Этому и многому другому Чарли ещё только предстояло научиться.

На столе у кровати разносила тягучий аромат большая чашка кофе, рядом с которой радовали глаз злаковые батончики. Увы, подушка с одеялом стали отличным фильтром от отвлекающих запахов. Недолго думая, монах сорвал с Чарли одеяло.

— Что? — зевнула Чарли и открыла левый глаз, а затем и правый, разбуженная запахом кофе. На мокрое постельное бельё и свои волосы она не обратила никакого внимания. — Что происходит?

— Работа происходит! — объявил Лао. — Через час мы выезжаем на небольшое дело. Пора вливаться в жизнь нашего замечательного коллектива! Ты всегда такой сурок?

— Да, — угрюмо кивнула девушка, отбирая одеяло, — я поставлю в следующий раз будильник.

Глядя на монаха убийственным взглядом, она в три глотка осушила чашку кофе и закусила батончиком. В процессе активного жевания до Чарли дошло, что завтрак не сам приполз к её столу. Промямлив нечто, отдалённо напоминающее благодарность, она вытолкала Лао за дверь и приступила к ускоренному приведению себя в порядок.

В мире, где утром общаешься с ведьмой, а вечером отбиваешься от злобного призрака, проблемой становится не внешний вид, а вопрос, что взять с собой для защиты жизни и здоровья.

— Лао, — крикнула она, натягивая на себя тёплую толстовку, — что за дело? Что с собой брать?

— Дело ерундовое. Только не смейся слишком громко! — предупредил монах за дверью.

— Буду держаться изо всех сил! — пообещала девушка, быстро умываясь и начищая зубы до приемлемого состояния.

— Нас включили в группу инквизитора Вальдемара Пупкова…

Девушка не удержавшись хрюкнула от смеха, выплюнув в раковину всю зубную пасту. Потешное имя того, кто носит титул инквизитора не могло вызвать иной реакции.

— Чарли! — укоризненно донеслось из-за двери.

— Блин, — пропищала девушка, едва сдерживая смех, — почему он не изменил фамилию?

— Отец не оценил бы. Вальдемар из потомственных инквизиторов.

— Ого, бывают потомственные Иные?

— Бывают, почему бы и нет. Просто у кого-то наследничек так и не проявляется из-за того, что Грань стоит и кровь сильно разбавлена человеческой, а кто-то, как инквизиторы, постоянно плодят талантливых потомков. С чернокнижниками и ведьмами также. С шаманами не всё понятно. Вы — ребята сложные. Я ещё не встречал шамана, который оставил после себя детей, — пустился в рассказ монах, пока девушка наскоро заплетала непослушную рыжую гриву во французскую косу. — Монахи… тоже не семейные люди. Экзорцисты все католики. Если живут достаточно долго, то принимают сан священника. А с ним обет безбрачия. Мистики спокойно заводят семьи, и у них часто рождаются новые мистики. Вот как-то так. Хотя потомственные появляются у нас нечасто, с улицы приходит больше, но бывают. И этот Вальдемар… он с очень тяжёлым характером. Лучше лишний раз его не доставать.

— Он любит рукоприкладство? — насторожилась Чарли, выходя из комнаты с четками на руке и бубном, закрепленном на ремне джинсовых брюк.

— Пусть только попробует, — ответил Лао с таким холодком, что самой шаманке стало не по себе. — Но настроение может испоганить на несколько дней вперёд. С ним не любят работать, но он живучий. И в битве не уступает Джеймсу в мастерстве.

— Значит, он профи, но проблемный? — уточнила девушка, пока они спускались на первый этаж.

— В прошлое его дело, он разозлил лешего и тот разнёс всю деревню. За это агентство получило серьёзный штраф. Вся группа осталась без зарплат и премий. Так что да — «проблемный» это про него!

— Лешего? — удивлённо выдохнула девушка, пропустив мимо ушей все слова после невероятного упоминания.

— Не встречалась с ними? Огромные существа, отчего-то ненавидят инквизиторов. Возможно, из-за их способности к подавлению.

Чарли покачала головой, и они вышли на стоянку к машине Лёхи. В этот раз их поджидал микроавтобус, в котором собралась колоритная команда.

Стоило открыть дверь транспорта и скромно поздороваться со всеми, как Чарли едва не вдавила в асфальт мощь энергии инквизиторов. Нездоровая волна подавления, которую ощущала на себе даже невосприимчивая шаманка.

В автобусе их поджидал ещё один тибетский монах с идеально выбритой головой и ярко-оранжевыми одеждами. Улыбался собрат Лао во все свои зубы, словно был на каком-то празднике. От него веяло позитивом и спокойствием, которое моментально гасила бурным потоком необузданная энергия, идущая от парня с короткими тёмными волосами и чертами лица среднестатистического заспанного студента. Мирный образ нарушали странного вида перстни на его пальцах и пара амулетов, мелькающих под воротом его одежды. В руках он сжимал студенческую сумку и неодобрительно поглядывал на Чарли.

«Демон!» — сразу почувствовала шаманка.

Мощь, которая угадывалась у Иных, казалась перемешанной со множеством различных ингредиентов и ощущалась не такой чистой. Парень же дышал чистой демонической силой. Энергией Древней Магии, к которой хотелось бы стремиться, не пугай она своей агрессией.

Но «тон» задавали два инквизитора, сидящие в машине. Первый сразу добродушно улыбнулся и, подмигнув, освободил рядом с собой место для Чарли. На вид едва старше её самой. Несмотря на энергию подавления, он старался оставаться дружелюбным и даже галантным. Из всей команды он больше всех выглядел довольным, что видит перед собой девушку. На фоне второго инквизитора первый выглядел едва оперившимся птенцом. Такой же тёплый и мягкий.

При попытке сделать шаг в авто Чарли снова едва не сбила с ног волна энергии лишь одного инквизитора, того самого второго. Сидящий рядом с водителем сухой жилистый мужчина с серыми волосами, завязанными в скандинавский хвост, слегка повернул голову в сторону опоздавших и презрительно сжал тонкие губы в недобрую нитку. Однако статус Лао на ходу осадил инквизитора от колкого слова.

«Вальдемар с некрасивой фамилией, я полагаю?».

Вдоль виска Чарли заметила у него тонкий шрам. Явная неудачная попытка шить косметическим швом внушала мысли, какой страшной должна была быть рана, чтобы шрам после многократных стараний все равно остался. Колючие серые глаза прожигали насквозь недовольным взглядом, что вкупе с клювообразным носом, превращали инквизитора в опасного коршуна. Даже во внешне безобидной туристической одежде инквизиторов угадывалось что-то военное.

Лёха, получив кивок от Вальдемара, завёл автомобиль. Внезапно все смартфоны хором ожили в синхронном звучании белого шума. Новый монах был дико удивлен и круглыми глазами вопросительно оглядывал каждого из агентов. Чернокнижник просто затолкал свой аппарат связи поглубже в сумку и воткнул в уши наушники с гремящей музыкой. Остальные не обратили внимание на безумное поведение аппаратов, а Чарли лишь удивленно смотрела на свой, внезапно подключившийся ко всеобщей сети.

— Добрейшего времени суток, мои обожаемые слушатели! С вами снова радио на Грани Хаоса и, как всегда, я — ваш несравненный Весемир! — прорвался сквозь белый шум знакомый восторженный голос.

«Несравненный!»

— Знаю-знаю, вы безумно по мне скучали! И сегодня у меня для вас новая порция бесценной информации! — пел соловьём Весемир. — Итак, близится круглая дата, дамы и господа! На днях нашему Ордену Святой Инквизиции, ныне переименованному в почетное имя Агентства ГХ, исполняется ровно триста лет. Да, мои бесценные, это невероятно! Кто бы мог подумать, что именно триста лет назад упорный труд ведьмы Анны и инквизитора Джеймса приведёт к рождению ордена, способного дожить до двадцать первого века? Я не поверил бы никогда! Кстати, тот Джеймс к нашему не имеет никакого отношения, вроде бы, даже не родственники! Наш красавчик ещё слишком молод и горяч для умных поступков! Найдите способ отпраздновать наш замечательный юбилей с шумом и плясками. Будем надеяться, что демоны и сектанты войдут в положение и сделают паузу на день празднования! Но я бы на это не рассчитывал! Также поздравляю нашу замечательную, восхитительную, несравненную амазонку и гордость всего агентства Елену Громову с успешным завершением невероятно запутанного убийства, замаскированного под самоубийство. Группа Громовой успешно сотрудничала с полицией города Екатеринбурга, вывела на чистую воду настоящего виновника, конфисковала все амулеты и закрыла странное дело. Гордимся, что среди нас есть такие выдающиеся кадры! А с вами был я, замечательный и всеми любимый Весемир. Не забудьте отпраздновать памятный день!

Отчет по делу № 3303258

Силовая группа под руководством инквизитора Вальдемара Пупкова 15 сентября выдвинулась на вызов из села Пупково в Дятьковском районе Брянской области.

Состав группы:

инквизитор Вальдемар Пупков

инквизитор Анжей Курвин

монах Лао Шин

монах Ли-Тао

чернокнижник Максимилиан Радомиров

стажер-шаман Чарли

В 9:00 по московскому времени группа с водителем Алексеем выехала из Москвы в сторону Брянской области.

В 14:45 по московскому времени группа приступила к выполнению поставленной задачи:

Опрос местного населения.

Осмотр территории на следы волколаков и им подобных.

Сентябрь баловал приятной погодой. Чарли мысленно поставила себе плюсик за выбранную одежду. В джинсах и толстовке не требовалась дополнительная куртка, чтобы чувствовать себя комфортно. Небо радовало глаз цветом лондонского топаза, трава всё ещё оставалась зелёной, а вот листья щеголяли золотом. Та самая восхитительная первоначальная осень Тютчева.

— Итак, — сухо начал Вальдемар, повернувшись ко всем, когда вся группа покинула микроавтобус. — Заказ плёвый: расследовать загадочное исчезновение крупнорогатого скота в селе Пупково. До вечера дело должно быть раскрыто, так что готовьтесь прямо сейчас. Сидеть и рассусоливать я никому не позволю! Вопросы есть? Нет? Отлично!

Чарли, зажавшая рот кулаком, чтобы не захохотать в полный голос от названия села, только и смогла, что кивнуть. Когда лидер группы стремительно ушёл в ему одному известном направлении, девушка едва не завалилась от смеха на молодого инквизитора, в машине представившегося как Анжей. От вида ржущего не меньше её коллеги она захлебнулась в ещё большем приступе хохота. Вальдемар Пупков привёз их на дело в Пупково.

— Может, это его родовое село? — сквозь силу пробормотал побратим Лао, согнувшись пополам от смеха из-за собственных слов.

К счастью для них, Вальдемар уже успел куда-то исчезнуть и не услышал, как вся группа бьётся от хохота, похожего на истерический припадок.

— Обожаю Россию, — сквозь слёзы простонал Анжей, растрепав пятернёй свои короткие русые волосы, когда хохот стих, — тут одни только названия сёл способны подколоть, лучше любого Весемира!

— Моё уважение тому, кто придумал этому селу такое имя, — согласился монах. — Кстати, если меня кто-то не знает, меня зовут Ли-Тао, завербовал меня сам Лао-Дзы! И я предлагаю обменяться номерами телефонов, чтобы держаться на связи. Вальдемар…

— Уже ушёл, — хмыкнул Лао, — он и не стал бы меняться. Его тонкая натура против обмена номерами!

После создания общего чата, группа разбрелась, присматриваться к местности. Жилистый брюзга Вальдемар требовал решить проблему до вечера, что оставляло в запасе жалкие часы. Ли-Тао порывался пойти вместе с Чарли, но был мгновенно отправлен в пару к чернокнижнику. Шаманка не протестовала. Ещё в машине второй монах показал себя чрезмерно болтливым и под конец поездки с выражением лица Вальдемара на него смотрели все. Хуже всего было его искреннее непонимание, что проблема в нём. Узнав, что Чарли из Новосибирска, болтун решил, что она из потомственных бурятских шаманов, и всю дорогу выматывал ей нервы своими восклицаниями о нетипичном внешнем виде для бурятки.

✠✠✠

Село жило своей жизнью. На появление группы незнакомцев никто не обращал внимания. В первую очередь, девушка решила наведаться в ближайший продуктовый магазин. Совместить недостаток завтрака и отсутствие обеда с возможностью задать наводящие вопросы. Лао предусмотрительно остался на улице.

Рыжая коса, лицо в веснушках, грустные зеленые глаза, пухлые щечки и общая худоба с невысоким ростом во все времена были ключиком в зону доверия к людям, вызывая в них что-то родительское. Чарли не воспринимали, как взрослую личность, но она получала шанс воспользоваться их покровительством, жалостью и случайно брошенными фразами.

Магазин был открыт и, на счастье Чарли, кроме неё посетителей не оказалось. Внутреннее убранство не изменилось с Советских времен. Прилавок, за спиной у дородной продавщицы все товары, никакого самообслуживания, только спрашивай и не забудь понравиться, чтобы получить вкусную еду и добрый совет в дорогу.

Прошло полчаса. Лао начал дёргаться, подозревая в жителях села Пупково страшных сектантов, которые уже утаскивали связанное тело подопечной в свои подвалы, чтобы принести в жертву голодным демонам. Угрожающе он стиснул свой шест, когда из магазина показалась Чарли с пакетом, набитым различными шоколадками и печеньками.

— Мой юный падаван, больше так не пугай! — нервно выдохнул Лао.

— Уж извините, я кушала! — отозвалась девушка. — Меня угостили творогом, чтобы я не ела «химию столичную». Творог у них, кстати, действительно вкусный. Надо будет перед отъездом купить ещё.

Монах смерил её недовольным взглядом, явно нехотя включая злого наставника, чей авторитет шаманка должна по-умолчанию уважать. Не совсем разобрав зрительный посыл, она вручила Лао чай и шоколадку.

— Держи, погрызи! — взмахнула она рукой, когда он попытался снова продекларировать что-то важное. — Продавщица посоветовала убираться из этого села, поскольку по ночам кто-то повадился рвать их скотину на части. И, что странно, собаки, натренированные лаять при виде волка или медведя, запуганно молчат. Дрожат под утро, разве что под себя не ходят. А ещё у скотины отпечатки зубов непонятного зверя.

— С чего они взяли, что непонятного?

— Тут, в селе, ветеринар живёт и работает. Он так и сказал. По словам продавщицы сам был озадачен при немаленьком опыте.

Монах задумчиво дожевал предложенную шоколадку с чаем и повернулся в сторону, куда указала Чарли.

— Молодец, мой юный падаван, социальные уловки хорошо усваиваешь! — похвалил он.

Монах попытался погладить девушку по голове, но та, почувствовав движение его руки, вывернулась резко сделав несколько шагов в сторону. Нахмурившись, Чарли покосилась на Лао так, будто он попытался сделать нечто непотребное, нервно повела плечами и неспешно направилась в сторону дома ветеринара.

Небо радовало глаз глубокой синевой, а на улице показывалось все больше людей. На расспросы относительно местонахождения ветеринара они все как один показывали в сторону почтового отделения, мол, следующее строение за ним. Пару раз мелькали остальные члены группы. Особенной популярностью среди местных бабушек отличался болтливый монах.

Ветеринар находился на своем рабочем месте, когда Чарли робко постучалась в дверь. На всякий случай чтобы не нарушать санитарные нормы, оба агента предварительно натянули на ноги бахилы.

— Говорить буду я, — шепнул Лао Шин и уверенной походкой вошёл в кабинет ветеринара.

Мужчина средних лет сидел за столом и с усталым видом писал какой-то отчет. Голова его уже изрядно посеребрилась от седины, но взгляд оставался ясным.

При виде странных посетителей, ветеринар и бровью не повёл, хотя монах в военной форме с боевым шестом в руке должен был смутить любого. После взаимного знакомства и демонстрации корочки федерального образца, доктор и вовсе смотрел на пришедших, как на неизбежное зло.

Расспросы Лао вёл сухо и по делу. Чарли оставалось только запоминать особенности работы с местным экспертом и записывать все ответы в свой смартфон, чтобы не упустить ничего важного.

Ветеринар представился Валентином Михайловичем, признался, что вызов, хоть и зафиксирован как анонимный, исходил от него. Про агентство он давно знал, и обратился именно из-за странного строения зубов «хищника». Ветеринар чётко определил три вида зубов и показал агентам фотографии ран. Одни, по его словам, напоминали волчьи, но по размеру превосходили в два раза, вторые явно принадлежали медвежьей пасти, а третьи вызвали беспокойство. Определить их не удалось даже при запросе другим ветеринарам. Помимо этого его напугала реакция собак.

— Медведи и волки вместе не охотятся, а нападение этих тварей было одновременным, будто по предварительному сговору. И что самое странное — они не ели наших коров, они их просто убивали и скрывались в неизвестном направлении, — вспоминал Валентин Михайлович, пока Чарли старательно записывала.

— Значит, трое непонятных тварей, — уточнила она.

— Три различных вида, но «преступников» могло быть и больше трех. Советую обратиться к нашему местному биологу, он вроде специалист по хищникам или редким видам хищников. Месяц назад к нам перебрался, когда вышел на пенсию. Он тоже присутствовал, когда мы осматривали туши, возможно, что-то еще вам расскажет полезного.

— Пожалуй заглянем к нему, — подумав, согласился Лао. — Где его найти?

— Он почти на самой окраине живет, я напишу адрес. От въезда в село пара шагов, — ветеринар быстро написал нужную информацию на клочке бумаги и протянул ее монаху.

Прощаясь с доктором, Чарли вкратце переписала в чат все, что узнала от него. С адресом в кармане пара направилась к выезду из села. По дороге Лао старался лаконично объяснить, как именно следует разговаривать со всеми возможными свидетелями. Чарли кивала, вспоминая Марка при разговоре с медсестрой и военную выправку Лао при общении со службой спасения.

В разговоре они не заметили, как подошли амбару, чтобы застать весьма комичную картину. Недалеко от амбара находилась небольшая деревянная будка, без окон. Вокруг будки, вырывая из своей головы волосы, бегал чернокнижник, панически выкрикивая несвязные слова. Рядом стоял инквизитор Анжей и хохотал в голос, согнувшись пополам.

— Лестница, веревка, лопата! Ну что-нибудь! — выл чернокнижник, чуть ли не плача.

При виде Чарли чернокнижник сначала вздрогнул, а потом подпрыгнул от какого-то странного звука и снова начала носиться, заходясь в новом витке истерики. Из-под земли явно доносилось что-то непонятное. Смесь бульканья и очень гневного гула.

— Что тут произошло? — поинтересовался Лао Шин, прислушиваясь к непонятным звукам.

— Он решил открыть круг призыва, — хихикая начал рассказ Анжей, — чтобы призвать своего демона наружу в форме сущности демона Лапласа. В целом, идея хорошая, если ритуал проведён успешно, то личный демон чернокнижника временно получает ответы на все вопросы. А значит, он появляется, мы спрашиваем, и к закату уже пьём чай в ГХ, арестовав всех виновных. Но этот гений, в поисках ровной поверхности, решил начертить круг вызова на стене этой будки! Причем даже не проверил, что это за будка и почему она, такая красивая, тут стоит. Призыв сработал, но демон провалился вниз! Мы же все знаем, что обычно за стенами таких маленьких деревянных будок!

— Ой, — хрюкнула Чарли от смеха и торопливо зажала рот рукой, чтобы чернокнижник не обиделся.

Воображение быстро нарисовало картину злобно булькающего демона там, где никто и никогда не захотел бы оказаться. Монах попытался посмотреть на неё с укоризной, но и сам едва сдерживал смех.

— К счастью не «ой», а всего лишь колодец под крышей. Такие строят для зимы, чтобы доступ к воде не занесло и не было обледенения. Но демон все равно там злобно булькает! Но это еще не все! — снова покатился со смеху Анжей, едва не повизгивая от хохота. — С вызовом наш гений тоже что-то напортачил, и демон физически застрял там внизу! Его нельзя пере-вызвать или отозвать. Только вызволять собственными смертными силами. Но и это еще не все — этот колодец закрытый! Он под бетонной плитой! Только отверстие для шланга есть, через которое к демону не заползти! Он там уже десять раз замерз, три раза пожаловался на запах сырости и раз сто пожелал нашему чернокнижнику попасться ему в руки, чтобы он его кожей в аду все котлы обтянул! Наверное. Я на языке демонов не разговариваю, но мне кажется, что сказал именно это. Одна местная женщина уже попыталась набрать воды, услышала рев демона и побежала в церковь. Боюсь, к вечеру они начнут его освящать всем приходом! Вот тогда ему в святой водице станет жарко, особенно если у приходского батюшки есть задатки экзорциста!

— Нет, нет, нет! — стонал в отчаянии чернокнижник. — Мне бы инструментов, я успею!

— Беги к участковому, балда, — прикрикнул на него монах голосом бывалого командира, — может быть даст что-нибудь из инструментов.

Кивнув «студент» побежал в сторону управы под хохот всех троих. Дождавшись, когда тот скроется из виду, Анжей добавил:

— И найди где-нибудь богатырской силы, чтобы плиту сдвинуть!

Так как чернокнижник убежал, троица уже не таясь похохотала от души. День выходил идеально анекдотичным. Утирая проступившие от смеха слёзы, Чарли мысленно спрашивала, может ли появиться ещё что-то более уморительное. Дрожь земли, сопровождаемая злобными воплями, только еще больше веселила.

— Неплохо начался денек! — подытожил инквизитор, когда все успокоились. — Что-нибудь обнаружили?

Лао кратко описал разговоры с местной продавщицей и ветеринаром.

— То же самое мне на словах местные объяснили, — кивнул Анжей, — волколаки тут резвятся, судя по следам. Вальдемар опросил хозяина погибшего скота и участкового. Сейчас осматривает лес, на наличие следов. Откуда-то они должны были прийти.

— Стоп. Тебя ничего не смущает? — насторожилась шаманка, как только услышала про инквизитора и лес.

Лао тоже заметно напрягся, однако беспомощно разводил руками. Сделанного не воротишь. Оставалось только тревожно озираться по сторонам и смотреть, с какой стороны прибегут неприятности.

— Нет, с волколаками все понятно. Не так давно мы разорили крупное гнездо, в этом регионе, и кое-кто сбежал. Месяц мы их вот так вылавливали по деревушкам, вызов на какого-нибудь чупакабру, а на деле бешеный раненый волколак-недобиток. Эти просто дольше других продержались и не выдавали свое присутствие. Собственно, уже когда пришла информация о регионе, мы подозревали недобитков, — пожал плечами Курвин.

— Я о другом, о леших и инквизиторах! — нервно дернула шаманка головой в сторону леса.

— А я что? Ты попробуй Вальдемара остановить! Втемяшилось идти в лес — прёт как танк. Будем надеяться… — начал было инквизитор, но последнюю часть фразы заглушил рев, прокатившийся по всему поселку.

От жуткого звука волосы на голове Чарли зашевелились. Такого утробного рыка она ещё не слышала. Раздавшись в лесу, его мощь пронеслась по всему селу, заставив даже колокол церкви загудеть.

— Лао, — пискнула шаманка, — скажи мне, что это волколаки!

— Уж, извини! — покачал головой монах.

Во внезапно наступившей тишине начал нарастать треск быстро ломающихся веток. Из леса на всех парах выскочил Вальдемар и резво побежал мимо домов. Не успел Лао Шин вздохнуть горестно «ну вот», как вслед за лидером группы выпрыгнуло Нечто огромное, косматое и очень-очень злое. С яростным ревом оно помчалось за инквизитором. От пугающей картины погони, Чарли мгновенно оцепенела, обретая неподвижность будки-колодца, пока монах мчался следом за весёлой парочкой. Анжей предпочёл осмотрительно спрятаться в самой будке, поверх каменной плиты.

«Подъём Чарли! — вытряхнул шаманку в реальность знакомый рык. — Шевелись, сонная Булка!»

С трудом тряхнуть оцепенение она смогла лишь тогда, когда они все скрылись из виду, и бестолково побежала рысцой по их следам. По пути мелькали лица людей, на которых читалось такое же ошеломление внезапным появлением неведомой страхолюдины.

Леший. Да, такую махину не забыть и не перепутать! Он оказался трехметровым созданием, сотканным из самого леса, даже его космы были не шерстью, а травой со мхом. Под этим ворохом мха, травы, листьев трудно было различить хоть что-то. Чарли почти не сомневалась, под ними ничего и нет. Натянул дух на себя костюм из леса и побежал.

«Процессия» снова появилась перед глазами девушки в пополневшем составе. Впереди, не снижая скорости бежал Вальдемар, стараясь выбирать широкие дороги, чтобы не пострадали дома. Следом за инквизитором гнался разгневанный леший, за ним Лао, за монахом с ружьем на перевес мчался, судя по форме, участковый, за которым, выкрикивая просьбы об инструментах, несся чернокнижник. У одного из домов они «прицепили» в хвост процессии монаха Ли-Тао. Последний бежал с хохотом и единственный получал от такой «прогулки» удовольствие.

«День просто потрясающий! Теперь меня едва ли что-то удивит! — подумала Чарли, глядя на эту «змейку» из сопровождающих лешего, однако влетевшая в голову мысль, сбила проступившую улыбку истерического хохота: — Лешие же духи леса!»

Увы, дальше этой мысли, шаманка ничего не придумала и просто побежала наперерез процессии, чтобы перехватить лешего. В траектории побега Вальдемара присутствовала определенная концепция. Он намеренно не выводил чудище в лес, предпочитая водить кругами по селу. Надеялся, что испугается людей? Или рассчитывал на самих людей?

Решив, принести в жертву свои синяки, но обойтись без повторного штрафа для агентства, Чарли бросила своё шаманское тело вперед, зная, что физическое просто грохнется в обморок на дороге и покатится в ближайшую канаву. Однако итог действий удивил сверх меры. Вместо того чтобы полностью отсоединиться от тела и погрузиться с головой во внетелесный мир, она осталась на перемычке между двумя мирами.

Физические глаза все еще могут видеть реальный мир, а по ту сторону я во всей красе ощущаю образы неизвестного мне ранее духа. В астрале леший кажется вихрем образов, сияющих как Полярная звезда. Живой комок сразу нескольких различных потоков, объединившихся в общую сущность. Я не могу осознать и половины образов, лишь чувствую, что передо мной живое и пульсирующее сердце леса со всем что когда-либо случалось и случится в лесу. Он действительно не является злым, однако настрой у него напоминает встревоженных жителей улья. Приготовившись к любой реакции, я максимально вежливо кричу, обращаясь к нему:

— Хозяин Леса! Усмири свой гнев! Не разрушай дома, не вреди людям, не преследуй инквизитора! — поток заинтересовался мной и начал рассматривать, будто диковинку.

В реальном мире леший встаёт, как вкопанный, лишь слегка повернувшись в мою сторону. Вальдемар продолжает бег, остальные замирают в ожидании следующего действия от агрессора.

— Что ты такое? — медленно и тягуче, словно засахарившийся мед, разносятся в моем сознании слова.

— Я — Шаманка. Я часть природы, как и ты! — уверенно заявляю я, но возвращаюсь к просьбе. — Мы не хотели никому навредить, не хотели тебя сердить. Мы только пытались узнать, где в лесу прячутся те, что рвут на части домашних животных!

— В лесу их нет! — рявкает леший, моментально рассердившись только от упоминания. — Они убивают без смысла, без цели, себе на потеху, так же как люди! Им нет места в нашей обители. Они приходят от вас, у вас и остаются!

— Мы хотим их остановить! — робко добавляю я. — Без жертв и без разрушений! Я прошу тебя, вернись к себе домой мирно!

Некоторое время я чувствую тишину. В реальности Нечто не двигается. Мы ждём.

— Будь, по-твоему, Шаманка, я уйду. Но только если все эти люди перестанут рубить мой лес!

Людей леший явно недолюбливает, хоть и не так сильно, как инквизиторов или оборотней.

— Я им передам твои слова! — обещаю я.

Возвращение в тело далось проще, чем улитке втянуться в свою раковину. Достаточными стали ощущения физического тела, и моментально, будто стряхнув сон, шаманка очутилась целиком в сознании. Голова начала кружиться от таких путешествий.

«Весьма странный опыт», — думала Чарли, провожая взглядом медленно возвращающегося в свой лес лешего.

6. Дело о бойне скота ч.2

Недалеко от веселой компании, всё ещё приходящей в себя после пробежки с лешим, Чарли заметила сидящего со старушками на лавочке Ли-Тао, который что-то им уверенно выговаривал. Монах выглядел умудрённым и возвышенным над мирским, будто только что не бегал за лешим. Старушки смотрели на странноватого монаха, как на неоспоримый авторитет, и согласно кивали в те моменты, когда он делал паузы в своей страстной речи. Подозрительно косясь на этот зарождающийся культ, шаманка подошла к участковому и на одном дыхании выпалила:

— Оно согласилось уйти лишь при условии, что лес вы вырубать не будете. Расскажите об этом всем в селе, если не хотите, чтобы оно вернулось.

Глядя на пробитую землю и неоспоримые доказательства присутствия лешего в селе, она решила, что прямолинейность едва ли может навредить. Всем селянам не внушить, что это всего лишь съёмки очередной «Битвы экстрасенсов».

— А почему он вообще напал? Он гнался за вашим лидером! — сипло спросил участковый, на удивление спокойно реагируя на гигантскую тварь, сотканную из леса.

— Он принял его за дровосека! — не дрогнув, сообщила Чарли и отправилась назад к амбару, пока никто больше не начал задавать вопросов.

После того как все нервы пришли к спокойствию, все свидетели дали свои показания, а все участники группы вышли из-под недоверчивого взгляда бедного участкового, группа собралась у амбара. Под бодрое, хоть и отчаянное бульканье запертого демона было решено подвести предварительные итоги. Благо лидер сподобился поговорить с группой, а не сбежать восвояси. Вальдемар поджидал опаздывающих с мрачным видом. Плачущий и мечущийся по округе чернокнижник присоединиться так и не пожелал. Ли-Тао выглядел чрезвычайно довольным после разговора со старушками.

— Что ты им такого наговорил? — заподозрил неладное Лао Шин.

— Я разнёс им свет Истины! — довольно заявил младший монах. — Они угостили меня семечками, начали расспрашивать, почему я такой странный, ну я и поведал про наши учения. А после представления с лешим я убедил их, что если бы и они придерживались буддизма, то он никогда на них не напал!

— И они поверили? — с сомнением спросила Чарли, помня о том, как может раздражать болтовня монаха.

Однако достаточно было беглого взгляда на село, чтобы заметить уверенно начатое движение по смене основной религии села. Секта уже начала свою работу.

— Я был очень убедителен, — кивнул он, — они только что ушли разносить свет Истины своим односельчанам!

— Сектант! Нас такому не учили! — фыркнул недовольно Лао Шин и обратился к девушке: — Не знал, что шаман может усмирить лешего. Молодец!

— Я тоже не знала, — улыбнулась Чарли, немного покраснев. Похвала вызвала лёгкое смущение, проглядывающее сквозь гордость собой. — На месте нашего лидера больше не проверяла бы так свою удачу.

Внезапный вой, напирающий силу, привлёк всеобщее внимание к «невезучему» колодцу. Крики возмущённого брошенного демона теперь были слышны уже на подходе к амбару. Демон, судя по звуку, обещал своему чернокнижнику незабываемые ощущения, как только освободится.

«Неудачный день у нашего чернокнижника!»

— Думаю, Максимилиана ждать нет смысла, — подытожил Вальдемар. — Кто что узнал?

— По словам лешего, эти оборотни не из леса. Если точнее, то в лесу их нет. Он сказал, что они остались у людей, — отрапортовала Чарли.

— Волколак, урсолак и гибрид, — уточнил Анжей. — Но это ты и так знаешь. Я уточнил по следам — их всё-таки пятеро. Волков трое. Возможно, этот профессор, о котором говорят местные, расскажет больше.

— Не расскажет! — возразил Ли-Тао. — Я пытался его разговорить. Он в своих же показаниях путается. Темнит. И вообще явно что-то скрывает. Когда я начал напирать, аргументируя несостыковками в его же собственных словах, то был послан в далёкое пешее. А потом он меня чуть не побил просто за то, что я в дом хотел заглянуть. Предлагаю обыск.

— А не слишком ли поспешны такие выводы? — удивилась шаманка. — Раз профессор не разговорчивый, то он и преступник и оборотней у себя укрывает? А если это не он?

— Если не он, то будем проверять по другим домам, — пожал плечами Анжей.

— Шаманка, это не детективное расследование, где куча загадок и ворох подозреваемых, — на пределе терпения объяснил лидер. — Это зачистка. Единственной загадкой в этом деле были два фактора — действительно ли это оборотни и не прячутся ли они в лесу. Ответы мы знаем, теперь надо успеть до полной темноты проверить все дома. Начнём с самого подозрительного. Кто умеет в перемещение?

— Могу, но позже. Сейчас Грань слишком плотная, — насмешливо поглядел на инквизитора Лао.

— Я не очень, — покачал головой Ли-Тао.

— А в дома лазить через окна? — не успокаивался Вальдемар.

— Это я могу, был грешок в молодости. Ну, когда я был юным и неразумным… — пустился в объяснения покрасневший младший монах, добавляя к своей персоне немного ореола воровской жизни.

— Вот и отлично, значит, осмотришь дом биолога, начиная со второго этажа, — прервал его лидер. — Мы с ним побеседуем, Чарли осмотрит подвал. В астрале. Справишься?

Девушка неуверенно кивнула. Солнце ещё не торопилось двигаться к горизонту, и подобные прогулки могли закончиться очень плохо для девушки. Если Грань не пробита, то все путешествия желательно совершать после заката и перед рассветом.

— Лучше дождаться заката и пойти в сумерках! — ответил за неё наставник.

Вальдемар недовольно заскрипел зубами, всем видом требуя немедленно начать и закончить операцию, однако опыт Лао Шина ничуть не уступал угрюмому инквизитору. Монах спокойно встретил взгляд лидера группы, не моргнул и не стушевался.

— На закате! — сказал словно выплюнул Вальдемар и недовольно отправился к микроавтобусу.

— Обед? — шепотом предложил Анжей, когда гроза миновала.

На закате группа направилась к дому профессора. Небольшой двухэтажный деревянный домик мало отличался от соседних. Широкий, частично застеклённый балкон выглядел идеальной жертвой любого форточника, хоть все не застеклённые места закрывала москитная сетка на канцелярских кнопках. Удивительным стало только полное отсутствие огорода, лишь заросшее пространство, которое должно было им стать. У торца дома за кустами палисадника едва виднелись крепкие деревянные двери выхода из подвала на улицу. Тяжёлый амбарный замок ярко блестел на солнышке, отполированный частым касанием рук.

Чарли с Ли-Тао отделились от остальных и нырнули в палисадник, чтобы под прикрытием ещё густых кустов оставаться скрытыми от любопытных глаз. Монах подкрался к дому. Пока с другой его стороны инквизиторы стучали в дверь, громко спрашивая профессора, бывший домушник в один прыжок оказался на крыше над верандой, легкими шагами прокрался до балкона и запрыгнул на него.

Смотреть на криминальную магию с дверью Чарли не стала, а присела у дерева и оперлась спиной о ствол, чтобы по возвращении не вытряхивать из волос траву и землю. На закате прыжок из тела всё равно ударил неприятной тяжестью, однако ощущался намного легче, чем было бы несколькими часами ранее. Подвал оставался в разрешённых границах передвижения шаманского тела, и оно юркнуло сквозь все преграды вниз. Едва она заглянула в подвал, как сразу увидела пять доказательств правоты монаха. Три волчьих сущности, одна медвежья и одна совершенно непонятная, но громадная и пугающая. Что-то противоестественное и оттого злобное. Все они тихо чего-то ожидали. Хотя в подвале им было тесно и совсем не нравилось там находиться, что-то подавляло их стремление к свободе и не позволяло шуметь.

Чарли вынырнула обратно в своё тело. При попытке встать голова закружилась, а на первом шаге к ней прибавилось гудение в ушах.

«Чего-то я не учла в своих прыжках из тела!»

Расплата самочувствием не радовала. Запомнив на будущее, обратиться к Весемиру за советом с такими прыжками, она поплелась ко входной двери. Наверху обыскивал дом Ли-Тао, а у крыльца о чем-то громко возмущался профессор.

— …И вообще уходите, молодые люди, пока я полицию не вызвал! — грозно завершил он свою речь, когда появилась шаманка.

Решив не встревать в их разговор, Чарли подошла к Лао Шину, поднялась на цыпочки и шепнула ему: «все пятеро в подвале». Тот кивнул, давая понять, что сообщение успешно принято и с грозным видом сделал шаг к профессору. Вальдемар, заметив его активность, поспешил выступить вперёд с не менее грозным видом. Подозреваемый быстро потерял весь свой пыл и заметно испугался только от поменявшегося настроения лидера группы.

Довольный Анжей, отстранив Чарли назад, включил свой натужный режим грозного инквизитора и двинулся на старика с молодецким приказом:

— Открывай подвал, посмотрим, что там у тебя!

— Вы не имеете права! — пискнул старик, съёживаясь от ужаса.

Трое надвигающихся агентов могли внушить трепет кому угодно. Все облачены в одежду с признаками чего-то военного. От тяжёлых ботинок содрогалась земля. Лао Шин держал наготове боевой шест, а инквизиторы внезапно обнажили мечи, причём явно не карнавальные.

«Это со времён крестоносцев, что ли, такая традиция крестом и мечом обращать в свою веру?» — боязливо покосилась на коллег Чарли и отступила назад на всякий случай.

— А ты имеешь право ставить на них опыты? — рыкнул в ответ Лао Шин, совершенно не походя на добродушного монаха с шуточками.

Чарли продолжала тихо отступать назад, пока рядом не приземлился Ли-Тао с колбой в руке и сумкой с транквилизаторами-дротиками. От неожиданности шаманка охнула и шмякнулась на землю.

— Представляешь, буряточка, он реально на них опыты ставил, — заявил монах, помогая ей встать. — Там наверху записи всякие, колбы с номерами, а в журналах указывается у какого зверя какой номер. Ужас! — оценив ситуацию, он попятился назад. — Что странно, такие реактивы, как у него, не получить просто так, будь ты хоть трижды профессором. А ещё у него есть в записях упоминание страницы!

Девушка замерла на месте.

— Покажи! — шепнула она, вцепившись в рукав монаха.

Пока разгневанные агенты тащили профессора ко входу в подвал, парочка юркнула внутрь дома. Оставаясь тихими, как мышки, они прокрались до второго этажа. Ловкость рук и мелькнувшие из оранжевого рукава железки позволили пройти дальше в кабинет. Сказать, что перед ними предстала настоящая свалка хаоса, — значит не сказать ничего.

В беспорядке множества записей и пометок на стенах, досках для заметок и нескольких столов, Чарли едва могла разобрать, где мусор, а где рабочий журнал. Как среди всего хлама Ли-Тао заметил страницу, понять было решительно невозможно.

— Ну зачем?! — донёсся крик с улицы, принадлежащий Вальдемару.

Внизу ощутимо начал нарастать звериный рык. Сразу пять глоток выдали агрессивный рёв, сначала заглушенный стенами подвала, но с каждой секундой всё больше улетающий в эхо открытого пространства. Кто-то выпустил чудовищ на волю. На секунду рык стих, и в тишине громовым раскатом прозвучало падение тела на каменный пол. Мгновением позже ярость рёва пяти пастей ощущалась даже на втором этаже дома.

— Там жара! — объявил Ли-Тао, выглянув в окно.

— Где страница? Упоминание…

— Вот, смотри, в этом журнале, — ткнул в записи самого большого и ветхого журнала монах. — Тут: «после кропотливого изучения страницы со словарём, любезно предоставленным… не важно… в соответствии с записями была выверена формула… образец проявил нестабильность… смерть наступила спустя три часа пятнадцать минут после введения сыворотки внутривенно».

— Следи за остальными! — шепнула Чарли и, напрягая шаманские органы чувств, попыталась прислушаться к комнате, перемещаясь вдоль стен.

Ладонь скользила по шершавым обоям. Всё дальше и дальше. Почти без особой надежды, однако… яркая волна резонансной энергии, почти полностью заглушенная стальными стенами, всё же кольнула руку, когда девушка собиралась бросить глупое занятие. Чарли с интересом уставилась на участок стены. Внешне самый обычный, он явно скрывал очень важный секрет.

— Ли-Тао! — крикнула девушка, привлекая внимание монаха, увлечённого заварушкой внизу. — Тут сейф. Сможешь взломать?

— За кого ты меня принимаешь, буряточка? — театрально возмутился он, однако моментально со знанием дела начал обшаривать стену.

Движениями фокусника он продемонстрировал тщательно замаскированную часть фальшивой стены и убрал её в сторону. Следом черёд пришёл сейфа, на счастье агентов, не электронного, а старого, запирающегося на ключ. Из рукава монаха показалась связка железок.

За окном разворачивалось нешуточное противостояние. Крики инквизиторов перемешивались с рёвом чудовищ. Успокаивая себя неспособностью хоть как-то повлиять на исход битвы, Чарли напряжённо наблюдала за действиями Ли-Тао. Наконец, сейф сдался. В небольшой бронированной нише обнаружился потрёпанный словарик и старинная страница, запечатанная в защитном пластике.

— Джекпот! — прошептала Чарли, вытаскивая сокровища из сейфа.

С улицы вновь раздался ужасающий рёв, заставивший парочку рванусь со всех ног к балкону. Перед глазами разворачивалась картина из качественного кровавого ужастика с поправкой на полную реальность монстров. Старика нигде не было видно. Двери в подвал распахнуты.

✠✠✠

На улице вокруг одного из волколаков юлой вытанцовывал Анжей. Выводя зверя к бешенству, он выставлял вперёд длинный меч, мастерски владея им. С яростным воем оборотень кинулся на инквизитора. Тот, обладая хорошей физической подготовкой, в последний момент увернулся и наколол волка на меч, как шашлык на шампур. Волколак не отличался внушительными габаритами, и инквизитор легко сбросил его тушу обратно в подвал, вызвав тем самым ещё больше ярости у приближающихся собратьев.

Разорвать на части младшего инквизитора им помешал Вальдемар, порхающий со своим мечом как тот комарик из мухи-цокотухи. Слишком быстрый и ловкий, чтобы попасть на коготь, лидер наносил чудовищам колотые раны, вынуждая отступать. От рёва обозлённых оборотней дрожали и дом, и земля вокруг.

— У меня нет пистолета для транквилизаторов! — выдохнул Ли-Тао, глядя в найденную сумку с ампулами. — Жаль, я не мастер играть в дротики.

«Делать! Надо что-то делать! — билась в голове Чарли мысль. — Я не помощник в этой толкотне. Думай! Жаль, что леший ушёл…»

Ли-Тао запрыгнул на крышу и всё же начал свой первый раунд игры в дротики. Лао Шин при помощи боевого шеста не позволял чудовищам подобраться близко, нанося им ощутимые удары посохом по нежным местам. Анжей и Вальдемар, обливаясь потом, наносили колющие удары, не только не подпуская к себе зверей, но и не позволяя им отвлекаться на жителей села.

Чарли опустилась в позу по-турецки в комнате, удерживая взгляд на происходящем внизу. Два глубоких вдоха и выдоха. Предельная концентрация и глубокий нырок во внетелесный мир.

Не теряя времени, я представляю лешего. Шок от встречи с ним ещё не прошел, и я легко могу мысленно «настроиться на его волну». Он недалеко. Продолжает все дальше уходить в чащу, когда я ментальным криком заставляю его остановиться.

— Прошу, хозяин леса, помоги нам! — кричу я. — Оборотни, которые нападали на животных, напали на нас! Помоги нам, пожалуйста, их остановить!

— Они как вы. Как ваши инквизиторы. Сами с ними разбирайтесь! — следует равнодушный ответ.

— Мы не справимся! Они убьют нас и затем снова начнут убивать без повода! И прятаться в лесу! — в отчаянии бросаю я доводы. — И тогда деревенским придется вырубить или сжечь весь лес, чтобы найти оборотней! Я прошу тебя. Не инквизиторы, шаманка просит тебя!

Леший молчит. Я чувствую, как он раздумывает. Долго. Пробует на вкус каждый аргумент, каждое слово.

— Будь по-твоему! — соглашается наконец леший и спешит обратно.

Довольная своей маленькой победой, я уже собираюсь втянуться обратно в тело, как ощущаю присутствие духа-покровителя. Мальчик стоит совсем рядом со мной и сильно печалится.

— Ты давно со мной не иггала! — грустно сообщает он.

— Прости, мы вернёмся в агентство, и я с тобой поиграю, обещаю!

Мальчик обижается. И хочет что-то возразить, но чувствует волколаков, наступающих на агентов, и согласно кивает.

Оборотень-медведь свалил с ног Анжея в момент, когда Чарли вернулась из астрала. Меч инквизитора воткнулся в урсолака на уровне плеча, чем вызвал у последнего слепую белую ярость. Ловкий инквизитор выскочил из-под тяжёлой лапы невредимым.

Пока Вальдемар в одиночку вальсировал вокруг неведомого чудовища с мечом и успешно отбивался, Лао с Анжеем отвлекали на себя оставшихся оборотней. Второй волколак присоединился к самому маленькому, упав мёртвой тушей у входной двери дома. Младшего инквизитора угрожающе теснили урсолак и третий волк, игнорируя удары Лао Шина. Неведомая зверюшка, похожая одновременно на волка, медведя и дикого кабана, наступала на лидера. Для яростных чудовищ действия троицы выглядели удивительно слаженными.

«Хозяин леса! Прошу, поторопись!»

Когда запасы транквилизаторов у Ли-Тао закончились, медведь и волк начали ступать неуверенно, шатаясь из стороны в сторону, но гибрид стойко переносил попытку усыпления. Почувствовавший неладное, медведь с рёвом кинулся на инквизитора, растолкав своих собратьев, и заставил Вальдемара двигаться намного быстрее. Урсолак резал лапы о меч, свирепел ещё больше, терял из виду инквизитора и в кровавом бешенстве уже нападал на всё, что видит.

В какой-то момент едва не досталось Лао Шину, успевшему в последний момент запрыгнуть на крышу. Лидер показывал себя сильным и ловким бойцом, но из-за слаженной работы оборотней ему не удавалось нанести смертельную рану ни одному из них. Наконец, медведь попытался в прыжке придавить Вальдемара и прокусить всё, что прокусывается. Прыжок удался, и сбитый с ног инквизитор казался поверженным. Однако, когда зубы чудища должны были начать рвать жилистое тело, он шустро вывернулся, что челюсти в бессильной злобе клацнули в воздухе.

Не успел урсолак разобраться в чём дело, как Вальдемар, используя свой меч и меч Анжея, пронзил спину оборотня сразу в двух местах, запрыгнув на зверя. Медведь заревел, попытался стряхнуть с себя угрозу. Он рывком поднялся на задние лапы, но юркий противник выдернул мечи из его тела и снова нанес смертельные раны по незащищённой спине. Шатаясь, медведь попытался сбежать.

Вальдемар с двумя мечами в руках спрыгнул на землю. Зверь неровно поволок свое тело в сторону леса, но далеко не прошел и затих на дороге. Прямо перед явившимся лешим. Оставшиеся в меньшинстве оборотни после смерти урсолака испуганно пятились назад.

Однако «горячие финские парни» не спешили убирать мечи в ножны. И если Анжей без своего оружия мог только начать махать кулаками, а Лао размахивать шестом, больше в защите, чем в нападении, то лидер впал в состояние берсерка. Наличие лешего, способного переломить его хребет надвое, а потом сверху воткнуть мечи, его совершенно не беспокоило. Затуманенный пылом битвы взгляд видел исключительно противников, тоскливо воющих от боли.

Лешему оказалось достаточно внимательно посмотреть на неведомого зверя, чтобы последний вдруг разрыдался, подвывая. Последний волколак предпочёл держаться ближе к Хозяину Лесов, определяя его как меньшую из угроз. Расплакавшийся гибрид потерял всякий интерес к ситуации, к собратьям-оборотням и к людям.

Предчувствуя, что вот-вот начнётся нечто по-настоящему страшное, Чарли со всех ног помчалась к выходу из дома. Уже на крыльце она увидела, как Вальдемар начал угрожающе надвигаться на последнего волколака, не выпуская из обзора неведомую зверюшку. Меч опасно блеснул в сумерках, крутанувшись в руке профессионала, и уже готовился спеть ещё одну смертоносную песнь…

— Хватит! — между шокированным инквизитором и волколаком выскочила щуплая рыжая девчонка.

С трудом Вальдемар вспомнил, что тщедушное создание не кто иной, как их шаманка, сунувшаяся не в своё дело.

— В сторону! — рявкнул он.

Справа от шаманки материализовался монах Лао Шин, угрюмо выставляя вперёд боевой шест. Против него, лидера, нарушая всяческую субординацию.

— Остынь! — предупредительно шикнул монах.

— В сторону! — повторил Вальдемар уже тише. — Оба!

— Он не собирается на тебя нападать! — возмущённо крикнула Чарли. — Бой окончен! Хватит!

К своему ужасу девушка почувствовала, как волосы на затылке шевельнулись. Сзади шумно втянул воздух подошедший к ней волколак, прежде чем вместе с неведомым существом сбежал со всех ног в лес.

— Поздравляю, доходяга, — процедил инквизитор, — теперь он везде тебя узнает. Жди в гости с благодарностью!

Однако вид лешего и отсутствие поддержки группы его остудили. Устало вернув меч Анжею, Вальдемар понуро отправился к микроавтобусу. Лао поднял было руку по направлению к плечу Чарли, но опомнился и просто поднял большой палец вверх, прежде чем направился бодрым шагом следом за лидером.

Отчёт по делу № 3303258(продолжение)

В ходе расследования удалось установить, что местный биолог Новиков М.А. содержал в своём подвале пять особей, относящихся к оборотням. Идентифицированы три волка и один медведь. Пятая особь являла собой результат эксперимента по гибридизации.

При допросе Новиков М.А. освободил содержащихся в подвале особей. Ударная группа была вынуждена защищаться. Тела волколаков и урсолака доставлены в лабораторию ГХ. Отчёт о вскрытии ожидается в течение 3 рабочих дней.

С жителями села Пупково была проведена разъяснительная беседа с рекомендацией о добровольном сотрудничестве. Тело Новикова М.А. доставлено в морг города Брянска. В процессе обыска была изъята страница Книги Хаоса, по неподтвержденным данным, посвященная волколакам. Страница отправлена в хранилище вещдоков в соответствии с регламентом.

Нарушений в работе группы не зафиксировано.

Разрушения в селе Пупково отсутствуют.

Оценка группы– удовлетворительно.

Дело закрыто.

Угрозы Вальдемара написать рапорт на всех виновных решили кулак Лао и его обещание добавить рапорт о лешем и неумышленном убийстве старика руками вышедшего из себя Анжея. Ответственность за деятельность младшего инквизитора полностью падала на лидера группы. Хоть Курвин и оправдывался случайностью, несчастным случаем и стечением обстоятельств.

Леший мирно увёл волколаков в лес. Хозяин леса обещал пристроить где-нибудь чудо-юдо, чтобы все жили в гармонии. На жертв человеческих экспериментов он не сердился.

Дело почти закончилось мирно. Однако толику хаоса привнёс чернокнижник. Бедолага получил на свою голову ещё ворох проклятий и угроз, когда местные приволокли попа и заставили его освятить колодец. Неизвестно, как демон в процессе не расщепился, но, ревя от боли, он, поломав стены колодца, умудрился переместиться обратно в тело Максимилиана. Чернокнижник, наблюдающий за попом, людьми и колодцем, так плакал, что сердобольные местные отпаивали парня местным самогоном, пока тот не превратился в недвижимость. Его пьяное тельце забрала с собой группа зачистки.

Мрачную тишину поездки обратно в ГХ разряжал бодрый репортаж неунывающего Весемира:

— Последней на данный момент новостью будет предупреждение по всем постам — к сезону красных Японских клёнов ожидается обострение в поведении нескольких культов демонолюбителей. Учтите, у этих хмуриков все ритуалы жертвоприносительные! Прячьте детей, невинных парней и девушек, хотя последних было бы несложно вывести из зоны риска, но это на усмотрение любвеобильных инквизиторов, если они сами при том, конечно, не являются невинными единорожками!

Анжей с улыбкой подмигнул Чарли, вызвав у той недоумение. Проследив за двусмысленным взглядом младшего инквизитора, Лао Шин спокойно, но уверенно сжал руку в кулак, красноречиво намекая, куда отправится Курвин при очередной попытке подката.

— А на этом всё, с вами был Весемир, удачи вам во всех начинаниях, …и поздравьте с каким-нибудь праздником Санджи. Он какой-то печальный сегодня!

На следующий день Лао потащил Чарли с самого утра не тренировку. После многочисленных просьб девушки, в процессе физической подготовки, он рассказывал про инквизиторов.

— Левой работай! Изначально инквизиторы действительно были божьими воинами с крестом и мечом против всех Иных. Да, Чарли, — кивнул он, встретив её удивленный взгляд, — инквизиторы были против всех Иных. Кроме экзорцистов и мистиков. Про существование последних тогда никто не знал… локти выше! Экзорцистов с инквизиторами обучала католическая церковь быть верными воинами против ереси и прочего, так называемого, зла. Только после Грани им пришлось опомниться и пересмотреть свои взгляды, однако техника обучения прошла сквозь века. Инквизитор обязан уметь владеть мечом. И обладать хотя бы одним. Вальдемар из потомственных, у него орудий убийства несколько, а вот Анжей — первый в роду. Его меч ковали московские кузнецы.

— Неужели кто-то ещё может выковать настоящий меч? — тяжело дыша, поразилась шаманка.

— Работай над дыханием, а то быстро упадёшь! — скомандовал монах, «устанавливая» руки девушки в правильную позицию. — И за локтями следи! Разумеется, существует немало настоящих мастеров старой школы, способных сделать настоящее боевое оружие. А чего ты удивляешься? В Японии никого не удивит мастер, способный выковать настоящий самурайский меч. Вот и мы не пальцем деланные, если можно так выразиться. Так, не отвлекайся! Локти выше, и вперёд!

После тренировки мышцы горели, а руки висели вдоль тела бессильными плетьми. Чарли, покрытая капельками пота, с ужасом смотрела на невероятно длинный путь в пять метров до ближайшей душевой, пока бодрый и полный сил Лао Шин бегал на верхние этажи за полотенцами. Ноги едва-едва подчинялись, руки не слушались вовсе. Самой себе Чарли казалась раковинкой, тонкой хрупкой и окостенелой, внутри которой живет её истинная сущность — тело шамана, не страдающее мышечной болью.

— Давай живо в душ, потом разомну тебя, чтобы ты завтра могла передвигаться, — насмешливо произнёс Лао, возвышаясь над ней.

Весь вид девушки красноречиво говорил, что даже в такой малости ей требуется помощь. Мылась она уже сама. Однако стоило ему прикоснуться к её плечам с целью размять, как девушка снова съёжилась, неловко попытавшись вывернуться.

— Чарли, — насторожился монах, спокойно пресекая её слабые попытки избежать прикосновений, — над тобой в школе случаем не издевались?

Замершее в состояние напуганного опоссума тело шаманки стало красноречивым ответом. В стрессе реакция прошла без сознательной команды. Монах ждал ответа, однако девушка застыла камнем и не шевелилась. Чарли не собиралась продолжать неприятный разговор. В сознание начало пробиваться паническое ожидание агрессии. Вот сейчас Лао встряхнёт её и потребует немедленного ответа, однако секунды шли, а монах безмолвствовал.

Выждав для верности ещё минут десять тяжёлого молчания, Лао невозмутимо продолжил разминать хрупкие плечи, обещая ещё более действенные тренировки, когда она полностью окрепнет, будто не замечая, как девушка выдохнула с облегчением.

7. Дело о демонах в школе ч.1

Неудобных вопросов Лао Шин больше не задавал, всё больше подмечая, что режим «опоссума» у Чарли не подразумевает последующий выход из ступора с достойным ответом на вопрос. Девушка просто пряталась в раковину собственного тела, как рак-отшельник, и не собиралась выходить наружу, пока опасность не минует.

После села Пупково у них появилась передышка в четыре дня, чтобы укрепить здоровый дух в здоровом теле, а также мельком изучить бестиарий возможных «клиентов». К пятнице Чарли не могла точно сказать, что болит больше — каждая мышца тела от тренировок или голова от обилия новых слов и терминов. Иные,казавшиеся выходцами из сказок, оказались возможными противниками. Монах не щадил. Комбинируя тренировки, чтобы одни мышцы работали, пока другие отдыхают, он обещал к концу года сделать из неё ловкого бойца, но на выходе получалась только полуживая шаманка-развалина.

Пятничную тренировку внезапно прервали, когда едва стоящая на ногах Чарли, мечтала испепелить боксёрский манекен взглядом, чтобы больше не пришлось «работать корпусом» и поднимать на него руку. Вторжение немолодого человека в католической одежде святого отца, показалось чем-то из ряда вон.

Лао нахмурился и, шепнув подопечной «попей пока воды», вывел визитера прочь из зала. Разговор девушке даже не пришлось подслушивать, он моментально перешёл в повышенные тона. Громче всего себя проявлял всегда сдержанный Лао.

— У меня есть право последнего голоса! И я говорю «нет»! Бери других! — кипятился наставник словно свистящий чайник.

Чарли даже захихикала, хотя понимала, что дело пахнет жареным. Монах не стал бы петушиться, если речь не касалась чего-то по-настоящему серьёзного или опасного. В первую очередь для неё. Выдохнув, после упокоения Раи, девушка наконец нашла для себя время присмотреться к своему наставнику. Истинный буддийский монах зверел на глазах только в том случае, если шаманке мог кто-то угрожать.

Эту интересную черту своего наставника она живо отправила на обсуждение в чат с ведьмами. Оля с Таней, помирая со скуки в больничной палате, осторожно предупредили девушку о возможной гиперопеке со стороны Лао Шина.

Разговор затягивался. Чарли начала заметно нервничать, замирая камнем на лавке, в ожидании появления хоть кого-нибудь. Наконец, злобный, словно армия Змей Горынычей, явился Лао Шин в сопровождении того самого немолодого господина.

— Чарли, — натянуто улыбнулся он и указал на незнакомца, — это отец Пётр. Наш экзорцист. Отец Пётр, перед тобой шаманка Чарли.

— Рад познакомиться, дочь моя! — вежливо склонил голову экзорцист, подходя ближе.

Несмотря на гражданскую одежду, лишенную отличительных особенностей католических священников, всё во взгляде и осанке Петра говорило шаманке — перед ней экзорцист. Ощущался в его седине, морщинах и тяжёлом взгляде некий отпечаток. Словно автографы всех демонов, которых ему удалось изгнать. В хитром прищуре и мимических морщинках вокруг губ угадывалось, что Пётр часто улыбался. На глаз ему можно было дать около пятидесяти лет, однако экзорцист казался по-мальчишески бойким и не по возрасту подвижным, что затрудняло оценку.

«Это с ним демоны такое сделали или не повезло с генетикой?»

— Приятно… познакомиться, — неуверенно кивнула девушка.

— Я вынужден надолго прервать вашу тренировку с наставником, и объявить, что завтра утром мы все, — он укоризненно покосился на монаха, ответившего ещё более угрюмым взглядом, — летим во Владивосток. Ориентировочно, командировка продлится до трёх недель. Рассчитывайте на этот срок и возьмите с собой всё необходимое.

— Возьмём! — холодно кивнул Лао, ответив за обоих.

— Это вам для изучения! — протянул ему толстую папку Пётр и, попрощавшись, покинул зал дракона.

Пока шаманка приводила себя в порядок в душевой, Лао ожидал в зале, пробегая глазами по предоставленным бумагам.

— По шкале от волколаков и до ядерного апокалипсиса, насколько всё плохо? — поинтересовалась Чарли, возвращаясь к наставнику.

— Мы идём ворошить гнездо демонов! — выдохнул монах, протягивая девушке папку.

Отчет по делу № 1002210

29 июля поступил вызов из центрального района города Екатеринбурга от Кошкина Н.В.Родители заметили за дочерью 7 лет симптомы одержимости.Вызов принят в тот же день. После беседы с родителями, первичный диагноз — одержимость. Начал наблюдение за поведением девочки.

Спустя два дня диагноз подтвердился. По данным, что удалось собрать, демон поглощал душу Кошкиной Е.Н. уже шесть дней.

На лицо были признаки сильного истощения.2 августа получено разрешение церкви на проведение обряда экзорцизма.5 августа обряд прошел успешно, демон изгнан, душа девочки в безопасности, сама она передана церкви на реабилитацию.

Дело закрыто. Экзорцист Пётр.

Брови взлетели ввысь. Впервые шаманка видела перед собой оформленный отчёт, подкрепленный всеми свидетельствами, заверениями, письменными уведомлениями с заверением от нотариуса, об изгнании демона. Странно, что только от этой кипы бумажек демон не сбежал с утробным воем. Но второе дело заставило напрячься чуть больше. Один случай — случайность, два — совпадение, а три — система.

Отчет по делу № 1010225

13 августа 2018 года, поступил вызов из города Кемерово.

17-летняя Антонова В.И. начала проявлять симптомы ранней одержимости.

Вызов принят в тот же день. Подтвержденный диагноз — одержимость. Начал расследование на выявление закономерности с делом № 1002210. Выяснилось что Антонова В.И. и Кошкина Е.Н. посещали в один год Екатеринбург, Владивосток и пользовались самолётами одной авиакомпании. Более общих точек не найдено.В первый день, демон, поработивший девушку, начал проявлять агрессию. Штатные успокоительные не действовали, пришлось воспользоваться сильными транквилизаторами.

14 августа, получено разрешение церкви на обряд экзорцизма.15 августа, обряд прошёл тяжело, демон сопротивлялся, тело девочки перенесло большие физические перегрузки, родители прервали обряд и пожелали отозвать запрос.16 августа родители позволили продолжить обряд экзорцизма.

17 августа: душа девочки в безопасности, как и предполагалось Антонина не помнит о происшедшем, последние воспоминания связаны с учебным заведением. Девочка передана церкви на реабилитацию.

Дело закрыто. Подана заявка на выезд мистика по адресу учебного заведения.

Экзорцист Пётр.

— Марк провёл предварительное расследование. Там ниже его отчёт, — хрипло проговорил Лао, машинально поднимая кулак на стоящую рядом макивару. — Если кратко, то зафиксировано ещё шесть случаев. Петру повезло. «Своих» он спас. В наш филиал в Гонконге слишком поздно поступили вызовы о двух случаях одержимости. Двое мужчин за тридцать вернулись из Владивостока и быстро зачахли. На взрослых демоны отыгрываются иначе, чем на детях… долго объяснять, но причина в биохимии мозга и уровне гормонов. Когда явились экзорцисты, одного спасти не удалось, второй до сих пор в коме. Прогноз неутешительный.

— Круг сужается, — нахмурилась шаманка, — Владивосток. А там?

— Там тоже есть наш филиал. Экзорцист Иван Фролов расследовал смерть охранника. Умер странно и внезапно. Подозревали ритуал или культ. Оказалось, что демон выпил его досуха. Пять случаев одержимости людей, побывавших в одном городе разного возраста и из разных мест. Отправили запрос по всем филиалам, и в ответ пришли ещё три случая. Двадцатипятилетний преподаватель из Иваново скончался, не дождавшись разрешения на проведение обряда экзорцизма. Его обнаружили слишком поздно. В Барнауле и Костроме лежат в коме две девушки. Тринадцать и семнадцать лет. Все трое вернулись из Владивостока за день до появления симптомов.

По бледной коже Чарли прошёл холодок. На этот раз по-настоящему становилось страшно. Раньше столкновения лоб-в-лоб с демонами не случалось. Даже с голоднымиИными порой становилось страшно оказаться в одном месте, а демоны из отчета не шутили.

«Неудивительно, что Лао начал психовать!»

— А что мы можем против демона сделать? — поинтересовалась она, нервно сглатывая.

— Почти ничего. Временно запереть на одном месте или изгнать из тела. Более существенного вреда демону никто не может причинить, — пожал плечами монах. — Но в данном случае это не просто система. Подозрение на полноценное гнездо демонов. Собираясь в такие стаи, они становятся намного опаснее одиночек. Гнездо надо разорить, иначе жертв станет только больше. Мы едем искать его.

— Город большой!

— Нас тоже немало! — подмигнул Лао. — Иди, собирайся. Рано утром наша шайка-лейка вылетает на Дальний Восток.

Восемь часов полёта. Анжей и Максимилиан, пристроенные к делу после неудач в Пупково, успели ещё до взлёта знатно покусаться, почти подраться, помириться, поклясться на крови в дружбе и уснуть головами на плечах шокированного экзорциста Петра. Без Вальдемара парочка оказалась невероятно шумной. Сам католик терпеливо повторял одними губами какие-то молитвы или, подозревала Чарли, беззвучно припоминал все ругательства на русском и латыни.

Сама шаманка нервничала. Полёт её не пугал, как и нахождение в самолёте почти без движения в брюхе железной птицы. Напряжение создавало задание, объявленное отцом Петром до отъезда из офиса. Расследование Марка вышло на единственное место, связывающее двух китайских рабочих, старого охранника, маленьких девочек, подростков и выпускника пединститута. Дальневосточный центр образования, построенный на месте летнего лагеря «Океан». Из-за затянувшегося ремонта, центр образования всё ещё оставался закрытым, однако всё лето два старых корпуса исполняли роль летнего лагеря для детей и школы подготовки к выпускным экзаменам. До официального открытия оставалась неделя, а некоторые ученики уже заселились в общежитие студентов и проживали на территории.

Планы на центр образования стояли Наполеоновские. Пансион с полным проживанием, как учеников, так и учителей. На берегу моря, что очень полезно для болезненных учащихся. Вся территория бывшего лагеря была перестроена в образовательный городок. Дальневосточный федеральный университет на Русском острове получил амбициозного младшего брата, ничуть не уступающего по масштабу и техническому оснащению.

Миниатюрная Чарли идеально подходила на роль засланного казачка в стан врага. Едва дотягивающая внешне до шестнадцатилетней, она получила пакет фальшивых документов на имя будущей десятиклассницы, идеально сдавшей ОГЭосновной государственный экзамен, и готовящейся начать учиться на морского биолога. «Какое совпадение», что именно дальневосточный центр образования располагал необходимыми факультативами и старшим звеном с биологическим направлением. Возвращение в школу нервировало, хоть шаманка старательно подавляла в себе вспыхивающие страхи, притворяясь камнем.

Восемь часов, чтобы смириться с грядущим испытанием на прочность. То и дело вспоминались не самые приятные моменты из собственного школьного прошлого. Конечно, быть фальшивой ученицей не приравнивалось к настоящей школьной жизни, но выученное состояние опоссума едва ли помогло бы успешному расследованию. Шаманка под прикрытием. Большой учебный центр, ночь, множество помещений и одна девчонка с бубном…

— Ты как? — дотронулся до её руки Лао. Девушка почти не вздрогнула, но руку он поспешил убрать. — Ты не обязана в этом участвовать. У тебя нет квалификации для работы под прикрытием, так что ты можешь отказаться!

— Мы уже летим, вообще-то! — пожала она плечами.

— Как прилетим, так и улетим обратно, да и во Владивостоке найдётся чем заняться. Очередных оборотней с попутчиками погоняем! — соблазнял на малодушный отказ от дела монах.

Чарли тяжело выдохнула. Конечно, она могла отказаться. Всегда могла. Просто сказать нет, собрать свои вещи и вернуться домой. Восстановиться в институте непросто, но возможно, и через пару месяцев все обо всём забудут, а она будет жить как раньше.

Вот только «как раньше» уже не хотелось.

Раньше к её шаманству не относились с бытовым спокойствием. Никто не мог обыденно попросить поговорить с духом или нырнуть во внетелесный мир по какому-либо поручению. Раньше она не чувствовала себя такой до одури нормальной! Просто выходила из тела и общаться с различными сущностями, ничего никому не объясняя. Её наставникпросто способен манипулировать энергиями, совершать перемещения в пространстве и отбиваться шестом от волколаков. Её коллеги просто экзорцист, чернокнижник и инквизитор. Её начальница просто ведьма со своим фамильяром и маленькой береттой. Всё просто! И ради сохранения этого «просто» можно потерпеть. Немного потерпеть.

— Я справлюсь с этим, — проговорила Чарли, стараясь звучать уверенно, — но я не знаю, как искать демонов. Территория слишком большая.

— Во Владивостоке тебя ждет ещё одна коллега. Ищейка. Она поможет найти гнездо. Вдвоём вам будет проще справиться с задачей, а мы будем недалеко. Около бывшего лагеря «Океан» ещё достаточно домиков для аренды.

В аэропорту Кневичи их встретили четверо представителей местного филиала ГХ. Два водителя, представившиеся Мишей и Никитой на вид казались страшнее адских церберов, но в общении милыми словно котята. Прилетевших окинул колким взглядом немолодой экзорцист, представившийся Иваном Фроловым. Несмотря на все различия во внешности, тот самый неуловимый «автограф» изгнанных демонов делал Петра с Иваном невероятно похожими. На контрасте с ними стояла невысокая девочка не старше четырнадцати лет. Тёмные волосы, заплетённые в две косы и школьная форма создавали образ безобидного ребёнка. Девочка лучезарно улыбалась всем агентам, ничуть не стесняясь своего соседства. Её обаянию не поддался только Радомиров, судорожно сглотнувший при виде представительницы женского пола.

После всеобщего рукопожатия и раскланивания Фролов представил всем девочку:

— Прошу любить и жаловать, это наша коллега из Южной Кореи — Кан Юби. Она прекрасно говорит на русском и английском языках, проблем в общении возникнуть не должно.

— Можно просто Юби, — улыбнулась девочка, протянув Чарли руку.

Крохотная ручка при рукопожатии внезапно оказалась очень цепкой, крепкой и сильной, что немало удивило шаманку. В девочке невооруженным взглядом просматривался секретик. Ведьма? Мистик?

— Чарли, — кивнула она, опомнившись, — шаманка, а ты?

— Кицунэ.Кицунэ — в восточной мифологии лисы-оборотни. Считаются умными хитрыми созданиями, умеющими превращаться в людей.

— Нихре… — начал было Анжей, грубо ткнув пальцем в девочку, но был мгновенно перехвачен железной рукой Петра, зажавшего инквизитору рот.

— Рот с мылом будешь мыть! — грозно пообещал экзорцист и вежливо поклонился девочке.

После короткого урока хороших манер для инквизитора, агенты расселись по машинам и тронулись в путь. Дорога предстояла длинная. По пути Юби и Чарли, севшие в одну машину, обменялись номерами, и вместе разбирали папки с личными делами их фальшивых личностей. По просьбе Юби, Чарли честно рассказала обо всём, что может и не может сделать в качестве шаманки. Порой краснея за скромный набор способностей. Однако всё озвученное по-настоящему впечатлило девочку-лисичку.

— Всем доброго времени суток, дорогие мои дамы и господа! — взвыло радио знакомым голосом. — С вами я — ваш обожаемый и несравненный Весемир! Коротко о событиях в нашем Датском королевстве! В Краснодарском крае задержан чернокнижник, распространяющий среди туристов проклятые артефакты, скармливающие жизненную энергию людей на корм демонам. Негодяй продавал туристам грошовые сувениры, которые при тесном контакте обеспечивали его демона отменной пищей на расстоянии. Хитреца оказалось невероятно сложно поймать, однако вернувшаяся в строй Марьяна Укошина показала ему силу демонов-контрактников!

От экспрессии шамана Юби расхохоталась, остальные агенты предпочли делать вид, что ничего не слышат, а Чарли в очередной раз усмехнулась от самолюбования Весемира.

— В Новгороде обнаружена секта демонопоклонников, на вызов отправлена группа во главе с нашей Железной Леди — Еленой Громовой. Уверен, что секта уже дрожит и трусы сушит! В Брянских лесах повысилась активность леших, инквизиторам советую туда не соваться. Со стороны Карпатских гор замечена миграция кровососущих на Восток, но данные пока не подтверждены. А на этом всё. Берегите себя и своё здоровье. Ваш самый незаменимый Весемир!

За обедом в ресторане, куда привезли прилетевших в первую очередь, Юби простыми словами поведала о лисьей способности прекрасно чувствовать «запах» демонов и различать по нему голод демона, настроение, количество и физические, точнее сказать, духовные возможности. Однако во время такого поиска и сама кицунэ становится невероятно уязвима. Когда она берёт след демона, тот чувствует её, а разгневавшись может напасть и тяжело ранить. Кроме того, девочку во время поиска «следа» требуется прикрывать от любопытных глаз, для чего и взяли Чарли.

✠✠✠

— Итак, Лерочка и… Юлечка, это ваша спальня, — бормотала заведующая жилым блоком, открывая дверь в просторную комнату. — Комната на пять человек, но пока что вы тут поживёте вдвоём. Душевые и туалет в конце коридора.

Беготня по кабинетам, бухгалтерский ад и множество заверенных бумажек, которые нужно было подписать, переподписать и ещё раз заверить — всё это закончилось только к вечеру следующего дня. Наконец, обряженные в школьную форму Чарли и Юби были заселены в комнату для девочек. Пётр постарался на славу. Никто ни на секунду не усомнился ни в девочках, ни в документах, которые по ним были предоставлены. Но, когда последний листок был подписан и завизирован, Чарли парализовал липкий ужас, превратив в опоссума. Всё по-настоящему. Её внезапно выплывшая надежда, что возраст раскроют, а фальшивки не примут, разбилась на множество осколков. Предстояло одинокое плавание среди акул, как бы Лао не обещал, что будет рядом, в комнату девушки вошли без сопровождения агентов.

Отремонтированная дружина «Бригантина», коей учебный корпус звался в прошлом, напоминала длинный круизный лайнер современного образца. Четыре этажа вверх, один цокольный этаж и бесконечные коридоры. Советские стандарты чувствовались даже после ремонта. Общие комнаты на пять человек, туалет и душ один на коридор, а планировка как в больнице или стандартном санатории.

— Всё будет хорошо, не переживай! — подбодрила шаманку Юби. — Ты ещё стажёр, так что не делай больше, чем требует задание! Я ищу гнездо, ты будешь меня прикрывать. Если что-то пойдёт не так, то беги с территории на всех парах и звони своему наставнику. С демонами шутки плохи.

— А ты их видела когда-нибудь? Демонов? — не выдержала Чарли, неловко теребя край юбки.

После личных апартаментов в офисе комната девочек казалась страшно неуютной. Шаманка при всём желании не могла отойти далеко от своей соседки. Плечом к плечу с коллегой всё выглядело не таким страшным.

— Да, много раз. Лет пятьдесят назад с ними можно было даже построить какой-никакой диалог, но сейчас вменяемых среди них не осталось. Голод, — развела Юби руками как бы говоря, что ничего нельзя поделать.

— Тебе больше пятидесяти? — ахнула девушка.

— Кицунэ! — напомнила с улыбкой девочка-лисичка. — Мне намного больше пятидесяти! А сейчас предлагаю пойти помыться и после тихого часа приступить к поискам гнезда! От демонов следует избавиться до открытия школы!

Роль постового немного нервировала, однако Чарли успокаивала тебя тем, что не приходится самой на ощупь разыскивать демонов. Вернувшаяся после отбоя в свой истинный облик, серебряная лисица с девятью хвостами бодро начала бегать по этажам, тщательно вынюхивая все подозрительные области. Комната за комнатой, этаж за этажом. Несколько раз они чуть было не попались, однако Чарли успевала дать тревожный сигнал и спрятаться вместе с лисой от глаз ночных охранников, в шутку именуемых учениками «розовые слоники». Осмотр жилых помещений они закончили к четырём утра. Уставшие и сонные, девушки завалились на кровать. Юби с видимым трудом перекинулась в девочку.

— Ну что? — шепотом поинтересовалась Чарли, радуясь, что страшнее ночных охранников они никого не встретили.

Сердце сжималось от страха каждый раз, когда шаманка слышала шаги, однако радовалась, что причиной нервного вздрагивания каждый раз были люди.

— Почти ничего! — отозвалась Юби. — Есть слабая ниточка, но это скорее эхо, оставшееся от уже одержимых жертв. В этом здании гнезда нет.

«Лао. Осмотрели жилой корпус. Демонов нет. Надо придумать, как по ночам осматривать другие здания», — быстро набрала сообщение девушка, прежде чем упасть в недолгий, но глубокий сон.

Лао объявился после завтрака, когда всех учеников школы водили на экскурсию по территории. Неизвестно каким образом длинный словно жердь монах в белой майке и военных штанах незаметно вклинился в строй школьников, но Лао успешно проделал этот фокус.

— Слушай, агент-47, ты бы хоть в школьную форму переоделся, чтобы сливаться с толпой! — шепнула ему вместо приветствия Чарли, стараясь смотреть в другую сторону.

— Мне не очень идёт юбка-клёш, — хихикнул монах, — а костюмы с галстуками — это просто пыточные наборы.

— Сказал тот, кто явился за мной в чёрной тройке с галстуком!

— Я едва пережил тот день! — шепотом возмутился Лао, но быстро перешёл в режим жесткого инструктора. — Советую сегодня после обеда начать общение с учениками и ученицами, от которых исходит запах демонов. Юби должна почуять его даже в человеческой форме. Ученики точно хоть раз сбегали из жилого корпуса или ходили там, где нельзя. Если их разговорить, мы приблизимся к гнезду. Успей поспрашивать до ужина. Перед отбоем такие разговоры начинают отлавливать. Вечером я пришлю тебе самые подозрительные места. Не во все помещения могли войти преподаватель, старшие и младшие ученики, охранник и строители!

Отчет по делу № 1322263

В качестве продолжения дел 1002210, 1010225. На предполагаемый объект с гнездом демонов 20 сентября из Москвы прибыла группа по главе с экзорцистом Петром.

Состав группы:

Экзорцист Пётр

Монах Лао Шин

Чернокнижник Максимилиан Радомиров

Инквизитор Анжей Курвин

Стажер-шаман Чарли

При поддержке агентов Дальнего Востока

Экзорциста Ивана ФроловаКицунэ Кан Юби

Под прикрытием Кан Юби и Чарли были внедрены в число учениц ДВЦО на территории быв. лагеря «Океан». Осмотр живого помещения не определил наличие гнезда демонов. Однако зафиксированы «хвосты», оставшиеся от одержимых демонами людей.

Пометка в архив, удостовериться, что новых случаев одержимости не зарегистрировано.

Второй день. Осмотр территории. По словам Кан Юби, днём на всей территории чувствуется «смешанная энергетика», из-за которой след теряется. Кто-то из Иных прячет гнездо.Запрос в архив на прецеденты совместной работы демонов с Иными.

7. Дело о демонах в школе ч.2

— Что значит «кто-то из Иных прикрывает»? — поразилась Чарли во время обеда.

Во время обзорной экскурсии по немаленькой территории студенческого городка, она всячески прикрывала Юби, чтобы та попеременно лисой и маленькой девочкой могла обнюхать все входы и выходы в поисках гнезда. Простое задание внезапно усложнилось намеренным сокрытием всех следов присутствия демонов.

— Следы демонов могут замести Иные. Кто-то помогает нашим пожирателям, — шепнула в ответ девочка-лисичка, набрасывающаяся в столовой на комплексный обед с волчьим голодом после нескольких вынужденных трансформаций.

Чарли оставила себе только первое и булочку, предоставляя остальную пищу голодной коллеге. Когда и этого оказалось недостаточно, добрые повара не поскупились на добавку при виде грустных лисьих глаз. Пока Юби восполняла силы, шаманка отчиталась Лао о неожиданном осложнении. В ответ монах приказал вести себя предельно осторожно.

До отбоя оставалось достаточно времени, чтобы попытаться найти ещё подсказки. Юби, подмигнув Чарли на прощание, отправилась сплетничать со школьницами и учительницами. Талантливая лисичка могла превращаться не только в маленькую школьницу, но и во взрослую девушку. Чарли оставалось робко помахать ей, и постараться не думать о своих школьных временах. Однако и столовая, и коридоры нервировали, вынудив её забиться в единственное место, которое всегда пустовало в её школе. Ткнувшись несколько раз в запертые к лестницам проходы с надписью «В цокольном этаже ремонт. Воспользуйтесь другой лестницей», она наконец взлетела птицей на нужный этаж.

Библиотека. Запах бумаги. Одинаково приятный как свежей и хрустящей, так и старой, ощущающейся как тонкая бархатная ткань. Царство книг и тишины. В эпоху цифровых знаний самое заброшенное место в любой школе. Именно среди стеллажей, Чарли восстанавливала душевное равновесие и даже иногда медитировала. Стараясь оставаться неслышной и незаметной, шаманка кралась в самый дальний угол, чтобы на время почувствовать себя несуществующей в пищевой цепочке школы. Однако стоило ей дойти до самого тёмного угла, как она услышала судорожный всхлип. Безопасное место уже приютило кого-то другого.

— Тише, кто-нибудь услышит! — услышала шепот Чарли вслед за слезами.

Шаманка, неловко покачнулась на месте, не зная, что делать. Спрятаться за соседним стеллажом? Или бежать в другое укрытие? А есть ли оно, другое укрытие? Выдавать себя не хотелось, и Чарли забилась в соседний угол, разделяемая всего одним стеллажом с книгами от школьниц. Не только ей тяжело существовать внутри школы, а для неё это всего лишь маскарад. Всё не по-настоящему. Но пальцы противно леденели, а воспоминания душили и не давали свободы. В голове с самой школы звенел один и тот же вопрос:

— Зачем они так поступают? Я не понимаю! Я ничего им не сделала! — озвучила её мысли плачущая девушка.

«Времена меняются, а вопрос о школьной травле остаётся классикой!» — покачала головой Чарли, сворачиваясь в клубок на полу. Так всегда было легче.

— Я хочу сбежать отсюда, Кать!

— С ума сошла? Ты помнишь, что случилось с Никой? Тоже хочешь? — в шёпоте было столько ужаса, что Чарли насторожилась и невольно вынырнула из своих неприятных воспоминаний.

— Зато Нику сразу домой отправили и она до сих пор там! — всхлипнула плачущая девчушка.

«Кошкина Е.Н. и Антонова В.И. В — Вероника?» — вспоминала Чарли.

— Я слышала… тихо! — шикнула собеседница плачущей, и все затихли прислушиваясь.

Книжный зал ответил тишиной. Ложная тревога.

— Все двери на улицу запираются! Пойдёшь как Ника, и тебе тоже каюк! Я слышала, дома у неё всё было очень плохо!

В библиотеку кто-то вошёл, шумно захлопнув дверь. Шаманка, смекнув, что пора убегать, неслышно выскользнула из-за стеллажей и помчалась прочь из библиотеки. Экскурсия не слишком помогла. Чарли заблудилась. Лестниц вниз не обнаруживалось, а пустые учебные кабинеты угнетали запертыми дверьми. Казалось, она вошла в декорации ужастика, недоставало только темноты.

Мерное гудение заставило девушку подпрыгнуть на месте, и вжаться в ближайший угол, прежде чем она смогла вспомнить, что именно может издавать такой звук. Лифт. В здании помимо лестниц были лифты. Метнувшись на звук, она наткнулась на своё возможное спасение. Коротко пикнув двери открылись, и Чарли вошла в кабину. Осталось только нажать на кнопку этажа и вернуться к суете немногочисленных школьников.

Палец потянулся к кнопкам и замер. Номер этажа вылетел из головы. Третий? Или она сейчас на третьем? Может она на четвёртом? Сколько она поднималась? Или надо на второй? А может просто спуститься на первый и разобраться на месте? Пока она раздумывала, дверцы со скрипом сошлись и лифт сам поехал вниз. Сердце пропустило два удара.

«Я нажала на кнопку что ли?» — старые кнопки не подсвечивались при нажатии.

Лифт продолжал движение вниз, а Чарли старательно заставляла себя не думать о панике.

«Я просто впечатлительная и не люблю школу! — мысленно повторяла она. — Я нажала на кнопку лифта и сама испугалась! Всё ерунда! Со мной ничего не случится… как с Никой!»

Лифт как-то особенно пугающе пикнул и двери разошлись. Сердце сделало двойной кульбит. Она оказалась в по-настоящему жутком коридоре. Повсюду валялся строительный мусор, со стен лохмотьями свисала краска, по углам покрывались пылью огромные пакеты, в которых можно уместить взрослого человека. Свет горел не везде. Редкие лампы освещали витающую в воздухе пыль. Несмотря на жаркий для сентября день, вокруг царила промозглость.

«Сваливай отсюда, Чарли! — услышала она приказ. — Беги, Булочка!»

Створки лифта со скрежетом начали своё движение, чтобы отрезать ей путь к побегу, но шаманка успела придержать их и втиснуться в лифт. Из-за препятствия створки громко с силой хлопнули друг о друга и мгновенно широко распахнулись вновь. Мигнувшая лампа привлекла внимание Чарли к большой выцветшей цифре на стене напротив. Ноль.

«Блин, это всего лишь цоколь, который ремонтируют!» — облегчённо выдохнула шаманка и нажала на кнопку первого этажа.

Выйдя из лифта, Чарли, нервно хихикая, направилась в сторону жилого корпуса, чтобы отойти от внезапной страшилки, которую сама себе внушила. По пути в комнату, она поймала глазами Лао, старательно притворяющегося одним из строителей. Монах был слишком увлечён своим прикрытием и завуалированным допросов свидетелей, что девушка не стала его отвлекать.

На жилом этаже она столкнулась с Юби. Девочка-лисичка собралась было что-то восторженно рассказать, но вдруг поменялась в лице, резко вцепилась в Чарли и молча затолкала её в комнату. Не дав шаманке опомниться, девочка молниеносно жутко вывернулась наизнанку, как разворачиваемая фигурка оригами, и предстала перед шокированной коллегой в виде девятихвостой лисы. Прыгнув на шаманку, лиса начала её тщательно обнюхивать. Руки, ноги, одежда и даже волосы получили пристальное внимание. Когда сеанс обнюхивания завершился, лиса сложила все девять хвостов и перекинулась в девочку.

— От тебя пахнет демонами! — заявила она. — Только «хвостом», но очень ярким! Где была?

Простой вопрос: что может объединять учеников ДВЦО разного возраста, учителя и двух строителей? Перед девушками встали трое «подозреваемых» — библиотека, цокольный этаж и лифт.

— Библиотека не место для строителей! — хором отмели первого подозреваемого девушки.

Оставались цокольный этаж и лифт, которым может воспользоваться любой человек на территории студенческого городка. Чарли старалась вспомнить, видела ли на каком-либо из этажей строителя. Они вообще поднимались хотя бы на первый?

— Лифт старый! — осенило её. — Сейчас все перешли на современные Отисы!Otis Elevator Company — одна из старейших и крупнейших компаний-производителей подъемного оборудования (эскалаторы, лифты и движущиеся дорожки). Эта часть корпуса тоже старая, выше цоколя строители не должны подниматься.

— Но как они попадают на цокольный этаж? Лифт… нет, ты права! — хлопнула себя по лбу Юби. — Даже если они пользовались лифтом с первого этаж в цоколь, то на первом я бы почувствовала хвост. Но на первом этаже всё чисто. Никаких «хвостов».

— Вот только зачем остальным спускаться в цоколь, где только грязь и пыль? — удивилась Чарли.

— Пиши Лао, — скомандовала Юби, — у него есть возможность понаблюдать за строителями. Возможно, с его стороны виднее.

Сообщение от Лао содержало очередную порцию инструкций. Когда мыться, когда ужинать, какие кабинеты посещать, а какие нет. С кем поговорить при возможности, а от кого прятаться. Наставник принял запрос на наблюдение за строителями. Увидев свод тиранических правил Юби предложила лечь спать до самого ужина, набраться сил и после отбоя наведаться в цоколь, чтобы убедиться наверняка. Внезапный бунт против наставника шаманка, замявшись на пару минут, приняла с тихим смешком.

Во время ужина Лао написал о дополнительных нескольких выходах из цоколя специально на случай пожара или другого бедствия. На период ремонтных работ все выходы открыли, чтобы рабочим было проще выполнять свои обязанности и не сталкиваться со школьниками и персоналом.

— Лифт очень шумный, а лестницы в цоколь закрыты! — шепнула Чарли лисичке.

— А я маленькая лисичка и могу пройти в разные помещения, чтобы выкрасть связку ключей! — парировала Юби. — Мне просто нужно прикрытие! Догадываешься о чем я?

— О моей непосредственной работе? — понимающе улыбнулась шаманка.

✠✠✠

Чарли никогда ни с кем не нарушала дисциплину в школе. Побег в библиотеку или подальше от школы в гордом одиночестве невозможно сравнить с бушующим гейзером адреналина в крови, когда стоишь «на посту», пока товарищ по проделкам творит нечто запрещённое. Однако это ощущение опасности быть пойманной поднимало настроение.

Маленькая серебряная лисица выкрала запасную связку ключей у уборщиц, и после отбоя девушки неслышно направились обследовать нулевой этаж учебного корпуса.

Однако градус весёлого озорства заметно понизился, как только они спустились на жуткий этаж. Серебряная лисичка, взмахнув девятью хвостами, начала тщательно обнюхивать помещение и двигаться вперёд. Сколь лёгкой и незаметной была она, столь же громко хрустел строительный мусор под ногами шаманки, старающейся казаться незаметной. Цокольный этаж представлял собой огромный лабиринт, связывающий как здания старых корпусов, так и достроенные новые корпуса. Фронт работ явно не на одну ночь.

«Или не на одну маленькую лисичку! — хмыкнула шаманка, глядя, как очередной коридор лисичка обходит стороной, обнюхав каждый угол. — Сюда бы стайку кицунэ!»

Лисица старательно осматривала коридор за коридором, как вдруг Чарли услышала шаги. Кто-то приближался и довольно-таки быстро! Поддавшись панике, она рванула за угол, невольно грохоча на весь коридор. Эхо разнесло её шаги громовым раскатом. Шаманка скрылась в одном из тупичков перед кабинетом, лисичка нырнула следом за ней, однако было поздно. Два плотных луча от фонарей разрезали темноту в считанных метрах от девушек.

— Выходите лучше по-хорошему! — разнесло эхо уставший сердитый голос.

Чарли побледнела. Попались. Требовалось срочно придумать вескую причину их нахождения в цоколе. Или что-то на неё похожее. Мысли стреляли в голове, но ни одна не попадала в цель, пока на грязном полу не обнаружилась пустая брошенная пачка сигарет. Кто-то из строителей не постеснялся мусорить. Или не только строителей?

— Мы выходим, — как можно более жалостливо ответила шаманка, сжав в руке подобранный мусор.

Лучи фонаря на мгновение ослепили, заставив зажмуриться. Юби вышла из укрытия вслед за Чарли с самым раскаявшимся видом.

— Ну и что вы тут делали? — грозно поинтересовался охранник, однако луч фонаря уже скользнул по руке шаманки, выхватив смятую пачку из-под сигарет. — Понятно…

— Дяденька, это была последняя, честное слово! — позволила себе расплакаться Чарли. — Я бросаю. Эта последняя была. Честно-честно.

— «Последняя-последняя», — передразнил он её, — а первую зачем закуривала? Не девочка, а пепельница! Живо по спальням! Проверю через пять минут, чтобы спали и только шевельнитесь!

— Живо! — прикрикнул вслед за ним второй охранник и добавил в шипящую рацию: — Да, всё нормально, опять поймали курящих в цоколе. Нет, в этот раз не учителя.

«Не учителя. На этот раз, — смекнула Чарли. — Тот одержимый учитель мог спускаться в цоколь, чтобы покурить. Ученицы постарше тоже или пытались воспользоваться выходом для строителей, если к примеру на ночь его не запирают! Ника хотела сбежать отсюда!»

— Чтобы в первый и последний раз! — рыкнул на девочек первый охранник и они помчались на жилой этаж в свою комнату.

Бежали не скрываясь. Всё равно уже пойманы на преступлении, к счастью, не таком серьёзном. Перед тем как погрузиться в сон, Юби коротко шепнула, что «хвостов» в цоколе множество, и чем дальше, тем серьёзнее. Гнездо очень большое. Возможно, всех прибывших к студенческому городку агентов окажется недостаточно.

— Пиши Лао прямо сейчас, до утра не ждёт! — шепнула она, пока шаманка набирала сообщение для монаха. — Мне кажется, я почуяла в цоколе упырей. Возможно имеет место два гнезда.

Отчет по делу № 1322263 (продолжение)

По рапорту агента Кан Юби обнаружены следы большого гнезда Иных в цокольном этаже учебного корпуса ДВЦО.

Точное число предполагаемого противника не установлено.

Группа в полном составе вступила в контакт с предполагаемым противником ночью с 22 на 23 сентября.Ближе к полуночи контроль над ходом операции потерян.

Группа была не готова ко встрече с превосходящим количеством противника.

Отправляться снова в цоколь даже со всей командой не было никакого желания. Анжей заметно нервничал, хоть и пытался это скрыть, грозно поигрывая своим мечом. Максимилиан, шёл одним из первых, рядом с Юби. Чернокнижник напротив казался предельно уверенным и собранным. Ничего общего с первым впечатлением. В деле о демонах Макс находился на своём месте. Лао Шин по традиции наставника шёл чуть впереди Чарли, прикрывая её своим плечом. Процессию завершали экзорцисты. Иван Фролов не остался в стороне.

Серебряная лисичка вела группу вперед. Радомиров гарантировал, что в цоколь ночью никто не войдёт, а любой охранник уснёт на ходу, но не успеет спуститься и увидеть агентов. В его уверенных словах никто не сомневался. Лиса быстро взяла след и вела вперед, не сбиваясь. След привёл к одному из самых холодных кабинетов. «Кружок лепки и гончарного дела» гласила пыльная табличка у стены.

Двери на поверку оказались незапертыми. Лишь повернуть ручку и войти. Сначала из-за фонарей, дающих слабый рассеянный свет не было видно, что происходит. Казалось, весь кабинет загромоздили манекены, обряженные в облезлые высохшие шубы. Анжей и лисичка двинулись вперёд, стараясь не касаться манекенов.

— Сколько их? — едва слышно прошептал Пётр.

— Много. Под сотню, — так же тихо ответил Анжей.

Лао напрягся и, схватив Чарли под локоть, отвёл в сторону от кабинета. Шаманка попыталась запротестовать, однако наставник вдруг стал неподатливым как каменная глыба. Он просто уводил её подальше в сторону, пока они не оказались у последнего кабинета в коридоре.

— Чарли, веди себя тихо. Если начнётся шум, то бегом за угол. Там пожарный выход. Он всегда открыт, поняла? — прошептал он, тревожно разглядывая пространство за спиной Чарли.

«Что? В каком смысле? Манекены? Это не мане…»

— Что в том кабинете? — шепнула она, послушно кивнув на вопрос наставника.

— Упыри в спячке, таких огромных гнёзд не существовало на моей памяти. Если разбудим, то они всех нас на флаги мира порвут, — из кабинета послышалось движение, и Лао телепортировался к двери.

«Как упыри? Это были упыри? Но их там тьма! — пыталась сообразить Чарли. — Почему в спяч… школа ещё не открыта после ремонта! Фуршет должен начаться первого октября. Они же тут бойню устроят!»

Ужас накрывал от макушки до пяток. Дело принимало неприятный оборот. Казалось, сейчас кто-то картинно чихнёт, и тогда никто не вернётся из цоколя живым. Однако червячок сомнения продолжал точить и без того натянутые нервы.

«Почему упыри уснули все? А если их обнаружат? — не давало покоя Чарли. — А если кто-то не спит? Я могу проверить извне! Выйду в астрал и гляну. Они не должны меня заметить!»

Одежду почти не было жалко в тревожной обстановке. Чарли беззвучно села на грязный пол, стараясь не уколоться мягкими местами об осколок чего-нибудь острого. Без бубна уходить в астрал она страшилась, но бежать за ним не рискнула Глубокий вдох. Ровное дыхание, как учил Лао. Почувствовать нарастающий резонанс энергий. Влиться в него. Увеличить мысленно амплитуду. Позволить ответной волне вынести себя за границы тела.

Обычно в теле шамана мне совсем не страшно. Но в этот раз иначе. Даже здесь разливается ядовитой волной ужас. Что-то неправильно. Всё неправильно!

И всё же пока тихо. Иду к двери в кабинет. Радуюсь, что не способна издавать звуки или подавать какие-либо сигналы. Я незаметная.

В кабинете пульсирует яркая подвижная звёздочка жизни. Многоцветная, белая с девятью лучиками. Юби. Я прошла мимо двух почти одинаковых облачков липкой усыпляющей энергии. Если бы у неё был выраженный цвет, то я назвала бы её сизой. Экзорцисты с этой стороны для меня как тянучка-липучка. Заставляет увязнуть и тянет в необходимую ему сторону, пока не оторвет с места окончательно. В астрале, к счастью, не мешают. Иду дальше, мимо сияющего семью цветами теплого источника энергии. Почти родственный на ощупь. Лао. Сталью и медью полыхает неспокойный огонёк, немного давящий сияние всех остальных, и чем ближе к нему, тем сильнее он давит. Инквизитор. Чуть вдали странная пульсация без света. Пульсация темноты или чернильного сердца. Чернокнижник.

И вот я миновала всех агентов. Передо мной открывается множество чёрных коконов с пылающим и пульсирующим ало-красным огнём внутри. Голод и игрессия ощущаются на языке. Спят. Для бодрости нужна сила, которой нет. Спать будут пока не позовут обедать. Пульсация одинаково ровная у всех, будто сердце в спокойном состоянии. В конце кабинета обнаруживается ещё одна дверь.

Однако стоит сделать к ней шаг, как я замечаю кокон с «неправильным» биением. Не так ровно, как у остальных. Не спит! Надо предупредить! Обратно в тело? Не успею. Буду шуметь… Анжей так беспечно подходит к притворяющемуся спящим кокону.

— Помочь, Булочка? — хихикает… Рая.

— Как?! Я же тебя освободила!

Кто следующий? Сатана, чупакабра и телепузики явятся по мою душу?

— Да, я теперь хорошая… ну или на исправлении. Как хочешь, так и называй, — хмыкает довольная собой бывшая попутчица. — Я могу нарисовать стрелочку на пыльном полу до нашего милашки, чтобы твой отряд пирожочков дожил до рассвета. Помочь?

— Помоги, если можешь! — с жаром отвечаю я и, вспомнив о манерах, добавляю: — Пожалуйста.

— Как скажешь, Булочка! — легко соглашается она.

Жирно начерченная стрелка на пыльном полу, заставляет Анжея заметно отпрянуть. Бедняга едва не падает на спящие коконы с упырями. Рая довольная пополнением своего списка добрых дел улыбается, рассматривая коконы. Однако мы предупредили не того, кого следовало.

Едва не врезавшись в спящих упырей, инквизитор мчится в атаку на застывшего в боевой готовности «постового». От заметавшихся в кабинете пульсирующих точек энергий, я невольно отступаю ближе к двери из кабинета в неизвестное помещение. «Постовых» оказывается больше одного. На сияющую звёздочку Юби набрасываются сразу трое чёрных коконов с алой пульсацией. Один кокон прижимает в углу сталь с медью Инквизитора. Семицветик Лао мечется бурей между коконами, поочерёдно защищая Юби и Анжея. Вязкая энергия экзорцистов отступает. Пульсация тьмы внезапно разрастается и заставляет отступить нападающих на неё упырей.

За дверью я ощущаю что-то любопытное. Шажок в неизвестность. Совсем не страшно. Ещё шажок и стычка упырей с агентами исчезает из памяти. Я вижу невероятное. Когда-то в обсерватории нам показывали как выглядят туманности, с помощью последних цифровых технологий погружая в невероятный рисунок Вселенной. Кажется, что я очутилась в космос, преодолев одну лишь дверь.

Множество уникальных, ярких и пульсирующих туманностей. Такие прекрасные, что глаз не отвести. Переплетающиеся друг с другом тонкие и полупрозрачные, словно вуаль. И живые. Я чувствую их, как нечто знакомое. Почти родственное. Они ощущаются как я, когда намеренно распыляю шаманское тело. Едва стряхнув с себя восхищение увиденным, я стараюсь пересчитать открывшихся перед глазами демонов. Из-за их переплетения, счёт усложняется, а за спиной происходит что-то, что тревожит гнездо демонов. Несколько «туманностей» шевелятся и замечают моё присутствие…

— Булочка, — вцепляется в меня Рая, вытянув обратно в кабинет к упырям. — Живо за мной!

Отчего-то бывшая попутчица не желает смотреть на демонов и волочет моё шаманское тело всё ближе и ближе к физическому. Десяток голодных кроваво-красных точек пульсируют заметно ярче, в то время как Семицветик начинает постепенно гаснуть постоянно перепрыгивая с места на место и заставляя коконы смыкаться вокруг него. Тускнеющая звёздочка жизни и стальная с медью вспышка жмутся куда-то за обволакивающую липучку экзорцистов, за спинами которых пульсирующая тьма создаёт нечто большое и тяжёлое.

«Дела плохи!» — доходит до меня.

Всё это время Лао отбивается от озверевших упырей. Юби и Анжей ранены, а экзорцисты ничего не могут противопоставить ударной силе Иных. Чернокнижник? А что он может?

— Беги, Булка, демоны тебя заметили! — подгоняет меня Рая, сжимая в руках непонятно откуда взявшуюся цепь.

Смысл слов доходит не сразу. Обдав меня холодом мертвого ветра приходит осознание, что именно делают демоны с такими как я. Бег в астрале почти невозможная вещь. Проще бежать в воде. Тело уже у самого носа, когда из стены выплывает несколько всполохов разноцветной энергии. Голодные. Любопытные. С одной целью. Рая раскручивает цепь, чтобы отогнать демонов от тела, но это мало помогает. Демоны вяло отмахиваются, подбираясь всё ближе.

Я несусь к телу так быстро как могу. Вот оно, моё родное. Окончательный рывок. Туда. В жизнь. В реальный мир…

Шаманка пошатнулась, едва не упав лицом вперед на грязный пол. В последний момент руки, машинально выставленные вперед, притормозили падение. Тело било дрожью. Мышцы слушались плохо. Уши с трудом вылавливали звуки яростной борьбы. Ноздри дёрнулись от резкого запаха крови. Будто кто-то ранил собаку. Душок мокрой псины и железа. Девушка поднялась на ноги и неровной походкой пошла в сторону шума.

Дверь с грохотом захлопнулась, явив её глазам измученных агентов. Взмокший чернокнижник продолжал шептать что-то на латыни, создавая на двери непроходимый барьер. Рядом серый от истощения, исцарапанный Лао Шин прижимал руки к стене и, нашёптывая имена братьев, насыщал стену энергией, к которой побоялись бы приблизиться упыри. Раненые Анжей и Юби обессиленно лежали на руках экзорцистов. Враг оказался недооценён. В этот день агентство ГХ понесло позорное поражение.

— Надо выбираться отсюда, зализывать раны, а завтра решим, что будем делать! — решительно заявил Иван Фролов. — Едем в офис. Там есть больничное крыло и несколько палат. Парочка свободных точно найдётся.

— Решено, — кивнул Лао, перебрасывая руку Анжея через своё плечо, чтобы разгрузить Петра.

Ивану оставалось осторожно придерживать серебряную лисичку, чья шёрстка стала кроваво-красной. Мокрый как гусь Максимилиан по стенке двигался вслед за ними, пошатываясь.

— Чарли? — обратился к шаманке Лао, когда процессия достигла девушки. — Ты в порядке?

— Я замерзла, — ответила она и послушно поплелась следом.

Теперь я знаю как ощущается по ту сторону паника. Каково оно, кричать в пустоту. Я не способна издавать звуки или подавать хоть какие-то сигналы. Я всё ещё здесь!

Я незаметная…

8. Рапорт на проведение внепланового сеанса экзорцизма

Два чёрных автомобиля с логотипом ГХ на боку, поджидали их у выезда со студенческого городка. Быстрый осмотр раненых распределил агентов по машинам. Раненых решили отправить первыми. Анжей с Юби под присмотром Ивана Фролова с визгом колёс взяли быстрый старт и исчезли в ночной темноте. Остальные расположились во второй машине.

— Чарли? — привлёк внимание девушки Лао Шин. — Мы вряд ли вернёмся. Ничего не забыла в спальне.

Девушка ответила непонимающим взглядом, но послушно позволила себе задуматься и покачала головой, спокойно присаживаясь на пассажирское сидение. Максимилиан проводил её долгим взглядом. Этот взгляд не понравился монаху. По слухам, чернокнижник стал жертвой насилия от женщины или группы женщин в детстве, и с тех пор побаивался представительниц противоположного пола. Однако это был совсем другой взгляд. Радомиров не боялся девушки. Он что-то видел в Чарли. Или показалось?

По знаку Лао отец Пётр и Макс сели справа и слева от Чарли. Автомобиль двинулся вперёд.

Отчет по делу № 1322263 (заключительная часть)

В ходе спешной эвакуации с территории ДВЦО попытка определить размер гнезда демонов была прервана нападением не впавших в спячку упырей.

В цокольном этаже жилого корпуса в кабинете 033 обнаружено ориентировочно от пятидесяти до ста жизнеспособных упырей, десять из которых находятся в бодрствующем состоянии, остальные в долгой спячке.

Упыри охраняют дверь в помещение с гнездом демонов. Точное количество неизвестно. Все зафиксированные ранее жертвы одержимости пользовались цокольным этажом, став случайными жертвами голодных демонов.

Агентом М. Радомировым выдвинута гипотеза, что точкой выхода из спячки станет первая ночь после официального открытия ДВЦО с набором на обучение и проживание студентов и персонала. Демоны и упыри по предварительному сговору поделили между собой добычу. Первой волной будет нападение демонов, второй волной станут упыри. При успешности такой атаки, живых на территории ДВЦО не останется.

Направляю в Москву прошение на привлечение всех свободных агентов, в том числе коллег из ЧОП и ФСБ. ДВЦО необходимо закрыть для посещения на неопределенный срок и ударной атакой расчистить гнёзда.В ходе дела получили ранения агенты:

инквизитор Анжей Курвинкицунэ

Кан Юби.

Состояние остальных оперативников оценивается.

Предварительная оценка состояния здоровья — удовлетворительно.

Гнездо обнаружено. Дело закрыто.

Экзорцист Пётр.

Офис во Владивостоке, внешне похожий на гостиницу, встретил агентов тёмными окнами. Все работники крепко спали, однако по первому тревожному звонку были готовы к труду и обороне. В больничном крыле моментально начали латать девочку-лисичку и горе-инквизитора, героически подставившего свою спину, чтобы Юби не разорвали на части. Вид у обоих был слишком плох даже на кладбище, но первичный диагноз пестрил оптимизмом.

✠✠✠

— Ты можешь явиться им и сказать, что меня внутри уже нет? — выдвигаю очередную идею.

Времени у меня мало. Как только пуповина, связывающая шаманское тело с физическим, исчезнет, я затеряюсь среди неупокоенных духов. Возврат в тело будет окончательно потерян.

— Нет, я связана только с тобой, Булочка, — качает головой Рая. — Ты меня очистила, и теперь мы скованы одной цепью. Я вроде твоего духа-защитника, пока не искуплю все свои грешки. Все мои накопленные силы ушли на стрелочку, да и то в полночь! Сейчас уже светает. Я ничего не могу!

Бывшая попутчица действительно выглядит заинтересованной в моём благополучном возвращении в тело. Нервничает. Но ничего не может сделать. С этой стороны мы обе беспомощны против демона. Мне остаётся только кружить вокруг тела и неизвестно на что надеяться.

Я слышала страшные истории про людей, которые ныряли в прорубь, а их уносило мощным течением в холод и гибель. Мне всегда казалось, что это очень страшная смерть. От холода разум не сразу начинает работать, а когда начинаешь думать, что-то делать слишком поздно. Течение несёт всё дальше, а у тебя минуты две до агонии. И ничего не сделать. Только ждать.

Теперь я жду.

✠✠✠

Пока Радомиров шептался с Петром, наговаривая ему свои идеи относительно поведения демонов, Лао отвёл подопечную в сторону. Она казалась очень уставшей и выбитой из колеи, но вполне здоровой.

— Чарли, тебе надо поспать, — уверенно заявил монах, уводя её из больничного крыла в подвал. — Утром решим, что будем делать!

Она не соглашалась, но и не протестовала. Девушка спокойно позволяла вести себя всё дальше вниз. Они прошли мимо нескольких тёмных спортивных залов, большого капища и оказались у каменных стен и большой окованной двери с несколькими замками. Монах быстро открыл все замки, внезапно оказавшимся у него ключом и галантно пропустил девушку вперед в непроглядную темноту помещения. Стоило ей сделать несколько шагов вперёд, как намеренно расслабленное выражение лица монаха, стало жестким. Одним точным ударом ладони в лопатки он втолкнул её глубже в помещение, захлопнул дверь и запер на все замки.

— Что теперь? — поинтересовался Пётр, когда Лао вернулся в больничное крыло.

— Проведёшь сеанс экзорцизма, — пожал плечами монах, — изгоним демона, я заберу Чарли в Москву и ноги её не будет рядом с подобной угрозой.

— Я вижу, как минимум, две проблемки, монах! — вмешался Радомиров, освобождая путь для медсестёр. — Я подсчитать демонов не смог, а вот степень их истощенности оценил. Они там от голода дохнут. Голодный демон во много раз слабее сытого, но в свою жертву вцепится клещом и не отпустит, пока не высосет всё до капли. А ещё я смотрел на твою подопечную. Там внутри нет Чарли. Только демон.

На этот раз Лао Шин ощутимо изменился в лице. Паника пробилась даже через годы практик контроля собственных чувств. Простая ситуация с одержимой девушкой стала ещё проще и намного страшнее — почти наверняка не выкарабкается. Некому выкарабкиваться, если в «квартире» отсутствует хозяин.

«Да не может быть такого, что обычного демона не изгнать! Он заполз почти только что!» — в очевидное не хотелось верить.

— Сколько тело выдержит без носителя, а носитель без тела? — глухо выдохнул он.

— Вопрос к Вейсу, — пожал плечами Пётр и печально посмотрел на монаха, прежде чем «добить»: — А я напоминаю тебе, что без разрешения Ватикана сеанс экзорцизма проводить не имею никакого права!

— Под мою ответственность!

— Нет, — покачал головой Пётр, — я грех на душу брать не стану!

— Пётр, какого хрена?! — не выдержал Лао. — Святоша тут нашелся! А смотреть, как демон её изнутри съедает не грешно?

— Ты ничего не смыслишь в демонах… — начал было Радомиров.

— А ты вообще заткнись! Если смыслишь, просто вынь его!

— Идиота кусок, из шамана демона не выгнать, они слишком похожи! — рявкнул чернокнижник. — Не существует метода. Шаманы так умирали и в прошлом, и сейчас!

Пётр предостерегающе встал между ними и вывел чернокнижника из больничного крыла, пробормотав «найди Весемира». Монах застыл изваянием в больничном крыле, и один только Пётр видел какие чувства бушуют под бесчувственной маской лица.

— Ты знал, что с ней такое может произойти и всё равно явился в Москву, — хрипло отчеканил Лао, — а сейчас отказываешься помогать?

— Юби согласилась работать только с шаманом и никак иначе. Одного отправили к ним, остались Чарли и Весемир… Лао, — тяжело выдохнул экзорцист. — Думаешь, мне не больно смотреть на них каждый раз, когда меня вызывают на настоящего одержимого? Но это страшный риск! Устроить ей пытки, чтобы от боли демон вышел, так что ли? Даже если я смогу выгнать демона, не навредив телу, оно умрёт без неё меньше чем за сутки!

Ураган имени Лао на мгновение потерял над собой контроль. Увы, зритель подобрался на редкость хладнокровный. Зато самого монаха узнать было трудно. Первый удар в стену заставил вздрогнуть всё больничное крыло. От второго удара внушительный кусок бетона с кровавым отпечатком костяшек с грохотом упал на пол.

Пётр, насупившись, смотрел на него. Обиды на коллегу он не держал. В памяти ещё осталось возмущение Джеймса по поводу такого скорого возвращения Лао к наставничеству. Слишком рано. Ещё не оправился.

✠✠✠

Тело сидит в комнате под замком. Остаётся только надеяться в догадливость Лао, что меня там нет. Демону хорошо. Я это чувствую. Паразит свернулся внутри моего тела сытым котом и едва не мурлыкает. Он доволен. Доволен!

— Не кипятись слишком сильно, а то надорвёшься раньше времени! — останавливает меня Рая. — Лучше думай, что делать.

— Я не могу вернуться! Я просто не могу втянуться в собственное тело! Да как так?! — здесь нет слёз, но паника на месте.

Мне страшно. И я ничего не могу сделать.

✠✠✠

Следующие полтора часа ушли на необходимые звонки в головной офис. Отчёты, запросы и рапорты перетягивали на себя время и внимание. Вторжение на территорию ДВЦО не прошло незамеченным из-за поспешного побега. Двое пропавших школьниц тоже не прошли мимо внимания ночных вожатых. Не говоря о необходимости отчитаться перед южнокорейскими партнёрами за состояние раненой Юби, чья жизнь подверглась угрозе. Даже инквизитор Вальдемар Пупков успел добавить от себя много «вежливых пожеланий» за лежащего под капельницей Анжея.

По просьбе Петра Анастасия в срочном порядке собрала всех ведьм, которые были поблизости, чтобы определить местонахождение потерянной души Чарли. Увы, из-за дальнего расстояния удалось вычислить только, что пуповина слабеет, но присутствует, что давало надежду на… попытку что-то придумать.

— Монах, пойдём выйдем и поговорим! — заявил Макс, когда между бесконечными звонками наступило затишье.

Былая неуверенность чернокнижника после встречи с упырями, охраняющими гнездо демонов, облетела как шелуха. На его фоне неуверенными теперь выглядели все остальные, а сам Радомиров чувствовал себя в сложившейся ситуации, как рыба в воде. Одним взглядом Лао выразил все свои чувства по поводу чернокнижников, даже тех, что работают на агентство, однако всё же пошёл следом.

Когда Радомиров уверенно направился в подвал, Лао почувствовал неладное.

— О чём говорить собрался? — о неприязни монаха к чернокнижникам знали все.

Было бы странно ожидать, что выживший после столкновения с фанатичными чернокнижниками монах, прошедший долгий путь по полю боя, усеянному телами своих братьев, будет относиться хоть к одному из них со снисхождением. Лао Шин не проявлял открытой агрессии, уже это было невероятным достижением.

— А я и не с тобой собрался говорить! — подмигнул Максимилиан. — Пётр и Иван не единственные, кто может общаться с демонами.

— А меня ты позвал для того, чтобы…

— Чтобы ты мне голову за свою подопечную не открутил, если вдруг что-то пойдёт не так! — скривился чернокнижник, будто Лао спросил какую-то очевидную глупость. — Неплохая была идея запереть её в ритуальном зале.

— А то я не знаю, что только там демоны не способны хулиганить, — фыркнул монах.

Если капище в подвалах агентства выглядело кусочком природы, пробившимся, через мёртвый бетон, то зал чернокнижников напоминал огромную палату для буйнопомешанных. Каменные столбы из бетона, опоясанные вязью на неизвестном Лао языке, окружали зал охранниками-истуканами. Но большая часть стен, весь пол и потолок были оббиты чем-то мягким, защищающим чернокнижников и тела одержимых от травм. Под обивкой ощущались врезанные в камень заговоры. Кое-где даже просматривались энергия амулетов прошлого, ещё дышащие Древней Магией.

В ритуальном зале вспыхнул мягкий свет, мгновенно выхвативший худенькую фигурку, сидящую в самом центре круга. Или демон не разобрался с эмоциональным поведением шаманки или действительно был настолько самоуверен, однако девушка выглядела расслабленной и даже весёлой. Холодная до эмоций Чарли обычно редко так широко улыбалась.

«И улыбка у неё всегда была лёгкая такая. Робкая, а тут самый настоящий оскал!» — пришло в голову Лао.

Монах встал чуть за спину одержимой, чтобы подстраховать чернокнижника от любой внезапной атаки. Хрупкая маленькая девушка под контролем демона могла найти в себе силы на последний рывок, разбивающий камни в пыль, а кости в щебень.

Впрочем, Максимилиан совершенно не боялся одержимой девушки. Он лишь начертал в положенных местах алые символы, бросил полушепотом непотребные выражения на латыни, дождался каких-то своих признаков безопасности и спокойно сел перед ней.

— Разговаривать ты умеешь, — обратился он к демону. — Поговорим?

— Говори, — широкая улыбка превратилась в грозный оскал.

— Сколько вас в гнезде? — решил довести дело о демонах до конца Радомиров. Глядя на раздувающиеся ноздри Лао, он понял, что ступает по тонкому льду

— Много, — последовал ответ.

«Дятел, откуда демон научится считать?» — фыркнул монах, красноречиво поглядывая на демонолога.

— Зачем вы там собрались с упырями? — продолжил допрос Максимилиан.

— Еда. Голодные.

Красноречие явно не было его сильной стороной. С другой стороны и лживость тоже.

— Давай так, мы не зовём сюда экзорцистов. Тебе не делают больно изгнанием. Ты уходишь добровольно, а мы тебя не задерживаем. Идёт? — пошёл в лоб Радомиров под одобрительный кивок монаха.

— Нет, — покачала головой одержимая с нежностью обхватывая руками плечи. — Внутри приятно. Пусто. Не изгоните.

«Вот и поговорили. А чего шкет ожидал? Успешных переговоров?»

— Где шаманка? Хозяйка этого тела? — продолжал как ни в чем ни бывало Максимилиан.

— Не знаю.

✠✠✠

Несмотря на тщетность бытия, позволяю себе отойти от тела подальше. Пытаюсь осмотреть «комнату отдыха». Будто палата с мягкими стенами для таких, как я. Не даст как следует разгуляться или подпитаться силой откуда-нибудь. Хорошей новостью стала оценка ситуации. Демона раскрыли. Меня не стали бы просто так запирать в подземном карцере. Плохая новость — дверь «домой» намертво закрыта на засов. Мне не вернуться, пока «вор» внутри. Никак. А время не резиновое. Скоро незваный гость сможет остаться в моём теле с постоянной пропиской.

— Интересно, демон сможет полноценно жить в моём теле?

— Нашла о чём думать! — фыркнула Рая. — Надо делать что-то, пока ты не стала такой как я. Не боишься, что сама начнёшь кромсать всех направо и налево?

— Всё, что я сейчас могу — это ждать подходящей возможности запрыгнуть в тело. А что можешь ты?

— Если оно кинется на твоих, могу остановить цепью. Один раз справлюсь.

— Значит мы обе ни на что не способны. Не доводи! И так страшно…

✠✠✠

Пётр и Иван Фролов отказали в проведении сеанса экзорцизма. Осмотрев «пациентку» оба развели руками. Демон занял место души. Хоть всем Ватиканом пой молитвы, не шелохнётся. Фролов, выпив своей отравы для храбрости, отправился в архив, пытаться найти хоть одно исключение из установленного правила. Один процент шанса на успех или хоть какую-то зацепку.

Пётр тем временем закрылся в кабинете Ивана, из которого время от вперени раздавался очень громкий голос экзорциста, кричащего что-то на итальянском. Порой голос замолкал, будто вслушивался в чьи-то слова, но затем начинал кричать и спорить ещё громче.

А время катастрофически утекало. На зов Лао прилетел ворон, гордо представился Весемиром и потребовал показать ему девушку.

✠✠✠

А моё тело становится популярным. Его постоянно посещают. То семицветик, то вязкая тягучая масса одного из экзорцистов, а то и носитель другого демона. Всем что-то нужно. Но в этот раз гость необычный. Что-то очень родственное. Не могу понять. Вроде бы демон, но какой-то странный. Как будто вывернутый наизнанку.

Таких я ещё не видела.

— О, ещё одного шамана привели! — комментирует Рая, и я наконец понимаю, что из астрала вижу представителя моего вида.

Со стороны совсем не то же самое, что видеть себя. Наверное, так себя чувствуют кошки, когда смотрят в зеркало. Вроде что-то знакомое, но непонятно где раньше встречались. Другой шаман тянется ко мне своей энергией, но в последний момент промахивается и всё поглощает паразит. Да, типичный кот, только на пожрать и поднимает голову.

Раздвоенное состояние истощает. Скоро я совсем ничего не смогу чувствовать. А ещё чуть позже не смогу думать.

И исчезну…

Теперь мне хочется начать бояться. Но не могу вспомнить как это.

✠✠✠

Ворон внимательно и осторожно под присмотром чернокнижника осмотрел одержимую и подтвердил опасения монаха. Шаман без тела долго не протянет. Сутки максимум, и пуповина, связывающая тело и душу разорвётся. Демон получит тело на постоянное место жительства, а Чарли будет утеряна навсегда. В момент консультации одержимая смотрела на ворона с большим интересом и даже порывалась потрогать, но выбраться из ритуального круга не смогла.

— Есть вариант, — предложил Максимилиан, когда они заперли двери в зал и направились в ПИТ наблюдать за Юби. — В полночь я могу передать правление своему демону.

— Он сможет убедить нашего гостя уйти по-хорошему? — не поверил монах, глядя на безмятежно спящую под капельницами лисичку. Девять больших серебряных хвостиков умилительно лежали на полу, свесившись с больничной койки.

— Нет, но может сделать жизнь демона в теле шаманки максимально дискомфортной…

— Сам начнёт из неё энергию вытягивать? Тогда у Чарли совсем шансов не останется!

— Ладно, есть ещё вариант. Я могу убедить своего демона перебраться в её тело и выгнать оттуда чужака. А потом он будет обязан по команде вернуться ко мне.

— Два демона в ослабленном теле. Разорвёт или пуповину или Чарли целиком. Придумай вариант, где она ещё и жива останется! — фыркнул монах.

— Критикуешь — предлагай!

— Сам сказал, что я не эксперт в демонах, вот и думай раз такой знаток!

— Я и думаю! — рявкнул чернокнижник, но быстро остыл. — В полночь призову его в форму демона Лапласа, задашь вопросы. Если спасти Чарли можно, то он даст тебе ответ!

Беспомощность злила больше всего. Демон вцепился клещом и его никто не мог выгнать. А Чарли просто умирала и Лао ничего не мог с этим сделать. Всё так мучительно «просто». Только смотреть. Наблюдать, как последняя его подопечная будет медленно и мучительно таять на глазах, пока не останется ничего.

«Сколько ей лет? — с каким-то мерзким ледяным чувством внутри подумал монах. — Она хоть пожить немного успела? Связалась с агентством и всё. Из-за меня… я же её привёл!»

Джеймс прислал свои слова сочувствия. Следом за ним Анастасия. Пустые слова. Девочка ещё живая. Нельзя просто так извиняться за смерть ещё живого агента. Живой шаманки.

«Да пошли вы все!» — к вечеру в архиве сидели все, штурмуя все проблемные случаи сеансов экзорцизма.

✠✠✠

— Булочка, держись. Павлик тебя изо всех своих сил подпитывает. Бедняга невидимым стал, чтобы ты держалась как можно дольше!

Пуповина становится всё тоньше. Я едва чувствую собственное тело. Едва его узнаю. Я пытаюсь продолжать думать, чтобы не забыть, кто я. Порой собственное имя вспоминается только со второй или третьей попытки. Я чувствую, как Грань истончается, но легче от этого не становится.

— Демон ест тебя, Булочка, вот ты и слабеешь. Он проедает тебя не в случайных местах. Он хочет поскорее разорвать связь с телом. Он грызёт пуповину.

Хочу вспомнить как бояться. Кажется, это нужно чувствовать, когда сообщают такие новости.

— В полночь он станет сильнее и завершит начатое!

✠✠✠

Анжей в половину двенадцатого ночи встряхнулся, как собака, и сбежал из палат бродить по Владивостокскому офису. Ещё не вполне оправившись от впечатлений после встречи с упырями, он за каждым углом выискивал очередного противника, пока не натолкнулся на экзорциста Фролова.

Если Лао хватало выдержки прятать свои эмоции подальше и поглубже, занимаясь поиском решения проблемы, то введенный в курс дела инквизитор Курвин, выдал целый концерт по заявкам. Состояние Чарли его настолько возмутило, что были посланы во все направления и Пётр с Иваном, и весь медицинский персонал и даже мимо проходящий охранник. При попытке наорать ещё и на монаха Анжей осёкся, но весьма красноречиво ткнул в него пальцем и унёсся. Только когда его гневный голос отразило эхо подвального помещения, стало понятно, куда именно направился малахольный.

Дверь в ритуальный зал едва не сорвалась с петель от рывка. Сзади на всех парах бежал Радомиров в попытке остановить инквизитора. С одержимой можно говорить, но если тронуть хотя бы пальцем, то вся защита сломается. Нельзя трогать одержимых. Даже во время обряда. Даже если они ломают кости носителям. Нельзя.

— Говори, чего ты хочешь в обмен на неё? — рыкнул Курвин, встряхивая девушку за плечи.

Хищный оскал стал ещё шире и, одним ударом маленькой ладошки, Анжей полетел через весь зал спиной вперед. Девушка с заинтересованным видом встала на ноги и спокойно вышла из круга, укреплённого магией Макса. Разминая ноги она миновала лежащего чернокнижника, сбитого с ног снарядом в виде раненого коллеги. Одержимая вприпрыжку покинула единственное место, способное её обуздать и направилась наверх. Солнце клонилось к закату, пуповина с предыдущей хозяйкой тела заметно истощилась, а впереди простирался целый мир, который можно начать познавать в новеньком мясном костюме.

На пути одержимой встал Иван Фролов, услышавший шум в подвале.

— Exorcizamus te, omnis immundus spiritus, omnis satanica potestas, omnis incursio infernalisadversarii, omnis legio, omnis congregatio et secta diabolica, in nomine etvirtute Domini Nostri JesuМолитва найдена в интернете. Настоятельно советую не повторять её. В случае случайного вызова демона, я вас предупредила!, — торопливо, но уверенно начал он пропевать молитву, завершая слова крестным знамением.

Внезапное появление одержимой продемонстрировало его способность работать даже в самых стрессовых ситуациях, ни на секунду не теряясь.

Девушка скривилась в отвращении. По лицу пошла пугающая рябь, а зрачки стремительно расширились захватив и радужку, и склеру, пока глаза полностью не стали чёрными.

— Молчать! — рыкнула она, замахиваясь для удара, который замершего на месте экзорциста вполне мог положить на лопатки в реанимацию, если не в морг.

Однако рука оказалась перехвачена переместившимся к ним Лао Шином. Заломив обе руки бесноватой, он изо всех сил прижал её к себе, не позволяя лягаться.

— Давай, Фролов! — рявкнул он, пока высвободившая левую руку девушка пыталась расцарапать его лицо.

— Christi, eradicare et effugare a Dei Ecclesia, abanimabus ad imaginem Dei conditis ac pretioso divini Agni sanguine redemptis. Non ultra audeas, serpens callidissime, decipere humanum genus, Dei Ecclesiampersequi, ac Dei electos excutere et cribrare sicut triticum. Imperat tibiDeus altissimus, cui in magna tua superbia te similem haberi adhucpraesumis; qui omnes homines vult salvos fieri et ad agnitionem veritarisvenireМолитва найдена в интернете. Настоятельно советую не повторять её. В случае случайного вызова демона, я вас предупредила!, — экзорцист сосредоточенно читал молитву, прерываясь исключительно для крестного знамения.

Осмелев он даже приблизился к, зажатой в руках монаха, девушке. Однако слова Петра полностью подтверждались. Молитва экзорциста раздражала демона и заставляла выявить себя, но этим всё и ограничивалось. Демон сидел крепко и не собирался выходить наружу.

✠✠✠

— Ну же! — я из последних сил кружусь вокруг пылающих энергий. — Это же экзорцист! Давай!

Липкая энергия разрастается и тянется к миниатюрной туманности, свернувшейся клубочком у меня внутри. Но ничего не происходит. Энергия пытается прилипнуть и вытянуть, но демон не шевелится. Семицветик ярко пылает, но ничего не мог сделать, только удерживать вырывающееся тело.

— Ничего не происходит! — дергается Рая. — Не получается!

✠✠✠

— Лао ничего не происходит и не произойдёт! — крикнул Радомиров.

Глаза монаха метали взгляды полные надежды и паники, то обращённые к чернокнижнику, то к экзорцисту. Однако Фролов коротко кивнул, соглашаясь с Максимилианом и замолк. Одержимая оживилась, заметив, что гадкие слова больше не витают в воздухе, и забилась в руках Лао Шина с новой силой, устремляясь на волю. Новый мясной костюм должен прослужить достаточно долго…

— Голодный, значит, — прошипел Лао, перехватывая тело одной рукой, чтобы свободной ладонью накрыть лоб бесноватой, — ну так ешь!

✠✠✠

От неожиданных действий семицветика мы с Раей отстраняемся от моего тела. Слишком уж странно выглядит, как источник ярких солнечных энергий, вдруг окутывается алым маревом агрессии и начинает выпускать все это в моё многострадальное тело. Даже не выпускать. Вспышки яркие, короткие и многочисленные. Будто бомбёжка. Тело больше не вырывается. Я вижу и едва ощущаю через пуповину, однако сомнений не остаётся — демон прекратил сопротивление, а тело неподвижно замерло. Но бомбёжка не прекращается. Икры, вспышки, целые потоки энергий различных цветов стремительно тускнеющего семицветика с силой бьют по моему телу и исчезают так же стремительно, как появились.

— Они решили меня добить?

— Не похоже, слишком разные энергии. И созидание и разрушение. Всё вместе…

Тело неожиданно начинает припадочно дергаться. Семицветик выпускает мою тушку. Одной мощной волной из тела вылетает демон. Непривычно напитанный, яркий и сияющий, словно туманность в нескольких взрывах сверхновой. Почти ослепляет. Уже не источает ауру голода, высасывающего всё живое. Напротив, его впору назвать лоснящимся. Невольно засматриваюсь на красивый образ, пока он совсем не покидает нас, убравшись восвояси.

— Булочка, тело умирает! — толкает меня Рая. — Живо лезь в свою ракушку!

Я цепляюсь за тонкую и ломкую пуповину, но она рассыпается на глазах. Слишком ничтожная, чтобы вернуться в тело. «Двери квартиры» всё ещё заперты. Я не могу вернуться. Демон захлопнул за собой «дверь» и смылся через «форточку». Тело почти не чувствую. Меня начинает смывать течением.

— Дверь закрыта — лезь в окно! Или подсадить?! — рявкает Рая.

Пытается привести в чувства. Знать, бы что это такое — чувства. Надо хотя бы вспомнить, что я только что делала. Нет, надо хотя бы вспомнить кто я и почему она так кричит на меня, а тело… знакомое тело. Кажется, в нём сидел демон.

Короткая вспышка. Пуповина исчезает полностью. Рая кричит в ужасе. Меня начинает уносить. Попутчица бросает мне цепь, второй конец которой обвит, вокруг тела…

✠✠✠

Обмякшее тело не шевелилось. Лежащая на полу агентства девушка казалась спящей. Рядом сидел монах, тяжело дыша. Воздух вырывался из его лёгких с хрипом, а по лицу градом катился пот. Над Лао возвышался перекошенный от злости Радомиров, разорвавший в последний момент контакт одержимой и монаха.

Чернокнижник что-то кричал ему, однако голос едва пробивался сквозь гул, окутавший Лао волной отката после яростного выплеска всей доступной энергии. Следом за гулом грянет слабость. Если не предпринять какие-либо меры, то он просто будет спать пока не восстановится. Даже если спать придётся месяц.

Фролов помчался за Петром. Остальные работники ГХ старались держаться подальше от только что одержимой девушки и самого нестандартного сеанса изгнания демона в истории самого экзорцизма. И всё же демон покинул тело. Самый безумный успех.

— Ты понимаешь, что без меня тебя бы уже убило откатом, псих? — тяжело дыша повторял уже в четвёртый раз чернокнижник.

— А ты понимаешь, что я старший по званию офицер и за нарушение субординации в ГХ определен ряд карательных мер? — глухо откликнулся Лао с безжизненной усмешкой.

— Теперь понимаю, — фыркнул Радомиров и выдал от души несколько коротких направлений в пешее эротическое, не забыв добавить: — старший по званию!

Обозлённый Макс поспешил вернуться в комнаты отдыха, где можно было бы успокоить и себя, и своего демона, встревоженного полётом свободных энергий, которые жадно заглатывал «дикий» собрат. Такого качества «еда» не прилетала его демону никогда, да ещё и с таким яростным рвением. Волна демонической зависти заставила чернокнижника пригрозить своему «партнёру» жесточайшей диетой на чистой растительной энергии.

Явившийся на зов Ивана Пётр бросил в руки монаха неизвестное питьё, пахнущее травами разной степени отвратительности, и тревожно склонился над телом девушки. После сеанса изгнания, признаков жизни Чарли не подавала. Экзорцист осторожно приподнял её веко, проверил пульс и дыхание. За первичной проверкой он прощупал шею и позвоночник. Выпивший залпом принесённое пойло, Лао наблюдал, как лицо Петра становится всё мрачнее и мрачнее с каждой секундой.

— Ты хоть проверил, что астральный образ девочки поблизости, а не остался там, где утратил своё тело? — хрипло поинтересовался экзорцист у монаха, мгновенно побледневшего после произнесенных слов. — Пуповины больше нет, Лао! Это пустая оболочка. Внутри никого. Она умрёт через час.

В глазах Петра читалась скорбь. Несмотря на внешне суровый вид и уверенные слова, именно в этот момент стало заметно насколько тяжело ему давалось то спокойствие.

— Бедная девочка…

«Нет-нет-нет, умрет?! — мысленно повторял Лао, подтащив к себе неподвижное тело, — Чарли! Да как же…»

Он снова настроился на поток энергии Ци и проверил её течение в теле девушки, чтобы обнаружить только остаточный след. Бездушную оболочку.

— Как вернуть в тело её душу? — голос раздался по всей комнате ужасно холодный, и строгий.

Перед оперативниками стоял не офицер Лао, а страшное существо наполненное решимостью оживить девушку даже ценой собственной жизни.

Пустое тело. Скорлупа. Сброшенный демоном мясной костюм. И теперь уже ничего не сделать. С демоном внутри она прожила бы дольше. Нутро сдавило очень знакомое ощущение. Совсем как узнать, что все выпущенные им подопечные уничтожены во имя подпитки демонов сектантами или идти по полю боя и осознавать, что все братья мертвы. Ничего больше не сделать. Только жить с этим дальше…

Резко дёрнувшаяся рука ощутимо ударила его по носу, заставив зажмуриться. Шумно выдохнув, словно вынырнула с глубины, Чарли начала хватать ртом воздух, непонимающе оглядывая всё вокруг себя. Замирающее сердце разогналось до невероятных скоростей, а по венам мчались потоки крови, обогащенной адреналином.

— Чарли?

— Успела! — выдохнула она.

Голова кружилась, в глазах рябило, а тело ломило так, будто она страдала тяжелым отравлением, когда не знаешь что именно болит, настолько сильно болит всё. Руки едва слушались, мысли ползали по черепной коробке со скоростью артритных черепах. Запоздалое осознание произошедшего сложилось в единую картинку. Она глупо подставила собственное тело демонам и один из них успел воспользоваться ситуацией.

Разум упрямо отвергал простую истину — она стояла на волосок от смерти. Худшего из вариантов смертей. Она едва не перешла в стан злых неупокоенных духов по собственной глупости. Просто немного не подумала, а потом не испугалась и недостаточно сделала для собственного спасения. Случайная удача по имени «Лао» предоставила ей шанс избежать самой тупой и позорной смерти в истории шаманства.

— Ответ на мой вопрос «никак, если это не шаманы», а эти ловкачи всегда найдут свое тело, — голосом Лао пытался пародировать преподавателя на лекции, но получилось не слишком правдоподобно. — Всем отбой и спать, а нашу бесноватую в лазарет.

Ощущение собственной никчёмности заставило Чарли всхлипнуть. Глаза моментально наполнились слезами. В горле разрастался горький ком. Девушка начала сотрясаться от рыданий.

— Мне так жаль! — пробормотала она сквозь слёзы. — Я не хотела!

Уставшее от нечеловеческих перегрузок тело дрожало, угрожая перейти от обычного плача в истерику. Осознание накатывало волнами и становилось только хуже. Всего можно было избежать, если бы она не пошла дальше смотреть на демонов, а вернулась сразу же в тело. Лао рывком сгрёб плачущую подопечную в подобие объятий. В этот раз «пуля просвистела мимо».

— Ты не виновата, — невпопад ответил он, — напугала нас чертовски. Но вины твоей тут нет. Всё хорошо. Всё хорошо, Чарли.

— Там такой страшный голод был. Повсюду. Они не со зла, — бормотала она, отключаясь от реальности в свои переживания. — Они просто хотели есть…

Шаманке вкололи лошадиную дозу успокоительного, держали под капельницей, чтобы восстановить вытянутые демоном ресурсы тела. Она не реагировала, только бормотала про демонов, про попутчицу и про упырей. Руки Чарли оставались ледяными и даже под тремя одеялами она продолжала дрожать и бормотать.

Туда же, но в соседнюю палату привели сопротивляющегося Анжея, пригрозив ему смирительной рубашкой, если ещё раз сбежит. Когда медсёстры покинули палату с недовольно бурчащим инквизитором, из тёмного угла палаты вышел Лао.

— Один-ноль в нашу пользу! — преувеличенно бодро провозгласил Курвин, глядя в непроницаемое лицо монаха.

Вместо ответа монах протянул ему руку будто в рукопожатии. Однако стоило инквизитору потянуться вперёд, чтобы ответить на дружеский жест, как рука оказалась жестко перехваченной. С точно таким же непроницаемым лицом монах начал медленно выворачивать руку парня, пока она не хрустнула, что могло означать или вывих или лопнувшее сухожилие. Анжей, несмотря на бурный нрав и дурную голову почти сразу понял, что стал жертвой карательного воспитания и почти не пикнул, глухо охнув на моменте хруста.

— Ты, альтернативно одарённый, запомни раз и навсегда! Ты смотришь за младшими и защищаешь! Всё остальное только с письменного разрешения начальства, усёк?

Курвин с шипением выдохнул и коротко кивнул, краснея от боли. Одним лишь взглядом монах обещал сломать ему руку, если попробует брыкнуться. Или вовсе её вырвать, если поднимет шум.

Лао исчез также незаметно, как и появился. О его визите свидетельствовала только боль в вывихнутой руке.

Несмотря на снотворное и успокоительное, Чарли не уснула. Одна в тёмной палате, она сидела, забившись в угол. Тонкие руки обнимали колени. Тело продолжало дрожать. Слёзы то стихали, то накатывали снова. Измученное тело желало покоя, но не могло его получить. Будто даже на сон требовалась энергия, а Чарли вычерпалась до нуля.

— Как Раю меня никто никогда не бил, кажется, — нахмурившись бормотала она, — они предпочитали делать больно иначе. Хуже стало, когда Анна сбежала в Берлин. Они будто поняли, что меня больше никто не защитит, а я никогда не буду отбиваться. Их веселил мой ступор. Им нравилось, что я становлюсь бессловесной статуей. У меня могли забрать вещи, что-то сломать, а потом вернуть прямо в руки и с хохотом объявить, что так и было. Они много чего говорили. Много обидных слов. А я до сих пор не понимаю, за что? Я ничего им не делала. Никогда. Они хотели увидеть, как я сломаюсь. Я думала уйти из школы. Попробовать в другой, но… А какие гарантии, что в новой школе не будет травли? Не будет этих моментов унижения. Я ведь… будто какая-то часть меня застряла в том отрезке времени навсегда. И уже не вырваться. Только испытывать всё это на себе. Снова и снова, пока не сойдёшь с ума!

По щекам снова побежали слёзы. Воспаленные глаза уже казались красными из-за полопавшихся капилляров. Чарли даже не утруждала себя утиранием слёз. Угол пододеяльника полностью вымок.

— И один вопрос: почему. Почему они так делали? Потому что не отвечу?

Лао сидел рядом и слушал, гадая, помнит ли она о его присутствии или настолько погрузилась в тяжёлые мысли, что уже никого вокруг себя не замечает. Смешно, девочка, едва не погибшая от завладевшего её телом демона, плакала от совершённого с ней насилия в школе. Насколько могут оказаться жестокими люди, что на их фоне бледнеет даже демон? Смешно. До истерического хохота и разбитых в кровь кулаков. Всем смеяться.

— Можно закрыться полностью. Легче не станет, но получится пережить самое худшее. Как с тяжёлой раной или когда кто-то из близких делает больно. Ты ничего не можешь сделать, только терпеть боль и всё. Прячешься в ракушку, ждёшь пока шторм пройдёт. А потом какая-то часть тебя из ракушки уже не показывается, чтобы снова не стало больно.

Чарли замолчала. ДВЦО и его демоны вытряхнули самое неприятное наружу. Заставили самые горькие воспоминания бурлить и пениться, и уже ничто не смогло их сдержать. Мучительная унизительная беспомощность. Вынужденное бездействие и лицезрение руин собственного детства.

Горячая рука сжала ледяные пальцы. Чарли наконец обратила внимание на присутствие Лао Шина в палате. Кажется, он зашел, чтобы пожелать спокойной ночи. Но состояние девушки заставило его остаться. Впервые на памяти монаха, она не одернула руку и не вздрогнула в попытке перебороть себя. Стремительно теплеющие пальцы даже сжали его руку в ответ.

— Не спится, — пробормотала она в ответ на его немой вопрос.

Лао положил ладонь другой руки на холодный лоб Чарли. Опасно играть с энергиями, стоя одной ногой на тропе полного истощения, но один раз можно сделать исключение. От тёплой волны, исходящей от рук монаха, тело шаманки наконец расслабилось и веки начали тяжелеть.

— Ты просто устала, Чарли, засыпай! — он поправил капельницу и подоткнул одеяло.

— Лао, — сонно спросила она, когда он уже собирался уходить. — Как ты догадался, что внутри сидел демон?

— Ты забыла про свой бубен. Шаман никогда о таком не забывает.

— А где он сейчас? — нервно зашевелилась девушка.

— Вот, это наша Чарли! — усмехнулся Лао. — Бубен привезли. Ждет тебя в кабинете Фролова. Спокойной ночи.

В коридоре у палаты монаха уже поджидал Пётр, демонстративно поднявший бутылку в недвусмысленном предложении, когда Лао его заметил. Экзорцист прекрасно знал, как нужно заканчивать день после успешного изгнания демонов.

✠✠✠

Сон такой странный, будто я выползла незаметно для себя из тела, чтобы начать подсматривать за всеми. Не слишком похоже на меня. Мой случай — это трястись неделю и бояться астрала, как огня.

— Нельзя привязываться к своим подопечным, Лао. Теряешь голову. Из-за девочки сам едва не…

— Петь, я всех своих потерял. Тут хоть привязывайся, хоть не привязывайся… они покоя не дают. Эту девочку я не потеряю!

Да уж, Лао. У меня для тебя плохие новости…

9. Дело о пропавшем подростке ч.1

Отчёт по делу о демонах был передан на стол Анастасии, однако ни федеральный статус агентства, ни все связи, которыми обладали его основатели, не стали весомой причиной для закрытия Дальневосточного Центра Образования. Ситуация принимала неприятный оборот, когда в СМИ было объявлено об открытии ДВЦО с первого октября. Пирушка у демонов и упырей планировалась знатная.

Но помимо этого оживились и остальныеИные, любящие человеческую плоть. В своих радиопередачах уже не такой позитивный Весемир, вел свежую сводку перемещения всех плотоядных Иных, любящих человечинку. Всё ближе к Владивостоку. На бывшей территории лагеря «Океан» в первую ночь октября была запланирована бойня.

В портовом городе пришлось задержаться почти на неделю. Чарли разрешалось гулять не дальше ближайшего морского берега, чтобы дышать целительным морским бризом, да и только в присутствии Лао Шина. Впрочем, монах после всего произошедшего, не отпускал девушку ни на шаг.

Иван Фролов и Пётр сообща отказались подавать рапорт о внеплановом экзорцизме. С одной стороны это освобождало и Лао и Чарли от дополнительных неприятных проверок, а также штрафов, с другой стороны лишало шаманку наблюдения специалистов за её здоровьем после одержимости. Пусть, контакт с демоном был не долгим, однако это могло нанести ущерб организму, не говоря о возможных сюрпризах, которые могли обнаружиться спустя дни, недели или месяцы. Однако общее состояние с первого дня оставалось нетипично нормальным. Как жертва демона, девушка чувствовала себя прекрасно. Быстрая утомляемость и сонливость в первые сутки и вовсе оказались последствиями необычной формы «изгнания» или как это позже окрестил Максимилиан «выманивание на поесть».

Всё же, после исповеди Чарли, Лао Шин сумел выбить у Фролова несколько сеансов с психотерапевтом, чтобы убедиться в душевном равновесии шаманки. Результат едва не рассорил наставника с подопечной. При виде специалиста, она замкнулась и отвечала на все вопросы нейтральными фразами, будто заученными заранее. На контакт идти отказалась и рассказывать что-либо о себе не пожелала. А следующие сутки смотрела на монаха волком, пока тот не пошёл с повинной. Просить прощение горячо и искренне Лао Шин умел, а на случай если этого будет мало, принес подарок в виде бусинки-оберега. Браслет-чётки пополнились новым элементом, а монах был прощён, с оговоркой больше никогда не присылать подопечной мозгоправов.

Весь период восстановления, Чарли без остановки обменивалась голосовыми сообщениями с Таней и Олей, покинувшими больничные палаты с бинтами на шеях. Голоса у ведьм оставались слабыми и хриплыми. Чаще всего в голосовых сообщениях говорила Чарли, а ответ получала уже текстом. Девушки, будучи невестами демонов, давали полезные советы по быстрому возвращению «в строй». По их рекомендациям Чарли собрала для выздоравливающей Юби хороший травяной сбор, который та с благодарностью пила днём и ночью. Раны на теле серебряной лисички заросли почти без шрамов, однако шерсть в тех местах ещё какое-то время не росла, что смущало кицунэ.

— У меня будто лишай или проплешины, — хихикала она, чтобы скрыть смущение.

На горизонте маячило её возвращение обратно домой с восстановлением в Пусане. Во время чаепития Юби призналась о схеме «обмена» Владивостокского шамана на кицунэ.

На территории Южной Кореи шаманов не рождалось совсем, а в России схожая проблема имела место с кицунэ. После недолгих переговоров Варвара Морозова, шаманка со стажем, отправилась работать с корейскими коллегами. Обмен провели без нареканий. Но срок подходил к концу, как и время отдыха Чарли с Лао на Дальнем Востоке. Хоть сам монах мог показать, где раки зимуют любому упырю, свою подопечную он спешил увезти подальше. В последний день перед вылетом Чарли с огромным трудом убедила его дойти до самой Токаревской кошки, однако в остальном надзор за ней не ослаблялся ни на секунду.

Тему школьной травли Лао деликатно обходил стороной. По его поведению Чарли замечала, что всё выплеснутое он запомнил, однако заменял слово делом. Во Владивостокском офисе тоже нашёлся свободный зал для тренировок, в котором монах постепенно готовил Чарли стать сильнее физически. В условиях реабилитации он ограничился йогой, дыхательными упражнениями и уроками быстрого погружения в медитацию, что для неё стало настоящим открытием. Небольшая практика с наставником и гигантский скачок на шаманском поприще. Выход из тела стал проще, при этом тело совсем не уставало как было раньше, когда она всё делала на авось.

Все попытки закрыть ДВЦО на законном или частично законном уровне потерпели фиаско. Плохие новости настигли Лао и Чарли уже в аэропорту Шереметьево. Из-за глупости руководства, под удар оказалось поставлено огромное количество детей и персонала. Со стороны всех офисов ГХ и всех их коллег были направлены все боевые единицы для предотвращения трагедии. Анжей и Максимилиан остались во Владивостоке с экзорцистами в ожидании подкрепления. За спасённую Юби отношения с южнокорейскими партнёрами не ухудшились и прямым рейсом из Сеула во Владивосток ожидался отряд из инквизиторов, чернокнижников и ведьм.

В день прилёта Лао до хрипа в горле что-то доказывал Анастасии, настоятельно посоветовав Чарли не тратить время зря и заниматься либо в зале Дракона, либо на капище. Что-то в словах монаха настораживало, заставляя думать об очень недолгом их отдыхе на территории агентства. Впрочем, к кочевой жизни Чарли привыкала, к своему удивлению, очень быстро.

Находиться в зале Дракона без присмотра Лао не имело никакого смысла. А в капище любой шаман чувствовал себя дома. Выбор был очевиден с самого начала. Сердце грела надежда познакомиться с тем самым Весемиром, успешно тиранствующим на всех радиочастотах. На капище по закону подлости никого не было. Сразу вспомнились слова об отсутствии в агентстве шаманов. Огромное пространство для троих шаманов, в надежде на пополнение в будущем, немного печалило. Тёмный зал с приятным светом солевых ламп, камни и мягкий пол, то ли из настоящего мха, то ли из качественной имитации. На одном из камней спал удав, открывший свои глаза, когда она подошла к нему слишком близко.

— Прекрасно, — пропыхтела Чарли, — как всегда, везет! Хоть по коридорам ходи и кричи «Весемир, выходи погулять»!

— Не могу, меня мама гулять не пускает! — вдруг прозвучал ехидный ответ совсем рядом.

Удав приподнял свою голову, совсем не по-змеиному оглядывая девушку, настороженно озирающуюся по сторонам в поисках собеседника. Решив, что кто-то просто подкрался со спины, Чарли завертелась юлой, но кроме удава никого не обнаружила. Тот бусинками глаз продолжал пристально за ней наблюдать.

«Капище немаленькое, камней много, может кто-то затаился?» — подумала девушка, обходя каждый камень, в поисках говорящего.

— Так тебе совет нужен или просто поболтать захотелось? — спросил все тот же голос. В этот раз он однозначно доносился со стороны камня, на котором лежал удав. В капище абсолютно точно никого не было. Для надежности Чарли проверила два раза.

«Или это какая-то шутка или…» — подумала девушка, подходя уже к пресмыкающемуся.

— Говорящий удав? Не слишком ли?

— Говорящий Весемир к вашим услугам, — кивнул удав. — Животное не имеет значения. Опытный шаман в любого зверя сможет перенести свое сознание, способность видеть, слышать и говорить прилагается. Так что тебя беспокоит, маленькая шаманка?

«Вот и познакомились! То я его вижу с той стороны как вывернутого демона, то в виде удава!»

— Да много чего, — задумалась Чарли, — попутчица, пытавшаяся меня убить, после очищения объявилась в виде нового спутника-духа. Хотя у меня уже есть один. Еще не так давно я перенесла одержимость демоном. Точнее говоря, демон забрался в тело, пока я отсутствовала, и почти сутки жил на моём месте. А помимо этого я, при экстренном прыжке в астрал для общения с лешим, смогла частично оставить контроль над телом и даже видеть глазами.

— Иными словами, типичные будни в агентстве! — захихикал удав.

Девушка от вида хихикающего чешуйчатого невольно отпрянула. Очень уж странно это выглядело. Руки чесались на всякий случай стукнуть камнем припадочное животное.

— А теперь поговорим серьёзно, только на руку меня возьми, я замёрз! — приказал удав и мгновенно окольцевал протянутое запястье. — О, какая тёплая! Намного лучше, чем на камнях… о чём это мы? Ах, да. Демоны… что могу о них сказать. Ты лучше присядь!

Чарли нашла мягкое кресло-мешок и послушно в нём устроилась.

— Образно говоря, у родителей дети получаются или в маму, или в папу, редко бывает ровно посередине, — начал издалека удав Весемир, — но у шаманов получилось. Возможно, мы были первыми из Иных. Демон, рождённый в человеческом теле.

— Что?! — выдохнула Чарли. — Кто?

Слова «говорящего удава» заставили её подскочить на месте. Несмотря на пережитую одержимость, попутчицу Иных, девочку-лисичку, упырей и прочий зверинец, вот так просто услышать «ты тоже демон» оказалось чуть сложнее, чем принять всё остальное.

«Хотя в чем разница? Все Иные — это полукровки демонов и людей. Демоноподобные всё равно больше в демонов, чем в людей, чего тогда переживать?» — включилась рациональность.

— Часто на той стороне демоны принимают нас за своих. С одной стороны это хорошо, поскольку на нас они редко нападают, а с другой плохо, поскольку наши тела для них слишком уж комфортный транспорт. И экзорцизм нас не спасёт. Но если демон уйдёт сам, то без последствий.

Состояние опоссума помогло сбавить накал страстей и, отключив все эмоции, просто запоминать всё сказанное странным коллегой. Воспоминания о пережитой одержимости оставались не слишком радужными.

— Меня проверяли почти неделю и запрещали гулять без присмотра! — отрешённо отозвалась Чарли. — Выходит зря?

— В плане проверки здоровья, они переборщили. А гулять под присмотром правильно и полезно! В портовом городе свободных девочек могут принять за… так мы отвлеклись. Попутчица-хранитель, говоришь? — елейным голосом пропел удав.

— Да. Мы встретили её в первый день поездки в агентство и отбили у неё жертв, потом снова встретили, когда она хотела отомстить мне, но я её очистила в погребальном обряде. Она вроде исчезла, хотя… кажется, я сначала слышала её голос, а потом она появилась целиком. И сообщила, что теперь связана со мной!

— Могу только поздравить и позавидовать. Телохранителем она будет первоклассным. Для шаманов такое не в новинку. За всё, что она творила после смерти ей следует очиститься до перерождения. Вариантов у неё два — можно просто ждать тысячелетие, а то и два, или чистить карму упорным трудом. За покровительство или защиту смертных срок хорошо сокращается.

— Но у меня уже есть один дух-хранитель, — начала было Чарли.

— Он не будет ревновать. А за количество не беспокойся. Был дух-хранитель, теперь дух-хранитель и дух-защитник. Один другому не мешает. Даже помогает!

— А что по состоянию «ни там ни тут»? — поинтересовалась шаманка, чувствуя, что жить с вопросами без ответов намного проще, чем переваривать ответы.

— Ты растешь и развиваешься, — лекторским голосом сообщил змей. — Освоила то, что мы зовём «камлание наяву». Чем чаще будешь практиковаться, тем лучше будешь контролировать себя на обоих уровнях — и на физическом, и на демоническом. Я думаю, нет надобности объяснять, почему держать тело ближе к себе весьма полезно. Как минимум чтобы его не уволокли, пока ты не видишь!

— Иными словами, попутчица, последствия одержимости и камлание наяву — это всё в пределах моей нормы? — подытожила Чарли.

— Не совсем. Ты могла быть намного сильнее, а сейчас просто доходяга! Для практики в семь лет стыдно ничего о себе не знать и выучить всего полтора трюка! — фыркнул Весемир.

Нахальность змея начала переходить границы дозволенного. Даже толстокожая на эмоции Чарли нехорошо нахмурилась. На что она точно не желала слышать критику, так это на свою шаманскую жизнь.

— Я могу тебя раскрутить за хвост и запустить в дальний полёт!

— Субординация! — нервно пискнул в ответ шаман.

— Не помню про субординацию перед чешуйчатыми! Вроде это касается исключительно гуманоидов! — парировала она с недоброй улыбкой.

— Мир-мир! — закричал змей, испуганно стиснув всем телом её руку, когда она демонстративно встала с кресла. — Один леший тут мне передавал, что ты с ним общалась. Молодец! Не все наши соображают, что с духами леса можно и нужно дружить!

Шаманка скептически посмотрела на удава и послушно села обратно. Змей расслабил свою хватку на запястье.

— Если будешь задерживаться подолгу в офисе, то не стесняйся ходить в библиотеку и пинать нашу мумию. В жизни он, конечно, считается библиотекарем, но в молодости точно дружил с Имхотепом. Пинай его сильнее и требуй командным голосом книги по шаманам. Будет притворяться глухим, пинай ещё сильнее! — удав странно дёрнул головой. — Про нас очень много написано! А мне пора. Данный змей не обслуживается или находится вне зоны покрытия! Удачи!

После этой тирады удав устало уронил голову на тело и моментально уснул. Силы бедной рептилии едва ли были рассчитаны на использование тела как средства связи. Чарли осторожно вернула животину на камень, поймав себя на веренице мгновенно вспыхнувших вопросов, на которые ответить мог только Весемир.

«Как всегда. Умная мысля приходит опосля!» — покачала головой девушка.

Без Лао Чарли практиковалась в быстром погружении в медитацию, чтобы ловко выбраться из спящего тела в астрал, под присмотром духа-хранителя и с любопытством расхаживающей по капищу Раей. Увлекшись практикой с последующим знакомством Раи и духа-хранителя, который только при «коллеге» соизволил назвать своё человеческое имя — Павлик, шаманка закончила глубокой ночью.

Утром противный писк заставил Чарли недовольно открыть левый глаз, а затем и правый, чтобы обнаружить себя висящей над полом вниз головой словно летучая мышь. Девушка доведённым до автоматизма движением потянулась к смартфону, отключила будильник и только тогда начала озираться по сторонам в поисках причины своего странного положения. Отодвинув край одеяла, закрывающего обзор, она обнаружила, что в спальне стоит Лао Шин, держит её за ногу одной рукой в полуметре над полом и смотрит с выражением крайнего удивления на лице.

— Я не летучая мышь, вообще-то! — заметила девушка и, подумав, добавила: — Доброе утро.

Монах осторожно вернул её на постель.

— Доброе, и я бы не делал поспешных выводов. Людей, способных продолжать сон в таком положении я ещё не видел, а в нашем монастыре бывало всякое! — заявил он.

— У меня просто сон крепкий и здоровый! — фыркнула Чарли, сгребла необходимые вещи и скрылась от наставника в душевой.

— Жду тебя через пять минут на кухне, младший сотрудник Соколова Марина Андреевна, — услышала она из-за двери, включая воду в душе.

От звучания собственного имени девушка едва не выплюнула всю зубную пасту на зеркало. Спустя дозволенное время, она выскочила из комнаты, сонно зевая на ходу. На столе кухни её ожидали чашки с чаем, а по всей секции гулял запах восточных благовоний. Приятный аромат немного расслаблял и настраивал на дружелюбный лад. Вдыхая благовония, Чарли поймала себя на отсутствии желания сонно ворчать по любому поводу.

— Итак, Марина Андреевна, я к тебе с подарком! — подмигнул монах, взмахивая руками словно фокусник-иллюзионист. — Поздравляю вас с получением официального удостоверения сотрудника федерального агентства ГХ!

В руках Лао появилась черная «корочка». Ахнув, от неожиданности, Чарли с улыбкой взяла ее из протянутых рук. Настроение заметно подпрыгнуло вверх. Настоящий сотрудник! Непослушными пальцами она открыла удостоверение. Внутри все было так как надо: имя, фотография, печати, подписи и должность.

— Не потеряй, за это по голове не погладят. Анастасия будет дуться неделю, а Виктор вообще может нотации читать несколько часов, — добавил Лао и продолжил невинным голосом: — Чарли, как ты рассматриваешь работу поближе к дому? В Новосибирске, например.

— А что, там опять что-то случилось? — поинтересовалась она, принимаясь за чай со злаковыми батончиками.

— Там и здесь, везде и всегда! Что-то случается каждую минуту. Для нас работа найдётся даже на острове с населением из полутора землекопов. Это не вызов на конкретное дело, а предложение поработать в новосибирском филиале ГХ. Он еще только открывается, даже здание ещё частично ремонтируют. Что скажешь?

— А высокое начальство разрешило?

Сама идея не вызвала какого-либо шквала эмоций. Если это агентство ГХ, то работать можно где угодно, хоть на самом пике Уральских гор. Переезд с места на место в любом случае гарантирован. Места преступлений могут оказаться где угодно. В центр Москвы их ещё ни разу не вызывали.

— Таня и Оля будут там с нами. Им здесь неуютно. Столица на ведьм очень давит. Ещё поедет Лёха, иногда будут гостить Марк с Димой. Возможно присоединятся наши Биба и Боба, — принялся перечислять Лао, подразумевая Курвина с Радомировым. — Так что, да или нет?

— А какие варианты? — пожала плечами Чарли, подмигнув, — как сказал Лёха, ты мне и мамка, и нянька! Значит, куда ты — туда и я! Или если я откажусь, ты не поедешь?

— Нет, все верно! — хмыкнул монах. — Выбор добровольно-принудительный.

— Тогда чур ты несёшь мои вещи до машины, и по рукам! — пожала она плечами. — А там есть где жить? Я не горю желанием ночевать дома и каждый раз отчитываться перед родителями, куда иду, что буду делать и почему к моему плечу зубами прицепилась связка упырей.

— Резиденция в Новоозёрном. Жилые этажи готовы. До января строители должны закончить три нижних этажа. Но сама понимаешь, такой библиотеки в филиале, как здесь нет. Там вообще пока отсутствуют книги. Только электронная библиотека и постоянные звонки сюда. Резиденция замаскирована под частный особняк. Четыре этажа над землей и три этажа под землей. Едешь?

— Сегодня? — округлила глаза от удивления Чарли.

— Сейчас! — чуть ли не подпрыгнул на месте восторженный Лао. — Пакуй рюкзак и едем в аэропорт!

✠✠✠

В холле их встретила Анастасия, забрала ключи от комнаты и без предисловий выдала на руки Чарли целую кипу бумаг. Деловым тоном ведьма указала, где лежат копии всех подписанных договоров, что в конвертах её зарплатная карта и полис страхования, а остальная макулатура относится к заочному обучению в университете. Учёба никуда не делась. Всего лишь подло ждала своего часа.

На парковке у агентства их ожидал знакомый автомобиль.

— Ну что, господа экстрасенсы, — поинтересовался Лёха, подмигнув шаманке через зеркало, — готовы?

— Да, капитан! — в тон ответила Чарли, улыбнувшись.

В аэропорту Лао огорошил девушку сообщением о необходимости сначала лететь в Омск, чтобы кого-то «подцепить» по дороге. Шаманка лишь покачала головой понимая, что к четырём часам полета прицепится неизвестное количество часов езды. Лишь мысленное повторение мантры «машина — дом родной» заглушило поднимающееся недовольство. Переезд не бывает приятным.

В самолёте она немного почитала лекции и взвыла голодным волком от вида рядов Фурье. Первые курсы университета будто нарочно отталкивали от получения высшего образования. Биологи, историки, психологи и лингвисты тоже обязаны знать математический анализ, иначе никак! Чарли только зубами скрипела, пробегая глазами методичку, параллельно прописывая всё в черновик курсовой работы.

В чёрном автомобиле со знакомым логотипом, ожидающим их на парковке аэропорта, они выехали на трассу в сторону Новосибирска, бодро подпевая группе «Король и Шут». После вынужденной тишины и курсовой работе по матану, Чарли сначала с интересом поглядывала на голосящих агентов, а потом и сама начала скромно подпевать на припевах.

— А мы прерываем прекрасный хит-парад песен одной из моих любимых групп, — раздался насмешливый голос, заглушая музыку, — чтобы вы снова услышали меня — вашего единственного и неповторимого Весемира! Серьёзно, Лао, отличный выбор! Но вернёмся к новостям. Во Владивостоке бушуют переговоры не на жизнь, а на смерть, относительно открытия-закрытия ДВЦО! Ха, это смешно если учесть, сколько смертей будет, если этот притон упырей с демонами откроется! А пока в офис всё там же во Владивостоке стекаются наши коллеги из отдалённых филиалов и прочие союзники.

Лао красноречиво посмотрел на стереосистему автомобиля, будто раздумывая о том, чтобы вышвырнуть её в окно, но сдержался.

«Хоть кто-то может это осмеять!»

— Но не одним Востоком мы дышим! В Махачкале обнаружен снежный человек! Вызов с просмотром йети принял на себя инквизитор Джеймс. Ставлю сотню, что это какой-нибудь седой волколак, но готов к приятным сюрпризам! — продолжал трещать шаман. — Санкт-Петербург планирует посетить упыриный князь из Северного региона. Цель визита пока не объявлена. А в районе транссиба вновь не утихают слухи о поезде-призраке, для расследования сего явления из Владивостока направлена агент Варвара Морозова. С возвращением из Кореи, Варя! Удачи ей с этими страшными советскими сказками. А с вами был, угадайте кто? Да, ваш самый любимый и незабываемый Весемир!

Ближе к ночи, Лёха внезапно свернул с трассы на дорогу поскромнее. По команде Лао он притормозил и поехал со скоростью, которую мог бы долго поддерживать бегун на своих двоих.

— Итак, тишина и дзен, — объявил Лао, — у нас вот-вот появится работа на дороге. Это попутчик. Добрый парень, пытается добраться до дома, но не может. Пару километров его удаётся подвезти, а потом он исчезает и появляется снова на трассе. Два раза так пытались ему помочь. Бесполезно. Мы скоро подъедем к этому месту.

«Его отбрасывает назад?»

Лао показал куда-то вперёд и Лёха послушно проехал до указанной точки и остановился. Метрах в ста от их остановки брёл куда-то вперед парень лет пятнадцати-шестнадцати с порванными штанами. Темно-русые волосы немного слиплись на затылке. Шел неспешно, прихрамывая на левую ногу.

— А вот и наш клиент, — шепнул монах, выходя из машины. Чарли последовала его примеру, и они направились за парнем. — Зовут Володей. Анастасия напоследок загрузила, чтобы не расслаблялись на пути в Новосиб. Я вчера все газеты проверил, ни капли информации о нем. На машине лучше не будем подъезжать, начнет проситься подвезти. Попробуем поговорить.

— А по энергиям проверил? — шёпотом поинтересовалась Чарли, пока агенты догоняли попутчика. — Может, проклятье?

— По энергиям все стандартно — вода с небольшим отблеском металла, — глянув на выражение полного непонимания на лице Чарли, Лао «перевёл»: — Обычный призрак. По проклятьям ничего не видно.

— Тогда его можно просто сопроводить в мир иной, — пожала она плечами, не видя явных преград.

— Как?

— Как обычно делают шаманы! Подойти со стороны астрала, протянуть руку и увести к Последнему Пределу.

Парень при ближайшем рассмотрении оказался весьма щуплым, будто всю жизнь недоедал. Гаврош, только возрастом постарше. Колени содраны в кровь, левое совсем в плачевном состоянии, а в глазах слезы и вечная тоска. Чарли потянулась снять куртку и предложить бедолаге, но уже в процессе опомнилась. Мёртвым одежда живых не нужна.

— Здоров, парень, — обратился к нему Лао голосом полным позитива, — что грустный такой?

— Что-то случилось? — поинтересовалась с сочувствием девушка.

— Драсте, вот домой хочу… не знаю, как добраться. Уже долго хожу тут, — спокойно ответил парнишка, но в голосе все равно чувствовалась дрожь.

— Чарли, — шепнул её на ухо монах, — ты веди разговор, призраки и духи — это твоя сфера, я подстрахую.

— Откуда идешь домой? — осторожно спросила шаманка, кивнув монаху.

— Со станции, — с большим энтузиазмом начал говорить парень, подтверждая слова Лао, что с шаманами призракам комфортнее общаться, даже если они сами того не подозревают, — вот с друзьями тут недалеко праздновали первое сентября. Но я раньше ушел, поругался с девушкой.

— Ничего странного не заметил?

— Как обычно, — пожал он плечами, — шашлыки, алкоголь, большой костер. Я сам не пью, но вот моя девушка начала, хотя я ее просил не употреблять, у нее соревнования на носу. Завтра, хотя, скорее всего, уже сегодня.

— Что случилось потом?

— А потом я пошел через лес к дороге по тропинкам… все потемнело, и я оказался на дороге, — неуверенно закончил Володя.

Монах предусмотрительно отставал на несколько шагов, стараясь не нарушать доверительную атмосферу, формирующуюся между нами. Соображая каким следует поставить следующий вопрос, Чарли остановилась, сама того не заметив. Парня будто помимо воли что-то вело, так как, несмотря на явное желание продолжения беседы, он не смог остановиться и шел дальше вперед.

— А как тебя по паспорту зовут? — окликнула она попутчика, успевшего отдалиться от нас метров на десять.

— Струдских Владимир Сергеевич, — мгновенно выпалил он, и тут же с подозрением спросил: — А вам зачем? Вы из полиции?

— Лао, пробей по базам данные? — шепнула монаху Чарли и бодро подбежала к парню с успокаивающей улыбкой. — Не совсем, но что-то вроде того. Не беспокойся. Когда выпускаешься?

Монах бесшумно оказался рядом и, не говоря ни слова, просто показал смартфон, на экране которого высветилась справка из соцзащиты о паспортных данных мальчика, его школы, отсутствии отца и неблагополучной матери. Само поведение школьника тоже оставляло желать лучшего. Заядлый прогульщик.

— Я в этом году выпускаюсь, — охотно сообщил парень, — надоела эта школа. На механика комбайна после девятого класса пойду учиться.

— Ого! Нравится такая профессия?

— Да, — кивнул он, — нравится с машинами возиться.

«Первое сентября праздновали? Значит, умер меньше месяца назад».

— Свежак, — шепнул Лао, — еще не озлобленный. Но странный, представь, сколько сил нужно иметь, чтобы с шести часов материализоваться в видимую форму? И сколько обычно для этого нужно времени стандартному призраку. В ГХ литературе пишут, что не меньше пятилетки с момента смерти.

— Тогда надо в астрал, тело мы без ведьм все равно не найдем.

— Действуй, как считаешь нужным. Шаман тут не я.

— Тогда мне надо где-нибудь присесть.

Выбрав самый сухой участок на гравии Чарли, мысленно попросила у своих джинсов прощения, села в позу по-турецки и ухнула в астрал.

Во внетелесном мире ничего необычного не наблюдается. Рядом со мной сидит кошка, вылизывая заднюю лапу, недалеко ощущается присутствие Павлика и на том месте, где идёт Володя, вижу его точную копию. Однако у астрального Володи окровавлена голова, а в груди зияет дыра, из которой тянет чем-то ледяным и неприятным. Будто маленькая бездонная пропасть.

Осторожно приближаюсь к Володе. Он не замечает ничего странного и не видит разницы между моим физическим и шаманским телами.

— Ты как себя чувствуешь? — интересуюсь я не в силах отвести взгляда от раны в груди парня.

— Да вроде бы нормально, — ничего не замечая, отвечает парень, — голова только болит.

— А твоя рана, — указываю я ему на черную дыру в груди, — это тоже нормально?

Попутчик ощупывает область, на которую я указала. Руки проходят мимо дыры, будто ее нет. Парень непонимающе на меня смотрит.

— Какая рана? — по его глазам видно, что он абсолютно не понимает, о чем я говорю.

— Смотри, — указываю ему на свое физическое тело, сидящее в паре шагов от нас, — как тебе такой фокус?

— Ого, — теперь его внимание всецело принадлежит мне. Володя трёт руками глаза, смотрит на шаманское тело и на физическое, пока наконец не восклицает: — а как ты разделилась?!

— Я не разделилась. Там мое тело, а здесь мой дух, — поясняю я. Он должен понять, что мертв, иначе не пойдет в последний путь. Но сказать это нужно как можно мягче, что всегда давалось мне с большим трудом. — Если ты меня видишь там и тут, а ещё можешь разговаривать со мной, то у меня для тебя плохие новости.

— Какие? — настораживается попутчик.

— Видеть меня, может только тот, кто сам… вне своего тела. И если ты не шаман, то по пути домой с тобой случилось что-то страшное, — как можно мягче пытаюсь объяснить.

Я подхожу поближе и стараюсь вложить в свой голос как можно больше сочувствия:

— Ты должен вспомнить самое последнее от момента станции и до головной боли. Что-то пошло не так. Что-то было подозрительным, шорох или кто-то вдруг рядом оказался. Быть может, тебя кто-то позвал?

Впервые за свою практику, я пытаюсь сама коснуться призрака, как касались они, чтобы показать мне свои воспоминания. Шепнув, что меня не нужно бояться, я осторожно беру его за руку и подношу призрачную ладонь к своим глазам.

Моё сознание поглощают вспышки видений.

Огромный костер, почти в два метра высотой. Много молодёжи, двадцать парней и примерно столько же девушек. Мимолетно мелькнули две высокие тени. На празднике подростков присутствуют взрослые.

Милая девочка пьет пиво в компании друзей. Ссора. Ругань. Вспышка. Лес. Темно. Тропинка неровно ведет куда-то вперед. Коряга, падение, ободранная коленка. Снова дорога вперед. Мысли по пути, где теперь новые джинсы брать и как еще пяток километров по темноте топать, ведь только второй поворот вдоль трассы Омск-Новосибирск прошел. Удар по голове. Темнота.

— Покажешь дорогу? К тому месту, где ободрал коленку, сможешь провести? — резко спрашиваю я, когда вспышки гаснут.

Казалось, вот он шанс быстро показать парню, что он призрак, и увести его, однако Володя вдруг настороженно от меня отшатывается. Понимает не состыковку его планов и моих намерений:

— Нет, мне надо домой!

— Володя, уже октябрь на носу. Мне очень жаль, но ты видишь то, что видят только мертвые. А это значит, что ты сам умер.

— Я? — парень дергается как от удара. — Я не умер! Мне надо домой! Я хочу домой! НАДОЕЛО ВСЕ!!!

От его голоса все дрожит, а от него самого прокатывается волна, сбивающая всё на пути. Мимо нас проносится Лао в реальном мире. Последнее, что я успеваю увидеть со стороны, как монах на бегу хватает мое тело и бежит дальше в сторону от парня.

9. Дело о пропавшем подростке ч.2

— Я пойду только домой! — звенело в ушах, когда Чарли резко очнулась уже в своем теле.

Из астрала её в прямом смысле вышвырнуло, как нагадившего котенка. Голова гудела, но тело осталось невредимым. Возможно, потому что монах, сидя на земле, прикрывал её от мощной резонирующей силовой волны. Когда ударная волна сошла, девушка рискнула выползти из укрытия в виде Лао. Потрепанный этим ударом монах тяжело дышал и не торопился двигаться, только пробормотал очевидное:

— Мальчик пропал.

«Зараза, что же мне вам всем говорить, чтобы вы без истерик слушали? — устало подумала Чарли, глядя на то место, где стоял попутчик. — Почему всегда всё должно быть сложно?»

— Ты что ему там наплела, что так бомбануло? — хрипло спросил монах, поднимаясь с земли.

— Что он умер… но я плавно начинала! А как это выглядело с твоей стороны?

— Как резкое возрастание энергий воды и земли.

— Переведи на всеобщий, пожалуйста, — попросила она, чтобы не гадать.

— Резкий всплеск гнева и смерти. Хорошо хоть прошел в два этапа, иначе я бы не успел до тебя добежать. Сегодня мы его тут уже не увидим, распылило от выплеска эмоций. Завтра только появится.

— Значит, идем искать тело. Начнем со станции? И спасибо, что защитил.

— Лучше найти место, где они отдыхали, и начать искать оттуда. Оттуда он шел домой, станция будет лишней тратой времени. Насчет защиты, пустяки, это моя работа! — подмигнул он с улыбкой. — Итак, судя по карте от ближайшей станции до его дома тропинками километров пятнадцать. Начинаем думать.

Лао побрел обратно, в сторону машины. С ней ничего не произошло. Волна гнева попутчика до транспорта не добралась. Шаманка не отставала. Монах не поленился раскатать по капоту автомобиля большую карту местности. Лёха без лишних слов вышел из машины с включённым фонарём.

— Тут недалеко лесополоса, скорее всего где-то там они и устроили веселье. Но к федеральной трассе они бы не рискнули приближаться. А если верить карте, то от станции им либо налево к леспромхозу, либо направо к лесопосадке.

— Ну, если на территории леспромхоза нет гастрономов, в которых можно купить закусок или еще огненной воды, то я бы на месте студентов отправилась к лесопосадкам. Давай, начнем с них.

— Ты что-нибудь у него узнала по местности?

— Он, кажется, прошел второй поворот вдоль трассы по тропе и считал, что еще километров пять идти, — вспоминала Чарли.

Лёха со смехом пообещал знатной тряски на протяжении пяти ближайших километров и ударил по газам. Чарли мысленно попросила прощения у своего вестибулярного аппарата и села на заднее сидение. Через некоторое время они свернули и, как было обещано, их затрясло на «убитой» дороге. Из-за тряски не хотелось ни говорить, ни думать. К моменту, когда к подступающей тошноте девушка практически привыкла, вдали показались освещенные фонарями вагончики рабочих и несколько домиков за ними.

— Езжай дальше, — скомандовал Лао, — начнем поиск с самой глуши.

Водитель без споров продолжил движение. За окном простирался мрачный вид на ночной лес. Вид одиноких домиков и брошенных будок, окружённых колючими ветками без листьев, в ночное время не настраивал на позитивный лад. Хотелось оказаться либо в привычной цивилизации, либо в девственном лесу без признаков человеческих строений. Такое избирательное запустение лишь напоминало сюжеты различных ужастиков про города-призраки, заброшенные поселения и детские лагеря, отличившиеся кровавыми убийствами. Спустя еще два километра машина остановилась.

— Приехали! — объявил Лёха.

— Вижу, — кивнул монах и указал вперед, — смотри, там старая лесовозная дорога.

Не разглядев в темноте, разорванной светом фар, ничего, кроме деревьев, Чарли на всякий случай кивнула.

— Вот только ничего похожего на тропинку с дороги или просто тропу здесь явно нет, — задумчиво произнес Лёха.

— Продолжаем думать, — объявил Лао, глядя в карту местности, подсвечивая её фонариком на смартфоне, — дорога пересекает проселочную в двух направлениях. Вариантов, куда идти в поисках их места сбора два: в сторону озера либо дальше вглубь по лесовозной. Что скажешь, куда бы они пошли?

— Девчонки захотели бы у озера, — подумав, ответила Чарли. — На их месте я бы хотела у озера. Особенно если в тот день было тепло. Вода красивая, когда на нее падают лучи заходящего солнца или свет от костра. А парни поддержали бы идею в надежде, что кто-то из девчонок рискнет искупаться.

— В сентябре вода холодная в этом районе, — покачал головой монах, — и в прошлый раз, когда мы хотели его подбросить, он говорил, что они отдыхали на поляне в лесу.

— А вокруг озер не бывает полянок?

— Готова поспорить на баночку пива, где была гулянка? — хитро сверкнул глазами из темноты Лао.

— Готова, идем в сторону озера, — кивнула шаманка, раззадорившись, — только я предпочитаю вино.

— Тогда потопали, — вскочил монах, взял большой фонарь, ей передал фонарь поменьше, и агенты вышли из машины. — Сначала в сторону озера. Идти всего-то около километра до воды и участок небольшой, если будут какие-то следы, то мы их быстро найдем.

На небе яркой россыпью горели звезды, но луна не торопилась появляться. Лес дружелюбно не пытался задеть колючими ветками и не ставил подножки корягами. Идеальное время и место, чтобы самим устроить посиделки с костром, но работа есть работа. Освещая путь лучами фонариков, они шли все дальше. Старая дорога прорезала лес, но сам он и не торопился расступаться и показывать поляну, что сразу ознаменовало бы правоту Чарли.

Спустя какое-то время, Лао начал, посмеиваясь, бормотать названия производителей пива, намекая на свою безоговорочную победу и такую сложность выбора своего приза. Однако дорожка резко вильнула в сторону и спустя всего сотню метров лес расступился. Агенты оказались точно на той поляне, которую девушка видела в воспоминаниях Володи. Пришли. В центре еще виднелось место с углями, оставшееся от их огромного кострища.

— С меня вино, — понуро признал монах.

— Красное сухое, Лао, — торжественно уточнила Чарли. — Ищем тропинку, по которой он шел домой?

— Здесь три тропинки, — указал фонариком он, — они все идут, так или иначе, в сторону озера. Посмотри. А я поляну осмотрю, может что-то подозрительное в костре найдется.

— Хорошо, но лучше держаться в пределах видимости. В лесу, как в ужастиках, разделяться нельзя, если не хочешь, чтобы тебя разделили.

— Тогда дальше пятнадцати метров не отходи, — кивнул Лао.

«Сейчас почти ночь, так же как и когда он покинул своих одноклассников, может по памяти получится восстановить траекторию движения.»

Примерно прикинув, как должен был двигаться и в какую сторону смотреть Володя, она встала справа от костра. Воспоминания принесли картинку: парень чуть левее жарит шашлыки, чуть дальше в темноте у деревьев целуется парочка, впереди, но тоже в тени деревьев группа парней о чем-то весьма эмоционально спорят. Чарли уже практически чувствовала в какую сторону Володя повернет, как…

— Смотри, что я нашел! — удивленный вопль монаха полностью развеял всю концентрацию на воспоминаниях.

— Блин! — чуть ли не топала шаманка ногами от досады, однако Лао так увлеченно махал какой-то корягой, едва ли заметил реакцию. — Что нашел?

— Ногу! — крикнул он, и шаманка в два прыжка подбежала к нему. — Точнее, берцовую кость. Я думаю, это принадлежало нашему попутчику.

Перед глазами предстала местами обгоревшая часть ноги, черная от сажи с кусочками обгоревших сухожилий.

— Его будто кто-то сожрал! Ты уверен, что это Володя?

— Это явно результат сожжения. Сейчас попробую немного посмотреть по энергиям, делай с костью, что хочешь, главное меня не трогай пару минут, — отдал кость Лао, сел в позу лотоса и медленно глубоко задышал. В своей неизменной белой борцовке с военными штанами и итальянскими берцами, он смотрелся немного комично.

Чарли положила кость на землю. Пока Лао проверял по своим каналам, она снова попыталась сосредоточиться на воспоминаниях. Вспыхнувшая перед глазами картинка показала, что Володя сначала понесся по старой дороге, но практически сразу свернул на другую тропу. Поглядывая одним глазом на Лао, она пошла по стопам попутчика.

Место, где он упал, обнаружилось быстро. Вокруг того места будто парад прошагал — множество следов, примятая трава не успела из-за осени подняться. На суку у места падения висел черный лоскут ткани. Ткань не представляла никакого интереса, но разило от нее очень неприятно. Резонанс энергий, вызывающий отвращение. Что-то неправильное. Омерзительное. Подцепив подозрительный лоскут, девушка вернулась к монаху. Монах лазил на четвереньках вокруг костра и искал что-то, крепко ругаясь на всю округу:

— Твари, малолетки. Чтоб их…

— Они его убили?

— Точно не знаю, — ответил он и вдруг, глянул на неё, практически шепотом приказал: — Шаг назад сделай.

Чарли послушно отошла назад. Монах начал фанатично копаться в том месте, с которого сошла девушка. Он шуршал в траве, в опавшей листве, даже под ногами шаманки, пока не встал и не показал в своей ладони найденный белый порошок.

— Вот… — задохнулся он от злости, — мелкие гадёныши. Знаешь, что это?

В протянутую ладонь шмякнулся влажный комок, ставший результатом встречи влаги и найденного белого порошка.

— Наркотики? — предположила Чарли.

— Нет, сухой спирт. Его сейчас сектанты часто применяют для ритуалов с огнем.

— Значит, Володю зажарили на спирту? А для каких ритуалов нужно сожжение?

— Тут повсюду фонит огнем и водой, как от демона. Похоже, детишки решили призвать на пожрать одного такого, — подытожил Лао, дрожа от злости.

— И скормили своего одноклассника? А я думала, что мои одноклассники были жестокими!

— Что-то пошло не так. Возможно, умер слишком быстро. Ничего подозрительного призрак тебе не рассказал?

— Костер у них был слишком высоким, — призадумалась Чарли, — и две странные тени…

— Возможно, тут прописались очередные сектанты или оккультисты, а то и чернокнижники

— А двух сектантов достаточно для ритуала? Или есть ещё? Но, погоди, дети всё видели, но ничего ни в газетах, ни в новостях? Дети могут быть сектантами? Или их родители? — растерялась девушка, выплёскивая всё больше вопросов.

— Вопросов много, а картина скверная, — кивнул монах, отправляя кость в вынутый из кармана пакет для вещественных доказательств, — его могли специально оставить приманкой для таких, как мы. Ходят слухи, что люди уже не годятся для серьезных ритуалов… нужен Иной. Я тут еще череп чей-то нашел. Такой же, как берцовая кость — обугленный.

— Есть шанс непредумышленное убийство и куриные мозги пьяных детей, которые в попытках замести следы, сожгли тело? — предположила шаманка, с тревогой оглядывая поляну.

Иной для ритуалов. Из научных трудов, которые Лао заставил прочитать во Владивостоке, говорилось о ритуалах жертвоприношений демонам. Правильно отмеченная жертва должна быть убита определённым образом. Обязательно в страхе и отчаянии. Тогда в момент смерти, высвобождаемая энергия бьёт в Грань Хаоса и, при должной силе удара, временно создаёт брешь, через которую напитывается демон. Но жертва должна быть не одна. Одной человеческой души мало, именно поэтому все нападения сектантов массовые и похожи на теракты. Но Иные, наполовину демоны, способны дать значительно больше энергии, чем рядовой человек.

— Едва ли, — покачал головой Лао, вырывая девушку из мыслей. — Мне не нравится название города, в который мы поедем за ответами.

— Что за город?

— Татарск. Многовато намёков на сектантов для одного маленького городка.

— Мечеть Исмаила… Но ведь всё равно надо опросить виновников. И убедиться, что кости принадлежали Володе, а не кому-то другому.

— Хорошо, я прогоню черепок и ногу через опознание, а ты сходишь в школу, — решил монах. — Все равно факт смерти есть, значит, надо искать. Жалко парня… Еще надо будет к местным органам власти заглянуть. Судя по всему, не слишком они стараются.

— При моей внешности я не слишком авторитетный следователь.

— Так скажи, что ты его сестра из Новосибирска, которая хочет забрать парня к себе, поскольку его мать злоупотребляет.

— А мы внешне хоть как-то похожи?

— Ну, — ухмыльнулся он, — вы оба милые!

Чарли неловко улыбнулась в ответ. Принимать комплименты она так и не научилась.

— Ладно, попробую узнать, что там в школе. Времени то сколько? В школу уже поздно… или ещё рано, надо найти, где поспать.

— Известно где — в машине. По местному времени уже три часа ночи. Только из этой глуши по разбитой дороге нам выбираться час. Так что к утру как раз доедем до школы нашего попутчика.

✠✠✠

Проснулась троица в машине в девять утра — уставший водитель по достижении границы города пристроил автомобиль на парковке недалеко от железнодорожного вокзала и уснул вместе со всеми. Пока Чарли и Лёха с трудом продирали глаза, бодрый монах успел совершить небольшую пробежку и даже хорошенько размяться прямо у машины.

— С добрым утром! — заметив, что коллеги проснулись, громко возвестил монах, едва не получив подушкой от Лёхи. Ловко увернувшись от внезапной атаки, Лао продолжил: — Тот, кого мы должны были подобрать по дороге в Новосибирск задерживается, поэтому у нас появилось больше времени для помощи Володе. Готовы к труду и обороне?

Его рвение идти сразу в бой было прервано требованием завтрака перед началом рабочего дня. Монах, впрочем, не сопротивлялся «бунту на корабле». Но общепит выбирал сам, благо, тот находился совсем недалеко. Старое, пожелтевшее, не слишком чистое помещение со множеством столов и не слишком довольными появлением ранних клиентов официантками. Казалось, это место взяло все то худшее, что было в кафе времен распада Советского Союза и унесло с собой в настоящее время.

«Хоть бы еда была без крысятины!» — тяжело выдохнула шаманка, вспоминая страшные байки про состав некоторых котлет и колбас.

— Чарли, — с какой-то странной хитрющей улыбкой сказал Лао, — иди первая умывайся, а мы пока закажем завтрак. Ты, кстати, что будешь?

Девушка оглядела критическим взглядом кафе еще раз и вздохнула:

— Кофе и булочку.

Умывшись и приведя себя в подобие порядка, Чарли вышла из туалета как раз, чтобы застать самую интересную сцену спектакля одного актёра. Возмущенный до глубины души Лёха голосил на всё кафе и ближайшую улицу:

— Вы что там совсем страх потеряли?! ЧТО ЭТО У ВАС В ПИРОЖКАХ ЗА ГАЙКИ?! А НУ ТАЩИТЕ СЮДА ВАШЕГО ПОВАРА, Я ЕМУ СЕЙЧАС ГАЙКИ СКАРМЛИВАТЬ БУДУ!!!

Водитель только что не выдыхая огонь носился по залу с пирожком в руке в попытке поймать официанта за шиворот. Лао, коварно посмеиваясь, сидел за столом и ел салатик. На не слишком стерильной скатерти-плёнке уже стояли три чашки кофе, две сдобные булки и злополучные пирожки, один из которых оказался обогащен железом сверх меры.

Чарли добежала до монаха под аккомпанемент воплей водителя и шепнула ему:

— Что случилось? Что с Лёхой?

— В пирожке гайка была, он чуть зуб об нее не сломал, — еще хитрее улыбаясь, ответил он, — смотри, тут что-то интересное наклевывается!

Из подсобки вышел недовольный мужчина средних лет с явными восточными корнями, за спиной которого прятались напуганные официантки.

— Эй, — гаркнул он, — что за крики с утра пораньше, брат?

На волне негодования Лёха практически телепортировался к повару, на ходу крича:

— ТЫ ХОЗЯИН ТУТ?

Однако только его слова прогремели вдоль стен кафе, как водитель осекся, всмотревшись в лицо повара. Сам повар был поражен встречей с Лёхой не меньше. Гнев сразу утих, водитель замялся и неуверенно спросил:

— Самир? — с каждой секундой в его голосе с геометрической прогрессией пробивалась бешеная радость. — Не ты ли это, чучмечья морда???

— Сам ты чучмечья морда! — кинулся обнимать, по всей видимости, старого друга повар. — Эй, Алексей, не буянь, что стряслось!

— Повар друг и кушать гайки уже не будет? — подытожила шаманка, садясь рядом с монахом, пока герои одного спектакля, забыв обо всём, уже что-то горячо обсуждали.

— Чарли, я давно хотел Лёху в это кафе завести. Это его друг с Чечни. Я случайно узнал об этом, когда на поезде ехал с Новосибирска, увидел фотографию нашего Лёхи с боевыми товарищами, — коварная улыбка не желала покидать его лицо: — И гайка моя!

— Ну ты даешь! А без этого шоу никак?

— Нет, так веселее! — захихикал монах.

Булки и пирожки были съедены, кофе выпито, а Лёха и не думал возвращаться к агентам, полностью отключившись от внешнего мира за разговорами со старым другом. Чарли с Лао прекрасно поняли, что на данном этапе абонент временно недоступен, и тихо отправились на выход. На прощание Лао крикнул:

— Лёх, мы сами доберемся, только в полицию не забудь заглянуть!

— Да, шеф! — с улыбкой до ушей произнес Лёха. — Кстати вечером шашлык будет, так что здесь встречаемся.

Оставив боевых товарищей вспоминать лучшие моменты ратного прошлого, наставник с подопечной вышли из здания кафе и пошли в сторону главной улицы. На мгновение Чарли призадумалась, не взять ли с собой бубен. Однако решила не рисковать невредимостью шаманского сокровища. Школьники тем страшнее демонов, что бубен против них не сработает.

— А в какой стороне школа?

— Нам по пути, идем, я тебя провожу. Тут совсем недалеко.

Через некоторое время они вышли к серому зданию, именуемому школой. В окнах мелькали силуэты учеников и учителей. За самой школой время от времени слышался свист и крики учителя физкультуры. В целом место немного угнетало, будто сами серые стены высасывали частичку радости из души каждую минуту. Типичная школа. Вдоль позвоночника прошла ледяная волна, однако пережитый опыт ДВЦО с упырями и демонами почти закалил нервную систему, и Чарли решительно направилась к центральному входу.

В школе как раз закончился урок, и противная трель звонка на входе атаковала барабанные перепонки. Искать никого не потребовалось. Стоило «чужаку» переступить порог школы, как пухленькая миловидная женщины с умилительной попыткой выглядеть грозной сорвалась с поста охраны, чтобы поинтересоваться у девушки, кто она такая и для чего явилась в храм знаний.

«Пароль» в виде фразы «я сестра вашего ученика Струдских Володи» открыла Чарли дорогу к классной руководительнице мальчика. Более того, охранница лично провела «сестру» до нужного кабинета, вздыхая на ходу, что мальчишка славный, но окружение его портит. Пожелав ей поскорее найти пропавшего брата, охранница передала шаманку в руки классной руководительницы.

Борьба с накатывающим состоянием опоссума шла титаническая, когда Чарли вошла в класс. Как назло он был точно таким же как те, в которых прошли её годы учёбы. Дыхание то и дело застревало где-то в горле, однако напоминание себе, что в школе она по работе и следует помнить о расследовании в первую очередь, помогало двигаться к намеченной цели.

Несмотря на приятный внешний вид, характер у учительницы оказался отталкивающим. То и дело растягивая противным тоном паспортное имя Чарли «Мариночка», она успела полить помоями и родителей Володи, и родителей его «сестры», выставляя их всех третьим сортом. Шаманка позволила себе даже пару раз пресечь поток неприятных эпитетов, сыграв оскорблённую сестру. В целом вышло вполне убедительно, и под конец перемены женщина разрешила на предстоящем уроке спросить у одноклассников, что они знают о Володе.

Учительница открыла дверь настежь. Прозвенел звонок на урок, ученики вошли в кабинет и, слово по струнке, встали возле своих парт.

— Добрый день, — поздоровалась она с классом, — ребята, у нас сегодня гостья. Это — Марина, — указала она на меня, — она сестра Володи Струдских. Поздоровайтесь с гостьей и ответьте на все ее вопросы.

— Здравствуйте, Марина, — хором сказал класс.

От их голосов шаманке стало не по себе. Очень уж жутко звучало это безэмоциональное обращение множества детей.

— Садитесь, — приказала учительница, и ученики, будто в армии, синхронно сели, — я выйду ненадолго, а вы поговорите.

Внимательно всмотревшись в лица учеников, Чарли узнала девушку, с которой ругался Володя и ещё двух парней. Троица точно была в тот день недалеко от попутчика. Решив не спускать с них глаз, чтобы не пропустить момент, когда они жестом, гримасой или голосом выдадут себя, она представилась. Следом в уши школьников полилась сказочка о сводной сестре Володи, которая решила забрать его в Новосибирск подальше от матери-алкоголички. Реакции не последовало. Абсолютно равнодушные лица, лишь девочка из первого ряда заявила:

— На заброшке, наверное, опять тусит.

Ни один мускул на лицах подозреваемой троицы не дрогнул. Только парни смотрели на шаманку нехорошими долгими взглядами. Чарли подмывало прямо сказать, что про убийство одноклассника ей всё известно, и им давно пора уже признаваться, но не могла. Приходилось играть роль ничего не знающей сестры, ведь не только трое одноклассников виновны в убийстве.

— Наверное мать его опять в загул ушла или мужика привела, он и свалил, — заявил кто-то из учеников с последних парт, — обычно на заброшке живет, там себе уже целый дом отстроил.

— Я после уроков могу вас туда отвести, мне как раз по дороге домой, — предложила та же девочка из первого ряда.

— Или сбежал из поселка!

— И никто с ним не говорил перед тем, как он исчез? Может, кто-то из вас знает, что он собирался делать?

— Ну я с ним тогда рассталась, — наконец подала голос бывшая Володи, — закатывал мне истерики, то мне нельзя, это мне нельзя… задолбал.

— Может еще кто-то что-то знает? Когда его в последний раз видели?

Ответом стало молчание. Будто класс был готов к появлению «родственницы». Нехорошие взгляды одноклассников будто намекали, что рассекретили «сестру». Казалось, что в сговоре весь класс. Что-то сказали, но не ответили ни на один вопрос. В класс вернулась учительница.

Девочка из первого ряда встала, когда Чарли, раскланявшись с учительницей, собралась выходить из кабинета с ощущением полного провала.

— Так вас проводить после уроков до магазина? — подмигнув, спросила ученица.

— Да, проводи, пожалуйста.

В расписании уроков класса попутчика русский язык стоял последним, значит, ждать оставалось всего лишь минут тридцать-сорок. Не теряя времени, Чарли позвонила Лао. Класс и его детишки пугали, словно были выходцами из фильма ужасов про подростков-убийц. Даже милая девочка, предложившая экскурсию до логова Володи, не внушала доверия.

«А что я жду от этой экскурсии? — мелькнула мысль. — Понятно, что там нет Володи, что мы будем искать? Разве что получится устроить допрос с пристрастием. Ничего ведь не должно случиться?»

— Лао, — торопливо начала шаманка, когда услышала его голос, — мне нужно будет через полчаса отправиться на какую-то заброшку с одноклассницей ученика. Возможно, что-то станет понятно. Но мне нужно прикрытие.

— Я постараюсь успеть, — коротко ответил Лао. — Внезапно объявились те самые коллеги, с которыми мы должны были встретиться. Зато в нашей команде пополнение на одну ведьму. Где эта заброшка?

«Очень блин вовремя!»

— Не знаю, вроде, недалеко. По пути к дому ученицы из школы.

— Так, я постараюсь успеть подойти к школе, но, если что иди, я тебя найду! — уверенно заявил Лао.

— Хорошо, а то мало ли. Одноклассника убили, и меня могут попытаться.

Следующие полчаса девушка пыталась продумать как повести себя. Девочка ведет к убежищу Володи. Его там не находят. Настаёт время задавать каверзные вопросы… но какие? На этом мысль останавливалась. Интуиция подсказывала, что идти отчего-то надо, хотя это будет очень опасно. Прозвенел звонок. Вышли все ученики. К Чарли подошла девочка, предложившая показать дорогу.

— Марина, я всё! Идем? — улыбнулась она. — Меня кстати Юлей зовут.

Девочка выглядела настолько безобидно, насколько это возможно. Невысокая со светлыми волосами, собранными в косу, в школьной форме. Кто будет ожидать от нее угрозы? Только шаманка, недавно столкнувшаяся с такой же миловидной Раей.

— Хорошо, только в туалет зайду и пойдем.

— Я вас на крыльце подожду, — кивнула девочка.

По спине побежали ледяные мурашки. В туалете Чарли начала панически писать текстовые сообщения монаху: «Лао, ты где?». Молчание стало ответом. Следом шаманка уже звонила водителю.

— У нас тут оккультисты назревают. Сейчас еду к подозрительному человеку. После его появления, тут начались ритуальные убийства животных, — отрапортовал он, едва приняв вызов.

— Мне нужно прикрытие. Я иду в нехорошее место, и там меня могут попытаться убить! — торопливо зашептала она.

— Если страшно, то откажись идти сейчас. Предложи встретиться позже! — предложил он.

— Я вроде уже согласилась…

«Как-то невежливо отказываться от помощи девочки. Вдруг она правда хочет помочь. Её потом из дома могут не отпустить!»

— Мало ли… передумала! Давай так, делай каждые пять минут дозвоны на мой номер, — скомандовал Лёха. — Если дозвона вдруг не будет, мы летим к тебе. Строго между нами, смартфон каждого агента чипируется к моменту получения первой «корочки». Мы тебя найдем за пять минут, городок маленький. Главное, продержись эти пять минут.

— Ладно, дозвоны, так дозвоны, — вздохнула шаманка, прикидывая, как из кармана незаметно звонить Лёхе.

— Не волнуйся, ты ведь шаман! — «подбодрил» водитель.

«Да. Шаман. Самое безобидное существо, не способное нормально себя защитить ни в одном из миров!»

— До связи.

«Смартфон в кармане, если не вынимать оттуда руку вообще, то выглядит даже не подозрительно, — критически осматривала она себя в зеркале. — Мало ли, может, руки на ветру мерзнут!»

Для проверки девушка отослала первый дозвон и вышла из туалета. Девочка, как и обещала, ждала на крыльце. Они шли по широкой, пусть и неровной дороге. Пока на пути показывались магазины, жилые дома и прочие атрибуты нормального человеческого общества, шаманка чувствовала себя вполне комфортно. Весь город не может быть населен исключительно сектантами, а значит искать защиты будет где, если придется на всех парах давить на тапок. Однако спустя где-то километр протоптанной дороги они подошли к пустырю. Людей даже близко не наблюдалось, а в самом пустыре виднелось достаточно много укрытий для нападения исподтишка. Чарли заметно дернулась в сторону от живописного места.

— Сейчас пройдем через пустырь, так быстрее, и через квартал будет заброшка, — глядя честными глазами, пообещала девочка.

— Идем, — кивнула шаманка, делая очередной дозвон Лёхе.

Девочка пошла вперед, Чарли, чуть отставая, поплелась за ней, глядя под ноги. Однако стоило им почти полностью пересечь пустырь, как за спиной послышался нехороший шорох. Обернуться Чарли уже не успела. Серость полудня перекрыл плотный чёрный мешок упавший на голову. Сквозь самое бешеное сопротивление, на которое шаманка была способна, она почувствовала укол. На этом сопротивление быстро перетекло в вялую возню, исчезнувшую в пелене мрака.

«Да блин!» — успела подумать напоследок Чарли и отключилась.

9. Дело о пропавшем подростке ч.3

«Забавно, — прилетела непрошеная мысль в момент пробуждения, — такие моменты кажутся нам замедленными, даже внушают уверенность, что реакции хватить хоть на какое-то действие, пока не осознаешь, что тело тоже осталось в этом замедлении и остается лишь бессильно наблюдать!»

Сознание возвращалось рывками. Сильно отвлекала адская головная боль. Словно удары тока по черепу, переходящие в звон в ушах. Организм отреагировал на наркоз в полевых условиях резко негативно. Временами к головной боли присоединялось пульсирование в желудке. Однако как только осязание вернулось в зону доступности использования, стало ясно — Чарли лежит на земляном полу, связанная по рукам и ногам, а на голове покоится чёрный мешок.

— …куда ее, — услышала она, сквозь пелену звона в ушах, мужской голос.

В какой-то момент захотелось расхохотаться. Громко и истерически. Со слухом вернулось и осознание ситуации. Сатанисты не сообразили проверить, одна к ним пришла «сестра» или имел место засланный казачок.

— Юля, скажи, чтобы в землянку несли. Сегодня Сергей завершит с ее помощью ритуал. Хороший улов! — продолжил все тот же голос.

Около себя шаманка услышала шуршание чьих-то подошв. Сознание снова нырнуло в темноту. В реальный мир она вернулась рывком. Руки и ноги затекли, сдавленные верёвками. Вокруг никого не обнаружилось, пока рядом не материализовался кто-то почти бесшумный. Нарушитель начал бесцеремонно трясти девушку за плечо. По телу прошла волна теплой энергии.

«Лао, это ты?» — хотела спросить Чарли, но рот оказался закрыт кляпом, и получилось только сдавленное мычание.

— Тсс, — зашипел монах, снимая с её головы мешок, — это я, Лао.

Монах, бросивший подопечную прямо в руки сектантов, успел переодеться и щеголял передо ней в обновках. Ниндзя классический — черная одежда, лицо закрыто, кинжалы и цепь на поясе. К стенам землянки кто-то приблизился.

— Прикинься дурочкой, что ты его сестра, если будут спрашивать, — торопливо зашептал монах, возвращая мешок на место. — Будем ловить на живца этих уродов. Крепись.

«ЧТО?! На какого живца? Сам в мешок головой лезь!»

Наставник исчез, а дверь открылась. Мешок рывком сорвали с головы. В землянку вошли ещё трое людей в темных балахонах. Шаманку забросили на плечо самого крупного из визитёров. В полутьме рассмотреть что-то кроме непроглядно чёрной ткани и капюшонов, закрывающих лица, не удавалось. Впрочем, знание лиц никак не помогло бы приезжей Чарли.

— На поляну ее. Время ритуала. Рот ей заткните, только не бейте по голове, а то еще откинется раньше времени.

«Ой, ну спасибо, мил человек! Ваша забота греет мне душу! Блин, Лао, если не успеешь, я тебя с того света достану! Поделим с Раей напополам цепь и будем за тобой гоняться!»

Снаружи все освещалось факелами, и в их свете удалось разглядеть «живописный вид». По коже Чарли побежали мурашки. Совсем не от холода. Поляна хорошо освещалась воткнутыми в землю факелами на длинных ножках, образующих большой круг. В самом центре круга находился длинный столб, вокруг которого возвышалась горка из дров и веток для будущего костра. Хорошего костра. Как раз, чтобы сжечь одну шаманку до обугленных костей. У столба с важным видом стоял капюшон, держа в одной руке черную книгу, а в другой серебряный изогнутый нож. Вокруг будущего костра плотным кругом собралось ещё не меньше дюжины человек. И никакого знака от Лёхи или Лао. Ужас начал принимать совсем неприятные формы, и Чарли решилась на отчаянный шаг.

Дыхательная практика по методу Лао заставила сердце биться ровнее. Сохраняя связь с телом физическим, шаманский дух покинул физическую оболочку в камлании наяву. Советы Весемира как никогда вовремя вспыхнули в памяти. Можно позвать лешего! Или несколько леших! Или не мелочиться и звать всех?

Чарли предельно сосредоточилась. Мысли мягко потянулись к лесу. К пульсирующему духами пространству. В дом с многообразием всех сущностей, какие могут жить среди деревьев и дикой природы. Потянулась к ним частичкой себя, чтобы испустить крик, который должен был услышать каждый из них, но в особенности лешие:

— На помощь! Люди убивают шамана!

Тем временем девушку привязали к столбу. На её лбу мокрый палец одного из капюшонов вывел какой-то незатейливый символ.

«Иду к тебе, благородный шаман!» — услышала Чарли голос.

Отклик всего одной сущности немного приободрил. Помня, как медленно они передвигаются, если дело не касается инквизиторов, она сосредоточилась на духах леса. Стряхнув панику, шаманка собралась с силами. Вновь она прочувствовала каждую сущность, обитающую в лесу. Без спешки, без лишних рывков, мысленно дотянулась до каждого из них, до каждой зверюшки, каждого дерева, до всего, что могло откликнуться. Мысли разрастались как паутина, тянулись всё дальше и дальше вглубь леса. Касались каждого найденного и тянулись дальше. Когда эта своеобразная сеть достигла своих пределов, Чарли одной волной отправила к каждой сущности послание:

— Прошу о помощи всех! Помогите, люди убивают шамана!

Громкий крик разорвал все протянутые ниточки, однако сообщение дошло до адресатов. И эффект радовал куда больше, чем при первой попытке — в лесу начала разрастаться лавина из духов, направившихся к ней. В руку ткнулось что-то пушистое.

Но реальность продолжала пугать. Вокруг столба разложили кости, возможно, таких же потерянных подростков как Володя. Капюшоны завыли какой-то странный мотив, от которого разило резонансом энергий. Они со знанием дела взывали к Грани, прощупывая самое тонкое место, чтобы ровно в полночь ударить по нему и создать брешь. Ударить ритуальным оружием отмеченного Иного. Когда гул воя начал угрожающе нарастать, капюшон с кинжалом в руке торжественно направился к девушке. Специально для него у горки веток и дров было организовано что-то вроде пьедестала с лестницей.

Поравнявшись с предполагаемой жертвой, он занес нож, в намерении познакомить его с девичьей грудной клеткой. Но не успел он воплотить свои планы в жизнь, как с дерева на него прыгнула черная кошка, полоснула когтями по лицу и мгновенно растворилась в воздухе.

«Спасибо, Чернышка!» — с благодарностью подумала Чарли, сектант на секунду замешкался.

Яркой вспышкой рядом очутилась Рая. С маниакальной улыбкой она перехватила руку с ножом, резко развернула остриём к его груди и рывком воссоединила сердце сектанта с блестящей сталью. Тот не успел сообразить, что происходит, лишь смотрел стремительно стекленеющими глазами на шаманку.

Но для оккультистов странности только начинались. Жертвоприношение свершилось. Принесённая жизнь капюшона оказалась достаточной, чтобы пробить брешь в Грани, однако демон сектантов не получил послание идти на ужин, написанное на лбу Чарли. Вся мощь вырвалась наружу, пока её не начал жадно впитывать в себя демон, рождённый в человеческом теле.

Поглощение произошло неосознанно. Шаманка даже не поняла, что именно сделала, когда её начал переполнять пьянящий эфир демонов. Впервые в жизни Чарли ощутила его — чистый вкус могущества. Вскипающая внутри сила возвышала шаманский дух над собственной бренной оболочкой. И это было незабываемо. Намного ярче, чем во время вознесения, когда весь мир в её глазах разлетелся на части, а затем собрался заново в совершенно ином виде. Восторг переполнения собственной оболочки древней необузданной магией, во много раз превосходящей все известные границы. Это ледяное чувство абсолютной власти пьянило и освежало одновременно, стерев из памяти все неудобства физического состояния.

Девушка чувствовала, что превращается в воронку бескрайней мощи. Отныне всё сверхъестественное, что происходит и произойдёт на территории сектантов, будет подчиняться только её воле. Внутренняя сущность разрасталась всё больше и больше, пересекая границы тела, охватывая всю поляну с демонопоклонниками и… друзьями?

Для начала шаманка решила потянуться вверх. Чистое звездное небо заволокли тяжелые низкие грозовые тучи. Начиналась буря. С оглушительным грохотом рядом с поляной начали бить молнии. Поднялся штормовой ветер, угрожающий разнести всех присутствующих по лесу, как осенние листья. Впервые Чарли видела молнии так близко. Раньше они представали её человеческим глазам мутными вспышками, скрытыми под мантиями туч, но теперь она видела их во всей ослепительной красе. Сияющие ветвистые, прекрасные и пугающие до паники. Пришедшие, потому что она так пожелала.

В оцепеневших сектантов со свистом полетели ножи. Прежде чем фанатики начали хоть как-то действовать, ноги тех, кто был ближе к лесу, намертво оплели корни деревьев.

По поляне начали мелькать черные тени. В суматохе Чарли почувствовала какие-то манипуляции за спиной и уже через мгновение веревки, удерживающие худенькое тело у столба, разлетелись. Вынырнувший из-за спины Лёха не дал девушке упасть. Водитель легко подхватил её и помог удобно сесть на лежащие на земле ветки. Он, как и монах, облачился в черные одежды, скрывающие его в темноте, с дробовиком за спиной. Рядом с ним материализовался боевой товарищ Самир с автоматом Калашникова в руках. А в самом центре внезапно обнаружился инквизитор Вальдемар Пупков с мечом наперевес. Он не скрывался за черными одеждами и явно получал удовольствие от агрессивного взаимодействия с демонопоклонниками.

— Давай, Чарли, мути! — прошептал Лёха. — Ты сейчас на месте выброса силы, в центре ритуала, и вся эта мощь только твоя! Мы прикроем.

«Так вот в чем секрет! Пробитая Грань смела границы моих возможностей!»

Дважды предлагать не требовалось. Подумав, чего на этом празднике жизни и леса не хватает, она вспомнила про виновника начала всей этой кутерьмы. Попутчик! Чарли никогда не призывала призраков к себе, но в этот момент она стойко ощущала, что получит всё, о чём пожелает. Никаких границ. Только переполняющая её тело сила, способная раздавить любого по приказу маленькой шаманки.

Чарли вспомнила образ Володи, таким каким он был на трассе. Вспомнила как дотронулась до его руки. «Надела» на себя те ощущения, которые витали во время общения с ним, закрыла глаза, представила, что он рядом стоит, и открыла глаза. В двух шагах от неё материализовался растерянно смотрящий на весь хаос Володя.

— Привет, Володя, — нарочито непосредственно заговорила она, — тебе знакомо это место и эти люди? А то они только что собирались убить меня после вопросов о тебе.

С минуту попутчик стоял в оцепенении. Когда он повернулся к ней в его глазах было то самое осознание пришедшее вместе с мыслями о собственной смерти, но помимо него загоралось что-то более яркое.

— Да! — воскликнул он с жаром. — Ещё как знакомы! Я все вспомнил! Спасибо, подруга, а теперь я зол, очень зол!

— Не стесняйся, — указала Чарли жестом на всех еще живых капюшонов, — им ты тоже можешь показать, насколько ты зол.

Парень решительно повернулся к своим убийцам. Глаза его потемнели, словно он превратился в одержимого. Возмездие разливалось неизбежной волной в эту ночь. Со скоростью, которой мог позавидовать Лао, попутчик подскакивал к каждому из еще живых капюшонов и присасывался к ним, отчего последние бесчувственно падали на землю.

Девушка в состоянии мрачного удовлетворения сидела, смотрела на происходящее и улыбалась, время от времени снова сплетая паутину связи между собой и всеми духами леса, чтобы поддерживать ментальную связь. С каждым разом тонкие ниточки строились всё быстрее и проще.

«Да, мой друг!» — проскрипел у неё в голове голос, звучащий как треск ломающейся ветки.

Хаос разбушевался с новой силой, поставив Чарли дирижёром в оркестровой яме спектакля жизни. От опьянения собственными силами, она начала хохотать. К поляне собиралось всё больше сил, создавая для выживших капюшонов невыносимую атмосферу. Если они ещё не осознали свою неизбежную гибель, то настало время это поправить.

— Ребята, — произнесла шаманка сквозь хохот, — вы так попали!

«Помогли ли тебе мои корни?» — снова проскрипел в её голове трескучий голос.

«Очень помогли, спасибо, мой лесной брат!»

«Рад помочь. Навещай нас, шаман!» — сказал на прощание голос и пропал.

В кустах мелькнули два огромных черных волка с золотистыми глазами, они важно вместе поклонились и растворились в ночной темноте.

Лао чуть позади грозно размахнулся посохом и сразил последнего нападающего сектанта. Капюшон рухнул на землю, а следом упал на одно колено монах. Оставшиеся на поле противники беспомощно озирались, бесполезно взмахивая руками с поблескивающими в дрожащих кулаках ножами.

✠✠✠

Чарли встала на ноги и медленно прошла по полю боя. Всё осталось позади, битвы отгремели, и на земле лежали мертвые и раненые. Володя, выплеснув весь свой гнев, исчез. Он признал свою смерть, подвел последнюю смертную черту и без чьей-либо помощи уже переходил Последний Предел. Как ни странно, но мертвых, среди капюшонов, было намного меньше, чем шаманка ожидала. Четверо капюшонов дрейфовали между жизнью и смертью. Высушенные досуха Володей, десять демонопоклонников несмотря на ранения однозначно находились в царстве живых, хоть и с поломанными костями. Рядом с телом сектанта, пытавшегося её убить, ерзал капюшон с запекшейся кровью на голове, сжимая в руках черную книгу.

«Картина маслом — орешек не по зубам!»

Лао встал, неровной походкой побрел к капюшону с книгой в руках, и присел рядом с ним на корточки. Лёха, его боевой товарищ и Вальдемар мрачно стояли чуть в отдалении, готовые моментально и навсегда пресечь все попытки капюшонов огрызнуться.

— Ну что, смертнички, кому ремня, а кому дыбу? — сурово спросил монах, заставляя подопечную задаваться вопросом, куда делись его позитив и восторженность.

— А кого скормить злым призракам?

Грань не торопилась затягиваться, и вся мощь еще была в распоряжении девушки. Вызвать других жертв этих фанатиков? По одному на каждого или сразу всех? Оба варианта не составляли в глазах Чарли сложностей.

Вальдемар, решивший не наблюдать за «переговорами» со стороны, подошёл к сектанту с книгой в руках и сгреб его в охапку.

— Ну что, тварь, говори, где твой культ? Иначе я тебя сейчас убью, а она, — кивнул он в сторону шаманки, — затащит твою душу в такие дальние уголки загранья, что ни один демон не отыщет!

— Оттуда демоны побрезгуют душу вынимать! — кивнула девушка.

— Не скажу! Делай со мной, что хочешь! — прошипел фанатик свой собственный приговор.

— Ладно, — кивнул Вальдемар, схватил сектанта за запястье и дёрнул его на себя, — тогда попрощайся со своими руками!

Медленно и жутко Пупков начал ломать пальцы на руках капюшона. Строго по одному, и методично от мизинчика и до мизинчика. Капюшон пыхтел, но молчал. Лишь в темноте разносилось — хрусь, хрусь, хрусь…

— Есть что сказать? — снова поинтересовался он, когда закончил.

— А может я призову всех, кого он обидел? Они сами с ним разберутся! — предложила шаманка с мрачным видом, и вкрадчиво продолжила: — Здесь идеальное место для вызова, а у обиженных мертвецов хорошая фантазия. Начнут изнутри пожирать, глядишь, и голос прорежется.

Фанатик затравленно переводил взгляд с шаманки на инквизитора и обратно, обдумывая какое из зол выбрать. В конце концов он сумел подсчитать возможное количество желающих порвать его на части мертвецов и прошипел:

— В Новосибирске, отстаньте от меня! — капюшон попытался отвернуться, но Вальдемар в один удар выбил у него книгу и, взяв из-за пояса небольшой кинжал, вцепился в его лицо. Инквизитор до хруста сжал челюсть сектанта.

Лёха предусмотрительно встал между девушкой и орущим демонопоклонником, чтобы она не увидела, что именно творит инквизитор, когда допрашивать и держать живым сектанта стало необязательно. После серии криков, переходящих на визг и звуков разрезания ножом плоти, Пупков с удовлетворённым видом отошел в сторону, подобрав с земли отброшенную книгу. В свете факелов Чарли умудрилась заметить перемазанное в крови лицо жертвы инквизитора и сразу догадалась, что тот отрезал сектанту язык.

— Делай с ним что хочешь, Чарли, — хрипло объявил Вальдемар, ловя неодобрительный взгляд Лао Шина. Он указал на одного из агонизирующих капюшонов. — Кстати, вон тот на тебя напал.

— Очень зря он это сделал! — потирая место ушиба рукой, зловеще ответила шаманка.

— А вот та, — указал инквизитор на невысокую фигурку, — тебя заманила.

Сущность шамана, наполненная древней силой, всё ещё преобладала над человеческим телом и не слишком отягощалась эмоциями. Жизнь и смерть перед лицом абсолюта выглядели всего лишь переменными некоего уравнения. Подходить к этим людям и заглядывать им в глаза? Попытаться понять по какой причине они встали на такой путь? Нет! Даже факт отрезанного языка неприятеля её совершенно не смутил. Не имело значения, осталось ли в них сожаление или нет.

В отличие от призраков-попутчиков, попавших в ловушку собственной ярости, кипевшей к моменту смерти, на эту падаль тратить время совсем не хотелось. По ту сторону собралось слишком много желающих свести счёты. Разве могла Чарли препятствовать жертвам карать своих убийц? Ночь окрасилась в цвета Возмездия, которые пришло время освежить. Не только Володя имел право на гнев и отмщение.

Чарли вновь призвала пойманную силу, погрузилась в неё ощущая эта первозданную чистоту первоначального хаоса. Его энергия создавала звезды и наделяла жизнью обитателей планеты. В этот раз девушка ощутила и погрузилась без остатка в чувства обиды, страха, гнева, смерти и яркого дикого необузданного желания поквитаться. Убитый всегда следует тенью за своим убийцей и ждет своего часа. Этот час настал. Шаманка объявила его наступление! Построив между собой и всеми желающими отомстить мост в виде все той же хрупкой мысленной паутинки, она позвала их к себе, предлагая желанное возмездие.

По коже бежали ледяные мурашки, волоски, будто намагниченные, встали дыбом. Вальдемар, глядя в лицо девушки не отрываясь, невольно вздрогнул, когда её глаза начали сиять, как маленькие звёзды. Только-только разошедшиеся тучи снова сомкнулись плотным воротником. Разбушевалась гроза. Поляну осветила вспышка молнии. Капюшоны, замолкнув, в панике уставились на небо. На покрове туч промелькнули силуэты всадников. Ледяной ветер принес эхо ржания лошадей. Выжившие сектанты, на которых Чарли указала мертвым, хором охнули. На запястьях, шеях, щиколотках и плечах у них сомкнулись призрачные пальцы.

Силуэты всадников проступили в небе более четко. Со звуком чуть тише чем самый тихий вздох, души покинули тела троицы в один рывок. Пытаясь беззвучно кричать и вырываться, они были силой уведены теми, кто приготовил для них свою справедливость.

На поле установилась звенящая тишина. Всадники исчезли, ветер стих, тучи будто растворились, предоставив на обзор всю красу звездного неба за чертой города. Медленно, но верно начала утихать поглощённая шаманкой сила. Резонанс энергий, который она сама излучала, словно генератор, постепенно успокаивался. Бьющие светом звёзд глаза снова стали обычными зелёными. Чарли устало села на осеннюю траву, не замечая ошарашенного взгляда Вальдемара. Инквизитор не сводил с шаманки глаз, не в силах что-либо произнести.

— И того у нас целая поляна жмуриков сектантского розлива, — подытожил Лёха, нарушая тишину.

— Можешь предоставить их мне, — вдруг предложил инквизитор, проявляя небывалую доброту, — в отчёте сложишь всех на мою ответственность. Не сдержался. А следы лесных духов спиши на очередного лешего, погнавшегося за мной.

— Зачем тебе так подставляться? — нахмурился Лао.

— Выговором больше, выговором меньше! — пожал плечами Пупков. — Мне фиолетово, а тебя отзовут из Новосиба в Москву на ковёр, и прощай новый офис. А у нас уговор!

«Уговор?» — удивилась Чарли.

Из-за дерева к ним вышла невысокая девушка с голубыми глазами и длинными тёмными волосами. Несмотря образ домашней девочки в свитере с юбочкой и кукольными туфельками, в ней ощущались одновременно мощь ведьмы и явное наличия демона. Демонова невеста в самом чистом виде.

— Всем привет! — робко помахала она рукой, мило улыбаясь.

— Агент Марьяна Укошина. Ведьма с набором неплохих талантов, но от сектантов её лучше держать подальше. Её демон в их присутствии нестабилен. Прошу любить и не жаловаться! — представил Вальдемар и протянул ей книгу, отобранную у своей безъязычной жертвы. — Книга здешней ведуньи, которую они убили. Может, что-то интересное для себя найдёшь.

— Добро пожаловать в нашу скромную команду, — тепло поприветствовал её Лао Шин, и пояснил Чарли: — Марьяна будет работать с нами в новосибирском филиале.

— Лучше просто Яна, — поспешно поправила его ведьма.

Чарли кивнула с улыбкой, пожала новоявленной ведьме руку и только-только начала замечать, что тело от дневных пут ломит, а на весь организм опустилась свинцовая усталость, не говоря о волчьем голоде.

Вдали послышались полицейские сирены.

«Как раз вовремя, — подумала она без сарказма, — я тут больше не хочу задерживаться!»

Но задержаться всё же пришлось. Довольно быстро до агентов добрались полицейские. Лао с Вальдемаром без лишних слов продемонстрировали удостоверения федеральных агентов. Лёха внезапно для шаманки тоже показал корочку военного образца. Пока происходили все опознания, Яна и Чарли мирно обсуждали переезд в Новосибирск и сопутствующие бытовые мелочи. Обе девушки с самого завтрака провели день голодными и раздумывали над поиском еды в ночное время. Как-то сама собой беседа перетекла в историю о том, как они докатились до жизни такой. Яна, в отличие от Чарли, работала агентом с восемнадцати лет. Ведьма не в первом поколении.

— Итак, ты видела волколаков, упырей, демонов и сектантов, — подвела итог Яна с дружелюбной улыбкой, — что тебе показалось самым страшным и невыносимым?

Чарли задумалась, перебирая в голове всё пережитое, и с улыбкой ответила:

— Матан! — неожиданный ответ заставил Яну хрюкнуть от смеха, к которому присоединилась шаманка.

Наконец, когда все тела уволокли, подошел Лао в уже приподнятом настроении. Девушек полиция не донимала вопросами.

— Ну что ребят, погнали на шашлыки? Наша работа тут окончена!

«Шашлыки!» — одновременно взвыли мысли шаманки и её желудок.

— Я останусь, — сразу отказался Вальдемар. — Надо с полицией всё уладить. Федеральный статус облегчает многое, но не всю их волокиту. А потом сразу во Владивосток.

— Тогда с тебя отчёт! — не повел бровью Лао.

— Напишу, — кивнул Пупков.

Отчет по делу № 1301274

Смешанная группа в составе:

Инквизитор Вальдемар Пупков

Монах Лао Шин

Ведьма Марьяна Укошина

Шаманка Чарли

При силовой поддержке представителя местного населения, пожелавшего оставаться неизвестным.

В Татарском районе Новосибирской области было проведено расследование по факту обнаружения духа-попутчика, назвавшего себя Струдских В.С.

В процессе расследования лица, подозреваемые в убийстве, совершили нападение на младшего агента Чарли, с целью принесения в жертву демону. В результате операции по освобождению заложницы и необходимой самозащиты от вооружённых сектантов, все подозреваемые были убиты. По словам одного из них, в Новосибирске скрыт ещё один очаг секты демонопоклонников. Дух мальчика упокоен.

Дело закрыто.

Часть 2. Агент, предатель, Иной – кто ты будешь такой?

Я начинаю верить в богиню удачи! В последний момент появилась она — моя недостающая деталь, чтобы мозаика получила своё завершение. Игра становится всё более напряженной. Всё необходимое уже находится на игровом поле, нам необходимо лишь передвинуть фигуры на уготованные им места. Немного подтасовать события.

Ненавижу, когда в уравнении появляется неучтённая неизвестная. Новосибирский филиал может стать проблемой. О нём никакой информации. Если она останется там в назначенный срок, то все три года подготовки облетят прахом. С другой стороны, там она будет под присмотром, чтобы оказаться на своём месте, когда пробьёт наш с тобой час.

Мы с тобой, мой друг, должны подготовиться к необходимым жертвам. Всё ради будущего, которое мы строим. Всё ради нашего мира.

Главное, чтобы наш агент верно сыграл свою роль без ошибок. Им тоже можно будет пожертвовать, если это приблизит к нам чуть больше шансов на успех. Слишком много неизвестных. Я вижу много слабых мест, которые могут разрушить всё, что мы с тобой построили. Играя человеческими жизнями, невозможно привести их к математическому равновесию. Как изящно завершился наш поиск того самого демона!

Главное, сидеть тихо и не совершить ошибку. Ошибку нам с тобой не простят! Некому будет прощать.

Стратегия со страницами работает в совершенстве. В нужный момент мы получим всё необходимое, и тогда, надеюсь, богиня удачи снова вспомнит обо мне. Мы с тобой будем стоять в первом ряду во время рождения нового мира или умрём вместе со старым.

Я готов к этому риску.

А ты, друг мой?

1. Новый офис

«Хуже демонов только матан, а хуже него — переезд!» — сделала неутешительный вывод Чарли, когда оказалось, что рабочей силой для превращения особняка в Новоозерном в полноценный офис ГХ стали все «полтора землекопа», прибывшие вместе с Лао Шином.

На добрую неделю они полностью забыли о делах агентства, возможных недружелюбныхИных, демонах и прочей цивилизации. Как выяснилось по приезду — о необходимости полноценной связи с внешним миром никто не подумал. В особняке смартфоны стабильно демонстрировали значок «нет сети», телефонный кабель отсутствовал, а в телевизионную антенну ударила молния пяток лет назад. Про сетевой кабель никто не заикался, и так было понятно, что его они не найдут даже с собаками.

Если первые дни Чарли с Яной дёргались, переживая за события Владивостока, то спустя три дня, когда в новую резиденцию ГХ прибыли Таня с Олей и новостями, девушки были слишком измучены работой, чтобы эмоционально вовлекаться в страшные события. Тем не менее ведьмы потащили всех в беседку и там, вытащив курительные трубки, обратили всё внимание уставших агентов на себя.

— Анастасия с Виктором давили в прямом смысле на все рычаги, — начала рассказ Ольга, пока Таня разминала табак и наполняла чаши трубки по щепотке до верха, — но директор этого центра образования просто упёрся рогом и отказался откладывать большое открытие. Мол, мы же деньги потратили, у нас смета…

Ведьма не выдержав ругнулась в трех лаконичных словах разложив своё отношение к директору и его смете. Таня молча покачала головой и протянула ей трубку, успев набить её табаком.

— По-хорошему не получилось, а по-плохому не успели, — продолжила Таня, пока Оля раскуривала трубку, — решили поступать радикально. Ближе к вечеру, когда точное число предполагаемого мяса уже распределилось по своим спальням, наши ребята поставили глушилки и перехватили их экстренную линию связи, переведя на свои рации, чтобы из ДВЦО нельзя было позвать на помощь. Тут, конечно, помогли наши коллеги. Из тех, кого вслух не называют даже в нашей тёплой компании. Имитировали закладывание бомбы и тревожный вызов, прежде чем включили глушилки.

— Бомба — это не упыри с демонами, она их напугала, — сменила сестру Ольга, дав ей возможность раскурить свою трубку. — На «экстренный вызов» прибыли все, кого удалось собрать. Тут, конечно, моё почтение Виктору. Он собрал всех, кто был в зоне досягаемости. Военные, ФСБ, все боевые единицы Иных из Китая, Кореи, Европы, Америки и даже Африки! Чёрт, я понятия не имела, что в Каире, Лагосе и Киншасе есть офисы ГХ! А они есть! А там инквизиторов с чернокнижниками просто толпа!

Восторг ведьмы от такого количества братьев по оружию внушал надежду, что история с двумя большими гнёздами завершится со счастливым концом.

— И вот, одни эвакуируют людей, а другие идут обезвреживать «бомбу». Анжей в моих глазах прямо реабилитировался! — хмыкнула Таня, выпуская клубы дыма. — Обычно дурачок дурачком, а тут первый в атаку бросился, ещё и показывал коллегам на собственном примере, как эффективно отбиваться от упырей. Сказать, что они были шокированы, встретить нас по пробуждении, значит промолчать. Их было много, наших тоже немало, но потери всё равно были. Им узкие помещения не мешали нападать и пользоваться когтями и зубами. Ну и демоны не дремали. Уже готовились начать пирушку, когда подоспели второй волной экзорцисты с чернокнижниками. Наши африканские коллеги оказались не только многочисленными, но и очень талантливыми. Они чуть ли не танцы с демонами устраивали.

Она замолчала, несколько раз затянулась и со вкусом выдохнула дым в морозный ночной воздух. Все ошарашенно молчали.

— Это как? — озвучила всеобщее удивление Яна.

Таня шумно выдохнула и попыталась показать жестами, не найдя слов. Вместо неё продолжила сестра:

— Чернокнижники у них отличаются от нашего брата. Они будто сплавлены вместе с демонами. Постоянно, а не только когда нужно позвать своего контрактника на помощь. Насколько я поняла, есть один ритуал из Книги Хаоса, который создаёт такое слияние. Две сущности в одной. Человеческая личность частично стирается и занимается демоном, зато точка безумия не наступает никогда, а ещё они могут, словно заклинатели змей, заставлять демонов замирать на месте. Я когда увидела эту ритуальную румбу, думала, что сама сейчас начну танец зомби выплясывать. Это просто…

— Неописуемо! — подытожила Таня. — Эх, аж захотелось посмотреть как у них работа в их офисах проходит. Такое чувство, что они больше демоны, чем люди, но на нашей стороне…

— А что с демонами и упырями? — деликатно вернул на землю замечтавшихся ведьм Лао Шин, спокойно наблюдая за их сеансом курения.

— Без этих диковинных чернокнижников нам пришлось бы худо, но с демонами кое-как удалось сладить. Убедили их уйти по-хорошему и немного подкормили общим ритуалом, — продолжила рассказ Оля, задумчиво потягивая свою трубку.

Чарли невольно залюбовалась процессом. Было в курении трубки что-то завораживающе высокое, чего не хватало в вульгарном курении обычных сигарет.

— А чьи жизни полегли в жертву? — нахмурился Лао.

— Всех убитых ими упырей, — успокоила его Таня. — Такая себе подкормка, но когда альтернативой становится голод и тяжёлая дубина изгнания наших экзорцистов, то отказываться глупо. Некоторые, как позже оказалось, не согласились. С ними пришлось жёстко поступить. Они звереют, ребятки, демоны звереют от голода!

— Без потерь всё равно не обошлось. К этому ДВЦО уже подтянулась и другая голодная нечисть. Особенно из числа тех, кто не против доедать за упырями. Анжей сейчас весь покусанный в лазарете. Держится молодцом. Везёт дурню, что природная сопротивляемость инквизитора не позволит ему обратиться в упыря или ещё какую зверюшку. Вальдемар подтянулся к самой мясорубке. С этим мясником всё в полном порядке, — хмыкнула скривившись Ольга, — он был на своём месте. Иван Фролов сильно пострадал. Несколько инквизиторов из Китая и Кореи. Пятеро смельчаков из Каира пали смертью храбрых. Трое молодых экзорцистов из Ватикана тоже не дотянули до рассвета. Пожалуй, кроме Вальдемара и гарнизона ведьм на поддержке, все проливали кровь.

— Зато никто из детей не пострадал! — парировала её сестра. — Ночка была жаркой. И страшной… если такое повторится, то второй раз мы не сладим! Чёрт его знает, как будет оправдываться этот хмырь, директор, но мне если честно плевать. Его вызвали в Москву на ковёр после отчёта агентов ФСБ о проведённой операции.

— Да… не будем о грустном. А что у вас всё это время происходило?

— У нас появилась Яна, этот замечательный особняк и много работы! Вам понравится! — хитро улыбнулся Лао.

— Как особняк получил? — поинтересовалась Оля. — По-белому или по-чёрному?

— Чего? — вырвалось у Чарли.

— Он не сказал? — хихикнула Таня. — Этот особняк принадлежит Лао! Он у нас профессор Икс!

— С поправкой на таланты, возраст и способ передвижения! И конечно мой природный шарм!

— Сам себя не перехвалишь? — включился в разговор Лёха. — Так что, как вырывал у злого государства своё наследство?

— По-белому, успокойтесь! — воскликнул монах. — Всё законно. В этот раз агентству не пришлось сучить рукава. Документы все оформил, когда Чарли выманивал.

— А, так вот для чего был нужен этот костюм Хитмана! — протянула шаманка.

— Лао одевался во что-то не похожее на майку с берцами и военными штанами?! — ахнул Лёха и громко захохотал. — Чёрт! Надо было сфотографировать!

— Это было ужасно неудобно! В следующий раз я надену юбку!

Предложение было встречено всеобщим смехом. Ведьмы, чтобы не давиться дымом даже убрали в сторону курительные трубки. Яна и Чарли скромно хихикали.

— Тогда одними фотографиями не ограничимся! — хохотал в голос водитель.

— Наймём видео-оператора! — смахивая слёзы с глаз простонала сквозь смех Таня.

С появлением сестёр процесс обживания пошёл намного веселее. По вечерам ведьмы вспоминали много смешных историй из жизни и рабочей практики, заканчивая день на позитивной ноте.

Незаметно для всех Марьяна влилась в коллектив. Стараясь оставаться не слишком заметной, она порой позволяла себе слово-другое, чтобы совсем не сливаться со стеной, около которой стоит. Если ведьма вела долгие разговоры, то только один на один. В группе она предпочитала, как и Чарли, смотреть и слушать. На том девушки быстро нашли общий язык.

Их неожиданную встречу на самой странной масленице без блинов и весны, но кулачными боями и сожжением, ведьма объяснила задержкой из-за своего расшалившегося демона. На встречу с монахом в населённый пункт Вальдемар с Яной явились с опозданием, зато успели связаться с Лао и явиться вовремя на операцию по спасению шаманки.

В большую отремонтированную библиотеку особняка сначала привезли огромное количество стеллажей, которые агенты совместно собирали весь день до глубокой ночи вместе с рабочими, чтобы ускорить процесс. Огромное пространство моментально стало маленьким и тесным. Чарли даже рискнула заикнуться, что с полками переборщили. Однако когда из Москвы в коробках прибыли все печатные копии документов, стало казаться, что полок не хватит, чтобы уместить всё.

Разбирать вместе с Чарли книги вызвалась Марьяна. Пока Таня с Олей организовывали на чердаке и в подвале помещения для ритуалов ведьм, чернокнижников и шаманов, а Лао с Лёхой разбивались в лепёшку, чтобы в особняке появилась нормальная связь с внешним миром, но в первую очередь с головным офисом ГХ, девушки занимались самой унылой бумажной работой и составлением интуитивно понятной картотеки.

— Тут не важно по правилам или нет, да и красота не имеет значения, — руководила Яна. — Главное, чтобы можно было сразу понять, где что находится. Делаем разбивку по авторам. У каждого автора перечень своих работ. Знающие агенты уже прекрасно помнят кто что написал и не растеряются, а новичкам будет проще запомнить.

— А если по тематике? — робко предложила Чарли.

— Чаще всего авторы не смешивают тематику. Если кто-то пишет по ведьмам, то все его работы по ним, и едва ли найдётся хоть одно исследование по демонам, волколакам или монахам. Поверь, по авторам проще.

Шаманка лишь пожала плечами, распаковывая самую большую коробку. Одного взгляда на тщательно уложенные документы стало достаточно для долгого протяжного стона. Регламенты. Постановления. Инструкции. Все порядки проведения. Самое скучное, самое невыносимое, но обязательное для всех агентов. Марьяна ушла раскладывать копии работ инквизитора Джеймса на полки и не оценила спектакль одной большой скорби.

— Документ составил Молотов Владислав с одобрения Романовой Анастасии и Жукова Виктора, — бормотала Чарли, перекладывая в сторону одну папку, чтобы открыть следующую, — составил Молотов Владислав с одобрения… понятно.

Документы шли один за другим. Что удивительно, автором везде числился Молотов Владислав. Когда рыжая голова шаманки скрылась за башней из документов, вернулась Яна.

— Документы и инструкции можно не смотреть. Их все составлял Влад. Просто раскладывай их под буквой «М», — подсказала она.

— Тогда мне нужна помощь!

— Ну а я здесь для чего?! — хмыкнула ведьма и, прихватив край юбочки, присела в шуточный книксен.

Внезапно самая унылая литература оказалась самой простой в распределении. Один автор, что правит всеми регламентами.

— Кто такой Влад? — поинтересовалась Чарли, пока они тащили туда-сюда бумаги.

— Один из основателей агентства, вместе с Виктором и Анастасией. Ну как, основатели, — пустилась в рассказ Яна, — технически основателями являются Джеймс и Анна. Ведьма и инквизитор, создавшие Новый Орден Инквизиции ещё в тысяча семьсот лохматых годах. Но не всем было приятно работать бок о бок с бывшим противником. Не охотиться на ведьм, а рекрутировать их, потому что есть угроза намного хуже. Лет десять назад, кажется, или раньше… конфликт «староверов» дошёл до пика. Тогда Влад с Виктором и Настей решили выводить Орден Инквизиции в современность. Новое имя, новый статус, новая политика ведения дел и, разумеется, новые соглашения с власть имущими. Все, кто согласился работать по-новому с полным принятием зверинца и без дискриминаций, ушли к ним, а фанатики остались в старом Ордене.

— Значит, теперь их два: старый и новый?

— Нет, остались только мы. Этим летом староверы сгинули. Отправились бить противника не по зубам и «вот и всё, ребята»! — зловеще усмехнулась Яна, но заметив неодобрительный взгляд Чарли, заметила: — Ребята из старого Ордена не видят разницы между тобой и упырём. Им дай волю, свяжут вас вместе и сожгут на костре. Во имя святой Инквизиции!

— Ладушки, а что за Влад? С Анастасией я знакома лично, Виктор у нас, как призрак коммунизма, но про Влада в первый раз слышу.

— И не услышишь, про него не принято что-либо говорить. Щекотливая тема, мальчики и девочки, — шепнула ведьма, подмигнув. — Короче говоря, наши три брата-акробата начали изо всех сил продвигать агентство на новый уровень, чтобы соответствовал своему времени. Мистик Виктор на переговорах, а у чертяки язык подвешен как надо. Люди воспринимают мистиков спокойнее всего. Активных сил никаких, а пассивные никто не считает угрозой. «Такому можно доверять» думают они, а Виктор этим пользуется и продвигает агентство на всех уровнях. Нынешний федеральный статус тоже его заслуга. Использует СМИ, чтобы сделать нас вроде у всех на виду, но так, чтобы не замечали.

— Марк рассказывал, — кивнула шаманка, — битвы экстрасенсов и прочая отсебятина.

— Именно. Виктор очень здорово построил целую систему агентуры, поэтому у нас теперь есть филиалы в разных точках планеты. Ни одно заклинание не сравнится с договорами и убеждениями! Пока Анастасия рулила сбором людей, обучением и самими выездами на места с целью усмирить очередного Иного, а Виктор создавал цепь сотрудничества, всё это требовало чётких слаженных действий относительно… всего. Как оформлять отчеты, что делать с артефактами, вещдоками и как фиксировать различные потери на местах. И оформлять аресты, естественно. Иными словами, как работать в нашем современном мире и создавать порядок на месте Хаоса. Этой скучной, но важной работой занялся Влад. Он сформировал единые стандарты работы, с помощью которых у нас работает всё от нумерации дел до международного обмена агентами. Благодаря ему, в том числе, мы знаем, что необходимо этим стенам, чтобы функционировать, как офис. Список необходимых и достаточных критериев филиала тоже составил Влад. Его работа как позвоночник, вроде за кожей не видно, а всё держится на нём!

— Это похвально, — прохрипела Чарли, с трудом укладывая тяжёлую кипу бумаг на высокую полку стеллажа. — А как так случилось, что он теперь, не знаю, предан анафеме?

— Тёмная история, — заговорщицки пропела Яна, — ходили слухи, что пока Виктор, словно неутомимая белка, мотался по всему земному шару и создавал агентурную сеть, Анастасия и Влад встречались. Совет им да любовь, как говорится, но когда вернулся Виктор они с Настей внезапно стали парой. Влад в свою очередь на каждом совете критиковал политику Виктора относительно глобальных проблем агентства, а именно демонов, мол, не эффективно. А наш мистик считал, что Влад использует слишком радикальные методы. Настя не лезла в их петушиные бои, но итог был предрешён. Три года назад Влад покинул агентство, якобы по собственному желанию, и пропал. Ни одна собака о нём не слышала с тех пор!

— Есть предположения, что с ним?

Почти все книги Влада успешно распределились по полкам стеллажа, забрав себе добрую половину пространства. Чарли с ужасом представила что будет, когда ей придётся сдавать экзамены на сотрудника рангом постарше, а значит, выучить всё, что Влад написал, от корки и до корки. На этом фоне даже матан стал казаться чем-то удобоваримым.

— Влад чернокнижник. Он с самого вознесения связан со своим демоном особым договором, основная часть которого заключается в предоставлении своего тела по требованию. Поначалу всё по-честному, демон получает подпитку будучи «пассажиром», но со временем наступает точка безумия, про неё наши Таня и Оля рассказывали. Это момент, когда демон вытесняет чернокнижника и полностью занимает его тело. Получается такой одержимый колдун, которому уже не поможет экзорцизм. Души чернокнижника там уже нет, демон съел.

— И что с такими делать? Убить? — поразилась Чарли, вспоминая свой случай одержимости.

— Да, если опасен. Тут ничего не поделаешь, как говорится «вот и всё, ребятки», — тяжело вздохнула Марьяна. — Влад был очень сильным, его демон тоже. Боюсь, нет больше его, только оболочка с демоном внутри. Или мёртвое тело.

✠✠✠

— И это только те документы, которые по регламенту должны быть распечатаны! — выдохнул монах, когда они распределили все книги и по ходу расположения составили картотеку. — Представь, если бы пришло вообще всё печатное!

Перечень мебели, перечень амулетов, перечень спортивных снарядов, необходимый и достаточный комплект текстиля общего и личного, посуда, техника, сантехника… К концу каждого дня все агенты валились с ног от усталости, приводя старинные стены в подобие нормального помещения.

На десятый день кропотливой работы необходимый для работы минимум был достигнут. В тот же день лично для Чарли была доставлена курьером посылка. Добрый Весемир потребовал сделать копии всех необходимых шаманке книг и прислать их по почте.

«Учись, шаманка, пока я жив.

Несравненный Весемир»

— Божечки-кошечки, — воскликнула Яна, увидев копии, присланные Весемиром, — это то о чём я думаю?

— Я понятия не имею, что именно мне прислали, поэтому — шут его знает! — пожала плечами шаманка.

Марьяна с придыханием и величайшей осторожностью, словно в коробке лежала хрупкая святыня, вытащила одну из книг. В её глазах было столько почтения и восторга, что Чарли не выдержала:

— Если расскажешь мне, что это за книги и почему ты на них надышаться не можешь, то можешь брать читать. Я не жадная.

— Божечки, это… — на этом воздух у ведьмы закончился. — Таня с Олей кипятком обосс… будут в таком же восторге, когда увидят эти сокровища! Это копии книг одной очень древней ведьмы из ФранцииСобытия описаны в «Последний Ведьмин Ковен». Она описывала мир, который её окружает, всех встреченных демоноподобных Иных. Её сестра по ковену составила иллюстрации, и, благодаря инквизитору Джеймсу, это всё сохранилось и в виде копий дошло до наших дней! Самый последний ковен!

— А что, сейчас больше нет?

Сама мысль о том, что ведьмы больше не могут что-то делать, вызывала по меньшей мере недоумение. Как же так. Это ведьмы, а не хилые шаманы!

— Когда появилась Грань, природных ведьм не осталось. После вознесения, у нас крохи былой силы. Ведьмы пострадали больше всех, когда поток Древней магии иссяк. Только связь с демонами… — Яна вдруг запнулась, но уже через мгновение продолжила как ни в чем не бывало: — Только связь с демонами позволяет делать хоть что-то. Мы почти как чернокнижники, но без заселения в тело и точки безумия, зато у всех имеются фамильяры, которых нужно регулярно подкармливать. А если демон начинает голодать, то ведьмы совместно подкармливают его ритуалами. Каждый демон — это абсолютное воплощение эгоизма, а ковен напротив — это связка круга ведьм узами ближе чем брак или кровь. Что ты ощутила тогда в лесу, когда тебе перепала вся мощь, предназначенная демону?

Вопрос застал врасплох, хотя девушка уже мысленно возвращалась к событиям ночи. Увы, даже спустя дни кропотливого труда, внятный ответ не успел сформироваться. Лишь какие-то жалкие попытки объяснений на уровне наркоманского бреда. В памяти сохранились только ощущения без возможности что-либо описать словами.

— Я будто стала больше собственного тела. Вырвалась за его пределы и стала чем-то вездесущим и могущественным, — осторожно подбирая слова, начала она. — Ощущение абсолютного отсутствия каких-либо границ. Я просто могла всё. Это так опьяняло, что…

Чарли замолчала, взмахнув руками. Попытка объяснить всю гамму чувств была чем-то похожим на попытку рассказать слепому от рождения все оттенки радуги. Не тот диапазон эмоций. Слишком всё было иным. Нечеловеческим. И все ощущения были нечеловеческими. Хрупкое смертное тело ничего не получило от этой лавины чистой энергии, а сущность демона впервые ощутила насколько может быть сильной.

— Это чистый абсолют. В человеческом теле такое не ощутить, да и в шаманском тоже. Даже вознесение ничто по сравнению с этим!

— Тогда хорошо, что я своего вознесения не помню! — невесело отозвалась Яна, с трепетом поглаживая образы на иллюстрациях.

— Разве такое можно забыть?!

— Можно, если вознесение произошло насильно и в год от роду! Родителям пришлось отдать меня в невесты демону, чтобы я не умерла от пневмонии. Я не знаю жизни без демона, не помню вознесения, зато демон будет всегда спасать мою жизнь, даже во вред себе! — от внезапного откровения Марьяна выглядела подавленной.

Про своего демона она говорила сквозь зубы. Казалось, судьба самой молодой невесты демона её страшно угнетала, а факт регулярно спасаемой жизни стал невыносим.

— Зато без последствий для физического развития! — попыталась подбодрить её Чарли.

— Ха, смешно! Как ты думаешь, сколько мне лет?

Шаманка растерялась. Яна выглядела немного старше её. Старше пятнадцатилетней доходяги, которой по паспорту почти исполнилось двадцать. Теперь мысли о выслуге лет и знании о событиях десятилетней давности начали вспыхивать в голове Чарли в новом свете. Внешне едва переступившая совершеннолетие ведьма могла оказаться ровесницей Анастасии?

— Мне двадцать восемь лет, — не стала её мучить догадками ведьма. — Так что проблемы с развитием не только у тебя. У меня половое созревание началось в двадцать один год. Вот это был номер… а это правда про видения во время вознесения?

— У меня было только одно видение, но да — правда, — кивнула Чарли.

Яна заинтересованно хмыкнула, окинув девушку странным взглядом. Какие мысли вертелись в её голове, оставалось загадкой.

— А не страшно после него жить? Увидеть такое будущее и просто покориться ему! Я бы так не смогла.

— А меня будто кто-то спрашивал! Когда приходит видение, пути назад уже нет, — пожала плечами шаманка. — Это первое испытание на выдержку, сможешь ли принять свою судьбу безропотно. Когда Лао меня вербовал, я его узнала, он был в моём видении. Так мы с моим духом-покровителем поняли, что надо ответить на зов.

— Значит, — подытожила Яна, — ты только из-за Лао здесь или есть ещё какая-то причина? Немудрено было бы испугаться, после всего пережитого!

Чарли нахмурилась. Ведьма задавала вполне обычные вопросы и вроде не пересекала границы дозволенного, однако ответы давались с трудом. Сказывалось отсутствие опыта долгого общения с кем-либо. После бегства Анны в Берлин, она перебрасывалась словами со второй по старшинству сестрой, однако долгих личных бесед у них не случалось. Шаманка ловила себя на удивлении, насколько сильно посторонний человек вдруг хочет её узнать. Это было очень необычно и не слишком комфортно, но на каком-то уровне даже приятно.

Видя замешательство девушки, Марьяна заговорщицки подмигнула и увела её на кухню «распаковывать посуду». После прибытия агентов, они пользовались необходимым минимумом на человека — одна вилка, одна ложка, одна тарелка, одна кружка. Пришло время это изменить, а в процессе будто бы случайно выпить по чашечке чая. Запас из двух мешков чая обеспечил Лао.

— Мне здесь лучше, чем дома, — неуверенно промямлила Чарли, опустив взгляд в кружку. Наблюдение за чаинками успокаивало и отвлекало от интереса собеседницы к себе.

— Кто тебе такое сказал?

— Я сказала. В агентстве я впервые почувствовала себя на своём месте. Будто, всё правильно и естественно. Не знаю как объяснить… я тут нормальная. Думаю, что я должна быть здесь! Никто до вербовки не относился ко мне и всем моим выходкам, как к бытовым вещам. Никто не мог просто сказать «эй, Чарли, поговори с тем духом, пожалуйста» или «присмотри за этим духом». А тут это, как попросить передать стакан воды! А ещё можно вести себя по-шамански открыто, не скрываясь по углам и не объясняя, что я тут себе организовала в подвале дома и почему я медитирую именно там. То что я шаманка также нормально и обыденно, как то что я рыжая!

Ответ вышел неожиданно эмоциональным. Только в этот момент Чарли заметила, что Яна общается в той же манере, что и она сама. Почти никаких чувств. Слишком ранний переход сделал обеих почти равнодушными ко всему. Но в этот раз шаманка будто наскребла по сусекам всё доступное и выплеснула в виде ярой речи о том, как ей нравится находиться среди Иных. Слова заставили Яну призадуматься, при этом она с одобрением улыбнулась при словах о нормальности.

— Тогда тебе повезло с агентством. А если бы мы оказались не Орденом борьбы бобра с козлом, а злодеями, всё равно присоединилась? — в глазах Чарли ведьма становилась мастером спорта по неожиданным и странным вопросам.

— Я… — Чарли замялась. Вспомнились вопросы Анастасии про её отношение к людям. Стала бы шаманка вредить, если в обмен получала то же, что даёт агентство. Что если бы Лао был не самым хорошим человеком. — Вполне возможно.

— Пойдёшь против идей бобра и объединишься с козлом?

— Если у сил бобра нет места для меня… всех и каждого, чтобы всем было комфортно, то такое уж это добро? — подумав, ответила шаманка и, не удержавшись, спросила: — Тебе здесь не нравится?

— Я не уверена, что для меня хоть где-то есть место, — нехотя признала Яна. — Не только у бобра, но и у козла. У меня нет того ощущения нормальности, как у тебя. Слишком уж рано оказалась в связке с демоном. Некоторые считают, что наша связь больше относится к чернокнижникам, чем к ведьмам. Не слишком приятно быть аномалией даже среди Иных. Поэтому я и перевелась в Новосибирск. Меньше глаз будут косо смотреть на меня!

После признания ведьма замолчала, заставив Чарли ощущать некоторую недосказанность. Обычно в таком случае требовалось посочувствовать или приободрить. Так поступают нормальные собеседники. Но они обе таковыми не являлись.

— Я… не умею сопереживать. Я бы сказала что-то, что полагается говорить, но не знаю что именно.

— Ха, а я не умею все эти соболезнования принимать! — рассмеялась Марьяна. — Надеюсь, мы тут болтаем по собственной воле, а не потому, что у Лао особенные чаи с сывороткой правды!

— А такие бывают?

— Бывают и не такие, — хмыкнула ведьма, отправляя пустые чашки в раковину. Перерыв закончился. — Есть вообще один цветок, всем цветкам цветок! Ядовитый, хотя травит насмерть не всех и не сразу, по индивидуальным особенностям организма. Но помимо этого дарует толику Древней Магии, которую скапливает как-то в себе. Редкая добыча. Растёт в одном проклятом городе штата Мэн, а магией наполняется раз в десятилетие. Вот если такой цветочек в отваре выпьешь и сразу не преставишься, то будет как с тем неудавшимся ритуалом сектантов. Чистая сила.

— Я не удивлена, что в штате Мэн есть проклятый город, — хмыкнула Чарли, распределяя посуду из коробок, чтобы было проще ополоснуть от пыли. — Если читать Кинга, сразу понятно, что от этого штата следует держаться подальше. Но настоящий проклятый город?

— Проклятья способны держаться вечность. Если наложено было до появления Грани, то мощь Древней Магии, создавшей проклятие, будет постоянно циркулировать по своему объекту, как кровь по венам. Высвободить такую мощь способно лишь снятие проклятия. Однако, — сделала она эффектную паузу, — не все проклятия можно снять!

— А кто-нибудь пробовал?

— С того города? О, наши пытались прощупать почву, но получили ответ для всех Иных — если полезем снимать проклятие силой, то от города останется дымящийся кратер. Всё разнесёт так, что и через тысячу лет в том месте никто не сможет жить.

— Настолько сильное проклятие? — поразилась Чарли.

— Не только. Город сильно штормило. Там был культ фавнов, логово ведьм, войны, охотники прямиком из Салема, а вишенкой на торте стало проклятие. Город потерян. Проще всего, — усмехнулась ведьма, — ничего не трогать и собирать цветочки раз в десять лет! Хуже проклятого города только Живой!

— Как это «Живой»? — непонимающе посмотрела на ведьму шаманка.

— Тебе уже рассказывали о нашем мире с точки зрения рубашки или пурпуэна? — вдруг спросила Яна, ещё больше сбивая с толку младшую коллегу.

— Да, Джеймс рассказывал. Люди в центральной части, — по памяти начала рассказывать Чарли, — демоны в рукаве, а Иные бродят туда-сюда!

— Рукав и срединная часть находятся как бы на разных уровнях восприятия. Демоны — сущности эфира, поэтому и не имеют физических тел. Рукав им соответствует, — на пальцах объясняла Марьяна. — Но если вспомнить рубашку, то между рукавом и центральной частью есть шов с подгибом и собранной тканью с обеих сторон. На одну половину физический мир людей, а на другую эфирный и постоянно изменяющийся мир демонов. Не совсем пространство, не совсем сущность. Не полностью разумная, но и не лишенная собственных желаний и воли. Мост между двумя территориями, взявший у обеих понемногу. Иное пространство, если сравнивать с нами, полукровками.

От такого сравнения ведьма вдруг расхохоталась, давая понять, что только сейчас поняла сходство Иных и мостов.

«Мы с тобой одной крови. Ты и я!» — невольно усмехнулась Чарли, вспоминая, как в старом мультфильме Маугли так заговаривал огонь.

— Сначала эти мосты были пространством. Лес, лужайка или озеро. Порой туда попадали люди, и мосты нашли их любопытными. Как ребёнок, радующийся интересной игрушке, они редко отпускали людей, но при этом ещё и учились у своей добычи. Все мосты всегда были связаны. Чему научился один — узнали все. Постепенно пространства стали выглядеть как города. Так проще заманить к себе людей и оставить у себя жить. Городам нравилось наблюдать как человечки у них живут обычной жизнью. А чтобы не пытались сбежать, подтирали им память. Но не совсем сами. Тут не обошлось без ведьм.

— Ведьм?!

— Ага, — буднично прилетел ответ, будто речь зашла о форме французского багета. — Оказалось, что в тандеме с ведьмой Город обретает полный баланс и гармонию, будто они двое созданы друг для друга. Полностью дополняют друг друга и создают маленькое государство с людьми, внутри Города. Но ведьмы не единственная их слабость. До некоторых пор в Ордене их называли Городами Проклятых. Частенько они притягивали к себе носителей особенно сильных проклятий, если это было что-то, что можно затянуть в себя. Сама понимаешь, что целый город в Город не затащить, а вот проклятых людей, дома или ещё что-то такое — запросто.

— Да уж…

— У Живых Городов весьма специфические вкусы!

— Не хотелось бы в таком оказаться! — поёжилась Чарли, представляя жизнь внутри живого создания, которое с удовольствием наблюдает.

— У тебя мало шансов, — успокоила её ведьма. — После появления Грани им тяжко пришлось… кто-то говорит, что остался всего один из множества. Просто так на него не наткнуться, а на задание нас никогда в такой не отправят!

Несмотря на вопросы, выбивающие почву из-под ног и разговоры на грани личного, Яна нравилась шаманке. Возможно, причиной тому стали схожие проблемы становления и заметное невооружённым взглядом одиночество ведьмы. Чарли порой безотчетно шла поговорить именно с Марьяной, хоть и каждый разговор казался пыткой, выворачивающей наружу весь внутренний мир. Но каким-то чудом ведьма-одиночка ни разу не коснулась по-настоящему болезненных тем, из-за которых собеседница точно замкнулась бы в себе.

Общаться с Таней и Олей было намного проще. Ведьмы оставались самыми комфортными собеседницами. Не расстающиеся со своими трубками, к которым привязались после выписки из больницы, они всегда были готовы рассказать что-то новенькое и интересное об окружающем их мире, самых забавных делах и житейских мелочах. Они не стеснялись демонстрировать своих фамильяров. Две вполне симпатичные змейки выглядели экзотичными домашними любимцами эксцентричных леди, а не порождениями связи ведьмы и демона.

Как только Лао закончил наполнять зал для тренировок всем необходимым, Чарли вернулась к ежедневному наращиванию здорового тела вокруг здорового духа. Наставник не щадил подопечную и не делал послаблений из-за дневного труда по обустройству офиса. Из зала она буквально выползала в поисках своей спальни, более презентабельной чем в московском офисе. Высокие потолки, красивые старинные окна и стены «дышащие» лёгким резонансом энергий. Новосибирский офис вызывал чувство уюта и спокойствия. Старые каменные стены находили у Чарли больший отклик в душе.

Новосибирский офис готовился к своему скромному официальному открытию, когда внезапно объявился Вальдемар Пупков. Инквизитор в своей стандартной манере не слишком напрягался вопросами вежливости или элементарного этикета. Впрочем, шаманка даже не обратила внимания, когда он объявился в библиотеке и без слов приветствия потребовал выдать ему местонахождение Лао Шина. Но получив необходимое направление он, вопреки ожиданию, не ушёл. Чарли, пытаясь прорваться сквозь дебри шаманских медицинских практик, не сразу заметила, что инквизитор продолжает стоять в библиотеке, опираясь на стену, и не сводит с неё заинтересованного взгляда. Однако понять природу этого интереса шаманка не могла. Взгляд не пугал, но был очень уж странным.

— Как самочувствие после всего, что произошло? — вдруг спросил он с открытым любопытством.

— После одержимости или после неудачного жертвоприношения? — уточнила она.

От её слов, интерес инквизитора перерос в не иллюзорную пристрастность. Казалось, про Лао он напрочь позабыл и пораженно сверлил глазами девушку перед собой. Как назло, кроме них в библиотеке никого не было, а такой интерес её угнетал.

— Ещё и одержимость… пожалуй, после всего!

— Одержимость мне не страшна, если демон уже ушёл, — пожала плечами Чарли, и процитировала Весемира: — Шаман — это демон, рождённый в человеческом теле. Телу нет разницы, чужой демон или родной. А после встречи с сектантами я просто… пришла в норму и всё.

— И никакого отката? Ни слабости, ни сонливости, каких-либо недомоганий — ничего не было? — поразился Пупков.

— А должны были появиться?

— Ещё не было прецедентов, чтобы шаман просто так забирал себе всю энергию, предназначавшуюся демону! Без подготовки впитать всю мощь и использовать без последствий… ты полна сюрпризов, а ведь на вид такая доходяга!

От странного комплимента на грани оскорбления, стало совсем не по себе. Чарли кожей чувствовала, что вызывает у Вальдемара не совсем обычный интерес. Инквизитор что-то скрывал и чего-то добивался, но чего?

Сам Пупков начал оживлённо что-то разыскивать в своём рюкзаке, с которым не расстался даже в помещении. Чарли заметно напряглась. Совсем рядом послышались шаги, что немного внушало надежду на мирный исход беседы.

«Я ведь у него оборотня из-под носа вырвала!»

Звук шагов раздавался всё ближе. Кто-то шёл в библиотеку. Наличие потенциального свидетеля ничуть не смутило инквизитора, и Чарли почти расслабилась. Если не боится, что его на чём-то поймают, значит, и ловить не на чем?

На стол около книг опустился килограммовый мешок с чем-то, судя по звуку, напоминающим засушенную траву. Шаманка, полностью отстранившись от книги, с любопытством поглядывала то на инквизитора, то на мешочек.

— Держи, доходяга, — указал на мешочек Вальдемар, — это чай для укрепления всего организма. Дарю. Попьёшь его месяц-другой, станешь грозой всех демонов и сектантов! Глядишь, все кризисы так преодолеем! Не хворай, шаманка.

Махнув рукой на прощание он, под неловкое «спасибо», покинул библиотеку. На входе с ним столкнулась Марьяна и, нахмурившись, проводила долгим взглядом.

— У меня от него порой мурашки по коже! — прошептала она, садясь за мемуары древней ведьмы напротив Чарли.

— А я думала, что одна такая! — нервно хихикнула шаманка.

— Нет, он так на всех влияет. У него в роду всегда энергия подавления тесно переплеталась с аурой ужаса, но если предки «выключали» ужас при общении с коллегами, то Пупкову плевать на комфорт собеседника. А что за мешок?

Чарли с подозрением уставилась на подаренный мешок, как на что-то опасное.

— Он мне чай подарил. Для тонуса и укрепления организма.

— Ага, ну тогда можешь пить и не беспокоиться, — кивнула Яна, — у него иногда бывают положительные сдвиги, и он начинает дарить чаи направо и налево. Видимо, других подарков не знает. Мне тоже дарил, когда я в больнице восстанавливалась после одного взрывного дела. Быстро, кстати, на ноги встала.

Инквизитор исчез с горизонта также внезапно, как и появился. Короткий разговор с Лао, кивок Яне в качестве прощания, и «одинокий ковбой» покинул город. По случаю его поспешного ухода с облегчением выдохнули даже стреляные воробьи Таня с Олей. Аура ужаса и тяжёлый характер не вызывали симпатий ни у кого.

Самир, перешедший в распоряжение агентства, устроил небольшой пир для всех присутствующих работников в честь завершения тяжелого и муторного фронта работ. Под шашлык с настоящим домашним вином Лао во всеуслышание объявил, что от московского офиса пришло первое официальное дело, над которым будут работать агенты Новосиба.

— Дело связано со множеством призраков, — шепнул он Чарли, пока под аккомпанемент игры Самира на гитаре пели Таня с Олей, — так что утром выезжаем. Таня с Олей останутся за главных. Если повезёт, то заберём к себе в офис мистика.

— А что насчёт инквизитора и чернокнижника? Нам ведь нужен хотя бы базовый комплект, — предположила шаманка, не притрагиваясь к вину. Домашний компот ей понравился куда больше.

— Анжей и Максимилиан вызвались к нам присоединиться. Радомиров приедет на днях, а Курвин встретит уже на месте. Разбираться с нашими проблемными неупокоенными будем вместе.

2. Дело Анку́ ч.1

Утро началось с привычного еще по московскому офису пробуждения. Висеть головой вниз, не слишком комфортно по шаманским меркам, но пока это не мешало спокойно спать, Чарли не роптала. Странная практика Лао воспринималась ею как невинная причуда наставника. Сам монах не мог понять, как можно продолжать крепко спать вниз головой. Он надеялся, что в какой-то момент подопечная начнёт вести себя чуть более по-человечески и от стандартного монастырского приёма будет просыпаться. Однако единственной вещью, способной разбудить девушку, оставался будильник.

— Ты явно в родстве с летучими мышами! — подвёл итог Лао, пока шаманка выпихивала его из своей спальни. — Не могут нормальные люди так долго висеть!

За завтраком монах объявил, что за главных в новосибирском филиале останутся Оля с Таней, и нагрузил ведьм административной работой по самые макушки. Те лишь хмыкали, особенно не сопротивляясь. Самир, получив какое-то своё задание накануне, отбыл ещё ночью. На первое для их офиса дело отправлялись Лао, Яна и Чарли. Лёха не изменил своей роли водителя.

— А где нас ждёт дело? — поинтересовалась шаманка, когда они устроились на пассажирских сидениях.

— Где-где — в Тайге! — захихикал водитель, отправляясь в путь.

— У нас тут тайга вокруг, можно конкретнее?

— В Кемеровской области нас дожидается город Тайга, — пояснил Лао, оборачиваясь с переднего сидения к девушкам, — там нас ждёт испытание на выносливость, поскольку вчера вся группа, прибывшая на задание о таинственных смертях, отправилась в областной медицинский центр. Причём сразу в реанимацию. По их состоянию ничего не известно. Всё, что отвечают на наши вопросы — состояние стабильно очень плохое. Ещё чуть хуже и заказываем гробы. Но пока живы.

На заднее сидение прилетела папка с делом.

— Ознакомьтесь, чтобы на месте уже быть готовыми.

— При такой тряске? — скептически посмотрела на него Яна, поправляя задравшуюся юбку.

— Я, конечно, много чего могу, но такого не умею! — поддержала её Чарли. — Через полчаса чтения, я так обогащу вас всех своим внутренним миром, что до Нового года не отмоетесь!

— Лао, она нам ещё и угрожает?! — расхохотался в голос Лёха и поехал по грунтовке.

Девушки синхронно вжались в сидение, стараясь принять полулежащее положение и избежать самых страшных последствий тряски.

Никого не удивило шипение на радиочастотах, заглушившее бодрые песенки про всякую нечисть от Короля и Шута, Чарли откинулась на сидение, прикрыв глаза, а Марьяна попыталась воткнуть в уши наушники со своей музыкой, но спустя мгновение, сердито шипя проклятия в сторону Весемира, выдернула их из ушей.

— Доброго времени суток, дорогие и любимые мои! — бодро начал свой репортаж шаман. — С вами, как всегда, я — ваш обожаемый и неутомимый Весемир! Скрашиваю ваши серые будни и вношу в жизнь немного не совсем здравого, но смысла! Краткая сводка новостей. В Тихуане обнаружен подозрительный скачок демонической активности. Не исключено, что мексиканские демоны решили повторить подвиг своих русских собратьев и начать гнездоваться около большого скопления людей для дальнейшего их поглощения. Уже объявлен общий сбор чернокнижников с экзорцистами. Отец Пётр, проверяй все свои визы и загранпаспорт! На севере Махачкалы лютует банда бесстрашных волколаков, Джеймс со своей суровой опер-группой уже направился учить мохнатиков, как надо бояться. В Саратове успешно нейтрализована ячейка оккультистов. Очередная монетка в копилку Громовой. А тем временем в Вене планируется что-то загадочное и связанное с князьями упырей. Ох, уж эти упыри, не пройдут мимо вены! А на этом я с вами прощаюсь, ваш самый любимый и самый долгожданный! Весемир!

Чарли зевнула, задремав на словах о Мексике, а Яна даже позволила себе улыбнуться над шуткой про Вену и упырей.

— Ладно, на остановках почитаете! — махнул рукой монах, не испытывающий от тряски никакого дискомфорта.

«Генеральному директору ФСКА Грань ХаосаЖукову В.К.Сорокина Андрея ЕвгеньевичаЗапрос на проведение расследования.В городе Тайга замечены случаи систематических смертей противоестественного характера.Один раз в месяц умирает один человек, будучи накануне вплоть до самого последнего момента живым и здоровым.Вскрытие показывает, что причиной смерти становится внезапная остановка сердца и прекращение работы всех органов одновременно.На данный момент произошло уже шесть смертей. Умершие были знакомы друг с другом. Прошу принять меры как можно скорее, поскольку я тоже знал некоторых из них и могу оказаться следующим.Со своей стороны обещаю полное содействие и предоставление всех данных.С уважением, Сорокин Андрей».

— Так вот как это выглядит, когда люди пишут нам в агентство, — присвистнула Чарли, пробегая глазами по страницам, пока они обедали на одной из стоянок.

— Виктор любит, когда к нему пишут официальные письма и называют генеральным директором. Если в ножки кланяются и с придыханием назовут мудрым, великим и всякое прочее, то он ещё и очень быстро отправит группу на расследование! — хмыкнул Лёха. — Парень, видимо, через кого-то узнал, как надо писать такие запросы.

— Или писал их неоднократно! — продемонстрировала Яна другие запросы датированные месяцами раньше. — Этот Андрей уже писал нам. Просто недостаточно облизывал Виктора, тот и не чесался.

— Тут список имён, даже с анкетами и фотографиями, — поразилась шаманка, — этот Андрей зря времени не терял. Таким образом у нас шесть трупиков. Четверых Андрей знал. Хотя в маленьком городке это не показатель. Ещё двоих он не знал… как-то мутно написано. Или знал или не знал. Хм, возраст у всех разный, профессия тоже. Итого единственной точкой связи является Тайга?

— Да… хотя подожди, — нашла Яна что-то в папке. — У троих прописка в Кемерово.

— А ещё смерть в один и тот же день и час. И причины смерти одинаковые. Кто способен так убивать?

— Марк написал, что кое-что стало понятнее, — глядя в смартфон, ответил Лао, — он там третий день. Что-то уже накопал, это точно!

— Например, то, что Андрей три дня назад умер? — поинтересовалась Яна, демонстрируя на своём смартфоне одно из писем мистика. — Что касается нашего сыщика, больше информации в его предварительных отчётах, а не в сообщениях в общий чат. Нам он может забывать что-то писать, а вот страшной машине госотчётности он пишет чаще, чем своей девушке, если такая имеется!

— Умер, значит…

— Остановка сердца и отказ всех органов разом в один миг. Ровно через месяц после предыдущего. Какое совпадение, не правда ли? — хмыкнула ведьма. — Как метко он угадал, что тоже будет в числе мёртвых. Так… а это ещё что?

Марьяна заметно напряглась. Взгляд ведьмы начал нервно бегать по строчкам. С каждой секундой лицо её становилось всё более напряженным. Прочитанное ей совсем не нравилось. Под конец она недовольно сжала губы, сжав в пальцах смартфон.

Отчет по делу №2019288

Группа под предводительством мистика Марка отправлена в г. Тайга по неоднократному запросу Сорокина А.С.

Состав группы:

мистик Марк

мистик Игорь

ведьма Варвара Майзукова

инквизитор Александр Кошкин

инквизитор Эмбер Ястребов

По словам заказчика, в городе на протяжении более чем полугода происходят странные смерти.

Причина смерти у всех жертв одна и та же — остановка сердца и отказ всех внутренних органов без видимых причин. Каждая последующая жертва умирает ровно через месяц после предыдущей. В одно и то же время — ровно в 23:58.

Умершие: Поддубный М.С,. Губанова Н.А., Полякова С.В., Каменев С.Е., Макаров Д.Р., Макаров В.Д. не страдали хроническими заболеваниями, не имели явных недругов или врагов среди Иных или людей, способных нанять Иных для заказного убийства сверхъестественного характера.

В ходе расследования группа понесла потери. Майзукова, Кошкин и Ястребов отправлены в реанимацию с полученной меткой смерти.

Среди прибывшего пополнения группы в составе:

ведьма Марго Пельмешкина

мистик Олеся Цифрова

инквизитор Анжей Курвин

агент Курвин подвергся проклятию метки смерти, однако находится в сознании и относительно вменяемом состоянии. От медицинской помощи отказался, продолжает вести расследование. Ведьма Пельмешкина отправлена в реанимацию с полученной меткой смерти.

— Нас поджидает что-то нетипичное, мальчики и девочки. Агенты в реанимации не просто на грани. У всех метки смертельного проклятия. Причем сработать могут в любой момент. А ещё Анжей вчера решил прогуляться в лес, якобы что-то услышал, и сегодня на нём такая же метка. Жить ему осталось от шести дней до месяца.

Чарли задумалась и посмотрела на свои, намотанные на руку, словно многослойный браслет, чётки. Стукнуть по метафорическому уху обнаглевшего Иного они могли запросто. А с когтем волколака удар стал ещё и болезненным. Однако против метки смерти чётки не годились. Мысленно перебрав в памяти самые простые методы создания амулета из деревянной заготовки, шаманка пришла к выводу, что проще будет купить выжигатель по дереву.

— Мне нужно что-то из… — девушка закрыла глаза, прислушиваясь к интуиции, в таких делах голос извне подсказывал правильнее всего, — что-то из осины. Я сделаю обереги. Какие получится на скорую руку. Если повезёт, то будет у нас одноразовая защита от проклятий.

— Лёха?

— Понял, шеф. Как выгружу вас, съезжу в город за всем необходимым. Чарли, тебе для рукоделия и обжига по дереву брать всякие инструменты? — поинтересовался Лёха.

— Лучше брать. Я в обжиге новичок, но в кризисе мы все спецы, ведь так?

— А наша девочка втягивается в процесс! — захохотал водитель. — Всё верно говоришь. Главное мотивация, а навыки будут как в плавании. Или потонешь или научишься.

Всю поездку Яна тщательно просматривала все переписки Марка с архивом и непосредственно все запросы архивариусу. Новостей не предвиделось, кроме пришло сообщения, что мистика Игоря покусали местные овчарки. Неудачно залез в чей-то двор с попыткой опроса свидетелей.

Ближе к вечеру они доехали до Тайги. Монах скомандовал водителю выпустить троицу у часовни Сошествия Духа Святого и отправляться в Кемерово со списком покупок.

У часовни их поджидал Марк. После тёплого приветствия с Чарли и Лао и неожиданно сдержанного кивка в сторону Марьяны, мистик повёл их в частный дом, находящийся неподалёку. По пути он сухо обнадёжил новоприбывших, что дом в полном распоряжении агентов и внутри можно творить любое противоестественное непотребство. Никто и глазом не моргнёт. Дом частично выкуплен, а частично снят на неопределённый срок. Серые области закона сделали его отличной базой вблизи Кемерово, которая ещё не раз пригодится.

— Я повторю это очень много раз, но сейчас скажу в самый первый, — терпеливо выдохнул Марк, — у нас из группы остались одни мистики, поэтому в лес не ходить! Никогда. Ни по какой причине! Услышали, увидели или учуяли что-то — сообщайте мне, но в лес ни ногой!

— А что в лесу? — не выдержала Чарли, для которой лес представлялся безопасной зоной. Раньше опасной в нём была только Рая, но теперь их двое против любой угрозы.

Марк сбивчиво повторил, что лучше всё узнать в доме и поспешил к большому двухэтажному деревянному зданию. В прошлом дом явно служил обществу в виде детского сада или младшей школы, что отразилось на обустройстве двора, специфическому забору с воротами и выцветшим рисункам цветочков на торце здания.

В столовой дома их уже поджидали хмурый Анжей с отпечатком смертельной усталости на лице, миловидная девушка с очаровательными ямочками на щеках с причёской пикси на разноцветных волосах и высокий светловолосый парень в очках и бежевом плаще со следами зубов на рукавах. При взгляде на него, Чарли невольно вспомнила комикс про детектива-оккультиста. Очень уж бросались в глаза явные сходства. Даже классические брюки с рубашкой присутствовали.

— Народ, — громко объявил Марк, — я с пополнением. Если кто-то с кем-то не знаком, то знакомлю: ведьма Марьяна, шаманка Чарли, монах Лао Шин. Прошу платонически любить и посильно помогать. Присутствующие — инквизитор-мигрень Анжей Курвин, мистик Олеся, мистик Игорь. Как вы видите, пагубному влиянию противника могут сопротивляться только мистики. Даже природная устойчивость инквизиторов не работает.

— Тогда, — Лао указал девушкам на стулья и сам пододвинул себе один, чтобы сесть за один стол с коллегами, — мы внимательно слушаем.

— К нам неоднократно обращался Сорокин Андрей относительно странных смертей своих земляков. К сожалению, за день до приезда первой группы он умер, — сухо начал говорить Марк. — Раз в месяц очередная смерть. Примерно в одно и то же время. В полночь. Причина смерти — полный отказ всех органов одновременно. Даже мозг умирал, хотя физиологически должен был какое-то время продержаться.

— В смертях есть небольшая погрешность, — поправила Марка Олеся, — первый убитый Михаил Семёнович Поддубный в апреле. Ровно через месяц Наталья Андреевна Губанова. Ещё через месяц Светлана Владимировна Полякова. Далее Каменев Станислав Егорович, а потом августовская тишина. Прошёл месяц, но никто не умер, но в сентябре месяц назад умерли сразу двое: отец и сын. Макаровы Дмитрий Ростиславович и Вадим Дмитриевич. Одно время. Две смерти от отказа сразу всех органов. При этом они жили не под одной крышей. Три дня назад заказчик. С Андреем их семеро.

— У жертв, кроме смерти, почти ничего общего, — заговорил после неё Игорь. — Разный возраст. Работают в разных местах. Макаровы вообще никак не связаны с пятёркой наших клиентов. Губанова и Полякова двоюродные родственницы, но Светлана Владимировна переехала из Магаданской области только год назад и никого из остальных жертв не знала по словам родственников.

— Сразу после смерти каждой жертвы, от самого дома в лес вели следы телеги. А по ночам местные слышали ржание лошади. В первой группе ведьма по приезду тоже слышала то самое ржание. Мы опросили жителей Тайги и уточнили у участковых, — снова заговорил Марк. — Ни в Тайге, ни рядом никто не держит парнокопытных. Ни лошадей, ни коров, ни ослов. И телеги тут давно не водятся. Люди пользуются бензиновым транспортом. Ваши мысли?

— Ещё кое-что, — хрипло решил вставить свои три рубля Анжей, до этого молча поглядывающий то на Яну, то на Чарли, — в полночь ржание становится громким и почти невыносимым. Ноги сами идут посмотреть, кто там шумит на опушке. Сам понимаешь, что нельзя идти, а идёшь. Не действует только на людей и мистиков, а остальных Иных будто наказывают за нахождение в Тайге.

— От тебя фонит как от призрака, притом что ты тёплый! — сообщил Лао, внимательно глядя на инквизитора.

— Ага, — кивнул тот, — не разберёмся с этим делом в ближайшие шесть дней, и я им стану. Вместе со всей первой группой. Они тоже в лес захотели!

— А что ты видел? — поинтересовалась Яна.

— Не помню. Точнее говоря, я помню два разных события. В первом я никого не видел, а во втором кого-то видел, но странно. Глаза смотрят, но не хотят видеть. И мозг сопротивляется понимать, что за чудо-юдо передо мной.

— Иной, которого даже инквизитор не может распознать? — ахнула Марьяна.

— Не только инквизитор. Ведьма Пельмешкина тоже была в лесу и тоже не смогла распознать увиденное, — припечатала Олеся.

— Смотрели по высокоуровневым Иным? — не успокаивалась ведьма.

— Слишком много противоречий. Из-за этого подозреваемых или ноль, или слишком много.

Столовая погрузилась в тишину. Все раздумывали над сказанным.

— Я хочу поговорить с Андреем, — подумав, заявила Чарли, — мне нужна вещь, принадлежащая ему. Есть такая?

— Есть лучше, — кивнул Марк, — его мать помогает нам с расследованием поэтому можно просто зайти к нему на огонёк.

— У меня есть некоторые вопросы по поводу парочки отец-сын, — поднялся со стула Лао. — Надо пробить некоторые связующие нити.

— А у меня вопросы к родителям двоюродной сестры, которая жила тут. Губановы, не ошиблась? — кивнула Яна.

— Мы продублировали все записи в общий чат, чтобы не путаться. Мы идём с вами, чтобы вы не оказались в лесу, — сообщил Марк. — С каждым агентом в пару по мистику.

— Тогда ты иди с Чарли, — сразу отреагировал монах, явно выделяя его как доверенное лицо, с которым можно оставить подопечную. — А пойду с Игорем. Девочкам будет проще очаровать участкового!

— А я? — растерялся Анжей.

— Ты вот-вот к праотцам отправишься, — цыкнул на инквизитора Марк, — сидишь тут и принимаешь звонки от центрального офиса. Ждешь нас к ужину в семь. Если не придём, то бьёшь тревогу и вызываешь всю королевскую рать!

✠✠✠

Тайга не впечатляла своими размерами. Все дома находились настолько близко друг к другу, что общее знакомство всех жертв неизвестного преступника казалось неизбежным фактором. В одном конце города чихнут, а в противоположном пожелают быть здоровым. Мать Андрея, женщина со скорбным лицом, без вопросов впустила Марка и Чарли. Предупредив их, чтобы просто захлопнули за собой дверь, если вдруг уснёт, она отправилась в свою спальню.

Для отправления во внетелесный мир мне даже не потребовалось ждать заката или преодолевать сопротивление Грани, ощущая подступающие к телу последствия. Или чаёк для тонуса всего организма так действует, или, что хуже, в этом городе постоянно повреждается Грань.

Андрей сидит за столом и пытается что-то писать в своём блокноте каждый раз растеряно глядя на пустой лист, которого он никак не может коснуться. При виде меня он вскакивает.

— Ты умерла что ли?

— Нет, — качаю я головой.

— А я похоже умер, — невпопад заявляет он. — Обидно так. Я ведь понял, зачем он приходил. До этого не догадывался, а когда он пришёл, то понял в чём тут дело.

Андрей поднимается со стула и начинает ходить по комнате. С ним происходит что-то неправильное. Несмотря на почти осязаемый облик, вменяемое состояние и готовность вести беседу, его будто не существует в комнате. Шаманское тело пребывает в растерянности. Передо мной обман зрения и слуха? Комната пуста. Только я. Кто со мной говорит?

— Зря я позвал их расследовать всё это. Тут и разбирать нечего. Всё так просто…

— Андрей, вы позвали нас расследовать смерть ваших друзей и… вашу. Если вам понятно, что произошло, быть может, мне расскажете? — осторожно вывожу его из раздумий.

— Уезжайте лучше. Зря приехали.

— Андрей, нам необходимо знать, кто вас убил? Могут погибнуть люди!

— Могут, да, погибнут, это точно! Он придёт! А вы никого не спасёте. Некого уже... — Андрей едва понимает, что в комнате не один. Видимо и я для него выгляжу галлюцинацией, но не собеседником.

— Просто скажите, вам же нетрудно сказать?

— Нет. Нетрудно.

— Тогда просто скажите!

— Я с ней хочу поговорить, — вдруг заявляет он. — Пусть она придёт попрощаться! Я всё скажу тогда!

Образ начал рябить. А затем просто исчез. Все чувства подсказывают, что его в комнате никогда не было. Я разговаривала с… собой? Странно. Слишком странно.

Пока шаманка общалась с духом рядом сидел и ждал Марк, успевший набрать уже несколько десятков сообщений запросов во все возможные инстанции. К моменту пробуждения шаманки он принимал третий звонок из Москвы с предварительным отчётом и ещё одной порцией требований предоставить информацию по интересующему объекту.

— Как успехи? — деловито поинтересовался мистик, зажимая микрофон смартфона.

— Андрей знает, кто их убивает, но ответит только если приведут какую-то «её» попрощаться.

— Хм, новость хорошая. Надо будет поспрашивать у матери Андрея про его личную жизнь. Парень не женат, но девушка или невеста вполне могли присутствовать.

Мать Андрея, серой тенью передвигающаяся по дому, не стала скрывать, что самыми близкими для покойного были тётя и девушка. Мальчиком парень больше привязался к сестре матери, которая сидела с ним, пока родительница находилась в длительных командировках. Даже несмотря на переход матери на режим работы около дома, самым близким человеком для Андрея оставалась тётя.

— Она сегодня на дежурстве в больнице, вернётся к полуночи. Если вам очень нужно поговорить с ней, то к этому времени и подходите. Она до утра всё равно не спит, — пожала плечами женщина, начав откровенничать на кухне под горячий чай.

Её внимание привлёк звонок смартфона, оставшегося где-то в спальне, и женщина поспешно покинула кухню. Ещё с момента появления на кухне, Чарли ощутила сильную резонансную вибрацию. По силе резонанс почти достигал уровня бубна, пристёгнутого к ремню шаманки. Быстрый поиск источника такой мощи привел к обыкновенной столовой ложке, лежащей среди кухонной утвари. Редкая удача встретить на своём пути что-то с такой силой резонанса, огромная глупость игнорировать столь ценную находку. Пока Марк отвернулся ради очередного звонка в штаб, девушка одним быстрым движением отправила шаманское сокровище в карман. Слишком долго объяснять зачем. Слишком ценное, чтобы позволить себе уйти с пустыми руками.

«Так и рождаются диагнозы моей клептомании!»

Оставшееся перед ужином время Чарли и Марк, постоянно отрывающийся на тысяча и одно дело из центрального офиса, искали девушку покойника. Однако все переданные матерью Андрея адреса оказались пустышками. Кем бы ни была та девушка, она давно переехала из Тайги. Когда последний «хвост» окончательно оборвался, мистик неуверенно произнёс:

— Тогда будем делать ставку на тётю.

Когда они подходили к «базе» девушку обожгло ветром замогильного холода. Подлая ледяная волна прошла вдоль позвоночника прямо под кожей, заставив сердце в испуге забиться быстрее. Невольно развернувшись в сторону порыва ледяного воздуха, Чарли не услышала, но ощутила, как из леса донеслось ржание одной-единственной лошади. До самого леса было так далеко, что за всеми домами, что стояли между шаманкой и первой линией деревьев, его просто невозможно разглядеть. Однако ржание доносилось точно оттуда. Чарли не сомневалась. Жуткий заунывный звук на мгновение заглушил весь остальной мир, заставив девушку потеряться в событиях, пока горячая рука Марка не приземлилась на её плечо, рванув обратно к реальности.

— Ты меня так не пугай! — воскликнул мистик, вглядываясь в осоловелые глаза коллеги. — Мне за тебя Лао голову открутит и прикрутит куда не надо со словами, что так и было!

— Извини, Марк, я просто услышала ржание лошади. Ты не слышал?

Выпрыгнувшему из наваждения разуму казалось, что заунывную песнь полумёртвой кобылы должен был не только услышать, но и ощутить каждый житель Тайги.

— Мистики непрошибаемые. Мы вообще ничего такого не слышим! — выдохнул Марк, ведя Чарли ко входной двери, не отрывая руки от плеча. Ради её безопасности он даже проигнорировал несколько входящих звонков.

— Это всё по нашему делу?

— Нет, я временно замещаю Виктора по всем вопросам, поэтому голова кругом, и воевать приходится на всех фронтах. Не обращай внимания! — отмахнулся мистик.

В доме их уже поджидали Игорь и Лао. Наступало время ужина и агенты шустро накрывали на стол. Пока Игорь колдовал над сервировкой, а Лао помогал перетаскивать блюда с салатами и горячим, Анжей счастливо щеголял в ярко-оранжевом шарфе с рысью на щите и большими буквами КУЗБАСС.

— Уже прибарахлился? — неодобрительно покачал головой Марк, на ходу читая все входящие сообщения.

— Да так, вышел немного подышать воздухом засветло. Меня хозяин этого постоялого двора пожалел и подарил свой шарф. Тут все за кемеровскую команду болеют, но он самый ярый болельщик и вроде какой-то знакомый-родственник Алексея Чижова, капитана хоккейной команды.

— Наружу ни ногой! — прикрикнул на него сыщик. — Обновки приобретаешь исключительно не высовывая носа на улицу, усёк?

— Усёк Васёк, — недовольно фыркнул инквизитор и игриво подмигнул Чарли, — слышал, тебя не так давно пытались в зажарку пустить?

Отчего-то в присутствии Лао инквизитор не рисковал даже разговаривать с ней, но если наставник оказывался занят в соседней комнате, а мимо пробегали свидетели, то у Курвина развязывался язык.

— Ага, шашлык в мундире, — кивнула шаманка, прошмыгнув в ванную комнату, чтобы помыть руки перед ужином.

Когда она вернулась, инквизитор хитро улыбался, требуя детального рассказа. Идею совместного труда на благо агентов, он успешно игнорировал.

— Так что там было? — допытывался он. — Я слышал, что ты отжигала перед сектантами, как самый настоящий демон! Вызвала им все казни египетские и всухую завалила всех!

— Это неправда! — возмутилась она и смущённо добавила: — Я… у меня была поддержка из двух агентов и двух военных, и казни творила не я, а духи, которых я призвала. Если месть можно назвать казнями. Нехорошо, конечно…

— У агентства с демонопоклонниками разговор короткий, — махнул рукой Анжей. — Их бы в такое Заколымье отправили, что смерть мёдом показалась! К тому же демоны нерадивых слуг позже сами сжирают. Так что какая разница: холод, демоны или духи?

— Симпатичный шарфик! — ворвалась в их беседу Марьяна, не сбрасывая верхней одежды. — Нарушал приказ?

Где-то в столовой со всеми громко здоровалась Олеся.

— Ой, идите вы со своими приказами! — фыркнул Курвин и обиженно поплёлся в пустую гостиную. — Уж извините, что я недостоин великого видения при инициации, которое точно покажет, что сегодня от метки смерти я не откину копыта! Вот и приходится жить на авось. Авось не сдохну и вперёд!

— Он о чём? — не поняла Чарли, растерявшись.

Девушки догнали его уже сидящим в позе скорби в большом мягком кресле. Он так вошёл в роль, что даже не обращал внимания на двух коллег, обступивших его с двух сторон.

— Видение при инициации приходит только ведьмам, чернокнижникам и шаманам, — пояснила Яна, сбрасывая пальто на спинку стула. — Остальные… другого пошива, если можно так сказать. Вот только этот дятел решил, что видение финала своего земного пути даёт гарантию не сдохнуть до его достижения!

— Серьёзно? — поразилась шаманка. — Все думают, что из-за видения мы неуязвимые?

— Ага.

— А что, это не так? — встрепенулся скуксившийся инквизитор.

Чарли покачала головой, а ведьма демонстративно закатила глаза, для пущего эффекта прикрыв лицо рукой.

— Для тех кто в танке, — терпеливо выдохнула Марьяна, — вот существует при рождении некий земной путь, который ты способен пройти. Как дистанция в марафоне, например. Наше так называемое «преимущество» — это то, что на старте у нашего брата есть фотография финиша, а остальные просто бегут по дороге пока его не достигнут. Но фотография не означает, что мы не сольёмся на половине пути или даже раньше! И вообще, лично меня знание финала пугает!

— А меня не спрашивали, хочу я его видеть или нет! — пожала плечами шаманка.

— Значит, — удивлённо протянул Анжи. — Даже при видении своей смерти в возрасте двухсотлетнего деда, тот же Макс…

— Может склеить ласты завтра от нападения упыря! — уверенно закончила за него ведьма. — Внезапную смертность по Воланду никто не отменял. Аннушка, масло и трамвай!

2. Дело Анку́ ч.2

За общим ужином, Яна поведала, что по словам участкового у умерших помимо аномально резкого отказа всех органов присутствовала ещё одна странность, о которой никому не сообщили. Все жертвы неизвестного преступника сразу после смерти на ощупь были ледяными, словно пролежали несколько часов на снегу. Что вдвойне странно, поскольку смерть настигала их в тёплом доме.

Лао в свою очередь сообщил, что несмотря на первоначальный отчёт об отсутствии общей связи между погибшими, по словам жителей Тайги, их действительно видели несколько раз вместе. Но не семерых, а восьмерых. И до начала смертей, они вели себя нервозно, однако вспомнить все восемь имен никто из жителей Тайги не смог. Неизвестный восьмой мог пролить свет на расследование, однако ни его лица, ни имени никто не мог назвать. А характеристика «кто-то из наших» и «ну такой, обычный, неприметный парень» не слишком помогали в поисках.

Чарли рассказала о странных словах Андрея и его состоянии призрака. Все внимательно слушали её слова, кроме Анжея, что-то заинтересованно ищущего в своём смартфоне. Казалось, слова шаманки его совершенно не интересовали. Лао напротив помрачнел, когда услышал, что от звука ржания лошади подопечная успела сделать несколько шагов в сторону леса.

— Одна к тёте Андрея ты не пойдёшь! — подытожил монах, когда она замолчала.

— Тогда идём вместе, — немедленно отозвалась она. Возражений не последовало.

Агенты убрали грязную посуду и вернулись за стол с чаем и сладостями. Только Курвин продолжал упорно ковыряться в смартфоне демонстрируя то ли подростковый бунт, то ли открытый протест против домашнего ареста. Невооружённым взглядом Чарли начала замечать пульсирующую на его левом плече точку. Её не хотелось видеть, хотелось отвернуться и уйти подальше. Что-то в этой пульсации отпугивало. Угрожало.

— Итак, следует подвести итоги и подумать над портретом нашего подозреваемого, — хлопнул в ладоши Марк, когда все вернулись за стол. — Наш клиент убивает людей, отключая им все органы разом и замораживая тело. Ровно без двух минут в полночь. Где он проходит, люди видят следы от телеги и слышат ржание лошади. Если его встретить, то можно гарантировано получить метку смерти. Убивает он по одному в месяц, но отцу с сыном позволил умереть одновременно. И кто же он может быть?

— Анку́! — вдруг громко ответил Анжей, продемонстрировав экран своего смартфона, с которого на агентов взирал мрачный жнец на повозке, запряженной одной тощей кобылой. — Я сегодня весь день от скуки по мифологии разных стран шерстил и ничего не нашел. А потом плюнул и просто «по симптомам» начал поиск. Слушайте: «предвестник смерти в фольклоре жителей полуострова Бретань. Обычно анку́ становится человек, умерший в том или ином поселении последним в году. Является анку́ в облике высокого человека с длинными белыми волосами и везет похоронную повозку. Иногда анку́ принимает облик скелета. Человек, услышавший скрип телеги и увидевший его физический облик, скончается в течение ближайших трех-семи дней».

— Если так, то жить тебе осталось недолго, как и ребятам в реанимации, — поёжился Марк.

— По симптомам похоже, но что с поведением? — нахмурилась Олеся. — Анку́ — это скорее мрачный жнец, нежели убийца со списком. Наша семёрка убита планомерно. Они явно кому-то перешли дорогу или кого-то очень сильно разозлили, но как можно разозлить персонификацию смерти?

— Не просто разозлить, — вмешался Игорь. — Анку́ здесь. В Тайге, точнее говоря, в лесу. Вы его слышите и ощущаете его аномально близкое присутствие. Это ненормально! Такого не должно быть. Он слишком долго находится на одном месте, а души его жертв прикованы к нему. Такого тем более не должно быть! Анку́ слишком хладнокровен и расчетлив. Разве что его связал очень сильный чернокнижник, и с помощью ритуала держит здесь, чтобы убить всех раздражающих людишек.

— Вызывать это и удерживать силой, только чтобы избавиться от горстки людей?! — воскликнула со скепсисом Лао. — Чтобы связать на одном месте подобную сущность, нужна сила, которой хватит, чтобы начать ментально контролировать всех упырей мира, пригнать их сюда и приказать обескровить весь город и соседние посёлки.

— Но мы согласны, что в Тайге орудует анку́ и я прав? — с довольным видом поинтересовался инквизитор.

— Согласны. Молодец, ты не бесполезен, Анжи, — похвалил Марк, — но что с того, если завтра-послезавтра наши агенты вместе с тобой на тот свет отправятся?

— Разве его нельзя с помощью ритуала прогнать? — удивилась молчащая всё это время Яна.

— Можно, — кивнул Игорь, — скорее всего, он больше не найдёт дорогу в Тайгу, но цена слишком высока. Все, кому он уже задарил метки, умрут в момент изгнания. Он уже привязал их жизни к себе, просто не забрал. Нам нужно узнать по какой причине он задержался в этом городе, чтобы он ушёл с минимальным количеством жертв.

— А есть шанс, что это кто-то калибром поменьше, чем анку́? — негромко спросила Чарли.

— Шанс есть всегда, — пожал плечами Марк, — однако у нашего подозреваемого пока сходятся все отличительные черты, так что будем готовиться к худшему. Все свободны до завтрашнего утреннего сбора. Но по одному не ходить, лучше гулять в паре с мистиком или нашим Лао, он тоже не поддаётся внушению анку́, как оказалось. В лес не соваться ни в коем случае!

До полуночи оставалось немало времени. Приехавший как раз к окончанию ужина, Лёха вручил Чарли набор юного выжигателя по дереву и несколько осиновых заготовок. Плоские, круглые, размером с ладонь. Вполне удобные, чтобы носить их в кармане или на шнурке под одеждой. Однако резонансной энергии в них почти не ощущалось. Хорошее сырьё, но очень уж слабый потенциал. Больше всего вопросов вызывал выжигатель, который шаманка видела впервые в жизни. Всех знаний, накопленных о подобных агрегатах хватило ровно для того, чтобы понять с какой стороны надо держать и что втыкать в розетку.

Видео с просторов интернета убеждали, что выжигать по дереву совсем не сложно. Достаточно только понять, как вести инструмент, с какой силой давить и какие линии планирует наносить мастер-фломастер. Справедливо оценив, что одна-две заготовки будут испорчены, Чарли после нескольких ознакомительных видео-уроков приступила к практическим занятиям. Лёгкое нажатие, чуть сильнее, совсем сильное, перебор от которого заготовка может сломаться. Пунктир, точки, тонкие чёрточки, широкая линия. Чем больше «портилась» первая заготовка, тем увереннее держала в руках инструмент шаманка. Запах горящего дерева успокаивал и умиротворял. Сам процесс выжигания стал напоминать своеобразную медитацию.

Когда девушка почувствовала уверенность в своих силах, настал важный момент перехода в настоящее медитативное состояние. Полное погружение во внетелесный мир было необходимо только для эскиза и дальнейший процесс выжигания можно было продолжать в предельной концентрации.

Частично выпрыгиваю из тела, немного боязливо посматриваю по сторонам. Теперь страшновато так беспечно бродить в астрале, когда рядом может находиться демон, способный безнаказанно занять моё тело. Рядом с телом сидит и позвякивает цепью Рая. Чуть поодаль Павлик. Где-то бродит Чернышка. Три моих охранника.

— Мне нужно создать защиту. От метки смерти. Хотя бы на один раз.

— Талисманы будут слабые! — предупреждает Павлик, обхватывая своими ручками мою правую ладонь, чтобы выводить символ защиты. — Тебе нужно что-то сильное. Как ложка.

— Я пока не придумала, как с ней работать. Гравировка сложнее выжигания.

— Спроси у другого шамана. И у остальных, — советует Рая. — Ты варишься с ними в одном котле. Проблема одного это проблема всех!

— Дегжи гуку пгямо! — приказывает Павлик и начинает выводить символ, способный отразить однократную атаку меткой смерти.

Амулет создается путем соединения символа, физического носителя имеющего некоторый потенциал будущего амулета и самого главного — таланта шамана. Только шаман вдыхает сущность амулета в физическую оболочку. Один из амулетов процесса создания не выдержал и раскололся на части. Радовало то, что он показал свою непригодность сразу, а не устроил неприятный сюрприз во время полевых испытаний. Оставшиеся два талисмана демонстрировали свою пригодность после тщательной проверки. На один удар.

К полуночи работа была окончена. Два рабочих амулета, десяток пустых заготовок и мощнейшая в своём потенциале ложка, к которой ещё предстояло найти свой подход. Слишком уж ценный образец. В будущем это мог бы быть идеальный щит, возможно даже универсальный. Особенно если подобрать комбинацию из нескольких взаимно усиляющих друг друга символов.

«Но как их внедрить в металлическую ложку? Выцарапать? Гравировка в домашних условиях? Ага, ещё и за этим отправлять Лёху! И существует ли он — домашний… гравировщик?»

— Готова? — в дверь деликатно постучался Лао Шин.

— Посмотрим, — пожала Чарли плечами и продемонстрировала два готовых амулета, — а вот они готовы!

Ночная Тайга не освещалась фонарями и выглядела, как декорации полноценного ужастика. Маленький беззащитный в тёмную пору городок. А в лесу за городом путников поджидает страшный Бабай, раздаривающий метки смерти всем непослушным взрослым. В полуночной тьме его присутствие даже без ржания лошади ощущалось чем-то неприятным и гнетущим.

«Как его никто не замечает?» — недоумевала Чарли. Присутствие анку́ отравляло ночной воздух. Уничтожало само понятие уверенности хоть в чём-нибудь.

Дом Сорокиных встретил агентов удручающей картиной. В гараже, встроенном в первый этаж дома, горел свет. Однако все остальные окна оставались тёмными. Двери гаража стояли нараспашку. Внутри обнаружился автомобиль, прибывший совсем недавно, о чем красноречиво ведала стёртая изморось на дороге.

Агенты вышли на улицу. Всё явно шло не по плану. Вокруг дома будто сгустились тучи. Лао, оставив Чарли на попечение Лёхи, материализовался у самого дома. В отсутствии наставника девушка, сообразив, что водитель теперь тоже пойдёт в дом и будет там полностью беззащитен, молча протянула ему защитный амулет.

— На один раз должен сработать! — шепнула она.

— Спасибо, — амулет незамедлительно отправился в нагрудный карман куртки.

— Чисто! — появился Лао Шин перед ними. — Присутствие Иных не обнаружено. Всё произошло до нашего приезда. Можно входить.

Дом встретил гостей холодом, будто кто-то решил устроить внутри внеплановый декабрь. Промороженные половицы протяжно скрипели вызывая дополнительную волну мурашек по коже. Лёха остался на первом этаже, Лао поднялся в спальню матери Андрея, а Чарли решила сначала проверить комнату покойного из которой ощущалось что-то похожее на постоянные вибрации. Свет в доме решили не включать, чтобы не привлекать внимание соседей. Путь освещали фонариками. Дверь в комнату Андрея покрылась инеем, разрастающимся на глазах. Кто бы ни покинул этот дом, следы его влияния только множились.

Нервно проведя пальцами по бубну, закреплённому на ремне, шаманка вошла в комнату. В спальне гулял пронизывающий холод. На постели лежал уже даже не иней, а самый настоящий снег. У кровати лежала без сознания женщина средних лет, явно потерявшая сознание до того, как комната превратилась в филиал зимы. Чарли бросилась к ней, сразу опуская пальцы на шею, чтобы проверить пульс. Кожа бедняжки обожгла холодом, но пульс прощупывался. Однако у левого плеча чувствовалось нечто нехорошее. Пульсирующая точка. Совсем как у Анжея. От женщины исходила вибрация, но источником была не она сама и не её метка смерти. Присутствовало что-то ещё. Или кто-то ещё?

Отстегнув от ремня бубен, Чарли села около женщины в позу по-турецки и одним рывком высунулась из тела осмотреть комнату не ограниченными во всём смертными глазами. Однако едва она смогла выхватить из внетелесного мира картинку истинного положения дел, как мир сжался до ярко-красной вспышки и резко выбросил её спиной вперёд. Все события на короткое мгновение погрузились во мрак. Угасающее сознание смутно зафиксировало ударную волну, от которой совсем рядом упало что-то тяжелое. Несколько раз…

— У тебя одна дурь в голове? Ну зачем полезла? Пускай в расход остальных, а потом уже лезь на рожон! — звенит в ушах от гневного голоса Раи.

✠✠✠

— Рота подъём! — с трудом пробивался в сознание голос Лёхи.

Глаза совсем не хотели открываться. В сознании вспышкой восстанавливалось последнее увиденное. Темно Комната. Иней. Снег на кровати. На снегу лежит избитый человек. Лицо изуродовано так, что уже не опознать. Но из открытого рта вместе с капельками крови вырывается хриплое дыхание…

— Чарли, просыпайся…

Посиневшие от холода пальцы бессильно сгребают горсти снега. Нет сил, чтобы подняться. На помощь уже не позвать. Слишком темно. Слишком холодно…

— Открывай глаза, солдат! — встряхнул её водитель, поднимая из положения лёжа. — Война ещё не окончена!

— Хотя для некоторых из нас может закончиться уже скоро! — мрачно добавил от себя Лао за спиной водителя.

Чарли огляделась. Несмотря на последние воспоминания, она находилась в гостиной дома-базы, уложенная на диван. Вокруг стояли все агенты, некоторые были только что разбужены и облачены в пижамы разной степени забавности. Несмотря на серьёзность момента, Олеся вызвала невольную улыбку своей теплой розовой пижамой в виде костюма единорога. Анжей, чьей пижамой стал вельветовый черный спортивный костюм, не сводил с неё странного взгляда. Лао Шин, казалось, вот-вот лопнет от гнева. Эмоции Лёхи и вовсе не поддавались определению. Остальные выглядели очень встревоженными.

— Скажешь что-то в своё оправдание? — недовольно спросил водитель. — Ты зачем отдала мне свою единственную защиту от метки смерти?

— На всех бы не хватило…

— Так, какого ху…

— Остынь, Лёха, после драки кулаками не машут! — оттеснил его Марк и сел напротив шаманки. — Рассказывай. Что делала, что видела и что чувствовала?

— Из комнаты Андрея чем-то фонило, — послушно начала вспоминать Чарли, машинально поглаживая ноющее плечо. — Какой-то сильной вибрацией. Комната вся в снегу. Там лежала женщина. Без сознания. Уже с меткой. Но там был кто-то ещё. В комнате ощущался третий. Вибрации шли от него. Я просто хотела посмотреть кто это.

— И что увидела?

— Как на снегу умирает человек. Сильно избитый. Ночью, кажется. На лице живого места нет, не опознать.

— Любопытно, — хмыкнул Игорь, поправляя очки. — Кто-нибудь ещё видел снег в комнате?

К удивлению шаманки Лёха и Лао отрицательно покачали головами.

«Как же так? Снег был ещё до того, как я попыталась выглянуть из тела. Если они меня вытаскивали из комнаты, то должны были увидеть!»

— Обычный дом. Обычная температура. Мать Андрея спала. Она ничего не услышала и не видела. Тётя Андрея, Ольга Витальевна, сейчас в местной больничке, но завтра её выпишут. Официальный диагноз связан со скачком давления. Она тоже ничего не видела и не слышала. Шла закрыть окно в спальне Андрея, и потеряла сознание.

— Но я видела… я чувствовала этот холод! — воскликнула Чарли, чувствуя зарождающуюся обиду.

— А никто в твоих словах не сомневается, — подбодрила её Яна. — Возможно, ты единственная видела то, как всё сейчас происходит на самом деле. За что и получила…

— Я получила метку?! — пульсирующая тупая боль в плече получила своё объяснение.

— Метку получили все трое, — сухо поправил её Лао. — Но у двоих сработала защита. Хорошие талисманы… были.

Монах протянул ей обуглившиеся куски деревяшки, на которых с трудом угадывался узор, нанесённый шаманкой. Дерево сделало всё, что от него требовалось и впитало в себя весь удар. В плече нарастала неприятная пульсация, вынуждая Чарли снова коснуться болезненного места.

— У меня есть хорошая заготовка под новый амулет. Если сделаю всё как надо, то потенциал будет самым большим из возможных. Непробиваемая защита. И не на один раз, — пробормотала она. — Но я не умею делать гравировки, а заготовкой оказалась ложка.

— Дедовский метод с помощью электролиза может помочь, — предложил Лёха, — но может заняться этим с утра?

— Утро вечера мудренее! — авторитетно заявил Марк. — Вы и так всех напугали! Так что разбежались по комнатам. Спать до завтрака, а потом будем разбираться со всем, чем только можно.

— Нападение на агента не в лесу, у нас немного времени… — попытался возразить Анжей, но один взгляд мистика моментально прервал его речь, и инквизитор понуро направился к себе.

«Анку́ по преданиям становится последний умерший в году человек, — прокручивала в голове Чарли, пока тело постепенно расслаблялось погружаясь в сон. — Снег в конце года явление естественное. Я видела последние минуты жизни нашего клиента?»

Полноценно уснуть так и не удалось. Сон постоянно прерывался мыслями и догадками о происходящем. В конце концов Чарли просто схватила свой смартфон и начала искать упомянутой Лёхой «дедовский метод» гравировки с помощью электролиза. Самые первые обучающие видео показали, что метод действительно очень простой. Базовый набор из двух ложек, зубочистки, стакана с солевым раствором, ножниц и лейкопластыря нашёлся на кухне. Лак для ногтей, жидкость для его снятия и ненужный блок питания постоянного тока пришлось поискать, но и они обнаружились в коробке, в которую все бросали потерянные или ненужные вещи.

Выход во внетелесный мир встречает меня бурей негодования от Раи и Павлика разом. Оба солидарны в своём возмущении. Я очень глупо подставилась и даже с невероятно сильным амулетом обречена на скорую смерть, если дело не будет раскрыто и анку́ не уйдёт. Отчего-то я не боюсь смерти, особенно когда покидаю тело. Если мы не раскроем дело, то умру не только я. На кону жизни сразу нескольких агентов.

— Мы сделаем самый сильный талисман! — обещает Павлик, хотя продолжает сердиться. — Дегжи гуку пгямо!

Рука под моим контролем покрывает ложку лаком. Рука под контролем Павлика ведёт узор, который сделает обычную ложку сильнейшим из шаманских амулетов. Узор перетекает от внутренней части ложки к внешней стороне. Шаманское тело, физическое тело, дух-хранитель и даже Рая держат ложку за ручку, вкладывая в лишенные смысла завитки древнюю силу, собираемую по крупицам…

Через четыре минуты эксперимента, солёная вода стала окончательно мутно-коричневой. Поднятая из выделяющейся пены ложка щеголяла глубоко и ровно втравленными линиями. Немного грубоватый рисунок направлял мощную резонансную энергию в упорядоченный поток. Защитный амулет требовалось очистить от остатков лака и никогда с ним не расставаться.

Когда шаманка почти закончила очищать ложку, на пороге её спальни появилась Яна. Вопреки своей любви к юбочкам в гардеробе, спать ведьма предпочитала в пижаме, закрывающей тело от горла и до пяток.

— Бессонница? — поинтересовалась она у Чарли.

— Угу, зато провожу время с пользой, — ложка в вытянутой руке тускло блестела от света ночника.

— Клади свою пользу в карман и заваливайся спать! Тебе сейчас полезно отдыхать с учётом полученной метки.

— Плечо ноет, — нехотя призналась шаманка.

— Вот как, — хмыкнула ведьма, — ну тогда тем более укладывайся. Попробую зашептать, чтобы не мешало засыпать. Пустишь ведь на ночевку или у тебя с личным пространством жёстко?

— Моя кровать — твоя кровать!

С ложкой в руках и с Яной под боком Чарли удалось уснуть, с чувством выполненного долга и ощущением защиты, пусть и неспособной уберечь от последствий полученной метки смерти. И всё же несмотря на чувство усталости, ночные похождения и внеплановый урок художественного электролиза, девушка проснулась раньше всех. Ноющее плечо не мешало ни одному движению, но постоянно напоминало о своём существовании, будто поторапливая решить возникшую проблему.

«Думай, Чарли, думай! — подстёгивала она себя, заплетая волосы во французскую косу. — Переговоры с Андреем вчера сорвались, можно продолжить сегодня, но или тащиться туда прямо сейчас и до завтрака или ждать до ночи. Если сейчас Грань меня со скрипом пропустит, то ближе к полудню вместо выхода в астрал я наберу букет последствий!»

Девушка осторожно прокралась к спальне Лао. Часы показывали без четверти шесть. Ночь выдалась невероятно длинной.

«Сколько я проспала? Пару часов всего? Интересно, все чувствуют такие последствия от метки?»

Идти одной в дом Андрея глупость и самоубийство. Но будить наставника, который, скорее всего, только первый свой сон досыпает?

— Чарли, заходи! — донеслось из-за двери, стоило девушке её робко коснуться.

Монах выглядел бодрым. Когда подопечная вошла, он как раз заканчивал делать утреннюю зарядку. Глядя на него девушка невольно выдохнула, представив, что наставник со временем и её заставит так начинать своё утро.

— Я пытался и тебя к этому приучить, — подмигнул Лао, поймав её взгляд, — но ты мастер спорта по крепкому сну в любом положении тела! Если введут в Олимпийские игры такое состязание, то все золотые медали достанутся тебе!

— Уже нет. Метка не даёт спокойно спать, — машинально потёрла своё плечо Чарли. — Если ты уже не спишь, то может допросим Андрея, пока Грань ещё достаточно тонкая? До завтрака вернёмся.

— Можно, — кивнул монах. — Ответов у нас как не было, так нет. Лёха не слишком будет доволен…

— Зато я могу вас подвезти, — в дверь протиснулась голова Анжея. — Чарли не единственная, кому метка мешает спать. Водить я умею, рука уже давно полностью восстановилась.

«Восстановилась? Он её успел где-то повредить» — удивилась шаманка, поймав наставника на странном взгляде, направленном в сторону инквизитора.

Списав всё на недоверие монаха к способности Анжея осторожно ездить, не подвергая свою жизнь опасности, она отбросила все лишние мысли.

— Едем? — поинтересовалась она у наставника.

— Не лихачить! — строго приказал тот, принимая водителя-инквизитора, как неизбежное зло.

Комната Андрея, в которую девушка вошла с опаской, выглядела обычно. Ни снега, ни инея. Нормальная температура. Непримечательная комната. Немного бардака. После смерти хозяина мать с тётей не успели внести изменений. Чарли нервно прижала к себе бубен, не забыв проверить наличие ложки, и села в позу по-турецки.

Андрей поджидает в комнате. Словно точно знает, что я приду.

— Ты не привела её!

— Она вчера была здесь. На неё напал анку́! Если ты нам не поможешь, то она тоже умрёт! — иду ва-банк.

Неожиданно слова никак не трогают Андрея. Ему будто всё равно. Смотрит сквозь меня, и я снова не могу почувствовать его присутствия. Пустая картинка с пустым голосом. Дух где-то в другом месте. У анку́?

— Лучше уезжай.

— Не могу, меня метка тоже убьёт!

Последние слова привлекают его внимание. Взгляд впервые становится заинтересованным. Дымка равнодушия постепенно начинает слетать.

— А почему, собственно, я должна уезжать? — вдруг осеняет меня. — Быть может, ты помер неслучайно? Кого-то разозлил? Сам проштрафился?

Дёргается, словно от пощёчины. Глаза становятся полностью ясными. К сожалению для меня, ещё и злыми. Злой призрак это плохо, но Остапа понесло. Что мне сделает призрак при имеющейся уже метке смерти?

— Что если ты заслужил всё, что происходит в тобой и твоими родными? Твоя тётя теперь из-за тебя умрёт? Хорош племянничек…

Ложка — отличный амулет против проклятий и открытой лобовой атаки. Жаль, что в ней не нашлось местечка, чтобы добавить защиту от одержимости призраками. Резкий рывок, отбрасывает моё физическое тело в сторону. Чувствую, что к нему подбегает Лао, но ничего не может сделать. Тело неестественно рвётся вперёд, пока я пытаюсь запрыгнуть в него обратно и вышвырнуть незваного гостя. Я не ночлежка для всех желающих! В момент, когда я уже выпихиваю чужака из своей физической оболочки, мои губы хрипло произносят так, чтобы услышала и я, и Лао:

— Вам нужны ответы? Тут ищите! — в моих руках ощущается что-то по форме напоминающее книгу.

Последний гневный рывок и Андрей полностью исчезает и на пол я валюсь уже полностью собранным комплектом.

— Чарли! — ударил по черепу громкий голос монаха.

— Без криков, пожалуйста, — поморщилась девушка, обнаруживая себя сидящей под компьютерным столом, сжимающей в руках рамку с фотографией. Стекло сувенира на память лопнуло от всех совершенных манипуляций.

Собрав джинсами всю пыль из-под стола, шаманка выползла из неожиданного укрытия и продемонстрировала монаху рамку.

— Наш свинтус предоставил нам подсказку.

— Неплохо, — кивнул Лао, — а чего это он вдруг свинтус?

— Под стол к нему залезь и узнаешь!

— Ну раз включился юмор, значит, пациент скорее жив, чем мёртв, — хмыкнул он, осторожно вытаскивая фотографию из рамки, пока Чарли отряхивалась. — Только давай не возводить одержимость в традицию, ты меня напугала вообще-то. Хорошо хоть призраки такие себе «демоны».

— Да с радостью! Мне такое «счастье» самой не упало. Что на фото?

— Как раз восемь человек, если можно так выразиться, — внимательно рассматривая фото, ответил наставник. — Возможно, мать Андрея сможет пролить свет, что связывает нашу тёплую компанию.

Чарли присмотрелась к фотографии. На первый взгляд, там было всего шесть человек. Узнала она только Андрея. Шесть человек в верхней одежде с яркими шарфами КУЗБАСС стоят на тёмной улице и радостно машут. На лицах не фальшивые улыбки, а настоящий восторг. Эти люди были счастливы, когда фотографировались. Чуть позади обнаружился микроавтобус с немолодым мужчиной за рулём, который сдержанно улыбался, заметив, что его тоже поймали в кадр.

«Семеро… а нет! — присмотрелась к фото шаманка. Фотограф едва ли заметил, что из-за вспышки, находящаяся рядом пластиковая стенка автобусной остановки частично отразила его, фотографирующего шестёрку ребят и водителя. — Действительно, восемь!»

— Посмотри на шарфы, — указала девушка, — такой же мы вчера видели у Анжея. Местная хоккейная команда и, судя по всему, очень любимая. Возможно, это был какой-то хоккейный матч?

— И если они счастливы, то рыськиНа логотипе хоккейного клуба КУЗБАСС изображена рысь. победили, что несколько сужает поиск даты этого фото! — хмыкнул монах.

— Лучше искать вообще все даты турниров, которые могли посещать эти друзья-товарищи, — предложила Чарли и, подумав, добавила: — Особенно крупные. Если никто из родственников не считал, что жертв что-то связывало, то собираться они могли очень редко. Только по самым большим чемпионатам.

2. Дело Анку́ ч.3

После одержимости призраком, пусть и недолгой, тело колотило. По венам бегал адреналин, заставляя вздрагивать. Попытка отключить все мысли, кроме поиска ответа на вопрос, что может связывать семь жертв и одного ещё живого жителя Тайги, помогала держать нервы под контролем. С проснувшейся матерью Андрея Лао разговаривал один. Чарли решила пересидеть в машине с Анжеем.

Постепенно адреналин уходил, а ему на смену навалился неприятный тяжёлый ком. Будто все самые худшие эмоции дождались своего часа и одновременно атаковали шаманку. Слёзы сами брызнули из глаз, когда стало понятно, что держаться уже не получается. От вида плачущей девушки, инквизитор ощутимо напрягся и повернулся к рулю, не решаясь посмотреть на заплаканное лицо даже через зеркало.

Вернувшийся монах при виде давящейся в слезах подопечной, быстро смекнул, что надо делать и отправил Анжея на базу без них.

— Тут минут двадцать бодрым шагом, мы проветримся! — хлопнул он по капоту, выводя шаманку на улицу.

Некоторое время они шли молча. Чарли продолжала всхлипывать, не в силах остановить прорывающиеся слёзы. После нескольких бесплодных попыток она смирилась и просто время от времени вытирала слёзы платком.

— Это Анжей что-то сказал или откат? — сухо поинтересовался Лао.

— Нет, да что же я никак не могу… — покачала головой шаманка. — Оно само!

Позорные слёзы не слушались приказов и бежали потоком по веснушчатым щекам, не торопясь останавливаться.

— Откат, значит. Всё в порядке! Не переживай из-за слёз. Это обычная реакция организма на переизбыток напряжения. Маленькие дети тоже плачут, когда сильно устают.

«Ещё лучше!»

— Но я не маленькая, вообще-то! — возмутилась Чарли.

— На фоне возраста Грани, мы все малыши! — примирительно коснулся её плеча наставник. — Откат ударяет по всем. Поверь мне, слёзы — это такая малость по отношению к тому, что может быть. Кто-то из наших глушит откат в алкоголе, кто-то курит как паровоз, некоторые пускаются во все тяжкие.

— Ну-ну!

— Не веришь? Ну вспомни Таню с Олей. Девочки столько раз пытались бросить курить, но стоит появиться демону или Иному высокого уровня, как они возвращаются к своим трубкам. Отец Пётр пьёт, Фролова спаивает. Анастасия отводит душу на стрельбище. Джеймс заваливает в койку весь женский пол… хотя сейчас ограничивается Громовой. У Марка были проблемы с лёгкими наркотиками, сейчас плотно сидит на медицинском каннабисе. Что там у Яны, боюсь представить, надеюсь, что как-то выплёскивает всё навалившееся. Сама посуди, слёзы — это самое невинное, что могло бы произойти.

Слова Лао привели нервную систему в подобие равновесия. Слёзы продолжали течь, но по крайней мере из-за них не было стыдно. Неприятно, что так по-детски выплёскивалось пережитое напряжение, но метод Джеймса ей нравился ещё меньше.

«Не хочу быть плаксой!» — в памяти зашевелились демоны прошлого, но их усилием воли удалось придавить каблуком.

— А ты?

— Я сплю. Очень много сплю. Хотя, если рядом отец Пётр, то ещё и пью! — признал с улыбкой наставник. — Монахи всё воспринимают иначе. У нас и вознесение происходит в качестве финального этапа подготовки. Духовно и физически мы уверенно приближаемся к той точке, когда познаём себя и то, что за Гранью, как единое целое. Именно тогда тело, дух и учение соединяются в совершенном тандеме. Это кажется чем-то абсолютно естественным. Решительный шаг сквозь жизнь и смерть, как некие пространства. Без резких превращений и без видений…

«О видениях лучше не разговаривать. И тем более не спрашивать!»

— А как так выходит, был обычный человек, умер как-то не так и теперь Иной? Анку, попутчик, упырь какой-нибудь? — решила она сменить тему.

— Из-за того, что умирают «как-то не так», — одобрительно кивнул монах, оценив манёвр. — Раз появились на свет полукровки Иные, значит демоны с людьми совместимы. Проклятия, заклятия, токсичная кровь, как в случае с упырями, вмешательство Древней Магии и множество других факторов несут за собой аномальный сдвиг. Если сдвиг устойчивого типа, то сущность переходит из одной формы в другую, как в законе сохранения энергии. Но бывают сдвиги неустойчивого типа, тогда могут происходить катаклизмы, страшные смерти и много очень неприятных вещей, которые разгребаем, как правило, мы.

— Грань тоже так появилась?

— Никто не знает, как именно она появилась. Но скорее всего произошла какая-то природная аномалия.

— И никаких ритуалов? Страшных жертвоприношений или теорий заговора со списком виновных? — не поверила Чарли. — Кто-то же должен быть виноват, разве нет?

— А кто виноват, что Гренландия сейчас подо льдом и зелёная только по названию?

— Ну…

— Вот тебе и «ну»! — насмешливо передразнил Лао, когда они уже подходили к дому. — Природные катаклизмы происходят, и мы ничего не можем с этим поделать. Можем только жить с изменениями или умереть как динозавры. Кстати о миленьких зверюшках. Без твоих слов о хоккейной команде мать Андрея и не вспомнила бы об увлечении сына. Она сначала отпиралась, мол, знать никого не знает, а потом вспомнила, что сынок-то, оказывается, на хоккей с мячом любил ездить в Кемерово. И не один такой был, как видишь.

За завтраком Лао рассказал всё, что удалось узнать. Фотография была передана Марку. С поправкой на искаженное отражение фотографа были опознаны все семь жертв. За рулём микроавтобуса сидел Макаров старший, с натяжкой было принято на веру, что фотограф Макаров младший. Все остальные жертвы, кроме одного неизвестного находились на фотографии. К счастью, качество фото позволяло начать поиск по лицу, да и жителей Тайги проще опрашивать, когда можно показать портрет неизвестного парня. Имён мать Андрея не смогла назвать. Оставалась надежда на родственников других жертв.

— Анжи и Чарли, — обратился по окончанию завтрака Марк к агентам, — сами понимаете. Ничего личного, но у вас метки смерти. Вы остаётесь на базе. Тебе, Чарли, я бы порекомендовал дневной сон. При толстой Грани, метка не так сильно будет докучать. Если подумать, то вам обоим лучше поспать до вечера.

— Да, мамуль! — недовольно буркнул инквизитор, уныло гоняя карамельку по столу. Домашний арест его угнетал, однако альтернатива была не лучше — отправиться в лазарет и стать совершенно бесполезным в ходе раскрытия дела.

— Если энергия будет бить через край, то найди список всех мало-мальски крупных соревнований в Кемерово между местными рысямиНа логотипе хоккейного клуба КУЗБАСС изображена рысь. и любой иногородней командой. Если это единственная ниточка между нашими жертвами, то где-то там ответ на все вопросы.

Яна заварила побольше подаренного чая для Чарли и проследила, чтобы шаманка при ней выпила хотя бы одну чашку. Не слишком хотелось оставаться на базе, словно больной или раненый солдат, но девушка себя действительно не чувствовала здоровой, хоть после чая стало получше.

— Ну так что, коллега, сначала пообнимаемся или сразу в койку? — похотливо улыбнулся инквизитор, когда они остались в доме вдвоём.

Чарли окинула его недоуменным взглядом, в котором почти читалось вежливое удивление, пожала плечами, неловко обняла за его плечи и прозаично ответила с дружелюбной улыбкой:

— Всё, можешь идти в свою койку. И я пойду спать, — она сгребла свою сумку и заварник тонизирующего чая. — Буди, если Марк позвонит или напишет.

— Нет… я не это… – взгляд недвусмысленно скользил по девичьей фигуре, пока инквизитор тщательно подбирал слова, чтобы пробиться сквозь стену непонимания. – Я и ты… лёгкий служебный роман?

Ещё одна попытка, уже прозвучавшая далеко не так уверенно, как первая, пролетела ещё дальше цели.

— У меня нет в комнате романов, только пара журналов про хоккей. Если хочешь почитать, забирай!

Ни взглядом, ни жестом девушка никак не издевалась и не шутила. Шокированный Курвин был вынужден признать, что шаманка действительно не понимает его намёков.

— Я… Да ну тебя! Я спать пошёл! — замахал на неё руками раздосадованный Донжуан и первый скрылся в своей спальне.

«Что это было пух?» — удивлённо покачала головой девушка и поплелась в свою спальню. Спать можно было почти до самого заката.

Всё равно от шаманских сил при свете солнца никакого толку. Вред один. На закате нервишки начали шалить. Внезапно все агенты пропали с линии связи, успев за день набросать в общий чат различные предположения по седьмой потенциальной жертве. Гипотеза о ком-то могущественном, кто управляет анку́ гласила, что седьмой или сам является невероятно сильным чернокнижником или сможет вывести на след невероятно сильного чернокнижника, способного заарканить даже мрачного жнеца. Однако подтверждений не находилось.

Последний седьмой парень оказался обычным программистом, работающим на фрилансе, без каких-либо особенностей. Единственное, что его отличало от типичного жителя Тайги — это отказ покидать собственную квартиру. Парень явно что-то знал, но не желал говорить с незнакомцами и, судя по последнему сообщению Олеси в общем чате, они придумали какой-то хитрый план по спаиванию и допросу подозреваемого. Имя Зайцев Михаил Фёдорович тоже не отсылало ни к каким родственным связям с могущественными Иными или власть имущими людьми.

Допрос должен был начаться в четвёртом часу. В половину восьмого Анжей и Чарли занервничали. От нечего делать инквизитор всё же прошерстил официальный сайт хоккейного клуба и сайт фанатов. Рыськи под конец года участвовали во множестве состязаний с иногородними. Выделить один самый важный чемпионат не выходило.

— Из подозрительных моментов тут только корявая работа сайта по бронированию билетов и отмене брони, — хмыкнул Анжей, когда просмотрел все игры. — А, вот… фанаты тоже негодуют. Сайт висит, билеты не купить, с расписанием… что-то. Хм, вот хороший пример как не надо. Слушаешь?

— Да, слушаю, — отозвалась Чарли, просматривая все объявления, относящиеся к городу Тайга. Из головы никак не выходил микроавтобус на фотографии с водителем в нём. Ответ скрывался где-то на поверхности.

— Читаю: «моему возмущению нет предела, специально вместе с супругом приехали в Кемерово на финал чемпионата России между КУЗБАССом и московским ДИНАМО. Внезапно оказалось, что чемпионат был перенесён из-за нелётной погоды в Москве. Дата проведения финала ещё устанавливается. На официальном сайте клуба нет никакой информации, а деньги на билеты и гостиницу уже потрачены…» дальше матом. Так… ага, чемпионат прошлого года между Москвой и Кемерово был перенесен из-за погодных условий с двадцать пятого декабря на тридцать первое. Объявление на сайте так и не появилось, его узнавали все, кто пытался вернуть билеты в тот период или специально звонил с жалобами в клуб. Игра закончилась разгромной победой кемеровских рысей в начале одиннадцатого вечера.

— Значит, наши клиенты в канун нового года уезжали в Кемерово на чемпионат, — пробормотала шаманка. Внезапное озарение заставило её начать поиск по услугам в Тайге по междугородним перевозкам. Перебегая со страницы на страницу она даже задержала дыхание. — Вот! Я нашла связь между всей восьмёркой! Ну, скорее нашла подтверждение…

— Я тебя внимательно слушаю! — подсел Анжей поближе.

— Смотри, услуги трансфер межгород. Кемеровская область в любое направление. Работаем в выходные и праздники. Макаровы отец и сын, — прочитала она, демонстрируя экран смартфона. — Думаю, они постоянно возили шестёрку ребят на чемпионаты в Кемерово и у них установились вполне панибратские отношения. Что если всё было так: в канун Нового года любимая команда побеждает, ребята едут праздновать сразу два праздника…

— И по случаю водитель смотрит сквозь пальцы на распитие алкоголя всей компанией, — продолжил цепочку предположений Анжей, — мол, как же так, Новый год и победа, и всё это без алкоголя?! А если не успеют домой к бою курантов, то совсем «трагедия»! Уверен, что Макаров младший тоже пил.

— А что будет если семеро пьяных перевозбуждённых молодых людей поедут на всех парах в Тайгу встречать Новый год? — риторически поинтересовалась Чарли.

— Результат их поездки будет дожидаться нас всех в лесу, — моментально ответил инквизитор. — Анку́ становится последний умерший в году.

— Избитое тело в снегу, умирающее в темноте и на морозе, — вспоминала шаманка образы. — Там такое месиво вместо лица было, что никто не узнает. Пьяная драка или случайный наезд? Если второе, то под ударом только Макаров, как плохой водитель. Предположим, что случайный господин напросился поехать вместе с ними. Возможно даже не с Кемерово, а уже на трассе. Нетрезвая компания его подобрала и в ходе поездки случилась пьяная драка.

— Не слишком соображающие от угара ребята и относительно трезвомыслящий водитель выбросили тело на мороз, решив, что он не жилец, а сесть в тюрьму никто не хочет. Время смерти каждой жертвы без двух минут полночь. Думаю, в это время умер наш анку́, — продолжил инквизитор. — Все его жертвы замерзали сразу же после смерти, повторяя его смерть.

— Звучит красиво, но сам посчитай, убийства начались в мае, а мрачным жнецом он стал сразу после смерти. Почему так долго ждал? Аж до самого мая!

— В мае его могли наконец обнаружить и похоронить, что запустило процесс.

Агенты замолчали. Выстраивалась весьма ровная теория мстительного мрачного жнеца, желающего всего-навсего уничтожить своих убийц так, как они убили его. Никаких сверхсильных чернокнижников и магов. Только история обычного возмездия. Остался один недобитый.

Вспомнив слова Яны про подробные отчёты Марка в архив, Чарли просмотрела, не было ли отправлено ещё что-то, пока они спали. Один отчёт действительно был отправлен примерно в то же время когда коллеги исчезли со всех радаров. Отчет по всем родственникам погибших. Не только Анжей, Чарли и тётя Андрея получили метки смерти. Все, кто был близок с убитыми уже щеголяли с яркими пульсирующими точками на плече. Дата предполагаемой смерти не поддевалась вычислению.

— On est dans la merde!Мы в дерьме! (фр.) — процитировала она комиссара Жибера. — Возможно, он уже слишком долго сидит на одном месте, поэтому и раздаривает направо и налево метки смерти.

— Есть ещё носители?

— Все, кто связан с нашими клиентами. Ну или почти все.

✠✠✠

Не сговариваясь они продолжили звонить всей ушедшей группе. Ни один звонок не был принят. Ни одно сообщение не прочитано. Всё уходило в пустоту. Все абоненты недоступны. Разом. Словно в насмешку по коже прошёл холодок, и сквозь все стены их базы послышалось заунывное ржание лошади. Пульсация в плече стала почти невыносимой. Анку незримо присутствовал повсюду.

«А что если никто не отвечает, потому что они все в лесу?»

— Что будем делать? — шепотом спросила Чарли, когда ржание затихло.

— У меня только плохие и очень плохие идеи! — едва касаясь своего плеча, произнёс Анжей. Пульсация у инквизитора выглядела очень опасно. Пульсация начала захватывать добрую половину тела. Смерть почти касалась его. — С каких начать?

— Всё выкладывай. Порядок на своё усмотрение.

— Вариант первый: я иду в лес, в процессе мы с тобой на звонке, — он снова провёл рукой по своему плечу и зашипел от боли. — Если что-то узнаю я, сразу же узнаешь ты. Возможно, мы успеем как-то договориться с анку́. Второй вариант: поскольку я едва ли смогу даже увидеть анку́, то идём вместе, чтобы ты могла с ним поговорить и узнать, что ему нужно. Минусы операции — после второй встречи с ним, никто из леса живым не выйдет. Разве что, он сам уйдёт и отпустит нас. Но мне рисковать уже нечем. До рассвета я не доживу, если буду просто сидеть на попе ровно и ждать спасения. А ты ещё можешь.

— Буду «сидеть на попе ровно», проживу на день дольше тебя и агентов в реанимации! — фыркнула она. — В лес мне в любом случае придётся идти. Может тогда ты тут останешься? Мало ли что может понадобиться извне!

— А твоё обморочное тело кто потащит? Забыла, что у тебя общение может стать настолько специфическим, что в следующем мае уже твоё тело найдут. Если местные волки что-то после себя оставят!

— Пугаешь?

— Пугаю!

— Тогда идём вместе! — вздохнула Чарли.

Идти к собственной смерти оказалось неожиданно легко. Стоило сделать первый шаг в сторону подзывающего ржания несчастной кобылы, как ноги сами понесли вперёд. Ни единого сомнения куда идти и поворачивать. Казалось, тело стало транспортом, в котором Чарли превратилась в пассажира. И даже просьбы водителю делать остановки не помогут. К заунывному ржанию присоединился тоскливый скрип старой телеги. Парочка упорно подбиралась к тому, кто одним взглядом способен отправить любого человека или Иного в небытие. С каждым шагом холод ощутимее кусал за пятки. Казалось, они переходят из осени в зиму. Дыхание изо рта превращалось в плотный пар, а кожа синела и покрывалась мурашками. С самого первого шага к лесу, мысли покинули голову. Чарли сообразила, насколько страшную ошибку они совершили, когда почувствовала, что они дошли.

✠✠✠

Как холодно. Взгляд на машину. Нет, уже не поедет. Повезло, что жив остался. Хорошо, что сугробов в эту зиму много и они мягкие. Ничего, машину можно заменить, главное, что жив остался. Если удачно поймаю попутку, то ещё и к Новому году успею. Сегодня был чемпионат, может, повезёт. В Тайге каждая собака болеет за КУЗБАСС.

О, Вадик и Дима, сколько лет, сколько зим! Подбросьте до дома? С компанией? Да, ничего, я не помешаю! С меня причитается! Да, круто сыграли, вы правы ребята. Да-да, порвали там всех. Что? Нет, я не хочу, спасибо. Давайте сами! Нет, не видел я, что сегодня творил Чижов. Охотно верю. Нет-нет, не хочу пить, спасибо. Уважаю, но пить не буду. Нет, меня не было на матче. Нет, не из-за переноса, я просто не по хоккею.

Конечно, я патриот. Разумеется, болею за земляков. Нет, не хочу пить! Верю, что на матче было именно так, как ты сказал! Я не так смотрю? Я вообще не смотрел в твою сторону парень, миру мир! Что? Нет, московское ДИНАМО мне тоже никак. Спасибо, пить не буду, сказал же. Да, конечно, уважаю! Дим, долго до города? Да, нравитесь вы мне, нравитесь, хорошие вы ребята! Нет, пить не буду. Спасибо, не нужен мне твой шарф…

Боль. Холод. Как же так… в какой момент всё произошло? Телефон. Кажется выпал. Не могу пошевелить пальцами. Что? Куда вы меня несёте? Дима? Вадик? За что?! Что вы творите?.. Снег, столько снега. Красного снега. Лицо горит и замерзает. Надо встать. Надо попытаться выйти. Город недалеко. Ноги не идут. Ползти. Нет. Никак. Как много сугробов. Как холодно…

Пробуждение. Работа. Извоз. Попутчики ждут. Снова извоз. Ночь — моя обитель. Извоз — моё призвание. Тьма — мой инструмент. Здесь всегда холодно. Здесь только Ничто. Только я. Только извоз. Только вереница попутчиков. Так всегда было. Так есть. Так будет.

Но что это? Память? Снег? Разбитое лицо. Я… я в сугробе. Я умираю. Нет! Я не могу… как же? Кто? Я — «кто»? Нет, у меня нет памяти, только призвание! Ничто. Извоз. Попутчики… меня выбросили в снег умирать. Меня избили. Не прощу!

Нужно выполнять свою работу. Меня больше нет. Я не «кто». Есть призвание… никогда не прощу.

Не могу найти их чаще одного дня в месяц. Сила тянет выполнять свой долг, затирает моё право на месть. Не уйдут. Никуда не денутся. Не прощу. Уже не забуду… не могу отличить двух. Слишком одинаковые, кого их них я собираюсь забрать? Нельзя никого забирать. Нет мести. Нет памяти. Нет меня. Есть призвание. Есть попутчики… Нет! Не забуду. Я заберу обоих! Оба виновны!

Никогда. Не. Прощу. Пусть сами хлебнут своего яда и утонут в нём!

✠✠✠

— Чарли!!! — крик Анжея немного отрезвил, выбив из лицезрения последних минут лежащего в сугробе человека.

Девушку трясло. Переживания неизвестного мужчины полностью выбили собственные ощущения. Голова с трудом умещала родные мысли. Чувства отключились полностью, лишь дрожь пробегающая по коже намекала, что в лесу холодно. Но даже какой-либо температуры Чарли не ощущала.

— Хорошая новость, мы с тобой были правы! — пролепетала шаманка. — Плохая новость, мы зря пришли без последнего восьмого парня.

— Супер, — выдохнул инквизитор странным голосом, — потому что мы пришли!

Чарли рассеянно глянула по сторонам. Овраг находился совсем рядом, но анку́ там никогда не было. Ржание раздалось совсем рядом. Анжей начал испуганно озираться, явно не видя ничего. Глаза шаманки замечали рассеянную дымку, за которой угадывались пугающие черты самого воплощения смерти. Мрачный жнец, видимый только тем, чьё призвание ненамного отличается. Не нужно было даже «выпрыгивать» из тела, чтобы преодолеть заслон, сквозь который никто не осознавал увиденное. Повозка. Болезненно тощая чалая кобыла. А извозчик. Его образ казался живым перетеканием чернил теста Роршаха. Неустойчивый облик. Постоянство изменчивости.

— Мы пришли! — подтвердила она, глядя на анку́. — Но… надо уходить! Как можно быстрее!

Ожидаемая встреча обещала стать для них последней, если этой ночью вместе с ними в лесу не окажется ещё один человек. Инквизитор стиснул руку шаманки и уже было собрался бежать в обратную сторону, однако все знакомые тропинки успели исчезнуть, а едва запомнившийся путь по лесу окончательно стёрся из памяти обоих. Мгновением позже растеряно моргающая Чарли осознала, что совершенно не помнит как шла от базы в лес. В качестве финального штриха все попытки отойти от оврага на десяток шагов возвращали парочку обратно к анку́. Тяжёлым дамокловым мечом повисло осознание о ловушке, из которой живыми они не выберутся.

Курвин быстро взял себя в руки. На мгновение он замер на месте, сведя ладони у лица, и уже спустя несколько секунд лицо стало спокойным и сосредоточенным, как при встрече с волколаками. Школа Вальдемара не позволяла надолго погружаться в страх смерти. Однако стойкому солдатику требовались приказы для дальнейших действий.

— Анжи, звони Марку, а я звоню Лао, — приказала Чарли, сглотнув. — Он заманил нас в лес. Возможно, мы не могли дозвониться до наших, потому что не звонили. Думаю, он морочил нам голову, но это не точно.

— Ожидаемо, — кивнул инквизитор и начал звонить лидеру группы, включив динамик на полную мощность.

Гудки шли очень недолго.

— Тихо все, это Анжей! — услышали они обрывок общего разговора. — Так, альтернативно одарённый, вы куда ушли? Приказ для кого был?

Мистик ругался, пытался звучать бодро и сурово, но тревога в голосе себя выдавала. На каждой паузе голос немного дрожал. По ту сторону леса агенты лучше осознавали всю опасность, нависшую над ушедшей парочкой. Но вблизи анку́ смерть ощущалась почти пройденным этапом. Чуждой ощущалась дальнейшая жизнь. Казалось, что так даже проще и легче. Лишь усилием воли получалось стряхнуть с себя этот морок и вспомнить, что за жизнь нужно бороться, а смерть это совсем не сон для уставшего тела.

— Мммм ээээ, привет Марк, — подала голос шаманка, настороженно поглядывая на внешне неподвижного анку́. — Это долгая история, но мы сейчас в лесу…

— Чарли! — услышала она крик Лао. — Живо оттуда, пока не встретили…

— Мы в плену у анку́, — закончила она, почувствовав угол совести за переживания наставника. — Он требует последнего выжившего из списка. Или мы… не доживём до рассвета.

— Привет, ребята, — подал голос Анжей, — и прощайте, если вдруг не увидимся больше. Требую хоронить меня, как викинга! В горящей лодке с мечом в руках и безутешной невинной девой под боком, а не это ваше унылое погребение…

Голос инквизитора звучал почти шутливо. Понять его состояние мог лишь тот, кто заглянул бы в его глаза. Борьба. Не со смертью, а с непреодолимым смирением неизбежного, которое распространял анку́. Чарли ободряюще коснулась его плеча.

Перебивая друг друга бедовая парочка поведала предсмертную историю анку́, всё, что удалось найти по чемпионату и последней игре, пришедшейся на последний день года.

Ситуация складывалась прескверная. Как оказалось, последний восьмой парень быстрее всех сообразил, что смерть идёт по списку виновников убийства и сначала даже пытался бежать. Попытка пожить несколько месяцев в Калининграде не принесла ничего хорошего. Постоянные кошмары тянули домой, к месту собственной казни.

Чтобы не отдавать парня, заколотившегося в доме, словно в крепости, Марк отправил запрос на команду ведьм, чтобы провести общий ритуал изгнания, о котором упоминала Яна. Ритуал должен был изгнать анку́, однако сопутствующие жертвы всё же могли появиться. Теоретически пучок защитных амулетов смог бы защитить даже помеченных, а после изгнания метки сами исчезнут. Но проблемой стали два пропавших агента.

— Вы точно погибнете, даже если ритуал пройдёт полностью удачно, — удручённо объявила Яна.

— Нам теперь решать. Один убийца или два агента, — тяжело выдохнул Марк.

«Твою ж…» — осознала всю неприглядность ситуации Чарли.

— За убийство человека нас всех к стенке поставят! — воскликнула Олеся. — Это категорически запрещено. Иным возбраняется вредить людям!

На заднем фоне послышалась ругань, в которой вспыхивали крепкие словечки от Лёхи и Игоря. Крики приглушались, словно кто-то в самые громкие моменты зажимал микрофон, чтобы погасить все лишние звуки. В горячем споре даже проскальзывали крики Лао.

— Мы никого не убьём, — непривычно холодно парировала ведьма, стараясь заглушить своим голосом громкие споры. — Всего лишь очная ставка. И потом, гарантии, что ритуал пройдёт успешно и все помеченные не умрут, у нас никаких. Если анку́ начнёт упорствовать, а он явно начал слетать в безумие, то погибнут все. В этом случае обмен одного убийцы на многих невиновных, в том числе пятерых агентов.

Перепалка на заднем фоне набирала обороты. Послышался удар входной двери. Спорящих голосов стало меньше. По ту сторону леса дом с агентами внутри явно ходил ходуном, и только в разговоре с Чарли и Анжеем они старались держать себя в руках, чтобы не пугать ещё больше.

— Я против обмена! — вдруг выкрикнула Чарли, осознавая, что голосует за собственную смерть. — Не нам решать, кому жить, а кому умереть.

На мгновение воцарилась полная тишина. Лес, анку́ и Анжей не издавали ни звука. В то же время и динамик смартфона демонстрировал гнетущее безмолвие по ту сторону леса.

— Я за обмен! — в противовес сообщил инквизитор, опомнившись.

Звуки «ожили» и громких крепких выражений стало на порядок больше. Даже попытки зажать микрофон уже не помогали. По-настоящему напуганными оставались те, кому смерть не угрожала. Анжей, отдав свой голос, окончательно успокоился и с видом человека, завершившего все свои земные дела, сел на поваленное дерево. Он стряхнул пожухлую листву и пригласил Чарли присоединиться, пока голоса из смартфона решают их судьбу.

— Я тоже за обмен! — проголосовала Яна.

— Против, я тоже не могу просто так распоряжаться жизнями! — подал голос Игорь.

— Прости, Чарли, — тяжело выдохнул Лао Шин, — для меня невыносимо это говорить, но я не могу вот так отдать человека на смерть.

— А я голосую, что множество полезнее одного убийцы. Ничего личного. Слишком много хороших людей умрут из-за одного гныща! — резко прозвучал голос Олеси.

Только один агент не успел дать свой голос. Выяснения отношений затихли. В лесу, казалось, даже анку́ заинтересованно приблизился к двум сидящим агентам и их громкому аппарату.

— Уж извини, Марк, но у тебя нет права воздержаться, — нервно хмыкнул Анжей. — И времени на «подумать» только до рассвета.

— Не беспокойся, я уже решил!

✠✠✠

Небо начало постепенно светлеть. Звёзды погасли. До рассвета оставалось совсем немного. На поваленном дереве сидели два агента нового Ордена Инквизиции и в компании предвестника смерти ожидали своей участи. Близость самого воплощения смерти вызывало странную сонливость, которая так манила поддаться ей и погрузиться в темноту. Но они ещё держались.

С отрешённой улыбкой, Курвин вытащил из скрытого внутреннего кармана куртки небольшую флягу. Он сорвал крышку и хотел было выпить, но сначала протянул её шаманке…

Алые лучи восходящего солнца коснулись мохнатых веток лесных ёлок.

Отчет по делу №2019288 (продолжение)Иван Петрович Фёдоров

Родился в 1983 году в городе Екатеринбурге

Погиб в овраге под городом Тайга от полученных тяжких телесных повреждений. По официальной версии погиб в автокатастрофе накануне Нового года.31 декабря 22:30 по дороге в город Тайга в следствии заноса попал в аварию, не получив травм. В попытке успеть домой на Новый год он поймал попутку. Его подобрал владелец ИП «Макаров» Макаров Дмитрий Ростиславович, вместе с сыном Вадимом в тот момент перевозящий шестерых молодых людей, ранее указанных в отчёте: Сорокина А.С., Поддубного М.С,. Губанову Н.А., Полякову С.В., Каменева С.Е., Зайцева М.Ф. Благодаря знакомству и сотрудничеству с Макаровыми, Фёдоров не побоялся вместе ехать в Тайгу.

Вследствие изрядно выпитого крепкого алкоголя, молодые люди начали вести себя агрессивно по отношению к попутчику. На въезде в город произошла драка, Фёдорову были нанесены травмы несовместимые с жизнью. Испугавшись последствий за совершённое нападение, преступники выбросили Фёдорова в лес. Для инсценировки несчастного случая, тело бросили в овраг. В 23:58 Иван Петрович стал последним человеком, умершим в уходящем году.

Воплотившись в анку́, он сумел сохранить часть воспоминаний, которые стали началом жажды мести, когда тело Фёдорова было захоронено без имени. Будучи анку́ он самолично покарал всех своих убийц и покинул город Тайга без сопутствующих жертв.

Дело закрыто.

Мистик Марк.

3. Дело о музейной краже ч.1

Прошло две недели после возвращения из Тайги. После кардинального разделения голосов за и против раскрытия дела любой ценой, группа сохраняла тяжёлое молчание, которое проще всего преодолевала Чарли. Ложка в кармане приятно грела, оберегая от любого возможного агрессора из мира Иных, а уроки выжигания по дереву занимали всё её свободное время. Как ни странно, помимо Анжея и Яны, голосовавших не на её стороне, глаза от шаманки прятал и наставник.

Иногда шаманка замечала, что монах пытается начать диалог, однако находит тысяча и одну причину развернуться на сто восемьдесят градусов и уйти по важным делам. Привыкшая к одиночеству и обособленности, Чарли сносила своё отчуждение привычно. Стандартный кокон, где есть она, Павлик и Рая, которым следует уделять внимание, поскольку там, в астрале, они — её опора и защита. В новосибирском офисе, она добровольно вызвалась сортировать все ранее начатые дела по степени важности.

Прибывший в офис, Радомиров озадаченно пожимал плечами. Для него молчанка агентов казалась дикостью. Но для самого чернокнижника самым большим испытанием стала встреча с женской половиной агентства. От вида сразу трёх ведьм в одном помещении, он резко побледнел, побросал вещи и пулей выскочил на улицу, едва сдерживаясь, чтобы не улепётывать до Москвы на своих двоих. С горем пополам Лао сумел вернуть Макса обратно под крышу. Оля и Таня, смекнув о возможной гинофобии Радомирова, старались просто не попадаться ему на глаза. Дать немного привыкнуть. Как ни странно, отчуждённые от межполовых отношений Яна и Чарли стали исключением из фобии чернокнижника. И он сам, и его демон, относились к ним с дружелюбием.

Мистикам, особенно Виктору, неожиданно потребовалась полная картина активности демонов, сектантов и всех случаев, где фигурировали страницы Книги Хаоса. Чтение открытых и закрытых дел поражало как деятельностью преступников, так и смекалочкой агентов. В ранних делах даже мелькало имя Весемира, однако начиная с определённого момента он перешёл в консультирование откуда-то из своего кабинета.

Сам шаман в виде животных порой появлялся в новосибирском офисе и рассказывал юной шаманке о некоторых практиках, способных помочь в бою. Самыми полезными, по мнению Чарли, были рецепты правильно подобранных трав для окуривания помещения, чтобы временно очистить ото всех агрессивных призраков и Иных. Идеальный вариант для тех, кто захочет держать оборону в замкнутом пространстве.

Также по секрету Весемир намекнул ей попросить своего духа-хранителя научить создавать амулеты, способные изгнать неупокоенного озлобленного духа прямо в самый последний путь экспресс-доставкой. Такой амулет, по словам болтливого шамана, достаточно повесить на шею телу, чей дух буянит, и проблема будет моментально решена. Хоть такой метод считался грубым и жестоким, по отношению к усопшим. Применять исключительно для опасных агрессоров.

Последние слова вызвали шквал вопросов относительно зловредности усопших. Весемир, явившийся в виде ворона, лениво показал на книгу авторства Г. ЯноваОдин из псевдонимов Н.В. Гоголя, что немало удивило шаманку, частично знакомую с творчеством Гоголя. Слог писателя с трудом узнавался. Сухой, деловой тон, казалось, принадлежит совсем другому человеку. Перед ней предстала не повесть, а полноценное учебное пособие по агрессивным и не очень призракам.

«Гоголь был Иным?! — не поверила она, сдавленно ахнув. — Хотя, а почему нет? Писатели такие же люди, среди них с той же вероятностью могут рождаться ведьмы, инквизиторы и шаманы, что и среди простых смертных! А ещё он мог быть среди людей, работающих в Инквизиции до раскола или просто быть мистиком».

На страницах описывались призраки, способные, подобно демонам, вызывать кратковременную одержимость. Вспомнив свой опыт общения с Андреем, Чарли согласилась с автором пособия. Классификаций призраков, всех их возможных гневных версий оказалось так много, что Чарли показалось, будто она готовится к экзамену, пытаясь усвоить слишком много знаний в кратчайшие сроки. Писатель явно имел огромный практический опыт и хорошие связи со своими коллегами по цеху, раз так дотошно описывал каждый случай, заставляющий мирный дух усопшего превратиться в головную боль агента ГХ.

Скрытые Иные, способы смерти, убийцы из Иных, проклятые орудия убийства, близость сверхъестественных точек, близость артефактов или страниц, эмоциональный диапазон жертвы, ритуал и много другое могло стать причиной сдвига с мирного ухода в нападение на всё живое. Методы борьбы от случая к случаю совпадали и разнились. Универсального приема подобрано не было. Каждый случай следовало рассматривать индивидуально и вдумчиво. Автор жирно и неоднократно подчеркнул особенно, что нельзя делать поспешных выводов.

«Правда может иметь множество граней, а в поспешности мы видим не всю её, а только тень. Помните, что тень всегда обманет!» — слова автор вынес в эпиграф к одной из глав, отметив, что их произнёс кто-то из его коллег.

Тонизирующий чай отлично помогал справляться и с работой, и с «хобби» в виде общения со своими духами и создания амулетов на коленке с помощью выжигателя по дереву. Этот навык Чарли решила отрабатывать на скорость, чтобы в критической ситуации можно было создать себе и «меч», и «щит» за секунды. Чай казался почти допингом, очень уж легко с его распитием всё удавалось совмещать. Под конец дня оставалось достаточно сил, чтобы продолжить тренировки с Лао.

Наставник, несмотря на шероховатости в их отношениях, возникшие после дела в Тайге, ожидал подопечную на тренировках, не интересуясь её степенью утомления. В здоровом теле здоровый дух, сила Убивашки сама себя не выстроит. Тело начало сносить физические упражнения значительно легче, что девушка тоже частично списывала на полезный чаёк, но монах сделал иные выводы и увеличил нагрузку. В спальню шаманка приползала, едва переставляя ноги. Но и тут спасало ночное чаепитие. Одна чашка перед сном и наутро мышечная боль ни капли не беспокоила.

Приятная рутина, ставшая хорошим оплотом восстановления нервов после встречи с анку́, завершилась с новым сообщением от Анастасии. Новое дело в Екатеринбурге. Нужны все Иные по одной штуке. Лидером такой группы объявлена мистик Елена Громова.

— Железная Леди, — хмыкнула со знанием дела Таня, а сестра согласно кивнула. — Зато хорошо работает. У неё полная раскрываемость.

— Даже завидно, что нас с вами не будет! — зевнула Оля. — У нас командировка в Вену. Надо по обмену помочь одной группе. Кажется, раскрыли княжеское упыринное гнездо. А с ним можем провозиться долго.

— А что князья хуже, чем обычное гнездо? — поинтересовалась шаманка, вспоминая цокольный этаж ДВЦО.

— У кровососущих есть чёткая вертикальная иерархия. Во Владивостоке были самые низшие существа, которые человеческий облик уже не принимают, разум имеют примитивный, а самое главное их желание — это пожрать, — принялась объяснять Таня, пока они помогали Самиру сервировать стол для всех агентов. — Упыри уровнем повыше похожи на людей, не считая приступов кровавого бешенства, даже могут скрываться в человеческом обществе. Но диета у них сама понимаешь какая. Кроме эпизодов ударной жажды крови, физически не сильнее среднего человека. При свете дня вообще безобидные, как котята. А вот дальше идёт что-то вроде представителя знати. Там силы выше, а слабостей меньше.

— Чем выше иерархия, тем мощнее представитель, — продолжила за неё сестра. — Выше всех князья. Слабостей почти никаких. Убить князя невероятно сложно. Тело крепкое, физическая сила, как у супермена. Потеря конечностей не смертельная. Даже потеря головы не всегда убивает. Были случаи, когда её просто пришивали обратно, она прирастала и князь продолжал править.

— Зато с высшей знатью так или иначе можно договориться. Князья сильные и древние, но самое главное — неглупые. Они понимают, что общий сбор агентов-охотников для них финал. Толпой задавим и убьём. Поэтому на конфликт они не идут. В Вене у нас будут долгие и нудные переговоры. Вполне возможно, что с последующим совместным делом.

— А как иерархия формируется? — поинтересовалась Чарли. — Как стать князем или знатью? Или это только по выслуге лет?

Под разговор в столовую заглянул Лёха и начал активно помогать с расстановкой посуды и блюд и едой.

— Уважение между знатью появляется через выслугу лет, плюс многие высокоуровневые «плюшки» с подчинением низших сословий приходят далеко не сразу, — заметил он со знанием дела. — Но это не касается князей.

Ведьмы кивнули соглашаясь. Оля с Таней отправились всех звать за стол. На некоторое время интересную лекцию об упырях пришлось отложить. Пока все желали друг другу приятного аппетита, накладывали еду и хвалили мастерство Самира, Чарли переводила умоляющий взгляд от одной ведьмы на другую. Однако те будто забыли о том, что рассказывали.

— А вот своё место в пищевой цепочке заслуживаешь через того, кто тебя обратил, — шепнула Яна, когда все ужин перешёл в более расслабленное русло. — Обращение происходит через яд и кровь. Ядом упырь отравляет организм жертвы и частично его подчиняет себе. Если остановиться на этом, то жертва подчиняется несложным мысленным приказам, подаёт по команде свою кровь и умирает через несколько дней после укуса. Внешне выглядит как аутоимунное заболевание. Потерю крови не диагностируют. Но в случае с обращением, упырь поит жертву своей кровью, создавая вассала. Обращённый всегда будет уступать своему создателю, поскольку выпитая кровь в новом организме «разбавляется». У князей абсолютный концентрат, у знати слабее, у самых низших кровь максимально «разряженная».

— А как получились князья?

— Через демонов, — шепнул Максимилиан, вклиниваясь в их разговор. Впрочем, девушки не были против его красного словца. Боязливый в женском обществе чернокнижник не робел только рядом с Чарли и Яной. — Давным-давно некоторые демоны заинтересовались идеей обладать физическими телами, как у демоноподобных Иных, чтобы можно было при желании стать осязаемыми. Интерес перерос в идею, а она воплотилась в ритуале. Но что-то пошло не так. В ритуале участвовали «каждой твари по паре» из всех Иных, и в критический момент демоны едва не опровергли аксиому о невозможности своего убийства. Вместо того чтобы стать из демонов Иными, экспериментаторы, спасаясь от неминуемого расщепления попытались спрятаться в телах Иных и людей, проводивших ритуал. И внезапно слились воедино с их кровью. Пусть и не так, как планировали, но они получили своё телесное воплощение, став ядовитой демонической кровью, разливающейся по венам будущих упыриных князей.

— Хотя это не доказано, — с нажимом произнесла Яна. — Сами князья скрывают истину, а ото всех болтунов избавляются. С учётом того, что новых князей появиться не может и знать никогда не дорастёт до уровня князя, я понимаю их скрытность. Лучше держать вассалов в иллюзии возможного карьерного роста. С другой стороны, если они друг друга перебьют, то самая верхушка пищевой цепочки полностью исчезнет, как невосполнимый элемент.

— Не забывай, что их даже нам будет трудно убить, а вассалы… тем более сядут в лужу!

— Разве что объединятся и заплатят наёмникам среди Иных.

— А у князей не может быть телохранителей или личной гвардии среди Иных? — удивилась Чарли.

— Правильно говоришь! — одобрительно кивнул Радомиров. — Князья потому и прожили так долго, что не пальцем деланные!

— Но почему князья допустили гнездо во Владивостоке, и почему агентство не спросило с них за такую открытую охоту? — возмущению шаманки не было предела.

— Вассал моего вассала — не мой вассал! — просто ответила Яна.

— Как сложно, блин! — излишне громко выдохнула Чарли и густо покраснела, когда поняла, что обратила на себя внимание всех остальных агентов, обсуждающих предстоящее дело в Екатеринбурге. — Ой, извините, я про другое… то есть про это же, но…

Идея оправдаться оказалась ещё более провальным вариантом, чем промолчать и сделать вид, что громко разговаривал кто-то другой, а шаманка просто сидела рядом. Яна с Максом в духе друзей-гиен начали тихо хихикать, уткнувшись в тарелки, из-за чего красные щёки Чарли перешли в цвет варёной свеклы.

— Я наелась, спасибо. Было вкусно! — выпалила она и вылетела из-за стола пулей, выбрав бегство лучшим из вариантов.

Осознание, что её поведение выглядело самым большим ребячеством, догнало уже в спальне. За закрытыми дверями и на мягкой постели пришли правильные мысли, что за столом не зазорно громко разговаривать, взгляды могли быть обращены просто механически из-за её громкого восклицания и в них не было ни капли порицания. Да и её нелепые слова можно было вполне оставить как есть, а потом над ними вместе со всеми посмеяться.

«Побег — это просто восхождение на Эверест позора!» — фыркнула в одеяло Чарли.

Больше всего хотелось остаться в спальне и ждать, когда о её существовании все забудут. Особенно на следующий день, когда группа отправится в Екатеринбург раскрывать очередное дело. И, тем более, скрыться от глаз наставника, который будет ожидать её вечером, через пару часов после ужина, чтобы погонять по залу.

«А ведь я долго держалась, чтобы не сказать и не сделать какую-нибудь глупость! Поаплодируем!» — тяжело выдохнула она.

Чтобы отвлечься от неприятных мыслей о последующих встречах с наставником и коллегами, девушка продолжила практиковаться с выжигателем по дереву. Павлик был не слишком рад вопросам об экспресс-изгнании неупокоенных духов, однако нехотя всё же показал, что нужно делать и как создавать правильные знаки на деревянных заготовках.

Запах горящей осины умиротворял, приводил мысли в гармонию и отгонял воспоминания о глупом поведении за столом. Первый амулет начал отдавать резонансом энергий, едва она с ним закончила. Вибрации нарастали, угрожая разломать изделие на части, но всё же постепенно стихли. Один амулет готов. На волне успеха Чарли схватила вторую деревянную заготовку и погрузилась в медитативный процесс создания.

Пятое творение подрагивало в ладонях наполняясь вложенной в выжженные символы энергией. Губы шаманки вторили песнопению духа-хранителя повторяя слово в слово всё, что говорил он. Слова перетекали в энергию, энергия закреплялась в угольно-чёрных завитках. Резонанс энергий откликнулся последующей вибрацией.

— Гипнотизирует, — услышала она за спиной, когда пятый амулет выдержал проверку и не раскололся. — Можно даже во времени потеряться!

✠✠✠

Чарли в ужасе уставилась на часы, а затем уже посмотрела в сторону голоса. Половина первого ночи. Она успешно проигнорировала своего наставника, ожидавшего её в зале весьма продолжительное время. Тренировка всегда заканчивалась рано, чтобы можно было успеть на «спокойной ночи, малыши». На этот раз слов, чтобы оправдаться, не появилось.

— Блин! — вырвалось беспомощное слово.

Медитативное создание защитных амулетов забрало себе всё время, не оставив ничего. И вот подопечная стояла перед монахом и могла лишь смотреть на него круглыми глазами. Привычный механизм защиты вжал в рыжую голову плечи и отключил все чувства, приготовим её встречать упрёки и обвинения. Последние две недели напряженного общения не могли не перерасти во что-то неприятное.

— Чарли, — Лао шагнул к девушке, но заметив её реакцию, остановился и присел на край кровати, посмотрев по сторонам. — Когда я был маленьким, это была моя спальня.

— Ой! — вырвалось у шаманки.

При заселении небольшая, уютной и никем не занятая спальня сразу привлекла внимание. Сделав пару шагов в ней, девушка поняла, что другого места для отдыха ей не нужно и поспешила занять своё место под солнцем. Лао тогда не протестовал, сразу забрав какую-то другую комнату. Внезапное признание выбило почву из-под ног и убавило очков уютности у старинной опочивальни.

— Я не против, что ты её заняла. Даже подумывал тебе её предложить, когда мы только-только приехали, но ты меня опередила. Она очень уютная и от внешних звуков хорошо изолирована, — дружелюбно улыбнулся монах, с нежностью проводя подушечками пальцев по спинке кровати. — Ночью, когда не мог уснуть, я выцарапывал на спинке кровати послание, которое должны будут расшифровать мои потомки через сто лет. Жаль, я не составил словарь. Сейчас и сам не помню, какая чёрточка, что означает.

Чарли настороженно следила за его действиями, не выходя из состояния опоссума. В её жизни присутствовали люди, умеющие начать беседы с чего-то мирного, а закончить растаптывая её достоинство. Он не стал бы первооткрывателем. От любого человека привычнее ожидать удара — или будешь готова, или приятно удивлена. Лао замолчал, но не дождавшись какого-либо отклика от подопечной продолжил более сухим тоном:

— В любом случае, мы здесь не из-за выбора спальни. Мне… непривычно это говорить и уж точно не слишком приятно.

По позвоночнику прошла волна ледяных мурашек. Привычка ожидать только плохое сыграла злую шутку и быстро вымыла из памяти все проведённые вместе часы, которые доказывали, что наставнику можно и нужно доверять, а руку он поднимет исключительно на тренажер. Пережитый стресс после встречи с анку́, будто начал через соломинку выманивать внутренних демонов шаманки на поверхность, и те, пусть очень лениво, показывали свои страшные морды. Семья, состоящая из чужих людей. Школа, полная жестокости и травли. Одиночество. Отчуждённость. Ложные обвинения в ментальных расстройствах. Жизнь слишком уж приучила доверять только духу-хранителю, и не торопилась переучивать.

— Я хочу попросить прощения, — после долгой паузы произнёс Лао.

Брови Чарли взмыли вверх. Удивление одной мощной волной перекрыло все тяжёлые воспоминания и выученные привычки общения с людьми.

— Прощения? — переспросила она, решив, что ослышалась.

— Дело анку́, — напомнил он. — Как наставник, я был обязан отдать голос за спасение агентов, а не отказываться решать судьбу убийцы. Ты последние две недели сама не своя, а теперь ещё и этот бойкот.

— Бойкот? — машинально повторила шаманка и, опомнившись, попыталась объясниться. — Нет, я не устраивала…

— Ну да, за столом ты явно высказалась против отъезда в Екатеринбург, сбежала, а теперь продинамила меня в зале. Ты имеешь полное право злиться, но лучше делать это не в ущерб работе. Как наставник я подвёл тебя, позволил оказаться в смертельной опасности и сделал всё от меня зависящее, чтобы… ты не дожила до рассвета! — последние слова, казалось, стали откровением для самого монаха.

Распробовав их на вкус, он изменился в лице. Чарли уже видела что-то подобное, когда он крушил снаряды в зале Дракона и когда она пришла в себя после одержимости, едва фокусируясь на его лице. Это был страх. Особенный, разъедающий изнутри страх, от которого невозможно избавиться и нельзя преодолеть. Страх за кого-то другого.

— Я вообще-то не злилась, — выдавила она из себя слова, видя как наставник начинает погружаться в свой ужас всё дальше и глубже, возможно вспоминая те пугающие события гибели братьев. — За ужином мы обсуждали упыриных князей и я… сначала громко ляпнула что-то не то, а потом сглупила и решила, что лучше будет сбежать! Но тебя я действительно продинамила, извини.

Лао «вернулся» из чертогов страшных воспоминаний и перевёл на неё непонимающий взгляд.

— Зато у меня уже пяток рабочих амулетов! — с преувеличенным энтузиазмом продемонстрировала она плоды своих трудов. — Весемир сказал, что помогут от особенно зловредных духов. А по поводу анку́… я ведь и сама голосовала против. Первая, между прочим. Знаю, это глупо и плохо по отношению ко всем помеченным, но я не могу решать, кому жить, а кому умереть. Даже в простой арифметике, где один против многих!

— Вот как, — протянул наставник с любопытством поглядывая на подчинённую, — значит, мир?

— Мир, — отозвалась она, — как и всегда! А что с тренировкой? Я ведь всё пропустила.

— Ерунда, — махнул он рукой, — мы не на олимпиаду готовимся. А твои амулеты завтра нам могут очень пригодиться! Намного больше, чем ещё одна тренировка в зале.

Лао пожелал приятных снов и покинул комнату, оставив Чарли в раздумьях. Странное поведение монаха оказалось его смущением из-за решения не в пользу подопечной. Выползшие на поверхность демоны теперь выглядели неказистыми и раздутыми. Ничего не изменилось. Она все ещё такая же часть команды, как Яна и Макс.

«Просто накрутила себя! — тяжело выдохнула она, глядя на плоды своих трудов. — Блин! Запомни уже! Здесь не как дома! Здесь не как в школе! Никто не будет повышать на меня голос или бить! Запомни блин уже! И в дурку меня никто снова не отправит!»

Большой краеведческий музей встретил агентов мрачной тишиной и аурой чего-то непонятного, но пугающего. Каждый из агентов невольно отшатнулся от крыльца здания, едва поставив на него ногу. В музее произошло нечто, способное отпугнуть даже разношёрстых по своей сущности Иных одинаковым чувством ужаса. Серое здание хранило очень страшный секрет.

У входа в музей группу ожидала спортивного вида дама, строгость лица которой вызывала подозрения, что она не один год работала в полиции и явно видела очень много человеческих нечистот. Каждому в лицо она смотрела с чуть надменным прищуром, задерживая взгляд ровно настолько, сколько требовалось, чтобы запомнить своих коллег на одно дело. Брови постоянно сходились на переносице. Мышцы лица не расслаблялись ни на секунду.

— Доброе утро, коллеги, — громко отчеканила она, когда с молчаливым переглядыванием было покончено. — С кем не знакома, меня зовут Елена Громова. Отчество не называю и на него не отзываюсь. Зовите по имени. По происхождению мистик, по призванию сыщик с десятилетним стажем. Вопросы?

Чарли лишь слегка пожала плечами, демонстрируя отсутствие вопросов. Остальные агенты смотрели на Громову без каких-либо эмоций, только Марьяна едва заметно закатила глаза. Серьёзность Громовой не произвела на неё должного впечатления.

— Отлично, — кивнула Елена. — Итак. Наша вводная. Заявка поступила от работницы музея Фроловой Кристины Николаевны. Она работает в музее экскурсоводом и пришла к началу утренней смены. Следов взлома не обнаружила ни она, ни вызванная ею полиция. Все работники ночной смены, в том числе дежурные представители нашего агентства бесследно исчезли. В ходе первичного обыска и инвентаризации зафиксирована пропажа страницы Книги Хаоса. Наша задача узнать у духа-хранителя страницы, что произошло ночью, найти пропавших работников музея и встать на след пропавшей страницы. Задача ясна?

Агенты одновременно кивнули.

— Отлично, — казалось Громова обладала ограниченным количеством словарного запаса. — Радомиров и Чарли идут осматривать место похищения страницы. Укошина с Лао Шином осматриваете следы пропавших работников. Ориентируетесь на отпечатки энергий. Что-то должно было остаться. Курвин со мной. Система защиты должна была хоть что-то зафиксировать. Встречаемся через два часа у гардероба.

Лао очень внимательно посмотрел на Громову, почти не нахмурившись, однако мистик вдруг осеклась и заметно стушевалась. Образ сурового агента с богатым сыскным прошлым стало похоже на браваду и облетело, словно листья на ветру.

— Не теряйте друг друга из поля зрения, — напоследок приказала она и дала знак Анжею следовать за ней.

Горе-инквизитор заметно робея направился следом за ней. Лао и Яна вместе с Чарли и Максом направились ко входу. Сухонькая женщина средних лет их уже поджидала. Она провела их по всем залам, где должны были сидеть или совершать обход охранники, а под конец привела к разбитой витрине в зале выставки двадцатого века. Радомиров и Чарли заметно напряглись будто два пса при виде волка. Несмотря на внешнее проявление обыкновенной кражи, в зале ощущалась едва завершившаяся бойня.

Чарли держала руку на расстоянии десяти сантиметров от поверхности, но бьющий в пальцы рваный резонанс энергий колол кожу. Несмотря на день и ожидаемо толстую Грань, на месте кражи зияла дыра, словно кожаный сапог пробили большим строительный гвоздём, а потом выдернули его, разорвав края. Заручившись едва заметным кивком чернокнижника, тщательно прощупывающего зал, она села на пол в позу по-турецки и выученной командой из простых дыхательных упражнений вынырнула из тела.

На выходе хочется кричать, как при доказательстве теоремы — что и требовалось… Грань пробита, очень глубоко и широко. Странно, что никто до сих пор не почувствовал этого и не слетелась стая голодных демонов на водопой.

Но вокруг этой дыры словно поле боя из фильмов про Вьетнам. Только клубы чего-то плотного и мёртвого. И пустота. Пустота, кричащая, что ей здесь не место. Что до неё существовало что-то важное. Существовало и больше этого нет. От такой информации колени едва не подкашиваются от ужаса. Возможно, именно она отпугивает от потенциальной кормушки всех желающих.

За спиной позвякивает цепью Рая, готовясь меня спасать, если появится что-то страшное. Рядом с ней стоит Павлик, недовольно поглядывая на пустоту. Оба встревожены. Оба недовольны. Ответов нет ни у кого. Это был не просто ритуал сектантов. В ночь похищения страницы произошло нечто максимально из ряда вон. Имам Исмаил был потрёпан после взрыва, Илья Муромский лежал раненый после вскрытия хранилища, но дух-хранитель страницы перестал существовать, обратившись пустотой. Бесследная аннигиляция духа невозможна. Хоть что-то должно остаться, но я не вижу ничего. Вывод напрашивается сам собой. Где страница — там проблемы.

— Дух-хранитель уничтожен. Расщеплён до полного небытия, — громко отрапортовала Чарли ещё до того как открыла глаза.

Ужас от увиденного, едва ощущаемый по ту сторону мира, набросился на неё в мире физическом и только покой со стиснутым в пальцах бубном позволял не поддаваться панике. Бубен дарил приятное тепло. В такие моменты казался по-настоящему живым.

Нехотя девушка открыла глаза. Пробитая Грань насыщала, даруя возможность продолжить поиски без вреда для организма. Макс стоял рядом и явно ждал, когда шаманка сможет продолжать работу. Когда она поднялась на ноги, он неловко сделал шаг навстречу, словно ожидал, что она оступится, но помощь не потребовалась.

После погружения Чарли явственно ощущала долгий след страницы, тянущийся из зала выставки отнюдь не к выходу. Страницу не просто несли, что-то происходило. Просто так след не мог идти почти физически ощутимой нитью дальше в зал.

— Макс, ты тоже чувствуешь след от страницы? — обратилась к чернокнижнику Чарли.

— Не только, — сухо кивнул он, — ещё и след демонов, которые наелись здесь от пуза, а потом двинулись вслед за ней и тем, кто её нёс. У меня очень нехорошее предчувствие!

— Веди. По следу демонов.

Он кивнул, и указывая направление следа рукой, повел шаманку вперед через залы и коридоры. По пути они увидели Яну и Лао, что-то с настороженным видом прощупывающих. В этот раз ведьма даже разложила ритуальные предметы и со знанием дела шептала слова, в которые Чарли никак не могла вслушаться, словно язык был непонятен. Один пролёт по лестнице. Остановились они даже не в зале с выставкой, а около дверей в очередной коридор. Ровные белые стены без картин, табличек. Окна без штор. Но вопросов, почему Радомиров остановился не возникло. Лишь на первый взгляд помещение было обыденным и спокойным. Однако ложка в кармане шаманки ощутимо нагрелась. Спокойствие оказалось ширмой.

— Здесь иллюзия! — пробормотал Макс. Некоторое время он молча смотрел по сторонам и наконец, нехотя обратился к Чарли. — Тебе лучше уйти сейчас к Лао. Минут через десять возвращайтесь, но… учтите, что вам не понравится увиденное!

Чарли напоследок посмотрела наверх. Белые декоративные балки именно в этой части музея неожиданно оказались выложены в виде пентаграммы. Предчувствуя картину кровавого месива, когда иллюзия будет снята, она поспешила уйти к наставнику. Тот как раз заканчивал осматривать последний зал. Вид у монаха был озадаченный. За спиной Лао Яна с задумчивым видом складывала в сумку все свои ритуальные объекты. Глаз уцепился за серебряный клинок, набор кристаллов и старинный кубок.

«Не мы одни обнаружили что-то не совсем понятное, даже по меркам работы в ГХ!» — догадалась девушка.

— Макс… имиллиан сказал, чтобы мы пока не приближались к нему. Ему требуется минут десять, чтобы снять иллюзию с одного из помещений, — быстро сказала она. — Что-то обнаружили?

— Ничего! — яростно выдохнула Яна, приближаясь.

— Совсем ничего? — удивилась шаманка, переводя взгляд на монаха.

— Именно, — хмуро кивнул он. — От живых людей, как и от мертвых должны были остаться следы энергий, присутствия или какого-либо влияния, но мы не нашли ничего. Ночной смены будто не существовало в нашей реальности.

— О, — без удивления хмыкнула Чарли и, поймав непонимающие взгляды агентов, пояснила: — Ровно то же самое случилось с духом-хранителем страницы. Его стёрло из реальности. Аннигилировало. Испарило. Назовите как хотите, но так набело духов ещё не вычищали!

— Потрясающе! — выдохнул с сарказмом Лао. — У нас имеет место ритуал уровня самой Страницы.

В ожидании сигнала от Радомирова, Чарли с интересом начала рассматривать восстановленный уголок крестьянской избы. Красный уголок, люлька, веретено, поставленное у лавки. На полках берестяная утварь. Деревянный пол застилают шерстяные дорожки. Всё вроде на месте, но даже человеческий глаз ощущает фальшь. Всё не то. Всё не так. В памяти нет правильной картинки для сравнения, но в экспонат отталкивает своим лицемерием.

3. Дело о музейной краже ч.2

— Книга Хаоса появилась в один момент с Гранью. Она, — Лао сделал паузу, подбирая правильное слово, — воплощение среза всего мира. Пока её не разорвало одним из самых сложных ритуалов, она писала себя сама. Всё новое, появляющееся в мире, отображалось на страницах. Книга-зверь. Все ритуалы на её страницах имеют глобальный масштаб, как и последствия всех ошибок в ритуале. К счастью, читать страницы может полтора землекопа по всей планете.

— Лао, ох, я сейчас задам очевидно глупый вопрос, — девушка замялась, но вопрос возник ещё после первых слов Марка о Грани и не давал покоя, особенно в свете всех происходящих событий. — Почему нельзя уничтожить Грань Хаоса при помощи одного из ритуалов? Попытки ведь были! Разве это не решит множество проблем?

Чарли посмотрела на наставника, старательно подавляя желание вдавить голову в плечи и сжаться в комочек, чтобы казаться менее заметной. Голос подавать отчего-то оказалось особенно непросто. Одно дело говорить с ведьмами на кухне в полуофициальной атмосфере или на эмоциях забыть о своей боязливости, совсем другое — сморозить глупость на задании.

— Думаю, если имел место ритуал со Страницы, то сегодня ты лично увидишь почему, — сухо ответил монах. — Вкратце, любой ритуал из книги построен на жёстком равновесии. Берёшь — отдаёшь. Чем сильнее ритуал, тем сильнее отдача. Прошлый ритуал не просто разорвал Книгу Хаоса, на месте проведения ритуала до сих пор выжженная пустошь. Все принимавшие участие, а желающих положить конец голодным столетиям нашлось очень много, были так же распылены, как работники музея и дух-хранитель страницы. Иные, люди, сектанты, демоны. Их количества хватило бы на небольшой город. Они все были там. И никого не осталось. А представь какой силы будет отдача, если ритуал пройдёт правильно? Это может разорвать всю планету на куски. Риск слишком велик.

Яна, стоящая чуть поодаль, сдержанно кивнула, подтверждая слова Лао. Слишком очевидное решение проблемы чересчур опасно для всего живого на планете.

«Если даже демонов распылило в ничто. Демонов. Которых просто невозможно убить!» — шаманка поёжилась от пугающей перспективы.

— Все обладатели крепких нервов могут подниматься! — услышали они голос Макса.

Лао окинул взглядом Чарли, но получив утвердительный кивок, не стал запрещать подопечной идти с ними. Троица поднялась по лестнице и вышла в широкий коридор. Чем ближе они подбирались к залу, тем сложнее становилось дышать. Казалось, давление нарастает, а кислород напротив выгорает, заставляя пульс набирать скорость. Белоснежные стены, ровный чистый потолок, аккуратные окна без штор и минимум мебели — такой была иллюзия.

Но без неё казалось, что в музее взорвали несколько гранат. Обугленные стены неестественно выгнулись, словно внутри музея образовался вакуум и с неестественной силой втягивал их внутрь. Пол усеяли обломки мебели и мелкое стеклянное крошево. Белыми стены остались только в памяти. Покрывающая потресканную поверхность копоть пугающе формировалась в человеческие силуэты. Фигуры людей, замерших в неестественных позах. Всё, что от них осталось — это тени. И больше ничего. Ни призраков, ни отпечатков энергий. Будто и не было никогда. Копоть сотрут, исчезнут все напоминания.

То, что происходило на энергетическом уровне проще было объяснить одним словом — безумие. Хаотичные выплески сменялись полным коллапсом, который душил всех присутствующих. Но приходящие ему на смену ударные волны одновременно и опьяняли и сбивали с ног. Голова Чарли мгновенно разболелась от таких странных контрастов. Что-то запустило парадокс, из-за которого кусочек музея стал во всех смыслах нестабильным. Чутьё подсказывало, что если рядом с такой беснующейся энергетической волной попробовать провести любой ритуал, требующий подпитки из-за Грани, то ответная реакция может разнести половину Свердловской области. Удивительно, что Макс остался в живых.

«Может, снятие иллюзии не требует затрат сил из-за Грани?» — предположила Чарли.

— Никаких лишних движений! — подтвердил её опасения Радомиров. — Здесь пульсирует такая нестабильность, что нас разнесёт на атомы даже от телепортации Лао. К счастью, мой демон вёл себя достаточно аккуратно, пока мы снимали иллюзию.

— Понял-принял, — кивнул монах. — Что-то ещё удалось узнать?

— Демон говорит, что такая отдача стала результатом неправильно проведённого ритуала. Кто-то был очень уверенным в себе. Это не единственный побочный эффект, — поспешил заметить чернокнижник. — Думаю, скоро мы увидим ещё один-два сюрприза! Но главное — тот, кто провёл ритуал, ушёл отсюда живым. След очень жирный. Скорее всего, после создания иллюзии, сил на скрытность уже не осталось.

— Сможешь его найти? — уточнил монах.

— Мы сможем! — поправил его Максимилиан, сверкнув чернотой глаз.

Едва повернувшийся к Чарли чернокнижник заставил девушку на мгновение замереть. Радужка глаз отсутствовала полностью. На её месте находился разлившийся почти во весь глаз зрачок, за которым скромно проглядывала склера. Парень не ради красного словца поправил коллегу, их действительно в тот момент было двое. Однако ни Яна, ни сам монах ничуть не смутились поведению и облику Макса, вынуждая шаманку невольно принять всё, как норму. Типичный чернокнижник на типичном задании.

— Сначала дождёмся Громову. Возможно, нам потребуется подкрепление.

— Нужна экспертная группа мистиков в музей, — Яна вытащила свой смартфон и быстро начала набирать сообщение. — Я отправлю запрос Марку, пусть пришлёт кого-нибудь из своих ребят. Тут приводить всё в порядок смогут только они. Возможно с драконами.

— С кем?! — Чарли показалось, что она ослышалась.

— Не с «кем», а с «чем», — машинально поправила ведьма, не отрывая взгляда от экрана. — Драконы используются для подавления всего, что излучает Древнюю Магию или как-то с ней взаимодействует. Применялись ещё в незапамятные времена Инквизицией в Китае. До нас дошли только в двадцатом веке, когда Орден распался. Нефритовые статуэтки. Рядом с ними тебе станет очень плохо, как и нам с Максом. А вот остальные рядом с ними себя чувствуют прекрасно.

Воображение нарисовало пыточно-допросную камеру, где в окружении четырёх нефритовых статуэток едва стоит на ногах замученная ведьма. Чарли невольно сглотнула, вспомнив, как отзывалось мертвенной усталостью тело и адской болью голова, когда она сунулась во внетелесный мир днём.

Её упрямства оказалось достаточно, чтобы пробиться из тела, а по возвращении познать все «прелести» последствий. Чарли тогда казалось, что она одновременно заболела гриппом, отравилась, напилась крепкого алкоголя до пресловутых «вертолётов» и одновременно страдала от адского похмелья.

Всегда равнодушные к ней родители даже позволили себе испугаться и вызвать скорую. Веществ в организме не обнаружили, а в диагнозе написали сильное истощение. К списку вымышленных болезней прибавилась анорексия и доведение себя до истощения. Следующие месяцы она питалась исключительно под надзором кого-либо из членов семьи.

Пока девушка плавала на штормовых волнах тяжёлых воспоминаний, появились Громова с Анжеем. Коротко и сухо, словно каждое сказанное слово летело в отчёт, лидер группы сообщила о проверке всех систем безопасности, также всех внешних камер наблюдения, которые могли зацепить музей и поймать в объектив преступников.

Несмотря на полное соответствие всем требованиям, система безопасности дала сбой ровно в тот момент, когда предположительно произошло вторжение в музей. Рации, все иные средства связи и все камеры, которые могли бы засечь нарушителей, одновременно прекратили свою работу. К моменту проверки мистиком и инквизитором, техника не была восстановлена. Технически подкованная, как и все мистики, Громова вскрыла плату одной из камер, чтобы обнаружить оплавленные микросхемы и сгоревшие полностью провода. Осмотр всей остальной техники привёл к неутешительному выводу — злоумышленники не мелочились использовать глушилки и просто уничтожили всю технику в обозримом радиусе.

Выслушав Чарли, Макса и Лао с Яной, она нахмурилась и согласилась с запросом на подкрепление. Два коротких звонка с неоднократно повторённой фразой «нам требуется силовая поддержка» сделали своё дело. Железная Леди, убирая смартфон в карман, объявила о пополнении в течении ближайших двух часов.

— Мы должны начать поиски сейчас! — безапелляционно заявили Макс со своим демоном.

Тон чернокнижника не оставлял возможности для спора. Погрузившись в предоставленный микроавтобус с Лёхой за рулём, группа отправилась по следу. Сидящий рядом с водителем бледный Радомиров показывал дорогу. Режим работы «два хозяина в одном теле» сделал его пугающим. Искоса глядя в бледное лицо с чёрными глазами через зеркало, Чарли невольно подумала, что любительницам готических образов вампиров или утончённых графов-некромантов из различного рода фильмов и книг, он сейчас показался бы очень притягательным. Аристократическая бледность до синюшности, острые черты лица и горящие мраком глаза.

Екатеринбург остался позади. Дорога вела в непонятные дали, вызвав у шаманки дежавю. На подкорке ощущалось нечто знакомое. Почти на кончиках пальцев.

«Может, потому что в похожей глуши меня пытались зажарить в мундире?» — подумалось ей, но знакомые нотки не отпускали.

— А вас приветствует радио на Грани Хаоса! — неожиданно взревели динамики голосом неугомонного шамана. — И с вами я — великолепный и богоподобный без ложной скромности Весемир! Неожиданное смещение демонов наблюдается на нашем милом зелёном планетарном шарике. Три крупные вспышки зафиксированы в австралийском Перте, аляскинском Макграте и техасской Одессе. Вот ведь просыпалось паразитов, я вам скажу! На данный момент московский офис при поддержке Ватикана и общины чернокнижников из Африки перераспределяют наши ресурсы, чтобы решить все нерешаемые проблемы! Эта осень испытывает нас на прочность!

«Только осень? — мысленно усмехнулась Чарли. — Мне кажется, испытания у нас круглый год!»

— А тем временем, Герда Краузе с блеском решила конфликт в Мюнхене с местными верберами. Наша очаровательная ведьма обошлась без потерь и не пролила даже капли крови, завербовав верберов… о как сказал! Повторите эту фразу пять раз и ваш язык от вас сбежит с диким визгом! Но слов из песни не выкинуть, отныне мюнхенские верберы, ох простите, урсолаки, на службе агентства в качестве внештатных сотрудников! А на этом я с вами прощаюсь! С вами был самый обожаемый и недооценённый по версии инквизитора Джеймса — Весемир!

Способность шамана подавать даже неприятные новости с искоркой и весельем отлично разряжала атмосферу, настраивая на позитив. Они свернули с трассы на просёлочную дорогу, которую перегородил большой междугородний автобус, заваленный на бок. Тонированные стёкла окон почти не скрывали активное движение пассажиров в автобусе.

Лёха ударил по тормозам. Пробормотав «он упал прямо на двери», водитель поспешно выскочил из микроавтобуса. Агенты выбежали вслед за ним. Чарли, осторожно закрепив на ремне бубен, вышла последней. Она сделала пару шагов по направлению к автобусу, и едва не упала от мощной энергии отдачи. Если бы то, что она ощутила в музее сравнить с человеком, то мощь, бьющая из автобуса стала бы его злым близнецом. Эта энергия не опьяняла и не истощала, она стремилась нанести как можно более сильный урон. Почти абсолютная сила разрушения, запертая почему-то в автобусе.

Медленно отступая в сторону, она заметила, как точно также каракатицами отползают отброшенные на землю Лао и Яна. Из глаз ведьмы брызнула кровь, а зрачки растеклись почти на всю склеру, делая её похожей на чернокнижника. Сам Максимилиан вместе со своим демоном стоял ровно, но предусмотрительно в стороне, держась на безопасном расстоянии от опасной области.

— Не подходите! — крикнула Громова, подбираясь ближе к автобусу. — Сюда только мистикам можно!

Лёха рискнул сунуться вместе с ней, но не дойдя до автобуса грузно осел на землю и осторожно пополз обратно. На людей отдача тоже действовала.

«Об этом Лао говорил? Такая отдача, но во много раз сильнее ждёт нас, если попытаемся уничтожить Грань?»

— Мы можем идти дальше. В обход, — отметил Макс.

Чарли почувствовала как по позвоночнику проходит ледяная волна. Только у автобуса, когда голова звенела от энергии отдачи, она заметила каким противоестественно двойственным стал голос Радомирова. За него действительно говорили двое. Пугающее эхо обволакивало каждое слово.

— Идите, — кивнула Громова. — Лао теперь за старшего. Я разберусь с ними, как приедет подмога.

— Я останусь. Со стороны прикрывать смогу, — вызвался Лёха. — Всех на себя не возьму, но часть…

— А кто там? — насторожилась Чарли. — Кто в автобусе?

— Одержимые озлобленными духами люди. Очень агрессивные, — ответил Лао. — Ответный удар от ритуала встревожил местное кладбище.

Макс и его демон не стали дожидаться конца беседы и ровным шагом направились в обход автобуса дальше. Группа последовала за ними. Чарли поспешно вытащила из микроавтобуса рюкзак с амулетами и помчалась следом. От автобуса веяло убийственной волной энергии. На миг девушка представила себя стоящей там, где находилась Громова — у самых окон, и прикинула, сколько бы прожила, прежде чем энергия превратила её разум в рагу.

«Минуты две, наверное!»

Чернокнижник уверенно вёл группу вперед, ни разу не посмотрев на дорогу. Словно цепной пёс, он неотвратимо надвигался на противника. Проселочная дорога вывела их к частично брошенному посёлку, половина домов которого стояла в заколоченном виде. По каждому из них напрашивалась песня о проклятом старом доме. (Король и Шут – Проклятый старый дом) Но ни одно из потенциальных мест укрытия не интересовало Макса, он шёл дальше, пересекая посёлок насквозь. Чарли старалась не отставать, когда вновь почувствовала нечто похожее на энергию отдачи. Покосившаяся деревянная табличка, указывающая в сторону, от которой веяло опасностью, гласила, что в том направлении шаманка найдет старый погост.

Верным шагом чернокнижник и его демон привели группу к высокому холму. Возвышение мало чем отличалось от своих собратьев, кроме подозрительно ровной формы и отсутствию деревьев. Ничего серьёзнее травы и кустарников не обнаруживалось. Подошедшая с опозданием Чарли с удивлением увидела тяжелые стальные двери, ведущие внутрь холма.

— Это старый бункер или бомбоубежище. Ещё со времен войны остался, — пояснил ей Лао, видя озадаченный вид девушки. — Они во всех городах есть. Или почти во всех. Какие-то остаются на балансе государства и продолжают функционировать, а какие-то, как этот, забрасываются и становятся идеальным логовом для различного рода злоумышленников.

— Он там! — без сомнений сообщил Макс. — Выход один. Он не пройдёт мимо нас, но… выйти он вообще не сможет!

Последние слова изумили и самого чернокнижника. С минуту агенты смотрели на него в удивлении, но почти в одно время сообразили, что ритуал, прошедший с ошибками, и по смельчаку, что его провёл, должен был ударить.

— Его демон сыт и силён. А ещё он там не один! Нам не пройти без боя, мы слабее, нужна подмога.

— Я могу прощупать, сколько у него слоёв защиты, чтобы прикинуть, сколько наших вызывать! — предложила Яна.

Анжей приблизился к дверям и рискнул к ним прикоснуться. Ожидаемая реакция в виде отбрасывания его тела на несколько метров вверх и назад, как в фантастических фильмах, не произошла. Чёрных меток он не получил и излучать энергию проклятого не начал. Он просто прикоснулся к двери, и ничего не произошло.

— Тут нет защиты от инквизиторов, что странно, — пробормотал он. — Скорее всего накладывали на скорую руку и не закончили. Надо звать Джеймса и его подопечных.

Чарли хотела было предложить ощупать бункер шаманским телом, как знакомое чувство снова начало притягивать её внимание к старому погосту. Безумная тяга, словно магнитом тащила её к кладбищу. Кожей девушка чувствовала, как земля на старом погосте вздрогнула, как мерные тупые удары заставили притоптанную почву разойтись трещинами, а из трещин на свет вылезли кости…

✠✠✠

— Блин! — пискнула Чарли, но писк вышел настолько громким, что все обратили на неё внимание, кроме Яны.

Ведьма успела сбросить пальто и свитер, оставшись в одной юбке. Не отвлекаясь, она совершала пасы руками над своим походным ритуальным алтарём, который разложила прямо на земле и полуобнаженная, едва слышно шептала слова. По оголенной коже невесты демона ветвились почерневшие вены, ярко проступая на бледной коже.

— Что случилось? — рядом оказался встревоженный монах.

— Энергия отдачи, — пролепетала шаманка, — она не только на автобусе. На старом погосте тоже. Не так ярко чувствуется, но есть.

— Радомиров, Курвин, за Яну отвечаете головами! — приказал Лао и, дождавшись коротких кивков от обоих, повернулся к Чарли. — Веди.

Ноги сами привели к погосту. Невероятно старое место. От надгробий осталась одна только память и проржавевшая оградка, которая когда-то отмечала границы старенького кладбища. Трещины в земле были ровно там, где их ощутила Чарли. И, как бы ни пытался Лао скрыть от подопечной пугающий вид, она успела разглядеть, торчащие из трещин человеческие останки. Это не было похоже на кости скелетов из ужастиков. В фильмах кости целые и беленькие, словно очищены и покрашены краской. Настоящие выглядели грязно, отталкивающе и вызывали только одно желание — отвернуться. Никто не счищал с них кожу, сухожилия и остальное, никто не оберегал тела от гниения. Никакой готической романтики в высунутых наружу черепах не было, лишь отвратительное месиво, которое когда-то было живым человеком.

— Отдача вытянула их вверх, — пробормотал Лао. — Но тела не смогли выбраться, лишь немного высунулись, а дальше призраки двинулись в поисках более свежего мясного костюма.

— Надо посчитать их, — нервно сглотнув просипела Чарли.

— Надо, — согласился наставник, улавливая её мысль. — В автобусе могут быть не все побегушники.

Несмотря на его предложение отойти в сторону и не смотреть, девушка сквозь антипатию к настоящим останкам, принялась помогать в подсчёте высунувшихся из земли тел. В общей сложности они насчитали двадцать четыре разбуженных призрака. С надеждой на то, что и одержимых в автобусе насчитается ровно столько же, шаманка вслушивалась в каждое слово произнесённое Лао во время звонка Елене Громовой.

— Ты уверена? Всех пересчитали? — нервно переспрашивал монах тоном, от которого волосы встали дыбом. В автобусе явно насчитали меньшее число одержимых.

— Сколько? — собственный голос казался ей чужим.

— Двадцать одержимых.

— Значит, где-то озлобленная четвёрка или гуляет, или летает. Оба варианта плохи… зато у меня есть пять амулетов! Как раз получится их применить!

«Весемир в будущее подглядывал, когда рассказывал мне про необходимость в таких вещах? — поразилась она своевременности напоминаний шамана. — Можно успокоить именно эту разгульную четвёрку, но как понять, кто есть кто? Яна? Или Рая? Кто поможет? Или лучше попросить обеих?»

✠✠✠

К перевёрнутому автобусу подъехали два автомобиля с логотипом «ГХ» на боку. Водители и агенты вышли на улицу, чтобы оценить ущерб. Несмотря на дикое поведение одержимых призраками людей, пробиться через автобус им не удавалось. Автобус упал удачно для всех возможных встречных. Пассажирские выходы оказались внизу, а водительская дверь пострадала при падении и не открывалась. Автобус стал для одержимых клеткой.

— Добрый день, Елена, — вежливо поздоровался отец Пётр, подходя поближе к мистику.

Не зная, что рискует собственным здоровьем, он подошел близко к автобусу, но не почувствовал никакого недомогания, лишь отмечая, что находится в эпицентре разрушительной энергии отдачи.

— Не бойтесь, дочь моя, экзорцисты, как и мистики, обладают определённой защитой, хоть и проверять её порой приходится в полевых условиях прямо на себе! — успокоил он заметно напрягшуюся Громову.

Та моментально собралась и сухо кивнула всем остальным приехавшим агентам и их водителям. Взгляд ненадолго остановился на лице Джеймса. Уголки губ девушки едва заметно дрогнули. Незаметно для всех остальных, но горячо и явно для них двоих. Сам инквизитор в лице ничуть не поменялся, однако взгляд на миг стал встревоженным.

— Позвольте представить вам моих учеников. Талантливые выпускники прямо из Ватикана, но уже прошли огонь и воду во Владивостоке. Александр и Михаил, — отец Пётр указал на внешне абсолютно одинаковых парней в гражданской форме.

Светловолосые и голубоглазые, словно два боевых ангела, они смотрели на автобус решительно и спокойно. Видя, что отец Пётр смог подойти к центру опасного излучения без видимых повреждений, они молча кивнули Громовой и приблизились к отцу Петру.

— Близнецы? — удивилась она.

— Вы правы. Каюсь, они стали презанятным явлением в Ватикане. Очень сильные экзорцисты. Я бы сказал, выдающиеся среди всех и это только на этапе обучения! Их нельзя разлучать, поскольку наибольшей эффективности они достигают, когда в унисон проводят обряд изгнания. Демоны их до ужаса боялись.

— Редкое явление! — кивнула она, пытаясь уловить между близнецами хоть какое-то различие, которое должно было появиться во взрослом возрасте, но просто не могла найти хоть что-то. — Вы справитесь втроём?

— Справимся! — хором ответили парни, одновременно кивнули и сделали ещё шаг к Петру.

— А мы подстрахуем всех буйных! — с боевым задором добавил Джеймс и, кивнув на двух своих спутников: — А это мои бойцы. Мои стажёры. Инквизитор Константин и чернокнижник Тарас. Тоже были во Владивостоке. Хорошо себя показали.

Сухощавый темноволосый инквизитор приготовился к встрече с возможными буйными с мечом в руках. Скромный паренёк в толстовке с капюшоном сдержанно кивнул. Его готовность ко встрече с возможным агрессором выдавали только расширившиеся зрачки, захватив половину склеры. Елена Громова дала знак приготовиться и отошла в сторону к Лёхе и двум другим водителям.

— Готовимся, ребята, одержимым процесс изгнания совсем не понравится! — предупредила она, доставая из кобуры вальтер (Вальтер П99 – немецкий пистолет, разрабатывался оружейной компанией «Carl Walther Sportwaffen GmbH».)

Водители последовали её примеру, приготовив оружие. Джеймс жестами приказал своим подопечным разойтись. Когда все были готовы, инквизитор дал знак отцу Петру, тот кивнул братьям и все трое в один голос окрестив себя и автобус начали читать молитву:

— Oremus. Deus, et Pater Domini nostri Jesu Christi, invocamus nomen sanctum tuum, et clementiam tuam supplices exposcimus ut, per intercessionem immaculatae semper Virginis Dei Genitricis Mariae, beati Michaelis Archangeli…

3. Дело о музейной краже ч.3

Кладбище ощутимо пошатнулось. Волна энергии отдачи внезапно окрепла и одним мощным ударом сбила Чарли с ног. В последний момент Лао подхватил её у самой земли и не дал упасть. Нарастающие вибрации почувствовали оба. Неупокоенные, всё ещё связанные со своими телами были совсем не рады пинку обратно в могилы.

— Скоро тут будет громко! — выдохнула Чарли. — Нам тут нужна Яна!

Лао коротко кивнул и мгновенно исчез. Не успела шаманка испугаться очередной накатывающей энергии, как он появился вместе с Марьяной. Ведьма быстро окинула взглядом всё происходящее и, бросив сумку на ровную и притоптанную область земли без растительности, начала хаотично вытаскивать из сумки различные предметы.

— Лао, с тебя три ровных круга! Не слишком широкие, но глубокие! Расстояние между линиями в ладонь, а диаметр, чтобы мы могли поместиться, и поспеши! — скомандовала Яна, вынимая из сумки мешок с солью, кристаллы и склянки с непонятными жидкостями.

— Чарли, сядь рядом с Яной и не выходи в астрал! — добавил от себя Лао и бросился выполнять наказ ведьмы.

«А толку от меня будет, если просто сяду и буду сиднем сидеть?!» — мысленно фыркнула подопечная.

И всё же просто так выбираться из тела было страшновато. Шаманка, глядя на старания агентов выдохнула, намотала потуже на руку чётки, заправив в них ручку ложки-оберега, а на шею повесила на всякий случай амулет экстренного успокоения буйных духов. Дыхание выровнялось не сразу, зато поза сидя на земле хорошо подходила для выхода во внетелесный мир. Бьющая отовсюду агрессивная энергия отдачи, несмотря на негативное влияние почти на всё, для подпитки шаманского тела подходила точно так же, как и любая другая.

Даже странно, что все эти ужасы подачи и отдачи на этой стороне имеют исключительно благодатное воздействие. Границы возможностей тают. Я могу быть больше, чем есть. Я могу делать больше, чем раньше. И никаких последствий. Если я, не до конца демон, так жадно припадаю к источнику любой энергии, напитываясь силой, то страшно подумать, какие отожратые демоны ждут наших в бункере.

Кстати, о нём. Далековато, но, может, дойду?

— И думать забудь, Булочка! — одёргивает меня Рая, агрессивно позвякивая цепью в сторону неупокоенных духов, которые появляются, словно грибы после дождя. — Сделаешь слишком широкий шаг от тела, и они тебя на платки разорвут!

— Она пгава! — поддержал её Павлик. — Кладбища опасны!

— Мне нужна ваша помощь! — ориентируюсь на поставленной задаче. — Отсюда сбежало двадцать четыре призрака. Двадцать застряли в автобусе и сейчас успешно изгоняются обратно.

— Мы их едва ли отыщем. Нет, может, и отыщем, но даже я их не смогу затянуть обратно к могилам! — покачала головой Рая, удрученно глядя на свою цепь, словно оценивая её долговечность.

— А ты сможешь определить по костям, торчащим из земли, кто переправляется на кладбище, а кто гуляет на воле?

— Хочешь упокоить их на месте? — подмигивает Рая, догадываясь о моих планах. — А остальных как будешь побеждать? Если думаешь, что сможешь прочитать много красивых слов над могилками и они сами уйдут, то фиг тебе с маслом. Они намного сильнее из-за ритуала, чем была я!

— Эти, по крайней мере, будут заняты нами и не разбегутся вредить людям!

— Ганьше следующего гассвета вы их не упокоите без амулетов! — внимательно смотрит на меня Павлик.

Вековая мудрость в детских глазах опускается приговором.

— Так сможете определить или нет?

— Сможем! — кивает Рая и придерживает за плечо Павлика, направившегося из защитного круга наружу: — Сиди, охраняй Булочку, я сама всё разведаю!

Рая выходит из защитного круга и из грешницы на исправлении будто вновь становится собой. Стегая появляющихся неупокоенных цепью с видом дрессировщика непокорных животных, она пробирается мимо каждого из появившихся духов. Сами призраки действительно мало напоминают своих мирных собратьев. Внутри клокочет свернувшаяся в ком почерневшая энергия отдачи. Смоляное или чернильное пятно, что клубится в сердцевине и отравляет сущность, вынуждая проявлять одну лишь агрессию.

— Принимай работу, Булочка! — хихикает Рая, возвращаясь в круг, успев по пути уже более серьёзно подраться со встречными призраками.

К несчастью для жителей погоста, бывшая попутчица не растеряла навыков приковывать и обездвиживать своих жертв. Их больше, они встревожены, злы и агрессивны, но силой энергии отдачи. Эта ярость им в новинку. В то время как она жила в облаке своей собственной ярости годами. У них не было шансов.

Ладони Раи ложатся на мои глаза, и в голову летят картинки четырёх гуляющих неизвестно где призраков и их наполовину высунувшиеся черепа в разных местах старого погоста.

✠✠✠

Возвращение вышло рывком, но голова совсем не болела. Тело казалось бодрым и полным сил. Рядом на коленях стояла Яна. Ведьма раскачивалась вперёд-назад и продолжала повторять пугающим потусторонним голосом слова, в которые никак не получалось вслушаться. Чуть позади Яны сидел Лао, время от времени поднимал ладони на её оголённую спину и с сосредоточенным видом наполнял устающую ведьму своей энергией. В моменты передачи его руки на глазах шаманки слегка подсвечивались едва заметным сиянием.

Три глубоких круга белели плотной линией соли, окроплённой багряными капельками. Между кругами лежали кристаллики, сияющие янтарным светом. Вокруг чернела и обугливалась земля. Но озлобленные духи, которых пресыщенная энергией отдачи шаманка стала смутно различать даже сквозь глаза смертного тела, продолжали наступать.

Защитный круг привлекал внимание неупокоенных, вызывая в них неудержимое желание пробиться и выцарапать себе то, что прячется внутри. Хорошая новость для остальных агентов, на которых призраки не обращали внимания, а плохая — для сидящих в круге с необходимостью постоянной обороны.

— Лао, — шепнула Чарли наставнику, указывая рукой вперёд. — Там под кустом череп, а вон там, слева от него ещё один у самой оградки. От него на семь часов около срубленной черёмухи третий и тут, в шаге от нас, четвёртый. Это останки тех, кто гуляет без присмотра. Надо их быстренько упокоить!

Она вытащила из большого переднего кармана своей толстовки четыре амулета. Монах рассеянно стрельнул взглядом по деревянным амулетам на шнурках и коротко кивнул. Передача энергии Яне давалась ему хоть и не слишком большой ценой, но предельной концентрацией.

— Если ты не можешь, то я…

— Сиди и не двигайся! Я всё сделаю! — прошипел Лао, рассвирепев от одной мысли, что будет сидеть в безопасности и смотреть, как подопечная подвергает свою жизнь угрозе. — Только завязать шнурок? И всё?

— Только завязать. Должно быть достаточно! — кивнула Чарли, ощущая себя самым бесполезным существом в этом деле.

«Они и без меня могли понять, дух-хранитель уничтожен!» — недовольно выдохнула она, осознавая, что без Лао, пусть и на короткое время, Яна лишится подпитки и может не удержать круг своими силами.

К её ужасу ведьма действительно ощутимо пошатнулась, когда монах схватил амулеты и принялся прыгать между указанными точками, чтобы в считанные секунды отправить на вечный сон всех сбежавших. Вспышка. Ещё одна. И ещё… Хлебнув энергии отдачи, шаманка, к своему удивлению, начала видеть, а не только чувствовать физическим телом любое проявление выплеска сил Иных. Теперь перемещения Лао сопровождались в её глазах такими же вспышками, как и его передача энергии Ци. Да и перемещениями больше не выглядели, а просто очень быстрым бегом. Сверхбыстрым.

Вернувшийся спустя считанные секунды монах выглядел вымотанным. Делиться с ведьмой ему было почти уже нечем. Выход во враждебную территорию выпил слишком много.

«Но он не признается. Просто будет выполнять свою работу, пока замертво не свалится!» — с ужасом подумала Чарли об их незавидном положении. Сидеть до рассвета. Вечерние сумерки только-только начали опускаться на старый погост, кишащий голодными злыми духами, стремящимися выцарапать таких аппетитныхИных.

✠✠✠

— Тарас, Максимилиан, — командовала Громова, когда их группа присоединилась к Радомирову и Курвину у входа в бункер. — Чернокнижники во вторую линию. Пусть первыми пробивают защиту демонов наши экзорцисты! Вы сможете их истощить с нашей стороны?

— Сможем! — одновременно кивнули близнецы.

Инквизитор и чернокнижник, успевшие оценить потенциал братьев ещё во Владивостоке, отступили в сторону, пропуская их вперёд. Оба парня одновременно подумали, насколько Александр и Михаил похожи на одного человека разделённого двумя телами, нежели просто на идентичных близнецов. Они говорили, двигались и излучали одно и то же.

«Копипаст!» — окрестили они близнецов.

— Отлично, — продолжила Громова раздавать приказы. — Вы с Петром в первом ряду ломаете защиту демонов, насколько сможете. Как только силы закончатся, вступают Тарас с Максом и добивают всё, что останется. Дальше инквизиторы Джеймс и Константин идёте вперёд тараном. Когда очередь дойдёт до вас, там не должно остаться серьёзных преград. Мы с ребятами страхуем!

— Где Лао? — поинтересовался Лёха.

— Они сейчас на себя перетянули внимание всех призраков, — ответил Радомиров, сообразивший, что происходит, когда ведьма с монахом поспешно перебрались на старый погост.

— Значит, не будем тратить понапрасну время, которое они для нас выигрывают! — подытожила Громова. — Начинаем. Экзорцисты?

Отец Пётр вышел чуть вперед, и едва заметным поворотом головы дал знак близнецам начинать…

✠✠✠

У Лао не было ни единого шанса остановить меня. Слишком занят. Слишком вымотан. Как и Яна. Они на последнем издыхании, а у меня энергии непочатый край, будто рядом не погост с кровожадными призраками, а зелёная полянка, на которой мы устроили пикник.

— На кладбищах опасно выходить сюда, Булочка, — флегматично заявляет Рая, когда я снова оказываюсь с ними. — Твоя ведьма ослабнет, и рвать на части в первую очередь будут именно тебя.

— Она в любом случае до рассвета не дотянет!

— Верно. Час продержится, если сможет.

— Я хочу позвать духов леса на подмогу.

— Они не пгидут, — качает головой Павлик. — Тут плохая энеггия.

— Я не могу просто так сидеть и ничего не делать! — бессилие душит. — Тогда их надо упокоить. Увести.

— Они слишком злы. Эта энергия не позволяет им успокоиться. Надо ждать, пока утихнет, и можно будет попробовать, — обрывает задумку Рая.

— А если я себе заберу часть энергии? В лесу я же впитала то, что предназначалось демону! — бьётся в голову безумная идея.

Лао и Яна истощены, энергия отдачи вытягивает их резервы, но меня она лишь пьянит, как дешевый алкогольный напиток. Энергетическое «похмелье» я как-нибудь переживу.

— Опасно! — хмурится Рая, Павлик кивает, соглашаясь с ней.

— Ваши варианты?

Духи опускают головы. Идей нет. Защиты извне не дождёмся. Если духи прорвутся, то от меня останутся только рожки да ножки.

Это не похоже на ритуал жертвоприношения. Там мне не приходилось что-то делать. Энергия сама вырвалась. Она сама тянулась ко мне. Я поймала её машинально, не соображая, что делаю и к каким последствиям это может привести. Рефлекторное движение и сила моя.

Но тут приходится тянуться к этой агрессивной мощи, тянуть её к себе сквозь сопротивление, зарождающееся в шаманском теле. Всё во мне сопротивляется этому яду, пытается отвернуться, вывернуться. Сбежать. Словно перед носом маленького ребёнка оказался стакан с горьким лекарством, а в нём ещё и этот спиртовой гадкий запах, как от уличных пьяниц. Стакан тянут ко рту. Держат крепко. Только головой и получается вертеть. Вот я тянусь к горькому гадкому лекарству от проблемы и сама же пытаюсь вывернуться. Гадко. Невкусно. Отпустите.

Через «не хочу», через «не могу», вцепляюсь со всем своим отчаянием в энергию отдачи. Чувствую, как в меня вливается раскалённый яд. Жжёт, мучает, заставляет корчиться и бежать как можно дальше, но я упёртая. Я тяну всё на себя, как тяжёлое одеяло. Ещё немного, ещё чуть-чуть. Уговариваю себя, что вот-вот всё закончится, но не прерываюсь. Её слишком много. Мир расплывается. Духи расплываются. Кажется, они заметили мои действия и присмирели. Или действие агрессивной отдачи от ритуала перестало на них так сильно давить?

Шаманское тело расползается в стороны, принимая вид демона. Разрушительное облако космической туманности. Одна большая эфирная мощь, наполненная негативной силой, с которой надо что-то делать. Сама не рассосётся. Каждая мысль словно отдельная сущность. Каждое волевое решение воплощено в свою оболочку.

Тянусь к ним. Таким потерянным и несчастным. В памяти вспыхивают перепуганные духи в мечети под опекой Исмаила. Теперь я понимаю, почему всё казалось таким знакомым. Никакого дежавю. Мы снова встретились с похитителем страницы! Но в первую очередь моя прямая обязанность шамана. Проводник до последнего предела. Протянуть каждому руку. Каждого объять своей сущностью, разросшейся до размеров всего погоста. Вам пора уходить. Вы и так здесь слишком долго ждали меня!

В этот раз возвращение напоминало попытку вынырнуть из очень тяжёлого опьянения. Что-то похожее Чарли чувствовала, когда одноклассники смеха ради подлили ей в сок водки. Голова страшно болела, а перед глазами мелькали пятна. Горизонт раскачивался лодочкой, бьющейся о штормовые волны. Желудок стремительно сокращался, угрожая вернуть всё съеденное за день тем же путём, которым получил. Не удержавшись, шаманка завалилась на бок, попав в руки монаха.

— Чарли, ну кому было сказано не выходить в астрал?! — несмотря на усталость, гнева в его голосе было достаточно, чтобы девушка немного занервничала.

— Оно того стоило, — пробормотала подопечная, показывая вперед, не сообразив, что присутствие духов, как и их отсутствие невооружённым взглядом видела только она. — Я пользу принесла.

Голова отказывалась подчиняться. Глаза не открывались. Мысли не появлялись. Только ощущение тяжелого опьянения. Тяжело. Мучительно. Внутри всё также продолжала бушевать ядовитой волной вся поглощенная сила. Как ни старалась шаманка потратить наибольшее количество энергии на отправку к последнему пределу духов, себе всё равно осталось слишком много.

— Пользу она принесла! Ты, дурёха, чуть не убилась! Нельзя рядом с отдачей самовольничать! Хлебнёшь энергии и поминай как звали! — Лао попытался коснуться шаманки, чтобы понять степень истощения, когда плещущаяся внутри мощь ответила ему ударом. — Ой! Что за?

— Я уже нахлебалась, спасибо за предупреждение.

— Да ты с ума сошла! — ахнула Яна.

Сквозь закрытые веки Чарли не видела ведьму, но по отсутствию движения и странного шепота, поняла, что та больше не поддерживает защиту круга. Нехотя она открыла глаза и поморщилась. Всё кружилось. На мгновение в калейдоскопе боли появилось встревоженное лицо Яны. Спустя считанные секунды губ коснулась чашка с тёплой жидкостью, сопровождаемая словами ведьмы, что должно полегчать. Одна проглоченная порция травяного отвара не слишком помогла и следом за ней была выпита вторая. Мир стал вертеться медленнее. После третьей, шаманка смогла самостоятельно сесть. Вокруг простиралась глубокая ночь.

— Ого, я долго была без сознания?

— Без сознания недолго, а в астрале прилично! Наши уже вскрыли бункер. Несколько часов экзорцисты свои молитвы с заклятиями чернокнижников мешали, чтобы взломать. Бешеная смесь. Там небось уже допрос с пристрастием идёт. Жаль, что сидим и ждём до рассвета, — мечтательно потянулась Яна, полностью одетая, и протянула четвёртую чашку чая. — Хорошая новость, что наши буйные клиенты перестали активно ломиться в круг. Пей, тонизирует и восстанавливает.

— Вообще-то, я их спровадила.

С минуту Чарли сверлили две пары глаз с одинаковым недоверчивым взглядом. Не обласканная вниманием шаманка едва подавила желание отвернуться или спрятаться в одежде. Даже тупая головная боль, почти утихшая после четвёртой чашки отвара, сделала паузу.

— Как это? — нарушила молчание Марьяна. — Их вообще-то энергия отдачи растревожила. Их нормально не упокоить, пока она не уляжется…

— Я её съела. Ну или выпила, — неопределенно пожала плечами Чарли, чувствуя как щеки заливает румянец смущения. — А потом использовала для отправки духов в дальние дали.

На этот раз молчание затянулось, а перекошенные лица агентов явно намекали девушке, что она или сказала или сделала нечто из ряда вон. Молниеносным движением Лао положил ладонь на лоб подопечной, а Марьяна с ужасом вглядывалась в её глаза. Но что бы они не пытались разглядеть или почувствовать, искомое не было обнаружено.

— Ну ты даёшь! — присвистнула ведьма. — Лопаешь… и не толстеешь!

— Я выйду из круга и проверю, действительно ли никого не осталось, — предложил Лао. — За мной не идти!

«Он мне не поверил? — взмыли мысли полные возмущения. — Решил, что у меня голова бо-бо и я глупости несу?»

Под недовольным взглядом подопечной он прошел по всему погосту. С тревогой в голосе монах подтвердил слова шаманки и помог девушкам выйти из круга и размять затёкшие конечности. Погост излучал лишь остатки энергии отдачи, но при этом совершенно безвредной. Казалось, тут можно устраивать пикники и звать детишек, настолько безмятежным стало место. Не теряя времени троица помчалась в сторону открытого бункера.

Заброшенное помещение выглядело удручающе. Ободранные стены демонстрировали итог нападения мародёров задолго до появления злоумышленников. Вентиляция едва справлялась с подачей воздуха. Даже с учётом открытых настежь дверей, дышать в бункере получалось с трудом. Чем-то убранство бункера напомнило Чарли ритуальный зал в агентстве, с поправкой на бюджет. Обитель чернокнижников в бункере казалась дешёвой пародией из подручных материалов, однако все необходимые элементы были явно на месте. Алтарь излучал тот же резонанс энергий, что ощущала Чарли, спускаясь в московском офисе соседствующему с чернокнижниками капищу.

В больную голову, восприимчивую сверх меры из-за переедания силовых импульсов, стойко ударила волна смерти, заставив Чарли зажмуриться и выскочить из бункера. По пути в голове противным осадком осело прозрение. Никаких сомнений, именно эти злоумышленники разрушили гробницу Муромского и взорвали храм Исмаила. Долг призывал остановиться и сообщить обо всём Лао, но ноги несли на улицу. На выходе её поперёк туловища поймал Лёха. Несмотря на улыбку балагура, выглядел он не менее потрёпанным, чем шаманка.

— Что? Испугалась? — понимающе подмигнул он. — Нечего тебе там смотреть. Там никому из нас лучше не ходить, а то потом жить станет намного труднее.

— А что тогда делать? — растерялась Чарли. — Я увер… мне кажется, что они разрушили в церкви гробницу и взорвали мечеть. В мой первый день, помнишь?

— Помнишь-помнишь, — кивнул водитель и быстро набрал текстовое сообщение на смартфоне. — Всё, я передал всё нашей Железной Леди. Пошли в микроавтобус. Тебе лучше там сейчас подремать, а не на этого культяпку смотреть.

— На кого?

Мягко подтолкнув шаманку идти с ним, Лёха нехотя рассказал о непростом процессе штурма бункера. Как после взлома, пришлось всё же использовать табельное оружие для приструнивания обезумевших чернокнижников. Тела всё ещё оставались в бункере, ожидая бригады зачистки, которую ожидали только к рассвету. Непросто дались водителю слова о внешности чернокнижника, единственном оставшемся в живых.

— Мы допросили этого шкета… ох, Чарли, — вдруг тяжело выдохнул он и, остановившись, сел на корточки. — Это просто…

От крепкого словца, она остановилась и, осторожно приблизившись к водителю, присела рядом на корточки. Обычно водитель позволял себе вольности в речитативе исключительно в стрессовых ситуациях.

— Этот… эта ошибка природы решил провести ритуал для обретения бессмертия при помощи страницы, — продолжил говорить водитель. — Кто-то «очень добрый» выдал ему словарик для расшифровки записей в обмен на страницы в мечети и в православном храме, но расшифровал наш чернокнижник что-то неверно. Ритуал прошёл с ошибками. Все работники музея уничтожены, стёрты, называй как хочешь, но всё ради одного мелочного чернокнижника с жаждой вечной жизни!

Лёха справился со своими мыслями и уверенным шагом направился к транспорту, осторожно придерживая Чарли за плечо, чтобы девушка не споткнулась в темноте.

— Ритуал изъятия непрожитых лет с поглощением энергии от распыления людей, чтобы насытить демона. Но этот шкет торопился. Хотел всё провернуть прямо в музее, потому что там есть удобное помещение, да и работники подойдут в качестве жертв. По итогу, помошнички нашего клиента обезумели. Они уже из бункера рвались как дикие звери, но хуже всего главному виновнику торжества.

— А что с ним произошло? Не получил бессмертия?

— О, его-то он получил. Пусть теперь подавится!

Отчет по делу № 3003305

Группа во главе с капитаном Громовой Е.В. прибыла в Свердловский областной краеведческий музей.

Состав группы:мистик Елена Громова

чернокнижник Максимилиан Радомиров

шаманка Чарли

монах Лао Шин

ведьма Марьяна Укошина

инквизитор Анжей Курвин

При последующей поддержке:инквизитора Джеймса

инквизитора-стажёра Константина Зукова

чернокнижника-стажёра Тараса Дмитриева

экзорциста Петра

экзорциста-стажёра Александра

экзорциста-стажёра Михаила

Заявка поступила от работницы музея Фроловой К.Н., обнаружившей, что к началу рабочего дня все работники ночной смены в т.ч. представители агентства исчезли бесследно. Также после инвентаризации была обнаружена пропажа исторического документа подписанного со дня основания города, а именно страница Книги Хаоса. Следов взлома не обнаружено.

Проверка места содержания страницы показала, что система охраны соответствовала требованиям качества, но по причине внутреннего возгорания всех следящих систем в районе не сработала, дух-защитник страницы был полностью уничтожен.При помощи чернокнижника Максимилиана и его демона определен маршрут. По пути встречен автобус с 20-ю одержимыми. Одержимость определена как результат действий потревоженных и обозленных духов. Приглашенные экзорцисты решили проблему и выгнали духов к могилам, последующее упокоение проведено шаманкой Чарли.

Группа добралась до бункера, в котором скрылись злоумышленники, и вступила в конфронтацию. Максимилиан и Тарас обезвредили чернокнижника укравшего страницу, также опознанный Чарли, как виновник теракта в мечети имама Исмаила и укравших страницу Книги Хаоса. Допрос с пристрастием выявил, что некий «учитель» рассказал про страницы. В обмен на информацию о нахождении страницы, интересующей чернокнижника с ритуалом изъятия непрожитых лет у жертвы, потребовал добыть две страницы — в мечети и православном храме.

В ходе проведенного с ошибкой ритуала, работники музея были стёрты вместе с призраками и энергетическими отпечатками. Требуется группа мистиков для восстановления баланса энергий в музей. Ударная волна от ритуала сделала чернокнижника бессмертным калекой с оторванными конечностями, постоянно истекающим кровью от полученных ран. Преступник отправлен в центральную лабораторию ГХ в Москве для дальнейшего изучения.

Страницы книги Хаоса в соответствии с регламентом отправлены в московский офис ГХ.Дело закрыто.

4. Дела архивные

Возвращение в новосибирский филиал прошло с неожиданным крюком до Москвы. Как бы Чарли не сопротивлялась и не уверяла Лао в своём отменном самочувствии, наставник железной рукой дотащил её до больничного крыла и потребовал провести полную диагностику. Почти всю первую неделю ноября шаманка провела в палате, не впадая в бунт только по причине постоянного перезвона с Таней и Олей, а также поддержки Яны и чудо-чая. Старшие ведьмы призывали девушку к спокойствию, убеждая, что после поглощения опасной энергии все осмотры, заборы крови и остальные не самые приятные манипуляции для неё жизненно необходимы. Яна же просто пробиралась в палату через окно, поила чаем и рассказывала смешные байки из своего агентского прошлого.

К сожалению, смартфон быстро отобрали и возвращали по часам, а Яну прогоняли через час после проникновения в палату. Все выходы во внетелесный мир запретили, пригрозив поставить в палату нефритового дракона. Внезапной подмогой стал Весемир, скрашивающий утомительные часы ожидания. Его, в образе то воробушка, то мышки, то змейки персонал не замечал. Слишком уж мелким был незваный гость. Шаман поднимал коллеге настроение своими шуточками и историями, как он выводил из себя Джеймса, хихикая в своей комнате, пока инквизитор пытался к нему пробиться. На словах Весемир пытался объяснить девушке методы шаманской медицины, но без книг и практики наука шла плохо.

— Ты не злись на Лао Шина, — приговаривал он ей в ухо, сидя на плече в виде маленькой белой крыски. — Он раньше не был таким перестраховщиком, но ты действительно могла сначала ходить бодрая и весёлая, а потом просто уснуть и не проснуться из-за отравления энергиями. Прецеденты были. Причем с нашим братом!

— Да я и не злюсь, — с досадой выдохнула она, шагая по палате. — Мне тут просто ужасно скучно! Хочется волком выть! Мне всё запрещают: гулять, читать, тренироваться с Лао и даже медитировать!

— Неизвестно где тебя прихватит! — парировал крыс Весемир.

— Он так трясётся из-за того, что братьев потерял? — решила идти напролом шаманка, вспоминая обрывок разговора после сеанса «близкого знакомства» с демоном.

— Не только братьев. Незадолго до твоей вербовки, мы вели дело по вызволению заложников из театра. Случай как с мечетью, но с большим размахом. Не всё шло гладко. Нашего появления ожидали. Сектанты подготовились, — крыс на плече заёрзал, — и пострадало очень много наших. Почти половина агентов. Среди той несчастливой половины были все ученики Лао. Ты сама видела, что груз ответственности за чужие смерти он берёт на себя. Смерть всех его подопечных — это в первую очередь вопрос к нему, как к наставнику. Не смог научить. Не подготовил ко всему. Хотя… ко всему не подготовить!

Чарли нахмурилась. Перед глазами встала картина Лао Шина в зале Дракона. Разломанные снаряды, разбитые в кровь кулаки, и она — единственная живая подопечная. Последний шанс на искупление? Недавние слова наставника в спальне, когда он переживал из-за её возможной смерти от анку́, ярко вспыхнули в памяти.

«Пока я возилась со своими комплексами родом из школы, он… Блин! Он ведь правда переживал!» — со стыдом опустилось на плечи осознание.

— Весемир, — начала было Чарли, но осеклась.

Вопросы не хотели нормально формироваться в беспокойной голове. Безумно хотелось спросить, одна ли она такая в агентстве. Но какая «такая» не получалось описать словами. С досадой, она уселась на кровать. На тумбочке остывал чай перед сном, после которого самочувствие всегда лучше, чем когда-либо.

— Весемир на связи! — пискнул крыс.

Девушка сняла его с плеча и взяла на руки, повернув к себе мордочкой. Для грызуна, животинка вела себя слишком спокойно и смотрела слишком осмысленно, выдавая присутствия чего-то сверхъестественного внутри.

— Я… нет, ничего такого. Извини.

— Смущает то, что он так из-за тебя впрягается? Он и за предыдущих подопечных был готов всех порвать, а за тебя… думаю и взглядом испепелит! — хмыкнул шаман, но, увидев как помрачнела девушка, поспешил добавить: — Так ведь это хорошо, с повышенным вниманием хорошего наставника ты сможешь многого добиться!

— Я не привыкла к такому вниманию! — вырвалось против воли. — Внимание…

— Обычно заканчивается чем-то плохим? — догадался шаман.

— Ну…

— Дай угадаю, тебя считали сумасшедшей? До агентства, я имею в виду.

— Ты просто читал моё дело! — фыркнула Чарли.

— Нет, не читал, но — крыс, несмотря на сложность исполнения, умудрился подмигнуть ей, — я понимаю. Ты же не думаешь, что одна проходила через всякое…

— Я… какое ещё «всякое»?

— Неприятие людьми, отправка в детдом или в дурку, обвинение в сатанизме, различных преступлениях. Просто бытовое насилие под лозунгом «будь как все!». И моё любимое — унижение от сверстников! — принялся перечислять крыс, нервно подёргивая хвостом. Тело почти истощилось. — Ну что, я собрал бинго?

Девушка угрюмо молчала, глядя в стену. Признаваться? Ну-ну! Слова вырвавшиеся в присутствии Марка казались уместными из-за его знания всего досье. Признание монаху и вовсе вылилось из-за пережитой одержимости. А просто говорить о наболевшем не хотелось совершенно.

— Я в свои восемнадцать инициировался, — начал крыс, не дождавшись ответа. — Изучал осознанное снохождение, но открыл не те «чакры» и вышел в астрал. Позже практиковался в шаманизме дома у родителей, там стены потолще наших хрущёвок. Но иногда шаманы бормочут во время выхода во внетелесный мир, бывало такое?

«У вашей дочери классическая картина острого шизофреноподобного психотического расстройства. Если симптомы будут повторяться больше месяца, то диагноз — недифференцированная шизофрения, но не волнуйтесь! Это не приговор…» — вспомнились слова одного из работников психиатрической лечебницы, куда её отправили родители из-за бормотания.

Воспоминание заставило поморщиться и вздрогнуть. Настроение окончательно сникло, сил хватило только на рваный кивок.

— Родители решили, что я одержим демонами и позвали экзорциста! — хихикнул Весемир, но добавил с горечью в голосе: — Жаль не сразу. Сначала пытались «лечить» своими методами. Я такого о себе наслушался… на приличный гонорар психотерапевту хватит. Хотя и о домашнем насилии могу рассказать кое-что из собственного опыта. Повезло, что экзорцистом, который должен был мне «помочь», оказался отец Пётр. На улицах хватало фанатиков, от сеансов с которыми я бы просто скопытился!

Крыс замолчал нервно шевеля хвостом. Чарли не спешила говорить, но понимала, что хитрец специально не продолжает, провоцируя на обмен. Честность на честность. История на историю. Прошлое на прошлое.

— Меня отправили на принудительную диагностику в новосибирский областной детский клинический психоневрологический диспансер, — нехотя отчеканила она название гадкого места, въевшегося в память. — За бормотания. А потом в психиатрическую клинику. Держали там какое-то время… долго держали.

Поджав губы, шаманка сердито посмотрела на грызуна. Те события она старательно гнала из памяти, будто их не было. Или были, но с кем-то другим. Не с ней. Она в то время слишком медленно училась притворяться нормальной.

— Отец Пётр забрал меня от припадочных родственничков. Им сообщил, что мне нужно молиться и поститься в монастыре, и тогда попустит! А сам завербовал в ряды агентов, но после реакции родителей… да и не скажу, чтобы до агентства друзья у меня вообще были… никому не доверять проще. И готовиться к плохому. Что наставник тоже обернётся предателем, а коллеги окажутся страшнее гадюк.

— Я так ни про кого не думаю!

— Да ну? — хлестанул её по пальцам крысиный хвост. — Ты даже сейчас свернулась ёжиком и не даёшь пройти мимо иголок! Мы все через это проходим. Почти все. Редко у кого родители тожеИные, да ещё и сотрудничающие с агентством. Всем тяжело в самом начале своего пути. Доверять трудно. Убирать иголки тоже. Но ты в правильном месте!

Лапки крыса начали расползаться в стороны. Тело истощилось. Присутствие шамана выпило все силы из маленького тельца. Остренькая мордочка устало упала на ладонь.

— Если буду нужен — зови, и я приду! — сообщил он вместо прощания и покинул тельце измотанного крысёнка, оставив Чарли в раздумьях.

Чай не подводил. Организм по всем критериям оставался здоровым и цветущим. Мало того, группа здоровья повысилась с третьей на первую. Бодрая и полная сил девушка и не думала страдать от каких-либо последствий. Когда дополнительные проверки от ведьм, чернокнижников и монахов подтвердили, что энергия отдачи поглощена без последствий, а здоровье шаманки ничуть не пошатнулось, девушку выпустили из лазарета, позволив размяться в зале Дракона, помедитировать на капище и даже прогуляться по Измайловскому Кремлю в сопровождении Лао и Яны. Вечером пришло разрешение покинуть офис и вернуться к своим делам в Новосибирске.

— Удивительная у тебя живучесть! — изумлённо качала головой Анастасия, подписывая разрешение на выписку. — Но это к лучшему. Возвращайся к труду и обороне!

«У меня хороший инквизиторский чай!» — мысленно добавила Чарли, не страдая иллюзиями по поводу источника своей выносливости.

Благодаря разговору с Весемиром отношение к гиперопеке Лао стало более мягким. Монах не спешил раскаиваться за пятидневку в белых стенах, но шаманка уже не обижалась. Труднее всего давалось иное мнение об агентах ГХ. После общения с Яной, она смотрела на неё иначе, но всё же оставляла между ними барьер. Чарли отдельно, остальные отдельно. Так проще. Так не будет больно. Даже осваивать новую нагрузку и основы самообороны от Лао было легче, чем начать смотреть на всех так же как и на себя.

— Замучилась? — участливо поинтересовалась Яна, когда, поглощённая своими мыслями, Чарли тяжело выдохнула.

После возвращения в Новосибирск Анастасия с Виктором отправили официальный приказ на разбор всех дел с участием страниц. Для того чтобы задание было выполнено в самые кратчайшие сроки, отправка полевых заданий в новосибирский филиал временно запретили. Главы агентства отчаянно нуждались в полной картине расследований.

— Да… нет, не в этом дело, — пробормотала шаманка. — Просто Весемир устроил мне, пока я в палате отдыхала, сеанс мозгоправства.

— О, это он умеет! Ты бы ещё его радиопередачи послушала! Неугомонный — вот его истинное имя! — усмехнулась Яна. — Насчет чего вправлял мозг?

— Это правда, что все в агентстве поначалу чувствуют себя?.. — последнее слово застряло в горле. Смелости и так хватило только на то, чтобы начать разговор.

— Изгоями? Одиночками? Жертвами репрессий?

— Ну, скорее одиночками, да.

— Ага, — просто кивнула Марьяна, — все, у кого нет за спиной такой же семьи, приходят в агентство с грузом прошлого для армии психотерапевтов. Отчуждение. Одиночество. Посттравматическое расстройство. Полный букет всяческих ужастиков. Вот так, мальчики и девочки!

— Значит, когда я начинаю вести себя, как ёжик…

— Многие вспоминают себя на твоём месте, а остальные относятся с пониманием. Считай, что твоя психика — это подснежник, который долго рос на дороге и его топтали все, кто только может, а потом был пересажен в оранжерею с самыми комфортными условиями. Знаешь, что с таким цветочком будет?

— Будет очень долго болеть. Слишком привык к старому.

— Верно, но если не трогать лишний раз, то самостоятельно выправится. Нужно только дать побольше времени, — подмигнула Яна. — Так что не расстраивайся и не парься, у Лао были подопечные с багажом прошлого. Он давить точно не будет! Да и мы всё понимаем. Все были на твоём месте так или иначе.

Слова действительно утешали, хоть и трудно было просто взять и перестроиться в режим без постоянного оглядывания назад. Разум говорил, что всё отлично. Привычки не скрывать свою сущность тоже быстро перестроились. Внутренний шаман ликовал. Но доверять людям, даже не людям, а таким же Иным, оказалось самой сложной задачей.

«Блин, — нетерпеливо выдохнула Чарли. — Не одному Лао придётся подождать, пока все внутренние демоны улягутся!»

Увы, строгость приказа московского офиса компенсировалась необязательностью его выполнения. Как бы Лао, Макс и Анжей ни пытались рассматривать дела наравне с девушками, постоянно возникали проблемы извне. Монах, как глава новосибирского филиала регулярно, был вынужден ездить то в город, то в Москву для урегулирования административных вопросов. И даже в стенах филиала часто вынужденно отвлекался от отчётов на другие документы. Инквизитор с чернокнижником, несмотря на усидчивость последнего, отправились закрывать тылы за весь филиал на постоянные вызовы из-за упырей, навок, волколаков и прочие будничные дела, не требующие отлагательств. Полевых агентов не хватало.

С отчётами по делам взялся помогать Весемир. Прилетевший в виде грача, он удивительно ловко справлялся одной лишь лапкой с листами распечатанного текста, а со временем даже наловчился пользоваться клавиатурой компьютера. С ним работа шла быстрее. Весемир явно знал, что нужно искать и твёрдым голосом отметал всё лишнее. Московский офис интересовали исключительно дела, по которым можно было бы определить посторонний интерес к страницам Книги Хаоса.

— Вы, девочки, поймите, — разглагольствовал грач, листая лапкой отчёт. — После дела о музее всех напряг не факт кражи страницы или проведения ритуала. Настя с Виктором едва не поседели из-за существования словаря по Книге Хаоса!

— Его откуда-то украли? — предположила Чарли.

— Его не существовало в природе, — повысил на эмоциях голос шаман, — и не должно было существовать! Создание таких словарей под запретом! На данный момент на планете существует только три живых личности, способных читать Книгу Хаоса и, соответственно, написать по ней словарь. Вся троица так или иначе связана с агентством. Сейчас их допрашивают. Но даже не в этом проблема. Одно похищение страницы — это случайность, два — совпадение, но у нас уже больше десятка дел, где так или иначе они фигурировали. Они, конечно, изъяты и ждут своего часа в архиве под защитой агентства, но не может так быть, что за последний год ну совершенно случайно страницы постоянно оказываются в зоне поражения!

Поиски ещё до отправки в музей продемонстрировали странную систему. Страницы часто оказывались или целью преступников, или обнаруживались «по случайности» в поле зрения сотрудников без надлежащей защиты. Регламент требовал обеспечить сохранность реликвий, и все они отправлялись в архив. Отчёты мелькали перед глазами. Помимо страниц обыденностью стали описания столкновений с голодными демонами и ритуалами сектантов. Просматривалась неприятная цепочка событий. Однако ни Чарли, ни Яна не решались как-то связать голодных демонов и их фанатиков со страницами.

— Есть подозрение, что кто-то желает получить конкретную страницу Книги Хаоса и поэтому разыскивает среди всех, — делился наблюдениями Весемир. — А ещё в агентстве может быть кто-то, работающий по указке такого молодца. Но это только подозрения.

— Кто-то с доступом в архив? — нахмурилась Яна.

— Возможно, но теоретически доступ в архив может получить если не каждый, то каждый второй. Достаточно запросить разрешение у Анастасии или Виктора на основании расследования какого-либо дела. В архиве не только страницы хранятся.

— А откуда подозрение, что в агентстве крот? — удивилась Чарли.

— Научиться читать Книгу Хаоса можно только в агентстве, да и узнать имена тех, кто её читать умеет тоже только из агентства. Словарик — наша главная улика, что в агентстве не всё гладко.

— Блин. Какова наша цель?

— Нужно вычислить крота и изгнать, — со всей важностью поднял крылья грач. — А в идеале понять, что требуется малышу-плохишу, ищущему страницы. Возможно, придётся найти их все раньше него и отправить под защиту агентства. Ты сама видела опасность ритуалов с этих страниц! Если поиск продолжается, а он продолжается ведь страницы из мечети и православного храма наш злоумышленник не забрал себе, то нужная страница пока не найдена. А ещё, учитывая готовность к массовым жертвам только на этапе поиска, ритуал на странице будет одним из самых страшных!

— А что такие есть? — на всякий случай уточнила шаманка, поглядывая то на Весемира, то на Яну.

— Да, ритуалы в Книге Хаоса разные, — кивнула ведьма. — Есть почти безобидные, особенно если погасить отдачу. А есть по-настоящему страшные.

— После того, как Книгу Хаоса разорвало, страницы с самыми опасными ритуалами были переданы на хранение тем, кому Орден доверял, чтобы в стенах Инквизиции не было искушения сделать что-то страшное. Увы, сейчас не найти в переписи всех переданных страниц, и что именно в них содержалось. Проще всего проверить все страницы, но только после того, как будет вычислен крот. Но и это не самый плохой вариант!

— Есть хуже? — Чарли почти перестала удивляться, бегло проверяя очередной отчёт по делу.

— Некоторые ритуалы можно провести только если Книга Хаоса собрана полностью, — пояснил грач Весемир. — Возможно мальчиш-плохиш надеется собрать книгу целиком. И тогда ему точно потребуется крот в агентстве!

— Подожди, а вдруг крот — это я или Чарли! — прервала его Яна. — Зачем ты нам всё это рассказываешь?

— По той же причине, по которой только новосибирский филиал занимается проверкой всех дел! — ответил шаман. — Ваш филиал самый малочисленный. Проверить каждого досконально не так уж сложно. Все в этих стенах чисты, как первый снег.

✠✠✠

Поиск почти не напрягал, оставляя достаточно сил для тренировок и создания новых амулетов. Перед сном Чарли и Яна даже успевали вместе посидеть в беседке особняка за чаем. Просмотренные дела внушали тревогу. Нападение демонов происходили всё чаще, как и ритуалы по их подкармливанию. Как оказалось, Чарли была не первой Иной, отправленной на корм демону. Почти все недавние ритуалы включали принесение в жертву одного-двух полудемонов. Человеческой подпитки демонам становилось мало.

Ещё одно подозрительное дело Яна обнаружила среди майских отчётов:

Отчет по делу №1117523по заброшенной церкви в г. Сыктывкар.

Состав группы:

мистик Герда Краузе

мистик Кира Морозова

ведьма Варвара Майзукова

шаманка Мирослава Тингеева

чернокнижник Игорь Самойлов

экзорцист отец Константин

инквизитор Руслан Морозов

Прибыв ближе к десяти часам к назначенному месту, группа провела осмотр местности на предмет каких-либо изменений. Первичная проверка не показала наличия агрессии со стороны демонов. По запросу из московского офиса требовалось отпеть в церкви покойную Аграфену Петровну Кац, ранее не привлекавшуюся, последней волей которой стал процесс отпевания по Гоголю. Три ночи в церкви. Первой ночью, во время отпевания, группа подверглась атаке голодных демонов. Сама Кац покинула свой гроб и свободно перемещалась по церкви, оставаясь невосприимчивой ко всем блокам, кроме круга защиты, который не смогла пересечь. Благодаря слаженной работе Варвары и Мирославы никто не пострадал. С рассветом нападение демонов прекратилось.Во вторую ночь замечена странная закономерность: Кац совершала ровно те же движения, что и в предыдущую, как по записи. А к утру Кац ложилась в гроб и исчезала со слов Мирославы, наблюдающей за процессом из астрала.Обыскав гроб, мистик Кира обнаружила на подушке темный волос, а под белой тканью на деревянной стенке гроба печать. Варвара печать не увидела. Присмотревшись лучше, она распознала другой знак.Дальнейшее расследование привело группу к пониманию, что церкви, гроба и самой покойной Кац нет. Место подверглось влиянию качественной иллюзии с применением как ритуала Книги Хаоса, так и галлюциногенной смеси с Чёрным Морозником.Чернокнижник Игорь и его демон взяли след страницы, после непродолжительных поисков след вывел группу к ближайшему посёлку. В самом посёлке обнаружен сектант-чернокнижник, планирующий провести ритуал со страницы Книги Хаоса, оплатой за который должны были стать Иные, запертые иллюзией на одном месте. Именно в третью ночь отпевания, по плану злоумышленника, за группой должен был явиться «Вий» и забрать все жизни в уплату за ритуал.Благодаря реакции инквизитора Руслана, злоумышленник был обезоружен. При транспортировке на допрос и последующее тюремное заключение успел свести счёты с жизнью. Источник его знаний относительно расшифровки страницы неизвестен.Страница изъята и, в соответствии с регламентом, направлена в офис Москвы.Дело закрыто

— Мальчики и девочки, — объявила она, — у нас тут почти комбо! Ещё один любитель проводить ритуалы по страницам. К сожалению, скопытился до того, как его допросили.

— Дай-ка мне посмотреть! — заинтересованно захлопал крыльями Весемир и, не справившись с телом грача, начал прыгать на тонких ножках. Выровнялся только оказавшись у распечатки отчёта по делу. — Так-так, да! Это тоже весьма показательный случай! Откладываем к нашей стопке.

— Столько незнакомых имён! Даже шаманка в составе! — присвистнула Чарли, глядя на состав группы.

— Да, — печально выдохнула Яна. — Хорошие ребята… были.

— Ой!

— Да, в числе первых погибли, помогая выводить заложников. Наша служба и опасна и трудна!

— И на первый взгляд как будто не видна! — добавила ведьма невесело улыбнувшись. — Есть такая профессия — мир защищать!

— Так, дорогие и прекрасные дамы! — возмутился грач. — Как старший по званию, я приказываю отставить уныние, заварить чаёк и сделать паузу! Нам, живым, ещё столько работы выполнять, что мёртвые могут и подождать наших слёз!

— Только если ты расскажешь как смог загнать Джеймса на ёлку! — подмигнула Яна, отправляясь заваривать чай прямо в уголке читального зала.

Из-за работы с документами почти без перерыва, все паузы на чай и перекус проводились без отрыва от бумаг.

— На праздник или на дерево? — уточнила шаманка, заинтересовавшись.

— На дерево, — со смехом в голосе ответил грач. — Дело было так. Я решил начать практику проникновения в крупных животных. До этого никого больше хомячка не занимал и решил запрыгнуть в медведя…

Весемир стал постоянным гостем новосибирского филиала, успешно игнорируя московский. Пару раз он даже засыпал вместе со своим временным телом животного, и девушки из жалости подкармливали его, чтобы «одержимость шаманом» не становилась для зверьков смертельной. Самым неприятным стала необходимость прожёвывать пищу, чтобы кормить птичьи тела, но Чарли, преодолев себя в первый раз, устраивала кормежки «из клювика в клювик» без каких-либо эмоций. Просто прожевать, выплюнуть в ладонь, накормить и вернуться к своей работе.

Болтливый шаман покидал девушек только на необходимые совещания и свои регулярные атаки радиочастот с новостями на грани юмора и хаоса. Несмотря на искромётный юмор и образ обаятельной души компании, Чарли начала подозревать, что на самом деле шаман оставался таким же одиноким, как они с Яной. Иначе она никак не могла объяснить себе его живой интерес в общении именно с ними.

— Ой! — вспомнила в один из моментов поиска шаманка и бросилась искать среди дел одно, где участвовали Вальдемар, Лао и она. — Где же оно, где же… нашла! Стоп! ЧТО?!

— Мы очень внимательно ожидаем немного контекста! — прокашлялся грач, каркнув на последнем слове.

— Это моё первое официальное дело. Присоединились к группе Вальдемара, раскрывали дело с волколаками. Дело о бойне скота. Пять чудовищ. Трое в лабораторию, двое сбежали. У мужика, который над ними эксперименты ставил, была страница и словарь к ней! — скороговоркой выпалила шаманка. — Мы с Ли-Тао нашли страницу и словарь. Передали Вальдемару, но в отчёте ничего про словарь нет! А он был!

— Оставь на копии отчёта красным маркером метку про словарь и комментарии о факте обнаружения! — скомандовал Весемир, задумчиво расхаживая по столешнице. — Интересно!

Эверест не просмотренных дел постепенно уступал их напору. Увы, рядом с ним возрастал небольшой Олимп из горки дел, подходящих под запросы Анастасии и Виктора. Результат поисков стирал надежду на совпадение и необходимость лидеров ГХ лечиться от паранойи. Слишком часто среди последних дел так или иначе фигурировали страницы. Слишком много непосвященных их не просто крали, но и могли частично что-то прочитать. Порой и вовсе без ошибок. Почти все страницы в соответствии с регламентом перекочевали из незащищённых мест под защиту московского офиса.

— Ребят, у меня тут просто бинго! — объявила Чарли, пробегая глазами по очередной находке.

Яна, отложив свои документы подошла со спины, чтобы удобнее было читать. Грач Весемир не церемонясь просто перепрыгнул на плечо шаманки.

Отчет по делу №0011099

Состав группы:мистик Герда Краузе

ведьма Варвара Майзукова

инквизитор Филипп

инквизитор Кирилл

инквизитор Валерьян

чернокнижник Ворон

Заявка по факту смерти двух экзорцистов Виталия Михайловича Острова и Евгения Михайловича Острова.Виталий и Евгений Островы были найдены мертвыми в своём доме. В ходе частного расследования выяснилось, что смерть наступила вследствие неосторожного обращения с мощным артефактом т.н. страницей Книги Хаоса.По не подтвержденным точно данным артефакт оказался у Виталия и Евгения около года назад и все это время активно использовался. Имело место некое переписывание событий прошлого или будущего с равноценной расплатой в виде травм и преждевременного старения организма. После смерти использующего все внесённые изменения теряют свою силу.В качестве чернил использовалась кровь Островых, сами жертвы скончались из-за множественных внутренних и внешних повреждений тела. Повреждения у обоих жертв идентичные, к делу прилагаются копии отчетов о вскрытии из местного морга.Страница опознана экспертной группой, как самая первая по номеру, описывающая историю возникновения точки отсчёта времени. Переписаны как отдельные строки, так и целые абзацы книги кровью на языке, соответствующему языку Книги.По факту смерти уголовное дело возбуждено не было, в отчете из морга причиной смерти указана сердечная недостаточность.Страница, в соответствии с регламентом, направлена в офис Москвы.

Дело закрыто.

— Интересно, что они пытались переписать! — пробормотал Весемир, мягко ткнувшись тёплой головой в ухо Чарли. — Ещё и экзорцисты…

— Они не были агентами? — поинтересовалась шаманка, пытаясь сопоставить такое самоуправство самых, по её мнению, рассудительных работников.

— Нет, судя по всему, иногда могли по временному контракту согласиться помочь, но постоянными агентами точно не были! — уверенно произнёс грач. — Они точно знали, что на странице, иначе не смогли бы без последствий писать на ней. Кто-то научил их её читать или подарил словарик.

— Без последствий?!

— Смерть и раны стали оплатой. Магические ритуалы такого уровня всегда проходят с расплатой. Последствиями считается энергия отдачи или когда в ритуал затягивает невинных жертв, — пояснил шаман. — В данном случае всё прошло чисто. Но своего они, скорее всего, не добились. Открытыми вопросами остаются — как к ним попала страница, и кто научил её читать. Первая страница…

— Она в списке тех, что были отданы на хранение? — догадалась Яна.

— Да, причём не людям. Она стала предметом договора о мире с упыриными князьями! Возникает щекотливая ситуация. Если мы поинтересуемся у князей, не пропадала ли у них бесценная реликвия, нас могут обвинить провокации конфликта. Ведь отданная в качестве жеста доверия страница сейчас вернулась в агентство! — рассуждал Весемир, деликатно перебирая лапками на плече шаманки. — Но почему никто этого не заметил сразу?

— Одно из двух: халатность в принятии отчётов или намеренное умолчание, — предположила Чарли. — Кто принимает отчёты?

— Дежурный в архиве агент или кто-то из смежных лидеров групп для оценки работы других групп.

— Таким образом, мы получаем ещё одну косвенную улику, что у нас крот? — нервно начала дергать свои волосы Марьяна.

— Жаль пока ничего конкретного! — покачал головой Весемир. — Впрочем круг подозреваемых можно сузить. Начнём с отчётов, которые кто-то не глядя отправлял пылиться на полку.

Ещё хуже складывалась ситуация с демоническим голодом. После трёхсот лет предельного терпения и попыток пережить тяжёлый период в надежде, что Грань исчезнет так же как и появилась, они не щадили никого. Более того, демоны не собирались останавливаться, а демоноподобные Иные пополняли их число. Насыщение встало во главе всего. Не за горами стоял тот день, когда вся голодная рать открыто нападёт на человечество пожирая всех на своём пути.

«Интересно, а почему они до сих пор не нападали? Терпели аж три века!» — удивилась шаманка, пока перебирала дела.

Впрочем, даже на этот вопрос в ответ пришла долгая лекция Весемира со вкраплениями комментариев от Марьяны про особенности поведения демонов. Отсутствие культурного кодекса и норм морали не делали их монстрами по причине слишком большого отличия от человеческой природы. Отсутствие природной агрессии, необходимости от рождения бороться за выживания и стремления к разрушению. Девушка изумилась от понимания, что все чудовищные проявления, приписываемые демонам от человеческой культуры никогда не проявлялись у последних. Люди склонны к разрушению своей природой. Демоны разрушать учились у людей и большая часть так и не научилась. Все их «злодеяния» оставались вынужденной мерой. Голод. Выживание. При этом, по словам шамана, демоны прекрасно помнили, что среди людей есть скрыты Иные — их непрямые родичи. Творить зло ради зла не в природе демонов.

— Они просто хотят поесть досыта и вернуться домой! — припечатал грач, прежде чем устроиться спать. — Нам ли их обвинять в таких желаниях?

Весемир составил отчёт по всем найденным делам и отправил большим письмом все копии дел с комментариями и пометками. Пришло время Москвы искать в своих рядах шпиона или шпионов. Закончив со всеми делами в Новосибирске, шаман вальяжно пожелал остаться в особняке и «учить уму-разуму молодое поколение». Лао не возражал. Лишь потребовал оставлять свободным время для вечерних тренировок и не игнорировать сдачу всех курсовых в университете, которые с горем пополам Чарли умудрялась сдавать вовремя и даже на оценку «выше среднего».

— Когда шаман танцует у костра и бьет в бубен, вызывая духов, то находящиеся рядом зрители как будто тоже видят духов. На самом деле шаманы вводят себя и людей в глубокий транс, — напутствовал грач, важно расхаживая по поверхности большого камня в центре капища. — Лабораторные исследования показали, что бой в бубен вызывает изменения центральной нервной системы. Шаман бьет с ритмом, совпадающим с частотой мозговых волн, которые связаны со сновидениями, гипнотическими образами и трансом.

— Это всё, конечно, замечательно, но раздеваться и танцевать с бубном при тебе я точно не буду! — отрезала девушка.

— Я всего лишь предположил, что без одежды удобнее, но если ты такая стеснительная, то хоть комбинезон со скафандром надень, если тебе так комфортнее! Ты про медицину шаманов читала?

— Ну…

— Баранки гну! — рассердился Весемир, грозно щёлкая клювом. — Это тебя Лао или матан сделали лентяйкой?

— Врачевание по-шамански мне плохо даётся!

Как бы Чарли не старалась, но именно правильный ритм, правильные травы и правильное окуривание никак не хотели укладываться в её голову. Шаманские методы лечения казались бесполезными, слишком медленными и тягомотными, а то, сколько сил выпивали из самого шамана, сделали в глазах девушки процесс бессмысленным и бесполезным.

— Вот тяпнет какая-нибудь тварюга твоего коллегу… — гневный Весемир не вызывал трепета или дискомфорта, напротив, глядя на него Чарли едва сдерживалась, чтобы не начать хихикать. — Вот пострадает Лао или Яна, вот что тогда делать будешь?

— Вызову скорую. Поищу врача. Попрошу Лёху помочь. Он наверняка знает про азы первой помощи! И вообще, когда окуривание помогает от укусов всяких страшных монстров? Хочешь сказать, что если волколак отгрызёт Лао ногу, то шаманский дым и удары в бубен отрастят её обратно?

— Ты решила начать со мной спорить? — возмутился шаман. — Ёжик, я вообще-то старший по званию!

— Я разжёвываю для твоего птичьего тела пищу, я ещё как могу с тобой спорить, «старший по званию»! — фыркнула в ответ она.

Потеряв контроль Весемир несколько раз каркнул, выражая птичью ругань, но быстро справился с крохотным тельцем и предложил:

— Если выучишь медицину, то после неё я научу тебя переносить сознание в тела животных! Хочешь научиться летать орлом или плавать рыбой?

Удар пришёл в яблочко. Чарли действительно смотрела на тела животных с лёгкой завистью, считая себя слишком слабой и неспособной выбираться от своего тела на такие большие расстояния. Девушка не сомневалась, что таким-то чудом тело Весемира, которое давно никто не видел, скрывается где-то в московском офисе и разделение физической оболочки с разумом на тысячи километров будоражило воображение.

— Я не буду раздеваться! — повторила она железным тоном, но весь её вид показывал, что старший по цеху шаман полностью завладел её вниманием.

— Только нам нужен подопытный. Предлагаю принести в жертву повара! — с кровожадным смешком снова каркнул грач.

— А кто нам готовить тогда будет? Мне твой рацион не слишком по вкусу!

— Тогда у тебя будет больше мотивации его не покалечить своим лечением!

— Успокойтесь, горячие финские парни! — показалась на капище Яна, услышав их громкую речь. — Можете на мне попрактиковаться. Я живучая, да и демон меня в обиду не даст!

Под присмотром Весемира, Чарли расстелила в капище циновку, на которую добровольно легла Марьяна. Ведьма с добродушной улыбкой показала большой палец и сложила ладошки домиком на груди, приготовившись к шаманским процедурам оздоровления.

— Итак, начнём с самого простого. Погружаем пациента в медитативный сон. Поскольку поддерживать полное отрешение от мыслей и чувств на самом деле очень и очень сложно, — с видом преподавателя на лекции поучал шаман. — Проще всего создать область иллюзии, куда можно поместить пациента, как в комнату отдыха. Но учти, что «комната» должна успокаивать и умиротворять, чтобы, пока пациент спит, ты могла спокойно влиять на процессы в организме, включая болезненные манипуляции. Понятно?

— Не совсем, — призналась шаманка, — как именно создаётся эта «комната отдыха»? И как я могу быть уверена, что в ней будет спокойно?

— Уверенности нет и не будет, всё только методом проб и ошибок. А место для отдыха и медитативного сна ты создаешь у себя в голове. Самое простое — вспомни место, где тебе было хорошо и спокойно. Лужайку, лесок или речку. Что-то нейтральное. Держи в памяти, когда будешь бить в бубен.

На этот раз шаманка пыталась войти в реку знаний о медицине шаманов честно, однако успехи её ожидали где-то очень далеко. Как бы она ни представляла берег моря с одиноким песчаным пляжем, мерно ударяя в бубен, передать образ умиротворения и спокойствия в голову Яны ей не удавалось. Ведьма спокойно лежала, слушала удары, но никак не проваливалась в правильный сон. Спустя несколько часов руки начали ныть. Усталость ударила и по желанию продолжать и по собранности шаманки.

«Безнадёжно!» — позволила она себе упаднические мысли.

— Что поделать, — хмыкнул грач, глядя на недовольно поджатые губы девушки. — С первого раза ни у кого не получается!

— Блин! А раньше нельзя было об этом сказать?! — возмутилась Чарли. — Я бы хоть себя не так грызла за неудачи!

— И не старалась бы изо всех сил! Всё равно не получится, так чего выкладываться на полную мощь! — передразнил её Весемир. — Этот навык как мышца, он придёт, но только с тренировками. А на тренировках надо выкладываться полностью! А пока учись не винить себя в неудачах, но и не жалеть себя! Преодолевать, как в последний раз.

— Понял-принял! — недовольно буркнула она, устало опускаясь на пол.

— Что, сеанс окончен? — зевнула Яна, плавно поднимаясь на ноги. — Ну, ты не переживай, Чарли. Сейчас не получилось, потом получится. А мне пора, не подеритесь тут без меня! Я чаёк нам заварю тонизирующий!

Летящей походкой она покинула подвал. На капище остались только взъерошенный грач и уставшая рыжеволосая девушка. С неохотой Чарли думала о предстоящей тренировке с Лао, для которой чая лучше выпить побольше, чтобы передвигать руками и ногами в конце дня. Вспоминая былые неудачи, Чарли успокаивала себя тем, что и выходы в астрал у неё не всегда получались, да и заготовки под талисманы, даже самые хорошие лопались на части с первыми её попытками сделать что-то стоящее.

— Учти, Ёжик, — подал голос Весемир, — тебе надо научиться жалеть себя правильно. Ты можешь чего-то не знать, не уметь или не хотеть делать. Можешь и имеешь право. Ты можешь болеть, уставать и истощаться. За это ты не обязана просить прощения. Этого ты не должна стыдиться! Это правильная жалость, себя надо беречь, чтобы выживать и становиться лучше. А вот жалеть силы и заранее сдаваться, не пытаясь что-либо сделать со скорбным девизом «я ни на что не способна, я такая жалкая», я тебе запрещаю!

— Запрещаешь?

— Да, у шаманов нет границ развития! Мы карабкаемся по Эвересту своего потенциала всю жизнь и никогда не достигаем вершины, потому что её нет! Будешь практиковаться и всё сможешь! Будешь опускать руки и хана тебе! — потешно каркнул он на слове «хана». — Забыла, что мы на передовой? Завтра-послезавтра придёт новое дело. А потом ещё одно и ещё. У нас и без крота в агентстве уже кризис процветал, а сейчас…

С удивлением Чарли ловила себя на том, что слова Весемира доходят до неё без привычных спутников в виде комплекса неполноценности, состояния опоссума или навязчивых мыслей о возможной отправки её домой. Пусть птица-наставник выглядела потешно, девушка прислушивалась и старалась подходить к делу ответственно. Недостаточную старательность она проявила только во врачевании, на чём была сразу поймана неугомонным коллегой. На этот раз пугал не тон старшего по званию, а то какое значение он вкладывал в слова.

— Кризис из-за демонов?

— Мир болеет, и пока мы, в раскрытии различных дел, гасим симптомы, агенты более высокого ранга, во главе с Виктором пытаются решить глобальную катастрофу и не справляются. Никто не знает, как решить проблему с демонами, а она разрастается. Влад предсказывал, что так будет, что нужны более радикальные методы решения проблем, пока не стало поздно… — грач вспорхнул с камня и приземлился на коленку Чарли. — Думаю, «поздно» уже настало, а мы так ничего и не сделали. Да и Влада уже не спросить.

— А что он предлагал?

— Влад был в четвёрке тех немногих лингвистов, кто мог читать и расшифровывать написанное в Книге Хаоса. Он много лет изучал её в агентстве, написал по ней несколько научных трудов, построил сеть заклинаний, позволяющих скрывать страницы от любопытных глаз и легко обнаруживать агентами в случае опасности. Пусть лучше страница хранится в агентстве, чем в ненадёжном хранилище. В архиве осталось несколько его расшифровок по страницам. Он отчитывался, что некоторые ритуалы из Книги Хаоса могут помочь стабилизировать состояние мира и выиграть для нас время, причём изучал методы поглощения энергии отдачи и восстановления равновесия, чтобы не было как в музее. Жаль, что его нет. Он бы даже сейчас что-то придумал!

— До Виктора он возглавлял агентов, решающих глобальные вопросы? — поинтересовалась Чарли.

— А кто ещё?! Виктор хорошо строит связи с общественностью, но до уровня Влада ещё никто не дорос. Он всегда смотрел на вещи глобально. Не смотри, что чернокнижник, хороший был.

Девушка устало пошевелила рукой. До тренировки с Лао ещё оставалось прилично времени. Рабочий день агента подошёл к концу, но мотивация, привитая Весемиром, толкала продолжать познавать непознанное.

— Будем хандрить по потерянным кадрам? — прищурившись, хитро посмотрела она на птицу. — Кто-то обещал обучить меня летать орлом!

5. Дело о приюте ч.1

Несмотря на терпение Весемира и стремление Чарли прогрызаться сквозь гранит науки, прогресс шёл крохотными шажками вперёд. Яна с самыми честными глазами клялась, что чувствует что-то близкое к сонливости, когда слышит мерные удары в бубен, но до медитативного сна с навязанным образом «комнаты отдыха» они не смогли продвинуться.

Примерно также медленно шел процесс перемещения своего сознания в чужое тело.

Однако в этом случае Весемир честно признавался, что навык очень сложный и овладеть им на том же уровне за несколько месяцев или всего лишь год, задача почти невозможная. Для успешных тренировок Грань должна оставаться предельно тонкой долгое время, что ограничивало время практики. А теоретических знаний оказалось катастрофически мало. Только практика. Снова и снова. Биться об лёд, пока он не уступит.

Чай помогал не расклеиться и продолжать тяжёлую практику. Выйти в астрал, перестроить своё тело в форму демона, попытаться проползти в мышь, столкнуться с ментальным блоком маленького и беспомощного животного, сделать попытку пробиться и обнаружить себя позорно отброшенной в сторону. После нескольких минут гневного пыхтения повторить, запоминая слова Весемира, его подсказки и советы и пообещать, что в этот раз получится. За несдержанные обещания он не ругал.

Спустя пару дней после первой попытки уложить Марьяну в медитативный сон, пришло новое задание от Анастасии. Заказ на группу из трёх человек — ведьму, шамана и монаха. Яна посмеялась, назвав этот запрос невероятным совпадением, поскольку Анжей и Максимилиан днём ранее были отправлены Виктором разбираться с навками в Выборг, а Таня с Олей не успели вернуться из Вены.

— Собираемся в Горно-Алтайск, девочки! — кивнул Лао. — Берите всё, что может пригодиться.

— А что нас ждёт? — поинтересовалась Чарли.

— В детском доме пропало шестеро детей, — нахмурился Лао, читая подробности заявки. — Маленькие девочки. Пропадают в ночь с пятницы на субботу. Сегодня у нас среда, а значит, надо успеть разобраться до пропажи очередной девочки.

— Хм, а почему этот детский дом не закрыт? — удивилась ведьма.

— Во-первых, он один на весь город, а детей в нём много. Во-вторых, имеет место не просто детский дом, а центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей. Дети могут просто сбегать к родителям или другим родственникам, лишенным права опеки. Это не криминал. Даже систему исчезновений можно объяснить тем, что в пятницу дежурит кто-то, кто прямо или косвенно помогает девочкам сбежать.

— Значит, сначала проверяем, есть ли состав преступления? — уточнила Чарли, ловко вводя в вопрос профессиональный термин.

— Именно. А дальше будем решать по ситуации.

Весемир рвался пойти четвёртым, но получил в ответ предписание Анастасии вернуться в московский офис и выполнять все свои обязанности там. Нахально пообещав, что прощается ненадолго, черная птица с синеватым отливом на перьях, покинула вместе с троицей новосибирский филиал, вспорхнув с плеча шаманки, когда она садилась в машину, он улетел.

Серое здание, построенное методом надстроек к одной серой коробки из бетона другой коробки, производило гнетущее впечатление. Типичное муниципальное учреждение, высасывающее жизнь из всех, кто оказывается внутри. При первом взгляде на здание, которое в глазах шаманки должно было поднимать настроение пёстрой радостной раскраской, по коже побежали неприятные мурашки. Заткнув всколыхнувшиеся неприятные воспоминания многократным повторением, что перед ней не школа, а детский дом, девушка неуверенной походной последовала за Лао и Яной.

Их встретила директриса у самого входа и сразу провела в свой кабинет. Низенькая милая старушка, про которых говорят «божий одуванчик» производила впечатление очень доброго и чуткого человека. Добрые помутневшие от возраста глаза смотрели на каждого из детей с нежностью. Без преувеличения женщина любила каждого ребёнка, попавшего к ней.

— Моё имя Мария Семёновна, можете так и обращаться, — представилась она, пока вела коридорами к кабинету.

Внутри помещение выглядело куда более приветливым, чем снаружи. Стены пестрели яркими приятными цветами, редкая стена не «щеголяла» красивой картиной или большим стендом, состоящим из множества работ детей. Все коридоры утопали в тёплом свете люстр с незатейливыми, но радующими глаз плафонами. Никаких дешёвых гудящих белых ламп и серых тоннелей. Шаги скрадывались ворсистыми коврами ярких цветов. Детский дом изо всех сил стремился стать больше домом, чем учреждением содержания детей, и внешне казался обителью уюта. Но нечто неуловимое проходило ледяными мурашками по спине Чарли. Что-то не так.

Особенности строения подобных зданий давали о себе знать — из-за постепенного наслоения новых конструкция, здание превратилось в лабиринт нелогичных коридоров.

— Моё имя Лао Шин, моих спутниц зовут Марьяна и Чарли, — представил всех монах и, оценив необходимость подняться на третий этаж, а потом спуститься до первого, чтобы пройти витиеватый коридор и наконец добраться до кабинета на втором этаже, со вздохом отметил: — Нам здесь потребуется карта.

Мария Семёновна на ходу отдала приказ своему секретарю подготовить три карты и не беспокоить её во время переговоров. На глазах удивлённого работника немного странная троица спокойно прошла в кабинет директора.

— Присаживайтесь, где вам будет удобнее, — предложила она, и потянулась к электрическому чайнику в углу кабинета. — Чай или кофе?

— Спасибо, чай, — кивнул Лао, выразительно глянул на своих спутниц и получив согласные кивки добавил: — Три чая.

Женщина улыбнулась и немного нервной походкой вернулась за свой рабочий стол.

— Я понимаю, что в данных обстоятельствах сначала полагается вызывать местный орган опеки и полицию, чтобы проверить, не сбежали ли детишки, что я сделала после пропажи первой девочки. О, чуть не забыла. Вот, — она подтолкнула к краю стола горку папок, — это все их дела. Участковые ничего не обнаружили у родственников и знакомых девочек, органы опеки тоже развели руками и забыли о нас. Но отец Пётр, он пару лет назад помогал с одержимым мальчиком, предупреждал, что в таких случаях лучше обращаться к вам!

— Расскажите, пожалуйста, с самого начала, что произошло? — прервала её поток речи Яна.

— Да-да, конечно! — кивнула директриса. — Шесть недель назад, пропала первая девочка десяти лет. Маша Петрова. Отказница, есть родственники в Горно-Алтайске. Подумали на них, разумеется, хотя и странно выглядело похищение среди ночи. В полночь нянечка проверила всех детей, а в половину первого, во время следующей проверки, девочка пропала. Никто из детей её не видел. В туалет она не отпрашивалась и из комнаты не порывалась выйти. Обыскали всё здание вдоль и поперёк. Проверили весь персонал. Никто ничего не видел и не слышал. По камерам наружного наблюдения всё чисто. Никто не приходил, никто не уходил.

— Нам потребуется список всех работников, которые дежурили ночью, а также тех, кто работал днём ранее и днём позднее, — отметила Яна.

— Разумеется, — кивнула директриса, — уже составили и предоставили. У нас не так много работников, поэтому режим работы таков: в семь утра, перед завтраком приходит дневная смена, половина из которых потом вступает в ночную. В восемь вечера, после ужина, половина дневной смены уходит, вторая половина дежурит до семи утра следующего дня. По факту вам потребуется две дневные смены — пятничная и субботняя. Завтра заступает пятничная, но я вызвала и субботнюю, чтобы вы могли опросить всех.

— Ещё мне нужно будет поговорить со всеми детьми, с которыми могли бы общаться девочки, — добавил Лао.

— Ну, — замялась Мария Семёновна, — тогда вам придётся разговаривать со всеми. Мы не разделяем детей и они все могут общаться.

— Это я беру на себя! — кивнул монах, под удивлённым взглядом Чарли.

Раньше интереса к общению с детьми Лао не проявлял. Чарли мысленно спрашивала себя, какую пользу в возможно самом обыденном побеге девочек может принести шаман. Ситуация выглядела слишком приземлённой и только странное ощущение холодка, бегущего вдоль хребта, не давало расслабиться. Что-то в здании ей очень сильно не нравилось, но девушка никак не могла понять, что именно.

— Мы с Чарли опросим других свидетелей! — отозвалась Яна, подмигнув шаманке.

— Если что-то потребуется, — застенчиво улыбнулась директриса, — всё что угодно, то обращайтесь. Я за своих детей… ничего не пожалею!

Про чай все давно забыли. Агенты встали со своих мест, распрощались с директрисой и покинули кабинет. Перед тем как откланяться Лао забрал папки с делами детей. Марьяна цепкой рукой перехватило у него добычу. По выходу из кабинета их ожидал секретарь с тремя распечатанными картами детского дома.

— Нам ещё потребуется, помимо карты, полный план здания. Каждого этажа! — потребовал Лао, передавая девушкам листы. — В таких строениях бывают неожиданные секреты.

— Всё будет к ужину! — кивнул секретарь.

Агенты, ориентируясь по листочкам с картой, отправились смотреть на детей. Общие комнаты пестрили яркими наклейками, где разноцветными буквами обозначались их назначения. В читальном зале, зале кубиков, лепки и музыки никого не обнаружилось. Несколько детей старательно рисовали в зале изобразительного искусства. Большая часть детей заняла компьютерный зал. Самые младшие смотрели мультики по телевизору.

Вокруг большого плоского экрана современного телевизора сидели дети не старше десяти лет, и хихикая смотрели мультфильм про домовёнка Кузю. Пока Яна бегала глазами по папкам с делами, усевшись на первое попавшееся свободное место, а Лао бодро бегал и здоровался с детишками в своей гиперактивной манере, Чарли с подозрением осматривала большую комнату для просмотра фильмов и мультиков.

Яркие стены с рисунками детей. Несколько простеньких картин с цветами. Большой телевизор. Старинная мебель. Настолько старинная, что в Эрмитаже царская мебель выглядела моложе. Перед глазами девушки, сироты восседали на подлинном антиквариате, от которого воздух едва не звенел от мощного резонанса энергий. Чтобы убедиться в своей правоте, хотя все чувства кричали о невероятном возрасте стульев, шаманка сфотографировала ближайший свободный стул. Поиск по совпадениям в смартфоне подтвердил все подозрения. Мебель шестнадцатого века, стартовая цена на аукционе от двухсот тысяч долларов. Мехельский стиль.

Девушка обвела взглядом комнату, насчитав около двадцати стульев, не считая другой мебели в том же стиле и мысленно окрестила комнату сокровищницей. Продажа всего на аукционе могла бы обеспечить детей приюта если не собственными квартирами, то собственными комнатами.

Вишенкой на торте стало осознание природы неприятного чувства. Когда мысли по поводу бесценности антикварной мебели утихли в голове, остро прочувствовалась разница, между вибрирующими энергией стульями и гнетущей пустотой коридоров, кабинетов и комнат. Второй подсказкой стал мультфильм. Даже в городских зданиях должен был найтись хотя бы один домовой, дружественный дух или хоть какая-то энергия жизни, но в детском доме её не было. Отсутствие дружественных духов напоминала сосущую пустоту музея после ритуала, но в меньшей степени.

«Что-то здесь высасывает всю жизненную энергетику без остатка, но как-то незаметно для остальных!» — напряглась девушка.

Дело почти казалось обыденным, но только на первый взгляд.

— Лао, — вскочила с места Марьяна. — Мы идём осматривать все места, где могли скрываться девочки!

— Вместе с Лёхой! — строго погрозил пальцем монах.

Яна решительно схватила Чарли за руку и понеслась на выход. Лёха с готовностью завёл мотор и поехал, направляемый шустрой ведьмой. Чарли с удивлением смотрела, как её коллега уверенно попросила остановиться у магазина, купила продукты по мелочам и три блока сигарет. Голубые глаза ведьмы смотрели вперёд колючим взглядом, а в движениях чувствовалась привычная ершистость. Яна точно знала, что делает.

По адресам родственников они не стали ездить. Напротив, девушка указывала на теплотрассы, заброшенные дома и прочие злачные места, от которых хрупким девушкам следовало бы держаться подальше. При этом она запрещала Лёхе появляться, если не будет прямой угрозы. Ведьма метко находила в закутках под теплотрассой беспризорников и уличных хулиганов всех мастей. За сигареты и палки колбасы она обменивала у них информацию. Вопросы задавала на языке улиц, не смущаясь витиеватого грубого слова, а то и крепкого матерного направления.

Сиплые подростки со звериным взглядом, вызывающие у Чарли тревогу за собственную жизнь, быстро понимали, что перед ними своя, и говорили с Марьяной наравных, рассказывая не только то, что знают о пропавших девочках и детском доме, но и городские страшилки. Некоторые за дополнительный продуктовый паёк раскрывали ей местонахождение скрытых мест для ночёвки бездомных детей. Миниатюрная ведьма с кротким взглядом и нежным личиком в момент разговора сама казалась беспризорницей. Даже вид домашней девочки в свитерке с юбочкой и милыми туфельками никак не могли перебить этот образ.

Расспросы по всем девочкам ничего не дали. Некоторые беспризорники знали то одну, то другую, но после исчезновения их не видели. Шесть пропавших девочек не появлялись на улицах своего города.

— Теперь к родственникам? — поинтересовалась Чарли.

— Нет, теперь мы идём пить чай со сладеньким! — объявила Яна и показала Лёхе точку на карте. — Едем туда, я хочу немного погулять, прежде чем мы вернёмся в приют. Как-то там…

Ведьма поёжилась, пошевелив плечами. Детский дом ей не слишком нравился.

— Там вся энергия поедена, — сообщила шаманка, — как в музее. Вместо дружественных духов или отпечатков жизненной энергии детей — одна только пустота. Единственные вещи, которые вибрируют энергией, это мебель.

— Да, и мебель не по статусу!

— Тоже заметила?

— А то! Если всю эту мебель продать, то можно половину Горно-Алтайска выкупить. Про неё надо будет поинтересоваться. Не думаю, что она по случайному совпадению в детском доме!

Троица устроила себе отдых в кафе и, заказав чай со сладким, принялись обдумывать последующие действия. Лёха со всем своим прагматизмом, отметил, что недалеко от приюта следует найти ночлежку, чтобы можно было легко сорваться с места и вмешаться в процесс похищения ребёнка. Получив одобрение от обеих девушек, он принялся разыскивать подходящее местечко для четверых людей. Сама Яна призналась, что помощь в общении с детьми ей не требовалась, просто хотелось вытащить шаманку из неприятного места. Проветриться вместе.

Чарли дивилась, глядя на козу-дерезу, в которую превратилась ведьма в процессе общения с детьми. Марьяна больше казалась принцессой, нежели нищенкой. Не выдержав, шаманка спросила:

— Откуда ты знаешь, как нужно общаться с беспризорниками? Про теплотрассы и про всякие ночлежки? У тебя же были родители!

— Были, — кивнула Яна, грустно улыбнувшись, — а когда мне исполнилось одиннадцать, их не стало. Других родственников не нашлось, а наш доблестный Орден хоть и жал на все рычаги, забрать меня долгое время не мог. Что такое детдом, как оттуда сбегать, прятаться под теплотрассой и ночевать по заброшкам, я на собственном опыте знаю. Удивительно, что мне это пригодилось!

За чаем со сладким даже грустные воспоминания горчили не так сильно.

— Подведём предварительные итоги, — простучала пальцами по столешнице Чарли. — В приюте подозрительно дорогая мебель. По пятницам пропадают девочки, и, возможно, приют они не покидают. Демон или Иной обглодал всю энергию из помещения.

— Вывод — это наше дело! — хмыкнула Марьяна.

✠✠✠

По возвращению в приют девушки застали очаровательную картину. Лао Шин и его боевой шест заняли всё внимание детей всех возрастов. С ловкостью опытного аниматора, монах развлекал детей, уделяя внимание каждому своему зрителю. Под звон детского смеха девушки направились к кабинету директрисы. Вопросы о мебели заставили секретаря забегать между рабочим компьютером и полкой с распечатанными документами. Получив обещание после ужина или, в крайнем случае, утром обзавестись всеми документами, сопровождавшими мебель, девушки вернулись к монаху.

Лао с видом заговорщика подозвал их и в игровой форме привлёк во всеобщему веселью. Обе девушки чувствовали себя чужими во время совместных игр, но стоически подыгрывали монаху. Тот же со словами «а давайте покажем нашим новым друзьям, что у нас есть» вёл их по комнатам, в которых девушки обращали внимания на старинные картины и мягкую мебель из одного «набора» со стульями. Оценив оригинальный способ продемонстрировать свои находки, ведьма с шаманкой влились в игру охотнее.

Последней остановкой стал чердак приюта. Чистый и тёплый, без грязи паутины и прочих неприятных атрибутов типичного чердака, он хранил тайны детей. Два больших рукотворных шалаша «только для девочек» и «только для мальчиков» поражали своими оригинальными характерами и отнюдь не крохотными объёмами. В шалашах, которых правильнее было бы назвать шатрами, помешались все, для кого они были созданы. У мальчиков к стенам шатра были приколоты картинки танков, фотографии героев фильмов, неровно вырезанные из журналов, и постеры с монстрами.

В шалаш девочек Лао не пустили, прогнав с визгом, зато Яна с Чарли спокойно прошли туда в виде почётных гостей. Пока ведьма развлекала детей, демонстрируя множество своих амулетов в виде подвесок и браслетов, девочки с хихиканьем готовили какой-то сюрприз гостьям. Следуя примеру Яны, Чарли показала свои чётки с клыком волколака. В ответ на демонстрацию сокровищ, им показали старинное настольное зеркало, от вида которого Яна едва не потеряла дар речи. С круглыми от восхищения глазами, она с благоговением коснулась старинного потемневшего и местами позеленевшего предмета.

Чарли с не меньшим восхищением обводила взглядом все изящные завитки кованой рамы и старинной зеркальной глади, давно утратившей свою чистоту, но ещё способной отражать почти без искажений. Ведьма осторожно перевернула зеркало, проводя пальцем по клейму мастера-изготовителя.

— Это венецианское антикварное зеркало! — прошептала Марьяна, едва не роняя слёзы от трепета. — Работа мастеров с Мурано!

На выходе из шалаша их поджидал Лао с хитрой улыбкой. По лицу монаха было понятно, что он уже видел зеркало, как-то получив доверие девочек.

— За мебель в этом приюте можно купить половину Горно-Алтайска, — хмыкнул он. — А за картины и зеркало вторую половину. Однако они почему-то здесь.

— Проверял зеркало на энергии? — поинтересовалась Яна, нервно постукивая пальцами руки по своей шее.

— Мастер был невероятно талантлив. Я сделал запрос по клейму в Москву, но, думаю, они вернут ответ про какого-нибудь знаменитого мастера или мастеров.

— Сегодня-завтра узнаем, откуда в простом приюте такие сокровища!

К ужину Лёха отчитался, что нашел в соседней гостинице номер на четырёх человек и забронировал его на одну ночь с возможностью продления. Не самый популярный номер в придорожной ночлежке был готов принять их даже на неопределённый срок, настолько он никому не был нужен. Лао было заикнулся, что они вполне могли вчетвером поместиться в машине без лишних поисков крыши над головой, но выразительные взгляды голубых и зелёных глаз, обещающий расправу за такие спартанские условия, заставили его замолкнуть.

Троица тепло попрощалась с детьми, разбредающимися по своим постелям и, получив на выходе из рук секретаря большую папку с бумагами.

— Два месяца назад нам был отправлен подарок от спонсора в качестве акта благотворительности, — пояснил секретарь, одеваясь на ходу. — Ничего подозрительного, богатые люди частенько дарят нам не совсем соответствующие учреждению подарки для освобождения от налоговых выплат. Тут все документы, акт приёма, опись полученного, присвоение инвентарного номера. И ещё что-то… я взял на себя смелость, распечатать всё, что было по этой мебели, вдруг будет необходимо.

— Большое спасибо! — вежливо кивнул Лао, оценивая вес предоставленных документов.

После заселения в отель, всё содержимое папки пошло по рукам. Набор стульев, набор кресел, две софы, пять картин и два зеркала, описанные как современные репродукции предметов шестнадцатого века, вызвали скепсис у всех троих. В приюте находились без преувеличения бесценные оригиналы.

— А вот и имя нашего щедрого господина, — ткнула на строчку в документе Яна. — Сейчас посмотрим, кто у нас так расщедрился.

Чарли и Лао оцифровали все подозрительные бумаги для проверки в московском офисе. Отчёты экспертов о факте репродукции, заверенная копия информации о мастерах, которые якобы эти репродукции создавали и почти всё, что касалось приобретения дарителем антикварной сокровищницы. Тем временем Яна без труда нашла информацию по самому благодетелю.

— Ого, мальчики и девочки, — присвистнула она, — у нас тут интересный господин. Песцов Владимир СергеевичВымышленное имя. В сотне самых богатых людей России. Основные источники обогащения — металлургия и транспортная логистика. Состояние у него ого-го, но не это самое главное! Пять лет назад он и его семья проходили в агентстве по одному делу, довольно-таки щекотливому.

— А что и такое бывает, чтобы самые богатые шишки обращались в агентство? — поразилась Чарли.

— Не в агентство, поэтому по отчётам будет глухо, — покачала головой ведьма, — он обращался лично к Виктору и Владу. Со своей стороны он предоставил в благодарность очень много полезных плюшек. Важнее денег только связи, и треть того, что сейчас имеет агентство, пришло именно от Песцова. Но там и дело было нетипичное, по слухам.

— Значит, в теории нам есть на что надавить? — хмыкнул Лао, рассматривая дела. — Совпадения, конечно, существуют, но последнее время их слишком много!

— Пока рано думать, что в приюте что-то связанное с демонами и страницей! — парировала Чарли. — Или я чего-то не понимаю?

— Сейчас все на ушах из-за крота в агентстве, — тяжело выдохнул Лао. — Все совпадения теперь равны очередному заговору.

— Надо найти способ его допросить. Любой, но поговорить с ним необходимо! — решительно заявила Марьяна.

— Он не из тех, кто мусорит там, где ест! — покачал головой Лёха. — В Горно-Алтайск его не заманить.

— У нас даже в Африке есть агенты, — пожала плечами шаманка. — Найти его, и пусть кто-то из агентов задаст все необходимые вопросы.

— Рискованно. Из-за крота…

— Но ведь в агентстве есть те, кому ты доверяешь? — перебила монаха она. — Да и потом крота ищут в московском офисе, значит, представители филиалов чисты… относительно кротовьей деятельности чисты.

Монах задумался. Из-за сложившейся ситуации каждый запрос требовалось делать с осторожностью.

— А если через мои каналы? — подал голос Лёха. — У меня остались должники из ФСБ которые вежливо зададут все необходимые вопросы и, когда он ответит им чистую правду, передадут всё до последней буквы нам.

— А вот это хорошая идея! — кивнул монах. — Лучше пока не ворошить наших, раз можно через людей!

Лёха после нескольких коротких звонков объявил, что на пару часов должен уехать. Лао ушел на ночную пробежку, путь которой «случайно» проходил вокруг приюта. Тем временем Яна, разложив у открытого окна свой ритуальный набор, начала колдовать над кристаллами и склянками, пуская в ход собственную кровь и несколько отрезанных волосинок.

Стараясь не смотреть на обнажённую по пояс ведьму, Чарли присела в угол и после короткого дыхательного упражнения, ухнула в Астрал. Дух-защитник и дух-покровитель следовали за своей шаманкой повсюду шаг в шаг и могли рассказать, что видели, пока она находилась в сиротском приюте. Пока ведьма колдовала, шаманка выполняла свои обязательства перед духом-хранителем и в игровой форме расспрашивала обоих.

К возвращению Лао девушки закончили все свои дела и успели по очереди сходить в душ.

— В приюте всё тихо и спокойно. Но это и неудивительно. Всё страшное будет завтра ночью, — отчитался он. — Есть новости?

— Лёха ещё не возвращался. А поспрашивала своих духов о приюте. Они тоже заметили, что вся энергия там съедена, но это сделал или какой-то дух, или какой-то амулет. Точно не страница или ритуал из неё! — отчиталась Чарли, укладываясь спать.

— И демона там тоже нет и не было, — добавила от себя Яна. — Я проверила зеркало на наличие энергии смерти. Я его касалась, и если бы что-то было, то на мне остался след, но всё чисто. Просто бесценный антиквариат. Без проклятий.

— Тогда ждём Лёху с новостями, а пока ждём, можно поспать.

Утром Лёха объявил проснувшимся агентам о «вежливых вопросах» меценату и спонсору в одном лице, относительно его подарка приюту. Песцов оказался крепким орешком и с кристально чистыми глазами предоставил оригиналы документов с аукциона, где он приобрёл «копии» антикварной мебели шестнадцатого века. На вопросы отвечал спокойно и без умалчивания сразу заявил, что подарок был предоставлен приюту именно в целях получить за благотворительность освобождение от налоговых выплат. Кроме дополнительной кипы документов, электронные копии которых Лёха переслал агентам, ничего не удалось узнать.

— Разве что кое-какие догадки человечка, который задавал «вежливые вопросы». Этот Владимир Сергеевич говорит складно и в своих словах не врёт, но что-то скрывает. И, судя по всему это «что-то», если не «кто-то», его пугает намного больше, чем пристальное внимание ГХ и ФСБ.

— А твой «человечек» может копнуть глубже? — поинтересовался Лао, когда они уже выходили из гостиницы.

— Уже копает, но это потребует больше времени. Одновременно ищут и откуда появилась эта внезапная вспышка меценатства, и откуда явилась эта якобы репродукция шестнадцатого века.

— Хорошо закопали все следы?

— Закопали отлично. По бумагам всё чисто, комар носа не подточит. Тот, кто это делал, знал наши методы!

Как директриса обещала, в приют явились обе смены воспитателей — пятничная и субботняя. Помимо них и весь штат работников пожелал принести пользу. От дворника и до врача педиатра имели при себе истории ссор, споров и драк, множество подозрений и подозреваемых. Их взял на себя Лао Шин. Воспитательницы и учителя были опрошены Чарли и Яной. Из-за маленького бюджета, многие из них совмещали две-три должности.

Несмотря на уставший вид и не самую прибыльную работу, все работники абсолютно искренне желали добра пропавшим девочкам. Ни в одной не проскользнуло ни в голосе, ни в жесте лицемерия. Они болели и горели за своих детей. Странностей никто из них не замечал. Жизнь до и после появления старинной мебели в сиротском приюте никак не отличалась.

— Спасибо большое всем за помощь, мы сделаем всё возможное, чтобы разгадать это дело, найти девочек и наказать виновного, — тяжело вздохнула Марьяна.

Время близилось к вечеру. Опросы один на один, порой не по одному разу выпивали и силы и тратили слишком много времени. Ночь с пятницы на субботу уже стояла на пороге, а зацепок не появлялось никаких. Слишком уж персонал обычный и дружелюбный. Ведьма вычислила едва глянув на работников, что одна нянечка часть еды из столовой забирает себе домой, дворник любит выпить на работе, а главный бухгалтер дарит себе тринадцатую зарплату. Грешки проглядывали у всех, но ничего зловредного для детей они не подразумевали.

— У нас остались вопросы к людям, которые принимали мебель и картины с зеркалами, хм, — нахмурилась Чарли, — а второе зеркало где находится?

— В актовом зале, — без запинки ответила она из воспитательниц ночной смены с мягкой улыбкой. — Там детишки сценки любят ставить. По книжкам, по пьесам, иногда собственного сочинения. Оно их очень вдохновляет.

— Проводите меня, пожалуйста, к зеркалу, — встрепенулась Яна и под руку с медицинской сестрой направилась дальше по коридору.

— Вернёмся к первому вопросу, кто принимал мебель? — спросила чуть громче шаманка, провожая взглядом ведьму.

— Это была я, — подняла руку та же воспитательница, что сказала про зеркало.

— Хорошо, — кивнула Чарли, посмотрев в записи по всем работникам она уточнила: — Вера Павловна?

— Просто Вера, меня так и дети называют, — отмахнулась миловидная воспитательница, представляя собой воплощение крестьянской красоты.

Голубоглазая пышечка Вера не могла не понравиться большинству мужского населения в Горно-Алтайске. Длинная русая коса и большие голубые глаза заставляли вздыхать весь мужской персонал детского дома, да и старшие мальчики среди воспитанников смешно краснели, останавливая взгляд на воспитательнице. Одевалась она просто, но одежда ей несомненно шла.

Ансамбль простой, но со вкусом подобранной одежды портило жемчужное ожерелье на шее воспитательницы. Слишком уж не подходило простоте аристократическое украшение. Три ряда натурального жемчуга, которые сцепляли вместе три броши с тёмными драгоценными камнями.

«Ей бы одну жемчужную нить или цветные бусы, смотрелись бы органично! Хотя даже если это не натуральные камни, смотрится дорого!» — оценила ожерелье Чарли.

— У вас очень красивое ожерелье, — не выдержала девушка, — не боитесь, что дети его порвут во время игр?

— О, нет! — усмехнулась Вера. — Оно очень крепко сидит. Просто так его не снять и уж точно не порвать.

— Красивое, — выдохнула шаманка и, тряхнув головой, пробормотала: — Давайте побыстрее закончим с вопросами. Когда прибыло все эти пожертвования?

— Это было примерно месяц назад. В первых числах октября. Меня тогда вызвали не в мою смену. Во вторник или в среду, кажется. Простите, не помню, — расстроенно опустила она голову. — Некому было провести инвентаризацию. У нас была эпидемия ветрянки и людей совсем не хватало. Мебель стояла в актовом зале по коробкам и ждала, когда хоть кто-то подойдёт. Я тогда сутками тут оставалась и плохо помню весь процесс. Сами знаете, бумажная волокита убивает! Принял очередной предмет, сверил со сметой и всеми бумажками, присвоил номер, записал среди нашей мебели и дальше. Но до конца недели управились, точно помню! Или нет…

— Это не так важно, — поспешила её успокоить Чарли. — Может быть, вы заметили что-то странное, пока проводили инвентаризацию? Что-то пугающее, странное или такое страшное, что прямо не забыть?

— Нет, это точно! Мы тогда были на нервах и что-то странное или страшное, точно заметили! Детки болели и любой шорох или хрип мы списывали на ухудшение и сразу бросались на звук. Чертовщину мы бы точно не упустили, вот вам крест!

— Вы не думали поменяться сменами, когда начали пропадать дети?

— Я хотела, но… — она замялась, — у нас есть и охранник, и дворник по пятницам теперь дежурит. На обходе двое воспитателей и медсестра. Если меня заменить на другую воспитательницу, много ли изменится? А если дежурить ночью в пятницу, то выходные выпадают на субботу и воскресенье. Очень удобно, с учётом нашей шестидневки.

— Сегодня ночью мы будем дежурить с вами, — пообещала Чарли, — и никто не пропадёт!

5. Дело о приюте ч.2

Ужин с играми перед сном прошли без нервотрёпки и тревожного ожидания. Дети искренне веселились и по-секрету рассказывали девочкам и Лао, что все пропавшие девочки на самом деле внезапно сбежали. Просто решили никому ничего не рассказывать вот и всё. Разрушать веру детей о добровольном побеге никто не решился. Сбежали, значит сбежали.

Дежурить решили по очереди. Двое спят, один присматривает, а потом меняются. Хитрый Лао Шин отправил девушек в учительскую спать на диванах, чтобы дежурить вместе с вожатыми и в случае тишины и спокойствия их не будить. Погружённый в сон приют обманчиво демонстрировал тишину и безмятежность. Время от времени по коридорам проходили вожатые, медсестра и Лао. Дети крепко спали в своих кроватях.

«Булочка, просыпайся!» — вырвал шаманку из сна голос Раи.

Попутчица забила тревогу. Вместе с ней занервничала Чарли. Растолкав спящую Яну, девушка осторожно высунулась в коридор. Приглушенный свет сонному взгляду казался слепящим. Девушки вышли из учительской, зевая, и направились в сторону спален девочек. Дежурных не было видно. Тишина и успокаивала и пугала. Злодеи любят появляться с шумом и грохотом, но злодеяния обычно творятся в полной тишине.

— Сейчас посмотрим, — едва слышно прошептала Яна.

Ведьма уколола до крови свой палец, макнула в багряную капельку дымчатый кристалл на шнурке и что-то зашептала, рисуя на ладони красными линиями неизвестный Чарли символ. От шёпота ведьмы воздух начал вибрировать, собирая вокруг её фигуры энергию. Зрачки Марьяны расширились на всю радужку, но дальше не растекались. Намотав кончик шнурка на большой и указательный пальцы, она выпустила из рук кристалл и тот повис, раскачиваясь, пока не застыл. Игнорируя силу притяжения, кристалл показывал в сторону, натягивая шнурок, будто кто-то невидимый тянул его на себя.

Девушки направились вперед, ведомые направлением дымчатого указателя. Коридоры переходили в лестницы, возвращающие на точно такие же коридоры. Строительный лабиринт отнимал драгоценное время, но проводник не сбивался и вёл всё дальше и дальше. По пути девушек заметил Лао и беззвучной тенью присоединился к процессии. Наконец, кристалл дрогнул и повис на шнурке, как самый обычный предмет. Троица стояла в узком коридоре между двумя дверьми, каждая из которых вела в спальню девочек.

— В этой комнате спят третьеклассницы, — показал на правую дверь Лао. — А в этой пятиклассницы. В спальни решили селить ровесниц.

— Из одной из этих двух спален сегодня похитят девочку! — уверенно прошептала Яна, убирая кристалл в карман. — Сидим в засаде и ждём.

Они спрятались по обе стороны от дверей. С одного конца коридора Лао успешно притворялся мебелью, а с другого под софой затаились Чарли и Яной. Время шло. Чудо-юдо не торопилось похищать ребёнка. От скуки ведьма с шаманкой отвлекались дракой на пальцах. В темноте чемпионат проходил на ощупь и выходил вполне занимательным, чтобы не думать о сне.

Мыслей о возможном побеге через окно не возникало. Снаружи приюта работали камеры. Они не сбоили и не ломались в ночь похищения, и показывали отсутствие какого-либо движения снаружи детского дома. Да и окна на зиму закрывали, вынимая ручку, чтобы дети не простудились и не повыпадали из окон.

Наконец дверь в спальню пятиклассниц открылась. Из комнаты вышла девочка. Странно пошатываясь, что руки плетьми колотили по бёдрам, она направилась в сторону Лао. Девушкам потребовалась минута, чтобы выскочить из укрытия и побежать за ней, но монах успел раньше. Осторожно придерживая девочку за плечи, он внимательным взглядом осмотрел её лицо. Взгляд на несколько мгновений стал колючим. Во время чтения энергий лицо монаха становилось зловещим.

— Ой, Машенька! — услышали они громкий шепот.

К троице приближалась медсестра приюта, чьё имя агенты успели позабыть.

— Тише-тише, — зашептала она и осторожно за плечи повела девочку обратно в комнату. — Она у нас ходит иногда по ночам.

— Да, подтверждаю, — кивнул монах, — с девочкой всё хорошо. Небольшое расстройство, но она его скоро перерастёт.

— Кристалл ошибся? — поинтересовалась Чарли.

— Нет, — прошептала Яна, — просто так совпало. Дежурим дальше. Преступник придёт!

Но не успели они проводить медсестру до поворота в следующий коридор, как дверь в спальню третьеклассниц беззвучно распахнулась. Медсестра с троицей замерли на месте. В коридор вышла девочка, неестественно вытянув вверх руку, будто её вёл невидимый взрослый. У самой девочки глаза были открыты, а рот то и дело открывался в попытке что-то сказать, но тишину коридора не нарушал ни единый звук. Второй рукой девочка будто пытается вырваться из хватки, но держащее её нечто было не только невидимым, но и бестелесным.

Чарли, прижав к себе неразлучный бубен, села в позу по-турецки, вдохнула и выдохнула, прежде чем погрузиться в астрал.

Не слишком уютно погружаться туда, где чистота и стерильность в абсолютном ощущении. Всё живое съедено. Всё следы вычищены. Сама себе кажусь грязным пятном, которое вот-вот обнаружат и тоже тщательно счистят.

Рядом со мной позвякивает цепью Рая. Бывшая попутчица готова к бою и с презрением смотрит вперёд.

С этой стороны девочка выглядит совсем иначе. Перепуганная маленькая душа бьётся в панике, не в силах вырваться у своего агрессора. А вот на месте невидимого нечто я теперь вижу пульсирующего голодом духа. Впервые наблюдаю это странное вибрирующее красным создание. Если бы я хоть раз видела, что с призрачного облика можно сорвать кожу и часть внутренностей, то это нечто точно подошло бы под такое описание.

Но всё же я чувствую слабость этого существа. Это ещё недостаточно сильный дух, чтобы представлять для меня угрозу. Не страшнее Иного в автобусе, а если так, то пусть ищет еду в другом месте.

По моей команде Рая вскидывает цепь. Живой змеёй её орудие оплетает неприятеля. Девочка уже не пытается вырваться, когда я настигаю их. Удар бубном по руке, что держит малютку. На моих глазах семицветик Лао подхватывает девочку и уносит подальше от существа. Существо быстро соображает, что бубен делает больно, а добыча вырвана из лап. Мгновенным рывком оно стряхивает с себя цепь и ныряет в пол.

— Какая шустрая! — недовольно пыхтит Рая. — Можешь возвращаться. Ей уже не хватит сил на что-то серьёзнее побега!

— Ты можешь за ней проследить?

— Как собака?! По следу? Да, могу, но только в этот раз! — фыркает Рая с отвращением и послушно втягивается в пол.

Чарли подняла голову. Рядом с ней сидела Яна, приложив к оголённому плечу шаманки очередной кристалл. На софе, под которой прятались до этого девушки, медсестра укачивала и успокаивала отчаянно плачущую от ужаса девочку. Вокруг них порхал Лао, стараясь успокоить и перепуганную медсестру и прервать поток слёз ребёнка.

— Шустрый призрак. Сбежал! — выдохнула Чарли.

— Ты запомнила, как выглядел наш мальчиш-плохиш? — поинтересовалась Марьяна, убирая кристалл в свою сумку.

— Такое не забыть! — уверенно заявила шаманка, вспоминая жуткое нечто без кожи. — Это был очень странный дух. Будто человек без кожи и части плоти. Сама понимаешь, что лица там не было.

— Зато у нас есть хорошие подсказки, — невозмутимо отозвался Лао, возвращаясь к девушкам. — Что Янов пишет о духах, у которых облик с увечьями?

Мысленно посылая наставнику волны возмущения, девушка задумалась. Вопрос не казался слишком сложным. Только вспомнить, но Янов жирно подчёркивал, что почти каждый случай уникальный, и описывал очень много практических примеров. Другое дело, что и духов описывал цельными отпечатками с ранее живых оригиналов. Раны живого тела не отражались на духе, разве что… и на этом моменте начинались две сотни страниц со случаями из жизни.

— Дух должен быть цельным, разве что…

То и дело вспоминались юрей и онрёЮрэй — потусторонний (неясный) дух — призрак умершего человека в японской мифологии. Отличительной особенностью классического юрэй является отсутствие у него ног. Онрё — мстительный дух, иногда переводится как гневный дух. В японских традиционных верованиях и литературе — призрак (юрэй), который способен причинять вред в мире живых, ранить или убивать врагов, или вызывать стихийные бедствия ради мести за несправедливость, проявленную к нему при жизни, а затем забрать души погибших из умирающих тел.. Но пока память подводила, включилась соображалка. Обглоданные в ноль энергии, никаких дружественных сущностей, вроде домовых. В дело подтянулась память и голосом Раи напомнила, что у духа нет больше сил, кроме как бежать.

— Дух очень сильно истощён.

— Верно, Чарли, — едва не добавляя «садись, пять», похвалил Лао. — Такой дух самостоятельно едва передвигается. Ему нужно постоянно питаться. Но не только это. Ему нужно паразитировать на человеке!

«Чуть более осязаемый противник?»

Тем временем Лао Шин уже набирал номер директрисы детского дома. После трёх гудков девушки услышали встревоженный голос женщины, мгновенно стряхнувшей с себя сон. Ночь с пятницы. Она уже должна была привыкнуть к таким звонкам.

— Мария Семёновна, простите, что… понял! Нет, нам удалось предотвратить. С девочкой всё хорошо. Да. Преступник скрывается среди персонала. Да. Приказ? Отлично, напишите приказ, так будет лучше! Отлично! До завтра, Мария Семёновна, спасибо.

Девочка плакала и боялась идти спать. Глазами ребёнка похищение прошло намного страшнее, чем это видели взрослые, и только Чарли могла понять, что могла увидеть или почувствовать маленькая жертва. Подумав, шаманка сняла с руки намотанные браслетом чётки и осторожно передала их в маленькие ручки малышки:

— Тебя как зовут?

— Аня, — едва слышно прошептала девочка, заинтересованно перебирая в руках чётки.

— Мою сестру тоже Аня зовут, — улыбнулась Чарли. — Эти чётки очень особенные, Аня. Они тебя защитят этой ночью от страшилища, который хотел тебя забрать.

— Хотела, — поправила шаманку Аня, — тётя сказала, что ей очень хочется кушать…

— Тётя тебя сегодня не побеспокоит. Только держи их крепко!

Малышка кивнула, тепло чёток не оставляло сомнений в их особенности. Медсестра увела девочку в спальню. Чарли машинально провела по запястью, лишенному привычной тяжести, намотанных на руку чёток, выглядящих как странный браслет со множеством подвесок. Марьяна шепталась со своим кристаллом-проводником, но тот спокойно висел, подчиняясь гравитации. Этой ночью больше ничего не случится.

— Думаю, мы можем поспать до утра, а с утра директриса прикажет всему персоналу остаться для допроса в приюте. Там и узнаем, кто наш одержимый духом работник! — уверенно заявил Лао и повёл сонных девушек в сторону учительской.

На последнем лестничном пролёте Чарли замешкалась, будто споткнувшись. На мгновение в поле зрения агентов мелькнула большая цепь, обмотанная вокруг ноги шаманки.

— Это Рая, она шла по следу духа, — пояснила Чарли.

— Тебе обязательно погружаться в астрал, чтобы вести нас? — неодобрительно посмотрел на крутые ступени лестницы Лао Шин.

«Тут камлание наяву не поможет!» — проследила за ним подопечная.

Обмотанная призрачной цепью нога немного онемела. Девушка невольно начала растирать ногу. Кисти коснулся край бубна, закреплённого на ремне джинсов. Бубен существующий в обоих мирах.

— У меня есть идея! — осенило девушку.

Шаманка осторожно вытянула бубен вперёд, крепко держа в руке. Оставалось надеяться, что Рая догадается о задумке Чарли. Бубен был врагом попутчицы, но для духа-защитника это такой же инструмент, как и для девушки.

Сначала ничего не происходило. Бубен просто покачивался в руке сонной Чарли, пока ощутимо не дрогнул, схваченный с противоположной стороны. Вибрация передала девушке степень негодования её бывшей попутчицы. Сначала собака-следопыт, а теперь и собака-поводырь. В следующий выход в астрал намечалась неприятная беседа. Рая вела их извилистыми коридорами, заставляя снова подниматься и спускаться по лестницам в странном порядке. Наконец троица оказалась под лестницей у запертой двери в подвал.

— Это уже интересно! — хмыкнул Лао, осматривая стандартный советский замок.

— Взломаешь? — поинтересовалась Яна.

— Лёха взломает! — уверенно заявил монах.

Ночь набирала обороты. Пока Лао и Лёха разбирались с устройством и взломом замка в подвал, девушки нашли среди переданных им бумаг строительные планы здания. Когда дверь поддалась, четыре луча прорезали темноту помещения. Из непроглядной черноты проступали очертания различного хлама, отправленного доживать свой век под землёй из-за невозможности полноценно списать и выбросить. Сверяясь с планом, агенты двинулись дальше, просматривая каждый угол на предмет чего-то не совсем человеческого. Обломок мебели, вибрирующий резонансом энергий, спрятанную страницу, амулет ведьмы или чернокнижника — всё что угодно. Эхо разносило шаги по всему подвалу, многократно увеличивая звук.

Спустя час тщательного осмотра каждого сантиметра, брошенного в подвале барахла, Чарли ощутила неясную тревогу. Что-то нехорошее обреталось совсем рядом, болезненно отдаваясь на кончиках пальцев. Чарли направила луч фонаря в сторону, с которой почувствовала тревожные намёки. Луч белого света столкнулся с серой гладью стены. Ни каких-либо рисунков, ни предметов мебели. Просто стена. На всякий случай шаманка подошла к стене и неуверенно положила на неё ладонь.

— Ай! — резкая боль заставила отскочить. Казалось, кожу ошпарило кипятком.

— Где? — коротко поинтересовался Лао, опуская глупый вопрос «что случилось».

Мгновенно материализовавшийся около подопечной, он осмотрел руку на повреждения и направил луч фонаря в стену.

— За стеной, — выдавила из себя девушка, с шипением потирая ладонь, огрызающуюся болью.

— Хм, стена… — пробормотал монах, осматривая всё перед собой от края и до края. — А что нам по поводу этой стены скажет план здания? Лёха?

— План говорит, что стены там быть не должно! — ответил Лёха. — Или иллюзия или самоделка из картона и такой-то матери!

— На иллюзию не похоже! — монах для убедительности постучал костяшками по стене.

В ответ все четверо услышали звучное это от удара. Стена по поверку оказалась тонкой. Лао с Лёхой хватило одного красноречивого взгляда, чтобы водитель ушёл за инструментом. В ожидании продолжения интересной ночки Яна показала Чарли содержимое своей ведьмовской сумки. Помимо мешочков с травами, готовых к заговору и тайной закладки к будущей жертве, в карнамах обнаружились бутылочки с различными жидкостями, разной степени плотности, порошки, разноцветные камешки и множество скрытых от глаз свёртков. На уже знакомые кристаллы шаманка не обращала внимания.

— Это всё появилось у ведьм в последние три столетия, — объясняла Марьяна. — Раньше нам достаточно было просто себя самих. Как вам, шаманам, например. Или монахам. А теперь всё. До появления Грани были такие ведьмы, слишком слабые, чтобы освоить хоть что-то. Лишь зачатки магии и не больше. Теперь все ведьмы такие!

Появился Лёха с колуном, и Лао бесцеремонно вывел девушек из подвала, закрыв дверь. Спустя несколько минут приглушенных дверью ударов, до Чарли и Яны донесся звук разрушающейся стены, вслед за которым что-то громко упало на пол. Удары стихли, но дверь монах не спешил открывать. Не сговариваясь, Чарли и Яна прижались ушами к двери, чтобы понять, что творится внутри.

После глухого голоса водителя «Лао, подсвети» они слышали только что-то похожее на звуки шагов, после чего весь подвал завибрировал от многообразия матерных слов, известных Лёхе. Когда тот затих, следом донесся голос монаха «девочки, уходите спать!».

— Чего?! — возмутилась Чарли.

— Идём спать, — невесело усмехнулась Яна. — Похоже, они нашли что-то слишком неприятное, чтобы нам показывать.

✠✠✠

Утром приказ директрисы полностью повторил приказ федерального уровня, присланный по просьбе монаха из Головного офиса. Никому не покидать стен приюта. После завтрака троица вместе с Лёхой, коршуном смотрящим на всех работников, начали заново опрос всего персонала. Вопросы, чтение энергий, проверка кристаллами, осмотр со стороны астрала. И ещё больше вопросов в итоге.

Все ночные вожатые прошли все проверки, отчитывались как на исповеди, нигде не сбиваясь и демонстрировали полное отсутствие постороннего вмешательства. Казалось, среди работников приюта нет злоумышленника. Воспитательница Вера с медсестрой помогали не покладая рук, порой просто принося агентам чай и еду из столовой, чтобы те не продолжали работу голодными. День неумолимо клонился к вечеру, а новых зацепок не появлялось.

Помимо прочего монах с водителем молчали как партизаны, относительно того, что обнаружили в подвале приюта. И если Чарли терпеливо решила дождаться отчёта, который дал бы ответы на все вопросы, то хитрая Марьяна проверила все запросы в ГХ от монаха. Запрос на вывоз и последующее вскрытие пяти детских тел поставил все точки над «ё». Пропавшие дети нашлись. Подозрения, что злоумышленником мог бы стать кто-то со стороны, исчезли. Об интересных секретах подвала могли знать только свои.

Во время ужина, пока все дети и работники находились в столовой, шесть небольших мешков без лишнего шума вывезли в ближайших подотчётный ГХ морг. С наступлением ужина Лао удручённо подвёл итог опроса и проверки — ничего. Никаких зацепок. По опросам все работники имели алиби или, как медсестра, были перед глазами агентов. Инструменты ведьмы молчали, чутьё и меткий глаз Лао ничего не видели, да и Чарли не могла похвастаться успехами. Все слишком чистые. Стерильные.

— По личным делам детей? — интересовался Лао у Яны, штудирующей документы после ужина.

— Никаких совпадений. Девочек в случайном порядке брали. Есть что-то по тёмному прошлому наших работников? — подняла она взгляд на монаха.

— Нет. Обычные люди. Ничего примечательного. Никаких встреч с иными или артефактами, или проклятыми местами. Чарли, что по мебели?

— Привезённая мебель вибрирует мощной энергетикой, — отчиталась Чарли за проделанную перед ужином работу, — но почти весь антиквариат такой. Её бы на амулеты распилить — будет очень мощная защита. Такую и армия анку́ не пробьёт. Даже в лесу ночью.

— Лёха, что по происхождению этой мебели? — не унимался монах, расхаживая по учительской.

— Слишком чисто. Всё сделано так скрупулёзно, будто это мы дураки и по ошибке назвали ее антиквариатом. По документам это хорошо сделанная реплика, даже есть данные мастеров, которые занимались репродукциями. У них и сайт и каталог работ, вот только, какая жалость, они отошли от дел! — покачал головой водитель.

До отбоя оставался час. Зацепок так и не осталось. А сбитый с режима питания дух мог прийти в любую ночь. Постоянно дежурить в приюте агенты не могли. Требовалось решить проблему и поскорее.

— Знаете, что мне покоя не даёт, — пробормотала Чарли. — Вы сломали стену, чтобы пройти к… тому самому месту, а дети туда как-то иначе попадали. Сквозь стены не пролазили, да и стену никто не возводил раз за разом?

— Там была ещё одна дверь. Вела в служебные коридоры, а они соединяются с общим коридором третьего этажа. Эти катакомбы выстраивали слоями, как и всё здание, — пояснил Лёха.

— Тогда предлагаю осмотреть те помещения, пока у нас есть время. Может быть, на что-то наткнёмся! — отложила в сторону все документы шаманка.

Яна сразу поддержала идею, Лао и Лёха побежали за фонариками. Единогласное решение. Монах с водителем старательно вели девушек в подвале такими тропами, чтобы уберечь от того, что они могли увидеть краем глаза, несмотря на то, что группа зачистки помимо тел вытащила из подвала все возможные улики и прикрыла следы преступления. В подвале могли случайно оказаться дети. Леха без видимых проблем вскрыл дверь из подвала в другую часть здания.

Перед агентами предстал неосвещенный коридор. Справа и слева располагались подсобные помещения. Кладовки для чистящих средств, средств уборки улицы, лестницы, швабры и многое другое, что не вызывало никакого интереса у четвёрки. Но что-то среди этих комнат всё же было. Чем дальше они шли, тем больше Чарли ощущала вибрации, подобные тем, что исходили от мебели.

Приходилось совать любопытной нос во все комнаты. Коридор, поворот, по лестнице чуть выше, снова коридор. След оставался слишком размытым, чтобы точно определить источник, но с каждым шагом они определённо приближались, пока при касании к двери, девушка не одёрнула руку.

— Там что-то есть! — уверенно заявила она. — Что-то из антиквариата.

Дверь бесшумно открылась. Перед агентами предстала простая комната отдыха. Один диван. Два кресла. Стол. Большой шкаф для одежды, старое советское зеркало. Самая простенькая комната, но всё же её некоторая отдалённость от кабинетов с детьми, невольно притягивала утомившихся работников на короткий перерыв в тишине. На стенах пузырились старые бумажные обои. Но внимание привлекала одна-единственная картина в старинной раме.

Пожелтевшее полотно едва передавало образ богатой женщины. Тёмные волосы убраны под красный головной убор. Красное пышное платье с пышными белыми рукавами и таким же пышным воротником.

«По форме будто поднос на эту даму надели!» — не удержала Чарли беспардонную мысль.

Лицо, написанное в греческой манере не поддавалось опознанию. По-европейски привлекательная женщина с бледной кожей и гибкой шеей, которую охватывало жемчужное ожерелье. Три ряда жемчуга сцепляли вместе три броши с тёмными драгоценными камнями, красиво гармонировали с такими же темными камнями в платье дамы. От картины волнами шли мощные вибрации резонансной энергии, от которой даже волоски на руках шаманки вставали дыбом.

Яна сфотографировала на свой смартфон картину с дамой в красном и, спустя полминуты поиска по совпадениям, дрожащим голосом объявила:

— Вы мне не поверите, ребятки, но это Батори. Графиня Елизавета Батори на, возможно, единственном сохранившемся её портрете!

— Да ты… да нет! — выдохнула Чарли. — Да не может…

— Это она! — кивнул Лао, сравнивая портрет и картинку с экрана смартфона ведьмы. — Никаких сомнений. Да и год создания мебели совпадает с её годами жизни.

— Значит, тот дух — это знаменитая Кровавая графиня?! — ахнула шаманка, не веря своим глазам.

Впрочем, глаз от портрета она никак не могла оторвать. Что-то ей показалось очень знакомым. Невероятно знакомым.

— Была ли кровавой — это до сих пор тайна за семью печатями, но с остальным ты права! — кивнула Марьяна.

Взгляд шаманки скользил по поясу красного платья, окрашенному жемчугом и чёрными камнями, поднимался к лифу, с драгоценными брошами вместо пуговиц. Точно такими же, как на ожерелье…

— Вера! — воскликнула в полный голос Чарли, чувствуя как волосы на голове шевелятся. — Как же я могла забыть?!

— Что?

— Ожерелье Батори. Жемчуг этот и камни чёрные… у воспитательницы Веры точно такое же! — безжалостно ткнула пальцем в портрет шаманка, дрожа от пришедшего в голову откровения.

— Бегом! — скомандовал Лао и все четверо понеслись по коридорам вверх.

Лабиринт коридоров и лестниц словно насмехался над нами, нарочно путая и выводя совсем не туда, куда им требовалось. Вместо выхода к спальням — тупик, вместо комнаты с телевизором выход к очередной веренице коридоров. Из-за нервов карта путалась в руках ещё больше запутывал. Наконец показались те самые коридоры.

Отбой уже прозвучал. Дети в кроватях. Воспитатели проверяют, чтобы всё было в порядке и обходят каждую спальню. Снова бег. Поиск Веры. У спален девочек её нет. Дальше к мальчикам. Снова провал. Веру никто не видел после ужина. Ночной приют превратился в огромную головоломку.

— Вы уж простите, но нам придётся разделиться. Проверяем все помещения. Дальше ста метров друг от друга не отходим, — нехотя объявил монах.

Класс музыки. Кабинет рисования. Компьютерный класс. Пусто. И картины исчезли. Дверь за дверью. Поворот по коридору. Классы для обучения. Снова мимо. Дальше по лестнице наверх. Кабинеты, классы, спальни, комнаты и даже туалеты с ванными комнатами. Голодный призрак в приюте полном детей.

— Я знаю, где она! — ахнула Яна, когда перед их глазами предстала лестница на чердак.

Лёха и Лао не сговариваясь в два прыжка оказались наверху, но двери за собой запереть не успели. Марьяна с Чарли поспешили подняться наверх. Едва шаманка высунула голову в люк, чтобы оценить всё происходящее, как мимо неё пронёсся в полёте водитель. Пойманный на горячем призрак оказался весьма агрессивным.

Пригибаясь к полу, девушки ползком добрались до шалаша мальчиков. Под прикрытием рукотворного купола им открылась картина — в свете зажжённых тут и там свечей стояла Вера, окруженная картинами, лежащими на полу. В правой руке воспитательница сжимала антикварное настолько зеркало и с интересом рассматривала в него своё отражение, пока живущая своей жизнью левая рука подыскивала тяжёлые предметы и швыряла в сторону бездыханного водителя. От смерти последнего спасла ловкость Лао, перехватившего всё в полёте. Лицо Веры пугающе помертвело. Кожа пожелтела, щёки ввалились, повсюду начали проступать трупные пятна. Она едва напоминала саму себя. Зато ожерелье на шее сияло, источая вибрации такой силы, что стекло в зеркале отвечало ему звоном.

— Оно прицепилось к Вере из-за ожерелья, — прошептала Чарли.

— Да, надо его снять! — кивнула Яна.

Девушки старались не привлекать к себе внимание, пока Лао с Лёхой принимали на себя весь удар одержимой призраком, чтобы продумать дальнейшие действия, однако их шепот привлёк внимание Веры. Одержимая повернулась к ним. По Яне она скользнула равнодушным взглядом, но маленькая шаманка заставила её глаза вспыхнуть страшным адским огнём. Поймав этот взгляд Чарли не выдержала и сорвалась с места, поддавшись паническому порыву скрыться как можно дальше от страшной женщины.

С хриплым воем равнодушная ко всему, кроме нападающих агентов, одержимая резво бросилась за ней мгновенно оттеснив от люка на лестницу и погнала в угол. Не успевшая окончательно испугаться шаманка бешеным хорьком пыталась вывернуться от стремящихся к её горлу посиневших пальцев с чёрными ногтями. Бросившийся на защиту подопечной монах неведомым пируэтом оторвал страшную женщину от жертвы и перехватил, временно лишив возможности двигаться.

— Бегом отсюда! — заорал на девушек Лао, стремительно теряя драгоценное время.

Нечеловеческой силой Вера подбросила его к самой крыше, словно он был для неё легче теннисного мячика. Не успевший сгруппироваться наставник с ускорением встретился с балкой и кулем рухнул вниз. Характерный сухой треск кости свидетельствовал, что в ближайшее время встать он уже не сможет. Насколько Чарли позволил угол обзора, она разглядела стремительно разрастающееся кровавое пятно вокруг головы наставника.

Одержимая продолжила оттеснять шаманку от возможного выхода как ни в чём не бывало. Надежда на спасение махнула ручкой и сбежала. Шёпот ведьмы, попытавшейся придержать призрака на одном месте, только обозлил одержимую. Прицельно бросив в Яну тяжёлое трюмо, сбившее ведьму с ног, она разорвала набирающий силу ритуал обездвиживания и бросилась на свою жертву.

Отбросив тщедушное тельце к картинам, Вера рывком перевернула девушку на спину и вцепилась в бледное горло, в кровь расцарапывая тонкую кожу.

Вытекающие из ранок дорожки крови моментально замерзали, открывая путь в тёплое тело мертвенному холоду. Чарли вцепилась в руки одержимой, попытавшись оттолкнуть её от себя, но лишь наблюдала как руки стремительно синеют. На тело страшной волной, как от сильного снотворного, наваливалась вялость. В голове крутились сотни противоречивых идей, но осознание приближающейся смерти так и не успело сформироваться…

И внезапно всё прекратилось. С двух сторон на Веру бросились окровавленный Лао и всклокоченная Марьяна. Неизвестно какими силами монах не отдал богам душу, а встал и продолжил бороться, но его сил хватило на ещё один рывок, который быстро пресекла одной рукой Вера. На спину одержимой запрыгнула Яна, силой оттаскивая её от шаманки. Трюк сработал. Одержимая отпустила Чарли и отшатнулась назад, чтобы сбросить со своей спины досадное препятствие. Но ведьма каким-то чудом не отлетела спиной в стену и даже успела дёрнуть за ожерелье. Увы, рывка с собственным весом Яны оказалось недостаточно, чтобы сорвать украшение с шеи Веры. Без лишних разговоров, рассвирепевшая одержимая впилась пальцами в горло ведьмы, приподняв её над землёй.

Живучий как таракан монах, стараясь не опираться на одну ногу, оттащил подопечную подальше от потасовки, стараясь закрыть собственным телом даже от случайного взгляда страшной женщины. На глазах едва пришедшей в себя после удушения шаманки, мертвенный холод с пальцев одержимой начал втекать в тело Марьяны. Девушка вывернулась из-под защиты наставника, вскочила и бросилась на Веру. За её спиной прихрамывающий монах с трудом поднялся на ноги и кинулся следом.

Но не успели они приблизиться к ведьме с одержимой на сантиметр, как Яна неестественно повернула голову. Зрачки ведьмы растеклись, полностью скрыв в непроглядной черноте склеру. Глядя на своего противника под странным углом, демон руками ведьмы вцепился в ожерелье с двух сторон с легко разорвал его на части, словно это была макаронина.

Жемчуг с грохотом покатился по полу чердака, а воспитательница Вера скатилась на пол, отпустив ведьму. Больше она не напоминала подобие мёртвого тела. Дух утратил связующую их нить и потерял контроль. Однако демону не было никакого дела до деталей. Напряженная каждый мускулом тела, Яна окинула взглядом обмякшее тело, угрожающе возвышаясь над ним.

— Нет-нет-нет! Стой! Угрозы нет! Слышишь, больше никто не угрожает! — закричал что есть силы монах, выставляя шаманку перед собой лицом к лицу с демоном Яны. — Смотри на шаманку. Смотри внимательно! Шаманка друг! Нет агрессии. Чувствуешь? Врагов нет. Остались только друзья!

К удивлению Чарли, в ужасе вглядывающейся во мрак инфернальных глаз, демон послушался. Недовольно окинув взглядом чердак, чернота начала исчезать. Глаза ведьмы снова стали нормального голубого цвета, а движения утратили жуткую угловатость.

— Спасибо, — выдохнула Яна и стиснула шаманку в объятия, изумив ещё больше.

Осторожно обхватывая плечи ведьмы в ответ, Чарли поймала себя на странном чувстве, возникшем в ответ на эти объятия. Что-то незнакомое, но безумно приятное. Ощущение своей нужности. Оно мягко согревало изнутри, подбадривая продолжать и не останавливаться на достигнутом. Словно в районе груди начало сиять маленькое солнышко.

Отчет по делу №2007318

Группа в составе:монах Лао Шин

ведьма Марьяна Укошина

шаманка Чарлив

ыехала по запросу директора центра помощи детям, оставшимся без попечения родителей города Горно-Алтайска Дмитриевой М.С.

По словам Дмитриевой каждую ночь с пятницы на субботу из приюта пропадала одна девочка. Проверка по возможному похищению лишенными опеки родственникам или побегу по собственной воле не дала положительных результатов. Дети не покидали приют.

В результате расследования выяснено, что незадолго до начала пропажи, в приют было сделано крупное пожертвование. Антикварная мебель XVI века, два зеркала, семь картин и жемчужное ожерелье. Несмотря на статус «реплика», все подаренные предметы принадлежали графине Елизавете Батори и хранили в себе частицы её духа. Присутствие Батори не обнаруживалось ни ведьмой, ни шаманкой до проявления непосредственной активности.

Все предметы отправлены на экспертизу. Подозрение в маскирующей технике чернокнижников.

Для своего воплощения, дух подчинил тело воспитательницы Кудрявцевой В.А., управляя ею через ожерелье. В ночи дежурства Кудрявцевой дух Батори похищал маленьких девочек, уводил в подвал приюта и «осушал». Шесть детских тел обнаружены и отправлены в морг. Отчет о вскрытии во вложении.

Призрак нейтрализован после уничтожения ожерелья. Части ожерелья направлены в хранилище вещдоков. Кудрявцена В.А. передана отделу экзорцистов для поиска остатков призрака и последующей терапии пострадавшей.

Дело закрыто.

Приложение А к отчёту:В связи с ранением лидера группы монаха Лао Шина прошу к стандартному гонорару добавить премию, покрывающую следующие расходы: для ускоренного восстановления сломанной берцовой кости применено максимальное ускорение метаболизма что требует восстановления ресурсов организма. Список продуктов для восстановления прилагается в приложении Б.

6. Дело о кукольном домике ч.1

— Проведение ритуалов Книги Хаоса основано на понятии равновесия. При изъятии из ткани пространства желаемого объекта или процесса, требуется предоставить некоторую равную величину для стабилизации процесса. Вычисление равного объекта или процесса представлено в приложении «А», — читала вслух Чарли, время от времени бодая головой грача, сидящего на плече. — В случае с ритуалами класса А, классификация которых приложена в таблице приложения «Б», стабилизация заведомо невозможна. При исследовании ритуалов с последних страниц, сделан окончательный вывод о невозможности предоставления равного процесса из-за глобальных вмешательств в ткань времени и пространства. В физической реальности отсутствует соразмерная оплата. С учётом аксиомы совершения любого ритуала из Книги Хаоса, теория Григорьева А.В. о повсеместной стабилизации требует пересмотра. Выдвинута гипотеза громоотводов. Громоотводами послужат живые существа, способные поглощать энергию отдачи без вреда для собственной жизни…

— Дальше можно не читать, ответ не здесь, — хмыкнул Весемир.

— Почему? Я наконец заинтересовалась…

— Это изучение Влада дальше теории и выдвинутой гипотезы не зашло. Дальше он раскрывает сущность гипотезы громоотвода, а последний десяток страниц — это его запросы на проведение экспериментов. Все отклонены. Сама видишь, что громоотводами должны быть живые существа, и ты не думай, что лабораторные крысы. Подходят только Иные. И для проверки гипотезы требовались эксперименты на своих коллегах. Когда исследование натолкнулось на необходимость практических исследований, то всё свернули, — пояснил шаман. — Эксперименты такого рода опасны и запрещены. В лучшем случае подопытный умрёт страшной смертью. А в худшем случае энергия отдачи усилится и разорвёт всё вокруг. Радиус поражения зависит от ритуала. Может быть равен городу. Или области. Или континенту. Или всей планете.

— А как энергия отдачи может усилиться?

— Один из ранних исследований Влада. Если Иной пытается взаимодействовать с энергией отдачи и погибает, то ударная волна усиливается за счёт смерти и возрастает в два-три раза, — слова Весемира заставили Чарли вздрогнуть, напомнив о её личном опыте поглощения. — Наш чернокнижник не боялся изучать страшные ритуалы, их последствия и саму Книгу Хаоса.

— Я не стану думать о возможном кратере на месте меня, когда я поглотила много нехорошей энергии на кладбище…

— На твоё счастье, Ёжик, ты впитала совсем немного, а потом твоё здоровье тщательно проверяли, — утешающе каркнул грач. — Но мы отвлеклись. В этой работе тупик, открывай следующую. Если где-то и есть ответ, зачем кому-то собирать Книгу Хаоса целиком, то в работах Влада. Так дотошно, как он, её никто не изучал. В том числе он перепроверял все работы своих предшественников.

— Да-да, — зевнула Чарли, — я помню. Давай хоть перерыв на чай сделаем, а потом будем читать содержимое следующей папки?

— С печеньками? — щёлкнул клювом грач.

— Да. С ними.

— Прожуёшь их мне? — запрыгал на плече девушки шаман.

— Знаешь, — недовольно посмотрела она на чёрную птицу, — я уверена, что твой клюв в состоянии сам прожёвывать пищу!

— Да, но у меня голова болит от пережёвывания! — заныл шаман, мягко касаясь тёплым клювом уха Чарли. — Ёжик, ну будь человеком!

— Ладно-ладно, только без птичьих заигрываний!

— В следующий раз я могу быть котиком! — коварно заявил Весемир.

— Вискас для тебя я точно не собираюсь жевать! А кота здесь все затискают, особенно ведьмы! — хмыкнула шаманка.

По возвращению в новосибирский офис, их встречал весёлый грач с очередным заданием от Виктора касаемо Книги Хаоса. Всю бумажную волокиту по-честному разделили на троих, однако Лао при всём желании не мог разорваться между необходимостью выполнять обязанности главы офиса и работу с документами архива. Под командами грача-шамана Чарли с Яной снова остались один на один с горой бумажек.

По вечерам Весемир с видом ещё одного наставника обучал Чарли шаманским практикам, что выглядело комично из-за его облика грача. Марьяна продолжала помогать им в качестве подопытного кролика, которого шаманка изо всех сил стремилась погрузить в правильный медитативный сон с отправкой в «комнату отдыха». На третий вечер девушка сумела создать правильный резонанс вибраций, забравший ведьму в «спокойное место», которым стал берег моря. Тёплое воспоминание из детства, когда они просто сидели со старшей сестрой в обнимку у ещё слишком холодной для купания воды. В то время счастье было в самых простых вещах…

Чарли уже начала радоваться успехам, однако пробуждение Яны заставило напрячься. Проснувшаяся ведьма некоторое время непонимающе смотрела по сторонам, но когда сфокусировала взгляд на шаманке, то начала горько и отчаянно плакать, не в силах остановиться. Перепуганная Чарли одним взглядом вопрошала у шамана, что было сделано не так и как это исправить, однако последний был не меньше шокирован и только осторожно подбирался к лицу Марьяны, чтобы оценить нанесённый ущерб.

— Вы не… не думайте… — попыталась что-то сказать сквозь поток слёз ведьма и поспешила покинуть капище.

— Вот и полечили! — удручённо выдохнула Чарли, чувствуя как у самой слёзы наворачиваются на глаза.

«Пока лечили, покалечили!» — отдались эхом мысли.

Продолжать практику не хотелось. Сразу вспомнились исследования Влада и страшные последствия возможных экспериментов с Иными даже во благо науки. Девушка ощущала себя таким же экспериментатором, чьей успех писался поверх горы тел жертв опытов, закончившихся провалом. Она удрученно села на плед, обняв колени руками.

— Ёжик, ты же не начала сейчас себя во всём винить? — проницательность Весемира не знала границ.

— Нет, — буркнула она, утыкаясь лицом в колени.

— Да, это так заметно! — съязвил шаман. — Знай, ты всё сделала правильно! Лично ты Яне никакого вреда не нанесла. Возможно… у неё с морем связаны плохие воспоминания, вот она и расстроилась!

Грач перепрыгнул ей на руку и осторожно коснулся клювом темени.

— Подъём, игольчатая, — нетерпеливо подпрыгнул он, — мы сегодня ещё должны успеть попрактиковаться в укреплении твоей воли и силы духа, чтобы однажды ты смогла занять чьё-то тёплое тело!

Новое дело поджидало их внезапно в самом Калининграде. Ахнувшей от такой далёкой командировки Чарли, Лао сообщил со смехом, что в головном офисе уже оформляют на неё загранпаспорт и рабочие визы для командировок в другие страны. Агентство не ограничивалось одной лишь страной. А шаманов, как показала практика, в агентстве оставалось катастрофически мало.

— Из шаманов на постоянном контракте только трое, включая тебя, — объяснял Лао, когда их троица отправлялась на посадку до Калининграда. — Весемир, Морозова и ты. Есть ещё несколько очень старых и опытных шаманов, но они помогают от случая к случаю на временном контракте.

— Не доверяют агентству?

— Кто-то не доверяет агентству, кто-то идёт своим собственным путём и помогает только тогда, когда этот путь пересекается с нами, а кто-то помнит, что в агентстве за последние десять лет на заданиях погибло немало шаманов.

— Блин! — не выдержала шаманка.

— Оладушек, — отозвалась Яна. — Остальных тоже погибло немало, но на шаманах потери отобразились слишком наглядно.

— А кто нас ждёт в Калининграде? Упыри, волколаки, демоны, сектанты? — буднично поинтересовалась шаманка, старательно меняя тему.

С приходом снега перемещение в общественном транспорте стало более неуклюжим. Люди, завёрнутые словно луковицы в сто слоёв одежды, постоянно сталкивались друг с другом, а в толпе перемещались как королевские пингвины — важно, но крохотными шажками вперевалочку. От толстого шарфа нестерпимо хотелось сорвать с себя всю душащую одежду и остаться в пижаме, но реальность снежного сибирского ноября не терпела подобной вольности. В самолёте Чарли с пыхтением избавилась от верхней одежды, свитера и даже ботинок, чтобы шесть часов полёта не стали пыткой.

— Нас ждёт старый коллега Громовой. Работал с ней, успел насмотреться на некоторое… — Лао многозначительно поднял брови. — Громова оказалась мистиком и присоединилась к агентству, а он, пусть его звали в дружественный нам отдел ФСБ, отказался и перевёлся в Калининград. Надеялся, наивный, что сможет спокойно работать в МВД и видеть только человеческих подонков. На днях отправил заявку в офис, его дочь похищена Иным.

— Ого, а много Иных похищают девушек? — удивилась шаманка.

— Очень много, — хмыкнула Яна, поднимая по просьбе стюардессы заслонку иллюминатора. — Большинство предпочитает утаскивать своих жертв в своё логово. Поэтому сначала будем долго опрашивать и составлять портрет нашего плохиша.

— А какие вводные? — всё что угодно, лишь бы не заниматься все шесть часов полёта удручающими расчётными работами для института.

Лао осторожно передал шаманке папку с десятком листов, предоставляя на её суд всё, что поступила в офис.

«Генеральному директору ФСКА Грань ХаосаЖукову В.К.Кочеткова Е.С.Запрос на проведение расследованияВ городе Калининграде зафиксировано противоестественное исчезновение девушек из своих домов. 11 девушек возраста от 16 до 18 лет внезапно, без какой-либо причины покидают свой дом, исчезают из социальных сетей, рвут все связи с социумом и оставляют все вещи. Поведение напоминает находящегося под гипнозом человека. В момент побега из дома никто из родственников не может их остановить.Каждый из близких чувствует резкую слабость, вялость, подавленность и бессвязность мыслей. Последующий день после исчезновения проходит в сильной апатии.Подозрение на ментальное воздействие как на девушек, так и на их ближайшее окружение. Прошу разобраться в этом деле как можно быстрее»

Калининград встретил агентов тёплой погодой, полным отсутствием снега и своим европейским очарованием. Несмотря на заверения Лао и Лёха, что спать они могут и в машине, девушки с хихиканьем отыскали красивый отель в историческом районе, где, применив всю хитрость со скидками и купонами, забронировали номер в западноевропейском стиле. Глядя на щенячий восторг ведьмы и шаманки от приобретения вычурного, по мнению монаха и водителя, номера, мужская половина махнула рукой на излишние траты, хоть и вошедшие в рамки бюджета командировки.

— Чем бы дитя не тешилось… — терпеливо выдохнул монах, поглядывая как Яна пытается натянуть на визжащую Чарли юбку.

В игры девушек они предпочли не встревать, поспешно ретировавшись в бар отеля за чаем и закусками. Даже хрупкая ведьма Марьяна была способна внушать всем вокруг страх и ужас, когда решалась поиграть в женственность.

— Не-не-не, — безуспешно отбивалась шаманка от неё, — чего это вдруг!

— Тебе очень пойдёт моя юбка! — силой натягивала на неё ведьма свою красную клетчатую юбку-клеш. — Свитерок, колгототочки и даже с твоими грубыми ботинками такая конфетка получится!..

— Ай, юбка слишком короткая! — сквозь смех и визг выворачивалась девушка. — Замёрзну!

— Это в нашей Ново-Сибири ты замёрзнешь, а тут Калининград! Почти Европа. Ну… Европа и есть, собственно. И климат, и город какой, всё такое красивое! А ты в своих джинсах мешковатых! — перешла Яна к тактике взывания к стыду. — На юбке есть ремень, прикрепишь свой бубен спокойно!

— Ай, спасите-помогите! — завизжала шаманка. — Это даже хуже, чем сектанты!

— Зато красиво!

Железобетонную логику Яны не смогло пробить возмущение Чарли, а Лао и Лёха скромно молчали, когда девушки спустились к ним в бар в юбочках. Растрёпанную шаманку ведьма даже успела красиво заплести, требуя эстетики в их рабочие будни.

— Ну… — протянул Лёха, глядя на неловкие топтания Чарли на месте, явно смущающейся своей новой «рабочей формы». — Мы планировали сегодня вызвать на допрос подруг наших пропавших девушек. В таком виде вам будет проще их к себе расположить!

Последующий выезд до квартиры Кочеткова не привнёс новых данных. Безутешный отец пересказал свою историю более подробно, через слово нахваливая свою дочь. По его словам, девушка совершенно не интересовалась прогулками с противоположным полом, поставив себе цель поступить в университет в Берлине. Всё доступное ей время, она готовилась к экзаменам на знание языка, экзаменам по специальности и подрабатывала, чтобы иметь небольшую кубышку неприкосновенного запаса. Девушка показывала свою целеустремлённость. Она успела написать эссе на грант, принять участие в нескольких конкурсах, позволяющих стать заметнее для комиссии университетов, в которые она была нацелена поступать.

Одним словом, когда она вдруг вечером после немецкого вернулась с остекленевшими глазами и объявила, что уходит жить к своему парню, отец подумал, что дочь подменили. Но все вопросы застревали в горле, а все попытки встать и хотя бы преградить девушке дорогу, чтобы поговорить, вызвали слабость и сонливость. Кто-то или что-то не позволяло отцу мешать своей дочери ставить крест на своей дальнейшей жизни.

— Я подавал заявление в розыск, но… она будто испарилась. Её не видели камеры, не встречали её друзья и подруги, — отец девушки старался говорить бесстрастно, но порой его выдавало нервное движение пальцев. Евгений Кочетков постоянно порывался схватить что-то маленькое, но усилием воли успокаивался.

— Тогда вы решили узнать, есть ли ещё такие случаи? — подтолкнул его Лао.

— Да, у меня есть телефоны родителей девушек. Сценарий один и тот же. Некоторым девочкам нет восемнадцати и они просто числятся пропавшими без вести. Ушли из дома и будто исчезли. Моя Настя…

— Евгений… уж не знаю как вас по батюшке, нам нужны контакты всех её друзей, её телефон, раз она бросила аппарат дома и расписание её деятельности на неделю, — решительно произнесла Марьяна. — Особенно тот день, когда она пропала. Возможно что-то пошло не по расписанию. И ещё личную вещь. Если есть расчёска с остатками волос, то было бы идеально.

Безутешный отец сдавленно кивнул. Покидали его дом агенты, получив все требуемое. Кочетков уже был достаточно знаком с их деятельностью, чтобы передать всё и не мешать ходу расследования, пока они сами не попросят вмешаться. Или остальные родители пропавших девочек были предупреждены Кочетковым, или так на них подействовала пропажа дочерей, но агентам без вопросов предоставляли всё. Что они требовали — личные вещи, список всех друзей и их контакты. Даже смартфоны девушек без колебаний отдавали, а в ответ лишь слёзно просили вернуть дочерей домой.

Пропавшие девушки были сёстрами по духу пропавшей Насти. Сосредоточенные на учёбе, увлечённые своей работой или хобби, с большими планами на будущее и отсутствием интереса к романтическим переживаниям. Некоторые ещё и носили кольца чистотыКольцо непорочности или кольцо чистоты — символ целомудрия, первоначально выполнявшийся в виде серебряного кольца, носимого людьми до свадьбы., следуя старомодному веянию христианских групп Америки. Но и в планах этих девушек шли в сторону США и миссионерской деятельности. Не слишком популярные партии для отношений с ровесниками.

Подруг у пропавших оказалось не так уж много. По одной-две на каждую из девушек. По совпадению, некоторые из опрошенных знали лично нескольких пропавших. Уговорить их встретиться лично и поговорить в нейтральном месте, не составило труда. Почти все согласились. Из-за большой компании, Чарли с Яной справедливо назначили две встречи в одном кафе с разницей в три часа, чтобы успеть задать все вопросы, передохнуть и снова начать выведывать всё, что знают подружки о пропавших девочках. Лёха и Лао предоставили шаманке с ведьмой полную свободу действий после брошенной Марьяной фразой о большем доверии в кругу девочек без посторонних мужиков.

✠✠✠

Пришедших девушек не смутили расспросы. Чарли и Яна не внушали тревоги и выглядели точно такими же подругами пропавшей девочки, а не пугающими незнакомками, которые лезут не в своё дело. Перебивая друг друга, подруги пропавших повторяли все те же слова о больших планах, равнодушии относительно мальчиков и высокой моральной ответственности. А после их словно дракон похищал.

— Хотя я не считаю это чем-то странным. По крайней мере в плане Настьки, — вдруг пожала плечами подруга пропавшей дочери Кочеткова.

— А почему не считаешь? — осторожно спросила Яна, почуяв, что они не зря терпели последний час переливание из пустого в порожнее.

— А я его видела и… — девушка вдруг мечтательно закатила глаза, игриво покручивая в пальцах русую прядь волос, — если бы такой мужчина предложил мне уйти с ним в закат, то я бросила все свои пожитки прямо в кафе и помчалась босиком по мостовой!

— Расскажи, пожалуйста, подробнее! — выдохнула Чарли, а блестящие любопытные глаза остальных девушек её лишь поддержали.

История про таинственного незнакомца, по зову которого хочется бежать куда он скажет, заинтересовала всех.

— Я обещала, что никому… ну, ладно, — быстро сдалась рассказчица и пылко заговорила: — Это случилось из-за внезапной болезни репетитора Насти по немецкому. Что-то серьёзное. За полчаса до урока, вызвали скорую, а занятие отменилось. Мы тогда решили в кафе посидеть, чай попить, раз уж надо как-то убить три часа до её следующего занятия. Сидим мы в кафе, и тут к нам подсаживается мужчина, знаете, просто мечта! Знойный, сексуальный и красивый, как в фильмах! Сам познакомился, раскованный, не то что наши мальчики, слова всякие говорил…

Девушка заметно покраснела. Остальные слушательницы с интересом ожидали продолжения, едва не ахая от пары брошенных слов и томных вздохов школьницы. Яна снисходительно улыбнулась, понимая, что в юном возрасте влюблённость в первого встречного незнакомца дело обыденное. Таких знойных за неделю могло набраться больше дюжины. Чарли изо всех сил старалась выглядеть непринужденно. Скопление школьниц её напрягало, как и любые социальные темы. Помня горький опыт своих школьных и институтских деньков, она предпочитала помалкивать.

— Он нам коктейли заказывал, говорил… ох, говорил так горячо! — ещё больше покраснела школьница. — Но ему Настюха понравилась и он её погулять позвал, типа проводить до следующих занятий. Я хотела с ними напроситься, но почему-то просто не смогла ничего сказать и осталась в кафе. А вечером она со всеми попрощалась, сказала, что любовь зовёт. Утром узнали, что она просто сбежала из дома вслед за любимым!

На глазах Яны и Чарли все школьницы мечтательно вздыхали, мыслями сбегая вместе с таинственным незнакомцем, в чьи речи можно было влюбиться раз и навсегда с самой первой встречи. Шаманка записывала важные по её мнению детали в блокнот и не рисковала открывать рот для вопросов и комментариев.

— Такой и опытных девчонок очарует. Что говорить о нашей невинной овечке! — подытожила подруга Насти под согласные кивки школьниц.

— А что он вам говорил? — нахмурившись спросила Яна.

— Что?

— Речи у него горячие и всё такое… — напомнила ведьма, — что именно он говорил?

— Я…

Школьница открыла рот и захлопнула, затем снова открыла, словно уловила какую-то мысль, но снова закрыла. Взгляд девушки растерянно бегал по убранству кафе, а на лице отражался сложный мыслительный процесс. Но как бы ни напрягалась она в попытках вспомнить, из горла вырывался исключительно писк.

— Я не могу вспомнить! — поражённо подытожила она. — Я вслушивалась в каждое слово, а сейчас совсем ничего не могу вспомнить!

— Он о себе что-то говорил? — рискнула начать расспросы шаманка.

— Да… нет, кажется нет.

— Может, упоминал чем занимается или где живёт?

— Я не уверена…

— Про знакомства с кем-то говорил… ладно, он точно должен был назвать какое-то имя! Вы же знакомились? — не унималась Чарли, нервно крутя в руках ручку.

— Разумеется знакомились, — хихикнула школьница, но спустя мгновение добавила с шоком на лице: — Но я не помню. Не помню его имени! Как же так…

— А внешность? — присоединилась к вопросам Яна. — Высокий, средний, низкий? Блондин, брюнет, рыжий? Бледный или смуглый? Бородатый или чисто выбрит? Во что был одет?

Только недавно улыбавшаяся девочка чуть ли не плакала, растерянно глядя на не менее удивлённых слушательниц. И без дополнительных вопросов становилось ясно, что она совсем ничего не может сказать о незнакомце. Одни только ощущения, но никакой конкретики. Она не могла вспомнить ничего. И это напрягало не меньше подозрительной немощи родственников пропавших девушек в момент побега из дома. Слишком подозрительное совпадение.

Когда девушки попрощались, обещая оставаться на связи и писать всё, что смогут вспомнить относительно пропавших, Яна с Чарли одновременно облегчённо выдохнули. Видимость непринуждённого общения со школьницами давалось с большим трудом, а впереди маячила ещё одна такая групповая беседа, которую придётся не только терпеть, но и принимать в ней главенствующую роль, направляя разговор по необходимым тропам.

— Я схожу освежиться, — устало пробормотала Яна, направляясь в туалет.

— Иди, — кивнула Чарли.

Девушка окинула уставшим взглядом кафе и впервые за день порадовалась, что позволила ведьме нацепить на себя юбку. В своих толстых джинсах, подходящих для разгуливания по Новосибирску, она бы ещё в первый час беседы измучилась сидеть. В юбке и колготках оказалось также комфортно, как и в пижаме. Утомляли разговоры. Отчего-то разговор с напряженными потерпевшими и свидетелями не вытягивал так много сил, как с весёлыми и беззаботными школьницами.

«Возможно потому, что со школьницами вновь приходится притворяться нормальной!» — недовольно подумала шаманка.

Жизнь агента ГХ разбаловала нервную систему. Несмотря на постоянный риск оказаться атакованной демоном или Иным, возможность быть просто собой такой какая есть вызывала сильное привыкание. Как и взгляды коллег. Они всегда смотрели на неё, как на свою. Даже гадкие страхи, родом из школьных времён, отступали в атмосфере новосибирского филиала.

«Так, я хочу лимонад!» — перед ещё одним витком разговоров хотелось посидеть в одиночестве и освежиться.

Бармен будто специально дождался пока Чарли подойдёт, чтобы юркнуть в подсобку и исчезнуть с глаз. Девушка терпеливо выдохнула, бросила взгляд на столик, за которым должны были сидеть Лао с Лёхой, но обнаружила только монаха, якобы погружённого в толстую умную книгу. За большими витринными окнами Калининград погружался в чарующие цвета заката. Глядя на облака, украшенные розовым и золотым сиянием солнца, Чарли поймала себя на крамольной мысли погулять по городу пару часов, вместо того, чтобы вгрызаться в работу, забыв про сон и отдых.

«А когда мы снова по Калининграду сможем погулять? Даже во Владивостоке я успела посмотреть Токаревскую кошку!»

Бармен всё не шёл, когда кончика косы Чарли кто-то коснулся будто бы случайно. Голландская коса тяжело прокатилась по спине, коснувшись плеча. С трудом подавив в себе желание спрятать голову в плечи, шаманка напротив выпрямилась и с холодным любопытством посмотрела в сторону человека, её побеспокоившего.

— Прошу прощения, милая девушка, — улыбнулся ей незнакомец, от улыбки которого внутри всё неприятно сжалось.

Хоть голос извинялся, глаза смотрели на неё очень странно. Чарли ещё ни разу не ловила на себе такой взгляд, но на подкорке чувствовала, что в нём таится что-то опасное и непристойное.

— Ничего страшного, бывает, — осторожно ответила она, медленно поворачиваясь в сторону меню.

«Ты просто людей боишься, вот тебя и напугал прямой взгляд, не обращай внимание!» — приказала себе девушка, уставившись в меню бара, старательно выбирая между малиновым и классическим лимонадом.

— Вы позволите мне дерзость сказать, что в наше время красивые девушки с длинными косами — это невероятная редкость. Я бы сказал, сокровище! — незнакомец снова вроде бы спрашивал, но разрешения не дожидался и творил всё, что хотел.

От его напора Чарли уже подумывала трусливо сбежать за свой столик, но к бару вернулся бармен, а между шаманкой и незнакомцем встал вернувшийся Лёха и попросил себе безалкогольного пива, нагло проигнорировав очерёдность.

— У вас очень приятный запах! — успела уловить девушка настырный шепот, прежде чем вернулась за столик к Яне.

Второй виток разговоров со школьницами не принёс ничего нового. Такого везения, как с настиной подругой, больше не было. Школьницы описывали своих подруг как увлечённых своими идеями личностей, положивших личную жизнь на алтарь учёбы, будущей карьеры, хобби или творчества. Ни одна из девушек не гуляла с парнями, не интересовалась отношениями и, как невольно вырвалось у одной из школьниц, скорее всего все они были девственницами.

«Просто идеал для жертвоприношений. Надо будет проверить по оккультистам и сектантам», — черкнула в свой блокнот Чарли.

В общий чат смартфонов перекочевали одиннадцать фотографий девушек. Одеты скромно, возможно, излишне строго. Каждая носила юбочки и длинные волосы. Чарли на мгновение даже поразилась сходству жертв, но быстро одёрнула себя. Похититель явно руководствовался определёнными критериями, не зря девушки имели столько общего, будучи незнакомыми друг с другом.

— Девушки с косами — это сокровище, — негромко передразнила она незнакомца, когда школьницы ушли.

— Сокровище, говоришь, — хмыкнула Яна. — Но тут ты права. Все эти девушки — вылитые Алёнушки и Василисы из русских-народных сказок.

— И кто их тогда похищает? Кощей?

— Пока не разберёмся, можем звать его Кощеем! Ладно, рабочий день окончен! — подвела черту ведьма. — Мы свободны, как колобки после побега!

Идея прогулки по вечернему Калининграду очень понравилась Марьяне, да и Лёха с Лао не слишком протестовали. После долгого дня бесконечных разговоров безумно хотелось просто погулять мимо европейских домиков и парков. Вечерняя прохлада ничуть не испортила впечатление от вида на Верхний пруд с парка Юность. Непривычные к колготкам ноги шаманки, обычно закутанные в несколько слоёв тёплой брони, быстро замёрзли, но непрерывная ходьба, срывающаяся на бег наперегонки по парку, хорошо разогревала. Возвращение из почти зимнего холода к островку осеннего тепла вызвало игривое настроение. Четвёрка агентов, забыв на время о работе просто носилась по парку, по-детски осаливая друг друга.

Ближе к полуночи Чарли, окружив себя личными вещами пропавших девушек, приготовилась к длительному сеансу общения с погибшими в лапах «Кощея» девушками. Сомнений не было, что девушки, которых разыскивают родственники и полиция, уже принесены в жертву каким-нибудь демонам или Иным. Требовалось только опросить жертв, узнать кто, где и как с ними расправился. Даже если они поглощены ритуалом, дарующем демону энергию для питания, какой-никакой отпечаток призрака останется для разговора. Особенно у погибших первыми.

Вокруг шаманки, сидящей на полу в позе по-турецки дежурили Лао и Яна, готовые в любой момент вмешаться, если что-то пойдёт не так и вместо девушек на зов придёт то, что их погубило. Однако время шло. Чарли не отзывалась, но и угроза не чувствовалась. Долгий разговор не причинял ей вреда.

Наконец она с недовольным видом открыла глаза и задумчиво хмыкнула. Рядом присела Марьяна с большими чашками тонизирующего чая. Лао и Лёха сидели в креслах неподалёку.

— Ну как пообщалась? — поинтересовалась ведьма.

— Никак! — выдохнула шаманка. Ответ вышел излишне эмоциональным и Чарли поспешила его дополнить: — Мне некого вызывать. Все девушки живы. Я уточняла у Раи и Па… духа-покровителя. Они единогласны. Похититель держит девушек живыми.

— Интересно, — протянула Яна.

— Это отсекает немалое количество подозреваемых, — пробормотал Лао, методично вычеркивая что-то в своём блокноте, — но, к сожалению, подобными методами похищения обладает огромное количество Иных. И человекоподобных и демоноподобных. С последними было бы объяснимо, почему подруга Насти не помнит внешность преступника и деталей их разговора. У некоторых есть такая особенность внешности и влияния на человеческую психику.

— Но это слишком широкий обзор. Требуется что-то конкретное, а то Кощей, который похищает современных Алёнушек с Василисами из-за того, что они чисты, непорочны с косами до пояса и платишками, пока единственный, кто идеально подходит по всем параметрам, — нахмурилась Яна. — Надо подумать… у нас есть их смартфоны. Девушки их касались уже после того, как попали под влияние Кощея…

— Мы его так и будем называть? — усмехнулся Лао.

— В отсутствии лучших вариантов, да! — кивнула ведьма и вернулась к своим мыслям. — Чисто теоретически, мой демон может попытаться учуять след влияния Иного. След не возьмёт, но, может, получится отсеять часть кандидатов в Кощеи.

Под чай легче думалось, ещё легче принимались провалы. Буйные мысли в голове приходили к философскому балансу. Значит, так суждено. Они просто найдут другой способ. А если сами не найдут, то агентство пришлёт тех, кто справится. Пока Яна в круге своего рукотворного ритуального алтаря общалась с демоном, Чарли выскочила на балкон и, завернувшись в плед, смотрела на огни засыпающего города. Калининград за один день завоевал звание самого милого города, быстро обскакав шумную столицу.

— Да уж, — услышала шаманка за спиной голос ведьмы, — дела!

— Каков ваш с демоном вердикт? — выдохнул Лао, всем видом показывая, что уже догадался, каким будет ответ.

— Демон ничего не может сказать. Следы воздействия есть, но понять, кому они принадлежат, не выходит, — удручённо ответила Марьяна. — Единственное, что он почувствовал, что энергетика живая. Это не упыри и не какие-нибудь воскрешённые создания, и не одержимость призраками или демонами. Наш преступник имеет физическое тело. И он где-то рядом. В этом городе.

— Потрясающе, — с сарказмом подытожил монах. — Я всё отправлю Марку. У него будет ночь, чтобы дать какие-то результаты поиска. Возможно, в архивах есть прецеденты, и наш Кощей к утру будет рассекречен. Командую всем спать!

Утром от Марка пришёл ответ. Работники московского офиса разводили руками. Кощей никак не хотел обнаруживаться, среди внушительного списка бестиария. Слишком уж много Иных долгое время держали своих жертв живыми, а некоторые, особенно редкие экземпляры и вовсе не убивали. Самыми простыми примерами стали чернокнижники, джины, волколаки и целая плеяда паразитирующих на своих жертвах существ.

Чернокнижники частенько похищали людей для проведения на них различных опытов. Новые заклятия, ритуалы и зелья должны были пройти опытную проверку на людях, прежде чем их можно было бы применять в полевых условиях. Джины погружали своих жертв в грёзы, сменяющиеся кошмарами, и питались их эмоциями. Волколаки порой похищали юношей и девушек с целью создания семьи и потомства. Между собой людозвери не слишком любили создавать пары. А паразиты просто присасывались к людям и медленно вытягивали из них жизненные соки, пока не останется ничего. Подобное питание могло продолжаться десятилетиями.

Поиск Лао по энергиям ничего не дал. Связи Лёхи с правильными людьми тоже не предоставили подсказок. Возможности Чарли и Яны умножил на ноль приближающийся полдень. Убедив ребят провести время на свежем воздухе, а Чарли дать шанс ещё одной юбке, Яна повела всех гулять по улицам города. При свете дня больше интереса вызывала архитектура города. Агенты гуляли, позволяли себе ненадолго забывать о деле, но то и дело возвращались к сообщениям из архива и личным письмам Марка. Каждый думал об одном весьма очевидном плане, но никто не стремился озвучивать безумное предложение.

По просьбе Чарли, вспомнившей один из репортажей Весемира, проверили предыдущее дело, произошедшее в Калининграде. Однако в том случае, несмотря на схожесть методов, орудовал чернокнижник, практиковавшийся в вуду-магии. Подопытными выбирал девушек, однако брал всех подряд, а не исключительно длинноволосых девственниц. В остальном зацепок не осталось никаких. Слишком широкий круг подозреваемых. На закате Яна не выдержала:

— Вы же понимаете, мальчики, что перед нами вырисовывается только один вариант, с учетом потраченного впустую дня?

«Так-так-так!» — напряглась шаманка, предчувствуя что-то не то. Даже красоты острова Канта не смогли сгладить углы возрастающей тревоги. Яна говорила слишком нехорошим голосом.

— Это игра вслепую! — покачал головой Лао. — Нашего преступника и в городе может не оказаться. Вчера был, сегодня уехал со всем своим гаремом.

— А можно расшифровать, что именно вы планируете? — подала голос Чарли.

— Ловить на живца, — ответил за них Лёха.

«Длинноволосые Алёнушки, Настеньки и Василисы. В юбочках. Скромненькие и неопытные в общении с мужским полом. А ещё девственницы… вот блин!» — дошло до шаманки очевидное сходство с потенциальными жертвами.

— В прошлый раз такой ловли, я едва не оказалась в состоянии шашлыка! — возмутилась она, скрестив руки на груди.

6. Дело о кукольном домике ч.2

Несмотря на блестящий и даже триумфальный выход из ситуации с сектантами, воспоминание о минутах беспомощности, будучи связанной в землянке, вызывало неприятную дрожь.

— В прошлый раз с тобой не было меня! — подмигнула ведьма. — Но я согласна с Лао, игра вслепую дело неблагодарное. Нам потребуется повысить шансы на успех. Вечером поколдуем с демоном и утром начнём охоту!

Марьяна улыбнулась с видом истинной ведьмы, знающей чего она желает от жизни, окунувшись в родную стихию. Лао с Лёхой не протестовали против идеи приманивания злоумышленника, и Чарли невольно начала себя убеждать, что ничего плохого в этот раз случиться не должно. Для успокоения девушки, агенты направились в кафедральный собор, вибрирующий изнутри резонансом живых энергий, которые можно было прочувствовать даже при свете дня. Убранство кафедрального собора, вид настоящего орга́на, вкупе с посещением музея имени Канта окончательно расслабили шаманку. На закате она нехотя согласилась с планом поиска на живца.

— Ну, что же, мальчики и девочки, — хлопнула в ладоши Яна. — Мне потребуются две живые мышки или крыски, немного воды из Прего́ли, горсть земли Калининграда, прядь волос Чарли и остаться одной в помещении без свидетелей!

«Не хочу знать, что будет с мышами!» — вздрогнула Чарли.

Все требования ведьмы были выполнены. Троица отправилась гулять по центру города, чтобы не беспокоить Марьяну. Условились ждать от неё звонка с разрешением возвращаться в гостиницу. По дороге Лёха напомнил о необходимости физического питания, а не только культурного. Пока парни расплачивались на кассе супермаркета, Чарли услышала знакомое шипение, доносящееся из смартфонов. Не успела она запаниковать из-за раскрытия всех тайн агентства в публичном месте, как монах схватил её в охапку и под хохот водителя потащил на выход. Уже на улице началась очередная трансляция пернатого шамана:

— Доброго времени суток, дорогие мои, с вами Я — ваш самый любимый и самой долгожданный — Весемир!

— Картина маслом «не ждали»! — нервно выдохнула Чарли, поглядывая по сторонам, нет ли свидетелей.

— Итак, очередная подборка новостей на этот момент. Проклятый антиквариат доставлен в Эрмитаж. Трое работников уже госпитализированы в дружественный агентству госпиталь Санкт-Петербурга, за их здоровье отвечают наши асы — Анастасия и Лао Дзы! — не тревожась о случайных свидетелях, продолжал шаман. — В Магадане зафиксирована очередная вспышка одержимости демонами, группа агентов во главе с замечательным Иваном Фроловым отправилась расчищать и изгонять. Дело о новосибирских сектантах доверено нашей великолепной и невероятной Елене Громовой в тандеме с мясником всея Руси Вальдемаром Пупковым. Наша боевая пара доблестно пришла на помощь врио директора новосибирского филиала Татьяне и её обаятельной сестрице Ольге в их неравной битве с нехорошими демонофилами. Пожелаем им удачи, а землю пухом их противникам. А на этом всё, мои самые дорогие и любимые. С вами был Весемир. Не вешай нос, маленькая шаманка!

— Чего?! — удивилась Чарли внезапному ободрению.

— Не обращай внимания, он частенько выдаёт что-то такое. И не понять, — вздохнул наставник, — он подсматривает или угадывает.

Слова Весемира подорвали внутреннюю плотину, с трудом удерживающую нервный лавину из тревог и домыслов. Находящийся неизвестно где шаман весьма вовремя выбрал момент для слов хоть и едва ощутимой, но всё же поддержки.

— Мне страшновато быть наживкой! — вырвалось у неё против воли. — Это не значит, что я вам с Лёхой не доверяю, но…

Лао осторожно положил ладонь на плечо девушки. Монах на мгновение замер, спрашивая разрешения и, не встретив протеста, мягко погладил её по плечу в успокаивающем жесте. Плечо кольнуло горячей волной жизненной энергии, переливаемой от наставника подопечной.

— Это не самая приятная часть обучения,мой юный падаван, — процитировал он фразу из Звёздных Войн, — однако настал момент начать доверять не оглядываясь. Мы ещё не проходили упражнения на доверие, когда ты позволяешь поймать себя до падения, но в нашей профессии, мы падаем в пропасть. И верим до самого конца, что нас поймают. Марьяна не самая популярная ведьма в агентстве, но она не станет рисковать теми, кем дорожит. А тебя она однозначно будет беречь! Я не всегда буду рядом.

— Знаю, — кивнула Чарли и нервно усмехнулась, — она меня от Батори защитила!

– Ещё кое-что, – он вытащил из кармана две, на первый взгляд, две визитки. При ближайшем рассмотрении ими оказались два прямоугольника из плотного картона с неизвестным восточным символом. – Одна тебе, другая Яне.

– А что это?

– Если коротко, то это маячок. Где бы вы ни были, я найду вас.

Их разговор прервал Лёха. После магазина они успели поездить по ночным улицам Калининграда пару часов, прежде чем Яна позвала всех назад. Ужиная готовыми обедами из супермаркета, ведьма отчиталась об успехе проделанного ритуала. Город и его Кощей ожидали, когда девушки явятся в какое-нибудь кафе. Ритуал запустит цепочку событий и подтянет похитителя девушек к наживке. При этом Яна подчеркнула, что прогулки по кафе могут затянуться и места распития лимонадов придется менять.

— Ритуал очень сильно увеличивает шансы, но не даёт стопроцентную гарантию. Так что придётся повертеться.

«Допустим, мы встретим этого Кощея. Он с нами заговорит и… мы попадём под его влияние! Надо срочно сделать амулеты против внушения!» — вспыхнула в голове полезная мысль.

Заготовки и выжигатель по дереву ждали своего часа в рюкзаке. В астрале Павлик и Рая, обещая полную оказать поддержку и сделать всё, что от них зависит в непростом задании, в четыре руки помогали шаманке создать два хороших амулета, способных выдержать внушение извне. К рассвету два проверенных амулета были готовы, в окружении обломков неудачных попыток.

— Готовься, завтракать, обедать и ужинать мы будем в кафе! — объявила Яна по пробуждении.

Пресекая любое сопротивление, ведьма готовила «наживку» из себя и шаманки. Юбочки, колготочки и косы до пояса. Свою копну тёмно-русых волос она с недовольным лицом постаралась собрать в объёмную косу, компенсируя недостаток длины. Кощей должен видеть в них Василис и Настенек. Перед выходом из гостиницы, агенты условились отписываться, несмотря ни на что. Даже в поле зрения Лао и Лёхи, девушки обязались писать свои впечатления от обстановки. Мужская половина агентов условилась немного отставать, но держать Чарли с Яной в поле видимости постоянно.

В конце сборов Чарли протянула ведьме деревянную заготовку, ставшую полноценным амулетом. Марьяна понятливо кивнула и спрятала защиту за голенище сапога, а в ответ отдала шаманке чёрный кристалл на шнурке.

— Носи обязательно на шее. Никаких ног или рук. Прячь под одеждой, чтобы кристалл постоянно касался кожи, — наставляла она. — Он не позволяет считывать энергию, исходящую от тебя. Нашего Кощея может спугнуть Алёнушка, обладающая способностями бабы Яги.

Завтрак прошел в кафе с большими окнами, выходящими на оживлённую улицу. При выборе такого места для приёма пищи, Чарли робела. Казалось, они с Яной рыбки в аквариуме, на которых смотрят все проходящие мимо люди. Однако ведьма пресекала все попытки скрыться в тени. Наживка на то и наживка, что должна оставаться на глазах всё время. Со скрипом Марьяна позволила Чарли скромно зарыться в маленький томик Янова «Онрё и Юрей. Записки ронина» посвященный общению автора с японским инквизитором, успевшим многое повидать за свою жизнь и под старость передать все знания любознательному автору Ордена Инквизиции. Несмотря на специфичность чтива, уткнувшаяся в книгу девушка вполне соответствовала образу скромницы Алёнушки.

Сама ведьма чиркала в своём блокноте ручкой, усиленно делая вид, будто занята рисованием, а на деле просто убивала время. В какой-то момент Яна пожалела, что сама ничего не взяла из чтива, а утыкаться в смартфон не спешила. Современная техника могла отпугнуть Кощея. Интуиция, наточенная до остроты меча самурая начала настойчиво тянуть ведьму в сторону от кафе. Смирившись с первым блином, вышедшим комом, она подала знак Чарли, отправила сообщение парням и повела шаманку к следующей точке возможной встречи. На этот раз по пути она успела сделать небольшой крюк до книжного и приобрела томик стихов Лермонтова. Приятный слог, интересные сюжеты, часть из которых могла даже перепасть агентам в качестве расследований, и щемящая красота мечущейся души, выраженной в словах. Очень даже чтиво для Алёнушки и Василисы.

Во втором кафе девушки ограничились большим чайничком чая и сидели с самым невинным видом за книгами. В случае справедливого вопроса, почему две девушки пришли в кафе, но вместо общения просто сидят и читают, был заготовлен и ответ и третье место с третьей чашкой. Ожидание несуществующей третьей подруги не должно вызывать вопросов. Второй блин упал тем же комом, что и первый.

Ведомые чутьём Яны, девушки перебрались к следующей возможной точке столкновения с Кощеем. Обе книги по прочтению отправились в сумки. Ради смеха девушки начали придумывать местному Кощею новые прозвища, поскольку «Бессмертный» уже было занято.

— Кощей Калининградский, — предложила Чарли после самых очевидно шутливых.

— Слишком просто, Кощей Кёнигсбергский тогда. Твоя очередь! — со скуки прозвища стали своеобразной версии игры в города.

— Кощей Закрепощающий.

— Красиво, — усмехнулась Яна, погружаясь в игру. Лишь краем глаза она поглядывала на дежуривших Лао и Лёху. — Кощей Архаичный!

— Да, это даже интереснее, — захихикала шаманка, — такое трудно переплюнуть. Кощей Старозаветный.

— А говорила, что трудно переплюнуть! Так, дай подумать, Кощей…

— Неужели, Бессмертный уже вышел из моды? — прервал их игру смутно знакомый шаманке голос. Но вспомнить, где она могла его слышать никак не получалось. Память отказывалась давать подсказку.

«Вроде я в этом городе ни с кем не разговаривала! Кроме допроса свидетелей или… не помню!»

— Бессмертный занят, — машинально ответила Чарли. — Новому Кощею потребуется новое прозвище… стойте-ка, а вы кто?

— А вы разве не меня ожидали, девочки? — голос незнакомца странно вибрировал, вызывая неприятное ощущение в районе затылка, словно накатившая тупая головная боль.

«Нет!» — попыталась ответить Чарли, но вместо этого почувствовала как нагревается под одеждой амулет, частично возвращая ясность мышления.

— Мы ждали нашу подругу, но что-то она задерживается! — легко отозвалась Яна, дружелюбно улыбаясь незнакомцу.

Ведьма на мгновение перевела взгляд на шаманку и едва заметно кивнула практически одним лишь взглядом. Попался! Кощей обнаружен! Вспомнив о своём задании, Чарли попыталась определить, что за фрукт появился перед ними. «Кощей» никак не поддавался описанию. Его внешность, будто хамелеон, постоянно ускользала от взгляда, но глазу было приятно наблюдать. С голосом творилась точно такая же чертовщина. Шаманка никак не могла понять высокий он или низкий, хриплый или мелодичный, он будто был одновременно всем и сразу. А по энергиям и вовсе происходило нечто непонятное. То не чувствовалось ничего, то что-то мощное всё же ощущалось. Сплошная неразбериха.

Неприятной частью задания оставалась необходимость позволить увести себя в гости, чтобы найти всех пропавших девушек. Хочешь-не-хочешь, а придётся продолжать разговаривать, улыбаться, строить глазки и поддакивать. Но с этим странным незнакомцем всё с самого начало пошло не по плану. Разговор шёл мимо сознания. Порой вспыхивали конкретные вопросы о Яне и Чарли, на которые ведьма с шаманкой отвечали заготовленной ложью, и касались людей, способных девушек разыскивать. Для образа лёгких жертв они обе предстали молодыми девушками, уже окончившими школу, но до поступления в институт взявшими год отдыха для путешествия по всей России. В Калининграде их никто не станет искать. Бери и тащи в свой Кощеев замок.

Остальные вопросы просыпались песком сквозь сознание. Не выходило запомнить даже отдельные фрагменты беседы, однако Чарли даже смеялась над чем-то смешным, что говорил Кощей, и что-то добавляла к его словам. Но что же это было? И, что самое главное, она не запомнила его имени. Как полагается, они познакомились, Чарли назвалась Алёной, а Яна — Марьей. Когда настала очередь незнакомца говорить своё имя, память померкла. Он точно что-то говорил, а когда рот Чарли открывался для беседы, она называла его по имени, и снова никак не могла запомнить. Пограничное состояние пугало, как и осознание, что она понимает странность ситуации только благодаря обжигающему кожу амулету, который уже начал исходить трещинами.

«Он сейчас лопнет и я совсем ничего не буду соображать!» — подумала в отчаянии шаманка, но буквально ничего не могла сделать.

Самый ужас подстерегал в грядущем, когда Кощей позовёт одну из них к себе. Чарли предстояло стать безропотной жертвой, которую уволакивают в неизвестность или беспомощно наблюдать, как такой жертвой становится Яна. Оба варианта вызывали дрожь по всему телу. Однако незнакомец медлил и не спешил выбирать. Лао и Лёха непрерывно наблюдали за их троицей, но не могли вмешаться до тех пор, пока похититель не приведёт их в своё логово.

— Предлагаю, прекрасные девушки, продолжить за чашечкой чая у меня, — довольно-таки громко объявил Кощей, возможно, для того, чтобы в кафе никто не заподозрил, что девушек увели против воли.

— Я не… — хотела было чистосердечно отказать шаманка, но незнакомец вдруг завладел её рукой, запечатав между своими ладонями и доверительно посмотрел в глаза.

Кожу обожгло болью от сгоревшего амулета, и Чарли внезапно обрела силу воли, чтобы отвести взгляд. Впервые онадействительно смогла рассмотреть Кощея. Внешность у него казалась не слишком примечательной. Средний во всём — в росте, в телосложении, в привлекательности, даже цвет волос средне-русый. Харизма не била из него потоком, как виделось с самого начала. «Ничего особенного» — так говорят про такой тип людей. Незаметные, серые, ординарные до зубовного скрежета, но у этого постного хлебца внутри скрывалось немало изюминок.

То, что действительно бросалось в глаза, так это огромное количество перстней на его пальцах. Десять пальцев — десять перстней, под рукавами рубашки проглядывали необычные браслеты, а на шее под одеждой явно присутствовало несколько подвесок, всё это казалось смутно знакомым. И все они вибрировали небывалой силой резонанса энергий. Только они. Сам носитель ничего из себя не представлял. Он не был кем-то особенным. Не был Иным.

«Человек!» — пришло осознание, прежде чем мгновения свободы воли истекли.

Но даже этот ничего не значащий бунт очень сильно удивил Кощея. Тот с улыбкой удивления покачал головой и с усмешкой проговорил, обращаясь к одной только Чарли:

— А ты необычная, Алёнушка! — он приблизился к ней и прошептал на ухо, вызвав неприятные мурашки по всему телу: — Настоящее сокровище!

«Как я могла забыть его?! — вспыхнуло в мечущемся от ужаса разуме. — Это тот странный незнакомец из кафе!»

— Вы, девушки, прекрасны как самые дорогие куколки, — плотоядно улыбнулся он. — Я покажу вам мой кукольный домик!

«Лао, Лёха! На помощь!»

В отчаянии хотелось кричать, но тело начало жить своей жизнью, отправив волю Чарли на пассажирское сидение. Лёгкий запах горелой бумаги ознаменовал сожжение ещё и маячка Лао.

✠✠✠

Совершенно спокойно они, под руку с незнакомцем, вышли из кафе. Мышцы лица ныли от навязанной улыбки во все зубы. Сумки с вещами и смартфонами, девушки, повинуясь приказу, оставили на стульях. Безропотно выполняя команды, они сели в его автомобиль и позволили себя везти по улицам Калининграда, не в силах даже поменять положение тела. Две послушные куклы. Спина прямая, ладони на коленях, взгляд ровно вперёд. И всепоглощающий ужас внутри.

— Вы, девочки, просто куколки! — продолжил говорить Кощей, когда шумные улицы остались позади.

Неожиданно, его голос не растворялся где-то в забвении, а звучал нормально. Даже слова запоминались, но лучше от этого не становилось. Напротив, от его голоса становилось только страшнее. Ледяные мурашки, заставляющие всё внутри сжиматься от ужаса и мысленно прятаться под кровать, после его шепота никуда не делись. Только нарастали с каждым сказанным словом.

— Я осуждаю тех, кто говорит, что куклы только для девочек. Куклы это так прекрасно! Как их можно отнимать у целой половины человечества?! Прекрасные, послушные и совершенные. Учат нас власти и ответственности за эту власть, не правда ли, мои куколки? — то, что он говорил, совершенно не стесняясь перед первыми встречными девушками, звучало как самый страшный бред из всех возможных.

«Мы попали в плен к безумцу!»

— Но такие наивные. Думают, что могут сами выжить. Что без защиты способны кем-то стать. Куколки должны быть красивыми. И чистыми. Кому нужно то, что уже использовали? Ценится лишь то сокровище, которое никто раньше не трогал!

«Куклы?! Мы для него всего лишь куклы! Красивый образ…»

— Не переживайте, куколки, — подмигнул он через зеркало, — ваша работа на инквизицию ничуть вас не портит, хотя мой дед бы с этим поспорил.

Сердце пропустило два удара. Чарли чувствовала как сантиметр за сантиметром кровь покидает её лицо, превращая его в белое полотно перепуганной девочки. Кощей ломал все барьеры представления о себе. И с каждым барьером становилось всё страшнее. Частично тело захватывала паника.

Они остановились у частного сектора. Щелчок пульта и автоматические двери гостеприимно раскрыли свои двери к участку, где никто не услышит девушек и не придёт им на помощь. А можно ли прийти на помощь той, кто не в силах даже закричать?

— Добро пожаловать в мой кукольный домик! — объявил Кощей, когда Яна с Чарли послушно вышли из автомобиля и тенью последовали за ним.

Шаг за шагом Чарли ощущала под ногами вибрации. Множество резонансов. Множество амулетов, закопанных под землёй. Но энергия, бьющая в ноги совершенно не походила на те амулеты, что делала она. В них даже ступнями ощущалась древняя мощь, сила непробиваемого подавления. Что-то подобное она чувствовала в Вальдемаре и Джеймсе, но многократно слабее. А эта мощь давила даже на неё. Амулеты древних инквизиторов.

— Чувствуете? — усмехнулся Кощей, которого Чарли мысленно начала называть Кукловодом из-за большего сходства. — Наследие моего деда, отдавшего жизнь за Орден! Расставание с любимой профессией прошло не слишком хорошо, когда… впрочем, дед любил нарушать правила и брать себе всё интересное в личное пользование.

«Брать? А, может, красть из Ордена то, что ему не принадлежит? Древние артефакты инквизиторов, амулеты и перстни чернокнижников. Подвески вуду-колдунов!»

В голове Чарли собралась картинка увиденных предметов. Что-то похожее она видела или в книгах с иллюстрациями, или наблюдала на Максимиллиане при первой встрече, позже внешность чернокнижника стала нормой и не цепляла взгляд, поэтому перстни не сразу вспомнились.

Перед глазами предстал особняк в три этажа из красного кирпича, контрастно подчеркнутого отделкой из белого по углам здания. Тёмная черепичная крыша и белые словно зубы окна, слишком маленькие, чтобы попытаться выбраться через них наружу. Но внешне это был самый настоящий кукольный домик. Контрастность белого и красного с вычурными перилами и безвкусными попытками добавить в декор крыши немного от стиля барокко, создавало образ домика для барби, подаренного маленькой девочке.

Ноги не подчинялись приказам разума. Чарли не могла себя заставить даже повернуть голову и посмотреть на Яну. Только повиноваться приказам Кукловода и идти вперёд. Когда за ними захлопнулась входная дверь, тело замерло в напряжении и провальной попытке кричать. В голову пришло понимание всей картины происходящего.

Осознающий силу амулетов человек разрешил себе творить всё, что вздумается. Опытным путём или при помощи знаний деда начал применять все амулеты по прямому назначению. Создал идеально защищённое убежище, придумал притягательный и неузнаваемый образ. Амулеты подавляли волю жертв и их родных. Скорее всего, он даже присутствовал рядом с девочками в тот момент, когда те покидали свой дом, чтобы родные не смогли препятствовать.

И будучи простым смертным, благодаря амулетам, он оставался невидимым. Одиннадцать живых девочек никто не мог отыскать в одном лишь городе. Не могли, потому что закопанные в фундаменте артефакты прошлого не позволяли. Люди просто проходили мимо. Не хотели видеть, не желали замечать или слышать что-то на этом участке земли. Но в таком случае, смогут ли Лао и Лёха обнаружить этот кукольный домик? Их найдут? Их спасут?!

— Не переживайте, куколки, — промурлыкал Кукловод, отвечая на её мысли, — нас никто не побеспокоит. Найти этот дом невозможно. Даже ваши назойливые друзья не справятся. Вас нужно помыть, причесать и нарядить. Но сначала познакомлю вас с вашей новой семьёй!

Они послушно поднимались по лестнице. В душе Чарли нарастало отчаяние вместе с очередной бесплодной попыткой закричать. Даже с демоном, занявшим собственное тело, было не так страшно. Ни один демон не так пугал, как этот человек.

Они прошли в широкий зал с изящными софами, креслами и тяжёлыми шторами на окнах. После аскетичного и пустого коридора, комната казалась переполненной мебелью. Множество подушечек, цветов в горшке, фигурок и несколько ворсистых ковров. Убранство кукольного домика. Это безвкусное нагромождение могло бы даже показаться уютным, особенно в сравнении с пустыми уголками дома, если бы не пугало до седины на волосах.

На софах и креслах неподвижно сидели куклы. Куклы-девушки. То, что в них ещё оставалась жизнь, намекали едва заметно поднимающиеся ключицы во время дыхания. Пышные кукольные платья длиной чуть ниже колена, торчащие из-под юбок оборки кружевных белых панталон, кукольные туфельки, кукольные причёски и такой же макияж. Даже позы, в которых девушки сидели, выглядели кукольными. Люди не кладут так ладошки и не отставляют ножку, будто позируя для фото-обложки презентации очередной барби. И каждая из девушек улыбалась. Более жутких улыбок Чарли никогда не видела. В глазах отчаяние, порой даже блестели слёзы, но лицо упрямо держало улыбку, от которой мышцы должно было свести судорогой.

— Мои дорогие куколки, в нашей семье пополнение! — восторженно объявил Кукловод. — Алёна и Марья сегодня станут частью нашей семьи!

Девушки молчали. Влияние набора амулетов не позволяло никому шевельнуть даже пальцем. И всё же по щеке одной из девушек, самой младшей на вид, пробежала одинокая слезинка.

— Настенька, — сделал к ней шаг Кукловод. — Не нужно создавать такое гнетущее первое впечатление. Ты же не хочешь, чтобы наши девочки испугались?

Он смахнул слезинку и повернулся к Чарли и Яне. Шаманка от всей души мечтала зажмуриться, но не могла. Только мысли в этот момент были свободны. Как назло состояние опоссума решило остаться где-то в Новосибирске, и опасность девушка ощущала как никогда остро.

«Возможно его амулеты помимо подавления влияют на настроение жертвы, не позволяя выйти из выбранных рамок эмоций, — попыталась себя отвлечь Чарли мыслями о деталях работы артефактов прошлого. — Методы воздействия инквизиторов на ведьм? Чтобы только боялись и пошевелиться не могли? Но если он покидает дом, а девушки остаются обездвиженными, то должно быть что-то продлевающее действие его приказов? Что-то на его крови?»

— Сегодня у меня целых две красивых куколки!

«Думай, Чарли, — старательно отвлекала себя девушка. — Ритуалы с магией крови людям недоступны. Должно быть что-то ещё!»

— Какую же выбрать! Я не могу мыть и одевать сразу обеих. Удовольствие следует растягивать… выбрать считалкой?

«Быть может, у чернокнижников нашлось что-то работающее на магии крови? Ведь подавление воли инквизиторам не нужно, они сами могут… не думай о том, что происходит, Чарли, просто думай об амулетах!»

Кукловод смотрел прямо на неё, подмечая все попытки уйти подальше в себя и не возвращаться, пока опасность не исчезнет. С интересом он коснулся волос шаманки, вызвав непреодолимое желание их срочно помыть, провёл фалангами пальцев по подбородку, приподнимая лицо к себе… и всё же отошёл в сторону к Марьяне.

— Пожалуй, мы начнём с тебя, Марья Искусница, а Алёнушку оставим на десерт! Я хочу знать, какие ещё секреты хранит эта рыжая головка.

Руки кукловода прошлись по плечам ведьмы. Чарли не могла видеть, только чувствовала как он уводит девушку из помещения обратно в коридоры. Одеревеневшее тело не позволяло отвести взгляд от «кукол». Обездвиженные пленницы не могли даже всхлипывать, но та, кого Кукловод назвал Настенькой, продолжила беззвучно ронять слёзы. Беспомощность давила унижением и кошмарами наяву. И всё же без личного присутствия хозяина дома стало чуть легче.

«Физическое тело я сдвинуть не смогу, но что насчёт шаманского?» — пришла в голову первая светлая идея.

Идея о наличии в арсенале у Кукловода тех самых инквизиторских драконов приходит слишком поздно. Но мне везёт. Набор артефактов не предназначен для подавления шамана. Впервые после захвата тела демоном рискую отойти от тела подальше.

— Булочка, вперёд, второго шанса может не случиться! — подбадривает меня Рая.

Павлик, соглашаясь с ней, кивает. Поспешно следую за Яной и Кукловодом. Воздух вибрирует опасностью. Что-то страшное вот-вот случится. Не знаю, что я смогу сделать, но стоять на месте и ничего не делать невыносимо. Мне кажется, что эхо доносит крик. Пытаюсь идти быстрее, но в астрале свои правила. Проще пытаться бежать в воде.

Я достигаю их, но чувствую то, чего не ожидала. Демон. Излучающий небывалую ярость демон. С этой стороны я вижу как серый всполох, по ощущению такой же живой, как камень, окружённый целой радугой украденных излучений, сжимается от ужаса.

Артефакты, слепящие своим калейдоскопом энергий, не спасают его, когда чёрная волна ярости поднимает его над полом. Летать самостоятельно серые пятна человеческой энергии не умеют, но в этот раз мрачная волна нарушала все законы физики.

Энергия Яны почти полностью подавлена. На её месте бездна. Концентрат Древней Магии в хаосе из необузданных человеческих эмоций. Но испускает эти эмоции не человеческое существо, отчего они сияют во много раз ярче и разрушают всё вокруг во много раз сильнее. Сила подавления атакует демона. Амулеты пульсируют магией крови, но хранитель ведьмы продолжает наступать. Один рывок и всё, что было серой энергией смертного тела прекращает существовать.

Он появляется передо мной уже в виде духа, немало удивлённый произошедшему. Я сама не могу понять, что именно произошло, но работа есть работа. Одним резким движением отправляю его к Последнему Пределу.

Ищу демона. Его следует утихомирить. Обсидиановая волна ярости, ненависти и… ревности продолжает бесноваться. Он чувствует моё присутствие. Но память Яны и опыт совместной работы помогает ему отличить меня от всех остальных. Друг.

Рядом с цепью наготове стоит Рая. Пытаюсь вспомнить тот момент, когда Яна, пришедшая в себя после нападения Батори, внезапно обняла меня. Пытаюсь окутать демона теми же ощущениями. Враги ушли. Вокруг только друзья. Пора утихнуть. Спрятать зубы и когти. Рискую раскинуть руки шаманского тела и сделать некое подобие объятий. Успокоить. Понемногу волна ярости выравнивается.

Я чувствую отклик от своего собственного тела. Со смертью Кукловода, его влияние испарилось. Прыжком возвращаюсь. Это ещё не конец. Далеко не конец.

Тело успело упасть. Очнувшись, Чарли увидела вокруг себя одиннадцать встревоженных лиц. Её окружили пленённые девушки, лишившиеся влияния Кукловода. Голова болела от падения, но девушка не обращала на недомогания никакого внимания и, вскочив на ноги, бросилась на поиски Яны. За спиной шаманка слышала девушек, бегущих тенью за ней.

Коридор. Направо или налево? В астрале всё иначе.

— Направо, — шепнула одна из девушек, — он там нас…

Остальные согласно кивнули. Шаманка коротко кивнула и быстрым шагом направилась в указанную сторону. Перед дверью Чарли нерешительно остановилась. По ту сторону доносился громкий и отчаянный плач. В последний момент прошибло ужасом. Что там, по ту сторону, если ведьма, которая спокойно держала оборону перед неупокоенными духами, так горько рыдает? Вдох-выдох, дверь открывается…

Когда-то комната выглядела даже красиво, пусть и так же безвкусно, как и весь дом. Черная и белая плитка с золотыми вставками. Большая странная ванная комната, в которой присутствовала широкая софа и внушительная гардеробная, набитая платьями. Вся мягкая мебель тоже была белой. Комнату даже можно было назвать в прошлом идеально чистой. Но перед глазами девушек она предстала в преобладании красного цвета.

Чарли никогда не видела на что будет похож человек, которого разорвали на части. Вид Кукловода вызывал странное отторжение в сознании. Будто всё не по-настоящему. Будто это муляж, подделка или кукла, кровь выглядела слишком красной, а кожа напротив слишком бледной. Слишком много брызг на стенах. Слишком всё неправдоподобно. Кто способен просто разорвать на части живого человека?!

Забившись в угол странной комнаты, горько и отчаянно плакала Марьяна, сжавшись в комок. Чарли, сбросив оцепенение от багровой картины, бросилась к ведьме. Оказавшись рядом с ней, девушка сделала единственное, что пришло в голову — обняла дрожащую подругу на тонкие плечи, заметив, что свитер с Яны Кукловод успел сорвать. Остальные девочки растерянно переводили взгляд со своего мёртвого мучителя на плачущую спасительницу, медленно осознавая, что именно произошло.

Несколько девушек не выдержав зрелища опустились на пол и начали исступленно хохотать, грубо тыкая пальцами в поверженного тирана. Вслед за громким хохотом они всхлипывали, а по щекам бороздами бежали слёзы. Остальные приблизились к Яне и молча обхватывали её в объятия, стараясь поддержать. Кто-то плакал, кто-то только тяжело вздыхал, а кто-то пытался погладить и успокоить свою спасительницу. Не имело никакого значения, как она справилась с их угнетателем, хрупкая девушка положила ему конец. Он не вернётся. Больше никогда.

— Яна? — осторожно позвала Чарли бьющуюся в витке горьких слёз подругу.

— Я. Не. Смогла. Его. Остановить.

— К чёрту его, — отозвалась одна из девушек, обнимающих ведьму, — он даже такого не заслуживал.

— Нам… нельзя убивать людей! — выдохнула Яна, давясь слезами. — Даже худших из худших!

— Даже… таких?! — воскликнула одна из девушек, самая младшая на вид. — Как это? Как такое может быть?! А мы… нас тогда… не спасать? Оставить ему? Нет… я…

Осознание ситуации повисло дамокловым мечом. Девушки, чьих имён Яна и Чарли не знали, на короткое мгновение поняли тяжесть ситуации без лишних слов. Убийство. С особой жестокостью. Руками не человека. Даже одного из трёх факторов достаточно, чтобы спасительница больше не увидела свободы.

— Меня не арестуют, — прошептала ведьма, — за убийство человека полагается… казнь. Как с собакой, которая убила злоумышленника. Этот закон Влад не успел переписать.

— Нет! — выдохнула Чарли, понимая, что произойдёт как только Лао и Лёха их найдут. Оставалось только надеяться, что амулеты, закопанные под фундаментом принадлежали инквизиторам и не зависели от подпитки кровью.

Одиннадцать пар заплаканных глаз смотрели на них. Одиннадцать жертв систематического насилия. Одиннадцать изнасилованных девочек. Свидетельниц. И все же их недостаточно, чтобы оправдать одну ведьму, не удержавшую своего демона на привязи.

— Он позволял нам двигаться без команды только по вечерам, — вдруг сказала одна сипло.

— Пару часов, если повезёт то часа четыре, чтобы хоть немного пошевелиться, — вторила ей другая.

— Банально сходить в туалет или попить воды…

— Или поесть…

— А потом забирал одну из нас. «Переодевать»…

— Говорил, что никто нас не ищет и не найдёт, ведь мы ушли сами.

— Что мы годимся только для этого.

— Туда ему и дорога! — выплюнула одна из девушек, подошла к телу и изо всех сил пнула его ногой.

От собственной храбрости она вскрикнула и с визгом отскочила в сторону. Однако мёртвый насильник уже не мог никак ей ответить. На её место встала другая зарёванная девушка.

— Я была тут первой, и он как-то забыл про меня почти на день, — девичья нога в лакированный розовой туфельке с силой врезалась в мёртвое тело. — Я сидела без движения.

Чарли вздрагивала, глядя на поднимающуюся в девушке ярость, изгоняющую былой ужас. С каждой фразой она била всё сильнее.

— Я хотела есть!

Удар.

— Я хотела пить!

Удар.

— Хотела в туалет. Я… описалась, пока ждала его и сидела в собственной луже!

Удар. Удар. Удар.

Тяжело дыша она отошла в сторону, всхлипывая, поддаваясь слезам. Но вслед за ней вставали замученные девочки и подходили к своему мучителю. На глазах плачущей Яны и перепуганной Чарли они выплёскивали всё, что накопилось за время заточения. Отчаяние, страх, отвращение, гнев, беспомощность и бесконечное унижение. Каждая кричала, раскрывая все подробности совершаемого маньяком. Каждая хотела поставить свою кровавую точку в этой истории.

Чарли хотела отвести взгляд от этого кровавого безумия, но не смогла. Сил ответить поверженному похитителю у неё не нашлось, а в голове бились вопросы. Много вопросов о жестокой человеческой натуре.

Вакханалия утихла, когда последняя из девочек сказала своё слово и устало опустилась на пол. Красного в комнате стало намного больше. Этот цвет вызывал отвращение. Теперь он осквернил кукольные платьица похищенных девушек.

— Мы скажем, что это сделали все, — предложила самая младшая из девочек, осторожно обнимая плачущую ведьму.

— А нам поверят?

— Даже если поверят, такое превышение самообороны…

— Группой лиц и по предварительному сговору, — мрачно закончила Настя. — М-м-можно попробовать папе позвонить, он поможет. У этого где-то должен быть телефон!

— Надо Лао звонить, — выдохнула Марьяна. — Для меня ничего не изменится…

— Может, изменится? — прервала её Чарли. — В делах людей пусть разбираются люди.

— Они так доразбираются…

И всё же телефон удалось найти целый и невредимый в кармане пальто похитителя. Настя дозвонилась отцу. Первое, что она сказала после того, как тот едва не сошёл с ума от счастья, стало «я убила человека». После этого эмоциональное воссоединение перешло в сухой разговор, похожий на отчёт сотрудника, а не общение дочери с отцом. Евгений Кочетков не был дураком, в противном случае он не смог бы выжить при встрече с Иными, когда работал вместе с Громовой. Он быстро оценил ситуацию, вывел всех девушек в холл здания и приказал молчать, пока он сам не скажет им, какие ответы давать на все вопросы.

Лао не успел приехать вовремя. «Правильные» сослуживцы Кочеткова успели раньше. Счастливый отец, воссоединившийся с плачущей дочерью, перед коллегами взял на себя вину за содеянное. Короткого «этот сукин сын мою дочь насиловал» стало более чем оправданием его поступку.

Прежде чем Лао и Лёха успели прибыть к месту преступления, тело увезли, всю одежду девушек изъяли, выдав всем некое подобие серой фланелевой пижамы, а красную комнату тщательно вымыли. Когда монах пробился ко входу, все девочки уже выучили свою заготовленную речь и стояли у ворот участка в ожидании транспорта. Маньяк покинул свой дом. Из-за погони запаниковал, собрал вещи и поспешно уехал. Яна и Чарли хмуро кивали и повторяли всё, как попугаи.

Монаху хватило одного лишь взгляда, чтобы очень нехорошо нахмуриться. Люди могут лгать в глаза, но поток Ци никогда не соврёт. Он не мог не почувствовать, что в доме совершилось убийство, но ведьма с шаманкой хмуро молчали, отказываясь хоть что-то говорить. Сам Кочетков на все каверзные вопросы ответил коротко:

— Мы разбираемся с людьми, а вы со своими. Вот и не лезь, это теперь не твоё дело!

Расспрашивать девушек монаху не позволили. Всех пострадавших отправили в госпиталь, проверять здоровье. Физическое и душевное. Прежде чем уехать на специально выделенном для этого автобусе, каждая из одиннадцати девочек тепло обняла Чарли и Яну, поблагодарив за спасение.

Шаманка с тревогой наблюдала, как с видом берсерка Лао пытается прорваться на место преступления и лично узнать, что произошло. По требованию Кочеткова его держали вне дома, с предельным терпением глядя на все его попытки выяснить подробности. Когда ему это почти удалось, терпение отца Насти лопнуло. Дав знак Чарли и Яне следовать за ним, он увёл Лао в сторону и отчеканил:

— Дело. Мы. Закрываем. Я знаю, как у вас пишут отчёты и рапорты. Ты обязан отчитаться обо всём, что знаешь. Лао Шин, как старший офицер ты не должен знать всего, что здесь произошло. Я в курсе, что ты чувствуешь, но сейчас ты должен забрать своих девчонок и уйти! — монах было набрал воздуха в грудь, чтобы ответить, но скрытый в словах смысл до него дошёл.

Лао перевёл взгляд на Чарли и Марьяну, успевшую окончательно успокоиться к его приезду. Обе выглядели измотанными, чем-то омрачёнными, но невредимыми.

— Вы уверены, что это сугубо ваша юрисдикция? — уже абсолютно спокойно уточнил он.

— Забирай девчонок и поезжай, завтра можете этот дом хоть по кирпичикам разобрать. Спасибо за помощь, — уверенно кивнул Кочетков.

Отчет по делу № 0007324

Группа в составе:монах Лао Шин

ведьма Марьяна Укошина

шаманка Чарли

направлена в Калининград по запросу Кочеткова Е.С.

По предварительным данным имели место похищения 11 девушек в возрасте 16-18 лет неизвестным Иным. Признаки поведения Иного — внушение, подавление воли, сокрытие своего места обитания от любого поиска и радара. На практике, погоня за преступником обрывалась после пяти минут преследования. Техника, долгосрочная память и зрение подвергались помутнению.

В ходе расследования выявлен преступник — потомок работника Старого Ордена Инквизиции, обвиненного в хищении артефактов Иных. Все артефакты на данный момент изъяты и направлены в хранилище вещдоков московского офиса. Среди артефактов обнаружены амулеты крови чернокнижников, подавляющие всех живых существ, пока жив носитель.

По факту отсутствия в составе преступления самого Иного, дело передано местным представителям МВД, а именно, Кочеткову Е.С. Все пострадавшие девушки найдены. Преступник по официальным данным скрылся. Поиски продолжаются полицией г. Калининграда.

Дело закрыто.

7. Дело о зазеркалье ч.1

Возвращение в новосибирский филиал вышло гнетущим. Яна отмалчивалась в попытках закопать, как можно глубже свою боль и то, что произошло в доме кукольника. Обсудить её удручающее состояние с наставником Чарли не могла. С момента возвращения в отель, она сама боялась даже взглядом встречаться с монахом. Лао Шин казался львом, запертым в клетке. Вжимая голову в плечи, шаманка поджидала, когда клетка не выдержит и наставник начнёт неприятные вопросы.

Сам факт убийства человека её почти не волновал. Девушка запомнила парализующий страх, лишающий движения не слабее, чем амулеты чернокнижника.

Она не забыла слова девушек, их злость, пришедшую на смену былому страху, то как снова и снова они вымещали её на безответном теле. Чтобы превратить милых девочек со светлыми мечтами и планами на жизнь в полубезумных гарпий нужно быть настоящим монстром. И не важно, что по природе человек. Монстры могут скрываться в любом незнакомце.

Со всех сторон ощущалось давление. Марьяна замкнулась в себе, а наставник мог вот-вот раскусить её неловкое враньё. Впервые в жизни безумно хотелось с кем-то поговорить и спросить совета, однако Чарли боялась. Гадкое чувстводома начало отравлять жизнь в филиале. Будто снова не слишком нужный ребёнок в семье, где детей сбрасывали в общую кучу, лишь бы количество получилось впечатляющим.

Тренировки превратились в пытку. Вынужденное молчание скребло по сердцу. Доверие между наставником и подопечной натолкнулось на ледяную стену и, в попытках пробиться сквозь неё, разрушалось. Растущее напряжение быстро заметил грач Весемир, но сначала хитрый птица-шаман внимательно следил за всеми участниками событий, прежде чем сделать свой ход.

— Пошли погуляем, Ёжик, — запрыгнул он на плечо шаманки в один из перерывов между бесконечными исследованиями Влада по Книге Хаоса.

Чтение его работ привело к предположению, о готовящемся ритуале, так называемого класса А. Изменение пространства или времени, которое потребует владеть не одной страницей Книги Хаоса, а несколькими. Предположение никак не подтвердилось, но и не опровергалось.

Одеваться пришлось потеплее из-за очередного снегопада, белоснежной пеленой, скрывавшей от глаз всё дальше десяти метров. Грач недовольно стряхивал с себя снежные хлопья, но не торопился звать девушку обратно под крышу. Напротив, хитрый шаман вёл её куда-то на нейтральную территорию опушки леса, где никто не мог их подслушать.

— Поссорилась с наставником? — начал он с места в карьер, когда они отошли от особняка на приличное расстояние.

— Нет, мы не ссорились. Решил устроить допрос? — буркнула Чарли, мгновенно теряя красоту момента.

Белая пелена, накрывающая всё вокруг воздушной пушистой шубкой, на глазах делала мир чище и прекраснее. До тринадцати лет девушка очень любила зимы за возможность сидеть вместе с сёстрами за чашками какао в комнате Анны. После отъезда старшей холодные зимы начали тяготить.

— Дружеская беседа! — невинно заявил грач, уморительно потрясывая хвостом, чтобы сбросить снег. — Допрашивал я Лао, чтобы не смел бросать на полпути свою подопечную!

— А теперь мораль читаешь мне?

— Ёжик, прячь свои иголки и слушай! Моим наставником был отец Пётр. Да, в шаманах он разбирался так же хорошо, как и Лао Шин. Наш внутренний мир им не понять, но наставники нам необходимы. Трудных дел и всяческой грязи будет столько, что не сойти с ума тебе как раз поможет плечо старшего! Но для этого нужно доверие!

— А что если… меня мучает не мой секрет? — невольно вырвалось у Чарли, заставив почувствовать себя беспомощным ребёнком.

— Если не твой, то почему мучает тебя?

— Не могу сказать.

— Вот оно как, — каркнул Весемир, пока шаманка продолжала двигаться по лесной опушке. — А Лао себя сейчас поедом ест из-за того, что вновь подверг тебя опасности. И тебя, и Яну. А твою отстранённость принимает, как немое обвинение его неумелого наставничества.

— Я не обвиняю…

— Вот возьми и скажи ему! Маниакальный человек — это страшно. МаниакальныйИной будет страшнее. Человеческая сущность помноженная на демонические силы станет ещё страшнее, если ты вновь окажешься в роли жертвы! — припечатал Весемир. — Шаманы не просто так мрут или отказываются работать в агентстве. Мы с тобой самые хрупкие среди пищевой цепочки Ордена Инквизиции. Помощь и наставничество нам необходимы для выживания. А с наставником должно быть полное доверие!

— Кто бы говорил! — фыркнула Чарли. — По словам Марка, твоего тела давным-давно никто не видел, и я склоняюсь ему верить!

Грач нервно каркнул, едва не сорвавшись с плеча шаманки. Девушка ощущала это напряжение перед прыжком, понимая, что Весемир близок к завершению их беседы, но отчего-то медлил.

— Однажды я тебе расскажу, — пообещал он, — а сейчас лучше представь сколько раз я, будучи ещё прыщавым юнцом под опекой экзорциста, мог отправиться на тот свет реактивной тягой. Изгоняющие демонов не бойцы как инквизиторы или монахи. Но отец Пётр был вот таким наставником!

Крыло грача, вытянутое вперед, едва не сшибло шапку с головы Чарли.

— Вейс, у грача нет пальцев! — хмыкнула шаманка. — Но я тебя поняла. Я просто боюсь, что Лао узнает… не мою тайну. Боюсь того, что он сделает.

— Ты его подопечная. Он не станет использовать твои слова тебе же во вред. И твоё доверие совершенно точно оправдает! Не забывай про мужское достоинство! Его подопечную девчонку чуть не… обженили насильно. А может и обженили, ведь ты молчишь и Яна тоже! Он подозревает самое страшное! Должен был защищать, но не защитил.

— Он думает, что этот маньяк успел нас с Яной…

— А что ему ещё думать?

Весемир как посол налаживания отношений сработал отлично. Пока Чарли набиралась смелости поговорить с наставником, он успел отыскать Яну и тоже пригласил её «погулять». Глядя на их удаляющуюся парочку в снежное безмолвие, шаманка поймала себя на странном недовольстве. Что-то неприятно кольнуло при виде воркующего над ведьмой Весемира.

«Если он её разговорит, то лучше будет всем! На Яну смотреть страшно, призрак отца Гамлета на её фоне пышет жизнью!» — оборвала себя шаманка.

Разминаясь перед очередной тренировкой девушка искала способ начать непростой разговор, однако наставник её опередил.

— Сегодня тренировки не будет, — объявил Лао, заглядывая в зал, — одевайся. Сходим прогуляться.

«И этот в лес тащит!» — недовольно покачала головой Чарли.

Несмотря на просматривающиеся повсюду интриги Весемира, разговор не слишком шёл. Шаманка несколько раз пыталась начать обсуждать неприятную тему, но мгновенно закрывала её, беспокоясь о дальнейшей судьбе Яны. Всё, что она смогла чистосердечно рассказать наставнику, стало заверение об отсутствии какого-либо вреда, причинённого им с ведьмой. Повторять пришлось трижды. Лао Шин не торопился верить, однако когда Чарли гневно заявила, что в случае подобного опыта она едва ли стала даже смотреть в сторону монаха, он выглядел убеждённым.

— Чарли, как наставник я тебя подвёл, — тяжело выдохнул Лао, — снова. Я должен был…

— Мы ловили преступника на живца, — перебила его шаманка, — шли на риск. Мы с Яной… если так подумать, отделались лёгким испугом.

— Испугом? — недоверчиво повторил монах. — Одним только испугом? Чего испугались?

Под ногами приятно хрустел снег, а вечерний пейзаж Новоозёрного в белом облачении радовал глаз. В отличие от Весемира, наставник повёл Чарли по цивилизованным дорожкам посёлка.

— Мои амулеты защиты сгорели ещё в кафе. Он много чего говорил, но голова была будто в тумане, — шаманка чувствовала, что ступила на скользкую дорожку. Зажатые тревогой за жизнь Яны страхи пережитого гнусно шевельнулись в сознании. — Да, неважно уже. Забудь. И вообще тут холодно, пора возвращаться.

Девушка не стала дожидаться наставника и развернулась в сторону новосибирского офиса. Что-то очень нехорошее начало давить на неё. С одной стороны хотелось говорить, спорить и даже кричать, а с другой по привычке держать рот на замке. Не говорить о своих чувствах, не показывать свои эмоции, задавить всё возмущение и держать его в тисках, пока само не утихнет. Привычка выработалась после возвращения из психиатрической клиники. Всё что угодно, лишь бы не оказаться там снова. В этот раз молчание срывалось.

— Чарли, стой-стой! — почти у самых дверей монах её сумел поймать и увести в беседку, несмотря на вялое сопротивление. — Я твой наставник, ты можешь мне открыто и честно сказать, что произошло. Я пойму!

— Нет, — покачала головой шаманка и собралась было сказать, что нет необходимости обсуждать былое, но неожиданно для себя продолжила: — не поймёшь! Когда разум и тело отказывают, этого просто так не понять. Он командовал, а мы просто подчинялись. И ничего не могли сделать! Как две беспомощные марионетки. А в его доме я чувствовала все эти амулеты. Знала, что вы не найдёте нас. Вы не придёте и не спасёте… не помешаете ему сделать то, что он захочет. А он и не скрывал того, что собирается сделать! Это…

Чарли тряхнула головой, стараясь избавиться от мерзкого образа, вспыхнувшего перед глазами. На мгновение ей показалось, что чудесное спасение демоном Яны — это лишь игра её подсознания, скрывшего от неё страшную истину. А в этой «истине» они пополнили кукольный домик, сидя на пуфиках и софах в пышных платьицах. И каждый вечер Кукловод продолжает их «переодевать». Слёзы сами выступили на глазах.

— Я старалась не думать о том, что вот-вот предстоит. Надеялась, что не я буду первой. Блин, теперь перед Яной стыдно, потому что я хотела, чтобы первой была она. Чтобы отсрочить… — монах застыл на месте, глядя на подопечную изумлённым взглядом. — А потом, когда всё закончилось… ну, то есть когда он сбежал, Яна сказала, что за причинённый ему вред, нас бы осудили по всей строгости! Потому что он человек, а мы — нет. Он мог с нами делать всякое, а нам даже ответить запрещено! И это страшнее сектантов. Это очень страшно, Лао! Тебя там не было! Только мы…

— Чарли, я…

— И как тебе доверять, если ты тоже выберешь человека, каким мерзким он ни был?! — выкрикнула шаманка, не выдержав. — Скажи, если бы он… успел всё совершить, а я его убила, ты бы отправил рапорт в агентство, чтобы меня казнили?

— Казни давно не проводят, пытаются как-то иначе решить проблему, — машинально ответил наставник, но быстро опомнился: — Я бы не стал выбирать человека, бросив тебя. Такого уж точно не стал!

Он подошёл к подопечной осторожными шагами, будто перед ним стоял перепуганный зверёк. Девушка не сопротивлялась. Даже позволила погладить себя по плечам. Однако всё тело оставалось скованным напряжением. Необходимость бояться всех ради собственного выживания не позволяла строить что-то доверительное.

— Чарли, я прошу послушать меня предельно внимательно, — мягко начал Лао, тщательно подбирая слова. — Вас с Яной похитил пользователь артефактовИных, особенно налегающий на амулеты крови для подавления чужой воли даже на расстоянии. Будучи не пойманным, в полной безопасности от любого преследователя, он внезапно сбежал в неизвестном направлении. А его амулеты, способные держать под контролем весь дом, пока носитель крови жив, также внезапно предоставили вам полную свободу действий. И по какому-то неизвестному совпадению, в первую очередь вы решили вызвать единственного человека в Калининграде, способного прикрыть в считанные часы любое преступление.

Шаманка в ужасе уставилась на наставника. От осознания сказанного она забыла, как дышать. Видя её состояние, он поднял ладони в знак мира и отошёл на шаг от девушки.

— Ни одна бригада криминалистов не сможет вычистить следы Ци, оставшейся после убийства. Но официально я этого не знаю, а, значит, ничего из этого не отразиться ни в отчёте, ни в рапорте. Да, — тяжело выдохнул он, стараясь говорить как можно мягче, — для меня человеческая жизнь священна. Но я не враг ни тебе, ни Яне. В некоторых ситуациях я могу позволить себе отвернуться и ничего не знать. Если захочешь обсудить всё, что тебя мучает, то можешь прийти в любое время. Я не предам твоё доверие!

Понемногу лёд начал расходиться. Несмотря на декабрьские морозы, атмосфера в филиале начала понемногу теплеть. Хотя после неприятного разговора чувствовалась определённая неловкость, трудом и потом её удалось преодолеть. Непросто дуться на наставника который с азартом лепит из худосочной подопечной боевую зубочистку, как это мысленно назвала Чарли, глядя на себя в зеркало. Несмотря на незавершённость разговора страсти действительно улеглись. Неприятное дело обоюдно решили забыть как страшный сон.

Оля с Таней с наглостью стаи котов собрали всех обитателей новосибирского филиала за общим столом и прямо в лоб заявили:

— Так, раздувшиеся от обидок господа и дамы, мы вам напоминаем, а новичкам сообщаем, что любое дело, в котором вместо Иных фигурируют человеки, заканчивается повесткой к психотерапевту. Это всегда печально, гадко и противно. Подготовиться к подобной подлянке невозможно, остаётся радоваться по завершению, что вышли живыми! — авторитетно стукнула кулаком по столу Таня.

— Поэтому относимся друг к другу с пониманием и не дуемся как мышь на крупу! — добавила Оля. — Нам тут только не хватало группки обиженных агентов! В Москве и без того шум и гам творится, все друг друга подозревают во всех смертных грехах! Не стоит присоединяться к этому течению!

Сидящие за столом пристыженно кивнули. Всеобщая нервная молчанка перешла границы дозволенного, на что непрозрачно намекнули ведьмы. Слова о пороховой бочке, в которую превратился Центральный офис, стали очень неприятным открытием. Чарли не сомневалась, что расследование всё ещё ведётся, вгрызаясь в гранит науки исследований Книги Хаоса под авторством Влада, но не думала о том, как это сказывается на агентах. Пока никто не видел, она незаметно протянула, сидящему рядом Лао, вытянутый мизинчик. Детское, но однозначное предложение мира и дружбы. Два мизинца переплелись под столом, пока Таня с Олей продолжали рассказывать о страстях, творящихся в Москве. Предложение о мире принято.

— Что-то откопали в работах Влада? — поинтересовалась Таня, прерывая секретное «мирись-мирись-мирись».

— Мы с Весемиром прочитали далеко не всё. Пока что выдвинута гипотеза, что кто-то планирует провести ритуал класса А, которому требуется несколько страниц и, скорее всего, набор жертв для громоотвода или баланса… последнее — это моё предположение, — робко завершила свою речь Чарли.

— Да, это похоже на правду, — кивнула Таня, нервно цепляясь пальцами за курительную трубку. — В любом случае, не расслабляемся. Нам пришёл вызов в Екатеринбург.

— Я думала, что за Ебургом закрепили Громову? — впервые подала голос Яна, выглядящая чуть лучше призрака.

— Громова попала в очень горячую переделку, — пояснила Оля. — Поэтому все области перемешали, в том числе, чтобы проверить наших лидеров групп. Железная Леди транспортирована в Сеул на терапию. В результате не могу сказать чего, она получила тяжелую челюстную травму, лицо ей будут собирать наши друзья корейцы. В благодарность, она остаётся у них почти до Нового года в гостях. У них в некоторых городах бесятся демоноподобные Иные. Громова с её навыками и реакциями, им очень нужна.

— Нас как невинных овечек побросают по всем незакрытым точкам. Также будут перебрасывать Краузе Герду и Цветкова Стаса. Кто меньше всех косячил, тем больше шишек. Все новички вне подозрений и отправляются на амбразуру! — развела руками Таня.

✠✠✠

— Что там холода, что здесь холода! — хмыкнул Анжей, выскочив раньше всех на стоянку такси у аэропорта Кольцово.

— Не расслабляться! Нам ещё до коттеджного посёлка ехать, — скомандовал Марк, заставив бойкого инквизитора невольно поёжиться. — Автомобиль должен нас дожидаться где-то здесь, Лёха?

— Вижу, ждите здесь!

Через несколько минут перед агентами предстал чёрный автомобиль на шесть мест с неизменной эмблемой «ГХ». Под оскорбительные шуточки инквизитора в сторону всех семейных автомобилей, прерываемых негромкими эпитетами в сторону самого Курвина, агенты погрузились и поехали. Щуплый чернокнижник Радомиров сел сзади вместе с Чарли, Марк приземлился рядом с водителем, а неугомонного Анжея суровым выражением лица утихомиривал Лао, заняв середину.

— Окей, господа и милая Чарли, — повернулся ко всем Марк, — ехать нам прилично. Личное дело нашего клиента я вам передал ещё в самолёте, но поскольку некоторые из нас решили продрыхнуть весь полёт…

— Имею право, восемнадцать мне уже! — фыркнул Радомиров и ловко увернулся от подзатыльника, адресованного монахом.

— Я тоже только краем глаза прошлась по документам, — призналась Чарли. — В самолёте не получается читать внимательно.

— Раз наших коллег уже двое, я повторю для всех, — миролюбиво кивнул Марк. — Мы направляемся в коттеджный посёлок «Палникс». Это милейшее место в черте города нас привлекает смертью бизнесмена Дмитрия Порохова. Официально Дмитрий внезапно скончался от острой пневмонии, оставив жену и двоих сыновей. Однако сын Дмитрия Роланд не согласен с официальным вердиктом и нанял нас, чтобы разобраться. Поскольку мы участвуем в данном деле на коммерческой основе, то злоупотреблять федеральным статусом настоятельно не рекомендую.

— А разве нас нельзя нанимать как частников? — удивился Анжей.

— В данном деле, вся отчётность пойдёт не только в архив ГХ, но в первую очередь на стол Роланду. Мало того, если нанесённый его семье вред не распространяется на других людей или Иных, а также не имеет отношения к страницам и ритуалам класса А, он имеет полное право вмешиваться в отчетность, которая пойдёт в архив. Но это маловероятно, — пояснил Марк. — Дмитрий Порохов не из тех людей, кто просто так умирает от пневмонии или пробегающей мимо навки. Роланд Порохов нас ожидает в их резиденции, где собственно и скончался Дмитрий. Ричард Порохов, младший сын, по официальным данным находится в Москве, а вдова Юлия Порохова, в девичестве Джулия Мэтьюс, греется где-то в Карибском бассейне. Официальные данные проверяются.

— А что такого особенного в Порохове, что он не мог просто так умереть? — удивилась Чарли.

— Он коллекционер. По непроверенным данным, в его особняке находится не только бесценный антиквариат, но и артефакты старого Ордена Инквизиции, — при словах об артефактах, шаманка нервно заёрзала на месте, вспомнив другого «коллекционера». — Также Порохов был несколько раз замечен нашими агентами вблизи представителей упыриной знати, причём очень высоких сословий.

— А почему этого не было в папке? — нахмурился Лао.

— Потому что Роланд явно не желает открывать перед нами все карты. В компании отца он — правая рука Дмитрия. Едва ли он не в курсе, чем промышлял Порохов-старший. Наше расследование может оказаться удобной ширмой для каких-либо не слишком законных действий, поэтому никому не доверяем! — поднял мистик указательный палец вверх. — Всё необычное подмечаем, всех живых и неживых допрашиваем! Живым верить на слово не советую, только мёртвые уже не способны лгать!

Чарли кивнула, понимая, что последнее относится к ней. Ведьмы, способной почувствовать сильные колебания в настроении мертвецов, в группе не было. Оля и Таня помогали Герде Краузе в деле с навками, появившимся острове Иконников. Яна перед отъездом оформила больничный и осталась в офисе помогать Весемиру с бумажной волокитой.

Шаманка с одной стороны была рада ненадолго уехать подальше ведьмы, чтобы спокойно подумать о возможном разговоре и словах утешения, которые никогда не были сильной стороной девушки. Дружить, поддерживать и начинать разговор самой не через силу, а из-за внутреннего порыва всё ещё оставались чуждыми ей механизмами. Но обратной стороной такого побега стало прорезающееся чувство вины перед Яной. Казалось, что это она, Чарли, сбежала от возможности поговорить по душам из-за собственной трусости.

Резкое шипение радио никого не удивило. Прожить день без очередного репортажа болтливого шамана теперь казалось невероятно странным.

— Доброго времени суток, дорогие мои и любимые! С вами я — ваш единственный и неповторимый Весемир! Кратенько по нашим новостям. Миграция демонов продолжается. На данный момент уже обнаружено два недосмотренных очага. Перу, Новая Зеландия и Бурятский автономный округ пополнят свои городские легенды очередными случаями массовой одержимости. Наши африканские коллеги, все экзорцисты на контракте и на внештатной работе храбро продолжают сражаться с этой заразой! Удачи, отец Пётр, Иван Фролов и остальные. Мы держим за вас кулачки! — задорно вещал шаман, вызывая у Чарли лёгкую улыбку.

— Интересно, как он успевает собрать все данные? В общем чате агентства ковыряется? — пробормотала она, больше обращаясь к себе.

От вида шамана в виде грача, ящерицы или змеи, пытающегося воевать с техникой, созданной для человеческих пальцев, стало ещё смешнее.

— А в Сеуле будто мёдом намазано! — продолжал он. — Не успела наша замечательная Елена Громова отправиться на санаторное лечение, СПА, массаж и пластическую хирургию… что там ещё в Южной Корее делают, как сразу повыползали всяческиеИные, давным-давно объявившиеся народу Азии в виде так называемых демонов. Мы-то с вами знаем, что демоны не способны принимать физический облик, но одно дело знать, а другое — видеть! И теперь в перерывах между кислородными коктейлями наша доблестная Громова наглядно демонстрирует всем корейским «демонам» где раки зимуют! Пожелаем ей удачи и скорого выздоровления! Тем временем наши скромные группы разбираются с навками, упырями, чернокнижниками и особенно непослушными урсолаками в Свердловской области. Распоясались, паршивцы, как только уехала их гроза! С вами был ваш самый любимый и обожаемый Весемир!

Когда автомобиль остановился у дорожки, шаманка невольно залюбовалась участком. В противовес впечатлению о кукольном домике, обширная территория ничуть не сковывала своим обликом. На участке поместился трёхэтажный особняк из светлого камня, несколько беседок, домик для гостей и даже небольшой пруд, покрывшийся в декабре льдом, подозрительно ровным и вычищенным от снега до зеркального блеска. Даже в белом облачении, участок вызывал невольную зависть, а летом должен был стать по-настоящему сказочным.

«Интересно, они катаются на коньках по своему пруду или просто чистят для привлекательной картинки?» — оглядела ледяную гладь девушка.

— Добро пожаловать! — поприветствовал группу одетый с иголочки мужчина, набросивший тёплую куртку, чтобы встретить агентов. — Проходите скорее внутрь, сегодня у нас экстремально холодно!

«В Новосибирске этот холод назвали бы потеплением!» — хмыкнула Чарли.

Агенты бодро направились ко входу в здание. Исключение составили Лёха, успевший нахватать от Марка список поручений, и Анжей, мгновенно сцапанный водителем за плечо. Не успел инквизитор запаниковать, как один кивок Марка расставил всё по местам. На водителя и держателя меча у мистика стояли иные планы.

Ушедший в лабиринт коридоров своего дома, хозяин оставил вместо себя группу слуг. Отточенными действиями персонал дома разоблачил гостей из верхней одежды и с вышколенной вежливостью повел вперёд. С каждым шагом Чарли ловила себя на поднимающейся головной боли, сжимающей виски безжалостными тисками. С каждым шагом образцовая во всех смыслах резиденция казалась всё менее гостеприимной.

В кабинете, судя по обстановке, принадлежащем Дмитрию, их встретил Роланд при полном параде. Платиновые волосы идеально зачёсаны на бок, костюм с иголочки и непринуждённая поза бизнесмена и хозяина жизни. Заказчик обменялся крепкими рукопожатиями со всеми, кроме Чарли и Макса, поникшего точно так же как и шаманка. Зато Лао сиял, словно полуденное солнце, да и Марк чувствовал себя комфортно и расслабленно в кабинете покойного. Роланд предложил гостям сесть и начал неторопливую беседу.

Чарли слышала краем уха, словно через толстое одеяло, как ей предлагали что-то выпить, но никак не отреагировала на слова. Ноги сами несли её к источнику раздражающей слабости. Бледный, как смерть, Радомиров шёл рядом с ней, держась за стенку. Оба агента нездорово шатались. Сквозь туман, закрывающий половину мыслей и все тактильные ощущения, шаманка доковыляла до красивого декоративного постамента, на котором стоял нефритовый восточный дракон, размером с руку. Девушка задумчиво коснулась его пальцем, царапнув гладкий камень ногтем. Пол со стеной резко поменялись местами, но в последний момент Чарли почувствовала, что кто-то бережно поставил её на ноги. Последующие попытки упасть пресекали руки, поддерживающие её за плечи.

— Роланд Дмитриевич, как вы объясните в своей частной коллекции оружие Ордена Инквизиции? — пронесся мимо её уха голос Лао с металлическим оттенком. — Запрещённое к продаже и покупке, а на территории Китая за попытку присвоения даже одной такой статуэтки грозит пожизненный срок в тюрьме!

— Это оружие? Никогда бы не подумал, это всего лишь…

— Будет изъято из вашего дома в ближайшее время группой агентства! — прервал его попытки юлить Марк ледяным голосом. — Вам же лучше подготовить убедительное объяснение, как запрещенные предметы оказались в вашем доме. И уберите их немедленно подальше, если хотите продолжить сотрудничество.

— Я заплатил…

— Но в данный момент вы причиняете вред нашим сотрудникам, что можно воспринять как нападение! — Марк из милого незаметного парня в скромных очках мог по желанию превращаться в альфа-хищника любой ступени социальной лестницы. — Повторять мы не будем!

— Прошу прощения, — на пределе терпения ответил Роланд, разом теряя весь свой лоск. — Леночка, уберите всех драконов в подвал к зеркалу. Без постаментов. Только статуэтки. Может, вернёмся в кабинет?

— Вернёмся, — кивнул Марк.

Чернокнижник, поддерживаемый монахом вместе с приходящей в себя шаманкой, не торопился следовать за ними. Прибежавшая на голос женщина средних лет поспешно, но со всей осторожностью, сняла с постамента статуэтку и унесла.

— Это что такое было? — просипела Чарли, чувствуя безумную жажду человека прошедшего всю пустыню.

— Нефритовые драконы. Оружие Инквизиторов, — прохрипел в ответ Радомиров. — Воплощение их былой силы подавления.

В голове вспыхнули слова Яны, сказанные ещё в музее. Тогда планировалось задействовать драконов для безопасного подавления энергии, выплеснувшейся в процессе ритуала.

«Точно, Яна предупреждала, что нам от них станет худо!»

— Потерпите пару минут, ребят, — подхватил обоих Лао Шин, — станет полегче.

— У меня в рюкзаке… — потянулась к своему плечу девушка. — Чай есть в термосе. От него должно стать лучше.

После пары глотков сила вернулась в ослабевшее тело. Звуки снова обрели свою остроту, а кожа возвратила осязание. Ещё два глотка отключили головную боль и вернули предельную бодрость. Чарли протянула термос чернокнижнику, тот осторожно немного отпил и, благодарно кивнув, пошёл намного увереннее.

В кабинете допрос шёл полным ходом. Цепкий до деталей Марк ловил Роланда на каждом случайном слове, порой придираясь даже к именам, вынуждая бизнесмена юлить и выворачиваться ужом. При виде вошедших агентов Порохов совсем стушевался и, с обещанием всего радушия и посильной помощи от всего штата служащих, покинул кабинет.

— И куда унёсся наш замечательный заказчик? — поинтересовался Лао, пока Чарли с Максом с интересом начали осматривать кабинет.

А рассматривать было что. Пышущего резонансом энергий антиквариата набралось бы на небольшой магазин. Но среди всех этих ярких вибраций некоторые вызывали особый интерес, к ним шаманка присматривалась особенно внимательно, не совсем понимая, что они должны отыскать. Радомиров бродил недолго. Спустя считанные минуты он со знанием дела начал просматривать все ящики рабочего стола покойного Дмитрия.

— Не выдержал прямых вопросов, — хмыкнул Марк, принимаясь за разложенные на столе бумаги. — О, уже улика, а я только начал! И на самом видном месте. Роланд нас дурачками считает?

Пока Чарли внимательно рассматривала все любопытные предметы, наставник сделал несколько шагов в сторону Марка и принялся читать вслух:

— Полная комплексная диагностика всего организма пациента Порохова Дмитрия Андреевича. Завершена… — Лао на миг замолчал, послышалось шуршание страниц, и он продолжил преувеличенно восторженным тоном: — На прошлой неделе! Как внезапно эти бумаги оказались именно тут!

— Бумаги и клинику проверим! — кивнул Марк. — И что у нас тут по итогам анализов? Ха, интересно.

— А что там? — не поворачиваясь поинтересовалась девушка. Что-то среди полок обладало не совсем обычным импульсом. Интуиция подсказывала, что скрытое от глаз «что-то» не должно находиться у обычного бизнесмена.

— Хоть в космос выходи. Дмитрий за неделю до внезапной смерти от пневмонии был здоров как бык. Разумеется, он мог застудиться на улице или упасть под лёд… или умереть от рук любящих родственников, не без этого.

Со стороны стола шаманка услышала звуки борьбы с чернокнижника с чем-то запертым и забористые ругательства, зажатые в последний момент рукой наставника. Её рука порхающая от одного предмета и до другого всё пыталась выловить на одной лишь интуиции и повышенной волшебным чаем чувствительности искомый предмет. Выходило как с игрой «горячо-холодно» пока наконец пальцы коснулись чего-то необычного. Ледяным огоньком обжёг кончики пальцев медный полукруглый брусок с рукояткой сверху. Антикварное пресс-папье.

— Вот это интересная вещь! — пробормотала Чарли, вытаскивая из стеллажа с различными старинными безделушками прибор для промокательной бумаги.

Одновременно с ней прозвучал восторженный возглас Макса, который с видом довольного мародёра переворачивал всё содержимое стола. Чернокнижник торжественно положил на стол старинный револьвер Наган с серебряными узорами на рукояти. Лао и Марк хором присвистнули. Несмотря на почти ювелирный облик, оружие находилось в отличном боеспособном состоянии, что сразу негромко отметил мистик. К револьверу полагалась коробочка серебряных пуль.

— Интересное у нас разворачивается дело, — хмыкнул Марк, — даже не знаю в какую сторону отправлять наших Лёлика и Болика.

— Пусть, как и планировалось, сначала едут в морг, а потом в клинику подтверждать результаты анализов здоровья Дмитрия, — посоветовал Лао. — С остальным надо ещё как следует подумать.

— Согласен, — кивнул сыщик, и быстро набрал сообщение Лёхе и Анжею. Фотографии отчёта по здоровью отослал следом. — Тут складывается интересная ситуация. Чарли, почему именно этот предмет?

Чарли нервно всплеснула руками, потеряв удачную мысль и для успокоения ещё раз коснулась пресс-папье. Укол обжигающе холодной меди вернул ясность мыслей.

— Это не антиквариат! — с места в карьер заявила она. — Предмет создан совсем недавно. Ручная работа, да, но по рукам почти не ходил. И при этом от него исходят вибрации отпечатка очень древнего Иного. Немного похоже на упыря, но я не совсем уверена.

Лао и Макс, не переглядываясь, подняли над предметом раскрытые ладони. Монах одарил канцелярскую безделушку знакомым шаманке колючим взглядом, когда начинал считывать энергии, а чернокнижник напротив глаза предпочёл прикрыть. Чарли и Марк, затаив дыхание, ожидали конечного вердикта.

— Упырь, — кивнул Лао Шин, — из высокого сословия.

— Не просто высокого, — добавил Макс, открывая глаза, — демон говорит, что это отпечаток князя!

— А Роланд «забыл» нам об этом сообщить! — протянул Лао. — Или не мог?

— С учётом того, что безутешный сын сделал всё, чтобы детали дела остались «между нами девочками», выкручивался ужом из всех вопросов, но оставил все ответы на самом видном месте, что только идиот ничего не увидит, то… мне остаётся ему только посочувствовать! — подытожил Марк. — Князья за разглашения особенно щекотливых соглашений, убивают сразу семьями. Думаю, Порохов капитально попал после смерти отца и вызвал нас больше из страха за собственную жизнь, чем из желания раскрыть дело.

— А мы как-то можем его защитить? — удивилась Чарли.

— Если князь не захочет ссориться с агентством, то не рискнёт расправляться со всеми домочадцами, пока мы здесь, — кивнул сыщик. — Уверен, что Роланд чуть позже предложит нам ночевать прямо в доме. Но это временная мера. Или наш наследничек что-то затевает и ему нужна небольшая отсрочка, или он сейчас в ужасе и творит всё, что только может. В первом случае, нам достаточно быть поблизости и позволить ему довести свои дела до логического завершения.

— Но во втором случае он начнёт тягать тигра за хвост, и в числе пострадавших можем оказаться мы! — хмуро добавил Лао.

— Этот «умный человек» мог бы перебраться со своей семьёй в центр города. Или вообще в Москва-сити забиться. Там точно никто не рискнёт устраивать кровавую расправу! — фыркнула Чарли. — Коттеджный посёлок слишком лёгкая добыча, чтобы тут оставаться и рассчитывать на лучшее!

В горле снова пересохло и девушка потянулась к графину с водой. Макс оказался рядом, протягивая невесть откуда взявшийся стакан. Последствия встречи с драконами даже после чая всё ещё догоняли. Пока они пили Лао с Марком раздумывали над словами Чарли.

— Будь я бизнесменом с прицелом на лбу, то моментально смылся в центр города, — подтвердил мистик.

— Разве что в коттедже находится что-то, с чем я не хочу расставаться! — добавил монах.

— Что-то крупное, что нельзя вынести? — выдвинул предположение Марк.

— Не обязательно. Если я уверен, что это нельзя вынести, то могу бежать свободно. Но если можно, а я точно не знаю где оно лежит, но это нечто бесценное…

— Стоимостью в жизнь, например?

— Но знал о некоем тайнике или месте хранения только покойный отец.

— Какая жалость, что покойный, но быть может где-то среди записей есть подсказка, где искать это гипотетическое сокровище! — протянул сыщик.

— А если её нет? — допустил Лао.

— А если нанять сверхъестественных ищеек, которые могут чисто случайно напороться на тайник?

— Мы можем напороться только на точно такой же сверхъестественный тайник, не иначе, мимо человеческих ценностей пройдём мимо! — Макс и Чарли с интересом наблюдали за их диалогом, похожим на словесную игру в пинг-понг.

— Упырям, особенно князьям, тоже до балды на человеческие цацки!

— Мы не знаем, есть ли от них угроза. Только о взаимодействии! — поднял указательный палец Марк.

— Подозревать начнём только если Порохов умер от действий упыря!

— Упыри не станут подставляться и убивать открыто.

— Разве что захотят продемонстрировать расправу над нерасторопным партнёром…

— Тогда предлагаю продолжить поиски!

Агенты замолкли. Эхо их громких голосов повисло в воздухе. Вопросов оставалось слишком много. Все предположения могли быть разрушены новой найденной уликой.

— Я бы посмотрела в подвале, где сейчас находятся драконы, — подала голос Чарли. — Там может найтись ещё очень много интересных предметов!

7. Дело о зазеркалье ч.2

Беглый осмотр подвала вместе с Лао занял всего пятнадцать минут, но отбивались в сердце шаманки они полувечностью. Из-за предложения Марка разделиться, следовало сначала убедиться, что подвал не встретит Радомирова и Чарли очередным артефактом, лишающим сил и воли. Однако Роланд ошибок не повторял. Даже пресловутые драконы хранились в красивых шкатулках, полностью подавляющих силу нефритовых статуэток. Подвал, оформленный как надежное хранилище бесценных предметов прошлого, мог напугать лишь толстой дверью, ведущей в этот самый подвал из-за её сходства с бронированными сейфами.

Внутри оказалось удивительно уютно. Атмосфера множества вибрирующих резонансом энергий артефактов успокаивала не хуже капища. Казалось, даже в полдень в этом месте Грань тоньше обычного.

— Опасности нет, — подытожил Марк, когда монах с подопечной вернулись на первый этаж. — Осматривайте ведь спрятанный антиквариат, а мы опросим персонал и осмотрим все оставшиеся бумаги. В кабинете ещё очень много любопытной макулатуры! Все поддерживаем связь!

— В подвале связь не работает, — осторожно заметила Чарли.

Марк с Лао переглянулись. Шаманке не требовался навык чтения мыслей, чтобы уловить всю вереницу сомнений в голове наставника. После дела о кукольном домике он не оставлял её одну. На страже девушки всегда были или Таня с Олей, или Лёха, или Самир в случае отсутствия монаха на посту личной охраны. От такого пристального наблюдения Чарли порой ловила себя на каверзной мысли скрыться подальше ото всех глаз.

— Роланд не станет нам вредить, вы сами сказали! — напомнила она. — Со мной Макс и его демон. Справимся!

— Радомиров, отвечаешь головой и всеми остальными частями тела! — грозно зыркнул на него монах и нехотя покинул свою подопечную.

Когда монах и мистик удалились в сторону кабинета, Чарли неловко улыбнулась чернокнижнику:

— Не повезло с последним делом.

— Бывает, — кивнула Макс, осторожно перешагивая через порог, ведущий к подвалу. — Все шишки набиваем.

— А кто был твоим наставником? — поинтересовалась Чарли с осторожностью.

— Борис. Тоже чернокнижник. Они с Марком сейчас в офисе работают. Пытаются вдвоём компенсировать деятельность Влада, пока безуспешно.

— Да, я слышала, что он был самым-самым, — улыбнулась Чарли, — читала его работы. Впечатляет!

Витрины, пьедесталы и постаменты привлекали внимание ко многочисленным предметам личной коллекции Порохова, однако из по-настоящему пугающих артефактов Иных в подвале находились только нефритовые драконы. Остальные предметы, пусть и имели внушительное влияние на настроение, восприятие или здоровье, сильно уступали выходцам Инквизиции Китая. Почти половина помещения была заполнена обыкновенным человеческим антиквариатом, вибрирующим резонансом энергий из-за своей богатой истории. Агенты прошлись по всем предметам несколько раз, но не почувствовали ничего подозрительного.

Несколько раз Чарли останавливалась у невероятно красивого старинного зеркала с обрамлением из фарфоровых миниатюрных статуэток. Зеркало, переходящее в подобие туалетного столика, украшенного ещё большим количеством хрупких композиций, едва помещалось в подвале, возвышаясь в два человеческих роста. Множество цветов и счастливых людей с музыкальными инструментами создавали весеннее настроение и вызывали лёгкую улыбку. Невольно Чарли часто задерживалась у красивого зеркала, осматривая фарфоровое обрамление, а порой и просто глядя на себя в отражении, окружённом застывшим воплощением весны.

— Подозрительное? — подошёл Макс, закончив всё осматривать и своим глазом и взглядом демона.

— Нет, просто красивое! — пожала плечами шаманка и вздрогнула, услышав щелчок фотоаппарата смартфона.

— Знакомое зеркало. Кажется, мы с ним уже встречались в рабочем плане! — пояснил чернокнижник и поспешил на выход из подвала. — Сейчас посмотрим, где я мог его ви… ага. Точно Анастасий Цветков дебютировал в сентябре с этим зеркалом!

Чарли тенью следовала за Максом, стараясь не задерживаться в помещении одна. Пока она догоняла чернокнижника, он уже успел найти все детали дела.

— Вот, дело о проклятом зеркале… — пробормотал он, притягивая смартфон девушке.

Отчет по делу № 0003240

Группа в составе:

мистик Цветков Анастасий

шаманка Варвара Морозова

ведьма Варвара Майзукова

инквизитор Александр Кошкин

прибыла в пансионат «Назарьево» Звенигородской заповедной зоны Подмосковья по заявке Смирновой Т.П. о якобы проклятом зеркале пансионата.По словам Смирновой, работники и отдыхающие пансионата, проводящие длительное время в контакте с зеркалом умирали спустя несколько дней. Причина смерти каждой из жертв — естественная. Внезапный приступ какой-либо болезни.В ходе расследования, зеркало было проверено всеми агентами и артефактами агентства. Следов проклятия не обнаружено. При демонтаже зеркала для реконструкции выявлено заводское клеймо, отмечающее изделия Meissen в период от 1815 и до 1924 года.

По запросу в штаб выяснено, что завод Meissen с 1845 года находится в партнёрских отношениях с Орденом Инквизиции и поддерживает агентство ГХ. С завода были присланы все документы на зеркало, созданное в качестве реконструкции первого зеркала времен Августа III для выставки 1900 года. Кроме того, скульптор Meissen — Август Гауль, умерший в 1921 году, числится в качестве лица абсолютного доверия. Доказательств проклятия зеркала не обнаружено. Зеркало не проклято. Безопасно для использования.В процессе расследования изучены тела убитых. При поддержке инквизитора Вальдемара Пупкова, раскрыты следы убийства людей упырями, замаскированное под болезнь. В Подмосковье найдено и уничтожено малое гнездо упырей. Причина их выбора жертв не выявлена. Возможно, имела место случайность.

Дело закрыто.

— И вот оно снова перед нами! — подытожил Макс.

— Надо будет Марку и Лао сообщить, а вдруг не совпадение!

Радомиров кивнул и они направились искать «старших по цеху». Сладкая парочка твикс обнаружилась на кухне в процессе безжалостного допроса местной кухарки. В этот раз допрос взял на себя Лао и феерично елейным голосом выведывал у женщины средних лет необходимую информацию, цепко хватаясь за неосторожно брошенные с

лова. Сама кухарка краснела и потела от смущения, не в силах сбежать от следствия.

Глядя на суровость своего наставника, Чарли невольно поставила себя на место допрашиваемой и сделала вывод, что если бы монах хотел вытрясти из неё информацию о произошедшем в кукольном домике, то она раскололась ещё в первую ночь. Однако наставник предпочёл терпеливо ожидать внутреннюю готовность подопечной к неприятному разговору.

— В кабинет! — скомандовал Марк, когда допрос завершился.

Четвёрка агентов ввалились деловое убежище Дмитрия ровно в тот момент, когда телефон Марка начал звонить. Лао проследил, чтобы лишние уши не прижимались к двери и кивнул мистику.

— Привет, народ, ещё раз! — бодро отозвался смартфон голосом Курвина. — Мы прибыли в морг. Осмотрели нашего жмурика и пришли к интересным выводам!

— Мы тебя внимательно слушаем, — отозвался Марк. — Ты на громкой связи!

— Не было никакой пневмонии у Порохова. Его убили, причём показательно, упыри из высокого сословия. Но, вы будете смеяться, потерялись все записи о том, кто поставил причиной смерти пневмонию. Лёха всех напряг, но все необходимые документы в нужных местах повредились.

Несмотря на весёлый тон Анжея, в кабинете повисло тревожное молчание. Гипотеза с упырями начала себя оправдывать. Чарли переводила взгляд с Лао на Марка. Оба что-то напряженно обдумывали. Казалось, даже мысленно они на одной волне, которую остальным не дано постигнуть.

— А у вас что? — нарушил молчание инквизитор.

— У нас подозрение, что Порохов старший вместе с сыном как-то разозлили князя, с которым были повязаны сотрудничеством. Старшего отправили на вечный покой, а младший разыскивает что-то ценное, спрятанное в доме, и вызвал нас, в качестве прикрытия от упырей, пока сам продолжает поиски, — отчитался за всех Радомиров.

— А ещё у него в хранилище зеркало, которое уже фигурировало в деле нападения упырей, — добавила Чарли. — Они почему-то убивали тех, кто с зеркалом проводит много времени. Дело Анастасия за сентябрь.

— А само зеркало? — уточнил Марк.

— По проверкам ничего. Просто старинное зеркало, созданное к 1900 году в Мейсенской фабрике фарфора.

— Мейсен… что-то недавно было с ними, когда мы разбирались с пропавшими страницами, — пробормотал сыщик. — Что-то такое… надо будет отправить запрос Насте.

— И проверить документы по покупке зеркала у владельцев «Назарьево», — подсказал Макс. — Мало ли, вдруг в процессе покупки произошло что-то интересное или незаконное.

— Верно. Сделаем. По документам, найденным в кабинете — часть оформлена «чисто» и не придраться, часть отправили на проверку как подозрительные. По предварительной оценки, кто-то очень… убедительный помогал Порохову заключать договоры на не слишком выгодных для партнёров условиях. А слуги рассказывают интересные истории, Лао?

— У них весьма разнообразный штат, который заметил, что в семье уже несколько лет царит раскол, причём не столько в семейном, сколько в деловом плане. У Ричарда, младшего сына, и его матери свои взгляды на некоторые соглашения, договоры и сделки. Причём пару раз доходило до повышенных тонов, — заговорил монах, тщательно подбирая слова в присутствии подопечной. — Одна из последних ссор вышла… колоритной. После неё Ричард и его мать собрали вещи и уехали. И, по словам горничной, которая ещё и беременна от шалостей младшего Порохова, сбежавшие были не злы, а напуганы.

— Помимо этого, Дмитрий незадолго до смерти купил со всеми документами раритетный револьвер святой троицы с набором патронов, — добавил мистик и, увидев недоумение на лице шаманки, пояснил: — револьвер созданный для уничтожения упырей.

— Оу, так нам отправляться в клинику для проверки результатов по здоровью? — неуверенно спросил Анжей.

— Нет, отбой! Давай так, узнайте, кто автор пневмонии в качестве причины смерти на всех документах, а потом подключайте Таню с Олей на созвон. Мне нужно знать, где найти в этом городе точку схода знати упырей. Чует моё сердце, мы очень скоро с ними встретимся.

— Мне не нравится складывающаяся ситуация. Если всё серьёзно, то сегодня-завтра в особняк могут пожаловать гости! — выдохнул Лао. — А Роланд не просто предложил… в дополнении к договору о предоставлении услуг онпотребовал нашего присутствия в этом доме на время проведения расследования.

— Интересный договор! А можно ознакомиться? — потрясённо выдохнул Радомиров.

Марк отточенным движением сунул руку в свою сумку через плечо, вынул папку с несколькими листами и передал чернокнижнику.

— Договор сторон… исполнение обязательств… не позднее… — бормотал он, листая документы, пока шумно не выдохнул со злым смешком: — Ха, вот оно! Роланд видимо опасность чует жо…

Одного гневного взгляда монаха хватило, чтобы чернокнижник отфильтровал из своей заготовленной речи непотребные слова.

— Теоретически, сегодня мы имели бы полное право оставаться в качестве рассматривающих коммерческое предложение агентов. То есть без начала расследования. Вот только Порохов намеренно сдвигает все сроки рассмотрения и начала расследования на сегодня. А с подписью Марка мы должны ночевать тут! Вы думаете о том же, о чём и я?

— Он в последний момент вызвал нас в надежде, что упыри не станут штурмовать его семейное гнёздышко! — монах с тревогой перевёл свой взгляд на шаманку. Та лишь пожала плечами. Служба ГХ и опасна, и трудна.

— Командую отбой. Отдыхаем, желательно, спим до самого ужина. Этой ночью нам будет жарко и весело! — приказал Марк. — Я попробую найти кого-то из наших поблизости. Авось помогут!

После совместной работы с Весемиром Чарли начали часто сниться вороны, не отличаемые подсознанием от грачей. Чёрные и каркают, значит, вороны! Но то как они вытанцовывали порой танец маленьких утят вокруг неё, а потом с хохотом шамана разбегались и требовали найти их и поймать, даровало снам привычную безуминку.

В этот раз Чарли, словно Алиса Льюиса Кэролла, восседала за большим столом и попивала чай в окружении дюжины ворон. Речь за столом шла о «невероятно важном расследовании». Злоумышленником была украдена кухня из ближайшего дома. Вместо комнаты остался один дверной проход. Надо было что-то решать. Когда шаманка уже решительно собралась искать пропажу по ближайшим поместьям и дворцам, её разбудил писк будильника.

— Да блин! Она точно была у Скелетора в замке! — простонала она, просыпаясь в одной из комнат для гостей.

С минуту девушка вспоминала, где она находится и почему за окнами всё ещё ночь, но настойчивый стук в дверь напомнил о прошедших событиях. Бизнесмены поссорились с верхушкой упырей и пытались всунуть в этот конфликт горстку агентов, чтобы хоть как-то выйти из конфликта живыми.

На ужине Чарли встретила пополнение в виде инквизитора Джеймса и его подопечных Тараса и Константина. Оба парня выглядели как обычные студенты-математики с напряжёнными вычислением некоей формулы мышками на лице. Пока шаманка судорожно вспоминала, что Тарас чернокнижник, а Константин инквизитор, Марк ледяным тоном начал и закончил речь «Мы всё знаем, в том числе зачем ты нас здесь собрал, лучше признавайся по-хорошему!». Речь получилась короткой, но впечатляющей, однако ни один мускул на лице Роланда не дрогнул. Порохов сухо потребовал предоставить ему все отчёты по расследованию, отмахнулся ото всех обвинений и с радушием принял подкрепление.

После ужина, несмотря на уверенность заказчика и его слуг в нормальном продолжении ночи, Марк, Лао и Джеймс обсуждали будущее нападение как свершившийся факт. Тройка старших агентов не сомневалась, что ночь будет «весёлой».

— Что бы там ни было, мы защищаем всех людей, находящихся в этом здании!

Джеймс на кухне Анастасии казался полной противоположностью Джеймсу, готовящемуся к атаке. Собранный только на поставленной задаче. Холодный, как сталь его собственного меча. Казалось, инквизитор не способен улыбаться. Чернокнижники Тарас и Максимилиан были поставлены в пару как последний барьер защиты от упырей. В лобовой атаке инквизитор «мягко» назвал их бесполезными и поручил при помощи демонов обеспечить убежище всем домочадцам и шаманке. Лишь из-за личного знакомства с девушкой и дружеских отношений с Лао, инквизитор не назвал её путающейся под ногами, но дал однозначный приказ — прятаться вместе с людьми и не высовываться.

Марк не торопился встать в первых рядах, но револьвер Дмитрия изъял и зарядил. Лао и Джеймс направили его вместе с чернокнижниками и Лёхой вставать в защиту. Три инквизитора — Джеймс, Анжей и Константин при поддержке монаха с боевым шестом взяли роль сдерживать и уничтожать всю ударную волну упырей.

Ближе к полуночи всеобщий тревожный настрой стал ощущаться, как нечто само собой разумеющееся. Чарли пила чай и болтала по видеосвязи с Марьяной, пославшей к лешему нормальный сон ради разговора с подругой. Ведьма, хихикая, рассказывала об уморительных похождениях грача-шамана и его попытке с новосибирского филиала транслировать свои новости. Поддавшись игривому настроению, Яна нашла большое перо и щекотала Весемира, прерывая его передачу на каркающий хохот.

Наконец что-то ощутимое произошло. Все агенты и даже мистик Марк одновременно ощутили толчок изнутри и подскочили со своих мест. По ранее озвученному приказу сыщика, они слаженно разбудили всех спящих работников особняка, позвали охрану и в добровольно-принудительном виде отправили в подвал, вместе с чернокнижниками и шаманкой. Марк с револьвером наперевес остался у сейфовой двери подвала в качестве приграничного стража. Лёха со своим боевым арсеналом рядышком. Лао и троица инквизиторов приготовились встречать неприятеля.

Не успели все затихнуть в подвале, чтобы изо всех сил изображать мебель, как дом содрогнулся.

«Кто-кто, в теремочке живёт?» — вдруг пришла в голову Чарли истерическая смешинка.

✠✠✠

Как и всегда в подобных ситуациях, ни капельки не верилось, что вот-вот может произойти что-то страшное. Страх не торопился подобраться поближе, ожидая момента, когда бежать будет уже некуда, а угроза станет прямой и явной. Вместо этого в голову лезли непрошеные мысли. Когда дом вздрогнул снова, шаманка поймала себя на возможности выпрыгнуть из тела и со стороны внетелесного мира посмотреть на то, что происходит.

Тело в полном порядке. Лао меня точно не накажет. Упыри — не демоны. Мне нечего бояться. Иду вперёд. Наблюдаю за Марком. Идеально замаскированное ничто, а в невидимой руке привлекает моё внимание яркая точка. Удивительные они, мистики, для взгляда с этой стороны. Вроде есть, а вроде и нет. Для демона — обыкновенное пустое место. На мгновение любуюсь сиянием, которое исходит из предмета в его руках. Что-то очень солнечное и ошпаривающее. Как если бы солнечные лучи стали кипящей водой. В доме я вижу как неспокойные огоньки, излучающие подавление, и семицветик борются с неприятной кровавой пульсацией, сокрытой внутри кокона черноты. Таких пульсирующих точек слишком уж много. Четвёрка Иных и ещё один с револьвером, а также вооружённый человек не слишком надёжная защита.

Кто-то проносится мимо. Чувствую вкус паники и дымчатую тень. Человек. Кто-то не выдержал и попытался сбежать. Чувствую, как на него реагирует Ничто мистика и другая тень.

— Ну вот. Будто нам недостаточно ужасов в эту ночь! — недовольно фыркает Рая.

— А что нам остаётся? Вернуться в тело и вмешаться?

— Ещё чего не хватало. Побереги силы. Когда твоих друзей раскидают, как котят, упыри, тебе потребуются все твои силы, чтобы замедлить в теле все жизненные потоки и притвориться мёртвой. Только так зубастики пройдут мимо!

Страх пробивается даже в астрале, хотя чувствовать тут слишком уж трудно.

— Они выдержат! — упрямо заявляю.

— Нет!

— Нет! — присоединяется Павлик.

— А если вызвать из леса кого-нибудь на помощь?

— Идея хорошая, но тебе нужно выйти на улицу. Всем твоим телом! — хмыкает Рая. — Предлагаю поискать оружие внутри. Тут много интересных вещей! Есть даже такая, которая отгонит упырей!

— Не отгонит, — спорит с ней Павлик, — но уйти заставит.

— Где? — пытаюсь понять, что они подразумевают, но не вижу ничего подходящего.

От шкатулок, хранящих драконов исходит тьма. Остальные артефакты не кажется способными на что-то великое. Сияние, вибрации и отпечаток времени на них есть, однако я совсем не чувствую чего-то по-настоящему полезного.

— Где-то в подвале, я чувствую присутствие.

— Я тозе, но Чагли не видит! — подтверждает Павлик и предлагает мне: — Попробуй почувствовать, а не увидеть!

Ради интереса позволяю своему шаманскому телу разойтись в стороны, обретая черты демонического. Окружение из напитанных энергиями резонирующих артефактов помогает расслабиться и отпустить себя на волю, заполнив весь подвал. В этой форме привычных физическому и шаманскому телу чувств зрения и слуха нет.

Демон впитывает в себя окружение совсем иначе. Одновременно всё. Единой волной. Одновременно и меньше, и больше. В этой форме ощущается всё, что можно ощутить. И теперь я понимаю, о чём говорят Павлик и Рая. Я впитываю в себя эту яркую точку. Не могу понять, где именно она в подвале, но это и не важно. Всё пространство — это я. Мне не нужно знать. Лишь потянуться вперёд.

Знать бы ещё, что делать дальше и не натворить бед!

Впрочем, яркая точка не оставляет мне ни выбора, ни тревог. Мне достаточно лишь дотянуться, как она испускает что-то неприятное тревожное и отталкивающее. Словно ультразвук, от моей находки испускаются волны снова и снова, создавая неприятный фон. Волны множатся, как круги на воде от брошенного камня, но гладь не торопится возвращаться к покою, пока я не ощущаю, как Павлик и Рая зовут меня. Дело сделано. Можно возвращаться в тело.

Чарли недовольно распахнулась глаза, ощущая холод, прикладываемый к пылающим щекам. Вопреки ожиданию, она лежала в гостевой комнате на кровати, а не в подвале. За окном постепенно светлело, а её осматривал медик скорой помощи. Девушка напряглась, чтобы вспомнить, что было последним в памяти и уверенно отметила, что в тело она вернулась и даже успела шевельнуться, но затем всё исчезло.

«Неужели последствие близости с драконами?»

— Мне же всё это не приснилось? — простонала она, когда все медицинские манипуляции закончились.

— Как к вам обращаться? — вместо ответа поинтересовался медик.

— Чарли.

— Чарли, вы пережили тяжёлый стресс. Вам сейчас нужно полежать как минимум ещё пару часов. Не волноваться, не заниматься ударными нагрузками и хорошо питаться. Покой на три дня! — строго приказал он.

— А что случилось? — подскочила на кровати шаманка.

— Покой! — повторил медик и вышел.

К радости Чарли, почти сразу после него в комнату всем составом ворвались все агенты. Вопросы о том, кто пострадал, а кто выжил, отпали сами собой. Все ребята, хоть и выглядели потрёпанными, но обладали полным набором конечностей и однозначно принадлежали миру живых. Ссадины, синяки и царапины выглядели не слишком опасными и прошедшими необходимую обработку в руках у работников скорой помощи. Казалось, прошлой ночью агенты не упырей сдерживали, а участвовали в драке «стенка на стенку» в спортивном баре с распетушившимися футбольными фанатами.

— Что вчера было? — подскочила она на постели. — Какие новости?

— Если вкратце, — начал Марк, — то вчера ночью конкретно на данный особняк «случайно» напала стая злых и голодных упырей. Нападение было бесшумным и точечным. Ни один сосед не увидел и не услышал ничего подозрительного. Мы без особой надежды на успех отбивались, поскольку этих тварей оказалось неожиданно больше, чем мы думали. Роланд запаниковал и попытался сбежать…

— Ой! — прикрыла лицо ладонями Чарли, понимая каким будет продолжение.

— Официально причина смерти — сердечный приступ. Этих упырей грамотно натаскали. Они стремились порвать на платки всех, кроме Роланда. Его убили очень осторожно. А дальше, — мистик сделал эффектную паузу, — начались странности! Во-первых, упыри не планировали останавливаться на достигнутом, но кто-то их прогнал. Не просто прогнал, а направил в их сторону волну всепоглощающего ужаса. Бежали, только пятки сверкали. Джеймс с Анжеем и Костей пытались их нагнать и добить, но кто-то успел раньше, да так, что тел не осталось.

— В подвале что-то было. Мне кажется, что это я выгнала упырей, — неуверенно пробормотала она.

— Уважение! — отсалютовал ей побитый упырями Курвин.

— Ото всех нас! — добавил Джеймс и остальные, словно группа поддержки, одновременно кивнули. — Ты умница!

— Мы догадались, — кивнул Лао. — У нас маловато подозреваемых в этом внезапном спасении. Поделишься, как совершила храбрый подвиг?

Чарли порозовела от смущения, вскочила с кровати и пошатнулась. На попытку двигаться тело ответило слабостью и преддверием голодного обморока. Её едва запомнившееся взаимодействие с таинственной яркой точкой вытянуло из организма почти все соки.

— Так, вот только без ритуального отправления к праотцам, — перехватил её монах. — Все переговоры сугубо из постельного режима!

— Тогда дайте что-нибудь покушать! Я точно не знаю, что сделала, но это меня истощило. Голодная, будто неделю не ела!

— Организуем! — кивнул Марк. — Анжи, справишься?

Инквизитор, насобиравший царапин больше всех остальных вместе взятых, бодро кивнул и унёсся в сторону кухни. Шаманка послушно села на кровать и кратко поведала обо всех мыслях и ощущениях, которые происходили во внетелесном мире, пока они отбивались от упырей.

— Интересно выходит, — хмыкнул Марк.

— Значит, в подвале действительно скрыто что-то ценное, — кивнул Лао. — Готов поспорить, что Роланду требовался именно этот артефакт. Ты не запомнила хотя бы место этой «точки»?

Девушка сокрушённо покачала головой. «Точка» могла принадлежать любой вещи и, что самое неприятное, ни в человеческой, ни в шаманской форме Чарли не ощущала даже эхо от присутствия чего-то с подобной силой. «Точку» смог прощупать только демон и Рая с Павликом.

— И что теперь?

— Теперь у нас некоторые проблемы…

— Некоторые? — с издёвкой переспросил до этого молчавший Джеймс. — Nous sommes dans la merdeМы в дерьме!, господа и дама! Поскольку заказчик мёртв, с нами подозрительно моментально связался его брат Ричард и сообщил, что отзывает дело. Расследование будет полностью оплачено, а у нас время до конца дня, чтобы собрать вещички и покинуть поместье. В шесть вечера «наши полномочия на этом всё».

— Тогда нам надо успеть разобраться со всем до шести вечера! — вновь попыталась подскочить Чарли.

— Приказываю отдыхать до… полудня! — стальной рукой заставил её улечься в постель монах. — После этого выезжаем в город. Надо будет поговорить с некоторыми уважаемыми нелюдьми.

Все попытки протеста пресекались безжалостно. Агенты всем скопом удостоверились, что страшный обморок не нанёс Чарли никакого вреда и оставили девушку отсыпаться до полудня, хитро рассчитав время, чтобы после пробуждения она никак не могла перенапрягать своё тело шаманскими практиками. Она недолго протестовала. Лишь перед сном успела выпить ещё чашку тонизирующего чая и к полудню чувствовала себя бодрой и полной сил. Всё больше она воспринимала подарок Вальдемара как допинг, нечестно повышающий её шансы на успех во всём, но остановиться не могла. Слишком уж по душе был этот глоток жизненных сил.

В доме остались только Лао и Макс. Чернокнижник во всю рассматривал каждый артефакт подвала, призывая демона рассмотреть поближе и подробнее, но в полдень даже демон работал неохотно.

Монах, проследив чтобы подопечная хорошо питалась, сопроводил её на улицу, где их поджидал Лёха на новом автомобиле. О судьбе предыдущего Чарли решила не спрашивать, догадываясь, что когтистые лапы упырей могли превратить её в решето. Кратко во время поездки монах сообщил, что до шести вечера требуется изъять тот артефакт, который стал причиной всего происходящего, и, по возможности, раскрыть дело.

Марк с научившимся выглядеть устрашающе Курвиным проверяли все найденные документы, чтобы найти хоть какую-то нить или маленькую подсказку. Максимилиан и его демон обнюхивали весь дом, Джеймс рыскал по самым горячим точкам чёрного рынка со своими подопечными, чтобы узнать какого рода должно быть сокровище, чтобы верхушка власти упырей засуетилась.

— А наша задача будет одной из самых сложных, мой юный падаван, — продолжил Лао. — поскольку мы с тобой считаемся одними из самых мирных Иных, именно мы отправимся к самим упырям на серьёзный разговор.

— Чего?! — подскочила она на месте.

— Не переживай, — успокаивающе похлопал он её по плечу, — днём на территории знати агенты обладают полной неприкосновенностью. Но из-за некоторых физических особенностей ведьм, инквизиторов и чернокнижников, упыри принимают в штыки их попытки мирных переговоров.

— А мы из-за беспомощности можем идти говорить? — попыталась скрыть дрожь в голосе Чарли.

— Монахов они не способны нормально оценивать. Им кажется, что мы безобидные как шаманы. А вот мистиков недолюбливают из-за их непроницаемости.

Автомобиль остановился у яркого баннера, направляющего клиентов в подвальное помещение здания. Большой кальян, окружённый чашечками чая и названием места со множеством завитушек, уходящих в пар.

— «Чайный мастер». Интересное название для кальянной! — хмыкнула шаманка, выбираясь из машины.

— Чай тут тоже наливают, будь уверена. Они любят оригинальные названия и подобные заведения. Все опиумные притоны всегда принадлежали упыриной верхушке, — кивнул на вход монах. — А во время сухого закона они держали все подпольные бары. Не только в России. Во всём мире. Никого не удивляет, что света в их помещениях нет, а люди ведут себя в их присутствии нетрезво.

Шаманка кивнула, нервно проверяя свой бубен, закреплённый на ремне. Совершенно бесполезный против упырей, он всё же внушал спокойствие. Лао осторожно приблизил к себе девушку, пока они спускались, придерживая за локоть. Она не протестовала. Слишком уж жутковато было отправляться в логово чудовищ.

Тяжелая дверь открылась, следом за ней пришлось миновать ещё одну дверь, якобы для защиты от сквозняка, а на деле защищающей от блуждающих солнечных бликов. Внутри всё помещение освещалось тусклыми цветными лампами, едва рассеивающими тьму. Как назло, ковровое покрытие, скрадывающее любые шаги, драпировка стен и спускающиеся с потолка плотные портьеры — всё было чёрного цвета. Вся территория пропиталась мраком. Стоит хозяевам кальянной выключить свет, и гости окажутся беззащитны. Кабинки и проходы к ним то преграждались стеной, а то и плотной портьерой, создавая эффект лабиринта. В панике не сбежать даже на ощупь.

— Доброго дня, агенты, с чем пожаловали? — окликнул их менеджер у барной стойки. — Отдохнуть у нас захотелось или…

— Или, — перебил его монах, одним лишь голосом намекая, что разговор будет не слишком приятным. — К вашему заведению и его хозяевам есть ряд вопросов.

— Ну на такое «или» идите вон! — добавил с ядовитой улыбкой менеджер, нездорово поблескивая удивительно бесцветными глазами, сияющими в свете даже тусклых ламп.

Чарли не видела, но почувствовала, как мрак сделал к ним шаг вперёд. Бесшумно. Почти неощутимо. Она лишь почувствовала холодок и поняла, что от дальнейших слов монаха может зависеть степень кровавости их смерти. Однако наставник даже бровью не повёл, хотя не мог не почувствовать движение.

— Сам попросишь сделать свою гоп-компанию шаг назад или мне это сделать? Вы мою подопечную напугали! Это уже считается нападением! — процедил он. — Не таким явным как нападение на девять представителей агентства в коттеджном посёлке «Палникс» этой ночью, но вполне достаточным для проблем!

Шаманка нервно повела плечами.

— Видишь, — указал на подопечную монах, — напугали! Возможно, нанесли психологическую травму!

— А ты не пугай, блюститель порядка, — последние слова звучали как оскорбление, — у вас нет ничего! Ни тел, ни специфических ран — ничего! Никаких доказательств, что это был кто-то из наших! Будут доказательства — приходите. Так и быть, поговорим! А сейчас — идите вон. В целости и сохранности!

Тьма сомкнулась на плече Чарли. Не успела она испугаться, как молниеносным движением обидчик, вцепившийся в неё, был перехвачен одновременно стальным захватом монаха и неизвестным, выступившим из темноты ровно настолько, чтобы менеджер сумел рассмотреть его лицо.

— Пора начать вести себя как взрослые люди, — вкрадчиво проговорил незнакомец приятным низким голосом, обращаясь к работнику кальянной. — Стыдно воспитанным господам пугать девушку!

Последний вдруг затрясся от ужаса и, нервно сглотнув ушёл в тень, пробормотав мольбу о прощении. Давящий мрак расступился. Мгновение и Чарли ощутила, что кроме них троих никого нет.

«Что это было, Пух?»

7. Дело о зазеркалье ч.3

Пальцы незнакомца будто невзначай прошлись по её распущенным волосам. Без угрозы. Казалось, что ему просто стало любопытно дотронуться до неё. Чарли повернулась к нему, но в темноте ничего не смогла рассмотреть и отпрянула к наставнику. Незнакомец с едва слышной усмешкой занял место сбежавшего парнишки. В тусклом свете ламп его наконец удалось рассмотреть.

Бесцветные глаза, как у менеджера. Что-то среднее между серым, голубым и сиреневым, как у альбиносов. Глаза казались бы естественными, если не обращать внимания на их яркий нечеловеческий отблеск даже почти в полной темноте. Ноктюрнал. Ночные хищники. В остальном лицо казалось почти обычным, но взгляд невольно любовался аристократическими чертами, не сохранившимися у современных людей. Что-то тонкое, словно отпечаток истинной породы, чувствовалось во внешности незнакомца. Из них троих именно он казался лишним в кальянной.

— Ситуация вышла не слишком красивой, признаю, — кивнул незнакомец, словно до этого они вели длинную беседу и в чём-то пытались его убедить. — Все неудобства, относительно особняка Пороховых будут компенсированы. Насколько мне известно, пострадавших нет.

— Порохов-младший мёртв! — бесстрастно заметил монах.

Чарли окинула его взглядом. Она помнила как выглядел наставник, когда требовалось сдержать все свои чувства и эмоции, даже те, что голодным волком рвутся на свободу. Он сдерживался. Изо всех сил.

«Человеческая жизнь — священна, а Порохов не был таким уж плохим!»

— Пострадавших среди агентов… ваш Орден зря вовлекли в этот конфликт. Всё, что я могу сейчас посоветовать — уходите как только ваше время закончится. Продолжить расследование вам не позволят.

— А вы думаете, мы ещё не раскрыли дело?

— Что же вы здесь делаете, если всё раскрыли? — снисходительно улыбнулся незнакомец, не сводя глаз с шаманки.

Поймав этот пристальный интерес к своей молчаливой персоне, она с трудом подавила желание спрятаться. Мнительное сознание отметило, что взгляд упыря не сходил с её лица с самого первого момента.

— У нас остались вопросы! — не выдержала она.

— Какая прелесть, — с умилением посмотрел на неё упырь, словно перед ним только что пискнул неразумный котёнок, — а чем вы готовы заплатить за ответы?

— Значит, вы готовы поделиться информацией? — деловым тоном уточнил монах. — Чего вы хотите взамен?

— Все деньги ложь. Всё злато бред. Важнее крови платы нет! — казалось, он только и ждал возможности поторговаться.

По коже побежали мурашки. Подобные сделки даже на словах звучали устрашающе, а если дойдёт до дела, то Чарли не была уверена, что не отключится в состояние опоссума. Лао напротив казалось расслабился, когда речь зашла о торгах.

— Что же… — начал было Лао, но был перебит незнакомцем.

— Не твоя. Её! — аристократически длинный палец бессовестно указал на шаманку. Интерес сияющего взгляда обрёл логическое объяснение.

— Исключено! — отрезал наставник, не отводя взгляда от упыря.

— Я не предлагаю ей донорство крови. Одна небольшая пробирка, и задавайте свои вопросы. Или можете возвращаться ни с чем!

Тьма вновь сомкнулась вокруг шаманки, но на этот раз лишь в её собственном мечущемся разуме. Всего одна пробирка. Даже на анализ берут порой больше и это совершенно никак не вредит организму. Чего стоит немного уступить? Зато они получат свои ответы!

— Почему я? — едва слышно спросила она.

— Шаманы в наше время большая редкость, — не моргнув и глазом ответил незнакомец, — даже одна капля крови — это редкий деликатес!

— Чарли! — предупреждающе встал между ними наставник.

— Это всего лишь кровь! — прошептала она и, стараясь звучать смелее перепуганной мыши, спросила: — Шею или руку вам подставлять?

— Мы давно не каменном веке! — недовольно цыкнул упырь. — Всё давно стерильно как в аптеке! Жгутик, поработать кулачком, тонкая игла и небольшая пробирка.

Он увел их в неожиданно светлое помещение за барной стойкой. Там действительно при полной стерильности наблюдался медицинский холодильник и стандартный одноразовый комплект инструментов для забора крови. Чарли не пикнула пока пробирка, несколько превышающая размеры стандартной, наполнялась багряной жидкостью. Процесс действительно не отличался от привычного в больницах. После изъятия иглы, которую с явным удовольствием облизнул упырь, агентам предложили чай, сладости и мирный разговор.

Он назвался Александром и, отвечая на вопросы поведал интересную историю о бизнесмене, заключившим сделку с князем на взаимовыгодных условиях. Хитро лавируя между риском сболтнуть лишнего, упырь коротко сообщил, что до недавних событий обе стороны были довольны своим сотрудничеством и исправно выполняли свои обязательства. Однако в руки Порохова старшего попало нечто или принадлежащее князю, или крайне желанное.

Бизнесмен неосмотрительно пытался шантажировать князя и получить от их соглашения намного больше привилегий, чем было уговорено ранее.

Трудно сказать, какое из решений Дмитрия привело к приказу на уничтожение. Нельзя брать то, что принадлежит князю, а тем более не следует добиваться чего-либо шантажом. Александр намекнул, что даже одного из действий было бы достаточно, а Порохов подписал себе сразу два смертным приговора. Но не успело тело отца остыть, как князь получил сразу два важных сообщения. Старший сын Роланд решил потягаться с большими древними акулами бизнеса и пустился в точно такой же бессмысленный шантаж. Нечто, принадлежащее князю, в обмен на очередной список преференций. Исполнители приговора не заставили себя долго ждать. Тел примитивов, как назвал Александр самых простейших упырей, уже никто не найдёт.

Но второе сообщение было куда интереснее комариного писка Порохова-младшего. Вдова Дмитрия и его сын Ричард обязались предоставить всё, что потребует князь в обмен на неприкосновенность и место в верхушке сословия. В некотором роде и это смахивало на шантаж, однако подано было в приятной форме слёзной мольбы.

— Я могу только намекнуть, но кто-то из вашего агентства в этом замешан. В качестве третьей стороны, которая заберёт то, что прятал Порохов. Юлия и Ричард уже прошли обращение и не позволят вам продолжить расследование. У них полное юридическое право на запрет вашего вмешательства! — сочувствующе поднял он руки, чуть стряхивая зачёсанные назад смоляные волосы на бок.

— Чем Порохов шантажировал князя? — продолжил допрос Лао.

— Об этом знает только князь и кто-то из ваших. Мне запрещено даже спрашивать.

Тон упыря не оставлял никаких сомнений, что в пищевой цепочке кровососущих он занимает одну из самых высоких позиций, а, значит, вопрос максимально возможной секретности.

— Ваше дело, считайте, закрыто. Вас пытались использовать в махинациях против упырей. Но не вышло. Дмитрий и Роланд знали с кем имеют дело, знали, что бывает за нарушение договора. Они, конечно, люди, но не в вашей юрисдикции! Лучше уходите! — порекомендовал Александр, давая понять, что разговор окончен.

✠✠✠

Лао Шин с подопечной сдержанно попрощались и поспешили к выходу. Александр задумчиво следил за ними взглядом, не выпуская из рук пробирку. Агенты, втянутые в банальное мошенничество смертного, предоставили ему намного больше, чем догадывались.

— Глеб, — коротко позвал он и из темноты послушно вынырнул глупый менеджер, едва не выгнавший агентов на улицу.

— Простите, Александр, я не знал… — залепетал было парень, но был прерван нетерпеливым движением руки.

— Если хочешь реабилитироваться в моих глазах, то на закате отправляешься просить личной аудиенции с княгиней. Передашь ей это, — он протянул пробирку незадачливому подчинённому, — лично проследи, чтобы попробовала! Одна нога здесь, а другая там! Промедление смерти подобно!

✠✠✠

Мысли об агенте, который ведёт свою игру с упырями полностью заняли Марка и Лао. Даже дело Порохова перестало их интересовать. День стремительно клонился к вечеру. До отъезда в аэропорт осталось чуть больше двух часов, а искомый артефакт никто не мог найти. Даже демон Максимилиана удручённо молчал.

Подвал обыскали несколько раз. Не за горами маячило позорное возвращение ни с чем обратно в филиал и продолжение тревожного сериала «найди двойного агента», которое начало угнетать даже работников новосибирского филиала.

— Технически дело не провалено, — оптимистично заявил Макс, — у нас уже были такие мошеннические проекты. Люди заключали сделки с Иными или демонами, а после пытались нашими телами прикрыться. И рыбку съесть и косточкой не подавиться, ведь все плюшки от сделки уже получены, а платить по счетам не хочется.

— Разве в этом случае мы не должны спасать бесценные человеческие жизни? — с сарказмом поинтересовалась Чарли, поймав себя на мысли, что не разделяет одно убеждение своего наставника.

— Их никто не заставлял продавать свою бесценную жизнь! — пожал плечами Радомиров. — Для общего сведения, сделки под угрозой не входят в силу. Обе стороны должны бить по рукам добровольно! Порохов сам себя погубил!

Времени мало. Поиски ни к чему не приводят. Одни лишь догадки, что именно ищут упыри и агенты. Однако всем на ум приходил один простой ответ. Но совпадение прорисовывалось слишком нехорошее. Никто не хотел, чтобы простой ответ оказался истиной.

Ответ из московского офиса по фабрике Мейсер лишь добавил подозрений. Пока расследовали «повышенный интерес» крота к страницам, Марк с Анастасией подняли список лиц абсолютного доверия. Макс тихо пояснил Чарли, что лицам такого уровня доверия было поручено хранение страниц Книги Хаоса. Август Гауль, скульптор фабрики, входил в число этих лиц. После его смерти хранимая им страница числилась пропавшей. Но зеркало демонтировали несколько раз. Его разбирали по самым мельчайшим фарфоровым фрагментам, и ничего не было обнаружено.

«Блин! Думай, Чарли! — приказала себе девушка, когда счёт пошёл на минуты. Половина шестого вечера. Автомобили поданы. — Шкатулки для драконов? Сами драконы? Может, надо раздробить полы или стены? Где Порохов спрятал то, что хотят упыри? Где?»

Она неуверенно нарезала круги вокруг красивого зеркала, высматривая свою рыжую макушку в отражении. Несмотря на почтенный возраст ровная гладь не помутнела, не покрылась признаками старения, которые ловила Чарли на старинных зеркалах, не торопилось чернеть. Великолепная работа. Хотелось забыть обо всех тревогах и просто смотреть на произведение искусства.

«Явно не ртутное, — невольно переключила своё внимание на своё отражение шаманка. — Они ведь уже умели лить из серебра?»

Ради интереса она заглянула в историю создания зеркал. Незаметно выскочив из подвала, девушка набрала в смартфоне необходимый запрос и нашла тропинку к отрешению от внешних проблем в исторической справке по зеркалам.

«Юстус фон Либих произвел революцию в производстве зеркал, используя в составе серебро… ну вот, что и требовалось доказать. Зеркало серебряное! Да и не стали бы гордые мастера ставить в свою работу некачественную стекляш…» — прозрение выстрелило в голову одновременно с голосом Марка, оповещающим, чтобы агенты сворачивали свою деятельность и шли на выход.

«Что? Нет!»

Шаманка заметалась по подвалу в поисках стула, стремянки или любого объекта, который помог бы ей оказаться ближе к холодной серебряной глади. Наконец глаз зацепился за красивый старорусский сундук, необходимого размера. Несколько мысленных просьб о прощении немного очистили совесть. Тренировки с Лао не прошли даром. Сундук быстро оказался на нужном месте. Вскочив на крышку, Чарли бесцеремонно положила обе ладони на холодную гладь.

Секунда. Две. Три. Сердце пропустило два удара. И вот он! Слабый, едва пробивающиеся сквозь серебро импульс. В зеркале скрывалась страница.

«Даю зуб на отсечение, она касается упырей! — хмыкнула шаманка, но требовательный гудок автомобиля вызвал панику. Шёл общий сбор. В подвале она уже полчаса бродила в одиночестве. — Достать! Надо достать! Как?»

Глаза встретились со своим отражением. Она прекрасно знала как. Всего семь лет невезения и одно произведение искусства на алтарь агентства.

«Они всё равно поступят так же!» — уговаривала себя Чарли.

Глаза боялись, но руки уже не сомневались. Два шага от зеркала. Тяжёлый медный подсвечник с полки. Короткий замах…

Лао и Макс прибежали одновременно на звук бьющегося стекла. Предполагая самое худшее, они явились ровно в тот момент, когда шаманка торжествующе достала из ниши, скрытой за зеркалом, страницу. Пойманная на месте преступления, девушка покраснела, побледнела и выставила свою добычу вперёд. От изумления агенты не нашли, что сказать.

— Нашла! — нервно хихикнула девушка, но услышав голос Марка, к которому присоединился ещё один, ранее незнакомый, осторожно спрятала страницу за рукоять своего бубна.

— Умница! — только и шепнул Лао, придал лицу непроницаемый вид и вывел подопечную к автомобилю с логотипом «ГХ».

Отчет по делу № 0003334К

Группа в составе:

мистик Марк

монах Лао Шин

инквизитор Анжей Курвин

чернокнижник Максимилиан Радомиров

при поддержке приглаженных:

инквизитора Джеймса

инквизитора-стажёра Константина Зукова

чернокнижника-стажёра Тараса Дмитриева

прибыли по коммерческому заказу Порохова Р.Д. в коттеджный посёлок «Палникс» города Екатеринбурга для расследования смерти Порохова Д.С. ранее диагностированное следствием пневмонии. В ходе расследования изъяты незаконно содержащиеся на территории Порохова четыре инквизиторских дракона и направлены в хранилище вещдоков. При повторном осмотре тела Дмитрия Порохова установлена фактическая причина смерти — убийство, совершенное упырём.Так же после осмотра дома в частности кабинета Порохова был найден пистолет типа наган с серебряными пулями по заключению не зависимого эксперта револьвер является артефактов его название «револьвер святой троицы», направленный в хранилище вещдоков. В ходе следствия на дом произошло нападение упырей., завершившееся нападением заказчика, вследствие чего он скончался.

Дело о смерти Р. Д. Порохова передано в правоохранительные органы.Опрос представителей князя области, включающей Екатеринбург, выявил мошеннические действия со стороны бизнесменов Пороховых. После заключения сделки о взаимовыгодном сотрудничестве, Пороховы, будучи не входящими в число хранителей страницы Книги Хаоса, пытались утаить у себя страницу, касающуюся упырей, и шантажировать князя. Расторжение их договора соответствует установленным правилам. Страница направлена в хранилище вещдоков, в соответствии с регламентом.

Дело закрыто.

Екатеринбург погружался в ночь, соблазняя Чарли задремать прямо в зале ожидания, не дожидаясь посадки на самолёт, когда на все смартфоны агентов одновременно пришло сообщение от Анастасии с пометкой «срочно».

«Все агенты вызываются в московский офис вне зависимости от места нахождения и деятельности. Время для прибытия — 24 часа. Вальдемар Пупков объявлен нежелательным лицом №1».

Часть 3. Выходи поскорей…

В большой игре приходится жертвовать пешками, мой друг.

Остался месяц. Придётся нам с тобой частично выйти из тени, если это позволит добиться требуемой комбинации фигур к финалу. Ничего, раскрытая фигура, не означает «съеденная». Он ещё принесёт пользу, пусть уже не такую как внутри агентства, но в некотором роде даже более значимую.

Не всё задуманное исполняется гладко. Неожиданная удача превратилась в бег по острой грани дозволенного.

Батори. Измученный разгневанный призрак уже почти был в моих руках со своими бесценными знаниями, которые должны были проснуться с последней седьмой отнятой жизнью. Лес рубят, щепки летят, а я почти заставил свою совесть молчать относительно цены этих знаний. В случае нашего провала, все эти дети были бы мертвы. Это необходимая жертва.

Провал. Это было почти ожидаемо. Слишком импульсивно я вцепился в этот неожиданный шанс узнать больше о нашем ритуале. Многого не учёл. Впрочем, не всё потеряно. Призрак был не слишком удобной формой для переговоров. Можно выбрать лучше.

Даже в планировании нельзя поддаваться эмоциям. Холодный рассудок приведёт нас к успеху. Всё остальное – к погибели. Всего месяц до последней подведённой черты. Я готов принять любой исход, но буду бороться до конца за наше будущее.

Не подведи меня, друг мой!

1. Орлята учатся летать ч.1

Почти сутки пришлось провести в комнатах агентства без связных ответов. Анастасия и Виктор коротко объявили во время расселения агентов о брифинге сразу после общего сбора, забрали всех старших и скрылись где-то в архивах. Младшему рабочему составу оставалось только сбиваться в группы и предполагать худшее. До выяснения всех обстоятельств покидать московский офис запрещено всем. Даже водители сидели по лавкам.

Чарли поселили вместе в одной секции с новосибирскими однополчанами и пропавшим со всех радаров после дела о волколаках монахом Ли-Тао. С момента дела в селе Пупково, монах успел отрастить короткую тёмную шевелюру, которую не торопился сбривать на шаолиньский манер и отказался от ярких монашеских одеяний, оставшись верным исключительно цвету. Джинсы и свитер кричащих оранжевого и желтого цветов ему удивительно шли. Анжей при виде всех изменений позволил себе шуточку о русификации иностранных агентов, которую все нашли уморительной. Даже Ли-Тао посмеялся.

Из-за напряженной атмосферы все острые углы общения полностью пропали и пятёрка ничего не понимающих бывших рекрутов и ведьмы-одиночки быстро освоилась в общих темах. В основном они рассказывали все самые смешные и интересные моменты своей практики, порой повторяясь, но никто никого не прерывал. Не та ситуация. Слишком велико напряжение.

Вечером Чарли не выдержала и спустилась в капище. К счастью, по офису передвижение не ограничивали. Марьяна предпочла лечь спать пораньше. Анжей с Константином с разрешения Джеймса устроили спарринг в зале Дракона. Тарас с Максом и ещё несколькими мелькнувшими в темноте подвала чернокнижниками отправились в ритуальный зал. Демонов требовалось подкармливать энергией, высвобождающейся во время ритуалов.

На капище снова никого не оказалось, что не удивило Чарли после сообщения, что шаманов на весь ГХ осталось только трое. А если считать по головам, то два с половиной. Весемир физически и присутствовал, и отсутствовал везде. Капище могло наполняться либо в лучшие деньки агентства, либо когда приглашённые шаманы нуждались во всеобщем камлании. Шаманка неслышно кралась среди камней, высматривая хоть какую-нибудь живность. Безумно хотелось поговорить с Весемиром. Как назло ни змейки, ни ящерки.

— Выходи Весемир! — негромко позвала она. — Где ты прячешься?

— Проверь под ногами пока не раздавила — донёсся до неё насмешливый голос.

Шаманка осторожно посмотрела под ноги. У одного из камней обнаружилась змейка, почти полностью скрытая настилом в виде мягкого мха. Осторожным движением она вытащила чешуйчатое на свет.

— Прячешься от ответственности и страшных переговоров? — хмыкнула она.

— Большие босы справятся с распространением атмосферы всеобщей паранойи и без меня! — безапелляционно заявил Весемир. — Как тебе такая милая и дружеская среда обитания?

— Будто домой вернулась! — тяжело выдохнула Чарли, приблизив к лицу змейку-шамана. — Хочется бежать подальше. А тебе?

Шаман вдруг дёрнулся и странно замолчал. Чёрные глазки-бусинки с интересом поглядывали на девушку. Весемир о чём-то крепко задумался после короткого вопроса. Несколько раз он порывался начать что-то отвечать, но замолкал и снова думал. Чарли смотрела на него и не могла понять, что же она сказала не так.

— Знаешь, Ёжик, — наконец ответил он, — старшим по званию таких вопросов уже не задают, будто мы ко всему этому хаосу приученные и не можем больше ничего такого чувствовать. Странно, да? А ещё страннее то, что мы чувствуем. Тоже боимся, дёргаемся и нервничаем, хоть и с выражением лица как у камня. Мой ответ — мне тоже это всё не нравится!

Шаманка в ответ с грустной полуулыбкой кивнула. Вопросы разом покинули её голову. Хотелось одновременно сказать и спросить так много, но в то же время сковывал страх поднять щекотливую тему. Или даже запрещённую «до окончания разбирательств».

«Действительно как дома, когда боишься сказать что-то не то и поэтому постоянно держишь рот на замке!» — удручённо подумала она.

— Ну это капище! Пошли ко мне, Ёжик, — вдруг предложил Весемир.

— Хмм, а зачем? — удивилась Чарли.

— Как «зачем»? Соблазнять тебя буду! Для чего ещё мальчики девочек к себе приглашают?! А я смотри какой гибкий! Получше многих буду! — игриво подмигнул ей шаман, но, увидев как вытянулось её лицо, не выдержал и затрясся от гомерического хохота. — Купилась? Ну ты даёшь! Ой, Ёжик, какая же ты наивная! Тебя так легко смутить!

— Я бы на тебя посмотрела, когда какая-нибудь змеюка предложит внезапное спаривание! — фыркнула она в ответ.

— О как! Ладно, ответ засчитан! — продолжил хохотать он, но собравшись с силами предложил более серьёзно: — Всё равно пошли ко мне! Нет никакого желания тут оставаться. Один стресс!

— А ты не будешь что-то нехорошее предлагать? — с подозрением покосилась на него девушка.

— «Нехорошее»? Как оскорбительно звучит, может со мной всё очень даже «хорошее»? — оскорбился змей. — Ничего такого не буду предлагать. Новости растрезвоним по всея Руси. Весемир я или нет, в конце концов?! А ты посмотришь и взбодришься!

Он обхватил её запястье своим гибким хвостом и словно живой маятник вёл коридорами, подсказывая, где подниматься и поворачивать. Комната Весемира выглядела как настоящий алтарь хаосу. Через всю комнату можно было сделать лишь пару шагов. Всё остальное пространство занимала радио-аппаратура, развешанные в пять рядов амулеты, манекены с древними деревянными масками в странных одеждах, похожих на ритуальные облачения шаманов Алтая и Приамурья.

То, что когда-то представляло собой кровать, полностью скрывалось под Джомолунгмой из непонятных тряпок различного рода одежды, в которой просматривались и какие-то сторонние вещи. То гриф гитары, то что-то похожее на лыжи, а то и чучело какого-то крупного животного.

— А я думала, что в комнате старшего брата свинарник! — присвистнула Чарли. — В твоём гнезде есть место для жизни и сна?

— Ну-ка тихо на галёрке! — шикнул змей и доброжелательно помог откопать в завале настоящий целый стул. — Начинаем большую трансляцию!

Не успела шаманка сесть на стул, как змей шаман начал щебетать соловьём особенно долгий репортаж. В нём перемешались отчёты по новым пройденным делам, слухи о грядущих нападениях, немного информации по бродячим на болотах Иным и всё это приправлено особенным Весемирским юмором, в котором он не стеснялся в выражениях и распекал на все лады инквизиторов. Несмотря на странное место, похожее на гигантское гнездо хомяка, и змея радио ведущего, Чарли от души посмеялась и расслабилась. Забавно было видеть, как маленький удав перемещается между своими техническими гаджетами, хохмит и ничуть не стесняется своего странного облика. Даже когда Чарли начинала смеяться от его шуток в голос, и он начинал её шутливо за это журить, шаман не прекращал трансляцию, импровизируя на ходу.

Вечер закончился на очень приятной ноте.

Рано утром всех созвали в переговорную. Зевающая Чарли, не успев переодеться из своей пижамы, поплелась вместе с агентами как есть, не слишком задумываясь о профессиональном облике. Вся пятёрка из секции предпочла сгруппироваться вместе и тихо сидеть в самом тёмном углу. Агентов набралось немало, пусть львиная доля мест оставалась пустой. Чарли хотелось верить, что это из-за невероятной занятости. Железная дева Громова не вернулась из Южной Кореи, проходя операции по восстановлению лица, что мешало и другим отсутствовать по схожим причинам?

— Доброе утро всем, кого ещё не видела! — вышла во главу стола Анастасия.

Ведьма выглядела изможденной, но собранной, а в глазах пылали адские угли. Такая и на последнем издыхании полцарства вместе с собой на тот свет заберёт. Ровная деловая причёска и строгий брючный костюм ей, несомненно, шли, но выглядели лишними, сковывающими воинствующий дух в офисной клетке.

Собравшаяся разношерстая толпа молча поприветствовала Анастасию и стоящего в тени мистика.

«Тот самый призрак коммунизма по имени Виктор?» — с интересом поглядывала на неизвестное лицо шаманка.

Как и Марк, мистик казался не слишком заметным, почти невидимым. Глаз никак не хотел за него цепляться и что-либо замечать в его внешности. Даже на лицо он казался не слишком примечательным. Но стоило с усилием остановить взгляд на отдельных чертах, то осознание о привлекательности все же появлялось. Черты лица Чарли нашла мужественными и невольно прикинула, что в образ темноволосого привлекательного мужчины с таинственной серостью глаз и волевым подбородком могли бы влюбиться девять девушек из десяти. Восемь точно, девятую мог бы немного оттолкнуть возраст за тридцать.

Обычным и невзрачным он точно не был, однако умудрился настолько усилить в себе способность мистика к непроницаемости, что даже в спокойном состоянии не позволял себя замечать. Из интереса шаманке безумно хотелось посмотреть на него со стороны астрала. Девушка подозревала, что там будет не просто некое пустое место, но всё же влияющее на реальность и оттого обнаруживаемое, а аура пустоты в которой никогда никто не додумается искать.

— В ходе расследования, найдены неопровержимые доказательства подрывной деятельности инквизитора Вальдемара Пупкова, — тем временем продолжала Анастасия. — Вальдемар входил в группу лидеров допущенных для оценки вещдоков и безотчетной работе с архивом. В его смены часть вещдоков исчезала, а отчёты переписывались. Помимо прочего, свои отчёты он регулярно подделывал, намеренно уводя внимание агентства от вскрытия статуса секретности страниц. На данный момент ущерб, причинённый инквизитором Пупковым агентству только оценивается. Условно, все тайники со Страницами объявляются скомпрометированными. Согласно регламенту, для минимизации угрозы все Страницы будут найдены в ближайшие три недели и переданы в архив агентства.

Настя остановилась, чтобы перевести дыхание. На мгновение её маска холодной бесстрастности дрогнула, и Чарли сумела разглядеть панику. Предательство изнутри лидером группы едва ли прошло мимо чувств ведьмы. Доверие предал тот, кому доверяли.

— Мы призываем всех агентов сообщить нам всё, что известно о Вальдемаре, — продолжил за неё мистик, не представляясь. — Даже если это кажется чем-то неважным. Мы можем точно сказать, что все словари для расшифровки страниц Книги Хаоса как написанные лично Владом, так и изъятые в процессе расследований, были Пупковым уничтожены или испорчены до состояния, не поддающегося восстановлению. В процессе расследования Вальдемар поспешно покинул агентство. Мы настоятельно не рекомендуем пытаться с ним связаться или найти лично. Инквизитор Пупков обладает превосходной физической подготовкой и лишен сантиментов. Он не пощадит своих бывших коллег.

— Спасибо, Виктор, — кивнула Анастасия, подтверждая подозрения шаманки относительно второго лидера. — В ближайшую неделю все агенты пройдут полную проверку на возможные контакты с Вальдемаром. Сегодня и завтра в течение дня вас будут по одному вызывать на личную беседу, в которой вам настоятельно рекомендуется честно отвечать на все вопросы, относительно вашего опыта общения с Пупковым. До окончания всех проверок, всем агентам запрещено покидать московский офис. Все открытые дела ставим на паузу. Новых расследований не начинаем. С вашим полным содействием мы закончим быстро!

Сердце начало тревожно колотиться. Шаманка не испытывала к инквизитору тёплых чувств и успела поговорить с ним всего раз, если тот странный диалог в библиотеке можно было назвать разговором, но после сообщения о всеобщем допросе, сильно напряглась. «Добрая» память подсунула подходящее по ощущению воспоминание — как родители отправили её в дурку на обследование. Там тоже только вопросы задавали.

— Не нужно бояться расследования, — вышел вперёд Виктор и начал вкрадчиво и доверительно говорить. Мистик однозначно обращался ко всем, но у Чарли возникло стойкое ощущение, что он успокаивает именно её. — Нам всем сейчас нужно всего лишь собраться с силами, вместе разобраться с бардаком и вернуть порядок! Пусть мы не знаем друг друга так хорошо, как хотелось бы, но мы друг другу не чужие. Мы никого не бросаем и не обижаем! Вместе мы справимся с любым кризисом!

На удивление такие простые фразы очень успокаивали. Чарли даже начала подозревать Виктора во владении какими-то особыми приёмами успокоения, потому что когда он говорил, слушали абсолютно все. И его слова казались такими правильными. Они мотивировали помогать по мере сил, копаться в памяти и сообщать обо всём подозрительном, чтобы агентство направилось на путь процветания.

✠✠✠

Ей «повезло» получить вызов в кабинет Анастасии сразу после завтрака. Шаманка порадовалась, что успела порадоваться жизни и вкусной рисовой каше, прежде чем внутренности скрутил противный холод предвкушения чего-то неприятного. Увы, единственное, что походило на такие беседах, пришло из неприятных мест Новосибирска.

До последнего Чарли надеялась, что в кабинете будет её опрашивать только Анастасия, однако её дожидался Виктор. Пронзительный взгляд серых до стального блеска глаз не позволял отвернуться или смотреть в более безопасное пространство. Обстановка вызывала беспокойство.

— Здравствуй, Чарли, — дружелюбно улыбнулся он, указывая на кресло напротив стола. — Не самая приятная у нас причина познакомиться поближе, но я всё же рад тебя видеть.

— В…взаимно! — натянуто улыбнулась девушка, чувствуя как все эмоции уползают в состояние «опоссума».

Под внимательным взглядом мистика шаманка одеревенела и сидела на кресле, неестественно прямо. Только в глазах можно было прочитать, что напуганная девушка всё ещё в кабинете. Однако мистика ничуть не смутило такое состояние и после нескольких бесплотных попыток успокоить девушку, он начал задавать вопросы. На счастье Чарли, она слишком редко контактировала с Пупковым, чтобы допрос продлился слишком долго. Девушка вынырнула из своего состояния для оценки инквизитора, как жестокого, нелюдимого и кровожадного.

Виктор сдержанно кивал, продолжал спрашивать и что-то записывал по-старинке ручкой в свой журнал. Дело об оборотнях, встреча с передачей Марьяны в Новосибирск, его последующее посещение только что открывшегося филиала и подаренный чай. О последнем шаманка не рискнула лукавить и честно рассказала про большой мешочек чая и впечатляющий эффект после длительного распития.

Информация о чае заставила Виктора встрепенуться. Поверхностный опрос по агентам дал понять, что чаи Вальдемар частенько раздаривал целыми мешками по поводу и без оного. По завершению их беседы Чарли и всех агентов направили в медицинское крыло сдавать кровь на проверку. Всё вредоносное в чае так или иначе отразилось бы в крови.

Оставшийся чай пить запретили, а мешочек немедленно изъяли, что очень расстроило Чарли. К подарку нелюдимого инквизитора она успела пристраститься. Слишком уж хорошо тело восстанавливалось после его распития. Почти никаких последствий от перенапряжения как физического, так и астрального. А без чая, подозревала она, состояние здоровья вновь упадёт и придётся выходить в астрал очень и очень осмотрительно.

— С этими анализами крови, мои вены скоро будут как у заядлого наркомана! — недовольно выдохнула Чарли, сидя в их секции с Марьяной на следующее утро.

Впервые после дела о кукольном домике, ведьма позволила себе остаться с кем-то наедине. Ли-Тао попытался прибиться в помощники к Лао Шину и старшим агентам, а когда потерпел в этом сокрушительную неудачу, пытался взять старшего измором и бесконечным повтором одного и того же вопроса. Инквизиторы с чернокнижниками не вылазили из нижних этажей офиса, предпочитая отрешиться от событий настоящего в бесконечных тренировках и ритуалах. Так быстрее проходило время тревожных ожиданий. Ожидание вызова на допрос, ожидание неприятных новостей, одно сплошное ожидание без разрешения вернуться к привычным делам…

— Выпей чаю, — пододвинула ведьма ей чашку свежезаваренного синего напитка.

— Ну… — после распития травяного сбора Вальдемара пришлось сдавать кровь, и Чарли нервно косилась на любые чашки с напитками.

— Да не бойся. Синий он из-за цветков василька, — усмехнулась Яна. — Ведьминские травки тоже есть, куда без них, но сейчас тебе с обычного чая спокойнее не станет!

Шаманка с благодарностью во взгляде робко улыбнулась в ответ. Чашка приятно согревала замёрзшие пальцы. Чай действительно пах васильком с вишней и не выглядел угрожающе.

«Хотя и подарок Вальдемара мне вреда не причинил. Скорее наоборот!»

— Спасибо, я буду скучать по тонизирующему чаю. Они всё забрали после беседы.

— Допроса, — мрачно поправила её Марьяна. — Меня сегодня тоже допрашивали. К счастью, только о Вальдемаре, а не о… всяком другом.

— Ян, — обратилась к ней Чарли, едва справляясь с желанием даже не начинать неприятный разговор. — Я никому ничего не рассказывала и не расскажу. Лао… да не зажимайся так, он знает. Он дал понять, что не выдаст. Всё не настолько плохо!

Ведьма отложила в сторону свою чашку и повернулась лицом к шаманке. В голубых глазах стояли слёзы, которые та едва сдерживала. Не успела Чарли сказать что-либо, как оказалась притянута в объятия плачущей Яны. Тело быстро перешло в состояние опоссума и замерло на месте, зажав все эмоции где-то внутри, но когда до сознания дошло, что боевая подруга горестно всхлипывает, цепляясь за нее как за единственный источник поддержки, руки обрели подвижность. Она осторожно сцепила их за спиной плачущей ведьмы

— Извини, что-то я расклеилась, — бормотала Яна, — но вся эта ситуация… я не выбирала своего демона. Меня просто продали ему, как поломанную игрушку, в надежде, что кто-то приобретёт за полцены! И я никогда, понимаешь, никогда не чувствовала, что смогу освободиться. Остаться без него хотя бы на минуту. Он всегда рядом, кроме… когда вы отправили меня в комнату отдыха. Его там не было! Впервые я по-настоящему была одна! Чёрт. Вот бы навсегда остаться на том берегу и не думать каждую секунду, что он взбесится и начнёт вредить всем вокруг! Я клянусь, я бы остановила его, если бы могла! Я не чудовище, правда, я не…

Слёзы перешли в истерику. Марьяна без конца просила прощения и клялась, что не желает никому зла. Она призналась, что ожидала с самого момента обнаружения в той кровавой комнаты отвращение к своей персоне. То что Чарли её не выдавала, воспринималось лишь как солидарность второй жертвы. Ведьма снова и снова твердила, что её следует бояться и держаться подальше, но одиночество, разбавленное постоянным соседством с демоном, её убивает. В очередном витке рыданий она обещала, что никогда не причинит шаманке вреда, потому что даже её демон относится к ней мирно.

— Я знаю, как собираются такие тонизирующие чаи, как подаренный Вальдемаром, я соберу тебе похожий по свойствам, чтобы силы не уходили! Спасибо, что не отворачиваешься от меня!

Чарли изо всех сил старалась соответствовать моменту. Слишком уж необычными были эти объятия, а привычная скованность как назло никуда не делать. С горем пополам, память сжалилась и подкинула в сознание старую картинку, как с ней шестилетней сидела Анна и читала красивые сказки про драконов и рыцарей. Про драконов нравилось больше. Перед сном старшая неизменно обнимала маленькую рыжую непоседу, порой баюкая в своих руках, пока та не успокаивалась окончательно. Давно забытые осколки прошлого заставили более искренне обнять Марьяну и даже позволить себе немного загрустить от того, какие они с ней после вознесения социально неотёсанные.

Ужин в столовой прошёл чуть более оживлённо, чем днём ранее. С пятёркой за столом сидели Лао, обещающий, что вот-вот со всем разберутся и вернутся к привычному образу жизни, скучающий от безделья Лёха, Таня с Олей и Марк с Игорем. Старший мистик едва находил для себя минуты вернуться в реальность из своих бесконечных звонков и переписок. Пока Виктор играл в допросы, всю его деятельность он нёс на своих плечах. Где-то между котлетой и горячим чаем, он успел прошамкать «ш вами тхепехь Игохь будет хаботахь», прежде чем Лао отобрал у него смартфон.

— Ты поешь, как человек, а потом уже паши, как Папа Карло! — усмехнулся монах. — Работа не волколак — в лес не убежит!

— Тогда ты, Лао, переведи то, что он сказал! — предложил Радомиров.

— К нашей команде присоединится на постоянной основе мистик Игорь, знакомый нам по делу анку́, — торжественно объявил монах. — Я пытался выбить его для новосибирского филиала сразу, но получим мы его только после окончания расследования.

— А где он сейчас? — внимательно посмотрела по сторонам Чарли, но светловолосого парня похожего на детектива-оккультиста Константина не обнаружила.

— Выполняет для меня одно поручение в архиве… для нас, – поправился Лао при виде красноречивого взгляда жующего Марка. — Он входит в число проверенных агентов, поэтому допущен до расследования, а ты, Ли-Тао, нет!

Последний рык, полный раздражения предназначался докучливому младшему монаху, хвостом следующему по пятам наставника Чарли, будто это он был его подопечным. Парень совершенно не смутился очередной попытке монаха его отогнать и продолжал липнуть как репей.

Наскоро завершив ужин, старшие пожелали агентам терпения, полезного досуга и спокойной ночи, прежде чем покинули столовую. Спустя несколько минут, Чарли заметила, что весь допущенный к расследованию состав вернулся к своим обязанностям и ужинать продолжают только те, кому приходится только ждать итогов всех разбирательств. Повариха, именуемая всеми тётя Маша, включила телевизор, чтобы немного развеять скуку. Шум телевизора вызвал обратный эффект, все агенты поспешили закончить ужин и разойтись.

Чарли, погрузившись в свои мысли вместе с Яной продолжила сидеть за столом и медленно допивать свой чай, принесённый с собой в личной кружке.

— А теперь к новостям образования, — вещала темноволосая журналистка, привлекая внимание своим высоким голосом, — вчера в Звенигороде состоялось торжественное открытие нового учебного заведения закрытого типа. В образовательном сообществе его уже успели окрестить «институт благородных девиц»! Здесь представлено множество специальностей, которые традиционно считаются женскими. Юные леди смогут освоить здесь основы бизнеса, связанного с красотой и детьми, а также медицинские специальности и многое другое. Инициировала открытие этого заведения Елизавета Баторова меценат из столицы, а также временно исполняющая обязанности директора…

Чарли едва не поперхнулась чаем, сразу сложив два и два, а показанная в репортаже женщина средних лет и вовсе отбила желание сомневаться в странных совпадениях. Рядом заёрзала Яна, точно также повернувшись к экрану телевизора. Пока все расходились, они одержимо сверлили глазами темноволосую женщину с тонкими аристократическими чертами лица. А на шее у нее сверкала очень знакомая брошь, насколько позволяло разглядеть портрет Баторовой, качество изображения.

— Девочки, вы чего? — будто со стороны астрала услышала Чарли голос Макса.

— Это Батори! — выдохнула шаманка.

— Вернулась после дела о приюте! — подхватила её мысль Марьяна.

— Батори? Та самая знаменитая убийца Батори? — переспросил Анжей. — Но… как?!

— Нам нужно пересмотреть запись этого репортажа и посмотреть поближе фотографии этой Елизаветы! — проговорила вместо ответа Чарли, собираясь с мыслями.

В отсутствии старших агентов мозг моментально сформировал ситуацию, при которой надежда была только на себя, как в случае с возвращением Раи, но теперь она столкнулась с агрессором совсем одна. Только она и Яна…

— Как скажешь босс, — вдруг усмехнулся Курвин, напомнив о своём существовании, — или мини-босс, тут кому как удобно! Всё равно заняться сейчас нечем. Вернёмся в секцию и будем думать. Две головы хорошо, а нас целых…

— Четверо, — закончил за него Макс, правильно истолковав долгую паузу.

Инквизитор приписал к авантюре только себя, но приглашал и других агентов, если пожелают.

— Пятеро! — поправил его настырный монах. — Я тоже хочу быть полезным!

«Блин, я теперь босс? Да с какого это… может, пусть Марьяна? — с надеждой посмотрела на ведьму Чарли, но глаза подруги смотрели на неё однозначно. Своими неосторожными словами шаманка запустила механизм, в котором сразу оказалась на одну ступеньку выше остального молодняка. — Думай, дракончик Чарли, думай теперь! Ведьма, монах, чернокнижник, инквизитор и я. Что мы можем сделать?»

— Ли-Тао, ты был в архиве? — поинтересовалась она, нервно закусывая губу в попытке вспомнить, как себя вели Марк и Лао в такие моменты.

— Был, но у меня много ограничений по возможным запросам, — развёл руками монах, — честными путями я мало на что способен!

— А не слишком честными? — неожиданное подчёркивание нужного слова вызвало в голове догадку.

— Только если вернём все до рассвета, когда будет пересменка, — улыбнулся Ли-Тао. — Дайте только номер дела!

— Ребят, а так быстро начинать нарушать правила не перебор ли? — нахмурился Макс.

— Мне нужны копии всех отчётов по делу, которое мы закрыли. Там не фигурировали страницы или Вальдемар, — мыслила вслух шаманка. — Технически, когда это расследование завершится, то по запросу эти бумаги должны будут выдать свободно! А это значит, что мы как бы берём их почти с разрешения, но задним числом.

— То есть, если бы мы взяли эти отчёты через месяц, к примеру, то это не было чем-то не совсем законным! — подытожил инквизитор.

— А время понятие относительное! — хихикнул монах. — Говорите номер дела. Я всё доставлю! Я за любую деятельность, кроме скуки!

— Значит, мы нарушаем правила и открываем новое дело по желанию левой пятки? — уточнил Радомиров настолько нейтральным тоном, что даже человек знающий его всю жизнь не смог бы определить отношение чернокнижника к грядущему процессу.

— Мы не открываем дело! — покачала головой Марьяна, пытаясь найти подходящее слово.

— Да, — согласилась с ней Чарли, — мы вели дело Батори. Считайте это небольшой работой над ошибками. Мы просто хотим убедиться, что Елизавета Баторова не является воскрешённой версией Эржебет Батори!

— Меня устраивает такое объяснение! — игриво подмигнул девушкам Ли-Тао и унёсся из столовой, едва не растворяясь на глазах из-за ускорения с места.

Попрощавшись с тётей Машей, агенты вернулись в свою секцию. Яна с видом мастера по чаям заварила несколько френч-прессов ведьмиными травяными сборами. Тем временем остальные расчистили территорию для рассмотрения бумаг и двух рабочих ноутбуков, чтобы находить информацию из первых рук. Пансионат и фотография Баторовой нашлись на первых строках запроса. Чернокнижник с видом всезнайки погрузился в пучины истории, чтобы разобраться, а что на самом деле было с Батори и выпал из реальности.

— Не скажу, что Елизавета похожа, но брошь, которую она носит на шее просто один-в-один! — уверенно заявила Чарли.

— Все её портреты были уничтожены, — отозвался Радомиров. — Единственный существующий портрет написан уже после её смерти и практически по памяти, поэтому на него ориентироваться не стоит.

— Может быть такое совпадение, что это всего лишь её дальний потомок? — предположила Марьяна.

— Если да, то всё только хуже! — отозвался Анжей. — Когда я был только стажёром, мы с Вальдемаром… да я был его подопечным, сожгите меня за это!

— Никто тебя не собирается сжигать, рассказывай дальше! — фыркнула ведьма, подавая ему чай.

— Есть некоторые ритуалы чернокнижников, — продолжил инквизитор, продолжая рассказ с явным неприятием к событиям прошлого. — Что-то вроде возрождения призрака в живом теле. Притягивают дух на что-то личное и устраивают эдакую постоянную одержимость призраком. Воспоминания и личность тела полностью стираются, и их место занимают личность и воспоминания поселенца. Какое-то время оживленец в тёплом теле осваивается и ведёт себя даже почти нормально, но со временем всё равно сходит с ума и становится одержимым кровью и плотью живых людей. Как зомби из фильмов. Угадайте, какие тела подходят лучше всего для переселения?

— А у неё осталось немало потомков! — кивнул Макс, продолжая копаться во всемирной сети. — У Батори было много дочерей, они выходили замуж и заводили детей с другими фамилиями. Сайт по генеалогии показывает, что носителей её генов очень много! Но ни один из потомков не носит фамилию «Баторова»! Это её реальная фамилия. Альжбе́та Ба́торова-На́дашди, а не Батори.

Помимо новостей о более славянской версии фамилии Елизаветы, статья о меценате и её пансионате гласила, что женщина живёт на постоянной основе в этой школе-интернате, чтобы «присматривать за своими девочками».

— Но все вещи, которые притягивали её дух были изъяты во время расследования! — пробормотала Яна.

Вопрос с личными вещами решил Ли-Тао, вернувшийся с папкой печатных копий всех отчётов и описей. Девушки начали осторожно раскладывать всё принесённое. Смотреть было на что. Документы на покупку так называемых реплик с антиквариата. Опись всего изъятого, отчёт и ещё гора бумажек по телам, здоровью пострадавшей нянечки и всему приюту.

— Вот, смотрите, — продемонстрировала ведьма распечатанный отчёт о получении вещдоков, — одна картина с портретом, стулья, кресла, софы, два зеркала… вот! Разорванное жемчужное ожерелье из такого-то числа жемчужин и… двух брошей!

— Их было три! — уверенно заявила Чарли. — Точно помню, что три. Как и на портрете!

— Подтверждаю, — отозвался эхом Радомиров, — на портрете Батори жемчужное ожерелье с тремя брошами!

Найденный отчёт, содержащий список всего изъятого из приюта, весьма убедительно отражал чёрным по белому, что брошей на ожерелье было всего две. На этом моменте Чарли начала задумчиво теребить волосы. Память против отчётов. Кто больше прав? Начатую дилемму разрешила Яна, показав фотографии отчётов ещё на моменте их написания. Подозрительная ко всему ведьма, постоянно сохраняла у себя на смартфоне все переписки, запросы в архив и всё оттуда полученное. В первой версии отчета, написанной рукой Лао Шина, фигурировало на одну изъятую брошь больше. На печатной копии с «правками» обнаружилась подпись дежурившего в архиве агента.

Вальдемар Пупков.

1. Орлята учатся летать ч.2

— Снова Вальдемар! — выдохнула Чарли. — Блин!

— Ага, — кивнул Ли-Тао, — мы ведь теперь даже наябедничать на него не сможем. Придётся объяснять, как к нам попали не те отчёты!

— А если просто всё рассказать? Про Баторову и прочее? — предложил Анжей.

Все агенты на него покосились. Даже Радомиров оторвался от ноутбука. Взглядов хватило. Нарушено сразу два приказа, а за нарушение даже одного по голове не погладят. Все дела на паузе. Агенты должны сидеть и ждать. Взлом архива на фоне одних только подозрений в момент, когда лишний шаг делать запрещено, уже повод получить по шапке.

— Мы можем подождать неделю, — снова предложил Курвин, — а по окончании расследования намекнуть на несоответствие…

— Чтобы его запустили заново? — скептически поинтересовался Радомиров. — Ты не забывай, что после окончания расследования мы или возвращаемся в Новосиб или сразу на новое дело куда-нибудь в Махачкалу! Мы можем просто не успеть «случайно» наткнуться на репортаж и запросить все бумаги в архиве!

«Или за это время кто-то из девочек умрёт!»

— Напишем Виктору или Марку! — не унимался Курвин.

Настроение инквизитора разделяли все. В воздухе попахивало бунтом против начальства, и никто не хотел идти на такой кардинальный шаг. Хотелось найти способ сделать всё по-честному. Но способ не желал обнаруживаться.

— Они зашиваются, — покачала головой Марьяна, — подобные сообщения могут висеть у них неделями. Сейчас они реагируют только на заявки от потенциальных клиентов!

— Но кто будет жаловаться на мецената приюта? Тем более в официальной форме? Дети? Их никто не станет слушать! — напряглась Чарли. Мысли в голове шаманки после короткого диалога выстроились в не слишком приятную цепочку: — Сообщить о расхождении в отчётах и не получить по шее за самоуправство мы не можем. Нас могут записать в сообщники Вальдемару. И я не думаю, что в такой ситуации Лао как-то поможет. Сейчас в Подмосковье возможно ходит ожившая Батори и вредит детям, и только мы об этом знаем. Но доказать свою правоту не можем, потому что существует шанс совпадения. Мы можем открыть дело как Пётр?

Вопрос предназначался Радомирову, который больше остальных успел поработать с экзорцистом и знал побольше остальных о деле с демонами в школе. Въедливый чернокнижник не мог оставить в стороне все детали того дела. Пусть он и выглядел тихим ботаником с набором странных амулетов и колец, парень читал все отчёты от корки и до корки.

— Тот случай в некотором роде уникальный. Несмотря на закрытие дел, агентство держало палец на пульсе в попытке обнаружить источник повальной одержимости, они были готовы идти навстречу. Тем более это не кто-то там, а Пётр — один из «старичков». Но и ему пришлось долго бодаться с Ватиканом и выбивать себе право на продолжение расследования. Нам такое не по зубам, ещё не оперились! — подытожил Макс.

Мысли упорхнули к делу о попутчице. Тогда им очень помог Марк, разобрался со всевозможными отчётами, да и дело, как позже оказалось, могло быть заведено «по-серому» если Иной непосредственно угрожал агенту или членам семьи. Но даже со старшими агентами, среди которых неоперившийся птенец-Чарли была единственным новичком, все участники получили выговор. Подобный финт не повторить!

— А если попробовать надавить на старичков. На Лао, например? — попыталась ухватиться за соломинку Чарли. — Всякая жизнь бесценна…

✠✠✠

В самолёте, летящем в Москву, ноги Чарли начали покрываться морозными пупырышками. Полёт выдался чересчур холодным. В поисках бортпроводника, чтобы выпросить плед, она встала и пошла по салону. Спящие пассажиры не возражали против проходящей мимо них худенькой девушки. Однако до приёма пищи оставался ещё час и все работницы стальной птицы, как назло, куда-то пропали. Шаманка нерешительно остановилась у туалетов, высматривая хоть кого-нибудь в форме авиакомпании.

— Если замёрзла, я могу согреть! — негромкая фраза прозвучала так двусмысленно, что сначала шаманка подумала на Анжея, но инквизитор крепко спал. За спиной материализовался Лао Шин. — Ой, звучит так… я хотел предложить согреть тебя при помощи энергии Ци, разумеется.

Чарли улыбнулась в ответ. Бортпроводников не появилось, и она просто кивнула. Когда они вернулись на свои места, наставник сначала осторожно коснулся ладонями её плеч. Не в пример их первой встрече, когда поток Ци казался чуждым и ощущался чем-то неприятным, волны мягкого тепла потекли из рук монаха по замёрзшим конечностям подопечной. На мгновение она вспомнила как пальцы Кощея похожим образом прикасались к Марьяне и невольно зажмурилась. Слишком свежие события, слишком болезненные эмоции. Реакция не укрылась от мгновенно помрачневшего наставника.

— Чарли, — тяжело выдохнув, произнёс Лао, — мне бесконечно жаль, что ты столкнулась с этим и сейчас пытаешься пережить всё одна. Если бы я присутствовал там, если бы увидел того… недочеловека, поверь мне, его голову криминалисты отскребали от стен всю ночь!

Шаманка в недоумении посмотрела на наставника, будто впервые его увидела. Таких слов она от него не ожидала. На секунду она даже забыла про полёт, про холод и про неизвестность, поджидающую в московском офисе.

— Но… а как же ценность человеческой жизни? — неуверенно пробормотала она.

— Не всё, что по паспорту называется человеком, им является! — глядя ей в глаза, уверенно произнёс наставник. — Действия определяют человека, не биологический вид. А тот… в моих глазах за всё содеянное он не больше, чем восставший мертвец, недостойный жизни!

— Но… как… — все слова разом выветрились из головы.

— Мой юный падаван, — с отеческой улыбкой продолжил Лао Шин, — ты для меня человек! Марьяна — человек. Максимилиан со всеми моими антипатиями к чернокнижникам тоже человек! Все Иные, которые умеют разговаривать и думать, но не угрожают жизням простых невинных граждан, являются людьми. В них бурлит точно такая же жизнь! Для меня ценна даже жизни цветка, сама жизнь, как таковая, но не только если это не подвергает опасности мирных жителей.

— Какой-то немного избирательный пацифизм, — нервно отозвалась Чарли, пытаясь понять наставника.

Монах с терпеливым вздохом отстранился.

— Вытяни руку вперёд, — попросил он, — ладонью вверх.

Девушка подчинилась. Узкая ладошка в жесте попрошайки замерла над откидным столиком. Наставник повторил её жест, перевернул руку и, едва касаясь пальцами кожи подопечной, замер.

— Закрой глаза. Не думай о том, что происходит. Просто чувствуй!

Чарли кивнула и послушно зажмурилась. Без соприкосновения с наставником, поток тёплой энергии ощущался иначе. Он будто переливался сам из неизвестного сосуда. Слушаясь, Лао, шаманка сосредоточилась на происходящем. Ци немного обжигала, как лучи летнего солнца, она наполняла вены и охватывала потоком всю ладонь, прежде чем начала двигаться выше к предплечью.

— Реки движутся по нашей голубой планете схожим потоком Ци, разве что масштаб отличается. Цветы подобным образом тянут соки из почвы. Весь абсолют жизни от травинки и до человека пульсирует единой энергией. Чистой и незапятнанной. Ценность жизни нельзя определить. Она бесценна, но запятнавшие себя… они выбрали свой путь.

Чарли открыла глаза.

— Я предпочту защищать всех остальных от них, чем защищать их самих! — подытожил Лао Шин. — И буду сожалеть только о том, что оставался в стороне, когда чьи-то жизни оказались под угрозой!

✠✠✠

— Думаю, что Лао согласится, — кивнула Яна, возвращая Чарли из витка воспоминаний, но после небольшой паузы мрачно продолжила: — Но только после завершения расследования. Приказ был для всех один — все дела ставим на паузу. Все. Даже самые опасные. Мы можем надеяться, что за неделю с детьми ничего не случится!

— И что расследование не затянется! — добавил Ли-Тао, многозначительно поглядывая на четвёрку почти единомышленников. — Неделя может превратиться в две!

«Блин!»

— Я так понимаю, что пора предлагать нарушить все правила агентства? — осторожно поинтересовалась шаманка.

— Мы можем сделать вылазку в стан врага, для начала. И определить, Батори или совпадение! Меньше правил нарушим! — предложил монах.

Шаманка окинула их бунтующую пятёрку тревожным взглядом. Впервые с момента приглашения в агентство, она могла по-настоящему что-то решать. Не ждать заявки и не подчиняться каждому слову лидера группы или наставнику. Только от них пятерых зависело, будет дан ход продолжению дела Батори или они все вместе отвернутся и попробуют сделать вид, что ничего не заметили. Настоящий выбор между «правильно» и «легко». Пришло время не плыть по течению, а выбрать сторону в противостоянии бобра против козла. Самостоятельно расправить крылья.

Чарли села за стол так, чтобы видеть всех четверых.

— В первую очередь нам потребуется кто-то, кто сможет нас до этого пансионата довезти. Не думаю, что будет хорошей идеей подключать наших водителей, — решительно заявила она. — Ли-Тао у нас эксперт по энергиям… и взлому. Он однозначно должен ехать. Также надо определить, совершались ли там убийства. Например, опросить местных духов. Это уже моя работа. Марьяна и Макс, нужно определить, чем является местная меценат. Я не со всеми сущностями знакома и могу упустить что-то, сидящее внутри тела!

— Это и понятно, — кивнула Яна, — каждый из нас смотрит в своём спектре. Что видит один, не видит второй. Если наша тётя Лиза будет спать, то в спокойном состоянии мы снова можем ничего не почувствовать, как было в приюте до активности призрака.

— А ещё, если тётю Лизу призвали ритуалом, то при взаимодействии с ней, даже при считывании, вас могут ожидать неприятные сюрпризы от братьев моих, чернокнижников! — добавил Радомиров. — Если я подберусь к ней, то смогу определить, проводились ли с телом какие-либо ритуалы или нет. По-хорошему, идти надо всем нам, но кто-то должен остаться и прикрывать всех ночью. Создавать эффект присутствия или предупредить, чтобы возвращались. Сколько ехать до дома тёти Лизы?

— Около двух часов, — с готовностью ответил Ли-Тао, копаясь в приложениях своего смартфона. — Я, конечно, прав не имею, но машину могу водить…

— Дай-ка угадаю, ты не только дома взламывал, но и машины угонял? — усмехнулся инквизитор, поигрывая чайной ложкой.

«Анжей не стремится ехать к Батори, хотя тоже за руль сесть способен!» — заметила шаманка.

— Так это по молодости. Глупый был! — фыркнул монах и будто в оправдании начал юлить, пускаясь в пространные подробности: — Потом мне предложили кое-что украсть в Китае, а за это смертная казнь даже иностранцам, пришлось босиком до самого Тибета драпать. Там меня в толпе бедноты пришедшей на поклон в храм сцапал наш Лао-Дзы, почуяв во мне что-то такое, выдал пи…нка и завербовал в добровольно-принудительном плане! С тех пор я чист как белая голубка!

— Но авто умеешь водить из-за опыта угона? — уточнил Анжи.

— А кто беспризорника-малолетку будет учить в автошколе?! Да. Угонял!

— И сейчас угонишь? — многозначительно ухмыльнулась Яна.

— Увольте, краса-ведьмочка, я теперь честный агент! — возмущённо отозвался он. — Просто возьмём машинку напрокат. Ночью свободных много, а прокат нынче оформляется через смартфоны!

— Но у тебя же нет прав!

— У меня нет, а наши водители плохо следят за своими карманами! — хихикнул монах, не отрываясь от экрана своего смартфона, что-то увлечённо набирая на клавиатуре.

— Ты планируешь у наших водителей что-то воровать?! — ахнул Радомиров. — А ничего, что прошлое у них настолько тёмное, что моему демону не по себе? Военные, ЧОПовцы, бывшие наёмники, ФСБшники в отставке, выходцы из мафии и прочий страшный люд! Утихни, буйный мальчик, тебе такие орешки не по зубам!

— Ну-ну, спасибо за предупреждение! — с театральной широкой улыбкой подобострастно поклонился всем телом монах. — Но я не собирался у водителей ничего красть.

— Молодец!

— Я ещё месяц ненадолго позаимствовал барсетку Димы и создал на основе его документов себе поддельную личность водителя! — довольно закончил он.

— ЧТО?! А ещё нас, чернокнижников, называют страшными!

Чарли решительно выдала обоим агентам по яблоку с непрозрачным намёком закончить жаркие препирательства и помолчать. Водитель нашёлся. Команда вполне сформировалась. Сомневающийся инквизитор, чьё присутствие львиная доля Иных чувствовала за километр, единогласно остался в агентстве, чтобы прикрывать остальных. Курвин не строил иллюзий. Он признавал, что планирует нарушать правила так же, как и все, и даже мысли не допускал, чтобы словом или жестом случайно выдать своих единомышленников.

Тёмное прошлое болтливого монаха, любящего яркие наряды, не позволило последнему не облазить московский офис вдоль и поперёк ещё в первую неделю своего проживания будучи стажёром. Благодаря его несносной вездесущности, агентам не составило труда покинуть офис в одиннадцать ночи. Москва ещё только раскачивалась в ночной жизни, отправляя спать одних и поднимая на клубное веселье других.

— Всё чисто, — отрапортовал стоящий «на посту» Анжей. — Можете выбегать, вас не заметят!

Окно из прачечной первого этажа оказалось идеальным запасным выходом для бунтующих младших агентов. Два квартала было решено пробежать, не останавливаясь, чтобы не натолкнуться на случайный взгляд из окна. После этого, четвёрка перестала прятаться во всех затемнённых местах и пошла более спокойным и размеренным шагом. Предстояло найти автомобиль. Им повезло спустя ещё один квартал. Однако только Ли-Тао запрыгнул на кресло водителя, как на крышу серебристой дверцы с громким карканьем приземлился угольно-чёрный ворон.

— Так-так-так, побег из курятника? — насмешливо поинтересовался Весемир. — И куда наши птенцы намылились? Ночной жизни и кутежа захотелось?

— Ты всё не так понял, — шикнула на него Чарли, не переходя выше шепота. — Нам нужно кое-что проверить!

Все остальные агенты тем временем шустро заняли свои места. Ли-Тао тихо ругаясь на капризное приложение начал заводить машину.

— Ха, проверить какого размера ремня вам всем дадут, когда поймают? — расхохотался ворон и нарочно начал одновременно громко каркать и исходить криком: — Анастасия, Виктор, Лао, у нас побегушники!

— Да тихо ты! — не выдержала шаманка и бесцеремонно перехватила рукой клюв шамана, чтобы перестал каркать.

Второй рукой девушка вцепилась в птицу и, с вырывающимся вороном в руках, села на пассажирское сидение.

Ли-Тао ударил по газам и пятёрка агентов с незваным старшим шаманом стремительно направилась в сторону Звенигорода. От ощущения транспорта, набравшего нешуточную скорость, Кар-Карыч успокоился и перешёл на более мирный диалог. Несмотря на статус старшего и более опытного агента, он спокойно выслушал все доводы младшего поколения и даже позволил себя потрогать. При всех причудах Весемира, не каждый день выпадает шанс погладить по пёрышкам настоящего ворона.

Шаман пообещал не сдавать младших, но бить тревогу, если те окажутся в опасности. Умертвие по фамилии Батори его всерьёз встревожило. Вылазку младших он чистосердечно назвал неразумной, по причине слишком серьёзного гипотетического противника. Ворон уверенно заявил, что при настоящем противостоянии с таким умертвием потребуется поддержка всех старших.

— Ладно, птенцы, — наконец сдался он, — если не будете рисковать собой, то я вас выдавать не буду. Но чтобы всё было по плану! Даю вам два часа, чтобы пробраться в здание, почитать энергии, поболтать с духами, найти все сущности в виде гномика и пулей вернуться в автомобиль! Минутой больше, и бью тревогу. Кто умрёт, с тем я больше не играю!

Спорить с шаманом-вороном никто не стал. Прямо к пансионату они не рискнули приближаться. Автомобиль оставили у магазина, в трёхстах метрах от металлической ограды. Быстрый монах прицельным рывком на два метра вверх пересёк ограду и помчался искать вход для «простых смертных». Яна, Макс и Чарли с вороном на плече, замерли у ворот в ожидании. Несмотря на тёплую и бесснежную зиму, мороз ощутимо кусал щёки. Декабрь в Подмосковье не шутил. Даже ворон улучил момент и прижался чёрным тельцем к шее Чарли.

Наконец, монах появился и жестами поманил за собой. Маленькие ворота для персонала уже стояли открытыми. Ли-Тао подстраховался и распахнул их настежь, чтобы случайно не скрипнули. Агенты, пригибаясь к мёрзлой земле, двинулись в сторону бокового здания. План комплекса был изучен из статей и интервью. В центральном здании находился учебный корпус. Пожарный выход всегда открыт, как того требуют правила.

Внутри четвёрка разделилась. Ли-Тао и Максимилиан отправились наверх, в поисках директрисы-мецената. Яна и Чарли сели на пол на самом первом этаже, приметив слепую зону, в которой их не увидит случайно прошедшая девочка или кто-то из проснувшихся работников пансионата. Весемир не пожелал покидать плечо шаманки и явно что-то замыслил, но свои планы держал в секрете.

Вдох-выдох. Рядом раскладывала небольшой ритуальный набор Марьяна. Ведьма готовилась считывать свой спектр энергий. Шаманка села в позу по-турецки, постаралась расслабиться и ухнула в астрал.

Пробуждаюсь робея. Ожидаю всего, чего угодно и всё же получаю неожиданности, но совсем не те, на которые рассчитывала. Дом живой. По этажам снуют различные духи давно погибших и уже беззлобных призраков и с любопытством поглядывают на меня. На каждом этаже присутствует по домовому. Эта маленькая шайка вполне комфортно существует среди девушек разного возраста и их странной директрисы. С первого взгляда видно, что они сыты, спокойны и их ничего не тревожит. Мимо здания, но всё же достаточно ощутимо, шастают различные лесные духи, с любопытством заглядывая в окна.

Сегодня мы немного встревожили всех местных Иных. Не каждый день к ним в обитель приходит такое количество необычных гостей. Ведьма, монах, чернокнижник и два шамана, один из которых ещё и не в своём теле.

Рядом со мной Павлик и Рая, настороженно поглядывают вроде на меня, но молчат. Поворачиваюсь в сторону их взглядов и вижу ещё одно шаманское тело.

— Две головы хорошо, Ёжик? — подмигивает мне тело, явно относящееся к мужскому племени, — А… нет, там вроде начиналось в поговорке с одной головы. Ладно, момент испорчен. Две головы быстрее всех опросят!

— В-ве-весе…

— Да-да-да, — хмыкает он, отмахиваясь от моего напуганного заикания. — Подъём. В нашей компании, мы с тобой самые медлительные!

Я всё ещё не могу нормально отреагировать на то, что Весемир внезапно выглядит не как очередная зверюшка, а как обычный человеческий мужчина, пусть и лишенный цветов и деталей, будучи сотканным из света и тумана, как любое шаманское тело. Рая и Павлик тоже присматриваются. С любопытством, а не с настороженностью. Они чувствуют его присутствие рядом со мной. Но им интересно. И мне тоже.

— Ёжик, давай лапу, и пошли опрашивать свидетелей! — уверенно протягивает мне шаман Весемир свою человеческую руку.

Мы идём вместе. Так странно. Впервые держу мальчика за руку. А этот мальчик — старший по возрасту и опыту шаман. И держит мена за руку в астрале. Страннее некуда. Как и наше влияние на всякого встречного духа. Внезапно, когда нас двое, то и реакция на нас, как на неоспоримый авторитет. Все тянутся посмотреть на необычного зверя и спешат ответить на все вопросы. Мы ещё только спрашиваем, а вся жизнь пансионата уже вываливается на колени.

Но при этом мы не получаем ничего интересного. Увлечённые бытом домовые с ажиотажем говорят про завтраки, про сливки в каше и про хохот девушек различного возраста. Им нравится слушать забавные истории и страшилки на ночь, они любят смотреть как девочки заплетаются и танцуют от переизбытка эмоций. Однако ничего сверхъестественного они не рассказывают. А на прямые вопросы только жмут своими плечиками. Всё обычно.

А директриса? Она скучная. Два слова, а после них молчание.

✠✠✠

Чарли открыла глаза, чувствуя как ворон осторожно будит её прикусывая мочку уха. Странная щекотка от клюва, способного ухо откусить в одно движение, заставило девушку сдавленно захихикать. Тотчас на её рот бесцеремонно легла рука Марьяны. Ледяная ладонь на губах отрезвила, напомнив, где они находятся и с какой целью. Чарли кивнула ведьме, доказывая, что пришла в себя. На плече встрепенулся ворон, намекая, что пора бежать.

Пробежка до автомобиля прошла без приключений. Ли-Тао с Максом спустились на первый этаж без приключений и ожидали девушек, по завершении всех дел, у лестницы. Машина завелась без капризов, и по мёрзлой дороге агенты помчались в офис.

После короткого звонка Анжею, чтобы готовился встречать блудных детишек и присматривал за чистотой неба, агенты начали делиться всей найденной информацией.

Ли-Тао и Марьяна сошлись во мнениях, что в доме не было совершено ни одного убийства. По крайней мере в последние сто лет. Их слова подтвердили Чарли с Весемиром. Домовые не стали бы молчать про смерти. Марьяна почувствовала в доме несколько потенциальных Иных с чем тоже согласился монах. Среди девочек нашлось немало будущих ведьм и мистиков. Но через вознесение ещё не прошла ни одна.

Все агенты согласились, что пансионат оставался мирным и безопасным местом, в котором девочкам никто не вредил. Обычная суетливая жизнь, талантливые девушки, но ничего настораживающего. Казалось, что можно радоваться и объявить Баторову обычным совпадением. А затем в разговор вступил молчаливый Радомиров.

— Не хотел бы стать гонцом, приносящим дурные вести, но наша директриса вне всякого сомнения — умертвие. В живое тело ритуалом был внедрён древний и сильно повреждённый дух, — мрачно оборвал он поток хороших новостей. — Она пока что стабильна, но сами понимаете, что это ненадолго. Успокаивающий эффект от ритуала очень скоро рассеется. Тогда за девочек можно будет начать бояться!

— Блин! — вырвалось у Чарли.

— И это ещё мягко сказано! — кивнул Ли-Тао. — Надо думать, что будем делать.

— У нас ещё есть какое-то время! Ведь так, Макс? — обратилась к чернокнижнику Яна.

Радомиров невольно вздрогнул. Несмотря на преодолённый страх женщин в отношении Марьяны и Чарли, упоминания его имени женским голосом вызывали в нём негативные реакции.

— Время есть, — кивнул он. — Но я не могу точно сказать как много! Дух нестабильный. Ослабленный. Срыв может произойти внезапно. Я бы сказал, что в любой момент!

— И что нас тогда ждёт? — насупился монах. — Второе пришествие кровавой графини? Кровавые ванны и толпы замученных девственниц?

Ворон Весемир не удержался и каркнул от смеха. К удивлению всех остальных, смех поддержал Радомиров. Под хохот шамана и чернокнижника автомобиль приближался к Москве.

— Я так понимаю, что графиня не слишком кровавая? — осторожно уточнила Чарли.

— Макся парень непростой… — каркнул ворон, соглашаясь. — Батори за всю свою жизнь никого не убила, а её громкое дело было жалкой фальсификацией. Но чем громче кричишь «волки», тем охотнее люди верят в их приближение!

— Единственное «преступление» Батори — это огромные богатства и отсутствие мужчины-защитника в те времена, когда женщины не считались людьми, — продолжил Макс. — Обвинитель и все «свидетели» были соседями Елизаветы и после приговора получили её земли и часть богатств. Также это дело яро поддерживал король, находящийся в огромном и буквально неоплатном долгу у семьи Батори. После заточения «преступницы» долг исчез, а львиная доля богатств отправилась в казну.

— Значит, наша кровавая графиня — это ложно обвинённая женщина, — задумчиво кивнула Чарли. — Но тогда почему её призрак поглощал жизни детей и напал на нас с Яной?

Ведьма нахмурилась, всем видом показывая, что тема ей не слишком приятная. Шаманка с удивлением отметила, что Яна вполне открытая и дружелюбная, а закрывается в свой кокон, из которого выбрасывается с резкими высказываниями, только после воспоминаний об активности её демона.

Ли-Тао выжал газ на полную мощность. Автомобиль выехал на скоростную трассу. Ворон комфортно устроился на коленях шаманки, ожидая, что чернокнижник даст ответ на вопрос, но не дождавшись поведал голосом лектора:

— На поведение после смерти влияет не то, каким человек или Иной был при жизни, а то каким он был непосредственно в момент смерти. Наполненные страхом, горем и яростью, люди превращаются в мстительных духов и стремятся разнести свою злость всех, кого встретят.

— Значит, не так важно, праведник ты или грешник, если тебя замучили перед смертью, — мысли путались, но шаманка упорно продолжала говорить. — Если успел хлебнуть горя и всякого негативного, то станешь онрё?

— Именно, — наконец отозвался чернокнижник, — я бы поостерёгся на месте верующих радоваться за канонизированного мученика-святого. Такой может вернуться и начать мстить всем. Возвращаясь изменёнными, они едва осознают себя из-за гнева и боли, от которых не могут спастись. Их агрессия стихийна, как схождение лавины. Бьют и по хорошим, и по плохим.

— Мне не даёт покоя один вопрос, — каркнул Весемир, — и даже странно, что никто его ещё не задал. Кому и зачем потребовалась возвращённая к жизни Батори?

— Информация? — неуверенно предположил Радомиров.

На несколько минут в автомобиле повисла тишина. Каждый из услышавших боролся с желанием осмеять такое глупое предположение. Но спустя первую секунду истерического смешка, так и не прозвучавшего, в разум постучался справедливый вопрос — а что же не так с этой идеей?

— С чего ты решил, что информация? — нарушила тишину Яна, озвучив всеобщий вопрос.

Максимилиан выдохнул, приготовившись к небольшой короткой истории, и начал говорить, тщательно подбирая слова:

— Батори для своего времени была невероятно умной и рискованной женщиной. Она много читала не слишком допустимого для кроткой жены и матери, общалась с необычными людьми. Это не говоря о покровительстве различного рода мудрецов и представителей других религий. А с учетом намёков на некоторые экспериментальные методы лечения, которые она применяла в своих госпиталях, женщина многому училась. Судя по всему, учёные мужи делились с ней своими познаниями и она не стеснялась их применять, если могла. Есть даже намёки на покровительство ведьмам. Если так, то для Иных в то время её земли могли стать убежищем от Инквизиции! — от последнего глаза агентов в удивлении округлились.

Умная и начитанная женщина, общающаяся с Иными. Обучающаяся у всех встречных мудрецов, которым предоставляла убежище и покровительствовала. Гостеприимная хозяйка для иноверцев, Иных, философов и людей науки. Такая женщина могла действительно знать очень много.

— Она умерла за столетие до появления Грани. В то время Орден Инквизиции был как никогда суров. У неё могли скрываться лучшие из лучших, в том числе Иные! — кивнул Весемир, призадумавшись. — Надо подумать, птенцы! Если мы не попадёмся, то сначала думаем, а потом говорим, и только в третью очередь делаем! Всем всё понятно?

1. Орлята учатся летать ч.3

Ночная вылазка прошла тихо и без внезапной ловли беглецов. Агенты вернулись в свою секцию, Весемир полетел по своим делам, а нервный Анжей поджидал всех со свежим чаем. Спустя ещё полтора часа отчётов, разговоров и множества предположений, пятёрка наконец отправилась спать. Всё обнаруженное следовало как следует обдумать, а со всеми безумными идеями сначала переспать, а потом озвучивать.

На завтрак компания вышла сонной и вялой. Тарелка заброшенной в пищевод без ощущения вкуса каши, что-то лежащее на хлебе вдогонку, и с полулитровыми чашками ведьминого чая орлята приземлились в капище. Покрытый искусственным мхом пол вместил всех посетителей, а большие валуны прикрыли от возможных свидетелей. Весемир, на этот раз в виде серого варана, их поджидал в одном из самых незаметных углов. Нахально приворовывая бодрящий чай из чашки шаманки, варан выслушивал все предложения и с ходу их отметал.

Ни одна манипуляция с умертвием не осталась бы тайной для агентства. Для попытки низвергнуть ритуал и разлучить тело с духом, требовало участия не менее тринадцати сильных чернокнижников. Примерно такая же картина наблюдалась со стороны ведьм. Чтобы преодолеть силу призыва, требовался массовый шабаш. А предложение Анжея просто напасть на умертвие и предать мечу и вовсе вызвало у Весемира гневное шипение.

— Ну-ну, вот ты явишься весь такой прекрасный к существу, которое на данный момент может превосходить тебя по силам, попытаешься нарубить на винегрет, а дальше то что будешь делать? Тётю Лизу показали по телевизору! Её нельзя просто так незаметно убить! Типичный инквизитор, — фыркнул шаман, — вам лишь бы железками махаться!

— А упокоить её можно? — поинтересовалась Чарли.

— Хороший вопрос! — похвалил Весемир. — Но, к сожалению, нам нужно хоть что-то оставшееся от её тела, чтобы упокоить, так сказать, насильно. В противном случае без её личного согласия и добровольного отречения от тела мы ничего не добьёмся. Нам придётся всё рассказать Виктору и Анастасии, получить заслуженную порку и явиться в пансионат всей королевской ратью!

— Наше высокое начальство начнёт чесаться только после завершения расследования. Порку мы можем получить и через неделю! — парировала Яна. — А пока нужно думать, что мы, пятеро…

— Кхм…

— Что мы, пять с половиной агентов, способны сделать? — поправилась она под недовольным взглядом варана.

«Думай, Чарли, думай!» — приказала себе шаманка.

Мысленно девушка вернулась в новосибирский филиал, где не ощущался такой гнёт, чтобы почувствовать себя немного свободнее и увереннее. Вдох-выдох и мысленное убеждение, что это всего лишь очередное дело. Ничего особенного…

— Мы можем попытаться узнать, есть ли в нашем архиве информация по Батори и её знакомцах! — предложила она. — День всё равно свободный!

— Я не уверен, что смогу сделать такую вылазку в архив, — покачал головой Ли-Тао. — Это не папка с установленным номером дела!

— Ты не сможешь, — заговорщически улыбнулась Чарли, — а Весемиру это под силу!

— Нет-нет-нет, — покачал головой варан. — Меня в архив не пустят. Я отказался участвовать в расследовании и теперь на таких же птичьих правах!

— Зато ты сможешь слетать в Новосибирск, взять в помощники Самира и покопаться там! — хмыкнула шаманка, довольная своей идеей. — Один архив является копией другого.

Пять пар глаз одновременно уставились на неё.

— Гениально! — воскликнул монах. — Пусть шаман переселится в животное у филиала!

— Да, идея хорошая, — согласился варан. — Могу, умею и практикую! Неужели, все забыли про Самира?

— Лёха, конечно, ФСБшник в отставке с тёмным прошлым в виде нескольких посещённых горячих точек, но даже ему не захочется светить некоторыми знакомствами перед начальством, — задорно выдал все секреты начальника Анжей. — Лао это понимает и просто вписал Самира в штат как повара без дополнительных функций!

«Лёха — ФСБшник?!» — ахнула шаманка, но предпочла промолчать, чтобы не поймать ещё больше неожиданных секретов.

Самир моментально ответил на звонок из Москвы и охотно согласился помочь. Повидавший многое повар поначалу дичился парной работы с прилетевшим нахальным грачом, но быстро освоился и работа пошла резво. Однако просматривать пришлось очень много материала. До приюта Батори не упоминалась в виде потенциального противника. К счастью для всех, на период жизни графини Баторовой, приходилось не так уж много документов, и гора обещала покориться двум исследователям за день.

Бессильная пятёрка, оставшаяся в Москве коротала день, кто как умел. Радомиров понемногу подкармливал своего демона, чтобы тот был в форме, если вдруг внезапно наступит ответственный момент, Марьяна предпочла просто спать в комнате, прерывая сон на приключенческие романы и ленивое поедание шоколадок. В условиях профессиональных встреч с Иными, девушка предпочитала космооперы. Уж там встретить демона или волколака герои едва ли могли.

Анжей, Ли-Тао и Чарли отправились в зал тренироваться. Шаманка решила не разочаровывать наставника и не прерывать их занятий, пусть и в усечённом виде. Стандартные упражнения для воспитания здорового тела поверх здорового духа она вполне могла выполнить и без Лао. Занять решили своей бандой один зал Дракона, зато целиком. Поначалу неугомонный младший монах носился вокруг шаманки и нечаянно отвлекал от упражнений своими комментариями. На каждый подход языкастый находил очередную историю своей буйной юности или почтенного взросления в храме.

Под конец Курвин сжалился над Чарли и за ухо уволок пересмешника в спарринг. Уворачивался и отбивался от тренировочного меча Ли-Тао непревзойдённо, но и инквизитор не просто так вышел живым из самых отчаянных столкновений с упырями. Даже там, где более старшие и опытные бойцы пали героической смертью. После тренировки монах покидал зал Дракона выжатым лимоном.

Чарли, после тренировки тела, отправилась укреплять в капище дух. Несколько проведённых в астрале часов спустя шаманка обнаружила, что её пальцы грызёт варан. Точнее говоря, слегка прикусывает, привлекая к себе внимание.

— Это новый вид ухаживаний за девушкой? — нахмурилась она.

— Допустим, что да! — охотно закивал Весемир. — Пора объявлять общий сбор! Неси меня в вашу секцию!

— Сам иди! Или начни изучать новые словесные конструкции, рептилия! — фыркнула Чарли.

— Пожалуйста, милый Ёжик, отнеси меня на своих нежных ручках в вашу секцию! — противным сюсюкающим тоном попросил наглый шаман, заставив девушку пожалеть о своём требовании.

Варан всю дорогу сюсюкался и прижимался к рукам шаманки, будто забыв, что находится не в теле котика и у него отсутствует шёлковая шёрстка. Чарли всерьёз призадумалась, что обычное поведение с нагловатыми замашками, ей нравилось куда больше, чем щенячьи нежности, но Весемира было не остановить. Он удивительно ловко переключался от потребительского отношения к шаманке до почти романтического.

К счастью, на людях он вновь стал краток и предельно собран.

— Итак, господа и дамы, наша тётя Лиза была крайне интересным человеком. Настолько интересным, что кое-что по ней мы всё же нашли, — начал вещать шаман. — Во времена своей уже не молодости, но зрелости, она прикрывала немало ведьм и чернокнижников. Порой настолько нагло, что Инквизиция только зубами скрипела. Доказать ничего нельзя, а на территорию графини ходить запрещено. Имена некоторых из этих гостей даже внесены в историю Ордена. Настолько личности были выдающимися. А один из них особенно отличился. Некий чернокнижник Миклош, чью фамилию история не запомнила, зато его запомнил Орден. Этот ушлый малый был экспериментатором и практиком. За свою жизнь успел провести немало ритуалов и даже написал несколько интересных работ, лишь малая часть которых сохранилась до наших дней.

Варан перевёл дух. Чарли невольно замерла, понимая, что вот-вот будет сказано что-то невероятно важное. Самая главная находка ещё не была озвучена.

— Миклош также фигурировал в одной из последних работ нашего Влада, — припечатал Весемир, оправдывая ожидания. — Молотов искал ранние упоминания о Грани и обнаружил, что некий чернокнижник Миклош, скрывавшийся одно время под защитой Батори, исследовал её и, возможно, где-то остались его записи.

— Стоп, но Грань появилась позже смерти Батори! — воскликнула Яна. — Её смерть датируется 1614 годом, а Грань появилась в 1700 году! Даже если бы этот Миклош скрывался у неё до самого суда, то никак не сходится! Сто лет или больше до исчезновения…

— А что если Грань появилась не внезапно? — прервал её эмоциональные речи Макс.

— Или это те самые «исследования» к чему-то привели? — добавил Ли-Тао.

— Значит, сведения, которыми могла располагать Батори, способны изменить всё представление о мире? — осторожно произнесла Чарли, стараясь не звучать глупо, однако в ответ она получила такие же настороженные взгляды и едва заметные кивки.

— О Грани точно способны изменить, — подвёл итог Весемир. — Если взаимодействия были возможны уже тогда, то… а чёрт его знает, чем она может оказаться. До сегодняшнего дня считалось, что Грань Хаоса — это аналог глобального климатического катаклизма, и теперь нам остаётся только жить с этим. Мы привыкли думать, что никто ничего не мог сделать. А сейчас тем более не может.

«Как-то всё подозрительно. Почему именно сейчас? Гиперактивные демоны, внезапный интерес кого-то к страницам, а теперь Батори, возможно, что-то знающая о Грани. Такие совпадения бывают?»

— А что если Батори неслучайно оказалась воскрешена именно сейчас, когда кто-то интересуется страницами? — предположила шаманка. — Ещё и так удобно. Не в Африке и не в Норвегии, а недалеко от офиса.

— Вопросов много, — кивнул Анжей. — А знаете, кто может на них ответить? Тётя Лиза! Надо ещё раз к ней ехать.

✠✠✠

Решение снова ехать не пришлось по вкусу всем, однако оставалось слишком много вопросов. Напоследок кто-то заикнулся о возможности сказать старшим, но осознание уже списка нарушенных правил перекрыло дальнейшие размышления. Птенцы сами по себе. Если уж и сдаваться Анастасии и Виктору, то с уже раскрытым делом. Тогда, возможно, получится как с упокоенной попутчицей — поругают, но простят. На это искренне надеялась Чарли, глядя как продолжает тянуть с собой на сомнительную авантюру четвёрку младших агентов.

Однако на этот раз требовалось взять с собой инквизитора, как минимум одного-двух. После недолгих споров, кто останется, дежурить согласился Весемир. Шаман изо всех сил пытался оставить в офисе Чарли, но девушка с упорством ледокола стремилась оказаться в пансионате. Даже она сама не могла объяснить почему, но ей следовало там быть.

Побег прошёл так же гладко. Никто ничего не заметил, а в трёх кварталах находился свободный автомобиль. Без Весемира исчезла иллюзия присутствия старшего.

Приближаться к Батори было страшновато, однако план всё же кое-как составили. Яна и Макс должны были совместно создать своего рода ловушку, которая бы ослабила умертвие, временно лишив всех физических сил, чтобы доставить на допрос в агентство. Ли-Тао взялся предупреждать обо всех всплесках энергии Ци, чтобы предотвратить рывок в сторону создателей ловушки со стороны агрессора.

Анжей Курвин был выбран в качестве силы подавления. Несмотря на всю демонстрируемую храбрость, инквизитор заметно нервничал. Сама Чарли скорее навязалась к группе, предчувствуя, что понадобится. Однако в агентстве, в котором предчувствие порой может заменять все факты со здравым смыслом и в итоге быть всего на свете правее, заявление шаманки никого не удивило.

Опасность начала ощущаться на языке, когда после преодоления ворот для персонала, пришлось столкнуться с запертым пожарным выходом. Для форточника Ли-Тао запертые двери не стали проблемой, но осадок остался. Что-то шло не совсем по плану. Агенты напряглись, когда увидели включенный свет на лестнице, которого из окон почему-то не было видно.

В любой другой ситуации Чарли повернула бы назад или обратилась за советом к Лао, но поворачивать назад отчаянно не хотелось. Каждая вылазка могла завершиться поимкой, а прощают только победителей. Во всяком случае не проигравших.

«Придётся идти вперёд и надеяться на лучшее!» — решила она.

— Есть идеи, как пройти вперёд?

— Я, конечно, не Лао, но прыжок вперёд освоить смогу, — шепнул в ответ монах. — Мне нужно лишь немного времени.

Один рывок. Не такой стремительный и незаметный как у наставника, но достаточный, чтобы свет погас, и помещение погрузилось в темноту. Монах и чернокнижник уверенно вели к спальне директрисы, утверждая, что Батори находится именно там и нигде больше. Но что-то ощущалось чужеродным. Что-то неприятное и знакомое.

Несколько пролётов по лестнице. Коридор. И вот она — последняя дверь. Ли-Тао осторожно приблизился к замку со своими железками, но та оказалась незаперта. Монах осторожно заглянул внутрь и растерянно вернулся к остальным. Весь его вид демонстрировал, что в спальне внезапно никого не оказалось. Ведьма с чернокнижником переглянулись. Макс, до этого уверенный в точном нахождении директрисы, неуверенно кивнул, подтверждая, что женщины рядом нет.

— Тогда поставим ловушку прямо в её спальне, — предложила Яна и обратилась к монаху и инквизитору, — вы присматривайте снаружи!

Однако стоило сунуться троим агентам в спальню, как виски резко атаковало тупой и невыносимой болью. Все трое, дружно охнув, почти беззвучно осели на пол. Чарли, пытаясь сложить мысли в одну горстку, вспомнила второй такой случай, когда боль почти полностью отключила её, но медленнее.

«Потому что драконы были в другом помещении!» — сразу же пришёл ответ.

Ощущения пробивались как сквозь толстое одеяло, однако она сумела почувствовать рядом движение. Быстрые шаги. Запертая на ключ дверь. Щелчок заблокированного замка. Гудящая голова не позволяла встать или хотя бы повернуться, чтобы осмотреть кабинет. В дверь моментально начали ломиться Ли-Тао и Анжей.

— Это очень крепкая дубовая дверь, мальчики, — сухо осадил агентов женский голос, — она многое выдержит. Ваши друзья сейчас беззащитны, как котята. Советую звать старших на помощь и не шуметь. Мне хватит времени прервать в своём кабинете эти три жизни!

«Блин. Опять влипла. Чего же я такая везучая?» — недовольно подумала Чарли, пытаясь хотя бы повернуться лицом не в ковёр. Жесткий ворс неприятно царапал лицо.

Удары в дверь прекратились. В какой-то момент шаманке показалось, что она слышала шум за окном, но затем всё стихло. Лишь едва слышные шаги по скрадывающему все звуки ковру. Баторова совершенно не смущалась присутствию в своей спальни трех, едва шевелящихся тел.

Тупая боль, сжимающая виски, не стала легче, но тело начало привыкать к ней и адаптировалось к новым условиям. Постепенно получилось поморщившись пошевелиться. Боль вновь ударила, но Чарли смогла это перетерпеть, даже не скривившись. Девушка перевернулась на спину. Перед глазами плясали солнечные зайчики, словно она смотрела в упор на лампу накаливания. Рядом точно также зашевелились Яна с Максом. Отчего-то «тётя Лиза» не спешила препятствовать их самостоятельности. Напротив, женщина села в кресло и наблюдала за ними со своего места ничуть не беспокоясь за себя.

— Вы, детки, чая попейте, — участливо предложила она, указав на столик с тремя чашками только что заваренного чая.

«Она нас к себе заманила чай пить?!»

— Там много сахара, хоть в себя придёте, — продолжала тем временем директриса. — Я знаю, каково вам сейчас. Уже успела посмотреть, что делают такие драконы с вашим братом.

— В шестнадцатом веке? — просипел Радомиров, отхлёбывая чай.

— О, нет. Тогда этих драконов ещё не было. Я видела своего защитника в действии уже здесь!

— Зачем вы это делаете? — неопределённо взмахнула непослушной рукой Чарли. — Всё это. Приют. Теперь пансионат. Мы.

Глаза после убойной дозы сахара в чашке чая начали фокусироваться. Перед шаманкой сидела в кресле женщина средних лет, удивительно похожая на портрет самой знаменитой серийной убийцы среди женщин. Тонкие аристократические губы недобро сжались в нитку. Елизавете не понравился вопрос. Холёная рука рванулась нервно теребить то, что осталось от её жемчужного ожерелья, пока сама Баторова раздумывала над ответом.

— Незачем, — наконец ответила она. — Я не хочу этого делать. Ничего из этого.

Раскрывать перед Чарли душу директриса не спешила, но из уже сказанного стал выстраиваться образ, о котором шаманка не думала до этого момента.

«Что если Батори не просила себя возвращать?»

Дракон не позволял даже встать полноценно на ноги. Троица продолжала сидеть на полу, потягивая чай. К чести Анжея и Ли-Тао, помощь прибыла очень быстро. Чай в чашках не успел как следует остыть.

Когда в дверь спальни Баторовой постучали, троица уже почти адаптировалась к новому состоянию. Подавленное состояние, распространяемое драконом, после привыкания внезапно оказалось ничем иным, как «выключением» всех способностей Иного. Низвержением до человеческого уровня. Крайне болезненным.

«После вознесения разница начала ощущаться не сразу, — сообразила Чарли, — вот и казалось, что не так уж сильно что-то изменилось!»

В отупевшем состоянии шаманка вполуха слушала, как через дверь Лао и Джеймс договариваются с Батори об условиях освобождения. Последняя отчего-то требовала остаться наедине с ней, Чарли, когда всё закончится. Ожидаемо, что требование вызвало у Лао бурный протест. Порой проваливаясь в сон, больше напоминающий потерю сознания, она теряла нить происходящего. Спор и не думал утихать. Джеймс что-то говорил, Лао что-то отвечал, а мир постепенно погружался в темноту.

Бодрость заставила её поднять голову, когда волна огненной энергии наполнила тело. Чуждая, но приятная, хоть и атакующая тело сотней иголок, заставляя извиваться на месте. Уже знакомые манипуляции наставника заставляли быстрее приходить в себя. Сознание становилось прозрачным и холодным, как очищенный горный хрусталь. Шаманка огляделась.

Джеймс и Виктор допрашивали Батори, рядом восстанавливались Яна и Макс. Анжей с Ли-Тао с демонстрируемым покаянием смотрели в пол, стоя поодаль.

«Пришлось признаться во всём, вот и нервничают? Спрашивают себя, наверное, смогли бы иначе всё разрешить!»

Баторова продолжала говорить. Тон гордой женщины не дрогнул ни единого раза. В глаза агентам она смотрела без доли ужаса. Она признала, кем является, не скрывала возвращения в виде призрака, необходимости поглощать жизни детей, нападения на агентов и последующего возвращения в тело, смутно ощущающегося как родственное. Обсуждать судьбу своего принесённого в жертву потомка она наотрез отказалась.

Но допрос без подсказок со стороны младших шёл не тем путём. Виктор и Джеймс не спрашивали главного, пока Чарли не вырвалась из хватки Лао:

— Вас вернули из-за чернокнижника Миклоша? Чтобы узнать о Грани, не так ли? — пошла она сразу ва-банк.

Старшие агенты с удивлением покосились на шаманку. Она догадалась, что весь ход расследования и все догадки о знаниях «тёти Лизы» монах с инквизитором умолчали, и теперь её слова казались чистым безумием.

— Миклош Надашди был моим дальним родичем по супругу, — кивнула Батори, недовольно поджав губы.

Очевидно, она обязалась отвечать только правду на все вопросы, но могла не проявлять инициативу и не раскрывать все свои карты. Однако вопрос был задан в лоб. Не отвертеться.

— Ваш родственник изучал Грань Хаоса? — повторила вопрос Чарли, не удосужившись сесть. Так и стояла солдатиком перед Елизаветой.

— Миклош называл это явление иначе. В те времена он столкнулся с появлением этого феномена. Изо всех сил пытался узнать, что это такое и каждый день вёл записи своих наблюдений, — пустилась женщина в рассказ. — Сейчас это называют аномалией, а он исследовал все её закономерности. Она имела свойство уплотняться и влиять на Миклоша и того, кто сидел в нём. Ослабляла их. Миклош сделал вывод, что вскоре она может стать плотной настолько, что перестанет пропускать сквозь себя что-либо.

Виктор и Джеймс ловили каждое слово. Анжей и Ли-Тао тщательно притворялись мебелью, но ушки держали на макушке. Один только Лао Шин продолжал врачевать истощённых Яну и Маска, возвращая их из полукоматозного состояния в мир живых.

«Она хорошо говорит для мёртвой графини 17 века. Хотя, возможно, речь ей досталась в наследство от тела или её учили правильно разговаривать после проведения ритуала?» — раздумывала шаманка.

— Тогда он стал создателем ритуала для истончения этой аномалии. Её частичного разрушения. Миклош едва не погиб в процессе, но он преуспел. Был уверен, что пока он жив, эта аномалия не будет разрастаться. На момент… суда, он ещё был жив. Даже порывался меня вызволить, — Батори замолчала, слова о прошлом заставили её лицо болезненно потемнеть.

Чарли удручённо посмотрела на женщину. После всего, что они узнали в ходе расследования, она смотрела на «тётю Лизу» совсем другими глазами. Умная женщина защищающая и покровительствующая Иным. Оболганная, несправедливо осуждённая и вошедшая в историю как знаменитая убийца, а не представительница живого ума и добродетели. Сколько философов, иноверцев, учёных, медиков и просто хороших людей выжило благодаря ей. Это не говоря о спасённых от Инквизиции Иных. Поблагодарил ли её хоть кто-то? Её даже от приговора не спасли.

«Она умерла одна. Замурованная и брошенная всеми!»

Агенты молчали. Возможно, их терзали те же вопросы. В виде умертвия Батори никому не навредила. Все девочки пансионата оставались невредимыми. Даже агенты всего лишь немного переутомились от инквизиторского дракона.

— Тот, кто вас пытался вернуть всё это время, спрашивал о Миклоше? — продолжила спрашивать шаманка, не выходя из образа бесстрастности, что даже в таких условиях давалось без труда.

Батори бросила на неё настолько колкий взгляд, что Чарли невольно вздрогнула. Будто между ними была какая-то тайна, слишком личная, чтобы произносить вслух, а шаманка вдруг при всех начала громко выдавать все детали, заставляя Елизавету морщиться.

«Значит, правильный вопрос задала?»

— Он так сильно хотел добраться до записей Миклоша, что был готов воскрешать меня снова и снова, — нехотя признала бывшая графиня. — Пока память окончательно не проснётся. Говорил, что дух моего родственника не вызвать, а я единственный человек, которому тот рассказывал о своих исследованиях.

— Цель оправдывает средства? — уточнил Виктор, до этого старавшийся больше слушать нежели говорить.

С каждым словом мистик мрачнел. На его лице порой проскальзывало что-то вроде догадки, кто в истории Батори главный злодей, но слишком быстро гасло. Казалось, он борется с собой и своими подозрениями. Или это Чарли только привиделось? После распития чая она часто ловила себя на острой проницательности и этот эффект ей очень нравился.

— Он был готов жертвовать детьми. Нашел и выкупил всё, к чему я была привязана. А когда не удалось, то использовал тело… — она поморщилась, не желая ничего говорить о своём теле.

— Вы ему всё рассказали, что он требовал? — продолжил Виктор.

— Рассказала всё, что мне было известно. Он меня призвал. Я обязана говорить ему то, что он требует. Таковы условия ритуала.

— А здесь он вас оставил на случай, если появятся ещё вопросы? — хмыкнул Джеймс, особо не настаивая на ответе, но получив кивок печально усмехнулся.

— Вы можете назвать его имя? — снова ударила вопросом в лоб Чарли.

Порой сложное достигается один простым словом. Или самым простым вопросом.

— Он называл себя Владиславом, — ответила Батори, не пытаясь утаить своего призвавшего.

По комнате разнёсся общий судорожный выдох. Это могло быть только совпадением. Всем, кто подумал на одного конкретного Владислава, очень хотелось, чтобы имело место совпадение. Очень уж не хотелось признавать худшее.

— Владислав, — эхом отозвался Виктор, по едва заметному движению мышц челюсти которого, Чарли заметила сильное напряжение.

— Молотов Владислав, — припечатала Елизавета Батори, сорвав все покровы и надежды на совпадение.

Если молодняк выдержал эту новость почти не поменявшись в лице, то все старшие агенты словно получили болезненный удар и едва сдерживали подступающую гримасу боли.

— Когда… — голос непоколебимого призрака коммунизма всё же сорвался. — Когда вы его видели в последний раз. Или когда в последний раз он с вами связывался?

— Позавчера. Он был здесь лично.

— Куда он отправился после вашей беседы? — нетерпеливо продолжил спрашивать Виктор.

— Сейчас эта территория считается Словакией, — спокойно ответила Батори, не отрывая внимательного взгляда от лица Чарли.

Шаманка чувствовала себя неуютно до колких иголок под кожей. Сквозь дурман слабости она вспомнила одно из требований директрисы. Остаться наедине. Она судорожно сглотнула, понимая, что вот-вот наступит момент оплаты по счетам. Вопросы агентов подошли к концу. Виктор, внешне выжатый досуха покинул спальню. Вслед за ним вышли и остальные, пока кроме Чарли и Лао никого из агентов не осталось. Монах одарил Батори самым суровым из своих взглядов и тоже вышел.

— Садись, девочка, напротив меня, — указала на кресло Елизавета. — У меня ещё есть о чём поговорить.

Чарли нехотя подчинилась и села. По нервам тут же прошла неприятная морозная волна. Вблизи умертвие ощущалось чем-то неприятным. Противоестественным. Хотелось уйти подальше. Глаза на неё не желали смотреть. Лёгкие сопротивлялись дышать с ней одним воздухом.

— Чего вы хотите? — прошептала Чарли, когда и её голос отказался звучать вблизи противного природе существа.

— То, что можешь дать мне именно ты, девочка! — уверенно заявила Батори и мягко накрыла дрожащие руки своими.

От этого, казалось, ободряющего движения стало ещё хуже. Шаманку заколотило дрожью, словно в лихорадке. Она едва сдержалась, чтобы не вырвать руки, что не укрылось от Елизаветы. Но бывшая графиня оказалась полна сюрпризов. Она не только никому не навредила и спокойно выдала тайны того, кто подарил ей ещё одну жизнь в смертном мире, женщина наклонилась ближе и негромко произнесла:

— Я даю тебе, шаман, своё искреннее согласие на упокоение и отказываюсь от этого тела, — в ответ на непонимающий взгляд Чарли, она просто, но эмоционально выдохнула: — Я устала! Я не хочу продолжать этот бег! Не хочу, чтобы меня использовали снова и снова по малейшему желанию!

— И только я могу увести вас туда, где уже ни один ритуал не достанет, — шепотом продолжила за неё Чарли. — За последний Предел.

Сухие пальцы крепко сжали руки шаманки, слово передавая всю ту степень отчаяния, в которой находилась женщина.

— Я устала, — повторила она с болью в голосе. — Я не хотела вредить тем детям и не хочу ранить моих девочек. Хочу положить этому конец!

— Но почему я? В агентстве…

— Меня будут продолжать допрашивать снова и снова. А потом могут оставить в очередной камере на случай, если я буду полезной в дальнейшем. Или отправят на суд? — гневно прошипела бывшая графиня. — Я не желаю ещё одного суда. Ещё одного заточения! Помоги мне. Прошу.

«Шаман не смеет отказываться от тех, кто просит о милости!»

Они сидели напротив друг друга. К ремню остался пристёгнут неразлучный бубен, но даже без него среди ночи было бы совсем несложно увести всего одну душу. И всё же было кое-что, не дающее Чарли покоя. Один последний вопрос. Она огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что все двери закрыты, и она успеет оказать помощь нуждающейся душе.

— Один вопрос, — она нервно выдохнула, чтобы собраться с мыслями. — То обвинение, по которому вас судили… вы виновны в смерти тех девушек?

— Нет, — прошептала Батори, покачав головой. — Я непричастна к их смертям.

Незримый узел лопнул, но на его месте уже разливалось чувство вины. Елизавета Батори сделала так много для нуждающихся в её покровительстве Иных, но когда пришёл час ответить добром на добро, она осталась одна.

— Мне очень жаль, что никто из нас ничего не сделал! — прошептала Чарли удручённо.

Женщина впервые тепло улыбнулась и кивнула, принимая её слова. В глазах кровавой графини шаманка заметила намечающиеся слёзы, но решила, что ей показалось. И всё же многое изменилось от одного простого ответа. Руки умертвия уже не казались такими отталкивающе ледяными.

Это было легко. Намного легче чем уводить любого другого призрака. Дух вышел из тела без сопротивления. Шаманка лишь протянула руку и повела оболганного человека с мировой славой кровавой убийцы на покой. Туда, где все ритуалы возвращения будут бессильны. Для Елизаветы Батори история наконец подошла к концу.

Когда старшие агенты заподозрили неладное, было уже слишком поздно. Ворвавшийся в спальню директрисы Джеймс лишь застал как уснувшее вечным сном тело неловко склоняется в кресле. В тот же момент подняла голову Чарли, выходя из астрала. В глазах шаманки не было ни стыда, ни раскаяния. В этот момент она чувствовала себя правой. Старший инквизитор обречённо выдохнул, но не стал задавать вопросов. Агенты покинули пансионат незамеченными. К их счастью, на одном этаже с Баторовой никто не спал. Она не решилась приблизить к себе тех, кто мог стать её невинной жертвой.

Напоследок Виктор вызвал бригаду из числа коллег, которых не упоминают.

Утром должна была появиться новость, что меценат Елизавета Баторова внезапно скончалась от остановки сердца в собственной постели. Тихая и мирная смерть. Чудовищно несправедливая, как и всегда, но хотя бы милосердная.

Поездка до Агентства ощущалась как медленное приближение к собственной плахе. Даже Лао Шин, по-отечески обнимающий Чарли никак не мог сгладить это впечатление. Шаманка едва замечала, что наставник выбил для беглецов отдельный автомобиль, в котором из «старичков» были только они с Лёхой, как он запретил поднимать голос на Ли-Тао и сгреб молодого монаха с собой. Лао мелькал перед глазами и коршуном защищал своих птенцов от преждевременного гнева нервного начальства.

Чарли во время поездки поймала себя на том, что несмотря на суровый вид и пугающее молчание, на них монах совсем не злится. Шаманка тонко чувствовала это молчание. Оно было совсем не злым. Напротив, внушало доверие к наставнику. Когда начнут махать шашками, он защитит, заступится и сам начнёт головы срубать за своих.

Неожиданно в памяти вспыхнула другая поездка. Мама и папа без каких-либо объяснений везли ей, как позже оказалось, определять степень безумия дочери. Они тоже молчали. Но то молчание ощущалось угрозой. Чарли навсегда его запомнила. Она всем телом ощущала разносящуюся в воздухе угрозу. Родители собираются совершить что-то очень плохое. И предчувствие ни на йоту не подвело.

«Как по-разному могут молчать люди!» — поразилась она.

По прибытию в агентство на плечо шаманки сел угольно-чёрный ворон и мягко ткнулся тёплым клювом в ухо. От такого публичного проявления внимания Чарли невольно зарумянилась. Лао пытался намекнуть коварной птице, что самое время лететь восвояси, но Весемир упёрто продолжал сидеть на плече и даже едва не тяпнул монаха за пальцы с гневным карканьем.

«Что, Кар-Карыч, ты со мной?» — неловко улыбнулась Чарли.

В кабинете Анастасия и Виктор потребовали детальный отчёт по каждой детали дела. Чарли, как негласный лидер бунтовщиков, говорила первая. Порой слово брали Макс и Яна. Ли-Тао и Анжей продолжали отмалчиваться. Таланты монаха к взлому агенты предпочли не упоминать. Когда троица закончила отчитываться, в кабинете воцарилось молчание.

Напряженное и не слишком приятное, но всё-таки не угрожающее. Чарли переводила взгляд с Анастасии на Виктора, мельком смотрела на Джеймса и вновь возвращалась к ведьме. Лао Шин предпочёл стоять по другую сторону баррикад. Наставник и сам одаривал красноречивыми взглядами старших, защищая тыл подопечной. Рядом с ним даже Марьяна и Радомиров почти не робели, хоть и ожидали наказания.

В этот момент, когда напряжение должно было достигнуть своего пика и заставить тело вновь сжаться в перепуганный комочек, вдавить голову в плечи и отключить все эмоции, превратив Чарли в камень, этого не произошло. Одно её плечо защищал ворон-шаман, за другим плечом находился наставник. И с ними двумя вдруг стало невероятно спокойно. Без бравады, без скачков силы и бессилия, без отчаянной надежды на лучшее вопреки худшему. Спокойная уверенность. С ними двумя она в безопасности. Необычное чувство так приятно грело, что хотелось зажмуриться и погрузиться в него с головой, но Виктор с Анастасией никуда не делись.

— Раз уж вам так не терпится продолжать работать, игнорируя все приказы начальства, — жирно подчеркнул Виктор, окинув всех взглядом полным недовольства. — Вы все отстранены от работы московского офиса. Возвращаетесь в Новосибирск. Собирайте вещи. Утром вылетаете!

— Выговор каждому участнику, разумеется, — терпеливо выдохнула Анастасия, глядя на шаманку странным взглядом.

Ведьма совершенно точно не злилась и не была разочарована. Глаза, похожие на скованную льдом морскую волну, демонстрировали что-то незнакомое. Чарли с трудом пыталась понять этот взгляд, но отсутствие опыта общения с людьми никуда не делось. Анастасия не осуждала её? Она понимала?

— Все средства на срочную покупку билетов будут предоставлены в ближайшие два часа, — продолжил уставший Виктор. — Можете позволить себе бизнес-класс, если потребуется. Но не рассчитывайте на долгий отдых. Инициатива наказуема. Пока идёт расследование, будете прикрывать все тылы, раз уж вам так не сидится на месте!

«Так-так! Он нас наказал или наоборот? — недоуменно уставилась на мистика Чарли. — Это ведь больше поощрение, разве нет?!»

— Ли-Тао, — грозно обратился тем временем лидер агентства к младшему монаху. — Тебя это тоже касается. Считай себя сосланным в Новосибирск на неопределённый срок!

Несмотря на суровый тон Виктора, монах с тёмным прошлым не выглядел напуганным или пристыженным. В ответ на изгнание он просто пожал плечами и негромко пробормотал «ладно». А вот Лао Шина не слишком порадовало пополнение семьи в виде неугомонного младшего монаха. Хаотичный и непоседливый коллега пока только досаждал своим неуёмным вниманием. На лица главы новосибирского филиала отражалось бесконечное терпение с немым вопросом — сработаются ли?

Чарли шла последней, пропустив всех вперёд. Бросив последний взгляд на лидеров ГХ, она было затворила за собой дверь, как услышала негромкое:

— Молодец, Чарли.

2. Дело воинственных волколаков ч.1

В качестве возмездия за потраченные нервы Лао «мстительно» заказал всем агентам места класса «комфорт», но долго раздумывал, не отправить ли младшего монаха в эконом. Справедливо решив не приносить в жертву невинных пассажиров, глава новосибирского филиала посадил неугомонного Ли-Тао между Максом и Анжеем, наказав им контролировать по мере сил своего нового коллегу по цеху.

— Слушаюсь, мистер Уэйн! — со смесью шутки и детского восторга ответил младший монах, когда его пристегнули к креслу, пожелав всем «спокойного полёта».

— Мистер… Уэйн? — шепотом переспросила Чарли, не до конца уверенная, что желает подстегнуть Ли-Тао на очередную безумно интересную историю, которую он не постесняется рассказать всему самолёту, разжевать и повторить несколько раз, чтобы люди наверняка всё поняли.

— Не спра… — попытался её предупредить её Лао Шин, но младший монах уже начал своё вступительное слово, пока с коротким «прилетим — расскажешь» его буквально не заткнул Макс.

В качестве кляпа выступило яблоко. Опыт Чарли передался ребятам. Дополнительным подспорьем стали точные пинки от Лёхи, сидящего ровно позади неугомонного коллеги.

Лао, Яна и Чарли сидели через проход от троицы с буйным монахом, но казалось, что они все стиснуты в одну консервную банку нос к носу, как селёдки в бочке. Ведьма спокойно воткнула в уши музыку и отключилась от всего сущего. Чарли с обречённым вздохом вытащила из рюкзака недописанные работы для университета. Чаще всего с ними получалось заниматься только в полёте. Разум хитрой лентяйки изо всех сил старался сделать сразу всё так, чтобы перешагнуть через порог удовлетворительной оценки и забыть о скучном предмете.

— Лао, — неловко начала она, когда выполнила всю работу, а до посадки оставался целый час. — Ты не разозлился, когда мы все нарушили приказ?

После странного разговора в кабинете начальства оставалось слишком много вопросов, чтобы молчать. Похвала. Странное наказание, которое проще было бы назвать поощрением. Никаких слов против самоволки агентов. Даже классической речи о том, как старшие разочарованы их поведением. Ничего.

— Не разозлился, — кивнул монах, не открывая глаз. Со стороны казалось, что он спал.

— А почему? — вопрос звучал глупо и наивно, но Чарли не могла его не задать.

— Вы бросились спасать человеческие жизни, — спокойно ответил он, старательно пряча своё бодрствование от неугомонного Ли-Тао. — Нарушили приказ ради других, а не ради себя, хоть и знали, что за это можно получить нагоняй. Это лучший показатель вас, как агентов.

— Мы же не послушались…

— Если выбор души становится выше приказа, а человечность значимее регламента, то у нашего мира больше шансов уцелеть в этой мясорубке, — серьёзно и тихо проговорил наставник. — Запомни, мой юный падаван, тот момент когда ты пошла на нарушение и держись за него!

Он будто бы во сне повернулся лицом к Чарли и внимательно на неё посмотрел. Это был какой-то новый взгляд, который раньше у него подопечная не замечала. Он смотрел на неё с тайным посланием. Невероятно важным. Вот бы только расшифровать его. Но что-то внутри откликнулось приятным теплом.

— Оно как-то само…

— У нас всего одна планета. Нет ни запасной, ни космической станции, ни пригодного для жизни спутника. Нам жить только здесь, а планету штормит. Если ничего не делать, — жёстко продолжил он, — то проблема сожрёт всё живое, не оставив никого. Прямо здесь и сейчас мы способны на это повлиять, что-то изменить. Вцепиться руками в часы судного дня и держать стрелки, пока кто-то не отменит апокалипсис. Или на нашу смену не придут другие. Но мы можем что-то сделать!

Чарли беззвучно охнула, потрясенная внезапным откровением. Она вспомнила, как Яна спрашивала её о причинах вступления в ГХ и теперь шаманке казалось, что ответ стал бы иным. Не потому что комфортно, не потому что планета и высокие цели. А потому что единственным естественным порывом стало спасение жизней от предполагаемой гибели.

— Это не говоря о том, что вы сделали огромный скачок вперёд в их расследовании, только ослушавшись приказа! — вдруг добавил он с усмешкой. — Не будь вашего бунта, Виктор и Анастасия никогда бы не дошли до осознания, что за всем стоит Влад! Пока его не сдала со всеми потрохами Батори, он был вне любых списков возможных подозреваемых.

— Значит, нас всё же наградили?

— Нас выбросили на амбразуру. Это такое поощрительное наказание или репрессивная награда, выбирай на свой вкус. Пока у всех остальных пауза, нас будут делить-дробить и бросать на все срочные дела, — флегматично выдохнул Лао. — Разве что к демонам не отправят. Но только потому, что с одним чернокнижником и без экзорциста, нам нечего с ними делать!

Чарли с досадой выдохнула и расположилась в кресле полулёжа.

— Когда ждать следующего задания?

— Ждать больше не потребуется, — хмыкнул монах. — Ожидание теперь для нас роскошь. От задания до задания, до самого Нового года. Сейчас мы летим в офис, собираемся и следующим утром вылетаем в Краснодарский край. А потом будем смотреть по срочности. Дел много. Хватит на всех!

«Генеральному директору ФСКА Грань Хаоса

Жукову В.К.от жителей хутора Черников Краснодарского края

За последние недели участились случаи нападения на скот хутора. Нападение имеет явный сверхъестественный характер. Просим оказать посильную помощь в обнаружении и обезвреживании возможного хищника.На хуторе проживает тридцать шесть детей, сорок стариков и не менее тридцати женщин. Угроза нашему скоту даёт повод бояться за нашу безопасность.

Вороной Л.К.

Заявка выглядела отчаянным криком помощи. Прочитав короткое письмо, Чарли вспомнила другое дело о бойне скота. Опыт общения с лешим, созерцания запертого в колодце демона и пяти оборотней стало интересной наградой за храбрость. Бесценный, без преувеличения, опыт. Девушка захихикала, поймав себя на мысли, что очередное появление волколаков или урсолаков в деле о скотине, заставит её долго хохотать.

«Можно будет даже дать идею Весемиру на большой разбор необычной любви оборотней к задиранию скотины!»

Шаман не заставил себя долго ждать. Сразу по возвращению в новосибирский офис для сбора вещей, Чарли застала его на окне своей спальни. Бесцеремонный грач угрожал пробить стекло. Наглый шаман совершенно не стеснялся своего открытого внимания к новосибирскому филиалу. Заявив, что они и так потратили много времени на пустобрех, он направился вместе с Чарли в капище, постигать шаманскую медицину и основы подавления чужой воли, чтобы в последствии занять чужое тело.

Лао в обучение старшего шамана младшей не влезал, справедливо оценив, что заменить своим опытом знания Весемира не сможет. На утро был назначен очередной отъезд до аэропорта. Короткая возможность учиться была использована без перерывов до самого рассвета. Несмотря на скромные успехи в медицине и попытке почувствовать то течение энергий, на которое она может повлиять, шаманка никак не могла подавить даже самый примитивный разум. Путешествие в тела животных откладывалось на неопределённый срок.

Долгий полет с конспектами и курсовыми работами сменился поездкой до хутора на специально подготовленной «буханке1». Разморённые долгой дорогой агенты радовались тёплой погоде и отсутствию нескольких слоёв тёплой одежды. Терпеть переезд в пальто куда проще, чем в толстом пуховике и тёплых ботинках.

Хутор, несмотря на декабрь, продолжал зеленеть и даже колоситься какими-то особенно морозостойкими растениями. Агентов встретила большая семья из семи человек и гостеприимно пригласила в дом для обустройства и обсуждения всех дел за чашечкой чая. Все остальные хуторяне не постеснялись оторваться от своих дел и окинуть хотя бы мимолётным взглядом пришельцев. Несмотря на неуютное внимание маленькой закрытой общины, Чарли не чувствовала с их стороны агрессии или неприятия. Лишь праздное любопытство.

Лао попытался было успокоить подопечную, зная о её пугливости, но его опередил вездесущий Ли-Тао. Младший монах нескромно сообщил на всю округу о сильном излучении Ци земли и металла со стороны местных, что означало сильную печаль и тревогу. Лидер группы за неуёмность младшего, передал последнего в медвежий захват Лёхи, разрешив последнему применять подзатыльники и педагогические пинки.

Семья Вороных, состоящая их двух живых стариков, родителей главы семейства, его самого, жены и трёх разновозрастных детишек совершенно не удивлялась поведению агентов. Они казались какими-то слишком уж правильными, на взгляд Чарли. Дети не буянили и не шумели, они с матерью, по имени Катя, накрыли на стол и, с разрешения отца, унеслись на улицу, ни разу не нашумев. Вышколенные, как маленькие солдатики, но все действия не вымученные и не вымуштрованные. Казалось, для них естественно это беспрекословное подчинение.

Старики родители внимательно посмотрели на гостей удивительно ясными глазами и, пожелав приятного аппетита, тоже поспешили на улицу, хотя стариковское любопытство помноженное на вредность было бы для них более обыденным. Но и Леонид с Катей удивляли не меньше. Им не требовалось разговаривать, чтобы взаимодействовать единым организмом. Они едва обменивались мимолётными взглядами, но все слова и действия с удивительной точностью завершали друг за другом. Чарли невольно вспомнила фильмы про инопланетян, которые паразитировали на людях и управляли с помощью коллективного разума.

— Садитесь, кушайте! — гостеприимно предложил Леонид всем агентам по чашке травяного чая и большой поднос свежих ватрушек. — Негоже держать гостей голодными во время разговора.

— Одно другому не помеха, — парировал Лао, однако внешне оставался вполне миролюбивым. — Думаю, пока мы поглощены этой потрясающей выпечкой, вам стоит начать говорить. С той части, где вы приглашаете нас в общину волколаков, но не указываете этого в заявке!

«Община оборотней?! Вот тебе и совпадение!» — поразилась Чарли.

В человеческой форме жители общины ничем не отличались от людей. Внешне они могли сойти за обыкновенных фермеров, если не обращать внимание на их странную взаимосвязь, скользящую в каждом движении. Человеческая неловкость была им чужда. Ситуация, когда двое сталкиваются в проходе и одновременно делают шаг в сторону, чтобы пропустить другого, но снова сталкиваются, казалась немыслимой. На шаманку упало осознание стайности хуторян. Словно пчелиный улей. У каждого своя роль. Никто не ошибётся.

— Это проблема? — нахмурился Леонид, вырывая Чарли из раздумий по внезапному открытию.

— Мы неприемлем подобную скрытность, — отрезал Лао. — Что ещё вы «забыли» указать в заявке?

Наставник казался слишком уж серьёзным. Не только подопечная так думала, все младшие поглядывали на лидера с тревогой, а тот и не думал смягчаться.

— Справедливо, — кивнул Леонид и повернулся к жене, — Катенька, принеси, пожалуйста, рёбра.

Жена окинула его тревожным взглядом, но кивнула и отправилась вглубь дома.

— Наш образ жизни многие недолюбливают. Садоводство, скотоводство и торговля с людьми. Не одобряют и злословят. Некоторые волки, — Леонид терпеливо выдохнул, вспомнив что-то явно неприятное, — считают это предательством сущности. А мы просто хотим жить. И до недавнего времени у нас это получалось. Мы не трогаем людей, охотимся очень редко. Стараемся не выпускать зверя без необходимости.

В помещение вернулась Катя, держа в руках торс небольшого животного. Из-за прямой белой шерсти, шаманка предположила, что перед ней коза. Хоть животное уступало по размерам коню или ослу, принесённый кусок должен был весить прилично, но жена несла его легко, будто пушинку. Когда стол под «пушинкой» жалостливо скрипнул, Чарли едва сдержала завистливый вздох. Женщина-волчица обладала богатырской силой.

Чтобы не тревожить чувствительные натуры гостей, козу положили на соседний стол, предназначенный для разделки мяса. Но никто не смутился и спустя минуту, тушу окружила шестёрка агентов.

— В Пупково у домашнего скота были похожие отметины зубов, — машинально отметила Чарли, вспоминая своё по-настоящему первое «дело».

— Есть подозреваемые? — поинтересовался Лао, внимательно осматривая следы зубов на рёбрах козы.

— Никого конкретного, — покачала головой Катя. — Мы нелюбимы очень многими из наших собратьев. Это может быть предупреждение, попытка лишить нас заработка и вернуть к прошлому или угроза грядущей расправы.

«Сколько у них детей и женщин со стариками? В заявке вроде бы немало было. Если угроза, то смогут ли мужчины защитить своих женщин и детей?»

— У нас мирная община, — сообщил Леонид, словно прочитав её мысли, — много детей, стариков и небоеспособных женщин. Если нам так намекают на расправу… мы хотим это знать, чтобы защитить своих близких!

Лао молчал. Чарли не нужно было даже гадать, о чём думает наставник. Оборотни не входят в число «бесценных человеческих жизней», а их спасение может обернуться смертельной угрозой для агентов. Сама шаманка не слишком понимала эти сомнения. Она всё ещё не чувствовала никакой разницы между человеческой общиной и хуторянами.

— Если вы планируете дальнейшее сотрудничество, — позволила она себе дерзость в полной тишине, — тогда нам потребуется вся информация! Что было до нападений, как происходили нападения. Каких животных задирают и как. Ваш стандартный порядок дня. Как община сформировалась, кто откуда пришёл. Поступали вам угрозы или нет? Список всех возможных недругов!

Когда шаманка закончила говорить, твёрдо глядя на главу семьи, в доме воцарилась звенящая тишина. Казалось, что даже звуки с улицы притихли. Агенты и хозяева дома безмолвно смотрели на невысокую девушку, больше похожую на непоседливого подростка, чем на настоящего работника ГХ. Но именно эта девочка дала свой однозначный голос в пользу расследования, и пресекать её Леонид бы никогда не решился. Наконец Лао кивнул.

— Помимо всего, что перечислила моя протеже, группе должна быть предоставлена крыша над головой, места для сна и питание. А также возможность без вашего участия и присутствия опросить всех жителей хутора! — мирно добавил монах, ни единым мускулом не демонстрируя какого-либо негативного эмоционального отношения к выходке Чарли.

Впрочем, шаманка постепенно училась определять настроение своего наставника и чувствовала, что её инициативность не получит наказания. На короткий момент ей даже показалось, что монах проверял её. Сможет ли она проявлять самостоятельность при старших агентах. А возможно проверка на восприятие общины Иных, которым требуется помощь? Есть ли разница между защитой человеческих детей и детей оборотней?

✠✠✠

Когда глава семьи согласился на все условия, агенты вышли на улицу. Болтливый Ли-Тао получил полное разрешение змеёй виться вокруг хуторян и выспрашивать у них в первую очередь по делу, а во вторую можно просто раздражать любыми вопросами. Младший монах от такого задания сиял как начищенный грош и сразу бросился исполнять приказ. Лао с Марьяной, как самые старшие из агентов, отправились с Леонидом. Глава семьи Вороных повёл их изучать всё, что удалось обнаружить после нападения на домашний скот.

Анжей порывался пойти со старшими, но волколакам инквизитор не слишком нравился. Лао приказал Курвину держаться рядом с Максом и Чарли, чтобы не слишком бросаться на глаза хуторянам на фоне первых двух. Поникшему инквизитору напоследок было обещано, что в случае заварушки он и его меч будут гордо возглавлять оборону.

— У меня одного просто невероятное дежавю от всей этой ситуации? — хмуро спросил он, когда ребята с приказом осматривать хутор остались одни.

— Маленький населённый пункт, бойня скота, волколаки и, с поправкой на Яну, тот же состав действующих лиц, ты про это дежавю? — рассмеялся Радомиров. — Это не дежавю, это повтор пройденного материала.

— С работой над ошибками? — уточнила с улыбкой Чарли.

— Над какими ещё ошибками?! — возмутился Анджей.

Они шли по территории хутора, вежливо здороваясь со всеми. После осознания, что вокруг них одни только волколаки, община перестала казаться странной. Их согласованная стайная жизнь выглядела органичной и естественно правильной. Каждый холкой чувствует свою принадлежность и вносит свой вклад в процветание большой стаи.

— В лес инквизитору ходить нельзя! — напомнила между делом шаманка.

— Первым нападать на оборотней тоже! — добавил Максимилиан. — И ученого, который над ними эксперименты проводит тоже нельзя сгоряча швырять на лестницу! От этого может случиться лёгкий такой случай… смерти!

— Так в отчёте его же оборот… — растерялась Чарли, но поняла, что профессиональное переписывание событий отчетами наблюдалось у Пупкова давным-давно.

— Да-да, — кивнул со скептической улыбкой Радомиров, — конечно это были они! А не наш инквизитор, размахивающий своими граблями направо и налево!

Анжей насупился. Напоминания о былых ошибках его очень сильно задевали. Чарли не сомневалась, что все дальнейшие попытки лезть в первых рядах на передовую это его отчаянные попытки исправиться.

«Чему его учил Вальдемар? Что если проливаешь свою кровь и убиваешь врагов, то на ошибки можно закрывать глаза? Или это что-то вроде кармической расплаты? Накосячил — пострадай и будешь прощён? — раздумывала она. — Нет плохих учеников. Есть плохие учителя, не так ли?»

По пути им встретился подросток, едва перешагнувший пубертатный возраст. Ребячья округлость тела только-только сменялась на подростковую угловатость, из-за чего парнишка явно чувствовал себя не слишком уверенно в изменяющемся теле. На незнакомцев он смотрел немного пугливо, но без явного страха.

— Молодой человек, подскажите, тут есть ровная стена, на которой можно было бы начертать мелом непрерывную линию? — обратился к нему чернокнижник.

Парнишка подумал, почесал голову и показал на стоящую недалеко деревянную будку, действительно выглядящую вполне ровной.

— Там зимний колодец…

Закончить предложение он не успел, растерянно замолкнув, когда дружный хохот Чарли и Анжея его заглушил. От такого повтора пройденного материала, шаманка смеялась от души, сразу осознав глубину юмора происходящего, а инквизитор был только рад посмотреть на кислое лицо чернокнижника. Смех не был злобным или направленным на выращивание обид, но слишком уж комичной вышла ситуация.

— Только не колодец! — процедил чернокнижник. — Нужна поверхность без сюрпризов под землёй!

— О, ну тогда старая мельница может подойти! Её сейчас не используют, она каменная и у неё есть ровные места без швов! — указал парнишка и пошёл дальше по своим делам.

— Не только для меня работа над ошибками? — простонал сквозь смех Анжей.

Инквизитор с трудом разогнулся после долгого смеха.

— Ха-ха, — фыркнул Макс, — одна моя ошибка против многих твоих!

— Вы ещё подеритесь, горячие финские парни! — миролюбиво встала между ними Чарли. — Пошли лучше искать мельницу. Ещё одна попытка создать математического демона?

Троица двинулась в сторону, указанную парнем.

— Демон Лапласа нас запросто приведёт к цели.

— А потом? — нахмурилась шаманка, высматривая за теплицами очертания старой каменной постройки.

— Потом?

— Анжею нельзя в лес. Я чувствую тут присутствие леших. Очень сильные и во множественном числе! Если у волколаков есть чуйка на Иных, то вам с Яной к ним тоже не подобраться, только мне и монахам. И за последних я тоже не уверена! — рассуждала она. — В лучшем случае трое против неизвестного противника. Нужно сначала узнать, сколько у нас возможных агрессоров!

— Демон может рассказать даже это, наверное.

Неуверенность в голосе чернокнижника намекала на необходимость дополнительных путей решения проблемы. Самым очевидным казался вариант — позвать на помощь Весемира, но Чарли решительно отбросила его. Шаман и так из-за неё несколько раз подставлялся, дергать его лишний раз не хотелось.

Старая мельница действительно полностью подходила для ритуала призыва демона. Ровная поверхность не дробили на части трещины и провалы. На всякий случай Макс и Чарли проверили, что под землёй не окажется подземной реки. По требованию чернокнижника агенты ушли подальше. Все взаимодействия Макса с демоном оставались личными и опасными для всех случайных свидетелей.

Пока Анжей с грозным видом отгонял всех любопытных от старой мельницы, Чарли с тоской смотрела на солнце, ещё и не планирующее спускаться к горизонту. Ужасное время для любых действий. Даже чай Яны, ничуть не уступающий чаю Вальдемара, не помог бы от страшных последствий выхода в астрал днём.

Ради интереса шаманка решила попробовать ощутить свою связь с природой, о которой так часто щебетал Весемир. По его словам, некоторые практики не требуют связи с источником силы из-за Грани и поэтому не вредят здоровью и страшными последствиями. К ним относилось практическое врачевание и связь с природой. Она села на сухую траву в позу по-турецки, не слишком беспокоясь за пальто, и положила пальцы на твёрдую почву. Для погружения хотя бы подушечек, землю пришлось расковырять и разрыхлить. Чувствуя себя немного глупо, Чарли на всякий случай зажмурилась, чтобы отстраниться от рутины хуторян.

Земля под хутором ощущалась приятнее, чем те горсти сибирской почвы, которые добыл для их уроков Весемир. Мягкая, полная жизни и едва ощутимой пульсации. Она приятно покалывала пальцы. Живая. Ничего общего с бесконечным мёртвым камнем столицы. Новосибирский офис ей был куда приятнее из-за нахождения в селе, где вокруг простирался лес, а немногочисленные каменные дорожки уступали место земле.

Пока она предавалась мыслям, вернулись Лао с Яной и Ли-Тао, рассказывающий со скоростью вечной тарахтелки обо всём, что успел узнать за день. Вернулся Макс, и Анжей покинул свой пост мрачного дозорного за мельницей. Чернокнижник указал в сторону леса и пообещал маршрут на карте, который приведёт к потенциальному врагу, на что Лао предложил отправиться в предоставленный домик и за чаем обсудить всё узнанное, а затем составить новый план действий.

— Демон сказал, что нужно отправиться от мельницы на север, — говорил Радомиров, фломастером вторя словам на бумажной карте местности, — до самого озера. Вот здесь. Потом повернуть на запад до оврага, вот он, на карте почти не видно. И чуть подняться вот по этой горной тропинке. Там ожидает наш неприятель.

Лао и Яна готовили чай, пока Чарли с Анжеем накрывали на стол. Четыре пары глаз оставались прикованными к действиям Макса, пока руки машинально выполняли все необходимые действия.

— С возвышения им удобно наблюдать за всеми возможными пришельцами, — продолжил чернокнижник с благодарностью принимая ведьмин чай, — тропинка одна, обойти со стороны невозможно. Демон уверил, что наше появление уже известно и только подстегнёт их к более опасным действиям. Возможно, на хутор скоро нападут. Но они ещё не решили, поэтому вероятность до сих пор плавающая.

— Твой демон определил, кто наш неприятель? — поинтересовался Лао, когда Радомиров закончил говорить и сел за стол со своей чашкой чая.

— И да, и нет. Это Иные. Человекоподобные Иные, если быть точнее, но на этом всё. Больше никаких подробностей. При этом он дал полную гарантию, что эти ребята до темноты будут сидеть на своих пятых точках ровно.

— Значит время до темноты! — подытожил Лао.

«До темноты силы у меня не слишком впечатляющие, но лучше, чем ничего, — раздумывала Чарли, — интересно, а если бы демон Макса меня прикрывал, я смогла бы в астрале дойти до нашего неприятеля?»

— Я читал о волколаках после нашего дела в Пупково! — вдруг объявил Ли-Тао, чем умудрился всех удивить.

Непоседливый, донельзя подвижный шалопай, имевший в прошлом бурную юность воришки, не выглядел как человек, способный усидеть на одном месте и читать книги. Чарли поймала себя на мысли, что сомневалась в умении монаха читать.

— Так… — подтолкнул младшего монаха Лао для продолжения своих мыслей.

— Они не чувствуют мистиков и монахов, пока наш брат не подойдёт к ним слишком близко. Мы можем подобраться почти до самой тропинки и считать по энергиям, что хотят наши зверолюды.

— Что хотят? — скептически посмотрел на него лидер группы.

— В плане эмоций, естественно! Что чувствуют. Что уже успели наделать!

Младший говорил убедительно и, как на странно, его сбивчивые слова даже были похожи на правду. Лао, Ли-Тао и Макс, посидев над картой местности, определили самую ближайшую точку, где два монаха будут незаметными и, взяв со всех слово быть паиньками, монахи ушли в лес.

— Со всей этой ненавистью всего Иного к инквизиторам, не понимаю, что я здесь делаю! — обиженно протянул Анжей, занявшись своим мечом.

— Не канючь, — скривился Радомиров, — если мой демон прав, а Лапласов демон всегда прав, то твои таланты резать всё подряд железкой и удачливо при этом не умирать, нам пригодятся если не ближайшей ночью, то следующей!

От его слов Курвин засиял, как начищенный грош, и принялся затачивать свой меч, любовно с ним воркуя.

Чарли и Яна отправились мыть посуду, объявив что следующими её мыть будут парни.

— Ян, как думаешь, а демон может прикрыть шамана в астрале от возможных вредителей? — как бы между прочим поинтересовалась Чарли.

— Как это так, «прикрыть»?

— Ну, например, шаманское тело ушло слишком далеко от физического, — пустилась в объяснения Чарли, — Их связь становится тонкой и хрупкой, а ещё пробегающий мимо демон может тело занять…

— Нет, такого точно не бывает! — усмехнулась Марьяна. — Он может и сам твоё тело занять, потому что внутри нет хозяев, а защищать без контракта не станет. Даже по просьбе его собственного чернокнижника.

— Блин!

Теория казалась очень привлекательной, заручиться поддержкой демонов и отправиться в лес допрашивать лесных свидетелей или даже самой глянуть на волколаков.

— А что ты хотела? Может, есть способы попроще защитить астральное тело.

Вкратце Чарли рассказала о мыслях сходить в собственную разведку, пока не наступила темнота. Добавила немного переживаний о возможных последствиях такой долгой прогулки, и к концу её речи Яна уже копалась в своей сумке.

— Сейчас глянем, что могу сделать! — бормотала она, вытаскивая склянки, кристаллы, амулеты и прочую ведьмину атрибутику, пока не вытащила со дна потрёпанную книгу. — Сейчас глянем… Ведьмы, знаешь ли, тоже в астрал любили ходить. Поверь мне, это было куда сложнее, чем это даётся шаманам! А что защитит ведьму, шамана защитит и подавно!

Яна уверенно говорила и вдумчиво листала свою книгу, пока не наткнулась на интересующую её главу. Справа и слева от неё сели Чарли и заинтересовавшийся Радомиров. Втроём они начали по очереди подбирать и отвергать различные методы защиты тела физического и астрального, которые могли бы подойти Чарли. Примерно через час мозгового штурма были выбраны три ритуала.

Пока Анжей продолжал общаться со своим мечом, троица выскользнула из дома и направилась на опушку леса. Макс и Яна примерно определили расстояние, на котором останутся незаметны и выбрали для этого озеро. Энергии воды, земли и воздуха должны были помочь схорониться от чутья оборотней.

— Итак, — объявила Яна, пока троица подготавливала на берегу озера всё необходимое, — ложись на плед и не шевелись. Всё, что я разложу сейчас вокруг тебя и на тебя нельзя трогать и сдвигать! Пока ты будешь погружаться в астрал, сразу не беги подальше от тела. Немного подожди. Я буду по очереди накладывать на тебя узы крепкой нити, которые помогут сохранять связь с телом на больших расстояниях, орлиный глаз, чтобы видеть друга и врага на первых шагах в твою сторону, и силки оболочки, чтобы в случае опасности тебя моментально вернуло в тело. Учти, последствия каждого из этих ритуалов будут болезненными, придётся отпаиваться чаем.

Чарли послушно легла на предложенный плед и постаралась не делать никаких движений. Оказалось, что по приказу тело не желало оставаться неподвижным. От пульса руки слегка подрагивали, а грудь и ключицы продолжали шевелиться даже при самом тихом дыхании. Ещё больше беспокойства от своей подвижности добавила крупная крошка кристаллов, отдалённо напоминающая крупную соль, которую ведьма горстками укладывала на лоб и яремную ямку шаманки. Эти мелкие пирамидки и на обездвиженном теле начали бы рассыпаться.

Вдох-выдох. Спокойнее. Ещё вдох…

2. Дело воинственных волколаков ч.2

✠✠✠

Очень уж странно ощущается эта ведьминская удавка. Но я почти сразу привыкаю. Мне кажется, что я погружаюсь в глубокие воды в скафандре из заговоров Яны, обмотанная толстым канатом, который не позволяет даже на мгновение забыть о своём теле. Идти тяжеловато, но можно.

Павлик смотрит на меня с удивлением. Рая покатывается со смеху, называя булочкой в защитной оболочке. Я не могу видеть себя со стороны. Возможно, я действительно так выгляжу. Лес расступается передо мной, погружая в богатый и шумный мир лесных духов. Несколько дремлющих леших лениво смотрят на меня. Больше всего их привлекает странный облик необычного шамана с длинным хвостом до самого тела. Странная шаманка.

Всё ближе подбираюсь к ним. Такое скопление оборотней трудно обойти или перепутать. Волки не способны сами по себе излучать такой резонанс энергий. Смесь человеческой, демонической и животной в единой амплитуде колебаний. Волчий отпечаток. Волколаки. Других оборотней не чувствуется. А вокруг этой внушительной стаи встревоженные лесные духи. Помощники в пути. Путающие тропы. Внушающие чувства тревоги, вдохновения или радости, в зависимости от путника. Наблюдатели. Все они смотрят на волколаков и беспокоятся.

— Доброго вам вечера, хранители леса, — вежливо кланяюсь им. Не знаю, как к кому обращаться, но стараюсь быть просто чуткой и не разбрасываться словами. — Прошу слова у вас доброго и совета полезного. Расскажите о гостях ваших. Добра ли желают или худого задумали? Мирные или воинственные?

В ответ в сознание полился хор нехороших ответов.

— Они кровью пахнут. Людей едят и животных.

— Они не умеют сотворять. Только разрушают.

— Недоброе желают скоро совершить.

— Хотят ещё больше убивать.

— Братскую кровь проливать!

— Этой ночью хотят пойти! Землю отобрать. Родичей убивать!

Из любопытства иду дальше. Хочу сама посмотреть. Они расступаются, пропуская меня вперед. Дальше к волчьей стае. По эту сторону я не могу чувствовать постоянный гнев. Лишь вспышки прорываются в астрал и отзываются эхом. Вспышек нет. Ни одной. Какое бы зло ни задумали волколаки, оно не порождено слепой яростью. Слишком спокойно и холодно на этой стороне. Они тщательно спланировали свои действия. Холодной головой и трезвым рассудком.

Ко мне подбирается поближе маленький лесовичок, напоминающий одновременно растение, гриб и животное. Маленькая сущность протягивает к моему лицу своё подобие руки и перед глазами проносятся вспышки.

Зависть. Холодная и липкая. Она окутывает прибывшего в эти места волколака. Он долго наблюдал за общиной внизу. Желал того, что имеют они. Процветание. Потомство. Территорию. Женщин…

Я не успеваю ничего понять. Лишь ощущаю внимание к своей персоне. Не от духа. Мне кажется, что в мою сторону потянулся кто-то из стаи. В этот же момент канат резко натягивается, и меня бросает рывком в сторону тела.

✠✠✠

— Ай! — схватилась за виски Чарли. — Это даже не было нападением!

— Ага, а мои ритуалы с заговорами просто не так поняли! — язвительно отозвалась Яна, помогая шаманке встать с пледа, пока Макс споро собирал все ритуальные предметы в её сумку.

Поднявшаяся на ноги Чарли быстро оценила ситуацию и принялась помогать чернокнижнику, пока ведьма проверяла на своих кристаллах, не привела ли эта прогулка по лесу хвост. Голубые глаза напряженно всматривались в неровные грани. Однако неровные слои не показывали ничего пугающего, и ведьма облегчённо выдохнула. В поселение они вернулись одновременно с монахами.

Лао неодобрительно покосился на троицу, но только пальцем погрозил. На хуторе их ожидали Леонид с женой на ужин. Семья Вороных со стариками и детьми пригласили агентов за свой стол и терпеливо ждали, пока агенты поужинают и начнут говорить.

Чарли, Лао и Макс говорили по очереди, дополняя друг друга. Считывание энергий, демон Лапласа и опрос лесных духов совместно нарисовали не слишком привлекательную картину событий. Совсем недалеко от хутора на возвышении скрывается многочисленная группа волколаков-одиночек, объединённых идеей отобрать у хуторян всё, что те имеют. Их лидер, движимый завистью к процветанию и мирному существованию рядом с людьми, решил построить собственное видение будущего для всего хутора.

Убивать скот. Отпугивать одиночными набегами на людей всех соседей, которые могли бы прийти на помощь, а людоедством намекнуть, что торговаться с хуторянами дело опасное. И одной из ночей напасть на хутор. Убить мужчин, стариков и детей, оставив в живых только женщин. Ничего личного, только собственный комфорт. Для исполнения этого плана он набрал только таких же скитающихся одиночек и убедил следовать за ним. Но, что хуже всего, прибытие агентов, подстегнуло стаю начать действовать как можно скорее. Этой ночью они нападут!

Для вспыльчивого волколака, от которого все ожидали мгновенного приступа ярости, если не превращения в зверя с места, Леонид отреагировал даже слишком спокойно. В первую секунду в нём всколыхнулась небывалая волна ярости, однако хватило одного прикосновения супруги к его плечу, и глава общины умерил свой пыл.

— Итак, времени у нас остаётся немного! — подытожил он. — Едва ли у нас получится сбежать на безопасное расстояние, даже если побежим прямо сейчас. Наш хутор уязвим. Много стариков, едва ли способных обращаться в зверя, много детей и не все женщины сейчас в состоянии быстро перемещаться.

— У нас буханка«Буханка» — УАЗ, семейство советских и российских полноприводных малотоннажных грузо-пассажирских автомобилей повышенной проходимости, производящихся на Ульяновском автомобильном заводе.… — неуверенно пробормотал Анжей.

— Она всех не уместит, — покачал головой Лао, — как только кто-то попытается сбежать, на хутор нападут. Сколько среди вас бойцов, способных отбиваться?

Чарли с Яной переводили взгляд с одного на другого. В воздухе пахло тревогой. Шаманка непроизвольно схватила ведьму за руку. На мгновение она испугалась, что Марьяна неправильно её поймёт или воспримет жест слишком грубым и вырвется, однако тонкие пальцы ведьмы с тем же испугом стиснули её ладонь.

— Немного. Большая часть старики, женщины и дети.

— Значит, в тот момент, когда женщины, дети и старики отправятся в укрытие, все мужчины должны быть готовы принять на себя удар! — кивнул Лао.

Мужская половина перешла от слов к действиям, отправив девушек под крылышко Кати. Жена Леонида совершенно спокойно воспринимала надвигающуюся угрозу и вместе со стариками, собирала вместе всех, кто должен держаться подальше от столкновения гневных зверолюдей. Чарли и Яна помогали по мере сил, но больше чувствовали себя балластом. Хуторянам явно не впервой было держать оборону и скрываться.

Оставив попытки помочь, девушки отправились к буханке и, попивая из термоса ведьмин чай, они думали о своей возможной полезности в непростом деле.

— Лао попытается отправить нас подальше от этого места! — уверенно заявила Марьяна. — Он не станет рисковать тобой.

— К этому всё и идёт, — кивнула Чарли, — нас уже приставили к женщинам хутора.

— Я не об этом. Он точно найдёт способ убрать нас с линии огня как можно дальше и чтобы наверняка. Думаю, будь его воля, дал пинка до самолета в Новосибирск. Мы свою часть работы сделали, информацию нашли. Дальше мальчики будут сами разбираться.

«Это, конечно, верно… — задумалась шаманка, — но я не согласна с такой постановкой вопроса!»

— А что если я и дальше хочу быть полезной? — с вызовом спросила она, отхлебнув чай. — В лесу спит несколько леших, если их растолкать и убедить отправиться на помощь, то шансов выстоять будет больше!

— Лешие своенравные. Чтобы убедить их вступиться, тебе придётся оставаться в лесу, пока всё не закончится, а они ещё и отказаться могут! — покачала головой Яна. — Нет, Лао не согласится!

— Блин!

— Оладушек! — отозвался появившийся Ли-Тао. — Девочки-красавицы, мы отправляем всех к старой мельнице. Постройка каменная, крепкая! Появление всяких волколаков точно выдержит!

— Ха, и Лао не отправит нас в аэропорт прямым буханочным рейсом? — скептически усмехнулась ведьма, но послушно встала и трое пошли в сторону мельницы.

— Был такой план, — согласился младший монах, — но мы приняли решение увести часть вражеской стаи приманив на буханку. Лёха и несколько волчьих ребят неплохо умеют стрелять по движущимся мишеням. Есть вопросы?

— Да, болтун, который находка для шпиона, — хмыкнула Чарли, — давай напоследок колись, почему Лао у нас мистер Уэйн?

— Его особняк это тайная база нас, героев, которых этот мир не просил, но очень в них нуждался! — спокойно начал раскрывать все тайны лидера Ли-Тао. — Ну а ещё при определённом богатстве и родословной как у Уэйнов, наш Лао Шин примерно в стиле Брюса лишился родителей!

После его слов воцарилось тяжёлое молчание. От внезапной истины, ещё и поданной с такой вопиющей пренебрежительностью к чужой трагедии, хотелось как минимум объявить Ли-Тао молчаливый бойкот.

— Знаешь, болтушка шпионская китайская, — скептически на него посмотрела Яна, нарушая молчание, — лучше эту часть навсегда сотри из своей памяти, чтобы снова не вякнуть. Если сам не сможешь, то я помогу!

✠✠✠

Сумерки сменились полноценной ночью, когда из леса раздался тяжёлый заунывный вой. Его можно было по незнанию принять за волчий, но только первые секунды, а затем противоестественный ужас пробирался вдоль хребта, даруя осознание, что хищником является кто-то посерьёзнее. Чарли и Яна вздрогнули, сидя на специально принесённых сидушках за каменными стенами мельницы, а хуторяне оставались спокойными. Вой никого не застал врасплох. Только женщины позволяли себе переживать за своих мужчин.

«Блин. Дурацкий камень! Из землянки я бы хоть как-то дотянулась до леса!» — с досадой думала Чарли.

Со стороны хутора донёсся устрашающий вой. Громче, чем из леса, но даже в мельнице прекрасно слышалось, что наступающих значительно больше, чем обороняющихся. Повторялась ситуация с особняком, который штурмовали упыри. Хотелось что-то делать. В прошлый раз она сумела стать наблюдателем, пока Рая и Павлик её не отвлекли, но сейчас проблема была куда серьёзнее. Упырям приказали уничтожить ровно одного человека, остальных только пугать, но волколаки будут рвать на части всех.

Протяжный вой сменился коротким рыком. Сквозь толстые каменные стены и небольшие решетчатые оконца девушки слышали звуки борьбы и предсмертный визг умирающих волков. Оставалось надеяться, что умирали «чужие», а не «свои». Где-то вдали слышался крик Анжея. Инквизитор, наученный мясником Вальдемаром, чувствовал себя в бою как рыба в воде. Чарли изо всех сил желала, чтобы и в этот раз он вышел из воды сухим.

«А ведь Вальдемар именно здесь был бы более чем к месту!»

И всё же сидеть на месте не получалось. В голове свербило что-то незнакомое и зловредное. Представления возможного будущего. Печального будущего, в котором кто-то из агентов не вернулся живым. В котором и львиная доля хуторян полегла. Глаза Кати и её скорбная фигура над погибшим мужем. А позади всей вороньей пирушки на поле боя она, Чарли. Шаманка, которая могла повлиять на ход битвы, могла внести ощутимый вклад, но предпочла отсиживаться в стенах. Теперь ей возвращаться в новосибирский филиал с этим грузом на плечах и пытаться дальше с этим жить.

«Да ну это всё к чёрту!» — возмущённо отогнала она от глаз неприятное видение и внимательно присмотрелась к нижнему оконцу.

Из-за постепенного оседания старинной мельницы в почву, нижние окошки располагались совсем низко. Почти у самой земли. Если падать, то не больше метра. Хорошо, если забыть о старых ржавых решётках.

«Сюда бы Лао, он запросто крошил металл наложением рук!» — бессильно выдохнула шаманка, проверяя решётки на прочность.

Несмотря на непривлекательный вид, они вполне могли выдержать пушечный залп. Что уж говорить о только ставящей удар девушке.

— Ян, — потрясла она за плечо подругу и зашептала, — помоги! У тебя должно быть какое-нибудь заклинание, чтобы крошить решётки! Скажи, что есть!

Ведьма коротко глянула на оконце, других женщин и Чарли.

— С ума сошла?! — зашептала она в ответ. — И не думай…

— Не могу не думать! А потом думать буду ещё больше! Лучше я буду сожалеть о бездействии, чем…

— Ради кого ты туда бежишь? — вдруг серьёзно спросила Марьяна. — Ты шаман и знаешь всё о судьбе, о предназначенном, о естественном шаге — смерти, так зачем рвёшься туда? Ты же нейтрально относишься ко всем!

Последние слова ударили пощёчиной. Её собственные слова. Собственное равнодушие. Ведь именно это она сказала Анастасии. Именно так отзывалась обо всём происходящем Яне. Своей она уже успела стать. После смерти коллег агентство от неё не откажется. Её также будут принимать всерьёз. Возможно, что под своё крыло заберёт Весемир. Тогда зачем рисковать?

«Потому что мне не всё равно!»

— Я уже не могу по-другому! — уверенно ответила она. — Нейтралитета больше нет! Помоги. Пожалуйста, помоги!

Яна с тревогой смотрела на Чарли, будто пыталась высмотреть в её лице ответы. Голубые глаза всматривались в зелёные, но всё никак не находили то, чего искали. С каждой секундой ведьма терялась всё больше, пока наконец не кивнула, сдаваясь.

— Там сзади окно незаметное, выскочишь и бегом в кусты… — прошептала она и с мольбой в глазах добавила, — ты готова просто так жизнью рисковать?

— Это не просто так! Это… важно. Не знаю как объяснить!

Как ни странно, но именно последние сумбурные слова убедили Яну, что дело серьёзное. Решётка после нескольких правильно составленных заговоров раскрошилась в мел. Пожав ведьме руку на прощание, Чарли убедилась, что бубен надёжно закреплён на поясе и выползла в оконце.

На небе ярко сияла луна, освещая холодным светом хутор. Других источников освещения не наблюдалось. Домики чернели мраком, а на проглядываемой части полей творилось пугающее зрелище. Даже со стороны мельницы шаманка прекрасно видела, движущиеся друг на друга тени. С рычанием они набрасывались друг на друга. Лунный свет на мгновение отражался на острых как бритва когтях, когда они замахивались для очередного удара. Невозможно было понять, кто в этом пугающем танце смерти на чьей стороне. Но подходить ближе решительно не хотелось.

К счастью, лесная опушка находилась совсем рядом. Стараясь пригибаться к земле, Чарли быстрым ползком добралась до первых кустов и побежала дальше в лес. Чем глубже в чащу, тем проще вызвать леших. Сухой треск веток и сучьев под ногами оглушал. Казалось, кроме него и сердца, бьющегося где-то у горла, ничего больше не существует. Но последовавший спустя мгновение звук заставил сердце сбежать в пятки.

Что-то быстрое, тяжёлое и низко рычащее мчалось за ней. Сомнений, что это кто-то из волколаков, не было. Как и надежды, что она сможет убежать. Она едва успела нырнуть в небольшую ямку под корнями большого дерева, которую чудом заметила на бегу.

Голова больно ударилась о твёрдую землю норки под корнями. Гул всё ещё нарастал в ушах, когда когтистая лапа ударила по корням, в недвусмысленной попытке выцарапать девушку из её укрытия. От каждого свистящего в воздухе взмаха сердце замирало от ужаса. В таком положении лешего не вызвать, свои бы кости унести подальше от угрозы.

С каждым новым ударом, Чарли отчаяннее вжималась в самую дальнюю часть норки, понимая безысходность ситуации. В этот раз неудачная авантюра обещала стать последней, а животный ужас не позволял думать. Даже рядом с анку́ было совсем не так страшно. Корни трещали, ломались словно сахар, и открывали волколаку спрятавшуюся шаманку. Когда защита пала, она сжалась в комочек, в надежде стать меньше и незаметнее. Привычное состояние опоссума не торопилось прийти на помощь и отключить все ощущения. Напротив, страх ядом полз по венам, отравляя весь организм.

Она его даже не видела. Чёрная тень загораживала луну и звёзды. Но каждое его движение и вздох она ощущала своим позвоночником. С рычанием тень рванулась к шаманке за мгновение до того, как оказалась сбита куда-то в сторону. Чарли едва заставила себя выдохнуть. Но зверя не было. Как в старом фокусе: вот он есть — вот его нет. А шок не позволяет шевельнуться. Чтобы высунуться из ямки и понять, что происходит, потребовалось какое-то время. Однако звуки яростной борьбы, злобный рык и жалобный визг намекали, что кто-то пришёл на помощь Чарли.

Нерешительно она выползла из ямки и увидела, как при свете луны два огромных волколака безжалостно рвут друг друга на части. Со свистом воздух рассекали когти, чтобы впиться в мохнатую шкуру, метя в глаза или горло. От тяжёлых ударов слышался треск костей, а рёв становился только громче и яростнее. Оба волка казались равными противниками, но, что хуже, Чарли понятия не имела, за кого из них болеть. В ночной тьме они выглядели абсолютно одинаково.

Волки постоянно смещались, пресекая даже саму мысль о побеге в чащу леса. Единственным безопасным местом всё ещё оставалось большое дерево и развороченная норка под ним. За неё, как за трофей, боролись звери, пуская в ход когти и зубы. При равенстве сил Чарли ещё могла позволить себе мысли о возможном побеге, однако когда один волк повалил на лопатки другого, вновь испуганно прижалась к шершавой коре дерева. Сейчас. Или она пойдёт на корм волну или…

«А что если ссора произошла из-за того, что второй сам хотел меня съесть?» — проскочила паническая мысль.

Тем временем поваленный на спину волколак неожиданно вывернулся из мёртвой хватки и с пронзительным хрустом сжал зубы на открывшемся горле противника. Рёв последнего мгновенно захлебнулся в булькающем клокотании. Мощные лапы в бессильной ярости били по земле, вырывая комья размером с голову шаманки. Из последних сил он пытался вырваться или огрызнуться, но зубы противника, лишь сильнее смыкались. Земля вокруг двух бьющихся волков отливала краснотой в свете луны.

Решив, не разбираться, кто побеждает, Чарли бросилась наутёк. План вызвать лешего и закончить вот такие массовые бои без правил до самой смерти оставался в силе. За спиной она услышала страшный влажный хруст, после которого что-то тяжёлое грузно скатилось на землю. Времени не оставалось и шаманка припустила изо всех сил, молясь на бегу, чтобы не споткнуться. Рык за спиной догнал её через какие-то жалкие секунды. На этот раз деревьев с норками под корнями рядом не оказалось. В один прыжок волколак с окровавленной мордой оказался на её пути, отрезав от попыток бегства. Шаманка замерла на месте, едва успев остановиться на расстоянии от зверя, чтобы не попасть сразу в его лапы.

Волк сделал шаг к замершей на месте девушке, панически прикидывающей свои шансы на выживание. От волчьей морды невыносимо несло мокрой псиной и железом. На манер собаки волколак быстро обнюхал Чарли, задержавшись чуть дольше на волосах, и умерил свой рык. На контрасте звуков шаманке показалось, что она оглохла.

«Так что, свой победил?» — не веря своему счастью, подумала она.

— Мне нужно вызвать лешего! — громко и раздельно произнесла Чарли, надеясь, что человек внутри волка её поймёт.

Секунду или две он смотрел на неё поблёскивающими в лунном свете глазами и отчётливо кивнул. До озера, по расчётам шаманки, оставалось совсем недалеко. Она сорвалась с места и под охраной внезапного союзника помчалась к месту встречи с лешими. Они почти добежали, когда удача снова решила испытать маленькую шаманку на прочность. Из-за деревьев послышался вой, который точно не мог принадлежать «своим». Хуторяне не покинут своих и останутся охранять мельницу, не променяют женщин и детей на бег по лесу.

Волколак был того же мнения. Мгновенно сбив Чарли с ног, он сгрёб шаманку лапой себе под брюхо, словно своего детёныша. Сидение под грудью огрызающегося волка нельзя было назвать даже относительно комфортным процессом, но даже этой нестабильной безопасной зоны стало достаточно, чтобы шаманка смогла выровнять дыхание и выйти в камлание наяву.

Физическое тело осторожно движется вместе с волком. Отсюда он чувствуется как-то знакомо. Странное ощущение, возможно, я найду на него ответ. Но сейчас важнее всего пробудить всех лесных духов. Я смогла это сделать перед сектантами, готовящимися меня убить и сжечь. Смогу и сейчас.

Полностью успокаиваю мысли. Никаких рывков. Настойчиво тянусь к каждому духу леса. Лешие, лесовички, те, у кого нет имён… все, кто сможет меня услышать. Всё дальше и дальше. Этот лес невероятно живой, пропитан теплом и жизнью. Их много. Нужно докричаться до всех. Я неспешно строю свою паутинку. Тонкие незаметные связи, соединяющие нас в один организм. Дальше и дальше, паутинка растёт, собирает всех, будит спящих и созывает слушать.

Когда расти становится уже некуда, удерживаю на себе всю эту единую сеть, как воплощение верховного разума. В этот раз не получится звать на помощь себе. Моё тело в безопасности. Просить нужно за других. Я передаю по паутинке собранные в голове образы. Хуторяне. Дети, старики, женщины и мужчины. Честные труженики, живущие в гармонии с природой. И завистливые волколаки-одиночки, желающие им навредить. Убивающие скот и людей. Старательно передаю, что из-за таких волков леса вырубают и сжигают. Агрессоры враги всем. Их нужно остановить. Натягиваю на себя паутинку и из последних сил выбрасываю клич о помощи.

Паутинка разрывается. На физическое тело кто-то нападает, вынуждая срочно вернуться.

✠✠✠

Чарли открыла глаза за мгновение до того, как чья-то когтистая лапа попыталась выбить её из-под брюха волколака-защитника. Уроки с Лао наконец дали свои плоды. Шаманка быстро сгруппировалась и увернулась на волосок от удара. Над собой она ощущала очередной раунд боёв без правил в волчьем весе. Защитнику приходилось очень туго. Из-за невозможности уворачиваться от ударов и занимать более выгодную позицию, он раз за разом попадал под удар, чтобы закрыть девушку под собой.

Почувствовав, её активные движения, волколак сообразил, что можно менять тактику, и оттолкнув Чарли в сторону, бросился на своих противников. Внезапного удара наотмашь оказалось достаточно, чтобы на время дезориентировать волков. Толкнув, вставшую на ноги Чарли, головой в бок с недвусмысленным намёком, волк прижался к земле. Нетерпеливое подрагивание ушей оборотня подгоняло шаманку сообразить что именно ей предложил защитник, ужаснуться и поспешно подчиниться, пока не стало слишком поздно.

Бегство верхом на волколаке, удирающим от голодной стаи, совсем не напоминала комфортную поездку в седле. Если бы зверолюд не поправлял её положение на своей спине на бегу, она бы свалилась ещё при первом мощном прыжке. Погоня превратилась в жуткую пытку. Только чудом и выносливостью, приобретённой от ежедневных тренировок, ей удавалось удерживаться на спине волколака. Колени то и дело расползались в стороны, нуждаясь в более надёжной опоре, а ступни после первой провальной попытки и не пытались во что-либо упереться. Только руки, намертво стиснувшие волчий загривок казались гарантом стабильности, но на поворотах их было мало, а по прямой от погони уйти невозможно.

К счастью, лес быстро расступился, и они вернулись на распаханные поля хутора. И в этот момент богиня удачи решила щедро компенсировать Чарли все былые переживания. Когда из леса выскочил изрядно побитый сородичами волколак, сразу за ним из тёмной чащи потянулись ожившие корни деревьев. Преследование быстро трусливо разбежалось в стороны, когда у пугающим утробным рыком само воплощение леса встало и пошло против нерадивых волчат.

Несколько трёхметровых сущностей, под одеждами из мха, травы и листьев, пронеслись мимо шаманки, возглавляя небольшой отряд из лесных хищников. Глаза животных светились лунным светом демонстрируя подчинение лесным духам. Даже земля хутора ожила и ополчилась против незваных гостей. Безошибочно определяя, кто «свой», а кто «чужой» небольшое лесное ополчение сменило чаши весов.

«Они пришли! Получилось!» — хотела кричать во всё горло Чарли, пока волколак-защитник осторожно спускал её со своей спины.

Впрочем оборотень не спешил присоединяться ко боевым действиям, продолжая охранять шаманку. Как только ноги девушки коснулись земли, рядом с ней материализовался бледный Лао Шин.

– ЧАРЛИ! – гневно выдохнул он, быстро ощупывая подопечную на наличие ран. – Жива-здорова?

– Да-да, – как болванчик, закивала она, краснея как раз от робости и смущения. Беспокоить наставника совсем не хотелось, а приключения в лесу показали насколько её авантюра оказалась безрассудной. – Я… он спас меня. Я цела!

Чарли указала на потрёпанного волколака, всё это время тяжело дышавшего от всего, что досталось ему после встречи с шаманкой. Раны на нём затягивались даже быстрее, чем на собаке, но сил осталось немного. Монах труды оборотня оценил по достоинству, прикинул, что среди волколаков и лесных духов ему делать нечего, положил ладони на плечо волка и начал врачевать.

Пока Лао шептал известные только ему слова, Чарли трезвым взглядом оценила облик зверолюда. Несмотря на темноту и потрёпанный вид, волколак впервые перед ней появился в таком отчётливом виде. Неподвижный. Любуйся, сколько душе угодно.

Он не был похож на гибрид человека и волка, хотя общие черты просматривались. Мощные волчьи лапы завершались чем-то отдалённо напоминающим человеческие стопы и кисти рук, покрытые мехом и увенчанные длинными когтями. Передними лапами волк мог не только бить, но и хватать на манер человека, что не мешало ему перемещаться на четырёх лапах с огромной скоростью. Но и на двух задних он спокойно стоял, почти касаясь передними земли.

При поддержке леших и лесных духов противостояние завершилось быстро. Захватчикам не дали шанса разбежаться и позже вернуться для реванша. Хозяева защитили свой дом со всей жестокостью, которую требовала ситуация. В вопросе выживания женщин и детей, жалость стала бы смертельной ошибкой. Лесные духи это понимали и не щадили чужаков.

Всё закончилось, когда небо начало светлеть. Волколак, спасший Чарли не спешил возвращаться в человеческий вид, в то время как все хуторяне уже отбросили звериный облик и планировали как будут разбираться с «бардаком» на полях сражений, на которые ещё нужно засеять овёс. С мельницы подтянулись старики, женщины и дети. Последние бросились помогать мужчинам, женщины и старики вернулись в дома, наводить порядок там.

Мужчины хутора приблизились к Лао и Чарли. Намёков набралось достаточно, чтобы можно было догадаться, что не обратившийся в человека волк – чужой.

– Он мне жизнь спас! – предупредительно вытянула руки вперёд Чарли, когда к ним с решительным видом приблизился Леонид.

Лао Шин привычно встал на сторону своей подопечной. Остальная четвёрка агентов напряженно наблюдала за развивающимися событиями. Потрёпанный, словно бродячая собака, Анжей опирался на плечо не менее побитого ночными приключениями Макса. Ли-Тао решил не влезать не в своё дело, а Марьяна опасалась приближаться к волколаку. Глава хутора недовольно смотрел на оборотня, так успешно всю ночь притворяющегося «своим».

– Если бы он меня не защищал, то подмоги вы не дождались! – зашла с козырей шаманка. – Ему сильно досталось…

– И что вы мне предлагаете? – мрачно поинтересовался Леонид. – Понять, простить и отпустить?

– А вы хотите убить? – скрестила руки на груди Чарли, вспоминая как точно также стояла между Вальдемаром и раненым волколаком.

– Мы его заберём, – сухо решил Лао, – далее под нашу ответственность. Идёт такой расклад?

— Тогда уезжайте прямо сейчас! — отрезал Леонид. — Лао Шин, на пару слов!

Чарли растерянно переводила взгляд с одного на другого, когда вмешался Лёха. Водитель с прошлым ФСБ-шника окинул оценивающим взглядом зажившего волка и жестами с добрым русским матом указал, куда мохнатому следует двигаться. Парням он дал знак, чтобы помогли, а вот девушек остановил, пояснив с кривой улыбкой, что зрелище не для тонкой девичьей натуры. Пока шаманка пыталась понять, что именно должно её шокировать по мнению водителя — перевоплощение в человека или возможный голый мужик, Яна под руку увела её в домик, где агентам следовало обитать на время расследования.

— Тебе переодеться надо, хрюша, — насмешливо пояснила она, подпинывая Чарли в сторону санузла, — хорошо, что тут проведены базовые условия нормальной жизни. Давай, мойся, я подтащу тебе что-нибудь их своей одежды!

— А с моей что будем делать? — окинула себя шаманка оценивающим взглядом в зеркало.

— А сама как думаешь?

Она выглядела так будто только что эволюционировала из крота-звездорыла в человека. Вся в земле, сучьях, обломанных ветках и оторванных листьях. Пальто, чей путь отныне складывался сугубо до ближайшей помойки, нацепляло колючек и различных иголок. Туристические ботинки пострадали меньше всего. После хорошей чистки обещали служить годами, а остальная одежда порвалась и запачкалась так, что даже бездомные ей бы побрезговали.

— На помойку! — выдохнула Чарли, проверяя бубен.

Шаманский артефакт демонстрировал высокую устойчивость к любым лесным передрягам и выглядел не в пример лучше своей хозяйки и её одежды вместе взятых. Ни грязи, ни царапин, ни колючек.

«Вот и не верь после этого в магию!» — думала она, пока настраивала температуру воды в душе.

Чуть позже, частично просохшая в тёплых вещах Яны, включающих неизменную юбку, будто ведьма совершенно не признавала существование женских брюк, Чарли вышла на улицу. Солнце окончательно встало и меланхолично освещало багровые поля хутора, не торопясь пригревать. У буханки девушек поджидали Лёха, лишившийся своей куртки, заклеенные пластырями поверх рисунка зелёнкой Макс и Анжей и сияющий Ли-Тао. Монах, утратил свой ядерно-оранжевый свитер, под которым обнаружилась не менее яркая футболка цвета апельсина. Счастливый вид младшего неугомонного агента недвусмысленно намекал на несчастную жертву его говорильни, которая не смогла от него сбежать.

Чарли уже хотела поинтересоваться, что творится в Датском королевстве и куда они спрятали серого волка, как все аппараты разом ожили и на сцену вновь вышел заслуженный радио ведущий всея Ордена.

— Доброго времени суток, мои дорогие и ненаглядные! С вами я, ваш единственный и неповторимый Весемир! А я к вам с новостями! Итак, миграция демонической активности дошла до Аляски, забавный городок Ном попал под раздачу вражьей стаи. На место уже выдвинулись наши бравые чернокнижники из Африки. С ними в помощь отправились Иван Фролов и его новый ученик Юрий, пока ещё не прошедший обучение Ватиканом, но подающий большие надежды! Вы не поверите, дамы и господа, Юрий не только не католик, он из нео-язычников и всей своей экзорцистской душой верит в Перуна! И… демонов это совершенно не спасает. Именем славянского, или какой он там, громовержца, демоньё в ужасе бежит от Юрика, а мы удивляемся, какие самородки порой попадаются на нашем пути!

«Экзорцист-язычник! Наша планета сошла с ума!» — усмехнулась Чарли, внимательно вслушиваясь в слова шамана.

— В Москве не заканчиваются заседания, но сделаны послабления для агентов Новосибирска и демонических изгонятелей, — продолжал он тем временем, — наши коллеги из некрайнего Севера, только что успешно завязали знакомство с хуторянами Краснодарского края, а по совместительству волколаков. Волколюди пообещали Ордену после расследования всяческую поддержку верность, любовь и прочие привилегии. Хе-хе, какая расчетливая помощь, Лао, у тебя евреев в роду не затесалось? Дело этим утром объявлено раскрытым, а Новосибская команда пополнилась очередным малоимущим льготником. А ещё, волчок серенький бочок, держите своё внимание подальше от нашей шаманки, я с ней первый познакомился!

— Мечтай! — хмыкнула Марьяна.

— А с вами был я, ваш самый ненаглядный шаман в мире, Весемир! Одевайтесь теплее, на улице декабрь!

Передача завершилась к моменту возвращения Лао Шина к буханке. Монах не выглядел напряжённым или встревоженным. Дело раскрылось всего за одну ночь.

— Ну так вы покажете нам этого льготника или нет? — не выдержала Яна, пристально разглядывая мужчин.

Монах опомнился, жестом указал всей группе собраться со стороны руля и гордо провозгласил:

— Группа, я представляю вам нашего нового агента, пока на испытательном сроке и в звании стажера. Прошу если не любить, то хотя бы принимать, и не жаловаться, Матвей… пусть будет Волков.

Со стороны кузова скромно вышел жилистый мужчина почти под два метра ростом, со следами хронического недоедания на лице. После возвращения в человеческую форму, он был одарен запасными брюками Лао, свитером Ли-Тао и курткой Лёхи. Босоногий, из-за отсутствия запасной обуви у кого-либо из мужчин. Спутанные криво обрезанные волосы и ссутулившиеся плечи внушали мысли о долгом одиноком странствии волколака вдали от цивилизации. Несмотря на сидящего внутри сильного волка, в человеческой форме Матвей побаивался реакции агентов на него.

— Собственно, — продолжил монах, — это не первая наша встреча. За исключением Лёхи и Яны, все присутствующие видели нашего Матвея в Пупково, когда расследовали дело о бойне скота.

Чарли круглыми от удивления глазами безмолвно смотрела то на волколака, то на монаха. Долго копаться в памяти не требовалось. Всё это дело стало одним большим напоминанием. «Работой над ошибками» — как они окрестили прошлый день. Чернокнижник не повторил ошибку с демоном, Анжей сумел избежать неприятной встречи с лешим, Ли-Тао надоедал местным сугубо с разрешения начальства, а Чарли пожинала плоды своей доброты.

«Поздравляю, доходяга, теперь он везде тебя узнает. Жди в гости с благодарностью!» — вспомнила она слова Вальдемара.

Чарли с удивлением оценивала успех того порыва. Ни в тот момент, ни после она не могла себе объяснить, почему рванулась наперерез боевому инквизитору и встала между ним и волколаком, способным убить её одним ударом когтистой лапы. Но Она не только встала, но и не ушла, когда он того потребовал. Позади ужас, спереди паника, а Чарли не дрогнула. И теперь перед ними явился этот Матвей, настороженно и с благодарностью поглядывающий на группу агентов. Дольше всех он рассматривал шаманку. Слова Весемира обрели дополнительный смысл

Отчет по делу № 0310341

Группа в составе:монах Лао Шин

монах Ли-Тао

чернокнижник Максимилиан Радомиров

инквизитор Анжей Курвин

ведьма Марьяна Укошинашаманка Чарли

прибыла в хутор Черников Краснодарского края для расследования систематического уничтожения крупнорогатого скота хуторян. По прибытию в хутор, информация о жителях подверглась корректировке. Все хуторяне являются Иными, вид — оборотень, класс — волколак. В процессе расследования вычислена группа волколаков-одиночек, в процессе планомерного уничтожения хуторян с целью забрать себе все ресурсы, включая женщин. При поддержке агентов, а также леших, лесных духов и одного из волкодавов-перебезчиков, хуторяне не понесли потерь. Жители хутора Черников со слов Вороного Л.К. обязуется оказывать всяческую поддержку Агентству. В ходе выполнения дела рекрутирован и принят в новосибирский филиал агент-стажёр Матвей Волков. Иной, вид — оборотень, класс — волколак.

Дело закрыто

3. Дело женщины в белом ч.1

Внезапное пополнение команды прибавило мороки, Яна и Макс относились к нестабильной сущности оборотня с тревогой, Ли-Тао самостоятельно и беспардонно записался к нему в лучшие друзья, а потом присоединил к их «мужской троице» ещё и сопротивляющегося Анжея. И это только по пути в аэропорт. Каким чудом, Лао с Лёхой смогли выправить для Матвея хоть какие-то документы, чтобы волколака пустили в самолёт, осталось загадкой. Возвращение в Новосибирск прошло без осложнений. Взлёт, очередные работы по заочке, отвращение к процессу обучения, в основном к матану, и посадка.

В Москве не прекращался разбор всего архива с целью понять, что вообще происходит, как Влад умудрился выжить и что именно он задумал. Марк обещал, что со дня на день поиск всех виноватых завершится, в Новосибирск приедет Игорь, а работа продолжится в нормальном режиме. Но вместе с тем, мистик отправил ворох потенциальных дел, с которыми требовалось разобраться.

Матвей стал для Лао дополнительной головной болью. Оборотню требовались нормальные документы, медицинский осмотр и серия посещений психотерапевта. После дикой жизни, трудно было с ходу определить, насколько их рекрут человечен и рационален. Впрочем, волколак вёл себя тихо и не стремился доставлять проблем. Казалось, он действительно настроен на возвращение в человеческое общество. Даже такое нестандартное.

На этот раз Чарли была уверена на все сто, что наставник её накажет за самоволку, однако Лао Шин оставался совершенно спокойным до самого Новосибирска. По приезду он объявил подопечной, что вечером будет тренировка. Сам наставник отправился с Лёхой и Матвеем, чтобы окончательно прописать последнего в новом месте работы и проживания. Опасный и живучий как таракан волколак оказался тихим и немногословным.

В назначенный час шаманка в спортивной форме честно выложилась по полной программе в зале, а нагрузки Лао давал повышенные. Однако чувство вины и тонизирующий чай помогли преодолеть все задания почти с блеском. Когда тренировка должна была закончиться, наставник внезапно загнал подопечную на гимнастическое бревно.

— Последнее упражнение на сегодня, — пояснил он, — вставай в позу дерева.

Взмокшая после тренировки шаманка с усилием заставила тело не дрожать и осторожно подняла левую ногу, принимая требуемую позу.

— Теперь так стой молча, пока я не скажу заканчивать, и идти в душ, — спокойно продолжал монах, ни один мускул лица которого не дрогнул. — Очень хорошее упражнение. Помогает достигнуть душевного равновесия, контроля над собственным телом и умственного развития.

Чарли с подозрением покосилась на него, но перечить не решилась. В голову начали закрадываться подозрения. Монах тем временем спокойно отмерял шагами зал, оставаясь у неё перед глазами.

— А пока стоишь, подумай как следует над своим поведением!

«Блин! Так и знала, что он на меня сердится!»

— И нет, я на тебя не сержусь! — будто читая её мысли, продолжил Лао. — На твоём месте я бы поступил точно также, но сначала согласовал бы все свои действия с наставником. И тебе пора бы научиться этому — слушать наставника, доверять наставнику, идти на диалог с наставником! Ты очень талантливая шаманка, но если не будешь работать в команде, то долго не проживёшь!

Нога стала свинцово тяжёлой. Не слишком простое упражнение переходило в маленькую пытку. Наказание из тайного стало явным.

— Кстати, это не наказание. Ногу выше! — приказал наставник, снова читая все её вопросы на подлёте. — Вы с Матвеем в этом похожи. Два диких зверька. Но если он осознаёт своё состояние и старается идти на контакт всеми доступными способами, то ты, Чарли, активно стремишься закрыться ото всех. Молча переждать все приказы и поступить по-своему, вместо того, чтобы открыто обсудить возможную иную стратегию! Ты не только сама идёшь вразрез моим приказам, но и остальных за собой тянешь! Случай с Батори дал тебе ложную уверенность, что так можно? Следи за руками, подними выше!

Чарли негодующе пыхтела. Что поделать, слова летели в цель и ей действительно было проще сразу пойти против приказа, а во время наказания отключиться в состояние опоссума и переждать все бури. Но в позе дерева отключиться от слов наставника не выходило.

— Одна случайная удача — это исключение, подтверждающее правило! Выходить в лес без разрешения и при свете дня было опасно. Мне бы тогда преподать тебе урок, но время не позволило. Думаешь, я не учёл возможную подмогу леших? Нет, мой юный падаван, я прекрасно знал об этой возможности. Как и о том, что шаманов волколаки прекрасно чувствуют на больших расстояниях и до леса ты живой не добежишь! Учти, что удача — это очень коварная тётя. Сначала она тебя разбалует, а потом ты совершишь фатальную ошибку и очень глупо погибнешь!

«А как же победители, которых не судят?» — обиженно сверлила его взглядом Чарли, едва удерживая руки и ногу в одном положении.

Монах за один вечер внезапно превратился в удивительно проницательного и сурового наставника, ничуть не щадящего свою подопечную. А может всегда таким был и беспечная шаманка всего лишь исчерпала пределы его терпения.

— Победителей всегда судят, Чарли, — припечатал он, третий раз безошибочно подмечая невысказанный вопрос. — Всегда! Потому что проигравших хоронят. Если не хочешь в юном возрасте оказаться в гробу под землёй, то каждое своё действие согласовывай со мной! Всё понятно? Доверие!

Чарли бросила на него короткий взгляд, тяжело выдохнула и кивнула, тщательно изображая раскаяние.

— Теперь будешь думать и советоваться со мной перед тем как снова сделать что-то безрассудное?

Она снова кивнула, стараясь вложить в этот кивок ещё немного покаяния.

— Отлично, — дружелюбно улыбнулся Лао. — Тогда стой так и осознавай всё произнесённое. Через полчаса я вернусь и отпущу тебя! Не скучай!

С последними словами он развернулся и вышел из спортивного зала, оставив Чарли молча возмущаться. Этот метод «серьёзного разговора» оказался самым суровым из всех. От свинцовых конечностей хотелось сбежать, предварительно откусив все лишние части. После тренировки мышцы тела ныли, требуя расслабления. Полчаса обещали растянуться на целую вечность.

«Блин!» — фыркнула Чарли, понимая, что кроме себя, ей винить некого.

Рисковать жизнью на глазах у наставника и не получать за это по шее — вещи несовместимые. Особенно с таким как Лао.

Будто этого было недостаточно, в спортивный зал, громко каркая, влетел грач. Чарли даже не сомневалась, что Весемир явился или поддержать, или позлорадствовать, или всего понемногу. Нахальная птица приземлилась прямо ей на голову и совершенно не смущаясь, пригнездилась на рыжем темечке.

— Ну что, Ёжик, получаем а-та-та? — хмыкнул Весемир. — А вот нечего было собой рисковать!

«Весемир, блин, вот только тебя не хватало!» — сердито подумала шаманка, но не рискнула нарушать приказ о молчании.

— Меня всегда не хватает! — гордо ответил грач и, предупреждая все вопросы, ответил: — Да, мы с тобой можем общаться мысленно. В некотором роде, мы и до этого так общались. У животных и людей органы воспроизведения звука, знаешь ли, разные!

«Разн… значит всё, что ты говоришь, на самом деле не говоришь, а передаёшь в мой разум?»

— В разум всех, с кем захочу говорить, если быть точным! — закивал шаман. — Поэтому могу общаться одновременно с толпой. Этому несложно научиться после того, как уже полазил по тушкам животных. Когда ты в теле животного, восприятие остаётся частично на уровне шаманского тела и разные Иные плюшки остаются. С радиовещанием вообще магия! Достаточно поймать необходимую резонансную частоту, и никто от меня не спасётся!

Шаман-грач залился подлинным злодейским смехом, настолько правильно поставленным, что некоторые злодеи из фильмов и мультфильмов пожелали бы взять у Весемира уроки. Чарли лишь закатила глаза, едва не потеряв из-за этого равновесие, и вновь через силу подняла конечности на нужную высоту. Задание Лао никто не отменял.

— Хотела плыть против течения, а, Ёжик? — продолжил поддевать её грач.

«Лао приказал сидеть на мельнице и ничего не делать, а я могла позвать леших. И позвала! Да, может я поплыла против течения, но…»

— При этом только чудом не убилась! — хмыкнул он. — А ты думала, что было бы в случае твоей смерти?

Чарли промолчала. Чего зря повторять, что не подумала она о возможной угрозе и летела вперёд, окрылённая возможностью быть нужной и важной?

— Итак, вражеские оборотни разрывают на части шаманку, — тем временем начал Весемир, — Лао это чувствует и начинает пропускать удары из-за эмоциональной вовлечённости, о какие я слова красивые знаю! Затем твою смерть чувствуют все волколаки. «Свои» теряют присутствие духа, а «чужие» ещё больше мотивируются на различные поступки. А что в итоге — все агенты мертвы. Яна продержится дольше всех, пока волки попытаются взять её силой с предсказуемым результатом, но и её голову разобьют о каменные стены. Всех стариков на мясо, детей следом. А женщины до конца жизни будут в рабстве у оборотней, регулярно насилуемые с целью получить больше потомства…

«Хватит, я поняла!»

Картинка выложилась отвратительная. Из-за одного выпавшего кирпичика могла разрушиться вся крепость. Уверившись в свою полезность сугубо во время успешных вылазок, Чарли совсем не подумала какой вред может нанести своей смертью.

— Нет-нет, Ёжик, ещё не поняла! А потом эта стая довольно быстро разрослась и попыталась захватить все ближайшие земли, нещадно людоедствуя. Возможно, — жирно подчеркнул он голосом, — наши Москвичи опомнились бы рано или поздно и послали кого-то в подмогу. Но помогло бы это? Плавать против течения легко командой, а в одиночку — чревато последствиями.

«Ты — злобная каркуша! Ты это знаешь?»

— Я голос твоей совести! — ощутимо притопнул на её голове грач.

В перепалках с Весемиром полчаса ощущались не настолько мучительными как должны были. Вернувшийся Лао Шин лишь покачал головой, увидев как на «дереве» пригнездился бесцеремонный грач, но по-честному отпустил пристыженную со всех сторон подопечную. Сказать, что ноющие мышцы напоминали об экзекуции следующие несколько дней, значит не сказать ничего. Урок впечатался в каждую прожилку шаманского тела. Лучше говорить о своих планах сразу, чем получить нагоняй от Лао Шина. А потом ещё и думать о поведении под едкие предсказания Весемира.

На следующее утро, стонущая от последствий наказания Чарли, получила в руки распечатку из московского офиса. Им дали целый один выходной в день возвращения и требовали немедленно выделить группу в особняк с призраками.

— Потрясающе! — саркастически выдохнул Лао, собрав весь филиал в столовой за большим столом. — У нас десяток дел и требование с ними разобраться. Самыми срочными выделяю три штуки.

Матвей скромно кивал в стороне, обзаведясь своим собственным гардеробом. Ли-Тао и Анжей с позволения Лао решили, что с миру по нитки собирать для агента негоже и за вечер сумели обойти необходимый минимум магазинов, чтобы новичок получил по два комплекта всей одежды на различные случаи жизни.

Шокированный таким нахрапистым проявлением щедрости волколак безропотно соглашался на всё, что ему предлагали. В итоге одежду ему ребята подобрали странноватую. Смесь страстной любви Ли-Тао к кричаще-ярким цветам и фанатичная преданность Курвина к милитаристскому стилю внезапно нашла воплощение в последних веяниях молодёжной моды. Но сутулый и тощий волколак выглядел в празднике вырвиглазной функциональности чудаковато. Радовало, что русые волосы всего лишь коротко подстригли, обходясь без экспериментов с длиной и цветом.

— Ещё два дела требуют оформления документов на пересечение границ страны… не будем о грустном, — тем временем продолжил монах. — Одно дело в Екатеринбурге. Одно в Соликамске. Ещё одно о пропаже детей в Змеиногорске.

На стол легли три папки, одну из которых Чарли успела изучить и прекрасно понимала, что её отправят в особняк с призраками, как самого верного парламентёра. А если её, значит Лао Шина. Но требовалось определить, что будет с остальными.

— Попробуем поделиться следующим образом, — заговорил монах, — мы с Чарли и Лёхой отправляемся в Соликамск в особняк призраков. Ли-Тао, Анжей и Матвей едут в Змеиногорск. Автомобиль агентство выдаст, только не лихачить! Наш новенький пока что не слишком выездной, в дальние края его не получится отправить. В Екатеринбург пусть отправляются Самир, Яна и Макс. Там что-то нехорошее. Чую, после завершения наших дел мы ещё подтянемся в Ебург.

— Сколько у нас времени, чтобы подумать и соотнести свои силы с поставленным делом? — сухо поинтересовалась Яна, читая через плечо Радомирова подробности заявки на Екатеринбург.

Тем временем Курвин и Ли-Тао выдергивали друг у друга из рук заявку в Змеиногорск. Матвей спокойно наблюдал за ними, не предпринимая попыток вмешаться.

— До вечера. Сразу после ужина едем в аэропорт. Вылет плюс-минус в одно время, — задумчиво ответил монах, передавая папку с заявкой на Соликамск Чарли для дальнейшего изучения. — Это будет очень жаркая неделька. Прекращаем драться за бумаги, Матвей и Самир ко мне в кабинет!

Когда повар и волколак ушли вслед за монахом, шаманка невольно покачала головой от такой важности. Она не сомневалась, что у наставника свой личный кабинет, но командным тоном на ковёр он ещё никого не вызывал. Незаметно к ней подкралась Яна с термосом тонизирующего чая в руках.

— Я заварила покрепче, не забывай разбавлять его или будет как от ударной дозы кофеина! — с неловкой улыбкой сообщила ведьма. — Его хватит на неделю точно, но, думаю, мы встретимся раньше.

— А что у тебя?

— Трудно сказать. В заявке как всегда много неточностей. Одержимость демонами или духами, а может вообще что-то третье. Пока на месте не окажемся, гадать можно до бесконечности. Поезд-призрак, одним словом. А у тебя?

— Старый восстановленный особняк старинного купеческого рода Алфёровых, построен в самом начале двадцатого века, — начала вспоминать Чарли, изредка заглядывая в папку, — на пустыре. Никаких индейских кладбищ и прочего. Особняк строился прилично по времени. Спустя день после заселения вся семья, слуги и даже случайные гости были убиты таинственным образом. Позже дом был куплен другой семьёй. Купцовы. Не смейся, но тоже относились к купцам, хотя их больше интересовал транспорт. Занимались доставкой в промышленных масштабах. Спустя день после заселения были точно также убиты всей семьёй со слугами, гостями семьи и друзьями.

— Только не говори, что дом и дальше ходил по рукам!

— И да и нет. Его объявили проклятым, сожгли, землю освятил Батюшка местной церкви, и долгое время территория оставалась заброшенной. После всех политических передряг она досталась городу, но не так давно её выкупили, особняк и всю территорию вокруг него восстановили. И на днях туда заселилась семья Казимировых…

— Что, тоже купцы? — хмыкнула ведьма.

— Не исключено. Надо будет с этим покопаться, я уже оставила пометку. Сейчас они владельцы нескольких предприятий в Соликамске. Можно сказать, что по большей части город принадлежит им. Ксения Казимирова найдена мёртвой в своей кровати. С пометкой, что смерть носит противоестественный характер.

— И чего их всех так тянет к особнякам с тёмным прошлым? Могли бы построить новую собственную усадьбу, но нет…

✠✠✠

К вечеру агенты полностью изучили заявки, обсудили за общим столом примерную стратегию всех дальнейших действий и договорились держаться на связи. Самир с Лёхой поменялись местами, когда повар сообщил, кто кое-что о подноготной Соликамска ему известно. По случаю Матвей получил ещё и смартфон с требованием пользоваться им постоянно. Ли-Тао и Анжей беззлобно пошутили относительно привычки некоторых собак закапывать всё ценное, но Матвей шутку не понял и просто пообещал так не делать.

Во время вечерних сборов грач Весемир давал шаманке последние напутствия, порой дословно цитируя книгу Янова, относительно поведения с агрессивными призраками. Несколько раз назвав его наседкой, Чарли всё же безропотно взяла с собой всё, что он требовал. Донести тяжёлый рюкзак до автомобиля внезапно вызвался Матвей, до этого старающийся не проявлять инициативу ни в чём. Сидящий на плече девушки грач очень напряжённо замер.

— Спасибо! — вежливо улыбнулась Чарли уже у автомобиля.

Нахохлившаяся птица не прекращала недовольно смотреть на новенького.

— Тебе спасибо, — неожиданно улыбнулся в ответ Матвей, уверенно расправив плечи. — Если бы ты не вступилась, то меня здесь не было.

В компании шаманки его голос звучал гораздо увереннее, а состояние истощения воспринималось как временное недомогание, под которым просматривался внушительный образ мужчины, не уступающего по силе и храбрости своему волку.

— Ты меня раньше спас, мы не могли тебя просто бросить на произвол судьбы! — нервно начала прокручивала она в пальцах прядь волос, засмущавшись от внимания к своей персоне и благодарности.

— Счёт спасения открыла ты, Чарли, — обратился он к ней по имени, заставив ещё больше смутиться, — когда не позволила вашему инквизитору меня убить. Ты первая, кто вступился за меня просто так. Даже во вред себе. Я всё это время тебя помнил. Твой запах. А когда почувствовал, что ты совсем рядом… ай! Какой он у тебя злой!

С угрожающим шипением грач распушил свои перья, разом став почти в два раза больше, и безжалостно цапнул волколака за пальцы, когда тот фамильярно потянулся к рукам Чарли, теребящим волосы. Громко каркнув, Весемир продемонстрировал, что следующий раз укусит гораздо сильнее.

— А он… — растерялась шаманка. Впервые Весемир не торопился делиться своими мыслями. — Не в духе сегодня. Наверное, ему нужно чуть больше пространства.

— Удачи в Соликамске, — ничуть не смутившись, тепло улыбнулся Матвей и вернулся в здание.

Когда двери офиса за ним закрылись, Чарли повернулась к Весемиру, ощутимо ущипнув его за перья. Грач уже успел успокоиться и вёл себя так, будто ничего не произошло.

— И что это было? — едко спросила она.

— Воспитательный процесс! — фыркнул шаман и возмущённо добавил: — Его только с улицы подобрали, а он уже решил тебя на спину завалить!

— На спину? — не поняла Чарли. — Как на тренировке?

На мгновение грач замер, глядя на шаманку, пытаясь понять, шутит она или нет.

— Ох, ты ж Ёжик мой сибирский! — покачал он головой. — Соблазнить он тебя пытался, в койку затащить, на спаривание уговорить, половой акт с тобой организовать, теперь понятно?

«Блин!»

От осознания такой простой истины стало неловко. Сказывалось отсутствие опыта общения. Анастасия уже спрашивала про её отношения с людьми. Чарли знала, чем пары занимаются в интимной обстановке. В теории. Но прямо в лоб о теме, которую она только в учебнике по биологии проходила, с ней ещё никто не говорил. Или говорил?

«Дважды блин!»

— Что не так, мой наивный Ёжик? — зная, что в филиале Лао Шин раздаёт последние напутственные слова, Весемир не слишком спешил, вальяжно рассевшись на плече шаманки.

— Я не знала, что он на что-то такое намекает, — терпеливо отозвалась она, — на словах всё было вполне…

— А ты не только за словами следи! Опыт тебя научил прятаться от людей, вот ты и смотришь не туда. Надо внимательно следить за жестами, мимикой лица и взглядом человека! А то я разок клювом прощёлкаю, и тебя уже в спальню уволокут!

— А ты чего так переживаешь? — с подозрением покосилась на него шаманка.

— Так я… как… — растерялся грач, но мгновенно нашёлся, — как старший товарищ за тебя беспокоюсь! Это я — опытная птица высокого полёта! А ты маленький воробушек!

От такого количества самолюбования в голосе шамана она расхохоталась.

— От скромности ты точно не умрёшь! А вот когда Курвин что-то говорил про служебный роман и койку, это тоже была попытка соблазнения? Я из-за занятости делом анку́ и меткой смерти, даже не сообразила, что он намекает на что-то…

Веселящийся грач нахмурился и вновь гневно распушил перья. Реакция на приставания к Чарли, по мнению девушки, у него была слишком уж рьяной. Но спрашивать она не решилась, посчитав, что за каждой эмоциональной реакцией может стоять крайне неприятная история из прошлого, которую совсем не хочется поднимать со дна памяти.

На улицу вышли агенты и направились к Чарли. До аэропорта решили ехать вшестером. Самир выглядел немного не в своей тарелке из-за включения его в команду. Несмотря на боевой опыт, с Иными повар обычно не имел общих дел.

— Да, — немного погодя, ответил грач. — Наш пострел к тебе приставал с целью половых отношений! Но не беспокойся, я и ему выскажу своё почтение!

— Покусаешь?

— Отправлю ему вороний подарок прямо на темечко! — хмыкнул Весемир и сорвался с плеча шаманки в полёт.

Под возмущённые вопли Курвина автомобиль поехал в сторону аэропорта. Из архива Чарли припрятала в рукаве маленький путеводитель по домам с призраками авторства эксперта по призракам Янова. В нём описывались различные проявления призраков, привязавшихся к дому. Описанные детали совпадали от места к месту и вызывали беспокойство — в каменных стенах, к которым привязались духи, эти ребята становились практически всесильными и только полное разрушение здания, а порой с сопутствующим уничтожением земли могло их успокоить. С другой стороны Янов отмечал, что чаще всего даже самые разгневанные духи идут на диалог и требования у них не слишком высокие.

Самир водил ничуть не хуже Лёхи. Вёл автомобиль уверенно, а подпевал Королю и Шуту как бог. Чарли в восхищении замолкала, когда повар входил во вкус и пел от души. От Перми до Соликамска они добрались с ветерком и в отличном настроении.

Встретил их невысокий темноволосый мужчина среднего возраста, одетый в идеально отглаженный костюм-тройку. По безупречно выверенным движениям и эталонной осанке, Чарли предположила, что перед ними кто-то из прислуги. Догадка полностью себя оправдала, когда поставленным голосом мужчина представился как Пётр Васильевич и объявил, что представляет их заказчика, Сергея Андреевича Казимирова. Он с одинаково бесстрастной вежливостью поздоровался с каждым из агентов и повёл их в главное здание, на ходу рассказывая о доме и домочадцах.

Самир после короткого обмена взглядами с Лао Шином, вернулся в автомобиль и покинул территорию Казимировых. Вспомнив как точно также они с Марком отправили Лёху искать дополнительную информацию по моргам и больницам в деле о Пороховых, Чарли не стала даже спрашивать, почему их число вновь поредело.

Голосом оратора, дворецкий сообщил, что семья Казимировых перебралась в усадьбу Алфёровых полным составом. Помимо главы семьи, его жены и двух сыновей, в здании проживали его брат с женой, дочь которого скончалась в своей спальне, а также старик-отец, помнящий ещё очень-очень старые времена, со своей второй женой. Кроме самой семьи, имелся штат прислуги, садовников и двое дворецких. Призракам было на ком отыграться. Потенциальных жертв набралось немало, но все упрямо требовали решить проблему на месте, отказываясь покидать «свою землю».

Отчет по делу № 0311343(начало)

Группа в составе:монах Лао Шин

шаманка Чарли

прибыли по заявке Казимирова С.А. для расследования смерти его племянницы Казимировой К.А.

Состав семьи, оставшейся в восстановленном усадьбу Алфёровых:

Казимиров Андрей Степанович — отец семейства,

Казимирова Анна Валерьевна — супруга главы семейства,

Казимиров Сергей Андреевич — старший сын и глава семьи Казимировых,

Казимирова Анна Александровна — супруга старшего сына,

Казимиров Артём Сергеевич — сын Сергея Андреевича,

Казимиров Олег Сергеевич (ранее Константинов Олег Витальевич) — приёмный сын Сергея Андреевича,

Казимиров Антон Андреевич — брат Сергея Андреевича, отец покойной,

Казимирова Елизавета Петровна — жена Антона Андреевича, мать покойной.

Персонал, оставшийся в усадьбе после убийства:

старший дворецкий Пётр Васильевич,

младший дворецкий Алексей Константинович,

садовник Игорь Семёнович,официант Николай Семёнович,

официант Фёдор Сергеевич,рабочие Ашот и Ашан.

До особняка оставались считанные шаги, когда Чарли резко остановилась от ощутимого толчка из-под земли прямо по ступням. Несмотря на мёрзлую землю, пусть и очищенную рабочими от снега, девушка присела на корточки, коснулась голой почвы открытой ладонью и закрыла глаза. Лао и Пётр остановились. Дворецкий хотел было что-то сказать, но монах жестом остановил его, внимательно вглядываясь в лицо подопечной.

Шаманке не требовалось даже покидать своё тело, чтобы ощутить бешеную пульсацию, бьющую из аномально тонкой Грани. Где-то там глубоко под землёй место соединения мира людей и мира демонов ощутимо ходило ходуном, пытаясь разорваться на части. Странная аномалия почти прорванной и не затянувшейся Грани. От неё веяло потоком разрушительной энергии, бьющейся раненым львом из клетки, прутья которой слишком крепкие.

— Здесь что-то было… — наконец пробормотала Чарли. — В этой точке аномально тонкая Грань, повреждённая как почти содранная кожа, когда остаётся последний тонкий слой. Она не зарастает, но и не прорывается до конца.

— Интересно, — протянул Лао, — я брошу запрос в агентство, относительно этой территории. Но в этот раз ответа придётся ждать долго.

— А как ты ощущаешь это место? — поинтересовалась шаманка, вставая и отряхиваясь.

— Как мощное место силы. Я не чувствую, аномалий.

Пётр терпеливо ждал, пока наставник с подопечной обсудят свои вопросы. Не торопил и не стремился вернуться к каким-либо другим делам. Внешне он профессионально скрывал, как относится к необычной парочке. После небольшой задержки, дворецкий отвёл агентов в спальню покойной. Комната, что не удивительно, оказалась оклеена заградительными ленточками.

— Полиция собрала все улики? — уточнил монах, пока Пётр снимал преграду с дверного наличника.

— Да, у нас есть разрешение на предоставления места преступления для осмотра частной сыскной компании.

Спальня Ксении воссоздавала облик опочивальни из исторического романа с рыцарями и принцессами. Двуспальная кровать с воздушной периной и неизменным балдахином выглядела, словно воплощение невинности в своих светло-голубых лёгких цветах и взлетающих от малейшего порыва воздуха тканях. Вся мебель выглядела идеальной для фотографирования на фоне во французском стиле, но не казалась удобной или функциональной. Французский стиль переходил в рококо, добавляя не слишком функциональных окованных завитков везде, где только можно. Казалось, хозяйка комнаты не до конца определилась чего хочет от своих покоев. Сомнения не оставалось в любви девушки к пастельным голубым цветам, свету, свободному пространству и живописи.

Больше половины комнаты занимали предметы хобби Ксении. Несколько изящных окованных мольбертов, стопка грунтованных белых холстов, несколько коробок красок, банки и бутыли, о назначении которых оставалось только догадываться и конечно множество кистей на своих специальных подставках. Весь фотографичный образ комнаты портил именно этот уголок хаоса, в котором находилось место брошеному полотенцу в разноцветных пятнах, неаккуратно вытертым следам краски и даже кощунственным бледным разводам на полу от пролитого растворителя.

— Она была художницей? — поинтересовалась Чарли, указывая на мольберты.

— Ксения Антоновна считала процесс написания картин своей творческой отдушиной, но будущей профессией она выбрала адвокатуру, — немедленно откликнулся Пётр, идеально поставленным голосом.

«Ксения была страстно увлечена своим хобби!» — с уважением подумала шаманка, приближаясь к мольбертам. Кованые ножки одного из них привлекли её внимание.

Совершенно не стесняясь дворецкого, она легла на пол и внимательно осмотрела ровную поверхность. Около ножек одного из мольбертов обнаружились небольшие царапинки и более тонкий слой пыли, чем на ровном полу вокруг. На ножке самого мольберта обнаружилось свежее не вытертое пятнышко краски.

«Она рисовала недавно!» — решила Чарли, поднялась на ноги и бесцеремонно обнюхала мольберты.

Как она и подозревала, испачканный пах свежей краской и растворителем.

Тем временем Лао уже закончил осмотр кровати, всего пространства под ней и отчего-то заинтересовался широкими каменными перилами балкона, который вкупе с большими окнами являлся источником заполняющего света в спальне.

— Можно посмотреть на её картину?

— На что? — удивился Пётр.

— Она рисовала совсем недавно. Возможно, в ночь собственной смерти. Я хочу посмотреть на её картину. Тут следы краски, — указала шаманка, — а сам мольберт она двигала. И запах не успел выветриться.

— Я распоряжусь отыскать картину, — кивнул Пётр. — Для просушки своих работ Ксения Антоновна использовала разные помещения, но никогда не держала работы в своей спальне.

— Также, я прошу предоставить информацию обо всех кавалерах покойной, — добавил монах, вернувшись в комнату с балкона. — Особенно о тех, кто мог быть неподалёку в ночь смерти.

— Ксения Антоновна не успела справить своё совершеннолетие! — возмутился дворецкий, на миг утратив свой образ идеального представителя высокородной семьи. — О каких кавалерах может идти речь?

— О тех, с кем она состояла в интимных отношениях, — ничуть не смутившись, пояснил Лао, — в ночь своей смерти у неё была близость с мужчиной. По обоюдному согласию. После чего, кавалер покинул комнату через балкон. Со второго этажа прыгать не так уж высоко. Можно наловчиться. Особенно если это происходило неоднократно.

Дворецкий покраснел и побледнел, едва совладав со своими чувствами. Слова монаха его сильно задели и напрашивались на колкий ответ. Нахала просто необходимо поставить на место, а честь покойной девочки обелить, но все понимали, что вопрос был задан не с целью задеть. Расследование требовало честности и всех вывернутых из шкафов скелетов.

— Открыто Ксения Антоновна ни с кем не встречалась, — заговорил Пётр, когда справился с необходимостью принятия всего сказанного агентами за истину, — по выходу из дома, к ней был приставлен телохранитель, который сопровождал её постоянно.

— Тогда всё намного проще, — кивнул монах, — мне нужен список всех мужчин, которые присутствовали здесь в ночь убийства девушки.

— А ещё мне нужна информация обо всех предыдущих владельцах этого здания, от момента строительства и по сей день! — добавила Чарли. — И отчёт о вскрытии тела. То, что отправили нам с заявкой никуда не годится!

Пётр сухо кивнул и, с молчаливого намёка обоих агентов, покинул спальню. Пока дворецкий выполнял запросы агентов, Лао с видом учителя указывал подопечной на места интимной близости покойной с любовником, объясняя характер выброса Ци.

— Быть может её убил любовник, а усадьба просто носит дурную славу? — предположила Чарли.

— Вокруг постели концентрированный пузырь Ци воды. Энергия смерти со следами действия призрака. Люди такие следы не оставляют, даже если очень стараются. Дальше, вот тут, — монах оказал на «творческий уголок», — отпечаток Ци земли и металла, что отражает печаль и тревогу покойной в ночь гибели. Что-то её очень сильно беспокоило.

— А как ты понял, что она состояла с кем-то в интимной близости? — с интересом спросила шаманка, пытаясь запомнить какая стихия за что отвечает. Но с учётом ограниченного числа стихий и почти бесчисленного множества различных чувств и их проявлений, подозревала, что всё намного сложнее, чем рассказывает наставник.

— От балкона и до… мест, где происходила близость, прослеживается путь ещё одного носителя Ци, вспышки светлой энергии земли и огня. Положительные эмоции от близости. Ромео свой долг выполнил и покинул спальню.

— Зато Джульетта до утра не дожила! — невесело выдохнула Чарли.

3. Дело женщины в белом ч.2

Дворецкий принёс все требуемые документы и бессловесной тенью замер у дверей спальни. Лао напряжённо читал заключение патологоанатома и опись с места преступления. Чарли заглядывала ему за плечо, но столкнувшись со сплошной терминологией, оставила бесполезное занятие.

— Итак, вкратце девушка найдена в белой ночной сорочке покроя начала двадцатого века, смерть наступила от асфиксии. На шее соответствующие следы. Орудие удушения не найдено. Но помимо этого… вот здесь становится интересно! В теле пулевое отверстие. Сделано уже после смерти, но при этом несмотря на явный характер выстрела в упор, следов пороха или ожогов нет. Ночная сорочка целая. Пули в теле не обнаружено, хотя рана не сквозная. Одним словом, любопытно! — подытожил монах.

— Прошу учесть, что до своей гибели, Ксения Андреевна не носила белых сорочек. Она предпочитала синие пижамы, — тихо, но так чтобы услышали все, добавил от себя Пётр.

В дверь постучали. Незаметный слуга тенью передал дворецкому документы в старой советской папке, пожелтевшей от времени. Тот протянул папку Чарли, уточнив, что вся не выдуманная информация о доме находится в ней.

— Про усадьбу Алфёровых очень много придумано, особенно в постсоветские годы. В историях о домах с призраками народ любит приукрашивать действительность!

— Если не позволять себе мыслей об инцесте, у нас семеро подозреваемых, — протянул Лао, изучая список всех домочадцев и живущей на территории прислуги. Весь персонал подходит по возрасту, за исключением Петра, а также приёмный сын дядюшки вполне может испытывать определённые чувства к девушке.

— Я попрошу…

— А это законно. Кровной связи нет! — прервал возмущение дворецкого монах. — Всех подозреваемых в интимной связи с Ксенией мы допросим первыми, остальных членов семьи тоже, но в любом удобном для них порядке.

Пётр сухо пообещал, что после обеда приведёт в «комнату агентов» всех, и настоятельно, если не требовательно, попросил покинуть спальню покойной. Лао и Чарли он повел даже не в другую комнату или другое крыло. Дворецкий увёл агентов в гостевой домик, построенный с нуля во время реставрации старой усадьбы. Домик на четверых человек был предоставлен им в личное пользование. Не успели наставник с подопечной бросить свои вещи на ближайшее кресло, как за ними тенью прошмыгнул официант и поставил внушительный поднос с закусками. Пожелав гостям приятного аппетита Пётр с официантом удалились.

— Мне кажется, или нам не слишком тут рады?

— Верно, мой юный падаван, — кивнул монах, — заявку в агентство от их имени отправил доверенный человек, имеющий определённое влияние во внутренних органах. Нас они терпят из-за невозможности отказать. Что скажешь о Петре?

Чарли внимательно посмотрела на монаха, поняв, что наставник решил наверстать упущенное время и заняться её обучением со всем возможным рвением.

— Он профессионал, как мне кажется, хорошо обучен быть дворецким. Ну там, осанка, манеры и голос…

— Не совсем, думай лучше.

— Он слишком резко реагировал на твои слова о Ксении. Слишком лично. Но где-то же он научился быть таким… вышколенным?

— Да, но иногда он перебарщивал со своей поставленной речью, когда говорил о доме, — пояснил монах. — Думаю, ему ставили речь в театре или в театральном классе. Он выглядит, но не является непробиваемой твердыней. Скорее всего, в дом попал много лет назад, и не все документы отражали истинное положение дел. Ци у него почти полностью подавлено. Кроме моментов, когда он выходил из себя. Хороший самоконтроль.

«Но срывался когда Лао говорил про интимные отношения Ксении с кем-то… очень похоже злилась Аня, когда на меня наговаривали всякое! Девочка росла на его глазах, привязался?»

Лао пролистал все документы по вскрытию, после чего взял свой смартфон.

— Я проверю остальных наших. Смотри пока документы. До обеда нам нужно обладать всей информацией.

Чувствуя себя Марком и Максом в одном флаконе, Чарли принялась сравнивать полученные документы с тем, что она могла самостоятельно найти в общем доступе. Приукрасить городскую легенду не грех, но и среди сказок может обнаружиться интересная деталь, которую из официальных документов старательно вычистят.

Первыми отчего-то лежали отчёты агрономов и садовников об аномальной бесплодности земли. На пустыре без единой травинки семья купцов Алфёровых пожелала построить собственное родовое гнездо. Из-за изначальной скромности в финансах, усадьба строилась медленно и завершилась когда сын Алфёрова, заложившего фундамент, стал главой семьи. Запрос по документам показал, что за эти два поколения три семьи-выскочки прибрали к рукам весь Соликамск, загнав в тень три семьи, потомственных купцов. Вилесовы, Коршуновы и Лапины, управляющие городом ещё с расцвета Романовых исчезли для Соликамска.

— Трое было, трое стало! — хмыкнула Чарли, но возможную месть от имени исчезнувших купцов отмела.

Однако с троицей всё выглядело вполне чисто. После фиаско с солью и камнем, изгнанные купцы отправились в Пермь. Да и совместная организация добычи и продажи с переправкой ресурсов города шла не слишком гладко. Спустя декаду от трёх семей осталось всего две. Алфёровы и Купцовы. Исчезнувшая семья в истории запросов не прописалась.

— Большой бизнес — это большой террариум!

Чарли вернулась к документам, продолжая читать страшную сказку о прошлом. В усадьбу заселились Алфёровы, включая полный штат прислуги. Отец семьи с женой, их двое сыновей с жёнами и детьми. Также упоминались различные друзья семьи, гостящие так долго, что это можно назвать проживанием, а также секретарь старшего Алфёрова. Вопреки байкам из сети, семья жила чуть меньше трёх лет в особняке, прежде чем наступила ночь смертей. Жену старшего Алфёрова обнаружили в постели задушенной частью балдахина. Будто этого было мало, женщине выстрелили в грудь. Остальные члены семьи умерли от отравления. Старший сын найден повешенным в своём кабинете с прощальной запиской, в которой сообщил, что не может вынести позора от разорения семьи и желает родным быстрой и лёгкой смерти.

— Какой добрый сынок! — не выдержала шаманка и сравнила с городской легендой.

«Таинственные смерти» из сети превратились в обычное, хоть и страшное убийство. Более того, никто, кроме членов семьи не пострадал. Слуги ели отдельно от хозяев. Лишившись работодателей, они просто разбежались кто-куда, хотя в байках о доме, умерли все, вплоть до собак, крыс и блох.

«Узнать о третьей семье купцов», — написала на полях заявки Чарли.

«А зачем?» — удивилась она, глядя на записи. В момент написания ей показалось очень важным узнать этот факт, но, поставив точку, девушка сама себе удивилась.

В спальне Лао громко что-то говорил, почти срываясь на свой приказной тон. С улыбкой шаманка представила как где-то в Змеегорске Ли-Тао и Анжей доводят наставника до белого каления, в то время как Матвей незаметно стоит в стороне и пытается осознать, в какую психбольницу попал. От яркой картины она захихикала. Мыслей, что Яна и Макс вызовут громкий тон в свою сторону не возникало. Ведьма и чернокнижник уживались с монахом в атмосфере тихого взаимоуважения.

«Ладно, что дальше по дому?» — вернулась к бумагам Чарли.

Усадьба недолго стояла бесхозной. Сначала с молотка пошла вся мебель, а затем и вся территория с хозяйским домом и домом для слуг. К тому моменту в Соликамске, если верить информации в общем доступе, поднялась семья Купцовых, занимающаяся пересылкой всей добычи города до пунктов назначения.

Хитрая семейка заключала договоры со всеми, кто вовремя платил. Создав свою монопольную сеть сбыта ресурсов, они приобрели усадьбу Алфёровых. Статус дома, в котором было совершено убийство, их не отпугнул. Усадьба оставалась самой большой и самой красивой во всём Соликамске, хоть и не могла похвастаться садами. Глава семьи, его дети, их супруги с детьми, а также секретарь главы семьи без каких-либо хлопот перебрались в свою последнюю обитель.

Семья прожила в доме чуть больше года. Слуг они не держали, ограничиваясь оплатой приходящих работников. Никаких жалоб на усадьбу и на её призраков не поступало. А затем одной ночью все Купцовы были убиты старшим сыном, который точно также оставил прощальное письмо о разорении и, отравив всю семью, застрелился в своём кабинете.

— И того у нас две семьи потенциальных призраков! — присвистнула Чарли.

«Гибель второй семьи можно списать на одержимость злым духом, но меня смущает, что во втором случае сын застрелился. Интересно, здесь можно без вреда для здоровья выходить в астрал?» — добавила она ещё одну запись на поля заявки.

Из спальни вернулся взъерошенный Лао с горящими глазами. Ли-Тао даже сквозь расстояния умудрялся сводить людей с ума.

— Итак, в Змеиногорске у нас целая серия убийств маленьких детей, недалеко от школы. Что-то нападает на школьников и утаскивает в канализацию.

— Прямо как клоун Пеннивайз из Кинговского «Оно»?! — удивилась Чарли.

— Читала? — усмехнулся наставник.

— Пролистывала, — уклончиво ответила шаманка. — Не все сцены одинаково интересны. И что, в Змеиногорске непонятная инопланетная тварь?

— Не совсем. Благодаря нашему новичку и его исключительно тонкому обонянию, обнаружены остатки детской одежды и следы жизни деятельности принадлежащие животному. Предположительно пресмыкающемуся.

— Крокодил в ванной?! — не к месту вспомнился старый анекдот.

— Предположительно, — кивнул с улыбкой наставник. — Все трое отправились искать по трубам нашего Гену, чтобы подтвердить теорию, что детишек нечисть в Змеегорске не ест. По крайней мере, в конкретном случае.

— Быстро они добрались…

— Да, у меня есть подозрение, что оба водителя нещадно лихачили на дороге и выжимали из несчастного автомобиля всё. Эта горячая парочка меня пугает. Не нужно было оставлять их вместе! — покачал он головой, но быстро опомнился: — Что у нас по усадьбе.

— Убийства и самоубийство, а потом снова только с другой семьёй. Есть конкретные места, где убийства совершались. Спальня жены Алфёрова-старшего, кабинет старшего сына.

— А что случилось после убийства второй семьи?

— Так, кто-то хотел землю и дом освятить, — пробегая глазами по строчкам, проговорила она, — но из-за пристального внимания советской власти не решились, но хватило наглости тут всё сжечь. И землю солью посыпать. Про Казимировых тут… секундочку, нет ничего. А если верить статье, посвященной городу, то они приехали из Екатеринбурга на освободившееся место как какие-то дальние наследники или Алфёровых, или Купцовых… тут как-то мутно написано. С таким намёком, что они могут быть наследниками ещё тех купцов, которые при царе в Соликамске рулили.

— Интересно, — протянул монах, поглядывая в документы о вскрытии. — По поводу ночной сорочки Пётр был прав. Странная она. Когда полиция всё фотографировала, записывала и собирала улики, она бросилась в глаза многим. На три размера больше, старинная, странная и едва ли удобная для худенькой девушки низкого роста. Ни следов крови на ней, ни какого-либо отражения борьбы, но, что самое странное, она исчезла. Самир звонил и рассказывал, что сорочки нет, пулевое отверстие странное, да и удушье не по размеру тонкой шее Ксении. Когда ты сможешь поговорить с духами?

— Да хоть сейчас, но днём на их территории я могу оказаться в очень невыгодном положении. Эта аномальная зона неизвестно как работает — на пользу мне или только им. После заката должно получиться. Особенно, если рядом будет Рая, она умеет работать с другими духами!

До ответственного разговора, которым Лао красиво назвал предстоящий допрос, Чарли успела отмокнуть в душе, пообщаться по с Марьяной, пообедать с неизменным тонизирующим чаем, отправить все свои заметки на полях Самиру и составить примерный план действий, когда дело дойдёт до астрала. Бубен среди разгневанных духов был необходим, но хотелось не только отбиваться от них, но и поговорить. Опираясь на труды Янова, шаманка планировала узнать, что духам нужно, и упокоить их. По словам автора, получив желаемое, неупокоенные часто сами уходили за последний предел.

Яна поделилась о начале дела в Екатеринбурге, который омрачился двумя коматозниками. Макс определил в них жертв одержимости демонами и мрачно подытожил, что трапеза давно закончилась и людям недолго осталось жить. Чернокнижник, оказавшись без присмотра какого-либо лидера группы по словам ведьмы, стал вести себя, как смесь мрачного жнеца и теневой версии Шерлока Холма. Под его тяжёлым взглядом и хлёсткими комментариями, приправленными сверхъестественной проницательностью, все работники метро встали по стойке смирно и дрессированными пёсиками бросались выполнять его требования.

Сама ведьма взяла на себя поручение ездить по всем станциям Екатеринбурга и считывать энергии появления демонов или им подобных Иных. Её демон наконец действительно пригодился. Своих дальних и не очень родичей он разыскивал очень ответственно, принюхиваясь даже к проявлениям демонов многолетней давности. Самостоятельность на обоих агентов повлияла более чем благотворно, раскрывая их сильные стороны. Самир таинственно молчал, но обещал за сутки всё узнать, особенно про все правящие семьи.

Пётр явился в оговоренное время, словно стоял у самого входа в их гостевой домик с часами. Чарли и Лао по требованию агента привели в кабинет старшего сына, Казимирова Сергея, чтобы незаметно ещё и осмотреть место двух смертей в прошлом.

— Интересно, почему они каждый раз выбирают именно этот кабинет для старшего сына? — шепотом поинтересовалась шаманка, когда Пётр привел их в кабинет и отправился за первой тройкой подозреваемых.

— Скорее всего кабинеты ещё на этапе планировки были созданы так, чтобы соответствовать статусу своего владельца. Этот должен быть лучше и богаче кабинета младшего брата, но уступать отцовскому, — предположил Лао. — Что-то чувствуешь?

Чарли прислушалась к своим ощущениям и действительно почувствовала присутствие нескольких любопытных сущностей, которые с интересом к ним приглядывались.

— Да, — кивнула шаманка, — мы не одни в кабинете. С нами несколько любопытных. К нам агрессии не испытывают.

— Это хороший показатель. Больше шансов договориться, — кивнул монах. — Предлагаю тебе в процессе разговора только слушать. Настройся на обе стороны и запоминай, а лучше записывай, каждую реакцию наших скрытых друзей на семью Казимировых. Сможешь?

«Они вроде не враждебные. И Раю можно позвать!»

— Да, мне нужно немного времени на камлание наяву!

Наставник усадил подопечную в удобное кресло, вручил в руки большой блокнот и ручку, заранее проверив, чтобы никаких негативных энергий вокруг неё не витало. Аномальная зона ощущалась как детская площадка с пружинистым полом, потолком и стенами. На любое из действий требовалось в десятки раз меньше усилий. Поначалу такая лёгкость вызывала небольшой дискомфорт из-за ограничений, которые то появлялись, то исчезали. Но к моменту начала разговора шаманка полностью подготовилась.

✠✠✠

За своей спиной она отчётливо ощущала присутствие дюжины заинтересованных лиц, пока не решившихся на какие-либо активные действия. Первыми в кабинете появились официанты Николай и Фёдор. Призраки на них никак не отреагировали. Но и сами официанты ничего не знали интересного ни про семью, на которую работали, ни про покойную Ксению. Когда они ушли Лао негромко сообщил, что Ци у каждого из официантов направлена только на их личные тревоги, до трагедий работодателя им нет никакого дела.

Следом шли садовник Игорь, а вместе с ним работники Ашот и Ашан. На всю троицу, жалующуюся на непригодную для посадок землю, призраки не реагировали. Рабочие их совершенно не интересовали. Но кое-какого внимания снискал младший дворецкий Алексей, фонтанирующий, по словам Лао, едва сдерживаемыми потоками Ци. Бледный парень, излучал скорбь, гнев и страх, переплетённые в безумном потоке. На все вопросы монаха он отвечал сумбурно, словно не до конца понимал, что от него хотят. Вместо внятного рассказа о семье Казимировых, он поведал о своём едва завершившемся студенчестве.

Едва за ним закрылась дверь как наставник подмигнул Чарли и попросил отметить, что Ромео успешно найден.

— Он будто не в себе! — шепнула шаманка, делая пометки в блокноте.

— Он был в неё влюблён и сейчас страдает от невозможности даже выразить свою скорбь по умершей девушке. Его реакции вполне нормальны. А как по ту сторону?

— Пока ничего. Небольшой интерес к его скорби. Да и сам кабинет не ощущается как место с сильным отпечатком смерти. Обычная комната, — пожала она плечами.

— Призраки не всегда привязываются к конкретному месту смерти. Чаще всего их привлекает все занимаемое пространство, но бывают исключения. В спальне Ксении ведь тоже ничего такого?

— Ничего, но я бы перепроверила!

Следом за дворецким вызвали приёмного сына главы семьи. При это появлении духи ощутимо шевельнулись, едва не источая злость, однако спустя мгновение их «мнения» разделились. Часть стоящих за спиной стала относиться к Олегу Казимирову, как к прислуге, но не менее половины продолжали испытывать к нему враждебность. Сам Олег оказался неожиданным кладезем полезной информации.

— Ксюха переехала позже остальных. Её отправляли в Германию, смотреть все подходящие университеты. Нравились ей очень немцы, она к ним рвалась, а дядя Антон не был против. Ей спальню сделали, как она хочет, но перепутали что-то со стилями и получилась мешанина. Я помню, она в первый вечер расстраивалась, — не скрываясь говорил парень, по возрасту ненамного старше покойной, — а потом ей стали сниться странные сны.

— Сны? Кошмары? — уточнил монах.

— Да, ей снилась женщина, которую кто-то душит. Снова и снова. Она пыталась пить успокоительные и зарядку делала… на какую-то особенную йогу записалась, но кошмары снились постоянно.

— Что по этому поводу думали остальные члены семьи?

— Да всем плевать было, только Пётр беспокоился, даже намекал на каникулы где-нибудь в Швейцарии, но кто его будет слушать?

— А вам она рассказывала о своих тревогах? — заинтересовался монах.

— Наша семья… они очень старомодные. Будто какие-то князья. Женщины не продолжатели рода и не наследники бизнеса. В лучшем случае инструмент получения выгодных связей. А я приёмный. Нечто среднее между домашним животным и бесплатным секретарём. Мама Лиза меня любит как своего, даже настояла на смене имени и отчества, но для Казимировых я чужой. На этом мы с Ксюхой и подружились. Второй сорт ко второму сорту. Она даже картины хранила в моей мастерской, боялась, что семья перекроет ей возможность творческой реализации.

Чарли и Лао переглянулись.

— Картину, написанную в день смерти Ксения тоже у вас оставила? — поинтересовался монах.

— Да, наверное, — растерялся Олег, — я не проверял, если честно. После её смерти не до мастерской было.

Приёмный Казимиров шаманке понравился, да и присутствующие за её спиной свидетели разговора к нему немного смягчились. Он действительно выглядел расстроенным смертью сводной кузины. Когда он ушёл искать картину Ксении, Лао подтвердил, что по потокам Ци парень искренне переживал и хотел помочь расследованию.

Дальнейшая беседа с членами семьи Казимировых шла по выверенным рельсам. Все выражали печаль о смерти девушки и на словах, и на эмоциях, но предпочитали помалкивать обо всём, что не касалось её смерти. Они не спешили говорить о покупке дома, о решении заселиться именно в нём. А по ту сторону бесновались духи, выражающие личное презрение к каждому из представителей семьи. Но и без них становилось понятно, что семья темнит и что-то умалчивает о своём прошлом.

— Их молчанка не повод делать поспешные выводы. Они представители очень богатой и влиятельной семьи. Скелетов в шкафах у них хватает, — попытался обнадёжить подопечную наставник.

— Мы здесь были не одни, — заметила Чарли, вглядываясь в свои записи, — здешние призраки очень избирательны. Приёмный сын и все работники избежали их гнева. И в нашу сторону никакой враждебности. Зато всех Казимировых страшно ненавидят.

Позвонил Самир и сообщил, что связался с теми, о ком нельзя говорить по телефону. Повар с тёмным прошлым и сомнительными знакомыми предупредил, чтобы агенты не пытались его найти и связаться с ним до тех пор, пока он сам не позвонит им ближе к утру. Лао и Чарли пожали плечами, приняли за истину необходимость некоторых тайн, для раскрытия дела, и потребовали ещё раз осмотреть спальню Ксении.

— Дурная ты, Булочка, но у тебя есть я! — заявляет с улыбкой Рая, когда я оказываюсь по ту сторону.

Павлик старается не смотреть в сторону духов, притаившихся в спальне. Их снова много. В этот раз обе семьи в полном составе. Участок — слишком питательная аномальная зона. Лакомое место, чтобы комфортно остаться, не сходить с ума и спокойно выжидать, когда появится новая жертва. Новая ли? Слишком уж избирательны нынче стали злые духи.

— Уходите! — выходит вперёд разгневанная полнотелая женщина со следами удушья и дырой в груди, покойная жена Алфёрова.

— Но мы хотим помочь!

— Себе помоги, — шипит призрак, — уходите из этого дома! Это не ваше дело!

— Мы…

— ПРОЧЬ! — гневная женщина без предупреждения резко замахивается.

Шаманское тело отшвыривает в сторону. Мысли не сразу собираются в стройную цепочку, а около моих ног лежит скрученная цепью Алфёрова. Остальные духи злобно скалятся, но не идут вперёд. Гнев у них живой, перемешанный с опасениями и сомнениями. Место не позволило им скатиться до состояния примитивного онрё.

— Господа, если ещё кто-то так сделает с моей Булочкой, я приму более жестокие меры! — предупредительно ударяет свободным концом призрачной цепи Рая.

— Я просто хочу поговорить. Я верю, что мы можем прийти ко взаимному соглашению, но диалог должен быть спокойным!

Чарли вернулась в тело рывком, мгновенно попав в дружеские объятия наставника, тщательно проверяющего по энергиям, не навредил ли кто-то из духов подопечной. Девушка некоторое время смотрела в одну точку и шепотом повторяла «Получат, что заслужили!», но почувствовала как по плечам струится горячей волной чужеродная Ци и успокоилась.

— Переговоры вышли неудачно, мой юный падаван? — мирно поинтересовался Лао.

— Для их уровня гнева, — протянула Чарли, поднимаясь на ноги, — это были успешные переговоры. Меня всего раз ударили, Рая показала свою силу, а дальше попытались организовать переговоры.

— Но все пошли в отказ?

— Да, почти все сошлись на жажде мести. Они ненавидят Казимировых. Причем все духи ненавидят кровных членов семьи, а в плане жён начинаются разногласия.

— Разногласия это хорошо, — монах осторожно придерживал её и под руки вёл к дверям из спальни Ксении. — Больше вероятность, что они нескоро снова начнут убивать.

Шаманка устало кивнула, почувствовав как разом вся тяжесть дня повисла на её плечах. Отчего-то раньше не ощущалось, насколько тяжело находиться на аномальной территории, да ещё и пытаться разобраться со всеми яйцами, сложенными в одну корзину. Страшно захотелось спать. Как в выходные, выключив будильник до самого упора, пока телу сон не опротивит.

— Эй, агенты, вы ещё тут? — услышали они шепот у самой двери. — Это Олег, я нашёл вашу картину!

Приёмный Казимиров умолчал о хитростях, при помощи которых он смог отвлечь Петра и даже увести его в другое крыло, чтобы незаметно показать Лао и Чарли свою мастерскую. Мастерская была разделена на две секции. В одной на столе покоились инструменты, различные станки, в одном из которых шаманка точно определила фрезерный. Олег повёл их во вторую секцию. В ней в лабиринте стеллажей с различными фигурками на них, стояли специальные подставки для холстов с различными работами Ксении.

Все в сине-голубых тонах. В основном животные. Девушке при жизни нравились птицы. Но последняя работа кардинально отличалась от остальных. Голубой балдахин мягко окутывал летящим шлейфом старинную кровать, на которой лежала женщина в белой сорочке, задушенная и застреленная. Под её плечом лёгкими мазками художница наметила лужицу крови.

— Она свою смерть нарисовала, получается? — нервно поинтересовался Олег, указывая дрожащим пальцем на холст. — Мы нашли её именно такой. Даже сорочка один-в-один!

— Не свою! — покачала головой Чарли, мгновенно узнавая в чертах лица и дородной фигуре женщину из астрала. — Это погибшая жена Алфёрова. По документам она умерла именно так.

— Да вы гоните! — воскликнул Олег, недоверчиво вглядываясь в непроницаемые лица шаманки и монаха.

На его лице промелькнула тень осознания произошедшего. Понимание, что чудаковатые сыщики всё это время трезво оценивали опасность ситуации, в то время как он по-детски игнорировал все тревожные звоночки.

— Это совпадение! Просто совпадение! Тольк-толь-то… только совпадение! Да, просто… — он отшатнулся от них и едва не врезался в ещё одну подставку с картиной.

— Да, мы поняли! — кивнул Лао. — Кроме картины, Ксения ничего не оставляла?

— Хотите, берите картину и сами осматривайте, ладно? Я у станков вас подожду! — едва справляясь с голосом проговорил Олег и поспешно удалился.

Монах осторожно поднял картину, держа за раму и перевернул, чтобы посмотреть на возможные сюрпризы.

— Его так проняло… — протянула Чарли, оглядываясь вслед ушедшему.

— Скорее всего накопилось очень много подозрений. Помнишь его слова, убийство не в первую ночь случилось. Думаю, он всё замечал, но не хотел по-настоящему вникать. Картина могла стать последней каплей. Оп… нашёл!

Из-за древка рамы показался сложенный лист бумаги. Лао поставил картину на место и развернул листок. Сюрпризом в картине оказалось короткое прощально письмо покойной. Лао негромко зачитал:

— Она преследует меня. С каждым днём она приближается всё ближе и мне кажется, что эту ночь я уже не смогу пережить. Людмила Фёдоровна Алфёрова. Она повторяет одни и те же слова, что мы получим то, что заслужили. Повторяет снова и снова. Мы получим то, что заслужили. Я хочу сбежать из этого дома, но понимаю, что уже не смогу. Я словно прикована к нему. Каждый шаг за порог, и меня будто тянут за волосы назад. Самое большое вне дома — это неполный день. Я не хочу умирать.

Больше в мастерской они не задержались. Олег вернул их старшему дворецкому, огрызнувшись в ответ на расспросы последнего и поспешил в свою спальню. Пётр сухо попросил следовать за ним и увёл гостей в их домик, пожелав спокойной ночи. Когда его шаги стихли, Лао и Чарли под разбавленный тонизирующий чай кратко обговорили все события дня.

— Эта Людмила Фёдоровна и меня встретила очень агрессивно. Выгоняла, пока её не приструнила Рая. Янов писал, кажется, что у группы призраков часто бывает лидер, на котором концентрируется весь гнев.

— Я читал его работы, — кивнул монах, — её тело давно захоронили, её дух цепляется за это место. За его аномалию. Даже если тут всё разворотить до самого котлована, призраки не уйдут. Надо найти причину их гнева конкретно к Казимировым.

— Может кровное родство с кем-то, кто их разорил? — предположила Чарли. — Обе семьи были убиты под предлогом разорения. Духам нет дела до остальных, только Казимировы должны умереть.

— Если так, то Самир, я надеюсь, найдёт всю необходимую информацию, но этой ночью нам лучше не спать.

— Почему?

— Смерть Ксении. Её могли убить как угодно. Замучить кошмарами, пока сама себя не убьёт или просто остановить ей сердце, но её убили точно так же как жену Алфёрова. Думаю, они хотят воспроизвести смерти, которые пали на них. Что ещё было?

— Служанке перерезали горло, сын Алфёрова повесился, сын Купцова застрелился, а остальные отравлены, — перечислила по памяти шаманка.

Наставник негромко назвал эти смерти странными и направился осматривать убранство их домика более внимательно. Быстрый обыск показал несколько возможных выходов на улицу незаметно для охраны и бдящего старшего дворецкого. Два окна без решёток, достаточно низко к земле, чтобы перемещающийся в пространстве монах мог спокойно спуститься вниз, и пожарный выход.

Лао и Чарли наскоро набросали план, в котором сам наставник отправляется тайно дежурить по коридорам, а Чарли в астрале при помощи своих духовных спутников, будет просматривать активность неупокоенных на расстоянии. Перед очередным покушением вспышка ярости будет ощутима даже из домика.

Первую половину ночи дежурство проходило спокойно. Весь дом погрузился в сон, а призраки вели себя вполне мирно, не выражая яркую ненависть. Время от времени Лао возвращался в домик, чтобы проверить состояние подопечной. Чарли научилась узнавать его присутствие рядом с собой и, увидев приближающуюся ауру семицветика, возвращалась обратно в физический мир. Для бодрости и поддержания сил они оба пили чай, а затем возвращались к дежурству.

Почти до самого рассвета всё оставалось спокойным, но затем по всей территории усадьбы прокатилась волна ярости и боли, заставившая шаманку подскочить на месте, мгновенно вернувшись в своё тело. Ужас, сдавивший горло при малейшей мысли о возвращении во внетелесный мир. Дрожащими пальцами она написала сообщение наставнику, молясь, чтобы он успел заметить.

3. Дело женщины в белом ч.3

После возвращения в тело с ощущением подступающей панической атаки, стены домика стали выглядеть до одури страшными. Пугали и свет, и тень. Пространство каждую секунду казалось то до удушья крохотным, то слишком большим и опасным. Сердце тревожно колотилось где-то у горла, а в голове от злоупотребления выходов в астрал, неприятно шумело. Трезво мыслить не получалось и шаманка, набросив на себя тёплую одежду, выскочила из дома через пожарный выход.

На улице стало гораздо… хуже. Ужасы никуда не делись, но помимо пугающей территории усадьбы, казавшейся в ночи бескрайней, под пуховик мгновенно прополз холод, противно пройдясь вдоль хребта. Теперь домик начал казаться, хоть и страшным местом, сводящим с ума, но не таким угрожающим скорой расправой как улица.

А в большом здании тем временем стремительно включался свет. В ярко сияющих в ночи окнах просматривалась самая настоящая паника. В доме что-то произошло. Держась одной рукой за бубен, Чарли со всех ног помчалась ко входным дверям. Она почти добежала, когда двери распахнулись, и из дома выскочил наставник, держа на руках обмякшую женщину. Темнота не позволила разглядеть кто пострадал. Сразу после Лао дом начали стремительно покидать все Казимировы, в ужасе крича на ходу бессвязные слова.

Замерев у порога, шаманка мысленно вернулась к страницам Янова. Автор писал об одержимости духами, как самым распространенным инструментом причинения вреда. Одержимый человек без ограничений мог творить страшные вещи, а после ничего не помнить. Дело о приюте откликнулось в памяти. Но одержимой воспитательницей дух руководил через ожерелье. В случае с призраками в доме, сам дом позволял брать контроль.

Девушка незаметно юркнула внутрь и побежала на звуки борьбы. Искомое обнаружилось у лестницы на второй этаж. Приёмный Казимиров, садовник Игорь и два официанта, едва справляясь, пытались удержать на одном месте взбесившегося младшего дворецкого. Алексей бился как семеро человек в одном, опасно сжимая в руке сверкающее серебром лезвие то ли скальпеля, то ли старинной бритвы.

Идея попытаться выйти в астрал откликнулась ужасом, сжавшим горло. Слишком страшно. Лучше убежать вслед за остальными. Или сразу в офис. Под одеялко в свою спальню…

«Это не настоящий ужас!» — мысленно повторяла себе шаманка, когда через силу и упрямое желание бежать и прятаться, пришлось вырваться из тела в камлание наяву. Полный выход из тела угрожал оставить тушку в состоянии неконтролируемой панической атаки.

Рая уже готова сделать по моей просьбе всё необходимое. Здесь она частично возвращается к той Рае, которую я смогла очистить в лесу. Аномальная зона возвращает ей ту самую темную мощь, которой она поставит на колени и живых, и усопших.

— Не бойся, Булочка, — подмигивает бывшая попутчица с озорной улыбкой, — и не таких усмиряли!

По эту сторону мы с ней видим, как озлобленная Людмила Фёдоровна и её сторонники наблюдают за обезумевшим парнем, которого держит железной хваткой девушка с перерезанным горлом. Служанка жены Алфёрова, которую кто-то убил в спальне хозяйки.

— Лучше ты, Булочка, я могу ему случайно навредить! — подталкивает меня Рая вперёд.

Ужас давит на горло. Но не здесь. Панике поддаётся физическое тело, с которым я оставила связь. Оно едва не повторяет за мной, но я останавливаю. Шаг, ещё шаг. Ужас становится почти нестерпимым. Бежать. Подальше. Сжаться в комочек…

— Рая меня кто-то подавляет!

Звонкая цепь моего духа-хранителя прорезает ряды неупокоенных духов. Ещё один удар со свистом совсем рядом с Алфёровой, заставляет последнюю в страхе отступить, и я чувствую, как стальные кандалы паники меня отпускают. В один прыжок я добираюсь до одержимого духом парня и шаманским бубном разрываю их связь. Ошеломлённая служанка падает на пол и получает от меня ещё несколько ударов на орехи, как намёк на прекращение своей деятельности. С шипением она пытается напасть на меня, но бубен бьёт ощутимо. А следом прилетает удар браслетом-чётками.

На стороне физического мира я смутно вижу, что младший дворецкий успокоился и в шоке уставился на меня. Быть может, почувствовал влияние на него? Но это не главное. Служанка ползёт к озлобленным духам, которые на глазах звереют от нашего вмешательства. Ещё немного и нападать начнут всеми двумя семействами.

— УХОДИТЕ! — передаю я сообщение через своё физическое тело. Мои крики на этой стороне, там становятся едва громче шёпота. — БЕГИТЕ ПОДАЛЬШЕ! СЕЙЧАС ОНИ СНОВА НАПАДУТ!

Соображают быстро. Немудрено, после пережитого. Бегут. Я лишаю дом и его духов всех потенциальных жертв и остаюсь одна с ними. Остаюсь с ними один на один. Не самый приятный расклад. Сейчас или бежать с остальными, или…

— Ты сдурела? — шипит Рая. — Какое ещё «или»? Дуй отсюда подальше!

— У меня есть идея получше! — и она действительно есть. Среди разгневанных духов я кое-кого не увидела. Мне кажется, я знаю, где искать недостающих членов семьи.

✠✠✠

Скорая помощь явилась достаточно оперативно, чтобы перехватить раненую Елизавету Петровну Казимирову. Несчастная мать Ксении едва не рассталась с жизнью, когда на неё напал одержимый младший дворецкий.

«Как же мы не сообразили проверить их… нет. Эти духи достаточно хитрые. Мы бы не нашли следов предыдущей одержимости, а последующая наступила слишком внезапно!»

Мимо пробегали остальные домочадцы. Страх порой помогает соображать лучше и быстрее, особенно когда проливается чья-то кровь. В этот раз не пришлось даже убеждать, что дом необходимо покинуть. Сбежали все, даже старики.

«Дошло наконец, что от территории надо держаться подальше! Хотя, Ксения писала, что если дом не отпускает, то возвращение неизбежно. Надо об этом позаботиться!»

Монах поймал за руку старшего дворецкого.

— Пётр, всех Казимировых необходимо запереть где-нибудь подальше от этого участка, — приказным тоном потребовал он. Дворецкий сдавленно кивнул, не совсем соображая, что от него хотят. — Смотри на меня, Пётр! Запереть и не выпускать! Их потянет к дому через считанные часы! Этого нельзя допускать, понял меня?

— Д-да, я понял! — наконец пробормотал тот и дал знак остальным. — Г-господа, за мной пожалуйста!

— И адрес мне пришли сообщением!

Лао не слишком доверял водителям, только что пережившим ужас и вместе с дворецким вызвал для всей семьи такси, чтобы убраться с участка подальше. В темноте его глаза зорко высматривали всех, кто выбежал из дома. Недоставало только младшего дворецкого, и мужчин, взявшихся его удерживать. Но вот и они впятером показались. Алексей после пережитой одержимости выглядел почти неплохо. Расширившиеся в ужасе глаза, полопавшиеся капилляры и смертельно бледное лицо, внешние признаки шока, но ничего опасного для жизни.

«Где Чарли?»

Подопечная успела мелькнуть перед глазами, когда он поспешно выносил тело. Но среди выбежавших её не было. Быстро рванувшись вперёд, на мгновение став едва различимым человеческим взглядом, он влетел в дом ураганом. Девушка обнаружилась у лестницы на второй этаж. Напряженная фигура, остекленевшие глаза и едва шевелящиеся губы, словно она что-то бормотала, не оставляли сомнений относительно её состояния. Чтобы выпустить младшего дворецкого, шаманка ушла на ту сторону и бросила вызов кровожадным призракам дома Алфёровых.

Шаманы в астрале обретают свой второй дом. Только они плещутся среди духов, как рыба в воде. Но не одни только шаманы способны заглядывать во внетелесный мир. Пусть и одним глазком, но даже монахи могут увидеть происходящее по ту сторону. Зрение в астрале фокусировалось исключительно на энергиях, но даже этого хватило, чтобы оценить бурлящую вокруг подопечной Ци воды, усиленной Ци огня. Неупокоенные призраки дома в ярости собрались вокруг Чарли. Вывести её из усадьбы теперь не представлялось возможным. Каким бы не был быстрым Лао, на той стороне он лишь артритная черепашка. Их слишком много. Убьют без сожалений.

— Чарли? — позвал он её, обращаясь прямо в ухо девушки.

— Лао, — отозвалась она шепотом, — дальше ты без меня. Я не смогу выйти пока они не получат то, чего хотят.

— Чего они хотят?

— Они сами запутались. Вершат своё правосудие, но не могут точно вспомнить.

— Чарли…

— Лао, доверие — это дорога с двусторонним движением! — проявила шаманка твёрдость. — Я справлюсь, обещаю!

Лао всматривался в подопечную. Несмотря на плачевное положение, её состояние внушало надежду, что девушка сможет пережить встречу с двумя разгневанными семьями и не пострадает. Но время ограничивалось горсткой часов. План сформировался в голове моментально. Молниеносным движением, монах нырнул рукой в карман куртки. И достал два базовых талисмана — визитки с нанесёнными его рукой символами, наполненными его собственной Ци. Маячок и уравнитель. Один не позволит потеряться, если рядом вновь не окажется инквизиторских глушилок. Второй даст возможность восполнить силы подопечной даже на расстоянии из своего резерва.

— Держись, Чарли, я вернусь как только смогу! — пообещал он и побежал прочь из дома.

Самир немного поворчал из-за позднего звонка, но услышав про Чарли, моментально собрался и продиктовал адрес, куда следовало подъехать. Требовалось в считанное время сообразить, какое у неупокоенных духов неосознанное желание, скрытое за слепой яростью.

— Лао, ты в курсе который час? — простонал в Марк, в ответ на срочный вызов. — Мы только-только легли. Весь день…

— Да-да, а нас бросили на амбразуру, поэтому отрабатывай! — гаркнул монах. — Что за аномальная зона в Соликамске?

В ответ на нытьё мистика он лишь фыркнул, на ходу диктуя водителю такси адрес. Ради подопечной требовалось подобно Цезарю делать сразу несколько дел одновременно. Таким образом Шин приближался к обиталищу Самира, в переписке выдавал поручения Ли-Тао и разговаривал с Марком.

— Зона… а ну да. Там у вас призраки, — прозевал все слова мистик, — Со-ли-ка-мская бойня… так официально назвали то, что произошло в городе да-а-авным давно! Ещё до строительства усадьбы.

— А на самом деле?

— Это историческое место, мой друг, именно там произошла неудачная попытка пробития Грани.

— Под особняком Грань до сих пор в движении и аномально тонкая! — вырвалось детское восклицание.

— А я что могу сделать? — флегматично отозвался Марк. — Подобные ритуалы бесследно не исчезают. Ещё что-то хотел?

— Да, прекращайте свои детские игры в поиски шпионов и просто отыщите пока все страницы, чтобы Владу ничего не досталось. Нас очень мало, а нераскрытых дел слишком много! — прорвало монаха. Нервная обстановка дала о себе знать.

К счастью, маячок говорил о местоположении девушки. Она оставалась в усадьбе. Стояла на своих ногах. Уравнитель показывал, что истощения она не испытывает и уравнивать её слабость пока не требуется. Время пошло.

Самир встретил его молчаливым рукопожатием у старого советского здания и повёл монаха в подвальное помещение. Немногословный повар с прошлым снайпера в Чечне не торопился рассказывать о тех, кто показал ему странное место, но охотно ведал о самом помещении.

— В этом здании работали аудиторы, а в подвал перенесли копию их архивов. Несмотря на все передряги и смены политических режимов, бумаги уцелели полностью, но некоторые люди, которых нельзя называть, заинтересованы в секретном статусе этого места. Кое-какие бумаги могут привести к таким шкафам со скелетами, что особняк Алфёровых отдыхает и нервно курит в потолок.

— Как ты узнал об архиве? — не выдержал монах.

— Босс, чем меньше ты будешь спрашивать, тем меньше мне придётся врать! — мягко отрезал Самир и подвёл Шина к столу, заваленному с горкой различными документами. — Это всё, что есть на Алфёровых и всех, кто с ними связан. По Купцовым и Казимировым тоже тут.

— У нас несколько часов!

— Знаю, — кивнул повар, — придётся обходиться своими силами. Кое-что я записал, что успел прочитать. До этой троицы в Соликамске…

— Рулили другие три семьи, но их устранили куда-то в Пермь?

— Верно, — кивнул Самир, — белыми и пушистыми никто из них не был. А Казимировы самые подозрительные.

— Стоп-стоп-стоп! — напрягся Лао. — С этого места поподробнее. Причем тут Казимировы?

— Третья семья — это Казимировы, — уверенно заявил повар. — Алфёровы их разорили и отправили на дно. Только после смерти двух семей откуда-то выкопался некий наследник Казамировых, умудрившийся каким-то бесом стать во главе и добычи соли с камнем, и транспортировки.

— Действительно подозрительный! Надо понять, может ли он быть замешан в чём-либо нехорошем!

Самир покосился на монаха как на не совсем вменяемого человека. Лао поймал себя на том, что в общении с Чарли уже бессознательно начал фильтровать в своей речи все грубые слова и даже в разговоре с поваром не дал себе свободы, держась норм и приличий.

— Сделал ли тот Казамиров что-то, за что сейчас вся семья отдувается, так понятнее? — терпеливо выдохнул монах.

— Будет исполнено, босс.

Документы сменяли друг друга. Пожелтевшие листы с полустёртым текстом выстраивали тонкую ниточку к прошлому, рассказывая историю трёх семейств, каждое из которых не могло похвастаться чистыми руками. Выходцы из самых низов. Жадные до денег и власти. Держащиеся поначалу друг за друга. Где на одного нападают кредиторы, помогают две другие семьи. Сферы поделили по-честному. Добыча соли, добыча камня, транспортировка. Все конкуренты убраны с дороги. Теперь, достаточно только удерживать всё завоёванное.

Бухгалтерские отчёты даже старые и зашорканные способны раскрыть всё тёмные делишки Алфёровых, которые решили убрать с дороги ещё и Казимировых — семью, разбогатевшую чуть больше двух других. Этого «чуть» достаточно, чтобы устроить несколько несчастных случаев на производстве, хитростью устроить двойную бухгалтерию с помощью подкупленных людей, а затем при помощи Купцовых сорвать все сроки поставки. Двойные отчёты по перевозкам стали тому свидетельством. Две семьи утопили третью, отобрали всё себе.

Все старшие Казимировы умерли в нищете от туберкулёза, младшие попали в приют. Даже участок для усадьбы изначально купили не Алфёровы, а Казимировы. Первый план строительства усадьбы хранил на себе подпись далеко не Алфёрова.

— Ладно, у нас есть мотив, — отметил Лао, сделав очередную пометку на листе. — Кто-либо из выживших Казимировых мог пожелать отомстить!

— Делим бумаги пополам, — предложил Самир. — Тебе — Купцовых, мне — Алфёровых. Ищем всё подозрительное и всех подозрительных! Если будет непонятно, то меняемся.

Бухгалтерия у Купцовых требовала собственное здание архива, так много было различных бумаг. Счета, купчие, договоры и расписки. Где-то среди бесконечных чисел и фамилий прятались ответы на вопросы, но взгляд замыливался, буквы растворялись и только мысли о Чарли не позволяли расслабляться. Ниточка уравнителя вселяла надежду — подопечная ещё не истощилась. Лао сконцентрировался на Ци огня. Немного ярости не помешает, чтобы отбросить усталость и сонливость.

«Лучше начать с конца!» — решил он и пододвинул к себе кипу бумаг.

Но суть документов ускользала. Глаза цеплялись только за подписи в самом конце документа — Купцов Ф.А. и Петров А.С. в должности личного секретаря.

✠✠✠

Чернышка и Рая стараются изо всех сил и отгоняют от меня обозлённых вечных жителей усадьбы. Павлик старается меня защищать. Но кроме как загораживать собой, он ничего не может. Всё же бубен не подводит, как и чётки, частично оплавляющиеся в нескольких местах. Надо что-то делать. Даже стоять и держать оборону я долго не смогу. Пора претворять мой план в жизнь, пусть это и выглядит махровым самоубийством!

— Ты больная на всю голову, Булочка, но мы идём с тобой! — уверенно кивает Рая.

Её цепь сковывает всех призраков, бросающихся на нас. С могильным свистом она рассекает воздух и охватывает паучьим коконом очередную жертву, чтобы приковать её к полу, обломиться и вернуться в руку хозяйки в той же длине. Прикованный к полу призрак на некоторое время остаётся недвижимым.

Но это место особенное. Мёртвые с ним давно спелись и знают все секреты аномальной зоны. Например, как освободиться от захвата попутчицы. Цепь их сдерживает недолго.

— Я знаю, что могу стать сильнее, Булочка, — говорит на ходу Рая, пока мы поднимаемся по лестнице. Камлание наяву позволяет медленно, но неотвратимо вести тело вперёд. — Спроси своего дружка-шамана как это сделать, и в следующий раз они у меня танец маленьких утят запляшут!

Павлик помогает отбиваться бубном и беречь физическое тело от нападок. Неупокоенные быстро понимают какая у меня основная слабость. Если убить тело, то все три помехи исчезнут разом. Но свистит цепь, рассекая воздух, а мой бубен и обуглившиеся чётки всё ещё делают им больно. Пока что отступают. А мы движемся наверх.

✠✠✠

— Что скажешь? — поинтересовался Лао, когда кипа бумаг перекочевала из стопки непрочитанных в горку изученных хотя бы мельком.

— Схема банкротства очень похожая. Заметил?

— Как и личный секретарь. Петров А.С. А что если эти «А.С.» означают Андрей Степанович? Казимиров Андрей Степанович. По возрасту вполне подходит.

— В то время непросто поменять имя, — рассуждал Самир, — но в приюте могли дать другую фамилию. Тогда с документами творился полный бардак. Только человек при деньгах мог выправить себе нормальные документы.

— Допустим, кто-то из детей Казимировых выжил и вырос в приюте. Выпустился под фамилией «Петров», в школе не валял дурака и предстал перед Алфёровым в виде многообещающего помощника, — предположил монах, раскладывая перед собой все бухгалтерские отчёты Купцовых, в которых впервые фигурировала подпись Петрова.

— И первое время он «работал на зачётку», — кивнул Самир, выкладывая соответствующие бумаги по Алфёровым. Первые годы полный успех. Все сделки проходили как надо, вот например, по одной из шахт. Тут все подготовительные этапы и все справки наводил именно Петров. Узнал всё от качества породы до вредных привычек рабочих. И как итог — после всех вложений, шахта начала приносить прибыль в десять раз больше чем раньше.

— И у Купцовых также. Отправка железной дорогой по новому пути, ещё практически не испытанному, но Петров навёл все справки и удостоверился, что новые рельсы гораздо лучше проложены, поезд сможет развить бо́льшую скорость, чем на старых. И они смогут обойти конкурентов из Перми. Успех и больше денег и предложений.

— И так несколько лет.

— Прикармливал. Посмотри, — ткнул на более поздние документы Лао. — У тебя тоже чуть позже подпись всего одна? Петрова. И приписка, что он не секретарь, а доверенное лицо?

Самир кивнул и выложил на стол целую кипу бумаг. Ворох сопутствующих документов показывал, насколько с годами ослаблялся контроль над Петровым. Если поначалу отчётность была полной и достоверной, то позже папка бумаг становилась тоньше. Пока её совсем не стало. А спустя полгода после полной свободы действий доверенного лица наступала ночь смерти всего семейства.

— Петров разорил семейство всего за полгода? — удивился монах.

— Нет, — покачал головой повар, — у Алфёровых всё началось ещё с момента, когда он давал полную отчётность. Его трудами всё, что давало поначалу прибыль, с годами начало уходить в минус без вливания ещё больших сумм или покупки определённой техники… а тут требовался ремонт погрузчика, который по бумагам проведён, но спустя месяц повторный запрос на ремонт. Значит, его или не проводили, или проводили некачественно. Кстати, тут помимо разорения есть ещё одна интересная деталь. Этих документов нет, но смотри…

Он ткнул на документы, в которых начиная с трёх лет до смерти семьи и позже среди подписантов в обязательном порядке стоял… Казимиров в качестве совладельца.

— Неужели Алфёров не заметил?

— Посмотри у себя, — кивнул на ворох бумаг Самир, — ставлю бутылку грузинского красного, что Купцов тоже незаметно для себя стал совладельцем.

Лао Шин выложил перед собой последние документы, которые остались от ещё живого Купцова. Повар был полностью прав. Петров не просто превратился в совладельца. Под конец большая часть всего принадлежала ему одному и лишь крошечная часть всех перевозок осталась у семьи, разорившей его родителей.

— Двойная бухгалтерия, — кивнул монах, — этот хитрый змей устраивался к заклятым врагам и отбирал у них то, что они забрали у его семьи. Вопрос остаётся в одном — он только воровал или ещё и убивал?

— Давайте думать логически, — хмыкнул Самир и встал из-за стола, расправив плечи в военную осанку, — или убивал, или только обворовал. Второе мы даже можем доказать… погорячился, не можем. Эти бумаги доказательства такие себе, зато чистосердечное выбить можно. Но призраки убивают его семью и начали с показательного убийства женщины в белом.

— Кого? — удивился Лао.

— Столько лет прошло. По городу уже ходят байки. Людмила Фёдоровна Алфёрова носит гордое имя женщины в белом.

— Ненависть после смерти редко остаётся рациональной, но я уверен, что есть один простой способ определить виновного. С порога включаем диктофоны и получаем чистосердечное! — вскочил монах с места, на ходу проверяя через ниточку уравнителя как там подопечная.

Как ни странно всё ещё держалась бодро. И совсем не нуждалась в поддержке. Порой монаха напрягала её способность вытягивать энергию подобно демону. Весемир от его вопросов отшучивался и бесконечно повторял, что шаманы такими и должны быть. Полудемоны полулюди. Таланты демонов должны проявляться, без этого никак, по мнению болтливого радиотирана. Но на душе становилось неспокойно, когда хрупкая девушка проявляла пугающую стойкость. Такие силы не даются без последствий, Лао слишком хорошо это знал, но никак не мог подступиться и защитить подопечную.

✠✠✠

Сначала я почти поворачиваю в сторону кабинета, в котором совершались самоубийства, но Павлик решительно ведёт меня ещё на этаж выше. Я тут никогда не была, но не спорю с духом-хранителем. Он больше меня знает. Опыт и мудрость его превосходят мои на столетия. На лестнице он подсказал Рае интересный способ ускорить мои передвижения каракатицы. Физическое тело пошло куда резвее, когда два духа, используя свою силу, взяли его под руки и повели в сторону нашего пункта назначения.

Вперёд и дальше по коридору. Сюда нас не пускали. Пытаюсь посмотреть сквозь глаза физического тела, но оно слишком редко моргает. Перед глазами всё расплывается. Зато мы всё ближе к нашей цели. Рука безвольно опускается на старинную дверную ручку. Требуется небольшое усилие, чтобы войти, но для меня это слишком много. Слишком сложно. Рая распугивает неупокоенных цепью, орудуя ею как хлыстом.

Моих усилий не хватает. Рука слишком безвольная, слишком слабая. Павлик и Рая наваливаются и помогают открыть дверь. Наконец, мы там, где вся история началась. Входим внутрь. Мутный взгляд физического тела улавливает дорогое убранство старинного кабинета. Шаманское тело улавливает потоки энергии, свободно протекающие с улицы в помещение. Окна большие. И вид из них, должно быть, самый лучший. Физическое тело касается рукой антикварного стола и в голову вспышками приходят образы.

Стол чудом уцелел в пожаре. Как и почти весь кабинет. Свидетель всех трагедий сохранился почти целиком. Заменить пришлось только дверь, взявшую на себя весь удар, и окна, павшие под ударами камней. Но меня интересуют те, кто сидит за столом в вечной беседе, которая так и не завершится.

— Всё же добралась, девочка, похвально-похвально!

— А я ни разу не сомневался!

✠✠✠

Самир соображал как следует поступить даже быстрее Лёхи. План-захват старика Казимирова прошёл без препятствий и помех. Почти столетний дед только глазами хлопал, когда его настойчиво и мягко погрузили в автомобиль с логотипом «ГХ» и повезли в сторону родового гнезда. Семья всполошилась слишком поздно, давая агентам необходимую фору, чтобы успеть закончить все дела. Оставалась только одна неизвестная переменная — сможет ли Чарли сделать всё необходимое для тёплой встречи.

Днём усадьба казалась тихой, мирной и… мёртвой. Без людей она вернулась к своему привычному облику — дом с привидениями, в котором нет места живым. С самого первого шага на гостей напало ощущение, что в этом доме им нельзя оставаться. Живые и мёртвые должны жить порознь.

«Как они жили всё это время в доме с таким ощущением?» — удивился Лао Шин.

На лестнице подопечной не обнаружилось. Тонкая нить маячка вела вверх и вперёд. Двое агентов, поддерживая гневного старика с двух сторон, повели в сторону кабинета, в котором умерли уже двое людей, вполне возможно, что невинных. Но маячок упорно потянул совсем в другую сторону. Этажом выше, куда агенты не заглядывали. Лао удивленно пожал плечами, но не сомневался в верности маячка и троица направилась наверх. Старик наконец сбросил с себя оцепенение и пытался то подкупить, то угрожать Лао и Самиру, но мужчины лишь мрачно смотрели в его сторону и нехорошо молчали.

Нить вела к антикварной дубовой двери, приобретённой взамен сгоревшей. Она почти идеально подходила к усадьбе, но выдавала себя в глазах внимательного монаха, присматривающегося к каждой мелочи. Уравнитель внезапно заставил ощутить колоссальную потерю энергии на стороне подопечной. Что-то стремительно ослабляло шаманку, вытягивая из неё все силы.

Дверь кабинета распахнулась.

— А вот и Андрей!

— Негоже так опаздывать, молодой человек!

За столом обессилено сидела Чарли, уронив голову на руки. Гладкая столешница выдавала ровное горячее дыхание, заставляющее отполированное дерево запотевать. Но справа и слева от неё сидели двое немолодых мужчин в одеждах прошлого века, с деловым видом поглядывая на пришедшего старика Казимирова. Сам Андрей Степанович побледнел как полотно, наконец осознав, что его привели на очную ставку.

Призраки выглядели очень странно. Непривычно живо для тех, кто давно умер. И… они выглядели! Невооружённым взглядом их мог увидеть любой человек. Сквозь них не проглядывали предметы. Если не считать противоестественного серого цвета кожи, они вполне могли казаться живыми.

— Добрый день, господа, — вежливо кивнул им Лао Шин, — моё имя… Степан, это мой коллега Самир. Вы не могли бы отпустить мою подопечную?

— Никак нет, голубчик, — покачал головой один из призраков, — это была её идея, а мы не можем прервать барышню, пока она не закончит!

— Не закончит?!

На глазах агентов рядом с Чарли появлялись «во плоти» остальные призраки усадьбы Алфёровых. С мертвенно серой кожей, но осязаемые и настоящие. Пугающе гневные. Способные навредить любому. Но пока они появлялись, один за другим, их руки лежали на плечах шаманки, словно заряжались от неё. Уравнитель начал стремительно перетягивать всю энергию Лао в Чарли, чтобы компенсировать её потери. Девушку в прямом смысле высасывали досуха.

— Андрей Степанович, — разорвал он немую сцену, обратившись к Казимирову, — чистосердечное признание облегчает совесть… и степень гнева всех присутствующих.

Вперёд вышла женщина в белом. Окровавленный след от выстрела стал выглядеть пугающе лиловым, как и иссиня-черные следы удушения на её шее.

— Пусть начнёт с того как меня убил!

Рядом с ней появилась девушка в простом рабочем платье с некогда белым передником, который заляпали лиловые пятна. При каждом движении шея девушки распахивалась вторым ртом демонстрируя пугающие лиловые подробности трахеи и голосовых складок.

— Как он убил нас! — добавила женщина пугающим хрипом, от которого кровь стыла в жилах.

— И меня! — вперёд вышел молодой парень, очень похожий немолодого призрака по правую руку от Чарли.

На серой шее парня чернели среды от удушения, моментально расставляя по местам, кто кем являлся. Лао для себя внимательно отмечал, что сидящий по левую руку от подопечной Купцов, и его бывший партнёр Алфёров, оставались самыми спокойными среди мёртвых. От них не исходила Ци огня, символизирующая растущую ярость. Стоящие в тени призраки отравленных членов семьи хоть и мерцали лёгкими всполохами огня, всё же оставались ведомой массой и не стремились начинать говорить от своего имени.

Самой яростной оставалась женщина в белом, заражающая своей злостью всех остальных. Служанка и сын Алфёрова незначительно уступали ей по злости, предпочитая скапливать её внутри, а не выплёскивать наружу. А позади них молчал, но при этом мерцал пламенной Ци ещё один молодой человек, с лиловым отверстием в виске. Сын Купцова. Четыре жертвы действий старика Казимирова ненавидели Андрея Степановича больше других.

— Андрей Степанович, — начал говорить Лао добавляя в голос стальной оттенок, — вы обвиняетесь в мошенничестве особо крупных размеров, в незаконном присвоении собственности и всех активов, принадлежащих Алфёрову Егору Кириловичу и Купцову Александру Афанасьевичу. Также вы обвиняетесь в умышленном массовом убийстве. В отравлении со смертельным исходом вышеуказанных мужчин и их семей. Удушении Алфёрова Анатолия Егоровича, выстреле в висок Купцова Константина Александровича, нанесении резаной раны Ивановой Просковье Никитичны, приведшей к смерти, а также в удушении Людмилы Фёдоровны Алфёровой с последующим выстрелом в грудь.

Монах говорил, не слишком вдаваясь в детали и терминологию. Как правильно пусть пишет следователь. А перед лицами призраков и одного старика, виновного в их смерти, достаточно было говорить уверенно и непоколебимо. Краем глаза Лао Шин следил за Людмилой Фёдоровной, без труда угадывая именно в ней очаг всеобщей ярости. Ещё немного и она могла превратиться в онрё. Иронично, что именно последовавшие перед ней на тот свет родственники невольно не позволили женщине в белом перейти ту самую границу и сеять смерть всем без исключения. Именно её тайное желание должно получить удовлетворение, чтобы духи освободились от оков своей ярости.

Старшие Алфёров и Купцов не испытывали гнева потому что осознавали свою вину в произошедшем. Они создали Казамирова таким, чтобы он однажды пришёл в их дом и отомстил за свою семью. Создали мир, в котором мальчик готовился стать убийцей. Но женщина в белом была иной. Невиновная, убитая так жестоко и несправедливо. Она заслуживала и жаждала отмщения.

— Андрей Степанович, — обратился к бледному Казимирову Лао, — вам есть что сказать?

Старик угрюмо смотрел на всех. Бледность не сходила с его лица, но во взгляде начал чувствоваться гнев, отодвигающий испуг на второй план. Глава семьи до сих пор не ощущал ни капли раскаяния. Лишь гнев на виновников и страх перед мстительными духами. И всё же старость взяла своё — он перестал бояться.

— В первую очередь, — начал он, окидывая взглядом своих жертв, — этот дом с самого начала должен был принадлежать моему отцу!

Отчет по делу № 0311343(завершение)

По прибытию следственная группа осмотрела место преступления. Вокруг трупа обнаружен пузырь энергии воды (прим.: энергия воды — смерть, след действий призрака), следы интимных отношений усопшей с неким мужчиной.

В ходе следствия выяснилось, что нынешние владельцы особняка — далеко не первые. Перед ними домом владела семья Купцовых, а изначально дом принадлежал семье Алфёровых. Причём почти все члены обеих семей погибли при странных обстоятельствах. На местах смерти были обнаружены яркие пятна ци воды (прим.: смерти — следы наличия призраков).

В ходе обыска и допроса Казимировых и их работников, обнаружена последняя нарисованная усопшей картина. Обследовав её, следственная группа выяснила, что девушка знала, что умрёт той ночью. А изображена на картине была первая хозяйка дома, погибшая от асфиксии и выстрела в этой же кровати.

Появление следственной группы встревожило преступников, и ночью одержимый призраками младший дворецкий совершил нападение на Казимирову Е.П. Дабы избежать возможных последующих жертв, все жители дома были эвакуированы.

При дальнейшем расследовании стало известно, что обе семьи призраков отреагировали на появление в усадьбе Казимирова А.С., который в период молодости разорил глав семей, а после убил из чувства мести глав семей с жёнами, их детей и их жён. Казимирову А.С. было предъявлено обвинение в мошенничестве и убийстве при временно возвращенных шаманкой жертвах. Свою вину преступник не стал отрицать. Вызванному следователю он чистосердечно сообщил обо всех своих преступлениях. В данный момент находится под следствием и ожидает суда. Усадьба конфискована у семьи Казимировых. Временно находится в муниципальной собственности. После ареста главный агрессор среди призраков — женщина в белом, известная при жизни как Людмила Фёдоровна Алфёрова, согласилась на ритуал отправления к т.н. Последнему Пределу. За ней последовали все неупокоенные духи усадьбы Алфёровых.

Усадьба очищена от призраков. Дело закрыто.

4. Дело о поезде-призраке ч.1

Отчет по делу № 0005343

Группа в составе:

монах Ли-Тао

инквизитор Анжей Курвин

стажёр Матвей Волков

была направлена в город Змеегорск по заявке на выяснение подробности смертей пропажи школьника Павлова Р.А. на территории заброшенной детской онкологической больницы. Предварительно выявлено ещё несколько случаев пропажи детей на этой же территории при схожих обстоятельствах. Свидетели видели детей играющими у колодцев канализации и водостоков новой ливнёвки. По месту проведены исследовательские работы в ходе которых обнаружены остатки детской одежды и следы жизнедеятельности принадлежащие животному, предположительно, относящемуся к группе пресмыкающихся. Благодаря талантам стажёра животное выслежено и опознано как гребнистый крокодил, женская особь. Скорее всего рептилия была завезена с Юго-Восточной Азии и сбежала от хозяев, либо была выброшена намеренно из-за проблем с оформлением. Заброшенный сырой подвал с большим количеством готовых нор в проломанных корнями стенах, как нельзя лучше подошёл для зверя. Судя по нескольким сформированным гнёздам, дети попадали в пасть крокодила во время брачного периода. Останки Павлова Р.А. найдены в подвале.

Запрос на ликвидацию отклонён местными эко-активистами, зоологами и владельцем местного террариума. Вышеперечисленные граждане подготовили необходимые документы и обеспечили крокодила необходимым лечением и помещением животного в соответствующую всем стандартам площадь террариума. На данный момент крокодил получила имя Констанция и проживает в террариуме Змеегорска.

Дело закрыто

— Вот и прекрасно! — кивнул монах, прочитав копию электронного письма, отправленного в московский офис.

— Что прекрасно? — сонно пробормотала Чарли, ворочаясь на верхней полке купе.

— Спи давай, — он по-отечески подоткнул ей одеяло, — дело в Змеегорске закрыли.

Шаманка пробормотала что-то невнятное и снова уснула. Наставник осторожно коснулся её плеча, чтобы снова не разбудить. Мягкое, но крепкое касание позволило ощутить потоки её энергий. После отъезда из усадьбы Алфёровых она держалась на ногах только благодаря концентрированному ведьминскому чаю. Лао не одобрял такой допинг, но скрепя сердце согласился не запрещать подопечной его пить. В условиях кризиса она не могла позволить себе медленно и естественно восстанавливаться, время от времени перемещаясь в больничную палату в случае сильного истощения. Не то время. Приходилось расти быстро, даже слишком быстро для такой юной шаманки.

Весемир клятвенно обещал монаху, что будет присматривать за девушкой и при симптомах любой хвори сразу же доложит. Шаман не слишком скрывал свой намечающийся личный интерес к девушке. Впрочем, Чарли успела отпраздновать совершеннолетие и была в праве решать с кем ей крутить романы, пусть в глазах наставника она выглядела ещё слишком юной для подобных отношений.

Через три часа их ожидал Екатеринбург. Как предсказывал Лао, проблема оказалась слишком масштабной, чтобы троица агентов смогла с ней справиться за считанные дни. Лёха отрапортовал, что Яна и Макс работают с полной отдачей, но их сил недостаточно, чтобы определить, что за чертовщина творится в Екатеринбургском метро. Один только сбор информации занял всё время, которое потребовалось Лао и Чарли, чтобы разобраться с призраками в усадьбе. Но призраки на фоне событий, доставшихся Яне и Максу, выглядели беззубыми котятами.

Поезд прибыл ко времени завтрака. Сонная Чарли пила остатки своего тонизирующего чая, закусывая чипсами из батата, чтобы унять голод. Вторым этапом восстановления после сильного истощения стал волчий голод. Поглядывая на подопечную Лао с улыбкой мысленно отметил, что все дела начнутся только после плотного завтрака.

На платформе заспанных агентов встретил Лёха. Ради минутки юмора водитель взял с собой большую табличку, на которой жирно написал «Трое из Простоквашино». Рассмеялась даже зевающая шаманка. Поездка до отеля и последующий плотный завтрак в отеле прошёл для монаха в непрекращающихся пикетах с московским офисом. Лао Шин уже открыто критиковал поведение Анастасии и Виктора, едко предлагая вернуть Влада на пост главного.

«При нём такой ерунды не было!» — хлёстко написал он в общий чат, намекая на необходимость возвращения всех агентов к сыскной деятельности.

После завтрака Макс и Яна, учтиво уступая друг другу право голоса, поведали обо всё, что за короткие два дня удалось узнать. За последние несколько дней в метро Екатеринбурга стали находить людей в состоянии глубокой комы, которая позже переходила в смерть. Порой находили уже мёртвых. Более того, и эту информацию Лёха узнавал от компетентных представителей правоохранительных органов, в морге Екатеринбурга насчитывался десяток тел со следами зубов неизвестного зверя. Даже приглашённые специалисты не смогли определиться, какой хищник мог бы так откусывать. Кто-то рискнул предположить, что трапеза проходила уже после смерти жертвы.

— Некоторые суеверные личности считают эту линию метро несчастливой, — говорил Макс, пока Яна переводила дух и раскладывала в комнате отеля перед прибывшими все обнаруженные документы. — С её строительством возник целый ворох проблем, включающий смерти строителей. Год назад на одной из станций второй линии некий мужчина открыл стрельбу по мирным пассажирам, выходящим из вагона.

— А два года назад, — продолжила Яна, — весь состав, идущий по второй линии, сошёл с рельс. Не выжил никто. Помимо прочего по всей второй линии ходят всякие страшилки и, что характерно, некоторые из них имеют под собой реальные истории. Иногда люди находят в вагоне забытый кем-то проездной и после исчезают. Буквально: станция — есть человек, следующая станция — уже нет человека.

— Мне пришлось повозиться, чтобы выбить разрешение на свидание с нашим стрелком, — добавил от себя Лёха, — к счастью, он всё ещё сидит в СИЗО. Ждёт суда. Сегодня после обеда пойду его допрашивать.

— Провожатых не допустят? — уточнил монах, намекая на себя настойчивым взглядом в глаза водителю.

— Даже со всеми связями, только я и только сегодня! — развёл руками Лёха.

«А в заявке были только коматозники с последующей смертью. Типичные жертвы демонов. Неудивительно, что ничего не понятно!» — раздумывал Лао Шин, поглядывая краем глаза на подопечную, сдвинувшую брови в молчаливой задумчивости.

По глазам девушки он понимал, что парочка идей в её рыжей голове уже сформировалась.

— А что стало ясно после поездки по всем станциям? — поинтересовалась Чарли, глядя на Яну.

Ведьма коротко отчиталась о смутных ощущениях, которые то появлялись, то пропадали. Но «след» на станциях терялся безвозвратно. Макс подтвердил слова ведьмы и добавил, что во время поездки демон вёл себя странно, но следов своих собратьев не обнаружил. Подопечная ещё не успела сказать, а Лао уже бросился с головой в раздумья — отправиться вместе с подопечной или оставить ей маячок с уравнителем и осмотреть жертв неизвестного животного.

— Я хочу посмотреть, возможно, я смогу почувствовать чуть больше? — неуверенно покосилась она на Лао, но получила одобрительный кивок.

Максимилиан выжидающе смотрел немигающими глазами на монаха, прежде чем озвучил свою безумную идею. И только на первых словах чернокнижник напрашивался на отдых в психиатрической лечебнице. Радомиров решил пойти на риск и запустить в своё тело демона в полную силу, устроить почти полную одержимость, чтобы на своём примере понять происходящее.

Монах покрутил пальцем у виска. У чернокнижников и с неполным вселением демона в тело точка безумия наступала слишком рано. Но Радомиров не думал уступать и напросился вместе с Лао Шином в морг под предлогом не выдуманных знаний о многих Иных с зубами и когтями, которые могли прятаться в темноте.

— Ладно, — через силу кивнул монах, мысленно сравнивая Радомирова с Ли-Тао. Оба, когда хотели, могли довести до белого каления. — Давайте подытожим: Чарли и Яна отправляются путешествовать по второй линии метро. Лёха уходит на свидание в СИЗО. Мы с Максом отправляемся в морг. Неприкаянным остаётся Самир.

— За меня не переживай, босс, — хмыкнул повар, — я так полагаю, что в скором времени нам потребуется экскурсия по внутреннему убранству тоннелей метро. Я пока найду нам диггеров.

— Вот и славно! — кивнул монах. — На этом общий сбор объявляю оконченным!

✠✠✠

Метро Екатеринбурга по мнению шаманки не слишком отличалось от новосибирского. Подземелье, запах камня, быстро движущийся поезд. Ничего, что могло бы переплюнуть самые красивые станции московского метро. Одинаковое мерное грохотание и ощущение потерянности. Хотя тоннели с поездами находились как нельзя близко к земле, спускаясь вниз Чарли ощущала себя потерянным ребёнком, из-за утраты связи со своей истинной сущностью. Казалось, в вагоне метро всегда полдень с неприятно крепкой Гранью. Под землёй городские джунгли становились предельно неприветливыми для Иных.

— Станция «Татищевская», — услышала шаманка одновременно с ощутимым толчком острого локтя ведьмы в бок. Она повернулась к активно жестикулирующей Яне, — осторожно, двери закрываются! Следующая станция «Площадь 1905 года».

— Здесь будет! — одними губами шепнула ведьма, и Чарли старательно сосредоточилась.

Они преодолевали тоннель за тоннелем, но ничего тревожного девушка не ощущала. Метро никак не изменилось и ощущалось таким же как и московское с новосибирским. Вагон остановился на станции, а шаманка удрученно пожала плечами. Ничего интересного. Марьяна из упрямства предложила проехать до самого конца, а потом вернуться обратно. Авантюра затянулась на пару часов из-за желания Чарли выходить на каждой остановке и проверять не только вагон, но и станцию. Но несмотря на рвение обеих, ничего аномального они не почувствовали. Ведьма не скрывала, что в поездке с шаманкой тоже не может поймать тот самый «хвост».

Назад они ехали уже не выбираясь на каждой остановке из вагона. После нескольких часов вынужденных поездок шум метро начал по-настоящему раздражать. Чарли даже позволила себе малодушную мысль об отрешении от всего с помощью музыки, но стоило потянуться к смартфону, как тот мигнув красным значком разряженной батареи и отключился.

«Супер! — выдохнула шаманка. — Теперь меня Лао потеряет!»

— Ян, напиши Лао, что у меня телефон разрядился, чтобы он нас не потерял! — торопливо обратилась она к подруге.

— Да, конечно, сейч… чего?! — Яна с удивлением вытащила из кармана разряженный смартфон. — Быть того не может! Я его утром заряжала и почти не пользовалась! Его должно было хватить ещё как минимум на день!

— Я свой не проверяла, мог и разрядиться! — пожала плечами шаманка, но не стала слишком сильно переживать. — Если переживаешь, то выйдем на следующей станции, в ближайшем кафе подзарядимся и позвоним нашим?

— Да, мне не нравится эта ветка! — нервно кивнула Марьяна. — Особенно сегодня. Какая-то она подозрительно тихая!

Ведьма заметно волновалась и Чарли осторожно взяла её за руку, поразившись своей инициативе. Раньше она всегда держала барьеры ото всех, а если не держала, то сама не шла на сближение. Но в случае с Яной она по-настоящему захотела приложить все свои усилия и девушку утешить. Подруга смущённо улыбнулась и с благодарностью сжала руку шаманки.

Но станция и не думала появляться на горизонте. Поездка затягивалась. Девушки начали нервничать. Дополнительной неприятностью стали именно молчащие смартфоны. Ни посмотреть своё местонахождение, ни связаться со своими. Не расцепляя рук, Чарли и Яна сидели нахохлившись. Чтобы отвлечься, шаманка бездумно начала постукивать носком ботинка по вертикальному поручню, пока случайно не задела ногой что-то маленькое под сидением.

Чарли потянулась за маленькой вещицей машинально, не слишком раздумывая, что это такое. Просто хотела посмотреть. Пальцы почти коснулись маленькой находки, когда Яна с рыком рванула подругу на себя!

— НЕЛЬЗЯ! — от крика всполошиться должен был весь вагон, однако все остальные пассажиры замерли, уставившись в экраны своих планшетов и смартфонов.

Яна выглядела шокированной собственным криком. Девушка забралась с ногами на сидение и бормотала слова извинения, но Чарли не обращала на них внимание, подбираясь к пассажирам. Ради интереса она помахала рукой между лицом какого-то парня и его смартфоном. Когда он никак не отреагировал, она растерянно отступила назад и в прострации села на рядом с Марьяной.

В голову пришла светлая идея об экране над дверьми, на котором можно было посмотреть какие станции пройдены и какие остались. Но при ближайшем рассмотрении оказалось, что те застыли на статичной картинке и не показывают ничего. Не успела Чарли удивиться, как экраны над дверьми вагона одновременно погасли.

— Чарли, я… — продолжила извиняться Яна, но шаманка её прервала:

— Я не дуюсь. Возможно, мы действительно сделали то, чего нельзя было делать! — осторожно заметила девушка. — Давай пройдём в соседний вагон! А то мне кажется, что свет стал каким-то тусклым.

Яна кивнула, быстро пришла в себя и поднялась на ноги.

— Ты попробуй в правый, а я в левый! — предложила она, отдышавшись, и направилась к двери-перегородке между вагонами.

Чарли бросилась к своей двери. Приглушённые чувства шамана едва пробивались в подземном царстве бетона. Но даже их хватало, чтобы чувствовать надвигающуюся опасность. Они не просто поймали «хвост» чего-то сверхъестественного, а скорее всего наткнулись на всё «тело». Свет начал тускнеть ощутимее. Вокруг девушек и их неподвижных товарищей по вагону сгущались сумерки. Чарли попыталась открыть дверь, но та и не думала поддаваться. Ручка двигалась, но сама дверь и не открывалась.

— Застряла! — крикнула она Яне, уже не стесняясь повышать голос. — А у тебя?

— Тоже ничего! — громко ответила та, для верности дёрнув ещё раз посильнее. — Странная… ерунда.

Чарли посмотрела на подругу с лёгким скепсисом, после того как услышала несвойственно скромную оценку ситуации.

— Ян, мне есть восемнадцать, мы сейчас можем пополнить число жертв этой линии, так что можешь не стесняться в выражениях! — выдохнула она, умудрившись даже нервно улыбнуться. В ответ ведьма смущённо улыбнулась и громко выругалась на матросском диалекте.

— Так, мы живы и целы, — более спокойно начала Яна, — нас пока не запугивают всякие гробики на колёсиках. Поэтому мы можем сесть и подумать над ситуацией. Согласна?

— Других предложений нет! — кивнула шаманка и демонстративно села на своё место. — С чего начнём?

Ведьма селя рядом и начала шарить по карманам.

— Сначала проверим, что мы с собой взяли, чтобы спасаться и обороняться!

Чарли машинально коснулась бедра, но лишь разочарованно провела пальцами по ремню брюк. Бубен она не решилась брать с собой в метро и оставила в отеле. Чётки, обгоревшие после встречи с призраками усадьбы, пришлось выбросить. Пошарив по карманам, девушка вытащила медную ложку с гравировкой электролизом. Несмотря на всю тяжесть ситуации ложка приятно покалывала кожу потоком резонансной энергии.

«Что ни говори, а амулет хороший!» — улыбнулась находке Чарли.

— У меня защитная ложка, — продемонстрировала она находку.

— Несколько поисковых кристаллов, амулет обнаруживающий демонов и две подвески от подавления воли, — тяжело выдохнула Яна. — У меня с защитными амулетами всегда было слабовато. В Новосибирске Таня с Олей подбрасывали мне свои.

— Ладно, — через силу произнесла Чарли, стараясь не показывать нарастающий страх. Тусклый свет мигнул и на мгновение вагон погрузился в темноту. — Давай думать о ситуации. Мы едем без остановок, наши смартфоны приказали долго жить и в нашем вагоне застывшие пассажиры. А ещё я ощущаю нарастающую угрозу.

— Застывшие не только у нас, — заметила Яна, — в соседних вагонах люди тоже без движения!

«А если...» — оборвав мысль на середине, шаманка вскочила с места, подошла к ближайшему застывшему человеку со смартфоном в руках и отобрала гаджет.

Бледно-голубой экран мигнул и погас, оставив ещё больше вопросов. Удрученно, шаманка вложила аппарат в руку владельца и вернулась на своё место. Яна понимающе хмыкнула. Попытка была неплохой. Нервно пнув поручень, Чарли снова коснулась ногой чего-то пластикового.

— А началось, с той штуки, что у меня под ногами? — пробормотала она, опускаясь вниз.

Под сиденьем из-за темноты увидеть что-либо не представлялось возможным. Хотела того Чарли или нет, но посмотреть на находку можно было только вытащив её руками к самой освещённой части вагона.

— Смартфоны умерли раньше, — покачала головой Яна, — но я всё равно боюсь этой штуки. Не надо её брать!

— Двум смертям не бывать? — пожала плечами шаманка. — Или я могу допинать её до ближайшего пассажира и повернуть его руку, чтобы осветил нам… чем бы эта штука не оказалась.

— Лучше пинай!

Носком ботинка девушка осторожно вытолкнула из-под сидения что-то маленькое и осторожно подтолкнула к наибольшему скоплению пассажиров, свет гаджетов которых, почти освещал пол. При рассеянном свете смартфонов и планшетов перед глазами предстал проездной на метро с полустёртыми буквами и фотографией.

— Это проездные старого образца. Их делали к открытию второй линии, — нарушила молчание Яна. — Из-за наполеоновских планов на двухэтажное метро строительство сильно затянулось, но потом нашли какой-то обходной вариант. И к открытию первые проездные делали именными и с фотографиями как на паспорт.

— Жаль, что имени не разобрать.

— А ещё есть местная страшилка. Почти городская легенда, — продолжила ведьма, — я краем уха… не важно. Короче говоря, нельзя подбирать проездной на второй линии.

— А иначе?

— Придёт его мёртвая хозяйка и утащит тебя под землю. Страшилки не имеют хороших финалов. Это как истории про Кутисакэ-оннаКутисакэ-онна – женщина с разрезанным лицом, одна из самых распространённых городских легенд Японии.. Либо калечит, либо убивает.

Шаманка нахмурилась. Стать частью такой городской легенды не хотелось. А в подземном царстве только ложка выделяла её из толпы типичных жертв подобных бабаек. Но, что хуже всего, обычно в историях про таких онрё не существовало рецепта выживания. Только знание правильных слов или действий, если таковые существовали, могло гарантировать шанс на спасение.

«С другой стороны, у нас есть ложка и мы не прикасались по-настоящему к проездному!» — попыталась утешиться Чарли, но услышала как поезд начал замедляться.

С визгом тормозных колодок вагон остановился. Девушки бросились к окнам, беспардонно отпихивая мешающих истуканов-пассажиров. Но за окном не проглядывало ничего, что могло бы напомнить станцию метро, даже погруженную в темноту. В рассеянном свете от гаджетов, просматривался бетон.

— На станцию не похоже! — шепнула Яна.

Двери вагона открылись, заставив девушек с криком отбежать в самый дальний угол вагона. Освещаемые окном в соседний вагон, где всё ещё горел свет, они вновь схватились за руки. В отчаянии Чарли выставила вперёд зажатую в кулаке ложку, словно это могло отпугнуть кого-либо.

Они чувствовали присутствие кого-то снаружи. Кого-то без преувеличения Иного. Что-то инородное шло по рельсам, тяжёлой поступью заставляя вагон вздрагивать. Оно коснулось обшивки вагона, и уши девушек атаковал пронзительный скрип, заставив зажмуриться. Оно приближалось к их вагону.

С каждым шагом сердце Чарли билось всё быстрее, а приток адреналина лишь обострил ощущения от происходящего. Впервые после всего, что они пережили вместе с Яной и порознь, она ощутила ядовитый привкус собственной беспомощности. Предельно возможную уязвимость.

Вагон чуть качнулся от упругого рывка внутрь. Топ-топ-топ — от шагов вздрагивали стены и пол. Внутренности сжимались от каждого шага. В темноте вагона, едва рассеиваемой редкими источниками света, девушки увидели пугающую фигуру, отдалённо напоминающую женскую. Голова неестественно склонялась вниз, ноги шли так, будто каждая подчинялась своему ритму, а неестественно длинные руки касались пола, на ходу царапая вагон.

— Я потеряла свой проездной! — от голоса существа кровь стыла в жилах.

Ложка стремительно нагрелась в руке, начиная неприятно припекать, но Чарли не спешила прятать амулет под одежду. Неведомое чудо-юдо остановилось в шаге от них. По рваным движениям тела девушки заметили, что существо пытается сделать ещё шаг вперёд, но натыкается на невидимый барьер и остаётся на месте. Ложка действительно защищала.

— Мы его не трогали, он на полу лежит! — нервно ответила Яна чуть громче и грубее, чем этого требовала ситуация.

Сущность повернулась в сторону, куда указывала ведьма и сделала шаг к своему проездному. Одновременно с ней в вагоне появился свет, возобновилось движение, а все пассажиры оторвались от гаджетов. Их заинтересовали не работающие экраны у выходов, показывающие, что поезд вот-вот доедет до станции, а две странные девушки, испуганно вжимающиеся в укол вагона, выставив в качестве оружия обугленную столовую ложку. Однако для городских сумасшедших Чарли и Яна оказались слишком скучными и все их товарищи по вагону вернулись к привычным занятиям. Только один парень на миг оторвался от электронной книги и заметил под ногами зашорканный прямоугольник.

— Нет! Не трогай! — хором крикнули девушки, бросившись вперёд, но было слишком поздно.

Свет погас всего на миг, но этого хватило, чтобы пассажир, внешне напоминающий обычного студента исчез вместе с проездным. На этот раз на замерших в ужасе девушек смотрел весь вагон не отрываясь, но Яна и Чарли этого даже не заметили. Обе осознавали, что человек перед ними не просто исчез, а погрузился в тот самый тёмный замерший вагон и стал жертвой неведомого Иного.

«Должно быть, то мгновение, когда он исчез, показалось ему вечностью!» — думала Чарли обуреваемая гнетущими чувствами.

— Станция «Площадь 1905 года», переход на первую линию! — услышали они механический голос, прежде чем двери вагона распахнулись.

✠✠✠

Яна с Чарли пулей вылетели со станции и в панике бежали по улицам Екатеринбурга, не разбирая дороги. Обе ощущали постоянное присутствие той самой сущности и просто не могли остановиться или расцепить своих рук. Выносливость Чарли позволила ей бежать с постоянством марафонца, а Яна просто игнорировала острую боль в боку и мысленно подстёгивала свои ноги бежать ещё быстрее.

Остановились они только когда услышали требовательный звонок смартфона. Три красных значка в углу экрана показывали, что первые три вызова они благополучно пропустили. Дрожащей рукой Чарли поднесла аппарат к уху.

— Чарли, если уж игнорируешь звонки, то хотя бы отписывайся, что жива-здорова, — с наигранной строгостью заявил Лао вместо приветствия.

— Мы-мы-мы-мы, — заикаясь попыталась сообщить шаманка, но именно в безопасности на неё плюхнулась грузным телом паника, лишив способности нормально дышать и разговаривать.

Она попыталась выдохнуть и продолжить, но вместо этого очень громко всхлипнула. Рядом точно также приходила в себя Марьяна. Ведьму случай в метро напугал не меньше. Но если Чарли на себе ощущала состояние, подобное откату и едва сдерживала слёзы, то Яна яростно царапала ногтями кожу в подсознательном намерении её с себя содрать.

— Адрес! Где вы находитесь? — моментально оценил ситуацию наставник.

— Мы в… — Чарли рассеянно посмотрела по сторонам.

Девушки стояли у неработающего фонтана. Вокруг не наблюдалось ни души. Только деревья и лужайки под шапками снега. Проследовав по дорожке, оставленной в снегу их собственными ботинками, Чарли вышла к воротам. Идти пришлось прилично, растерянно оглядывая парковую территорию, которая летом должна была поражать буйным цветом, а пока спала под снежной периной.

— Дендрологический парк, — прочитала шаманка, с трудом заставляя себя разговаривать.

Пережитый ужас не желал отпускать. По щекам начали катиться слёзы отката. Бесконечный неконтролируемый поток неприятно холодил щёки на декабрьском морозе. Но скорый приезд Лао внушал надежду. Яна в прострации продолжила царапать свою руку, пока её мягко не перехватила Чарли, переплетая пальцы с подругой. Заледеневшая рука сначала замерла в попытке сбросить ладонь шаманки, но чуть позже сжала пальцы во взаимности.

В таком состоянии их забрали Лао и Самир. Одного взгляда на лица девушек хватило, чтобы монах осёкся на полуслове и закончил допросы не начав. Водитель понимающе кивнул и повёз всех ему одному известным маршрутом. Лао на смену направления не обратил никакого внимания, всматриваясь в Чарли и Яну. Оказавшись в тепле девушки замолчали, игнорируя даже бытовые вопросы. Так в прострации до них долетали обрывки телефонного разговора, в котором Лао диктовал адрес ресторана и требовал собрать всех вместе.

Чарли пришла в себя только когда перед её лицом появилась тарелка с чем-то очень вкусно пахнущим. Стряхнув оцепенение, она с удивлением обнаружила себя за большим столом в ресторане. Вся группа собралась за столом. Лёха что-то обсуждал с Самиром. Максимилиан активно жестикулируя пытался добиться чего-то от Лао Шина. И только они с Яной застыли истуканами, пока запах еды не вернул к жизни.

Глядя на нечто, напоминающее жаркое, которое готовил у Анастасии Джеймс, только с грибами и морковкой, она осторожно подцепила вилкой кусочек картофеля и отправила в рот. Живот мгновенно свело от вспыхнувшего после оцепенения волчьего голода. Борясь со звериным позывом отбросить в сторону приборы и начать забрасывать еду в рот руками, девушка накинулась на что-то мясное, густое, пряное и невероятно вкусное. От её примера оживилась Яна и осторожно понюхала тарелку с запеченной в овощах птицей. Естественные рефлексы взяли своё и девушки забыв обо всём на свете ели то, что им подали и пили то, что передавал Самир с понимающей улыбкой.

— Ну, что я говорил, хорошая еда растопит любой лёд! — торжествующе отметил он, подавая Чарли терпкое с горчинкой питьё, от которого по телу разливалась приятная слабость, а голова становилась всё легче и веселее.

— Ты, конечно, прав, — кивнул наставник, разглядывая с хмурой морщинкой между бровей подопечную, — но с вином пора заканчивать. Пусть лучше дальше чай пьют или до завтра разговаривать разучатся!

«Так это было вино? — удивилась Чарли и от подступающей лёгкости едва не расхохоталось. Почему-то стало очень весело. — А я пила его раньше? Нет! Да? Кажется… ну оно было не таким вкусным и… плотным! Да. Это как будто плотнее воды!»

— Я им тут самое лучшее нашёл! — насупился Самир, но больше для виду.

Звуки наполнились странным гулом, и Чарли начала погружаться в своё первое в жизни опьянение. Несмотря на выигранное в споре с Лао красное сухое вино и возраст, когда алкоголь уже разрешается распивать, ничего крепче сиропа от кашля девушка никогда не пила. После стресса новое состояние очень понравилось, оно отгоняло все неприятные ощущение и оставляло неприятную встречу лишь горсткой свершившихся событий.

Рядом тянула пустой бокал для добавки Яна, мягкая и тёплая, совсем не похожая на себя напуганную и зажатую как кобра перед броском. Ведьма вдруг потеряла равновесие и с размаху врезалась лицом в плечо Чарли, сделав невероятно уморительную дугу, пока пыталась поймать равновесие. От удара шаманка едва не расплескала остатки своего вина, но лишь расхохоталась, настолько всё выглядело смешным. Подруга расхохоталась следом.

— Кажется, уже поздно пить боржоми! — развёл руками Лёха. — наши дамы перешли в состояние шальных императриц.

— Я могу попробовать воззвать к демону Марьяны и он вытянет из неё весь алкоголь, — предложил Радомиров.

Лао внимательно посмотрел на пьяно хихикающую ведьму и покачал головой:

— Они так выглядели… пусть отдохнут. Давайте пока подведём итоги без их отчёта. Завтра узнаем, что с ними произошло. Самир?

— Я договорился с местными бесстрашными ребятами, пообещал оплатить им по двойному тарифу плюс всю технику, если она повредится. Они согласились, ждут нас хоть завтра, — бодро заговорил повар, ставший полноценным членом команды.

Все внимательно слушали. Даже Яна и Чарли перестали хихикать и сделали самый собранный вид из возможных. Незаметно для всех, кроме шаманки, ведьма продолжила подливать себе вина в бокал и медленно цедить, слушая разговоры.

— Я посетил нашего «стрелка из Ебурга». Мужик полностью вменяем, — начал говорить Лёха, предпочитая пить только чай. — Из-за этого ему так и не предъявили обвинение. Говорит безумные вещи, а сам полностью вменяем. По его словам, увидел как из вагона вышли мертвые и «присосались» к живым. У него был с собой пистолет, разрешено по долгу службы, и он решил избавиться от призраков. Как факт — убил двух гражданских, которые, на мой взгляд, и так были уже не жильцы.

— Одержимые уже мёртвые тела? — уточнил монах.

— Если верить словам, то да.

— После посещения местного морга, я взял на себя смелость проверить станции, между которыми были найдены тела наших надкусанных потерпевших. Мною обнаружены подозрительные сколы на краю платформы, похожие на следы от когтей, а также «немёртвая кровь», — с ноткой гордости сообщил Радомиров, перебив открывшего было рот монаха. — Такая кровь может принадлежать или живому мертвецу или гулю-падальщику. С учётом когтей, я делаю ставку на гуля.

Лао Шин укоризненно посмотрел на выскочку-чернокнижника, но продолжил нейтральным тоном:

— Молодец, Максимилиан, по факту имеют место два не совсем связанных между собой дела. Я принял решение о передаче дела о гулях Джеймсу. Рапорт отправлю из отеля с требованием немедленного присутствия. Есть возражения?

Возражающих не нашлось. Все агенты стремились так или иначе расшевелить Москву на активные действия и оторвать от игры «шпион, выйди вон». Яна, мурлыкая какой-то знакомый мотив, сползла на диван и отправилась в безмятежный пьяный сон. Чарли напротив не спешила выключаться. Лёгкую стадию опьянения сменило странное состояния разделения. Одна её часть продолжила нежиться в состоянии сонной расслабленности, но другая с кристально трезвым взглядом смотрела на агентов и внимательно слушала. Такая дуальность ничуть не напрягала девушку и казалась такой же естественной как дыхание. Тем временем агенты обсуждали все возможные планы на следующий день и запросы в центральный офис.

— На этом наш неформальный брифинг можно считать законченым, — подытожил Шин и вдруг встретился с гневным сиянием зелёных глаз подопечной.

— Вообще-то мне тоже есть что сказать! — резко заявила Чарли, заставив всех агентов настороженно к ней присмотреться.

Нетрезвая шаманка выглядела пугающе странно. Зрачки порой вспыхивали белым светом, словно она находилась в боевом состоянии и подобно демону впитывала энергию из прорехи в Грани. Сама Чарли не чувствовала ничего. Никаких эмоций или переживаний. Трезвое состояние оставило на прощание обязательство поведать всем о случившемся в метро, и в расщеплённом виде шаманка исполняла задуманное. Она говорила подробно, упоминала каждую деталь и даже все пережитые эмоции, но слова лились холодным потоком. Чарли чеканила слова, словно робот.

Когда она закончила рассказ, Лао не сразу нашёл в себе силы взять на карандаш несколько тревожных звоночков, которые демонстрировали, что на второй линии екатеринбургского метро скрывается нечто опасное и действующее совсем не как демон.

— Тогда я дёрну Марка, возможно, в архиве есть упоминания о подобных случаях. Теперь, — он настороженно смотрел на странное состояние подопечной, запомнив навсегда не поить её алкоголем до такого состояния, — брифинг можно считать закрытым. Отправляйся спать, Чарли!

Шаманка будто только и ждала его команды. Слова ещё не затихли в воздухе, а она обмякла на диване ресторана марионеткой, у которой перерезали все ниточки.

— Этим двум больше не наливать! — сухо прокомментировал Лёха.

— Никогда в жизни! — согласился с ним лидер группы.

✠✠✠

— Так! Я что-то не понял?! Стоило мне отвернуться и ты, наставник с блестящей лысиной, накачал мою шаманку до отключки? — пробивался в голову гневный рык Весемира.

— Во-первых, с какой это стати она твоя? Во-вторых, это вышло случайно, от нервов она сама перебрала, — недовольно оправдывался Лао Шин. Даже сквозь сон чувствовалось насколько ему неприятно оказаться в положении нашкодившего студента, которого безжалостно отчитывают.

— Ага, а алкоголь вокруг неё сам возникал? Ты давал ей воду, а она как Иисус превращала её в вино и выпивала? — шаман и не думал смягчаться, а каркающие звуки его голоса заставили Чарли открыть глаза и отнять голову от подушки. — Ещё раз такое замечу, и ты до конца жизни будешь получать от меня маленькие, но гаденькие подарки!

Девушка нехотя сползла с кровати и покинула комнату, направляясь на звук. В зале между спальнями самого дорогого номера в отеле обнаружились наставник и гневный чёрный ворон. Птица на этот раз не только распушила перья, но и расправила крылья, чтобы зрительно занимать больше места и выглядеть внушительнее.

— На вопрос ответишь? — с досадой выдохнул монах, успев несколько раз пожалеть, что начал разговор.

— Так и быть! — в тон ему отозвался Весемир. — Да, у шаманов такое бывает. Защитный автопилот от нерадивых наставников, которые могут накачать подопечную веществами!

Чарли непонимающе переводила взгляд с одного на другого. Горячие финские парни продолжали спорить, не обращая внимание на зрителя их спектакля двух актёров. Смутно шаманка понимала, что они обсуждают её, но не могла вспомнить, что именно могло бы вызвать подобный спор. Девушка ожидала, что обсуждать будут непонятное нечто, которое едва не утащило их с Яной, а не её «автопилот».

— С добрым утром! — напомнила она о своём существовании.

Спор прервался и две пары глаз уставились на неё. И в один голос прогремели два ответа:

— Доброе утро.

— Доброе, Ёжик.

Чарли на всякий случай проверила, надета ли на неё пижама, так странно на неё посмотрели оба, и рискнула поинтересоваться о предмете спора. Итогом перекрёстных вопросов, сопровождающихся едкими замечаниями Весемира, стало осознание, что шаманы после опьянения разделяют нагрузку на организм. Пока человеческая часть спит под действием алкоголя, со внешним миром может контактировать демоническая, что не откладывается в памяти.

Растрепанных Чарли и Яну, проснувшихся ближе к обеду, Лао встретил завтраком и обедом, разложенными на большом столе. Весемир объявил оставшимся троим агентам, что гневные письма и отчаянные запросы из Екатеринбурга расшевелили московский офис.

— Джеймс как услышал про гулей, схватил в охапку своих падаванов и понёсся к аэропорту, махая шашкой, — с усмешкой объявил ворон. — Его, конечно, остановили и сейчас набирают группу побольше. Вылавливать гулей по всем тёмным углам метро втроём — это отдельный вид извращения. Но вы своего добились. Твои рапорты приняли. Все страницы будут в ближайшие два недели отправлены под защиту ГХ!

Что-то в тоне Весемира напрягло Чарли и она не выдержала:

— А что плохого, если все страницы будут под присмотром? Ведь Книга Хаоса вообще когда-то была целой!

Лао и Яна тактично отхлебнули чай из своих чашек и продолжили обедать. Шаманка поёжилась, предполагая, что спросила нечто глупое.

— Вопрос не глупый, — опередил её Весемир, — но после, так сказать, разделения Книги Хаоса на части, всем, кто с ней взаимодействовал так или иначе доносилось сообщение.

— Сообщение?

— «Страницы нельзя держать вместе», — пояснил монах. — Поэтому и была создана целая сеть людей высшей степени доверия, которым тогда ещё Орден Инквизиции доверил страницы, которыми обладал. Часть, как ты знаешь, была утрачена и позже обнаруживалась в неожиданных местах.

— Мне Илья Муромский говорил что-то похожее про страницы. Но почему их нельзя вместе хранить?

— Неизвестно, — хмыкнул ворон, подскочив к руке Чарли в привычном выпрашивании еды. — Игнорировать такое сообщение Орден не рискнул, но теперь, видимо, придётся. Лучше пусть они будут рядом, но под присмотром. До страниц допустят исключительно проверенных и перепроверенных.

— А что насчёт той сущности, которую мы с Яной встретили?

— Марк перерыл весь архив, пока вы спали, — сообщил Весемир, после того как Чарли поделилась с ним едой. — Хорошая новость, совпадения действительно есть. Плохая новость, их слишком много и они относятся к разным демоноподобным Иным. Нужно конкретизировать. Метро, подземелье или пещера встречаются слишком часто. Выбор в качестве пугающего образа одну из своих первых жертв — тоже распространённое явление.

— Поэтому после полуночи мы спускаемся с диггерами и осматриваем место преступления. Благодаря вам с Яной, область осмотра ограничивается станцией, на которой вы вышли, и двум вокруг неё! — объявил Лао Шин.

«А не поздновато? Хотя… в часы работы метро бродить по рельсам будет слишком уж экстремально!» — раздумывала шаманка, но вслух спросила иное:

— Это не опасно? Нас с Яной спасла ложка и тот факт, что мы не трогали проездной!

— Это может быть опасно, — кивнул Весемир, — но «наша служба и опасна, и трудна. И на первый взгляд как-будто не видна...». Но у большинства подходящих по описанию Иных есть ограничение по активности. Грубо говоря, в вагоне метро куда опаснее, чем за его пределами.

— Но это в том случае, если Иной ограничен механизмом срабатывания! — парировала Яна, вызвав у Чарли ещё больше вопросов. — Если нет, то будет нападать на всех подряд.

— Не забывай, — привлёк к себе внимание Лао Шин, — Иной напал в облике одной из жертв. Значит, свой облик он по каким-то причинам принять не может... Максимилиан, кстати, нашёл её! В год открытия второй линии нашли женщину на путях. Одна из работниц метро с редким именным проездным.

4. Дело о поезде-призраке ч.2

До полуночи Чарли и Яна были предоставлены сами себе. Наставник не стал ограничивать их в передвижении по городу, лишь наказал не посещать метро, даже с целью осмотра станции. Самого монаха Максимилиан чуть ли не силой уволок на остановку «Площадь 1905 года» с целью призвать демона на закате, а до этого приготовить всё необходимое, чтобы демон Лапласа ответил на вопросы, не цепляясь к отдельным словам.

Пока зимнее небо над Екатеринбургом радовало глаз приятной синевой, девушки гуляли по городу, отогреваясь от декабрьских холодов в кафе за чашкой чая. После пережитого ужаса в метро Яна неожиданно стала чуть более открыто рассказывать о своих чувствах и прошлом. Подруга поведала о тех днях, когда демон с ревностью смотрел на ещё живых родителей девушки, обо всех его неуклюжих попытках привлечь их внимание, от которого те едва не седели. Сначала Чарли даже терялась смеяться ей или пугаться, но добродушный тон настроил на положительные эмоции и шаманка сдержанно хихикала.

Встреча с диггерами произошла за два часа до предполагаемого столкновения с неизвестным. В десять часов вся группа переоблачилась в костюмы. Яна хлёстко окрестила их серыми контрацептивами, однако безропотно позволила натянуть на себя всё части костюма Л-1. Куртка с капюшоном, брюки с плотными прорезиненными чулками и специальные перчатки сделали всех похожими на забавных гномиков-горняков. Но когда к комплекту присоединились каска с фонариком, респиратор и рация, то отличить команду от типичных сталкеров стало невозможно. Слишком уж они походили на искателей приключений на мягкое место в самых опасных местах подземелий.

Погружение вниз, вопреки ожиданиям шаманки произошло вдали от любого входа в метро. Диггеры нашли какой-то особенный только для них канализационный люк, вскрыли его и поманили агентов за собой. Чарли перед спуском проверила, надежно ли закреплён под слоем защитной одежды бубен и безропотно спустилась по лестнице в бетонные катакомбы. Уже после того, как ноги последнего агента коснулись бетонного пола, диггеры соизволили объявить перечень стандартных правил выживания. Чарли старалась слушать инструкторов со всем вниманием, однако поняла, что все правила соответствуют правилам выживания в любой агрессивной среде — не паниковать, держаться вместе, обо всем сразу докладывать и слушать командиров. Кроме различных мелочей, связанных сугубо с подземельем, вроде надевания маски каждый раз когда ощущается нечто, похожее на газ или дым, требования не включали в себя что-то новое и уникальное. Девушка послушно кивала, зная, что не собирается своевольничать и честно шла нога в ногу за наставником.

Бетон и кирпич и вода — как основные спутники всех диггеров довольно быстро начали казаться чем-то естественным. Неким ареалом обитания. Холод подземки компенсировали термокостюмы, а высокие шансы с непривычки упасть, мягкие налокотники и наколенники. Всего лишь новый слой городских джунглей. Почти не раздражающий, если привыкнуть к запахам.

Звуки под землёй сначала пугали непривычным эхом, отражающимся от стен. Все казалось слишком громким, а тишина между звуками слишком тихой. Поначалу казалось, что их слишком много в таком узком пространстве. Да и стены порой будто смыкались вместе, чтобы добавить ощущения тесноты. От каждого движения в темноту разлеталась целая симфония звуков. Хруст камня под ногами, скрип одежды, шорох дыхания, стук от задавленного кашля. Даже взмах руки вызывал лёгкий свист.

Сверяясь с картой, диггеры, Анатолий и Василий, вели агентов всё ближе к тоннелю, выводящему в рукав, который открывал доступ ко второй линии метро. То, как агенты терпеливо сносили и холод и воду по колено, спокойно продвигаясь к намеченной цели, убедило диггеров, что перед ними отнюдь не любопытные хлюпики, а люди, знающие куда и зачем они двигаются. Коллектор, полный воды по колено сменился рукавом, наполненным высохшей глиной, в котором группа получила возможность обсохнуть и во все глаза оценить холодные, уходящие в темноту тоннели, покрытые рисунком плачущего камня, просматривающегося сквозь осыпавшийся кирпич.

— Мы приближаемся к вашей станции, — объявил Анатолий, — в какую сторону от неё вы планируете идти?

Все повернулась к Максу, который под надзором Лао связался со своим демоном Лапласа. Чернокнижник уверенно вышел вперёд, пробуждая в себе застывшие от взаимодействия с демоном воспоминания, которые должны были пробудиться после встречи с искомой точкой во времени и пространстве. Так он объяснил своё состояние ещё в отеле, предупреждая группу от любых попыток помешать ему вести их вперёд к судьбоносной встрече. Ничего конкретного, кроме направлений «по памяти» демон не предоставил, но обнадёжил, что «истина скрыта под землёй», а гули-падальщики будут держаться от живых людей подальше.

— Туда! — уверенно указал Радомиров в одну из сторон.

Василий приблизился к чернокнижнику, чтобы точно определить в какую сторону тот показывает, сверился с картой и повернулся к Анатолию:

— Уральских коммунаров, — озвучил он последующий пункт назначения. — Тут проход коварный. До сих пор людей на рельсах находят, поэтому больше не растягиваемся. Идём вместе и плотно. Нас тут… восемь. Вот парами и двигаемся. Вперёд!

«Не ожидала, что за Иными даже в такие глубины придётся спускаться! — с долей восхищения подумала Чарли. — Подземелье Екатеринбурга! Интересно, а под Москвой и Новосибирском так же?»

Звуки в открытом тоннеле напротив казались едва заметными. Лёгкий гул пространства, бесконечно уходящего в темноту позади и спереди глушил абсолютно всё. Казалось, можно разговаривать в полный голос, кричать и свистеть, но не заглушить этот гул. Пробовать, разумеется, никто не стал.

Группа разбилась на пары. Впереди стоял Анатолий с Максимилианом, следом за ними шли Лао Шин с Чарли, им в спину дышали Лёха с Яной, а замыкали группу Самир и Василий. Каждый из пары должен был оставаться способным на самозащиту и относительный поиск пути к укрытию, если всё пойдёт не по плану. Маячок, оставленный монахом в рукаве, в качестве следа из хлебных крошек, легко позволил бы ему добраться до узкого глиняного тоннеля вместе с подопечной. Лёха и Самир по своему военному прошлому в Чечне были способны на всё, а возвращение к исходной точке и вовсе воспринималось мелочью. А в паре с Радомировым до конца не было понятно, кто кого начнёт защищать при заварушке.

— Оу! — невольно вскрикнул Анатолий, когда Макс случайно наступил на чью-то руку.

Свет всех фонариков направился в сторону ног чернокнижника. Белые лучи разогнали тьму и явили глазам группы мёртвое тело неизвестного мужчины. Мертвец лежал поперёк рельсов целым и внешне невредимым. Неуместное удивление вызывало его излишне лёгкое для декабря облачение. Понять, что стало причиной его смерти не представлялось возможным. Диггеры коротко выругались, но, предупреждённые Самиром о подобных вещах, держались почти спокойно.

— Народ, — негромко отвлёк всех от созерцания тела Лёха, — тут есть ещё!

Агенты с диггерами подняли головы и направили фонарики, куда он указывал. Восемь лучшей разрезали непроглядную тьму и выхватили ещё один силуэт. На этот раз тело было женским. В лёгком летнем сарафанчике около путей лежала девушка в неестественной позе. Но двумя телами путь не ограничился. Чем дальше вглядывались путники, тем больше тел вырастало из темноты на их пути. Ещё трое. На этот раз подростки в лёгких куртках не по сезону. За ними старики. Женщина с ребёнком. Несколько людей в офисных костюмах. Всё больше и больше. Они лежали на путях, рядом с путями и друг на друге. Василий с Анатолием включили большие фонари и их лючи-прожекторы осветили настоящую гору из мёртвых тел, которая возвышалась над агентами, игнорируя существующий свод тоннеля.

«А где…?» — начали рассеянно смотреть все по сторонам.

Лучи белого света больше не сталкивались с каменными стенами и сводом путей. Тьма вокруг них стала необъятной и проглотила всё знакомое пространство. Где бы они сейчас ни находились, это однозначно не был тоннель метро. Чарли с трудом дышала, глядя на такое пугающее число мертвецов. Даже опыт проводника к последнему пределу не помогал. Сердце пропускало удары, а на грудь будто легла бетонная плита. Настигающий её ужас не был похож на то липкое ощущение, проползающее по позвоночнику вдоль хребта. Оно не подбиралось медленно и неумолимо, а стиснуло её сердце ледяной хваткой в намерении вырвать его и оставить себе в качестве подношения.

Девушка заметила, что по щекам от увиденного начали катиться слёзы, затуманивая взгляд. Она моргнула раз-другой, чтобы согнать непрошеную влажность и увидела Его. Огромный идол возвышался над горой тел, затмевая само мироздание. Волны резонирующей мощи, исходящей от него вбивались в тело девушки агрессивно отталкивая незваную гостью подальше. Пока что отталкивало в предупреждении. Идол обещал страшную расправу всем, кто посмеет приблизиться. И всё же группа двигалась вперёд.

— Вы Его видите? — прохрипела Чарли, не заметив как пересохло её горло от увиденного.

— Кого? — удивились все, кроме Макса и Яны.

Чернокнижник с Ведьмой всматривались в облик возвышающейся громадины в немом ужасе. Из всей группы только они трое понимали, или думали, что понимали, с чем столкнулись. Предупреждение звенело в воздухе и острым лезвием ощущалось на языке, но восемь человек упрямо шли почти по самым телам, чтобы добраться до… чего? Этот вопрос интересовал каждого, но остановиться никто уже не мог. Некое притяжение гнало их прямо к ужасающей горе. Как вдруг…

✠✠✠

Рука, лежащего около Чарли мертвеца начала двигаться. Ощутив на своей ноге чьи-то пальцы, девушка истошно завизжала. Семь лучей разбили тьму, скрывающую двигающееся тело в то время как Лао притягивал подопечную поближе к себе.

— Наши полномочия тут всё! — громко объявил Макс. — Они двигаются! На нас!

— Без паники, и бегом назад! — вторил ему Василий.

— Куда именно! — не выдержал Анатолий. — Где мы вообще сейчас!

— Мы в метро, стоим на рельсах, а остальное — это всего лишь иллюзия, — затараторил Макс, встряхивая всех за плечи. — Коллективная галлюцинация, чтобы отпугнуть нас! Самозащита!

— За мной! — рявкнул Лао Шин и, сжимая в стальной хватке подопечную, помчался на зов маячка.

Едва шевелящиеся мертвецы заметно оживились и резво начали подниматься и ползти в сторону агентов и диггеров. Ни те, ни другие и не думали останавливаться, шумно убегая от любой возможной погони. Иллюзия стен, разошедшихся в бесконечность мрака, не позволяла быстро ориентироваться в пространстве. Маячок всё же не являлся навигатором. Спасал опыт Василия и Анатолия, быстро и профессионально вспомнивших маршрут, не опираясь на зрение.

У самого перехода в глиняный рукав, ледяная рука вцепилась в шею Чарли и вырвала её из рук наставника. Девушка едва успела испугаться, ощутив стремительный полёт. Удар спиной о камень на несколько секунд лишил её возможности дышать. Голова в ответ на такое насилие над телом ответила гулом, а из глаз едва не сыпались искры. От падения треснул фонарик. Вокруг шаманки сомкнулась тьма, в которой она ощущала движение множества холодных тел. Краем уха она услышала звуки борьбы и ругань, но и они показались незначительными, когда на её горле сомкнулись ледяные пальцы.

Холод сдавил шею мёртвыми тисками, но спустя мгновение выпустил свою жертву. В лицо Чарли ударил слепящий луч фонаря. Девушка зажмурилась, и слепо протянула руки к своему спасителю. По короткому и ёмкому «ё…тв…ма» она поняла, что в этот раз её спас Лёха. Водитель перебросил её на своё плечо словно куклу и рванулся было в сторону выхода, но в последнее мгновение сразу несколько рук вцепились в его ноги и потянули обоих навстречу смерти.

— Лао. Держи!

Чарли с ужасом обнаружила себя отправленной в полёт. Куклой она пролетела из рук Лёхи, прямо в объятия наставника, который молниеносно прыгнул сквозь пространство. На границе между глиняным рукавом и болотом коллектора полусидели Макс и Яна. Чернота в их глазах, перекрывшая даже склеру, и едва шевелящиеся губы давали надежду на возможное спасение. Если чернокнижник и ведьма творят общую магию, то все их противники должны дрожать и бояться. Лао поставил подопечную на землю и бросился обратно. Шаманка отдышалась, осознав, что всё время от нападения и до спасения не дышала, сжавшись в безвольный комок ужаса. Когда паника схлынула, девушка поняла, что кроме Лао и Лёхи отсутствует ещё и Самир. Звуки в замкнутом пространстве вновь стали чрезмерно громкими и не позволяли прислушаться к происходящему в тоннеле метро.

Чарли старательно прислушивалась, но ничего, кроме нарастающей вибрации от голосов Яны и Макса уже не могла расслышать. Казалось, что бетон, кирпич и глина вибрируют вместе с агентами, вторя им в своей собственной песне. От гула в ушах нарастал свист, а фонари начали очень опасно мигать. Нет ничего страшнее темноты под землёй. Солнечный свет никогда не дотянется до бетонных катакомб, а утро принесёт лишь смертельно опасный грохот проносящихся вблизи поездов. Тьма и смерть для всех, чей свет погаснет под землёй.

Чарли едва не упала, сбитая с ног толчком из-под земли, сравнимым с небольшим землетрясением. Анатолий вовремя подхватил девушку за локоть и не позволил упасть. Молча он стянул с её каски повреждённый фонарь и вручил запасной. Шаманка благодарно улыбнулась. Наконец гул стих, Яна и Макс устало потёрли глаза, ставшие обычными, и поднялись на ноги.

— Оно успокоилось! — выдохнула ведьма. — Но пришлось постараться. Суровая у него… самозащита. Сейчас туда выходить опасно. Больше двух человек, и всё начнётся по-новой.

— Но нам это и не требуется, — подал голос Радомиров, — всё, что нужно, мы узнали. Мой демон хорошо запомнил все детали идола. Пора уносить ноги!

Из мрака рукава, выходящего в тоннель метро послышались торопливые шаги нескольких человек. Чарли, Анатолий и Василий напряглись, невольно отступив назад к коллектору. Но Макс и Яна стояли спокойно, уверенные в силе своих слов и своих демонов. Василий включил большой фонарь. Луч-прожектор выхватил из темноты Лао и Самира, несущих на руках Лёху, который не подавал признаков жизни. Издалека он казался ещё одним мертвецом.

«Нет! Не может быть!» — замерла на месте Чарли.

Ужас, сковавший её, не имел ничего общего со страхом за свою жизнь. Иной пугал её в вагоне, пугал в тоннеле, его мертвецы пытались её убить, но это ощущалось совсем иначе. Остекленевшие глаза смотрели в одну точку, а многочисленные раны на голове говорили сами за себя.

«Он меня защищал и теперь его нет!» — страшное осознание, такое простое и безжалостно обыденное давило на плечи и выкручивало все внутренности.

Не сразу ей удалось сообразить, что её пытаются расшевелить и заставить идти. Словно через толстое стекло доносились чьи-то крики. А перед глазами застыла картинка разбитой головы Лёхи и его немигающие глаза. Яна и Макс тащили её вперед, удерживая с двух сторон. Вспышками мелькали стены, под ногами хлюпала вода, а сквозь пелену отрешения пробивались образы безвольно качающейся руки Лёхи или даже его лицо, перепачканное в глине, мазуте и крови.

Как только диггеры попытались снять с головы шаманки её каску с фонариком, оцепенение сменилось сначала слезами, потом бессмысленной попыткой отбиваться, пока не вмешался Лао и всё не поглотила тьма.

Отчет по делу № 2311345

Группа в составе:

ведьма Марьяна Укошина

чернокнижник Максимилиан Радомиров

при поддержке прибывших позднее

монах Лао Шин

шаманка Чарли

направлена в Екатеринбург по заявке о пропаже и смертях людей на второй линии метро. В ходе следствия было выяснено, что два года назад на этой же станции случилась катастрофа — поезд сошел с рельс, все пассажиры и часть людей, ожидающих на станции погибли. При просмотре данных за прошлый год, была обнаружена деталь — в этот же день на той же второй линии молодой человек открыл огонь по пассажирам метро — двое скончались от попадания пуль, еще трое умерли на месте. Обвиняемый в убийстве ожидал суда. Для взятия показаний в СИЗО направлен Иванов Алексей, внештатный работник агентства (человек). По словам подсудимого из поезда вышли одержимые уже мертвые люди, по которым он был вынужден начать стрельбу. При дальнейшем изучении противника сделан вывод, что верить словам подсудимого не имеет смысла.

При поиске улик на платформе и последующем осмотре тел в морге, обнаружены следы жизнедеятельности гулей-падальщиков. Выдвинуто предположение, что они подъедают за нашим преступником. Дело о зачистке гулей в метро передано инквизитору Джеймсу.

При обследовании агентами вторую линию метро, на Чарли и Марьяну Укошину совершено нападение онрё, управляемого извне. После спасения группа через коллектор исследовала тоннель, в котором совершено покушение на жизни агентов и подверглась атаке сильного демоноподобного Иного. При помощи иллюзий противник заблокировал дальнейшие пути к себе, представ перед глазами агентов и диггеров в виде коллективной галлюцинации древнего идола, возвышающегося на горе тел. После тела совершили нападение на агентов. Пострадавших нет. Эскизы идола, изображенные по памяти Радомировым и Укошиной прилагаются.

Отправлен запрос в московский офис на предоставление нефритовых драконов для усмирения Иного. Проводить операцию вызвался инквизитор Джеймс.

На том дело закрыто.

— …Да, Джеймс, мы передаём дело тебе. Я укажу твоё содействие в отчёте, — услышала Чарли, когда крепкий сон отступил и она начала просыпаться. — Нет, если ты говоришь, что не сомневаешься, то я тебе верю на все сто. У нас своих тревог хватает.

В соседней комнате Лао что-то буднично обсуждал по телефону. Шаманка прислушалась. По половине разговора удалось понять, что в дальнейшем дело передано Джеймсу. Именно он и его группа зачистят Екатеринбургское метро. За завтраком наставник объявит о возвращении в Новосибирск.

«А как же Лёха? — сжавшись в комок, думала Чарли. — Его здесь похоронят или отправят родственникам? Я даже не думала… блин! Мне ведь всего лишь надо было держаться за Лао и тогда все были бы живы!»

Незаметно для себя шаманка успела привязаться ко всем агентам Новосибирска. В своей манере. Не сближаясь и не подпуская к себе близко, но отмечая как важного человека. Пробиться слишком близко смогли только Лао с Весемиром, и Яна получила своё особое место в сердце девушки. Чувство потери опустошало. Желания просыпаться не было никакого, но и ожидание под одеялом не могло помочь горю. Пришлось нехотя имитировать пробуждение.

Выбравшись из-под одеяла Чарли ощущала себя потерянным ребёнком, которому неоткуда ждать поддержки. Казалось, она совершила прошлой ночью множество ошибок, и теперь за них придется расплачиваться. Но все эти ощущения старательно пытались заслонить одно простое осознание — вчера из-за неё погиб человек, хороший человек, и теперь с этим ей предстояло жить дальше. И это было намного хуже. На соседних кроватях крепко спали Яна и Макс. Будить их девушка не стала.

— Утро, — поздоровалась она с наставником, не решившись произнести вслух слово «доброе».

— С пробуждением, — кивнул монах, — завтрак уже принесли. Ждёт на столе. Каша немного остыла, но микроволновка решит эту проблему. Ну или можешь переключиться на рулеты с рыбой, блинчики или творожную запеканку.

— Я… — замялась Чарли.

Хотелось расспросить обо всём, что она пропустила. О том как в итоге завершилось дело. И что им предстоит делать дальше, но слова застряли в горле. В глубине души она осознавала, что боится сталкиваться с ответами и просто не может заставить себя спросить о неприятном.

— Завтрак! — напомнил наставник, подтолкнув к столу с едой.

Чарли растерянно окинула взглядом всю предложенную еду и обреченно притянула к себе ближайшую тарелку. Наставник протянул ей чашку с чаем.

— Мы не стали вчера тебя тревожить. Тебе требовалось отдохнуть после всего пережитого. Так что набирайся сил, а я расскажу тебе всё, что ты пропустила, — как ни в чем не бывало продолжал Лао Шин. — У демона Макса отличная память и хорошие таланты художника. Идол, который мы видели, он сумел нарисовать и отправить в Москву. Джеймс уже встречался с подобным и вызвался добровольцем в устранении проблемы, всё равно летит гулей истреблять.

— А что это вообще было? — вопрос вырвался сам собой.

— Очень древний демоноподобный Иной. Когда-то в древности такие являлись перед людьми, требовали строить во имя себя идол, который служил им физическим якорем и обеденным столом. Каждый год к обеденному столу следовало приносить пищу.

— Человеческие жертвоприношения? — догадалась шаманка.

— Именно, — кивнул наставник, — но со временем люди начинали бунтовать и избавлялись от своего «божества». Погружали в землю так глубоко, чтобы во тьме он никогда бы их не нашёл. Этот вид Иных слепнет в темноте. В своём беспомощном состоянии идолы становятся их неприступной крепостью и тюрьмой. Несколько лет назад, в Токио при строительстве одной из новых меток метро, строители случайно раскопали и разбудили собрата нашего ебургского Иного. И каждый год он собирал жатву из случайных жертв, которые по той линии метро ездили. Джеймс тогда был молодой и зелёный и решил проблему радикально.

— Как?

— Они взорвали ту область тоннеля таким образом, чтобы новый выкопать стало невозможно. Путь пришлось прокладывать поверх территории и с неудобным поворотом, но похороненный идол больше не мог дотягиваться до людей. Не слишком деликатное решение, но проблема исчезла! — подытожил монах. — В этот раз Джеймс предложил более мягкое решение, всего лишь добраться до идола с нефритовыми драконами и залить быстро застывающим составом на основе цемента. Рискованный метод, но с другой стороны взорвать всегда успеют!

Монах говорил так спокойно, что Чарли едва заставляла себя сидеть на месте спокойно. Кусок не лез в горло, в голове крутились вопросы о Лёхе, но она продолжала цедить чай, не в силах даже слова сказать о погибшем.

— Что теперь? — просипела она, не конкретизируя.

— В Новосибирске нас будет ждать Игорь. Москва наконец проснулась от своей спячки. Агентов распределили в поля для поиска страниц и для раскрытия залежавшихся дел, — продолжил говорить Лао, — Весемир снова начнёт вещать обо всех наших успехах и провалах, а к Новому году станет попроще! Может даже получится урвать пару-тройку дней отдыха!

Монах лучился позитивом, едва замечая как вытянулось лицо подопечной. Чарли воспринимала поток его хороших новостей как ширму, за которой скрывается неприятная истина. Будто наставник предпочитает защищать подопечную при помощи обмана и отвлечения. Выдохнув для храбрости, она всё же попыталась выдавить из себя тот самый неприятный вопрос:

— А как же Л-л-лёх… — вопрос застрял в горле, когда распахнулась дверь и в номер вошли Самир и вчерашний погибший.

— Просим прощения за опоздание! Доброе утро, — поздоровался Лёха, от чего Чарли нервно икнула, выронив из руки чашку с чаем.

Живой и здоровый, без синяков, ушибов или каких-либо ран, он прошел в комнату отеля так невозмутимо, будто всё в тоннеле метро было дурным сном.

— Поздравьте нас, после всех угроз и скандалов, вторую линию метро временно прикрыли на «ремонт»! — радостно объявил Самир.

— Лёха! — глядя круглыми глазами на водителя, повторяла шаманка, не замечая с досадой зажмурившегося наставника.

— Приятного аппетита, — пожелал живчик, — что на завтрак?

«Мне показалось? Он всего лишь ушибся? Я просто надумала… нет! Глаза! У живых глаза так не стекленеют!» — метались мысли.

— Ты живой! — прохрипела Чарли.

— Да! — кивнул он, растерянно взглянув на монаха.

Пока шаманка беспомощно хватала ртом воздух, мужчины обреченно переглянулись, сняли верхнюю одежду и сели вокруг неё. Лао разлил всем по чашкам чай, поставив для подопечной новую взамен разбитой. Самир молча улыбался, не собираясь выступать кем-либо, кроме поддержки, а Лёха практически прятал глаза от шокированной девушки.

— Жаль, что ты это увидела! — наконец выдохнул водитель. — Мы надеялись, что пронесёт.

— У нас не принято это афишировать, — негромко проговорил Лао очень серьёзным голосом, — поэтому я тебя прошу ни с кем и никогда эту часть нашего расследования не обсуждать.

— Как? — только и сумела она произнести.

— Неизвестно, — пожал плечами Лёха, — первый раз в Чечне. Осколок, кровопотеря, смерть, а потом снова в строй. Второй раз в переулке. Проломили череп, скорая не успела ничего сделать, только объявить время смерти, а я просто взял и вернулся к жизни. Третий раз на задании. Выстрел в сердце. Лао очень старался меня вытащить с того света, но…

— Но он и сам справился, — хмыкнул монах. — Это стало нашей маленькой тайной. По всем остальным показателям Лёха до сих пор остаётся человеком.

— Блин! — выдохнула Чарли, уронив голову в ладони.

Трое мужчин выжидательно покосились на неё. С минуту шаманка оставалась спокойной, пока не фыркнула и не потребовала себе рулет с рыбой. Лёд треснул и ужасы утра начали отступать, пока Чарли, решившись даже назвать коллег козлами, громко требовала больше её так не пугать. Даже если кто-то из агентов окажется рептилойдом с Нибирру. На её крики подтянулись сонные Макс и Яна. Завтрак агентов продолжился как обычно.

5. Большая летучка

По возвращению в Новосибирск их встречали довольные собой Ли-Тао, Анжей в компании скромного Матвея и, неожиданно, Игоря. Выданный Марком мистик наконец прибыл на своё новое место работы. После долгой работы в Москве на его лице отпечаталась хроническая усталость, которая вкупе с дневной щетиной и бегающими от Лао и до рекрутированного оборотня глазами, делали светловолосого мистика особенно похожим на Константина из комиксов. Даже отсутствие бежевого плаща, потрёпанного собаками Тайги, не мешало воспринимать парня как живое воплощение детектива-оккультиста.

Пока Анжей с Ли-Тао наперебой вещали о своих подвигах в Змеегорске, Игорь, отчаянно жестикулируя, пытался привлечь к себе внимание. Увы, в одном микроавтобусе с шумной парочкой это не представлялось возможным. Зато удалось во время завтрака, переходящего в обед. Пока Самир соображал на кухне что-нибудь съестное, мистик вкратце поведал о страстях, которые кипели в московском офисе.

— Если вы помните, Вальдемар в свою бытность успел всех наших угостить своими инквизиторскими чаями из-за чего все работники всех филиалов массово сдавали кровь на анализ, — рассказывал Игорь, игнорируя остывающий кофе. — Так вот, все образцы крови были украдены из лаборатории. Наш пострел везде поспел. В итоге, помимо поисков, а что же наш мальчик ещё успел поломать, все ведьмы агентства раз за разом собирались в шабаши, чтобы заблокировать вредоносное влияние магии крови.

— Магия крови? — переспросила Чарли. — Разве инквизиторы такое могут.

— Инквизиторы не могут, зато могут чернокнижники. Особенно Влад, — мрачно пояснил Игорь. — При наличии у него крови почти всех представителей агентства, можно запросто поубивать всех, что мы пресекли в зародыше. Теперь влияние на нас через нашу кровь стало невозможным. Спасибо Анастасии. И да — результаты анализов по всем чистые. Никто не отравлен.

— Что будем делать дальше? — подпёр подбородок руками Лао, подразумевая деятельность всего агентства.

— Перераспределение групп. Ведьмы и чернокнижники отправятся в первую очередь на поиски всех страниц Книги Хаоса. С ними все мистики. Наши товарищи из ФСБ уже изымают страницы из тех тайников, которые ещё никто не успел побеспокоить, утраченные страницы будем находить через ритуалы и возвращать под защиту агентства. Если сможем собрать всё, то Виктор постановил книгу перешить.

— А остальные? — уточнил монах.

— Сейчас будут перегруппировываться. Кто-то пойдёт к экзорцистам гонять демонов, а кто-то будет разбираться с остальными Иными, — пожал Игорь плечами. — Точно могу сказать, что Таню, Олю, Яну и Макса заберут на поиски страниц… возможно оставят Марьяну.

— Именно меня? — удивилась ведьма.

— Ничего личного Ян, — тяжело выдохнул мистик, — но вы с Анжеем были в его группе дольше остальных. Досье у вас чистое, но осадочек остался.

— Понятно, — насупилась девушка, — доверяй, но проверяй.

— Да, поэтому велика вероятность, что тебя тоже отправят в Карпаты.

— Что?

— Куда?!

— А нас тоже?

— И меня?

Прогремевший над столом гул голосов не позволил определить кто что сказал. Только Игорь с Лао загадочно молчали и улыбались, довольные произведённым эффектом.

— Тишина и дзен! — прикрикнул монах. — Да, нашу группу направили в Карпаты. Там нас ожидает парочка нераскрытых дел. Заграничные паспорта и визы уже делаются. Считайте, что это ваш шанс в декабре перебраться в относительно тёплые края и побродить по зелёным лесам не закутанными в сто слоёв пуховика!

— А что в Карпатах? — брякнул Анжей.

— Карпатская нечисть! — фыркнул Игорь. — После завтрака сам возьмёшь у Лао папочку с делом и почитаешь!

Несмотря на слова мистика, уверенного, что все изменения вступят в силу стремительно и незамедлительно, отлёта в Карпаты пришлось ждать долгие две недели. Чарли, привыкшая к авральному режиму работы с удивлением ловила себя на стыде от своего бездействия. Марьяна со смехом назвала её метания профессиональной деформацией.

«Бездействие» шаманки заключалось в регулярных тренировках с наставником, уроках Весемира, обучающего ее попеременно медицине и методам путешествия в астрале, а также подготовке к сдаче всех экзаменов экстерном. Предоставленные дни ленности Чарли решительно использовала, чтобы хотя бы универ исчез из списка угрожающих ей образов. Демонам, Иным, сектантам, маньякам и засланным агентам и так было тесновато в её картине мира.

Лао и Весемир всячески поддерживали рвение девушки прилежно учиться. Наставник не уставал хвалить подопечную, видя как она расцветает даже от случайного тёплого слова. Нахальный шаман старался помогать девушке выучить все билеты и лично проверял её знания. За каждый неверный ответ он требовал кормить его «из клювика в клювик», а за каждый правильный ответ по-кошачьи ластился несмотря на то, что оставался в теле грача.

Позже, недоверчиво поглядывая на свою зачетную книжку с одной четвёркой по злосчастному матану, девушка невольно признала, что проблем с учёбой у неё нет. Заместитель декана поздравил девушку с успешно сданной сессией и распрощался до следующего семестра.

— Надо было выбирать что-нибудь языковое, сдалась мне эта аналитика! — фыркала она, глядя на страницы предыдущих семестров, на которых преобладали тройки. — Сейчас хотя бы на троечку, но хоть какой-то язык знала!

— Не беспокойся, — приободрил её наставник, — в той части Карпат надо знать румынский язык. На других языках местные не говорят. У нас будет переводчик. Но идея с языковым факультетом хорошая. Подумай о переводе. Если мы к Новому году разгрузимся, то за каникулы сможешь подготовиться к переводным экзаменам. Да, будет непросто, но мы поможем. Языки в нашей профессии очень важны и полезны!

— А кто больше всех языков знает?

— Виктор, разумеется. Они с Марком самые главные переговорщики всея агентства. Дальше идут Анастасия, Лао Дзы и Пётр. На третьем месте Весемир. У него русский иностранный, — принялся перечислять Лао, ничуть не смутившись вытянутому лицу Чарли.

— Весемир не…

— Обрусел до мозга костей, но по паспорту грек! — пожал плечами монах. — Анжей и Вальдемар родом из Польши. Джеймс и Пётр британцы. Герда Краузе немка…

Чарли покачала головой, впервые осознав многонациональный капустник агентства. И это только на территории России, где преобладание земляков было обыденным делом. Однако существовали филиалы по всей планете. Агентство в глазах шаманки стало непомерно огромным.

✠✠✠

Случай спонтанного воскрешения Лёхи не выходил из головы. Ноги по привычке понесли Чарли в библиотеку. В первую очередь руки потянулись к томикам Янова. Увы, в этот раз работы почти любимого автора не дали ответов на вопросы. Пролистав всю полку, девушка направилась к картотеке, где её уже поджидал грач, усевшийся на стеллаж рядом.

— Не успела ты выправить глаза после конспектов, снова тянет к знаниям? — игриво подмигнул ей шаман.

— Не совсем, — отмахнулась Чарли, — просто не выходит из головы случай с Лё-о-о…гким нападением Иного.

Шаманка побледнела как полотно, но уже через секунду щёки девушки вспыхнули. Мысленно она уже назвала себя несколько раз болтушкой, не способной хранить секреты. Так легко высказать вслух то, что обещала держать в секрете, а ведь Весемир всего лишь мирно поинтересовался её чтивом без наводящих вопросов.

— Какое-какое нападение Иного? — расхохотался грач. — Никогда о таком не слышал! Расскажи подробнее, а то мне скучно!

— Скучно?! — воскликнула Чарли, всё ещё сгорая от стыда и невозможности на эмоциях правильно подбирать слова. — В Москве все на ушах стоят, машут шашками и… это самое, рвутся в бой!

— Рвутся-рвутся, — кивнул Весемир, — но всё интересное я уже высказал в вечернем выпуске, который ты снова пропустила!

— Я привыкла держать смартфон в матрасе, чтобы не отвлекаться от учёбы!

— Я заметил, — фыркнул шаман, — маловато почтительности моему труду! Между прочим, кроме меня никто не освещает наши успешные и не очень дела.

— Ладно, извини, — попыталась свернуть тему Чарли, — расскажи мне сейчас вкратце, что творится в нашем Датском королевстве?

— Ну ладно! И это только потому, что я невероятно добрый и милый!

Она улыбнулась, вспоминая ритуал шамана в каждый свой выпуск непременно похвалить себя такого замечательного. А лучше несколько раз, чтобы все слушатели запомнили и другим рассказали. Впервые у неё промелькнули мысли, что Весемир из-за своего состояния на самом деле очень редко становится частью тёплого человеческого общения, и эти восхваления себя являются единственными действительно хорошими словами, что летят в его сторону.

— Ладно, в Сеуле Громова работает над делом очередного Иного. Судя по всему гнездовье каких-то эндемиков. К счастью, вместе с локальными силами наших корейских коллег, она справится. В лесах и на болотах всё тихо. Зима нас частенько расслабляет от навок и прочих природных вредителей, зато летом набегаешься! Покупай сразу три пары кроссовок, — будто невзначай заметил он. — В остальном сектанты, напрочь отбитые чернокнижники и столько демонья, что все наши группы зашиваются. Даже африканцы взмокли от такого количества. Идём на мировой рекорд!

Несмотря на показушную радость в голосе, новости заставили Чарли вздрогнуть. Не слишком хорошо всё складывалось. Надежды на Новый год в разгрузке таяли, не успев появиться. Про демонов говорили все и повсеместно. Проблема, которая не могла решиться ни сама, ни с помощью агентов. Изгнанные демоны возвращались спустя считанные дни и продолжали нападать на людей.

–Есть идеи… ну чтобы всё поправить? — неуверенно поинтересовалась она.

— У нас когда-то была группа по решению глобальных проблем, таких как демоны. Пока в неё входил Влад, кое-какие предлагаемые стратегии срабатывали. Но все они были временной мерой. Влад это признавал и разыскивал метод разобраться с демонами раз и навсегда, но…

— Но? — повторила она эхом, когда он многозначительно замолчал.

— Он ушёл, — выдохнул с разочарованием Весемир. В его голосе проскользнули нотки обиды. Чарли заподозрила, что для шамана уход Влада воспринялся лично. В памяти на мгновение вспыхнула старшая сестра. — Никто не знает по какой причине. Версии про его неразделённую любовь к Анастасии полный бред. Он был прагматиком и стратегом до мозга костей, романтические чувства его бы так не растормошили. Я склоняюсь к теории, что он перерыл всю Книгу Хаоса, не нашел никакого решения и безвыходность ситуации его сломила. Хотя то, что он творит сейчас… это вне всех теорий. И про злость к Виктору и агентству, и про точку безумия — все теории улетели в трубу… но мы отвлеклись!

Чарли замерла. Языкастый шаман не спешил забывать их первую тему разговора.

— Я слышала, что Влад был самым выдающимся агентом и чернокнижником, — неуверенно улыбнулась она, осторожно отступая от картотеки.

— Стоять! — каркнул грач генеральским голосом. — Влад был самым лучшим во всём. Как агент, как лидер и как чернокнижник он не имел равных. А ты мне зубы не заговаривай. Что искала?

— А я уже и забыла!

— Врёшь!

Грач сорвался с места, взлетел и плавно приземлился на плечо шаманки.

— Может тебя интересуют лё-о-огкие нападения Иных со смертельным исходом на Лёху? — заговорщически шепнул он, заставив девушку снова побледнеть и сразу покраснеть как рак. — Ты кстати очень мило краснеешь! Плохо для агента, но очень мило!

— С чего ты взял, что я это ищу? Я… другое разыскивала! — неубедительно отозвалась Чарли.

— Ой-ой-ой, — усмехнулся грач, — ты как-нибудь не поленись и посмотри на Лёху шаманским глазом через астрал. Все вопросы разом пропадут!

Она нерешительно замерла, но совет запомнила. На людей через астрал шаманка смотрела очень редко. Даже агентов старалась не рассматривать. Само выходило, что они оказывались в поле зрения и привлекали её внимание. Слишком уж странные и непохожие на неё и всё привычное.

— Допустим, я что-то искала, — осторожно начала она, присаживаясь за стол, — и ты что-то об этом знаешь. Поделишься информацией?

— Только потому что я безмерно добрый! — подмигнул ей грач. — Всё из-за Грани Хаоса.

— Опять Грань?

— Снова, — кивнул он. — Грань — это не просто мировой катаклизм. Или даже межмировой, если считать обитель демонов отдельным миром. Пространственно-энергетическая аномалия притом стабильная. Сколько её не пробивай — затянется. Но одна гигантская стабильная аномалия вполне способна порождать маленькие и не всегда стабильные.

— Например то, что я разыскивала?

— Да, он один из таких. Но ему повезло. Наш Лёха тоже стабильный. Стабильно никак не может преставиться. Я таких называю «оно должно быть дохлым, но почему-то шевелится»!

— Как грубо! — возмутилась Чарли.

— Не мы такие, жизнь такая, — философски отметил он. — Лёха, между нами девочками, тоже порой может пошутить про свою немёртвость. Носферату дневная версия.

Она покачала головой. После простого и обыденного процесса сдачи сессии, рутинной подготовки к нему и стандартного студенческого мандража, будни агентства путали. На фоне демонов, кризисов и всех тайн, которые Чарли успела увидеть, бояться завалить экзамен было даже как-то приятно. Такой глупый детский страх, со вкусом ностальгии.

— А себя как назовёшь, человеко-зверь? — поинтересовалась она.

— Ауч, я слышу неодобрение в голосе? Неужели наша милая Чарли кусается? Хотя помнится, при первой встрече ты меня пыталась запустить в полёт, опасная женщина!

— И до сих пор могу!

Раздражение поднялось само. Чарли даже сама понять не смогла как так вышло, что она начала выходить из себя. Быть может из-за напоминания о старшей сестре? Или из-за колкостей Весемира. Но ведь не в её огород камень. Или из-за всей ситуации?

— Спокойствие, Ёжик, только спокойствие! — миролюбиво отозвался шаман, почувствовав её настроение. — Ты просто устала. Работаешь как папа Карло, вот нервишки и сдают. Особенно в нашей профессии. Но если хочешь выпустить пар, то можешь пойти подраться с тренажерами в зал или на меня покричать, или есть способ получше…

Интригующий голос Весемира заставил Чарли заинтересоваться. Напряжение она действительно ощущала. Когда весь досуг между очередными заданиями — это либо подготовка к очередному делу, либо попытка отлежаться после полученного урона, тело волей-неволей требует отдыха и спокойствия. Ушлый шаман потащил Чарли в капище и умудрился с первой же попытки отправить девушку в медитативный сон.

Пушистая пижамка с единорогами приятно согревает кожу. Он неё так приятно тереться щекой. Глаза замечают обои с котятами. У маленькой кроватки горит ночник в виде подсолнуха. Но я тихо замираю. Жду когда придёт Аня и почитает мне сказку про дракончика. А пока я послушно лежу в кровати и смотрю на дверь.

— Она не придёт! — привлекает моё внимание большая чёрная птица с большим клювом.

— Ты даже тут в своём птичьем облике?

— Так и ты сейчас не шаманка Чарли, а маленькая девочка Маришка!

— Фу, — от звучания этого имени в отношении меня хочется плеваться, — меня Аня всегда звала Чарли. Я никогда не была Маришкой по-настоящему.

— Как скажешь, Ёжик, мне так даже проще, — подмигивает грач. — Но в человеческой форме мне тут стыдно сидеть. Маленькая девочка и очень немаленький дядя в одной комнате ближе к ночи… в любом случае комната отдыха это место без людей.

— Ты мне тогда сказку почитай, пернатый нянь!

✠✠✠

Пока визы и документы готовились к выдаче, а Чарли тщательно грызла гранит науки к успешной сдаче сессии, вокруг девушки начали закипать страсти. Углубившись в учебники и методички, она в упор не замечала, что рядом с ней всегда находился Матвей. Оборотень не сводил глаз с ушедшей в учёбу шаманки, заботливо подтаскивал ей под руку еду, чтобы она не голодала. Девушка съедала всё принесённое, не обращая внимание на наличие или отсутствие еды.

Делая перерывы между чтением лекций и написанием билетов, Чарли всё же замечала его присутствие и заводила нейтральные беседы о погоде и работе, стараясь не возвращаться к личным темам после предупреждения Весемира. А вот шаман прекрасно замечал все поползновения волколака, но не вредил ему в открытую, считая это ниже своего достоинства. Однако недобрый взгляд птицы частенько сопровождал ничего не подозревающего Матвея.

Неожиданно к ревнивому клану Весемира присоединилась Марьяна. Ведьма стреляла по гостю очень недобрым взглядом и мрачнела от каждой его попытки поухаживать за шаманкой. Агенты скрипели зубами, но ничего не могли сделать. Сама Чарли едва замечала что-то раздражающего, а если оборотень её не донимал, то и жаловаться не на что. Лао Шин, поглядывая на эту пьесу двух Отелло с частичным присутствием Дездемоны, только смеялся.

Мистик Игорь поначалу старался держать лицо и вести себя ответственно в новом филиале. Он каждое утро надевал офисный костюм, тщательно причёсывался и с вежливостью британского дворецкого желал всем и каждому доброго утра. Однако сталкивался каждый день с Ли-Тао и Анжеем, придумывающими что-то, что может их развлечь, например поиграть в мушкетёров с настоящими рапирами и перейти из тренировочного зала куда-нибудь в жилые помещения. Веселье ребят могло длиться бесконечно долго, только прицельные воспитательные подзатыльники Лао успокаивали Лёлика и Болика.

Помимо «сладкой парочки» имелся Радомиров, который в зависимости от дня и настроения мог вести себя как самый настоящий классический чернокнижник со своей мрачной молчаливостью, а мог запороть все ритуалы с заклинаниями, поссориться с демоном и начать эмоционально вопить на весь офис. Отстранённая Яна, зорко следящая за рекрутированным волколаком, почти не вызывала удивления. И это не считая шумных и весёлых сестёр Тани и Оли, не стесняющихся раскуривать свои трубки и с задумчивым видом гулять по территории, пародируя голос Сталина.

В конце концов мистик сдался и начал принимать все как должное, особенно не напрягаясь. Одновременно с этим в филиале появилось невероятное количество маленьких леденцов, которые Игорь уже не скрываясь поглощал. Офисный костюм заменили свитеры с яркими акульими рисунками, да и сам Игорь не смущался носить с собой своего «тотемного животного» — небольшую плюшевую акулу. Притирка к новосибирцам прошла успешно.

✠✠✠

Сам Лао едва не выл от потока документов, которые требовалось проверить, заверить, заполнить и написать. Будучи главой целого филиала, который постоянно отдавал свой кабинет любому подходящему заместителю, монах едва не тонул в бумагах. Каждый шаг, каждое дело, каждую заявку и каждую поездку требовалось сопровождать ворохом бумаг и отчётов, что вызывало в нём крик козодоя. Недели подготовки документов к отправке в Карпаты стали особенно показательными.

В один из вечеров Чарли с удивлением обнаружила, что наставник пропускает начало их тренировки. Выждав для верности полчаса, шаманка помчалась искать Лао Шина. Самыми первыми претендентами на обыск стали его кабинет и спальня. До спальни шаманка так и не дошла, обнаружив монаха в кабинете.

Умотанный наставник скрывался под стопками документов. Не замечая присутствия Чарли, он не стеснялся открыто использовать крепкие выражения. Смущенная девушка с озорной улыбкой запоминала новые выражения, комбинации которых не встречала даже в исполнении Лёхи и несдержанных на язык сестёр.

— Тренировка отменяется? — показалась она на глаза наставнику, когда он замолчал, чтобы перевести дыхание.

— Уже время тренировки?! — ахнул Лао и на всякий случай посмотрел на часы.

— Полчаса как должна была начаться, — осторожно помогла шаманка ему выкопать часы из-под нескольких папок с отчётами по делам. — Но ничего страшного! Можно начать попозже или провести завтра две, если такая нагрузка. Я с бумагами могу помочь, мы с Весемиром и Яной уже занимались всякой волокитой…

Монах серьёзно поглядел на подопечную и тепло улыбнулся. Тренировка отошла до лучших времён. Наставник освободил для Чарли ещё одно место за столом и приготовил обоим чай. Шаманка с радостью бросилась в пучину документооборота, чтобы помочь Лао со свалившейся на него ответственностью за всё и всех.

«А вдруг он решил так срочно открыть новосибирский филиал из-за меня? — думала она. — До этого ведь жил себе спокойно в Москве. А после дела с демонами резко решил смыться ото всех в Сибирь. Совпадение?»

Себя Чарли считала как минимум частично ответственной за необходимость Лао быть не только агентом, но и отцом их странной группе, а также начальником со всеми вытекающими. Впрочем, её работа со множеством документов совсем не напрягала. После изученных работ Влада, множества отчётов и работ Янова, кипа бумаг, возвышающаяся над Лао казалась ерундой. Под удивлённым взглядом наставника, она быстро сообразила как сгруппировать их работу, чтобы за час распределить все документы по типам, заверить-проверить и либо отправить оригиналы в Москву, либо ограничиться отправкой скан-копий. Незаметно в их паре наставник и подопечная поменялись ролями и через час уже Чарли командовала всеми действиями Лао.

— Ты не прекращаешь удивлять меня, мой юный падаван! — покачал головой монах, запаковывая оригиналы для последующей отправки быстрой доставкой.

Чарли скромно улыбнулась в ответ, немного порозовев от похвалы, пока сканировала очередную пачку документов для отправки в Москву.

— Но к чёрту это всё. Вернёмся с Карпат, найму хорошего управленца. Вся эта бухгалтерия и перекладывание гор бумажек не для меня! — категорично заявил он, запечатывая последний конверт. — Может даже станет постоянным врио, как бы это странно не звучало.

— А мне иногда нравится такая работа. Отключаешься от всего и выполняешь всё как механизм. Биологическая машина, — пожала шаманка плечами. — В старших классах меня это порой спасало от… секретарь директора поняла, что я на «ты» с документами и забирала меня с не слишком важных уроков.

Лао промолчал. Трудно было ответить хоть что-то на подобное откровение. Чарли замечала это по Яне. Стоило подруге сказать что-то болезненное, как собеседник начинал нервничать и замолкал. Брошенные слова о внутренних травмах вызывали нерешаемую дилемму — сказать что-либо в попытке посочувствовать или более уважительным станет молчание? Как ни странно, в процессе работы прошлое начинало затираться, превращаясь в почти несущественный опыт. Неприятности приносили выученные механизмы защиты от насилия, но разум всё чаще оставался чист и спокоен. Можно ли бояться школьников после нападения оборотней? Или попытки одержимой призраком женщины задушить? Или после атаки онрё прямо в вагоне метро? Или после лицезрения смерти не постороннего человека?

— Мне нравится такой перерыв между делами, — продолжила Чарли с улыбкой, — а то заявки идут косяком. Каждый день ожидаешь очередной отъезд в Екатеринбург или в Кострому, или на Камчатку…

— На Камчатке есть ещё один неофициальный филиал, — хмыкнул Лао, разливая ещё чая по чашкам, — они не слишком любят подпускать к своей территории представителей других офисов. Разве что речь пойдёт о демонах. Да и то, они только Фролова с группой допустят. Так что камчатские горячие источники мы с тобой увидим если только в отпуске!

— Отпуск! Красиво звучит! — расхохоталась Чарли, поймав себя на каком-то задорном ощущении своей взрослости. Вчерашняя школьница и студентка теперь стала полноценным работающим взрослым с зарплатой и отпусками.

— Да, в этом году отпуска нам только снятся, но я попробую выбить недельку-другую в феврале, — усмехнулся Лао в ответ, понимающе кивнуть. — Пока можешь не стесняться и тратить зарплату, если не копишь на что-то.

«Ох блин, точно! У меня же ещё и зарплата есть!» — опомнилась шаманка и едва не прыснула от смеха.

Монах заметил тщательно задавленный смешок и тоже усмехнулся:

— Наша служба и опасна, и трудна, но оплачивается достойно, особенно сверхурочная! Я бы на твоём месте немного себя побаловал!

— Знать бы как это делать! — неловко улыбнулась Чарли. — Я не слишком социальный человек, как ты заметил. Понятия не имею как себя баловать при помощи денег, да и как без их помощи тоже не знаю. Поспать подольше? Помедитировать с Весемиром?

Наставник крякнул, откидываясь в кресле. По его виду угадывалось, что в социальной сфере он тоже не слишком хороший советчик, а в плане девичьих радостей полный ноль. Надежды были только на ведьм. Если не на Яну, то хотя бы на сестёр, но их задействовать монах явно не спешил. Неужели подозревал Таню и Олю в растрате средств в современном аналоге опиумных ям?

— Весь отдых, который я могу себе представить, осуществляется летом! — пожал плечами Лао с виноватой улыбкой. — Палатка, рыбалка, лес и много свежего воздуха. Сплав в горы и на лодке по реке. Под вечер песни под гитару у костра. Немного нашей агентской хитрости, чтобы комары не беспокоили и сон под звёздами.

— Звучит старомодно, — хмыкнула Чарли, разомлев от чая после рутинной работы, — но привлекательно. В Карпатах сейчас тепло. Можно даже под звёздами спать. Возможно, в утеплённом спальном мешке с хорошим термобельём под шерстяной пижамой… да ладно! Не смейся! Можно ведь!

От хохота наставника едва не тряслись стены. Несмотря на кризис и целых два проблемных дела в забугорье, подопечная умудрилась рассмешить непосредственным предложением совмещения работы и отдыха. Чарли смущенно скуксилась, но представила, как они будут петь под гитару у костра, отбиваясь ото всяких упырей и кикимор, и тоже расхохоталась.

— Представь, что поход в горы за очередной чупакаброй — это сплав с препятствиями, — продолжила она сквозь смех, — а ускоренный побег от местных на любом плавучем средстве — это прогулка на лодочке по речке, и почти никакой разницы!

— Да, — кивнул, отсмеявшись Лао, — разница сугубо косметическая! И природа вокруг. Хотя… гитару я пожалуй возьму с собой. Будем страшилки петь у костра.

✠✠✠

Вторая неделя завершилась непривычной, но не слишком неожиданной летучкой, на которую созвали представителей всех офисов России от ГХ. Виктор было замахнулся позвать вообще всех, но Марк выложил в общий чат расчёты о минимальных требованиях по проводимости Интернета, и мистик сдался. Как оказалось, проще по отдельности обращаться лично к каждому филиалу или смириться с переговорами, в которых многие будут больше ждать, чем говорить. И это если не возникнет технических проблем. Для обеспечения высокого качества общего сбора с Москвой, весь филиал потратил день, чтобы всё бесперебойно работало и безупречно защищалось.

С улыбкой Чарли рассматривала их зал переговоров, переоборудованный для полноценного удалённого совещания. Вокруг кабинета Самир и Лёха хитро расставили глушилки, окна зашторили, а вокруг круглого стола на стенах закрепили мониторы. Шаманка едва не смеялась, представляя, что они часть свиты Доктора Зло или какого-либо другого карикатурного злодея в стиле старых фильмов. Мониторы и темнота только добавляли антуража. В остальном у кабинета не было никакой индивидуальности. Обычный офисный стиль, превращенный в почти гротескно-злодейский.

— Всем добрый день, — на всех мониторах появилось лицо Виктора, когда новосибирский филиал в полном составе занял свои места, — отрадно видеть всех живыми и здоровыми.

— Добрый день, — вразнобой ответили агенты.

— Итак, коротко и по делу. Лао, — обратился мистик к главе филиала, — спасибо за своевременные отчёты. Сейчас многие филиалы зашиваются, хорошо, что Новосибирск стал примером для подражания.

Лао кивнул и с улыбкой чуть повернулся к подопечной. По глазам наставника Чарли видела, что идея нанять человека для бумажной волокиты не покинула его. Впрочем, когда он упомянул, что искать будет среди людей, а не редких как розовые жемчужины Иных, шаманка согласилась с доводом. Иных так или иначе будут пытаться вплести в очередное задание, военные также могут отправиться на задание, но человек с исключительно управленческими талантами никогда не будет призван дальше офиса или архива.

— Таня и Оля, вы большие молодцы в ритуале поиска страниц, — обратился к сёстрам Виктор, — к сожалению, я вынужден вас вновь вызвать для окончательного обнаружения оставшихся фрагментов Книги Хаоса и доставки их в московский архив. У нас не хватает ведьм.

Ведьмы вежливо согласились с направлением. Яна сдержанно кивнула, понимая, что из-за Вальдемара за страницами уже не отправится никогда. Чарли с сочувствием сжала её руку под столом. Подруга едва заметно улыбнулась ей.

— Максимилиан Радомиров, — медленно и нараспев произнёс мистик, явно читая имя по листочку. Однако чернокнижника глазами нашёл сразу, — тебя командируют в группу Ивана Фролова. Вы уже неплохо сработались. Им требуется пополнение среди чернокнижников.

Макс спокойно кивнул. Как и подобает представителю своего вида, он умел держаться достойно даже в условиях чаепития с августейшими особами, совершенно не представляя какими столовыми приборами ему дозволено пользоваться. И всё же Чарли сумела углядеть в его взгляде что-то похожее на досаду. Радомиров тоже хотел в Карпаты. Увидеть местную нечисть, поискать колдовские артефакты или даже встретить среди местных кого-то достойного. Этим он по секрету поделился с Анжеем, когда только объявили о поездке, а спустя час уже каждая собака знала о мечтах чернокнижника.

— Остальных я разрешаю забрать в Карпаты, кроме Алексея. На данный момент он всё ещё числится невыездным, — отметил Виктор. — Но кто-то должен остаться в филиале. Все документы готовы, мы их час назад проверили и отправили с курьером. Завтра утром будут у вас. Там же билеты на самолёт. Вещи рекомендую начать собирать уже сегодня. Хорошего…

— Кар! — влез поперёк мистика Весемир. — Я вас категорически приветствую, хе-хе. И заявляю, что приму участие в ваших заданиях!

— Да… Миртил, слезь с клавиатуры… Миртил Вейс летит, своим ходом, вместе с вами! — подтвердил Виктор. — Всем хорошего дня.

— Хорошего дня, — хором отозвались все присутствующие и мониторы погасли.

«И это всё?» — хотелось воскликнуть Чарли.

После всех трудов, ожиданий чего-то грандиозного, серьёзного разбора полётов, суровой отчётности по делам, такая обыденная летучка разочаровала.

«Могла и в чате расписать что да как!»

— Хорошо, что эта дурацкая проверка завершилась! — шепнула ей Марьяна, вызвав множество вопросов.

Подруга не спешила хоть что-то говорить, пока они не покинули зал для совещаний и не уединилась в спальне ведьмы, увешанной различными амулетами. Яна так резво затащила Чарли к себе, что последняя не успела даже удивиться. Для них не было традицией сидеть друг у друга в комнатах. Все разговоры чаще всего велись в тишине и спокойствии капища, в котором Чарли оставалась единственной работающей шаманкой Новосибирска. Подобное уединение только подогревало интерес. Что хочет по секрету сообщить ведьма?

Когда двери в спальню захлопнулись, у Чарли появилась возможность осмотреть обитель подруги. Сама шаманка почти ничего не меняла в своей комнате. Какой она ей досталась, в своём ретро-стиле, такой и оставалась. Исключение составил стол, взявший на себя весь удар творческой натуры Чарли. Все заготовки будущих амулетов и инструменты их создания обретались или на столе, или на полках над столом, или на стенах вокруг стола, закреплённые на специальных крючках.

Обитель Марьяны во многом отражала её сущность. Вся спальня напоминала один большой сложный ритуальный алтарь. Повсюду, куда падал взгляд, лежали кристаллы, странные флаконы, части животных и стояли чёрные свечи. Ковёр на полу был вышит незнакомой шаманке символикой, и она точно могла поклясться, что изначально его не было в комнате. Подушки, покрывала и гобелены создавали атмосферу сонливости, одновременно предупреждая следить в оба и не терять концентрацию. Рисунки и символика чем-то напоминали шаманке о викканстве, однако в нём она не разбиралась. На окне был разложен маленький алтарь, предназначенный для ритуалов поиска, который узнавался благодаря опыту работы с Яной. У самой тёмной стены под платками угадывался ещё один алтарь. Все инструменты лежали в то тут, то там, создавая ощущение творческого беспорядка.

Пока Яна запирала дверь, Чарли даже не знала, где сесть. Язык чесался начать задавать вопросы.

— Падай на кровать!

Дважды предлагать не требовалось. Мягкие подушки на мгновение окутали тело шаманки и упруго выпустили назад. Яна плюхнулась следом.

— И что за проверка? — поинтересовалась Чарли, не выдержав.

— А ты не заметила? — сквозь зёв уточнила подруга. — Таня и Оля нас проверяли. Ну, можно сказать, сканировали!

«Блин!» — невольно вспыхнуло в голове.

Не то, чтобы Чарли была против сотни проверок на вшивость, но сканирование в строжайшем секрете её обидело. С ведьмами сёстрами они достаточно хорошо общались и старались переписываться в свободные минуты.

— Все доверенные лица московского офиса отправляются по филиалам, — начала разжёвывать Яна тоном уставшего лектора, — а во время летучки они передают Виктору кто верный труженик, а кто паршивая овца. При помощи системы незаметных знаков. Если честно, я всё это время думала, что засланный казачок — это Игорь. Но, как оказалось, надо было смотреть внимательнее.

— Нам до сих пор не доверяют?

— Москва никому не доверяет. Ну и… правильно делает, — подумав, добавила ведьма, — я сама бы так делала на их месте. А может даже хуже поступала. Просто это всё неприятно до одури!

— В Румынии их не будет! Сможем передохнуть, если тебя так напрягает проверка! — попыталась внести позитив Чарли.

— Да, там нас ждут чугайстеры, навки, бескуды, стригойи, блуды, болотник… — принялась Яна по памяти перечислять с улыбкой всех возможных противников. — И это если обойдётся без демонов, упырей, волколаков, сектантов или чернокнижников! А ещё на горизонте может оказаться очередная страница!

С тяжёлым вздохом она опрокинулась на подушки, уставившись в потолок. Казалось, что её недовольство на самом деле не имеет никакой цели и хватается за самые ближайшие раздражители. При ближайшем рассмотрении нервное поведение получило простое объяснение.

— Тоже устала? — подытожила Чарли, укладываясь по примеру Яны. На потолке обнаружились висящие ленты с едва различимыми символами на них. В целом убежище ведьмы выглядело даже уютным.

— Устала. Тоже? — удивилась Марьяна, поглядев на подругу, и кивнула: — Значит, тоже. Завтра вечером отлёт. Этот год какой-то… игра на выбывание, не иначе!

— Лао советовал как-то себя побаловать! — проскрипела Чарли. — А я не в курсе как это делается?

— Ты же не совсем чукотская девушка?

— Возможно, что совсем.

— О как! — притворно жалостливо отозвалась Яна. — Ну что же, у нас примерно целый вечер. Если повезёт, то ещё и часть утра! Время поджимает, мальчики и девочки!

— То есть?

— Поехали в Новосибирск, чем смогу — помогу тебе в плане балования себя любимой, да и вещичек прикупим к Карпатам. Это уже полноценная Европа, а не «это вам не этоДевушки вспоминают диалог из фильма «ДМБ».»! — вскочила с места подруга и начала быстро собираться в дорогу, попутно подпинывая ещё не совсем понимающую, на что подписалась, шаманку.

— Понятно! — усмехнулась Чарли, вспомнив старый фильм с бессмертной придурью.

✠✠✠

Вечером, накануне дня отправки агентов на задания, было решено собрать большой стол и устроить общий ужин. Самир превзошёл самого себя и наготовил блюд, которых хватило бы на стандартный свадебный банкет. Не менее изысканные и аппетитные, они заставляли всех проходящих мимо кухни облизываться. Но суровый повар не позволял никому вторгаться в его обитель и гонял половником Ли-Тао и Анжея, решивших, что они самые умные и могут стащить что-то вкусненькое до ужина.

От вида побитых агентов смеялся даже скромный Матвей, а остальные работники новосибирского филиала и вовсе катались по полу от смеха. Впервые получив возможность пообщаться в непринуждённой обстановке с Таней и Олей, волколак не стесняясь за один вечер смог очаровать сестёр. Чарли диву давалась от флирта ведьм с новичком, от которого тот расцветал на глазах. Яна и прилетевший на чёрных крыльях Весемир хором одобрили и благословили союз волколака с ведьмами, удивив шаманку ещё больше.

Вечер становился всё беззаботнее, когда Игорь добрался до гитары Самира и продемонстрировал, что не только повар способен прекрасно играть и петь. Под его бардовские мотивы атмосфера окутывала приятным теплом. Несмотря на стремление проводить время в одиночестве, Чарли чувствовала себя удивительно на своём месте. Она смеялась вместе со всеми над смешными случаями на заданиях, позволяя себе даже робко шутить относительно невезения коллег.

Самым смешным случаем стала отправка в Пупково за оборотнями. Анжей и Макс смеялись над собой наравне с остальными, Ли-Тао не хуже Весемира придумывал новые детали дела, основанные на собственном воображении. Но уровень фантазии младшего монаха оценили все и не стали выводить на чистую воду. После истории, лишь основанной на реальных событиях, вступил Игорь и начал рассказывать про свои первые дела. Как оказалось, безумия и глупостей хватало даже в спокойном архиве, где начинал мистик.

— А потом, когда мы наконец вылезли из завалов первого этажа, он как ляпнет «а давай третий раз лампу потрём!» — завершил он очередную историю.

Грянувший следом смех едва сумел перекричать Самир, объявивший, что ужин готов и ему нужны помощники, чтобы сервировать стол. Помогать вызвались все. Очень уж хотелось оказаться поближе к еде. За считанные минуты на стол накрыли, разложили все приборы и принесли все приготовленные блюда. Как Самир справлялся с кухней только своей парой рук, оставалось загадкой. Ли-Тао предположил, что под одеждой у повара ещё две-три пары. Лао Шин зажёг камин и приглушил верхний свет.

За столом не смолкала болтовня. Оля и Таня продолжали расспрашивать пунцовеющего Матвея о жизни, нещадно окружая его своим женским вниманием и неприкрытым флиртом. Ли-Тао с Игорем спорили, у кого наставник был безумнее. В арсенале младшего монаха внезапно появились полубезумные истории о его детстве и бытности в монастыре. Понять, что происходило на самом деле, а что парень выдумал, не смог никто. Растерялся даже Лао, сдавленно произнеся, что всё сказанное теоретически могло произойти.

Радомиров что-то наговаривал Курвину и тот, на удивление, серьёзно слушал его наставления и даже что-то записывал за товарищем. Самир и Лёха шутили, рассказывая про особенно смешные варианты пайка «есть нечего, но там бегает ёжик» во времена совместного военного прошлого. Лао с улыбкой следил, чтобы у всех на тарелках была еда и никто не ушёл голодным.

Чарли с улыбкой подумала, что именно такую атмосферу можно назвать семейной, а не то, что приходилось терпеть годами дома.

— Как съездили в город? — поинтересовался Лао, когда убедился, что у всех наложено и налито. Вино он предусмотрительно отодвинул от подопечной, подставив поближе лимонад.

— Обновили гардероб и я сводила Чарли в СПА! — отчиталась Яна, перебив шаманку.

— Ну, собственно, да. Немного обуви, одежды, янтарные бусы… и то самое СПА, — скромно кивнула Чарли.

— Понравилось, я надеюсь? Получилось расслабиться?

— Ну…

— Да не надо скромничать! — приобняла её Яна, допивая бокал вина. — А то будет как при покупке бус! Лао, ты бы её видел. Она так смотрела на несчастное украшение. И всё никак не могла подойти к кассе.

— Это не амулет был, а просто так… — замялась шаманка.

Тратить деньги просто так на свои желания оказалось невероятно трудно. Внезапно в память пробилось родительское требование, что покупать следует необходимое. А свои эгоистичные желания удовлетворять в последнем порядке. После сестёр и братьев. Девушка даже не подозревала, что в ней сидит ещё и такая заноза прошлого.

— Чарли, ты себе можешь купить хоть десяток абсолютно бесполезных комплектов драгоценностей! — доверительно сообщил наставник. — Полезные или бесполезные. Пока они тебя радуют своим существованием, они куплены не зря. Как можно радовать себя без чего-то глупого эгоистичного и детского?

— Да, но…

— Деньги твои. Ты их заработала своим трудом. Старалась изо всех сил, чтобы наступил порядок. Теперь можешь тратить как душе угодно! — припечатал он.

Увидев на порозовевшем лице робкую улыбку, Яна радостно чмокнула подругу в щёку и с криком «вот это наш человек!» отправилась на поиски вина.

— А если честно, — понизил голос Лао, — понравилось?

— Там была сауна с кристаллами соли. Очень приятная. Мы лежали в этих камешках, а они нас согревали! — поделилась с озорной улыбкой Чарли. — Я Марьяну закопала в них!

Их разговор о СПА услышали, развеселившиеся от вина и компании Матвея, Таня и Оля. Сёстры с хихиканьем предложили всем перед Новым годом порадовать себя и устроить «филиальный сабантуй» в каком-нибудь специализированном салоне. Больше всего намёков и красноречивых взглядов адресовалось волколаку, впрочем, и остальные агенты выразили своё согласие временно или навсегда закрыть СПА и как следует так погреться. Когда Ли-Тао в шутку спросил, рискнёт ли Макс оказаться в сауне рядом с женщинами и без амулетов, а Курвин почти пошутил про посещение с животными, Самир решительно выхватил свою гитару и начал петь. Младший монах ненадолго исчез и вернулся под третью песню с фотоаппаратом и предложением сделать большую групповую фотографию.

6. Дела в Карпатах. Ночные животные

В день отъезда офис оказался оставленным на Самира и Лёху, обязавшимся помогать по мере сил всем залётным агентам, которые могут внезапно оказаться поблизости. Идея получить постоянного врио загоралась уже у всех. Особенно остро это стояло из-за относительного отсутствия доступа оставшихся к архиву и документам. Перед отъездом в аэропорт Лао набросал список требований на поиск будущего управленца филиала, добавил, чтобы искали среди людей, и унёсся, едва не забыв свой боевой шест.

Без вездесущих конспектов полёт прошёл почти тоскливо. Чарли пыталась подремать, но в одном салоне с взрывной смесью из Курвина и Ли-Тао это оказалось невозможно. Какими бы лютыми взглядами их не сверлил Лао Шин, боевая парочка не давала покоя никому. Казалось, что от их постоянных отжигов даже самолёт полетел быстрее. Благодаря двум пересадкам по пути, пассажиры трёх самолётов сумели «оценить» все ужасы пребывания вместе с неугомонными агентами. Во время полёта Анжей умудрился стать аналогом безумного аниматора, которого никто не звал, но он явился и будет показывать своё шоу, пока зрители не найдут способ покинуть самолёт досрочно. Бывший карманник Ли-Тао напротив предпочитал играть на людских нервах при помощи своих пространных бесед, в которых он отвечал за собеседника на собственные вопросы.

Марьяну от влияния неугомонной парочки спасала горстка коротких обещаний так проклясть каждого из них, что вечный ад мёдом покажется. Вокруг её места установилась мёртвая зона, в которую никак не попадали даже отголоски ребячества двух весёлых гусей. Соседи ведьмы считали себя самыми счастливыми людьми во вселенной. Лао Шин, Чарли и Матвей тоже вошли в тройку везунчиков, поскольку авторитетных пинков и подзатыльников начальника Курвин с Ли-Тао опасались и не шумели в слепой зоне главы новосибирского филиала. Когда Чарли попыталась подремать, Лао отошёл искать спрятавшегося в салоне Ли-Тао, рядом оказался болтливый Анжей и оценил всю степень свирепости волколака. Матвей, не оставляющий попытки исподтишка ухаживать за шаманкой, встал на защиту её спокойствия и шуганул инквизитора так, что тот не рискнул показываться тому на глаза до самой последней посадке в Румынии.

— Добро пожаловать в Будапешт! — объявил Курвин, вылетев из самолёта. Его вопль вызвал столько кривых взглядов, что парень немного стушевался.

— Не та страна! — подсказал Ли-Тао, расхохотавшись.

— Добро пожаловать в Бухарест! — крикнул ещё громче Анжей, стараясь реабилитироваться, но кривых взглядов стало только больше.

— Мы в Трансильвании, дятел! — покатился со смеху младший монах. — Ты бы хоть в свой билет заглянул!

Скуксившийся Курвин последовал его совету и взглянул на свой билет, пока они забирали свой багаж. На этот раз Лао решил перестраховаться и на тревожный вызов принёс с собой весь арсенал. Чарли с тревогой смотрела на то, с какой лёгкостью наставник несёт сумку. При попытке сдвинуть её с места хотя бы ногой, девушка столкнулась с неприятной истиной — груз монаха весил далеко не принятые в норму 23 килограмма. Да и позвякивание чего-то металлического во время движения жирно намекало, что монах решил вооружиться до зубов.

Курвин и Ли-Тао не слишком отставали от лидера группы. К их «особому багажу» прилагалась такая же кипа бумаг и разрешений на перевозку, как у Лао Шина, а внутри продолговатых сумок угадывались как минимум мечи. Новосибирцы с поездкой в Карпаты не стали мелочиться. Сумки Чарли и Марьяны, пусть и не имели характерную продолговатую форму, но и оружие с собой девушки брать не стали. Яна вместе с Таней и Олей успела подготовить множество ведьминских настоек и эликсиров на все случаи жизни. Чарли помогла в создании множества защитных амулетов. Шаманские обереги, укреплённые ведьминской магией обещали верно служить. Единственным, кто ехал почти налегке, оказался Матвей. Оружие волколака исходило из него самого, требовалось лишь взять побольше сменной одежды.

— Клуй...Напоса! Что ещё за зверь?! — наконец прочитал инквизитор, когда они уже выходили из аэропорта на стоянку автомобилей.

— Клуж-Напока, — поправил его Лао Шин, перехватывая рюкзак Чарли.

— Добро пожаловать в неофициальную столицу Трансильвании, мои дорогие и любимые, — эффектно из-за угла вылетел иссиня-чёрный картинный ворон и гордо уселся на плечо шаманки. — Не думай, Анжей, что с твоей дремучей безграмотностью я буду тебя любить!

Появление Весемира никого не удивило. Ворон отказался лететь со всеми в самолёте, объявив, что его талант слишком велик и бесценен, чтобы растрачивать его на бесполезные перемещения. Лао не стал его уговаривать, понимая сколько проблем возникнет с перевозкой птицы.

— Пока вы практиковали полёт в консервной банке с крыльями, ваш покорный слуга вообще-то работал, не покладая крыльев! — объявил ворон и указал в сторону, из которой появился.

Со стороны крытой стоянки к ним шли двое туристов, если судить по одежде. Мужчина и женщина. Они не выглядели похожими на мать и сына, но вполне могли сойти за старшую сестру и младшего брата, собравшихся в поход покорять горы. Парень на вид был чуть старше Чарли и обладал такой же рыжей шевелюрой. Женщина напротив зрительно успела разменять третий десяток и приближалась к четвёртому. Пепельно-русые волосы, уложенные в практичную косу, почти полное отсутствие макияжа делали её весьма привлекательной пантерой в глазах охотников за женским вниманием, вроде Анжея.

— Добрый день, дорогие коллеги, — поздоровалась женщина на русском языке с едва заметным акцентом, который ничуть не портил её хорошо поставленную речь, — ваш… шаман Весемир уже успел нам рассказать немного о вашей группе. Нас очень порадовало, что на наш призыв о помощи явилось двое шаманов и двое монахов. Мы очень хотим разрешить все дела мирно. Моего спутника зовут Богдан Йонеску. Он весьма талантливый мистик. Говорит на русском языке, немного хуже меня, поэтому общаться вы будете чаще всего со мной. Меня зовут Иляна Думитру. Можно просто по имени — Иляна. Моя специализация — ворожбит.

Все по очереди представились, пожали руки Богдану и Иляне. С Марьяной девушки даже обменялись тёплыми объятиями. Румынский мистик скромно выдавил из себя приветствие. После того как все «приятно познакомиться» получили свою взаимность, группа отправилась на крытую стоянку, в которой их поджидал небольшой автодом.

— Ого, мы повысили уровень сложности! — громко ахнул за всех Курвин.

— Не расслабляйтесь, — каркнул ворон, — это очень компактная база. Около шести метров в длину. Посадочных мест всего пять, спальных два… ну три если кто-то щупленький займёт диван. Остальные будут спать на улице.

— К сожалению, это единственная база, которую мы вам можем предоставить в шаговой доступности от предполагаемого очага действия, — виновато развела руками Иляна. — Автодом полностью обустроен. Вода, запасы еды, связь со спутником…

— Спасибо большое, Иляна! — вежливо чуть поклонился Лао Шин. — База нам нужна именно в рабочих целях. Мы не планируем долго сидеть в кабине или спать до обеда. А сон под открытым небом куда полезнее!

— Говори за себя, — негромко пробормотал Анжей.

— Курвина устроим на коврике внутри! — каркнул Весемир, заслужив ласковое почёсывание головы от Чарли.

— Забирайтесь внутрь. Ехать ещё час-полтора, — проговорил Лао, сверившись с навигатором.

Внутри действительно оказалось тесновато для семерых агентов и двоих сопровождающих. Чарли осторожно примостилась рядом с Яной в надежде, что путь пройдёт быстро. Матвей сел на пол, уступив девушкам больше сидячих мест. Богдан последовал его примеру, а за ним на пол плюхнулись и Анжей с Ли-Тао. Таким образом свободных мест на диване и креслах стало даже больше, чем свободного пространства на полу. Увидев всеобщие посиделки, Лао рассерженно приказал вести себя прилично и занимать места по-человечески. Иляна, глядя на то, как даже Богдан смутился от слов русского монаха, усмехнулась. Когда все уселись, она завела автодом и они поехали по живописным зелёным полям.

— Вам очень повезло, — говорила она по пути, — этот декабрь у нас почти запредельно тёплый. На прошлой неделе доходило до плюс двадцати по Цельсию. Обычно у нас прохладнее, но этот год выдался очень тёплым. Поэтому спать под звёздами в спальных мешках совсем не холодно.

— Не факт, что мы вообще будем спать под звёздами! — усмехнулась Яна.

Они с Чарли сидели ближе всех к Иляне и могли переговариваться без необходимости перекрикивать весь салон.

— Почему?

— Если мы хотим быстро и эффективно во всём разобраться, то пик нашей активности придётся на ночное время. От заката и до рассвета. Спать если и будем, то днём, как ночные животные! — пояснила на пальцах ведьма. — А у вас иначе работает зависимость от Грани?

— У ворожбитов? — уточнила водитель. — Да. Ведьмы даже отличают нас от себя. Нам не требуются сделки с демонами, но видения приходят крайне редко. Чаще всего нечто судьбоносное. Как это назвала ваша Анастасия… Перст Судьбы. А в обычное время работаем на повышенной интуиции почти на равных с мистиками.

— Значит, редко, но метко? — хмыкнула Марьяна.

На глазах Чарли рядом с подругой по цеху, ведьма становилась намного вальяжнее и увереннее. Иляна и Яна казались не едва познакомившимися агентами, а закадычными подругами, которые сто лет не виделись и просто не решаются выпустить все эмоции перед посторонними. Рядом с ними шаманка почти чувствовала себя лишней. Иляна рассказывала о нечисти, живущей среди их лесов и болот, предупреждала инквизиторов держаться подальше от лесов.

— Это в ваших лесах только леший может задрать, а в наших помимо него есть блудники. Сводные братья леших.

— Блудники и у нас были, — отметил Лао Шин, — но после 1987 года они почти все исчезли. Странное дело, на них никогда не охотились. Они жили сами по себе. Творили, конечно, в тёмной чаще не совсем хорошие дела.

— Я слышал, что они были грозой всех инквизиторов, — поддакнул Анжей. — В архиве писали, если хоть один окажется в группе, которая направилась в лес, то их найдут только через неделю. И не все останутся живы.

— Но с нами Анжей, нам стоит бояться ваших блудников? — занервничала шаманка.

— В присутствии двух шаманов, я надеюсь, что нет, — попыталась улыбнуться Иляна, но продолжила уже серьёзнее: — Это продолжается уже месяц. Трансильванское плато, как вы можете видеть, территория огромная. Мы сейчас едем к началу популярного туристического маршрута. Обычно это джип-тур от пяти машин на одну группу. Отдых в палатках на свежем воздухе с переездом по всему плато. А по желанию, можно в свободное время побродить по лесам и горам. Там мы вывесили амулеты от блудников, людям ходить безопасно.

Девушка, немного забывшись, с улыбкой рассказала о классическом маршруте, стартующем от города Брашов. Все озвученные детали намекали на личное присутствие Иляны в обеспечении безопасности туристов и знании всех крупных тропках. Когда разговор дошел до сплава по рекам, Лао будто невзначай слегка откашлялся.

— Ох, простите! — смутилась она. — Я что-то отвлеклась. Начну сначала. Месяц назад по ночам на всём плато начались постоянные нападения нечисти на людей. Немотивированно яростные. Да, наши духи леса не сахар, но очень немногие из них убивают. А те, кто убивает, не нападает так открыто. Эти выходили из лесов и уничтожали полностью туристические лагеря! Тела стаскивали к центру плато. Мы пытались достучаться до них мирно, но единственный аргумент — это огонь. Только он их отпугивает.

— А за пределами указанной вами области? — уточнил монах.

— Хороший вопрос, — шумно выдохнула Иляна, — был случай, когда люди успевали, так сказать, выбежать за границы действия этого безумия. Я не просто так сказала «границы». Они действительно есть, и нечисть их не пересекает.

— Тогда я предлагаю разбить наш лагерь у самой границы, чтобы было куда отступать! — сказал Лао Шин. — По крайней мере на первую ночь.

— Разумеется, туда я вас и везу. Эпицентром атаки часто становится наш самый большой палаточный городок. Мы сейчас туда не пускаем туристов, но есть местные, которые привыкли там отдыхать. Да и запрет наш продержится до завтра максимум. Сегодня пятница. Люди хотят отдыхать, а за всеми не уследить, — тяжело вздохнула водитель. — Трагедии продолжают случаться.

Через час они выехали к особенно живописным местам. Иляна не шутила, когда говорила про популярный туристический маршрут. От вида простирающихся гор захватывало дух. Добротная, пусть и просёлочная дорога вела их вдоль ковром зеленеющей горы по направлению к межгорной низменности. Почти всю поездку Чарли с восхищением смотрела на величественную горную цепь. С высоты любая точка годилась в обзорные. Перед глазами простирался головокружительный вид. Горы. Они были повсюду. Такие бескрайние и могучие. Покрытые плотной «шерстью» лесов.

«Да, теперь понятно, почему Лермонтов без конца описывал своё восхищение Кавказом и его горами. Увидишь подобную красоту и разговаривать разучишься! — думала Чарли, не в силах оторвать взгляд от природы за окном. — Как там у него… И было сердцу моему... Легко, не знаю почему1. А вот я знаю!»

Не выдержав круглых, как у котика, умоляющих глаз Чарли, Лао позволил сделать несколько остановок на самых красивых обзорных местах. Вся группа радостно размяла ноги и руки, а Ли-Тао, сросшийся с найденным фотоаппаратом, сделал несколько десятков фотографий. Ветер на возвышении игриво трепал юбку Марьяны и полы шерстяной мантии Чарли. Дышалось горным воздухом Румынии необыкновенно приятно.

Лагерь агенты разбили почти на закате, когда наконец добрались до подходящей полянки в десятке шагов от опушки леса. Матвей, Ли-Тао и Лао Шин первыми вызвались спать в палатках в пуховых спальных мешках. Матвей поначалу вообще рвался спать без палатки, но базовые защитные символы, вышитые и закреплённые ритуалами Тани и Оли его переубедили. При нападении нечисти любая защита пригодится. Яну и Чарли определили спать в автодоме, хоть шаманка и сопротивлялась. Вредный Курвин устроил привал на диване. Когда лидер группы мрачно поинтересовался, что собирается делать инквизитор в компании шаманки и ведьмы, Анжей не дрогнув напомнил, что умеет водить и успеет вывезти девушек на безопасное расстояние.

Помимо агентов, в лагере присутствовали доверенные люди Иляны и Богдана, приготовившие небольшие самодельные огнемёты для необходимого и срочного отступления, если всё пойдёт не так. От них не отставала боевая тройка — Анжей, Лао и Ли-Тао. С мрачным видом мужчины вытащили из транспорта свои сумки и принялись раскладывать то тут, то там своё оружие. И если скромный набор мечей и кинжалов из двух-трёх штук Ли-Тао с Анжеем просто держали при себе и в шаговой доступности, то Лао вооружил весь лагерь. Под камнями, кустами и редкми деревьями виднелись кунаи, нунчаки, длинные кинжалы, метательные ножи и другое холодное оружие.

Впервые ступив на землю, Марьяна недовольно заявила, что плато на её вкус «какое-то тяжёлое». Объяснить точнее, что она имеет в виду, девушка не смогла. Лао Шин и Ли-Тао на всякий случай прощупали почву на Ци воды, огня или земли в их худших проявлениях, однако следов активных проклятий или смертей не обнаружили.

Когда развели костёр и начали подтаскивать к нему различную снедь, способную вкусно обжариться и стать достойным ужином, Богдан внезапно сбросил обет молчания и коряво начал общаться со всеми. От радости, что пациент излечился от немоты, Анжей и Ли-Тао прилипли к румыну до самого отбоя. На ужин решили по-туристически жарить овощи, колбасу и сосиски, оставив «серьёзную еду» до лучших времён.

✠✠✠

Лао не шутил, когда предлагал петь под гитару. В автодоме обнаружилась даже она. Однако, несмотря на расслабленную атмосферу ужина с частично обугленными сосисками и коричневым хлебом, агенты помнили, что они не на отдыхе. Требовалось решить, что они будут делать дальше. Чарли и Весемир по очереди проверили территорию. Оба почувствовали что-то мимолётное и нехорошее, но без конкретики и однозначных ужасов. Вредная птица каждый час требовала от шаманки прожёванной еды, вынуждая растаскивать протеиновые печеньки и прочие закуски по карманам.

— По первичным проверкам ничего? — подытожил Лао Шин.

Никто из агентов, даже Матвей, не заметили ничего конкретного. Плато ощущалось подозрительным и небезопасным для всех без исключения. Ни один агент не сказал доброго слова об атмосфере на базе. Однако единогласного «тут что-то не то» было недостаточно для конкретных действий.

— Ни всплеска энергии, — ответил за себя Лао Шин, — ни ощущения, что нечисть где-то недалеко движется.

Чарли и ворон единогласно кивнули.

— Отпечатков магии нет? — слова адресовались Марьяне.

Ведьма утвердительно опустила голову..

— Волколаков, урсолаков и остальных лаков тоже, — настала очередь Матвея соглашаться со словами лидера группы.

— Анжей, Игорь?

Мистик неопределённо пожал плечами.

— Чувствую, что меч надо наготове держать, — признался Курвин, — прямо свербит в голове, что спать, есть, пить и по нужде ходить с ним обязательно. Но почему и от кого…

— Придётся дожидаться атаки, чтобы оценить серьёзность ситуации, — подытожил Лао Шин.

— Я могу точно сказать на что это не похоже, — добавила Яна, — это не проклятие, не проклятые артефакты и на страницу не похоже. Да, точно… и не демон. Мой бы своего дикого собрата почувствовал, они очень сильно следят. Стая упырей…

— Маловероятно, — вступила в рассуждения Иляна. — Прозвучит забавно, но в наших лесах проживают в большом количестве бескуды и стригойи. Упыри с ними не уживаются на одной территории. Даже князья предпочитают не появляться на территории Трансильвании, ограничиваясь редкими посещениями крупных городов.

— Значит, на родине Дракулы с упырями совсем никак? — захихикал Ли-Тао.

— Боюсь, что так! Никогда не водились, среди нападавшей нечисти не отмечались.

— По нашему опыту я могу предположить несколько вариантов, — заметил Лао Шин. — Это может быть очередной пробудившийся демоноподобный Иной, возомнивший себя божеством. Его периоды активности могут вызывать неконтролируемое бешенство у всей нечисти в округе. Возможно, некий ритуал как ведьм или чернокнижников, так и сектантов. Сложные составные ритуалы включают в себя волнообразные скачки активности и покоя. Не забываем про возможную точку аномального поведения Грани, которая влияет на местную нечисть. Также не исключаю действие ранее неизвестных проклятых артефактов. И последнее, это может быть остаточная реакция очередного проваленного ритуала страницы, спровоцировавший разнополярные выбросы энергии. Нечисть может агрессивно себя вести из-за всплесков нестабильности.

— Хорошие предположения, — оценила Иляна, — но мы всё равно будем ожидать нападение?

— Ведьма, инквизитор, два шамана, два монаха, оборотень и мистик — нам до комплекта не хватает экзорциста и чернокнижника, но даже без них в сумме мы покрываем все сферы возможного восприятия. Как только столкнёмся с нечистью, что-то точно почувствуем.

— А если вы не почувствуете ничего?

— «Ничего» — это тоже ответ, отметающий львиную долю предположений! Примерное время нападений?

— Как у вас, ночных животных, — хмыкнула Иляна, — полночь!

— Тогда у нас есть время спеть пару страшилок у костра! — многообещающе улыбнулся Лао Шин.

Несмотря на несколько нервное ожидание, вечер прошёл очень весело. Главными клоунами всея плато стали Анжей с Ли-Тао. Их горячая парочка не стеснялась подшучивать над всеми, хохотать смерти в лицо и показывать фатуму средние пальцы. Несмотря на их раздражающую манеру вечно шуметь, Чарли была рада уместным и не очень шуточкам. Дрожать от страха было бы куда неприятнее.

Весемир успел облететь несколько раз их область и бодро сдал Иляне и её коллегам нескольких забредших отдыхающих, костры которых увидел. По приказу Богдана, быстро связавшегося с местной полицией по спутниковому телефону, все потенциальные жертвы были эвакуированы, пусть для них это выглядело испорченным вечером на природе.

В половину одиннадцатого шаман уверенно угнездился на плече Чарли. Потребовав, как всегда, покормить его прожёванной печенькой, Весемир ласково провёл клювом вдоль её щеки. Девушка улыбнулась от странной птичьей ласки, поймав себя на состоянии истукана. Ожидание её пугало. Вспоминались случаи нападения упырей и волколаков, когда по приказу Лао следовало сидеть на месте. Однако теперь, когда она, напротив, должна была встретить нападение если не в первых рядах, то во вторых, стало страшно. Захотелось, чтобы наставник вновь приказал ей спрятаться в укрытии и не высовываться. Пусть Яна прочертила вокруг лагеря круг и старательно нашёптывала свои заклинания, которые должны защитить от нечисти, нервишки сдавали.

«А если я не успею правильно осмотреть всех атакующих?»

— Нет понятия «правильно» или «неправильно», — каркнул Весемир. — И не забывай, что я с тобой. Вдвоём мы точно углядим всё нехорошее!

Чарли нервно усмехнулась и машинально проверила, надёжно ли пристёгнут бубен к ремню туристических брюк. С погодой им действительно везло. Даже ночью хватало тонкой шерстяной мантии, длиной до колен, чтобы чувствовать тепло и комфорт. Лао и вовсе вновь остался в белой борцовке с военными штанами и берцами. Летящей походкой наставник подобрался к Чарли, пока они сидели с вороном чуть в отдалении. Вся группа разбрелась готовиться к горячей встрече.

— Итак, двое из ларца, — мягко начал монах, — вы у нас самые безобидные ребята, поэтому на рожон не лезем! Держитесь поодаль. Если я скажу бежать, то бегите. Если прикажу садиться в транспорт и уезжать, то садитесь в транспорт! Для упражнений на доверие у нас времени нет, поэтому без самодеятельности!

Чарли была полностью уверена, что слова Лао относились к ней. С её попытками показать свою нужность и не оставаться балластом, она успела заслужить определённую репутацию. Однако когда она уже открыла рот, чтобы пообещать слушаться беспрекословно, монах ткнул пальцем в ворона и с нажимом повторил:

— Без самодеятельности!

— Да понял я, понял! — фыркнул Весемир. — Голова на плечах есть ещё.

— Только голова воронья, — парировал монах, — Чарли я полностью доверяю, а ты, Вейс, веди себя сдержанно. В нашей группе никто, кроме тебя, не имеет запас новых тел для обитания!

«ЧТО?!» — едва не ахнула она.

После «наказания деревом» мышцы порой напоминали о выученном уроке, однако шаманка была уверена, что монах продолжает её проверять. Будет ли слушаться, не подведёт… каждый его взгляд воспринимался как немой вопрос о способности следовать его приказам. И вот оказалось, что в ней, в Чарли, наставник не сомневается!

«Не загордись! — беззвучно отозвался Весемир. — Естественно он тебе доверяет! Он ещё и порвёт всех за тебя! Это же Лао, а ты его подопечная! Этот малахольный землю зубами грызть будет, чтобы с тобой ничего не случилось!»

— Я прослежу, чтобы Весемир был паинькой! — пообещала она с улыбкой.

— Вейс, оставь нас на пару слов! — попросил монах.

Недовольный ворон лениво перелетел на голову Матвею. Удивлённый волколак лишь пожал плечами и продолжил осматривать и обнюхивать все подозрительные области рядом с лагерем.

— Чарли, — тихо произнёс Лао, — если хоть что-то пойдёт не так — не жди команды и просто беги к городу! Хорошо?

— Хорошо, — эхом отозвалась шаманка. — Насколько всё может быть плохо?

— Настолько, что приказы отдать я буду не в состоянии. Береги себя!

«Шаманка умирает, наставник это чувствует и пропускает удары...» — вспомнились слова Весемира.

Прозрение пришло с очень большим опозданием. С удивлением Чарли осознала, что Лао боится за неё. Нет, не так. Ещё сложнее. Настолько, что шаманка, лишённая человеческих отношений едва понимала это чувство. Беспокойство? Привязанность? Симпатия? Забота? Что-то ещё более сложное? Она так быстро привыкла полагаться на защиту наставника, что не думала, откуда всё это берётся. Стремление защищать и оберегать. Давать и ничего не просить взамен. Разве наставники такие? Разве Лао всего лишь наставник? А может, как бы безумно ни казалось, он давным-давно куда больше этого?

«А что если он пострадает? Или погибнет? — похолодело в груди у Чарли. — Он ведь раньше ни разу так не вооружался до зубов!»

На секунду она представила, как видит мёртвое тело наставника, берёт его за руку в астрале и ведёт к последнему пределу. В горле неприятно запекло, а в глазах защипало. Всё существо окутали одновременно боль, одиночество и страх, словно всё уже случилось. Слова наставника задели давно забытую струну в душе, как и осознание, что он, непобедимый монах, будто прощался с ней!

Не отдавая себе отчета, она шагнула к наставнику и крепко обняла его, словно он уже покидал её. Лао на мгновение растерялся, но мягко обнял подопечную в ответ. Неожиданное проявление чувств от подопечной он принял с отеческой теплотой.

— Это ты блин береги себя! — выпалила в сердцах Чарли.

— Чарли, — усмехнулся он, поглаживая её по голове, — со мной уж точно ничего не случится. Если зацепит, то всё заживёт, как на собаке. И не в таких переделках были! Так что отставить грустные мысли, мою юный падаван, будем верить в хорошее!

Лагерь освещался большим костром в центре, и аккумуляторными кемпинговыми фонарями. Фары автодома прорезали тьму на метры вперёд, чтобы сразу заметить неприятеля.

Атака произошла раньше ожидаемого.

За две минуты до полуночи в ночи сверкнуло несколько теней. Их почувствовали все, даже люди вскочили со своих мест и поспешили встать в защитный круг ведьмы. Все звуки разом стихли. Словно в катакомбе, само дыхание стало казаться чрезмерно громким. Воздух сгустился от напряжения и почти искрился. Даже ворон нервно переступал с места на место, держась на плече Чарли. Девушка встала позади всех, рядом с людьми Иляны и их запасом огневой мощи для подавления нечисти.

Всё случилось молниеносно. Со звуком сухого щелчка что-то пронеслось за спиной шаманки, не опрокинув её на землю только потому, что Лао успел материализоваться рядом и оттащить её в сторону. Одновременно с ним Ли-Тао и Анжей в последнюю секунду рванули на себя людей. Вспышка яркого света на мгновение ослепила, а сухой жар пообещал в следующий раз точно испепелить всех.

— О, пресвятая дева Мария, — прошептала Иляна, когда вновь воцарилась тишина, — они начали умнеть.

Чарли, примятая наставником к траве, повернулась к тому месту, на котором только что стояла, чтобы оценить произошедшее. За короткую секунду нечто молниеносно уничтожило их огнемёты и скрылось во тьме леса. Только реакция агентов спасла всех стоящих на линии огня от небольшого взрыва.

— Лао, они прорвались сквозь мой круг! — воскликнула с истерикой в голосе Яна.

— Смотрите, — выдохнул кто-то, и все повернулись в сторону лесов.

Лао быстро осмотрел Чарли на повреждения и, не отрывая взгляда от логова врага, завёл девушку за спину. Из леса показались пугающие долговязые фигуры. Тощие и гибкие, с длинными лапами, завершающимися острыми когтями. В свете луны эти выгнутые стилеты смотрелись особенно ужасающе. Но ярче светились их кроваво-красные глаза.

— Гули, — выдохнул рядом Курвин, сжав в руках рукоять меча.

— Не только, — прошептал Матвей, — в чаще урсолаки.

В ответ на его слова из глубин леса вырвался низкий рык множества медведей. Однако названные оборотни не спешили появляться. Вся нечисть ожидала чего-то и лишь запугивала своих жертв. Такой рациональной собранности от них не ожидал никто. Со стороны низменности послышался скрежет чего-то твёрдого о каменную насыпь. На мгновение под лучи фар автодома попали гуманойдные серые существа. Длинные острые когти волочились по земле. Острые носы шумно втягивали воздух. Острые уши локаторами поворачивались в сторону тяжело дышащих людей. Треугольные зубы блестели в ясном лунном свете.

— Бескуды, — просипел Ли-Тао. — Впервые жалею, что с нами нет Вальдемара.

Младший монах сжимал в руках мечи дао. Несмотря на очевидный страх, руки парня не дрожали. Движение чувствовалось уже повсюду даже за спиной. Путь к безопасности казался ложной тропой. Но что-то будто сдерживало нечисть от набега на людей, беззащитных перед их толпой. Даже на беглый взгляд их было слишком много. Десятки чудовищ, против единиц агентов.

Земля задрожала под ногами чего-то тяжёлого, а вдоль низменности пополз туман. В растворяющихся очертаниях плато Чарли заметила сияние золотых светлячков, отчего-то летающих по двое. Наблюдая за странным парением огоньков, она вдруг почувствовала, что сердце бьётся куда ровнее. В голове вдруг поселилась странная сонливость. Светлячки так манили своим теплом. Вот бы подойти поближе…

— Не спи, солдат, войну проспишь! — шикнул на неё Весемир, больно клюнув в ухо. Острая боль мгновенно отрезвила. — Ну не на навок же вестись!

«Навки?» — золотые светлячки, летающие сугубо парами в волнах тумана оказались жёлтыми глазами мёртвых женщин, похожих одновременно на утоплениц и русалок одновременно.

— «Choose Your Destiny, Flawless Victory, Choose Your Destiny, Flawless Victory2», — вдруг взревела портативная колонка, стоящая у дверей автодома.

От неожиданного рёва прорезающей пространство музыки дрогнули и агенты с людьми, и нечисть. Лао с перекошенным лицом искать глазами виновника, пока не увидел в руке Ли-Тао смартфон, пультом управления настраивающий музыку.

— Что? — возмущенно воскликнул младший монах. — Помирать так с музыкой!

— Вырубай!

Земля начала дрожать куда ощутимее. Кто бы ни расшатывал её своей тяжёлой поступью, он перешёл с шага на бег. Или его разозлила заигравшая музыка, или резкое возвращение тишины, но в каждом ударе о землю чувствовалась ярость. Из самых глубин лесов надвигалось что-то страшное. Но хуже всего стало осознание, что надвигающаяся страшная волна шла со спины. С так называемой безопасной области. Агентов заперли в колодец. И когда все присутствующие сполна прочувствовали безжалостность сложившейся ловушки, стоящая кольцом вокруг них, нежить бросилась в атаку.

— Fight! — заорал в ответ Ли-Тао.

✠✠✠

Матвей, не теряя времени зря, без стеснения скинул с себя хлопковые брюки с футболкой. За считанные секунды под треск собственных костей его тело начало ощутимо расти и меняться. Позвоночник и рёбра шумно утолщались, искажая грудь и спину, стремительно чернеющие под густой шерстью. Ступни и кисти вытянулись, а ногти заменили длинные острые когти, способные не хуже кинжалов рассекать плоть. Некогда привлекательное лицо вытянулось в мохнатую волчью морду. Всё произошло настолько быстро, что стоящие рядом люди даже икнуть от страха не успели, наконец осознав, что в их рядах стоит самый настоящий волк-оборотень.

Волколак и два монаха вышли вперёд. По молчаливой команде Лао. Матвей бросился наперерез выскочившим из леса справа урсолакам. Двоюродный сородич, обернувшийся против своих, немного притормозил волну. Но только для того, чтобы урсолаки напали на ренегата. Матвей рассчитывал свои силы с умом, как учил его Лао. В филиале на примере шахмат монах показывал оборотню, что один в поле способен быть воином. Достаточно только знать свои сильные стороны и слабые стороны противника.

Сильные стороны — волк быстрее и проворнее медведя. Удары наносит легче, но точнее и ловчее. Слабые стороны — медведь сильнее волка, если подомнёт под себя, то сломает хребет с одного удара. Спорная сторона — он один, а их почти десять. Глаз наметил восемь особей. Больше рыка он не слышал, но не исключал, что с тыла может напасть еще парочка. В одиночку не справиться. Но только урсолаки уверены, что волколак бежит на них с самоубийственной атакой, Матвей же понимал, что его цель отвлечь на себя свору. Удерживать их подальше от своей новой стаи так долго, как это возможно.

✠✠✠

Из леса начали показываться они, ожившие кошмары любого инквизитора. С дрожью Марьяна смотрела как неторопливо от деревьев отстраняются сущности, облачённые в одежды природы. Впереди в шубе из мха, травы и густых кустарников шёл леший, чьи конечности мало отличались от толстых скрученных корней самых крепких деревьев. Один, однако таких больших леших Яна не видела никогда в жизни. Он возвышался над самим лесом. В шелесте листьев, распространяющих вокруг себя растерянность, панику и отчаяние она ощутила приближение блудника. Невидимый глазу дух явился вместе со своим побратимом.

«А чего не все явились?» — истерически подумала Яна, но, присмотревшись, похолодела.

Серо-зелёная чешуйчатая, нескладная и длинноногая, воплощающая и зверей и людей, из леса вышла кикимора. При виде её возрастала растерянность. Сколько у неё конечностей. Сначала казалось, что всего четыре, но при движении она постоянно изменяла свой вид и форму, то превращаясь в нечто ближе к человеку, то к животному, а то и к непонятному монстру.

«Остался только болотник!» — в отчаянии подумала ведьма.

Ожидать, когда закон подлости явит из-за леса из-за гор чудище, похожее на вздутое мёртвое тело, укутанное в тину, которой болотник и являлся человеческому глазу, она не стала. Перед Яной стоял наготове Анжей, которого бравая четвёрка свернула бы в бараний рог.

Не будучи достаточно сильной в магии крови, она сняла с руки защитный коготь-талисман и подобралась поближе к Курвину. Шепнув инвизитору не шевелиться, она оцарапала до крови его плечо и свою ладонь. Оставалось свести вместе две раны, дать крови смешаться и надеяться, что с помощью магии крови она сможет хотя бы инквизитора накрыть вуалью невидимости. Собравшись с духом, Марьяна торопливо зашептала нужные слова.

✠✠✠ Игорь и Богдан мрачно стояли с оружием наперевес и почти без страха смотрели на армию нечисти, рвущуюся к ним. Защита Марьяны не выдержала нападения двух ловких гулей, уничтоживших их огневую поддержку. Впрочем, парни без слов понимали друг друга, ничуть не страшились наступающего противника и ожидали, когда те окажется достаточно близко для удара. Пули из чистого железа едва ли способны серьёзно навредить крупной нечисти, но мелочь вполне спокойно отгонят. Со спины, где агенты ожидали иметь путь отступления, земля тряслась сильнее всего. Так дрожать она могла только от тяжёлой поступи чугайстеров, в целом безобидных созданий, яро ненавидящих навок. Удивительно, что они, внешне напоминающие людей только заросших и одичалых, нападали на тех, с кем никогда не были в ссоре. Но опережали топотунов быстроногие когтистые стригойи, напоминающие кажаналаков, если бы у оборотней-нетопырей отсутствовали крылья и наличествовала густая шерсть. Эти железа не боялись. Но почувствовав в теле серебро, могли бы и передумать атаковать кусачую жертву. Кивнув друг другу, Игорь и Богдан сменили дробовики на кольты и открыли стрельбу. При встрече с нечистью мистики рисковали оказаться затоптанными. Врождённая скрытность делала их почти незаметными, сливающимися с камнями, в глазах всех Иных. От первых полученных ран стригойи спотыкались и падали, но не прекращали бежать. ✠✠✠ — Доброго вечера мои дорогие, а мы начинаем для вас наше кулинарное шоу «шоколадка расчленёнка», — с нервным смешком вдруг начал громко вещать Весемир на плече Чарли. — Перед нашими глазами открывается небывалая картина! Чугайстеры и навки, ненавидящие друг друга, вместе собираются сделать из вашего покорного слуги рагу! Стригойи и гули, обычно живущие в километрах друг от друга ради сохранения холодного нейтралитета тоже решили послать подальше свой пакт Молотова-Риббентропа и совместно захватить Польшу… или сделать из нас бифштексы с кровью! — Весемир! — шикнула Чарли, нервно поглядывая на выходящих из леса могущественных духов. — Увы, равенство сил нашим диким противникам неведомо и они подло наступают на нас. Восемь оборотней, десяток чугайстеров, чёртвова дюжина мавок, не меньше стригой, пяток гулей, омерзительная восьмёрка бескуд. Это не считая четвёрку самых страшных и самых имбовых духов леса, и группа поддержки болотника в виде выводка утопцев. И это я осаду ДВЦО считал не слишком честной! — не обращал на неё внимания ворон. Увидев одновременно лешего, болотника, кикимору и блудника шаманка едва не разрыдалась от несправедливости. Они, духи леса и природы, мирные по своей сути, нападали. Не требовалось даже пытаться выйти в астрал, чтобы чувствовать волны страшной противоестественной ненависти, исходящие от них. Впрочем, может ли быть справедливость в битве, где один волколак отбивается от множества урсолаков? И всё же она не выдержала. Судорожный вздох сквозь подступающие слёзы… — Ну вот зачем?! — злится Рая, раскручивая цепь с целью защищать меня столько, сколько сможет.Но я стремлюсь к ним, к могущественным духам. Я верю, что смогу переубедить их. Они одумаются, я точно знаю! Достаточно попросить! Объяснить им. Быть может, всё это — просто недоразумение?— Хозяева леса, не губите нас! — я пытаюсь вложить в свой крик как можно больше почтения, но получается всё равно что-то жалкое и отчаянное.И всё же четвёрка обращает на меня внимание и движется ко мне. Ненависть порхает вокруг них странным облаком. Первозданная, необузданная и лишённая ориентиров. Кажется, зря я позвала четыре витка ярости поговорить. Я чувствую настойчивое движение по ту сторону, меня тянут назад, как репку. Весемир, больше некому, но от такой «тёплой компании» мне уже не уйти.

Они наступают. Их ненависть душит. С ней что-то не то. Вот бы отогнать это кровавое облако и пообщаться как шаман с духами. Оно касается пальцев и ощущается как гадкая паутина. Не слишком понимаю, что делаю и будут ли последствия от моих порывов, я просто тянусь к лешему. Четвёрка духов вокруг меня, но отчего-то не вступают в диалог. Пальцы шаманского тела рвут на части паутину, удушающую своей бесконтрольной ненавистью. Меня окутывает чернота, но я продолжаю рвать паутину снова и снова. Я продолжаю звать духов снова и снова. Надеюсь услышать ответ. Но тьма застилает глаза.

✠✠✠

Плечо Анжея будто онемело, сопротивляясь ведьминской магии. Когда их раны соприкоснулись, он решил, что в его вены заливается раскалённый свинец, который мгновенно остыл и превратился в жидкий азот. Кожу покрывала паутинка неприятного холода. Всё существо бунтовало от действий Яны, однако разум твердил, что ничего, кроме пользы, сестра по оружию ему не причинит. Нужно лишь немного потерпеть. В шепот заклинания он старался не вслушиваться. Древняя магия, скрытая в каждом слове могла ранить любопытного. А в противостоянии с нечистью, они себе позволить такого не могли.

Наконец ведьма отпустила его и, глухо охнув, отступила назад. Что бы не скрывалось в её чарах, они дались ей высокой ценой.

— Тебя не заметят! — шепнула она.

Холод, покрывающий кожу, стал ощущаться почти нормально. Будто ушиб, залитый лидокаином. Инквизитор сделал робкий шаг вперёд, сжимая рукоять посеребренного меча. Железно в основе делало его страшным жалом против нечисти. Мимо него прошёл леший, заинтересованный шаманкой. На ненавистного инквизитора он обратил столько же внимания, сколько на бесполезный камень. Матвей отвлекал на себя всю стаю, мистики показывали свою огневую мощь, отпугивая стригой. Чугайстеры, опасаясь шумных гром-палок, начали обходить лагерь по дуге, чтобы напасть в другом месте.

Анжей глянул на нечисть, которая пусть и рвалась к ним с видимой яростью, но не единой волной, а каждый в своей манере. Навки предпочитали воздействовать на рассудок и не слишком печалились из-за провала. Лао Шин не позволял никому из его подчинённых терять голову. Монах короткими ударами копья и меткими бросками кинжалов заставлял нападающих отступать и не бросаться в повторную атаку. Поступью хищника они обходили лидера группы, пытаясь достать до его слабых мест, однако попадали под удары метательного оружия.

Но самые опасные, по мнению инквизитора, сделали свой первый шаг и раздумывали над новым. Гули. Быстрые, сильные, почти вымершие, но даже впятером слишком опасные, чтобы пытаться договориться.

«Один в поле тоже воин!» — кивнул сам себе Курвин и стрелой помчался вперёд, с удивлением отмечая, что заклинание Яны прекрасно работает.

Гули, слепые от рождения, встретили его тяжелыми ударами когтистых лап, едва не завершив на этом жизнь инквизитора. Собравшись с мыслями, Анжей сообразил, что успел нашуметь, пока бежал, и послушно замер. Монстры продолжали замахиваться лапами, но попадали по собратьям и растерянно дёргали кистями в воздухе. Сам собой родился план, использовать силы врага против него самого.

«Для Лао такой трюк провернуть — раз плюнуть! — с досадой подумал Курвин. — Но и мы кое-что могём!»

Он незаметно вошёл в кольцо ищущих его гулей, проверил пальцами рукоять кинжала и гаркнул, что есть мочи:

— За Плотву! — крик не успел взлететь над плато, а инквизитор уже лягушкой упал на землю, чувствуя свист воздуха от взметнувшихся когтей.

✠✠✠

Лао старался быть сразу везде. Настойки Яны работали как энергетики. Он знал, что за выпущенный наружу потенциал придётся дорого заплатить, но не мог позволить себе утаить хотя бы толику энергии только для себя.

«Пусть вся сила Ци, дарованная мне, воспрянет!»

Нечисть не желала к нему приближаться. Кто знает, не будь у него под защитой вкусных людей, возможно, они предпочли пройти мимо страшного воина. Усилием воли, едва не разорвавшей его сознание болью, он выбросом энергии покрыл свою кожу терракотовой чешуёй. Из-за металлического отблеска, в котором отражались языки огня от их костра, Лао казался железным големом.

«Боль — наш учитель!»

Силы утекали потоком, когда непробиваемый монах начал с нечеловеческим ускорением скользить вдоль границ их круга и отбивать все атаки одновременно. Шумный Ли-Тао смотрел на него в немом восхищении, отпугивая подступающую нечисть точными ударами мечей. Лидер почти превратился в незримый вихрь, рубил мечом и жалил копьём даже самых быстрых и прытких противников. Он не задерживался для длительной схватки. Лао Шин должен защитить всех. Только так!

Над головой пролетел Весемир, сверкая жемчужинами глаз. Только шаман придерживался изначального плана и внимательно смотрел на нападавших. Рядом Яна держала круг изо всех своих сил, но защита то и дело разрушалась. Нечто более могущественное разрывало на части все попытки ведьмы уберечь своих, но девушка не сдавалась и выкладывала все свои силы.

Очередная атака на круг произошла сразу с пяти точек. Пробившиеся сквозь выстрелы Богдана с Игорем, стригойи ударили сзади. Слева навалились утопцы с немного отстающими, чугайстерами. Одного Ли-Тао на них не хватало. Впереди выбились вперёд несколько бескуд, целясь когтямы в Иляну и её людей, пытающихся отстреливаться. А справа вихрем нёсся урсолак, решивший оставить в покое Матвея и напасть на Марьяну.

Потратив всего мгновение, чтобы выпить еще одно ведьмино зелье, Лао Шин предельно сосредоточился на точке абсолюта. Центр схождения всех энергий, жизни и смерти. Там, где рождаются и умирают звёзды. Абсолютный хаос созидания и разрушения, существующий в невозможной гармонии. Одним волевым усилием он высвободил дыхание драконов — воплощения потоков всех пяти стихий у-син в виде призрачных древних существ. Потоки кружились вокруг него, отпугивая не только врагов, но и союзников. При виде терракотового монаха, окружённого драконами, люди Иляны попадали на землю, не сразу сообразив, что перед ними всё ещё друг.

Урсолаку достался тяжёлый удар металлического хвоста, одновременно с которым огненный дракон отпугнул наступающих стригой. Гибкий, но мощный деревянный дракон отбросил чугайстеров к навкам. Оглушающая атака силы земли сбила с ног всех наступающих утопцев. А бескуды трусливо отступали от дракона воды.

Всего на несколько секунд Лао Шин не смотрел на свою подопечную, успев зацепить глазом, что девушка пытается уговорить лешего уйти мирно. Отражение ударов сразу с пяти точек заставило армию нечисти дрогнуть. Чугайстеры и мавки вспомнили о взаимной ненависти и принялись рвать друг друга на части. Стригойи, напуганные огнём сбежали в лес и не собирались возвращаться. Против урсолаков выступил Ли-Тао, помогая Матвею выматывать тяжеловесных чудовищ. Анжей смертоносным комаром умудрился поубивать всех гулей. Победа начала просматриваться на горизонте, ведь четвёрка самых сильных духов заинтересовалась шаманкой.

Однако несколько чудовищ в этот момент вспыхнувшей надежды обратили внимание на Чарли, оставшуюся без видимой защиты. Всё произошло слишком быстро. Усталость оттоком ударила по монаху, временно лишив возможности стремительно перемещаться по плато. Урсолак кинулся на Чарли со спины. Ли-Тао и Матвей, занятые остальными, ничего не смогли сделать. А со стороны Игоря нашёлся недостаточно напуганный стригой, бросившийся на неё слева, в то время как справа на неё поднял когтистую лапу бескуд. Лао рвался вперёд, разрывая жилы. Знал, что не успеет, что не остановит и не перехватит. Не отведёт опасность от подопечной.

На беззащитную шаманку летели сразу три монстра. Следующее мгновение должно было впечататься в память Лао Шина навсегда. Его самый большой провал. На секунду погасли костёр с фонарями и плато накрыла непроглядная тьма, вспоротая пронзительным визгом нескольких голосов. Когда огонь вспыхнул снова, Чарли не было. На земле лежали насмерть раздавленные урсолак, бескуд и стригой.

Лао в замешательстве смотрел по сторонам, в поисках подопечной, но её нигде не было. Лишь четвёрка самых могущественных духов леса покидала плато так и не вступив ни с кем в бой. Невидимый блудник вернулся в свои владения одним из первых. Следом с глаз пропала кикимора. Болотник сердито притопнул на своих утопцев и увёл их обратно в леса. Леший отчего-то отставал от своих собратьев. Великий во всех смыслах дух шёл странно сложив свои ветви-лапы, словно…

«Словно он кого-то несёт!» — понял монах.

— ВЕСЕМИР!

— Я буду с ней! Ни о чём не беспокойся! — крикнул в ответ ворон и полетел следом за исчезающим в кронах деревьев лешим.

✠✠✠

Лишившийся своей подопечной лидер превратился в смертельно опасный ураган. Больше он не кружил вокруг круга защиты, растущего в силе с каждой минутой. Ли-Тао, помогающий Матвею замучить урсолаков, выбивался из сил прыгая и в высоту, и в длину на немыслимые расстояния, намеренно дразня чудовищ, заставляя сталкиваться друг с другом, ранить собрата и вариться в бессильной злобе. Волколак выглядел изрядно потрёпанным, но держал оборону вполне бодро, помогая младшему монаху уходить от удара лап и зубов.

Но когда Лао Шин, отправив Весемира за Чарли, выпустил наружу весь свой потенциал, и его драконы засияли, буквально отгоняя тьму, стая дрогнула. Монаху не требовалось оружие. Разогнавшись, он встречал противника грудью и мощью пяти стихий. Каждый его бросок вперёд травмировал нечисть уже издали, заставляя разбегаться в стороны. Урсолаки окончательно сдались. Перепуганные неведомым божеством, они трусливо бежали в чащу леса, не желая более продолжать бессмысленный бой.

Чугайстеры и навки единственные не испугались монаха, но их уже не интересовало ничего, кроме взаимного уничтожения. Когда все навки пали в окончательную смерть, перемазанные в их крови чугайстеры ушли в леса по собственной воле. Упрямые бескуды не имели уже никакого шанса против Ли-Тао, невидимого для них Анжея, Матвея и Лао Шина. Стойкие к ударам угловатые чудовища продержались недолго.

Распалившийся духом войны, инквизитор храбро выплясывал вокруг серых чудовищ, жаля мечом. В отсутствии четвёрки самых опасных духов леса, он уже не страшился распространять вокруг себя ауру мощного подавления. Подбирающийся со стороны противник чувствовал сильный удар, сбивающий с ног, ещё даже не атаковав Анжея, смертоносным соколом снимающего головы с плеч. Удар когтистой лапой почти рассёк вместе с воздухом лицо Курвина, когда он собрал всю свою силу в одном лишь кулаке и направил на бескуда, заставив последнего бессильно замереть на месте. Смертоносная песнь меча снесла ещё одну страшную серую голову.

В четвёртом часу всё закончилось. Бесконечно стремительная и мучительно долгая битва завершилась. Приходящие в себя оборонявшиеся с удивлением осознали, что несмотря на критически низкие шансы на успех, серьёзно не пострадал никто. Но самое главное — никто не погиб.

«Весемир, только не подведи! Прошу… верни её назад живой!» — Лао с отчаянием смотрел на верхушки деревьев, исчезающие во тьме, пока драконы растворялись в воздухе.

Он знал, что движущегося по своим владениям Лешего догнать сможет только Весемир. Возможно они уже в сотнях километров от лагеря. Невозможно страннику, не вовлечённому в мир духов, найти Лешего, если тот сам не пожелает встречи. А в лагере осталось ещё так много работы.

Он повернулся ко своим. Три фонаря пострадали от взрыва и вышли из строя. Автодом отделался лёгким испугом и несколькими царапинами. Транспорт приехавших коллег Иляны уничтожили топотуны-чугайстеры. Игорь с Богданом получили множество царапин, которыми занимались Яна и Ли-Тао. Полевые врачеватели тоже пострадали, но решили помочь мистикам. Иляна перевязывала своих людей. Лао попытался вспомнить их имена.

«Один вроде представился Михаем во время ужина, а второго назвали Раду?… Не помню!» — покачал он головой, пытаясь преодолеть первые волны отката.

Мутным взглядом он следил за Матвеем, вернувшимся к человеческому облику. Волколак с Анжеем таскали новые дрова к костру. Инквизитор вышел из битвы почти без повреждений. Несколько синяков и ссадин, а в остальном будто родился для отчаянных противостояний.

— Игорь, Ли-Тао, Яна… все подойдите поближе! — негромко приказал он.

Ноги почти не слушались и терракотовый воин, восстановивший нормальный цвет кожи, едва не упал на ступени автодома. Все бросились к нему. В глазах у Яны плескался такой ужас, словно она обнаружила у него смертельную рану.

— Внутреннее кровотечение? — запричитала Иляна.

— Это откат, — ответил за Лао младший монах. — Он выплеснул всего себя до дна.

Яна поспешно начала подсовывать лидеру флаконы с ведьминским зельем, чтобы удержать его в сознании. Монах пил всё, что ему давали, не глядя на вид жидкости. Волны отката никуда не делись, но стали терпимее.

— Латаем раны и отбой, — выдохнул он, надеясь, что хотя бы успеет раздать поручения до отключки. — Ли-Тао и Матвей. Вы можете выдержать большой урон и ходить по лесу без риска. До следующей атаки надо подготовить приманку нечисти. И поговорить с урсолаками, пока они вменяемые. Они могут рассказать, что происходит. Яна…

Сознание начало плыть. Картинка реальности стремительно смещалась, уступая место ярким радужным снам. В этих снах мир превратился в красивый полёт бабоче…

— ЛАО! — вырвала его из грёз Марьяна, силой вливая в рот ещё какое-то зелье, отогнавшее красивые грёзы.

— Яна, — обратился он к ней, будто ничего не случилось, — земля во время нападения излучала энергию проклятого места. Сейчас снова ничего, чувствуешь?

— Да, — кивнула ведьма, — земля плохая, пугает, но без всего…

— Должен быть триггер. Сердцевина. Ищите артефакт. Иляна, эвакуируйте палаточный городок завтра! Если мы не справимся, нечисть поубивает всех! Отыграется за сегодня.

— Я вас поняла. Всё сделаем!

— Ищите… что-то вызывает проклятие. Оно старше Грани... Старше… её...

Мир разлетелся множеством прекрасных разноцветных бабочек. Они переливались в звёздном свете, кружась в воздухе.

1М.Ю. Лермонтов «Мцыри»

2Mortal Combat — Mortal Combat Theme

7. Дела в Карпатах. Соколиная охота ч.1

Сон прервался милым щебетанием птиц. Впервые нашлось что-то, кроме будильника, способное разбудить Чарли. Она зевнула, сладко потянулась, не открывая глаз, и попыталась перекатиться на другой бок, спрятавшись под одеялом. Однако руки всё никак не обнаруживали искомый край пододеяльника. Вместо этого она чувствовала… иголки лапника и впивающийся в бедро бубен.

На этот раз глаза шаманки распахнулись, а сама она постаралась вскочить. Память рывками начала возвращать события прошедшей ночи. Лао пообещал, что будет беречь себя. Гули уничтожили огнемёты. Четвёрка самых сильных лесных духов выступила вперёд. Она пыталась очистить лешего от паутины чуждой ему ненависти. А затем…

Чарли поднялась на ноги. В двух шагах от неё журчал ручей. Солнечные лучи, едва пробиваясь сквозь густые кроны деревьев, рассеянно освещали зелёную траву и импровизированную постель из еловых веток. Вокруг расстилался девственный лес. Ни тропинок, ни дорог, ни даже примятой травы, чтобы понять в какую сторону следует идти, чтобы добраться до цивилизации. Куда бы она ни смотрела, видела лишь множество деревьев, сливающихся друг с другом вдали.

— Ну и ночка… — выдохнула она, наскоро ощупывая себя на наличие травм и повреждений, которых могла по какой-то причине по чувствовать.

Не считая помятого вида, растрёпанных волос и где-то потерянного смартфона, Чарли пребывала в полном порядке. Страшная ночь не подарила ей боевых ран, синяков или ушибов. В памяти не нашлось ни одной подсказки, как шаманка оказалась в чаще леса, да ещё и одна. Неужели всем пришлось срочно разбегаться в разные стороны от нечисти в лес? Но где остальные? Они оставили её в лесу и вернулись на поле боя? Или они вообще ни при чём, и кто-то другой ответственен за её нахождение среди идеалистической картинки девственного леса, не тронутого злой рукой человечества.

«Но лапником от холода меня кто-то закрыл. Надо только понять, кто эта добрая душа!»

— С добрым утром, соня! — услышала она голос Весемира, а через секунду с ветки дерева спикировал на её плечо и сам ворон. — Есть что поесть? А то так пить хочется, что переночевать негде!

— Мне кажется, ты напутал с порядком, — рассеянно пробормотала Чарли. — А относительно доброты утра я бы подумала.

— Я жив и ты тоже, — хмыкнул ворон, нервно переступая на её плече, пока она подбиралась поближе к ручью, чтобы попить, — утро уже хор…ошее. Женщина, ходи ровнее!

— Кто вякает, тот ест червей и летает на своих двоих!

Холодная вода освежила. Сразу захотелось жить. Оживший желудок потребовал добавить в топку чего-нибудь питательного. Чарли недовольно поискала по карманам и, к своей радости, обнаружила запас протеиновых печенек, которыми кормила на ужине Весемира. Еду делили по-братски пополам. Чарли начала подозревать, что из-за «одержимости» шаманом воронье тело требовало больше пищи, чем обычно. Слишком уж много и часто он ел.

— Расскажешь, что вчера было? — поинтересовалась она, пока отламывала кусочек протеиновой мякоти, чтобы пережевать для шамана.

— Сборная «бей городских» против товарищеского объединения «дави лес». Лао решил показать всем из какого теста сделан и отыгрывал древнее индокитайское божество, владеющее всеми магиями на свете. Аватар, легенда о Лао Шине… кстати надо будет запатентовать сценарий, — хихикнул Весемир, отвлекаясь от и без того невнятного повествования.

— Вейс! — рассердилась Чарли.

— Лучше зови меня Мир, Ёжик, — промурлыкал ворон.

— Мир, давай строго по событиям ночи. Ты не репортаж свой ведёшь! — терпеливо произнесла Чарли, пересаживая его на ближайший камень. Под рассказ она решила заняться своими волосами, частично превратившимися в Весемирово гнездо.

— Кратко с места событий. Иляна и её люди оказались совершенно бесполезными. Яна наколдовала Анжею невидимость, и он поиграл в Робокопа с гулями. Лао вообще всех оставил под впечатлением. Матвей защищал наших от урсов. Ли-Тао зачищал ближайшие тылы. А потом тебя утащил леший, так что итогов битвы я не видел…

— Что?! — подскочила Чарли. — А если они…

Ледяной кулак ужаса стиснул сердце шаманки, заставив забыть обо всём на свете. А что если кого-то больше нет в живых? Или всех? Остались только они двое…

— Ёжик, — предупреждающе каркнул ворон, — не перебивай! Итогов я не видел, но мне духи леса всё рассказали. Жив твой бойфренд! Все целы и невредимы остались. Отсыпаются, небось.

— Меня утащил леший?! — наконец дошло до Чарли, когда страхи чуть улеглись и руки перестали дрожать, что пряди волос выскальзывали между пальцев.

— Да, ты вчера была на троечку! — хихикнул Весемир. — Меня, конечно, повеселил твой сеанс удаления ручками порчи, сглаза, обета безбрачия и сущности в виде гномика у лешего, но ты могла быть намного эффектнее! Не удовлетворила ты меня!

— Это ведь была очередная двусмысленная шутка! В теме горизонтальных отношений. Как и слово «бойфренд» о моём наставнике.

— Становишься догадливой! — сымитировал аплодисменты ворон, неуклюже сводя кончики крыльев как если бы это были пальцы. — Откуда такой прогресс?

— Почитала матчасть, пока готовилась к сессии. Мне надоело быть наивным сибирским Ёжиком! — фыркнула она, доплетая косу. — Пожалуй, надо в лагерь к нашим вернуться.

— Пожалуй… — кивнул в притворной невинности шаман.

— Ну? — встала перед вороном Чарли, отряхивая от иголок мантию.

— Что «ну»?

«Да ты издеваешься!»

— У кого из нас встроен в тело режим птичьего полёта? — скрестила Чарли руки на груди.

— Ах, ты об этом! Да я уже примерно знаю путь. Надо идти по течению ручья, чтобы выйти к реке, а потом вдоль реки… дальше я покажу. Так дольше, но меньше рисков заблудиться в лесу.

— Ну спасибо! — удручённо покачала головой Чарли. — Ты всегда такой вредный или только по утрам?

Она подошла к ворону и осторожно пересадила на плечо. Путь предстоял неблизкий. Шаманка помнила рост лешего и читала об их перемещениях по лесу. За ночь они могли оказаться в другой стране, если бы того пожелал дух леса. И даже не в соседней.

— Это просто ты вредная! — парировал ворон. — Пока ты думаешь, какой я нехороший, твоя головушка не слишком думает о действительно плохих вещах.

— Например?

— О нечисти, которая успела разбежаться, о проклятой земле, об источнике злого колдовства и Злодеюсе Злее, который всё это сотворил. Возможно, он тоже ходит где-то тут по лесам Трансильвании!

«Блин! Да, солдат спит, а задание идёт!»

Чарли остановилась. В их перепалке она действительно не думала, что у неё есть все причины бояться за свою жизнь и, вместо бодрого похода, сидеть на месте в ужасе. Но когда шаман упомянул важнейшие детали их дела, она поняла, что утренняя рассеянность действительно могла смениться разрушительными мыслями.

— Ладно, Мир, плюс тебе в карму, — вздохнула она, — мне действительно не страшно в твоей компании, хоть иногда хочется взять и… не важно. Возвращаемся к Лао.

— Мы в город Изумрудный идём дорогой трудной! — запел вдруг он. — Идём дорогой трудной, дорогой непрямой! Заветных три желания исполнил мудрый Лао. И Чарли возвратится… к бойфренду в Новосиб!

— Ты тогда кто, Тотошка или Трусливый Лев, если Лао мне бойфренд? — усмехнулась Чарли, перебиваясь через корни деревьев, вздувшимися венами лежащие на земле.

— А я — любовь всей твоей жизни! — нескромно заявил Весемир.

«Этот шаман видимо считает наглость не вторым счастьем, а своим жизненным кредо!» — тяжело выдохнула она, едва сдерживаясь, чтобы не одарить спутника щелбаном, но пожалела птичье тело.

— Ты — морковь всей моей жизни!

— Это либо обидно, либо нет, — пробормотал он, — в зависимости от твоей любви к моркови. Ёжик, ты любишь морковь?

— Она есть в моей жизни.

✠✠✠

Лао, как герой битвы, который на собственных плечах вынес почти всю тяжесть кровавого боя, был отправлен спать на большую кровать автодома. Остальные агенты разместились в спальных мешках под звёздами. Уверенная в его внутреннем кровотечении, Иляна до самого рассвета пожелала дежурить у постели монаха. Сквозь прерывистый сон Марьяна видела, как женщина подаёт спящему лидеру ведьминские зелья, заставляя сквозь сон их пить.

На рассвете Яна наконец упала в крепкое сновидение, в котором лежала на влажном песке у моря. В этот раз демон послушно спрятался где-то в кустах, чтобы не портить умиротворяющий вид. Камни скрежетали, сталкиваясь друг с другом от наплыва волн, а лёгкий ветерок заставлял кожу покрываться смешными мурашками.

Разбудили её восторженные восклицания проснувшихся агентов. Ребята успели проснуться, стряхнуть все остатки пережитого кошмара битвы и, когда всё ушло в ностальгически привлекательное прошлое, вспоминали произошедшее, как приключенческий фильм с отличными спецэффектами.

— Как ты показал этим бескудам! — возбуждённо выкрикивал Ли-Тао и, Яна была готова поклясться, прыгал вокруг инквизитора, размахивая руками в имитации ударов меча. — Вот это я понимаю, страшный инквизитор! Бегите, глупцы!

Девушка покачала головой и выползла из спального мешка в своей тёплой пижаме. Бодрящий чай и завтрак следовало искать там, где громче всего.

«Нету ничего лучше, чем обсудить войнушку, поедая что-нибудь вкусненькое!» — усмехнулась она, направляясь к костру, вокруг которого носились Анжей, Ли-Тао и, неожиданно, Матвей. Без привычной скромности волколак оказался не менее лёгким на подъём и веселился наравне с бойкой парочкой.

— Я?! — не остался в долгу Анжей, когда младший монах немного притих. — Это ты по спинам урсолаков прыгал, как Леголас! Я понимаю, у тебя мастерство прыгать везде, где прыгается, но чтобы так!

— Вы оба вчера показали себя первоклассными бойцами! — примирительно отозвался Матвей, галантно уступая самоё тёплое место Яне.

Девушка благодарно кивнула, когда волколак передал ей бодрящий чай и жареные сосиски с хлебом и овощами.

— О! Не скромничай! — в голос продолжили порхать бабочками вокруг костра Анжей и Ли-Тао.

Когда тот скромно улыбнулся, опустив взгляд, они с визгом фанаток, добившихся личного знакомства с рок-идолом, начали наперебой его восхвалять:

— Выступить против урсолаков!

— Один против восьмерых!

— И ведь жив-здоров остался! Да против них армия — это жалкие хлюпики.

— Ты почти в два раза меньше каждого из них, и ни один тебя не смог задеть!

От их беготни вся едва несколько раз едва не попала в костёр.

— Ладно-ладно! — Яна решительно прервала их утреннюю балладу восхищения боевыми товарищами. — Вы все себя прекрасно показали. Все молодцы и герои. Давайте победно выпьем чаю и некоторое время не будем шуметь!

Инквизитор с монахом, ничуть не расстроившись, пожали плечами и расселись у костра. Матвей разлил всем по кружкам чай и сходил в автодом за порцией протеиновых батончиков. Пока они молча распивали чай, Марьяна с удовольствием вслушивалась в шелест листьев, не прерываемый ничьими голосами. К её удивлению, тела всей нечисти к моменту её пробуждения куда-то исчезли. Плато, насколько позволял увидеть глаз, выглядело чистым и гостеприимным для всех туристов.

— Люди Иляны вызвали группу зачистки до рассвета, — проследил за её взглядом Матвей, — они всё убрали и уехали к палаточному городку, чтобы не допустить появление туристов.

— Хоть какая-то от них польза! — фыркнул Анжей. — Самые бесполезные! За то как Лао Шин их спасал, они нам обязаны подарить автодом… каждому по автодому!

— Если честно, я до сих пор в шоке от того, как именно наш Лао тут всех раскидывал! — призналась Марьяна, отпивая из кружки. Глаза ведьмы при этом красноречиво пытались сказать то, что она не смогла высказать вслух. — Кто-нибудь знает, что это вообще было такое? Шоу цельнометаллического монаха с дрессированными драконами! Я такое даже в фильмах не видела! КАК? В чём фокус? И… он что так всегда мог сделать?

Не выдержав, ведьма даже начала делать пасы руками в воздухе, чтобы показать, насколько она осталась под впечатлением от ночного шоу одного сильного монаха. Анжей усиленно кивал, бессловесно соглашаясь с каждым её словом, а Матвей только разводил руками. Все трое едва могли выразить всю степень возрастающего любопытства. Ли-Тао всё это время переводил взгляд с собеседников на автодом со спящим лидером, словно спрашивал его разрешения на дальнейшие слова.

— Короче, ребят, я про такое только слышал, — привлёк он их внимание и, чуть наклонившись вперёд, с полубезумными от счастья глазами добавил: — Это вообще убиться веником, как круто! Он… он пять техник одновременно применял!

Голос младшего монаха перешёл в восторженный визг. Троица глядела на него во все глаза, но молча ждала продолжения.

— Причём на очень высоком уровне! — продолжал он захлёбываться эмоциями. — Ты прикинь, мой учитель свою бороду от зависти бы съел, если бы увидел! Он может использовать только одну и на таком уровне… короче даже не рядом с Лао.

Яна с завистью посмотрела в сторону спящего лидера. Даже самые смелые истории про лучших ведьм прошлого не могли сравниться с увиденным ночью. А от мысли, что всё шоу произошло в мире, где Древняя Магия сгинула у всех Иных, стало немного обидно:

— Он будто вообще про Грань не слышал, — выдохнула она, стараясь не звучать как мелкая недовольная девочка. — Думаю, и супермена смог бы в бараний рог скрутить!

— Ну думаю супермена он бы однозначно заставил попотеть, — закивал с ухмылкой довольный младший монах. — Увидеть в живую высший пилотаж! Когда нам всё это рассказывали, звучало как сказки для самых маленьких, а вчера… Я только в теории знаю, как это работает. Если вам интересно…

— Да мы как-то пока не торопимся! — пожал плечами Анжей.

— А если Лао не проснётся? — забеспокоилась Яна. — Задания он выдал, сачковать разрешения не давал!

Раздумывал инквизитор недолго. Сказывался опыт поведения по ситуации.

— Тогда так, задания нам выдали, значит, идём их выполнять. По лесу всё равно бродить будем вместе, по крайней мере до поры… — предложил он. — Возражения?

Возражающих не нашлось. Яна обвешала автодом защитными амулетами, проверила состояние Лао Шина и дала наставления Иляне какие зелья подавать лидеру. В ней ещё теплилась надежда, что страшный откат получится минимизировать, и в ближайшие дни Лао к ним вернётся. Яна наскоро привела себя в порядок, оделась и собрала маленький рюкзачок самых важных в поиске артефакта вещей. Едва ли не со смехом она оглядела себя в зеркало. В короткой курточке с неизменной юбочкой, но зато в туристических ботинках, она выглядела, как городская дурочка, ничего не смыслящая в походах в лес.

Ведьма ещё раз глянула на спящего Лао, если его можно было назвать спящим. Только непосвящённый мог бы спутать последствия тяжёлого отката с обычным, путь и тревожным, сном. Перед глазами вспыхнуло его серое лицо, когда он сквозь накатывающую пелену смерти бормотал им задания на утро. Ему следовало забыть обо всём и бороться только за себя, но лидер не мог быть лидером, не поставив выполнение задачи превыше всего.

«Надо Марку написать, пусть сбросит список подозреваемых артефактов!» — пришла ей в голову светлая мысль.

Когда она вышла из автодома, все уже были готовы. Дружелюбно показав средний палец в ответ на неоднозначный взгляд Анжея, относительно юбки, она развернулась карту туристических тропок. В самом центре жирно отметился большой палаточный городок, в котором можно было заметить значки местных магазинчиков и передвижных мест гигиены для желающих.

— Если люди пропадали по всему плато, но, по словам Иляны, их тела находили в центре, то в первую очередь нам всем надо двигаться в ту сторону, — ткнула она на карту. — Анжей, у тебя осталось что-то с кровью убитой нечисти?

— Салфетки, которыми чистил меч, — отрапортовал Курвин.

— Бери их с собой. В момент, когда они на нас нападали, все жители леса были под действием очень сильной магии. Она не могла не пропитать их тела. Так что, включай в себе мастера-следопыта и бери след. А я тебя прикрою, — она продемонстрировала свой талисман в виде когтя. — Кто ж знал, что магия крови такая полезная!

— Утро уже наступило! — отметил Ли-Тао. — Сумеешь пробиться, сквозь ограничения?

— Мы работы не боимся, от работы не бежим! — хмыкнула Яна. — Хлебнём несколько сильных ведьминских настоек и запьём особым чаёчком. Это, конечно, очень нездоровая тема и повторять я не рекомендую, но…

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер! — кивнул Анжей и послушно выпил всё, что она ему подала. — Я точно смогу незаметно ходить по лесу?

— Чудо, что вчера сработало, а сегодня это гарантированный повтор успеха!

Марьяна выпила свою порцию зелий, поморщилась и сделала несколько глотков из термоса. В голове мелькнуло беспокойство, что Чарли за сутки ведьминого чая почти не выпила. Перед ритуалом ведьма не выдержала и оставила в автодоме, напротив постели Лао бутылочку с подписью «Чай для Чарли».

Второй раз рука не дрогнула, а заклинание так въелось в память, что Яна могла бы его повторить без запинки в любой момент дня и ночи. Анжей молча вытерпел неприятный процесс, покрывающего его кожу холода, и группа направилась в лес. Когда они уже покидали лагерь, зашевелился мешок с Игорем. Рванувшийся было следом мистик был остановлен просьбой присмотреть за лидером и отстреливать всё, напоминающее злобную нечисть.

— Ну что, — хлопнул в ладоши инквизитор, — смердящая салфетка диктует мне идти ещё очень долго вперёд к центру плато. Матвей тоже пока не планирует сворачивать. Теперь у нас много времени. Рассказывай, монах, про вашу терминаторскую магию!

Ли-Тао усмехнулся от названия и от всеобщего внимания.

— Кто знает сколько стихий всего существует в у-син? — решил он начать издалека.

— Я знаю только классические четыре, — пожал плечами Анжей.

Все остальные кивнули, соглашаясь с ним.

— Тогда просто запомните, что весь мир стоит на пяти стихиях, пяти состояниях, пяти столбцах и так далее. Огонь, вода, дерево, металл и земля. Вчера Лао смешал свой поток Ци с энергиями мира. Он растворился в полном цикле первостихий! — воскликнул Ли-Тао, отмечая голосом, насколько это его впечатлило. Но, когда не увидел ответного бешеного восторга, добавил: — Он не потерял сознание и сохранил личность! И для этой техники не требуется пробивать Грань, достаточно всего лишь установить устойчивый канал и подключиться к нему.

— Так и знал, что вы читеры! — завистливо воскликнул Анжей.

Марьяна едва не расхохоталась. Инквизитор, родившийся спустя почти три столетия после явления Грани всё ещё злился, что невероятная мощь прошлого ему недоступна. Слишком уж красиво звучали все угасшие таланты. Долголетие, рунная магия, невидимость для провидцев и в сотню раз более мощный потенциал, чем ныне.

— Учти, мелкий завистник, обычно монахи осваивают подобную технику годам к восьмидесяти. Да и то… обычно достигают к восьмидесяти только одну из пяти, а не все разом!

У младшего монаха сбивалось дыхание, пока он из кожи вон лез, чтобы собеседники поняли, насколько исключительное зрелище освидетельствовали. Он носился вокруг всех как угорелый, не стесняясь размахивать руками и прыгать в высоту на пяток метров.

— Я только понять не могу, как… ну как он постиг все пять техник к тридцати годам? Он точно с нашего мира? — обескураженно спросил он ни к кому особенно не обращаясь.

— Завидуешь, что он — самый читерский читер, а ты — нет? — усмехнулась Яна, дружески подталкивая беспокойного монаха локтем.

— Нет, конечно! — возмутился он. — Я восхищаюсь! Таких мастеров в деле увидеть все равно ветер поймать! Ты представь, что сказка про драконов и Нарнию стала бы внезапно реальностью! И не просто такой как ты представляла, а намного лучше!

✠✠✠

— Среди самых неприятных ритуалов, рассказывали про некий ужас, который был написан на самой последней странице Книги Хаоса, — перечислял Весемир возможные кошмары, которые могли бы встретиться им на пути.

По описанию дымки ненависти, которую Чарли счищала с лешего, шаман определил остаточную форму влияния чернокнижника. Во время боя он успел пролететь над обеими армиями и ощутил тяжелое влияние извне. Древнюю магию, старше самой Грани, которая вынуждала нечисть нападать всем скопом, забыв о своей природе. Именно поэтому, по словам Весемира, чугайстеры и навки игнорировали взаимную ненависть.

— А что это за ритуал, о морковка моей жизни? — поинтересовалась она, не упустив возможности посмеяться над шаманом.

— И сколько ты будешь это повторять? — насупился ворон.

Почти весь путь Чарли неустанно называла его только так, невольно копируя манеру самого Весемира действовать на нервы собеседнику до тех пор, пока не получишь своё.

— О, я могу говорить это весь день, а потом ещё и ещё! — бойко отрапортовала Чарли с усмешкой.

— Ауч, я тебя даже похвалю за такое! Хотя с другой стороны я создаю монстра, подобного себе… ну да фиг с ним, если и ты будешь наравне со мной подкалывать Джеймса, то я согласен даже на морковку!

— Ты всё что угодно, обращаешь себе на пользу?

— А как же иначе! В большой семье клювом не щёлкают! — хихикнул Весемир и картинно щёлкнул клювом. — Да ты Джеймса не жалей. Чтобы ты знала, он первый начал!

— Как в детском садике?

— А ты представь картину маслом, я, восемнадцатилетний зелёный пацан с зачатками сил шамана, попадаю в агентство. Меня со всеми знакомит Пётр, а когда дело доходит до этой инквизиторской каланчи, я понимаю, кто в этой школе для неблагополучных детишек главный задира. Потомственный инквизитор в седьмом поколении. Чистокровный бриташка Джеймс, который ещё и прихвастывал, что потомок того самого Джеймса-основателя! — фыркнул он. — Увидев «свежее мясо», этот солдафон решил потрепать мне нервишки. Моё имя каверкалось с его подачи так, что уже в конце первой неделе Миртил Вейс стал по воле этого короля мясников Весемиром.

— И ты решил начать против него войну?

— Ну почти. По заверению начальства мы так прекрасно работали в одной группе, что я видел эту зубастую выдру постоянно. Когда я наконец сумел совладать со своими духами-покровителями и начал расти, как шаман, Джимми начал немного сдуваться на своих примитивных шутках. А я как раз начал обрастать уверенностью. Вот тогда и явилась мощь силы противодействия. Сначала я разгромил всю его родословную, а потом принялся и за него самого! — зловеще усмехнулся ворон. — Что забавно, он даже гордился тем, как я начал его высмеивать.

— Так у вас вражда и ненависть или такая своеобразная любовь?

— Он меня несколько раз на себе вытаскивал из разных передряг. А потом и я его защищал от леших или особенно злобных Иных, возомнивших себя божествами. Пережили мы очень много всего. В самые худшие времена стояли плечом к плечу, и не оставляли шанса не подшутить друг над другом, — начал отвечать Весемир и призадумался, — пожалуй я бы тут кукухой поехал без него. А если подумать ещё дольше, то и он без меня!

Чарли с молчаливой улыбкой продолжала идти под обрывочные воспоминания шамана. В лесу приходилось постоянно держаться за деревья и смотреть под ноги, чтобы не упасть. Никто не протоптал тропинок для случайной залётной шаманки. Такие неоднозначные слова о Джеймсе… о том спокойном и улыбчивом инквизиторе, который приготовил ужин и старался рассказать ей об агентстве. Нынешний Джеймс совсем не был похож на забияку, который стал бы обижать напуганного новичка.

«Весемир больше не новичок, — напомнила она себе, — Джеймс тоже с тех пор изменился!»

— Ладно, а что за страшный ритуал был на той последней странице? — решила она вернуться на рельсы прежней темы, когда ворон замолк.

— Хочу кушать! А ещё, посади меня на ту ветку и отвернись! — вдруг скомандовал он.

— Зачем? — удивилась Чарли.

— Вороньи дела надо сделать!

— Фу!

— Могла бы и не спрашивать, — характерно переступил он с лапки на лапку, будто хотел хлопнуть собеседницу по плечу. — Давай быстрее, а то на тебя сделаю!

Чарли поспешно пересадила ворона на ветку и отвернулась. Для верности хотелось ещё и уши зажать. Необходимость удовлетворения естественных потребностей птичьего тела немного смущала.

«С другой стороны, если мне приспичит, он тоже будет вынужден войти в положение, отойти подальше и отвернуться!»

— Я всё! Теперь корми! — требовательно каркнул Весемир.

— Так быстро?

— А ты видишь в моих лапах смартфон, чтобы растянуть процесс на часы?! — захихикал он. — Жуй мне печеньку, а я пока буду рассказывать про страницу!

Чарли послушно подошла к ручейку, чтобы сначала попить. Запаса протеиновой снеди хватало, чтобы покормить и ворона, и себя. Девушка уселась на большой, прогретый солнцем, валун.

— А почему при первых признаках голода ты просто не перепрыгнешь в другое тело?

— Потому что ближайшее подходящее тело может оказаться в Словакии. Для шаманского духа понятие пространства очень условное. Есть уже знакомые тела, между которыми я могу прыгать по памяти. Животные в наших филиалах, например. Но когда строишь новый контакт с телом зверя, можешь очнуться в неожиданном месте! Поэтому я и не могу сообщить Лао, что ты в полном порядке. Я после этого к тебе не вернусь и… ты уже не будешь в порядке!

— Спасибо, — погладила она его по чёрным пёрышкам. — Так что со страницей?

— В одном чёрном-чёрном городе, в одной чёрной-чёрной книге была страшная страница… если без шуток, то это тот самый ритуал уничтожения Грани Хаоса, из-за которого книгу разорвало!

— И страница была утеряна?

— Страница с ним была сожжена до пепла. А пепел развеян по ветру. Этот ритуал никто не сможет повторить, ведь и свидетелей не осталось. Так что бояться нечего!

Чарли задумчиво прожевала печенье и сплюнула массу в ладонь. Пока ворон клевал из её руки, в мыслях вспыхивали образы страниц и всего сказанного о них и самой книге.

— А почему некоторые так яростно протестуют против сбора страниц в одном месте, если среди них отсутствует самая страшная? — поинтересовалась она и надкусила уже свою порцию.

Это был их второй привал. Ручеёк стал шире, вселяя надежду на скорый выход к реке. Деревья росли уже не так часто, солнечного света сквозь листву пробивалось намного больше, радуя глаз приятным пейзажем.

— Страшных до тошноты ритуалов на этих страниц хватает. А страницы не хотят держать вместе, боясь, что восстановят Книгу Хаоса. По отдельности её части кажутся вполне обыденными, но в общем сборе это книга-зверь. Частично предмет, частично живое существо со своими тайнами. Её побаиваются до сих пор, хотя на мой взгляд это забавно — живая книга. Я бы с ней поболтал… да и со стороны астрала интересно на неё посмотреть! Да и что о ней скажут духи-хранители при встрече.

— А какие они, твои духи-хранители? Я их никогда не видела!

— Я твоих тоже никогда не видел. И не увижу. Они — это скрытая часть тебя самой. Твоего… собственного мира внутри астрала. Я тебе, Ёжик, после Нового года покажу как их можно усилить! — пообещал Весемир.

— Усилить?! — поразилась Чарли. Одно дело собрать больше одного духа, но чтобы усилить…

— Если сделать для них специальные тотемы, которые будут храниться либо у тебя, либо на капище, твои духи от простых форм вырастут до воплощений абсолюта! — интриговал он, когда она поднялась на ноги, чтобы продолжить идти.

— Какого такого абсолюта, о морковка всей моей жизни?

— Чтобы ты понимала, Ёжик, — вкрадчиво произнёс Весемир, — мои духи — это дух Рассвета, дух Полудня, дух Заката и дух Ночи. И если я их отправлю против кого-то в бой, то в астрале станет жарче, чем в действующем вулкане! Но тогда мне придётся полностью покинуть тело ворона.

✠✠✠

— На самом деле мне кажется что он обладает всеми шестью путями монаха, — рассуждал Ли-Тао.

Пока компания продолжала идти, младший монах рассуждал о талантах Лао Шина, порой пускаясь в такие дебри неизвестных слов, что агенты отключались от его бормотания. Матвей не слишком понимал пути буддизма и его монахов, осмысленно кивая только, когда речи Ли-Тао разбавлялись простыми словами общего пользования. Анжею не слишком нравились ненужные детали того как всё работает у монахов, он предпочитал слушать уже про результат. На перечислениях энергий и вовсе открыто зевал. Яна, хоть и понимала больше остальных, предпочитала оставаться в мире своих собственных мыслей.

— Путь война — это сами боевые искусства, — заговорил простым языком младший монах и все оживились, — в конечном итоге можно достичь терракотового война. Это и был наш вчерашний железный человек. Путь тела — это когда он моментально перемещался. Кстати он ещё по воде может бегать…

— Ну ё… — начал было Анжей, но осёкся, глядя на Яну, — Иисус, джедай и терминатор в одном флаконе!

— Ну это в теории! — замахал руками Ли-Тао. — Хотя не вижу причин, по которым он бы и этого не умел. Далее путь духа — это драконы. Думаю, уже все оценили, что он умеет и могёт.

— Ага, очень весело живёт! — хихикнула Яна, на ходу проверяя, чтобы магия крови не сбоила при утолщении Грани.

— Путь энергий, путь потока и путь силы. Вот его он кстати не продемонстрировал. Возможно, чтобы мы не пострадали. Если бы он это всё продемонстрировал, то уже ходил огурчиком, чего не сказать о нас.

— Ну пока что он даже с моими зельями недвижимость, так что путь силы отменяется! — парировала ведьма.

— Не, путь силы — это способность вливать энергию в человека или вытягивать. А судя по упадку его личной энергии, если бы он вытянул её из нас, мы лежали в коме с очень плохим прогнозом, а он вернулся в строй сворачивать горы. Но он этого не сделал, даже когда был при смерти на откате.

— При смерти?! — одновременно переспросили шокированные Анжей и Матвей. Яна, видевшая всё, что творилось с лидером по глазам, негромко уточнила, чтобы Ли-Тао не слишком драматизировал, но вышло всё равно страшно:

— У него во время разговора с нами несколько раз остановилось сердце, а он его заново запускал.

— Кстати, благодаря твоим зельям! Без них…

— А ещё говорят, что монахи милые и безобидные! Без нашего «безобидного» на месте лагеря была бы человеческая тушенка! — влез Анжей, прыгая козликом вокруг группы похлеще бесноватого младшего монаха.

— Кто бы говорил! — фыркнул Ли-Тао со смесью скепсиса и похвалы — Вон какой танец Клинков устроил, а ещё и развернул свою давилку воли, что свои и чужие боялись! Кто тут несбалансированный крутыш, а?

— А что я? — зарумянился инквизитор, заметно радуясь похвале своих способностей. — Это так… тем более инквизиторов недолюбливают и лешие, и некоторые ведьмы!

Яна красноречиво посмотрела на Курвина, пытаясь мысленно передать послание, что недолюбливает его за некоторые черты характера и бездумно брошенные фразочки, а не за таланты инквизитора. Вслух она решила ничего не говорить. Битва прогремела совсем недавно и могла продолжиться уже этой ночью. Подрывать боевой дух товарищей могло обернуться самоубийством.

«Особенно, если зелья не смогут поднять Лао после истощения», — думала Яна, понимая, что второй раз повторить «чудо на трансильванском плато» они уже не смогут. Даже такой мастер, как Лао, на второй раз надорвётся насмерть уже в процессе.

Несмотря на лёгкую зависть к талантам лидера, она понимала, почему драконы и стальная чешуя вместо кожи появились только в самый отчаянный момент и не применялись раньше. Даже монах-супермен не способен использовать свои самые сильные стороны без последствий от её Величества Грани. Но если остальных паршивка бережёт, не позволяя пробиться к Древней Магии и угробить себя, то монахи могут показать самое яркое шоу, но затем умереть.

«Закон баланса Грани, что б её!»

— Так нечего было в своё время жечь что ни попадя! — тем временем парировал Матвей в ответ на возмущение Анжея.

В ответ Курвин удручённо пробормотал что-то в роде «это было давно и неправда!», но слова волколака оказались дружеским подтруниванием. Ли-Тао тоже с хохотом прыгал вокруг и безобидно дразнил инквизитора. Яна посмеивалась над ними, чувствуя себя самым старшим и самым скучным звеном цепочке, оправдывая свою отстранённость необходимостью следить за дорогой и магией крови. Благодаря обоюдной связи с инквизитором, от которой бы повернулись в гробу многие ведьмы, она чувствовала слабую пульсацию тонкой нити следа.

— Ян, — вывел её из раздумий Ли-Тао, — а как ты думаешь откуда Лао узнал про артефакт-якорь, да ещё что он создан до Грани.

Девушка едва не расхохоталась, понимая, что теперь её черед рассказывать много историй из прошлого, с техническими деталями, которые понять смогут только она и Максимилиан.

— Мою защиту лагеря постоянно разбивали, помните? — пустилась она в пояснения. — Сначала гули, потом остальные, а иногда она просто разрушалась. Многократно и без личного присутствия такое может творить либо носитель очень мощного проклятия, либо в деле задействован артефакт. Но только среди дограневых есть такие, которые чувствуются в момент использования, а потом глохнут.

— Это как так? — сделал круглые глаза младший монах.

— Они ведь фонить должны, как кучи навоза! — согласился с ним Анжей. Матвей предпочёл промолчать.

— Должны, — согласилась Яна, — но не фонят. Эта техника создания и применения артефактов была утрачена очень давно. Ещё Грани и в зачатках не существовало. Артефакт ведьм и чернокнижников. Остались с тех времён, когда чернокнижники с ведьмами мерились пись… ну вы поняли. Такие незаметные инструменты разрушения использовались, чтобы исподтишка друг другу вредить. Их перечень есть в архиве. Я написала Марку прислать этот список… хотя это не панацея. Всегда есть шанс неучтёнок.

— Тогда почему я чувствую след? — удивился Курвин.

— Потому что их делали против своих, чужих в расчёт не брали. Инквизиторы в то время были врагами для всех. Никто до конца не понимал, как работает ваше чутьё…

Матвей резко остановился, заставив Яну прерваться. Волколак долго тщательно принюхивался, пока наконец не сказал, указав в сторону в их дороги:

— Дальше мой путь ведёт туда! — указал он на тёмную чащу леса.

— Ты уверен, что хочешь идти туда один? — нервно сглотнула Яна.

Вызываться добровольцем-сопровождающим она точно не хотела, но и смотреть, как боевой товарищ пойдёт к тем, от кого полночи отбивался, было невыносимо. Однако разделение группы оставалось неизбежной частью их пути.

— Одному будет проще, — кивнул волколак, — они не станут слушать никого из вас.

— Тогда удачи, брат, — пожал ему руку Курвин, — для меня было честью драться с тобой плечом к плечу!

—И для меня тоже! — влез Ли-Тао, вцепляясь в жилистую ладонь Матвея. — Это было круто!

— Помнишь, в чём должен их убедить? — сухо поинтересовалась ведьма.

— Что все их действия по ночам — это проклятие чернокнижника. И они должны до заката уйти туда, откуда не смогут никому навредить. Хотя бы на эту ночь.

7. Дела в Карпатах. Соколиная охота ч.2

Чарли устало села на траву. Глядя на положение солнца, она могла лишь гадать, сколько часов они прошли с говорливым спутником. Ноги казались свинцовыми и неповоротливыми, а пальцы ног ныли даже в удобной туристической обуви. Настырный Весемир никак не желал замолкать, рассказывая Чарли обо всём на свете.

От него она узнала про некий таинственный чай берсерка, от которого люди переставали чувствовать боль и с приливом сил крушили деревья и скалы. Он перечислил имена самых смешных по его мнению демоноподобныхИных. Самыми полезными стали рецепты изгнания призраков из помещений с помощью правильного окуривания, сопровождающегося правильным ритмом ударов колотушкой по бубну.

Подталкиваемая Весемиром, она даже попыталась выдавить из себя звуки, напоминающие горловое пение. Ни с первой, ни с десятой попытки у неё ничего не вышло, на что шаман пообещал найти для неё учителя. Порой Чарли казалось, что она проходит некое тестирование, когда ворон задавал ей ряд вопросов о её умениях и просил что-нибудь продемонстрировать. Больше всего Весемира заинтересовала её способность уводить духов к Последнему Пределу. На встречные распросы о неожиданном интересе, ушлый шаман отвечал, что все это нужно не ему, а ей самой.

— А вот и развилка! — каркнул ворон, указывая крылом на три намечающиеся ответвления пути.

Они успели выйти из чащи леса и держались опушки, пока впереди не показались берега длинной реки, исчезающей вдали. На этой территории встречались и следы разбитого лагеря и протоптанные тропинки, что не могло не радовать. Цивилизация была не за горами. Глядя на расходящиеся в разные стороны дороги, Чарли зажмурилась и попыталась призвать свою интуицию. В какую сторону следует пойти?

Вредная интуиция никогда не зависела ни от чего, тем более от какой-то Грани. Она или могла подсказать, или молчала рыбой в ответ на все вопросы.

— Направо пойдёшь — коня потеряешь, налево пойдёшь — смерть свою сыщешь, прямо пойдёшь…

— Бойфренда найдёшь! — хихикнул Весемир. — Ну или почти так. Куда выберем пойти?

— Нас ведь леший не просто так притащил в эту сторону. Уносил подальше от битвы к себе. И, знаешь, на месте нашего плохиша я бы выбрала точку нападения где-то неподалёку. Чтобы и лешие, и люди были рядом, ведь ему нужны жертвы!

— Ах ты зараза мозговитая, а я думал, что не догадаешься! — со смесью досады и гордости воскликнул Весемир. — Лешего действительно нельзя проклясть с большого расстояния. Проклинатель должен быть где-то недалеко от места обнаружения мёртвых тел.

— Но мы были далеко от палаточного городка, когда на нас напали!

— Возможно, все те жертвы, которых там потом обнаруживали тоже изначально были куда дальше, но умирать должны были строго на алтаре! Смотри, — ворон нарисовал на земле небольшой круг, — это наш алтарь. Радиус в пределах ста метров. За границы чернокнижник не должен выходить, и его жертвы должны умирать там же, чтобы он получил от их смерти подпитку.

Затем он нарисовал большой круг, в центре которого оказался маленький.

— А это — проклятая земля, на которой он может распространять внушение нечисти тащить ему людей. Если такие проклятия правильно «заземлять» на древний артефакт, то в нужный момент по «отрицательно заряженной» земле можно распространять свои приказы к действию, а потом успешно прятаться в кустах. Поняла?

— Нет!

— Знаешь фокусы с электричеством, когда грунт смешивали с высокопроводными материалами, пускали в землю ток, а потом втыкали в землю лампочки и те загорались? Это похожий фокус. Сначала Злодеюс подготовил почву, а теперь по ночам «пропускает ток» используя какой-то проклинающий артефакт и наши лампочки-нечисть правильно загораются. Все смотрят на землю и ищут ответ в ней, но сам трюк происходит у них под носом! — пустился он в объяснения.

— Ха, — задумчиво хмыкнула Чарли, — а ведь так легко и складно выглядит!

— Мы весь вечер пытались понять, что с этой землёй. Наши румынские коллеги тоже. Но фокус в другом месте!

— Если мы пойдём налево, то… — хлопая носами ботинок друг о друга поинтересовалась она.

— Выйдем на общую дорогу в обход всех лагерей. По ней часто ездят. Нас даже могут подвезти. К вечеру вернёмся в лагерь, — описал ворон весьма благоприятный исход событий.

— Так, а если прямо вдоль узкого потока реки?

— Дойдём до большого палаточного городка. Там получится связаться с Лао или Иляной. Исход будет тем же — мы вернёмся к своим.

— А если мы с тобой не хотим возвращаться с пустыми руками? Идём направо, вдоль широкого потока реки и разыскиваем мальчиша-плохиша?

— Боевая шаманка? — присвистнул Весемир. — Даже с учётом твоего бубна, каким-то чудом пережившего эту горячую ночку, что ты планируешь сделать при личной встрече?

— Два шамана. У каждого есть… как минимум один зубастый дух-защитник. А вокруг нас лес! Мы на своей территории, и это он должен бояться встретиться с нами! — пламенно закончила шаманка.

Она решительно поднялась на ноги, посадила на плечо ворона и направилась вперёд. Солнце ещё достаточно высоко в небе, чтобы успеть.

✠✠✠

Впереди показался палаточный городок. Яна, Анжей и Ли-Тао разделились у входа. Младший монах направился считывать энергии самого городка, чтобы после изучить место обнаружения мёртвых тел и подготовить для нечисти энергетическую обманку. В успех эвакуации всех людей из опасного места никогда особенно не верил, но люди Иляны старались, чтобы под удар попало как можно меньше человек.

Анжей повёл Яну от палаточного городка в сторону реки. Чутьё следопыта подсказывало, что там их ожидает нечто важное. Они миновали дорогу, прошли мимо протоптанных тропинок. Всё дальше в безлюдную часть. Курвин уверенно шёл к берегу реки, словно они собирались искать что-то в её стремительных водах. Но, когда до линии воды оставалось всего пяток шагов, инквизитор повернул в сторону скалистого возвышения. Марьяна лишь пожимала плечами и поддерживала его невидимость ото всех лесных духов.

Когда они подошли вплотную к неровному скалистому зубу, криво вырастающему из-под земли, Яна заметила незаметную глазу расщелину. Вход в затапливаемую пещеру.

— Есть что-то нехорошее на входе? — поинтересовался Курвин.

— Конечно есть, к гадалке не ходи! — уверенно кивнула ведьма. — Но у меня есть идея. Ты ведь способен сосредоточиться только на одной точке своей силой подавления, игнорируя остальные?

— Научен!

— Тогда ты бьёшь изо всех своих инквизиторских сил на вход, а следом я прорубаю нам дорогу вперёд!

✠✠✠

Какими могут быть переговоры с теми, кто за одну ночь стал для тебя непримиримым врагом? Матвей точно знал, что невероятно тяжёлыми. Однако урсы во все времена уважали силу, а юркий волколак сумел им её показать. Один против восьми. Бесчестная битва для них. Что ещё более позорно, они не победили. Один волк выстоял против стаи.

На мгновение у него в голове проскользнула тревога, что среди урсолаков не найдётся никого, кто говорит на русском языке. Такое действительно могло произойти, а знания языков у Матвея хромало на обе ноги. Он мог изъясняться почти на любом языке… жестами, но было ли этого достаточно? Только говорить недостаточно. Требуется убедить.

«Полдела сделано!» — хмыкнул он, чувствуя, что подобрался к лагерю.

Лагерь выглядел как обитель укоренившихся сплавщиков. Никаких покупных палаток и элементов, взятых извне. Эти ребята приходили на новое место и строили свою базу из подручных материалов. Всё в духе древних традиций. Впрочем, одежду оборотни предпочли носить обычную, человеческую, пусть и простую хлопковую.

Они почувствовали приближение чужака за десятки метров, но не спешили что-либо делать. В памяти отпечаталась ночь. Матвею оставалось только гадать, что могли чувствовать наутро, после принудительного нападения, существа со сложной душевной организацией. Неужели не искали ответов на вопросы? Или для них всё оборачивалось потерей памяти? И всё же они его узнали. Семь пар хмурых глаз смотрели на него. Семь пар рук скрещены на груди. Этой ночью они потеряли собрата. Плохая новость для того, кто хочет договориться. Хорошо, что не он убил. Урсолака насмерть задавил леший, а против духа леса даже безумец не пойдёт войной.

— А я тебя знаю, — услышал он за спиной голос, лишённый какого-либо акцента. — Ты был вместе с нами, когда тот чёртов мясник-инквизитор уничтожил нашу базу и погнал нас, как вшей!

Тот сентябрь выдался очень жарким месяцем. Инквизитор Пупков объявил сезон охоты на оборотней, вычистив почти всю Россию от них. Не трогал только краснодарских, видимо посчитал их бесполезными хиппи.

Он даже не вспомнил лицо этого урсолака-задиры, который говорил за всех. Слишком уж непримечательная европейская внешность, хотя для медведя человеческое телосложение у него выглядело слишком уж субтильным. Матвей при своей юркой волчьей натуре превосходил того и в росте, и в ширине плеч. Остальные медведи предпочитали молча стоять в стороне. Возможно, не понимали, о чём идёт разговор.

— Не всех тот мясник перебил!

— Особенно если начать работать на гражданина начальника? Волк в законе теперь? — не успокаивался задира.

Разговор зашёл на опасную территорию. Дружбу с инквизиторами оборотни не слишком уважали.

— Лучше добровольно начать работать на инквизицию, чем стать марионеткой пришлого колдуна!

Продолжение накалило атмосферу до предела.

✠✠✠

Ли-Тао просматривал палаточный городок. Несмотря на все попытки вывести с опасной территории людей, там процветал шведский стол из спортивных и полных жизненной энергии туристов. Лакомые кусочки даже не понимали, насколько первоклассным обедом являются для прячущегося где-то чернокнижника. Но где он скрывался?

Младший монах подозревал, что преступник может скрываться даже среди толпы обычных людей, повесив на свою шею пяток скрывающих амулетов. Тот, кто приучен с самого детства прятаться от демонов, способен оставаться незаметным для кого угодно. Такого даже Лао не сможет обнаружить, пока чернокнижник не сделает активный шаг.

«Чтобы перебить этот шведский стол, нужно оставить невероятно мощную приманку! Хотя… если выкрасть тут у всех оружие и попросить Матвея отыграть страшного волка из страшного леса, то люди сбегут с насиженного места куда охотнее!»

Спонтанный план оказался прост в осуществлении. Среди администрации палаточного городка обнаружился Богдан. Вместе мистик и монах быстро ударили по рукам и отправились изымать у охраны, администрации и туристов всё, что могло пробить толстую шкурку волколака. Вновь напомнило о себе прошлое. Голодное время вынуждает не только по форточкам ползать, но и карманником «подрабатывать». Всё «конфискованное» Ли-Тао закопал у большого дуба, чтобы оставалась возможность воспользоваться в случае опасности.

За кропотливой работой он не заметил, как на горизонте появился Игорь.

— Сюрприз! Угадай, кто проснулся!

✠✠✠

На разговоры Матвей не слишком рассчитывал. Слишком хорошо помнил, что творят с человеческим разумом животные повадки. Спад происходит очень быстро. Сначала оборотни ещё пытаются внушить себе, что они больше община по интересам, чем стая. Сознание желает хоть в чём-то выражать себя. Однако постоянные бега подтачивают изнутри. Извечное ожидание очередного бега, как бы смешно не звучало, превращает человека в зверя. А оборотней лишает мотивации возвращаться в человеческий облик.

Всё реже и реже они возвращаются из шкуры зверя, всё меньше думают о будущем. Постепенно мир сужается до удовлетворения базовых потребностей. Найти добычу, питаться и бежать от охотника. О своём внутреннем человеке почти не вспоминают, чтобы не ощущать боль угнетённой жизни.

Матвей и не думал, насколько ему повезло из-за встречи с агентами в сентябре. Образ неожиданного спасителя не позволял сознанию раствориться в животной сущности. Чем больше он пытался уйти в себя, тем явственнее вспоминал запах той, что встала между ним и его смертью. Вольно-невольно он не мог перестать думать, встретятся ли они ещё раз. Возможно, обстоятельства сложатся иначе? Но в самые тёмные дни пытался сдаться и прибиться хоть к какой-то стае, чтобы не думать о постоянном беге от охотников. И когда он позволил себе окончательно опуститься, тот самый запах снова ворвался в его жизнь.

Стая согласилась его слушать только если сможет победить одного их них. Урсолаки сильные, грузные и очень опасные. Вызывая противника на поединок, они рассчитывают только на свои самые сильные качества. Выпускают медведя на свободу, не оставляя своей человеческой сущности даже призрака воли. Не восемь на одного, но картина прескверная. Волк быстрее, но слабее.

«Ничего, человечество с самого зарождения боролось с этой проблемой!»

На стороне медведя только сила. На стороне человека разум. Любую силу можно обратить против себя самой. Особенно если волк быстрее и хитрее. Как он и подозревал, урсолак бросился на Матвея в звериной ярости, не слишком соображая, что в ловкости с волком никогда не сравнится. Когтистая лапа пустила медвежью кровь с самых первых минут. Но одной кровоточащей царапины было мало. В глазах группы требовалось показать себя лидером, чтобы приказать уйти и не нападать на людей. Волколак вертелся вокруг медведя на таких скоростях, о которых до этого и не подозревал. Всё ради победы, ради возвращения в свою новую стаю и ради встречи с ней.

Один удар он всё же пропустил. Перед глазами заплясали искры. Медведь едва не задавил его, ударив лапой по голове. Впрочем, помня о лёгком, но смертоносном охотнике-инквизиторе, Матвей подставился только для того, чтобы противник подпустил его поближе. Грузный урсолак замахнулся для очередного удара, когда волк, в прыжке на его спину, сжал челюсти на медвежьей шее. Тяжёлая пасть с силой сжалась. На всю поляну раздался громкий хруст, ознаменовавший победителя. Пусть Матвей не убил противника, а только тяжело ранил, соплеменники-медведи не хотели видеть ещё одну смерть. Настало его время приказывать, а их — подчиняться.

✠✠✠

— Матвей только что написал, — отрапортовал Ли-Тао. — Урсолаки уходят и не вернутся ещё как минимум неделю. Посидят где-то под Бухарестом и подумают о своём поведении!

— Отличные новости, — кивнул Лао Шин, немного пошатываясь от слабости. Всё же ведьминские зелья не могли творить абсолютные чудеса. — Анжей, Яна, что у вас?

Появившиеся инквизитор и ведьма сияли так, словно нашли как минимум сокровища Колчака в пещере у берега. Немного перемазанные в речном иле, они появились в палаточном городке чуть позже Лао, чуть ли не крича на всю округу «угадайте, что мы нашли!».

— Вот, посмотрите какая красота, — протянула ему ведьма удивительную в своей красоте и уродстве флейту.

Вырезанная из белой кости и покрытая руническими письменами, она имела основу в виде искажённого гневного тотема и завершалась костлявым запястьем, которое не слишком напоминало лапу животного. Особенности положения пальцев не оставляли сомнений, что рука принадлежала ребёнку.

— Я видел похожие флейты на выставке XIX века, но эта намного древнее! — задумчиво произнёс Лао, рассматривая артефакт. — Руническая вязь. Кто-то знает, что в ней сокрыто?

Флейта казалась произведением искусства. Редкого отвратительного искусства. Всё в ней говорило, что инструмент создан для преследования исключительно людоедских целей, и не способен ни на что хорошее.

— Только если московская мумия из архива, — пожала плечами Яна. — Наш чернокнижник очень расстроится, узнав, что мы разбили его тайник и вытащили оттуда якорь. Думаю, этой ночью нечисть будет спокойно спать!

— Если только у этой флейты нет каких-либо сюрпризов.

«Никаких сообщений от Весемира и следов Чарли, — погрузился в раздумья Лао Шин. — С одной стороны хорошо, шаман начнёт отчитываться только о плохом, но с другой…»

— Например? — напрягся Анжей, отвлекая от мыслей. — Как в сказке, дудочка, которая сама поёт?

— Да, в том числе, — кивнул Лао Шин. — Нужно эту флейту увезти подальше от плато как можно быстрее. Лучше в агентство и запереть в шкатулке с нефритовым драконом. Чем она дальше от места предполагаемого ритуала, тем лучше для всех.

Агенты замолчали, поглядывая друг на друга. В воздухе висел вопрос, кому следует взять с собой флейту и бежать как можно дальше от места действия. Лучше всего подошли бы Игорь и Богдан как непрощупываемые мистики, однако не случится ли с ними что-то по дороге? Анжей и Яна неразлучны, но при этом нужны в центре событий, если снова станет жарко. Ли-Тао готовился с Иляной идти и создавать ложное энергетическое поле, которое отвлекло бы нечисть в случае внезапной атаки. Люди Иляны? Они всего лишь люди, к тому же занятые эвакуацией людей с палаточного городка. Сказать, что эвакуация шла медленно из-за недовольства отдыхающих, значит не сказать ничего. Сам Лао не мог покинуть центр событий, не убедившись, что все, особенно пропавшая подопечная, целы и невредимы.

— Знаете, что у меня вызывает вопросы, — отвлёк всех Ли-Тао, подошедший чтобы отчитаться об отправлении с Иляной в путь, — почему флейта оказалась одна и без присмотра. И, когда вы штурмовали пещеру с сокровищем, почему он не появился и не выдал вам люля, который совсем не кебаб?

— Хороший вопрос, — кивнул Лао. — До выяснения обстоятельств я бы сказал, что преступнику более важно было находиться в другом месте.

Младший монах махнул рукой и направился вместе с девушкой к джипу. Преодолевать большие расстояния на плато они решили более современным и быстрым способом. Тишина, воцарившаяся после его вопроса, несла в себе не слишком приятный ответ на вопрос.

— Думаю, что обнаружив чернокнижника, мы найдём и Чарли с Весемиром! — озвучил общие подозрения Курвин и сжал в руках флейту, чтобы взять след.

— Игорь, Богдан, — позвал мистиков Лао, определяя кто и куда направится. — Берёте Марьяну и отправляетесь с этой флейтой в офис на всех парах. Запираете там флейту. Яна будет страховать, если вдруг наш мальчиш-плохиш предусмотрел попытку изъятия его артефакта.

— Но… — запротестовал Анжей.

— Придётся рискнуть, — вздохнул Лао, — ты пойдёшь со мной за чернокнижником и Чарли. Ян, сколько продержится на нём твоё заклинание без личного присутствия?

— Через полчаса бейте тревогу.

Ведьма не стала препираться. Поставив на стол свою поклажу, она вытащила весь запас оставшихся зелий, справедливо разделила между всеми и закинула сумку с остатками на плечо. Анжей вручил девушке флейту, «прочитав» необходимый спектр оставленных следов чернокнижника на ней.

— Нам лучше поспешить! — закрепил на ходу Анжей свой меч, когда Яна, Игорь и Богдан ушли.

Лао залпом проглотил ещё несколько зелий, подозревая, что последствия после такого нездорового питья аукнутся ему во много раз страшнее, чем любой откат.

— Прошу, скажи, что идти не так далеко!

— Не очень, но… — голос инквизитора заглушил грохот.

По земле волнами пошла дрожь. В палаточном городке началась паника, когда всё лежащее на земле начало свою пляску. Каждая волна превосходила предыдущую по силе. Казалось, что где-то недалеко начал просыпаться вулкан. Воздух стремительно насыщался запахом тухлых яиц. Невозможное явление для плоского, как лопата, Трансильванского плато не оставляло сомнений в причине.

— Бегом!

✠✠✠

— Балаур традиционно считается злодеем, но сама знаешь, что зло и добро это понятия сиюминутные! — вспоминал Весемир Иных из румынской мифологии. — Его не любят из-за того, что каждое пробуждение нашего румынского Горыныча, вызывает сейсмическую активность и может спровоцировать извержение вулкана. Но ведь парень не специально. Он не умеет по-другому просыпаться.

Пока они шли, сам собой возник разговор о том, что могут и чего не могут сделать шаманы против чернокнижника. Со всем опытом Весемира и неожиданными талантами Чарли, их трудно было назвать подавляющей силой или силой вообще. Сильная сторона любого шамана, которой можно было воспользоваться почти в любом состоянии Грани, это крик о помощи всем окрестным духам. Так они начали обсуждать всех возможных союзников. На вызов абсолютно всех силёнок двух шаманов не хватит.

От могущественной четвёрки пришлось отказаться. Чернокнижник мог заставить призванных духов подчиниться и пойти убивать всех вокруг себя, а начать с Весемира и Чарли. Оставалось искать среди тех, кого по какой-то причине противник не смог призвать в свою армию нечисти.

— Ещё Мэйастрэ, вот только она вышла из сказок и не факт, что существует. Начнём призывать, а там и нету никого! — развёл крыльями ворон. — Из могущественных остался ещё Кэпкэун, но это двухголовый людоед. Сомневаюсь, что такая прелесть будет нам помогать.

— Негусто! — удручённо подытожила она.

— Увы, остальные или не пойдут на наш зов, или недостаточно сильные, или могут сами нас покалечить!

Тропинка начала подниматься с равнины вверх. Сквозь траву на пути проступила скальная порода. Шаманка занервничала, но Весемир уверенно отметил, что они идут правильно. Еда закончилась и ворон, хоть и старался не вредничать, от голода стал нервным и ещё более болтливым. Казалось, что дальше некуда, но Чарли не обижалась. Ей самой было проще говорить на любые темы, а не молчать и думать о голоде.

— А если забрать всю энергию себе? — подумав, предложила она, вспоминая как в Татарске забрала всё, что причиталось демону с жертвоприношения.

— Я, конечно, снимаю шляпу перед твоим талантом есть и не толстеть, особенно когда это касается концентрата сил, — хмыкнул Весемир, — но одно дело несколько жертвоприношений людей по одному, и совсем другое ритуал чернокнижника с массовыми убийствами каждый день, подкреплённый проклятием. Там тебя от выброса может разорвать. Или сойдёшь с ума от резкой волны силы.

— Мне ни один из вариантов не нравится!

Под ногами она почувствовала шевеление. Что-то древнее спало в горе, на которую они поднимались. По непонятной причине при свете дня Иной, который до своего пробуждения должен был оставаться невидимым и неслышимым, мог быть обнаружен любым путником. Такая аномалия вызывала много вопросов, однако и обещала скорую встречу с противником.

«Вокруг чернокнижника земля должна сходить с ума, разве нет?

— Нет, Ёжик, вообще-то не должна! Это очень странно и плохо!

Они вышли на обзорную площадку — плоский выступ, нависающий носом над располагающимся чуть ниже палаточным городком. Внизу люди суетились и что-то делали со спешкой. Чарли огляделась. За большой базой людей хорошо просматривалась дорога, уходящая в сторону того места, где на них напала нечисть.

«Если и строить злодейские планы, то здесь!»

— Только Злодеюс ушёл! Интересно надолго ли? — каркнул Весемир, слетая с её плеча на землю, отчего-то рыхлую и перекопанную.

— Солнце уходит к горизонту. Самое время готовить новое нападение!

Ноги утопали в земле. Казалось, она забралась на чей-то огород и беспардонно начала топтать только посаженную картошку. Сделав пару шагов, Чарли явственно почувствовала как встала на что-то круглое, закопанное в земле.

«А что это у нас тут посажено? Карпатская картоха?» — думала она, пока раскапывала под ногами землю.

В свете заходящего солнца шаманка вытащила большой чёрный камень, поблескивающий лиловыми всполохами огня где-то внутри. Даже невооружённым взглядом при толстой Грани, Чарли ощущала как внутри перекатывается нечто похожее на…

— Демонический эфир! Ничего себе картошечка! — присвистнул ворон. — Наш чернокнижник гурман. Ему мало получать энергию от жертвоприношения жизней людей на алтаре, он перегоняет эту энергию в чистый эфир!

— You shouldn't have taken my things, young people. This is very impolite!Вам не следовало брать мои вещи, молодые люди. Это очень невежливо! — услышали они за спиной английскую речь.

Со стороны единственной тропинки поднялся мужчина средних лет. Со стороны он совсем не походил на Макса, не гремел множеством амулетов и не демонстрировал пальцы, унизанные множеством тяжёлых перстней. В отличии от сектантов, он не надевал на себя длинных неудобных балахонов, предпочитая неприметную одежду простого обывателя. Пока он говорил, казалось, что он даже не угрожающий. Седина и намечающиеся залысины создавали обманчиво безобидный образ. Будто одинокий философ просто захотел побыть наедине с природой. Страшно стало, когда он замолчал. Глаза, похожие на две мутные льдинки, просверливали обоих шаманов насквозь. И то, что он обратился не к Чарли, а к обоим агентам, продемонстрировало непростую сущность, скрытую за простой оболочкой.

— I apologize, — пробормотала Чарли, пытаясь вспомнить хотя бы базовый набор иностранных слов. — I can return everything as it was!Прошу прощения. Я могу всё вернуть как было!

— Don't worry. You don't have long to live. I'll fix it myself,Не волнуйтесь. Вам недолго осталось жить. Я сам все исправлю. — с добродушной улыбкой ответил чернокнижник и сделал шаг вперёд.

«Хорошие, блин, новости! Мир, как нам сбежать?» — думала Чарли, в панике сжимая большой кристалл, немного напоминающий маленькие ведьминские, с которыми Яна проводила свои ритуалы.

— Никак, он запер нас на этой обзорной площадке. Под землёй начертаны знаки, которые не позволят нам покинуть круг.

«Супер! А предупредить?»

— А ты думаешь, что эта хитрая сволочь сделала ловушку заметной?

В мысленных диалогах был огромный плюс скорости. Время на произнесение слов отсутствовало. Это во многом объясняло болтливость ворона. Когда можно со скоростью света транслировать свои мысли всем, то зачем ограничиваться в объёмах сказанного?

Чернокнижник успел сделать к Чарли ещё один шаг, когда она решила рискнуть и, сжав в руках перепачканный кристалл, нырнула в астрал.

Если нырнуть слишком глубоко, то можно застрять навсегда. Здесь время движется намного медленнее, чем в физическом мире. Там проходит секунда, а здесь могут пройти часы. Ужасная нагрузка на сознание. Будто под давлением толщи воды. Но здесь можно подумать.

— О чём будешь думать, Ёжик? — рядом появляется Весемир. Теперь в виде серебристого человеческого силуэта.

— Тебе нужно выжить, Булочка, — незаметная для него рядом стоит Рая. — Ты сейчас держишь в руках очень нужный ему камень.

— Мне выбросить с горы камень, чтобы он остался ни с чем?

— НЕТ! — хором кричат Весемир и Рая.

— Но и поглотить его силу я не смогу! Многовато, — даже по эту сторону я ощущаю в своих руках мощь маленького солнышка, способную испепелить не только меня, но и ещё десяток шаманов.

— Тогда будим Иного из-под горы!

— Это Балаур, — предупреждает Весемир. — Он никак не может уснуть из-за нашего британского плохиша, но если проснётся, то может разрушить всю гору. С нами вместе!

— Ты из рук свой булыжник не выпускай только. Я постараюсь помочь! — неуверенно смотрит на свою цепь Рая.

Да, такое себе орудие против летящих кусков скалы и извержения вулкана, но шанс выжить лучше стопроцентной смерти.

— Может ещё и лешего вызвать?

— Не стоит. От Балаура будет достаточно разрушений! — качает головой Весемир.

Я киваю и протягиваю ему руки. Два чудилы — это сила. А мы ещё и шаманы. Справимся. Этот чернокнижник ещё пожалеет, что вернулся на место преступления и не пожелал нам попутного ветра!

Грань ещё толстая, но маленькому солнышку в руках нет до её ограничений никакого дела. Это чистый концентрат Древней Магии. Я зачерпываю лишь капельку, чтобы стать сильнее, и нас обоих с Весемиром встряхивает мощными разрядами. Казалось, мы поглотили несколько грозовых туч со всем арсеналом молний внутри. Оставалось только передать небольшой запас накопленного вниз, под ноги, где местный медведь всё никак не может впасть в спячку!

✠✠✠

Земля покрывалась трещинами, которые словно толстые нити, вели к скальному останцу, выходящему плоским «носом» в сторону палаточного городка. При ближайшем рассмотрении, Лао и Анжей оценили, что останец проживает свои последние секунды. Расколотый пополам, он стремительно расходился в стороны, увлекаемый силой, рвущейся изнутри. Там, под скальной породой ощущалось нечто рассерженное. Вот-вот оно собиралось встать в полный рост и неизвестно что дальше делать — творить или вытворять.

Они бежали по крутому подъёму всё выше и выше. Впервые Лао увидел, что инквизитор может опередить его в стремительном беге. Анжей увидел свою цель, чернокнижника на одной из сторон разрушающегося скального пика, и нёсся к ней со скоростью голодного вожака волчьей стаи. Но монаха интересовала противоположная сторона. Вытянутая вперёд к палаточному городку обзорная площадка опасно накренилась вперёд. На ней Лао Шин увидел свою взъерошенную подопечную, сжимающую в руках большого чёрного ворона.

Дух горы, кем бы он ни был, рвался наружу, раскалывая свою колыбель, как скорлупу ореха. Лао прикинул шансы перепуганной шаманки упасть и не пострадать. С намечающейся линией движения уступа, на котором она стояла, они неумолимо приближались к нулю. Обзорная площадка должна была вот-вот круто перевернуться и сбросить девушку под лавинообразный поток мелких обломков скалы. Но, что хуже, в её нынешнем положении Лао отчаянно не успевал перехватить подопечную. Разве что…

— ЧАРЛИ! — взревел он, перекрикивая грохот пробуждающегося духа. — ПРЫГАЙ!

Она повернулась на его голос. На лице девушки отразилось сомнение. Наставник предлагал сигануть прямо в поток лавины. Монах был уверен в принятом решении, ей же оставалось только довериться.

«Только не сомневайся во мне, мой юный падаван! Не сегодня!»

Промедление смерти подобно. Чарли затравленно повернулась в сторону обрыва, к которому её должна была унести волна разрушений. Горящие глаза девушки вновь вернулись к Лао. Он коротко кивнул, раскрывая руки, словно уже готовился обнять её. Сил должно было хватить как раз, чтобы сделать отчаянный рывок сквозь пространство и камень, чтобы обмануть безжалостную гравитацию и перехватить летящее тело подопечной. Чарли, прижала к себе ворона, кивнула Лао и, разбежавшись, прыгнула ему навстречу.

Воздух послушно расступился, пропуская монаха сквозь свои потоки. Время замедлило свой ход, послушно позволяя ему обмануть саму смерть, потирающую костлявые руки в ожидании маленькой шаманки. Мышцы после едва пережитой ночи рвались и угрожали подвести и наставника и подопечную, однако последний в любых смыслах рывок доставил Лао Шина по замершим во времени обломкам скал прямо к Чарли. Подхватив девушку, он уже не мог позволить себе что-либо кроме успеха и спасения их обоих. Она не успела даже осознать, что оказалась в его руках, как они оба уже стояли на земле у подножия разрушающейся скалы.

— Что?! — выдохнула Чарли, глядя на исчезающую в потоке камней обзорную площадку, на которой стояла мгновение назад. — Как? Мы же были там!

Снизу казалось, что в момент прыжка их разделяли сотни сотен метров, повергая её в шок. Для неё всё произошло за мгновение, для Лао бег казался вечным. Не до конца восстановившиеся силы несколько раз едва не подвели его, пока он спускался. У подножия разрушающейся скалы он чувствовал себя выжатым досуха. Без ведьминских зелий тело могло отказать под волнами отката в любой момент, а наверху всё ещё оставался виновник всех бед.

— Наверное, это была не самая светлая моя идея! — выдавила их себя Чарли, когда стих поток бессвязных восклицаний относительно их стремительного спуска.

— Прыгать?

— Будить Балаура, — пояснила подопечная, виновато глядя на него, — но ближе всех был только этот дух. Зато у меня есть энергетический булыжник чернокнижника! Нужен?

Она протянула, вынутый из кармана кристалл, в котором клубился чистый демонический эфир. В руках монаха он ощущался как сердцевина звезды. Достаточно только дотронуться, чтобы почувствовать, как созданная для демонов подпитка, отгоняет всё дальше волны отката. Однако кристалл никак не проявлял себя, стоило выпустить его из рук.

— Я позаимствую его ненадолго! — осторожно взял монах в свои руки сокровище.

Анжей не возвращался, а сердитый дух, похожий на виверну, созданную из лавы и раскалённых камней, уже почти полностью покинул свою обитель, распространяя вокруг себя жар. В разломе остался только его длинный хвост. Останец разрушился до основания. Только самая пологая его сторона, уходящая к реке частично сохранилась. Приказав подопечной бежать к реке и не возвращаться, пока он за ней не вернётся, монах сжал в руках кристалл и, преодолевая сопротивление собственного тела, рванулся вперёд.

Чтобы осмотреть всё, что осталось от скалистого пика, ему потребовалось около десяти секунд. Курвин, как ни странно обнаружился в добром здравии. Разрушение не коснулось юркого и довольного собой инквизитора. Безмятежно глядя на простирающийся вид на низину, он, словно пришел с туристической группой, ничуть не смущаясь помахал рукой монаху.

— А я уже думал, что ты про нас забыл! — крикнул Анжей, Лао поспешил к нему.

Инквизитор спокойно игнорировал ещё не зашедшее солнце и распространял ауру подавления, от которой его пленник не мог даже стоять на ногах. Чернокнижник едва не валился на землю, придерживаемый Анжеем за плечо. Даже наручники, сцепившие руки преступника, казались лишними. Седеющая голова безвольно склонялась к земле. Сам злоумышленник с трудом сохранял сознание. Его отяжелевшие веки то и дело пытались сопротивляться пограничному состоянию между бодрствованием и отключкой, однако силы оставались на стороне Курвина. В деле на Трансильванском плато он был в ударе.

— Отличная работа! — одобрительно произнёс монах и, опустившись перед виновником всех бед, точным ударом в солнечное сплетение перекрыл его поток энергий. — Это надолго его отправит в стан простых смертных!

— Скажи мне, терминатор и великий маг всея стихий, чего ты не можешь делать? – со смесью восхищения и зависти произнёс Анжей, передавая чернокнижника в руки Лао.

Ауру подавления он постепенно снижал, чтобы не навредить стоящей внизу Чарли. После ареста преступник едва передвигался. Ослабленное состояние позволяло ему только послушно двигаться, когда разрешал конвоир. Говорить что-либо или соображать он не был способен ещё многие часы наперёд. Инквизиторские силы и буддийские практики в тандеме превращались в страшную силу, способную играючи ломать горы.

Лао счастливо выдохнул, когда они почти спустились со скалы. Впереди скользила тень следующего дела в лесу Хойя. К сожалению, совсем недалеко, под городом Клуж-Напока. Радовал только крюк, который придётся сделать до Румынского офиса в Бухаресте. Пока будут ехать, получится хоть немного отоспаться и восстановить силы. Кристалл приятно обжигал руку, создавая нешуточную дилемму. Что делать с полученным трофеем? Просто так оставлять его в архиве опасно. Вся накопленная им энергия способна стать катализатором для опасных артефактов, скрытых под семью замками в офисе. Доверять кому-либо подобную мощь или выпустить её, чтобы призвать на пирушку демонов, проблемы с которыми растут с геометрической прогрессией? Но и просто так оставить себе опасно.

«Надо будет посоветоваться с Весемиром!» – решил разделить сложный вопрос Лао Шин и направился к реке, где должна была его ожидать подопечная.

— В рот мне ноги! — громко охнул Анжей, привлекая внимание ушедшего в свои мысли монаха.

Невооружённый глаз различал только стоящую в клубах дыма Чарли. Казалось, что прорвавшееся сквозь разрушенный останец вулканический дым окружил девушку. Однако стоило настроиться на энергетические потоки, как становилось понятно, что нечто очень сильное и древнее возвышалось над девушкой.

— Веди арестованного в лагерь к Иляне, — приказал Лао Шин инквизитору, — к тому духу тебе лучше не приближаться. Он не слабее четвёрки будет!

Анжей кивнул и увёл полуобморочного чернокнижника к палаточному городку. Предстояло ещё и сказать, что всё закончилось и людей можно не выгонять с опасной зоны. Сам монах подкрался поближе, надеясь, что не совсем стабильный дух его не заметит. Все пять Ци в нём клокотали, перетекая друг в друга. Гнев мог смениться радостью или страхом за секунду.

Лао сжал в руках кристалл, отгоняя всё дальше волны отката и рискнул заглянуть воришкой в астрал. Зрение фокусировалось только на энергиях. Балаур, древний дух, воплощающийся в виде мифического существа, отдалённо напоминающего дракона, продолжал сиять множеством энергий, однако всё направленное на Чарли оставалось мирным и дружелюбным. Монах к своему удивлению заметил некое подобие любви. Вредить шаманке пробужденный не стремился.

Наставник дождался, когда подопечная наконец покинет беседу с древним духом. Чтобы скоротать ожидание, набрасывал текст отчёта для Марка и одним глазом поглядывал на дымящийся останец. Однако последний не спешил больше шуметь и как-либо угрожать мирной жизни отдыхающих. Расколотый скальный остов стремительно остывал, а дым шёл исключительно от места нахождения Балаура.

Наконец тот стремительно нырнул в реку и за считанные секунды исчез. Даже по энергиям не выходило определить в какую сторону сбежал змей-дракон.

— Итак, мой юный падаван… — многозначительно начал монах, когда Чарли пришла в себя и сообразила, что наставник стоит рядом.

— Я пошла к реке, как ты и сказал, приказов не нарушала! — с видом оскорбленной невинности ответила Чарли, бережно прижимая к груди спящего ворона.

— Справедливо, — пришлось признать, — приказов молчать рыбой и не разговаривать с незнакомыми не было.

— Да и мы во время его пробуждения успели познакомиться! — пожала плечами шаманка. — Он сам ко мне подошёл. Я попросила его очистить землю плато от скверны, по которой распространялась воля чернокнижника.

— Хорошая просьба, молодец! И что же он?

— Он согласился и пошёл чистить, ему несложно.

— А о чём вы так долго болтали? — удивился монах.

— Я пыталась убедить Балаура, что я не его мама, — смущенно улыбнулась Чарли и с неловкой улыбкой добавила: — Он мне не поверил. Так и продолжил звать мамочкой.

— Поздравляю с родительством! — расхохотался Лао Шин, увлекая подопечную в сторону палаточного городка. Наконец наступило время отдыха между заданиями. — Кстати, ты бы отпустила бедную спящую птицу. Весемир вряд ли вернётся в это тело!

Отчет по делу № 3219359

Группа в составе:

Монах Лао Шин,

шаманка Чарли,

ведьма Марьяна Укошина,

инквизитор Анжей Курвин,

мистик Игорь,

монах Ли-Тао,

стажёр Матвей Волков,

при поддержке шамана Весемира (гордого ворона)

Прибыла в город Клуж-Напока государства Румыния по заявке ведьмы-ворожбита Иляны Думитру. Несколько недель на туристических местах Трансильванского плато происходили массовые нападения нечисти, включая большую четвёрку (леший, кикимора, болотник, блудник).

В первую ночь на лагерь группы совершено нападение побавляющего количества противника. Среди недругов отмечены, помимо вышеотмеченной четвёрки: гули, стригойи, чугайстеры, навки, бескуды и утопцы. Общими усилиями атака отбита без потерь. Отдельно прошу отметить слаженную работу всех агентов и прошу выплатить каждому внеочередную премию.

Дальнейшее расследование группа проводила раздельно. Обнаружен преступник — чернокнижник Д.С.Кригг. Злоумышленник осквернил почву плато и при помощи старинной ведьминской флейты в полночь распространял по земле проклятие, вынуждающее всю нечисть проявлять немотивированную агрессию ко всем людям. Преступник пойман и отправлен в тюрьму города Тыргу-Муреш. Дальнейшую его судьбу определит румынский офис ГХ. Флейта изъята и по требованию будет доставлена из местного архива в Москву.

Дело закрыто.

8. Дела в Карпатах. Маридные грёзы ч.1

Поездка до Бухареста прошла в тишине. Лао Шин окончательно упал в сон, оставив все дела на плечах группы. Те лишь подоткнули ему одеялко и весь путь составляли отчёт по выполненному делу. Новосибирские агенты диктовали, а Иляна и Богдан скрупулёзно записывали каждое произнесённое слово в строгом канцелярите. Кристалл в отчёт не попал, ограничились отправкой флейты. Никто не рискнул отбирать его у монаха, способного без подпитки вместо сна впасть в кому и уже из неё не выйти.

Весемир в теле нового ворона встречал агентов уже по прибытию в офис. Хихикая, он не прекращал в шутку называть Чарли матерью дракона, интересуясь, почему только одного, а не трёх.

Чернокнижника отправили на допрос с последующим заключением под стражу. Чарли с интересом навострила уши, в надежде услышать про тюрьмы для Иных, однако подобные разговоры оказались под особым грифом секретности. Ничего о тюрьмах узнать не вышло даже у Весемира, который обладал опытом бывалого шпиона. На допросе чернокнижник хоть и не раскрыл своё настоящее имя, достаточно искренне признался, что к событиям леса Хойя не имеет никакого отношения, а других представителей его вида и деятельности в Румынии нет.

Несмотря на ограничения в перемещении по Бухаресту, младшие агенты сумели немного погулять по столице под присмотром Богдана и местных представителей министерства администрации внутренних дел, мало чем отличающихся от ФСБ России. Присутствие охраны напрягало только первые полчаса, в дальнейшем из-за Анжея и Ли-Тао суровые представители закона либо хихикали вместе со всеми, либо постоянно краснели смущаясь. Присоединившийся к боевой парочке Игорь и перевод всех реплик от Богдана, обеспечили агентам экскурсии полные неконтролируемого смеха над всем.

Чарли с Марьяной оставались немного в стороне, предпочитая роль зрителей. Клоунские выкрутасы троицы их развлекали, но наибольший интерес представлял Бухарест с его архитектурой и природой, цветущей буйным цветом, несмотря на вторую половину декабря. Матвей предпочел следовать вместе с девушками, с опаской поглядывая на ворона. Весемир не упустил случая с самого начала их прогулки напомнить волколаку, что сделает с пальцами любого, кто подойдёт к шаманке непозволительно близко.

— А всё равно не понимаю, почему он считает меня своей мамой! — хихикала над своим новым статусом Чарли. — Я пыталась объяснить, что всего лишь его пробудила, но Балаур продолжил звать меня мамочкой, да и сейчас где-то неподалёку. Готов явиться на зов!

Они чуть отстали от шумной троицы и под присмотром половины приставленных служащих Румынии направились в парк Извор. Забыв из-за работы какой день и месяц на дворе, агенты немало удивились, встречая на своём пути рождественскую атрибутику. Миром правил сочельник. Радостная атмосфера сделала Бухарест сказочным царством и на день заставила всех поверить, что они на отдыхе.

— «Всего лишь пробудила», — передразнил её Весемир, — духи гор, подобные нашему дракоше могут спать столетиями. Поскольку они бессмертные, для них сон и смерть воспринимаются синонимами, как и пробуждение с рождением. Ты его пробудила, пропустив энергию кристалла через себя, так?

— Ну да, иначе я не могу передавать энергию, мне её нужно «взять», а для этого я её впитываю, и только после этого передаю.

Мимо пронеслась стайка детишек, слишком поглощенная празднованием, чтобы удивляться странной компании с вороном на плече рыжей девушки.

— Пропущенная через тебя мощь кристаллика им воспринималась, как «мама с помощью материнской энергии пробудила, считай, родила меня на свет». И кто ты после этого?

— Матерь дракона! — торжественно объявила Яна. — Преклоните колени перед Чарли в Сибири рожденной. Шаманкой великого снежного моря. Несгибаемой, демонов объедающей, духов упокаивающей. Разбивающей призрачные оковы. И… матерью дракона!

— Поздравляю, у вас мальчик! — добавил от себя немного юмора Матвей.

Вечером пришлось вернуться в офис, как бы гости столицы не рвались посмотреть праздник целиком. Зато их встретил очнувшийся от спячки Лао Шин и рождественский праздничный стол, за которым представители ГХ из разных стран вместе встретили Рождество. Несмотря на все попытки хозяев провести торжество скромно и цивилизованно, Анжей и Ли-Тао с Игорем нашли все лазейки, чтобы сделать из европейского Рождества шумный русский Новый год. Как они сумели при тотальном контроле добыть фейерверки для запуска, осталось тайной даже для Лао Шина. Старательно делающий невинное лицо Богдан не вызывал никаких подозрений.

Дошло даже до скромного обмена подарками. Гости Бухареста успели частично законно добыть на местных ярмарках миленькие сувениры для своих румынских коллег. Между собой агенты ГХ из России условились не обмениваться подарками, поскольку эффекта сюрприза не выйдет, да и Рождество для них не слишком привычный праздник.

Чарли от своих коллег получила плетёный кожаный браслетик с идеальным резонансом энергий. Хорошая база для защитного амулета, к которому можно будет крепить подвесками различные усилители. Лао Шин получил несколько мешочков редких местных трав для заваривания чая. Анжея одарили красивой кожаной курткой, подозрительно напоминающей облачение безумного Макса. Счастливый инквизитор до следующего утра пребывал в нирване. Найти его можно было только по восторженным воплям «В рот мне ноги, как же я крут!». Ли-Тао и Игорь облачились в новые свитера ручной вязки из шерсти местных овечек. Матвей получил в подарок своеобразный амулет на шею, в виде хитро переплетённых кожаных шнурков, слишком свободный для человеческой шеи. Одаривая волколака Иляна пояснила, что с этим амулетом все агенты Румынии будут знать, что перед ними друг. Даже если носитель предстанет перед ними в облике волка. Марьяна получила ведьмину флейту, отдалённо напоминающую виновницу всех бед, но этой исполнилось «всего лишь» 150 лет.

Утром агенты выехали в Клуж-Напока в сопровождении Иляны и Богдана, обязавшихся сопровождать их всю командировку. Автодом со скрипом уместил всех. Лао Шин продолжил отсыпаться на кровати, получая тычок в ребро от Ли-Тао за каждый всхрап. Марьяна забалтывала Иляну, боевая троица с Богданом «резались» в карты, а Чарли с Весемиром и Матвеем молча любовались проплывающими мимо красотами Карпатских гор. В папку с документами по делу никто так и не заглянул.

Отчет по делу № 3018361 (начало)

Группа в составе:

Монах Лао Шин,

шаманка Чарли,

ведьма Марьяна Укошина,

инквизитор Анжей Курвин,

мистик Игорь,

монах Ли-Тао,

стажёр Матвей Волков,

при поддержке шамана Весемира (гордого ворона)

Прибыла в проклятый лес Хойя-Бачу по заявке ведьмы-ворожбита Иляны Думитру. В последние месяцы в лесу начали массово пропадать люди с Иными. Тел не обнаружено, следов потенциальных злоумышленников Иных по предварительным данным нет. Причина вызова группы — два активных шамана и волколак, как отсутствующие элементы в румынских командах ГХ. Первичный осмотр леса проведён вечером 26 декабря. Лес признан истинной аномальной зоной, заглушающей любые заклинания и ритуалы поиска. Силы инквизиторов в Хойя-Бачу минимизированы. Возможности других агентов анализируются.

Лес Хойя несмотря на дурную славу проклятого места и бермудского треугольника Румынии для прогулок казался вполне приятным местом. Тонкие стволы не слишком высоких деревьев, напоминали гибкие берёзки и почти вызывали тёплые чувства ностальгии. Большинство стволов не сохранили свою прямоту, причудливо искривившись, однако это скорее напоминало о японской культуре специально загибать деревья, чтобы окрепнув они приобрели таинственный вид. Туристические тропы были тщательно вытоптаны, звуки распространялись без искажений, а рассеянный солнечный свет вызывал ласковую улыбку.

— В Азии это считается эталоном красоты, — пожал плечами Ли-Тао, — особенно в Японии. Тем более с контрастно чёрными стволами, чтобы при свете дня казались иероглифами, нанесёнными на полотно. Чего пугаться? Дышится тут приятно!

С такой оценкой согласились все агенты, даже Иляна. Позже ведьма призналась, что опасалась леса и никогда в нём ранее не была. Игорь с Яной методично собирали на каждом шагу образцы почвы и подозрительных растений, чтобы проверить на новой базе. Лао и Ли-Тао с видом хиппи-учёных считывали потоки энергий, порой буквально прикладывая открытые ладони к деревьям и тёмно-лиловым цветам, растущим у корней.

Чарли хотела было выйти в астрал, однако неприятное чувство, возникшее только от одной мысли о погружении в мир духов, пробежалось ледяными мурашками вдоль хребта и отбило всякое желание. Шаманка повернулась к ворону с немым вопросом и получила утвердительный кивок. После совместной дневной прогулки они начали понимать друг друга с полувзгляда.

Анжей под прикрытием Матвея выступил далеко вперёд, стараясь полагаться на свои рефлексы инквизитора, однако вернулся к группе с недовольным замечанием, что лес подавляет все его силы. Волколак долго принюхивался к лесному воздуху и дал странную оценку. Земля пахла множеством людей. Не мертвых, но и не живых. Яна от имени своего демона отметила, что других коренных жителей загранья в лесу тоже нет.

По возвращению в отель агенты принялись изучать изъятые образцы почвы и растений.

Яна проверила их на воздействие ритуалов, проклятий и артефактов, Лао с Ли-Тао дополнительно проверили всплески энергий. Когда проверок не осталось, Игорь тщательно всё запаковал, чтобы ведьма-ворожбит отправила на экспертизу в офис.

Перед отбоем на столе развернули большую карту леса, чтобы определить какие участки были осмотрены, а какие требовалось проверить. Лес предстал крохотным. Всего три квадратных километра, хоть внутри и казался почти безграничным. Лао отметил, что первая «прогулка» пришлась на восточную часть леса, и наметил план на несколько дней вперёд.

На ночь агенты читали городские легенды, связанные с лесом, которые почти сразу развеивала Иляна, рассказывая, как на самом деле всё было. Пропавших во времени людей, которые входили в лес и выходили спустя годы она и вовсе осмеивала, как самую неправдоподобную утку. А вот пропажу без вести нехотя подтверждала. Если люди терялись в Хойя-Бачу, то уже не возвращались. Тела так и не были найдены. Но причина пропажи людей могла быть такой же обыденной, как крокодил в канализации.

Спустя два дня мирных, но бесплодных поисков пришли результаты проверки почвы на всё, что только можно. Были найдены следы природных опиатов, которые могли содержаться в некоторых растениях. Однако концентрация настолько мала, что не могла оказать никакого влияния на взрослого человека или даже ребёнка. Удивление вызвало только название растения. По словам Иляны опийный цветочек просто не мог расти на территории Румынии.

— А что за цветок? — поинтересовалась Чарли, заметив, как вытянулись лица Иляны и Яны, когда они прочитали отчёт экспертизы.

— Чёрный Морозник.

— Тот самый проклятый цветок с остатками Древней Магии? — охнула шаманка.

— И да, и нет, — неопределенно ответила Иляна. — Насколько можно судить по составу, этот обычный. Без магии. И всё равно странно, что он вырос с лесу Хойя. Не к добру это.

— Зато он может оказаться достаточно очевидным виновником всех несчастий, — отметил Лао Шин. — В лесу воздух влажный. В цветке присутствуют опиаты, которые вместе с пыльцой могли вдыхать случайные путники и в наркотическом опьянении не пропадать, а, скажем, падать в подземную пещеру, находить водоём или болото, чтобы сгинуть.

Ли-Тао и Анжей от такого заявления поскучнели. После сражения на плато им хотелось ещё больше приключений, от которых адреналин бежит по венам, а на утро есть причина прыгать и визжать от восторга. Очередного крокодила в канализации они отчаянно не желали видеть. Остальные напротив чувствовали себя лучше от шанса, что в лесу нет никакой чертовщины.

На четвёртый день проверки-прогулки по лесу Иляна честно признала, что в случае отсутствия подозрений на сверхъестественную активность, дело будет отозвано и пересмотрено с точки зрения естественной пропажи туристов. Главным подозреваемым стал чёрно-лиловый цветочек с плотными мясистыми лепестками. День с самого утра выдался невероятно жарким и влажным. Агенты оставили всю тёплую одежду в автодоме и в футболках направились к знакомым кривым деревьям. Лао Шин щеголял в своей неизменной белой борцовке. Поглядывая на наставника Чарли с усмешкой гадала, у него сотни одинаковых белых маек распиханы по всем углам или это одна такая крепкая, способная пережить все концы света. Ворон Весемир негромко посмеивался вместе с ней, прочитав мысли шаманки.

В тот день из-за нетипичной жары воздух в лесу ощущался особенно густым.

✠✠✠

— И почему мы не можем разделиться? — бурчал Анжей. — Разделились бы уже на две-три группы, всё осмотрели и к вечеру можно было бы вылетать домой. Ну или погулять немного по городу.

Монах закатил глаза и покачал головой. Указав инквизитору вдаль он терпеливо произнёс:

— Видишь, вдоль земли воздух уплотняется до клубов тумана?

— Ну…

— Если он станет плотнее, то как мы друг друга найдём, нукалка? Наш главный подозреваемый — это источник природных опиатов. Надышишься наркотического воздуха и пойдёшь самоубиваться, кто тебя вылавливать по болотам и пещерам будет? Держимся вместе. Тут всего ничего осматривать! — подытожил монах.

Недовольный Курвин прибился поближе к такому же скучающему Ли-Тао. Монах, до этого болтающий с Матвеем относительно его статуса в стае урсолаков, понимающе кивнул.

— Очередной крокодил в ванной? Зато по лесу погуляли! — он приободрить друга.

— Да ну этот лес! Мне каждый раз вздрагивать от леших и надеяться, что эта магия крови работает и меня не порвут на британский флаг! — пнул инквизитор в сердцах ближайший камень.

— Чего ты хочешь?

— Известно чего, — хмыкнул он, — кровавых битв я хочу, чтобы меч горячим в руках становился! Чтобы вокруг нечисть и ты один перед ними, как герой эпоса! Вот это задания! Без заумных поисков виноватого цветочка! А ты?

— А? — непонимающе переспросил Ли-Тао, пока Матвей позади него тревожно принюхивался.

— Ты бы чего хотел?

— Я хочу владеть всеми возможными силами, как Лао, только без отходняков! — произнёс младший монах, живо представляя, как будет карать всех врагов вокруг. — А если ты про дело, то наверно да — побольше движухи, поменьше скуки!

— Наш человек! — одобрил Анжей и повернулся к волколаку: — А ты, Матвей?

Тот нехотя оторвался от подозрительного следа в воздухе, который почувствовал. Что-то подозрительное распространялось в воздухе и отношения к туману, растущему на глазах не имело никакого отношения.

— С меня на эти два дня драк хватило, — наконец ответил он, — я бы хотел еще один день похожий на сочельник в Бухаресте.

— Не наш человек, — покачал головой Курвин, но добавил, нейтрально пожав плечами: — Всё равно одобряю. Рождество вышло зачётным!

Агенты оглянулись. Сбылась мечта Курвина — пока они болтали все остальные ушли далеко вперёд. Группа разделилась. Когда догонят остальных, прилетит справедливый нагоняй от Лао. Клубы тумана, о котором предупреждал лидер разрослись до состояния плотной стены, закрывающей от глаза всё. Казалось, вытянешь вперёд руку и уже не разглядишь пальцев. Анжей сглотнул. Нехорошо.

Ли-Тао хлопнул друга по плечу, обнадёживая. Инквизитор положился на таланты младшего монаха и послушно шагнул за ним в туман. Шаг, другой, третий. Ничего не видно. На секунду мелькнула малодушная мысль, что вот так туристы и пропадали в лесу. Исчезали в тумане навсегда. Но долго раздумывать над городскими страшилками ему не позволил слишком знакомый рык во мгле. Недобитая нечисть решила устроить второй раунд. Инквизитор с монахом понимающе кивнули друг другу и приготовились обороняться.

✠✠✠

— Туман поднимается, — недовольно отметил Лао. — Надо поторопиться. Лучше выйти из леса до того как путь обратно станет невидимым!

Все дружно кивнули. Прочёсывание леса уже в четвёртый раз шло спустя рукава. Никто уже не надеялся что-то обнаружить. Слишком уж муторными вышли поиски. Яна с Иляной спелись настолько, что Чарли начала невольно ревновать, хоть и понимала, что девушки просто нашли очень много общих тем, которые не терпелось обсудить, прежде чем русская ведьма вернётся домой. К Лао прицепился для разговора Игорь с идеей, как «вывести лес на чистую воду». А Чарли компанию составлял Весемир. Не слишком жалуя подслушивающих, они предпочли общаться передачей мыслей, не сотрясая воздух разговорами.

— Жаль, что вы так быстро уезжаете. Я бы хотела, чтобы вы у нас погостили подольше! — призналась Иляна сестре по разуму. — Мы бы могли столько раскрыть вместе!

Яна кивнула, соглашаясь. В Румынии все проблемы извне будто не прошли таможню. Можно было спокойно выдохнуть и беззаботно погрузиться в сегодняшнее дело, не думая о вчерашнем и завтрашнем. Жить моментом.

— Да, это было бы здорово! Здесь работается иначе. Будто на отдыхе! — согласилась она и рассмеялась: — Я думаю, наше начальство было бы счастливо, если бы мы так ездили в отпуск. Но я больше хочу…

Яна осеклась, когда мысли отправились в полёт.

— Чего ты хочешь?

— Да, — засмущалась она. Но раз уж сказала «А», то надо говорить «Б». — Я видела один берег где-то под Южно-Сахалинском. Я хочу побывать там.

Мысли мгновенно унесли к тому пустынному берегу, где был только шум волн и скрип гальки. Только она и больше никого. Передышка от демона. Иллюзорная свобода. Момент, когда её мысли принадлежат только ей одной. Невероятное чувство для девушки, чьи мысли с самого детства слышал демон. Слышал и реагировал.

Замечтавшись Марьяна не заметила, как туман закрыл всё вокруг неё плотной стеной.

— Иляна!

— Я здесь! — услышала она справа от себя.

Вытянув вперёд руки ведьма направилась вперёд, ожидая вот-вот встретиться с коллегой, но уже спустя десяток шагов она не только не коснулась кого-то из группы, но и не встретила на пути ни дерева, ни куста. В плотно засаженном лесу. Шаг, второй, третий. Туман стал на вид чуть более разряженным. Марьяна поспешила вперёд. Ещё десяток шагов. Марево послушно расступилось, явив её глазам то, чего она меньше всего ожидала увидеть.

— Как это?!

✠✠✠

«Не могу же я его с собой взять!» — разговор с Весемиром сам собой вернулся к Балауру, который продолжал напоминать «мамочке» о своём существовании, вгоняя девушку в краску.

Чарли не отставала от Лао и Игоря, стараясь идти шаг в шаг. Мистик, заболтавшись с монахом, давно позабыл о планах на прочёсывание леса и мечтал о том, как встретит Новый год. Во всё горло он описывал свой идеальный праздник, едва не перекрикивая мысли девушки и ответы шамана.

— Какая ты после этого мать, Ёжик, если собираешься бросить дитачку и свалить в другую страну! Стыд и позор! — хохотал над её смущением ворон. — Позор таким матерям!

«Да ты издеваешься?!»

— Именно так, — не стеснялся Весемир, — не будет он сильно без тебя страдать. У духов нет такой уж сильной привязанности. Недельку тебя позовёт, не услышит ответа и продолжит себе спокойно жить, как жил. Но ты так смешно паришься по этому поводу!

«Нахальный ты перьев комок!»

— Какая обидчивая Ежундия! — откровенно дразнился он.

Чарли недовольно фыркнула и постаралась не обращать внимания на настойчивый призыв Балаура. Её вновь привлёк громкий разговор Игоря и Лао.

— Я хочу, чтобы как в старые добрые времена все собрались вместе и встретили Новый год на площади под бой курантов… — восторженно вспоминал мистик, не забывая упомянуть, что нынешние праздники из-за перманентного кризиса лишены всяческих радостей.

— Всё, чего я хочу, — устало ответил наставник, — чтобы ситуация хоть немного разрядилась. Из-за демонов сплошной сумасшедший дом.

«Все работают на износ?» — поинтересовалась она у Весемира.

— Ты удивишься, Ёжик, но после особенно тяжёлых дел полагается давать пару выходных, а ещё обеспечивать работников отпусками! Простой между делами не считается выходным днём! Сама скажи теперь, можно ли назвать наш труд щадящим?

Чарли задумалась. Работа нон-стоп с передышками только чтобы залатать раны и успеть немного поучиться новому её не слишком напрягала. Шаманка не исключала, что её состояние стойкого оловянного солдатика имеет определённый срок годности, и ещё через полгода подобной работы она наравне со всеми превратится в выжатый лимон. Однако после многих лет праздного существования с талантом без полезного применения, новая жизнь ослепляла яркими красками и давала намного больше, чем требовала взамен, поэтому девушка не роптала. Вечный бег отвлекал от груза, оставшегося после жизни с родителями.

«Я не жалуюсь. Мне пока нормально!»

— Чего ты хочешь?

Вопрос застал врасплох. Все вокруг хотели чего-то ощутимого. Выходных, отпусков или послабления в работе. Позади раздухарившиеся Ли-Тао и Анжей мечтали о славных битвах, а чего желала она? Чарли призадумалась. Чего должна хотеть девушка? Самореализации? В этой области всё вполне хорошо. Медленно, но верно она развивается, как шаманка. Друзей и компанию, в которой комфортно? ГХ предоставило ей и это. Насколько Чарли способна, она общается с командой Новосибирска и строит мосты полного доверия с наставником. Отношения? Как-то не очень хочется, хотя кандидат уже имеется и оттаптывает ей плечо. Путешествия? Этого добра полные штаны. Тогда чего не хватает для полного счастья?

— Я хочу разобраться со всеми своими тараканами и тем цирком, который они устроили в моей голове! — наконец сказала она. — Это считается за желание?

— Ещё как! — кивнул Весемир. — А я хочу тебе помочь на этом благородном поприще. Кто, как не я, знает, что за тараканник живёт в голове среднестатистического шамана. Там и собственных комплексов ворох, и душевных травм от любящих родственничков…

Чарли резко остановилась и негодующе посмотрела на чёрную птицу.

— Вот только в мозгоправа не превращайся! — отрезала она. — Мне их на всю жизнь вперёд хватило и…

Девушка растерянно огляделась. Ещё мгновение назад она видела всю группу на расстоянии вытянутой руки, а за лидером и вовсе следовала по пятам, едва не врезаясь в его спину, но теперь в непроглядном мареве она не видела никого. Только Весемир сидел на плече, отгоняя ростки паники одним своим присутствием. Шаман сохранял спокойствие, хоть сам не мог понять, что происходит. По его нервной поступи с места на место, Чарли угадывала настроение спутника.

Пожав плечами, она двинулась вперёд. Ворон, чувствуя её возрастающую тревогу, мягко коснулся клювом её уха, напоминая о своём присутствии.

— Говори о чём-нибудь, если нервничаешь! — предложил он.

— Я… что-то всё из головы вылетело, — неуверенно промямлила она, безуспешно пытаясь хоть что-то разглядеть.

— Ну… — хмыкнул ворон. — Можем обсудить, что наконец-то мы снова остались наедине!

Это многозначительный тон и недвусмысленная фраза сработали — Чарли хихикнула, отвлёкшись от неприятных мыслей.

— Морковка жизни и прочие элементы здорового питания?

— А почему бы и нет? — внезапно на полном серьёзе спросил Весемир, заставив её невольно замедлить шаг. — Всех позовут на Новый год в центральный офис праздновать. Предлагаю провести тридцатое число вместе! И не в офисе.

— То есть свидание? — растерялась шаманка.

— Если бы в нашей стране… или в какой-либо другой разрешили отношения людей с животными, то это было совершенно точно оно! — от утвердительного кивка она едва не покраснела.

Приглашение прозвучало настолько внезапно и в лоб, что казалось неправдоподобным. Может это просто очередной психологический ход, чтобы не бояться мглы вокруг? А потом ворон объявит, что всё не взаправду. Но такой серьёзный тон у Весемира был только когда он рассказывал ей о своём прошлом.

«Свидание? Настоящее?!» — раздумывала она, машинально шагая вперёд.

Туман начал расступаться. За плотными клубами начали проглядывать очертания чего-то крупного и осязаемого. Придерживая ворона на плече, девушка поспешила вперёд. Тёмная, почти чёрная, лесная земля, увитая корнями внезапно исчезла. Вместо неё появился плотный ковёр из… опилок!

«Опилки?» — поразилась Чарли и опустилась на корточки, чтобы убедиться, что ей не кажется.

Но нет. Это были самые настоящие опилки, как в приезжем цирке. Даже запах был похожим. Опилки, почему-то морковь и шерсть хомяков. Для Чарли все животные, игнорирующие мытьё, пахли клеткой с хомяками. А в цирке этот запах обретал особенную концентрацию. Девушка подняла голову. Тумана больше не было. Куда ни падал глаз располагались цирковые шатры. Большие и маленькие. Закрытые и гостеприимно распахнутые. Между ними в одноразовых деревянных клеточках торгаши предлагали яблоки в карамели, сладкую вату, попкорн и прочие угощения, ассоциирующиеся у Чарли с цирком. Были и те, кто предлагал безделушки, сделанные своими руками.

Туда-сюда сновали взрослые, с визгом бегали дети и вальяжно расхаживали подростки. Вокруг царила самая настоящая праздничная суета городской ярмарки, разросшейся вокруг шатров приезжего цирка. Шаманка растерянно стояла посередине самой оживлённой дороги и не могла поверить увиденному. Люди грубо толкали её, проходя мимо, вынуждая двигаться вместе с потоком.

Машинально она коснулась плеча, но никого не обнаружила.

«А там кто-то должен был быть? — удивилась сама себе Чарли и направилась вместе с потоком людей. — Может яблоко в карамели купить? Дома такого не найти…»

Осенняя ярмарка в Новосибирске в этот раз превзошла все ожидания. Такого уютного облика, будто родом из фильмов про американские пригороды, девушка и представить не могла рядом с домом. Солнце уже клонилось к закату. Вокруг, как по волшебству, начали загораться янтарные фонари.

«Скоро домой придётся идти!» — с раздражением подумала Чарли и упрямо направилась вглубь маленьких палаток в надежде, что заблудится и будет бродить по ярмарке до поздней ночи, а потом выдаст родителям своё оправдание.

Одной из первых попалась палатка с бросками дротиков за приз в виде плюшевой игрушки. Пожав плечами девушка ради интереса взяла крохотные пластиковые копья с опасно острыми иголками на концах и встала у линии броска. Для самой красивой игрушки требовалось лопнуть все десять шариков за десять бросков. Без права на промах.

Замах…

— Это всё, конечно, очень мило, но ты не думаешь, что сначала надо разобраться с происходящим, а потом играться? — услышала она над ухом насмешливый голос.

Чарли замерла. Голос она слышала будто впервые, но при этом он казался почти родным. Странное чувство дополнялось непривычным ощущением, что обладатель голоса возвышался у неё за спиной. Опустив, готовую к броску руку, она повернулась лицом к говорящему. С хитрой, как у сотни мошенников, улыбкой на неё смотрел совершенно незнакомый паре… мужчина. Определённо, скорее мужчина, чем парень! Тридцатка за плечами. Выше её, пусть и не под два метра ростом. И этот взгляд…

Чарли почувствовала, как страх хватает её за горло, и осторожно отступила назад. Пусть незнакомец не выглядел угрожающим, не носил страшных длинных плащей или ещё более пугающих для таких мест идеально отглаженных офисных костюмов, осторожность брала своё. Тёплая рубашка и джинсы в качестве его облачения не внушали доверия своей простотой. Слишком уж она мелкая и щуплая, чтобы отбиваться. Даже рыжая шевелюра мужчины, обычно дарующая безобидность к облику любого, не успокаивала.

— Драсте, — осторожно произнесла Чарли, раздумывая, положить дротики и бежать или оставить в кулаке один в качестве самозащиты.

— О, как! — недовольно фыркнул незнакомец, заставив её невольно отпрянуть. — После всего, что между нами было, ты говоришь мне «драсте». Не стыдно?

— Вы. Кто. Такой.

— Морковка всей твоей жизни, Ёжик, — подмигнул он, запустив лавину воспоминаний, едва не раздавивших Чарли.

Институт. Лао. Побег из дома. Попутчица. Анастасия и Джеймс. Страница. Первые дела. Болтливый шаман. Переезды. Одержимость демоном. Сектанты. Иные. Ведьмы. Чернокнижники. Проклятия. Призраки. Большая четвёрка. Карпаты. Лес и туман.

— Вейс…е… Мир? — заикаясь выдавила она что-то среднее между его прозвищем и официальным именем.

— Он самый, но лучше уж зови меня Мир, — откровенно потешался он над шокированной девушкой. — Быстро ты меня забыла!

— Я… — шок всё не проходил, и дело было не только в том, что прыгающий по телам животных шаман предстал перед Чарли в человеческом облике, но и в непонятном месте, вызвавшем моментальную амнезию относительно последних событий в общем и ГХ в частности. — Мы… Ты…

— Правильно. Это всё местоимения.

— Ты рыжий?! — вырвалось у неё.

Без страха, возникшего от встречи с пугающим незнакомцем, Весемир в глазах девушки предстал в совсем другом свете. Не такой высокий как Лао, не настолько мускулистый и жилистый, скорее просто подтянутый. На подбородке забавная ямочка, а в карих глазах сияют вечные искорки смеха, как будто шаман родился только для того, чтобы посмеяться над всем миром. Рыжий и кудрявый. До потешности кудрявый. А на лицо…

«Вполне симпатичный!» — не смогла не признать она, хотя обычно редко давала оценку внешности собеседника.

— Ты тоже! — не остался он в долгу.

— А почему ты…

— В человеческом облике? — закончил он за неё, нахально присаживаясь на прилавок палатки. Дротики от такого вторжения в личное пространства скатились на покрытую опилками землю. — Потому что всё это нереально. Мы пленники в нашей общей галлюцинации или некоем сне. А в нём я не могу принимать какой-либо облик, кроме своего родного. Ты, кстати, тоже.

— Всё это не по-настоящему? — будто во сне повторила за ним Чарли.

— Да нет, я шучу, всё реально, особенно осенняя ярмарка в декабрьском Новосибе, на выходе из румынского леса! — саркастически ответил он.

Шаманка огляделась. Воспоминания наконец улеглись в голове, и она начала размышлять. Лес Хойя-Бачу, в котором пропадали люди, а после плотного марева они с Весемиром оказались во сне или его подобии. Теперь люди, которые шли плотным потоком выглядели полупрозрачными тенями. После разоблачения в своей лживой природе они даже не старались притворяться настоящими.

— Что-то мне страшно! — на этот раз Чарли старалась держаться как можно ближе к Весемиру, ища у него защиты и поддержки.

— Не бойся, Ёжик, прорвёмся! — уверенно произнёс он, осторожно приобнимая её. — Ты смотри, даже ощущения, как настоящие!

— Если это галлюцинация, то мы должны проснуться, — думала шаманка. — Как это сделать? Есть какие-нибудь прецеденты с инструкциями из ГХ?

— Хорошие вопросы задаёшь! — одобрительно кивнул Весемир. — Инструкции есть, но следует понять какого рода перед нами галлюцинации. Некоторые несложно сломать лишь уничтожением своего «аватара». Самоубиваешься и пробуждаешься. Но если грёзы навёл кто-то из джинов, то этот шаг только загонит тебя в полностью беспомощное состояние.

— А как понять, какого рода эти галлюцинации?

— Надо прогуляться по ним и разобраться.

Он протянул Чарли руку, на которую она растерянно смотрела с минуту, прежде чем робко вложить свою ладошку и последовать за шаманом по иллюзии. Видеть его не в облике животного оказалось настоящим испытанием на прочность. Слишком уж привычным и комфортным был ворон, с которым можно было не стесняясь шутить. Мужчина, скрытый за оболочкой чёрной птицы вызывал смущение. К чести шамана, он сам прекрасно понимал, какие чувства вызывает у своей спутницы и не торопил её поскорее начать общаться, будто ничего не произошло. Уже то, что она почти без страха приняла его руку говорило о большом доверии. Ёжик спрятал иголки.

Они вошли в толпу полупрозрачных людей, идущих в сторону одинаково стоящих шатров. Чарли пыталась разглядеть, есть ли лица теней, но лиц не было вовсе. Процессия вышла из привычной уютной городской ярмарки при цирке к дорожке, уходящей бесконечно вперёд. По правую и левую сторону от неё располагались яркие полосатые шатры. Красно-зелёные красно-коричневые. Тени следовали к этим шатрам по одной-две к каждому из шатров. На мгновение, прежде чем войти внутрь, они принимали человеческий вид. Шаманка пригляделась. Некоторые тени в людском образе ей казались смутно знакомыми.

— Интересно, — протянул Весемир. — Я хотел предложить посмотреть, какие границы у этого сна, но вижу, что границ нет. Творец в силе не ограничен!

— Успел высосать силы из предыдущих жертв? — предположила Чарли, нервно поёжившись, представив себя лежащей в подобии комы в лесу на сырой земле… или даже не там.

Ведь тел никто не видел. Вдруг они лежат обездвиженные где-то в овраге или над ними смыкается земля, постепенно поглощая, словно воду.

— Не исключено. Но потенциал изначально должен быть немаленьким. В противном случае хоть весь мир выжимай, но успеха не добьёшься.

— Итак, каков план? — облизала шаманка пересохшие губы. — Идём внутрь?

— «Найди себя», — прочитал наименование аттракциона Весемир. — Но не думаю, что там безобидный зеркальный лабиринт! Не отпускай мою руку!

8. Дела в Карпатах. Маридные грёзы ч.2

Они миновали полог красно-зелёного шатра и оказались в тёмном зеркальном лабиринте. Шаман вёл. Чарли нервно сжимала его ладонь, невольно дивясь насколько всё настоящее. Сомнений в реальности всего происходящего не возникало ни на секунду. Только присутствие безликих теней заставляло усомниться в ярмарке и шатрах. Но среди зеркального лабиринта их не было. Только Весемир и… маленькая Чарли. С удивлением она смотрела на отражение в зеркальном лабиринте. Шаман остался без изменений, но она видела только тринадцатилетнюю версию себя. Бойкую девчушку только-только вступившую в подростковый возраст и по сути оставшейся ещё ребёнком.

Стены лабиринта расступились и в скудно освещённом шатре пара увидела стандартную классную комнату. Поцарапанные парты, школьные стулья. За одной из парт школьной форме сидела рыжеволосая девушка, едва вступившая в подростковый возраст, если судить по внешности, но Чарли сразу определила, что имел место выпускной класс. В заключительный год учёбы ввели обязательную школьную форму, а до этого достаточно было классического «белый верх, чёрный низ».

Ученица не обращала внимания на одноклассников. Она даже не видела их, уткнувшись в книгу или учебник. Но они видели её. Словно стая голодных волков они окружили свою жертву. Чарли вздрогнула. Сколько бы лет не прошло, боль осталась. Да и встреча с демоном в школе добавила первозданной остроты всем ощущениям. Девушка точно не могла сказать какой это из дней травли. И что именно они будут делать, ограничатся оскорблениями и порчей вещей или начнут распускать руки. Пусть не до чёрных синяков, как Раю, но…

«Они все были одинаковыми. Начинается школьный день, одноклассники находят причину, по которой я заслуживаю быть униженной…» — царапает её безжалостная память, а в горле растёт ядовитый ком.

Не успели ученики перейти к решительным действиям перед глазами бессильно замершей Чарли и её ничего не подозревающей юной версией, как Весемир развернул шаманку к себе лицом и закрыл ей весь обзор. В ответ на попытку вернуть себе обзор и предаться самоистязанию, он прижал её к себе, осторожно отступая ко выходу.

— Не смотри! — пока Чарли пыталась сообразить, что они впервые обнимаются, и не слишком сопротивлялась, он выволок её на выход. — Нечего душу травить!

Посещение шатра вызвало острое желание спрятаться ото всех. Закрыться в себе и никого не впускать внутрь. А Весемира — в первую очередь. Особенно его человеческую версию, ведь он стал свидетелем её бесхребетности! Закрыл очередной сеанс травли от её глаз, но сам-то всё видел.

— Ёжик, — вклинился голос Весемира в её упаднические мысли, — открой, пожалуйста, глаза.

Она обнаружила себя сидящей на покрытой опилками земле, спрятав лицо руками. Весемир сидел на корточках рядом и осторожно напоминал о своём присутствии. В новом облике его было слишком много! Ещё и в душу пролазил, куда никому нельзя ходить, даже ей самой. Шатры… чёртовы шатры!

— Ты так и не ответила, пойдёшь на свидание перед Новым годом? — неожиданный вопрос заставил воздух застрять в горле.

От неожиданности она стряхнула с себя подавленное состояние, порождённое воспоминаниями о травле в школе и смогла наконец выдохнуть. Весемир сделал лучшее, что мог бы сделать хороший друг на его месте — он тоже отвернулся. Притворился, что ничего не было. Не мучил её своей жалостью. Не добивал бесполезными словами сочувствия, которые призваны утешать, но на деле только сыпят соль на рану. Не лез в душу с бесполезным состраданием.

— Ты будешь вороном? — с улыбкой спросила она, чувствуя то ли подступающую истерику, а то ли выдох облегчения. Но только от его слов зависело, станет ли ей лучше или хуже.

— Я надену бабочку! — пообещал он, вызвав у неё смех. На этот раз искренний, не имеющий ничего общего с истерическим.

Когда смех поутих, пара остановилась на прямой дороге между шатрами. Очевидное предположение, что аттракцион «найди себя» содержит их прошлое, нуждалось в двух-трёх экспериментах, чтобы полностью увериться в выводах. Чарли растерянно смотрела на шатры. Заходить внутрь не хотелось. Уже первый опыт отвратил. Весемир с ней согласился, но отметил, что только так они смогут понять, кто держит их в иллюзиях.

— Это очень странное место, — отметил он, — сделано качественно, но неправдоподобно. Почему? Работа явно кого-то сильного, на уровне джина, но тогда почему сходу можно разоблачить эту иллюзию? Что пошло не так?

— Зайдём в следующий шатёр? — неуверенно предложила она. — В этом коридоре ответов точно нет!

В доказательство её слов улицы погрузились в темноту, разряжаемую в неравном бою янтарными фонарями. Тени исчезли. Скрылись в шатрах, и на пустой аллее не осталось никого, кроме двух шаманов.

— Да, но в этот раз выберем другой цвет!

Соседний шатёр в красно-коричневую полоску встретил их таким же зеркальным лабиринтом. Множество одинаковых Весемиров шли вперёд, столько же маленьких Чарли следовало за ним, отчего-то не торопясь вырастать из тринадцатилетнего возраста.

Коридор расступился, но светлее не стало. Они остались в тёмной комнате. Только блеск зеркал исчез, символизируя, что к очередному «найди себя» парочка дошла. Под ногами Чарли ощутила неприятный сквозняк и коснулась пола, чтобы понять, где они оказались. Бетон без нормального утепления и закрытых щелей. Либо недостроенное здание, либо подвал.

«Но родители утеплили подвал ещё до моего рождения!» — удивилась шаманка, пытаясь вспомнить, в какой момент своей жизни она оказалась в подвале.

Рука Весемира внезапно стала жесткой, а хватка напомнила тиски. Девушка удивлённо покосилась на своего спутника. Из-за темноты не получалось увидеть не только его лицо, но и всю голову, только почувствовать насколько он весь напрягся. Темнота шевельнулась, давая понять, что во мраке подвале они не одни. Не успела Чарли поинтересоваться, что вообще происходит, как в помещение ворвался яркий дневной свет, мгновенно ослепивший всех троих.

Они так и не успели привыкнуть к вспышке света, когда она исчезла столь же стремительно, как и появилась. Зато теперь их было четверо. Вся троица, оказавшаяся в состоянии слепых котят, замерла, ожидая дальнейших действий от того самого четвёртого незнакомца.

— Здравствуй, Миртил, — произнёс, судя по голосу, отец Пётр. — Я могу тебя так называть?

— Если работники паспортного стола могут, то и вам не запрещается! — усмехнулся из темноты Весемир… нет ещё не он, так его назовёт много позже Джеймс. А сейчас это Миртил Вейс, едва прошедший инициацию шаман, которого родители за бормотания сочли одержимым.

— Шутишь, — отметил Пётр, зажигая в темноте подвала длинную каминную спичку, — это хороший показатель для якобы одержимого демоном…

— Да не одержимый я, — фыркнул Вейс.

Огонёк, дрожащий от сквозняка, осветил неуютный подвал, в котором Чарли наконец смогла разглядеть отца Петра. Его более молодую версию. Почти без седых волос и с меньшим количеством морщин на лице. Экзорцист обрядился в гражданскую одежду и выглядел куда дружелюбнее, чем спустя… десять лет? Или больше?

— Я вижу, что ты не одержимый. Для человека моей профессии, подобные вещи вполне очевидны, — визитёр приблизился к своему «клиенту», и Чарли едва слышно охнула.

Весемир рассказывал, что вызову агента Инквизиции предшествовали самостоятельные попытки родителей вытащить из сына демона, но не упоминал как именно они это делали. «Любящие предки» выбивали несуществующее зло из сына в прямом смысле слова. Сидящий в темноте парень не имел живых мест на теле, представляя собой сплошную карту синяков и кровоподтёков.

— Нечего здесь делать! — потянул её за собой шаман, вырывая из шокового состояния.

Отец Пётр продолжил что-то говорить жертве домашнего экзорцизма, но Чарли этого уже не услышала. Она лишь надеялась, что он забрал избитого подростка с собой в тот же день. В голове бились вопросы, один страшнее другого. Сколько он так сидел в темноте? Его морили голодом? Сколько дней его избивали, прежде чем появился Пётр?

Весемир замер соляным столбом у красно-коричневого полога с его горькими кадрами прошлого и, казалось, не дышал. Руку своей спутницы он отпустил сразу, как они оказались на свежем воздухе. На выходе из шатра шаманка замерла в расстроенных чувствах. Настала её очередь поступить, как настоящий друг, но что делать? Одно она понимала без сомнений — Весемиру тоже не нужна жалость. Но участие и сочувствие это не жалость. Что сказать тому, у кого на одно слово найдётся сотня своих?

Так и не сообразив, что сказать, Чарли неслышно сделала шаг к нему, вложила свою руку в его и молча ткнулась лбом в плечо шамана. Секунду-другую они так и стояли неподвижно, пока он не стряхнул с себя оцепенение и не прижал к себе боевую подругу в настоящие объятия.

— Ёжик, убери иголки, — усмехнулся он, заметив её скованное состояние с безвольно опущенными руками по швам, — колешься!

Чарли неловко обхватила его руками, краснея, как никогда раньше. Хотелось отвлечься от интимности момента, пошутить, что уже второй поход в шатёр заканчивается объятиями, но не получалось. Вместо попыток уйти от накатывающих эмоций, пришло успокаивающее осознание, что здесь и сейчас рядом находится человек, способный понять и принять всё, что творится в девичьей душе.

— Мне кажется, мы всё делаем неправильно, — подумав, произнесла Чарли, когда переживания улеглись. — Мы возвращаемся из шатров назад, а что если нужно идти вперёд?

— Хочешь попытаться идти дальше? — скептически посмотрел на неё спутник.

— А чего ты хочешь? — отозвалась она. — Этот вопрос сегодня весь день в воздухе летает!

Весемир встрепенулся. Глаза шамана прояснились. Это выражение лица она видела у Лао и Марка, когда они начинали догадываться, где собака зарыта. Профессиональный отпечаток агента ГХ.

— Вот сучок хитромордый! — со злой усмешкой воскликнул он. — Нас подъедает марид!

Про маридов Чарли не читала и просто наблюдала за реакцией шамана, чтобы понять, насколько плохи их дела.

— Кто такой этот марид?

— Особенно свирепый подвид джина. Сильная и могущественная тварь. Поедает своих жертв, пока они находятся в его магических грёзах, — в раскрывающейся истине образ цирка принял совсем другой смысл. — Хорошая новость — если разбить грёзы, то можно проснуться. Плохая новость — он не просто так добивался ото всех ответа на вопрос о желаемом. Если погрузить «пациента» в исполняющуюся мечту, то вырваться будет крайне трудно, потому что никто не станет пытаться сбежать из хорошего места, тем более в одиночку.

— Но тут плохое место! И нас тут двое! — парировала Чарли.

— Потому что ты загадала не совсем то, что от тебя требовалось, — оглядел ряды шатров Весемир. — А потом и я от себя добавил, что хочу помогать. Мариды в тонких материях не разбираются, желаешь ты устроить себе психоанализ или оказаться в приятном месте — искреннее желание озвучено и будет исполнено. Посмертно.

— Значит, мы с тобой заперты в собственном тараканнике, пока остальные радуются сбывшимся мечтам, — протянула она. — Мы или законченные неудачники, или баловни судьбы. Как разбить эти грёзы?

— Про самоубийство сразу забудь. С джинами не сработает. Станешь просто беспомощной коматозницей без снов. Блюдо постное, но съедобное! Надо сломать установленный порядок видений или пройти его до логичного конца, когда «дальше» будет отсутствовать и останется только пробуждение.

— Но сначала этот порядок надо понять, так? — недовольно посмотрела Чарли на уходящие в бесконечность шатры. — Или крушить, как Мамай?

— Определённо, не как Мамай!

В первую очередь они определили, что красно-зелёные шатры показывают прошлое Чарли, а красно-коричневые — Весемира. Чтобы не распаляться на ковыряние во внутренних травмах обоих парочка решила сконцентрироваться только на одном тихом омуте. Шаманка сама предложила свою кандидатуру.

— Тебе будет проще меня успокоить, — пояснила она, всё же нервничая от этого решения, — а ещё это было моё желание, разобраться в своих тараканах! Я не дура и понимаю, что не могу нормально общаться с людьми. Даже с агентами это получается с переменным успехом. Внутри меня постоянно борьба с желанием съёжиться и никого к себе не подпускать.

— Ёжик сибирский, одна штука, — подытожил Мир. — Тогда в путь-дорогу!

Полог красно-зелёного шатра дёрнулся, погружая их в тёмный зеркальный лабиринт. Выбор пал на уже знакомый сюжет со школьной травлей. Однако в этот раз, когда одноклассник подобрался поближе к читающей рыжеволосой девочке, на его пути встали Чарли и Весемир. Призраки прошлого оказались весьма восприимчивыми к земным оплеухам. После тренировок с Лао рука шаманки стала очень тяжёлой. Голова мальчишки резко мотнулась назад от затрещины, и трусливый школьник с визгом побежал в темноту.

— Так, мы нарушили порядок, — подытожила Чарли, глядя на свою молодую копию, — что теперь?

Будто ожидая её вопроса, школьница встала и направилась к зеркалам, выросшим на месте стены. Сам школьный кабинет погрузился в темноту и будто утратил все краски.

— Уровень пройден! Идём дальше, Ёжик.

✠✠✠

Следующая комната. Её собственная, пусть и лишенная ещё каких-то уникальных черт. Чарли около пятнадцати. Девочка-подросток встретила незваных гостей безразличным сидением на кровати. Бледное восковое лицо и тяжёлые мешки под глазами выдавали последствия злоупотребления выходами в астрал. От полумертвого вида самой себя сердце шаманки болезненно сжалось.

«Последний из упрямства я решила выполнить днём. Думала, что вселенная меня обламывает, и пыталась прорваться. Про часы Грани ещё не догадывалась!» — вспомнила она.

Но худшей частью кошмара стал не физический вред от шаманских практик, а страшное давление, которое оказывали на девочку её родные. Дверь в комнату распахнулась. Отец, мать и старший брат коршунами склонялись над хрупкой фигуркой, замершей в своей кровати, обхватив колени. Стёкла в комнате звенели от их криков, заставляя обеих Чарли морщиться и вздрагивать.

— Я отправлю тебя обратно в диспансер, если ты снова…

— Ты наркоманка? Клей нюхаешь? Или это новый способ самоубийства? Да по тебе психушка плачет!

— Рано тебя выпустили, надо было подольше подержать, как рекомендовал доктор!

— И чтобы таблетки пила для вменяемости!

— Начни уже отзываться на своё реальное имя, шизофреничка!

Весемир не выдержал и просто зажал уши своей спутницы, чтобы она ничего из криков не слышала, поглядывая на родителей с неприязнью.

— Неудивительно, что ты сбежала по первому зову!

— Плохо, что не сбежала в какой-нибудь университет подальше от дома! — через силу выдавила из себя шаманка, едва сдерживая слёзы. — Когда все вокруг тебя говорят о твоей никчёмности и нет ни одного голоса…

Чарли всхлипнула. Её младшая копия эхом отозвалась, поджав колени ближе к голове. Обе девушки смотрели вниз, игнорируя крики.

— Когда нет ни одного голоса, который скажет, что они не правы, ты начинаешь верить! — она смахнула с щёк слёзы. — Я тогда ещё не до конца научилась от всего этого закрываться.

Крики стихли и «любящие родственники» покинули комнату девушки, оставив в душе глубокую рану. В дверях появилась Виктория. Средняя дочь потрясённо смотрела то вслед родителям, то на младшую сестру. На её лице читалась борьба между желанием помочь несчастной и страхом, что станет только хуже.

— Чарли, — осторожно позвала она, нервно оглядываясь назад.

— Уйди! — глухо отозвалась младшая.

Ответ ударил по единственному сочувствующему лицу, как пощёчина. Сестра отшатнулась от двери в комнату и уже готовилась уйти, когда взрослая шаманка не выдержала:

— И что, просто так уйдёшь? Ты же моя сестра! Ты была нужна мне! И ты знала это! Но ты просто ушла, потому что испугалась и только ждала предлога, чтобы сбежать!

Крик заставил Викторию остановиться, но Чарли уже не смотрела на неё и села на кровать к своей младшей копии. Роняя слёзы, она коснулась подрагивающего плеча плачущей девочки.

— Ты ни в чём не виновата! Ты не обязана притворяться нормальной для них! Особенно для них! Ты уже нормальная! И всегда была.

— Эй, младшая Чарли, — добавил от себя Весемир, коснувшись руки, прижатой к худым коленкам. — Родители просто идиоты с мышлением, как у лабораторных мышей! Ты не просто нормальная, ты лучше. Ты хорошая и очень талантливая!

Спутница от его слов сквозь слёзы почти улыбнулась, благодарно кивнув. Проходить через лабиринты собственных внутренних демонов оказалось более мучительно, чем она себе представляла.

— Ты всё это переживёшь! — погладила она свою младшую версию по плечу. — Ты справишься, а потом уйдёшь из этого гадкого дома и ни разу не обернёшься! Эти люди тебе чужие!

Виктория, о которой все забыли, так и осталась стоять в дверях. Она растерянно смотрела на двух пришельцев, одновременно понимая и не понимая кто это, а также что и зачем они делают. Старшая не удивлялась и ничего не спрашивала. Но последние слова её по-настоящему задели. Она решительно пересекла комнату и забралась на кровать, обняв младшую сестру. На мгновение взгляды старшей Чарли и Виктории столкнулись.

— Ты на Аню похожа! — вдруг выпалила с улыбкой сквозь слёзы шаманка.

Комната остановилась во времени и погрузилась во мрак. Цвета померкли. Маленькая Чарли встала с кровати и направилась к зеркальному коридору, появившемуся там, где секунду назад было окно.

— Поздравляю, мы поднимаемся до третьего уровня! — выдохнул Весемир с тревогой поглядывая на боевую подругу. — Ты в порядке? Мы можем…

— Мы можем только идти дальше! Я… справлюсь, — рассеянно кивнула она и направилась вслед за своей копией. С нервной улыбкой шаманка добавила: — Ты ещё успеешь передумать приглашать такую плаксу на свидание!

— Не дождёшься!

Зеркала вели их в самые отдалённые глубины травматичного прошлого, намекая на повышение уровня сложности. Невольно Чарли отметила, что душевные раны после повторно пережитых моментов боли и беспомощности хоть и болели, как в первый раз, затягивались. По-настоящему заживали. А глаза сестры перед тем, как всё погасло…

«Я ведь никогда не думала, что она на самом деле пыталась мне помочь. Хотела в чём-то заменить Аню и защитить от родителей!» — от этого осознания хотелось и улыбаться, и плакать, но больше всего — обнять сестру за всё.

Чарли остановилась, щурясь от неожиданно вспыхнувшего яркого света. За размышлениями она не заметила, что зеркальный лабиринт закончился. От увиденного парочка остановилась. Весемир ободряюще сжал руку боевой подруги. Не в силах больше двигаться, та, замерев, наблюдала за своей ещё более младшей версией.

— Спустя год после инициации родители поймали меня на бормотании! — пискнула шаманка. — И отправили на диагностику, которая затянулась…

Мир быстро оценил ситуацию и мгновением позже присел около отощавшей маленькой напуганной девочки в больничной пижаме. Палата психиатрического диспансера несмотря на свою «элитность», выражающуюся в отсутствии соседей, оставалась гнетущим и пугающим местом. Перепуганная пациентка больше напоминала жертву первых недель концентрационного лагеря, когда всё плохо, но спасти ещё можно. Кости угловатого растущего тела торчали отовсюду. Пухлые когда-то щёчки ввалились. Бледная кожа выглядела откровенно синюшной, и даже рыжие волосы поблекли. Смотреть без слёз на запуганное создание, сжавшееся в комок от ужаса перед происходящим, не получалось.

— Так, маленькая Чарли, — обратился шаман к девочке, — может, ты меня не совсем видишь, но я тебе друг! Ничего не бойся! Если кто-то попытается причинить тебе вред…

Дверь в палату открылась, и пациентка попыталась вжаться в стену. Весемир и Чарли одновременно повернулись в сторону вошедшего. Обычный доктор средних лет. Мужчина. Лицо не выражало никаких пороков, за которые можно было бы зацепиться.

— Марина, ты снова выплюнула все таблетки, так? — поинтересовался он.

— Нет, — быстро покачала она головой.

— Да. От таблеток становилось очень плохо. Мне казалось, что я схожу с ума и не могу понять, где пол и потолок, — пробормотала Чарли, — а когда приход спадал, меня скручивало спазмами. Еда во мне просто не задерживалась.

— А врачи? — Весемир с ужасом осмотрел тощую фигурку в серой пижаме.

— Сказали, что я всё выдумываю и такой реакции на их пилюли не бывает.

Тем временем доктор пытался заставить девочку признаться, но та упорно отрицала, что игнорирует приём лекарств, однако неубедительная ложь слишком бросалась в глаза. От угрозы введения лекарств подкожно пациентка разрыдалась.

— Марина, ты только делаешь всё хуже! Твои родители очень беспокоятся. Они каждый день приходят и спрашивают, когда мы сможем тебя отпустить, а я вынужден их огорчать!

— Брехня! — громко фыркнула Чарли, привлекая всеобщее внимание.

Доктор с удивлением на неё уставился. На удивление, болезненное воспоминание о собственном заточении вызвало гнев, но не слёзы. Шаманка злобно уставилась на него, едва не шипя.

— Родителям было плевать, иначе я не оказалась бы в дурке! А вам плевать и того больше! Вы даже не обследовали меня толком, а уже поставили какие-то свои диагнозы в вакууме! А вдруг я просто привлекала внимание родителей и выдумывала всё? — крикнула она в лицо опешившему врачу. — Кто из нас больший псих? Ребёнок с воображением или врач с воображаемыми диагнозами?!

— Марина…

— Моё. Имя. Чарли, — прорычала она и, сорвавшись, крикнула: — Отойди от меня, злобный садист!

Свет погас, сцена застыла, а злость, кипящая в шаманке, всё и не думала утихать. В некотором роде девушка даже жалела, что так быстро всё закончилось. Слов, чтобы высказать врачу по полной программе, у неё накопилось немало. От размышлений её отвлекли аплодисменты Весемира.

— Круто ты его! И по делу! — показал он большой палец в восхищении.

— Ага, — выдохнула Чарли, прислоняя к холодной стене своё пылающее лицо.

От неожиданно рьяной самозащиты сердце колотилось, как у колибри. Но это чувство ей нравилось куда больше, чем беспомощность и потоки слёз, которые едва получалось остановить. Появилась какая-никакая уверенность в собственных силах и осознание, что чёрные цвета прошлого не должны омрачать хороших людей. Нормальные психотерапевты могли существовать на планете, даже с учетом вот таких докторов-гадов. Её сестра оставалась частью кошмара с родителями, но всегда была добрее их и заботливее.

«Девочки у родителей получились самыми лучшими людьми в семье!» — вспыхнувшая мысль помогла выстроить систему, по которой формировались фрагменты прошлого.

— Кажется, я поняла порядок. И я знаю, какое воспоминание будет следующим! — прошептала она. — Но мне нужно немного времени…

Теперь стало кристально ясно, откуда взялся образ тринадцатилетней девочки. Все увиденные фрагменты и один оставшийся сложились в одну цепочку. Множество ударов судьбы снова и снова разбивающих шаманку на части, но началось всё до инициации и повлекло все последующие события, как снежный ком. Тот самый момент, который она старалась никогда не вспоминать, но просто не могла полностью вытравить из памяти. И теперь из-за озвученного желания, ей придётся столкнуться и с ним.

— Этот последний! — прошептала Чарли, когда они миновали очередной зеркальный лабиринт и оказались в комнате, удивительно похожей на спальню маленькой шаманки, но явно принадлежащей кому-то постарше.

По комнате носилась рыжеволосая девушка, успевшая отпраздновать как минимум совершеннолетие. В центре комнаты лежали раскрытый чемодан и большая сумка, а их суетливая хозяйка никак не могла решить, куда бросать пожитки. В конце концов выбор пал на сумку и в неё ворохом полетели вещи. На глазах незваных гостей в самом разгаре шла подготовка к побегу.

— Моя старшая сестра Анна смылась из дома, когда мне было тринадцать, — сухо пояснила шаманка, стараясь не смотреть в сторону беглянки.

Вокруг неё несносным ураганом носилась маленькая тринадцатилетняя сестрёнка, ещё не знающая никаких горестей. Ещё не шаманка. Как и Рая в ранние годы, рыжик излучала радость, не понимая, что творит старшая на самом деле. Девочка громко фантазировала, как они вместе сбегут от родителей, и будут жить одним днём, как в кино.

После одного из самых безумных предположений о романтике жизни под мостом старшая на миг зажмурилась и выдохнула на пределе терпения. Казалось, присутствие младшей её бесконечно раздражает и она едва сдерживается, чтобы не наговорить гадостей или даже ударить, но Чарли слишком хорошо её знала. Ане было очень больно. Она до одури боялась и, как никогда, страдала от одиночества. Сестра выглядела непривычно потерянной. Впервые шаманка задумалась, а что чувствовала в этот момент старшая сестра, ведь возраст шаманки почти приблизился к прожитым годам старшей, а та всё равно выглядела более умудрённой. В районе чёлки даже проглядывала парочка седых волос. А на лбу углублялись морщины.

— Чарли, — тихо произнесла она, когда сумка была собрана, — я… полечу одна! Ты останешься с родителями, понятно?

Секунду-другую девочка смотрела на неё, пытаясь понять смысл произнесённых слов.

— Что? — вырвалось у неё. — Нет! Я с тобой поеду! Пожалуйста, я быстро соберусь! Мне даже немного вещей собирать.

— Чарли…

— Я денег немного накопила, меня даже кормить не надо каждый день. Я мало ем и не буду вообще жаловаться! — затараторила младшая, не замечая, как на неё смотрит Аня.

— Чарли… — что-то в голосе заставило младшую осечься.

Старшая сестра отвернулась. Секунда и её лицо исказила гримаса боли, а по щекам потекли слёзы. Её собранное состояние оказалось всего лишь маской, едва сдерживающей рыдание. Дрожащие плечи и тихое всхлипывание до боли напоминали саму Чарли, какой она в итоге выросла. Они обе плакали почти беззвучно.

— Я буду слушаться! Я ничего не буду просить. Со мной не будет сложно! — запричитала она, срываясь в слёзы. — Пожалуйста, Аня, пожалуйста! Не оставляй меня одну! Не бросай меня! Пожалуйста! Я всё сделаю… я всё!

— Чарли, — выдохнула сквозь слёзы Аня и всхлипнула, — послушай внимательно! Я сегодня улетаю. Я не могу тебя взять с собой. Ты останешься с родителями!

— Аня… пожалуйста! — так горько и отчаянно шаманка не плакала ни до, ни после той самой ночи, когда её сестра сбежала из дома. — Я с тобой всё выдержу, обещаю… но только не оставляй меня с ними!

Младшая вцепилась в старшую, прижавшись зарёванным лицом к её животу и затряслась в рыданиях. Анна подняла было руку, чтобы погладить девочку по голове и утешить, но не решилась. Рука замерла в сантиметрах от рыжего затылка. На лице её отражалась борьба, которую могли увидеть только взрослая Чарли и Весемир. Наконец Аня стёрла с лица слёзы, через силу заставила себя принять рассерженный вид и оттолкнула сестрёнку.

— Чарли. Иди. Спать, — отчеканила она.

— Но…

— Я лечу одна.

— Я обещаю…

— Чарли, — зазвенели роковые слова, — ты мне там не нужна! Прекращай свою истерику и иди живо спать!

— Зачем ты так говоришь? — прошептала перепуганная девочка, не узнавая свою любимую сестру. — Ты же…

— Мне надоело тратить своё время на тебя! Я сама была ребёнком! Ещё младше тебя, когда на меня повесили воспитание детей! — взвилась Аня и, не соображая, что творит, начала изливать свою злость на невинную душу. — У меня никогда не было детства из-за вас! Только крики, что я старшая и должна помогать! Аня сделай то, Аня сделай это. Аня возьми с собой младших, тебе ведь нетрудно! А меня это всё задолбало! Я тебе не мать! И не обязана ей быть!

Последние слова ударили не слабее пощёчины.

— Аня…

— Мама снова беременна, — прошипела старшая, — я не собираюсь ждать, пока на меня снова это всё повесят! Я никого из вас не просила! И никого из вас не хотела! Только, чтобы меня оставили в покое и дали хотя бы немного времени только для меня! Я нянчила тебя с восьми лет, Чарли, повзрослей уже и иди в свою комнату! Я хочу жить одна. Без вас. Всех вас.

✠✠✠

— Она называла меня своим маленьким дракончиком, — прошептала шаманка, роняя слёзы, — она назвала меня «Чарли». Её лицо — это самое первое, что я запомнила. Аня меня вырастила. Она учила меня говорить, ходить… читала мне сказки. Говорила, что можно и нельзя, что правильно и нет. Она…

— Она была твоей настоящей матерью! — закончил Весемир, когда девушка замолчала в попытке унять накатывающие снова и снова рыдания.

Шаманка всхлипнула и кивнула. Её младшая копия тоже заходилась в слезах, впервые сжавшись в комок от близкого человека, причинившего невыносимую боль.

— Родители появлялись дома так редко, что я едва их помнила. Мамой была Аня, а они — чужие люди, всегда недовольные и уставшие. Они заставили её стать нам всем нянькой. Однажды она не выдержала и сбежала с первым встречным. Я слышала, как она уходила. Мне казалось, что из меня вырвали что-то тёплое и хорошее в этот момент, — Чарли попыталась продышать очередной ядовитый ком в горле, громко всхлипнув. — Я бы за ней по стеклу бежала, если бы она разрешила пойти с ней! Она была самым близким для меня человеком! Ближе неё никого… никогда… Я вышла в астрал и прошла через вознесение той же ночью, когда поняла, что она действительно больше не вернётся. Я хотела похоронить там все свои чувства, чтобы больше не было так больно!

Шаман кивнул и прижал её к себе, позволяя выплакать в его рубашку всё, что накопилось за прожитые годы. Точка старта для Чарли оказалась невероятно болезненной. Маленький брошенный ребёнок, преданный самым дорогим человеком.

— Это твой шанс, — шепнул он, выпуская девушку навстречу самого болезненного момента.

— Аня, — громко обратилась взрослая Чарли к своей сестре, растерянно взирающей на плоды своих трудов. — Наши родители были и всегда останутся ещё теми козлами!

Старшая уставилась на девушку, будто действительно понимала, что к ней явился взрослый итог её злых слов. Страха или непонимания не было, только скорбь и… осознание?

— Они решили наплодить кучу детей и оставить крайней самую старшую, убив в тебе ребёнка. Я понимаю, почему ты сбежала, — продолжила говорить девушка. — Я понимаю, что ты сказала свои слова не со зла, тебе требовалось оттолкнуть меня, чтобы получить свободу. Я правда понимаю, но… ты разбила мне сердце! Просто растоптала меня. Я ненавидела себя за то, что ты из-за меня оказалась в таком положении. Все время думала, что лучше бы никогда не рождалась. Всем было бы только лучше, если бы меня просто не было на свете! Я никому не нужна! Я только боль причинила своим появлением.

Две девушки, почти ровесницы, стояли друг напротив друга. Удивительно похожие, словно мать и дочь. Одинаково плачущие, глядя друг на друга. Зелёные глаза против таких же зелёных, окрасившихся в красный из-за полопавшихся капилляров.

— И я никогда тебя за это не прощу! — прошептала Чарли. — Никогда не смогу с тобой заговорить. Не стану тебя искать… мы больше никогда друг друга не увидим! Никогда, понимаешь! Во время инициации я видела… что мне не дожить до старости. Мой земной путь закончится очень скоро. Я умру такой, как сейчас. И я знаю, что до самой смерти я не позвоню тебе. Потому что из-за тебя я боюсь чувствовать хоть что-то, боюсь привязываться! Я лучше буду ёжиться всю жизнь до самой смерти, но не испытаю этой боли, когда самый дорогой человек выбрасывает меня… и всё это из-за тебя!

— Чарли! — услышала она голос Анны, обращённый к ней, взрослой версии. Младшая копия будто испарилась куда-то.

— Я любила тебя, — одними губами произнесла шаманка. — Больше. Всего. На. Свете.

Старшая сестра сделала неуверенный шаг в её сторону. Взаимности не последовало. Девушка недоверчивым зверьком смотрела на единственное воспоминание об Анне, не делая никаких попыток сблизиться. Больше всего хотелось отпрянуть и сбежать куда-нибудь подальше, где получится обо всём забыть. И всё же она не выдержала, когда увидела рядом с собой самого любимого когда-то человека. Осторожно две очень похожие и абсолютно разные девушки обнялись. Чарли била дрожь. Больше всего хотелось поверить, что сестра действительно почувствовала её присутствие и раскаялась, но на месте выхода из спальни уже появился зеркальный лабиринт.

— Я бы так хотела, чтобы это было правдой! — прошептала шаманка и отстранилась от сестры. — Но настоящая Аня ни разу не вспомнила обо мне с тех пор. А ты не настоящая!

Последний коридор и возможно получится проснуться, спасти остальных и победить злобного марида. За все пролитые слёзы кулаки чесались накостылять эфирной роже по первое число, пусть это не представлялось невозможным. На мгновение она остановилась. Множество зеркал отразили её. Заплаканное лицо, слишком щуплая и маленькая, чтобы выглядеть на свой возраст, но уже не тринадцатилетняя.

— Ёжик, — осторожно коснулся её плеча Весемир, — прежде чем мы пойдём дальше, лучше поговорить!

Девушка непонимающе на него покосилась.

— Если это выход, то ты проснёшься одна. Меня выбьет из тела, — пояснил он.

— А, точно, — рассеянно кивнула она. — Но, я думаю, что у меня есть план, как поставить марида на место!

— Он демоноподобный! — напомнил шаман.

— Мой самоназванный сыночек тоже, — улыбнулась Чарли не вымученной улыбкой. — Не всё же ему маму звать, пусть поможет!

Она сделала шаг к своему спутнику и, ткнувшись лбом в его плечо, обняла. Сама. В голову впервые не полезли мысли о ненужности её действий, тело не сковала робость. Она просто поддалась моменту. Впрочем, Мир будто только того и ждал, стиснув её так, что стало трудно дышать.

— Спасибо, что был рядом, — прошептала она. — Я бы не прошла до конца в одиночку.

— Ты сильная, Ёжик, и очень нужная! Мне, Лао, Яне… Матвею, чтоб его блохи закусали, агентству и филиалу. Может быть, сейчас это не так заметно, но пройдёт пара лет и ты почувствуешь, что вокруг тебя не просто коллеги, а настоящая семья, которая за тобой в огонь и воду. Особенно твой «папочка» Лао Шин.

— А что если у меня нет пары лет?

Весемир напрягся. Пояснений не требовалось. Шаман понимал, что в вопросе девушки нет даже тени предположения, только едва прикрытый факт.

— Что ты видела во время инициации?

— Я, почти такая же, как сейчас, только прядь на чёлке почему-то белая. На руках у Лао, а рядом, кажется, Таня с Олей. Они все точно такие же, как сейчас. Сам знаешь, что можно умереть раньше видения, но не позже. Скоро меня не станет… — впервые от озвученной истины стало действительно грустно.

Не из-за собственной скорой смерти, а что обещанную шаманом семью она не успеет по-настоящему почувствовать. Только лишь немного сблизиться с теми, кому уже стала чуточку нужной.

— Мы разберёмся с этим, — пообещал Мир, — после Нового года! А теперь иди, пока эта эфирная скотина не заподозрила неладное!

— Встретимся на той стороне? — усмехнулась Чарли.

— Тридцатого числа свидание в пять! Не опаздывай!

Они шли вместе через зеркальный лабиринт, держась за руки, хоть и понимали, что пробуждение их разлучит. Чем дальше уходила шаманка от кошмаров своего прошлого, тем легче становилось на душе. Не так, как когда она старалась просто задавить в себе все воспоминания, а по-настоящему. Заново пережитая боль будто срезала с незаживающих ран гнойный слой, позволив им по-настоящему затянуться, пусть и не без шрамов.

Темнота лабиринта внезапно озарилась слепящим светом, заставив Чарли зажмуриться. Невыносимый свет вызывал слёзы. Когда она наконец открыла глаза, то внезапно оказалась лежащей в высокой траве. Вокруг её тела плотным ковром росли цветы, источающие приторно-сладкий запах. На себе она чувствовала их пыльцу, покрывающую лицо и раздражающую глаза. Дышать сквозь эти цветочные песчинки получалось с трудом. Приходилось старательно сдерживаться, стараясь не вдыхать воздух полной грудью. Горло страшно першило от попавших в него частиц цветка. Глаза не различали ни зги в темноте. На слух казалось, что она совершенно одна, но что это за шорох?..

Рядом кто-то шевелился. Но в остальном ночной лес продолжал хранить свои секреты. Шаманка попыталась встать, но, как оказалось, цветы плотно оплели её в свой кокон и не желали отпускать добычу так просто. Пришлось применять силу. Стараясь не повредить пристёгнутому к ремню бубну, Чарли рвала плотные стебли и гусеницей выползала из своего «кокона». С горем пополам ей удалось вылезти на ровную поляну, будто специально вырубленную внутри леса. Вокруг, насколько позволяли увидеть глаза, росли цветы с плотными листьями, дурманящие своим приторным запахом.

«Пресловутый чёрный морозник!» — догадалась шаманка.

Она поглядела на место из которого только выбралась. Почти незаметный бугорок, плотно закрывающий цветами от любопытных глаз свою добычу. На тёмной поляне, могла поклясться девушка, таких бугорков можно было найти огромное множество. В одних спали ещё живые коллеги, а в других давно умерли предыдущие жертвы.

«Тела можно потом прямо тут затягивать под землю. И похороны и избавление от останков!»

Шорох. Звук ломающихся стеблей. Громкий шелест листвы. Кто-то, как и она, пытался вырваться из плена. Чарли шустро поползла на четвереньках на звук. Не сразу она обнаружила, какой именно холмик отчаянно ёрзает в попытке прорваться на свободу. На третьей попытке ей всё же это удалось и совместными усилиями она помогла вырваться из цветочного кокона Игорю.

— Чарли! Не ожидал! — выдохнул мистик. — Помоги вытащить осталь…

Ожившие цветы змеями обвились вокруг ног и рук, приковывая агентов к земле. Игорь даже охнуть не успел, как несколько бутонов заткнули его рот живым кляпом. Шаманка упрямо стиснула зубы, пытаясь определить, кто науськивает на них людоедские растения. Глаз в темноте не мог высмотреть никого подозрительного, все человеческие чувства упорно помалкивали, намекая, что пора выходить в астрал и вызывать тяжёлую артиллерию.

Словно по заказу на подкорке снова раздался тоскливый зов «детёныша», на который Чарли наконец ответила, частично высунувшись из тела.

Трудно заставить себя расслабиться и ровно дышать, пока тебя скручивают злобные стебли, но каким-то чудом мне всё же удаётся полностью осознать себя во внетелесном мире. Наконец я вижу. Вся поляна похожа на оплетённый паутиной обеденный стол. В центре сытым пауком находится нечто, лениво сгущающееся до человеческого силуэта, но по больше части выглядящее лишь бесформенным облачком.

Паутина, выполняющая роль сети во всех смыслах этого слова, опутывает жертв и вытягивает из них жизнь. Тёплое сияние Ци перетекает по сияющим нитям в ненасытный центр. Одни «коконы» сияют ярко и ещё долго могут подкармливать «паука», другие угрожают скоро погаснуть, а некоторые едва дрейфуют на грани жизни и смерти. Слабая пульсация свидетельствует о бьющейся искорке жизни, которая вот-вот погаснет навсегда.

— Мамочка…

— Сыночка, ты очень вовремя! — мысленно отвечаю своему незапланированному ребёнку. — Злой марид хочет скушать маму!

— Маму?! — вспышка гнева едва не ослепляет.

Физическим телом ощущаю, как дрожит земля. Теперь каким бы страшным и отожратым ни был этот злобный джин, ему лучше начать бояться! Балаур мчится к нам. Вспыльчивый во всех смыслах дух горы не потерпит, чтобы какой-то джин будет есть его родительницу.

— Хана тварюге! — удолетворённо кивает Рая, раскручивая цепь на случай попытки злодея к бегству.

Физическое тело не успевают полностью оплести стебли, когда на поляне раскрывает крылья дракон. Марид слишком поздно понимает, что у досаждающей жертвы есть туз в рукаве. На бегство не остаётся никакого времени. Джин всё же пытается оставить кормушку, полностью её обесточив, и сбежать, однако метко брошенная цепь задерживает его на одном месте. Дух гор не церемонится с недостойным противником. Каким бы облачком преступник ни казался, чудовищная пасть с острыми пиками зубов смыкается, заглатывая его в один укус.

Чарли открыла глаза, когда полностью убедилась, что злоумышленник повержен. Сын, довольный своей помощью матушке, отправился дальше гулять по территории Карпатских хребтов. Игорь успел освободиться, когда шаманка сумела свести понимание, где земля, а где небо, и деловито освобождал всех пленников одного за другим. Цветочные коконы без приказов хозяина расползались на части от одного прикосновения, а спящие в них мечтатели удивительно быстро стряхивали все грёзы. Уже спустя полчаса все агенты и ещё дюжина полуживых туристов двинулись в сторону выхода из леса.

— Я видел такой прекрасный сон! — жалобно ныл Ли-Тао. — Там я столько всего умел! Просто маг всех стихий! Это было великолепно!

— Я стал героем войны с упырями! — вторил ему Анжей. — Это было так красиво, что даже фильмы со всеми компьютерными эффектами отдыхают и нервно курят в потолок!

— Я была на пляже…

— Новогодний ужин со всеми друзьями: старыми и новыми!

— Я почти сразу проснулся, марид так и не смог меня усыпить! — поделился Игорь.

Лао Шин обнял скромно идущую позади всех подопечную. Что-то в её состоянии его заставило заволноваться, хоть Чарли и пыталась не подавать виду.

— Это было непростое испытание, и ты большая молодец! — шепнул наставник ей. — С другой стороны мы все получили немного приятных грёз. Иногда можно погрузиться в идеалистичный мир, не так ли?

— Он погрузил меня по ошибке в мир моих худших кошмаров, — нервно усмехнулась шаманка, — только поэтому я и проснулась.

— Чарли, я…

— Со мной был Весемир. Мы справились. Теперь всё будет хорошо, Лао, не переживай! — как ни странно, все слова были истиной. Чарли не лукавила.

Отчет по делу № 3018361 (завершение)

В ходе исследования проклятого леса Хойя-Бачу группа подверглась атаке марида и на полдня была погружена в кому. Используя чёрный морозник в качестве проводника энергии, злоумышленник выкачивал жизненные силы из всех встречных в лесу, кто выполнял условия погружения в коматоз джина, а именно чётко и однозначно произнесённое желание, начинающееся с «я хочу».

Благодаря слаженной работе шаманов Весемира и Чарли, последняя смогла пробудиться и уничтожить преступника, натравив на него духа гор Балаура. С поддержкой мистика Игоря все живые пленники были освобождены и доставлены в больничное крыло ближайшего офиса для диагностики.

Оставшиеся в живых пошли на поправку, погибших доставили к родственникам для захоронения. С учетом уничтожения агрессора дело закрыто. На том командировка группы Новосибирского филиала завершена.

9. Искусство бессмертия

В Румынии Весемир больше не появлялся. Когда агенты вернулись в отель и окончательно убедились, что среди своих жертв нет, он отрапортовал из Москвы, что успешно вернулся в одно из своих постоянных звериных тел. Чарли после случая с маридом почти ни с кем не разговаривала. Ни она, ни Лао особенно не скрывали, что пока все купались в самых приятных грёзах, шаманка проходила через кошмары, поэтому тревожить девушку никто не решился. Негласно все решили просто дать ей тишину и пространство. Только Яна с виноватым видом, будто нехотя, давала ей ведьминский чай.

Балаур при всём желании не мог покинуть свою родину и лишь тоскливо прощался с «матушкой», когда та покидала страну. Несмотря на внешне ещё большую замкнутость, Чарли переосмысливала всё, что увидела в грёзах. Обернувшись на своё прошлое до встречи с Лао она действительно видела в себе перемены. Пусть и не яркие и резкие, но всё же ощутимые, чтобы гордо поднять голову и идти дальше к большему раскрепощению от своих комплексов. В какой-то момент она даже всерьёз подумала о посещении психотерапевта, но всё же отмела эту мысль, добавив про себя, что если и пойдёт, то когда-нибудь нескоро.

Возвращение из лета в зиму все встретили недовольным ворчанием. Кутаться во множество слоёв одежды после Румынии, где можно было без вреда для здоровья спать на голой земле, не нравилось никому. Последние дни декабря новосибирский офис потонул в тяжёлой волне отчётов, угрожающей раздавить надежду агентов на весёлое проведение Нового года. Лао настолько зашивался, что вечера в зале Чарли проводила в гордом одиночестве, отрабатывая то, чему он уже успел её научить.

Здоровое тело стало значительно сильнее, крепче и ловчее, хоть и не могло сравниться по силам со здоровым духом, потенциал которого из-за чая и постоянной практике на грани собственных возможностей порой улетал в бесконечность. Не хватало только знаний и умений. На капище Весемир со вздохом объявил, что у Чарли нет ни единого шанса завладеть телом животного.

— Поверь, Ёжик, будь этот навык хоть на капельку тебе доступным, мы бы уже достигли успехов, но ты матерью дракону успела стать, а не можешь сломить волю даже лабораторной крысы, чтобы захватить тельце. Такое бывает, это просто не твоё! — разводил крыльями Весемир.

— Я думала, что если что-то может один шаман, то и остальные способны научиться! — удручённо поджала губы шаманка.

На потраченные зря часы в капище она смотрела, как на утраченные возможности. Хотелось волком выть и требовать компенсацию. Но у кого? У Весемира, который выкладывался не меньше её, чтобы вдолбить в рыжую голову немного новых навыков. Радовало только, что хотя бы шаманская медицина шла робкими шагами вперёд. Чарли могла не только погружать человека в лечебный сон, но и замедлять ток крови, если того требовала ситуация.

— К твоему сведению я вообще не способен самостоятельно отводить души умерших к Последнему Пределу, — парировал грач, — мой максимум — это вызвать кого-то из духов, который сделает всю работу за меня. Сила Харона только у тебя… ну и у Варвары тоже имеется. Ваши таланты больше в сторону людей направлены, а мои скорее в сторону животного мира!

Бумажная волокита досталась и Чарли. Все отчёты по пройденным делам она должна была прочитать и заверить своей подписью, изучить все приложения к документам и тоже оставить свой автограф. Не так уж много дел, но слишком много бумажек, которые к концу дня оставляют шаманку без сил. Весемир старался присутствовать рядом и подбадривать её своими шуточками, но и его московский офис постоянно требовал в бухгалтерию и в архив для сдачи отчётов.

На отчаянный зов монаха о помощи в конце концов явилось чудо. По паспорту оно звалось Людмилой Павловной Березиной. Невысокая астенического телосложения блондинка, всегда одетая с иголочки в офисный костюм, оказалась весьма зубастым бухгалтером, примявшим под себя всю волокиту. Несмотря на свой безобидный статус человека, не прошедшего даже базовую военную подготовку, она очень быстро окружила себя настолько внушающим авторитетом, что Лёха и Самир ходили вокруг девушки на цыпочках и по первому требованию несли чашечки её любимого турецкого кофе.

С появлением Людмилы Павловны, которую даже доморощенный донжуан Анжей не решился звать иначе, как по имени-отчеству, гора бумажек ощутимо поредела. Новенькая, словно большая белая акула мира бухгалтерии, уверенно перехватывая всю бюрократию новосибирского филиала и претендовала ни много ни мало на пост постоянного временно исполняющего обязанности главы офиса. Видя перед собой столь амбициозного новичка, Таня и Оля с первых дней поддержали девушку, а Лао сам начал её готовить к ответственной должности.

Своё прошлое Людмила Павловна не озвучивала, сразу поставив табу на любые вопросы. Что-то про неё знали только Марк и Виктор, которые одарили кандидатку своими рекомендациями. Как она оказалась связана с миром ГХ, оставалось загадкой для всех. Даже Лао не лез ей в душу, ограничившись оценкой профессиональных способностей.

Яна в последние дни перед Новым годом ходила, как в воду опущенная. Ведьма отстранилась от общения с кем-либо и даже с подругой перебрасывалась лишь дежурными фразами и предложением очередной чашечки чая. Она загружала себя наибольшим количеством бумажек, стараясь выезжать в город и держаться ото всех на расстоянии.

Чарли смогла выловить её в Новосибирске. Шаманка не старалась специально поймать подругу на горячем. В город её тянуло желание встретиться с сестрой. Виктория, вторая по старшинству сестра, была настолько рада повидаться с младшей, что под предлогом медосмотра сбежала с работы на добрые полдня. В этот раз младшая сестра изо всех сил стремилась преодолеть внутренние барьеры, которые построила, защищая себя от новой боли. К счастью, сестра не давила. Она призналась, что съехала от родителей и теперь точно не вернётся в отчий дом. Под конец сердечного хоть и неровного разговора Чарли сама порывисто обняла удивленную старшую сестру.

— Не знаю, что это за работа, но она точно идёт тебе на пользу! — тепло улыбнулась Вика на прощание. — Нам надо видеться почаще!

Марьяна оказалась перед глазами шаманки в вагоне метро. Ведьма, сбегающая в Новосибирск якобы по делам ГХ просто кругами ездила в метро, гипнотизируя часы, чтобы время бежало быстрее. Чарли сначала сделала вид, что не заметила подругу и просто села рядом с ней на соседнее место, ожидая первого шага от Яны.

— Ладно, ты меня поймала! — выдохнула ведьма. — Пошли хоть чай где-нибудь попьём…

В кафе она угрюмо уставилась в свою чашку, отключаясь от внешнего мира. Чарли удручённо смотрела на закрывшуюся подругу, старательно подбирая слова, чтобы пробиться. После робких шагов в сторону сближения с сестрой, она как никогда чувствовала, как мешают жизни выстроенные стены внутренней крепости одиночества. Так и не решив, с чего начать, она сразу пошла с тяжёлой артиллерии.

— Знаешь, я прошла вознесение, когда мне было тринадцать. Это случилось в ночь побега моей старшей сестры из дома, — нехотя начала откровенничать шаманка. — Она… это трудно объяснить. У меня двое сестёр и трое братьев. У родителей дом. Не имея богатых родичей, они много работали… при этом хотели, чтобы детей было много. Они добились этого, всего лишь пожертвовали детством самой старшей из детей.

— Типа «сначала нянька, потом лялька»? — понимающе кивнула Яна, невольно включаясь в разговор.

— Ага, худшее, что могут сделать родители — это отобрать детство. Если с первыми двумя детьми Аня была мала, чтобы проводить много времени, то когда я родилась, ей исполнилось «целых» восемь лет.

— Почтенный возраст, — саркастически хмыкнула подруга.

— В этом возрасте она фактически стала мне матерью. Все мои первые воспоминания — это она. Первое слово «Аня», первые шаги с её помощью, все первые моменты — только её заслуга. О существовании родителей я лет до пяти не подозревала. Были какие-то хмурые люди, которые появлялись поздно вечером, но я в это время обычно спала. А всем миром для меня была Аня. Она назвала меня Чарли, и плевать я хотела на паспортное имя, которое мне дали какие-то чужие люди. Но, — она сделала глубокий вдох, чтобы собраться с силами, — когда мне исполнилось тринадцать, в семье ожидалось очередное пополнение. Аня поняла, что воспитав меня более-менее самостоятельным человечком, она вот-вот получит новую кабалу и сбежала, пока могла.

— Думаю, для неё это было верное решение, — кивнула Яна.

— Я хотела сбежать с ней и… она высказала мне всё за своё потерянное детство. Открыла мне, что все мои самые счастливые воспоминания были её каторгой, а её забота и любовь ко мне пришли из-под палки.

— Твою мать…

— Ага, — рассеянно кивнула Чарли, — когда она ушла, я чувствовала себя настолько ненужной в этом мире, брошенной и одинокой, что внутри что-то навсегда сломалось. Тогда я ощутила что-то… будто призрачная рука потустороннего мира легла мне на плечо, но не для того, чтобы напугать, а чтобы приободрить. Как-то рефлекторно я потянулась к этой руке помощи и впервые вытянулась из своего несчастного тела туда, где не существует таких трагедий, а сердце может не быть разбитым, ведь у духов сердца отсутствуют. И мне так понравилось, что возвращаться не хотелось совсем. С годами я жила от погружения до погружения в астрал. Это помогало избегать дальнейшей боли, которой хватало… но я думаю, что хочу попробовать жить и в реальном мире, где у меня могут быть друзья или даже больше чем друзья.

Она замолчала, надеясь, что личная история и непрозрачный намёк все же растопят Яну. Глядя на ведьму, Чарли прекрасно понимала, что из-за демона та выстроила не менее высокие стены ото всех людей внешнего мира. Пропустит ли она шаманку?

— Я… — Яна сдвинула чашку в сторону и устало уронила голову на руки. — Я просто смертельно устала за весь этот год! Вальдемар, демоны, переезды и ещё те сны в плену у марида. Я знаю, что тебе он показал всякие ужасы, но… поверь мне, куда легче вылезти из ужасов в обычный мир, чем из идеала в жестокую реальность. Меня это подкосило. Не могу собрать себя по кусочкам.

— Извини, — пристыженно промямлила шаманка.

— Чарли, — терпеливо выдохнула подруга, — не извиняйся! А то я буду чувствовать себя ещё хуже! Ты — самый последний человек, которого я бы стала отталкивать или винить в своих проблемах! Я…

Она чертыхнулась, попросила прощения и угрюмой букой вернулась в офис. До самого отъезда Яна бросала на подругу виноватые взгляды, но продолжала держать границу. Подарки к грядущему празднику Чарли помогал выбирать и покупать Матвей. После знакомства и особого внимания сестёр-ведьм, его внимание к шаманке стало чуть менее навязчивым. А после Карпат он, как и все, вернулся задумчивым и старался уважать внутренние границы девушки. Но когда она сама попросила о помощи кого-то для выезда в город, вызвался первым.

Почти весь путь по магазинам, волколак молча сносил весь дискомфорт шатания по магазинам и, не позволяя Чарли нести в руках покупки, под конец дня стал похож на груженного мула.

— Впервые сталкиваюсь с необходимостью покупать столько подарков на праздник! — смущенно хихикала шаманка, когда они потягивали чай перед отъездом в Новоозёрное. — Обычно у меня… никого не было, чтобы одаривать.

Матвей красноречиво на неё посмотрел и шаманка смущённо прикусила язык. Краска стыда залила её лицо, пока мысленно она на повышенных тонах вопрошала себя, отчего она с точностью снайпера произносит вслух максимально неловкие вещи. Но если Яна закрылась от подруги, то волколак лишь улыбнулся:

— Не красней. Я несколько лет жил в вечном беге, забывая про нормальное человеческое общество. А в стае, не забыть бы, как обратно в человека превращаться. Не до подарков. Если бы ты не напомнила про подарки, было бы неловко во время боя курантов!

Идти по магазинам вместе за своим списком подарков для коллег он отказался, загадочно говоря, что не хочет испортить сюрприз. В преддверие Нового года, офис погрузился в праздничную суету. К моменту отъезда в московский офис, все отчёты были сданы, а прочая гора бумажек трусливо сгинула при появлении Людмилы Павловны. Сам отъезд объявил Лао за день до отлёта, объясняя подобное празднование старой традицией. Ещё с тех времён, когда офис был один-единственный и только в Москве, Новый год, как символ надежды на лучшее будущее, агенты встречали вместе. Исключение составляли дежурные, которых оставляли в филиалах. Негоже бросать офис без присмотра.

— По регламенту выбирают одного Иного и одного человека, чтобы присматривать в праздничный день за вверенной территорией, — вещал монах, — но из-за моментов, о которых мы не спешим распространяться, Матвей, Самир и Людмила Павловна останутся в офисе, но не будут упоминаться в отчётах. Официально останутся Лёха с Игорем.

— Мы теряем Игоря в этом году?! — едва не плача, схватился за голову Анжей.

— В этом году моя очередь, — равнодушно пожал плечами мистик. — Да и от Москвы я ещё не успел полноценно отдохнуть. Меня в главный офис не тянет!

— Я понимаю, почему Самир в Москву не летит, но почему Матвей и Людмила Павловна тоже остаются? — удивилась Таня. Курящая рядом Оля яро закивала, поддерживая сестру в интересующем вопросе.

— С появлением Матвея некоторым нашим агентам ещё предстоит смириться, а Людмила Павловна официально наш работник только с января следующего года.

— Виктор терпеть не может принимать новых работников в конце года, — пояснила акула бухгалтерии, — он предпочтёт подшаманить и оформить контракт на предоставление услуг оставшихся дней года, с добавлением всяких премий.

Вечером перед отправкой в Москву Яна выглядела чернее тучи. Казалось, на душе у девушки очень неспокойно, но открываться она не стремилась и проводила всё свободное время в своей спальне. Чувствуя её отчуждение, Чарли старалась проводить больше времени с Весемиром или Матвеем, подмечая со смехом, насколько ревнивым становится шаман в присутствии волколака.

Всё время полёта шаманка с тревогой смотрела на замкнувшуюся подругу, но видела только растущие вокруг неё стены, за которые та предпочитала не пускать никого. Оставив попытки добиться ответа от подруги, она сконцентрировалась на событии, которого в её жизни ещё не было и скорое его приближение очень уж её беспокоило. Свидание. Настоящее. Насколько может быть настоящим свидание с не слишком серьёзным шаманом в виде ворона.

«Могу не переживать относительно первого поцелуя!» — нервно хихикнула она в кресле, когда самолёт пошёл на посадку.

✠✠✠

Но в первую очередь Виктор собрал всех прибывших в большой переговорной. Набившимся агентам едва хватило мест за столом, на что со странным удовлетворением во взгляде наблюдала Анастасия. Лидеры агентства предпочитали стоять во главе стола или вещать с трибуны, стоящей рядом. Виктор долго здоровался со всеми и с некоторой долей занудства подвёл итоги года, перечисляя все успешные дела. Слушая мистика вполуха Чарли смотрела в сторону Тани и Оли, всегда готовых прийти на помощь.

«Если дело касается задания или угрозы от Иного, — поправила себя девушка, — а если попросить их помощи в плане свидания? И что у них спрашивать?»

Речь главы плавно перетекла в перечисление всех найденных страниц. На этом слово взяла Анастасия и, Чарли была готова поклясться, что по переговорной прошел негромкий выдох облегчения. Не только ей слова мистика казались чем-то вечным.

— В первую очередь я хочу напомнить, что кровь агентов, похищенная неизвестными злоумышленниками никак не способна нам навредить! Все агенты, благодаря своевременному вмешательству, обладают защитой от физического вреда, который может быть причинён при помощи магии крови. Ведьмы агентства об этом позаботились и влияние ритуала осталось таким же сильным, как в момент исполнения. Бояться нечего!

Перед глазами промелькнули стереотипные образы корчащегося в муках тела, ставшего жертвой вуду-колдуна. Почему именно его, Чарли не могла себе объяснить, но отчего-то ей казалось, что вред будет именно таким: в куклу вгоняется иголка, а в это время на живом теле появляется рана от этой иголки. Воспоминания и том, как применяла магию крови Яна шли вразрез с этой картинкой, но шаманка себя успокаивала том, что у ведьм магия может быть совсем другой, да и защита не обязана походить на нападение.

— Также я хочу поздравить нас всех с отличной работой в этом году. Он был бесспорно сложным, — продолжила Анастасия. — В сложившейся ситуации нами было принято непростое решение. Да, немногие примут его, однако содержать разрозненные страницы книги хаоса в одном месте небезопасно, а случаи со скомпрометированными хранилищами дали понять, что даже доверенные лица так или иначе способны подвести наше агентство. Итак, Виктор?

Она всё же не решилась вещать последнее слово.

— Книга Хаоса полностью восстановлена и временно будет содержаться под неустанной защитой центрального офиса! — объявил мистик, вызвав неуверенный шёпот среди присутствующих.

Чарли тоже напряглась, вспоминая, что духам подобная идея не нравилась. Весемир считал, что ничего страшного не случится, но нехорошее предчувствие не оставляло. Не просто так духи были против. Мысленно она повторила несколько раз, что появление Книги Хаоса было крайней необходимостью, иначе Анастасия и Виктор никогда бы так не поступили.

Старательно отгоняя тревоги по поводу самого опасного артефакта всего мира, шаманка подобралась к Тане и Оле, когда все новости уходящего года были озвучены. Переполненный московский офис жужжал, как улей, позволяя незаметно озвучить свою просьбу о помощи самым неловким и нервным образом. Ведьмы широко улыбались, едва сдерживая смех, пока Чарли, заламывая пальцы, пыталась объяснить суть проблемы.

— Наша девочка стала взрослой и впервые идёт на свидание с мальчиком! — умилилась Оля. — Как же это мило!

— А кто он? Мы его знаем? — подмигнула Таня, вгоняя шаманку в краску. — Ладно-ладно, можешь не отвечать! Но с твоим гардеробом только по заброшкам демонов гонять!

— Ты взяла с собой что-нибудь подходящее?

— Ну… — замялась девушка. — У меня ничего такого не было!

— Тогда, — призадумалась Оля, окидывая критическим взглядом фигурку Чарли, — вязаное платье Таньки тебе подойдёт. А ещё тебя надо красиво заплести!

Тридцатого декабря шаманка покинула станцию «Площадь Революции», по традиции коснувшись отполированного множеством рук медного пса. Ворон с уморительной бабочкой на шее уже поджидал её. От стремительного пикирования с крыши ближайшего здания на плечо Чарли, бантик перекосился, падая на крыло. Со смехом шаманка сняла бесполезный предмет птичьего облачения.

— Вы посмотрите, какой красивый Ёжик идёт, и только для меня! — не удержался Весемир.

— Не задирай так высоко клюв, морковка всей жизни, — хихикнула девушка, — а то акция окажется одноразовой!

— Сегодня буду радоваться изо всех сил, но в остальное время обещаю быть паинькой! — примирительно произнёс ворон. — Итак, нас ожидает насыщенная программа! Сначала я тебе покажу, почему Москва по праву носит статус самой красивой столицы Нового года! Самая мякоть всей красоты собрана именно тут, в самом центре! Будем проникаться атмосферой праздника! А потом…

Не выдержав интриги, Чарли хмыкнула:

— А потом…

— А потом отправимся в музей имени Александра нашего Пушкина смотреть частную коллекцию мумий!

— Интересный вариант свидания!

— Разве? — притворно удивился шаман. — А я думал, что составляю классическую программу. Идём, посмотришь какой Кондратий при виде меня хватает здешних любителей сфотографировать тебя с белым голубем по завышенной цене.

Весемир не шутил, когда говорил про Кондратия. Прогуливаясь под арками из сияющих гирлянд мимо ярмарки, источающей запахи хвои, горячего чая и имбирных пряников, с неумолкающим вороном на плече, Чарли частенько встречалась с держателями белых голубей. Птицы и их хозяева в ужасе вжимались в стены, стоило ворону чуть расправить свои огромные крылья. Но, как бы любители заработать на фотографиях с голубями, не визжали от ужаса, хитрющий шаман вёл себя настолько примерно, что никто из хранителей правопорядка не подходил к странной парочке.

В сумерках парк Зарядье стал выглядеть, как ожившая сказка. Просвечивающийся множеством фонариков и гирлянд, только он один мог претендовать на звание самого праздничного места, а соседство улочек, ничуть не уступающих в красоте, создавали ансамбль самого романтического городка, покидать который казалось кощунством. Будто этого мало, ворон повёл Чарли в храм Василия Блаженного.

— Так, а теперь мы прячемся в этом неприметном углу и не издаём ни звука! — заговорщически шепнул он.

— А почему?

— Сейчас услышишь!

За резной стеной располагался сияющий золотом алтарь, вокруг которого уже собралась внушительная толпа народу. Люди чего-то ожидали, переминаясь с ноги на ногу, невольно пихая и толкая друг друга. Только в тёмном закутке, где затаились два шамана, было тихо и безлюдно. Чарли уже хотела вновь спросить своего спутника, когда стоящие буквально спиной к спине к ней люди запели. Шаманка никогда не слышала, как поёт церковный хор а-капелла. Она поражённо замерла на месте, купаясь в восхитительных волнах музыки. Голоса хористов, будто струящаяся энергия расходилась вдоль стен, набирая силу собственного резонанса, заставляя сердце то восхищённо замирать, то радостно биться быстрее. Стены храма, будто идеально созданные именно для песнопений, стали идеальным инструментом, передающим всю силу песни прямо в души слушателей. Песня волнами поднималась всё выше, омывала алтарь, вдоль старинных каменных стен, и наполняла древнее сооружение незамутнённым воплощением красоты. Чарли забыла, как дышать, и когда пение стихло, не сразу смогла вернуться в реальность и начать аплодировать. То же ошеломление испытали на себе и другие слушатели, начавшие рукоплескать лишь спустя секунду-две.

— Ого! — охнула она едва слышно в громе оваций. — Я… это было…

— Получше, чем унылое рассиживание в ресторанах? — подсказал довольный собой ворон. — Идём дальше, нам ещё столько всего нужно посмотреть и не опоздать к мумиям!

До битья курантов оставалось больше суток, но жизнь вокруг Кремля бурлила и пенилась. Огромную сияющую ёлку шатром покрывали линии золотых гирлянд, окружая всё вокруг праздничным сиянием. В ярких праздничных беседках слышался смех весёлых компаний и неоднозначное хихиканье парочек. Маленькие группки поражённых красотой Москвы туристов сновали туда-сюда, перебрасываясь восторженными репликами. Даже будучи сами по себе, Чарли и Весемир погрузились во всеобщую атмосферу радостного празднования Нового года, хотели они того или нет.

Шаман болтал без умолку, рассказывая про самые смешные и по-хорошему курьёзные случаи, происходящие на службе. От истории о Джеймсе, запертом рассерженным банником в бане, пока не почистит всю баню щёткой, она хохотала до слёз. Представлять голого и сконфуженного инквизитора даже не пришлось, память помогла нарисовать странный образ.

— А ведь это даже не было очередное задание! — подливал масло в огонь шаман. — Благодарный клиент решил попарить в своей настоящей русской баньке доброго англичанина! Попарил так, что Джимми теперь их обходит за километр!

— Мне почти жалко инквизиторов, — Чарли смахнула слезу от смеха, — духи их совсем не любят!

Они миновали Александровский сад, продолжая дурачиться. Прохожие почти не обращали внимания на смешливую девушку с большим чёрным вороном на плече, атмосфера праздника сглаживала все углы. Перед музеем изобразительных искусств имени Пушкина, Чарли нерешительно замерла. Часы посещения уже прошли. Однако Весемир уверенно командовал идти на штурм главного входа. Девушка осторожно постучала, ожидая, что или никого не окажется «дома» или охранник попросит её покинуть территорию. Дверь открылась.

— Ты, должно быть, Чарли? — в дверях стояла милейшая женщина средних лет. Приглашающим жестом она указала следовать за ней. — О, вас тут уже двое!

Она помогла шаманке раздеться и, не представляясь, повела её, минуя все прочие выставки, в зал с мумиями. Когда выставка, закрытая на несколько месяцев для посетителей предстала перед парочкой, женщина откланялась, игриво подмигнув.

— Прогулка была чем-то невероятным в лучшем смысле слова, — произнесла Чарли с улыбкой, но не удержалась от вопроса: — Почему закрытый показ мумий?

— Потому что эта коллекция имеет один изъян, который я хочу тебе показать, — очень серьёзно заявил ворон и слетел с плеча девушки. — Это малая часть выставки. Остатки, так сказать, запрещённые к транспортировке. Тут должно быть чуть менее пятисот экспонатов, но сейчас они «на гастролях». Весной вся коллекция вернётся в Москву. Древний Египет. Название «Искусство бессмертия». Смешно…

Последнее слово вышло неожиданно едким. Шаманка растерялась. Изъян в коллекции? Какой же? И почему они пришли ради изъяна? Шаманская практика?

— Дело в саркофагах, — продолжил он, не сходя с одной из гробниц, — один из них подделка. Очень хорошая и качественная подделка, не без этого. Я бы такую работу определил в произведение искусства среди подделок.

Он многозначительно прошёлся по поверхности, покрытой трещинами и древнеегипетскими изображениями.

— Ты сейчас стоишь на подделке? — уточнила Чарли.

— Да, помоги мне сдвинуть крышку. Не волнуйся, — успокоил он её, когда девушка ощутимо побледнела, — этот саркофаг предназначен для вскрытия и закрытия более чем один раз. И он единственный защищается несколько иначе чем остальные. Сирена не будет голосить!

Ворон указал крылом на нажимные пластины, которые отпирали крышку. Шаманка послушно нажала на нужные места и сдвинула часть отличной подделки, которую от оригинала девушка никогда бы не отличила. Система действительно учитывала открытие. Не случилось неожиданного падения плиты с раскалыванием на части. Саркофаг просто открылся ровно настолько, чтобы показать по пояс того, кто в нём покоился.

— Смотри.

Чарли осторожно заглянула внутрь. От увиденного она едва не отпрянула. Самое последнее, что она ожидала видеть в фальшивой египетской матрёшке, так это… самого Весемира. Он выглядел один в один как в маридных грёзах, только казался замороженным. Бледная, синеватая кожа странновато контрастировала с рыжими кудрявыми волосами. Он не дышал, не подавал признаков жизни, но всё равно казался спящим, а не мёртвым. Руки спящий красавец положил на живот, голова и не думала лежать ровно и прямо, чуть наклонившись на бок. Даже одежда не слишком подходила для саркофага, пусть и фальшивого. Джинсы и знакомая рубашка.

— Ты ведь живой? — неуверенно спросила Чарли.

— Не совсем, — покачал головой ворон и поспешно добавил, — но я и не мёртв.

В голове не укладывалось, зачем и почему Весемир оказался на месте мумии в музее. Логичных ответов не появлялось. Всё казалось некоей сюрреалистической картиной, полностью сбивающей с толку. Особенно на контрасте с восхитительной первой частью свидания. Что происходит в Датском королевстве?

— Почему? Зачем? Как? Я не знаю, какого вопроса ещё не хватает… что? — недоумевала девушка прыгая от возмущения до непонятной смеси чувств. — Что за блин? Можно сразу всю историю без пауз на вопросы и ожидание оваций?

— Видение во время инициации, — коротко сообщил ворон, вышагивая по краю саркофага, чтобы посмотреть внутрь, — не ты одна увидела себя умершей в очень молодом возрасте. Я хорошо запомнил, как буду выглядеть, в момент смерти. Первые лет десять это не слишком волновало. Не склеить бы ласты раньше срока, но чем ближе я подходил к возрасту своего «финиша», тем навязчивее становились мысли о конце пути. Я не я, если не стал бы искать способ нагнуть систему, а кто ищет, тот всегда найдёт!

— Так… значит… ты…

— Обманываю свою смерть уже несколько лет. На саркофаг пришлось потратиться. Он защищён древней магией, амулетами всех, кого только можно, моими духами-хранителями и своим не слишком очевидным местом обитания.

— Хочешь спрятать — спрячь у всех перед глазами, — пробормотала шаманка, не в силах прийти в себя от шокирующего открытия.

После шока все эмоции пустились в пляс. Слова она произносила машинально, почти не вкладывая в них эмоций, но мысли вертелись вокруг увиденного. Слишком безумно. Слишком странно. Слишком…

— Анастасия погрузила меня в особую магическую кому. Тело как бы заморожено вне времени и пространства. Физически оно не прожило ни секунды после погружения, оставаясь на постоянной паузе. Если я проснусь, то в мох лёгких даже воздух будет того года, когда мы с ней это провернули, — продолжил рассказывать Весемир, поглядывая на Чарли. — Особенность магии — дух шамана свободен для любых дел. Мне оставалось только использовать временные тела.

— И сколько ты так можешь...

— Существовать? Анастасия привязала свою магию не к собственному смертному телу, а к начинённому амулетами саркофагу. Пока он цел, я могу продолжать так «жить» вечно!

— Это очень странно! — с трудом выдавила из себя шаманка хоть какую-то оценку ситуации.

«Это… это… это и мне предстоит? Зачем он мне это показал?!» — смысл происходящего ускользал от Чарли. Хотелось получить подсказку зала или звонок друга, который разжуёт причины происходящего.

Весемир не торопил. Он внимательно смотрел за бурей, бушующей в душе девушки и ясно отражающейся на её лице. На своё тело ворон старался не смотреть, не отрывая глаз от собеседницы. С его молчаливого согласия она коснулась пальцами руки спящего красавца. На ощупь она казалась почти тёплой. Чуть прохладнее обычной температуры тела. Видеть его таким казалось чем-то противоестественным. Однако…

«А что ещё можно сделать, если дурацкое видение собственной смерти требует подчиниться и принять свою смерть молодым?»

✠✠✠

— Тебя самого устраивает такое… такая жизнь? — прошептала она, пытаясь справиться с эмоциями. Слишком всё было сложно.

— Всё лучше, чем смерть! — подтвердил он её размышления. — Кто знает, может, доживу в таком виде до дня, когда можно будет отменить судьбу.

— Такую жизнь впору назвать существованием! — не удержалась Чарли.

— В постоянной астральной практике есть свои плюсы. Вне зависимости от состояния Грани, я добился таких успехов, какие мне и не снились в смертном теле… а ещё я тебя встретил! И работать на агентство могу без страха за свою тушку. Сломают — найду другую.

— Я… это… всё… — в голове не укладывалась открывшаяся истина, как бы её Чарли туда не пихала с усилием. — А что сказали остальные?

— Никто не знает, — серьёзно ответил Весемир, добавив непривычного холодка в голос, — для всех я всего лишь балуюсь эксцентричными выходками, по какой-то причине скрываю тело. Только Анастасия знает, потому что помогала. Теперь ещё и ты! Подобные тайны можно доверять только…

«Самым близким? — округлила глаза от удивления шаманка. — Так это такая высшая форма доверия?! Показать самое тёмное из своих свершений...»

Больше всего хотелось забиться в астрал и обсудить всё произошедшее с Раей и Павликом. Обсудить хоть с кем-то, кто может понять, но… а кто, кроме неё и Весемира, может понять такой непростой выбор? После вознесения они обязаны подчиниться року и, когда наступит тот день, безропотно принять свою смерть. И кто на это пойдёт в здравом уме? Сама Чарли едва не плакалась в жилетку Весемиру, что не доживёт до дня, когда ГХ станет для неё домом с крепкой семьёй. С другой стороны, он лишь открыл свою тайну, а не потребовал от неё присоединиться к нему.

«Заказать свой саркофаг или спать с ним валетом?» — от последней мысли она почти улыбнулась.

Как ни странно, взгляд с небольшой долей юмора покачнул шаманку в сторону взвешенной оценке всей ситуации.

— А если я поцелую спящего красавца, то случится пробуждение, как в сказке? — хихикнув поинтересовалась она.

— Нет, — хмыкнул ворон, — нужна чуть более серьёзная магия с моей стороны!

— Тогда… — с озорной улыбкой Чарли перегнулась через глиняный бортик и мягко коснулась губ Весемира своими. Ворон от её действий шокировано встрепенулся, распушив крылья. — Я скажу, что это было очень необычное первое свидание! Начало вышло без преувеличения чудесным, а финал… сделал его воистину незабываемым!

— Не каждый парень бросится показывать своё коматозное тело, — с усмешкой согласился ворон, но, не выдержав, с тревогой в голосе спросил: — Ты в порядке?

Шаманка, помедлив, кивнула.

— Да, но… то, что я скажу, может всё испортить. Я… — она замялась, подбирая слова. — раньше… нет, не так! Я боюсь, что любое неосторожное слово просто уничтожит…

— Всё, что мы пережили? Доверие? Моё отношение к тебе? — предположил Весемир. — Нет, не уничтожит. Ты показала мне свои тёмные стороны, не заставляла демонстрировать тебе свои. Доверие — штука очень сложная, как прыжок веры. Тебя поймают или нет? Не узнаешь, пока не прыгнешь!

— Тогда… — она нервно сглотнула, — я понимаю, почему ты это сделал. Я не стану лукавить, возможно, однажды я начну думать в этом же ключе, но сейчас подобное будущее меня пугает не меньше, чем смерть! Это то, что я принимаю в тебе, но могу никогда не выбрать для себя!

— Зато я получил свой поцелуйчик уже на первом свидании! — вдруг задорно заявил шаман, своим непосредственным тоном вызвав у спутницы неконтролируемый хохот.

Казалось, именно этой шуточки, не совсем ровной и не для всех смешной, недоставало, чтобы напряжение вылетело в трубу и два шамана вспомнили, что свидание продолжается. Оба сорвались в безудержный смех, остановить который не могли ещё долго. В нём отражалось всё напряжение, накопленное за год. Всё, что они пережили вместе и порознь, вся боль, которая объединила их, всё это звучало в неровном хохоте. Чарли клятвенно пообещала, что отныне при личных разговорах будет звать Весемира не морковкой жизни, а исключительно спящим красавцем. В ход пошли даже предположения, что поцелуй не работает потому что целовать должен прекрасный принц! Под возмущенный клёкот ворона Чарли сразу начала рассматриваться кандидатура Джеймса.

— Ну а что? — продолжила веселиться она. — Он британец. Кто знает, может, он имеет немного королевской крови по генетическим задворкам!

Когда атмосфера смогла разрядиться настолько, что возле спящего красавца Весемир и Чарли разве что фотосессии не устраивали, появилась таинственная женщина средних лет, так и не пожелавшая открыть своё имя и, приказав запереть саркофаг и не «застужать сквозняками тело», повела парочку в одно из скрытых служебных помещений. Там их ожидал традиционный для любого свидания ужин. Ничего лишнего — всего лишь чай и сладости перед большим окном, открывающим прекрасный вид на окрестности. Центр Москвы в любое время дня и ночи выглядел красивым, но вечером перед Новым годом он позволял себе исключительную привлекательность.

Возвращалась в ГХ Чарли в смешанных чувствах. Весемир проводил до станции метро «площадь Революции» и обещал встретить, как только она «вернётся из подземелья» рядом с офисом. Времени всё обдумать в одиночестве оставалось не так уж и много. А в суматохе празднования тем более не до непростых мыслей. Шаманка позволила себе замешкаться при покупке одноразового пропуска, потом предпочла пропустить толпу вперёд, чтобы попасть на платформу и «случайно» упустить уходящий поезд. До следующего оставались считанные минуты, но даже их девушка посчитала наградой.

Неторопливым шагом она прошла мимо медных статуй, блестящих полированными местами. Забавно было видеть, что помимо знаменитой собаки, отполированным оказался медный петух, детская обувка, револьвер чекиста или туфелька студентки.

На временно опустевшей платформе она заметила ещё одного человека, стоящего у статуй трёх революционеров. Неизвестный просто стоял и смотрел на троицу, не глядя по сторонам, словно не интересуясь приходящими и уходящими поездами. Его интерес к этим статуям, кажущимися обособленными от остальных, оказался настолько заразительным, что Чарли не выдержала и тоже подошла посмотреть поближе. Женщина и двое мужчин.

«Символы пролетариата, наверное», — подумала она.

С одной стороны совершенно обычные непримечательные статуи, медные, в чём-то даже хрупкие, что уже сказалось на полустёртой морде пса, в любом другом месте остались бы незаметными человеческому глазу. Но на станции метро, где самые разные люди ходят толпами тысячи раз в день, они стали особым духом станции. Одна из самых красивых станций Москвы и всей России. Очень завидный статус и не менее завидная судьба среди статуй. Пусть морда пса скоро исказит его породу, он любим всеми так, как порой живые люди не могут быть любимы.

Все эти статуи пропитались самой жизнью, идущей мимо них, но всегда находящей мгновение, чтобы коснуться и напитать холодную медь жизнью. Для шаманки резонанс энергий, исходящий от статуй, превосходил даже тот, что излучали намоленные иконы. Добровольно отданная энергия самой жизни. Со временем круг замкнулся. Эту жизнь чувствовали не только Иные, но и обычные люди. И отдавали ещё.

— Тоже завораживает? — нарушил молчание незнакомец и заставил Чарли вздрогнуть, вырывая из размышлений. — Простите, я не хотел вас напугать! Просто заметил интерес.

— Да нет, вы… — покраснела она, не зная, как оправдаться. — Они притягивают внимание.

— Заставляют обо всём забыть! — с дружелюбной улыбкой кивнул новый собеседник. — Я уже на время боюсь смотреть. Стою тут, наверное, уже не первый час.

— Думаю, что всё из-за места. Они стольких людей видели… ну не то, чтобы буквально видели…

— Да, я понимаю, мимо них каждый день протекает множество судеб. Поколения. Целые истории. Однажды они смогут похвастаться, что пережили несколько цивилизаций!

Что-то в его лице казалось смутно знакомым, будто они раньше встречались или Чарли знала какого-то его близкого родственника. Но как бы она ни всматривалась в волевое лицо, кажущееся излучающееся какую-то неуловимую безжалостность за счёт пронзительных серо-синих глаз, никак не могла найти какие-то общие нити между ними.

К платформе подъехал поезд, вынуждая завершить разговор и наскоро распрощаться, так и не познакомившись. Только начинающая свой путь к здоровому общению с людьми Чарли даже не сообразила, что если уж разговор увлёк, то поезд можно снова «случайно» пропустить или, если храбрости хватит, обменяться контактами. Всё же случайного разговора недостаточно для следующего шага. Заслышав, как поезд остановился, она дружелюбно улыбнулась и откланялась озвучив очевидное:

— С наступающим вас!

Она побежала к вагону слишком поспешно, чтобы услышать ответ:

— И тебя с наступающим, Чарли.

✠✠✠

Новосибирск. 31 декабря

Людмила Павловна не постеснялась обогатить праздничный стол домашними ягодными настойками на коньяке, одна другой лучше. Хвастаясь бабушкиным рецептом, она и веселилась, и держала границы дозволенного между коллегами. Впрочем, компания подобралась соответствующая. Несмотря на двусмысленный набор коллег, сплошь мужского пола, каждый из них придерживался даже более строгих границ. Самир почти тайком привёл свою жену, которую скрывал даже от своего лучшего друга. Маленькая тихая женщина, одним лишь взглядом укрощающая мужа, была встречена коллегами с теплотой. Игорь пригласил «на огонёк» свою сестру, родившуюся таким же мистиком, но выбравшую сторону мирных жителей.

Матвей и Лёха не стали никого приглашать. У Лёхи из близких людей, оставался только Самир, а остальные мало-мальски знакомые родственники обитались в агентстве и либо тоже дежурили в филиалах, либо готовились праздновать Новый год в Москве. Матвей не скрывал, что до принятия его в новую стаю имени ГХ, человеческие отношения для него стали чем-то чуждым. Его робкие порывы налаживать дружеские связи со всеми новоприобретёнными коллегами от этого откровения, полученного после распития рябиновой настойки, обрели особое значение для всех свидетелей. Растрогавшаяся Людмила Павловна даже позволила себе начать с волколаком панибратское общение.

Благодаря домашнему вину Самира, его кулинарному гению и нескольким бутылкам настойки, способной роту солдат положить с одного глотка, встреча праздника шла бодро и весело, даже маленькой компанией. Не дождавшись полуночи, захмелевшие и весёлые «дежурные» филиала обменялись подарками и вскрыли дополнительные свёртки, которые оставили для них отбывшие в Москву коллеги. Матвей при виде сувениров, элементов одежды и прочих милых сердцу вещей, что принято оставлять под ёлкой, едва не прослезился. Даже кричаще-красный свитер в ужасный ромбик с огромной уродливой оленьей рожей на животе и спине, подаренный Ли-Тао, он прижимал к себе с искренней любовью.

В без четверти полночь Лёха выдал всем бенгальские огни, пока Самир разливал по бокалам игристое вино, давно ставшее символом смены времён. На столе радовала глаз фруктовая нарезка и кривенькие соцветия очищенных мандаринок. По случаю в столовой включили телевизор, чтобы выслушать всё, что скажет президент о прошедшем годе. С учётом всего, что успели агенты пережить даже за последние полгода, его кощунственно было назвать просто «непростым». Таких сложных лет у агентства ещё никогда не было.

В момент, когда никем не замеченное юмористическое тв-шоу прервалось торжественной музыкой и белыми буквами «новогоднее обращение президента России...» на фоне курантов, стены новосибирского офиса задрожали от взрывов отнюдь не праздничных петард.

Лёха и Самир молниеносно оказались у окон, мгновенно оценили ситуацию и в тот же момент одновременно пригнулись к полу. Своевременные действия защитили их от стеклянного крошева, влетевшего со звоном разбитых окон в столовую.

— Дамы, под стол! — рявкнул Лёха. — Игорь, звони живо в Москву. Офис штурмуют!

Часть 4. Не задерживай вскрытия к Хаосу дверей

Итак, мы начинаем!

Три года подготовки подошли к концу. Титаническая работа, как никогда, близка к завершению. Все фигуры собраны в нужном месте, в нужное время. Теперь, главное, чтобы атака прошла ровно и без неожиданностей. Таким образом, нас с тобой, мой друг, уже никто не остановит.

Когда мы завербовали агента ГХ и получили весь необходимый перечень информации, я и подумать не мог, каким джекпотом окажется Вальдемар. Нет ничего страшнее, чем амбициозный инквизитор, вынужденный оставаться во вторых рядах и терпеть ограничения. Едва он согласился с нашими доводами, как мы получили все данные по пропавшим страницам Книги Хаоса. Дальше оставалось «содействовать» обнаружению этих потеряшек. Немного хитрости, и доверенные тайники скомпрометированы. А по регламенту...

О да, Виктор, я знаю, что ты будешь поступать сугубо по регламенту, не думая, что после моей отставки все руководства следует пересмотреть и переписать! Я создал ваши своды правил и законов. Я знаю каждый ваш шаг, когда смекалка отказывает и приходится поступать по инструкции. Неужели вы никогда не думали, как это может вам аукнуться?! Вы сами сделали себя слабыми. Я лишь продемонстрирую все ваши болевые точки! А через разрушение старого мы все станем только лучше!

И что же диктует агентам мой регламент? Книга Хаоса будет полностью собрана. Агентство не может позволить себе пересчитать все риски нахождения страниц в одном месте, не может набросать новый план убежищ, оно обратится к моим предписаниям и послушно соберёт Книгу для меня. Я знаю лень Виктора, слишком много телодвижений, чтобы отправить самый опасный артефакт в конце года под надёжную защиту. Нет, Виктор, ты понадеешься на авось и сохранишь Книгу в хранилище вещдоков до четвёртого января, но мне будет достаточно и ночи на первое. А план здания… стоит ли говорить, что я сам создавал этот лабиринт нижних этажей. Мне известны схемы строений каждого из филиалов… кроме последнего.

Новосибирск. Хвалю и скриплю зубами. Именно так нужно поступать, когда агентство теряет того, кто слишком много знает – надо смещаться в другие офисы и пересобирать себя по кусочкам. Создавать непробиваемую броню. Всего лишь неизвестное здание, а сколько проблем может устроить! К счастью, свой «человек» у меня и там припрятан. Вся необходимая информация давно у меня в руках, а все мои поручения исполнены ровно в срок!

Эх, Виктор-Виктор, как можно было позабыть, на что я способен? Впрочем, мы с тобой, друг мой, смогли создать обманчивое впечатление не слишком активного чернокнижника и его демона.

Перед глазами стояла всё это время моя нерешаемая дилемма. Как стабилизировать ритуал? Чудовищная мощь не пройдёт без последствий. Для равновесия… бедные братья-экзорцисты Островы. Но их жертва не была напрасной. Они указали каким путём нам нельзя идти. Невозможно предложить что-то равнозначное ритуалу, который перекроит мир навсегда. На нашей стороне нет ничего подходящего. Надежда только на недавно открытый принцип громоотводов. Но кто подойдёт? Подсказку могла дать страница, но та самая давно развеялась пеплом на ветру.

Батори. Моя слабость. Ряд необходимых жертв. Я успокаиваю себя тем, что без информации, скрытой в глубинах памяти этого запачканного ложными обвинениями призрака, слишком ценная информация, чтобы считать сопутствующие потери. Эти дети всё равно не дожили бы до следующего года. Весь мир не дожил бы… Но мне нужна была эта информация. Пришлось ждать, пока частички её прежней жизни, оставшейся на сохранившихся вещах прошлого, напомнят призраку былое существование.

Покровительница иноверцев, Иных, философов и людей науки. Несправедливо обвинённая и осужденная до смехотворности постановочным судом в присутствии цепных псов старого Ордена. Не пробиться. Не спасти…

Кто мог знать, что среди людей под её опекой окажется исчезнувший в веках чернокнижник, первый из всех почувствовавший приход Грани Хаоса! Больше чем за сто лет до того, как она накрыла весь мир! Изучал закономерности уплотнения, спрогнозировал все последствия. Пусть его призрак не сохранился, но Елизавета дала достаточно подсказок, где найти всё, что от него осталось. Записи его исследований. Настоящие ритуалы по истончению Грани ещё до того, как она появилась! Ответы на вопросы, что мучили меня все эти годы! За такие знания я и своей жизни не пожалел, если бы знал, что кто-то завершит начатое мной.

Один демон начнёт ритуал, другой его доведёт до завершения, отражая друг друга сквозь Грань... Звучит почти поэтично, но какой подойдёт? Вальдемар предложил интересную кандидатуру. Я почти согласился и дал добро укреплять её особым чаем. К моменту нашего ритуала громоотвод должен стать предельно живучим иначе жертв будет куда больше, чем спасённых. Но в процессе мы нашли кое-кого получше.

Да. Для такого ритуала следует подыскивать только самое лучшее. И всё же… самым тяжёлым стал выбор свиты. Первая неудачная попытка, вошедшая в историю, включала в себя не только чернокнижника, проводящего ритуал, но и сильнейших Иных, вставших на его сторону. Ещё одно обязательное условие. Без них не добиться успеха. Кого же выбрать, в качестве необходимых жертв, как не весь состав ГХ, который так вовремя предоставил мне свою кровь? Наивная защита от проклятий и магии крови? Девочки, вы меня разочаровываете! Неужто забыли о древних ритуалах, которые намного сильнее любой вашей защиты?

Последний год Грани подходит к концу. Мы войдём в историю, друг мой! Нас уже не остановить. В нашей считалке все персонажи на своих местах:

На золотом крыльце сидели

Монах, шаман, чернокнижник,

Экзорцист, ведьма, сыщик,

Агент, предатель, Иной –

Кто ты будешь такой?

Выходи поскорей

Не задерживай вскрытия

К Хаосу дверей!

1. Новый год ч.1

Москва

6:30 МСК

Большой холл агентства в предпраздничные дни расцвёл. Если в каждой секции, жители старались по мере сил украшать спальни и общее место для чаепития, то место всеобщей встречи приходящего года по красоте ничуть не уступал Красной площади. Для всех оставалось секретом, где Анастасия с Виктором выкроили бюджет и помощников, но все общие залы и коридоры выглядели буквально дорого и богато. Огромная наряженная ёлка в большом холле и небольшие в залах поменьше. Гирлянды, мишура, игрушки и мандаринки везде, куда падал взгляд, не оставлял шансов сбежать от праздника. Хотя некоторые пытались изо всех сил.

Последний день декабря начался с коллективной попытки агентов разбудить Чарли. Никто не поверил увещеваниям Лао, что шаманка обладает силой армии сурков, но убедились. Девушку смог разбудить только писк смартфона, на который Анастасия позвонила, чтобы проверить, сможет ли техника совершить то, что всем Иным агентства не под силу.

— Доброе… — пробормотала Чарли, открывая глаза и едва не оглохла от всеобщего крика:

— С НАСТУПАЮЩИМ!

Сонный взгляд шаманки едва различал в толпе коллег отдельные лица. Кажется, рядом с ней стояла Анастасия со своим смартфоном, позади неё Джеймс вместе с Громовой. За их спинами возвышался Лао. В дверном проёме застряли Ли-Тао, Анжей и Макс. Яны видно не было, но её голос звучал где-то позади всех. Вместе с ней в спальню пытался прорваться Марк, вызывая гневное карканье ворона Весемира.

— Вся честная компания? — хмыкнула Чарли.

— Одевайся потеплее и дуй в столовую! — скомандовала Настя — Мы сегодня всей толпой идём гулять по Москве! В офис возвращаемся только к праздничному ужину, поэтому подкрепись как следует!

— Так, а теперь все вон из комнаты моей подопечной! — гаркнул Лао.

Прежде чем уйти, Анастасия положила на кровать перед шаманкой свёрток, обёрнутый фольгой с ярким бантом на уголке, и подмигнула. В свёртке обнаружились открытка, удобный лыжный костюм, не стесняющий движения и отлично согревающий на морозе, и тёплые перчатки. Открытка гласила, что подарок на Новый год общий от Виктора и Анастасии. Чарли улыбнулась, едва не прослезившись. Подарок от начальства, с которым она едва-едва успела познакомиться, растрогал так, что она едва не всхлипнула. При мысли, что без появления Лао в своей жизни, Новый год она встречала бы с родными, одинокая слезинка всё же скатилась по щеке.

Стряхнув с себя оцепенение и грустные мысли, Чарли начала быстро собираться. День предстоял насыщенный. Лыжный костюм подошёл идеально по размеру, бубен остался «защищать» спальню, а девушка помчалась в столовую. Даже завтрак вышел праздничным. Казалось, что все «прошлогодние салатики» перебрались в прошлое и красовались на столах. Чарли присела около «новосибирцев», заметив, что Яна стала выглядеть чуточку бодрее, несмотря на тоску в глазах.

За дальним столом Джеймс не стесняясь миловался с краснеющей Громовой. Марк завтракал, не отрываясь от смартфона, с помощью которого кому-то что-то писал. Оля и Таня сели за столик к незнакомым Чарли девушкам, и словно единая банда что-то активно обсуждали и хихикали. Что-то подсказывало, что за столиком собрались все ведьмы ГХ. Марьяна к ним не спешила присоединяться, оставаясь за столиком филиала.

С робкой радостью шаманка рассматривала капустник из коллег, которых никогда не видела, но ощущала с ними нечто общее и почти роднящее.

10:30 МСК

Всеобщая прогулка по центру действительно заняла весь день. Агенты забронировали только для себя два часа на катке, и ни в чём себе не отказывали, веселясь наравне с жителями и гостями столицы. Вовремя катания Чарли пожалела, что не попросила на Новый год щитки для коленей и локтей. Тело далеко не сразу поняло, что от него требуется на льду и девушка постоянно падала, пока наставник не подхватил её. Под руку с ним процесс пошёл намного веселее.

Шаманка, возможно, начала бы смущаться своей неповоротливости, но почти половина агентов на льду стояла очень неуверенно. Даже Громова со смехом частенько приземлялась на пятую точку, чтобы при помощи Джеймса встать на ноги. Если такие асы, как Железная Леди, падают, то младшим не за что краснеть. Самыми ловкими на льду оставались монахи. Лао Шин, Ли-Тао и азиат в возрасте по имени Лао Дзы рассекали на скользкой поверхности, словно только для неё и были рождены.

13:20 МСК

После катка группа выехала в Подмосковье, чтобы оценить просторный ледовый городок, в котором, помимо прекрасных прозрачных скульптур, нашлось место для целого парка горок разной степени высоты и крутизны. Самая высокая и крутая выглядела, как горный пик, а финиш находился так далеко от старта, что исчезал вдали. К горке всех горок уже стояла огромная очередь, к которой присоседились Анжей, Макс и Ли-Тао. Чарли предпочитала съезжать с чего-то чуть более безопасного на вид, но всё равно взвизгивала, когда ледянка набирала сумасшедшую скорость.

Там же Виктор нашел ресторанчик на открытом воздухе, который находился в черте парка, где все места заняли агенты. Чарли невольно ощущала вину, что праздничная жирная утка досталась только им, в то время как остальные отдыхающие довольствовались домашними гусями в яблоках, которые предлагали рестораны на вынос. На грядущий год на стол подавалась какая угодно птица, кроме традиционной курицы.

— Я тоже хочу! Тоже хочу! — клянчил ворон Весемир себе кусочек птичьего мяса.

Прозвище «каннибал» прицепилось к нему на весь день. Несмотря на хрупкое птичье телосложение, шаман веселился наравне со всеми. Даже самую высокую горку он не обошёл стороной, прицепившись к Ли-Тао когтистыми лапками.

17:40 МСК

По возвращении в офис, шаманка едва чувствовала пальцы на ногах и на всех парах рванулась отогреваться в душ. Почти все вернувшиеся с горок агенты последовали её примеру. В комнате девушку ожидал ещё один ранний подарок. Хитрец Лао дождался, пока подопечная покинет свою временную спальню и подложил ей свёрток с подписью «от Лёхи». Любопытство не позволило открыть подарок под бой курантов, и шелестящая фольга полетела на пол. Внутри оказался шерстяной свитер ручной вязки. Синий с красными вставками и огромной оленей мордой по центру. Он немного напоминал тот, утраченный при первой встрече с Раей, но был заметно толще и качественней. Рае досталась частично синтетическая обновка, а подарок водителя дышал натуральной мягкой шерстью.

Помимо подарка от Лёхи, её ожидал сюрприз от Матвея. Открытка-конверт с вложенной фотографией маленького рукотворного тотема-кошки и подпись: «Я сделал его своими руками. Он ждёт тебя и твоего духа-хранителя в Новосибирске. С Новым годом. Матвей».

Сияя улыбкой, словно участница рекламы о зубной пасте, Чарли спустилась в общий холл в обновке. Наивное новогоднее настроение окружало своей теплотой и безотчётной радостью. Впервые шаманка начала смотреть на агентов, не как на коллег, с которыми «идти вместе в разведку», а как на большую семью, внутри которой она по-настоящему начала раскрываться и находить «своих» людей. Свою маленькую семью. Приёмный отец-брат Лао Шин, немного своеобразный двоюродный дядюшка Анжей, кузен Ли-Тао, чью неуёмную энергию надо всего лишь перенаправлять, старший и более разумный брат Макс, не лишенный своих моментов безумства, дальний родственник Марк, с которым отношения тёплые, но неопределённые. Ещё Весемир с определёнными намерениями к ней, Яна, с которой тоже непросто, но оно того стоит. И конечно друзья семьи, давно ставшие своими — Лёха и Самир. К Игорю и Людмиле Павловне она ещё не до конца привыкла, но знала, что всё решает время.

— Предлагаю обменяться подарками пораньше, взять шампанское и пойти встречать год под куранты! — свалился, как снег на голову, со своим предложением Анжей.

— А никто не боится оставлять офис без присмотра? — шепнула Чарли Весемиру.

— Нет, — покачал головой ворон, — особенность магии, которую наложила троица наших основателей. Одинокий офис становится неприступной крепостью без входа и выхода.

19:40 МСК

В главном холле на столе уже стояли закуски, которыми можно было бы заморить червячка перед отправкой на Красную площадь. Чарли раздавала свои коробочки и свёртки с сувенирами, подарками и просто приятными мелочами, в перерывах перехватывая со стола что-нибудь вкусненькое. Главное не подарок, а внимание, особенно когда только-только сердце начинает открываться друзьям после долгих лет заточения в одиночестве.

Лао, как образцовый наставник, заказал для Чарли и её бубна колотушку, сотворённую руками алтайских шаманов. Оля, Таня и открытка от Игоря вместе задарили девушке красивые кожаные перчатки без пальцев. Благодаря Яне, Максу и Анжею, её новый браслетик из Румынии обзавёлся тремя защитными амулетами, которые она сразу пристегнула. Обнаруживающий демонов от Макса, отпугивающий злых паразитов мира духов от Яны. Оповещающий о приближении любого неприятеля вибрирующей дрожью от Анжея.

Пока шаманка с улыбкой раздумывала, что последний амулет ей напоминает об одном знаменитом польском сборнике рассказов, на плечо сел Весемир с самодельным шаманским колье.

— Я специально вселился в тело енота, чтобы сделать его для тебя!

Немного крупноватое на вкус Чарли, но такое родное! Да и все старания Весемира, вынужденного подбирать подходящее тело, чтобы просто сделать для неё подарок своими временными лапками-руками, безумно трогали. Для него Чарли со смехом заказала удобный насест, чтобы в филиале было удобнее проводить время. Не дарить же подарки коматознику.

Радостная атмосфера набирала обороты. Анастасия разливала по чашкам горячий чай, чтобы после чаепития с подарками дружно встать и направиться в сторону центра и курантов. Шаманка сбегала в комнату и закрепила у бубна новенькую колотушку. Вечер обещал оставаться таким же светлым и радостным, когда офис ощутимо тряхануло.

20:00 МСК

Когда пол попытался выпрыгнуть из-под ног Чарли не удержалась и неловко упала на колени, вскрикнув от боли. На мощный удар из патронажа фейерверков похоже не было. Амулет, подаренный Анжеем начал мелко трястись, подтверждая худшие опасения. Шаманка, не теряя времени, закрепила на поясе бубен и помчалась в главный холл к остальным, но на лестнице столкнулась с Яной и Лао.

— Бегом на первый уровень! — приказал монах.

— Что происходит? — успела пискнуть Чарли.

— На офисы совершено нападение. Новосибирский сейчас в осаде. До остальных не дозвониться, — без пауз между словами заговорил Лао. — Бегом к запасному выходу и затаились. На данный момент приказ — сидеть тихо и ждать дальнейших распоряжений. Но по первому сигналу бегом наружу, всё поняли?

— Д-да, — кивнула шаманка, не совсем понимая, что происходит. Но чувства уже начали подсказывать, что посреди счастливого праздника случилась беда. — А Ты?

— Все боевые единицы, кроме ведьм, будут держать оборону наверху. Всё будет хорошо!

С этими не слишком правдоподобными словами монах скрылся из виду. Девушки побежали на первый подземный уровень, где, по словам Анастасии, находились запасные выходы, через которые никто не мог войти. Помимо Яны и всего шабаша, внизу обнаружились все экзорцисты и ранее незнакомые Чарли агенты, явно робеющие от творящегося наверху. Сама шаманка никак не могла поверить в происходящее. Всё казалось глупой шуткой, которую задумали старшие, чтобы разыграть младших. Ну не может внезапно всё пойти наперекосяк?!

Новосибирск

19:54 МСК23:54 По Новосибирску

Бронированный не только миром материальным фургон протараним въездные ворота, вырвав у напуганных девушек отчаянный короткий визг. Атмосфера праздника улетучилась мгновенно. Только Лёха, Игорь и Самир быстро сообразили, что имеет место не учебная тревога и попрятали всех не вовлечённых подальше от окон. Увы, привычки тащить к застолью огнестрельное оружие не было ни у кого. Для того, чтобы успешно огрызнуться, надо сначала добраться до арсенала.

Обзор дворика угрожал лишить жизни, но Лёха не мог не держать ситуацию под полным контролем. К филиалу, помимо фургона, подъехали два джипа, набитые под завязку людьми в чёрном и с автоматами наперевес. Ситуация складывалась, мягко говоря, прескверная. К подобной обороне Новосибирский филиал ещё не был подготовлен. Только к атаке Иными.

Бам. Треск. Хрусть. Звяк.

Обладающий нескончаемым запасом жизней Лёха едва успел броситься под стол, заметив неладное. Ещё большее неладное. Несколько подозрительных хлопков и звук, напоминающий вылетающий мяч из трубы… вот только это точно был не мяч. Серия взрывов покрыла весь праздничный зал стекольным крошевом. Но, что хуже в здание пробралось плотное облако совсем не случайного дыма.

— Люда, женщин в бункер! — начал раздавать команды Лёха, понимая, что неоднократно живым щитом сможет быть только он один. — Матвей, сопровождаешь и пулей ко мне! Самир — крыша. Игорь — второй этаж.

«Но сначала арсенал!» — пробиться к заветной комнате на первом этаже непросто. Ноздри щекотала уверенность, что сегодня он ещё ни один раз проверит, сколько у него в запасе осталось кошачьих жизней.

Серия немых кивков ознаменовала начало операции по обороне филиала. Людмила Павловна начала свое осторожное движение по направлению к бункеру. К чести новенькой, она не поддавалась панике и опасной для ситуации истерике. Возможно, это всё будет позже. Главное, что сейчас делает как велено. Матвей, прикрывая девушек своей широкой спиной, двинулся следом. Осталось вооружиться. Лёха коротко выдохнул и бросился в сторону арсенала.

Москва

20:15 МСК Первый уровень

— Это первогодки, как и ты, вас не принято бросать на амбразуру. Вперёд идут опытные…

Не успела Яна договорить, как почти все Иные на первом уровне повалились на пол. Девушки не стали исключением. Знакомая душащая слабость окружила шаманку и, вытянув все силы, лишила возможности стоять. Все звуки, ощущения и внешние сигналы едва-едва пробивались в сознание. Однако именно в этот момент она действительно поверила, что происходит нечто страшное. В голове даже возникла какая-то светлая идея, но никак не могла оформиться в нечто связное. Едва разлепив глаза, Чарли увидела висящий на поясе Яны термос. Слабое движение рукой в сторону возможного смягчения симптомов. Ведьма даже не заметила. Несколько глотков и запоздалое понимание, что в термосе был концентрат чая. Сквозь вспыхнувшие в голове фейерверки, Чарли передала термос Яне, чтобы та могла тоже выпить, но той чай почти не помог. Зато шаманка смогла подняться на шатающихся ногах. Вокруг лежащих почти бездыханно агентов стояли замершие и ничего не понимающие экзорцисты.

«Как же… мысль… я думала о чём-то, — попыталась сфокусироваться девушка, но едва не упала на пол. Чай давал очень кратковременный эффект. Пришлось выпить ещё. — Это. Чувство. Знакомое… да, точно! Это ощущение от дракона! Но их в агентстве хранят в специальных шкатулках. Почему плохо стало сейчас? Потому что… потому что… потому что кто-то сюда идёт! С драконом! Но сверху или снизу?»

Чарли сделала несколько шагов к предполагаемому аварийному выходу из агентства и едва не потеряла способность соображать. Давление на сознание многократно усилилось, и девушка поспешила убраться назад. Едва не столкнувшись с близнецами-экзорцистами, она с трудом заставляя разум работать через усилие произнесла всё, к чему успела прийти:

— Со стороны выхода. К нам идёт неприятель, — для верности она показала свой браслет с трясущимся амулетиком Анжея. — С драконами. Надо всех спрятать. Быстрее. В… капище! Помогите…

— Всем внимание! — крикнули хором близнецы, быстро поняв, что им говорит едва стоящая на ногах шаманка. — Кто может стоять на ногах, берите упавших и тащите на третий уровень вниз в капище!

Чарли от предложенной помощи отказалась, решив на своих двоих идти со всеми. Гудящая голова верно приметила, что просматриваемые залы второго уровня плохо подходят для игры в прятки с неприятелем, чем капище, похожее на маленький лабиринт.

20:15 МСК Холл

В холле с окон сорвали шторы вместе с гардинами. Несмотря на глушилки, по выделенной линии удалось связаться с коллегами из ФСБ и позвать из на подмогу. Оставалось лишь дождаться подкрепления и стоически держать оборону. Так предполагал действовать регламент, и Виктор даже не думал хоть как-то от него отклоняться. Весь молодняк вывели к безопасному выходу. Пусть оказавшись на улице они могли оказаться в опасности, но возможность поспешного побега у них была. Если никто к ним не будет ломиться, то не побегут. Главное, дождаться…

Лао нервничал. Новосибирск, успев оповестить о нападении, заглох. Больше никаких сообщений, ни плохих, ни хороших. Как удачно их собрали в одном месте и напали ровно в тот день, когда все агенты гарантированно будут в офисе. Зачем?

«Для того, чтобы никого не было в каком-то другом месте? — раздумывал монах. — В месте, где творится что-то страшное и требуется срочно вмешаться, но мы все здесь?»

Неизвестность будто намеренно играла на поле его догадок, и никто не мог их опровергнуть. На первом уровне вроде тишина, хотя чувства в момент опасности будто ослабли. Только интуиция верещала, что происходит нечто неправильное, и нужно срочно переламывать ситуацию. Но как? И в какую сторону?

Джеймс с Громовой осторожно проходили между рядами ожидающих агентов. Бледные Виктор и Марк обнажили такие нетипичные для них кольты. Анастасия осталась с молодняком, чтобы справиться с любой угрозой, которая может внезапно настигнуть их при эвакуации. Анжей и Ли-Тао, успев сработаться, просматривали окна и бросали на лидера Новосибирска красноречивые взгляды. Мгновение спустя к ним присоединился Макс и поманил Лао к себе.

— Там чернокнижники, — шепнул он, — под амулетами, скрывающими сущность. Очень много чернокнижников. Демон говорит, что они в процессе сотворения коллективной магии. Ничем хорошим это не кончится!

— А если им помешать?

— Уже никак, — покачал головой Радомиров. — Они почти закончили.

На мгновение монах лишился дара речи. Спокойный тон чернокнижника и смысл его слов сбивали с толку.

— Что именно они закончили? — наконец поинтересовался он.

— Они нас заперли внутри. Мы не выйдем. Но никто чужой не войдёт, пока целостность купола не будет нарушена или они не навредят кому-то внутри, А до тех пор мы рыбки в аквариуме!.. — пожал плечами чернокнижник.

«Потрясающе!»

Ситуация напоминала глупый сюрреализм. Страшная беспомощность сводила с ума. Праздник внезапно обернулся нападением. Все агенты были готовы реагировать на нападение, но в глазах каждого читалось недоумение. Почему сейчас? Почему так в лоб и так внезапно? Кому хватит наглости напасть на агентство настолько открыто в момент, когда «все дома»?

— Ты не дослушал! — вернул его в реальность голос Радомирова. — Сейчас с этим колдунством ничего нельзя сделать, но его нужно поддерживать каждые пятнадцать минут. Нас слишком много, чтобы держать в аквариуме. В зазоре между сеансами надо успеть на них напасть. Приготовься делать свои страшные стихийные вещи. Я прикрою.

— Понял-принял! — кивнул Лао.

Время, только тянувшееся бесконечно долго, начало разгоняться, когда потребовалось наскоро собрать всех, кто мог отправиться в мгновенную атаку для нейтрализации вражеских чернокнижников. Плечом к плечу с Лао встали Ли-Тао, Лао Дзы, Анжей, Джеймс и Громова, которую её бывший наставник оставил прикрывать группу огневой мощью. Радомиров встал во главе силы поддержки, которая должна была ослаблять противника, не выходя из здания. Они собрались к мгновенной передаче новогоднего леща незваным гостям, когда Макс с группой чернокнижников внезапно повалился на пол, успев сдавленно охнуть.

«Что за… нет времени на раздумья!» — приготовился монах прорываться.

20:30 МСК Лестницы

Чарли даже себе не смогла признаться, какой чёрт дёрнул её не прятаться вместе с остальными на втором подвальном уровне, а затаиться и начать смотреть за теми, кто готовился войти в агентство снаружи. Отчего-то очень уж хотелось наконец узнать, что творится в датском королевстве.

Ничего существенного выведать не удалось. Незваные гости шли быстро и со знанием дела. Их не интересовали агенты, поскольку процессия направлялась не к лестницам наверх или вниз и не к лифтам. Сквозь тупую боль в голове шаманка пыталась вспомнить, куда может вести длинный коридор, которым следовали вторженцы.

«Первый уровень. Здесь есть несколько потайных выходов для срочной эвакуации… Также там хранилище вещдоков…» — подсказала память, восстановив слова Анастасии, в день, когда Чарли заселялась.

— Книга! — выдохнула шаманка.

«Они или в архиве, или в хранилище!»

Чарли сделала неуверенную попытку двинуться следом, но болезненная слабость лишь опрокинула её на пятую точку. Охнув от удара о каменный пол, шаманка беспомощно смотрела вслед ушедшим похитителям. Сил встать у них на пути или даже просто встать не осталось. Чай едва помогал. Запоздало в голову прилетела светлая мысль позвать кого-нибудь на подмогу. Лишь половина Иных падала без сил от влияния злополучных драконов. Связи под землёй едва хватало для отправки текстового сообщения.

«Неприятель на первом уровне с нефритовыми драконами. Они хотят украсть что-то из хранилища вещдоков. На помощь!» — отправила она в общий чат, молясь, что кто-то в момент осады заглянет в смартфон и увидит сообщение.

«Ну же, пожалуйста!» — мысленно приказывала она значку сообщения в чате «отправлено» поменяться на «прочтено».

Минута. Ничего. Ещё минута. Неприятель шёл обратно. Чарли в ужасе поняла, что из-за падения на пол будет заметной на их пути. Адреналин в крови помог вскочить на ноги и помчаться в сторону лестниц к первому этажу. Натренированные ноги достаточно резво подчинялись не слишком трезвому разуму. Врезаясь в стены девушка почти добежала до ступеней, когда услышала на спиной очень неприятный скрежет когтей по камню. Процессия незваных гостей не стала останавливаться ради неё, но кто-то с хищным рычанием решил сделать для неё исключение.

Сердце заколотилось где-то на уровне пяток, а координация, как назло, подло игнорировала все стремления маленькой шаманки дожить до следующего года. Каменные ступени выскальзывали из-под ног. Несколько раз она растягивалась на лестнице и даже сползала вниз, отчаянно стремясь оказаться как можно выше. Рычащий преследователь не отставал и ничуть не задерживался на лестнице.

Наконец, последний пролёт пройден. Перед Чарли предстал незнакомый коридор первого этажа. Вспомнить в какую сторону бежать времени не оставалось. Услышав снова скрежет когтей, девушка со всех ног побежала налево, отмечая, что голова начала работать куда лучше. Ковёр приглушал её шаги. В панике она слышала только стук сердца и собственное тяжёлое дыхание, вырывающееся со всхлипами. Снова развилка. Такая же незнакомая. Право или лево? Рык прозвучал совсем рядом, вынуждая срываться в бег без оглядки. Чарли даже не запомнила в какую сторону повернула.

Коридоры и не думали становиться знакомыми, пока она не врезалась в тупик. Больше не было пути вперёд. Только она, осознание, что нужно возвращаться. Вокруг бытовые комнаты. Сушилка, гладильная, прачечная…

«Окно из прачечной первого этажа!» — вспыхнула надежда.

Чарли ворвалась в прачечную. Дверь не запиралась. Агентам не было нужды закрывать бытовые комнаты друг от друга. Пришлось наспех забаррикадироваться. Пока преследователь бился в дверь, подпёртую сломанной стиральной машинкой, Чарли воевала с подмёрзшим окном. С каждым ударом спасительная техника сдвигалась в сторону. В проёме показалась когтистая лапа с серой кожей. Эту тварь шаманка уже видела. Упырь.

Наконец окно поддалось и она выпрыгнула наружу, целясь лицом в сугроб, но в последний момент гадкая лапа вцепилась в ногу и резко дёрнула шаманку на себя. От неожиданности и ужаса Чарли истерически завизжала, пытаясь вырваться из мёртвой во всех смыслах хватки. Верхняя половина тела беспомощно свесилась из окна, а нижнюю к себе подтягивала прожорливая тварь. От железной хватки голень частично онемела. Тело зависло над землёй под опасным углом. До страшного хруста сломанной кости недоставало лишь очень хорошего рывка…

— Кто-нибудь помогите! — завизжала она.

И тогда когтистая тварь рванула её на себя, заставив заорать уже от боли.

20:30 МСК Холл

По холлу носился ворон, лишившийся контроля Весемира. Все чернокнижники лежали на полу, едва соображая, что происходит. Монахи сумели прорваться только для того, чтобы осознать — перед офисом никого нет. Даже выпавший снег свидетельствовал, что его не топтали ничьи ноги. Лао растерянно осматривал территорию. Тишина и спокойствие.

— Чего вы ждёте? — крикнула Громова, не сдержавшись. — Почему просто стоите?

— Здесь никого нет, — ответил за всех Лао Дзы. — Кажется, нас всех провели.

Со стороны агентства поднялся шум:

— Что?!

— Но…

— Они всё ещё там стоят.

— Да, фигуры под капюшонами.

— Я подтверждаю, — перекинул их всех Ли-Тао. — Даже снег не притоптан.

Ожидание затягивалось. Ничего не происходило. Никто не мог выйти наружу, а монахи лишились возможности войти внутрь. Только чернокнижники могли подсказать момент перехода между режимами аквариума, но они продолжали лежать без сознания. Осматривающие их медсёстры отметили сильное истощение, но ничего опасного для жизни. Со стороны первогодок не поступало никаких тревожных сообщений или звонков, пока:

— С наступающим, господа и дамы! — посреди холла появился Влад. — Не стоит покидать дом родной в этот светлый праздник.

От него отшатнулись, как от призрака. Почти все присутствующие знали его лично. Немногие исключения о нём слышали. И абсолютно всем было известно, что последние месяцы головной боли и сверхурочной работы появились именно благодаря воскресшему из мертвых чернокнижнику. И вот он стоял перед ними совершенно спокойный, будто всего-навсего опоздал на праздник. Казалось, он всего лишь воспоминание из прошлого в своей повседневной, пусть и мрачноватой одежде. Синие глаза сияли решимостью.

— Ты… — выдохнул Виктор.

— Разве я мог пропустить торжественные семейные посиделки? — по улыбке гостя трудно было понять, в какую сторону повернёт беседа.

На всякий случай все постарались отступить от него подальше. Только Виктор продолжил стоять на месте и поражённо смотреть на своего бывшего соратника.

— Какого чёрта у вас там творится? — со стороны улицы гостя тоже было видно.

— Мы всё знаем! — неловко крикнул Анжей сорвавшимся в фальцет голосом.

— Раз знаете, то и обсуждать нечего!

Лао от такой наглости опешил. Дав знак Ли-Тао и Лао Дзы, он внимательно всматривался в поток энергии Ци, надеясь заметить колебание или что-то, нарушающее общее равновесие, чтобы пробиться обратно в офис.

— Мы были союзниками, какого чёрта ты всё это начал! — едва не прошептал Виктор.

— Мы втроём это начали, когда основали агентство, забыл? Наша цель поддерживать порядок и не впадать в отсталый консерватизм Старого Ордена. Я всего лишь придерживаюсь изначальной цели!

— Устраивая эксперименты со страницами?! — не выдержал Марк.

— Эксперименты устраивал не я. Убедить любознательного учёного не проводить опытов со страницами не сможет никто, зато можно понаблюдать за процессом. Они сами давали мне пищу для исследований, — не моргнув и глазом сообщил Влад.

— Зачем нужно было устраивать весь этот бардак? Устраивать нападения на тайники?

Ближе к полуночи Грань предельно тонкая, а при переходе с одного года на другой и подавно. Фактическая смена лет не имеет никакого значения. Для утоньшения Грани важен иной фактор. В этот день почти весь мир верит, что преодолевает границу между годами. Всеобщая абсолютная вера, подкреплённая устоявшимися ритуалами.

Лао вглядывался, но никак не мог найти, где завершается один «аквариум» и начинается другой. Минуты шли, но никакого просвета. Рядом сосредоточенно всматривались в непроницаемую защиту Ли-Тао и Лао Дзы.

— Виктор, — снисходительно выдохнул Влад, — уж для тебя подобное должно было стать очевидным!

— Книга Хаоса, — ответила за чернокнижника Анастасия, ворвавшаяся в холл со стороны лестницы, — ему нужна была она! И он её выкрал!

— Каюсь. Грешен.

— В чём смысл заставлять нас собирать Книгу? — не выдержал монах. — Если тебе была нужна какая-то страница…

— Не «какая-то», мой старый друг, — от такого обращения Лао едва не дёрнулся, как от пощёчины. — Неужели, все забыли, что из себя представляет книга книг?

— Книга-зверь, что пишет себя сама…

— Мне нужна была особенная страница. Испепелённая, когда Книгу разорвало на части, и восстановленная, благодаря вашему посильному участию!

«Да он просто издевается! Почему никто ничего не делает?!» — беспомощность выводила из себя, но проникнуть обратно в офис всё не получалось.

Ситуация всё больше накалялась. Лишь одно успокаивало монаха — Чарли оставалась в безопасности на первом уровне. Главное не допустить, чтобы бывший лидер спустился туда за Книгой.

— Хочешь повторить катастрофу в очередной попытке уничтожить Грань?! — вырвалось у него против воли.

— Три года назад я бы согласился с такой постановкой вопроса, но я не дилетант, — как ни в чем не бывало ответил чернокнижник. — Все эти годы я завершал своё исследование и подобрал идеальное уравнение баланса. Все мои экспериментальные образцы помогли приблизиться к успеху. К нашему успеху, Виктор, в этом и твоя заслуга! Не продемонстрируй ты мне свою полную неспособность поступать радикально, я бы не решился вершить судьбы самостоятельно!

— Это безумие! — по бегающим глазам Анастасии Лао понял, что что-то внутри офиса мешает агентам предпринять какие-либо активные действия против Влада, вынуждая оставаться беспомощными слушателями его откровений.

— Безумие — это терпеть все нападения демонов на людей! Безумие — это видеть, как демоноподобные Иные пожирают всё, что видят вокруг себя, потому что голодают. У нас общий враг. Им всегда была Грань, её чертовы барьеры и часы, ограничивающие наши силы.

Ни разу Влад не сорвался в эмоциональную проповедь. Его голос оставался спокойным и плавным, словно он старался успокоить возбуждённых детишек и убедить их пойти спать. Тягучая неторопливая речь совершенно не сочеталась с напряжённостью ситуации.

— А что будет, когда демоны по ту стороны Грани смогут вернуться к нам? Откуда тебе знать, что случится?

— Батори. Она свела меня с тем, кто знает о Грани больше нас всех. Прежде чем выдать моё имя, она выполнила своё предназначение. Успешные эксперименты с Гранью существовали ещё до исчезновения Древней Магии. Раз уж кто-то смог сдерживать такую мощь несколько десятилетий в одиночку, то мы сможем её разрушить!

— Мы?!

— Разумеется, Настя, в ритуале должны участвовать сильнейшие из Иных. Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались, не так ли? — от его проникновенного голоса замерли от ужаса все агенты, осознав, что в «аквариуме» они всё равно что жертвенные агнцы.

— Приди в себя! Как вообще можно до такого дойти! — не выдержал Виктор.

— У нас одна планета, мой дорогой друг. Нет запасного аэродрома, космической станции, или колоний на Марсе и Луне. Нашу планету штормит, и если ничего не делать, то проблема сожрёт всё живое, не оставив никого! — Лао вспомнил, как говорил почти точно такие же слова Чарли, когда учил подопечную своей философии. — Но вы считаете пределом своего влияния только жалкие потуги с удерживанием стрелок часов судного дня. А я предпочитаю действовать решительно. Уничтожить часы. И отменить Судный день!

— Цель оправдывает любые средства! Даже принесённых в жертву людей? — прошептал монах.

— Если хочешь навести порядок, то придётся немного поработать метлой!

— Ты, как всегда, самонадеян донельзя! — фыркнула Анастасия, глядя на бывшего друга и возлюбленного со смесью ужаса и отвращения. — Начнёшь ритуал и Судный день наступит из-за тебя!

— И тогда появитесь вы все, вступите в финальную битву со злодеем и наше противостояние завершится большой дракой, — с ироничной усмешкой заметил чернокнижник. — Думаешь, что судьбу всего мира можно решить кулаками? Нет, мне куда удобнее держать вас всех здесь!

— Как лабораторных мышей? — впервые Лао заметил, что рука Анастасии тянется к кобуре с береттой, но в сантиметре от цели замирает. Незваный гость просто не позволял никому сделать что-либо решительное против него.

— Как неразумных детей, — поправил её Влад и повернулся к монахам, неспособным прорваться внутрь. — Чтобы не мешали взрослым и не покалечились. Подопечных нужно оберегать. Порой от них самих, не так ли Лао? Не старайтесь, пока я внутри, войти не сможет уже никто…

«Чарли… Настя дала бы хоть какой-то знак, что она в опасности или?..»

— Береги свою подопечную, она нужна мне живой! Мой выращенный в полевых условиях громоотвод! Хорошо, что вы её нашли! Плохо, что так поздно, но к дедлайну мы успели!

Монах замер на месте. Картинка полноценно сложилась. Все успехи Чарли, рост её потенциала семимильными шагами и такой полезный чай, который всегда был рядом. С момента, когда Вальдемар увидел, на что она способна, в своей неограниченной форме.

«Поглощённая энергия отдачи в Екатеринбурге…»

— Ты намеренно послал своего подопытного в Екатеринбург с неправильной расшифровкой страницы? Это был тест?

— Время поджимало, я должен был убедиться, что она справится. Небольшая проверка её способностей и более чем успешный результат. После музея отпали последние сомнения! Оставалось только проследить, что мой громоотвод будет получать свой чай постоянно, — на последних словах наставник уже знал, какое признание последует за ними. — Поэтому рядом всегда должна была находиться Марьяна.

Лао Шин принял этот удар спокойно. Осознание о предательстве ведьмы не могло ранить сильнее, чем истина, в которой роль его последней подопечной сводилась к жертвенному агнцу. Страшно было даже думать, что испытает на себе так называемый громоотвод.

«Никто не войдёт! Никто не войдёт, значит, пока она в безопасности внизу!»

— Мы это просто так не оставим! Только дёрнись, Влад, мы вырвемся наружу и тогда… — окончательно рассвирепела Настя.

— Только глупые злодеи из старых фильмов рассказывают о своих планах на этапе, когда их можно остановить! — твёрдым голосом прервал её бывший возлюбленный. — Меня здесь даже нет! Я давно там, где должен быть. Как и Книга Хаоса.

В образовавшейся тишине от его призвания можно было услышать каждый тяжёлый вздох. Каждое судорожное движение. Каждую попытку отстраниться от праздника отчаяния, в который превратился Новый год.

— Упыри самого нижнего сословия прекрасные следопыты. При небольшой помощи магии крови могут найти и вскрыть любой вход и выход, даже тот, который снаружи должен оставаться неприступным. Лао, раз уж ты снаружи, проверь свою подопечную, в своей попытке предупредить всех она могла пострадать!

22:00 МСК Метро

Площадь революции он выбрал в этот важный день не просто так. Ритуал можно было провести в любой точке Москвы и даже за её пределами, но Влад с математической расчётливостью желал обмануть рок с максимальной выгодой. Вырвать у смерти все возможные жизни. Только такое противостояние он считал достойным своего внимания.

Анастасия и Виктор никогда не могли стать для него равными соперниками, только сама неотвратимость законов бытия. То, что не могло окраситься в тёмные или светлые тона, оставаясь вне правил добра и зла. Время, жизнь, смерть и, конечно же, Грань. Последней он бросил вызов с момента своего вознесения. Чернокнижник чувствовал её постоянно, как мигрень. Она стала частью его новой сущности, и даже его демон никак не мог помочь с этой болью. К ней пришлось привыкнуть, только для того, чтобы разум нашёл все возможные способы заставить её уйти.

Владу никогда не требовалось смотреть на часы или на потоки энергий, чтобы определить толщину проходимости Грани. Он чувствовал её, как свою родную ненавистную опухоль во всём её объёме. С самого начала он чувствовал и осознавал несправедливость её существования, дав себе клятву, что однажды победит. Он победит время, жизнь и смерть, но сначала падёт Грань!

Виктора и Анастасию он продолжал по-своему любить. Мистик и ведьма стали его единственными друзьями, пусть он и осознавал, что такая неравная дружба однажды споткнётся о ближайшее препятствие и прекратит своё существование. Проблемой стали не амурные чувства мужчин к общей подруге, как бы кто ни думал. Влад стремился во что бы то ни стало найти способ уничтожить Грань раз и навсегда. Только ему хватило упорства и въедливости, чтобы постичь тайну языка, на котором Книга Хаоса была написана. Увы, самая важная страница уже прекратила своё существование. Пришлось довольствоваться тем, что есть.

Все ритуалы, как и всё, что управляет миром, чернокнижник всегда видел, как некое общее уравнение, в котором достаточно узнать значение всех неизвестных для общего решения. Несмотря на своё отношение к человеческому ресурсу, как к такой же переменной, он взял для себя за правило сводить количество жертв к нулю. Увы, в мире с голодающими демонами это не всегда получалось. Грань мешала не только ему.

Боль, которую ему причиняла эта противоестественная мембрана между мирами, в чём-то оказалась достаточно полезной. Личный демон не стремился захватывать тело своего носителя. Сущность из другого мира рационально оценила все положительные стороны успешной миссии Влада и посильно стремилась помогать. Да и испытывать на себе все «прелести» перманентной боли демону совершенно не хотелось. Точка безумия откладывалась на неопределённый срок. Демон быстро понял, что такого чернокнижника не получится поглотить. Успеет принять все необходимые меры и сделать со своим другом нечто более страшное. С таким лучше не враждовать.

Три года он методично планировал, как проведёт ритуал в одиночку и одновременно в окружении всех агентов ГХ. Требовалось лишь создать этот хитрый парадокс, правильно обмануть условия ритуала, чтобы Новый год не омрачился убитыми и ранеными. Тогда в игру вступило особое место для проведения последнего ритуала Книги Хаоса. Если повезёт, то книга книг прекратит своё существование за ненадобностью, а если нет — то второй раз её точно не смогут пересобрать.

Влад искал место, переполненное человеческой энергией. Такое, чтобы проходящие потоки множества таких одинаковых и разных жизней циркулировали с утра до ночи. Но не только поэтому чести стать новым историческим местом удостоилась Площадь революции. Вся причина крылась в её статуях. Иному достаточно прикоснуться к собаке, чтобы ощутить мощь, заложенную сотне тысяч прикосновений пассажиров, прошедших мимо знаменитой медной статуи. Все остальные статуи не меньше напитались от живых людей. Немного хитрости, немного крови, немного магии крови и для ритуала не будет никакой разницы, кто принимает участие — живые и дышащие Иные или их энергетические копии. Энергии в статуях достаточно для обмана.

Всё для грандиозного обмана, который он готовил долгие три года. Пусть остальные считают его психом, пусть назовут злодеем и объявят своим врагом. Он один будет знать правду до самого конца, потому что только так можно обмануть саму смерть. Ритуал должен уничтожить всех участвующих в нём, кроме читающего страницу. Пусть москвичи будут оплакивать разрушенные статуи, все агенты ГХ останутся в живых.

Иногда необходимо надеть на себя маску злодея, чтобы спасти умирающий мир, как бы тот ни сопротивлялся. Но в решающий момент судьба мира ляжет на плечи маленькой шаманки. Главное, чтобы его ставка сработала и тёмная лошадка оказалась чемпионом.

Пока его иллюзия выставляла себя на глазах бывших сослуживцев эталонным злодеем, отвечающим на все вопросы с наибольшим количеством подробностей, физическое тело под частичным контролем демона методично помечало статуи украденными образцами крови. Метки должны быть свежими. Рыбки, должны послушно сидеть в своём аквариуме. Пришло время чернокнижнику занять своё место и сорвать с мира болезненную мембрану, которая душила его больше трёх веков.

Миклош Надашди, чернокнижник под покровительством Батори, он же её дальний родич со стороны супруга, туманно сообщил, что ритуал могут стабилизировать два демона, рождённые по обе стороны Грани. Задачка заставила Влада задуматься. Мир ещё не слышал о демонах, рождающихся в мире людей. Даже во времена Древней Магии размножались сущности эфира сугубо на своей родине. Именно благодаря этому качеству после появления Грани Хаоса число запертых демонов не пополнялось. При всём желании их число оно не могло увеличиться.

Элегантный ответ пришёл откуда он не ожидал совершенно. Фраза, случайно брошенная шаманкой, про особенность собственной сущности расставила всё на свои места. Так называемые первыеИные или те, кто взял поровну от демонов и людей, как любил бахвалиться Весемир. Влад с удовольствием использовал бы именно его, но в своём собственном беге от неизбежной смерти, самый опытный шаман агентства оказался недосягаем. Выбор пал на самую незащищённую шаманку.

1. Новый год ч.2

Новосибирск

22:30 МСК

02:30 По Новосибирску

— Получи фашист гранату! — взревел на адреналине Игорь, отстреливаясь со второго этажа.

Преимущество, полученное внезапностью нападения, быстро растаяло, когда Лёха успел добраться до арсенала и вооружиться до зубов. Троих стрелков нападавшие явно не ожидали увидеть и заметно сдавали позиции. А когда в игру вступил Матвей, перекинувшийся большим злым волком, то дело окончательно приняло для них дурной оборот. Против сразу четверых какой-либо тактики у неприятеля не оказалось, как и запасов пуль.

Словно этого было недостаточно, со стороны города начали шустро разноситься грозные сирены, а яркие мигалки нешуточно отбрасывали синеватые блики на тёмные стволы деревьев, обещая жаркий приём всем мальчишам-плохишам. Чего бы ни добивались враги агентства, они проиграли.

Людмила Павловна оказалась дамой не простой. Добравшись до безопасного места, эта хрупкая бухгалтерша быстро позвонила кому надо и уже через час всех напавших скрутили очень вежливые люди. Новый год был безобразно испорчен, но отсутствие каких-либо потерь не могло не радовать. Только Лёха предусмотрительно переоделся, прежде чем идти здороваться с подмогой. Не стоило им видеть в какое кровавое месиво вражеские пули превратили его красивый свитер.

— Лао, — рявкнул он в телефон как только появилась связь, — считай, что козлятушки-ребятушки злого волка прогнали к чёртовой матери. Как у вас дела?

— Хреново. Защищай филиал и ожидай пополнение! — отозвался монах. — Некогда…

— Нет, вот с этого места давай подробнее, — пресёк Лёха его попытку сбежать, — мне нужно знать как и от кого защищаться!

— Ты не поверишь…

Москва

23:15

С молчаливого одобрения агентов по обе стороны «аквариума», Лао бросился искать Чарли. К счастью для монаха, долго разыскивать не пришлось. Прибывшие на тревожный вызов коллеги из числа людей уже дежурили на месте. Группа ФСБ-шников безуспешно пыталась штурмовать здание агентства с запасных выходов, а рядом группа МЧС готовилась принимать раненых. Но к моменту появления Лао, что одни, что другие могли похвастаться только одним клиентом. Боевые коллеги успешно устранили упыря, открыто высунувшегося в городскую среду. Тело твари уже упаковали и убрали с глаз долой. А в кузове автомобиля МЧС под одеялом ожидала своего наставника Чарли. Когтистая лапа нечисти всё же нанесла урон девушке. Левая нога ниже колена обзавелась гипсом. Сама шаманка изо всех сил пыталась оживить свой смартфон, чтобы дозвониться до кого-либо из коллег, но, увидев Лао, забыла про аппарат.

— Лао у нас вторжение! Они забрали Книгу Хаоса! Кто-то был на первом уровне! Я пыталась всем сказать! А они меня не выпускали! Сказали лежать и ничего никому не передали! — затараторила Чарли, срываясь на крик.

Монах рассеянно кивнул, проверяя состояние здоровья подопечной. Попытка прочитать по течению энергии Ци любые активные воздействия на неё не привела ни к чему. Казалось, что с девушкой всё хорошо. Не менее здоровая, чем обычно, если не обращать внимания на ногу. Но даже она казалась не таким уж страшным ранением. Закрытый перелом. Заживёт очень быстро. Главное, увести её подальше. Возможно, подальше от московского офиса…

— Чарли, тебе нужно выбираться отсюда, как можно быстрее! — негромко пресёк он поток её отчаянного рапорта. — Нам всё известно. Здесь Влад.

— Книга…

— Да, у него. У нас мало времени, ты должна для меня кое-что сделать!

Неизвестность и проповедь чернокнижника, затуманившая разум странным трансом, не позволяли нормально сосредоточиться на происходящем. Боевое состояние никак не желало приходить, будто и тут третий основатель ГХ умудрился что-то наколдовать. Всё выглядело слишком мучительно тягучим и вялым, будто все агенты пчёлами увязли в липком варенье, лишившись возможности двигаться. Всюду виделись наступающие враги, готовые растерзать всё, на своём пути. Всё, что мог придумать Лао, это вытащить из зоны поражения свою подопечную, в надежде, что так защитит её.

— Лао? — заметно напряглась шаманка.

— Живо на Ярославский вокзал и езжай до Новосибирска!

По её лицу он видел, как сильно она хочет начать протестовать, однако несмотря на бурю эмоций, отразившихся на её лице, девушка коротко кивнула и пробормотала что-то, отдалённо напоминающее «хорошо». Осталось только подобрать ей провожатого.

Быстрое чтение по энергиям помогло выявить достаточно ответственного сотрудника. С виду не менее боевой цербер, чем другие, в душе всё же имел достаточно мягкости и тревоги относительно слабых и беспомощных людей. Носитель русского имени Иван сорока лет отроду, внимательно выслушал приказ сопроводить раненого агента до самого крыльца новосибирского филиала и, не задавая лишних вопросов, забрал Чарли в служебный автомобиль.

— Отчёт на каждой остановке, — приказал на прощание Лао, чуть сжал руку подопечной и, с чувством выполненного долга, вернулся к офису.

23:45

Влад исчез. Зато «аквариум» вновь обрёл подвижность, подарив надежду, что всех агентов, хоть и по одному удастся вытащить. Три одновременных прыжка внутрь заставили клетку тревожно завибрировать.

— Сначала нас с Виктором, — приказала Анастасия, — мы его остановим! Всем остальным приказ: выбираться из офиса и, как можно быстрее, покидать Москву. У магии крови есть ограничения по расстоянию. Даже Влад не обладает безграничной силой. Всё понятно?! Вопросы?

Вопросов не осталось. Пока буйный Ли-Тао помчался в подвальные помещения возвращать на поверхность всех ведьм и первогодок, Лао Дзы и Лао Шин успешно «перевели» на другую сторону глав агентства. Анастасия и Виктор, не теряя времени зря, сели в автомобиль и помчались по служебной линии в сторону самой центральной точки Москвы. По словам ведьмы, ритуал должен быть проведён именно там.

— Думаю, что под землёй, так что вариантов у него немного. Начнём с метро!

— Мы с вами… — рванулся было в бой Джеймс.

— Нет, если хоть немного опоздаем и ритуал начнётся, то нас всех… короче говоря, «бегите, глупцы»! — прервал его Виктор.

Автомобиль с логотипом ГХ взвизгнул шинами и резво сорвался с места. Счёт начал идти на минуты. До полуночи оставалось не так много времени.

Лао сразу сообразил, что для эвакуации всех агентов сил даже троих пышущих энергией монахов будет недостаточно. Требовалось придумать что-то новое. На третьем заходе Ли-Тао устало осел на землю, попросив небольшую передышку. Лао Дзы тоже держался на пределе. Шансы вытащить всех испарялись на ходу. А затем всех спасли безрассудство и отвага Анжея.

Инквизитор, не дождавшись своей очереди, сорвался с места и со всей дури попытался пробиться сквозь барьер головой вперёд, как горный козёл. «Аквариум» этого порыва не оценил и отбросил Курвина на пол. От падения неугомонный инквизитор умудрился рассечь бровь и заляпать кровью пол. Подобная глупость нуждалась в выговоре или часовым нотациям, если бы не последовавший следом неожиданный поворот. «Аквариум» прекратил своё существование, лопнув, как мыльный пузырь.

— Ах ты твердолобый гений! — воскликнул Радомиров, сообразив, что именно сотворил Анжей.

— Ты сам сказал «пока они не навредят кому-то внутри». Я внутри. Их дурацкий купол мне навредил! — пожал плечами инквизитор.

— Гениальный гений! — захихикал Ли-Тао показав другу большой палец.

Выход из агентства открылся. Время опасно приблизилось к полуночи. На Красной площади должны были вот-вот начать бить куранты. Коллеги из числа тех, кого не следует называть вслух поспешили предоставить всем транспорт. Лао окинул взглядом московский офис и приготовился командовать всеобщее отступление.

— Всем внимание! — гаркнул он. — Рассаживаемся по машинам, газ в пол и…

00:00

Последние слова померкли вместе со всем миром. С момента вознесения подобные ощущения были невозможны для монахов. Даже в полном вакууме они чувствовали течение Ци и не исчезали в непроглядной тьме ничего. Но в этот раз мир по-настоящему померк. Все чувства, всё сущее, даже само время — всё отключилось. Исчезло и кануло в небытие. Пространство испарилось и даже осознание самого себя, относительно бесконечного течения энергий испарилось. Накатившая волна чёрного ничто подозрительно напоминала саму смерть. Именно так запомнил её молодой монах, когда опасно приблизился к Костлявой во время инициации.

Но ощущения вернулись. Внутренности обдало холодом, напомнив о собственном существовании. А следом пришла разрывающая боль. Острая, невыносимая, выворачивающая наружу и не позволяющая даже на мгновение сосредоточиться хоть на чём-то. Годы тренировок, способность управлять собственным телом, запуская силой воли даже остановившееся сердце — всё это стало вдруг несущественным. От боли невозможно было увернуться, лишь сжиматься от её ослепляющего воздействия. Медленно разум скатывался в безумие, находя лишь в нём защиту от агонии. Она разрывала, сжигала и испепеляла, накатываясь волнами одна сильнее другой. Она не позволяла даже осознать, что агенты опоздали и ритуал свершился…

✠✠✠

00:00

Я не успеваю сообразить, что происходит, когда меня выбрасывает в астрал. Но в этот раз какой-то странный. Не могу вспомнить, чтобы у внетелесного мира был определённый цвет, но он точно не был таким ядерно-белым. Он сжигал бы мои глаза, будь я человеком, но по эту сторону я лишена смертной уязвимости.

Почему-то рядом нет Чернышки, Раи и Павлика. Все трое куда-то делись. Только я. Я блуждаю по бесконечной территории абсолютного света без ответов. Не сказать, что у меня есть вопросы. Слишком уж безумным вышел весь прошедший день. Проще двигаться по течению и использовать всё, что двигается вместе со мной.

Бояться мне нечего. И нечто подталкивает меня двигаться дальше. Посмотреть на… я не знаю на что, но мне уже любопытно. Чем дальше я иду, тем отчётливее понимаю, что я не одна в этом слепящем месте. Я слышу присутствие кого-то ещё. Этот «кто-то» болтливый. Постоянно говорит о себе безо всяких пауз. Сплошной поток истории о свершениях. Подвиги или пригрешения — трудно понять, но поток слов не остановить. Длинная исповедь с нотками бахвальства. Долгий финал затянувшейся истории о том, как «кто-то» нас всех обдурил. Обвёл вокруг пальца. Заставил плясать под свою дудку, а, тем временем, история вершилась за нашими спинами. История о том, как вековой гигант исчезнет благодаря стараниям одного то ли героя, то ли злодея. «Кто-то» ещё сам не определился, кем предстанет в финале.

Белизна вздрагивает, будто испугавшись действий этого «кого-то». Он что-то делает. Не прекращает говорить и делает, творит и вытворяет. От результата его действий всё дрожит. Я чувствую, как напряжение распространяется повсюду, как вибрирует белизна, испытывая повсюду давление, словно кость… которую я сломала. Прежде чем всё случается я уже знаю, что будет. Ощущаю когда давление пересиливает устойчивость. Белизна трещит. Первый перелом вызывает боль, словно это я ломаюсь. Но за ним следует ещё один и ещё. Белое пространство разламывается, крошится, как тонкая сладкая карамель, и рассыпается мелкими песчинками.

Мне всё ещё не страшно. Что-то внутри подсказывает, что я готова. Впереди неотвратимость, но я смогу её встретить и не сломаться. Сломается только она, эта белая… слово вертится на языке, но я никак не могу его поймать. Как же её мы все зовём? Постоянно чувствуем, злимся, но зовём её… Какое же слово?

Что-то ограничивающее? Да, точно! Грань! Она ломается! Не пробивается в одном месте, чтобы зарасти, как резиновый сапог, нет! Сейчас её не станет! Целиком и полностью! Эта могильная плита Древней Магии становится прошлым, а я стою в первых рядах и смотрю!

Переломы больше не причиняют боли. Ещё один удар. Снова… Наконец. Её разрывает на мириады звёздочек. А за ней…

Ой! Блин! Теперь пора бояться! В меня мчится волна цунами и угрожает снести меня, размазав по стенам. Я знаю, что должна встретить её грудью, или что у меня теперь вместо неё, но не могу! Я трусливо сжимаюсь в комочек и малодушно пропускаю первую волну мимо, лишь бы не в меня! Я пытаюсь вырваться из этого состояния. Я почти чувствую собственное тело, чтобы сбежать. Я не хочу! Я ошиблась! Я не готова!

— БУЛОЧКА, НЕ ОТКРЫВАЙ ГЛАЗА! — кричит мне Рая, но поздно. Первым приоткрывается левый.

Боль. Разрывающая, испепеляющая агония вырывает у меня моё несчастное око, пока я сквозь собственный крик пытаюсь вернуться туда, где хотя бы только страшно, но не так больно. Выбора нет. Среди осколков разбитой грани я нахожу своё место и смиренно принимаю свою судьбу. Третья волна безудержного цунами врезается в меня, намереваясь разорвать на части. В ней я ощущаю ту самую мощь, которая была в энергии отдачи. Она пьянит и угрожает испепелить меня. Переполнить. Разорвать. Унести в небытие вместе с собой. Но я уже обволакиваю её своей демонической формой и жадно поглощаю, чтобы стать сильнее и удержать все последующие удары. Как очень голодный бегемот из детской игры.

От жадного поглощения агрессивной энергии я чувствую, как приближаюсь к своему порогу. Я вот-вот начну лопаться по швам. Это слишком. Слишком много. Внутри и снаружи клокочет слишком много неукротимой силы, которую я не могу обуздать. Против воли я вновь начинаю втягиваться в своё тело, как перепуганная улитка в ракушку. Я чувствую, как мои ладони безуспешно пытаются прикрыть пульсирующее болью веко. А в кармане… что у меня в кармане? Когда это там оказалось? Может, Лао? Когда мы прощались он мог успеть кто-то подсунуть мне в карман? Например, кристалл того чернокнижника из Румынии.

Энергия в нём приятнее, чем та, что мне пришлось проглотить. А если я и её съем? Меня разорвёт от переизбытка? Хотя… а что если я передам её своим духам-хранителям?

— Мы её не сможем удержать, Булочка! — качает головой Рая. — Чтобы скопить такое и удержать, надо оставаться живой!

— А если я поглощу энергию из кристалла?

— Газогвёт! — качает головой Павлик.

— Стань больше! — вдруг советует Рая. — Чтобы тебе требовалось больше сил для поддержания формы.

Идея мне нравится. Звучит интересно. Если я вырасту, то возможно и волны смогу сдерживать с меньшими потерями. Но насколько больше мне нужно стать? Не могу же я расти бесконечно! Или могу? А почему бы не попробовать!

Даже накатывающие волны агрессивной энергии меня больше не интересуют. Всё, на чём я сосредоточена — это рост. Надо разрастаться. Стать самым большим демоном на планете! Вот это я понимаю большие цели! Расти. Сильнее. Больше. Шире. Не позволять себе расти слабенькой тучкой. Нет. Стать необъятнее и одновременно сильнее. Непробиваемой стеной. В здоровом теле здоровый дух? Не просто здоровый! Самый здоровенный!

С увеличением границ, удары ощущаются, как неприятный зуд. Больше. Ещё больше! Размером со столицу. С половину континента. С целый континент. Ещё больше. Я могу больше! С нездоровым спортивным интересом я решаю разрастись и закрыть всю планету. Если решиться на амбиции, пусть и они будут размером с Гаргантюа! Объятие необъятной планеты в первый раз выходит не слишком уверенным, но стоит мне сомкнуться единой мембраной, как уверенность в своих силах превосходит любое колебание. Осознание себя, как живого щита для всех и каждого добавляет уверенности.

Запоздало приходит понимание. Глупое и героическое, но не менее истинное. Я рождена для этого момента! Когда придёт моё время, именно я встану между порядком и хаосом и выдержу! Уже выдерживаю! И смогу дальше выдерживать, пока хаос не устанет! А он уже устаёт! Он живой и не был готов к такой встрече со мной! То самое время, то самое место! Звёзды сошлись в ряд!

Глаз продолжает болеть. Зато весь голубой живой шарик планеты больше не болит. Не от злой энергии отдачи, не от хаоса, не от Древней Магии, которая совсем не древняя больше. Теперь она ворвалась в наше время и останется здесь надолго. Быть может даже навсегда. В ближайшие столетия Грань Хаоса не появится!

✠✠✠

00:00

На Красной Площади били куранты. В Новосибирске уже четыре часа, как наступил Новый год. В Городе Соловья после полуночи прошёл лишь час… Планета встретила, встречала или только готовилась встретить Новый год, когда по неизвестной причине все разумные формы жизни едва не впали в безумие от павшей на них мучительной боли, исчезнувшей так же быстро и необъяснимо, как и появившейся. Гибкий рассудок людей быстро затёр все неприятные ощущения, заменив их едва запомнившимся недомоганием, которое легко можно было списать на магнитные бури или усталость от прошедшего года.

Но Иные запомнили. Даже если не понимали, что произошло, не могли забыть. Увы, кроме боли они все видели только наблюдающие за ними глаза. Голубой и зелёный.

Лишь только Последний Живой Город понял, что именно произошло в мире, но предпочёл сохранять молчание. Ни к чему раньше времени распространяться, что Древняя Магия вернулась, а Грань, которая её сдерживала, исчезла навсегда. Ни к чему беспокоить смертные разумы. Пусть немного посуетятся в блаженном неведении. Магия это далеко не только благо.

Пусть не знают. Пусть пока только отпразднуют свой Новый год.

Эпилог

Московский офис ГХ успел повидать в своей жизни многое. Он застал самый рассвет агентства, когда трое амбициозныхИных решили полностью реформировать старый Орден Инквизиции, изменив всё, кроме древнего и забытого смысла слова inquīsītiō — «расследование». Офис когда-то был единственным на всю планету. Таким тесным и неудобным для безмерных амбиций Виктора и Влада, стремящихся разнести свои идеи на весь мир. Он застал момент, когда «птенцы» разлетелись в разные стороны, основывая филиалы оплетая влиянием Ордена весь мир. Его стены выдержали все ссоры и склоки, всё отчаяние чернокнижника, осознающего какую роль придётся взять на себя, чтобы спасти мир, так отчаянно катящийся к своей гибели. Его этажи выстояли, когда произошёл раскол, его стёкла не растрескались, когда началось время кризиса и каждый месяц становился тяжелее предыдущего. Его подвалы держали буйных демонов, обезумевших от голода. Но увы, когда от мощных волн накатывающей Древней Магии вещдоки начали взрываться, словно мины, здание по-настоящему дрогнуло.

Офис не выдержал процесса жестокого и беспощадного спасения мира и на один уровень погрузился в землю. Выживание на любом из этажей стало маловероятным. Пусть Лао Шин не успел приказать агентам покинуть Москву, вывести всех на безопасное расстояние ему удалось. Несмотря на позорную беспомощность, монах мог утешить себя осознанием, что никто не пострадал.

Ритуал свершился. Об этом свидетельствовало странное ощущение противоестественного окрыления, словно все годы, пока Грань существовала, она сдавливала и угнетала. Они привыкли жить с этим грузом, научились не замечать его, но, когда его не стало, даже гравитация показалась недостаточной силой притяжения тел Иных к планете. Эта лёгкость настораживала, но казалась почти безобидной.

— Лао! Лао, посмотри! Лао! — вырвал его из раздумий крик Ольги на грани истерики.

Монах бросился вперёд, готовясь увидеть нечто страшное. Во время рывка, давшегося едва ли в четверть прежнего усилия, его сердце замерло от ужаса. Однако стоило ему оказаться рядом со светловолосой ведьмой, успевшей выпачкаться в копоти, как из головы вылетели все слова. Под ладонями демоновой невесты из асфальта рвался наверх гибкий ствол юной берёзки.

— Я… их… чувствую! — со слезами на глазах прошептала Оля. — Я могу их наверх тянуть! Лао! Это…

«Это чудо!» — это слово вертелось на языке.

Чудо ощущали все. От удара энергетической волны все смартфоны отключились, но никому не было до них дела. Древняя Магия опьяняла, подчиняя себе всех и каждого. Агенты заворожённо и осторожно, словно пробовали воду, испытывали свои силы. Вокруг он слышал крики и плач собратьев, но не раненых и страдающих, а восторженных и счастливых. С каждой секундой он всё больше чувствовал себя дураком, которого обвели вокруг пальца. Неужели… Влад был прав?

Хаос продолжался. Агенты и не думали успокаиваться. Таня со счастливым смехом ребёнка двигала на небе облака. Анжей и Джеймс активно размахивали руками, а между пальцами обоих сверкали искры, ознаменовавшие возвращение полного потенциала сил Инквизиторов, даже давно забытую рунную магию. Даже экзорцистам и мистикам было что обсудить с радостным хохотом. Уровень всеобщего восторга был настолько высок, что про Влада и пережитый стресс все на время позабыли. Только Лао и Марк оставались в трезвом рассудке.

Мистик быстро восстановил работоспособность смартфонов и оперативно налаживал связь со всеми филиалами ГХ, крича то по-английски, то по-корейски требования предоставить ему отчёты по состоянию. Мир и не думал разваливаться на части. Напротив, несмотря на полное поражение в большой игре против Влада, все приобрели больше, чем потеряли.

Сам великий зодчий не постеснялся появиться перед руинами московского офиса, удручённо покачав головой, глядя на масштаб трагедии.

— Ты… — выдавил из себя Лао, понимая, что вот-вот пойдёт убивать. На этот раз по-настоящему.

— Я, — спокойно кивнул Влад, устало улыбаясь, — ожидали кого-то другого?

— Назови хоть одну причину не сворачивать твою шею прямо сейчас!

— О, драматизм! Не думал, что ты на него способен, Лао, однако не могу не похвалить. Сильно! — через силу усмехнулся чернокнижник, демонстрируя миролюбивое настроение.

— Ты чёртов психопат, фанатик…

— Лао, — поморщился он, заметно теряя самообладание, — ты себя спроси, кто тут фанатик? Вы и ваша правильная шайка-лейка проморгали надвигающийся конец света, пока пытались залечить дыры в мироздании пластырем! Всего-то стоило хотя бы один чёртов раз вытащить свою голову из песка и посмотреть на то, что творится в мире!

— А что сейчас творится? — вспылил Лао, осознавая, что эйфория от возвращения магии скоро сменится чем-то тревожным. — Хаос, смерти и демоны повсюду!

У Грани всё равно были определённые плюсы сдерживающего фактора, которого на весь мир не стало.

— Вот именно! — Влад наступал уже срываясь на крик. — Тебе нужна причина не убивать меня? Вот она! Восемь миллиардов причин! Выпущенные домой демоны не жрут людей, им это просто не нужно! Как тебе такая причина, дятел? Одна уничтоженная Грань, и я освободил от работы всех наших экзорцистов! А что делали вы? Волколаков по лесам гоняли?!

Именно в этот момент очень не хватало очередной сводки новостей от Весемира, но шаман из-за влияния нефритового дракона, временно оказался «вне зоны действия сети». Марк отчаянно жестикулировал на заднем фоне, показывая руками, что во всех офисах мир, любовь и празднование Нового года.

— Что теперь? — через силу выдохнул Лао, успокаиваясь.

Телефонные звонки, атмосфера всеобщей радости и собственные ощущения подтвердили слова Влада. Разумеется, это не означало, что чернокнижник выйдет сухим из воды. Его ожидало далеко не невинное публичное порицание, раз хватило наглости вернуться, однако после драки время махать кулаками истекло.

— Сам видишь, работы непочатый край. Мы решили проблему с демонами, но они не самое худшее, что есть в мире.

— И что же хуже? — поинтересовался монах.

— Люди, Лао, — фыркнул Влад, невольно усмехаясь от неспособности коллеги видеть в людской натуре опасные звоночки. — Демоны жрали людей от голода. Теперь, мир задавит человеческий фактор. Бессмысленный и беспощадный. Но это лучше, чем десятки сожранных демонами детей. В любом случае лучше.

— Если так… — Лао покачал головой, прикидывая, — в хаосе начнётся делёжка власти.

— О, дошло наконец! Бинго, друг мой, все наши союзники теперь под вопросом. Никогда не знаешь, что выберет, скажем, лидер Якудза: продолжать сотрудничать с нами или заключить сделку с чернокнижниками и подняться над всей Японией. Боюсь, очень многие выберут второе! — мрачно подытожил Влад.

✠✠✠

Всеобщий стресс начал постепенно утихать. Ближайшая сеть отелей в Измайлово оказалась способна приютить у себя неожиданную армию гостей. На мгновение показалось, что, несмотря на свою безуминку, начало года прошло спокойно. Только Марьяну никто после полуночи не видел. Монах решил на время махнуть рукой на её подрывную деятельность. В качестве новогоднего подарка дал ей шанс исчезнуть и никогда больше не появляться, мысленно пообещав себе, что при первой же встрече стребует с неё по всем законам агентства.

— Лао, надо поговорить! — незаметно подкрался Марк.

— Что-то случилось? — сразу насторожился монах, сыщик никогда не был таким напуганным. Даже момент уничтожения Грани он пережил с непроницаемым выражением лица.

— Срочный рапорт. Только что пришёл.

Внутри заскребло что-то нехорошее. Однако Лао Шин старался не поддаваться панике и коротко кивнул. Если плохие новости подобрались так неумолимо быстро, то следовало узнать их как можно скорее.

— Остановлены все поезда, выехавшие из Москвы. Полчаса назад в аварийном порядке. Движение восстановлено через десять минут после остановки, но в одном поезде недосчитались пассажира.

— Дальше, — стиснув руки в кулаки бесцветным голосом проговорил Лао.

Марк не решался продолжить, но слова уже срывались приговором:

— Это был поезд до Новосибирска. Кто-то похитил Чарли.

✠✠PS✠✠

— У нас очередная остановка, Лао, всё без происшествий. Мне даже предоставили купе для инвалидов. Так что у меня никаких лишних попутчиков и большое кресло! — отчитывалась шаманка, воспользовавшись смартфоном своего сопровождающего лица. Неудачно упавший в камень аппарат признаков жизни не подавал.

Приставленный к ней Иван Сергеевич, немногословный, но добрый дядька помог девушке забраться на полку, а до этого спокойно нёс её на руках, как хрупкую китайскую вазу династии Мин. В ожидании поезда он обработал обожженный вспышкой света глаз девушки и наложил повязку, купил ей стаканчик какао и утешал, видя подавленное состояние. Рассказывать наставнику о своём статусе одноглазого пирата Чарли не решилась.

— Умница, мой юный падаван, поезжай домой и ни о чём не беспокойся. Ты молодец!

— Лао, — она пыталась говорить бодро, но голос предательски дрогнул, — я…

«Когда Грань Хаоса рухнула, я вывернулась из тела почти полноценным демоном, взяла ещё немного энергии взаймы из кристалла и защищала планету от губительного влияния энергии отдачи и разрушительной волны Древней Магии. Не знаю, как это вышло. А ещё я опустошила кристалл, он теперь бесполезен…»

— Что такое? — переспросил наставник.

— Нет, ничего такого, — не нашла в себе сил признаться она. — Просто жаль, что я ногу сломала.

— Ты сделала самое главное сегодня — ты осталась жива, а переломы зарастут! — подбодрил её Лао. — Ложись сразу спать. До Новосибирска путь неблизкий, как раз отоспишься. А потом вернемся к работе, ещё и отдохнуть не успеешь!

Поезд набирал скорость, отходя всё дальше от станции. Чарли подрёмывала, пробуждаясь от боли в сломанной ноге. Обезболивающее, которое ей вкололи, пока оказывали первую помощь, отпускало, и нога начала напоминать о своём неприятном состоянии. После всего пережитого шаманка не желала открывать глаз, надеясь проспать всё, что на неё свалилось, чтобы проснуться уже бодрой и здоровой.

Вагон резко качнулся. Прежде чем Чарли успела испугаться, Иван Сергеевич прижал её к койке, защищая от падения. После недолгого неприятного тормозного пути поезд остановился. По вагону разносилась недовольная ругань разной степени трезвости. Пассажиры, отделавшись лёгким испугом и парой внеплановых погружений в салат, недовольно ворчали, но выбираться из своих купе не спешили, лишь выглядывали.

Иван Сергеевич дал знак Чарли не двигаться, вынул табельное оружие из кобуры и вышел из купе. Шаманка схватила его смартфон, чтобы в случае опасности позвонить или написать наставнику, но, как назло, экран демонстрировал надпись «нет сети». Подвеска на браслете, подаренная Анжеем затряслась, едва не расцарапав кожу на руке.

Чарли в ужасе замерла. Нога сломана, один глаз не видит, после уничтожения Грани она обессилила — не воин, не партизанка и даже не мышка, которая спрячется и переждёт опасность. Оставалось только надеяться, что сил одного-единственного человека хватит для её защиты. Шаманка заметалась по вагону, нащупала в кармане расчёску и яростно начала чесать волосы гребнем, вырывая волосы. От тяжелых шагов кого-то неизвестного по вагону сердце сбежало в пятки. В последний момент она успела спрятать расчёску под подушку.

— Ну здравствуй, доходяга, а мы за тобой! — осклабился Вальдемар Пупков.