Роман
Последний князь обреченного рода
Я пришел в себя на собственных похоронах. Над моим телом уже читали акт о признании рода Остромирских обреченным. Соседи делили земли, чиновник держал готовую печать, а слуги смотрели так, будто покойник мешает им закончить работу. Проблема в том, что покойник открыл глаза.
Перечень спорных активов: Серый рудник, Вороний Ключ, артефактная мастерская, северные лесные угодья, три деревни...
Читать фрагмент
Читать ещёПролог. Князя хоронили раноПокойники не должны слышать, как делят их имущество.Я это понял не сразу.Сначала был холод.Не тот, что пробирает под пальто, когда выходишь зимой из теплого подъезда. Другой. Ровный, каменный, чужой. Он лежал под спиной, под лопатками, под затылком, словно меня положили не на стол, а на плиту в заводском морге. Я попытался вдохнуть глубже, но грудь ответила тупой болью, и где-то под ребрами дернулось нечто горячее, треснувшее, будто в меня вбили раскаленный обруч и забыли вытащить.Потом пришел запах.Воск. Ладан. Сырой камень. Горькие травы.И кровь.Старая, едва заметная, но я узнал ее быстрее, чем собственное тело. Кровь всегда узнается. На бетоне после аварии. На рукаве солдата. Под бинтом, который пора менять. Здесь она пряталась под сладковатым дымом погребальных свечей, но все равно была.Я открыл глаза.Надо мной висел потолок — высокий, темный, пересеченный…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0