Последний кадр Риса Моргана

Пролог

— Вы уверены, что это именно эта квартира?

Мира молча кивнула.

Дверь открылась.

Полицейские вошли первыми. Она сделала несколько шагов следом и застыла на пороге.

Комната была пустой. Белые стены. Чистый деревянный пол. Пустые окна.

Ни мебели. Ни вещей. Ни единого следа того, что здесь совсем недавно кто-то жил.

— Нет... — едва слышно прошептала она. — Этого не может быть...

Она медленно вошла внутрь.

Вот здесь...

Она была уверена. Именно здесь. Она остановилась посреди комнаты, словно пытаясь увидеть то, чего уже не существовало.

— Госпожа Беллини?

Она обернулась.

Полицейский внимательно смотрел на неё.

— Вы действительно уверены, что были здесь раньше?

— Да.

— Не один раз?

— Нет... Не один. Я...

Она замолчала.

Слова вдруг перестали иметь смысл.

Полицейский ещё раз оглядел помещение.

— Мы проверили всё. Владельца квартиры, договор аренды, счета, соседей.

Он сделал небольшую паузу.

— Никто не может подтвердить, что здесь вообще кто-то жил.

Мира непонимающе посмотрела на него.

— Но...

— Более того, — спокойно продолжил он, — у нас нет никаких данных, что человек, которого вы ищете, вообще когда-либо находился в этом городе.

В квартире стало удивительно тихо. Настолько тихо, что Мира услышала собственное дыхание.

Полицейский закрыл папку.

— Если вспомните что-нибудь ещё, позвоните нам.

Через несколько секунд дверь за ним закрылась. Мира осталась одна. Она долго стояла посреди пустой комнаты. Не двигаясь. Не понимая. Что произошло? И как целый человек мог исчезнуть так, словно его никогда не существовало?

Глава 1

Музыка играла так громко, что Мира уже не слышала ни соседей, ни собственных мыслей. Да ей этого сейчас и не хотелось. Она стояла посреди почти пустой квартиры, водила валиком по стене и улыбалась. Нежно-персиковый. Именно этот цвет она представляла себе ещё тогда, когда впервые переступила порог этой квартиры.

— Вот так гораздо лучше, — тихо сказала она самой себе.

На щеках уже красовались несколько персиковых пятен. Капли краски попали на руки, футболку и даже в тёмные кудри, выбившиеся из небрежного пучка.

Мира рассмеялась.

— Ну и ладно.

Она снова окунула валик в краску и, подпевая песне, продолжила закрашивать белую стену.

Ей нравилось абсолютно всё. Запах свежей краски. Открытые настежь окна. Тёплый ветер, гуляющий по пустым комнатам. И эта тишина. Настоящая.

Та, в которой больше никто не говорил, какого цвета должны быть стены, где должен стоять диван и почему "так будет практичнее". Впервые за долгое время это место принадлежало только ей.

Развод оказался тяжелее, чем она когда-либо могла представить. Слишком много сказанных сгоряча слов. Слишком много бессонных ночей. Слишком много попыток спасти то, что давно уже перестало жить. Но всё это осталось в другой квартире. В другой жизни.

Мира сделала шаг назад и критически посмотрела на стену.

— Кажется... идеально.

Она довольно улыбнулась.

В дверь позвонили.

Мира отложила валик и, оставляя на полу едва заметные следы краски, поспешила к двери.

— Спасибо! — улыбнулась она курьеру, принимая огромную коробку с пиццей.

Закрыв дверь, она несколько секунд смотрела на коробку и вдруг рассмеялась.

— Ну наконец-то.

Она прошла в центр комнаты, села прямо на пол и поставила пиццу перед собой.

Когда-то ей всегда хотелось сделать именно так. Есть пиццу на полу посреди почти пустой квартиры. Без стола. Без тарелок. Без салфеток, аккуратно разложенных по местам.

Она открыла коробку. По комнате сразу разнёсся аромат расплавленного сыра и свежего теста. Мира взяла первый кусок и, медленно пережёвывая, огляделась.

Персиковые стены. Банки с краской. Валик, прислонённый к стене. Открытые окна. Пустые комнаты, которые совсем скоро станут её домом.

И никто не скажет, что она снова всё делает «не так». Никто не прочитает лекцию о том, что взрослые люди не едят на полу. Никто не станет ворчать из-за пятен краски на руках.

Она улыбнулась. Это была совсем небольшая свобода. Но именно из таких маленьких свобод, наверное, и начинается новая жизнь.

Через час последняя стена была наконец закончена. Мира приняла душ, смыла с рук и лица следы краски, высушила и уложила свои непослушные тёмные кудри. От девушки с валиком в руках не осталось и следа. Теперь в зеркале отражалась элегантная женщина, готовая встречать клиентов.

Она бросила взгляд на часы. Пора. Заперев квартиру, Мира спустилась к машине.

На улице стояла привычная для этого времени года жара. Воздух дрожал над раскалённым асфальтом, а город словно лениво двигался под палящим солнцем.

Она включила кондиционер, завела двигатель и направилась в свою парикмахерскую. Впереди был обычный вечер. По крайней мере, она была в этом уверена.

Мира включила свет над зеркалами, аккуратно разложила ножницы, расчёски и машинки на рабочем столике. Затем нажала кнопку на музыкальной колонке. По салону разлилась лёгкая джазовая мелодия.

Она любила эти несколько минут до прихода первого клиента. Когда всё было готово. Когда в салоне пахло кофе, шампунем и свежими цветами.

Над входной дверью тихо звякнул колокольчик.

— Здравствуйте, — произнёс мужской голос.

Мира подняла голову.

В салон вошёл мужчина. Невысокого роста, в светлой льняной рубашке и потёртых джинсах. Через плечо у него висела большая сумка для фотоаппарата.

Улыбка у него была спокойной. Такой, которой почему-то сразу хотелось доверять.

— Добрый вечер, — ответила Мира. — Проходите. Присаживайтесь.

Она указала на кресло.

Мужчина улыбнулся ещё шире.

— Спасибо, но... вообще-то я пришёл не стричься.

— Вот как?

— Я фотограф.

Он слегка приподнял сумку на плече, словно подтверждая свои слова.

— Сейчас работаю над одним проектом. Ищу не моделей... а обычных людей. Настоящих. С интересной историей жизни.

Он достал из сумки аккуратно напечатанный плакат.

— Можно я оставлю у вас объявление? Через парикмахерскую проходит очень много людей. Возможно, кого-то заинтересует.

— Конечно.

Мира взяла листок и внимательно прочитала его.

«Ищу людей для фотопроекта "Настоящие лица". Возраст, внешность и профессия не имеют значения. Главное — ваша история.»

Она невольно улыбнулась.

— Необычная идея.

— Мне всегда казалось, что самые интересные лица не встретишь на обложках журналов, — ответил мужчина. — Они встречаются в обычной жизни.

Он на секунду посмотрел на Миру.

— Кстати... может быть, вы сами захотите поучаствовать?

Она тихо рассмеялась.

— О, нет. Спасибо.

— Почему?

— Потому что я гораздо лучше чувствую себя по другую сторону объектива.

Мужчина понимающе кивнул.

— Жаль.

— Но... — Мира ещё раз посмотрела на объявление. — У меня действительно много клиентов с очень интересной внешностью. И, что ещё важнее, с невероятными жизненными историями. Думаю, кто-нибудь обязательно откликнется.

— Уже неплохо, — улыбнулся он. — Иногда одна случайная встреча может изменить целый проект.

Мира подошла к стене возле входа и аккуратно прикрепила объявление. Отступив на шаг, она пробежала глазами по тексту и невольно прочитала последнюю строчку вслух:

— Фотограф... Рис Морган.

Мужчина улыбнулся.

— Да. Это я.

Он протянул ей руку.

— Рис.

Мира ответила рукопожатием.

— Мира Беллини.

Он слегка приподнял брови.

— Беллини? Вы итальянка?

Она тихо рассмеялась.

— Нет. Но почему-то этот вопрос мне задают всю жизнь.

— Неудивительно.

Он на секунду задумался.

— Вам очень подходит это имя.

Мира вопросительно посмотрела на него.

— Оно такое же тёплое, как и вы сами.

Она неожиданно смутилась.

— Спасибо...

Это прозвучало почти шёпотом.

Рис заметил, как она опустила взгляд, и сразу понял, что попал в неловкий момент.

— Простите, — улыбнулся он. — Это профессиональная привычка.

— Какая именно?

— Замечать людей.

На этот раз улыбнулась уже Мира.

— Похоже, хороший фотограф без этого не может.

— Наверное, не может.

На несколько секунд повисла лёгкая тишина. Потом Рис сделал шаг к двери.

— Что ж... спасибо вам за помощь.

Он кивнул на объявление.

— Надеюсь, мы ещё увидимся.

— Возможно.

Колокольчик над дверью снова тихо звякнул.

Мира проводила его взглядом, пока дверь не закрылась. Только после этого она повернулась к кофемашине.

— Странный человек... — негромко сказала она самой себе.

Она нажала кнопку приготовления кофе и вдруг поймала себя на мысли, что всё ещё улыбается.

Глава 2

К вечеру квартира стала уже немного больше похожа на дом. На полу всё ещё лежали коробки. Возле стены стояли нераспакованные книги. Посреди комнаты возвышалась почти собранная книжная полка, а инструкция, испачканная следами краски, безнадёжно валялась рядом.

Мира с сомнением посмотрела на оставшиеся детали.

— Не может быть, чтобы здесь остались лишние винты...

В дверь постучали.

Она удивлённо подняла голову. Никого сегодня она не ждала. Мира подошла к двери и открыла её. Улыбка тут же исчезла. На пороге стоял Карлос.

— Я звоню тебе целый день! — резко сказал он. — Почему ты не берёшь трубку?

Мира даже не ответила сразу. Только устало посмотрела на него.

— Значит, я не хочу с тобой разговаривать.

Всё очень просто.

Она начала закрывать дверь. Но Карлос быстро поставил ногу в проём и толкнул дверь вперёд. Мира машинально сделала шаг назад.

— Карлос!

Её голос стал жёстким.

— Не забывайся.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— У тебя всё ещё нет права приближаться ко мне ближе чем на пятьдесят метров.

Ещё один такой шаг — и я вызываю полицию.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом Карлос медленно поднял руки. Будто хотел показать, что не представляет никакой опасности.

— Всё нормально...

Его голос неожиданно стал мягким.

Почти ласковым.

— Я просто хотел поговорить.

Он сделал осторожный шаг назад.

— Мира...

Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю.

Когда ты не отвечаешь на звонки... я начинаю сходить с ума.

Мира ничего не сказала. За годы брака она слишком хорошо изучила эту интонацию. Сначала спокойствие. Потом сожаление. Потом обещания. А если это не срабатывало… Возвращался другой Карлос. Тот, которого она боялась больше всего.

— Уходи.

Тихо сказала она.

— Нам больше не о чем разговаривать.

— Ты не можешь вот так просто вычеркнуть десять лет нашей жизни.

— Могу.

Она крепче сжала дверную ручку.

— И уже сделала это.

На лице Карлоса на мгновение исчезла улыбка. Настоящее выражение появилось лишь на долю секунды. Холодное. Чужое. Но он тут же снова взял себя в руки.

— Хорошо.

Он кивнул.

— Я уйду.

Но, Мира...

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Ты ещё поймёшь, что совершаешь ошибку.

Она молча захлопнула дверь.

Только когда за ней щёлкнул замок, Мира почувствовала, что всё это время почти не дышала. Она прислонилась спиной к двери и медленно закрыла глаза.

Нет. Он не изменился. И, скорее всего, уже никогда не изменится.

Мира подошла к окну и осторожно отодвинула занавеску.

Карлос уже садился в машину. Через несколько секунд автомобиль медленно выехал со двора.

Только тогда она смогла спокойно выдохнуть. Она закрыла окно, достала из шкафа бокал, налила немного вина и села за небольшой кухонный стол. Квартира снова погрузилась в тишину. Эту тишину она когда-то так сильно хотела. И всё равно сегодня ей было неспокойно.

Перед глазами один за другим всплывали воспоминания. Когда-то всё было совсем иначе. Карлос умел красиво ухаживать. Приносил цветы без повода. Встречал её после работы. Мог неожиданно увезти за город только потому, что хотел вместе посмотреть закат. Рядом с ним она чувствовала себя любимой. Именно поэтому однажды сказала ему «да».

Но почти сразу после свадьбы что-то начало меняться.

Сначала совсем незаметно.

— Зачем тебе так долго задерживаться в салоне?

— Почему этот клиент опять записался именно к тебе?

— Тебе обязательно так часто встречаться с подругами?

Тогда ей казалось, что всё это из-за ревности. А значит... из-за любви. Потом появились звонки. Сначала один. Потом пять. Потом двадцать. Если она не отвечала сразу, дома её уже ждал скандал.

Со временем он всё чаще говорил, как ей одеваться. С кем общаться. Куда ездить. Что говорить. Он словно незаметно пытался сделать её жизнь всё меньше. А свою — всё больше.

Мира сделала небольшой глоток вина.

— Как же я этого не видела...

Когда-то она мечтала о большой семье. Хотела детей. Даже представляла, как они будут бегать по дому. Но Карлос всегда отвечал одинаково.

— Не сейчас.

Потом...

— Нам и вдвоём хорошо.

А позже...

Он вообще перестал говорить на эту тему.

Она ещё долго сидела за столом.

Вспоминая. И пытаясь понять, в какой именно момент любовь превратилась в страх. Ответа она так и не нашла. За окном давно стемнело.

Мира поднялась, выключила свет на кухне и тихо сказала сама себе:

— Завтра будет новый день.

И очень хотелось верить, что однажды эта фраза перестанет быть просто надеждой.

Глава 3

На следующее утро Мира проснулась раньше обычного. Сегодня ей не нужно было спешить в салон. До первых клиентов оставалось ещё несколько часов. Она надела лёгкое светлое платье, собрала волосы в свободный хвост и, бросив взгляд на часы, улыбнулась. У неё был небольшой план.

В центре города открылась выставка домов на колёсах. Наверное, большинство людей пришли бы туда, чтобы выбрать себе автодом.

Мира же прекрасно знала, что покупать его не собирается. Но пройти мимо всё равно не могла. Она слишком давно мечтала о путешествиях. Хотя бы ненадолго прикоснуться к этой жизни казалось ей маленьким приключением.

На улице уже с самого утра стояла жара. Воздух был неподвижным, а солнце обещало ещё один знойный день.

Мира быстрым шагом направилась к городской площади. Когда она пришла, выставка уже была полна людей.

Белоснежные дома на колёсах стояли ровными рядами, сверкая на солнце. Возле каждого собирались небольшие компании. Кто-то заглядывал внутрь. Кто-то обсуждал маршруты будущих поездок.тДети бегали между машинами, представляя их настоящими домами.

— Доброе утро, Мира!

Она обернулась.

— Доброе!

Через несколько метров её снова окликнули. Потом ещё раз. Она улыбалась каждому. Мира прожила в этом городе всю жизнь. Её отец много лет держал здесь небольшую парикмахерскую.

А после его смерти салон перешёл к ней. За эти годы она успела постричь, кажется, половину города. Поэтому неудивительно, что почти на каждом шагу встречались знакомые лица. Она остановилась возле одного из самых красивых автодомов.

Дверь была открыта. Внутри — маленькая кухня. Уютный диван. Крошечная спальня. И большое окно, из которого, наверное, где-нибудь в горах открывался бы совсем другой мир.

Мира невольно улыбнулась.

— Когда-нибудь...

Тихо сказала она сама себе.

— Обязательно когда-нибудь.

Мира ещё несколько минут стояла у открытой двери автодома, представляя себя где-нибудь далеко отсюда. Где-нибудь среди гор. Или у самого океана. Проснуться утром, открыть дверь и увидеть перед собой совершенно новый пейзаж.

Она так увлеклась своими мыслями, что не сразу услышала знакомый голос.

— Нравится?

Мира обернулась.

— О... здравствуйте, Рис.

— Здравствуйте, Мира.

Он улыбнулся.

— Не ожидал встретить вас здесь.

— Я тоже.

Она снова посмотрела на автодом.

— Но да... если честно, мне очень нравится.

Рис проследил за её взглядом.

— Тогда вам стоит увидеть ещё кое-что.

Он указал в сторону. Чуть поодаль стоял ещё один дом на колёсах. Меньше остальных. Не такой роскошный. Но в нём было что-то особенно уютное. Они медленно пошли в его сторону.

— Кстати, — сказала Мира, — ваш проект... как продвигается?

Рис улыбнулся.

— Даже лучше, чем я ожидал.

— Правда?

— Да. После того как я оставил объявление у вас в салоне, мне позвонили несколько человек.

Он посмотрел на неё.

— Так что спасибо.

— Ах, не за что.

Она рассмеялась и пожала плечами.

— Через парикмахерскую каждый день проходит столько людей, что грех было не рассказать.

Рис улыбнулся.

— Тогда получается, вы уже стали частью моего проекта.

Мира смущённо отвела взгляд.

— Пока только рекламным агентом.

Он рассмеялся.

— Знаете...

На секунду задумался.

— По-моему, после второй встречи можно уже перейти на «ты».

Мира посмотрела на него.

Потом улыбнулась.

— Наверное... можно.

— Тогда договорились.

— Договорились.

Он открыл дверь небольшого автодома и жестом пригласил её внутрь.

— Прошу.

Стоило Мире переступить порог, как она замерла.

Белые деревянные стены. Тёплый песочный текстиль. Маленькая кухня. Уютная кровать у окна. Несколько открытых полок. И совсем крошечная душевая. Ничего лишнего. Но здесь было всё, что действительно нужно. Она медленно прошла вдоль маленькой кухни. Провела рукой по деревянной столешнице. Приоткрыла шкафчики.

Потом осторожно присела на край кровати.

— Какой он... уютный...

Она сказала это почти шёпотом.

Рис стоял у входа и молча наблюдал за ней. Ему нравилось не столько само место, сколько её реакция.

— Я почему-то сразу подумал, что тебе понравится именно этот.

Мира удивлённо посмотрела на него.

— Почему?

Он пожал плечами.

— Не знаю.

Немного помолчал.

— Он не самый дорогой. Не самый большой. Но кажется... настоящим.

Она улыбнулась.

— Именно.

Несколько секунд они просто рассматривали дом.

Потом Рис осторожно взялся за фотоаппарат.

— Можно?

Мира вопросительно посмотрела на него.

— Один снимок. Если ты не против.

Она неожиданно смутилась.

— Прямо сейчас?

— Именно сейчас.

Он улыбнулся.

— Потому что сейчас ты совсем забыла, что рядом фотограф.

Она тихо рассмеялась.

— Хорошо...

Рис поднял камеру.

Щёлк. Всего один кадр.

Он сразу опустил фотоаппарат.

— Всё.

— И даже не покажешь?

— Не сейчас.

— Почему?

Он улыбнулся.

— Потому что хорошие фотографии иногда должны немного подождать.

Рис сделал ещё несколько снимков. Теперь Мира уже совсем перестала обращать внимание на фотоаппарат. Она с интересом открывала шкафчики, заглядывала в маленькую душевую, улыбалась каким-то своим мыслям. Именно такие фотографии Рис любил больше всего. Когда человек переставал думать о камере. Когда эмоции были настоящими.

Через некоторое время они вышли из автодома.

Выставка постепенно наполнялась людьми, становилось всё шумнее.

— Тебе в сторону салона? — спросил Рис.

Мира кивнула.

— Да.

— Тогда, если не возражаешь, я тебя провожу.

— С удовольствием.

Некоторое время они шли молча.

Солнце уже начинало припекать по-летнему, а улицы постепенно оживали.

Наконец Мира нарушила тишину.

— Тебе тоже нравятся дома на колёсах?

Рис улыбнулся.

— Очень.

Он на мгновение задумался.

— Когда-то мне довелось немного попутешествовать.

— Правда?

Мира посмотрела на него с нескрываемым интересом.

— И как это?

Он тихо усмехнулся.

— Есть странное чувство... Просыпаешься утром, открываешь дверь, а за окном каждый раз другой мир.

На секунду в его голосе прозвучала лёгкая тоска.

Но она исчезла так же быстро, как появилась.

— Наверное, это невероятно...

Мира мечтательно посмотрела вперёд.

— А я только мечтаю об этом.

Она пожала плечами.

— И, наверное, так всё и останется мечтой.

Рис покачал головой.

— Нет.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Почему ты так уверен?

Он улыбнулся.

— Потому что люди, которые умеют мечтать по-настоящему, редко отказываются от своих мечт.

Мира тихо рассмеялась.

— Красиво сказано.

— Это не красивая фраза.

Он посмотрел на неё.

— Это то, во что я действительно верю.

Мира ничего не ответила.

Но почему-то именно эти слова ей захотелось запомнить.

Глава 4

Прошло несколько дней.

В салоне работал кондиционер, но даже он с трудом справлялся с июльской жарой.

Мира осторожно накручивала локон за локоном, пока Элизабет с улыбкой наблюдала за собой в зеркале.

— Ты уверена, что хочешь кудри именно сегодня? — усмехнулась Мира. — На улице такая жара, что они могут не дожить даже до вечера.

— Значит, буду наслаждаться ими целых полчаса, — рассмеялась Элизабет.

— Тоже неплохой вариант.

Мира закрепила очередной локон и на мгновение задумалась.

Элизабет сразу это заметила.

— О чём задумалась?

— Да так...

Мира улыбнулась.

— Помнишь фотографа, который оставил здесь объявление?

— Конечно.

— Он сделал пару снимков со мной. Мы случайно встретились на выставке авто домов.

Элизабет удивлённо повернулась к ней.

— Правда?

— Сама до сих пор не верю.

— И как?

Мира невольно улыбнулась.

— Оказалось... совсем не страшно.

Она пожала плечами.

— Он умеет сделать так, что через пять минут ты вообще забываешь про фотоаппарат.

— Значит, он хороший фотограф.

— Я тоже так думаю.

Мира произнесла это почти не задумываясь. И только потом поймала себя на мысли, с какой уверенностью это сказала.

Элизабет хитро улыбнулась.

— Ну-ну...

— Завтра вечером он должен зайти в салон. Принесёт готовые снимки.

Продолжила Мира.

— Если хоть одна фотография получится удачной, обещаю показать тебе.

— Договорились.

Элизабет ещё раз посмотрела на Миру через зеркало.

На следующей день, было всё ещё жарко.

Мира ещё раз посмотрела на часы. До встречи оставалось совсем немного. Она поставила чашку под кофемашину. По салону сразу разнёсся аромат свежесваренного кофе. В этот момент над дверью тихо звякнул колокольчик.

Мира обернулась.

— А... это ты.

— А кого ты ждала? — с улыбкой спросил мужчина.

— Ну уж точно не тебя.

Он рассмеялся.

— Даже обидно стало.

— Кофе?

— Конечно. Я когда-нибудь отказывался от твоего кофе?

— Никогда.

Она налила кофе во вторую чашку и поставила обе на маленький столик возле окна. Мужчина подъехал ближе и взял чашку.

— Спасибо.

Мира внимательно посмотрела на него и вдруг хитро улыбнулась.

— Что ты здесь снова делаешь?

— В смысле?

— Ты же вчера был.

Он сделал вид, что задумался.

— Может, мне просто нравится твой кофе?

— Конечно...

Она засмеялась.

— Можешь ничего не объяснять. Я и так уже всё поняла.

— Правда?

— Конечно.

Она скрестила руки на груди.

— Ты запал на Элизабет.

Он чуть не подавился кофе.

— Вот это заявление.

Он покачал головой, понимая, что спорить бесполезно. Потом внимательно посмотрел на неё.

— А ты сегодня сама какая-то странная.

— Я?

— Угу.

Он кивнул в сторону чашки.

— Даже кофе сварила заранее. Обычно ты начинаешь возиться с кофемашиной только после того, как клиент приходит.

Мира на секунду растерялась.

— Просто...

Она невольно посмотрела на часы.

Мужчина улыбнулся.

— Вот-вот. Уже четвёртый раз.

— Ты считаешь?

— Конечно.

Она только покачала головой.

— Ко мне должен кое-кто прийти.

— Настолько важный?

Мира пожала плечами.

— Пока не знаю.

Над дверью снова звякнул колокольчик.

Мира и мужчина одновременно обернулись.

— Привет! — радостно сказала вошедшая девушка.

Лицо Миры сразу озарила улыбка.

— Элизабет! Как раз вовремя.

Она перевела взгляд с девушки на мужчину и лукаво улыбнулась.

— Ну всё... Теперь мне окончательно стало понятно, зачем ты здесь.

Он только закатил глаза.

— Это заговор.

Мира рассмеялась.

— Генри, перестань оправдываться. И раз уж вы оба здесь... сходите, пожалуйста, в магазин за молоком и кофе. У меня как раз всё закончилось.

— Вот так, значит? — усмехнулся Генри.

— Именно так.

Он улыбнулся Элизабет.

— Ну что, составишь мне компанию?

Дверь за Генри и Элизабет закрылась.

Колокольчик над входом ещё несколько секунд тихо покачивался. В салоне снова стало тихо. Мира машинально поправила чашки на маленьком столике и ещё раз посмотрела на часы. Ровно в этот момент колокольчик снова звякнул.

Она подняла голову.

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, — улыбнулся Рис.

— Очень пунктуально.

— Я обещал.

Мира пригласила его за маленький столик у окна.

— Кофе?

— С удовольствием.

Пока она наливала кофе, у неё наконец появилась возможность спокойно его рассмотреть. В прошлый раз всё произошло слишком быстро. Сейчас она заметила, что он тоже чем-то напоминал итальянца. Тёмные, слегка вьющиеся волосы. Выразительные карие глаза, в которых будто всегда жило спокойствие. Ему было около сорока пяти. На висках уже серебрилась первая седина. Но она удивительным образом не старила его. Наоборот. Делала лицо ещё интереснее.

— Ну что... готова?

Мира улыбнулась, хотя волнение всё равно чувствовалось.

— Если честно... не очень.

— Тогда это хороший знак.

Он достал большой крафтовый конверт и осторожно вынул первые фотографии.

Мира взяла верхний снимок. И замерла. Она сидела у окна того самого маленького дома на колёсах. Солнечный свет падал ей на лицо, а сама она улыбалась, даже не подозревая, что в этот момент её фотографируют. Следующая фотография. Она рассматривала маленькую кухню. Потом стояла у деревянной столешницы. На ещё одном снимке осторожно проводила ладонью по белой стене.Мира долго молчала. Перелистывала фотографию за фотографией.

Потом медленно подняла глаза.

— Это...

Она улыбнулась.

— Неужели это действительно я?

Рис спокойно кивнул.

— Ты.

— Но...

Она ещё раз посмотрела на снимки.

— Я совсем не позировала.

— Именно поэтому они получились такими.

Она продолжала рассматривать фотографии. На них не было идеальных поз. Не было натянутой улыбки. Только она сама. Настоящая.

— Знаешь... — тихо сказала Мира. — Кажется, впервые в жизни мне действительно понравились мои фотографии.

Рис ничего не ответил. Только едва заметно улыбнулся. Именно ради таких слов он когда-то и взял в руки фотоаппарат.

Они ещё долго сидели за столиком. Мира снова и снова возвращалась к фотографиям. Иногда смеялась. Иногда спрашивала, почему Рис выбрал именно этот момент, а не другой. Он с удовольствием рассказывал, как рождается хороший кадр.

— Иногда достаточно одной секунды, — сказал он. — Если её пропустить, второй такой уже не будет.

Мира задумчиво провела пальцами по одной из фотографий.

Именно в этот момент дверь салона резко распахнулась.

Колокольчик над входом жалобно звякнул.

— Что здесь происходит?

Голос прозвучал так резко, что Мира сразу узнала его.

Карлос.

Она мгновенно поднялась со стула.

Он стоял посреди салона. Лицо было напряжённым. В глазах уже читалась ярость. Но пока он ещё пытался её сдерживать. Его взгляд остановился на Рисе. Потом на фотографиях, разложенных по столу.

— Кто это?

Он произнёс почти сквозь зубы.

— И что он здесь делает?

— Карлос, — твёрдо сказала Мира. — Это тебя не касается.

Он даже не посмотрел на неё.

— Вообще-то касается.

Наконец он перевёл взгляд на Миру.

— Ты моя жена.

— Бывшая.

Она произнесла это спокойно, но очень чётко.

В салоне повисла тишина.

Рис медленно поднялся со стула. Он не сказал ни слова. Только вопросительно посмотрел на Миру.

Будто пытался понять, что происходит.

— Может, тебе объяснить, что нельзя трогать чужих женщин? — продолжал Карлос.

Мира быстро сделала шаг вперёд.

Инстинктивно встав между ним... и Рисом.

— Хватит!

Её голос дрогнул.

— Немедленно уходи!

Рис осторожно коснулся её плеча.

— Мира...

Тихо произнёс он.

— Всё в порядке?

Она даже не обернулась.

Продолжая смотреть перед собой, твёрдо сказала:

— Уходи, Карлос. Пожалуйста. Просто уйди.

Несколько долгих секунд она молча смотрела в одну точку. Потом медленно выдохнула.

Она посмотрела прямо на Карлоса.

— Ты нарушаешь судебный запрет.

Если через десять секунд ты не выйдешь отсюда, я вызову полицию.

Карлос перевёл взгляд на неё. Несколько секунд молчал. Потом медленно улыбнулся. От этой улыбки у Миры по спине пробежал холод.

— Хорошо.

Он кивнул.

— Уже ухожу.

Подойдя к двери, он остановился. И, не оборачиваясь, произнёс:

— Будь осторожнее с новыми знакомыми, Мира. Ты ведь совсем их не знаешь.

Дверь громко захлопнулась. В салоне снова стало тихо. Но казалось, что воздух после его ухода стал ещё тяжелее.

Мира медленно повернулась к Рису.

— Прости...

Она виновато опустила глаза.

— Мне очень неудобно.

Рис покачал головой.

— Перестань. Всё нормально.

Он сказал это очень спокойно.

На мгновение он осторожно коснулся её руки. Совсем легко. Будто просто хотел дать понять, что всё в порядке.

И почему-то от этих слов Мире стало теплее. Она уже собиралась что-то ответить, как над дверью снова звякнул колокольчик.

— Мы вернулись! — раздался весёлый голос Элизабет.

Следом появился Генри с покупками.

— Надеюсь, мы ничего не пропустили?

Мира быстро улыбнулась.

— Нет. Всё уже закончилось.

Она забрала у Генри продукты.

— Спасибо.

Потом кивнула в сторону двери, ведущей во внутренний двор.

— Идите на террасу. Там сейчас гораздо прохладнее.

По пути она незаметно вложила Генри в ладонь ключ от салона.

— Не знаю, какие у тебя планы, — тихо прошептала она. — Но я не собираюсь сидеть здесь до ночи.

Генри едва заметно улыбнулся.

— Понял.

Через несколько секунд они с Элизабет уже скрылись во внутреннем дворике.

Мира вернулась в зал. Рис как раз аккуратно убирал фотографии обратно в конверт.

— Думаю, мне тоже пора, — сказал он.

Она посмотрела на него несколько секунд. Потом неожиданно для самой себя спросила:

— А... если ты никуда не спешишь...

Рис поднял глаза.

— Может, прогуляемся?

Он слегка удивился.

— А как же твои друзья?

Мира улыбнулась.

— Поверь мне.

Она кивнула в сторону заднего двора.

— Они прекрасно разберутся и без меня.

Рис тихо рассмеялся.

— Тогда... с удовольствием.

Мира взяла сумку, выключила свет в салоне и, впервые за долгое время, поймала себя на мысли, что ей совершенно не хочется возвращаться домой.

Они медленно шли по вечернему городу. Дневная жара наконец отступила. Солнце уже почти скрылось за крышами домов, и лёгкий ветер приносил долгожданную прохладу. Некоторое время они молчали. Каждый думал о своём. Наконец Рис тихо спросил:

— И давно у вас с мужем такая... война?

Мира невольно улыбнулась.

— С бывшим мужем.

Она сделала небольшую паузу.

— И да... уже давно.

Несколько шагов они прошли молча.

— Если честно, — продолжила она, — я уже плохо помню, когда между нами вообще было хорошо.

Она грустно усмехнулась.

— Развод был настоящим адом. Я думала, что когда всё закончится, наконец смогу спокойно жить дальше.

Она посмотрела куда-то вперёд.

— Но он до сих пор не может меня отпустить.

Рис ничего не ответил сразу. Лишь задумчиво кивнул, словно пытался представить, каково это — жить, постоянно оглядываясь. Через некоторое время он спросил:

— А ты никогда не думала просто... уехать?

Мира посмотрела на него.

— Думала.

И не один раз.

— Тогда что тебя останавливает?

Она улыбнулась.

Но в этой улыбке почти не было радости.

— Наверное, я не такая смелая, какой кажусь.

Рис покачал головой.

— Не согласен.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Иногда остаться гораздо труднее, чем уехать.

Мира задумалась над его словами.

— А ты?

Она перевела разговор.

— Женат?

Рис на несколько секунд замолчал.

Будто мысленно вернулся куда-то очень далеко.

— Был.

Тихо ответил он.

— Да... когда-то был женат.

— И что случилось?

Он едва заметно улыбнулся.

Но глаза остались серьёзными.

— Это было очень давно.

Мира почувствовала, что за этим коротким ответом скрывается целая история. И снова решила не задавать лишних вопросов. Если когда-нибудь он захочет рассказать… Он расскажет сам.

Они продолжили идти рядом.

Теперь молчание между ними уже не казалось неловким. Наоборот. Оно было удивительно спокойным. Будто два человека, уставшие от прошлого, наконец встретили того, рядом с кем не нужно всё время притворяться.

Глава 5

Прошло несколько недель. За это время они виделись ещё не раз. Иногда случайно. Иногда специально. Однажды долго гуляли по местной ярмарке, пробуя всё подряд — от домашнего лимонада до горячих вафель. В другой вечер просто сидели в маленьком кафе за углом, споря о том, где варят лучший кофе в городе. Иногда Рис заходил в салон, принося с собой ещё тёплую сдобу из пекарни неподалёку.

— Не могу же я приходить с пустыми руками, — каждый раз улыбался он.

И почему-то Мира незаметно привыкла к этим неожиданным встречам.

В тот день телефон зазвонил ближе к обеду.

На экране появилось имя Риса.

— Привет.

— Привет, Мира.

Узнав его голос, она невольно улыбнулась.

— Не отвлекаю?

— Нет.

— Тогда у меня есть предложение.

Мира с интересом ждала продолжения.

— Приходи сегодня ко мне на ужин.

Она удивлённо приподняла брови.

— На ужин?

— Да.

Он тихо рассмеялся.

— Поверь мне, я очень вкусно готовлю.

Мира тоже улыбнулась.

— Звучит заманчиво.

— Тогда... в семь?

Она на секунду задумалась.

— Хорошо.

— Отлично. Сейчас скину тебе адрес.

Они попрощались.

Мира ещё несколько секунд смотрела на погасший экран телефона. Потом неожиданно улыбнулась самой себе. И почти сразу направилась в спальню. Распахнула шкаф. Несколько минут внимательно перебирала платья, блузки и джинсы. Но почему-то всё казалось не тем. Слишком привычным. Слишком похожим на её прежнюю жизнь. После развода она так ни разу и не нашла времени обновить гардероб. Да и желания, если честно, тоже не было. До сегодняшнего дня.

Мира решительно закрыла дверцу шкафа.

— Ну нет...

Она схватила сумочку, ключи от машины и уже через минуту выходила из квартиры.

— Кажется, пришло время это исправить.

Мира обошла уже несколько магазинов.

Пакетов в руках становилось всё больше. Новое платье. Лёгкая блузка. Льняные брюки. Даже летние босоножки, на которые она раньше почему-то не решалась. Она улыбнулась. Кажется, она впервые за долгое время покупала вещи не потому, что нужно. А потому, что они ей действительно нравились. Проходя мимо магазина нижнего белья, Мира замедлила шаг.

— Нет... — тихо сказала она самой себе.

Но через несколько секунд всё же вошла внутрь. Сначала просто хотела посмотреть. Потом остановилась возле одной из витрин. Провела пальцами по тонкому кружеву. И неожиданно поймала своё отражение в зеркале. Она тихо рассмеялась. Закрыла лицо ладонями.

— Господи... Что я вообще делаю?

Словно кто-то мог её сейчас увидеть и обязательно осудить.

Через минуту Мира уже внимательно рассматривала несколько комплектов. Наконец выбрала один. Чёрный. Элегантный. Совсем не вызывающий. Просто красивый. И почему-то именно это смущало её больше всего.

Подойдя к кассе, она чувствовала себя почти школьницей. Старалась не смотреть продавщице в глаза, быстро расплатилась и поспешила к выходу. И замерла. На пороге стоял Карлос.

Сердце болезненно сжалось. Он молча смотрел на неё. Потом его взгляд медленно опустился на фирменный пакет в её руках.

"Как давно он здесь стоит?"

"Он видел, что я купила?"

Мысли одна за другой пронеслись у неё в голове. И в этот момент она снова почувствовала то самое тяжёлое ощущение, от которого, как ей казалось, уже успела избавиться. Будто за каждым её шагом кто-то продолжал наблюдать.

— Ты следишь за мной?

Мира даже не поздоровалась.

Карлос пожал плечами.

— Нет...

Он сделал короткую паузу.

— Хотя... даже если и так.

Он внимательно посмотрел на неё.

— У тебя есть что-то, что ты хочешь от меня скрыть?

Мира крепче сжала ручки пакетов.

— Ты ненормальный.

Она покачала головой.

— Оставь меня в покое.

Карлос медленно перевёл взгляд на фирменный пакет из магазина нижнего белья. На его лице появилась едва заметная усмешка.

— Может быть, и оставлю.

Он снова посмотрел ей в глаза.

— Но сначала объясни мне одну вещь.

Мира молчала.

— Зачем тебе такое бельё?

Он произнёс это почти спокойно.

Но от этого его слова прозвучали ещё неприятнее.

— Хотя...

Он чуть наклонил голову.

— Всё будет зависеть от твоего ответа.

Мира почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Я не собираюсь ничего тебе объяснять.

— Нет?

Он усмехнулся.

— Ну что ж...

Значит, придётся выяснить это самому.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. И именно эта тишина напугала Миру сильнее любых криков. Потому что она слишком хорошо знала Карлоса. Если он говорил таким спокойным голосом… Значит, уже что-то задумал.

По спине пробежал холодок. Это были уже не ревность и не обида. Это звучало как угроза.

— И не забывай...

Карлос снова посмотрел ей прямо в глаза.

— Мы живём в маленьком городе.

Он кивнул в сторону улицы.

— Половина города уже видела тебя с этим фотографом.

Он усмехнулся.

— Ты меня позоришь.

Мира даже не сразу поверила своим ушам.

— Я тебя позорю?

Она невольно повысила голос.

— Каким образом?

Она сделала шаг вперёд.

— Мы разведены, Карлос.

Ты мне больше никто. И я не обязана отчитываться перед тобой, с кем пью кофе и с кем гуляю.

Несколько прохожих обернулись на их разговор.

Но сейчас Мире было всё равно.

— Пойми это наконец.

Лицо Карлоса на мгновение стало жёстким. Очень жёстким. Потом он снова надел привычную спокойную маску.

— Хорошо.

Он медленно кивнул.

— Только смотри...

Не пожалей потом.

Он произнёс это почти шёпотом. Но именно этот тихий голос напугал Миру сильнее всего.

Карлос развернулся и неторопливо пошёл прочь.

Она ещё долго стояла на месте. Не двигаясь. Словно ноги вдруг перестали её слушаться. Ещё полчаса назад она выбирала новое платье. Смеялась над собой, примеряя кружевное бельё. Этот день казался таким лёгким. И Карлосу снова хватило всего нескольких минут, чтобы превратить его в кошмар. Это было так похоже на него. Мира глубоко вдохнула. Потом ещё раз. Нет. Она больше не позволит ему управлять своей жизнью.

Но продолжать покупки уже не хотелось. Она крепче перехватила пакеты и медленно пошла домой. Сегодня её ждал ужин с Рисом.

И она твёрдо решила, что Карлос не отнимет у неё ещё и этот вечер.

Глава 6

К вечеру жара наконец отступила. Воздух стал прохладнее, и город постепенно наполнялся мягким светом фонарей.

Мира припарковала машину возле нового жилого комплекса на окраине города.

Она вышла, ещё раз посмотрела на экран телефона с адресом и улыбнулась.

— Значит, здесь...

Дом был совсем новым. Светлый фасад. Большие окна. Молодые деревья, которые только начинали разрастаться вдоль дорожек.

Мира поднялась на нужный этаж и нажала кнопку звонка. Дверь почти сразу открылась.

— Привет.

— Привет.

Несколько секунд они просто улыбались друг другу. Рис невольно задержал взгляд.

Красное платье очень шло Мире. Она заметила это и чуть смущённо поправила волосы.

— Заходи.

Он сделал шаг в сторону, пропуская её.

Квартира оказалась именно такой, какой Мира почему-то её и представляла. Современной. Светлой. Очень аккуратной. Но...

Она медленно осмотрелась. Чего-то здесь не хватало. На стенах висели несколько фотографий, сделанных самим Рисом. Без рам. Будто их повесили совсем недавно. Ни семейных снимков. Ни сувениров из путешествий. Ни книг, разбросанных по дивану. Ни пледа, случайно оставленного на кресле. Лишь самое необходимое. Даже растений почти не было. Только маленький кактус на подоконнике.

— Здесь не хватает... жизни.

Рис вопросительно посмотрел на неё.

Она улыбнулась.

— И женской руки.

Он тихо рассмеялся.

— Полностью с тобой согласен.

Из кухни доносился аромат томатов, чеснока и свежих трав.

— Пойдём.

— Уже всё готово?

— Почти.

Он жестом пригласил её к столу.

Но Мира покачала головой.

— Нет-нет.

Я не умею спокойно сидеть, пока кто-то готовит.

Лучше покажи, что ты там колдуешь.

— Осторожно.

Я могу заставить тебя полюбить готовить.

— Поздно.

Я и так люблю.

Они вместе прошли на кухню.

На плите медленно кипел густой томатный соус.

Мира вдохнула аромат.

— Господи... Как вкусно пахнет.

Она, не задумываясь, легко подтянулась на руках и села прямо на широкую кухонную столешницу.

Рис удивлённо посмотрел на неё. А потом неожиданно поймал себя на мысли, что именно такой она ему нравится больше всего. Не позирующей. Не пытающейся казаться идеальной. А настоящей.

Он отломил кусочек ещё тёплого багета. Обмакнул его в соус и протянул Мире. Она с улыбкой взяла хлеб из его рук. Попробовала. Закрыла глаза.

— Боже...

Она тихо рассмеялась.

— Это невероятно вкусно, Рис.

Он улыбнулся.

— Значит, ужин ещё можно спасти.

— Ты во всём талантлив?

Она сказала это совершенно искренне.

Рис только покачал головой.

— Поверь, далеко не во всём.

Мира снова макнула кусочек багета в соус.

Сидела на столешнице в красном платье, с растрепавшимися от вечернего ветра кудрями и смеялась над чем-то совсем неважным.

Рис смотрел на неё и вдруг поймал себя на мысли, что именно этот момент ему хочется запомнить. Не как фотографию. А как воспоминание.

Он смотрел на неё чуть дольше, чем обычно.

Мира почувствовала этот взгляд.

— Что? — тихо спросила она, улыбнувшись.

Он медленно подошёл ближе. Так близко, что она почувствовала его дыхание. Несколько секунд он словно боролся сам с собой.

Потом тихо сказал:

— Я больше не могу делать вид, что между нами ничего нет.

И прежде чем Мира успела что-то ответить, он поцеловал её. Жадно. Так, будто слишком долго запрещал себе это сделать. Мира на мгновение замерла. А потом ответила ему с такой же силой.

Все последние годы словно исчезли. Страх. Развод. Карлос. Остался только этот вечер. И этот мужчина. Она притянула его ближе, запуская пальцы в его волосы. Рис обнял её за талию.

На секунду отстранился, посмотрел ей в глаза, будто хотел убедиться, что она действительно этого хочет.

Мира вместо ответа снова поцеловала его. Теперь уже сама. Рис тихо улыбнулся. Одним движением он подхватил её на руки. Она тихо рассмеялась, обнимая его ногами.

— Кажется... мы так и не поужинаем...

— Это можно исправить позже, — едва слышно ответил он.

Он сделал несколько шагов в сторону спальни.

И вдруг Мира резко открыла глаза.

— Подожди!

Рис остановился.

— Что случилось?

Она не смогла сдержать смех.

— Соус… Он же сгорит!

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом Рис рассмеялся так искренне, что Мира тоже не выдержала. Не отпуская её, он вытянул руку, дотянулся до плиты и выключил конфорку.

— Вот теперь...

Он снова посмотрел на неё.

— Нам точно ничего не помешает.

Мира улыбнулась. И снова поцеловала его. На этот раз медленно. Так, будто хотела запомнить этот момент навсегда.

Несколько минут они просто лежали молча.

За окном уже совсем стемнело. Из приоткрытого окна доносился тёплый летний ветер, а где-то вдалеке слышались редкие голоса прохожих.

Мира прижалась к Рису, положив голову ему на плечо. Осторожно коснулась губами его плеча и едва слышно произнесла:

— Боже... Я уже и забыла, как это хорошо.

Рис ничего не ответил сразу. Только улыбнулся и нежно поцеловал её в макушку.

Он осторожно убрал с её лица выбившийся локон.

— Я рад, что ты сегодня здесь.

Мира подняла на него глаза.

— Я тоже.

И впервые за долгое время эти слова дались ей удивительно легко.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Без спешки. Без необходимости что-то объяснять.

— Есть хочешь? — тихо спросил Рис.

Мира рассмеялась.

— Очень.

— Значит, мой ужин всё-таки пригодится.

— Надеюсь, ты действительно успел спасти соус.

Она снова улыбнулась и крепче прижалась к нему.

Вставать совершенно не хотелось. Казалось, если они останутся так ещё хотя бы на несколько минут, время тоже ненадолго остановится.

Рис задумчиво провёл ладонью по её волосам.

— Знаешь... — тихо сказал он. — Мне кажется, квартира впервые стала похожа на дом.

Мира посмотрела на него с удивлением.

— Из-за ужина?

Он покачал головой.

— Нет.

Его взгляд встретился с её взглядом.

— Из-за тебя.

Мира ничего не ответила. Только улыбнулась.

И снова положила голову ему на плечо, стараясь запомнить это чувство — спокойствие, которого ей так долго не хватало.

Они уже сидели за столом. Ужин получился именно таким, каким его обещал Рис. Простым. Очень вкусным. И удивительно домашним.

Мира сидела напротив него, завернувшись в его длинную футболку. Она то и дело ловила себя на том, что украдкой рассматривает его. Широкие плечи. Загорелые руки.

Идеальная для его возраста форма.

— Что? — улыбнулся Рис, заметив её взгляд.

Мира смущённо рассмеялась.

— Ничего.

— Не поверю.

— Просто...

Она покачала головой.

— Ты совсем не выглядишь на сорок пять.

— Спасибо.

Он усмехнулся.

— Это всё соус.

Они оба рассмеялись.

Вечер становился всё легче. Они рассказывали друг другу смешные истории из детства. Вспоминали школьные проделки. Учителей. Первую работу. Первую машину. В какой-то момент Рис неожиданно замолчал. Будто одно воспоминание само потянуло за собой другое.

— Знаешь...

Он задумчиво покрутил бокал в руке.

— Когда я был подростком, у нас в городе произошла одна очень странная история.

Мира внимательно посмотрела на него.

— Какая?

Рис ненадолго опустил взгляд.

— У нас училась одна девушка. Классом младше. Она однажды просто исчезла. Весь город её искал.

Добровольцы. Спасатели. Полицейские.

Он ненадолго замолчал.

— Помню, тогда казалось, что ищут буквально все.

Даже школьники после уроков ходили по лесам.

Мира перестала улыбаться.

— И что... нашли?

Рис медленно кивнул.

— Через какое-то время нашли её машину. Сгоревшую. Все решили, что она погибла.

Он тихо выдохнул.

— Для нашего города это был настоящий шок.

В квартире стало совсем тихо.

— Какой ужас... — едва слышно сказала Мира.

Рис словно очнулся. Посмотрел на неё.

Потом виновато улыбнулся.

— Прости...

Он покачал головой.

— Не знаю, почему вдруг это вспомнил. Сегодня точно не хочется говорить о грустном.

Он поднялся из-за стола. Подошёл к Мире.

Наклонился и легко коснулся губами её губ.

— Давай лучше оставим прошлое прошлому.

Мира улыбнулась ему в ответ.

Она ещё не знала, что именно прошлое однажды навсегда изменит их будущее.

После ужина Мира подошла к окну. Она слегка отодвинула занавеску и посмотрела на улицу. Ночь уже окончательно опустилась на город. Во дворе было тихо. Лишь редкие фонари освещали пустую парковку. Она задумчиво смотрела в темноту, когда почувствовала за спиной знакомое тепло.

Рис подошёл почти бесшумно. Обнял её за талию и легко коснулся губами её шеи.

— Пойдём в постель... — едва слышно прошептал он ей на ухо.

Мира улыбнулась.

— Хорошо...

Она накрыла его ладонь своей.

— Сейчас приду.

Рис ещё несколько секунд постоял рядом, потом улыбнулся и медленно вышел из комнаты. Мира снова посмотрела в окно. И вдруг замерла. На противоположной стороне улицы, возле одинокого фонаря, стояла мужская фигура. Слишком далеко, чтобы разглядеть лицо. Слишком неподвижно. Ей показалось, что незнакомец смотрит прямо на окна квартиры. На неё. Мира невольно задержала дыхание. Сердце забилось быстрее.

"Это просто совпадение..."

Попыталась убедить она себя.

"Или..."

Перед глазами тут же возникло лицо Карлоса. Его спокойный голос.

"Придётся выяснить это самому."

По спине пробежал холод. Она ещё раз всмотрелась в темноту. Но мужчина уже сделал шаг назад. Его силуэт почти растворился в ночи.

Мира резко задёрнула занавески. Постояла несколько секунд, прислушиваясь к собственному дыханию. Потом тихо покачала головой.

— Хватит...

Прошептала она самой себе.

— Он не будет управлять даже моими мыслями.

Она выключила свет в гостиной и направилась в спальню.

Но ощущение, что кто-то продолжает наблюдать за домом, так и не покинуло её.

Глава 7

Следующие несколько дней пролетели так быстро, что Мира почти перестала замечать время. Они почти не расставались. Утром она уходила в салон.

После работы ненадолго заезжала домой, чтобы переодеться или забрать необходимые вещи.

А потом снова ехала к Рису. И каждый вечер ей казалось, что именно так и должна выглядеть жизнь. Без страха. Без криков. Без постоянного ожидания новой ссоры. Рядом с Рисом было удивительно спокойно. Он никогда не пытался её изменить. Не спрашивал, где она была. Не проверял телефон. Не требовал объяснений. Он просто был рядом. И этого оказалось достаточно.

Иногда Мира ловила себя на мысли, что уже почти забыла Карлоса. Забыла, как боялась снова кому-то довериться. Теперь ей казалось, что всё самое тяжёлое наконец осталось позади. Рис стал тем человеком, рядом с которым она впервые за много лет почувствовала себя дома. Единственное, что иногда её смущало, — он почти никогда не рассказывал о себе. Стоило разговору коснуться его прошлого, как он незаметно переводил тему. Зато умел слушать так внимательно, что Мира сама начинала рассказывать всё больше. И почему-то рядом с ним это казалось совершенно естественным.

В тот день после работы она заехала в магазин. Купила яблоки. Корицу. Сливочное масло. Ванильный сахар. И всё остальное для яблочного пирога.

Она давно хотела испечь его для Риса. Просто так. Без повода. Ей вдруг захотелось сделать для него что-то тёплое и домашнее.

Всю дорогу до его дома Мира улыбалась. Представляла, как он попробует первый кусочек и обязательно скажет, что это лучший пирог в его жизни. Она взяла пакеты с заднего сиденья, поднялась к квартире и нажала на звонок. Тишина. Мира удивлённо посмотрела на дверь. Нажала ещё раз. По-прежнему ничего.

— Странно...

Она достала телефон. Набрала его номер. Из-за двери не донеслось ни звука. И в трубке тоже была только долгая тишина.

Улыбка медленно исчезла с её лица. Что-то было не так. Мира медленно спустилась к машине. Поставила пакеты на соседнее сиденье и снова взяла телефон. Набрала номер Риса. На этот раз ещё внимательнее прислушалась. Ни одного гудка.

Только короткая тишина. Она сбросила вызов и попробовала снова. Ничего.

— Странно...

Тихо сказала она самой себе.

Мира ещё почти полчаса просидела в машине. Время от времени поднимала взгляд на окна его квартиры. Каждый раз ей казалось, что вот сейчас она увидит знакомый силуэт. Что Рис просто задержался. Может быть, заехал за продуктами. Или неожиданно уехал на съёмку. Она снова посмотрела на телефон. Никаких сообщений. Никаких пропущенных звонков. Наконец Мира завела машину.

— Наверное, потерял телефон...

Попыталась успокоить она себя.

— А сам сейчас где-нибудь фотографирует.

Эта мысль показалась ей вполне разумной.

По дороге домой тревога немного отпустила. Но стоило переступить порог квартиры, как тишина снова показалась слишком громкой. Мира поставила пакеты на кухонный стол. Несколько секунд просто стояла, глядя на яблоки.

Потом решительно выдохнула.

— Ну и ладно.

Вернётся — попробует.

Она достала муку. Масло. Корицу. Начала чистить яблоки. Кухня постепенно наполнилась знакомыми запахами. Работа руками всегда помогала ей успокоиться. Она раскатывала тесто, аккуратно выкладывала яблоки, посыпала их корицей. Несколько раз машинально смотрела на телефон. Экран оставался тёмным.

Когда пирог наконец оказался в духовке, Мира снова набрала номер. На этот раз ответ был тем же. Тишина. К полуночи тревога перестала быть просто неприятным чувством. Она стала почти осязаемой. Мира снова взяла телефон. Набрала номер. Ничего.

Она медленно опустилась на диван.

— Где же ты?..

Прошептала она.

И вдруг её словно ударило током. Карлос.

Перед глазами всплыла его спокойная улыбка.

"Придётся выяснить это самому."

Потом...

Мужчина под окнами квартиры Риса.

Мира резко выпрямилась.

— Нет...

Она покачала головой.

— Нет...

Этого не может быть.

Но чем сильнее она пыталась прогнать эту мысль, тем настойчивее та возвращалась.

"А если это действительно был Карлос?"

"Если он нашёл Риса?"

"Если что-то сделал с ним?"

Мира закрыла лицо ладонями. Нет. Нельзя делать такие выводы. Она ничего не знает. Может быть, Рис просто уехал на съёмку. Может быть, потерял телефон. Может быть...

Она вдруг поняла, что даже не знает, кому можно позвонить. У неё не было номера его друзей. Она никогда не слышала о его родителях. Не знала, есть ли у него брат или сестра. Она почти ничего не знала о человеке, которого, как ей казалось ещё утром, знает лучше всех.

Мира поднялась. Подошла к окну. За стеклом была только тёмная улица. Она глубоко вдохнула.

— Всему всегда есть объяснение...

Тихо сказала она самой себе.

Словно пыталась не убедить себя, а удержаться за эти слова. Она выключила свет. Легла в постель.

Телефон положила рядом на подушку.

"Утром он обязательно позвонит."

"Обязательно всё объяснит."

С этой мыслью она закрыла глаза. Но сон в ту ночь так и не принёс ей покоя.

Глава 8

Утро не принесло облегчения.

Мира проснулась разбитой. Казалось, она вообще не спала. Всю ночь она то и дело открывала глаза и сразу тянулась к телефону. Но экран оставался пустым. Ни сообщений. Ни пропущенных звонков. От Риса ничего.

Она быстро приняла душ, почти на ходу допила кофе и вышла из квартиры. Сев в машину, Мира ещё несколько минут сидела, не заводя двигатель.

Мысли путались.

"Может, он действительно потерял телефон..."

"А если попал в аварию?"

"Может, кто-то удерживает его?"

Она резко покачала головой.

— Господи... Что за глупости.

Но следующая мысль оказалась ещё страшнее.

"Зачем он вообще рассказал мне про ту девушку?"

"Теперь всё время кажется, что любое исчезновение заканчивается одинаково..."

Мира завела машину. Сначала поехала к дому Риса. Поднялась на нужный этаж. Несколько раз нажала на звонок. Потом долго прислушивалась. Тишина. Она приложила ладонь к двери. Будто это могло что-то изменить.

Ничего.

— Нет...

Тихо сказала она.

— Здесь точно что-то не так.

Она почти бегом вернулась к машине. Следующее решение показалось ей безумным. Но другого она уже не видела. Если с Рисом действительно что-то случилось… Она должна посмотреть Карлосу в глаза.

До старого дома Мира добралась очень быстро. Когда-то она мечтала провести здесь всю жизнь. Теперь одно его появление вызывало тяжесть в груди.

Она заглушила двигатель. Несколько секунд просто смотрела на знакомые окна. Потом вышла из машины. Возле крыльца стояли картонные коробки.

Мира нахмурилась.

"Он переезжает?"

"Или до сих пор разбирает мои вещи?"

Эта мысль неприятно кольнула её. Она поднялась по ступенькам и постучала. Тишина. Постучала ещё раз. Сильнее.тПо-прежнему никто не открывал.

Мира уже собиралась уходить, когда вдруг заметила одну странную деталь. Дверь оказалась не заперта. Мира осторожно толкнула дверь.

Та со скрипом приоткрылась.

— Карлос?..

Тишина.

Она сделала несколько шагов внутрь. И сразу почувствовала что-то странное. Дом выглядел совсем другим. Когда-то здесь всегда было светло. На подоконниках стояли цветы. На кухне пахло свежим кофе. Из гостиной часто доносилась музыка. Теперь же казалось, будто из дома исчезла сама жизнь. Воздух был тяжёлым. На мебели лежал тонкий слой пыли. Цветы в горшках давно засохли. Мира остановилась возле одного из них. Она узнала его сразу. Когда-то сама выбирала этот фикус. Думала, что однажды обязательно заберёт его. Но так и не решилась вернуться. На кухне в раковине стояла грязная посуда. По её виду было понятно, что она простояла там уже не один день.

— Странно...

Тихо прошептала Мира.

— Он что... здесь больше не живёт?

Она медленно прошла по комнатам. В гостиной почти ничего не изменилось. Только исчезли фотографии. Исчезли книги. Исчезли все мелочи, которые делают дом чьим-то. Поднявшись на второй этаж, она остановилась у двери спальни. Шкаф был распахнут настежь. Внутри — пусто. Ни одежды. Ни коробок. Ни чемоданов. Совсем ничего. Мира почувствовала, как сердце начинает биться быстрее.

— Что здесь происходит?..

Она ещё раз огляделась. Картина никак не складывалась. Если Карлос переехал… Почему не запер дом? Почему бросил мебель? Почему не отвечал на телефон?

И вдруг страшная мысль сама возникла в голове.

"А что, если..."

"Что, если Карлос действительно нашёл Риса?"

"А потом просто исчез?"

Она сразу же попыталась отогнать эту мысль. Но уже не смогла. Мира быстро спустилась вниз. Вышла из дома. На этот раз она больше не пыталась найти логичное объяснение. Ей нужен был ответ. И только один человек теперь мог помочь его найти. Она села в машину. И, не раздумывая больше ни секунды, поехала в полицию.

Полицейский участок встретил её привычной суетой. Кто-то торопливо проходил по коридору с папками в руках. У стойки регистрации о чём-то громко спорили двое мужчин.

Мира быстро подошла к дежурному.

— Мне нужно поговорить с кем-нибудь. Это срочно.

— Одну минуту.

Пока дежурный искал свободного сотрудника, дверь одного из кабинетов открылась. Из него выехал Генри. Рядом шёл следователь, держа в руках папку с документами.

— Мира?

Она обернулась.

— Генри...

Он сразу заметил её растерянный вид.

— Что случилось?

Мира нервно сжала ремешок сумки.

— Я... ищу одного человека.

Он уже второй день не выходит на связь.

Генри нахмурился.

— Кого?

— Моего друга. Риса. Он исчез.

Несколько секунд Генри молча смотрел на неё.

Потом осторожно спросил:

— Ты уверена?

Мира не сразу поняла вопрос.

— Конечно уверена.

Он уже второй день не отвечает на звонки. Я была у него дома. Его нет. Я была у себя дома. Его нет.

Карлос тоже исчез.

При последних словах лицо Генри почти незаметно изменилось. Он очень внимательно посмотрел на неё.

— Мира...

Его голос стал удивительно мягким.

— У тебя правда всё хорошо?

Она непонимающе нахмурилась.

— В каком смысле?

— Ты принимаешь лекарства? Не пропускаешь?

Мира замерла. В груди что-то неприятно сжалось.

— Генри...

Она почти обиженно посмотрела на него.

— Ты думаешь, я всё это придумала?

— Нет.

Он сразу покачал головой.

— Я просто волнуюсь за тебя.

Генри тяжело вздохнул.

— Сегодня утром мне сообщили, что появился новый свидетель по моему делу. Мы как раз приехали его опрашивать.

Он на секунду замолчал.

— А ты... пожалуйста, поговори с полицией.

Расскажи им всё. Хорошо?

Мира медленно кивнула.

— Хорошо.

Дежурный поднял голову.

— Госпожа Беллини?

Один из сотрудников сможет вас принять.

Мира ещё раз посмотрела на Генри. Тот едва заметно улыбнулся. Но тревога в его глазах никуда не исчезла. Она глубоко вдохнула и направилась вслед за полицейским в кабинет. Через несколько минут ей предстояло впервые вслух произнести имя человека, которого, как ей казалось, она вот-вот потеряет.

Глава 9

Полицейская машина остановилась возле современного жилого дома.

— Эта квартира? — уточнил один из сотрудников.

Мира кивнула.

— Да. Он живёт здесь.

Они быстро поднялись на нужный этаж.

Один из полицейских несколько раз громко постучал.

— Полиция! Откройте дверь!

Ответа не было.

Он ещё раз нажал на звонок. Тишина.

Второй сотрудник достал связку служебных ключей. Через несколько секунд дверь открылась.

Мира шагнула следом. И сразу остановилась. В квартире было непривычно пусто. Не так, как бывает после переезда. Скорее… Будто здесь никогда по-настоящему не жили. На стенах больше не висели фотографии. Исчез маленький кактус с подоконника. Стол был пуст. На кухне не осталось ни чашек, ни тарелок. Даже запах исчез. Словно кто-то за одну ночь стёр все следы своего существования.

Мира медленно прошла в гостиную.

— Нет...

Тихо сказала она.

— Этого не может быть...

Полицейские тем временем осматривали комнаты. Один заглянул в спальню. Другой — в ванную. Через несколько минут оба вернулись.

— Никого.

Мира растерянно посмотрела на них.

— Но...

Она обернулась.

— Я была здесь.

Много раз.

Полицейский внимательно посмотрел на неё.

— Вы уверены, что это именно эта квартира?

Она даже не сразу поняла вопрос.

— Конечно уверена. Я была здесь почти каждый день. Мы ужинали на этой кухне. Вот здесь...

Она показала рукой в сторону окна.

— Здесь стоял стол. А там...

Она запнулась.

Сама не понимая, почему квартира вдруг стала казаться совершенно чужой.

Полицейский молча выслушал её. Потом открыл лежавший в руках планшет. Несколько секунд что-то проверял. Наконец поднял взгляд.

— Госпожа Беллини...

В его голосе не было ни раздражения, ни насмешки. Только осторожность.

— Мы не нашли никаких данных, что человек по имени Рис Морган когда-либо был зарегистрирован по этому адресу.

Мира почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Это какая-то ошибка.

— Возможно.

Полицейский спокойно кивнул.

— Но владелец квартиры сообщил, что жильё освободили несколько дней назад.

— Нет...

Она покачала головой.

— Позавчера вечером я была здесь. Мы вместе ужинали.

Полицейские снова переглянулись. Совсем незаметно. Но Мира успела это увидеть. И именно этот короткий взгляд испугал её сильнее всего.

Впервые ей показалось… Что ей не верят.

Полицейский медленно убрал планшет. Несколько секунд он молча смотрел на Миру.

Потом тихо произнёс:

— Послушайте, госпожа Беллини...

Его голос стал неожиданно мягким.

— Мы прекрасно понимаем, через что вам пришлось пройти в последние годы.

Мира почувствовала, как внутри всё сжалось.

Она уже знала этот тон. Так разговаривают не с человеком, которому верят.

А с человеком, которого жалеют.

— Иногда после сильных потрясений память может вести себя очень странно.

Он осторожно достал из кармана визитную карточку.

— Если вы что-нибудь вспомните… Или захотите ещё раз поговорить… Позвоните мне напрямую.

Он протянул ей визитку.

Мира долго смотрела на неё, но так и не взяла.

— Вы мне не верите...

Это был не вопрос.

Полицейский тяжело вздохнул.

— Я этого не сказал.

— Но именно это вы сейчас подумали.

Он ничего не ответил. Лишь молча положил визитку на пустой кухонный стол.

— Поедем.

Тихо сказал он своему напарнику.

Через несколько секунд дверь квартиры закрылась.

Мира осталась одна. Она медленно огляделась. Вот здесь они сидели. Здесь Рис смеялся, когда она испачкала нос мукой. Здесь стоял стол. Здесь был маленький кактус. Она подошла к подоконнику.

Провела ладонью по холодной поверхности. Пусто. Словно всего этого никогда не существовало.

— Нет...

Прошептала она.

— Это было...

Я помню.

Я всё помню...

Голос дрогнул. Ноги внезапно перестали её держать. Она медленно опустилась на пол. Потом уже не смогла сдержаться. Закрыла лицо руками. И впервые с того дня, как исчез Рис, заплакала по-настоящему. Не тихо. Не сдерживая себя.

Потому что впервые испугалась не только того, что потеряла его. Она испугалась, что однажды перестанет верить самой себе.

Глава 10

Прошло две недели. За это время ничего не изменилось.

Полиция по-прежнему отказывалась объявлять розыск человека, которого, по их данным, никогда не существовало.

Мира же продолжала ждать. Каждый телефонный звонок заставлял её вздрагивать. Каждое незнакомое сообщение она открывала с надеждой.

Но экран снова и снова оставался пустым.

В салоне тоже стало непривычно тихо. Клиентов в тот день почти не было. Мира сидела у окна с чашкой давно остывшего кофе и смотрела куда-то вдаль. Колокольчик над дверью тихо звякнул.

— Привет, дорогая.

Она подняла голову.

— Генри...

Он внимательно посмотрел на неё и тяжело вздохнул.

— Ну как ты? На тебе совсем лица нет. Мне это очень не нравится.

Мира попыталась улыбнуться. Но улыбка тут же исчезла.

— Не нахожу себе места...

Она поднялась.

— Кофе будешь?

— Конечно.

Через несколько минут они уже сидели за маленьким столиком.

Некоторое время молчали.

Потом Мира тихо сказала:

— Генри...

А что, если Карлос всё-таки что-то сделал с Рисом?

Генри медленно поставил чашку на стол. Закрыл глаза. Будто именно этого вопроса он и боялся. Потом осторожно накрыл её руку своей.

— Мира...

Он говорил очень спокойно.

— Посмотри на меня.

Она подняла глаза.

— Мы ведь уже проходили через это.

Она непонимающе нахмурилась.

— Через что?

Генри несколько секунд молчал. Ему явно не хотелось произносить следующие слова. Но он всё же решился.

— Карлос не мог ничего сделать Рису.

Мира резко выдернула руку.

— Откуда ты можешь это знать?

— Потому что...

Он тяжело выдохнул.

— Карлос погиб.

В салоне стало так тихо, что было слышно, как где-то в соседнем помещении тикают часы.

Мира нервно усмехнулась.

— Что за глупости...

— Это не глупости.

Генри не отвёл взгляд.

— Уже три года прошло.

Она медленно покачала головой.

— Нет...

— Мира...

— Нет!

Она резко поднялась со стула.

— Я видела его! Он приходил ко мне домой! Он преследовал меня! Он угрожал мне! Почему никто мне не верит?

— Я верю, что для тебя это было абсолютно реальным.

Очень мягко сказал он.

— Но после того случая врачи предупреждали, что...

— Перестань!

Почти выкрикнула Мира.

По её щекам уже текли слёзы.

— Не смей говорить, что я всё это придумала!

Генри молча смотрел на неё. В его глазах было не недоверие. А боль.

И именно это испугало Миру сильнее всего.

— Хорошо, — тихо сказал Генри после долгой паузы. — Тогда сделай для меня одну вещь.

Мира вопросительно посмотрела на него.

— У тебя дома должно быть одно письмо.

Она нахмурилась.

— Какое письмо?

— Просто найди его.

Он едва заметно улыбнулся.

— Думаю... пришло время его прочитать.

Мира хотела спросить что-то ещё, но Генри уже осторожно развернул инвалидное кресло. Потом остановился. Медленно снял перчатку с правой руки и взял её ладонь в свою.

— Мира...

Он впервые за весь разговор посмотрел ей прямо в глаза.

— Я вообще-то приехал попрощаться.

Она удивлённо замерла.

— Попрощаться?

— Ненадолго.

Он улыбнулся.

— Мне самому нужно немного разобраться в себе.

На несколько дней уеду. Мне очень не хочется оставлять тебя именно сейчас… Но я должен.

Он слегка сжал её руку.

— Только пообещай мне одну вещь.

— Какую?

— Будь осторожна. Что бы ни случилось. Не оставайся с этим одна.

Мира молча кивнула.

— Обещаю.

— Вот и хорошо.

Она всё ещё не отпускала его руку.

— Куда ты едешь?

На лице Генри впервые за долгое время появилась почти мальчишеская улыбка.

— Навещу сестру в Италии. Вернусь загорелым.

Он подмигнул.

Мира невольно рассмеялась сквозь слёзы. Потом наклонилась и крепко обняла его.

— Ты тоже себя береги.

Генри тихо усмехнулся. Похлопал ладонью по своим неподвижным ногам.

— Да что со мной может случиться? Самое страшное со мной уже произошло.

Он сказал это с привычной самоиронией.

Но почему-то от этих слов у Миры болезненно сжалось сердце.

Она медленно отстранилась. Вытерла слёзы. И молча проводила Генри до двери. Она ещё долго смотрела ему вслед, пока его кресло не скрылось за поворотом. Почему-то ей казалось, что вместе с ним из салона ушло что-то очень важное.

И она ещё не знала, что это была их последняя встреча.

Глава 11

Вернувшись домой, Мира долго не решалась открыть кладовку.

В самом углу стояли несколько старых коробок. Документы. Фотоальбомы. Папки, которые она так ни разу и не разобрала после переезда. Она поставила их посреди комнаты и медленно открыла первую. Фотографии. Старые открытки. Какие-то чеки. Детские рисунки, которые она когда-то собиралась выбросить, но так и не смогла.

Она долго перебирала всё это, иногда задерживаясь на снимках. Почти на всех была она одна. В какой-то момент на дне одной из коробок лежал небольшой белый конверт.

Мира нахмурилась.

На нём было написано всего несколько слов.

«Для Миры. От Миры.»

Она сразу узнала почерк. Свой.

Сердце забилось быстрее. Дрожащими пальцами она открыла конверт. Внутри лежало несколько сложенных листов.

Она начала читать.

“Мира.

Если ты держишь это письмо в руках, значит, снова наступил момент, когда тебе нужно вспомнить то, что мозг пытается от тебя спрятать.

Прежде всего, пожалуйста, запомни одну вещь.

Ты не чудовище. Если сейчас тебе кажется обратное — дочитай письмо до конца.

В тот день Карлос погиб. Это правда. Но ты не хотела его убивать. Он снова кричал. Снова ударил тебя. Несколько раз. Ты была на шестом месяце беременности. Ты испугалась не за себя. За нашего малыша. Когда он снова замахнулся, ты просто пыталась защититься. Ты оттолкнула его. Он упал.

Всё произошло за несколько секунд. Врачи потом сказали, что причиной смерти стала тяжёлая травма головы. Нашего малыша тоже спасти не удалось. После этого ты почти перестала жить. Почти год ты провела в психиатрической клинике. Именно оттуда я и пишу тебе это письмо. Врачи объяснили, что иногда психика защищает нас слишком странным способом. Она может спрятать самые страшные воспоминания. Или вернуть человека, которого больше нет. Если это произошло снова… Пожалуйста, не пугайся. Это не делает тебя слабой. И уж точно не делает сумасшедшей. Это значит лишь одно. Твоя боль всё ещё ищет способ быть услышанной. И если ты сейчас читаешь эти строки… Значит, однажды я уже смогла пережить этот день. Значит, сможешь и ты.”

Последние строки расплылись перед глазами.

Мира больше не могла читать. Письмо медленно выскользнуло из её рук и опустилось на пол. Она закрыла лицо ладонями. И заплакала не из-за Карлоса. Не из-за Риса. А из-за той женщины, которой когда-то была. И которую ей только предстояло снова узнать.

Мира ещё долго сидела на полу. Письмо лежало рядом. Отдельные воспоминания постепенно возвращались. Не сразу. Обрывками. Белые стены больничной палаты. Длинные коридоры. Запах лекарств. Чьи-то спокойные голоса.

Доктор, который снова и снова говорил ей, что память иногда защищает человека от того, что кажется совершенно невыносимым. Что на восстановление могут уйти годы. Что нельзя торопить себя. Она вспомнила и диагноз. Посттравматическое расстройство. Врач тогда сказал, что с этим можно жить. Но бывают периоды, когда прошлое снова становится слишком близко.

Мира медленно поднялась с пола. Подошла к кухонному шкафчику. Достала небольшую коробочку с лекарством. Несколько секунд смотрела на неё. Потом привычным движением положила таблетку в рот и запила водой.

Она глубоко вдохнула.

Нет.

Она справится.

Уже однажды справилась. Справится и теперь.

Пусть всё, что произошло с Рисом, оказалось лишь игрой её памяти… Пусть ей только показалось, что она снова смогла стать счастливой… Но эти чувства были настоящими. И теперь она точно знала одну вещь. Она снова хочет жить. Хочет однажды встретить человека, рядом с которым почувствует то же самое. Только уже по-настоящему.

Мира взяла телефон. Нашла в списке контактов знакомый номер.

Доктор Маркус Вебер.

Он ответил почти сразу.

— Добрый вечер, Мира.

Она на секунду закрыла глаза. Услышав его спокойный голос, ей стало немного легче.

— Здравствуйте, доктор...

Мне кажется, мне снова нужна ваша помощь.

На другом конце провода повисла короткая пауза.

— Я ждал, что однажды вы позвоните.

Когда вам удобно приехать?

Мира посмотрела на письмо, лежавшее на полу.

— Чем раньше, тем лучше.

— Тогда приходите завтра утром.

И... спасибо, что позвонили.

Мира тихо ответила:

— Спасибо, что всё ещё не забыли меня.

Она положила трубку.

Впервые за последние недели ей показалось, что впереди появился хоть какой-то путь.

Глава 12

Поздняя осень.

Солнце ещё светило по-летнему ярко, но воздух уже стал совсем другим. Свежим. Холодным.

Мира улыбнулась и чуть приоткрыла окно. Навстречу ворвался прохладный ветер. Она высунула ладонь наружу, ловя поток воздуха. Совсем как ребёнок. Музыка негромко играла в салоне. Перед ней медленно убегала вперёд узкая дорога. По обе стороны тянулись поля, окрашенные осенью в золотые и медные оттенки.

За последние несколько месяцев её жизнь изменилась до неузнаваемости.

Ещё совсем недавно она сидела в кабинете доктора Маркуса Вебера, уверенная, что окончательно теряет связь с реальностью. Каждый приём был похож на долгий разговор с собственным прошлым. Шаг за шагом. Воспоминание за воспоминанием. Постепенно боль переставала управлять её жизнью.

И однажды доктор сказал ей:

— Иногда, чтобы действительно начать сначала, недостаточно просто закрыть дверь.

Нужно открыть новую.

Именно он рассказал ей о хорошем специалисте в Германии. О человеке, который уже много лет помогал людям с тяжёлыми психологическими травмами начать новую жизнь.

Мира почти не раздумывала. Продала старый дом. Закрыла парикмахерскую. Попрощалась с городом, где прожила почти всю жизнь. И исполнила мечту, которую когда-то считала несбыточной. Она купила небольшой дом на колёсах. Тот самый. Светлое дерево. Белые стены. Тёплые песочные оттенки. И маленькая кухня, в которую она влюбилась с первого взгляда.

Когда-то именно в таком доме Рис сказал ей, что мечты иногда сбываются.

Она до сих пор помнила его слова. И каждый раз, садясь за руль, невольно улыбалась. Теперь она ехала навстречу новой жизни. Не убегая от прошлого. А наконец выбирая своё будущее.

Впереди была Германия.

Новый врач. Новый город. И, возможно… Новая Мира.

Путь оказался намного длиннее, чем она представляла. И это ей нравилось. Она больше никуда не спешила. Если какое-нибудь место цепляло её сердце, Мира оставалась там на день. Иногда на два. А однажды провела почти неделю у небольшого озера, просыпаясь каждое утро с видом на воду.

Именно так она когда-то и мечтала жить. Без расписаний. Без спешки. Без страха.

В одном из городков она купила себе фотоаппарат. Не самый дорогой. Не самый современный. Но этого ей было вполне достаточно. Она фотографировала рассветы. Старые мосты. Осенние деревья. Лица случайных прохожих. Дождь на окнах автодома.

И вдруг поймала себя на мысли, что улыбается каждый раз, когда подносит камеру к глазам.

Рис оказался прав. Фотография действительно учила замечать жизнь.

Однажды она остановилась на небольшом фермерском рынке. Возле одного из прилавков собралась толпа. Мира подошла ближе. В большой плетёной корзине возились маленькие щенки.

Хозяйка улыбнулась.

— Их раздают в хорошие руки.

Мира присела на корточки. Она всегда мечтала о собаке. Или хотя бы о кошке. Но Карлос терпеть не мог животных. Поэтому эта мечта тоже когда-то осталась несбывшейся.

Один из щенков вдруг неуклюже выбрался из корзины. Подошёл прямо к ней. Остановился. И осторожно коснулся лапкой её ноги.

Мира тихо рассмеялась.

— Ну здравствуй...

Она подняла малыша на руки. Щенок сразу прижался к её груди и довольно вздохнул. Словно уже давно сделал свой выбор.

Мира почувствовала, как к глазам подступили слёзы. Она осторожно погладила его по голове.

Несколько секунд молчала.

А потом тихо сказала:

— Ну что ж… Похоже, теперь мы будем путешествовать вместе.

Щенок лизнул её в нос. Она засмеялась ещё громче.

— И знаешь...

Мне кажется, я уже придумала тебе имя.

Она крепче прижала его к себе.

— Рис.

Это имя прозвучало легко. Без боли. С тёплой улыбкой. Будто вместе с ним она сохранила не прошлое. А всё хорошее, что однажды подарил ей один человек.

С того дня маленький Рис гордо ездил рядом с ней на переднем сиденье автодома. И каждый раз, когда она брала в руки фотоаппарат, он внимательно наблюдал за ней, словно проверяя, не упустит ли хозяйка ещё один красивый кадр.

Глава 13

К концу путешествия дорога привела её в Баварию.

Мира невольно улыбнулась. Она представляла эти места красивыми. Но действительность оказалась ещё прекраснее. Небольшие деревушки словно сошли со страниц старых сказок. Домики с деревянными балконами, украшенными цветами. Колокольни, возвышавшиеся над крышами. А за ними… Горы. Высокие. Спокойные. Будто охраняющие весь этот мир.

Каждые несколько километров Мире хотелось остановиться. Она доставала фотоаппарат и снимала всё подряд. Облака, цеплявшиеся за вершины. Узкие дороги. Старые деревянные заборы. Казалось, здесь даже воздух выглядел иначе.

Через некоторое время навигатор сообщил:

— Вы прибыли.

Перед ней стоял небольшой современный дом. Скромный. С большими окнами. И аккуратным садом перед входом. На деревянной вывеске было написано:

Praxis Dr. Johannes Hartmann

— Значит, мы приехали...

Тихо сказала Мира.

Она повернулась к щенку.

Малыш Рис уже уютно устроился на переднем сиденье.

Мира поставила рядом миску со свежей водой и погладила его по голове.

— Я скоро вернусь. Охраняй дом.

Щенок внимательно посмотрел на неё, будто действительно понял поручение.

Она улыбнулась и вышла.

Доктор Хартманн встретил её лично.

Это оказался высокий седовласый мужчина с очень спокойным взглядом. И уже через несколько минут Мире показалось, что разговаривает она не с врачом, а с человеком, который действительно умеет слушать. Беседа длилась почти час.

Когда она закончилась, доктор проводил её до двери.

— Думаю, нам будет достаточно встречаться один раз в неделю.

Главное — не торопить себя.

Мира кивнула.

Такой ритм её вполне устраивал.

— Спасибо.

— Нет, Мира.

Это вам спасибо. Вы уже сделали самое трудное.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Какое?

Доктор Хартманн тепло улыбнулся.

— Вы решили снова жить.

Эти слова сопровождали её всю дорогу до автодома. Теперь оставалось решить ещё одну задачу. Найти место, которое хотя бы ненадолго можно будет назвать домом. Ещё несколько дней назад она нашла в интернете небольшую площадку для автодомов у самого подножия гор. С фотографий она выглядела почти сказочно.

Мира завела двигатель.

— Ну что, Рис...

Она улыбнулась щенку.

— Поехали смотреть наш новый дом.

Место оказалось именно таким, как она представляла. Небольшая площадка для автодомов уютно расположилась у подножия гор. Совсем рядом журчала узкая речка с кристально чистой водой. Вокруг росли высокие ели. И стояла такая тишина, что слышно было лишь шум воды и лёгкий ветер.

Мира выбрала место почти у самого берега. Припарковала автодом. Заглушила двигатель.

И несколько секунд просто сидела, любуясь видом.

— Кажется...

Она улыбнулась.

— Мы дома.

Малыш Рис тут же выскочил наружу.

Несколько раз смешно подпрыгнул в высокой траве.

Потом понёсся вдоль речки, то и дело оглядываясь, будто приглашая её поиграть.

Мира тихо рассмеялась.

— Далеко не убегай!

Она накинула тёплую куртку и медленно пошла следом.

Здесь было заметно холоднее, чем там, откуда она приехала. Воздух казался прозрачным. Каждый вдох был удивительно свежим. Она остановилась на небольшом деревянном мостике. Достала фотоаппарат. Навела объектив на горы. Щёлк. Потом на речку. Щёлк. Потом на маленького Риса, который с серьёзным видом пытался поймать собственное отражение в воде. Щёлк.

Мира посмотрела на экран камеры и невольно улыбнулась.

— Кажется...

Я начинаю понимать, почему ты так любил фотографировать.

В этот момент на её ладонь опустилась первая снежинка. Потом ещё одна. И ещё.

Снег пошёл тихо. Совсем медленно. Будто небо боялось нарушить эту тишину. Через несколько минут лёгкий белый слой уже укрыл траву.

Горы стали ещё красивее.

Малыш Рис остановился. С удивлением посмотрел на падающие снежинки. Потом смешно подпрыгнул, пытаясь поймать одну из них носом.

Мира рассмеялась так искренне, что её смех эхом разнёсся над рекой.

Она подошла к щенку. Подняла его на руки. Прижала к себе.

— Ну что, Рис...

Она улыбнулась, глядя на белые вершины.

— Похоже, нам с тобой придётся привыкать к такой погоде.

Щенок довольно прижался к её куртке.

А Мира вдруг поймала себя на мысли, что впервые за очень долгое время не думала ни о прошлом, ни о боли. Она просто была счастлива. И этого оказалось достаточно.

Глава 14

Прошло уже несколько недель.

Лечение проходило спокойно. Раз в неделю Мира приезжала к доктору Йоханнесу Хартманну. После каждого разговора ей становилось немного легче. Она всё реже просыпалась среди ночи. Всё реже оглядывалась через плечо. И всё чаще ловила себя на мысли, что снова строит планы на будущее.

Бавария постепенно становилась для неё домом.

Она даже купила старенький велосипед. Теперь почти каждый день они с маленьким Рисом отправлялись исследовать окрестности. Щенок гордо сидел в плетёной корзине на руле, высунув язык навстречу холодному ветру.

— Ну что, капитан? Куда сегодня поедем?

Рис радостно тявкнул.

Мира рассмеялась.

Сегодня они добрались до центральной улицы небольшого городка.

Повсюду уже чувствовалось приближение Рождества. Открылась зимняя ярмарка. Воздух был наполнен ароматом свежей выпечки, жареного миндаля и горячего глинтвейна. На деревянных прилавках лежали ёлочные игрушки, свечи ручной работы, шерстяные варежки и тёплые пледы. Мира неспешно переходила от одного домика к другому. Иногда останавливалась, чтобы сделать фотографию. Иногда просто любовалась людьми. Ей нравилось наблюдать за чужим счастьем.

В какой-то момент её взгляд зацепился за старинное здание чуть в стороне от ярмарки.

Между двумя домами пряталась небольшая художественная галерея. В витрине висел скромный плакат. Выставка современной фотографии. Мира остановилась. Сердце почему-то забилось немного быстрее. Она сама не смогла бы объяснить почему. Просто захотелось зайти. Она поднялась по нескольким ступенькам.

Толкнула дверь. Та оказалась открыта. Внутри было удивительно тихо. Лишь негромкая классическая музыка едва слышно звучала из динамиков. Посетителей почти не было.

Пожилая женщина за стойкой гардероба тепло улыбнулась.

— Добро пожаловать.

Мира сняла куртку. Поправила ремешок фотоаппарата на плече. Взяла маленького Риса на руки.

— Только веди себя тихо.

Шёпотом сказала она.

Щенок словно понял и сразу притих.

Мира медленно вошла в первый зал. Белые стены были увешаны большими фотографиями. Она медленно переходила от одной фотографии к другой. Стариные улочки. Лица незнакомых людей. Осенний лес. Море. Каждая работа была по-своему красивой. Но вдруг Мира остановилась. Сердце пропустило удар. Что-то в этом снимке показалось ей до боли знакомым. Не сам сюжет. Не место. А то, как он был снят.

Она сделала ещё один шаг. Перед ней висела фотография. Девушка в длинном красном платье стояла спиной к объективу. Она только что переступила порог кухни. Комната почти тонула в полумраке. Лишь один луч вечернего света, падавший из окна, мягко освещал её силуэт.

Мира перестала дышать.

Эта кухня...

Она знала её.

До последней детали.

Белые фасады. Деревянная столешница. Окно. Даже занавески.

Это была квартира Риса.

Та самая кухня. В которой они вместе готовили ужин. В которой она сидела на столешнице и смеялась. В которой он впервые её поцеловал.

— Нет...

Едва слышно прошептала она. Она крепко зажмурилась. Постояла так несколько секунд. Потом снова открыла глаза. Фотография никуда не исчезла.

— Значит...

Она почувствовала, как к горлу подступил ком.

— Значит, ты существовал...

По щекам едва не покатились слёзы. Но Мира заставила себя успокоиться. Она подошла ещё ближе. В правом нижнем углу висела небольшая табличка с названием работы. А ниже было написано имя автора.

Lukas Berger.

Мира перечитала ещё раз. Потом ещё.

Нет...

Это было не имя Риса.

Она медленно покачала головой.

— Кто же ты такой?..

Тихо прошептала она.

И впервые за многие месяцы почувствовала не отчаяние. А надежду. Потому что если эта фотография была настоящей… Значит и человек, который её сделал, тоже был настоящим. И где-то в мире он всё ещё мог быть жив.

Мира ещё несколько секунд стояла перед фотографией. Потом решительно направилась к женщине, сидевшей у входа.

— Извините...

Она старалась говорить медленно по-английски.

— Вы не подскажете, как мне найти одного из авторов фотографий?

Пожилая женщина виновато улыбнулась. По-английски она говорила совсем немного.

Она несколько раз переспросила, потом кивнула, будто поняла вопрос.

— Rathaus...

Произнесла она с немецким акцентом.

— Vielleicht... Rathaus.

И указала рукой в сторону центра города.

— Спасибо...

Мира улыбнулась.

— Данке.

Женщина тоже улыбнулась в ответ.

Через несколько минут Мира уже вошла в здание городской ратуши.

После недолгого разговора сотрудница распечатала для неё небольшой список.

— Здесь все участники выставки.

Мира быстро пробежала глазами по листу.

Lukas Berger.

Имя было. Но рядом — ничего. Ни адреса. Ни телефона.

Она подняла глаза.

— А можно как-нибудь связаться с ним?

Сотрудница покачала головой.

— Простите. Мы не можем передавать личные данные участников.

Мира разочарованно опустила взгляд.

Потом ей в голову пришла другая мысль.

— А выставка...

Когда она заканчивается?

— Через неделю.

Ответила сотрудница.

— В воскресенье.

Мира поблагодарила её и вышла на улицу.

На площади уже зажигались рождественские огни.

Она присела на скамейку. Маленький Рис сразу запрыгнул к ней на колени. Она машинально погладила его по голове. Потом снова посмотрела на листок с именами.

— Через неделю...

Тихо сказала она.

— Значит, мы будем приезжать сюда каждый день.

Она улыбнулась щенку.

— Правда, Рис?

— Кто-нибудь же должен появиться за своими фотографиями.

Щенок радостно тявкнул, словно полностью соглашаясь с её планом.

Мира сложила листок и убрала его в карман.

Впервые за долгое время ей казалось, что она идёт не за воспоминанием. Она идёт по следу человека, который был настоящим.

Глава 15

Прошло уже несколько дней. Каждое утро Мира приезжала к галерее. Подолгу ходила между фотографиями. Потом сидела в маленьком кафе напротив, наблюдая за входом.

Но человек, которого она искала, так и не появился.

Сегодня всё было иначе. С самого утра разыгралась настоящая метель. Ветер с силой бил в стены автодома. По радио почти без перерыва передавали экстренные сообщения.

Дороги в горах становились всё опаснее.

Ведущий сообщил очередную новость:

— ...во время спасательной операции пропал сотрудник горной спасательной службы. Поиски продолжаются несмотря на сложные погодные условия...

Мира невольно убавила звук.

— Боже...

Тихо сказала она.

— Спас людей... и сам пропал...

Она подошла к окну. За стеклом кружился густой снег. В горах почти ничего не было видно.

— Нет, Рис...

Она улыбнулась щенку.

— Сегодня мы точно никуда не поедем.

Малыш довольно устроился на своём пледе.

Мира заварила горячий чай. Укуталась в плед. Открыла книгу. В автодоме было тепло и удивительно уютно.

И вдруг...

Раздался стук в дверь. Она подняла голову. Стук повторился.

Маленький Рис тут же вскочил и громко залаял.

— Кто это в такую погоду?..

Мира осторожно приоткрыла дверь.

Снаружи бушевала метель. За снегом невозможно было рассмотреть лицо человека. Лишь высокий тёмный силуэт. И вдруг она услышала спокойный мужской голос:

— Ты меня искала?

Мира замерла.

Чашка едва не выскользнула из её рук.

Она знала этот голос. Даже если бы прошло десять лет. Она резко распахнула дверь.

— Рис...

Прошептала она.

Он стоял перед ней. Припорошенный снегом. В тёплой куртке. С теми же спокойными карими глазами. И с той самой едва заметной улыбкой, которую она столько раз вспоминала.

Мира больше не думала. Она буквально спрыгнула со ступенек автодома и бросилась к нему. Так сильно, что едва не сбила его с ног. Рис успел только раскрыть руки. Она крепко обняла его. Уткнулась лицом в его плечо. И наконец позволила себе расплакаться.

— Я думала...

Голос дрожал.

— Я думала, что больше никогда тебя не увижу...

Рис молча прижал её к себе.

Так крепко, словно тоже боялся, что если отпустит — она снова исчезнет.

А снег всё продолжал медленно падать вокруг них.

Будто весь мир на несколько минут решил оставить их наедине.

Они наконец вошли в автодом.

Рис снял промокшую куртку и повесил её у входа.

Мира молча наблюдала за каждым его движением. Будто боялась, что если хоть на секунду отведёт взгляд, он снова исчезнет.

Она поставила на стол две большие кружки с горячим чаем.

Несколько секунд они просто сидели друг напротив друга.

Потом Мира не выдержала.

— Что случилось?

Её голос дрожал.

— Почему ты исчез?

Она покачала головой.

— Лукас... или Рис... я уже не знаю, как тебя называть… Я так переживала.

Он осторожно накрыл её ладонь своей.

— Я всё тебе расскажу.

Рис долго смотрел в кружку с чаем. Будто собирался с мыслями.

Потом тихо сказал:

— Моё настоящее имя — Тони Хейс. Не Рис.

Мира едва заметно напряглась.

Но промолчала.

— Я родился в Англии.

Там прошла почти вся моя жизнь.

И... да. Когда-то я был женат.

Он грустно усмехнулся.

— Если быть совсем точным...

По документам я до сих пор женат.

Мира вопросительно посмотрела на него. Но не перебила.

Тони был благодарен ей за это.

— Помнишь, я рассказывал тебе про девушку, которая исчезла в нашем городе?

Она кивнула.

— Конечно.

— Тогда все были уверены, что она погибла в пожаре.

Прошли годы.

И почти рядом с нашим городом произошло ещё одно очень похожее преступление. Женщину нашли в сгоревшей машине. За это преступление осудили одного парня, с которым я когда-то учился.

Тони на секунду замолчал.

— Но...

Мне всё время казалось, что что-то не сходится. Я начал задавать вопросы. Сначала просто из любопытства. Потом стал фотографировать людей, с которыми познакомился во время этих поисков. Постепенно понял, что вышел совсем не на тех людей.

Он поднял взгляд на Миру.

— Это была крупная сеть, связанная с наркотиками. И чем дальше я заходил… Тем опаснее становилось. Я даже не сразу понял, во что влез. Когда понял — пошёл в полицию. Думал, что просто передам всё, что узнал. Но оказалось… За ними уже давно следили. Они собирали доказательства, чтобы задержать всех сразу.

И ещё… Следователи подозревали, что именно эта группа может быть связана и с тем убийством.

Тони тяжело выдохнул.

— Через несколько недель выяснилось, что кто-то видел, как я встречался со следователем.

После этого началась охота. На меня.

Он сделал небольшой глоток уже остывшего чая.

— Именно тогда мне предложили войти в программу защиты свидетелей. Я согласился. Потому что другого выбора уже не было.

В автодоме повисла тишина.

Мира сидела, не сводя с него глаз.

Она даже не заметила, что её чай давно остыл.

— Господи...

Тихо прошептала она.

— Всё это время...

Ты действительно спасал свою жизнь...

И только теперь она начала понимать, почему однажды он исчез так, словно его никогда не существовало.

Тони сделал ещё один глоток чая. Несколько секунд молчал. Потом тихо продолжил:

— Когда мы с тобой начали встречаться... меня нашли.

Мира сразу подняла на него глаза.

— Что значит «нашли»?

— Кто-то из тех людей вышел на мой след.

Он устало провёл ладонью по лицу.

— Несколько дней за моей квартирой наблюдали.

В этот момент Мира замерла. Перед глазами сразу возник тот вечер. Тёмная улица. Одинокий фонарь. Неподвижный силуэт напротив дома.

— После этого за мной сразу приехали сотрудники программы защиты свидетелей. Мне дали всего несколько минут на сборы. И уже той же ночью вывезли в Германию.

Он виновато посмотрел на неё.

— Я не мог ничего тебе сказать. Если бы они узнали, что мы близки… Ты тоже оказалась бы под угрозой.

Мира молча протянула руку и накрыла его ладонь своей.

Он крепче сжал её пальцы.

— Теперь ты знаешь правду.

Тони тяжело вздохнул.

— И именно это меня пугает. Потому что теперь ты тоже стала частью этой истории.

А значит… Для тебя тоже существует опасность.

Мира несколько секунд смотрела ему в глаза. Потом неожиданно улыбнулась. Спокойно. Уверенно.

— У нас есть дом на колёсах.

Тони удивлённо поднял голову.

— Что?

— Мы можем уехать в любую минуту.

Сегодня — в Австрию.

Завтра — во Францию.

Через неделю — к океану.

Она слегка пожала плечами.

— Нас не так-то просто будет найти.

Тони невольно улыбнулся.

— Ты правда думаешь, что всё так просто?

— Нет.

Она покачала головой.

— Я думаю, что всю жизнь прожила в страхе.

А теперь больше не хочу.

Мира медленно поднялась. Подошла к нему. Наклонилась. И нежно поцеловала его. Когда их губы встретились, Тони вдруг понял одну простую вещь. Он столько лет скрывался, менял имена и города, пытаясь спасти свою жизнь. Но впервые за всё это время рядом появился человек, ради которого ему захотелось перестать убегать.

Глава 16

Лето.

Тёплый морской ветер легко перебирал волосы Миры. Она медленно шла босиком по влажному песку, оставляя за собой длинную цепочку следов.

Волны лениво набегали на берег и тут же отступали назад.

Совсем рядом носился Рис. Теперь он уже не был тем маленьким неуклюжим щенком. Красивый, сильный пёс то и дело вбегал в воду, а потом, довольный, возвращался обратно, обрызгивая всё вокруг.

Мира рассмеялась.

— Ну ты невозможный...

Вдалеке, у самой кромки берега, стоял их автодом.

Тот самый. Белый. С тёплыми песочными оттенками внутри. Дом, который когда-то был только мечтой. А теперь стал их домом.

Мира наклонилась. Из мокрого песка выглядывала необыкновенно красивая ракушка. Она подняла её.

Покрутила в ладони. И улыбнулась.

— Смотри, что я нашла!

Со стороны автодома тут же послышался звонкий детский смех.

Маленькая девочка лет четырёх со всех ног побежала к маме.

— Мамочка! Покажи!

Мира подняла её на руки.

— Какая красивая… Видишь?

Девочка осторожно взяла ракушку двумя ладошками.

Будто это было настоящее сокровище.

— Папа! Папа, смотри!

Тони подошёл к ним. Улыбнулся.

Обнял Миру одной рукой, другой осторожно погладил дочь по голове.

Рис радостно носился вокруг всей семьи, время от времени подпрыгивая от счастья.

Тони посмотрел сначала на море.

Потом на Миру.

— О чём задумалась?

Она прижалась к нему плечом. Долго смотрела на горизонт. Туда, где море встречалось с небом.

— Знаешь...

Когда-то мне казалось, что моя жизнь закончилась.

А оказалось… Она только начиналась.

Тони молча поцеловал её в висок.

Маленькая девочка крепче прижала к себе найденную ракушку.

А впереди снова была дорога. Новая страна. Новые фотографии. Новые воспоминания.

И целая жизнь, которую они теперь проживали вместе.

Конец.