Последний из первых. Узор II

Глава 1. Утро первых песен

«-Не нужно чувствовать себя обязанным за вещи, которых ты не просил, Том. Ты еще слишком молод. Поверь, в твоей жизни будет достаточно идиотов, что будут указывать, что ты должен, ... и еще лучше, не должен делать.

-… -имперский молчал.

- Подними голову, оставь это право за собой. А в остальном? Завтра еще не наступило. Только тебе решать, как ты встретишь его!

-У меня нет вашей…

-Брось, Веретено- мусор! Сделай этот грауров шаг, возьми ответственность за свою жизнь. В свои руки!»

Улей ожил не сразу.

Фэнгард вернулся под утро. Можно было сказать, что он почтил своим появлением Солнце. Но, скорее, сам приход Фэна и стал предвестником рассвета. Лишь после малый, холодный свет начал неохотно отмерять новый день.

В коттедже, выделенном западной делегации, всё пришло к финалу ожидаемому, к такому, каким обычно бывает утро после знатной попойки. А если учесть, что это была не просто пьянка, а пир в честь завершения турнира -выглядело всё вполне ожидаемо.

Моэн, принц и бедный бард, отданные неге вина спали сном без сновидений. Корень, отдавший право своей вахты Боаму позволил себе прикрыть глаза стоило только принцу отойти ко сну.

Так это и бывает. Одно приходит на смену другому и первым, кто встретил искателя, был сам Боам. Встретил молча. У Боама не было особого чутья. Экс капитан не думал пересчитывать по головам кого-то дымке утреннего перегара. Случайность или граурова шутка, но ключ к возможности, которую алкало его мятежное сердце. Смогут ли они когда-нибудь посмеяться над этим вместе? Ключ этот вручил ему сам Фэнгард. Заставив Турэля вновь балансировать меж гранями своих убеждений.

-И где, вы оба, были? -неожиданно бросил Боам. Голос тихий, вкрадчивый, ни следа сна. Фэнгарда это сбило. Он пришел один. Входная дверь протяжно скрипнула, впуская в застоявшуюся дымку прохладу и фигуру искателя с накинутым поверх плащом. Фэн застыл на мгновение, он как раз хотел объявить ранний «подъём». По спящему за стенами городу сложно было сказать, но улей этот должен был вот-вот проснуться. Едва ли короне будет что предъявить им, однако стоило бы уже начать эти грауровы сборы -сегодня они должны покинуть Юг! Тихо, мирно, так как этого позволяет лицемерная мораль.

-Я один, буди брата. Собирайтесь. -он умел находить ключи к сердцам. «Читать людей» -так бы эту его грань назвал мастер вопросов, если когда-нибудь пути этих могли пересечься. Но Турэли, эти ошибки пограничья «мира» всегда оставались для него загадкой.

-Там? - искатель не дал пространства вопросам Боама.

-Игорь со своими подручными, как на молитву, ровно в пять. Уже должны быть здесь. Однако. -Боам помедлил, он никогда не замечал каким допытывающим становится его голос в такие моменты.

-Ты так бесшумно зашел, да и с той стороны не слышно ничего. Навряд ли бы они стояли, закрыв свои рты.

-Да, их пока нет, думаю минут через пять нагонят. Видел их, когда сворачивал от башен.

-«Видел, сворачивал, нагонят? Где он был? Где Каолэй? Что, граур побери, происходит!» -крутилось у него на кончике языка.

-Я не хочу повторять. Буди остальных, мы сегодня уходим. -он помедлил, а после добавил: «Я с вами».

В ряду вопросов Боама пополнилось. Но зерно истины он вычленил мгновенно. Детали не значили ничего. Главным было одно -«время на исходе».

-Я всегда собран. -экс капитан размял шею. -Раз больше ко мне вопросов нет. -Бросил он выпрямившись. Спина его, словно не скованная утренним ожиданием распрямилась. Фэн был не единственным кто мог и, разумеется, абсолютно точно занимал объем вне зависимости от того, какое место ему пытались пришить. -Пойду я. -бросил он.

-Боам. -голос искателя был тих.

-Возьму на себя наших «друзей». Раз уж «они на подходе». -бросил Турэль и взгляд его застыл, инстинктивно увязнув в чем-то очень холодном.

-Боам, не время для игр! -рука легко легла на засов, он прикрыл дверь.

-Именно, «капитан»! Не время. -секунда, вот сколько понадобилось ментору, чтобы сбросить с себя неведомый холод. Однако, глаза искателя обманчиво мягкие. Такие дипломатический взор которых смотрел на него с вершины трибунала, когда сам он стоял на коленях в той тесной клетке. Больше он не позволит себе той мягкости.

-«Милостивая, какое бы дерьмо ты не натворил, я со своим еще даже не начинал» - читалось у Турэля на лице. Фэн сделал шаг от двери, голова его, чуть согнутая, не позволяла скудному свету выхватывать намерения, что зрели на его лице. Однако взгляд, да, была в нем некая сила. Подобная обычно рождается в глазах стариков- тех безбожных развалин, что на исходе лет своих сожалели лишь о том, что самый истовый грех их был свершен слишком поздно. Фэн молчал, Боам знал эту игру и похоже они вовсе не играли. Глаза искателя, режущие исподлобья каким-то образом, умудрялись давить на капитана, словно смотря на него сверху вниз.

-Своё я потрачу с умом. -наконец подытожил ментор. Накинув на себя тёплую куртку Боам подошел к двери и оглянулся.

-Реа, Реа Боам! -без нажима, с той текучей плавностью, с какой нож входит в податливый ясень произнес Фэнгард.

-Фэн, при всём уважении… Я знаю, как пахнет трибунал. И, похоже, сейчас им разит именно от тебя. -он поправил ворот, достал из кармана перчатки.

-…

-Занимайся своим делом, а я займусь своим. «Веретено все рассудит». -последнее он сказал с явной, напускной издевкой.

-Брось это дело.

-Откуда тебе вообще знать о моих делах? -ментор поравнялся с искателем, холод глаз одного столкнулся со сталью другого. Воля, каким бы путём ты к ней не пришел всегда будет узнана подобным. И в отличие от Фэнгарда, собственную Боам выковал «вопреки».

-Лучше скажи сколько у меня времени и где встречаемся. -Турэль мгновенно сменил тон: из непреклонного западного ветра он превратился в податливый, обманчивый бриз.

-Ты знаешь, больших глупостей, чем я смогу вынести, я всё равно не придумаю, -с вызовом улыбнулся он. Но в глазах мелькнула тоска. Так или иначе у Фэна не было времени ни объяснять, ни давить на Боама. Старший Турэль не шутил, если все не вывернуть нужной «рубашкой» дело и правда может запахнуть трибуналом. Стороннему наблюдателю, если таковой и был бы,могло показаться, что речь идёт о суде Императора. Но единственный суд, который признавали Шипы -были Совет и трибунал Клатоса.

-Боам, иии, иди. У фонтана на шествующей аллее. Уходим через главный вход в полдень. Я возьму твои вещи. За доспех будешь должен вон барду! -смиряясь выдохнул бывший разведчик.

Боаму не нужно было повторять дважды, он уже стоял у двери. Поправив горловину, он вынырнул из спертого воздуха комнаты в утреннюю прохладу. Там, навстречу, по узкой улице гостевого квартала уже шагал Игорь. Рядком, шаг в шаг, семенил очередной «камзол». Боам, не выказывая лишнего интереса, кивнул обоим.

-Эй, куда путь держишь? -сухо выдавил Игорь, проглотив «доброе утро».

-На пробежку. Вот этому, кстати, тоже не помешала бы, -Боам кивнул в сторону безымянного прихвостня.

-Один? -скривился Игорь.

-Нет. Твой помощник, Томас. Он мне всю плешь проел рассказами о западном невежестве и «справедливых нормах» Юга. Договорились обсудить на бегу.

-«Помощник? Невежество? Мелкий заучка? Неожиданно». -помощнику мастера вопросов меньше всего хотелось бегать за кем-то с утра пораньше. Но и оставить западного без присмотра он не мог.

-А ты сейчас куда? -почти невинно поинтересовался Боам.

-Ну… как куда? Сперва к твоему… к помощнику. -Игорь быстро соображал.

-Всё-таки я ему должен за экскурсию. Да и привык я, знаешь ли, бегать с ним по утрам.

Камзолы, растирая озябшие ладони уставились на Боама. В глазах почти читалось, как ты пытаются переварить каким же дерьмом, думает накормить их этот западный ренегат. Улей- неповоротливый монстр, каким-то неапонятным проклятьем алые новости все еще не душили столицу за горло.

-Турнир завершен, хотелось бы закрыть свой долг перед этим непреклонным мальчишкой. Услуга за услугу, и мой долг перед Югом будет погашен, -небрежно бросил Боам.

Игорь прикидывал варианты. Его удивляла внезапная решительность того мальца-студента. Но собственная лень и явное желание Боама бежать толкнули его на путь наименьшего сопротивления. Он оставил своего подручного караулить дом коттедж западных, а сам поплелся за Боамом.

«Поплелся» -было сказано мягко. Боам, высоко поднимая колени, рванул к перекрестку со статуями, который ему пару дней назад показывал Томас. Знание дорог и бешено колотящееся сердце в груди Игоря окрашивали эту пробежку в тона, близкие к грауровым пыткам.

-Погоди ты, … сколько можно! -дыхание камзола сдалось.

-Да стой, … кому говорю, мы уже пришли! -Игорь, конечно же знал где живет наследник «Глотки».

Он догнал Боама, который делал милосердный, ожидающий вид. Камзол, тяжело передвигая ногами, словно те были наспех отлиты из железа поднёс своё тело к двери. Пару раз он рвано вдохнул, а после глубоко выдохнул. Как бы мимолетно выправляя дыхание. Не помогло. Он тяжело постучал в дверь. Секунды казались часами. Игорь терял терпение, он вновь тяжело постучал. Дверь открыл продирающий глаза Томас.

-Прошу прощения. Что случилось?

-Этот …… твой. -безуспешно пытаясь выправить дыхание почти пролаял камзол. -Молодец Барбарри! Не ожидал от... тебя! -переводя дух едко отсыпал Игорь и тяжело хлопнул того по плечу. Не успевший проснуться Томас чуть просел. Том не знал, но почти догадывался кем мог быть этот неприятный человек.

Игорь оставил гончую на ее вымышленном посту. Из-за стучащего в ушах сердца он упускал концы, что буквально мозолили глаза в отсутствии готовности студента.

-Давайте, бегайте……сколько душе угодно. -просипел Игорь не то облегченно, не то сорвано вскидывая руки перед собой.

-Бывай, если что присоединяйся. -радушной улыбкой щелкнул Боам, смотря в след ковыляющему вопроснику.

-…. -камзол не оборачиваясь вскинул руку в прощании.

Турэль удивился, в сколь плохом состоянии был этот человек. Впрочем, суждения Боама редко пересекались с реальностью «обычных» людей. Во-первых, мало кто мог тягаться с ним в здоровье -тут Альвариэль одарила его сверх меры, знатно сэкономив на другом. Во-вторых, стезёй помощника мастера вопросов были не погони, а интриги. Игорь всегда получал клиентов «тепленькими». И подобных утренних приключений было ему не надо.

-Доброго, доброго утра господин. -Томас подставил локоть.

-Да, какой, граур, господин, хватит уже. На Западе так не говорят. У тебя нет господ, ты сам господин. -хоть того и не требовалось, но Боам чуть наклонившись стукнул своим локтем о протянутую тростинку, затянутую в рукав ночной сорочки.

-Давай надень что-то чтобы не продуло, пробежимся. Я покажу тебе, чему обучает корпус. Найдёшь в этом себя- я все устрою! -Боам потянулся, разминая затянутую плотным воротом шею. -Не найдешь, «Но реа дэ Барбарри» -пожал он плечами.

-Ты волен делать что захочешь, и никто тебя не осудит.

Настало время решать.

Глава 2. Кость и лист на ветру

Томас не понял ни слова, он сморгнул- привычка искать проблему в себе. Ранний час, потерянный впопыхах башмак и гости, которых не звали и не ждали. Боам улыбнулся так радушно, как умеют только истинные сыны Запада -широко и немного хищно.

-Давай, одевайся! Такое утро пропустишь! Он повернулся и уселся на ступеньки скромного крыльца, втягивая носом прохладу все ещё спящего города. Ученик имперской академии не сразу осознал, что от этого предложения нельзя было отказаться. Прикрыв дверь, он полетел одеваться не ведая, что оставил пришлого ментора на краю не самых светлых мыслей.

Боам не знал, да и не мог знать, что произошло на балу, на пире, да и в целом в какое дерьмо втянула их эта ночь. Но собранный рюкзак Фэна и резкость сквозь обманчиво мягкую выправку кричали громче слов. Разведчик этой ночью не спал. Верил бы Боам в веретено, он бы, наверное, сказал, что лишь оно могло привести к подобному еще и Каолэя. О последнем Боам подумал тотчас, как не застал его гремящего мешка с мусором на полу в коридоре. Слова о трибунале были лишь пылью, но пыль имеет свойство резать глаза.

Спустя пару минут, счет которым не был начат Том вышел на крыльцо. Оба ботинка были на месте, теплая куртка, на поясе извечный блокнот студента Просвещения.

-Я готов!? -голос имперца был все также тих, однако сейчас в нем не было того давящего налета. Сложно было сказать, он слишком мало знал этого ренегата. Однако, похоже, не исчезновение вопросника подпитывало силой голос этого мальчишки.

Боам бежал, выдерживая темп, таким он встречал кадетов корпуса перед отсеивателями. В отличие от Игоря, Томаса он ждал. Спустя квартал они свернули к одной из башен. Боам не планировал маршрут, ему просто нужен был ориентир. Верил он в него или не, однако, Веретено в последнее время ткало узор с особым цинизмом. По мере приближения крутой шпиль начал обрастать остовом из множества протяжных крышь и казённых ограждений. Башня оказалась частью тренировочного полигона для южных кадетов.

Казалось бы, в такую рань и это беззубое имперское учреждение должно было еще спать. Однако Твэйн сумел удивить пришлого ментора. Монотонный топот ног, едкий смех и неодобрительные выкрики разрывали утреннюю тишину.

На скамье укутанный, бархатистым палевым стогом в отдалении шевелилось неугомонное пятно. Боам чуть сбавил темп. Не давая Тому слишком сильно отставать Турэль с настороженностью, различил, в стоге довольную имперскую физиономию. В шубе из светло серого меха растянулся какой-то силуэт. Подбегая, ближе стало понятно, что смех доносится как раз от него.

Сахарный, недовольный столь ранней встречей с новым днем, страдал. Ему категорически не нравилась эта рань, случившаяся лишь от того, что у его «заклятого друга» была задета гордость. Барриза не подавал вида, но проигрыш какому-то Саймонгу? Это жгло его изнутри. Какое по счету утро он истязал себя тренировками? Что здесь вообще делал Сахарный? Это оставалось загадкой для обоих. Бесцветный дворянин лежал, кутаясь в кроличью шубу -мягкую, гладкую, казалось, что так он мечтал, чтобы всё это закончилось… желательно под бутыль вина.

В очередной раз отхлебнув сахарный обернулся, в тишине утра было легко заметить ритмичный шаг пары ног.

Он откинул голову назад, хмель стирал грани наполняя голову весом таким, что юноше казалось, что он вот-вот перевесится и сползёт вниз. Он лениво моргнул.

-«Не показалось?». Тэссис морэн, похоже ты не единственный идиот, да. -без звука усмехнулся он себе под нос. - спустя секунду, словно складывая нехитрый план он чуть обернувшись процедил.

-Кого тут нелёгкая принесла с утра! Похоже мы не одни такие, идиоты?

Боам улыбнулся. Томас вежливо кивнул головой не различив в дворянине родовых отличий. Та самая безопасная вежливость прибившейся собаки.

Сахарный наконец соизволил повернуться по-людски. Кровь из запракинутой головы обухом прильнула на секунду застелив глаза сладкой пеленой головокружения.

-Что делаете? – непонятной улыбкой прошипел сахарный.

-Тренируемся, как видишь. Под конвоем, -усмехнулся Боам. Западный не сразу понял, почему ему симпатичен этот парень. Этот бесцветный хлыщ, закутанный в такое же бесцветное меховое гнездо, неожиданно отпечатался у него в голове. По лицу Турэля растеклась воистину честная улыбка, он понял. Именно так Боам, представляя южан! Рассказывая молодняку, ментор неосознанно стремился к одному собирательному образу. Но тот так и не был им успешно обрисован, крутясь извечно на самом кончике. Теперь, Турэль знал, что все эти годы он пытался найти.

Сахарный ответил ему: -А в этом мы схожи, «брат». Я вот тоже под конвоем. Этого, сумасшедшего.

Что-то в этом месте резало зерно Турэля. Не то слух, не то взгляд. Но Боам никак не мог понять что, хотя возможно его собственные планы на последние часы пред бурей просыпающегося утра не давали тому ни раскрыть глаза ни отбросить.

-А что конкретно делаете? -легко, будто его и вовсе не интересовал ответ бросил сахарный.

-А что еще можно делать утром на имперском полигоне? Я показываю своему бравому южному сопровождающему, чем занимаются кадеты в настоящих академиях. -с эдакой уверенностью в голосе отвечал Боам. Что-что, а казармы будь они хоть на юге, хоть на севере- везде выглядят одинаково.

-О, так ты тоже кадет? -глаза Сахарного сонно блеснули. -А вон там на стене -Капитан. -рука, вынырнув из-под складок меха стрелой в десятке перстней указала в сторону ближайшей стены. -Как интересно… Давай-ка отомстим ему.

Сахарный одним глотком осушил бокал, утер губы и протяжно крикнул: -Э-эй, «Капитан»!!!

Барриза не отвечал. Нытье сахарного достало его до печенок.

-Эй, неудачник! -снова прорезал тишину хихикающий голос. -Я нашел тебе противника! Он с Запада, какой-то,- он помедлил. -Кадет! Давай, а? Иди сюда!

Это протяжное нытье, которое едва затихло двадцать минут назад вновь разлилось в ушах Ар`Сонли. Верёвка, обожгла руки. Барриза вспомнил, зачем он таскает того с собой. Сахарный обладал каким-то непостижимым талантом к нескольким вещам. Вот некоторые из них: находить проблемы, там, где их нет. Разжигать огонь интереса в ледяном сердце Сонли.

Майор спустился со стены. Размялся, молча окинул взглядом троицу. В спине была выправка, в руке сила, во взгляде уважения не было. Он смотрел на мальчишку Барбарри, думая, что тот и есть кадет, а этот «крепыш» -его южный сопровождающий. Боам презирал внутренний контур, отчего привычных западным шрамов, в том количестве, что как затертая до дыр пластинка резала бы взгляд майор не разглядел.

-«Странный выбор, но кто осудит»? -думал про себя майор, не припоминая в делегации Атэлардов детей.

Сахарный коротко, одной сумбурной путаницей, представил их. Барриза размял плечи.

-«О да, он умеет находить стоящее». -думал он, планируя одним ударом плюнуть в лицо вопроснику и западному мальчишке.

-Без проблем, Том не против? -мягко справился Боам.

-Да, конечно, я тут подожду.

Осознание щелчком звякнуло в его голове. Взгляд майора прыгнул в сторону бесцветной занозы, зглаза той улыбались.

-«Вот же ж….». -Барриза был маслом, промасленным фитилем, что только и ждал пока этот блуждающий огнь не выкинет очередную искру.

«Капитан» и «кадет» оставили зрителей на скамье. Барриза шел первым, менторским тоном объясняя, где старт, а куда руки совать не стоит.

-На меня не смотри, я туда не полезу, мой дорогой, -сахарный поднял с земли бутыль и дешевый бокал. Подтянув меховой подол, он освободил место для Томаса.

-Лучше пойди дай им отмашку. Смотри, как не терпится!

Томас смотревший и не понимающий что вообще происходит решил повиноваться тому, что понимал. Он кивнул головой и шагнул в сторону Боама и парня в офицерской куртке, те были на изготовке. Барриза полностью оплетённый стременами и страховочным канатом уже перекинулся парой слов с «кадетом западной академии». Боаму же стремени не нашлось, но он держа в голове убегающее время перекинул через себя один из канатов.

Барриза, с утра пытавший стену с готовностью смотрел вперед, в то время как Турэль оглядывался не без интереса отмечая, что здесь южане похоже учатся покорять отвесные стены. В голове сразу всплыла северная стена, наименее окинутая терновником после пожаров Кервенара III. Лицо его на миг окрасил едкий смешок, тут же обратившийся в холод.

-«А они тут без дела не сидят».

Пред стартовую тишину потревожил полный уважительных нот голос Томаса.

-Раз уж вы решили, позвольте, буду судить вас.

-Позволяю. -выдохнул, будто бросил Сонли. Боама это раззадорило.

-Слышали, мастер Томас, он позволяет. Считайте! - с искрой выкрикнул Боам и вышел на изготовку. Сонли поступил также, сахарный наслаждался спелым прохладным вином. Он знал на кого ставить, была лишь не названа игра.

-Три, два, один! -скомандовал Томас. Он махнул рукой, но обоим у стены было все равно они уже врезались пальцами в щели массивных камней. Один за одним они перебирали руками, отталкивались ногами.

Майор демонстрировал свою особую прыткость, для ног фехтовальщика то было плёвое дело. Один за одним он проходил сигнальные метки пролётов и вот уже когда конец был виден он решил чуть помедлить. Когда финиш был близок, Майор решил чуть притормозить -благородно дать фору «кадету», развлекшему его с утра. Он обернулся с сухой улыбкой победителя… как вдруг мимо его лица со свистом пролетела веревка. Барриза задрал голову. Боам уже был наверху. Майор не мог поверить глазам. Да, он не выкладывался на полную, но этого должно было хватить! В этот момент Боам, намотав канат на перчатку, полетел вниз. Канат свистел иль то был Боам ехидно улыбаясь проскользнувший мимо огорошенного майора.

Проглотить? Нет. Но Сонли решил сохранить лицо. Он добрался до самого верха, а после спустился на противовесе. Как положено- выправка, кою у рода Сонли не отнять. Только сейчас до него дошло: этот «кадет» был слишком хорош. Внизу Боам уже вовсю трепался с Сахарным. Барриза сплюнул, поправил куртку и направился в сторону троицы.

-Спасибо за разминку, хорошо взобрались, -протянул руку Барриза, подойдя. Боам оторвался от разговора, взгляд упал на руку. Халёная, он часто видел подобное у членов совета, что указывали пальцами в его сторону. Однако рука этого имперского была изуродованная мозолями.

-«Рука мечника». -Боам едва слышно усмехнулся.

-В любое время, друг. В любое время!

Майор смерил его долгим взглядом.

-Всё, пошли. -бросил сахарный разрезая внезапно образовавшуюся меж двух этих взглядов тишину. -Я устал зад морозить, -с бокалом вина, да. -то был легкий променад. Но вина больше не было, а значит утренняя прогулка исчерпала себя.

-Тебе еще в казармы надо, а я пойду посплю. -сахарный выпустил пустой бутыль вина в ворох канатов.

-Бывай друг, и ты, здоровяк. -сахарный какой-то непонятной улыбкой окинул пришлых гостей и толкнув майора в спину пошел в сторону малого квартала.

Барриза недовольно умыл воздухом лицо. Пальцы впивались в кожу оттягивая ту до кривых гримас. Он отстегнул от себя страховочный ремень. Он размял плечи и недовольно переступив с одной ноги на другую почти врезался в плечо Турэля.

-Я пошел, полигон открывается в восемь. -холодом бросил он в лицо шутке сахарного». -Уберитесь отсюда до открытия. – он почти отстранила, но после зацепившись взглядом за тощего книгочея вновь повернулся к Боаму.

-Вот этого щенка тоже забирай с собой. -развернувшись на пятке Барриза на мгновение застыл.

-Веди его обратно и не шастай близь моего корпуса. - отрезал майор, обернувшись на Томаса. Формальность, но именно такими формальностями Сонли заполняли «серые моменты» в рапортах по делам… разного характера. Через мгновение затишья майор таки ушел. Для него это была секунда, для двух других время тянулось дольше. Боам из последних сил держал язык за зубами, Томас же погружался все глубже в пучину своей невидимой клетки. Для каждого по-разному.

Когда майор наконец ушел, Боам скинул с себя остатки имперских веревок. Когда оба имперских недоразумения окончательно скрылись, Боам расхохотался.

-Видел? -бросил он.

-«Лицо южной выправки». Похоже, мы только что утерли ему нос. Давай еще круг -и по домам.

-Как по домам? Тот господин ожидает, что я провожу вас…

-Не бери в голову. Твоя служба окончена. Мы уезжаем. Я просто хотел размяться, -слукавил Боам.

-Как же так?

-Ты слишком много думаешь, Том. Если вопрос не приводит к цели -это мусор, -Боам поморщился. Он не любил звучать как Рэйхон, но этот парень умел отделять зерна от плевел.

-Пошли, мы уходим.

-Но… моё место здесь. Весной начнется второй курс…

-Второй курс чего? Протирания штанов? Том, я думал, ты умный парень. Я почти всё уладил.

-«Уладил?» -секундой задумался мальчишка, а после наконец ответил. -Это невозможно. Спасибо, господин Боам, но мне не позволят.

-Это необходимо! -взорвался Боам. «У Глотки должен быть Хранитель» -сказал бы тот, кто еще мог быть способен верить в клятку Барбарри. Боам же сказал следующее: -Это твой дом, и ни один южный король не отнимет у тебя этого права! Мудрость -да, ты будешь первым мудрым из Глотки. Но ты никогда не будешь слабым, это обещаю тебе я! -Боам так был задет и воодушевлением моментом, в который все либо начнется, либо закончится, что чуть не окрасил слова оскалом запада и регалией своего рода.

-Перестаньте вешать на меня эти слова, я …- он не договорил, слова, которые начались почти с той самой должной силой все также привели к обычному тихому лепетанию, что не смог даже завершиться.

-Я обещаю тебе одинакового отношения и никаких поблажек. Ты услышишь себя, поймёшь, что ты…, -он хотела сказать силён, но пока и сам Боам не особо верил, что мальчишка был из гончьего рода. -достоин. Почувствуешь, что ты никогда не занимал лишнего места. Ты поймёшь, что честь уже рождает уважение. Но уважение рождается только из уважения к себе!

-Там все чужое мне. Да было очень интересно и занимательно. Я был бы благодарен вашей дружбе, если такое возможно.

«Интересно… Занимательно». -западному доводилось встречать родичей Томаса. Но встречать подобных слов, брошенных из их уст-нет.

-Не будь глупцом! -Не дал ему договорить Боам, умело ловя смятенье!

-Это я и делаю!

-Нет, ты глупишь. Ты совершаешь большую, о нет. -Боам ухмыльнулся и многозначительно обвел руками воздух. -Ты , мой дорогой "друг", совершаешь свою, о-о. Свою величайшую, наиглупейшую ошибку.

Боам закинул руку на шею растирая, как Томасу показалось большое череное пятно.

-Как закончишь свою "академию", пошли мне весточку. Я отправлю тебе бутыль настоящего западного вина, отпразднуешь! -рассмеялся Турэль не понимая, что не чести и славы хочет мальчишка. Привыкший вырывать славу из глотки судьбы Боаму было невдомёк, что Тамасу, запертому подобно безропотному трофею нужно было лишь ощущать безопасность, спокойствие.

Что угодно, но точно не гнет надзирателей юга, презрение всего запада и недоверие товарищей по обучению. Все что его ждало по эту сторону тракта, участь с жалкой судьбой какого-то мелкого писаря при самом захудалом роде.

«Туда», где последняя гончая ревущей глотки запада? Где род, что в своём неумолимо упорстве гнали врагов от земель Атэлардов аж до Барбарианских лесов? Нет, Боаму Ар'Турэлю, кости в дыхале западного трибунала было не в до-мё-к. Но боль и разлагающая его жажда отмщения помогла ему отыскать ключ.

Пока Боам смирял чувства, что в водовороте схлестнулись с его рассудком, Томас говорил что-то, а может и нет. Боам был на той грани своей личины мира, когда ему было все равно на шум вокруг. Такова участь слабых, слова эти остались неведомы никому.

-А если они не примут, меня! А если не получится, если меня все будут осуждать! - наконец плеснул силой голос.

-Да и граур с ними! -пока чуждое коварству нутро Боама взвешивали на что оно готово, сердце ответило без колебаний.

-Какая тебе разница до чужих слов! Их слова пыль! А если уж говорят, то знай ты от этого ничего не теряешь. -Турэль сжал руку в кулак, черная кожа перчаток натягивалась на костяшках. -Слова иных, черные или белые лишь доказывает, что ты волнуешь их, что заставляет думать о себе! А это значит лишь одно, ты на правильном пути!

-Пошли, и не зови меня «господин», я лишь скромный куратор кадетов. -сказав это Боам помедлил.

-А ещё я Турэль! -наконец сказал Боам. Не для того, чтобы добить или впечатлить мальчишку. Он наконец решил, что не сможет быть гнилым и лживым, и отныне будет относится к Томасу как должно. Если тот станет кадетом, он будет защищать того, как велит клятва Запада. Лишь трус решает вопросы обманом и неравенством. Он сделает из этого мальчишки мужчину, он сделает из него лорда гончего перевала!

-Так или иначе у нас есть немного времени, ты похоже подустал. Я еще побегаю, подействую на нервы этому «лицу». Я смотрю он не торопиться уходить далеко. А ты иди. Через час я буду ждать тебя у фонтана на шественной аллее. -голос Боама был обращен к Томасу. Легкий без каких либо акцентов он говорил о совершенно отвлеченных вещах, не понимая, что его обладатель только что возможно разбил и выбросил всю прошлую жизнь бедного студента.

-Придёшь-я буду рад, и даю зуб -это приключение ты не забудешь никогда. -Тэрэль поддел большим пальцем заточенный резец. Взгляд его наконец вернулся к Томасу.

-Не придёшь, что же. Я всё равно был рад. Рад встретить своих так далеко от дома. -Боам замолчал, как будто надеясь, что мальчишка выберет второй вариант. Эту судьбу веретена, по крайней мере, ему было бы привычнее принять.

Томас в недоумении смотрел на западного, все что говорил Боам было настолько дико и не привычно его образу жизни, что того даже не удивило упоминание Турэли. Он уже успел проснуться, но всё еще не поспевал за ритмом этого утра. Быть может на западе всегда так. Боам подставил Томасу локоть и тот чуть привстав на носочки ударил своим.

-Бывай, гончий! -Боам обернулся и побежал прочь, неизменно высоко поднимая колени.

Растягивать дальнейшее, что считать звёзды. Рэйхон выписал пропуск из города у помощника мастера вопросов. Всех вычеркнули из гостевой книги. Надвигающаяся суматоха капканом сдавливала шею Эймира, но чего врать он был первым же свидетелем того, как кроткий принц запада весь вечер сидел за его же столом. И оба они прождали весь вечер зря. Очевидный финал был первым невыполнимым условием. Король, обуянный горем, был с самого утра в покоях Катрин. Западный кортеж выдвинулся в сторону дома. Фэн вёл за собой две лошади, Боам ждал на условленном месте. Время ждать отказывалось. Фэн кинул тому его походную суму, Боам поймав её закинул в седло. Возвращение домой обрело своё начало.

Процессия уже подходила к вратам, как вдруг в след, захлебываясь в неудобном крике побулькал Томас.

-Стойте, стойте. Подождите меня. -мальчишка книгочей держался в седле на редкость отвратительно. Боам обернулся и признав этот голос сперва улыбнулся, а потом отчего то погрустнел.

-Идите вперед, он со мной.

-Турэль! -едко отрезал Рэйхон.

-Эхо, не лезь. Всё под контролем, никаких проблем не будет. -старший похлопал рукой по нагрудному карману. Рэйхон проскрежетал зубами, ему было что сказать, но сейчас надо было уходить.

-В ответе. Лично предо мной в ответе ! -отрезал корень и резко отдёрнул своего коня нагоняя остальных.

Томас наконец догнал западных. Боам оглядел его.

-Это всё что ты взял?

-Да, тут самые важные книги.

-Ты взял книги? Это даже не вещи? -удивлённо вопросил западный.

-У меня особо нет вещей. Всё самое ценное всегда со мной, вот тут. В моей голове.

Боам рассмеялся, громко, искренне.

-Куртка хорошая, в дороге пригодится. -Боам остановился и подхватил лошадь Томаса.

-Мы скачем быстро, думаю по прибытии отдам тебя сразу в первый корпус-Турэль хитро улыбнулся. Томас и не понял, как оказался на земле. Боам ловко отстегнул свой доспех -тяжелый сверток, похожий на стальной рулет -и приторочил его к седлу южной клячи вместо седока. Сам запрыгнул обратно и протянул руку. -Давай! С ветерком!

Томас схватился за предплечье, и рывок втянул его в седло за спину Боама. Турэль привязал поводья второй лошади к своим, ударил коня пятками, и они помчались прочь из Твэйна. По приезде этот город встречал их натянутой улыбкой. Провожал же он их своим истинным лицом: холодным, подозрительным и беспомощным.