Последний Драконорождённый

Глава 1. Прибытие в Хелген

Боль. Испепеляющая, всепоглощающая боль – вот и все, что осталось от былого величия. Зачем только Он, ослепленный гордыней, согласился на охрану этих проклятых сокровищ? "Жадность и надменность – вот моя погибель…" – мысль пронзила сознание последним, агонизирующим лучом, и тьма сомкнулась вокруг.

«— О, моё бедное дитя... Ты взлетел так высоко, что не заметил, как Солнце опалило твои крылья... Но не отчаивайся, дитя. Твоя жертва станет семенем новой судьбы, ведь тебе предначертано совершить нечто воистину великое. Иди же, и проживи эту жизнь достойно…»

Резкий толчок швырнул повозку на ухабе, вырывая из забытья молодого норда. Ему было около двадцати, волосы цвета северного солнца. Не успел он сфокусировать взгляд, как до него донесся насмешливый голос:

— О, наконец-то проснулся! Я уж думал, ты и собственной казни не увидишь, соня.

— Казни? Чьей казни? — прохрипел норд, с трудом ворочая языком.

— Как чьей? Твоей, моей, да вон того ворюги… Нашей общей, стало быть. А ты скажи-ка, добрый молодец, как угораздило тебя в имперскую засаду вляпаться? Мы-то нарвались по глупости, а тебя-то что туда занесло?

С усилием разлепив веки, норд окинул взглядом говорившего. Рядом сидел такой же, как и он сам, северянин: светлые волосы, голубые глаза, аккуратная бородка.

"Молодой," — мелькнуло в голове. "Он… он что-то спросил. Надо ответить. Боги, как голова раскалывается."

— Не помню. Вообще ничего…

— Ещё бы! Тебя так приложили, что диву даюсь, как ты вообще жив остался, — ядовито прошипел еще один попутчик.

С трудом повернув голову, норд изучающе оглядел говорившего: каштановые волосы слиплись в грязные пряди, лицо покрыто копотью, одежда изорвана в клочья, а маленькие глазки беспокойно забегали из стороны в сторону.

— Ты вор? — хрипло спросил норд.

— Да, дурень, вор. И не просто вор, а лучший из воров! Если бы не эти проклятые Братья Бури, давно бы уже скакал в Хаммерфелл на вон той кобылке. И тебе советую, ноги в руки и беги, пока эти дуболомы тут всё к чертям не разнесли.

— Был бы ты "лучшим", не пытался бы красть лошадь прямо из имперского лагеря, — с усмешкой протянул молодой норд. — Теперь мы все братья и сестры по несчастью, ворюга.

— Хм, вы — да, я — нет. Это ваша война, сами и расхлебывайте, — презрительно фыркнул несостоявшийся конокрад. — А с этим что не так? Зачем ему рот заткнули? — Вор указал на сгорбленную фигуру в дальнем углу повозки.

— Придержи язык! Перед тобой сам Ульфрик Буревестник, истинный король Скайрима! — с жаром выпалил молодой норд.

"Ого, похоже, это задело его за живое. Ульфрик, Братья Бури, Империя… Черт, да я ведь и правда ничего не помню," — с нарастающим интересом подумал норд, разглядывая столь необычную компанию.

— Ульфрик? Ярл Виндхельма? Но ты же вожак восстания! Если тебя схватили… О боги, куда нас везут?! — завопил конокрад, впадая в панику.

— Я не знаю куда, но Совнгард ждет, — торжественно произнес молодой норд.

— Если вы сейчас же все не заткнетесь, — обернулся имперский солдат, правивший повозкой, — я прямо здесь каждому по три фунта стали в задницу засуну, и над вами весь Совнгард потешаться будет, ясно?

— Яснее ясного солнышка над Вварденфеллом, — проворчал молодой норд, и без того помрачневший от своей участи.

Дальше путь пролегал в гнетущей тишине, нарушаемой лишь суеверными причитаниями конокрада да тихим ворчанием возницы, проклиная каждую кочку.

В небе разверзлась хмурая бездна, и первый раскат грома прокатился над головами, предвещая скорую бурю. Мелкая морось, словно предчувствуя кровь, окропила землю.

— Не думал, что помру на коленях в этой мерзкой луже, — пробормотал норд, чувствуя, как стынет кровь.

— Ты-то чего ноешь? Нам потом еще вас хоронить, — угрюмо отозвался имперский солдат. — И вообще, я, кажется, приказал заткнуться.

— Простите, а куда нас везут? — робко спросил другой норд, надеясь на чудо.

— В Хелген, висельник. Ради всех богов, надеюсь, это было последнее слово, которое я от вас услышал, — отрезал солдат, прожигая его взглядом.

"Значит, вот она, моя судьба: быть схваченным при нелепых обстоятельствах, потерять память и закончить жизнь на плахе в каком-то Хелгене. Да, в Совнгарде надо мной точно потешаться будут", — подумал норд, безуспешно пытаясь размять окоченевшие от стянувшей их веревки руки. "И кто вообще так вяжет? Тут и до ампутации недалеко…"

А тем временем, сквозь пелену моросящего дождя, словно призрак из тумана, стал проступать Хелген. Сначала – размытый силуэт, небрежный набросок на холсте сырого неба, затем – четче очерченные стены, башни, деревянный частокол, будто вырастающие из самой земли, мрачные и неприступные.

Повозка, со скрипом, достойным погребальной процессии, въехала в городские ворота. Осматриваясь, норд заметил суету: повсюду сновали имперские солдаты, группа имперских магов что-то обсуждала, а горожане, словно крысы, бежали в одном направлении. "Наверное, спешат на казнь, какое развлечение", — промелькнуло в голове. "Так, а это еще кто? Эльфы? Что они здесь делают?" Но не успел он разглядеть их, как повозка остановилась у самой стены.

— Почему мы остановились? — сдавленно спросил вор, в голосе которого слышались истеричные нотки. — М-мы…

— Мы приехали, ворюга, — спокойно ответил молодой норд. — Давай, друг, не будем заставлять богов ждать, — обратился он к другому северянину, стараясь приободрить его.

После того как их выстроили в шеренгу, молодой солдат, нервно поглядывая в список, принялся пересчитывать обреченных: Отар, Свен, Хрольф, Ралоф…

"Значит, его зовут Ралоф," – машинально отметил про себя норд, вглядываясь в юное лицо. "Жил бы себе спокойно, детей плодил… Ах, конокрад, решил бежать… Не повезло, стрела оказалась быстрее. Вот тебе и лучший вор. Интересно, а как же меня зовут?"

— Так, – солдат запнулся, недоуменно уставившись в список. – А ты кто?

— Как кто? Меня поймали вместе с ними. Ну, во всяком случае, так мне сказали. Я сам вообще ничего не помню.

— Капитан? – солдат обратился к подошедшей редгардке с суровым лицом. – Что делать с этим заключенным? Его просто нет в списке, и…

— К черту список! Отправляй это отребье на плаху, – процедила женщина-офицер, бросив на норда презрительный взгляд.

— Мне очень жаль, но, по крайней мере, ты умрешь на родной земле, – с оттенком сочувствия проговорил солдат. – Иди к плахе, за капитаном.

Шагая следом за редгардкой, норд кипел от ярости. Схватили неизвестно за что, избили, а теперь хотят казнить. Что за дьявольское развлечение!

Стоя на площади перед плахой, он слушал, как важный господин толкал речь перед Ульфриком. "Наверное, важная шишка, раз доспехи с позолотой. Ох, закончил наконец-то вещать. И так голова раскалывается, а тут еще этот оратор," – подумал норд. "Ну все, началось веселье. Лес рубят – щепки летят. Или как там… Бедный Свен, или это Дагни? Неважно, упокойте боги его душу."

— Следующий, – капитанша злобно ухмыльнулась, указывая на норда. – Ты, отребье.

"Вот и конец," – подумал норд, плетясь к плахе. "Крайне короткую жизнь я прожил. Смилуйтесь над моей душой, о боги…"

Но не успел он опуститься на колени, как раздался странный рев, который эхом отозвался в самой его душе.

— Что это было? – встревоженно спросил солдат со списком.

— Ничего, – отмахнулся мужик в позолоченных доспехах. – Просто тролли что-то не поделили. Продолжайте!

— Нет, это были не трол… – начал было норд, но удар в спину заставил его замолчать, рухнуть и удариться головой о плаху.

— Тебе слова не дава… – не успел договорить палач, как на башню за его спиной приземлился огромный черный дракон!

Весь город замер в ужасе. Тварь из легенд явилась словно из ниоткуда, да не где-нибудь, а в самом центре города.

А дракон, глядя на всех своими кроваво-красными глазами, раскрыл пасть и проревел: YOL TOOR SHUL!

"Это день становится все лучше и лучше," – успел подумать норд, прежде чем все погрузилось во тьму.

Глава 2. Ад в Хелгене

— Эй, сородич, проснись! — Ралоф нетерпеливо тряс норда за плечо. — Да что ж это такое, тебя уже второй раз вырубают!

— Ралоф… чтоб тебя! Что это вообще было? И как ты умудрился развязаться? — пробормотал северянин, приходя в себя.

— После, все потом! Шевели ногами! Нужно добраться до башни.

Поднявшись на ноги с помощью товарища по несчастью, норд нетвердой походкой побежал к крепости, стараясь не отставать от Ралофа.

Ворвавшись в крепость, они остолбенели. Перед ними развернулась жуткая картина: окровавленные горожане стонали от боли, испуганные дети надрывались в плаче, а солдаты Легиона и Братья Бури, забыв о вражде, отчаянно пытались помочь друг другу.

"Забавно, ведь еще пару минут назад они жаждали нашей казни," – промелькнуло в голове норда, чей взгляд лихорадочно искал хоть какой-нибудь нож или заточку. "Впрочем… такое горе способно стереть любые границы. Да где же, черт возьми, хоть один нож? Эти путы невыносимо раздражают!"

Тем временем Ралоф, пробиваясь сквозь толпу, приблизился к умирающей нордке, вокруг которой скорбно столпились люди.

— Вильма… О боги… Ярл Ульфрик, – в голосе Ралофа звучало отчаяние, когда он обратился к лидеру восстания, уже освободившемуся от пут, – Неужели мы бессильны? Неужели ничего нельзя сделать?

— Боюсь, слишком поздно, – ответил Ульфрик, его глубокий, бархатный голос был полон скорби. – У нас нет ни лекарств, ни целителей.

— М-мой ярл… Передайте моей матери… что я умерла достойно… – прошептала нордка, ее голос становился все тише и слабее. – Что я…

Она не успела закончить фразу. Жизнь покинула ее.

— Я обещаю, – торжественно произнес Ульфрик, бережно закрывая глаза угасшей девушки.

Ярл поднялся, обводя взглядом суровые лица нордов, столпившихся вокруг него — Нам необходимо уйти отсюда, пока имперские псы не вспомнили, зачем мы здесь. И не знаю, благодарить ли дракона за эту возможность, или проклинать его. Ралоф! – обратился он к молодому воину. – Ты пойдешь впереди, разведаешь путь. Проверь, сможем ли мы незаметно покинуть это проклятое место. И да, возьми с собой этого безымянного, – ярл указал на норда, чье имя никто не удосужился узнать.

— Обещаю, мой ярл, не подведем, — произнес Ралоф с благоговением в голосе, затем повернулся к безымянному норду. — Эй, дружище, идем. Нам нужно выбраться на крышу.

— И как это поможет? Забыл, там чертов дракон! — огрызнулся норд, яростно дергая связанными руками. — Нет ничего глупее, чем вылезти на открытое место, где мы как мухи на стекле! Он нас всех в пепел обратит!

Ралоф успокаивающе положил руку на плечо норду. — Не волнуйся. Мы же не собираемся там столбом стоять. Пойдем, пока поднимаемся по лестнице, я все объясню.

Пока они поднимались по лестнице, Ралоф торопливо выкладывал свой план:

– Сейчас на крышу, а оттуда – прыжок веры на забор. Пробежим по нему не отсвечивая до самых ворот, благо, рукой подать. А оттуда спрыгнем и в лес.

– Да, план – надежнее шкуры тролля, – проворчал безымянный, – Только вот дракон не спалит, так стрела какая-нибудь в задницу прилетит.

– Хватит ныть, – оборвал его Ралоф, – Ярл Ульфрик приказал, значит, исполняем. Не выйдет – умрем, пытаясь.

"Ульфрик то, Ульфрик сё… Будто он тут провидец великий, – подумал норд, – Ладно, с Ралофом лучше помолчать на эту тему."

На втором этаже их встретил хаос. Проход был завален грудой обломков: дерево, камень, пыль – все смешалось в непроходимую кучу. Рядом, надрывно кашляя, копошился солдат Братьев Бури, тщетно пытаясь расчистить завал. Услышав шаги, он обернулся, и в его глазах вспыхнула слабая надежда.

– Эй, вы двое! Помогите… – начал он, задыхаясь от напряжения.

Не успел он договорить, как башню пронзил чудовищный удар. Стена, казавшаяся неприступной, разлетелась в щепки под яростным напором пламени. В проломе возникла драконья голова, изрыгающая смертоносный огонь. Ралоф и норд едва успели прижаться к стене, чувствуя, как обжигающий жар опаляет лица.

Бедный солдат не успел даже издать крик. Пламя мгновенно поглотило его, оставив после себя лишь дымящуюся горстку пепла.

Ралоф, очнувшись от оцепенения, первым пришел в себя. Он схватил норда за руку и потащил его к зияющей дыре, пробитой чудовищем.

– План меняется! – заорал Ралоф, перекрывая рев дракона. Он указал на полусгоревшую лачугу, видневшуюся внизу. – Видишь ту таверну? Прыгай туда! Мы за тобой следом, живее, родич, живее!

"Ну, будь что будет," – пронеслось в голове норда, и он, оттолкнувшись от края, сиганул в дыру. Приземление отозвалось гулким ударом, но он, не теряя ни секунды, вскочил на ноги, надеясь увидеть лестницу на первый этаж. Увы, вместо нее его встретили лишь догорающие обломки – драконье пламя прошлось здесь, не оставив ничего, кроме углей.

— Да чтоб тебя Даэдра в зад поимели! Опять прыгать? Ладно, вроде в первый раз кости целы остались, а тут и вовсе высота никакая, – проворчал безымянный, с досадой сплюнул и, зажмурившись, прыгнул прямо в тлеющие угли.

Снова приземлившись и осыпая проклятиями ноющие ушибы, северянин вывалился на улицу, едва не сбив с ног имперского солдата. Того самого, что зачитывал списки приговорённых.

— Ты ещё дышишь, висельник? Отлично, держись рядом, если хочешь выжить. Меня зовут Хадвар. Эй, парень! — крикнул Хадвар ребенку, вынырнувшему из тени разрушенного дома и бросившемуся в сторону пылающих руин. — Сюда, живо! Дракон возвращается!

И словно услышав зов, чудовище обрушилось с небес, сотрясая землю. Дракон, учуяв добычу, приготовился вновь извергнуть пламя на жалких людишек.

— В укрытие! Немедленно! — прорычал Хадвар, подхватывая мальчонку и прыгая за обломки городской стены. Норд последовал за ним в ту же секунду — драконье пламя, словно огненный бич, пронеслось с чудовищной скоростью, испепеляя всё на своём пути.

Изрыгнув столб пламени, дракон, словно удовлетворённый результатом, тяжело взмахнул перепончатыми крыльями и, возносясь в пылающее небо, направился карать жалкую кучку имперских магов, тщетно пытавшихся пробить его адамантиновую чешую своими ничтожными заклинаниями.

— Итак, пока чудовище занято, — проговорил Хадвар, укачивая на руках всхлипывающего ребёнка, — видишь вон ту стену?

— Вижу, — отозвался норд.

— Прекрасно. Быстро пробираемся вдоль неё и бежим к главной крепости. Оттуда уже и из города выберемся. Понял?

— Да понял я, понял. Легко сказать, — буркнул норд, выбираясь из укрытия и крадучись вдоль стены. "Если выберусь отсюда живым, — подумал он, — каждому из богов щедрый дар принесу." — Куда теперь?

Норд обернулся, но Хадвар словно растворился в дыму и хаосе.

— Пиздец, ну и помощнички! Один сгинул, другой потерялся… Ладно, вон там вроде дом полуразрушенный, через него, пожалуй, проберусь.

Переступая через обугленные балки и стараясь не касаться тел несчастных хозяев, норд отчаянно всматривался в пелену дыма, пытаясь разглядеть очертания главной крепости. И, конечно, высматривал дракона, молясь, чтобы тот не решил вернуться раньше времени.

"Наконец-то, крепость!" – ликовал про себя норд, измученный бегством — Сейчас туда и можно передохнуть"

Но едва он приблизился к вратам, как на площадку, словно черти из табакерки, выскочили Ралоф и Хадвар. Увидев друг друга, они застыли в немом поединке взглядов, и тишину разорвал гневный крик Хадвара: — Ралоф, проклятый предатель! Прочь с дороги!

— Мы бежим и сбежим, Хадвар! И тебе нас не остановить! – дерзко ответил Ралоф.

— Прекрасно! Надеюсь, дракон отправит вас прямиком в Совнгард! – отрезал Хадвар и, бросившись ко входу в казармы, рявкнул норду: — Эй, висельник! За мной!

Ралоф же, вцепившись в руку связанного беглеца, потащил его к главным вратам, приговаривая: — Не слушай этого идиота! Бежим, бежим скорее!

Но едва они переступили порог крепости, как на зубчатую стену обрушилась тень – огромный дракон, чьи глаза, словно раскаленные угли, впились в безымянного северянина. Могучий зверь, опаляя воздух серным дыханием, пророкотал голосом, жутким подобием человеческого: "Lok, lok, mahfaeraak bron Dovakiin, nahlaas naal ol*!"

"Что это… что это было?" – пронеслось в голове норда, когда тяжелые ворота с лязгом захлопнулись, отрезая их от бушующего снаружи хаоса.

*перевод — Беги, беги маленький Довакин, тебе от меня не скрыться!