Последний бой

Глава 1: Начало учёбы. Арка 1: Школьные будни

Я запомнил этот день навсегда.

Этот город, где я родился, где провёл эти шестнадцать лет, где я вырос, сейчас пылает ярким пламенем перед моими глазами. Даже находясь вдали от него, я слышал истошные крики людей. Они кричали, звали на помощь, но никто не мог им помочь. Каждый боролся за свою жизнь. На улице пахло гарью. Солдаты других государств, что механически вырезали каждого прохожего, не останавливались. Бездушные ещё тёплые тела лежат на мостовой вытекающей крови.

Я видел тела женщин, что яростно пытались защитить своё дитя, но было бессмысленно. Тяжёлые артиллерийские снаряды огненных шаров подрывали и так разбомбленный город. От него остались крохи. Немногочисленные бойцы моей бывшей страны упорно продолжали отстаивать свои земли. Я понимал, что сопротивление бессмысленно.

В небе летало много разнообразных, причудливых драконов. Они парили в синем платье неба и уничтожали мой родной город. Драконы заслонили всё небо, из-за чего оно казалось ещё более чёрным. Их гулкие крики были слышны повсюду.

Внезапно, меч чуть не лишивший меня уха, пронёсся перед глазами. Увернувшись, я проткнул противника своим красным, как кровь клинком. Безжизненное тело упало на край скалы. Из гущи вышли несколько человек, экипированных до зубов и в белых масках. Они выстроились полукругом и зажимали меня к краю обрыва. Мне не оставалось, как использовать свои последние силы.

Мой правый глаз окрасился в синий, и я побежал на них. Раскаты грома, — вот, что слышалось. Искры молнии с каждым ударом ударяли всё сильнее и сильнее. Сзади ко мне подобрался враг, хорошо, что глаз меня не подвёл. Обернувшись на сто восемьдесят градусов, я молниеносно вонзил клинок в горло. Но счастье продлилось недолго. Вокруг тела вспыхнуло белое облако, когда оно рассеялось вместо тела, летали опилки опилки.

—«Используй моё благословение!»— кричал до боли противный гулкий голос в голове, но я не успел.

Один из врагов прислонил пальцы к земле, после чего почва затряслась. Волны расплывались по всему обрыву. Они были похожи на обезумевшее цунами. Я перенаправил энергию по всему телу. Синие искры то появлялись, то исчезали, окружая моё тело. Я подбежал к одному и быстрым движением нанес пару атак. Он уклонился. Затем он встал в стойку, готовясь к контрудару. Я почувствовал скорую опасность и отошёл влево. Через полсекунды он ударил в воздух. Звуковая волна пронеслась по склону. Всё в радиусе атаки задрожало. Мой клинок направлялся к нему и успел его ранить, но назло всему его друзья подоспели.

Меня окружало множество элитных бойцов моей бывшей Родины. Голос твердил мне: —«Используй мою силу!». Больше я не мог терпеть.

Резко мои глаза стали полностью белыми. Выброс энергии увеличился. Меня окружало около пятидесяти бойцов. Моё тело само направлялось к ним. Я пытался дотянуться до каждого, но получалось плохо. Многие падали от нехватки кислорода, вызванной моей техникой. Кто-то умирал мгновенно. Вдруг, один из противников выпрыгнул из неба и, приземлившись, его ударная волна чуть не сбила меня с ног. Я попытался его ударить. Только вот его тело стало покрываться металлом. Я выдохнул. Что ж, придётся её использовать:

— Запретная техника: Громовой раскат, — холодно проговорил я, создавая мини молнию, как на детских рисунках в руке, но чёрной. Следом я её кинул.

Он стоял неподвижно, самоуверенно, думая, что выдержит это, но ошибался. Громовой раскат попал прямо в сердце, и всё его тело покрылось миллионными разрезами молний. За пару мгновений он потерял множество крови. Затем его тело упало замертво. Без эмоций, глядя стеклянными глазами на валяющееся тело в красном покрывале.

—«Чёрт! Я уже на пределе!»

Я огляделся. Вокруг не было ни единой души. Кругом мёртвые души, павшие от кровожадной истины моего естества.

Что это? Я отпрыгнул назад. Ещё секунда... и был бы конец. На месте где я стоял, образовались синие, как чистый океан вспышки молнии. Из них появился незнакомец, одетый в том же плаще, что другие.

— Молнизация! — выкрикнул я, вытянув руку и направив ладонь к лицу земли. Моя ладонь в мгновение покрылась чёрным пламенем. Большой поток молнии направился в почву. Лучи стихии похожие на паутину распространялись. И вот они достигли своей цели. Но противник выпрыгнул из действия техники. Через ещё мгновение, всё в радиусе моей техники пошло на взлёт с тёмной вспышкой.

Не дав противнику приземлиться, я подбежал и выстрелил другой техникой: — Поток молнии, — я направил обе руки и сконцентрировал силу в них. После огромные лучи молнии вылетели из моих рук. Противник не хотел сдаваться и, достав меч из ножен, он грубо разрезал мои лучи. Сделав кувырок, он выстрелил в меня огромным всплеском молнии. Выпрямив средний и указательный пыльцы, я поглотил его технику, а затем выстрелил ей обратно. Оппонент такого не ожидал. Луч пробил его клинок, и раздался взрыв. Пыль поднялась вверх.

Вдруг, я почувствовал, что кто-то под ногами и отпрыгнул назад. Мой глаз меня снова не подвёл. Из земли вылез противник и выстрелил из пистолета в меня. Пуля пробила мне бок. Я отшатнулся. Мои колени дрожали. Я выблевал сгусток крови. Запах железа затмил мне голову. Сегодняшние раны ещё не зажили!

Я попытался уйти, но было поздно. Мой противник стоял передо мной, держа в правой руке то, что осталось от катаны.

—«Что ж. Была, не была!»— подумал я и выплеснул всю оставшуюся внутреннюю энергию. Искры поразили весь выступ, на котором мы стояли. Взрыв пронёсся, оставив после себя только половину скалы.

Попытавшись воспользоваться моментом, я встал, но тут же упал. Попытавшись ещё пару раз, я всё же через силу смог продвинуться вперёд, но к этому моменту туман рассеялся. Я упёрся в ноги противника. Его взгляд такой холодный и жуткий падал на меня, пробивая всё до краёв костей. Я попытался использовать другие техники, но силы не осталось. Противник усмехнулся и пнул меня к краю обрыва. Он поднял меня и пронзил своим клинком.

— Ты! — последнее, что я промолвил перед тем, как он кинул меня в обрыв.

*** * ***

Первое сентября 561 года. Город Истоки.

Первое сентября. Сегодня был первый школьный день. Я сидел на стадионе на проржавевшей лавочке, которая протянулась до самого выхода, и противно скрипела от каждого действия, что аж голова разболелась. Я смотрел в старый, потихоньку разваливающийся экран, на котором транслировали нашего директора Имперской Академии мастеров стихий - Джон Фататсу но Йосо. Он стоял на сцене в центре поля и проводил линейку. Только по одному его неуловимому сиянию можно было понять, насколько он переполнен от радости, что начался новый учебный год. Позади него находились все учителя Академии. Вон там, в первом ряду почти в центре был наш историк и библиотекарь — Грандо Леганто. Пожилой старичок лет семидесяти, носивший старый смокинг и чёрный хомбург, а в руках трость. Сзади, во втором ряду, был наш учитель по математике - Александр Прудентес. Слева от него стоял мускулистый мужчина с начисто лысой головой - тренер по боевым искусствам, Рекс Торвус. Но моё внимание переключилось на директора.

Джон сделал паузу, повернулся к учителям и поклонился им. Он благодарил их за всё, что они делают ради нашей Академии. Стадион прорвало аплодисментами. После учителя ушли со сцены и директор дальше продолжил речь.

— Дорогие ученики нашей с вами Академии, сегодня я хотел бы представить вам нового учителя по контролю внутренней энергий и стихией — Зик-Педес Сивитас! — после чего на сцену вышел высокий молодой брюнет с чёрными прищуренными глазами под очками. Он был одет в белый халат с коричневой футболкой и в чёрных брюках. Джон передал ему микрофон и Зик начал речь:

— Всем здравствуйте, ученики Академии. Меня зовут Зик-Педес Сивитас, можно просто Зик. Как уже сказал директор я учитель по КВЭиС у старших классов. Думаю, мы подружимся. Желаю всем счастья и хорошей учёбы. Не забывайте, что трудитесь на благо нашей великой державы. А сейчас мне пора отклоняться, дел внеповорот. Увидимся на нашем первом занятии! — под конец он помахал рукой и ушёл.

— Что ж, надеюсь, вам понравился наш новый учитель по КВЭиС. А теперь давайте встретим наших новых первокурсников! — прокричал с улыбкой директор и указал на чёрный проём в стене. Рядом с проходом висели фотографии вождя. Из отверстия вышли ребятишки лет восьми-девяти. Они поднялись на сцену и выстроились в шеренгу, ожидая своей очереди смирно. Директор взял в левую руку планшет и открыл список. Он по очереди подводил учеников, называя их Ф.И.О. Через пару минут все классы собрались. — Давайте же поздравим наших новых друзей!

Стадион взорвался визгами. Когда все прекратили встречать ребятишек, их также увели со сцены. Вслед им Джон посмотрел с тёплой улыбкой и продолжил говорить, будто не замечая, как облезает краска на стене сцены. Он рассказывал нам, как хороша наша страна — страна Молнии. Что мы — народ Молнии, делаем нашу державу великой, самой сильной из всех, что именно нас бог Фулгур ведёт к процветанию.

— «Ага, конечно...» — промелькнуло в голове.

Директор продолжал увлечённо рассказывал нам про нашу страну. Мне не было интересно. Меня больше волновал другой вопрос, что это был за сон? Или видение? Вроде бы я стоял на обрыве и смотрел, как драконы уничтожают мой родной город. Ещё я, по-моему, бился с какими-то людьми. Уже и не помню ничего... Что это может значить?

— «Аж в дрожь бросает...» — мысленно сказал я, после того как по всему тело пробежали холодные мурашки и ледяной пот на лбу. Страшно... А что если это действительно будущее, которое меня ждёт? По телу ещё сильнее пробежала злосчастная гусиная кожа. Естественно, умирать никому не хочется. Я делал вдохи и выдохи и немного успокоился, тем самым сняв судороги.

— Время пришло поприветствовать наших выпускников! Выходите восьмой «S» класс, восьмой «A» класс и восьмой «B» класс!

Я тяжело вздохнул, нехотя поднялся и побрёл к сцене, пытаясь протиснуться сквозь толпу выпускников. Получалось мягко сказать не очень.

—«Тц. Чё они там телятся?!» — недовольно вспыхнуло в голове, пытаясь не «утонуть».

— Ты чё, совсем охренел, ублюдок! — крикнул до боли знакомый голос. Я обернулся и увидел его. «Фаер» — мерзостно пронеслось имя.

Мои кулаки сжались, и прямой, полный ненависти взгляд упал на него. — Что, красноволосик? Не нравится, что я впереди тебя?

Его лицо исказилось в гримасу ярости и он выпалил:

— Не зазнавайся, синеволосая сволочь.

— А я не зазнаваясь. Это ты слишком высокомерный. И кстати, что ты сразу начал лаять? За лето решил стать квадробером получается? Ну, если это так, то поздравляю! С Днем становлением квадробером, Фаер! — язвительно поздравил я, пытаясь удержаться на месте в этой толпе. Фаера моё поздравление не очень обрадовало. На миг я краем глаза увидел искорки на его руке, но похоже он еле сдерживался.

— Пошёл нахер! — прошипел через зубы Фаер и удалился.

После того как он ушёл, я облегчительно выдохнул. Ненавижу этого Фаера. Считает постоянно себя "королём", но на самом деле, просто высокомерный мальчишка.

Не успел я опомниться, как толпа тронулась с места и мы направились на сцену. Сама сцена очень побитая, доски скрипят и выглядят они честно ненадёжно, а краска облезает. На стенах висят флаги страны Молнии. Но мы поднялись на неё и распорядились по нашим классам. По правде сказать, немного непривычно находиться здесь. Я чувствую столько ненавистных взглядов нацеленных на меня, хотя для этих людей я ничего не сделал. Но как говорил один человек — «ко всему можно привыкнуть». И как всегда, каждый год директор начал одинаковую речь:

— Поздравляю вас, мои дороги выпускники с началом новым и для вас последним учебным годом! Также, я хотел бы объявить и поздравить лучших учеников нашей академии! А то из-за прошлогодней эпидемии гриппа, мы не смогли провести церемонию, — прокричал в микрофон Джон, открыв в планшете список.— Итак, первое место у нас занял - Стевард Исикхази!

Стадион снова взорвался возгласами и аплодисментами. Стоял оглушающий гул, но даже в нём можно было различать фразы на подобии: «Стевард я тебя люблю!», «Стевард ты лучший!» и всякой такой бред. Вперёд двинулся блондин с зелёными глазами, носит свой излюбленный белый джемпер, черные штаны, кроссовки и плащ на котором изображен символ его клана — часы. Он махал рукой стадиону, расплываясь в светлой улыбке, которую я так ненавижу. Увидев его, я фыркнул и ушёл в сторону.

— Тише, тише дамы и господа! Настало время второго места! И это - Фаер Енигмо!

Фаер — высокий, красноволосый качок с разноцветными глазами. Его правый глаз красный, а второй жёлтый. Одет в красную кофту с ремнём и штанами того же цвета, что и кофта, а ходит в чёрных кроссовках. На ремне закреплён клинок в ножнах. Он вышел с надутой вперёд грудью и до тошноты наглой ухмылкой на его тупом лице. Приблизившись к Стеварду, он ухмыльнулся в своей фирменной улыбке. Стадион опять утонул в визгах. Все примерно кричали то же самое, что и зеленоглазику. Он встал в «крутую» позу, демонстрируя свои мышцы. Стадион ещё сильнее взорвался, но только уже безмозглых девичьих фанатский возгласов.

— «Пф, показушник» — с презрением промелькнуло в голове.

— Ну что ж, дорогие зрители, а вот и наш третий по успеваемости ученик - Херобрин Дрейк!

Стадион в тот же миг замолк, будто воды в рот набрали. Я неохотно вышел с вытянутой спиной, подойдя к краю платформы, на которой стояли эти два «гения». Я осмотрел зал холодным, проницательным взглядом, уже понимая, что будет дальше. Но всё было тихо, будто не понимали, почему я здесь нахожусь. Как вдруг стадион прорвало тонной оскорбительных вещей в мою сторону:

— Господин директор, почему отродье вообще находиться в списке лучших учеников?! — кричали какие-то тупые фанатки этих двух «элит академии».

— Мистер Джон, уберите, пожалуйста, этого отброса подальше от милашки Стеварда и милашки Фаера!

— Господин директор, как вообще такое уродье могло оказаться там?!

Я слушал эти недовольные возгласы тупых обезьян, что так яростно поливают меня грязью и в недоумении почему я оказался здесь. Все они ничего не представляют из себя. Лишь только и могут, что «объективно критиковать». Они ничего не делают по сравнению со мной. Сколько сил я потратил, чтобы стать тем, кем являюсь. С нуля! Но я снизил свой пыл. Тратить нервы на таких безмозглых обезьян, с чего бы мне? Давно прошли те времена, когда меня действительно могли задеть их высказывания. Что я сейчас делал — это лишь смотрел на них леденящими душу глазами. Стадион затих, как зайчики в смертельной охоте на них. Я чувствовал все их взгляды. Страх, ненависть, призрение, — вот что они испытывали ко мне.

— Демон! — крикнул кто-то из учеников. В ответ я лишь улыбнулся им.

— Эй ты, выживший оборвыш, какого хера ты лыбишься, — как всегда в своей манере подметил Фаер.

— А тебе, что с того? Или тебе нравится, когда твои маленькие фанатки думают о тебе в непристойном виде? Если так, то, фуууу, какой ты мерзкий оказывается Фаер, — после чего повернулся в противоположную сторону от него. Он взял меня за плечо, и я уже чувствовал небольшой жар от его ладони. — Драться хочешь? Красноволосик, я не бык, чтобы бодаться с гориллой без мозгов ради тупых самок.

— Ублюдок! — рявкнул он, уже поднося кулак к моей голове. Но директор остановил его и одарил своим суровым взглядом. Фаер отшатнулся, еле восстановив равновесие. Как же мне хотелось, чтобы он упал! Джон подошёл к нему и положил руку ему на плечо по-отцовски.

— Фаер, такое поведение недопустимо ученику в нашей академии. С твоим отцом я поговорю позже, — директор сделал небольшую паузу и увёл Фаера за ширму, а потом вернулся как ни в чём не бывало. — Простите мои дорогие ученики Имперской Академии. Сейчас я хочу продолжить нашу церемонию.

Он указал рукой на большие, старые, подвешенные экраны над сценой, в которых появился глава страны Молнии — Гизенши Тондро. Вождь как обычно сидел в своём кабинете на большом чисто вылизанном кресле, облокотив локти на стол и скрестив пальцы на уровне глаз. Пятая Молния был довольно большим мускулистым мужчиной сорока лет, одетый в чёрный пиджак с едва видным белым воротом рубашки под ним. Его чёрные волосы раскачивались по ветру, а его прищуренные тёмно-фиолетовые глаза проницательно анализировали каждого из учеников.

— Сервус, можешь закрыть окно. Холодновато как-то стало, — басистый голос вождя приказал его заместителю по внутренним делам выполнить поставленную им задачу. После в экране раздался щелчок и Гизенши поблагодарил его. — Итак, я приветствую вас дорогие ученики Имперской Академии. Я рад, что вы хорошо трудитесь на благо страны, и надеюсь, вы станете отличными служащими нашей могущественной и непоколебимой державы. Будьте хорошими и послушными ребятами и в скором времени бог Фулгур вас благословить! Я хотел бы поинтересоваться, как вам церемония?

После ученики встали все разом и поклонились вождю. Затем начали выкрикивать, что церемония идёт хорошо. Вождь слабо улыбнулся и порадовался, что его любимым гражданам всё нравится. На миг я заметил взгляд главы государства прикованный ко мне. Такие холодные, сканирующие глаза. Но когда я посмотрел в ответ, он быстро переключился на зрителей.

— Ребята, вы, я надеюсь, знаете, что послезавтра день армии? — спросил Гизенши. Ученики, как один ответили: «Да!». Вождь кивнул с счастливой улыбкой. — Хорошо, тогда я на этой ноте заканчиваю.

Экран выключился и директор продолжил:

— Хорошо на этом церемония оканчивается, мои неогранённые алмазы. Сейчас прощу вас пройти в свои классные кабинеты, где ваши классные руководители всё вам расскажут.

Ученики встали со своих мест и направились к выходу. Мы же выпускники не хотели отставать от молокососов. И то, если не успеть быстро уйти, то потом, мягко говоря, будет плохо. Мы слезли со сцены и мощными резкими рывками попытались уйти. Но реальность оказалась тяжёлой. В проёме уже стояла толпа из учеников младших курсов. Все друг друга толкали, материли и только затрудняли этот процесс. Подойдя и увидев это, я обречённо вздохнул.

— «Похоже, я тут надолго, аргх.» — подумал с переполненной раздраженностью я. Толпа действительно была очень плотной. Через неё даже комар не проскочит, ей богу! Так что я просто сел и облокотился об стену, включив телефон и, став читать новости про космос.

Так прошло минут семь. Одни из самых долгих и мучительных семи минут в моей жизни. Я оторвался от экрана телефона и взглянул на кое-как рассосавшуюся толпу. Почти никого не было. Я поднялся, отряхнул прилипшие к моим штанам листья и положил телефон в карман. До Академии всего пятнадцать минут пешком. Довольно недолго. Но тропинка шла через лес.

Ярко-жёлтые фонари освещали тёмную дорогу. По всей территории находились сгустки стихийной материи. Они не атаковали меня из-за барьера. В Академиях тщательно следят за здоровьем учеников. Однажды я читал книгу, по которой вот как неделю назад сняли первый фильм, так там вообще профессора не следят за сохранностью детей. Как там она называлась? Вроде бы "Не индивид и камень вечной жизни". Прочитав первую книгу, мне не понравилось. Слишком глупый главный герой на мой взгляд. Лезет, куда не просит со своей супер умной подружкой и товарищем по интеллекту. Что-то я перескочил с темы.

Я мало когда такое говорю, но здесь довольно красиво. Жаль, только тихо и нет никакой живности. Светлячки, бабочки и некоторые другие подошли бы в эту фауну очень замечательно.

Пройдя ещё немного вперёд, я увидел их: «элит». Они о чём-то болтали с Фростом. Тупой качок очень старательно пытался убедить Фросто пойти на его авантюру. Я спрятался за близлежащим деревом и принялся смотреть представление.

— Фаер, я уже тебе сказал, что не буду помогать тебе! — прикрикнул Фрост, прищурив свои серо-синие глаза.— Сколько раз я должен ещё тебе говорить такое?!

Фрост, по-видимому, был очень зол. Его сжатые кулаки, его взгляд и тон — всё выдавало о том, что он не в духе. Я посмотрел на Стеварда. Он не встревает в спор. Странно. Обычно он всегда пытается всё уладить. Следом я посмотрел на него. Этого отброса. Неудивительно, что он пытается опять кого-то впутать в свой тупой замысел. Я огляделся по сторонам. Ничем таким особенным здесь и не пахнет. Но меня смущала одна маленькая красная точка за барьером. Что это? Я забрался повыше. Вдалеке виднелась красная сфера, похожая на атом, как на картинках из интернета. Однажды нам рассказывали о такой аномалии. Вроде бы это называется сгустком стихии.

Тем временем разговор, а точнее уговор Фаера продолжался:

— Нам нужна твоя помощь, Фрост. Я тебе за эти десять минут много раз говорил зачем. Почему ты не хочешь нам помогать, — всё уговаривал Фаер.

Левый глаз Фроста нервно задёргался, кулаки были сжаты и мускулы рта приобрели гневное выражение. Беловласик махнул рукой и выпалил: — Сдохнуть захотел! Ещё и других хочешь за тот свет втянуть! Ты хоть понимаешь, какой опасности нас подвергаешь, если мы туда пойдём?! Ты посмотри, какой он большой! Даже отсюда его видно! А от него до нас примерно километр! — кричал Фрост, резко схватив ворот Фаера. Выдохнув, беловолосик немного успокоился, не отпуская ворот. — Просто скажи, почему ты не хочешь позвать Джона, чтоб он вытащил твой такой драгоценный рубин?

Фаер склонил голову. Видимо, ему нечего было ответить. Фрост фыркнул и откинул Фаера — тот прокатился по земле. Стевард помог ему встать.

— Я просто ненавижу кого-либо просить о помощи, особенно у взрослого, — пробубнил Фаер, косясь на Фроста.

— Что ты там про себя пробубнил? — повернулся к нему беловолосик.

— Ненавижу хоть как-то просить о помощи кого-либо! — рявкнул разноглазик.

— Твоя идиотская гордость важнее, чем собственная жизнь?! — повысил голос Фрост. Фаер лишь увёл глаза. — Достал, раз ты не пойдёшь, то тогда я пойду!

Стевард, что не влезал в этот разговор, согласился с ним: — Фаер, ты реально уже достал. Я полностью согласен с Фростом, — Исикхази положил руку ему на плечо и продолжил: — Я понимаю твою тревогу, друг, но сейчас нам важнее безопасность.

— Тогда я пойду, попрошу помощи у Джона, — сказал Фрост и пошёл.

— Постой! Фрост, если ты пойдёшь к любому взрослому и попросишь у него помощи то я рассказу каждому, что ты в тайне общаешься с этой дрейковской сволочью! — крикнул Фаер.

Фрост замер на месте. Он гневно посмотрел на него и злостно прошипел: — Только попробуй.

— Да-да, я расскажу всем, что ты с ним общаешься. Твои родители не оставят тебе наследство и выгонят из семьи!

Я смотрел на весь этот цирк. Фаер. Какая ты ублюдская сволочь. Ты всегда ей был, но на моей памяти ты ещё никогда так низко не докатывался. Стевард в ту же секунду ударил Фаера по голове.

— Фаер, ты поступил очень низко, — ответил Стевард, смотря грозно на него.

— Теперь у меня совсем нет желания помогать тебе, Фаер, — сказал Фрост и направился прочь. — Выбирайся из этой ситуации сам!

— Постой, Фрост! — беспомощно крикнул Фаер. — П-пожалуйста, ради моей покойной матери помоги вытащить мой рубин. Если кто-нибудь из нас пострадает, я возьму всю ответственность на себя. П-пожалуйста, Фаер, Стевард, — жалобно кричал Фаер.

Фрост остановился.

— Пожалуйста, я больше не буду тебя что-либо просить.

— Ладно, достал. Но это всё в последний раз. И у меня есть условие, что я расскажу это Джону. Понял меня! — со злостью ответил Фрост.

Мои глаза распахнулись. Фрост, что ты творишь? Это очень опасно! Лучше уж действительно позвать учителей. Но в это время Фрост дал руку Фаеру и тот поднялся.

***

От лица Стеварда

Мы вышли за барьер. Здесь, я могу сказать, довольно холодно, хотя сейчас только начало сентября. Фаер шёл впереди нас, показывая дорогу до ущелья, куда провалился рубин. До сгустка осталось по моим примерным расчётам где-то четыреста метров. Это самая крайняя зона, до которой можно дойти, как рассказывал профессор Ненио. Я посмотрел на Фаера. Он точно напряжён.

— Фаер, так расскажи, как рубин попал в то расщелье? — поинтересовался Фрост. Мои уши навострились. Совсем забыл спросить об этом сам. — Я надеюсь, что ты не решил сократить дорогу через этот путь.

Он немного помолчал, решаясь собраться с мыслями. — На самом деле, я так и сделал, — нервно посмеялся и улыбнулся он.

Фрост легонько ударил себя ладонью по лбу и, выдохнув, сказал с щепоткой раздражённости: — Придурок.

Мои уши стали красными и казалось, что голова вот-вот вспыхнет от злости. — Ты серьезно уговаривал меня и шантажировал Фроста, потому что из-за своей же тупости ты потерял этот рубин?! — рявкнул я. Своим телом чувствовал, что сейчас дым из ущелья повалиться залпом. — Фрост, а ты чего не злишься?

— А зачем, мне злится сейчас? Бессмысленно. Он уже втянул нас в этом дело, а также сказал, что если что-то случится, то в этом будет только он виноват. А я ещё навязал свои условия, — спокойно ответил Фрост.

Я прискорбно выдохнул. — Ладно, ты прав. Но если б я знал причину заранее, я таких люлей тебе всыпал бы, Фаер! — сжал я кулак.

Вдруг Фаер развёл руки в стороны, и мы остановились. В трёхстах пятидесяти метрах от нас левитировал в воздухе сгусток. Он был колоссальных размеров. Примерно как целый здоровый накаченный мужчина. Насколько здесь был огромен выброс внутренней энергии, меньше чем в секунду? Наши взгляды не отрывались от него. От этой стихийного бедствия всё можно ожидать. Я присмотрелся внимательней. Он красный. Значит, вполне возможно его стихия огонь. Внезапно что-то блеснуло в ущелье довольно не близко от нас в трёх часах. Я указал пальцем на тот разрез в земле, и Фаер молча кивнул. Мы переглянулись между собой и всё поняли без слов.

Резко рванув вперёд, Фрост выстроил стену льда. Огромный шквал огня вырвался, как бешеный смерч из сгустка. Стена мгновенно покрылась трещинами. Я был на подхвате. Перебежав на правую сторону, мои руки окрасились в желтый. Светлые щупальца покрывали собой стену и, она восстанавливалась. Но поток огня всё больше набирал оборот. Я выстроил одну руку в сторону стены другую в шквал. Но сразу второй луч нацелился на меня. Мне пришлось ускорить себя.

В это время Фаер залез в расщелину и пытался найти рубин. Еле-еле достав его, он вылез, но было уже поздно. Огромный поток огня пробил стену Фроста и луч понёсся на Фаера.

—«Я что, умру?» — пронеслось в голове разноглазика, пытаясь выбраться, но как назло штанина зацепилась за острый камень. Его распахнутые глаза, полные ужаса в последний миг видели свет.

— Убийственный луч! — донеслось до всех. Небольшой луч молнии врезался в смерч огня. Фаер открыл глаза. Его спасителем оказался Он. Херобрин.