Портрет на стене

Глава 1

- Ну вот, ещё пара штрихов и готово, - сказала Лиза, глядя на свою работу.

Надя, лучшая подруга Лизы, потянулась, лёжа на кровати, и посмотрела на кулон, изображённый подругой.

- Класс! Ты оригинал видела?

Лиза кивнула:

- Да, он великолепен! – Благоговейно прошептала девушка. – Эта женщина показала его мне. Видишь в середине кулона? Это сапфир. Сам кулон золотой. Смотри какая красивая форма, да?

Подруга согласилась.

- Вообще, я рисовала его по фото, вот, - Лиза взяла со стола фотографию и протянула подруге.

- Да уж, вот это я понимаю, - Надя смотрела то на фото, то на изображение кулона на картине. – Потрясающе. Ты, моя дорогая, прирождённый художник.

- Самоучка, но спасибо.

- Да какая разница! – Всплеснула подруга руками. - У тебя талант и большой. Вот, что главное. Кстати, ты точно не хочешь пойти куда-нибудь, отметить день рождения?

- Ты же знаешь, я не люблю праздновать этот день, – Лиза отрицательно мотнула головой. Она не любила свои дни рождения. Именно в этот день они с мамой остались вдвоём. Отец Лизы умер в её собственный день рождения.

- Да, да. – Надя встала с кровати и прошлась по комнате. – И всё-таки какая красивая!

Девушка остановилась посреди комнаты, уставившись на портрет на стене.

- Да, редкая красавица, - кивнула Лиза.

- Откуда он? Ты нарисовала?

- Нет, не я. Мама принесла его вчера вечером. Сказала, что какая-то клиентка подарила.

- Мм, - протянула Надя, глядя на подругу. – Странно как-то.

- Ничего странного. Маме постоянно что-то дарят. В благодарность за работу. Она ведь у меня профессионал. Сделает любую стрижку или причёску, какую только пожелаешь. И она любит подарки, - Лиза подмигнула подруге.

- К тому же всем разболтала, что у меня день рождения сегодня.

- А ты как думала? Двадцать лет как никак. Мама тобой гордится. Ты отличный художник, у тебя всегда есть работа. И получаешь за картины хорошие деньги. Работа, которая приносит радость. Не у всех так выходит. Так что есть, чем гордиться.

Девушка подошла ближе к портрету на стене.

-Ты знаешь, - Надя пристально вглядывалась в лицо, изображённое на картине, - кого-то мне эта девушка напоминает.

- Правда? –Лиза была удивлена. Она встала рядом с Надей. – Тут даже имя автора не указано.

Надя протянула руку к портрету и дотронулась до лица на картине.

-Ой, - тут же отдёрнула она руку. - Какая холодная!

- Что? Не может быть, - засмеялась Лиза.

- Может, показалось, - Надя отошла от портрета и села на кровать. – Что-то в нём есть необычное, такой взгляд, будто она смотрит в самую душу.

- Ладно, ладно, - улыбнувшись, ответила Лиза. - Не накручивай. Портрет как портрет. И, кстати, не плохо смотрится у меня в комнате.

Надежда встала с кровати и взяла свою сумку со стула:

- Да, может ты и права. Мне уже пора, встретимся завтра. – Она поцеловала Лизу в щёку. - Не провожай. С днём рождения ещё раз. Люблю тебя!

Она помахала рукой и поспешно, как Лизе показалось, вышла из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.

- Пока, - сказала Лиза в пустоту. Она вздохнула. Взгляд упал на подаренную картину. Неужели в ней правда было что-то необычное? Она стала рассматривать портрет.

Изображённая на нём девушка была молода, лет двадцать, не больше. Она стояла полу боком, немного наклонившись вперёд. На ней было чёрное платье с высокой горловиной, закреплённой золотой брошью в виде цветка. Изящные руки в чёрных перчатках сложены вместе. Она будто смотрела из-за угла. Красивая шляпка венчала её голову, словно корона, и тёмная вуаль спадала ей на глаза. Угольно чёрные волосы, убранные вверх, под шляпкой были почти не видны. Судя по одежде, картина была выполнена в стиле 19го века.

Лиза стала всматриваться в лицо незнакомки. Правильной овальной формы, худенькое, румянец на щеках, нос прямой, небольшой. Лёгкая улыбка играла на розовых, чуть пухлых губах.

Глаза. Хоть на них и падала вуаль, она была настолько прозрачной, что глаза были видны очень чётко. Угадывался красивый изгиб бровей. Цвет глаз был тёмный, почти чёрный. Такой цвет встретишь редко. Смотрела она как-то загадочно и пристально.

Чем дольше Лиза смотрела на портрет, тем больше ей казалось, что этот взгляд и еле уловимая улыбка розовых губ скрывают какую-то тайну.

Так ли мила была на самом деле эта девушка, как кажется на портрете? Ведь порой за красивой внешностью прячется внутреннее уродство. И кто она такая? Откуда? Кто автор картины? А может её и вовсе никогда не существовало и она – лишь плод воображения автора, кем бы он ни был?

Лиза не могла отвести взгляда от тёмных глаз. Они притягивали её ближе и ближе.

- Лиза, - раздался голос у неё над ухом, так тихо и мелодично, но чётко и ясно, - ты отдашь мне свою красоту?

Девушка вскрикнула и открыла глаза. Темно. Тихо. Чьи-то быстрые шаги в коридоре. Дверь в комнату Лизы открылась и на пороге:

- Лиза, девочка моя! – Воскликнула мама.

Она подошла и села на кровать:

- Что случилось? Почему ты кричала?

Лиза смотрела прямо перед собой.

- Мама, - прошептала девушка.

- Подожди, я включу свет, - сказала мама и пошла к выключателю на стене.

- Нет, не надо, - покачала головой Лиза и тут же непроизвольно зажмурила глаза от яркого света, бьющего прямо в лицо.

- Лиза, - мама села на постель и посмотрела на дочь взглядом полным беспокойства. - Что случилось?

- Ничего, - глаза постепенно привыкли к свету. - Наверно, мм. Я не знаю.

Лиза осмотрела комнату. Всё как всегда. Та же обстановка, что обычно. Мебель, шторы, ковёр на полу. Она сфокусировала взгляд на маме, тревожно склонившейся к ней.

- Кошмар приснился?

Лиза глубоко вздохнула, полностью приходя в себя.

- Да, - кивнула она, - кошмар.

Она села на кровати.

- Мам, который час?

- Детка моя, почти одиннадцать. Ты рано легла сегодня, и я не успела подарить тебе подарок. А утром я слишком рано ушла. Подожди, я сейчас.

Мама умчалась из комнаты быстрее ветра.

Лиза не могла понять, что с ней произошло. Как она оказалась в кровати? Последнее, что она помнила – это то, что Надя, которая пришла, чтобы поздравить Лизу с днём рождения, только, только ушла. За окном точно было ещё светло. Потом Лиза подошла к подаренному портрету и стала рассматривать его. Всё, что происходило дальше Лиза не помнила. У неё никогда не случались провалы в памяти. А тут сразу несколько часов подряд полного неведения.

Вернулась мама, неся в руке какую-то блестящую коробочку. Лиза отвлеклась от своих мыслей.

- Вот, это тебе, - мама протянула коробочку Лизе.

- Что это, мам?

Мама подмигнула:

- Открой и узнаешь.

Лиза взяла коробочку и медленно открыла её.

- Мама, - восхитилась девушка, - какой красивый! Это ведь тот самый, что мы видели в ювелирном в прошлом месяце?

Женщина кивнула, видя, что дочери понравился подарок. Лиза повертела кулон в виде месяца в руке. Камушки красиво блестели на нём.

- Спасибо, мама, - поблагодарила Лиза и обняла мать.

- Хочешь я принесу чашку чая или стакан воды?

- Нет, мам, не нужно, - Лиза отрицательно покачала головой. - Я лучше переоденусь и снова лягу.

- Хорошо. О, ты не открыла чей-то подарок?

Лиза посмотрела на стол, где лежала яркая коробка.

- Это Надин подарок, - она зевнула. – Открою его завтра.

Глаза девушки закрывались, словно она не спала несколько суток. Мама поцеловала дочь в щёку и, пожелав спокойной ночи, вышла из комнаты.

Лиза вяло встала с кровати, сняла одежду, выключила свет и снова легла, укутавшись в тёплое одеяло. Не прошло и десяти минут, а Лиза уже крепко спала. Она не увидела, как засветился в темноте портрет на стене, а девушка, изображённая на нём, улыбнулась, обнажив ровные белые зубы.

Глава 2

Ночью Лизе приснился сон: она сидит в красиво обставленной гостиной на небольшом диванчике светло - бежевого цвета. Чашка чая у неё в руке. На столике рядом стоит хрустальная вазочка с сахарным печеньем, молочник и сахарница. Комната большая и красивая. На стенах картины с прекрасными пейзажами, на полу разостланы ковры с причудливыми узорами, здесь же находился большой камин, с весело трещавшими в нём поленьями.

Рядом с Лизой сидит девушка в пышном кремовом платье, вышитом на рукавах золотой нитью, и щебечет о чём-то. Голос мелодичный и приятный, но грустный. Вот только лицо было видно не чётко. Черты размыты. Ясно были видны лишь чёрные кудри, спадавшие на белые плечи незнакомки.

Она всё говорила и говорила. О том, как она любила какого-то человека, о том, как он предал её, что сердце её разбито на тысячи осколков. Лизе было приятно слушать её голос.

Неудобство доставляло лишь то, что эта девушка постоянно протягивала руку в перчатке, пытаясь дотронуться до Лизы. То невзначай похлопает по руке, то затронет волосы, то дотронется до плеч. Она всё время приговаривала, какая Лиза красивая, какое красивое у неё лицо.

- Знаешь, что? - Вдруг спросила она Лизу. – Ты отдашь мне свою красоту?

Лиза посмотрела на девушку в кудряшках и увидела лёгкую улыбку на розовых губах, тёмные глаза, таинственно смотрящие на неё.

- Я всегда хочу быть красивой, - говорила незнакомка, кивая головой в подтверждении своих слов.

Лиза покачала головой:

- Но я не могу.

- Можешь, тебе нужно только согласиться. Ты же не хочешь, чтобы я состарилась и стала совершенно непривлекательной. Соглашайся, - грустно сказала она.

Лизе вдруг показалось, что она и правда этого не хочет, настолько девушка была мила. Лиза кивнула головой:

- Хорошо, я согласна.

Прекрасная незнакомка улыбнулась и, подмигнув, потянула свои изящные руки к шее Лизы.

***

Утром Лиза проснулась вся в поту, шея болела ужасно. Сон, приснившийся ночью, был как наяву. Лиза пошла в душ, пытаясь горячей водой смыть воспоминания об ужасах ночи. Позже, натянув джинсы и футболку, надев кроссовки, Лиза взглянула на портрет, что висел на стене. Девушка на нём показалась ей ещё прекрасней, чем вчера. В голове непрестанно гудела мысль: ей приснилась девушка с портрета. Она узнала её.

Лиза вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Это просто сон, ничего больше. Девушки с портретов не душат людей. Это ведь только портрет, а не живой человек. Может её и не существовало вовсе. Однако шея болела по - настоящему.

Она спустилась вниз. Мамы уже не было: ушла на работу. Оставила записку на столе в кухне. Вернётся поздно. После работы собирается с подругами в кафе.

Лиза налила в кружку кофе и поднялась к себе. Она посмотрела на часы. Десять утра. Нужно было закончить картину с кулоном. Несколько дополнительных штрихов и готово. Кулон получился очень красиво и был похож с настоящим точь-в-точь. Но почему-то особой радости девушка не испытала. Это было странно. Обычно, закончив очередную работу, девушка воодушевлялась и радовалась как ребёнок долгожданной игрушке. А сейчас ничего. В душе пусто.

Она то и дело поглядывала на портрет на стене и её почему-то пробирал озноб.

В это время к Лизе на всех парах спешила Надька, чтобы рассказать нечто очень важное. Она преодолела три ступеньки крыльца и позвонила в дверь.

Подруга открыла не сразу. Прошло минут пять. За дверью послышались шаги, и она отворилась. На пороге стояла Лиза и во всём её облике Надя уловила что-то необычное. Волосы, собранные в хвост и стянутые на затылке резинкой, и несколько торчащих прядей, беспокойство в глазах и рука нервно подрагивает. Лиза стояла и грызла ногти на руках, чего лучшая подруга никогда за ней не замечала.

- Привет, - сказала Надя, - у меня для тебя кое-что есть!

- Привет, заходи, – Лиза посторонилась, и Надя вошла в дом. – Ты бежала?

- Ещё бы! Новости-то интересные. Надя схватила Лизу за руку и помчалась в спальню.

- Ты одна? – Бросила она на ходу.

- Да, мама ушла на работу, - ответила Лиза, едва поспевая за подругой.

- Отлично, - сказала Надя, захлопывая дверь спальни.

Она стала ходить по комнате в нетерпении.

- Что это с тобой? Какие у тебя новости? – Лиза удивлённо посмотрела на подругу и села на кровать. – Присаживайся и рассказывай.

Надя села в кресло:

- Ага.

- Ну так?

- Так вот, - начала Надя, нервно ёрзая в кресле. – Помнишь, вчера я сказала, что мне знакомо лицо на этом портрете?

Она указала на стену, где висел портрет.

- Да, помню, конечно, - кивнула Лиза.

- Я не ошиблась. Я уже видела это лицо!

- Что? – Сердце Лизы быстрее забилось в груди. – Где?

- Ты ведь знаешь, что мой папа увлекается историей?

Лиза вновь кивнула.

- Он любит разные исторические загадки, мифы, легенды. Всё необъяснимое. Таинственные личности и всё такое. У него даже есть папка, где он хранит информацию о том или ином предмете или человеке. Ну и совсем недавно, буквально на днях, я заглянула в эту папку. Стала её листать. Там даже про бермудский треугольник есть!

- Ого!

- Листаю, я значит, листаю эти страницы, и вдруг… вижу портрет красивой девушки, выполненный в карандаше. А под ним папиным почерком написано кто она. Правда информации совсем мало. Так слушай, на том портрете изображена та же девушка, что на твоей подаренной картине!

- Но…

- Не веришь? – Воскликнула подруга и достала из кармана куртки телефон. – Вот, смотри. Я сделала фото. Оригинал нельзя было брать, папа заметил бы. А он не любит, когда шарят по его вещам.

Девушка развернула телефон и показала Лизе. Лиза ахнула. Действительно это была она. На Лизу смотрели те же тёмные, почти чёрные глаза, что и с её картины. То же самое лицо, та же еле уловимая улыбка.

Лиза перевела взгляд на подругу:

- И что о ней написал твой отец?

- Как я говорила информации мало, да и та неясно откуда. Эту девушку звали Джейн. Она была дочерью какого-то графа что ли, - Надя пожала плечами. – Эта Джейн была невероятной красавицей. Многие боролись за её руку, но она всем отказывала. Она была тщеславной и обожала саму себя. Ей нравилось чувствовать своё превосходство над другими девушками. Мужское внимание льстило ей.

- Ещё бы, - согласилась Лиза, глянув на портрет.

- Она так любила свою красоту, что не хотела с ней расставаться. Не хотела, чтоб её лицо состарилось и покрылось уродливыми морщинами. Сохранить красоту любыми способами – вот была её навязчивая идея. Так вот, по легенде она пошла к какой-то ведьме, и та рассказала ей как всегда оставаться молодой.

- И как же? – По спине Лизы пробежал холодок.

- Не знаю, там ничего об этом не сказано. Но только скоро в городе начали исчезать молоденькие, красивые девушки. Без следа. Джейн же становилась всё прекрасней. У неё в поклонниках ходил какой-то художник и он нарисовал несколько её портретов.

Лиза задумчиво посмотрела на портрет:

- Может и этот он нарисовал.

Надя пожала плечами:

- Кто знает? Я думаю многие художники хотели запечатлеть её красоту. Но вот, что самое непонятное, так это то, что она пропала через несколько лет! Представляешь? Просто, без следа. Была и нету. – Надя даже языком прищёлкнула.

- Как же так?

- Больше никакой информации не было.

- Но откуда твой отец узнал эту историю?

- Я не знаю и спрашивать не буду. Он всё равно не ответит.

Надя пересела на кровать рядом с подругой и вдруг воскликнула:

- Лиза, что это у тебя?

- Где? – Вскочила от испуга Лиза.

- Вот здесь, - Надя встала и указала на шею Лизы. – Это же синяки! Как от пальцев! Подойди к зеркалу.

Лиза быстро подбежала к зеркалу и глянула в него. На шее виднелись багровые синяки, будто кто-то схватил её и сильно сдавил. Лиза ахнула.

- Вчера у тебя их не было, Лиза, - медленно проговорила Надя и посмотрела на подругу.

- Я… Я не знаю откуда они.

- Ты что-то скрываешь от меня? Ты ходила куда-то вчера вечером?

Лиза нервно затрясла головой, всё ещё смотря в зеркало:

- Нет, никуда я не ходила. Я была дома.

Она вдруг побледнела. Сон. Это всего лишь сон. Девушки с портретов не душат людей.

- Надь, мне нужно уйти. Надо унести заказ. Спасибо, что зашла и рассказала мне всё это. Но сейчас тебе пора.

- Что? Что ты такое говоришь? – Подруга смотрела на Лизу с непониманием. – Ты меня что, выгоняешь? Я не понимаю тебя!

- Я тебя не выгоняю, но мне правда нужно идти.

Лиза стала доставать вещи из шкафа.

- Ты извини меня, но тебе пора.

Она остановилась посреди комнаты и пристально смотрела на Надю.

- Ну же, уходи!

- Не знаю, что с тобой произошло вчера, - сказала Надя и в голосе чувствовалась обида, - но это не ты. Не та Лиза, которую я знаю.

Надя посмотрела на стол, где лежал подарок, оставленный ею вчера.

– Ты даже подарок мой не открыла!

Девушка развернулась и пошла к выходу. На пороге комнаты она обернулась:

- Там, кстати, плед. Ты ведь хотела новый. – И не сказав больше ни слова, вышла.

Лиза обессиленно села на кровать и мысленно извинилась перед Надей. Конечно, она никуда не собиралась идти. Это был всего лишь предлог. Просто, когда она увидела эти синяки на своей шее, вспомнила сон, приснившийся ночью, то ей вдруг стало страшно. Она страшилась того, что сон мог оказаться вовсе не сном. Лиза не была суеверной и никогда не верила в потусторонние силы. Но эти синяки и история, рассказанная подругой, доказывали, что всё, что с ней случилось за последние часы не просто так. Ведь синяки сами по себе не появляются так же, как и память не пропадает на пустом месте. А ведь Лиза не помнила несколько часов из своего прошлого вечера. Она так и не вспомнила, что с ней произошло и как она оказалась в постели.

Лиза встряхнула головой. Взгляд упёрся в портрет.

- Джейн, чего ты хочешь от меня?

Она встала и вплотную подошла к картине. На секунду ей показалось, что девушка на картине улыбнулась шире. Глаза Лизы под действием магического взгляда Джейн закрывались. Она почувствовала, как кто-то положил руки ей на плечи. Сначала это было мягкое прикосновение, но затем руки стали сжимать плечи сильнее.

- Ты знаешь, - раздался мелодичный голос над ухом. – Ты обещала.

Глава 3

Несколько дней подряд Лизе снился тот же сон, что и в первую ночь. Она просыпалась в холодном поту, тело сотрясалось от непонятного озноба. По утрам она чувствовала себя ужасно. Голова раскалывалась от недосыпания, под глазами залегли тени, лицо стало бледным, как бывает во время сильного испуга. Но только у Лизы оно было бледным постоянно. Шея болела, синяки становились ещё более тёмными, почти чёрными. Теперь они были не только на шее, но и на плечах и руках. Она скрывала их от мамы, не хотела, чтобы та беспокоилась. С Надей она больше не виделась. Лизе не хватало подруги, но втягивать её в свои проблемы она не хотела.

Провалы в памяти повторились несколько раз. Джейн забирала её жизнь. Так думала Лиза. Как это возможно она не знала, но чувствовала, что жизнь потихоньку покидает её тело.

Дело было в картине. Она была живая. Джейн жила в ней. И, наверное, жила уже давно. С тех самых пор, как пропала.

Однажды ночью Лиза попыталась избавиться от портрета. Она сняла его со стены и выбросила в мусорный бак, недалеко от дома. Но утром картина снова висела на стене, как ни в чём ни бывало. Лиза рвала, резала, даже сжигала полотно, но всё было тщетно: портрет каждый раз оказывался там же, на стене. И чем хуже становилось Лизе, тем ещё краше выглядела Джейн. Возможно ли быть ещё прекраснее? Выходит да.

Сегодня Лиза решила узнать откуда взялся этот портрет, где мамина клиентка приобрела его. Она спросила об этом у мамы.

- На аукционе в музее, две недели назад. – Ответила мама. – А почему ты спрашиваешь?

Лиза улыбнулась, что получалось в последние дни с трудом:

- Просто интересно.

- Как ты себя чувствуешь? Ты стала такой бледной. Может вызовем врача или в больницу съездим?

Мать была встревожена состоянием дочери.

Лиза отрицательно покачала головой:

- Всё нормально, это пройдёт. Простуда. – Она поцеловала маму холодными губами в щёку и вышла из дома, надев пальто. Впервые за несколько дней.

В музей. Вот куда ей нужно. Музей в городе был один и Лиза хорошо знала директора, Смирного Валентина Александровича ещё с детства. Она с малых лет увлекалась живописью и часто бывала в музее. Так и познакомилась с ним. Валентин Александрович всегда помогал Лизе во всём, что касается её призвания. Она была ему благодарна. Мужчина видел в Лизе большой потенциал и старался помочь ей реализоваться.

Девушка так спешила, что несколько раз споткнулась и чуть не упала. Голова кружилась от слабости и голода. Она почти ничего не ела последние три дня. Даже кусок в горло не лез.

Наконец, Лиза добралась до музея и поднялась по его лестницам. Помощницы Валентина Александровича, Ольги, на месте не оказалось, поэтому Лиза сразу постучала к нему в кабинет.

- Войдите, - раздался его голос из-за двери. Лиза вошла в кабинет и подошла к столу, за которым сидел директор.

- Лиза! – Обрадовался он. – Давно я тебя не видел.

Но тут же свёл брови к переносице, хмурясь.

– Что-то ты не важно выглядишь. Приболела? Пресядь.

- Здравствуйте, - Лиза махнула рукой. - Ерунда. Пройдёт. Я пришла узнать у Вас кое-что.

Он кивнул.

- Две недели назад в музее был аукцион.

- Верно, - подтвердил он.

- На аукционе была картина, портрет молодой девушки, - Лиза вздрогнула, подумав о портрете. – Он был без названия и автор не указан.

- Да, я помню его. Мы назвали его «Незнакомка в чёрном». Имя автора в самом деле указано не было. И цена у него была не высокая.

Лиза наклонилась вперёд:

- Вы можете сказать мне, кто выставил его на продажу? Кто бывший владелец?

- Конечно, сейчас посмотрим, - улыбнулся он.

Мужчина встал и подошёл к шкафу со стеклянными дверцами. Открыл их и стал перебирать папки, стоявшие на полках. Лиза нервничала и это было заметно.

- Вот она, - наконец Валентин Александрович нашёл нужную папку. Он подошёл к столу, открыл папку и стал искать нужное название. – Тут все лоты и имена владельцев.

Он вёл пальцем, ища нужный лот.

– Я всегда всё фиксирую. Бинго!

Он повернул папку к Лизе и указал на нужное название.

Лиза опустила глаза и прочитала фамилию:

- Ого! - Вырвалось у неё. - Это была Софья Николаевна.

- Да, Володилина Софья Николаевна. – Он внимательно посмотрел на девушку. - А почему это так важно для тебя, позволь спросить?

Лиза резко поднялась:

- Мне нужно было знать, – она не могла даже улыбнуться. - Спасибо Вам огромное, Вы мне очень помогли. Но мне уже пора.

Лиза быстро зашагала к дверям. Идти было тяжело. Девушка ощущала какую-то мучительную слабость во всём теле.

- Лиза, - окликнул её Валентин Александрович.

Но девушка, не оборачиваясь, выбежала из кабинета, чуть не наткнувшись на секретаршу Ольгу, появившуюся на рабочем месте.

- Извините, - на ходу крикнула Лиза и убежала прочь.

В голове крутилась мысль: Володилина Софья Николаевна – та самая женщина, которой Лиза рисовала кулон. Это она выставила портрет на аукцион. Лиза должна узнать почему женщина решила его продать. Может она знает, почему девушка с портрета преследует её? Может с ней было что-то похожее!

Глава 4

Софья Николаевна, пожилая женщина лет шестидесяти, сидела в гостиной своего дома и рассматривала фотографии внучки, присланные дочерью, когда в дверь позвонили. Она отложила очередное фото и поспешила открыть дверь, так как звонили не переставая.

На пороге стояла Лиза, художница, рисовавшая кулон для Софьи Николаевны.

- Лиза, здравствуйте, - сказала Софья Николаевна, впуская девушку в дом. Лиза показалась ей очень взволнованной, даже испуганной.

- Здравствуйте, - ответила девушка и вошла. – Извините, что я не позвонила. Это очень срочно, а мобильный я оставила дома.

Женщина только махнула рукой:

- Ничего страшного, я не занята. Проходи, присаживайся. – Она указала на диван в гостиной. Девушка села. Она была такой бледной и измученной, что Софье Николаевне стало жаль её.

- Что у Вас случилось, Лиза? Вы выглядите усталой. Может чаю?

- Я.. я… - она ёрзала на диване, была вся как на иголках и не могла подобрать слов.

- Да что такое с Вами? С картиной что-то не так? Не успеваете в срок?

- Картина? А нет, я её уже закончила. Дело в другом. Я хотела спросить Вас о другой картине. Той, что вы продали на аукционе. Помните?

Софья Николаевна как-то странно посмотрела на Лизу. И снова отметила бледность щёк, круги под глазами, какую-то нервозность в движениях.

- Да, - медленно начала она. - Я выставляла на аукцион одну картину.

- Портрет девушки неизвестного автора. – Продолжила Лиза. Женщина кивнула. – Почему Вы его продали?

Софья Николаевна прошлась по комнате, и вдруг остановившись, спросила:

- А почему это Вас интересует? Какое Вам дело до этого портрета?

На самом же деле пожилая женщина уже догадалась в чём тут дело, судя по тому, как выглядела Лиза, ещё неделю назад такая счастливая и жизнерадостная красавица, а теперь напуганная и измученная.

- Этот портрет сейчас находится у меня, - печально ответила девушка.

Софья Николаевна в отчаянии провела рукой по седым волосам:

- Но как же так? Как он оказался у Вас, Лиза? Я даже подумать не могла… - она осеклась.

Лиза устало откинулась на спинку дивана и ответила:

- Женщина, которая купила картину, подарила её моей маме, а та мне, на день рождения, почти неделю назад.

- О, Боже! – Воскликнула Софья Николаевна. – Лиза, простите меня. Мне так жаль.

Она подошла к девушке и взяла её за руку.

– Такая холодная. Что же я наделала!

- Вы знаете? – Лиза подалась вперёд, - Вы всё знаете? Этот портрет, он что проклят? Он не оставляет меня в покое.

- Не знаю портрет ли…

- Расскажите мне то, что знаете! Прошу.

Софья Николаевна присела рядом, отпустив руку Лизы, и посмотрела в окно.

- Хорошо, - сказала она, смотря куда-то вдаль, уносясь в прошлое. – Не помню, как он появился у нас в доме. Я была ещё мала, лет шесть мне было. Знаю только, что потеряла трёх самых любимых людей из-за этого портрета. Моя мама была красавицей, не то, что я, - она печально улыбнулась.

– Мама любила нас с сестрой и папу очень сильно. Больше всего на свете. Всегда повторяла это. Она была жизнерадостной, весёлой, подвижной хохотушкой. Не любила сидеть на месте. Мама гуляла с нами в парке по утру, после завтрака, играла со мной и сестрой в разные игры. Особенно мы любили играть в прятки. – Софья Николаевна задумалась на секунду, улыбнувшись воспоминаниям, затем продолжила. – Как я уже сказала, не помню, как портрет оказался в нашем доме. Наверное, купила мама. Она любила красивые вещи. Помню, однажды утром, я зашла к маме в спальню, что было строжайше запрещено отцом. Но я всегда была непослушным ребёнком, в отличие от моей сестры. Захожу тихонько в комнату, хочу разбудить маму поцелуем, но вдруг останавливаюсь и вижу эту картину. Она висела на стене прямо напротив маминой кровати. Мне тогда она показалась ужасной. Не знаю почему. Ведь на ней была изображена такая красавица! Я развернулась и выбежала, напрочь позабыв зачем пришла. Позже я всё рассказала сестре, но она не поверила в детское предчувствие. Сестра была старше меня на шесть лет и считала себя уже взрослой.

Пожилая женщина вновь улыбнулась. Она встала и подошла к окну.

– С того дня мама погрустнела. Она больше не водила нас гулять в парк, в доме не звучал её мелодичный, звонкий смех. Мама заболела. Отец переживал, я видела это, но подойти к нему и сказать о своих подозрениях насчёт картины, я не решалась. Папа у нас в предчувствия не верил, не верил в мистику и тому подобной чуши, как он говорил. А я была всего лишь маленькой девочкой. Взрослые не слушают детей. Вскоре мама перестала выходить из спальни. Ей было трудно даже подняться. Как-то ночью я проснулась и мне так захотелось увидеть маму, ведь мы не виделись с ней уже три дня. Папы дома не было, он уехал на два дня к сестре, нашей тётке. Я разбудила Анастасию, это моя сестра, и позвала её с собой. Она не захотела пойти, боясь гнева отца: папа запретил навещать маму, пока ей не стало лучше. Говорил, что не нужно её беспокоить детскими пустяками. Но я не могла не пойти. Ведь это моя любимая мама, я не могла ей помешать. Я её дочь. Анастасия, конечно, тоже любила маму, но ослушаться отца не решилась. Я прокралась в спальню и подошла к маминой кровати. Было такое чувство, что кто-то наблюдает за мной. На тумбочке, возле кровати, стоял ночник и освещал мамино лицо. Я навсегда запомнила его: бледное, даже в свете лампы, под глазами тёмные круги. Она будто высыхала на глазах. Я заметила синяки на её шее: фиолетовые, почти чёрные. Это было ужасно. К слову, папа никогда не поднимал руку на маму, он любил её и ссорились они редко. Поэтому откуда взялись синяки я не понимала. Из её груди шёл такой хрип, будто она сильно простудилась. Дышала она тяжело, словно что-то мешало ей. Она вдруг открыла глаза, увидела меня, склонившуюся над ней и слабо проговорила: «София, что ты здесь делаешь, тебе нельзя». На что я ответила своим тоненьким тогда голоском: «Мамочка, я так скучаю и Настя тоже». Я готова была заплакать, и мама стала успокаивать меня. «Всё хорошо, родная моя. Скоро я поправлюсь и мы все вместе погуляем в парке». Я легла ей на плечо, а она стала поглаживать меня по голове своей тонкой хрупкой рукой. Рука была такая слабая, но всё такая же нежная, как прежде, когда она укладывала нас с сестрой спать и гладила по волосам, целовала в щёку. Через какое-то время мама сказала, что мне пора возвращаться в свою постель, а утром я снова смогу прийти. Мне так не хотелось уходить. Так бы и спала рядом с ней. Она поцеловала меня холодными губами, и я пошла к выходу. На пороге я обернулась и посмотрела на тот портрет. Девушка, изображённая на нём правда была прекрасна. Я отправилась спать. А на следующий день мамы не стало. Она просто исчезла из своей постели. Я больше никогда не видела её. Никто не знал, куда она пропала. Это было невероятно больно, но это было так. Её искали долго и упорно. Но никаких результатов. Я так скучала по ней. Мне казалось, что вот, вот, дверь отворится и на пороге появится мама, такая же красивая и весёлая, как раньше. – Женщина повернулась к Лизе, в глазах стояли слёзы. - Мне безумно не хватало её, я всё время плакала. Папа сильно страдал, ему казалось, что исчезновение мамы – его вина, ведь его не было рядом. Анастасия тоже, как и я, всё время плакала. Ведь она не пошла со мной к маме тогда, ночью. Это было тяжким грузом для неё. Шло время, мы росли. Анастасия стала настоящей красавицей, как мама. Она очень сильно внешне была похожа на неё. Милая моя, Анастасия. Я очень любила её. Мы доверяли друг другу все тайны, - она грустно улыбнулась. – Однажды, зайдя к ней в комнату, я увидела на стене тот самый портрет. Холод пронзил меня, хотя окна были закрыты. Знакомое неприятное предчувствие чего-то страшного прокралось ко мне в душу и поселилось там, словно паразит. Отец в те дни был в какой-то деловой поездке. Он был юристом. За нами присматривала его сестра, тётя Эмма. Была ещё девушка, ухаживающая за домом и готовившая еду, я и Настя. Я сказала сестре, что портрет этот плохой, лучше бы от него избавиться, но она лишь ответила: «Сестрёнка, тебе всюду мерещится мистика и кажутся призраки. Успокойся ты, обычный портрет. Красивый». Она совершенно не помнила, что я уже говорила то же самое об этом портрете раньше, когда заболела мама. Или забыла намеренно. Как бы там ни было, всё повторилось. Она заболела, как мама. Когда за день до исчезновения я пришла к ней, она сказала, что я была права насчёт портрета. Это зло. Она сказала: «Эта Джейн преследует меня, она приходит ко мне каждую ночь. Она забирает мою красоту и мою жизнь».

Лиза вздрогнула, руки задрожали.

Софья Николаевна всхлипнула:

- Не стало и моей сестры, как и мамы. Вы бы видели, что творилось с отцом. Он любил Настю больше жизни. После этой потери он уже не оправился. Он покончил с собой где-то через год после исчезновения моей сестры. Тётка забрала меня к себе. Я прожила у неё до двадцати лет, а потом вернулась домой, сюда.

Её голос затих. Наступила тишина. Тяжёлая, давящая тишина, от которой начинает болеть голова.

Лиза встала и подошла к пожилой женщине, потерявшей целую семью, но оставшейся собой, в здравом уме, что говорило о силе её духа.

- Что случилось с портретом?

Софья Николаевна вздрогнула, возвращаясь от воспоминаний к реальности:

- Портрет? Я хотела выбросить его, но тётя не позволила. Она куда-то убрала его. Я не знала куда. Времени искать не было, мы поспешно уехали тогда. Я нашла его совсем недавно. На чердаке, в самом дальнем углу. Я была удивлена, когда он попался мне на глаза. Это было две недели назад. Столько лет прошло. Неприятное ощущение вернулось, нахлынули воспоминания. Я решила избавиться от картины.

- Решили продать.

- Да.

- Но ведь Вас она не тронула?

- Я не красавица…

- Тогда зачем? Зачем продали?

Софья Николаевна отошла от окна и взяла фотоальбом со столика у дивана:

- Конечно, я могла бы навсегда оставить его там, на чердаке. Но я побоялась. Со дня на день ко мне приедет внучка. Последний раз я видела её, когда ей было десять лет. Они живут за границей. Моя дочь с мужем и дочкой. Сейчас моя внучка уже взрослая девушка. Она написала мне несколько месяцев назад, что приедет погостить, что очень соскучилась по мне. Вот, смотрите, Лиза. Она такая красивая.

Лиза подошла и посмотрела на фото. На неё смотрела белокурая улыбающаяся девушка, хрупкая и очень красивая.

- Теперь понимаете?! – Воскликнула женщина. – Я не могла допустить, чтобы Джейн забрала и её. Я должна была избавиться от портрета.

Она торжествующе улыбнулась.

– И у меня получилось. Но… - Она осеклась и изменилась в лице. - Я никак не ожидала, что портрет попадёт к Вам, Лиза. Ведь его купила совсем не красавица.

- Его купила клиентка моей мамы! – Лиза в отчаянии заходила по комнате. – В благодарность за работу она подарила эту картину маме, а мама отдала её мне. Я уже говорила Вам.

- Добрый жест, который…

- Стал роковым для меня, – голос девушки сорвался, слёзы капали из глаз. – Вы спасли свою внучку, сделав жертвой меня.

- Я не знала, что он попадёт к Вам, Лиза! – Повторяла Софья Николаевна. Она смотрела на ослабевшую девушку и понимала, что та обречена. Одна мысль вдруг пришла ей в голову. – Лиза, дорогая! Возможно, для Вас ещё есть спасение. Она подошла к Лизе и взяла за руки.

- Что? – Лиза подняла влажные от слёз глаза на Софью Николаевну и нервно сглотнула.

- Вы можете подарить её другой девушке. Я ведь смогла продать её, то есть передать другому человеку. Вы можете сделать то же самое, пока время ещё осталось.

Луч надежды зажёгся в душе Лизы. Ведь и правда может получиться.

- Но как же я могу? – Лиза отошла от женщины и потёрла холодные руки.

- Что?

- Обречь другого человека на те же муки. Другую красивую девушку лишить шанса прожить хорошую жизнь.

Софья Николаевна поморщилась, осознавая мысль, высказанную Лизой и сказала:

- Это Ваш выбор. Вы хотите жить?

Глава 5

День Лиза провела в сомнениях. Разве может она поступить так бесчеловечно? Разве может позволить себе обречь человека на муки и смерть? Лиза всегда была доброй и отзывчивой. Никогда никому не переступала дорогу, не желала зла. Но дело касается её собственной жизни. Готова ли она, спасая свою жизнь, погубить жизнь другого? Она думала об этом, сидя у себя в комнате, превозмогая не только слабость и боль в теле, но и душевные муки и терзания, одолевавшие её. Разве она не достойна жить? Разве должна она, двадцатилетняя девушка, у которой всё впереди: работа, карьера, семья, целая жизнь, позволить из-за каких-то обстоятельств лишить себя этой самой жизни? Лиза хотела жить, творить, создавать новые картины. Не её вина, что с ней так обошлись. Но, если она сознательно пойдёт на то, что предложила Софья Николаевна, то разве это будет не её, Лизы, вина? И как жить после этого? А что лучше умереть? Нет. Она не хотела просто умереть, исчезнуть, кануть во тьму. Но ведь можно отдать портрет некрасивой женщине, тогда...

Раздался телефонный звонок и прервал мысли Лизы. Она разлепила уставшие веки и посмотрела на мобильный. Надя! Лиза взяла трубку:

— Алло.

— Привет, подруга, — раздался звонкий голосок Надьки. — Ну, как ты там? Ты мне бойкот объявила? Не звонишь и не пишешь уже несколько дней.

Лиза откашлялась:

— Надь, прости меня, пожалуйста, я так груба была с тобой. Мне очень стыдно.

— Ничего. Ты же моя подруга, ну, куда тебя деть? — Она шутливо чмокнула в трубку.

— Слушай, ты что делаешь сегодня вечером? Вчера приехала Светка, погостить на пару дней. Помнишь отдыхали вместе на юге?

Лиза покопалась в памяти:

— Мм... Да, вроде вспомнила. Кудрявая такая? Любительница суши?

— Ага, точно, она, — весело засмеялась подруга. — Так вот, как насчёт встретиться сегодня? Можем прийти вечером к тебе, если ты не против?

Лиза кашлянула, в горле будто ком стоял:

— Да, можно. Часов в восемь подойдёт?

— Конечно, жди. До встречи, подруга.

Надя отключилась. Лиза положила телефон на кровать и встала. Нельзя было отказывать Надьке, она обиделась бы ещё больше и в следующий раз не позвонила бы вообще. И тем более Лиза соскучилась по подруге. Может это будет последняя встреча с ней. Лиза так и не решила поступать ли ей, как советовала Софья Николаевна.

Взглянув на часы, Лиза обнаружила, что до прихода девчонок осталось всего три часа. Она решила привести себя в порядок. Хотя в голове был полный кавардак, Лиза нашла в себе силы помыться, причесаться. Она надела чистое бежевое платье с высоким воротом и длинными рукавами, чтобы синяки были не видны. Даже немного подкрасилась.

Спустилась на первый этаж. Мамы не было. Лиза открыла холодильник, достала хлеб, колбасу и сыр, сделала себе бутерброд. Она ела первый раз за сегодняшний день. Запив всё молоком, она села на диван и стала ждать гостей.

В половине восьмого зазвонил телефон. Лиза очнулась: она задремала ненадолго. Звонила Надя.

— Подружка, — сказала Надя в трубку и закашлялась. — Ты извини, но я не приду. У меня температура. Ещё с утра плохо себя чувствовала, а теперь совсем расклеилась.

— Ничего, выздоравливай, — Лиза искренне сочувствовала подруге.

— Да, спасибо. Но Света придёт. Она хочет увидеться с тобой.

— Правда?

— Ага, она уже в пути. Потом расскажешь, как посидели, ок?

— Да, конечно.

В дверь позвонили. Лиза положила трубку. Она поспешила открыть дверь. На пороге стояла шикарная, хорошо одетая и изумительно пахнущая девушка. Лиза сразу узнала в ней Свету, с которой они с Надькой познакомились на юге и подружилась.

— Привет, заходи.

— Приветик, — Света прошла в дом и обняла Лизу.

— Свет, ты потрясающе выглядишь! — Восхитилась Лиза.

— Спасибо. — Она улыбнулась. — Ты просто давно не видела меня.

— Ты проходи наверх, в мою комнату, — сказала Лиза, указав на лестницу. — Первая дверь справа. Я принесу чай.

— Чай? Нет, не надо, — замахала Светка изящными руками. — У меня тут есть кое-что покрепче. Она вынула из пакета бутылку вина.

— Это лучшее вино, что я пробовала.

Лиза пожала плечами:

— Ладно. Бокалы есть у меня в комнате. Пойдём?

— Ага!

Они поднялись наверх. У двери в свою спальню Лиза чуть помедлила.

— Ты чего? — Спросила Света, глядя на Лизу.

Лиза махнула рукой:

— Всё в порядке, заходи.

Она распахнула дверь и впустила Свету вперёд.

Света зашла, осмотрелась.

— Вау, вот это красавица! — Света увидела картину на стене.

Лиза закрыла дверь. Сердце бешено отбивало ритм. В голове крутилась одна мысль: подари кому-нибудь картину. Неужели это будет Света? Какое странное и неожиданное стечение обстоятельств. Нельзя медлить. Не пойдёт же Лиза искать какую-нибудь уродину сейчас, когда есть такой шанс избавиться от картины немедленно!

— Нравится?

— Очень! Я бы хотела такую себе.

Червь сомнения лишь несколько секунд точил Лизу. «Я хочу жить!»

— Хочешь, я подарю её тебе?

Глаза девушки округлились от удивления:

-Ты серьёзно? Хочешь просто так подарить мне такую красоту?

Лиза непринуждённо пожала плечами, хотя внутри всё напряглось:

— Конечно, а как ещё делают подарки?

Она улыбнулась одними губами, в глазах отражалась лишь боль и вина.

— Просто так! Не за деньги.

— Но разве она тебе не нужна?

— Знаешь, мы с тобой давно не виделись и неизвестно увидимся ли ещё. Почему бы мне не сделать тебе этот подарок. Тем более она тебе понравилась. Так что забирай, дарю. — Лиза нахмурилась. — Если хочешь, конечно.

— Хочу, ещё как хочу! — Света прихлопнула в ладоши.

— Ты мне как-то подарила суши, помнишь?

Света засмеялась:

— Суши — это суши, а это такой замечательный портрет! Спасибо большое. Отметим?

— Конечно!

Света открыла бутылку вина и разлила по бокалам.

— За встречу и за такой замечательный подарок! — Глаза девушки светились, она была так рада подарку. Лиза же лишь печально улыбнулась. В душе что-то неприятно кольнуло.

Вечер прошёл в лёгкой и непринуждённой обстановке. Лиза как могла, поддерживала весёлую болтовню своей давней знакомой. Девушки вспоминали отдых на юге: катание на пароходе, игры на пляже, посещения парков и кафешек, и многое другое. К одиннадцати вечера Светка вызвала такси и, поцеловав Лизу в щёку, уехала, забрав подаренный портрет.

Света, как узнала Лиза, уезжала следующим утром. Она уже попрощалась с Надей и упаковала чемоданы.

Лёжа в кровати, Лиза думала о том, что сделала. Ещё днём её проблема, казалось, была неразрешима. Она чувствовала себя хуже и хуже. И вдруг неожиданно она избавилась от картины. Как кстати приехала Света. «Что же я наделала!» — Ужаснулась Лиза своему поступку. Она обрекла на муки другого человека. И сделала это осознанно. «Я спасала свою жизнь», — тут же оправдывала она себя. Но разве можно оправдать такой поступок?

Засыпая, Лизе пришла мысль, что всё зря, сделанное может не подействовать. Однако, заснула она быстро и легко в ту ночь. Ей не снилось ничего. Она спала глубоко и спокойно. Как не спала уже давно.

Утром, проснувшись, она первым делом взглянула на стену. Картины не было! Джейн не вернулась к ней. Стена была пуста. Девушка улыбнулась первый раз за несколько дней легко и радостно, вдохнула полной грудью и, выскочив из кровати, подбежала к зеркалу. То, что она увидела в зеркале заставило её хохотать. Она смеялась искренне, от души. На неё смотрела прежняя красавица Лиза. Краска вновь появилась на её щеках, никаких кругов под глазами, никаких синяков на шее и руках.

— Это чудо, — сказала она вслух. — Я свободна! Свободна!

Глава 6

Год спустя

- Лиза, Ваши картины чудесны, - воскликнула Мария Александровна Петровская, пожимая с нежностью руки Лизы. – Выставка великолепна, всё так красиво и столько людей пришло!

Лиза широко улыбнулась и осмотрела зал, где проходила первая в её жизни выставка собственных картин.

- Спасибо, Мария Александровна.

- Вы вся светитесь, моя дорогая!

- Я счастлива, это правда. А какой художник не будет счастлив, если людям нравится его творчество?

- Да уж, да уж, - кивала Мария Александровна. – О, тут одна моя знакомая. Я Вас покину, извините.

- Конечно, я не буду Вас задерживать.

- Поздравляю ещё раз, Вы умница, - с этими словами женщина поспешила к пожилой даме, стоявшей неподалёку.

Лиза отвернулась от них и взяла бокал шампанского, у проходившего мимо официанта.

Она на самом деле была счастлива. Казалось, все её мечты сбылись. Выглядела девушка потрясающе в чёрном облегающем платье и туфлях на шпильках. Лучезарная улыбка не сходила с её лица. Яркий румянец на её щеках говорил о том, что она совершенно здорова и оправилась от случившегося с ней год назад. Иногда она даже удивлялась как прекрасно всё сложилось в её жизни в этот год.

Это была её первая выставка. Всё случилось, как в сказке. Её картины заметили. Один богатый приезжий человек, увидев её работы, предложил организовать выставку. Конечно, она согласилась. Лиза переехала в Москву из своего маленького городка полгода назад. Здесь она познакомилась с Никитой, сыном того самого человека, влюбившегося в её картины. Они с Никитой полюбили друг друга. Стали встречаться, потом решили жить вместе. Никита помогал организовывать выставку. Понадобилось много времени, чтобы всё подготовить. И вот это свершилось. Лиза и не ожидала, что будет столько народа. Она и её картины были в центре внимания. Лиза была довольна и счастлива.

О том, что случилось год назад она теперь не вспоминала. Поглотивший её успех затмил ужасный поступок, совершённый ею. О Свете она ничего не знала и не слышала. С Надей общалась очень редко. С мамой тоже. Так бывает, когда к человеку приходит успех. Он просто забывает о людях, которых любил раньше и ценил. Незавидный поступок со стороны Лизы, но об этом она думать не хотела. Не до этого ей было. Здесь и сейчас ей казалось важнее, чем прошлое. Но ведь от прошлого нельзя убежать, его нельзя исправить.

Лиза сделала глоток шампанского и подошла к Никите. Он широко улыбнулся своей очаровательной улыбкой. Красивый, статный, в элегантном чёрном костюме. О таком мужчине мечтает каждая девушка.

- А вот и виновница торжества, – он поцеловал руку Лизы и легонько обнял за талию.

- О, я так счастлива! Спасибо тебе, все эти месяцы ты поддерживал меня и помогал во всём.

- Да брось, - он подмигнул девушке. - Это твоя заслуга и только.

- Лучшего и желать нельзя. Ты красивый, умный, добрый, ещё и скромный. О, ты почти идеален! – Лиза погладила его по щеке.

- Почти? Мм, я подумаю над твоими словами. А пока могу тебе сказать, у меня для тебя сюрприз.

Лиза посмотрела на него:

- Правда?

- Да, он дома. Ждёт тебя.

- Интересно, когда это я полюбила сюрпризы, - девушка сделала задумчивое лицо.

- Что? Ты сейчас шутишь, конечно? – Он был, казалось, озадачен. – Ты сама говорила, что…

Лиза рассмеялась, видя его замешательство:

- Ну, конечно, шучу. Твои сюрпризы мне всегда нравятся.

Она поцеловала любимого и оба рассмеялись.

Позже, когда выставка завершилась и они приехали домой, в просторную квартиру с новой красивой мебелью и с кучей различных дорогих безделушек, которые состоятельные люди любят приобретать для себя, Лиза почувствовала усталость. Никита помог ей снять пальто, и она пошла на кухню выпить стакан воды.

- Я жду тебя у кабинета, - крикнул из прихожей Никита.

- Хорошо, я сейчас.

Лиза лениво потянулась, зевнула, налила воды из кувшина в стакан и отпила немного прохладной жидкости.

- Сюрприз, сюрприз, - тихонько проговорила она и отправилась к кабинету.

Никита стоял возле дверей и ждал её.

- Ты меня балуешь, ты знаешь это? – сказала она, обняв его за талию.

Он фыркнул:

- А как тебя можно не баловать? Я ведь люблю тебя, красавица.

Он откинул с её лица выбившуюся прядь и, наклонившись ближе, поцеловал долгим, нежным поцелуем.

- Мм, как хорошо, - прошептала счастливо Лиза, когда поцелуй закончился.

- Ты хороша, - ответил Никита. – Чудо как!

- Ну, а теперь, - встрепенулся он, - Сюрприз!

Он повернул девушку спиной к себе и открыл дверь в кабинет. Лиза хотела сделать шаг вперёд, но любимый остановил её.

- Нет, нет. Сначала закрой глаза.

Лиза рассмеялась, но послушалась. Для верности он закрыл ей глаза ладонями и повёл в кабинет. Они остановились на середине комнаты. Было тихо. Слышалось только тиканье часов и больше ничего. Лиза была в предвкушении чего-то интересного и волнующего. Никита умел делать красивые подарки и невероятные сюрпризы.

- Всё, малыш, - обратился он к ней. - Можешь открывать свои прекрасные глаза.

Он убрал руки и отступил на шаг назад.

Лиза секунду помедлила и открыла глаза. Со стены напротив на неё смотрела Джейн своей загадочной улыбкой, всё с той же картины. Улыбка Лизы исчезла мгновенно. В глазах застыл ужас. А такой до боли знакомый мелодичный и тихий голос прошептал Лизе на ухо:

- Я нашла тебя, Лиза. Теперь ты отдашь мне свою красоту!