Портфель точка три

Глава 1

Эпизод 1.3

Дела житейские.

На лестничной клетке гремели железом сантехники, обустраивая квартиру напротив. А в углу площадки драный, битый жизнью кот смаковал бутерброд. Деликатно придерживая лапой добычу, он явно наслаждался процессом. Рыжий гурман повернул голову, заинтересованно блеснул желтым глазом и вдруг резво рванул под ноги, целя в открытую дверь. Беседин не сплоховал — пресекая проникновение на территорию, он мягко отфутболил наглеца к исходной позиции.

Кот кувыркнулся через голову, но решимости не утратил. Дернув спиной, бесстрашно бросился на новый штурм. Сантехники заржали — вторую попытку Степан отразил тем же техничным приемом.

— Наглая морда, — заметил ему Беседин, прикрывая дверь. — Кошку чуешь, демон? Но пасаран!

Прядая порванным ухом, кот проводил глазами удаляющуюся спину Беседина. Посчитав уход человека отступлением, он оккупировал дверной коврик, предварительно притащив за собой недоеденный хлеб. После восхитительной колбасы с сыром кот надеялся на продолжение чудес, когда дверь снова откроется.

Справка. Секретная служба, отвечающая за безопасность президента США, отслеживает сарказм в социальных сетях. Специальное программное обеспечение анализирует большие объемы информации и визуально представляет полученные результаты. Автоматизация мониторинга позволяет распознавать лидеров общественного мнения в социальных сетях, отслеживать наиболее важные проблемы, анализировать потоки информации в реальном времени и подключаться к архивным данным Twitter. Способность улавливать сарказм является одной из 18 целей программы.

Степан вышел из дома пораньше, до пробок. Однако попасть на работу опять не удалось.

— Степик, беда, — закричала теща из трубки. — Бабушка упала, ноги подкосились!

Всхлипы завершились громкими рыданиями и невнятными причитаниями.

— Этого нам только не хватало, — пробормотал Беседин, усаживаясь в машину. — Еще раз, и без крика. Так. Значит, она позвонила тебе сама. Лежит на полу? Ничего, не зима. Это не страшно. А вот что встать не может, это плохо. Я уже еду, а ты скорую вызывай. Да сейчас вызывай! Потому что быстро они не приедут. Сначала скорую, а потом таксистов зови. Эти-то как раз сразу примчатся.

На звонок бабушка ответила немедленно. Телефон оказался при ней, но путного он услышал мало — сплошной крик и плач. Ну что ты будешь делать? Посетовать на изгибы судьбы не дал очередной звонок.

— Степа, что у тебя там случилось? — озабоченно вопросила Ася.

— Ничего особенного, — спокойно ответил он. — Так, житейские хлопоты.

— Что-то мне тревожно стало, — вздохнула она. — Я волнуюсь, Степа!

— Не надо беспокоиться, — оборвал Беседин ненужные расспросы. — Кстати, вопрос: мне по делам надо в Швейцарию смотаться.

— Чего так?

— Хочу Сашке заводик купить, — честно признался он.

— Зачем ей завод, Степа? — поразилась Ася.

— Она сильно переживает, что денег нет, — припомнил он женские слезы. — Мечтает детишкам на молочишко заработать, и все такое. Вот пусть работает на заводе, и зарабатывает.

— Хм, — пробормотала девчонка. — Чудны дела твои, господи.

— Так отведешь?

— Конечно, Степа. Заодно заглянем в кондитерскую Баумана.

— Это где?

— В Цюрихе, неподалеку от Мечети Махмуда. Там чудесная выпечка и пирожные. А в кондитерской Шпрюнгли на Банхофштрассе подают очень вкусные люксембургерли с кремовой начинкой. И еще...

— Это потом, — прервал он кулинарный поток. — Все, что захочешь. Извини, у меня дела.

За разговором да по раннему городу доехал быстро. Припарковался у подъезда без проблем, выскочил из машины.

— Ого, какое море Лиза напрудила, — перешагнул он лужу в прихожей.

В квартире порядка тоже было мало — кресло перевернуто, занавеска на окне оборвана. Бабушка в голос рыдала, а ротвейлер Лиза металась по кругу. Поскуливая и подвывая, она вторила бабушке.

— Тихо обе! — пришлось рявкнуть, поддав в голосе металла. — Лежать!

Вывалив немалый язык, Лиза послушно улеглась. Бабушка, наоборот, рот закрыла. Даже руки вытянула по швам. Посчитав пульс, Беседин расстегнул халат, ощупал тощее тело. Тут не до церемоний.

Бедро ему не понравилось. Плохое было бедро — на легкое прикосновение бабушка отзывалась криком. Пошуршав в коробке с лекарствами, Степан выбрал анальгин, заодно накапал сердечных капель. Подумал, и выпил. Повторил для бабушки, подложил подушку под голову. Огляделся, стянул с дивана плед, укрыл бедолагу. Мало ли что, на всякий случай.

Все эти действия, а также успокоительное бормотание в адрес бабушки собака восприняла одобрительно, лизнув мимоходом руку. Тем временем с шумовым сопровождением влетела теща. Пришлось Беседину строить еще и ее, заставив быстренько заняться делом. То есть поправить занавески и убрать лужу в коридоре. Дверь в квартиру теща прикрыть забыла, но доктор позвонил все равно, стоя на пороге.

— Где больная? — скучным голосом вопросил он. И сразу преобразился, когда Беседин вложил денежку в замызганный карман синей робы. Скука сменилась оживлением: — Руки где помыть?

Доктор недолго щупал бабушку. Тем не менее, хмыкнул удовлетворенно. Он убедился, что «в паху болит, и это понятно», а потом постучал по пятке — бабушка тут же заплакала.

— И что у нас? — трагически вопросила теща, утирая слезы.

— Перелом шейки бедра, — ставя укол, вынес лекарь вердикт. — Однозначно в больницу.

Степан вложил еще одну купюру в тот же карман:

— Если приговор окончательный, то осталось понять, куда лучше ехать.

— В нашу больницу точно не лучше, — усмехнулся доктор. — Тем более, она сегодня дежурная. Вы собирайтесь пока, а я позвоню.

Степан вытащил свой телефон — эсэмэска пиликала уже несколько минут, нудным сигналом оповещая о проникновении врага в новое жилище. Меню предлагало два варианта: вызов полиции или просмотр кино. Он выбрал режим «видео» и сразу обалдел: в его новую квартиру вносили оконные стеклопакеты. Не выносили из дома, а вносили! Странное поведение грабителей не лезло ни в какие ворота, а уж детективов Степан прочитал и посмотрел немало. И кто ж так делает?

Делали это сантехники, что последние дни мелькали в квартире напротив. Ребята были шустрые и крепкие, они таскали стеклянные панели. Бойко, по двое. Широкоугольная камера позволяла видеть картинку не только в прихожей. Но и, через распахнутую дверь, часть лестничной площадки. Беседин вдруг узрел рыжего кота, который, ловко лавируя меж человеческих ног, злодейски устремился в его жилище. Вот это уже серьезное безобразие. Нельзя допустить изнасилование любимой кошки в собственном доме!

Однако успел одернуть палец от иконки вызова полиции — в последний момент наглеца выловили сантехники. Они без церемоний засунули рыжего диверсанта в кошачий контейнер, благо он здесь же, в прихожей, валялся. А когда в поле зрения камеры возник сотрудник ФСБ Илья Зимин, собственной персоной, Степан пробормотал:

— Все красавцы удалые, все равны как на подбор, — он избытка чувств он крякнул: — Мда... И с ними дядька Черномор.

Несмотря на темные очки, закрывающие породистое лицо, узнать его было нетрудно. Зимин огляделся, снял очки и прошел вглубь, пропав из вида камеры.

— Это диво, так уж диво. Везде ты поспел, шпион недоделанный, — прошипел потрясенный Беседин.

Досмотреть кино ему не удалось.

—Здрасте, — смутно знакомый мужчина с седыми висками тихо проявился на пороге, цепко оценивая обстановку. Был он при кобуре и облачен в форму капитана МЧС.

— И вам не хворать, — Степан окинул нежданного гостя недовольным взглядом.

— Я от Груздева, — сказал смутно знакомый пожарник с рукой на черной перевязи. — Капитан Краснов. Что случилось?

Пароль «от Груздева» снимал всякие вопросы. Поэтому Степан сменил тон более доброжелательным:

— Беда у нас случилась, бабушка ногу сломала.

— Ясно, — Краснов отвернулся, чтобы буркнуть в гарнитуру. — Отбой тревоги, «скорая» к бабушке. Работаем по плану.

Степан взглянул на экран: кино шло дальше, но как бы в обратной перемотке — стеклопакеты начали выносить. Ремонт он не заказывал, а зачем тогда в квартире устроили замену окон? Вопросы, вопросы.

Из туалета, деликатно покашливая, появился доктор с бумажным полотенцем в руках. Он доброжелательно улыбнулся:

—Ну что, нашлась подходящая больница. Документы не забудьте, — эскулап щелкнул крышкой своего чемоданчика. — Договорился с кем надо, едем.

— Документы давно собрал. Где носилки? — Степан оторвался от просмотра кинофильма.

Доктор прореагировал непонятно:

—Удачно она упала, прямо на коврик. Так и понесем.

— В смысле? — удивилась теща, продолжая лить слезы.

— На носилки потом будем перекладывать! Берем за четыре угла, и на выход.

Теща заметалась, следом за ней и Лиза.

— Куда? — командирским голосом осадил их Краснов. — Ногами вперед нельзя. Женщина! Отойдите вместе с собакой. Степан с доктором спереди, я сзади. Взяли!

— Лиза, гулять, — прошептала бабушка обморочным фальцетом, и собака кинулась в прихожую.

На улице собралась обязательная в таких случаях прощальная процессия, составленная из праздношатающихся бабулек и мамаш с колясками. Они шептались, скорбно качая головами. А собачка, пока грузили больную в медицинский фургон, честно гуляла — дулась на газоне с намордником в зубах.

Больничный доктор с первого взгляда внушал доверие. Высокий уровень профессионала подтверждали зеленый хирургический костюм штучной работы, импозантная бородка и тонкие черты лица. Как и подобает успешному человеку, говорил он солидно, убедительно и властно.

— У нас есть простой вариант — ничего не делать.

— А так можно?

— Можно. Просто лежать, здесь или дома, неважно. Постельный режим в надежде, что само заживет.

— Плохой вариант?

— Человеческий организм интересно устроен, — нейтрально заметил хирург. — Бывают случаи, когда отдельные индивидуумы показывают чудеса самоисцеления.

— Я видел такое, — согласился Степан. — Мне одно такое чудо ногу недавно вылечило. Методом наложения рук.

— Ну, бывает, — не стал спорить доктор. — Хотя народная медицина мало изучена. Наговоры, отвары, шаманские пляски иногда помогают. Однако в нашем случае, и в таком возрасте, сомнительно.

— Не срастется?

— Чаще всего так и происходит. Плохо не это. Неизбежны последствия перелома — пролежни, затем застойные явления в легких, воспаление. И через определенное время, месяц-два...

— Понятно, — не стал ждать продолжения Беседин. — Ваши предложения?

— Операция. Протезирование тазобедренного сустава.

— Вот так сразу?

— А чего тянуть? Как раз сегодня у меня найдется время.

— Так просто?

— Непросто. Но на третий день пойдет с палочкой, а через пару недель будет скакать козочкой.

— Хм, — засомневался Беседин.

— Будет-будет, — в подтверждение своих слов доктор помахал влажными снимками. — И только сегодня в плотном графике у меня есть окно.

Запросив пятиминутный тайм-аут, Степан вернулся к теще. Хотя советоваться с ней представлялось делом бессмысленным, слезы лились нескончаемой рекой. Капитан Краснов в переговоры не лез, тихо стоял в сторонке, наблюдая за суетой в приемном покое.

— Значит так, — сказал Беседин. — Хватит причитать. Требуется согласие на операцию. Сорок тысяч протез, сорок — бригаде за работу.

— Но она же вдова ветерана, Степа, — сумма услуги тещу потрясла наповал, щеки вспыхнули и сразу высохли. — Имеет право, и все бесплатно!

— Имеет право, — согласился Беседин. — В порядке очереди. И очередь подойдет через год. Будем ждать?

— Нет, — вскинулась та. — Только деньги надо найти. У кого бы занять?

Теща мяла в руках огромный пакет с бабушкиными вещами, которые дежурная сестричка не приняла. Велела приносить потом, когда больную определят в палату и разрешат вставать.

— Найдем, — отрезал Степан. — Давай подписывай согласие на операцию.

— А ты?

— А я поехал за протезом, доктор записку мне написал. Стой здесь, пакет сюда давай. И возьми себя в руки, все будет хорошо!

Капитан Краснов увязался следом.

— Надо поговорить, — лаконично бросил он на ходу и, не дождавшись ответа, уселся в джип на соседнее сиденье. — Груздев сказал, с тобой можно открытым текстом. Давай без церемоний?

— Говори, — Степан вырулил с парковки.

— Меня зовут Александр, можно Саша. — Краснов протянул руку и покосился на заднее сиденье, где Лиза тосковала в окно больными глазами. — Собачка не цапнет?

— А кто ее знает?

— Хм, — заерзал Краснов.

— Не суетись. Хоть собачка не моя, ей не до тебя. Она за хозяйку переживает. А в машине для Лизы все чужое, команды охранять не было.

— Это хорошо. Однако на нашем фронте ситуация иная, — вздохнул Краснов. — Мне как раз велено охранять тебя. А как это сделать качественно, если ты мечешься по городу, словно ужаленный?

— Предлагаешь запереть объект в зоне? — хмыкнул Беседин.

— Было бы здорово. Некоторые олигархи годами из норки не вылезают.

— Я не олигарх, — заметил Степан. — И виллой, к счастью, еще не обзавелся.

— Тогда обрисуй мне кратенько оперативную обстановку. Ну, так, как ты ее видишь.

— Если коротко, — Беседин на мгновенье задумался, — то для некоторых действующих лиц история с портфелем не закончилась.

— Как это? — изумился Краснов. — Тема закрыта, информация прошла по всем каналам!

— Мне тоже так казалось. Однако полковник Подопригора и его подопечные не в курсе. Через час я должен быть на встрече, где некие люди хотят задать некие вопросы.

— Однако, — крякнул Краснов. — Нескучно живете.

— Ладно, мы приехали. Вот этот адрес, — Степан обернулся. — Лиза, я скоро вернусь. Охраняй машину, дыши в окошко.

Собака согласно рыкнула.

В офисе компании «Медтехника» Беседин не задержался, здесь было пустенько и чистенько. А записка от доктора сняла все вопросы — нужный протез в ассортименте имелся. Ушлый менеджер с ходу нацелился, конечно, втюхать Степану «новую модель», которую «только вчера получили». Стандартный прием, технология продаж в медицине ничем не отличается от остальной торговли.

Беседин даже улыбнулся поощрительно — уж очень убедительно распинался продавец за искусственные суставы, которые значительно лучше, но «немного» дороже. От дополнительных трат неожиданно спас Краснов.

— Могу я узнать, каким огнеупорным материалом обшита здесь дверь на склад? — бросил он вопрос в пустоту, разглядывая плакаты на стене. — Сертификат соответствия имеется?

Менеджер побледнел, замолк на полуслове, теряя интерес к клиенту. И тут Краснов его добил:

— А где у вас тут схема эвакуации при пожаре?

Убитый продавец щелкнул пультом, обрывая рекламный ролик на полпути к победе. И тут же, без промедления, вставил в терминал банковскую карту Степана. Крутящийся в пространстве искусственный сустав на экране телевизора сменился программой местного вещания с фотографией симпатичной девушки.

— Внимание, розыск, — сказал голос за кадром. — Вышла из дому и до сих пор не вернулась. Была одета... В последний раз ее видели... Всех знающих о месте её пребывания просьба позвонить по телефонам, которые вы видите на экране.

— Интересное кино, — буркнул Краснов.

Из офиса он вышел первым. Уже по-хозяйски в машине уселся рядом со Степаном, возвращаясь к прерванному разговору:

— И почему ты думаешь, что речь на стрелке пойдет о портфеле?

— А о чем еще? — Беседин вздохнул. Бесцеремонность Краснова слегка коробила, однако к этому придется привыкать. И отвечать на вопросы — в конце концов, на кону собственная безопасность. — В бизнесе у меня все в порядке. Проблемы начались с убийства курьера, и крутятся вокруг портфеля, черт бы его побрал. Других вариантов нет.

— Я в курсе твоего бизнеса, — сказал Краснов. — Спорные вопросы давно решает ОМОН. А ты уже и забыл, когда на стрелке бывал.

— Отлаженный механизм должен работать со смазкой, — усмехнулся в ответ Степан. — И каждый должен делать свое дело.

В приемном покое бурлила суета, теща по-прежнему лила слезы, каталки с бабушкой не было.

— Увезли готовить к операции, — сообщила она. — И что теперь будет?

— Все будет хорошо, — отрезал Беседин. — И хватит уже реветь. Сколько можно?

Вместо доктора к Степану вышел реаниматолог. Он принял протез и деньги, пересчитывать не стал.

— Значит так, — начал он короткую и, видимо, многократно отрепетированную речь. — Делать вам здесь нечего. После операции родным позвонят, а больную переведут в реанимацию. Туда посетителей не пускают, помощь потребуется завтра. Вы дочь?

Теща кивнула.

— Успокойтесь, и идите домой. Отдохните, выспитесь. Вот список лекарств. Завтра с утра в восьмую палату. Ухаживали когда-нибудь за больными? Впрочем, неважно, сестра по ходу все объяснит. И поверьте мне, все будет хорошо!

Справка. Следует заранее примириться с тем, что всякое решение сомнительно, ибо это в порядке вещей, что избегнув одной неприятности, попадаешь в другую.

Глава 2

Эпизод 2.3

Стрелки всякие бывают.

Есть мероприятия изначально бессмысленные и травматически опасные — такие, как русская свадьба, или корпоративный банкет на Новый год. А есть еще события, которые ломают жизнь на ровном месте. Разборок много Беседин повидал за свою жизнь, надеялся и эту пережить.

Сегодняшнюю встречу назначили в «Чашке чая». Смешно, конечно, стучаться в ночной клуб посреди бела дня, но охранник молча пустил внутрь. Дверь открыл без лишних разговоров, оружие и собаку сдать в камеру хранения тоже не предложил. Беседин где-то слышал об этом модном заведении, но не более того. В прошлой жизни сюда никогда не стремился, поскольку проникнуться любовью к песням под караоке как-то не случилось. Видимо, недоставало сил. И сейчас планов на дальнейшее не строил, оглядывая интерьер без интереса.

Под дежурным освещением клубная площадка выглядело бледно и устало, как похмельная женщина без макияжа. Голые столы, пустая сцена с забытой стойкой микрофона, облезлые колонки. Барная стойка, ощетинившаяся ножками перевернутых табуретов, тоже не впечатляла. Посетителей в это время быть не могло, поэтому Степан уверенно направился к крайнему столику, где у зашторенного окна двое мужчин играли в нарды.

Кого принесет со стороны «вызывающих», Беседину не сообщили. Да и неважно это было, собственно говоря. Поэтому знакомое лицо Игоря Кима особого удивления не вызвало. Человек предполагает, а судьба человеком располагает. Калмык — значит, Калмык. Какая разница?

Игорь Ким расплылся в улыбке, отложил зары, однако с места не поднялся. Порода не та, эх не та… Воспитание пропущено вместе со скромностью.

— Привет, — приглашающим жестом Ким взмахнул рукой. — Давай сюда, в ногах правды нет.

— Ее вообще нет, — пробурчал Степан.

Из-за барной стойки тотчас выплыла официантка, вся какая-то помятая и растрепанная, под стать заведению. Девчонку, похоже, тормознули после ночной смены, оставив на подхвате.

— Чай, кофе?— продекламировала она дежурную фразу.

— Спасибо, нет, — степенно ответил Беседин, усаживаясь за стол переговоров.

Лиза без команды улеглась рядом, возле бабушкиного пакета. Степан специально взял его с собой, чтобы занять собаку делом. И Лиза старательно охраняла имущество.

— Может, чего покрепче? — усмехнулся Игорь Ким.

— Не сейчас, — ответил за всех Краснов. — Может быть, позже.

Официантка понятливо исчезла.

— Давно не виделись, Бес! Кто это с тобой? — обращаясь вроде к Беседину, Ким смотрел на Александра Краснова, щеголявшего в форме МЧС.

Атлетическая фигура омоновца Григорьева, брутального красавца с резкими высокими скулами, такого интереса не вызвала. В городе этого капитана знали хорошо. Как же, не первое лицо в ОМОНе, но и не последнее. И то, что он представляет «крышу», для Калмыка секретом не являлось. А вот Александр Краснов, с рукой на черной косынке перевязи, был предметом его неподдельного любопытства.

— Это мои друзья, капитан Григорьев и капитан Краснов, — руки Степан не подал, оба офицера тоже воздержались.

В подобных церемониях как-то не принято обниматься и жать руки.

— И при чем здесь МЧС? — живо поинтересовался Игорь Ким.

— Мы боремся с пожарами, — ногой отодвинув стул, Краснов демонстративно расположился боком к «партнерам» и лицом к Беседину.

В такой позиции был свой резон, барная стойка с доброй частью зала добавлялись в сектор обзора.

— Менты на стрелке — это косяк, Бес, — Игорь Ким продолжал улыбаться.

У каждой народности свои характерные жесты и разрез глаз. И улыбку восточного человека европейцу не понять. Сдержанная мимика лицевых мышц Кима могла означать и выражение дружбы, и предупреждение о скорой гибели. Впрочем, плевать. В такой дружбе Степан не нуждался, а пуганых пугать — только время терять.

— Мы не на стрелке, — ровно отрезал он. — Ты не вор, а я не лох. И ты это прекрасно знаешь. Мне передали, что люди хотят задать вопросы. Говори.

Игорь Ким молчал, Беседину пришлось продолжить:

— Калмык, я пришел и слушаю. Только про портфель не надо.

— Почему?

— Не в теме.

— Эта тема закрыта, — развел руками Ким.

— Да ну? — не удержался от возгласа Беседин.

— Сам удивлен. Ловко ты съехал, Бес.

— Странно, — сказал Степан. — Вопросов нет. Зачем тогда звали?

— Вопросы были вчера, теперь нет, — легко согласился Ким. — Претензий тоже нет. А если какие-то проблемы имеешь — говори, не стесняйся. Для тебя, Бес, все вопросы решим!

Партнер Кима по нардам, кучерявый парень цыганистого вида, согласно кивнул головой и даже улыбнулся ласково. Григорьев с Красновым удивленно переглянулись. Охренеть! Степана позвали, чтобы помочь проблемы закрыть? Меценаты, блин.

Когда-то дед вбил в Беседина несколько простых аксиом. Эти железные правила дед познал на войне, пронес через лагеря, и вытравить их уже было невозможно. Одно звучало так: «ешь, коли есть возможность — неизвестно, что будет завтра». Дед никогда не отказывался от предложения покушать, и это правило Степан нарушил сейчас. Тому была уважительная причина: компания так себе, прямо говоря, сомнительная. Другое правило содержало противоположный посыл: не верь вертухаям позорным, и не проси у хулиганов фартовых. В конце концов кинут, что те, что другие.

«Не верь, не бойся, не проси» — поговорка не для красного словца, а простая проза жизни. Один раз попросишь, будешь должен всю жизнь. Такие правила выработала жизнь еще до деда, и нарушать их нельзя ни каких обстоятельствах.

— Спасибо за предложение, — ровно ответил Степан. — Когда будут проблемы, обращусь. Но я не понял, зачем звали?

Ясность внес Игорь Ким.

— Нам нужна эта телка,— по пластику стола он двинул ксерокопию фото, явно из бильярдной.— Где она, Бес?

Краснов с Григорьевым дружно вытянули шеи.

— Ты собрался обсуждать здесь девушек? — Степан сделал удивленный вид, однако брать листок со стола не спешил.

— Нам надо с ней потолковать, — дружелюбно пояснил Игорь. — Есть тема.

Степан собрался резко возразить, но его перебил капитан Краснов. Он вдруг встрял в разговор:

— Для темы телок покупают резиновую Зину. В специальном магазине.

— Чё? — возмутился партнер Кима по нардам. — Фильтруй базар, мент!

— А то что? — за словом в карман Краснов не лез.

— Если проблем ищешь, ты их получишь!

— Вообще не вижу проблем, — вставая, Краснов усмехнулся. — Зачем спорить, если каждый останется при своем мнении?

При этом он посмотрел на часы. Партнер Кима по нардам недовольно поджал губы. Смотреть на часы по время «стрелки» считалось плохим тоном, знаком неуважения к противной стороне. До этого молчавший с каменным лицом Григорьев тоже поднялся, поправил кобуру:

— Чего звали, непонятно, — он пожал плечами. — Нет претензий — разговор окончен. Пошли, ребята.

На самом деле капитану было понятно главное: если кто и упорол косяка, так эти ребята. Сначала признали, что Степан им ничего не должен, а теперь требуют какую-то бабу! По понятиям так не поступают.

— Бес, ты делаешь ошибку, — бросил вслед Игорь Ким.

Ротвейлерше, трусившей у левой ноги Степана, угрожающие интонации не понравились. Она обернулась и, показав зубы, рыкнула.

А Беседин улыбнулся:

— Все будет хорошо.

Капитан Григорьев одобрительно хмыкнул — в таких ситуациях последнее слово имеет большое значение.

Справка. Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами всё дадут! Михаил Булгаков.

Глава 3

Эпизод 3.3

Обед на свежем воздухе.

С чувством выполненного долга капитан Григорьев убыл на базу, а капитан Краснов предложил Степану задержаться. В смысле, не спешить и повременить с переездами.

— Есть закавыка: очень хочется кушать, — сказал он. — Да и поговорить надо, в конце концов. Где здесь не отравят?

Приличное место нашлось неподалеку от ночного клуба. Меню на меловой грифельной доске, выведенное крупными буквами, приглашало отведать настоящий гороховый суп на ребрышках. А почему нет? Внутрь заходить не стали, сели за пластиковый столик прямо на тротуаре. Солнышко грело без фанатизма, под парусиновым тентом оказалось вполне комфортно.

— И что, вправду с копчеными ребрышками? — Краснов недоверчиво уставился в тарелку. — Мама родная, упасть не встать. Любимое блюдо далекого детства!

Собачка под столом хрустела собачьим кормом из пакета. Она уже не смотрела на мир больными глазами. Лиза явно передумала плакать — бабушка провела с ней беседу по телефону. Беседин переключил мобильник на «громкую», так что тихая речь бабушки была вполне слышна:

— Лиза, хорошая моя, слушайся Степу. Я скоро вернусь и проверю, как себя вела моя девочка.

Ротвейлеша поняла все прекрасно. Она согласно гавкнула и, кажется, улыбнулась. А потом Беседин сделал звонок полковнику Подопригоре.

— Сан Саныч, добрый день. Не подскажешь, часто у нас в городе девушки пропадают?

— С чего такой интерес?

— Телевизор посмотрел.

— А, понятно, — буркнул полковник. — Хочешь помощь предложить?

— Просто интересуюсь.

— Мне тут Илья Зимин звонил, — сообщил Подопригора. — Попросил в твою сторону даже не дышать. Не знаешь, почему?

— Понятия не имею, — честно ответил Степан. — Наверно, бережет мои нервы.

— Вот и я не пойму. Полковник Зимин, говорят, теперь в большой вес вошел, — плохо скрываемая злость в голосе Сан Саныча ясно слышалась.— Так вот. Твой друг из ФСБ заявил, что они проводят «специальную операцию». Понял? Это у них операция. Хочешь подробностей, обращайся к Зимину. А я здесь так, на подхвате, подай-принеси!

Разговор прервался, видимо Подопригора бросил трубку в стену.

— Сан Саныч осерчал, — пробормотал Степан.

Прислушивавшийся к разговору Краснов хмыкнул. Доев суп, он принялся за макароны с сыром. В меню так и написали: макароны. Не «спагетти», не «паста», а именно «макароны с сыром».

— Хорошая кухня, — заметил Краснов, смакуя компот. — Блюда точно из детства.

На десерт он с большим интересом посмотрел видео проникновения стекольных дел мастеров в Степину квартиру, даже языком поцокал.

— Вот это кино, так кино! Ты поломал сайт ФСБ? — он уважительно, новым взглядом, оглядел Беседина. — Силен, чертяка.

— Да нет, данное кино домашняя камера снимала. Видеосистема безопасности вот этими руками сделана, — Степан даже загордился собой.

— А чего же они ее не отключили? — поразился Краснов. — такое на раз делается.

— Они отключили, — усмехнулся Степан. — Ту камеру, что на виду. А эта хитрая, параллельная, из серии шпионских. Ее вообще не видно. Мы по заказу в офисы такое ставим. Уж очень любят некоторые начальники за планктоном втихаря наблюдать.

— И что, такое продается?

— Интернет-магазины предлагают товар на любой вкус, знаете ли. И камеры, и датчики. Только деньги плати.

— Хорошая вещь, — пробормотал Краснов. — Сделаешь мне? Я часто по командировкам торчу, дом без надзора. А тут такая классная система видеонаблюдения!

— С этим вопросом — к Свете, — Беседин ухмылялся. — Она и заказ примет, и мастеров наладит.

— Установить я и сам сумею, — Краснов отмахнулся. — Чай, руки есть.

— Ну, бог в помощь.

— А дятлы эти — лохи педальные, — неожиданно сообщил Краснов.

— Кто?

— Да смежники! Дятлы задумчивые, — Краснов мстительно улыбался. Прокол «партнеров» из ФСБ явно грел ему душу. — Им же поручили обеспечить безопасность, вот они и кинулись пуленепробиваемые окна ставить. Решили втихаря, так выходит. Тебя спрашивать зачем? Лишние хлопоты, хозяин может возразить. А так — и приказ выполнили, и секретность соблюли. А ты их засек. Ай, молодца! Дашь кино переписать?

— Нет, — отрезал Степан. — Ты мне еще расклад не выложил.

— Так я об этом поговорить и хотел, — Краснов заговорщицки оглянулся.

Поговорить им не дали.

— Движение слева? Вижу, — пробормотал вдруг Краснов, прижав руку к уху. — Работаем.

Беседин обернулся полюбопытствовать, что за движение такое, когда это явление оказалось рядом.

— Зря ты так, Бес,— партнер Кима по нардам остановился у стола и сделал многообещающую паузу в рассказе о печальной судьбе, ожидающей неразумного Степана. — Мы хотели по-хорошему.

Неподалеку, за спиной цыганистого парня, покуривали два крепыша в легких ветровках. Они делали вид, будто изучают меню на доске. Явные бойцы в черных штанах и берцах, поддающие уверенности оратору.

Незваный гость двинул к себе беленький стул. При этом он взялся за бабушкин пакет, чтобы отложить его в сторону. Это простое желание сесть за «стол переговоров» оказалось ошибкой. Защищая имущество, Лиза стрелой взлетела из-под стула, прямо на грудь визитера. Загремел, покатившись по тротуару, пластиковый столик. А Краснов вдруг бросился на Беседина и повалил, придавив сверху. Обедающий народ с недоуменными воплями вскочил со своих мест. Мирное кафе мгновенно превратилось в поле боя, только без лихих криков. Впрочем, бой продолжался всего несколько мгновений. Из-под Краснова Степан мало чего увидел, зато глухие удары и сдавленные стоны услышал ясно.

Наконец, Краснов слез с него и подал руку. Беседин огляделся. Обоих братков грузили в подкативший микроавтобус. А Лиза утробно рычала в лицо любителя нардов, наступив лапой ему на грудь.

— Отелло рассвирепело и задушило Дездемону, — пробормотал он.

— Собаку отзови, — поморщился Краснов. — Как бы беда наружу не вышла, со всеми вытекающими. Тут люди все-таки обедают.

Парень дико верещал, собачья слюна капала в открытый рот. Посетители встревоженной кучкой роптали у дверей ресторана, кто-то снимал на телефон. Перепуганная официантка, прижимая поднос к груди, с немым укором взирала на порушенную идиллию. Из небольшого жизненного опыта она знала, что насилию на рабочем месте может подвергнуться каждый. Такое происходит не только с инкассаторами и секретаршами, ее профессия тоже входила в группу риска. Всякое может быть. Но чтобы вот так просто, посреди бела дня, на бульваре с массой прохожих — явно не ожидала.

Из заведения выскочил повар со скалкой в руках.

— Обед оплачен? — обратился он к девчонке. И, дождавшись утвердительного кивка, угрюмо закончил риторическим вопросом: — А не пошли бы вы, ребята, куда подальше?

— И в самом деле, — согласился Краснов. — Кофе мы можем и в офисе испить. Да, Степан?

Вливаясь в городской поток, Беседин приметил полицейскую машину. Сверкая люстрами, она неспешно катилась навстречу.

— Сейчас будет там шуму, — печально вздохнул Степан.

Продолжить мысль ему не дал звонок от Аси:

— Степа, что у тебя опять? Тревожными мыслями к тебе все время тянусь.

— Все нормально, — отрезал Беседин. И перешел в наступление: — Не обо мне надо думать. Сашку нашла? Нет? Найдешь — позвони. Все, некогда мне.

Он взглянул на Краснова:

— Ты не в курсе, почему Груздев трубку не берет?

— В командировке он. Работа у нас такая, — Краснов косился в зеркало, там полицейские высаживались на тротуар. — Телефон, наверно, в сейфе. Первый раз, что ли?

— Не первый, согласен. А ты зачем так... работаешь? — Степан потер саднящее ухо. — Разве была опасность?

— Да не было никакой опасности, — с досадой сказал Краснов. — Думаешь, хитрое оборудование только у тебя есть?

— Хм... — отозвался Степан.

— Мы тоже подслушивать умеем. Сегодня, по плану Калмыка, ты должен был сдать девчонку. Ну, поломаться вначале, конечно, а потом испугаться кар небесных, в конце концов. Сгоревший автосервис разве не наука? Только собачка шустрая всю игру поломала, когда кинулась. Так-то тебе ничего не грозило, пока эти двое курцов за стволами не полезли.

— А они бы полезли? — хмыкнул Беседин. — Посреди бела дня, в центре города?

— А почему нет? Стрелять не обязательно, достаточно лоха припугнуть. Думаю, что следующий этап, какая-нибудь пакость в офисе, будет пропущен, а сразу наступит рукоприкладство по голове.

— Бедная мой голова, — поежился Степан. — У тебя есть план?

— Конечно, — добрая улыбка осветила лицо Краснова. — Бить первым и больно. С этой публикой иначе нельзя.

Справка. Народная мудрость гласит, что в понедельник нельзя начинать с новых дел. Понедельник день тяжелый.

Глава 4

Эпизод 4.3

Привет из прошлого.

— Ой, собачка какая миленькая, — Света бесстрашно погладила лобастую голову Лизы. Мимоходом, прижавшись грудью, чмокнула Краснова в щеку, и потом только заметила: — Степан, а что у тебя с ухом?

— Да вот, Краснов твой об асфальт приложил, — Беседин достал лед из морозилки.

— Зачем так, Саша?

— Зарабатываю репутацию, — серьезно ответил Александр. — Пенсия не за горами, надо и о будущем подумать.

— А что, — ухватилась Света за эту мысль. — Я только за! У нас Миша с Валерой кладовщиками работают. Бывшие омоновцы, списаны по ранению. Еще Витя, начальник вэб-дизайнеров — бывший вертолетчик, горел, списан. А сетевыми проектами командует целый подполковник, у них там ракета как-то неудачно взорвалась.

— Да что ты говоришь, — Краснов с новым интересом посмотрел на Степана.

Тот разговор не поддержал.

— Света, собачку водой напоишь? — через зеркало он наблюдал стремительный рост уха.

— Понял, не дурак. Удаляюсь, — улыбнулась Света. — Собачка, хочешь пить? А может, колбаски?

— Лиза, можно,— буркнул Степан. — Гуляй.

Облизываясь, Лиза хвостиком пошла за Светой, она прекрасно все понимала. Краснов с удовольствием посмотрел им вслед. Точнее, Свете.

— Так вот, — Краснов правильно понял молчаливый взгляд Беседина. — История с портфелем не закончилась, просто она перешла на более высокий уровень. Я знаю, что ты в курсе. И должен понимать — к тебе могут прийти разные ходоки. А эти «калмыки» только под ногами путаются. Поэтому мы их отсечем.

— Историю я знаю с середины, — сказал Степан. — Начало не расскажешь?

— Ну, особой тайны не раскрою, — Краснов принялся колдовать возле кофемашины. — Молоко где? Ага. Информация о ядерном чемоданчике поступила нам от своего человека, есть такие в мутной среде города Севастополь. Было доложено в Москву. Там удивились, но приборы на складе пересчитали.

— Как это? — удивился Беседин. — Я думал, чемоданчик один.

— Ага. Большой такой чемодан, с большой красной кнопкой в титановом корпусе.

— Ну да.

— Степан! — укоризненно вздохнул Краснов. — Даже в таком маленьком бизнесе как у тебя, есть система резервного копирования данных. А у президента, на минуточку, ответственность за мировую державу. И не может быть у него под руками одно мобильное устройство оперативного командования ракетными войсками. Представь себе телефон, большой такой, для связи с генеральным штабом и командными пунктами. Только в виде дипломата.

— И что?

— Это полный чемодан электроники, Степа. А если поломается?

— Хм, — согласился Беседин. — Электронику иногда колбасит.

— Именно, — Краснов поднял палец. — Чемоданчиков за президентом носят два.

— Один основной, второй резервный?

— Да, запас никогда не повредит. А еще на боевом дежурстве имеются чемоданчики министра обороны и начальника Генерального штаба. А еще есть складской запас, профилактика и модернизация.

— Да сколько же их всего?

— Много. В прессе проскользнула как-то заметка: когда Борису Ельцину принесли чемодан с номером пятьдесят один, он возмутился. Ошибку поняли, и цифру сменили на единицу. Теперь у президента России чемоданчик всегда номер один. А серийный номер прописан ниже, мелкими цифрами. Во избежание, так сказать.

— Понял, серийный номер длинный. Но я тебя отвлек. Чемоданчики посчитали, и что?

— Проверили, все сошлось. Улавливаешь суть? Напряжение сразу упало. Одно, когда угроза безопасности государства. И совсем другое, когда лохотрон, устроенный кидалами. Мы работали уже из спортивного интереса — что же в этом черном ящике? Копали концы спокойно, без прежнего накала. И тут чемоданчик покупают грузины. Не турецкая разведка, заметь, которая в Крыму живет лучше, чем дома, а грузины!

— Зачем грузинам ядерный чемоданчик?

— Грузинам такое нафиг не нужно, они в высоких технологиях ни бельмеса. Для братьев из Тель-Авива старались. Но израильский хвостик вылез позже. А мы должны были проследить путь портфеля из Севастополя и выявить всех фигурантов. «Смежники» из ФСБ шли с другого конца, от грузинской границы. Нашему информатору удалось вложить маячок, так что задача стояла вполне простая и выполнимая. И она выполнялась, пока не влезла агент Сэм со своими боевиками. Сучка крашеная!

— Добрый день, — на пороге возникла крашеная блондинка в зеленой форме с погонами прапорщика. На глазах у нее набухали слезы, молоденькая девушка сдерживалась и пыталась выглядеть строгой. — Я не... это...

Наконец, она взяла себя в руки:

— Служба судебных приставов. Мне нужен Степан Беседин.

— Это я, — вдохнул Степан.

— Не так давно вам вручили постановление о возбуждении исполнительного производства.

— Это по гаишному делу на сто рублей, что ли? — нахмурился Беседин.

— Чай? Кофе? — растерянный Краснов не знал, что делать.

— Да. Нет. Нехорошо получается, — голос блондинки звучал глухо. — Вот постановления о взыскании исполнительского сбора.

Она привычно раскрыла папку.

— Чего? — опешил Степан. — Опять штраф?

— Почему «опять»? Штраф за отсутствие оплаты в течение пяти дней. Распишитесь.

— Света! — вдруг заорал Степан. — Иди сюда!

Первой прибежала Лиза. Отпихнув инспекторшу, она протиснулась в дверной проем и вопросительно вывалила язык на Беседина. Девчонка-пристав взвизгнула. А Света, едва взглянув на погоны девушки, без лишних вопросов заявила:

— А я и не сомневалася.

Следом появились две платежки и визитка.

Хладнокровию, вернувшемуся к судебному приставу, можно было позавидовать. Все-таки опыт великое дело.

— Давайте, — сказала она. — Проверим, разберемся.

— Да нет уж, — ответил Беседин. — Сам займусь и разберусь. Мне только не хватало ареста имущества. Начальник все там же, на Соколова?

Город Степан знал хорошо. А Часовой завод был приметной фигурой в архитектуре центральной части. Он занимал целый квартал, и упомянутый вход с Соколова был обозначен строгой вывеской над белой металлопластиковой дверью.

Интересующий Степана кабинет находился в глубине квартала, куда пришлось пробираться мимо разрушенных станков и скелетов механизмов. Часовой завод вместе с часами тихо умер лет двадцать назад, оставив после себя оболочку, частично заполненную офисами. Такими, как служба судебных приставов.

Краснов с восторженным ужасом разглядывал апокалипсическую картину всеобщей деградации и неизбежности конца. Затрапезный офис судебных приставов, расположенный посреди разрушенного завода, весьма органично и ярко вписывался в этот образ. Полный армагеддон, только знаков радиационной опасности не хватало.

Начальник мытарей равнодушно смотрел мимо Беседина, в монитор:

— Я не понял, Степан, чем ты недоволен?

— Но я уже платил, еще год назад!

— Оплатил? Хорошо, давай квитанцию, — и со словами «опять повисла, скотина», принялся колотить по клавиатуре.

Он все прекрасно понимал. Но постановление о снятии ареста, которое требовал Беседин, само требовало времени. А делать дело при зависшем компьютере было затруднительно. Но пришлось, не без помощи Степана. Потеряв немного нервов при настройке системы, заветную бумажку Беседин все-таки получил.

Справка. Программы распознавания лиц с технологией AFR и антропометрии дополнены системой распознавания эмоций. Цифровые сервисы используют не только для анализа подозрительного поведения граждан и поимки преступников, но и в бизнесе, для оценки претендентов на рабочие места.

Глава 5

Эпизод 5.3

Стратегия и тактика.

— Когда я чего-то не понимаю, то начинаю нервничать, — генерал поднял тяжелый взгляд. — Какой смысл в этом дурацком походе на другую сторону, в этот параллельный мир? Зачем, Илья?

— Смысла мало, — согласился Зимин.

— И ведь собственный, «родной» ядерный чемоданчик президенту нельзя бросить. С собой придется тащить, вместе с офицерами связи. На черта? А если это западня?

— А если завтра война? — без всякого юмора вопросом ответил Зимин, промокая салфеткой губы.

— Ага, — усмехнулся генерал. — «И на вражьей земле мы врага разгромим малой кровью, могучим ударом».

Илья снова согласился кивком, раскрывая свою папочку:

— Ваш сарказм обоснован. Доктрина тотальной молниеносной войны на территории противника известна не только Генеральному штабу России, конечно же. В двадцатом веке всегда было так. Но сегодня ситуация выглядит иначе. Достаточно врагу ударить первым, и подземные города вместе с «Метро-2» не спасут население от глобальной катастрофы.

— Ты думаешь о том, что я подумал?

— Не думаю, Андрей Палыч, уверен. Последние годы Соединенные Штаты живут в ожидании конца света. Простой народ подался в препперы, аварийные рационы питания под землей складирует. Начальство запасные аэродромы по всему миру скупает. А на случай совсем внезапной беды убежища вырыли.

— А что, ожидается беда? — генерал недоверчиво хмыкнул.

— Обязательно. Если не война, так цунами. Или вулкан рванет.

— Ты о кальдере в парке Йеллоустон?

— Да, когда эта штука взорвется, пепла выпадет немеряно.

— «Немеряно» — это сколько?

— Одноэтажную Америку засыплет с головой, и континенту в перспективе крышка. А там еще вулкан Лонг-Вэлли есть, и разлом Сан-Андреас. Все серьезно, ученые-вулканологи находятся в постоянной связи с администрацией президента США.

— Все так серьезно, или только кажется?

— Пиндосы давно приняли решение об эвакуации. Процесс идет, часть элиты уже свалила в Новую Зеландию и Швейцарию.

— Мало ли кто куда валит, — вздохнул генерал. — Михаил Прохоров вон из Куршевеля не вылезает. С группой товарищей, понимаешь.

— Ну, прямых доказательств катастрофы нет. Но полно косвенных. Надо их просто сложить, чтобы посмотреть в комплексе, — Зимин разложил листы. — Перечисляю:

Соединенные Штаты сохранили свои военные базы за рубежом после крушения Советского Союза. На минуточку, их слегка меньше тысячи. Военные расходы США зашкаливают — все остальные страны, вместе взятые, денег тратят меньше. Ни одна экономика не потянет такое бремя. И Штаты не тянут, внешние долги растут. Кто-то скажет, они борются с мировым терроризмом и сомалийскими пиратами. Ага. Много наборолись? На самом деле США контролируют весь мир, размахивая дубинкой. Доллар, мировая валюта, должен работать непрерывно, а вассалы должны платить дань. Ну и, кроме крышевания, отдаленные военные базы позволят сохранить значительную часть силы в случае катастрофы на территории США.

Америка непрерывно строит авианосцы, один за другим. Никакая страна не может себе такое позволить. Содержание флота вообще страшно дорогое дело, тем более что авианосцы достаточно уязвимы. Но кто сказал, что Штаты собрались воевать? Нет, авианосцы нужны не для войны, а в качестве дубины после удара стихии, когда весь мир будет находиться в состоянии грогги.

В то же время Штаты перестали производить ядерное оружие. Ни одной новой боеголовки за двадцать пять лет! Может быть, в целях борьбы за мир во всём мире? На самом деле все проще. Штаты не собираются воевать, то есть нападать с применением ядерного оружия. После глобальной катастрофы территории надо захватывать в чистом виде, а не уничтожать радиацией. Свою же территорию, США, охранять нет смысла после разгула стихии. По этой же причине в Штатах прекращено строительство АЭС. А ведь раньше строили одну за другой, запустили их больше шестидесяти. И вдруг как отрезало, тридцать лет уже не строят ничего. Что, пропала необходимость в дешевой электроэнергии? Нет, просто в случае разгула стихии неизбежны разрушения станций и громадный выброс радиации. Достанет и до Антарктики. А это нежелательно. Поэтому дорабатывает то, что построено.

Программу космонавтики практически свернута. Летают на российских кораблях, закупают российские двигатели. Кто-то говорит, так решил рынок. Может быть, но вкладываться в долгосрочные проекты стало неинтересно. После удара стихии будет не до загадок космоса.

Америка приходит в упадок. Город Детройт и штат Калифорния тому пример. Ремонт только косметический, образование ниже плинтуса, молодые специалисты не требуются. «Витрину» уже никто не полирует, её даже мыть перестали. А тут еще сланцевая революция взялась помирать. Пузырь сланцевой добычи приговорен. Землю погубили, питьевую воду отравили. Гидроразрывами оживили землетрясения. Что будет завтра? Никого не волнует.

Еще один гнойный пузырь — финансовый. Его дуют, дуют... Не опасаясь взрыва. И правильно, систему выдоили полностью. А долги спишет форс-мажор.

Штаты перенесли в другие страны производство. Китай, Азия. Даже винтовки М16 производят в Таиланде! На территории страны остались только белые воротнички и наука, которые легко эвакуируются в течение дня. Кто-то скажет, что вмешалась невидимая рука рынка. Мол, там руки дешевле, и здесь стало грязи меньше. Но на самом деле это просто плановая эвакуация.

А для нужного населения строятся громадные подземные убежища. Всех полезных в Новую Зеландию не вывезти. Например, в Денвере, вдали от города, мощное подземное строительство замаскированно под реконструкцию аэропорта. Судя по объемам вынутого грунта, подземный комплекс рассчитан на сотни тысяч человек.

Для остальных по всей стране заготовлены пластиковые гробы. Гробы четырехместные, миллионы штук. Построены концлагеря, тысячи площадок с бараками, вышками охраны и колючей проволокой. Закуплено, вплоть до броневиков, специальное полицейское снаряжение.

В рамках секретной директивы «Defense Support of Civil Authorities», армии США дано право применять силу против населения в случае массовых беспорядков. Полиция тренируется подавлять гражданские бунты. Упор делается на обалдевшую и озверевшую толпу. Чего стоят только названия учений: «Зомби», например, или «Нефритовый шлем». Полицейских вовсю учат стрелять по встающим фигурам детей и женщин. То есть власть готовится к эпидемиям при значительной потере управления. А если внезапный удар стихии будет не таким катастрофическим, то на уцелевших территориях возможно восстановление управление. Тогда понадобятся концлагеря.

Американские социальные службы закупили патроны. Патроны, которые разделены по штатам в Америке. А еще Управление государственной безопасности Соединенных Штатов купило патроны. Приличное количество, более миллиарда штук патронов. Это помимо заказов для армии США.

В этой связи достаточно интересно ведет себя Китай, где каждый год производится бетона примерно в сорок раз больше, чем в США. Бетон — это дороги, бомбоубежища и города. Кто-то скажет, страна развивается. Но зачем Китаю города-призраки? Воздвигли это чудо вдали от побережья, на плоскогорье. Огромные города, двадцать из них уже готовы. Коммуникации проложены, светофоры горят. Можно было бы поселить миллионы людей, а реально живут единицы. Коммунальщики, обслуга. Неужели в Китае все так хорошо с жильем? Непонятно. Но если предположить эвакуацию в случае цунами, то тогда можно спасти сто миллионов из прибрежной зоны. Сто миллионов рабочих рук — приличная цифра. Элита и армия будет спасаться по-своему.

— Подожди, Китай здесь при чем? — возмутился генерал.

— Это одно из косвенных доказательств, Андрей Палыч. Чего-то китайцы знают.

— А наши чего думают? — генерал догадывался, какой будет ответ.

— На бумаге что-то делается. Но по большому счету ничего. Для населения бомбоубежища никто не роет. Да что там новые? Что было, старые бомбоубежища, успешно превратили в руины. В лучшем случае — в клубы. А «Метро-2» давно построено.

— Кошмары рисуешь, Илья, — генерал недовольно насупился, ожидая, когда боржоми перестанет шипеть газом.

— Это факты, Андрей Палыч. И хоть генерал Савчинский показал мне далеко не все архивные документы, — информацию об НЛО с инопланетянами посчитал вообще для меня излишней, — тем не менее, вывод однозначен: многие готовятся к плохому. И, кроме бомбоубежищ, сильные мира сего ищут переход в параллельный мир. В первом ряду бегут, ясное дело, Штаты. Денег не жалеют.

— Мама дорогая, — воскликнул генерал. — Точно кошмары.

— Сам которую ночь не сплю, Андрей Палыч, ворочаюсь, — Зимин отложил вилку.

— Ворочается он, — пробурчал генерал. — Седина в бороду, бес в ребро. Донжуан, понимаешь. Давай сюда свою докладную. Почему не печатная?

— Так инструкция, — Зимин поднял глаза вверх. — Велено без компьютера, и в одном экземпляре.

— Ну и почерк. Как курица лапой, — генерал отложил папку. — Ладно, позже почитаю. Излагай выводы.

— Андрей Палыч, на Земле имеется несколько точек, где переход в параллельный мир, при определенных условиях, возможен без помощи проводника. Это Тибет, Антарктида, Кавказ и, вероятно, пирамиды. Египетские, южно-американские и прочие. По мнению Савчинского, более всего продвинулись в этом направлении гитлеровские исследователи из «Анеребе». Вот по их стопам и идут американцы, а у нас серьезных денег на то давно нет.

— Много слов.

— В случае глобальной катастрофы, неважно какой, геополитической или природной, нам здесь места нет.

— Кому это «нам»?

— Вам и мне. Мы не будем сопровождать президента в его странствиях.

— Так-так.

— Под лежачий камень вода не течет. Охраняя Беседина и эту девчонку-двойника, что ученые «упорно изучают», нам лавров не снискать. Надо действовать. План должен быть более решительный, знаете ли.

Справка. Лондонская школа экономики презентовала «Проект внутреннего перемещения», над которым трудилась в закрытом режиме несколько лет. Если отбросить математические формулы и кибернетические модели, проект подразумевает переселение больших масс населения из Северной Атлантики в Северную Евразию. Стоит пояснить, что «Северная Евразия» — это территория России. Оказывается, там маловероятна геоклиматическая катастрофа, а ресурсов хватит на триста лет.

Глава 6

Эпизод 6.3

Хакеры и хулиганы.

Президент с подозрением разглядывал Асю.

— Каждый раз после встречи с тобой у меня поднимется настроение, — заявил он. — И спина перестает болеть.

— Это побочное явление, — улыбнулась девчонка.

— Спина или настроение? — Президент налил себе чаю.

— Я вам расскажу, только чуть позже, — Ася показала на монитор. — После этого кино.

В комнате отдыха президента она смотрела трансляцию беседы Викентия Зайкова с ведущим программистом ФСБ. И Асе было очень интересно, ведь хакер секретного отдела не соответствовал стереотипу никак. То есть он не выглядел лохматым неряхой с засаленными волосами и банкой пива в руке, как их рисуют сатирики в форумах.

Наоборот, крепкий рыжий парень в синих джинсах мог быть футболистом. Голубая пластиковая папка-уголок, прижатая локтем к клетчатой рубахе, делала его клерком или продавцом магазина «Рыболов». Модные очки, сдвинутые на лоб — актером кино или, на худой конец, дизайнером. Кем угодно, только не хакером.

Президент взялся читать какой-то документ, а Ася обратилась в слух. На экране монитора Зайков обращался к хакеру:

— Мне разрешено задавать любые вопросы, — он показал бумагу. — Я специальный представитель президента. А вот закорючка твоего начальника. Видишь, Артем?

— Да, — кивнул тот. — Задавайте.

— Мне разрешено все, — продолжил Зайков. — Но я не буду требовать у тебя пароль от личной почты президента.

Хакер сделал вид, что облегченно вздохнул. В чувстве юмора отказать ему было нельзя, Зайков еле сдержал улыбку.

— Речь пойдет о почте Белого дома. Не нашего, ихнего Белого дома. Мне тут справочку приготовили, — Зайков нацепил очки и поверх них посмотрел на хакера. — Я зачитаю, послушаешь?

— Конечно, — согласился тот, чинно складывая руки.

— Итак, по имеющимся у нас сведениям, собственная служба безопасности доложила президенту США, что серверы Государственного департамента взломаны. С помощью компании FireEye, специализирующейся на компьютерной безопасности, было установлено вторжение в сеть Белого дома. Киберпреступники вначале получили доступ к электронной почте сотрудников, а затем проникли в компьютерную систему Белого дома, используя сайт Государственного департамента. Хакерами вскрыты документы по многим оборонным и геополитическим вопросам. Более глубокая проверка показала, по крайней мере, двадцать восемь проникновений. Предполагается, что группа хакеров, получившая кодовое название «ATP28», безнаказанно действует последние десять лет, — Зайков переложил листочки. — Что скажешь, Артем?

— А что тут скажешь? — глубокомысленно ответил тот. — Бывает.

— Детальное расследование показало американцам, что коды выявленных вредоносных программ содержит примечания на русском языке. Далее. Активность хакеров приходится на временные отрезки, совпадающие с рабочим временем в часовом поясе Москвы. Следователи из Пентагона не могут назвать конкретных лиц или структуры, стоящие за хакерскими атаками, но специалисты компании FireEye убеждены, что деятельность группы хакеров проводилась по заказу правительства, находящегося в Москве.

— Глупость какая, — живо отреагировал хакер. — Это намек такой? Русские вирусы, московское время... И что это за выражение: «правительство, находящееся в Москве»? Похоже на идиотизм. Или на провокацию.

— Дальше интереснее. Выявлено, что хакеры получили доступ к конфиденциальной информации, касающейся графика президента США Барака Обамы. Служба безопасности президента весьма обеспокоена, ведь такая информация весьма чувствительна и высоко ценится иностранными спецслужбами.

— Да кому нафиг он нужен со своим графиком? — возмутился хакер. — Мне он точно не нужен. Без графика тоже.

— Об этот мы позже поговорим, — пообещал Зайков. — Так вот. Информация просочилась в прессу. Представитель CNN на брифинге задал вопрос заместителю советника по национальной безопасности. Есть в администрации США такой персонаж, Бен Родс. Тот отказался обсуждать этот вопрос. Сказал только, что работа компьютерной системы Белого дома не нарушена. И добавил: «у нас есть несекретные системы, есть секретные системы, а также совершенно секретные системы».

— Надо же! —восхитился хакер такому перлу. — Точно идиоты.

— Теперь переходим к сути. Они не выявили, кто несет ответственность за атаки. Они — это ФБР, Пентагон и Секретная служба. Тем не менее, в докладе президенту отметили, что к любой подобной деятельности американские власти относятся очень серьезно и принимают незамедлительные меры.

— И чего они там придумали? — заинтересовался рыжий парень.

— Санкции, — ответил Зайков. — Что они еще могут, Артем? Санкции против иностранных хакеров. Они будут применяться к лицам, которые представляют значительную угрозу для американской безопасности, бла-бла-бла... Которые наносят ущерб, которые взламывают компьютерные сети, и похищают коммерческие секреты американских компаний или личные данные американских граждан с целью извлечения дохода или нанесения ущерба обороне Америки и ее финансовой стабильности.

Хакер усмехнулся:

— А в чем конкретно это будет выражаться? В отношении коммерческих компаний понятно — активы блокируют. А одиночке что сделают? Визу запретят? Или с курорта выкрадут?

—У них злостными врагами считаются компьютерщики из России, — сказал Зайков. — Уже выработан привычный для США порядок определения виновников. Решать будет не суд, а министр финансов. Он там главный, поскольку руководит Управлением финансовой разведки и противодействия терроризму.

— Министр финансов решает, а хулиганили китайцы, — хакер улыбался. — И иранцы. Поэтому и «время московское», и «коды вредоносных программ на русском языке».

— Думаешь? — Зайков поднял глаза.

— Я знаю, — ответил рыжий хакер. — Зачем нам лезть в Белый дом, если можно спокойно с китайцев инфу качнуть?

— И вы качнули, Артем?

— Давно, — кивнул тот. — И с иранцев. И с корейцев. И процесс продолжается.

— Интересно, — протянул Зайков. — Это как в том анекдоте, где американцы пишут телефонные разговоры германского канцлера Ангелы Меркель, а мы переписываем у американцев?

— А почему это анекдот? — удивился рыжий парень.

— Хм, — поперхнулся Зайков. — Было бы интересно ознакомиться.

— Конечно, — согласился хакер, подняв палец к потолку. — Это можно. Там все подробности.

На этом трансляция прекратилась. Выключив компьютер, Президент обернулся к Асе:

— Ты знаешь, в чем польза информации, поступившей от тебя?

— Знаю, — она не задумывалась. — У вас такой еще не было.

— Ответ неправильный, — улыбнулся Президент. — Просто любые новые данные позволяют проверить имеющиеся. И убедиться в их качестве.

Президент не мог сказать Асе, что важные вещи он переваривает лично, самостоятельно выстраивая картину из мозаики агентурных донесений. Спецслужбы работают много и упорно. Составляя отчеты, они конкурируя между собой, конечно. Их выводы важны, они на самом деле многое знают. Но любая, даже самая эффективная спецслужба не может знать всего. Только один человек, стоящий на самом верху, имеет возможность сложить ясную картину мира, оперируя обрывками архивов и обрезками агентурный сообщений, отсекая при этом домыслы, дезинформацию и ложные посылы. В конце концов, причесанная информация важна после окончательного пакетирования и концентрации.

О власти мечтают многие. Немногие из этих многих думают, что близки к цели. А на самом деле правит только один, так устроен мир. И главной опорой его трона является информация. Правильная и осмысленная, разложенная по полочкам информация. Власть формируется в мире идей. Пути мирного переустройства страны возможны на основе новых решений, которые вытекают из правильного понимания ситуации в мире и обществе.

Однако ничего подобного Президент Асе не сказал. Девушка многое знала, но всего не понимала. Впрочем, от нее это и не требовалось. Перед ней стояла другая задача, о которой следовало поговорить:

— Мы им мешаем, понимаешь? Путаемся под ногами... Многие на Западе считают, что замысел Вашингтона заключается в установлении нового мирового порядка, который они называют не иначе как «всемирной демократией». После окончания Второй мировой войны Штаты намеренно уничтожают суверенные государства, используя для этого экономическую, военную и политическую силу. Вообще, Западу от России нужно только одно — чтобы ее не было.

— Да уж, — кивнула Ася.

— Мы им мешаем! В последнее время особенно. Правит только один, так устроен мир. Нас приглашают на войну, ведь смена мировых укладов всегда сопровождалась грызней. Цепочка высокоинтенсивных локальных конфликтов так или иначе перерастет в международную войну, и остановить грядущий исторический шторм невозможно. Мы лишь пытаемся не вставать у них на пути. Наша задача — умело маневрировать и максимально долго оставаться вне эпицентра главных битв. Но бесконечно это продолжаться не может.

— Я понимаю, Владимир Владимирович, — снова кивнула она.

Президент сжал губы:

— Тогда скажи, когда мы пойдем на ту сторону?

Справка. Стремительное развитие компьютерных технологий принесло побочный эффект — вредоносные программы. Следом появились кибервойны, направленные против государств. Первая масштабная атака состоялось, когда примененный против Ирана вирус Stuxnet проник в промышленные компьютеры. Сложность кода этой программы однозначно указывает на то, что заказчиком кибератаки стало другое государство. Позже были обнаружены и другие средства ведения кибервойны, в первую очередь — многофункциональные программы слежения и шпионажа Flame и Gauss, причем анализ кода этих программ, по данным экспертов, указывает на их связь с Stuxnet. Затем зона применения кибероружия расширилась, если раньше это был только Иран, то теперь она охватывает всю прилегающую к нему Западную Азию. Троянская программа Wiper, появившись неизвестно откуда, уничтожила множество баз данных, при этом зачистила за собой следы.

Известные на сегодняшний день вирусы могут выполнять перехват паролей в браузере, сбор данных о конфигурации системы, кражу данных, необходимых для доступа к учетным записям различных банковских систем, действующих на Ближнем Востоке.

Мир вступает в эпоху "холодной кибервойны", когда страны смогут проводить диверсии и воевать друг с другом, не будучи связанными существующими ограничениями на применение традиционного оружия.

Глава 7

Эпизод 7.3

Разумные люди быстрее договорятся между собой, чем умные. И гораздо быстрее, чем дураки.

На выходе из Часового завода состоялась неожиданная встреча — Степан нос к носу столкнулся кавказским владельцем поруганной «Ауди».

— Степан Беседин, — прокурорским тоном констатировал тот очевидное. — Прелестно.

Чисто выбритый и коротко стриженый, босс госнаркоконтроля соседней республики улыбался. Выглядел он весьма цивильно в легком летнем костюме, а благостную картину завершал солидный огромный портфель.

— Здрасте, — растерянно пробормотал Степан.

— Неожиданная встреча, — глава госнаркоконтроля насмешливо прищурился. — На ловца, как говорится, и зверь бежит. Кстати, меня зовут Адам.

— Капитан Краснов, — успевший осмотреться офицер кивнул. А затем старорежимно дернул подбородком. — Можно Александр.

— Степан Беседин, — честно признался «зверь».

— Да я знаю, — поморщился Адам. — Должок когда отдашь, Беседин?

— Отдам скоро, — быстро сообразил Степан. — До конца месяца.

— Ну ты наглец, — восхитился босс наркоконтроля. — Мог бы и соврать. «Приходите завтра», или еще чего. А сам бы опять потерялся. Говорят, ты умеешь теряться?

— Неправду говорят, — возразил Беседин. — Болтуны. Просто уезжал ненадолго.

— Что ж без телефона поехал? И гарант нашей сделки, подполковник Груздев, тоже телефон не берет, — босс сокрушенно покачал головой. — А говорили, что серьезный уважаемый человек. Как прикажете это понимать?

— Внезапные проблемы, Адам, — уверенность постепенно возвращалась к Степану. — Но к концу месяца, я думаю, решим.

— Проблемы такая вещь, которую надо постоянно искать. Ты, Беседин, умеешь это делать, — усмехнулся босс госнаркоконтроля.

— Не факт, — возразил Степан. — Большой не факт!

— Однако зачем спорить, если мы с тобой теперь в одной лодке? У тебя гараж с машиной спалили, то есть ты пострадавший. И я пострадавший, потому что машина эта моя, — босс заразительно заржал. — Так что неделя будет в самый раз.

— Собрать деньги дело непростое, — изрек прописную истину Степан. — Тут две недели надо, как минимум.

— Понимаю, — согласился босс госнаркоконтроля. — Ладно, бог с тобой. Но вместо расплаты не тащи мне группу поджигателей, ладно? Видел я эту публику, наркоманы и пьяницы. Деньги на кон — через десять дней.

Степан раскрыл рот но, пресекая дальнейший торг, Адам ошарашил вдруг неожиданным вопросом:

— А ты случайно не знаешь, что такое «картина в стиле цумами»?

— Это японское направление, — неожиданно подал голос Краснов. — Цветы на полотне.

— Точно, — подтвердил босс госнаркоконтроля. — Мне дочь подарок заказала, у нее скоро день рождения. И еще меня интересует натюрморт. Это уже для жены, на кухню. В вашем городе такое продают?

По художественным галереям Степан ходил редко. Но кое-кого знал в парке, где собираются художники. Это место было неподалеку, добрались за пять минут. Походили по рядам, поглазели. У очередной мини-выставки остановились.

— Привет божественным мастерам, сжимающим кисть, — Беседин помахал рукой, как это делал Брежнев с трибуны Мавзолея. — Заклинаю тебя, от праведных дел отвлекись!

Девица неопределенного возраста, от двадцати до сорока лет, подняла голову. Прическа ее была дерзко короткой, под горшок. Чубчик, сдвинутый набок, украшали оранжевые пряди. Нелепые роговые очки водружены на лоб, в ушах яркие пластмассовые серьги кольцами. А оделась худая художница хипстером. Длинная, почти до колен футболка балахоном прикрывала черные легинсы, ярко-желтые кеды завершали креативную картину.

— Слава богу, ты пришел! — воскликнула она, откладывая книгу.

— Отчего такая радостная встреча, солнце мое? — усмехнулся Беседин.

— Так деньги кончились, Степа! И тут ты, — художница улыбалась с детской непосредственностью.

Обильно зачерненные глаза искрились, теперь ей можно было дать не более тридцати.

— Денег дам, — согласился Беседин. — Давно пора повесить на стену еще одну картину мастера. А приличные пейзажи только у тебя.

— Да? — зарделась она.

— И вообще, Дарина, ты здесь лучшая!

От такой незамысловатой лести девушка расцвела. При этом видимый возраст резко упал до отметки «двадцать». Она шустро нагнулась под «прилавок», шурша оберточной бумагой.

— Люди попросили отложить, — смущенно пробормотала художница. — Но что-то не идут. А зачем ждать от моря погоды?

Выставленная картина заинтересовал обоих спутников Беседина.

На небольшом полотне в светлых тонах был изображена перевернутая лодка. Она лежала на речном берегу. А вдали, в глубине перспективы, проглядывалась маленькая церквушка. Она упиралась бледным крестом в облака, освещенные заходящим солнцем.

— Хм, — вынес вердикт Степан. Невзрачный сюжет пейзажа впечатлял с первого взгляда.

— Класс! Да ты талант, красавица, — Краснов развел руками, выражая общее мнение.

Девушка совсем порозовела, довольно улыбаясь.

— Скажите, милая барышня, а не ли у вас случайно натюрморта? — деловито влез в разговор Адам.

— Здесь нет, — задумалась девушка. — Дома валяется давняя наброска. Никак руки не дойдут закончить.

— Понимаешь, Дарина, — Беседин раскрыл бумажник. — У тебя исключительный вкус. Левитан завидовать должен, но...

— Знаю, что скажешь, — у художницы вдруг прорезался характер. — Это твой друг, и надо сделать без халтуры. Сделать как себе, да?

— Какая умная девушка, — восхитился Адам, протягивая визитку. — Телефончик вот возьмите. Я подъеду, когда скажете, хорошо? И еще вопрос. Вам знакомы картины в стиле цумами?

У Дарины и этом стиле оказались древние заготовки, которые она пообещала немедленно завершить. Довольный Адам, вручив художнице аванс, предложил обмыть Степину обновку. Он заметил это в шутку, но Краснов вдруг воскликнул:

— А неплохо было бы выпить водки! И закусить мясом.

Предложение прозвучало настолько неотразимо, что возразить было нечего. Степан недолго думал, а затем жестом Ленина указал направление.

Справка. В 2016 году на портале WikiLeaks были опубликованы материалы, которые свидетельствуют о том, что АНБ прослушивало премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, Сильвио Берлускони, когда он занимал пост главы итальянского правительства, экс-генсекретаря ООН Пан Ги Муна, а также министров стран-членов ЕС и Японии.

Глава 8

Эпизод 8.3

Мир не меняется, меняемся мы.

Ресторан с мясным меню назывался «Корова», и располагался совсем рядом, на Газетном. Заведение, оснащенное интерьером в стиле «солидный бар с телевизором», слыло популярным. Приличное пиво и виски, конечно же, присутствовало в широком ассортименте. По времени был ранний ужин или поздний обед, поэтому свободный столик нашелся легко.

Краснов с ходу заказал у стойки три кружки мюнхенского нефильтрованного, а Адам, усевшись за стол, меню смотреть не стал. Приоткрыл лишь, чтобы вложить туда сине-зеленую купюру. Смотрел кавказский гость на официантку.

— Милая девушка, — произнес он проникновенным бархатом. — Заберите эти замечательные книжки, мы ничего не понимаем в стейках. Несчастные, затурканные жизнью провинциалы того только и умеют, что хватать руками подгоревший шашлык с мангала. И вообще, я впервые в таком чудесном месте.

— У нас есть отдельное меню по шашлыку, — пропищала официантка, жгучая брюнетка с выбеленными прядями. — Мы готовим блюда по уникальной технологии на гриль-мангале Хоспер. И не только.

— Да ладно, — босс госнаркоконтроля великодушно махнул рукой. — Верю. Скажите мне просто, какой кусок мяса здесь самый вкусный?

— Стейк «Рибай», — официантка ответила не задумываясь. — Мы предлагаем лучшую говядину категории «прайм» сухого вызревания.

— Отлично, — вяло восхитился Адам, прерывая заученный рекламный слоган. — Давайте нам вашу говядину, только хорошенько прожарьте. И самое главное, милая девушка, это зелень. Записывайте: кинза, петрушка, реган, лук, салат. Много, полное блюдо. Понятно? Много зелени.

Официантка обернулась к Степану.

— Огурчики, помидорчики, — не стал медлить он. — И к мясу картошку. Можно фри или пюре. Но сначала водочки. Из морозилки, и прямо сейчас!

Девушка понятливо упорхнула.

Вслед за Красновым, потягивающим пиво, Адам пригубил свой бокал. Степан поддержал компанию, в конце концов, один раз живем. А машину, брошенную у Часового завода, можно завтра забрать.

— Чем занимается Беседин, я знаю, — ухмыльнулся босс госнаркоконтроля.

— Да? — поразился Краснов.

Адам не стал томить:

— Он скрывается от меня. А чем занимаетесь вы, капитан?

— Мы расследуем пожары, — веско начал Краснов старую песню.

— Да ладно, — усмехнулся Адам. — Я вас и тех крепких ребят, что крутятся неподалеку, с удовольствием взял бы на работу. Хотя бы на месяц. Уверен, порядок вы умеете наводить.

— Мы сначала в этом городе порядок наведем, — серьезно сообщил Краснов. — И пожары, уж поверьте, расследуем.

— В той печальной среде, где я вращаюсь по долгу службы, разыскивают девчонку, подружку Степана Беседина, — босс госнаркоконтроля поднял на Краснова серьезные глаза. — Не она ли явилась причиной пожара?

Справка. Орден тамплиеров, по мнению короля Франции, состоял из колдунов. Всех их арестовали. После пыток братьев обвинили в ереси и богохульстве, затем казнили путем сожжения на костре. Король Филипп IV не только уничтожил тамплиеров, он прибрал их немереное богатство. Злые языки уверены, что убивают и за меньшие деньги.

Краснов собирался с мыслями для ответа, когда примчалась официантка. Да не одна, а с двумя помощницами. За пару минут стол был сервирован, водка разлита, а между блюд с закусками водружен графин с темно-красной жидкостью.

— Наш фирменный морс. Подарок от заведения, — сообщила официантка. И убегая, уже на ходу, бросила: — Мясо будет разное, но через минуту!

— Ну, за знакомство, — не стал тянуть Адам. — Степан, Александр, будьте здоровы.

Похрустев огурцом, Краснов выразил удивление:

— Век живи, век учись. Никогда бы не подумал, что чаевые в начале вечера так преображают обслуживание.

Адам на это улыбнулся:

— Мы живем в мире стереотипов, действуем по шаблону. Обслуживающий персонал трудно удивить чаевыми. В Нью-Йорке, например, норма «to tip» — двадцать процентов. В литературный английский язык слово «to tip» попало из уголовного мира, где оно означает «делиться». А если все равно давать, так почему не сделать это сразу?

— Чего только на этом Западе не бывало в прошлом, — заметил Беседин. — В Средние века приговоренный к казни посылал палачу золотую монетку, чтобы тот половчее срубил голову.

— Логично, — согласился Адам. — Хорошее обслуживание требует вознаграждения.

Тем временем официантка притащила блюдо с горкой мяса разного калибра. Оно еще шипело и выглядело весьма заманчиво.

— Пробуйте, — сказала она. — Всякого понемножку. Потом вместе с картошкой еще принесу.

— Возьму этот прием на вооружение, — прошептал Краснов и повел ноздрями. — Премия, что дана вперед, творит чудеса.

Едва Беседин начал пробовать «всякого понемножку», как за спиной услышал голос Аси:

— Какой чудесный запах! Мужчины, можно к вам?

Не дожидаясь приглашения, она уселась рядом со Степаном. Недрогнувшей рукой забрала его вилку с наколотым куском мяса, и смачно откусила. Адам уставился на девчонку, и в глазах его зрело немое узнавание. А Краснов обернулся к официантке, застывшей в ступоре от такой наглости:

— Еще один прибор, пожалуйста.

— И еще мяса, — невнятным голосом добавила Ася. — Я что-то слышала про стейк «Рибай». Думаю, будет кстати.

Беседин пришел в себя:

— Адам, познакомься. Это моя девушка Александра. Она сегодня не собиралась идти со мной. Куча дел и все такое. Но, видимо, в работе наступил обеденный перерыв?

— Да, — засунув в рот пучок зелени, Ася наколола третий кусок мяса. — Иногда очень кушать хочется. Как называется это чудо?

— «Всякое понемножку», — ответил Краснов, выбирая себе пару «всякого».

Некоторое время за столом стояла относительная тишина, нарушаемая лишь звоном рюмок и одобрительным мычанием. Ася не пила, поэтому своё брала мясом. И настал момент, когда оно кончилось.

— Скажите, Александра, — Адам промокнул рот салфеткой. — А вы случайно не путешествовали по трассе на юг в недавнем прошлом? В компании с Бесединым, я имею в виду.

— Нет, — Ася ослепительно улыбнулась. — С ним еще не путешествовала. Однако не теряю надежды.

— Какие ваши годы, — пробормотал Адам. — Но в ту сторону ехать я бы не советовал.

— Вы сгущаете краски, — снова улыбнулась девчонка. — Наши дороги совершенно безопасны. Поверьте мне, правоохранительные органы тщательно следят за порядком.

***

Полковник Подопригора горестно разглядывал разукрашенный лист писчей бумаги. Сложная схема с кружочками, квадратиками и стрелками была понятна только ему. При ближайшем рассмотрении она означала, что все совершенно непонятно.

Банальное, вроде бы, убийство на проспекте продолжало обрастать странными последствиями. Охранные структуры известного бизнесмена Игоря Кима лишились многих бойцов, враз пропали вместе с начальником. До этого торговый центр «Викинг» остался без охраны, а хозяин заведения ударился в бега. Служба безопасности Антона Богуна полегла в бою с террористами. Хотя с другой стороны дошли слухи, что их всех покрошила десантура. Эдуард Серый со своими сотрудниками этапирован в Москву и, кажется, безвозвратно.

На этом негативном фоне у случайного свидетеля, Степана Беседина, вдруг появляется серьезная охрана и покровительство ФСБ. Хм... И вот теперь новая напасть — пропажа шести девушек в его городе. Развертывание мероприятий с планом «перехват» выглядит понятно, и приказ немедленно разыскать пропавших девчонок не удивляет. Смущает верховенство ФСБ. Отдельной строкой к похитителям велено относится как к террористам, со всеми вытекающими.

Одну девушку нашли на границе с соседней областью. Сработал спецназ внутренних войск, поднятый по тревоге. Отбили живой, но не здоровой. Мутные перевозчики после короткой «беседы» сообщили, что везли девчонку заказчику, на придорожный базар. Руководство рынка уже арестовано вместе с окружением. Ниточки потянулись в его город, здесь начали ловить соратников рыночных бизнесменов.

И за всем этим стоит Управление ФСБ. А точнее Илья Зимин, который на личный контакт не идет. «Проводится специальная операция, подробности вам доведут позже». Пррелестное объяснение, да? Черт побери, кто в этом городе хозяин?

Справка. Представитель МИД КНР Гэн Шуан назвал США «империей хакеров». Так он прокомментировал появившуюся в СМИ информацию об операции «Рубикон», в рамках которой американские спецслужбы получали конфиденциальные данные из 120 стран мира. Ранее власти целого ряда государств обвиняли Вашингтон в кибератаках на свои компьютерные сети.

Глава 9

Эпизод 9.3

Размышления о подводной войне

Человек смертен, и злая тетка Статистика неумолима — каждый день на земле умирает сто пятьдесят тысяч человек. В пересчете на год выходит прилично — пятьдесят пять миллионов. Причины этого фиксируются и анализируются. Например, имеется такая строка — смерть во время секса. Со счастливой улыбкой на устах кончают свою жизнь пятьдесят тысяч человек в год.

А еще бывает так, что люди пропадают. Статистика непреклонна — люди пропадают постоянно и миллионами. Основным поставщиком различных цифр в хозяйство статистики всегда был Мировой океан, с ростом прогресса стабильно умножающий людские потери.

Российская подводная лодка, лежащая на дне океана, готовилась стать очередной строкой в скучных архивах статистики. Пожар на борту быстро локализовали, однако из-за короткого замыкания электросетей сработала аварийная защита реакторов, подводный корабль лишился хода и управления. С нарастающим дифферентом он погружался все быстрее, пока не ударился о морское дно. Корпус выдержал, но при ударе о грунт пострадали рули и гребные винты, огромные шестилопастные дуры диаметром по пять метров.

Оба ядерных реактора пришлось заглушить. Мощности таких котлов хватило бы для освещения крупного города с прилегающими деревнями. Но поднять лодку невозможно без помощи паровых турбин. Внутри двойного корпуса при аварийном освещении замерли машины, механизмы и живущие среди них мужчины — сотня молодых, крепких парней. И жить оставалось им немного, два-три дня. Прежде голода их собирался убить токсичный воздух, который с каждым выдохом превращался в смертельного врага.

***

Генерал Росс повидал жизнь. Бывало всякое и, как старый пес, на пустое дерево он давно не лаял. До нынешнего высокого поста Директора Национальной разведки и советника президента генерал шел сложным путем. Довелось послужить на разных постах министерства обороны, а еще раньше в Национальном агентстве геопространственной разведки. Опыт имелся, и генерал хорошо представлял себе опасность аварий на атомных подводных лодках.

Пощелкав клавиатурой, он вызвал на экран справку: «За последние годы аварийность на подводных лодках военно-морских сил США продолжает оставаться значительной. Этот вывод подтверждается достаточным количеством фактов. Несмотря на различного рода технические и практические меры, направленные для решение задач снижения аварийности, она пока заметно не снижается».

— Вот завернули, черти, — восхитился генерал. — Не снижается она, несмотря на снижение, черт побери, бла-бла-бла… Бюрократы и крючкотворы!

Не полагаясь на память, он решил напомнить себе, что же конкретно происходило на подводном флоте. Курсором мышки выбрал самые «урожайные» годы: «За пять лет, с 1983 по 1987 год, на подводных лодках ВМС США произошло 56 столкновений, 113 пожаров, 12 посадок на мель, 85 взрывов и 48 затоплений внутренних помещений и отсеков». А вот еще один год поразительной статистики: «В 1989 году произошло 71 аварийное происшествие с кораблями ВМС США. В том числе 34 с атомными подводными лодками. Среди них 12 пожаров, 2 аварии ГЭУ, 3 посадки на мель и 9 столкновений».

Кошмарные цифры! Он представил себе суету, настигшую военно-морскую базу русских. Спасатели лихорадочно мечутся, собирая свои отряды, корабли в авральном темпе грузятся топливом и оборудованием, а время идет. Время идет очень быстро, и подводная лодка вряд ли дождется завершения перехода кораблей по океану. Ядовитый дым и пары окислителя ракетного топлива здоровья экипажу добавляют мало.

Подводные ракетоносцы русских всегда доставляли серьезную головную боль Соединенным Штатам. На устранение угрозы сделаны многие ответные ходы и угроблена чертова куча денег. Гонка вооружений неумолимо ведет к росту подводных катастроф, со статистикой не поспоришь. И проблемы на русских подводных лодках всегда привлекали пристальное внимание спецслужб. Ведь частенько причиной аварии могло быть столкновение подводных кораблей. Бывали и атаки, неизвестные широкой публике. Подводную лодку «Курск» потопила английская субмарина, на глазах у русской эскадры. Убила, а потом директор ЦРУ с тайными визитами гасил пожар международного скандала. «Он выразил мнение, что на борту русской лодки имели место взрывы». Ага, как же. Без взрывов не обошлось.

Нескольких дней мир висел на ниточке, и любой неверный политический шаг мог привести к обмену ракетными ударами. Тогда президент Клинтон завалил президента Путина пряниками и деньгами. И они уберегли мир от глобального конфликта.

Генерал представил себе десятки крылатых ракет, с брызгами и клубами пара выпрыгивающие из толщи холодных вод Атлантики. Осмотревшись и расправив крылья, эти хищные звери, увенчанные ядерными головками, под рев реактивных двигателей понесли бы Смерть к берегам Америки.

Убить сложный организм огромной страны, охватившей щупальцами военных баз весь земной шар, сложно. Однако хорошенько надрать задницу — запросто. Он представил себе эту картину, и поежился. А носовой отсек «Курска», где произошел взрыв, отрезали от корпуса, чтобы потом разметать глубинными бомбами. Как говорится, умыли руки, и концы в воду. Она утонула...

Но это было давно. А сейчас генералу надо было принять решение: сообщать ли об аварии русской лодки в Белый Дом. Президент, этот лопоухий придурок, молчания не простит. Ситуация требовала немедленного доклада, однако служба Национального совета не получала таких данных от Разведывательного сообщества США. Информация о русской подлодке дошла к нему по личному каналу, светить который он не собирался.

Хромой утке придется немного обождать, обстановка обязательно прояснится. Он задумался: не может быть, чтобы русские спасатели не обсуждали это происшествие по телефону и электронной почте. Там у них наверняка полный бедлам!

Генерал сформулировал помощнику короткое задание, тот оформил запрос в Центр дешифровки и космической связи. Умная программа Центра опросила серверы АНБ. Низкоорбитальные спутники глобальной системы разведки «Эшелон» непрерывно наполняли эти бездонные ящики перехваченными разговорами и сообщениями. По запросу программы нужные данные были дешифрованы, обработаны, и собраны в единый отчет. Затем файл был снова зашифрован и отправлен на персональный компьютер генерала. Ему оставалось только ввести пароль.

Есть! Отрывочные данные позволяли зацепиться для раскопок в этом направлении. Следом неожиданно пришел файл, самостоятельно собранный аналитиками АНБ. К файлу были приложены фотографии абонентов, обнаруженные в сети, комментарии и психопрофили. Оказывается, эти ушлые парни умеют еще и запросы начальства анализировать! Быстро сработали, засранцы.

Документ позволял запустить сложную машину Министерства обороны и одновременно проинформировать Белый дом. Генерал дал хорошего пинка помощникам, чтобы крепче удерживали руку на пульсе радиоперехвата, и поехал на встречу с сильными мира сего. Там его ждала новая информация об аварии на русской подводной лодке.

***

— Эту писульку вы называете планом спасательной операции? — Президент потряс пластиковым файлом. Не дождавшись ответа, он осмотрел группу адмиралов и солидных мужчин в гражданских костюмах. — Выковыряли из носа и размазали по бумажке!

Те молчали. Видимо, считали вопрос риторическим, демонстрируя побагровевшие загривки и сжатые кулаки.

— Где глубоководный водолазно-спасательный комплекс? — Президент решил перейти к конкретным вопросам.

— Использование аппарата «Бестер-1» возможно только с борта спасательного судна «Игорь Белоусов», — поднялся один из солидных мужчин.

— И где это судно?

— Готовится к ходовым испытаниям. Вместе с подводным роботом «Пантера Плюс», аппарат загружен на борт.

— Так. Специальный комплекс, способный принять до 120 подводников, у нас есть. Но к месту аварии не плывет?

Встал один из адмиралов:

— Все имеющиеся средства задействованы. Мы работаем по утвержденному плану. К две тысячи двадцатому году запланировано не менее пяти таких океанских спасателей, чтобы обеспечить каждый флот.

— Я вижу, как вы работаете, — вспыхнул Президент. — Выпихнули группу кораблей в море, и сложили лапки? Значит так. Каждый из здесь присутствующих заслуживает неполного служебного соответствия.

Выражение «гробовая тишина усилилась» было вполне применимо в данную минуту.

— У меня все. Идите, работайте. А вас, адмирал, я попрошу остаться.

Тот осторожно приблизился.

— Да?

Президент понизил голос.

— Примите к сведению: спасательная операция уже идет.

— Как это? — выдавил ошеломленный адмирал.

— Операция проводится в режиме строжайшей секретности. Ученые одной из лабораторий ФСБ по моей просьбе применили экспериментальное оборудование.

— Какое оборудование? — удивление адмирала усилилось. Хотя казалось, что дальше некуда.

— Это закрытая информация, — Президент пожевал губами. — Рискованное решение, но риск оправдался. На борт доставлены баллоны со сжатым воздухом и индивидуальные дыхательные приборы. Раненым оказывается помощь. Но это не означает, что ваш план отменяется. Наоборот, как операция прикрытия он должен выполняться без сбоев.

— Хм, — у адмирала пересохло во рту.

— Из военных только вы будете в курсе дела. И готовьтесь поднимать лодку. Подробности вам доведут по завершению первой фазы, — завершая разговор, Президент поднялся. — Выполняйте.

Справка. Эксперты полагают, что военно-политическая верхушка США рассматривает кибершпионаж и кибератаки как один из инструментов «установления глобального контроля». Соединённые Штаты приняли обновлённую стратегию кибербезопасности, которая предоставляет кибервойскам и спецслужбам страны карт-бланш как на оборонительные, так и на наступательные действия. Особое внимание в документе уделено «активности» в киберпространстве России, Ирана, КНР и КНДР.

Глава 10

Эпизод 10.3

Как тесен этот мир.

Спасательная операция оказалась ужасно скучным делом. Скучным и муторным. Гораздо больше сил и нервов отняла подготовка к ней. В чреве одного из бесчисленных складов военно-морской базы развернули полевой госпиталь. У дальней стены сложили радиостанции, приборы, мониторы и другое подобное добро, пылящееся на полках. Трое ряженых в белые халаты изображали группу «ученых», которая у этого добра должна была «метаться, как стрелка осциллографа». «Ученые» надували щеки и делали умные лица. Мониторы светили диаграммы, радиостанции щелкали атмосферными помехами.

А сейчас Александра просто открывала переход, каждый час на пять минут. Интервал она определила сама, рассчитав собственные силы. Один день выдержать можно, а там видно будет. Облаченная в бронекостюм и пуленепробиваемую сферу, с закрытым забралом на шлеме, она работала у стены, не выделяясь из рядов собственной охраны.

Сначала через черный квадрат на стене в лодку прошли спасатели, волоча на себе рюкзаки и дыхательные приборы, следом зашла авральная команда. Вскоре навстречу им спасатели начали выносить тяжелораненых. Когда через несколько приемов вывели ходячих, забегали ремонтники с кучей запчастей и приборов, потребных для реанимации самой лодки.

И только вечером Ася позволила себе перерыв на серьезный, обстоятельный ужин. Легкие перекусы в течение дня чувство голода только усилили.

***

Послеоперационный период у бабушки, как и предрекали доктора, вышел непростым. Нога с искусственным суставом худо-бедно заживала, подвело сердце. В таких ситуациях винить кого-то глупо, надо выкручиваться. Теща перебралась в больницу дежурить, забота о собаке легла на Беседина. Покормить, да выгулять — занятие несложное, однако новые хлопоты привычный график ломали. Не потащишь же ротвейлера с собой домой, где кошка утвердилась хозяйкой.

И теперь каждое утро Степан заезжал за Лизой. Ночевала она в бабушкиной квартире, а день проводила в офисе. С перерывами на выгул, конечно. Короткие прогулки по собачей нужде Степана не напрягали, наоборот, пришлись кстати — что ни говори, но вместо перекуров дохнуть свежим воздухом всегда полезнее будет.

А золотая осень погодой радовала. В это редкое время года солнце на безоблачном небе проявляло исключительную гуманность, близкую к баловству и, понимая это, народ по бульвару фланировал толпами. Лиза сразу нашла себе известное занятие на газоне, рядом с такими же домашними питомцами.

Участия Степана в этих процессах не требовалось, с телефоном в руке он уселся на скамейку, Краснов остановился рядом. Делая вид, что любуется животными на газоне, Александр не забывал поглядывать по сторонам. Какающие собаки — зрелище, конечно, не такое занимательное, как писающий мальчик, но Краснов им упорно наслаждался. Уже привычный охранник Сергей пристроился на скамейке напротив, а еще один незаметный парень по имени, кажется, Костя, просто замаскировался в гуляющей толпе.

— Бросаешь курить? — Беседин оторвался от своего телефона.

— Уже бросил, — с пожеванной сигаретой рту Краснов был сама лаконичность.

— Да ладно, — усомнился Степан. — Вот так просто сам решил?

Краснов запираться не стал:

— Не сам, Светка настояла. Тошнит ее от моих запахов.

— Ах, вот оно что, — нахмурился Степан, припоминая интонации, с которыми Президент недавно делал ему выволочку. — Тошнит ее, значит? А ты куришь. Выходит ты, брат, вредитель.

— Степа, ты чего? — открестился Краснов. — Мы заявление подали.

— Вот! И еще заявление они подали. Диверсант, он и в Африке диверсант. Пришел, увидел, наследил. И походя работника мне испортил!

— Да я...

— Саша, ты на пенсию когда собираешься? — Беседин проводил взглядом стайку ногастых девушек.

— Хм, выслуга у меня давно есть, — Краснов не отвлекался на провокационные ноги. — А вариантов нет.

— Варианты всегда есть, — философски изрек Беседин.

— Внимание, движение слева, — голос Краснова изменился.

Тревоги в нем слышалось мало, скорее сквозило удивление. Степан повернулся в указанном направлении — по бульвару быстрой ломаной походкой шел голый парень. Голый буквально, даже босой. Был он тощ и нескладен, вялое мужское достоинство мелкого формата размашисто болтались из стороны в сторону меж хилых чресл. Люди на придурка оглядывались. Кто-то смеялся, а кто-то крутил пальцем у виска.

Краснов на всякий случай переступил ближе к Беседину. И в это время голый человек остановился. Как оказалось, совершенно сознательно встал на пути встречной девушки. Необычно высокая, баскетбольного роста блондинка, наткнувшись на внезапное препятствие, прервала разговор. И перевела взгляд с телефона на обнаженное мужское достоинство.

Этого он и дожидался — без всякой паузы вцепился девчонке в волосы, а другой рукой полез под юбку. Одежка минимальной длины не препятствовала вражескому нападению. Через мгновение разорванные трусики оказались в руках идиота. Девчонка завизжала. А голый парень, подняв белый флаг над головой, прокаркал что-то победное. Брызгая пластмассовыми осколками, телефон блондинки поскакал по тротуарной плитке. Ровное движение толпы по бульвару дрогнуло, народ завертел головами в поисках источника шума, однако вмешиваться никто не собирался.

— Демократия шагает по планете, — пробормотал Беседин.

— Нафиг эту чехарду, — возразил Краснов в гарнитуру. — Уходим. Сергей, прикрой. Степа, не забудь собаку.

Сергей подскочил. Однако вместо организации отхода в свете приказа, с ходу врезал голому парню в челюсть. Русские, как и американцы впрочем, сильны в этом нехитром приеме, быстром и точном. Эффектность его проверена веками. И в этот раз удар вышел на славу, голое тело снесло за скамейку, в траву газона. Грохнувшись на спину, оно раскинуло руки, в одной из которых продолжало удерживать трусы, в другой — клок соломенных волос. Блондинка, проводив короткий полет голого тела безумными глазами, вдруг умолкла, обмякшей куклой стекая на тротуар.

— Костя, мы уходим, — Сергей не дал девчонке упасть, подхватил на плечо, и резво рванул в сторону офиса.

Степан с Лизой на поводке побежали следом, а Краснов, закинув останки телефона в дамскую сумку, шел за ними не спеша, предупреждая возможное преследование. Костю Степан не наблюдал, видимо, так оно и задумано было.

А в офисе наблюдалась кипучая деятельность. Фальшивая настолько, что на Беседина никто внимания не обратил. Это Света постаралась, грозным окриком, слышным еще на лестнице, осадила любопытствующих сотрудников. Не зря ее начальником назначил, нашла нужные слова. Хотя не каждый день им доводится лицезреть на плече охранника девушку, сверкающую голой попой.

Лиза фыркнула и потащила Степана точно по следу, в кабинет дизайнеров, где сразу принялась обнюхивать ноги девчонки. Та в полной прострации чумела на диване. В комнате было пусто — дизайнеров, с такими же ошалевшими глазами, Сергей уже выгнал. Присев рядом, он держал пострадавшую за руку, бормоча что-то успокаивающее.

Краснов вошел, вывалил на стол содержимое дамской сумочки.

— Так, — сказал он горке женских вещей. — Ворон, ты принес сюда головную боль. Нам это надо? Взыскание объявлю перед строем.

— Есть! — вскочил Сергей.

Краснов вздохнул, листая паспорт девчонки, выуженный из немалой кучки на столе. Глаза у него округлились.

— Девушка, как вас зовут?

— Ира.

— А где вы живете?

— Поселок «Дачный», переулок Малый, дом номер пять, — механически ответила она.

Краснов кивнул.

— Зимина Ирина. Хм. Как тесен мир! Маме будем звонить?

— А что я ей скажу? — девчонка сверкнула глазами. — «Мама, у меня хулиганы трусы отняли»?

Краснов хмыкнул:

— Тогда наберем папу.

— Но как я ему позвоню, когда телефон разбился?

Потерпевшая явно приходила в себя. Она заерзала, вглядываясь в окружающих людей. Облаченная в стандартную мини-юбку и ультракороткий топик, девушка без трусов чувствовала себя голой. А руками такие бесконечно длинные конечности не прикроешь.

Выручила Света, притащила откуда-то халат уборщицы. Благодарно кивнув, девчонка укрыла ноги и забулькала минералкой. Похрустев в ее руках, литровая бутылка моментально опустела.

Краснов вертел в руке сим-карту, извлеченную из останков телефона.

— Не понадобится, — он бросил симку обратно в кучу женского добра и достал из кармана собственный мобильник. — Да, ребята, попали мы в переплет. Сейчас здесь станет шумно. Алло, Илья Сергеевич? Добрый день, Краснов беспокоит. Докладываю: в офисе Беседина находится ваша дочь. Случайно от хулигана отбили. Так точно, мы мимо проходили. С ней все в порядке, трубочку сейчас передам.

Ирина тихим голосом послушной девочки зажурчала в телефон, и после этого опасения Краснова насчет шума проявились немедленно, только не с той стороны, где ждали, а громовым голосом из Степиного мобильника. Зря он отозвался на вызов.

— Что за дела, Беседин? — малюсенький динамик орал голосом полковника Подопригоры не хуже первомайской демонстрации. — Меня, слышишь Беседин, МЕНЯ, полковника полиции, не пускают в твой офис!

— Саша, распорядись, — Степан обернулся к Краснову. — И проводи его сюда.

— Что вы себе позволяете? — Подопригора ворвался в комнату взбешенным ураганом. — Девушек с бульвара уносите!

— Это Ирина, дочь полковника Зимина, — светским тоном сообщил Беседин.

Подопригора заткнулся на полуслове, только из открытого рта медленно выходил воздух.

— Чай, кофе? — не менее светским образом в комнату вплыла Света с подносом в руках.

Мягко покачивая бедрами, она обворожительно улыбалась, демонстрируя прекрасную форму. Тысячу раз Степан видел эту походку, и ни разу не устал! Следом просочилась собачка Лиза. В офисе ротвейлерша себя чувствовала как рыба в воде. И везде находила ласку и угощенье. А уж конфетку с подноса ей точно поднесут, Лиза в этом не сомневалась.

— Как же ты мне надоел, Беседин, — Подопригора плюхнулся в компьютерное кресло, жалобно звякнувшее пружинами. — Теперь что выходит, по каждому происшествию сразу к тебе ехать? Не ошибешься!

Лизе интонации полковника не понравились. Согнав улыбку, она глухо рыкнула. Не агрессивно, лишь в качестве предупреждения. Успокоив собачку взмахом руки, Степан пожал плечами:

— Сан Саныч, не виноватая я.

— Ладно, давай уже ваш чай, — вздохнул полковник. — Вот скажи, Беседин, почему ты не занимаешься чем-нибудь полезным? Можно же деревья сажать, я не знаю, рыбок разводить. А ты все по бабам. Ну на хрена тебе дочка полковника Зимина, когда уже генеральская дочка есть?

Справка. Американские серверы используются для внедрения вирусов и проведения кибератак на китайские «компьютерные активы». Специалисты КНР установили, что в 2018 году 14 тыс. серверов в США, заражённых «троянским конём», установили контроль над 3,34 млн китайских хост-компьютеров (главный сервер в иерархии отдельной сети). В 2018 году 3607 китайских веб-сайтов были заражены с 3325 американских IP-адресов.

Глава 11

Эпизод 11.3

Операции большие и малые.

В уютном особнячке, затерявшемся среди близнецов на пустынной улице, старый генерал уже бывал. Охрана здесь не просматривалась, но скорее всего она умело маскировалась. Очередное сообщение неведомого агента было напечатано на обычном принтере простым шрифтом. Текст не содержал заголовка, подписи и угрожающего «Топ секрет». Красной полосы тоже не было. Тем не менее, старый генерал читал его с все возрастающим удивлением.

— Какая спасательная операция? Что за чушь, — генерал поднял глаза на человека, представляющего сильных мира сего. Или, может быть, одного из них. — О чем говорит ваш агент? В этом квадрате нет кораблей русских, сэр! И других подводных лодок не замечено. Там только разведывательные самолеты мелькают, но что они могут сделать?

— Да, — согласился представитель сильных мира сего. — Ничего они сделать не могут, даже сбросить водолазов с парашютами. И они их не бросали. Вот почитайте другое донесение, мы вначале не придали ему значения.

Этот лист бумаги генерал изучал дольше и без удивления.

— Секретная разработка русских ученых, — пробормотал он. — Удаленный контакт... Новейшее оборудование... Вы ему верите?

— Верил до этого документа. Раньше он не давал повода для сомнений.

— Надо разобраться, черт побери!

— Для этого у нас есть вы, генерал. Разбирайтесь.

— Вас волнует возможный ядерный взрыв?

— Проблемой загрязнения мирового океана занимаются «зеленые». Не будем отбивать у них хлеб. А нас интересует разработки русских ученых. И сами ученые. Когда наши военные будут там?

— Мы уже там, сэр. Орбитальная спутниковая группировка дает снимки в непрерывном режиме. Авиация тоже работает, начала доклады. Два эсминца приближаются к цели. Три подводные лодки сняты с боевого дежурства. Министерство военно-морских сил сейчас меняет курс гидрографических судов и всех ближайших боевых кораблей союзников.

— А если русские объявят учения со стрельбами в этом квадрате?

— Скорее всего, они это уже сделали, сэр. Даже не сомневайтесь.

***

В сентябре осень активно игнорировала свои права и не вспоминала о своих обязанностях. И лишь приближающемуся октябрю удалось достучаться до начальства — за окном похолодало, заморосило стекла мелким дождиком.

— Вчера был на Голубых озерах, — сообщил прокурор Размик, махровым полотенцем вытирая волосатую грудь.

Сказал вроде бы негромко, однако гомон в предбаннике душевой комнаты спортзала сразу затих, мокрые головы повернулись к оратору.

— И? — потребовал предельной ясности Леня Фирсов, районный пожарник. Он даже отложил брюки, которые намеревался надеть.

— Вот такая щука, — полотенце помешало докладчику показать истинный размер добычи. — Бросается как бешеная!

В качестве доказательства прокурор предъявил укушенный палец.

— Так-так, — сказал Михаил Михалыч, мировой судья. — Суду все понятно. Начался жор.

— Надо ехать, — подвел итог прениям Коля Уваров, сибарит и олигарх.

— А на работу? — неуверенно вопросил Кирилл, капитан дорожно-постовой службы.

— Завтра на рассвете, — категорично отрезал Коля.

— Один раз в жизни можно немножко опоздать на работу, — завершил прения Леня Фирсов.

И оспаривать железный аргумент никто не посмел.

На рыбалку выехали затемно, большой компанией в пять автомобилей. Четыре чаши Голубых озер лежали сразу за городом, одно за другим, однако дорога оставляла желать лучше. Коварная грунтовка в дождь обращалась непроходимым болотом, которое потом не всякий трактор мог преодолеть. Ученый горьким опытом, собственную машину Степан бить пожалел, напросился в «Ниву» прокурора Размика. Благо, тот жил неподалеку, и подобрать попутчика проблемы не составило. Перед постом ГАИ змеилась очередь — вооруженные собровцы проверяли документы и заглядывали в салоны, всем подряд.

— Интересные дела, — пробормотал Размик.

Обычно, увидев его удостоверение, гаишники сразу желают счастливого пути. А эти белозубо скалятся и вежливо просят открыть багажник! Съезд на грунтовку после кольца развязки перекрывал пятнистый бронеавтомобиль «Урал».

Работали внутренние войска, тут у Беседина сомнений не было. Скорее всего, еще до рассвета выдвинулись по тревоге. Солидно экипированные бойцы, с автоматами и в касках, документов не спрашивали. Посветив фонариком, они лишь передвинули рюкзаки в багажнике.

— А что случилось? — Размик козырнул своими корочками.

Любопытного прокурора «Вовчик» отбрил стандартной скороговоркой:

— Не могу знать! Да вы не волнуйтесь, ничего особенного. Обычное усиление, удачной рыбалки.

В ближнем озере все еще добывали песок, у второго и третьего водоема компания разделилась. Истинный рыбак Размик, невзирая на густой туман, поехал дальше, к самому краю четвертого озера. Степан его поддержал — ведь чем дальше от цивилизации, тем лучше клев!

В машине Размик концептуально молчал, опасаясь прослушки. У них в прокуратуре это было модно — бояться и строить козни. Поднадзорные службы в долгу тоже не оставались.

На тренировке в спортзале ему поговорить не дали. А на природе, заперев телефоны в машине, Размик отвязался по полной программе. Многое рассказал нецензурно. В том числе и то, что думает по поводу лично Степана, его поведения, а также печальных перспектив безрассудного поведения.

— Степан, я не собираюсь требовать отчета,— завершил он монолог. — Не дай бог! Но скажи, друг мой, зачем становиться поперек дороги крутых людей? Раньше я тебя считал вполне разумным.

— А тебе не кажется, что раньше девки были толще, а водка слаще? — усмехнулся на это Беседин, отвергая приглашение на откровенный разговор.

Прокурор все понял прекрасно.

— Не доведут тебя девки до добра, — пообещал он, удаляясь со своим спиннингом в камыши, где за прошедшие годы рыбаки накосили достаточно разных проходов.

Справка. Ученые обнаружили связь между объемом бёдер девушек и их здоровьем. После исследования шестнадцати тысяч добровольцев было выявлено, что обладательницы больших ягодиц обладают более крепким здоровьем и интеллектом. В частности, изучалась работа сердечнососудистой системы, зрения, кровяного давления, воспалительные процессы в суставах. У фигуристых девушек лучше иммунитет, они не страдают от депрессии, и всегда в хорошем настроении.

Глава 12

Эпизод 12.3

На рыбалке всякое бывает.

Щука бралась плохо, заставляя Степана перебирать блесны. Попробовал виброхвост, потом открыл коробку с воблерами. Подходящий нашелся не сразу. И только поклевка наладилась, как на пригорке, рядом с «Нивой», остановился черный внедорожник «Додж». Мощный аппарат. Степан давно хотел пересесть на что-то такое, звероподобное, суровое и красивое.

Мордатый водитель, под стать автомобилю, приспустив затонированное окно, по-хозяйски обозрел окрестности. Затем, дыхнув клубом дыма, добавил шансону газа. Из салона выбрались двое парней. Один остановился, прикуривая, другой неторопливо направился к Беседину.

— Клюет? — доброжелательно поинтересовался он.

— Хорошая рыбалка была вчера, — Степан поправил камуфляжную кепку. — И еще, в завершение прогноза погоды: не курю и пить не буду.

— Ты достал уже, Беседин, — парень недобро оскалился. — Нам нужна девчонка. И ты нам ее дашь. Понятно выражаюсь?

Степан вспомнил, где он видел этого типа с характерным молдавским говорком: на стрелке в ночном клубе. Тогда этот вертлявый молодчик цыганистого вида играл в нарды с Игорем Кимом. И еще ему не повезло встретиться с собачкой Лизой. Черт, его же ребята Краснова упаковали в летнем кафе, как он здесь оказался?

Второй визитер, попыхивая сигаретой и небрежно оглядываясь, начал спускаться по тропинке вниз. Отбросив спиннинг в сторону, Степан успел переступить, ставя ноги удобнее. И в это время обозначился план беседы. Резко, молча, без раскачки.

Партнер Кима по нардам скакнул с места, намереваясь свалить соперника ошеломляющей атакой. Начало вышло убедительным — за счет короткой дистанции и технической подготовки ему удалось с ходу достать Степана. Две двойки быстрых ударов пришлись в грудь. Ощутимо, однако выручила теплая камуфляжная куртка и свитер под ней.

Из глубины души поднималась злость. Вы хочете песен? Их есть у меня, дыхание сбить не получилось. Пистолет, пусть и травматический, сейчас помог бы лучше, только вот лень помешала прицепить кобуру под куртку. Кто мог подумать, что это может случиться на рыбалке, в большой компании давних товарищей? Но вот случилось, и некогда себя корить.

Качнув корпусом, Беседин поддержал тактику ближнего боя, неожиданно сократив дистанцию для серии коротких ударов. Вертлявый парень моментально отскочил. Ушел в сторону, чтобы тут же, обозначив ложный замах, рвануться вперед в попытке достать голову Беседина размашистым крюком с левой руки.

На частично скошенном, местами утоптанном камыше прыгать на полусогнутых было несподручно, импровизированный ковер ощутимо амортизировал. И инерция понесла боксера вперед, вслед за ударом. Слегка задев Степину макушку, кулак соперника просвистел над головой, открывая присевшему Беседину незащищенный бок. Подарком Степан воспользовался незамедлительно, от души засадив туда правой.

— Сука, — парень охнул, однако болезненный удар по селезенке его не сломил, а лишь откинул в сторону. Хватая ртом воздух, любитель нардов отрывисто пролаял: — Урою падлу!

Беседин ожидал яростного броска, когда разозленный соперник плюет на всякую осторожность и прет в атаку напролом. Однако этот гусь оказался тертым калачом. Заходя сбоку, ограничился словесной пеной, характерной для подобных коллизий. Грубость Степан пропустил мимо ушей, его волновало промедление соперника. Точнее говоря, оно его совершенно не устраивало. Второй визитер приближается, скользит высокими берцами по тропинке. Ускорился, спешит на помощь своему подельнику.

Беседин сморгнул пелену с глаз — скользящий удар по макушке оказался болезненным до слез. А если бы достал? Свалил бы точно, а потом... Об этом думать вредно! Когда-то мудрый поэт заметил: «Горе одному, один не воин. Каждый дюжий ему господин, и даже слабые, если двое». А то, что эти двое не слабые, понятно с первого взгляда. Нельзя стоять! Под лежачий камень мы всегда успеем. Степан рискованно пошел вперед, сблизившись максимально, провел несколько хороших прямых в голову, но тут же пропустил плюху в ухо. Голова загудела. Соперник развернулся, доставая в скулу с другой руки, и ответного удара носком ботинка под коленку явно не ожидал. Всхлипнув, незваный гость рухнул, обеими руками зажимая убитую ногу.

Из футбольных детских забав, а впоследствии из серьезных тренировок Степан знал, какую массу незабываемых впечатлений человеку добавляет правильный удар в голень. Но дожидаться окончания болевого шока не следует — перейдя на бег, второй визитер летел по тропинке вниз. Вместо сигареты в руке блестело лезвие ножа, что было немаловажно. Так что соперника, упавшего на колени, надо было выключать немедленно, против двоих бойцов шансов выстоять нет.

Голова человека представляет собой разнообразное собрание болевых точек, но Беседин не стал заморачиваться этими деталями и другими воспоминаниями. Он просто ударил по черепу, от души, не думая о последствиях, ведь второй визитер был на подходе. Добрый германский ботинок не подвел, парня буквально смело с тропинки.

Степан нагнулся, подбирая спиннинг. Ухватил он его неправильно, толстым концом вперед, и без промедления двинул навстречу бойцу вражеского подкрепления. Успел. Разгибаясь, попал куда надо. Одна знакомая, медик по специальности, однажды поведала ему, какую роль в организме человека играет печень. Кроме удаления последствий алкоголя из крови, печень регулирует насыщение организма глюкозой, вырабатывает желчь, холестерин, еще какие-то ферменты. Она фильтрует кровь и непрерывно, практически круглые сутки работает в деле обмена веществ. В конце концов, печень является складом для минералов и витаминов.

И еще печень страшно не любит ударов спиннингом, особенно толстым концом и без предупреждения. Получив привет в печень, обычный человек немедленно принимает позу эмбриона. Этот парень тоже не стал кокетничать, лег рядом со своим товарищем.

— Он порхал как бабочка, а я жалил как пчела, — пробормотал Беседин.

Еще один удар ногой, так, на всякий случай, прямо напрашивался, и Степан сделал это. Одним больше, одним меньше... Разницы нет, но лучше больше. После пробуждения этого бегуна ждет горечь во рту — самые минимальные последствия инцидента.

Завершив процедуры, Беседин огляделся. Прокурор не просматривался, видимо, присел в камышах. А на пригорке показалась Ася. В деловом брючном костюме она напоминала капитана корабля — приложив ладонь козырьком ко лбу, девушка озирала окрестности. Раскормленный водитель джипа свисал из раскрытой двери. Видимо, только собирался выбраться из машины, когда Ася помогла ему прилечь.

Так что ребятам Краснова работы не осталось. Подлетев на сером «Логане», они шустро рассредоточились. Двое бросились вниз по тропинке, к Степану.

— Вы в порядке?

Дебильные вопросы из американских сериалов всегда умиляли Беседина. Как может быть в порядке человек, получивший хорошую взбучку? После идиотского «Вы в порядке, сэр?», совсем прикольными выглядят крики «Врача! Мы его теряем!».

Степан высморкался и, разглядывая испорченный носовой платок, ощутил, как заплывает левый глаз и распухает горящее ухо.

— Вы в порядке?

— Вряд ли, — Беседин сплюнул кровавый сгусток. — Мы его теряем.

— Чего?

— В больничку поедем, — пояснил Степан, начиная разбирать спиннинг.

— А, теперь понятно, — кивнул один.

А второй добавил:

— Он сказал «поехали», он махнул рукой. Серега, врубись, этого козлика мы на днях в ментовку сдавали! Быстро же он оттуда выписался.

Парни принялись паковать ворочающиеся тела незваных гостей.

— Их двое было? — уточнил Серега.

— Двое здесь, — Беседин подхватил рюкзак. — А водителя, я гляжу, уже нашли. Но осмотреться надо.

— Чего им надо было?

— А вот это вы у них сами спросите, — вздохнул Степан. — Когда на базу привезете.

— Тут сначала доктор потребуется, — проявил заботу собеседник.

— Конечно, — согласился Степан. — Ваш доктор и нужный укол поставит, и правильные вопросы задаст.

— Хорошая мысль, — хмыкнул Серега.

— Сергей, если не ошибаюсь? — буркнул Беседин.

— Да, — согласился парень, отряхивая Степину кепку. — Я Сергей, а это Костя.

— А где Краснов?

— У него сегодня выходной, — боец был явно расстроен. — Кто бы мог подумать? Безлюдное место, своя компания на рыбалке. Мы просто наблюдали издалека.

— Получите триндюлей, — с кряхтеньем переставляя ноги по тропинке, Степан безжалостно подтвердил его опасения. — Думать надо всегда! И прокурора, кстати, прихватите. Вон он, благодетель «незаконно задержанных». Из камышей выглядывает.

Степана качало и здорово мутило, после выброса энергии откат отозвался дрожью в покалеченной ноге. Настоящая боль придет позже. Эх, сейчас бы к Саше под бочок! И где эту вредную девчонку черти носят?

Странно, но Аси на пригорке не оказалось. Зато боец, дежуривший у джипа, удивился другому:

— А где рыба?

— Черт, — воскликнул Степан. — А улов-то я и забыл! Сергей, сбегаешь? Потом Краснову отдашь, Светка умеет котлеты из щуки делать. Глядишь, может и мне из этого чего-нибудь перепадет.

***

При выезде на трассу никто внимания на них не обратил — военный пост работал исключительно в одну сторону. Зато в городе, почти у самой больнички, движение преградила волшебная полосатая палочка. Широкий блюститель порядка в ярком фирменном жилете покосился на Сергея, разглядывая его документы:

— Нарушаете, гражданин. Левый поворот здесь запрещен.

— Так вчера еще ездил! — возмутился тот. — И все ездили.

— Не знаю, сейчас знак точно есть. Что будем делать, Сергей Николаевич? — поинтересовался гаишник, надеясь на встречные предложения в доверительной беседе.

Степан незаметно вложил в руку водителя свое удостоверение «Общественного Совета ГИБДД». Гаишник сразу преобразился при виде редкой ксивы. Примолк, внимательно изучая голографический знак. А затем козырнул:

— Проезжайте, Степан Иванович. Счастливого пути.

Обращался он исключительно к Сергею. Ошарашенный, тот принял документы и тронулся.

— А ведь ты прав, — пробормотал Беседин. — Никогда тут не было проблем. А теперь и знак, и инспектор под ним. Чудеса!

— Если наводить порядок в этой стране, — хмуро сообщил Сергей, переключая скорость, — то начинать надо с ментов.

***

— Какой красавчик, — восхитился Карен Осипов, входя в палату. — Ты знаешь, Степан, что постоянным посетителям здесь полагается скидка?

— И тебе привет, — пробурчал Степан, трогая пластырь на лбу.

— Фрукты вижу, дело за малым, — жестом фокусника Карен извлек из кармана фляжку. — Настоящий армянский!

Давно обрусевший армянин, обаятельный толстяк с отличным чувством юмора, Карен Осипов любил коньяк и классических блондинок. То есть он любил поболтать под коньяк с настоящими блондинками, две из которых весь день трудились у него в приемной. Сейчас, видимо, он решил разнообразить аудиторию.

— Что говорят твои эскулапы? — Степан поднялся с кровати. Стаканы придется самому мыть, никуда не денешься.

— Жить будет! — жизнерадостно заржал Осипов.

— Опасения не подтвердились?

— Да, ничего страшного. Сейчас еще подлечим, ночевать будешь дома, — он встряхнул фляжку. — Синяки, правда, останутся. Но я уже не представляю это лицо без фингала под глазом!

***

Домашний телефон трещал непрерывно.

— Я тебе звоню, звоню, — голос Аси был встревоженный. — Степа, ты почему телефон не берешь?

— Да я его забыл, — он замялся. — В машине у друга.

— Степа, прости меня.

Степан возмущенно уставился на трубку:

— Ася, мы же вроде обо всем договорились. Сашку нашла?

— Нет, — она всхлипнула. — Степа, я не успела тебе помочь. Ухо болит? Я кругом виновата. Но срочная командировка, понимаешь? Степа, ни одной свободной минуты, прости меня.

— Да что вы бросились меня опекать со всех сторон? — он начал закипать. — Не маленький, сам справлюсь!

Справка. Иран не первый раз уличает Вашингтон в кибератаках. Бригадный генерал Голамреза Джалали заявил о том, что Соединённые Штаты совершили масштабную атаку на инфраструктуру ИРИ.

Китай постоянно о таком твердит.

Венесуэла опять стала целью американских хакеров. Точнее, крупнейшая венесуэльская ГЭС «Гури». Произошедший в стране блэкаут стал самым масштабным в истории республики. На несколько дней без электричества осталось около 80% территории Венесуэлы. Президент страны Николас Мадуро возложил полную ответственность за блэкаут на Вашингтон, обвинил американские власти в совершении кибератаки, назвав её «террористическим актом со стороны правительства США».

Глава 13

Эпизод 13.4

Неофициальные переговоры.

Старый генерал не любил перелеты. Особенно через океан, в далекую Россию. Что ни говори, а целый день, выброшенный из жизни, радости добавляет мало. Да и возраст уже не тот, ворочаться в этом дурацком кресле — сомнительное удовольствие. На первый взгляд, салон самолета показался неплохо оборудованным, этаким сплавом офиса с гостиницей в круглой трубе фюзеляжа. Новомодные штучки, дьявол их побери! Эргономичный диван на проверку оказался отвратителен, стол узок, а спальное место просто неудобно.

Над Москвой летают сотни лайнеров, непрерывно заполняя транзитную зону полчищами пассажиров. Жизнь в порту кипит днем и ночью. До обычного бизнес-джета дела нет никому, разве что кроме заправщика аэродромной службы. Сразу после того, как внешне невзрачный «боинг» загнали на свободную стоянку, старый генерал избавился от лишней свиты.

Он просто отправил в гостиницу незанятых в переговорах помощников, вместе с экипажем самолета. Благо номера в капсульном отеле «Воздушный экспресс» были заказаны заранее. И хотя максимальный срок обитания в этих боксах ограничен одними сутками, это не помешало отелю принять оплату и на дополнительные сутки сверх установленного предела. Всего-то по десять тысяч рублей на человека.

Трансфертные зоны терминального комплекса Шереметьево интегрированы в общую «чистую» зону. И пассажиры, путешествующие транзитом, свободно перемещаются, чтобы перекусить. И еще здесь можно воспользоваться бизнес-залом, комнатой матери и ребенка, а также услугами бесплатного зала «Сириус» для пассажиров с ограниченными возможностями здоровья.

Специальное помещение ФСБ здесь тоже имелось. Без вывески, естественно. Неофициальные визиты брифингами сопровождать невместно, и в этот раз не стали. Подобные тайные встречи спецслужб давно не диковинка, технология негласных контактов хорошо отработана. Совместная группа русских и американских экспертов привычно проверила помещение, признала чистым. Беседа началась без проволочек и продолжалась недолго.

— Ну что, — сказал директор ФСБ в завершение. — Запишем так: «Стороны также договорились об укреплении контртеррористического сотрудничества, включая обмен информацией между спецслужбами, а также проведение согласованных операций».

— Да, — кивнул старый генерал, дослушав перевод.

Директор ФСБ обернулся к помощнику, седой женщине в строгом костюме и очках в тонкой золотой оправе:

— Когда будет готов меморандум?

— Десять минут, — ответила та тихим глухим голосом.

Референтов и секретарей на подобных встречах не предусмотрено — во избежание утечки информации. Слишком высок уровень секретности, иногда в беседе проскакивают неформальные, а то и немыслимые вещи. По одному переводчику с каждой стороны считалось достаточным. Им же приходилось выполнять функции и помощника, и референта.

— Превосходно, — старый генерал кивнул. — С этим мы покончили. Но не хотелось бы ночевать в отеле. Могу я надеяться на личный разговор с Президентом России сегодня?

— Думаю, ночевать вы будете в собственном самолете, по пути домой, — директор ФСБ бросил взгляд на часы. — Встреча состоится после короткого перерыва, Президент уже здесь.

Генерал Росс не любил расистов и негров. Он любил порядок во всем и свои старые привычки. Еще генерал ненавидел серьезные переговоры по «защищенной линии», сомневаясь в новомодных штучках — хитрых криптофонах. Он никогда не решал важные вопросы через доверенных лиц. Хочешь сделать хорошо — сделай сам! В специально оборудованном месте, конечно, и в присутствии «умного» прибора защиты. Только личная встреча может обеспечить секретность и, главное, успех переговоров.

Аудиенция у руководителя России ему была не по чину. Подобного нарушения протокола Президент давно не допускал, однако всегда что-то происходит в изменение правил. Да и весьма настойчив был переговорщик, из-за океана добиваясь этой тайной встречи. Статус спецпредставителя игроков, летающих в стратосфере политики, позволял ему решать любые вопросы. Мандат на переговоры, врученный генералу, резюмировался весьма просто: «любой ценой приведи эту девчонку».

***

Генерала не обманули. Президент России в самом деле был рядом, в соседней комнате, и распекал кого-то по телефону.

— Присаживайся, — закончив разговор, повернулся Президент к седой женщине в строгом костюме. — Чай будешь?

— Буду, — согласилась та, вгрызаясь в яблоко. — Тут говорить-то можно?

Она неопределенно взмахнула рукой.

— Говори, Александра, — Президент коснулся губами своей чашки. — Все чисто, при мне проверили. И покороче, у нас мало времени.

— Он приехал за мной, — сообщила Ася, загримированная под старушку.

Короче выразиться было сложно.

— Так-так, — Президент помолчал. — Быстро они докопались. Крыша у нас серьезно течет, однако.

— Операция с подводной лодкой тайной не осталась, Владимир Владимирович. Но с этим будем разбираться позже.

— Резких движений делать не надо, — согласился Президент. — Что он намерен предложить за тебя?

— Вам будет обещано небо в алмазах, Владимир Владимирович.

— Да? — усмехнулся он. — Кто б сомневался! Обещать они мастера. Небось еще шапка Мономаха и соль земли?

— Сорок девственниц забыли упомянуть. Причем все это разом, одним пакетом!

— Давай подробности, — приказал Президент. — Украина?

— Да. Крым сразу, остальное потом. Мысли, к сожалению, я толком читать не научилась, а эмоции он прячет умело. По верхушкам поняла следующие намерения: они предложат вам свертывание планов по дальнейшему расширению НАТО, это первое. Второе: полный разворот риторики, отравляющей отношения Америки с Россией. Реальная разрядка, перезагрузка, и все такое. Третье: замена советников Обамы и главы Госдепартамента Джона Керри на парней, лояльных к России. Четвертое. Деэскалация напряженности между Грузией и Осетией.

— Абхазия?

— Само собой.

— Что еще?

— Пятое. Нормализация отношений с Приднестровьем.

— Турция?

— Турцию они не отдадут, — Ася тронула затылок, голова под париком чесалась неимоверно. — Эта сладкая удавка на горле Черного моря им самим очень нравится.

— Да уж. А по Украине что?

— На первом этапе Украине будет приказано взять на себя обязательства по соблюдению нейтралитета — аналогичные тем, что взяла на себя Финляндия. Подготовка полномасштабной гражданской войны сворачивается.

— Хм...

— Кроме того, будут обещать отказ от устранения Асада, и вообще, от нападения на Сирию. Ну и, в завершение, полноценные торговые отношения с Соединенными Штатами. Вплоть до продажи технологий.

— А если мы откажемся?

— А это неважно, — ровно сказала она. — Если откажетесь вы, Владимир Владимирович, тогда договариваться будут с тем, кто придет на ваше место.

Президент тоже сохранял полное спокойствие:

— А если этот преемник... Ну, который придет. Если он тоже откажется?

— Подготовка к силовому варианту уже началась.

— Так-так, — помрачнел Президент. — Это нам известно и не удивительно. «Учения» у наших границ?

— Регулярно и с нарастающей мощью.

В зеркальце пудреницы Ася разглядывала пикантные усики под носом:

— Ну гримеры и постарались! Однако следует отдать им должное, внешность изменилась неузнаваемо.

— Кардинально, — согласился Президент с усмешкой.

Ася на это поджала губы. С большим трудом она добилась от президента возможности лично участвовать в переговорах. Однако других вариантов не было. Уловить мысли собеседника, или почувствовать фальшь, она могла только при близком, непосредственном контакте.

— Эх, Александра, сколько копий из-за тебя еще не сломлено, — Президент откровенно веселился. — Дорогая какая ты девушка.

— Еще бы, — хмыкнула Ася. — Не цените вы меня, Владимир Владимирович, всего-то одну квартирку и купили.

— Это я не ценю? Ты же сама от премии за клады отказалась! А хоромы твои, что напротив Беседина, нам вдвое обошлись. Вдвое! Хозяина квартиры лучшие люди администрации уговаривали, — Президент хитро прищурился, глаза смеялись. — А обставить? А кухня итальянская? Нет, Александра, продавать тебя — выгоды нет. Мы иначе поступим.

Глава 14

Эпизод 14.3

Продолжение неофициальных переговоров.

Встреча Президента России и старого генерала началась с формальностей, протокол следовало соблюсти.

— Необходимо повысить уровень подготовки наших специалистов по противодействию угрозам, а для этого активнее внедрять практико-ориентированные подходы, использовать передовой зарубежный и российский опыт. Россия намерена развивать систему международного обмена информацией, и в ближайшее время правительство назовет структуру, которая этим будет заниматься. Прошу добавить, что мы, Российская Федерация и Соединенные Штаты, в ближайшее время создадим двустороннюю рабочую группу по вопросам угроз в сфере использования информационно-коммуникационных технологий, — Президент обернулся к седой женщине в строгом костюме. — Группа должна приступить к практической деятельности через месяц.

— Да, — сказал старый генерал. — Нам следует вернуть взаимное доверие, на постоянной основе обсуждать пути решения кризиса, и признать интересы всех заинтересованных сторон. Несмотря на некоторые различия позиций наших стран, мы готовы продемонстрировать, что США и Россия работают в одном направлении. Мы должны заявить «нет» политике, которая ставит своей целью изоляцию России. Мы считаем, что когда Россия и США находят области согласия, это идет на пользу всему человечеству.

— Согласен. Но, к сожалению, у нас мало времени для обсуждения лозунгов и других деталей, — в глазах Президента России плескался серый лед. — Слушаю вас внимательно.

Старый генерал тянуть не стал.

— Нами установлено сотрудничество ФСБ с Александрой Черных. Мы считаем, что совместное с нами сотрудничество было бы более продуктивным и успешным. И нам есть, что предложить партнерам, — он сделал паузу, чтобы сообщить Президенту уже известное: песню о небе в алмазах и сказ о шапке Мономаха.

Спич завершил старый генерал банально, предложив Президенту самому назвать любую сумму.

— Предложения весьма заманчивы. И требуют некоторого осмысления, — Президент вдруг улыбнулся. — Скажите, мистер Росс, ваш переводчик — надежный человек?

— У меня нет секретов от этого парня, сэр.

— Тогда пусть переведет встречное предложение: отдельный пропуск для вас. Для вас лично, генерал.

Генерал оторопел. Он был готов к отказу, к долгому торгу, в конце концов... Но вот к такой прямой вербовке готов не был.

— Вы меня покупаете? — воскликнул старый генерал.

Он переглянулся со своим помощником. Тот, с обалдевшими глазами, выглядел, похоже, так же ошарашено.

— Отнюдь! — Президент живо привстал. — Зачем мне агент, которого я никогда не увижу? У нас будет обычная сделка по продаже билета.

— А что я скажу своим… хм… работодателям?

— Правду, генерал, только правду.

— Хм?

— Вы провели переговоры, передали предложения, я заинтересовался. И обещал подумать.

— Но вы не можете думать бесконечно?

— Дело в том, что спецслужбы Соединенных Штатов, в конце концов, подберутся к лаборатории наших ученых, где изучают эту девушку. И обнаружат крупную мистификацию. Обещаю.

— А фантастическое спасение подводной лодки?

— Блеф, — категорично заявил Президент. — Дезинформация ФСБ. Доказательства, более чем убедительные, у вас будут.

— Хм. Интересно, интересно, — протянул генерал. — Это примерно, как с переносным терминалом для пуска ядерных ракет?

— Вы уже догадались?

— Я с самого начала не сомневался в происках ФСБ. Однако наши головастики все еще колдуют в недрах этого «чуда». В смысле, в его останках. И лопочут что-то неопределенное о чемоданчике президента России, — генерал помолчал, откручивая пробку с бутылочки минералки. Напитки они привезли с собой, впрочем, противоположная сторона тоже потребляла исключительно собственную газировку. — Кстати, о Федеральной Службе Безопасности. Я слышал, она никогда не предлагает дважды.

— Хм, — неопределенно согласился Президент.

— Какие она даст гарантии моей безопасности?

— Вот это другой разговор, — удовлетворенно вздохнул Президент. — Гарантии нужны всем. Обсудим это после перерыва.

***

Обедать Президент решил прямо здесь, вместе с Асей. Но сначала он сделал несколько телефонных звонков. Тем временем девчонка, ругаясь сквозь зубы, умывалась в ванной комнате.

— Вы намерены пустить его на ту сторону, Владимир Владимирович? — Ася кровожадно оглядела накрытый стол.

— А почему нет? — после некоторой паузы ответил Президент, дождавшись, пока повар не отойдет от стола. — Пусть едет себе в Боливию на заслуженный отдых.

— Он о Чили мечтает.

— Да хоть в Австралию! Куда угодно, лишь бы от нас подальше, — Президент прищурился. — Но сначала билет придется отработать, конечно. А скажи мне, Александра, чего ты так шустро там строчила в своем блокнотике?

— Так мысли у него сумбурные, — с досадой буркнула та. — Скачут туда-сюда! По пять раз одно и то же, а записывать надо, чтоб ничего не забыть.

— Так, после совещания сдашь блокнотик, — он постучал по краю стола. — Не дай бог, пропадет. Потом мне подробно все расшифруешь. Где он врет?

— По большому счету, нигде, — Ася накладывала себе салат.

— Такое бывает? — Президент задал риторический вопрос. — Такого не бывает!

— Не бывает, — Ася подтвердила научный факт. — Я же говорю: по большому счету. Темнит генерал в одном: его работодатели знают обо мне очень мало. Кроме слухов о подводной лодке — почти ничего. Да и то пришло им по собственным каналам. А генерал придержал личную информацию, и обрезает нити. Лихо режет, со всех сторон.

— Такая диспозиция нам на руку, — задумался Президент. — Канал, по которому пошла «подводная лодка», можно выявить.

— Это дело непростое, Владимир Владимирович. Крот не работает на спецслужбы. Он мимо ЦРУ и этого генерала сливает данные «работодателям» напрямую. Господи, еще одна внеочередная задача!

— Значит, выявить канал. Хм, и дополнить новыми фактами, — Президент не забывал кушать. — Интересная может сложиться игра. По этому каналу мы будем качать правдивую информацию. Что может быть вкуснее правды для вражеской разведки?

— Я не знаю.

— Я тоже. Но мы им раскрасим картину мира любимыми красками! Комбинацию продумаем позже. Что еще?

— Я узнала, где он держит моё личное дело, — сообщила Ася, энергично работая ложкой. — И мамино дело из КГБ.

— И где же?

— В своем загородном доме. Там оборудован хитрый сейф.

— Я запрещаю тебе, — ровно сказал Президент.

— Но...

— Даже думать забудь! Система безопасности может быть оснащена несколькими уровнями сигнализации, вплоть до взрывчатки.

В комнате отдыха играла тихая музыка, что-то симфоническое. Личный повар Президента деликатно гремел посудой в углу, а на обеденном столе, с краю, моргал светодиодом черный приборчик.

— Вы все время забываете, что мне коды с паролями не нужны, — возразила Ася. — Я вообще не собираюсь трогать дверку сейфа. Небольшое окно прокола со стороны стены, и все. Владимир Владимирович, руку только протянуть.

— А ты не забывай, что я не только начальник, но еще и отец двух дочерей твоего возраста, — тихим голосом Президент кричал. — Не надо со мной спорить. Сказано русским языком — нет!

— Я не вижу опасности.

— Там могут быть датчики и лазеры, — Президент был искренне удивлен Асиным непониманием. — Ты вообще представляешь себе уровень современных охранных технологий?

— Не в полной мере. Тут дело в другом.

— Да?

— Он ретроград и ортодокс, — Ася победно улыбнулась. — Забор — да, опутан электроникой. Не пролезешь. Охрана толпится в мониторке, на входе в дом и во внешнем периметре. А сейф времен моей бабушки! Хитрые замки с сигнализацией только на дверце.

— Уверена?

— Я гарантирую! Сам себе он врать не может. И потом, там лежит еще несколько папок, — Ася заговорщицки оглянулась, затем привстала, чтобы прошептать Президенту на ухо несколько слов.

— Да? — он пожевал губами. — Хм, это несколько меняет дело. А мы успеем?

— Пока будет лететь обратно — сто раз успеем, — убежденно отрезала Ася. — Нам же только переснять, и положить обратно.

— Когда думаешь начать?

— А чего тянуть? — удивилась Ася. — Во время совещания еще немного его пощупаю, и вперед. Только, Владимир Владимирович, вместе с фотографом мне потребуется еще один мастер.

— Мастер чего?

— Мастер документы подделывать.

— Зачем?

— Хочу фотки свои подменить так, чтобы некоторое сходство осталось, а характерные признаки изменились.

— Найдем, — Президент задумался. — Наверно, одним мастером обойдемся. Есть у меня такой Кулибин. И, может быть, мы не только фотки изменим. После внимательного прочтения.

***

Совещание продолжилось в прежнем составе.

И старый генерал сразу взял быка за рога:

— Когда вы планируете мой переход?

— А когда вы будете готовы? — чисто по-одесски, вопросом на вопрос ответил Президент.

— Нищему собраться, только подпоясаться, — усмехнулся генерал. — Так у вас говорят?

— У нас еще говорят — поспешишь, людей насмешишь.

— Да, верно, — согласился генерал. — Торопиться не надо. Сначала следует посмотреть товар. И как это работает.

Президент спорить не стал:

— Конечно. Как только мы достигнем договоренности.

Обалдевший переводчик генерала находился в прострации, свою работу он делал чисто механически. Седая женщина строчила что-то в своем блокноте.

— Вы говорили о гарантиях, господин президент.

— Гарантии безопасности укрепят доверие, — Президент поднял глаза. — Я готов к обсуждению.

— Прежде чем принять окончательное решение, — дипломатично съехал старый генерал, — хотел бы услышать ваше мнение.

— Остапа Бендера, помнится, ограбили румынские пограничники прямо на границе,— хмыкнул Президент. — Читали Ильфа и Петрова?

— Я не знаю, кто такой этот Петров, — пробурчал генерал. — Но грабят обычно именно на границе! А если пропускают, то следом выявляют базу.

Президент прищурился:

— Генерал, поймите: на той стороне у нас очень ограниченные возможности. Их практически нет. И зачем нам грабить или искать там профессионала, ушедшего на покой? Поверьте, ваши богатства российских «пограничников» не озолотят. Я предлагаю вам самому разработать операцию перехода.

Генерал заинтересованно поднял бровь, а президент продолжил:

— Например, так: сначала вы отправляете своего человека. Верного, доверенного человека. Есть такой?

— Есть, вот один рядом сидит.

— Отлично! Он устраивается, дает условный сигнал. Мы переправляем вашу семью и ценности. И только затем переходите вы, предварительно убедившись в успехе предыдущих этапов. Но это лишь мое мнение, продумайте варианты сами.

— Предположим, я согласен, — после паузы кивнул генерал. — Ваши условия?

Президент пожал плечами:

— Ничего, что могло бы повредить Соединенным Штатам, мы просить не будем.

— Я начинаю догадываться, — протянул генерал.

— Да, нам нужны имена крыс в Кремле.

— Это всё?

— Практически. Остальное мелочи, уверяю вас, — президент махнул рукой, откидываясь на спинку кресла.

— Дьявол кроется в деталях, — засомневался генерал.

— Не в этот раз. Мы поговорим о сущих пустяках. Например, кто убил Татьяну Фролову, мать Александры Черных.

Седая женщина в строгом костюме, склонившаяся над блокнотом, слегка дернулась. Но этого никто не заметил.

— Зачем вам старые скелеты в шкафу? — пробурчал генерал.

— Это личное, — ровно сказал Президент.

— В нашем деле личные проблемы частенько мешает делу, — усмехнулся старый генерал.

— Не в этот раз, — Президент взглянул на часы. — Итак, вся цепочка. Кто выдал ее здесь, и кто убил там.

— Ноу проблем, — старый генерал пожал плечами. Эта история двадцатилетней давности никакой ценности не представляла, тем более что большинства фигурантов уже не было в живых. — Но есть один вопрос. Недавно вы разговаривали с бывшим госсекретарем Генри Киссинджером...

Генерал взглянул на помощника, тот понятливо зашуршал бумагами, чтобы процитировать:

— «Беседа русского Президента с Генри Киссинджером состоялась в продолжение дружеского диалога. Известно, что их связывают давние отношения. Они постоянно общаются, используют возможность поговорить. Русский Президент очень дорожит такой возможностью в плане обсуждения текущих вопросов мировой политики, обмена мнениями о перспективах развития ситуации в дальнейшем. Несомненно, Президент прислушивается к его оценкам мировой политической ситуации».

— И в чем вопрос? — Президент поднял брови.

— Ни в коей мере не намереваясь интересоваться подробностями диалога, — генерал запнулся, — хочу уточнить: но не упоминалась ли в указанной беседе тема, по которой мы встретились?

— Ах, вот вы о чем, — хмыкнул президент. — Неожиданный взгляд.

— Значит, не упоминалась. Но, может быть, какие-то намеки?

— Ну, намеков-то было много, как всегда. И все они касались исключительно вопросов мировой политики.

— Дай бог, дай бог, — старый генерал вздохнул.

— Я думаю, что в скором времени Генри Киссинджер узнает об этой грандиозной мистификации ФСБ из доклада американского разведывательного сообщества.

— Вы думаете?

— Уверен, — Президент встал. — Вам сделано исключительное предложение. Более такого эксклюзива не получит никто, даже Генри Киссинджер. Встретимся через две недели, на этом месте. Формальная цель встречи: личный интерес Президента России к совместной группе по вопросам кибернетической безопасности и других угроз в сфере использования информационных технологий. Точное время согласуем позже, по отработанному каналу связи.

Глава 15

Эпизод 15.3

Дела курортные.

Руководитель администрации Президента с тоской смотрел на собственный стол, заваленный документами и картами. Он зашивался, и помочь ему было некому. Кроме обычной волны рутинных дел, на него свалилась еще и разработка кладов неугомонной девчонки. Впрочем, не свалилась, цунами вызвал он сам. Но легче от этого признания не стало — дополнительное занятие рывком переросло в основную работу.

Однако хватит ныть, работать надо — сейчас по графику очередная встреча. Он улыбнулся и поднялся навстречу генералу Егорову, вошедшему в кабинет:

— Рад видеть тебя в полном здравии, Андрей Палыч.

— Взаимно, Сергей Борисович.

Руководитель администрации жестом пригласил генерала к приставному столику, где секретарь раскладывал чайные принадлежности.

— Что у вас там в городе происходит? Людей хватаете без суда и следствия?

Генерал хмыкнул, а Сергей Борисович продолжил:

— Но позвал я тебя не за этим, а чтобы сообщить пренеприятнейшее известие.

— К нам едет ревизор? — усмехнулся Егоров.

— Где-то так, — Руководитель администрации посмотрел вслед уходящему помощнику. — Вообще-то уже уехал.

— Загадками говорить изволите, Сергей Борисович.

— Да какие тут загадки? В этом мире нет ничего тайного, черт побери, — вздохнул Руководитель администрации. — Короче говоря, американцы раскопали Александру Черных.

— Ожидаемое событие, — пробормотал генерал. — Но что-то быстро они прочухали.

— В том-то и дело, что слишком быстро, — согласился Руководитель администрации. — Операция с подводной лодкой на базе в Видяево не осталась незамеченной. Повышенную активность засекли и в Службе внешней разведки, и в ФСБ, и в ГРУ. А тут еще информация из Севастополя. Одно к одному.

— Бабушка проявилась? — догадался генерал.

— Именно проявилась. Стеновизор засек движение, группа вошла на дачу.

— И?

— И никого не нашла. Только на кухонном столе обнаружилась стопка документов. Документов, которых там точно не было. Объект с приусадебным участком, как ты догадываешься, контролировался плотно, муха не пролетит. А документы появились, — Руководитель администрации достал из папочки ксерокопию, двинул в сторону генерала.

— Купчая? — генерал дальнозорко отодвинул бумагу.

— Дарственная на домик. Как видишь, бабушка отписала дачку на Беседина.

— Ни фига себе. Хм...

— Я тоже так думаю, — хмыкнул в ответ Руководитель администрации. — Документ подлинный. Видишь, печати нотариуса и все такое? Мы проверили.

— Похоже на сигнал, — задумчиво протянул генерал.

— Да. Это, брат, толстый намек, — прищурился Руководитель администрации.

— Такое вряд ли могло произойти без ведома внучки, — генерал принялся размешивать сахар в чайной чашке. — Стала бы бабуля подарками разбрасываться, ага.

— Точно. Президент так и сказал: Александра с нами ссориться не хочет. Объект раскрыт, и нам это показали. А могла ведь и уйти, как грозилась. Поэтому президент дал команду: все поисковые операции свернуть, охранные мероприятия перевести на максимально скрытный уровень.

— Вас понял.

— Исключительно охрана, никакой контригры.

— Есть!

— Это еще не все новости. Нам тоже подарок перепал, — Руководитель администрации выложил простенькую флешку.

— Что это?

— Здесь карта Крыма с метками кладов. Ялта, Феодосия, Евпатория, Судак. Севастополь, конечно. Отдельным файликом краткая инструкция по поиску. Занятный документ.

Егорову приходилось бывать в Крыму. И он не понаслышке знал о подземном Севастополе, который был намного древнее верхнего города. Природа тут проявила буйную фантазию, лихие люди за прошедшие столетия тоже постарались. А потом за дело взялись военные. Природные пустоты под склады и казематы приспособили, подземные реки усмирили, заодно новых пещер понарыли. Да что там говорить, по загадкам и тайнам это запутанное хозяйство не уступает подземной Москве.

Генерал откинулся на спинку кресла.

— Вот оно что. Хм... Однако Крым сейчас заграница, там особенно не пошустришь.

— Согласен, кладоискательство на Украине — подсудное дело даже для украинцев. Но мы любопытные. Попробовали. Осторожненько проверили одно место, старый колодец на окраине Севастополя. Снарядили бойцов, спустились ночью.

— И?

Руководитель администрации заговорщицки понизил голос и зачем-то оглянулся:

— Есть контакт.

От такой повышенной таинственности у генерала невольно загорелись глаза:

— Неужто нашли? Так просто, клад на дне колодца? Говори, не томи!

— Не просто, друг мой. Пришлось попотеть. Хотя колодец оказался неглубокий, метров семь, ну знаешь, такой бутылкообразной формы.

— А вода?

— Воды там мало было, по колено. Не знаю, к какому времени эти сооружения относятся, но такие колодцы на севастопольских окраинах не редкость. Бойцы обстучали стены — согласно инструкции из файлика, кирпичная кладка обвалилась. Обнажился проход типа арыка. По нему вышли в подземную комнату. Копнули песчаный пол.

— И?

— Раскопали! Глиняные кувшины и бочки дубовые. В бочках серебряные монеты, в кувшинах — золотые украшения.

— Много?

— Еще не считали. Не до того было. Но пост охраны выставили, — Руководитель администрации выложил два пластиковых пакетика. — Вот смотри, это монетка, а это колечко.

— А зачем мне это показывают и рассказывают? — с запоздалым подозрением генерал уставился на Руководителя администрации.

— У нас мало надежных людей, — вздохнул тот.

— А я надежный, значит?

— Как скала в Крыму, — подтвердил тот его опасения. — Будешь заниматься там кладами.

— На территории сопредельного государства?

— Никто тебе раскопками заниматься не велит. Будешь наблюдать. И охранять.

— Да у меня своих дел выше крыши, — попробовал возмутиться генерал. — А теперь еще это. Нет-нет.

— А ты считай, что людей на курорт отправляешь, — отрезал Руководитель администрации. — Стой там, иди сюда. И еще покуривай. Чем не курорт?

— Да? — Возмутился Егоров.

Сергей Борисович перешел на сухой тон.

— Значит так. Взаимодействие с руководством Черноморского флота обеспечим, оперативную информацию по Украине, в том числе по Крыму, начнете получать с понедельника.

— Есть!

Руководителя администрации встал:

— Желаю успеха, Андрей Палыч.

***

Главный врач санатория тоскливо смотрел в окно. Конец сентября за Полярным кругом — глубокая осень. Это время года может порадовать и заморозками, и полярным сиянием. Однако сегодня выдался необычно теплый день. Аж плюс десять, что по меркам Кольского Заполярья означало продолжение «заполярного лета».

Час назад главного врача предупредили о визите высокого начальства, без указания имен, и он готовился высказать свое возмущение. Мало того, что санаторий превратили в госпиталь, так и режим установили хуже тюремного! Связь с внешним миром обрезали, выход за ворота запретили. Кучу бумаг о неразглашении государственной тайны заставили подписать! А вот это как понимать? Он ткнул пальцем в экран телефона, и ничего нового не обнаружил. Сети как не было, так и нет. Что же это делается, а?

Радовало только одно — раненых подводников взялись лечить в три смены. Безо всяких усилий с его стороны высадили врачебный десант, в дополнение к имеющемуся медицинскому персоналу, завалили продуктами и лекарствами. Но все-таки интересно, какое начальство сегодня из Североморска принесет?

Президент России вышел из кабинета на втором этаже. Хмыкнул, повертев головой, и направился в холл, где группа мужчин в коричневых пижамах громко болела футбольным матчем. Двое «медбратьев», ранее просочившихся в коридор, кильватерным строем зашагали следом. На людей в белых халатах не обращали внимания, пока Президент не поздоровался тихим характерным голосом:

— Добрый день.

Кто-то ахнул, приглушая рвущийся из телевизора крик стадиона.

— Владимир Владимирович?

Медицинский персонал, как бы «на минутку» затесавшийся среди зрителей, белым вороном прыснул в стороны.

— Я приехал выразить вам благодарность за хорошую работу, — в полной тишине Президент осмотрел замерших моряков. — Спасибо, товарищи!

Какое-то время ушло на пожимание рук, Президент делал это осторожно, едва касаясь бинтов, но никого не забыл.

— Как футбол? — поинтересовался он, завершив обход.

— Да дрова кривоногие, — смело вылез вперед седой крепыш с молодыми глазами. — И за что им такие деньжищи платят?

Обалдевший народ продолжал пребывать в ступоре.

— В чем-то вы правы. Вознаграждение должно соответствовать труду, — улыбнулся Президент. — Я вчера подписал приказ. За четкую и слаженную работу по спасению боевого корабля, проявленное в экстремальных условиях мужество, отвагу и стойкость, экипаж удостоен правительственных наград. А ваш командир — герой! Кстати, где он?

— В третьей палате, товарищ главнокомандующий, — шустрый крепыш показал примерное направление. — Разрешите вопрос?

— Да, слушаю вас.

Моряк замешкался, но потом резко рубанул:

— Будете лодку топить?

— С чего это так решили? — Президент недоуменно поднял бровь.

— Ну, раз приехали. Лично присутствовать. Люди говорят — авральная команда оборудование демонтирует.

— Земля слухами полнится, — усмехнулся Президент. — И что еще говорят?

— Нет, вы не подумайте, спасатели большое дело сделали, — заторопился седой крепыш, взмахнув забинтованной рукой. — А ученых, что установку эту придумали, век помнить будем. Этот же надо, всю команду вытащили, даже ребят погибших! Должок за нами.

Народ одобрительно загудел.

— Ученым ваши слова передам. Как звать?

— Капитан третьего ранга Коваленко! — вытянулся крепыш.

— А по имени?

— Петр Николаевич.

Президент задумался припоминая свой недавний указ.

— Что ж, Петр Николаевич. Товарищ капитан второго ранга, отвечаю по пунктам: слухам верить не надо.

Здесь возникла пауза.

— Да? Точно?

— Да. Не дождутся злые языки. Покажете дорогу к лежачим больным, Петр Николаевич? — Президент улыбнулся. — А потом к третьей палате. Еще к местному начальству надо заглянуть. А вы, братцы, выздоравливайте скорее, нам еще лодку вместе поднимать.

Уходящего Президента проводили веселым гулом, усиленным криком ожившего стадиона.

Командир подводного корабля выглядел плохо. Прикрыв глаза, он кемарил под капельницей. При виде Президента попытался встать, но тот категоричным жестом запретил. Пока сестричка возилась с уколом, Владимир Владимирович перешел к окну. Военный санаторий на берегу Баренцева моря жил обычной жизнью лечебного учреждения — куда-то бежали сотрудники, у бочки с соответствующей надписью толпились курильщики. Во дворе, несмотря на погожий денек, было малолюдно, только бронетранспортер перед закрытыми воротами намекал на повышенные меры безопасности.

Лечащий врач, закончив доклад о состоянии здоровья больного, тихим голосом, но категорично, заявил:

— Пять минут, Владимир Владимирович.

— Вот видите, — вздохнул Президент, усаживаясь на стул возле кровати. — Не дают нам спокойно поговорить наедине, Сергей Петрович. Со всех сторон ограничения.

Командир согласно моргнул.

— Буду краток. Следствие склоняется к версии подводного столкновения, — Президент проводил взглядом доктора, выходящего следом за медсестрой.

— Скорее всего, так и было, — командир говорил с трудом. — Водолазов выпускали?

— Это запланировано позже. Сейчас меня интересует ваше мнение, — Президент принялся разглядывать стандартную обстановку больничной палаты.

— Если удар был, то несильный. Скрежета точно не было. Сам я в это время отдыхал, но старпом твердо уверен в скользящем ударе. Иностранная лодка могла следить за нами, следуя в гидроакустической воронке.

— Мне докладывали об этом феномене, — согласился Президент. — Эксперты не исключают ситуацию, когда в секторе носовых курсовых углов работа механизмов лодки экранируется корпусом корабля.

— Записи надо изучать.

— Надо, конечно. К сожалению, данные шумопеленгования требуют восстановления, а гидроакустики лежат в реанимации, — Президент сдвинул брови. — Но ничего, разберемся.

— Спасибо вам, — неожиданно прошептал командир. — За ребят спасибо.

Президент встал.

— Благодарить надо ребят. Хорошая команда, четкая работа. И в дальнейшем надо надеяться на себя. Наша экспериментальная спасательная установка, — он оглянулся на Асю, — уходит на модернизацию, совмещенную с реконструкцией.

Президент говорил искренне. Он уже и забыл, когда произносил такое от души.

«Транспортные услуги» помощника Александры Черных резко увеличили его возможности, и прямо сейчас он собирался посетить Плесецкий космодром. Внезапно, конечно. Там придется говорить другие слова. А затем — вечерняя встреча с Януковичем, который мечтает и газ подешевле у России взять, и соглашение с Западом об евроинтеграции подписать. Скидку он, конечно, получит, и кредит заодно, тут деваться некуда. А вот с Евросоюзом Украина обождет, этот момент придется долго на пальцах объяснять. Как там говорят, «ласковый бычок двух маток сосет»?

Так они еще и у китайцев денег просят, и на Вашингтон надеются. Святая простота… Черт побери, одесская пословица «кредит здоровью вредит, и портит отношения» актуальности не утратила! Посмотрим. Послушаем, как щирая Украина стонет между двумя крупными монстрами, Европейским Союзом и Россией.

Глава 16

Эпизод 16.3

Мечты и сновидения.

Жизнь скакала брыкливой лошадью, била по кочкам августа. Неслась так, что чуть душу не вытрясла. А после середины сентября события вдруг закончились, как обрезало. Это несколько напрягало, ожидание новых неприятностей всегда хуже прошедших.

В новой квартире Степан обжился, и даже мелкие строительные недоделки устранил. Только к кровати с ортопедическим матрасом привыкнуть никак не удавалось, слишком она просторной оказалась. Прежде чем заснуть, ворочался с боку на бок беспокойно, пил воду и перекладывал подушку.

А сегодня под утро причудился сон, виденный уже не раз. В этом сновидении, как и вчера, из сиреневой окантовки на стене показалась Саша. В полной тишине она мягко спрыгнула на ковер. Как и во вчерашнем сне, постояла, оглядываясь, поправила штанишки пижамного комплекта, и забормотала неразборчиво какую-то скороговорку. Довершила куплет чем-то вроде короткого припева, без поклона и притопа. Не дожидаясь аплодисментов, босыми ногами прошлепала мимо кровати, в коридор. Хлопнула вдали дверцей холодильника, а потом зашумела водой в ванной.

Степан ясно понимал, что это сон. Тем не менее, подвинулся к стеночке, когда нагая девчонка во сне легла рядом. Он знал, что будет дальше: ведь так было и в прошлый раз! Девчонка коснулась плеча, провела рукой по шрамам на ноге. А затем, нащупав утреннюю эрекцию, поползла изучать ее ближе. Объект изучения умилил настолько, что нежные прикосновения губ завершились пульсирующими поцелуями. Огонь дыхания обжег уздечку, ощущения оказались невероятно яркими и реалистичными — Степан открыл глаза. Тем временем девчонка переползла ему на грудь и, охнув, плавно осела назад.

— Что ты делаешь? — возмутился Беседин.

Такого в прошлых сновидениях не было. Призрачная, полупрозрачная дымка начала рассеиваться с пониманием происходящего, которое совсем не является сонным туманом.

— Ой, Степа... Ой-ой! — как-то невпопад ответила она, раскачиваясь и входя в ритм.

— Я тебя спрашиваю, Александра, — Степан сердито насупил брови.

— Прости, меня Степа, — сдавленно задышала девчонка. — Ой, мамочки!

Гостью из сна качало и гнуло, словно мачту шхуны при внезапно налетевшем шквале. Казалось, от бешеного напора ветра у нее перехватило дыхание. Беседин протянул руки, убеждаясь в реальности происходящего — девичья грудь оказалась на месте, податливая и живая. Его шарахнуло, как от прикосновения к проводам оголенной электрической сети — пронзило насквозь. Сна не стало ни в одном глазу, туман улетучился окончательно.

Какое-то время Ася всхлипывала, а потом с трудом выдохнула:

— А как ты догадался, что это я?

— А кто еще, — хмуро удивился он, непроизвольно подстраиваясь под заданный ритм.

— Я плохая, да? Скажи мне, да?

Темной загоревшей мачтой Ася с белыми полосками на груди раскачивалась перед глазами назад и вперед. Вскинутые реями руки выгибались дугой, а немилосердная буря набирала обороты.

— Да, — согласился Степан, придерживая девчонку за гладкие бедра.

Ему показалась важной эта мера безопасности, шаткая мачта при таком урагане могла слететь со своей единственной опоры. А потом как-то стало не до разговоров, он увлекся управлением корабля — в ритме килевой качки палуба размеренно поднималась и опадала на волнах, навстречу движению. Ускоряя темп, Степан ощутил, как в трюме шхуны постепенно разгорается пороховой погреб. Осознав приближение беды, Ася сдавленным шепотом прохрипела:

— Еще быстрее, миленький!

Кровать предательски скрипела, угрожая обрушением. Переборки еле держали нагрузку и могли не устоять. Но до этого не дошло — еще раньше неотвратимый огонь добрался до пороховых запасов, в трюме шхуны рвануло. Отголоски взрыва потрясли опору мачты, ее сжало пульсирующим прессом. Следом вся мачта завибрировала. Царапая Степану плечи и продолжая содрогаться, она медленно завалилась набок. Оглушенный взрывной волной, Степан выпал из реальности. Девчонка тоже затихла на некоторое время. Видимо, прислушивалась к уходящему шторму. Постепенно отдышавшись, он дотянулся до бутылки с минералкой. Асе тоже дал напиться.

— Мамочки, я умираю, — в уголке рта блестели капельки пролившейся воды.

Лицемерному заявлению Степан не поверил, на смертном одре не бывает таких блаженных улыбок.

— Не спеши с этим, — посоветовал он, а затем вкрадчиво вопросил: — Сначала скажи, давно это происходит? Сколько раз ты вот так мне приснилась?

Ася шевельнула пальцами, а потом беспечно махнула рукой:

— Не считала, Степа.

— И что, я ни разу не проснулся? — недоверчиво хмурился он, продолжая допрос.

— Под утро у людей крепкий сон, — Ася ничего не скрывала. — А если еще пошептать, так станет совсем крепким.

— Какая же ты наглая ведьма, — он поднял руку с намерением шлепнуть. Но возмущение почему-то ограничилась поглаживанием спины и всего, что ниже. — Имя тебе — коварство! За что мне такое наказание?

— Степа, а что оставалось делать? — в ответ возмутилась она. — Из дома ты меня выгнал, а ногу не долечили.

— Хм, так ты лечить приходила?

— А как я могла это делать, сидя в Кремле? Издалека можно только епитимью наложить. По телефону. А здесь дело такое, для исцеления травм наложение рук требуется! — Ася продемонстрировала растопыренные пальцы на главном инструменте лекаря. — Нога болит?

— Нога не болит, — согласился он. — Но кроме рук, ты еще и себя на меня накладывала.

— И кому от этого плохо? — Ася недоуменно покосилась.

Возразить было нечего.

— На все вопросы у нее заготовлены ответы, — осуждающим тоном пробормотал Беседин. — А совесть у тебя есть?

— Мне стыдно, Степа, — в темных глазах, в самом деле, заблестела печаль. — К родному мужу по ночам крадусь, аки партизанка.

— Какому это еще мужу? — возмутился он.

— К своему.

— Да?

— Так мне паспорт выдали, Степа, — сообщила Ася. — А там штампик о браке стоит.

— Ах вот оно что, — изумление Беседина смешалось с негодованием. — Без меня меня женили. Или они думают, мне это надо?

— Конечно, надо, — она была уверена в своей правоте. — Надо ж кому-то алименты платить.

— Вот те раз! Какие, к чертям, алименты? — Беседин начал догадываться. — Подожди, подожди. Ты что, тоже беременная?

— Ну почему сразу «тоже»?! Я сама по себе, Степа, — она улыбалась. — У нас будет девочка.

— Да что же это делается, — пробормотал он с тоской. — Опять девочка? Может, подумаешь хорошенько, и увидишь мальчика?

— Это, наверное, будет в следующий раз.

Он повернулся и подмял девчонку под себя:

— Этот раз уже наступил!

— Ой, раздавишь, — пискнула Ася. — Я хотела сказать — через год!

— Мы не будем столько ждать, еще чего... Мы сделаем это сейчас, — и Беседин решительными действиями подтвердил свои намерения. — Никогда не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня.

— Ой, ой! — отозвалась она, угадывая ритм. — Ладно, дави, души меня! Только целуй сначала...

***

Беседин пил воду, когда на кровать запрыгнула кошка и лизнула Асину пятку.

— Я же тебя недавно кормила, — вяло удивилась та.

Шевелиться мочи у нее не было, шторм забрал все жизненные соки до остатка.

— Теперь понятно, почему Лиса по утрам жрать не хочет, — протянул Беседин. — А ты в курсе, что Ева была второй женой Адама?

— Библейская Ева, которая из ребра Адамова слеплена?

— Ага. А первую жену, по имени Лилит, Творец создал по своему образу и подобию, как и самого Адама.

— Что-то не припоминаю, куда первая жена делась.

— Так семейное счастье недолго было, совсем чуть-чуть. Дело в том, что Лилит предложили высокую должность демона, и она не смогла отказаться. Другая версия утверждает, что причиной конфликта было желание Лилит находиться сверху, а Адам этой позе возражал.

— Ты на что намекаешь? — Ася грозно нахмурила брови.

— Я не намекаю, это факты.

Кошка снова тихо муркнула.

— Степа, животное кушать просит.

— А вот нечего по ночам шляться! Спать по ночам надо.

— Так я сейчас и буду. Кошку только покормлю.

Справка. Женщины, занимающиеся йогой, испытывают оргазм в два раза чаще.

Глава 17

Эпизод 17.3

Бригада нас встретит работой, и ты улыбнешься друзьям.

Завершив совещание, полковник Подопригора поднялся. Распахнул окно, впуская в кабинет шум улицы. Следом ворвался запах осени — коктейль из выхлопных газов и ароматов прелой листвы. Подопригора потянулся, а затем прошелся по кабинету. Ступал по паркету мягко, с медвежьей грацией, ни одна половица не скрипнула. Принялся тыкать пальцем в кнопки кофемашины, однако испить чашечку эспрессо ему помешал селектор.

— Товарищ полковник, к вам посетитель, — металлическим голосом доложил динамик. — Игорь Ким. Говорит, ему назначено.

Тихо побурчав чего-то нелицеприятное, полковник рявкнул:

— Пропустить!

Через несколько мгновений посетитель стоял на пороге. Быстро взлетел на третий этаж, будто молодой орел на скалу.

— Добрый день, Сан Саныч, — вежливо сказал Игорь Ким.

Полковник кивнул, разглядывая посетителя изучающим взглядом.

— Для кого добрый, а для кого не очень, — после некоторой паузы отозвался он ворчливым тоном. — Думал, я тебя не найду?

— Я сам пришел, — спокойно возразил посетитель. — Разве вам оттуда не звонили?

Ким поднял глаза к потолку. Возглавляемый им холдинг контролировал значительную долю рынка удобрений, нефтепродуктов и бытовой химии. А страховая компания и сеть ночных клубов дополняли круг широких финансовых интересов. Конечно, в таких делах имелись партнеры и покровители, которые позволяли чувствовать себя уверенно на чужом поле.

— Звонили, — согласился Подопригора. — Но перед тем мне звонил кое-кто повыше. И велел тебя из-под земли достать.

— Ну вот, я уже здесь, — сообщил Игорь. — Готов договариваться.

— Хорошо, когда готов, — хмыкнул полковник. — Это радует. Проходи, присаживайся. На вот, почитай.

Он двинул по столу папку. Ким раскрыл ее, быстро перелистал страницы:

— Что это? Сметы, списки оборудования... Счет на новый автомобиль «Ауди кю пять»? Ничего не понимаю.

Полковник снизошел до пояснений:

— Следствие установило размер ущерба при пожаре.

— При каком пожаре? — нахмурился Ким. Он искренне недоумевал.

— На автосервисе Степана Беседина, где ангар выгорел начисто.

Игорь едва не подпрыгнул.

— Сан Саныч, я не при делах! — воскликнул он. — У меня и в мыслях такого не было!

— А кто к Беседину подкатывал, размахивая фото девчонки? Кто два раза человеку морду бил? — полковник выставил толстый палец. — Твои людишки. Значит, ответ тебе держать, за все фокусы сразу.

— Но погодите, Сан Саныч, — заерзал Ким. — Вот так, без суда и следствия? Дичь какая-то.

— Калмык, ты же у меня на глазах вырос, — полковник набычился, показывая размер Калмыка в прошлом. — Даю тебе шанс. Просто потому, что люди хорошие попросили. Учти, что другие хорошие люди очень хотят знать, зачем ты ищешь девчонку.

— Уже не ищу, — буркнул Игорь.

— Конечно, не ищешь, — усмехнулся полковник. — Твоих бородатых заказчиков отловили. Не всех, правда. Кое-кого постреляли при задержании. Больно горячие оказались.

Заслуги его в том было мало, но полковник испытывал явное удовлетворение. Ким поёжился, а Подопригора добавил:

— Восстановишь автосервис — на суде зачтется.

— Да не палил я ничего, Сан Саныч! — снова вскинулся Игорь.

— Неважно, — отмахнулся тот. — Палил, не палил, мне без разницы, пойдешь соучастником. Если не палил — найди того, кто поджег. Разберись по-свойски, забери своё, что потратишь на восстановление. Понял? Разговор окончен. Телефон не выключай, сиди дома.

— Зачем?

— А у меня вопросы могут возникнуть, если валандаться будешь долго, или юлить начнешь, — полковник вернулся к кофемашине. — Сроку тебе — две недели. Всё, иди работать.

Справка. Надежнее всего сохранение умственных способностей гарантируют сильные тренированные ноги. Бегая по утрам или проводя много времени на ногах, вы также тренируете свой мозг. Сильные и быстрые ноги — надежный признак умственного благополучия, установили ученые из Кингс-колледжа, Великобритания.

***

Воскресное утро началось неспешно. Планы на сегодня имелись, но никуда бежать не заставляли. Дела обождут, пока не умылся, не побрился и не оделся. Воскресенье отличалось еще одним послаблением — полной отменой утренней зарядки.

Как обычно, Степан проверил изображение в зеркале: синяки сошли, седины не прибавилось. Ничего, пойдет. Потом поставил чайник на плиту, наполнил кормом кошачью блюдку. Без особого аппетита умял пару бутербродов, удивляясь самому себе. Ася плотно вошла в его жизнь, хотя появлялась только ночью. Поздно приходила, рано уходила, оставляя нагретый бок и вмятину на подушке. Вздохнув, допил чай и встал, чтобы пройти в дальнюю комнату.

Встал перед стеной, через которую Ася привела его с охотничьей заимки, и на которой видел во сне Сашу, уходящую в солнечном сиянии. Даже глаза закрыл, вспоминая сверкающий проем. Эх, поговорить бы с бабушкой! Опытная женщина может знать то, что Асе неведомо.

Очнуться заставил грудной женский голос:

— Ну и долго ты будешь там стоять? — разминая тесто, миловидная женщина в цветастом переднике насмешливо щурилась. — Заходи уже, касатик, раз пришел.

— Хм... Вообще-то я еще пока в своей квартире, — Степан во все глаза разглядывал картину: живая женщина в золотистой раме проема на стене. Зачем-то задал глупый вопрос: — А вы бабушка?

— Малознакомым мужчинам, таким женихам как ты, дозволяется звать меня Настя, — поправляя белую косынку, она открыто смеялась. — А для внучки я, конечно, бабушка. Давай уже, заходи. Надо сделать один шаг.

Беседин шагнул. Переход построился какой-то неправильный: мало того, что цветом веселенький, так еще и прозрачный.

— Да видел я эти ваши штуки, — Степан мягко приземлился, благо с метровой высоты было прекрасно видно пол. — Надо сделать один шаг, остальную работу делает проводник. Плавали уже, ученые.

— Насчет работы ты не совсем прав, мы ее делали вдвоем.

В подобной ситуации классик как-то заметил: «графиня изменившимся лицом бежит к пруду».

— Как это? — Беседина больше волновала новая золотая дверь которая возникла, а теперь затухала на его глазах. Ничего он не делал, просто стоял. — Что значит «вдвоем»?

— А то и значит. Ты позвал — я открыла. Элементарно, милый мой. Силы открыть переход у тебя нет, зато желания много. Трудно было отказать.

Степан прищурился в ответ:

— Достаточно о вас подумать, и вы с этим согласитесь? — он показал на тускнеющий проем.

— Думать каждый может, только не всех я приглашаю к себе в дом, — полотенцем она обмахнула табуретку. — Блинчики с мясом будешь? Молоком парным запить — самое то. А пирог сейчас в духовку засуну.

— Почему нет? — Беседин огляделся. — Поговорить надо.

Кухня выглядела просто, как это бывает в деревенских домах. За окном пестрели куры, бродящие по двору. Да, типичная деревня.

— Собственно, поговорить давно пора, — кивнула она. — Всех девок на деревне охмурил.

— Да уж всех, — возразил Степан. — И не обманул, а замуж взял.

— Я же говорю: ушлый тип. И что они в тебе нашли? Не по душе мне такой выбор, только меня не особенно стали слушать.

— Да?

— Хотя с девками у тебя прямо беда, я гляжу. В двух соснах заплутал. Одна ушла, но другая осталась. Может это и к лучшему?

— Ничего хорошего не вижу, — надкусил блин Степан.— Девок может и две, да человек один. Характеры разные, это есть. Только где же вы видели однотонную женщину? Так не бывает.