Попаданка для дракона.Это мои яблоки чешуйчатый!

Глава 1: Графиня, долги и пушистый кошмар

Голова трещала так, словно по ней проехался трактор «Беларус», причем дважды — туда и обратно.

Я зажмурилась, пытаясь вспомнить, что произошло вчера. Так, пятница. Я пришла с работы, налила себе чаю, открыла на телефоне новую книжку в жанре любовного фэнтези с пафосным названием «Сердце драконьего принца» и… всё. Дальше темнота.Неужели я умудрилась уснуть прямо с телефоном на лице?

— Эй, женщина, ты собираешься вставать или решила изображать хладный труп до прихода кредиторов? — раздался над ухом скрипучий, удивительно вредный голос. — Учти, если тебя закопают, меня кормить некому будет. А я натура нежная, мне диета из сушеных мышей противопоказана.

Я резко открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого солнечного света, пробивавшегося сквозь… дыру в потолке. Погодите. Какая дыра? У меня в двухкомнатной квартире натяжные потолки со светодиодной лентой!

Я снова открыла глаза, села на кровати и обомлела. Во-первых, кровать была огромной, деревянной, с балдахином, который выглядел так, словно его тридцать лет жевали моли. Во-вторых, комната вокруг напоминала декорации к фильму про викторианскую нищету: облупившаяся штукатурка, сиротливый комод без одной ручки и роскошное, но жутко потертое кресло.

В-третьих, прямо на краю одеяла сидело оно.

Это было существо размером с упитанного домашнего кота, но с пушистым беличьим хвостом, короткими перепончатыми крылышками за спиной и мордой законченного мошенника. Существо держало в лапах огрызок яблока и смотрело на меня большими круглыми глазами цвета болотной жижи.

— Ты кто? — хрипло спросила я, потирая виски.

— Здрасьте, приехали, — существо картинно прижало лапку к груди. — Родную шиншиллу не узнает. Я Фаддей, хранитель этого Богом забытого гнезда порока и нищеты. А ты — Вивьен Эттвуд, графиня без гроша в кармане, счастливая обладательница пятидесяти тысяч золотых долга и просто потрясающая неудачница. Рад, что ты наконец очнулась. Твой обморок затянулся на три часа, я уже думал, придется твои туфли на рынке закладывать.

Я замерла. Вивьен Эттвуд? Графиня?

В памяти тут же всплыли строчки из той самой книги, которую я читала перед сном. Там упоминалась второстепенная героиня — обедневшая графиня Вивьен, которая в первой же главе продает свое родовое поместье главному герою, драконьему принцу Аластору, а сама уезжает в глушь и благополучно спивается от горя, освобождая локацию для главной героини.

— Бамс… — прошептала я, осматривая свои руки. Тонкие пальцы, аристократическая бледность, никаких следов от вчерашнего маникюра. — Я попала в книгу. И я… нищая графиня.

— Ну, «нищая» — это слишком мягкое слово, — охотно поддакнул пушистик Фаддей, с хрустом вонзая зубы в яблоко. — Я бы сказал — феерически обанкротившаяся. У нас из ценного имущества остались только эти стены, крыша (частично) и твой знаменитый яблоневый сад за домом. Который, к слову, через два часа приедет забирать наместник принца.

— Что?! — я подскочила на кровати, позабыв про шок от переселения душ. Внутри меня мгновенно проснулся эффективный менеджер со стажем. — Кто приедет забирать? На каком основании?

— На основании исполнительного листа, дражайшая графиня, — Фаддей взлетел в воздух, лениво помахивая крыльями, и опустился на спинку сломанного кресла. — Твой покойный папенька, упокой Рудрак его азартную душу, проиграл в карты всё, что мог. А что не проиграл — заложил под дикие проценты. Принц Аластор Блэквуд выкупил все твои векселя. Сегодня истекает срок уплаты. Либо ты выкладываешь на бочку пятьдесят тысяч золотых, либо поместье, земля и сад переходят в собственность короны. Точнее — в чешуйчатые лапы Блэквуда.

Я бросилась к окну. Распахнув тяжелые, скрипучие створки, я высунулась наружу.

Поместье действительно выглядело запущенным, но сад… О, этот сад был прекрасен. Огромные, вековые яблони раскинулись до самого горизонта. И самое главное — ветки буквально ломились от спелых, наливных, огромных красных яблок. Настоящее золото, а не урожай! У меня на подмосковной даче такие яблоки даже с лучшими немецкими удобрениями не росли.

И какой-то ящерица-переросток хочет забрать это всё за долги?

— Э, нет, так не пойдёт, — злорадно прищурилась я, сжимая кулаки. — Руки прочь от моего имущества. Это мои яблоки, чешуйчатый! Я их никому не отдам.

— Звучит гордо, — Фаддей подлетел поближе и завис перед моим носом. — Но как ты собираешься воевать с высшим драконом, у которого за спиной закон, армия и способность поджарить тебя одним выдохом? У тебя магия-то в теле — кот наплакал. Точнее, я наплакал, и то случайно. Бытовая магия третьего класса. Ты можешь максимум пыль со шкафа сдуть или воду в чайнике подогреть.

— В бизнесе, пушистый ты пессимист, магия — не главное, — отрезала я, направляясь к комоду в поисках хоть какой-то приличной одежды. — Главное — правильный аудит, железные нервы и умение заговаривать зубы. Ну-ка, помоги мне одеться. Где тут у графинь приличные платья?

— В сундуке, — буркнул Фаддей. — Только учти, оно там одно. Остальные я вчера крысам скормил. Шучу. Продали мы их, чтобы на хлеб наскрести.

Через полчаса я стояла перед треснувшим зеркалом. На мне было темно-зеленое платье, слегка потертое на локтях, но идеально подчеркивающее талию и бледную кожу графини Вивьен. Рыжие волосы я убрала в строгий пучок. Вид получился воинственный.

— Итак, план действий, — я повернулась к Фаддею, который уже доедал второе яблоко. — Сколько весит один мешок этих яблок?

— Спелые — тяжелые, фунтов по сорок, — удивился кот-белка. — А тебе зачем? Собираешься бросаться ими в принца? Одобряю, это будет весело. Правда, недолго.

— Мы будем делать бизнес, Фаддей. Магический сидр, повидло, пастила. Мы завалим этот мир яблоками, но вернем долг.

— Угу, — скептически хмыкнул пушистик. — Только сначала переживи визит дракона. Слышишь? Этот грохот — не гром. Это его карета катится к нашим воротам. Ну всё, суши сухари, графиня, чешуйчатый босс прибыл!

Я глубоко вздохнула, расправила плечи и направилась к выходу из комнаты. Ну держись, принц Аластор. Ты еще не знаешь, на что способна русская женщина, у которой пытаются отобрать законную дачу!

Глава 2: Первое столкновение и яблочный ультиматум.

Грохот у ворот стоял такой, словно туда ломился разъяренный стадо мамонтов. Я решительно сбежала по полуразрушенной каменной лестнице на первый этаж. Фаддей беззвучно летел следом, активно работая крылышками и на ходу пряча за щеку очередную сушеную дольку.

— Вивьен, одумайся! — шипел пушистик мне в ухо. — У него же на лице написано: «Убью и не замечу». Драконы из правящего дома Блэквуд не знают слова «компромисс». Они знают только слова «мое», «золото» и «поджарить»!

— В моем лексиконе тоже есть слово «мое», — отрезала я, распахивая тяжелые дубовые двери особняка.

На парадном дворе, прямо посреди заросшей сорняками клумбы, высилась роскошная черная карета. На лакированных дверцах красовался золотой герб — пикирующий дракон, сжимающий в лапах что-то отдаленно напоминающее налоговую декларацию. Возле кареты застыли четверо гвардейцев в броне, а чуть впереди стоял он.

Наместник-принц Аластор Блэквуд выглядел ровно так, как описывают ожившие девичьи фантазии в дешевых романах. Высокий, широкоплечий, в безупречно скроенном черном камзоле с серебряной вышивкой. Угольно-черные волосы были небрежно зачесаны назад, а глаза… Глаза у него были жуткие — вертикальные драконьи зрачки на фоне расплавленного золота. Вокруг него явственно ощущался шлейф тяжелой, давящей магии и дорогого парфюма с нотками сандала и гари.В руках он держал стопку пергаментов и золотое перо.

— Графиня Эттвуд, — его голос прозвучал как бархатный рокот, от которого у нормальной женщины должны были подкоситься коленки.

Но я слишком долго работала с налоговыми инспекторами, чтобы пугаться баритонов.

— Я рад, что вы соизволили проснуться. Мое время стоит дорого.

— Добрый день, ваша чешуйчатость, — я мило улыбнулась, спускаясь по крыльцу. — Простите, не расслышала должность. Вы у нас принц или коллектор на полставки?

Фаддей позади меня тихо икнул и попытался притвориться воротником на моем платье.Аластор Блэквуд медленно поднял взгляд от бумаг. Его золотые глаза опасно сузились. В воздухе мгновенно запахло озоном, а температура вокруг поднялась градуса на три. Гвардейцы за его спиной синхронно переступили с ноги на ногу.

— Ваша ирония неуместна, графиня, — холодно произнес дракон, делая шаг вперед. — Срок действия ваших векселей истек сегодня в полдень. Общая сумма долга с учетом процентов — пятьдесят тысяч золотых кругов. Поскольку в вашем банке пусто, а из ценного имущества остался только этот полуразрушенный дом и прилегающие земли, я подписываю указ об отчуждении собственности в пользу короны.Он занес перо над пергаментом.

— Постойте! — я сделала знак рукой, призывая к паузе. — Давайте проведем юридическую сверку. На каком основании вы изымаете землю прямо сейчас? По законам империи — а я уверена, они у вас есть — должнику предоставляется тридцать дней на добровольное погашение после официального уведомления. Где подпись Вивьен о получении претензии?Принц на секунду замер. Его зрачки расширились, превращаясь в тонкие щелки.

— Вы не получали уведомление? — спросил он, покосившись на своего секретаря, который тут же начал судорожно бледнеть.

— Не получала, — соврала я и не поморщилась. — А раз так, процедура нарушена. И вообще, вы забираете поместье ради земли под источник, верно? Но этот сад — моя частная интеллектуальная и сельскохозяйственная собственность. Руки прочь от моего имущества! Это мои яблоки, чешуйчатый!

— Что вы сказали? — Аластор Блэквуд прищурился, и вокруг его пальцев промелькнули настоящие искры живого пламени.

— Как вы меня назвали?

— Чешуйчатый, — припечатала я, подходя к нему почти вплотную. Ростом я была ему по плечо, но внутренней уверенности во мне было на три авианосца.

— Вы хотите забрать готовый бизнес. Я предлагаю альтернативу. Дайте мне три недели.

— И что изменится за три недели? — дракон скептически окинул взглядом мою поношенную юбку.

— Вы найдете клад? Выйдете замуж за богатого старика?

— Я выплачу долг, — твердо заявила я. — Из доходов от продажи урожая. Мои яблоки — уникальный магический продукт. Через три недели я привезу вам всю сумму в столицу. Если не привезу — заберете поместье без единого возражения с моей стороны. Заключим магический контракт?

Аластор Блэквуд молчал. Он смотрел на меня так, словно у меня на голове выросли рога. Очевидно, прежняя Вивьен при виде него только падала в обморок и рыдала. Моя наглость его искренне ошарашила.

— Три недели, — медленно произнес он, пряча перо. — Пятьдесят тысяч золотых. Это нереально, графиня. Но мне чертовски интересно посмотреть, как вы опозоритесь. Фредерик, подготовьте контракт империи на три недели. С условием личной выплаты.

— И один маленький пункт, — добавила я, победно улыбаясь. — На время действия контракта вам и вашим людям запрещено приближаться к моему саду ближе, чем на сто шагов. Нам лишние свидетели коммерческой тайны не нужны.Дракон издал тихий, утробный рык, но спорить не стал. Через десять минут магический пергамент, вспыхнув золотым огнем, закрепил нашу сделку.Карета принца со свистом сорвалась с места, оставив после себя облако пыли. Я выдохнула и обессиленно прислонилась к косяку двери.

— Ну ты и сумасшедшая… — прошептал Фаддей, слетая с моего плеча.

— Пятьдесят тысяч за три недели! Да мы даже если все яблоки в мире продадим по самой высокой цене, столько не соберем! Что делать-то будем, хозяйка?

— Хватит паниковать, пушистый, — я решительно закатала рукава платья. — Собирай военный совет на кухне. Будем активировать твою бытовую магию и варить первую пробную партию элитного сидра. У нас мало времени!

Глава 3: Магический аудит, взрывоопасный сидр и кот-камикадзе.

Кухня родового поместья Эттвуд выглядела так, словно пережила триумфальное шествие орды голодных гоблинов, решивших напоследок устроить здесь дискотеку. Повсюду царила живописная разруха: покрытые вековой пылью медные тазы, треснувшие глиняные кувшины и одинокая, покосившаяся кухонная плита, которая смотрела на меня с немым укором, как старый бухгалтер на молодого и слишком креативного директора. На стенах висели портреты моих «предков», судя по выражению лиц которых, они полностью одобряли мое текущее желание завыть дурным голосом.

— Ну и с чего мы начнем наш путь к первому миллиону? — поинтересовался Фаддей.

Он сидел на массивном дубовом столе, свесив пушистые лапы, и с аппетитом доедал третью за утро антоновку. Судя по всему, метаболизм у этого летучего грызуна-переростка был как у колибри на спидах. На его левом ухе красовался засохший листик, а в глазах горел неподдельный интерес к процессам мирового господства.

— С аудита и генеральной уборки, — отрезала я, завязывая подол платья узлом на бедре, чтобы не путался под ногами. — Так, Фаддей, включай свою хваленую бытовую магию. Для начала нам нужно избавиться от пыли, паутины и этого подозрительного грибка в углу, который, кажется, только что подмигнул мне и попытался составить резюме на должность су-шефа.

— Моя магия — это тонкий инструмент! — гордо задрал нос пушистик, взмахнув крыльями. — Я хранитель древнего рода, а не швабра с дистанционным управлением! Мои предки благословляли королей на ратные подвиги, а не выковыривали дохлых тараканов из-под плинтуса!

— Хранитель древнего рода сейчас пойдет работать пугалом в сад, если не очистит это помещение за пять минут, — ласково пообещала я, беря в руки тяжелую скалку. — Работай, Фаддей. Время — золото. Конкретно — пятьдесят тысяч золотых, которые нам нужно отдать одному очень высокомерному ящеру.

Кот обреченно вздохнул, зажмурился и смешно зашевелил ушами. Его хвост окутался нежно-зеленым сиянием, похожим на дедушкину фосфорную блесну для ловли щуки.

— Пылянус-исчезанус, грязилка-отвалилка! — пафосно пропищал он.

Воздух в кухне со свистом закружился. Настоящий мини-торнадо поднялся от пола, засасывая в себя вековую пыль, сухих пауков и обрывки старых рецептов. Это выглядело бы потрясающе в каком-нибудь голливудском фильме, если бы я в этот момент не пыталась удержаться за край стола, чтобы не улететь в это импровизированное чистилище вместе с фамильным хрусталем. Фаддей победоносно улыбнулся, но тут его левое крыло дернулось, зеленый свет сменился на ядовито-розовый, и заклинание явно пошло не по плану. Магический вихрь сменил траекторию и с размаху влетел в огромный шкаф с остатками муки.

Бабах!

Через секунду кухня напоминала заснеженную тундру в разгар сурового сибирского января. Я стояла, зажмурившись, чувствуя, как по моим ресницам и носу медленно сползает первосортная пшеничная мука. Фаддей, превратившийся в абсолютно белого, круглого призрака с выпученными глазами, сидел на люстре и мелко дрожал. Из мучного облака доносился его робкий кашель.

— Зато… зато паутины больше нет, — просипел он сверху, чихнув так, что с люстры посыпались остатки побелки. — И грибок в углу самоликвидировался. Кажется, он задохнулся от осознания масштабов моего величия.

— Фаддей, — тихо и зловеще произнесла я, вытирая лицо рукавом. — Если ты еще раз перепутаешь бытовое очищение со взрывом на мукомольном заводе, я сварю сидр из тебя. Понял? И добавлю туда немного корицы для аромата.

— Понял, осознал, больше не повторится, — пушистик судорожно закивал, пытаясь отряхнуть хвост, из-за чего вокруг него поднялось новое локальное облако белой взвеси.

Когда первое кулинарно-магическое потрясение улеглось, а кухня совместными усилиями (и при помощи обычной мокрой тряпки, надежнее которой магия еще ничего не придумала) была приведена в относительный порядок, мы приступили к делу.

На стол были водружены три огромных ведра тех самых яблок. Они были идеальными: пунцово-красные, с глянцевым отливом, а внутри каждого, если присмотреться, едва заметно пульсировали золотистые искорки. Магический источник в саду явно делал свое дело, превращая обычные фрукты в энергетик высшего качества. Настоящая витаминная бомба с легким привкусом аристократического упрямства.

— Итак, — я открыла найденную в столе старую тетрадь и обмакнула гусиное перо в чернила. — Пишем бизнес-план. Продавать яблоки ведрами на рынке — глупость. Нам не хватит ни объемов, ни времени. Принц Аластор сожрет меня вместе с косточками через три недели. Нам нужен продукт с высокой добавленной стоимостью. Элитный алкоголь. Магический сидр «Слезы Дракона».

— Почему «Слезы»? — удивился кот, подлетая к ведру и с любопытством заглядывая в тетрадь.

— Потому что когда Блэквуд увидит, сколько мы на этом заработаем, он будет плакать горючими слезами от жадности, — ухмыльнулась я. — Маркетинг, мой пушистый друг, это умение продать обычную забродившую воду по цене слез девственницы, собранных в ночь на полнолуние. Так, Фаддей, какова технология? Нам нужно отжать сок, добавить сахар, дрожжи и запустить процесс брожения. Но у нас нет недель на выдержку. Как ускорить процесс магией?

— О, тут я мастер! — оживился пушистик, слизывая муку с собственного носа. — У меня есть заклинание контролируемого времени для органики. Называется «Хмельной вихрь». Оно заставляет бактерии работать со скоростью пьяного гнома, бегущего за добавкой в пятницу вечером перед закрытием таверны. За один час сидр созреет так, словно стоял в погребе три года!

— Отлично. Давай сюда соковыжималку. Точнее… что тут у вас вместо нее?

Вместо соковыжималки обнаружился тяжелый деревянный пресс с винтовым механизмом. Он выглядел как орудие пыток времен инквизиции и весил примерно столько же, сколько все мои нереализованные амбиции. Следующий час превратился в фитнес-тренировку экстра-класса. Я крутила дубовый ворот, пот катился с меня градом, мышцы горели, а в голове крутилась мысль, что фитнес-блогеры из моего прошлого мира просто умерли бы от зависти при виде таких нагрузок.

Фаддей работал «службой логистики» — то есть сидел на краю пресса, давал ценные указания под руку, махал хвостом для создания искусственной прохлады и вовремя подставлял глиняные кувшины под струящийся, густой, янтарно-розовый сок. Запах на кухне стоял просто сумасшедший — пахло медом, спелым летом и легкой морозной свежестью.

Когда три больших чана были заполнены до краев, я победоносно вытерла лоб, оставив на нем живописную полосу из сока и муки.

— Так, сок готов. Теперь магия брожения. Фаддей, только аккуратно. Не надо нам спецэффектов. Просто подогрей и ускори.

Кот важно устроился на краю чана, вытянул передние лапки и завел заунывную песню на непонятном языке, которая больше напоминала урчание сломанного холодильника с примесью оперного вокала. На этот раз его магия работала как надо: сок в чанах сначала пошел мелкими пузырьками, затем забурлил, запенился, а по кухне поплыл отчетливый, убойный аромат качественного, крепкого сидра.

— Работает! — прошептала я, завороженно глядя на процесс. — Фаддей, ты гений!

— Я знаю, — скромно заметил кот, но тут же потерял бдительность.

Аромат бродящих магических яблок подействовал на пушистика самым неожиданным образом. Его глаза округлились, зрачки расширились до размеров чайных блюдец, а крылья начали совершать хаотичные, абсолютно некоординированные движения. Фаддей пошатнулся, шумно вдохнул пары алкоголя прямо из чана и… громко и смачно икнул.

— Ой… какие красивые зеленые крокодильчики полетели… — пробормотал он, глупо улыбаясь и пытаясь поймать лапой невидимую бабочку. — И почему у них усы как у моего дедушки?

— Фаддей, отойди от края! — крикнула я, бросаясь к нему.

Но было поздно. Захмелевший хранитель поместья полностью потерял связь с реальностью и гравитацией, взмахнул крыльями, описал в воздухе неровную мертвую петлю и с громким плюхом приземлился прямо в самый большой чан с сидром.

— Спасайте капитана! Я тону в океане блаженства! — забулькал кот, выныривая на поверхность и активно лакая напиток. — Эй, тут тепло и пахнет родиной! Налейте еще ведро!

— Ах ты алкоголик крылатый! — я по локоть запустила руки в чан, поймала Фаддея за шкирку и вытащила его наружу.

Кот был мокрый, липкий, пах как передовой ликеро-водочный завод в день получки и выглядел абсолютно счастливым. Он попытался обнять меня за палец, нежно лизнул в нос и запел какую-то непристойную балладу про дракона и пастушку, путая слова, заикаясь и периодически икая розовыми мыльными пузырями.

Я спешно завернула это пушистое недоразумение в сухое полотенце и уложила в корзину для белья.

— Спи, коммерсант, — вздохнула я, качая головой.

Вернувшись к чанам, я зачерпнула немного сидра деревянной ложкой и осторожно попробовала. Напиток был божественным. Терпкий, сладкий, с легкой кислинкой и взрывным покалывающим эффектом на языке. А главное — после первого же глотка моя усталость от кручения пресса испарилась, словно ее и не было. Магический источник в саду действительно давал яблокам невероятную бодрящую силу, способную поднять на ноги даже мертвого.

В этот момент в дверь кухни негромко, но настойчиво постучали. Я вздрогнула. Неужели принц вернулся проверить, как продвигается мой крах?

Я подошла к двери, держа наготове всё ту же верную скалку, и приоткрыла ее. На пороге стоял пожилой мужчина в потертом ливрейном кафтане. Лицо его было изрезано морщинами, а в глазах читалась смесь глубокой преданности и полнейшего недоумения.

— Ваша милость… — старик низко поклонился. — Я Томас, ваш верный слуга. Точнее, последний, кто не разбежался, когда старый граф… ну, вы знаете. Я услышал шум и этот… весьма специфический аромат. Вы решили заняться виноделием?

Я осмотрела Томаса. Выглядел он усталым, но опрятным. Нам в нашей зарождающейся корпорации «Яблочный Рай» позарез нужны были рабочие руки.

— Именно так, Томас, — я пошире распахнула дверь. — Заходи. У нас есть три недели, чтобы заработать пятьдесят тысяч золотых и спасти это поместье. Ты со мной?

Старик посмотрел на чаны с сидром, затем на спящего в корзине кота, который в этот момент громко хрюкнул во сне, и на его лице появилась слабая, но решительная улыбка.

— Мой дед служил вашему деду, ваша милость. Если вы решили объявить войну драконьему принцу с помощью яблочного сока… что ж, это лучшая безумная идея, которую я слышал за последние двадцать лет. Я с вами.

— Отлично, — я победно улыбнулась. — Завтра мы выходим на городской рынок. Томас, найди какую-нибудь телегу. Мы везем наш товар в люди! Ну что, чешуйчатый принц, берегись. Налоговый аудит ты, может, и прошел бы, но против агрессивного маркетинга у тебя нет никаких шансов!

Глава 4: Рыночный десант, агрессивный маркетинг и «Слезы Дракона»

Городской рынок столицы наместничества встретил нас оглушительным гулом, запахом навоза, дешевых специй и жареной рыбы. Торговцы орали так, словно от громкости их голоса зависел размер их… прибыли.Наша колымага, которую Томас чудом откопал в закромах конюшни, жалобно скрипела на каждом ухабе. Тащила её старая, флегматичная кобыла по кличке Ромашка, которая, судя по её виду, тоже находилась в глубокой депрессии от местной экономики.

В телеге высились три заветных бочонка с сидром, а на одном из них, замотанный в серую шаль, восседал Фаддей. Пушистик страдал. Глаза его были подернуты туманной дымкой похмелья, а уши уныло свисали по бокам.

— Ой, мамочки… — стонал кот, прижимая лапки к голове на каждой кочке.

— Зачем так громко орать? Почему это солнце такое круглое и яркое? Томас, заверни меня в лопух, мне кажется, я умираю. Мой магический резерв превратился в сушеную изюминку.

— Меньше нужно было дегустировать продукцию изнутри чана, — отрезала я, уверенно правя к торговым рядам.

— Соберись, Фаддей. Ты лицо нашего бренда. Точнее, пушистая морда.Нам досталось самое сиротское место у дальнего забора, рядом с продавцом вяленой воблы — мрачным типом с огромными усами, который посмотрел на наше темно-зеленое графское платье и дырявую телегу с откровенным презрением.

— Чё везём, барышня? — буркнул усач, сплевывая на землю шелуху.

— Кислятину яблочную? Да тут этого добра на каждом углу за медный грош ведро дают. Шли бы вы отсюда, пока телегу не отобрали за местовое.

— Не кислятину, уважаемый, а элитный нектар бодрости, — гордо ответила я, спрыгивая с телеги.

— Томас, разгружай бочки. Фаддей, включай обаяние, или я вычту стоимость выпитого вчера сидра из твоего суточного пайка.Кот моментально встрепенулся, икнул остаточным розовым пузырем и принял максимально несчастный и мимимишный вид, на который только был способен.Стратегия «просто стоять и ждать покупателя» в моем прошлом мире умерла еще в девяностых. Нужен был экшен. Я взяла чистый глиняный стакан, до краев налила искрящегося, янтарного сидра, от которого тут же пошел умопомрачительный медовый аромат, и вышла на середину прохода.

— Устали от серости и долгов?! — зычно крикнула я, вспомнив свои лучшие презентации для региональных дилеров.

— Сил нет смотреть на этот мир?! Уникальный напиток из садов графини Эттвуд! «Слезы Дракона»! Один глоток — и вы забудете про радикулит, тещу и налоги! Первая дегустация — абсолютно бесплатно!

Народ притих. На рынке бесплатно не давали даже пинка. Первым, привлеченный запахом, к нам неуверенно подошел толстый гном в кожаном фартуке — судя по всему, местный кузнец, у которого на лбу так и читалось «тяжелый понедельник».

— Чего, правда бесплатно? — подозрительно спросил он, косясь на Фаддея, который в этот момент сидел на бочке и умилительно складывал лапки на животе.

— Специально для вас, уважаемый мастер, — я с улыбкой протянула ему стакан. — Пейте до дна.

Гном недоверчиво хмыкнул, взял стакан, принюхался и бахнул напиток одним махом. Секунду ничего не происходило. Кузнец замер, его глаза округлились, а затем… золотистые искорки магии источника, содержащиеся в сидре, явственно пробежали по его щетине. Хрустнули плечи, спина распрямилась, а лицо озарилось такой блаженной улыбкой, словно ему только что простили ипотеку.

— Ох ты ж жгучий корень! — взревел гном на весь рынок, хватаясь за поясницу.

— Спина! Спина не болит! Три года согнутым ходил, а тут — ух! Налей еще ведро! Сколько стоит?!

— Один серебряный кругляк за бутылку, — сориентировалась я. (Для справки: обычное яблочное пойло стоило три медные монеты).

— Даю два, если нальешь прямо сейчас в мой кувшин! — гаркнул кузнец, вытряхивая из кошеля монеты.Это была искра, из которой возгорелось пламя. Толпа, увидев чудодейственное исцеление гнома, с ревом ринулась к нашей телеге.

— Мне три бутылки!— Женщина, у меня муж со вчерашнего дня не встает, налей побольше!

— А этот ушастый грызун в комплекте идет?! — орали со всех сторон.

— Грызуна не продаем, он член совета директоров! — кричала я, едва успевая принимать серебро и отдавать кувшины, которые Томас ловко наполнял из бочки.Фаддей вошел во вкус. Почувствовав звон монет, он напрочь забыл о похмелье. Кот летал над толпой, ловко подхватывал крыльями пустые кувшины, складывал серебро в специальный мешочек на поясе и сыпал рекламными лозунгами:— Покупайте сидр от графини! Драконы пьют и плачут, гномы пьют и пляшут! Кто не купит наш нектар, тот чешуйчатый кальмар!За первый час мы распродали полторы бочки. Мешочек с серебром приятно оттягивал мне карман платья. Я уже мысленно подсчитывала прибыль и строила планы по закупке новой тары, как вдруг толпа перед телегой резко расступилась.По проходу, расталкивая покупателей, шли трое дюжих молодчиков в кожаных колетах с эмблемой гильдии виноделов. Возглавлял их скользкий тип с тонкими усиками и крысиным выражением лица. Настоящий местный мафиози районного масштаба.

— Так-так-так, — протянул он, останавливаясь перед нашей телегой и брезгливо разглядывая бочки.

— Кто это у нас тут устроил несанкционированную торговлю без лицензии гильдии? Какая-то нищая девка и летающая моль?Фаддей на «моль» оскорбился, взъерошил шерсть и зашипел, как рассерженный чайник.

— Я графиня Вивьен Эттвуд, — холодно ответила я, скрестив руки на груди.

— И я торгую продукцией со своего законного родового участка. Какая еще гильдия?

— Торговая гильдия столицы, милочка, — крысиный тип противно ухмыльнулся, а его громилы сделали шаг вперед, демонстративно потирая кулаки. — На этом рынке каждый, кто продает алкоголь, платит нам половину выручки. Либо закрывает лавочку. А за то, что назвали свое пойло «Слезами Дракона» — именем правящего дома — вас вообще можно в казематы упечь за оскорбление величества. Так что гоните монеты, графинюшка, и проваливайте. Бочки мы забираем в качестве штрафа.Один из громил протянул ручищу к нашему последнему полному бочонку.Томас испуганно сжался, Фаддей приготовился активировать свое взрывоопасное мучное заклинание, но во мне в этот момент проснулась ярость старосты дачного кооператива, у которой председатель пытается отжать две сотки под личную парковку.Я с размаху опустила тяжелую деревянную черпалку на руку громилы.Щёлк!— Ай! — взвыл амбал, отдергивая пальцы.

— Руки прочь от коммерческой собственности, рэкет недоделанный! — рявкнула я, шаг за шагом наступая на крысиного лидера.

— Половину выручки?! Да у меня рентабельность бизнеса рухнет! Ты кто такой вообще, чтобы мне условия диктовать?! У меня контракт, скрепленный личной магической печатью наместника-принца Аластора Блэквуда! Если вы тронете хоть одну каплю этого сидра, вы будете иметь дело лично с его канцелярией за срыв графика выплаты государственной задолженности!

Я выхватила из-за пазухи свиток контракта, который слабо светился золотом драконьей магии, и ткнула им прямо в нос предводителю гильдии.Усики крысиного типа задрожали. Драконья магия — это вам не шутки. Против неё на местном рынке никто идти не рисковал. Бандиты переглянулись, их пыл мгновенно угас.

— Мы… мы еще встретимся, графиня, — процедил сквозь зубы предводитель, пятясь назад.

— Рынок большой, а до столицы ехать долго. Посмотрим, как твой сидр доедет туда в целости.Они поспешно ретировались под улюлюканье толпы.

— Юху! Хозяйка, ты терминатор! — завопил Фаддей, делая сальто в воздухе.

— Видали, как она их?! Сама принца боится, а его именем как дубиной машет!

— Тише ты, пиарщик, — выдохнула я, пряча свиток. Руки слегка подрагивали, но внутри пело сладкое чувство победы. — Томас, наливай быстрее, пока народ не передумал. Нам нужно продать всё до последнего литра!К полудню бочки были абсолютно пусты. В нашем мешке звенело без малого тридцать золотых кругов (если перевести серебро по курсу). До пятидесяти тысяч было еще как до Луны, но это был только первый день, и у нас оставался целый нетронутый яблоневый сад.Бизнес пошел. Но я понимала, что гильдия виноделов этого так не оставит, да и чешуйчатый принц Аластор явно удивится, когда узнает, что стал главным лицом моей рекламной кампании.

Глава 5: Магический конвейер, промышленный шпионаж и яблочное цунами.

Возвращение в родовое гнездо Эттвуд напоминало триумфальное шествие победителей, если, конечно, закрыть глаза на то, что наше «шествие» состояло из одной скрипучей телеги, флегматичной кобылы Ромашки и трех пустых бочек, пахнущих хмелем. Зато в моем глубоком кармане восхитительно, весомо и очень многообещающе звенели тридцать золотых кругов. Для вчерашней попаданки, которая очнулась в теле банкротки, это был не просто успех. Это была первая траншея на пути к финансовой независимости от одного слишком чешуйчатого принца.

— О, великие боги брожения и дистилляции, как же у меня болят крылья! — Фаддей лежал на дне телеги кверху пузом, раскинув лапы в разные стороны. Шерсть на его животе слиплась от пролитого сидра, а пушистый беличий хвост вяло подергивался в такт движению колес.

— Я работал как проклятый! Я изобрел новый вид маркетинга! «Кто не купит наш нектар, тот чешуйчатый кальмар» — это же шедевр! Это достойно золотой медали на столичной выставке менестрелей! Хозяйка, ты обязана выдать мне премию. Желательно в виде жареной утки и бочонка сливок.

— Премию ты получишь, когда мы выплатим сорок девять тысяч девятьсот семьдесят золотых, которые остались по контракту, — осадила я его пыл, уверенно держа вожжи.

— То, что мы сделали сегодня — это капля в море. Нам повезло: эффект новизны, чудодейственное исцеление гнома и магия источника. Завтра слухи разойдутся, и народ потребует еще. Но у нас физически не хватит сил крутить этот дубовый пресс вручную каждый день.

Я не для того в прошлых жизнях защищала диплом по оптимизации бизнес-процессов, чтобы умереть от радикулита в фэнтезийном средневековье.

— И что ты предлагаешь, хозяйка? — подал голос Томас, сидевший рядом на козлах. Старик бережно баюкал на коленях мешочек с выручкой, словно это был новорожденный младенец. Глаза его блестели от непривычного азарта.

— Нанять местных крестьян? Так у нас в округе три калеки остались, остальные в город подались на заработки, когда твой батюшка поместье запустил.

— Нанимать людей — это расходы на фонд оплаты труда, налоги и человеческий фактор, — рассудительно ответила я, прищурившись на золотеющий вдали яблоневый сад.

— Зачем нам люди, если у нас есть магия, говорящая белка-переросток и заброшенная графская кузница за домом? Мы будем автоматизировать производство.

Когда мы въехали во двор, я первым делом отправилась на ревизию хозпостроек. Фаддей, привлеченный словом «автоматизация» (которое он явно принял за какое-то новое заклинание вызова еды), нехотя полетел за мной, смешно шлепая крыльями по воздуху.Задний двор поместья представлял собой печальное зрелище, но старая кузница оказалась на удивление крепкой. Внутри, среди толстого слоя сажи и ржавых подков, обнаружился огромный водяной привод, подведенный к небольшому ручью, протекавшему по краю участка.— Так, — я зажгла бытовым заклинанием (которое уже получалось у меня почти без осечек) старую масляную лампу. — Смотрите сюда. Водяное колесо работает. Если мы соединим его ось с системой шестеренок и подключим к нашему деревянному прессу, то сок будет выжиматься сам, под тяжестью речного потока. Томас, сможешь найти старые цепи и шестерни?

Старик почесал затылок, обошел колесо кругом и восхищенно крякнул:

— Матушка-графиня… Да вы же инженер от бога! Из старой веялки в амбаре как раз три шестерни отличные остались. И цепи от колодца найдутся. Завтра к утру соберу!

— Отлично. А ты, Фаддей, будешь отвечать за конвейерную магию, — я повернулась к коту, который тут же попытался спрятаться за ржавую наковальню.

— Хватит филонить. Мне нужно, чтобы ты заколдовал три больших деревянных желоба. По первому яблоки должны сами катиться из сада прямо в чан пресса. По второму — отжатый жмых должен улетать в компостную яму. А третий желоб будет направлять чистый сок прямиком в бродильные бочки на кухне.

— Ты сумасшедшая! — заверещал Фаддей, вылезая из-за наковальни.

— Направленное телекинетическое удержание неодушевленных предметов по траектории — это магия четвертого уровня! Я бытовой хранитель, а не магистр пространственной логистики! У меня уши отвалятся от такого напряжения!

— Не отвалятся, — ласково улыбнулась я, похлопывая скалкой по ладони.

— К тому же, если сок будет течь сам, тебе больше не придется работать «службой доставки» и дышать парами алкоголя. Ты будешь сидеть на стульчике, пить чай и раз в час обновлять заклинание брожения. Ну что, идет?

Кот задумался. Перспектива сидеть на стульчике и ничего не делать явно перевесила страх перед пространственной логистикой.

— Ладно, — буркнул он. — Но с тебя двойная порция пирога. И чтобы яблоки для него были запечены с медом и корицей!Следующие двенадцать часов превратились в адский марафон. Томас, подгоняемый невиданным энтузиазмом, гремел железом, смазывал колеса свиным жиром и матерился на древнеэльфийском (где он только нахватался?). Я отмеряла шагами расстояние, чертила на полу кузницы схемы и настраивала уклоны желобов. Фаддей, обливаясь потом и периодически срываясь на ультразвуковой писк, плел магические нити. Его нежно-зеленое свечение теперь опутывало деревянные конструкции, заставляя их слегка вибрировать.К рассвету магический конвейер «Эттвуд-Индастриз» был готов к запуску.— Ну, с богом, — вздохнула я и открыла заслонку на ручье.Вода с шумом хлынула на деревянные лопасти водяного колеса. Оно тяжело повернулось, со скрипом закрутилась первая шестеренка, натянулась цепь, и огромный поршень пресса медленно, но верно пошел вниз. В этот же момент Фаддей активировал конвейер. Из окна кухни я увидела, как спелые яблоки из сада, словно послушные дрессированные ежики, ровной цепочкой покатились по верхнему желобу прямо в кузницу.Хруст! Бабах! Свист!Пресс аккуратно расплющил первую порцию. Жмых с тихим шлепком улетел по второму желобу в окно, четко приземлившись в компост, а густой янтарный сок весело побежал по третьему желобу прямо в открытое окно кухни, где уже стояли приготовленные Томасом огромные чаны.

— Работает… — прошептал Томас, крестясь двумя пальцами.

— Клянусь пресветлым Рудраком, оно само работает!

— А то! — гордо заявила я, чувствуя, как внутри разливается профессиональная гордость. — Производительность выросла в пять раз. Себестоимость упала. Теперь мы можем выдавать по десять бочек сидра в день!Однако наше празднование прервал странный шорох, донесшийся со стороны яблоневого сада. Фаддей, у которого после активации конвейера обострился слух, резко вскинул голову и зашевелил ушами-локаторами.

— Хозяйка… — тихо прошептал он, бледнея под шерстью.

— Там в саду кто-то есть. И это не птицы. Оттуда пахнет дешевым табаком, чесноком и… мазутом.

Я мгновенно подобралась. Намёк предводителя гильдии виноделов на рынке про «мы еще встретимся» всплыл в памяти неоновой вывеской. Конкуренты не заставили себя ждать.Прихватив верную скалку (которая уже стала моим официальным скипетром власти) и скомандовав Томасу оставаться на конвейере, я скользнула в сад. Фаддей беззвучно парил надо мной, стараясь не отсвечивать своими зелеными искрами.Утро только занималось, сад был окутан густым предрассветным туманом. Мы продвигались осторожно, пригибаясь к мокрой от росы траве. Наконец, у самой границы стошаговой зоны, где магия драконьего контракта уже не действовала, я увидела двоих. Это были те самые громилы из вчерашней гильдейской банды.Они стояли у корней одной из самых старых и плодоносных яблонь. В руках у одного из них было ведро с какой-то ядовито-зеленой, пузырящейся жижей, а второй держал огромный бурав, собираясь просверлить кору дерева, чтобы залить туда отраву.

— Давай быстрее, Шелудивый, — торопил один другого сиплым шепотом.

— Наш босс сказал, если эти яблочки засохнут, девка сама приползет на коленях и отдаст землю за бесценок. А принцу скажем, что вредители напали. Магическая саранча, мол.

— Сейчас, сейчас… Твердое, зараза, как камень! — кряхтел второй, налегая на бурав.У меня внутри всё заледенело, а потом вскипело так, что, кажется, я сама едва не превратилась в огнедышащего дракона. Отравлять мой сад?! Ломать мой бизнес?! Уничтожать мои яблоки?!

— Ах вы вредители колорадские! — рявкнула я, вылетая из тумана как фурия.

— Налоговой инспекции на вас нет!

Громилы от неожиданности подпрыгнули. Тот, что держал ведро с ядом, от испуга плеснул им себе на сапоги. Жижа зашипела, и парень с криком «Ой, мамочки, жжется!» принялся скакать на одной ноге.Второй, Шелудивый, бросил бурав и выхватил из-за пояса короткий кривой нож.

— Ах ты сучка графская! Ну держись…

— Фаддей, боевой режим! — скомандовала я, нападая первой.

Мой выпад скалкой пришелся аккурат по запястью бандита. Нож с металлическим звоном отлетел в траву. Но громила был крупным и явно привык к дракам. Он попытался схватить меня за горло, но тут в дело вступил наш «военно-воздушный флот».

— Получи, фашист, гранату! — заорал Фаддей.Кот-камикадзе на полной скорости влетел бандиту прямо в лицо. Он не просто царапался — он включил свою бытовую магию на полную мощность.

— Грязилка-отвалилка! Взрыв мукомольного завода в миниатюре! — пропищал пушистик.Из его хвоста вырвался направленный заряд скопившейся за ночь сажи и мучной пыли прямо в глаза и рот Шелудивому.

Бандит оглох, ослеп и завыл дурным голосом, катаясь по траве и пытаясь отплеваться от столетней кухонной грязи, смешанной с первосортной мукой.Второй диверсант, который к этому времени кое-как стянул дымящийся сапог, увидел эту картину: разъяренная графиня со скалкой наперевес и летающий безумный кот, плюющийся магическим порошком. Храбрость бандита испарилась. Он подхватил своего завывающего товарища под мышки и с криками «Это не ведьма, это демон какой-то!» припустил в сторону леса так, что только пятки сверкали.

— Ха! Знай наших! — Фаддей победоносно приземлился на ветку яблони и попытался скрестить лапки на груди, но тут же закашлялся от собственной муки.

— Кхе-кхе… Хозяйка, мы их уделали! Мы защитили наши инвестиции!Я стояла, тяжело дыша, и смотрела на брошенное ведро с остатками яда. Опасность была близко. Гильдия виноделов поняла, что сидр представляет угрозу для их монополии, и теперь они пойдут на всё. Просто продавать сидр на рынке больше нельзя — нас там либо сожгут, либо отравят по дороге.

— Нам нужен сильный покровитель, — задумчиво произнесла я, вытирая скалку о траву.

— Кто-то, чьё имя заставит эту гильдейскую шваль икать от ужаса при одной мысли о вредительстве.

— И у тебя есть кто-то на примете? — спросил Фаддей, отряхивая уши.

— Есть, — на моих губах появилась хищная улыбка истинного топ-менеджера.

— Наш главный кредитор. Принц Аластор Блэквуд. Он думает, что ждет моего краха. Но вместо этого он получит предложение о франшизе, от которого его драконья жадность просто не сможет отказаться. Фаддей, возвращаемся на кухню. Нам нужно отобрать самые лучшие бутылки, придумать элитную упаковку и готовиться к визиту в замок наместника!

Глава 6: Франшиза для чешуйчатого величества, или Как выгулять кота в высшем обществе

Драконий замок Наместника, высеченный прямо в базальтовой скале на вершине холма, всем своим видом демонстрировал три вещи: безграничную власть, неприличную роскошь и полное отсутствие чувства юмора у его владельца.

Острые шпили пронзали серое утреннее небо, словно каменные когти, а у подножия массивных железных ворот замерли двое гвардейцев в тяжелых латах. Судя по их угрюмым физиономиям, их рацион состоял исключительно из сырого мяса и приказов начальства.

— Вивьен, я передумал. У меня внезапный приступ редкой драконьей аллергии. Мои крылья вянут, а хвост сводит судорогой, — Фаддей испуганно зашептал мне прямо в ухо, еще сильнее сжавшись на моем плече.Сейчас мой фамильяр выглядел… специфически. Чтобы не шокировать местную аристократию видом летающего кота с беличьим хвостом, мне пришлось пойти на радикальные меры конспирации. Мы отмыли его от вчерашней мучной копоти, тщательно причесали и уложили вокруг моей шеи на манер дорогого мехового воротника. Фаддей изо всех сил зажмурился, спрятал крылья под лапы и притворился редким экзотическим зверьком — «элитной воротниковой горностаевой куницей»

.— Тихо ты, воротник высшего сорта, — одернула я его, поправляя на плечах старое, но аккуратно выглаженное Томасом дорожное платье.

— Главное — не взлетай, не матерись и не пытайся украсть бутерброды со стола Наместника. Если план сработает, к вечеру у нас будет юридическая неприкосновенность от гильдии виноделов. Если нет — нас обоих отправят на каторгу в рудники. Так что дыши глубже и держи фасон.

В руках я уверенно держала нашу главную ударную силу — тяжелую дубовую шкатулку, которую Томас обтянул изнутри бархатом со старого графского кресла. Внутри, на мягкой подложке, покоились три бутылки нашего лучшего полусухого сидра «Золотой Эттвуд». Мы провели ребрендинг: очистили стекло до зеркального блеска, запечатали горлышки благородным сургучом, а этикетки я нарисовала вручную, выведя каллиграфическим почерком: «Эксклюзивный купаж. Поставщик двора Его Высочества (в проекте)». Магия Фаддея заставила жидкость внутри бутылок едва заметно мерцать золотистыми искрами. Маркетинг — это вам не шутки.Я решительно подошла к стражникам. Один из них, чьи усы напоминали щетку для чистки обуви, преградил мне путь тяжелой алебардой.

— Стой, гражданочка. Куда прёшь со своей коробкой? Прием просителей начнется только в четверг, после третьей луны. Юродивым и торговцам вход воспрещен.

Я медленно выпрямила спину, включив на полную мощность режим «стервозный генеральный директор на совете директоров». Мой взгляд заледенил бедного гвардейца быстрее, чем любое заклинание магии льда.

— Попрошу без фамильярностей, любезный, — процедила я с ледяной, аристократической грацией. — Я графиня Вивьен Эттвуд. И я пришла не просить, а возвращать долги Его Высочеству принцу Аластору Блэквуду. Если вы сейчас же не доложите о моем визите, то через пять минут будете лично выплачивать из своего жалованья сорок девять тысяч золотых. Обещаю, ваш Наместник умеет считать деньги, и за задержку платежа он сдерет с вас не только латы, но и шкуру.

Гвардейцы переглянулись. Мой уверенный напор и упоминание астрономической суммы подействовали безотказно. Усатый стражник сглотнул, приоткрыл тяжелую створку ворот и буркнул:

— Ладно… Проходи в приемный зал, графиня. Но если ты наврала — скормим твой воротник замковым гончим.

— Этот воротник сам кого хочешь скомкает и выплюнет, — тихо шепнул Фаддей, когда мы вошли в прохладный полумрак замкового коридора.

Внутри замок поражал воображение мрачной монументальностью. Высокие готические своды, ковры цвета свернувшейся крови и бесконечные портреты суровых мужчин с янтарными глазами и чешуйками на скулах. Предки Аластора Блэквуда явно не отличались добродушием. Нас провели в малый тронный зал, где за огромным столом из черного дерева, заваленным грудами пергаментов, сидел сам принц.Аластор выглядел безупречно и пугающе. Черный камзол с серебряным шитьем подчеркивал широкие плечи, длинные темные волосы были перехвачены обручем, а в руке он держал перо, скрежеща им по бумаге с такой силой, словно подписывал смертный приговор. Услышав шаги, он поднял голову. В его вертикальных драконьих зрачках промелькнуло искреннее удивление, которое он тут же замаскировал под привычную маску высокомерной скуки.

— Надо же, какая неожиданность, — его бархатный, низкий голос эхом разнесся по залу. — Графиня Эттвуд. Не ожидал увидеть вас так скоро. Позвольте узнать, что привело вас в мою скромную обитель? Неужели вы осознали всю тщетность своего положения и пришли добровольно передать мне права на ваши земли? Признаться, я уже приготовил договор о передаче.

— Мечтать не вредно, Ваше чешуйчатое Высочество, — я вежливо, но без грамма подобострастия присела в легком реверансе, после чего уверенно подошла к его столу и с глухим стуком водрузила на него дубовую шкатулку.

— Я пришла сделать вам деловое предложение, от которого ваша врожденная драконья жадность — прошу прощения, финансовая проницательность — просто не позволит вам отказаться.

Принц изогнул бровь. Его взгляд скользнул по шкатулке, а затем переместился на мое плечо, где Фаддей в этот момент совершил тактическую ошибку — слишком громко и нервно сглотнул.

— Графиня, у вашего воротника только что задергалось ухо. И, если мне не изменяет зрение, он пытается притвориться дохлым.— Это редкая порода южных куниц, милорд! — быстро нашлась я, незаметно ткнув Фаддея локтем под ребра.

— Стрессонеустойчивая, падает в обморок при виде высокородных драконов. Не обращайте внимания. Давайте перейдем к цифрам. Вчера на городском рынке я продала первую партию своего напитка. Три бочки улетели за сорок минут. Выручка составила тридцать золотых. Себестоимость производства благодаря моей новой системе автоматизации стремится к нулю.

Аластор снисходительно усмехнулся, откинувшись на спинку кресла и переплетя пальцы рук.

— Тридцать золотых? Впечатляющий масштаб для нищей аристократки, Вивьен. Но напоминаю: ваш долг — пятьдесят тысяч. В году триста шестьдесят пять дней. Даже если вы будете продавать по тридцать золотых ежедневно, вам понадобится почти пять лет, чтобы расплатиться со мной. У вас же есть всего месяц. Вы математику в пансионе учили?

— Я учила экономику, стратегический менеджмент и масштабирование бизнеса, — я сделала шаг вперед и щелкнула замками шкатулки.

Крышка откинулась, являя миру три сияющие бутылки.

— То, что вы видите — это не просто перебродивший яблочный сок. Это золото в жидком эквиваленте. Вчера этот напиток за пять минут исцелил застарелую подагру старого гнома-кузнеца. Магия моего источника очищает кровь, восстанавливает резерв и… дарует невероятную легкость. Сегодня вся рыночная площадь гудит. Спрос превышает предложение в сотни раз.

Принц прищурился. В его глазах загорелся профессиональный интерес хищника. Он протянул руку, взял одну из бутылок, покрутил её, разглядывая этикетку, а затем легким щелчком длинного ногтя снял сургуч и вытащил пробку. По залу мгновенно разлился умопомрачительный аромат спелых яблок, летнего луга и легкой магической свежести.Аластор сделал небольшой глоток. Его горло дернулось. На секунду его зрачки расширились, а по коже шеи пробежала едва заметная золотистая чешуя — верный признак того, что драконья магия внутри него среагировала на напиток. Он замер, прислушиваясь к своим ощущениям, а затем медленно поставил бутылку на место.

— Неплохо, — сухо признал он, хотя я видела, как блеснули его глаза.

— Действительно неплохо. Магическая стабилизация на высоте. Но при чем здесь я? Вы хотите, чтобы я стал вашим постоянным покупателем? Купил у вас пару ящиков для королевских банкетов?

— Мелко плаваете, принц, — дерзко заявила я, опираясь руками о край его стола и наклоняясь вперед.

— Я предлагаю вам франшизу. Бренд «Золотой Эттвуд». Вы даете мне полную юридическую защиту от гильдии виноделов, которая сегодня утром уже пыталась отравить мой сад. Вы предоставляете мне свои торговые каналы и королевские лицензии на распространение алкоголя по всему королевству. Взамен вы получаете тридцать процентов от чистой прибыли всей сети и… личную эксклюзивную поставку этого напитка для вашего личного двора. Мы станем монополистами. Мы уничтожим старую гильдию за два месяца.

Аластор несколько секунд смотрел на меня в упор. Атмосфера в зале накалилась так, что, казалось, в воздухе вот-вот запляшут искры. Его драконья аура давила тяжелым прессом, но я не отвела глаз. Я была топ-менеджером крупного холдинга в своем мире, и меня не могли напугать никакие чешуйчатые генеральные директора.Вдруг тишину нарушил Фаддей. Не выдержав напряжения, он громко чихнул, потерял равновесие и с писком свалился с моего плеча прямо на стол Наместника, перевернув стопку важных государственных пергаментов и расправив свои перепончатые крылья.

— Ой… — пискнул кот, встречаясь взглядом с ошеломленным принцем.

— То есть… Мяу? Я имею в виду, пищание куницы! Пип-пип!Аластор медленно перевел взгляд с летающего кота на меня. Его губы дрогнули, а затем зал сотряс громовой, искренний хохот. Дракон смеялся так, что у него на глазах выступили слезы. Он откинулся в кресле, качая головой.

— Летающий кот-переросток в роли воротниковой куницы… Графиня, вы просто невозможны! — отсмеявшись, принц вытер слезу пальцем.

— Наглость, с которой вы ворвались в мой замок, контрабандный фамильяр на моем столе и это… потрясающее деловое предложение. Вы действительно думаете, что я соглашусь на тридцать процентов? Я дракон, Вивьен. Мы не соглашаемся на крохи. Пятьдесят процентов. И вы платите долг вовремя, без задержек.

— Сорок процентов, и вы лично подписываете указ о неприкосновенности земель Эттвуд от любых проверок гильдии виноделов, — жестко парировала я, не собираясь сдавать позиции.

— И указ должен быть готов прямо сейчас.

Аластор посмотрел на меня с невольным уважением. Он взял чистое перо, обмакнул его в чернила и быстро размашистым почерком написал несколько строк на пергаменте, скрепив его своей личной магической печатью с изображением атакующего дракона.

— Сорок пять процентов, графиня. Это мое последнее слово. Либо мы подписываем это, либо я конфискую ваш сад прямо сейчас за неуплату первой части долга.

Я сделала вид, что глубоко задумалась, хотя внутри у меня всё пело от восторга. Сорок пять процентов за полную безопасность и выход на общегосударственный рынок — это была чистая победа.

— По рукам, Ваше Высочество, — я протянула ему руку для пожатия.Аластор перехватил мою ладонь. Его пальцы были горячими, а хватка — стальной. В момент соприкосновения между нашими руками пробежала легкая золотистая искра магического контракта. Сила дракона зафиксировала сделку.— Договор будет доставлен вам завтра, партнер, — улыбнулся принц, и в этой улыбке уже не было прежнего высокомерия, только азарт сильного игрока, нашедшего себе достойного соперника.

— Но помните: если через неделю я не увижу первую бочку сидра на королевском совете, указ аннулируется.

— Не извольте беспокоиться. «Эттвуд-Индустриз» никогда не срывает сроки поставок, — гордо ответила я, подхватывая подмышку Фаддея, который уже вовсю строил принцу глазки в надежде на бутерброд.

Мы покинули замок с гордо поднятыми головами. У нас в руках был официальный указ Наместника. Теперь мы были неприкасаемы для бандитов. Но стоило нам спуститься к подножию холма, как Фаддей резко замер в моих руках, уставившись на дорогу, ведущую к нашему поместью.

— Вивьен… — прошептал он, и его хвост распушился до размеров диванной подушки. — Кажется, наш план масштабирования бизнеса придется ускорить. Посмотри туда.Я проследила за его взглядом и обомлела. У поворота к нашему поместью выстроилась огромная, кричащая, гремящая телегами и разномастными повозками очередь. Там были гномы с бочками, торговцы в дорогих кафтанах, трактирщики и просто местные жители. Слухи о чудодейственном сидре разлетелись по округе со скоростью лесного пожара, и теперь сотни людей требовали «того самого золотого нектара».

— Мама дорогая… — прошептала я, понимая, что нашего конвейера из кузницы на такую толпу точно не хватит. — Это же… потребительский бум. Нам срочно нужно расширять производство.

Глава 7: Мобилизация фей, сырьевой кризис и первый корпоративный саботаж.

Очередь у ворот поместья Эттвуд бурлила, словно перегретый котел с зельем. Трактирщики в засаленных фартуках размахивали пустыми кружками, пузатые купцы пересчитывали монеты прямо на капотах своих роскошных карет, а пара гномов-рудокопов уже собиралась пустить в ход топоры, споря за право первыми подъехать к крыльцу. Наш вчерашний триумф обернулся кошмаром любого начинающего предпринимателя — жестким дефицитом оборотного капитала и сырья.

— Сидра! Дайте золотого сидра! Мой хозяин платит двойную цену! — орал толстый глашатай в ливрее местного барона.

— Назад, смертные! — Фаддей, уже сбросивший личину мехового воротника, взлетел на вершину каменного столба ворот и воинственно распушил хвост.

— Соблюдайте культуру очереди! Запись на дегустацию по талонам! Кто будет толкаться — заколдую, будете три дня кукарекать и нестись пасхальными яйцами!

Угроза безумного летающего кота на пару минут охладила пыл толпы. Я воспользовалась моментом, вышла на крыльцо и подняла руку вверх, призывая к тишине. В руках у меня сиял свежий пергамент с драконьей печатью принца Аластора

.— Уважаемые клиенты и партнеры! — мой голос, усиленный простеньким бытовым заклинанием громкости, разнесся над площадью.

— Бренд «Золотой Эттвуд» рад вашему интересу. Но мы заботимся о качестве нашего продукта. Настоящий магический сидр требует времени на ферментацию. Сегодня мы готовы отпустить ровно пять бочек — по одной в одни руки, исключительно для крупных оптовиков по системе предварительного аукциона. Остальные могут оставить заявки у моего секретаря Томаса. Принимаем предоплату в размере тридцати процентов!

Слово «аукцион» вызвало среди купцов ажиотаж. Пока Томас, трясущимися от счастья руками, записывал адреса трактиров и сгружал в сундук золотые монеты предоплаты, я утащила Фаддея в дом. Ситуация была критической.

— У нас кончаются яблоки, Вивьен, — мрачно констатировал кот, опустившись на кухонный стол и утыкаясь носом в чашку с остатками сливок.

— Наш сад огромен, но Томас физически не успевает собирать плоды с верхних веток. Магический конвейер работает на холостом ходу. Если мы не найдем рабочих для сбора урожая прямо сейчас, купцы завтра разнесут наше поместье по кирпичику, несмотря на все драконьи указы.

— Нанимать местных крестьян долго, к тому же они боятся заходить в дальнюю часть сада из-за… как там её? Магической аномалии? — я задумчиво побарабанила пальцами по столу.

— Не аномалии, а колонии диких древесных фей, — поправил Фаддей, дернув ухом.

— Мелкие, зловредные твари. Живут в старых дуплах, воруют яблоки и кидаются огрызками в каждого, кто подходит к их деревьям. Твой покойный батюшка с ними три года воевал, да так и бросил ту часть сада.

— Воевал? Какой неэффективный менеджмент, — я хищно улыбнулась, и внутри меня проснулся дух жесткого антикризисного управляющего. — Зачем воевать с рабочей силой, если её можно замотивировать? Фаддей, тащи сахар, пустые бутылочки из-под зелий и самую яркую шелковую ленту, которую найдешь в сундуках матери. Мы идем на переговоры с профсоюзом.

Через полчаса мы углубились в заброшенную часть сада. Здесь деревья были старше, их ветви переплетались, создавая густую полутень, а воздух буквально звенел от избытка магии источника. Стоило мне подойти к огромной, усыпанной багровыми плодами яблоне, как сверху раздался тонкий, яростный писк.В лицо мне полетело крупное, жесткое яблоко. Я едва успела уклониться, и снаряд со свистом врезался в ствол соседнего дерева. Из-за листвы высунулись три крошечные фигурки с прозрачными, как у стрекоз, крылышками. Они были одеты в платья из сухих листьев, а их лица выражали крайнюю степень воинственности.

— Уходи, большая глупая двухножка! — закричала самая крупная фея с волосами цвета мха, потрясая крошечным деревянным копьем.

— Это наши яблоки! Наш дом! Наша еда! Уходи, а то нашлем проклятие чесотки и долгоносиков!

— Спокойно, дамы, — я подняла руки ладонями вверх, демонстрируя мирные намерения.

— Я графиня Вивьен Эттвуд, новая хозяйка этих земель. И я пришла не воевать. Я пришла предложить вам контракт на аутсорсинг со стопроцентным социальным пакетом.

Феи замерли. Термин «аутсорсинг» явно не входил в их магический лексикон, но мой уверенный тон заставил их прислушаться.

— Катракт? — переспросила мшистая фея, прищурив блестящие глазки.

— Это едят?

— Это соглашение, которое сделает вас самыми сытыми и богатыми феями в этом лесу, — я достала из кармана приготовленную бутылочку.Внутри нее находился концентрированный сироп из корицы, сахара и капли нашего сидра, а горлышко было перевязано изящным розовым бантом. Я откупорила пробку, и сладкий, пряный аромат мгновенно заполнил поляну. Феи на ветках синхронно втянули носами воздух, их крылышки затрепетали от восторга.

— Слушайте мои условия, — четко произнесла я, демонстрируя товар.

— Вы собираете яблоки с верхних веток, куда мы не можем дотянуться, и аккуратно складываете их в наши магические желоба. За каждую заполненную корзину ваша колония получает одну бутылочку этого элитного сиропа и три куска рафинированного сахара. Более того, мы гарантируем вам защиту от гильдии виноделов и неприкосновенность ваших дупел. Если согласны — берем сироп и подписываем трудовое соглашение.

Феи устроили быстрый, шумный консилиум. Они летали кругами, пищали, спорили и периодически косились на бутылочку в моих руках. Наконец, мшистая фея спустилась ниже и зависла прямо перед моим носом.

— Мы согласны! Но с условием: сахар должен быть колотым, и чтобы никакой химии! И мы работаем только до захода солнца. Ночью у нас танцы при луне.

— Договор коллективного подряда утвержден, — я протянула ей бутылочку, которую фея тут же утащила на дерево под радостный писк своих подруг.

Эффект от мобилизации фей превзошел все ожидания. Маленькие крылатые существа оказались идеальными сборщиками. Они работали со скоростью урагана: аккуратно срывали плоды, передавали их по цепочке и сбрасывали прямо в желоб конвейера. Наша производительность выросла втрое. Водяное колесо в кузнице бешено крутилось, сок лился рекой, а Томас едва успевал заколачивать новые бочки.Казалось, бизнес пошел в гору, но законы рынка суровы: быстрый успех всегда привлекает крупных хищников.

Ближе к вечеру, когда у ворот осталась лишь пара припозднившихся купцов, к крыльцу подкатила роскошная карета, обтянутая черным бархатом. Из нее вышел мужчина средних лет с холеным лицом, в парчовом кафтане и с массивной золотой цепью на шее. Его сопровождали двое магов в серых мантиях — официальные ликвидаторы и аудиторы Королевской налоговой палаты.

— Графиня Эттвуд? — мужчина брезгливо оглядел наш чистенький, но бедноватый двор.

— Я — магистр Себастьян Вейн, глава городского отделения Гильдии виноделов и уполномоченный представитель налогового ведомства. До нашего сведения дошло, что вы развернули здесь незаконное производство алкогольной продукции без соответствующей сертификации, экологической экспертизы источника и, что самое главное, без уплаты гильдейского сбора.Я спокойно сошла с крыльца, скрестив руки на груди. Фаддей тут же приземлился мне на плечо, злобно шипя на магов.

— Насколько мне известно, господин Вейн, земли Эттвуд являются родовым поместьем с особым статусом автономии. Мы подчиняемся напрямую Наместнику.

— Были таковыми, дорогая моя, пока ваш отец не задолжал короне и частным лицам, — хищно оскалился Вейн.

— Маги, приступить к аресту имущества! Опечатать кузницу, конфисковать запасы сока и ввести запрет на использование водного ресурса до выяснения обстоятельств.

Маги в серых мантиях шагнули вперед, доставая из широких рукавов светящиеся фиолетовые свитки с печатями ареста. Томас испуганно схватился за сердце, а из сада послышался тревожный писк фей.

— А ну-ка стоять, канцелярские крысы! — я сделала шаг вперед и выхватила из-за пазухи пергамент, подписанный принцем Аластором.

— А ну, магистр, проверьте-ка вот этот документ своим налоговым зрением. Знакома ли вам личная печать Его Высочества?

Вейн снисходительно хмыкнул, но стоило ему взглянуть на развернутый пергамент, как его лицо приобрело цвет протухшего сыра. Магическая печать в форме дракона вспыхнула ярким золотым светом, волна чистой королевской магии ударила по серым мантиям, заставив их свитки ареста мгновенно обуглиться и превратиться в пепел.

— Что здесь написано? — заикаясь, прочитал Вейн, его холеные усики мелко задрожали.

— «…Настоящим указом Его Высочество принц Аластор Блэквуд берет под личный патронаж предприятие „Золотой Эттвуд“. Любые попытки вмешательства в производственный процесс, наложения ареста или проведения несанкционированных проверок третьими лицами приравниваются к государственной измене и караются немедленным скармливанием виновных замковым гончим…»

— Исполнительный директор Блэквуд очень строго относится к защите своих инвестиций, господин Вейн, — ласково улыбнулась я, делая шаг к побледневшему главе гильдии. — У принца в нашем бизнесе доля — сорок пять процентов. Так что, если вы хотите опечатать кузницу, вам придется сначала опечатать пасть его дракону. Будут еще вопросы по сертификации?

Магистр Вейн попятился назад, едва не споткнувшись о ступеньку собственной кареты. На его лбу выступили крупные капли пота. Он понял, что его игра проиграна на самом высшем уровне.

— Это… это недоразумение, графиня, — выдавил он из себя фальшивую улыбку, поспешно запрыгивая в карету.

— Гильдия виноделов всегда чтит законы Наместника. Мы просто… проверяли бдительность молодых предпринимателей. Всего доброго! Поехали, живее!

Карета рванула с места так, что из-под колес полетели камни, оставив после себя лишь облако пыли.

— Ха! Выкусил, старый клоп! — Фаддей победоносно станцевал джигу на моем плече. — Вивьен, ты гений! Драконья крыша работает лучше любого боевого заклинания!

— Не расслабляйся, Фаддей, — я задумчиво посмотрела вслед уезжающей карете. — Вейн труслив, но мстителен. Прямой силовой захват у него не выжил, значит, он пойдет другим путем. Он попытается ударить по нашему самому слабому месту. По качеству.

— В каком смысле? — кот удивленно захлопал глазами.

— В прямом. Завтра мы везем первую официальную партию сидра в замок на королевский совет, как и обещали Аластору. И я готова поставить свои сорок девять тысяч золотых на то, что гильдия попытается подменить или испортить наши бочки по дороге. Нам нужна не просто охрана, нам нужен стратегический план транспортировки ценных грузов.

Глава 8: Бронированный дилижанс, воздушный налет и столичный ревизор.

Утро транспортировки первой официальной партии для королевского совета началось в четыре часа ночи.

Поместье Эттвуд напоминало секретную военную базу. На заднем дворе, скрытый густым туманом, стоял наш «инкассаторский броневик» — старая дубоваятелега, которую Томас за ночь обшил со всех сторон листами ржавого железа из кузницы.

— Вивьен, это не телега, это гроб на колесах! — Фаддей нервно мерил шагами борт повозки, его крылья дергались от напряжения.

— Она весит как три взрослых кабана, Ромашка её даже с места не сдвинет! К тому же, от нее пахнет старым навозом и машинным маслом. Наше «золото в жидком эквиваленте» пропахнет этой гадостью!

— Ничего не пропахнет, все бочки запечатаны тройным слоем сургуча, — отрезала я, затягивая на талии кожаный ремень с верной скалкой.

— А чтобы Ромашке было легче, мы применим законы элементарной физики и немного магии. Где наш штурмовой авиаотряд?

Из-за бочек с тихим писком вылетел целый рой фей во главе с мшистой предводительницей. Каждая кроха держала в лапках по крошечному мешочку с пыльцой левитации, которую они усердно собирали со старых одуванчиков у магического источника.

— Мы готовы, большая двухножка! — пропищала фея.

— Сахар у нас? Сироп на месте? Если нас обманешь — искусаем до зеленых волдырей!

— Всё честно, оплата после доставки, — я кивнула Томасу. Старик открыл заслонку, и феи дружно высыпали пыльцу на железные борта телеги.

Раздался тихий звон, ржавое железо окуталось нежно-зеленым сиянием, и огромная повозка… едва заметно оторвалась от земли, зависнув в пачке пальцев от травы. Вес исчез. Флегматичная кобыла Ромашка удивленно обернулась, дернула ухом и легко потянула за собой повозку, словно та была сделана из пуха.

— Первый этап логистической спецоперации завершен, — довольно улыбнулась я.

— Фаддей, прыгай на козлы. Мы выезжаем.

Дорога до замка Наместника пролегала через узкое Кленовое ущелье — идеальное место для засады. Туман здесь был настолько густым, что я едва видела уши нашей кобылы. Воздух казался липким и холодным. Я интуитивно сжала пальцы на рукояти скалки. Мой внутренний топ-менеджер кричал о высоких операционных рисках.И чутье не подвело.

Когда мы доехали до середины ущелья, Ромашка резко встала как вкопанная. Из тумана прямо на дорогу вышли четверо. На этот раз это были не рыночные громилы Шелудивого, а профессиональные наемники в кожаных доспехах, вооруженные арбалетами.

Позади них стоял угрюмый человек в сером плаще с капюшоном, в руках которого опасно пульсировал фиолетовый магический шар. Боевой маг. Гильдия виноделов решила не мелочиться.

— Стоять, графиня, — лениво процедил предводитель наемников, поигрывая кинжалом.

— Ваша повозка дальше не поедет. Бочки с сидром мы забираем в счет… экологического налога. А вас с вашим летающим недоразумением просили проводить в подвалы гильдии для приватной беседы.

— А зубы вам в счет налога не выбить? — рявкнул Фаддей, взлетая с козлов и принимая боевую стойку в воздухе.

— Вивьен, командуй!— Авиация — к бою! — скомандовала я, прыгая с телеги.

— Применить тактику ковровой бомбардировки!

Из-за железных бортов телеги с воинственным писком взмыл рой фей. Наемники явно не ожидали увидеть древесных духов в роли службы безопасности.

— Что за черт… — успел крикнуть один из арбалетчиков, прежде чем мшистая фея со всей силы ткнула его копьем прямо в нос.

— Получите, вредители! — пищали феи, швыряя в глаза бандитам едкую пыльцу дикого перца и липкую смолу.Наемники бросили арбалеты, кашляя, чихая и отчаянно пытаясь содрать с лиц наглых фей, которые цеплялись за их волосы и бороды.Однако боевой маг в сером плаще оставался главной угрозой. Он начал быстро шептать заклинание, и фиолетовый шар в его руках увеличился до размеров арбуза, готовый испепелить нашу телегу вместе с сидром.

— Не выйдет, очкарик! — заорал Фаддей.

Кот на полной скорости спикировал на мага сверху. Вместо сложной боевой магии мой фамильяр применил вершину своего бытового искусства:

— Заклинание генеральной уборки: экстренное вытряхивание пыльного ковра!Из хвоста Фаддея вырвалось такое колоссальное облако вековой пыли, шерсти и мазутной копоти, накопленной в старой кузнице, что мага буквально погребло под этой серой тучей. Он судорожно вдохнул, подавился заклинанием и выдал оглушительное:

— А-а-апчхи!

Магическая энергия сорвалась с контроля. Фиолетовый шар взорвался прямо в руках мага, окутав его самого липкой, парализующей пеной. Бандит рухнул в грязь, смешно дергая ногами.Остальные наемники, увидев, что их сильнейший боец повержен летающим котом-пылесосом, бросили оружие и с позором сбежали в туман, преследуемые торжествующим писком фей.

— Мы сделали их! Мы защитили логистический коридор! — Фаддей победоносно приземлился на спину Ромашки, тяжело дыша и чихая от собственной пыли.

— Отличная работа, команда, — я вытерла пот со лба, чувствуя, как адреналин бьет по ушам.

— Но расслабляться рано. Быстро собираем трофеи и на полной скорости в замок. Совет уже начинается.

Через полчаса наш бронированный дилижанс с грохотом влетел во двор замка Наместника. Гвардейцы на воротах, увидев помятую, сияющую зеленым светом железную телегу и взъерошенную графиню со скалкой, даже не посмели нас задерживать. К нам навстречу уже бежал взволнованный слуга Аластора.Двери малого тронного зала распахнулись в тот самый момент, когда лорды королевского совета во главе с принцем Аластором обсуждали бюджет на следующий квартал. На столе перед ними стояли пустые кубки, а атмосфера в зале была скучной и сонной. До тех пор, пока не вошла я, а следом за мной гвардейцы не внесли первую дубовую бочку «Золотого Эттвуда».

— Прошу прощения за задержку, господа, — громко и четко произнесла я, проходя к центру зала.

— По дороге на нас было совершено нападение Гильдии виноделов. Нападавшие обезврежены и связаны у ваших ворот. А мы, как и обещали, доставили товар в срок.

Аластор, сидевший во главе стола, медленно поднялся. Его янтарные глаза хищно блеснули, а на губах заиграла опасная улыбка.

— Нападение на груз под личным патронажем Наместника? — тихо, но так, что у лордов побежали мурашки по спинам, произнес принц. — Кажется, магистр Вейн забыл, кто правит в этих землях.

Гвардия! Немедленно арестовать главу гильдии и конфисковать все активы виноделов до окончания расследования.

Двое гвардейцев тут же вылетели из зала. Аластор повернулся ко мне:

— Ну что ж, графиня. Покажите совету, из-за чего поднялся такой шум.

Я лично выбила пробку из бочки. По тронному залу мгновенно распространился невероятный, концентрированный аромат спелых яблок, ванили и чистой магии. Присутствующие лорды синхронно потянули носами воздух.

Старый, вечно ворчащий казначей лорд Грэм первым протянул свой золотой кубок.

— Наливайте, графиня. Посмотрим, стоит ли этот напиток нарушения спокойствия в городе.

Я наполнила кубки всех присутствующих. Сидр искрился и слегка светился золотом в полумраке зала. Лорды сделали по первому глотку.Наступила мертвая тишина. Я видела, как округлились глаза казначея. Как расправились плечи сурового генерала ордена Мечей. Магия источника Эттвуд, активированная ферментацией, ударила по их уставшим телам волной чистой энергии.

— Клянусь предками… — прошептал лорд Грэм, глядя на свои руки.

— Мои суставы… они больше не болят! Этот напиток… он возвращает молодость!

— Невероятно! Чистый вкус, никакой тяжести! — воскликнул генерал.

— Графиня, моя армия возьмет триста бочек для офицерского состава! Прямо сейчас!

— Гильдия виноделов со своим кислым пойлом и рядом не стояла! — зашумели лорды, протягивая кубки за добавкой.

— Заключить эксклюзивный контракт!

Аластор сделал глоток из своего кубка, встретился со мной взглядом и едва заметно кивнул. В его глазах читалось искреннее восхищение моим деловым подходом. Это был абсолютный, безоговорочный триумф. «Эттвуд-Индустриз» вышла на государственный уровень за один день.Но именно в этот момент, когда я уже мысленно подсчитывала прибыль и планировала постройку полноценного завода, тяжелые дубовые двери зала снова с грохотом распахнулись.В зал вошел человек, от одного вида которого все лорды мгновенно замолчали и вжали головы в плечи. Он был худ как скелет, одет в строгий темно-синий мундир столичного образца, а на его носу покоились квадратные очки с толстыми линзами. В руках он держал огромную книгу в кожаном переплете и серебряное перо.

— Прекратить дегустацию, — раздался сухой, скрипучий голос, от которого повеяло замогильным холодом бюрократии.

— Я — верховный инспектор Королевской санитарно-эпидемиологической и фискальной палаты Столицы, лорд Кромвель. К нам поступила официальная жалоба от… независимых источников.

Он прошествовал к столу, не обращая внимания на тяжелый взгляд принца Аластора, и уставился на меня своими холодными глазами через линзы очков.

— Нам стало известно, что в поместье Эттвуд используется несертифицированный магический источник, чья вода не прошла столичную экспертизу на предмет содержания темных эманаций и ментальных паразитов. На основании статьи 44 Королевского кодекса о безопасности здоровья подданных, производство «Золотого Эттвуда» приостанавливается с этой секунды. Все оборудование подлежит демонтажу, а земли — полной изоляции до прибытия столичной комиссии. Срок рассмотрения дела — два года.

В зале повисла гробовая тишина. Магистр Вейн перед своим арестом успел задействовать столичные связи. Это был юридический мат. Против королевского закона безопасности даже у Наместника не было мгновенного противоядия.Фаддей на моем плече тихо и испуганно пискнул, а я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Мой бизнес, едва начав дышать, оказался на грани полного уничтожения.

Глава 9: Бюрократический айкидо, столичный аудит и феи на тропе войны.

Сухой, как пергамент, голос инспектора Кромвеля еще долго вибрировал под высокими сводами тронного зала. Лорды совета испуганно переглядывались, бережно прижимая к себе кубки с остатками золотого напитка. Двое гвардейцев, только что собиравшихся арестовать винодела Вейна, замерли в дверях. Столичная Санитарно-фискальная палата обладала особыми, надведомственными полномочиями. Против нее местная исполнительная власть была бессильна.

— Два года? — тихо, с леденящей душу вежливостью переспросил принц Аластор.

Он медленно встал со своего кресла. Его зрачки сузились до едва заметных угольных щелей, а воздух вокруг стола начал стремительно прогреваться. Запахло озоном и паленой шерстью — Фаддей на моем плече спешно свернулся клубком, молясь всем кошачьим богам, чтобы принц не превратился в дракона прямо здесь.

— Лорд Кромвель, вы находитесь в провинции Блэквуд, — Аластор опёрся ладонями о стол, наклоняясь к ревизору.

— И здесь я решаю, что безопасно для моих подданных, а что нет. Этот напиток исцелил казначея совета за пять минут. Какая еще экспертиза вам нужна?

— Законы короны едины для всех провинций, Ваше Высочество, — Кромвель даже не моргнул. Он поправил свои квадратные очки серебряным пером.

— Исцеление лорда Грэма может быть следствием краткосрочного ментального допинга. Через неделю у него могут отказать почки или вырасти ослиные уши. Без официального штампа Столичной лаборатории этот сок — потенциальное биологическое оружие. Любое сопротивление исполнению указа будет расценено как саботаж королевской воли.

Аластор стиснул зубы с таким звуком, будто расколол гранитный валун. Ситуация зашла в тупик. Дракон мог сжечь ревизора на месте, но это означало бы объявление войны столице и потерю наместничества.Я поняла: пришло время доставать из широких штанин диплом магистра государственного управления и опыт борьбы с налоговыми проверками из моей прошлой жизни. Там, где бессильна грубая сила и магия, всегда побеждает правильная трактовка параграфов.

— Позвольте мне, Ваше Высочество, — я мягко, но уверенно сделала шаг вперед, задвигая Аластора чуть в сторону.Принц удивленно взглянул на меня, но давлеющую ауру сбавил. Я повернулась к Кромвелю, нацепив на лицо самую приторную, профессионально-вежливую улыбку из арсенала корпоративных юристов.

— Уважаемый верховный инспектор Кромвель. Безопасность здоровья граждан — это наш главный приоритет. «Эттвуд-Индустриз» целиком и полностью поддерживает ваши регуляторные требования.Кромвель удивленно приподнял бровь. Он явно ожидал слез, умоляний или угроз, но никак не согласия с его бюрократическим бредом.

— Вот как? Рад, что среди провинциальной знати есть благоразумные люди, графиня. В таком случае, подпишите акт о приостановке деятельности и…

— Секундочку, — я подняла указательный палец, прерывая его на полуслове.

— Давайте откроем Королевский кодекс, на который вы ссылаетесь. Статья 44, пункт 3, если мне не изменяет память?Кромвель нахмурился и быстро пролистал свою огромную книгу в кожаном переплете.

— Да. «Любое производство продуктов питания и напитков, использующее природные ресурсы с недоказанным магическим фоном, подлежит консервации до…»— «…до проведения экспертизы уполномоченным лицом», — закончила я за него фразу, которую помнила наизусть из аналогичных законов своего мира.

— Ключевое слово здесь — производство. Согласно юридическому словарю Королевства, производством считается коммерческая деятельность, осуществляемая наемным трудом с целью извлечения прибыли.

— И что из этого? — Кромвель недоверчиво прищурился.

— А то, — я хищно улыбнулась, — что в поместье Эттвуд нет наемного труда. Сбор урожая осуществляют дикие древесные феи на основе договора безвозмездного коллективного подряда. Они не являются подданными короны, не получают зарплату в золоте и действуют в рамках своей естественной экосистемы. Водяной привод в кузнице — это автоматический элемент ландшафтного дизайна. А данный сидр, доставленный сегодня в замок, является не товарной партией, а… личным подарком графини Эттвуд своему деловому партнеру, принцу Аластору, на правах личной переписки и дружеского обмена.

В зале воцарилась тишина. Лорды совета начали медленно осознавать изящество юридического маневра.

— Подарок? — заикнулся Кромвель, судорожно листая кодекс.

— Но вы же взяли предоплату у купцов на рынке!

— Это были не договоры купли-продажи, а краудфандинговые пожертвования на развитие исторического наследия рода Эттвуд, — отбрила я, не моргнув и глазом.

— Законы о благотворительности не подлежат санитарному контролю статьи 44. Таким образом, господин инспектор, вы не имеете права опечатать кузницу, так как она не является коммерческим объектом. Вы можете опечатать только этот конкретный кубок. Но принц его уже выпил.

Фаддей на моем плече тихонько захлопал лапками:

— Гениально… Шеф, ты просто демон в юбке.Принц Аластор издал тихий смешок, который быстро перерос в довольное урчание. Он мгновенно подыграл мне:

— Совершенно верно, лорд Кромвель. Графиня угостила меня своим домашним компотом. Вы хотите запретить мне пить компот в моем собственном замке? Если Столичная палата пытается регулировать меню Наместника, я напишу об этом моему кузену-королю. Думаю, он посмеется.

Кромвель покрылся красными пятнами. Его серебряное перо едва не переломилось пополам от ярости. Он понял, что его поймали на его же собственном поле.

— Ладно! — выплюнул ревизор, захлопывая книгу с грохотом, похожим на выстрел.

— Допустим, лазейку вы нашли. Но закон дает мне право провести экспресс-аудит на месте. Я лично отправляюсь в поместье Эттвуд. И если я найду там хоть один грамм коммерческого оборота, или если ваш «ландшафтный дизайн» нарушает нормы водопользования — я сотру ваше имение с лица земли, графиня. Выезжаем немедленно!

— Мы будем рады принять вас с проверкой, — я вежливо поклонилась, хотя внутри у меня всё сжалось.

Кромвель был профессиональной ищейкой. Если он приедет в поместье и увидит Томаса, заколачивающего тридцатую бочку, и купцов, передающих мешки с золотом, никакая софистика меня не спасет. Нам нужно было выиграть время и… перестроить весь бизнес за те два часа, что его карета будет тащиться до нашего дома.

— Я еду с вами, — неожиданно заявил Аластор, застегивая серебряную пряжку на камзоле.

— Как совладелец… прошу прощения, как близкий друг семьи, я обязан проследить за прозрачностью аудита. Гвардия, подготовить конвой!Когда мы вышли во двор замка, я незаметно пересадила Фаддея на плечо Аластора.

— Лети вперед, — прошептала я коту. — Поднимай Томаса и фей. Всё золото спрятать в подвал под старой картошкой. Все пустые бочки выдать за элементы декоративного забора. Быстро!

— Понял, шеф! Включаю режим форсажа! — Фаддей сорвался с места, расправил крылья и растаял в небе зеленой молнией.

Весь путь до поместья я провела в карете Кромвеля, сознательно заговаривая ему зубы рассказами о «прогрессивных методах утилизации яблочного жмыха» и «экологическом балансе ручьев». Ревизор лишь угрюмо молчал, сверля меня взглядом оценщика тюремных камер. Аластор ехал верхом рядом с каретой, периодически подмигивая мне через окно. Между нами росло какое-то странное, азартное сообщничество.Когда мы, наконец, въехали во двор усадьбы Эттвуд, я затаила дыхание.Двор был девственно чист. Никаких купцов, никаких бочек. Томас в чистой рубахе мирно сидел на завалинке и чинил старый лапоть, изображая из себя глубоко деревенского пенсионера. Железная обшивка с телеги была сорвана и аккуратно сложена в угол, будто куча металлолома.

— Ну что, лорд Кромвель, добро пожаловать в наше скромное семейное гнездо, — я первой вышла из кареты.Кромвель выскочил следом, хищно озираясь. Он бросился к кузнице, распахнул двери и замер. Водяное колесо лениво крутилось, но вместо пресса для сидра оно теперь приводило в движение… огромную деревянную ложку, которая мерно помешивала в пустом котле.

— И что это? — Кромвель ткнул пальцем в конструкцию.

— Автоматическая мешалка для каши, — с честными глазами ответил подошедший Томас, сняв шапку.

— Зубьев-то у меня почитай не осталось, сынок, вот графиня и смастерила, чтоб кашка помягче была. Хочешь попробовать? Овсяная, на воде, без соли.

Принц Аластор, стоявший в дверях кузницы, закашлялся, изо всех сил пытаясь сдержать хохот. Кромвель заскрежетал зубами.

— Ладно! А где ваш источник? Ведите меня к источнику! Я возьму пробы воды на паразитов!

Мы повели его вглубь сада. Кромвель шел размашистым шагом, готовый торжествовать победу. Но он не учел одного: мы приехали на территорию, где хозяйничали древесные феи. И эти маленькие создания очень серьезно относились к своему источнику сиропа и сахара, который я им пообещала. Для них столичный ревизор был личным врагом, посягнувшим на их премиальный фонд.Когда Кромвель подошел к зеркальной глади магического родника и наклонился с серебряной пробиркой в руках, над его головой раздался оглушительный писк.

— Воздушная тревога! Защищай углеводные инвестиции! — закричала мшистая фея с верхушки яблони.

В следующую секунду на столичного инспектора обрушился весь гнев лесного профсоюза. Феи не стали бросаться яблоками — они действовали тоньше. Рой из пятидесяти крылатых крох окружил Кромвеля, создавая вокруг его головы бешеную звуковую дорожку на ультразвуке. Его очки мгновенно покрылись липкой паутиной, а из карманов мундира феи начали активно воровать официальные бланки актов и серебряные перья.

— А-а-а! Уберите от меня этих тварей! — закричал Кромвель, размахивая руками и теряя остатки столичного величия.

— Это нападение на государственное лицо!— Лорд Кромвель, осторожнее! — крикнула я, едва сдерживая улыбку.

— Это дикая фауна! Они реагируют на синий цвет вашего мундира! Не машите руками, они примут это за брачный танец!

— Какое к черту брачный танец?! — взвыл ревизор, пятясь назад.Он наступил на корень старой яблони, потерял равновесие и с громким всплеском полетел прямо в магический источник.Вода сомкнулась над его головой. Феи победоносно закружились над местом падения, а мы с Аластором бросились к берегу. Через секунду Кромвель вынырнул. Его идеальный парик съехал набок, мундир промок насквозь, а на плече сидела крупная лягушка.Но самое удивительное произошло с его лицом. Стоило ему наглотаться магической воды из источника Эттвуд, как глубокие морщины на его лбу разгладились, серый цвет кожи сменился здоровым румянцем, а сам он посмотрел на свои руки с полным недоумением. Ка ка ка кашли, мучившие его последние десять лет из-за столичного смога, мгновенно прекратились.— Моя… моя астма, — прошептал Кромвель, трогая свое горло.

— Она прошла? И спина… спину больше не ломит!Аластор подошел к краю воды и протянул руку мокрому инспектору, помогая ему выбраться на травы.

— Ну что, лорд Кромвель? Будем писать акт о наличии ментальных паразитов? Или признаем, что вода из источника Эттвуд — это национальное достояние, требующее немедленной государственной поддержки?

Кромвель стоял на траве, тяжело дыша, и смотрел на воду, которая только что вернула ему здоровье. Бюрократ внутри него вел ожесточенную борьбу с человеком, который впервые за много лет вдохнул полной грудью. Наконец, он поправил мокрые очки и посмотрел на меня.

— Графиня… — его голос больше не был скрипучим. — Ваша… «мешалка для каши» в кузнице — это, конечно, вопиющее нарушение инженерных стандартов. Но качество сырья… оно неоспоримо. Столица не может игнорировать такой ресурс. Я… я подпишу временный сертификат соответствия высшей категории. Но с одним условием.

— Каким же? — я прищурилась.— Каждая десятая бочка вашего напитка должна отправляться лично в Столичную медицинскую палату. Для… дальнейших глубоких исследований под моим личным контролем,

— Кромвель многозначительно подмигнул, и на его лице впервые появилась вполне человеческая, хоть и немного хитрая улыбка.

— И пришлите мне бутылочку того сиропа, которым вы кормите этих… штурмовых пчел. Нам нужно наладить контакт.Я выдохнула. Мы не просто отбились от проверки — мы завербовали главного аудитора королевства, превратив его в нашего постоянного клиента и лоббиста в столице.

— Договор о поставках для медицинской палаты будет готов к вечеру, лорд Кромвель, — торжественно произнесла я, протягивая ему сухое полотенце, которое вовремя вынес Томас.Когда карета ревизора, увозящая подобревшего и помолодевшего чиновника, скрылась за горизонтом, Аластор повернулся ко мне. Он стоял совсем близко, его янтарные глаза светились мягким теплом, а на губах играла та самая улыбка, от которой у любой приличной графини должны были подкоситься колени.

— Вивьен Эттвуд, — тихо произнес он, беря мою руку в свои теплые ладони.

— Вы самая невероятная, наглая и гениальная женщина, которую я встречал за все свои триста лет жизни. Вы переиграли столичную палату без единого заклинания. Нам срочно нужно переписать наш контракт. Сорок пять процентов — это слишком мало для такого партнера. Я предлагаю вам расширение партнерства. И не только в бизнесе.Я открыла было рот, чтобы ответить что-то подобающее строгому исполнительному директору, но наш романтический момент был безжалостно разрушен. Из кустов на полной скорости вылетел Фаддей. Хвост его стоял трубой, а в лапах он сжимал какой-то странный, пульсирующий черной магией свиток.

— Вивьен! Аластор! Отставить амуры! — завопил кот, плюхаясь между нами на траву. — У нас проблемы покрупнее ревизоров! Гильдия виноделов перед арестом Вейна активировала древний пункт своего устава! Они объявили нам… Корпоративную Войну Выживания по законам Древних Магов! Сюда движется их тайный арсенал — бронированные големы-виноградари, запрограммированные на уничтожение любого конкурирующего оборудования! Они будут здесь к полуночи!

Аластор мгновенно переменился в лице, его рука легла на эфес меча, а по коже шеи снова побежала золотая чешуя.

— Големы гильдии… Это запрещенное оружие. Они не остановятся, пока не сровняют кузницу и сад с землей

.Я крепче сжала свою деревянную скалку, чувствуя, как внутри закипает чистая управленческая ярость.

— Ну уж нет. Мы только что получили столичный сертификат. Никакие каменные роботы не сорвут мне план поставок на четвертый квартал. Аластор, собирай гвардию. Фаддей, зови фей. Мы переводим «Эттвуд-Индустриз» на военное положение!

Глава 10: Военная приемка, яблочная артиллерия и боевое применение клининга.

Поместье Эттвуд перешло на военное положение, которое визуально напоминало помесь цыганского табора, стройплощадки и сумасшедшего дома.

До полуночи и визита каменных големов-виноградарей оставалось три часа.

Мой внутренний кризис-менеджер не просто проснулся — он надел каску, взял мегафон и требовал крови, зрелищ и выполнения квартального плана.

— Так, авиация! Ко мне! — зычно крикнула я, стоя на крыльце с чертежом наперевес.

Рой фей во главе с мшистой бригадиршей синхронно завис в воздухе. В руках у каждой крохи вместо привычных копий были зажаты гигантские (для них) куски колотого сахара, которые они нервно грызли для снятия стресса.

— Слушайте боевую задачу, — я ткнула пальцем в схему.

— Перенаправляем желоб №2, который раньше скидывал жмых в компост. Теперь он будет смотреть прямо на главную дорогу. Фаддей!

— Я здесь, шеф, я практикую ментальную стойкость! — донеслось из кустов.

Мой фамильяр сидел на перевернутом ведре, обмотав голову кухонным полотенцем на манер самурайской повязки. Перед ним на траве лежали три предмета: ржавый половник, пачка пищевой соды и флакон с концентрированным средством для мытья столетней накипи.

— Фаддей, твоя задача — заколдовать желоб на максимальное ускорение неодушевленных предметов, — скомандовала я.

— Томас будет закидывать в приемник не кондиционные, твердые, как булыжники, зимние яблоки, а ты на выходе будешь придавать им кинетический импульс. Мы создаем первый в этом мире магический рельсотрон ближнего радиуса действия. Назовем его «Яблотрон-1».

— Вивьен, ты безжалостна, — восхищенно прошептал кот, поправляя полотенце на ушах.

— Стрелять санкционными плодами по элитной недвижимости гильдии? Это же чистый экономический экстремизм! Мне нравится. А если сода бабахнет, у них еще и доспехи побелеют!

В этот момент со стороны ворот раздался тяжелый, размеренный топот, от которого в кухонных шкафах жалобно зазвенели последние уцелевшие чашки. Послышался скрежет металла и глухой рокот, похожий на ворчание недовольного тестя.

— Идут, родимые, — констатировал Томас, выходя из кузницы в каске, сделанной из старого медного таза. В руках он держал огромную совковую лопату.

— Конкуренты, прости господи. Налоговую пережили, теперь эти каменные баклажаны пожаловали.

Я выбежала к воротам. Зрелище впечатляло. По дороге к поместью маршировали три огромных голема. Они были вытесаны из серого гранита, но вместо рук у них были смонтированы ржавые циркулярные пилы для обрезки лозы, а на месте голов колыхались огромные пустые чаны, из которых разило кислым винным перегаром. Командовал парадом недобитый помощник магистра Вейна — тот самый Шелудивый, у которого после нашей прошлой встречи лицо до сих пор было покрыто тонким слоем мучной пудры.

— Ломай ворота! — орал Шелудивый, прячась за спиной центрального голема.

— Сровняйте эту лавочку с землей! Магистр Вейн передает привет из тюремной камеры!

— Открыть огонь из главного калибра! — рявкнула я, прыгая за укрытие из мешков с песком.Томас с криком «За стабильный доход!» швырнул первое ведро каменных яблок в приемник желоба. Фаддей зажмурился, врубил свою бытовую магию на полную мощность и выдал:

— Заклинание экстренной эвакуации кошачьего наполнителя! Пли!Вжух-вжух-вжух!

Серия багровых зимних яблок со скоростью хорошего пушечного ядра вылетела из кузницы. Первое же яблоко с сочным хрустом врезалось правому голему аккурат в гранитную челюсть. Каменная голова робота мотнулась назад, а из чана выплеснулась порция старой винной барды. Второе яблоко угодила в циркулярную пилу, намертво заклинив шестеренки.

— Ой-ёй! — взвизгнул Шелудивый, когда третье яблоко пролетело в двух сантиметрах от его уха и разнесло в щепки придорожный указатель.

— У них артиллерия! Откуда у нищей графини артиллерия?! Големы, включить режим штурма!Каменные чудовища прибавили ход.

Огонь «Яблотрона-1» замедлял их, но гранитная броня держала удар. Центральный голем уже занес свою огромную каменную лапу, чтобы разнести наши ворота, как вдруг небо над поместьем окрасилось в багрово-золотой цвет.С оглушительным ревом, от которого у Шелудивого окончательно отвалилась мучная маска, на поле боя спикировал огромный, сияющий чешуей золотисто-черный дракон. Принц Аластор Блэквуд прибыл на заседание совета директоров в своем истинном обличье.Дракон изящно приземлился прямо перед големами, подняв тучу пыли. Он сложил крылья, посмотрел на каменных роботов сверху вниз и выдал такое мощное, презрительное фырканье, что левого голема просто сдуло в придорожную канаву.

— Кажется, я ясно дал понять, — раздался в головах у всех присутствующих громовой ментальный голос Аластора, — что «Эттвуд-Индустриз» находится под моей личной защитой. Вы нарушаете антимонопольное законодательство, господа.

Дракон разинул пасть, и в его горле заклокотало истинное королевское пламя. Центральный голем, повинуясь заложенной программе, попытался атаковать принца своей пилой, но Аластор просто наступил на него огромной когтистой лапой, превратив гранитного монстра в кучку аккуратного дорожного щебня

.— Мамочки… — прошептал Шелудивый, пятясь к лесу.Но тут в дело вступила наша легкая авиация.

— Девочки, работаем по площади! — закричала мшистая фея.

Рой из пятидесяти фей атаковал последнего уцелевшего голема. Они не пытались его разбить. Они применили тактику, разработанную мной во время обеденного перерыва: начали заливать в его паровые клапаны сладкий, липкий сироп. Через полминуты механизмы голема окончательно склеились, он издал жалобный писк, пустил пузыри из винного чана и замер, превратившись в оригинальную садовую скульптуру.

Шелудивый остался один. Он стоял посреди дороги, переводя взгляд с огромного дракона на разъяренную графиню со скалкой и летающего кота, который победоносно потрясал ржавым половником.

— Ну что, представитель малого бизнеса, — я медленно подошла к бандиту, постукивая скалкой по ладони.

— Будем оформлять явку с повинной или сразу запишем вас на общественные работы по уборке сада? Феям как раз нужен аниматор в костюме яблока.

Бандит молча упал на колени и поднял руки вверх.Дракон за моей спиной издал тихий смешок, окутался золотистым дымом и через секунду превратился обратно в элегантного принца Аластора. Он подошел ко мне, небрежно отряхивая камзол от гранитной пыли.

— Ну и ну, Вивьен, — Аластор с улыбкой посмотрел на кучу щебня, которая еще пять минут назад была элитным штурмовым отрядом гильдии.

— Ваша… «система безопасности» работает весьма специфически. Стрельба фруктами — это новое слово в военной тактике. Мой генерал паладинского ордена плакал бы от зависти.

— Это называется оптимизация ресурсов и минимизация затрат на боеприпасы, партнер, — я победоносно закинула скалку на плечо.

— К тому же, разбитый гранит Томас использует для фундамента нового цеха. Чистая безотходная экономика!

Фаддей слетел с повозки и с гордым видом устроился на плече Аластора, как на родном диване.

— Ваше Чешуйчатое Высочество, я требую внести в протокол, что мой боевой клининг спас левый фланг обороны. И вообще, после такого стресса мне положен санаторно-курортный паёк. Желательно из ваших личных запасов мраморной говядины.

— Будет тебе говядина, герой-клинер, — рассмеялся Аластор, а затем повернулся ко мне, и его взгляд снова стал серьезным и теплым.

— Ну что, графиня Вивьен. Конкуренты устранены, столичный сертификат у нас в кармане, големы переработаны в строительный материал. Каков наш следующий стратегический шаг?

Я посмотрела на сияющий в лунном свете яблоневый сад, где феи уже начали свой обещанный танец при луне, празднуя победу сахарными кубиками. Внутри меня разрасталось приятное чувство полной и безоговорочной победы.

— Следующий шаг? — я хищно улыбнулась. — Захват столичного рынка, Аластор. Мы открываем предзаказ на новогоднюю лимитированную коллекцию «Драконий поцелуй» с повышенным содержанием магии и корицы. И поверьте, эта империя еще не знает, что такое настоящий потребительский бум!

Глава 11: Столичный экспресс, маркетинг «на грани» и драконьи инвестиции в любовь.

Покорение столицы началось не с ковровой дорожки, а с жесткого дефицита логистических мощностей. Столичные аристократы, прослышав от помолодевшего ревизора Кромвеля о «жидком эликсире молодости», скупили всю новогоднюю лимитированную коллекцию «Драконий поцелуй» еще на стадии отгрузки из кузницы

.— Вивьен, я больше не могу! Мои крылья работают в режиме промышленного вентилятора! — Фаддей в панике летал над кухонным столом, где Томас бешено клеил этикетки на новые бутылки.

— Вся гильдия столичных рестораторов требует поставок. Нам прислали триста писем, два вызова на дуэль от обиженных виноделов и одну корзину с дохлой рыбой. Последнее — это, кажется, намек на черную конкуренцию!

— Это не намек, это классический черный пиар, — рассудительно ответила я, запечатывая пятисотую бутылку сургучом.

— Рыбу отдать феям на удобрения, дуэли перенаправить генералу ордена Мечей — он как раз просил еще ящик сидра для своих паладинов. А рестораторам мы устроим закрытую презентацию. В бизнесе главное — создать иллюзию элитарности. Если товар могут купить все, он перестает быть роскошью.

Для столичного релиза мы арендовали верхний этаж самого дорогого ресторана «Золотой фазан».

Дизайном интерьера занимались наши древесные феи: за пару часов они увили весь зал свежими яблоневыми ветвями, которые благодаря магии источника цвели и благоухали прямо посреди зимы.Фаддей превзошел сам себя. Чтобы соответствовать статусу «Заслуженного магистра кухонной магии» (диплом о присвоении которого я лично нарисовала ему на куске пергамента), он надел крошечную бархатную бабочку и шелковый цилиндр, который постоянно съезжал ему на левое ухо.

— Дамы и господа! — Кот взлетел на хрустальную люстру, эффектно раскинув перепончатые крылья. — Приветствую вас на эксклюзивном показе от «Эттвуд-Индастриз»! Сегодня вы прикоснетесь к тайне, которую веками скрывали драконы! Напиток «Драконий поцелуй»! Ограниченная серия! Избавляет от мигрени, лишнего веса, дурных мыслей и долгов по ипотеке!Столичная публика — лорды в напудренных париках и графини в корсетах, стянутых до синевы в лицах — затаила дыхание. Когда гвардейцы Аластора внесли хрустальные бокалы, в которых сияло рубиновое, настоянное на корице и магии сидровое золото, в зале началась легкая паника. Всем хотелось урвать кусочек молодости.Сам принц Аластор Блэквуд сидел в VIP-ложе, лениво потягивая напиток из именного кубка. Его черный камзол с золотым шитьем идеально гармонировал с цветом новой линейки сидра. Настоящий амбассадор бренда.

— Вы гениальны, Вивьен, — негромко произнес он, когда я поднялась к нему в ложу, чтобы проверить отчеты о продажах за первый час презентации.

— Столица лежит у ваших ног. Магистр Вейн в своей камере, наверное, грызет решетку от зависти. Прибыль за сегодня превысила десятилетний доход его гильдии.

— Это только начало, Аластор, — я устало, но довольно улыбнулась, садясь в соседнее кресло.

— Мы закрыли первую часть долга перед вами. Вот, держите чек на двадцать пять тысяч золотых.Я протянула ему бумагу, но принц даже не взглянул на нее. Он перехватил мою руку, его пальцы привычно обдали кожу драконьим теплом. В его янтарных глазах плясали совсем не деловые искры.

— К черту чек, графиня, — тихо сказал дракон, наклоняясь ближе. — Вы выплатили весь долг своей предприимчивостью еще в тот день, когда принесли мне три бутылки в шкатулке. Я хочу сделать вам новое предложение. И на этот раз сорок пять процентов меня не устроят. Я требую сто.Я удивленно приподняла бровь, пытаясь сохранить маску хладнокровного топ-менеджера.

— Сто процентов? Вы хотите выкупить «Эттвуд-Индустриз»? Это недружественное поглощение, принц. Мои юристы… то есть я сама этого не позволю.

— Я хочу поглотить не компанию, Вивьен. Я хочу предложить вам стать принцессой Блэквуд,

— Аластор достал из кармана бархатную коробочку, внутри которой сияло кольцо с огромным золотым бриллиантом, ограненным в форме драконьей чешуйки.

— Полное слияние капиталов, магии и сердец. Обещаю быть самым покорным субподрядчиком в вашей жизни. Вы будете управлять империей, а я — сжигать ваших конкурентов. По рукам?

Я замерла. Мой внутренний калькулятор впервые в жизни выдал системную ошибку. Драконий принц, самый завидный холостяк королевства, предлагал мне франшизу на долго и счастливо.Но наш романтический момент снова продержался недолго.

— Шеф! Аластор! Срочно спускайтесь! — с люстры камнем рухнул Фаддей, приземлившись прямо на стол и сбив цилиндр на нос.

— Там внизу… королевский вестник! Из главного дворца! Король попробовал «Драконий поцелуй», и у него… у него выросли волосы на лысине!Мы с Аластором синхронно переглянулись.

— Это же… побочный эффект магии источника? — осторожно спросила я.

— Нет, это называется «сверхвысокая лояльность главного клиента»! — заорал кот, безумно вращая глазами от восторга.

— Он объявил нас Главным Королевским Поставщиком и требует выслать тысячу бочек к завтрашнему утру для празднования своей новой шевелюры! А еще он назначил Вивьен Министром экономического развития магии!

Я медленно повернулась к Аластору, на моих губах снова появилась хищная, уверенная улыбка истинной акулы бизнеса.

— Ну что, Ваше Высочество… Похоже, наше слияние компаний придется отложить до подписания государственного контракта. Нам срочно нужно строить второй конвейерный цех и мобилизовать лесных троллей для логистики!Аластор весело рассмеялся, надевая кольцо на мой палец, несмотря на мои возражения о регламенте.

— Я подожду, принцесса. В конце концов, у нас впереди целая вечность для масштабирования нашего общего счастья.

Глава 12: Министерство маразма, лесные профсоюзы и первый государственный аудит.

Государственная служба встретила меня запахом старого пергамента, мышиного помета и тотального уныния. Здание Королевского Министерства Экономического Развития Магии (сокращенно — Минэкомаг) представляло собой мрачную семиэтажную башню из серого гранита, которая изнутри выглядела так, словно здесь триста лет никто не открывал форточки и не менял кадры.

Предыдущий министр, престарелый граф де Верт, ушел на пенсию в глубоком маразме, оставив после себя горы неразобранных отчетов за прошлый век и штат из двух сотен бюрократов, которые умели делать только две вещи: пить чай с сушками и ставить печати «Отказать».

— Вивьен, я требую политического убежища назад в кузницу! — Фаддей в панике забился под мой новый дубовый стол, министерские размеры которого позволяли разместить на нем небольшой вертолет.

— Здесь пахнет застойным чиновничьим подлизом и сухими чернилами! У меня от этой атмосферы усы сворачиваются в трубочку! И посмотри на этот мундир!

Я вздохнула и посмотрела на своего фамильяра.

В честь назначения на должность Главы Тайной Санитарной Службы Минэкомага Фаддею выдали официальную министерскую форму: крошечный синий кафтан с золотыми эполетами и треуголку, которая из-за его больших ушей постоянно съезжала на затылок, делая его похожим на сильно пьющего адмирала в отставке.

Крылья кота были целомудренно спрятаны под специальный разрез на спине, но их нервное подергивание выдавало крайнюю степень возмущения.

— Прекратить панику, господин директор санитарной службы, — отрезала я, поправляя строгий темно-серый мундир с серебряным шитьем.

— В прошлой жизни я реструктурировала три обанкротившихся оборонных завода и один департамент ЖКХ. Поверьте, эти эльфоподобные бездельники в коридорах — просто дети по сравнению с нашими главбухами предпенсионного возраста. Наша задача на сегодня — провести полную инвентаризацию активов и запустить проект «Королевский Сидр» на полную государственную мощность. Король ждет тысячу бочек. Если мы сорвем сроки, его новая шевелюра выпадет от стресса, а нас отправят поднимать сельское хозяйство на дальние болота.

В дверь моего кабинета робко постучали. После моего громкого «Войдите!» на пороге показался молодой парень в помятом кафтане, с бледным лицом и огромной стопкой папок, из-за которой были видны только его испуганные глаза.

— Ваше Сиятельство… то есть, Госпожа Министр! — заикаясь, произнес он, едва не уронив всю макулатуру на ковер.

— Я ваш личный секретарь, баронет Филипп. Вот… вот срочные отчеты по департаменту стихийного регулирования, ведомости по налогам на летающие метлы и… и требование от Комитета по контролю за популяцией лесных существ. Они… они требуют немедленно прекратить эксплуатацию фей в вашем поместье!

Я медленно поднялась из-за стола, включив режим «Генеральный директор на выездной проверке».

— Прекратить эксплуатацию? На каком основании, Филипп?

— Они утверждают, что вы нарушаете Декларацию прав малых народов от 412 года! — Филипп судорожно вытащил из середины стопки пожелтевший пергамент.

— Феи не имеют пенсионных отчислений, работают без касок на высоте более двух метров, а оплата труда рафинированным сахаром признана… пищевым экстремизмом и подрывом здоровья лесного фонда! Там уже подписи собирают. Возглавляет протест некий… э-э… Магистр Вейн!

Я на секунду замерла.

— Вейн? Он же сидит в тюрьме Наместника!

— Его… его выпустили под залог, оформленный через столичную палату адвокатов, — пискнул секретарь.

— Он теперь официальный правозащитник «Союза угнетенных волшебных созданий». И сегодня в полдень они устраивают пикет прямо у ворот нашего министерства!Фаддей высунул голову из-под стола, его глаза горели праведным гневом.

— Ах ты ж мышь подвальная! Правозащитник хренов! Да наши феи за кусок сахара готовы этого Вейна на британский флаг порвать! Вивьен, дай мне команду, я соберу штурмовой авиаотряд, мы устроим ему такую дезинсекцию, что он до конца дней будет чесаться в такт королевскому гимну!

— Отставить силовые методы, Фаддей, — я остановила кота жестом.

— Мы теперь государственные служащие. Если мы применим силу против «правозащитников», столичная пресса сожрет нас с потрохами, а бренд «Золотой Эттвуд» получит клеймо «сварено на крови эльфов». Мы решим этот вопрос по-другому. Филипп, подготовьте карету. Мы едем в поместье Эттвуд. Мне нужно лично поговорить с моим… профсоюзом.

Пока министерская карета с королевскими гербами катилась по тракту, я судорожно набрасывала в блокноте план реформы. Нам нужно было не просто защитить бизнес, а масштабировать его так, чтобы комар носа не подточил. Аластор, занятый разбором полетов после освобождения Вейна, прислал мне ментальное сообщение: «Вивьен, в столице зреет заговор старой аристократии. Виноделы занесли огромные взятки в Верховный Суд. Будь осторожна, Кромвель пытается сдержать лавину проверок, но его полномочий не хватает. Я вылетаю к тебе вечером».

Когда мы прибыли в усадьбу, картина, представшая нашим глазам, заставила баронета Филиппа икнуть от ужаса.Наш яблоневый сад больше не был мирным местом сбора урожая. Посреди центральной аллеи был разбит палаточный лагерь из разноцветных шелковых лоскутов. На ветках деревьев висели крошечные плакаты, написанные каллиграфическим почерком фей:

«Требуем восьмичасовой рабочий танец!»,

«Нет химическому сахару, даешь органический мед!»

и «Свободу трудовому народу дупел!».

Перед лагерем, на перевернутой бочке из-под сидра, стоял сам магистр Вейн. Он был одет в пафосный черный сюртук, а в руках держал рупор, усиленный магией голоса. Вокруг него летали около тридцати фей, которые одобрительно пищали на каждое его слово.

— …Вы рабы капитала! — орал Вейн, размахивая руками.

— Эта попаданка, эта псевдо-графиня использует вашу магию, чтобы набивать свои карманы золотом! Что вы получаете взамен? Жалкие крохи! Огрызки её роскоши! В то время как Гильдия виноделов готова предложить вам официальное трудоустройство с медицинским страхованием от долгоносиков и путевками в элитные санатории на Южных болотах!

— Южные болота — это дыра! Там лягушки кусаются! — пискнула из толпы мшистая бригадирша, но её голос потонул в общем гуле.

— Тишина на производстве! — рявкнула я, выходя из кареты.

Мой министерский мундир и ледяной взгляд мгновенно заставили толпу притихнуть. Вейн осекся, его лицо на секунду перекосило от злости, но он быстро вернул себе маску приторного благодетеля.

— А, Госпожа Министр! — язвительно произнес он, кланяясь с издевкой.

— Прибыли взглянуть на плоды своей тирании? Закон на нашей стороне. Я уже направил иск в Королевский Суд. Ваше производство будет закрыто, а феи перейдут под опеку нашей гильдии как пострадавшая сторона.

Я медленно подошла к бочке, на которой он стоял. Фаддей летел чуть позади, демонстративно покручивая в лапах свой министерский половник, который теперь был официально зарегистрирован как «Специальное средство нелетального санитарного воздействия».

— Господин Вейн, вы прекрасный оратор, — спокойно произнесла я, скрестив руки на груди.

— Но как юрист и экономист, вы — полный ноль. Давайте разберем ваши предложения. Вы обещаете феям путевки на Южные болота? Отлично. Филипп, запишите: Гильдия виноделов планирует депортацию редкого вида древесных эндов в зону с повышенной влажностью, что приведет к гниению их крыльев и массовому падежу популяции. Это статья 89 Экологического кодекса — преднамеренный экоцид. Штраф — сто тысяч золотых и закрытие всех винокурен гильдии.Вейн побледнел.

— Что? Это… это просто метафора! Мы хотели…

— Далее, — я повернулась к феям, которые внимательно слушали, перестав жевать свои лозунги.

— Девочки, милые. Вы хотите восьмичасовой рабочий день и медицинскую страховку? Без проблем. Я, как Министр экономического развития магии, прямо сейчас подписываю указ о создании первого в истории Королевства «Особого Магического Экономического Профсоюза Фей».Я вытащила из папки Филиппа чистый бланк с министерской печатью и быстро написала несколько строк.— Согласно этому указу:Утверждается фиксированная ставка: за каждую корзину яблок — одна большая ложка натурального липового меда, очищенного от ментальных эманаций, и два кубика тростникового сахара высшего качества.Вводится обязательный тридцатиминутный перерыв на чай каждые два часа работы.Организуется должность Штатного Магического Психолога для фей, страдающих от выгорания на производстве. На эту должность я назначаю… Фаддея.

— Что?! — Кот едва не выронил половник.

— Я?! Психолог для этих жужжащих истеричек?! Вивьен, пощади! Они же на первой сессии искусают мне весь хвост рассказами о том, что у них листочки на платьях завяли!

— Это государственная необходимость, Фаддей, — строго шепнула я ему, а затем снова обратилась к рою:

— Ну что, профсоюз? Заключаем Генеральное тарифное соглашение с Министерством? Или вы хотите пойти к Вейну, работать на его виноградниках под землей за минимальный оклад и без права летать выше уровня забора?

Феи устроили такой шумный консилиум, что воздух задрожал. Мшистая бригадирша подлетела к Вейну, со всей силы укусила его за мочку уха и закричала:

— Вейн — обманщик! Вейн хотел забрать наш мед! Вивьен — наш генеральный спонсор! Даешь тростниковый сахар! Ура Министерству!

Через секунду весь лагерь «протестующих» превратился в штурмовую бригаду. Феи сорвали свои плакаты, перевернули их и написали: «План по яблокам — выполним и перевыполним!». Они дружно накинулись на несчастного магистра виноделов, засыпав его остатками старого жмыха и липкой паутиной, так что тот с позором бежал к своей карете, крича о том, что пожалуется в Гаагский… то есть в Королевский Трибунал.

— Ну вот, — я отряхнула руки, глядя на то, как феи с невиданным энтузиазмом бросились собирать яблоки для королевского заказа.

— Первый трудовой спор урегулирован методом медиации и улучшения условий труда. Филипп, оформите это как успешный кейс по предотвращению забастовок для ведомостей министерства.

— Вы… вы невероятны, Госпожа Министр, — прошептал баронет, судорожно записывая всё в блокнот.

— Предыдущий министр в таких случаях просто посылал инквизицию, и половина сада обычно сгорала вместе с урожаем.

Однако радоваться было рано. Едва мы вернулись в министерское здание в столице, как у входа нас уже ждал конвой Королевской Гвардии. Но это были не люди Аластора. На их кирасах сиял личный герб Верховного Канцлера — герцога Мальборо, старого соперника принца Наместника и близкого друга всех столичных олигархов.

— Графиня Вивьен Эттвуд? — вперед вышел капитан гвардии с суровым, шрамированным лицом.

— По приказу Верховного Канцлера и на основании чрезвычайного запроса Высшей Судебной Палаты, в вашем министерстве назначается Внеочередной Тотальный Финансовый Аудит. Все счета Минэкомага заморожены до окончания проверки. Вам запрещено совершать любые государственные транзакции и отгружать продукцию со своего личного предприятия.

— На каком основании? — я сделала шаг вперед, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость.

— У меня есть личный указ Наместника и сертификат Кромвеля!

— Указ Наместника имеет силу в провинции, — сухо ответил капитан, разворачивая свиток с огромной пурпурной печатью.

— А это — ордер Столичного Трибунала. Вас обвиняют в нецелевом использовании бюджетных средств, незаконном совмещении государственной должности с коммерческой деятельностью и… умышленном сокрытии магических сверхприбылей. Завтра утром вы обязаны явиться на заседание Высшего Суда. Если аудит найдет хоть одну ошибку в ваших министерских книгах — вас ждет конфискация имущества и пожизненное заключение в Башне Молчания.В этот момент над площадью пронеслась тень, и на мостовую с глухим стуком опустился Аластор. Он уже принял человеческий облик, его лицо было бледным от гнева, а в руке он сжимал обнаженный меч.

— Капитан, убирайте своих людей от министерства, — процедил принц, и его глаза вспыхнули опасным янтарным светом.

— Этот аудит — чистой воды политический заказ. Канцлер перешел черту.

— Ваше Высочество, — капитан гвардии почтительно склонил голову, но оружие его люди не опустили.

— Мы выполняем приказ Высшего Суда, который подчиняется напрямую Королю. Если вы примените силу, это будет расценено как государственная измена и начало гражданской войны. Вы готовы сжечь Столицу ради… яблочного сока?

Аластор замер. Его рука на эфесе меча дрожала от напряжения. Он посмотрел на меня, и в его взгляде я увидела редкую для дракона беспомощность — он не мог защитить меня силой пламени, не разрушив при этом всю страну.

— Спокойно, Аластор, — я мягко положила ладонь на его горячее плечо, заставляя его опустить меч.

— Опусти оружие. Нам не нужна война. Капитан, мы принимаем условия аудита. Проверка так проверка. Филипп, открывайте архивы. Тащите сюда все бухгалтерские книги министерства за последние сто лет. Мы устроим им такую налоговую проверку, какую это королевство еще не видело

.Капитан гвардии удивленно посмотрел на меня, кивнул своим людям, и они заняли посты у дверей, запечатывая министерские хранилища магическими сургучными лентами.Следующие четырнадцать часов превратились в адскую ночь бухгалтерского хаоса. Мы забаррикадировались в моем кабинете: я, Аластор, Фаддей и бледный, как призрак, секретарь Филипп. На столе, на полу, на диванах — везде лежали тонны пожелтевших свитков, амбарных книг и ведомостей Минэкомага за последний век.Аудиторы Канцлера должны были прийти в восемь утра. Их цель была проста: найти любую нестыковку, любой неучтенный золотой или неправильно списанную метлу, чтобы объявить меня мошенницей и аннулировать все наши контракты на сидр.

— Это бесполезно, Вивьен, — Аластор устало потер переносицу, листая огромную книгу расходов за 450-й год.

— Предыдущий министр де Верт вообще не вел учет. Здесь написано: «Потрачено три тысячи золотых на покупку волшебных бобов. Бобы оказались не волшебными, продавца скормили гончим, деньги списаны в графу „Убытки от магии“».

Любой столичный судья на основании этой записи обвинит министерство в растрате, а вину повесят на тебя как на действующего главу!

— Растрата пятидесятилетней давности не может быть вменена действующему топ-менеджеру, если не была проведена обязательная процедура приема-передачи дел! — я со стуком захлопнула очередной свиток, и туча столетней пыли взмыла в воздух.

— Фаддей! Включай свой поисковый клининг! Мне нужны все ведомости по закупкам сырья для королевского двора за последние три года. Там должна быть лазейка!

— Шеф, у меня глаза уже квадратные, как очки Кромвеля! — провыл кот, ползая по полу среди бумаг. Его треуголка давно валялась под диваном, а на носу красовалось жирное чернильное пятно.

— О, погоди-ка… Смотри, что я нашел в коробке с надписью «Личные носки министра». Это… это ведомости поставок вина от Гильдии Вейна для королевских банкетов!

Я мгновенно выхватила у него помятый пергамент. Мои глаза быстро побежали по строчкам, и с каждой секундой моя улыбка становилась всё более хищной и торжествующей. Внутренний аудитор внутри меня пел победный марш.

— Так-так-так… Смотрите сюда, мальчики, — я ткнула пальцем в цифры. — Гильдия виноделов поставляла королю вино марки «Королевский рубин» по цене сорок золотых за бочку. При этом в графе «Магическая стабилизация» указано, что вино обработано заклинанием вечной свежести первого класса. А теперь открываем налоговые декларации самой гильдии, которые Кромвель прислал мне утром…Я сравнила два документа и едва не расхохоталась на весь кабинет.

— Они занижали объемы поставок в три раза, чтобы не платить королевский налог на роскошь! А само вино обрабатывали дешевым бытовым заклинанием брожения, от которого у половины двора потом была изжога! То есть, Гильдия виноделов под руководством Вейна и при покровительстве Канцлера занималась систематическим хищением государственных средств, контрабандой и фальсификацией алкогольной продукции в особо крупных размерах на протяжении десяти лет! Сумма ущерба короне — более полумиллиона золотых!

Аластор резко поднялся, его глаза расширились от восторга.

— Вивьен… Да это же не просто лазейка. Это ядерный чемоданчик под весь судебный процесс Канцлера! Если мы предъявим это на суде…

— Мы не просто предъявим это, — я аккуратно сложила документы в свою верную дубовую шкатулку.

— Мы устроим им встречный аудит прямо во время заседания Высшего Суда. Филипп, приготовьте мой лучший мундир. Фаддей, почисти половник. Завтра мы идем не защищаться. Завтра мы идем осуществлять жесткое рейдерское поглощение всей судебной системы этого королевства!

Глава 13: Судебный прецедент, бухгалтерский террор и королевский гнев.

Зал Высшего Королевского Трибунала выглядел как декорация к спектаклю о конце света. Огромные своды из черного сланца уходили высоко в темноту, где тускло мерцали магические светильники, заправленные слезами грешников (или просто очень дешевым маслом). На возвышении, словно тринадцать мрачных воронов, сидели судьи в багровых мантиях. По центру, на позолоченном кресле, восседал сам Верховный Канцлер — герцог Мальборо. Его холеное лицо выражало абсолютную уверенность хищника, который загнал жертву в глухой угол и теперь решает, с какого бока начать трапезу.Справа от судей, на скамье обвинения, довольно потирали руки магистр Вейн и трое его лучших столичных адвокатов, чьи улыбки могли бы испугать даже бывалого некроманта.

— Слушается дело Государства против графини Вивьен Эттвуд, временно исполняющей обязанности Министра экономического развития магии! — громогласно объявил секретарь суда, стукнув тяжелым молотом по бронзовому диску.

— Обвинения: незаконное предпринимательство, уклонение от уплаты гильдейских сборов, нецелевое использование министерских ресурсов и… введение в заблуждение Его Королевского Величества посредством сомнительных парикмахерских эффектов от несертифицированного сидра!В зале, где на скамьях для публики собралась вся столичная знать, прошел смешок. Герцог Мальборо лениво поправил кружевной манжет и посмотрел на меня сверху вниз.

— Подсудимая графиня Эттвуд, — проскрежетал он с высоты своего судейского величия.

— Финансовый аудит, проведенный моими гвардейцами в вашем министерстве, выявил чудовищный хаос. Документы пятидесятилетней давности свидетельствуют о пропаже трех тысяч золотых на закупку… несуществующих бобов. Ваши личные счета заблокированы. Ваше производство опечатано. Что вы можете сказать в свое оправдание перед тем, как мы зачитаем приговор о конфискации земель и отправке вас в Башню Молчания?Я стояла за деревянной трибуной по центру зала, сохраняя на лице абсолютное, леденящее спокойствие. На мне был идеально выглаженный Томасом министерский мундир, а на моем плече гордо восседал Фаддей. В своей адмиральской треуголке и с министерским половником наперевес он выглядел как самый опасный санитарный инспектор в истории этого мира. Чуть позади меня, скрестив руки на груди, стоял принц Аластор. Его присутствие заставляло судей периодически нервно сглатывать — драконья аура даже в человеческом облике ощутимо подогревала воздух в зале.

— Уважаемый Высший Суд, — я сделала глубокий вдох, включая режим «Старший партнер международной аудиторской компании на защите годового отчета». Мой голос, четкий и уверенный, без труда разнесся по мрачному залу.

— Прежде чем мы перейдем к моим «бобам» пятидесятилетней давности, я бы хотела заявить встречное ходатайство. Согласно Королевскому Судебному Уставу, статья 12, пункт 4, обвиняемый имеет право представить суду документы, радикально меняющие суть финансового ущерба короне.Герцог Мальборо снисходительно усмехнулся:

— Никакие бумажки из вашего разоренного поместья не изменят того факта, что вы — банкротка, нарушившая монополию Гильдии. Но ладно, развлеките нас перед приговором. Показывайте свои каракули.Я щелкнула замками своей верной дубовой шкатулки, которую баронет Филипп бережно держал рядом.

— Филипп, раздайте копии документов судейской коллегии. Фаддей, приготовиться к экспертной оценке.Мой секретарь, преодолевая дрожь в коленях, быстро разнес по столам судей пачки пергаментов, которые мы копировали всю ночь с помощью бытовой магии кота. Когда первая папка легла перед магистром Вейном, тот брезгливо взглянул на нее, но уже через секунду его глаза округлились до размеров тех самых «волшебных бобов».

— Что это за чушь?! — закричал Вейн, вскакивая со своего места.

— Это фальшивка! Нарушение процессуальных норм!

— Тихо в зале! — рявкнул председательствующий судья, но сам уже с нарастающим недоумением вчитывался в ровные строчки цифр и графиков, которые я нарисовала по всем правилам современного финансового анализа.

— То, что вы видите перед собой, господа судьи, — громко произнесла я, делая шаг вперед и опираясь руками о трибуну, — это не каракули. Это результаты встречного независимого судебно-бухгалтерского аудита деятельности Гильдии виноделов за последние десять лет. И эти цифры говорят о том, что настоящий преступник сидит не за моей трибуной, а на скамье обвинения.В зале суда повисла мертвая, звенящая тишина. Даже герцог Мальборо выпрямился в своем кресле, его глаза нехорошо сощурились.

— Поясните ваши обвинения, графиня, — сухо потребовал председатель судейской коллегии.

— С удовольствием, — я хищно улыбнулась.

— Обратите внимание на документ №1. Это официальные ведомости поставок элитного вина марки «Королевский рубин» для банкетов Его Королевского Величества, подписанные лично магистром Вейном. Цена — сорок золотых за бочку. В графе «Спецификация» указано: высший класс магической стабилизации. А теперь посмотрите на документ №2. Это секретная внутренняя налоговая декларация гильдии, которую мой департамент изъял из… архивов личных носков предыдущего министра.По залу пролетел смешок, но я тут же продолжила, прибавив металлу в голос:

— Согласно этим скрытым записям, Гильдия виноделов закупала дешевый кислый виноградный жмых у фермеров Южных болот по цене три медных гроша за телегу. Магическая стабилизация производилась не элитными заклинаниями, а простейшим бытовым чародейством брожения низшего уровня, которое маскировало тухлый вкус сахаром и красителем из коры бузины. Господин Вейн, вы десять лет поили нашего суверена и всю высшую аристократию фальсификатом, от которого у королевской гвардии случалась перманентная изжога, а у самого Короля, как мы знаем, выпали последние волосы!

— Ложь! Клевета! — заверещал Вейн, его холеные усики мелко задрожали, а лицо приобрело оттенок спелой сливы.

— Виноделие — это искусство! Магические флуктуации сырья! Мы не виноваты, что у Короля слабая сопротивляемость к благородным танинам!

— Но это еще не всё, — перебила я его, повысив голос так, что он перекрыл его писк.

— Самое интересное кроется в объемах. В королевский дворец по документам отгружалось сто бочек в месяц. А налоги гильдия платила только с тридцати! Остальные семьдесят бочек проводились как «усушка, утруска и порча крысами-алкоголиками». Господа судьи, Гильдия виноделов под чутким руководством магистра Вейна занималась систематическим хищением государственных средств, контрабандой и фальсификацией в особо крупных размерах! Сумма прямого ущерба короне составляет пятьсот сорок две тысячи триста двадцать один золотой круг!

Лорды на трибунах зашумели как растревоженный улей. Судьи судорожно пересчитывали цифры на пергаментах, их пальцы дрожали.Герцог Мальборо понял, что инициатива полностью утеряна. Он резко поднялся, его лицо потемнело от ярости.

— Довольно этого цирка! Графиня Эттвуд, у вас нет доказательств, что это вино было фальсификатом! Это просто цифры на бумаге! Где вещественные доказательства? Где экспертное заключение? Без физического подтверждения ваши таблицы не имеют юридической силы!

— Экспертное заключение? Оно прямо здесь, Ваша Светлость, — я сделала знак Фаддею.Кот в своей адмиральской треуголке взлетел с моего плеча и эффектно приземлился прямо на судейский стол, прямо перед носом у Мальборо. В лапах он сжимал две стеклянные пробирки, которые мы наполнили перед началом заседания.

— Слушайте сюда, судейская коллегия! — гаркнул Фаддей, приставив половник к губам как рупор.

— Я, Тайный Санитарный Инспектор и Заслуженный Магистр Кухонной Магии Фаддей, провел экспресс-анализ состава так называемого «Королевского рубина».Он откупорил первую пробирку и капнул из нее на судейский пергамент. Жидкость зашипела, прожгла бумагу насквозь и пустила густой фиолетовый дым, пахнущий тухлыми яйцами и дешевым одеколоном.

— Это то, чем вас поил Вейн! Здесь содержание сивушных эманаций превышает норму в семь раз! Настоящий яд для драконьего желудка и человеческой печени

!Затем кот откупорил вторую пробирку, из которой разлился божественный аромат яблок и корицы, и капнул на другую сторону стола. Бумага мгновенно разгладилась, очистилась от старых чернильных пятен и засияла мягким золотистым светом.

— А это наш сидр «Золотой Эттвуд»! Чистая магия источника, стопроцентная биодоступность, уровень очистки — абсолютный! Судьи, вы что хотите пить: бузинную бормотуху от этого жулика или нектар богов от Министерства экономического развития?

— Взять кота! Конфисковать пробирки! — заорал Канцлер, теряя самообладание.

— Гвардия, очистить зал!Но гвардейцы Канцлера не успели сделать и шага. Тяжелые, обитые железом двери Высшего Трибунала распахнулись со звуком, похожим на удар грома. На пороге показалась высокая фигура в золотых доспехах, окруженная десятком личных паладинов.В зал вошел сам Король.Все присутствующие, включая судей и Канцлера, мгновенно рухнули на колени, уткнувшись носами в каменный пол. Единственными, кто остался стоять, были я, Аластор и Фаддей, который вежливо снял свою треуголку и прижал её к пушистой груди.Король выглядел… монументально. Но главное, что бросалось в глаза — это его голова. На некогда абсолютно лысом черепе суверена теперь буйно кудрявилась роскошная, густая шевелюра каштанового цвета, которая развевалась на ходу, словно в зале дул невидимый королевский ветер.

— Продолжайте, графиня Вивьен, — раздался глубокий, властный голос монарха.

Он прошествовал к судейскому возвышению, не обращая внимания на ползающего у его ног Канцлера, и сел в центральное кресло.

— Я внимательно слушал вашу речь из-за двери. Особенно меня заинтересовала часть про «крыс-алкоголиков» и кору бузины в моем бокале. Магистр Вейн, подойдите ближе.Вейн полз по ковру на коленях, стуча зубами так громко, что этот звук заглушал шорох мантий.

— Ваше… Ваше Величество… Это навет! Происки конкурентов! Мое вино всегда было верхом…

— Мои волосы выпали пять лет назад именно тогда, когда ваша Гильдия заключила эксклюзивный контракт на поставки ко двору, — холодно прервал его Король, проводя рукой по своим новым, шелковистым кудрям.

— А вчера, после двух кубков сидра графини Эттвуд, я не просто проснулся с этой… великолепной гривой. Я впервые за тридцать лет смог разогнуть поясницу без помощи придворного мага. И сегодня я узнаю, что вы, Вейн, под покровительством моего Канцлера, пытались закрыть это святое производство на основании выдуманных проверок?!

Герцог Мальборо побледнел до прозрачности.

— Ваше Величество, я лишь пекся о букве закона… Финансовый хаос в министерстве…

— Финансовый хаос я вижу в ваших карманах, Канцлер, — отрезал Король, переводя взгляд на меня.

— Графиня Вивьен. Я назначаю вас Полноправным и Бессрочным Министром Экономического Развития Магии с расширенными диктаторскими полномочиями в сфере аудита. Первое ваше задание на новой должности — провести полную конфискацию имущества Гильдии виноделов и всех личных активов герцога Мальборо в счет уплаты долга короне. Справитесь?

Я вежливо присела в безупречном реверансе, а в моих глазах загорелся триумфальный огонь топ-менеджера, получившего карт-бланш на жесткое поглощение рынка.

— Будет исполнено в лучшем виде, Ваше Королевское Величество.

«Эттвуд-Индустриз» берет на себя управление всеми винодельческими угодьями королевства. Мы перепрофилируем их под яблоневые сады за два квартала. Себестоимость упадет, налоговые поступления в казну вырастут на триста процентов.

— Прекрасно, — Король удовлетворенно кивнул и поднялся.

— Магистра Вейна и Канцлера — под стражу. Завтра утром жду у себя в кабинете проект государственного бюджета и… первые десять бочек сидра из новой новогодней партии.

Когда гвардейцы утащили завывающего Вейна и обмякшего Канцлера, зал суда взорвался овациями. Столичная аристократия, мгновенно поняв, куда подул ветер (и у кого теперь в руках монополия на молодость и волосы), бросилась к моей трибуне с криками восхищения и попытками записаться на предзаказ.

Принц Аластор подошел ко мне со спины, его горячее дыхание коснулось моего уха.

— Ну что, Госпожа Министр-Диктатор. Похоже, теперь мне придется просить у вас аудиенции через вашего секретаря Филиппа. Вы только что уничтожили старую олигархию королевства без единого боевого заклинания.

— Бизнес любит тишину и точный расчет, Аластор, — я повернулась к нему, с улыбкой глядя на кольцо-чешуйку на своем пальце.

— А теперь, дорогой партнер, нам пора возвращаться в министерство. У нас на повестке дня — национализация винных складов, реформа лесного налогообложения и… покупка новой, более вместительной телеги для Ромашки. На этот раз — из чистого золота.

Фаддей взлетел над нашими головами, победоносно крутя половником как пропеллером:

— И двойная порция мясного пайка для Главного Санитарного Инспектора! Ура корпоративному капитализму с человеческим… то есть кошачьим лицом!

Империя Эттвуд только начинала свой разбег, и впереди нас ждал весь обитаемый магический мир, еще не подозревавший, что такое настоящий, беспощадный и невероятно веселый эффективный менеджмент.

Глава 14: Национализация активов, тролли на KPI и забастовка тяжелого машиностроения..

Утреннее солнце столицы лениво выползало из-за шпилей Королевского Высшего Трибунала, а в центральном офисе Минэкомага уже вовсю гремели барабаны новой экономической реальности.Национализация некогда могущественной Гильдии виноделов шла стахановскими темпами. Мой кабинет напоминал полевой штаб: на стенах вместо портретов бывших министров висели огромные интерактивные карты королевства, где бывшие виноградники магистра Вейна безжалостно перечеркивались жирными красными крестами.Вместо них каллиграфическим почерком баронета Филиппа было выведено: «Зона перспективной высадки морозостойких антоновок».— Вивьен, мы тонем в логистическом коллапсе! Казначейство заблокировало наши пропуска на склады! — Фаддей с грохотом приземлился на мой стол, рассыпав стопку свежих указов. На этот раз его министерский кафтан был расстегнут на все пуговицы, а адмиральская треуголка сидела на правом ухе.— Столичные склады гильдии забаррикадированы. Виноградари отказываются сдавать ключи от подвалов. А самое страшное — Южное транспортное кольцо перекрыто. Лесные тролли объявили забастовку! Они сели на дорогу, заблокировали три десятка наших телег с сырьем и требуют… я даже вслух это говорить боюсь… эргономических сидений для перевозок!— Эргономических сидений? Тролли? — я оторвала взгляд от финансового отчета и устало потерла переносицу. — В прошлой жизни я увольняла целые бригады независимых дальнобойщиков за попытку сорвать поставки компонентов на конвейер. Филипп! Тащите сюда устав Транспортного Цеха Королевства и личное дело бригадира троллей.Баронет Филипп вынырнул из-за шкафа, бледный, с синяками под глазами, но с непривычным для него боевым блеском в глазах. Государственная служба под моим началом сделала из робкого мальчика настоящего секретаря-штурмовика.— Вот, Госпожа Министр! Бригадир — горный тролль по кличке Хрустолом. Тридцать два года трудового стажа на каменных карьерах. Вменяем, но крайне консервативен. Заявляет, что новые нормативы KPI (ключевые показатели эффективности), которые вы ввели для грузоперевозок, ущемляют их древнее право на «философский сон во время капели».— Философский сон во время капели — это простой саботаж рабочего времени, — отрезала я, вставая из-за стола и застегивая серебряные пуговицы министерского мундира. — Они привыкли тащить одну телегу неделю, собирая по дороге все придорожные трактиры. А у нас королевский заказ! Король ждет тысячу бочек «Драконьего поцелуя» к пятнице. Если его новые кудри начнут редеть из-за стресса и отсутствия сидра, мы все поедем на эти самые Южные болота собирать клюкву вручную. Фаддей, бери половник. Филипп, карету к подъезду. Мы едем внедрять бережливое производство на практике.Южный тракт встретил нас монументальной пробкой. Тридцать огромных деревянных телег, доверху нагруженных отборными яблоками из нашего родового сада, замерли на узком участке дороги между двумя скалами. Причиной затора послужили пять огромных, покрытых зеленым мхом и лишайниками каменных глыб, которые развалились прямо на мостовой. При ближайшем рассмотрении глыбы оказались горными троллями. Они лежали на спинах, лениво ковыряя в зубах вековыми бревнами и дружно игнорируя крики несчастных извозчиков.Перед ними, на бочке из-под конфискованного вина, сидел бригадир Хрустолом — пятиметровый гигант с носом, напоминающим переспелую картофелину, и кулаками размером с хорошую бронированную бочку.— Не поедем, — гудел Хрустолом, и от его баса с ближайших скал сыпалась мелкая галька. — Твоя девка-министр придумала «ка-пи-ай». Говорит: вези быстро, не спи по дороге, яблоки не жри. А тролль без сна — как скала без мха. Не канонично. Требуем отмены цифр! Даешь старый тариф: одна телега в месяц, три барана за рейс и законный сон под мостом!Вокруг троллей летали несколько фей из нашего министерского профсоюза, пытаясь уколоть их своими крошечными копьями, но каменная кожа гигантов лишь весело почесывалась от этих усилий.— А ну-ка, разойдись! Министерство приехало! — рявкнул Фаддей, взлетая над толпой извозчиков и демонстративно постукивая половником по воздуху.— Всем принять стойку «смирно» перед лицом высшего руководства!Карета остановилась, и я вышла на дорогу. Тролли даже не пошевелились, лишь Хрустолом лениво скосил на меня свой единственный левый глаз (правый был закрыт пиратской повязкой из старого мешка).— Уважаемый Хрустолом, — спокойно произнесла я, подходя к бочке, на которой он восседал.— Я графиня Вивьен Эттвуд, Министр магии и экономики. Я выслушала ваши требования. Отмена KPI, три барана и сон под мостом. Правильно?— Правильно, хозяйка, — буркнул гигант. — И сиденья мягкие на телеги. А то у парней от ваших ящиков каменные седалища натирает.— Отлично. Филипп, пишите официальный приказ министерства, — громко, чтобы слышали все извозчики и тролли, скомандовала я. — Ввиду отказа Транспортного Цеха Троллей от выполнения государственного контракта, Министерство Минэкомаг расторгает договор подряда в одностороннем порядке. Начиная с сегодняшнего дня, все грузоперевозки переводятся на… альтернативный магический ресурс.Хрустолом нахмурился, его каменный лоб собрался в страшные складки.— Какой такой ресурс? Кто сильнее тролля в этих землях тяжести таскать может?— Портальная логистика, — хищно улыбнулась я. — Принц Аластор Блэквуд любезно согласился выделить отряд придворных боевых магов пространства. Мы создаем сеть стационарных телепортационных конвейеров «Сад — Столица». Время доставки яблок сокращается с трех дней до трех секунд. Себестоимость падает на восемьдесят процентов, так как магам не нужно платить баранами.Тролли на дороге замерли. В их медлительных каменных мозгах начался сложнейший процесс математического исчисления будущих убытков.— Постойте… — Хрустолом медленно опустил бревно, которым ковырял в зубах. — А как же мы? Нам куда?— А вас, согласно закону о реструктуризации неэффективных предприятий, мы переводим в Департамент ландшафтного дизайна и утилизации тяжелых отходов, — безжалостно продолжила я, листая блокнот. — Будете работать на Южных болотах. Вручную переносить гранитные валуны с места на место для красоты королевского парка. Зарплата — две корзины репы в месяц, сон строго по расписанию, под присмотром надзирателей из ордена Паладинов.Среди троллей пронесся панический ропот. Один из гигантов даже всхлипнул, и этот звук напомнил падение каменной плиты. Перенос валунов на болотах под надзором паладинов — это была худшая перспектива для свободолюбивых сынов гор.— Хозяйка, постой! Зачем сразу валуны? Зачем репа? — Хрустолом спрыгнул с бочки и бухнулся передо мной на одно колено, отчего мостовая жалобно треснула. — Мы… мы не против «ка-пи-ай». Мы просто слов таких не знаем, пугаемся мы их. Нам бы попроще. Если мы будем везти телегу за один день вместо трех, барана четвертого дашь?— Четвертого барана не обещаю — это раздувание фонда оплаты труда, — жестко ответила я. — Но мы можем договориться о премиальной системе. За выполнение недельного плана без аварий и простоев — премия в виде бочонка нашего слабоалкогольного сидра «Эттвуд-Лайт» на бригаду. Он отлично снимает напряжение с каменных мышц. И вместо эргономических сидений я выпишу вам со склада конфискованные гильдейские подушки из гусиного пуха. Идет?Тролли переглянулись. Бочонок магического сидра и пуховые подушки под их массивные хвосты — это был предел их мечтаний о корпоративном соцпакете.— Идет, Госпожа Министр! Клянусь Великой Скалой, идет! — Хрустолом вскочил, обернулся к своей бригаде и рявкнул: — А ну, бездельники, подняли свои каменные зады! Врубай этот… как его… повышенный темп! Кто опоздает на склад — лично в валун превращу!Через три минуты дорога была полностью свободна. Тролли с невиданной ранее скоростью впряглись в телеги, и наш яблочный конвой с веселым грохотом помчался в сторону Столицы, оставляя за собой шлейф из пыли и оптимизма.— Ну вот, — я отряхнула руки. — Оптимизация транспортной логистики методом жестких переговоров и материальной мотивации. Фаддей, как тебе наш новый Департамент Тяжелой Тяги?Кот восхищенно покачал головкой, поправляя съехавшую треуголку:— Вивьен, если бы у меня в прошлой жизни был такой начальник, я бы до сих пор ловил мышей на скорость и сдавал отчеты по форме 2-НДФЛ. Ты сделала из троллей передовиков капиталистического труда за пять минут!Однако, когда мы вернулись в Столицу к главным складам Гильдии виноделов, наш триумф натолкнулся на новую стену. И на этот раз стена была вполне физической и очень магической.Огромные кованые ворота центрального склада были запечатаны тяжелыми фиолетовыми цепями, которые пульсировали темной энергией. Перед воротами выстроилась толпа из полусотни столичных магов-виноделов низшего звена. Они держали в руках плакаты: «Нет национализации!», «Сидр — это не вино, графиня — не министр!» и «Защитим наши бочки от корпоративного рейдерства!».Командовал этой забастовкой личный адвокат магистра Вейна — скользкий тип в шелковом цилиндре по имени лорд Фиппс.— Назад, представители исполнительной власти! — пафосно закричал Фиппс, завидев нашу карету. — Эти склады заблокированы по праву «Древнего Цехового Иммунитета»! Согласно хартии 312 года, Король не имеет права конфисковать имущество гильдии без согласия Совета Старейшин Магов. Наша магия брожения завязана на эти подвалы. Если вы попытаетесь сорвать цепи, все запасы вина внутри превратятся в смертоносный уксусный газ, который отравит половину Столицы! Это юридический и магический шантаж, графиня! Вы бессильны!Я вышла из кареты, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость профессионального кризис-менеджера, которому пытаются сорвать график сдачи объекта.— Лорд Фиппс, вы ссылаетесь на хартию 312 года? — я медленно подошла к фиолетовым цепям.— Прекрасный документ. Но вы забыли, что три часа назад Король подписал мой Указ о Реформе Магического Предпринимательства. Согласно новому закону, любой «цеховой иммунитет» аннулируется, если предприятие признано банкротом и злостным неплательщиком налогов. Ваши цепи — это незаконное удержание государственного имущества.— Ха! Попробуйте их снять! — ухмыльнулся адвокат. — Любое физическое или заклинательное воздействие активирует уксусную бомбу! Вы не посмеете рискнуть жизнями горожан!В этот момент над складами пронеслась стремительная золотистая тень. С оглушительным свистом прямо на крышу главного амбара опустился принц Аластор Блэквуд в своем человеческом обличье, но с полурасправленными драконьими крыльями за спиной. Его глаза горели янтарным пламенем, а в руках он держал огромный свиток, скрепленный личной печатью Короля.— Они не посмеют, Фиппс. А вот я — с удовольствием, — Аластор легко спрыгнул с крыши, приземлившись точно между мной и испуганным адвокатом.— Вивьен, Столичный Совет Магов только что утвердил твой указ. Фиппс, твоя хартия теперь официально признана туалетной бумагой.— Но… но уксусный газ! — заикнулся адвокат, пятясь к толпе магов. — Бочки взорвутся! Столица погибнет от паров скисшего вина!— Не взорвутся, — я сделала знак Фаддею. — Потому что у нас есть Тайная Санитарная Служба, которая специализируется на глубокой очистке любых токсичных отходов. Фаддей, твой выход. Пора показать этим производителям бормотухи, что такое настоящая кухонная магия высшего уровня.Кот победоносно ухмыльнулся, взлетел на уровень фиолетовых цепей и выхватил свой министерский половник.— Слушайте мою команду, цеховые неудачники! Включаю режим «Генеральная уборка после пьянки века»! Применить заклинание полной нейтрализации кислотности и тотального поглощения запахов!Фаддей закружился на месте, создавая вокруг цепей мощный вихрь из нежно-зеленой магии, смешанной с запахом свежей мяты и лимонной цедры. Его половник сиял так ярко, что фиолетовые цепи начали стремительно бледнеть, теряя свою темную энергию. Тьма, заложенная магами Вейна, натолкнулась на абсолютную, первозданную силу чистоты бытового фамильяра.Хруст! Дзынь!Фиолетовые цепи с сухим металлическим звоном лопнули и рассыпались кучками безобидного серого пепла, пахнущего… первосортным стиральным порошком. Тяжелые дубовые ворота склада сами медленно распахнулись, являя миру бесконечные ряды огромных бочек. Но вместо удушливого уксусного газа из подвалов повеяло идеальной, стерильной прохладой и легким ароматом яблочного цвета.Толпа магов-забастовщиков синхронно ахнула. Лорд Фиппс схватился за голову, его шелковый цилиндр покатился по мостовой.— Это… это невозможно! Наше боевое проклятие брожения… уничтожено кошачьим половником?!— Это не просто половник, Фиппс. Это инструмент государственного контроля качества, — ласково произнесла я, проходя мимо него внутрь склада. — Гвардия! Приступить к инвентаризации содержимого. Все запасы старого вина перегнать на чистый спирт для нужд королевской медицины и алхимии. Сами бочки очистить и подготовить под заливку новой партии «Драконьего поцелуя». Магов-забастовщиков… Филипп, запишите их на курсы переквалификации. Будут учиться правильной ферментации яблочного сока под руководством фей. Кто сдаст экзамен — получит работу в нашем новом государственном холдинге. Кто откажется — отправится к троллям на Южные болота, помогать им двигать валуны на пуховых подушках.Через десять минут бывшие забастовщики уже дружно строились в очередь у стола баронета Филиппа, судорожно заполняя анкеты на переобучение. Монополия старой гильдии была стерта с лица земли окончательно и бесповоротно.Вечером того же дня мы с Аластором стояли на верхнем балконе министерской башни, глядя на огни Столицы. Город гудел: во всех трактирах и тавернах праздновали новую экономическую эру, а из королевского дворца то и дело доносились радостные крики Короля, который, по слухам, никак не мог перестать расчесывать свои новые кудри перед зеркалом.Принц обнял меня за талию, прижимая к своему горячему плечу. Его драконьи крылья слегка прикрыли нас от прохладного ночного ветра.— Вивьен, ты совершила чудо. За два дня ты национализировала крупнейшую гильдию, построила троллей по струнке и заставила столичных бюрократов работать по тайм-менеджменту. Я начинаю всерьез опасаться за свой трон Наместника. Если ты решишь провести аудит в моем замке, я боюсь, ты найдешь там кучу неучтенного золота моих предков и заставишь меня платить налог на драконьи сокровища.— Налог на сокровища — это отличная идея, Аластор, надо будет обсчитать ставку, — со смехом ответила я, поворачиваясь к нему и кланясь головой на его грудь. — Но для тебя, как для главного стратегического инвестора и моего будущего мужа, у нас предусмотрена особая офшорная зона и налоговые каникулы длиною в вечность.Фаддей, который сидел на перилах балкона, доедая огромный кусок королевского паштета прямо из золотой миски, сыто икнул и подал голос:— Слышь, офшорные романтики, вы не расслабляйтесь. Мне тут по каналам Тайной Санитарной Службы пришла шифровка от наших фей из дальнего пограничья. Слышали про Эльфийскую Империю на востоке? Они прознали про наш сидр молодости, их вечно молодой Император впал в депрессию от того, что у нашего Короля волосы гуще, и они… мобилизуют свои элитные войска магических дегустаторов для проведения «агрессивного импортного контроля» на нашей границе! Короче, Вивьен, нам нужен международный отдел маркетинга и… пара сотен новых боевых прессов!Я крепче сжала руку Аластора, чувствуя, как внутри меня с новой силой разгорается азарт истинного топ-менеджера международного масштаба.— Эльфийская Империя? Агрессивный импорт? Отлично. Мы как раз планировали экспансию на внешние рынки. Аластор, готовь дипломатический конвой. Фаддей, суши половник. Завтра «Эттвуд-Индустриз» начинает мировую глобализацию!

Глава 15: Эльфийский снобизм, аудит вечности и международный демпинг.

Эльфийская Империя Эладорион пахла высокомерием, жасмином и застарелым консерватизмом.

Их посольство в Столице, выстроенное из белого мрамора и живого переплетенного плюща, выглядело так, будто его спроектировал очень дорогой, но бесконечно занудный ландшафтный дизайнер с манией величия.

Эльфы жили тысячелетиями, никуда не спешили и искренне считали всех остальных подданных короны «немытыми краткожителями», чей культурный потолок — это жареная репа и танцы под волынку.

— Вивьен, они смотрят на меня так, будто я не Глава Тайной Санитарной Службы, а блохастый коврик для вытирания ног! — Фаддей нервно подергивал ушами, забившись в глубокую складку моего нового, парадного министерского плаща из зеленого бархата.

На этот раз кот превзошел сам себя в плане дипломатического дресс-кода: на его шее красовалось кружевное жабо, а к адмиральской треуголке Томас прикрепил золотое павлинье перо.

Выглядел мой фамильяр как очень важный, но крайне разозленный пиратский попугай весом в семь килограммов.

— Держи фасон, Магистр, — тихо ответила я, уверенно стуча каблуками по зеркальному паркету посольского зала заседаний.

— Они ведут себя как типичные представители старой, закостенелой транснациональной корпорации, которая триста лет сидит на монопольных ресурсах и проспала появление гибкого стартапа на рынке. Эльфы экспортируют свой «Нектар Вечной Юности» по цене сто золотых за крошечный флакон. А тут появляемся мы со своим сидром, который возвращает волосы королю и лечит суставы гномам всего за пять серебряных монет за кружку. Это не просто конкуренция, Фаддей. Это крушение их векового финансового доминирования.

За огромным овальным столом из белого дерева нас уже ждала эльфийская делегация. Возглавлял её лорд Иллидиан Седокрылый — пафосный тип с длинными платиновыми волосами, идеальной кожей и ушами такой длины, что на них можно было вешать бельевую веревку. На его лице застыло выражение глубочайшего страдания от того, что ему приходится общаться со смертными. Рядом с ним сидели трое экспертов-дегустаторов в белоснежных мантиях и с серебряными пипетками в руках.

— Графиня Эттвуд, — Иллидиан даже не поднялся, лишь лениво изящным жестом указал на свободные стулья.

— Мы выслушали доклад вашего ревизора Кромвеля. Ваше королевство бьется в экстазе от некоего… яблочного перебродившего сока. Наш Великий Император находит это крайне… забавным. Однако Империя Эладорион не может допустить, чтобы на международный рынок поступал продукт с нерегулируемым магическим фоном. Мы объявляем «агрессивный импортный контроль». Если ваш напиток не пройдет наши тесты на гармонию духа, мы заблокируем все восточные торговые пути для вашего королевства.

— Ваша гармония духа — это скрытый протекционизм и попытка задушить молодую экономику Блэквуда в зародыше, — я решительно села в кресло, положив на стол свою дубовую шкатулку, которая теперь была украшена государственным гербом Минэкомага.

— Давайте опустим дипломатические реверансы, лорд Иллидиан. Вы боитесь демпинга. Мой сидр «Драконий поцелуй» бьет по вашему «Нектару Юности» по всем ключевым позициям: себестоимость ниже в двадцать раз, логистика быстрее благодаря троллям на пуховых подушках, а вкусовые качества… Филипп, наливай.

Баронет Филипп, одетый в строгий черный камзол, сноровисто извлек из шкатулки бутылку нашей новой, экспортной линейки «Эттвуд-Империал».

Магия источника внутри стекла переливалась не просто золотом, а глубоким изумрудным светом, который мы получили после того, как феи начали добавлять в бродильные чаны пыльцу цветущего клевера.

Эльфийские дегустаторы синхронно сморщили носы, словно им поднесли тарелку с тухлой селедкой. Один из них, с тонкими усиками, аккуратно капал сидр в серебряную чашу с помощью пипетки, после чего поднес её к глазам.

— Хм… — процедил эльф. — Плотность нарушена. Магические нити перепутаны. Пахнет… землей и ручным трудом. Это не искусство, это… плебейское варево.

— Слышь, ты, любитель пипеток! — не выдержал Фаддей, вылезая из-под плаща и прыгая прямо на середину стола.

— Сам ты варево! Наш сидр — это экологически чистый биопродукт, собранный свободными феями в рамках коллективного договора! А ваш нектар — это обычная дистиллированная вода с добавлением слез ландыша и консервантов! От него у ваших же лордов через сто лет зубы крошатся, просто вы это своими заклинаниями маскируете!

Лорд Иллидиан брезгливо посмотрел на кота.

— Графиня, уберите это… шерстяное недоразумение со стола переговоров. У нас в Империи за такое кощунство фамильяров отправляют на переплавку в магические кристаллы.

В этот момент воздух в зале резко нагрелся.

Двери посольства с грохотом распахнулись, и в зал вошел принц Аластор Блэквуд. Его походка была хищной, а на скулах едва заметно переливалась золотая чешуя. Он прошествовал к столу, отодвинул эльфийского советника вместе со стулом и сел рядом со мной, положив свою тяжелую ладонь на эфес меча.

— Лорд Иллидиан, — бархатный голос дракона заставил эльфов синхронно выпрямить спины.

— Повторите, пожалуйста, вашу фразу насчет переплавки фамильяров. Мой дракон очень внимательно слушает. И помните, что это посольство стоит на моей земле, а пламя дракона плавит эльфийский мрамор быстрее, чем ваш Император успевает допить свой утренний чай.

Иллидиан сглотнул, его платиновые волосы слегка качнулись.

— Ваше Высочество Аластор… Мы лишь действуем в рамках международного права. Тестирование продукта — обязательное условие.

— Отлично. Тестируйте, — я пододвинула к эльфам бокалы.

— Пейте, лорды. Полноценным глотком. Хватит капать из пипеток, это вам не столичная аптека.

Три дегустатора переглянулись, посмотрели на хмурого дракона, на кота с половником наперевес и… синхронно сделали по глубокому глотку.

Наступила тишина. Секунда, две, три.Вдруг у эльфа с тонкими усиками глаза округлились до размеров золотых монет. Его бледные щеки мгновенно окрасились густым, здоровым румянцем. Второй дегустатор судорожно схватился за свои длинные уши — магические эманации нашего сидра, вступив в реакцию с их древней эльфийской кровью, заставили их кончики весело и ритмично подергиваться.

— О, Пресветлые Древа… — прошептал третий эльф, глядя на свой бокал со смесью ужаса и восторга.

— Мой магический резерв… он заполнился за секунду! И вкус… это не просто яблоки. Это вкус… первого утреннего солнца после тысячелетней зимы! Лорд Иллидиан, это… это шедевр. Наш нектар по сравнению с этим — просто болотная жижа!

— Что?! — Иллидиан выхватил бокал у подчиненного и сам сделал огромный глоток.

Его платиновые волосы мгновенно приобрели невероятный, шелковистый блеск, а мелкие мимические морщинки вокруг глаз, которые он тщательно скрывал омолаживающими чарами, исчезли навсегда.

Эльфийский лорд замер, прислушиваясь к внутреннему блаженству, которое разливалось по его телу.

— Невероятно… — выдохнул он, теряя всю свою спесь.

— Какова… какова международная цена этого эликсира, графиня?

— Пять серебряных монет за кружку на внутреннем рынке, — спокойно ответила я, скрестив руки на груди.

— Для Империи, с учетом таможенных пошлин и логистики троллей — десять серебряных. Или один золотой за элитную бутылку «Эттвуд-Империал».

Иллидиан подпрыгнул на стуле так, словно его уколола мшистая фея.

— Один золотой?! Но наш нектар стоит сто! Вы… вы уничтожите нашу экономику! Весь наш экспорт завязан на индустрию омоложения! Если ваши бутылки попадут в Эладорион, наши заводы обанкротятся за неделю!

— Это называется здоровый капитализм и вытеснение неэффективных монополистов, лорд Иллидиан, — я хищно улыбнулась.

— Но мы готовы пойти на компромисс. Мы предлагаем вам соглашение о международном разделении труда. Вы закрываете свое нерентабельное производство нектара. Ваши заводы мы переоборудуем под производство фирменной стеклянной тары для нашего холдинга — у эльфов отличное стеклодувное мастерство. Вы становитесь нашим эксклюзивным дистрибьютором на Востоке с долей в пятнадцать процентов от чистой прибыли региона. Либо мы начинаем прямую контрабанду через порталы Аластора по цене три серебряных за ведро, и через месяц ваш Император сам приползет к нам за кредитами. Выбирайте.

Эльфийский дипломат закрыл глаза. На его лице отражалась вся боль древней расы, столкнувшейся с безжалостными законами современного маркетинга и менеджмента. Он понял, что попал под каток, которым управляла вчерашняя банкротка, а подталкивал его огромный золотой дракон.

— Мне нужно… мне нужно связаться с Императором через зеркало дальней связи, — хрипло произнес Иллидиан, поднимаясь со стула.

— Но… я думаю, он согласится на стеклодувные заводы. Против драконьего пламени и яблочного демпинга у нас нет аргументов.

— Вот и отлично, — я поднялась, забирая шкатулку.

— Договор о международном слиянии и создании консорциума «Эладорион-Эттвуд» должен быть подписан к вечеру. Филипп, подготовьте бланки международного образца с тройной степенью защиты от эльфийской магии.

Когда мы вышли из посольства на залитую солнцем площадь Столицы, Фаддей победоносно уселся на плечо Аластора, весело покручивая своим половником.

— Вивьен, ты просто международный террорист от бухгалтерии! Ты только что поставила на колени империю с трехтысячелетней историей с помощью пяти бочек сока и правильного KPI! Я требую, чтобы в новом эльфийском филиале мне выделили личный кабинет с видом на Священное Древо и штат из десяти эльфиек-горничных для чесания за ушком!

Аластор весело рассмеялся, прижимая меня к себе за талию.

— Будет тебе кабинет, Фаддей. А у нас с Министром экономики на повестке дня — подготовка к первому международному экономическому форуму. Вивьен, ты готова показать этому миру, что такое настоящая глобализация?

Я посмотрела на кольцо на своем пальце, затем на сияющие шпили Столицы. Внутри меня пела абсолютная уверенность.— Этот мир еще ничего не видел, Аластор. Мы только начинаем экспансию!

Друзья делитесь мыслями и впечатлениями от книги,мы с Музом очень ждём ваших комментариев и лайков ❤️❤️❤️𒨞>ypm

Глава 16: Первый Межрасовый Экономический Форум, тролли в смокингах и геополитический фуршет.

Подготовка к Первому Межрасовому Экономическому Форуму (сокращенно — ПМЭФ-1) превратила Столицу в филиал сумасшедшего дома повышенной комфортности.

Центральная площадь перед дворцом Наместника напоминала Вавилонскую башню на стероидах: гномы-девелоперы спорили с эльфийскими архитекторами о прочности несущих конструкций выставочных павильонов, степные орки-кочевники пытались припарковать свои гигантские боевые повозки на местах для карет дипломатического корпуса, а стайка русалок-инвесторов устроила забастовку, требуя, чтобы в их аквариумы в VIP-зоне подавали исключительно фильтрованную воду из источника Эттвуд.

Я стояла на балконе Минэкомага, затянув пояс парадного мундира на одну дырочку туже, чем обычно.

Мой внутренний директор по ивентам не просто кричал — он бился в экстазе, сверяя тайминги спикеров по магическим часам.

— Вивьен, это катастрофа! Катастрофа планетарного масштаба! — Фаддей с грохотом влетел в окно, потеряв по дороге свое кружевное жабо.

— Наш логистический сектор сорвал генеральную репетицию открытия! Хрустолом отказывается выходить на сцену в смокинге! Он говорит, что петли для пуговиц натягивают его нательную харизму и мешают ему манифестировать внутреннюю скалу!

— Где этот манифестатор? — я решительно развернулась, на ходу подхватывая папку с KPI-отчетами. — Филипп, за мной. Фаддей, заряжай половник успокаивающими мятными флюидами.

Мы идем проводить экспресс-тренинг по корпоративному стилю.

На заднем дворе министерства, где был разбит временный логистический терминал, разыгрывалась драма в лучших традициях Большого театра.

Пятиметровый горный тролль Хрустолом, назначенный официальным спикером секции «Тяжелая тяга и бережливая доставка», сидел на куче щебня.

На его массивные каменные плечи Томас умудрился натянуть гигантский смокинг, сшитый из трех палаточных тентов Королевской Гвардии.

Бабочка на шее гиганта была размером с хорошего упитанного поросенка.

— Не буду выступать! — гудел Хрустолом, и от его баса у припаркованной рядом кареты Кромвеля сработали охранные руны.

— Ткань кусается! Эльфы в первом ряду будут смеяться! Они скажут: «Смотри, каменная гора в пиджаке!» Не пойду. Поеду назад на болота двигать валуны. Там свободно, там пуховые подушки.

Вокруг него кружились три феи-стилистки, пытаясь завязать ему шнурки на гигантских кожаных ботинках, но тролль лишь сердито поджимал пальцы.

— Бригадир Хрустолом, — я подошла ближе, чеканя каждый шаг. — Посмотрите на меня.

Гигант лениво скосил свой единственный левый глаз.

— Вы — лицо транспортной системы Блэквуда, — твердо произнесла я. — Сегодня в зале будут сидеть эмиссары из Подземных Угольных Копей, купцы из Вольных Городов и закупщики из Эльфийской Империи.

Если вы выйдете туда в своем обычном мху и лишайниках, они решат, что «Эттвуд-Индустриз» использует дикую, неотесанную рабскую силу.

Инвесторы уйдут.

Акции упадут.

А это значит…Тролли в коридоре затаили дыхание.— …это значит, что у нас не будет бюджета на закупку премиального тролльего сидра и пуховых подушек повышенной плотности на следующий квартал, — безжалостно закончила я.

— Вы подведете всю бригаду, Хрустолом. Вы хотите, чтобы парни вернулись на репу и воду?

Каменный гигант замер.

Его картофельный нос мелко задрожал от нахлынувшего чувства корпоративной ответственности.

Он посмотрел на свой смокинг, затем на меня, а затем аккуратно, двумя пальцами поправил гигантскую бабочку.

— Репу не хочу, — тихо буркнул он. — Парней подводить нельзя.

Ладно, графиня. Выйду.

Но если эльф в первом ряду хоть раз хмыкнет — я его этим… как его… инновационным прессом прямо в ковер впечатаю.

— Договорились. Если кто-то хмыкнет, принц Аластор лично аннулирует их торговую визу, — улыбнулась я, хлопая тролля по огромному ботинку.

— На исходные позиции! До открытия форума тридцать минут!

ПМЭФ-1 открылся под звуки королевских фанфар и шорох сотен пергаментных блокнотов. Главный выставочный зал дворца Наместника напоминал улей.

Наша центральная панель — гигантский стенд «Золотой Эттвуд» — сияла изумрудными и золотыми огнями.

Посередине стенда стоял модернизированный «Яблотрон-2»: теперь он не просто стрелял фруктами, а аккуратно, с помощью пространственных порталов Аластора, разливал сидр по бокалам гостей прямо из воздуха, вызывая восторженные писки иностранных делегаций.

Я заняла место на главной сцене рядом с Аластором.

Принц выглядел безупречно: строгий черный камзол, на плече — золотой знак Наместника, а в глазах — гордость хищника, чей стартап захватил мир.

— Приветствую участников Первого Межрасового Экономического Форума! — мой голос, усиленный министерскими рунами, разнесся по залу, заставив замолчать даже вечно спорящих гномов.

— Тема нашей сегодняшней пленарной сессии — „Магическая глобализация: от локального источника к мировому господству“.

И первым я хочу предоставить слово нашему ключевому партнеру по логистике — главе Департамента Тяжелой Тяги, Хрустолому!

Занавес раздвинулся, и на сцену, тяжело стуча ботинками, вышел Хрустолом.

Смокинг на нем трещал по швам, но гигант держал спину ровно, словно вековой утес. Он подошел к гигантской трибуне, бережно положил на нее свои кулаки-валуны и заговорил по бумажке, которую мы с Филиппом писали три ночи:

— Э-э-э… Здравствуйте, уважаемые… краткожители и долгожители.

Наша бригада раньше возила грузы медленно.

Спали под мостом, ели баранов, нарушали… логистическую цепочку.

Потом пришла графиня Вивьен.

Ввела ка-пи-ай.

Теперь мы везем быстро.

Премия — сидр.

Седалища — на подушках.

Эффективность выросла на… триста камней.

Кто не верит — могу показать на примере его кареты.

Спасибо за внимание.

Зал на секунду замер.

Эльфийские лорды в первом ряду испуганно вжали головы в плечи, глядя на кулаки спикера.

Но тут старый казначей лорд Грэм первым начал неистово аплодировать.

Через секунду зал взорвался овациями.

Гномы кричали: «Браво, Хрустолом! Даешь контракт на поставку угля!», а эльфы судорожно записывали слово «ка-пи-ай» в свои блокноты, думая, что это какое-то новое древнее заклинание силы.

— Отличный старт, партнер, — шепнул мне Аластор, незаметно сжимая мою ладонь под столом президиума.

— Твой тролль только что продал логистические услуги министерства на три года вперед.

Эльфийский Император через свое зеркало связи уже запрашивает личную встречу.

Настоящее веселье началось во время VIP-фуршета.

Геополитические переговоры в кулуарах — это вам не официальные речи.

Здесь крупные игроки пытались прощупать наши слабые места.

Я пробиралась между столами, на которых высились горы эльфийских закусок, гномьих солений и, разумеется, бесконечные пирамиды из бутылок «Золотого Эттвуда».

Фаддей летал надо мной, выполняя функции мобильной группы санитарного контроля.

— Шеф, осторожно на одиннадцать часов! — прошипел кот мне в ухо. — Туда движется Главный Шаман Южных Кварталов Орды, великий и ужасный Громмаш Кровавый Топор.

Судя по его лицу, он хочет либо объявить нам священную войну, либо выпить все запасы полусухого сидра.

К нам действительно приближался двухметровый зеленый орк, закованный в тяжелые доспехи из костей мамонта.

На его плече покоился топор, на лезвии которого запеклась… кажется, свекольная подливка от праздничного жаркого.

— Графиня Эттвуд! — взревел орк, остановившись прямо предо мной так, что хрустальные бокалы на столах жалобно зазвенели.

— Я Громмаш! Мой клан пьет кровь врагов и крепкий эль! Но вчера мой гонец привез из Столицы твою зеленую бутылку с пузырьками.

Мои шаманы попробовали «Драконий поцелуй».

Я прищурилась, готовая к любому повороту событий:

— И каков вердикт вашей судейской коллегии, почтенный Громмаш? Орк грозно нахмурился, а затем со всей силы хлопнул себя ладонью по бронированному животу и… расплылся в широченной, беззубой улыбке:— Мои шаманы триста лет не могли вызвать дух Великого Предка-Кабана! А после твоей бутылки Предок сам пришел, сел у костра, выпил с нами и сказал, что наш эль — кислая моча диких гоблинов! Орда требует эксклюзивный контракт! Мы готовы платить лучшими клыками болотных монстров и шкурами полярных волков! Нам нужно десять тысяч бочек для весеннего похода!

— Клыки и шкуры — это бартер, — рассудительно ответила я, вытаскивая блокнот. — Мы принимаем оплату исключительно в золотых кругах короны или… в правах на разработку ваших южных торфяных месторождений. Нам нужен торф для фильтрации новых партий.

— Торф? Забирай хоть все болота вместе с лягушками! — обрадовался орк, подписывая протянутый Филиппом бланк прямо на лезвии своего топора.

— Главное — чтобы к маю сидр был в лагере! Если обманешь — мой топор загрустит!

— «Эттвуд-Индустриз» не разочаровывает клиентов, — улыбнулась я, скрепляя сделку министерской печатью.

Пока я оформляла контракт с Ордой, на другом конце зала назревал международный скандал повышенной культурной сложности. Эльфийский дипломат лорд Иллидиан, который теперь был нашим официальным дистрибьютором, стоял у аквариума с русалками-инвесторами и пытался объяснить им концепцию «франшизы на водопользование».

— Милые леди, — пафосно вещал эльф, поправляя свои идеальные платиновые волосы.

— Наш консорциум предлагает вам уникальные инвестиции в экологическую очистку ваших рифов с помощью яблочного жмыха…— Хватит лить воду, ушастый! — раздался из аквариума звонкий, возмущенный голос русалки с зелеными волосами.

— Мы русалки, мы в ней живем! Нам твои рифы без надобности! Ты нам скажи: если мы вложим наше жемчужное золото в заводы графини, нам будут поставлять сидр прямо по подводным трубам?

А то из бочек пить неудобно, хвост на воздухе сохнет!

— Подводный сидропровод? — Иллидиан растерянно захлопал глазами, его эльфийская логика зашла в тупик.

— Но… это нарушает гидродинамику вечности…— Ничего это не нарушает! — на край аквариума победоносно приземлился Фаддей.

Он бесцеремонно макнул свой половник в воду, создав легкую мятную флуктуацию. — Девочки, слушайте сюда! Тайная Санитарная Служба гарантирует: мы разработаем проект «Аква-Сидр-1». Проложим трубы из кузнечного ручья прямо в ваше коралловое море. Давление — две атмосферы, насыщение газом — идеальное! С вас — две тысячи крупных жемчужин предоплаты и эксклюзивное право на добычу ценных водорослей для нашего косметического департамента!

Русалки от восторга захлопали хвостами, подняв целую бурю брызг, которая полностью промочила элитный парчовый кафтан лорда Иллидиана.

— Согласны! — закричали морские девы, выбрасывая на ковер пригоршни сияющего жемчуга.

— Подписывай, кот! Кот — умный, у кота треуголка красивая!

Эльфийский лорд стоял, вытирая мокрое лицо шелковым платком, и с ужасом смотрел на то, как летающий кот за три минуты заключил международную морскую сделку, о которой дипломаты империи спорили бы сорок лет.

Ближе к полуночи, когда павильоны начали пустеть, а довольные инвесторы расходились по каретам, унося с собой чемоданы рекламных буклетов «Золотого Эттвуда», ко мне подошел Аластор.

Он выглядел уставшим, но его глаза светились неподдельным торжеством.

— Ну что, моя прекрасная Госпожа Министр, — он нежно обнял меня за плечи, увлекая в тихий уголок за павильоном Орды.

— Результаты первого дня ПМЭФ-1: подписано тридцать международных контрактов, национализированный спирт гильдии продан алхимикам с наценкой в двести процентов, а русалки только что разгрузили во дворе две тонны первосортного жемчуга.

Ты официально стала самой богатой и влиятельной женщиной этого королевства.

— Это коллективный успех, Аластор, — я улыбнулась, устало опуская голову на его плечо. — Без твоей «драконьей крыши» и портальной логистики мы бы до сих пор спорили с Кромвелем на рынке.

— Раз уж мы закрыли все бизнес-задачи на этот квартал… — Принц заглянул мне в глаза, и его голос стал низким, бархатным и очень вкрадчивым.

— Как насчет выполнения нашей главной, личной задачи? Король сегодня лично утвердил дату нашей свадьбы.

Через две недели, Вивьен. Главный собор Столицы. Пять тысяч гостей, включая твоих новых друзей — орков и русалок.

Я открыла было рот, чтобы сказать, что две недели — это слишком короткий срок для организации столь масштабного ивента с точки зрения менеджмента, но тут сверху раздался панический писк.

Фаддей спикировал на нас с верхушки выставочной арки, его треуголка съехала на нос, а хвост напоминал ершик для чистки бутылок.

— Вивьен! Аластор! Отставить романтические декларации! У нас чрезвычайное происшествие в Департаменте Свадебного Планирования!

— Что еще случилось, Фаддей? — вздохнула я. — Тролли снова не хотят надевать обувь?

— Хуже! Намного хуже! — заверещал кот, дико вращая глазами. — Томас только что привез из поместья эскиз праздничного свадебного торта. Он высотой в семь ярусов, пропитан магическим сиропом, и наши феи из профсоюза… они восприняли этот торт как… Священный Новый Жилой Комплекс! Они уже начали приватизировать ярусы, строить там дупла из крема и объявили, что не подпустят к торту ни одного повара! Мшистая бригадирша заявила, что седьмой ярус — это пентхаус её семьи, и они будут защищать его с помощью боевой пыльцы! Кондитеры в слезах, торт тает, феи на тропе войны!

Мы с Аластором синхронно переглянулись и дружно расхохотались на весь опустевший зал.

Наша международная экспансия прошла успешно, но впереди нас ждала самая сложная, веселая и непредсказуемая битва в истории этого мира — битва за свадебный торт против собственного профсоюза.

Глава 17: Жилищный кодекс для безе, реновация кондитерского цеха и штурм седьмого яруса.

Свадебные хлопоты в Столице вышли на пиковые операционные мощности, стремительно превращаясь в операцию по сдерживанию стихийного бедствия.

До торжественного венчания оставалось ровно сорок восемь часов.

Центральный кондитерский цех Минэкомага, который я лично открыла в бывшем здании гильдейского архива, напоминал поле боя, обильно засыпанное сахарной пудрой и залитое шоколадной глазурью.

Посреди зала, на массивном вращающемся постаменте из укрепленного дуба, возвышался кулинарный монстр — семирусовый свадебный торт «Сердце Дракона» высотой почти с двухэтажный дом.

Он источал умопомрачительный аромат ванили, бисквита и нашего фирменного яблочного конфитюра.

Однако вместо кондитеров вокруг него с боевыми криками кружился рой древесных фей, вооруженных десертными ложечками и зубочистками.

— Стены не ковырять! Это несущий бисквит! — орала с четвертого яруса мшистая бригадирша, яростно отбиваясь ложкой от придворного кондитера в высоком белом колпаке.

— Я сказала: моя семья занимает седьмой ярус! Здесь идеальная вентиляция из взбитых сливок и шикарный вид на шоколадный фонтан! Мы уже заложили здесь дупло под детскую комнату! Кто подойдет ближе чем на три шага — схватит порцию проклятия несварения!

Несчастный главный кондитер, мэтр Жан-Поль, стоял на коленях в углу, размазывая по лицу слезы и остатки розового крема.

— Госпожа Министр! — запричитал он, едва я переступила порог цеха.

— Это варварство! Это уничтожение высокой кухни! Они сожрали половину марципанового фундамента, объявили кондитерскую посыпку «частной собственностью профсоюза» и строят внутри суфле перегородки из вафель! Мой шедевр тает от их бесконечных магических споров!

— Спокойно, мэтр Жан-Поль, — я решительно поправила министерский плащ и вытащила из папки чистый бланк Жилищного Кодекса Магических Существ.

— В прошлой жизни я расселяла три аварийных общежития коридорного типа перед сносом под строительство торгово-развлекательного центра. Поверьте, психология дольщиков везде одинакова, будь они хоть трижды крылатыми духами. Фаддей, включай режим судебного пристава.

Кот в своей адмиральской треуголке и с министерским половником на плече тяжело вздохнул и взлетел к третьему ярусу — уровню нежного ванильного мусса.

— Слушайте мою команду, кремовые приватизаторы! — гаркнул Фаддей, приставив половник к губам.

— Начинается внеочередная министерская проверка законности застройки! Всем предъявить ордера на суфле и свидетельства о регистрации права собственности на безе!

Феи на секунду замерли, недоверчиво поглядывая на пушистого фамильяра. Мшистая бригадирша спикировала со своего шоколадного пентхауса и зависла прямо перед моим носом.

— Вивьен, ты обещала нам стопроцентный соцпакет! — возмущенно пропищала она, потрясая зубочисткой.

— Торт огромный! Нам тут всем места хватит! Зачем добру пропадать, если его все равно через два дня сожрут ваши прожорливые аристократы? Мы требуем признать этот торт официальным Жилым Комплексом «Яблочный Рай»!

— Уважаемый профсоюз, — я оперлась руками о край постамента, включая режим жесткого, но справедливого антикризисного управляющего.

— Давайте включим логику и базовые законы санитарного контроля. Во-первых, ЖК «Яблочный Рай» сделан из скоропортящихся материалов повышенной калорийности. Через сорок восемь часов, под воздействием температуры и драконьего дыхания моего будущего мужа, ваши «квартиры» превратятся в липкое болото. Ваши крылья склеятся, и вы утонете в суфле. Это нарушение статьи 11 Техники Безопасности на производстве.Феи испуганно переглянулись. Перспектива утонуть в суфле явно не входила в их планы по реновации.

— Во-вторых, — безжалостно продолжила я, — приватизация торта срывает важнейший государственный контракт года. Если Король не получит свой кусок марципана, Минэкомаг лишится субсидий. А без субсидий мы не сможем построить для вас… постоянный, экологически чистый зимний городок в нашем родовом саду с подогревом дупел от магии источника.

Я развернула перед ними чертеж, который Томас набросал по моим указаниям: аккуратные маленькие деревянные домики, встроенные прямо в ветви яблонь, с крошечными окнами и индивидуальным отоплением.

— Вот это — ваше законное жилье по программе переселения из ветхого кондитерского фонда, — заявила я.

— А теперь условия: вы немедленно освобождаете все семь ярусов торта, помогаете мэтру Жан-Полю восстановить марципановый фундамент и лично поливаете торт лавандовым сиропом для стабилизации крема.

Взамен — каждый член профсоюза получает по окончании свадьбы индивидуальный именной кирпич из чистой сахарной помадки и официальный ордер на новое дупло в саду. Согласны?

Рой фей устроил такое бешеное жужжание, что шоколадный фонтан в углу пошел волнами. Мшистая бригадирша внимательно изучила чертеж деревянного домика, удовлетворенно хмыкнула и укусила кондитерскую ложечку на прочность.

— Ладно, графиня! Программа реновации утверждена! — пропищала она. — Девчонки, отставить оборону пентхауса! Начинаем малярно-кремовые работы! Мэтр Жан-Поль, тащи свои сливки, мы покажем тебе, что такое эльфийский евроремонт!

Через пять минут цех превратился в идеально отлаженный конвейер. Феи с невиданной скоростью замазывали кремом проделанные ими же «норы», выравнивали слои безе и аккуратно выкладывали узоры из свежих ягод, работая слаженнее любой строительной бригады. Мэтр Жан-Поль лишь крестился, глядя на то, как его торт на глазах превращается в произведение искусства мирового масштаба.Пока в кондитерском цеху царил мир и созидание, в моем министерском кабинете назревал кризис совершенно иного, межрасового характера.

Едва я вернулась за свой рабочий стол, как двери распахнулись, и в комнату буквально влетел баронет Филипп. Его кафтан был забрызган грязью, а в руках он сжимал свиток с черной сургучной печатью Вольных Городов.

— Госпожа Министр! Чрезвычайная ситуация на таможне! — заикаясь, выкрикнул секретарь.

— Эмиссары Гномов-Девелоперов и Степных Орков подрались в VIP-зале ожидания! Они не поделили места за праздничным столом! Гномы заявляют, что согласно протоколу 415 года, они должны сидеть ближе к Королю, так как их инвестиции в наши яблочные прессы составляют тридцать процентов.

А вождь Орков Громмаш сказал, что если его клан посадят дальше третьего ряда, его топор «совершит несанкционированный аудит» судейской ложи!

— Опять проблемы с распределением мест и корпоративным эгоизмом, — я вздохнула, чувствуя, как закипает моя управленческая ярость.

— Фаддей, где наш главный силовой инвестор?

— Наместник занят, шеф, он репетирует клятву верности перед зеркалом и пытается не спалить при этом свадебный фрак, — отозвался кот, выползая из-под дивана с куском марципана в зубах.

— Он сейчас в крайне взвинченном состоянии, лучше его по пустякам не дергать, а то Столица останется без собора.

— Ладно, решим этот вопрос методами жесткой дипломатии и территориального маркетинга, — я решительно выхватила карту праздничного зала.

— Филипп, карету. Мы едем разводить конфликтующие стороны по разным углам ринга.

VIP-зал ожидания Столичного вокзала напоминал поле битвы после хорошей бомбардировки. Роскошные бархатные диваны были перевернуты, хрустальная люстра качалась, а в центре зала стояли двое: коренастый гном-олигарх Торвальд Железный Рубль в золотом пенсне и огромный зеленый орк Громмаш Кровавый Топор.

Они упирались друг другу лбами, создавая колоссальное ментальное напряжение. Вокруг них суетились гвардейцы, не решаясь подойти к разъяренным инвесторам.

— Слышь, бородатый сейф! — рычал Громмаш, потрясая своим топором со свекольной подливкой.

— Моя Орда подписала контракт на торф! Мы — стратегический сырьевой партнер! Мы сидим в первом ряду, рядом с бочкой сидра!

— Попрошу без фамильярностей, зеленый трактор! — ничуть не испугавшись, кричал в ответ Торвальд, поправляя пенсне кулаком-кувалдой.

— Наш банковский консорциум полностью профинансировал постройку второго цеха «Эттвуд-Индастриз»! Без нашего золота ваши яблоки сгнили бы на дорогах! Наше место — по правую руку от Короля!

— Господа инвесторы! — мой ледяной голос, усиленный министерскими рунами громкости, мгновенно разрезал шум драки.

Орк и гном синхронно обернулись. Я медленно прошла в центр зала, скрестив руки на груди. Фаддей летел чуть позади, демонстративно покручивая свой половник с видом уполномоченного по правам крупных налогоплательщиков.

— Я вижу, — спокойно произнесла я, — что наши уважаемые партнеры забыли базовые правила корпоративной этики и международного права. Вы устроили потасовку в государственном учреждении за сорок восемь часов до главного геополитического события века. Лорд Торвальд, вождь Громмаш. Посмотрите на эту схему.Я развернула перед ними новую, модифицированную карту праздничного банкета, которую набросала по дороге в карете.— Согласно моему новому плану:Создается круговая VIP-зона вокруг королевского стола. Никаких «первых» и «последних» рядов. Все крупные инвесторы сидят на равном удалении от суверена, образуя Совет Директоров Праздника.Гномы получают эксклюзивное право на обслуживание и технический контроль всех золотых кранов для розлива сидра. Вы — хозяева гидродинамики торжества.Орда назначается Официальной Службой Безопасности Фуршета. Громмаш, ваш топор будет официально зарегистрирован как «Главный инструмент контроля за культурой очереди к мясному вертелу». Ни один столичный бюрократ не пройдет без вашего одобрения.

Орк и гном несколько секунд переваривали информацию. В их коммерческих и военных мозгах выстраивалась новая, невероятно выгодная картина их личного доминирования на свадьбе.

— Хозяева кранов? — Торвальд удовлетворенно погладил бороду.

— Это хорошо. Это дает нам полный контроль над распределением жидких активов во время тостов. Я согласен.

— Контроль над вертелом? — Громмаш хищно оскалился, его топор довольно блеснул в лучах солнца.

— Это по-нашему! Ни одна тыловая крыса не утащит лучший кусок кабана! Орда одобряет этот план, графиня!

Они синхронно пожали друг другу руки с такой силой, что у Торвальда лопнуло пенсне, а у Громмашка хрустнули доспехи. Конфликт интересов был полностью исчерпан методом создания перекрестных преференций.И вот, наконец, наступил День «Х».Главный собор Столицы сиял так, словно его высекли из чистого солнечного света. Пять тысяч гостей — от эльфийских лордов в шелковых мантиях до горных троллей в смокингах, которые аккуратно сидели на пуховых подушках в дальнем конце зала, стараясь ничего не сломать — заполнили трибуны.Я стояла перед алтарем в умопомрачительном свадебном платье из белого шелка, расшитом золотыми нитями магии источника Эттвуд. Рядом со мной стоял Аластор. В своем парадном черно-золотом мундире Наместника, с гладко причесанными темными волосами и сияющими янтарными глазами он выглядел настолько красиво и мужественно, что у половины придворных графинь в зале непрерывно капали слезы в кружевные платочки.Король, чья новая шевелюра сегодня была уложена в безупречные королевские локоны, лично поднял золотой венчальный венец над нашими головами.— Властью, данной мне предками и Королевским Кодексом, — громко произнес суверен, и его голос эхом разнесся под сводами собора, — я объявляю принца Аластора Блэквуда и графиню Вивьен Эттвуд мужем и женой! Отныне ваши сердца, магия и… яблочные сады объединены в нерушимый государственный консорциум! Горько, господа инвесторы!Зал взорвался таким оглушительным ревом, какого эти стены не слышали со времен основания королевства. Орки стучали топорами по щитам, гномы палили в воздух из золотых мушкетов конфетти, а русалки в своих аквариумах у входа уныло, но очень мелодично запели гимн водной логистики.Аластор наклонился ко мне, его горячие губы коснулись моих. В момент нашего поцелуя над собором вспыхнуло колоссальное, сияющее золотом и изумрудами зарево нашей объединенной магии. Драконье пламя и сила источника слились в идеальном экстазе, гарантируя нашему бизнесу и нашей любви вечную, абсолютную стабильность.Начался праздничный банкет. Мэтр Жан-Поль лично выкатил семиярусный торт «Сердце Дракона». Феи, как и обещали, не заняли ни одной кремовой комнаты, а вместо этого выстроились в воздухе, образуя живую, сияющую надпись: «С праздником, Шеф!».Фаддей, который официально возглавлял Свадебный Санитарный Контроль, восседал на вершине торта рядом с марципановыми фигурками невесты и жениха. На его шее висела золотая медаль «За заслуги перед кулинарией», а в лапах он сжимал свой верный половник, бдительно следя за тем, чтобы Хрустолом не сожрал весь первый ярус целиком вместе с дубовым постаментом.— Ну что, принцесса Вивьен Блэквуд, — Аластор поднял свой хрустальный бокал с «Драконьим поцелуем», нежно обнимая меня за талию прямо за главным столом.

— Мы выполнили все пункты нашего генерального соглашения. Каковы твои дальнейшие планы по расширению нашего семейного холдинга?

Я посмотрела на своего прекрасного мужа, затем на счастливого Фаддея, доедающего марципановое ухо фигурки дракона, и хищно, по-министерски улыбнулась:

— Наш следующий шаг, дорогой — это выход на межпространственный рынок. Мне тут Филипп утром шепнул, что в соседнем мире демиургов наметился серьезный кризис ликвидности и полная монополия на нектар амброзии. Пора собирать чемоданы, Аластор. «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» начинает экспансию во Вселенную!И под оглушительные тосты пяти тысяч гостей, звон золотых кранов и веселый писк фей наша история сделала уверенный, триумфальный шаг в вечность, где законы экономики и магии навсегда подчинились железной хватке одного очень эффективного топ-менеджера.

Глава 18: Межпространственный аудит, офшорные зоны демиургов и амброзия третьего сорта

Новоиспеченная «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» не умела почивать на лаврах. Не успели слуги замести последние золотые конфетти после нашей королевской свадьбы, как центральный зал Минэкомага превратился в пункт запуска межпространственных экспрессов. По центру помещения, гудя и выплевывая фиолетовые молнии, висел гигантский овальный портал, который Аластор удерживал силой своего драконьего резерва. Из недр портала веяло космической пылью, пафосом и ароматом чего-то приторно-сладкого.— Вивьен, я протестую! Моя Тайная Санитарная Служба не подписывалась на командировки в другие измерения! — Фаддей в панике цеплялся когтями за мой воротник.Кот выглядел как ветеран транснациональных войн: его адмиральская треуголка была украшена новой золотой кокардой, а к половнику Томас прикрутил оптический прицел из разбитого эльфийского зеркала. На шее фамильяра болтался кожаный планшет для межпространственных накладных.— Прекратить саботаж, Магистр, — я сверила показатели пространственного давления по часам. — Мы выходим на рынок Божественного Пантеона Высших Демиургов. Согласно аналитической записке Кромвеля, эти небожители вконец обленились. Они три тысячи лет продают смертным «Амброзию Высшего Нулевого Класса» по цене сто душ за флакон. При этом, по данным нашей разведки, они закупают консерванты у подземных демонов, разбавляют продукт проточной водой из Стикса и уклоняются от межпространственного налога. Наша задача — провести жесткий аудит их цепочки поставок и предложить альтернативный, более дешевый продукт.— Вивьен права, друг мой, — Аластор, стоявший у пульта управления порталом в расстегнутом камзоле, хищно улыбнулся. Его янтарные глаза горели азартом сильного игрока. — Мои боевые маги уже проложили портальный сидропровод. Если демиурги откажутся от нашего партнерства, мы просто устроим им сырьевую блокаду. Портал стабилен. Вперед, принцесса. Пора показать богам, кто здесь настоящий эффективный менеджер.Я решительно шагнула в фиолетовое марево, прижимая к себе нашу несменяемую дубовую шкатулку, в которой теперь лежали образцы нашей новой ультра-линейки «Эттвуд-Космос». Фаддей зажмурился и издал жалобный писк, а Аластор шагнул следом, мгновенно окутывая нас защитной драконьей аурой от перепадов межзвездного давления.Мир Демиургов — Олимп-Прайм — встретил нас ослепительным белым светом, от которого у Фаддея тут же зачесался нос. Всё здесь было выстроено из облаков твердой фракции и золотых колонн. Вокруг летали херувимы с бухгалтерскими свитками, но судя по их сонным лицам, аудит здесь не проводился со времен сотворения мира.В центре Главного Чертога, на троне из чистого метеоритного железа, сидел Верховный Демиург — Зевсирион Громовержец. Это был колоссальный старик с бородой из грозовых туч, одетый в тогу из солнечного света. В руке он лениво крутил молнию, которая периодически трещала, как неисправная проводка. По правую руку от него стояли трое божественных дистрибьюторов в золотых сандалиях и с ведомостями из папируса.— Кто посмел нарушить покой Вечного Пантеона без предварительной записи в приемной херувимов? — прогремел голос Зевсириона, от которого у Фаддея едва не слетела треуголка. — Смертные? И один… чешуйчатый ящер? Вы пришли просить дождя для ваших червивых яблонь или вымаливать бессмертие?— Мы пришли закрыть ваше нерентабельное предприятие, Ваше Громовое Величество, — я сделала три шага вперед, уверенно цокая каблуками по облачному полу. Мой голос звучал четко, без тени подобострастия. — Я принцесса Вивьен Блэквуд, Министр экономического развития магии и пространств. И я заявляю, что ваш Пантеон находится на грани банкротства из-за неэффективного управления активами.Божественные дистрибьюторы синхронно выронили свои папирусы. Зевсирион замер, и его молния в руке жалобно пискнула и погасла.— Банкротства?! — взревел бог, и тучи в его бороде потемнели до черноты. — Мы — бессмертные! Наша амброзия — источник вечной силы! Смертные отдают нам свои лучшие годы ради одного глотка! Как ты смеешь, девчонка…— Ваша амброзия — это устаревший продукт с завышенной стоимостью и низким уровнем фильтрации, — я щелкнула замками шкатулки. — Фаддей, разверни аналитический отчет по качеству сырья Олимпа.Кот, почуяв вкус юридической крови, мгновенно забыл про страх. Он взлетел на золотую колонну, выхватил из планшета рулон пергамента и с размаху запустил его через весь зал прямо в руки Верховному Демиургу.— Читайте, Громовержец, не обляпайтесь! — гаркнул Фаддей, приставив половник к губам. — Санитарный аудит Минэкомага выявил: в вашей амброзии содержание нектарного сахара упало на сорок процентов! Вы разбавляете её слезами кающихся грешников, которые закупаете по дешевке в Офшорных Зонах Преисподней! Магическая стабилизация не держит структуру: продукт расслаивается через два дня хранения в амфоре! Это не божественный нектар, это… конфискованный сироп от кашля третьего сорта!— Ложь! — вскочил один из дистрибьюторов в золотых сандалиях. — Наша логистика безупречна! Херувимы доставляют амфоры во все миры!— Ваши херувимы летят со скоростью хромой утки, нарушая температурный режим транспортировки! — безжалостно перебила его я. — Пока амфора долетает до Смертного Мира, амброзия закисает и превращается в обычную брагу, от которой у героев лопаются доспехи и случается ментальный кризис. Рынок требует изменений. И «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» готова их предоставить.Я достала из шкатулки бутылку «Эттвуд-Космос». Жидкость внутри переливалась всеми цветами галактического сияния — этот эффект мы получили, когда феи начали фильтровать сидр через метеоритную крошку, добытую гномами в глубоких шахтах.— Наш продукт — сидр «Звездный поцелуй», — громко объявила я. — Себестоимость — в пятьдесят раз ниже вашей амброзии. Полная портальная стабилизация: продукт сохраняет свежесть даже в вакууме. Вкусовые качества… Аластор, продемонстрируй высшему руководству.Принц сделал легкий пас рукой. Пространство над троном Зевсириона раздвинулось, и оттуда, прямо в его золотой кубок, весело и шумно заструился искрящийся, пахнущий космической корицей и спелыми яблоками нектар.Громовержец недоверчиво посмотрел на кубок, понюхал воздух, в котором мгновенно растворился весь его грозовой смог, и… сделал глубокий глоток.Наступила мертвая, космическая тишина. Херувимы в воздухе перестали махать крыльями.Секунда… две… три…Вдруг тучи в бороде Зевсириона начали стремительно белеть, превращаясь в пушистые, белоснежные кучевые облака. На его суровом лице разгладились вековые складки гнева, а глаза засияли молодым, азартным блеском. Он посмотрел на свой кубок, затем на свои руки, по которым пробежали искры чистой, обновленной энергии.— О, великий Хаос… — прошептал Бог Богов. — Моя вековая мигрень от управления смертными… она прошла! И сила… сила внутри меня циркулирует со скоростью сверхновой звезды! Дистрибьюторы, почему вы три тысячи лет кормили меня той тухлой жижей из Преисподней, когда в мире существовал этот… яблочный шедевр?!— Ваше Величество… мы не знали… специфика рынка… — залепетали боги в сандалиях, пятясь к выходу.— Уволены! Все уволены без выходного пособия и права на реинкарнацию! — рявкнул Зевсирион, взмахом руки превращая их папирусы в пепел. Он повернулся ко мне, и в его взгляде больше не было высокомерия — только деловое уважение сильного лидера к еще более сильному конкуренту. — Принцесса Вивьен. Каковы ваши условия? Вы хотите захватить Олимп силой вашего дракона?— Нам не нужны разрушения, Зевсирион, мы за цивилизованное поглощение и слияние активов, — я подошла к трону, разворачивая Генеральный Межпространственный Контракт. — Мы предлагаем создание Консорциума «Олимп-Эттвуд». Ваш Пантеон прекращает собственное производство амброзии. Ваши облачные склады мы переоборудуем под логистические хабы нашего холдинга. Вы становитесь нашим Главным Амбассадором в Высших Мирах. Взамен вы получаете двадцать процентов от чистой прибыли межзвездного сектора и эксклюзивную, бесперебойную поставку «Звездного поцелуя» лично к вашему трону.Зевсирион внимательно изучил контракт, его туманная борода одобрительно зашевелилась.— Двадцать процентов за то, что я буду просто пить этот нектар и грозить молнией тем, кто отказывается его покупать? По рукам, принцесса Блэквуд! Это самый эффективный договор, который я подписывал со времен создания человека!Он прижал свою гигантскую печать из молнии к пергаменту. Раздался оглушительный звон, и контракт вспыхнул вечным космическим светом. Сделка века была заключена.Когда мы вернулись через портал обратно в Минэкомаг, Фаддей победоносно растянулся на моем дубовом столе, обмахиваясь треуголкой как веером.— Вивьен, ты просто космический пират от бухгалтерии! Ты только что приватизировала Олимп за один бокал сидра! Я требую, чтобы в нашем новом божественном филиале мне выделили личный трон из кучевого облака и личный отряд херувимов для подноса сливок!Аластор весело рассмеялся, подхватывая меня на руки и кружа по кабинету. Его крылья радостно трепетали за спиной.— Поздравляю с успешным выходом на межпространственный рынок, моя прекрасная королева бизнеса. Похоже, теперь наша корпорация управляет не просто королевством, а целой вселенной.Я обняла своего мужа за шею, глядя на сияющее кольцо на пальце. Внутренний топ-менеджер внутри меня пел победный марш, но я знала: расслабляться нельзя.— Это только первый раунд, Аластор. У нас впереди — аудит Преисподней, реформа налогообложения водных стихий в мире русалок и запуск франшизы на Космических Карьерах гномов. «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» никогда не останавливает производство!И под победный марш Фаддея, который вовсю репетировал командование херувимами с помощью половника, наша империя сделала свой первый, уверенный шаг к абсолютному межгалактическому господству, где законы экономики и магии навсегда подчинились железной логике бережливого производства.

Глава 19: Адский дебитор, реструктуризация Преисподней и котлы на альтернативном топливе.

Выход на межпространственный уровень принес «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» не только космические прибыли, но и застарелые долги третьих лиц. Бухгалтерский анализ документов, изъятых с Олимпа, показал, что Офшорные Зоны Преисподней, поставлявшие Демиургам дешевые консерванты, задолжали Пантеону триста тысяч тонн чистой серы и пятьдесят тысяч душ злостных неплательщиков налогов. Поскольку Олимп теперь официально вошел в состав нашего холдинга, этот долг перешел на баланс Минэкомага как дебиторская задолженность повышенной сложности.— Вивьен, я категорически отказываюсь спускаться в этот подземный филиал налоговой инспекции! — Фаддей в панике залез на люстру моего кабинета, намертво вцепившись лапами в хрустальные подвески. — Там жарко! Там пахнет паленой шерстью, серой и неотвратимостью наказания! И посмотри на мое новое жабо — оно покроется копотью за две секунды!— Спускайся с люстры, Магистр, — я сурово постучала скалкой по краю стола. — В прошлой жизни я проводила выездной аудит на трех металлургических комбинатах Заполярья в разгар забастовки литейщиков. Поверьте, тамошние цеха по уровню стресса и температуре дадут сто очков вперед любому филиалу Люцифера. Наша задача — вытрясти из чертей долги, перевести их котлы на экологически чистый яблочный жмых и закрыть лазейки по сокрытию доходов. Филипп, открывай портал «Столица — Преисподняя».Баронет Филипп, который после ПМЭФ-1 перестал заикаться и обзавелся строгими министерскими очками, уверенно повернул ручку портального распределителя. Пространство посреди кабинета лопнуло с характерным звуком взрыва покрышки, выплюнув облако багрового дыма и шлейф из заявлений об увольнении по собственному желанию.— Портал стабилен, Госпожа Министр, — четко доложил Филипп. — Принц Аластор уже ждет нас на той стороне с батальоном тяжелых паладинов. Черти пытались забаррикадировать вход бочками с кипящей смолой, но драконье пламя Его Высочества быстро объяснило им правила пожарной безопасности на режимных объектах.— Отлично. Фаддей, треуголку на уши и за мной, — я решительно шагнула в багровое марево.Девятый круг Преисподней встретил нас суетой, криками и тотальным нарушением трудового законодательства. Повсюду высились огромные чугунные котлы, под которыми лениво копошились мелкие бесы, подкидывая в огонь дорогую каменную серу. Навстречу нам, тяжело стуча копытами по раскаленным плитам, вышел Верховный Суккуб-Главбух подземного царства — леди Астарта. Она была одета в строгий деловой костюм из змеиной кожи, а её рога были тщательно подпилены под офисный дресс-код.— О, опять эти смертные реформаторы, — Астарта брезгливо оглядела мой министерский мундир, выпуская изо рта колечко фиолетового дыма. — Графиня… то есть Принцесса Вивьен. Мы получили ваше уведомление о переходе прав требования. Но Преисподняя — это суверенная территория с особым налоговым режимом. У нас нет золота для вашего Минэкомага. Всё ушло на отопление котлов и выплату пенсий ветеранам инквизиции. Мы банкроты. Берите серной грязью или… можете забрать десяток душ бывших столичных адвокатов, от них все равно тут один шум и никакой производительности.— Серная грязь неликвидна, а адвокаты увеличат мои расходы на юридический департамент, — я подошла к ближайшему котлу, бдительно оценивая энергоэффективность производства. — Давайте посмотрим на вашу расходную часть, леди Астарта. Вы тратите тридцать тонн чистой серы в день на обогрев одного котла для грешников-бюрократов. Это же чудовищные теплопотери! КПД этой развалюхи — от силы пятнадцать процентов! Остальное тепло уходит в потолок, обогревая пустоту. Ваши черти воруют серу мешками и продают её на черном рынке алхимикам Вольных Городов!Бесы у котла испуганно побросали лопаты и попытались спрятаться в углях.— Откуда… откуда у вас такие данные? — Астарта растерянно захлопала глазами, её хвост нервно дернулся под юбкой.— Я изучила ваши таможенные накладные за прошлый век, — я сделала знак Фаддею.Кот спикировал на край котла, эффектно взмахнув половником с оптическим прицелом.— Санитарный аудит Преисподней завершен! — проорал мой фамильяр. — Помимо воровства сырья, здесь обнаружено вопиющее нарушение экологических норм! Ваши котлы дымят так, что на Олимпе у херувимов крылья чернеют за два дня! Требуем немедленной реструктуризации энергетического сектора!В этот момент из багрового дыма материализовался Аластор. В его руке лениво пульсировал огненный шар, а на плечах покоились тяжелые драконьи доспехи. Его появление заставило даже самых наглых чертей-надзирателей синхронно упасть на колени.— Леди Астарта, — бархатный голос моего мужа заставил суккуба вздрогнуть. — Моя супруга предлагает вам инновационное решение. Либо вы принимаете программу реструктуризации «Эттвуд-Энерджи», либо я лично превращаю ваш Девятый круг в один большой, остывший кусок гранита. Драконы очень не любят, когда их партнеры скрывают прибыль в офшорах.Астарта сглотнула, спешно пряча за спину блокнот со скрытой бухгалтерией.— Ладно… Мы готовы выслушать ваши условия, Принцесса Вивьен. Что за программа?— Всё очень просто, — я открыла блокнот, демонстрируя ей новые чертежи. — Мы переводим всю Преисподнюю на альтернативное топливо — сухой, спрессованный яблочный жмых от нашего сидрового производства. Наша конвейерная система в кузнице выдает его тоннами. Теплоотдача от жмыха, насыщенного магией источника, в три раза выше, чем от вашей вонючей серы. Дым на выходе будет пахнуть не тухлыми яйцами, а свежей корицей и печеными яблоками, что снизит уровень стресса у персонала на восемьдесят процентов.Черти у котлов удивленно переглянулись, зашептав: «Печеными яблоками? Это же курорт, а не ад!».— Далее, — продолжила я, — мы оптимизируем штатное расписание. Мелких бесов мы переводим на контрактную основу в Департамент Утилизации Осадков. Они будут сушить жмых и прессовать его в брикеты. Зарплата — один бочонок «Эттвуд-Лайт» на бригаду в неделю за перевыполнение плана. Долг перед Олимпом мы оформляем как долгосрочный инвестиционный кредит под залог ваших подземных железных рудников. Гномы-девелоперы как раз искали новые площади для добычи металла. Вы согласны?Суккуб-главбух внимательно изучила цифры. Экономия на закупках серы и ликвидация черного рынка воровства перекрывали сумму долга за каких-то три квартала.— Это… это гениально, — прошептала Астарта, вытаскивая серебряное перо. — Мы не просто гасим долг перед Демиургами, мы снижаем операционные издержки на содержание грешников! Подписываю, Вивьен! Вы первая смертная, которая навела порядок в аду без помощи инквизиции и святой воды!Она прижала печать с изображением летучей мыши к нашему контракту. Воздух в Преисподней мгновенно очистился, багровое зарево сменилось мягким, теплым янтарным светом, а из котлов повеяло восхитительным, праздничным ароматом яблочного пирога.— Ну вот, — я победоносно закрыла шкатулку. — Энергетический кризис межпространственного масштаба ликвидирован методом внедрения альтернативного топлива. Фаддей, как тебе твой новый подземный филиал?Кот довольно ухмыльнулся, поправляя треуголку:— Шеф, если тут теперь пахнет корицей, я готов проводить здесь выездные сессии психологической помощи для выгоревших чертей. Главное — чтобы Астарта выписала мне личный пропуск в их подземный склад элитного шоколада!Когда мы вернулись в Столицу, у входа в министерство нас уже ждал баронет Филипп с целой пачкой новых, сияющих золотом свитков. Но на его лице больше не было паники — только гордость секретаря, чей холдинг захватил все известные миры.— Госпожа Министр! Ваше Высочество! — Филипп торжественно поклонился. — Финансовые отчеты за четвертый квартал сведены. «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» официально признана крупнейшим межпространственным конгломератом. Король подписал указ о награждении вас Орденом Великой Антоновки Первой Степени!Аластор обнял меня за талию, целуя в висок. Его крылья ласково укрыли меня от столичной суеты.— Ну что, моя прекрасная королева бизнеса. Олимп под нашим контролем, Преисподняя переведена на яблочные брикеты, Орда охраняет вертела, а русалки качают сидр по трубам. Мы построили идеальную империю. Каков наш финальный шаг перед заслуженным отпуском?Я посмотрела на кольцо на своем пальце, затем на сияющие шпили Столицы, где наши конвейеры работали как часы.— Финальный шаг, Аластор? Мы едем в наше родовое поместье Эттвуд. Пора провести генеральную ревизию нашего самого главного, личного проекта. Мы заслужили право просто выпить по кружке нашего лучшего сидра на крыльце старой кузницы.Но наш путь к заслуженному отдыху лежал через еще одно, последнее государственное испытание, которое должно было окончательно закрепить наш триумф на мировой арене.

Глава 20: Вселенский Валютный Союз, золотой стандарт антоновки и геополитический цугцванг.

Проведение Первого Вселенского Валютно-Магического Конгресса (сокращенно — ВВМК-1) требовало от «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» не просто идеальной логистики, а тотального контроля над межпространственной ментальной стабильностью. Столичный Дворец Съездов, выстроенный гномами-девелоперами из антимагического базальта, сегодня напоминал перекресток всех миров и цивилизаций. Воздух внутри здания буквально искрил от избытка разношерстной энергии: на верхних трибунах устроились облачные Демиурги с Олимпа, попивая свежий сидр из хрустальных амфор; в партере шумно рассаживались суровые орки Громмаша, попутно проверяя культуру очереди у фуршетных столов; а в специально оборудованных бассейнах по бокам зала лениво плескались русалки-инвесторы, звеня жемчужными ожерельями.Я стояла у зеркала в кулуарах, поправляя парадный мундир Министра-Диктатора экономического развития. На моей груди гордо сиял только что врученный Королем Орден Великой Антоновки Первой Степени — массивное золотое яблоко с изумрудными листочками, которое весило как хороший слесарный инструмент.— Вивьен, у меня сейчас случится исторический инфаркт! — Фаддей в панике влетел в комнату, рассыпав пачку межпространственных банкнот.Его министерский кафтан был вычищен до зеркального блеска, а павлинье перо на адмиральской треуголке нервно подергивалось. В лапах кот сжимал свой верный половник с оптическим прицелом, который теперь был официально внесен в Межгалактический реестр оружия сдерживания.— Что там еще стряслось, Магистр? — я спокойно перепроверила финальные графики инфляции на пергаменте. — Эльфы снова недовольны дизайном купюр?— Хуже! Делегация Подземных Гоблинов-Банкиров отказывается признавать яблочный сидр единой расчетной единицей! — заверещал фамильяр, дико вращая глазами. — Их Главный Гном-Казначей Грингольд заявляет, что золото — это вечность, а наш сидр — это «жидкий скоропортящийся актив, подверженный сезонным рискам брожения». Они заблокировали подписание хартии Вселенского Валютного Союза! Без их подписи мы не сможем запустить единую платежную систему «Эттвуд-Пэй»!— Гоблины-консерваторы? Типичные приверженцы устаревшей монетарной политики, — я хищно улыбнулась, застегивая последнюю серебряную пуговицу. — В прошлой жизни я защищала докторскую диссертацию на тему «Крах золотого стандарта и переход к фиатным валютам в условиях глобальной неопределенности». Поверьте, Фаддей, эти подземные любители золота просто не понимают, с кем связались. Филипп, запускай протокол открытия. Аластор, твой выход.Принц Аластор, вошедший в комнату в своем парадном черно-золотом мундире Наместника, ласково обнял меня за талию. Его драконьи глаза светились мягким, но очень опасным янтарным светом.— Вселенский сидропровод под давлением, принцесса. Если гоблины начнут раскачивать лодку, мой дракон быстро проведет им экспресс-индексацию их подземных хранилищ методом термического воздействия. Пора объявлять новую финансовую эру.Когда мы вышли на главную сцену конгресса, зал взорвался громом аплодисментов. Пять тысяч делегатов от всех известных миров синхронно поднялись со своих мест. По центру сцены, на специальном постаменте под бронированным стеклом, покоился эталон новой вселенской валюты — Золотая Сидрина. Это была монета из особого сплава гномьего золота и метеоритного железа, внутри которой в жидком виде пульсировала капля концентрированного сидра «Эттвуд-Космос», создавая вечное, неразрушимое магическое сияние.Я подошла к трибуне, и в зале мгновенно воцарилась звенящая тишина.— Уважаемые демиурги, лорды, вожди и инвесторы! — мой голос, усиленный министерскими рунами, разнесся по базальтовым сводам. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы положить конец межпространственному финансовому хаосу. Старая система, привязанная к золоту и душам неплательщиков, изжила себя. Золото нельзя выпить, чтобы вылечить суставы. Души нельзя использовать для заправки адских котлов. «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» объявляет о создании Вселенского Валютного Союза и введении единой валюты — Сидрины, обеспеченной реальным, самым востребованным и омолаживающим ресурсом вселенной!— Протестую! — раздался резкий, скрипучий голос из первого ряда.Маленький, сморщенный гоблин-банкир Грингольд в парчовом цилиндре и с золотыми часами на толстой цепочке вскочил со своего места, гневно размахивая тростью.— Это финансовая авантюра! Графиня Эттвуд пытается навязать нам жидкий эквивалент богатства! Что будет с вашей Сидриной, если завтра в вашем родовом саду случится неурожай антоновки?! Наступит вселенский дефолт! Гоблинские банки не подпишут этот документ! Мы требуем сохранения золотого стандарта!По залу пронесся панический ропот. Гномы-девелоперы зашумели, а эльфийские лорды испуганно потянулись к своим кошелькам. Гоблины контролировали девяносто процентов межпространственных кредитных линий, и их отказ мог сорвать запуск всей империи.Я спокойно посмотрела на Грингольда, ни на секунду не теряя лица корпоративного лидера высшего звена.— Уважаемый магистр Грингольд. Вы говорите об урожае? Филипп, выведи на экран показатели нашей сырьевой диверсификации.Баронет Филипп сноровисто нажал на руническую панель, и над сценой развернулась гигантская голографическая карта.— Смотрите сюда, — я ткнула пальцем в сияющие графики. — Благодаря нашей программе реструктуризации Преисподней, все адские котлы переведены на яблочный жмых, что высвободило сто процентов подземного тепла для круглогодичного обогрева наших новых оранжерей на Олимпе. Дикие древесные феи, работающие по Генеральному тарифному соглашению, увеличили сбор плодов на четыреста процентов. А Хрустолом и его Департамент Тяжелой Тяги доставляют сырье со скоростью, опережающей время. Наш яблочный фонд застрахован личным пламенем принца Аластора Блэквуда и Высшим сертификатом Кромвеля.Я сделала паузу, жестко фиксируя взгляд на побледневшем гоблине.— А теперь ответьте мне, Грингольд: что обеспечивает ваше золото? Ничего, кроме вашей подземной жадности. Если завтра «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» прекратит поставки «Драконьего поцелуя» в ваши подземные города, ваши банкиры облысеют и покроются морщинами за неделю. И ваше золото не вернет вам молодость. Так кто из нас находится в состоянии дефолта?Грингольд открыл рот, но не смог выдавить ни звука. Его золотые часы на цепочке жалобно звякнули. Внутренний банкир внутри него провел мгновенный анализ рисков и понял: перед ним сидит женщина, которая способна обанкротить его банковский клан одним щелчком пальцев, просто перекрыв сидропровод.В этот момент с трибуны Демиургов поднялся сам Зевсирион Громовержец. Его кучевая белоснежная борода одобрительно заискрилась.— Графиня права, подземный крот! — прогремел голос Бога Богов. — На Олимпе больше никто не принимает золото в качестве подношений. Сидрина — вот истинная валюта бессмертных! Подписывай контракт, Грингольд, или я лично проверю прочность твоих сейфов своей центральной молнией!— Подписывай! Подписывай! — взревели орки Громмаша, дружно стуча топорами по полу.Русалки в бассейнах начали синхронно хлопать хвостами, поднимая тучи брызг, которые окончательно добили остатки гоблинского консерватизма.Грингольд судорожно сглотнул, вытер пот со лба шелковым платком и дрожащей рукой прижал свою печать к Генеральной Хартии Валютного Союза.— Ладно… По рукам, принцесса Вивьен. Гоблинские банки переходят на Сидриновый стандарт. Мы… мы открываем первый межпространственный эмиссионный центр под вашим контролем.Зал взорвался такой оглушительной овацией, что базальтовые стены дворца, казалось, готовы были разлететься на куски. Фаддей на радостях взлетел под самый потолок, выделывая в воздухе невероятные пируэты со своим половником и крича:— Ура вселенскому капитализму! Включаю систему мгновенных бесконтактных платежей «Кот-Пэй»! Всем по бокалу лимитированной коллекции за счет заведения!Конгресс завершился абсолютным, эпохальным триумфом. «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» официально зафиксировала свою финансовую и магическую монополию во всех известных измерениях вселенной

Эпилог: Родовое гнездо, тихий вечер и новые горизонты планирования.

Прошел ровно год с момента проведения Вселенского Конгресса.Поместье Эттвуд изменилось до неузнаваемости, но при этом сохранило свой неповторимый, уютный шарм. Старый графский дом был полностью отреставрирован гномами-архитекторами: стены из белого мрамора идеально сочетались с живыми изумрудными ветвями яблонь, которые бережно укутывали здание со всех сторон. В саду, на месте бывших заброшенных дупел, теперь высился аккуратный, сказочный Эко-Поселок для фей — с крошечными домиками, подогреваемыми мягким теплом от кузнечного ручья, и индивидуальными ваннами со сладким липовым сиропом.Логистический коридор работал как швейцарские часы. Раз в час мимо ворот поместья с веселым, размеренным грохотом проезжала золотая повозка, запряженная сытой и довольной кобылой Ромашкой. На козлах повозки неизменно восседал Хрустолом в своем парадном смокинге (пуговицы на котором мы наконец-то заменили на эластичные магические крепления), бережно поправляя пуховую подушку под своим массивным каменным седалищем.Вечернее солнце Столицы медленно опускалось за горизонт, окрашивая яблоневый сад в мягкие, багрово-золотые тона.Я сидела на деревянном крыльце старой кузницы, одетая в простое, но невероятно элегантное домашнее платье из тонкого эльфийского шелка. На моих коленях лежал огромный, сияющий золотом кожаный гроссбух нашей корпорации, но я впервые за долгое время не вчитывалась в цифры, а просто наслаждалась тишиной и ароматом спелых плодов.Аластор сидел рядом, нежно обнимая меня за талию и переплетая свои горячие пальцы с моими. Его драконьи крылья, полурасправленные за нашей спиной, создавали ощущение абсолютной, вечной безопасности и домашнего тепла.— Ну что, моя прекрасная принцесса, — тихо, бархатным голосом произнес мой муж, целуя меня в плечо. — Годовой отчет сведен. Вселенский Валютный Союз работает без единого сбоя. Инфляция Сидрины стремится к нулю, а Король сегодня прислал письмо, в котором хвастается, что его новые кудри от нашего сидра отрасли уже до самых лопаток. Мы сделали всё, о чем ты мечтала в тот день, когда очнулась в этом теле. Может, пора наконец-то объявить бессрочные каникулы для Совета Директоров?Я повернулась к нему, с улыбкой глядя в его любящие янтарные глаза, и почувствовала, как внутри разливается глубокое, первозданное счастье попаданки, которая не просто выжила в чужом мире, а перестроила его под свои правила.— Каникулы — это прекрасная идея, Аластор. Но ты же знаешь законы эффективного менеджмента: если холдинг останавливается в развитии, его начинают теснить конкуренты.В этот момент двери кузницы с грохотом распахнулись, и на крыльцо вылетел Фаддей. На его шее теперь красовалась платиновая цепь Верховного Санитарного Маршала Вселенной, а треуголка была украшена пером птицы Феникс. В лапах кот бережно баюкал огромную золотую миску, доверху наполненную элитными сливками с Олимпа.— Вивьен! Аластор! Срочно отменяйте свои романтические каникулы! — сыто икнув, завопил наш фамильяр, дико вращая глазами от восторга. — Мне только что по каналам Тайной Службы пришла шифровка из измерения Подземных Демонов Глубины! Они прознали про наш сидровый контракт с Преисподней, их Верховный Архидемон впал в депрессию от того, что у чертей в котлах пахнет корицей, а не тухлым мясом, и они… они предлагают нам эксклюзивные права на разработку алмазных скал в обмен на открытие франшизы «Эттвуд-Ад-Лайт» в их секторе! Вивьен, это же миллиардные обороты! Нам срочно нужен новый международный отдел по связям с демонами!Мы с Аластором синхронно переглянулись, посмотрели на счастливого, взъерошенного кота, на сияющий под луной яблоневый сад и… дружно, искренне расхохотались на все поместье.

Наша безумная, невероятная и бесконечно веселая история подошла к своему идеальному, счастливому финалу — но империя «Блэквуд-Эттвуд Корпорейшн» только начинала свой великий разбег во вселенной, где законы магии, любви и эффективного менеджмента навсегда слились в один нерушимый, золотой стандарт антоновки.Конец истории! Огромное спасибо, что прошли этот масштабный, веселый и деловой путь вместе с Вивьен, Аластором и Фаддеем! Надеюсь, этот финал принес вам массу позитивных эмоций!