Попаданка для черного дракона

Глава 1

— Я решила выйти замуж, — бодро отчиталась я по телефону, шагая по улице под проливным дождем. Крупные капли стучали по зонтику с легкомысленными розовыми цветочками.

— Молодец, заюш! — обрадовалась в трубке Ленка, моя подруга. — Давно я тебе говорила. И кто он?

— Ну... — я замялась.

— Я его знаю? Это кто-то с твоей работы? Из клиентов?

— Нет, я... я как Катя.

— Обратилась в брачное агентство? Ты что, с ума сошла?! Двадцать первый век на дворе, есть же тиндер, есть работа, да и я тебе предлагала познакомиться с Колькиными друзьями...

— Но Кате же помогло, — промямлила я.

— Это исключение. Статистическая аномалия. Все эти агентства — это же просто мошенники чистой воды. Особенно то самое, которое «МАГ». МАГ они от слова Мошенники!

— Они от слов «Матримониальное АГетство», — попыталась возразить я. — И вообще, они не берут деньги, пока нет результата! Разве это не значит, что они будут что-то делать? — возразила я.

Заразившись воодушевлением Кати, которая недавно счастливо вышла замуж с помощью этой конторы, я решилась обратиться к ним, но теперь, говоря с Леной, уже не чувствовала себя такой уверенной.

— Они тебе еще и небось этот свой «слепок ауры» делали, да? И ты в это веришь? Вот дурында! Прости, господи, тридцать лет, а все веришь в розовых единорогов, какающих бабочками!

— Я не верю в ауру! — почувствовала, что краснею. — Мне и менеджер их сказал, что это просто формальность, ничего особенного. А в остальном они профессионалы.

Как всегда на нервах, я сунула руку в сумку, чтобы достать припасенную конфету, вполуха слушая ленкины причитания на тему моей глупости. По ее словам выходило, что слушать я должна во всем только ее и жить по ее рецептам. И обычно она оказывалась абсолютно права, но все же...

Зашипев, я выдернула руку из сумки и сунула палец в рот, на языке появился привкус крови.

— Что такое? Марина? Что стряслось опять? — послышался взволнованный голос в трубке.

— Я просто чем-то оцарапалась, — буркнула я. — Ладно, Лен, прости, я уже подхожу к офису, ты же знаешь, какой у нас начальник строгий, потом поговорим, — соврала ей, спешно закругляя разговор.

Заглянула в сумку с опаской, пытаясь понять, обо что поранилась, но наткнулась взглядом только на контракт с брачным агентством — несколько листов офисной бумаги, скрепленных степлером, я небрежно сложила пополам, сунула в свою безразмерную сумку и забыла выложить дома. Теперь в углу первого листа расплывалось кровавое пятно. Оглядела руку — тонкий порез от бумаги шел поперек фаланги, раскрываясь, если согнуть палец. Порезы от бумаги самые противные и болючие. Нашла в боковом кармашке бумажные платочки и, зажав ранку, зашагала дальше. В конце концов, я же не потеряла деньги из-за контракта с этим агентством. Даже если это глупость и они не помогут, ничего страшного не случится — у них такой контракт, они обещали...

Я как раз подошла к светофору, когда какой-то умник на машине газанул прямо по луже, раскинувшейся широким морем под бордюром, причем, как специально подъехал поближе к краю дороги. Взвизгнув испуганно, я попыталась отпрыгнуть назад, прекрасно понимая, во что превратятся мои официальные черные брюки после купания в коричневой жиже с бензиновой пленочкой, не говоря уже о пальто, которое придется отправить в химчистку.

Я поняла, что уже точно не успеваю, и первые крупные капли ударили по ногам широким веером, застонала... и ощутила, как асфальт уходит из-под каблука, будто позади кто-то оставил открытый канализационный люк. Я замерла, опасно балансируя на самых носочках осенних полусапожек, махая руками, зонтик полетел куда-то в сторону, проливной дождь ударил по голове, заливая глаза. Тут передо мной мелькнуло смутно знакомое лицо молодого парня со светлыми волосами. Он стоял прямо напротив и смотрел на меня, как на букашку под микроскопом.

— Помогите, — пропищала я от страха едва слышно, продолжая растерянно махать руками.

Вместо ответа он небрежно взмахнул рукой, и какая-то сила будто толкнула меня в грудь, окончательно сбивая равновесие, и я упала назад.

Удар выбил воздух из легких, шлепнулась я на задницу, удивленно моргая. Только что надо мной было дождливое осеннее небо, и вдруг оно сменилось черным едва заметно поблескивающим потолком пещеры со свисающими с него сталактитами.

Где я? Как я сюда попала? Я потеряла сознание?

— Это точно она? — посторонний голос заставил меня взять себя в руки и попытаться хотя бы сесть.

Какая-то плохо освещенная пещера: черные неровные стены будто влажноватые, потому блестящие, с потолка свисают сталактиты, а вот пол довольно гладкий. Свет идет непонятно откуда: никаких фонарей не видно, будто спрятанная подсветка. И камни вокруг вроде и черные, где-то матовые, а местами будто грани черных кристаллов из них выступают и преломляя свет.

Подняв глаза, я увидела незнакомого темноволосого мужчину в странной одежде: синий пиджак его был вышит рисунками из черного чуть блестящего жгута, в завитках которого виднелись черные же стразы, а на шее вместо классического галстука было намотано что-то вроде шелкового шарфа или банта. В целом костюм напоминал скорее исторический, но незнакомец выглядел в нем весьма уверенно: камзол подчеркивал хорошую мужскую фигуру — широкие царственно развернутые плечи и узкие бедра. В довершение образа на боку у мужчины висел, кажется, настоящий меч с красиво украшенной серебристыми волнами гардой и крупным черным кристаллом в навершии рукояти. Темные волосы небрежно обрамляли породистое вытянутое лицо с ровным носом и неожиданно пухлыми и яркими губами, сейчас брезгливо поджатыми.

— Она что, какая-то служанка в своем мире? Грязная какая-то замарашка, — произнес он, и только теперь я сообразила, что речь обо мне.

Растерянно оглядела себя: штаны, конечно, все в грязи, сумка, слава всем богам, осталась на плече, а вот зонтика не видно. Бежевое пальто тоже нужно отдавать в химчистку, весь подол в пятнах. Шапка сбилась на бок и повисла на ухе, лицо мокрое и, наверное, макияж потек, волосы превратились в грязные сосульки. Я попыталась как-то привести себя в порядок, но увидела, что ладони тоже все грязные, удалось только кое-как запястьем отвести с глаз прилипшую челку.

Тут по бокам от меня появились две женщины в странных одинаковых платьях в пол темно-серого цвета и белых фартуках, будто служанки из фильмов. Они синхронно подхватили меня подмышки с двух сторон и буквально поставили на ноги — не ожидала от них такой силы.

— Сейчас-сейчас, секундочку, милорд, — откуда-то сбоку из-за сталагмита вынырнул еще один мужчина, одетый куда скромнее. Простой черный камзол и рубашка, кажется, хлопковая и без воланов и кружева. Лицо незапоминающееся, но мне он показался знакомым, светлые волосы подстрижены очень коротко под машинку... я же видела его перед падением, он смотрел прямо на меня! И даже, кажется, подтолкнул, но не физически. Такое возможно? Голова кружится и кажется какой-то туповатой. Может, это шок или меня чем-то накачали?

— Ну, что там? — поторопил брюнет, названный «милордом».

Парень тем временем принялся листать бумаги, выглядящие совершенно обычно и по-офисному, а затем победно ткнул в один из листов пальцем:

— Вот, она по профессии менеджер по продажам. А внешний вид — это скорее случайность, стечение обстоятельств перед перемещением.

— Менеджер... что это значит? — не понял брюнет.

— Ну, продажи... — смутился второй.

— Торговка значит? Просто чудесно, жена Черного Лорда — торговка, — он так выплюнул последнее слово, что был очевиден сарказм.

— Ну, в их мире эта профессия считается довольно престижной, — смущенно заметил блондин, нервно постукивая пальцами по бумагам.

— Не важно, — небрежно отмахнулся брюнет.

Голова моя, слегка очумелая после перемещения непонятно как и непонятно куда, все же начала работать, поэтому я смогла выдать глубокомысленное:

— А что здесь вообще происходит?

— Все в соответствии с нашим контрактом, — деловито улыбнулся блондин, помахивая пачкой бумаг, и только тогда я его вспомнила.

— Менеджер брачного агентства! — ахнув ткнула в него пальцем.

— Отвратительные манеры, — поморщился брюнет, и его я тоже припомнила — его фотку мне подсовывали в качестве вероятного объекта для знакомства. Я еще подумала, что он, наверное, нанятый агентством актер, у таких мужчин проблем с женщинами не бывает.

— Не волнуйтесь, мы поработаем над этим, — заверил брюнета брачный агент.

— А? — только и выдала я.

В смысле «над этим» — это надо мной что ли?!!

Глава 1-2

Брюнет задумчиво уставился на меня, постукивая пальцами, унизанными крупными перстнями, по губам. Я почему-то почувствовала себя под этим взглядом как-то неудобно, но заставила себя встряхнуться. В конце концов, я взрослая женщина, а не какая-то там школьница!

— Немедленно объясните мне, где я и как тут оказалась! — грозно уперла кулаки в боки, как обычно делала, отчитывая своего кота-Кузьку, покойная бабушка.

— Я же сказал: все в рамках контракта, — не смутился брачный агент. — Вот, — он полистал бумаги и ткнул пальцем в нужное место, — вы дали согласие на переезд в случае брачного предложения.

В контракте действительно был пункт «Готова переехать в случае удачного знакомства», где я лично собственной рукой поставила размашистую галочку.

— Это повод похищать меня с улицы и притаскивать в какую-то пещеру?! — офигела я. — Вы сумасшедшие? Я вызову полицию! — я сунулась в сумку за своим сотовым.

— И все попаданки такие... неадекватные? — с отстраненным интересом осведомился брюнет.

— Отсталый мир, у них даже магии нормальной нет, все приходится делать на энергетических накопителях. Вы не волнуйтесь, милорд, это лечится, они приспосабливаются со временем ко всему. Все же люди такие существа, как тараканы...

Я тем временем пыталась чего-то добиться от своего мобильного, но экран его мигал как-то странно, наверное, от падения, а значок сети показывал, что нет ни одной заполненной «палочки». Ну, конечно, мы же в пещере, тут нет связи!

— Что за бред вы несете? Какие «попаданки», какие «отсталые миры», — пробормотала я, все еще надеясь на телефон. Его у меня даже не пытались отнять!

— Ваш мир — отсталый, не имеющий магии, дикий. Наш — просвещенный и развитой. Вас выбрали для переноса, можете гордиться, — как какой-то дебилке медленно и с расстановкой принялся объяснять блондин.

— А если я не хочу никуда «переноситься»? Я хочу в свой мир нормальных адекватных людей в нормальной одежде, — я покосилась на того, кого называли «милордом». Ему бы в историческом кино сниматься, а не передо мной стоять.

— Вы подписали контракт, поэтому были перенесены, — развел руками странный парень.

Ладно. Ясно-понятно, они психи. С психами не нужно спорить, нужно попытаться им подыграть, чтобы меня вывели из пещеры туда, где ловят сотовые.

— Я подписала контракт о знакомстве. Знакомстве, вы понимаете? Предполагалось, что я сперва знакомлюсь с кандидатами, мы влюбляемся, решаем пожениться и так далее, а только переезд, да и то только в пределах мира! — попыталась объяснить я.

— Такого в контракте не прописано, — развел руками агент с любезной улыбочкой, отчего мне захотелось схватить его бумажки и затолкать ему поглубже куда-нибудь.

— Но там же сказано было «Готова в случае удачного знакомства», «удачного», слышите? А я никакого знакомства еще не получила, это противоречит контракту! — я шагнула, было, вперед, но тут служанки неожиданно подхватили меня под руки, будто были не обычными женщинами, а опытными вышибалами в ночном клубе, привыкшими иметь дело с подвыпившими посетителями. Я струхнула.

— Кстати я бы тоже хотел уточнить насчет «удачного знакомства», — заметил брюнет, небрежно поправляя кружево на рубашке. — Я как-то сомневаюсь.

— Что вы, милорд, мы провели полное магическое сканирование, она точно подходит! — из-за реакции брюнета агент явно заволновался куда сильнее. — А то, что она торговка — так вы же не предупреждали, что эта сфера деятельности не годится! В том мире многие работают в торговле и, если отправлять ее назад, продолжать поиски, а потом опять создавать межмировой портал, это почти утроит цену...

— Мне все равно, какая там у нее была профессия, если она подойдет, то дальше она будет просто моей женой, — отмахнулся брюнет, и я от шока распахнула рот. Неужели этот красавчик не смог найти дуру, которая согласилась бы играть в эти их игры?! — Но я все же хотел бы удостовериться, что вы выполнили свои обязательства.

— У нас все в лучшем виде, сканирование ауры работает прекрасно, — обиделся брачный агент.

Боги, они точно сумасшедшие, правильно мне Лена говорила — держись от психов подальше. «Формальная процедура, формальная процедура» — внушал мне этот самый менеджер перед «сканированием ауры», кто же мог предположить, что эта ерунда может привести к похищению?

— Я не согласна на какие-то странные магические манипуляции! Вы не имеете права без моего согласия! — панически заблеяла я, не представляя, что они имеют в виду. Может, они сейчас кур начнут резать, а, может, и меня. Вон у «милорда» на поясе что-то похожее на меч висит, и я не хочу, чтобы он покинул свои ножны!

Брюнет, впрочем, слушать меня не собирался, как и доставать откуда-то компьютер со считывателем ауры, как на земле. Вместо этого он вытащил из кармана камзола плоскую квадратную коробочку и открыл. Внутри на подложке из темно-бордового бархата обнаружился серебряный браслет.

— Руку, — велел он.

Я отрицательно замотала головой и прижала конечность к себе, для уверенности еще прикрыв второй сверху. За спину бы спрятала, да эти бабы, держащие меня под руки, не позволяли.

— Марина Викторовна, для вашей же пользы я советую вам не портить отношения с будущим мужем, — прошипел из-за плеча женишка брачный агент.

— Я его даже не знаю! — возмутилась я.

— А уже капризничаете. В конце концов, подумайте: если браслет вам не подойдет, то отправим вас домой, а контракт будет расторгнут.

Последний аргумент на меня все же подействовал, хотя я заметила, что брюнет поджал губы. Я нехотя вытянула вперед левую руку, правую было как-то жалко — все же ведущая. В пальцах моего «жениха» браслет распался на две половинки на шарнире, а потом защелкнулся на моем запястье. Милорд замер, внимательно глядя на мою руку. У него были длинные темные ресницы, которым позавидовала бы любая девушка. А вот глаза холодные и отрешенные, будто ему на все происходящее наплевать. Я затаила дыхание, как, кажется, и все присутствующие... и ничего. Покосилась на остальных, пыталась понять, чего, собственно ждем. Вроде бы ничего и не случилось. Секунда, две, три... может, это и есть конец всему этому бреду?

Брюнет перевел на брачного агента мрачный взгляд и уже явно хотел сказать, что думает по этому поводу, и тут я удивленно ахнула, потому что у меня засветилась рука. Будто мне под кожу кто-то вставил желтые светодиоды, которые просвечивались на тыльную сторону ладони. Перехватив мое запястье, будущий жених заставил меня перевернуть руку ладонью вверх, и я увидела, как из нее появляется будто светящийся шарик с заостренным кончиком... нет, это был бутон! Он раскрылся на моей ладони золотистым светящимся лотосом. Меня заворожило это зрелище.

— Она подходит, — мрачно подытожил брюнет, имени которого мне так никто и не назвал.

Глава 1-3

Глядя на созданный из света цветок, появившийся на моей ладони, я попыталась незаметно ущипнуть себя за руку. Стало больно. Я стояла мокрая, грязная, подмерзшая, со светящимся лотосом на ладони, и чувствовала боль. Я определенно не спала.

— Она подходит, — мрачно заявил мой жених, а брачный агент расплылся в радостной улыбке, будто ему только что выписали огромную премию.

Я махнула правой рукой, и та прошла через цветок, словно через голограмму, по изображению пошла рябь, а потом оно постепенно исчезло. Милорд закатил глаза, будто я сделала что-то ужасно глупое и больше подходящее трехлетнему ребенку:

— Дикарка, — пробормотал он себе под нос.

— Могу я узнать, чего вы теперь желаете? — осведомился брачный агент, вытащил из кармана вполне обычную пластиковую ручку и блокнот.

— Уроки этикета, как мы уже обсуждали, — заложив руки за спину, начал перечислять брюнет, задумчиво шагая по помещению. — Внешность...

— Внешность? — удивилась я.

Меня наградили яростным взглядом:

— Волосы короткие — отрастить.

— Конечно, милорд, зелье уже подготовлено.

— Кожу улучшить, морщины и отеки убрать.

— Я хорошо выгляжу для своего возраста, мне чай не пятнадцать, — буркнула обидчиво я.

— Лишний вес...

— Эй! Это неприлично!

— Все лишнее уберем, мы же профессионалы, — брачный агент не отставал. — Не волнуйтесь, мы давно в этом бизнесе, у нас уже есть готовые наборы зелий на все случаи жизни. А цвет глаз или волос сменить не хотите ли?

— Меня устраивает мой натуральный блонд, — буркнула я. Хотелось вцепиться пальцами в свои волосы с привычной и скрывающей пухловатые щечки стрижкой.

— По цвету сами решайте, мне все равно, — отмахнулся брюнет.

— А меня вы спросить не хотите? Я вообще-то тут! — моему возмущению не было придела. — Это неприлично — обсуждать человека в третьем лице, когда он присутствует в помещении!

Заработала в ответ задумчивый взгляд от брюнета.

— Быть может, еще хотите заклинание подчинения? — уточнил брачный агент. — Помогает воспитывать иномирянок: бьет током при любом нарушении этикета. Можно настраивать под пожелания заказчика: запрет на конкретные темы, на невежливость или в целом на разговоры без разрешения. Мы взяли идею из их мира.

— Это что... вроде шоковых ошейников для собак?! — ахнула я. — Я не животное!

— Спасибо, я подумаю, — кивнул брюнет, проигнорировав мою фразу. — Идемте пока в кабинет, я подпишу акт приема-передачи...

— Да-да, конечно. Наше агентство славится своими успешными проектами. Вы будете довольны результатом нашей работы, — продолжал заливать брачный агент по дороге.

Я молча слушала, пытаясь понять, что теперь делать и насколько все плохо. За мной, будто стражницы, следовали две служанки и, кажется, именно с этой целью они здесь и присутствовали. Одно меня воодушевило — слово «наверх» и направление движения. У меня все еще оставалась надежда использовать телефон и вызвать полицию. Может, магия даже и существует или какие-то странные технологии, но все же в пределах нашего мира. Ну, пожалуйста, пусть это будет в пределах нашего мира, просто в каком-нибудь богом забытом месте вроде Антлантиды!

Мы долго поднимались по лестницам, я даже запыхалась сперва от физической нагрузки, а потом и от жары вокруг, но пальто расстегивать не стала — как-то было страшно. Постепенно вырубленные прямо в скале стены сменились на построенные из прямоугольных блоков, но, кажется, их резали из того же черного камня. Наконец, в стенах начали появляться маленькие неказистые окна, и я поняла, что мы поднялись над поверхностью скалы, черные стены сменились покрытыми белой штукатуркой с темными от времени толстыми деревянными балками. Я вытащила телефон, все продолжающий мигать экраном, попыталась потыкать в кнопки, но сети все еще не было, даже когда я попрыгала на месте с вытянутой вверх рукой.

Брюнет покосился на мои потуги с таким видом, будто я делала что-то ужасно неприличное:

— Это что, проявление какой-то их религии? — с сомнением спросил он у брачного агента.

— В их мире поклоняются науке и технике, — ухмыльнулся он, — а этот пластиковый прямоугольник — это главный артефакт их религии, лучше его не отнимать, чтобы не случилась истерика. Постепенно она сама прозреет и откажется от своих иллюзий, — язвительно прокомментировал агент.

Козел. Будто я не видела, что перед моим приходом в агентство он и сам в телефоне в игрушку резался, пользуясь благами цивилизации. А теперь выставляет меня какой-то дикаркой, танцующей танец тумба-юмба. Поджав губы, сунула телефон в карман.

Мы дважды прошли мимо поставленных в полный рост в нишах рыцарских доспехов, встретили несколько висящих на стенах щитов со скрещенным над ними оружием, каких-то ковров, габеленов и других украшений, названий которым я не знала. В целом все увиденное ассоциировалось у меня с рыцарским замком, особенно когда мы шли по галерее мимо окон, и я смогла увидеть с высоты раскинувшийся под нами симпатичный средневековый городок с рыжими черепичными крышами. Над городом раскинулось чистое голубое небо без осенней московской хмари, а в небе плыли рядом две луны, словно в каком-то фантастическом фильме. Я застыла, пытаясь осознать, что действительно все же нахожусь не в своем мире, но служанки аккуратно, но настойчиво подтолкнули меня в спину.

— Проводите леди в ее комнату, пока мы с господином побеседуем, — велел мой будущий муж, распахнув дверь, за которой виднелись шкафы с книгами и заваленный бумагами стол — очевидно, это был кабинет.

— Да, и выдайте ей комплект зелий номер один сразу, чтобы эффект настал быстрее, — добавил с радостной улыбкой брачный агент и, продолжая обрабатывать клиента, скрылся за дверью.

Мне пришлось подняться по лестнице еще на два пролета:

— На этом этаже располагаются господские покои, проходите, леди, — открыла одну из дверей служанка. Девушки были очень похожи: одного роста, телосложения, в одинаковых платьях и со сходными прическами, но цвет волос отличался. Брюнетка мне показалась более спокойной и профессиональной, говорила чаще она.

Внутри оказался типичный женский будуар из любовных романов: куча мебели с золотыми завитушками, туалетный столик, на стенах розовые обои, а кровать под тяжелым бархатным балдахином винного цвета. Я в своей замызганной осенней одежде и с сумкой в обнимку чувствовала себя здесь не в своей тарелке.

— Я не леди, меня зовут Марина Викторовна, — буркнула я, чувствуя, что меня начинает трясти.

— Вы будущая леди этого замка, вам следует привыкать, — ответила брюнетка.

— Я не хочу привыкать! Я не хочу быть леди! Я не хочу замуж за вашего «лорда»! Я домой хочу! —неожиданно для самой себя заистерила я. Я знала, что надо молчать, нужно держать себя в руках, все разведать и что-то сделать, но вместо этого... слова вырывались из меня будто сами собой.

— Не думаю, что у вас есть такие деньги, — хмыкнула вторая служанка, блондинка, а коллега смерила ее мрачным взглядом, и обе состроили на лицах профессионально-нейтральные выражения.

— Какие деньги? О чем вы? — насторожилась я.

— На межмировые порталы тратится много магии, леди, а она стоит денег. — Брюнетка поясняла все обстоятельно и говорила медленно, будто разжевывала прописные истины ребенку. — Вы согласились на условия брачного агентства и подписали контракт. Вам подобрали идеальную пару. Если бы лорд от вас отказался, он бы покрывал расходы. Но если договоренность решите разорвать вы со своей стороны, то вам нужно будет выплатить неустойку размером в один миллион золотых драконов.

— Что? Я не понимаю! Я не подписывала такого, в нашем мире так не делается! Я вообще точно помню, что в контракте было сказано, что платить я должна только после успешного знакомства! — вспомнила формулировку, которая меня и привлекла в этом агентстве. Мало того, что его порекомендовала моя подруга, успешно вышедшая с их помощью замуж, так еще и деньги нужно платить только после.

— Знакомство уже состоялось и успешно, — спокойно заметила брюнетка.

— Нужно было читать, что написано мелким шрифтом, — опять не смогла сдержать язвительную усмешку вторая девица, и мне захотелось ее поколотить.

— Поверьте на слово: миллион золотых — это очень много, вы столько и за всю жизнь не заработаете. — Тяжело вздохнула брюнетка. — Рассрочку или кредит вам никто не даст. Или вы выходите замуж за лорда из рода Черных Крыльев, или окажетесь в каменоломнях. Женщины там долго не живут. Вам же будет лучше, если вы скорее смиритесь и полюбите своего мужа.

— Все попаданки смиряются, — развела руками вторая служанка.

— И много их было? — хрипло спросила я.

— Достаточно, — кивнула первая.

Глава 1-4

Выставляя на туалетный столик ряд флакончиков, брюнетка перечисляла:

— Это для стройности, это для густоты бровей и длины ресниц... вам нужно зелье для увеличения размера груди?

— Не надо! — ахнула я, обхватывая себя за плечи.

— Я позже спрошу у лорда, когда вы переоденетесь, — кивнула служанка и отставила один из флакончиков в сторону. — Это для гладкости и шелковистости кожи, это для роста волос...

— А если я не хочу длинные волосы? Если я люблю свою стрижку?!

— Это неприлично в нашем мире, вы не сможете выйти к гостям, пока ваши волосы не отрастут до приемлемой длины, а значит окажетесь взаперти в своей комнате, — заметила блондинка и положила на кровать длинное платье. — И переоденьтесь. Ходить в брюках тоже неприлично, тем более, в таких грязных. Позвольте я помогу вам вымыться.

— Я сама! — буквально взвизгнула я, отпрыгивая от нее в сторону.

— Конечно, леди, как пожелаете, — первая служанка бросила на коллегу предостерегающий взгляд. — Вам нужно успокоиться. Поверьте, мы не желаем вам зла. — Она открыла незаметную дверь справа. — Это ваша личная ванная комната, слуги уже натаскали кипятка. У нас есть канализация, а холодная вода подается по этой трубе, нужно только открутить вентиль. Только горячую приносят слуги из кухни. — Она указала на два ведра кипятка, стоящих на полу, еще пустое ведро для смешивания и ковшик.

— Спасибо, вы свободны, — покивала я. — Я справлюсь.

— Конечно, мы сейчас вас оставим. Но я прошу все же вас выпить зелья сейчас, — брюнетка оправила свое и без того идеально сидящее серое платье и встала рядом со столом, на котором почти по линеечке выстроились пузырьки.

— А вдруг у них есть противопоказания? У всех лекарств они есть. Может, у меня случится аллергия... — попыталась отвертеться я.

— Это магические зелья, созданные ведьмами, они не причинят вам вреда, леди, — служанка смотрела на меня, как на дуру. — Давайте же. Я не уйду, пока вы не выпьете. Для начала хотя бы по глотку.

Оказаться наедине с собой хотелось безумно, поэтому я пересилила себя и все же сделала по глотку из каждого из флаконов. На вкус содержимое оказалось словно сок, сильно разбавленный водой: какой-то вкус есть и даже отличается, но не сильно выражен.

— Спасибо, миледи, с вами приятно иметь дело, — улыбнулась служанка, быстро сделала книксен и вышла вон из комнаты. За нею следом, сверкнув напоследок любопытными глазами, удалилась и ее коллега.

Едва они ушли, как я кинулась к двери и дернула ручку, но та оказалась заперта. «Замуровали, демоны!» — вспомнилось мне. Поджав губы, огляделась по сторонам. Рядом с туалетным столиком стоял стул с высокой спинкой, я подперла им дверь на всякий случай, чтоб ко мне не вваливались без спросу.

Потом все же зашла в ванную и оглядела себя. Видок был тот еще: я стянула с головы вязаную шапку, хотела поправить волосы, но вспомнила, что руки грязные. Сняла с плеча сумку, избавилась от пальто и вымыла руки. Потом кое-как попыталась почистить его от подсохшей грязи — пригодилась найденная здесь щетка. Возможно, предполагалось, что она для мытья, но я ею почистила пальто и штаны. Можно было, конечно, раздеться и вымыться, но мне было слишком неуютно в чужом доме. В замке было достаточно тепло, чтобы моя одежда высохла. Я умылась, стерев черные круги под глазами из-за растекшейся туши, кое-как расчесала волосы, сожалея, что здесь нет привычного фена и плойки — от влаги волосы так и норовили превратить меня в барашка.

В голове никак не укладывалось все произошедшее. Чтобы как-то успокоиться, я влезла в свою сумочку — в ней лежал пакет леденцов, один из которых я поспешила сунуть за щеку. Потом порылась еще в сумке, пытаясь понять, есть ли в ней что-то, что может мне пригодиться... и заметила рядом пачку сложенных пополам бумаг. Точно, контракт с брачным агентством!

Я поспешила вытащить его, но с удивлением увидела, что теперь он отличался от того, как выглядел, когда я его подписывала — бумага стала будто бы гербовой с рисунками в виде повторяющихся линий по краям, а буквы в тексте изменились и перестали быть русскими, но я все равно их понимала. А в правом верхнем углу, где, как я помнила, я заляпала бумагу кровью от пореза, теперь был большой красивый рисунок вокруг бордового пятна.

— Что за черт, — пробормотала я себе под нос и только теперь осознала, что все это время после перемещения я говорила не на русском языке.

Почему-то именно это окончательно вывело меня из стабильного состояния, и я заплакала. Слезы капали на проклятый контракт, но не размывали буквы, как было бы с текстом, отпечатанным на обычном принтере. Более того, мне привиделось, будто буквы и рисунке на контракте едва заметно поблескивают, переливаясь зеленью. Это явно была магия, магия, черт ее дери! Я с ненавистью попыталась стянуть с левой руки браслет, которым меня наградил женишок, но не смогла — я даже не нашла застежку или шарнир, с помощью которого он раскрывался. Было похоже, что серебряный браслет абсолютно однородный, но при этом он был слишком узок, чтобы его снять через ладонь.

И тут в комнате что-то громыхнуло, заставив меня испуганно вздрогнуть.

Глава 2-1

В комнате что-то грохнуло, а потом еще и скрипнуло и покатилось, будто металлическое что-то рассыпали по полу. Я испуганно покосилась на контракт в своих руках и поспешно спрятала его в сумку — вдруг отберут. Почему-то мне показалось очень важным, чтобы он сохранился у меня, вдруг я смогу найти в нем какую-то зацепку, чтобы вернуться назад. Потом инстинктивно схватила из пустого ведра ковш на длинной ручке и, угрожающе подняв его над головой, приблизилась к двери в комнату. За ней что-то едва слышно шуршало, но человеческих голосов слышно не было.

Вот гады, а обещали ведь меня в одиночестве оставить хоть ненадолго! Я ведь даже дверь стулом подперла. Может, они его-то и своротили. Хорошо, что я не стала залезать в ванну, а то сейчас бы голая из воды гостей встречала. Одернув офисный пиджак и состроив на лице самое грозное выражение, я резко распахнула дверь с криком:

— Ага!

Но в комнате было пусто. Я удивленно перевела взгляд на входную дверь, но она все так же была подперта стулом. Однако, это меня не успокоило, а наоборот заставило еще больше насторожиться. Они же здесь маги, может, порталами передвигаются. Я покрепче сжала металлический ковшик, готовясь в случае чего недрогнувшей рукой врезать нарушителю моего спокойствия по голове... или куда там попаду. Сделала несколько аккуратных шагов в комнату, поминутно оглядываясь и ожидая увидеть какую-нибудь из служанок, притаившуюся за портьерой. Никого не видно и не слышно. Но... на полу подле туалетного столика валялась красивая серебряная шкатулка, украшенная рисунками по эмали, а чуть дальше у ножки кровати лежал золотой браслет с крупными красными камнями в окружении прозрачных кристаллов. Я готова была поклясться, что это были рубины с бриллиантами. Еще раз огляделась по сторонам, пытаясь определить места, где мог бы спрятаться тот, кто все уронил.

— Кто здесь? — я, медленно ступая, обошла комнату, заглядывая за шкафы и шторы.

А когда я вернулась обратно к столику, браслета у ножки кровати уже не было!

— Кто здесь?! — мой голос зазвенел от напряжения. — Выходи, я знаю, что ты здесь! Выходи... иначе я позову стражу! — придумала угрозу, которая показалась мне достаточно органичной в этой средневековой обстановке.

— Стражу?! — неожиданно послышался хриплый глухо звучащий голос. — Зови женщина, зови! Никто не сможет меня удержать! Я свободен! Я страшный Скальный Граар-р-р! Ни одна клетка не удержит меня! — и он хрипло с порыкиванием рассмеялся.

Мне стало совсем нехорошо, потому что я представления не имела, что такое «скальный граар», а звучало это так, будто я должна испугаться. Сглотнув, я аккуратно ногой перевернула шкатулку, лежащую кверху дном, и внутри обнаружился только один перстень с крупным синим камнем в кружении более мелких, да несколько чисто золотых побрякушек без камней.

— А по-моему ты просто вор, — заметила я, подбирая украшения с пола.

— Я опасный скальный граар! Я гроза Черного замка! — послышалось возмущенно-обидчивое, как мне показалось, из-под кровати.

Кровать тут была внушительная: с резными деревянными балясинами, тяжелым балдахином из винного цвета бархата. Она стояла на высоких ножках и с высокой периной, а сбоку была даже небольшая лесенка, чтобы на нее забираться. Кажется, я слышала, что такими высокими кровати когда-то в старину делали, чтобы сквозняк не доставал. Покрывало, лежащее на постели, спускалось практически до самого пола, так что спрятаться под нею было легко. Подумав, я вытащила из кармана телефон и включила фонарик. К моему счастью, хоть экран мобильника и продолжал мигать странным образом, но вспышка включилась и я, смело шагнув вперед, откинула покрывало и посветила внутрь.

Я ожидала увидеть застрявшего там человека, но вместо этого в сторону метнулась какая-то тень размером с кошку. А еще свет выхватил кучу чего-то непонятного и блестящего. Я выгребла это из-под кровати и с удивлением разглядела золотой и серебряный лом: кольца, браслеты, колье и даже диадемы, в которых были явно места под камни, но самих камней не было. А еще, кажется, золото кто-то основательно пожевал — кое-где были видны следы мелких зубов.

— Кто ты? Выходи немедленно? — возмущенно закричала я, выпрямляясь.

— Вот еще, — ехидно хмыкнул голос, кажется, из-под шкафа.

— Выходи, а то хуже будет! Точно стражу позову! Ты украшения испортил, мне что ли теперь за это отвечать?! — возмутилась я.

— Они меня все равно не поймают, — усмехнулся мелкий пакостник.

Хоть комната и была небольшая, а я светила фонариком во все места, он умудрялся скрываться, только несколько раз свет выхватил какое-то быстро движущееся серое пятно.

— Мы в комнате заперты, куда ты денешься? — злобно пыхтя, спросила я.

— Это ты тут заперта, а я так, ненадолго зашел, — рассмеялся граар и опять метнулся от меня в сторону. Мне показалось, что успела увидеть длинный лысый хвост, будто у крысы, только больше.

Я оглянулась и вдруг сообразила: окно открыто! Вот куда этот гад пытается пролезть под мебелью, обходя меня. Вместо того, чтобы его ловить, я рванула к окну и захлопнула створку, встала, победно уперев руки в бока:

— Выходи, теперь тебе некуда бежать!

Тишина была мне ответом, явно, пакостник был недоволен моим поступком.

— Выходи и камни из украшений отдавай, они денег вообще-то стоят.

— Не отдам, — буркнул голос в этот раз как-то грустно и будто бы обиженно. — Мне вообще-то тоже кушать хочется.

— Ты что, съел рубины и бриллианты?! — ахнула я.

— Конечно. Я же скальный граар. Мне нужно есть, а то не вырасту.

Миг, смазанное быстрое движение и тут я увидела на постели потягивающуюся... лысую кошку-сфинкса дымчато-серого цвета. Точнее, будет вернее сказать кота. Он смотрел на меня недоверчивыми ярко-зелеными глазами на сморщенной мордочке, шкурка его была будто бы покрыта сеточкой, а на спине были каких-то два черных пятна.

— Что, в клетку засадишь? — пытливо спросил скальный граар.

Я шагнула ближе, разглядывая внимательно странную зверюшку. Всегда думала, что в сфинксах есть-то иномирное, но этот был еще страннее земных. Приглядевшись, я поняла, что он был покрыт мелкой чешуей, вроде змеиной кожи. А черные пятна на спине оказались кожистыми крыльями летучей мыши. Как ни странно, зверь показался мне симпатичным при всей своей странности.

— Как можно тебя в клетку, ты же разумный? — удивилась я и протянула к нему руку. Трогать, конечно, не стала, дала обнюхать пальцы. Хоть граар и разговаривал как разумное существо, повадки у него оказались совершенно кошачьими: он понюхал мою руку, а потом потерся щекой.

— Ладно, гладь, — разрешил вредный котяра.

Усмехнувшись, я села рядом и провела рукой по сморщенной, но шелковистой шкурке. Он был горячим, как все сфинксы, а чешуя, похожая на змеиную кожу, оказалась очень гладкой, нельзя было почувствовать границу между чешуйками, как у рыбы, они все были плотно прижаты друг к другу и, скорее всего, даже срощены воедино. Интересно, граар тоже линяет, когда растет, как змеи? Вполне возможно.

— А почему ты тут оказался? — заинтересовалась я.

— Так лорд решил женой обзавестись, вот комнату его матушки и открыли, заодно и проветрить решили после уборки. А я-то знал, что тут ее украшения хранятся, — он язвительно ухмыльнулся, что на мордочке сфинкса выглядело странновато.

— Ты съел фамильные драгоценности лорда? — ахнула я. — Ой, нам теперь точно достанется!

— Если бы, — фыркнул кот, — фамильные драгоценности у него в сейфе хранятся. Я столько раз пытался добраться — ни разу не смог. А это так, побрякушки на каждый день, им от силы несколько сотен лет.

— По меркам моего мира это антиквариат. Еще и память о матушке, — пробормотала я.

— Да у нее этого добра было, — кот небрежно взмахнул хвостом. — А мне есть тоже надо! Я вообще-то из-за скудного питания так и не вырос. А для драконов несколько сотен лет вообще не срок. Антиквариат у них считается от тысячелетия и больше, так что не волнуйся.

— Что? — только и смогла выдать я удивленно.

— Да-да, вот тут, между крылышек почеши еще, о, да, — простонал скальный граар. — Все расскажу, только не останавливайся.

Глава 2-2

История скального граара была грустной, как мультфильм про Бемби, только в иномирных реалиях. Был он маленьким котенком и жил в гнезде вместе с двумя своими братьями, когда браконьеры убили его мать. Она до самого конца пыталась защищать потомство, даже убила одного из нападавших, но второй ее подстрелил из магического артефакта, но, падая, она умудрилась зацепить преступника за одежду когтистой лапой и утянуть его в пропасть.

Понять граара было сложно, но по моим представлениям взрослая особь его вида была где-то размером с пуму или хотя бы с рысь. Сам мой новый знакомец сейчас был, если не совсем котенком, то подростком-недокормышем. Когда они с братьями остались в гнезде одни, то совсем растерялись. Долго ждали маму, звали на помощь, но никто не пришел. И тогда сперва самый старший, а потом и средний брат отправились искать пропитания. Но ни один не вернулся.

— Я остался один в гнезде, — вздохнул граар. — Я ведь самый последний вылупился.

— Вылупился... в смысле из яйца? — уточнила я.

— Конечно, как еще граарам размножаться? — удивился странный крылатый кот.

— А почему браконьеры сделали это? Граары пушной зверь? — я удивленно помассировала его чешуйчатую шкурку.

— Искали гнездо, — грустно вздохнул кот. — Взрослые скальные граары питаются камнями, самыми обычными: гранитом, известняком, всем что ни попадя. Но маленьким нужна более концентрированная пища, поэтому мама заранее натаскала нам в гнездо разных драгоценных камней и других кристаллов. У нее ведь было целых три яйца, она каждый день летала искать новые камни для нас. На это браконьеры и надеялись: перебить выводок, забрать камни и сбежать до того, как мать вернется. Но не на ту напали, мама была очень предусмотрительна и далеко от нас не улетала, она очень хорошо умела разведывать камни, тем более, что на Черной горе их много. Она разбивала породу своими когтями, разгрызала жеоды мощными челюстями, чтобы нас накормить, — кот очень грустно вздохнул и я, не вытерпев, пересадила его себе на колени и обняла, поглаживая.

— А что было дальше? Ты тоже решился уйти из гнезда?

Он отрицательно покачал головой:

— Я очень ослаб от голода, даже пытался есть камни вокруг, но от них меня тошнило — слишком мал. У меня даже плакать сил не было. А потом меня случайно нашел дракон, этот твой, лорд будущий муж. Решил вырастить из меня домашнего песика, — последнюю фразу кот выплюнул с презрением. — Хотел приручить, чтобы потом с моей помощью искать драгоценные камни. Ну, ничего, я ему показал, где раки зимуют! Как только окреп, сразу клетку перегрыз и сбежал. Но далеко улетать не стал — тут же еда на каждом шагу. Как дракон где драгоценность оставит — я тут как тут. Камзол его бальный, расшитый гранатами нашел — и нет гранатов. Слуги и стражи по всему замку меня бегают-ищут, а найти не могут, — граар пакостливо рассмеялся.

— Как-то это... он же тебя спас, разве ты не благодарен? — засомневалась я.

— Ага, тебя он тоже думает, что спас, — хихикнул граар. — Ты как, благодарна?

— Что? Нет! Меня ведь не нужно было спасать, я же не умирала, спокойно в своем мире жила, а ты без мамы мог и не выжить.

— Я ему благодарен, конечно, за то, что выкормил и подрастил, да только не настолько, чтобы стать его вечным слугой. Я все же разумное существо, а не шавка, выполняющая приказы. Бить меня тапком, сажать в клетку, пытаться дрессировать... я не животное, а разумная личность в конце концов!

Тут я была с котом все же согласна.

— А ты не пытался с ним поговорить?

— Сперва мелкий был и не мог. А потом уже поздно было. Я не злопамятный, но память у меня очень хорошая. Охота на грааров вроде и запрещена, а если кто случайно нашел гнездо и камни забрал, то вроде и ничего, можно. А то, что котята остаются без еды и обречены на голодную смерть, если их мама быстро не прилетит — об этом люди не думают. Люди при этом частенько и котят из гнезда выбрасывают, чтобы не мешались, а крылья-то еще слабы, летать они не умеют. А я ведь чую, чую драгоценности, что из гнезд украдены. Чую каждого гостя, что приходит в этот замок с ворованными камнями, ух, ненавижу! — он нервно выпустил когти, и мне пришлось аккуратно отцеплять их от своих штанов и успокаивающе чесать под горлышком.

— А почему ты назвал хозяина замка драконом? — вспомнила я. — Это звание у вас такое?

— Нет. Это он в огромную огнедышащую ящерицу превращается. Сущность у него такая.

Я удивленно сглотнула. Припомнился фильм «Он дракон», в котором герой тоже превращался. А еще тамошние драконы воровали девушек и сжигали их на алтаре, чтобы получить потомство. Фильм подробно технологию не раскрыл, и я всегда задавалось вопросам: а в конце героиня решает улететь с драконом, чтобы добровольно лечь на тот самый алтарь? Или они так и останутся без детей? Как это вообще должно работать?

И стать героиней этой замечательной истории мне точно не хотелось. Сразу надо было заподозрить, что что-то не так, иначе нафига этому лорду тратить кучу денег и вытаскивать меня из моего мира, мог бы и здесь себе кого-нибудь подыскать. Даже если жен драконы не жгут, определенно у них есть какие-то проблемы. Судя по предложению того брачного агента, они все садисты, обожающие играть в подчинение: наказание за нарушение этикета, запрет говорить без разрешения... простите, я не мазохистка, меня такие игры не вдохновляют.

— Граарчик, миленький, а помоги мне? — попросила я.

— С чем? — он поудобнее сел на моих коленях, обвив свои ноги чешуйчатым серым хвостом, и заглянул в глаза.

— Сбежать. Помоги мне сбежать. Ты же меня понимаешь, я тоже свободная личность, как ты, я не хочу всю жизнь прожить в клетке!

— Так тебя ж поймают. Ты большая и привлекаешь много внимания, не сможешь жить в скалах... да у тебя даже крыльев нет! — он возмущенно раскрыл свои крылья, напоминающие крылья летучей мыши.

— Я затеряюсь в городе. Ты только выведи меня, ты же тут в замке все знаешь, правда? Ты очень умный и наблюдательный. Как-то же ты узнал, что эту комнату открывают и что здесь есть драгоценности. Значит, ты что-то такое услышал?

Он задумчиво склонил голову на бок:

— И что мне за это будет?

Я вспомнила о драгоценностях, что оставались в шкатулке и до которых он не успел добраться. Там остался всего один перстень с крупным синим камнем и россыпью бриллиантов вокруг. Пересадив кота на кровать, я продемонстрировала ему украшение.

— Хм... ну, ладно, договорились, — решился кот. — Только если ты сорвешься, я не виноват.

Глава 2-3

Медленно сползая из окна барельефу на этаж ниже под аккомпанемент причитаний летающего кота, я прокляла все на свете. Граар, парящий за спиной, ныл о том, какая я неуклюжая, как мне не хватает крыльев, и вообще зачем он ввязался в эту хрень, иногда командуя, чтобы я дотянулась до того или иного уступа и не ставила ногу на то или другое украшение. Короче, толка с него было чуть, а нервов — немерено. Впрочем, когда меня порывом ветра едва не стянуло со стены, Граар врезался мне в спину, прижимая к ней плотнее. В конце концов я сумела-таки добраться до окна пустой комнаты этажом ниже и, разбив его, оказалась внутри.

Там я вытащила из сумки простое черное платье, которое нашла в гардеробе и напялила его прямо сверху брюк и белой рубашки. Черный пиджак в целом годился вместо куртки, так как в этом мире пока было тепло, а слишком коротко обрезанные волосы я спрятала под платком и с уверенным видом вышла из комнаты с грааром на руках. Главное тут было идти спокойно и уверенно, а инструкции, даваемые котом, в этом помогали. Слуги и стражники косились на меня, но не смели подойти и спросить, куда я направляюсь. Почему? Все просто. Потому что я выглядела как ведьма.

Между делом, пока мы собирались, граар успел объяснить мне, каково устройство этого мира. Основное население его — люди, как и на земле, но также есть драконы, они хранители порядка в мире. Драконы делятся на рода, и родам принадлежат замки. Наместник, назначаемый из числа членов рода, управляет землями вокруг замка и поддерживает на них порядок. Сейчас наместник в Черном замке — Арвин, мой несостоявшийся жених. Все драконы, кроме возможности становиться огнедышащими крылатыми ящерицами размером с автобус, обладают стихийной магией, то есть способны призывать огонь, воздух, ветер и прочее, благодаря чему могут сдерживать землетрясения, пожары, устранять засуху и так далее.

А еще в мире есть ведьмы и колдуны. Они ничем не отличаются от людей, кроме своих способностей. Эти куда слабее драконов, но их сила способна исцелять людей и влиять на них. По закону им запрещено заниматься всякими приворотами и тому подобным, но иногда случается и такое. В основном же ведьмы соблюдают правила, потому что и так способны заработать за счет своих зелий и притирок.

Колдуны имеют примерно те же способности, в деталях граар подробно не разобрался, но вроде бы мужчинам с магией лучше давались заклятья для управления людьми и создание амулетов, а ведьмы предпочитали варить зелья. Но все способны были делать и то и другое теоретически. А еще колдуны любили использовать заемную силу. Драконы, кроме управления своими землями и поддержания на них порядка, еще продавали наполненные своей магией родовые камни. Например, у Черных крыльев это были черные кристаллы из пещер под замком. На этой силе работали разные артефакты, создаваемые колдуньями и колдунами. Вероятно, на этой силе было сделано и заклятье, открывшее портал в мой мир.

Так вот, ведьмам и колдунам по какой-то причине или просто по традиции предписывалось не надевать одежду ярких цветов, только черного и серого, иногда темно-коричневый и темно-синий тоже разрешался, но они сами старались их избегать. А ведьмы еще и всегда покрывали волосы и не выходили из дома, не скрыв их под платками или шляпами так, чтобы не было видно ни одной прядки. Кто-то считал, что они из-за своих способностей лысеют, другие полагали, что они опасаются, что через выпавший волосок на них могут наложить заклятье. Ведьмы слыли довольно вредными и агрессивными, донимать людей им законом запрещалось, но друг другу они могли устраивать пакости.

Мне было все равно, но главное, что ведьм обычные люди опасались и старались с ними не связываться. Так что, когда я, услышав, что короткие волосы здесь привлекут слишком много внимания, предложила замотать голову платком, граар сразу заявил, что я буду похожа на ведьму. Использовать черное платье, по-моему, предназначенную на случай похорон, в качестве маскировки, никому в этом мире просто не пришло бы в голову. Одеваться под ведьму — как можно?! Но меня это не смутило. Остальные платья в шкафах были яркими, расшитыми драгоценностями, золотом и серебром. В таком меня точно из замка никто бы не выпустил. А черное платье с футляром из серебряной сеточки было легко избавить от верха и превратиться в настоящую ведьму по местным меркам.

В последнее время перед открытием портала в мой мир, ведьмы часто шлялись по замку, поэтому появление еще одной никого не могло удивить. Граар инструктировал меня, как пройти не по главной господской лестнице, а по коридорам для слуг. Главное тут вести себя уверенно и злобно сверкать глазами, если кто не уберется быстро с моего пути. Да и граар на руках тоже помогал поддерживать легенду — у ведьм частенько были фамильяры — разные, зачастую искаженные магией животные, с которыми они не расставались. Поэтому никто не посмел остановить меня, когда я спокойно прошла через кухню и, распахнув скромную дверь, оказалась на заднем дворе замка. Более того, частенько встречные слуги старались не смотреть мне в глаза, чтобы не сглазила, да еще делали какие-то отводящие зло знаки и шептали едва слышно: «О, Богинюшка, укрой своим крылом от силы темной».

Выйдя на улицу я уставилась на две луны на светло-голубом небосклоне и судорожно вздохнула. До свободы оставалось совсем немного: пересечь двор, по которому туда-сюда деловито сновали слуги и пройти в ворота.

— Не стой столбом, как дура, — прошипел мне на ухо противный Граар, устроившийся у меня на плечах чешуйчатым горячим воротником. Балансируя, он вцеплялся когтями в мой пиджак и иногда взмахивал крыльями.

Я молча направилась вперед. Хотелось бежать, судорожно билось сердце в груди, но я еще раз напомнила себе, что бегущий человек привлечет к себе слишком много внимания. Я просто спокойно иду по своим ведьминским делам. До меня никому нет никакого дела, ведь я же ведьма. Я ведьма, а не невеста хозяина замка, поэтому всем все равно, — убеждала я сама себя. Тень от замковой стены упала на меня сверху, еще несколько шагов, еще немного, я почти подошла к воротам.

— Госпожа ведьма! — окликнул мужской голос сзади.

«Я не слышу. Я ничего не слышу, я очень занята, меня никто из местных не посмеет потревожить», — убеждала себя.

— Тебя узнали, улетать надо, улетать! — зашипел в панике Граар на плечах, судорожно переступая когтистыми лапами и хлопая крыльями мне по голове. Оставалось надеяться, что он не собьет с моей головы платок.

Если б я умела летать!

— Госпожа ведьма! — голос не отставал, а приближался, сопровождаясь еще каким-то шумом. Я даже головы не повернула, продолжая притворяться, что ничего не слышу, может, пронесет. «Валим! Валим! Улетай!» — зудел над ухом Граар. — Госпожа ведьма, позвольте вас подвести!

Я удивленно оглянулась. Меня догнала старомодная повозка, запряженная понурой коричневой лошадью. Так как шагала я прямо посреди дороги, то мешала повозке проехать — задние ворота в замке были узкими, на одну полосу для такой повозки или нескольким людям разминуться. А тут я пру прямо посередине — не объехать, да еще и ведьма, с дороги убраться не прикажешь. Извозчику пришлось выбирать: или ехать медленно всю дорогу за мной, чтобы не оскорбить, или вот предложить подвезти. По виду было очевидно, что он надеялся, что я уйду сама: лицо его было бледным почти добела, на щеках только видны два ярко-красных пятна, а весь лоб в испарине, которую он судорожно вытирал рукавом.

— Ну, подвези, — входя в роль вредной подлой ведьмы ухмыльнулась злобно я, обошла телегу и самостоятельно забралась на козлы рядом с ним.

Парень, кажется, еще сильнее струхнул и постарался отодвинуться от меня подальше, так что едва не упал со скамейки.

— Так мы едем? — поинтересовалась я, разгладив складки на юбке, пока он тупо пялился на меня.

— Да-да, конечно, простите, — он подстегнул лошадь, и та лениво зашагала вперед.

Когда, наконец, мы проехали под воротами замка, я позволила себе едва заметно прикрыть глаза и облегченно выдохнуть. Хотя на деле-то, конечно, я все еще в беде, домой-то чтобы вернуться мне потребовалось бы пара миллионов местных денег (один в неустойку и еще один на оплату портала на землю), что практически невозможно. Но хотя бы заклятья подчинения я избежала прямо сейчас, а там... там вывернемся.

— Вот я молодец, вот я умница, — урчал на ухо довольный Граар, — как я удачно еще и транспорт нам нашел.

— Ты-то тут при чем? — возмутилась я, отчего возничий покосился на меня удивленно. — Ты не мог этого предвидеть, это случайность, — тише прошептала я, косясь на наглую зеленоглазую морду в морщинках.

— Это обычные люди планируют то, что можно просчитать. А истинные гении способны создать такой план, чтобы все вокруг помогало его исполнению. Это же благодаря мне ты оделась ведьмой, — ничуть не смутился наглый котяра.

— Это же я придумала так одеться, — еще сильнее понизила голос я, но возница продолжал коситься на меня краем глаза, поворачивать голову уже не смел.

— Это я подал идею, когда сказал, что только ведьмы заматывают голову и скрывают волосы. Еще одно проявление моей гениальности! Придумать что-то, зная все обстоятельства, может любой дурак, а я способен дать пищу для твоих мозгов, это куда важнее! — он щекотно фыркнул мне на ухо, пощекотав щеку своими усами.

Не выдержав, я хихикнула и почесала Граара под подбородком. Опять покосилась на возницу, и у меня появилась мысль:

— Такое чувство, что он тебя не слышит, — с сомнением произнесла я, — будто для него я сама с собой разговариваю.

— Он и не слышит. Только люди имеющие магию могут слышать волшебных существ. Ну, и еще драконы.

— У меня есть... — я осеклась и произнесла буквально одними губами: — магия?!

— Конечно. Иначе браслет невесты тебе не подошел бы. Только ты сделать с ней ничего не сможешь, ты же просто невеста, а не настоящая ведьма.

— А в чем разница? — не поняла я.

— Не знаю, — разочаровал меня Граар. — Человеческие штучки. Лучше отдай мне уже кольцо, я есть хочу.

— Ты только недавно поел!

— Я растущий организм, мне надо есть чаще!

— Отстань, не сейчас, — попыталась оттолкнуть наглую рожу.

— Отдай! Я же выполнил наш уговор.

— Не при людях же, — прошипела я. Представляю, что будет, если я при вознице вытащу из сумки фамильное кольцо лордов Черного замка! Меня ж сразу за воровство загребут!

— Ну, да-а-ай, — противно заныл Граар, спустился с моих плеч на скамейку рядом и начал вынюхивать вокруг: — где камни, где они? Ну, где? — отпихивал то головой то лапой мои руки, обнюхивая карманы.

— В сумке, — прошипела я. — Потом дам.

— Сейчас!

— Нет.

— Открывай, а то порву! — он замахнулся своей лапой с очень острыми, как я знала, когтями.

Рыкнув, я расстегнула молнию, и котяра нагло залез туда всей верхней частью туловища. Я опять покосилась на возницу, он смотрел на торчащий вверх чешуйчатый хвост Граара. А потом из сумки начало доноситься: «Хряп! Хрум! Чавк-чавк! Хрум-чавк-хряп-хряп!» и басовитое мурчание. Будто у меня там в сумке были спрятаны свежие кости, до которых добрался голодный хищник.

Возница смотрел на котяру такими огромными глазами, что даже забыл меня бояться, я же состроила независимое лицо, будто так оно и надо, у меня каждый день такое, ничего особенного. У ведьм свои прибабахи.

Глава 2-4

Граар хрустел и причмокивал так долго, что мы успели преодолеть дорогу до города. Я, конечно, понятия не имела о физиологии этих кошаков, но мне казалось, что камень в кольце не такой уж большой. То есть он большой для драгоценного камня, но не такой, чтобы хрустеть им битый час.

Не выдержав, я попыталась аккуратно вытянуть кота из сумки, приговаривая:

— Ну, хватит-хватит...

В ответ раздался такой рык, который подошел бы больше огромному льву, а не маленькому котику. Я поспешно отдернула руки и зареклась трогать животное, которое есть.

— К-куда в-вас подвезти, госпожа ведьма? — заикаясь, спросил возница, у которого, кажется, все краски с лица пропали.

— Я сама покажу, — улыбнулась я деловито, так как адреса-то назвать не могла. Просто решила доехать поближе к центру и там уже сойти.

Наконец, Граар вылез из сумки и сел подле меня, деловито умываясь лапой. Я внимательно глядела по сторонам. Мы ехали по прямой улице, наверное, одной из центральных в городе, уже отдалились значительно от выглядящих бедненько домишек на окраине, здесь здания были уже двухэтажные, часто встречались лавки на первом этаже, даже застекленные. В целом городок был симпатичный: светлые стены, рыжие крыши, кашпо с цветами, подвешенные на фасадах. Но я была в таком ужасе, что не могла насладиться милой пасторальной картиной, мне казалось, что в любой момент сзади послышится крик: «держите ее», и весь мой побег накроется медным тазом. Но я знала главное: нельзя бежать, иначе тебя разоблачат, поймают просто на всякий случай. Надо двигаться медленно и выглядеть спокойно и уверенно в себе. Но как раз это-то и сложнее всего, когда ты в стрессе!

Когда мы выехали на какую-то симпатичную площадь с фонтаном, окруженную торговыми лавками, я попросила:

— Останови-ка, я тут сойду.

— Как прикажете, госпожа ведьма, — явно обрадовался возница.

Я повернулась к нему лицом, и улыбка немедленно слетела с его лица. Внимательно посмотрела ему в глаза, потом дунула-плюнула и с сосредоточенным видом коснулась его лба. У парня, кажется, чуть глаза из орбит не выпали от ужаса.

— Ты помог мне, и я тебе отплачу добром. Удача будет с тобой, — улыбнулась я, но потом тут же помрачнела: — только о моих делах молчи. Помни мои слова: если кому хоть слово обо мне скажешь, вся удача, что тебе придет от моего заклятья, неудачей обернется. Найдешь монету на улице — тебя обвинят в краже, найдешь работу — заболеешь. Понял меня?

Не в силах говорить, парень судорожно закивал.

Я довольно улыбнулась:

— Ну, удачи тебе, — проворно спрыгнула с подножки, Граар, хлопая крыльями, полетел следом.

Я деловита пошла вдоль площади, а возница поспешил подстегнуть коня.

— Это ты хорошо придумала, — заметил Граар, вновь вцепляясь мне в плечо. Я подумала, что скоро у меня весь пиджак будет в мелких дырочках.

— Книжек много читала, — буркнула я. — Ты чем там чавкал так долго?!

— Да так... там у тебя в сумке камешки еще были. В общем, я их съел, — нагло заявил котяра.

— Какие камни?! — вот чего у меня никогда не было, так это ювелирки в сумке.

Зайдя в какой-то проулок, расстегнула молнию. Проверила контракт — он не пострадал, мобильник тоже невредим, ручки, блокнот, бумажные платки, влажные салфетки, косметичка, еще куча разных нужных мелочей — все было невредимо.

— Вкусные были камешки, много-много камешков, — тем временем мурчал мне на ухо котяра.

И тут я вытащила из сумки пустой пакет из-под карамелек:

— Боже, это же не камни! Тебе плохо станет! — испуганно ахнула я.

— А что? — Граар только удивленно распахнул свои огромные зеленые глазищи.

— Конфеты, — я поспешно схватила его под брюшко и побежала в панике, куда глаза глядят: — где тут ветеринара найти?

— Что за зверь такой? Такого не знаю, — буркнул Граар, вися в моих руках довольно тряпочкой.

— Ну, лекарь. А, не важно, — буркнула я и пристала к первому попавшемуся прохожему.

Прохожий от меня сперва шарахнулся, но все же указал нужное направление. Еще с полчаса я растеряно моталась по чужому городу, пытая прохожих, которые указывали мне на разные направления. Граар при этом подавать признаки отравления не собирался: выглядел довольным и периодически пытался вырваться из моей хватки, но мне все казалось, что он полетит и упадет. Я еще помнила, как таскала по ветеринаркам бабушкиного кота. Мне все казалось, что старушка не переживет горя от потери любимца. Продлить жизнь кота тогда удалось, сперва умерла бабушка, и только через несколько месяцев старичок Кузьма. Так я и осталась одна: отца никогда не знала, родители были не женаты. А мама... мама сбагрила меня бабушке и умотала строить свою личную жизнь. Появилась она только через полгода после похорон, надеясь на наследство, но бабушка женщиной была практичной и написала на меня завещание, оставив непутевую дочь ни с чем. Каких-то иллюзий на счет матери, которая перестала мне подарки на день рождения привозить еще до того, как я поступила в школу, у меня не было, но слабая надежда на нормальные отношения где-то теплилась, пока я не выслушала после объявления завещания кто я такая, как я ей жизнь испортила и как она меня ненавидит.

Только добежав до нужного места, я сообразила, что у меня вообще-то нет наличных денег. Впрочем, меня это не остановило, и я заскочила в кабинет лекаря.

— Простите, уважаемая ведьма, но я умею лечить животных, только людей лечу, да, — задумчиво пробормотал пожилой благообразный лекарь, на стол перед которым я посадила граара. — Тем более, что фамильяры — существа магические, обычному лекарю неведомые.

Нафырчав на непрофессионального, по моему мнению, врача, подхватила кота и побежала искать специалиста дальше. Граар же, пригревшись на моих руках, даже довольно замурчал.

Очередной испуганный моим видом и нахрапом прохожий указал мне на мост через реку, сказав, что хороший лекарь живет по ту сторону. Я побежала по каменному мосту, но затормозила где-то на середине. Басовитое мурчание у уха как-то совсем не ассоциировалось с болезнью. Взяла себя в руки, очухалась и, поставив довольного жизнь кота на толстый каменный парапет начала его тщательно осматривать: глаза казались все такими же яркими, его не тошнило, координация движений не нарушена, на вопросы отвечает нормально, ни поноса ни других признаков проблем со стулом нет. В целом Граар выглядел весьма спокойным и сытым, так что я засомневалась, что ему нужна помощь.

— Ну-ка еще раз скажи, чем маленьких грааров нужно кормить, — велела ему, пытливо глядя в наглые глаза.

— Подходят все кристаллы: рубины, сапфиры, бриллианты...

— А недрагоценные? Разные кварцы: аметист, горный хрусталь, цитрин?

— Можно, — кивнул Граар. — Все кристаллы можно.

Я зависла. В принципе, сахар — это же тоже в каком-то смысле кристалл.

— Может, тебе и не будет плохо, — задумчиво пробормотала я. — Но, если почувствуешь себя нехорошо, сразу мне говори!

— Хорошо, — мурлыкнул Граар. — А у тебя есть еще такие камешки?

— Ты все съел, — фыркнула я, котяра опять устроился у меня на плечах теплым воротником. — Но в принципе можно еще сделать.

— Тогда, так и быть, я с тобой останусь, — «обрадовал» меня наглый кот.

Я, впрочем, не стала возражать — быть в чужом мире в компании куда спокойнее, даже если твой друг совсем не человек.

Глава 2-5

Успокоившись по поводу здоровья кота, я решительно вернулась к своему исходному плану и у следующего встречного спросила уже, где находится ближайший ломбард. Там я, не стесняясь, сдала часть золотого лома, в который Граар превратил драгоценности. Конечно, это было воровство, но я сочла, что, если за мной долг в миллион, то еще сколько-то золота сверху — это все равно, мне и так не расплатиться. Работник ломбарда косился на меня удивленно и даже спросил, откуда у меня золотой лом, но я заявила, что этим со мной расплатилась клиентка, и этого оказалось достаточно. Так как украшения были испорчены, я получила за них деньги по весу, но и этого хватило, чтобы снять комнату в гостинице и плотно поужинать.

Оставшись, наедине с собой, я, наконец, освободила голову от платка и удивленно уставилась на кудри, доходящие до плеч. Еще только сегодня утром моя стрижка не прикрывала и мочек ушей, но зелье ведьмы оказалось весьма действенным. А, заглянув в зеркало, я заметила эффект и на лице: щеки заметно уменьшились, а ресницы стали темнее и гуще, морщинки вокруг глаз разгладились, контур лица подтянулся. Ощупав себя, обнаружила, что и штаны держатся у меня на похудевших бедрах на одном честном слове, хорошо еще, что я не потеряла их на улице. Платье-то все скрывало, но все же мог бы случиться конфуз.

Раздевшись, я внимательно осмотрела себя. Не то чтобы я была такой уж толстой, но лишний вес присутствовал в моей жизни всегда, а теперь уменьшился животик, ляжки, руки, «уши» над поясом... в общем, долго перечислять. Фигура была все еще не идеальной, но изменения впечатляли, я так выглядела только после отпуска, в котором ела в основном фрукты.

И я задумалась. Скорее всего, меня будут искать — все же, неустойка в миллион местных золотых монет — драконов. Видели меня немногие: служанки, лорд и противный брачный агент, но у них есть моя фотография из анкеты, правда, там я сильно накрашена и голова повернута, смотрю из-под челки, чтобы прикрыть полные щечки... может, по фотографии меня и не признают. Но те люди, что встречали меня лично вполне могли узнать, даже под маскировкой ведьмы. А вот если и дальше принимать зелья, то, может, и не признают. Бутылочки зелий я захватила с собой на всякий случай, подумывая если не использовать, то продать, а тут подумала все же применить на себе. Правда, подписей на бутылочках не было, только невнятные какие-то значки, поэтому я не знала, что для чего. Ну, кроме зелья для увеличения груди — оно стояло отдельно и его я запомнила. Остальные же придется пить все.

Вечер я потратила на более внимательное изучение брачного контракта, чтобы понять, во что же я вляпалась. Нашла тот самый мелкий шрифт — там было указано, что я обязуюсь компенсировать агентству все затраты на переезд к жениху. И как я это пропустила? Не иначе гипноз. Впрочем, в моем-то мире я бы никуда и не поехала бы просто, вот и должна бы не была, а тут меня без спросу перебросили в другой мир.

Документы я читала вслух, потому что Граару было скучно. Он вылизывал себя между ног и не ленился комментировать мои умственные способности, что я подписала контракт на таких условиях.

— Как же мне теперь вернуться домой, — простонала я, дочитав.

— Заработать два миллиона драконов? — хмыкнул кот, щуря на меня зеленые глаза.

— А еще какие варианты? — я решила подольститься к котяре: — ну, ты же умный, мудрый скальный Граар, подскажи мне.

— А у тебя в твоем мире дети?

— Что? Нет, я и замужем не была.

— Родители?

— Мы не общаемся, — передернула зябко плечами. Ближе бабушки у меня никого не было, а она уже умерла.

— Тогда оставайся, — расплылся в клыкастой улыбке Граар. — Сделаешь мне своих кристаллов, как обещала.

— Вообще-то, я еще ничего не обещала, — фыркнула я. — И потом, как я останусь: у меня же здесь долг в миллион. А замуж за этого твоего козла... лорда Арвина, я не собираюсь.

— Он не козел, а дракон, глупая женщина.

— Одно другому не мешает.

— И потом, не нравится тебе Арвин — выходи за другого.

— В смысле?

— Ты что, невнимательно читала? — он закатил глаза и вздохнул с показательной тяжестью. — По традиции все официальные бумаги драконы заключают на род, так как один дракон легко взаимозаменяем другими. Сегодня наместником в Черном замке является Арвин, через несколько лет кто-то другой. Это как дежурства. Кого выбирают на родовом слете, тот и занимается. Что же, каждый раз все документы менять? Нет. Поэтому все важные документы подписывают именем «лорд рода Черных Крыльев». Но лордов таких много, может, с десяток, не считая других рядовых членов рода. Но тебе-то, конечно, нужны только лорды.

— Я не понимаю, — призналась я. — Что значит лорды — не лорды?

— В клане рождаются дети, некоторые из них обретают способность становиться драконами — тех зовут лордами. Другие такой способности так и не получают и просто являются членами рода, они отличаются от обычных людей тем, что имеют драконью магию, но среди их детей уже будут рождены только обычные люди, так как сами они не совсем драконы. Тебе нужен «лорд», то есть тот из рода, кто умеет обращаться в дракона. Если выйдешь за такого замуж, то контракт будет реализован, и неустойку платить не придется.

Меня передернуло:

— Как-то я не готова замуж за незнакомца, да еще превращающегося в дракона. По-моему они все немного с прибабахом.

— Кто бы говорил, — фыркнул кот.

— Может, мне просто из города уехать? Спрятаться на время, пока меня не перестанут искать? — усомнилась я. Ехать в какую-нибудь глушь не хотелось, но, если жизнь так повернулась... потом накопить миллион и все же заплатить за переход в свой мир.

— Вот дура-то! — фыркнул кот. — На тебе же браслет!

— Браслет? — про украшение я уже и позабыла, поэтому судорожно в очередной раз попыталась стянуть его с руки, но ничего не получалось. Более того, мне показалось, что, чем больше я тяну, тем уже становится серебряный ободок.

— Браслет невесты, — потягиваясь, сообщил кот. — Дракон завсегда знает, где его невеста.

— Это что, еще и браслет с джи-пи-эс?! Боги, почему ты мне сразу не сказал?! — запаниковала я. — Они же нас сейчас найдут! Нужно срочно убегать!

— Да не найдут, — котяра спокойно перевернулся на спину и принялся потираться о кровать, распластав крылья по покрывалу. — Браслет не настолько точен. Дракон просто чувствует общее направление. Если дальше убежать и в какой-нибудь деревне спрятаться, он почует, прилетит и легко найдет. А если в городе спрятаться, он будет просто знать район и только, искать придется своими силами. Так что не шебурши, спать мешаешь.

— Ты! Ты хоть понимаешь, как это важно! Почему ты сразу мне не сказал?!

— Так ты же и так, вроде, собиралась остаться в Черном городе и среди людей спрятаться. И маскировка у тебя подходящая. Все тип-топ складывается, просто не суетись.

— А на что этот браслет еще способен? Может, он все же сможет меня найти? Как его снять? Зачем браслет вообще нужен? — принялась пытать кота я.

— Да не знаю я! — возмутился тот и отлетел от меня подальше. — Слышал, что браслеты для драконов — это очень важно, да только глупо же, на них даже камешков нет.

— Да при чем тут камни!

— Как же! Камни при всем, мне же кушать надо, чтобы вырасти!

— А что браслеты? О браслетах ты что знаешь?

— Да мне и неинтересно было. Вспомнил только, что дракон по ним найти может потерявшуюся жену, но и то только общее направление, район поисков. Тут как-то у одного лорда жена в лесу заблудилась — весь род Черных Крыльев поднялся ее искать и лес прочесывать. Если б браслет сразу точное место указал, то не пришлось бы на это три дня тратить, она там чуть в этом лесу не умерла за это время.

— Черные Крылья, Черный замок, Черный город, Черная гора — что тут все такое черное-то? Других цветов что ли нету? Как в детской страшилке, — проворчала я.

— Так а как же? Черный город — столица владений рода Черных крыльев. У них в роду все драконы с черной чешуей или хотя бы с темной. А сила их роднит с горой, в которой добывают черные кристаллы, вот и так и называют. Так что увидишь цветного дракона — глаз на него не клади, тебе черный нужен, чтобы контракт соблюсти. А иначе придется миллион выплачивать.

— Да не нужно мне никаких драконов! — возмутилась я.

— Нужно не нужно, а контракт есть контракт. Либо свадьба, либо деньги, либо скрываться до скончания века, — Граар вернулся на кровать и деловито потянулся, растопыривая пальчики и сверкая острыми когтями. — Выбери, что делать будешь и не суетись, — подвел итог он, укладываясь спать, будто так и надо. Даже глаза прикрыл.

— Не суетись, не суетись, — проворчала я, садясь обратно на кровать. — Как будто это так просто. Как мне здесь жить? Что мне делать? Я домой вообще-то хочу! Там Ленка и Катька будут волноваться. Может, даже в розыск объявят. И квартира у меня там, и вообще...

— И кот? — казавшийся прежде расслабленным Граар приоткрыл ярко-зеленый глаз и уставился на меня с подозрением. — Это к нему ты так рвешься?

— Нет у меня никакого кота. У бабушки был и тот умер уже. А я все не решалась завести животное — боялась, не смогу о нем хорошо заботиться... — тяжело вздохнула я.

— Не бойся, — с довольным видом залез мне на колени Граар. — Теперь я буду о тебе заботится. Давай спать, утро вечера мудренее. А ты мне еще леденцы сделать обещала.

Вообще-то я не обещала, но спорить не стала. Посидела еще немного, в прострации глядя в окно и почесывая топчущегося на моих коленях Граара, а потом действительно разделась и легла в кровать. Нужно просто отдохнуть, нужно чтобы произошедшее в голове как-то устаканилось, а то пока в ней один сумбур. Думала, что заснуть не смогу, Граар устроил себе гнездо на соседней подушке, свернулся клубком и принялся тихо мурлыкать. Под эти звуки я и провалилась в сон почти мгновенно.

Глава 2-6

Утром меня разбудило жалобное мяуканье. Подорвавшись с кровати, я готова была хватать кота и бежать-таки к лекарю:

— Где болит? — завопила я.

— Есть хочу. Сделай еще камешков, — заявил наглый котяра, вызвав у меня мученический стон.

Из комнаты я выходила в полной боевой готовности. За ночь волосы еще отросли и достигли уже длины по лопатки. Кажется, рост замедлился — действие зелья ослабевало. Я еще похудела, и пришлось затягивать штаны ремнем. В зеркале я себя еле узнала. Решительно вытащила флакончики и отпила из каждого по глотку, чтобы и другие не узнали тоже. Потом заплела волосы в косу и спрятала под платок, оделась во все черное и под нытье Граара отправилась на рынок.

Теперь уже я шла изучать этот мир. Золото, которое я прихватила из замка, могло быстро кончится, если жить в гостинице. Мне нужна была работа и более дешевое жилье. А еще желательно прибыльное дело, чтобы потенциально накопить миллион золотых, хотя цифра была астрономическая.

Меня интересовал один вопрос — почему Граар при своей манере совать нос везде и всюду, прежде не наткнулся ни разу на леденцы. Уровень развития этого мира с трудом сопоставлялся с историей моего. С одной стороны, одежда похожа на старинную: платья в пол, у женщин побогаче и юбки пышнее, и кринолины, и корсеты. Мужчины некоторые ходили по улицам с мечами на боку. Прямо-таки средневековье. И в то же время стеклянные витрины, подсвеченные зачастую магическими артефактами, водопровод, пусть и только с холодной водой, канализация, никаких нечистот на улицах. Как этого добивались при том, что люди передвигались на лошадях, я поняла не сразу, но потом услышала, как двое стражников ругались на какого-то деревенского мужичка с телегой. Оказалось, что в городе находиться лошадям было разрешено только со специальным уничтожающим их отходы артефактом, а этот увалень не знал, и его лошадь наделала гору прямо перед управлением стражи. Короче, ему грозили штрафом и требовали немедленно убрать за животным.

В общем, благодаря артефактам разного рода, город был чистеньким и выглядел цивилизованным. А вот леденцы никак не находились. По дороге я заходила во все кондитерские, булочные и кафе, и, распугивая посетителей, рассматривала витрины, пытаясь сообразить, что тут готовят и используют, но не видела даже простых петушков на палочке. Решила было даже что сахар тут не продается, но потом на рынке нашла нужную лавку. Граар, увидев сахар в виде песка, сморщился, зафыркал и, спустившись на пол, даже символически попытался его «закопать». Я же решительно купила мешочек. Потом еще прошлась по рынку, разглядывая разные овощи и фрукты и купила несколько видов, напомнивших мне земные. Внешний вид немного отличался, например, местная свекла по форме напоминала морковку, а морковь выглядела как множество тонких прутиков, но я понадеялась, что и из этих ингредиентов мне удастся сделать что-то путное.

Граар фырчал и ворчал, что из дурацкого песка нельзя сделать камешки, но я только хмыкала. Кто в нашем мире не умел делать конфеты из жженого сахара? У бабушки даже была старая форма, с помощью которой можно было сделать леденцовых петушков и рыбок. Я их в детстве обожала, а потом во взрослом возрасте открыла для себя ютуб с бесконечными рецептами разных сластей: торты, пирожные, профитроли, шоколадные конфеты и, конечно, леденцы разных форм и расцветок. Признаюсь честно, лишние кило у меня на боках не из воздуха взялись. Чаще я, конечно, ленилась и покупала сладости в готовом виде, но иногда накатывало вдохновение, и я экспериментировала, следуя онлайн-урокам.

Хозяйка гостиницы, где я остановилась, не посмела мне отказать в просьбе и предоставила свою кухню под эксперименты, только с условием, что я займу ее после закрытия заведения и после приберусь, не оставив на кухне ничего опасного. Я клятвенно поклялась, что не собираюсь готовить у нее яды, только еду. Ждать пришлось долго, заведение работало до полуночи, а потом, сопровождаемая испуганными взглядами кухонных слуг, я заняла место у плиты. Главная кухарка, заикаясь, показала мне, как что работает — на мое счастье одна из плит функционировала не на дровах, а на артефактах, что позволяло, двигая по желобу штырек, контролировать нагрев конфорки практически как на современных электроплитах. У нее и духовка была, что вообще шикарно. Поблагодарив женщину за помощь, я выпроводила ее из кухни и тщательно заперла дверь — свои секреты открывать я никому не собиралась.

Так что ночью я под жалобы голодного Граара начала делать конфеты. Но сразу решила, что просто леденцы из жженого сахара — это слишком просто, это кто угодно может. Поэтому я начала делать натуральные красители из закупленных материалов, одновременно поставив вариться глюкозный сироп. Начала с простого: мелко порезала местную свеклу за неимением терки, залила водой и начала тушить. Сперва мне показалось, что ничего не вышло — смесь окрасилась в неприятный буро-коричневый цвет. Подумав, я поставила еще одну порцию, но в нее добавила немного сока кислого цитрусового фрукта, который я прикупила на рынке. На вид он был оранжевым, а на вкус напоминал лайм, но заменить сок лимона, чтобы свекла не потемнела, смог. Его же использовала для сиропа вместо лимонной кислоты.

Делать все вручную из ингредиентов, а не использовать современные готовые полуфабрикаты, было тяжело. Тем более, что под рукой не было погружного термометра, приходилось консистенцию проверять на глаз по толщине стекающей с ложки нити, температуру кипения — по виду пузырьков. Первая партия сиропа засахарилась, но вторая вроде бы удалась, я перелила его в глиняную крынку с крышкой и продолжила работать.

Следующий этап — сама карамель. Смешала сахар, воду и сироп, поставила на огонь, потом добавила сока цитрусового фрукта, который использовала как замену лимону. Вместо силиконового коврика пришлось использовать лист пергаментной бумаги, которую тут применяли в готовке. Вылила на бумагу две порции карамели, в одну из них добавила красный краситель, который пришлось среди резаной свеклы вылавливать ложкой. Сперва казалось темновато, но потом перемешала — вроде и ничего. Было страшно, что карамель намертво прилипнет к бумаге, но я ее помешивала постепенно, и она начала отлипать, как и положено.

Порцию белой карамели скатала ложкой кое-как и, переложив на отдельный кусок пергамента, сунула в подогретую духовку, надеясь, что температура окажется подходящей — должно быть примерно сто градусов, а тут как определишь, только на глаз. Первую же порцию начала катать — сперва руками, согнув пергамент и помогая себе полотенцем, чтобы было не так горячо, а потом приноровилась и начала тянуть ее и складывать прямо руками. Горячо, без перчаток ужасно неудобно, но руки приспосабливались. Постепенно карамель приобретала знакомый розово-глянцевый блеск. Сунув красную порцию в духовку, чтобы не остыла, занялась светлой. Она вышла не идеально белой, а желтоватой, но при растягивании постепенно становилась белесой, как и нужно.

Наконец, я скатала из карамели обоих цветов довольно тонкие колбаски, для чего ее пришлось несколько раз разрезать ножом, и начала сворачивать эти колбаски в красно-белые жгутики. Можно было бы оставить их классическими «тросточками», но я навертела небольших улиток, буквально в два-три оборота, чтобы конфету можно было сразу сунуть в рот и не нужно было сажать ее на палочку. Леденцы получились кривоватые, но я надеялась, что и так сойдет для первого раза.

Несколько одноцветных еще леденцовых палочек, которые я не убрала в духовку и которыми не успела заняться, застыли как есть, и я отдала их Граару. Тот схватил добычу в лапы и, взлетев на шкаф, захрустел конфетами, рассыпая всюду разноцветную крошку.

Я же принялась за уборку, раздумывая о том, чтобы с кульком самодельных конфет завтра пройтись по кафешкам и кондитерским и поискать работу. Вроде бы здесь никто ничего подобного не делает, значит и работу найти должно быть довольно легко.

— Еще хочу, — заявил Граар, расправившись с леденцами.

И я поняла, что куда сложнее, чем найти место, будет уберечь от кота образцы конфет.

Глава 3-1

— Там опять дракон пришел, — хихикнула официантка Клодина, забегая на кухню.

Я похолодела и слишком сильно сжала заготовку для конфет.

Мне уже показалось, что я скрылась, что пронесло. Город не наводнили сотни стражников, мои фотографии не расклеивали на столбах с подписью «ее разыскивает наместник». Вообще ничего не происходило, и я расслабилась. Человек не может долго пребывать в страхе, он адаптируется. И я поверила, что все получилось, что меня похудевшую и изменившуюся, да еще и в платье ведьмы, никто не узнает. Может, я и вовсе не нужна уже дракону — я ведь ему и раньше-то не понравилась. Правда, проверять это я, конечно, не собиралась, но надеялась. И тут вдруг опять — дракон! И где — в простенькой кафешке, куда я устроилась работать.

Опомнившись, посмотрела на свои руки: симпатичная леденцовая колбаска, внутри которой я тщательно выкладывала сердечко и аккуратно растягивала, чтобы потом порезать на леденцы с рисунком, превратилась в неровную ерундовину только Граару на обед годящуюся. Он был бы, конечно, рад, но не хозяин кондитерской, куда я устроилась две недели назад.

— Опять он здесь? Ох, какой он симпатичный! Вот бы он обратил на меня внимание! — защебетали тем временем девушки, работающие на кухне.

Я удивленно на них оглянулась — никогда бы не подумала, что мой несостоявшийся жених может вызывать у кого-то такую реакцию. Он симпатичный, конечно, но козел же редкостный. Их поведение совсем не походило на то, каким оно должно быть, если кафе пришли обыскивать, чтобы найти беглянку.

— Пойдем-пойдем, посмотрим, — подбила повариха местную судомойку и они тихо и вроде как незаметно для главного повара прокрались ко двери в зал для посетителей.

— Вон он сидит за крайним столиком, — проинструктировала Клодина. — Красавчик, правда?

Главный повар — господин Дарбер — он же хозяин этого заведения, только закатил глаза, привычный к подобным выкрутасам в женском коллективе. Официантки работниц кухни только подзадоривали, вздыхая о красавце-драконе. Не утерпев, я тоже прокралась за спинами девушек и через приоткрытую дверь разглядела парочку единственных в этот час посетителей: красивая девушка-брюнетка с большими глазами, напоминающая итальянку, в алом платье, чрезвычайно ей идущем, стреляла глазками на молодого парня напротив. Он был темноволос, но скорее темно-русый с рыжинкой, чем брюнет, с правильными породистыми чертами лица и открытой, словно солнышко, улыбкой.

— Это же не Арвин, — от удивления не сдержалась я.

— Конечно, нет, что здесь делать наместнику, — фыркнула Клодина и только потом поняла, кому это сказала. — Ой, простите, госпожа ведьма, — она даже сделала книксен и спрятала глаза, чтобы я ее не сглазила.

Я только отмахнулась и поспешила обратно за свой стол, установленный подальше от остальных.

— Ох, какой же красавец, какой романтик! — продолжали причитать девушки, вернувшись на свои рабочие места.

— Надеюсь, хоть в этот раз лорду Керушу повезет, — Клодина сделала знак, оберегающий от сглаза, и, подхватив поднос, вернулась в зал.

Я нет-нет да прислушивалась к разговорам остальных кухонных работников. Кажется, этот дракон регулярно ходит в кафе на свидания, а совсем не меня ищет. Слава всем богам, но все же лучше не попадаться ему на глаза. Хорошо, что я работаю на кухне и не выхожу в зал.

Руки тем временем занялись подпорченной заготовкой. Сперва сунула ее в духовку чуть разогреть, потом начала изучать результат. Отрезала части, которые не особенно пострадали от моих рук: я сжала «колбаску» прямо в центре, а так с будущими узорными конфетами никак нельзя, толстую заготовку нужно аккуратно и постепенно вытягивать, чтобы сделать уже, не повредив рисунок. Края, однако, не пострадали и я закончила вытяжку: дотянула колбаску до диаметра примерно в два с половиной сантиметров, нарезала из нее кружочков и разложила остывать. По краям отрезала неудачные части с кривым рисунком, быстро раскатала в тонкую колбаску с невнятными красными всполохами и накрутила конфет-улиток. Они будут проданы подешевле. Потом вытащила из духовки подпорченную часть, кое-как выровняла следы от пальцев, разрезала пополам, чтобы посмотреть на рисунок. На белом фоне было просто розовое пятно, форма сердца не прослеживалась. Ладно, исправим. Деревянной шпажкой начала проминать стороны, формируя лепестки цветочка. Получился не очень ровный четырехлистник, но в целом относительно прилично. Вытянула аккуратно и порезала. Стиль «кривенько, но миленько», но хоть не на выброс. Совсем некрасивые отложила отдельно: их, если не расхватают работницы кафе, отнесу домой на прокорм Граару.

Конфеты разложила на противень, потом подняла его и понесла в более сухую и прохладную кладовку. Оставив там конфеты остывать, вышла подышать на улицу. На кухне кондитерской было очень жарко из-за нескольких печей, до кондиционеров в этом мире еще не додумались. Я задумчиво обмахивалась фартуком, прогуливаясь по переулку между нашей кафешкой и соседним магазином женского платья. По площади мимо прошел со своей девушкой давешний дракон. Она держала его под руку и с интересом что-то слушала, в то время как парень улыбался, словно солнышко и, активно жестикулируя, что-то рассказывал. Девушка засмеялась, сильнее прижимаясь к его плечу грудью. Они замерли, глядя друг другу в глаза. Красивая пара. На миг мне даже захотелось оказаться на ее месте. Руки дракона скользнули на талию девушки, губы приблизились к ее губам, смешивая дыхание... в последний миг она отвернулась и чмокнула его в щеку. Сверкнула глазами лукаво и, вывернувшись из объятий, пошла дальше по площади, что-то спрашивая. Дракон догнал ее, дальше они шли, держась за руки и переплетя пальцы. Я проводила их задумчивым взглядом.

Вроде, и есть среди драконов адекватные. Тяжело вздохнув, вернулась на свое рабочее место.

В это кафе-кондитерскую я устроилась через три дня после побега. Все оказалось не так просто, как мне думалось. Моя маскировка отлично работала, чтобы замести следы, на меня старались не смотреть прохожие, но с другой стороны, и работу мне оказалось найти непросто. Даже небольшую комнату удалось снять быстрее, чем найти место. Я ходила по кафешкам, предлагая попробовать мои новейшие оригинальные разработки в кондитерском искусстве, но многие владельцы боялись даже прикасаться к конфетам, не то что пробовали. Улыбались, кивали, но, «при всем уважении, госпожа ведьма, у нас штат уже полон, боюсь, мы не сможем оплатить еще одну ставку» или даже «ох, у нас так плохо идут дела, мы даже подумываем уволить часть сотрудников, а не брать новых». Я даже подумывала о том, чтобы избавиться от маскировки и притвориться обычной горожанкой, но было как-то страшно.

Повезло, что господин Дарбер оказался не из пугливых. Его кафе было совершенно обычным: находилось не в самом центре, работало не на аристократов, а на смешанную, хоть и имеющую какие-то деньги публику. Неподалеку располагалась женская гимназия, так что идущие мимо ученицы иногда забегали к нам попить чаю после уроков, а вечерами столики занимали влюбленные парочки чуть выше среднего достатка.

Господин Дарбер прекрасно понимал, что его заведению не хватает какой-то фишки, чего-то оригинального, что привлекло бы внимание более богатой публики. Но найти ничего подобного не мог. А тут я. Он быстро понял, что красивые цветные леденцы могут стать той самой фишкой. Правда, продать технологию их создания я не согласилась ни в какую: потребовала себе отдельный стол подальше от других, плиту на амулете и все возможные по местным меркам удобства. Но и то красители я готовила в одиночестве дома, по вечерам экспериментируя с местными овощами, ягодами и фруктами. С красным цветом мне, откровенно говоря, повезло, а вот с остальными было сложнее — не хватало знаний в местной флоре. Пока с желтой краской из местной моркови не срасталось, я пробовала два известных мне метода: тушить, как свеклу, и залить маслом, как делать нужно с земной морковью, но ни один не сработал. Куркуму в этом мире я тоже пока не нашла. Еще был вариант с местным вариантом лимона — он был ярко-оранжевого цвета и, если я слишком возилась с ним, шкурка окрашивала мои пальцы в желтоватый цвет. Я попробовала срезать шкурку, разделить на несколько порций и в разных баночках поставила настаивать, надеясь, что будет какой-то эффект. Остальные цвета: зеленый, синий — добыть было еще сложнее, но я не собиралась бросать эксперименты.

В общем, работы было еще не початый край, зато и зарплату господин Дарбер поставил мне сразу хорошую. Конфеты с сердцем немедленно обрели популярность, официантки не уставали повторять наш лозунг: «хотите объясниться в любви — подарите даме сладкое сердце». Еще сердечки использовали в украшении пирожных и даже тортов — тут уже на любой кошелек. Для украшения пирожных также я делала золотистую сахарную вату, быстрыми движениями взбивая венчиком карамель. Здесь ее прозвали «золотой паутиной». А еще тонкие карамельные палочки, завитушки или решетки.

— Госпожа Рина, — встретил меня возбужденно блестящий глазами хозяин кондитерской, когда я вернулась на кухню. Здесь я представлялась сокращенным именем, отбросив буквы «Ма» от своего земного имени, — у нас очень важный заказ. Будем на завтра печь торт: сверху нужно украсить золотой паутиной, по бокам двенадцать леденцов с сердцами, только больших, — он показал на пальцах, расставив указательный и большой палец где-то сантиметров на пять. — У торта будет три этажа, а сверху нужно из прозрачной карамели сделать украшения. На ваш вкус, но лучше всего чтобы были цветы.

— Это кто такое заказал? Кто-то важный? — удивилась я.

— Лорд-дракон, очень важно не ударить в грязь лицом! Это может стать большим шансом для нашего заведения!

— Наверное, предложение делать будет! — буквально простонала подслушивающая Клодина, и в кухне раздался слаженный восторженно-несчастный стон ото всех молодых девушек.

Кажется, все они мечтали оказаться на месте избранницы дракона.

Глава 3-2

Этим утром господин Дарбер разрешил мне прийти на работу попозже, но я не стала отсыпаться дома, а наоборот с любопытством прибежала в кондитерскую, улыбаясь и перемигиваясь с другими девушками. Эта ночь, проведенная в работе над тортом, разбила лед в наших отношениях. То они меня все время шугались из-за того, что я ведьма, а тут я честно сказала:

— Хватит уже глаза отводить, с чего вы вообще взяли, что мне хочется свою магическую силу на вас тратить? Сглаз — это не раз плюнуть, просто так такого никто делать не будет.

Девушки сперва напрягались, а потом все же начали болтать и даже перестали вздрагивать в ответ на мои реплики. А потом пошло-поехало.

На ночь мы остались втроем: я, безотказная повариха Эмма, которая должна была собирать торт из коржей и хохотушка официантка Клодина, которая осталась на подхвате и в качестве замены миксеру, чтобы взбивать крема. Остальные разбежались по домам, включая господина Дарбера, нам же предстояло доделать и украсить заказ. У всех остальных были семьи-дети, обязательства, а мы вот должны были отдуваться. Ну, и премию нам тоже обещали, так что жаловаться не на что. Я только сбегала домой предупредить Граара, что вернусь поздно и ссыпала для него в миску на столе некондиционные леденцы, которые хозяин разрешал мне забирать себе.

Конечно, я могла бы налепить колбаску из крупных карамельных сердечек и свалить, но я решила, что это возможность наладить отношения с коллективом. Получилось далеко не сразу, все же одно дело просто новенькая, а другое — ведьма. Но ночное бдение и усталость привели к тому, что лед все же тронулся.

Результатом нашего совместного творчества стал великолепный торт нежно-розового цвета, на который я не пожалела немного своего красителя. По форме он был вырезан в форме сердца, боковые части украшали леденцы. Второй этаж торта был покрыт простым белым кремом, но на нем были разложены легкие блестящие кусочки золотистой сахарной ваты. Третий же этаж в ней просто утопал и был, в отличии от первых двух, круглым. Это был самый сложный наш эксперимент, тут мы с девочками постарались все втроем, потому что одна я просто не справилась бы. Мы наложили на верхний корж слой крема потолще, укутали сахарной ватой, а потом в это великолепие втыкали лепестки из жженого сахара. Я-то, конечно, хотела бы сделать настоящую карамельную розу, но тут мне не хватило бы ни умений, ни приспособлений — там нужна горелка. Вместо этого мы просто выливали карамель на бумагу и чуть сгибали, пока не застыла, а потом лепестки выстроили по кругу. Получилось не роза, а что-то вроде капусты, честно говоря, но мои коллеги были в восторге — ничего похожего тут никто не делал.

Да и господин Дарбер, увидев результат нашей работы, обещал большую премию и заметил:

— Очень похоже на магический лотос. Вы молодцы.

— А вы его видели когда-нибудь? — восторженно ахнула Клодина.

Мужчина кивнул:

— В молодости. Я как-то был на балу-маскараде в Черном замке и был свидетелем того, как один из лордов сделал девушке предложение. На ее руке расцвел золотой цветок. Конечно, я был слишком далеко, но... это было просто прекрасно, — мечтательно вздохнул он.

Остальные присутствующие тоже очень воодушевились, а я, сглотнув, почесала браслет, спрятанный под рукавом моего платья — он не снимался через ладонь, а, когда я упорствовала, даже сужался, плотно сжимая запястье. Если же его не трогать, он расширялся обратно, и я носила его повыше на предплечье, подвигая ближе к локтю, чтобы не было видно из-под рукава.

Где-то после полудня Клодина забежала в кухню с горящими глазами:

— Лорд дракон пришел!

Опять девушки пытались незаметно заглянуть в зал, а вот хозяин сам достал из холодного шкафа наш великолепный торт.

Тот самый дракон по имени лорд Керуш сидел за одном из столиков, с нежной улыбкой глядя на все ту же девушку. Когда господин Дарбер поставил перед ними торт и удалился, красавица прослезилась. С кухни не было слышно, но я читала по губам и практически была уверена, что дракон сказал ей:

— Я люблю тебя. И я надеюсь, что ты сможешь стать моей женой, — после чего опустился на одно колено и протянул ей... серебряный браслет.

Брюнетка, по лицу которой текли слезы, протянула ему руку. Браслет защелкнулся на тонком запястье... и ничего не произошло. Девушки замерли, разинув рты, будто при просмотре любимого сериала... и ничего не произошло. Я помнила свет, появившийся на моей руке, когда мне надели браслет. Но у этой девушки такого не случилось.

— Мне жаль, — в наступившей тишине слова дракона было четко слышно.

Он быстрым движением снял браслет с руки девушки, хотя, кажется, она пыталась его поймать. Поклонился ей и, понурившись, вышел вон из кондитерской.

Наступила тишина. Наверное, я ожидала, что она заплачет, но несостоявшаяся невеста дракона всех удивила. Зарычав, девушка неожиданно столкнула наш великолепный торт со стола, вскочила так, что стул завалился назад, и, оттолкнув Клодину с дороги, выскочила вон из кафе, пыша яростью. Присутствующие в кафе служащие и посетители так и остались стоять в шоке, только Клодина подошла, с жалостью разглядывая, испорченный торт.

Торт выбросили, пол вымыли, перед посетителями извинились, а работу нашу дракон оплатил еще вчера, так что в накладе кондитерская не осталась. Постепенно все вернулись к своим обязанностям. Воспользовавшись тем, что посетители ушли, Клодина зашла на кухню и сунула в рот один из отбракованных леденцов, произнесла задумчиво:

— Эх, не везет господину Керушу, не везет.

— Что, у него не первый раз так? — хмыкнула я, помешивая на плете новую порцию карамели.

— Ну... так чтобы тортами швыряться — это впервые, — фыркнула она. — А вообще уже третья неудачная невеста за год моей работы здесь.

Я удивленно подняла брови.

— Ничего себе. Он, оказывается, бабник.

— Ищет свое счастье, как все мы, — нежно улыбнулась Клодина. — Но только у драконов с этим сложнее.

Тут я поняла, что могу получить информацию об этом мире, в которой сильно нуждалась:

— Почему?

— Боже, Рина, из какой дыры ты к нам явилась, я прям удивляюсь? Ты же, вроде, ведьма, все должна знать, — фыркнула Эмма.

Остальные девушки удивленно замерли, готовые, наверно, бежать в случае, если я разозлюсь.

— Я в деревне жила, с бабушкой, — сказала спокойно. — У нас в округе драконов не было. А бабушка умерла до того, как всему меня обучила, вот я и решила в город перебраться.

— Ох, бедная, так ты сирота? — Эмма моментально прониклась ко мне жалостью. Я кивнула, даже обманывать не пришлось — сирота при живой матери.

— Так что там с драконами? Я ничего не поняла, — постаралась направить разговор в прежнее русло.

— Ну, как же? — Клодина села на стул и разгладила юбку. — Дракон может жениться только на женщине, в которой есть искра магии. Тогда их дети с большой вероятностью будут рождены драконами, а после ритуала в храме продолжительность жизни женщины сравняется с длиной жизни мужа.

— А среди драконов женщин нет?

— Есть но очень мало. Если рождается в браке девочка, она чаще оказывается бескрылой. Живет долго, магией владеет, но обратиться не может. От такой женщины вероятность рождения дракончиков еще меньше, чем от человеческой, как ни странно. Поэтому в основном мужчины-драконы ищут пару среди людей. Знакомятся, влюбляются, дарят браслет... а дальше повезет или не повезет. Некоторые все равно женятся на любимых женщинах, даже если в тех нет магии, но это очень грустная история: он живет и смотрит, как жена стареет и умирает, а сам в это время не меняется...

— Действительно, грустно, — кивнула я. — Не проще ли было бы сперва проверять всех девочек на магию, а потом уже среди них искать себе спокойно жену?

— Некоторые так и делают, — кивнула Клодниа. — Говорят, на далеком юге несколько драконов создали такое прибыльное дело. Они создают браслеты и примеряют их всем девочкам подряд. Если браслет срабатывает, девочку выкупают у семьи и воспитывают в специальном учебном заведении, а потом, когда она вырастает, устраивают среди драконов аукцион. Цена на такую жену доходит до десятков миллионов золотых драконов!

— Быть не может! — ахнула Эмма.

— Да-да, моей матушке рассказывал об этом торговец, приезжий с юга.

А я подумала, что, оказывается, попаданки тут выходят дешевле, чем найти местную жену.

— Но вообще-то среди северных драконов это считается очень неприлично — покупать жену, как товар, — продолжила Клодниа, а я едва сдержала скептический фырк. — Да и выходит, что дракон должен создавать свои браслеты все время, а для этого нужно очень много магии. Каждый браслет невесты дракона — это чистое воплощение его магии, он дарит удачу его носительнице, защищает и оберегает. Такими вещами просто так не разбрасываются.

— Только торгуют по очень внушительной цене вместе с невестами, — хмыкнула я и мельком подумала — неужели драконий браслет и мне дарит удачу? Или это просто сказки для людей?

— А я бы примерила драконий браслет. Так, чтобы знать просто, — вздохнула Эмма. — Если бы не чей-то, а так, просто проверить. Знать заранее — подходишь ты или нет.

— Я бы тоже, — кивнула Клодина и тяжело вздохнула, а я заподозрила, что лорду Керушу она не просто сочувствует в том, что он никак не найдет себе невесту.

— А я бы нет, — буркнула я.

— Так тебе и не надо, — хихикнула Клодина.

— Почему?

— Ну, как же? — обе явно растерялись от моего вопроса, а потом девушка собралась с мыслями. — Ты ведь ведьма, — будто это что-то объясняло.

— Ну, ведьма...

— Значит магия у тебя точно есть, — продолжила Клодина. Я испуганно замерла. — Но только ты способна ее выпускать наружу, управлять ею. А невеста должна магию накапливать внутри, это как магическое семечко, которому нельзя давать высвобождаться. Тогда дети родятся одаренными. Если же ты стала ведьмой, значит уже невестой дракона стать не сможешь. Вот так.

— А, ну, да, точно, — кивнула я, будто это уже знала.

— Клодина, посетители, — окликнула официантку другая девушка, заглянув на кухню, и она поспешно убежала.

— Мне жаль, — тем временем Эмма похлопала меня по руке.

— Почему? — не поняла я.

— Ну, как же?.. Ведьмой может стать только женщина, которая пережила такое огромное горе, что ее сила выплеснулась наружу. Просто так это не случается, поэтому среди них так много вдов — от горя случается инициация. А ты когда... стала ведьмой?

— После смерти родителей, — соврала я, придумывая на ходу. — От пожара. У меня ничего не осталось. После меня бабушка к себе и забрала. Она тоже была ведьмой, меня учила. Научила меня конфеты вот делать. Это мне больше всего нравилось. А потом умерла, не доучив.

— Тебе наставницу, наверное, нужно найти, — заботливо предположила Эмма.

— Может быть... но мне и так хорошо. Работа есть, жилье, что еще нужно...

Она растеряно покивала, а я подумала, что, оказывается, у меня есть не один, а целых три варианта, что делать. Во-первых, выйти замуж за Арвина, как изначально предполагалось — но я не согласна совершенно. Во-вторых, как предлагал Граар, выйти замуж за кого-то другого из того же рода. Ну, или достаточно богатого, чтобы заплатить мои долги по контракту. Все же миллион — это не десять. И третий вариант — стать настоящей ведьмой, не только костюмом. Только для этого нужно пережить что-то настолько ужасное, чтобы магия, что кроется во мне, решила выплеснуться наружу. Не уверена, что я этого хочу.

С куда большей радостью я бы просто вернулась в свой мир, но как этого добиться — в голове вариантов не было.

Глава 3-3

— Немедленно остановитесь! — строгий мужской голос заставил меня вздрогнуть, но я, сжавшись внутри, все же не сбилась с шага. «На воре и шапка горит», — любила поговаривать моя бабушка. Если ты побежишь, то значит виноват.

— Это точно она? Как ее... Марион? — недовольный женский голос.

— Марина, стойте! — сомнений уже не осталось, это обо мне, но все равно я, не меняя скорости, шла вперед. Еще всего три шага — и я смогу рвануть в переулок направо, еще всего три шага...

— Что вы делаете?! — возмущенно-испуганный женский голос заставил-таки меня вздрогнуть и удивленно обернуться.

Две фигуры в черном: мужская и женская — окружили какую-то полную светловолосую женщину позади меня.

— Это она? — требовательно спросила ведьма.

— Похожа... — задумчиво произнес колдун, разглядывая, кажется, мою фотографию и сравнивая с лицом незнакомки. — Она могла замаскироваться.

— Проверь браслет, — велела женщина.

— Что вы творите? Отпустите меня! Спасите! — заблажила женщина, но на ее крики никто не обращал внимания, немногие прохожие, завидев агрессивно настроенных колдунов, прятались в домах и лавках. Я все же завернула за угол, как и планировала, но не пошла дальше, а притаилась, подглядывая из-за поворота. Они задрали рукава платья женщины, но браслета там, конечно, не было.

— Не она, — злобно выдохнула ведьма. — Опять ошибка! Мы должны найти попаданку быстрее, иначе придется возвращать деньги по контракту.

— Может, она просто сняла браслет? — колдун продолжал держать незнакомку, внимательно сравнивая ее лицо с моей фотографией, которую я прикладывала к своей анкете в агентстве.

— Драконий браслет нельзя снять. Даже если отрубить руку, он появится на другом запястье. А у этой, как видишь, обе руки на месте.

Наконец, они отступили от незнакомки и пошли дальше, даже не извинившись. Женщина явно в шоке так и замерла посреди тротуара.

— Нужно будет нанять еще людей и размножить портрет, — буркнула задумчиво ведьма, идя вперед.

— Но как же... это же денег стоит! — возмутился ее коллега.

— А что еще предлагаешь делать? Дальше ждать, что она сама объявится?! — явно разозлилась ведьма. — Стража и не чешется, никаких сведений о неожиданно появившейся странной женщине не появлялось...

— Почему дракон сам ее не ищет? — прошипел колдун. — Пусть бы нашел свой браслет и нет проблемы!

Парочка пошла в моем направлении и я, пометавшись в переулке, спряталась за мусорным бочком. Мне бы сбежать, но очень хотелось послушать, что они еще наболтают. Говорили они очень громко, как люди, которых не заботит, кто и что о них подумает и что может услышать.

— Потому что контракт еще не завершен, она сбежала до того, как был подписан акт приемки. И дракон заявил, что это наша проблема: либо должны найти эту дуру, либо притащить ему другую подходящую. А это еще два портала в другой мир и несколько месяцев поиска там. Ты понимаешь, что это провал? Вместо того, чтобы расширить свой бизнес, мы стоим на грани разорения!

— Но драконий браслет мог бы помочь...

— Он так не работает, — отмахнулась ведьма. — Не указывает точное положение невесты, только примерный район в целом, а в зону его работы входят все горы вокруг города — дракон показывал мне карту. Но я не думаю, что эта дура сможет выжить в горах. И зачем ей туда бежать? Черт, как она могла спрятаться? Она же не из этого мира! Пусть мы и дали ей знания языка, она должна была моментально привлечь к себе внимание. Ох, помяни мое слово, ее кто-то скрывает. Это, наверное, наши конкуренты.

— Но сестра...

— Заткнись, придурок, это ты во всем виноват! — рыкнула ведьма. — Если бы ты лучше проконтролировал Дэмиана, ничего бы этого не случилось. Он всегда был слишком самонадеян, поэтому я поставила на этот проект вас обоих вместе.

— Но я был занят открытие портала, остальное должен был сделать Дэмиан, — попытался оправдаться колдун, — и твои девицы должны были поработать с невестой.

— С них я отдельно спросила, — рыкнула ведьма так злобно, что я поежилась, невольно сочувствуя даже тем противным служанкам. — Это могло стать нашим триумфом: подобрать невесту Наместнику. Мы стали бы известны, могли бы обслуживать весь клан Черных крыльев, а потом и другие. А теперь!..

— Но сестра!.. — в голосе парня прибавилось ноющих ноток.

Девушка продолжила сердито его отчитывать, но они уже слишком удалились, чтобы я могла разобрать слова.

Медленно выдохнув, я поднялась выпрямилась, судорожно отряхнула платье и, стараясь не показывать своего страха, отправилась дальше домой. Я-то надеялась, что обо мне уже забыли, а оказывается продолжают поиски.

Домой я не побежала, я медленно и степенно шла, стараясь сохранять на лице нейтральное выражение. А вот в голове в это время была настоящая буря. Я не могла понять, что мне теперь делать и куда бежать.

— Тебе просто нужно найти дракона. Только другого, приличного, — спокойно ответил на мои взволнованные метания Граар, когда я, наконец, дошла до дома, насыпала ему в миску леденцов, а заодно вывалила все о подслушанном разговоре.

— Будто это так просто! Подойти к первому попавшемуся дракону и спросить: а вы невесту не ищите случайно? А то я как раз подходящая!

— Почему нет? — не понял Граар. — Ты подходящая невеста, он дракон — каждый получает то, что хочет.

— Ага, «Вы привлекательны, я чертовски привлекательен, зачем зря время терять?»*

— Отлично сказано! — обрадовался котяра.

— Нет! Это так не работает! Нормальные люди так не ведут себя.

— Так то люди, а мы о драконах...

— Нормальные драконы тоже! Люди знакомятся, влюбляются друг в друга, и только потом уже решают, хотят ли они жить вместе и жениться.

— Как все сложно... ну, хочешь, делай так, кто тебе мешает?

— В смысле? — не поняла я.

— Ну, что тут непонятного? Сама же сказала, как это делается: тебе нужно познакомиться с приличным драконом. Если он тебе понравится, а ты ему, признаешься, что ты подходящая невеста.

— Но это вызовет массу вопросов! Он же сразу спросит: чей это браслет, откуда, почему, как так случилось... — я в красках представила эту неприятную ситуацию.

— Ну, тогда не показывай браслет.

— В смысле?

— Пусть он подарит тебе свой браслет. Он засияет — станет понятно, что ты подходящая невеста. Все как в романтических историях: золотой свет, свадьба, детишки.

— Но у меня же уже есть... — растерялась я.

— Ну, у тебя же две руки! Покажешь ту, где нет браслета. Новый браслет сработает, а после свадьбы уже и неважно будет, что было «до», — разложил свой план по полочкам интриган.

— Что-то я не уверена, что будет неважно. Очень даже... и вообще я домой хочу! В цевилизацию!

— И ты променяешь потенциальную очень долгую жизнь в счастье и согласии с прекрасным нестареющим магом-драконом на свою одинокую жизнь в родном мире? А ты подумала о том, что сейчас не похожа на себя прежнюю? Ты скинула лет десять, если не пятнадцать на вид, волосы отросли, ты похудела, лицо изменилось... да тебя в родном мире и не узнают ведь! Какой путь назад? И зачем?

Ахнув, я схватилась за щеки и подлетела к зеркалу. Посмотрела на себя. Ведь действительно. Я хотела вернуться домой, но так увлеклась прятками в этом мире, что и не подумала, что теперь мой внешний вид не соответствует фотографии в паспорте. Отпечатки пальцев, наверное, не поменялись, но как мне придется доказывать, что я это я? Скажу, что сделала пластическую операцию, но без рубцов? Мне никто не поверит. Мать, наверное, уже объявила меня исчезнувшей и вселилась в бабушкину квартиру, точно будет судиться, чтобы доказать, что я — это не я.

Что же я наделала-то! Я же домой хочу вернуться!

Или не очень сильно хочу?..

* Цитата из фильма Обыкновенное чудо.

Глава 4-1

Черный город наводнили ведьмы и колдуны. Мне-то по земной привычке было нестранно видеть вокруг себя людей в черной одежде, я даже не обращала на это внимание, пока на кухне об этом не заговорили.

— Что же такое, ходят везде, что-то высматривают, черные, как вороны, — прошипела, придя на работу одна из поварих, а потом осеклась, глядя на меня: — ой, простите, госпожа ведьма, я не о вас...

Я молча отмахнулась, только теперь сообразив, что брачные агенты действительно выполнили свою угрозу и наняли людей на мои поиски. А я-то как-то и не сообразила прежде: ну, ходят парочки в черном и ходят, меня не трогают, даже кивают издали, будто соседке. У меня даже в голове эти события не сложились вместе, не насторожили.

А еще я все чаще думала о том, что, вероятно, правду сказала тогда Клодина, и драконий браслет дарит невесте удачу. Ну, или, как говорил Граар, это его заслуга, это он подал идею с переодеванием в ведьму. Для ищущих меня колдунов я была будто одна из своих, меня игнорировали или даже кивали приветственно, и шли спокойно дальше, заглядывая в лица прохожим блондинкам.

Граар после рассказа о подслушанном разговоре стал волноваться за меня и теперь провожал на работу и днем дремал где-то на крыше кондитерской. Я иногда выносила ему пару леденцов, просто болтала и гладила, чтобы отвлечься. У работниц это не вызывало вопросов — ведьма же, у ведьмы должен быть фамилиар. Мои «коллеги» ходили по улицам кто со змеей на руке, кто с птицей на плече, кто еще как. И все звери были странные, диковинные: необычной расцветки, с лишними частями тела и так далее. Видела тут на плече у одной ведьмы симпатичную птичку, похожую на черного пупугая-ару, девушка повернулась — и я обнаружила, что вместо перьевого у птицы длинный и пушистый черный лисий хвост с белым кончиком, как от чернобурки. А у ее коллеги фамилиаром был толстенький пушистый енот с настолько большими крыльями, что маховые перья, когда он складывал их на спине, доставали до самого кончика его полосатого хвоста. Крылья при этом еще имели яркую попугайскую расцветку: синие-красно-белые, что на черно-белом зверьке выглядело сюрреалистично. Но зато Граар вписывался в эту компанию, на мой взгляд, довольно легко.

Тем временем, бизнес господина Дарбера пошел в гору. Все чаще нам приходили заказы на красиво оформленные дорогие торты и пирожные, теперь уже невозможно было их собирать ночами — нельзя же каждый день не спать. Я полагала, что логичнее всего будет отказаться от дешевых простых товаров, оставить только новые подороже и поднять класс заведения, но господин Дарбер пока боялся это делать и держался за старую клиентуру. Вместо этого он поставил на кухне еще одну магическую духовку для выпекания коржей и нанял еще одну повариху.

— Меня зовут Марион, — представилась новенькая, а я удивилась такому совпадению, что мое настоящее имя так похоже на ее. — Можете звать меня Мари.

Девушка выглядела мрачной и нелюдимой. У нее были грустные карие глаза и собранные в тугой аккуратный пучок светлые волосы красивого льняного оттенка.

— Эмма поможет тебе освоиться, — подвел итог господин Дарбер.

Оказалось, что Мари совсем не умеет готовить, и в начале я даже не поняла, почему ее приняли на эту должность. От нее толка было на кухне, как от Клодины — только вместо миксера подрабатывать, да и то руки довольно слабые, она быстро уставала. Но потом, когда очередной торт был собран, пришла пора работать с кремом. Я как раз подготовила золотистые лепестки из карамели, как для торта дракона, но куда меньше — не на махровую розу, а скорее на простенький шиповник. И тут-то Мари показала свое мастерство. Оказалось, что у нее идеальный художественный вкус. Из простых ингредиентов она создала настоящее произведение искусства, выложив не только цветок анфас, но еще один боком, буквально из трех лепесточков, и еще один будто бутон закрытый. В серединку смотрящего на зрителей цветка она насыпала золотой карамельной крошки, которая осталась у меня на столе от изготовления цветов, а затем несколькими изящными движениями прорисовала на креме силуэты стебельков, причем, сделала это так ловко, двумя линиями, но одну сделала толще, а другую тоньше, создавая впечатление тени. В ней чувствовалась школа настоящего художника. Я, например, никогда так не умела. Я могла много что сделать руками: слепить, приготовить, сплести, связать, сшить, и получалось частенько весьма красиво, но я этого добивалась обилием деталей. Набросай много всего красивого в кучу, прикрой ошибки еще кучкой, и вот в целом будет впечатление красивого. А вот так сделать стильно, чисто и изящно несколькими движениями — это нужен особый вкус и мастерство. Я посмотрела на новенькую совсем другими глазами, как и Эмма.

— Это очень красиво, — выдохнула я.

— Спасибо, — впервые с момента поступлению на работу Мари улыбнулась, и это полностью преобразило ее обычное в общем-то лицо. Глаза засверкали каким-то внутренним светом, щеки порозовели, губы стали похожи на лепестки шиповника. Впрочем, улыбка мелькнула и тут же пропала, словно солнце мелькнуло из-за туч в пасмурный день. Шагнув вперед, Мари сжала мою руку и прочувствованно произнесла: — Я сочувствую тебе, Рина.

Я растерялась:

— Что?

— У тебя ведь траур? Прости, что задела эту тему...

Мы с Эммой удивленно переглянулись.

— Рина просто ведьма, она всегда так ходит, — пояснила новенькой Эмма.

— Прости, — Мари опять застенчиво улыбнулась. — Но... а почему ты работаешь в простой кондитерской? Ты же ведьма! — в последней фразе не слышалось привычного уже страха перед ведьминской силой, скорее восхищение.

— Ну... я люблю делать конфеты. Разве я обязана заниматься только ведьменскими делами, даже если эта сила у меня есть?

— Нет, конечно! — очень воодушевленно возмутилась Мари. — Мы не обязаны идти только по тому пути, что выбран для нас нашей сущностью. Мы можем быть теми, кем захотим!

Мне показалось, что она говорит далеко не только обо мне, но я рада была встретить родственную душу:

— Вот и я так думаю.

С Мари мы быстро сдружились и во всем старались помогать друг другу, как новенькие. С ней мне было куда легче, чем с остальными кухарками, хотя в целом коллектив у нас был хороший. С Клодиной и Эммой мы тоже много общались, но, в отличии от них, у Мари не было каких-то предубеждений перед ведьмами.

— У меня в роду были ведьмы, так что мы все знаем, что могли бы получить эту силу по наследству, — пояснила она мне однажды. — Я, правда, прапрабабушку не помню, но мама говорила, что она никому ничего плохого не делала, только добро.

— Значит, возможно, и тебе передалась эта сила. Ты могла бы стать невестой дракону, — пошутила я.

Неожиданно ее лицо стало еще более суровым, чем обычно, губы превратились в тонкую линию, она стала еще бледнее:

— Никогда не говори такого. Никогда. Ты поняла?

Я растерянно кивнула, не понимая, чем я могла ее так обидеть. Девочки на кухне часто шутили про драконов, но это было как «ты такая красивая, могла бы выйти замуж за голливудскую телезвезду» — просто шутка, потому что между простыми людьми и драконами была огромная пропасть.

В этот день мы опять задержались, доделывая большой заказ. Не на всю ночь, слава богу, но на час после закрытия кондитерской. Эмма и Клодина уже разошлись по домам, а мы с Мари продолжали украшать торт. В последний момент ей пришло в голову добавить несколько золотистых карамельных завитушек, и я подделась уговорам. Они действительно смогли придать рисунку, выложенному на торте, законченный вид. Оставив свое творение в холодном шкафу, мы начали одеваться, но я вовремя вспомнила о голодном Грааре, что ожидает меня под дверью и принялась собирать леденцовые обломки в кулек:

— Ты иди, запаришься в пальто, я сейчас догоню!

Я отстала, наверное, всего на несколько минут, а, когда вышла через заднюю дверь, услышала:

— Это она! — мужской голос.

— Что вы делаете?! Отпустите меня! — кричала Марион, пытаясь вырваться из рук ведьмы и колдуна.

Глава 4-2

Я замерла за дверью, прислушиваясь к происходящему в переулке.

— Ты уверен, что это она? Не похожа, — послышался недовольный женский голос, — что-то на изображение не очень похожа.

— Это точно она.

— Отпустите! Не трогайте меня! Вы не смеете ко мне прикасаться, — яростно кричала Марион.

Проклиная себя за трусость, я тихонько прикрыла дверь и повернула ключ изнутри. Марион они ничего не сделают — она ведь не та, кого они ищут. Сейчас просто разглядят, что у нее нет браслета и отпустят, — убеждала я себя, поспешно идя через кухню в зал для посетителей. К счастью, как более опытную работницу, меня оставили закрывать двери, а на связке был ключ и от главного входа. Выйдя на улицу, я быстр заперла замок и огляделась, пытаясь сообразить, какой дорогой идти к дому, чтобы не спалиться. В переулке за поворотом слышалось нарастание скандала.

— Как можно быть не в состоянии поймать вдвоем какую-то девицу! — возмущенный мужской голос сзади заставил меня вздрогнуть. Я резко обернулась. — Вас тоже вызвали? — пытливый взгляд незнакомого высокого колдуна заставил меня замереть испуганным бандерлогом перед Ка. Наконец, с опозданием распознав в его голосе вопросительную интонацию, я едва заметно кивнула.

— Этот скандал привлекает ненужное внимание, стража и так недовольна обилием магов в городе, — буркнул его коллега — худощавый парень с тоненькими усиками и фамилиаром в виде покрытой перьями ящерицы, замершей у него на плече. — Идемте скорее.

Я хотела тихонько слинять, но тут первый парень улыбнулся:

— Позвольте вашу руку?

— Позер, — буркнул второй и пошел вперед.

Мне же пришлось воспользоваться предложением. «Меня не узнают, меня не узнают», — билось в голове.

Когда мы завернули за поворот, то увидели картину драки. Марион не собиралась сдаваться и показывать свои запястья, билась за них, как за собственную честь. Колдун, который первый нашел ее, держался за голову, будто получил по ней чем-то тяжелым. Судя по тому, как яростно Марион размахивала своей сумочкой на длинном кожаном ремне — ею. Ведьма же пыталась просто удержать девушку на месте и не позволить ей сбежать.

— Перекройте выходы из переулка! — закричала ведьма, и колдуны рассредоточились — мы с высоким остались на месте, а второй обошел дерущихся и встал с другого выхода.

— А мы вообще уверены, что это она? — попыталась намекнуть я.

— Раз так отчаянно бьется, значит точно она, — прошипела ведьма. — Не дайте ей уйти, я уже вызвала заказчика.

У меня от страха перехватило горло, когда я подумала, что сюда сейчас явится парень из агентства. Сможет ли он меня узнать? Я не знала.

Но все оказалось куда хуже. Я замерла сусликом, когда позади послышались громкие хлопки крыльев, так похожие на Граара, но куда мощнее. Меня обдало потоком воздуха с пылью, а, обернувшись, я увидела огромного дракона размером с микроавтобус.

— Мамочки, — прошептала я едва слышно.

Дракон вдруг дыхнул пламенем, и я подумала, что он решил уничтожить одну неудачливую попаданку, не пожелавшую стать его женой, но огонь вместо того, чтобы рвануть вперед, объял его тело, на миг скрывая его, и вот уже на месте здоровенного дракона стоял мой несостоявшийся женишок.

— Господин Наместник, — поклонился мой провожатый.

Я тоже сделала неуклюжий книксен, пряча глаза.

— Вы действительно нашли беглянку? — он прошел мимо, даже не посмотрев на меня.

— Арвин? — Марион неожиданно перестала вырываться из рук пытающейся удержать ее ведьмы, выпрямилась гордо, повесила на плечо сумку и кое-как отряхнула свое пальто. — Если ты хотел меня видеть, то нашел весьма странный способ, чтобы организовать это, — она ехидно выгнула бровь. Хоть она и ершилась, было видно, что в уголках ее губ скрывается довольная улыбка.

— Марион, — ахнул Арвин, и маска холодной отстраненности на его лице разбилась. — Но... я не искал тебя. — Он перевел взгляд на колдуна и сурово сдвинул брови: — вы опять опростоволосились. Я прихожу к выводу, что с вашим агентством невозможно иметь дел, вы совершенно непрофессиональны.

— Но как же... она же... очень подозрительная нелюдимая девушка, которая появилась из ниоткуда, только недавно приехала и очень похожа на изображение вашей невесты!

Глаза Марион вдруг яростно блеснули, она молниеносно преодолела разделяющее ее и Арвина расстояния и от всей души залепила ему пощечину.

— Как ты смеешь?! — взвился он.

— Нанятые тобой колдуны меня схватили, едва не похитили и пытались раздеть! Я смею! — закричала она яростно.

— В каком смысле «раздеть»? Как вы посмели! — опять яростный взгляд на колдуна.

— Да нет, мы только... просили показать браслет невесты...

— Значит, «невеста»? — змеей прошипела Марион. — Удачи в брачной жизни!

— А это уже не твое дело! — рыкнула Арвин.

— Вот уж точно не мое! Только что-то я не слышала объявлений о свадьбе... от тебя еще и невеста сбежала? Это становится тенденцией. Может, вам провериться на проклятья, любезный наместник? — явно издевалась Марион.

— Своей личной жизнью займитесь, леди! Что-то у вас даже потенциального жениха не заметно.

— Да с чего ты взял! Я, может, уже скоро замуж выйду!

— Пришли мне приглашение, с удовольствием поздравлю новобрачных!

— Вот и пришлю!

— А я тебя позову на бал в честь своей свадьбы!

— Приду высказать свои соболезнования невесте! — фыркнув, Марион оттолкнула Арвина со своего пути и пошла на выход из переулка. Увидев меня рядом с колдуном, замерла на миг. Я едва заметно отрицательно покачала головой, и она буркнула: — расступитесь! — колдун отошел с дороги, и Марион решительной походкой вышла из переулка на улицу.

— Вы должны найти мне невесту до конца месяца, — яростно прошипел Арвин, когда Марион скрылась за поворотом. — Не найдете сбежавшую — открывайте новый портал в другой мир. Но она должна быть у меня к сроку. Понятно?!

Колдуны растерянно закивали.

Наместник, не сходя с места, вспыхнул пламенем, заставив всех испуганно отшатнуться, обернулся драконом, подпрыгнул с места и взлетел. Его силуэт моментально потерялся в темном небе.

— Я пойду, мне нужно встретиться с напарником, — шепнула я.

— Может, сходим куда-нибудь... когда этот заказ завершится, — улыбнулся мне с намеком колдун.

— Боюсь, что все мои ближайшие вечера заняты, — состроила извиняющееся выражение и поспешно зашагала по улице.

Но, едва я дошла до следующей подворотни, как меня кто-то схватил за руку и дернул в сторону. Я испуганно вскрикнула, но женская рука зажала мне рот:

— Тише ты, — прошипела Марион, испытующе глядя мне в глаза. — Что происходит? Ты мне все должна рассказать и немедленно!

Глава 4-3

— Что происходит? Во что ты вляпалась? — шипела на меня Марион, нависнув сверху — она была выше меня совсем немного, но выглядела внушительно.

— При чем тут я? — попыталась возразить я.

— Это ты натравила на меня этих сумасшедших ведьм?

— Что?! Нет!

— Но ты стояла среди них!

— Я просто не успела сбежать! — вскрикнула испуганно. И тут прямо мне на спину упала тяжеленькая тушка, пушистые усы пощекотали ухо. Я поспешила перехватить Граара и прижать к груди: — Боже, где ты был?!

Тот не пожелал отвечать, только сверкнул ярко-зелеными глазами мотнул головой в сторону Марион, намекая на то, что не будет отвечать при ней. Действительно, с ней все было непонятно — какие-то странные отношения явно связывали ее с Арвином, и это следовало прежде всего выяснить.

— Давай поговорим в более тихом месте, — опомнившись предложила я, понадеявшись заодно, что смогу за время дороги придумать что-нибудь.

— Идем ко мне домой, — буркнула Марион.

Она жила не в квартире, а в симпатичном двухэтажном домике неподалеку от кафе. А, учитывая, что кондитерская находилась не на задворках города, я покосилась на Марион с подозрением — кажется, семья ее была более состоятельной, чем у других девушек, работающих на кухне.

Зайдя, она активировала яркий магический амулет освещения. Обстановка тоже была не слишком вычурной, но куда лучше, чем то, что я могла себе позволить на зарплату в кондитерской. Я, правда, еще и откладывала, но все же.

— Мы никого не побеспокоим? — спросила я в полголоса, поглядывая в сторону лестницы на второй этаж.

— Я живу одна, — бросила она, вешая пальто.

Мы прошли через гостиную, заставленную мягкой мебелью, может, не новой, но вполне хорошей. На кухне Марион тоже все было по последнему слову местной техники: не печка, духовка и конфорка на магии. Она небрежно поставила на огонь чайник и выложила на стол пару кульков конфет. Спрашивать не стала, пока чай не заварился, лишь потом села напротив меня за столом и уставилась тяжелым немигающим взглядом:

— Ты работаешь на Арвина?

— Нет, — ответила я спокойно.

— Тебя наняли следить за мной?

— Нет.

— Ты навела их на меня?

— Нет.

— Но ты знаешь, что происходит?

Пришлось тяжело вздохнуть:

— Да.

Марион сделала большой глоток чая, хотя она налила туда целиком кипятка, и он не успел остыть. Сама я вяло помешивала его ложкой и дула, а ей все ни по чем. И смотрела на меня, как удав на кролика:

— Рассказывай, — велела она.

— Что рассказывать? — притворилась дурочкой я.

— Что опять натворил Арвин.

Рассказать? Как много? Поймет ли меня Марион, если быть честной до конца? Быть может, даже поможет? Знать бы, что их связывало. Они вели себя как давние знакомые, даже скорее бывшие возлюбленные. Но почему? Одно дело, если Марион сама бросила дракона, а совсем другое, если они любили друг друга, и она не подошла ему, так как не может быть невестой — тогда более удачливую соперницу она может и возненавидеть, даже если мне этот дракон не сдался.

Думать об этом было гадко, поэтому я решила дозировать информацию и начать издалека:

— Возможно, ты слышала когда-нибудь о так называемых «попаданках»? — медленно произнесла я и сделала паузу, дожидаясь ответа.

— «Попаданки»? Те дикарки, которых иногда приносит из других миров? Я слышала, что они совсем сумасшедшие: то бегают голыми по улицам, то кричат какой-то бред, то устраивают истерики...

— Их можно понять, их выдернули из их родного мира... — попыталась вступиться я за своих соотечественниц.

— Ну, да, им повезло попасть в цивилизованный мир, им следует быть благодарными и поскорее выучиться, как себя вести. У них ведь даже в мире магии нет, кошмар, они, наверное, там бегают топлес, как дикари на южных островах!

— С чего ты взяла? — с трудом выдавила из себя я.

— Все так говорят, — пожала плечами Марион. — А при чем здесь попаданки?

Я поняла, что говорить, что я из этих самых дикарок, нет никакого смысла. Не то чтобы я горела желанием быть откровенной, но убеждать Марион в том, что она ошибается, что ошибаются все в этом мире — это слишком сложно. Те сволочи из агентства знали, что все не так, что специально распространяли такие слухи. Зачем? Наверняка им это выгодно, чтобы в глазах будущих мужей лишить невест всякого доверия и права голоса. Расчетливые гады.

— Лорд-наместник заказал себе невесту из таких попаданок, — бросила я. — Я слышала, что двое колдунов и ведьма создали совместное предприятие по поиску подходящих девушек в другом мире. Лорд Арвин сделал заказ.

— Он не мог! — ахнула Марион, вскочила из-за стола, забегала по небольшой кухне. — Безумие какое-то! — шептала она, потом опомнилась, посмотрела на меня остро с прищуром: — И что дальше?

— Девушка не захотела выходить за него замуж и сбежала, — с горькой улыбкой пояснила я. — Вот ее и ищут по всему Черному городу.

— И ты решила, что это я?! Ты натравила на меня своих колдунов?! — возмутилась Марион.

— Да я вообще тут не причем! Я не имею к этому делу никакого отношения!

— Но ты много знаешь. И ты была среди них. И почему-то не вышла за мной из кондитерской... кстати, почему? Разве меня не проще было поймать, стоя сзади? Тогда бы я не смогла отбиваться... — она склонила голову на бок, словно хищная птица. — Ты странно ведешь себя, Рина, даже для ведьмы.

Граар, сидящий у меня на коленях, выпустил когти, впившись ими мне в бедра через ткань юбки.

— Я ведьма, и до меня доходили кое-какие слухи, — буркнула я. — Но я не хочу иметь с этим делом ничего общего, понимаешь? Я никогда не думала, что ты можешь оказаться той самой невестой наместника. Я ведь видела сотни раз твои руки и знала, что у тебя нет никакого браслета.

Это было верно. Сейчас, когда дома Марион сняла пальто, то осталась в юбке и блузе с закатанными по локоть рукавами. В таком виде она ходила на работу.

— Но почему ты тогда вышла через другую дверь? — подозрительно переспросила она.

— Я просто не хотела сталкиваться с ведьмами и колдунами. Я не такая, как они, я не хочу работать на это брачное агентство, не хочу варить зелья или наводить порчи. Бабушка умерла до того, как я выучилась до конца. Но я не хочу продолжать обучение и становиться полноценной ведьмой. Мне нравится заниматься сладостями. Я знала, что они тебе не навредят, что ты — не сбежавшая невеста наместника, у тебя нет браслета. Но к себе привлекать внимание колдунов не хотела. Но меня застали на выходе из кондитерской и позвали с собой. Решили, что я уже работаю над этим делом. И я согласилась, чтобы не привлекать внимание. Я просто хочу тихой спокойной жизни, Марион, пойми. Может, я трусиха, но это так. А еще мне жаль эту сбежавшую девушку.

— Жаль? — удивилась Марион, на ее лице появилась горькая усмешка. — Она подходит в невесты дракону, может с помощью брака обрести не только красавца-мужа, но и богатство, и статус, долгую жизнь и здоровье.

— Но она это не выбирала. Она сбежала, значит все это ей не нужно.

— Дикарка, — фыркнула Марион. — Кажется, все девушки нашего мира хотят замуж за дракона.

— За дракона, который навесит на нее ошейник подчинения, который будет ее бить током, если она сделает не то или заговорит без разрешения? — хмыкнула горько я.

— Арвин никогда бы так не сделал! — в голосе Марион слышалось неподдельное возмущение.

— Вы знакомы, не так ли? Вы вели себя как... давние друзья, — обтекаемо заметила я, хотя хотелось сказать «бывшие любовники».

Марион закусила губу, скривилась будто съела что-то горькое и села напротив меня за стол.

— Я должна была стать его женой, — выдохнула, наконец она. — Арвин... он хороший на самом деле. Да, иногда заносчивый и упрямый, резкий, порывистый, упертый, иногда его хочется просто задушить собственными руками, — ее пальцы скрючились, будто она прямо сейчас представила перед собой шею дракона, а потом опустились на стол. — Но он на самом деле хороший.

— Ты должна была стать его женой, то есть ты подходишь для этого? Ты подходишь в невесты дракона? — попыталась уяснить я.

— Я не знаю, — она покачала головой. — Я не приняла его браслет.

История, рассказанная Марион, была сложной и запутанной для человека, который не знает местных реалий: она упоминала какие-то имена, события, местные праздники, которые для меня ничего не значили. Говоря же кратко, отец Марион был популярным в городе художником, много работал и на обитателей местного замка: рисовал драконов, их супруг и детей, а также придворных. У Марион тоже были художественные способности, которые он старался развивать, но она больше любила натюрморты и пейзажи, так как портретов у юного дарования никто не заказывал. Как же можно — девица и художник, нет, так быть не должно. Вот когда отец показывал ее работы среди своих, тогда да, тогда покупали, удивлялись, если узнавали, что это картины «ученицы», а не «ученика», а заказов не делали.

И вот однажды художник, получив большой заказ из Черного замка, решил взять с собой и Марион. Пока отец рисовал большой парадный портрет где-то в замке, ей разрешили зайти в личный розарий жены предыдущего наместника, чтобы нарисовать несколько эскизов, как раз была пора цветения. Там-то она случайно и познакомилась с Арвином. Тогда она еще не знала, кто это. Он сделал ей замечание, она, вместо того, чтобы смутиться, как положено девице ее положения, его отбрила. Потом они сцеплялись каждый раз, когда она приходила вместе с отцом в замок. А, когда картина была закончена, Арвин сказал, что хочет заказать еще одну просто чтобы она продолжала приходить в замок.

— Я... я любила его безумно, — улыбнулась воспоминаниям Марион, — и мне казалось, что он любит меня тоже... — ее улыбка погасла. — Но все это было ложью.

— Почему? — не поняла я. Судя по ее рассказу, они друг друга стояли: довольно вредная и вздорная по местным меркам девица и упрямый своенравный дракон.

— Потому что он сделал мне предложение. Он сказал: «Я люблю тебя больше жизни и хочу, чтобы мы были вместе до конца наших жизней» и подарил мне серебряный браслет. — Я сжала тот самый браслет на своей руке, скрытый под рукавом. — А я спросила: «но что будет, если я не могу быть твоей невестой?» и он ответил: «мне все равно, я все равно буду любить тебя и буду с тобой». — Идеальная история любви по местным меркам. — И тогда я предложила: «тогда давай просто поженимся без браслета». Я не хотела проходить какие-то проверки. Если он действительно любит меня, то какая разница, есть во мне эта сила или нет? Если он все равно хочет на мне жениться, даже если я не подходящая невеста. — Она замолчала.

— И что дальше? Он согласился?

— Он сказал, что любит, но хочет знать. Я — что это значит, что он меня не любит на самом деле, раз хочет проверить, что хочет бросить. В общем, слово за слово, и мы поссорились. Мы вообще частенько ссорились, но быстро мирились всегда. Ночью я проворочалась на кровати и в конце решила: почему бы и нет, почему бы и не проверить? Но, когда я опять пришла в Замок, случайно услышала, что предыдущий наместник говорит Арвину, что тот должен скорее жениться на подходящей девушке и породить наследников-драконов. А тот ответил: «Я знаю». И я поняла, что на самом деле он хотел бросить меня, если я неподходящая невеста. Вместо того, чтобы помириться, мы опять поссорились. Я кричала, что он не любит меня, раз заставляет надеть браслет, а он — что это я не люблю его, раз не хочу его принимать. Он даже имел наглость заявить, что это забота обо мне, ведь неподходящая женщина в браке с драконом не сможет иметь детей совсем, то есть это он меня защищает от бездетности. А я считаю, что он просто не хотел прожить жизнь рядом со стареющей и дряхлеющей женой-человеком, он даже не хотел подождать, сколько мне отмерено судьбой! Значит он меня совсем не любил!

— Сложно жить рядом с тем, кто будет стареть и умирать на твоих руках, в то время как ты останешься неизменен. Любить его, но не иметь возможности что-то сделать, — с сочувствием произнесла я.

— Но он клялся, что согласен на это, что любит меня так сильно! — Марион так грохнула чашкой о стол, что чай расплескался на скатерть. — Врал он все, он меня совсем не любит! И теперь он вообще готов жениться на любой дикарке, лишь бы не на мне! Ему нужна подходящая невеста и дети, а не я!

Неожиданно она некрасиво скривилась и зарыдала, как ребенок. Всполошившись, я вскочила с места, уронив с колен Граара, и поспешила обнять девушку и прижать ее к себе. Некоторое время я гладила ее по голове, а потом она произнесла:

— А мама говорит, что я должна была согласиться и примерить браслет. И что у нас в роду были ведьмы, значит и вероятность того, что я подхожу, довольно высока. И отец тоже. И сестры говорят, что я дура. А я замучилась с ними со всеми! По Замку ходили слухи, что Арвин хочет найти другую невесту, — он всхлипнула в последний раз и более-менее успокоилась: — я поэтому и съехала от семьи. Это дом моей бабушки. Решила жить самостоятельно, работу нашла. Я и одна справлюсь, вот увидишь! У меня хорошо получается и господин Дарбер меня хвалит. И не нужен мне никто, особенно никакой дракон! — и она опять зарыдала, на этот раз уронив лицо на лежащие на столе руки.

— Ох, ну, что ты, что ты, — не зная, что сказать, бормотала я. — У тебя действительно все получится.

— И жениха другого найду! Получше! — фыркнула Марион возмущенно. — Уж всякой лучше какой-то там дикарки!

— Конечно, найдешь, — покивала я.

Встав, она убрала лужу на столе, а потом села обратно и уставилась куда-то мимо меня. Лицо ее было бледным, только глаза и нос покраснели:

— Знаешь, думаю, я все же не могу быть невестой дракона.

— Почему? — не поняла я.

— Потому что, когда мы с Арвином расстались, мне было так больно внутри... наверное, если бы я была подходящей невестой, то точно превратилась бы в ведьму. Но я ею не стала. Наверное, потому что я с самого начала для него не годилась.

Я только тяжело вздохнула, не зная, что тут сказать и как утешить. Сложно у них тут все, очень сложно.

Глава 5-1

Кондитерская становилась все более популярной, и теперь уже перед господином Дарбером возникла проблема с помещением: зал для посетителей был очень мал, в нем помещалось всего несколько столиков. Раньше это не было проблемой, но теперь все чаще оказывалось, что приходится просить посетителей подождать, а далеко не многие были согласны это сделать.

Я предложила поставить пару столиков прямо на улице. Погода стояла очень хорошая: солнечная и сухая, тут в целом, как я поняла, не было снежных холодных зим, в помещениях сидеть становилось душновато, а вот на улице чувствовался приятный прохладный ветерок.

Сперва к моему предложению отнеслись скептически, решив, что приличные люди на улице у кафе сидеть не будут. Но у нас ведь среди посетителей бывали и школьники и влюбленные, почему не попробовать? В конце концов, господин Дарбер решился. Правда, нужно было сходить в управу района и попросить разрешения занять часть площади. Я искренне полагала, что надо просто поставить столики, а уж если пойдет, то и разрешениями заморачиваться, но моя логика тут была совсем не в почете, никто не хотел конфликтовать с властью, особенно если ее представители могли превратиться в огнедышащих монстров. Меня, правда, уверяли, что это не из страха, а из уважения, но я не очень верила.

С получением разрешения вышли неожиданные проблемы, господин Дарбер ходил в управу, как на работу — кажется, его отфутболивали из кабинета в кабинет, никто не желал брать на себя ответственность, да и соседи, узнав о затее, начали возмущаться — как это так, почему кафе хочет забрать себе часть общей площади. И какая разница, что два маленьких столика и навес не помешают ни проходу пешеходов, ни проезду коней и телег, все равно не положено. И так наши посетители смели покупать леденцы на палочке и сидеть с ними на парапете фонтана или даже ходить по магазинам, трогая товары липкими руками.

В общем, банальная зависть к более успешному коллеге. Но сосед справа из трактира с мясными блюдами не постеснялся написать заявление, что он против чужих столиков на улице, да и владелица магазина одежды слева тоже подписала.

Спасение пришло с неожиданной стороны. Однажды господин Дарбер явился из управы не к вечеру уставший и несчастный, а днем довольный и сообщил, что лорд дракон одобрил его заявку. Который? Лорд Керуш, конечно! Его только недавно назначили в управу нашего района, и он сам, представляете, сам заметил, что господин Дарбер ходит к ним изо дня в день и чего-то пытается обиться и спросил, в чем его проблема. Он вник, все просчитал и выдал разрешение на два небольших столика под навесом, которые не будут мешать проходу.

Столики были уже готовы, как и складные деревянные стулья и навес. В этом мире не было больших зонтиков, но были палатки и тенты, которые использовали господа, когда организовывали пикники. Для начала рядом со зданием поставили несколько столбов и повесили под наклоном куски парусины между ними и крышей кондитерской. Витрину кондитерской так стало меньше заметно, но, кажется, это уже не имело такого уж большого значения. Заведение господина Дарбера и так славилось на весь Черный город.

Столики сперва не пользовались большой популярностью, за ними устраивались только для того, чтобы подождать места внутри помещения. Либо школьницы, которым было все равно, где сидеть, они устраивались шумной стайкой с чаем и сладостями. А потом за одним из столиков устроился сам лорд Керуш. Он вообще-то пришел проверить, что они не мешают прохожим, но решил задержаться и пообедать на свежем воздухе. Об этом, сверкая глазами, рассказала восторженная Клодина.

Это событие сильно подняло статус уличных столиков, и теперь там стали устраиваться и состоятельные господа и дамы: раз можно дракону, то можно и им. Лорд Керуш заходил периодически в обед, так как теперь работал в управе района неподалеку, и постепенно наша кондитерская приобрела славу заведения, которому покровительствует сам дракон. В кафе набивалось безумное множество разномастных девушек, которые каждый день надеялись встретить здесь лорда. Поднабравшись сплетен на кухне, я узнала, что у лорда Керуша сейчас как раз еще нет любимой девушки, он в поисках, а значит шанс есть у всех. Из-за этого все посетительницы и даже некоторые работницы кухни и официантки были очень воодушевлены.

— Да бабник он, — бурчала недовольная Марион.

А однажды Клодина забежала на кухню, возбужденно блестя глазами:

— Лорд дракон просит о встрече с Марион.

Все кухарки уставились на девушку со смесью восхищения и зависти.

— Который? — буркнула та недовольно, не переставая взбивать крем для очередного торта.

Я тоже поднапряглась, ожидая, что он скажет, что явился Арвин выяснять отношения.

— Лорд Керуш, конечно! — возмутилась Клодина.

Марион подумала некоторое время, поджимая губы, а потом все же буркнула:

— В зал не пойду. Если ему нужно, пусть подойдет к задней двери.

— Как можно! — ахнула Клодина, но Марион осталась неколебима.

Через несколько минут она все же вышла поговорить с драконом. Я, закончив очередную порцию леденцов, поставила их остывать в кладовку и, пользуясь тем, что дверь находится рядом с той, что вела на выход, подкралась поближе, чтобы подслушать. Да, нехорошо, но это могло касаться моей безопасности тоже.

— Он же любит тебя, Марион! — возмущенно звучал голос лорда Керуша.

— И поэтому он заказал себе невесту-попаданку? О, да, не удивляйся, я все знаю! — язвительно отвечала Марион.

— Ты же знаешь, какой он упрямый — решил выбить клин клином. Я говорил, что это ошибка, это лишь сделает его несчастным.

— А девушку вам не жалко?

— Ты же можешь все исправить!

— Как?! — тут в ее голосе послышалось что-то кроме вредности. Чувствовалось, что Марион действительно было больно, она все же любила своего дракона, но была слишком упряма, чтобы признать это.

— Приди к нему, Марион. Скоро в Замке большой маскарад. Просто приди и скажи ему: прости, я готова принять твой браслет. Поверь, он подарит его тебе! Он тебя любит!

Марион молчала. Не вытерпев, я чуть приоткрыла дверь и одним глазом выглянула в переулок. Девушка выглядела растерянной и расстроенной. Но потом губы ее упрямо поджались:

— Нет у него того браслета! Он же отдал его сбежавшей попаданке! Дикарке отдал! Его ищут теперь ведьмы по всему городу. Так-то он к этому относится. Лишь бы кому дарит. Прямо как ты!

— Марион, это неправда, — отшатнулся от ее лорд Керуш. — Не наша вина, что такова наша природа. Я каждый раз надеюсь на то, что девушка, которую я готов уже сделать своей женой, окажется подходящей для этого. Каждая ошибка разбивает мне сердце. — Он выглядел действительно искренне.

— Если бы ты действительно любил, то тебя не остановило бы то, что девушка не подходит в жены, — опять начала отстаивать свою позицию Марион.

— Да, может, я слабак, что не готов к таким жертвам — жить рядом с медленно умирающей любимой женой. Но Арвин-то упрямее меня, он готов... он лишь хотел узнать точно, что его ждет: долгое счастье или...

— Или попытка найти другую невесту, — фыркнула Марион.

Поняв, что разговор пошел по кругу, я тихонько отошла от двери, пока меня не заметили, и вернулась к своей работе. В голове крутилось: а я ведь могла бы составить с лордом Керушем ту самую счастливую пару. Прав был Граар. Я не Марион, я не видела в его позиции подлости и злости. Может, потому что я старше ее и понимаю, как это сложно — найти подходящую пару. И Керуш ведь не Арвин, не грозил мне ошейником и срочным браком здесь и сейчас. С ним я могла бы попробовать познакомиться, пообщаться... только вот как это сделать?

Глава 5-2

Граар полностью одобрил мой план, но заявил, что можно просто подойти и сказать: «Лорд Керуш, давайте мне свой браслет, вдруг я подходящая невеста». А там уже парень, увидев, что я именно что она, сам все сделает. Но я отмахнулась, это слишком попахивало расчетом. Нет уж, Керуш ведь романтик, да и я не без этого. Вот будет здорово, если мы начнем встречаться, полюбим друг друга... только у меня будет гарантия, что браслет на меня правильно отреагирует.

Правда, были у меня некоторые сомнения, что все сложится именно так. А вдруг, если другой дракон попытается надеть мне браслет, предыдущий как-то не позволит? Откуда мне знать? Граар утверждал, что такого не будет, но на вопрос, почему он так считает, ответил лишь, что он так думает. Ну, нет, такой ответ меня не устроил. Нужно было больше узнать про браслеты и то, как они работают.

Я попыталась расспросить девочек на кухне, искренне надеясь на Марион, но кроме каких-то сказок про то, что браслет должен защищать невесту от всех бед, никто ничего толкового сказать не мог.

— А может ли невеста с браслетом выйти замуж за другого дракона? Ну, не за того, который ей браслет подарил? — спросила я.

— А зачем? — с недоумением покосилась на меня Клодина.

Ну, да, у них в голове романтическая чушь, такие практические вопросы их не занимают.

— Да я... я решила книжку написать, любовный роман про драконов. Вот и хочу понять что и как, — соврала я.

— Ух, ты! Расскажи! — послышалось со всех сторон.

— Вообще-то, может, — заметила Марион, возвращая всех к предыдущему вопросу. — Ведь на юге же невестам один дракон девочкам всем подряд браслеты свои примеряет, а потом на аукционе продает другим драконам, а те уже женятся.

— Фу, дикари, — поморщилась Эмма. — Не пиши про них.

— Не буду, — покивала я. — Я пока еще только думаю про сюжет. Как придумаю — так напишу. И вот материал нужно собрать. Вдруг некий злой дракон надел девушке браслет на руку, а она его не любит. Сможет ли ее спасти другой дракон, добрый?

— Драконы злыми не бывают! — наивно заявила Эмма.

— Может, это здесь, среди Черных драконов не бывают. А у меня будет какой-нибудь другой злой дракон, Сиреневый, например. Черный будет добрый. И в финале они сшибутся в воздухе за руку прекрасной невесты...

— Ух, ты, как в легендах! — восторженно выдохнули девушки.

В общем, подробностей из них никто не знал, но зато интерес моя идея написать книгу вызвала нешуточный. Вообще-то писать-то я не умела, но смогла пересказать девушкам пару историй из своего мира, перекладывая на местные реалии. Путалась в сюжетных ходах и фактах, но девушки все равно мечтательно вздыхали, только Марион похихикивала и отпускала язвительные шуточки, хотя я видела, что в конце истории, услышав, что влюбленные, преодолев все преграды, оказывались вместе, и она тоже счастливо улыбалась.

А однажды, когда господина Дарбера не было на кухне, ко мне, когда я шла из кладовки, подошла Клодина и тихонько прошептала:

— Там лорд Керуш пришел.

— И что? — не поняла я.

— Давай пойдем к нему и спросим про браслет. Я очень хочу, чтобы ты эту историю написала, у тебя так интересно выходит придумывать! — ага, если бы еще я эти сюжеты придумала, а не из фильмов и сериалов пересказывала.

— Ну, я не знаю... нельзя, наверное, беспокоить его во время обеда, — пробормотала я смущенно, впрочем, тут же подумав, что это может быть поводом познакомиться с драконом под благовидным предлогом.

— Пойдем-пойдем, — Клодина не желала слушать моих смущенных отпирательств и уже схватила меня за руку, — ты увидишь, он очень хороший и вежливый, он не откажет!

Она протащила меня через кухню. По дороге я поспешила сбросить с себя фартук и поправить платок, чтобы ни волоска не выбилось — все же я ведьма. Черный цвет мне был, откровенно говоря, не к лицу — все же я натуральная блондинка с довольно светлыми бровями и ресницами, а на фоне черного платка и платья я выглядела еще бледнее, чем обычно. Ну, ничего, зато я на самом деле подходящая для дракона невеста.

Лорд Керуш опять изволил обедать на свежем воздухе. По его приказу из соседней таверны принесли что-то вроде рагу, а на второе был кофе и красиво украшенное пирожное из нашей кондитерской.

— Простите, лорд Керуш, можно вас побеспокоить? — покраснев, спросила Клодина, когда мы подошли.

— Конечно, милая, что ты хотела? — он моментально отложил салфетку и улыбнулся, но, когда взгляд его скользнул на меня, дракон помрачнел и впился взглядом куда-то в район моего черного платья.

— Это моя подруга, Рина, она хотела кое-что спросить...

— Она ведьма? — оборвал девушку дракон.

— Да, — растеряно ответила я.

— Спрашивай, что хочешь, только очень быстро, я спешу, — он опять не смотрел мне в лицо, как некоторые жители этого города, боящиеся, что ведьма может их сглазить. Я думала, что это всего лишь какой-то человеческий предрассудок, но, кажется, лорд Керуш относился к этому серьезно.

— Я хотела спросить про браслеты драконов, которые вы дарите невестам. Если девушка оказалась подходящей, и браслет сработал, то сможет ли она выйти замуж за другого дракона и принять от него новый браслет? Например, если она скроет от второго, что браслет у нее уже есть.

— Не знаю, зачем это вам... — нахмурился лорд.

— Моя подруга хочет написать книгу. Поверьте, у нее очень интересные истории получаются, она нам рассказывала! — влезла Клодина, пытаясь разрядить мрачную атмосферу, которая повисла меж нами.

— Не знаю, зачем вам эта информация, но подозреваю, что это может быть связано с последними событиями. Ведьмы ничего не делают просто так, без расчета, — хмыкнул Керуш. — Но я все же отвечу. Первый браслет не помешает другому дракону надеть девушке второй, хотя это не имеет никакого смысла — они совершенно одинаковые. Получив второй браслет, девушка не получит сверх имеющегося ни удачи, ни защиты. Выйти замуж же она может за любого, хоть дракона, хоть нет, браслеты — не оковы и никого не держат силой.

— А важно ли то, дракон какого рода подарил браслет? Будет ли невеста подходить дракону из любого рода или только некоторым?

— Невеста — это женщина, имеющая в себе зерно магии. Нераспечатанное зерно, не как у ведьм. Она может стать женой дракону из любого рода... вы решили перепродать сбежавшую попаданку кому-то еще? — вдруг спросил он.

— Что?! Нет! Я не имею к этому никакого отношения! — зачастила я.

— Ну, да, конечно, — фыркнул дракон. — Не советую вам или другим ведьмам нарушать договор с драконами. Пока между нами мир, но кто знает, к чему все может привести? Драконы не терпят обмана, — он ожег меня яростным взглядом, впервые взглянув мне в лицо.

Я испуганно закивала.

Кажется, подойти к лорду Керушу в виде ведьмы было плохой идеей — явно с такого знакомства романтическая история начаться не могла. Но зато я кое-что узнала о браслетах.

Глава 5-3

Разговор с лордом Керушем дал мне понять, что во-первых, план Граара очень даже выполним и реален, можно спрятать браслет Арвина и найти другого мужа. А во-вторых, я узнала, что в виде ведьмы на меня ни один дракон благосклонно не посмотрит. Такая вот оказалась оборотная сторона у моей маскировки — ничто не идеально. Мне показалось, что на меня-то лично лорду Керушу искренне наплевать, но у него было явное предубеждение против всех ведьм разом. Разделяли ли его другие драконы, непонятно, но только после я сообразила, что мой внешний вид любому, даже самому позитивно настроенному к ведьмам дракону, скажет: «нет, эта кандидатура для каких-то любовных дел априори не годится». Ведь то зерно магии, что у такой девушки было, она уже раскрыла, его нельзя уже использовать для рождения маленьких дракончиков.

Я ломала голову над тем, как выкрутиться из сложившейся ситуации, а еще иногда позволяла себе издалека глянуть на Керуша. И, чем больше я на него поглядывала, тем больше он мне нравился: симпатичный, обаятельный, со всеми вежливый. Ага, со всеми. Кроме меня. А улыбка у него — будто солнышко весеннее выглянуло, будто улыбается одновременно всем лицом: и глаза ярче становятся, и кубы такие, что аж целовать хочется. Да что там, кажется, что и со спины можно понять, когда он улыбается — даже по затылку видно.

Граар в ответ на мои грустные вздохи только фыркал:

— Ты ж кошка, — вещал он важно, вылизывая себя в непотребном месте, — дождись течки и все сладится само.

— У людей так не бывает, — вздохнула я.

— А у драконов? — подумав, спросил Граар, удивленно уставившись на меня.

— А черт их знает, тех драконов, — буркнула я, высыпая осколки леденцов ему в миску.

От расстройства я сегодня запорола несколько заготовок, вместо симпатичного рисунка получилась ерунда совершеннейшая, да еще прошлепала время, пока можно было догреть и попытаться хоть как-то исправить. На коричнево-бордовые осколки и обрезки невнятного вида не позарились даже остальные девчонки с нашей кухни — избаловались совсем.

На следующий день, подготавливая новую порцию золотистой сахарной ваты, я тяжело вздохнула, и с удивлением заметила, что рядом кто-то вздохнул так же, будто эхо. Даже трижды. Обведя взглядом девушек, с удивлением подметила, что не одна я тут несчастно влюбленная.

Марион сидела перед духовкой, в которой готовилась очередная порция коржей для пирожных и тяжело вздыхала, косясь на таймер. Ну, тут понятно, думает о своем драконе Арвине. Козел он все же упрямый. Другой на его месте попросил бы прощения, а потом Марион, небось, и сдалась бы и надела браслет. Но этот упрямец не извинится. Хотя они друг друга стоят.

Рядом со мной, несчастно вздыхая, нарезала на кусочки местные фрукты для начинки Эмма. Тихая незаметная девушка, безотказная и безропотная. Иногда она ненароком бросала через плечо взгляды в сторону господина Дарбера. Не знаю, что ей так приглянулось, но вообще-то, когда, добиваясь разрешения на установку столиков на улице, наш хозяин не посещал кухню, работницы нет-нет да заводили пластинку о том, что и платить могли бы побольше и без всяких там выкрутасов и красивостей готовить, и время на эти столики не тратить. А Эмма, наша тихая безропотная Эмма, всегда бросалась его защищать, чем вызывала хохот замужних поварих. Не то, чтобы господин Дарбер был чем-то уж плох. Он был уже взрослым мужчиной под сорок лет, плотным, но не толстым, прекрасно умел готовить и сам создал свой бизнес с нуля. Был он вдов и имел двоих детей семи и восьми лет: мальчика и девочку. В сторону наших дам даже и не думал смотреть, хоть возглавлял женский коллектив. Когда нужно было задержаться, чтобы доделать заказ или еще что, Эмма всегда первая бросалась ему на помощь.

— У него же дети, ему нужно домой, — краснея, приговаривала она.

Ага, у него дети и у них есть няня. Господин Дарбер, правда, никого в деньгах не обижал и за сверхурочную работу доплачивал втрое против обычного. Но никак иначе, кроме как денежно, интерес Эммы к себе не поощрял.

Еще один тяжелый вздох послышался близь двери в зал. Там присела на минутку передохнуть Клодина и сейчас в щелочку подглядывала за посетителями. У меня от удивления брови взлетели почти под косынку. Клодина, наша легкомысленная веселушка, которая не в силах не болтать ежесекундно, косилась в зал с тоскливым видом и вздыхала. Вероятно, ей приглянулся кто-то из посетителей.

Подумав, я бросила венчик, которым взбивала вручную сахарную пену, и выключила конфорку:

— Девки, а что это мы скучаем? Давайте-ка устроим девичник!

— Что? — удивленно оглянулась на меня Эмма, вынырнув из своих мыслей.

— Какой девичник? — выпрямилась Марион.

— Самый настоящий девичник: купим мяса и сладостей, чайку и вина и устроим посиделки! — важно взмахнула я венчиком, на котором повисла золотистая ниточка сахарной ваты.

— Тогда лучше самим приготовить, — хихикнула Эмма, — мы ж все умеем.

— Давайте ко мне в гости, у меня места много, — улыбнулась скромно Марион.

— Клодина, ты с нами? — окликнула я официантку.

Она будто встряхнулась от своей грусти, вскочила с места и разулыбалась:

— Девичник? А что это? А что готовить будем? А я готовить совсем не умею! А можно сделать такие же красивые пирожные, с золотыми цветами?..

Я улыбнулась и только закивала. Верно. Вино и вкусные пирожные — лучшее средство от неразделенной любви. А, может, и еще что-то придумаем, четыре-то головы лучше, чем одна.

Глава 6-1

Во всем была виновата старая привязчивая песенка.

Я не помнила, как у меня в голове всплыл мотивчик из фильма Карнавальная ночь, кажется, к тому времени мы уже закончили первую бутылку вина, а вот пирожные еще не были готовы. Остальные вроде бы мясом закусывали, но я решила, что я на диете — полученную в новом мире красоту я пыталась блюсти, особенно учитывая, что стандарты красоты тут не отличаются от земных, а профессия у меня не располагает, да и зелье похудения достать больше негде. Короче, пила я с остальными наравне, а, может, и поболе, но толком не закусывала, поэтому развезло меня значительно. Не то, чтобы я сильно опьянела, но уже «в теле такая приятная гибкость образовалась»*, и я начала напевать себе под нос, но хотя бы без слов.

— Что это за мелодия? — удивилась Клодина, взбивая крем.

— Это старая баллада на неизвестном вам языке, — хихикнула я.

— Расскажи! — обрадовались все девчонки.

Я попыталась собрать мозги в кучу, чтобы адаптировать сюжет к местным реалиям:

— Это баллада о девушке, работающей в таверне, которую частенько посещали молодые люди, работающие рядом. Они все были заняты своими делами и ее только поторапливали, чтобы скорее несла обед, а кроме того на нее никто внимания не обращал. Но однажды в городе был карнавал, и в этот вечер все внимание посетителей таверны было приковано к прекрасной незнакомке. Все парни, переодетые в разные костюмы, хотели обратить на себя ее внимание, звали танцевать. А кто она — никто и не понял.

— Неужели? — ахнула Эмма.

— Когда на следующий день те же посетители собрались в таверне, то только и разговоров было о прошедшем карнавале. Каково же было всеобщее удивление, когда обед им подала та самая прекрасная незнакомка.

— Вот бы мне так, — я даже не поняла, кто это сказал: Эмма или Клодина, а то и обе сразу.

— Почему нет, — хмыкнула Марион, — в Замке как раз скоро состоится маскарад.

— Да как же это? — ахнула Эмма.

— Так ведь платье нужно, маска, — добавила Клодина.

— И билет, наверное, нужен? Или проход открыт для всех? — усомнилась я.

— Ну, положим, билеты я могу достать, — сощурилась Марион.

— Это же нереально, — вздохнула почти всхлипнула Эмма.

— Бал в Черном замке — это же мечта, — восторженно прошептала Клодина.

Я оглядела всех четырех чуть прищуренным взглядом:

— Четыре платья, четыре маски, макияж, прически, обувь, билеты, транспорт... да, это действительно сложно, я бы одна не решилась, — хмыкнула я.

У Эммы задрожала нижняя губа.

— Но ты не одна, — поняла мой намек Марион. — Нас ведь четверо.

— А вчетвером мы, быть может, что-то сможем? — спросила я.

— Я могу достать билеты, — напомнила Марион.

— А я могу попытаться добыть платья, — неожиданно встряла Камилла. Мы все уставились на нее удивленно. — Моя тетушка работает швеей, у нее собственная мастерская. Есть там и готовые образцы, чтобы было что показать клиенткам, но их никто не желает покупать и не хочет надевать, всем хочется свое что-то придумать. Если вернуть потом все в целости и сохранности...

В тот вечер мы сделали пирожные и украсили их как когда-то торт для лорда Керуша — каждое прекрасным леденцовым цветком. Оказывается, в этом мире он был таким же символом любви, как и сердце, даже более желанным — как недостижимый идеал. И, кажется, каждая девушка, получив свое пирожное с прекрасным золотым лотосом, загадала желание достичь своей любви.

Конечно, на нашем пути вставало множество препятствий, но нас было четверо, и мы активно принялись за их решение. Началось все с того, что, протрезвев на утро, девушки были шокированы мыслью, что я вообще-то тоже хочу на карнавал. Как так — ведьма же. И платье цветное ведьме не положено, и волосы нельзя показывать, и вообще. Но я заявила, что это только традиции, и мне на них плевать, и вообще на балу никто не узнает, что я ведьма, поэтому не будет подбирать мои волосы и пытаться проклясть или из-за чего там еще ведьмы их прячут.

Слава всем Богам, Марион за меня заступилась. В конце концов, ведьмы тоже иногда хотят веселиться и танцевать. Точно, танцы! Я ведь о них совсем забыла! Девушки были в шоке, узнав, что я не умею танцевать. Пришлось срочно учиться, я притаптывала даже во время работы, ваяя очередные леденцы.

Конфеты мои становились все более детальными, на колбасках уже прослеживался не простой однотонный рисунок, а сложные многогранные элементы, похожие на калейдоскоп. Для этого я получила-таки еще пару цветов. Мне покорился синий, который я делала из местной ягоды, похожей на чернику, и зеленый, который я добывала из зелени, по виду напоминающей листья одуванчика, а по вкусу скорее щавель. Зеленые конфетки приобретали легкий кисловатый привкус, и стали моими любимыми. Смешивая эти цвета, я могла добавить еще оттенки в свой калейдоскоп. Я складывала рисунок в форме треугольника, тщательно растягивала его, чтобы не повредить рисунок, резала на шесть частей, и их уже складывала так, чтобы получился шестигранник, каждая часть которого повторяла один и тот же рисунок. Получалось долго и сложно, легко было запороть такую работу, но зато красиво и интересно.

А еще я подумывала о том, чтобы когда-нибудь замахнуться на что-то вроде Амэдзаику — это японское искусство создания фигурок из карамели. Такие конфеты выглядели как изящные стеклянные фигурки с переходом цвета, со множественными деталями. Я как-то видела видео создания нескольких фигурок, было очень красиво, но я никогда ничего подобного сделать не пыталась, предпочитая те методики, в которых требовалось скорее умение, ремесло, чем художественная лепка.

Но к балу я сделала для каждой из девочек по подарку: по большому фигурному леденцу-сердцу малинового цвета, на передней части которого выдавила что-то вроде цветка. Свет, проходя через леденец, красиво подсвечивал лепестки.

Как ни странно, мы справились и к дню бала все было готово, насколько это было возможно. Оказалось, что одна из девушек, работавших на кухне, прежде еще до замужества была горничной у состоятельной дамы и могла сделать всем прически. Платья и к ним маски мы получили от родственницы Камиллы с обещанием возврата, правда, к ней мне приходилось ходить не в своих ведьменских тряпках, а переодеваться у Марион в обычную одежду, так как ведьме цветные платья не полагаются даже на маскараде. Местным танцам меня подучили как смогли, они были не такие уж сложные, да и девушки бывали на балах разные, не все умели танцевать хорошо. На обувь пришлось потратиться, но и здесь у вездесущей Клодин оказались свои связи, и она помогла нам со скидкой. Макияж всем четверым делала я сама. Из земной косметики с собой у меня был тональник, пудра, румяна, помада, карандаш для глаз и тени в коричневой гамме — все же я с работы попала, а не с вечеринки, но по местным меркам и это было сокровищем.

С транспортом вышло неожиданно. Я увидела как-то на улице своего знакомца, который когда-то в первый день подвозил меня от замка на телеге, но уже на козлах вполне приличной открытой кареты. Присмотрелась, смело его остановила. Оказалось, что он женился, а тесть пристроил его возницей в хороший дом на приличное место. И все это он связывал с моим фиктивным благословением. Я и решила обнаглеть и спросила, не сможет ли он подвезти на этой карете четырех леди до замка нужным вечером?

— Для вас — что угодно, — поклонился мне парень. — Я сперва хозяев на маскарад отвезу, а потом могу заехать. Хозяин пожилой, он дольше чем на час на балу не останется, ему только всех знакомых поприветствовать и домой. А потом я смогу вернуться за вами и с бала забрать. Только нужно обязательно к часу ночи вернуть карету во двор, в час охрана дом обходит, могут заметить отсутствие.

— Не волнуйся, к половине первого твои пассажирки будут ждать на крыльце. А если нет — можешь смело уезжать, сами домой доберутся, я тебе лишних неприятностей не желаю, — я не стала уточнять, что и сама буду среди тех пассажирок, чтобы не шокировать парня тем, что ведьма тоже может переодеться. — Ты только смотри, сильно-то не злоупотребляй. Мне предложил подвести — это понятно, но сильно не наглей, чтобы хозяин не осерчал.

— Конечно, госпожа, как можно. Я за свое место очень держусь.

— Ну, тогда спасибо, — улыбнулась я. — Надеюсь на тебя.

А в то утро, когда мы должны были поехать на маскарад, и все уже было подготовлено и организовано, едва я проснулась, как Граар огорошил меня новостью:

— Кажется, я заболел, — произнес он трагическим шепотом и картинно повалился на подушку.

* В теле такая приятная гибкость образовалась — фраза из мультфильма «падал прошлогодний снег»

Глава 6-2

Граарчик страдал картинно и вздыхал тяжко:

— Конечно, иди на работу. Я понимаю. Это важнее, чем я, — и взгляд несчастный-несчастный.

— Да что такое? Что у тебя болит? — пыталась разобраться я.

— Ох, да какая разница! Пусть я даже умру, лишь бы тебя это слишком сильно не напрягло. Просто вынеси мое тело куда-нибудь на гору и оставь, пусть меня мыши съедят, — еще более страдальческим тоном произнес он.

Котяра явно переигрывал, так что сочувствовать ему выходило плохо, но я никак не могла сообразить, что же происходит на самом деле и в чем причина его поведения. Он только елозил по подушке спиной, словно валерьянки кто налил, и строил из себя умирающего.

— Иди поешь хоть, — предложила я.

— У тебя же ничего не осталось, — ярко-зеленый глаза подозрительно приоткрылся.

— Я вспомнила, что у меня осталось еще немного леденцов, — соврала я, на самом-то деле просто не хотела отдавать все этому проглоту в один день и приберегла, а то он ведь может уничтожить и кило сахара в один присест. Залезла в дальний шкафчик и вытащила из него кулек пергаментной бумаги, высыпала в миску и поставила на стол — котяра ел исключительно а столе, потому что «он же не собака».

— Ну, ладно, давай, — обрадовался Граар, мгновенно забыл о своей болезни и, взмахнув крыльями, перелетел на стол, который слышно скрипнул под его весом. Он захрустел леденцами, разбрасывая вокруг сахарную крошку, а я присмотрелась.

На спине Граара как раз между крыльями летучей мыши было видно пятно более светлого цвета на его дымчато-серой шкуре, покрытой мелкими чешуйками. Внимательно приглядевшись, я заметила, что в этом месте чешуйки будто отслаиваются. Может у него раздражение какое-нибудь? Вроде диатеза у детей от большого количество сладостей. Может, аллергия? Я аккуратно притронулась пальцами к этому участку — Граар не отреагировал. Медленно провела пальцами — тонкая кожица будто двигалась под пальцами странным образом.

— О, да, давай, почеши там, — простонал котяра, оторвавшись на миг от еды и прищуривая глаза.

Я покорно почесала, продолжая разглядывать спинку. Вроде бы ему было не больно, а даже приятно, кот басовито замурчал и опять зачавкал леденцами — как только у него это получается одновременно? Я сместила руку чуть вбок, и тут заметила, что зона более темной кожи Граара будто побелела под моими пальцами, словно отслоилась, стала легче двигаться. И тут я поняла:

— Да ты же линяешь! Ты просто вырос, вот и начал линять, ты совсем и не болен!

— Как это не болен? У меня все чешется! — от возмущения Граар оторвался от своей миски.

— Ну, это же не болезнь, а естественный процесс, — возразила я.

— Все равно! Ты должна остаться сегодня дома, не ходить на работу, а чесать меня везде, где чешется! — заявило наглое животное.

— Но я не могу! — возмутилась я. — Мне нужно работать. И потом, если я не пойду на работу, как я тебя кормить-то буду?

— Леденцы приготовишь, — предположил Граар.

— А из чего? Я их не из воздуха делаю, я деньги зарабатываю, чтобы сахар купить. И потом, вечером мы с девочками идем на бал.

— И ты променяешь меня на какой-то там бал?! — в его глазах было совершеннейшее неверие в то, что это возможно.

— Конечно, да! — возмутилась я.

Граар рухнул на стол, будто подкошенный, картинно закидывая лапу на морду. Стол под ним жалобно скрипнул:

— Я знал. Я знал, что меня никто не ценит. Никто обо мне не заботится. Никому я не нужен.

— Не преувеличивай, — буркнула я. — И вообще, что я могу-то? Перелиняешь — перестанет чесаться.

— А почесать? — жалобно протянул он.

Я закатила глаза, а потом вдруг вспомнила. Ну, точно. В чем-то этот мир благодаря магии был довольно современен, а в чем-то совершенно архаичен. Я сбегала в ванную и притащила оттуда стиральную доску: деревянную штуку с ребрышками-насечками, по которым руками следовало тереть одежду, чтобы отстирать. Положила ее на пол ребристой стороной вверх.

— Что это? — недоверчиво осведомился Граар.

— Это тебе чесалка. Чешись сам хоть целый день, ни в чем себе не отказывай, — бросила я. — После работы я занесу тебе леденцов, а потом побегу к Марион собираться на бал. Надеюсь, у тебя все будет хорошо. На улицу тогда пока не летай, посиди дома, раз болеешь.

— Черствая женщина, — буркнул кот, потираясь спиной о стиральную доску.

— Не скучай и помни, что новая шкурка будет зато красивая и блестящая, — бросила я и выбежала вон из дома. Разборки с котом отняли у меня время, так что позавтракать я не успела, но, надеюсь, смогу чего-нибудь перехватить в кафе.

А вечером нас четверых ждал бал.

Глава 6-3

Что обычно представляют, когда героиня отправляется на бал? Десяток служанок, целый день отмоканий в ваннах, разных притираний, маникюр-педикюр, маски для кожи и волос, потом услуги массажиста, куафера, который делает прическу, визажиста, великолепное платье и в конце прекрасная дева просто не может узнать себя в зеркале и замирает в восхищении.

Мы же вломились домой к Марион красные, запыхавшиеся, мокрые после трудового дня. Повезло, что господин Дарбер согласился отпустить нас четверых чуть пораньше, помня, что мы никогда не отказывались от переработок.

— Боги, неужели это возможно, неужели это возможно? — причитала Эмма.

Пока я бегала домой кормить обиженного Граара, гостиная дома Марион превратилась в настоящий салон красоты. В доме было две ванны, где быстренько во время моего отсутствия вымылись Клодина и Эмма, дальше была наша с Марион очередь. Потом поспешные сборы, помогая друг другу. Мы все волновались, что Марго, которая согласилась помочь нам с прическами, не успеет, но она пришла, когда я уже начала красить Эмму. Не то чтобы я была таким уж мастером макияжа, я бы с удовольствием передоверила эту обязанность художнице-Марион, но та только недоуменно посмотрела на карандаш, палетку и кисточку:

— Да я бы нарисовала красками, а что с этим делать — понятия не имею.

В общем, наложила тон своим тональником, чтобы выровнять цвет кожи — повезло, что среди нас не нашлось сильно смуглых девочек, кому бы цвет совсем не подошел, немного припудрить, в палетке с румянами был и скульптор, но я, честно сказать, не очень им пользовалась, только капельку. Чуть добавить коричневых теней (других нет, у меня с собой была нюдовая палетка, чтобы поправлять макияж на работе), чуть подтемнить коричневым карандашом основания ресниц и брови, накрасить ресницы всем тушью, тронуть розовым блеском губы.

— Боже, Рина, ты волшебница! — ахнула Эмма, глядя на себя в зеркало. Хотя ей-то что, она темненькая, у нее свои и брови и ресницы, пусть и не очень длинные, но густые и закрученные, это я блондинка, мне если лицо не нарисовать, то как моль бледная.

Кроме меня, макияж сильно преобразил Марион, она ведь тоже блондинка, но она только небрежно глянула в зеркало и плечами пожала. Клодина же прилипла к своему отражению и никак не могла поверить, что это — она, и без всякой магии, только чуть косметики, мы с трудом утащили ее к карете, когда та подъехала. Хохоча, надели маски еще в доме и отправились на бал.

Вместе мы представляли собой разноцветный букет. Мне досталось голубое платье — оно имело самые длинные рукава из тех, что были на выбор в салоне родственницы Клодины. Девочки мне его уступили, когда я сказала, что мне нужно именно такое. У этого был рукав где-то три четверти с широкими оборками из кружева, которые важно будет не испачкать на балу. Невестин браслет пришлось оттянуть повыше прямо к локтю, но дальше он не проходил никак, и я все время волновалась, как бы он не стал виден. Маска была украшена голубыми перьями.

Темноволосой пышке-Эмме досталось розовое платье с довольно откровенным по ее меркам вырезом. Грудь у девушки была большая и красивая, а талию утянул корсет, так что выглядела она великолепно, хоть и стеснялась ужасно. Я бы с ней поменялась, но рукава-фонарики на этом платье были еще короче, чем на моем — выше локтя. Маска ее тоже была украшена розовыми цветами.

Марион досталось темно-зеленое, почти черное платье из какого-то заморского шелка: блестящее и переливающееся. Если бы не блеск, его можно было бы назвать подходящим для вдовы или ведьмы, настолько оно было темным, а с блеском она выглядела Хозяйкой Медной Горы. На ее маске довольно хищной формы можно было разглядеть чешуйки, а острый кончик спускался на нос, будто клюв какого-то зверя. Хищный, но интригующий образ.

Клодина же преобразилась в нежно-сиреневом платье, украшенном какой-то хитрой вышивкой: несколькими стежками ткань была стянута таким образом, что издалека в складках виднелись цветочки с серединками-бисеринками. Такой рисунок гроздьями сирени асиметрично спускался по лифу и на бок, а левое плечо было полностью обнажено, так что платье, как бы оно мне ни нравилось, мне не подходило. По местным меркам оно считалось довольно экстравагантным из-за отсутствия одной лямки, но по сути создавало очень нежный и красивый образ. К нему прилагалась маска с цветами сирени из ткани.

Мой знакомый с поклоном доставил нас к самому Черному замку, не к тому заднему выходу, откуда я бежала в прошлый раз, а к центральным воротам, ярко украшенным разноцветными магическими огнями. Марион раздала нам пригласительные, которые получила от своей семьи. Уж не знаю, что они там подумали, вероятно, что-то про воссоединение влюбленной пары, но главное, что мы смогли пройти фейс-контроль.

— Главное, девочки, следить за временем и вернуться вовремя, — в очередной раз напомнила я. — Карета нас ждать не будет, если не успеем, она превратится в тыкву.

— Что? — не поняла Эмма, у которой уже, кажется, голова кружилась от обилия дам и кавалеров в диковинных нарядах вокруг.

— Это из сказки... завтра на работе расскажу, — оборвала я. — Я имела в виду, что карета уедет, и нам придется возвращаться в город пешком, испортив и туфли и платья, мы с родственницей Клодины во век не расплатимся. А сейчас вперед — идем веселиться!

— А если господин Дарбер будет тут? — испуганно и в то же время с надеждой прошептала Эмма.

— Он тебя не узнает, — хохотнула я.

Хорошо, что на местных карнавалах не было традиции в определенный час снимать маски, можно было спокойно веселиться. Я подхватила девчонок под руки и решительно направилась в главный зал, куда шли все гости. Там все пространство было залито ярким светом, который бликовал на украшениях дам и кавалеров. Оставалось надеяться, что потенциальные жертвы... в смысле, женихи, не заметят отсутствия ювелирки у нас троих.

— Можно вас пригласить? — какой-то молодец сразу склонился перед смущенной Эммой, косясь в вырез ее платья.

— Иди, веселись, — шепнула я, подталкивая ее в спину, и девушка, кивнув, сделала реверанс.

— Смотрите, там можно перекусить, — кивнула в сторону Клодина. — И присесть, у меня после рабочего дня ноги отваливаются, — и отправилась в другую сторону.

— Я хочу поприветствовать кое-кого, — хмуро буркнула Марион, и я уж точно не хотела идти за ней следом.

— Помните: в половине первого нужно быть у выхода! — только успела я крикнуть обеим, как осталась в одиночестве и растерянности.

— Могу я пригласить вас на танец? — незнакомец поклонился мне, протягивая руку.

Я растерялась, а потом решила: что тушеваться?

— Не откажусь, — сделать реверанс, как научили девчонки, и он повел меня в круг танцующих.

Там следовало встать рядом, а не друг на против друга, одну руку отдать кавалеру, вторую пристроить ему на плечо, а вот его рука на моей талии. Дальше наискосок: два шага с правой ноги, приставляя левую, потом два шага влево. Вроде, ничего сложного и ничего откровенного, но я почему-то смутилась, да и опыта не было, а ритм музыки все ускоряется. Некоторые пары выходят из круга, другие наоборот умудряются не только соблюдать шаги, но и притопнуть-прихлопнуть, я такого не умею.

Меня захватило маскарадом и понесло куда-то. Только краем зрения я успела заметить, как Эмма в своем розовом платье залепила пощечину своему кавалеру. Публика вокруг ахнула, я дернулась в ту сторону, но тут меня повернули и повели в другую, а рядом с красной от гнева и стыда Эммой образовалось еще несколько кавалеров, вроде как защитники. Я только усмехнулась и не стала прерывать танец, да и вон лицо Клодины в сиреневой маске мелькнуло рядом — она поддержит подругу.

Ноги, приспособившись, действовали будто сами собой. Танец окончился, но меня тут же пригласили вновь. Не ожидала такой популярности, впрочем, и девчонки тоже, кажется, не скучают. Следующий танец больше похож на вальс: те же три шага, но танцуют не по квадрату, а будто бы звездой: шаг вперед, потоптаться, шаг назад, поворот, опять шаг назад, потоптаться, шаг вперед, возвращаясь в центр, поворот и так далее. Этот таец у меня выходил лучше всех, вальс мы танцевали еще на выпускном в школе, тут главное не пытаться шагнуть в сторону.

Очередной поворот... взгляд цепляется за смеющегося мужчину, который даже голову запрокидывает от эмоций. И одна эта улыбка говорит мне: он. Лорд Керуш собственной персоной в костюме, кажется, местного рыцаря: серебряная куртка и штаны, а сочленения рыцарских доспехов отмечены линиями: не то рисунок, ни то вышивка, издалека действительно похоже. Да и маска в форме шлема с опущенным забралом, только нижняя половина лица открыта, чтобы его не узнали. Но я-то узнаю по одному звуку смеха, по одной улыбке.

Делаю реверанс перед партнером и спешу за своей мечтой, лавируя между дамами и господами. Вот серебряный доспех мелькнул передо мной, и тут же скрылся за спинами других гостей, подхожу — нет его. От досады поджимаю губы, резко отворачиваюсь и врезаюсь в кого-то в черном костюме, почти как у колдунов, но с серебряной вышивкой. На галстуке брошка с черным камнем, знакомый рост, темные волосы, холодный взгляд карих глаз.

«Арвин, — на секунду пугаюсь я, — узнал».

— Вам следует быть осторожнее, — хмуро отчитывает меня незнакомец, — если бы у меня в руках было вино, вы бы его пролили.

Как-то вдруг накатывает понимание, что это не он, а просто какой-то похожий на него зануда. На подбородке слева у него небольшой шрам, а губы тонкие, хоть и хорошо очерченные, и недовольно поджаты. Наверное, какой-то родственник, очередной лорд.

— Но у вас же нет вина, так о чем здесь говорить? — бурчу я.

— Мой долг как джентльмена вас предупредить о возможных последствиях ваших действий, — опять назидательно вещает он.

— Ваш долг — не тратить мое время зря, — бросаю я, — извините, я спешу.

Нервным движением поправляю свой браслет под рукавом, привстаю на цыпочки, пытаясь разглядеть за спинами других гостей доспех рыцаря, но ничего не выходит. Вот куда он делся? Только что тут видела. Бессмысленно шагаю куда-то, лавируя между гостями — и вдруг впечатываюсь телом именно в того, кого искала:

— Осторожнее, прекрасная Маска, куда вы так спешите? — безупречно любезен Керуш.

— Какая разница, я уже не спешу, благородный Рыцарь, — улыбаюсь я.

Его улыбка такая же ласковая, как всегда, когда перед ним не ведьма, и мое сердце замирает. Мы несем какой-то абстрактный бред, не называя имен друг друга. Он предлагает вина, а потом ведет меня на танцпол, и кажется, что все прочие танцы не годятся этому в подметки. Вот она, ожившая мечта, начало нашей волшебной сказки, и я в ней настоящая золушка, прибывшая на бал и повстречавшая своего принца. Нужно только не упустить.

Где-то в толпе мелькает несчастное лицо Клодины, но рядом с ней Марион, так что я не беспокоюсь. В конце концов, мы все здесь взрослые девочки и пришли веселиться.

— Кто же вы, прекрасная Маска? Мы знакомы? — когда в зале становится слишком душно, Керуш провожает меня в тот самый внутренний сад замка, о котором рассказывала Марион. Розы еще сейчас цветут, но лорд показывает мне аллею лилий.

— Откуда же мне знать, любезный рыцарь, я же не знаю, кто вы такой, — хохочу я, наслаждаясь моментом.

— Но мы обязательно должны продолжить наше знакомство, — предлагает он. — Быть может завтра?

Завтра у меня работа.

— Быть может, в среду? — предлагаю я.

— У фонтана на площади кондитеров, — улыбается Керуш, а я почти смеюсь. Это наша площадь, наше заведение обрело настолько большую популярность, что безымянную северную площадь теперь называют Кондитерской. — В полдень.

— Договорились, — улыбаюсь я.

Тут до меня доносится бой курантов на центральной башне замка. — Который час? — спрашиваю, потому что сбилась со счета.

— Полночь, — он блестит глазами, будто Граар.

— Ох, мне пора найти своих подруг, пожалуйста, проводите меня обратно в зал.

— Но вы же останетесь до рассвета?

— Боюсь, что это невозможно.

Я чувствую себя золушкой, убегающей от принца, только у меня есть еще полчаса, но нужно сперва найти девчонок. Керуш сопровождает меня, пока его не отвлекает кто-то... тот скучный тип в черном, с которым я случайно столкнулась. Он наклоняется к моему кавалеру и шепчет что-то на ухо, Керуш моментально мрачнеет, извиняется и уходит.

Я же отправляюсь искать девчонок. Время бежит незаметно, ну, где же они? Куда подевались? Среди ярких платьев незнакомых дам никак не могу заметить «своих».

— Рина! — окликает меня Эмма, и я облегченно выдыхаю. Она выглядит счастливой: глаза блестят, губы розовые и будто даже зацелованные. — Мы тебя потеряли, уже скоро... — за ней идет Клодина необычно грустная, но улыбается через силу.

— Все в порядке? — настораживаюсь я.

— Конечно, — кивает Клодина.

— Я потом расскажу, — еще больше краснеет Эмма и вздыхает мечтательно.

— Нужно найти Марион и быть готовыми, — мы вместе идем по залу, высматривая темно-зеленое платье.

Впрочем, ее найти легко. Мы подходим к толпе как раз в тот момент, когда слышится громкий хлопок и удивленные ахи. Напротив Марион стоит лорд Арвин, его маска валяется на полу, а щека покраснела:

— Я ненавижу тебя! Ненавижу! — шипит яростно девушка. — Ты уничтожил все, что только можно, ты все превращаешь в пыль, тебе важны только твои черные камни! Так и оставайся с ними! Обращайся в дракона и лежи на залежах своих кристаллов, потому что ты не человек, у тебя нет никаких чувств. Ты хладнокровная тварь!

— Марион, пора, — я хватаю ее за руку, не позволяя продолжать обличительную речь и утаскиваю прочь.

— Марион, стой! — кричит Арвин нам вслед, но мы с девчонками бежим еще быстрее, лавируя между гостей. Клодина подхватывает Марион с другой стороны, и тянет вперед, хотя та продолжает оглядываться, желая продолжить спор. Эмма дышит с трудом, но бежит со всеми наравне.

Время пятнадцать минут первого, а карета должна быть в половине, но нам везет, и ждать не приходится — мой знакомый как раз подъезжает. Мы запрыгиваем в открытую карету, хотя она еще даже не успела остановиться:

— Гони домой, — кричу я парню.

Еще успеваю увидеть, что Арвин выскочил на крыльцо, за ним следом Керуш, пытается его как-то успокоить, но тот только отмахивается. Дальше мы уже не увидели — карета выехала за ворота, и только после этого я позволила себе рассмеяться. Девчонки покосились на меня и засмеялись тоже: из-за странной ситуации, из-за нервов.

Оказалось, что без потерь маскарад не прошел — Клодина умудрилась опрокинуть на свое платье бокал вина. Мы все посочувствовали, но она только отмахнулась и сказала, что разберется с этим. Наверное, поэтому она расстроилась. Я даже предложила ей в долг, хоть на целое платье у меня не было.

— Спасибо. Посмотрим. Если что, я обращусь, — благодарно улыбнулась она.

В голове мелькнуло, что тот зануда был отчасти прав.

Следующие дни проходят, словно в тумане. Граар перелинял, и новая шкурка у него серая с сиреневым отливом, очень красивая и необычная, а размером он стал с табуретку, и на кота уже совсем не тянет. Все пытается по привычке присесть на кухонные шкафчики, а я пытаюсь беречь от него мебель — не дай бог обвалится под этой тушей. Держать его на руках умудряюсь с огромным трудом и всего пять минуток, потом руки и спина отваливаются, а этот мамонтенок еще и обижается.

На работе я просто мозг не включаю, делаю все на автомате, вся жизнь превратилась в ожидание той самой среды. Я потратила часть сбережений на красивое не-ведьмачье платье, заплела косу, а к ней привесила несколько перышек, чтобы Керуш меня точно узнал. Конечно же подкрасилась и в нужный час отправилась на свидание.

Он уже стоял там у фонтана: высокий, хорошо сложенный, в добротном камзоле, при шпаге, а смотрит вообще не в ту сторону, с которой я пришла. Я расплылась в радостной улыбке и тронула его за рукав:

— Надеюсь, я не заставила вас ждать, мой благородный рыцарь?

— Нет, что вы, вас я готов ждать хоть вечность, прекрасная Маска, — отвечает мужчина, поворачивается, и я застываю.

Это не Керуш. Очень похожий на него парень, просто поразительно похожий: темные волосы, тот же нос. Родственник, наверное, они похожи, как родные братья. Но это не он. И... едва заметный шрам на подбородке. Мы виделись на балу. Что? Как так?

— Вы?.. — теряюсь я. — Кто вы?

— Зовите меня Данис, прекрасная незнакомка, — улыбается он, — для вас просто Данис. А как вас зовут?

— М... — теряюсь я, но соображаю, что настоящее имя говорить нельзя, вдруг он знает что-то о пропавшей попаданке. И Риной тоже нельзя представиться, Рина — это ведьма из кондитерской, а я не должна быть ведьмой. — Марион, — выдаю первое, что приходит мне в голову, — меня зовут Марион.

— Прекрасное имя, — улыбается он.

— А главное распространенное, — бормочу, недовольная сама собой.

Кто это и зачем он притворяется Керушем?