Попаданка без сверхспособностей

Глава 1. За один час стала матерью и женой

Се Юэ разбудила страшная головная боль. Лоб над правым глазом так пульсировал, что она крепко зажмурилась и не двигалась. Звуки снаружи слились глухой гул, будто Се Юэ находилась в плотном коконе.

Однако постепенно шум становился громче и начинал обретать чёткость. Различались отдельные слова.

- Мама!

«Мама»?

- Мамочка, проснись!

Тонкий надрывный голосок раздавался над самым ухом, а за плечо тихонько трясли.

Се Юэ еле разлепила веки и поняла, что лежит на грязной земле.

…Почему она на земле? Разве только что не сидела на работе в провинциальном супермаркете, отсчитывая последние минуты до конца ночной смены?

Се Юэ проморгалась и приподнялась на локтях. Плясавшие перед глазами цветные пятна вскоре обрели чёткость и в поле зрения тотчас попало заплаканное лицо трёхлетнего малыша с карими глазами-бусинками.

- Мама, мамочка! – рыдал он и обнял Се Юэ за шею.

«Какого?..»

- Гляньте-ка. Не померла ещё, - послышалось над ними.

Се Юэ подняла глаза и увидела нависающих над ней мужчин и женщин, одетых так, будто те собрались сниматься в исторической дораме про древний Китай в роли каких-нибудь невзрачных прохожих. Малыш тоже носил многократно залатанный серый халатик, подвязанный тонким пояском, который больше походил на кусок тряпки.

- Мама? – снова позвал он.

- Я не… - хотела ответить Се Юэ, как боль снова прострелила голову.

Множество образов наполнили разум, будто сотни людей одновременно кричали ей в уши. Имена, лица, события. Самым ярким было лицо трёхлетнего мальчика с глазами-бусинками.

- С-сяо Юй? – процедила Се Юэ.

- Угу, - серьёзно кивнул малыш. – Мама, почему они нас обижают?

Он указал на толпу людей, сжимающих камни. Се Юэ сделала небольшое усилие, и ответ тотчас возник в голове, словно всегда был там.

Хозяйку этого тела тоже зовут Се Юэ. Четыре года назад она влюбилась в бедного учёного из соседней деревни, который обещал на ней жениться, а потому она отдала ему свою честь. Однако, успешно сдав провинциальный экзамен, мужчина заявил, что ничего ей не должен и вообще способен найти партию получше, чем нищая пастушка.

Се Юэ была убита горем, но не говорила семье, что уже не девственна. Однако вскоре это выяснилось само. Девушка оказалась беременная. Семья Се пошла в дом учёного требовать взять на себя ответственность, однако там заявили, что ни о чём не знают, а «бесстыжая девица сама где-то нагуляла». Лишь бросили в пыль несколько медяков.

Семье Се пришлось это проглотить, иначе скандал мог поставить крест на репутации и свадьбе младшей дочери, к которой сватался обеспеченный купец. Решение приняли быстро. Се Юэ дали деньги, припасы и велели идти и строить свою жизнь где-нибудь вдали под видом молодой вдовы. В родной деревне же её объявили мёртвой. Даже потратились на могильный камень.

Се Юэ ушла. Долго скиталась, пыталась найти работу, но беременную никуда не брали. Когда подошёл срок рожать, у неё даже не нашлось крова. Она родила Юя под протекающей крышей старого храма, где прятались от дождя птицы и она сама.

С младенцем на руках трудности умножились. Давно закончились все деньги и припасы. Се Юэ жила подаяниями и однодневной работой. Кое-как протянула три года, но даже эта тонкая нить удачи оборвалась.

Маленький Юй страдал от голода, и Се Юэ украла с прилавка тёплую булочку. Не успел малыш её доесть в переулке, как торговец указал на них местным ополченцам, и те под гневные крики жителей города потащили женщину к месту судилища.

Так всегда поступали в маленьких городках и деревнях, где не было своих чиновников и судов. Никто не стал бы обращаться в столицу округа ради мелкой воришки. Таких ждал только очень скорый народный суд.

Местную Се Юэ закидали камнями. Много не понадобилось. Несколько угодило в спину, когда она загораживала собой сына, а последний – в голову – видимо, отобрал её жизнь.

…Но причём здесь Се Юэ из современного мира?!

«Да нет же, я сплю! Просто задремала на работе. Ночь же, с кем не бывает?»

Она ущипнула себя, но ничего не изменилось. Напротив неё всё ещё стояла разъярённая толпа людей с камнями.

- Давай расскажи сыну, что его мать воровка! – крикнула ей тучная женщина с землистым лицом.

- Может, хватит с неё? Помрёт – а с ребёнком что делать? Пропадёт один, - ответил ей кто-то из-за спины.

- А с такой матерью не пропадёт? Уж лучше б в бордель пошла, чем честных людей обкрадывать.

- А может, из него и сбежала? Родила выродка от клиента, и никому не нужна оказалась?

- Давайте туда её и отправим. Чтоб у других кусок хлеба не отнимала.

«В бордель?!»

Руки Се Юэ задрожали. Ей хотелось крикнуть, что она не та Се Юэ, что она ничего не крала и вообще не отсюда, но крошечные ладони схватили её рукав.

- Мама! Почему они такие злые? – снова заплакал маленький Юй.

Но тут всеобщее внимание привлёк новый шум. Из крепости, что виднелась тёмным пятном недалеко от города шла толпа солдат в тёмных доспехах. Вскоре стало видно, что они толкали вперёд связанного воина. Броню и армейские сапоги с него сняли, оставив босиком да в порванном, грязном халате. Однако крепкое телосложение намекало, что он такой же солдат. Точнее… был им.

Когда толпа мужчин приблизилась и заметила местных жителей, то один спросил.

- Что, люди, тоже судите сегодня?

- Да вот, воровку поймали. Думаем то ли в бордель отправить, то ли руку отрубить, - ответила всё та же тучная женщина.

«А про руку кто когда говорил?!» - тут же перепугалась Юэ.

- А у вас чего? Не для военного суда же место, – спросил их мужичок.

Связанного воина толкнули вперёд, и он упал на колени недалеко от Се Юэ. Спутанные чёрные волосы упали на его лицо.

- Этот преступник больше не военный. Командир велел лишить его всех званий и наград и отвести на народный суд, - ответил солдат.

- Чего натворил? – спросили местные, сразу заинтересовавшись новым бесплатным представлением.

- Провалил миссию, нарушил приказ и обрёк много хороших людей на погибель.

- Эка! Да за такое разве не казнь положена? – удивился мужичок.

- Командование велело с позором изгнать. Живым, к сожалению. Так что, люди добрые, надеюсь камни у вас остались.

Местные на миг замешкались. Затем кто-то в переднем ряду всё же замахнулся, но связанный воин повернул в его сторону голову, и камень тут же выпал из вздрогнувшей ладони.

Говоривший солдат, глядя на это, только усмехнулся:

- Да не бойтесь. Ничего вам не сделает.

Чтобы подтвердить собственные слова, солдат взял камень, однако не бросил. Он замахнулся и с силой обрушил камень на босую ступню пленника. Над полем раздался ужасающий крик боли и медленно сник. Тело воина затрясло, а губы плотно сжались, чтобы не допустить новый.

Снова замахнувшуюся руку солдата остановил другой, более молодой, чьи черты лица выдавали родственника.

- Оставь, брат. Его и так изгнали с позором.

- А чего это ты его защищать начал? – нахмурился солдат.

- Матушка расстроится, - почти одними губами ответил молодой.

Упоминание матери подействовало на солдата отрезвляюще. Он с презрением глянул на пленника, а затем его взгляд переместился на замерших рядом Се Юэ с ребёнком… и этот взгляд ей не понравился.

- А ведь ты прав, брат, - нарочито громко сказал солдат. – Матушка желала, чтобы мы поскорее семьи завели. Так пусть её желание исполнится. Эй, - крикнул он толпе местных и кинул перед ними монетку. – Принесите сюда ваш городской реестр браков.

«Что этот изверг задумал?!»

Глава ополчения был тут же и дал добро. С солдатами тут старались не спорить. За монетку успели перепихнуться двое, но за реестром всё же сбегали.

- Ты! Как тебя зовут? – обратился солдат к Се Юэ.

- С-Се Юэ.

- Пф. «Се»?

Се Юэ не поняла причину смеха и пояснила:

- «Се» как «гармония».

- Замужем?

- Н-нет, - неуверенно ответила Юэ, не понимая, к чему он клонит.

Солдат начертал что-то в реестре и показал ей:

- Теперь ты – жена Се Мина. Воровка и преступник. Совет да любовь. Все свидетели.

«Подождите, подождите! Что происходит?!»

- Какого демона ты творишь? – подал голос связанный воин.

- А ты чем не доволен? Мало того, что жизнь сохранил, так ещё и жену бесплатно получил с отпрыском. Всё как матушка завещала. Ты же не бросишь теперь свою наречённую с ребёнком? Или имя преступника Се Мина покроется ещё большим позором?

- Да уж. Калекой стал, так ещё и два лишних рта кормить, - покачали головами люди, не зная злорадствовать ли над преступником или сочувствовать.

Солдат же всё происходящее явно считал забавной шуткой и получал от неё удовольствие. Он уже собирался сказать что-то ещё, как в крепости зазвенел размеренный колокол. Что он означал, Се Юэ не знала, но на лицах солдат не отразилось паники, лишь досада. Один за другим они поспешили вернуться в крепость. Лишь тот, кто издевался, смотрел на дрожащего от боли воина до последнего. После сплюнул ему под ноги и сам зашагал прочь. Его брат замешкался. Достал из-за пазухи что-то завёрнутое в масляную бумагу и кинул в пыль возле него.

Городские тоже надолго не задержались. Глянули на покалеченных мужчину и женщину и махнули рукой. Кто-то шепнул, что воровке повезло: вместо многих клиентов борделя будет обслуживать одного.

Так они и остались одни… и впервые посмотрели друг на друга.