Попаданец в Дракона - 5

Глава 1

Священная хроника Аргалора Покорителя бури: Глава 545. Раздел 3.

Хронист: Андерс Эль.

Первым делом я, Андерс Эль, хочу выразить неописуемую благодарность своему наставнику и отцу Юлиусу Элю, пусть он вечно служит на том свете погибшим предкам нашего славного повелителя.

Назначен я был вести эту славную хронику по делам моим, особо славным. Если же какие змеи будут говорить о том, что причиной был лишь мой отец, то пусть у них отсохнут языки и начнётся немочь в чреслах, дабы их ослы и бараны особо пригорюнились.

Вторым же делом, но при этом, несомненно, самым главным, я хочу поблагодарить судьбу за возможность писать о великих делах нашего вечного повелителя, славного и прекрасного, могучего и справедливого, победителя металлических и цветных драконов, не уступающего архифеям, покорителя гоблинов, основателя городов, создателя промышленности, основоположника экономики и прародителя корпорации, победителя Овернаса, Архонии, Тифондриса и Цербаса, Аргалора Покорителя бури!..

(См. полный список титулов в примечании. Страницы 300 - 345.

Пополнение и обновление титулов, как было заверено в администрации Аргалориума, происходит каждые пять лет.)

В 1006 году от уничтожения континента Литуина на Ольборг, столицу графства Эклунд, и по совместительству ключевой город корпорации Аргалориум, было совершено подлое нападение трёх цветных молодых драконов.

Распираемые благородной драконьей жадностью и столь же великой драконьей спесью, натравленные Гномпромом, они потребовали от города великую дань.

Впали в отчаяние и ужас жители города, ведь три дракона, пусть и молодых, это беда, о которой говорят лишь шёпотом. Закрыли лица детям их матери, а храбрые мужи, именуемые славным именем: «драконьи ублюдки» готовы были пасть смертью храбрых в нечестном и отчаянном бою с драконами, но правда всё ещё осталась в нашем мире, ведь злу в их лице было кому противостоять.

Тень накрыла город и его пригород от размера величественного тела, взмах крыльев поднял ураганы и бури аж на других континентах (примечание автора, если какие враги сомневаются в правдивости этих слов, то подтверждение наличия бурь в указанный временной период присутствует).

Вспыхнула красным светом восхитительная чешуя нашего господина, Аргалора Покорителя бури, вставшего грудью против других драконов. Чистое пламя самих звёзд текло по телу повелителя, а взор его был полон решимости и гнева.

Семь дней и семь ночей длился жестокий и беспощадный бой. Хоть наш повелитель сражался честно и благородно, но враги не гнушались самыми бесчестными и позорными ударами.

Понимая, что даже втроём они неравны Аргалору Великолепному, то призвали они бессчётные армии приспешников, что пали одна за другой, не принеся им победы.

Великая битва развернулась над Таросом. Размах её был столь велик, что сами континенты содрогались под ударами титанов.

В какой-то момент даже боги решили принять участие в этой сече, но устрашились и трусливо ушли, так и не появившись.

И вот, спустя неделю боев силы подлых врагов наконец-то иссякли, и пали они на радость всем честным людям и нелюдям. Кинулись к ним верные прислужники и заковали в прочные оковы, выкованные в лучших печах Стальбурга.

Примечание: Если же сие строки читать будут купцы многоуважаемые, то сталь и поделки из неё Стальбурга лучшие на рынке всего Тароса, и при поднесении сиих строк подателем, ожидается пятипроцентная оптовая скидка.

И спустился с небес повелитель наш в сиянии огненном. И воссияла надежда в глазах его подданных. Преклонили колени они перед величием его, ведь слишком велико оно было для смертных тел.

- Прислужники, - молвил Аргалор Величественный. – Вы в безопасности. Плодитесь и размножайтесь, зарабатывайте и не забывайте платить отчисления, в контрактах указанные.

И заплакали подданные слезами счастья, услышав эту великую мудрость.

Спустя же ещё пару дней в Ольборге наступил праздник, где врагов подлых везли на повозках магических, дабы развлечь народ честной. Смеялись и веселились прислужники повелителя, потешаясь над глупцами, дерзнувшими бросить вызов их господину.

Но именно тогда пришла новая, пугающая беда.

На горизонте появились ещё более сильные и опасные враги – великаны. Противники, которых драконы неохотно назвали достойными врагами их великолепию.

Несколько штормовых великанов, сильнейших из всего их проклятого рода, напали на семью друга нашего повелителя, прекрасной медной драконицы Луидоры.

В страхе бросилась бедная драконица в мир духов странных и умоляла нашего милосердного повелителя о помощи.

И внимательно выслушав её, Аргалор Покоритель бури принял решение…

Данное примечание написано писцом дословно со слов самого повелителя:

- Кхм, конечно, этот хронист немного увлёкся, но в целом всё так и было. Своей властью этот вариант хроники подтверждаю, а… как его там звали? А, этого Эля назначить главным хронистом. Пусть и дальше пишет правду. У него это хорошо получается.

Глава 1.

Обрушившаяся на Аргалора дилемма была не тем, что можно было легко решить.

С одной стороны, у Льва на руках была троица пленённых и очень обиженных молодых драконов. По изначальному плану Думов планировал медленно и неотвратимо капать им на мозги, настроив действовать так, как выгодно ему.

Лев был уверен, что сумел бы запудрить мозги глупым молодым драконам, большую часть жизни проведших во снах в своих пещерах.

Вот только теперь этот план был невозможен, ведь Луидора нуждалась в помощи прямо сейчас, а оставлять пленённых драконов на долгий срок противоречило одному из основных постулатов драконьего сообщества – не покушаться на свободу другого дракона.

Конечно, выход был. Теоретически Аргалор мог убить всю эту троицу, и даже у их матери не было бы причины на него официально напасть, если она не хотела испортить свой авторитет. Во всяком случае, до достижения ста лет и получения «сертификата о зрелости».

К несчастью, убийство троих молодых ящеров уж точно бы не понравилось Маливен Белый хлад, что, в свою очередь, нарушило бы устоявшееся её противостояние с Сарианой, приведшее к недовольству Исступлённой.

И как бы Аргалора не раздражала эта троица глупых виверн, но для его планов требовалось, чтобы его поддерживало или, как минимум, не мешало как можно больше сильных, а главное, взрослых драконов.

Да, Сариана и Маливен были соперницами, но в обществе драконов соперниками были вообще все! Именно поэтому противостояние двух дракониц с несколькими очень серьёзными допущениями можно было бы назвать очень странной и извращённой дружбой.

Именно поэтому Лев был бы счастлив разобраться сначала с драконами, однако оставить Луидору без помощи он тоже не мог.

Даже если забыть, что смешливая и искренняя медная ему нравилась, напоминая латунную сестру, два спасённых взрослых медных дракона были бы силой, которая ему так нужна была в будущих задумках.

Кроме того, Аргалор невольно повёл крыльями, словно от холода, когда представил всю ту бездну ярости, которая образуется, если Аргоза узнает, что он не пришёл на помощь их общей подруге.

Безусловно, красный дракон ничего и никого не боялся, но лучше бы до последнего было не доводить.

Но пора было приходить в себя, ведь окружающие его прислужники всё более странно смотрят на своего молчаливого повелителя.

- Асириус! – резкий приказ Аргалора заставил отвлёкшегося кобольда потешно подпрыгнуть.

- Да, повелитель?!

- Надеюсь, тебе хватило предусмотрительности продолжить поддерживать канал связи с Луидорой? Я не собираюсь тратить часы на поиск её духовной тени в мире духов!

- Конечно, повелитель! Она ждёт вас!

- Отлично, тогда веди. А вы, - красный ящер посмотрел на остальных слуг и солдат. – Поместите пленников обратно туда, откуда вы их достали.

- М-м-м! – драконы были яростно не согласны, но их никто не спрашивал.

- Что стоим, кого ждём?! – рявкнул Аргалор, видя замедленную реакцию окружающих. – быстро предупредите всё начальство, а в особенности Морица и Миваля! Если уж мы пойдем спасать этих металлических растяп, то большую армию с собой взять не получится из-за расстояния! Пусть готовятся с этим расчётом!

- Есть, господин! – отдали салют драконьи ублюдки и поспешили сбежать из-под тяжелого взгляда дракона.

Местом общения Асириуса оказался его особняк. Последний по техническим причинам не смог бы вместить в себя драконью тушу, что только в холке превышала четыре метра, а если считать с длинной, поднятой вверх шеей, то все восемь. Именно поэтому ругающийся дракон был вынужден ждать, пока на заднем дворе особняка слуги расстелют самые богатые и широкие шкуры, дабы чешуя их повелителя не испачкалась в земле и траве.

Да, пламя Игниса уничтожит грязь без всяких следов, но сам факт наличия грязи уже был недопустим.

Стоило Льву лишь коснуться заранее выстроенной связи, как его немедленно, чуть ли не силком, ухватили и потащили в глубины мира духов. От неожиданности дракон озарился защитным пламенем, но та, кто его тянула, совершенно не обратила внимания на плывущие языки огня, способные при неосторожном касании оставить тяжелые ожоги, переносящиеся на физическое тело.

- Аргало-о-о-р! Спаси их, пожалуйста! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – красный дракон содрогнулся, когда в него со всей силы влетело нечто сопливое, плачущее и громко о чём-то вопящее.

Луидора явно была не в себе, и требовался аккуратный и чуткий подход, чтобы не навредить и иметь с ней дело…

- А ну отстань от меня! – Аргалор яростно пытался отбросить вцепившуюся в него драконицу.

Бум!

- Ай! За что?! – Луидора мгновенно схватилась за заболевшую голову, по которой пришелся быстрый удар.

- За распускание соплей! – рявкнул красный дракон. – Что за позорище я вижу?! Да, ты всего лишь металлический дракон и тебе никогда не приблизиться к великолепию цветных повелителей неба, но даже так ты всё равно дракон! А ну соберись!

- Да, да, всё, что ты скажешь! – Луидора с глубокой паникой посмотрела на Аргалора. – Ты же поможешь, да?!

- Во-первых, я хочу вначале узнать, что именно случилось и сколько было нападавших, - проворчал Аргалор, всё больше раздражаясь. – Хватит на меня так смотреть! Имей хотя бы кроху гордости, демоны тебя побери! И во имя Олдвинга, да, скорее всего я тебе всё же помогу, но соберись уже!

- Спасибо-спасибо-спасибо! – только Луидора услышала согласие собеседника, как с её души упал огромный камень. В чём она за эти годы сумела убедиться, так это в том, что Аргалор очень трепетно подходил к своим обещаниям. И если уж он что-то сказал, то скорее всего это выполнит.

Медная драконица собралась и нахмурилась, пытаясь получше всё вспомнить.

- Вчера я решила отправиться на охоту так как проголодалась, когда же сегодня вернулась, то застала лишь конец боя моих родителей с великанами! Всё вокруг было уже уничтожено кислотой папы и мамы и магией земли великанов. Я спряталась вдалеке и боялась даже пошевелиться, когда они их связали и уносили…

Луидора зашмыгала носом и со стыдом опустила морду, не в силах смотреть в глаза Аргалору.

- Я так испугалась, что даже не смогла позвать никого на помощь… Так и дрожала там, пока они не ушли. И лишь затем связалась с вами, - она опустила голову ещё ниже. – Нет! Ничего не говори! Я знаю, что бесполезная и трусливая…

Бум!

- Ай! Как больно! Зачем ты это сделал?! – возмущенно закричала оскалившаяся Луидора, вновь держась за голову.

- Хватит вести себя словно какая-то смертная! – принялся строго отчитывать её красный ящер, на которого никак не повлиял её угрожающий оскал. – Это смертные плачут, во всём сомневаются и не решаются! Мы, драконы, действуем! Да, враг мог оказаться чуточку сильнее, но это лишь значит, что победа над ним будет ещё слаще! Как ты сказала, твои родители живы, а это значит что? Что надежда всё ещё есть! И если ты не забыла, я всё ещё стою тут, тратя своё время!

- Ты прав, - в глазах медной драконицы вспыхнула решимость, и она злобно ударила по духовному аналогу земли, заставив тот разлететься развеивающимися хлопьями, в которых, если приглядеться, можно было увидеть ругающихся мелких духов земли. – Мои родители ещё живы, а значит ещё ничего не кончено! И мы заставим этих великанов пожалеть, что они решили на нас напасть!

- Правильно, - Аргалор гордо оскалился, покровительственно посмотрев на Луидору, словно взрослый дракон на вирмлинга, в первый раз расправившего крылья. – Но мы не просто заставим их пожалеть. Мы заставим их что?..

- Страдать и мучиться!

- Правильно! И даже больше! Сломаем им руки и ноги, вспорем животы и заставим медленно подыхать! – поддался моменту и своей драконьей натуре Лев, чтобы почти сразу заметить странный взгляд Луидоры.

«Ладно, не всё сразу». – для самого себя решил Аргалор. У Луидоры были намётки хорошего дракона, но этот металлический гуманизм всё ещё был в ней силён.

Если бы кто-то посмел похитить кого-то из его собственной семьи, то Аргалор бы ни перед чем не остановился.

- Луидора! – в мгновение ока откуда-то с нижних уровней вырвался окутанный водой болид, трансформировавшийся во взволнованную Аргозу. - С тобой всё хорошо?! Ты не ранена?! – золотая драконица принялась взволнованно осматривать свою подругу.

- С ней всё отлично, - оборвал её Аргалор. – А вот с её родителями нет. Так может перестанешь мешать ей рассказать, с кем нам предстоит иметь дело?

- Бесчувственный цветной, - презрительно фыркнула. – Зачем она вообще тебя позвала?

- Может потому что я единственный здесь, кто реально может что-то сделать?

- Не льсти себе!..

- Может вы уже меня выслушаете?! – закричала Луидора, но тут же смешалась под двумя интенсивными взглядами. – Простите…

- Итак, как я слышала, ты собиралась рассказать этому самодовольному красному о наших будущих врагах. Мы слушаем. – решила спустить подруге момент «храбрости» Аргоза.

Луидора неловко засмеялась, встретившись глазами с остальными драконами.

- Если честно, я мало что могла увидеть. Лишь то, что там было несколько штормовых великанов. После же боя их вроде стало меньше… Ну и то, что среди них были ещё какие-то смертные прислужники.

- Значит из боя великаны вышли не без потерь. Это уже хорошо, - на удивление разумно заметил Аргалор. – Вопрос лишь в том, зачем великанам потребовалось два взрослых живых дракона?

- Явно ни для чего хорошего, – вздохнула Аргоза. – Если штормовых великанов стало меньше, значит, у нас всё же есть хоть какие-то шансы. Кроме Аксилии, у тебя, Аргалор, есть мысли, кого позвать? Я могла бы нанять опытных наёмников, но на это потребуется слишком много времени, если мы хотим тех, кто и впрямь умел. Где же мы можем найти ещё столь же глупых и импульсивных драконов, решивших присоединиться к этой откровенной авантюре?

- Эй! – смущенно крикнула Луидора. – Спасение моих родителей не авантюра!

- Глупых и одновременно импульсивных, - повторил Аргалор с медленно расширяющейся ухмылкой. – На удивление, у меня как раз есть одна идея на этот счёт…

Глава 2

Подземелья Аргалора представляли собой очень компактное, но в то же время невероятно продвинутое место.

Корпорация Арголориум, как и большинство правителей Тароса, считали, что содержать преступников в тюрьмах просто так, это глупая трата денег. Именно поэтому большинство тех, кто нарушил закон красного дракона, шли или на тяжелые работы в каких-нибудь шахтах и заводах, или отправлялись прямиком на тот свет под руководством Дедариуса Орона.

Старый лич оказался одним из немногих представителей исчезающе редкого подвида нежити: лич-разумный. Именно поэтому Дедариуса не интересовал захват мира в привычном понимании, и он готов был позволить всяким драконам взять на себя столь скучную вещь, как мировое господство.

Также Орон, как оказалось, был вхож в «немертвый клуб». Тайную тусовку разумной нежити, включающую в себя торговлю темными ингредиентами, зельями, гримуарами и просто рабами.

Именно благодаря Дедариусу Аргалор сумел очень больно ударить по лапкам темных эльфов и клану Сакрас, когда те особенно сильно обнаглели, продемонстрировав, что в случае необходимости их можно частично заменить.

Скрежещущие зубами эльфы неохотно затаились, но ни Асириус, ни его господин не обманывались – темные эльфы рано или поздно вновь попытаются проверить рамки допустимого, ведь такова их нечестивая природа.

Вот почему, когда Аргалор спустился в своё личное подземелье, то кроме троих драконов там никого не было.

Сама тюрьма отнюдь не была грязным и влажным склепом, как её принято обычно изображать. Наоборот, по местным меркам она была прекрасным примером магического искусства.

Рунные цепочки гномов плавно переходили одна в другую, укрепляя стены, цепи и рассеивая возможную магию, которую пленники могли использовать для освобождения.

Конечно, попади в эту тюрьму кто-то калибра взрослого и уж тем более старого дракона, то он имел неплохие шансы выбраться. Но на этот счёт Аларик доработал своё снотворное, которое, по его заверениям, было способно действовать даже на какие-то особо крепкие расы, вроде оборотней или архифей.

Для финансирования своих частных исследований Аларик даже пустил снотворное на рынок, правда, перед этим продав часть прав на зелье Аргалориуму.

И это было мудрое решение, ведь благодаря финансовой поддержке корпорации снотворное Аларика в кратчайшие сроки распространилось на всю Империю. Опытные пользователи усиливающих эликсиров частенько сталкивались с бессонницей, а обычные зелья их не брали из-за сопротивляемости. Также зелье нашло своих покупателей и среди преступников, желающих чтобы жертва ещё долго не проснулась.

Архонии, Тифондрису и Цербасу пришлось ждать в этом подземелье долгие четыре дня, пока на пороге камеры наконец не появился их пленитель. Всё это время они провели подвешенные в цепях, словно замотанные в кокон куколки. Лишь наличие аномально выносливой драконьей физиологии позволило им провести всё это время без еды и воды без особо серьёзных физических потерь.

Но если они думали, что спустившийся к ним Аргалор пришел, чтобы всё закончить, то они глубоко заблуждались.

- Дорогая Маливен, - вдохновлённо читал Аргалор большой и тяжелый свиток, удерживаемый перед ним лозами Зары. Рядом висели ещё две лозы с чернильницей и пером. Зара так и не научилась писать, несмотря на все попытки Льва её научить. Зато у него получилось сносно транслировать ей свои намерения, дабы она повторяла те символы, что он ей мысленно демонстрировал. – Не передать словами, как я рад писать эти строки. Смотря прямо сейчас на твоих дочерей и сына, что напали на меня прямо в моём логове, я буквально вижу, как ты их тренировала и учила, ведь та удивительная скорость, с которой они мне проиграли, невольно напоминает мне о тебе…

Отчаянно пытающиеся вырваться из пут молодые драконы явно не желали слушать это письмо, но их никто не спрашивал.

- … И теперь я в настоящем затруднении. С одной стороны, даже если я их отпущу, то нет никаких сомнений, что они ничего не смогут мне сделать. Но с другой стороны, все мы драконы, и было бы оскорблением вас всех, отпустить вас без последствий…

Аргалор закончил читать и со скрежетом почесал когтем свой подбородок, посмотрев на пленников.

- Как думаете, следует ещё раз упомянуть её наставнические навыки или стоит пройтись по вашей бесполезности?

- М-м-м! – кратко заявила белая драконица, на что Аргалор лукаво покачал головой.

- Ты абсолютно права, зачем останавливаться на чём-то одном, когда можешь выбрать оба варианта одновременно?

Позади них всех у входа раздался шум и камера, к неожиданности всех, быстро открылась, впустив внутрь шестиметровую в холке черную драконицу. Потолки тюрьмы были рассчитаны под взрослых драконов, поэтому по ней спокойно могла ходить Аксилия.

- Аргалор, я знала, что ты сумеешь найти достойную битву! – сразу заявила главное Аксилия. – Битва с великанами, да ещё и со штормовыми, это ли не достойное дело, что сделает нас великими, как легенды прошлого?

- Я подозревал, что тебе понравится, - Аргалор демонстративно отвернулся от внимательно прислушивающейся к разговору троицы. – Когда мы разгромим этих великанов, то на следующем тинге наше хвастовство затмит сразу всех! Только чур, дождись, когда мы достигнем возраста в сто лет.

- Ай, я всё равно хотела поднакопить достижений к тому моменту, чтобы в общем плане они смотрелись более впечатляюще, - пожала плечами Аксилия, обменявшись с Аргалором хитрыми взглядами.

- А ты лишь недавно прилетела? – небрежно спросил Лев, хоть прекрасно знал ответ на свой вопрос.

- Ага, повезло, что у меня были дела неподалеку, - в тон ему ответила Аксилия, пока её взгляд «неожиданно» не остановился на троих пленниках. Её глаза сурово сузились. – А кто это у тебя?! Ты же знаешь правила, никаких пленных драконов!

- Так они и не пленные! – отмахнулся Аргалор. – Просто лежат тут денек после битвы перед тем, как я решу их отпустить или убить.

Опешившие от столь наглой лжи молодые драконы дружно зашипели, но рассеивающие телепатию руны работали исправно, а путы намертво закрыли им рты.

- А, раз так, то ладно, - легко согласилась Аксилия под мрачное разочарование пленных. – Но знаешь, великаны серьёзные противники. Ты не думал позвать этих драконов на бой с ними? Как по мне, славы после этой битвы хватит на всех.

Пытающиеся что-то сказать Архония, Тифондрис и Цербас серьезно задумались, а затем с надеждой взглянули на Аргалора. Да, они проиграли Аргалору, но победа над великанами не только вернула бы им утраченный авторитет, но и разом подняла над многими другими молодыми и даже взрослыми драконами!

- Не-е-е, они слишком бесполезные, - безжалостно и с наслаждением разорвал их надежды Аргалор. – Если уж они проиграли мне так легко, то какой с них толк будет там? Кроме того, в бою со столь сложным противником, нам придётся действовать вместе, а они ни за что не станут следовать плану.

- Аргалор, мне кажется или ты слишком пристрастен? - Аксилия перевела взгляд на пленённых дракониц, и те ответили ей взглядами, полными неистовой преданности. Возможность ускользнуть от ещё большего унижения, заставила даже гордых драконов попытаться «вести себя хорошо». – Посмотри на них, они явно готовы влиться в крыло. Дай им шанс.

- Я бы, может, и дал… - «засомневался» красный дракон. – Но ведь если они присоединяться, то им надо будет давать долю в добыче, ведь именно так действуют драконьи крылья.

- Обычно так и есть, - хитро улыбнулась Аксилия, но в данной ситуации уже просто победы над великанами будет достаточно, ведь это разом повысит их известность и авторитет…

Архония и Тифондрис неуверенно переглянулись. Да, они очень хотели вырваться из этой темницы, но добровольный отказ от будущей добычи инстинктивно казался им чем-то еретическим.

Но если драконицы были просто смущены, то в глазах Цербаса, как самого умного из них, медленно начало появляться осознание. Внимательно посмотрев сначала на Аргалора, а затем на Аксилию, он яростно начал извиваться и мычать, пытаясь предупредить остальных.

- Я вот подумал, - неожиданно задумчиво заявил Аргалор. – А ведь один мой особо безумный прислужник заявил, что ему очень уж хотелось использовать в своих зельях такой редкий и невероятно ценный ингредиент, как яйца дракона. И я сейчас не про те, что со скорлупой. Ранее я его чуть не сжёг даже за саму эту мысль, но теперь думаю, а зачем мертвому дракону яйца? Он же всё равно мёртв, не так ли?

Цербас резко замер и перевёл округлившиеся глаза на красного дракона.

- Какой у тебя всё-таки необычный прислужник, - покачала головой Аксилия, после чего на её морде появилась одна из тех усмешек, которая сделала всю расу черных драконов такой печально известной. – Но почему должны быть всего одни яйца? Насколько я помню, у нас, как драконов, очень хорошая регенерация. Так может собрать урожай другой?

Просто так придумавший байку про Аларика Аргалор чувствовал себя особо больным, с тошнотой смотря на увлёкшуюся этими размышлениями черную драконицу. На Цербаса и вовсе же было больно смотреть, такого ужаса Аргалор не видел даже у тех разбойников, которым грозило съедение заживо.

Молодые драконицы хоть и выглядели лучше Цербаса, но, судя по их виду, они тоже очень резко поняли, что красный ящер самый адекватный из них двоих.

- Кхм. – резко кашлянул Лев, пытаясь к своему успокоению оборвать слишком увлёкшуюся Аксилию. – Кажется, это всё равно не пригодится, ведь наш черный друг всё понял, не так ли?

Быстрые и яростные кивки вновь привели Аргалора в благодушное настроение, из-за чего он снял путы с пастей молодых драконов.

- А теперь давайте обещания, - во взгляде Аргалора не было ни грамма юмора. – Что вы честно поможете в спасении родичей медной драконицы и примете участие в сражении с великанами, ради обретения достойной славы.

- Мы хотим большего! – резко заявила Архониа, а когда нахмурившийся Аргалор потянулся за «сбруей» поспешно добавила. – Раз у тебя так много прислужников, то пусть они расскажут о нашей доблести всем вокруг!

- А разве мнение смертных что-то для вас значит? – искренне удивился Лев. Нет, сам он прекрасно знал важность рекламы, но чтобы к тому же выводу пришли чистокровные цветные?

- Мы узнали о тебе от смертных, - попробовала пожать плечами, но у неё это плохо получилось, белая драконица. – О нас тоже могут так узнать другие драконы.

- Хм, почему бы и нет, - чуть поразмышляв, согласно решил Аргалор. – Естественно, он не собирался просто так хвалить эту троицу цветных, но если использовать их как фон для его собственной похвальбы, то почему бы и нет?

- Значит, теперь у нас семь драконов, - подвела итог Аксилия, пока они поднимались наверх из под подземелья. Внизу суетились прислужники, снимая многочисленные цепи и оковы. – Я, Луидора, ты, Аргоза и эти трое. Других взрослых драконов кроме меня не будет?

- Нет, придётся обходится своими силами, - Аргалор, в целом, был даже доволен подобным положением дел, ведь так слава и добыча будет даже больше. – Я бы мог попробовать позвать своего прадеда, Ульдрада Воителя. Но даже если он каким-то чудом решит помочь незнакомым металлическим, то в таком случае о нас ни одна легенда не упомянет. Да и добычи нам тоже не видать. А великаны всегда славились богатыми сокровищницами. Хоть в этом они поступали как настоящие разумные существа. Отца же Аргоза даже и не стала просить, ведь если он узнает, то точно посадит её на цепь, чтобы она не участвовала в этой авантюре. Но нет, будем не только мы трое. Я давно думал над тем, что если мне понадобится куда-то далеко лететь и с кем-то сражаться, то стоит использовать все свои козыри.

Взлетев и поманив заинтригованную черную драконицу за собой, Аргалор полетел прямиком в ближайший лес.

Внизу, если приглядеться, то и дело попадались кордоны и посты, чьей задачей был поиск и поимка возможных шпионов. В этом лесу Аргалор разместил одну из секретных разработок своего научно-технического отдела. В местах с подобным уровнем секретности он обычно хранил вещи, способные в перспективе полностью изменить если не мир, то политическую арену точно.

Несколько минут, и два дракона вылетели к небольшой долине, уютно устроившейся в лесной низине. Именно здесь Аксилия с удивлением увидела широко раскинувшиеся леса и стоявший на стапелях деревянный корабль? Прямо над кораблем плавали связанные в одну кучу множество странных сферических объектов, от которых к кораблю тянулись как верёвки, так и тонкие трубки.

- Подожди… - глаза черной драконицы пораженно раскрылись. – Мне кажется, или этот корабль немного… парит?!

- Именно! – гордо заявил Аргалор, смотря за последними тестами его собственного летающего корабля. Ну или техно-магического дирижабля. – Представляю твоему вниманию передвижную… драконью столово-спальню! Зачем себя ограничивать простой пищей, когда прислужники могут приготовить тебе всё, что угодно, даже в пути! А если надоело махать крыльями, то можно воспользоваться этим же кораблём и всё равно лететь к цели! И словно этих двух функций мало, команда корабля способна постоять за себя и в бою! Поистине, это моё самое гениальное изобретение!

Глава 3

Аксилия с восхищённым видом принялась облетать стоявший на стапелях корабль, стараясь рассмотреть его со всех сторон. Трудящиеся над подготовкой корабля к вылету маги и матросы старательно пытались её игнорировать, делая вид, будто рядом с ними не появляется здоровенной морды, наполненной кинжалоподобными клыками, один укус которых был способен отхватить у них половину туловища.

Впрочем, иногда какой-нибудь молодой юнга издавал совсем не профессиональный писк или даже крик, когда голова Аксилии резко появлялась из какого-нибудь люка или иллюминатора. В таких случаях новичка быстро осаживали успокаивающим подзатыльником более опытные матросы и солдаты.

Собравшиеся на этом летающем корабле люди были элитой корпорации. Многие из них рвали жопу не один год, а то и десятилетие, чтобы подняться в иерархии корпорации и получить столь почетное место, как участие в сверхсекретных военных направлениях Аргалориума.

Более того, стоило понимать, что эти суровые, зачастую имеющие полностью стальные руки или ноги солдаты частенько являлись детьми или даже внуками ещё первых прислужников дракона.

Ведь хоть Аргалор и повысил минимальный срок жизни своих прислужников, не экономя на стабильном уничтожении постоянно появляющегося зверья (никто не имел права есть ресурсы Аргалора) или развивая здравоохранение (здоровые прислужники дольше живут, а значит, дольше платят отчисления), но люди Тароса всё равно старались заделать детей как можно скорее и так же быстро отправить их во «взрослую жизнь».

Ещё в далеком прошлом Аргалор поставил перед Асириусом задачу организовать у своих прислужников культ личности дракона. Откровенно говоря, Лев очень смутно понимал, что это вообще такое и как что-то подобное организовать. Да, будучи жителем Земли Думов, краем уха слышал о культе личности Черчилля в Англии или Авраама Линкольна в США, но его зона интересов всегда лежала больше в способах практического зарабатывания денег, чем политики.

Именно поэтому Аргалор в очень расплывчатых подробностях описал Асириусу, что он хочет получить, после чего отправился заниматься магией.

Внимательно выслушавший весь тот поток бессвязных фактов и просто концепций по типу «Хочу вот так», немного подумал, после чего решил, что спешить с чем-то подобным не стоит.

Хоть миры и были разными, а кроме людей Тарос населяло великое множество различных рас, но по большему счету, все они думали плюс минус похоже. Асириус же очень хорошо помнил свой скептицизм, когда старейшины племени заявили, что работа учеником на садиста главного шамана – это великая честь, заслужить которую ему очень повезло.

Вот почему Асириус не стал рубить с плеча, а подошел к делу очень тонко. Никто нигде не кричал о величии Аргалора напрямую, хоть как подозревал кобольд, его повелитель ничуть не был бы против подобного. Однако при приёме на работу, лечении в больнице или даже простой покупке продукции Аргалориума корпорация исподволь намекала о том, что всё вокруг не случилось бы, не появись в один миг один прекрасный и очень умный молодой дракон.

Так продолжалось, пока Асириус не решил, что пора переходить на следующий этап.

С открытием общественных школ для детей рабочих и курсов повышения квалификации учителя получили четкие инструкции, когда и сколько раз стоит упоминать Аргалориум и, естественно, его бессмертного правителя – Аргалора Покорителя бури. Забавно, но многие учителя, выросшие и получившие образование в Эклунде и сами были не прочь расписывать своего господина лишь в самых лучших цветах.

Так, год за годом, десятилетие за десятилетием сформировалось общество, для которых драконы не были чем-то неизвестным и ужасным. Роли прислужников, и уж тем более доверенных прислужников стали тем, к чему разумные стремились и за что сражались.

Вот почему показать перед другим драконом страх или непрофессионализм в глазах этих людей было чем-то постыдным. Для них была невыносима даже мысль показать, что они могут показаться подобными тем необразованным крестьянам, начинающим молиться богам лишь о слухах о наличии поблизости драконов.

Однако вернёмся к Аксилии и кораблю. Само летающее судно было длинной семь десятков метров и часть его бортов была покрыта сталью. Ширина же корабля была поистине аномальной, достигая целых двух десятков метров, делая судно больше похожим на странную баржу. По своей форме корабль напоминал причудливый броненосец девятнадцатого века или японские нихон-мару.

В отличие от привычных низких бортов, борта летающего корабля были высокими и пестрели множеством укреплённых бойниц для арбалетчиков и магов. Наверху внушительную часть палубы занимали длинные створки, позволяющие при необходимости раскрыться и впустить в себя решившего отдохнуть дракона. В самом корабле для этого была выделена отдельная спальное место, при необходимости способное играть роль склада и сокровищницы.

Также, как Аргалор и говорил, камбузу и складу припасов на корабле было посвящено значительное количество места. Руаниэль Кирасгос, сбежавший от короля эльфийский повар, за время службы на Аргалора сумел выучить достойных учеников, часть из которых была вынуждена пойти служить на этот корабль.

В движение корабль приводили расположенные по бокам две бронированные турбины, питаемые сложным маго-генератором, питающимся мелко раскрошенными энергетическими кристаллами, смешанными с углём и рядом алхимических реагентов. Вся эта смесь извлекалась из экранированных контейнеров, закидывалась кочегарами в топку, где и высвобождалась магия, поглощаемая генератором.

По идее, всё можно было сделать проще, обойдясь чистыми кристаллами, вставляемыми по мере их расхода, но в таком случае цена даже часового полёта была бы астрономической. Кристальная же пыль стоила несравнимо меньше, как и все добавочные ингредиенты вместе взятые.

Вверх судно поднимала сложная система из множества воздушных шаров, в каждом из которых был заперт дух воздуха. Дабы контролировать и подпитывать этих духов, от каждого шара к кораблю тянулись энергетические кабели, по которым шли как приказы, так и магия для исполнения договоров.

Вероятно, квадратообразный вид судна мог бы вызвать аневризму как у кораблестроителей, так и у самолетостроителей, ведь аэродинамический профиль корабля был ужасен. Данную проблему были призваны решить зашитые в переднюю часть корабля уже знакомые духи воздуха. Именно они отвечали за то, что перед кораблём всегда была разреженная зона воздуха.

Ну и последней, самой впечатляющей частью судна являлась нижняя часть корабля, где в начале и конце днища располагались полностью бронированные полусферы, с торчавшими из них сверкающими позолотой орудиями Скотта.

Аларик Скотт за прошедшие годы всё же доработал своё первое орудие, так в своё время удивившее Овернаса Электрического вихря. Теперь его энергопушка не взрывалась после каждого выстрела, имея сразу несколько защитных и страхующих механизмов

Между Алариком и Аргалором произошла очень громкая и напряжённая стычка, где увлекающийся ученый грудью стал на защиту своего изобретения и даже перед угрозой сожжения отказался сменить название «орудий Скотта» на «Арго-орудия».

И хоть Аларик очень близко подошел к угрозе смерти, но Аргалор неохотно согласился не менять название. Что, впрочем, не защитило ученого от множества проверок и урезаний бюджета.

Как и любой дракон, Покоритель бури был очень обидчив и мстителен, даже если он был сам неправ.

Теперь же орудия Скотта готовы были поразить любую цель на поверхности, имея прекрасные углы обзора, а главное, впечатляющую защищённость.

По идее, такие же пушки надо было установить и вдоль бортов, но последние пока что занимали слишком много места, из-за чего основная задача по перевозке дракона ставилась под угрозу. Кроме того, нынешние орудия Скотта были довольно медлительны, из-за чего попасть по быстро летающей цели не представлялось возможным.

Для ведения боя с летающими целями были установлены четыре тяжелых стационарных стреломета, по два у кормы и носа корабля.

Вдоволь исследовав корабль, Аксилия приземлилась неподалеку и окинула Аргалора тяжелым взглядом.

- Я всегда удивлялась твоей любви возиться с этими смертными, но если уж тебе это нравилось, то мне было плевать. Более того, я не слепа к преимуществам, которые они тебе дали.

- Но? – сразу понял, к чему всё идёт Лев.

- Но ты позволил смертным летать, - Аксилия сузила красные глаза. – Если раньше летать могли лишь маги и мы, драконы, то теперь небеса рано или поздно заполонят лоханки смертных. Ты же ведь не собираешься остановиться лишь на этом корабле? И в конце концов и другие захотят себе нечто подобное. Я нахожу это оскорбительно, что обычные смертные тоже могут наслаждаться небесами, предназначенными для нас, драконов!

Аргалор нахмурился. Он не ожидал, что его задумка так сильно огорчит черную драконицу. Невольно Лев задумался, какова будет реакция других драконов, если даже Аксилия злилась перед ним. Тем не менее выбранный Аксилией тон ему тоже не понравился.

- А то, что могли летать всякие мантикоры или виверны, тебя раньше не беспокоило? – язвительно спросил Лев, но быстро добавил, видя, как его собеседница стремительно надувается от гнева. – К тому же, эти корабли в будущем станут одной из первых серьезных ступенек на пути Аргалорбурга!

- Я до сих пор считаю, что это глупое название для города, - невольно фыркнула Аксилия, чем сбила накал страстей. – И Аргоза тоже так считает.

- Тогда хорошо, что ваше мнение в названии МОЕГО города не учитывается! – оскорбленно фыркнул Аргалор.

- Нашего города, - поправила его Аксилия. – И что именно ты подразумевал, говоря о какой-то там ступеньке?

- Как ты думаешь, какая одна из главных проблем у Аргалориума в ведении бизнеса? – риторически спросил Лев и сам же ответил, повернув голову к кораблю. – А я отвечу. Это сраные, бесполезные аристократы, пытающиеся любой ценой содрать золота с торговцев, проезжающих по их землям. И даже если заключить договор, который, предположим, они не нарушат сразу, то время от времени они имеют глупое свойство умирать, и приходится вновь заключать договоры уже с их детьми! И так раз за разом!

Лев в ярости потряс кулаком.

- Ты знаешь, сколько в Империи аристократов? Сотни и тысячи! И каждый мнит себя чем-то большим, чем жалким смертным, возомнившим о себе невесть что! Летающие же корабли раз и навсегда изменят это правило! Больше никаких запущенных дорог, в которых тонут телеги. Нет нападениям разбойников и сворам монстров. Никаких баронских бандитов!

- А разве они не начнут жаловаться за то, что твои корабли будут проплывать над ними? – в сомнении протянула Аксилия. – Даже если они не смогут тебя сбить, то жалобы императору заставят их внести законы, ограничивающие полеты.

- Правильно, так и будет, - кивнул Лев, и на его морде появилась предвкушающая ухмылка. – Вот только ты забываешь, что мы живём на Таросе. Мире, где большая часть территорий всех континентов покрыта лесами, пустынями и горами, где из-за засилья монстров и последствий прошлых магических войн давным-давно никто не живёт. Уже сейчас Асириусом был создан картографический отдел, чьей задачей составлять кратчайшие торговые пути, проходящие исключительно над подобными землями.

- Но эти же земли всё равно кому-то да принадлежат, разве нет? Хоть по мне, всё это полная глупость, ведь, очевидно, лишь драконы могут владеть чем-то столь масштабным, как целые миры. Смертные слишком быстро умирают для чего-то подобного.

- Не буду спорить, но здесь и скрыта забавная особенность политики большинства государств мира, - удовлетворенно согласился Аргалор. – Хоть эти земли и могут находиться в черте территорий какого-нибудь герцога. Однако если на них нет постоянных поселений, населения и не взимается налог, то они считаются свободной добычей для любого искателя приключений. Просто бери, очищай их и захватывай. Если сделаешь всё правильно и заплатишь кому нужно, то есть шанс даже получить какое-нибудь баронство. Конечно, есть правила, запрещающие участвовать в этой «раздаче подарков», если уже имеешь какой-то земельный надел, но их не так много.

- Вот только захватить эти земли не так-то просто, иначе это было бы сделано давным-давно. – наконец-то поняла Аксилия мысль собеседника. – Это и впрямь хитро. Только помни, что когда ты это всё же сделаешь, у тебя появится много врагов.

- А без них настоящего состояния никогда не заработаешь, - Аргалора это не особо беспокоило. – Кроме того, как ты правильно сказала вначале, очень скоро все будут повторять за мной. Я же успею снять "первые сливки".

- Я понимаю, почему ты это сделал, - тяжело вздохнула Аксилия. – Тем не менее разве нет другого пути?

- Этот мир всё равно рано или поздно дошел бы до того, что я сейчас придумываю. После того, как я выпустил джинна из бутылки, а именно запустил процесс создания корпораций и развитие промышленности, мир уже не будет прежним. Ты же заметила изменения, не так ли? - Аргалор решил, что черная драконица достаточно завязла в их странных отношениях, чтобы немного ввести её в курс дела. Та же Аргоза давно уже разобралась в том, что делает Аргалор, и даже начала использовать это знание себе на пользу в своих играх с графством.

- Да, - осторожно кивнула задумавшаяся Аксилия, а затем её удивленный и настороженный взгляд сосредоточился на Аргалоре. – Получается, за всем этим стоял ты? Ты знал, что так и будет?

- Именно, - самодовольно усмехнулся красный дракон. – Я выпустил монстра из клетки и первым его оседлал. И не надо делать такое выражение морды, вы с Аргозой тоже будете среди тех, кто использует сложившееся мироустройство себе на пользу.

- Нет, я не об этом подумала, - Аксилия продолжала странно смотреть на молодого дракона, чью глубину амбиций, как оказалось, она знала не так хорошо. – Мне пришло в голову, что запущенные тобой изменения явно не придутся по вкусу тем древним монстрам, которые прямо сейчас спят по своим пещерам, проводят изыскания в скрытых магией замках и тратят вечность на поиски ещё большего могущества. Разве тебя это не беспокоит?

- Конечно, беспокоит, - легко согласился Аргалор, и пояснил удивлённой его ответом Аксилии. – Если кто-то скажет, что его не беспокоит гнев древних драконов, старейшин штормовых великанов, древних архифей, и скрытых архимагов с архиличами, то с ним явно что-то не так. Но я всегда знал, что мои амбиции когда-нибудь пересекут дорогу одному из них, если не сразу всем. Теперь же, со всем поднятым мной хаосом, у них будет десятки причин отвлечься от того, что буду делать я.

Глава 4

Разговор с Аксилией был более чем содержателен. Аргалор не лукавил, когда объяснил цели запуска промышленной революции. Да, благодаря даже оборванным и поверхностным земным знаниям, Лев имел заметное преимущество в этом мире, что позволило бы ему быстро обзавестись столь желаемыми сокровищами и капиталом.

Вот только была у индустриализации и другая цель – раскачивание лодки и принуждение всех древних чудовищ всеми силами пытаться вернуть Тарос в ту колею, к которой они привыкли.

Даже просто старые люди с каждым годом всё меньше и меньше приемлют инновации, что уж можно сказать про существ, живущих столетия и тысячелетия?

Когда они увидят, как привычный мир вокруг них лопается, и сквозь его нарывы проступают очертания чего-то нового, они немедленно начнут действовать. Но беда в том, что разумные уже распробуют столь притягательный аромат «светлого будущего». Они откажутся, и прольётся кровь, точнее, много крови, на реке которой Аргалор и собирался выплыть к берегам своего будущего успеха.

Будущий хаос не сильно беспокоил Льва. Даже не будь он горделивым и эгоцентричным красным драконом, то его совесть всё равно бы даже не вздрогнула. В конце концов, он же никого не заставляет? Он всего-то и делает, что даёт разумным инструменты, и разве его дело, если они начинают друг друга ими вскрывать?

- Моргенс! – вошедший в особняк Аргалора глава разведки был препровожден к самому повелителю. – Надеюсь, за эти дни ты сумел найти хоть что-то?! Если нет, то немедленно иди ищи ещё!

Сразу после разговора с Луидорой Аргалор развёл бешеную деятельность по подготовке к путешествию. И первым делом он запряг всех своих важных прислужников.

Так, Моргенс Гудмунс должен был узнать всё о тех великанах, что решили напасть на родителей Луидоры.

- Я кое-что узнал, повелитель, - сухо кивнул полуэльф, но тут же поднял руку, заметив вспыхнувшие торжествующим огнём глаза дракона. – Но всё равно сведений не так уж и много.

- Ну хоть что-то, - проворчал Аргалор. – А теперь рассказывай, хватит тратить моё и своё время!

- Мы и раньше знали, что великаны двинулись в сторону границы Империи, но теперь я могу с уверенностью заявить, что они прибыли не просто от границы. Они её пересекли, прибыв из орочьих степей.

- Подожди, как это возможно? – нахмурился Лев. – Там же комару негде пролететь от стоявших друг за дружкой крепостей и лагерей легиона! Как они умудрились пройти и даже протащить за собой обратно двух взрослых драконов?!

- Цепь крепостей не совсем постоянна, - принялся объяснять Моргенс, ранее специально изучивший этот вопрос. – Значительную часть защиты запада Империи осуществляет горная цепь Рогдайк. Скорее всего, великаны использовали известные лишь им тайные тропы и свою магию камня, чтобы найти там дорогу.

- Любители копаться в земле, - презрительно фыркнул Аргалор. – Хорошо, с тем, как они сбежали и где их искать, мы разобрались. Что тебе ещё известно?

- И здесь начинается самое интересное, - обычное стоическое выражение мужчины чуть изменилось, когда он начал рассказывать с куда большим энтузиазмом. Было видно, что он явно гордится найденными им сведениями. – Из всех ближайших известных крупных групп великанов, единственные, кто обладает достаточным количеством сил – это великаны, возглавляемые Баросом…

- …Мучителем, - резко закончил Аргалор и на удивлённый взгляд прислужника неохотно пояснил. – Это довольно старый штормовой великан, прославившийся среди драконов достаточно, чтобы ему дали это прозвище. Мать рассказывала нам о тех великанах, к которым не стоит попадать в плен. Теперь понятно, почему он так желал получить драконов живыми…

- И… почему? – осторожно спросил Моргенс, когда задумавшийся дракон продолжал молчать.

- Хм, - Аргалор оценивающе посмотрел на Гудмунда, а затем лишь пожал плечами. – Всё равно рано или поздно вы могли бы об этом узнать. Во время великой войны некоторые кланы великанов научились поглощать часть силы убитых ими драконов. Тем не менее самый успешный результат достигался, если жертва была ещё жива. Кроме великанов ни у кого больше не получилось использовать эти ритуалы, но я надеюсь, что не стоит болтать о чём-то подобном.

- Вы говорили лишь о том, что его зовут Мучителем, - с каменным выражением лица заявил Моргенс, получив удовлетворительный кивок.

- Именно. Мерзкий великан, даже по меркам его собственного рода, и очень скользкий. Всегда выбирал тех жертв, за которых никто не будет мстить. А если его и пытались выследить, то всегда скрывался раньше, чем его успевали найти, - огненные глаза Аргалора сузились, когда он анализировал полученную информацию. - Раз ты сумел так легко о нём узнать, то он явно расслабился, посчитав, что его перестали искать. Уверен, если он убьёт родителей Луидоры, то снова исчезнет. Хм, дай угадаю, ты тоже не знаешь, где конкретно его логово?

- Вы правы, повелитель, - кивнул Моргенс и сразу же добавил. – Но я знаю того, кто точно знает!

- И кто же это?

- Легат Люциус Карантус, командующий четырнадцатым легионом, базирующимся на границе с орочьими степями. Все мои источники в один голос сообщают, что если кто и в курсе того, что происходит в степях, то это Карантус. Он ведет с орками долгую и непрекращающуюся войну вот уже два десятилетия. Когда о нём вспоминают, то говорят, что в орочьих стойбищах женщины зеленокожих пугают его именем своих уродливых детишек.

- Великолепно! – воодушевился Аргалор. – Тогда свяжись с Мивалем и используй его магов, чтобы связаться с этим Карантусом. Узнай, чего он хочет за предоставление информации о местоположении логова Бароса.

- Боюсь, господин, это невозможно, - с невозмутимым лицом развёл руками Моргенс. – Я первым же делом постарался с ним связаться, но ничего из этого не вышло. Когда же попытался узнать причину, то стало известно об очередном нашествии орков на приграничные крепости. Шаманы зеленокожих прекрасно научились прерывать любую связь, поэтому ни шаманы, ни маги не смогут пробиться к магам крепости. Если мы хотим с ним связаться, то должны приблизиться поближе.

- Тогда планы немного меняются, - фыркнул языком огня Аргалор. – Вместо того, чтобы искать «языка» среди орков, первым делом летим к этому легату. Уверен, нам будет что с ним обсудить.

*****

Когда Асириус прибежал к своему повелителю и начал быстро тараторить о какой-то важной встрече, Аргалор на нервах его чуть было не прихлопнул. Времени было мало, и всё надо было успеть, и на какие-то там встречи его решительно не хватало. К примеру, следовало укрепить тюрьму одной «особо умного» высшего духа, дабы она не сбежала, воспользовавшись отсутствием своего пленителя.

Тем не менее, когда Аргалор всё же вслушался в то, о чём говорил Асириус, то был вынужден удержать свой характер в узде и неохотно последовать на встречу.

- Господин, к нам тайно прибыл не кто иной, как Кранток Гурлинсон! – Асириус принялся поспешно вводить своего повелителя в курс дела. – Это один из главных финансистов Каменных бород.

- Каменные бороды?! – взревел Аргалор от мгновенно вспыхнувшей ярости. – Один из этих ублюдков посмел прийти прямо сюда?! Ну так давай же я с ним встречусь! Где он?!

Перед глазами красного дракона словно в игральном автомате начали прокручиваться внушительный список всех тех денежных потерь, которые он понёс и продолжал получать из-за холодной войны с одним из двух самых могущественных кланов гномов Тароса.

- Повелитель, постойте! – несмотря на нависший над ним холм пышущей жаром красной плоти, Асириус явно не собирался вести разгневанного дракона к их гостю. – Мы сами его сюда позвали… - видя, что это не приносит должного результата, Асириус быстро добавил. – И это принесёт вам много-много золота!

- Золото? – черная ярость драконьей жадности замерла и неохотно отступила. Аргалор пристально посмотрел на прислужника. – Говори.

- Вы же знаете, как тяжело у нас идёт война с Гномпромом? Как-то раз ко мне пришел Тарет Варбелт и предложил интересную идею. Хоть их клан и был вышвырнут из политики гномов, но у них всё равно есть немало тех, кто не прочь докладывать о чём-то интересном за отдельную плату. Так нам стало известно о Крантоке из второстепенного клана Гурлинсон, одном из главных финансистов Каменных бород, а затем и всего Гномпрома. Самое же главное, - Асириус широко улыбнулся. – О том, что, скорее всего, он просто невероятной наглости вор, который украл у обоих кланов просто немыслимые суммы!

- И вы тогда решили его сюда пригласить, ведь он может быть нам полезен, - нетерпеливо прорычал Аргалор. – Но тогда почему я не в курсе столь важных дел?!

- Мы не хотели вас беспокоить, повелитель, если наши переговоры так бы ни к чему и не привели бы, - принялся оправдывать кобольд. – И вообще почти не рассчитывали, что дело зайдёт дальше первых писем, но, к нашему удивлению, Кранток, наоборот, уцепился за связь с нами, и, более того, сам выразил желание тайно прибыть сюда, чтобы встретиться с вами.

- И прибыл он, демоны его побери, именно тогда, когда времени нет совсем, - раздраженно фыркнул Аргалор.- Хорошо, веди к этому гному. Уже чувствую, что разговор с ним будет забавным.

Асириус был лишь рад исполнить сей приказ.

Самого Гурлинсона провели через задний вход в поместье Аргалора, дабы он сильно не светился на людях. Кроме Крантока в кабинете, а учитывая размеры дракона, огромном зале, были лишь ещё трое доверенных гномов из личной охраны.

Стоило Аргалору величественно войти внутрь, как Кранток немедленно подорвался со стула и с хорошо скрываемым страхом взглянул на дракона.

За свои более чем шесть десятков лет в этом мире, Аргалор прекрасно научился видеть, когда разумные испытывают ужас в его присутствии. В конце концов, это совершенно нездорово, когда кто-то не боится, стоя рядом с существом, чья совокупная масса превосходит твою более чем в сто раз.

За свою жизнь Аргалор встречал не более пары десятков таких разумных, и каждый или каждая заставляли его относиться к ним серьезно.

Самому гному, хоть он выглядел относительно молодо, было около двухсот – трехсот лет, крепкий средний возраст для большинства их расы. Его черная борода была заплетена в три аккуратные косички, на концах которых висели крошечные серебряные топорики. Одежда у него была богатой, но без ярких цветов, чтобы не привлекать внимание. Примечательнее всего были глаза – умные и хитрые. Их обладатель смотрел на мир и его обитателей через призму полезности, естественно, лишь ему одному.

- Приветствую тебя, о, Покоритель бури! – уважительно поприветствовал дракона Кранток, глубоко поклонившись. Его примеру последовала и охрана, пусть и не столь охотно. Отношения между гномами и драконами всегда были натянутыми, а если учесть глупую гордость гномов, то становится понятно их поведение. - Видя твою стать, я верю, что все услышанные мной слухи о вашей силе - чистая правда!

- И я приветствую тебя, гном, в своём доме, - благосклонно кивнул Аргалор, проходя вперёд и ложась на специально уложенные на полу толстые шкуры. Следом за драконом прошли и Асириус с Таретом. Глава клана Варбелт с еле уловимой ненавистью посмотрел на одного из тех, кто мог принимать решение по изгнанию его клана, но когда Кранток посмотрел на Тарета, на лице последнего была лишь доброжелательная улыбка. – Как я слышал, ты проделал долгую дорогу и приложил немало сил, чтобы добраться сюда незамеченным. Признаться честно, ты сумел меня заинтересовать, гном. Я сейчас занят, но всё же пришел сюда. Излагай цель своего прибытия и делай это быстро.

- Я бы не посмел тратить время кого-то столь великого, как вы, именно поэтому я сразу перейду к делу, - гном глубоко вздохнул и расплылся в угодливой улыбке. – Весь мир знает о противостоянии молодой и растущей корпорации Аргалориум и древнего союза двух кланов, Гномпрома. Но вот что мало кто знает, так это то, что далеко не все гномы так уж однозначно настроены на эту войну.

- Неужели? – Аргалор заинтересованно приоткрыл глаза, в то время как Асириус немного обеспокоенно посмотрел на дракона. Верного кобольда немного беспокоило то благодушие, с которым Аргалор общался с этим мошенником. Неужели лживый язык этого коротышки умудрился добраться даже до повелителя?!

- Именно так! – обрадованно закивал Кранток. – Многие были настроены решительно против продолжения этой войны. Зачем воевать, если Тарос так велик и ещё есть множество мест и сфер влияния, которые ещё никто не успел разобрать?

Гном посмотрел на Асириуса и Варбелта, ожидая одобрения.

- Кроме того, признаюсь, это было неожиданно и для меня самого, - было видно, что Кранток подходит к самому важному, что он вообще собирался сказать. – Многие из обоих кланов, как Каменных бород, так и Стальных секир, не уверены, что объединение кланов в единую корпорацию было правильным решением.

- Ты меня заинтересовал, - Аргалор внимательно слушал. – И если ты прибыл сюда аж из центра Империи, ведь именно там, насколько я знаю, находятся Горы Магарана, то значит у тебя есть предложение, как помочь всем этим разумным гномам?

- Вы абсолютно правы, как и ожидалось от вас, господин, - вновь «лизнул» Кранток. – Недовольство старейшинами и главами Гномпрома зреет давно и пустило уже множество корней. Но, к несчастью, у нас нет самого главного – стабильного и постоянного источника дохода на финансирование восстановления правильного порядка вещей.

- О, значит вам не хватает золота? – понятливо кивнул Аргалор, и в комнате невольно повысилось напряжение. – И сколько же, по-твоему, всем этим хорошим гномам не хватает средств, дабы помочь двум кланам гномам вновь зажить своей прежней, раздельной жизнью?

Кранток нервно облизал враз пересохшие губы. Было видно, что жадность в нём борется с благоразумием.

- Как вы понимаете, господин, в таких делах лучше переплатить, чем потом сожалеть… Поэтому я считаю, что десяти миллионов золотых должно быть достаточно…

- Сколько?! – перебил его буквально завизжавший от шока Асириус.

- Десять миллионов золотых?! – в тон ему закричал уже Варбелт, грозно потрясая кулаками. – Жалкое, безбородое ничтожество! Да как ты посмел предлагать столь непомерные…

- Договорились, – решительно кивнул Аргалор, и два его прислужника чуть разом не потеряли сознание, с каким-то потусторонним отчаянием и неверием смотря на своего повелителя. – Меня устраивает это условие.

- Повелитель… - прошептал Асириус, чуть не плача. – Что вы… Как вы… Что с вами?!

Тарет и вовсе не знал за что хвататься, то ли за сердце, то ли за желудок. Желчь подкатила к горлу гнома, когда он представил, как всё это золото уплывет проклятому Гурлинсону.

Варбелт уже десять раз успел пожалеть, что вообще связался с этим мошенником.

«Как, во имя всех богов, дьяволов и демонов этот ублюдок умудрился так легко убедить Аргалора отдать такие деньжищи?!» - одна единственная мысль билась в головах двух прислужников.

«Это страшный сон», - отстраненно думал Асириус, всеми силами пытаясь проснуться: «Наверное, я слишком глубоко ушел в мир духов и теперь просто вижу кошмар. Ха-ха, надо прямо напрячься и он развеется. Почему не получается?!»

- Я знал! Я знал, что вы деловой чело… то есть я хотел сказать гно… дракон! – опешивший от того, что у него всё получилось, Кранток на радостях принялся путаться в словах. – Клянусь, я вас не подведу!

- Уверен, что нет, - Аргалор протянул лапу, словно для рукопожатия, что, учитывая разницу в размерах, было иронично. - Тогда давайте, чтобы у нас всё получилось.

Буквально светящийся от счастья гном чуть ли не вприпрыжку бросился к лапе, намереваясь её пожать, когда еле уловимое движение когтей заставило его недоуменно замереть.

Уже предвкушающая обратный путь стража гнома в шоке смотрела, как голова их господина оказалась в тесной хватке когтей.

- Что за… - закричал пытающийся вытащить из-за пояса топор гном, как судорожно замер, чувствуя щекочущую его горло сталь.

Казалось бы, монолитные стены комнаты раскрылись, выпуская наружу невероятно быстро движущиеся покрытые сталью фигуры службы безопасности.

- Только дернись, мешок с мясом, и я оторву тебе голову, - угрожающе прошипел Джозеф Эрц, полукиборг и претендент на должность главы СБ. Стальные пальцы крепко ухватили череп гнома, что он даже не мог дёрнуться.

Чем-то похожим было положение и Крантока, только в разы хуже. Вместо пусть и стальных, но рук, голову финансиста держали самые настоящие когти. Когда же они двинулись наверх, то комнату огласили крики боли, когда Гурлинсона поднимали прямо за голову.

- Меня всегда удивляла та смелость, или, скорее, глупость, с которой вы, смертные, так отважно пытаетесь обмануть драконов, - философски начал Аргалор, с интересом смотря на корчащегося в его когтях гнома. Последний пытался удержать своё тело на руках, чтобы ослабить давление на голову, но руки у него были слабые, поэтому он постоянно срывался, причиняя себе новые мучения. – Наверное, вам добавляют уверенности такие дегенераты, как Архониа, Тифондрис и Цербас. И я вас даже в чём-то понимаю. Сложно не воспользоваться этими дебилами, когда они буквально упрашивают об этом. Вот только я не могу понять одного…

Аргалор приблизил корчащегося гнома поближе к своей морде, и от этого, даже несмотря на боль, тот застыл, словно дрожащий кролик.

- Что натолкнуло тебя на мысль, что я, Аргалор Покоритель бури, дурак, которого ты можешь обмануть? Не буду скрывать, меня очень интересует ответ на этот вопрос. Ведь оскорбительны даже не твои действия, а твоя уверенность, что у тебя получится.

- Пожалуйста… я... я сожалею! Простите меня! – лепетал Кранток, но Аргалору было плевать на его мольбы.

- И ведь если бы ты пришел ко мне с этим предложением и не пытался меня обмануть, то всё закончилось бы хорошо. Я бы помог тебе и твоим «друзьям», ведь это было бы мне выгодно. Но нет, ты посмотрел на восьмиметрового красного дракона и решил, почему бы его и не обмануть, да?

- Господин, послушайте… Ай! Эти деньги и впрямь понадобились…

- И снова ложь, - вздохнул Аргалор, и гном забился в когтях, когда последние сжались чуточку сильнее. – Гном, ты думаешь, я не знаю, зачем ты сюда прибыл? Почему так отчаянно зацепился за связь с моими прислужниками? И, несмотря на всё своё гигантское состояние, притащился сюда лично, несмотря на весь риск?

Кранток слезливо смотрел на мрачно развлекающегося дракона.

- Молчишь? Ну так я отвечу тебе. Потому что ты в западне, гном. Твоя жадность толкнула тебя на этот путь. Годами и десятилетиями ты обворовывал свой клан, не так ли? И всегда это сходило тебе с рук. Благодаря своим родственным связям и знакомствам, ты каждый раз мог прикрыть расследование и продолжить наполнять свой бездонный карман. Но вот беда, с присоединением второго клана, ты больше не мог так делать, ведь "Стальные секиры" не стали бы молчать. Более того, отменить свои схемы ты тоже не мог, и как результат ты понял, что если ничего не предпринять, то всё кончится смертью одного жалкого гнома.

Аргалор рычаще засмеялся, но вот его собеседнику было почему-то совсем не смешно.

- И я, твоя единственная надежда, предатель. Ради своей шкуры ты готов предать и сдать всех, но лишь бы выпутаться из той ямы, в которую сам себя загнал. И, как я сказал, действуй ты с должным уважением, я бы мог помочь тебе. Но ты пытался укусить руку, которая тебя кормила бы, и я не собираюсь это просто так оставлять.

Небрежное движение кистью, и тело гнома отправилось лететь прямиком на каменный пол. Стонущего предателя быстро схватили бойцы СБ.

- Эрц, возьми этот мусор и сделай так, чтобы он рассказал всё, что может быть полезно. Можешь использовать всё, что хочешь. Главное, чтобы он остался жив и без видимых повреждений, ведь он ещё пригодится. И да, позови Моргенса, это по его части.

- Я тоже буду рад поприсутствовать, - мстительно заявил Варбелт, с предвкушением смотря на Гурлинсона. – Уверен, он должен быть в курсе, кто отдал приказ на уничтожение репутации нашего клана.

- Веселитесь, - незаинтересованно фыркнул Аргалор, вставая и с хрустом потягиваясь. – Всё равно теперь это ваша забота, раз уж вы всё это заварили. И да, отрубите ему палец и отдайте его Аларику, он поймёт зачем. Где-то слышал, что настоящая бочка гномьей водки получается, если в ней настоять целого гнома. На эксперимент с бутылкой, думаю, хватит и пальца. Если в будущем у нас будет война, так не пропадать же ресурсу?

Уходя прочь, Аргалор был исключительно в мыслях о завтрашнем вылете, поэтому он не слышал отчаянного мычания заткнутого предателя, решившего, что он способен обмануть дракона.

Глава 5

Собрание семи драконов было решено провести на заднем дворе поместья Аргалора. Так как, во-первых, красному дракону было просто лень куда-то ещё идти, а во-вторых, здесь не было посторонних, способных подслушать.

Служба СБ, пока лишь на время возглавляемая Джозефом Эрцем, рыла носом землю в попытках найти шпионов и показать повелителю свою полезность. В Аргалориуме эффективность всегда шла рука об руку с крупными денежными вливаниями, именно поэтому главы отделов, фабрик и лабораторий готовы были идти на самые бесчеловечные и неожиданные решения, лишь бы выделиться на общем фоне таких, как они.

Семь повелителей неба устроились под открытым небом, и каждый внимательно осматривал шестерых остальных. Даже будучи семьёй, Тифондрис с Архонией и Цербасом отнюдь не были единой силой. Если Архониа сверлила Аргалора тяжелым взглядом, то Тифондрис хитро ухмылялась одной ей известной шутке, глядя на Луидору. Цербас же изображал внимание к Аргозе, но на самом деле его испуганный и ненавидящий взгляд то и дело возвращался к Аксилии. Однако стоило черной драконице глянуть лишь в его сторону, как Цербас мгновенно каменел, а его взгляд смотрел куда угодно, но не на Аксилию.

Надо ли говорить, что двенадцатиметровая с шеей черная драконица, как и любая представительница женского пола, прекрасно чувствовала его взгляды, и его страх приводил её в восторг.

Аргалор с Аргозой о чём-то тихо друг с другом спорили, благо, они сидели рядом. Скорее всего, это был очередной спор насчет магии духов. Хоть золотая драконица и опередила своего соперника в мастерстве, но Лев благодаря неохотному «наставничеству» Эви имел немало интересных тем и концепций, идущих вразрез привычному магическому искусству.

Всё же духи, и уж тем более их великие собратья, смотрели на духовный мир совсем иначе, чем существа порядка, поэтому могли дать совершенно неожиданную перспективу.

Единственной, кто среди собравшихся казалась самой нормальной, была Луидора. Хоть последние дни и оказались для молодой медной драконицы тяжелым испытанием, но она с честью их выдержала.

Она не истерила из-за задержек и не надоедала Аргалору, постоянно его поторапливая. Луидора смогла усмирить свой характер, понимая, что вся поднявшаяся суета и подготовка была сделана исключительно из-за неё.

Хоть Аргоза и Луидора не поднимали эту тему, но металлические драконицы были более чем впечатлены той легкостью, с которой Аргалор согласился помочь.

Да, красный дракон сказал о том, что заставит их заплатить после спасения, но даже для стороннего наблюдателя было очевидно, что это больше похоже на формальность.

Любой другой случайный цветной повелитель неба ни за что бы не поднял свой чешуйчатый хвост, если бы ему не заплатили заранее, а затем и после спасения.

Также было очевидно, что если бы не Аргалор, то Луидора ни за что бы не смогла собрать такую силу для спасения своих родителей. Именно поэтому медная драконица, сцепив клыки, терпеливо ждала, когда они все отправятся в путь.

- Хорошо, - Аргалор оторвался от разговора и оглядел обративших на него внимание собравшихся. – Уже завтра у нас запланирован вылет, а это значит, что больше мы не можем ждать. Сегодня, здесь и сейчас, мы определимся с тем, кто будет возглавлять наше драконье крыло и станет его вожаком. Пусть каждый скажет, за кого именно он будет голосовать. Кто начнёт?

- Я голосую за себя! – решительно заявила Архониа, не став долго раздумывать и рассусоливать.

- Я тоже голосую за себя, - поддержал её Аргалор, бросив на Аксилию знающий взгляд. – Кто дальше?

- Я голосую за себя. – безразлично поддержала Аргоза. С таким засильем цветных ящеров она не питала иллюзий.

- Я голосую за себя. – гордо заявила Аксилия, и выжидательное выражение морды Аргалора мгновенно скривилось.

- Эй, ты же говорила, что проголосуешь за меня?! – громко возмутился красный ящер.

- Я передумала. – легко призналась черная драконица, смотря, как Аргалор теряет голос от возмущения.

- Я голосую за себя, – со змеиной усмешкой сказал Цербас, поворачиваясь к своей сестре. – Тифондрис.

- Конечно, брат. – сладко улыбнулась та. – Я голосую за Це… ой, оговорилась, конечно, за себя!

- Какого дьявола?! – подавился своим торжеством черный ящер. – Ты же обещала, что проголосуешь за меня!

- Я соврала, - засмеялась зелёная драконица. – Когда ты убеждал меня, что ты лучшая кандидатура, то казался таким потешным, что я прямо не удержалась, чтобы не дать тебе надежду, чтобы потом её растоптать.

- Ах ты предательская сука!

- Хватит спорить! – рявкнул Аргалор, недовольно смотря на испускающую довольство Аксилию. – У вас было своё слово, теперь пусть скажут остальные!

Под «остальными», как всем стало быстро ясно, подразумевалась одна лишь Луидора, на которой быстро сошлись все напряжённые взгляды.

- Я выбираю, - забавно протянула медная драконица.

- Выбери меня! – воскликнул первым Цербас. – Клянусь, я помогу спасти твоих родителей!

- Я среди вас всех самая взрослая и большая! – азартно присоединилась Аксилия. – Выбрав меня, ты не ошибёшься!

- Луидора… - начал было Лев, но медная его опередила.

– …Аргалора!

- Луидора, мы же договорились! – всё это время изображавшая незаинтересованность Аргоза резко распахнула глаза. – Мы подруги, и всегда должны держаться вместе, а не голосовать за всяких самодовольных цветных!

- Аргоза, прости, но Аргалор среди нас всех лучший выбор. – извиняюще посмотрела на золотую драконицу Луидора.

- И с чего это вдруг? – не согласно хмыкнула Архониа, недовольная тем, что никто не проголосовал за неё.

- Почему? – на морде медной появилась веселая улыбка. – Да просто посмотрите вокруг! Слышали ли вы, чтобы за последние сотни лет хоть кто-то из молодых драконов или даже взрослых хотя бы раз собрал столь крупное драконье крыло? В последний раз драконы объединялись в нечто подобное во время войны с Центральной священной империей. И за всем этим стоит лишь Аргалор. И если уж стал тем, кто нас собрал, так пусть уж он и ведёт всех нас.

Драконы переглянулись. Хоть никто из них уж точно не собирался подтверждать слова медной драконицы, но некоторую правду могли увидеть даже гордые повелители неба.

Опять же, даже если дети Маливен Белый хлад были не согласны, то у них так или иначе не было выбора. Не согласившись с кандидатом на вожака крыла, они ставили под сомнение свои клятвы. А даже если бы они попытались предать свои прежние слова, с прилётом Аргозы и Аксилии они были в явном меньшинстве.

- Мы согласны, - едко сказала Архониа, но не удержалась от последних слов. – Но ты будешь вожаком, пока мы спасаем бестолковых родителей этой металлической!

- Договорились, - оскалился Аргалор, наблюдая, как морщится белая драконица. – Тогда с этого момента и до конца нашего путешествия я объявляю себя вожаком драконьего крыла. И дабы почтить всех членов этого в высшей мере уважаемого объединения, нарекаю его «Молотом великанов»!

Аргалор гордо приосанился, ожидая оваций, но в ответ пришла лишь неудобная тишина.

- Что такое? – нахмурился Лев, не понимая реакции.

- Нет, оно отличное, но… м-м-м, Аргалор, а тебе не кажется, - аккуратно заговорила Луидора. - Что это название немного… странное?

- С чего это оно странное! Оно всем говорит, что мы собираемся сделать!

- Оно звучит так, будто мы орудие в лапах великанов. - прямо выразилась Архониа, и другие драконы согласно закивали.

- Да черта с два! – оскорбился Аргалор. – Мы молот, который и сокрушит великанов. Вот какой у названия смысл!

- Ну теперь мы это знаем, но другие драконы то нет. – поддержала остальных Аргоза.

- Они догадаются!

- Сомневаюсь. – покачала головой уже Аксилия.

- Проклятье! – вызверился разобиженный в лучших чувствах красный дракон. – Хорошо! Пусть тогда будет крыло «Истребителей великанов»!

- Вот, так намного лучше! – это название намного больше понравилось драконам, хоть Аргалор всё равно считал, что с молотом было лучше!

*****

- Так меня тут и оставишь? – великий дух жизни мрачно смотрела, как Аргалор проверяет последние печати. – После всего, что я тебе рассказала?

- Ты имеешь в виду, после всего того, что я с трудом сумел у тебя вытащить? – в развлечении уточнил Аргалор.

- Не имеет значения, - легко отмахнулась Эви. – Если бы не я, ты так бы и не разобрался в магии жизни! Признай это!

- Ничего не знаю, - Аргалора так просто было не смутить. – Я всего добился сам.

- В любом случае я не об этом! Ты так и оставишь меня гнить в этом зале, пока ты будешь развлекаться?!

- Я что-то не припомню, чтобы ты давала мне причины думать иначе. – Лев уже собирался уходить, когда следующие слова духа жизни заставили его замереть.

- Я пообещаю, что не буду пытаться вырваться, пока мы будем спасать родителей этой медной драконицы.

- И после спасения тоже. – сразу заметил подвох Лев.

- Ещё чего! – мгновенно вспыхнула Эви.

- Ну тогда я пошел…

- Стой! Я не буду пытаться вырваться, пока мы не вернёмся в этот город. И это последнее предложение!

- Хм, хорошо. – чуть подумав, Аргалор с легким сомнением согласился.

Так как он уже думал о чём-то подобном, то давно зачаровал ту палку, которую принёс из Катора, превратив необработанный кусок древесины в кулон, который повесил на ожерелье к остальным духам. Из-за силы печати, Игнис и Зара с трудом могли общаться с новенькой, но общение всё же было возможно.

Сам же Аргалор догадывался, почему Эви решилась с ним пойти. Великий дух жизни всё ещё считала себя самой умной. Опять же, там куда Аргалор собирался, ему могла понадобиться любая помощь.

*****

На отлёт Аргалора собралась пусть и не такая большая толпа, как на лицезрение пленённых драконов, но тоже внушительная.

Вид распахнувших крылья и парящих над Стальбургом повелителей неба был для смертных чем-то по-настоящему завораживающим.

Однако очень быстро фокус внимания перешел с драконов на поравнявшийся с городом выплывший из леса летающий корабль.

Так как судно было экспериментальным, а его вид желал оставлять лучшего, Аргалор всё же решил не давать ему своё имя. Тем не менее полностью оставлять первый воздушный корабль без своей отметки он тоже не мог. Именно поэтому первый летающий корабль Аргалориума нёс гордое имя: «Пожиратель бури».

Люди, служащие на "Пожирателе бури" старательно махали остальным смертным, приводя последних в настоящий восторг и благоговение.

Столетиями и тысячелетиями этот мир диктовал простой факт, что небо доставалось лишь сильнейшим существам и разумным. Простые смертные могли довольствоваться небом, лишь находясь в когтях каких-нибудь чудовищ.

И вот теперь такие же люди, гномы и полуэльфы, как и они, плыли в небесах!

В перспективе это должно было изменить всё, но пока стоявшие внизу массы жителей бушевали, пытаясь всеми силами выразить свой восторг, а экипаж "Пожирателя бури" старательно разгонял маго-реактор, стремясь не отставать от устремившихся из города драконов.

В 1006 году от падения Литуина начался легендарный поход драконьего крыла «Истребителей великанов».

И какими бы результатами он не закончился, поход навсегда войдёт в анналы летающего флота, как первый в истории полноценный воздушный поход.

Глава 6

Мерные взмахи крыльев, обдувающий тебя ласковый ветер и проплывающие наверху облака – чего ещё нужно для счастья?

Толстая шкура прекрасно защищает от холода, а нечеловечески сильные мускулы позволяют рассекать воздушные массы, словно раскалённый нож сквозь почти растаявшее масло.

В такие моменты, как этот, Аргалор благодарил судьбу за то, что она позволила ему стать драконом. Ушли в прошлое затаённые страхи о подкрадывающемся возрасте и странных болях в спине и коленях. Каждый новый год делал Думова сильнее и поэтому он смотрел в будущее исключительно с абсолютной уверенностью.

Даже если всё пойдет ужасно неправильно и Аргалориум будет уничтожен, то пока Лев жив, он всегда сможет рано или поздно всё вернуть назад и отомстить.

Аргалор повернул голову и с кривой усмешкой оглядел летящих неподалеку шестерых драконов. Только поднявшееся из-за горизонта солнце красиво отражалось на их чешуе, бросая вокруг разноцветные блики. Глядя на это зрелище, Лев находил совершенно логичным желание многих смертных поклоняться драконам. Одного взгляда на их полёт было достаточно, чтобы смертные в полной мере почувствовали, как многого они были лишены на самом деле.

Позади повелителей неба плыл "Пожиратель бури". Заключенные в сферы духи исправно толкали корабль вперёд, позволяя ему не отставать от довольно быстро летящих ящеров. Лишь магически выставленная полусфера воздушного щита позволяла бегающим по палубе разумным нормально ходить, а не пригибаться.

Капитаном данного судна стал Валор Кшас, пожилой темный эльф, принадлежавший к невероятно древнему и уже, скорее всего, практически всеми забытому ордену поклоняющихся местному солнцу.

Каждое утро Валор вставал по направлению к светилу и проводил странный ритуал приветствия, а вечером был похожий, но уже прощания.

Когда-то в далеком прошлом Валор сбежал из подземного мира, как преступник, и вид неба со звёздами так сильно покорил его сердце, что за тысячелетие он больше никогда не возвращался к себе на родину.

Много где Валор был за свою долгую жизнь, но нигде не задерживался.

Странствуя по Таросу, Кшаса однажды занесло во флот. Начав практически с юнги, Валор быстро обзавёлся морскими татуировками бога океанов, Горона, и своим собственным кораблём, на котором и рассекал океанические просторы этого прекрасного, но опасного мира.

К несчастью, одно особо голодное морское чудовище не только проигнорировало баллисты и защитную магию корабля, но и сумело потопить дом Валора, выбросив капитана в открытое море.

Раненный и лишившийся ног темный эльф проплавал несколько дней в бреду, когда его подобрало случайное рыбацкое судно.

В тот день Кшасу повезло целых два раза. Отец и сын, будучи единственным экипажем их утлого судёнышка, были плохо образованы и толком не знали о «темных дьяволах подземного мира», именно поэтому Валору сразу не проломили голову веслом и не бросили на поживу крабам, дабы те охотнее лезли в подводные ловушки.

Второй же удачей стала отдаленность деревеньки от сборщиков налогов, поэтому жизнь в ней была достаточно сытой, чтобы местные решили позаботиться о необычном калеке и выходить его.

Последующие несколько лет Валор благополучно прожил в деревеньке рыбаков, мастеря сети и различную мелкую утварь. С навыками и грациозностью темного эльфа Кшас даже научился ходить на двух уродливых, но прочных деревянных протезах.

Вечерами же он с хитрым, но в то же время мудрым прищуром рассказывал жадно слушавшей его молодежи о своих похождениях. Ведь хоть Валор и не считал смертных себе равными, но и обычного презрения или ненависти темных к другим расам он не испытывал. За прошедшие тысячелетия дрязги даже долгоживущих эльфов казались ему глупой вознёй детей в песочнице.

Так бы всё и продолжалось, если бы деревеньку в одночасье не посетил торговец, одна из рук которого имела характерный знак Аргалориума, а именно, схематично изображённый широко раскрывший крылья дракон.

Заинтересованный таким необычным девайсом Валор быстро узнал всё, что хотел, у испуганно сжавшегося от его вида караванщика.

Дальше всё было просто. Не привыкший долго рассусоливать морской волк в кратчайшие сроки попрощался со спасшими его жизнь рыбаками, отдав как плату за их доброту большую часть нажитого имущества, и отправился от побережья прямиком на запад гигантской Империи.

Путь занял долгое время, но вскоре старый темный эльф добрался до графства Эклунд, а спустя ещё неделю подписывал контракт с «Драконьими ублюдками».

Темного эльфа изрядно повеселило выбранное драконом название. Валор нашел его притягательно небрежным по сравнению с тем пафосом, которым обычно себя окружают соотечественники или другие расы.

Впрочем, решение назвать своих прислужников столь необычным именем создало в рядах Аргалора целых два противоположных лагеря. Наиболее молодые прислужники считали, что время «ублюдков» прошло и пора переименовать вооруженные силы на новый манер, отразив то, кем они стали.

Ведь если раньше целью «краснодоспешных» была наёмная деятельность и продажа своих мечей всем, кто заплатит больше, то сейчас большую часть, если не все заказы выдавал сам Аргалор и его корпорация, из-за чего многие молодые воины никогда и не служили ни на кого, кроме Аргалориума.

Тем не менее существовала и вторая позиция, за которую стояла большая часть ветеранов и старожилов. В названии кампании эти разумные видели, своего рода, проявленное драконом уважение и признание, ведь ублюдки или бастарды, так или иначе, но являлись сыновьями аристократов, пусть и не признанными. Если же вспоминать гордость драконов, то название кого-то их ублюдками было не чем иным, как признанием их заслуг.

Благодаря развитию Маготеха и его плотному сотрудничеству с армией дракона, все опытные ветераны, пожелавшие стать частью «дружной семьи», автоматически получали если не лучшие, то точно крепкие протезы.

Учитывая тысячелетний опыт Валора в убийстве других разумных, его кандидатура немедленно привлекла внимание на верху, вплоть до самого командующего Морица.

После проверки новоявленный наёмник почти сразу получил сержанта, а уже спустя год принял только-только образованную роту.

Вот почему, когда по рядам корпорации прошел слух, что ищут опытных моряков для нового секретного отдела Аргалориума, Кшас немедленно подал прошение на перевод.

Эльф готов был вновь начинать с нуля, благо, ему было не привыкать, но, к его удивлению, он не только не начал с нуля, но и получил повышение!

"Пожиратель бури" был огромным по местным меркам кораблём с более чем внушительным экипажем в четыре сотни разумных. А так как отбирали лишь самых лучших, то даже юнги или повара на данном судне могли бы справиться со средним солдатом.

- Шевелитесь, воздушные крысы! – с наслаждением командовал Кшас, от души перемежая брань с приказами. – Последний кто затянет из вас узлы на воздушных шарах, дармоеды, будет шпаклевать днище, но с внешней стороны, прямо на ходу и без щита!

- Как корабль? – Аргалор связался с духами воздуха, и последние были рады передавать слова между собеседниками. Благо, темный эльф знал драконий. Стоило пожилому эльфу услышать господина, как он немедленно вытянулся во фрунт. – Нет никаких проблем?

- Есть кое-какие мелочи, повелитель, – капитан пренебрежительно махнул рукой и переступил по палубе своими стальными ногами. – Но ничего критичного, большую часть сможем исправить на ходу. А оставшееся во время следующей остановки.

Удовлетворённо кивнув, Аргалор вновь обратил взгляд на плывущих рядом с ним драконов.

Будучи вожаком их стаи, Лев летел во главе, а уже следом за ним, растянувшись подобно стае гусей, летели и остальные. Примечательно, что каждое место в их порядке было результатом нескольких часов ругани и споров, где каждый хотел быть как можно ближе к лидеру, тем самым отражая своё положение в стае.

Но хоть амбиции Архонии и были высоки, однако Аксилия и Аргоза не собирались просто так сдаваться. Они быстро напомнили троице, как именно они выглядели при первой их встрече. Опять же, сыграло свою роль и долгое знакомство дракониц с Аргалором.

Как итог, расположение драконов было следующим. Во главе был, естественно, Аргалор. С правой стороны находилась Аксилия, с левой же Аргоза. После Аксилии шла Архониа, а за ней не особо этим довольная Тифондрис. С левой же стороны после Аргозы шла Луидора и затем уже Цербас.

Естественно, как это полагается у драконов, если собрать в одном месте более одного повелителя неба за раз, то из ниоткуда возникают конфликты или споры, один из которых в данном случае начала открывшая пасть Аргоза.

И всё хорошее настроение Аргалора мгновенно улетело в трубу.

- Итак. Кто из вас уже думал, как мы будем сражаться с великанами? – хоть металлическая драконица и не смотрела на Аргалора, но всем было понятно, что упрёк идёт в основном в его сторону. – Или, по-вашему, нападать на столь опасных противников без плана, это в порядке вещей?

Но прежде чем нахмурившийся Лев успел ответить, вмешалась Архониа. Кажется, она не поняла намёка и посчитала, что обращаются к ней.

- Неужели металлическая испугалась драки с великанами? – насмешливо фыркнула белая драконица. – Я удивлена, что ты так долго продержалась. Вы, металлические, трусливы, так что, если страшно, можешь убежать.

Вероятно, для белых драконов подобное предложение казалось высшим примером высокой словесности, но для остальных это было слишком примитивно.

- Заранее планировать, как сражаться с противником, это не трусость, - презрительно смотря на Архонию, процедила Аргоза. – И мне тошно от того, какими тупыми некоторые драконы могут быть. Я знала, что вы, белые драконы, не самые острые клинки в оружейной, но это новый уровень глупости!

- Ха, обычные оправдания металлических! – самодовольно усмехнулась Архониа, напрочь пропуская любые слова оппонентки. - На словах вы говорить мастера, а вот когда доходит до дела, то лишь пшик!

- Аргалор, дай мне забить её клыки ей же в пасть! – кажется, нервы Аргозы всё же начали сдавать. – Она прямо напрашивается!

Однако красный ящер явно был не в настроении удовлетворять её просьбу.

- Заткнулись обе! – рявкнул взбешенный Аргалор. – В десятый раз повторяю, никаких драк, дуэлей, проверок силы или выдохов! Пока мы в походе единственные, с кем мы будем драться, это великаны! А потом делайте что хотите!

Если в начале Лев ещё пытался быть хоть сколько-то дипломатичным, то когда попытки его подчинённых подраться перевалили за десяток, то он не выдержал.

Думов уже догадывался, почему тот иномирный гигантский дракон, Карадос Жнец великанов, был таким вечно мрачным. Учитывая размер его драконьего крыла, то Лев даже боялся представить, сколько нервных клеток он потратил на усмирение их бесконечных конфликтов!

- А насчет твоего вопроса, Аргоза, то пока рано. Мы ни черта не знаем, с чем нам придётся столкнуться. Мы должны собрать сведения, а уже потом планировать!

- И незачем так орать, - фыркнула Аргоза, словно ни в чём не бывало. Да и Архониа успокоилась, будто они и не ругались. – Я просто спросила.

- Гр-р-р! – в бешенстве зарычал Аргалор.

Что он там думал? Собрать в своё крыло побольше других драконов? Если он это и сделает, то лишь с теми, кого он без последствий сможет с легкостью вбить в землю и заставить заткнуться!

Единственной, кто его радовала, была Луидора. И то лишь потому, что она молчала!

Так, потихоньку превращая Аргалора в аватара ярости, их крыло летело вплоть до самого вечера, пока на горизонте не появилась небольшая деревня хафлингов. Не желая охотиться, было принято решение обосноваться ночью у них.

Отдельного упоминания стоят выражения лиц полуросликов и остановившегося в их деревне большого торгового каравана, когда они увидели спускающихся на них в свете заходящего солнца семерых драконов.

Глава 7

- Доброго вечера, мистер Фредо, - степенного вида пожилой полурослик поднял соломенную шляпу и немного склонил голову перед молодым мужчиной хафлингом. – Сегодняшняя погода была на редкость удачная, не правда ли?

- Вы абсолютно правы, мистер Боггенс, - тут же уважительно поклонился Фредо. – Уверен, завтрашний день будет ещё лучше.

Два хоббита вежливо обменялись ещё парочкой ничего не значащих фраз, а затем каждый пошел своей дорогой, полностью довольный собой.

Фредо с широкой улыбкой окинул взглядом их деревню, хоть по меркам человеческих поселений, это место можно было рассматривать, как очень маленький, но городок.

Куда бы Фредо не пошел, все вежливо друг с другом раскланивались и здоровались, идеально показывая, почему хафлинги по праву считались одними из самых лучших соседей.

Несмотря на небольшой рост и силу, полурослики обладали превосходной ловкостью, сравнимой разве что с эльфами, и выносливостью, не уступающей людям. Именно она делала из них неплохих бойцов, а рейнджеры хафлингов с короткими луками наводили ужас ещё тысячи лет назад. Всё это делало полуросликов отличными защитниками, способными иссушить любую армию тактикой засад и скрытых нападений.

Однако известность и положительную славу полуросликам принесло их добрососедское отношение, ведь хоть они и были прекрасными защитниками, но вот захватчиками они оказывались откровенно паршивыми, что оказывалось явным плюсом в дипломатии.

Именно поэтому если хафлинги где-то поселялись, то они всегда старались завязать с местной властью самые лучшие отношения. Благодаря же трудолюбию, природной смекалке и возможности жить аж до двухсот лет полурослики прекрасно себя чувствовали на всех континентах Тароса.

Уже почти дойдя до своего дома, Фредо озабоченно посмотрел на небо. Солнце уже почти закатилось, а значит времени осталось не так уж и много, следовало поспешить. Ему следовало кое-что сделать по хозяйству.

Невольно мысли молодого мужчины сошлись на теме, заботящей в последнее время всю его многочисленную семью. По мнению родственников, Фредо уже был в том возрасте, когда надо было жениться.

Имея крепкое хозяйство и многочисленную живность, Фредо был завидным женихом, поэтому следовало подыскать пару ему под стать. И хоть Фредо не участвовал в поисках, но он доверял старейшинам своей семьи. Уж они-то знали, как найти правильную жену.

По мнению же Фредо одним из самых главных критериев в поиске супружницы были её ноги. Каждый полурослик с кровью матери впитывал простую истину, чем больше и волосистее у девушки или женщины ступни, тем она была прекраснее и здоровее.

Фредо всегда с жалостью смотрел на человеческих женщин и их мужей. Как все они ходят на таких мелких ходулях и не падают? Воистину, лишь полурослики были благословлены богами, и в особенности богиней жизни, Живой.

Благодаря тому, что их деревня, Кир, стояла на одном из торговых путей, караваны частенько здесь останавливались, благодаря чему торговля всегда шла бойко, а новости было узнать проще простого.

Жизнь была хороша и предсказуема, и хорошее настроение Фредо длилось ровно до того момента, как деревню сотряс первый отчаянный крик.

- Драконы! Сюда летят драконы!

Надо ли говорить, что Фредо вначале не поверил этим крикам? Однажды детишки тёти Устени весь день бегали по деревне и кричали, что небо падает, но никто так и не нашел на земле упавших звёзд.

Вот только стоило Фредо самому поднять голову к небесам, как всякое недоверие застряло у него в глотке, сменившись сковывающим тело ужасом.

Если на Таросе и были угрозы, которыми пугали детей любой расы, так в их число обязательно входило нападение ужасных драконов. Жадные и не знающие жалости повелители неба были той угрозой, с которой мало кто хотел связываться. Даже аристократы зачастую готовы были списать деревню другую, чем тратить всё своё состояние на набор сильного наёмного отряда, чей успех отнюдь не гарантировался.

Именно поэтому, когда хафлинги увидели целых семерых драконов спускающихся прямо на их деревню, то многие из них просто падали на колени и не могли даже с них подняться от страха.

Фредо был одним из немногих, кто бросился к своему дому в смутной попытке что-то сделать, но было уже поздно. Ящеры добрались до деревни намного раньше.

Земля тряслась от каждого приземляющегося тела, когда драконы с любопытством оглядывались и расходились вокруг, топча сады и ломая боками невысокие яблони и просто деревья. Повезло, что полурослики предпочитали строить свои дома-норы на большом расстоянии друг от друга, благодаря чему драконы почти ничего не сломали своим приземлением.

Вот только время шло, а нигде так и не вспыхнуло пламя, а воздух не огласили крики заживо пожираемых хафлингом. Что случилось?

Этот самый вопрос и решил озвучить один из драконов, повернувшись к одному из самых крупных, красному.

- Ну и чего мы ждём? – недовольно спросил черный на что получил злой рык.

- Я сказал ждём, значит ждём! Или ты не знаешь, что такое ждать, Цербас?!

Тем временем же ждать пришлось недолго. Уже заметно успокоившиеся и осознавшие, что с таким странным вступлением их явно не будут сразу есть, полурослики с опасливым изумлением смотрели как с небес опускается огромный корабль, зависший прямо над центральной площадью.

Пара мгновений и с судна вниз грациозно спланировал покрытый маленьким торнадо кобольд. Стоило ему коснуться земли, как смерч исчез, а красная, одетая в плащ мага ящерица торжественно оглядела всех застывших хафлингов и стоявших чуть дальше караванщиков.

- Кхм-кхм, - громко прокашлялся кобольд. – Я, Асириус, главный прислужник моего великого повелителя. Склоните головы и внимайте, ведь в этот славный день вы имеете честь лицезреть Аргалора Покорителя бури, основателя Аргалориума и Маготеха, победителя Овернаса и…

Фредо и остальные полурослики со всё возрастающим недоумением слушали длинный и всё продолжающийся список титулов, который и не думал заканчиваться. И лишь когда остальные драконы начали волноваться и нетерпеливо рычать, кобольд ускорился.

- … И вожак драконьего крыла Истребителей великанов! И остальные повелители неба, члены этого самого крыла.

- Эй, а нас представить?! – возмутилась белая драконица, третья по величине из них всех. – Что значит, остальные?!

- То и значит! Ищите себе своих собственных герольдов. – явно самодовольно оскалился Аргалор. – Не ты ли сомневалась в пользе смертных, Архониа?

- Плевать, - раздраженно рявкнула белая драконица и решительно шагнула вперёд, оглядев попятившихся полуросликов. – Мы все хотим жрать. Тащите всё, что у вас есть, иначе сами станете едой!

- О боги, чем же мы вас так рассердили?! – с отчаянием подумал Фредо, оценив комплекцию семерых драконов. – Благословенная Жива, где мы найдём столько еды?! А даже если найдём, мы будем полностью разорены!

Однако прежде чем Фредо в полной мере понял всю тяжесть их положения, его отвлёк неожиданный толчок.

- А? – полурослик удивленно взглянул на незаметно подошедшего кобольда.

- Приведи меня к старосте твоей деревни. Нам есть что обсудить.

- Зачем? – потерянно прошептал Фредо.

- Потому что я заплачу вам за вашу еду, - закатил глаза и тихо зашептал пораженному полурослику Асириус. – Также на нашем корабле тоже запасено много еды и ещё больше поймают наши охотники, которые прямо сейчас отправятся в лес. Эльфам всё равно, ночной это лес или дневной, без добычи они не вернутся. Поэтому завязывай с драмой и веди.

И Фредо только сейчас заметил, как с корабля с помощью лебедок начинают выгружать припасы. Увидел он и парочку эльфов, каждый из которых возглавлял небольшую группу, судя по их одежде и оружию, охотников.

Окрылённый новостями полурослик уже повернулся к дому их главы, когда чей-то крик огласил воздух.

- Сколько можно ждать?! – черный дракон, так и не дождавшись действий окаменевших от страха и отчаяния деревенских схватил одного из хафлингов и садистски приблизил того к пасти, наслаждаясь его трепыханиями. – Может если я съем одного из вас, то остальные начнут бегать быстрее?!

Черный ящер явно наслаждался той властью, которую он имел над всеми этими беспомощными живыми существами. Самая большая черная драконица презрительно оглядела своего «собрата». Почему-то его действия показались ей не достойными уважения.

Бам! – прежде чем черный дракон успел осуществить свою угрозу, тяжелый кулак красного дракон впечатался ему в макушку, заставив невольно выпустить несчастного.

Вскрикнув, тот почти ударился о землю, но в мгновение ока выросшие из земли лозы в последнюю секунду подхватили его за одежду, после чего аккуратно поставили на землю.

- Я говорил, что можете здесь жрать или убивать кого-либо без моего приказа?! – заревел красный дракон на черного, буквально надвигаясь на поспешно отступающего ящера. – А?! Отвечай!

- Нет, но я…

- Так какого дьявола ты собирался их съесть?! Или теперь ты здесь вожак?!

- Я просто угрожал… - трусливо попытался извернуться черный. – Но вылетевший сбоку удар красного хвоста заставил его испуганно подпрыгнуть и сжаться под нависшим над ним Аргалором.

Вот только Фредо, помня съежившегося в его когтях двоюродного дядю, было ни сколько ни жаль этого крылатого ублюдка.

- Мне плевать, что ты хотел! Я вожак, и лишь я говорю, что мы делаем! Я решаю кого убивать, кого запугать, а кого отпустить! – с каждым предложением Аргалор с силой тыкал когтем в грудь отступающего черного. - Не ты, а я! И если ты ещё раз посмеешь решать за меня, что будешь делать, то я так тебя отделаю, что ты пожалеешь, что вообще вылез из яйца!

Фредо поежился от той ярости и доминирования, которое испускал красный дракон. Он без всяких сомнений унижал и втаптывал гордость черного ящера на глазах остальных. На мгновение полурослик подумал, что остальным драконам это может не понравится, но он был шокирован, услышав фырки и насмешливые оскалы других повелителей неба. Даже золотая драконица, которые, как слышал Фредо, помогали великим героям, и та наслаждался неожиданным развлечением.

С холодком Фредо понял, что он очень не хочет, чтобы драконы когда-либо обращали на него внимания.

Убедившись, что он передал мысль, Аргалор позволил черному дракону сбежать. Сам же Фредо поспешно повёл этого странного кобольда к их главе деревни. Последний был просто невероятно счастлив, когда узнал, что разорение их поселения откладывается. Спустя же ещё десяток минут разговоров, пока удивительно разумный кобольд неторопливо опрашивал, чем знаменита их деревня, староста был поражен предложением начать поставлять корпорации Аргалориум их хлопок.

Когда же Фредо и староста сообразили связь между именем дракона и ставший довольно известной корпорацией, то всякий страх окончательно пропал и хафлинги почувствовали вкус будущего богатства.

*****

Аргалор словно ястреб следил за разгрузкой и шляющимися вокруг драконами. Больше члены его крыла не решались создавать проблемы, но проведя с ними достаточно времени, Лев уже понял, что им только дай повод попортить ему крови.

Жизнь того пойманного хоббита, Аргалора не сильно волновала, но он не собирался спускать остальным драконам своеволие. Малейшая слабость или упущение и они немедленно сядут ему на шею.

Кроме того, это диким детишкам Маливен было плевать на репутацию, и они могли убивать просто так. Аргалор же смотрел на куда более широкую картину и смерть каких-то мирных жителей ему было совершенно не нужна.

После произошедшего от него старались держаться подальше не только мирные жители, но и драконы, тем удивительнее, когда Аргалор заметил приближающегося к нему коротышку.

«Пустынный гном», - заинтересованно отметил Лев, приглядевшись к, судя по богатой одежде и отсутствию оружия, торговцу и владельцу каравана: «Очевидно, судя по низкой, но в то же время широкой фигуре, это относительно молодой гном. Вероятно, около семи или девяти десятков лет. Коричневая, почти бронзовая кожа намекает что он из Халифата. Там живут большинство кланов пустынных коротышек. Интересно, что ему могло понадобиться?».

Вместе с гномом шла и пара одетых в расшитые золотом халаты охранников, но любому, у кого имелись глаза, было видно, что они очень бы хотели оказаться в любом другом месте, а не здесь. Но их своенравный господин решил зачем-то встретиться с большущим восьмиметровым драконом, а значит и они волей-неволей должны были это сделать.

- Приветствую тебя, о великий повелитель неба! – глубоко поклонился гном, как это делают в Анхалте, а за ним последовали и загорелые охранники. – Для меня честь встретиться с ещё одним драконом так далеко от моей родины…

- Ещё одним? - если изначально Аргалор испытывал лишь лёгкий интерес, то сейчас он был любопытен по-настоящему.

- Истинно так, о повелитель самого неба. - гном поднял голову и широко улыбнулся. Невольно Аргалор отметил отсутствие привычного страха в глазах гнома, что было истинной редкостью.

«А ведь он не врёт. Он и впрямь часто общался с драконом или драконами».

- Моё имя Фарн Фасих ибн Джабаль и я приехал на этот континент, как член корпорации Нур-шах, дабы нести славу Асимахскому халифату в любую точку Тароса. Но как в прошлом, так и сейчас, у меня в сердце есть лишь одна повелительница, которой я верно служу. И однажды, когда она удостоила недостойного меня беседой, я услышал от неё теплые слова о её старшем брате, который всегда был для неё путеводной звездой в самую темную ночь в пустыне…

- Кажется я знаю, как звали твою повелительницу, - широко оскалился Аргалор, склонив голову чуть ли не на уровень гнома. – Но если она та, о ком я думаю, то какой был её любимый цвет?

- Это простой вопрос, о могущественный, - хитро улыбнулся молодой гном. – Конечно же это был ярко синий, как блеск её прекрасной чешуи и цвет неба в самый ясный день среди песков. Как её главный прислужник, я не могу этого не знать.

- А насчет старшего брата она говорила совсем другое, разве нет? – глаза Аргалора разгорались всё ярче и Фарн немного замялся и занервничал, торопливо пытаясь найти выход, но при этом не врать.

- Она и впрямь много о вас говорила, о…

- Да знаю я, что обо мне говорила эта мерзавка! – громогласно рассмеялся Аргалор. На его морде застыла удивительно теплая усмешка. Окружающие пораженно оборачивались, чтобы увидеть его взрыв эмоций. – Ух я ей задам за эти разговорчики! Ха-ха, будет знать как обсуждать старшего брата за его спиной!

Фарн лишь облегченно выдохнул и тоже улыбнулся. Фасих изрядно рисковал, когда подходил к этому страшному и неизвестному дракону, но когда он услышал имя «Аргалор», то понял, что если он угадал, то этот шанс ни в коем случае нельзя упустить.

- Эй, все! – взревел красный дракон, оборачиваясь к кораблю, где мастера уже старательно чинили все мелкие неисправности, возникшие за время полета. – Сегодня я встретил главного прислужника моей глупой младшей сестры, а значит мы празднуем! Кшас, прикажи выкатить половину бочек, всё равно, когда мы победим, то возьмём алкоголь у великанов! Да и место под великанское золото тоже надо будет освободить!

- Слушаюсь, повелитель! – кивнул темный эльф и теперь уже сам закричал. – Слышали слова нашего господина, моллюски?! Сегодня мы празднуем, русалку мне в жены!

- Да! – одобрительный рёв команды был ответом, и разгрузка пошла в несколько раз быстрее.

Очень скоро при свете ночных костров драконы и свободная часть экипаж принялась споро уничтожать запасы алкоголя. Сам же Лев вместе с Фарном тихо общались «тет-а-тет».

- Значит моя милая и слишком для своего блага умная сестра стала королевой разбойников? – рассказ пустынного гнома пестрел множеством цветистых описаний и аллегорий, которые так любили в Анхалте, но Аргалор был не против, ведь это добавляло истории изюминку. – Ха-ха-ха, какое забавное прозвище!

- Так и есть, господин, имя моей повелительнице гремело по всей пустыне Охары, второй по величине пустыне славного Анхалта. Ни один караванщик или путешественник не смел противиться её воле, если не хотели отведать сабель её людей или грома её выдоха, и были вынужден раскрывать мошну и высыпать дрожащей рукой свои золотые динарии.

- Моя школа, - гордо кивнул Аргалор. – Эх, как сейчас помню мои ей уроки. Воистину, когда твой ученик делает первые, пусть и неловкие шаги, это стоит многого…

Глядя на пустившегося в воспоминания красного ящера, Фарн мудро решил не говорить, что у его госпожи может быть «немного» иной взгляд на эту ситуацию и причины её успехов.

Невольно глаза главного прислужника синей драконицы встретились с вертикальными зрачками главного прислужника красного повелителя неба и оба прислужника разом почувствовали глубокое единение мыслей и чувств.

Фарн уважительно склонил голову перед Асириусом, а последний незамедлительно ответил ему тем же.

«Я понимаю твою боль, брат-прислужник» - одним своим видом говорил Асириус.

«Крепись, брат прислужник, это то бремя, которое мы выбрали для себя сами». - молчаливо ответил покачиванием головы Фарн.

Этот тайный ментальный диалог, который не смогла бы почувствовать даже самая мощная магия, был прерогативой исключительно самых главных драконьих прислужников, вынужденных работать со всем тем дерьмом, которое в них бросят их грозные, но, откровенно говоря, сумасшедшие повелители.

Глава 8

- Так что ты здесь забыл, главный прислужник моей сестры? – отвлёкся от воспоминаний Аргалор, наконец заметив несоответствие. – Кроме того, разве главной прислужницей не должна быть та змеелюдка, которую дала ей моя мать? Как её там звали… Канни?

- Касси, господин, - Фарн с мольбой взглянул на Асириуса, прося отвлечь Аргалора, но тот сделал выражение морды, говорящее: «Ты сам ввязался в это дело, сам и выбирайся». Пустынный гном вздохнул, после чего мстительно улыбнулся. – Моя повелительница решила, что одного главного прислужника ей недостаточно.

- Что за бред? – ахнул возмущенный до глубины души Аргалор. – У драконов всегда только один главный прислужник! Даже в имени заключен весь смысл! Как может быть два главных прислужника, если ни один из них не будет знать, кто главнее?!

- Именно так и подумала ваша многоуважаемая сестра, господин, - Фарн бросил на Асириуса предвкушающий взгляд, и кобольд внезапно насторожился. – Повелительница Аримат решила, что у неё будет несколько претендентов на главного прислужника, и только она решает, кто и в какой момент находится на самой вершине. Это позволило чередовать нас и награждать в зависимости от наших достижений.

Глаза Асириуса чуть ли не вспыхнули огнём ярости, почти не уступающим его повелителю. Кобольд наконец понял, какую месть задумал этот наглый гном!

Воистину, решил Асириус, гномий народ самый паскудный народ из всех. В конце концов, их противостояние с Таретом Варбелтом не даст соврать. И стоило Асириусу познакомиться с ещё одним гномом, как тот тут же делает им всем такую подлянку!

- Какая интересная идея… - заинтересованно протянул красный дракон, заставив бедного кобольда аж затаить дыхание. – Но всё же слишком инновационная. В этом деле я предпочитаю более традиционный метод со сжиганием слишком сильно проштрафившегося прислужника и нахождением нового.

Только-только облегченно выдохнувший Асириус чуть не подавился от намекающего взгляда своего повелителя.

- Ты так и не ответил о причинах своего здесь появления. - быстро сориентировался Асириус, переключая внимание Аргалора на ранее заданный вопрос.

- Ах, это, ха-ха… - Фарн замялся, явно раздумывая, стоит ли ему говорить правду, но всё же, судя по ставшему решительным выражению лица, таки решился. – Госпожа Аримат послала меня заключить некоторые соглашения с Гномпромом.

Все подслушивающие этот разговор замерли, пока Аргалор молча смотрел на отважившегося ему сказать нечто подобное гнома.

- И почему моя родная сестра решила торговать с моими врагами, а не со мной? – обманчиво спокойно поинтересовался Аргалор, и Асириус начал делать Фарну быстрые знаки отвечать как можно скорее, ведь иначе он может и не успеть!

- Господин, - Фарн сжал внутри себя весь страх и бесстрашно взглянул прямо в глаза нависшему над ним повелителю неба. – Позвольте мне говорить честно?

«Ой дура-а-ак!» - разом подумали все прислужники Аргалора: «Кто же говорит дракону чистую правду?! Даже сам дракон обычно не хочет её слушать!»

- А почему бы и нет, - ухмыльнулся Аргалор, показав слишком большое количество клыков. – Развлеки меня.

- Вы же, господин, и сами не хотели пока встречаться с моей повелительницей, - решительно заявил Фарн. – Так и моя госпожа готовится к будущему тингу, и если она свяжет Нур-шах с Аргалориумом, то будет очень трудно оценить, чего вы оба достигли, понимаете? Поэтому-то она считает, что пока вам обоим не исполнится по сто лет, лучше потратить это время на сбор причин для хвастовства и… Я всё. Мне больше нечего добавить.

- Хм-м-м, - Аргалор глубоко задумался, после чего легко пожал плечами и усмехнулся. – В словах моей сестры на удивление есть кое-какой смысл. Я рад, что она смогла окружить себя прислужниками, способными помогать ей даже на другом континенте. Главный прислужник Фарн, я отпущу тебя целым и невредимым. Сделай наше состязание хвастовством с Аримат по-настоящему легендарным и передай ей, чтобы она не слишком увлекалась сотрудничеством с моими врагами или могут быть последствия. А сейчас ешь и пей!

Разом потеряв всякий интерес к Фасиху, Аргалор пошел прочь. К обливающемуся же потом Фарну подошел Асириус и дружески хлопнул его по плечу.

- Ты неплохо справился для «претендента» главного прислужника.

- Каждый раз, как первый, - прикрыл глаза, пытаясь успокоить отчаянно бьющееся сердце, сказал пустынный гном. – Который раз общаюсь с драконом, но всё равно не могу к этому привыкнуть.

- В этом ты не одинок, - фыркнул Асириус. – Я лично думаю, что дело в окружающей их магической и физической ауре. Сам их запах или вкус магии будит в нас, смертных, желание сбежать от сверххищника или чего-то подобного. И хоть мы иногда можем заглушить этот подленький крик наших тел, но в такие моменты, как этот, он возвращается с новой силой.

- А вы философ, господин Асириус. – вежливо улыбнулся Фарн, на что кобольд лишь закатил глаза.

- Хватит этого «господин». Мы с тобой оба главные прислужники, поэтому давай на ты. Пошли, я припрятал для особого случая одну прекрасную наливку на артефактной гномьей водке.

- О, тогда я определенно должен её попробовать! – мигом заинтересовался Фасих.

Двое прислужников немедленно пошли к одному из костров. Правда, Асириус как-то забыл сказать, что сей алкоголь был одним из тех, над которым экспериментировал Аларик по приказу Аргалора, но это же была сущая мелочь?

*****

Люциус Карантус ненавидел ездить в Хольбург, столицу Центральной священной империи. Тем не менее, будучи легатом и командуя четырнадцатым легионом, выбора у него было немного. Ведь если Люциус хотел, чтобы его легион всегда был достойно оснащен и сыт, то следовало собственноручно встряхивать интендантов столицы, дабы они не забыли о его легионе.

Однако долгая дорога и вороватые интенданты меркли по сравнению с необходимостью ходить на званные вечера столичной аристократии.

Обладая невероятными деньгами и властью, эти люди давно потеряли, если вообще когда-либо имели, чувство адекватного взгляда на реальность. В их глазах любая проблема могла быть решена, а Империя не захватила мир лишь по той причине, что они, аристократы, просто бы устали всё контролировать.

Исходя из подобных обстоятельств, эти люди с искренним непониманием раз за разом спрашивали у легата, почему, имея такую финансовую и военную поддержку, легионы Империи до сих пор лишь защищаются от угрозы орков, а не истребили всех зеленокожих подчистую.

Цедя сквозь зубы, Люциус был вынужден пытаться объяснить этим дуракам, как на самом деле устроены дела. Вот только любые его попытки наталкивались лишь на покровительственные и «понимающие» взгляды. В глазах столичной аристократии, он, Люциус Карантус, легат в третьем поколении, был таким же, как и они, хитрым обманщиком и казнокрадом, специально затягивающим войну с орками, дабы получше погреть карман.

И как же Люциус хотел бы, чтобы это было правдой!

Да, орки были варварами. И да, у них не было театров, художников, скульпторов и всей той братии, которую так обожали высшие слои общества. Вот только вместо всего этого у них было многое другое, а именно: прочная, словно сталь, командная структура, до безумия сильные воины и почти абсолютное пренебрежение смертью!

Стоя прямо сейчас на вершине горной крепости, защищающей один из многочисленных проходов на земли Империи, Люциус мрачно смотрел на бушующее под ним море зелени.

Ещё одной причиной, почему орков так и не получилось победить, был их кочевой образ жизни. Рассекая на огромных носорогах, орки никогда не останавливались долго на одном месте.

Их бесчисленные племена кружились и сталкивались по всей степи, сплетая полотно бесконечной войны, тем самым поклоняясь богу войны Грону. Последнего, что иронично, уважали даже в самой Империи, пусть и лишь на северных провинциях.

Война в глазах орочьих вождей была единственным священнодействием, достойным Грона. А кто же в таком случае был достойным противником и несомненным выбором в таком ритуале? Уж точно не разрозненные королевства ещё дальше на западе, добраться до которых было настоящим подвигом из-за тысячи и тысяч магических ловушек и монстров, оставшихся после последней мировой магической войны.

Когда Люциус впервые узнал о том, что все те злодеяния и разрушения, которые понесла Империя, были сделаны даже не из злобы, а просто для торжества войны, то он на несколько дней потерял аппетит.

Воистину, в такие моменты легко было поверить, что вся их жизнь – это лишь смех богов.

Но несмотря на то, что орки не испытывали к Империи какой-то особой ненависти, прямо сейчас Карантус с великим наслаждением посмотрел бы, как они корчатся в страданиях.

- Осторожно! – предупреждающий крик совпал с грохотом, когда массивный, покрытый шаманскими письменами валун пробил магический щит крепости и снёс одну из небольших башен форта. Расположенные там лучники в лучшем случае превратились в кровавую пасту, в худшем же их ждал долгий полёт вниз.

Ах да, аристократы империи удивлялись, почему легионы не уничтожили орков, ну тогда можно было перейти к очередной причине – у орков были шаманы.

Двигающийся вдоль крепости деревянно-костяной монстр был отдаленно похож на огромную телегу, если последнюю увеличить раз так в десять, снабдить её, кроме колёс, движущимися деревянными и костяными конечностями и водрузить сверху парочку магических катапульт и баллист.

Вся эта куча дерева стонала и дрожала, выглядя так, словно рухнет в любую секунду, но Люциус знал лучше. Скрытые в дереве и кости духи скрепляли всю эту конструкцию прочнее стали. Ведущие же её шаманы прекрасно ей управляли, ведя нескончаемый огонь по крепости и её стенам.

Из-за постоянного движения собственные баллисты легиона никак не могли прицелиться в эту движущуюся платформу, а если и попадали, то натыкались на магические щиты.

Будь орков поменьше, Карантус построил бы легион и навязал бы оркам прямой бой, но с перевесом четыре к одному выходить из крепости было самоубийством.

Кроме того, в этой крепости была расположена лишь треть легиона, в то время как две оставшиеся трети разместились в двух других крепостях.

По донесениям разведчиков, двух тысяч солдат должно было хватить, но великий хан орков обманул Люциуса. Вместо ожидаемой тысячи или даже двух тысяч орков, под стены замка пришло целых восемь тысяч зеленокожих. Более чем достаточно число орков, чтобы стать проблемой и для полного легиона.

Самое же ужасное было то, что шаманы прервали всякую связь, из-за чего у Люциуса не было возможности вызвать подкрепления. И хоть его войска по ту сторону гор, вероятно, подозревали, что что-то не так, они не могли просто бросить свои крепости без приказа.

Конечно, легат отправил гонцов, но добираться по горам не быстрое занятие, к тому же ещё и опасное. На помощь в ближайшее время можно было не рассчитывать.

Орки уже несколько раз пытались штурмовать форт, однако каждый раз откатывались, понеся тяжелые потери. И это было бы замечательно, если и сами защитники не теряли бойцов.

Каждый орк представлял собой высокого, чуть больше двух метров, зеленого сгорбившегося гуманоида, в ширину превышающего среднего человека раза в полтора, равняясь примерно на гнома. Их нижняя челюсть была тяжелой и немного выдвинутой вперёд, от чего нижние клыки выпирали вперёд, а надбровные дуги почти слились в одну единственную дугу.

Надо ли говорить, что по природе орки были сильнее не усиленных эликсирами людей? Лишь благодаря выучке и умению драться вместе люди побеждали орков.

Очевидно, в первых штурмах шел самый беспокойный и непослушный молодняк. Так, великий хан орков давал молодым ханам и командирам шанс получить всю славу, показывая Грону, что он не боится конкуренции.

Естественно, шансов у таких ханов было немного, но история знала случаи, когда особо хитрые или сильные ханы добивались успеха.

Теперь же Великий хан, назвавшийся так, ведь он сумел собрать орду, начал настоящее наступление. Прямо сейчас его шаманы и осадная техника проделает в стенах первые крупные проломы, и вот тогда да помогут им всем боги.

И словно Люциус был предсказателем, всё развивалось именно так, как он и боялся.

Кроме платформы у орков имелись и стационарные осадные машины, шаманы зеленокожих прекрасно защищали их от обстрела людей, в то время как камни и большие стрелы орков дырявили каменные стены.

Вот, в стене появился первый пролом. Маги легиона начали стремительно затягивать «пробоину», но рванувшие к ним духи земли изо всех сил дестабилизировали заклинания и мешали. А ведь обстрел и не думал прекращаться.

Очень скоро к одному пролому присоединился ещё один и ещё. С тяжестью на сердце Карантус был вынужден приказать магам перестать тратить ману напрасно. Такими темпами они бы просто выдохлись и стали для орков легкой добычей.

От лагеря орков донеслось радостное улюлюканье и рёв их огромных носорогов.

Когда вся эта зелёная лавина двинулась вперёд, у Люциуса не было иллюзий. Уже к вечеру они все будут мертвы, а их черепа пополнят коллекцию ханов и орочьих шаманов.

Как рассказывал Карантусу его отец, а тому его дед, у некоторых стойбищ орков есть специальные святилища, где хранятся черепа убитых легатов, с привязанными к ним кричащими душами бывших владельцев. Чем больше у клана орков таких черепов, тем они считаются престижнее.

Люциус уже чувствовал, как к его черепу примеряется зелёная лапа...

С гулом застучали арбалеты и луки легионеров, осыпающие приближающихся зеленокожих ливнем из стрел. Закричали и маги, творя свою убийственную магию и бросая её в наступающие вражеские порядки.

Шаманы пытались защитить своих бойцов, но всех спасти было нельзя, поэтому то тут, то там вспыхивали взрывы и вспышки магии, разрывающие в кровавую кашу всякого, кому не повезло находиться рядом.

Стрелы и болты тоже сеяли смерть. Хоть зеленокожие и не умирали сразу от попадания в тело, но пара-тройка болтов заставляла загрустить даже самых прочных из них.

- Барра! – взревели вооруженные копьями легионеры, с силой втыкая их вперёд, на лезущих в проломы орков. Последние же, кровожадно и ликующе смеясь, размахивая тяжелыми тесаками, пытаясь сокрушить любую приближающуюся к ним древесину.

«И вновь это молодняк», - стиснул зубы от злости Люциус, смотря с вершины крепости на сражение: «Великий хан изматывает нас своими самыми слабыми бойцами, благоразумно пряча ветеранов позади. Когда мы устанем, они пройдутся по нам, словно великаны по крестьянам…»

- Легат! Пустите меня! У меня срочные донесения! – стоявшая позади Люциуса стража не пустила рвущегося к командиру человека.

- Пропустите его! – Карантус удивленно обернулся и узнал одного из магов-связистов. – Что случилось? – он с надеждой посмотрел на чуть ли не подпрыгивающего связиста. - У вас получилось связаться с другими крепостями?

- Нет! – но прежде чем побагровевший от ярости за отвлечение от боя легат приказал его казнить, добавил. – Но у нас получилось связаться с кем-то достаточно сильным и находящимся поблизости! Они ответили на наш призыв помощи! И требуетесь вы для перего…

- Так что же ты с этого не начал?! – рявкнул воодушевившийся Люциус. Легату сейчас было плевать, кого нашли его связисты. Даже если это был залётный дьявол, он бы всё равно подумал заключить с ним сделку! – Немедленно веди!

Чуть не бегом легат последовал в зал связистов, расположенный прямо в центре крепости. Сам зал являлся одной из самых дорогих комнат в крепости, ведь по полу шли золотые линии, являющиеся частью сети связи. В центре же на уровне пояса расположилась большая чаша, вокруг которой стояли четверо магов. Обычно над чашей появлялся облик того, с кем говорили, но сейчас там были лишь помехи.

- Связь очень слабая, - начал быстро объяснять главный маг связи. – Мы лишь настроили звук, но и он работает очень плохо. Говорите прямо сейчас! - Люциуса дважды упрашивать не пришлось.

- Меня слышно?! Это говорит легат Люциус Карантус! Крепость Зерал находится в осаде орды орков, срочно требуется помощь! – закричал Люциус и спустя пару секунд пришел ответ.

- Да… вас… легат… слышно… - связь постоянно прерывалась, было трудно разобрать, кто именно говорит, но главное, их всё же услышали! – Цена… за… помощь… Награда...

«Наверное, какие-то наёмники», - судорожно думал Люциус: «Странно, что они забрались так далеко к орочьим степям, но плевать!»

- Да, в случае помощи со снятием осады, плата будет предоставлена! Срочно требуется помощь!

- Принято...Тогда… Ожидайте! – после этих слов помехи исчезли, а связь прервалась. Легат сокрушенно покачал головой.

Особой надежды у Люциуса на неожиданных союзников не было, но если они смогут помочь хотя бы пару раз отбросить орков, то Карантус готов отдать им все имеющиеся в крепости средства. Всё равно, мертвецам они уже не понадобятся.

Отступать же легат тоже не собирался. Если он бросит крепость, то его семье конец. Своей же героической смертью он снимет с них хотя бы часть своей вины.

Глава 9

Тем не менее, несмотря на то, что Люциус договорился с неизвестными союзниками, их собственное положение не стало от этого лучше.

Зелёный прилив наступал, и Люциус не видел ему конца. Восемь тысяч зелёных, не ведающих страха разумных монстров – это сила, способная с легкостью разорить и уничтожить целое герцогство.

Стоявшие в проломах легионеры построили настоящую стену из щитов, защищённые сверху ещё и куполообразными щитами при поддержке опытных магов.

Сила легионов Священной центральной империи была не в качестве обучения отдельных бойцов, хоть и в этом они были отнюдь не плохи. Всё дело было в умении легионов Императора работать словно один гигантский живой организм.

Там, где в том же Асимахском халифате маги презирали обычных воинов и всегда сражались по отдельности, легионы, наоборот, старались соединить магов с каждым отделением.

Если приглядеться, каждый кусочек легиона будто бы был его маленькой копией. Каждая сотня имела свой основной и запасной антимагический щит, устройство связи и нескольких магов, поддерживающих щиты и атакующих из-под их защиты.

Когда же легиону требовалось, сотни солдат сходились вместе, и эти отдельные щиты были способны объединиться в более прочную единую сеть, попутно сохраняя действие первоначальных щитов.

Интересными артефактами были и сами щиты легионеров. По отдельности это были примитивные артефакты самого низкого пошиба, хоть и равняясь по цене самым лучшим обычным щитам. Эти щиты питались жизненной силой самих легионеров, пусть и беря небольшую часть. Но когда легионеры соединяли их друг с другом, строя ту же черепаху, то под магическим щитом магов возникал второй, в чём-то даже превосходящий первый щит.

В итоге, когда построившийся легион шел на войну, то даже сильные маги чувствовали свою беспомощность перед этой несокрушимой многотысячной гидрой, пробить которую если и получалось, то она с легкостью перестраивалась и продолжала наступление.

Даже попытки ударить снизу проваливались, ведь защитная магия дестабилизировала заклинания рядом и под легионом.

Три линии мощнейших магических щитов с пусть и простейшей, но артефактной броней были той силой, с которой считался весь мир.

Надо ли говорить, что оснащение даже одного легиона вставало в такую цену, позволить которую могло себе позволить лишь самое крупное государство Тароса. И даже так, каждая потеря любого легиона становилась столь тяжелым ударом, что чувствовали даже высшие аристократы Империи.

По слухам, когда отец Максимилиана Боргура, нынешнего императора Империи, потерял сразу два легиона, так слуги слышали, как он напился и громко кричал в своём кабинете, проклиная проклятых легатов, неспособных справиться с простейшими вещами.

Однако какой бы впечатляющей силой легион не обладал против магов и всего, что с ними связано, у него всё же были слабости. В столкновении с чисто физическим противником, легионерам приходилось полагаться на обычную сталь, что в сражении с двухметровыми зелеными горами мускулов выходило не так хорошо, как хотелось бы.

Стоявшие в проломах солдаты со всей яростью налегали на копья, стремясь остановить орков, но, даже получив несколько смертельных ранений, зеленые монстры со смехом сами насаживались на древки, стремясь своей жертвой и весом опустить острия и дать соплеменникам продвинуться ещё глубже в крепость.

Вернувшийся Люциус делал всё от себя зависящее, приказывая где-то отступить, чтобы вновь сформировать заслон, а в другие места посылая подкрепление. Но, несмотря на храбрость защитников и умения легата, очень скоро бои сдвинулись со стен прямиком во внутренний двор.

Конечно, там было легче сформировать знаменитый имперский строй, прекрасно расправляющийся даже с орками, но и потери среди самих легионеров тоже выросли.

- Легат! – отчаянный крик главы магов привёл Люциуса в чувство, и он поднял голову, следя за указывающим пальцем главного мага. Последний вместе со своими учениками за весь бой уничтожил не меньше нескольких сотен простых орков и пару десятков слабых шаманов.

Увиденное заставило Люциуса громко выругаться и со всех ног броситься прочь с главного донжона.

Прямо над крепостью начал формироваться гигантский, пылающий зелёным огнём тесак. Легату даже не нужно было быть магом, чтобы увидеть втекающие в клинок души предков орков.

Очевидно, сильных шаманов в ставке Великого хана окончательно достала невозможность нормально колдовать внутри крепости, поэтому с орочьей нетерпеливостью они выбрали простейший способ разрешения этой проблемы.

Ноги легата за раз проскакивали сразу пролет лестницы, чем повышали шансы на падение и возможность свернуть себе шею, однако выбора не было.

Пот заливал глаза Люциуса, а позади раздавались затравленные хеканья спешащих следом магов и охранников.

«Ну как эти долбанные разведчики могли так ошибиться?!» - отчаянно думал легат, старательно перебирая ногами: «Говорил же мне отец, никогда не недооценивай орков! А за последние годы я явно слишком сильно поверил, что изучил этих дикарей от и до! Дожил до седых волос и думал, что они меня теперь ничем не удивят! Как бы не так…»

Карантусу в этом году исполнилось девяносто три года, но благодаря эликсирам и магам жизни он выглядел лет на сорок. Можно было и меньше, но тогда потерялась бы часть авторитета. Солдатам было бы странно подчиняться двадцатилетнему сопляку. И большую часть из этой жизни Люциус потратил, служа в легионе. Неудивительно, что в последнее десятилетие он стал слишком высокомерен, за что и поплатился.

Орки усыпили его бдительность ложными увещеваниями и донесениями, а когда было уже поздно, ударили со всей силой.

Тем временем спасительный выход из донжона наконец-то показался, и Люциус выскочил из него, словно пробка из бутылки. Одного взгляда вверх было достаточно, чтобы понять, что дела плохи.

Маги крепости пытались разрозненно обстреливать гигантский тесак, но тот нисколько от этого не пострадал.

«Да и как ему пострадать», - едко подумал легат, бросив кривой взгляд на бегущего рядом и иногда телепортирующегося главного мага: «Если тот, кто должен ими командовать и руководить, сам спасается из-под удара! Лишь то, что он защищал самого Люциуса, спасало того от разбирательств. Телепортироваться с грузом маг явно не рискнул, боясь перехвата.

- Щиты! - как не своим голосом закричал глава магов и вокруг него с легатом сразу возникла магическая сфера. Ближайшие маги тоже начали творить заклинания, но они не обладали навыками главного волшебника.

Зависший над крепостью тесак, впитав в себя последних духов, замер, а затем с абсурдно высокой скоростью рухнул вниз, разрубая донжон, внутренние и внешние стены разом!

Удивительно, но от силы удара почти не было ударной волны, но её прекрасно заменили разлетающиеся во все стороны осколки и целые секции крепости. Ударив в спину легионерам, они выкашивали солдат так успешно, словно исполинский косарь взмахнул острой косой.

Не повезло и оркам, множество вошедших в крепость зелёных бойцов постигла та же участь.

Пару секунд обе стороны замерли, лицезрея последствия применения высшей тактической магии, а затем орки ликующе заревели и бросились вперёд, стремясь воспользоваться отчаянием защитников.

- Кха-кха-кха! – мучительно закашлялся легат, пытаясь выхаркать из лёгких забившуюся туда пыль. Рядом так же кашлял и главный маг. Люциус быстро огляделся и скривился. Из своей свиты живыми он видел в лучшем случае половину. Обломки донжона не разбирали, кого убивать: обычных легионеров или не успевших создать щит магов. Да и могли ли слабые волшебники удержать ударяющиеся в их щит куски целой крепости?

Тем временем вид из последних сил сражающихся внизу легионеров был по-настоящему ужасен.

Взгляд Люциуса словно примагнитился к истошно дергающему руками легионеру, который словно муха содрогался на клинке одного из орочьих ханов. Закованный в пусть и варварски сделанную, но толстую броню зелёный гигант поднял руку с клинком, заставив голову легионера приблизиться к его морде.

Укус! – Люциус стиснул зубы от ненависти, видя, как орк своими клыками буквально откусил лицо у захлёбывающегося криком человека. Окружающие хана нукеры весело расхохотались от подобного зверства, с восторгом смотря на покрытую кровью морду вожака.

Что же, Люциус всегда знал, что именно так его жизнь и закончится. Подобным образом умер его дед и ту же смерть принял отец. У легата в столице имелся сын, а в родовом поместье, если поискать, имелась и парочка ублюдков. Род Карантус так или иначе не прервётся.

Встав с покрытого пылью участка стены, легат пинками собрал выживших легионеров и, вытащив меч, решительно бросился в самую гущу сражения. Прямо сейчас от его командных навыков почти не было толку, ведь всё скатилось к полному хаосу, а вот навыки владения клинком могли и помочь.

Как и любой аристократ Священной империи, и тем более военный с длинной родословной легионеров, с самого детства он принимал дорогие эликсиры. Из-за этого прямо сейчас в его теле было спрятано такое количество жизненной силы, сколько не было и у нескольких сотен человек. И именно эту силу и использовали многочисленные артефакты легата.

Не будучи магами, аристократы Тароса, а также обычные воины испокон веков желали увеличить свои возможности. Да, эликсиры позволяли им голыми руками рвать сталь, но те же маги могли издеваться над ними на дальних дистанциях, просто отходя короткими телепортами.

Так родилась воинская артефакторика. В отличие от артефактов магов, она поглощала именно жизненную энергию, которой у воинов было огромное количество.

Меч легата засветился золотым светом и, поглотив часть праны своего владельца, выстрелил ярким лучом, прошибившим насквозь сразу десяток зазевавшихся орков. Им не помогли ни доспехи, ни костяные шаманские амулеты.

Заметивший смерть своих орков хан взревел и, пришпорив носорога, который чудом сумел влезть в пролом, понёсся прямо на легата. Любые легионеры, пытающиеся остановить наступление этой горы серой плоти, покрытой толстыми шкурами и кусками доспехов убитых воинов, немедленно растаптывались или разваливались на части от взмахов огромной алебарды.

- Давненько я не разминался, - хмыкнул Люциус, давая знак своим людям не вмешиваться. Ближайшие орки тоже расступились, возбужденно стуча тесаками по своим щитам или просто рогатым шлемам.

Увидевший официальный вызов хан самодовольно заулюлюкал и пришпорил носорога, заставив его разогнаться ещё сильнее. Сам же Люциус перешел на лёгкий бег, бесстрашно побежав прямо навстречу своей смерти.

«Сейчас!» – когда до столкновения осталось меньше секунды, легат плавно ушел от встречи с рогом носорога в левую от себя сторону, но именно туда уже летела алебарда орка!

Цзинь! Бум! – умело подставленный под удар щит заставил остриё алебарды безвредно срикошетить в землю, вызвав небольшой взрыв, когда артефактное лезвие врубилось в камень мостовой.

Сам Люциус текучим движением глубоко вонзил свой гладиус в горло животного, точным ударом разрывая одну из яремных вен. Носороги орочьих пустошей были чудовищно живучими зверями, поэтому обычно смертельный удар его не убил, но заставил достаточно ослабнуть, чтобы зашататься.

Пользуясь промахом, Люциус легко вскочил прямо на обратную сторону алебарды и взмыл в воздух, когда хан попытался поднять оружие для нового удара и тем самым подбросил своего врага вверх.

Взгляды двух врагов встретились. Легат был в невыгодном положении, так как хан тоже имел усиленную сверхчеловеческую силу и скорость. Орк легко мог вернуть алебарду и расколоть верткого врага, пока он был беспомощен в небе.

У Люциуса же были другие планы. Вновь напитав свой гладиус жизненной силой, он опять вызвал световой выстрел, который орк небрежно принял на один из толстых наручей. Изделие шаманов с честью выдержало атаку, но тем самым хан ослепил себя, потеряв врага из виду.

Мысленное усилие, и артефактные наголенники выстрелили телом легата вперёд, сработав подобно двум воздушным пушкам.

- А?! – успел сказать орк, почувствовав как ему на плечи что-то приземлилось.

Это были его последние слова, ведь стоявший на нём Люциус с силой вбил гладиус прямо в центр его черепа, после чего с силой провернул лезвие, напрочь ломая и смешивая всё содержимое.

Так же плавно легат спрыгнул на седло, а затем, сохраняя идеальное равновесие, шагнул на голову всё ещё ошеломлённому носорогу. Слитным движением, ухватившись за рог, Люциус наклонился и воткнул клинок точно в глаз зверя, попутно вызвав у острия световой взрыв.

Бум! – тело зверя, а затем и орка рухнуло на разбитую на куски брусчатку, чем вызвало неистовый рёв выживших легионов.

«Да, мы умрём», - саркастично подумал Люциус, смотря на что-то бурчащих недовольно надвигающихся орков: «Но наша смерть вам дорого обойдется, ведь биться мы будем до последнего!»

И словно в насмешку над его отчаянно мрачными мыслями над крепостью пронесся долгий рокот.

Вначале Люциус подумал, что это очередная пакость зеленокожих, выкативших откуда-нибудь новое колдовство, но судя по недоуменным мордам предводителей орков, так же, как и он, оглядывающихся по сторонам, это было нечто иное.

И очень скоро все они увидели тех, кто привлёк внимание всех сражающихся. Солнце светило со стороны степей, поэтому ничто не мешало рассмотреть их в полной мере.

- Это… драконы? – недоверчиво спросил какой-то рядом стоявший легионер и никто даже не пытался его одергивать за разговор рядом с командующим.

Несмотря на свою силу, обычный житель империи имел почти все шансы прожить полную впечатлений жизнь, постранствовать из конца в конец своей страны и ни разу не увидеть драконов.

Семь из них за один раз – это было нечто из тех страшных времён, когда Империя решила, что сокровища повелителей неба ей нужнее. Люциус, как один из тех, чей род пережил те темные времена, покрылся холодным потом от одной мысли, что драконы вновь решили повторить нечто подобное.

Правда, уже в следующую секунду холодная логика подсказала, что в таком случае они бы не летели из Империи в сторону степей, а значит…

Возникшая в следующую секунду крамольная мысль почти инстинктивно была отброшена, ведь надежда слишком опасна, но Люциус просто не смог этого сделать.

Неужели те, с кем он говорил, оказались драконами?! Каковы были шансы найти подобную помощь в столь отчаянный момент?!

Чем ближе приближались повелители неба, тем отчетливее сияла их чешуя в солнечных лучах и тем всё более нервными становились как орки, так и легионеры.

Лишь немногие сумели заметить величественно плывущий позади них корабль, но даже так все взгляды были сосредоточены на драконах. Последние же стремительно приближались, перестраиваясь широким клином, призванным охватить всю протяженность стен.

Во главе клина, резко взмахивая крыльями, летел красный ящер, на голове которого пылала огненная корона, а позади развевался длинный плащ из пламени. Его шея была обернута толстым ожерельем из колючек, а благодаря физическим улучшениям Люциус даже на таком расстоянии видел в его глазах неугасимое пламя жадности и злобы.

Миг, и приказавший что-то остальным драконам красный повелитель неба устремился вниз, а следом за ним двинулись и остальные. И прежде, чем легион успел совершить ошибку, напав на неожиданных союзников, вожак драконьего крыла громогласно заревел боевой клич, к которому быстро присоединился рёв остальных драконов. А затем их драконьи выдохи обрушились на закричавшую от страха и ярости орочью орду.

Пару секунд назад готовые бежать легионеры осторожно, а затем всё громче и громче начали радостно кричать. Но был среди них и тот, чьё лицо больше напоминало посмертную маску мертвеца.

Люциус Карантус, чью жизнь неожиданно спасли, почему-то вспомнил, что он необдуманно так и не обговорил, сколько именно он заплатит пришедшим им на помощь наёмникам.

И если с теми же наёмниками было достаточно бросить пару сотен золотых и выставить их прочь, то Люциус очень сомневался, что с драконами у него получится нечто подобное.

Внезапно легат уже не был уверен, что его спасение было таким уж удачным развитием событий.

Глава 10

Семь драконьих выдохов, пусть даже шесть из них принадлежали лишь молодым драконам – это всё ещё семь мощных потоков чистых стихий, созданных одними из самых смертоносных существ во вселенной.

Огонь, лёд, кислота и яд – вот те стихии, что накрыли пытающихся уклониться от несущейся к ним самой смерти орков.

Чем дальше огонь того же Аргалора отходил от него самого, тем сильнее он расходился, накрывая всё большую площадь. Так как красный дракон дрался не против могучего противника, а против сотен и тысяч более слабых врагов, то он не стал по своему обыкновению уплотнять пламя, а позволил ему в кои-то веки разгореться и разбушеваться так, как оно всегда желало.

Подпитываемый самыми темными драконьими желаниями и бесконечной жаждой доминирования красных, Аргалор обрушил настоящий ураган из бушующего адского огня, накрывшего плотные, не успевшие рассеяться ряды зеленокожих.

Дикий крик расколол воздух, когда пылающие фигурки в море красного пытались кататься и бить себя, стараясь сбросить пламя. Напрасные усилия, ведь и на земле, и вокруг них был лишь жадно пожирающий их огонь.

Некуда было бежать и негде было спасаться. Те орки, у кого имелись защитные, противо-огненные амулеты, выиграли себе в лучшем случае секунду-две, что было даже хуже, ведь когда жадные языки словно бы разумного драконьего огня приняли их в свои жаркие объятия, они знали, какой конец их ждёт, видя перед этим смерть своих товарищей.

Те орки, кому посчастливилось избегнуть первого удара, с болью отворачивали лица и пытались прикрыть глаза от бьющих в них нестерпимо жарких ветров самого ада, в котором корчатся, сгорая, их товарищи.

Вонь горелого мяса поднялась в небо и над всем этим слышался лишь торжествующий драконий рёв.

Закончив первый выдох, Аргалор вытянул передние лапы и сдернул с носорога пытающегося увернуться орочьего хана, после чего с силой взмахнул крыльями, порождая мощный воздушный удар, отбрасывающий всех, кто имел глупую надежду его перехватить.

Лишившийся хозяина зверь с красными от животного ужаса глазами, громко ревя, бросился куда глаза глядят, топча и круша всё на своём пути. Его инстинкты буквально вопили убираться отсюда как можно дальше.

- Мерзкая тварь! – кричал на орочьем бьющийся в лапах хан, пытаясь извернуться и рубануть топором по пальцам дракона. В своё время Аргалор потратил некоторое время, чтобы изучить этот примитивный язык. – Отпусти меня и сражайся честно!

- Отпустить тебя? – рычаще смеясь, переспросил Аргалор, крепче сжимая одной лапой тело хана, а второй хватаясь за его голову. Небрежно сброшенный костяной шлем, кружась, полетел куда-то вниз. – Ты сам этого попросил!

Пасть дракона приблизилась к лицу орка и из неё хлынул тонкий, но невероятно яркий поток переливающегося огня, что словно дым втянулся сквозь рот и ноздри корчащегося зеленокожего. Всё это время пылающий на голове Аргалора Игнис с удовольствием помогал творить заклинание, не давая магии выйти из-под контроля.

Чем больше огненного дыма втягивалось в орка, тем ярче загорались у него глаза, а сквозь тело начали пробиваться багровое сияние. Лишь когда сжимаемый в когтях орк начал напоминать сияющую ёлочную игрушку, Аргалор взмахнул лапой и хорошенько метнул тело прямиком в одну из самых крупных групп камлающих шаманов.

Сотворенная Аргалором живая бомба сыграла с зеленокожими заклинателями злую шутку, ведь их ощущения были настроены на чистые заклинания, но никак не на скрытую внутри стихийную мину.

Бум! – мощный взрыв расцвёл в порядках магов орков, черным облаком поднимаясь высоко вверх. Там, где упал незадачливый орк, осталась глубокая воронка.

«Кажется, его возвращение на землю, которого он так желал, оказалось поистине незабываемым». – жестоко рассмеялся Аргалор, поворачивая голову и смотря за тем, как его крыло присоединилось к старому доброму драконьему развлечению: «охота на кричащих и бегающих под ними гуманоидов».

Разлетевшиеся широкой сетью цветные и металлические драконы разом высвободили свои выдохи, прочертив в порядках орков отлично видимые полосы разрушения.

Там, где пролетали черные и медная драконица оставалась лишь булькающая темно-зелёная жижа, в которой плавилось и умирало в жутких мучениях всё живое. Живая плоть и одежда сплавлялись в единое целое и стекали по желтеющим от кислоты костям. Первыми обычно плавились конечности, поэтому всякий желающий мог с тошнотой наблюдать, как их товарищи пытаются инстинктивно собрать вываливающиеся из животов расползающиеся кишки беленькими фалангами пальцев.

В этом плане яд Тифондрис был ненамного гуманнее. Если кислота Луидоры и Аксилии с Цербасом наглядно демонстрировала, что случается с живыми существами при попадании магической кислоты, то яд зеленой драконицы хитро проникал внутрь, после чего вызывал страшные мучения.

Радостно хихикающая Тифондрис жадным взором смотрела на корчащихся у стен крепости отравленных орков, ведь в отличие от других драконов снаряжение этих орков ничуть не пострадало и его можно было бы продать. И хоть броня и оружие варваров мало кому понадобились бы, но вот амулеты и артефакты были совсем другим делом.

Невольно Аргалор пожалел, что его пламя не имело такой же избирательности. Было бы очень удобно, если огонь уничтожал лишь живую плоть, не трогая ценную обертку!

На морде красного дракона появилась неприятная усмешка, когда он глянул на наслаждающуюся чужими страданиями Тифондрис. Она может думать, что всё это её, но она забыла, что единственное место для сбора трофеев принадлежит Аргалору, поэтому если она не хочет нести всю добычу в своих лапах, то ей придётся раскошелиться.

После же Архонии оставалось поле ледяных скульптур, где орки застыли прямо в движение, будто кто то остановил время.

Раздавшийся в стороне мощный взрыв привлёк внимание Льва, и он невольно усмехнулся, но уже с настоящим весельем. Выпустившая свой выдох золотая драконица, как и красные драконы, тоже обладала огнём.

И хоть огонь Аргозы больше отливал золотым светом, но даже так Лев с удовольствием смотрел, какие разрушения он причинял вокруг.

Смотря на разошедшуюся золотую повелительницу неба, Аргалор невольно залюбовался её четкими и смертоносными движениями. Несмотря на то, что её выдох значительно уступал выдоху Аргалора она неплохо компенсировала его умением пользоваться, разделяя на несколько потоков, охватывающих убегающих орков с нескольких сторон и загоняющих в огненный котёл.

Однако любование Аргалора золотой драконицей резко прервал ударивший прямо в его грудь тяжелый камень. Если бы не выстрелившие ему навстречу брыхнувшие осколками шипованные лозы и огненный доспех, Лев получил бы тяжелую рану, а так он отделался лишь сильным ушибом.

«Кто посмел?!» - горящий от ярости взгляд дракона быстро оббежал поле боя и немедленно остановился на тяжелой магической платформе, чьи орудия безошибочно смотрели прямо на красного ящера.

Вот только, как бы Аргалор ни хотел расправиться с возомнившими о себе невесть что наглецами, это, к сожалению, оказалось сделать не так просто.

Собранная шаманами орков платформа мало того, что имела на себе стационарный щит, который подпитывали сразу все шаманы разом, так ещё и они сами не стеснялись насылать на красного ящера целый сонм своих духов. Плюс, не переставали стрелять и осадные орудия, благодаря своей полу-магической природе обладающие меткостью, которой бы позавидовали даже земные зенитные комплексы.

Вот и выходило, что любая попытка приблизиться к платформе оканчивалась нескончаемым потоком заклинаний и снарядов, пока испуганные шаманы бросали сразу всё, чтобы отогнать дракона.

Благо, что каждый такой обстрел тратил их магию и запасы снарядов невероятными темпами, поэтому всё, что надо было делать Льву, это подождать. Но проблема была в том, что он не хотел этого делать!

Пока он был вынужден брать платформу измором, остальные драконы изволили весело проводить время.

Аргалор даже подумал было, так сказать, делегировать свои обязанности. Или, проще говоря, приказать заняться этой платформой кому-нибудь другому, но всё произошло и без его участия.

В самом начале боя Аргалор пытался найти великого хана, чтобы за один удар обезглавить войско зеленокожих, но так и не найдя его сходу, пожал плечами и атаковал просто воинов.

Однако, как оказалось, упускать из виду великого хана было ошибкой.

Крик боли Аксилии был совсем не тем, что Аргалор ожидал услышать. Пока сам Лев всё ближе и ближе приближался к платформе, уже прекрасно видя перекошенные от напряжения и страха рожи шаманов за барьером, великий хан рассудил просто.

Огромный, чуть ли не двух с половиной метровый орк, одетый в полностью артефактную костяную броню, с гримасой оглядел разгром своих войск. Конечно, отличающиеся стойкостью орки всё ещё сражались там, где обычные человеческие войска давным-давно бы побежали, но был ли в этом смысл?

От взгляда великого хана не укрылись и телодвижения легионеров к крепости. Воспользовавшись отвлечением, они старательно выбивали орков наружу, и вскоре они ударят в тыл рассеянным войскам хана.

Вождь орды понимал, что даже если драконы прямо сейчас исчезнут, то это конец. Опять же, возвращение обратно в степь было бы тем же концом, только растянутым во времени. Другие кланы не пощадили бы великого хана, что потерпел поражение. Когда кто-то объявлял себя великим ханом, то у него оставался путь только вперёд.

Претендент или добивался успеха в каждом своём начинании, объединяя все племена и кланы степи, формируя орду численностью в сотни и сотни тысяч зеленокожих, и объявляя себя Ханом ханов, или он погибал, ведь многие ханы не желали никому служить.

Великий хан повернулся и посмотрел на стоявших возле него самых верных и преданных воинов и шаманов. Понявший его без слов старый и беззубый шаман коротко, но уважительно чуть наклонил голову. Склонили головы и воины, не винившие хана за свою неминуемую смерть.

Между великим ханом и тем, кто его воспитал с самого детства, не было нужды в словах. Старый шаман дал жест своим ученикам, и все они забормотали единый речитатив, окружая великого хана магией, а воины начали подтаскивать к ним вереницу пленных людей. Последние выглядели ужасно и явно находились на грани смерти. Но когда их тащили к шаманам, то у них словно бы из ниоткуда возникли новые силы. Они кричали, брыкались, кусались и дрались, но всё было бесполезно.

Вновь и вновь кривые кинжалы шаманов вонзались в сердца пленных людей и гномов, от чего очень скоро вокруг магов образовалась стена из тел. Следующими пошли уже ближние воины. Понимая, что против драконов они не особо помогут, таким образом они решили отомстить.

Конечно, великий хан мог приказать хватать и других воинов, вот только воины из других кланов добровольно не согласились бы на смерть, а значит, ритуал не получил бы должной силы.

Если же великий хан выживет, то, вернувшись и продемонстрировав головы стольких драконов, все окружающие кланы решат встать под его руку. Тогда-то он точно позаботится об их семьях.

Со смертью всех пленных, воинов и рабов ученики шамана начали один за другим вспарывать глотки уже себе.

С каждой новой принесённой жертвой стоявший в центре хан словно бы немного увеличился, а его зелёные глаза светились чуточку ярче. Когда главный шаман убивал последних своих учеников, то их сущности не исчезали, как у людей, а прилипали к вождю, образуя за его спиной корчащийся дымный плащ.

Последним себя убил сам орк-старик. Его смерть окончательно воплотила и сформировала плащ из духов. Сам же великий хан вытащил тяжелые, явно не орками созданные топоры и, высоко подняв их, громко закричал, хоть его слова в грохоте окружающей битвы мало кто слышал.

- Я, Ордаш Дьявольский топор, бросаю вам вызов, жалкие ящеры! Сегодня один из нас падёт, в этом я клянусь своей собственной душой!

В ту же секунду над лезвиями вспыхнуло адское пламя. Созданное дьяволами оружие всегда требовало свою цену, но прямо сейчас орочий вождь готов был заплатить её сполна, благодаря чему в артефакт стремительно втекало всё больше и больше энергии из адского плана.

Оглядев безумным взором всех мертвецов, Ордаш поднял голову вверх и его глаза мгновенно прикипели к черной, самой большой драконице.

- Аксилия Жаждущая крови, - прорычал Дьявольский топор. Слава о черной драконице, нападающей на орочьи кланы, широко распространилась по всей степи. – Ты первой умрёшь от моего топора!

Миг, и вождь взлетает в небо мощным прыжком, оставившим на месте его старта расходящиеся во все стороны трещины. И хоть глазомер не подвёл великого хана, от чего он должен был попасть в драконицу, но и та не стояла на месте.

Трепетавший позади орка духовный плащ содрогнулся и резко бросил Ордаша прямиком к так и не заметившей опасности Аксилии.

- А-а-аргх! – болезненно зарычала черная повелительница неба, когда перевитое толстыми жгутами мускулов тело с огромной силой врезалось в район её живота.

Но в следующую секунду обычный крик боли перешел в надсадный вой, когда топоры вспыхнули настоящими потоками адского пламени, прожигающим себе путь даже сквозь драконью чешую.

Потеряв разум от терзающей её невыносимой боли, Аксилия инстинктивно свернулась в воздухе, пытаясь вцепиться в причину страданий, но Ордаш был слишком опытен, чтобы не предсказать действия зверя.

Словно альпинист он с нечеловеческой скоростью втыкал топор за топором в плоть корчащейся драконицы и тем самым ловко лез прямиком к её плечу, нацелившись на шею и голову!

- Проклятье! - цель великого хана не укрылась от Аргалора, и он рванул прямиком к Аксилии, чувствуя, как время утекает сквозь лапы. – Аргоза, на тебе эта сраная платформа!

- Поняла. – происходящее с Аксилией заметила и золотая драконица, в кои-то веки не став обсуждать приказы и вновь заняв было расслабившихся шаманов.

Остальные ящеры были заняты сражением с шаманами или уничтожением основных сил орков, а летающий корабль лишь подлетал к полю боя.

В этом бою Аргалор мог полагаться лишь на себя и свои силы.

Глава 11

Валор Кшас с наслаждением втянул носом запах пожарищ и сгоревших тел. Хоть темный эльф давно распрощался со своей подземной родиной, но старые привычки тяжело уходят, и наслаждение чужими страданиями были одной из них.

Когда драконы резко ускорились и в мгновение ока достигли поля боя, Валор отнюдь не стал пытаться их догнать. Наоборот, он приказал продолжить движение с крейсерской скоростью, попутно отдав приказ приготовить летучий корабль к бою.

В ту же секунду из расположенных на мачтах и внутри корпуса корабля звуковых артефактов полился мерзкий, раздражающий вой, способный разбудить даже мёртвого.

«Надо будет попросить господина Аларика поработать над звуком». - поморщился темный эльф, для чьих острых и особо чутких ушей этот звук был ещё более неприятен.

Впрочем, разносящийся по всему кораблю вой боевой тревоги сработал просто прекрасно, подгоняя и мотивируя экипаж судна. Расположенные в днище корпуса створки открылись и сквозь них высунулись жала небольших баллист и платформ с магами, где закреплённые специальными ремнями висели волшебники и чародеи. В таком положении они не только могли видеть землю, но и оказывались защищены от ответного обстрела.

Самой же главной подготовкой занялись расчёты четырёх магических орудий. Расположенные в круглых сферах орудия Скотта грозно напитывали все свои кристаллические батареи магией.

Мысленно Кшас помолился парочке подземных богов, чтобы системы перестраховки главы научно-технического отдела сработали и если какое-нибудь орудие Скотта дестабилизируется, то оно просто выключится, а не рванёт, унося с собой пол корабля!

Сам Валор присутствовал на одном из испытаний последних итераций знаменитого магического оружия и видел, какого размера воронки остаются, когда что-то идёт не по плану. И хоть Аларик Скотт, которого за глаза называли Сумасшедшим волшебником, гарантировал, что неожиданностей не будет, но Кшас уже работал с людьми вроде него.

Тем временем корабль не стоял на месте, а стремительно приближался к полю боя, открывая вид на царивший внизу хаос.

Невольно Кшас отметил, как было странно стоять здесь, наверху, пока внизу бушевал настоящий ад. Было ли это похоже на…

- Думаешь о том, что стоя здесь, ты словно бы становишься одним из драконов? – раздавшийся рядом с эльфом вкрадчивый вопрос чуть не заставил Валора инстинктивно рубануть своей саблей в ту сторону. Лишь с огромным трудом Кшас удержал себя от резких движений, ведь в последнюю секунду он узнал голос говорившего.

Медленно и пытаясь сохранить свой авторитет, Валор повернулся и посмотрел на незаметно подошедшего к нему Асириуса, главного прислужника их драконьего повелителя.

Одно то, что этот слишком высокий для своего вида кобольд умудрился к нему, темному эльфу, подкрасться, уже говорило, насколько он был странен. А за свою долгую жизнь Кшас вывел простое правило, если что-то не укладывается в привычные рамки, значит оно опасно.

И даже если перед тобой просто готовящий необычно вкусные булочки пекарь, то это уже повод насторожиться. Возможно, несколько параноидальный подход, но Кшас не дожил бы до своего возраста, не руководствуйся он подобными принципами.

И вежливый, улыбчивый кобольд, сумевший не только стать главным прислужником, но и остаться им на протяжении более полувека у грёбанного молодого красного дракона – это чуть ли не вопило в сознании темного эльфа о чём-то смертельно опасном.

Скольких оппонентов и претендентов на место главного советника дракона этот кобольд похоронил собственными руками? А сколько убили его люди?

Кшас не раз и не два замечал бродящих в Аргалориуме кобольдов. Обычно они не занимали никаких особо важных или ответственных постов, но если приглядеться, они были в. Каждом. Долбанном. Отделе!

Видя Асириуса, перед глазами Валора вставали лица матриархов кланов темных эльфов, смертельно опасных интриганок и убийц, готовых вскрыть собственных детей, если это принесёт им милость подземных богов.

Именно поэтому, несмотря на всяческие попытки во время перелёта Асириуса подружиться с Кшасом и перейти на неформальный тон, Валор был неукоснительно вежлив.

По телу темного эльфа пробегала настоящая дрожь, когда он представлял, что с ним может сделать столь чудовищный разумный, способный будучи главным прислужником дракона, сохранять положительную репутацию в корпорации.

Ведь если подумать, это могло значить лишь одно – он слишком хорош в устранении слухов о его темных делах, так и тех, кто об этих делах знает.

- Что вы, главный прислужник, - отмёл всякие подозрения о своей невольной гордыне капитан. – Я лишь думаю, что мы вышли на оптимальную дистанцию стрельбы и пора показать этим проклятым варварам, почему имя Аргалориума скоро будет греметь по всему Таросу!

- Вот как? – поднял одну бровь Асириус, заставляя Кшаса, несмотря на все тысячи лет его жизни, обливаться холодным потом под его пристальным взглядом. – Тогда это очень похвально с вашей стороны. Но не буду вам мешать, капитан. Покажите этим оркам всю силу военно-технического комплекса Аргалориума.

- Слушаюсь! – темный эльф был очень рад прекратить этот опасный разговор и перейти к тому, ради чего его и наняли, но что-то привлекло его внимание. – Господин, смотрите!

- Что?.. – начал было Асириус, и тут же осёкся, услышав крик черной драконицы. – Немедленно правь туда! Мы обязаны помочь!

- Будет сделано! – кивнул Кшас, сразу же начав отдавать приказы. – Двигательный отсек, полный вперёд!

Судно тяжело повернулось и, стремительно набирая скорость, рвануло вперёд.

*****

Аргалор изо всех сил махал крыльями, стремясь добраться до корчащейся в воздухе Аксилии. Благодаря магии, его тело с каждым взмахом разгонялось намного больше, чем имел право объект его массы, но даже так, чем ближе он становился, тем яснее понимал, что не успевает.

Великий хан уже был слишком близко к шее Аксилии. Единственная причина, почему он ещё не добрался, это её рывки в воздухе, заставляющие орка болтаться из стороны в сторону. Однако дай зеленокожему хотя бы шанс, то всё закончится ужасно.

«Надеюсь, когда всё закончится, ты поймешь, что я делал это ради твоего же блага», - мысленно вздохнул Лев, нагнетая в пасти огненную стихию.

Вырвавшийся в следующую секунду огненный луч хоть и был очень узким, но зато летел с невероятной скоростью, преодолев расстояние между двумя драконами почти мгновенно.

Тем не менее заметивший угрозу Ордаш всё равно успел среагировать, оттолкнувшись от Аксилии и пропустив мимо себя смертоносный луч, что всей своей мощью впечатался прямо в бок черной драконицы!

Драконье пламя, врезавшись в чешуйки, мгновенно прожгло их, но потеряв стабильность, взорвалось, разбросав обиженно ревущую драконицу и её несостоявшегося убийцу.

Лев знал, что силы его атаки не хватит, чтобы причинить Аксилии слишком большой вред, поэтому он даже не пытался поймать кружащуюся в воздухе драконицу. Всё его внимание было сосредоточено на стабилизирующем себя в воздухе орке.

Раскинув руки с топорами, он перестал вращаться и поднял голову прямо на пикирующем на него сверху красном драконе.

Казалось, ещё пару мгновений и драконья пасть перекусит его пополам или огненный выдох сожжёт его дотла. Вот только у Ордаша было собственное мнение по этому вопросу.

Заставив дьявольские топоры вспыхнуть адским огнём с ещё большей силой, Ордаш извернулся в воздухе, после чего, напрягая все свои мускулы, с силой ударил обоими топорами друг о друга, породив мощнейший взрыв!

Аргалор успел лишь моргнуть, как вырвавшийся из черно-красного взрыва дымящийся снаряд со всей мощью врезался ему в грудь, вышибив разом весь воздух.

Вероятно, в тот момент с широко раскрытой пастью он выглядел забавно, однако ему было совсем не до смеха. Благо, что от столкновения и сам великий хан не вышел невредимым.

Обоим противникам потребовалась пара секунд, чтобы прийти в себя и вновь сойтись в схватке.

Если на стороне Аргалора были крылья с духами воздуха, то Ордаш полагался на адские взрывы и свой теневой плащ.

Всякий раз, когда огонь дракона должен был покончить с наглым орком, последний изображал чудеса уклонения. Пользуясь же своей относительной компактностью относительно дракона, великий хан так и норовил зайти дракону под брюхо или, наоборот, на спину.

Два противника так увлеклись этими «кошками-мышками», из-за чего промелькнувшая рядом с ними пара выстрелов из орудий Скотта стали для обоих сюрпризом.

- Не мешайтесь! – взревел Аргалор с широким оскалом. – Он мой!

В кои-то веки Лев повстречал противника, если не равного, то способного долгое время поддерживать с ним бой. По сравнению с тем убожеством, которым был бой с троицей детишек Маливен, великий вождь был по-настоящему опытным бойцом.

Небо не было его стихией, но он привыкал к нему с аномальной скоростью, несколько раз очень неприятно удивив красного дракона. Последствиями этого удивления был десяток оплавленных зарубок на чешуе и пара прорех в крыльях.

Орк тоже не вышел невредимым. Несколько раз драконье пламя всё же касалось его, пусть и лишь краем. Тем не менее даже так большая часть его доспехов и амулетов была уничтожена.

Распробовавший вкус сражения Аргалор уже и не пытался так яростно убить своего врага, как в самом начале. Лев желал и дальше отточить свои навыки со столь необычным противником. К тому же, дракону пришлось по душе избивать и жарить своего врага за все те хлопоты, что он доставил.

К несчастью, в отличие от Аргалора орочий вождь хоть и был невероятно силён, но он всё ещё был смертным, получившим силу благодаря жертвам своих орков и дьявольским силам. И, как это обычно и бывает, первым подвело его собственное тело.

В прошлом и впрямь сильные удары с каждой минутой становились всё слабее. Адская энергия начала утекать обратно в топоры, а на плаще духов принялись появляться прорехи, когда души орков одна за другой отправлялись или на перерождение, или напрямую к своему богу.

Очень скоро вихляющая в воздухе зеленокожая фигура понеслась вниз, чтобы с шумом упасть среди мертвых, замороженных тел. Судя по обилию ледяных статуй, здесь порезвилась Архониа.

Лежащий на спине вождь тяжело и с хрипами дышал впалой грудью, выпуская вверх облака горячего пара. Адская энергия здорово прошлась по его телу, сожрав немалую часть его мускулатуры.

С грохотом и хрустом льда неподалеку приземлилась знакомая красная туша, на которую орк не обратил никакого внимания. Великий хан уже чувствовал, как жадные лапы дьявола ощупывают и проверяют его душу. Единственное, что ему мешало её забрать, это то, что он был жив. Но Ордаш знал, что это ненадолго.

- И вот это доставило нам столько хлопот? – едко спросил Аргалор, кружа вокруг бессильно лежащего тела. Изредка дракон нервно взмахивал хвостом, круша на куски любые попадающиеся ему на пути ледяные статуи. – Видит Олдвинг, мне придётся серьезно поговорить с Аксилией про важность внимательности в бою.

- Я… достал… - прохрипел орк и дракон недоуменно замер.

- Что ты там пытаешься прохрипеть? – не смог удержаться от любопытства Аргалор, хоть и подозревал, что услышанное ему может не понравиться.

- Я… тебя… тоже… достал… - с ухмылкой и одышкой просипел поднявший голову великий хан, наслаждаясь вспыхнувшим на морде дракона возмущением. Коль уж ему предстояла вечность в аду, то почему не провести последние секунды в своё удовольствие? – Твоя… морда… была… особенно тупой… в тот момент.

Сказав всё, что хотел, Ордаш с облегчением рухнул обратно.

- Какая поразительная наглость. - со смешанными эмоциями протянул Аргалор, замолчав и серьезно задумавшись.

Будучи по природе красным драконом, Лев перенял все черты, присущие этим горделивым повелителям неба. И одной из таких черт была любовь к хорошей драке.

Несмотря на все те усилия, что приложил великий хан, он не был ровней дракону. Да, он сумел нанести Аксилии вред и даже имел шансы её убить, но лишь из-за удачного стечения обстоятельств. В прямой схватке с тем же Львом он очень быстро потерял всю свою выносливость и пал.

Тем не менее Думов не мог проигнорировать то мастерство, с которым орк использовал имеющиеся у него на руках карты. Хоть великий хан и был обречен проиграть, но он сделал это так, что впечатлил дракона!

В итоге Аргалору было просто-напросто жаль так бездарно тратить столь впечатляющее мастерство. Легенда воинов калибра Ордаша обычно записывается в нескольких книгах, а не заканчивается в первом же серьезном сражении.

- Решено, - кивнул сам себе Аргалор и посмотрел на удивленного тем, что он ещё жив, орочьего вождя. – Ты станешь моим прислужником, орк. И будешь служить мне.

- Тупой… дракон… Ты не видишь? Я… уже мёртв, - забулькал смехом Ордаш. – И даже так… я лучше умру… чем буду служить… такому куску… - последние слова немного смазались, ведь орк сильно закашлялся.

- Я подозревал, что ты так ответишь, - хмыкнул красный дракон, усаживаясь на задние лапы. – Вы, варвары, на удивление предсказуемы в этом вопросе. Но я не создал бы в этом мире великолепную корпорации имени меня, если бы не умел заниматься вопросами набора персонала. Вижу, ты потерял нить нашего разговора, поэтому спрошу иначе: насколько сильно ты любишь свой клан?

- Ты?! – попытался дёрнуться вождь, но мгновенно стиснул клыки, чтобы не застонать. Его тело было слишком истощено. – Если ты!..

- Ой, избавь меня от своих бесполезных и неосуществимых угроз, - словно от мухи отмахнулся Аргалор. – Больно мне надо гоняться за твоими стариками, жёнами и детишками. Будто мне нечего делать. Всё равно взять с вас можно немного. Я имел в виду совсем другое. Когда я ставлю себе цель, то стараюсь изучить все имеющиеся сведения. И в своё время меня очень заинтересовала эта ваша чехарда с легионами. Я не только изучил ваш примитивный язык, благо, это было довольно просто, но и узнал о том, как обстоят дела с теми, кто проигрывает на вашей политической арене. Ты улавливаешь, что я хочу сказать, или мне надо говорить ещё более простыми словами?

В этот раз Ордаш хранил полное молчание, ведь кому как не ему было знать, что именно ждёт его клан в связи с проигрышем их вождя. Когда остальные, не присоединившиеся к походу кланы узнают, что большинство защитников было убито, то они разграбят их стойбища и угонят всех выживших в рабство.

- Тогда чего ты хочешь? – наконец прохрипел он, иногда делая паузы между словами, но уже меньше. Кажется, столь важный вопрос прибавил ему сил. – Даже если бы я согласился тебе служить, то я уже мёртв. Мой договор с адом медленно пожирает мою душу. От него не уйти.

- Хм, любопытно. А как именно звучало ваше соглашение? В твоих интересах, чтобы я услышал точную и полную его версию.

- Я клялся своей душой, что один из нас сегодня падёт. Если я умру, то моя душа в любом случае попадёт в ад за все прошлые договоры. Если же я выживу, но не умрёт один из вас, то конец будет тот же, ведь я нарушу свою клятву. Теперь ты понимаешь, дракон, как глупо звучат твои слова?

- Хм-м-м, падёт… - Аргалор уже не обращал внимания на орка, размышляя над сказанными им словами. В отличие от довольно прямолинейного зеленокожего Лев уже несколько раз был вынужден общаться с дьяволами, и с одним из них он даже заключил внятный договор о взаимном нейтралитете.

За время переговоров с адом Аргалор понял, что надо очень точно подбирать слова, в чём дьяволы считаются настоящими мастерами. Но, видимо, в пылу момента и не считая орка серьёзным оппонентом, ад решил принять откровенно спорную клятву орка. В конце концов, если бы орк победил, то душа бы осталась при нём, что не похоже на то, как действует ад.

- У меня есть решение твоей проблемы, орк, - самодовольно оскалился Аргалор, наслаждаясь тем, что он придумал решение. – Ты сказал, что один из нас «падёт»? Что же, да будет так. Ты падёшь передо мной на колено и принесёшь клятву верности. В таком случае твоя последняя клятва будет выполнена, не так ли? И аду придётся подождать твоей настоящей смерти, чтобы забрать твою душу.

В это время тихо тлеющие неподалеку топоры резко вспыхнули адским пламенем, что метнулось к беспомощному Ордашу, но натолкнулось на стену огня Игниса. Две силы встретились, пытаясь друг друга перебороть, но схватившие за рукоять лозы Зары с силой выбросили топоры куда-то прочь. Аргалор даже успел услышать что-то пытающегося сказать полувоплотившегося дьявола, но его проекцию унесло вслед за вместилищем его силы.

- Ну так что, орк? Ты готов пасть передо мной или ты не прочь знать, что твой клан последовал вслед за тобой? Кроме того, как ты слышишь, твои орки всё ещё сражаются. Их жизни можно потратить с куда большим смыслом.

Ордаш задумался. С одной стороны, была честь, с другой же клятвы, что он принёс, став вождём. Как бы орки не уважали войну, но без детей и женщин, после нескольких славных сражений войну будет вести просто некому.

Ордаш уже хотел было в последний раз послать дракона в ад, когда неожиданная идея заставила его остановиться.

"С другой стороны..." - мысли верховного хана приняли новый оборот: "Почему это поражение нельзя превратить победу? Если за мной будут стоять драконы, то я смогу переманить на свою сторону ещё больше других ханов! И тогда Тарос по-настоящему познает всю красоту войны! Ну а когда я стану ханом ханов, то наш договор с драконом можно будет и пересмотреть. Я найду его логово и уже он будет валяться на останках своей стаи, умоляя меня о службе. И может быть, я её ему даже дам..."

Спустя минуту тяжело дышащий и почти падающий великий хан стоял на одном колене, склонив голову перед оскалившимся драконом. Предки прокляли бы его за такое унижение их рода, но ради спасения клана и возможности в будущем отомстить, Ордаш готов был принять позор на свою голову.

Спустя же ещё полчаса, с трудом стоявший вождь сообщал выжившим и очень удивлённым оркам, что после тяжелой битвы с вожаком драконов они решили заключить союз равных.

И если услышавшие эти новости орки разразились радостным рёвом, прославляя имя своего вождя, то морды остальных драконов были наполнены скепсисом. Даже дети Маливен и те чувствовали подвох. За те дни, что они знали Аргалора, он не выглядел тем, кого удовлетворил бы союз «на равных».

Хуже же всего выглядел легат Люциус. Когда он только-только выбил орков из крепости и уже собрался начать контрнаступление, ему пришли новости о союзе.

Командующий легионом очень сильно опасался тех последствий, что придут от союза орков и драконов.

Глава 12

Как бы Аргалору не хотелось похвастаться перед всеми своей победой над великим ханом восьмитысячной орды, но если бы он так сделал, то с планом использовать зеленокожих можно было попрощаться.

Орочьи кланы просто бы не пошли за тем, кто стал бы в их глазах не более чем слугой у нового, более могучего господина. И даже то, что господином оказался величественный дракон, а не какой-то там смертный, мало меняло положение дел.

Именно поэтому Лев нехотя позволил Дьявольскому топору «сохранить лицо» и дать выжившим после боя оркам объяснение, которое большая часть из них примет, ведь несмотря на свою любовь к драке, сражаться с семью драконами зеленокожие не очень горели желанием. Конечно, ни дракон, ни великий хан не тешили себя надеждой, что абсолютно все орки поверят в их интригу.

Те же орочьи ханы, орки-ветераны и шаманы, скорее всего, поймут, что здесь скрыто нечто большее. Но станут ли они копать, зная, что стоит на кону? Ответ очевиден — если часть из них увидит несоответствие, то они поймут и скрытую подоплеку. Та же часть, что решит «открыть правду», не слушая своих более опытных товарищей, тихо и мирно где-нибудь скончается от избытка стали в кишках.

После боя, или, скорее, избиения, уцелело около шести тысяч орков. Всё же, несмотря на все старания семерых драконов, легионеров и в последний момент добравшегося летающего корабля, битва шла не так уж и долго, а убить аж две тысячи активно сопротивляющихся разумных — это процесс, требующий времени.

Когда пошатывающийся Ордаш приказал своим оркам начать собирать тела для ритуала отправки их к духам предков, то он чуть было там и не рухнул из-за внутренних повреждений и истощения.

Аргалору пришлось спешно вызывать Зару, чтобы она незаметно проскользнула сквозь землю к ногам орка и заставила его уйти с «трибуны», дабы Аргалор смог что-то сделать с откровенно паршивым состоянием великого хана.

Стоило Ордашу скрыться с глаз его «подданых», как Зара бесцеремонно исчезла, позволив военачальнику беспомощно рухнуть на землю.

— Хм-м-м, что тут у нас? — Аргалор с интересом оглядел тело валяющегося у его ног Ордаша. Красный дракон потянулся к силе висящего у него на шее куска дерева с заключенной в нём сущностью Эви, великого духа жизни. Благодаря её энергии красные глаза дракона приобрели желтоватое свечение, став чем-то похожим на глаза Аргозы. — Ох, сколько же повреждений… но так даже интереснее!

Для Аргалора это была первая столь сложная магическая «операция» на разумном существе, однако он был полон решимости добиться в ней успеха, ведь как мог ошибиться он, Аргалор Покоритель бури?!

Коснувшаяся края разума дракона благодаря их духовной связи Эви лишь страдальчески ментально прикрыла глаза. Омывающие её волны самолюбования дракона были похожи на удары металлическим черпаком по стальному ведру, когда последний у тебя на голове.

Единственным, кто был относительно спокоен, это валяющийся в пыли великий хан. Последнего даже не беспокоило очередное неуважение дракона, ведь в мечтах он его уже покорил и уничтожил. Также Ордаш пребывал в наивной уверенности, что раз победивший его дракон столь силён, то значит и в лекарском деле он тоже не плох. Опять же, великий хан знал, что дракону невыгодно его убивать, поэтому он не беспокоился о своём лечении.

Как стало ясно уже очень скоро, Ордаш излишне поспешно позволил дракону заняться его исцелением.

— Повелитель! — это слово всё ещё давалось великому хану тяжело, но прямо сейчас ситуация буквально располагала к уменьшению гордости. — Уберите его! Так не должно быть! Почему он вообще вырос?!

— Магическое искусство вообще сложный предмет, — философски принялся размышлять вслух Аргалор, неторопливо возвращаясь обратно к остальным драконам. — Всегда можно ожидать каких-то новых открытий и неожиданных проявлений магии. Вот Аларик, это мой глава научно-технического отдела, как-то рассказал, что его помощник…

— Да плевать на этого помощника! Почему у меня вырос этот отвратительный хвост?! — не выдержав, издал крик души Дьявольский топор, держась обеими руками за упомянутую чешуйчатую часть тела, словно пытаясь её оторвать.

— И ничего он не отвратительный, — даже немного обиделся дракон. — У моего главного прислужника такой же есть, да и у меня самого присутствует. Жаль лишь, что твой этого неприятного зелёного цвета. Красный был бы лучше. Или ты считаешь, что мой хвост тоже отвратительный?!

— Н-нет, — кое-как выдавил Ордаш, понимая, что правда сейчас будет не очень кстати. — Но я орк, а не дракон! — в последний раз необдуманно попробовал достучаться к здравомыслию дракона великий хан. — Мне не нужен хвост!

Аргалор бросил взгляд на продолжающего плестись за ним орка и раздраженно фыркнул. Вот что ему может не нравиться? Хвост вырос точно там, где ему и место, сам по себе отлично реагировал на все мысли владельца, так ещё и был покрыт чешуей, что даже отсюда испускала приличное количество магии. Такой хвост мало того, что прочнее его собственного тела, так ещё и будет полезен в бою, как пятая конечность, а он всё жалуется!

Подобной чести не удостоились даже самые верные прислужники Аргалора, а этот ещё и недоволен!

«Кстати, этот момент можно как-нибудь и исправить…»

Где-то в этот момент находящийся в Эклунде Мориц неожиданно икнул, подавившись своим любимым пивом. Празднующий отбытие любимого господина главнокомандующий долго кашлял, почему-то почувствовав прошедший по спине холодок.

— Знаешь, а я ведь могу и убрать его, — улыбнулся дракон, и Ордаш резко остановился, не решаясь идти следом. Ему стало резко не по себе. — Вот только есть небольшая вероятность, что если я уберу у тебя хвост, то может появиться что-то ещё… или, наоборот, исчезнуть. К тому же, я бы на твоём месте больше заботился об оставшемся у тебя одном яйце, а не о хвосте.

Судя по полузадушенному сипу, спешному шелесту одежды и последовавшему через секунду облегченному вздоху, Ордаш убедился, что его новый господин лишь шутит.

— И вот, наличие хвоста тебя и перестало так беспокоить, — рассмеялся Аргалор, найдя удовольствие в юморе легендарного майора Пейна. — Лучше подумай о том, что у тебя ещё есть, ведь этого всегда можно лишиться, если ты ещё раз не будешь следить за своими словами в моём присутствии.

Дав этот мудрый совет, Аргалор оставил тихо бесящегося первого в мире хвостатого орка. У последнего в любом случае было много дел. К примеру, как объяснить другим оркам неожиданное появление у себя хвоста.

Чем ближе Лев приближался к расположившимся на земле драконам, тем яснее он слышал громкую перепалку. Троица Маливен разбрелась по полю боя, переворачивая убитых ими орков, ища что-нибудь интересное и ценное. Аргоза же с Аксилией занимались тем, что любили делать любые два встретившихся дракона, а именно ругались. Сидящая неподалеку Луидора с широко открытыми глазами смотрела на это довольно привычное, но развлечение.

— … Ай, спасите меня! — тоненько кричала Аргоза, наслаждаясь мрачной мордой Аксилии. — Ужасный, плохой орк воткнул в меня свои топоры, и я ничего с ним не могу сделать, ведь я беспомощная драконица, нуждающаяся в спасении! Ах, где же мой храбрый спаситель?!

— Ты хотя бы представляешь, как это больно, когда у тебя под кожей горит адское пламя?! — не выдержав издевательств, взорвалась Аксилия. — И даже когда этот проклятый орк вытащил из меня свои топоры, то какое-то время пламя всё ещё горело внутри моих ран! Уверена, если бы такое случилось с тобой, ты бы потеряла сознание ещё при первой ране!

— Ой-ой-ой, какие же мы нежные. Забоялись какого-то там огонька, — и не думала отступать Аргоза, заставляя черную драконицу потерять речь от гнева. — И это совсем не связано с желанием, чтобы тебя спас сильный рыцарь на белом коне… Ну или в нашем случае на красном, да и вообще без коня…

Кулаки черной драконицы сжались. Она так сильно хотела врезать по голове одной особо наглой металлической, но Аксилии очень не хотелось слушать тот вал нравоучений, что последует следом от их вожака. Да и драться с верткой металлической, значит носиться по всему полю боя, что с учетом всё ещё болящих ран было тем ещё удовольствием.

— Хватит говорить всякие глупости! — рявкнула Аксилия, вовремя заметившая приближение Аргалора и давшая Аргозе многообещающий взгляд. — Мы ещё поговорим насчёт того, кто это тут жертва, требующая спасения.

Не слушавшая больше ни слова от буквально наслаждающейся всей этой ситуацей золотой драконицы, Аксилия решительно зашагала прямиком к красному ящеру.

— Почему эта зелёная отрыжка хаоса ещё жива?! О чём я говорю?! Как ты посмел заключить с ним договор, после того как тот испортил мою чешую своими отвратительными топорами?!

Судя по тому, как разом закатили глаза Аргоза и Луидора, она явно выбрала неправильный тон.

— Во-первых, я вожак этого крыла и сам принимаю решения, не нуждаясь ни в чьих советах, это понятно?! — как бы Аргалор хорошо ни относился к Аксилии, но такой тон он не стал бы терпеть ни от кого. Вот только и черная драконица, подпитываемая своей жаждой мести, не собиралась так просто отпускать ситуацию.

— Да, ты вожак, но если ты забыл, то с привилегиями приходит и ответственность! И одним из основных правил драконьего крыла является забота о входящих в него драконах! Так почему тот, кто оставил на мне столько шрамов, всё ещё жив и здравствует?!

Около минуты два дракона упрямо смотрели друг другу прямо в глаза, не собираясь отступать. И лишь когда Лев увидел, как Аргоза обозначила желание вмешаться, он недовольно цыкнул.

Думов понял, что если он не хочет раз и навсегда испортить отношения с черной драконицей, тем самым порушив все свои планы насчёт Аргалор-бурга на острове Катор, то ему следует подойти к ситуации творчески.

Видимо, в этот раз придётся проявить немного дипломатичности. В конце концов, Аксилия была драконом, поэтому привычные методы могли и не сработать.

— Хорошо, я скажу тебе, почему этот орк жив, — спокойно принялся объяснять красный дракон, и лишь сильнее вспыхнувшие глаза показывали его раздражение. — Весь этот разговор о нашем сотрудничестве с ним полная ложь. Я победил его, и когда он, разбитый и униженный, лежал в пыли, я заставил его стать моим прислужником. Теперь он будет делать то, что я хочу, сделав свой народ полезным мне и нашему походу.

И прежде чем Аксилия задала очевидный вопрос, он продолжил.

— Касательно же, почему ты не можешь его убить, потому что я запрещаю тебе, ведь я твой вожак, а во-вторых, спас тебе жизнь, за что и требую не трогать этого орка. Во всяком случае пока.

— Это подло! — надулась черная драконица, обиженно отвернувшись. — Да, ты спас мне жизнь, но заставлять меня видеть того, кто…

— А почему ты решила, что его смерть - это лучший вариант? — вкрадчиво перебил её Аргалор, и Аксилия замерла. — В конце концов смерть не зря называют освобождением, ведь она позволяет ускользнуть от оплаты множества долгов…

— Ты хочешь сказать именно то, о чём я думаю? — заинтересованно повернулась черная драконица.

— Если о том, что когда я получу от этого орка всё, что мне нужно, то он попадёт в твоё полное распоряжение, тогда да.

— Хм-м-м, если это так, то да, я готова немножко потерпеть, — задумчиво протянула Аксилия, и Лев невольно вспомнил, чем именно черные драконы обычно славятся. И хоть Жаждущая крови решила пойти наперекор устоявшимся стереотипам, но зов крови иногда был слишком силён. — Только сильно не тяни, а то он ещё, не дай Олдвинг, умрёт от старости. Эти смертные имеют привычку так быстро умирать, что я иногда просто не успеваю за ними.

— Всегда есть некромантия, — пожал плечами Аргалор, обращая внимания на подходящего к нему капитана летучего корабля с каким-то странным подносом, на котором лежали знакомые адские топоры. — У меня как раз есть хороший специалист, что за разумную цену способен творить мрачные чудеса…

— Повелитель, — поклонился темный эльф. — Мои люди нашли эти артефакты, но так как последний, кто их взял, сошел с ума и начал бросаться на всех, то мы решили спросить у вас, что с ними делать.

Теоретически, адские топоры стоили немало, но практически дары дьяволов чаще приносили лишь проблемы и убытки. Вот почему Аргалора не особо заинтересовал этот дар.

— Вот она, польза прислужников, — гордо кивнул на капитана дракон. — Я им не давал никаких приказов, но они сами уже собирают мою добычу и даже сортируют её. А насчёт топоров… Аксилия, а как ты думаешь, очень ли расстроится Дьявольский топор, если его любимое оружие расплавится в кислоте прямо перед ним?

— Я думаю, очень… — медленно улыбка драконицы начала перерастать в широченную ухмылку. — Возможно, ты в чём-то прав, и я немного… поспешила. Ведь пока этот орк жив, между нами ещё будет много незабываемых лет!

— Иди за Аксилией следом. — приказал Аргалор вопросительно смотревшему на него Кшасу. — Когда она закончит с топорами, возвращайся к организации погрузки трофеев, в том числе и из крепости легионеров.

— Удивлена, что ты смог разрешить эту ситуацию столь мирно. — покачала головой странно задумчивая Аргоза.

— За кого ты меня принимаешь? Глупого зверя? — презрительно хмыкнул Лев. — При необходимости я умею быть тонким. Но хватит терять время. Где там этот любитель выписывать пустые чеки? Учитывая его прошлый энтузиазм при общении, странно, что он не прибежал сюда нас поприветствовать.

— Наверное, он думает, как лучше всего эмигрировать на Реусс, говорят, дикие джунгли там в это время года особенно привлекательны. — засмеялась Аргоза, и ей вторил жестокий смех красного дракона, нашедшего сию шутку особенно забавной.

Ах, долги, и те, кто пытается ускользнуть от их выплаты — всё это вызывало у Аргалора старую ностальгию по его ещё земным будням.

Глава 13

Как оказалось, когда в твою крепость, словно к себе домой, входят неизвестные солдаты, это мало кому может понравиться.

Экипаж "Пожирателя бури", получив приказ дракона, споро принялся за работу, собирая и сортируя разбросанные повсюду добычу. Первым подобное не понравилось оркам.

Многим зеленокожим не пришелся по душе вид того, как их товарищей самым наглым образом обирают, а всё собранное увозят на корабль. Благо, что вовремя заметивший назревающий конфликт Ордаш увёл свою орду подальше от поля боя и крепости. Многим из его бойцов подобное не понравилось, но все вопросы у них остановились, стоило им заметить раздражённо машущий из стороны в сторону хвост великого хана.

Всякие попытки вождя заставить своенравную конечность обмотаться вокруг пояса и не мешать, проваливались, поэтому прямо сейчас Дьявольский топор больше напоминал злого кота, которому хозяйка случайно прищемила яйца дверью.

Впрочем, стоило отметить, что Ордашу ещё повезло. В отличие от магов-целителей, вынужденных разбираться в строении исцеляемого объекта и ещё десятке столь же важных вещей, Аргалор использовал чистую стихию жизни, которая сама по своей природе стремилась исцелять.

Проблема была лишь в том, что при направлении магии в тело объекта Аргалору приходилось прикладывать невероятные усилия, чтобы стихия жизни лишь вернула тело к исходному положению, а не попыталась, к примеру, улучшить его или изменить.

Тот же хвост у орка, скорее всего, вырос по той «простой» причине, что магия жизни, коснувшись сущности Ордаша, просканировала его тело вплоть до самых глубинных уровней и отыскала там каких-то дальних предков, у которых мог быть хвост. Или было ещё проще, и стихия жизни выудила хвост из своей бесконечной библиотеки живых организмов.

Не улучшало настроения Ордаша и пришедшая к нему Аксилия, что с невинным видом принялась поливать кислотой огрызающиеся дьявольским пламенем топоры орка. Как потом говорили, скрип зубов Ордаша был такой силы, что его слышали даже у стен крепости.

Но вернёмся к этой самой крепости, где легионеры по приказу мрачного легата были вынуждены пустить внутрь деловито приценивающихся ко всем окружающим предметам солдат красного дракона. Живя в корпорации Аргалора, его подданные очень быстро учились на глаз определять сколько стоит или может тот или иной предмет, дабы те же торговцы их не обдурили.

Из-за непрекращающейся технической революции цены то и дело прыгали по несколько раз на неделю и было очень важно уметь ориентироваться в этом постоянно изменчивом мире.

*****

Легат Карантус чувствовал себя откровенно плохо, или, если быть до конца точным, абсолютно ужасно.

Стоя в одном из уединённых дворов крепости, он оказался в окружении целых трёх драконов, чьи тела были столь огромны, что полностью заполнили собой небольшой двор.

Сам Люциус с удовольствием принял бы «гостей» в одной из комнат, но никто из драконов не поместился бы внутри. Как итог, легат был вынужден стоять перед жуткими повелителями неба, словно какой-то обычный, отчитывающийся солдат.

И если бы дело было просто в отчёте! Что бы Люциус ни говорил, с морды самого главного в их стае, красного дракона, ни на секунду не пропадала порочная, понимающая усмешка.

- … Я благодарю вас за помощь Империи и самому Императору, - закончил многочисленные славословия и благодарности легат, плавно, как ему казалось, подводя к тому, что он собирался сделать с самого начала. – Я немедленно напишу расписку и письма в казначейство и интендантство. Уверен, когда новость о ваших свершениях дойдёт до Императора, то он незамедлительно оценит ваши действия по достоинству…

- Как забавно, - пренебрежительно прервала легата Аксилия. В её голосе легко читалось небольшое развлечение. – Меня не перестаёт удивлять то, как легко ты научился читать мотивы этих смертных, Аргалор. Буквально перед крепостью ты сказал, что правящий здесь человечек будет пытаться скинуть свой долг на начальство, с которого, естественно, почти ничего не допросишься. И вот! Это так и случилось. Не знаю, чувствую ли я удивление от того, что ты так глубоко погрузился в мысли этих низших созданий, или тошноту от самой мысли, что ты так долго думал и размышлял об их помыслах. – третья, золотая драконица запрокинула голову и громко рассмеялась, чем заработала недовольный взгляд красного.

Люциус подавился своими словами, и в нём немедленно вспыхнула ярость. Последнего, кто посмел с ним так разговаривать, он заставил горького пожалеть о своих необдуманных действиях. К несчастью, сейчас была другая ситуация, и на место ярости пришёл опустошающий страх. Стоя в кругу тел насмехающихся над ним драконов, он чувствовал себя маленьким мальчиком, потерявшимся на оживлённой торговой улице. Давно забытое чувство беспомощности было не тем, что он желал вновь ощутить.

- Дорогая, Аксилия, твой ограниченно узкий взгляд на полезность смертных меня огорчает, но раздражает меня именно твоё неумение видеть очевидное! Созданная мной корпорация процветает и день за днём продвигает меня к званию богатейшего дракона Тароса!

- Пф-ф-ф, Аргалор, - Аргоза перестала смеяться и, всё ещё веселясь, покачала головой. – Если бы твоих соотечественников было так легко убедить в пользе смертных, то это было бы сделано давным-давно! Это бесполезное занятие, они слишком глупы, чтобы видеть очевидное.

- Чё сказала?! – мгновенно вскинулась Аксилия.

- А ну не драться! Аксилия, думаешь я не вижу твой кончик хвоста?! Немедленно убери его! Аргоза отправь электрического угря за спиной Аксилии обратно в мир духов! – мгновенно завёлся Лев, пресекая очередную склоку. Убедившись, что обе драконицы поняли его посыл, после чего повернулся к подавленному Люциусу. – А теперь, легат, слушай меня. Будь у нас с тобой больше времени, то я позволил бы тебе и дальше нести чушь и корчиться, пытаясь выскользнуть из петли долга, чтобы в конечном счёте ещё дальше погрузиться в бездну. Мы бы с тобой сыграли в игру, конец которой стоил бы тебе всего. Но на твоё счастье мы и так потеряли много времени, а последнего у нас и нет. Поэтому всё будет просто, ты будешь служить мне и делать это будешь радостно и счастливо.

- Господин дракон, я уважаю вас за помощь Империи и мне лично, но должен уточнить, что угрозы действующему легату на службе Императору - одно из самых тяжелых преступлений, и наказание за него понесут даже высшие аристократы Империи…

- Какой забавный человек, - ухмыльнулся Аргалор, две драконицы с интересом наблюдали за тем, что должно было вскоре произойти. – Упираешься, даже зная, что уже одной ногой в могиле. Ты сказал про угрозы, но отнюдь не я самая большая твоя угроза.

- Что вы имеете в виду? – нахмурился Люциус, но от Льва не укрылась мелькнувшая в его глазах тень обречённости.

- Не притворяйся, ты и сам знаешь ответ. Твоя последняя ошибка могла дорого стоить Империи. Неожиданно прорвавшаяся восьмитысячная орда под предводительством великого хана. Мало того, что она могла разорить значительную часть запада Священной империи, так хуже того, великий хан мог без проблем вернуться в степь, чтобы стать ещё большей проблемой.

Аксилия счастливо улыбнулась, видя уже откровенно болезненное выражение легата, осознавшего к чему ведёт Аргалор. Черная драконица, потворствуя своей природе, любила смотреть, как покалеченные существа продолжают ползти в наивной надежде убежать от ужасного конца.

- Стоит этим новостям дойти до столицы и это поднимет настоящую волну.

- Крепость так или иначе отбилась, а орда отступила! – решительно спорил Люциус, но делал он это лишь по инерции.

- Учитывая, что именно я её сейчас контролирую? Она может и вернуться, - хмыкнул Аргалор. – Но это было бы неспортивно, к тому же, бессмысленно. Начало твоего падения уже неминуемо. Ты не хуже меня знаешь, что Император и его советники не отличаются прощением. Ты мог десятилетиями служить своей стране, но одна серьёзная ошибка перечеркнёт всё твоё будущее.

- Я не боюсь смерти, – твёрдо ответил Карантус, продолжая противостоять дракону. – И готов ответить за свои ошибки.

- Забавно, что похожий разговор я уже вёл чуть раньше, - подметил иронию Аргалор. – И как и в тот раз, я замечу, что за ваши ошибки расплачиваться будете не только вы. Насколько я знаю, ты, Люциус, член древнего и благородного рода, построившего всё своё влияние на службе легиону? Какая будет досада, если всё это уважение рухнет, а старые враги воспользуются вашим уязвимым положением. Уверен, они давно точат зуб на столь плодородные земли и виноградники вашего рода.

- Да… так и будет, - Люциус в поражении прикрыл глаза, от чего Аргалор уже начал торжествовать, но когда он их открыл, его выражение лица совсем не понравилось дракону. – Но это ничего не меняет.

- Что значит ничего? – нахмурился дракон, раздражённый тем, что разговор идёт не так, как он планировал. – Ты меня не слышал? Твоей ошибкой воспользуются враги при дворе, и твоя семья лишиться всего. Старые семьи Империи будут рады отправить на твоё место своих младших сыновей, дабы повысить престиж своих семей. Твои же родные, лишившись дома и императорской защиты, будут один за другим убиты, дабы они не смогли отомстить!

- Может это и будет так, а может и нет, - всё так же спокойно ответил Карантус, без страха смотря на дракона. Но моя семья не так слаба, как ты думаешь. Мы веками служили Империи и сражались с самыми страшными её врагами. Если Священная империя не будет нуждаться в наших навыках, то мы покинем её, уйдя так далеко, что нас не найдут. Тебе же, чудовище, я могу сказать лишь одно – род Карантуса никогда не склонялся перед теми, кто нам угрожал, не начнёт и при мне.

Люциус Карантус, как и любое живое существо, боялся смерти, но как прошедший сотни сражений генерал, он умел этот страх держать под контролем.

- Коль ты так желаешь смерти, то да будет так! – в негодовании от провала столь идеального плана Аргалор поднял лапу, намереваясь одним мощным ударом раздавить дерзнувшего бросить ему вызов человечишку. Сам же легат, как ни странно, выглядел облегченно, будто сбросил со своих плеч какой-то груз.

Удар дракона заставил землю задрожать и осыпаться несколько камней с ближайших каменных строений и стен. Сам же легат лишь чудом успел увернуться от вонзившихся в землю когтей.

Остриё гладиуса засияло золотом, когда в нём начал скапливаться мощный заряд жизненной энергии владельца, но Карантус с досадой почувствовал, как его ноги с огромным трудом способны оторваться от земли.

Люциус много раз сталкиваться с шаманами орков, чтобы не узнать призыв духов земли, но прежде, чем он успел активировать наголенники и вырваться, золотая драконица перехватила лапу вновь готового ударить красного дракона.

- Аргалор, подожди!

- Что такое? Не видишь, что я занят?! Пытаюсь убить эту мелкую и ловкую вошь… а ну стой спокойно, пока я пытаюсь тебя раздавить!

- Прошу прощения, но я не могу вам в этом ничем помочь. – бесстрастно заметил легат, впрочем, перестав нагнетать магию в меч.

- Не убивай его, ведь он нам может пригодиться, - поспешила вставить Аргоза, прежде чем всё вновь стало некрасивым. – Разве ты мне сам не рассказывал, что нам не помешают союзники среди кадровых военных легионов? Для Аргалор-бурга знакомство с ним будет просто невероятно полезно!

- Но он посмел меня оскорбить!

- Арги, ты же и сам знаешь, что он не сказал ничего такого страшного, а лишь отказался вставать на колени. Разве не вы, цветные, готовы пойти на всё, чтобы не дай Олдвинг, не задеть вашу свободу?

- Так мы - драконы! – высокомерно скривился Аргалор, пока его разум не подметил первую часть предложения. – Сколько раз я говорил, чтобы ты не называла меня этой жалкой кличкой?! Тем более при смертном! Моё имя Аргалор и оно было дано мне на самом тинге! Называть меня… вот так, значит не уважать решение всех драконов!

- Как ты скажешь, - обманчиво послушно кивнула Аргоза и тут же перешла обратно к интересующей её теме. – К тому же, сей смелый человек отнюдь не отказывается платить свой долг за спасение своей жизни и своей карьеры. Просто он не согласен, чтобы этот долг был столь расплывчат, я права?

Аргоза бросила на Люциуса характерный взгляд, что, дескать, я пытаюсь вытащить твою голову из петли, поэтому не смей обесценивать мои усилия!

- Да, госпожа, - медленно кивнула легат, стараясь оценить, чего ему это будет стоить. – Так и есть. Я не хотел никого оскорблять своими словами. Если же я нечаянно так поступил, то прошу принять мои извинения. Вопрос свободы меня и моего рода, это не то, о чём я могу думать непредвзято.

Аргалор стиснул клыки. Его драконий характер требовал раз и навсегда положить конец дерзнувшему бросить ему вызов. И будь он обычным цветным драконом, слова Аргозы ничего бы не изменили. Но Аргалор был необычным повелителем неба, и его рациональная часть видела пользу, которую может принести легат.

- Хватит ваших лживых речей, - настроение Аргалора окончательно испортилось, когда он увидел перемигивания драконицы и легата. – Не думайте, что я не вижу, что вы делаете! А ты, легат, если так ценишь свободу, то будь готов за неё заплатить. Ты не будешь служить мне, но станешь работать в моих интересах, как плату за твоё спасение.

- Я готов, - серьезно кивнул Люциус. – Но вынужден предупредить, что если моя «помощь» слишком сильно заденет интересы Империи, то об этом узнают и я стану для вас бесполезен.

- Значит, в твоих интересах, чтобы не узнали, - отрезал всё ещё недовольный Аргалор. – А насчет того, что тебя скоро раскроют можешь сильно не волноваться. Я не заинтересован в твоем падении. Скорее, наоборот. Аргоза права, ведь за прошедшую пару столетий твой род создал немало связей с другими легионерами, не так ли? Я считаю, что Аргалориуму пора расширяться. Да, моя продукция идёт в легионы, но обрывочно и мелкими партиями. Я думаю, что настала пора государственных контрактов на поставку вооружения, техники и брони.

- Техники? – нахмурился Люциус, быстро обдумывая, способен ли он подобное провернуть и не проще ли ему прямо сейчас самому броситься на свой гладиус. – Ты говоришь?..

- О продукции "Маготеха", конечно, - глаза Аргалора затянула мечтательная поволока. – Только представь, легионы бойцов, чьи конечности не знают усталости, а ступни никогда не сотрутся, ведь они созданы из магически укреплённой стали. Такая армия заставит любых врагов наложить в штаны и убраться как можно дальше. А какова будет слава того, кто будет стоять за этим нововведением?

- Это будет сложно, но если сильно не наглеть, возможно, - наконец произнёс Люциус. – Можно начать с моего легиона, а затем соблазнить перспективами пару моих хороших знакомых.

- Я знал, что ты в конце концов услышишь глас рассудка, – Аргалор не особо желал продолжать разговор. – А теперь заканчивай отдавать своим людям приказы. Скоро у нас запланирован совет, где вы все расскажите мне, что вам известно об одном особо проблемном великане, что устроил свой дом в орочьих степях.

*****

Спустя пару часов на некотором удалении, как от крепости легиона, так и стойбища орков произошла самая необычная встреча, которую только можно было ожидать.

Скрывшийся от своих верных нукеров великий хан встретился один на один с легатом Священной центральной империи, что тоже ускользнул из крепости, почти никого об этом не предупреждая.

Два «природных» врага угрожающе прожигали друг друга взглядом, нервно хватаясь за рукояти оружия. Правда каждый раз, когда орочий вождь прикасался к рукояткам новых топоров, по его лицу пробегала судорога гнева.

Оба противника ничего не говорили, а лишь пристально смотрели, готовые отреагировать на то, кто первый нанесёт удар. К их счастью ни один из них не успел совершить столь досадную глупость, ведь тот, кто их привёл сюда, наконец-то появился.

- Итак, - Аргалор пришёл сюда лишь с Аргозой и Луидорой. Остальным цветным драконам окончательно надоело слушать «глупые» слова смертных, и они полетели на охоту и осмотр окрестностей. Конечно, Лев мог приказать им остаться, но ценой было бы выслушивание их бесконечного брюзжания, на что уже Думов был не готов пойти. – С этого дня, один из вас служит мне, второй же мне должен, а значит в ваши маленькие головы не должно прийти даже мысли о том, чтобы навредить другому, ведь в таком случае вы нанесёте вред моей собственности. А вы не хотите довести до чего-то подобного. Это понятно?

- Да, повелитель… - скривившись, процедил орк

- Да, господин Аргалор, - с высокомерной усмешкой посмотрел на Ордаша легат, демонстрируя, что его статус намного выше. Великий хан схватился было за топоры, но, заметив многообещающий взгляд Аргалора, очень неохотно их отпустил.

- Я рад, что ВСЕ поняли мои слова. А теперь небольшая предыстория, чтобы вы знали, что именно меня интересует. Более недели назад группа гигантов, возглавляемая несколькими штормовыми великанами, напала на двух мирных металлических драконов и пленила их. Бой был тяжёлым, они понесли потери, но всё же захватили драконов и, пронеся их сквозь Империю, прибыли в эти степи, дабы двинуться в свою крепость. Я хочу знать об этих великанах всё, что вы о них знаете.

- Я знаю о ком вы говорите, - тяжеловесно заговорил Дьявольский топор, на его зелёном лбу появилась небольшая морщина, что явно говорило о серьёзности темы. – Лишь один великан в наших степях осмелился бы пойти на что-то подобное. Пусть меня проклянут предки, если это не Барос Мучитель, или как его называет мой народ, Барос Похититель. Проклятье степей и всех, кто её населяет.

Глава 14

Упомянув великана, Ордаш дал слушателям полностью вникнуть в то, что он только что сказал.

- Его имя прекрасно известно в степях орков. Барос Мучитель из века в век похищает всех, кто нужен ему для его отвратительных экспериментов. Всякий же, кто попадает в его лапы, уже никогда не поскачет по степи.

Ордаш в гневе стиснул кулаки. Сама мысль о том, что кто-то смел так долго бросать вызов оркам и жить, причинял ему почти физическую боль.

- Да, легион тоже имеет сведения об этом великане, - не очень довольный необходимостью сотрудничать с орком подтвердил данную информацию Люциус. – Несколько раз он нападал даже на приграничные крепости, пусть и никогда не уничтожал их полностью. Его магия земли находится, минимум, на уровне магистра, поэтому защитные артефакты крепости не способны долго сопротивляться такой чистой мощи.

- Тогда почему Империя и кланы орков вообще допустили у себя под боком столь неприятного соседа? – сухо уточнил Аргалор. Необходимость общаться с легатом его раздражала, но ради дела он мог потерпеть.

Драконья гордость очень чувствительная вещь, с лёгкостью приводящая даже самых старых представителей неба к «истерикам», способным оставлять после себя изменения в географии. Исчезнувшие леса, выросшие горы, изменившиеся русла рек – это и многое другое происходило, когда старые драконы сходили с ума.

- Потому что этот Барос – подлый выродок! – взревел Дьявольский топор, напрочь отбросив всякий самоконтроль. – Его крепость по-настоящему крепка даже для нескольких объединённых кланов, но когда собирается и впрямь сильная орда, то он просто сбегает! Когда же о нём забывают, то спустя несколько лет или десятилетий он вновь возвращается и принимается за прежнее!

- Аналогично, - кивнул Люциус. - Только к этому стоит добавить ещё и то, что его крепость находится достаточно глубоко в землях зеленокожих, из-за чего армии приходится опасаться подлых ударов в спину.

- Подлых?! – буквально зарычал Ордаш, что с его ростом получилось довольно убедительно. – Ваша жалкая Империя всегда пыталась завоевать наши степи! Если бы мы раз за разом не пускали вам кровь, свинокожие, то ваши фермеры уже заселили бы земли наших предков!

- Мы нападаем на вас исключительно из-за ваших рейдов на нас! – не остался в долгу легат, готовый влезть в вечный, как сам космос спор, но вмешавшийся дракон их оставил.

- Тишина! Мне плевать, кто чью землю захватил и чьих женщин изнасиловал! Я сегодня здесь ради убийства Бароса Мучителя, к которому у драконов накопился изрядный счёт. Насчёт его крепости ясно, но о ней позже. Кто что знает о нём ещё?

- Я знаю, - великий хан бросил на Люциуса взгляд превосходства. – Когда моя орда только готовилась двигаться к крепости легиона, разведчики принесли необычную весть. На самом краю видимости они заметили большой караван, состоящий исключительно из великанов.

- С этого и надо было начинать! – возмутился Аргалор, наклонившись вперёд. – Подробности!

- С ними были драконы?! – вперёд вырвалась взволнованная Луидора. – Они были живы?! Хорошо себя чувствовали?!

- Дай ему сказать. – осадил её Лев и требовательно посмотрел на вождя.

- Мои разведчики не рискнули приближаться, поэтому они мало что сумели разглядеть. Однако среди гигантских подвод они увидели трёх пленных драконов…

- Трёх?! – драконы поражённо переглянулись. Получалось, после захвата целых двух взрослых драконов Барос посмел атаковать логово ещё одного повелителя неба и пленить его!

- Да, трёх, - нахмурился Ордаш от того, что его перебивают. – Также мои разведчики сумели увидеть, что караван великанов был изрядно потрёпан, и многие из них лежали на телегах.

- Как мы и думали, нападение на родителей Луидоры, а теперь и того третьего дракона не прошло без жертв, - поделилась общей мыслью Аргоза. – Напади мы на них, когда они были в полной силе, то нам пришел бы конец. Но насколько они сильны сейчас?

- Одно ясно точно, им нельзя давать времени прийти в себя, - мрачно подытожил Лев. – Как давно твои разведчики их видели?

- Около трёх дней назад. – прикинул Ордаш и Думов мысленно согласился, что так примерно и ожидалось. Всё же наличие крыльев позволило драконам быстро сократить расстояние с великанами, вынужденных идти пешком. Создать портал на такое расстояние для великанов было очень непростой задачей.

- Тогда у нас ещё есть время! – обрадованно воскликнула Луидора. Она чуть ли не подпрыгивала от распирающих её эмоций.

Но никто кроме неё не показал признаков радости.

- Время есть, а вот чего нет, так это понимания, с кем придётся иметь дело, - Аргалор повернулся к Ордашу. – Что известно насчёт крепости? Её гарнизон?

- Очень мало, - скривился орк. – Если великаны замечают разведчиков любого из клана, то немедленно следует удар по стойбищу. Единственный способ не быть уничтоженными, это держаться как можно дальше.

- Но что-то вы так или иначе должны были узнать?! – нетерпеливо воскликнула Луидора.

- Так и есть. Крепость была построена на большом холме, который впоследствии был укреплён магами земли. Она имеет два ряда стен, когда второй ряд плавно переходит в сам холм и подземные переходы…

Все находящиеся здесь драконы разом поморщились. Если драконы были повелителями неба, то великаны по праву могли называться повелителями земли. Во время Великой войны великаны строили целые планеты-форты против наступления драконов.

Сейчас же, когда накал страстей, как и масштаб сражений, спали, великаны всё ещё любили зарываться в землю, чем очень раздражали своих исконных врагов.

Благо, по своей природе великаны хоть и обладали меньшей гордыней, но всё ещё были очень гордыми существами. Именно поэтому в большинстве своём гиганты предпочитали биться на поверхности, а не прятаться под землёй.

- В самой крепости по преданиям гарнизон составляли исключительно великаны. Если Барос за прошедшее столетие не изменил своим привычкам, то всё будет так же.

- Какие именно великаны? – задал важный вопрос Лев и от этого и впрямь многое зависело.

Любой ученый, что занялся бы изучением великанов, очень скоро заметил бы интересную закономерность. Чем выше и опаснее становились великаны, тем их фигуры и лица становились более… пропорциональными?

Если те же штормовые великаны напоминали идеально слепленных людей, пусть в среднем и высотой от десяти, до пятнадцати метров, то уже те же ледяные или каменные великаны имели куда более деформированные черты. Впрочем, самыми худшими в этом плане считались полуразумные пустынные и холмовые великаны – мутации в их телах достигали такого разнообразия, что встретить двух идеально похожих великанов этих типов было практически невозможно.

И Аргалор даже знал причину. Во время великой войны, когда великаны начали оттесняться и проигрывать, совет штормовых великанов дал одобрение на программу ускоренного выведения солдат.

Сариана совершенно не разбиралась в вопросе, как и сам Лев, поэтому знала лишь последствия, а не причины, но итогом стало то, что чем дольше шла война, тем всё больше ошибок накапливалось в подчинённых штормовыми великанами собратьях.

Когда война закончилась было практически невозможно найти «не-клонированных» не-штормовых великанов из-за чего мутации и генетические ошибки продолжили свой веселый путь по вселенной.

При этом имелась прямая связь между силой и числом мутаций. Более сильные ветви умирали намного меньше, поэтому и клонирование они проходили не так часто. В то время как холмовые и пустынные великаны, как самые слабые и многочисленные, стали истинной жертвой этой бесконечной войны.

Стоит отметить, что сам Лев находил довольно забавным, что обрёкшие на подобную участь своих соотечественников высокомерные штормовые тоже в конце концов поплатились.

Отказываясь уродовать свою родословную, они не получали столь необходимых пополнений, поэтому в конце войны почти вымерли. Не отличаясь же плодовитостью, за прошедшие тысячелетия они не сильно продвинулись в восстановлении своей расы.

Это, в свою очередь, и помешало великанам воспользоваться раздором в стане драконов, когда пропал Олдвинг. Лишённые управления штормовыми, уставшие от бесконечной войны основные массы гигантов просто массово отказывались идти в атаку. И если изначально штормовые могли с лёгкостью подавить бунты, то с уменьшением их численности это уже было невозможно.

- Здесь уже могу помочь я, - вмешался Люциус, видя заминку орка. – Время от времени маги легионов проверяют ближайшие опасности Империи на предмет численности и организованности…

- Очень тебе это помогло, человек… - ухмыльнулся великий хан.

- …Поэтому в своей массе в подчинении Бароса именно холмовые, но среди них есть немало и ледяных, и огненных собратьев.

- Ледяных? Разве для них климат не слишком жарок?

- Вероятно, артефакты, – пояснила Аргалору Аргоза. – Хоть я и должна признать, что такие игрушки стоили бы немало.

- Подытожим, - Аргалор оглядел всех собравшихся. – У нас есть отлично укреплённая крепость очень старого и опытного штормового великана, в подчинении которого могут быть как достаточно опасные небесные великаны, так и ещё, возможно, и пара штормовых. Также известно, что многие из них были ранены и, скорее всего, ещё не успели выздороветь. Это всё?

- Ещё то, что если мы и победим Бароса, то он немедленно сбежит, - подметила важный момент Аргоза. – Не забываем, Мучитель получил свою славу именно за свою трусливую подлость и неготовность драться до последнего.

- Значит, мы должны выманить его и дать почувствовать, что вся ситуация у него под контролем. Тогда он выйдет, он окажется у нас в когтях. – ухмыльнулся Лев, но в ответ Аргоза отнюдь не улыбалась.

- Аргалор, - привлекла внимание Аргоза. Она была смертельно серьёзна. – Послушай меня внимательно. Я уверена, ты и сам это знаешь, но штормовые великаны не просто так считались и считаются нашими самыми злейшими врагами. Даже он один – это угроза, которую мы ни за что не должны недооценивать. Малейшая ошибка может привести не просто к нашей смерти, но к нашему пленению…

- Я это знаю, - Аргалора раздражало, что ему говорят прописные истины. – Не нужно повторять мне это по десять раз, - он посмотрел на Ордаша. – Именно поэтому я хочу, чтобы ты связался со всеми самыми ближайшими кланами орков, что не участвовали в твоём походе и пригласил их напасть на крепость Бароса.

- И зачем им это делать? – почти презрительно спросил орк, но тут же отвёл взгляд, когда Аргалор опасно близко приблизил морду к его телу.

- Потому что у них появится возможность раз и навсегда покончить с угрозой похищения их детей. А во-вторых, я вот уверен, что за прошедшее столетие Барос накопил немало сокровищ в своей крепости. И те, кто поможет нам с её уничтожением, так или иначе получат свой кусок.

*****

Суртус Величественный – один из старейших на Таросе старых титанических драконов был чертовски зол.

И ещё бы ему было не злиться!

Прямо в его стране, где он устроил себе логово, самым наглейшим образом действовали похитители металлических драконов! И если бы это были обычные смертные, возжелавшие себе сомнительную славу убийц драконов!

О нет, всё было намного хуже. Кому как не ему, одному из тех, кто лично присутствовал на последних активных полях войны с великанами, знать об отвратительных ритуалах поглощения драконьих сил.

В отличие от драконов, великаны никогда не стеснялись использовать самые жестокие и подлые ритуалы или магию. И нет, драконы тоже не видели бы проблем в использовании чего-то подобного, если бы не их гордость.

Повелители неба отказывались экспериментировать со своим потомством, а насчёт поглощения сил, то они просто брезговали, не считая, что сила великанов достойна оказаться в их телах.

И вот, последние битвы отгремели, и большинство военачальников обеих сторон погибли или успокоились. Конечно, всё ещё оставались вопреки всему выжившие чудовища древних войн вроде Карадоса Жнеца великанов или Одина Одноглазого, сеющих смерть и разрушения почти в каждом из миров, где они останавливались.

Тем не менее такие, как они, были исчезающей редкостью, особенно в масштабах известной мультивселенной. Они продолжали свою бессмысленную войну, но большинство древних и уж тем более титанических драконов давно не заботились о великанах. Последние же отвечали тем же.

Именно так было и на Таросе. Хоть этот поистине старый мир и был родиной Жнеца великанов, что планомерно возвращался в него примерно раз в сотню лет, совершая свои любимые казни, дабы увлечь за собой очередную молодежь, но он никогда не убивал великанов напрямую из этого мира.

Однако не все участники Великой войны готовы были соблюдать этот неофициальный договор.

Барос Мучитель – засохший плевок на ступне смердящего нищего. Проказа, неприятная настолько, но при этом въедливая, что Суртус многие годы не мог его прикончить.

Стоило Величественному только приблизиться к подлому великану, как тот немедленно бежал прочь и прятался так хорошо, что ни одно заклятье или ритуал не могли его обнаружить.

Но вот теперь Барос перешел черту. Он напал на целых четырёх драконов, похитив троих из них! Четвёртый, красный дракон, принадлежавший к цветному роду, оказал такое серьезное сопротивление, что убил аж старшего сына Бароса, который служил тому, вот уже которую сотню лет. В гневе Мучитель собственноручно отрезал цветному крылья и, распоров живот, задушил красного его же кишками.

Никто не назвал бы Суртуса беспокоящимся о глупых и самодовольных цветных, но подобная жестокость и наглость била не просто по цветным, а сразу по всем драконам сразу!

Величественный подозревал, почему Барос вообще отважился на такую беспрецедентную наглость. Из того, что Суртус знал о ритуале кражи драконьей силы, после определенного числа поглощенных драконов сила великана претерпевала качественное изменение, трансформируя тело гиганта в нечто ещё более могущественное. Видимо, Барос не выдержал искушения и решил рискнуть закончить ритуал как можно скорее, несмотря на последствия.

Самое же ужасное, что обо всём этом сам Суртус узнал лишь по счастливому стечению обстоятельств. Будучи одним из западных герцогов Священной центральной империи, он обладал обширной сетью шпионов и осведомителей. Именно один из них, что проживал в графстве Эклунд и сообщил о прибытии в город сначала некоей медной драконицы, а затем и очень хорошо ему известной золотой. Всё же по роду деятельности Суртус очень хорошо знал Хорддинга Серебряное крыло, советника Императора и, по совместительству, отца своевольной Аргозы.

За свою долгую жизнь Величественный заметил, что смертные и драконы разделяют один и тот же грех – они любят сплетничать, поэтому неудивительно, что очень скоро слухи об экспедиции по спасению родичей медной драконицы просочились в город, а затем и на стол Суртусу.

Вообще, личность того, к кому побежала Луидора за помощью, давно интересовала верхушку металлических драконов Тароса. Их шпионы, а иногда и они лично внимательно изучали достижения Аргалора, но в большинстве своём быстро разочаровывались.

Никакой особо ценной магии в достижениях красного ящера не было, а над любимой Аргалором механизацией сам Суртус откровенно насмехался. Он был уверен, что возня с механизмами всегда проигрывала чистой магии.

Конечно, имелись те же магические протезы, секрет создания которых так и не смог никто получить в полной мере, ведь все, кто мог знать полную картину, были абсолютно верны Аргалору, но в глобальном плане это были не особенно ценные знания.

Тем не менее рост цветного дракона продолжался, а значит, росло и внимание сильнейших существ Тароса.

В этом плане решение Луидоры обратиться за помощью к красному дракону было необычным, но вот что стало по-настоящему серьезным, так это создание Аргалором в столь молодом возрасте настолько крупного крыла. Более того, опрометчивый молодой дракон даже сумел удержать контроль над очень разношерстной компанией.

И здесь Суртус впервые насторожился. Он был достаточно стар, чтобы, как и этот засранец Карадос, застать силу и власть Олдвинга Великого, дракона такой силы, хитрости и безжалостности, что даже гордые драконы склонили перед ним свои шеи.

После его смерти или исчезновения дороги цветных и металлических раз и навсегда разошлись. Тот же Карадос командовал исключительно цветными драконами.

Однако этот только вылупившийся из яйца почти вирмлинг умудрился сделать невозможное – объединить обе стаи под своим контролем.

Именно тогда память титанического ящера подбросила ему воспоминание, заставившее ему уже совсем иначе воспринимать молодого красного дракона.

Суртус вспомнил, как всего-то жалких пять десятков лет назад он наблюдал за невероятным событием – вирмлинг прошел все испытания обелиска Олдвинга.

Будучи одним из самых старых драконов не только на Таросе, но и во вселенной, Суртус помнил как Олдвинг создавал эти обелиски, заставив промышленность своей Империи создавать их в каждом из захваченных миров.

Уже тогда многие с подозрением смотрели на эти обелиски, видя в них очередной безжалостный план их пугающего господина.

Кто знает, зачем именно Олдвинг создавал их? И что было бы, если он дожил до момента, когда пришло время их использовать?

Тем важнее был тот факт, что каким-то образом этот Аргалор полностью подходил под неизвестные стандарты Олдвинга, что не сулило ничего хорошего.

В тот день в голове Суртуса мелькнула мысль, чтобы раз и навсегда покончить с возможной проблемой, но за тысячелетия Величественный заимел один грех, с которым был не в состоянии бороться – любопытством.

Суртусу было интересно, чего добьётся «выбранный» Олдвингом вирмлинг. И судя по начавшимся в мире изменениям, обелиск не ошибся.

Правда каким бы подозрительным потенциалом ни обладал Аргалор, он и его крыло были абсолютно глупы, если решили бросить вызов кому-то вроде Бароса.

Их решение лично напасть на древнего великана без помощи взрослых драконов было настолько глупым, что даже не вызвало гнев, а лишь рассмешило.

Величественный уже хотел полететь и самолично разобраться с Мучителем, когда он с неприятием вспомнил о невероятной чувствительности Бароса. Если осторожный великан почувствует его приближение, то он немедленно убежит в одно из своих сотен скрытых убежищ. Уж бегать этот ублюдок научился мастерски.

Тогда же у Суртуса родилась неожиданная идея. Почему не дать молодняку напасть на Бароса, выманив того из крепости? Самодовольный гигант решит поглумиться над глупыми дракончиками, тогда-то Величественный и ударит, лишив поганца возможности убежать.

План был признан состоятельным, и, скрывшись под сильнейшими заклинаниями необнаружения, Суртус неторопливо двинулся за крылом Аргалора.

И казалось всё идёт ровно так, как он рассчитывал, пока он не почувствовал быстро приближающееся знакомое присутствие.

Не желая, чтобы начавшаяся битва задела остановившийся у крепости легионеров молодняк, Суртус отлетел в сторону гор, где и стал дожидаться своего вечного противника.

Тот не заставил себя ждать.

Мгновение, и с вспышкой молнии словно из ниоткуда возник поистине огромный великан. В зависимости от своей силы некоторые из рода гигантов способны расти выше размеров средних своей расы.

Данный рыжеволосый великан был высотой все двадцать с небольшим метров, будучи гигантом даже среди великанов. Он был одет в толстую меховую накидку, сделанную из нескольких сшитых вместе шкур самых страшных урсусов-тиранов во всем Таросе, оставляющую открытым вид на широкую волосатую грудь и толстый пивной живот.

И хоть руки великана были свободны, но они оба понимали, что стоит ему только захотеть, как в них немедленно появится тяжелый молот.

Два старых врага уставились друг на друга тяжёлыми взглядами, пока перед их глазами пролетали века и тысячелетия их сражений и войн.

- Смотрю, Тир, за те пять сотен лет, что я тебя не видел, твой живот стал ещё больше, - небрежно заметил Суртус. – Думаю, мне стоит подождать ещё пять столетий, чтобы ты вообще не смог подняться.

- И это мне говорит тот, чьи когти настолько тупые, будто их точили ещё тысячелетие назад? Что ты делал всё это время? Спал?

Между ними давно не осталось настоящей ненависти, распавшейся пеплом за столько тысячелетий.

- Смотрю, ты за это время так и не изменился, - процедил Суртус и в его глазах вспыхнул опасный свет. – Мне всё равно, если ты против моего решения убить этого мерзавца. Он перешёл черту, а значит он сегодня умрёт!

- Ха! Хотел бы я посмотреть, как ты пройдёшь через меня, - гулко засмеялся владелец огромного брюха. – Но я не дам тебе его сегодня убить.

И прежде, чем Величественный успел взорваться, Тир добавил: «Но я не против, чтобы он сегодня умер».

- Что ты… - начало было золотой дракон, но мгновенно его морда скривилась. – По-твоему я дурак? Эти вирмлинги ни за что не сумеют его убить! И вообще, с чего это ты решил позволить смерть одному из твоего рода?

- Барос заигрался, - угрюмо дёрнул щекой рыжеволосый. – Он знал о договоренностях, но посчитал, что они его не касаются. Что же, получается, и моя защита будет не столь абсолютна, как должна быть.

- Ты всё ещё не ответил, почему я должен позволять этим молодым дуракам идти на смерть?

- Кроме того, что тебе всё равно на их смерть, а я не позволю тебе его схватить? Тогда вот тебе причина. Барос уже провёл один ритуал, проведя сквозь себя силу одного дракона. Прямо сейчас он ослаблен.

- Ты не хуже меня знаешь, что даже так у него хватит силы, чтобы убить этих семерых ещё несколько раз даже в таком состоянии!

- Так и есть, - кивнул Тир, словно речь шла о погоде, но ты должен признать, если они будут умны, у них есть шанс. Небольшой, призрачный, но всё же шанс. Так что ты выберешь? Драку со мной и предупреждение Бароса или предоставление шанса на, ха, героизм этих семерых?

- Если ты выживешь, Аргалор, - сделал свой выбор Суртус, смотря за исчезающим во вспышке молнии Тиром. – То я лично приглашу тебя на встречу металлических драконов.