Попаданец в Дракона - 12

Глава 1

Священная хроника Аргалора Покорителя бури: Глава 1199. Раздел 2.

Хронист: Андерс Эль Третий.

Поздравляю всех с этим великим славным днём! Главное сражение, разразившееся на Бесплодном плато, закончилось оглушительной победой нашего могущественного господина!

И хоть в подобном исходе ни у кого не могло быть и тени сомнений, но важно было, как именно будет одержана эта знаменательная победа. И я могу с гордостью сказать, что победа нашего Аргалориума оказалась поистине блистательной!

Почти каждый из членов стаи нашего господина сумел победить своих противников и поучаствовать в главном бою против ужасающего Этериона беспощадного, генерала сил вторжения.

К тому моменту наш господин небрежно игрался с уже почти проигравшим Этерионом, поэтому Аргалор был не против дать своим подчинённым тоже немножечко избить этого белого древнего дракона.

Когда Этерион наконец пал и был пленён, каждый мог признать, что именно наш повелитель с честью выиграл этот бой.

Окинув своих членов стаи и прислужников, наш господин принял новое имя, полностью подходящее его гордости. По одной из драконьих традиций, Аргалор объявил, что, как победитель, крадёт прозвище своего противника, оставляя того полностью вкусить всю чашу поражения.

Будь битва между драконами равного возраста, то кража имени была бы бессмысленным поступком, ведь прозвище проигравшего оказалось бы недостойно. Но в данном случае наш великолепный господин, будучи только-только взрослым драконом, сумел разбить аж сильного и опытного древнего повелителя неба.

Таким образом, пока Этерион Безымянный не совершит достойный его ранга поступок, он или будет носить прозвище Безымянного, или довольствоваться старыми прозвищами, которых за свою жизнь он накопил немало.

Так чествуйте же Аргалора Покорителя бури, Убийцу Бароса, Безудержного и Беспощадного, ведь нет в этой вселенной дракона более достойного!

Видя же силу и красоту нашего повелителя, войска Шитачи и Торговой компании в панике бросились прочь, беспощадно уничтожаемые нашими собственными полками.

Немногие из врагов сумели в тот день сбежать с поля брани, усеяв своими телами не только Бесплодное плато, но и леса вокруг него.

Сей великий день было принято считать одним из главных праздников корпорации, позволив работникам Аргалориума увеличить обеденный перерыв на целых двадцать минут, десять из которых следовало потратить на вознесение благодарности их доброму господину.

Тем временем наши войска подобно почуявшим кровь волкам рванули следом за остатками вражеских сил, после чего был организован масштабный по своему размеру флот, целью которого были острова Литуина.

Всем было ясно, что «гадину» стоит давить прямо сейчас, пока они были разобщены и ослаблены.

Весь Аргалориум праздновал, но вдалеке назревали тёмные дни, следом за которыми должны были разразиться события, затронувшие бы не только Тарос, но и всю вселенную…

Примечание Аргалора Беспощадного: этот смертный сумел уловить малую долю моего величия, что неплохо. Но всякое упоминание о «спойлерах» следует убрать.

Будь проклят Гидра, ведь именно он заварил всю эту кашу…

Глава 1. Торжествующая.

- Ну и что ты молчишь?! Надеюсь, тебе есть что сказать в своё оправдание?! – разъярённый Аргалор навис над своей понурившейся латунной сестрой и громко на неё рычал. Однако всякий, кто был тут ранее, мог видеть, что гнев Беспощадного уже заметно поутих, ведь изначально он чуть не сошёл с ума от гнева. – Подумать только, устроить пару и связаться с одним из моих врагов! Тем более таким жалким!

Упомянутый Аргалором «враг» прямо сейчас подавленно валялся неподалеку от Сиарис, демонстрируя всем и каждому многочисленные «побитости».

Раскинувший во все стороны лапы Цербас выглядел совершенно жалко и разбито, однако опытный драконолог сразу бы заметил, что большинство его ран выглядят поверхностными, никак не сказавшись на его внутренних органах.

Причиной последнего стала слабость Аргалора после битвы с Этерионом Безымянным. Когда Этерион рухнул и его принялись опутывать прислужники Аргалориума, Лев бросился бить Цербаса. Вот только к тому моменту у Аргалора осталось не так уж и много сил.

Тем не менее Цербас проявил необычную мудрость и хоть и имел возможность сбежать от уставшего Беспощадного, но остался, позволив Аргалору выразить часть своего негодования. Затем же вмешались Сиарис и остальные, оттащив Аргалора в сторону.

- Да что с тобой разговаривать! – так и не дождавшись от Сиарис никаких слов, Аргалор раздраженно закатил глаза, отвернувшись. Пару секунд посмотрев на валяющегося Цербаса, Лев зло пошёл прочь.

В этот момент Сиарис и чёрный дракон обменялись довольными взглядами. Всё пошло практически идеально – битва с Этерионом позволила Аргалору выразить большую часть его злости, и сам Цербас в итоге выжил!

Аргалор же в тот момент оглядел собравшихся вокруг него членов стаи. Вдалеке войска корпорации стремительно наступали, стремясь захватить или уничтожить как можно больше сил Шитачи.

- Молодцы! – глубоко вздохнул, а затем взревел Аргалор. – В отличие от вон того чёрного ублюдка, вы все показали себя превосходно! Любой вожак мог бы быть горд, имея драконью стаю вроде вас!

- Ой, как приятно! – ухмыльнулась медная драконица Луидора. Подруга золотой Аргозы изобразила смущение, хоть она и впрямь была рада похвале Аргалора. – Ты должен почаще нас хвалить, а то я толком не распробовала.

- От него дождёшься. – весело оскалилась Аргоза.

- Молчать, женщина! – прикрикнул на неё Аргалор. – Или ты хочешь бросить мне вызов?! А ты, Луидора… - его пылающий взгляд остановился на беззаботной медной.

- Дочь моя, зачем быть такой грубой? – обеспокоенно вмешался Вайгер, отец Луидоры и медный дракон. Он не знал, был ли Аргалор серьёзен, но решил перестраховаться. – Уважаемый Аргалор, поверьте, моя дочь никак не хотела вас обидеть…

Прямо сейчас Вайгеру было откровенно не по себе. Продемонстрированная Аргалором мощь была за пределом его самых смелых ожиданий. Если быть полностью честным, то Вайгер был серьёзно напуган.

Все знания, которые отец Луидоры заработал за свою долгую жизнь, говорили лишь одно – с Аргалором явно было что-то очень сильно не так.

В сто лет сражаться почти на равных с древним драконом? В сто лет достичь высоты в десять метров?! В сто лет обладать аурой, заставляющей его, Вайгера, полноценного дракона, чувствовать инстинктивную дрожь?!

Да, красные драконы являлись самыми большими и грозными в физическом плане даже среди цветных сородичей. Но Аргалор заставил даже своих сородичей чувствовать себя карликами.

Будучи самым маленьким из истинных металлических драконов, Вайгер давно научился осторожности. И отец Луидоры искренне испугался за свою дочь, когда та осмелилась быть столь неуважительной к этому живому олицетворению драконьего доминирования.

Раньше Аргалор не обращал на шутки Луидоры внимания? Но где гарантия, что он не будет этого делать теперь?!

Видя ту жестокую битву между Этерионом и Аргалором, Вайгер с кристальной ясностью внезапно понял, что у него нет и шанса защитить свою любимую дочь от этого ожившего кошмара.

Усугубляло всё ещё и то, что они на долгие годы были лишены возможности присутствовать при дворе Аргалора. Кто знает, как Аргалор может отреагировать на внезапные вольности, да ещё перед таким количеством свидетелей?

- Не беспокойся, я уже привык, что у твоей дочери язык болтается независимо от её мозгов, - следующие слова и небрежный тон Аргалора заставили Вайгера заметно расслабиться, а Луидору надуться.

Слишком серьезное отношение Вайгера убило у Аргалора всякое желание к пикировке. Хоть Аргалору и нравился страх в глазах этого металлического, тот факт, что он был отцом Луидоры, уничтожил всё веселье.

Сверху послышались мощные хлопки крыльев.

- Аргалор, я улетаю. Надеюсь, ты не забудешь заплатить за мою помощь. – приблизившийся Хорддинг даже не стал приземляться, а лишь завис в воздухе. Серебрянный дракон и отец Аргозы, несмотря на победу, явно был не в духе, и нетрудно было понять о причинах.

Сила Аргалора заставила древнего серебряного дракона ощутимо насторожиться. Будучи металлическим, Хорддинг очень хорошо знал мстительность цветных ящеров.

И то, как Аргалор с ним попрощался, отнюдь не облегчило опасения Хорддинга.

- Конечно, уважаемый тесть. Я отплачу вам по высшему разряду. – тёплая улыбка Аргалора подняла настороженность серебряного ящера до максимума, но он ничего не сказал, а лишь взмахнул крыльями и улетел прочь.

Несмотря на то, что Аргалор так и не сумел справиться с Этерионом в одиночку, его репутация вскоре станет распространяться всё дальше и дальше. В итоге Аргалор Беспощадный всё же сумел добиться того, чтобы о нём услышали даже древние драконы.

Возможность проиграть кому-то, кто только-только стал взрослым драконом, была поистине ужасной для этих могущественных существ. Даже если бы они выжили, потери репутации оказались сокрушительными.

Но прежде чем Аргалор успел продолжить разговор с Луидорой или Аргозой, из-за спины разнёсся еле слышный, но вполне различимый смех.

Скованный и искалеченный Этерион пришёл в себя и теперь смеялся, то и дело выплёвывая очередную порцию крови.

- И что же ты находишь такого смешного? – Аргалор с ухмылкой посмотрел на лежащего перед ним белого древнего дракона. – Или хочешь попросить меня вернуть тебе имя? Конечно, если ты очень сильно попросишь, то, может быть, я даже… тебе его не верну!

- Радуйся, пока можешь, Аргалор, и наслаждайся моим прозвищем, ведь носить тебе его осталось недолго. – зловещие слова древнего заставили Льва сузить глаза.

- С моей точки зрения, всё несколько иначе. Ты проиграл, твоя армия разбита, а скоро я отправлю твоему вожаку приглашение на обмен. Твоя жизнь на мирный договор. Как по мне, это выгодная сделка. Или считаешь иначе?

- Если ты думаешь, что моя жизнь способна поколебать Раганрода, то ты дурак, - спокойно сказал Этерион, обессилено кладя голову на землю. – Мой господин уже объявил Тарос своим. Умру ли я, или буду жить, это никак не повлияет на то, что будет дальше.

- Если он откажется от прекращения войны, то ты умрёшь, - отрезал Лев. Думов чувствовал нарастающее беспокойство. – Я не буду держать тебя в плену больше обозначенного на переговоры срока. Неужели он готов отказаться от кого-то столь мощного и значимого, как ты, ради уже проигранного дела?

- Так и есть. - безразличные слова Этериона прозвучали словно похоронный звон.

- Тогда, если он так относиться к тебе, ты готов встать на мою сторону? – нахмурился Аргалор. У него возникло чувство безотлагательности. – Я готов помочь тебе вылечить раны и забыть о конфликте между нами, если ты станешь частью моей стаи.

- Не трать свои слова, «Беспощадный», - в голосе Этериона чувствовалась холодная насмешка. – У меня тоже есть гордость, и я не буду служить тому, кто меня победил. Кроме того, если я встану на твою сторону, то я ещё больший мертвец, чем если останусь в твоём плену. Ведь если ты меня убьешь, то лишишься последнего аргумента, чтобы сохранить свою жизнь перед Раганродом.

Сказав всё, что хотел, Этерион окончательно замолчал, потеряв сознание. Его выносливость была чудовищной, но со всеми полученными ранами не справлялась даже она.

Аргалор молча отвернулся и пошёл прочь. Он не до конца верил словам белого дракона, тем не менее его слова не были похожи на ложь.

Изначальный план Аргалора использовать Этериона и других пленённых драконов Торговой компании для обмена, кажется, столкнулся с трудностями.

В любом случае, прямо сейчас он собирался праздновать, ведь им была одержана великая победа!

Но сначала стоит отправить членов стаи помочь силам Аргалориума в охоте на войска Шитачи и Торговой компании. Если кто из них и сумеет добраться до океана, то это должны быть лишь единицы.

Но всё это будут делать прислужники и члены стаи, ведь сам Аргалор чувствовал себя невероятно уставшим. Раны после боя сильно болели, и ему требовалось время, чтобы восстановиться.

*****

Прорвавшийся сквозь потоки Хаоса стальной флот постепенно замедлился, пока и вовсе не остановился. Мерцающие плёнки магических щитов и выгравированные на бронепластинах руны Порядка гарантировали безопасность экипажа от ужасов Хаоса.

Возглавляющий его чернокнижник Алекс Вульфс удовлетворенно оглядел улучшенные и укреплённые корабли. Если раньше один из судов дал «течь» и был прямо на глазах поглощен Хаосом, то теперь даже самое малое судно стойко держалось против мощных хаотических потоков этой скрытой «каверны» в море непостоянной стихии.

Единственное, что вызывало у Вульфса головную боль, так это вынужденная связь с Гидрой. Раз за разом терпя поражения и материальные потери, Алекс был вынужден обратиться к своему старому и откровенно жуткому знакомому.

Алекс ни за что бы не назвал себя хорошим человеком, но по сравнению с Безликим он чувствовал, как у него на заднице прорастают ангельские крылышки.

Будучи одним из немногих, кто был посвящён в желание Гидры отрезать их участок вселенной от других клонов Безликого, Алекс горячо поддерживал эту инициативу, ведь даже одного Гидры было многовато.

Но как бы Вульфс не вздыхал, Гидра своё дело знал превосходно. Узнав о намечающейся экспедиции, Безликий потратил немало времени, но сумел так зачаровать корабли Вульфса, что угроза прорыва Хаоса стала историей.

Правда, теперь экипаж то и дело жаловался, что стены судов начали чувствоваться живыми, а нижним чинам приходилось срезать постоянно растущую мясистую ткань с переборок, но лучше уж так, чем глотать чистый Хаос.

Ценой же за «апгрейд» стало согласие взять Гидру одним из главных участников экспедиции. Это вызывало головную боль ещё и потому, что знакомить остальных с новым членом придётся именно Вульфсу.

Зная же жадность драконов, Алекс уже предчувствовал проблемы между Аргалором и Гидрой.

Впрочем, наличие Гидры в экипаже несло и плюсы. С какими бы ужасами они не столкнутся по итогу, был шанс, что Безликий их уже давно разобрал, изучил и повторил.

Глава 2

Города Литуина пребывали в полной панике. Новость о разгромном поражении объединённой армии Шитачи и Торговой компании, словно чума, пронеслась сквозь все поселения островной корпорации.

Многие из пиратских баронов, ставших важными членами Шитачи, спешно собирали вещи и садились на корабли. Каждый из них понимал, что месть не заставит себя ждать. И она будет такой же жестокой и безжалостной, как и ожидалось от красного дракона.

Возможно, некоторые из них верили в Торговую компанию и что она сможет вернуть потерянное, но до этого момента надо было ещё дожить. И эти беглецы были полностью правы.

Кантайц, как один из главных портовых городов Шитачи, расположенных ближе всего к Форлонду, находился в полном хаосе. По улицам носились обезумевшие жители, повсюду кричали матросы и грузчики, тащившие драгоценности и сундуки с добром к кораблям.

Если раньше билет от одного острова Литуина к другому стоил сущие копейки, ведь Шитачи приструнила налоги каждого из пиратских баронов, то теперь цены взлетели до таких высот, что даже просто место на палубе стоило десятки, а иногда и сотни золотых монет.

Кантайц издревле жил пиратством, а с ростом корпорации Шитачи ничего кардинально не изменилось. Жители этого города продавали и перепродавали украденное и захваченное сотни лет. Но теперь, спустя столько веков, заслуженная кара наконец-то их настигла.

Многие из городских стражников уже давно бросили свои посты и присоединились к панике, но кто-то из солдат всё ещё упорно продолжал выполнять свой долг. Один из таких людей, прищурившись, до рези в глазах вглядывался в горизонт, стараясь первым заметить признаки приближения вражеского флота, пока сидевший рядом товарищ жадно обедал. Однако угроза пришла совсем не оттуда, откуда он ожидал.

Краем глаза стражник заметил неладное наверху и поднял голову. Низко висящие серые облака затрудняли обзор.

— Мне кажется или там что-то есть? — он повернулся к своему другу, но тот и сам уже поднял лицо вверх.

Дзинь! — ложка выскользнула из враз ослабевших пальцев. Благодаря имеющейся у него четверти эльфийской крови, зрение этого стражника было куда острее.

— Драконы… — дрожащим голосом застонал он. — Это драконы!

Словно только и ждав этих слов, тяжёлые облака взорвались и исторгли из себя огромные, покрытые непробиваемой чешуёй тела.

Десятки метров размаха крыльев вместе с рухнувшей на город драконьей аурой чистого подавления создавали ощущение падающего неба.

Красный, золотой, зелёный и чёрный — эти цвета порождали отчаяние, для которого было трудно подобрать слов. И во главе них плыл виновник всего — Аргалор Беспощадный. Покрытый огненной мантией и с пылающей короной-шлемом, он привлек внимание каждого.

В этот момент находящиеся внизу смертные в ужасе замирали, ощущая себя муравьями, дерзнувшими построить свои муравейники прямо в чьём-то доме, чтобы затем осознать, что недовольный хозяин наконец вернулся.

И хоть были смертные, что вовремя очнулись, вроде тех же магов или высококвалифицированных воинов или паладинов, но их было слишком мало, чтобы остановить то, что должно было случиться.

Полное уничтожение — вот каков приказ отдал Аргалор Беспощадный, решив полностью оправдать своё новое прозвище.

Шитачи должны были познать цену за нападение на имущество Победителя Этериона, и Аргалор готов был отказаться от грабежа даже столь богатого города, как Кантайц.

Драконьи пасти обманчиво медленно открылись, позволив смертным внизу в полной мере осознать, что должно было очень скоро случиться. Несколько плывущих на границе туч корабля, затаив дыхание, опустили раструбы иллюзиографов, боясь пропустить даже кадр будущей катастрофы.

БУМ!

Первым спустился огненный луч Аргалора. Как вожак стаи, он первым инициировал полное уничтожение города, дерзнувших бросить вызов его воле.

Из-за ещё незаживших ран и усталости после битвы с Этерионом, его луч был недолгим и быстро закончился, но даже так его хватило, чтобы превратить в пепел сразу несколько улиц, оставив на их месте лишь озеро ревущего огня.

А затем вниз, подобно столбам апокалипсиса, упал первый, второй и последующие лучи драконьего дыхания.

Сиарис, Таранис и Аргоза выстрелили чистым драконьим огнём, расчерчивая город длинными линиями разрушения, отсекая путь бегства и спасения.

Цербас, из-за типа своего дыхания, избрал иной путь. Его кислотное дыхание рассеивалось на бесчисленное множество маленьких капель, дрейфующих и засеивающих огромную территорию.

Но несмотря на свой небольшой размер, силы даже одной капли хватало, чтобы прожечь человеческое тело насквозь.

Безумные крики тех, на чьи головы приземлялись эта кислота, быстро прерывались, но вот вопли неудачников с поражением плеч или спин разносили ещё долго, пока драконий огонь не дал им милость смерти.

Гаскарий, как зелёный дракон, тоже взял на себя роль орудия массового уничтожения. Его ядовитое дыхание, подобно зелёному савану, опустилось на улицы, незаметно проникая в дома и спускаясь в канализацию. Касаясь кожи, он немедленно проникал внутрь, вызывая нестерпимую боль, судороги и неминуемую смерть.

За всем этим, подобно ангелу смерти, наблюдал парящий выше всех Аргалор. Его холодные глаза методично высчитывали потери и выгоды. Не укрылись от него попытки капитанов, богачей и пиратов покинуть терпящий бедствие город.

Но кто сказал им, что это будет так просто?

Вода под днищами кораблей забурлила, а затем взорвалась потоками пара. Моряки с криками принялись указывать в воду, где скользили ловкие тела двух медных драконов.

Словно родившись в воде, эти Луидора и Вайгер точными выстрелами кислотного дыхания прорезали днища судов и обрекали их на медленное погружение на дно.

Пытающиеся спастись опускали на воду шлюпки, но итог был таким же, ведь кислота медных драконов отнюдь не исчезала, а накапливалась, превращая воды бухты в смертельную ловушку для любого, кто в них окажется.

Дерево лодок быстро поддавалось, и тела выживших всё так же сыпались вниз.

Видя, что ему тут больше нечего делать, Аргалор тяжело полетел прочь. Очень скоро он увидел растянувшийся на километры его собственный флот. Из-за скорости драконов они прибыли первыми, но это не значит, что корпоративная армия и флот не собирались их поддерживать.

Там же находился и мрачный Дюма, недовольный, что именно он был вынужден отправиться в плавание, пока другой его товарищ остался прикрывать Форлонд.

Раскинувшись на богатом ложе, Дюма всем видом старался показать, что даже если он вынужден подчиняться, это не помешает ему хорошо проводить время. Неподалеку его ученики что-то считали, варили и зачаровывали.

Кошмарный Аргалор отвёл остатки орков обратно в степи. Зеленокожие здоровяки слишком плохо переносили плавание, да и создали бы слишком много проблем на кораблях.

Война с Этерионом дорого стоила оркам. Зажатые между армиями Аргалориума и Шитачи, они понесли катастрофические потери, что полностью удовлетворяло обоих Аргалоров.

Теперь на долгие годы западные подступы к Священной центральной империи будучи совершенно безопасными, а правление Кошмара несокрушимым.

Единственное, о чём Аргалор немного сожалел, это успевший ускользнуть Найт. У Сиарис была возможность перехватить этого скользкого красного дракона, но она выбрала помочь своему брату в победе над Этерионом.

Когда Аргалор наконец-то добрался до Стальбурга, то Асириус организовал настоящий праздник. Благодаря порталу Этериона уже перенесли в промышленную столицу корпорации, поэтому белый дракон имел «удовольствие» познакомиться с одной из самых старых традиций Аргалориума — победным шествием.

Ради этого дела Аргалор даже приказал вывести свою старую парящую колесницу с запряжённым в неё гигантским медведем. За прошедшие десятилетия архитиран вырос в поразительного гиганта с многочисленными стальными модификациями.

Если бы не импланты Аларика Скотта, то этот представитель дикой магической фауны Форлонда давно бы умер от старости, однако желание Аргалора заставило целый отдел Маготеха работать над продлением его жизни.

Теперь этот техно-биологический медведь-киборг, которому отказали даже в смерти, жутко смотрел на мир сквозь кроваво-красные визоры.

Позади «кареты» Аргалора ехала огромная платформа с распятым на ней взбешенным Этерионом.

Изначально Лев не хотел так унижать древнего белого, но после нескольких попыток перевести того на свою сторону Думов окончательно убедился в бесперспективности этих попыток.

А раз так, то Аргалору ничего не мешало позволить Этериону познать, что такое истинное унижение!

Жители Стальбурга могли ужаснуться и восхититься огромным телом древнего дракона, которого, тем не менее, всё ещё сумел сбить их господин.

Тем не менее, глядя на восседающего на своём «троне» Аргалора, мало кто знал, сколько усилий ему стоило так спокойно выглядеть.

Лишь когда праздник закончился, а сам Лев устремился к своему поместью, его встретил обеспокоенный Асириус.

— Господин… ты в порядке? — тихо спросил кобольд, оглядывая тело дракона. Его глаза говорили, что всё нормально, но магические чувства и отчёты с поля боя вещали о совсем ином.

— Как будто может быть иначе… Просто устал. — проворчал Аргалор, наконец отпуская магию жизни, позволив иллюзорной плоти раствориться, открывая вид на десятки глубоких ран.

Скрытая за атаками Этериона драконья магия продолжала наносить вред, корчась внутри ран. Было очевидно, что потребуется какое-то время на восстановление.

Вид столь тяжелых ран Аргалора заставил кобольда нахмуриться.

— Хм. — внезапно Асириус чему-то улыбнулся, чем заслужил подозрительный взгляд его повелителя.

— И чему это ты радуешься? Мой вид тебя смешит? — опасно сузил глаза Аргалор, заставив Асириуса быстро замахать лапами.

— Что ты, что ты! Я просто вспомнил… Как когда-то вытаскивал стрелы из тебя после боя с гоблинами. Тогда ты так ревел, будто я снимал с тебя шкуру заживо, а сейчас даже с такими ранами ты спокойно ходишь.

— Поговори мне тут, прислужник! Желаешь стать драконьей закуской?! — рыкнул на него Аргалор, однако настроение дракона чуть улучшилось.

Подобные вольности Аргалор позволял лишь по-настоящему близким существам. Любой другой разумный уже лишился бы жизни.

— И ничего я не рычал, а мужественно терпел, как и было написано в моей Священной хронике!

— Ох, кажется, я подзабыл детали, о великий. Столько лет прошло. — «покаялся» Асириус, идя следом за своим господином.

Перед ними активировалось множество магических проверок, позволяя пройти в сокровищницу. Последние три толстых стальных двери заставили ждать аж пять минут, пока все сканирования закончатся.

И вот, святая святых открыла вид на сокровища.

Аргалор решительно двинулся к самой большой куче золота, чтобы с заметным облегчением рухнуть прямо на неё. Золотые монеты с весёлым звоном брызнули вокруг.

Асириус тактично оставил Аргалора наслаждаться своим законным отдыхом. У самого же кобольда работы лишь прибавилось, ведь захват стольких островов, как и логистическая работа по организации столь масштабной кампании, была настоящим кошмаром.

Сообщение Торговой компании было отправлено, войска последней на Таросе откатились к портальным установкам. В отличие от стационарного портала Аргалориума, они были несравнимо хуже и имели целую массу рисков.

Лишённые иномирной поддержки и потеряв сразу несколько флотов, Шитачи оказались в тяжелом положении, теряя один остров за другим.

На мгновение всем казалось, что ещё немного и Аргалориум окончательно захватит весь Литуин, но подобный исход событий стал костью в горле для других игроков.

— Ты сказал ЧТО?! — в ярости Аргалор врезал кулаком по полу, заставив здание дрожать, несмотря на специально укрепленную магией плитку. — Нур-шах и Тир-бист стали захватывать острова Литуина?! Это моя добыча!

— К сожалению, ошибки нет, — Асириус выглядел мрачно. — Несмотря на то, что они продолжают войну между собой, они, тем не менее, сумели договориться не дать нам захватить все острова.

— Я заставлю их заплатить! Я сожгу их чёртовы леса и оазисы!

— Господин, я понимаю вашу ярость, но если мы нападём на них… — Асириус осторожно выбирал слова. — То мы не сумеем вовремя отреагировать на возможную атаку Торговой компании. Сначала мы должны заключить мир с Раганродом, а уже затем вступать в новые конфликты.

Аргалор мог лишь тяжело дышать, сгорая от гнева, но поступать необдуманно было нельзя. Его главный прислужник был полностью прав. Нур-шах и Тир-бист прекрасно рвали друг друга и без третьего участника.

Аргалориум был не в состоянии открыть ещё один фронт. Поэтому он мог лишь бессильно смотреть, как падальщики тоже жрут труп убитой им добычи!

Но если Аргалор думал, что с плохими новостями всё, то он глубоко ошибался. Мрачные предсказания Этериона сбылись, и последствия действий Раганрода не заставили себя ждать.

— Господин, он отказался… — в зале совещания главных прислужников царила тяжелая тишина. Каждый из лидеров Аргалориума чувствовал надвигающуюся головную боль. — Раганрод публично объявил, что даёт вам шанс сдаться и встать под крыло его компании. Лишь в таком случае он простит захват Этериона. Если же с белым драконом что-то случится, то ценой станет ваша жизнь.

— Вот только если мы продолжим удерживать Этериона, то это будет против драконьих традиций! Этот чёртов Раганрод думает, что у меня не хватит духа прикончить эту белую ящерицу?! — Аргалор чувствовал, как тиски вокруг него сжимаются.

— Боюсь, он просто готов к любому исходу, — глухо заметил Тарет Варбелт. Гном поднял глаза, и каждый мог увидеть в них страх. Хоть когда разразился гномий апокалипсис, Тарет был в безопасности, но он достаточно узнал, что происходит, когда много могущественных повелителей неба жаждут твоей смерти. — Три древних истинных дракона… Причём три древних дракона-военачальника. Мы не можем с ними справиться, господин. Даже один дракон потребовал от нас участие сразу всех сил, в том числе и заёмных. Три из них, да ещё и со своими армиями… Этерион использовал лишь наёмников и свои драконьи стаи.

— Надо связаться с титаническими драконами, — сухо, с машинной точностью постановил Аларик Скотт. — Пора использовать этот ценный ресурс.

— Это немногим лучше, — саркастично прошипел Аргалор. — Стоит только заикнуться этим безумным сволочам о помощи, как ты немедленно становишься их слугой. Не стоит обманываться их хорошим поведением. Нас спасает лишь нежелание их соперничать друг с другом. Но стоит нам попросить о помощи, то вот тогда весь ад вырвется наружу!

— А ваш прадед? — осторожно спросил Асириус. — Он, в конце концов, ваша кровь. если мы попросим о помощи, он не должен отказать. Особенно, если учесть, его давнюю вражду с Раганродом.

— Условия будут лучше, но о независимости можно будет забыть. Учитывая, сколько у титанических драконов родственников и потомков, можете ли вы представить, если бы все они просили о помощи? Именно поэтому все титанические берут такую плату за свою помощь, что легче сдохнуть, чем оплатить за неё! — отрезал Аргалор. — Нет! Я обращусь к Ульдраду Воителю лишь в самом крайнем случае!

Прислужники беспомощно переглянулись. Упорство их господина зачастую было хорошим качеством, но конкретно сейчас оно тащило их всех к полной катастрофе. Возможно, Аргалор понимал, что его единственный здравый выход — это обращение к Ульдраду, чего последний, скорее всего, тоже ждал, но гордость того, кто взял себе прозвище «Беспощадный», мешала ему так поступить.

Глава 3

— Так дело не пойдёт, — решительно заявил Аргалор, немного поразмышляв. — Никуда не годится сдаваться так просто! Литуин — наш приз, и отдавать его так просто станет лишь самая распоследняя виверна!

— Но господин… — прислужники почувствовали беспокойство, все они быстро посмотрели на Асириуса, всячески намекая что-то сделать, пока не стало слишком поздно.

— Отправьте Нур-шаху и Тир-бисту сообщение, четко очерчивающее те территории, которые мы позволим им забрать. Главные торговые и промышленные зоны должны достаться исключительно нам. Если же они откажутся, — Аргалор мрачно улыбнулся. — То сообщите им, что я лично встану на сторону любого из их врагов.

— А если они объединятся? — эту возможность ни в коем случае нельзя было отбрасывать.

— Тогда я выберу случайно одного из них, — лёгкость, с которой Аргалор это сказал, заставила всех потерять дар речи. — И передайте ещё вот что. Когда я выйду на поле боя, то, клянусь, сделаю всё возможное, чтобы заставить их заплатить!

Да, прямо сейчас он не мог полностью остановить две оставшиеся корпорации, но ударить по их загребущим лапам было вполне достаточно.

Всю свою жизнь Аргалор нарабатывал свою репутацию как дракона, который держит своё слово. И вот теперь Лев был уверен, что его блеф эти корпораты воспримут с полной серьезностью.

Существует поговорка, что загнанная в угол крыса — самая опасная, но те, кто её придумали, явно не сталкивались с загнанным драконом!

Однако пока Аргалор затыкал одну течь, сбоку прорывалась новая.

Совещание закончилось, а Аргалор тут же получил срочное сообщение о желании встретиться от землянина Вострина.

И драконья интуиция подсказывала Аргалору, что это вряд ли будут хорошие новости. Надо ли говорить, что он оказался полностью прав?

— Правильно ли я понял, что вы хотите разорвать контракт? — обманчиво спокойно спросил Аргалор, возвышаясь над малюсеньким на его фоне землянином. Однако отсутствие рёва не могло никого обмануть, ведь от давления драконьей ауры у обычных смертных мог бы возникнуть сердечный приступ. — Неужели хвалённая верность нанимателю землян нынче такая дешёвая?

Тем не менее даже так Вострин никак не показал своего страха. Неторопливо достав из нагрудного кармана сигарету, он щелчком пальца прикурил её и глубоко затянулся.

— Господин Аргалор, я понимаю ваше огорчение, но и вы тоже должны нас понять. Мы храбро бились на поле боя Бесплодного плато. Несколько наших отрядов нашли там свою смерть, тем не менее мы не дрогнули и выполнили свой долг. — голос Вострина стал заметно мягче, когда он пытался убедить своего бывшего нанимателя.

— Тогда почему вы бежите сейчас? — но Аргалор отказался принимать это объяснение, заставив Валерия Александровича устало вздохнуть.

— Если вы хотите, чтобы я был прямым, то я сделаю это. Новый Эдем лишь недавно появился, и создавать врага из титанического дракона — это далеко не то, что мы хотим. Ваше противостояние с Раганродом до этого момента всё ещё было в рамках корпоративной войны, но теперь это плавно перешло в тотальное противостояние. Поэтому мы желаем разорвать контракт, пока ситуация не стала ещё хуже.

Вострин терпеливо ждал ответа дракона, будучи уверенным, что тот будет вынужден принять их решение, однако землянин явно недооценил решимость и безумие этого красного дракона.

— Ха-ха. Забавно, — холодный, пробирающийся до мурашек смех Аргалора заставил Вострина мгновенно насторожиться. Интуиция воина и мага позволила Востоку мгновенно почувствовать смертельное намерение. — Забавно, что кто-то вроде тебя, смертный, посчитал, что может сказать мне что-то подобное в лицо и остаться в живых!

Если раньше аура Аргалора просто окутывала всё вокруг, то теперь красный десятиметровый дракон сосредоточил всю свою волю и гнев на одном лишь человеке. А ярости у Аргалора накопилось предостаточно.

Да, Вострин был силён, находясь в ранге аж верховного мага, но даже раненный Аргалор был чем-то, что стояло на совершенно ином уровне.

Глаза мага мгновенно покраснели от лопнувших капилляров, а из носа потекли две струйки крови. Воздух вокруг него застыл, а реальность треснула, подобно разбитому стеклу. За краями дрожащей реальности бушевали стихии и элементали, но не решались хлынуть в образовавшиеся проломы.

Тело Аргалора медленно скользило, заключая дрожащего от напряжения землянина в круг из красной бронированной плоти.

— Даже если ты меня убьёшь, — каждое слово давалось Вострину с большим трудом, пот стекал по его лицу, капая на военную форму. Вся его прошлая уверенность лопнула, словно мыльный пузырь перед проявлением истинной власти. — Это ничего не изменит. Лишь ухудшит для тебя ситуацию…

— Какой неожиданный пример заботы, — иронично зашипел Аргалор. Опустившиеся прямо возле ног Вострина когти высекли искры, брызнувшие прямо в лицо человеку. — Но с чего ты решил, что меня это будет сильно волновать? Нет-нет, не отвечай.

Аргалор зловеще хохотнул, прерывая ответ Вострина.

— Давай я сначала опишу тебе, что будет, когда я тебя убью. Стоит твоей душе отправиться на перерождение, как я отдам один единственный приказ: сделать всё, чтобы рассказать о вашей, землян, верности всему свету. Да, это будет стоить денег, но я готов потратить на это часть золота, который в ином случае может отойти Раганроду. А хороших знакомых у меня много. И как ты думаешь, чего будет стоить ваша репутация, которую вы с таким трудом создавали?

Внезапно Аргалор чуть снизил давление, дав Вострину чуть вздохнуть, и показал подлую ухмылку.

— Может быть, я даже не буду тебя убивать, смертный. Я оставлю эту честь твоим же товарищам, после того как я обозначу именно тебя виновником всего произошедшего. Как думаешь, твоё начальство готово будет обменять твою жизнь на моё молчание?

Вострин угрюмо молчал. Он уже понял, на что дракон намекал, мысленно проклиная как стоявших наверху землян, так и эту хитрую ящерицу. В большой политике жизнь одного верховного мага могла стоить слишком мало, чтобы её стоило сохранить.

— Даже если я сумею остановить наш уход, это всё равно будет стоить дополнительной платы! — с трудом произнёс маг и тут же добавил. — Если же ты думаешь, что они будут драться за ту же цену, то можешь меня убить прямо сейчас!

— Хорошо, — скривился Лев, почувствовав, что Вострин говорит правду. — Ваше вознаграждение будет увеличено. Но не обманывай меня, Вострин, — Аргалор был смертельно серьезен. — Даже не пытайся меня обмануть.

Лишь когда землянин покинул кабинет, жажда крови Аргалора начала медленно отступать, и Лев начал холодно размышлять, к чему стоит готовиться дальше. Как показывала практика, когда лев оказывается ранен, гиены становятся наглее, чувствуя запах крови.

Поэтому стоило связаться и укрепить связи с теми, кто был достоин доверия.

Первыми, с кем Аргалор решил связаться, были ифриты, столь хорошо себя показавшие на поле боя.

— Аргалор, дорогой, ты как? — вид обеспокоенной Амиры Аль Халифа немного согрел сердце Льва. — Я слышала о сообщении Раганрода. Я не думала, что он так бессердечно бросит одного из главных членов своей стаи! Что ты думаешь делать? Я пыталась убедить своего отца связаться с султаном Сулейманом, но он отказался!

— Амира, не части! — чуть улыбнулся Аргалор торопящейся ифритше. — Мои отношения с Сулейманом ещё недостаточно прочны, чтобы он стал бы конфликтовать с кем-то вроде Раганрода, поэтому твой отец поступил верно. Но мне всё равно приятно, что ты пыталась.

— Ну ты скажешь, — замялась застеснявшаяся Амира, но её пробивной характер быстро поборол это чувство. — Так какой у тебя план? У тебя же он есть?

— Пока что консолидировать все имеющиеся силы, подтвердив их готовность. — сухо сказал Аргалор.

— Тогда ты можешь быть в нас уверенным, — твёрдо заявила Амира. — Мой отец тоже считает, что тебя ещё рано списывать.

— Это радует. — искренне улыбнулся Думов.

Закончив разговор, он связался с другим абонентом, но на этот раз, несмотря на то, что собеседник был на Таросе, ждать пришлось заметно дольше.

— Неужели кто-то обо мне наконец-то вспомнил? — голос ответившего мужчины был до краев наполнен раздражением. — Кажется, великий Аргалор внезапно нашёл нужду в ком-то вроде скромного меня? Или в моей жене?

— Сигемир, я тоже рад тебя слышать. — хмыкнул Лев, ничуть не обидевшись на саркастичный тон собеседника.

— Рад меня слышать? Правда рад?! Тогда почему я узнаю лишь сейчас, что ты участвовал в мега-сражении, на которое ты не позвал кого?! Правильный ответ — меня!!! Об этой битве теперь говорят на каждом углу Тароса, а я так и не поучаствовал! И после этого ты смеешь мне звонить?!

— Конечно, смею, — голос Аргалора приобрёл бархатные нотки. — Ведь я знал, что это сражение, хоть и крупное, но всё ещё недостойное кого-то уровня тебя и твоей жены. Именно поэтому и приберёг тебе ещё большую битву.

— Ещё большую? — несколько секунд раздавалось лишь тяжелое дыхание, прежде чем Сигемир подозрительно спросил: — Насколько? Ты же не обманываешь меня?

— Ну, в битве при Бесплодном плато участвовал один древний дракон, военачальник Торговой компании, но скоро нам предстоит столкнуться сразу с тремя подобными…

— Так что же ты молчал?! — аж взревел от радости в трубку Сигемир. Паладин явно был сильно взбудоражен и полон энтузиазма. — Я немедленно еду к тебе!

— Пока подожди, ещё неизвестно, сколько они будут ехать до Тароса, — чуть остудил его Аргалор. — Я сообщу тебе, когда стоит приезжать.

— Договорились! Но если ты меня опять не позовёшь, то я попрошу Эльдру как-нибудь тебе особенно напакостить. Архифеи в этом мастера, уж мне поверь!

«Эх, если бы ты был бы так же силён, как велик твой энтузиазм». — мысленно вздохнул Аргалор, когда звонок закончился.

Да, Сигемир по уровню силы был где-то в ранге верховного мага, но так как он был паладином, то его разнообразие способностей сильно проигрывало магу. В битве же с древним драконом он и вовсе мог бы лишь продержаться какое-то время.

Однако, зовя Сигемира, Аргалор тайно нацелился на его жену, Эльдру Двуликую, древнюю и чрезвычайно опасную архифею. Именно последняя ни за что бы не отпустила Сигемира одного, а значит могла бы какое-то время сражаться с древним драконом Раганрода.

Как жаль, что оставалось ещё целых два древних военачальника, а самое главное, бесчисленное количество их помощников и членов стай. От раздумий, как ему справиться с этим смертельным приливом, у Льва болела голова.

Тем не менее он не позволил себе предаваться унынию и продолжил работу.

Спустя ещё несколько дней уже с Аргалором связался неожиданный собеседник.

— Хорддинг? Почему ты звонишь? — уж чей звонок Аргалор не ожидал, так это ушедшего отца Аргозы.

— У меня плохие новости, — сразу начал серебряный древний, даже не пытаясь соблюсти вежливость. — Совет металлических драконов одобрил твою кандидатуру на участие, как одного из крупнейших корпоратов нашего мира.

— Плохая же новость? — сразу напрягся Аргалор. То, что металлические согласились видеть в цветном равного, было хорошо, но никогда ничего не происходило так просто.

— Это ловушка, — коротко рыкнул Хорддинг. У него явно было плохое настроение. — Многие уже списали тебя и жажду договориться с Раганродом. — Если ты придёшь, тебе поставят ультиматум: или передача совету значимой части бизнеса, и тогда они помогут остановить Раганрода, или они встают на его сторону.

— Встать на сторону титанического цветного?! — поразился Аргалор. — О чём они думают?!

— Между одним цветным и другим они предпочтут выбрать сторону победителя. — многозначительно ответил Хорддинг. — Поэтому мой тебе совет: если ты собирался связаться с какими-нибудь крупными покровителями, то сейчас самое время. Скоро совет с тобой свяжется.

— Почему ты говоришь это мне? — вдруг задал важный вопрос Аргалор. — Как член совета, разглашать их планы цветному, разве это не предательство?

— Цветному, возможно, но члену семьи нет, — спокойный ответ Хорддинга заставил Аргалора замолчать. — Как бы ты мне ни нравился, я не могу отрицать того факта, что мы все связаны семейными узами. И твоя смерть или поражение могут дорого стоить близким мне драконам. Поэтому, если у тебя есть какие-то секретные козыри, то пора бы их уже задействовать.

И прежде, чем Лев успел что-то ответить, Хорддинг резко прервал связь.

— Семья, ишь ты… — проворчал Аргалор, но в его голосе не было особых эмоций. Он оценил поступок древнего серебряного, но что делать с этой информацией было непонятно.

Однако прежде, чем Лев успел что-то сделать, в его кабинете раздался звук другого звонка. Взглянув на символы, обозначающие звонившего, Аргалор несколько секунд на полном серьезе раздумывал отменить вызов.

Но спустя ещё несколько томительных секунд он всё же принял звонок.

— У меня очень плохое настроение, Широ Змей. Поэтому, если ты звонишь по какой-то глупости, то я обрываю связь и назначаю за твою голову приличную сумму. Я знаю, что ты слишком скользкий, чтобы охотники за головами сумели тебя прикончить, но крови они тебе попьют. Итак, тебе есть что сказать по существу?

— Поверь, мой нетерпеливый чешуйчатый друг, после того, как ты услышишь то, о чём я хочу тебе рассказать, ты сам будешь меня упрашивать продолжить с тобой разговор. - находившийся в Новом Эдеме Широ с усмешкой посмотрел на лежавшие перед ними хранилища данных, чья ценность в правильных руках была несоизмерима.

Глава 4

— Да неужели? — язвительно переспросил Аргалор. — И что же даёт тебе право быть таким уверенным? Всё, что я о тебе знаю, подсказывает мне разорвать связь и забыть о твоей жалкой душонке.

— Что же ты такое говоришь? — поразился Широ. Его дрожащее изображение в печали покачало головой. — Неужели ты забыл наши приключения с теми верховными магами? Если бы не моя помощь, то как бы ты ещё сумел поймать их разом?

— О? А моя память подсказывает мне, что именно ты стоял за попытками меня подставить и выставить мне счёт! — засмеялся от злости Аргалор, поражённый наглостью этого человечка.

— Но ведь именно благодаря мне ты познакомился с Новым эдемом и получил там столь полезные знакомства. — и не думал сдаваться Широ.

— И ты получил от этого свою выгоду давным-давно, — фыркнул Аргалор. Его гнев немного отступил, так как дракон понял, что злиться на эту скользкую змею совершенно бессмысленно, а лишь будешь зря тратить свои нервы. И хоть регенерация драконов всё восстановит, но это не значит, что это того стоит. — Ладно, ты меня достаточно развлёк, шут. Так что в награду теперь можешь сказать, зачем ты здесь.

— Большое спасибо, ваше высочество… — с улыбкой заявил Широ, ожидая неминуемой реакции, и он её получил.

— Тогда уж величество… — инстинктивно отрезал Аргалор, но тут же спохватился, быстро вновь раздражаясь. — Хватит юлить! Быстро говори, зачем ты здесь, иначе…

— Всё-всё, не надо этого грозного взгляда, а то мне сильно становится не по себе. Я звоню тебе с уникальным предложением. Можно даже сказать, это бесценная помощь друга, другой которой ты не найдёшь и во всей вселенной.

— Помощь? Какого рода помощь? — подозрительно спросил Лев.

«Неужели эта сволочь тоже спелась с Раганродом? От него всего можно ожидать». — подумал Аргалор, но его опасения не оправдались.

— Помощь в той затруднительной ситуации, в которую тебя привели твои необдуманные решения, естественно.

— У меня всё идёт по плану, — отрезал Аргалор. — Я понятия не имею, о каких глупостях ты говоришь.

— По плану? — притворился удивлённым Широ. — Ну, если быть насажённым на три вертела древних драконов военачальников — это твой грандиозный план, то тут ты, как ни крути, полностью прав. Или ты считаешь, я сумел бы не услышать о твоём ярком, но коротком противостоянии сразу трём древним драконам? Торговая компания достаточная величина во вселенной, чтобы о её неудаче растрезвонили на весь свет.

Широ заговорщически улыбнулся.

— Или ты надеешься суметь связаться с противниками Торговой компании, обрадованными неудачами Раганрода? Нет, я признаю, план отличный, но есть одно маленькое «но».

— И какое? — сухо спросил Аргалор, давая Широ возможность выболтать что-то ценное.

— Не пытайся выглядеть глупее, чем ты есть, «ваше величество». Потеря четырёх древних военачальников это неприятный удар по состоянию Торговой компании, но отнюдь не критический. Я знаю минимум об ещё двух десятках древних драконов похожего уровня, служащих Раганроду. Это не говоря уже о его друге Казрексе Белом апокалипсисе, титаническом драконе.

При упоминании Казрекса тон Широ стал смертельно серьёзен.

— Этих сил более чем хватает, чтобы держать всех врагов Раганрода подальше. Возможно, расширение Торговой компании было остановлено, но когда ты будешь лежать разбитым перед Раганродом, то всё вернётся туда же, откуда всё и началось.

— И в этой ситуации ты имеешь наглость сказать, что у тебя есть решение? — прорычал Аргалор, отказываясь от притворства. Очевидно, все карты уже были на столе.

— Да. — чёткий и недвусмысленный ответ Змея, наполненный абсолютной уверенностью, заставил Аргалора подавиться своей язвительностью.

Между ними повисла напряжённая тишина.

Аргалор не пытался спросить, правда это или нет, или потребовать доказательств. Если уж Широ заявил что-то настолько безумное, то у него была стопроцентная возможность это подтвердить.

В душе Льва появилась маленькая искра надежды, что начала стремительно крепнуть, но очень быстро она съежилась, подавленная тяжёлым подозрением.

Если Широ и впрямь имел какой-то способ, то что он за это потребует?

— Я пока не буду спрашивать, как именно ты собираешься этого добиться. Сейчас меня больше волнует другой вопрос, — медленно заговорил Аргалор, чеканя каждое слово. — Чего ты хочешь за свою помощь?

— Как же я ждал этого вопроса! — с неприкрытым наслаждением сказал Змей, словно сбрасывая осточертевшую чешую. — Знаешь, много лет назад, когда ты подсунул бомбу прямо в один из ульев Торговой компании, или относительно недавно чуть не забил меня в землю вместе с членами своей стаи, я питал сильное недовольство. Меня огорчил тот факт, что пока я остаюсь проигравшим, ты продолжаешь радоваться жизни. Кто-то другой на моем месте подумал бы о твоём убийстве, но так сложилась судьба, что ты куда полезнее живым, чем мёртвым.

— Хватит нести чушь! Я задал тебе конкретный вопрос о стоимости, а не просьбу вывалить на меня твои сопли и слёзы о проигрыше! Если бы слушал жалобы каждого ничтожества, который мне проиграл, то у меня бы не осталось времени ни на что другое!

— Вот об этом я и говорю, — тяжело вздохнул Широ, устало массируя переносицу. — Ваше драконье высокомерие настолько велико и всеобъемлюще, что оно сводит меня с ума. Даже если я бы захотел, то просто физически не смог бы отказаться от желания вернуть должок. Но, как я сказал, если у меня не получится тебя убить, то надо заставить тебя страдать иным образом. И что может быть лучшим наказанием для дракона… — Широ поднял со стола белый лист и повесил его прямо перед «камерой» иллюзиографа, позволив дракону увидеть весь написанный на нём текст.

— Чем быть вынужденным заплатить ЦЕНУ.

Острые глаза дракона мгновенно зафиксировали сухие и многочисленные строчки требований Широ. Несмотря на ужасное качество связи, каждое слово из вышеуказанного списка раскалённым клеймом отпечаталось в разуме Аргалора.

Кх-х-х-х! — полузадушенный хрип вырвался из пасти Аргалора, пока его лапа с хрустом врезалась в грудную клетку примерно там, где у драконов должно было быть сердце.

Следом пришла гипервентиляция, Аргалор бессильно открывал и закрывал пасть, силясь что-то сказать, но его шок был так велик, что это ни к чему не приводило.

Его дрожащий коготь второй лапы судорожно тыкал в лицо Змею, будто хотел выдавить глаза этого смертного даже сквозь первородный Хаос и два мира.

За всем этим с искренним любопытством наблюдал Широ. Змей был заинтересован увидеть первый во вселенной сердечный приступ у дракона, но, к сожалению, Аргалор начал постепенно отходить.

— Т-ты… Т-ты наглец! Да как ты посмел?! Так много?! Требовать так много?!

Цокнув языком, Широ с нежной и доброй улыбкой решил активировать второй уровень своего плана. Может, на этот раз всё получится и у него получится заснять картину лишившегося чувств дракона?

— Ой, ты сказал много? Я совсем забыл сказать, что всё это лишь годовые требования. Всё, что я указал в списке, ты должен мне отправлять каждый год на протяжении ближайших пяти лет.

— Кха! — тело Аргалора содрогнулось, будто он получил в грудь удар древнего дракона. Даже из пасти вылетели брызги крови. Кажется, Аргалор прикусил свой язык.

Глаза ящера покраснели от нехватки воздуха и терзающей его абсолютной жадности. Психическая боль частично трансформировалась в физическую.

— УБЛЮДОК! — к удивлению Широ, на этот раз Аргалор оправился куда быстрее. Его дрожащая от бешенства морда почти полностью заслонила изображение иллюзии, оставив лишь выпученный, пульсирующий огнём глаз. — Да за одну лишь мысль, что я отдам тебе столько, я убью тебя! Растопчу! Сожру! Сожгу!

Широ со скукой постучал пальцами по столу, ожидая, пока его собеседник вырвется из приступа апокалиптической ярости. Ждать пришлось относительно недолго для ситуации, всего около двадцати минут.

— Но по сравнению с тем, что тебе придётся отдать Раганроду, чтобы спасти свою шкуру, это почти ничто. — вовремя вклинился Змей в поток проклятий.

— Ничто?! Да я лучше прямо сейчас пойду к титаническим драконам и стану их верным бойцом, чем отдам хоть одну медную монетку такой сволочи, как ты!

— И при этом ты вновь отдашь им куда больше сокровищ, чем мне, — продолжил объяснять Широ. — И не надо обманывать самого себя, что одной лишь верности этим древним ужасам хватит. Они такие же драконы, а значит, придётся раскошелиться.

— Может и так, — процедил Аргалор. — Но они драконы! Тем более титанические! А ты лишь смертный, который слишком много о себе возомнил!

— Если уж ты прав, то прав на все сто процентов, — холодно улыбнулся Широ. — Но здесь ты не учитываешь один маленький момент. А именно свою репутацию. Ведь кто сказал, что я стану кому-либо рассказывать о нашем маленьком дельце?

— Что ты имеешь в виду?

— Всё просто. Да, поход под широкие крылья титанических драконов сохранят твой бизнес, но значительная, если не большая его часть станет работать на твоих новых господ. Если раньше твоя репутация была исключительно твоей, то теперь каждый в этой вселенной узнает, что ты лишь часть чьей-то могущественной стаи.

Широ расслабленно поднял руки, будто весами взвешивая два возможных исхода.

— Но что если благодаря моей помощи ты сам вывернешься из противостояния с Раганродом? Об этом будем знать только мы с тобой. Для всего мира именно ты вновь оказался победителем. Аргалор Беспощадный, взрослый дракон, что сумел выстоять против титанического. Разве не звучит?

— Ты описал красивую картину, но всё зависит от того, действительно ли ты можешь подтвердить свои слова! — Аргалор тяжело дышал. — Как ты можешь сделать то, на что способны только титанические драконы?!

— Ты хочешь доказательств? Нет ничего проще, — титульник очередного листа появился перед камерой, и главная надпись этого документа заставила зрачки Аргалора резко сократиться.

— Это… это правда? Ты и впрямь сумел получить доказательства? Неопровержимые? Ты должен знать, что когда всё начнётся, не должно быть никаких ошибок!

— Доказательства самые полные, — подтвердил Широ. — Если их передать кому надо, то Торговой компании резко станет не только не до тебя, но и вообще до всех миров.

Аргалор в неверии смотрел на довольного Широ. Змей был прав. Это был выход. Но цена…

Спустя ещё тридцать минут звонок завершился, а красный дракон неподвижно стоял в своём кабинете.

Внезапно пена хлынула изо рта Аргалора, а он сам рухнул, словно подрубленное дерево, вызвав небольшое землетрясение. Следящая за кабинетом охрана в панике ворвалась внутрь, чтобы увидеть ужасную сцену.

Ближайшие несколько дней учёным и медикам Аргалориума предстояла напряжённая работенка.

*****

— Широ, ты предатель! — Фелендрис чувствовала одновременно ужас и ярость. Она в шоке смотрела на сидевшего перед ней смертного, но в её глазах он выглядел страшнее настоящего архидемона. — Что ты наделал?!

— О чём ты говоришь? Разве ты не просила меня наказать всех, кто был виноват в твоём падении?

— Но не так же! Посмотри, что ты натворил!

— Я не вижу проблем, — холодно улыбнулся Змей. — Этерион Беспощадный встретил своё поражение, лишился прежнего уважения, и теперь его жизнь находится под большим вопросом. Аргалор хоть и остался в выигрыше, но, можешь поверить, эта победа оставила на его языке лишь привкус пепла.

— А мой отец?! Как здесь оказался мой отец?! — окончательно психанула Фелендрис, но её отбросила вздыбившиеся каменные плиты под управлением Змея.

— Не ты ли мне жаловалась, что именно твой отец не разглядел твой талант? Не он ли жестоко тебя наказал? Теперь ты ему отомстила.

— Ты дьявол! Я всё расскажу отцу!

— Оу, что именно ты расскажешь? — теперь Широ смотрел на драконицу, как на особо забавную зверушку. — Что именно благодаря тебе я сумел получить те самые сведения? Что именно ты стояла за моим продвижением по должной лестнице, что помогло мне подобраться к святая святых вашей компании? Как ты думаешь, что именно сделает твой холодный и бессердечный отец, когда узнает?

Фелендрис могла лишь дрожать, не в силах вымолвить и слова. Как она могла не знать ответа на вопросы этого проклятого смертного?

Ей был конец! Совершённо полный конец!

— Поэтому в твоих собственных интересах никому и ничего не рассказывать, — голос Широ лишился всякой мягкости и приобрёл стальные нотки. — Более того, надеюсь, ты уже поняла, что наши с тобой взаимоотношения с этого момента претерпевают значимые изменения?

— Если ты расскажешь моему отцу обо мне, он и тебя не пощадит! — испуганно зарычала Фелендрис, инстинктивно понижая голос, хоть магия вокруг гарантировала конфиденциальность.

— Возможно, — с ухмылкой согласился Широ. — Но в его приоритетах я, обычный инструмент, всегда буду на вторых, если не третьих ролях перед Аргалором и тобой, его собственной кровью, что осмелилась его предать.

— Я не хотела!

— Уверен, именно эти слова заставят твоего отца проявить столь характерное ему милосердие.

Плечи драконицы в поражении рухнули. Она чувствовала, что упала в яму, полную яда, но как из неё выбраться, она совершенно не представляла, ведь сверху кто-то заботливо прикрыл выход неподъемной крышкой.

Самое же ужасное, что дно этой ямы с каждой секундой опускалось всё ниже.

*****

Раганрод Жадный делал то, что он делал большую часть своего времени — работал в офисе. Несмотря на свою силу, чьи границы были неподвластны воображению смертных, Раганрод давно отказался от личного участия.

Свободное время было лучше потратить на оптимизацию расходов и проверку подчиненных, выискивая нецелевые расходы и признаки предательства.

Однако сегодняшний день должен был кардинально отличаться от его обычного времяпрепровождения.

Синий титанический дракон резко поднял голову, будто к чему-то прислушиваясь, а затем спокойно снял очки и положил их в специальный пенал. Выключив рабочий стол, заставив пропасть все иллюзии, он подошел к балкону, а затем взмыл в воздух.

Но ему не нужно было далеко лететь, ведь те могущественные ауры, которые он почувствовал, уже сами подлетели к нему.

И в тот момент, когда Раганрод узнал вторженцев, его взгляд неуловимо изменился. Страшное подозрение всплыло в его голове, но он все еще надеялся, что причина может быть иной.

Жители улья и мира Тысячи путей в шоке указывали на парящих над их головами узнаваемые фигуры.

За исключением Раганрода было ещё трое, каждый из которых источал вокруг себя чистую власть.

Первой была невероятно прекрасная женщина, одетая в белоснежные, светящиеся синими линиями доспехи. Её четырехметровый рост и шесть гигантских белых ангельских крыльев прямо указывали на её расу.

Второй «гость» в противовес ангелу обладал совсем иным «очарованием». Если ангел испускала вокруг очарование, то вот этот мужчина вызывал лишь страх. Одетый в чёрно-красный дорогой костюм, он плыл в воздухе благодаря ленивым взмахам двух кожистых дьявольских крыльев.

Третий из незнакомцев оказался огромным титаническим драконом, довольно редким подвидом «природных драконов». Обладая коричнево-зеленой чешуей с тонкими прожилками корней, это был дракон жизни.

— И что же здесь забыли сразу архангел, архидьявол и мой собрат, титанический дракон? — сухо спросил Жадный.

— Не притворяйся, Раганрод, — осуждающе сузила глаза архангел. — Мы всё знаем.

— И что же может знать уважаемый член Благого комитета, архангел Гадриэль Добрая? — Раганрод и не думал отступать. — Тот же вопрос относится и к вам, архидьявол Балам Грейвс и Терранос Мудрый.

— Раганрод, избавь нас от своего притворства, — издевательски усмехнулся Балам. — Наши агенты уже давно проникли в твои лаборатории и нашли неопровержимые доказательства. Подумать только, такой уважаемый титанический, как ты, и связался со всеми этими запрещёнными вещами. Никогда бы не подумал!

— Я не понимаю, ты же и сам прекрасно знаешь об опасности всех этих вещей! — огорченно воскликнула Гадриэль. — Ты вместе с нами сражался против Стальной чумы, когда она вырвалась и уничтожила целых сто миров. А в войне против Розовой слизи даже пал твой лучший друг, но ты всё равно решил изучать и создавать эти вещи!

— Без понимания невозможно противостояния. Оклеаст бы понял, — жестко ответил ей Раганрод, чья магия уже спустилась под землю и убедилась, что слова этой троицы были правдивы.

Скрытые внизу лаборатории подверглись вторжению, и, несмотря на многочисленные страховки, информация оттуда была взята.

— Слова настоящего мятежника, не уважающего вселенский закон, — с радостью заявил архидьявол. — Прошу всех так и зафиксировать!

— Не пытайся играть здесь честного служащего, Балам, — холодно сказал Раганрод, презрительно глядя на архидьявола. — Твой клан дьяволов, Грейвс, ничуть не лучше меня. Просто ты никогда не будешь его расследовать, не так ли?

— Клевета! Подлая клевета! — мгновенно вскинулся Балам. — Чтобы я или мои соклановцы связались с искусственным интеллектом или другими ужасами техно-магии?! Да никогда!

— Хорошо, хватит этого фарса, — наконец заговорил последний из троицы, что всё это время молчал. Титанический дракон сурово посмотрел на Раганрода. — Сегодня мы трое, в связи с многочисленными доказательствами, инициируем разбирательство по делу использования Торговой компанией запрещённых техно-магических артефактов. Вы, как владелец компании, признаете ли свою вину?

— Не признаю. Я понятия не имел, — отрезал синий титанический дракон. — Почему вы сюда прилетели?

— Очень хорошо. Тогда уведомляю, что на время следствия счета вашей компании объявляются замороженными, вся же ваша деятельность должна быть остановлена до прекращения разбирательства. Каждый из ваших миров, слуг и членов стаи должны будут пройти проверку. Касательно же причины, то мы получили очень убедительное анонимное послание.

— Остановка продвижения компании и заморозка счетов приведёт к невероятным убыткам! — в этот момент даже ледяной самоконтроль Раганрода дал трещину.

- Это закон. - был безразличный ответ.

— Такова цена того, что ты не следил за своей компанией, из-за чего за твоей спиной начали подобные исследования. — ухмыльнулся архидьявол.

Балам уже представляли, как его клан сумеет воспользоваться временной слабостью Торговой компании.

Раганрод слишком давно жил на этом свете, из-за чего обзавёлся огромным числом связей. Никто бы не стал его убивать даже из-за нарушения законов Благого комитета, но это не помешало бы столь же многочисленным врагам как следует пройтись по Торговой компании, выжав из последней все соки.

«Как они узнали?! Кто слил информацию?! Кто предатель?!» — эти мысли с безумной скоростью крутились в голове синего титанического дракона.

Иронично, но Раганрод даже не подумал на Аргалора. Во вселенском масштабе было великое множество куда более сильных врагов и мстителей, способных осуществить подобную месть.

Каждую секунду Торговая компания захватывала новые миры и Тарос был лишь одним из них.

И пока Аргалор не заявлял об этом открыто, остальные могли лишь подозревать, стоит ли он за этой грандиозной подставой или нет.

Глава 5

— Да-да, Мориц, я тоже очень рад тебя слышать, но я очень занят, — Асириус насмешливо закатил глаза. Невероятно высокий для своей расы красный кобольд с улыбкой общался с небольшой проекцией своего старого друга, парящей на резном столике, расположенном внутри летящего в небесах элитного аргомобиля. — Если у тебя большего ничего нет, то я обрываю связь. Машина уже почти подлетела к поместью Аргалора.

— Вот всегда ты так! — притворно обиделся главнокомандующий всех вооруженных сил ныне крупнейшей и сильнейшей корпорации Тароса. — Если не сейчас праздновать, то когда?!

— Когда все наши враги умрут, а их богатства будут захвачены и подсчитаны. — небрежно бросил Асириус, чем заставил уже Морица закатить глаза.

— Тогда мы с тобой выпьем прямо перед падением всей вселенной в Хаос, ведь наш любимый господин не способен прожить и года, чтобы не найти себе нового смертельного врага.

— Ещё скажи, что тебе это не нравится. — фыркнул Асириус, на что получил громкий смех металлического человека.

— Если бы это было не так, я бы просто не знал, чем себя занять!

— Ладно, всё, как-нибудь постараюсь найти время встретиться, — решительно начал прощаться кобольд, протянув лапу к панели управления иллюзиографа.

— Эй! Не смей броса… — голограмма пропала, а Асириус лишь покачал головой. Мориц как всегда был в своей манере.

«Подумать только, прошло уже почти столетие, а он так и не изменился. Старый дурак. Мог ли он тогда, в своей деревне, мечтать, что всё дойдёт до этого момента?» — мысли о Морице наполнили душу Асириуса теплом.

Хоть кобольд и ворчал, но он прекрасно понимал, что именно неизменный характер Морица позволил им на протяжении десятилетий быть лучшими друзьями. В этом вечно меняющемся мире, простая и бесшабашная простота Морица являлась именно тем фундаментом, от которого хотелось отталкиваться.

Однако, как Асириус и сказал, его аргомобиль наконец достиг драконьего поместья. Несмотря на массу важных дел, кобольд выделил время, чтобы навестить своего господина.

Двери приземлившейся машины мягко поднялись вверх, позволив кобольду ступить на омытую солнцем дорожку.

По обе стороны стояли сотни вышколенных до идеала слуг, одетых в ярко-красные одежды, имитирующими цвет чешуи их повелителя. Тем не менее нечеловеческий глаз Асириуса подметил, что несмотря на невероятное качество ткани, её яркость чуть-чуть, но уступала блеску Аргалора, чтобы подчеркнуть превосходство истинного владельца.

Здесь были в основном люди, гномы, полуэльфы. Чистокровных эльфов почти не было из-за их чрезвычайно сильных родственных связей. Лишь единицы, вроде личного повара дракона, сумели закрепить своё положение в этом политическом аду, доказав свою верность.

Каждый из мужчин-слуг имел атлетическую внешность, а женщины все до одной являлись писаными красавицами с длинными, завязанными в хвост за спиной волосами. Причиной стал строжайший отбор. Быть личным слугой Аргалора Беспощадного являлось вершиной мечтаний простых людей.

Если у кого-то получалось пройти все проверки, как физические, психологические и профессиональные, то мешок благ немедленно высыпался на всех ближайших родственников слуги.

По стандартам камердинера поместья главы Аргалориума, каждая деталь этого места, в том числе и слуги, должны радовать эстетические чувства их повелителя.

В этом плане старение стало самым страшным приговором. Интриги среди личных слуг поместья не утихали ни на секунду, ведь малейшая ошибка могла привести к лишению привилегий.

Из-за этого каждый слуга тратил своё время не только на службу, но и на непрерывное обучение, желая показать себя более полезным по сравнению с окружающими.

Кроме слуг имелись и стражники. Каждый из этих разумных застыл между двумя крайностями: огромными, лишёнными почти всей плоти стальными киборгами и опытными магами, выбравшими спокойную, но зато почётную службу.

Асириус неторопливо двинулся между почётным караулом слуг и стражников, привычно игнорируя обожающие, фанатичные и завистливые взгляды.

Пройдя вместе с Аргалором весь этот долгий путь, Асириус давно стал живой легендой, чей путь успеха стал сказкой для многих и многих детей корпорации. Не один и не два маленьких ребёнка засыпали в своих кроватках, сжимая маленького плюшевого красного дракона и мечтая, как они становятся самыми верными и ценимыми прислужниками великого правителя Аргалориума.

Открытая парковка для летающих транспортных средств быстро сменилась садом с гигантскими деревьями, чей размер был под стать дракону, и наконец перешла к дороге, ведущей к святая святых — сокровищнице дракона.

Лишь когда все средства проверки убедились, что Асириус это он сам, а кобольд вошёл внутрь, то еле подавил усталый вздох, увидев в каком положении его господин.

В который раз Асириус задал вселенной вопрос, почему она такая абсурдная.

Если покинуть Тарос, пройти через Хаос и посмотреть на так называемую «большую сцену», то можно увидеть огромное количество сверхсильных существ и разумных, чей разум, откровенно говоря, был полным мусором.

«Сила отнюдь не значит наличие мозгов и уж тем более милосердия». — именно так Асириус бы обозначил то положение, в котором оказалось большинство миров.

Жизнь большей части жителей вселенной была откровенно трагичной. Все эти живые существа были вынуждены лавировать между бесконечным количеством бандитов, захватчиков, тиранов и безумцев.

Небольшие периоды спокойствия сменялись новой резнёй, а отчаяние правило этой вселенной. Первородный грех — слабость, обрекал бесчисленные души на печальный конец.

И среди всего этого сумасшествия правитель уровня Аргалора был настоящим бриллиантом. Обладая чудовищной силой, уже сейчас позволяющей ему пусть и не прямо, но уничтожать целые миры, он не стремился к бессмысленной резне.

Имея ужасный характер и нулевые шансы сделать его лучше, Аргалор тем не менее умел прислушиваться к советам и не убивал тех, кто говорил ему неприятную правду.

Его нынешняя власть, корпорации и ресурсы могли спровоцировать кого-то на разгульные, противоестественные гуляния и жестокость, однако Аргалор всегда держал себя в лапах, четко понимая, чего он хочет и сколько готов на это потратить.

Благодаря его видению этот мир за сотню лет трансформировался из слабо развитого технологически мирка в высоко-магическое общество, где каждый год появлялись инновации.

Казалось бы, несмотря на наличие многочисленных отрицательных качеств, Аргалор был идеальным правителем, способным вести за собой не просто города или страны, а даже целые миры.

Вот только лишь самый ближний круг знал, что за всей этой многотонной машиной смерти скрывалось существо, способное прямо сейчас лежать, укрывшись толстым слоем сокровищ, и дуться на весь белый свет.

Глядя на торчавшую из золота голову кошмарного дракона, осмелившегося один на один бросить вызов древнему дракону и даже стоять с ним на равных, Асириус разрывался между двумя желаниями: расплакаться от отчаяния и рассмеяться от абсурда ситуации.

Но взяв себя в лапы и применив весь свой многолетний опыт общения со своим господином, Асириус никак не показал охватившие его эмоции. Наоборот, кобольд набрался решимости, ведь общение с его эксцентричным господином было одной из его главных обязанностей.

«От тебя зависят миллионы, Асириус!» — твёрдо подумал кобольд: «Именно для этого ты и был рождён!»

— Доброе утро, господин, как вы себя чувствуете? — доброжелательно начал он, чем тут же заработал сварливый и недовольный взгляд красного дракона.

— А ты не видишь?! Мои сокровища раздаются, а я утопаю в долгах! Сначала я должен был этому жуткому мяснику Гидре, теперь я должен этому подлому ублюдку Широ! Есть ли в этой вселенной ещё правда или всё пропало и наступает истинный конец света?!

Единственный, кто был посвящен в тайну о случившемся, был Асириус, и лишь потому, что именно через него должны были поступать платежи в течение ближайших пяти лет.

— Ну что вы, повелитель, всё не так плохо, — терпеливо принялся успокаивать Асириус. — Торговая компания находится в ужасном состоянии. Из-за того, что им пришлось остановить захваты других миров и приостановить торговую деятельность, на их рынки сбыта немедленно набросились конкуренты. Более того, армии Торговой компании повсеместно осаждаются. Да, их полного уничтожения не ожидается, но потери уже сейчас велики, а они лишь продолжат расти…

С каждым новым словом Асириуса выражение Аргалора становилось немного веселее. Слышать о чужих проблемах, тем более твоих врагов, было очень расслабляющее.

— Благой комитет уже направил несколько комиссий, но так как масштаб Торговой компании огромен, а их склады очень глубоки, то каждая проверка занимает много времени. Даже по самым скромным подсчётам проверка Благого комитета займёт не менее пяти лет, а скорее всего значительно больше, ведь другие враги Раганрода готовы дорого заплатить, чтобы проверка «работала» как можно более тщательно и неспеша.

— Как забавно, — ухмыльнулся Аргалор, но быстро стёр улыбку. — Асириус, я хочу, чтобы стало ясно, кто именно приложил руку к падению Раганрода.

— Повелитель, прошу меня простить, со всем моим уважением, но это не самая мудрая идея, — мгновенно обеспокоился Асириус. — Мы тайно сообщили Благому комитету, так как не были уверены, что в нём нет шпионов Раганрода, что помешают достижения информации до истинного ядра Комитета. К счастью, наши опасения не оправдались. Но если Раганрод узнает, что это именно мы приложили лапы, то он обязательно испарит нас, не считаясь ни с какими последствиями!

— Я не дурак, прислужник, — рыкнул на него Аргалор. — Я хочу лишь слухов. Сделай это так, будто слухи пошли не от нас. Раганрод так или иначе подозревает в том числе и нас, поэтому некоторые слухи никак на него не повлияют, но они могут заставить задуматься других проблемных уродов. Хм, выбери ещё нескольких крупных оппонентов Торговой компании, у которых могли иметься шпионы уровня Широ, и распространи слухи и о них.

— Это отличная идея, повелитель! — с облегчением оскалился Асириус.

— Широ! — вдруг Аргалор ни с того ни с сего начал скрипеть клыками от злобы. Кажется, даже одно лишь упоминание этого имени заставляло дракона испытывать психологическую боль. — Только подожди! Я обязательно придумаю, как заставить тебя заплатить за всё! Ты не только вернёшь всё, что взял у меня, но и сам заплатишь!

— Повелитель, может я лезу не в своё дело, но… — Асириус собрался с духом. — Почему вас так беспокоит плата Змею? Благодаря его действиям мы сэкономили невероятные средства. Если бы война с Торговой компанией продолжилась, и мы выиграли, то всё равно понесли бы невообразимые потери.

— Потому что это дело принципа! — рявкнул Аргалор, раскрывая свои истинные мысли. — Он заставил меня принять его условия! Он почти вымогал у меня эту плату!

— Но господин, запрошенные Широ деньги и материалы в несколько раз меньше даже тех, что запросил Гидра, — Асириус чувствовал беспомощность. — Для вашей корпорации совершенно не сложно отправлять ему указанное количество ресурсов. В некотором роде один из отделов Скотта тратит в год больше, чем запросил Змей.

В ответ пришло лишь угрюмое молчание, так как Аргалор не нашёл, чем контраргументировать, а сжечь Асириуса он не мог. Затруднительное положение Аргалора понял и кобольд, поэтому привычно сменил тему.

— Насчёт Нур-шаха и Тир-бист. Для этих двух корпораций стало настоящим сюрпризом падение Торговой компании. Войска Раганрода уже покинули земли Шитачи, из-за чего режим последних пал окончательно. Сейчас обе корпорации внимательно смотрят на наши действия. Аналитический отдел опасается, что эти две корпорации пойдут на сближение, так как опасаются нашей неограниченной силы.

— Опасаются, это они правильно делают! — мстительно прошипел Аргалор. — Когда они воровали мои земли, то их не беспокоили последствия. Но союз… Асириус, каковы, по-твоему, шансы Аргалориума справиться сразу с ними обоими?

— Не очень высоки, — с сожалением выразился главный прислужник. — Мы сильны и, теоретически, по словам Морица, даже можем разбить их армии, но это будет нам стоить почти всех сил. Как итог, мы уже не сумеем провести захват территорий этих корпораций, что обесценит саму войну…

— А если это будет одна корпорация? — задумчивые слова дракона заставили глаза Асириуса вспыхнуть понимающим блеском. — Моя сестра, Аримат, тесно связана с Нур-шахом, а Тир-бист никогда не имел связей с моей семьей. Ранее она не могла мне помочь, но сейчас положение дел изменилось. Передай ей моё предложение: мы заключаем равноправный союз, после чего уничтожаем Тир-бист раз и навсегда. Реусс делим ровно напополам. Двуполярный мир, две наши корпорации и вечный мир.

— Я сделаю всё возможное, чтобы убедить вашу сестру! — Асириус аж загорелся, только представив эту грандиозную картину. — Если всё получится, то весь мир будет принадлежать вашей семье, господин!

— Ну, весь не весь, но немалая его часть, — криво оскалился Аргалор. — Металлические ублюдки никуда не делись, и они уж точно не выпустят свою часть пирога. Подумать только, они угрожали предать наши договоренности и перейти к Раганроду! И после этого они смеют называть себя металлическими?!

— Торговая компания Раганрода — это общедраконья организация, в которой работают не только цветные драконы, — пожал плечами Асириус. — Касательно же приглашения Раганрода на Тарос, то эти металлические знали, что другие титанические не позволят ему полностью разгуляться. Так почему бы не вести прибыльный для всех бизнес, если вы, господин, падёте? При любом развитии событий они бы остались в выигрыше.

— Вот поэтому я и говорю, никакого уважения, — цыкнул Лев, но без особого жара. — Готовы подстелиться под любого… Но это поднимает другую тему. И, возможно, дальше откладывать уже нет никакой возможности.

— Вы о ритуале связи с дочерью лидера металлических Хорддинга? — правильно догадался, о чём намекает Аргалор, Асириус.

— Аргоза и так долго молчала, но я с каждым днём чувствую, как это молчание становится всё более напряжённым. А её отец, хоть и не показывает свою мерзкую морду, но находит способы каждый раз намекнуть…

Аргалор замолчал, а затем странно посмотрел на мгновенно напрягшегося кобольда.

— Господин? — предварительно спросил Асириус.

— То, что я собираюсь сказать, должно остаться между нами двумя, если я узнаю, что ты проболтался кому-либо то ни было, я заставлю тебя очень сильно об этом пожалеть. Ты меня понимаешь? — сурово спросил Аргалор, на что Асириус немедленно кивнул.

— Всё, что я узнаю, уйдёт со мной в могилу. — твёрдо заявил кобольд, становясь максимально серьёзным.

— Я слышал, что у тебя было множество жён и ещё больше детей, — следующие слова Аргалора заставили Асириуса ошарашено замереть. Кобольд в шоке почувствовал в голосе его господина смущение. — Так, раз у тебя такой большой опыт, то есть какие-то хорошие советы?

В прошлой жизни у Льва Думова не было опыта брака, поэтому он решил заранее максимально подготовиться.

— Эм-м-м, — Асириус глубоко задумался, а затем неуверенно пробормотал. — Нужно быть более осторожными с правнуками, чем внуками, ведь они куда чаще планируют твоё убийство?

— А? Ты у меня спрашиваешь? — Аргалор недоверчиво взглянул на своего главного прислужника. Значит ли это, что он, его господин, что-то не знает о своём подчинённом?

— Если жены начинают много друг с другом общаться, то это плохо, ведь тогда они сговариваются тоже пытаться тебя убить… — Асириус окончательно замолчал, как молчал и Аргалор. Гнетущая тишина с каждой секундой становилась лишь сильнее.

Изначально Лев думал, что обратиться к Асириусу за советом было хорошей идеей, но, кажется, познания его главного прислужника оказались ещё хуже, чем у него самого!

Более того, теперь встал другой не менее важный вопрос: сколько именно членов семьи главного прислужника хотят его убить?!

Глава 6

Два мужчины нервно стояли перед гигантской дверью из дорогого красного дерева, выточенной прямиком из священного эльфийского дерева. Если бы эльфы узнали о подобном святотатстве, то грешника ждали бы десятилетия мучительных пыток, когда маленькие корни по миллиметру прорастали бы сквозь его нервы и мышцы, одновременно питая и не давая умереть.

Однако владелец этого кабинета мог каждый день срубать священные деревья, и лесные королевства Тароса могли лишь «утереться».

Обычно спокойный Берган, бывший гвардеец и маг, ныне нервничал больше всех. Его взгляд нервно перескакивал между предметами роскоши в комнате ожидания. В противовес ему Мерц наоборот наслаждался жизнью, заказав у секретаря бокал вина.

По правде говоря, Мерц больше любил пиво, но просить пиво в приёмной главного прислужника корпорации Аргалориум, Асириуса, было слишком глупо даже для него.

— Почему ты такой спокойный?! — наконец не выдержав, зашипел на него Берган. — Сейчас решается наша с тобой жизнь!

— А чего дрожать-то? — удивился Мерц. — Разве мы не показали, что наши полки и бойцы Ильрадии самые крутые сукины сыны в армии этого дракона?

— Тише ты! — зашикал на него тут же начавший нервно сканировать магией обстановку Берган. — Следи за языком!

— А потом мы чуть не облевались, но доплыли до тех сраных островов и знатно дали прикурить трусливым пиратам, после чего повернулись и успели ещё повоевать с узкоглазиками из Тир-Биста. Если за всё это нас не поцелуют в ж…

Бац!

Рот Мерца оказался экстренно закрыт небольшой, но твёрдой ледяной заплаткой.

Сам гвардеец ничуть не обиделся на магию своего друга и поднял руку, чтобы глотнуть вина, но ударился стеклом о лёд.

— …! — вот теперь он был и впрямь раздражён!

Но прежде чем два друга успели поругаться, красные двери сами собой распахнулись, приглашая посетителей внутрь.

— Тихо, говорить буду я. — одними губами прошептал Берган, отменяя магию льда, но Мерц и сам стал серьёзен. Несмотря на все свои шутки, будущая встреча заставляла немного нервничать и его, просто он не хотел этого показывать даже самому себе.

Главный прислужник сидел в самом конце зала настолько широкого и высокого, что в нём легко мог бы поместиться даже его монструозный господин. Учитывая сравнительно небольшой рост эволюционировавшего благодаря драконьей крови кобольда, это могло показаться забавным, но два гвардейца совершенно не чувствовали желания посмеяться.

Их сапоги с железными набойками звонко гремели по отполированному до зеркального блеска мраморному полу, создавая мечущееся по залу эхо.

Не доходя до установленного в центре стола трёх метров, пара друзей остановилась прямо на заранее указанной отметке.

Сидевший перед ними красный кобольд выглядел откровенно неважно даже перед источающим магию Берганом, не говоря уже о двух с половиной метровом Мерце, однако двое людей и не думали обманываться.

Потребовалось целых пять минут томительного ожидания, пока Асириус закончил последний документ и поднял свои красные, пронзительные глаза. Если в разговоре с Аргалором речь Асириуса была теплой и мягкой, то сейчас перед гвардейцами был истинный правитель корпоративного гиганта.

— Берган и Мерц. Должен признать, ваша смелость в сохранении имён с прежней службы поистине впечатляет.

Одно лишь предложение, но сердца друзей мгновенно рухнули в самый низ. И хоть Берган понимал, что за столько лет их прошлое будет обязательно раскопано, но слышать это так прямо всё ещё было чрезвычайно тяжело.

— Затем вы решили попытать счастья в Ильрадии. Добились там успеха, стали чем-то большим, чем здесь. Но вам этого показалось мало, — продолжал Асириус. Он холодно смотрел на двух мужчин, не спрашивая, а лишь утверждая. — Вам есть что сказать?

Берган глубоко вздохнул, выставляя у себя в голове план именно на подобный случай, но его неожиданно перебил Мерц.

Воин-гвардеец внимательно наблюдал за Асириусом, и хоть он не был таким же умным, как его друг, но десятилетия сражений не на жизнь, а насмерть позволили ему выработать сверхчувствительность к опасности.

И сейчас чувства Мерца говорили, что, несмотря на внешнюю холодность, этот могущественный кобольд отнюдь не был зол и даже наоборот смотрел на них с некоторым ожиданием.

— Всё именно так, вашество! — грубо заявил Мерц, обезоруживающе улыбнувшись. — В той битве, где пали наши друзья, мы никого не виним, так как это была наша работа. Когда мы пошли в Ильрадию, то сразу отказались от Тароса, но немного повозившись там, стало ясно, что если мы хотим стать по-настоящему большими шишками, то надо себя показать.

— И поэтому вы так активно участвовали в этой войне. — подытожил Асириус, даже глазом не поведя на нарочито грубую манеру речи собеседника.

Сердце Бергана уже сжалось, а он лихорадочно думал, как спасти ситуацию, однако следующие слова Асириуса заставили его осечься.

— Мне по душе ваша прямота, господа. Арголориуму и нашему повелителю нужны столь талантливые кадры, как вы, — холодная атмосфера в кабинете чуть рассеялась, а позади гвардейцев возникло два кресла, в которые они аккуратно и сели. — Думаю, вы слышали о тех сомнительных разговорах, что возникли на Ильрадии. Получив в свои руки ресурсы и власть, многих уже перестала устраивать мягкая рука корпорации.

— Тогда пора дать понять, что у Арголориума есть не только мягкая рука, но и очень тяжелый сапог! — воодушевленно заявил Мерц, чем заработал одобрительный кивок Асириуса.

— В вашем дуэте именно вы, Мерц, очевидно, лучше всего понимаете обстановку, — от этих слов лицо Бергана ощутимо вытянулось, а простодушный Мерц аж немного засмущался и даже захотел поправить кобольда, но не решился. — Если вы хотите власти, то в этом нет ничего невозможного, но её нужно заслужить, понимаете?

— Кого надо убить? — с улыбкой спросил Мерц, и Асириус отразил её своими острыми клыками.

— Уверен, мы сработаемся. — удовлетворенно кивнул Асириус.

Кобольд был доволен этими двумя. Тем не менее стоило Асириусу разобраться здесь, как у него возник другой вопрос.

Отпущенное время пленения Этериона постепенно подходило к концу, и надо было решить, что с ним делать. Надо было напомнить об этом господину.

******

Стоило Аримат узнать о предложении Аргалора, как она немедленно выразила самую горячую поддержку этой идеи.

Между Тир-бистом и Нур-шахом никогда не было любви, а столь удачная возможность появлялась редко. Благодаря значительным связям у Аримат получилось в кратчайшие сроки передать план высшему руководству Нур-шаха.

Конечно, корпорация Асимахского халифата имела некоторые опасения оставаться один на один с Аргалориумом, но жадность и убеждение Аримат в верности слова брата сделали своё дело.

В строжайшей секретности было заключено соглашение, а несколько полков от обеих корпораций начали своё тайное движение, окружая войска Тир-биста.

К сожалению, в последнюю секунду корпоративные шпионы успели передать Тир-бисту информацию о готовящемся нападении, но в глобальном плане это уже ничего не могло изменить.

Армии Аргалориума резко ударили по пытающимся перестроиться порядкам Тир-биста, и разразилась страшная резня. Забурлил океан, а вода окрасилась кровью. Стальные корабли с мучительным треском сталкивались друг с другом в абордаже, а морские чудовища кружились, выхватывая и утягивая в темную пучину борящихся в воде моряков, прыгающих с терпящих бедствие кораблей.

Командование Тир-биста объявило экстренное отступление обратно на Реусс, но лишь немногие корабли сумели вырваться из смертельной западни.

Словно почуявшие в воде кровь акулы войска двух корпораций отчаянно преследовали силы третьей.

Хоть Вторая мировая корпоративная война по времени пока шла заметно меньше Первой мировой, но её ожесточенность заставила каждую из сторон жаждать мира. Ужасы войны тяжело давили на разум выживших, и единственным способом быстро закончить войну они видели лишь в физическом устранении всех, кто эту самую войну вёл.

Очень скоро чёрные столбы дыма вспыхнут по всему Реуссу, когда десант корпораций начнёт планомерный захват континента.

Понимая, что всё пропало, и у них нет вариантов, руководство Реусса активировало план взаимного уничтожения. В нескольких разбросанных по всем джунглям тайных лабораториях были активированы сложные магические ритуалы на основе магии жизни и Хаоса.

И нет, Хаос в этих ритуалах был призван не породить прореху, ведь Тарос был слишком хорошо от этого защищён. Хаос, будучи одной из самых активных и высокоэнергетических видов энергий, должен был запитать сам ритуал, передав эту энергию сходящим с ума зверям.

Благодаря ритуалу из джунглей Реусса выплёснулся бесконечный поток смертоносной плоти. И в отличие от Ильрадии, у которой было всего около десяти лет эволюции, сверх-хищники Реусса развивались тысячи лет.

Находящиеся ближе всего к джунглям города погибли в первые же дни. В масштабе это было чем-то похоже на драконий гон, когда тысячи драконов объявили смерть всей расе гномов. Вот только в отличие от драконов, звери не охотились за сокровищами, позволяя кому-то уцелеть, они жаждали лишь одного — убивать.

Следующими с волной смерти встретились войска Аргалориума и Нур-шаха, и это была мясорубка. Лишь благодаря годам опыта тяжёлой войны порядки войск не рухнули. Но даже так потери были существенными.

Солдаты, беженцы, торговцы и просто живущие на Реуссе могущественные существа, все они были вынуждены спешить к кораблям и как можно быстрее покинуть ставшие очень недружелюбными берега самого хищного континента Тароса.

Столь сводящее с ума окончание войны заставило весь мир замолчать. Те сверхприбыли, обещавшие разграбление Реусса, оказались потеряны в мгновение ока.

Единственной хорошей новостью был тот факт, что большинство самых могущественных монстров Реусса не умели ни плавать, ни летать, так и оставшись в пределах одного континента.

Спустя несколько месяцев прибывшие на Реусс учёные заключили, что энергия ритуала звериного безумия медленно рассеивается, так что через десять-двадцать лет можно будет начинать постепенное освоение успокоившегося Реусса.

Учитывая, что разумных существ там почти не осталось, будущая колонизация должна была пройти совершенно без проблем.

Так, в 1053 году от разрушения Литуина Вторая мировая корпоративная война закончилась, и мир вновь вздохнул в облегчении. Теперь Тарос был разделён на две сверхдержавы, молчавшие всё это время торговцы словно сошли с ума.

На Земле в при похожих событиях спустя ещё несколько лет разразилась Холодная война, грозившая ядерным уничтожением всей жизни, но на Таросе ситуация была иной.

Аргалор и Аримат были ближайшими родственниками, имеющими между собой вполне гармоничные отношения. Да, будь мир ограничен лишь Таросом, жадность драконов рано или поздно заставила бы их столкнуться, но открытие Аргалориумом технологии стационарных порталов создало уникальную возможность.

Все ресурсы Нур-шаха были брошены на связь с иномирными торговцами и агентами в приобретении технологии порталов. Велась работа и с драконами Тароса, ведь часть из них тоже обладала нужной информацией.

Спустя ещё девять лет Нур-шах тоже проведёт грандиозную церемонию, где откроет стационарный портал. Найденный Аримат мир окажется заметно меньше и беднее Ильрадии, а на нём будет проживать небольшая раса туземцев.

Открытый мир получил новое название: «Нур-эмир». И вскоре те из туземцев, что выживут, будут изо всех сил славить свою новую повелительницу, а горнодобывающие машины Нур-шаха безжалостно вгрызутся в твёрдую породу.

Но всё это будет наступит лишь спустя девять лет, а сейчас один красный дракон яростно спорил со своей избранницей по одному из самых древнейших вопросов во вселенной.

— А я говорю, должна быть маленькая церемония, лишь для своих! — яростно утверждал Аргалор. — Это моя церемония связи, а не только твоя!

Но встопорщившая чешую Аргоза и не думала отступать.

— Вот именно! Это и моя церемония тоже, и я не буду участвовать в какой-то жалкой пародии! Или ты хочешь, чтобы надо мной смеялись все другие металлические драконицы?!

— Да что эти бескрылые виверны понимают?! У нас, цветных драконов, вообще такой церемонии нет, и ничего, мы процветаем!

— Процветаете?! Живя в гнилых, промерзлых пещерах и питаясь грязью, это теперь называется процветание?!

— Если эти чёрные черви любят так жить, то не натягивай их привычки на всех остальных драконов! Наши дома, красных, прекрасные и тёплые лавовые источники и вулканы!

Удивительно, но Аргоза успокоилась, ведь сравнение Аргалора напомнило ей про свою бывшую соперницу, Аксилию Жаждущую крови, и то, что Беспощадный так её назвал, было приятно услышать.

Заметив изменение настроения Аргозы, немного успокоился и сам Аргалор. После некоторого обсуждения, они всё же сумели прийти к некоему общему знаменателю.

— Тогда предлагаю организовать две церемонии. Небольшую, лишь для узкого круга драконов и главных прислужников, и вторую, более масштабную, но скорее просто представительную, чтобы рассказать всему миру о нашем союзе.

— Пусть будет так, — неохотно согласилась золотая драконица. — Но я всё ещё не понимаю, почему ты так упираешься против одной пусть и крупной церемонии. Это же выйдет даже дешевле!

— У меня есть свои причины. — высокомерно ответил Аргалор, отвернувшись, чтобы Аргоза не заметила подозрительный огонёк в глубине его глаз.

Однако обсуждение будущего союза отнюдь не закончилось, а только разгоралось.

******

— Какого чёрта мы должны приглашать всех этих твоих родственников?! Мы договаривались на маленькую свадьбу! — Аргалор в неверии смотрел на длиннющий список гостей.

— Так это лишь самый минимум!

— В каком месте подруга двоюродной тети это самый минимум?! Я приглашаю только самых близких! Главных прислужников, брата, сестёр, отца, мать и членов стаи! Всё!

— Я не виновата, что у вас, цветных, такие паршивые семейные отношения!

Аргалор схватил свой стол и с треском разбил его об пол.

— Я сказал, все эти дармоеды могут идти к дьяволам в ад!

— Не смей мне указывать! — тут же завелась Аргоза.

Яркая и взрывная драконья семейная жизнь искрилась и дышала жизнью прямо на глазах.

*****

— Что значит, церемония будет выполнена в красных цветах?! — Аргоза возмущенно потрясала длинным рулоном красной ткани. — Всё в красном! Ковровые дорожки красные, ткани красные, и даже почётный караул и одежда твоих прислужников! Ещё немного, и у меня глаза утратят видеть другие цвета, кроме красного! Меняй!

— Это отличный цвет!

— Для тебя, возможно, но не для меня! Я требую добавить золотого не менее, чем красного! Пусть стражники перекрашивают броню!

— Да чёрта с два!

*****

— Поверить не могу, что мы умудрились выжить к этому моменту, — еле слышно прошептал Мориц рядом стоявшему Асириусу. — Я думал, они сожрут сначала друг друга, а затем покромсают и нас.

— Тише ты! Ещё услышат! — Асириус подозрительно оглядел собравшихся на церемонии гостей. — Всё же хорошо закончилось.

Сам ритуал драконьего союза было решено проводить подальше от человечьего жилья, для чего было выбрано круглое, ровное плато на вершине небольшой горки. Добраться до этого места всем присутствующим не составило никакого труда.

Те, кто не умели летать, воспользовались услугами личных летающих кораблей. Тот же Мориц вообще прилетел на гигантском стальном флагмане Аргалориума, вернувшегося в Стальбург на ремонт.

— Ой, а кто это тут обсуждает своё начальство? — прямо на стальное плечо Морица запрыгнула лёгкая фигурка девушки, но бывший легионер не сделал никаких попыток её сбросить. Наоборот, он специально замер, чтобы никак не раздражать гостью.

— Луидора, зачем ты залезла на плечо Морица? — устало, но в то же время дружелюбно спросил Асириус у находившейся в человеческом облике медной драконицы.

— Захотелось! — Луидора весело показала кобольду язык, нетерпеливо подпрыгивая на броне Морица. — Ну сколько можно ждать, когда уже наступит банкет!

— Уже скоро. — со стороны пришёл холодный ответ Аларика Скотта. Последний даже сейчас продолжал работать со своим голографическим планшетом, что-то высчитывая.

— Ску-у-ука! — Луидора свесилась с Морица вверх ногами, зацепившись ступнями за его шею, и начала раскачиваться, словно на качелях. Сам Мориц стоял с каменной мордой под взглядом стоявшего в стороне отца медной драконицы.

Гости были разделены на две шушукающихся группы, разделенных длинной, золото-красной дорожкой, заканчивающейся невысокой каменной платформой с камнем посередине, столь подозрительно напоминающим маленькую копию обелиска Олдвинга с Тинга.

Несмотря на исчезновение Олдвинга и тот факт, что он был цветным драконом, немало металлических были его самыми верными подчиненными и даже фанатиками. Ведь несмотря на те ужасы, что Олдвинг творил, одно нельзя было отрицать — для драконьего рода и цивилизации Олдвинг Великий сделал больше, чем какой-либо другой существующий дракон.

Появившись в изначальной эре, он начал Великий поход на объединение всех драконьих стай вместе. Именно при нём драконы создали первые законы, он же и породил цивилизацию повелителей неба.

Захватывая и поглощая в свою Империю один мир за другим, Олдвинг Великий уничтожал и порабощал расы так часто, будто запивал еду.

Даже спустя тысячи лет личность Олдвинга вызывала у многих металлических сложные чувства, в которых восхищение вполне присутствовало.

— Отец, я рада, что ты пришёл. — Сиарис мягко посмотрела на стоявшего рядом с ней недовольного Доругота Проклятье великана, золотого дракона.

— Я не хотел, но ты настояла, — раздраженно фыркнул Доругот. — Кроме того, я слышал, что ты связалась с цветным? Да ещё и с чёрным? Где он?

— Аргалор его не пригласил. — беспомощно развела лапами Сиарис.

— Ну хоть что-то он правильно сделал. — пробурчал Доругот, покосившись в сторону на гордо сидевшую Сариану.

Мать Аргалора и остальных сидела в окружении новых братьев и сестёр первого выводка.

Аримат и Рогдар стояли вместе, что-то активно обсуждая. В жарком климате Асимахского халифата шубы из Северного королевства пользовались неиссякаемым ажиотажем.

Со стороны Аргозы, из сразу узнаваемых, стоял Хорддинг Серебрянное крыло, её отец. Серебряный дракон общался с несколькими другими приглашенными металлическими драконами и драконицами. Несмотря на нежелание Аргалора, число собравшихся разумных было довольно приличным.

Правда, титанических драконов не было. Теоретически Аргалор мог попытаться пригласить Ульдрада Воителя, но по здравым размышлениям он решил этого не делать. Чем меньше было титанических драконов, тем всем было проще.

— Летят! Летят! — крики разнеслись вокруг, и все подняли головы.

Издалека показались две фигуры, красная и золотая. Они медленно планировали вниз, крыло к крылу, позволяя всем рассмотреть их идеально сложенные тела.

Когда до земли осталось несколько метров, крылья Аргалора и Аргоза забили, позволяя им мягко приземлиться.

— Вот мы и дошли до этого момента, — хмыкнул Аргалор, посмотрев на Аргозу. — Я же обещал, что сделаю это.

— И ты в кои-то веки не соврал. — улыбнулась Аргоза.

У металлических драконов церемония союза не была слишком долгой. Молодожены должны были просто подойти к мини-обелиску, после чего публично признать их союз.

Если у смертных должен был быть какой-то руководитель, то драконы обходились и без него. Какая-то там регистрация и брачные договоры тем более были бесполезны, ведь если драконы решали разорвать свой союз, то дело решалось, скорее, кровью, чем чернилами.

Аргалор и Аргоза решительно двинулись вперёд под десятками внимательных пар глаз. Кто-то из присутствующих лишь ждал банкет, а кто-то с ностальгией вспоминал, как впервые увидел Аргозу или услышал о том, как их господин встретил её в духовном мире.

И вот она, платформа.

Красная и золотая лапы наступили на неё, когда мир содрогнулся, а небо наверху расколола бескрайняя трещина, перечертившая небо на две части.

— Что?! — Хорддинг в шоке поднял голову и недоверчиво смотрел, как трещина быстро расширяется, открывая вид на совсем иное небо.

Когда прореха расширилась достаточно, сквозь неё первой прошла гигантская голова. И стоило присутствующим её увидеть, как ужас охватил самые глубины их душ.

Синее тело титанического дракона обманчиво медленно проходило сквозь пространственный разлом, демонстрируя чудовищные раны.

Во множестве мест синяя чешуя была расколота и содрана, показывая пульсирующие мышцы и обрывки кожи. Одно крыло было сломано, и белая кость торчала острым концом вверх. Череп был частично вмят внутрь, словно от какого-то невероятного удара.

Но несмотря на столь суровые раны, титанический дракон всё равно прошёл внутрь.

— Раганрод… — враз пересохшим горлом прошипела Аргоза. — П-почему он здесь?! — последние слова она почти прокричала.

Её слова словно сломали некую иллюзию, заставив окружающих кричать и пытаться куда-то бежать, но это было совершенно бесполезно.

Вспышка!

Сотни километров вокруг горы исчезли, а на их месте искрились грандиозные электрические разряды. Подобно густым зарослям они переплелись в непроницаемую синюю стену, уходящую высоко в небо и окружившую вершину.

Земля, леса, камни и скалы — всё исчезло, превратившись в плазму. Глубоко под разрядами кипела и бурлила магма, но она испарялась, стоило ей подняться к «корням» электрических «деревьев».

Одно лишь заклинание титанического дракона, и вся территория оказалась заперта внутри синего цилиндра.

Вспышка! — второе заклинание было проще.

Вокруг успевших оторваться от земли древних и старых драконов возникли электрические путы, отбросившие их обратно на землю.

На вторую секунду после появления Раганрода единственным, кто остался стоять, был лишь Аргалор. Бьющаяся в путах Аргоза могла лишь в ужасе смотреть на приближающегося титанического дракона.

Не было никаких сомнений в его личности, ведь эту вызывающую отчаяние ауру нельзя было ни с чем перепутать.

— Аргалор, ты успешно привлёк моё внимание. — голос Раганрода был спокойным, но его слышал каждый, несмотря на оглушительный треск тысяч электрических столбов вокруг. — Прибытие на Тарос стоило мне цены, но ради твоего уничтожения я решил её заплатить.

— Аргалор… беги… — попыталась закричать Аргоза, но уже на втором слове она сдалась, осознавая всю бессмысленность попытки убежать от находившегося так близко титанического дракона.

Почему это чудовище появилось здесь?! Как всё могло развиваться так ужасно неправильно!

Раганрод исчез, а через исчезающе короткое мгновение Аргалор упал, прижатый огромной синей лапой, лежащей прямо у него на спине. Скорость была так велика, что никто из присутствующих даже не видел начала движения.

Ни у кого не было сомнений, что малейшее усилие, и внутренности Аргалора брызнут наружу, подобно слишком сжатого повидла.

— И это создало для меня так много трудностей, — Раганрод с безразличием смотрел на распростёршуюся под его когтями букашку. Он не торопился, позволяя всем почувствовать накатывающую безнадёжность. — Видимо, мне придётся провести некоторые изменения в наборе персонала, ведь иного объяснения их некомпетентности я не вижу.

— Титанический, решивший сразиться со взрослым драконом. Какая честь. — насмешливо прохрипел Аргалор.

— Ты заслужил. Ты доволен? — просто заявил Раганрод. — Неважно, — сам же оборвал он ответ Аргалора. — Не будем зря тратить время, ведь другие титанические скоро прибудут. Я разрешаю тебе произнести свои последние слова.

Лапа чуть поднялась, позволив Аргалору полностью вздохнуть.

Все в жутком молчании смотрели на развернувшуюся перед ними трагичную сцену.

Аргалор медленно двинул шеей, повернув голову к лежащей неподалеку пленённой Аргозе. Губы красного дракона, несмотря на всю безысходность его положения, растянулись в широкой клыкастой улыбке, и он громко произнёс:

— Аргоза, дочь Хорддинга, согласна ли ты заключить со мной союз и лететь бок о бок в небесах вечно?

Аргоза ошеломлённо пыталась что-то сказать дрожащими губами, но ничего не получалось.

Наконец она собралась с силами и изо всех сил закричала: «Да, я согласна! Да будем мы лететь в небесах бок о бок вечно! Господин Раганрод, подождите!..»

Но синий титанический уже не обращал внимания на мольбы.

— Последнее слово сказано! — гигантская синяя лапа специально медленно поднялась вверх, а затем, подобно топору палача, рухнула вниз, разрывая под своим весом саму реальность.

— Не-е-е-е-т! — плачущий крик обезумевшей от горя Аргозы разорвал воздух, когда она смотрела на неминуемую казнь.

Тумп! — в считанных миллиметрах синяя лапа остановилась, так и не дойдя до костяного гребня красного дракона. Тем не менее одна лишь воздушная волна вжала его в камень, заставив кости трещать и ломаться.

— Это определённо стоило, чтобы сюда заглянуть! — голос Раганрода дрожал и менялся прямо на глазах, приобретя восхищённые, женские нотки.

Под шокированными взглядами зрителей жуткие раны Раганрода растворились в воздухе, продемонстрировав абсолютно целую синюю чешую.

Пара секунд, и перед всеми предстала чрезвычайно довольная синяя титаническая драконица, Лидарис Планетарное погребение.

В своё время она буквально замучила Аргалора вечными придирками по обслуживанию в Аргалор-бурге.

— Придумать столь безумное предложение союза и даже пригласить на него для участия меня, — продолжала поражаться Лидарис. — Как я могла отказаться от такого развлечения? Ни один из моих глупых потомков даже вполовину не так изобретателен!

Электрические путы, как и столбы вокруг, исчезли как по волшебству, позволив всем со сложными выражениями лиц и морд медленно подниматься.

Аргалор широко и довольно улыбался. Он знал, что земные идеи по необычному предложению руки и сердца были самым верным выбором. И всё получилось даже лучше, чем он планировал!

— Аргоза, я же говорил, что наша церемония будет самой яркой, чем у кого-либо другого! — с энтузиазмом заявил Аргалор, но затем он смущённо замолчал. — А… почему ты плачешь? От счастья?

Спустя секунду Аргалор узнал, что Аргоза плакала не от счастья.