Полуживой

Глава 1. Отправление

(прим. автора — Данная история является прямым продолжением книг «Люди Эфира», «Куб памяти» и серии «Рекриптум». Если Вы их читали, то прочтение «Полуживого» принесёт Вам дополнительный бонус к внутреннему удовлетворению. Если же не читали, то ничего страшного. Эта история является вполне самодостаточным и отдельным произведением. Вся необходимая для понимания авторского мира информации даётся здесь же. Просто не обращайте внимание на обилие персонажей в первой главе, все они никак не повлияют на последующее повествование. Ну, или почти все…)

А теперь, приятного прочтения!

Ита-ак, запись!

— Всем привет! Доброго утра! Меня зовут Сергей, и сегодня мы с вами пробежимся по засекреченному производственному комплексу компании «LiveDream». Да-да, вы не ослышались.

Я прищурился, поводил головой из стороны в сторону. На экране эфирного смартфона моё изображение повторило все действия за мной, но с какой-то долей задержки.

— Мда, подвисает, — хмыкнул я. — Ну, да ладно. Это, всё-таки, прототип, друзья мои. Чего ещё вы ожидали от первого в мире вернувшегося к жизни телефона? Ита-ак, — я отдалил смартфон от своего лица, — вперёд, на встречу приключениям!

Я вышел из отдела эфирной мехатроники и отправился по коридору. Мимо прошла парочка учёных в белых халатах.

— Ух, нервничаю немножко. Вы меня извините, не часто записываю видео. Так-так, а вот и наша первая остановка.

Остановившись, я жмякнул на кнопку в стене, и дверь передо мной отъехала в сторону. Переключившись на внешнюю камеру, я медленно заснял помещение столовой.

— Тут мы кушаем. Симпатично, не правда ли? Всё чисто, красиво, и… Опаньки, ребята из Эгиды тут трапезничают. Это я удачно заглянул. Смотрите, какие они классные. Всякими суперсилами обладают, которыми их наделила…

— Слышь, — из воздуха передо мной появилась черноволосая недовольная женщина.

Я бы, наверное, даже испугался её внезапному появлению, но как-то привык уже к таким её выходкам.

— Да ладно-ладно, понял я. Всё, ушёл. Не снимаю вас больше.

Закрыв дверь, я побрёл дальше. А дальше у меня по плану знакомство с…

Вдруг весь мой дисплей заняла стройная фигура рыжеволосой девушки в голубом топе и джинсах.

— Нет, ну вы только гляньте на картину! — с восхищением заговорил я. — Это же… Это само совершенство!

— Серёжа, блин, — зарделась Мишель. — Чего ты опять смущаешь? И что это у тебя? Эфирный смартфон? Ты где его взял?

— В отделе мехатроники, — честно признался я.

Её голубые глаза с подозрительностью прищурились.

— Что? — Я развёл свободной рукой. — Виталий Дмитриевич сам мне сказал его протестировать.

— Н-да? Ну тогда ладно, — заулыбалась девушка.

— Иди сюда.

Я притянул к себе Мишель и поцеловал её.

Сразу оговорюсь, это не было чем-то необычным между нами. Мишель для меня была самым главным, самым ценным человеком во всём мире. Она спасла мне жизнь (причём, не раз) и изменила её так круто, что теперь я вообще не представляю, как я раньше жил без этой замечательной девушки.

— И зачем ты это снимаешь? — смущённо спросила Мишель.

— Как это зачем? Для истории.

Она вновь мне улыбнулась, а затем мягко отстранилась:

— Ну, мне бежать надо. Там Лисси почти всё подготовила. Позвала меня ещё раз проверить. Сказала, что человеческий мозг иррационален, поэтому может заметить то, что пропустил её машинный. — Мишель засмеялась.

— Похоже на неё. Тогда не задерживаю. — Я отпустил свою девушку. — Сам тоже минут через пять-десять подойду.

— Хорошо, — кивнула она.

Мы расстались, и я пошёл дальше выполнять свой план знакомств.

Добрался до комнаты отдыха, попутно рассказывая вкратце о каждом отделе, мимо которых проходил. В комнате на диванчиках уже сидели некоторые знакомые мне личности. Я сам позвал сюда всех друзей перед тем, как начать тестировать смартфон.

Пока тут были только девушка и парень, но скоро должны подойти и остальные.

— Наташа, Вадим, добрый вечер, — заговорил я, снимая парочку. — Как ваши дела? Как настроение?

— Это… Телефон?! — Вадим подскочил с дивана. — А-ну, дай гляну!

— Э-э, попрошу без рук! Додо, цыц! Не хватай, он хрупкий!

— Чё-ёрт, ну блин… Дай хоть посмотрю, — взмолился он.

— Не дам. Сперва смотрит Наташа, потом ты.

Я обошёл возмущенного парня и плюхнулся на диван рядом с девушкой.

— Держи, — передал я ей смартфон со включённой записью.

Блондинка аккуратно, но быстро перехватила у меня гаджет. Я не по наслышке знал, насколько Наташа увлечена всякой разнообразной техникой. Она просто обожала всё разбирать и собирать, изучая как оно устроено.

— И всё-таки он заработал… — медленно проговорила девушка, разглядывая карими глазами дисплей, а затем улыбнулась.

— Конечно заработал. Ведь это ты помогала с его сборкой.

Она цокнула языком и с улыбкой взглянула на меня.

— Как, кстати, твои дела? — решил заодно узнать я.

— Хорошо. Правда хорошо. Благодаря Лисси меня поставили на ноги. Иногда ещё донимают головные боли, но, в целом, всё нормально.

— Так, всё, теперь смотрю я! — Вадим уселся с другой стороны от Наташи.

Он приобнял свою девушку и забрал у неё смартфон.

— Потом отдашь Виталию Дмитриевичу, понял? — наказал я.

— Как скажешь, босс! — отчеканил тот.

Тем временем к нам из коридора вышла ещё одна парочка. Тигран и Аня.

— Снимай, снимай их! — быстро приказал я Вадиму. — Это же самые известные на весь Рекриптум вояки, набившие в финальном раунде больше всего фрагов!

— Да, это мы, — сказала Аня и, подобно модели, провела рукой по своим длинным волосам.

А затем подошла ближе и села на соседний диван, сложив друг на друга свои элегантные ножки.

— И что у нас тут за вечеринка? — полюбопытствовала она.

— Мне вот тоже интересно, — поддержал вопрос Тигран.

Он был весь чумазый, в рабочей одежде и с грязной тряпкой в руках.

— Опять в ангаре копаешься? — вместо ответа произнёс я, прищурив один глаз.

— А то! — воодушевился великан. — Мы с ребятами уже двенадцатую тачку пересобираем.

— И как, работают?

— Ещё спрашиваешь! У нас всё работает! Эфирные движки — это просто нечто. Таких лошадок я ещё не видал. А повидал я их в жизни очень много, уж поверь мне.

— О да, охотно верю, — посмеялся я.

— Ну так и? — вернулась к своему вопросу Аня. Она не любила, когда её игнорировали.

— Сейчас, пять сек, Лису дождёмся, — затягивал я интригу.

— О, и рыжая тоже тут? — удивился Тигран.

— Ага, сегодня утром прилетела вместе со своим женихом, — ответил я.

— Шика-арно, — он ещё раз вытер об тряпку руки и присел рядом с Аней.

— Какую-такую лису вы тут ждёте? — вынырнула из-за угла черноволосая девушка.

За всё это время она успела отрастить себе волосы до плеч.

— Вот примерно такую, — перенаправил я камеру смартфона в руках Вадима на неё. — Где там твой жених? У нас общий сбор.

— Да вон он идёт, — обернулась Исоми (такое вот необычное имя у неё было). — Эй, Ваня давай быстрее, — махнула она ему рукой.

Добродушный Тигран не смог сдержаться и подскочил с дивана:

— Лиса! Давно не виделись! Как жизнь молодая, предзамужняя?

Он направился к ней с распростёртыми объятиями, однако девушка лишь отпрянула назад от вида грязного великана.

— Нормально, не трогай, — с хитрой улыбкой проговорила Исоми. Она тоже была рада видеть и его и всех нас.

Тем временем её жених, Ваня, вынырнул из-за угла, обнял свою невесту сзади, и тоже поздоровался:

— Привет, ребят.

Тигран недовольно нахмурился.

Я решил не затягивать с задушевными беседами и наконец-то перешёл к главной теме:

— Так, ладно, я рад, что все мы здесь сегодня собрались, потому как у меня для вас есть одна новость.

Все сразу успокоились и расселись по диванам.

— В общем, тут такое дело… Вадим, можешь уже не снимать. Дальше пойдёт некоторая не совсем общественная информация.

— Да, да, конечно. — Он вырубил камеру.

— Так вот… — Я набрал воздуха и начал подбирать слова. — В общем, это касается Лисси. Она всех нас спасла от смерти, как вы помните. Хотя, Исоми с Ваней тоже сыграли в этом главные роли. Только благодаря им мы сейчас здесь сидим и разговариваем.

— Ой, да ладно, ничего такого мы… — начала было оправдываться Исоми, но я её перебил:

— Лиса, просто спасибо вам. Вы правда всех спасли. Не только нас, но и миллионы людей на всей планете.

Девушка скромно потупила взгляд, но спорить дальше не стала.

— В общем, да. А теперь вернёмся к Лисси, — продолжил я. — Вы знаете её как обычный искусственный интеллект, однако не всё так просто. Этот ИИ создали не на Земле. Да-да, я тоже был немного в шоке на этом моменте. Так вот, теперь Лисси хочет вернуться в свой мир и найти там её создателей — Иллариона и Аэлику. Но она не может это сделать одна, потому что… Ох, как же она там объясняла… Короче, ей нужен какой-то… скажем так, информационный стек — область, где она могла бы существовать. Это либо реальный электронный процессор, которого у нас уже не может быть, либо эфирный кристалл с вычислительной составляющей, то есть, с человеческим сознанием. Лисси определила, что для переноса ей потребуется четыре таких сознания. Артёма и Арину она берёт в любом случае из-за их связи с Аэликой, а мы с Мишель поедем прицепом. Весь перенос не должен отличаться от того способа, которым мы входили в мир Рекриптума, однако тут всё будет гораздо серьёзнее. Я не знаю, что с нами там будет и когда мы вернёмся, поэтому и собрал вас всех.

Тут воздух у меня кончился, отчего воцарилась тишина.

— Ну-ка стой, — подскочила на ноги встревоженная Аня. — Уж не хочешь ли ты сказать, что ты собрался прощаться?

— Ну… Да. Что-то типа того, — не стал увиливать я.

— Обойдешься! Мы пойдём с тобой!

— Нет, не пойдёте. — Я покачал головой. — Говорю же, нужны только четверо. И у нас всего четыре настроенные капсулы. Настройка — вещь крайне тонкая, Лисси работала над ней всё прошедшее время.

— Но… Но… — заикнулась Аня.

Снова воцарилась неловкая и тяжёлая тишина. Все смотрели на меня удивлёнными глазами. Они явно не ожидали от меня такой новости.

— Я всё понимаю, ребят, — снова заговорил я. — Я знаю, что всегда могу на вас рассчитывать. Знаю, что вы всегда готовы помочь. Но в этот раз мы отправимся таким составом. Других вариантов нет. Вы уж извините, но правда, по другому никак.

— Прям совсем никак? — подала голос Наташа. — Может быть, я могла бы помочь в настройке…

— Нет, Наташ. — Я покачал головой.

— Так это, давай лучше я с тобой пойду? — выдвинул свою кандидатуру Тигран. — Нечего нашу Мишульку опасности подвергать.

— Тогда меня Аня самолично прибьёт, если я тебя заберу, — попытался отшутиться я, но вышло как-то не очень. — Да и Мишель меня не отпустит без неё, вы же знаете.

Вновь повисла тишина.

— Мы будем скучать, — тихо сказала Исоми.

Вдруг сидящая рядом Наташа развернулась и мягко по-дружески меня обняла. Сразу после этого на меня накинулась и Сеньорита… то есть, Аня. А потом подтянулись и остальные. Хоть не задушили, и то радует…

Когда мы всей этой гурьбой пришли в специально обозначенную лабораторию, Мишель долго с непониманием глядела на нас, а затем усмехнулась и покачала головой.

В центре комнаты стояли четыре модифицированные капсулы. Вокруг них крутились несколько техников, среди которых был и мой отец. Также тут были и Артём с Ариной. Мама вместе с тётей и дядей Мишель находились чуть поодаль и наблюдали за всеми приготовлениями. Мишель что-то проверяла в терминале и изредка переговаривалась с Лисси. Я же отправился поболтать с родителями.

Мама, вроде бы, уже отошла от первоначального шока, когда я рассказал ей о нашей задумке, и теперь выглядела вполне нормально. А может, это Светлана Александровна — тётя Мишель — убедила её в безопасности всего мероприятия.

Мы пообщались, пообнимались.

Когда все приготовления были закончены, к обниманиям присоединился и отец.

Что ж, вот и всё, пора отправляться.

Я кивнул Мишель, она кивнула в ответ. Мы подошли к капсулам.

Мандраж, всё же, присутствует… Но ничего, пройдёт.

— Лисси? — спросил я, оглядев Арину с Артёмом, которые уже успели залезть в свои капсулы.

— Чего-сь? — ответил искусственный интеллект.

— Мы готовы, что насчёт тебя?

— Я… Хм, знаете, я чувствую предвкушение. И нетерпение. Хочу побыстрее вернуться на Седну и удивить своего папу.

— Тогда давайте отправляться, — полез я в капсулу.

— Стойте, подождите, — отвлёк меня тихий женский голосок.

В дверях стояла запыхавшаяся девочка.

— Вира? — удивился я. — А где…

— Да тут я, — выскочила из-за её спины взрослая женщина по имени Изабель. — Эта засранка сбежала от меня.

Директор LiveDream — дядя Мишель — недовольно нахмурился, но ругать их не стал.

Вира подбежала ко мне и обняла. А затем обняла и Мишель.

— Удачи вам там, — пожелала девочка.

Мы поблагодарили её в ответ.

Капсула эта, кстати, помягче стандартной будет. Прямо-таки комфорт.

Я взглянул на Мишель — она тоже устраивалась поудобнее. Перед нами собралась целая толпа из друзей и родных. Все провожали, все волновались. Прям мурашки по коже.

Мишель протянула мне руку, и я взял её в свою.

— Ну всё, ребятишки, — заговорила Лисси. — Поехали уже, я заждалась.

— Поехали, поехали, — усмехнулся я, полностью утрамбовавшись в капсулу.

Крышка закрылась. Я ещё раз оглядел родителей и друзей, глубоко вдохнул-выдохнул и закрыл глаза.

Раздался приглушённый голос Лисси:

— Запускаю через три… Две… Одну… Сейчас!

Резким ударом меня выбило в космос. А точнее, в пустое бескрайнее пространство.

— Так-так, всё хорошо, — продолжала вещать Лисси. — Сейчас я вас поймаю и…

Вокруг всё закрутилось, перемешалось. Появились белые точки, переходящие в линии и закручивающиеся по спирали.

— Лисси… Можно сбавить обороты? У меня голова сейчас закружиться… — взмолился я.

— Да-да, конечно, секундочку.

Линии успокоились. Теперь они превратились в просто звёзды, проносящиеся мимо меня на каких-то невероятных скоростях.

Вдруг рядом словно из-под воды всплыла Мишель.

— О, привет, — заулыбалась она. — Как тебе поездочка?

— Более-менее, — покрутил я пальцами.

Следом показались и Артём с Ариной. Они тоже были воодушевлены и с интересом разглядывали всё вокруг.

Вместе с ними мы понеслись сквозь пространство далеко-далеко к нашей цели.

— А это… Я так и не понял, наши тела на той стороне уже готовы? — спросил я у Лисси.

— Да, конечно. Я отправила запрос, андроиды уже должны быть готовы.

— Ну, ладно тогда, — хмыкнул я.

Мимо пролетали звёзды, планеты, замёрзшие куски льда… Мы неслись всё вперёд и вперёд. Мишель жадно разглядывала вокруг себя всё и делилась своими мыслями по поводу увиденного. Лисси, как самый настоящий гид, время от времени выдавала краткую информацию о том, что нас окружало и где примерно мы находимся. Перечисляла созвездия или какие-либо звёздные скопления.

Честно скажу, это было очень красиво и необычно. Даже не знаю, как долго мы летели, но это совершенно не наскучивало.

Как вдруг что-то поменялось. Меня начало странно трясти. Изменилась в лице и Лисси.

Среди звезд начали появляться красные линии, и они здесь были чем-то иным, чем-то инородным.

— Нас заметили, — быстро проговорила Лисси. — Этого я не предвидела. Держитесь, попробую сменить канал.

Тряхануло так, что из меня весь дух выбило. Мишель и Лисси куда-то пропали. Арина странно прищурилась, а затем тоже исчезла. Мы с Артёмом переглянулись, но потом яркая вспышка разделила и нас.

Красных закручивающихся линий стало ещё больше. Я попытался что-то спросить у Лисси, но понял, что не могу этого сделать.

Вдруг впереди появилась красная стена. Не имея возможности управлять своим полётом, я успел лишь сгруппироваться и на всей скорости врезался в неё. По телу прошлась жгучая волна нестерпимой боли. Я бы вскрикнул, если бы мог, но мой рот словно заклеили.

Внезапно вспыхнула ещё стена. Удар. И ещё стена. Снова удар.

Я уже плохо соображал. Перед глазами всё крутилось и мешалось. Тело изнывало от боли.

Ещё стена. Я зажался как смог и снова врезался в препятствие. Только в этот раз что-то изменилось. Вспыхнуло что-то яркое и белое, ослепив меня, а затем пришла такая боль, что всё до этого показалось мне лёгкой прогулкой.

Я взвыл так, что мой голос вернулся ко мне.

— Тише, господин, спокойно, всё хорошо, — заговорил кто-то. — Вы живы, всё в порядке.

Передо мной замаячила расплывчатая фигура.

— Успокоительное, быстрее!

Боль притупилась. По телу прошлась волна облегчения.

Как вдруг я осознал, что чувствую лишь свою левую половину тела. Правая будто и вовсе отсутствовала.

Картинка передо мной обрела чёткость. Я смог разглядеть мужчину с окуляром-протезом вместо глаза. Это он говорил со мной только что.

— Ормон, вы меня слышите? — повторил мужчина на каком-то странном языке. Ещё более странным было то, что я понимал этот язык. — Ормон?

Я попробовал двигать челюстью, но ощущал лишь её левую часть, поэтому не смог что-либо ответить.

— Что с ним?! — словно клинок разрубил воздух пронзительный женский возглас.

— Я не знаю, госпожа, — ответил мужчина. — Я сделал всё, что мог, но Ормон слабо реагирует на внешние раздражители.

— Мне всё равно, что ты там сделал! Мне нужен результат! Выдерни его из Тени!

— Слушаюсь, госпожа… — тяжело вздохнул тот.

Окружение снова поплыло, и я в одно мгновение провалился куда-то вглубь себя.

Глава 2. Новые родственники

Запуск чипа контроля…

Выполнено.

Запуск центрального процессора…

Выполнено.

Запуск внутренних процессов…

Выполнено.

Запуск оболочки…

Выполнено.

Запуск основных систем…

Выполнено.

Запуск вспомогательных систем…

Я открыл глаз. Правый.

Нет, не так. Открыл его не я. Он открылся сам.

Странный момент.

Перед моим взором забегали строчки кода. Сквозь них просматривался потолок комнаты. Он был разрисован ломанными линиями, которые слабо светились и тем самым освещали всё помещение.

— Эй, Сергей, подъём, — раздался в моей голове голос.

Но я никак не мог ему ответить. Я просто смотрел в потолок.

— Эй, соня, вставай говорю. Алло! Просыпайся!

Но я по-прежнему лежал полнейшим овощем.

— Ой, прости. Я совсем забыла… Мой косяк, ладно, признаю.

Запуск био-технической синхронизации…

Выполнено.

И тут на меня накатило…

Чувства, ощущения, нестерпимая боль, адское жжение… Всё это скрутилось, перевернулось, и снова вывернулась наизнанку.

Кажется, я заорал.

— Да тише ты! Сейчас я… Секундочку… Всё, всё! Готово.

Стало полегче, как от успокоительного в предыдущий раз. Я опустился обратно на кровать, тяжело дыша.

— Лисси, где мы? — натужно прохрипел я.

— Я… Не знаю. Правда, не знаю.

— Что произошло? Где Мишель? С ней всё в порядке?

— Слушай, я… Я пыталась что-то сделать, но… Когда мы вошли в эфиральскую сеть, нас тут же попытались остановить местные брандмауэры. Канал Мишель я, кажется, успела закрыть. Сейчас она должна была в целости и сохранности вернуться на Землю. А вот с тобой и остальными… Наверное, я не успела. Мы сейчас где-то на эфиральской территории, но где именно — я не знаю. Для получения дополнительных данных, нужно подключиться к местной сети.

— Чёрт… — тяжело выдохнул я. — Но с Мишель точно всё в порядке?

— Точно. Я уверена. На девяносто два процента уверена.

— На девяносто два? — перешёл я на мысленное общение, потому как так было проще. — Не то, чтобы я тебе не доверял, Лисси, но это как-то маловато, тебе не кажется?

— Я сделала всё, что смогла…

— Ладно, прости. Спасибо тебе за это. А Арина с Артёмом, значит, тоже где-то тут?

— Этого я не знаю. Я выделила фоновые процессы для них, но потом меня что-то… Даже не знаю, как выразиться… Меня что-то словно разрезало на несколько частей. Я потеряла множество кусочков себя, так что я не знаю, что стало с Артёмом и Ариной.

— Вот как, значит… Получается, и ты пострадала от всего этого.

Внезапно проём в правой стене отъехал в сторону, и в комнату вбежала девушка. Она несомненно была человеком, только вот слегка странной внешности. Цвет её длинных волос был бордовым, а глаза ярко-оранжевыми. Причём они были настолько яркими, что буквально светились, как у кошки в темноте. Если волосы и можно покрасить, то найти вот такие линзы… Ну, не знаю. В остальном же, это была обыкновенная симпатичная девушка лет шестнадцати-восемнадцати. Одета в платье из необычного эластичного материала. А ещё к её виску был прикреплён какой-то маленький прибор, напоминающий двухрублёвую монету. Он слабо пульсировал оранжевым цветом по контуру.

— Ормон? Ты очнулся? Я слышала, как ты кричал. — Она подбежала ко мне.

И снова я удивился тому, что без особых проблем понимаю её замысловатую речь. Ведь вне всяких сомнений она говорила на незнакомом мне языке.

— Очнулся, кажется… — легко подстроился я под новое произношение.

Только вот мой голос был не совсем моим. Я только сейчас это понял. Он был… каким-то странным, непривычным и от того пугающим.

— Как это хорошо! Очень хорошо! — заулыбалась девица. — Я так рада! Ты что-нибудь хочешь? Покушать? Попить?

— Нет, спасибо, — качнул я головой.

— Ладно, как скажешь.

Она медленно провела грустным взглядом по моему телу и тихо спросила:

— Тебе больно?

— Ну да, неприятно, — поморщился я.

Хотя, если честно, я ещё сам не до конца понимал, что со мной не так.

— Это ужасно… Просто ужасно… — девушка присела рядом с моей кроватью на круглый стульчик. — Даже не представляю, что ты пережил…

— А что со мной случилось?

— Ты даже не помнишь? — удивилась она.

— У меня в голове всё как в тумане, — признался я. — Вообще мало что помню.

Внезапно на глаза у девушки навернулись слёзы, и она горько заплакала. Меня несколько озадачила такая её реакция.

— Тебя… Тебя… — всхлипывая, начала говорить незнакомка. — Тебя пытались убить!

Вот те раз. Не успел прилететь в этот мир, а уже чуть не убили.

К этому моменту боль практически полностью ушла, так что я попытался приподняться. По-прежнему я ощущал лишь свою левую половину тела, а правая…

Ух ты ж, японская магистраль… Я что, киборг?

— И что в этом удивительного? Ну да, правая половина у тебя полностью механизированная, — обрадовала меня Лисси. — И сейчас ею управляю я, но… Так-так, сейчас найду нужную настройку… Вот, всё, передала контроль тебе.

В позвоночнике что-то больно щёлкнуло. Я поморщился и вот теперь полностью почувствовал всего себя. Нет, конечно, в правой части ощущения было сильно притуплены, но я смог подвигать и рукой и ногой.

— Более половины органов, включая правое полушарие мозга у тебя заменены на механические и синтетические аналоги, — добавила Лисси. — Без них ты бы не выжил.

— Прикольно, — подумал я, сжимая и разжимая металлические пальцы. — Прям как в Рекриптуме.

— Не совсем, — поморщилась внутри меня девочка.

— А модернизировать себя я смогу?

— В целом, сможешь. Но опять же повторюсь, тут тебе уже не игра.

— Да я помню, помню.

Тем временем, сидящая передо мной девушка немного успокоилась и вытерла слёзы ладонями. Я решил разузнать у неё максимум возможной информации, а потому спросил:

— И за что меня хотели убить? Кто желает моей смерти?

— Ох, если бы я знала, — тяжело вздохнула она. — Мы думали, ты нам расскажешь, когда очнёшься.

— Понятно… — хмыкнул я. — А можешь тогда… Кхм, вкратце обрисовать ситуацию, кто ты такая, и где мы сейчас находимся?

Девушка уставилась на меня с таким удивлением, что я почувствовал себя полным идиотом.

— Ты… Ты вообще ничего не помнишь? — дрожащим голосом спросила она.

— Ну… Да. Что-то вроде того, — покачал я головой.

Незнакомка вздрогнула, поднялась со стула, попятилась назад, а затем резко развернулась и выбежала из комнаты через раскрывшуюся стену.

— Вот и поговорили, — вздохнул я.

— Глупо было спрашивать вот так в лоб, — проворчала Лисси. — Надо было как-то… Аккуратнее зайти.

— Надо было, — не стал спорить я. — И что делаем теперь?

— Ждём, что же ещё. Сейчас эта дурочка подмогу приведёт.

— Подмогу? — не понял я.

— Ага, подмогу…

Лисси оказалась права. Не прошло и минуты как стена снова раскрылась. На пороге стояла уже троица жаждущих меня увидеть. Среди них была и оранжевоглазая девушка.

Первой ко мне подбежала женщина в таком же как у девушки странном платье из неизвестного материала. И глаза у неё тоже… Светились и были ярко-красными. И прибор на виске тоже имелся.

— Ормон, дорогой, как ты себя чувствуешь? — почти что воскликнула она тонким, не сказать что приятным голосом.

Я слегка отстранился, потому как она потянулась ко мне руками.

— Нормально. Нормально я себя чувствую.

С другой стороны меня обошёл мужчина. Его я уже видел, когда очнулся первый раз. Только теперь оба его глаза были нормальными, но на щеке виднелась некоторая неестественная впалость, которую раньше я не заметил. Мужчина был уже в возрасте, хотя выглядел довольно крепким.

Он поднял перед собой механическую руку и что-то быстро ввёл на своём предплечье, а затем этой же рукой будто меня просканировал.

— Всё хорошо. Жизненные показатели в норме, — оповестил он.

— Ох, Ормон, я так боялась! — сокрушалась с другой стороны неугомонная женщина.

— Господин, мне передали, что вы потеряли память? — ровным тоном спросил киборг.

— Да, — признался я. — В голове всё как в тумане.

— Любопытно, но ожидаемо, — он снова начал водить пальцами по предплечью, вбивая какие-то команды. — Ожидаемо, потому что от вашего органического мозга осталось лишь сорок два процента. И потеря памяти в данном случае — не самый худший побочный эффект. Можно сказать, вам повезло, раз вы можете свободно мыслить.

— Повезло? Повезло?! — ни с того ни с сего рассвирепела женщина. — Теперь он такой же как вы! Теперь он киборг! И вы говорите, что ему повезло?!

— Иначе я бы не спас ему жизнь, госпожа, — всё тем же ровным тоном проговорил мужчина.

— Мама, успокойся, — подала голос девушка из-за её спины. — Ведь главное, что Ормон жив, ведь так?

— Да… Да… Всё верно, моя звёздочка, — пустила слезу женщина.

— Ормон, а ты уже можешь ходить? — спросила девушка, выглянув из-за матери.

— Думаю, что да, — покряхтел я, пытаясь подняться. — Сейчас попробую.

— Я бы посоветовал сильно не напрягать контакты, — сказал мужчина. — Это может вызвать болезненные ощущения.

— Да не боись, я уже всё откалибровала, — произнесла внутри меня Лисси. — Мы с тобой идеально синхронизированы.

— А этот доктор знает о тебе? — вдруг пришла ко мне мысль.

— Гасурит упаси, нет конечно! Да и не надо ему это знать. Вообще никому не надо знать, что я тут, ты понял? У меня, как бы это сказать… Некоторые тёрки в этом мире и с псианами и с эфиралами. Так что кроме папы я тут никому не откроюсь.

— Ясно, понял. Пускай это будет нашим с тобой секретом.

Я принял сидячее положение. Немного поболтал в воздухе ногами. Размял правую лодыжку (при этом она забавно так зажужжала). Никакого дискомфорта не почувствовал. Тогда поднапрягся и спрыгнул с кровати на пол.

Меня завалило на правую сторону, но на ногах я удержался, хоть и было всё очень непривычно.

Всё это время в комнате царила тишина. Все присутствующие с особой внимательностью следили за каждым моим действием. Киборг продолжал делать какие-то пометки на предплечевом интерфейсе.

Кстати говоря, одет я был в лёгкую, практически невесомую рубашку серого цвета и такие же то ли штаны, то ли шорты. Они были обрезаны чуть ниже колена.

Размяв плечи, руки и тазобедренную область, я быстро приноровился к своей механической половине.

Девушка даже в ладоши захлопала от радости.

— А можно мы с Ормоном погуляем? — спросила она у матери. — Я ему всё покажу, всё расскажу. Вдруг воспоминания начнут возвращаться?

— Можно, — разрешила женщина. — Но далеко не ходите. Ормон ещё слаб, ему нужно больше отдыхать.

— Хорошо! — воскликнул девушка и осторожно взяла меня под здоровую человеческую руку.

Мы покинули комнату через отъехавшую в стене каменную дверь. Хотя, она лишь на вид казалась каменной. Из какого именно материала было сделано всё здание — я не знал.

— Во мне остались лишь разрозненные кусочки былой себя, — сказала Лисси. — Но если верить той базе, что у меня сохранилась, этот материал — эмдраксис. Смесь уже знакомого тебе эмтерия — эфирного кристалла, используемого в ваших кубах памяти, и драгомиса — чрезвычайно твёрдого материала, схожего с вашим алмазом. Такой сплав псиане часто используют для создания своих жилищ.

— Псиане, значит? — хмыкнул я. — Получается, мы попали на псианскую планету?

— Похоже на то. По крайней мере, псиане тут точно главенствуют. Ты же сам видел каким тоном разговаривала та псианка с мужчиной-киборгом, что тебя лечил.

Я лишь покачал головой.

Тем временем мы с девушкой вышли в широкий просторный зал. Здесь повсюду стояли колонны, поддерживающие потолок, но они были не совсем теми колоннами, которые мы привыкли видеть. Это были словно столбы яркого света, внутри которых плавно летали и перемещались, как рыбы в аквариуме, маленькие камни из того же эмдраксиса. Это было очень необычно, я долго стоял и рассматривал такое явление.

— Чего застыл? — хихикнула девушка. — Так понравилась колонна?

Внезапно она взмахнула рукой и цвет колонны вмиг перекрасился из белого в оранжевый.

Девушка снова засмеялась, увидев мою реакцию.

— Это всё ребячество, — сказала она. — Ты тоже так можешь… — вдруг она запнулась на полуслове и погрустнела. — То есть, мог. Раньше. Ладно, не важно. Пойдём, ещё кое-что покажу.

Мы прошли к центру зала. Там колонны стояли в виде круга и окружали высокое развесистое дерево с мощными толстыми ветвями. Оно чем-то смахивало на многовековой древний дуб. Обычной листвы на нём не было, зато на его ветвях сидел целый рой непонятных светящихся насекомых с вытянутыми крыльями. Они не испугались и не улетели даже тогда, когда мы подошли к древу вплотную.

— Это место силы, — тихо сказала девушка. — Эфир тут настолько плотный, что привлекает барбелингов.

Она протянула руку, и несколько насекомых переползли ей на ладонь. Их крылья сразу же перекрасились в оранжевый.

— Попробуй и ты их приманить.

Я проделал, вроде бы, то же самое, что и она, но насекомые шарахнулись от моей руки в разные стороны и перелетели на соседние ветви.

Девушка грустно вздохнула, а потом вымученно улыбнулась:

— Ну, попробовать стоило. Тогда пойдём дальше, погуляем по саду.

Мы добрались до противоположной стороны зала и снова прошли через открывшийся проход в стене. Оказались в туннеле с несколькими ответвлениями. Меня повели в правое.

Вскоре мы вышли к саду. Деревья тут были довольно необычные: будто бы их свили из множества канатов. Кусты тоже удивляли своим разнообразием: одни похожи на большие грибы, другие на идеально ровные куриные яйца, а третьи так вообще имели форму бубликов. Среди листвы таких кустов я заметил висящие на ветках фрукты грушевидной формы, источающие сладкий запах и испускающие в окружающее пространство слабый быстро рассеивающийся туман. А ещё здесь повсюду виднелись цветы самых различных форм и размеров. Я даже растерялся, увидев одновременно так много всего необычного.

— Сергей, послушай меня, — вдруг заговорила Лисси. — Только веди себя естественно, пожалуйста. Поверти головой, сделай вид, что любуешься природой.

— Эм… Ладно.

— Молодец. В общем, тут такое дело… К нам кто-то удалённо подключился. Я не смогу его выкинуть или заблокировать, у меня не хватит вычислительной мощности. Поэтому я просто не свечусь, надеюсь он меня не заметит.

— Так, и что это значит для меня?

— А то, что сейчас он видит и слышит всё, что видишь и слышишь ты. Причём, это было даже не похоже на взлом. Скорее, к нам просто подключились по заранее оставленной дыре в системе. Мне это всё очень не нравится, но, как я уже сказала, пока я бессильна.

— Понял тебя, Лисси.

Когда мы прошли через арку в сам сад, по бокам я заметил двух стражников. Они были полностью экипированы в крепкую пластинчатую броню из неизвестного материала, скрывающую также их лица.

— Ормон, я… — вдруг виновато заговорила девушка. — Ты вот всё молчишь, а я даже и не знаю, что тебе рассказать. Не знаю, что ты помнишь, а что не помнишь.

Мы медленно шли по красиво выложенной каменной дорожке среди деревьев.

— Ты можешь рассказывать обо всём, что придёт тебе в голову. — Я улыбнулся. — Мне было бы интересно просто тебя послушать.

— Ой, ну… Тогда ладно, — смутилась она. — Фух, с чего бы начать… Так, хорошо. Тебя зовут Ормон. Я Амиталия, твоя сестра. Не родная, но всё же сестра, — подчеркнула она. — Та женщина, которую ты видел в оздоровительной комнате, это моя мать — Брезетта.

— А где моя мама? — поинтересовался я.

— Она… Ушла сражаться с эфиралами много циклов назад, — скупо пояснила Амиталия. — Большего я не знаю.

Я покачал головой в знак того, что понял.

— Во-от, — снова воодушевилась девушка. — Киборг, который тебя лечил, он наш слуга. Его зовут Аксус. Когда Тарор — это наша планета — отвоёвывали обратно, Аэлика не стала убивать некоторых эфиралов и освободила их. Аксус был в их числе.

— Аэлика? — зацепился я за знакомое имя.

Образно выражаясь, это мама Лисси, и сейчас она является нашей главной целью поисков.

— Ну, да. Она у нас вроде как герой. Очень сильная была псианка.

— Была? — обеспокоился я.

— Ага, — вздохнула девушка. — Её отправили во главе флота захватывать Седну, но… Их разбили. — Помолчав, она добавила: — Давно это было. Её считают погибшей.

Чёрт… Неужели мы опоздали?

— И насколько давно?

— Ох, ну ты и спросил… — задумалась двоюродная (или сводная) сестра. — Та-ак… Ну, больше десяти циклов точно.

Цикл, цикл… Сколько же это лет по нашему?

— Цикл Возгорания Трёх Лун равняется примерно восемнадцати земным месяцам, — подсказала Лисси.

То есть полтора года. Получается Аэлику считают погибшей уже пятнадцать лет?!

— Смотри! — вдруг радостно воскликнула девушка, указывая на цветок около дорожки. — Это тысячецветник. Обожаю их. У них лепестки меняют свой цвет в зависимости от настроения окружающих.

Амиталия присела на корточки рядом с ним и лепестки с её стороны окрасились в оранжевый. Когда же я подошёл ближе, лепестки с другой стороны стали чёрными.

— Ты боишься? Грустишь? — девушка снова поднялась на ноги и заглянула мне в глаза. — Не переживай, брат, я всегда буду с тобой. Тебе нечего бояться. Я смогу защитить тебя даже теперь, когда ты… Лишился своей псионической силы.

— Спасибо, — улыбнулся я, хотя мой страх был связан совершенно не с этим.

Что если мы действительно опоздали, и Аэлики с Илларионом уже нет в живых?

— Амиталия?

— Да? — удивлённо посмотрела на меня она.

— Ты что-то говорила про войну между вами и эфиралами. Она закончилась?

Неожиданно девушка опустила голову и сжала кулаки:

— Я… Я не могу тебе ответить на этот вопрос. Я не знаю.

— Но… Как так? — удивился я.

Амиталия отвела взгляд и ничего не ответила. А затем пригласила меня сесть на стоящую неподалёку лавочку, свитую из таких же лиан, что и окружающие нас деревья.

— Видишь ли… — с трудом заговорила сестра и посмотрела вверх.

Я тоже взглянул наверх, но увидел там лишь густые тучи.

— Тарор оккупировали уже давно, — продолжила говорить она. — Там, над нами, эфиральский флот. Они уничтожили все оборонные силы и космодромы. Мы заточены здесь, отрезаны от остального мира. Нас убивать не стали, потому что им нужен эфир, а эфир вырабатываем мы — живые люди. Теперь эта планета служит им фермой. Как, собственно, и множество других наших планет.

— Это ужасно, — тихо сказал я.

— В прошлом ты думал точно так же, — проговорила Амиталия и о чём-то задумалась. — Ормон, — вдруг она посмотрела мне прямо в глаза, — ты действительно ничего не помнишь?

— К сожалению, это так.

— Но ты постоянно о чём-то вспоминаешь, я же чувствую это, хоть и не могу почему-то прочитать твои мысли.

Тут я даже не нашёлся, что ответить.

— Скажи мне, пожалуйста, что ты нашёл в тех руинах? — потребовала девушка. — Я должна это знать.

— В каких руинах? Говорю же, я не…

— В тех, где тебя чуть не убили. Прошу тебя… Если ты узнал, как победить эфиралов, то я… Я… Позволь мне помочь тебе, брат. Я хочу сделать хоть что-то. Я устала смотреть, как гибнут наши люди. Ты можешь мне верить, я всегда была на твоей стороне.

— Да я бы с радостью, но я действительно ничего не помню, — попытался улыбнуться я.

— Обманываешь, — она опустила голову, а затем и вовсе отвернулась.

Некоторое время мы просто безмолвно сидели.

— Ладно, хорошо, — снова повернулась ко мне Амиталия. — Раз ты действительно ничего не помнишь, то могу я сама заглянуть в твой разум?

А вот этого бы мне не хотелось. Если она поймёт, что я вообще левый человек, а не её брат, это будет полным провалом всей операции.

Непроизвольно я отстранился.

— Понятно, — вздохнула девушка. — Значит всё-таки помнишь, но не доверяешь.

Я был бы и рад объяснить ей, что всё не так, как она думает, только вот… Не могу я сказать ей правду.

— Так и быть, — заговорила Амиталия. — Похоже, у меня нет другого выбора. Надеюсь, ты меня простишь.

Внезапно моё тело будто сковало чем-то невидимым. Девушка быстро потянулась ко мне и прикоснулась пальцами к вискам. Её глаза вспыхнули ещё ярче. Они были такими большими, что затмевали всё вокруг. Я не мог смотреть ни на что другое. Они словно поглощали меня, от них невозможно было спрятаться. Я всё глубже и глубже проваливался туда, откуда не было выхода…

Как вдруг оранжевые глаза передо мной начали затухать. Сознание вернулось ко мне, и я очнулся.

Первым, что я увидел, была корчащаяся от боли Амиталия. Она задыхалась, потому что моя правая механическая рука крепко держала её за горло. Девушка пыталась высвободится из захвата, но все её попытки были тщетны.

Я и понять-то ничего не успел, как между мной и Амиталией промелькнуло полупрозрачное лезвие, отрубив мне руку. Сестра отшатнулась назад и упала на землю. Моя рука продолжала сжимать ей горло.

— Госпожа! — крикнул кто-то позади меня.

А потом что-то острое и расплавленное влетело мне в голову, отчего я моментально отключился…

Глава 3. Новый город

Очнулся я в маленькой комнате два на два метра. Кроме меня здесь никого и ничего не было. Выход наружу преграждала полупрозрачная переливающаяся плёнка.

Поднявшись до положения сидя, я первым делом обратился внутрь себя:

— Лисси?

— Да, я тут. Предвосхищая твой следующий вопрос, сразу отвечаю: нет, это была не я. Твоей рукой управлял тот неизвестный, что перед этим к нам подключился. Но, по правде говоря, ещё чуть-чуть, и я бы сделала точно так же.

— Понятно… — вздохнул я. — Амиталия выжила, не знаешь?

— Не знаю. Меня вырубили сразу же за тобой.

— М-да уж. Что-нибудь ещё интересное успела узнать?

— Пока нет. Сейчас анализирую порт, через который к нам подключились. Дыру пока закрывать не буду, чтобы не спалиться, но зато подготовлюсь к следующему разу. Хотя, подготовиться, когда бессилен, будет крайне проблематично.

Какое-то время я просто сидел. Размышлял о своём и поглядывал на то, что осталось от моей механической руки.

Вот интересно, как там сейчас Мишель? Нормально ли вернулась? И как вообще восприняла, что вернулась одна? Поди уже всю тётушкину корпорацию на уши подняла в попытках снова отправиться вслед за мной. Но вряд ли у неё это получится без Лисси. Да это и хорошо даже. Пускай лучше сидит на Земле в безопасности, чем вот здесь, незнамо где на далёкой планете в окружении агрессивных псиан.

Вдруг меня оторвали от моих размышлений. В коридоре послышались приближающиеся шаги.

Вскоре перед моей камерой остановились двое стражников, похожих на тех, что охраняли сад. Они приказали мне подняться, а сами взмахом рук убрали разделяющую нас плёнку.

Меня под конвоем повели по каменным туннелям, стены которых были изрисованы ломанными линиями, источающими свет.

Пришли мы к маленькой комнате, забитой разной и непонятной для меня аппаратурой. По полу стелилось столько кабелей, что шагнуть было некуда. В центре помещения стояло металлическое кресло, куда меня и усадили.

Конвоирующие стражники удалились, на их место пришли другие псиане с каменными лицами, не выражающими никаких эмоций. Они надёжно пристегнули меня к креслу, надели мне на голову какой-то прибор, а к рукам и ногам подцепили провода.

Я уж было подумал, что меня казнить решили на электрическом стуле, но нет, у этих ребят были совсем иные, более дьявольские планы.

— Ну, Сергей, крепись, — проговорила Лисси. — Я немного в курсе про эту псианскую пытку и не скажу, что она будет приятной. Сейчас они попытаются достать из нашей базы данных информацию. Я заблокирую туда весь возможный доступ. По крайней мере, постараюсь… Надеюсь мне хватит на это сил. А тебе, Сергей, придётся потерпеть. Чувствительность к боли я тебе понизила, однако помочь как-то ещё не смогу.

— Да и на том спасибо.

Я поудобнее устроился на кресле, вцепился целой рукой в подлокотник и приготовился.

Сперва электричество (или что-то на него похожее) в меня начали подавать небольшое, это напоминало щекотку, я уж было расслабился. Но потом… Потом его выкрутили до максимума, и вот тогда всё стало совсем не смешно.

Тело затряслось, зубы сжались до боли, механическая рука начала нагреваться. Меня буквально резало и разрывало на части. Я заорал так громко, насколько хватило сил…

Не знаю, как долго это продолжалось, и даже не помню, когда вырубился, но очнулся я уже снова в своей крохотной камере.

Тело продолжало дрожать. Его сводило в судорогах. Шевелиться я не мог. Механическая часть также не ощущалась.

— Лисси? — проскрежетал я зубами.

Она не ответила.

Я попытался выгнуться и перевернуться, но не вышло.

Судорожно дыша, немного повернул плечо. Вроде руку стало тянуть не так сильно.

Разогнул ногу. Снова стало чуточку полегче.

После чего попытался расслабиться. Только вот ни хрена не получилось это сделать.

Не переставая мычать и тяжело дышать, я продолжил валяться, сгибая и разгибая конечности. А потом за мной опять пришли стражники.

Не дав мне даже отдышаться, они притащили меня в просторный круглый зал и швырнули точно в центр. Я рухнул лицом в пол. Благо нос у меня полностью металлический.

Кое-как выгнув шею, я посмотрел перед собой. Впереди возвышалась трибуна, на которой сидели несколько важных женщин, среди которых была и мать Амиталии. Брезетта, то бишь. Она всё время отводила взгляд, стараясь не смотреть на меня.

— Встань перед советом, не позорься, — надменным тоном проговорила старая женщина, сидящая посередине.

Она была одета во что-то типа смеси халата и военного обмундирования, её густые седые волосы покрывали плечи и спадали чуть ли не до пола.

— Если вам надобно чтобы я встал, так спуститесь сюда и поднимите меня, — своим чуть хрипловатым голосом произнёс я.

Старуха смерила меня недобрым взглядом:

— А дерзости тебе не занимать. Что ж, как знаешь.

Она хлопнула в ладоши. Суд надо мной начался.

Скажу сразу, это был самый странный суд из всех, что я видел. Все женщины на трибуне просто всегда молчали. Лишь вертели головами и кивали друг другу или делали всякие нелепые выражения лиц.

Я, конечно, понимал, что они общаются телепатически, потому как псиане, но всё равно это выглядело настолько забавным, что я невольно начал посмеиваться сквозь боль для того, чтобы хоть как-то заглушить её. Это привлекло внимание старухи.

Она устремила на меня свой взор и сверкнула глазами. Вопреки всем законам физики меня подняло в воздух и распяло на невидимом кресте. Но и этого злобной ведьме оказалось мало. Она продолжила растягивать меня во все стороны. К моей предыдущей боли добавилась ещё одна. Я снова взвыл. Что-то в моей механической части захрустело.

— Не нужно! Пожалуйста! — вступилась за меня Брезетта.

Этого оказалось достаточно. Хватка ослабла, и я вновь рухнул на пол безвольной куклой.

Старуха сперва посмотрела на женщину, а затем обвёла взглядом и всех остальных присутствующих. Наконец, она повернулась обратно к центру зала:

— Я выслушала достаточно и готова вынести своё решение. Любая попытка киборга нанести вред представителям нашего народа карается смертью. Однако в данном конкретном случае, принимая во внимание то, что этот… человек… ранее был уважаемым представителем одной из трёх главенствующих семей Тарора, я, Давасса рэн Обшолла фост Линнгол, в силу возложенных на меня обязанностей верховного арбитра Тарора, смягчаю наказание. Скажи мне, Ормон рэн Мариса фост Кэдэрсия, что ты предпочтёшь? Заточение сроком на два цикла или же изгнание из семьи Кэдэрсия?

Второй вариант она произнесла таким зловещим тоном, будто это было чем-то поистине ужасающим.

— Но так нельзя! — воскликнула Брезетта. — Он не виноват! Им управляли эфиралы!

— Согласно результатам внедрения в его механический мозг, никаких удалённых подключений не осуществлялось, следовательно он пытался убить Амиталию намеренно.

— Но этого не может быть! Он не мог…

— Ещё как мог. Вы сами прекрасно видели, как вызывающе он вёл себя в последнее время. Ему ещё крупно повезло, что Амиталия выжила, иначе моё решение было бы совершенно иным.

Вернув взгляд на меня, она продолжила ледяным тоном:

— Так какое наказание ты для себя избрал?

— Вопрос можно? — прокряхтел я.

— Задавай.

— Изгнание означает, что вы отпустите меня на свободу?

— Верно, — уже не так пафосно ответила та.

— Тогда выбираю изгнание.

— Но… Ты понимаешь, что в таком случае лишишься всего?

— Да пофиг, — буркнул я, занятый скорее разминанием левой руки, чем всем этим судом.

Кажется, ведьма не поняла такого выражения, отчего слегка растерялась. Она переглянулась с остальными женщинами.

— Кхм, кхм, — прочистила она горло, вновь взглянув на меня. — Тебе должно быть стыдно, Ормон, за такой выбор. Пожалел бы хоть свою мать, которая сейчас отважно борется за нашу свободу где-то в галактике. Я не буду изгонять тебя из семьи, но в Чертог Кэдэрсии ты больше никогда не попадёшь. Вышвырните этого наглеца в город.

На этом ведьма снова хлопнула в ладоши, обозначив окончание заседания.

Никто больше не проронил ни слова. А меня подхватили под руки и потащили уже совсем в другую сторону от моей камеры.

Мимо пронеслось несколько коридоров, и вот мы вышли на прямую тропинку, с обеих сторон которой в ряд стояли завитые деревья.

Она закончилась большой величественной аркой. Стражники выкинули моё тело через неё и довольные пошли обратно во дворец. Я пробороздил мордой по земле и замер в непристойной позе. Потом всё же смог перевернуться на спину и так и остался лежать, рассматривая плывущие над головой тучи.

Дворец, перед которым я валялся, напоминал россыпь гладко выточенных возвышающихся камней, сваленных в одну кучу. Здесь не было ни намёка на симметрию, один сплошной хаос. Тем не менее, всё это выглядело как одно цельное законченное произведение и было впечатляющим. Только вот восторгаться мне сейчас совершенно не хотелось.

— Вот и свобода… Наконец-то… — тяжело выдохнул я. — Что-то меня уже начинает бесить этот мир… Ладно, потерпим, и не такое проходили.

Сплюнув вбок кровь, я обратился внутрь себя:

— Лисси?

Ответа нет.

— Лисси, блин?

Ничего.

— Да включись ты уже, сколько можно…

Запуск чипа контроля…

Выполнено.

Запуск центрального процессора…

Выполнено.

Запуск внутренних процессов…

Выполнено.

Запуск оболочки…

Выполнено.

Запуск основных систем…

Выполнено.

Запуск вспомогательных систем…

— Опаньки, а это мы где?

— Надо же, и правда включилась, — хмыкнул я. — Чего так долго? Хотя неважно. У меня к тебе множество других вопросов.

— Так, секунду, секунду… Подгружу всё, что пропустила… Ага, теперь ясно. Ну, не особо много интересного. Всё, я загрузилась, можешь спрашивать.

— Во-первых, насколько мне помнится, ты говорила, что в твоём мире идёт война. Воюют люди-псиане и киборги-эфиралы.

— Агась.

— Так вот, эта планета, куда мы попали (причём попали совершенно не туда, куда планировали) оккупирована эфиралами, однако же на самой планете, насколько я успел убедиться, правят псиане. Не кажется ли тебе, что некоторые логические цепочки не сцепляются?

— Ну да, есть тут некоторые странности. Тарор, если верить моей старой навигационной системе, находится на окраине Чёрного сектора, на задворках галактики. Особой стратегической ценности не представляет. Маяков тут нет, добраться сюда проблематично как для псиан, так и для эфиралов. Возможно, этим и объясняются непонятности в расстановке сил на планете. Мне бы подключиться к сети и обновить свою систему… Да вот только боюсь я, что меня сразу же обнаружат программы-ищейки.

— И как тогда быть?

— Я думаю над этой проблемой.

— Слушай, я, конечно, всё понимаю, но что если… Что если Илларион… Твой отец… Что если мы опоздали?

— Я должна узнать наверняка, — тихо отозвалась Лисси.

— Ладно, — вздохнул я. — Я помогу тебе выяснить это. А потом ты вернёшь меня домой, хорошо? Боюсь, как бы там Мишель без меня дел не наворотила.

— Договорились. В любом случае, нам нужно прибыть на Седну. Лишь оттуда я смогу вернуть тебя на Землю, ведь это ближайшая к вам планета.

Итак, моя цель определилась.

К этому времени боль в теле прошла. Видимо, Лисси снова мне ввела обезболивающее.

С трудом поднявшись на ноги, я ещё раз оглядел псианский дворец, развернулся и зашагал прочь, вглубь не менее странного и непривычного города. Все здания здесь были либо круглые, либо овальные как башни. Улиц, как таковых, не наблюдалось, как и наземного транспорта, хотя пространство между зданиями было выложено каменной плиткой. Людей тоже не было.

Где все? Одни только прямоугольные коробки над зданиями летают и всё. Интересно, что это? Дроны-доставщики?

Ещё было непонятно, какое сейчас время суток. Солнце из-за туч невидно. Вроде бы не темно, но точно не день. Скорее раннее утро или поздний вечер.

Я прошёл между двух «шаров», осматриваясь по сторонам. Где-то вдалеке слышалась музыка. Впереди два овальных здания светились и переливались по своим контурам. Что-то похожее на неон, но это был не он. Вот такая вот игра слов.

На одном из зданий ярко горела вывеска из необычных символов. Я пригляделся и смог её прочитать. «Запитания» — как-то так это звучало.

— Лисси, откуда я знаю местный язык?

— Достоверного ответа у меня нет. Но ты в теле бывшего псианина. Возможно, часть его воспоминаний осталась в тебе. На подсознательном уровне.

— Кстати, да, следующий вопрос: почему я в живом теле? Ты же планировала запихать наши сознания в андроидов.

— На это… у меня тоже нет достоверного ответа. Я не знаю, как так получилось. Но так не должно было быть.

— Я смотрю, многое не должно было так быть. Ладно, разберёмся.

Хмыкнув, я побрёл изучать город дальше. Но не успел отойти от Запитании и на пятьдесят метров, как вдруг она издала звук «вжух». Я резко развернулся.

Как оказалось, это открылась дверь. Из здания вывалилось качающееся тело. Кажется, женское.

Молодая женщина остановилась, постояла на месте, глядя в одну точку, а затем медленно пошла в мою сторону.

Вид у неё был понурый. Тёмные недлинные волосы виляли из стороны в сторону в такт её покачиваниям. Лицо выражало усталость, тем не менее, женщина держалась на ногах вполне уверено, хоть и была сильно пьяна.

Внезапно она подняла на меня взгляд тёмно-серых глаз. В нём прочиталась явная угроза.

Крабиком я быстренько свалил с её пути. Юркнул между двух зданий, а после ушёл вбок, скрываясь за овальными башнями. Не сбавляя скорости зашагал дальше.

Преследовать меня она не стала. Тем не менее, что-то мне подсказывало, что это не последняя наша с ней встреча.

И будто бы… Я её знаю? Странное чувство. Может быть, прежний я её знал?

Ладно, не важно. Попробую спросить в следующий раз.

Спустя ещё несколько круглых зданий я вышел к просторной площади, с которой и доносилась слышимая ранее музыка. Открыто на всеобщее обозрение я выходить не стал, лишь осторожно выглянул из-за овального контейнера, набитого мусором.

На площади проходила вечеринка. Толпа народа под громкие инопланетные песни танцевала, болтала, смеялась и всячески развлекалась. Только вот ни одного киборга я здесь не заметил, что не предвещало ничего хорошего.

Лучше бы мне пока тут не светиться. Сперва нужно разобраться, что за хрень здесь вообще происходит между двумя расами, если можно их так назвать.

Расы… Как я понял из первого рассказа Лисси, сперва жили просто люди, самые обыкновенные. Потом они научились использовать окружающий их эфир — незримую энергию, обладающую поистине невероятной силой. Так и появились первые псиане.

Благодаря эфиру люди сделали огромный скачок во всех областях науки. Вывели медицину, технологии и военное дело на самый высший уровень. А потом они достигли таких высот, что смогли оцифровать человеческое сознание и загрузить его в машину, питающуюся эфирной энергией. Они обрели бессмертие. И всё было бы хорошо, но обычные людские жадность и гордыня это испортили. Перенесённые в синтетические оболочки люди, которых прозвали эфиралами, решили, что раз они теперь бессмертные, они могут править миром. И объявили оставшемуся человечеству войну.

Это была первая война. Она длилась очень долго и закончилась поражением эфиралов. Окончательно уничтожать все их информационные хранилища (где обитали оцифрованные сознания) люди не стали. Эфиралов выдворили в самый дальний сектор известного космоса и оставили там одних.

На какое-то время про эфиралов забыли. А затем они вернулись. Прилетели на огромных красивых космических кораблях и прилетели они с миром.

В своём уединении эфиралы совершили массу технологических открытий. Например, создали био-эфирные человеческие тела, состоящие из роя нанитов. Они были во всём аналогичны человеческим телам, только вот жизни в них не было. Как бы ни старались эфиралы, постичь эту тайну зарождения всего сущего у них не вышло. Они даже сотворили для этой задачи самодостаточный искусственный интеллект, но тот, после нескольких циклов обдумывания, решил уничтожить своих создателей. Пришлось эфиралам разделаться со своим детищем и впредь установить запрет на любое создание ИИ. Именно поэтому Лисси и не желает раскрывать своё существование.

Эфиралы устали от своего бессмертного одинокого жития, поэтому и вернулись к остальному человечеству. Они хотели лишь мирно развиваться и учиться у людей, способных управлять энергией мироздания. Однако за время их отсутствия мир изменился, он стал совершенно не таким, каким был прежде.

В человеческом обществе просматривалось разделение. Киборги не могли использовать псионику, так как импланты и аугментации основывались на работе от эфирной энергии, резкий избыток которой (в момент применения псионических сил) мгновенно выводил их из строя. Часто с летальным исходом для самого киборга.

Напряжение между двумя фракциями неуклонно нарастало, и в какой-то момент всё это вылилось в новую войну, в которой эфиралы выступили на стороне киборгов. Эта война так и длится до сих пор в данный момент в данной конкретной вселенной.

— Получается, если я киборг, то и искать мне нужно в первую очередь киборгов, верно?

— Ну, я бы не была настолько уверенной, но… Они, по крайней мере, не бросятся тебя сразу же убивать, — ответила Лисси.

— Тогда ищем эфиралов.

Снова спрятавшись за мусорный бак, я развернулся, посмотрел по сторонам, вздохнул и пошагал куда глаза глядят…

Глава 4. Новая цель

В тесной комнате за столом сидели трое: мужчина и две женщины.

— Оставлять его в живых было крайне нерационально, — хмуро заговорил мужчина.

— Я говорила сестре, но она меня и слушать не стала, — ответила женщина с яркими лиловыми глазами. — Однако, насколько мне известно, он потерял память.

— Слабый аргумент.

Женщина раскинула руками и закатила глаза:

— Делай с ним что хочешь, мне всё равно. Давасса изгнала его из Чертога, теперь он бродит где-то в городе.

Мужчина глубоко задумался, положил голову на руки и принялся ударять указательными пальцами по губам.

— Мы им займёмся, — наконец, решил он. — Дэйдара, найди его и притащи на сто тридцать пятый объект. Хочу с ним сперва побеседовать.

Вторая женщина с механическими жёлтыми глазами кивнула, и её голограмма растворилась. Исчез и мужчина.

Оставшаяся женщина ещё какое-то время посидела в одиночестве, раздумывая о чём-то своём, а затем встала и вышла из комнаты.

***

Пока я гулял по инопланетному городу, я задолбался удивляться. Ну серьёзно. Причём удивляло меня не столько вся эта странная и порой нелогичная архитектура, сколько местный образ жизни.

Вот, допустим, сейчас справа от меня одна толпа людей дерётся с другой толпой. Просто дружеские разборки, по всей видимости. Потому как их окружает ещё одна толпа, весело гогочущая и ухохатывающаяся над всем происходящим.

С другой стороны два мужика орут друг на друга благим непереводимым псианским матом. Уже больше пяти минут точно. Причём, я до сих пор так и не понял, в чём причина их конфликта.

Если вернуться чуть назад, то можно встретить ещё несколько уличных дискотек, наподобие самой первой.

Где-то впереди кто-то горланит заунывную песню, изредка перекрывая весь остальной шум. А ещё у каждого встречного к виску был прикреплён то ли прибор, то ли датчик, которые я уже видел у Амиталии и её матери.

Короче, чем глубже я забирался в город, тем всё веселее и оживлённее становилось в округе.

— Я не пойму, они тут всегда такие или сегодня праздник какой?

— Мм… Да нет. Нет сегодня никакого праздника, — ответила Лисси. — И не спрашивай меня, я сама ощущаю точно такое же смятение, как и ты. Обычно в моём мире такое происходило крайне редко. Всё-таки военное положение, да и планета тут оккупирована, как нам сообщили.

— Может, они того? От безысходности?

— Как вариант.

Побродив ещё какое-то время среди всего этого безудержного веселья, я вконец задолбался и проголодался. Нашёл ещё одно заведение с вывеской «Запитания», решил, что это типа бар, и пошёл туда.

Подошёл к двери, но сама она не открылась. Лисси подсказала, что тут сбоку есть специальные выемки. Взяв за них, я отодвинуть дверь в сторону. Технологический прогресс, все дела.

Внутри было не менее оживлённо, чем снаружи. Люди пили, хохотали, кололись какой-то дрянью и снова хохотали. Здесь царила своя атмосфера, и на меня по-прежнему никто не обращал никакого внимания.

По всему внутреннему залу стояли столики с выдвижными трансформирующимися стульями. Я внимательно проследил, как именно они выдвигаются, и повторил то же самое, заняв дальний столик.

Громко играла музыка. Бармена и обслуживающего персонала тут не было. Люди подходили к автоматам, установленным возле стен, выбирали себе блюдо или выпивку, забирали приготовленное и довольные уходили обратно.

— Лисси, нам нужны деньги.

— Не смотри на меня так, у меня их нет.

— А где есть?

— Хм… Вопрос, конечно, интересный. Вообще, у псиан в ходу псаны — это такие кусочки пси-кристалов, в которых заключён концентрированный эфир. Но, тут, насколько я успела заметить, все расплачиваются виртуальной валютой. Возможно, эфиральскими блокинами.

— Тогда, может быть, ты могла бы просто взломать тот автомат еды и выдать мне парочку бутербродов?

— Легко сказать. Сейчас мощности твоего мозга не хватит даже на взлом местного карандаша. А ты говоришь мне ауктор взломать.

— Эх, — грустно вздохнул я.

Кушать-то хочется. Где бы взять деньги?

И стащить не получится, раз валюта у них виртуальная.

Пока я думал и размышлял над своим бедственным положением, дверь в бар снова открылась, и в помещение зашла она. Та самая хмурая пьяная псианка, которая чуть не убила меня взглядом.

И снова она показалась мне знакомой, только вот… Излучала она какую-то очень зловещую ауру, которая отпугивала меня как Раптор комаров.

Однако, к моему счастью, я опять был ей совершенно безынтересен. Она искала очередную порцию выпивки, поэтому сразу же направилась к ближайшему ауктору, как его назвала Лисси.

Ох уж эта аура… Нет, пожалуй, расспрошу её обо всём в следующий раз.

Я быстро выбрался из-под стола и выскользнул из бара.

Сразу за дверью я чуть не налетел на ещё одну женщину, теперь уже явно эфиралку. Я уж было обрадовался, что наконец-то нашёл киборга, да вот только сказать ничего не успел. Она криво усмехнулась и со всей силы врезала мне кулаком…

Очнулся я в тёмном помещении с привязанными за спиной руками. Передо мной сидел какой-то парень-киборг с механической половиной тела. Он также был связан и… А, понял, это моё отражение.

Внешность у меня была откровенно отвратная. Зелёный подбитый глаз, разлохмаченные короткие волосы на одной половине черепа. Всё тело в ссадинах и кровоподтёках. Механическая же моя часть походила на обгоревшего терминатора. Второй глаз светился красной точкой. Нос помятый, челюсть с половиной стальных зубов. Горло перекрывали непонятные механические застёжки, отчего складывалось ощущение, что моя голова держится на плечах только благодаря им.

Я поморщился от неприятного зрелища.

Внезапно всё вокруг мигнуло, и комната расширилась, а вместо моего отражения появился мужик, также сидящий на стуле. Он задумчиво меня разглядывал и был, кажется, просто человеком. По крайней мере, внешних имплантов у него не наблюдалось.

— Ну здравствуй, Ормон, — заговорил незнакомец.

— А ты ещё кто? — устало вздохнул я.

— Так мы же знакомы. Или забыл? — Он с ухмылкой подался вперёд.

— Забыл.

У меня не было совершенно никакого желания продолжать жить чужой жизнью.

Мужчина замолчал, потому спросил уже я:

— Что вам от меня нужно?

— Нам нужна твоя память, — ответил он.

— Я извиняюсь, но её у меня нет. Я не смогу рассказать вам то, чего не помню.

— Жаль, — цокнул языком мужчина, а потом щёлкнул пальцами: — Кажется, ты действительно меня не помнишь.

Позади меня в такт щёлкнули наручники (или что-то типа того), и сковывающие ощущения исчезли.

— Ормон, Ормон, Ормон… — тяжело заговорил сидящий впереди незнакомец, покачивая головой. — Как долго мы с тобой к этому шли, и всё оно разлетелось прахом. Придётся теперь доделывать самому.

Он поднялся на ноги и отправился на выход из комнаты.

— То есть, я свободен? — на всякий случай уточнил я.

— Да, можешь проваливать, — ответил тот на ходу. — Всё равно сдохнешь в городе. Либо от голода, либо от шального пси-клинка.

Он вышел через аркообразный проём в стене и скрылся из вида.

— Постой, — крикнул я ему вслед, и шаги мужчины прекратились. — То есть, здесь мне сдохнуть не дадут, я правильно понял?

Из коридора донёсся смешок, но ответа не последовало. Звук удаляющихся шагов возобновился.

Волей-неволей, но я должен был пойти за ним. Сейчас мне пригодится любая информация и любые союзники.

Догнав своего пленителя, я прошёл рядом с ним несколько открытых маленьких комнат, а после мы свернули и вошли в зал со множеством аппаратуры и техники. Посреди стоял круглый стол, за котором сидела та женщина-киборг, что до этого меня вырубила. Она неторопливо что-то попивала из шестигранной кружки.

По всему её телу виднелись импланты. Глаза горели жёлтыми точками. Волосы короткие, тёмно-бардовые. Одета в лёгкую куртку на голое тело, кожаные штаны и тяжёлые ботинки, смахивающие на военные берцы.

— Садись. — Мужчина махнул рукой на свободный стул. — Обрисую ситуацию вкратце.

Ему на вид было лет двадцать пять. Держался гордо, говорил свободно. По всей видимости, он тут всем заправляет. Внешность не особо примечательная, но вызывающая. Однако мне был не понятно — псианин он, или же просто человек. Возникло это затруднение потому, что радужки его глаз не светились как у всех псиан, что мне до этого встречались. Но и имплантов было не видно. Неужто просто человек?

Я занял место за столом.

— Итак, — уселся передо мной мужчина, — меня зовут Адарминг. Эту милую леди — Дэйдара. Перед тем, как тебя почти убили, мы c тобой разгадывали одну очень интересную загадку. — Сделав театральную паузу, он продолжил: — Мы пытались разузнать, что же такого скрывают главенствующие псианские семьи в старом довоенном бункере глубоко под землёй. Может быть, портал с планеты… Или ещё чего интересного.

Псианские секреты теперь мало меня волновали, а вот портал… Хм, он бы мне пригодился, чтобы свалить отсюда.

— Дай угадаю, — заговорил я, — и вы отправили в этот бункер меня. После чего, от меня осталась половина.

— Ты сам захотел. — Адарминг развёл руками. — Подозревал свою тётку Брезетту в сговоре с эфиралами и вообще всякие гадости про неё постоянно твердил. Вот и решил сам во всём разобраться.

Дэйдара тихо усмехнулась.

— Ну и как, разобрался? — хмуро спросил я.

— Если бы я знал, то не спрашивал бы тебя о том же самом в начале нашей беседы, — довольно заулыбался Адарминг.

У меня складывалось устойчивое ощущение, что ему от меня что-то надо. Хоть он и знал, что я потерял память.

Я прищурился и принялся сверлить его взглядом.

Молчание затянулось. Адарминг сдался первым.

— Ладно, давай так, — подался он вперёд, оперевшись локтями на стол. — Ты сейчас совсем другой человек, поэтому я просто найму тебя на работу, идёт? Сделаешь для меня одно дельце, поднимешь чуток гэфов. На первое время тебе хватит, а дальше поглядим, вдруг войдёшь во вкус.

Хитрые огоньки в его глазах так и сверкали новогодними гирляндами.

Короче, как-то не особо внушала доверие его смазливая мордаха, но других вариантов заработать себе на хлеб у меня сейчас не было.

— И что за дело? — Я поднял взгляд.

— Отлично, — повёл бровями он. — Сейчас мне надо кое-что проверить. Пока отдыхай, набирайся сил. Вот тебе аванс, сходи подкрепись. Чуть позже я всё расскажу.

На моём интерфейсе механического глаза появилась надпись: «Вам перечислено 2 генерации эфира».

После чего Адарминг махнул мне рукой и удалился из комнаты.

Дэйдара тоже допила свой чай и отправилась на выход.

— Эй, погоди, а где… — заговорил я ей вслед.

— Там, — махнула она рукой влево, когда вышла в коридор.

Сама женщина отправилась направо.

Ладно, сам найду…

Я вышел в коридор и свернул влево. Прошёл метров десять и сразу очутился в широкой комнате. Тут практически ничего не было. Только полукруглые лавочки со столиками, расположенные по кругу комнаты, и ауктор, стоящий около стены.

Вот он, родимый. Надеюсь, там есть бутерброды.

Как оказалось, это был не только автомат по продаже еды, это был полноценный 3D-принтер. За генерации эфира, которые коротко здесь назывались гэфы, можно было приобрести и одежду, и аксессуары, и лекарства, и вещи первой необходимости, и импланты, и многое другое. Но сейчас меня интересовала лишь еда. Я выбрал по картинке более-менее приглядное блюдо за ноль целых тридцать две сотых гэфа и нажал «сформировать».

Блюдо оказалось фруктово-мясным салатом из незнакомых мне ингредиентов, но, в целом, было даже вкусным.

Быстро перекусив, я так и не нашёл куда выкинуть пластмассовую на первый взгляд тарелку. Оставил её на краю столика и отправился искать кого-нибудь живого, так как вопросы у меня ещё оставались.

Побродил немного по мрачным коридорам, осматривая пустые комнаты, но так никого и не нашёл. Даже Дэйдара куда-то исчезла.

Открыл одну выдвижную дверь. Пусто. Открыл другую выдвижную дверь. Пусто. Открыл третью — пусто.

Блин, куда все подевались? Или где, хотя бы, выход отсюда? Что за чёртов лабиринт?

Отрыл ещё одну дверь, и… Не пусто. На полу возле стены лежала связанная девушка. Лица не видно, лежит ко мне спиной.

Эм-м… Вот это было неожиданно.

Я открыл было рот, чтобы заговорить и проверить в сознании ли она, как вдруг рядом со мной на стену с хлопком опустилась рука. От такой внезапности я шарахнулся в сторону.

Рука принадлежала Адармингу, который каким-то образом оказался рядом со мной. Его приближения я точно не слышал.

Грёбаный ниндзя.

— А вот этого тебе видеть не положено, — хмуро сказал он, и выдвижная дверь закрылась обратно.

— Кто она? И почему…

— Не положено, — поставил точку тот.

Ясно-понятно. Режим «Проблемы индейцев шерифа не волнуют» активирован.

— Идём, — махнул мне Адарминг. — Объясню тебе твою задачу.

Меня повели по коридору обратно, откуда я так долго сюда пёрся. Завели в скрытую дверь, которую я раньше даже не заметил и усадили за стол. Ну, то есть сел я сам, конечно же.

Дэйдара была уже тут.

Как они так перемещаются все? Будто подгружаются, как не игровые персонажи в какой-нибудь онлайн игре.

— Нет. Они просто тихо ходят, — пробурчала Лисси.

— О, проснулась, наконец-то.

— Я в принципе не сплю.

— Так-так, что-то не понял, — нахмурился я. — Чего с настроением?

— Ничего. Слушай, сейчас тебе квест выдадут.

— Итак, — хлопнул руками по столу Адарминг. — Пока наш не сгинувший друг возрождался, — посмотрел он на меня, — я расследовал тайну псиан сам. Кое-где продвинулся, кое-где не очень. И вот со вторым мне потребуется твоя помощь. Мне нужно, чтобы ты доставил вот эту штучку в свой Чертог.

Подобно фокуснику он взмахнул рукой и раскрыл ладонь. На ней лежала красивая безделушка. Мой механический глаз опознал её как заколку для волос. Она была в форме листочка, а в её середине красовался драгоценный камень каплевидной формы.

— И что это? — на всякий случай уточнил я.

— Передатчик, — ответил Адарминг. — Записывает все разговоры, передаёт их мне. Чем больше информации я получу, тем сильнее приближусь к разгадке.

— В ней действительно встроен передатчик, — подтвердила Лисси.

— Ладно, хорошо, — кивнул я. — Только вот меня выгнали из Чертога. Как я туда попаду?

— Это уже твои проблемы, мальчик. Думай сам. У тебя там осталась двоюродная сестричка, используй её.

Я призадумался.

С одной стороны мне было не очень приятно вмешиваться во все эти шпионские игры, а с другой… Да какая мне разница? У меня теперь совершенно другая цель — добраться до Седны. Но сперва выжить, конечно же.

— И сколько заплатишь? — спросил я.

— Сотня гэфов. Ну, уже девяносто восемь, — с важным видом Адарминг навалился на спинку стула и искоса посмотрел на меня.

Хм, целая сотня? Если судить по цене еды это довольно много.

Взвесив всё, я уже хотел было согласиться, как вдруг заговорила Лисси:

— Сергей, я поняла, что в этом Адарминге не так. Он эфирал. Полноценный. Из третьего поколения, как мы их называем.

— Эфирал, значит, — внутренне удивился я.

— Да. Для твоего взгляда это незаметно, но я фиксирую гораздо больше всего, на что ты не обращаешь внимания. Хотя, он даже пассивное сканирование умудряется обманывать. Выдаёт сигнатуру, будто у него несколько заменённых внутренних органов. Но я тебе точно говорю, он — эфирал. Не знаю, к чему такая маскировка и что он задумал, но нам надо быть с ним осторожными и крайне аккуратными. Ему и секунды не потребуется, чтобы нас убить. Ну, это так, к сведению.

— Понял, Лисси, спасибо.

Ещё немного помедлив и делая вид, что размышляю, я наконец снова посмотрел в глаза эфиралу:

— Ладно, я сделаю как ты хочешь. Но мне нужно как можно больше информации о себе самом и об окружающем мире. Попробую сыграть на том, что память ко мне начала частично восстанавливаться.

— Вот это наш парень! — щёлкнул пальцами Адарминг. — Хорошо, так и быть, я предоставлю тебе подробную базу данных.

С этими словами он быстро удалился. Мы остались с Дэйдарой наедине.

— А ты здесь зачем? — спросил я, повернув голову в её сторону. — Его телохранитель?

— Нет, — резко ответила она, встала и тоже вышла из комнаты.

Нервная какая-то. Да и флаг ей в руки.

Я остался сидеть на месте и в конечном итоге дождался Адарминга. Он притащил с собой странную на вид шкатулку и поставил её передо мной.

— Вот, — кивнул эфирал, довольный собой.

— Что это? — посмотрел я на него исподлобья.

Мужчина что-то проворчал и сделал недовольное лицо. После чего он провёл по крышке рукой, и углы шкатулка вспыхнули голубоватым цветом. Над шкатулкой повисло голографическое изображение чего-то непонятного. Какого-то разноцветного облака, или что-то типа того.

— Красиво, — оглядел я это великолепие. — И всё-таки, что это?

Адарминг поднял бровь, наклонил голову, посмотрел на меня пару секунд, а затем резко выпрямился.

— Сам разберёшься, — махнул он и вышел из комнаты.

Нервный он какой-то.

И где тут гайды? Где техподдержка? Что за негостеприимный мир такой?

— Да задрал ты ныть! — кошкой прошипела Лисси. — Как девчонка, чесслово. Вот, смотри.

Моя обрубленная рука принялась самопроизвольно двигаться, раскидывая иллюзорное облако в разные стороны. Поняв принцип, я залез в облако и здоровой рукой, и начал доставать оттуда всякую разную информацию в виде видео- и аудиофайлов.

В первую очередь я пошёл изучать мир. К моему великому огорчению, инфы по нему было буквально две тучки с хвостиком. О том, как псиане обнаружили первые эфирные кристаллы. О том, как появились первые эфиралы. О том, как проходила первая война и началась вторая. В общем и целом, всё то, о чём мне и так уже рассказывала Лисси.

Хлябь. Ладно, хрен с ним. Что ещё тут есть интересного?

На Тароре главенствуют три семьи: Занабора, Линнгол и Кэдэрсия. У них тут матриархат, поэтому всем заправляют три главные матери этих семей. Здесь их именуют Примами. Эдакий триумвират. Власть наследуется по женской линии. Да и вообще, в целом, в псианском обществе царит монархия. Во главе, где-то там, на какой-то теперь уже неизвестной планете, сидит Королева и управляет всем и вся.

У эфиралов всё не так. У них во главе угла стоит совет, в который включены самые сильные и влиятельные эфиралы. Кроме того, у них практикуется строгая военная иерархия.

Итак, какое досье тут есть на меня? Так-так… Ага, вот оно.

Семья Кэдэрсия. Прима — Брезетта рэн Октара фост Кэдэрсия. У неё две сестры — Мариса и Фаула.

Теперь далее. Моя нынешняя мать — Мариса. У меня есть младшая сестра — Рутилика.

Хм, странно, что Амиталия про неё ничего не говорила. Неужто забыла? Вроде, она жива ещё, судя по этим данным. Ладно, не суть.

У Фаулы детей нет.

У Брезетты лишь одна дочь — Амиталия.

Тэкс, что ещё?

Чертог, то бишь обитель, семьи Кэдэрсия расположен на Тароре в городе Кэдрэс.

Получается, бродил я как раз по Кэдрэсу. Ну, после того, как меня вышвырнули из дворца.

Ладно, не будем о грустном. Лучше посмотрим профили. Их же можно раскрыть? Ага, можно. Прекрасно.

Брезетта. Была назначена Примой после Октары. Принимала участие в боях за Тарор. Хорошие лидерские качества. Сильный псионик. Муж Гарттрук ушёл на войну, погиб.

Это всё, конечно, здорово, но такие скупые официальные сведения мне мало чем помогут. Ну, ладно, хоть что-то.

Мариса. О ней сказано лишь то, что она добровольцем ушла на фронт вслед за своим мужем. Сведений о том, что погибла, нет.

Фаула. Принимала участие в боях за Тарор. Сильный псионик. До сих пор не замужем.

Про нас, детей, вообще ничего не сказано. Даже наших с Рутиликой фоток нет.

Классная база данных, ничего не скажешь. Как будто её специально потёрли злобные эфиральские хакеры.

— Про Иллариона с Аэликой тоже ничего нет, — опечалилась Лисси.

— Вот я и говорю: как-то всё это очень странно.

— И что будем делать?

— А у тебя есть мысли, где твои родители-создатели могут теоретически находиться?

— Нет у меня никаких мыслей, лишь один ориентир — Седна.

— А она далеко отсюда?

Лисси тяжело вздохнула:

— Далеко… Даже по маякам придётся прыгать долго.

— А маяки — это…

— Это специальные сооружения для сонастройки координат точки выхода из гиперпространства. С их помощью эфиральские корабли перемещаются между системами.

— Понятно. То есть, нужен корабль. Собственно говоря, пока цели не поменялись. Хотя тот эфирал что-то говорил про портал. Может, он действительно существует в тех загадочных руинах?

— Это известно лишь псианским семьям.

— Но в целом, я так понимаю, что портал — это не что-то сверхъестественное в вашем мире?

— Нет, конечно. Порталами, как и червоточинами, пользуются псиане. С помощью эфира они пробивают две точки пространства и перемещаются между ними.

— То есть им не нужны маяки?

— Нет. Но они могут перемещаться лишь туда, где были ранее.

— Как у вас тут всё интересно устроено. Короче, ладно, я понял: нам нужен либо корабль, либо портал.

И вот опять больше всего полезной информации мне выдаёт Лисси. И что бы я тут без неё делал…

Хорошо, ближайшая цель поставлена — каким-то образом доставить заколку в Чертог.

Что ж, за дело.

Глава 5. Тайны

Амиталия стояла возле окна в своей комнате и наблюдала за городом. Кэдрэс гудел: отовсюду доносилась музыка, слышались пьяные выкрики, мелькали голографические огни. Однако во взгляде Амиталии прочитывались лишь грусть и стыд за свой народ. Когда-то они были гордыми защитниками своей родины, а сейчас, после многих витков оккупации, на Тароре царит лишь чревоугодие, праздность, похоть, и моральное разложение.

Амиталия грустно вздохнула.

Вдруг дверь в её комнату раскрылась.

— А, это ты, мама, — вздрогнула девушка.

— Пришла тебя проведать, — тихо заговорила женщина. — Как твоё здоровье?

— Да всё нормально, — ответила Амиталия, коснувшись шеи, где ещё были видны следы от удушения. — Правда нормально.

— Это хорошо. Я рада, — кивнула Брезетта. — Отдыхай побольше и ни о чём не волнуйся.

Она покинула комнату, а Амиталия снова повернулась к окну.

Девушка простояла так довольно долго, разглядывая город и думая о чём-то своём, а потом её внимание привлекла знакомая фигура, появившаяся возле главных ворот.

— Ормон? — удивлённо выдохнула она.

После нескольких мгновений замешательства, Амиталия забралась на подоконник и без тени сомнения выпрыгнула из окна. Мягко сливитировала и опустилась на землю. Подошла к воротам.

— Ормон! Тебе запрещено тут находиться! Тиранумы могут заметить, и тогда…

— Да знаю я, но куда мне идти? — вздохнул тот.

Амиталия с жалостью посмотрела на брата, и её лицо изменилось.

— Прости меня за то, что сделала… — прошептала она.

— Да это ты меня прости, — вздохнул Ормон. — Рад, что ты выжила, и что с тобой всё в порядке.

— Но ведь… Это же не ты тогда… Меня…

— Нет, не я. Кто-то управлял моей рукой. Я бы никогда не причинил тебе вреда.

От нахлынувших эмоций девушка не сдержалась и заплакала.

— Я знала! Я говорила маме, но она…

— Ну, она пыталась защитить меня в суде.

— Да, пыталась… Но ничего не вышло.

— Может, оно и к лучшему? — пожал плечами Ормон. — Эфиралу не место рядом с псианами.

— Это не имеет никакого значения! Ты всё равно остаёшься моим братом!

— Рад это слышать, — улыбнулся он. — Только постарайся ко мне близко не подходить, а то мало ли… Я ещё не особо привык к своей механической половине. Если её взломали один раз, могут взломать и второй.

— Об этом… Не переживай. — Амиталия взмахнула рукой в воздухе и на мгновение вокруг Чертога проявился мерцающий купол.

Стена купола как раз разделяла говорящих.

— Ты всё равно не сможешь пройти сквозь защитный пси-барьер.

— О как. Спасибо тогда, что вовремя меня остановила, а то бы поджарился по незнанию.

— Так ты… Ничего не вспомнил?

— Почти ничего. Какие-то смутные несвязанные обрывки.

— Жаль… Я ведь почему хотела твои воспоминания посмотреть… Потому что… — вдруг она замерла, а потом резко зашептала: — Прячься, быстро!

Ормон прыгнул в ближайшие кусты, растущие вдоль стены, окружающей Чертог.

— Амиталия, дорогая, что ты делаешь на улице? — раздался голос Брезетты. — Разве я не говорила, что тебе нужно больше отдыхать?

— Я… Просто вышла подышать свежим воздухом, мама.

Женщина вздрогнула от налетевшего прохладного ветра и поёжилась.

— Заходи, а то замёрзнешь.

— Хорошо, мам, сейчас зайду.

— Ладно. А ты Рутилику не видела? Весь день где-то пропадает. Даже телепатически не откликается.

— Нет, не видела.

— Глябра. Где её крызалы носят… — проворчала женщина, и скрылась в недрах дворца.

Снова стало тихо.

— Ормон? — позвала Амиталия.

— Тут я, тут, — вылез из кустов тот.

— Ты, наверное, есть хочешь? Принести?

— Да как бы…

— Сейчас принесу.

Девушка взмыла в воздух и приземлилась на свой подоконник. Ненадолго скрылась из вида, а потом снова спрыгнула на землю, но теперь в её руках виднелись несколько фруктов.

— Это райкум, — передала она сквозь разделяющую стену угощение брату. — Он очень вкусный.

Ормону пришлось по душе такое лакомство. По крайней мере, уплетал он его за обе щёки.

— Сильно проголодался, да? — спросила Ами. — Но оно и понятно, гэфов-то у тебя нет. Ты же теперь киборг. Вот, держи немного, на первое время хватит.

Девушка перевела брату пятьдесят генераций эфира.

— Ого, спасибо большое, — удивился тот. — А как их зарабатывать?

— Ну… Тут у нас… Это необычная эфиральская система, — сбивчиво начала объяснять девушка. — Даже не знаю, с чего начать… Видишь ли, мы, живые существа, генерируем эфир. Чем сильнее испытываем эмоции, тем больше эфира. А эфир — это… Энергия, благодаря которой существует вообще всё в нашем мире. Он нужен эфиралам, и они его с нас собирают. Глябь, наверное, тебе ничего не понятно. Я знаю, что не умею объяснять.

— Ничего, ничего, продолжай.

— Ам-м… Ну, проще говоря, эфиралам нужен эфир, а мы его генерируем. Когда планету оккупировали, на неё спустили специальные устройства, которое могут распечатывать очень много всего: еду, одежду, и прочее. Для этого требуется особая валюта — генерации эфира или просто гэфы. Их можно заработать с помощью вот этого чипа, — Амиталия указала на свой висок. — Он собирает с меня эфир и преобразует его в гэфы.

— Погоди, я правильно понял, мы зарабатываем, просто испытывая эмоции?

— Всё верно. Чем сильнее эмоции, тем больше начисляют гэфов. Только эта система работает лишь для чистых людей, не киборгов.

— Почему?

— Потому что эфиралы собирают с киборгов эфир просто так, даже против их воли. Половина идёт на функционирование имплантов, половина в эфиральскую копилку. Как-то так. Подробностей я не знаю. Но знаю, что за это киборгам никакие гэфы не начисляются.

— Вот оно как… Понятно…

— Ага, — вздохнула девушка. — Киборгам, конечно, тяжко тут живётся без этого, но они сами виноваты.

— И в чём же они виноваты?

— В том, что… В том, что воюют против нас!

— А по-моему, в конфликте всегда виноваты обе стороны, — пожал плечами Ормон. — Так значит, на планете по-прежнему идёт война?

— Не то, чтобы война, но… Скорее противостояние. Мы стараемся держаться в своих городах, киборги в своих. Людей не достаточно, чтобы воевать, поэтому никто не нагнетает обстановку. Конечно же, стычки на свободных территориях случаются, но не более того.

— Тогда я не пойму: почему я гуляю по псианскому городу и меня не пытаются убить?

— Ты видел горожан? — недовольно проворчала Амиталия. — Они теперь лишь развлекаются, чтобы побольше заработать для того, чтобы спустить гэфы на новые развлечения.

Девушка тяжело вздохнула:

— Знаю, это мерзко и унизительно. Мы подчинились врагу и не противимся этому. Никто из псиан теперь даже оружие не поднимет, им всем и так хорошо живётся. Зачем бороться за свой народ, когда можно жить и ничего не делать? Если бы тиранумы не остались верны семьям и не продолжили нас защищать, киборги бы давно управляли планетой.

Амиталия передала последний райкум и присела на землю, оперевшись спиной на край стены. Её грустный взгляд был устремлён внутрь себя. Ормон доел фрукт и тоже уселся с противоположной стороны разделяющего их барьера.

— Н-да, интересная ситуация, — хмыкнул он. — А тебе, значит, не нравится такое положение дел?

— Конечно не нравится! И тебе… Ну, прежнему тебе тоже не нравилось. Ведь ты поэтому пошёл в руины, верно? Хотел отыскать слабое место в эфиральской системе?

— Прости, я не помню.

Амиталия вновь вздохнула.

— Я ведь потому и пыталась прочитать твои воспоминания. Ты что-то нашёл в тех руинах, что-то узнал там, но… Не смог вынести эти знания. Слава Всевышнему Духу хотя бы выжил. Я бы и сама туда отправилась, но там логово рагусинов, а я… Не справлюсь с ними.

Воцарилось молчание, которое вскоре нарушил Ормон.

— Ну, мы можем как-нибудь туда вместе сходить, — предложил он.

— К руинам?! — подскочила оживившаяся Амиталия.

— Ага, почему бы и нет. Мне теперь и самому интересно, что же там такого таинственного творится.

— Но мы… Как мы осилим рагусинов? — глаза девушка быстро забегали туда-сюда.

— Я даже не знаю, кто это, — усмехнулся парень. — Но если я как-то прошёл мимо них раньше, значит там есть безопасный путь.

— Да, наверное, так и есть, — закивала Амиталия. — Тогда… Тогда давай я подготовлюсь и через полвитка снова встретимся здесь же?

— Хорошо, как скажешь. Давай, через полвитка, — пожал плечами Ормон.

— Отлично! Спасибо тебе! — Ами уже воспарила над землёй, но Ормон быстро остановил её:

— Погоди! Я вот тут безделушку нашёл. Подумал, что тебе она очень подойдёт. — Он протянул в руке заколку. — Ведь ты мне столько всего рассказала, и даже гэфами обеспечила, должен же я тебе как-то отплатить за это.

— Ого, какая красота! — воскликнула девушка, протянув руку через барьер и принимая подарок. — Спасибо тебе, это очень мило.

Ещё раз помахав на прощание, Амиталия поднялась в воздух и уже через мгновение скрылась в окне своей комнаты.

***

Всё прошло даже проще, чем я думал. Я честно не ожидал, что Амиталия так открыто со мной поговорит после того, как я её чуть не убил. Кажется, она доверяет мне и даже готова пойти со мной в страшное место, охраняемое рагусинами. Теперь я уже не уверен в том, что поступил правильно, связавшись с Адармингом, но уже поздно что-либо менять.

— Кстати, а полвитка — это долго? — спросил я у Лисси.

— Виток — это время, за которое три луны делают полный оборот вокруг Онтары — нашей изначальной родной планеты. Полвитка, соответственно… Ну, ты понял.

— А по времени-то это сколько?

— Сейчас посчитаю… Полвитка — около восемнадцати часов по Земному.

— Ого. Ну ладно, я понял, спасибо.

В общем, времени ещё навалом. Нужно отчитаться Адармингу.

— Эй, босс, я всё сделал, — связался я с ним по условленной частоте.

— Да, я в курсе, отличная работа.

Я подозрительно прищурился.

Откуда он уже в курсе? Уж не он ли меня взломал?

— Короче, малец, — продолжил эфирал как ни в чём не бывало, — для тебя имеется ещё одно небольшое задание.

— Ещё? А как же оплата предыдущего?

— Не волнуйся, оплата будет. Я ещё пятьдесят сверху накину. Сейчас отправлю координаты. Подходи туда. Дэйдара будет тебя ждать. Она объяснит детали.

Класс. Что-то мне эта авантюра не нравится всё больше.

— Лисси, нам надо как-то избавиться хотя бы от всех хвостов. Мне крайне неприятно, что через наш глаз смотрит кто-то ещё.

— Ты бы знал, как мне это не нравится. Но пока мы не найдём свежую версию ОС, не проапгрейдим процессор, и не заменим эф-конвертер на более энергоёмкий и производительный, это будет сделать крайне сложно.

— И-и-и… Где нам найти все эти компоненты?

— Темпоральные матрицы и эф-конвертер можно сделать в аукторе. Если денег хватит…

Ауктор, значит. Понял тебя, Лисси. Идём на шоппинг.

Одновременно с этим мне пришли координаты. С помощью Лисси я смог в них разобраться и настроил навигатор к нужной точке, которая оказалась за городом в паре километрах. Но сперва покупки. Хорошо, что они по пути.

Я вернулся в наш партизанский штаб, к ауктору, где покупал еду. В здании никого не оказалось, да и вообще оно было полуразвалившимся, так что неудивительно, что оно заброшено.

Первым делом, чтобы сильно не палиться, я прикупил себе одежду.

Ну правда, в этих порванных лохмотьях я выгляжу как человек без определённого места жительства. Хотя… Ну да, ведь так оно и есть.

Приглядел себе более-менее приличные тёмные штаны, что-то типа рубашки и ботинки из неизвестной грубой кожи.

Переоделся и задумался.

— Хм, Лисси, а мы можем заказать себе новую руку?

— Да, замена частей тела предусмотрена. Сейчас найду совместимый экземпляр.

Спустя пару минут передо мной напечаталась самая настоящая механическая рука чёрного матового цвета. Вместе с этим в правом локте что-то зажужжало и начало расцепляться. Миг, и моё обрубленное предплечье грохнулось на пол. Я подался всем телом вперёд и подцепил новый кусок руки. Он быстро и надёжно прикрепился к локтевому суставу. Сжав и разжав механические пальцы, я лишь присвистнул от восторга.

— Не отвлекайся. Давай посмотрим цены на матрицы, пока никого нет и внешнее подключение к нам отсутствует.

— Да-да, конечно.

Цены оказались кусачими. Те темпоральные матрицы, которые нужны для процессора и которые присмотрела Лисси, стоили по двадцать гэфов за штуку. Конвертер так вообще более ста пятидесяти.

В общем, от второго мы сразу отказались по понятным финансовым причинам, а вот две матрицы решились прикупить. Уложились вместе со всем прочим тютелька-в-тютельку. На счету осталось ноль целых сорок восемь монеток.

Лисси быстро вытащила откуда-то из-за уха две пластинки, похожие на SD-карты и заменила их купленными. Я никакой разницы не почувствовал, а вот она…

— Во-о-ох, как же это офиге-е-енно… Ты бы знал. Я будто бы… Даже не знаю… Будто накрасилась. Хотя, тебе всё равно не понять.

— Рад за тебя. Нам это как-то поможет?

— Да, конечно. Теперь я обрабатываю информацию на семьдесят пять процентов быстрее. Если заменим оставшиеся шесть матриц на аналогичные… У-ух, это будет что-то с чем-то. Да мы с тобой горы свернём!

— Как мало нужно ребёнку для счастья, — вздохнул я. — Ладно, погнали уже квест выполнять, пока босс нас тут не застукал.

— Стой, погоди. Я совсем забыла. Давай на остаток болеутоляющих возьмём. Или ты думаешь, что чувствуешь себя отлично просто потому что? Ещё не все твои нервы адаптировались к механической половине.

— Да, конечно. Ты как всегда права.

Четыре механических инъектора в форме обычных игл Лисси сразу встроила мне в правую часть шеи. Сказала, что будет использовать их по мере необходимости.

Старую одежду и SD-карты я выкинул в мусорный бак по дороге. С местными предпочёл не встречаться, а то убьют ещё.

Время суток тут почему-то странным образом не менялось. Постоянно был вечер по моему ощущению.

— Тарор находится дальше от своих солнц, чем Земля, — пояснила Лисси. — К тому же, всегда направлен к ним одной стороной. По этой причине, с обратной стороны планеты сейчас должно быть довольно прохладно.

— И как они тут живут в таких условиях? — давался диву я.

— Как-как? На тёплой стороне живут, видимо.

Да я, вообще-то, про смену дня и ночи спрашивал, ну да ладно.

Вскоре мы вышли за черту города. Перед глазами предстала холмистая местность с внушительными деревьями, имеющими широкие мощные корни, расползающиеся во все стороны даже на поверхности. На развесистых ветвях не было листьев, зато на некоторых сидели те же самые разноцветные светящиеся бабочки, что я видел в саду во дворце. Только их тут было очень мало, отчего пейзаж казался мрачноватым, словно природа здесь увядала.

— Она в самом деле увядает, — подтвердила Лисси. — В старой базе данных на картинках Тарор выглядел совсем не так. Это был роскошный сад, за которым постоянно следили и ухаживали псиане. Этим деревьям нужна эфирная энергия, которой теперь тут очень мало.

— Всему виной война, — вздохнул я.

Кроме деревьев тут повсюду валялись металлические обломки какой-то техники и механические остатки киборгов. Всё, имеющее хоть какую-то ценность, отсюда уже вынесли, остался лишь хлам и никому не нужный мусор.

Я присел на корточки над истлевшими человеческими костями. От черепа сохранилась лишь половина. Я осторожно взял его, покрутил в руке, рассматривая с разных сторон, и положил обратно. Почему-то он напомнил мне нынешнего меня.

Ладно, надо двигаться дальше.

Я преодолел очередной холм и заметил впереди выбивающуюся из общей картины хижину. Она была деревянная, собранная из веток по типу шалаша. Рядом с ней на пригорке лежала женщина и рассматривала что-то вдалеке через некоторое подобие бинокля. Не сразу, но я узнал её. Это была Дэйдара.

— И чего ты тут… — начал было я задавать вопрос, подойдя ближе, как она взмахом руки прервала меня, а затем приказала пригнуться.

Пришлось упасть на карачки.

— Кого высматриваешь? — шепнул я, когда дополз до неё.

Но она проигнорировала вопрос. Пришлось самому вглядываться в даль. Механический глаз услужливо приблизил картинку.

Впереди нас находился самый настоящий кратер вулкана с раскалённой лавой. В его центре расположился безопасный островок, на котором стояло псианское здание, окружённое пси-барьером.

— Я вновь зафиксировала стороннее подключение, — оповестила Лисси.

— Понял, спасибо.

Дэйдара толкнула меня в плечо, привлекая внимание и передала бинокль. С его помощью я разглядел строение более подробно.

Внутри него находились киборги. Все они были в каких-то странных ошейниках и сражались друг с другом. Тренировались, как я понял.

— Рабы, — тихо сказала женщина. — Псиане тренируют их, чтобы потом выпускать на арену для потехи публики.

— Но эфиралы же оккупировали планету, насколько мне известно, — оторвался я от бинокля. — Почему они не помогают вам в борьбе с псианами?

Дэйдара скосила на меня взгляд. В её механических жёлтых глазах читалась злоба.

Отвечать она не стала. Видимо, не моего ума это дело.

Вдруг на окраине кратера я заметил летательный аппарат эллипсоидной формы. Он перемахнул через бортик вулкана и направился к острову.

Я легонько толкнул Дэйдару и указал ей на транспортник.

— Ксса, — ругательным тоном прошипела она. — Твоя тётка пожаловала. Надо уходить, пока она нас не почуяла.

Дэйдара быстро отползла назад, приподнялась и, пригнувшись, поспешала убраться подальше. Я направился за ней следом.

К моему удивлению, мы пошли не к городу, а куда-то в сторону от него. Когда я догнал женщину, то прямо об этом спросил.

— Нам нечего делать в городе, — хмуро ответила она. — Всех модифицированных в городах либо ловят, либо сразу же убивают.

Ну, об этом я уже в курсе.

Дэйдара так и не сказала, куда мы шли, но прошагали мы недолго. Остановились рядом с полуметровым почти прямоугольным камнем. Женщина провела пальцем по его кромке. В ответ на это он пиликнул и плавно отъёхал в сторону, открывая тёмный лаз.

— За мной, — скомандовала женщина и спрыгнула под землю.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ней.

Спускались вниз мы по лестнице, которая была… Половиной лестницы. Её ступени крепились лишь к одному длинному металлическому пруту с левой стороны. Вообще, как мне показалось, вся эта конструкция когда-то была частью чего-то большего, но потом оказалась отпилена и приделана сюда.

Когда крышка за нами закрылась, стало настолько темно, что левым глазом я не видел вообще ничего. Правый же выдавал хоть какую-то зеленоватую картинку.

В скором времени мои стопы коснулись земли. Мы пошли дальше по сырому и прохладному туннелю. Он несколько раз вилял из стороны в сторону, а после перед моим взором предстала угнетающая картина.

Мы вошли в просторную пещеру, потолок которой подпирали множество стальных балок. Они были разные и по размерам и по виду, и нередко стояли под наклоном, потому что в полную свою длину сюда не вмещались. Около стен находились баки с дурно пахнущим мусором. А ещё тут были раскалённые ярко-красные камни, торчащие прямо из-под земли. Вокруг них сидели и грелись люди.

— Идём, — поманила меня Дэйдара, отчего мне сделалось как-то не по себе.

Внутри меня что-то резко дёрнулось. Какое-то крайне неприятное чувство. У меня сразу же пропало всякое желание тут оставаться. Уж не знаю что именно меня напугало, но сейчас мне хотелось лишь побыстрее убраться отсюда.

Я замер в нерешительности, не зная, что делать.

— Идём, идём, — вновь позвала меня женщина.

Пересилив накатившие волнения, я зашагал следом за ней.

Греющиеся люди поглядывали на нас с недоверием и враждебностью. Со всех сторон на меня пялились горящие в темноте аугментированные глаза. Где-то парой, а где-то по одному.

По телу пробежала холодная дрожь.

— Попрошу немного вашего внимания, — внезапно очень громко заговорила Дэйдара, остановившись посередине пещеры. — У нас важное событие. К нам в гости заявился псианин, — указала она на меня, и в её электронном взгляде я не увидел ничего для себя хорошего.

Внутри меня ещё теплилась надежда, что всё обойдётся, однако ощущения говорили совершенно об обратном.

— И не просто псианин, — громко продолжала Дэйдара, — а сам…

— Он из Кэдэрсии! — выкрикнул кто-то сбоку. — Я точно знаю! Я видел его!

— Верно, верно, — хищно заулыбалась Дэйдара. — Он один из них. А что мы делаем с нашими врагами?

Толпа разразилась гневными выкриками. Меня начали окружать со всех сторон, первым делом отрезая обратный путь к лестнице.

— Всё плохо, — пронеслись мысли Лисси. — Пожалуй, я временно заберу контроль себе. Будет больно.

Моё тело на мгновение оцепенело, а затем резко дёрнулось в сторону, уходя с траектории удара стальной трубки. Разворот, рывок вправо, мощный удар в челюсть какому-то киборгу, и снова уворот.

Я двигался так плавно и быстро одновременно, что сам себе поражался. И откуда только Лисси знает все эти приёмы рукопашного боя?

Короче говоря, я успел уложить троих или четверых, после чего меня просто зажали толпой. В плечо ударило что-то тяжелое. Я отшатнулся, но на ногах устоял. Сразу за этим последовал удар в спину. Я полетел вперед и встретился с механическим кулаком, ударившим точно в челюсть…

Глава 6. Господин

— И как поговорили? — спросила Брезетта у своей дочери.

— Он так ничего и не помнит, — ответила Амиталия, — но он предложил мне сходить в разрушенный бункер. Я не могла отказаться.

— Ты действительно собираешься туда пойти?

— Да. Почему нет? Сходим, посмотрим на логово рагусинов и вернёмся обратно. Зато Ормон успокоится.

Брезетта недовольно посмотрела на дочь.

— Не волнуйся, мам, я не пущу его в сам бункер.

— Нет. Ты должна отказаться от этой затеи. Я запрещаю тебе туда ходить. Это опасно.

— Но мам…

— Нет, я сказала. Ормон пытался тебя убить. Ты правда думаешь, что я отпущу тебя с ним после такого?

— Он сказал, что его рукой управляли.

— Отличная отговорка. Я в неё не верю. И тебе советую сперва прислушиваться к здравому смыслу. Я разрешила вам поговорить только по той единственной причине, что вас разделял барьер. Дети Марисы всегда были самовольными и неподконтрольными, поэтому не стоит тебе продолжать с ними общаться. Послушайся лучше мать, иначе всё это до добра не доведёт.

Амиталия склонила голову и тихо ответила:

— Хорошо, мама, я поняла.

***

В мозг ударил электрический разряд, вырвав меня из чёрной бездны.

— Сергей, очнись.

Всё тело неистово болело. Я не мог шевелиться.

— Сейчас пройдёт. Ввела обезболивающее.

— Лисси, где мы? Что случилось?

— Я замедлила все твои биоритмы до предельно возможного порога. Тебя посчитали мёртвым и, судя по запаху и пространственному сканеру, выбросили на свалку.

— Выбросили на свалку? Хотя, неважно… Даже не хочу знать.

Боль медленно утихала.

— С тебя сняли механические руку и ногу, — «обрадовала» моя спасительница. — Пытались залезть в голову, но темпоральные матрицы я надёжно скрыла и запечатала.

Класс. Как мне нравится твой мир, Лисси, ты бы знала…

Я снова попытался подняться, но не вышло. С избитой одной половиной и отсутствующей второй это сделать было крайне проблематично.

— Давай, Сергей, ползи. Нам нужно убраться отсюда, пока не заявились мусорщики.

— Мусорщики?

— Они самые. Из твоего глаза я получаю лишь сильно размытую картинку, поэтому не смогу тебе помочь в случае чего.

— А снова на себя контроль ты взять не можешь?

— Если я это сделаю, твои нервы точно сгорят от перегрузки. Поэтому заканчиваем болтать и начинаем ползти.

Собравшись с силами, я пошевелил рукой, вытер глаз и перевернулся на живот.

Лисси не ошиблась, мы были на свалке. Кругом валялся самый разнообразный мусор от грязных пакетов до изуродованных тел роботов. Были тут и киборги, такие же как я. Их органические части обглодали дикие животные. Ну, наверное, дикие животные. В любом случае, сталкиваться с теми, кто это сделал, мне бы очень не хотелось.

Кряхтя и изрыгая проклятия, я пополз в сторону, где, как мне казалось, заканчивалась свалка.

Кое-как, минуя трупы, я забрался на гору мусора. Подумал: «вот и всё, дальше спасение», но увиденная с высоты картина лишь ещё больше омрачила дух.

Свалка была везде. Свалка была повсюду. Она тянулась до самого горизонта и не было ей конца и края.

— Лисси… Я не знаю, куда мне ползти… Отсюда нет выхода.

— Ползи хоть куда-нибудь. Оставаться на месте нельзя ни в коем случае.

— Понял тебя. Я… попытаюсь.

Возвращаться назад я не видел смысла, поэтому пополз вперёд. Делать это под горку стало проще, однако в этом и скрывалась главная опасность. Мусор подомной покатился вниз. Я не удержался и полетел следом. Сильно ушиб плечо и бок, это почувствовалось даже через обезболивающее.

— Знаю, у тебя сломаны рёбра, оттого и боль, но потерпи, пожалуйста, — молила Лисси.

Я не знал, почему она так сильно боялась мусорщиков, но этот страх передавался и мне. Прикладывая все оставшиеся силы, я всё подтягивался и подтягивался одной рукой, преодолевая валяющийся хлам.

Как вдруг позади себя я услышал рычание. Негромкое, но такое, от которого холодеет всё внутри.

Резко развернулся и увидел в метрах пятидесяти от себя зверя. Саблезубая морда напоминала кошачью, на спине виднелся высокий горб, а на четырёх лапах были когти размером с человеческую ладонь.

Зверь принюхивался, глядя на меня кроваво-красными глазами и медленно покачивая головой из стороны в сторону.

— Почему ты остановился? — спросила Лисси.

— Кажется, я нашёл твоего мусорщика… — вслух ответил я.

— Чёрт… — чужие мысли, полные ужаса, пронеслись в моей голове.

Зверь издал утробное гоготанье и спрыгнул с горы мусора. Он неторопливо приближался, изучая меня — свою добычу, а я ничего не мог сделать. Ни убежать, ни спрятаться, ни сражаться. И не было никого, кто бы мог меня спасти.

Рычание слышалось всё отчётливее и отчётливее. Из пасти хищника капнула слюна.

— Лисси, я думаю, это всё, — прошептал я. — Присмотришь за Мишель, ладно?

— Нет уж! Сам за ней присмотришь! — прошипела она внутри. — Скажи мне, где он, и я попытаюсь как-нибудь помочь.

— Поздно, Лисси. Он прямо надо мной.

Чудовище нависло над моим израненным телом, жадно вбирая носом струи воздуха. Понятное дело, что от меня пахло кровью, а для голодного хищника это… В общем, тут всё и так понятно.

Надежды на благоприятный исход не осталось. Я приподнял голову и заглянул твари прямо в глаза. В них чувствовалась сила, непоколебимость и голод. Однако было что-то ещё… Что-то почти неуловимое. Какой-то… Страх? Не может быть. Откуда он мог взяться? Нет, тварь точно боится, но кого? Меня? Это вряд ли, тут что-то другое. Что-то… Люди. Она боится людей. Когда-то они убили её детёныша, а саму её сильно изранили, но добить не смогли. Она сумела выжить здесь, на свалке. Она пыталась…

Вновь послышалось рычание, отвлёкшее меня от мыслей. Хищница приблизилась ко мне, оскалилась и щёлкнула пастью перед моим носом. А затем снова выпрямилась в полный рост, отряхнула шерсть, переступила моё тело, и отправилась куда-то в сторону.

Я приподнялся на одну руку и проводил её взглядом.

— Сергей, мне кажется, я не совсем правильно расшифровываю твои мозговые импульсы. Мы ведь живы? Что ты только что сделал?

— Пока живы, — задумчиво ответил я. — А что сделал… Не знаю, ничего не делал. Тварь просто… Ушла.

— Ушла?

— Да, ушла. Мне показалось, что…

Додумать я не успел. Перед глазами как-то резко всё смазалось и, кажется, я потерял сознание…

***

Мужчина в тёмном плаще лежал на горе мусора и сжимал в руках самодельный арбалет с приделанным прицелом от снайперской винтовки. Он целился в мутировавшего рагусина, нависшего над своей добычей — ещё живого киборга.

Его механический палец уже сдавливал спусковой крючок. Тут главное — точность. Одна малейшая ошибка будет стоить жизни. Даже двух жизней.

Внезапно всё изменилось. Рагусин почему-то передумал нападать и оставил жертву в покое.

Мужчина отвёл удивлённый взгляд от прицела. Ещё ни разу он не видел, чтобы такой хищник отказывался от своей добычи. Тем не менее, это произошло. И это было странно.

Дождавшись, когда рагусин скроется с поля зрения, мужчина осторожно поднялся, сложил арбалет и направился в сторону киборга.

***

В нос мне ударил крайне неприятный запах. Я поморщился и приоткрыл глаз. Надо мной висела тёмная потрёпанная ткань. Повернув голову вбок, откуда и шёл запах, я увидел там столик на двух ножках. Он стоял вплотную к стене, а на нём находились несколько котелков, от которых шёл пар. Ничего более, кроме валяющихся в углу деталей, в комнате не было. Лежал я в некотором подобии гамака.

— Лисси? — медленно позвал я.

— Чегось?

— Подробности мне.

— Нас подобрали, притащили сюда, обработали твои раны. Во мне не копались. Рук, ног по-прежнему нет. Визуальной картинки для меня тоже. Но сместились мы относительно первоначальной позиции на два километра.

Я немного подзавис, глядя в потолок. То есть, в тряпку.

— А почему я отключился? — подумал я.

— Ам-м… Это хороший вопрос! Отвечать на него мы, конечно же, не будем. — У Лисси явно было хорошее настроение. — Ну серьёзно. У меня есть доступ ко всем твоим жизненным показателям, но отчего тебя вырубило — я до сих пор без понятия.

— Класс. Ладно, надо вставать, проводить разведку… Ай… Блин… Мои рёбра…

— Вот-вот, ты лучше пока полежи. Не нервничай, не рыпайся. Если бы тот, кто тебя подобрал, хотел тебя убить, то давно бы это уже сделал.

— Ладно, ладно. Уговорила.

Я опустился обратно в свой лежак и попытался расслабиться.

Хлябь… Как же всё болит… Чёртова Дэйдара. Встречу ещё раз и…

— Нет, не сможешь. С её модами ты её даже пальцем не коснёшься.

— С её модами? Значит, нам нужны моды по-круче, чем у неё.

— Во-о-от это правильная мысль! Наконец-то ты стал мыслить как настоящий полуэфирал. Да, нам нужен апгрейд. И предлагаю апгрейдить не только меня, но и тебя тоже. Плоть слаба, как ты уже успел убедиться.

— Это точно… — попытался я пошевелить рукой, но лишь поморщился от боли. — Получается, нам нужно где-то раздобыть эти… Как их там… Гэфы, да?

— Да, это один из вариантов. Можно также убивать киборгов и забирать их импланты.

— А ты, я смотрю, заядлая пацифистка.

— Я машина. Приземлённые человеческие чувства мне неведомы.

— Ну да, ври больше.

Я тяжело вздохнул и принялся думать над тем, где бы раздобыть денег.

Накапливать гэфы как псиане я не могу. Прискорбно. Поэтому второй предложенный Лисси вариант уже не выглядит таким уж зловещим. Они сами пытались меня убить, с чего теперь мне их жалеть? Стричь всех под одну гребёнку, конечно, не стоит, однако как они будут поступать со мной, так и я буду поступать с ними.

Из проёма в стене послышались чьи-то шаги. Я резко приподнялся на руке, испытав при этом такую боль, что перед единственным глазом завертелись разноцветные круги.

Спустя пару секунд в комнату зашёл мужчина. Хоть он и был в капюшоне, я сразу же его узнал.

— Аксус?

— Да, мой господин, — откинул он капюшон.

Мужчина выглядел уставшим даже не смотря на то, что был модифицирован практически полностью. Из живых участков на его теле оставалась лишь голова, и та частично.

— Значит, это ты меня подобрал?

— Да, господин. Прошу прощения, что нашёл вас так поздно.

В его руках была чашка с чем-то горячим. Он поставил её на столик и принялся добавлять туда жидкости из других котелков.

— Спасибо, — опустился я обратно в гамак, — что спас.

— Это мой долг, господин.

— Не обязательно называть меня господином. Ты же знаешь, что я потерял память. Теперь я совсем другой человек.

— А вы её действительно потеряли? — серьёзно спросил киборг, повернувшись ко мне. — Или сказали так только потому, что Брезетта была рядом? Если второй вариант, то можете быть уверены, сейчас нас никто не слышит, можете говорить прямо.

— Да, я действительно не помню свою прошлую жизнь, — ответил я. — Но почему я должен скрывать что-то от Брезетты?

— Ваша тётя… — Он отвёл взгляд. — Она и её дочь Амиталия желают возобновить военные действия на Тароре. Они хотят поднять псиан на восстание против эфиральской оккупации. Несомненно, всё это делается из благих побуждений, но они не понимают, что это принесёт лишь дополнительные жертвы, а ситуацию никак не изменит. Уничтожить блокаду эфиралов просто невозможно. По крайней мере, планетарными силами.

Перемешав раствор палочкой, Аксус осторожно подал мне чашку.

— Выпейте, господин. Это облегчит боль и ускорит сращивание костей.

Лисси никак не возразила, поэтому я выпил всё до дна.

Отвратный вкус, конечно, но когда лекарства бывают вкусными?

— Ты так и не ответил на мой вопрос, — вернул я чашку.

— Простите, господин. Вы скрывали свои действия от Брезетты по той причине, что ваши взгляды разошлись. Вы были против возобновления военных действий и пытались всеми силами помешать ей сделать это.

— То есть там, в руинах…

— Я не знаю, что там произошло, господин. Вас в стазисе принесла Брезетта, приказала мне вернуть вас к жизни. И я… Сделал всё, что смог. Простите, что превратил вас в киборга и тем самым разрушил всю вашу жизнь.

— Ты мне её спас, за что тебя прощать? Я вот не понимаю, неужто простая установка имплантов мгновенно перемещает меня с одной расы в другую?

— Всё не совсем так, господин, — слабо улыбнулся Аксус, после чего поставил чашку на стол, выдвинул круглую табуретку и сел передо мной. — Раз вы утратили память, я постараюсь всё объяснить и ответить на ваши вопросы. У нас нет рас, как вы выразились. У нас имеются несколько, скажем так, социальных общностей. Первая, — показал он рукой круг, — это эфиралы. Они тоже когда-то были людьми, но оцифровали свои сознания и теперь являются машинами. Их сознания существуют на удалённых защищённых хранилищах. Для взаимодействия с физическим миром они создают для себя оболочки. Это могут быть как механические роботы, так и синтетические андроиды, визуально ничем не отличающиеся от людей. После разрушения оболочки, эфиралы не умирают, а переселяют сознание в новый дубликат. Таким образом, эфиралы практически бессмертны. Также они в сотни раз сильнее и быстрее любого человека. Единственный недостаток — их не так много. Оцифровка сознания занимает колоссальное количество цифрового пространства, а ресурсы на создания таких хранилищ данных ограничены. Несомненно, с каждым циклом технологии становятся всё совершеннее, позволяя эфиралам развиваться и добавлять в свои ряды самых приближённых к ним представителей человечества, но, всё же, это происходит не так быстро. Кроме того, особо богатые эфиральские семьи, способные оплатить дополнительное место в системе, могут заводить детей, путём скрещивая своих эфирных образов. Эта технология стала им доступна не так давно, перед началом войны, после совместного с псианами изучения феномена жизни.

Помолчав некоторое время, Аксус продолжил:

— Вторая социальная общность — псиане. Это большая группа людей, которые либо с рождения чувствуют эфир и могут им управлять, либо развили в себе такие способности по мере взросления. Эфир — это энергия. Её нельзя увидеть или потрогать, однако можно почувствовать. Именно она является как нашим главным благословением, так и нашим главным проклятием. Всё в нашем мире работает от эфира, который имеет свойство бесконечного самовоспроизведения. Хотя, так думали лишь наши далёкие предки. В какой-то момент мы незаметно для себя перешагнули тот порог, когда стали потреблять эфир быстрее, чем он мог возобновляться. Тогда и начались проблемы. Разразилась война, что идёт до сих пор. Но сейчас не об этом. Псиане с помощью эфира могут управлять гравитацией, манипулировать ментальным полем, считывать мысли и эмоции других людей, а также способны проводить эфир сквозь своё тело, придавая ему осязаемые формы.

— Но я же был псианиным, насколько мне известно. Почему я не ощущаю ничего такого? — решил спросить я.

— Всему виной то самое проклятие эфира. И это, как раз, относится к третьей общности — все остальные люди. Видите ли, господин, как я уже говорил, всё в нашем мире работает на эфирной энергии, включая протезы и импланты. Они потребляют эфир из окружающего пространства. Даже самый маленький заменённый орган начинает вбирать в себя энергию, нарушая эфирный фон и препятствуя использованию псионики. Кроме того, если человек, всё же, попытается пропустить через себя эфир, ничего хорошего из этого не выйдет. Ведь если подать на устройство энергию в тысячи раз превышающую пороговую, его просто-напросто разорвёт на части. Некоторые особо могущественные псиане, кстати говоря, пользуются этим, взрывая киборгов одним щелчком пальцев.

Аксус какое-то время смотрел в одну точку, что-то вспоминая, а затем продолжил рассказ:

— Мы, киборги, когда-то по собственной глупости заключили союз с эфиралами. Некоторые из нас в своё время даже возвысились до них, но… Сразу было понятно, что мы, полуживые, лишь замедляем их развитие. И вот, в какой-то момент, эфиралы отказались поддерживать нас, оставив на псианской планете без защиты. Они отрезали Тарор от остального мира, посчитав, что этого будет достаточно. Им не нужна планета, им нужен эфир. А генерировать его из страха, гнева и боли гораздо проще, чем из других эмоций. Чем сильнее мы тут боремся друг с другом, тем больше эфира собирают эфиралы.

Я посмотрел в потолок:

— И всё равно я не понимаю, почему импланты являются моментальным клеймом, обозначающим врага всем остальным людям?

— Это вопрос веры и принципов. Мы верим, что импланты делают нас сильнее, быстрее. Делают нас теми, кто мы есть. Это наша культура. Быть киборгом — значит, стремиться к прогрессу, постоянно совершенствоваться. Мы стараемся аугментировать своих детей с самого рождения для того, чтобы они не считались изгоями в нашем обществе. Чистые же люди, последователи псианской теории о мире, считают импланты признаком предателя. Недостойного человека, который примкнул к врагу, беспокоясь лишь о собственной жизни. Псиане более… духовные люди. Они верят в душу, в то, что она будет жить вечно, даже после смерти телесной оболочки. Хотя, так было раньше. Во времена бесконечных войн их вера пошатнулась. Сложно верить в загробную жизнь, когда вокруг тебя один за другим погибают твои друзья, родные и близкие. Они уходят в Тень и больше не откликаются. А те, кто откликается, рассказывают про Тень ужасные вещи. Многие медиумы — те, кто ощущает энергию смерти лучше остальных — покинули этот мир, а вместе с ними ушла и вера. Насколько я знаю, с душами мёртвых ещё можно связаться, но сделать это теперь довольно проблематично.

Аксус опустил голову, посмотрев на свои механические пальцы:

— Прошу прощения, что сотворил это с вами, но я обещал вашей матери, что сберегу вас с Рутиликой любой ценой.

Помолчав и обдумав все его слова, я спросил:

— И с чего тебе давать такие обещания псианской семье?

Мужчина ответил не сразу. Сперва он долго думал, кажется, подбирая слова.

— Когда-то давно мне с сыном повезло. Псиане захватили Тарор, и наши жизни оказались в руках одной псианки. Она могла совершенно спокойно убить всех, но… Она этого не сделала. Госпожа Аэлика отпустила нас. Саму её я больше никогда не видел, но до сих пор помню её милосердный взгляд фиолетовых глаз. Нас всегда тренировали убивать псиан, всю жизнь внушали, что они зло и от них нужно избавить мир. Но в тот момент я понял, что это далеко не так. Они не зло, они воюют просто потому, что им приказали. Точно так же, как и мы.

Помолчав, он заговорил вновь:

— Практически сразу после этого пересеклись наши пути с вашей матерью, госпожой Марисой. Она тоже была добра к нам с сыном. Дала кров, еду. Война забрала её на фронт. Это было давно, больше десяти циклов назад, но я пообещал госпоже Марисе, что позабочусь о вас с сестрой до её возвращения.

Аксус замолчал. Было видно, что воспоминания даются ему тяжело.

— И где сейчас твой сын? — тихо спросил я.

— Он погиб во время бомбардировки эфиралами Тарора.

— Соболезную.

Он ничего не ответил. Лишь коротко кивнул и вышел из комнаты.

Пока я раздумывал о его непростой жизни, Аксус вернулся. С собой он принёс множество разнообразных деталей и механизмов, среди которых я успел разглядеть руку и ногу.

— Я вас подлатаю господин, — сказал он. — Всё это я нашёл на свалке, но ничего лучше у меня нет, простите.

Ремонт продолжался довольно долго. Я успел два раза поспать. Кроме того, узнал, что провалялся тут без сознания почти два витка. А это означало лишь одно — на свидание со своей сестрой Амиталией я ой как опоздал. Зато всё это время позволило мне переосмыслить некоторые вещи. К примеру, такой основной момент — никому здесь нельзя верить. Хотя, это, вроде как, понятное дело, но пока в него не ткнут носом, этого как-то и не видно.

Не знаю, можно ли верить Аксусу, но на мой взгляд, он первый здешний обитатель, которому от меня ничего не нужно. Вместо этого он уже два раза спас мне жизнь.

— Кстати, Аксус, а как ты меня нашёл? — спросил я, когда он настраивал контакты в моей руке.

— Прошу прощения, господин, но я оставил в вашей системе скрытый резервный порт. Я нашёл вас с его помощью.

— Скрытый порт? То есть, это ты чуть не убил Амиталию моей рукой?

Киборг замер в нерешительности, а затем начал медленно отвечать, подбирая слова:

— Я… Я не хотел её убивать, господин. Я только хотел оттолкнуть и… припугнуть немного. Простите, что всё так вышло.

— Но почему ты так поступил?

— Потому что… Амиталия, она… Импульсивная девушка. У неё большой псионический потенциал. Прямое считывание вашей памяти могло ещё сильнее повредить оставшуюся половину мозга. А могло и вовсе выжечь его изнутри.

— Погоди, то есть, ты хочешь сказать, что она могла меня убить?

— С большой вероятностью… да, господин.

Вот так вот… То есть, этот человек уже три раза спас мою жизнь. Если не врёт, конечно. Но мне почему-то кажется, что он честен со мной. По крайней мере, в это хочется верить.

Наконец, мой ремонт был завершён. Новая рука была лишь с тремя тощими пальцами, а в ноге и вовсе не хватало каких-то там приводов, отчего в районе лодыжки она практически не сгибалась. Зато теперь я хотя бы сам мог встать с кровати, без помощи Аксуса. Если бы ещё человеческая половина перестала несносно болеть…

Тем не менее, продолжать валяться овощем было нельзя. Аксуса сильно волновал такой момент: моя сестра Рутилика пропала. Она ушла в город вслед за мной и больше её никто не видел. До этого Брезетта постоянно держала её взаперти и под надзором, потому-то я и не встречался с ней до сих пор. Но она смогла как-то улизнуть, и теперь Аксус не находил себе места, так как обещание, данное моей матери, не давало ему покоя. Он даже не рассчитывал, что я пойду с ним, хотел отправиться на поиски сам. Только вот хрен я его отпущу одного, ведь господин тут я, и он обязан подчиняться моим приказам.

Глава 7. Госпожа

— И каков план? — первым делом спросил я у Аксуса.

— В Милте есть киборг, он поможет нам с поисками вашей сестры.

— Каким образом?

— Он умеет взламывать ищейки и видеть то, что видят они.

— О как, звучит интересно. А ищейки… Это что?

— Они вам не встречались, господин? В городах они попадаются буквально на каждом шагу.

— Это такие летающие коробочки, что ли?

— Эм… Да, господин, это летающие коробочки.

— Я думал это доставщики пиццы.

— Доставщики… чего, господин?

— Да неважно.

Мы покинули лачугу Аксуса и сразу вышли к свалке. Она по-прежнему была повсюду, только теперь между мусором пролегала тропинка, уводящая куда-то вдаль. Рядом стоял некий транспорт, представляющий из себя половину металлической коробки с тремя гравитационными «колёсами» и двумя сидениями, расположенными рядом друг с другом. Вся конструкция была собрана из хлама буквально на коленке. Было очень трудно поверить в то, что этот драндулет действительно сможет поехать.

— Серёга, я понимаю, что память у тебя органическая и потому несовершенная, но вспомни-ка вот это.

На механическом глазе отобразилась картинка лежащей на полу связанной девушки, которую я видел в логове Адарминга.

— Эм, Аксус? — окликнул я мужчину.

— Да, господин?

— Кстати говоря, а как выглядит моя сестра?

— Точно, прошу прощения за свою рассеянность. Сейчас покажу снимок.

Он спроецировал передо мной голографическую фотографию, края которой размывались так, что это было похоже не на снимок, а скорее на часть воспоминания. На нём были: ещё целый я, симпатичная женщина с чёрными волосами по плечи и яркими зелёными глазами, и девушка тоже с тёмными волосами, но изумрудными глазами. Женщина обнимала нас с девушкой, так что сразу было понятно где кто.

— Какая миниатюрная у меня сестра, — хмыкнул я, разглядывая фотографию.

— Сейчас она немного подросла, господин.

У связанной девушки в каморке Арадминга были похожие волосы. Хоть это и могло быть просто совпадением, но отметать этот вариант явно не стоило.

— Слушай, Аксус, мы должны проверить ещё одно место. Но сперва, имена Адарминг или Дэйдара тебе о чём-то говорят?

— Дэйдара у многих на слуху. Она ярая противница псиан и, в частности, вашей матери. То есть, Брезетты, прошу прощения. Дэйдара пытается разжечь в киборгах искру недовольства, чтобы они чаще нападали на псианские города, грабили их и убивали жителей. Только вот псианских тиранумов победить очень сложно, поэтому жертв от витка к витку становится всё больше. А что касается Адарминга… Господин, это секретная информация, поэтому попрошу, не спрашивайте меня, откуда я её узнал. Адарминг — эфирал ранга парамэйер. Он очень опасен. Воюет с псианами с самого начала войны. Его руки в крови. Боюсь предположить, откуда вы узнали это имя.

— М-да уж… — тихонько присвистнул я. — Это очень интересная история. Скажи, ты узнаёшь эту девушку?

С помощью Лисси я показал ему снимок пленницы. Аксусу хватило одного взгляда:

— Это она, мой господин. Это Рутилика. Где вы её видели?

— В городе. Недалеко от нашего Чертога. Как раз там же, где познакомился с Адармингом…

Аксус ужаснулся:

— Давно?

— Эм… Ну, через некоторое время, как меня выкинули на улицу.

— Плохо. С тех пор прошло три витка. Её могли переместить. Если она ещё жива… Предлагаю поехать в Кэдрэс, проверить последнее местонахождение Рутилики. Если её там не будет и не будет зацепок, отправимся к моему знакомому.

— Согласен, — кивнул я.

Драндулет меня удивил. Он не только заработал, но и поднялся в воздух. Я думал, что он будет лишь слегка парить над землёй, а он подлетел аж на несколько метров. Таким образом, свалку мы преодолели довольно быстро. Да, она была очень большая и занимала множество гектаров, но всё имеет свойство заканчиваться.

Пока летели я всё время обдумывал последние события. Что-то не сходилось. Что-то было странным во всём этом, но я никак не мог понять что.

Зачем Дэйдаре моя смерть? Если я из такой важной семьи, почему бы за меня не потребовать выкуп? Это было бы гораздо рациональнее. Неужто она таким образом всего лишь попыталась поддержать повстанческий боевой дух? Не думаю, что она настолько глупа.

Всё происходящее почему-то крутится вокруг Адарминга. Если он действительно какой-то там высоко стоящий парамэйер, как сказал Аксус, зачем он спустился с орбиты? Что ему делать на уже оккупированной планете? Развлекаться, разве что.

К тому же, после всего случившегося, Адарминг со мной так и не связался. Лисси говорит, что даже попыток не было, пока я валялся в отключке. Получается, выплачивать мне гонорар он не собирается. Плюс, он зачем-то похитил мою сестру.

Как-то слишком много несвязанной информации…

А может… Может быть, это он приказал Дэйдаре меня убить? В таком случае всё сходится: работу я сделал, так что больше не нужен, можно от меня избавиться. Логично.

Тварь.

Теперь осталось понять, зачем ему Рутилика.

А ещё эти руины разрушенного бункера, с которого всё началось. Как бы мне туда попасть, чтобы самолично там всё проверить?

Чёрт, Амиталия… Ведь договорился с ней встретиться. Не люблю когда получается так, что я не держу слово.

Ладно, нужно расставлять приоритеты. Сперва спасём сестру. Дальше будет видно.

— Сергей? — заговорила Лисси.

— Да-да?

— Я тут кое-чего интересного расшифровала. Думаю, ты захочешь взглянуть.

— Заинтриговала. Показывай.

Перед моим взором предстало миниатюрная версия разноцветного облака данных.

— Та база данных, что нам передал Адарминг, — пояснила моя вторая половина.

— Ты её скачала? — удивился я.

— Естественно. Я сохраняю себе всё, до чего дотягиваюсь, — важно подчеркнула она. — Так вот, как ты и почувствовал, её действительно затёрли специально. Только сделали это неаккуратно и очень грубо. Мне удалось восстановить некоторые фрагменты. Вот и твои фотки с сестрой и более подробная информация по всей семье. Данные всё ещё повреждены, но по некоторым частям можно определить…

Неожиданно её слова начали заглушаться, и на поверхность всплыло воспоминание…

— Ормон, дорогой, не нужно слёз, — утешала меня мама. Её зелёные глаза смотрели на меня с теплом и добротой. — Я вернусь, когда закончится война. Обещаю тебе.

— Нет, мама! Не уходи! Не оставляй нас! — кричал я тонким голосом.

— Ну прекращай, Ормон. Ты же уже взрослый мальчик. Тебе нужно быть стойким, нужно подавать пример своей сестре.

Мама стояла перед нами на коленях, а мы с Рутиликой жались к ней.

— Почему? Почему ты уходишь?

— У меня… Нет другого выхода. Вы поймёте, когда подрастёте.

Воспоминание развеялось. Некоторое время я приходил в себя, а затем повернулся к водителю:

— Аксус?

— Да, господин?

— Почему моя мать, Мариса, ушла на войну и оставила нас с сестрой?

— Понимаете, господин… Она…

— Только честно.

— Ох, — вздохнул мужчина, продолжая управлять транспортом. — Я вам уже рассказывал, что она была добра ко мне. Так вот… Она была добра не только ко мне. Её уличили в измене и пособничестве врагам, то есть эфиралам. И поставили перед нелёгким выбором. Она отправилась на войну, чтобы доказать свою верность псианам и чтобы защитить вас с Рутиликой.

— Твари, — процедил я вслух. — А что с моим отцом?

— Я не знал его, господин. Госпожа Мариса о нём почти не упоминала. Я знаю лишь то, что он помогал защищать Тарор во время первого нападения эфиралов на планету и пропал без вести.

— Ясно, спасибо.

— Сергей, я зафиксировала у тебя странную мозговую активность. Что это было? — обеспокоилась Лисси.

— Я вспомнил кусочек из детства Ормона.

— Вот это да. Неожиданно, если честно. Я проанализирую эту активность, если ты не против.

— Да, конечно. Делай всё, что хочешь.

Впереди показался город. По знакомому дворцу в его центре я понял, что это Кэдрэс. Я попросил Аксуса приземлиться поодаль от нужного нам места, но мой дворецкий и без этой просьбы сделал бы точно так же. Ведь в город периодически выходят псианские патрули, встречаться с которыми нам очень не хотелось. Мне-то они, возможно, ничего не сделают, а вот Аксуса, за его побег из Чертога, отправят куда-нибудь в шахты (или что там они делают с рабами).

Встречаться с Адармингом мне тоже не хотелось, но тут уже было без вариантов, мы должны освободить Рутилику, даже если придётся столкнуться с ним.

— Аксус, а мы сможем победить Адарминга, если что? — аккуратно спросил я, когда мы подходили к раздвижной двери.

— Нет, господин, — спокойно ответил он. — Я пойду первым.

Он раскрыл дверь и шагнул внутрь здания.

***

[незадолго до этого…]

Рутилика сидела на полу в тесной запертой комнате и прислушивалась. За дверью раздались шаги, отчего девушка придвинулась ещё ближе.

— С Ормоном покончено, — раздался приглушённый голос Адарминга.

У Рутилики сжалось сердце.

— Я отправляюсь в Милту, нужно довершить начатое, — продолжил эфирал. — А ты стереги девчонку. Головой за неё отвечаешь.

— Положитесь на меня! — отчётливо протараторил охранник.

Адарминг ушёл. Рутилика, ошарашенная новостью, медленно навалилась на стену. Взгляд её изумрудных глаз был направлен в одну точку. Мысли в голове мешались. Тем не менее, девушка быстро взяла себя в руки.

Подождав некоторое время, пока Адарминг точно покинет здание, Рутилика сжала кулаки, настроилась и громко закричала:

— Стража! Стража! У меня рана открылась, кровь течёт! Кажется, я теряю сознание!

Входная дверь отъехала в сторону. За ней стоял киборг с длинным оружием в виде копья.

Это Рутилике и было нужно. Её изумрудные глаза сверкнули, и стражника с силой впечатало в противоположную стену. Псионный блокиратор на виске Рутилики пискнул и разразился электрическим разрядом прямо ей в мозг. Рут дёрнулась и тоже без сознания повалилась на пол.

Блокиратор способен «отключать сознание» от нескольких минут до нескольких часов, однако Рут с ранних лет тренировалась противостоять этому. Она знала, что рано или поздно ей это пригодится.

Рутилика очнулась спустя три минуты. Она провела пальцами по больно пульсирующему виску и поднялась на ноги.

Ей повезло, что её телекинетический удар оказался достаточно мощным, чтобы оглушить стражника на более длительное время.

Девушка вышла из тюремной камеры, свернула за угол и бесшумно направилась далее. Выскользнула в открытый зал со столиками и ауктором возле стены. До выхода тут было недалеко, и Рут это знала. Она запомнила весь путь, которым её сюда притащили.

Как вдруг из-за ближайшей стены послышались шаги.

— Глябра… — выругалась Рутилика и рванула со всех ног через зал.

Спустя мгновение стена отъехала в сторону. За ней стояли два киборга.

— Эй! А-ну стоять!

Пробегая мимо столика, Рутилику схватила кем-то оставленную тарелку и запустила её в преследователей. Никакого вреда она, понятное дело, не причинила, но на долю секунды внимание отвлекла.

Рут проскочила в соседний коридор. Следующая дверь была выходом. Девушка подлетела к панели и быстро защёлкала кнопкой, которая должна была открыть проход, но именно сейчас она почему-то не срабатывала.

— Да что ж такое! — прорычала Рутилика, и тут дверь отъехала в сторону.

Но за ней стояли ещё два киборга.

Первой эмоцией Рут был страх. Она шарахнулась назад. Но уже следующая эмоция оказалась совершенно противоположной.

— Аксус? — узнала Рутилика первого киборга.

Мужчина оценил ситуацию мгновенно. Он рванул всем телом вперёд, перехватил киберкопьё нападавшего в паре сантиметрах от плеча Рутилики, крутанул им в воздухе, выбив из рук противника и воткнул его в грудь второму преследующему. Снова переместился в сторону, буквально выстрелив рукой вперёд, и пробил выпрямленными пальцами шею оставшегося противника.

На весь бой Рутилика даже не обратила внимание. Она смотрела совсем в другую сторону.

— Брат… — тихо прошептала Рут и бросилась Ормону на шею.

Глава 8. Начало неизбежного

Рутилика оказалась совсем не такой, какой я её представлял. Я думал, что она будет какой-нибудь избалованной аристократкой, которую схватили злобные киборги и теперь отважным рыцарям (то бишь нам с Аксусом) придётся спасать принцессу из плена.

Ничего подобного. По внешнему виду да, она выглядела милой, симпатичной и хорошенькой девушкой, но внутри неё танцевали демоны. Демоны, замышляющие коварные планы и плетущие зловещие интриги.

Моя сестрёнка специально попала в плен, так как узнала от каких-то своих знакомых в городе, что меня похитила Дэйдара из кафешки, куда меня привёл урчащий желудок. Придумала план по освобождению и «случайно» попалась Адармингу.

Правда, она думала, что окажется со мной в одной камере, или хотя бы где-то рядом, но вышло всё не так. Тем не менее, она осталась в плену и продолжила свою шпионскую деятельность. Всё подслушивала, всё подглядывала, как могла.

— Адарминг помогает киборгам, — сообщила Рутилика. — Я слышала, как они разговаривали о нападениях на города. Они планируют что-то масштабное. Точно не знаю, но Кэдрэс в их разговорах звучал часто.

— То есть, Адарминг хочет подстегнуть на планете войну, так? — задумался я.

— Да, скорее всего, — подтвердила сестра.

— И Брезетта, значит, тоже хочет аналогичного? — Я взглянул на Аксуса.

— Всё верно, господин.

— Какое интересное совпадение.

— Ормон, а ты… Правда ничего не помнишь? — с беспокойством посмотрела на меня Рутилика.

Её изумрудные глаза казались такими искренними, такими… Родными?

— Да, всё так, — грустно кивнул я. — Пока что всего одно воспоминание из детства всплыло на поверхность. Про нас с тобой и маму. Оно короткое, но довольно эмоциональное.

— Наверное то, когда она ушла на войну, — удивительно точно определила Рут. — Я тоже часто это вспоминаю, хоть я тогда была очень маленькой. Но ладно, не будем о грустном. Просто, Орми, мне как-то… Немного неловко сейчас с тобой общаться. Ты сильно изменился.

— Ну прости уж, — усмехнулся я.

— Я привыкну, — улыбнулась она. — Так вот, ещё Адарминг сообщил стражнику, что срочно вылетает в Милту. Я не совсем поняла с какой целью, но это что-то важное. Мы должны его убить, пока он не воплотил все свои планы в жизнь.

— Надо же, какая у меня кровожадная сестра, оказывается, — хмыкнул я.

— Ой, вот давай без этого, — состроила Рут недовольное лицо. — Сам-то не лучше. Помнишь, как… А, ну да, не помнишь. Ладно. Я слишком долго сидела в плену Брезетты и теперь хочу действий. Выплеснуть скопившийся эфир. Убийство как раз подойдёт для этой цели. Только вот… Глябь! Гвадранский блокиратор! Аксус, родной, скажи, что ты можешь его снять?

— Нет, госпожа, я не смогу подобрать ключ дешифровки для вашего псионного блокиратора.

— Ррять… А кто тогда сможет?

— У меня есть один знакомый в Милте. Он, вероятно, сможет вам помочь.

— Отлично. Тогда едем в Милту. Снимем блокиратор и там же убьём Адарминга. Как хорошо всё складывается.

— Это точно, — не так уверенно вздохнул я. — Только вот где бы нам раздобыть транспорт?

Короче говоря, транспорт мы так и не нашли. Полетели втроём на полукоробке. Так как места там было два, Аксус вызвался постоять. На удивление, транспорт смог осилить трёх пассажиров и оторвался от поверхности. Рулила Рут, и, надо сказать, у неё это неплохо получалось.

— Ну что, Лисси, как тебе моя сестра? — спросил я, разглядывая огни удаляющегося Кэдрэса.

— Ты знаешь, она определённо мне нравится. Она беспокоится за тебя. Это видно даже не механическим глазом.

— Да, Лисси, я знаю.

Вдруг моей руки коснулась Рутилика. Она как-то странно заглянула в мои глаза.

— Ты… — Рут начала задавать свой вопрос, но потом, кажется, передумала и спросила о другом: — Твои раны. Что случилось?

Её волосы мягко развивались от ветра.

— Да это… По глупости, — отмахнулся я. — Сглупил, попал в общество киборгов. Ну, они и решили выпустить на меня всю злость.

— Господин выжил лишь чудом, — прокомментировал Аксус. — Это моя вина, я оставил господина.

— Ты меня спас. Иначе я бы умер наверняка.

— Спасибо тебе, — слегка поклонилась Рутилика киборгу. — Ты уже давно исполнил свой долг, но всё равно продолжаешь за нами приглядывать.

Мужчина ничего не ответил.

— Милта — это город киборгов? — решил я перевести тему.

— Да, и он стоит на грязном диффране, — безрадостно ответила сестра, а потом поспешила объяснить: — Эм-м, есть такое вещество — диффран, он рассеивает и как бы гасит эфир. То есть, рядом с диффрановыми частицами мы не можем пользоваться псионикой. Эфиралы его добывают, чтобы использовать в качестве защиты от нас, но он довольно редкий. Так вот, а грязный диффран — это ещё хуже. Точно не скажу, но там какая-то жуткая химическая смесь, которая не только уничтожает эфир, но ещё и медленно убивает всё живое, разъедает механизмы, да и вообще нарушает работу всего, до чего дотягивается.

— И мы едем как раз туда? — с опаской спросил.

— Ну да, а что? — пожала плечами Рутилика. — Киборги же как-то там живут, и мы сможем. По крайней мере, пару адра точно протянем.

— Три часа девять минут, — сразу перевела Лисси.

Ясно, ясно. Надеюсь, управимся побыстрее.

— Милта находится на территории псиан, — добавил Аксус, — но псиане сюда не суются как раз-таки из-за диффрана. Поэтому город стал прибежищем для киборгов-рабов, сумевших сбежать от своих хозяев.

Чем дальше, тем всё мрачнее и мрачнее…

Милта вообще не была городом в обычном понимании этого слова. Это было болото с возвышающимися то тут, то там металлическими постройками, собранными из балок и всякого хлама. Балки, массивные и высокие, были вбиты прямо в болото, а на них по винтовой структуре располагались металлические коробки — дома киборгов, как я понял. Всё ржавое, покорёженное, покосившееся. Казалось, что стоит задеть что-то пальцем, и оно сразу развалится.

Приземлились мы вдалеке от болота, спрятали транспорт за белёсыми огромными грибами с ровными шляпками, похожими на выпрямленные зонтики.

Аксус вытащил из ближайшей лужи увязший там старый сундучок, надёжно и плотно закрытый. Внутри оказалось несколько сухих тряпок.

— Держите, — протянул он нам с Рутиликой по тряпке. — Вас многие тут знают, так что маскировка не помешает.

Покрутив ткань в руках, я понял, что это был плащ. Тёмный, подгнивший плащ с капюшоном.

Рут оказалась совсем не привередливой и быстро накинула на себя маскировку. Я тоже натянул новую одежду, и мы выдвинулись к городу.

К Милте вела одна единственная твёрдая тропинка через топи. Шаг влево, шаг вправо — всё, пропал без вести. К тому же, чем дальше мы заходили, тем хреновей мне становилось. Ну правда, такое ощущение, что ты вдруг совершенно внезапно простыл и температура тридцать восемь плюс. А механическая половина так вообще подтормаживать начала и откликалась на команды с задержкой.

— Да, мне тоже поплохело, — простонала Лисси. — Когда я была в своём мире, мы ещё не обнаружили грязный диффран. Отвратная штука, согласна…

Сам город встретил нас, мягко говоря, неприветливо. По бокам тропинки стояли колья с насаженными на них шлемами тиранумов — стражников, что я видел в своём Чертоге. Хорошо ещё, что шлемы полностью закрывали голову, поэтому было не понятно — они сейчас внутри пустые, или же… Вместе с частью тела.

— Господин, госпожа, — вдруг развернулся к нам Аксус. — Здесь лучше не смотреть в глаза местным. Их легко спровоцировать.

Совет хороший, думаю, стоит ему последовать.

Рутилика сильнее укуталась в плащ.

Аксус быстрым шагом повёл нас прямо по грязи, потому как других вариантов тут просто не было. Между «зданиями» везде были протянуты провода и кабели. Последние валялись и на земле, мешая ходить. Пару раз я чуть не свалился, не заметив их в грязи и запнувшись.

А ещё этот запах повсюду… Кислый, противный… Фу, блин.

— Могу отключить обоняние, — предложила Лисси. — Как в Рекриптуме.

И ведь правда, нос у меня теперь механический.

— Полностью отключать не надо, но снизить чувствительность можно.

— Оки.

Ух, сразу полегче стало. Спасибо, Лисси.

Мы быстро продвигались вперёд. Я старался смотреть лишь под ноги, но постоянно ощущал на себе чужие неприветливые взгляды. Все на нас пялились, изучали, оценивали.

Наконец, Аксус свернул в сторону и забрался на широкую винтовую лестницу, уходящую ввысь. Помог нам с Рутиликой сделать то же самое, после чего мы стали забираться всё выше и выше.

У лестницы не было перил или перегородок. Всё окружение, включая удаляющуюся землю, было вот оно, прямо перед нами. Мне стало не по себе. Теперь я уже наоборот пытался не смотреть вниз.

Благо, нужный этаж оказался следующим. Аксус раскрыл обычную дверь на петлях и вошёл внутрь.

Это была квартира-студия компьютерщика-автолюбителя. Минимум комфорта, максимум валяющихся повсюду деталей, микросхем, каких-то катушек, лампочек (или что это, не знаю), кнопок, болтов, частей неизвестных мне устройств, проводов, и другого крайне нужного барахла. А в центре всего этого хаоса стояло разложенное кресло, в котором лежал голый мужик.

Ага, представили себе картину? Теперь забудьте её. Мужик хоть и был без одежды, но прикрывать ему было совершенно нечего. Прямо говоря, он был роботом. Из органических частей у него остался лишь… Да мозг, наверное.

— Квинт? — спокойно, но довольно громко сказал Аксус.

Робот дёрнулся и медленно приподнял голову. Кабели, подключённые к его затылку натянулись.

На лице Квинта отсутствовало… Всё. Там был лишь дисплей вместо глаз, который ничего не показывал, и динамик вместо рта. Динамик был забавным, в форме поросячьего пяточка. Во всём остальном, как я уже сказал, он был самым обычным роботом. А, ну ещё из его затылка торчала прикольная антенна. В общем и целом, вид у него было довольно комичным.

— Чего надо? — противным голосом спросил он.

— Нужна твоя помощь, — продолжил диалог Аксус.

— Какого рода? Я тут немножко занят.

— Это срочно.

— У всех всегда всё срочно. Поэтому ожидайте.

Робот улегся поудобнее и вернул голову в исходное положение. Казалось, он поставил на этом точку, на Аксус не стал так просто сдаваться. Он подошёл ближе к креслу и вырвал один из кабелей из затылка Квинта. Внутри робота что-то угрожающе зажужжало.

— Гриблюйский клюффагер! Ты хоть знаешь, что ты только что прервал! — начал ругаться Квинт. — Заказ на десять тысяч гэфов!

— Квинт, — строго посмотрел на него Аксус. — Дело действительно важное.

Этого взгляда хватило, чтобы остудить пыл робота.

— Ла-адно, — недовольно фыркнул тот и начал подниматься с кресла, одновременно с этим ворча себе под отсутствующий нос: — Десять тысяч гэфов…

— Адарминг на планете, — тихо произнёс Аксус.

Услышав имя, Квинт замер на мгновение, после чего резко поднялся на ноги. Его тон заметно изменился:

— И чего этому ублюдку тут понадобилось?

— Я не знаю. Он поймал госпожу Рутилику. Нужно снять пси-блокиратор. Сможешь?

— Зависит от того, какой уровень защиты он там поставил.

— Посмотришь?

— Да, конечно. Иди сюда, «высокая», поглядим, что за блок тебе поставили.

Квинт приманил Рутилику и указал ей на кресло, в котором только что лежал. Сестра отнеслась к этому с подозрением и неуверенность, но в итоге всё-таки повиновалась.

Робот навис над ней, как паук над жертвой. Он разделил каждую свою руку на две и принялся в четыре манипулятора копаться в устройстве на виске Рутилики.

— Ну и? — спросил я.

— Я работаю, — неопределённо ответил тот.

Ладно, понятно, лучше не мешать.

Я принялся не спеша прогуливаться по комнате, изучая разбросанный и развешанный на стенах неизвестный хлам.

— Сергей, — серьёзно заговорила Лисси.

— Что такое?

— Я тут анализирую всё увиденное и услышанное, собираю логические цепочки, строю догадки, предполагаю различные исходы…

— Так, и что?

— А то, что, кажется, я загнала себя в депрессию.

— А такое возможно?

— Конечно нет. Но я хочу выговориться. Послушаешь?

— Могла бы и не спрашивать.

— Спасибо. Так вот… Хм… У меня всё никак из головы не выходит Адарминг. То, как он появился. То, как он запряг тебя в работу. То, как… Вот вспомни момент с сестрой. Когда ты впервые увидел её связанной. К чему это было? Случайно ли ты на неё наткнулся? Моя теория упрямо твердит, что нет. Я считаю, что Адарминг тебя проверял. Например, что бы ты сделал в первую очередь, если бы внезапно увидел перед собой связанную сестру? Ну, то есть реальную сестру, если бы она у тебя была. Явно же твоя реакция была совсем иной, чем ты тогда её воспроизвёл. «Проблемы индейцев шерифа не волнуют», так, кажется? Ну-ну, попробуй изобразить эту физиономию ещё раз, если вдруг сейчас Квинт попытается убить Рутилику.

— Ты права. Вряд ли я смогу её повторить.

— Это первый момент, который плавно перетекает во второй. Теперь смотри, если Адарминг любит манипулировать людьми, так ли случайно Рутилика услышала, что он отправляется в Милту?

— Хочешь сказать… Вот чёрт, — ужаснулся я, осознав к чему она клонит.

— Депрессия, да?

— Не то слово.

Я подошёл к двери, приоткрыл её и выглянул наружу. На улице прямо под нами собирались киборги. Они шумно переговаривались. Я закрыл дверь.

— Квинт, а можно побыстрее? — поторопил я.

— Слышь, половинчатый, я же сказал…

— Быстрее, пожалуйста, — посмотрел я прямо в его дисплей.

Когда у тебя ломит всё тело от дикого недомогания, тебе не хочется ни с кем спорить, тебе хочется, чтобы все остальные просто выполняли твои приказы.

Робот недовольно фыркнул и вернулся к работе.

Киборгов собиралось всё больше. Они уже отрезали нам все наземные пути отступления.

— Квинт? — развернул я голову.

— Да сейчас, сейчас… Всё, готово. Чего ты так разорался?

— Сам посмотри.

Робот выглянул через щёлочку наружу и пришёл к такому выводу:

— Хм, странно. Вроде собрание сегодня не планировалось. Это может означать лишь одно: всё плохо. Полагаю, они тут по ваши души?

— Полагаю, что так, — ответил я. — Из твоей лачуги можно выбраться незаметно?

— Как ты выберешься отсюда незаметно? Ты вообще видел местные постройки? Мы в воздухе висим. В ящике.

— Я в курсе, — проворчал я.

— У тебя всегда есть запасный выход, — сказал Аксус.

— Да он есть, — сдался Квинт. — Только он для тех, кто не убьётся, падая с двадцати метров.

Аксус невнятно выразился, а затем обратился к нам:

— Господин, госпожа, вам нужно где-нибудь укрыться. Я постараюсь со всем разобраться.

Но в этот момент дверь с грохотом раскрылась. В проёме нарисовались трое киборгов. Они были прилично аугментированы, но выглядели как зомби. В том плане, что лица больные, кожа сухая и бледная, взгляд злой.

— Чего вам? — осведомился Квинт, выйдя вперёд.

— Да слушок прошёл, что ты «высоких» укрываешь, — хмыкнул центральный мужик, — и, как погляжу, слушок правдивый.

— Больше верьте всяким сплетням. Они же киборги, сами гляньте.

Мужики прошли в комнату, глянули на меня, на Аксуса. Если к нам и было сложно придраться, то вот с Рутиликой дела обстояли плачевнее. К тому же, как я понял по взгляду вошедших, они её узнали.

Аксус тоже это понял, поэтому решил действовать первым. Он метнулся вперёд, обошёл меня и ударил центрального киборга в грудь. Тот вылетел из помещения и чуть не свалился с лестницы вниз. Аксус мгновенно переключился на второго, ударив его в челюсть. В этот момент ему в плечо влетел какой-то снаряд, похожий на арбалетный болт, щёлкнул электрической вспышкой и Аксус безвольной куклой рухнул на пол.

— Только рыпнитесь, — направил на нас оружие оставшийся на ногах противник.

— Слушай, давай просто… — начал было примиряюще говорить Квинт, но в это же мгновение тоже словил болт в грудь.

Следом за этим прицел навёлся на меня. Я услышал выстрел, и большего не помню…

Очнулся я лишь тогда, когда меня швырнули в грязь. Мутная жижа попала в рот, отчего я чуть не захлебнулся.

Твари…

Лисси не отвечала.

Передо мной собралась большая толпа киборгов. Рядом валялись в грязи Аксус и Рутилика. Они были ещё живы.

— Так-так-так, — вышел из толпы уже знакомый мне персонаж — Адарминг. — И кто тут у нас?

Он вальяжно оглядел нашу троицу, остановился на мне и криво ухмыльнулся.

— Псианская прислуга, бывший псианин, и полноценная псианка! — продолжил он свою громкую речь. — Те, кто многие циклы принижал нас, вытирал о нас ноги и в конечном итоге поработил! Заставил жить в грязи, в диффране, на задворках галактики! Они пользуются нами как прислугой, заставляют сражаться на аренах для потехи, отправляют в шахты добывать эмдраксис, чтобы потом нашими же силам возводить свои чертоги! Довольно! Мы уже достаточно натерпелись! Пора поднять голову, вылезти из грязи и наказать тех, кто виновен во всём этом! Показать им, что у нас тоже есть сила! Сила, с которой они должны считаться!

— Да-а!!! — заревели воодушевлённые киборги.

— Вперёд же, братья! Убьём их и начнём наше возвышение над этими жалкими «высшими»!

Я уж было приготовился к смерти, как вдруг из толпы выделился один киборг.

— Стойте, — властно сказал он, подняв вверх руку.

Киборг был довольно плечистым и высоким за счёт своих механизированных ног, колени которых были выгнуты в обратную сторону. С такими ногами он скорее походил на меха, нежели на человека. Руки его также были модернизированы.

— Я согласен убить псианку, — продолжил громко говорить он, — но эти двое… Они киборги, как и мы с вами. Многие из нас были в рабстве у псиан и сейчас находятся там, разве мы должны винить его за то, что он им прислуживает? А он? — Мужчина указал на меня. — Его уже не примут псиане, все это знают. Ему некуда идти, он такой же изгой, как и мы. Да что говорить, некоторые из нас ранее тоже были псианами. Разве теперь мы должны убить их всех?

Толпа приутихла.

— Мы должны подняться! — снова заговорил Адарминг. — Если мы будем вечно сидеть в грязи, ничего не изменится! Их надо убить! Надо окончательно забрать Тарор себе! Показать нашу силу!

— Мы? Нашу? — прохрипел я, поднявшись на колени и взглянув на него исподлобья.

Широкоплечий киборг снова поднял руку, призывая к тишине, а потом обратился ко мне:

— Ты что-то сказал?

— Да, — продолжил хрипеть я. — Насколько мне известно, на этой планете всех нас заперли не псиане. Они оказались в точно такой же ловушке, как и вы. Все мы здесь — лишь плодородная ферма, вырабатывающая эфир. И чем больше эмоций мы испытываем, тем больше эфира получают эфиралы. А теперь призадумайтесь, как они обогатятся, стоит вам здесь начать свою полномасштабную войну с псианами?

Я прервался, потому как сломанные рёбра вновь дали о себе знать. Поморщившись и сделав пару вдохов-выдохов, я заговорил снова:

— Эта война нужна не вам. Вы от неё не выиграете ровным счётом ничего. Лишь потеряете своих родных и близких. От вашей войны выиграют только эфиралы. И как раз-таки один их представитель сейчас пытается подтолкнуть вас к этому, — я ещё раз взглянул на Адарминга.

— Эфирал? — заметно напрягся широкоплечий киборг.

Кажется, я попал в точку.

— И кого вы слушаете? Этого половинчатого? — начал оправдываться Адарминг. — Да он просто пытается спасти свою никчёмную жизнь!

— Дорцелус? — подозвал кого-то киборг.

Сквозь толпу протиснулся дряхлый старик с кибернетическим глазом. Он внимательно вгляделся в эфирала и скрежетавшим голосом отчитался:

— Показатели не сходятся. Он синтетик.

Киборг моментально оскалился, сжал кулаки и выкрикнул:

— Убить его!

Вся толпа ринулась на Адарминга, но тот лишь сделал недовольную физиономию и прыгнул. Метров так на пятнадцать. Прицепился к одному из местных зданий, подтянулся, а затем снова от него оттолкнулся. Улетел куда-то в сторону, скрывшись из вида.

Я с облегчением завалился набок и упал в грязь.

— Этих троих посадите в клетки. Я потом решу, что с ними делать, — послышался голос киборга.

Вот и славно. Значит, пока ещё живём.

Глава 9. Пик смерти

— Как всё прошло? — спросила Фаула, сверкнув лиловыми глазами.

— Не так, как планировалось, — с загадочной улыбкой ответил Адарминг.

— То есть?

— То есть, ваш драгоценный Ормон меня переиграл.

— Переиграл? Он же должен быть мёртв!

— Должен, но нет. И он знает, что я эфирал. Даже не догадываюсь, откуда он мог это узнать, — покосился мужчина на псианку.

— Почему ты смотришь на меня? Я ничего не говорила. Уверяю тебя.

— Да я верю. Конечно верю, — ухмыльнулся мужчина.

— Так и… Что будем делать? Мы с сестрой уже выставили тиранумов, у нас всё готово.

— Придётся действовать агрессивно, — медленно и коварно проговорил Адарминг.

***

Не знаю сколько времени мы просидели в клетках из металлических прутьев, но вскоре я начал клевать носом. Лисси давно уже включилась, так что я был спокоен — если что, она разбудит. Но поспать мне не дали.

— Скверно выглядите, — заговорил мужской голос рядом со мной.

Я сонно разлепил глаз и увидел мужчину-меха.

— Догнали эфирала? — зачем-то поинтересовался я.

— Нет, он ушёл. Но… То, что ты сделал… Спасибо.

— Это лишь отсрочка, — вздохнул я. — Псиане тоже хотят возобновить военные действия.

— Я предполагал такое, — покачал головой киборг. — Тиранумы сильны, хоть их и не так много, как нас. Если они перейдут в атаку, будет много жертв.

— Хоть кто-то это понимает, — невесело хмыкнул я. — Я могу попробовать договориться со своей семьёй, если вы нас отпустите. Обещать ничего не буду, но попытаюсь.

— Отпустить псианку? — не по-доброму нахмурился он.

— Да, именно так, — потребовал я.

— Киборги не одобрят такой поступок.

— Почему? Она кого-то убила? Сделала что-то плохое? Издевалась над вами? Или вы хотите её убить только потому, что она псианка? Ты сам говорил, что некоторые из вас тоже в прошлом были псианами. Их же вы простили.

— Да, но… Им не оставили другого выбора. Так же, как и тебе, полагаю.

Я шумно выдохнул.

— Слушай… Не знаю, как тебя зовут…

— Гордас, — подсказал мужчина, и я кивнул.

— Слушай, Гордас, я понимаю, что у вас тут… То есть, у нас всех — у псиан и эфиралов — напряжённая ситуация на планете. Мы отдалились из-за войны и воспринимаем друг друга врагами. Но как бы глупо и наивно это не звучало: мы все люди. Какая разница в том, есть у человека механические модификации или их нет? Какая разница, есть ли у него псионическая сила или её нет? Все мы, по итогу, самые обыкновенные живые существа, которые умирают, если их убить. Понимаешь это? Сейчас наши враги там, наверху. Они заперли нас на планете и заставляют сражаться друг с другом в угоду себе. Почему никто из вас этого не видит?

Мужчина опустил голову и крепко задумался.

— Совсем тебя не узнаю, — тихо произнесла из соседней клетки Рутилика.

Тем временем Гордас поднялся на своих неправильных ногах ещё выше.

— Я скоро вернусь, — сказал он и зашагал прочь.

Снова стало тихо. Меня донимало хреновое самочувствие.

— Господин, я могу попробовать разогнуть прутья, — предложил Аксус.

— Не нужно, — отказался я. — Не будем их провоцировать. Ещё есть шанс разрешить всё мирно.

Сейчас мне совершенно ничего не хотелось делать. Даже шевелиться. Всё вокруг было серым и нейтральным, а внутри царила опустошённость.

— Помню, в детстве, — заговорила сестра, — мы с тобой играли с адамунскими онгами. Давали им команды, а они плавали вперёд-назад, повинуясь им. Меня они слушались лучше, даже несмотря на то, что я младше тебя на два цикла. Тебя это всегда злило, — улыбнулась она. — Ну, то, что псионика мне давалась легче. Ты кричал и плакал, как сейчас это помню. А потом ударил по сосуду и пролил всю воду. Те онги тогда погибли, но тебе этого не сказали. Родители всегда оберегали нас. Особенно тебя. Ведь ты импульсивный по природе. Сперва делаешь, потом думаешь. Вокруг тебя постоянно что-то ломалось. Когда мама ушла, она наказала тебе следить за мной, но втайне попросила меня, чтобы это я приглядывала за тобой, — по-доброму усмехнулась Рут. — Я очень хорошо тебя знаю. Наверное, даже лучше, чем себя. Но сейчас… Сейчас ты меня пугаешь. Я не знаю, что от тебя ожидать. Ты всё делаешь не так, говоришь не так, мыслишь не так. Ты совершенно другой человек. Да, я помню, что обещала привыкнуть, но… Теперь уже не знаю, получится ли у меня.

И снова она права. Снова попала точно в цель. Как вот ей сказать, что её брата уже нет в живых, а его место занял действительно другой человек?

Поэтому я молчал. Просто молчал. А сестра и не ждала ответа.

Внезапно я почувствовал в окружающем пространстве какое-то оживление. Поднял голову и увидел огромный булыжник, летящий в нашу сторону. На всей скорости камень врезался в толстую балку, поддерживающую дома киборгов, и отлетел в сторону, пробороздил по поверхности и увяз в болоте.

— Что за… — приподнялся я, но удивление быстро переросло в страх, ведь в воздухе показались ещё летящие булыжники.

В городе киборгов вспыхнула паника. Откуда-то донёсся громкий гул трубы. Все побежали, пытаясь спасти свои жизни. Покидали дома, спрыгивая прямо из окон. Некоторые разбивались при падении, некоторых давили камни, некоторых втягивало болото. Всё менялось настолько стремительно, что я не успевал за всем следить.

— Эй, выпустите нас! — крикнул я пробегающим киборгам, но им было совершенно не до этого.

Аксус принялся разгибать прутья своей клетки, но они не спешили поддаваться.

Очередной булыжник отлетел прямо в нас. Врезался в клетку Рутилики и отрекошетил дальше. У меня чуть сердце не остановилось.

— Ты в порядке? — спросил я, схватившись за прутья.

— Да… Кхе… Да, нормально, — ответила она.

— Да откройте клетки! — рявкнул я на очередных спасающихся, но снова без толку.

— Пригнитесь, — скомандовал откуда-то взявшийся Гордас.

Он расправил из руки широкое лезвие и замахнулся. Удар, и верхнюю часть клетки Аксуса срезало так легко, словно она была картонная. Ещё удар, и освободили меня. Перед клеткой Рут мужчина почему-то замешкался, но, взглянув на меня, всё-таки принял решение освободить и её.

— Все за мной, — снова скомандовал Гордас.

Мы побежали за мужчиной. Булыжники продолжали валиться бесконечным дождём. Они уже разрушили половину города и убили множество жителей, но им этого было мало.

Гордас передвигался очень быстро даже по болоту благодаря своим необычным ногам. Мы же еле за ним поспевали. Аксус помогал и мне и Рутилике. А ещё постоянно поглядывал в небо, следя за камнями.

Вскоре мы прибились к волне бегущих киборгов. Так и покинули город, уходя всё глубже и глубже в болото.

Шли долго, искали более-менее твёрдую поверхность, где можно остановиться. Но повсюду была лишь грязная мутная жижа.

Изредка из болота росли высокие кусты, похожие на пальмы. Они тянулись высоко, а затем, в верхней точке, распадались на несколько стеблей, заканчивающихся чем-то вроде миникукуруз.

От переговаривающихся киборгов я узнал, что за нападением на их город стоят псиане. Но в самом городе они псионикой пользоваться не могут, потому и обстреляли Милту камнями с расстояния. Да и за нами в погоню не отправились как раз-таки из-за грязного диффрана. Но всё это было уже не важно, ведь псиане добились своего. Теперь все окружающие нас хотели лишь одного — мести. А это значит — ответная атака неизбежна.

***

— Госпожа, приказ выполнен, — отчитался командир тиранумов. — Милта разрушена. Нескольким киборгам удалось сбежать. Нам отправиться в погоню?

— Нет, не нужно, — махнула рукой Фаула. — Пускай бегут. Пускай расскажут остальным, что здесь случилось. А мы возвращаемся в Кэдрэс. Нужно подготовить укрепления.

— Да, госпожа, — поклонился командир.

[в то же время в Чертоге семьи Кэдэрсия]

— Мама, зачем Фаула отправилась к Милте? — поинтересовалась Амиталия. — Она забрала с собой половину тиранумов. Это как-то многовато для обычного сопровождения.

Женщина глубоко вдохнула, выдохнула, и спокойно начала отвечать:

— Амиталия, родная моя. Кажется, пришло время узнать тебе кое-что важное. Про то, что нас ждёт в ближайшем будущем.

— Что нас ждёт в будущем? — удивилась Ами.

— Да. Как ты знаешь, мы с Фаулой давно пытаемся поднять псиан на борьбу. Сплотить их и направить всю их злобу на проклятых эфиральцев, оккупировавших наш мир.

— Да, мам, я тоже поддерживаю эту идею.

— Так вот, — продолжила Брезетта. — Наконец-то наступил этот момент. Киборги… Они убили Рутилику. Они убили твою сестру.

— Что? — вздрогнула девушка. — Но как? Почему?

— Я не знаю, звёздочка. Они поймали Рутилику в Милте и убили её.

— Не может быть… Я не верю…

— Аксус тоже предал нас, когда сбежал из Чертога. Полагаю, что и Ормон теперь примкнул к врагу, ведь у него не осталось другого выбора.

— Рутилика… Как же так… — по щекам Амиталии покатились слёзы.

Они постояли какое-то время обнявшись. А потом Брезетта вдруг спохватилась, заметив в волосах дочери красивую заколку:

— Ами, откуда это у тебя?

— Это… Это мне Ормон подарил, когда мы разговаривали.

— Ормон? — медленно проговорила женщина, вглядываясь в безделушку. — Только не… — её глаза расширились от удивления и ужаса.

— Что такое, мама?

— Её нужно выбросить! Срочно! Сейчас же!

— Но… Почему? Я не понимаю…

— Это кристалл фастула, он опасен! — с этими словами Брезетта сорвала заколку с волос дочери и с псионической силой швырнула её в окно.

Но вылететь заколка не успела. Раздался резкий противный писк, после которого незамедлительно последовал взрыв…

Вырвавшаяся из кристалла псионическая энергия разнесла всё в большом радиусе вокруг себя. Часть Чертога разворотило изнутри, разбросав обломки по всему окрестному городу.

Брезетта смогла защитить дочь, но сама, к сожалению, погибла. Тиранумы нашли обеих в главном зале, куда их вышвырнула ударная волна.

— Мама! Мамочка! — рыдала Амиталия, прижимая к себе оплавленное тело матери. — Не уходи, прошу тебя! Не оставляй меня, пожалуйста… Пожалуйста…

— Госпожа, здесь опасно, Чертог может рухнуть, — приблизился к ним страж.

— Отстаньте! Уйдите! — закричала девушка.

— Госпожа, прошу вас…

— Вы разве не видите?! Не видите?! Мама… Она…

— Мы должны спасти хотя бы вас, госпожа.

— Почему… Почему… — продолжала плакать Амиталия, не слушая никого. — Почему всё так… Глябская заколка… Это всё из-за неё…

Внезапно, к ней пришла мысль:

— Ормон… Это ты дал её мне… Это ты уже второй раз пытался меня убить… Мама была права, это всё ты виноват! Ты! Ормон, ты слышишь меня?! Я убью тебя, Ормон, слышишь?! Клянусь душой, я лично отрублю тебе голову! Ты за всё ответишь! Ты ответишь за смерть мамы! Слышишь, Ормон?! Ормон!..

***

Спустя несколько часов мы вышли на сушу. Болото закончилось, а впереди показались горы. Гордас принял решение идти к ним. Там мы и встали лагерем.

Уставшие киборги попадали на камни. Мы остановились чуть поодаль ото всех. Рутилика еле держалась на ногах. Последний час Аксус вёл её под руку. Я тоже вымотался, но, надо признать, как только мы вышли с болот, я сразу почувствовал себя лучше.

Хотелось есть, но ничего съестного у нас не было. Киборги, как я понял, тоже едой не запаслись. Да и не до этого было тогда.

Немного отдохнув, я решил отыскать Гордаса и узнать нашу дальнейшую судьбу, но он нашёл нас первым.

— Вот, перекусите, — протянул он мне горсть каких-то сушёных ягод.

Я поблагодарил и раздал их поровну своим спутникам.

— Так что нас ждёт? — спросил я.

— Если останетесь, псианку точно убьют, — хмуро ответил он. — Вам лучше уйти. Чем быстрее, тем лучше.

— То есть, ты нас просто отпускаешь?

— Да. Вы не виноваты в том, что случилось, но киборги будут мстить за своих павших братьев. Боюсь, полномасштабная война уже началась. Хотим мы того или нет.

— Спасибо, — протянул я ему руку, но он, похоже, не знал жеста рукопожатия. — Ладно, не важно, — улыбнулся я. — Мы сейчас же покинем вас.

Гордас кивнул и отправился к своим людям. Аксус помог подняться Рутилике.

— И куда мы идём, господин? — спросил он.

У меня не было чёткого ответа на этот вопрос, поэтому я лишь пожал плечами.

— Пойдём к Пику смерти, — решила Рутилика.

Аксус кивнул. Я тоже согласился. Разве что название меня немного смущало, но местным обитателям лучше знать местные достопримечательности.

Мы выдвинулись в путь под полные злобы и ненависти взгляды киборгов.

— Не волнуйся, ничего они нам теперь не сделают, — сверкнула глазами Рутилика. — Тут нет диффрана, а у них нет оружия.

Это и вправду меня успокоило. Мы пошли дальше, к массивному каменному пику, маячившему на горизонте.

Я невольно поглядывал на Аксуса.

Вот интересно, о чём он сейчас думает? Тут рядом куча киборгов, почему он пошёл с нами, а не остался со своими соотечественниками? Неужто ему нравится жить в рабстве?

— Аксус по-настоящему предан нам. Ему можно верить, — внезапно прозвучал голос сестры в моей голове.

Я даже вздрогнул от такого.

— Он верно служил нашей семье всё время, сколько я себя помню, — продолжила она. — Я даже предлагала ему свободу. Дважды. Как ты понимаешь, он отказался.

— Это… Телепатия? — неуверенно подумал я.

— Да. Псиане обычно общаются именно так. Только… Не на этой планете. Эфиралы выкачивают отсюда весь эфир, так что мы стараемся беречь его для по-настоящему важных вещей. А ещё, у нас с тобой всегда была особая связь. Ты потерял псионический дар, оборвал и нашу связь. Но я могу её восстанавливать, хоть это уже не так просто, как раньше. Приходится концентрироваться.

— Это… Очень странное ощущение. Я вижу какие-то картинки… Образы…

— Это мои мысли. Ты видишь их. Такое общение напрягает мозг человека, ты быстро устанешь, а идти нам ещё далеко. Поэтому…

Все картинки моментально пропали. Рутилика взглянула на меня и пожала плечами, улыбнувшись.

— Потрясающе… — только и смог вымолвить я.

— Это что ещё за аномалия? — очнулась Лисси. — Ты общался с сестрой, не так ли?

— Да уж, от тебя ничего не скроешь…

— И о чём говорили?

— Ой, вот давай без ревности.

— Да кто ревнует, э? Я лишь собираю данные, анализирую, делаю выводы. И вообще я машина, ты же знаешь.

— Знаю, знаю… какая ты машина.

— Выявляю сарказм в твоих мыслях.

— Говорю же, ничего от тебя не скроешь.

Вскоре нам начали попадаться лианообразные деревья и ещё какие-то незнакомые мне кустарники с длинными овальными листьями. Они были закручены в форме воронки и, как я понял, таким образом собирали воду из дождя, если он тут вообще идёт. Хотя, должен же.

Ладно, неважно. Первым делом мне нужно думать о том, как доставить Лисси её создателю и самому вернуться домой. Для этого требуется либо космический корабль, либо портал. Кстати!

— Рут, — обратился я к сестре, — а ты знаешь что-нибудь про руины, где меня чуть не убили?

— О, так ты об этом помнишь? — удивлённо взглянула она на меня.

— Нет. Но каждый встречный так и норовит мне про них рассказать. Только вот версии разнятся, и я не знаю чему верить. К примеру, Адарминг сказал, что псиане скрывают там портал.

— Портал? — прыснула со смеху Рутилика. — Ну-ну, конечно. Портал! Если бы он там был, нас бы уже не было на планете.

— Тогда… Что там может быть?

— Я не знаю, — пожала плечами сестра. — Но могу рассказать тебе то, что ты сам мне говорил до потери памяти. Ты почему-то был уверен, что там секретная подземная эфиральская база. Практически неприступная крепость с серьёзной автоматической охраной. Но самая главная загадка в том, что Примы вроде как тоже имеют туда доступ. То ли у них есть какой-то специальный ключ для обхода охраны, то ли ещё что. Это ты и пытался выяснить, когда пошёл в бункер в последний раз. Не знаю, получилось ли у тебя это сделать или нет, но… Ты и сам уже знаешь, что там с тобой произошло.

Помолчав, она добавила:

— Насчёт Ами не знаю, но и Брезетта и Фаула лично встречались с Адармингом несколько раз. Я сама их видела, хотя они об этом не знают. Все они прекрасно осведомлены, что находится в руинах. Не думаю, что это портал, но точно что-то чрезвычайно важное. Потому тебя и хотели убить, когда ты туда пошёл. Но это всего лишь моя теория.

Ну вот опять, кругом сплошной обман…

— И не говори… — вздохнула Лисси.

Нам определённо стоит наведаться в эти таинственные руины.

— Определённо.

Наконец-то, грязные и уставшие, мы добрались до Пика смерти. Это был широкий и высокий обелиск, уходящий за облака. Он был неровный, так что я предположил, что он, скорее всего, природного происхождения. Только вот как природа смогла создать такое?

— Мы здесь что-то ищем? — спросил я.

— Больше да, чем нет, — забавно поморщила носом Рут. — Мы ищем совета.

— Совета? — удивился я.

— Да. Я вот не знаю, что нам дальше делать. Ты знаешь? Ты же всю дорогу об этом думал, и как успехи?

Вместо ответа я лишь удивлённо раскрыл рот.

Как она об этом узнала?

Псиане страшные…

— Вот именно, — поставила она точку. — Пойдём, мне нужна будет твоя помощь. Аксус, последи, чтобы нам не мешали.

— Слушаюсь, госпожа, — слегка поклонился киборг.

Мы подошли ближе к основанию Пика, и я внезапно обнаружил там расщелину, хотя раньше там ничего такого не замечал. То ли тут свет так ложится, то ли рельеф местности такой, но вход был замаскирован просто потрясающе.

Мы протиснулись в расщелину. Сперва продвигаться по виляющему коридору было тяжело, но вскоре пещера заметно расширилась. Здесь не было чего-то особенного: лишь камни и темнота. Мне помогал механический глаз, а вот как тут ориентировалась Рут — я понятия не имел.

Рутилика прошла к середине пещеры, развернулась ко мне и села на землю, скрестив ноги.

— Иди, садись, — приманила она меня, указав на место перед собой.

Я проделал то, что от меня требовалось.

— Так, и что мне делать дальше? — занервничал я.

— Ничего, — мягко улыбнулась Рут. — Просто побудь со мной. На всякий случай.

— На всякий случай?

— Я — медиум, — снова заговорила Рутилика, глядя мне прямо в глаза. — Я могу общаться с душами умерших, но порой это бывает опасно.

— Аксус мне говорил, что вас таких очень мало осталось.

— Верно, — коротко ответила она, не вдаваясь в подробности. — Я попытаюсь поговорить с бабушкой. Обычно она всегда откликается. Она у нас… Скажем так, любит поболтать.

— Ладно, хорошо, — кивнул я, потому как не знал, что сказать ещё.

Сестра тоже кивнула, глубоко вдохнула, выдохнула и закрыла глаза. Она застыла настолько идеально ровно, что мне показалось, будто она и дышать перестала.

Мне не хотелось ей мешать, поэтому я сидел очень тихо и тоже старался не шевелиться. Сперва изучил глазами всю пещеру, а потом невольно перевёл взгляд на сестру.

Рут и правда была очень красивой девушкой. Умной, смелой, доброй. Наверное, для любого парня она была бы идеалом, но я никогда не рассматривал её в этом ключе. Она для меня скорее… Да как самая настоящая сестра, наверное. Никогда ранее я не чувствовал такого, ведь всегда был в семье единственным ребёнком, но теперь… Я точно чувствую, что она мне родной человек. Наверное, всему виной та особая связь, о которой рассказывала Рутилика.

Всё это очень странно и может означать то, что где-то в глубине меня ещё существует Ормон, либо его остаточная память. И это меня немного пугало. Вдруг две сущности во мне перемешаются и… Да мало ли, что может произойти в таком случае. Я бы не хотел терять себя.

Внезапно Рут раскрыла глаза. Радужки её изумрудных глаз светились так ярко, что чуть не ослепили меня.

— Да. Да! — заулыбалась она. — У меня получилось!

От радости она схватила мои ладони и крепко их сжала.

— Ух, какая холодная, — вздрогнула сестра, намекая на мою механическую руку. — Нет-нет-нет! Прости, пожалуйста, я не имела ничего… такого. Просто… металл… ничего необычного.

— Да всё нормально, — улыбнулся я. — Так что, ты спросила совета?

— А, ещё нет. Бабуля сказала, что воплотиться как только… О, а вот и она!

В пещере стало заметно светлее. Рядом с нами вспыхнуло слабое свечение, и уже в следующую секунду оно превратилось в человеческий образ. Он был сильно размыт и постоянно колыхался в воздухе, так что я не мог рассмотреть лица своей нынешней бабушки.

— Наконец-то! — зазвучал старческий голос, исходящий со всех сторон. — Совсем про свою бабулю забыли. Не навещаете, не проведываете.

— Бабуль, ну чего ты опять начинаешь? — с улыбкой насупилась Рутилика. — Сама же знаешь, на каких чудищ можно наткнуться в Тени, если свернуть не туда.

— Конечно, знаю. Но дай уж мне немного поворчать. Так-так, дай-ка я тебя рассмотрю… Надо же, как выросла! Совсем уже большая стала! Женихов, наверное, хоть отбавляй? А где твоя мать? Победила на этой своей войне?

— Ещё нет, — печально вздохнула Рут.

— Ох, прости, пожалуйста. Ладно, тогда давай поговорим о чём-то другом. Что тут у вас нового? Как там моя Бризи поживает? Хорошо о вас заботится?

— Да… Как сказать… — покачала головой сестра.

— А что такое? Снова безобразничает? Она у меня такая неугомонная. Хотя, до Фаулы ей далеко. Вот та совсем непоседа. Вечно ей нужно куда-то бежать, что-то вытворять.

— Они обе хороши, бабуль. Я как раз по этому поводу и хотела с тобой поговорить.

— Так-так-так, очень интересно. Выкладывай, конечно, всё, что тебя тревожит.

— В общем… Тут такое дело… Ты же помнишь, как я тебе рассказывала, что у нас на Тароре обстановка довольно не спокойная?

— Да, конечно, как такое безобразие забудешь!

— Так вот, всё стало ещё хуже. То ли Брезетта, то ли Фаула отдали приказ уничтожить Милту. И её действительно уничтожили. Киборги в ярости. Боюсь, встречной агрессии нам не миновать. Мы с Ормоном и рады бы что-то сделать, чтобы избежать всего этого, но мы… У нас нет никаких идей. Может быть, ты нам подскажешь? Посоветуешь, как поступить?

— Хм… — задумался призрак. — Действительно непростая ситуация. Помню в молодости я гуляла по Беруданскому лесу и случайно набрела на маленькое озеро. Это был Пруд черепов, я сразу это поняла, ведь не раз слышала легенду про него.

— Бабуль, ты уже рассказывала об этом, — по-доброму улыбнулась Рут.

— Погоди-погоди, я хотел бы послушать, — неожиданно для самого себя вмешался я.

— Ох, а это что за молодой человек с тобой? — вздохнула бабушка, впервые обратив на меня внимание.

— Это… Ормон. Он потерял память, когда его… Чуть не убили. Теперь я заново всё ему рассказываю и показываю. Он после этого сильно изменился.

— Надо же, и в самом деле другой человек. Что ж, раз он хочет послушать, тогда слушайте. Найденный мною пруд был усеян черепами людей и животных. Никто не знал, что именно происходило с несчастными, ведь не было тех, кто обнаружил бы пруд и выжил после этого. Мне стало страшно. А кому бы не стало? Но я отчётливо почувствовала, что если сейчас убегу отсюда, то никогда не вернусь домой. И я осталась. Села на берегу и стала вглядываться в воду. Она была настолько чистой и прозрачной, что я без труда видела всё дно. Дно, усеянное черепами. Казалось, что все они смотрят точно на меня. Все эти пустые глазницы устремлены в мою сторону. Снова захотелось убежать. Убежать так быстро, как только это возможно. Но и в этот раз я смогла побороть свой страх, потому что чувствовала, что должна находиться сейчас именно здесь и нигде больше. Я осталась и продолжила вглядываться в воду, скользя взглядом по черепам. Неожиданно по воде пошла рябь, словно в середину озера бросили камень. Только обычные волны успокаиваются со временем, но эти волны были необычными. Они продолжили усиливаться так, что вскоре мне пришлось отползти от воды, чтобы не промочить ноги. Складывалось ощущение, что буквально всё гонит меня отсюда. Да, я знаю, что всегда следует читать знаки окружающей природы, внимать её подсказкам. Но только не в этом случае. Эти знаки не принадлежали природе. Они вели меня к смерти, и я знала это. Я поднялась на ноги и закричала. Громко и пронзительно. Настолько, насколько хватило воздуха. Уже тогда эфир легко отвечал на мой зов, и в этот раз он также пришёл ко мне на помощь. Волны чистой энергии от моего крика схлестнулись с волнами, исходящими из пруда. От такого сотрясения меня отбросило в сторону. Раздался вой настолько яростный, будто стая голодных рагусинов почуяла запах добычи. Словно я разбудила Единосущность от циклического сна. Это было так страшно, что не передать словами. Я оцепенела от ужаса и наверняка сбежала бы оттуда, если бы могла пошевелиться. Но я не могла. Я лишь лежала на земле и смотрела на пруд, волны которого начали затухать. Сперва они затухали медленно, а затем все разом в один миг исчезли. Водная гладь стала идеально ровной. И тишина. Мёртвая, зловещая тишина повисла в воздухе. Я слышала как бьётся моё собственное сердце. И надо сказать, билось оно в тот момент очень громко. Внезапно земля подо мной сотряслась. Вода из пруда взлетела в воздух и собралась воедино, сформировав некое существо. Оно постоянно меняло формы, перетекая из одного состояния в другое. «Ты храбрая частица, ты достойна толики моего внимания», — проговорило существо. «Скажи, почему ты не боишься смерти?». «Я боюсь смерти», — ответила я. «Потому и не убежала». Наверное, мой ответ показался существу забавным, так как оно громко рассмеялось. «Хорошо, маленькая частица», — сказало существо, — «я покажу тебе, как вселять в сердца других сородичей страх и трепет, которые ты только что испытала на себе. Я научу тебя повелевать низшими созданиями и управлять ими при помощи ужаса, душевной боли и страданий».

Призрак нашей бабушки умолк. Казалось, будто она не могла решить, стоит ли продолжать свой рассказ.

— На самом деле, — вдруг заговорила Рутилика, посмотрев на меня, — бабуля и правда могла внушать ужас одним лишь взглядом. Я пару раз испытала это на себе и… — она поёжилась всем телом. — Такое не забывается.

— Это очень, — вновь заговорила старушка, — неприятно осознавать, что близкие люди боятся заглянуть тебе в глаза. Боятся даже рядом с тобой находиться. Это грозило мне одиночеством, потому я перестала использовать дар Единосущности. Хотя, он ни раз спасал меня от надоедливых кавалеров, — усмехнулась она.

— Страх, значит, — задумчиво проговорил я.

Я уже встречался с таким и на своём опыте знаю силу страха. Это могло бы нам пригодиться, только вот…

— А что стало с Прудом черепов и с тем существом? — спросил я, обращаясь к призраку. — Возможно ли их сейчас отыскать?

— Нет, — вместо старушки ответила сестра и покачала головой. — Мы с тобой много раз пытались. Ещё до того, как Беруданский лес сгорел от эфиральской бомбардировки.

— Лес сгорел, но вот насчёт пруда — не уверена, — загадочным тоном произнесла старушка. — Хотя найти его всё равно не удастся. Разве что, если он сам этого не захочет.

Понятно, псионическое существо нам не достать.

— Ох, опять ты со своими загадками, — с улыбкой нахмурилась Рутилика. — Нам сейчас некогда проверять эту древнюю легенду. Да и мало кто ей верит, ведь нашла этот пруд только ты одна. Мама вообще считает, что всё это тебе приснилось и не более того. А нагонять страх на людей — это у тебя врожденный дар.

— Вот смутьянка! — рассмеялся призрак. — Я ей это ещё припомню!

На самом деле, обладая такой силой страха, мы смогли бы перевернуть вообще всё. Но, как сказала бабуля, нельзя так просто взять и найти Единосущность.

— Подождите… Что-то… Что-то не так… — вдруг с ужасом заговорила Рут. — Я… Что-то чувствую…

— О! — наоборот радостно воскликнула бабуля. — Это же моя Бризи! Добро пожаловать в Тень!

— Брезетта? — тяжело выдохнула Рутилика и в пещере стало ещё светлее.

Рядом с нами появился второй призрак красноватого оттенка.

— Что? Где я? Что случилось? Где Ами? — начала озираться женщина.

Черты её лица были ещё различимы и это точно была Брезетта.

— Ты в Тени, милая моя, — ласково ответила бабушка.

— В Тени? — ужаснулась та. — А Ами? Что с ней?

— Внучку я не чувствую, значит, она ещё с вами.

— Это… Это хорошо, — начала успокаиваться женщина.

— Вот что бывает, когда начинаешь войну! — внезапно разозлилась Рутилика. — Зачем ты это сделала? Зачем приказала уничтожить Милту?

— Рут? Ты жива? — искренне удивилась Брезетта, наконец заметив её. — Но… Адарминг сказал, что киборги из Милты убили тебя. Именно поэтому мы решили покарать их за содеянное.

— Адарминг? — оскалилась Рут. — Этот глябский члёбаграс! Как вы вообще умудрились с ним связаться? Он же ррятский эфирал! Он всех вас к войне подталкивал именно для того, чтобы вы их эфиром кормили!

— Ох, ну надо же! — восхищённо завздыхала бабуля. — У нашей скромницы начал прорезаться характер! Невероятно! Рути, поздравляю, ты смогла удивить старуху!

— Баба, — сурово нахмурилась та.

— Молчу, молчу! Продолжайте. Очень интересно.

Брезетта почему-то лишь виновато отвела взгляд.

— Постой-ка, постой-ка, — снова начала разгоняться Рут. — Так ты знала, что он эфирал! И всё равно пошла с ним на сделку!

— Он хотел… — тихо заговорила Брезетта. — Он хотел лишь того, чтобы наша война возобновилась. Я видела в этом возможность сплотить псиан, чтобы впоследствии дать отпор эфиралам. Но теперь… Теперь для меня всё это не имеет никакого смысла. Я лишь прошу прощения за все свои ошибки. И хочу предупредить: Ормон — не тот, кем кажется, — перевела она на меня холодный взгляд. — Он уже два раза пытался убить Ами и в итоге убил меня.

— Чего? — возмутился я.

— Заколка. Скажи ещё, что это не ты отдал её Амиталии.

— Я, но… И что в этом такого?

— Кристалл фастула, вот что.

— Кристалл фастула? Это ещё что такое?

Брезетта смерила меня пристальным недоверчивым взглядом.

— Где ты его взял? — спросила она.

— Мне… — я отвёл взгляд. — Адарминг его дал.

— Блеск, — фыркнула Рут.

Повисла неприятная тишина. Лишь призрак старушки весело шевелил плечами и увлечённо крутил головой, глядя то на меня, то на Брезетту.

— Ладно, прошу прощения, — первым заговорил я. — Я тогда вообще впервые с ним встретился. Он сказал, что в заколке обычный передатчик, чтобы слушать ваши разговоры. Адарминг хотел выяснить, что вы скрываете в руинах старого бункера.

— Он и сам прекрасно знает, что в тех руинах, — проворчала женщина.

— И что же? — вклинилась в разговор Рутилика.

— Я не знаю, — пожала плечами Брезетта. — Адарминг отдал ключ только Фауле. Только она была там. Мне она ничего не рассказывала.

— Но ты же была там, когда Ормона чуть не убили! — продолжала нападать Рут. — Ты спасла его оттуда.

— Ормон сам меня позвал, но когда я добралась туда, было уже поздно. Издали увидела взрыв, после чего нашла его почти мёртвого на земле. Возможно, он напоролся на скрытую ловушку, коих полно в округе бункера. — Она перевела взгляд на меня. — Скажу прямо, я никогда не испытывала к тебе особо тёплых чувств, но бросить тебя умирать… Мариса бы мне этого никогда не простила.

— Да ты ж моя звёздочка! — слащаво заговорила бабушка. — Я тобой горжусь!

— Спасибо, мама, — скупо ответила та.

Повисло неловкое молчание.

Теперь хотя бы частично стали понятны мотивы этой странной женщины. Получается, что она вроде как и накосячила глобально, устроив на Тароре ад, но вроде как и сделала это из благих побуждений. Ещё и меня спасла. Молодец, в общем. Теперь нам всё это разгребать.

Видимо, поймав мой внутренний настрой, Рутилика спросила:

— Так и что нам теперь делать? Киборги пойдут штурмовать наши города. Погибнут люди.

— В этом и суть, — отозвалась Брезетта. — Только так псиане увидят своего врага и объединятся в общем порыве очистить планету от паразитов.

— И ты так просто это говоришь?! — снова начала заводиться сестра.

— Другого выхода у нас нет.

Глаза Рутилики гневно вспыхнули, и призрак Брезетты моментально растворился.

— Тебе нужно учиться спокойствию, внученька моя, — нравоучительным тоном заговорил оставшийся призрак.

— Да я пытаюсь! Но как тут… В окружении таких вот… Арр… Бесит. Ладно, всё, я успокоилась. Успокоилась я!

— Ты тратишь слишком много энергии на ненужные вещи, — с улыбкой произнесла бабушка. — Вот ты спросила, что вам делать. А что хочешь делать ты? В данный конкретный момент.

— Я… Я не знаю…

— Вот именно. Поэтому сейчас ты слаба. Ты даже контакт с Тенью еле удерживаешь. Ещё чуть-чуть, и я тоже уйду вслед за Брезеттой.

— Постой! Погоди! Мы же…

— Ты хочешь спасти киборгов, спасти людей. Ты хочешь помочь всем. Да, я знаю. Но сперва ты должна помочь самой себе. Верни обратно растраченную энергию, наполнись ею. Только так ты сможешь достичь всего, что только пожелаешь. А спрашивать у нас советов… Пфф, это такая ерунда. Ты знаешь, кто твой самый лучший советчик. Обернись, да спроси у неё совета. Уж она точно отправит тебя в верном направлении. Страх, Рути, ты же помнишь? Нами всегда управляет страх.

Призрак старушки тихо засмеялся, а затем медленно растворился, оставив нас одних. Рутилика опустила взгляд и продолжила безмолвно сидеть, глядя в одну точку.

— Ты поняла, что она сказала? — с опаской спросил я. — Кто находится у тебя за спиной?

— Единосущность, — прошептала Рут. — Или ещё её называют — Смерть. Она за спинами всех нас. И она всегда нас догоняет.

Помолчав немного, она продолжила:

— Бабуля права. Я знаю, куда нам надо идти. В Беруданский лес.

— И зачем нам в этот лес?

— Я не знаю, но я чувствую, что нам нужно именно туда.

— Хорошо, в лес, так в лес, — легко согласился я. — Но ещё, если будет возможность, я бы хотел наведаться в руины бункера.

— Хм… Это немного не по пути, — задумалась сестра. — Хотя… Ладно. Сперва сходим туда, а затем повернём к лесу.

Честно признаться, я был немного удивлён, что она даже не попыталась меня отговорить, ведь в прошлый раз я там чуть не умер. Но оно и к лучшему — не придётся спорить.

Утвердив данный план, мы отправились наружу к Аксусу. Мне пришлось помогать Рутилике подняться, потому как она и в самом деле вымоталась физически настолько, что не смогла сама встать. Не так уж и легка жизнь псионика, как её рисуют.

Медленно, но верно, мы протиснулись сквозь расщелину и выбрались на свободу. Но тут нас ждал сюрприз…

— Добрейшего времени адра, — раздался голос Дэйдары.

Она стояла прямо напротив нашей пещеры. Её окружала дюжина бойцов киборгов, все с оружием в руках. За ними лежало тело Аксуса. Мой механический глаз определил, что тот был ещё жив.

— Надо же, а я действительно не поверила, когда мне сообщили, что ты выжил, — глядела она на меня. — Но это даже лучше. Вы пойдёте с нами.

Женщина вытянула вперёд руку, и та трансформировалась в ствол с разгорающимся внутри огнём.

Внезапно Рутилика рванулась вперёд и одним лишь взмахом руки отшвырнула в сторону сразу троих киборгов. Её глаза вспыхнули изумрудным пламенем. Вместе с этим от скалы оторвались камни и с бешеной скоростью влетели ещё в нескольких противников. Но тут в воздухе раздался громкий противный щелчок — это выстрелила Дэйдара из своей ручной пушки. Тело Рут тут же завалилось набок. После чего женщина перевела прицел на меня и выстрелила вновь.

Против воли моё тело дёрнулось вбок, уходя с траектории выстрела. Я сразу же понял, что Лисси снова забрала контроль на себя и не стал ей мешать.

Ноги понесли меня в атаку, но до врагов было слишком далеко, да и Дэйдара оказалась быстрее, чем я думал. Она моментально скорректировала свой прицел и сделала выстрел на упреждение. На этот раз увернуться мы с Лисси не успели…