Полуплоскость. Дорога к Срединограду

Пролог

Полуплоскость: Дорога к Срединограду

Посвящается Ваэлю, самому Классному, Крутому и Могущественному Повелителю из возможных!!

Акт Первый: Страж Спокойствия

Пролог

В громадном зале царила тьма. Часто прорезали её вспышки света синего и оранжевого, однако не могли они надолго осветить весь зал. Стены его, прежде сверкающие, покрывали пятна свежей копоти. В проломах пола и потолка изредка вспыхивали электрические искры, а иногда появлялись – и тотчас исчезали – смутные фигуры.

Тьма царила в зале.

Однако тем, кто сейчас в нём пребывал, преградой она не была.

Крупный тираннозавр, увенчанный короной из сияющего золота, стоял напротив высокого зеленокожего гуманоида, затянутого в фиолетовый плащ. У правой руки каждого стояли их уменьшенные копии.

Тираннозавр поменьше крепко сжимал в руке четырёхцветную розу. Он тоже был в искусно вытканном изумрудном плаще, но на его плаще был вышит Маггвардс, а не корона. Серебристый доспех плотно прилегал к чешуе. Боевые ботинки юного тираннозавра могли в любую секунду выпустить клинки, способные разрезать и кожу василиска, не то, что металлические пластины, покрывающие зал.

Молодой гуманоид со светло-зелёной кожей и овальными чёрными глазами презрительно кривился, глядя на двух теплокровных ящеров. В отличии от соплеменника слева, его голову не украшали ни три загнутых к затылку костяных выроста, ни обод из серебристо-белого металла с ярко-голубым камнем в центре. Его брови и без волос показывали, насколько ему неприятно здесь находиться.

Тираннозавр и гуманоид нервничали и переминали с ноги на ногу, ведя себя не так спокойно как их старшие собратья.

– Уходи. Уходи и не возвращайся на Дордокс никогда.

– Ты знаешь, что я не уйду. Один раз ты победил. Теперь мой черёд.

– Пап, можно я его Готмуром, а? – тираннозавр поменьше вопросительно посмотрел на отца.

– Толку от этого не будет. Его не берёт ни одно из наших орудий.

– Я всё равно попробую, – решительно сказал тираннозавр поменьше.

Перебросив розу в левую руку, он призвал в правую Меч.

Чистое лезвие отражало приглушённый свет вспышек и ненадолго задерживало его на себе, позволяя ему пару мгновений струиться по металлу. Крестовиной были тёмные крылья дракона, когтями смотрящие на остриё Меча. Гарда, тёмно-зелёная, с редкими вкраплениями сверкающих золотом искорок, походила на хвост дракона, завершающийся острым чёрным шипом. Там, где лезвие соединялось с рукоятью, с двух сторон расположились лица тираннозавров: с одной стороны в короне, с другой – поменьше и без короны. У того, что в короне, глаза были из сапфиров, глаза же второго – из изумрудов. Серебряные виноградные листья и лозы соединяли лица с крыльями, лезвием и рукоятью, немного заползая на чешую и затеняя её тёмную металлическую зелень. Меч словно жил своей жизнью, покачиваясь и чутко прислушиваясь к мыслям своего юного хозяина.

Крепко сжав Готмур в правой руке, молодой тираннозавр за три шага достиг высокого гуманоида и, глядя в его ничего не выражающие чёрные глаза, опустил Меч на его голову.

Готмур скользнул по среднему наросту, не причинив гладкой коже никакого вреда и замер. Тираннозавр отошёл обратно, тяжело дыша.

Высокий гуманоид, будто очнувшись, проговорил:

– Ваше оружие не в силах мне навредить. Аурикс, хочешь проучить сына несносной ящерки?

– С радостью, отец, – однако в интонации младшего гуманоида радости заметно не было.

Гуманоид, смотря прямо в глаза тираннозавру, достал из-под мантии некое приспособление, лишь отдалённо напоминающее бластеры их войск. Всё оно было в переплетениях металлических колец, спиралей и изгибов. Сделанное из того же металла, что и обод старшего, оно излучало ауру ужаса. По внутренним кольцам изредка пробегали чёрные искры абсолютного уничтожения, по внешним – серебристо-белые, напоминающие о том, что остаётся после жизни.

Молодой тираннозавр сделал ещё один шаг назад. Он концентрировал в розе, наливающейся оранжевым светом, потоки магии, способные положить конец этому фарсу. Меч его легко подрагивал, однако хватка руки, держащей его, была крепка. Готмур просился в бой, желая превратить этих гуманоидов в мясной салат. Или фарш. Или на выбор Хозяина.

В передней части устройства, нацеленного на тираннозавра, появился крохотный вихрь из чёрных и серебряных искр. Он постепенно рос, охватывая всё больше и больше колец и спиралей.

Юный тираннозавр сделал шаг назад. Поднял Меч.

Вихрь распространился на половину устройства, младший гуманоид победоносно улыбнулся и чуть приподнял руку.

– А что это вы тут делаете? – насмешливо пророкотал кто-то сверху.

В одном из крупных проломов появилась голова, отдалённо напоминающая жабью. Только вот у жаб нет таких рогов, зубов и чешуи. Жёлто-оранжевые глаза с вертикальными полосками зрачков ехидно оглядывали всех присутствующих. Широкий рот кривился в довольной усмешке. Из узких ноздрей вырывались потоки мороза.

– Везел. Ты должен быть наверху, – в спокойствии тираннозавра покрупней появились едва различимые нотки недовольства.

– Сэр Везелиур! – а младший тираннозавр, наоборот, обрадовался появлению старого знакомого. – Вы знаете, как их уничтожить? – он кивнул в сторону гуманоидов. Высокий с некоторым оттенком любопытства смотрел на незваного гостя, младший же не сводил взгляда с головы отвернувшегося тираннозавра.

Везелиур, пристально вглядевшись в гуманоидов, покачал головой.

– Нет, Микли, просто так их не уничтожить. И убить их у вас не получится.

– А жаль, – однако жалости в голосе младшего тираннозавра не ощущалось.

Микли снова повернулся к противникам. Он прищурил глаза и слегка улыбнулся, удобнее перехватывая Меч. Странное оружие его не пугало – рядом с ним его отец, великий Король Динорума и Зеленочешуйчатый бог, Теорокс Реджиэнус. Или попросту Ти-Рэкс. Отец никому не позволит его уничтожить.

Тираннозавр начал медленно, по половине обычного шага, пятиться назад.

– Пааап, если ты не уничтожил Злого Разума в прошлый раз, то что мы будем делать сейчас? – в голосе молодого ящера играла только заинтересованность. И немного любопытства. Страха, к слову сказать, не было не только в его голосе.

– Как-нибудь справимся.

Ти-Рэкс шагнул вперёд, в его руках возник массивный чёрный посох, увитый изумрудными лозами винограда. Венчали его шесть когтей, остриями смотрящие на длинный, в метр, шип, рассеивающий бледно-зелёный свет.

– Ближе не подходи, – предупредил его высокий гуманоид. Его руки, прежде скрытые широкими рукавами, теперь искрились фиолетом. Браслеты на его тонких запястьях мягко светились. По ним текло нечто невидимое и в то же время реальное.

– Когда это я начал тебя бояться? – насмешливо спросил его взрослый тираннозавр, на губах которого теперь тоже играла насмешливая улыбка.

Поравнявшись с сыном, тираннозавр остановился, приподняв торс. Его посох наливался изумрудным светом, а в виноградных лозах будто играл ветерок. Конечно, это была всего лишь игра света и тени, однако всё равно казалось, что лозы наползают на когти, сворачиваясь под ними в плотную полусферу.

– Может, я их заморожу? – участливо спросил Везелиур.

– Нет.

– Тогда испепелю, – Везелиур начал продвигаться в зал, но его остановили:

– Везел, здесь может быть опасно. Не стоит рисковать. Злой Разум и его сынишко грозные противники.

– Пап, сэр Везелиур может их отвлечь, – молодой тираннозавр так просто от помощи союзника отказываться не собирался. И шёпотом добавил: – И что мы будем с ними делать, если убить не можем, а уйти по доброй воле они не хотят?

– Что-нибудь придумаем, - Ти-Рэкс ласково улыбнулся сыну и взъерошил его растрёпанную в битве шевелюру. Сын с удовольствием улыбнулся.

Ти-Рэкс сделал ещё один шаг. В его глазах зажглись золотые огни, а посох засверкал ярче. Несколько секунд тираннозавр пристально смотрел на Злого Разума. Тот отвечал ему тем же. Оба при этом не показывали никаких эмоций.

– Твои армии разбиты, генералы мертвы, укрепления уничтожены. Уходи. Раз и навсегда. Если ты больше не покажешься в пределах Солнечной и Витурианской систем, я сохраню тебе жизнь.

– Твои сведения неверны, – ухмылка презрения исказила бескровные губы гуманоида. – Армии? Генералы? Бастионы? Построим новые, в разы лучше прежних, – Злой Разум неким образом возвысился и в его чёрных глазах тоже засверкали огни. – Я пришёл на эту планету раньше, и она моя по праву Первого шага. Твои отвратительные скачки во времени не влияют ни на что, грязный ящер. Если ты сейчас же покинешь мои владения, я разрешу твоим гнусным подданным оставить Мегонию живыми. И ты дашь слово, что ни один ящер, терий или нид никогда не ступит на эти земли. Мои земли.

Ти-Рэкс погрузился в раздумья. Его посох продолжал пульсировать зелёным светом. Виноградные лозы теперь действительно двигались, оплетая когти и основание шипа.

Тянулось это на протяжении двух минут, а после тираннозавр услышал мысли своего сына, до тех под сдержанно думающего о разных способах убийства Злого Разума: «Пап, ты можешь запихать их в пространственный куб! Так, как сделал с Мистером Катом и его дружками. Уверен, ОПОшки не смогут из него выбраться. Ну?»

И Король Динорума ответил: «Мне потребовалась вся новообретённая мощь, чтобы отправить их в космос. Мама не рассказывала тебе, что тогда я отключился на несколько недель? И восстанавливал силы почти полгода. Микли, поверь, сейчас это не выход».

Микли замолчал. В его сознании промелькнула мысль о том, чтобы отец сделал хоть что-то, но тотчас погасла.

– Ты долго думаешь. Слишком долго. Решай скорее.

– Ирендиус, если я не могу уничтожить тебя сейчас не значит, что я собираюсь мириться с твоим существованием на моей планете, – и, после недолгого молчания: – Или где бы то ни было ещё.

– Только твой выбор. Это твой ответ? Ожидаемо. Аурикс, на тебе ящерка. Ящер – мой.

Младший гуманоид ухмыльнулся так же, как и его отец шестью минутами ранее.

– Да, пап. С ними будет покончено раз и навсегда.

– Меня с доски вы уже смели, насколько я понимаю? – презрительно и равнодушно спросил Везелиур, рассматривая свой серпообразный коготь.

Никто не обратил внимания на его слова. Микли хотел ещё раз напомнить о неоспоримых плюсах помощи Двойного дракона, но, искоса посмотрев на отца, решил, что лучше промолчать. И попытаться разрубить хотя бы Аурикса. Которого он уже окрестил Полузлобышем.

– Кого первым отправляем на мясное пюре?

– Микли, мы не «отправляем на мясное пюре»! Мы избавляем Дордокс от опасностей, которыми грозит их, – патетичный жест посохом, – присутствие всем нам!

– Одно другому не мешает, – слегка недовольно буркнул Микли, припоминая последовательность слов и жестов заклинания Темницы. Если он не может их убить, то посмотрим, как они выберутся из Темницы душ. Или Пространства, если он вспомнит и её.

– Не думай, что твоя примитивная магия на нас подействует. Аурикс, молчать.

– Я и не собирался. Пааап, сколько можно ждать? У меня палец устал.

– Пусть нападут первыми. Не хочу раскрывать карты перед пресмыкающимися, настолько достойными смерти.

Микли ожидал, что Злой Разум сейчас захохочет, но ничего подобного не произошло: глава ОПОшек просто замолчал.

Прошла ещё минута. Никто не спешил нападать, зная, что у врагов могут быть козыри и сильнее туза. Время шло. Везелиур начал подтачивать когти, бросая недовольные взгляды на тираннозавров и аурелийцев.

– Всё, пап. Я стреляю. Мне надоело стоять и ждать неизвестно чего.

– Хорошо. Стреляй. – Ирендиус чуть поднялся. В его руках возникли сгустки фиолетового пламени, чем-то напоминающие свет от посоха Ти-Рэкса.

На спиралях орудия вспыхнуло белоснежно-чёрное кольцо из тысяч искр и начало продвигаться в сторону Микли. Тираннозавр подумал, что вот сейчас оно сорвётся и полетит в него, но «срывалось» оно невероятно медленно. Микли протянул:

– Такими темпами я сто двадцать раз убежать успею.

– Я всегда говорил, что пресмыкающиеся трусливы. Теперь я это знаю наверняка.

Через восемь секунд Аурикс добавил:

– Если ты не в курсе, что это, то так никогда и не узнаешь.

– Аурикс, как тебе не стыдно так глумиться над ящерками! Отец тебя такому не учил, – Злой Разум покачал указательным пальцем. За ним оставалась полоса фиолетового пламени из мельчайших искр.

– Хорошо, пап. Стой и смотри, Миклеанус Дензекурви, как тебя…

В двух метрах левее Злого Разума воздух вспыхнул и через огонь прошёл пламенный человек. Ростом около двух с половиной метров, он был на голову ниже Ирендиуса Делеоминикса. Заметно было, что пламенный спешил. Не обращая внимания на тираннозавров, он открыл рот, собираясь…

– О, архименталь пожаловал. Тео, у этого слизня есть ещё шуты в рукаве?

Пламенный с ненавистью посмотрел на Везелиура. Его огненные глаза сузились, став темнее. Переборов желание ответить, пламенный человек обратился к Злому Разуму:

– Ауриэн, лорд Аурион послал на Аурелию сигнал о всеобщей мобилизации.

Злой Разум не выказал никаких чувств, однако Микли понял, что вести были плохими.

– Сколько фаэрри осталось в чертогах? – резче и быстрее, но всё равно спокойно.

– Я последний. Остальные или вернулись в Нингур, или скоро вернутся.

Злой Разум бросил на Короля Динорума взгляд, полнящийся презрением.

– Мне придётся убить тебя в следующий раз. Ты ведь не дашь себя в обиду?

Ти-Рэкс насмешливо качнул посохом и с отвращением бросил:

– В прошлый раз все карты были твоими. В этот раз силы равны. Я подожду следующего.

– Пап, неужели ты оставишь их даже без…

– Идём, Аурикс. Нас ждёт встреча с дедушкой. Убьёшь ящерку позже.

Аурикс обернулся и, бросив гневный взгляд на Микли, догнал отца.

Ирендиус Делеоминикс, отойдя к небольшому возвышению с дырой посередине, взмахнул руками. Фиолетовые вихри взлетели и опали, создав овальный проём, состоящий из перекрученных искристых спиралей. Шагнув в переплетение искр, аурелийцы и фаэрри пропали.

А секундой позже исчез и портал.

Глава первая. Зеркальный замок

– И это всё? Это вся битва со Злым Разумом, о котором я столько слышал и читал?! – возмущению юного тираннозавра не было предела

– Микли, иногда победа хуже, чем поражение. Дордокс теперь наш.

Однако Ти-Рэкс хмурился. Костяшки на пальцах его рук потемнели, сжимая посох. Золотой огонь глаз стал ярче.

– Если это «ничья», то какой была бы победа? – вопрос Микли повис в воздухе.

К ним спланировал сэр Везелиур, перья и чешую которого кое-где раскрашивали потёки зеленоватой крови и пятна копоти. Подойдя к юному тираннозавру, Двойной Дракон сказал:

– Ти-Рэкс не стал бы преследовать Разума. И не станет, – добавил ящер, поймав взгляд Ти-Рэкса. Тот вздрогнул. – Покончить с этим врагом будет сложнее, чем вам кажется.

Тираннозавр в короне, казалось, пребывал в печали. Его плечи чуть поникли, а огонь в глазах теперь медленно терял силу. Король Динорума понимал, что должен остановить своего первого врага, однако до сих пор не знал, как ему это сделать. Все планы и расчёты, что он так долго зрели, пошли в Бездну сразу, как только он взглянул на защиту Злого Разума. С такой сложной сетью из магии, технологий и чего-то совершенно непредставимого он повстречался впервые. В прошлый раз он не смог увидеть даже этого. Но он и не проиграл.

Ти-Рэкс размышлял о том, как объяснить своему сыну, что он сам не до конца понимал. Медленно складывающееся из догадок и сомнений. Что, быть может, окажется залогом жизни бессчётных миллиардов разумных существ. Или – ключом к их ужасающей гибели.

Везелиур внимательно смотрел на своего старого друга. Сомнения, видимые только проницательному взгляду, читались с лица Тео, как со страниц книги. Его страхи Дракон понимал, однако согласиться с тем, к чему постепенно приходил Ти-Рэкс, Везелиур не мог. Двойной Дракон жил слишком долго и видел сотни трагедий, от личных бед до межконтинентальных войн, и сейчас он как никогда чувствовал, что на незримой сети уверенности появляются крохотные капли отчаяния. Его друг хорошо держался все эти годы, но что будет потом? Что будет, когда узнает он о истинном источнике защиты Злого Разума?

Микли же на взрослых внимания не обращал. Его беспокоило долгое отсутствие Лиолена и Защитников. Лейленозавр, лягушк-убийца и плеонопс остались держать оборону в одном из коридоров, ведущих в зал. Исследователи и несколько Ледяных Драконов защищали сам коридор, но они тоже не показывались. Мысль-сигналы тут блокировались, хотя Миклеанос и чувствовал, что друзья в порядке. Подумав секунду-другую, тираннозавр сказал:

– Пап, мне было дико интересно стоять и ничего не делать, но хорошенького понемножку. Может, Лиолен и остальные там умирают со скуки, сражая легионы ОПОшек и прочих тварей Злого Разума. Так что, я пойду-ка к ним. Поскучаю немного.

– Нет, Микли.

Ти-Рэкс не выглядел обеспокоенным, вовсе нет. Но в его голосе снова прозвучали нотки, которые Микли слышал достаточно редко, чтобы к ним не обратить на них должного внимания. Его отец принял решение, нелёгкое, однако от этого не менее важное.

Микли удивился. Если он не услышит хоть каких-то доводов в пользу его присутствия в зале, он пойдёт к друзьям. И никто его не удержит.

– Нет, Микли, – повторил Ти-Рэкс. В его глазах появилась грусть и через секунду он продолжил: – Ты и твои друзья должны отправиться на Полуплоскость. Грёв и Драконы идут с вами. Сейчас я перенесу их сюда.

«Что это за полуплоскость такая? – с сомнением подумал Микли. – Вроде бы что-то из геометрии… Ладно, послушаю, что Ти-Рэкс дальше скажет». И, через пару секунд, со смешком: «Хорошо хоть не на трапецию. Или гипотенузу». Подумав об этих невероятно геометрических приключениях, Микли стал ждать.

Спустя минуту в зале появились Лиолен, Трест и Кузьмич.