Полуэльф пронзающий красную пустыню.

Глава 1. Под куполом добра.

Часть 1. Утро без теней.

Проснулся от того, что по кварцевому своду проползла тень. Не человеческая – слишком длинная, будто кто-то влепил в небо косую полоску негатива и тянет её за концы, пока не треснет плёнка реальности. Потом тень исчезла, оставив после себя лёгкое зудение в висках: предвестие, что день будет не тем, за что его выдают инженеры-гелиостаты.

В последний раз такое чувство накатило за три минуты до того, как над южной пещерой сорвало крышу и внутрь ворвались куски неба, черные, как обломки магических гранат. Тогда я ещё успел подумать: «Интересно, а будут ли они взрываться по научной или по магической схеме?» Взорвались по обеим.

С тех пор я сплю в одежде. Я не трус, но я боюсь. Боюсь не за других, боюсь за свою жизнь. Мне кажется, что моя жизнь будет не такой, как у моего окружения. По этой причине стараюсь быть лучшим, узнать больше, как будто куда-то спешу.

Встать, щёлкнуть пластиной «доброе утро» на запястье, дать кибер-чайнику команду «кипятить тихо, чтобы никого не разбудить» – всё это занимало ровно девять секунд. Потом я выдохнул, и воздух в комнате заискрился: мои лёгкие автоматически запустили протокол «собственная аура на подъём». Любовь окружающих к утренним объятиям была быстродействующим ядом; лучше подышать собственной, хорошо знакомой магией, чем чужими слюнявчиками доброты.

На столе стояла кружка из биокерамики – подарок мастера Греда. Он утверждал, что глина впитала в себя улыбки двадцати трёх детей, и каждый глоток добавляет в кровь три микрограмма счастья. Я пил из неё только ночью, когда никто не видел, и всё равно чувствовал, как по венам разливается липкая сладость. Сегодня я решил рискнуть: вчерашний ремонт купола затянулся до трёх ночи, и мозг требовал хоть какой-то радости, пусть даже в виде керамического псевдо-допамина.

Глоток. Второй. На третьем меня вывело из равновесия: в кружке плавал крошечный бумажный кораблик. Развернул – аккуратный детский почерк: «Эйнар, не грусти, мы тебя всё равно любим». Без подписи – в нашей общине подписи считались излишним эгоизмом.

Я вышел на балкон-гриб, чтобы выбросить кораблик в реку воздуха. Снизу доносилось пение. Пять голосов, семь, десять – они складывались в аккуратную каноническую сетку, где каждый получал ровно столько внимания, сколько отдавал. Петь у нас было принято вместо «доброе утро». Словесные приветствия считались слишком точными, они могли задеть чувство одиночества того, кто в этот момент не чувствовал себя достаточно «добрым». А вот музыка – она обтекала, смягчала, маскировала. Вот именно это мне и не нравилось в нашем обществе. Где всё обтекаемо, все вежливы, улыбаются, обнимаются. Я вижу в этом фальшь и приспособленчество, а в спортзале в пылу схватки, можно увидеть настоящих жителей подземелья. На мгновения в их глазах можно узреть истинную ярость и гнев, что они прячут внутри, скрывая всё за улыбками.

Я прислонился к перилам. Внизу, в кругу светлячков-ламп, стояла группа детей и два старика. Старики водили руками, выписывая в воздухе световые ноты; дети ловили их ладонями и прижимали к груди, будто это были ягоды. Каждая пойманная нота превращалась в маленькое светящееся сердечко и тут же исчезала, впитываясь в кожу. Процедура называлась «утренняя зарядка эмпатии». Я проходил её в первые годы моего присоединения к секте и до сих пор помнил вкус: слишком сладкий, с привкусом мокрого пуха.

Один мальчуган – рыжий, в полосатом комбинезоне – заметил меня, махнул рукой так энергично, что чуть не уронил свою ноту. Нота вырвалась, взмыла вверх и… треснула. Звук был почти физический: как будто кто-то щёлкнул пальцами по зубам. Все замолчали. Мальчик опустил глаза. Старики тут же окружили его, начали гладить по голове, шептать: «ничего страшного, мы все допускаем ошибки, главное – направить любовь внутрь себя».

Я отвернулся. Именно поэтому я ненавидел утренние представления: одна трещина – и толпа готова залечить её литрами слюнявой нежности. В мире науки трещины были данностью, их измеряли, сверяли с таблицами, заливали сплавом и шли дальше. Здесь же каждый изъян превращался в повод для коллективного самоунижения.

В комнате пискнул будильник-растение. Это был мой личный хронометр – кактус, который цвёл ровно в шесть тридцать, если его не поливать любовью. Я поливал его раз в неделю, и он отвечал мне стрелками из колючек, указывающими, сколько минут осталось до следующего обязательного акта доброты. Сегодня стрелки показывали «ноль». Значит, через десять минут мне предстояло явиться на общую кухню-сада и улыбнуться минимум трём людям. Иначе кактус завянет, а его смерть зафиксирует датчик эмпатии и вышлет жалобу в Совет.

Я достал из ящика перчатки. Тонкая биоплёнка, пропитанная блокатором эмоциональных феромонов. Изобретение собственного производства. Надел – и сразу стало легче: мир обрёл чёткие края, запахи ушли, улыбки превратились в просто движение мышц. Сделав глубокий вдох, сунул кораблик в карман и спустился вниз.

Лестница жила собственной жизнью: каждая ступень подсвечивала под ногами тёпло-жёлтым, если ты чувствовал «благодарность». Я чувствовал раздражение, поэтому свет был холодно-лиловым. Система не ругалась – у нас разрешено чувствовать всё, лишь бы не задерживаться на негативе дольше семи секунд. Я успевал.

На первом этаже меня ждал Гред. Его борода была усыпана мукой, а глаза светились так, будто внутри горела маленькая звезда.

– Эйнар, – сказал он, и голос его дрожал от счастья, – ты опять забыл улыбнуться кактусу?

– Он мне улыбнулся первым, – пришлось ответить улыбчивому старику. – Я ждал, пока закончит.

Гред рассмеялся – звук был мягкий, как пуховик, в который заворачивают новорождённых.

– У нас сегодня праздник первого помидора, – сказал он. – Ты придёшь?

Я пожал плечами. Праздники первого помидора, третьей клубники, седьмого огурца – повод для коллективного экстаза. Люди обнимались, плакали, обменивались дарами, которые сами же и вырастили. Я предпочитал находиться в такие моменты в мастерской, среди холодного металла и честных формул. Там было всё просто, если ты идёшь в правильном направлении и хорошо работаешь, на выходе получаешь готовый продукт. Без улыбок и всякого пафоса.

– Постараюсь, – сказал я. – Если не сдохнет купол. - Гред смахнул муку с бороды и вдруг стал серьёзным.

– Он не сдохнет, – прошептал он. – Пока мы любим друг друга.

Я кивнул и прошёл мимо. Фраза была красивая, но я знал цифры: кристалл А-7 треснул на 0,3 миллиметра глубиной, и любовь, как бы ни была велика, не заполнит трещину. Любовь эфемерна, она может превратится лишь в слюни или сопли.

Кухня-сада представляла собой огромный купол внутри купола: стеклянная банка, где росли овощи, а вместе с ними – отношения. Столы стояли в форме восьмёрки, чтобы никто не сидел «на краю». В центре росло дерево, каждый лист которого был датчиком настроения: если кто-то чувствовал себя «не в безопасности», листья желтели, и тогда все останавливались, чтобы обнять этого человека.

Я вошёл в перчатках. Листья остались зелёными – блокатор работал. Мне было спокойно.

На моё место положили тарелку: салат из микрозелени, кусок хлеба, выросшего из спор дружбы, и три капли масла, добытые путём коллективного дыхания. Я сел, отвернувшись от центра, и начал есть, не разглядывая никого в глаза.

– Эйнар, – раздался голос слева, – ты опять один?

Это была Лира. Её глаза были такие большие, что в них можно было утонуть, если не умел плавать. Я умел.

– Я не один, – ответил красотке. – Я с собой.

Она улыбнулась – улыбка была искренней, и это делало её опасной.

– Мы сегодня играем в «передачу тепла», – сказала она. – Пойдёшь?

Я откусил хлеб. Он был сладкий – видимо, дружба сегодня была особенно крепкой.

– У меня купол треснул, – сказал я. – Нужно чинить.

Лира наклонила голову.

– Можно и чинить, и играть, – прошептала она. – Любовь не противоречит ремонту.

Я пожал плечами. Противоречила. Особенно когда речь шла о 0,3 миллиметрах, которые могли превратиться в 3, а потом в 30, и тогда всё, что останется от нашей утопии – это грудка добрых воспоминаний и кучка овощей, выросших на человеческих поцелуях.

Я допил воду, встал и пошёл к выходу. За спиной раздались голоса:

– Куда он?

– Опять один.

– Наверное, боится.

– Надо обнять его потом.

Я ускорил шаг. Перчатки скрипели, будто напоминали: «Ты в безопасности, пока мы на твоих руках». Я не был одиночкой, я любил девочек, иногда по ночам мы занимались любовью, по крайней мере это так называлось. Я делал это, ибо мне это нравилось, но вот гулять за ручку, обниматься, целоваться часами на пролёт – это не моё. Мне больше нравится секс, где и физуху отработаешь, и удовольствие получишь.

За дверью меня ждал коридор, ведущий в мастерскую. Там не было окон, только лампы, которые горели ровным белым, не задавая вопросов. Войдя, закрыл за собой люк и снял перчатки. Воздух был холодным, с запахом машинного масла. Вдохнув полной грудью, улыбнулся. Да, я тоже улыбаюсь, но только когда я этого хочу, а в последнее время, только работа приносит удовольствие.

В мастерской не требовалось улыбаться. Здесь требовалось считать.

Я подошёл к столу, на котором лежал кристалл А-7. Трещина была аккуратной, как будто кто-то провёл по стеклу ногтём. Я взял лупу, измерил глубину: 0,31 миллиметра. За ночь – плюс 0,01.

Услышал, как внутри меня что-то треснуло в ответ.

– Любовь, – сказал я вслух, – не заполнит трещину.

И тут же пожалел, что сказал. Потому что в мастерской стояли микрофоны, а микрофоны вели в Совет, а Совет…

– Эйнар, – раздался голос из динамика, – приходи к нам. Мы знаем, что ты не спишь.

Я вздохнул. Пора было идти. Пора было выбирать: быть добрым – или быть живым.

Глава 1. Под куполом добра.

Часть 2. Школа единства

Совет встречал меня в круглом зале, где стены были сделаны из дыма, который никогда не рассеивался. Это был дым решений: каждый вдох – и ты вбираешь в себя коллективную волю. Я надул блокаторы носовых фильтров, которые изобрёл ещё вчера, и вошёл.

В центре стояли семеро. Семь старейшин, семь улыбок, семь пар глаз, в которых горели маленькие солнца. Они не садились – сидение считалось проявлением иерархии. Стояли, держась за руки, образуя кольцо, и из этого кольца исходило тепло, будто они были живым реактором.

– Эйнар, – сказала старейшина Айла, – ты снова пришёл в перчатках.

Кивнул в ответ, ведь и так всё видно. Пальцы внутри кожи потели, но наружу не просочилось ничего, кроме запаха старого железа.

– Купол треснул на 0,31 миллиметра, – сказал я. – Если не остановить, через неделю будет 0,5. Через месяц – прорыв.

Старейшины переглянулись. Их взгляды были как шёлк: мягкие, но, если не увернёшься – порежут.

– Мы знаем, – сказал старейшин Гор. – Но мы также знаем, что трещины не растут, если их не питает страх.

– Или физика, – ответил я. – Физика питается напряжением материала, а не эмоциями.

– Всё есть эмоция, – вставила Айла. – Даже кварц. Он чувствует, что ты в нём видишь врага.

Я хотел сказать, что враг – это просто трещина, но передумал. Споры с Советом были, похожи на попытки перекусить собственные зубы: заманчиво, но бесполезно.

– Что вы предлагаете? – спросил у семёрки.

Старейшины разом улыбнулись – семь синхронных дуг, будто кто-то натянул струны на одной и той же гитаре.

– Школа единства, – сказал Гор. – Ты пройдёшь курс заново. Для профилактики.

Я почувствовал, как внутри меня что-то сжимается. Школа единства – это место, где учатся быть друг другу зеркалами. Где твои мысли озвучивают соседи, а твои чувства – соседские лица. Где «я» становится «мы» через семь минут, и, если не успеешь выбраться – остаешься навсегда.

– У меня есть работа, – сказал я. – Кристалл не починит сам себя.

– Починит, – сказала Айла, – если научится любви.

Я хотел сказать, что кристалл – не человек, но тут же понял: для них разницы нет.

– Хорошо, – сказал я. – Но на своих условиях.

Старейшины кивнули. Они уже знали, что я скажу. Они всегда знали.

– Перчатки оставишь вне двери, – сказал Гор. – И фильтры.

Я вздохнул. Снял перчатки, выкрутил фильтры. Воздух зала ворвался в лёгкие – сладкий, тёплый, как молоко, в котором кто-то сварил конфеты. Почувствовал, как мои границы начинают таять, как будто по ним провели наждаком.

– Время пошло, – сказала Айла. – Ты уже один из нас.

Я повернулся и вышел. За дверью меня ждал эскорт: два мальчика и девочка. Они держались за руки и пели. Песня была про то, как хорошо быть частью большого сердца. Я шёл посреди них, и каждый шаг становился тяжелее, будто по дороге рассыпали свинцовые зёрна.

Школа единства находилась в нижнем уровне, где стены были сделаны из живого мха. Он дышал, шевелился, и, если присмотреться – можно было увидеть, как по нему ползут маленькие лица: прошлые ученики, которые не смогли выбраться и теперь были частью декора.

Вход – арка из костей. Не настоящих, конечно: биопласт, но сделанный так, чтобы выглядел, как человеческие. Символ: мы все – одно скелетное семейство.

Мальчики остановились. Девочка подошла ко мне и взяла за руку. Её пальцы были тёплые, как только что испечённые булочки.

– Не бойся, – сказала она. – Мы тебя узнаем, даже если ты себя забудешь.

Я хотел сказать, что не боюсь, но тут же понял: это будет ложь. Я боялся. Не школы – себя. Себя без перчаток.

Мы вошли.

Внутри не было потолка. Вместо него – небо. Настоящее, с облаками, только облака были из пара человеческих мыслей: если присмотреться – можно было увидеть, как они принимают форму лиц, рук, улыбок.

По периметру стояли зеркала. Не стеклянные – живые. В них отражались не тела, а чувства. Взглянул в одно из них увидел: страх, серый, с острыми краями. Он дрожал, будто живой.

– Первый урок, – сказал голос из ниоткуда, – увидеть себя и не отвернуться.

Сделал шаг вперёд, зеркало приблизилось. Мой страх стал ближе, крупнее. Я мог разглядеть его зрачки: в них плавали маленькие версии меня – в перчатках.

– Второй шаг, – сказал голос, – поделиться.

Я хотел сказать «нет», но тут же почувствовал, как кто-то берёт мою руку. Девочка. Она вступила в зеркало. Её страх был розовый, пушистый, как зайчик. Они столкнулись – мой серый и её розовый – и вдруг… смешались. Получился лиловый. Он перестал быть моим.

Я вздохнул. Легче. Но тут же понял: это только начало.

– Третий шаг, – сказал голос, – принять чужой.

И тут ко мне подошли все. Десять, двадцать, тридцать человек. Они протягивали руки, и в каждой – их страхи, гнев, печали. Они не просили забрать – просили поддержать.

Я стоял. Мои ладони были голыми. Я не мог надеть перчатки. Я мог только… взять.

И взял.

Первый – страх темноты. Второй – страх одиночества. Третий – страх быть ненужным. Четвёртый – страх быть слишком нужным. Они лезли, лезли, лезли, и я чувствовал, как становлюсь тяжелее, как будто мне на плечи садятся дети, которые не умеют слезать.

И тут пришло осознание: если не выброшу – задохнусь.

Поднял руки. Все страхи вспыхнули. Представил, что они – кристалл. Кристалл с трещиной. И я… запечатываю. Не любовью. Сваркой. Я представил пламя, металл, искры. Я не любил их – я просто… соединил.

Тишина.

В зеркале появился новый цвет: чёрный, с голубыми прожилками. Он был ровным, гладким. Без страха. Без любви. Просто… есть.

– Первый урок пройден, – сказал голос. – Ты создал нейтралитет.

Я вздохнул. Ноги дрожали. Но я стоял.

– Второй урок, – сказал голос, – научиться драться без врага.

И тут появился он.

Мой двойник. Точь-в-точь я, только без перчаток. Он улыбался. Улыбка была моей, но… другой. В ней не было презрения. Была… радость.

– Бей, – сказал голос. – Но не убивай. Убийство – это разрыв связи.

Я сделал шаг. Он тоже. Я поднял руку. Он тоже. Я ударил. Он не ответил. Просто… принял. Удар прошёл сквозь, как будто он был дымом.

– Снова, – сказал голос.

Я ударил. И снова. И снова. С каждым ударом он становился прозрачнее, а я – тяжелее. И тут я понял: я бью не его – себя. Себя, который мог бы быть добрым.

Я остановился.

Он исчез.

– Второй урок пройден, – сказал голос. – Ты научился останавливаться.

Я стоял. В груди было пусто. Не боль. Не радость. Просто… пусто.

– Третий урок, – сказал голос, – выйти из зеркала.

Оглянулся вокруг. Всё вокруг было зеркалом. Я был внутри себя. Сделал шаг. Зеркало дрогнуло. Второй. Трещина. Третий…

Я вышел.

На выходе меня ждали. Семь старейшин. Они улыбались.

– Ты прошёл, – сказала Айла. – Теперь ты можешь починить кристалл.

Кивнул, а что мне ещё остаётся. Ведь этим старым маразматикам не объяснишь, что сварочные швы делаются не любовью. Но внутри было тихо. Я не чувствовал ни победы, ни поражения. Только… свободу.

– Иди, – сказал Гор. – Но помни: ты вышел наружу, но взял с собой то, что было внутри.

Повернувшись пошёл в мастерскую, оставив за спиной школу. По пути встретил девочку. Она держала в руках кораблик – тот самый, что выкинул утром.

– Ты забыл, – сказала она. – Он тебе ещё пригодится.

Пришлось взять кораблик обратно, он был мокрым. Наверное, от слёз, или от дождя.

Я шёл.

В голове – только цифры. 0,31. 0,3. 0,2…

Я шёл. И знал: следующий раз, когда выйду наружу – будет не школа. Будет война. Но это потом. А сейчас – мастерская. Кристалл. И трещина, которую нельзя залечить любовью. Только сваркой.

Глава 1. Под куполом добра.

Часть 3. Трещина в доброте.

Мастерская встретила меня холодом. Не металлическим – холодом пустоты, а тугой структурой, как вакуум между звёздами. Лампы горели, станки стояли, инструменты лежали аккуратными рядами, но всё дышало безразличием: делай, не делай – нам всё равно.

Закрыв дверь, включил блокировку «только я». Свет пульнул синим – система запомнила: входить никому, даже если за спиной стоит весь Совет с хором ангелов.

На столе – кристалл А-7.

Он лежал в латунном контуре, как больной в кровати, и трещина зияла чёрным ртом: 0,32 мм по щупу. За ночь – ещё сотая. Представил, как эта сотка растёт, как зубья пилы, и в какой-то момент купол захлебнётся, и всё внутреннее хлынет наружу – всё, что мы прячем: ядерная пыль, магические гранаты, чужие улыбки, которых мы так боялись. Всё это польётся наружу, только не ясно, выживут ли те кто прятался под куполом сотни лет?

Я достал перчатки. Не эмо-блок, а простые, рабочие, с прожжёнными пальцами. Надел. Взял микролаз.

И тут – толчок.

Сначала лёгкий, как будто кто-то ткнул локтем в стену. Потом – второй. Потом – серия. Пол – под ногами превратился в барабан. Станок задрожал, инструменты зазвенели, как зубы, когда тебе страшно сталкиваться со своими страхами. Успел только выхватить кристалл и прижать к груди – он был горячим, будто впитал тревогу.

Потом – треск.

Не металл, не стекло – треск самой реальности, как будто кто-то ломает спину у времени. Потолок вздрогнул, и из трещины посыпалась пыль – серая, с запахом гари и страха. Выбежал в коридор. Вокруг суета, жители подземного убежища бежали. Без крика – молча, с широко раскрытыми глазами. Улыбки были забыты. Это было страшнее любого вопля. Страх за свои жизни, снял с их лиц улыбки. Теперь все были настоящими, вот они не кривляющиеся, не улыбающиеся.

– Гору трясёт! – крикнул кто-то. – Опора «Север» провалилась!

Всё стало предельно ясно: не купол. Гора. Наша гигантская раковина, в которой мы так любили прятаться, сама начала разваливаться. Со всех ног бросился к Совету, ведь именно там принимались жизненно важные вопросы.

По пути видел картины, которые врезались в память, как осколки, это останется со мной навсегда:

– Маленькая девочка стоит посреди коридора, держит разбитый кораблик. Её губы шевелятся: «А кто теперь полюбит меня?»

– Старик Гред лежит под балкой, борода в пыли, но глаза горят: «Не переживай, я просто проверяю, каково это – быть поваленным любовью».

– Два мальчика тянут друг друга за руки, каждый в свою сторону: один хочет бежать к выходу, второй – назад, за забытой игрушкой. Пробегал мимо, не останавливаясь. Совет ждёт, как бы они не выёживались, всё равно без таких прагматиков, как я, серьёзные вопросы, связанные с техническими решениями, не решаются.

Зал дыма был разбит. Стены-облака теперь висели клочьями, как будто кто-то вырвал из книги страницы. Семеро старейшин стояли в том же круге, но теперь они держались не за руки – за тросы, которые держали потолок. Их лица были белыми, как кость, но улыбки – те же.

– Эйнар, – нежно улыбаясь, сказала Айла, – ты пришёл. Мы знали.

– Какая степень? – спросил я, не приветствуя.

– Опора «Север» – минус восемь метров. Опора «Юг» – трещина 0,7. Опора «Центр» – держится на любви и двух болтах.

– Время?

– До полного коллапса – от сорока минут до трёх дней. В зависимости от того, как быстро мы перестанем бояться.

Я хотел сказать, что бояться – не причина, а следствие, но проглотил.

– Варианты?

Старейшины переглянулись. И тут я понял: они уже решили. Осталось – договорить.

– Есть один, – сказал Гор. – Но он требует… жертвы.

– Какой?

– Ты.

Тишина. Даже пыль перестала падать.

– Объясняйте, – сказал я.

Гор отпустил трос, подошёл. Его шаги были тяжёлыми, как будто он шёл по дну моря.

– Мы можем установить дополнительный стабилизатор. Техно-магический купол, который скроет гору от внешнего мира. Но чтобы активировать – нужен человек, который выйдет наружу, и установит все элементы.

– Почему не вы? – спросил я.

– Потому что мы – символ. Если мы уйдём – купол потеряет смысл. А ты… ты – трещина.

Я поднял бровь.

– Ты не веришь в нас, – сказал Гор. – Именно поэтому ты можешь выжить. Вера – это связь. А связь – это слабость. Ты сильнее, потому что один.

Я посмотрел на Айлу. Она кивнула.

– Мы проголосуем. Но мы уже знаем, как решит община.

– Я не герой, – сказал я. – Я не хочу умирать за ваши улыбки.

– Ты не умрёшь, – сказала Айла. – Ты просто… останешься снаружи.

– А если я откажусь?

Тогда трещина станет нашей могилой.

Я посмотрел на потолок. Он дрожал, как барабанная перепонка, по которой бьют кулаком.

– У меня есть час? – спросил я.

– У тебя – столько, сколько нужно, чтобы решить, кто ты.

Развернувшись, вышел. Коридор был пуст. Пыль осела тонким слоем, как первый снег. Я шёл, и каждый шаг оставлял чёрный след: мои подошвы были пропитаны маслом, и оно впитывало страх. Придя в мастерскую осмотрел кристалл, что лежал на столе, как рана.

– Ну, – сказал я ему. – Похоже, мы оба трещины.

Он не ответил. Но я почувствовал: он слушает. Достав инструменты, начал работу, не любовью, простой сваркой. Искры летели, как миниатюрные метеоры. Металл плавился, стекал, застывал. Я работал, не чувствуя времени. Через час трещина была 0,29. Через два – 0,28.

Я не знал, сколько осталось горе. Но знал: если выйду – смогу остановить и 0,32, и 0,5, и всё, что будет дальше. Потому что снаружи не будет любви. Там буду только я. И трещина.

Жаль, мой эксперимент не прошёл до конца, ну что же придётся выкручиваться, как всегда, как раньше...

Глава 1. Под куполом добра.

Часть 4. Подготовка и прощание

Я закончил сварку в тот момент, когда горизонт качнулся.

Не метафора – стена мастерской наклонилась ровно на три градуса, и инструменты скользнули вправо, как будто кто-то поддёрнул пульт гравитации. Кристалл А-7 лежал в ладони, тёплый, как котёнок, только что приваренный к металлическому сердечнику. Трещина: 0,27 мм. Не исчезла – но перестала расти. Пока.

Я поднял глаза. Потолок дрожал, как парус в шторм, но держался. Два болта, любовь и моя сварка. Не самая прочная конструкция в истории вселенной, но, может, хватит.

Я снял фартук, вытер руки. Время – то, чего у нас не было, но я всё равно посмотрел на часы: 04:17 по внутреннему времени. За бронированным окном – ночь, но ночь уже не та, что вчера: она была красной, с оранжевыми прожилками, будто кто-то разбил в небе термояд и он медленно стекал по горизонту.

Открыл сейф. Внутри – мой старый рюкзак, тот, что я взял ещё до общины, когда был просто странником с магическим микрореактором и синдромом «не улыбайся, это ложь». Вытряхнул пыль. Проверил:

– меч-стабилизатор, 1,2 м, клинок из сплава науки и магии, в рукояти – капсула с моей кровью для автопривязки;

– пояс-инструмент, двадцать семь насадок, от лазера до отвёртки-шлица;

– капсулы питания – шесть, каждая на 72 часа активного режима;

– плащ-зеркало, отражает всё, кроме правды;

– Маготехнический бронежилет, с удобными кармашками;

– Мини-компьютер наручный, на ядерно-магической батарее, доработанный мною лично.

– Десять гранат, различного назначения, в принципе я такие сам могу сделать, даже в полевых условиях;

– и кораблик. Бумажный. С детской надписью.

Положил всё внутрь. Потом – кристалл. Он влез ровно, как будто рюкзак ждал его, закрыл сейф. Осталось – сказать «до свидания». Но слово «до свидания» у нас считалось оскорблением. Оно предполагало, что ты можешь не вернуться. А значит – не веришь в любовь. Решил обойтись без слов.

Вышел в коридор. Он был пуст, но пол – весь в следах: чьи-то босые ноги, чьи-то капли масла, чьи-то слёзы, смешались в одну большую карту паники. Шёл по краю, чтобы не стереть, пусть запомнят, что такое природа и физика. Этим двоим наплевать на любовь, они живут по своим законам.

Первую, кого встретил – Лиру. Она стояла у окна, смотрела на красное небо. Её волосы были распущены, и они двигались, как будто дул ветер, хотя ветра внутри не было.

– Ты идёшь, – сказала она. Не вопрос – констатация.

Я кивнул.

– Я не прощу тебя, – сказала она. – Потому что ты не вернёшься.

– Я вернусь, – сказал я. – Или мы встретимся там, на поверхности. – Если эти ребята не возьмутся за голову, то законы природы скоро справятся с нашим поселением, и не поможет никакая любовь.

Она повернулась. Глаза – большие, как всегда, а внутри – небо. То самое, красное.

– Возьми, – сказала она, протянув платок. Белый, вышитый. В центре – сердечко, но не идеальное, а с трещиной. – Я вышивала своими слезами. Они не лечат – они просто… есть.

Я взял. Платок был тёплым.

– Спасибо, – сказал я.

– Не говори «спасибо». Говори… «я помню».

– Я помню.

Она подошла. Обняла. Я не отвернулся. Её тело дрожало, но не от страха – от усилия не сжимать слишком крепко, чтобы не сломать.

Отстранившись, поцеловал в лоб, она закрыла глаза, прощаясь навсегда. Выйдя, встретил старика Греда. Он сидел на лестнице, чинил банку. Банку! Когда вокруг рушится гора – он чинил банку.

– Она протекает, – сказал он, не поднимая глаз. – Если не починить – вся любовь вытечет.

Я сел рядом.

– У тебя есть минута? – спросил он.

– Полторы, – ответил старику, он мне нравился, всегда при занятии, всегда на позитиве.

Он кивнул. Достал из кармана два орешка. Дал один мне.

– Это от дерева, которое мы посадили, когда ты пришёл. Помнишь?

Я помнил, это было зимой, когда дерево было без листьев. Тогда я сказал: «Оно мёртвое». Они ответили: «Оно просто спит». Мы раскололи орехи. Внутри – по половинке. Он съел свою. Я – свою.

– Теперь мы – часть него, – сказал Гред. – И оно – часть нас. Даже если оно упадёт.

Я кивнул.

– Иди, – сказал он. – И не оглядывайся. Оглядываться – это тоже способ утонуть.

Я встал. Он продолжил чинить банку.

Площадь единства – круглая, как монета, с мозаикой из рук. Каждая рука – человек, который когда-то решил, что будет любить. Народ стоял плотным кольцом. Они не плакали – улыбались. Но улыбки были другие. Не радужные – световые. Как будто они уже горели в памяти. Совет стоял на помосте. Семеро. В белом. Как всегда.

Айла подошла.

– Мы не будем долго. Мы знаем: ты устал от слов.

Она подала мне артефакт.

Круглый диск, диаметр ладони. С одной стороны – научная схема, с другой – магическая руна. На краю – кнопка.

– Это якорь. Нажмёшь – установишь купол. Он скроет гору. Навсегда. Но…

– Но я останусь снаружи, – закончил я.

Она кивнула.

– Мы не просим. Мы… разрешаем.

Я посмотрел на народ. Они кивали. Все. Как один большой организм.

– Голосование, – сказала Айла. – По традиции – без слов.

Они подняли руки. Не все – но большинство. Руки были разные: детские, старые, рабочие, безымянные. Все – светящиеся.

Я понял: это не выбор. Это… отпускание.

– Есть ли у тебя последнее желание? – спросила Айла.

Я подумал.

– Хочу, чтобы кактус перестал цвести. Он слишком много знает.

Они рассмеялись. Тихо, но искренне.

– Будет исполнено, – сказала она.

Повернувшись к выходу, собирался покинуть общину, меня останови мальчик, вышедший из толпы. Тот самый, рыжий, который ронял ноту. Он держал в руках… меч. Не настоящий – деревянный. Вырезанный.

– Это для тебя, – сказал он. – Чтобы ты не забыл, как быть добрым.

Я взял. Вес – нулевой. Но внутри – тяжесть.

– Спасибо, – сказал я.

– Не «спасибо». «Я помню».

– Я помню.

Коридор к люку был длинный. Я шёл, и за спиной – шаги. Не толпы – одиночные. Кто-то дотрагивался до моего плаща, как до иконы. Кто-то шептал: «Возвращайся». Кто-то просто дышал. Не оглядываясь, дошёл круглого металлического люка, с ручкой в виде сердца. Прокрутив её, открыл дверцу– медленно, как будто прощалась. За ней – туннель. Тёмный. Холодный. Настоящий. Я вошёл…

Остановился.

Развернулся.

Последний раз.

Они стояли. Вся община. Светлые. Как один большой светофор, который горит зелёным: «Иди».

Я поднял руку. Они подняли.

Развернувшись, молча ушёл, с ощущением, что больше не вернусь. Мне было здесь хорошо, хоть и не уютно. Эти люди выбрали любовь, вместо войны, и кто я такой, чтобы их осуждать. Им нравится их жизнь, мне нет. В своё время думал, что приду сюда и мирно заживу, забуду тысячи убитых, забуду сотни боевых товарищей, что не вернулись с битв, забуду адреналин перед битвой, но нет. Я не забыл, просто сложил всё в коробочку и спрятал глубоко в себе. И судя по всему коробочка треснула, пора доставать старые навыки.

Туннель был длиной в триста метров, прошёл их молча. Свет за спиной тух. Стало темно. Только звук – мои шаги и биение собственного сердца, которое я слышал впервые за много лет. Адреналин разливался по телу, как всегда, перед дракой задрожало коленка, мне нравится это забытое чувство.

Последняя дверь – без ручки. Она открывалась изнутри. Приложив ладонь к сканеру, голографический глаз мигнул.

– Идентификация: Эйнар. Статус: доброволец.

– Подтверждаю, – сказал я.

Дверь шипнула. Я вдохнул, и вышел.

Снаружи. Ветер ударил в лицо – с запахом пепла и йода. Небо – красное, как томатный суп, который у нас никогда не варили – слишком похож на кровь. Земля – чёрная, стекловатая, в трещинах светится синий газ. Сделал шаг. Второй. Третий. Дверь за спиной закрылась. Щелчок. Потом – глухой гул. Я обернулся. Горы не было. Только холм, облепленный иллюзией льдины. И над ним – ничего.

Я стоял. Один. С мечом, рюкзаком и деревянным мечом внутри. И трещиной в груди – ровно 0,27 миллиметра. Вдохнув, вытянул руку, нажал кнопку на диске. Щелчок. Свет. Купол вспыхнул – невидимый, но я почувствовал, как он расширяется, как волна, как дыхание. Гора исчезла окончательно. Они – внутри. Я – снаружи.

Повернувшись к красному небу. Посмотрел на настоящий мир, и красный закат.

– Ну, – сказал вслух. – Теперь ты – моё.

И пошёл. Вперёд. Вниз. В тьму. Где-то там ждали выжившие. Не добрые. Не злые. Просто – живые. И я – теперь один из них, с трещиной, с мечом, с платком, который не вытирает слёзы – а просто помнит.

Я пошёл. И за спиной – никого. Только ветер. И красное небо. Которое, возможно, было улыбкой, но я не оглянулся.

Глава 1. Под куполом добра.

Часть 5. «Снаружи»

Шёл восемь тысяч шагов, прежде чем убедился, что купол держится.

Каждый шаг – это была маленькая вселенная: подъём, опускание, контакт подошвы со стеклянной коркой бывшей почвы, хруст микроскопических кристаллов соли, которые некогда были лесами. На счётчике в глазу – 8 001. Остановился, развернулся. Горы не было. Был только холм, похожий на припорошённый сахаром труп кита, и над ним – воздух, который мерцал, будто в нём водилась старая, злая молния. Купол работал. Они внутри. Я – снаружи.

Теперь всё, что оставалось – это понять, каково быть живым в мире, где любовь – не обязательный протокол. Снял прибор «видение-360», встроенный в височную кость, и дал себе минуту чистого зрения. Без фильтров, без магического смягчения.

Красное небо – это было небо, и оно дышало. Облака медленно крутились вокруг невидимой оси, и каждый вдох их отдавался в моих лёгких жженым железом. Далеко, в двадцати километрах, поднимался столб пепла – ровный, как пробка из вулкана, только вверх ногами. Основание его светилось зелёным – значит, там ещё тлели реакторы древней войны.

Включил датчик радиации-магии: щёлк-щёлк, шкала забилась в красную зону, но не перелезла. Жить можно. Пока. Я достал кусок мыла. Самодельное, из золы и жира, без запаха роз и без «микрочастиц счастья». Просто мыло.

Смочил в фляге – вода из подземного источника, который нашёл ещё до купола: капала из трещины в скале, собрал три литра, пока не понял, что источник – это слезы какого-то древнего компрессора. Вода была горькой, но не сладкой. Мне хватило.

Намыл лицо. Смыть пыль первого дня.

Пена была серой. Я смотрел, как она стекает, и думал: вот он, первый акт новой жизни – умыться без чужих улыбок.

Потом – еда.

Капсула питания, марка «СинКлон-7», вкус: нейтральный. Я разогрел её в ладони, встроенный микрореактор щёлкнул, и кашица стала тёплой.

Ел медленно. Каждый глоток – это был вопрос: «А нужно ли мне быть частью чего-то большего, чем я сам?» Ответа не было. Только вкус, похожий на бумагу, смоченную в воде. Доев, почувствовал, как желудок сказал «спасибо» – и замолчал. Без продолжения в виде эмпатического штампа.

Разложил карту. Не бумажную – голографическую, в правом глазу. Светящиеся точки: зелёная – я; жёлтые – возможные источники воды; красные – зоны перегрева магии; чёрные – то, куда не стоит идти, но куда, скорее всего, придётся. Ближайший чёрный маркер – в пяти километрах. Город. Или то, что от него осталось. Туда и направился.

Путь – это был разговор с тишиной.

Шаг – и треск стекла под ногой.

Шаг – и ветер, который дул не в спину, а в лицо, как будто проверял, есть ли у меня ещё глаза.

Шаг – и запах: то ли гнилое мясо, то ли сладкий лед, который тает и отдаёт древние ароматы лабораторий.

Я шёл. И с каждым километром чувствовал, как внутри меня что-то оттаивает. Не сердце – сердце было в порядке, оно билось, как часы, которые никто не разбивал. Оттаивала броня. Та, что я носил внутри себя, с годами сросшуюся с кожей: «не верь, не улыбайся, не подпускай». Снаружи было холодно, но внутри – тепло. И это тепло пугало. Я улыбался, и эта улыбка была настоящей, ведь я возвращаюсь. Возвращаюсь не в хороший и добрый мир; возвращаюсь к себе, настоящему.

Через два часа увидел первого живого. Он стоял на крыше перевернутого автобуса и размахивал флагом. Флаг – это был просто кусок ткани, но он горел. Не метафорически – реально: огонь вылизывал края, и человек не обжигался. Подошёл на безопасное расстояние – 40 метров.

– Эй! – крикнул я. – Ты в порядке?

Он повернулся. Лицо – молодое, глаза – без зрачков, только белок. Он улыбнулся. Улыбка была огромной, как будто кто-то разрезал ему рот до ушей.

– ПРИШЁЛ! – крикнул он. – ПРИШЁЛ НОВЫЙ! Почувствовал, как по спине бегут мурашки. Не от страха – от узнавания. Это была та самая улыбка, которую я ненавидел всю жизнь. Только здесь она была… неадекватной. Он спрыгнул. Сорок метров – и он приземлялся, как будто падал на подушку. Вынул меч, не размахнулся – просто держал. Парень подошёл на пять метров.

– Ты… добрый? – спросил он.

– Я… – я не знал, что ответить.

– Ты ДОЛЖЕН быть добрым! – он вскинул руки. – Иначе я СЪЕМ тебя!

И тут он изменился. Кожа – как расплавленный воск – потекла. Из-под неё вылезли три щупальца, с розовыми бантиками на концах.

Пришлось сделать шаг назад. Ведь передо мной была магия. Но не та, что учили в пещерах. Это была… утопленная любовь. Та, что не нашла, куда деться, и съела своего носителя. Щупальца метнулись в мою сторону, резким взмахом меча отрубил одно, отпрыгнув с линии атаки. Розовый бантик взвился в воздух, завис, загорелся. Запах – сладкий, как в детской кухне. Противник взвыл, не от боли – от обиды.

– ТЫ НЕ ДОБРЫЙ! – закричал он. – ТЫ… ТРЕЩИНА!

И бросился на меня, я не убивал, шаг в сторону, взмах меча, наклон, уворот, ещё один взмах, ещё два щупальца растворились в пространстве. Противник упал, превратившись в лужу воска, внутри которой плавали зубы. Маленькие. Детские.

Я стоял. Дышал. Смотрел. И впервые за день подумал: «А вдруг они все такие? Хотя, нет, не может быть такого, живые всегда смогут адаптироваться, будут среди них нормальные. А что такое нормальные в этом послевоенном мире, мы и посмотрим.»

Отвернувшись, пошёл дальше.

Город встретил тишиной. Дома – как зубы, выбитые из челюсти, стояли криво. На стенах – надписи. Не «помогите». Не «убейте».

А:

«БУДЬ ДОБРЫМ ИЛИ УЙДИ».

«УЛЫБНИСЬ – ИЛИ СТАНЕШЬ СТЕНОЙ».

«ЛЮБОВЬ – ЭТО ПРИКАЗ».

Я шёл. И чувствовал, как трещина внутри меня – начала пульсировать. Не расти, просто… помнить. Найдя укрытие, полуподвал бывшей лаборатории, спустился вниз, заперся. Разложил каремат, сел, достал платок, протёр лицо, потом кристалл, он мигнул один раз, как будто говоря: «Я здесь, не переживай».

Улёгшись на коврик, смотрел в потолок – бетон, по которому ползали тени фонарей с улицы. И впервые за всю жизнь разрешил себе не думать ни о ком. Только о дыхании. О том, как оно ощущается, когда не нужно делиться. Закрыл глаза. Снаружи – кто-то смеялся. Смех был длинным, как будто его тянули через мясорубку. Я не ответил, просто… дышал. Мы были вдвоём. Я и трещина. Я и мир. Без любви. Только безумный смех за окном и ветер, играющий со скрипучей дверью…

Глава 2. Рана называется город.

Часть 1. Жабий налог.

Вышел на свет, когда солнце уже стояло в зените. Ветер дул с запада, прихватывая пепел и осколки стекла, каждый порыв отдавался в зубах скрипом металла на песке. Шёл по оси ветра, потому что иные ориентиры кончились ещё вчера: дорога разорвалась, знаки сгорели, а небо не давало теней — только пятна дневного мрака, где когда-то были облака.

Прогуливаясь по улицам города, обнаружил интересного персонажа. Он стоял посреди разбитого эстакадного кольца, будто вырос из асфальта. Рост — метр девяносто, но половина приходилась на шею; самой шеи не было, голова опускалась прямо на плечи, широкая, плоская, с кожей цвета старой меди. Глаза — по бокам черепа, золотые, с поперечной щелью зрачков. Он дышал через кожу: бока раздувались, стекали, и воздух выходил влажными пятнами.

— Ты, — сказал он, не двигая губ. Голос шёл из-под лопаток, вибрируя жабьим барабаном. — Ты пахнешь тёплым.

Я остановился в десяти шагах. Меч лежал на спине, рукоятью вперёд; я не трогал её, но знал расстояние до ладони — полсекунды, если не считать когтей. Ладоней у него было две, у каждой — три толстых пальца, с плавательными перепонками и присосками на концах. Он поднял правую руку и показал ладонь: в центре — рот. Маленький, круглый, с игольчатыми зубами.

— Мух нет, — сказал рот. — Комаров нет. Ты будешь.

Это было не предложение, или вопрос, это была констатация. Жабочел присел, колени вывернулись в стороны, после чего прыгнул. Прыжок — шесть метров, приземление без звука, будто тяжесть у него отняли вместе с совестью. Я отпустил рукоять, шагнул вбок, жабоид пролетел мимо, хватая воздух. Вращение — полтора оборота; он приземлился спиной ко мне, но голова уже повернулась на сто восемьдесят градусов, и я увидел свое отражение в золотой щели: узкое, серое, без эмоций.

— Быстро, — сказал он. — Хорошо. Мясо будет молодым.

Он развернулся, не поворачивая тела: ноги остались на месте, бёдра вывернулись, и теперь он смотрел на меня грудью. Левая рука вытянулась, становясь хлыстом; правая осталась короткой, с ртом. Хлыст ударил — пришлось отпрыгнуть в сторону почувствовав лишь ветер у лица. Воздух зашипел: кончик хлыста оставил след на бетоне, глубиной в палец. Я выдохнул, втянул плечи, и пошёл вперёд — не в сторону, а прямо, внутрь дуги. Он не ожидал: хлыст развернулся назад, но уже поздно; я внутри радиуса, где длина — враг. Левой рукой схватил его за запястье-хлыст, правой — выдернул меч. Клинок — полтора фута, узкий, с насечкой под эмалью; он вышел без звука, всадил его под ребро, где кожа становится мягкой. Сантиметров шесть, мой меч проскочил сквозь мышцы, пока не упёрся во что-то твёрдое. Жаба застыла.

— Мух нет, — прошептал он. — Ты — большая муха.

Я вывернул клинок, не давая крови застыть на эмали. Кровь — зелёная, густая, с запахом меди и тины. Он упал на колени, но колени не согнулись — вывернулись, как у мертвой птицы. Пришлось отступить на шаг, не хочу вымазываться, душа здесь нет, а магией пока пользоваться не буду, противники не достойны, полной выкладки. Вытер клинок о его спину, и убрал в ножны. Жабёныш ещё дышал, но дыхание шло через дырку, которую я оставил; каждый выдох — пузырь, который лопался, не долетев до губ.

— Сколько? — спросил я.

Он поднял золотой глаз, и я увидел в нём себя — уменьшенного, искажённого, будто глаз — это линза, а я — объект.

— Семь, — сказал он. — Семь дней без мух. Ты — восьмая.

Я кивнул. Это было честно: он охотился, я охотился. Разница — в стороне движения. Я достал нож — маленький, складной, с лезвием в полфаланги, и отрезал у него клык: длинный, изогнутый, с зубцами внутри. Потом второй. Они были тёплые, как только что остановившееся сердце. Я завернул их в тряпку, убрал в карман, и пошёл дальше, не оглядываясь. Через двадцать шагов услышал, как он упал — тяжело, как мешок с водой, и больше не шевелился. Ветер закрутил пыль, тело исчезло под серым покрывалом.

Пошёл вниз, к рваному краю города, где дома стояли на костылях, а небо спускалось до уровня глаз.

Глава 2. Рана называется город.

Часть 2. Лавка «Б/У & Смерть».

Солнце сместилось на три градуса, но свет не стал мягче: оно висело, как застывшая брызга расплавленного стекла, и каждый луч рвал кожу до основы. Продвигался вперёд по развалинам бывшей магистрали, где асфальт поднимался волнами, будто кто-то пытался вывернуть дорогу наизнанку и бросил недочёт. Впереди загорелась вывеска.

Она горела, пока я смотрел: буквы составлялись из слабого неона, который тух, когда я переводил взгляд, и вспыхивал, когда я возвращался. Надпись — две с половиной: «Б/У & Смерть». Последняя буква догорела, пока я дочитал, и стало просто «Б/У & Смерт».

Лавка стояла в треугольном здании, где один фасад был цел, второй — отсутствовал, третий — повернут внутрь себя, как старая фотография, которую согнули и забыли разгладить. Вход — арка, обколотая осколками зеркал; каждый шаг отдавался хрустом, будто иду по зубам.

Внутри — полумрак, который не рассеивался, а только становился темнее, когда я присматривался. Пол — бетон, но он дышал: трещины открывались и закрывались, как жабьи ноздри. По потолку двигались тени, не имея источников: они ползали, переползали, исчезали, когда пытался поймать взглядом. Запах — машинное масло, гарь, и что-то сладкое, что не хотело определяться.

Хозяин стоял за прилавком в виде старого автомобильного капота, вывернутого наизнанку и приваренного к трубам. Он был человеком, но без подбородка: нижняя челюсть ушла вглубь груди, и голос выходил через динамик, встроенный в ключицу. Глаза — стеклянные, без зрачков, светились слабо, как разрядившиеся батарейки. Он смотрел на меня, не моргая, и я смотрел на него: мы оба знали, что моргать — роскошь.

— Ты пришёл, — сказал динамик. — Значит, не умер.

— Ещё нет, — ответил я. — Но близко.

Он кивнул — кивок был странный: голова не двигалась, но стеклянные глаза сместились в сторону, будто кто-то подвинул их изнутри.

— Что нужно?

— Проводка. Питание. Металл, который не боится огня.

— У меня всё боится. Но всё продаётся.

Он повернулся — спина была целой, но движение шло только от поясницы; плечи остались на месте, и на мгновение он стал похож на сломанную куклу. Торговец достал коробку: стальная, с замком, вырезанным из зуба. Открыл — замок не щёлкнул, просто исчез, будто его никогда не было. Внутри — провода, кристаллы, куски пластин, которые светились собственным светом, но не освещали ничего вокруг.

Я взял провод: медный, но не гнущийся; он держал форму, как память о боли.

— Сколько?

— Что у тебя есть?

Я достал клыки жаба: два, изогнутых, с зубцами. Положил на капот — они звякнули, будто металл на металл.

— Жабий налог, — сказал я. — Один укус — один день без мух.

Он посмотрел на клыки — глаза сместились ещё раз, и я почувствовал, как внутри коробки что-то задвигалось.

— Принимаю. Но это только за провод. За питание — другое.

Я кивнул: торговля — это диалог, где каждый говорит «нет», пока не скажет «да». Он достал кристалл: маленький, тусклый, с трещиной, которая не светилась.

— Миниреактор. Работает, пока не догадаешься, как он работает.

Взял творение рук мага и мастера физика — он был тёплый, как только что умершее сердце.

— Сколько?

— Ты уже заплатил.

Я пожал плечами: цена — это то, что остаётся, когда всё остальное ушло. Он повернулся к стене — она была пустой, но старик открыл её, как дверь, и я увидел плазмострел: длинный, тяжёлый, с дулом, которое смотрело на меня, как на обед.

— Хочешь?

— У меня есть компакт, — сказал я. — Это громоздко.

— Это — гром. Ты — молния. Вместе — шторм.

Я покачал головой: «шторм — это когда не умеешь быть тихим. Не надо.»

Он кивнул — глаза вернулись на место, и я почувствовал, как тени на потолке замерли.

— Тогда бери то, что взял, и уходи. Пока не стало жарко.

Я взял: провод, кристалл, кусок свинца, который не боится огня. Старикан дал мешок — кожаный, но не кожа; я не спросил, из чего, ибо этот персонаж не любил простую болтовню. Мы пересекались с ним раньше, но это было в прошлой жизни. А жизнь его не пощадила, но старик не сдался, и это достойно.

— До встречи, — сказал он. — Если выживешь.

— Если ты выживешь, — ответил я. — Мы встретимся.

Он улыбнулся — улыбка была без зубов, но я почувствовал, как внутри динамика что-то щёлкнуло, будто он съел свой голос.

Я вышел. Арка закрылась за мной, не шурша. Солнце всё так же стояло в зените, но свет стал тяжелее, будто кто-то добавил свинца в луч.

Дальше дорога снова шла вниз, к тому месту, где город кончался и начинался мир, который не знал, что такое лавка, и не хотел знать.

Глава 2. Рана называется город.

Часть 3. Псих и пустой гарем.

Пройдя ещё немного вышел на площадь, где не было ничего, кроме пустоты, обтянутой бетоном. Бетон был старым, но не треснувшим: кто-то его поливал кровью, и он отвечал твёрдостью. В центре стоял он — человек, который не знал, что такое центр, но стоял точно в нём. Рост — средний, но казался выше: голова была наклонена назад, и глаза смотрели в небо, которое не смотрело в ответ. Глаза — разные: один зелёный, другой — отсутствовал; на его месте был кусок стекла, в котором отражалось то, что я не хотел видеть. Он держал в руках табличку: «Смысл жизни — внутри. Вход — через меня». Табличка была написана кровью, но кровь была сухая, буквы не блестели.

Я подошёл на расстояние удара. Он не повернулся, но я почувствовал, как он видит меня — сквозь стекло, сквозь небо, сквозь то, что я не показывал.

— Ты пришёл, — сказал он. — Значит, ты его несёшь.

— Что? — спросил я.

— Смысл. Он тяжёлый. Я чувствую.

Я покачал головой: смысл — это то, что остаётся, когда всё остальное убито, но он не умирает — он только тяжелеет.

— Я не несу. Я ищу убежище.

— Убежище — это где смысл не нужен? Я его тоже ищу. Давай вместе.

Он повернулся — движение шло только от шеи; тело осталось на месте, и на мгновение одноглазый стал похож на сломанную статую. Он указал в сторону — туда, где дома были вывернуты наизнанку, и их внутренности светились собственным светом, но не освещали ничего вокруг.

— Там — бункер. Пустой. Можно жить. Можно любить. Можно не думать.

Я посмотрел: вход был круглый, как рот, из него тянуло холодом.

— Почему пустой?

— Потому что все ушли. Они искали смысл. Нашли. Ушли.

Он пошёл — шаги были ровные, но не касались земли; я слышал, как он шевелится, но не слышал, как он ступает. Пошёл следом: расстояние — два шага сзади, чтобы успеть отпрыгнуть, если он развернётся слишком быстро. Мне было интересно, как этот индивид попытается меня убить, ведь в мире, где основа всего выживание, жизнь другого человека не имеет ценности.

Путь — через руины, где стены были выше неба, но не доходили до него; через дворы, где трава росла вверх ногами, и корни светились, как лампочки; через мост, который был построен из окон, и каждый шаг отдавался хрустом стекла, но не ломался. Он шёл, не оглядываясь, и я шёл, не спрашивая: вопросы — это когда не умеешь молчать.

Бункер — круглый, как рот, но глубже: вход — туннель, который уходил под землю, свет не проникал внутрь, но тьма была видна. Он остановился у двери — она была металлической, но не ржавой; на ней было написано: «Гарем. Вход — через любовь». Буквы были выгравированы, но не глубоко — только до первого прикосновения.

— Здесь, — сказал он. — Я буду любить. Ты будешь первым.

Я покачал головой: любовь — это когда не умеешь быть один, но он не умел быть один, а я не умел быть первым.

— Я не люблю. Я живу.

— Это одно и то же. Только наоборот.

Одноглазый открыл дверь — она не скрипела, просто исчезла, будто её никогда не было. Внутри — комната, круглая, как рот, но больше: стены — мягкие, обтянутые кожей, но не кожа; пол — тёплый, но не греет; потолок — низкий, но не давит. В центре — кровать, широкая, белая, без белья. Рядом — стол, на котором стояли бокалы, но они были пустые, и не было видно, из чего они сделаны.

— Садись, — сказал он. — Я буду любить. Ты будешь любим.

Я сел — стул был под рукой, но я не видел, как он появился. Он подошёл ближе — шаги всё так же не касались земли, но я чувствовал, как он приближается, как приближается тень, когда солнце садится.

— Я буду нежным. Я буду жёстким. Я буду всем, чего ты не хочешь.

Он протянул руку — ладонь была тёплой, но не человеческой; пальцев — пять не гнущихся, а вытягивающихся, как щупальца. Пришлось встать — стул исчез, будто его никогда не было.

— Я уйду. Ты останешься. Ты будешь любить себя. Через меня.

Он кивнул — голова наклонилась ещё сильнее, и я увидел, как стекло в глазу треснуло, и в трещине — моё лицо, но без глаз.

— Уходи. Но знай: ты оставишь часть. Она будет любить. За тебя.

Я вышел — дверь появилась за мной, и я не услышал, как она закрылась. Смертоубийство отменятся, человечек не захотел меня убивать, а свою любовь он может засунуть себе в карман. Мне хватило любви в убежище, из которого меня слили.

Путь — обратно, через мост, через дворы, через руины. Трава всё так же росла вверх ногами, но теперь она не светилась — только колыхалась, будто дул ветер, которого не было. Я шёл, и чувствовал, как внутри меня что-то осталось — кусок, который не был мной, но теперь был частью. Он не любил, но он был любовью, и я не мог выбросить его, потому что он был внутри, как заноза, которую не видишь, но чувствуешь, когда двигаешься.

Вышел на площадь, где не было ничего, кроме пустоты, обтянутой бетоном. Бетон был старым, но не треснувшим — кто-то его поливал кровью, и он отвечал твёрдостью. Шёл дальше, впереди — город, который не знал, что такое смысл, и не хотел знать. А за городом — убежища, где люди прятались от любви, от смысла, от себя. Я пошёл туда — один, с куском внутри, который теперь был частью, и который я не мог выбросить, потому что он был частью, и потому что я был жив, а жив — это когда не умеешь быть мёртвым.

Здесь на окраине мира, много психов м другой шелухи, которая отделилась от обжитых земель. Не знаю, когда закончится этот дурдом и начнётся что-то адекватное, похожее на жизнь.

Глава 2. Рана называется город

Часть 4. Карта и трещина.

Когда вышел на развилку, где дорога раздваивалась, как язык змеи, который не решил, кого укусить. Остановился, достал карту — не бумажную, а голографическую, в правом глазу. Она включилась, когда посмотрел на неё, и показала три точки: зелёная — я; жёлтая — вода; чёрная — убежище. Чёрная была ближе, но не светилась — только пульсировала, как рана под коркой. Я выбрал чёрную: вода может подождать, а убежище — нет.

Путь — вниз, по склону, где дома стояли на костылях, и их тени были длиннее самих домов. Я шёл, не спеша: спешка — это когда не умеешь быть тихим, а тишина — это когда не умеешь быть громким.

Через час достал миниреактор — кристалл, который взял в лавке, он был тёплым, но не горячим; приложил его к карте, и чёрная точка стала красной — это значило, что я близко, и что я не один. Убрав карту пошёл дальше — не быстрее, не медленнее; просто — дальше.

Убежище — воронка, выдолбленная в земле, как след от бомбы, но не взорвавшейся, а задержанной на полпути. Края — ровные, как если бы кто-то вырезал круг и оставил его висеть в воздухе. Внизу — дверь, металлическая, но не ржавая; на ней было написано: «Склеп-13». Цифра — выгравирована, но не глубоко — только до первого прикосновения. Я спустился — ступени были вырезаны в стене, и каждая — на один сантиметр выше предыдущей, будто кто-то хотел, чтобы я уставал, но не замечал.

Дверь — без замка; она открылась, когда приложил ладонь почувствовав, как она узнала меня — не по коже, а по трещине, которая была внутри, и которая теперь была частью. Внутри — туннель, круглый, как рот, но сухой; стены — бетон, но не серый — чёрный, как если бы его обжигали, но не доводили до белого. Воздух — холодный, но не мёртвый; он двигался, будто кто-то дышал внутри, и не хотел останавливаться.

Я шёл, фонарь не нужен: стены светились слабо, как угли, которые не догорели, но не угасли. Через сто шагов — поворот; через двести — дверь. Она была такой же, как первая, но на ней было написано: «Живые — внутри. Мёртвые — снаружи». Я открыл — она не скрипнула, просто исчезла, будто её никогда не было.

Внутри круглый зал, с тёплым полом и ровными стенами. В центре — генератор: металлический, но не блестит. Рядом — вода: труба из которой капали капли падая в резервуар, и он был полон, но не переливался. Подойдя, увидел чистую воду, не прозрачную; она светилась, как если бы внутри был свет, который не хотел выходить.

Проверил генератор — он был мёртв, но не холодный; тепло исходило изнутри, как если бы он спал, но не умер. Достал кристалл — кусок, который я взял в лавке, и приложил к корпусу. Он задрожал, как если бы проснулся, и я почувствовал, как ток пошёл — не свет, не звук, просто — движение, которое не хотело останавливаться. Генератор заработал — не шумно, не тихо; просто — стал, и я знал, что он будет работать, пока я буду рядом, и немного после.

Осмотревшись обнаружил три комнаты: одна — с водой, одна — с кроватью, одна — с оружием. Кровать — металлическая, но не жёсткая, пружины как в старинных домах. Оружие — стеллаж, на котором лежали куски, которые не были оружием, но могли стать. Я взял два: один — длинный, как рука; другой — короткий, как мысль, оба — тяжёлые.

Вернулся в зал — генератор работал, вода текла, стены светились. Сел на пол, достал карту, и посмотрел: чёрная точка стала зелёной — это значило, что я нашёл, и что я могу остаться. Я убрал карту, и сел — не отдыхать, не думать; просто — быть, и не быть нигде больше. Простая медитация для проверки внутреннего состояния. Психика расшаталась, я стал сливаться с этим местом, что не радовало. скорее всего в воде и еде содержатся элементы вызывающие психические расстройства. такое бывает в местах, где при войне использовали аэрозольные составы для раскачивания психики бойцов. Я уже и сам заметил, что моё поведение и мысли стали неадекватными. Эти сравнения, что проскальзывают сами собой, начинают бесить, но я не поддамся. думаю через пару недель выйду из этого дурдома.

Через час я вышел наружу, просто проверить, внутри было ощущение, что что-то упустил, но не мог понять что. На улице дул ветер, подгоняя идти вперёд, странное чувство пропало. Кто я такой, чтобы не верить внутренней чуйке, да брать в подземелье нечего, внутренний хомяк был со мной согласен.

Глава 2. Рана называется город.

Часть 5. Совет «Организации» (вид с другого берега).

Срез.

Нет света, но свет есть: белый, ровный, без теней.

Нет стен, но стены есть: прозрачные, не отражающие.

Нет времени, но время идёт: секунды — как лезвия, минуты — как швы.

Круглый стол — идеальный, как если бы его вырезали из идеи и оставили висеть в пустоте. За столом — семеро. Лица — без лиц; вместо них — маски, но маски — не маски: это их кожа, выгнутая в символ, который не читается. Они сидят, не дыша, но дыхание идёт — из стола, из света, из самих себя.

Голос первого — мужской, но не глубокий; он идёт из середины стола, как если бы стол говорил, а участники только разрешают.

— Объект E-17 активен.

— Координаты: зафиксированы.

— Статус: вышел наружу.

— Мутации: идут по графику.

— Цель: достигнута.

Они кивают — кивок не движение, а просто — становление факта.

Голос второго — женский, но не высокий; он идёт из потолка, как если бы потолок был небом, и они только слушают.

— План «Кокон» выполнен.

— Климат: сдвинут.

— Война: завершена.

— Выжившие: мутируют.

— Суперсолдат: формируется.

Они снова кивают — факт становится тише, но твёрже.

Голос третьего — без пола, без возраста; он идёт изнутри, как если бы они сами были звуком, и он только выходит наружу.

— E-17 — носитель.

— Он не знает.

— Он не должен знать.

— Знание — разрыв.

— Разрыв — смерть.

Они молчат — молчание — это когда не умеешь говорить «да», но не можешь сказать «нет».

Голос четвёртого — всех сразу; он идёт извне, как если бы кто-то смотрел сквозь стену, и они были стеной.

— Контакт?

— Нет.

— Разрешение?

— Нет.

— Уничтожение?

— Позже.

Они решают — решение — это когда не умеешь выбирать, но выбор уже сделан.

Голос пятого — последний; он идёт из будущего, как если бы время было трубой, и они стояли в конце, но не видели начала.

— Следующий этап?

— Наблюдение.

— Сбор данных.

— Активация — когда созреет.

— Созреет — когда будет нужен.

Они встают — вставание — это когда не умеешь сидеть, но не можешь уйти.

Свет становится белее, и тени исчезают. Семеро выходят — не в дверь, не в стену; просто — становятся не столом, и не светом.

Остаётся только голос — он не эхо, не память; просто — продолжение, которое не требует, чтобы кто-то слушал.

— E-17 идёт.

— Мы идём за ним.

— Он думает, что идёт один.

— Один — это когда не умеешь быть многими.

— Мы научим. Позже.

Свет выключается — но не тухнет: он просто перестаёт быть светом, и становится фоном, на котором нет ничего, но всё возможно.

Конец совета.

Конец части.

Конец главы.

Глава 3. 7 уровней и три деревни.

Часть 1. Пустыня Осколков.

Мой путь лежит дальше, в этом городе нет выживших, только монстры и мутировавшие. Быстро пройдя город, вышел за его пределы. Впереди до горизонта была пустыня — осколок будущего, выброшенный в прошлое. Чёрное стекло тянулось до горизонта, колкая поверхность, как чешуя мёртвого зверя. Солнце висело красным шаром, но свет не грел: лучи разбивались о стеклянную крошку и отдавались лёгким жжением в носу. Пришлось использовать фильтры очистки дыхания. Датчик радиации показывал небольшое превышение допустимой нормы, а вот датчик магических аномалий пока молчал.

Первый шаг — хруст. Второй — скользко. Под подошвой мелкие лезвия, осколки размером с ноготь, каждый — кусочек древних экранов, окон, куполов. Прислонив меч к плечу, как лыжную палку, пошёл на встречу чёрному песку.

Ветер усилился. Стеклянная пыль взвилась столбом, ударила по щекам, оставив капиллярные дорожки крови, но это не проблема, мне всё равно нужно идти вперёд, адаптируясь к новому миру. Раньше, до войны, у меня было правило – если у тебя идёт кровь, не останавливайся, пока она не начнёт сворачиваться. После чего немного магии и кровушка восстанавливается сама. Вот только сейчас, не хочу пользоваться магией, мне пока не понятна расплата за пользование магическими силами. Законы магии поменялись, законы жизни изменились, остался один фундаментальный закон природы, который изменить невозможно – выживает сильнейший. И сила здесь не физический термин, а способность приспосабливаться к изменениям окружающей среды.

Через час пустыня заговорила. Сначала — шёпот, как будто кто-то трёт ладонью по экрану. Потом — скрежет. Потом — вой. Из-под стекла выползли псы.

Скелеты из пластмассы и проволоки, размером с волка, с головами мониторов. Экраны треснуты, из глазниц сыплется зелёная пыль. Они не рычат — пищат, как старая видеокассета, перематываемая назад.

Первый собакен прыгнул. Пришлось отступить назад, меч вынут за полсекунды. Удар снизу — лезвие входит под челюсть, выходит через затылок. Пластмасса трескается, как лёд. Второй — слева. Поворот, удар рукоятью по виску, затем колено в ребро. Ребро — проволока — гнётся. Третий — сзади. Зубы впиваются в плащ, но не до конца: ткань армирована. Разворачиваюсь, хватаю пса за голову, кручу, верчу прибить хочу — шея ломается с хрустом старого CD.

Четвёртый и пятый идут вместе. Пришлось отступить к стеклянному валуну, прикрыв себе спину, и уменьшив сектор атаки для шавок. Первый пёс совершил неудачную атаку получив удар в пах, второму — меч в глазницу, глубже, пока не щёлкнет процессор. Пластмассовые лапы бьют по щиколоткам, прыгаю вверх и приземляюсь на спину псу, до характерного хруста, готов парень.

Последний пёс отступает. Экран-лицо мигает надписью «ERROR». Подхожу медленно, как будто иду по льду, сканируя местность вокруг на наличие противников. Никого рядом нет, подхожу ближе к собаке с ошибкой, вонзаю меч точно в центр экрана. Пиксели рассыпаются. Вой обрывается.

Присаживаюсь у валуна, нужно восстановить дыхание и смазать раны, эти железяки душ не принимали, а значит могут наградить заражением. Магию пока не использую, с такой мелочью справится мазь.

Пока отдыхал и кушал, пропустил начало песчаного шторма. Небо исчезает. Мир становится чёрно-красным вихрем. Осколки бьют по бронежилету, как дробь. Опускаюсь на колено, закрываю голову руками. Иду в вслепую. Шаг. Ещё шаг. Стекло режет сапоги, но подошвы армированы. Ветер толкает в спину, как будто хочет выбросить из пустыни. Позволяю ему ускорять движения поддаваясь стихии.

Через сорок минут шторм уходит так же внезапно, как и пришёл. Небо снова красное. На горизонте — тень.

Тень башни.

Два часа пути, а башня не приближается. Она стоит, как игла в карте мира, и мир крутится вокруг неё.

Потом земля под ногами становится ровной, стекло превращается в сплошной каток. Под ним — тени. Люди? Нет. Силуэты без лиц, они бьют изнутри, но не могут прорваться. Иду по телам, погребённым в стекле, они безмолвно смотрят на меня, но я не могу им помочь, их время уже прошло.

Кратер. Он появляется внезапно: 50 метров в диаметре, стены вертикальные, дно — чёрное зеркало. В центе — тело.

Не человек. Не зверь. Существо из стекла и проволоки, рост два метра, руки — лезвия, голова — монитор, но экран разбит. Он стоит на коленях, держит в руках кусок металла.

Медленно спускаясь вниз, меч наготове. Существо поднимает голову. Из монитора течёт чёрная жидкость. Оно говорит без звука — слова появляются на сетчатке: «ТЫ ТАКЖЕ ОСКОЛОК?». Не отвечаю железке, я прибыл не за этим, медленно приближаюсь.

Существо прыгает, лезвия рук вращаются, как вентиляторы. Приходится отступать и ловить момент в несовершенстве техники робота, удар ногой в грудь — стекло трескается, но не ломается. Ответ — разворот, лезвие проходит в миллиметре от горла.

Успеваю отступить, но спотыкаюсь о камень падая на спину, качусь, меч уронил, но по дороге нащупываю кусок арматуры, бросаю попадая в монитор. Экран трескается окончательно. Существо орёт без звука, в моей голове раздаётся звон, как будто бьют в колокол.

Рефлексировать некогда, поднимаюсь, бегу вперёд, по дороге поднимаю меч вонзаю его точно в середину груди. Стекло лопается, как барабан. Изнутри вырывается чёрная пыль — она вьётся в воздухе, образует лицо, улыбается, рассыпается.

Существо падает. Подхожу к поверженному противнику, забирая кусок металла из его рук — это знак, половина жетона, на ней цифра «1».

Ночь провожу в кратере, здесь самое безопасное место. Внизу — тишина. Только стекло поёт: оно расширяется ночью, сокращается днём. Я слушаю эту песнь стекла, как будто она обо мне. Песня потерянного существа вырвавшегося в мир шизофрении и психопатии. У меня один вопрос: "Что здесь происходит?", если весь мир таков то скоро и я стану таким же дисплеем с надписью Error на дисплее.

Утро. Поднимаюсь наверх. На краю кратера — следы. Человеческие, босые. Они уходят в сторону башни. Иду по ним.

Башня ближе. Теперь она не тень — она игла, торчащая из пустыни. Стены — чёрное стекло без швов, поверхность отражает моё тело, но искажает: голова удлиняется, руки становятся длиннее, глаза — пустоты.

Подхожу к двери. Титановая плита, на ней надпись, выгравированная глубоко: «7 × СЕБЯ».

Прикладываю руку к сканеру на стене. Зелёный луч пробегает по глазу. Дверь не открывается. Ладно, знаю я это прикол, типа оставь оружие и пройди испытание. Кладу меч на плиту перед дверью. Меч исчезает — проваливается сквозь металл, как камень в воду.

Дверь открывается. Тьма внутри. Захожу. За спиной — щелчок. Дверь закрылась. Внутри — тишина. Не просто тишина — абсолютная. Не слышно даже собственного сердца.

Спустя несколько секунд, появляется мягкий белый свет образуя голограмму — он сам, но без глаз, лицо гладкое, как стекло. Голос в голове: «Пройди себя семь раз. Получишь крыло. Магия здесь мертва. Только плоть и сталь.»

Пройдя 77 ступеней попадаю на площадку с дверью, на которой нарисована цифра «1». Кладу руку на ручку готовясь к бою. Дыхание ровное, мысли пусты.

Глава 3. 7 уровней и три деревни.

Часть 2. Башня на горизонте

Дверь захлопнулась позади — звук был не глухой, а стеклянный, будто захлопнули экран ноутбука. Очутился в круглом зале диаметром двадцать метров. Пол — чёрное стекло, стены — чёрное стекло, потолок — невидимый, над головой только белое пятно света. В центре — пьедестал и зеркало. Зеркало не отражает. Оно показывает.

На поверхности — я, но в движении: бегу по пустыне, падаю, встаю, кровь на щеке. Изображение живёт своей жизнью, замедляется, ускоряется, поворачивается ко мне спиной.

Голос из ниоткуда:

«Первый уровень. Клинок против клинка. Победи того, кто движется, пока ты стоишь.»

Из зеркала выходит он. Точь-в-точь: рост, вес, поворот плеча, даже трещина на ребре, которую получил в кратере. Но глаза — пустые, как выключенные экраны. В руке — тот же меч, только блестит острее.

Двойник не говорит. Он кланяется, повторяю его движения.

Расстояние — три шага. Одновременно делаем шаг на встречу друг другу. Мой клинок снова в руках, башня вернула оружие.

Первый удар — вверх. Клинки встречаются в точке над головой, искры — белые, как сварка. Отскок. Второй — низкий, к голени. Парирование. Удар локтем в ребро — попадаю, но двойник не дышит, значит не задыхается.

Вращаемся, как шестерни. Мечи рисуют восьмёрки. Делаю финт — притворный удар в плечо, перевод в ногу. Двойник ловит: его клинок скользит по кромке, как по маслу, и уходит в пустоту.

Удар в спину — успеваю увернуться, но клинок царапает бронежилет, оставляя борозду, чувствую, как трещит пластина после пропущенного удара.

Вместе отпрыгиваем друг от друга, дыхание горит, но двойник не дышит. Бросаю меч.

Двойник замедляется — алгоритм не рассчитан на отказ от оружия. Бегу вперёд, подпрыгиваю, удар коленом в челюсть. Голова откидывается, но не ломается. Хватаю руку с мечом, выворачиваю, кручу — кость трескается, как стеклянная трубка. Меч падает.

Ловлю оружие в воздухе, разворачиваюсь вонзая его точно в центр груди. Двойник замирает. Пустые глаза мигают. Потом — трещина. Она идёт от сердца к плечу, к шее, к лицу. Он рассыпается, как стеклянная скульптура, сыплется осколками, которые тают, не дойдя до пола.

Тишина.

На пьедестале — жетон. Круглый, стальной, на одной стороне цифра «1», на другой — выгравированный клинок. Беру жетон. Зеркало гаснет. В стене открывается дверь — узкая, как щель. Захожу.

Лестница.

77 ступеней. Каждая короче предыдущей. Бегу по ним, ступени скользкие, как лёд, но не холодные — тёплые, как экран после работы. На 50-й ступени спотыкаюсь — кровь из носа, капает на стекло, но не впитывается. На 77-й — площадка. Дверь с цифрой «2».

Комната 6×6 метров. Стены — чёрное стекло, но они двигаются: медленно, слышно, как скользят массивные плиты. Потолок — низкий, давит. В центе — полоса света.

Голос: «Удержи пространство. Шестеро придут. У тебя три минуты.» Я не вижу противников, только сдвигающиеся стены. Первый боец появился из пола. Выползает, как тень, но твёрдый, стеклянный, человекообразный, с ножом-бритвой. Удар — вниз, к икре. Отскакиваю спиной о стену. Стена уже ближе — полметра. Второй прыгает из потолка. Падает, как гильотина, ножи в руках и в ногах. Ухожу в сторону, пространство сжимается. Третий вылетает из стены. Выпрыгивает, как капля, разворачивается, бьёт кулаком в челюсть. Хорошо попал, если бы не среагировал, то пару зубов уже валялись бы на полу. Отступать некуда, комната уменьшается.

Использую стены — как трамплин. Прыгаю, отталкиваюсь, удар ногой в голову первого. Осколки разлетаются в стороны. Второй — сверху, ловлю его за руку, выворачиваю сустав, ломаю локоть об колено.

Третий — сзади. Быстро разворачиваюсь, удар ладонью в нос — стекло трескается, течёт чёрная жидкость.

Четвёртый и пятый атакуют одновременно. Прыгаю вверх, цепляюсь за край потолка (уже 2,5 метра), подтягиваюсь, удар ногами вниз — оба падают.

Шестой — из-под ног. Выползает, хватает за щиколотку, волочит. Падаю, но успеваю схватить осколок стекла, наношу удар в область шеи. Порезал руку, но и голову противнику тоже срубил.

Таймер в голове — 2 минуты 15 секунд. Стены уже на расстоянии вытянутой руки.

Встаю. Кровь из носа, из пальца, из губ. Улыбаюсь — впервые за долгое время, но не доброй улыбкой, а злой. Той, которая возникает в схватке с сильным противником. Той, что не предвещает ничего хорошего.

Два быстрых шага, прыжок, приземляюсь на грудь одного, давлю до хруста. Последний — шестой. Он стоит в центре. У него два ножа. Он ждёт.

Подхожу к воину, мы смотрим друг на друга. Потом — одновременно. Удар. Парирование. Удар. Парирование. Ловлю нож рукой — кровь, я не отпускаю, кровь льётся из ладони, но это не страшно. Мои мышцы органы и кости укреплены не только магией, но и фармакологией. Поворачиваю нож, ломая запястье. Второй нож втыкается в другую руку. Бью кулаком в горло. Осколки летят. Существо падает. Таймер — 2 минуты 59 секунд. Стены останавливаются в 10 сантиметрах от плеч.

Дыхание тяжёлое, адреналин разгоняет кровь, капающую на пол. Довольная улыбка озаряет лицо. Давно я не был так доволен, вот настоящая жизнь, где ты не знаешь выживешь или станешь победителем.

На пьедестале — жетон. Квадратный. На одной стороне «2», на другой — стена. Беру его окровавленной ладонью. Дверь открывается.

Лестница. На этот раз — вниз. 66 ступеней. Каждая длиннее предыдущей. Спускаюсь. Ноги дрожат. На последней ступени, падаю на колени. Кашляю кровью. Магия в башне не работает, а значит и мои фильтры перестали функционировать, нужно быстрее пройти, а иначе мне конец.

Комната без пола. 20 метров провисающих канатов над чёрной бездной. Внизу — вращающиеся стеклянные диски-шины, как пилы.

Голос: «Пройди. Или упади.» Проверяю меч — цел, руки — дрожат, но держат. Прыгаю на первый канат. Качаясь, иду вперёд, внимательно осматривая обстановку.

Трое. Один — снизу, по канату. Второй — сбоку, по стене. Третий — сверху, по потолку.

Я не могу остановиться, иду вперёд. Режу канат под первым — тот падает, вращающиеся диски встречают его, звук — как будто бросают стеклянную вазу в бетономешалку.

Второй — прыгает. Мы боремся на одном канате, как на бревне. Удар головой в лицо. Потеря равновесия. Цепляюсь одной рукой за канат, меч закидываю в зубы, подтягиваюсь, удар ногой — противник падает.

Третий — сверху. Он падает, как камень. Прыгаю на соседний канат, цепляюсь, но канат рвётся, падаю. Время замедляется. Вижу диски — они вращаются, как зубы, на их поверхности видна моя тень. Вырываю меч из зубов, вонзая в стену. Лезвие царапает стекло, тормозит. Цепляюсь второй рукой. Диски — в метре. Вишу, осознавая плачевное состояние. Потом — толчок. Нахожу трещину, это мой путь наружу, потом снова толчок, новая расщелина...

Выбираюсь на противоположную сторону. На пьедестале — жетон. Круглый. На одной стороне «3», на другой — канат. Беру свой приз.

Лестница. На этот раз — вертикальная. 55 ступеней, но они идут вверх по стене, как ступеньки в шахте. Руки в крови, ноги дрожат. Наверху — дверь с цифрой «4». Вхожу. Не знаю сколько нужно сил для прохождения, но знаю, если остановлюсь, стану частью этих чёрных стен.

Глава 3. 7 уровней и три деревни.

Часть 3. Уровень 4. Гравитация.

Дверь исчезла — и мир перевернулся. Комната 15×15 м, стены — чёрное стекло, пол и потолок — одинаковые, как две стороны зеркала. В центе — тяжёлый стеклянный голем на шарнирах: рост два метра, вес 300 кг, руки — гильотины, ноги — опоры, голова — монитор, экран треснут. Он не движется, пока гравитация горизонтальна.

Счётчик в глазу: 00:15… 00:14…

Голос в черепе:

«Каждые 15 секунд — новый вектор. Вверх, вниз, вбок. Голем тяжёл, но не туп. Падай, взмывай, ломай.»

Первый поворот — 90°. Мир крутится, как барабан. Пол становится стеной, потолок — полом. Голем падает, как мешок железа, но приземляется на ноги, шарниры хрустят. Он бежит — тяжело, но быстро. Руки-гильотины вращаются, как лопасти.

Отпрыгиваю, но гравитация тянет вбок — лечу, как мяч, ударяясь о стену-пол. Меч вырывается из рук, падает вниз-вбок. Успеваю ухватиться за выступ на стене — бывший пол. Вишу. Походу это испытание будет тяжёлым, руки порезаны, меч выскальзывает, но ничего, где наша не пропадала.

Голем поворачивает голову — экран мигает: «TARGET LOCKED».

00:00 — второй поворот. 180°.

Мир переворачивается. Потолок становится полом, пол — потолком. Падаю вниз — теперь это «вверх». Приземляюсь на ноги, но голем уже там.

Удар — горизонтальный, как вагонетка. Ухожу вниз-вверх, но гравитация тянет в сторону. Снова лечу, ударяясь о стену, падаю. Да, птицей мне точно не быть, зато на пингвина смахиваю на сто процентов.

Меч — где-то внизу-вверху, и его не видно. Используя первое правило легкоатлета – бегу. Голем движется за мной. Шаги как будто кто-то бросает сейфы на стеклянный пол.

Третий поворот — 270°.

Мир крутится, как кубик Рубика. Пол становится стеной, потолок — полом, но в другую сторону. Снова падаю, как камень, ударяясь о новый пол — бывшую стену. Голем падает, но приземляется на колени. Шарниры хрустят, но держат. Вижу меч — он торчит из стены-пола, как флаг. Бегу к нему вырывая из стены. Голем — уже рядом. Удар — вертикальный, как пресс. Ухожу в сторону, но гравитация тянет вниз-вбок, падаю, качусь в сторону.

00:00 — четвёртый поворот. 360°.

Мир возвращается в исходное положение, но только на секунду. Потом — снова 90°. Понимаю: голем адаптируется. Он не падает — он использует вес, как оружие. А мне, нужно использовать вес против него.

Бегаю, падаю и жду 90°-поворота. Когда мир крутится, не цепляюсь, а прыгаю. Лечу вниз головой, как дельтаплан, контролируя полёт. Голем — ниже. Он не успевает развернуться.

Вонзаею меч точно в шарнир шеи — между головой и корпусом. Лезвие входит, как в масло, до упора. Он тянет — вниз, вбок, рвёт тросы, как струны. Шарнир лопается — звук, как будто рвут стальные тросы. Голова откидывается, но не падает. Поворачиваю меч, рывок — тросы рвутся окончательно. Голова падает, как гиря.

Корпус замирает. Шарниры — тоже.

Поворот — 180°. Мир переворачивается. Голем падает, как мешок железа. Он не движется. Падаю тоже, но приземляюсь на ноги. Стою над корпусом, поднимаю меч — удар точно в центр груди. Лезвие входит, до упора, кручу его — трещина идёт по всему корпусу, как паутина. Голем распадается. Куски падают, как стеклянные кубики. Они трещат, рассыпаются пылью, и тишина. Мир останавливается. Гравитация — горизонтальна.

На пьедестале — жетон. Шестерня. Диаметр 20 см, толщина 5 см, вес 5 кг. На одной стороне «4», на другой — шестерёнки. Беру его. Тяжело. Приходится перекинуть на спину, как рюкзак.

Лестница. На этот раз — без перил. Только выштампованные выступы в стене — 5 см шириной, 3 см глубиной. Расстояние — полметра. Лезу, пальцы — в крови. Ноги — в крови. Каждый выступ — как лезвие.

Не знаю на сколько меня осталось, но знаю, что остановиться, значит умереть.

Глава 3. 7 уровней и три деревни.

Часть 4. Уровень 5. Тишина

Дверь исчезла — и звук исчез с ней.

Комната 12×12 м. Пол — чёрное стекло, стены — чёрное стекло, потолок — чёрное стекло. Ни теней, ни швов. Свет — равномерный, без источника. Все звуки пропали, слышно лишь моё не ровное дыхание и стук сердца, оно бьётся в висках — громко, как барабан. Слышу, как кровь бежит по ушам, как дыхание вибрирует в груди.

Голоса нет. Только надпись, появляющаяся в глазу:

«Тишина. Двое. Ты и тень. Слышишь — живи. Глух — умри.»

Противников не видно, видно лишь отражение моего тела в стенах, в поле, в потолке. Закрываю глаза, перехожу на слух. Раньше тренер любил такие тренировки, так что для меня это не впервой.

Первый удар, воздух дрожит — микро-вздрагивание, как будто кто-то провёл пальцем по струне. Ухожу в сторону — лезвие проходит в миллиметре от щеки. Не слышу звона — только вибрацию.

Разворачиваюсь — удар в подмышку. Точно. Глубоко. Чувствую, как лезвие входит в мою мышцу, как оно отскакивает от кости. Я не кричу — не могу. Я не слышу своего крика. Бью в ответ — вслепую. Кулак находит тело — твёрдое, но не живое. Удар в ребро — трещит стекло. Противник отпрыгивает. Он не дышит. У него нет сердца. Он — тишина.

Открываю глаза — никого. Только зеркала. Закрываю глаза, и слышу. Сердце — 120 ударов в минуту. Дыхание — ровное, жду. В этом бое придётся отвечать на атаки, ведь противник невидим, контакт возможен только при его атаке. Второй удар — сзади. Чувствую — воздух сжимается, как перед ударом кнута. Падаю вниз — лезвие проходит над головой. Бью ногой в область предполагаемого колена противника, попадаю — колено ломается, как стеклянная ваза. Противник падает, но не стонет — он не может. Прыгаю — удар локтем в висок. Точно. Глубоко. Чувствую, как череп трескается, как осколки летят в лицо.

Открываю глаза — никого, закрываю глаза, и слышу. Сердце около 100. Дыхание — ровное, жду. Третий удар — сбоку. Чувствую — воздух дрожит, как перед ударом грома. Ухожу вниз — лезвие проходит над головой, бью кулаком в пах. Попадаю, тело сгибается, но не стонет. Бью ещё раз — головой в лицо. Трещина. Ещё один удар рукоятью меча в область головы, слышу, как тело падает, как осколки летят в ноги. Открываю глаза — никого.

Закрываю глаза и слышу: сердце — 90, дыхание — ровное, жду.

Четвёртый удар — сверху.

Чувствую — воздух сжимается, как перед ударом молота. Он уходит в сторону — лезвие проходит в миллиметре от плеча. Бью — ногой в колено, попадаю — сустав ломается, как стеклянная ваза. Дистанцию нельзя рвать, противник должен быть на расстоянии вытянутой руки. Бью ещё раз — кулаком в область глотки. Трещина. Ещё раз в висок. Чувствую, противник падает, осколки летят по ногам.

Снова открываю глаза – никого, только моё отражение вокруг. Закрываю глаза: сердце — 80, дыхание — ровное, жду.

Пятый удар — спереди. Ухожу в сторону — лезвие проходит в миллиметре от сердца. Бью кулаком в подмышку, попадаю точно, глубоко. Следующий удар в висок, захватываю голову руками, мощным ударом колена разношу голову как переспелый арбуз. Открываю глаза — никого.

Закрываю глаза и слышу: сердце — 70, дыхание — ровное, жду.

Шестой удар — сзади.

Чувствую — воздух сжимается, как перед ударом грома. Перекат вперёд, лезвие проходит далеко от тела, перекат назад, удар в колено, сустав ломается, противник падает на меня. Перекатываюсь в сторону, слышу, как меч бойца соприкасается с полом, бью чуть выше, попадаю в голову, ощущаю поражение противника, по осколкам прилетевшим в лицо.

Снова открываю глаза, и опять никого. Закрываю глаза. Сердце по-прежнему 70 ударов в минуту, дыхание ровное, жду.

Седьмой удар — снова спереди, наклоняясь вперёд, делаю небольшой подшаг вперёд, хватаю противника за шею, и мощным ударом вколачиваю голову в пол, тело рассыпается. Открываю глаза, теперь в отражении на стенах вижу, пьедестал с жетоном из чёрного металла. На одной стороне цифра 5, на другой капля.

Уровень 6. Осколки.

Дверь исчезла — и мир стал лезвием.

Комната 20×20 м. Пол — сплошное поле лезвий: стеклянные, металлические, керамические — 10 см высотой, острые, как бритвы. Расстояние между ними — 30 см, но некоторые стоят группами, как зубы. Свет — белый, без теней.

Правило: не касаться лезвий руками, коленями, локтями. Только стопы. Только прыжки.

На стене — надпись, выгравированная светом: «Пройди себя, не порежься.»

Противник появляется — из пола. Он — Эйнар. Точь-в-точь: рост, вес, поворот плеча. Но без кожи. Мышцы — стеклянные, вены — проволока, лицо — маска из зеркал. Он двигается, как марионетка: рывки, паузы, как будто кто-то тянет за нитки. В руке — меч. Тот же, но длиннее, тоньше. Он не говорит. Он кланяется. Я тоже поклонюсь, почему бы и нет, вижу, что противник достойный, ведь он, мой двойник.

Первый прыжок — с места. Отпрыгиваю на соседний кусок пола, где лезвия стоят реже. Приземляюсь на мягкие стопы. Противник — уже в воздухе. Он прыгает, как кошка, приземляется на лезвие — стопа точно на острие, не шатаясь. Передвигаясь по лезвиям, меч зажат в зубах, я тоже использую такой приём, время от времени. Первый удар ногой, блокирую руками, отклоняя противника в сторону, сам используя его технику, бегу по лезвиям в сторону выхода. Противник — за спиной. Он бежит, как тень, не шумит, не дышит. Прыгаю на соседний кусок пола. Противник — уже там, бьёт коленом в грудь. Блокирую колено, следующим ударом с двух рук, посылаю противника в сторону лезвий, и чтобы у него не было шансов, сбиваю концентрацию, небольшим ударом по ногам. Стеклянный «Я», падает на лезвия, тело не рассыпается, оно испаряется множеством стеклянных кубиков. Тишина.

На пьедестале — жетон. Лезвие. 15 см, стеклянное, но металлическое. На одной стороне «6», на другой — острие.

Беру его., оно режет даже воздух. Заворачивая его в ткань, иду на лестницу.

77 ступеней. Каждая короче предыдущей. Последняя — 5 см. На вершине — дверь с цифрой «7».

Уровень 7. Последний себя.

Дверь растворилась — и мир стал зеркалом.

Комната 10×10 м. Пол — чёрное стекло, стены — чёрное стекло, потолок — невидимый. В центре — пьедестал. На пьедестале — зеркало. В зеркале — моё отражение. Но оно не отражает. Оно показывает. На поверхности — я, но с глазами-лампами: белые, без зрачков, светящиеся, как фары. Лицо — без эмоций, как маска.

Голос в голове, озвучивает правила: «Последний уровень. Победи того, кто не устаёт. 5 минут. Без оружия. Только плоть и плоть.»

Зеркало трескается, из него выходит двойник. Точь-в-точь: рост, вес, поворот плеча. Но кожа — как пластик, мышцы — как сталь, глаза — как лампы. Он не дышит. Он не устаёт. Он кланяется, отвечаю ему тем же.

Расстояние — три шага. Оба делаем первый — одновременно.

Первый удар — вверх. Кулаки встречаются — звук, как будто бьют по стали. Отскок. Второй — низкий, к ребру. Парирование. Удар локтем в челюсть — попадаю, но двойник не отпрыгивает — он принимает, как будто это часть плана. Мы вращаемся, как шестерни. Кулаки рисуют восьмёрки. Делаю финт — притворный удар в плечо, перевод в ногу. Двойник ловит: его рука скользит по коже, как по маслу, и уходит в пустоту. Удар в спину — успеваю увернуться, но кулак царапает бронежилет, оставляет борозду. Чувствую, как трещит пластина. Отпрыгиваем друг от друга, дыхание горит, изо рта идёт кровь, а двойник, как молодой, он не дышит и не устаёт, одним словом – читер. Но ничего, мы и не таких ломали.

Двойник бросается в ноги, отшаг назад и удар ногой в голову. Сталь трескается, но не ломается. Хватаю голову, бью коленом — трещина становится дырой. Но двойник не кровоточит — он не кровь.

Двойник ускоряется, пытаюсь уйти с линии атаки, но не успеваю, удар кулаком приходится в жилет, но сила слишком велика. Чувствую, как ребро трескается. Кричу от боли и злости, хватая руку двойника, выворачиваю и ломаю запястье. Кость трескается, как стеклянная трубка. Бросаюсь вниз хватаю двойника за ноги, сбивая его на пол, падаем, как мешки. Перебираюсь на спину противника, начиная молотить его головой об пол. Голова крошится, пальцы сплошной ком из крови, так долго не может продолжаться.

Хватаю ремень, перекидывая его через шею, начинаю тянуть. Противник мажет руками, пытается сбить меня со спины, но я не отдам эту позицию. Он бьёт в по рёбрам, чувствую сильную боль от сломанного ребра, но это лишь придаёт сил, ещё сильнее тяну к себе, до характерного хруста, до тишины, после смерти последнего, хрустального противника.

Тишина.

Противник рассыпался, испарившись. Встаю на колени, изо рта течёт кровь, ребро пробило лёгкое, сработал автоматический транквилизатор. Стало немного легче, но я понимаю, нужно спешить. Мне нужна магия, буду использовать её впервые за сотни лет.

Трещина идёт от центра к краям, как паутина. Потом — грохот. Зеркало распадается на осколки.

За ним — ниша. В нише — сова.

В глазу всплывает сообщение, Кибер-сова. Вес — 1,2 кг. Размах крыльев — 1 м. Титановые когти — 5 см. Лазер в глазу — зелёный, точный. Реактор в груди — мигает, как сердце. Женский голос произносит: «Я — Ночь. Ты — мой.»

Беру её. Она садится на плечо. Когти цепляются за бронежилет, но не режут.

Выход из башни — дверь в полу, выбрасывает в песок за 300 м от башни, та исчезает. Первым делом колю один из витаминных комплексов, после чего обращаюсь к магическому источнику. Магия как приятный душ разливается по телу, принося облегчение и нотку спокойствия, она как наркотик, убаюкивает и даёт чувство уверенности. Первым делом сращиваю кости, приходится доколоть комплекс с кальцием и микроэлементами. Ещё полчаса и основные травмы зарощены, остальное исправится со временем. Магия, конечно, хороша, но и тело должно поработать, это – закалка воина, не всегда можно рассчитывать на магию, иногда придётся выживать без неё. Поэтому тело должно уметь работать без костылей. Хотя фильтры я всё же включаю, эта пустыня слишком опасна.

Пройдя пару километров, нашёл небольшую ложбину, куда завалился поспать, но для начала, нужно настроить сову. Это неплохой разведчик.

– Привет сова. Кто твой хозяин? – Сова повернула своей головой на 360 градусов уставившись на меня.

– Строка хозяин – пуста. – механическим голосом ответила она.

– Теперь, я, твой хозяин, меня зовут – Эйнар. Будешь называть меня – Бос. Код доступа четыре единицы.

– Настройки приняты. Какие боевые задачи вписать в приоритеты? Доступно 2 слота.

– Первый слот – патрулирование. Второй слот – уничтожение противника, несущего смертельную опасность для хозяина.

– Второй слот – некорректная задача, любой объект может представлять опасность для боса.

– Хорошо, тогда уничтожение объектов, после команды хозяина. – в принципе, я настрою сову под себя позже. Главное она уже подключилась к моим сенсорам, и я всегда могу увидеть, то, что видит она.

Повозившись немного с настройками, улёгся спать, теперь я проснусь, как только птичка увидит движущиеся объекты, для начала этого достаточно. А теперь пора спать. Перед сном вспомнил пещеру, иногда мне приходилось принимать участие в вечерней укладке детей. я рассказывал им истории из своей жизни, выдавая всё за сказки. Им нравилось, они просили продолжать истории, но я никогда не доводил всё до конца, потому что там всегда была смерть и кровь. Вот как сейчас, я ложусь в лечебный сон весь в крови и поту, и это не романтично, и не поэтично. От меня воняет, во рту привкус железа, и это мне нравится. Находится на грани, испытывать пределы, развиваться, вот моя романтика.

Солнце висело над пустыней красным шаром, но свет не грел. Я шёл на юг, по крайней мере, так говорил компас в глазу. Каждый шаг — хруст. Каждый вдох работа фильтров на износ. Сова высунула голову из рюкзака, лазерный глаз просканировал горизонт: пусто, температура +48 °C, радиация — допустимая, ветер — 12 м/с, порывы до 20. Она шепнула: «Прямо — 4,7 км, признак жизни — 92 % вероятность поселения.»

Первое, что увидел — стеклянные домики. Они стояли на метр выше уровня песка, крыши — плоские, стены — прозрачные, внутри — белые комнаты, белая мебель, белые люди. Над въездом вывеска из светящихся букв: «УЛЫБКА». Буквы меняли цвет: розовый — бирюзовый — жёлтый, как будто кто-то щёлкал пультом, меняя настроение.

Жители вышли навстречу. Все в белом: туники, штаны, тапочки. Улыбки — одинаковые, как будто отпечатали формочкой. Женщины обнимали меня за шею, мужчины — за плечи, дети вешались на руки. Я чувствовал, как липкие ладони прилипают к броне, как запах цветов заполняет нос.

— Ты устал, друг, — сказала женщина с глазами-лампами. — Мы накормим. Мы обогреем. Мы улыбнём.

Хотел отказаться, но руки уже тянули в дом. На столе — трёхлитровая кастрюля: суп розовый, плавают лепестки, пахнет ванилью и свежестью. Немного отпил — сладко, как жидкий сахар. Голова закружилась. Сова пискнула в рюкзаке: «Состав: сахароза 48 %, алкалоиды 0,3 %, следы опиата. Рекомендую не пить.» поставил кастрюлю обратно. Улыбки вокруг не дрогнули, но глаза стали острее.

Солнце уже опустилось за горизонт, без сумерек, сразу ночь. Люди высыпали на улицу. Барабаны — из розовой кожи, как будто выделанной из языков. Ударили — «бум-бум-бум», ритм сердечный. Все разделись. Одежда упала, как снег. Тела — белые, гладкие, без волос, без родинок. Они начали танцевать: шаг влево — улыбка, шаг вправо — обнимашки, вверх — «лю-лю-лю», без слов, только губы шевелятся в одном ритме.

Я стоял в стороне. Сова высунулась — лазерный луч просканировала толпу: «Пульс 140, адреналин ++, мозговая активность — эйфория 94 %.» Я решил уйти из этой деревни, люди здесь явно неадекватные, попятился назад. Кто-то сзади положил руку на плечо — ладонь тёплая, как свежий хлеб.

— Ты не танцуешь, друг, — прошептала женщина. — Значит, не улыбаешься.

Краем глаза заметил мужика центре круга, он перестал улыбаться. Его рот застыл, глаза широко раскрылись. Изнутри что-то двинулось — сначала плечи дернулись, потом грудь вздулась, как будто кто-то накачал воздух. Кожа лопнула по шву — от ключицы до пупка. Из трещины вырвались когти: чёрные, стеклянные, 30 см. Шкура слезла, как плащ. Под ней — медведь: не зверь, не машина, гибрид. Мышцы — стеклянные прутья, шерсть — осколки, глаза — розовые лампочки. Рык — но без звука, тишина глотает всё.

Люди не разбежались — они улыбнулись шире. Кто-то достал топор: рукоять — кость бедра, лезвие — лопатка. Медведь рванулся к неулыбающемуся — тот исчез под грудой, только кровь брызнула вверх, розовая, как конфетти. Решил отступить, применив единственный доступный метод – побег. Я не улыбался — и это было приговором. Один из медведей, размером с лошадь, бросился за мной. Он бежит, как танк, стеклянная шерсть звенит, как бабочки. В последний момент ухожу в сторону. Когти рвут воздух. Прыгаю на спину животине. Медведь вращается, как бык. Хватаю меч, вонзаю в шею — точно, до упора. Стекло трещит, но не ломается. Медведь вздымается — прыгаю вниз, удар ногой в сустав задней лапы. Хруст — и голова медведя ударяется о землю. Не теряет темпа — скачок, колено в челюсть, руки — за голову. Рывок — до хруста. Медведь падает.

Второй медведь заходит с фланга. С ним — две женщины с топорами из костей. Бегу навстречу. Сова вспорхнула — лазерный луч выжег глаз медведю, тот взвыл. В прыжке ударил пяткой в висок косолапому. Стекло треснуло, как лёд. Схватил топор у женщины, отрубил ей руку — она даже не вскрикнула, только улыбнулась шире. Второй удар мечом в шею медведя. Голова откатилась, тело побежало ещё два шага — и упало. Сова в это время разорвала лицо второй противнице.

Третий медведь — самый большой. Он не бежит — он идёт, как пресс. В руках — бревно-стеклянная балка. Я не смог подойти — удар ветром сбивает с ног. Этот громила ещё и магией ветра балуется, но ничего, с ним тоже справимся. Отступаю к стене. Люди образовали круг — улыбаются, машут бантами, как конфетти.

Достаю гранату — последнюю, из комплекта. Рычаг — щелчок. Бросаю — под ноги медведя. Тот не понимает — наступает. Взрыв — свет, как будто кто-то включил прожектор. Балка летит вверх — и падает точно на спину медведя. Тот падает, как здание. Подпрыгиваю, приземляясь на спину здоровяку, удар коленом в затылок, после чего удар конфискованным топором, оружие разлетается, но делает свою работу, на толстой шее появляется трещина, в которую входит меч, по самую рукоять. Противник рассыпается огромными глыбами.

Люди не нападали — они только улыбались и махали бантами. Но из-за домов полетели стрелы — розовые, с пластмассовыми наконечниками, в виде сердечек. Они свистели, как детские свистульки. Сова вспорхнула — лазер выжигал стрелы в полёте, они падали, как конфетти. А я бежал через площадь, через огороды, через стеклянные заборы. Улыбки не исчезали — они провожали. Да ну нафиг этих купидонов, пусть живут себе, а я как-нибудь без них справлюсь.

Моя небольшая пробежка вывела к озеру. Вода — чёрная, как нефть. Не отражает небо, не отражает меня. На горизонте — три огня: деревни. Сев на корточки, выдохнул. Сова села на плечо, крылом вытерла кровь с моего лица.

— Ночь, — прошептала она. — Три варианта. Выбирай.

А чего выбирать, пойду в ближайшую, мне всё равно нужно знакомится с этим миром. Первая деревня встретила воротами из костей, белые, как слоновые. Надпись: «КРОВЬ — ДОБРО». Внутри — вампиры: высокие, улыбающиеся, глаза — красные лампы. Орки — в загонах, как коровы, шеи в ошейниках, вены — голубые. Гномы — пастухи, улыбаются, держат кубки: «Пей, друг — свежая, только что из орка.» Я отказался, не люблю кровь, воду уважаю больше. Улыбки не дрогнули — они просто отвернулись.

С вампирами сталкивался раньше, нормальные ребята, если не голодные, но рисковать не стану, пусть себе живут, а я пойду дальше. Третью деревню услышал заранее. В воздухе витал сладкий запах, похожий на забытый вкус варенья. Толстые тётки в розовых фартуках: «Заходи, милый, у нас пир!», а самой в руках котелок, в котором пульсирует сердце. Ждать не стал, снеся толстухе голову, котелок упал, сердце покатилось по земле. Вторая лишилась руки, в которой держала топор, а третья получила ножом в грудь, нож не мой, она сама им махала. У всех троих улыбки на лицах, здесь озеро наркоманов со своими фишками, и мне не хочется становится таким же. Уйдя через задние дворы, покинул поселение, спустившись в канализацию.

Канализация деревни 2 пахла розовой сладостью и гнилью. Кости-трубы были склеены жиром, вода — до колен, тёплая, как суп. Шёл, прислоняясь к стенам, чтобы не скользить. Сова светила лазером: зелёная точка бежала впереди, как указка.

За поворотом — решётка: ребра гиганта, скреплённые золотыми кольцами. Дотронувшись, ощутил пульс. «Живое железо, — прошептала сова. — Взлом — 3 секунды.» Луч выжег два кольца, связь ослабла. Ударил ногой — решётка открылась, как дверь в подвал.

Поля за деревней чёрные, вокруг темнота, шёл уже два часа. Сова молчала, только иногда пищала: «Курс 43°, держись правее.»

Горизонт дрогнул — появилась деревня номер 3. Она была почти невидимой: дома из стекла, но стекло — прозрачное, как воздух. Люди — тоже. Вены у них светились голубым, как неон. Они шептали, а не говорили.

Ворот не было, просто вошёл в поселение. Первый встречный старик — прозрачный, как призрак — подал миску: водоросли чёрные, солёные. Вкус похожий на морскую солёную воду.

— Мы не улыбаемся, — сказал старик. — Мы не убиваем. Мы просто есть.

– А для чего вы живёте?

– Не знаю, мы просто живём, пока наш путь не приходит к концу.

– И долго вы живёте?

– А кто его знает? Мы не считаем, пока мы живём в гармонии с природой – мы есть, как только кто-то желает уйти, он отказывается от матушки природы становясь белым и уходит. А что там с ними случается, мы не знаем. – Да старик интересный, он словно не чувствует, будто живёт в неком нейтральном поле. Мне не понять такого существования, как ему не понять мои проблемы.

– Скажи старик, ты уже давно топчешь этот мир, может у тебя есть сведения о убежищах или кладах? – Ну а что, ему это незачем, а мне пригодится.

– Был у нас странник, такой же бешеный, как и ты, помер с сотню лет назад, сходи на край деревни, там в тёмном доме посмотри его вещи, может чего и сыщешь.

– Благодарю тебя старик, за ужин, и за разговор. – от души поблагодарил, ведь это первый более-менее здравый, разумный в этом мире.

– Во благо, внучок, ну иди, ты же торопишься. Все вы молодые торопитесь.

– Прощай старик.

– И тебе не хворать.

Старик не обманул, в хижине обнаружил скелет и развалившуюся сумку, а в ней карту, скопировал данные себе. Убежище 12.3— 187 км. Азимут 43°.

Глава 4. Убежище молчаливых клинков.

Часть 1. Девочка без имени.

Путь к убежищу вёл через каньон, здесь всегда дул ветер, не было ни одного живого существа. Несколько дней только дорога, ветер и солнце, висевшее высоко в небе, светившее, но не греющее. Сова сидела на моём плече, когти цепко вцепились в бронежилет.

— Азимут 43°. 102 километров до цели. Прибытие через 96 часов при текущем темпе.

— Ускоримся, — ответил я, подтягивая рюкзак. — Мне некогда быть туристом в аду.

Мы шли уже третьи сутки. Пустыня Осколков позади. Впереди — Склеп-13, убежище, где когда-то готовили убийц. Карта старика была точной: каждый километр, каждый труп, каждый обломок. Но карта не показывала её. Она появилась на рассвете четвёртого дня. Стояла на обломке стены, рост — метр пятьдесят. Вес — килограммов пятьдесят. Чёрное платье, рваное, как будто вырезано из тени. Лицо закрыто маской из металлических чешуек — только глаза видны. Серые. Без зрачков. Как будто внутри — пустота. В руках — два коротких клинка, словно зубы хищника. Она не шевелилась, только смотрела.

Я остановился.

— Ты следила за нами?

Она кивнула.

— Ты из убежища?

Кивнула.

— Ты убийца?

Кивнула.

— Ты хочешь идти со мной?

Она подняла клинки — и убрала их в ножны на спине.

— У тебя есть имя?

Она отрицательно покачала головой.

— Будешь Тишь.

Она кивнула, и пошла рядом. Я знаю таких людей, они не врут, они выполняют свою работу. Убивают, возвращаясь домой, тихо, без воплей и вопросов. Такие убийцы, как она, не знают другой жизни, их с малолетства учили лишь убивать, ни чувств, ни страха, ничего. Только жажда убийства. Я сам должен быть таким, но однажды в детстве, при очередном вливании в тело препаратов, блокирующих боль, я умер. Вернее, не я, а носитель маленького тела, а мою душу вселили в израненное тело. С тех пор я учился убивать и развивал магический потенциал, убивал, возвращался назад на базу и снова совершенствовался. На самом деле в таких местах работали неплохие учёные, хоть их эксперименты над телами были бесчеловечны, но они умели делать отличных солдат. Солдат умеющих убивать и не задавать вопросов. Вот такой солдат идёт рядом со мной, видимо выполнить задачу внутри бункера она не может, поэтому она ждала союзника. Я буду выступать в роли приманки, но ничего, я и так хотел зайти в это убежище, а если у меня там будет помощник, то это повышает шансы на успех.

Девочка привела нас к скрытому входу, передвинула несколько камней, в песке образовался провал, куда мы влезли. Сто три ступени вниз привели к металлической двери, пришлось убить около часа, пока наконец не сорвал задвижку с места. Вот значит почему она не могла войти, ей просто не хватало сил.

Тишь шла впереди. Я шёл за ней. Сова молчала. Только сканер работал:

— Биометка: 47 трупов. Время смерти — 3 года назад.

Мы спустились в круглый зал. В центе пять капсул, внутри лежат дети, глаза выжжены, рты открыты. Тишь остановилась.

— Это была школа. – Первые слова. Голос был хриплым. Как будто она не говорила годами. — Школа убийц. Они учили нас быть тихими. Я не вышла на выпуск. Я спряталась. Они забыли меня.

– Чего ты ищешь здесь?

– Мне нужны трупы, твои трупы. – ответила малышка.

Интересно, неужели организация выжила и до сих пор пытается сделать мои копии? Я давно узнал их план, делая вид, что просто развиваюсь, с каждым днём всё больше блокировал их генный передатчик. Мне даже удалось от них сбежать, но видимо после катаклизма что-то в магии изменилось, и я не заметил изменений, что вызвало новую передачу данных. Ладно, над этим поработаем позже, пора увидеть, тех, за кем пришла Тиш. А для этого нам нужно пройти в главный зал, именно в таких помещениях хранились главные наработки организации.

Голос из динамика:

— Протокол «Клон-7» активирован. Цель: устранить оригинала. Эйнар — цель.

Из пола поднялись пять фигур. Один — в моём старом бронежилете. Второй — с моим мечом. Третий — с моей трещиной на груди. Четвёртый — с моей улыбкой. Пятый — без глаз. Они не говорили. Только смотрели. Как будто я был зеркалом. И они — трещины в нём. Первый клон бросился. Точь-в-точь мой стиль: удар снизу, перевод, удар в спину. Ответил тем же, мы столкнулись, как два зеркала. Тиш исчезла. Появившись за спиной второго, её клинок вошёл в затылок противника, погасив его свет жизни навсегда.

— Один, — прошептала она. Я тем временем, увернулся от очередной атаки клона, вогнав ему в подбородок свой меч.

Третий активировал магию. Но в убежище магия не работала. Он задохнулся собственным огнём. Упал, и растворился. Неужели, и я такой имбицил, нет, я должен быть умнее.

Четвёртый улыбался. Я разбил ему зубы о колено. Он улыбнулся шире, ударил ещё. Вогнав в затылок кинжал.

Остался последний.

— Ты не я, — сказал он. Ты — трещина.

— А ты — ложь, — ответил я. И ложь должна умереть.

В это время за его спиной возник силуэт девочки, я последний, заметил атаку со спины, уклонился, атаковав в ответ. Ну кто так работает? Вот придурок, нет, я точно не совершил бы такой маневр, он подставился, как ученик. В это время девочка проехала у него между ног, порезав сухожилия, проскользив немного дальше, метнула в падающее тело два ножа. Первый был отражён мечом, а второй попал точно в глаз. Всё, теперь, про меня снимут индийский сериал, все мои братья близнецы мертвы. Хотя может сейчас и Индии нет как таковой, ну и не важно.

— Второй. - прошептала девочка. - Теперь я свободна?

— Нет.

— Теперь ты — со мной.

В убежище мы провели около недели, перебрал все препараты, проверил все закутки, набрав с собой три рюкзака всяких ништяков. Теперь мы с девочкой, обеспечены пищевыми добавками на 6 месяцев. Вот только для транспортировки всего этого добра придётся использовать пространственный карман. А значит меня можно отследить, ведь я буду использовать магию на постоянной основе, хоть и в фоновом режиме. Но ничего, где наша не пропадала…

Тишь шла рядом. Не держась за руку, не говоря. Только шагала. Мы обсудили наше сотрудничество. Она может покинуть меня в любой момент, я препятствовать не стану, однако от неё я жду боевой поддержки во время сражений.

Спустя два дня пути, сова обнаружила живые объекты, мы двинулись в этом направлении. Нас ждало полуразрушенное здание, возле которого стоял лысый эльф, лысый человек и лысый тролль. Все они смотрели на виселицу, где в петле качался плюшевый медвежонок, вся троица раскачивалась в такт движений игрушки. Мы не стали тревожить этих граждан, ведь по их пустым глазам, было ясно, что ничего адекватного от них ждать не стоит. Однако я увидел указатель, в сторону города, который присутствовал и у меня на карте. Указатель был старым, а вот краска относительно нова, значит, мы может найти ещё выживших и узнать о этом мире что-то новое.

Наше путешествие к городу, было очень скучным, по дороге мы видели лишь ветер, подымающий стеклянную пыль, и светило, что периодически пробивалось сквозь пыльную массу.

Город звался Костяной Шатёр, но никто не помнил, откуда взялось имя. Раньше в нём жили десятки тысяч, а теперь в нём осталось чуть более пяти тысяч душ – если души вообще ещё жили здесь.

Город стоял внутри вулканического кратера, давно потухшего, но ещё тёплого: по ночам из трещин поднимался пар, обволакивающий улицы белым молоком. Кратер имел форму воронки, поэтому все дороги шли по спирали вниз, к центральной арене – круглому провалу диаметром двести метров, куда когда-то уходила магма. Сейчас там арена, вымощенная чёрным стеклом, по которому скользили тени.

Для начала решил просканировать городок. Сова касается когтём моей перчатки, отправляю пернатую в полёт. В глазу появляется отчёт разведчика: «Скан-режим: улица Вторая Спираль, 47 тепловых силуэтов, 12 холодных, 3 – неопознанные».

В общем всё вроде нормально, разнообразность рас сохранилась.

В Костяном Шатре тесно уживались и взаимодействовали различные расы, изменённые радиацией и нестабильным магическим фоном. Дроу – выжившие из подземных войн, кожа – уголь, глаза – красное золото; торгуют ядами и информацией. Орки-ветераны – с прорезями в ушах, куда вставлены ветряные звоночки, чтобы слышать приближение духов. Гномы-стеклодувы – с руками, как у летучих мышей: перепонки между пальцами, чтобы ловить раскалённые капли стекла у арены. Люди – немногие, в основном потомки гладиаторов, кожа в шрамах, речь – обрывистая, с язвами по всему телу. Тифлинги – с хвостами, закованными в кольца; каждое кольцо – жетон победы на арене. Ааракокры – птичьи люди, но перья у них стеклянные, видимо так адаптировались, чтобы не гореть в кислотных дождях.

Как всегда в таких сообществах имелись свои дома, а в них находились лавки и ставки определённой расы. Сова облетела все улицы, и вот что получилось:

"Клык" – таверна-вертолёт: огромный клык дракона, воткнутый в землю вертикально; внутри выдолблены комнаты, барная стойка – язык дракона, высушенный и лакированный.

"Глаз" – лавка дроу: купол из чёрного стекла, внутри – тьма, продавец смотрит сквозь зеркало, покупатель – сквозь отражение.

"Кузница-Барабан" – гномы куют стеклянные клинки; молоты стучат по ритму сердца арены, потому что кузня стоит на резонаторной трубе, тянущейся к боевой арене.

"Клетка" – жилой дом-орков: бывший гладиаторский вагон, выброшенный на край кратера; теперь в нём висят гамаки, между штырями, куда когда-то цепляли цепи.

Везде установлены указатели, но все они ведут внутрь кратера, на костях – выжженные руны, но не слова, а стрелки, все крутятся к центру. Мы идём в сторону арены, там собрались почти все жители городка, малая часть охраняла дома или спала после сражений, каждый житель – потенциальный гладиатор. Мне не нужны бойцы, нужна информация. В теневом кармане имеется оружие, но к нему нет атомного накопителя, по этой причине пришёл к палатке дроу.

– Ты ещё жив, Эйнар? – спросил старый дроу за прилавком.

– И тебе не хворать Тибериус. Информацией торгуете?

– Торгуем, куда без этого, вот только гарантию на достоверность не даём. Ты же понимаешь в нынешнем мире даже на магию положиться нельзя.

– Понимаю. – да магия не стабильна, но в этой нестабильности есть нотки некой закономерности, и если приспособится, как сделали в нашем убежище, можно спокойно работать с этими хаотичными потоками. – Но мне нужна информация не о магии, хочу узнать, где можно раздобыть мини реакторы.

– Есть пара возможных мест, но ты не сможешь оплатить мои услуги, нынче единой валюты нет, а с собой у тебя ничего достойного нет, кроме твоего меча, но ты его не отдашь.

– И что ты предлагаешь, старый лис?

– Четыре выигрышных боя из четырёх, и ты обладатель карты с метками.

– Ещё какие-то условия есть?

– Ты всё услышал.

– Договорились. – не знаю, что за ловушку готовит старый дроу, но это не самая большая цена. Остроухие могут потребовать, что угодно в виде оплаты: твой глаз, или три мизинца девственницы, кисть или слезу умирающего троглодита, а однажды мне пришлось искать сто грамм перхоти дракона. Пять лет убил на это, но зато поменял её на камень, что до сих пор питает мой меч.

Записавшись на арене, ушёл в раздевалки, Тиш беззвучно сопровождала меня. Устроившись на каменных скамейках, достал два энергобатончика, малышка съела угощение за два укуса, я растянул свой на подольше, тщательно разжёвывая, дабы усвоение началось прямо во рту. Кстати, первый бой у нас парный, по-другому Тиш не пропустили бы в раздевалки для бойцов.

Пока жевал батончик, провел состояние магических меридиан, и мне не нравится то, что я вижу. Даже небольшое пользование магией исцеления привело к незначительным патологиям в проходимости, но при этом энергия, уходящая на поддержание пространственного кармана, не влияет на работу системы. Значит мне нужно зайти в гости в бывший институт магии, там до войны работал отдел изучения магии. В нём мне подправили потоки установив камень корреляции, который погиб смертью храбрых в последней войне, после чего магию, почти не использовал. Пока размышлял и планировал, бой на арене закончился, створки ворот открылись, значит нам пора на выход.

– Встречайте, великий и ужасный, Эйнар кровавые руки! Со своей рабыней! – кричал ведущий на арене, даже прозвище вспомнил, не забыли ещё мои подвиги в этом месте.

– А противостоять им будут два гиганта. Гранитная скала и Смердящий плевок. – трибуны разрывались аплодисментами. Видимо неплохие бойцы, Скала – человек, скорее всего маг, ибо его габариты и состояние мышечной массы говорили о слабом физическом развитии. А Плевок – орк, с повисшей соплёй на носу, которую он постоянно смазывал своей огромной рукой, но она снова предательски повисала обратно. Соплежуй сразу выдвинулся вперёд, закрыв своим огромным телом второго бойца. По всплеску магии стало ясно, что человек начал перевоплощаться. А через пять секунд стало видно, почему его прозвали гранитная скала. Рост мага увеличился до двух с половиной метров, весь покрытый гранитными пластинами. Бойцы медленно начали наступать, орк постоянно притормаживал, ожидая своего партнёра, но тот был медленным и неуклюжим. Не знаю на что они рассчитывают, с такой скоростью можно драться только с тупыми орками, что прут не глядя вперёд. Достав меч, побежал вперёд сокращая дистанцию, орк сразу отступил за спину своего гранитного собрата. Подбежав к первому бойцу, ушел в курок, пропуская мощный удар человека над собой, вогнав меч в сочленение между пластин, повредив ему ногу в области голеностопа. Гранитный воин начал падать назад, орк в это время, уже атаковал меня своей огромной дубиной, пришлось отпрыгивать назад. Разбушевавшийся громила, неистово махал оружием, я же пятился назад, уходя с лини атаки. Здоровояка хватила на две минуты, он остановился.

– Так не честно, давай морды бить. – обиженно произнёс Смердящий плевок. В его голосе было столько обиды, что мне стало жаль этого добряка, но вот попадать под его дубину совершенно не хотелось. Орк тяжело дышал, готовясь к очередной серии незамысловатых атак, не смотря по сторонам, а зря. Сзади на голову приземлилась Тиш, ловко вогнав нож в глазницу, всё бой закончен. Трибуны взревели, кто-то радовался, кто-то бросался камнями на арену. Раньше на трибунах продавали гнилые овощи и фрукты, специально для таких развлечений, а теперь остались только камни. Но ничего, это тоже прикольно, но неприятно, если в тебя попадут.

Второй бой. Стою на арене, против двух бойцов. Первый дроу – мечник; второй гном – огневик. Начал гном, запустив в меня небольшой фаербол, отойдя в сторону направился в сторону остроухого, обменявшись несколькими ударами, отпрыгнул назад, приземлившись перекатился в сторону, пропуская возле себя огненную стрелу. Снова перекат, рядом пролетает меч, встаю, пропуская удар гнома. Этот маленький гад, укорил себя потоками огня, всадив своими маленькими ножками прямо в грудь, отправив меня в полёт. Пролетая над песком, заметил быстрое движение дроу, парирую его удар, сменяя вектор полёта, в бок прилетает очередная огненная стрела. Весь урон принимает на себя бронежилет. Приземляясь, вижу сорок пятый размер кожаного сапога, надетого на ногу остроухого, неприятно, когда ты только прилёг, а тебе уже показывают подошву своей обуви. Пришлось использовать магию – маленькая молния улетает прямо из моего лба, попадая в небольшую трещине в подошве. Противник явно не рад подарку, отлетел от меня, и с бешенными глазами снова бросился в атаку. А я уже на ногах, ухожу от атак маленького огненного мага, решившего пробить моё колено своим огромным молотом. Ситуация патовая, эти двое сильные противники, но и я не пальцем пиханная колбаса. Однако понимаю, что наш бой может затянутся, поэтому пришлось снова пользоваться магией, бедные мои меридианы, отступая назад, незаметно бросаю в песок магию природы. По моему плану, должен был попасться маг, но в бой внесла коррективы тактика двух воинов. Они резко меняются местами, и дроу получает ядовитым шипом прямо в стопу. С криком падает на песок, гном, сразу прекращает меня атаковать, прикрывая своим телом товарища. Я не обостряю наш конфликт, добрый я человек. Мне всегда нравились такие отношения среди воинов. Стою смотрю на малыша, а в это время остроухий перец снял свою обувь, обнаружив почерневшую ногу. Гном быстро принимает решение.

– Мы сдаёмся! – крикнул маг, трибуны засвистели, в малыша полетели камни, но он, не обращая внимания взвалив на плечи товарища быстро засеменил к выходу. В принципе если в течении дня они найдут мага целителя, то его товарищ выживет.

Захожу в комнату для ожидания, там Тиш, гладит сову, с взглядом некой обречённости и детской радости.

– Не скучали? – спрашиваю у боевых товарищей, садясь на холодную скамью. В ответ молчание, и немой поворот головы совы с ожиданием команд для выполнения. Ну а чего я ожидал, малышка не любит говорить, а сова умеет выполнять команды. Так в тишине и ожидаем следующего боя. Открываются ворота, я снова на арене, трибуны ревут, на меня бежит разъярённая собака, с панцирем от черепахи.

Взмах меча, противник прячет голову в панцирь, пробегая мимо, мне тоже приходится отскочить в сторону. Собака разворачивается, снова несётся на меня, я опять повторяю атаку, и так минут десять, она атакует, я машу мечом, она прячет голову, я отскакиваю в сторону. Трибуны ревут, им не нравится бой, а я что сделаю? Я полностью невиновник, очередная атака монстра, делаю вид, что буду снова атаковать голову, но в последний момент, перевожу меч ниже, голова черепашьей собаки уже не видит, как мой меч несётся на встречу опорной ноге. После встречи меча и лапы, последняя падает на песок арены, а туша монстра катится по земле. Теперь всё тело противника спрятано в панцирь. Медленно подхожу к игроку в прятки, наношу колющий удар в отверстие, где прячется голова, всё, бой окончен. В меня летят камни, покидаю арену под гул толпы. А чего они хотели? Я не собираюсь портить меч о непробиваемую защиту, а так, какие претензии, выиграл бой, с задачей справился. Остался последний поединок.

Против меня выставили человекоподобного робота, я уже сталкивался с такими во время войны и у него было много недоработок, удивлён, что ещё остались живые образцы. Единственный плюс данного экземпляра, это – скорость. Два меча словно пропеллеры вертолёта крутятся спереди тела, создавая почти непроницаемую преграду.

Отступив несколько шагов назад, оставил закладку в песке, противник наступил на магическую лиану, схватившую его за ногу. Лопасти остановились, в это же мгновение, в сочленение на правой руке попадает метательный нож, он надрывает один из шлангов. Робот рассекает лиану, достаёт нож отбрасывая его в сторону, начиная снова свою пропеллерную атаку. С каждым движением из руки вытекает всё больше жидкости, я в это время отступаю вдоль стены. Робот преследует меня, но вскоре останавливается, его ИИ обнаружил утечку, остановив бешеное вращение двух мечей. Начался второй вариант боя, робот, быстро передвигаясь на нижних конечностях, сокращает дистанцию, начиная наносить серию ударов. Отступаю, уклоняюсь, иногда парирую, в принципе серия ударов ничем не отличается от военного времени. На тридцать восьмой атаке, ухожу под руку противника, загоняю под мышку меч, после чего улетаю от мощного импульса, а теперь загадка, какой вариант выберет ИИ. Главное, чтобы не самоуничтожение, хотя вряд ли, такое развитие событий прописано в плотном строю врагов. Робот быстро разворачивается, отходя к стене, прикрепляясь повреждённой частью к арене. Мечи прячутся в нишах на ногах, а в оставшейся руке появляется трубка, которая быстро встаёт на место указательного пальца. Это что-то новенькое, разрываю дистанцию, ибо это оружие сильно смахивает на стрелковое. Оказываюсь прав. Из ствола указательного пальца начинают вылетать раскалённые круглые шарики, я бешеным осликом ношусь по арене, уворачиваясь от обстрела. Скажем честно, это у меня получается не очень хорошо, две щеки прожжены насквозь, хорошо, что зубы целы, повезло, что снаряд попал в то время, когда я вдыхал открытым ртом. В бронике, также имеются три дырки, а снаряды оставили на коже ожоги. Одно радует, робот явно растратил весь боезапас, теперь это просто дорогая штука, прикреплённая к стене. Валяюсь на песке, привожу дыхание в норму, трибуны молчат, пока не ясно кто победил, все думают, что мне пробило голову и я сейчас сдохну. Хер вам, тяжело подымаясь, иду в сторону подвисшего робота. Из ворот выбегает ведущий, крича в микрофон.

– Эйнар, победитель, приветствуйте победителя боя! – переживает старик, думает, что я до конца сломаю их игрушку. А я и не собирался, всё тело горит, пришлось использовать магию укрепления, у меня сейчас отдача, но я этого не показываю. Улыбаюсь, этому я научился в убежище, могу улыбаться в любых обстоятельствах и в любом настроении. Хотя признаюсь, в данный момент мне тяжело.

Трибуны ликуют, ведущий держит мою руку вверх, тоже улыбается, хотя по глазам видно, ненавидит меня.

– Вы можете покинуть арену, ваша оплата и ужин победителя находятся в комнате ожидания. – с доброй улыбкой говорит ведущий, но по глазам вижу, что-то нечисто.

Захожу в комнату, там всё также сидит Тиш и сова, а на столе стоит ужин и сфера с информацией.

– Сова просканируй стол! – даю команду пернатой. Та, включив лазер, прошлась по столу. Пожужжала две секунды выдав.

– Стол, материал – природный камень. Сфера с информацией, защищена магией крови. Органическая еда – содержит три тысячи двести килокалорий, яд неизвестного происхождения, содержит сто шесть калорий. Поднос материал – камень. Три тарелки, материал – биопластик. Ложка - материал неизвестен.

– Ёбушки воробушки, значит меня решили отравить, а что потом? Что им от меня нужно? Придётся подыграть, а там посмотрим. Для начала прячу еду в пространственный карман. Возвращаю обратно пустые тарелки.

– Тиш, ты умеешь замедлять сердцебиение? – малышка посмотрела на меня, как на дурака. Значит умеет. – Сейчас мы замедляем свои жизненные показатели, и смотрим что будет дальше. Посмотрим, убивать нас будут, или просто ограбить собрались.

В помещение для ожидания входят три человека, ведущий арены и два орка. Берите этих двоих и на переработку в цех органики, вещи как всегда на склад.

– Шеф, а можно поиграть с малышкой? – со щенячьими глазами спрашивает один из орков.

– Только не ешь, насилуй сколько влезет, но, чтобы без твоих выкрутасов, нам нужны целые тела.

Орки берут два тела, положив их на огромные плечи, делают несколько шагов, падая замертво на пол.

– Не убивай, – успеваю выкрикнуть девушке, которая уже начала резать шею ведущего. Она быстро останавливается, оставив на шее красную полоску, из которой начала капать кровь. Старик стоит с выпученными глазами, боясь пошевелится. – Ну что старый, поговорим? – он машет головой, косясь на Тиш.

– Не переживай, она хорошая. Так зачем вы хотели нас убить?

– Я не виноват, мне приказали. – начал оправдываться старый, знаю я таких, они всегда не виноваты, их всегда заставляют.

– Зачем? – подходя ближе, смотрю прямо в глаза этому гаду.

– Это стандартная практика с гостями, из ваших тел делают биороботов, которые собирают органику в пустыне. – со страхом в глазах поясняет старый.

– Кто этим занимается?

– Я, я, я не знаю.. Я правда не знаю, в комнату могут заходить только орки, но они не рассказывают ничего.

– Деньги есть?

– Здесь нет.

– А где есть?

– Дома спрятаны.

– Понятно. – делая кивок, поворачиваюсь к столу, забирая ложку с неизвестного металла. За спиной хрипит старик, Тиш сделала работу, не очень аккуратно, отомстила старому, значит и у неё есть чувства, которые сегодня были задеты.

Изучаю сферу, там и правда есть карта с местами, где могут находится ядерные миниреакторы. Есть одна загвоздка, в этих местах повышенный фон радиации и магонекротики. Хотя есть одно место, где фон нормальный, но это место никогда не пользовалось хорошей славой, даже до войны. Чёрный рынок - ты мог прийти туда без денег, а уйти богачом, или наоборот, как карта ляжет. В основном оттуда выносили ногами вперёд, однако это заслуга покупателей, а не продавцов и скупщиков, эти ребята работали более или менее честно.

Глава 4. Убежище молчаливых клинков.

Часть 2. Тиш.

Тишь – рассказ о девочке, которую не любили, потому что она не умела улыбаться.

После того как небо упало и разбилось о землю, как фарфоровая чашка, люди начали рожать тишину. Не детей – тишину нового мира, где правили законы силы, где не было добра и сострадания. Мир в котором новорожденных не клали на грудь, их прятали в угол, под плащ-палатку, в капюшон из старой магической ткани, что не пропускала не только свет, но и внимание. Так появилась Тиш, не девочка, не оружие, не человек, а то, что осталось, когда любовь превратилась в протокол, а объятия — в обязательную процедуру.

Её первым домом была школа, где учили убивать, под названием Склеп-13, там не кормили, там насыщали питательными элементам; там не учили – устанавливали нужные алгоритмы действий; там не наказывали – перепрошивали.

Она родилась, как и семь её сестёр из пробирки. У них был один биологический отец и семь разных матерей, которые отдали свои яйцеклетки, не по своей воле. Они не слышали голос мамы в утробе, только мерное звучание насосов, прокачивающих питательную жидкость. Она не знала нежности объятий, только остроту капельниц и наказание, за каждый неверный шаг.

Семь девочек, рождённых в один день, когда магия и наука решили, что чувство — это ошибка. В пять лет им дали клинок из стекла, и приказали освободить семь милых, пушистых котят. Нет, не убить, они сказали освободить. После испытания осталось пять сестёр, так две из них не смогли перерезать горло милым пушистикам. После чего пришли взрослые и освободили малышек от жизни, тогда Тиш поняла, что нужно играть по правилам взрослых, а иначе с ней поступят, как с теми милыми котятами. Ещё целый год, она засыпала со слезами на глазах, вспоминая этот день, но со временем воспоминания притупились, она до конца не поняла, что произошло, но запомнила этот случай на всю жизнь.

В шесть лет их учитель заплакал на уроке:

– Я не могу так больше. – со слезами на глазах произнёс старик, обнял всех девочек и перерезал себе горло. Пришли взрослые, унесли тело старика, а затем его оживили, и каждая из нас заходила к нему в комнату, освобождая его. В бункере нельзя умереть, если у тебя нет на это разрешение. Ещё месяц, девочки слышали вопли учителя, после чего забыли и о нём. Но она помнила, она решила ничего не забывать. А в семь лет их с сёстрами оставили в комнате, каждой выдали конверт. Выживет только крысиный король. Девочки взглянули друг на друга, они знали, что рано или поздно их освободят. К концу дня Тиш осталась одна, её сёстры были освобождены.

Через три месяца, в подземелье заголосила сигнализация, девочка выбежала в коридор увидев своих сестёр с чёрными провалами вместо глаз, а за ним плыл белый туман. Она знала, что в этом тумане умирает всё, и это не освобождение, а вечная мука. Собрав волю в кулак, девочка забрала свои вещи: парные клинки, одежда и набор выживальщика, сняла плитку под кроватью и ушла в вентиляцию. Она уже давно подготовила путь к отступлению, но понимала, что ей не дадут уйти, а теперь был шанс.

В пустыне она оказалась одна, она смотрела, не плакала, не улыбалась. Она знала, он придёт, её дар провидца говорил с ней, он сказал, что придёт воин, который вернёт ей улыбку. И когда пришёл он — высокий, с трещиной в груди и мечом, что не отражал свет, — она узнала. Не его. Себя. Она пошла за ним, не потому что хотела, потому что должна. Она не говорила, она слушала и видела. Она видела, как люди улыбаются, чтобы не быть убитыми. Она видела, как дети обнимают, чтобы не быть съеденными. Она не убивала, она освобождала, снимала маску, и человек становился тем, кем он был – никем.

Она пошла за странным человеком, чтобы научиться быть живой, ведь она помнила, она не забыла ничего.

Глава 4. Убежище молчаливых клинков.

Часть 3. Чёрный рынок.

Найти рынок оказалось непросто, вход поменял место дислокации, рельеф вокруг сильно изменился. Да и замаскировали его добротно. Пришлось использовать сову для поиска входа, она искала его около часа.

Чёрный рынок устроен в бывшем инженерном тоннеле, выдолбленном под дном кратера. Потолок — арматура и бетон, в трещинах болтаются кабели, от которых время от времени сыплются искры. По бокам — две длинные площадки-полки, вырезанные в стене; на них стоят ряды ларьков из металлических листов, досок и костей. Каждый второй навес закрыт брезентом или сеткой-рабица; за ними торгуют всем, что можно продать: кристаллы питания, маго-реагенты, вода, оружие, информация, трупы.

Проход между рядами — четыре метра шириной, пол — стальные решётки над дренажной канавой: туда стекают кровь, масло и выпитые стаканы. Светят лампы накаливания, висящие на цепях; напряжение плавает, свет дергается, тени скачут. Воздух — смесь машинного масла, пота и горелой пластмассы. Звук — гул голосов, стук металла, щелчки затворов, далекий грохот генератора.

Покупатели идут по центральному проходу, не задерживаются, не смотрят в глаза. У каждого под плащом или за спиной — оружие; у каждого в кармане — жетон или мешочек с кристаллами. Цены называют шёпотом, торгуют жестами: поднятый палец — десять, кулак — сто. Кто хочет безопасности — платит «крыше»: орки у входа, дроу у выхода, пара автоматических турелей под потолком.

Убийства случаются быстро. Достаточно спорной сделки или сломанного кристалла. Сегодня — у ларька «Б/У & Смерть» на перекрёстке двух проходов. Покупатель — человек в плаще-зеркало, держит свёрток. Продавец — гном с проводами вместо бороды, разворачивает коробку с мини-реакторами. Рядом стоит третий — высокий, в капюшоне, руки в перчатках, за спиной — короткий карабин на магните.

Слов нет. Покупатель тянет жетон — толстый золотистый диск. Гном кивает, протягивает коробку. В этот момент капюшон делает шаг вперёд, левой рукой хватает жетон, правой — вытаскивает карабин. Гном успевает щёлкнуть замком на ремне, но пуля прилетает раньше: тихий хлопок, вспышка зелёного огня, гном падает назад, коробка летит вниз. Покупатель держит свёрток, поворачивается к нападавшему, в руке уже короткий нож с тонким лезвием. Капюшон стреляет второй раз — попадает в плечо, кровь брызгает на решётку. Покупатель не останавливается, прыгает вперёд, нож входит под ребро, карабин падает. Оба кувыркаются по полу, цепляют ноги прохожих. Кто-то отскакивает, кто-то достаёт пистолет, но никто не вмешивается — правило рынка: не лезь, пока тебя не тронули.

Капюшон вырывается, выхватывает из-за пояса второй магазин, но покупатель уже на коленях, держит в руке маленький черный цилиндр — маго-взрыватель. Щелчок. Вспышка белого света, ударная волна отбрасывает обоих в стороны. Громыхает металл, падает лампа, стекло осыпается дождём. Капюшон не встаёт — голова откинута, глаза пусты, кровь стекает в решётку. Покупатель хватает коробку с реакторами, жетон и исчезает в кармане, он исчезает в толпе. Через минуту рынок снова гудит: кто-то тянет труп в сторону, кто-то моет решётку, кто-то уже торгует свободными реакторами.

Свет дергается, воздух снова пахнет маслом и порохом. Была мысль догнать победителя драки, но решил, что не стоит. Судя по излучению реакторов, они неисправны и в любой момент могут сдетонировать, мне такой товар не нужен. Я ищу качество, и готов за это заплатить. Поэтому мне нужно найти старого знакомого, уверен, этот пройдоха выжил, ещё и заработал на катаклизме. Три часа блужданий, вижу знакомую вывеску, молоток, который огибает змея. Вхожу в палатку, за прилавком стоит гном с рыжей бородой.

– Привет Бомбур, как торговля, как сам. – спрашиваю у карапуза.

– И тебе не хворать, говорили, что ты в секте и здох давно, но я знал, что такое говно как ты не тонет. – став на колено, обнимаю старого товарища. – может по пивку?

– Давай сразу вопросы порешаем, а потом, можно и по пивку.

– Да знаю я, Тибериус уже прислал весточку, он знал, что ты зайдёшь ко мне. Но выручить не смогу, на рынке один шлак. Все реакторы с повреждениями, а ты таким не пользуешься, но у меня есть инфа, про место, где мы можем достать достойный продукт, но для этого нужна команда, туда на голой кобыле не подъедешь, место придётся брать штурмом. – на прилавке появляется бочонок с пивом, из пола выезжает турель, двигаясь к выходу, где и замирает. – Ну вот и всё, я закрыт. – разливая в здоровые кружки, произносит гном.

– Раз придётся воевать, значит нужен план и состав группы. Но зная тебя, ты уже, наверное, всё подготовил?

– Обижаешь старина, план давно готов, не хватало только хорошего проверенного бойца. Я уже пять лет думаю, как ограбить магов.

– Не понял, а причём здесь маги?

– Так эти гады в академии магии, собрали все магические достижения, исследуют там всякое, а на защиту поставили новейшие комплексы ПВО, на вышках роботы и охрана из разумных, всех рас. Все с огнестрелом, есть плазмастрелы, ну и маги конечно.

– Судя по твоему описанию, по воздуху и земле нам не пробиться. А так в лоб, тоже отменяется, зная магов, сразу куполами отгородятся, остаётся подземное вторжение, но и там должна быть защита. Маги земли должны постоянно слушать колебания земной поверхности.

– Шаришь канистра, только я тоже не пальцем деланный. – выпив до дна кружку пива, не очень хорошего качества, гном продолжил, наливая себе ещё мерзкого пойла. – Я там уже три года копаю, магов мы обманули, есть фишки, не спрашивай не расскажу. – а я и не собирался, мне только интересно, зачем гному идти к магам? Явно не за магическими приблудами. – короче, мы уже почти докопали, остался последний рывок.

– Есть ещё пару вопросиков, как ты собираешься продвигаться по коридорам? – отхлебнув пойла, спросил у малыша, лучше пить и не кривиться, а то обидится.

– Не переживай, пропуска я уже купил и переделал. – довольно причмокивая сказал гном.

– А зачем тебе я? У тебя всё готово и продумано.

– Ты на подстраховке.

– Кому ты заливаешь, Бомбур. Зачем ты туда лезешь, не поверю, что за приблудами какими-то. Здесь что-то важнее, для тебя лично.

– Ну ладно, расскажу, ты же всё равно не отстанешь. Пиво пробовал?

– Ну и?

– Это же моча, а не пиво, пить этот кал невозможно. А у этих говноедов есть семена хмеля, растущие на стекле. Что-то намешали маги, теперь хмель как мох растёт, и не продают пидоры гнойные, я уже и так, и эдак, ни за деньги, ни за материалы. Вот думаю грабану крупноголовых, а чё, пусть знают наших. Им полезно будет, да только на полях охрана автоматическая, я, конечно, с ней справлюсь, а вот с подкреплением вряд ли. Вот здесь ты и пригодишься, ты же за реакторами полезешь. А эти придурки к тебе всех и направят, они же не знают, что самое дорогое в их академиях это хмель и солод, ну ещё пару нужных вещичек есть.

– Значит я приманка?

– Не прибедняйся, ты и так планировал туда лезть, я тебе дорогу сделал, а ты там раскидаешь этих яйцеголовых, пока я заготовки выносить буду. – довольно произносит малыш, врёт конечно, хотя в принципе мне без разницы, я и так планировал туда заглянуть. Думал по-тихому, мне ещё с магией разобраться надо, но ничего, поработаем вместе, с этим пройдохой будет веселее.

– Команда сколько человек?

– Внутрь будем заходить впятером, второй волной орки и гномы пойдут семена выносить будут. – зная этого ушлого пройдоху, там останутся только голые стены, но мне на это плевать. – Мне ещё с собой малышку взять надо.

– Бери, но пропуска на неё не будет, извини, только пять, и у каждого своя задача.

– Ладно, договорились. Давай план, нужно всё обмозговать.

Пили и болтали ещё часов пять, подошли ещё трое гномов, обмозговали весь план, выпили три бочки пива. Я в основном не пил, но с утра голова болела. Даже магия не помогла. Эти малыши дали мне на время, последнюю разработку магического мира. Камень слияния. Эта штуковина на десять дней улучшает работу магического накопителя и чистит меридианы. Откат скорее всего болезненный, но я переживу, главное меридианы почищу, они у меня застоялись.

Пока болит голова, решил заняться магией, настроился на камень и начал вливать его силу, себе в источник. Первые полчаса всё шло штатно, а потом меня заштормило, меридианы накалились, магия сошла с ума, содержимое желудка под шумок с пеной выскочило наружу. Потом было ещё три такие волны, после чего всё закончилось. Весь мокрый в поту и блевотине лежал на полу, на меня с интересом смотрела сова, которую с безразличным лицом гладила Тиш.

– Тиш, ты идёшь со мной в академию? – она мне не ответила, но по презрительному взгляду, подумал, что она согласна. – Ну вот и договорились, если будет жарко, просто сматывайся оттуда, а я как-нибудь выберусь. – хотя чего я ожидал, сова, выглядела более заинтересованной. Большие глаза внимательно смотрели на меня, иногда она даже соглашалась со мной, говоря: «УГУ-УГУ».

***

Следующая информация не относится к роману, можете спокойно проходить дальше.

Уговорили, делаю подсказку, но делаю это не только для шестёрки финалистов, а и для других тоже, вдруг найдутся уникумы, что поймут в чём дело. В прошлом романе следует смотреть на разницу в главах, я пробовал проводить аналитику через ИИ. Иногда он чётко показывает отличие, а с этими знаниями, вы можете разгадать заложенные в текст символы. С этой поры перемещение романов по сетке не несёт в себе никакой информации, инстаграм также отсекается. Все остальные подсказки будут выложены до конца этого романа, все загадки только на страницах этого текста. Метод подбора не сработает, так как будут использоваться не только цифры. Всем желаю удачи, пусть победит сильнейший. И ещё одна просьба, по нашему договору победитель не имеет права оглашать результаты публично, чтобы я смог делать такие же загадки в будущем, остальные участники вошедшие в пул финалистов, всё равно узнают результат, в нашем чате. Если за 2 недели не будет подвижек, я сделаю ещё одну подсказку, последнюю.

Глава 4. Убежище молчаливых клинков.

Часть 4. Ночь перед тихим часом.

Гном Гледвин встал первым. Он вышел из ниши, где спали все, поднял фонарь-магнит и направил луч на часы. 01:12. Кивнув самому себе, посмотрел на остальных, скоро у него будет материл для изготовления пива. Не того пойла, что ему приходилось пить, а настоящего крафтового гномьего пива. Улыбка сама заползла на его лицо.

Орк Бугор снял с пояса мешок, высыпал на пол болты, пружины, два сверла. Взяв первое, вставил в ручную дрель, закрутил. Гном Йоррик поставил на землю тележку-краба, открыл крышку мотора, проверил щётки. Орк Шкур поднял ящик, поставил на колени Бугра, тот обвязал ящик ремнем, притянул, завёл трещотку, потянул. Ремень вошёл в паз.

Я сел на корточки, открыл рюкзак, вынул прямоугольный блок, нажал кнопку. Загорелся зелёный огонёк, положил блок в карман куртки. Тиш стояла у стены, не двигаясь. Сова сидела у неё на плече, красный глаз моргал, ожидая приказов.

Гледвин встал, пошёл к выходу. Все двинулись за ним. Туннель был узкий, бетонный, вода сочилась со свода. Йоррик шёл первым, фонарь в руке, светил вперёд. Бугор шёл за ним, за спиной – Шкур, потом Гледвин, я и Тиш.

Они дошли до решётки. Йоррик встал на колени, вставил сверло в замок, закрутил. Металл пищал, стружка падала. Через минуту замок щёлкнул. Йоррик толкнул решётку, та открылась. Все прошли.

Перед нами – вертикальная труба, диаметр около метра. Йоррик встал, закинул за спину верёвку, пристегнул карабин. Встав в трубу, уперев ноги и руки о стены, стал подниматься. За ним последовала вся наша бравая компания, только вот мне было неудобно, размеры прохода подходили для гномов и Тиш, я здесь был, как слон в посудной лавке.

Подъём составил метров двадцать, не больше. Йоррик выбрался наверх, вытянул верёвку, помогая остальным, мы выбрались на площадку.

Стальную дверь, находящуюся на площадке Йоррик открыл при помощи карты, замок мигнул зелёным. Дверь открылась. Все вошли. Нашему взору предстал широкий, белый коридор, в полу – решётки, по стенам – трубы. В полной тишине дошли до ближайшего поворота. Йоррик выглянул. Впереди оказался небольшой зал, в центре которого находился стол с монитором. За всем этим присматривал охранник в чёрной маске, внимательно следящий за камерами и жующий непонятную полу жидкую бурду.

Йоррик достал из кармана маленький металлический шар, бросил. Шар покатился, остановившись у ног охранника. Щелчок. Вспышка белого света. Охранник застонал, после чего упал.

Йоррик побежал, мы молча шли за ним. Гном выбрал дверь слева, войдя, попали в новый серый коридор, гном немного постояв двинулся вперёд. Коридор закончился лифтом, гном приложил карту, двери лифта открылись. Малыш уверенно нажал кнопку с номером «3». Наша поездка привела нас к тоннелю с рельсами. Мы как будто, так и надо сели в тележки, загрузили грузовых крабов, пять минут езды привели к очередной двери. За которой находился зал, в центре которого стояли ящики, мешки, бочки. По стенам – стеллажи. Йоррик подошёл к ящику, открыл. Внутри – мешки с зерном. Он взял первый мешок, бросил на краба. Бугор взял второй, Шкур – третий. Они грузили тележки пять минут. Когда всё было загружено, Йоррик закрыл ящики.

Затем поездка в обратную сторону, лифт доставил нас на нулевой этаж.

Всё остальное время, мы скрытно проходили коридоры и повороты, пришлось уложить двух охранников, такое бывает. Гномы брали всё, что могли открутить, насосы, панели, зерно, сусло, хмель, ферменты. Один краб мог перевезти до 150 кг, вот малыши и грузили. После чего наша гоп компания переместилась на 1 этаж. Мы с Тиш, ушли вглубь коридора, гномы уехали по своим делам.

Теперь мы с малышкой, остались вдвоём, но она покинула меня на первом перекрёстке, я пошёл в коридор – «Р-12». Тиш, как всегда без слов, пошла направо в коридор «А-9». В принципе я ей не командир, пусть делает, что хочет. У меня здесь свои задачи. Сверившись с картой, прокрался в нужный мне зал. В центре – колонна, вокруг – панели, по стенам – шкафы. В первому шкафу обнаружил предохранители. Взял немного, в хозяйстве пригодятся. Все остальные шкафы были забиты хламом, его не стал трогать. В центральной колонне находилась панель, приложил карту, потайная дверь открылась. Снова тоннель с тележками. Пять минут езды, спуск в люк по лестнице. Попал в очередной зал, в центре – круглая дверь из титана. На двери – два замка. Первый замок – магический. Достал из кармана кристалл, приложил. Замок мигнул синим – открылся. Второй замок – механический. Достал универсальную отмычку, в народе называемую болторез, вставил губы, сжал, болт треснул, вылетел, откинул засов в сторону, дверь открылась.

Внутри находился криостат светящийся зелёным. По стенам – панели. Осмотрел криостат, срезал болты с верхней крышки, внутри находился блок. Взяв ремни, обвязал, поднял двадцати двухкилограммовый блок. Аккуратно положил его на пол. Затем подошел к колбе, висевшей на стене, достав из неё голубой кристалл, завернув его в свинцовую фольгу, закинув всё в рюкзак. А сверху положил контейнер. Быстро проделал обратный путь, доехав на лифте на нулевой этаж.

Двери открылись. Передо мной молодой гном, в белом халате, внимательно смотрящий мне в лицо. Сделав морду кирпичём, показал малышу пропуск, гном махнув головой, отошёл в сторону, я уверенно вышел в коридор. Там уже был открытый люк ведущий наружу. Неплохое у нас получилось ограбление, мы думали будем пробиваться с боями, а на деле всё получилось довольно тихо.

«Тиш и кибер-совы в подвалах разума»

Тиш влезла в вентиляционный люк. Металл был холодный, света нет. Она ползла на ощупь, сова висела у неё на поясе, красный глаз выключен. Добравшись до второго слухового окна, поддела его ножом, выбравшись наружу. Коридор. Ковровое покрытие, стены – мягкие, тёмные. Она передвигалась вперёд, сова включила глаз – луч пройдя по полу, погас. Девочка дошла до двери с надписью: «А-9.1 – Каталог». Приложив жетон снятый у одного из убитых охранников, вошла в помещение.

Внутри – зал. Стеллажи из чёрного металла, в каждом – ячейки с тускло-фиолетовыми кристаллами. Свет – тусклый, фиолетовый. Малышка нашла ячейку: «ОМ-9». Приложив пропуск к детектору, открыла ячейку. Внутри лежал прозрачный кристалл размером с палец. Вставив кристалл в порт на перчатке. Загорелся индикатор – белый. Началось копирование. 03:00 – 100 %. Достав кристалл, положила его в карман. Проследовав дальше, нашла табличку: «ОМ-10». Повторила операцию. Копирование – 03:10 – 100 %. В коридоре послышались шаги, сова прошлась лазером по стене, выдала результат: охранник. Серый костюм, шлем, в руке – фонарь.

Охранник как обычно, приложил карту к сканеру, прошёл в помещение на осмотр. По правилам, дождавшись закрытия дверей, мужчина последовал внутрь помещения, за одним из стеллажей, обнаружил девочку, от неожиданности он замер.

Тиш прыгнула. Удар рукояткой в шею, охранник задохнулся, она поймала его за грудь, мягко опустив его на пол. Затем, оттащила его в угол. Сняла жетон.

Путь обратно занял меньше времени. На улице её ждал Эйнар, с забитым рюкзаком на плечах. Пройдя немного вперёд, в кустах был найден люк, гномы уже прошли сдесь, оставив крышку приоткрытой.

04:22. Эйнар и Тиш спустились по лестнице в грузовой проход. Впереди стоит гружёная тележка-краб. Йоррик сидит за рулём, Бугор – рядом, Шкур – сзади. Загрузившись, с хорошим настроением поехали в тёмный зев тоннеля. Колёса гудят, света нет, только красный глаз совы, сканирует пространство.

Через пять минут – остановка. Перед нами – титановая дверь, с надписью «Канализация. Выход Р-3». Йоррик вышел, приложил карту. Дверь открылась.

Дверь в туннель открылась, круглый, диаметром около трёх метров. Внизу – вода, по бокам – узкие дорожки. Йоррик пошёл первым, тележка поехала по дорожке. Все шли за ним. Через десять минут, сова обнаружила турель. Мне пришлось пройти вперёд, при помощи глушилки сигналов, вырубить смертельное препятствие. Ещё через пять минут, мы наткнулись на завал из железобетона. Теперь выход Йоррика, он достал небольшой кусочек пластида, установил таймер на 20 секунд, вернувшись к нам. Глухой треск. Плита треснула, упала в воду. Проход – свободен, думали мы, но на первом повороте нас встретили два тяжёлых, металлических голема. Их оранжевые глаза не обещали ничего хорошего.

Йоррик кивнул. Бугор и Шкур достали мины-липучки, прижали к стене, мы отошли назад, отодвинув подальше тележки. Мины взорвались – тихий хлопок, полимер обволок ноги, големы упали, металл скрежетал, они всё ползли в нашу сторону, хоть и не могли подняться. Мы решили не задерживаться, обошли железяк стороной, добравшись до люка.

Снова улица, мы выбрались в небольшом парке. И опять наши пути расходятся. Гномы двигаются в сторону забора, вскоре мы слышим небольшой хлопок, внутри академии загораются красные огни. В нашу сторону движется малый отряд бойцов. Мы с Тиш, приземляемся за спинами первых, вгоняя им в шеи тактические ножи, ещё двое уже атакуют нас мечами. Тиш уходит за дерево оставляя меня против троих, хотя нет уже двоих. Атакующий меня противник, слишком сильно махнул мечом, открыл горло, за что и поплатился, отпрыгиваю в сторону, блокирую удар мечом, становлюсь так, чтобы бойцы мешали друг другу. Пропускаю ещё один удар, срубая кисть противника, а последний уже падает на землю, за его спиной вижу силуэт Тиш, вытирающую кровь с лезвия своего ножа. Не сговариваясь, бежим в сторону гномов, они уже далековато отбежали со стены, догоняем их, когда они поднимаются по склону, помогая тележкам двигаться вверх. Дождь бил в лицо. Грязь – по колено. Крабы шли, на ходулях, гусеницы уже не могли продвигаться дальше. Нам повезло, что дождь был обычным, а не кислотным.

Вверху тропы. Нас ждёт Бомбур, на багги накрытыми маскировочным тентом. Быстро перегрузили груз на машины, закинули крабов, умчавшись в ночь.

Глава 5. Город ангелов.

Часть 1. Прогулка по пустыне.

В середине нашего пути, мы с Тиш покидаем баги. Гномы с довольными улыбками уносятся в сторону чёрного рынка, а мы идём дальше. Не знаю планов малышки, чего врать, мне не ясен даже мой план на жизнь. Буду туристом, пройду этот мир насквозь. Да так и сделаю, может встречу старых друзей, буду сражаться с монстрами, помогу Тиш найти место в этом мире. Ну а главной задачей поставлю уйти от наблюдения организации, что сделала меня подопытным кроликом, а если верну свои силы, то может и уничтожу этих гадов. Тиш тоже явный эксперимент по выведению суперсолдата, и именно благодаря этим гаврикам, на нашей планете произошла война, что разрушило всё вокруг.

Пока я размышлял над своим будущим, сова обнаружила объект. Тактический голем, во время войны такие выступали за обе стороны, снаружи магический панцирь из гранита, внутри биологическая начинка, управляемая искусственным интеллектом. Однако машина, идущая в нашу сторону, отличалась, это новый вид голема обросший дополнительной стеклянной бронёй.

Тиш ушла по дуге в сторону, я же направился навстречу монстру, именно монстру, сейчас этот гигант мало напоминал боевого робота.

Быстрая пробежка под ногами здоровяка, два мощных удара по нижним конечностям, и ничего. Удалось только поцарапать стеклянную оболочку. Ещё три захода, убедили меня в бесполезности этого мероприятия. Я не смогу разобрать эту машину для убийства, его ядерная начинка мне не достанется, нужно уносить ноги, благо, этот великан двигается слишком медленно, и не сможет нас догнать. Бегу в сторону Тиш, и что я вижу. Малышка танцует в окружении стеклянных шакалов, или собак ростом с маленького бычка. Девочка прыгает по их спинам, наносит удары по глазам и ушам, но это мероприятие помогает не сильно. Регенерация монстров на каком-то запредельном уровне, мне идти в эту драку не с руки, по пятам идёт стеклянный робот. Отбегаю немного в сторону, по дороге доставая свой плазмострел, достаю провод для передачи энергии. Один конец подключаю к ручке, а второй срезаю мечом оголяя провода, которые напрямую подключаю к ядерномагическому реактору, получилось не очень, но на ходу лучше заколхозить не получится. Спасает только синяя изолента, которая несколько веков используется всеми технарями.

По дуге оббегаю стаю шакалов, дожидаясь зарядки своего оружия. Индикатор мигает зелёным, значит мы готовы к бою. Останавливаюсь, прицеливаюсь, до цели сто метров, выстрел. Плазма улетает в скопление монстров, по спинам которых прыгает Тиш. Плазменный шар врезается в бок одного из шакалов, опрокидывая его на землю. Слабовато, раньше, я бы эту кучу монстриков прострелили бы насквозь, а сейчас мне удалось завалить только одного. При этом было использована максимальная мощность, перезарядка до следующего выстрела, около минуты. Тем временем шакалы заметили ранение своего товарища, набросившись на собрата, начали рвать его плоть. Стекло с кусками мяса и крови, отрывалось и проглатывалось монстрами в считанные секунды. Тиш осталась не у дел, собаки перестали обращать на неё внимание, началась внутренняя драка, в ходе которой, некоторые индивиды успевали оторвать кусок туши своего коллеги. Девочка заметила перемену в настроении противника, спрыгнула со спины шакала, побежав вперёд в сторону нашей цели. Я же, дождавшись зарядки своего ружья, выстрелил в ещё в одного монстра, после чего начал движение в сторону малышки. Думаю, около часа мы выиграли, а потом эта свора бросится за нами, но это не точно. Во время бега обнаружил, что моё ружьё сломалось, вернее провода оторвались, перестав питать плазмострел. Придётся позже остановится, прикрепить их покрепче. В этот раз изолента подвела, наверное сказалось то, что уже лет двести назад у неё истёк срок годности.

Чем дальше мы продвигаемся, тем сильнее монстры, старые методы уже не работают, но так даже интереснее. Можно было бы остаться помахать мечом, но я не стану рисковать, гномы на радостях уехали к себе, но это не говорит о том, что они не захотят отобрать награбленное нами. Скорее всего так и будет, Бомбур наймёт людей, отправив за нами, ведь реактор, лежащий у меня в рюкзаке, стоит кучу денег, и может вырабатывать большое количество энергии, это намного лучше генераторов на чёрном рынке. Но есть и минусы, я уже чувствую, что этот гад слишком сильно фонит радиацией. Для моего тела это не проблема, а вот для остальных не знаю. Плюс по радиационному излучению, нас могут легко найти. Пока бегу обдумываю различные варианты, заодно прогоняю по меридианам магическую энергию, мне пора начинать пользоваться магией, но для начала нужно подготовить тело для перенастройки.

Сова снова передаёт сигнал тревоги, впереди обнаружено неестественное передвижение песка, но наш летун не может определить, что скрывается под ним. Зато я уже определил, плоские черви, живущие в песке, питающиеся всем, что можно переварить. Не знаю как они адаптировались к изменениям климата, но знаю точно, что их мясо нам пригодится. Это один из видов монстров, чьё мясо не портится в пространственном кармане.

– Тиш, впереди черви. Атакуют, снизу. Основная атака, сбить с ног, после чего наваливается на жертву всем телом, затем червь попытается раздавить тебя, сдавив своим телом. – малышка кивнула, достав свои парные кинжалы.

Первый червь атакует меня, немного подпрыгиваю вверх, в воздухе становлюсь на морду монстра, стреляю плазмой в тело проказника, деля его на две половины. Сразу забрасываю разряженный плазмострел в теневой карман. Тело червя не сильно изменилось, на нём появились небольшие стеклянные наросты, а так всё по-старому. Второй червь атакует Тиш, она ловко уворачивается от атаки, запрыгивает на тело противника, пригибается, втыкает два лезвия ножей в тело, продвигаясь вдоль тела противника. Монстр начинает пищать, неприятно, но не смертельно. Ещё двое противников, сносят тело раненого собрата, сбрасывая малышку на песок. Девочка мягко приземляется, уходя в перекат, быстро встаёт начиная движение в мою сторону. Правильно делает, я уже стою с мечом наготове, не двигаясь, а значит противник не ощущает меня. Малышка пробегает рядом, я наношу мощный удар по одному из червей, снося переднюю часть, где находится рот. Последний из нападавших увидев кончину своего собрата, резко уходит в песок, уходя с поля боя. Тиш делает небольшую петлю, затем эффектное сальто, приземляясь на тело поверженного противника. Малышка остаётся в боевой готовности, осматривая поле боя, я быстро отсекаю большие куски мяса перемещая их в пространственный карман. Заполняя его на половину. После чего достаю один из кусков, теперь он полностью стерилен и почти без вкуса. Режу его на мелкие части, создаю огненный шар, в котором жарю мясо. Ем сам и делюсь с малышкой, вокруг нас по-прежнему ползает выживший червь, но он не будет атаковать, он будет ждать, после чего соберёт всю оставшуюся органику и уйдёт на глубину для переработки пищи.

Быстро перекусив, мы снова начинаем свой бег. Прошла только половина дня, а нам бежать ещё несколько суток, спать мы не будем, чтобы оторваться от возможных преследователей, как можно дальше. Два дня бега и мы видим на горизонте город, причём не разрушенный, а вполне нормальный город, такое ощущение, что мировой катаклизм обошёл это место стороной. Хотя может так оно и было. Это место появилось в конце войны, его построили ангелы. Не знаю откуда они появились, но факт остаётся фактом, эти гуманоидные существа появились в конце войны основав несколько городов. На контакт они выходили, но ко всем жителям планеты относились, как к грязи. Проверим, как они приспособились к новым реалиям жизни.

Глава 5. Город ангелов.

Часть 2. Старый Лис.

На входе в город, нас встретил привратник:

– Вы двое, стойте, где стоите, причина посещения горда? – Недовольно спросил крылатый стражник. А над его головой кружило существо, похожее на несколько ободов от колёс. Очень сильный страж, стреляет неким подобием лазеров из глаз, что размещены на самих ободах.

– Мы торговцы, прибыли в ваш город для обмена товарами. – спокойно ответил ему. Я заранее подготовил несколько колец из прошлой жизни, что валялись у меня в теневом кармане.

– Что ты можешь предложить высшей расе, ничтожество. Разворачивайся и иди обратно в свой хлев. – с брезгливостью ответил крылатый.

– Не серчайте о великий, я принёс в ваш город украшения. Я знаю, что вы настоящие ценители искусства. – достав несколько колец, продемонстрировал ангелу, на секунду, в его глазах загорелась алчность. Но он, взглянув на своего коллегу, висевшего в воздухе, решил не убивать нас.

– Ладно проходите, только учтите, город не несёт ответственность за вашу безопасность. Если хотите, можете нанять себе охрану в гильдии стражников.

– Как скажете, о великий. – ну уж нет, я уже пару раз бывал в этом городе, один раз даже нанял охрану, которую пришлось убить, когда они попытались убить и ограбить меня в гостиничном номере. Мы прошли в город, словно попав в другой мир. Всё вокруг было сделано из белого мрамора, дома, мостовые, фонтаны, статуи. По дорогам ездили кареты на воздушных подушках, по тротуарам неспешно ходили ангелы различных мастей. Мы в своих тёмных одеждах смотрелись, как мусор на белой скатерти.

Однако любоваться этим зрелищем нам некогда, нужно идти в банк. В этом городе нельзя рассчитываться деньгами. Для начала нужно зайти в банк, и открыть счёт на своё имя. После чего тебе дадут чековую книжку, которой ты сможешь рассчитываться за свои покупки. У меня счёт уже был открыт, а перед отбытием, я положил все деньги на сберегательный счёт. Думаю, там уже должна была накопиться хорошая сумма.

В банке нас встретили довольно холодно, с презрением выдали чековую книжку, выпроводив на улицу. Следующим местом для посещения выбрал бутик «У Эльзмираули», где эльфы шили контрафактные одежды белого цвета. Там нас быстро обслужили, одев по последней моде. Теперь мы в белых одеждах, с магией самоочистки, накинув капюшоны на головы направились в квартал, где можно найти любое развлечение на любой вкус.

За стеклянными вывесками стояли женщины и мужчины всех рас, заманивая в заведения, для плотских утех. Были даже разумные монстры, значит есть любители и таких развлечений. Мы прошли на окраину квартала, где находилась забегаловка не самого высшего качества, там можно поесть и выпить, после чего снять номер на час.

– Здарова Старый Лис, – с улыбкой поприветствовал бармена, по совместительству директора заведения, а также получеловека, который мог достать всё что угодно, если хорошо заплатить. Он недовольно посмотрел на меня.

– За такие слова, можно и головы лишится. – буркнул в ответ. Да, так его могли называть, только старые друзья. Скинув балахон с головы, ответил старому знакомому.

– Экдориэл, неужели не узнаёшь старого друга. – Тот быстро посмотрел на моё лицо, перепрыгнув через прилавок. Мы крепко обнялись.

– Я думал ты в секте, или уже давно сдох.

– Не дождёшься. – похлопав по спине товарища, отстранил его в сторону, посмотрев в уставшие глаза.

– Может повеселимся, как в старые? А то молодёжь нынче не та, не умеют они отдыхать. – с надеждой спросил Старый Лис.

– А ты не завязал?

– Я уже давно отошёл от дел. Однако с тобой готов вспомнить старые деньки. Но для начала, занимай столик, поешь, выпей, а потом поговорим.

Вскоре нам принесли сытную похлёбку, и нарезку различного мяса, вкус не самый приятный, но в данных реалиях, довольно неплохо. После вкусной трапезы, отправил Тиш на боковую, а сам с Экдориэлом отправился в город. Мы прошли квартал пришлых, заглянув в один из фешенебельных ресторанов, для ангелов. Старый Лис поговорил с привратником, после чего нас усадили в углу заведения. Товарищ заказал блюда, после чего нам принесли вина.

– Ну как тебе? – спросил Лис, смотря на меня хитрым взглядом.

– Да вроде всё по-старому, только качество продуктов изменилось.

– Ты попал в самую точку, всё осталось по-старому. Ангелы, те ещё консерваторы, а обиду помнят больше, чем живут. Вот поэтому хочу предложить тебе небольшую схему.

– Ну давай, думаю, будет весело.

– Ты прав, должно быть весело, но тебе придётся умереть, если ты понимаешь о чём я?

– Я понимаю, да только магия сейчас стала другой, а я уходил в безмагическую аскезу. Мне нужно настроиться, и пережить отходняк, после настройки.

– За это не переживай, я уже в курсе, что академию магию немного нагнули, думаю, там не обошлось без твоего участия. А значит ты должен был прихватить один неплохой камешек.

– Допустим.

– Ты прав магия изменилась, но она стала намного проще если всё верно настроить. А кто у нас самые эффективные маги? Правильно, крылатые. У меня есть пару должников, но для начала у меня вопрос, ты уже провёл первоначальную настройку?

– Есть такое, только ещё не дождался отката, для этого и прибыл сюда.

– Значит нам повезло вдвойне. Мы поужинаем, я тебе покажу одного ублюдка, после чего направимся к одному должнику. Но предупреждаю, он сделает всё как положено, ты станешь лучшей версией себя.

– Не заливай, всегда есть минусы.

– Ты, как всегда, зришь в корень, дружище. Ангел со своим прибабахом, любит он страдания, но работу делает по высшему разряду. После смерти, будешь, как новенький.

– В твоём радужном рассказе. Не нравится мне слово – смерть. А так я не против.

– Да не сцы ты, я уже два раза перерождение проходил, ты не представляешь, как это бодрит.

– Честно, даже не хочу начинать.

– А по-другому не получится. Ты сросся с законами старой магии, а она умерла, вернее переродилась во что-то новое. И тебе вслед за ней нужно перерождение, другого выбора нет. Многие из старых небожителей магического мира, уже ушли на тот свет, не пережив откаты. Некоторые ушли в науку, дабы найти выход из ситуации, а наш чокнутый ангел, уже нашёл метод. Но он не работает на ангелах и слабых магах, а ты у нас не был слабаком, плюс к этому, долго воздерживался. Да для него ты настоящая девственница в магии, он тебя воскресит, даже если придётся умертвить всех его собратьев.

– Ты хочешь сказать, что риска нет?

– Не притворяйся дураком. Даже если ложишься спать, есть риск проснуться с головой в прикроватной тумбочке. А мы с тобой говорим о перерождении мага, причём говорим, о сверхскоростном перерождении.

– Ты знаешь, если бы я тебя не знал, то послал бы уже лесом. Но раз ты говоришь, что риск минимален, то я, пожалуй, соглашусь.

– Вот и прекрасно. Значит пора начинать веселье, ты, кстати, давай набрасывайся на еду, а то у нас в ближайшем будущем не получится нормально поесть. – Скажу наперёд, совет был дельным, и хорошо, что я с усердием быстро всё съел, ведь уже через 15 минут, после начала трапезы. В ресторан заглянул мой старый знакомый. Пару сотен лет назад, случилась небольшая оказия. Я тогда был молод и горяч, а жена Лондансериэлиуса – ангела, вошедшего в ресторан; была очень горяча и недурна собой. Так вот его жена решила, что я подхожу на роль любовника, а я подумал, что это неплохая идея. Всё шло хорошо, мы тайно встречались, занимались сексом, я проворачивал всякие мелкие аферы, с помощью информации, подкидываемой моей крылатой любовницей. Всё было прекрасно, пока моя крылатая проказница не решила познакомить своего мужа со своим любовником. Если бы она познакомила пернатого со своим любовником, у которого имеются крылья, коих у неё было шесть штук, было-бы всё нормально. Ангелы к таким вещам относятся нормально. Но она решила познакомить своего благоверного со мной. А ангелы относятся к другим расам, как к пыли, а здесь одна из соринок сунет свой пестик в чистейшее существо на планете. Муженёк решил прихлопнуть меня, но оказалось, что маг он никудышный. Получил от меня по полной, еле ноги унёс. Но после этого мне пришлось, в спешном порядке уносить своё тело из города. Дабы не схлопотать от крылатой братии, которая не допустила бы такого позора.

Мне оставалось пару кусочков, до конца трапезы. Я уже думал заказать вкусненького десерта, когда стол, на котором стояла тарелка, улетел в стену. А рядом материализовался ангел.

– Ты, гниль, что возомнила себя равным нам. Как у тебя хватило духа явится обратно?

– И тебе не хворать, Лондосериэлиус, я думал, ты уже забыл тот небольшой конфуз, может разойдёмся миром? Я на выход, а ты сядешь, вкусно покушаешь, выпьешь, успокоишься. А то вон как крылья дрожат, может ты заболел? – шучу конечно, пёрышки дрожат, когда меридианы ангела переполнены, и носитель готов взорваться убойной техникой.

Глава 5. Город ангелов.

Часть 3. Старый знакомый.

– Да как ты смеешь… ты мусор, будешь указывать мне, что делать? Я сотру эту довольную ухмылку с твоего лица. – ну здесь пернатый не прав, я наелся, вот и сижу довольный, а ухмылка вылезла на мою морду, из-за того, что я уже создал свою оборонительную атаку, она называется «Зеркало Души». В общем бесполезная штука, может отразить одну атаку в нападавшего, но есть одно, но, нужно знать, чем тебя будут убивать. В бою, такую технику сплести никто не даст, а в отношении ангела, она сработает сто процентов. Этот крылатый рогоносец, захочет меня сжечь своей лучшей техникой – огонь, пожирающий нечестивца. Название пафосное, но оно вытянет почти весь магический сосуд, оставив носителя почти без сил. Однако этот придурок знает, что его коллеги подстрахуют, вон уже готовят накрыть заведение куполом. Дабы мощный ангел не спалил всё вокруг.

– Да заканчивай уже, надоело слушать твои бредни. – Мой "настоящий друг" под шумок, тихо скрылся в подсобном помещении, оставив под столом подарок, труп какого-то доходяги. И мне неприятно сидеть в ресторане, когда у тебя под ногами лежит не очень свежий мертвец, выброшенный из пространственного кармана.

Ангел с бешеными глазами, наконец собрался выдав свою мощнейшую атаку. Сразу наш столик накрыло несколькими куполами, а атака крылатого ударившись об меня, отлетела обратно. Ангел заорал, как резаный. Я его понимаю, больно, но нужно терпеть. Я вот теплю это крик, а мне неприятно использовать последний камень телепортации. Хотя этот магический артефакт был раньше довольно дорог, ибо мог перенести тебя за сотни километров, но теперь этот же камешек, мог перебросить меня только через одно препятствие. На верху пожар, труп незнакомца горит, ангел кричит, стол и табуретки уже испепелены. Горящий крылатик, вопит, чтобы его собратья потушили его крылья. А я валяюсь на грязной соломе, слушая это безобразие. Мой товарищ сидит рядом на табурете, элегантно попивая вино.

– Вот скажи, а если бы у меня не было камня? Что бы делал?

– Я бы бежал подальше из ресторана. – честно признаётся Экдориэл. – Ты бы разнёс эту богадельню до основания, в этом я даже не сомневаюсь. Хотя было бы жаль, я много сил потратил, чтобы мой подставной ангел открыл этот ресторанчик. Денег за это вывалил кучу, второй раз, я на это не пойду.

– Ну тут ты прав, даже эти купола не помогли бы. Вот только у меня вопрос, ангелы что, вообще не прогрессируют? Мне кажется их уровень остался прежним. По крайней мере Лондонсериэлиус остался таким же.

– Скажу тебе по секрету, те кто остались на прежнем уровне силы, сейчас стоят на самом верху, остальные скатились вниз. Даже наш пернатый друг, раньше гуляющий в низах политического бомонда города, сейчас входит в совет двадцати. А это, если ты помнишь, довольно-таки престижно.

– Согласен, давай убираться отсюда, а то солома попахивает, и откуда она вообще здесь взялась.

– Ангелы до сих пор выращивают злаковые, катаклизм хоть и сделал их слабее, но не настолько. И кстати, всех крылатых по дороге к нашему доктору придётся убить, нам не нужны свидетели. Ведь после встречи с доктором, ты уже выйдешь на свой прежний уровень и сможешь воспользоваться магией иллюзии.

– Да, но только я почти пуст. Зеркало почти в ноль меня опустошило.

– Не переживай, магия нам не пригодится. – уверенно заявил Лис.

Мы прошли в тайный проход, по тёмному коридору шли минут десять, после чего попали в общественный туалет, выйдя в одной из кабинок. Я чуть не разминировал кучу кала, оставленную неким нехорошим пользователем уборной.

– Что за свиньи, неужели ангелы стали такими?

– Нет конечно, я иногда нанимаю парочку должников, чтобы они заминировали точку отхода. Ни один ангел не станет справлять нужду в таком помещении, значит нас никто не спалит. – с довольной улыбкой произнёс Старый Лис. И зря он улыбается, ведь его спич слышал два улыбающихся стражника.

– Ха-ха. Видал Червилионтраниулезис, этот смертный думает, что его должники должны лишь ему. Но сегодня наконец мы его поймали на горячем.

– Не заливай, Черноуктробиус, ты же не думал, что я не знаю о твоём родственнике, ты прибыл сюда, дабы показать моему другу величие ангелов, не подведи меня. – довольный, как гусь, заявляет Экдориэль, доставая свою наваху. Я тоже достал свой меч, опять приходится участвовать в его подковерных играх. Он лишится своего оппонента, при этом я, увижу силу простых стражников.

Мы с товарищем расходимся в стороны, выбрав себе противников. Мой ангел, атакует размашисто, словно пытается смести кучу пыли. Открывая мне свой бок, может в магии они стали слабее, но вот как фехтовальщики вряд ли. Он открыл мне сторону, с которой их сердце защищено костяной пластиной, которую так просто не пробить. Я ухожу под меч, надрезая ахиллово сухожилие, нанося второй удар в область головы, натыкаюсь на блок. Бью ногой по опорной, ангел теряет равновесие, перехватывая его руку срубая голову. Да, неожиданно, даже не пытался пользоваться магией, значит считал, что его фехтование сильнее. Неожиданно, но вот его коллега, неплохо пользуется магией, отбрасывая потоками воздуха Старого Лиса, даже успел нанести укол в грудь и левую руку. Не буду разбираться, чего это мой товарищ, лучший мечник, который и научил меня многим премудростям, уступает ангелу. Просто атакую пернатого со спины, но ангел успевает среагировать, блокируя мою атаку своим огромным мечом, посылая в лиса воздушный разрез. Краем глаза вижу, хищную улыбку на лице приятеля, он ловко подпрыгивает вверх, из его рукава выстреливает самострел, болт чётко попадает в затылок ангела, выходя из его лба. Мгновенная регенерация, проходит, как вспышка света, растворяя стрелу, и залечивая раны. Многие ангелы обладают такой фишкой, особенно из старых родов, но магия исцеления зависит от времени последнего использования. Чем больше времени между использованиями, тем сильнее эффект. Но есть один минус, на секунду, сознание ангела, перестаёт контролировать тело. А секунда, это целая вечность для мечника. Размашистым ударом наношу удар в область шеи. Натыкаясь на меч противника, видя его довольную ухмылку. Но он тоже видит мой улыбающийся взгляд, я знал, что не смогу поразить сильного противника, но мне это и не нужно. Взаимодействие с Старым Лисом отработано давно, мы уже понимаем друг друга без слов. В это же время с другой стороны головы, прямо в ухо ангела по самую рукоятку, вонзается нож. Мой товарищ хищно улыбается, узнаю эту улыбку, значит сегодня очередной его противник повержен. А раз он это не делал раньше, значит побаивался его.

– Ну что Эйнар, раньше мы бы двоих стражников раскатали бы вот так?

– Так не получилось бы. В радиусе сотни метров всё было бы разрушено, а сегодня получилось всё тихо, без криков и пыли.

– Вот и я о том же.

– А что мы будем делать с трупами. Ты же знаешь, ангелы за своих будут мстить.

– Не сцы малый, всё у дяди Лиса продумано. – выглянув наружу, Лис свистнул в темноту, вскоре в туалете уже шарились братья в синих балахонах. – Знакомься, братство любителей скверны. Эти товарищи любят проводить опыты с телами ангелов, но как ты понимаешь, достать материал трудно, поэтому они здесь всё подчистят.

В подтверждение его слов, один из братьев становится на колени, его коллега одним движением перерезает ему горло. Кровище хлещет на пол, и манах с довольной улыбкой падает на грзную плиту..

– Это нормально? – спрашиваю у друга.

– Ну да, они всегда оставляют жертву, чтобы следующий раз им также повезло. Но да ладно, пошли, браться сами разберутся.

Мы выдвинулись в город, направившись в крайние кварталы, в которые не любят заглядывать ни ангелы, ни их стражники. И в этой клоаке, как бельмо на глазу, стоит квадратный белый дом, с аккуратными лужайками и подстриженными кустиками. А по периметру валяются трупы местных жителей.

– Я так понимаю, невидимый барьер?

– Ты правильно понимаешь, причём он убивает всё, что к нему прикоснётся.

– Это же запретная магия. Неужели ангелы разрешили пользоваться таким? Энергия из трупов переходит в барьер питая саму себя, и чем больше противников пытается проникнуть, тем сильнее становится защита.

– Ты прав, и чтобы барьер не пал, он платит местной банде, чтобы она приводила людей для подпитки периметра.

– Интересно стало в городе, раньше такое было невозможно. Ангелы такие чистоплюи. Что случилось?

– Да ничего, у них пропало подкрепление, а значит, восполнять потери нечем, а детопроизводство у них хуже, чем у эльфов, вот тебе и результат. Значит они утеряли связь со своим миром?

– Не скажу, эту информацию пока не удалось добыть. Но думаю, да. Магия изменилась, и щит, защищающий планету, изменился. Пока его не прорвут изнутри, ничего не получится. А рвать пока некому, хороший маг растёт долго. Но пока это лишь теория.

– Значит ты привёл меня для очередного эксперимента?

– Дружище, ты же знаешь, я выжимаю из ситуации максимум, если у нас всё получится, то ты можешь стать тем первым, что сможет пройти сквозь пелену нашего мира. Если нет, ты будешь сильным магом, ничего не поменяется.

– Ты забыл упомянуть про мою возможную смерть.

– Ну не накручивай, вероятность умереть не больше двадцати процентов. В твоём случае, может даже десять.

– Спасибо, прям полегчало.

– Не ёрничай, в начале опытов, на выживание было не больше пяти процентов. Теперь мы продвинулись дальше, и даже можем оживить при смерти, но тогда ты останешься без источника.

– Давай дальше не будем, а то с каждым новым фактом, мне хочется уйти всё больше. – хотя я сам понимаю, что мне нужна помощь, каждое пользование магией, приводит в невыносимой боли. Хоть по лицу не видно, но всё внутри жжёт, я вижу, как меридианы горят, они не могут пропускать сквозь себя современную магию, им нужна помощь. Только какая, не ясно.

– Я знал, что ты умный парень. А вот и наш учёный.

Я ожидал увидеть маленького, щуплого ангела. А вышел здоровяк, гора мышц и взгляд, как у мясника. Он пристально осмотрел нас, остановившись на моей персоне.

– У вас мало энергии, не сможете пройти сквозь щит. Старый, подыми третий слева труп. Возьми два питательных батончика, остальное не трогай, а то получишь. – очень уверенно сказал ангел, и мне не хотелось ему перечить. В этом здоровяке чувствовалась мощь и уверенность. Сила, исходившая от него, просачивалась даже сквозь барьер. А старый Лис, видимо, пытался обмануть даже этого здоровяка. Хотя чему удивляться, он всех пытается обмануть.

Мы съели по батончику, первым к барьеру подошёл Экдориэл, ангел высунул руку, схватил его за шкирку, над товарищем возникло силовое поле. Сразу после этого, Лис улетел в стену здания, ударившись об угол, упал на траву. Скорчившись от боли, недовольно посмотрел на ангела.

– Ты чего крылатый? Я ж вроде не косячил?

– А кто прошлый раз спёр два зелья?

– Так я ж для дела.

– Вот поэтому, ты ещё жив. А ты чего стоишь, батончики не вечные, ещё минута и энергия выветрится. – а он прав, я вижу, как энергия, словно через сито, вытекает из источника. Подошёл к барьеру, меня схватила здоровая рука, вся энергия что у меня была, за секунду вышла наружу, рывок и я стою на той стороне. Натыкаюсь на два заинтересованных взгляда, смотрящих на меня с улыбками. И в этот момент, чувствую, как содержимое желудка начинает идти в сторону входа, и я не могу повлиять на этот процесс. Здоровяк отскакивает в сторону, а я вываливаю всё что сегодня съел.

– Молодец полуэльф, даже не вырубился, будет из тебя толк. – Слышу слова ангела, теряя сознание. – А не, вырубился, но всё равно молодец. Старый, тащи своего дружбана внутрь, у меня опыт не завершён. Ты подготовь бойца по первой программе с дополнительной защитой.

Прихожу в себя, чувствую, что меня крепко привязали то ли к столу, то ли к твёрдой кровати. Даже голову не могу повернуть, маны в теле нет, желудок пуст, голова чиста, а вот настроение не очень, не нравится моё положение, но с этим уже ничего поделать не могу. Придётся доверится старому товарищу, который стоит надо мной и гадко улыбается.

– Ну что ты готов к самой страшной пытке в своей жизни?

– До того, как увидел твою гаденькую улыбку, был готов, а теперь что-то сомневаюсь.

– Да не сцы малый, будет тяжело, но ты справишься. Ты главное не сдавайся, держись за жизнь всеми конечностями.

– Ты же понимаешь, что совсем не подбодрил меня?

– А я и не собирался, тебя ждёт бой, тяжёлый бой. И противник у тебя опасный… – Старому Лису не удалось договорить, на его голову легла здоровенная лапа ангела, отодвинув его в сторону.

– Хватит сопли разводить, он парень сильный – выдержит. Теперь слушай салага, буду чистить твои сосуды и меридианы. Процесс болезненный, но не смертельный, однако есть нюансы, до конца чистки и настройки ты должен быть свободным, а я вижу, что ты до сих пор поддерживаешь свой пространственный карман, ты должен его освободить. А иначе всё в нём пропадёт, ибо скоро ты будешь сух на сто процентов, и подпитка появится не скоро. Так что, если ты бережёшь свои запасы, тебе придётся доверить их сохранность нам.

Я понимаю, что меня поставили перед выбором без выбора. Настраиваюсь на сову, которая в данный момент сидит на ближайшем здании и смотрит на лабораторию ангела. Отдаю ей последнюю команду, перейти на временное подчинение Тиш, если не вернусь в течении месяца, то она поступает в полное её распоряжение. После чего делаю экстренный сброс теневого кармана, раньше я делал такое только при чистке, но сегодня пришлось просто вывалить все мои запасы перед очами моих мучителей.

– Малый, а ты красавчик, с таким набором можно устроить небольшой локальный Армагеддон даже в городе ангелов. Скажу честно, если бы ты не был интересен, как уникальный образец, я бы тебя вместе с твоим другом прикопал бы на лужайке, оставив всё себе. Но не переживай, вижу ты парень запасливый, а значит бережёшь свою тушку. А я заинтересован наблюдать за твоим развитием дальше. Так что сомкни зубы и терпи. – Ангел, засунул мне в рот деревяшку, обмотанную кожей, не дав мне ничего ответить.

После моя одежда была разрезана, а в вену вошла довольно-таки толстая игла, первые ощущения были приятными, легкое тепло расплылось по сосудам, но вскоре температура начала повышаться. Стало очень жарко, организм на автомате включил защитные функции, мана начала выходить из источника, и в это время почувствовал, как на грудь лёг холодный камень, он словно губка высасывал из меридианов всю магию, жжение во всём теле начало нарастать, температура тела повысилась, иммунная система начала борьбу с непонятным составом в крови. Но она не имела шансов, вливаемая жидкость была смешана с магическим составом, вскоре организм сдался, перейдя на защиту жизненно важных органов. Жар пожирал изнутри, мозг начал подбрасывать непонятные образы, слух отказывал. Я видел Старого Лиса, обтирающего меня тряпкой, потом снова неясные образы из детства, потом снова я пришёл в себя, увидев озадаченное лицо ангела, а затем снова образы, но уже из прошлой жизни. Значит мой мозг тоже сдался, все закладки улетели, а раз закладки улетели, значит и защита ушла. Я снова провалился в грёзы, но опять взял контроль, раз закладки пали, значит организация снова смогла определить моё место положение, вопрос в том, смогут ли они быстро добраться до моего тела, чтобы снова перехватить контроль? Буду полагаться на удачу, ведь если они доберутся до меня в беспомощном состоянии, они снова смогут подчинить меня.

Тем временем Старый Лис и Ангел.

– Старый, ты хоть понимаешь с кем ты водишь дружбу?

– Эйнар, хороший парень, у него много секретов, но он знает цену слову и дружбе, он не лезет тебе в душу и выручит, если сможет. Мне большего и не нужно.

– Ты прям ангела описал, а не полуэльфа. Но твой друг, это эксперимент Организации, ты знаешь о такой?

– Да все, кто интересовался проблемами войны в курсе, кто такая организация. Но теперь, их контроль над планетой пал, они не могут проникнуть к нам.

– Они не могут, да только у них на планете куча баз, они могут управлять своими активами, не проникая на планету. А ты по бреду этого парня уже понял, что он один лучших активов, вырвавшихся из их подчинения?

– Ну и что?

– А то, если мы поймём, как он это сделал, то сможем перепрограммировать и других бойцов, что до сих пор находятся в анабиозе.

– Не думаю, что всё так просто, ты же слышишь, что он переселённая душа, а в этом мы не очень разбираемся. Даже вы ангелы, не можете переселять души.

– Ты не понимаешь, этот парень не просто экспериментальная модель, он – уникальная модель, способная превзойти своих создателей. Его тело совершенно, всё внутри настроено так, чтобы выжить в любых условиях. Предполагаю, что даже без внешнего вмешательства, он смог бы подстроится под изменившиеся условия магического мира. Если этот пацан выживет, он сможет стать первым, кто прорвёт магическую защиту нашей планеты, а значит сможет стать нашим богом, если пожелает.

– Это всё теория, ты же сам в это не веришь. – возразил Лис, обтирая тело Эйнара.

– Ты знаешь, я раньше в это не верил, но смотря на это тело и сильную душу в нём, я пересмотрел свои взгляды. И поэтому тебе придётся поработать как следует, стягивай своих бойцов к моему убежищу, скоро здесь может начаться война. Организация по любому отправит сюда всех своих бойцов. Мы знаем, о двух сотнях агентов гуляющих по городу. Если у них найдутся хорошие лидеры, мой барьер падёт.

– Не переживай, я уже подтянул своих, плюс к этому, подруга Эйнара, уже начала охоту.

– Хорошо, тогда защита на тебе, а я в транс, мне нужно хорошо почистить меридианы, чтобы подопытный смог восстановится в кратчайшие сроки.

Пришёл в себя резко, как будто меня из вулкана бросили в ледяной бассейн. Надо мной стоял Ангел, он водил над моим телом своими здоровыми руками. Я чувствовал его магию внутри, она пропитывала меридианы, выжигая мельчайшие кристаллики из стенок. Я мычал, пытался дёргаться, но не мог, боль была ужасной, меня словно протыкали миллиардом раскалённых игл. Ангелу тоже приходилось нелегко, из закрытых глаз текли кровавые слёзы. На расправленных крыльях каждое перо дрожало, некоторые от магического напряжения даже вылетали, падая на моё тело, сгорая от соприкосновения с кожей. Переведя взгляд от лица ангела, обнаружил магический огонь, охвативший моё тело. Боль ещё усилилась, и снова провалился в небытие.

Тем временем Тиш.

Сова меня привела к странному дому, накрытому магическим куполом. А вокруг кружили непонятные личности. Они не замечали меня, но я их видела. Я ощущала, что они не носят маски. Они как Эйнар, давно осознали себя убийцами и не носили другие маски. Но вскоре к дому начали подтягиваться другие, эти были не настоящими, как я. Они носили «МАСКИ», и мне стоит их снять. Первых масочников убили быстро, но это была лишь первая волна, это была разведка. Вскоре к дому начали подтягиваться более сильные бойцы, они были как я. Не настоящие, без своей воли, они были подчинены хозяину, который контролировал их жизнь и решения. Я сняла контроль, а они нет.

Один из таких крался во тьме под веткой, на которой я устроила точку наблюдения. Управляемый полёт, приземление на спину, два ножа входят в ушные раковины. «Теперь ты свободен, лети на перерождение брат». Очередная маска снята. На меня обратили внимание, но у меня есть подарок Эйнара. Железная сова сидит в моей голове, при этом паря в вышине. Следующий враг подошедший в плотную, падает с разорванной головой. В него на полной скорости влетела железная птица, разорвав маску вместе с головой.

Глава 5. Город ангелов.

Часть 4. Перенастройка.

Тем временем внутри дома. Уставший Старый Лис, готовил чай. Уже вторые сутки по мыслесвязи ему приходят доклады о бойне возле дома. Там зверствует девчонка с железной совой. Они убивают людей по непонятной схеме, причём страдают сразу обе стороны конфликта, но пока ситуация держится под контролем. Ангел уже сутки плачет кровавыми слезами, а Эйнар покрылся стеклянным коконом. Лис впервые видел такое, он не вмешивался, так как доверял ангелу, зная, что этот здоровяк лучший.

Сидя на стуле и попивая не очень вкусный чай, Лис вспомнил, как они с Эйнаром обкрадывали и нагибали ангелов. Однако из воспоминаний его вырвал взрыв, кокон Эйнара взорвался, отбросив ангела и Лиса в стену. Экдориэл поднялся, отбросив в сторону ручку от разбитой кружки, отправившись к железному шкафу. Взяв оттуда два металлических шприца, он ввёл содержимое Ангелу и полуэльфу, после чего перенёс их тела в купель. Начал набирать воду, после чего сорвал ключ с шеи ангела, снова отправившись к шкафу. Отодвинув железную бандуру в сторону, приложил ключ к стене. Из неё выехала небольшая коробка, исписанная рунами. Лис аккуратно открыл крышку, взяв несколько грамм порошка, положил коробку обратно. После чего снова направился к купели, дождавшись пока она не наполнится до краёв. Привязал тела к специальным выступам на бортах, высыпал порошок в воду.

Отойдя в сторону, Экдориэл отвернулся к стене. Он не изучал надписи, просто смотрел на стену, ожидая вспышки. Увидев свою тень, Старый Лис, закрыл глаза руками. Магия жизни очень опасна, но при этом обладает чудотворным эффектом. Два обмякших тела, открыли глаза. Помещение ещё светилось магией, но свет уже был не столь ярок.

– Экдориэл, ты совсем с катушек съехал? – закричал ангел, пытаясь сорвать ремни, которыми было привязано тело.

– Я в норме, а вот вы двое недавно чуть померли, мне пришлось экспериментировать. Раз вы живы, значит с дозой я угадал. – Довольно заявил старый лис.

– Благодарю. – я не понимал, что происходит, но не верить словам старого друга не стал.

– Сияние, оно было сильным? – обречённо спросил Ангел.

– Да, – опустив голову, ответил Лис. – ты же знаешь, тела ангелов плохо реагируют на эту магию, у вас свои фишки.

– Развязывай, нам нужно уходить.

Мы быстро собрались, я закинул свои вещи в теневой карман, а ангел носился как угорелый, собирая свои записи, открывая различные схроны и запихивая всё в армейский рюкзак. Старый Лис сидел на стуле, принимая по мыслесвязи доклады от своих людей.

– У нас три минуты, ангелы уже вышли в нашу сторону. – в это время ангел посмотрел на одну из стен, потом на меня.

– Надеюсь это того стоило. – он с грустью нажал на несколько кирпичей, после чего помещение заполнил красный мигающий свет. – У нас четыре минуты, следуйте за мной.

Тем временем Тиш.

Маски всё не заканчивались, они всё прибывали и прибывали. Не помню сколько их освободила, но неожиданно, бойцы начали отступать от здания. Сова села мне плечо, показывая своими глазами в сторону города. Она мне не подчиняется, значит Эйнар жив, и он дал приказ отступать к месту встречи. Сова взмыла в воздух, я, спрыгнув на землю, побежал в нужную сторону. Почувствовав опасность затаилась в тени, над головой пролетело много ангелов, я ждала. Всюду опасность, пришлось сидеть несколько минут, после чего прогремел сильный взрыв, ударная волна накрыла весь город. Жители района повыскакивали на улицу, пора. Растерев глаза, встала, сделала испуганное лицо и пошла. Никто не обратит внимание на ребёнка, даже если его лицо в крови. Я шла, пока не почувствовала, что опасности нет. Быстро уйдя в переулок, скрылась в тенях.

***

Наша троица вышла в хранилище вина. Пол и стеллажи с бутылками были в пыли, этим помещением давно не пользовались.

– Это мой дом, я уже давно здесь не был. Эйнар, твой друг говорил, что ты мастер иллюзий, сможешь сделать себя и Лиса ангелами?

– Могу, но пока мой источник почти пуст, мне нужно больше энергии.

– За это не переживай, скоро я тебя наполню. Но учти, мы ещё не закончили, твой накопитель пока не стабилен, так что слушай мои рекомендации и не вздумай своевольничать. – строго сказал ангел.

– Как скажете лекарь. – а я чё, буду подчиняться пока они не захотят меня грохнуть. Мне бы поесть, а то не только накопитель пуст, но и желудок тоже. У меня такое ощущение, что он уже приближается к позвоночнику, и хочет его переварить.

Мы выходим на первый этаж, там также всё в пыли. Ангел подходит к входной двери, проводит по стене рукой.

– Задержите дыхание и прикройте глаза. – не ожидая нашего ответа, нажимает на руны: «Ветер», «Солнце», «Ураган». Окна в доме открываются, вокруг подул ураганный ветер, глаза заполнились пылью, зря я их не прикрыл, но я всегда был любопытным. Вся пыль вылетела на улице, по помещениям прошла освежающая волна, всё вокруг изменилось до неузнаваемости. Старое помещение вновь обрело лоск, а чистота пропитала воздух, словно это здание недавно построили и словно только вымыли перед сдачей новому хозяину.

– Эйнар, пойдёшь со мной, а ты Старый, иди на кухню и приготовь поесть.

Мы с ангелом пошли в подвал, там он сел за дубовый стол, жестом, пригласив меня присоединится.

– Твоя задача, впитать энергию этого стола. Только делай всё медленно. Тебе захочется сделать всё быстро, и ты это сможешь, стол может быстро отдать, но тебе это не нужно. Впитывай медленно, распределяй энергию по всему телу, почувствуй, как она впитывается, почувствуй её новый вкус, сроднись с ней, попробуй сделать простейшие заклинания, и не ешь. Не смотри на меня так, я понимаю, ты хочешь есть, но тебе нельзя. Ты должен насытить организм магией, а затем можно будет закинуть еды. У тебя двенадцать часов.

Отвечать не стал, он вроде прав. Мне нужно сроднится с новой силой. Я уже почувствовал, впитав из окружающей среды, что магия не та. Она стала острее, но более хрупкой, она режет, не хочет подчинятся. Она как подросток, считающий, что все вокруг тупые, и только он знает всю правду, и когда я смогу с ней подружится, узнаю эту истину вместе с ней. Не прошло и часа, как здание сотряс взрыв, а через минуту в помещение влетел Лис.

– Эй, – так он всегда обращался на операциях, когда времени было мало. – накидывай на нас иллюзию ангелов, а не то нам трындец.

– Садись, только старайся не шевелится.

– Давай, по ходу разберёмся.

Мне пришлось поднапрячься, только напитал меридианы, как сразу пришлось работать по полной. Помогаю себе пальцами, завязывая потоки маги в узлы, где-то закручиваю потуже, где-то поправляю недочёты. Всё готово, не идеально, но пойдёт, мой конструкт накрывает нас с Лисом. Теперь мы ангелы, с распухшими лицами. И это уже не исправить.

– Срочно, беги в подвал за вином. – кричу Лису, тот без возражений мчится к выходу, быстро возвращается назад с уже начатой бутылкой. Я быстро присоединяюсь, чтобы от нас несло алкоголем.

– Ты баран, а не ангел. – пьяным голосом говорю Лису.

– Это я баран, это ты плевок орка. Ты видел свою морду. Даже ослиное дерьмо выглядит лучше. – переигрывает друг, но да ладно. Главное, что вбежавшие ангелы, видят перед собой помятых крылатых, давно употребляющих вино и не собирающихся останавливаться на достигнутом. Главное, что бы среди них не было глазастых, которые не обнаружат пустых бутылок.

– Дружище, посмотри на этого выкормыша гоблина, у него морда кирпича просит, вот я говорю, нам бы закусить, а это отродие, не хочет идти за закусью. Друг может ты выручишь, а то мы не можем подняться. – надеюсь я хорошо сыграл пьяного, да и по рожам вбежавших стражников ничего не понять, толи настроение у них плохое, толи тоже выпить хотят.

– Видали братва, мы по городу летаем, кровь свою проливаем, а эти сидят здесь и спорят, кто за добавкой идти должен. – слова стражника вызвали довольный гогот, значит мы на правильном пути. Старый Лис уже делает вид, что спит, кинул меня гад, но ничего, мы дожмём этих солдатиков.

– Вот и я о том же. Вы кровь свою проливаете, за это надо выпить, и я не возражаю, командир, вино в соседней комнате. Неси, будем обмывать ваше усердие, а то впрямь нечестно, вы прям обязаны догнать нас и перегнать.

Солдатики обрадовались, один пошёл за винишком, второй на верх за стульями и хавкой.

С ангелами мы заседали четыре часа, пока за ними не явилось начальство, влетело всем, но я откупился ящиком вина, и нас оставили в покое. Ангел здоровяк с недовольной мордой сидел наверху, смотря мне прямо в моё ангельское лицо.

– Не мог сделать качественную иллюзию? Зачем этот фарс с вином?

– Ну прости дружище, магия немного подвела, заклинание сделал правильно, но формула была рассчитана на старые законы.

– Ты почувствовал эту разницу, описать сможешь. – глаза здоровяка снова загорелись, и я два часа описывал свои ощущения, он засыпал меня вопросами, затем мы проводили опыты. Оказалось, что на простых заклинаниях разница почти не ощущается, но вот на более тонком уровне, где каждое микродвижение играет свою роль, магия отказывается работать по-старому. Значит придётся поработать мозгом. Но это в будущем. А пока, мы целые сутки потратили на исправление магии иллюзии, хоть ангел и не понимал ничего в ней, но он разбирался в формулах и чертежах. Мы нашли загвоздку, подправили пару закорючек и все, теперь я мог делать качественную иллюзия ангелов. Оказалось, что магия изменилась не только по характеру, но также она изменила свой «Взгляд», на живых существ, теперь она видит нас по-другому, поэтому придётся менять и свой взгляд на мир тоже.

Старый Лис уже отошёл от пьянки, ему пришлось пить за двоих, чтобы споить ангелов по-настоящему, а я очищал вино, ведь магия исцеления мне тоже доступна. Я в этом мире такой один, могу магичить все виды магии. Это не потому, что жители планеты ленивы, нет. Просто у них нет магии контроля, способной контролировать свой или чужой мозг. А создавать магию из различных школ очень сложно, там везде свой контроль, своё настроение, различный подход. В начале все учат простейшие заклинания из всех школ, после чего выбирают те направления, в которых получается больше. А я в прошлой жизни был менталистом. Мой мозг помнит всё, но я могу складывать свои ненужные воспоминания в отдельные боксы, пряча их от себя. Однако после настройки, произведённой ангелом, все мои щиты улетели в тартарары. И мне снова нужно будет покопаться в мозгах, дабы отбросить ненужную шелуху. Пока ангел с воодушевлением изучает наши новые наработки, я блокирую воспоминания организации, которые были мне внедрены физическим способом ещё в детстве. В этих воспоминаниях содержится астральная метка, по которой меня можно отследить. Накинул блок на метку, но мне нужно накрыть её адреналиновым барьером, а для этого нужно подраться.

– Ангел, а мне можно выйти. Подраться надо, дабы отладить физическое взаимодействие магии и мозга управляющего мышечным аппаратом.

– Давай поподробнее, я не слышал о таком. – ну я ему и рассказал небольшую лекцию из прошлого мира, где выдвигалась теория о взаимодействии магии на мозг мага, и последующего перекрёстного переноса этого влияния на мышечный аппарат. Наш ангел загорелся, но попросил у меня час, за который я помылся, после чего, выбрав себе пару магических кастетов, направился с учёным, на стену, отделяющую внутренний город от внешнего кольца. Как оказалось монстры из пустыни словно по команде взбесились, напав на город ангелов, защитные щиты пробиты, внешнее кольцо захвачено, но там остаются выжившие оказывающие сопротивление нападающим. А монстры, с некоторой частью разумных города штурмуют стену. Учёный весь облепленный проводами, без оружия, стоит со мной на краю стены. Его бешеный взгляд не предвещает ничего хорошего, и он такой не от предстоящей бойни, а от того, что скоро получит новые данные. Он всю дорогу бубнел про влияние магии на мозг, и связи с мышцами.

Помогая себе магией левитации, плавно приземляюсь на мостовую, уже не белую, а красную. Рядом в кровавый фарш, разлетаются монстры, это учёный с энтузиазмом разносит наших противников, гогоча, как душевно больной. На стене кипишь, мы не предупредили ангелов, что собираемся спускаться, а мой товарищ, какая-то шишка в высоких кругах, его должны защищать при нападениях, а он сам пошёл в атаку. Да ладно, он парень здоровый, выдержит, главное мне не здохнуть от переизбытка противников.

Начал бой с уворотов и уклонов, насыщая мышцы магией и анализируя ощущения, всё идёт нормально. После очередного прыжка, наношу удар по стеклянной псине, её голова разрывается как переспелый арбуз, по инерции кулак пролетает дальше, впечатавшись в мостовую. Перебор, либо мышцы усилились, либо магия повлияла сильнее, чем раньше, не суть. Подкорректировав потоки, начал охоту на монстров, мы с ангелом как два танка, неслись вперёд разбивая всё в кровавый фарш, нащупав оптимальное состояние вошёл в боевой раж. Каждое движение на инстинкте, всё тело — это боевое оружие, но часть сознания оставил в виде наблюдателя, который корректировал иллюзию, добавляя кровь на крылья и одежду. Час спустя, остановился, впереди на меня глядит кровавый ангел, глаза дикие, но довольные.

– Работает, я снял показатели, ты был прав, магия влияет на все процессы. – кричит здоровяк, но я больше изучаю других ангелочков, окруживших нас. Они уставшими глазами, смотрят на моего доктора.

– Сир, у нас приказ, доставить вас в безопасное место. – неуверенно произносит один из солдат.

– Да насрать мне на ваш приказ. – он подходит ко мне, ложа руку мне на плечо. – Мы возвращаемся, мне нужно всё изучить и сделать выводы, и ты мне поможешь.

– Да сир. – а что мне ещё ответить, я уже и сам намохался, теперь нужен отдых и душ. А ещё мне хочется есть, но пока нельзя, этот чокнутый оказался прав, пока во мне нет еды, организм впитывает магию как пищу, сродняясь с ней. Но так долго продолжаться не может, мой жировой запас уже начал расходоваться. Почки уже опустились, хотя с момента перерождения ещё и суток не прошло.

Мы со здоровяком идём к его дому, он всю дорогу бормочет про удачный эксперимент, и деревянных учёных, которые не могли догадаться до простейших истин. Честно, немного расслабился, и не заметил своего старого знакомого Лондонсериэлиуса, что как чёрт из табакерки выскочил из-за угла. Этот гадёныш поджидал нас, а мой учёный даже не заметил, что к нам присоединился новый ангел.

– Слышь, ты, я тебя не помню, где прежний помощник лорда? – этот обожжённый оборзел в край, остановил меня своей недогоревшей ручонкой. А я не успел перехватить его конечность, и поэтому гадёныш прошёл пустоту над моим плечом, так как иллюзия, не была материальна. Уже в середине провала понял свою ошибку, хорошо, что этот придурок не заметил косяка отвлёкшись на уходящего вдаль учёного. Также он не заметил мой кулак, прилетевший ему в челюсть, небольшой треск, ознаменовал удачное попадание и потерю сознания ангелочка. Оттащил гада за угол, за которым он нас поджидал, после чего догнал учёного.

В доме нас встретил приятный запах готовящейся еды, и Старого Лиса с довольной рожей готовящего себе еду.

– Ты чего такой довольный?

– А ты что не видел, как я перепил этих крылатых ублюдков, как вспомню, так до сих пор возбуждаюсь. – как мало для счастья надо, просто перепить крылатых, а мне этого будет мало. Направился в купальню, набрал воды и погрузившись в воду начал гонять магическую энергию по телу, не забывая проверить ментальные закладки. Там всё в порядке, даже может и лучше, чем было. По моим прикидкам организация меня должна вообще потерять, там такая адреналиновая стена стоит, что её можно пробить только подойдя ко мне метров на десять, но таких умельцев на этой планете скорее всего нет. Также при прогоне заметил, что магия царапает меридианы, не сильно, но всё равно неприятно. Если мне нужно развиваться, то следует постоянно гонять магию исцеления для заживления. А что делать простым магам? Их каналы заживляются, микроранки постоянно грубеют, что приводит к застою. Да, интересно девку пляшут, но если твои меридианы станут похожи на стекло, тогда абразив в мане будет, шлифовать внутреннюю поверхность, увеличивая проходимость. Но это только теория, а на практике мои ментальные щупы засекли ангела со сломанной челюстью, возле входных ворот. По мыслесвзязи связался с Лисом, попросив того спрятаться в подвале, ибо не был уверен, что с ходу смогу наложить нормальную иллюзию на его тело.

Быстро вытерев тело, направился к входной двери, которую колотил недовольный ангел.

– Тебе мало? Ты пришёл за добавкой?

– Да как ты смеешь, я посланник совета, ты будешь наказан. – плюясь, закричал ангел.

– И что совету, нужно от меня, я вроде простой ангел? – будем играть дурочка, пусть понервничает.

– Да кому ты нужен, меня прислали к лорду Эквадритилиону. – надменно произнёс он.

– Лорд занят научными изысканиями, приказал его не беспокоить. У меня есть разрешение, его сиятельства, бить морду любому, кто захочет его прервать. – эти ангелы со своими именами вообще опухли, вот нахрена им такие мудрёные названия? Никогда не понимал, и не пойму. Да у них пока приказ передашь, можно войну проиграть.

– Но какже, у меня приказ, я должен. – неуверенно пролепетал ангел.

– Ну так иди за новым приказом, у лорда прорыв и его нельзя прерывать, мы специально по этому поводу выходили за стену, и что-то я не видел тебя в рядах воинов. – о вот опять, надменность прямо запрыгнула на рожу крылатого. Вот только со сломанной челюстью это выглядело скорее комично.

– Я член совета, и не должен выполнять обязанности низших.

– Ну тогда бери ноги в крылья и лети к высшим узнавать, что делать дальше. А я как низший, могу даже выдать ускорение. – кулачки сжались, морда покраснела, но пернатый сдержался.

– Ну ты нарвался, жди, я скоро приду за тобой.

– Давай лети, только не надорвись. – мне в общем без разницы, ангелы все равны, они подчиняются друг другу только по своей воле. Если я не захочу подчинятся воле совета, со мной ничего не сделают. У ангелов даже тюрьмы нет. Правда могут вызвать на дуэль, но сомневаюсь, что этому трусу хватит на это смелости.

Спустился в подвал, там уже старый доедал свою трапезу, но довольная улыбка не сходила с его лица, не буду его огорчать новостью, что я немного подхимичил с составом вина, поэтому те ангелы так быстро накидались.

– У нас там назревает конфликт, с нашим рогоносцем, что посоветуешь?

– Я бы его того. – Лис провёл по горлу рукой. И я с ним был полностью согласен. Но есть одно, но, если я его убью, то должен буду занять его место в совете, а мне бы этого не хотелось, и подставлять учёного тоже нет желания. Ещё и с Тиш нужно что-то решать. Судя по мыслеобразам совы, парящей в небе над усадьбой учёного, малышка спряталась в одном из подвалов и ждёт моих распоряжений. В принципе, пока пусть отдыхает, а вот сова мне пригодится.

Вскоре под забором появились десять вооружённых ангелов, во главе с нашим старым знакомым, и настроены все по-боевому. Наверное, придётся драться.

Глава 5 Город ангелов.

Глава 5. Ангелы и два демона.

Перед дракой решил заглянуть к учёному. Тот расстроенный сидел над записями.

– Чего загрустил лорд?

– Да вот понял, что нужны испытания, а то этих данных мало. Но нужен другой противник, а где его взять, после войны живых мало осталось.

– Ну так давай ангелов помнём, у нас как раз на пороге стоит с десяток. Пришли за тобой в совет отвести.

– Да как они надоели, совет этот. – ангел задумался, улыбнулся своим мыслям, начав одевать на себя свои провода. – А там случайно нет Лондонсериэлиуса?

– Есть такой, обижен на меня, я ему челюсть сломал, ибо он хотел отвлечь вас от изысканий.

– Вот оно как, ты, кстати, тоже надевай провода. Пойдём эксперимент проводить, только не убивать, хотя твоего знакомца можно, он мне тоже не нравится.

– Это другое дело. – с улыбкой, прищепил на себя присоски с проводами, подкорректировал иллюзию при помощи зеркала, да связался с совой, она должна мне помочь в устранении одного пернатого.

– Господа, поздравляю вас, ваши кандидатуры прошли отбор на участие в нашем научном эксперименте. Доставайте свои мечи, мы будем вас бить. – с довольной улыбкой, выйдя из дома заявил, Эквадритилион. А мой знакомец, сразу отступил за спины свои товарищей, доставших свои мечи. Но ничего, от меня он сегодня не уйдёт.

Научный сотрудник с довольной улыбкой побежал на строй ангелов, те не будь дураками начали атаковать магией, но наш учёный, не снизил скорость, приняв всё на грудь, врезался в строй, отправив первого ангела в непродолжительный полёт в страну груз, получив при ударе мечом по крылу. Это конечно они зря, крылья для ангела святое. Я в это время тоже вступил в бой, нанеся смачный удар коленом в ухо, ангел не оценил мой приём, сразу вырубился. А я получил удар в грудь, упав на спину, в перекат не уйти, ангелы не умеют такого, у них крылья. А в это время учёный бил морду своему обидчику, посягнувшему на его крылья. Двое молодчиков пошли на меня, а с фланга меня обошёл Лондонсериэлиус. Я видел его манёвры при помощи совы, теперь всё зависит от моей пернатой подруги. Она, набрав скорость сложила крылья словно ястреб, устремившись к земле. В это время, я неспешно подымался с земли, за моей спиной возник ангел, и в это мгновение в его голову врезалась сова, но тот в последний момент успел немного сместится, к сожалению, сова снесла только половину его наглой морды. А от такой травмы этот гад не сдохнет, мозг у него маленький, думаю, даже моя птичка не задела то, чем обычно думают. Сова не успела погасить свою скорость, ударившись мне в спину, и вот я снова на земле. Пернатая расправив крылья уносится ввысь.

– Вы чё встали, олухи? – кричу на онемевших стражников, – Срочно в совет, монстры за стеной, нужен купол. И заберите этого недобитка, может целители успеют его спасти. – хотя я надеюсь на обратное. Служивые быстро пришли в себя, с удовольствием выполнив приказ, заодно забрали и других потерпевших.

– Да, пацан к успеху шёл, не фартануло, с половиной головы, долго в совете не продержится. – с улыбкой заявил подошедший лорд. – А это не та сова, что с твоей девчонкой, возле моей лаборатории тусовалась.

– Лорд, а с чего вы на блатной жаргон перешли?

– Да так, вспомнил молодость. Познакомился с тобой, и уже второй раз в рукопашке участвую, плохо ты на меня влияешь Эйнар, так гляди ещё денёк, второй и пойду с тобой по свету гулять.

– Так я не против, выбор за вами, лорд.

– Ну уж нет, мне и здесь неплохо, хотя скучно, спорить не буду. Пошли чайка попьём, всё равно поработать не дадут. – Ну а я чё, я ни чё. С темы про сову ушли, а чай я завсегда погонять могу. Лорд сам вскипятил воду, принёс сушек, и мы вдвоём приступили к чаепитию. Вскоре к нам присоединился весь совет, меня попросили уйти. Но я как настоящий гордый ангел, ушёл с высоко поднятой головой. Лорды совещались пять часов, мы с охраной успели попить чая, вина, потом ещё вина, а следом и ещё вина. Но эти товарищи знали меру, поэтому все остались на своих ногах.

На утро лорд позвал меня к себе, и рассказал, что провидцы сделали предсказание, что в городе появился чужак, и совет решил проверить всех на камне правды. Так что мне стоит уйти из города, а я хотел здесь погостить. Но ничего, учёный снабдил меня новой картой, теперь я знаю куда мне нужно идти. В этом мире ещё много выживших, и они объединяются в города. А там, где есть города, можно найти много интересного.

Утром мы со Старым Лисом вошли в тайный подземный ход, выведший нас на окраину города. В данный момент город стал убежищем монстров, большинство из которых обитали вблизи внутренней стены, защищающающей элитные кварталы ангелов, но и здесь монстров тоже хватало.

– Ну что Эйнар, готов размяться?

– А то?

– Вот и прекрасно, тогда следуй за мной. – Старый Лис достал из пространственного кармана, две булавы, выкованные из непонятного сплава. Это был не метал, больше похоже на стекло, которым было покрыто большинство монстров. – Смотри поаккуратнее с оружием, мы сделали таких пять штук, это пробные образцы. Но твоя задача проверить пропускаемость магии, и выдать мне вердикт, годно или нет.

– Ты хочешь сказать, что вы не пробовали?

– Да пробовали, но они всё время рассыпаются. Но зная тебя, ты сможешь найти выход. А так оружие неплохое, с монстрами пустыни расправляется в раз.

– Тогда погнали. – мне самому интересно, что это за оружие. По весу лёгкое, но крепкое. Не меч, конечно, однако пойдёт для небольшой вылазки в замкнутых помещениях.

Лис первым выскочил из здания, я последовал за ним. За нами сразу увязалось несколько собакоподобных монстров. Пробежав несколько строений, свернули за угол, попав в тупик.

– Разберись с шавками. – Бросил команду Лис, начав возится с мусором в углу. В проходе появилось две стеклянные собаки или койоты, побежал им навстречу. Монстры не спасовали, бросившись на встречу. Один из собакенов, прыгнул на меня, пытаясь вцепиться в горло, второй метил в ногу. Летящего монстра встретил молотом, который с лёгкостью разбил псине морду, второму ударил ногой по носу, ну не совсем ударил. Удар немного смазался, плюс монстр успел уклонится, но всё равно получив пинок, отлетел в сторону. Напитав молот магией огня, ударил не успокаивающуюся псину, удар получился смазанным, снова отбросив противника, обнаружил зарождающее пламя на стеклянной шерсти, но оно быстро погасло. Магия огня словно растворилась в стеклянной шкуре, не причинив особого вреда, но собакен испугался, поскуливая убежал подальше, не забыв поджать хвост.

Ну да, магия, проходит сквозь молот на удивление хорошо, но на выходе она немного видоизменяется. Она словно сродняется с этим стеклом, и по итогу не наносит нужного урона похожему материалу.

Пропустив магию исцеления, коснулся небольшой ранки, оставленной монстром, рана мгновенно исцелилась, остальная энергия прошлась по телу бодрящей волной. Как и предполагал, этот материал влияет на ману, делая её более созидательной. Наверное так, наша планета приспособилась восстанавливать сама себя. Этот материал будет хорошим подспорьем для магии исцеления, но даже такая магия может принести много вреда, смотря как её использовать. Но это софистика. Старый уже разобрал кучу мусора, влез в мусорный ящик, пропав внутри. Неплохой лаз, пойду за ним. Очередной подземный ход привёл нас в сарай возле его таверны. Приоткрыв створку, товарищ, поглядев на меня произнёс.

– На улице много всякой шушеры, нам придётся зачистить это место, чтобы мои люди не боялись разобрать завалы.

– Только не говори, что у тебя нет тайного хода в своё заведение.

– Есть конечно, но я не буду его светить, этот ход сделан для спасения жизни. А сейчас ей ничего не угрожает, да и размяться не помешает.

– Уговорил старый. Я первый, ты прикрываешь.

– Ты прямо читаешь мои мысли. – с довольной ухмылкой заявил Лис. Я уже давно уловил работу артефакта мыслеречи, старый пройдоха давно связался со своими и разработал план, значит им нужно расчистить пространство возле таверны. Я-то не против, испытаю новый молот, заодно посмотрю на взаимодействие маны с новым для меня материалом.

На нас сразу обратило внимание несколько тушканчиков, они, повернув на нас свои головы, вытянули шеи, запищав на своём языке, после чего бросились в другую сторону. Я думал они отступили, но это оказалось тактическим отступлением, дабы пригласить в гости медоеда. Этот монстр вывалился из-за угла осмотрел нас безумным взглядом, и неспеша направился к нам. Я уже напитал головку молота магией усиления, она не будет воздействовать на монстров, её задача сделать ударную часть более крепкой и тяжёлой. Медоед получает молотом по голове, отлетая в сторону, встаёт трясёт башкой и снова бросается в атаку, тушканчики сзади пищат, поддерживая своего товарища. Тот второй раз получает по голове, снова встаёт и бросается в атаку. Неужели магия не усилила мой молот? Нужно проверить это на другом представителе, ухожу от атаки медоеда, бросаясь в сторону тушканчиков. Они сразу пытаются скрыться за углом, но одного из них догоняет выброшенный молот, разбивая тело монстра на крупные осколки. Пролетает дальше, разнося угол здания. Ну да, убойная сила молота увеличилась, почему тогда она не работает на медоеде. Оборачиваюсь назад и вижу Лиса, убегающего от бешеного монстра по двору, в руках у него сломанный молот.

– Ушастый помоги, этот неадекват уже не отстанет. – просит Экдориэл, вызывая у меня улыбку. Просто смешно смотреть на воина, убегающего по двору от монстра, бегающего за ним в вразвалочку.

– А ты не пробовал с ним драться, говорили помогает?

– Я попробовал, молот сломал. Этот придурок неубиваемый. Ну помоги Эйнар. – Молит Старый Лис. Придётся помочь товарищу. Бегу за медоедом, схватив его за хвост, бросаю через забор на мостовую. Вижу довольное лицо товарища. – Ну слава богам, теперь он твоя забота.

Забор ломается и в образовавшуюся щель вбегает медоед, несясь на меня как танк. Подпрыгиваю над тушкой убегая в сторону забора, преодолевая препятствие прыгаю на мостовую. За моей спиной в метре от прошлого проема, происходит эпическое появление преследователя. Он не стал пользоваться изготовленной ранее дырой, проделав рядом ещё одну. Достав свой плазмострел подключаю к ранцу, бегу в сторону от монстра, выбросив в него огненный шар, который просто растёкся по его телу, затем в него ушла водяная стрела, с тем же эффектом расплываясь по телу. Ветер и земля тоже провалились, только молния остановила монстра, тот остановился, присел, подумал и снова бросился в мою сторону. Наверное, перемкнуло что-то в теле, но видимо электрики восстановили работу его крохотного мозга, и он снова в бою. Ещё раз запускаю молнию, только более сильную, эффект тот же, и судя по его ухмылке, ему нравится наша игра. А мне если честно не совсем весело. Пока мы носились вокруг заведения, распугали всех монстров в округе, наверное, этот товарищ держит район в страхе. Пришлось жахнуть по нему плазмой. Тело противника вспыхнуло, он остановился, присел на попу рассматривая свою горящую лапу. Пока он был занят изучением нового феномена, решил уйти от него подальше, не знаю, чем его можно прибить, а использовать высокоранговую магию не хочу, сканеры ангелов заинтересуются, отправив сюда патруль, а мне это не нужно. Смываюсь с поля зрения муравьеда, после чего сворачиваю к заведению Лиса. Угол уже забросали всяким хламом, а на втором этаже открыли окно. Быстро забираюсь в него, обнаруживаю старого приятеля.

– Ну как тебе монстр? – с интересом спрашивает Лис.

– Прикольный, только непонятно, почему такой живучий?

– Не знаю, это животное и до войны было крайне крепкое, а теперь стало почти неуязвимо. Только высокоранговая магия может прибить этого гада, и то не всегда. А бывших слонов и носорогов можно завалить только метеоритом. Вот для таких зверей мы и сделали наши молоты, но как видишь они плохо справляются.

Рассказал Лису о своих наблюдениях, они тоже пришли к похожим выводам, только не знали, что магическую энергию нужно очистить, и только после этого использовать в качестве усилителя.

Пока мы общались с Лисом, муравьед снова вернулся к заведению, развалившись на мостовой, вскоре на улице появилось два тушканчика, разместившись подальше от своего собрата. Они подобрали осколки своего товарища, начав поглощать, с опаской поглядывая на своего соседа.

Мы с Лисом отправились вниз, где нас ждал сытный обед, похожий на непонятную жижу. Я отказался, ибо у меня диета, а вот товарищ с удовольствием накинулся на угощение. Вскоре со второго этажа спустилась Тиш, я передел ей по мыслесвязи своё месторасположение. Отыскав подаренный молот, взяв немного провианта, мы с Тиш направились на крышу. В небе парила сова, передавая мне картинку города. Судя по пустым местам на некоторых улицах, в городе расположилось ещё несколько медоедов, или схожих с ними существ. Я решил проложить свой путь сквозь эти «островки безопасности». Спустившись с крыши, побежали в сторону разрушенных ворот, медоед побежал за нами. Иногда на пути нам встречались монстры, но один удар усиленного молота и появление преследователя в зоне видимости, сразу распугивало всех желающих. Мне даже пришлось менять план бегства из города, раз наш преследователь такой страшный, то я решил идти прямым путём, сразу к воротам. По пути мы ненароком зацепили ещё одного медоеда, теперь за нами двигалось два толстожопых монстра, покусывая друг друга, они неуклонно шли за нашими спинами. Наконец мы прибыли к воротам, в которых разместился стеклянный носорог, мы с напарницей, быстро запрыгнув на спину отдыхающему монстру, бросились в пустыню. А наши преследователи, решили протаранить здоровяка. Вес оказался слишком разным, поэтому толстожопики решили прогрызть себе дорого сквозь тушу носорога. Что вызвало пробуждение монстра, вмиг медоеды отправились в полёт, а носорог, подняв голову осмотрелся вокруг. Два бесшабашных братана после приземления отряхнув головы бросились в атаку на однорогого. Носорог снова разбросал их в стороны, и так продолжалось около часа, отступать никто не хотел, а сдавать позиции никто из них не умел. Мы с Тиш в это время двигались вглубь пустыни.

***

Битва продолжалась ещё двое суток, носорог не хотел сдавать свои позиции, но муравьеды тоже не отступали, они не понимали зачем это делают, но это было весело. На вторые сутки носорог решил отступить, но два братана не стали отпускать этого весёлого нового друга. Пробегав по городу около суток, носорог осознал, что не может ни растоптать, ни проколоть двух мелких и вёртких врагов, поэтому решил использовать метод, который ранее спас его жизнь. Он снова решил использовать прямоходящих, в своих целях. Как раньше в детстве, он привёл к стоянке своих сородичей - прямоходящих, они убили всех, и теперь он один распоряжался всеми благами. Тело быстро выросло, припасы закончились, и теперь после блужданий, он направился за стаей слабых монстров, которые вывели его в это место. Он думал, что занял самое хорошее место, через которое все проходят, а значит ему не нужна охота, добыча сама приходит в пасть, но появились эти двое. Они были слабее, но он не мог их растоптать, его гордость - острый нос, не пробивал насквозь малышей. Мало того, они постоянно лезли, мешали спать.

- Всё, иду к прямоходящим, - ещё раз взвесив риски, набрав хороший разбег, носорог пробивает защитный купол ангелов, после чего пали и ворота. Но носорог не стал убивать защитников, просто направился вглубь города, а за ним пробежало два монстра, разбрасывая в стороны ангелов как кегли, некоторых даже успели покусать, оторвав пару пальцев на ногах. Вслед за этими двумя в прорыв бросились остальные монстры. Носорог бежал, он чувствовал впереди силу которую искал, вот они сильные прямоходящие, остановившись возле стены, монстр свернувшись в калачик, спрятав глаза развалился на земле. Вскоре к его лежбищу виляя попами прибежало два братана, они напрыгнули на своего друга прыгали на нём, кусали, но тот перестал с ними играть. Вскоре сверху начали сыпаться сверкающие штучки, некоторые грели, а какие-то бодрили, что-то щекотало, а что-то было неприятно. Два братана отступили, разлёгшись на мостовой, они не могли забраться на высокую стену, а значит нужно выманить этих забавных крылатых друзей, с ними будет весело поиграть, и запах от них шёл приятный, наверное, они вкусные.

Тем временем совет семи решился на вылазку, им срочно нужно отбросить монстров назад за стены внутреннего города. Бойцов разделили на пять групп, четыре группы шли зачищать внутренний город, а пятая группа под командованием Лонодонсериэлиуса, должна была справится с тремя монстрами, пришедшими к главной резиденции.

- Мне нужно прогнать этих монстров и отомстить этому зарвавшемуся ангелу, голова даже после восстановления – гудит, и эта боль не прекращается, может после мести мне станет легче? Не знаю, но мне точно нужна победа, я возьму на себя маленьких монстров, а остальные пусть прогонят носорога. Так все увидят, что я хороший воин, и никто больше не будет издеваться надо мной.

Два братана лежали на мостовой, вывалив языки, последние были весёлыми, они много бегали и летали. В животе было пусто, но это не беда, вон эти прикольные ребята уже летят. Значит скоро поиграем, две улыбки расползлись по мордам медоедов. После того как мир изменился, им редко получалось поиграть, а здесь - весело.

Первая группа ангелов окружила лежащего носорога, начав обрабатывать его магией. Лондонсериэлиус приземлился возле двух небольших монстров, он был уверен в своей магии, его всепожирающий огонь мог испепелить всё что угодно. Направив руки на противников, маг выпустил смертоносную атаку, хищно улыбаясь, представляя, как его будут поздравлять коллеги, может даже наградят.

- Этот двуногий прикольный, он хорошо греет, но из-за жары захотелось есть. Ладно поиграем с другими, а этого можно и скушать, - подумали муравьеды.

Из пламени выпрыгивают монстры, сжимая в своих пастях руки ангела, огонь прекращает вылетать из кистей, монстры быстро проглотив угощение, набросились на кричащего двуного, один принялся отрывать ногу, второй уже висел на крыле, прокусив его несколько раз, медоед решил, что оно не особо вкусное, решив попробовать розовую голову, он не знал, что недавно её восстановили маги, но это было не важно, под костями оказалось вкусное нечто, ангелы это называют мозгом, но муравьед этого не знал, он просто съел содержимое черепной коробки. Увидев с каким удовольствием, его братан ест конечность пернатого, оторвал вторую ногу с жадностью начал есть вкусное мясо.

Ангелы не сразу заметили промах своего командира, только услышав его крик, обернулись, увидев, как на его крыле висит монстр, пытаясь откусить святое. Они не стали рисковать атаковав монстров, повисших на командире, достав мечи, бросились на выручку, но не успев добежать, увидели, как голова командира, отрывается от шеи и за пару секунд монстр съедает мозг ангела. В это время носорог ощутил, что его перестали атаковать, выглянув наружу заметил, что двуногие смотрят в сторону его маленьких врагов. Быстро поднявшись, бросился на ангелов разбросав их в стороны, пробегая возле медоедов заметил их грустные, но довольные взгляды, направился на выход из города. Нужно бежать так, как ни бегал никогда, чтобы эти двое не смогли его догнать.

Муравьеды быстро ели вкусное мясо, когда их друг на большой скорости промчался возле них. Жаль, он уходит, наверное, больше не хочет играть, но он оставил нам новых друзей, они даже вкусные.

Ангелы, очухавшись, атаковали двух монстров, евших их собрата. Их атаки были смертоносны и опасны, минуту они выплёскивали свою ярость на этих двоих.

– Отставить. – послышалась команда заместителя командира. Атаки прекратились, кто-то направил поток воздуха дабы разогнать мыль и дым оставшихся после атаки. На земле сидели два братана недовольно смотрящих на ангелов.

- Новые друзья играют не честно, они сожги нашу вкусную еду. Так не пойдёт, или они хотят ещё поиграть? - Два медоеда бросились на опешивших ангелов.

– Атакуйте, – послышалась новая команда, мечники нанесли удары по монстрам, отбросив их в стороны, вслед за этим монстров накрыло магическими атаками разных стихий. – Все вверх, – поступила следующая команда. Ангелы в одно порыве замахав крыльями поднялись в воздух.

В это время один из медоедов взяв зубами за хвост своего собрата раскрутившись, бросил в взлетающих ангелов. Снаряд полетел в скопление летунов, схватившись зубами за выставленный меч, быстро обхватив хвостом запястье, монстр переместился на руку ангела, одним ударом снеся ему голову. Голова начала падать вниз, он бросился за ней, ведь внутри его ждала вкусняшка, а эти прикольные друзья до сих пор поливают светящимися штуками. А здесь весело.

Глава 5. Город ангелов.

Глава 6. Дети и учителя.

Месяц продвижения по пустыне, ни одного монстра, только ветер и песок. Хотя по пути начали попадаться оазисы, на которых присутствовала вода и пальмы, с кокосами, внутри которых была красная жидкость, по вкусу напоминающее сладкое молоко, разведённое с водой. Весь путь прогоняю магическую энергию сквозь меридианы, напитывая организм магией. В теле не осталось ни одного грамма жира, внутренние органы опустились, но функционируют нормально. Магия исцеления работает хорошо. Я уже готов переходить на следующий этап развития, но для этого нужно восстановить, нормальную жизнедеятельность организма. Поэтому мы с Тиш остановились в оазисе, от него осталось три дневных перехода до города. И ещё уловил эманации живых, прячущихся под землёй. Может удастся поговорить с ними, если они заходят с нами пообщаться. А пока приготовлю покушать.

Тем временем в красной пустыне носорог бежал без остановки, он должен как можно дальше уйти от этих двоих. Больше нельзя их встречать, ведь в следующий раз может не получится привлечь двуногих на свою сторону.

Город ангелов. Собрание шести.

– Лорд, что нам делать с этими медоедами. Уже треть города разрушена, погибло семь ангелов. Эти монстры метают друг друга через стену, им пока не удалось её преодолеть, но рано или поздно, они смогут это сделать.

– Нам нужно увести их, есть желающие? – Лорд Эквадритилион посмотрел на совет, все отводили взгляд, стараясь не смотреть на председателя. – Понятно, раз желающих нет, тогда за это возьмусь лично. Всё равно с этими двумя никаких исследований провести невозможно. Тогда на совет ложится миссия по очистке города от монстров. Причём не только внутренней части, но и внешней. И ещё, сохраните мою лабораторию. Никому не разрешено входить, всё должно остаться так, как я оставил.

– Но Лорд, – начал возражать один из ангелов.

– Всё, заткнитесь. Я принял решение, на вас остаётся город. Я пошёл.

Тем временем за стеной последнего оплота ангелов, два медоеда по очереди метали друга на стену. У них не было задачи перекинуть товарища, просто так было весело, ещё эти вкусные, крылатые так потешно бегают наверху. Неожиданно со стены слетает один из друзей, двое медоедов в ожидании смотрят на гостя.

– Ну что, поиграем. – говорит ангел, бросая в медоедов молнию. Те, подрагивая от удовольствия, бросаются на нового друга. Ангел взлетает ввысь, направляясь к воротам. План был прост, вывести двух безобразников за пределы города и натравить их на ближайший поселение. Но был один нюанс. Изменившаяся магия плохо влияла на магию, в том числе на полёт. Лорд знал, что он больше всех может держаться в воздухе, поэтому и вызвался отвести двух монстров подальше от города.

***

Оазис — это хорошо, водичка даёт прохладу, медитация и хорошее питание насыщает организм, я начинаю приходить в норму, иногда даже спаррингуюсь с Тиш. Моя жизнь начинает мне нравится, хотя и понимаю, что скоро сидеть здесь надоест и я снова уйду в закат на поиски нового. Такова судьба менталиста, хоть и бывшего, мы всегда должны узнавать что-то новое, учится и преодолевать. Поэтому в прошлом мире среди нашей братии была самая большая смертность. Как только менталист перестаёт развиваться, он начинает слабеть и умирает, но развиваясь, он подвергает свою жизнь риску, проводя эксперименты и лезя туда, куда ему не следует. Как я сейчас. Ну вот зачем я иду по скрытому подземному проходу, да, там под землёй живут люди. Они ко мне не лезут, а мне интересно, чем они там занимаются, какой тип общества. В общем мы идём на разведку, ещё меня подтолкнула к исследованию информация, полученная от совы. К нашему оазису движется носорог. И судя по его затравленному виду, он явно убегает, а мне не хочется встречаться с этим монстром, мне хватило одного медоеда, а носорог пострашнее будет.

А теперь нам стоит пройти в магическую дверь. Причём её нельзя открыть ключом, взломать или обойти. Нужно пройти испытание, скрытое внутри. Раньше часто прятался в таких, пока ты проходишь испытание, тебя не могут достать извне. Такие двери редко убивают, они чаще всего выбрасывают обратно. Что ж пора открыть новую дверь и пройти испытание. Тиш справится, она не знает сути таких испытаний, а значит должна пройти его с блеском. Вхожу.

На меня сразу обрушивается ребёнок лет десяти, и он по-настоящему пытается меня убить. Блокирую руку, вырываю нож, отбрасывая нападавшего в сторону. В таких местах нельзя действовать радикально, для начала нужно проанализировать обстановку. У нас имеется две комнаты, в первой я с нападавшим, а во второй чувствую живую энергетику трёх маленьких тел, им страшно, как и нападавшему парню. Он снова поднялся, выплюнул кровь став на моём пути. Значит он оберегает тех козявок в другой комнате. Пацан достал новый нож, но пока не нападает, смотрит на меня, оценивает. Не хочется долго возится, иду к нему навстречу, ещё одна неловкая атака, выбиваю орудие, нанося удар по затылку, ловлю обмякшее тело. Заношу поверженного в комнату, где в углу трясутся от страха дети. Положив ребёнка на кровать, сажусь на край, рассматривая маленьких трусишек. Анализ показывает, что они настоящие, и это не круто. Испытание не может проходить с участием настоящих людей, это неправильно. Хотя в новом мире всё неправильно.

– Ну что малыши, будем знакомится. Меня зовут Эйнар. А вас как? – в ответ получил только страх и плач. Ну да с детьми я и раньше не ладил, а в этой ситуации по любому выгляжу, как злодей. Внутренний будильник показывает, что мне пора принимать пищу, диета у меня строгая, значит придётся кушать здесь. Достаю из рюкзака питание и горелку, вываливаю две порции в кастрюлю, добавляю воды, начиная приготовление военного питания. Сделал сразу на всех, ибо детишки не выглядят сытыми, может так мы с ними подружимся? Может и нет, но попробовать стоит. Делю приготовленную порцию на две части, одну миску ставлю возле детишек, вторую беру себе садясь на кровать. Каждая ложка словно блюдо из лучшего ресторана, не зря говорят, что голод – лучшая приправа. Малышня, посмотрев на моё довольное лицо, набрасывается на еду, но всё равно не забывают оставить часть для своего товарища, лежащего на кровати. Молодцы, про друга не забыли, в их возрасте это довольно сильный шаг, значит они уже прошли тяжёлую школу жизни. Немного подумав, достаю печенье, дав каждому по одному, и ещё одно положил в миску с недоеденной едой.

– Только не спешите, ешьте медленно разжёвывайте. Смотрите на дядю Эйнара. – я показал на своём примере как нужно. – почувствуйте вкус, пусть эта сладость расползётся по нёбу. – пока объяснял эти голодранцы всё ухомячили и смотрят на меня невинными глазами. Сто процентов, даже не разобрали вкус. И кому я пытался разъяснить?

Среди мелюзги образовался один воин, что, подойдя ко мне, не говоря ни слова протянул руку.

– Ещё хочешь? – в ответ получил утвердительный кивок. – Ладно держи, поделите по-братски. – Отдал остатки пачки. Мне всё равно больше нельзя – диета, будь она неладна. А пацан, разломав печенье на половинки, поделился с братвой, остатки засунул себе за пазуху. Уважаю, хорошее решение, потом проголодаются и поедят.

Дотронувшись до тела их защитника, пропустил бодрящий импульс. Тот, открыв глаза, быстро оценив обстановку, первым делом бросился к своим, закрывая их собой, чуть миску не перевернул, но еду спасли, убрав её от стремительного рывка пацана.

– Ты, поешь сначала, а потом поговорим, и не смотри так на меня, мы уже все перекусили, ждём только тебя. Еда остывает. – пацан посмотрел за спину, ему протянули миску, тот не задумываясь съел всё за десять секунд. И ещё десять секунд ушло на вылизывание посуды. Отбросив миску в сторону, маленький воин встал на ноги.

– Спасибо за еду, но нас ты этим не купишь. Я вижу твою чёрную душу, ты убил очень много.

– Так я и не отрицаю, а ты у нас видящий смерть?

– Я не знаю, про что ты. – выплюнул в меня мальчишка.

– Ты видишь вокруг меня духов? Они летают, бьются о моё тело? Или просто висят?

– Они рядом, просто висят.

– И много их?

– Все не помещаются в комнату.

– Вот тебе и ответ, раз духи не пытаются меня убить, значит они не обижены на меня. Они спокойны, значит всё у них хорошо. Согласен?

– Да, но…

– Дай договорю, как ты думаешь, если я захочу вас убить, ты сможешь меня остановить?

– Нет, – опустив голову признался мальчик.

– Вот, теперь я вижу, что у нас может получится конструктивный разговор.

– Какой?

– Поболтаем говорю, и решим, что делать.

– А ты убивать нас не будешь?

– Ну если вы на меня не нападёте, то не буду. – зря я так сказал, плотину прорвало, детишки зарыдали, бросились ко мне обниматься. А я не люблю эти сопли, но для таких малышей готов сделать исключение. Ближайшие полчаса мы обнимались, я гладил детей по голове, все по очереди уснули. Ну правильно, стресс, еда и усталость сморили братву. Остался один – защитник. Он всё время стоял в стороне, наблюдая, как мелкие мучали меня всё это время.

– Как вы сюда попали? – начал сразу по делу, ибо это испытание какое-то неправильное, не могут здесь находится живые. Значит нужно всё выяснить и выбираться отсюда.

– Меня зовут Анхель, нас похитили из города Одного греха.

– Как вас похитили и почему? Органы из вас вырезают, или используют в качестве пищи? – хотя нет, тут суповые наборы, есть их точно не будут.

– Я не помню, мы жили в приюте, нас кормили, давали работу, а несколько дней назад мы легли спать, а проснулись уже здесь. Кроме вас никого не видели.

– И ты не представляешь зачем вас похитили?

– Нет.

– А раньше дети из приюта пропадали?

– Конечно пропадали, кто-то не возвращался из города, кто-то умирал от голода во сне, кто-то как мы просто исчезали. Нам говорили, что их усыновляли, но больше мы их не видели.

– И чего вы тогда там жили, раз знали, что такое происходит?

– На улице, нас точно, забрали бы в рабство. – в принципе пацан прав, выбора у них немного, там хоть кормили.

– Но ты же мог уйти, навыки у тебя есть.

– Я присматривал за малышами. Все они братья и сёстры моих друзей, я обещал им.

– Ты молодец, слово нужно держать. Но мне всё равно не понятно, почему вас морят голодом, хотя может это я спугнул вашего похитителя, вот он и затаился. Неправда ли? – я посмотрел в сторону входа, где появилась прозрачная фигура, её ничто не выдавало. Было лишь небольшое искажение воздуха.

– Ты обнаружил меня? – воздух пошёл рябью, и перед нами возник силуэт в белом балахоне.

– А ты кто такой? – вставая с кровати спросил у собеседника. Анализ показал, что существо живое, но его пульс в 30 ударов минуту, огромный источник маны и аура силы, меня немного встревожили. С таким противником сражаться будет сложно.

– Я хозяин этого места.

– И что ты здесь делаешь, ешь детей на завтрак, или у тебя притон? – достав меч, спросил у собеседника.

– Ты не прав воин, это место рай для детей. Я создал его для таких как они. – из балахона вылезла рука, указывая на мелюзгу прячущуюся за моей спиной.

– Ты знаешь? Я видел много мест, которых называли раем, но за этим всегда пряталась что-то очень тёмное и неприятное.

– Здесь ты прав, я тоже не безгрешен, но позволь я покажу тебе обе стороны моего рая, после чего, если ты захочешь мы сразимся. И до твоего вердикта, даю тебе честное магическое слово, что не причиню вреда ни тебе, ни твоим подопечным. – его рука засветилась светом. Значит мир магии принял его клятву, и сам накажет за нарушение слова.

– Это не мои подопечные, мы познакомились с ними недавно.

– В этом ты ошибаешься, «Эйнар Убийца Богов», дети положились на тебя, как на своего защитника, значит они твои подопечные. Но если они захотят остаться здесь, тогда станут моими подопечными. А теперь прошу на экскурсию. – маг махнул рукой, боковая стена растворилась, за ней находилось большое помещение, с кучей детишек, играющих на зелёной траве. Причём трава была настоящей, всё в этом помещении было настоящим – трава, деревянные качели, старые компьютеры с KS 1.6, столы, деревья. Всё было настоящим, над этим пространством поработали магией природы, причём работа была колоссальной.

– Впечатляет, это твоих рук дело?

– Если ты про магию, то нет. Мы работали сообща, я не один присматриваю за этим местом. Но об этом позже, давай мы накормим детей, помоем и переоденем, а в это время я покажу тебе всё остальное.

– Дядя Эйнар, мы можем? – спросил Анхель.

– Да можете идти, вас не обманут. По крайней мере, пока. – детей увели другие обитатели этого места. Мы с магом направились на экскурсию.

– Может скажешь своё имя, а то как-то неприлично, ты знаешь, как меня зовут, а я нет.

– У меня нет имени, все называют меня наставник, остальных зовут учитель один, учитель два и так далее. Взрослые в этом месте отказались от всего, у нас нет имён и личностей. Мы батарейки подземного иира.

– Значит вы не можете покинуть это убежище?

– Да, вся наша сила это и есть убежище, погибнет оно, погибнем и мы. Мы положили наши жизни ради воспитания новых саженцев. Мы даём им образование, учим магии, показываем, что мир не всегда жесток, и личная сила, это не награда, а бремя. Наша цель – создать новый мир, без насилия и войн.

– Это же бред, сильные всегда будут управлять слабыми.

– Да – это закон внешнего мира, но мы делаем из детей взрослых, которые могут применять силу во благо. И да, мы понимаем, что наша цель несбыточна, но мы стремимся к мечте, пусть не сами, пусть по средствам этих детей, но всё равно, все учителя уверены, что наша работа принесёт свои плоды. И мир вокруг станет чуть лучше.

– Чем вы отличаетесь от секты? – в это время мы пришли в коридор, где с одной стороны находились учебные классы, с расставленными по кругу партами. В некоторых помещениях шли уроки. Некоторые дети внимательно слушали, а некоторые сидели в углу занимаясь своими делами. С другой стороны коридора вместо окон висели картины с пейзажами старого мира.

– Мы воспитываем наших детей до 16 лет, после чего отпускаем их во внешний мир. Единственное, что нас роднит с сектой, это то, что до шестнадцати, они не могут покинуть наш рай. А в остальном мы не навязываем им свои взгляды, просто в мягкой форме показываем, что можно жить, по совести.

– А совесть, какая она должна быть? – в следующем коридоре были комнаты с различными тренировочными залами – зал фехтования, зал единоборств, три зала стрельбы (Лук, огнестрельное оружие, дистанционная магия), и два огромных зала с защитными куполами для отработки магических навыков, в последнем зале размещались площадки с футбольным полем, баскетбольной и волейбольной площадкой, и штук шесть кортов для бадминтона, а в углу этого зала располагался тренажёрный зал.

– Хороший вопрос, совесть у всех разная, но она базируется на одних и тех же добродетелях. Вот, например ты, мог сразу убить парня, но ты не стал делать этого. Значит и у тебя есть свой кодекс, но в следующий раз ты в таких же обстоятельствах, может и убьёшь парня. При этом в двух случаях ты не отклонишься от внутренних правил, либо изменишь их. Мы не говорим, что нельзя совершать зло, но мы говорим, что зла во благо не существует. Наши воспитанники не обманывают себя, они понимают цену своим поступкам. Ты же видишь, мы учим их постоять за себя, мы даже обучаем убивать. Каждый ученик уходит отсюда со своим набором правил, и эти правила они пишут сами.

– Значит, вы делаете из них образованных воинов. И скорее всего расчитываете на то, что один из них пойдёт войной против сложившихся законов внешнего мира, а остальные ему помогут в качестве воинов и административного персонала?

– Такое развитие событий вполне вероятно. Но при этом, это будет их выбор. Наша задача вложить в них все добродетели и показать им несовершенство этого мира. По этой причине у нас есть комната наказаний. – следующая дверь привела в очередной коридор с тюремными клетками. В некоторых дети пытали своих одногодок, в некоторых на крюках висели провинившиеся.

– И так вы показываете им несовершенство мира?

– Да, эти воспитанники сами выбрали себе наказания, они все проходят через это, ибо должны понимать, что такое боль и чувство безысходности. Серсей, скажи дяде почему ты здесь висишь, и кто тебе выдал это наказание?

– Я сам наказал себя, мне показалось, что я сильнее всех. Начал обижать друзей и младших воспитанников. Поэтому я выбрал себе в наказание – быть подвешенным на крюках. – прохрипел парень. Судя по голосу ему приходилось не сладко.

– А если ребёнок ведёт себя хорошо, он не попадает в эти комнаты?

– Нет, все перед выпуском обязаны пройти минимум три комнаты. Это один из экзаменов.

– А если ребёнок провалит экзамены, что с ним делают?

– Мы его выбрасываем в пустыне, с оружием и питанием на три дня. После чего судьба сама решает. Тех же кто проходит все экзамены, мы отправляем в один из ближайших городов, где они сами выбирают, как жить.

– А за счёт чего вы живёте, с магией всё понятно, но питание. Такое количество растущих организмов прокормить сложно.

– У нас есть поля, и пожертвования бывших учеников. Во многих городах наши выпускники собирают пожертвования и передают нам продукты питания, еду и медикаменты.

– О, так у вас есть телепорты?

– Есть, но ими могут пользоваться только служащие. У тебя допуска нет, как и на поля. Извини, но маг твоего уровня может отравить посевы, что неблагоприятно скажется на работе нашей школы.

– Интересное у вас заведение, а почему в стенах за нами двигаются непонятные сущности?

– Ты заметил? Значит не зря они всполошились. Это наша охрана, духи умерших учителей переселённые в полу гуманоидные субстанции. Они охраняют нас и охотятся на живность, ведь наши дети должны уметь сражаться с монстрами.

– Неплохо у вас всё устроено, но не вижу минусов, а такого не бывает.

– Ты прав, минусы тоже есть, на поддержание этого места уходит много сил, не просто магии, а именно жизненных сил. Преподавательский состав живёт не более десяти лет, хотя мы постоянно его обновляем. Не все дети могут ужиться в новом мире, многие возвращаются, становясь такими как я. Мы все умираем, некоторые даже не доживают до выпуска своих классов. Не все дети выживают даже здесь. Некоторых приходится убивать. Особенно тяжело с магами, многие не выдерживают своих сил приходя в бешенство. И мы пока не нашли выход из этой ситуации.

– А куда вы деваете трупы?

– Перерабатываем в органический материал. После чего используем в различных добавках.

– В принципе мне более или менее всё понятно. Но зачем вы мне всё это показали?

– Ты сильный маг, мы хотели предложить тебе остаться в качестве учителя, или попросить у тебя рассказать, что ты думаешь о мане, и как у тебя получилось продержать организм в такой чистоте?

– Умирать в ближайшее время я не собираюсь. А вот помочь с магией могу.

Глава 5. Город ангелов.

Часть 7. Клоны.

Четыре дня ушло на труд по магии, в котором я изложил своё понимание основ, и причины загрязнения магических каналов. Плюс к этому, с преподавателями, разработали технику очистки меридиан. За это время узнал много нового как о магии, так и о детях. В итоге понял, что Тиш нормальная, а остальные, просто исчадия ада. Они высасывают все силы до последнего грамма, постоянно лезут обниматься и целоваться, им всё время нужно играть и задавать дурацкие вопросы.

Устал знатно. Поэтому с удовольствием вышел наружу. Сова показала, что носорог уже убежал, но его место занял ангел с двумя медоедами. И самое интересное, учёный проигрывал в этой схватке, два комка шерсти неутомимо отгребали люлей, вставали и снова шли на ангела. Тот уже даже не пытался уйти от преследователей, решив дать им последний бой в этом оазисе.

Дети, проходившие испытание двери, остались в бункере. Это их выбор, не мне их винить, и не мне принимать за них решение. Надеюсь, во взрослой жизни им повезёт. А Тиш, всё время ходила за мной хвостиком, и также молча, ушла за мной во внешний мир. Это её решение, хотя я предлагал ей подумать. Думаю, это место вполне нормальное, а если сравнивать с тем, что прожил я или моя спутница, то его и в самом деле можно назвать раем. А пока я думаю над превратностями бытия, иду по коридору и напитываю молот энергией усиления, наверху сражается лорд с двумя мохнатыми неадекватами.

Наше появление на поверхности не вызвало ажиотажа, ангел с надеждой посмотрел на меня, ну а мы с Тиш, не обращая внимания на драчунов, направились в сторону ближайшего города. Почему не помогли ангелу? Да потому что ему не нужна помощь, он сражался с двумя монстрами делая вид, что уже скоро помрёт от изнеможения. Но я просканировав бойцов осознал несколько фундаментальных вещей, во первых, ангел притворяется, не знаю как, но он точно определил моё место положение, и показывает этот цирк, преследуя непонятные мне цели. Во-вторых, два монстра, не совсем монстры. Сразу мне показалось, что они какие-то неправильные, а просканировав внимательней, понял, что в них находятся человеческие души. Не знаю зачем кто-то сделал такое, но факт остаётся фактом. Хотя за долгое время эти души, наверное, одичали, и теперь это просто монстры живущие для получения удовольствия. Они мне интересны как соратники, а как соперники не нравятся от слова совсем. Поэтому я решил идти к своей цели, а троица сама подтянется. Мы с малышкой перешли на бег, сова впереди постоянно сканировала местность, уже вначале, я видел, что вдали подымается пыль. Значит, кто-то движется в нашу сторону, и вскоре стало понятным, к нам направляется группа разумных, по внешним признакам очень похожих на меня. Мои клоны трусцой двигались в нашу сторону, позади нас нагонял ангел, он осознал, что я не собираюсь играть в его игру, перестав притворятся.

***

За несколько дней до выхода Эйнара из подземного укрытия. В городе Одного греха.

– Начальник стражи докладывайте.

– Господин градоначальник, из подземных катакомб начали появляться клоны, все при холодном оружии, огнестрела при них не обнаружено. Все клоны собираются возле выхода из города, на контакт не идут, ведут себя не агрессивно.

– Что вы сделали для обеспечения порядка?

– Подняты все разумные, умеющие держать оружие в руках, район куда стекаются клоны оцеплен, мы готовимся отражать возможную атаку.

– Почему вы не уничтожили их по одному?

– В ходе пробного боя, десять стражников были убиты на месте, клоны очень быстры и убивают всех, кто проявляет к ним агрессию.

– Ты хочешь сказать, что, если они пойдут на город, нам всем не жить?

– Мы открываем законсервированные склады с огнестрельным оружием, минируем возможные направления атаки. По словам штабистов, на данный момент у нас есть 40% шанс отстоять город, но они полагают, что эта армия готовится уйти за пределы города. Скорее всего, в сторону города Ангелов.

– То есть мы надеемся на удачу?

– Мы готовимся, к отражению атаки, но также разрабатываем план по скрытному наблюдения за этим войском. Ибо сила, против которой они выступят, может оказаться страшнее их самих.

– Хорошо, готовьтесь, используйте всё что можно, докладывайте каждый час.

– Есть.

***

Мои клоны, это плохо, если эти ребята из последних партий, нам придётся очень плохо. Эти марионетки управляются ИИ, на основе моих знаний, используя мои боевые рефлексы. Организация провела много разных испытаний с моей кровью, они создали неплохих солдат, пока я не пропал с их радаров. Я участвовал в испытаниях почти всех прототипов, и понимаю, что пятью десятками мне не справится, а на нас прёт целая сотня. Придётся поднапрячься и использовать многое из припасённого арсенала.

Первым делом отправил малышку подальше от бойцов, пусть будет в стороне, и атакует только раненых. А я начинаю ускорять течение магической энергии по меридианам, насыщая всё тело маной, становясь словно чайник перед закипанием. Также подключаю реактор к плазмомёту, делаю пару выстрелов в противника, как и ожидалось, дистанция слишком большая, они легко уклонились. Всё время отступаю к преследователям, медоеды должны сыграть в этом бою одну из главных ролей, может и ангел подсобит, хотя, это не точно. Пока отступаю, готовлю два псиконструкта, не люблю ментальную магию, она очень опасна, когда ты залазишь в мозг живого существа, всегда есть шанс подхватить астрального паразита, но в основном такие живут в мозге разумных, подверженных различным психическим расстройствам. Ещё можно сойти с ума, не выдержав силы мозга испытуемого. Хотя, изначально менталисты развивают мозг, тренируют его, как бодибилдеры тренируют мышцы. Но иногда попадаются индивиды с очень сильным характером и развитым ментальным мышлением. Такие подсознательно могут раскатать многих менталистов, даже не ощутив вторжения. Надеюсь, медоеды не такие, судя по внешнему сканированию, их мышление скатилось до уровня разумных обезьян или воронов.

Ангел пробегает возле меня, недовольно обжигая своим взглядом, в пылу драки, он ещё не видит, что впереди у него неожиданный сюрприз, стоит только подняться на дюну.

Не обращая внимания на крылатого, поворачиваюсь к медоедам, вонзая им в головы псиконструкты, выполненные в виде ножей фиолетового света. Два братана, с разбега зарываются в песок. Я сажусь рядом, проверяя, как установки, заложенные в конструктах, приживаются в мозгах этих двоих, попутно получая гамму эмоций, выплеснутую мозгами медоедов. Мне даже захотелось ударить себя молнией, чтобы снова получить это удовольствие. Быстро сбрасываю наваждение, контролируя процесс вживления. Быстро осознаю, что мои ментальные команды долго не продержаться. Мозг этих монстров необычен, он прокачан эликсирами. В принципе подчинить такое существо невозможно, поэтому создатели решили вселить внутрь человеческое сознание, но при этом квартирант сам быстро деградировал, скатываясь до уровня неконтролируемого животного. А учитывая уровень регенерации монстров, мне даже тяжело сказать возможно ли вообще, их убить. Но не суть, команды прижились, монстры с осознанностью в глазах бросились в сторону ангела, который уже бежал обратно.

– Эйнар, что за фокусы, почему на нас прёт войско клонов?

– Мне откуда знать, видимо их кто-то послал.

– Да ладно, я-то думал, они на пикник вышли.

– А что за проблема, ты же можешь улететь, энергии у тебя достаточно.

– Но как ты это видишь? Я же скрыл? — удивлённо спрашивает учёный.

– Значит плохо скрыл, раз я вижу.

– Как ты это заметил, поясни.

– Извини крылатый, у меня война намечается, потом как-нибудь. – на бархане уже столкнулись первые бойцы, и два медоеда. Монстров порезали, я вижу, как боль пронзает тела, и мои закладки рушатся, остаётся висеть только маленькая вкладка, «я друг».

Делаю выстрел из плазмострела, прошивая сразу двоих воинов, наблюдая, как тела разрубленных монстров начинают стягиваться, кровь словно нити притягивают отрубленные участки. Ухожу в перекат, магия ветра срубает марионетке две ноги, тело противника катится вниз по бархану. Делаю ещё один перекат, уходя от атаки противника. В это время ангел, покрываясь щитом из магии, начинает разбивать головы ближайших клонов. Я тоже так могу, но эта техника защиты слишком затратная, поэтому её не использую. Рядом приземляется меч одного из бойцов, беру его во вторую руку, подымаясь на ноги. Мозг переходит в автоматический режим работы, я называю это состоянием берсеркера. Руки сами парируют атаки противника, тело смещается вниз по бархану. Я слежу за обстановкой вокруг, часть воинов начало обходить нас с боков. Один из мечей улетает в сторону, достаю булаву, метая в ближайших противников, разбивая сразу двоим головы. Прыгаю вниз, качусь по бархану, призывая молот обратно, оружие на обратном пути ломает ещё две ноги. Ангел в окружении по-прежнему машет кулаками, принимая на щит большое количество ударов. Метаю снова молот, перемещаясь вправо, туда, где наименьшее количество бойцов. Теперь мы на ровной поверхности, врубаюсь в стан врага, отрубая две кисти. Снова молот летит в противника, подымаю ещё один меч, рубясь со своим клонами, они хороши, но ограничены способностями ИИ, поэтому дерутся по определённым алгоритмам. А моё тело двигается на инстинктах, все уклоны интуитивны, шаги разные, плюс молот, летящий в мою руку, но я его не ловлю, уклоняюсь от него, но без моей силы броска, он не может нанести столько вреда. Руки работают как мельницы, магия лечит порванные мышцы, всё тело ноет, но работает. Прохожу по краю наступающего войска, оказываясь на вершине бархана. Здесь лежит оружие клонов и парочка трупов, внизу рубится ангел, и двое медоедов, грызущих ноги клонов. Монстрики постоянно разрубаются, снова склеиваются, и опять нападают. Вдали замечаю блеск, значит за нами наблюдают, скорее всего из города сюда заслали пару шпионов. Пока разглядывал округу, тело уже подняло два меча, врубив на них механизм самоуничтожения. Бросок в сторону ангела, два меча вонзаются в спины противников, пара секунд и взрыв, разрывающий их тела. Ещё два меча улетают в клонов, а мне приходится снова приступать к рубке. Я уже отвык находится в теле в качестве наблюдателя, следя за нормальной работой всех систем, но это вынужденная мера, я ещё не приспособился к работе с новой маной, поэтому приходится делегировать, раздваивая сознание.

Три часа рубки, и на бархане лежит куча тел, половина из которых раненые и не способные продолжать бой. Мы с ангелом сидим на вершине бархана.

– А неплохо помахались. – довольно заявляет ангел.

– Ну да. – вообще хорошо размялись. Вот только организм будет восстанавливаться после такого несколько дней, мышцы хоть и залечены, но их работа держится только на магии. Внутренние органы расходовали все запасы жиров и других накопленных веществ. А ангел хоть и бахвалится, но сам уже опустел почти до дна.

– А как ты усмирил этих двоих? – он смотрит на меня, с интересом учёного.

– Да просто делаю то, что им нравится. – ну да лежит два медоеда, а я периодически прохожу по ним магией молнии, эти два садомазохиста лежат и кайфуют, я тем временем гоняю магию по телу восстановливая организм.

– Так может расскажешь, как ты видишь количество моей маны?

– Здесь всё просто, у тебя очень большой накопитель, но при этом всё время кажется, что в нём осталось процентов двадцать. При этом в ходе использования маны он не уменьшается, значит я что-то не вижу. А раз не вижу, значит ты это скрываешь, твою обманку нужно делать более подвижной. Тогда ты не спалишься.

– Но другие ангелы не видят, почему ты заметил?

– Так вы там все надутые индюки, каждый смотрит только на себя любимого. А раз ты не слишком силён, то, чего тебя долго разглядывать. А я наблюдаю постоянно, значит вижу больше, однако я думаю, что и среди вашей братии есть те, что знают, что ты прячешь настоящую силу, но помалкивают.

– Возможно ты и прав. А я такой же индюк, думал всех обманул.

– Так, а зачем ты вообще всё это устроил?

– Ты про этих двоих?

– И про них тоже, что ты здесь делаешь?

– Там в городе много разрушений, вот я и решил свалить по-тихому, а как всё восстановят, вернусь. Я лучше с тобой прогуляюсь, посмотрю, что в мире поменялось.

– Да ничего не поменялось. Все по-прежнему грызутся за власть, убивают, любят и ненавидят, выживают и надеются.

– В этом плане да, но ты забыл, что скоро будет сопряжение миров. Сферы снова столкнутся, и в мире начнётся новый период.

– Значит будет как перед войной, когда в мир пришла магия?

– Думаю, будет по-другому. Ты видишь эту пустыню, всё это красное стекло. Оно годами накапливало ману, но скоро, по моей теории начнётся притяжение, и весь этот песок уйдёт к магнитным плитам. Которые начнут притягивать сферы. Мир снова переродится.

– И какие прогнозы?

– Никаких, в вашем мире это явление очень специфичное, мы до конца не смогли понять всю механику процесса, но однозначно могу сказать, что планета таким образом защищается, только не понятно от чего.

– А в ваших мирах такого нет?

– У нас таких явлений нет, магия уже давно укоренена, науки как таковой не существует. Да и механизмы в мире магии без подпитки магической энергии долго не живут. А у вас такого нет, две стороны живут совместно. Хотя магическая энергия грязная. С ней трудно работать. Но тебе и так это известно.

– А ещё мне известно, что за нами давно наблюдают, и что мы будем делать с соглядатаями?

– Ничего, у меня другой вопрос, как мы будем делить трофеи?

– Никак… бежим. – я первым ушёл в задний кувырок, скатываясь по бархану, за мной на пузе последовали медоеды, походу им нравится кататься и летать. Ангел немного тормознул, но побежал за нами.

– А от кого мы убегаем. – спросил нагнавший меня ангел.

– От самоуничтожения. – пока мы болтали с ангелом, я сканировал раненых и оружие противника. Заметив, как все искусственные интеллекты начали образовывать сеть, понял, скоро всё здесь взлетит на воздух. Такая программа защиты была заложена во все последние модели клонов. Но я до последнего надеялся, что смогу поживится, хотя бы парочкой мечей. – Скоро все трупы, амуниция и оружие взорвётся, и нам нужно быть от этого места подальше.

Спустя пару минут за спиной бабахнуло, ударная волна сбила нас ангелом на песок, а два медоеда, с вываленными от удовольствия языками, улетели вперёд. Хоть кому-то весло. Присев на ближайший валун, вколол себе препарат, защищающий от радиации. Ангел с недовольным лицом смотрел на грибок, подымающийся на поле нашей битвы.

– Эти утырки из организации совсем с катушек съехали. Зачем для уничтожения образцов использовать ядерную энергию?

– Они не хотят, чтобы их технология досталась другим. Первые образцы вы же сами у них похитили.

– Ну да, мы же должны были знать, с чем можем столкнутся.

– Вот теперь ты знаешь, даже после смерти клон опасен. Это называется эксперимент в полевых условиях.

– Жаль, там можно было много информации добыть.

– Так, а чего вы у организации не выкупите данные, или нападите и заберите.

– Это так не работает. Наши главы договорились, и мы не трогаем друг друга. Каждый занимается своим направлением.

– У вас что одна система и разные отделы?

– Нет, мы из разных созвездий, у нас разные задачи, но вот объекты исследований иногда совпадают.

– Значит вы теперь в лидерах, ведь, как я понимаю, организации на планете нет, а вы остались.

– Скорее всего да, но они могут управлять замороженными активами, не прибывая на планету.

– А чего вы не разграбите их склады?

– Они сразу узнают, что мы это сделали, после чего нас уничтожат наши начальники.

– Так наёмников никто не отменял.

– Да, но может быть утечка, и тогда нам точно конец.

– Так ты пошёл за мной в надежде, что я тебе помогу в твоих исследованиях?

– Официально заявляю, что у меня нет таких мыслей. Я просто гуляю рядом.

– Как скажешь. – с улыбкой ответил ангелу. Теперь хотя бы ясно, для чего он попёрся за мной. В принципе мне без разницы, чем слабее организация, тем мне лучше.

***

Город Одного греха.

Резиденция градоначальника.

– Докладывай.

– Дозорные проводили отряд воинов-клонов, они встретили по дороге отряд из троих воинов, ангел, полуэльф и девочка человек, так же в состав отряда входит два неопознанных монстра. В ходе столкновения, отряд выступивший из города был уничтожен. После по неопределённым причинам на месте битвы произошёл взрыв.

– И это всё? Почему так мало информации?

– Это всё девочка, в начале боя она отделилась от отряда и не дала нашим лазутчика пройти ближе, выжил только один. Вся информация собрана на расстоянии, поэтому её очень мало.

– Что ты думаешь о полуэльфе и ангеле?

– Они очень опасны, нам нужно их встретить и сделать всё возможное, чтобы они были довольны. Маги нашего города очень слабы, огнестрельное оружие в плохом состоянии, если произойдёт конфликт, это будет катастрофой для города.

В это время в черте города, прогремело два взрыва.

***

По пути к городу на горизонте мы увидели два гриба от взрывов. А я надеялся, что базы этих клонов сохранятся. Значит и там не смогу ничем поживится. Надеюсь, хоть в городе найдётся достойная информация.

На воротах нас никто не встретил, если не считать кота, с независимым видом вылизывающим лапу. Но его аристократическая поза и надменный взгляд быстро пропал, после того как на него понеслось два медоеда. Котяра быстро понял, что в бешеных глазах этих типов не скрывается ничего хорошего.

Мы с ангелом зашли в город, все жители сейчас тушили пожары, судя по сканеру, взрывы были не ядерными, поэтому всё ограничилось только разрушениями и пожарами.

Словил за шкирку пробегающего мальчугана, в изношенной одежде.

– Пацан, отведи путников в таверну.

– Дядь, а деньгу даш? – с хитрым взглядом спросил мальчуган.

– Дам, если отведёшь в таверну возле приюта.

– Так нету той таверны, взлетела на воздух, и приюта тоже нет, сгорел до тла, еле ноги унёс. – с ухмылкой ответил малый. Жаль. Я надеялся, что то здание осталось; по описаниям Анхеля, очень оно походило на один из исследовательских центров организации.

– Хорошо, тогда веди нас в таверну, но только не сильно дорогую. – мне нужна информация, ведь простой люд всегда найдёт минутку промочить горло, а заодно обсудить новые новости. А такие заведения, как нельзя лучше подходят, для сбора информации.

– Деньга вперёд, – парнишка протянул руку, ожидая предоплаты. Пришлось выложить пару медных монет. Пацан уверено повёл нас по сквозным улицам, выведя к таверне «Три охотника».

– Если хочешь заработать, жди завтра с утра, будешь моим гидом по городу.

– А деньгу даш?

– Будет тебе оплата, и ещё если увидишь девчонку, входящую в город, отведёшь ко мне.

– Давай дядь, завтра буду ждать. – парнишка быстро скрылся в темноте переулка, оставив нас у входа. И судя по лицу ангела, ему явно не нравилось выбранное мной заведение. А мне плевать, мне хоромы не нужны.

Глава 6. Город Одного греха.

Часть 1. Неправильный клон.

Вечер прошёл весело, мы выпили, подрались с рабочими, потом выпили за примирение, после чего полночи слушал байки работяг. Самой горячей новостью были взрывы и отряд солдат, появившихся из ниоткуда, после чего пропавший на просторах пустыни. Жители уверены, что градоначальник решил пощипать ангелов, поэтому отправил элитный отряд солдат. А взрывы, это ангелы отомстили. Всё в головах горожан сложилось, и теперь все обсуждают, когда начнётся война.

Утро началось с шума. Сначала послышался грохот внизу, а уже через минуту, дверь в мою комнату сорвало с петель, планируя, она приземлилась на кровать. Я в это время уже не спал, но планировал ещё полежать. На пороге стояло два медоеда с довольными мордами. У одного из них на морде сохранился клок шерсти вчерашнего кота. Значит эти двое загнали беднягу, а после схарчили. Теперь же эти увольни запрыгнув в постель смотрят мне в глаза, так преданно и ласково. Уговорили. Жахнул по ним молнией, медоеды вырубились. Встав с подогретой постели, посмотрел в окно, там на противоположной улице уже ждал парнишка, со страхом поглядывая на выбитую дверь. Открыв окно, сказал ему зайти, в это же время в комнату ворвался трактирщик.

– Где эти монстры, я их прибью. – злобно завил здоровяк.

– Сомневаюсь, уважаемый, я их молнией не убил, а ты со своей скалкой только пощекотать их сможешь.

– Милсдарь, выручи, убей зверюг, заплачу сколько скажешь. – с надеждой заявил мужик.

– Извини не смогу, убить этих тварей очень сложно. Но как усмирить подскажу, приготовь пару костей, поувесистей да покрепче. А нам три завтрака приготовь, до вечера этих монстров я займу, а там как карта ляжет.

– Будет сделано.

Мужик пулей бросился вниз, одевшись последовал за ним. Мы с Максимкой уминали похлёбку, когда сверху послышался грохот и недовольный голос ангела. Вот и к нему пришли два гостя, разбуди, скорее всего дверью, как и меня. Вскоре к нам присоединился ангел, с недовольным лицом принялся завтракать. А через пару минут пришло два дурковатых монстра, бросил им кость, думал займёт хоть на пару минут, но не тут-то было, схарчили всё за десять секунд, даже не заметили. Хозяин таверны даже побледнел, когда увидел расправу над костями. Пришлось вырубить двух дурковатых молнией, да закончить трапезу. Расплатившись, мы втроём вышли на улицу.

– Милсдарь, а монстры? – догнал нас трактирщик.

– А что монстры, придут в себя, и пойдут искать меня, чтобы отомстить.

– А трактир?

– Ну трактир они есть не будут, а вот пару костей на выходе положи, чтобы парни знали куда двигаться. – мужик с опущенной головой направился в своё заведение.

Малой повёл нас по городу, я в это время наблюдал за Тиш, она в данный момент сидела в эпицентре взрыва, на месте, где недавно произошло сражение с клонами. Зверья вокруг нет, значит пока не переживаем.

– Максимка, расскажи, что ты видел в тот день.

– Деньга вперёд. – уверенно заявил пацан.

– Маловато, за день работы. – остановившись, парень посмотрел мне в глаза, и я понял, что он не шутит.

– Это половина, но возможна премия, если хорошо отработаешь.

– Договорились. В тот день, мы играли во дворе приюта, прибежала Машка, говорит в соседней забегаловке что-то будет. Мы уже научены, если ожидается массовая драка, значит мы сможем заработать. За лекарем сбегать, или домой отвести, карманы проверить, в общем, как пойдёт. Аккуратно подошли к забору, у нас там щели смотровые имеются, вот и смотрим в них. А там дядька, как ты - морда наглая, уши острые, только без шрамов. Стоит такой важный, а рядом мужики строятся, все в форме одинаковой, с глухими шлемами. Я сразу понял, махача не будет, с такими наши мужики драться не полезут. Я сразу ушёл, потом этих мужиков возле входных врат видел. Ну вот и всё.

– А дядька этот, без шлема. Ты его потом видел?

– Не знаю, что-то память меня подводить стала.

– Не боись, премию получишь.

– Ну да, дядька этот в баре одном обосновался, бухает там днями на пролёт и в стену смотрит, говорит сам с собой. Его не трогают, с дурными опасно, могут и зашибить. – хотелось узнать побольше, но в это время сова передала картинку. Тиш падает и не встаёт. Придётся идти выручать девчонку.

***

Тиш, отступила в пустыню, наблюдая как армия бойцов идёт навстречу Эйнару. А тот даже глазом не повёл, стоит уверенный, оценивает противника. Такая уверенность была у её учителей, они всегда знали, что можно ожидать от противника. Так и он, только этот полуэльф ничему её не учил, ничего не просил, и не требовал. Если приказывал, то это было для её безопасности.

Малышка по шаблону прошла периметр, заметив группу, преследующую войско, выбрав удобную позицию села в засаде. С бойцами в одинаковой форме ей не справится, а эта группа была слабее, но в открытую противостоять взрослым она не стала. Первый боец из группы, отделился начав обходить поле боя. Он быстро перемещался между камней, делая небольшие остановки. За одним из препятствий он неожиданно наткнулся на маленькую девочку, остановился в ступоре, получив укол в глаз. Девочка сразу пригнулась, уйдя с места убийства.

Тиш наблюдала за боем, следя за группой наблюдателей, те всё время пытались обойти место боя, но при этом каждый из бойцов умирал, пока не остался один. И тогда выживший, осознав, что все остальные мертвы, на максимальной скорости побежал в то место, откуда прибыл. Тиш видела, как последний из наблюдателей, убегает, но и Эйнар с Ангелом тоже бежали. Чувство опасности вдруг накрыло как волна. Девочка бросилась к одному из больших камней, присев на корточки, она была готова действовать. Ножи в руках лежали плотно, дыхание ровное, всё внимание на слух. Вокруг только ветер, и песок. Но вдруг эту тишину нарушает шум поднятого песка, взрыв, ударная волна накрывает всё вокруг пылью.

Очнувшись, маленькая ассасинка, проверила показатели вокруг. Датчики показывали повышенный фон радиации. Девочка села, продышалась, подумав немного, обошла место боя, проверив есть ли выжившие, но таких не оказалось. После чего малышка присела у одного из камней, что-то написав на руке. После зарыв рюкзак в песок, пошла в сторону воронки. Там она, сев в позу лотоса, приложила украденную из академии вещицу к своему сканеру. На дисплее высветилось: «сброс настроек поведения, до заводских, время ожидания 5 минут 32 секунды».

***

Мы с ангелом лёгкой трусцой добежали до места битвы. В воронке лежала Тиш, я сразу бросился проверять состояние организма. Все показатели оказались в норме, исключая небольшое радиационное заражение. Но организм девочки справлялся даже с этим. А вот ментальное сканирование, показало повышенную активность мозга. Причём эта активность была завязана на приборе, что крепко сжимали пальчики Тиш.

– Ангел, проверь малышку, мне не нравится её мозговые волны. – ангел молча положил руки на голову Тиш. Прошло минут десять.

– Могу предположить, что твоя спутница перезаписывает некие ментальные настройки, заложенные в её мозг. При этом она использует прибор, зажатый в руке и нестабильное магическое и радиационное поле. Интересный подход, а прибор явно разработка организации. – с азартом в глазах заявил Эквадритилион.

– Какие у неё шансы на выживание?

– Пятьдесят на пятьдесят. Она использует нестабильность внешнего воздействия и помехи прибора, чтобы стереть установки. Большего сказать не могу, я не силён в ментале, хотя здесь больше на науку смахивает. Но если ты можешь проникнуть ей в мозг, то вполне можешь помочь малышке, по крайней мере с ней останутся рефлексы. А иначе по итогу мы получим чистый лист, или новорожденного. Ей придётся научиться жить заново. – в принципе я и сам думал в таком же ключе, я даже в чём-то поддерживаю это решение, но было бы проще если бы она это обсудила со мной. Хотя, с другой стороны, воины вроде нас, полагаются только на себя. Мы не умеем доверять другим, наша жизнь зависит от наших ошибок, и все риски мы просчитываем заранее.

– Лорд сходи за совой, Тиш оставила схрон, забери её вещи, а я пока побуду с ней.

– Хорошо, только осторожнее. – он правильно понял, я не доверяю ему, поэтому отослал подальше, дав команду сове защищать нас. Сам вхожу в мозг девочке, шторм мыслей рвёт нейронные соединения, остались только самые крепкие. В основном самыми крепкими будут ходьба, речь, некоторые боевые приемы, используемые очень часто или прикрытые сильными чувствами. Стараясь не обращать внимания, ставлю щиты на оставшихся в живых. Работа идёт тяжело, магической фон шалит, радиация тоже вносит свои коррективы, но я работаю. Вроде справился, после, направляю успокаивающий импульсы, шторм начинает гаснуть. В данный момент остаётся только ждать. Открываю глаза, видя на соседнем кургане ангела, перед которым летает воинственная сова. Крылатый с улыбкой смотрит на металлическую защитницу, он может её уничтожить за секунду, но не делает этого, он ждёт.

Помассировав виски, колю девочке витаминно-минеральные комплексы, а также ввожу состав, защищающий её от радиации. После чего, направляюсь в город.

Зайдя в город обнаруживаем двух медоедов, сидящих у городских ворот. За их спинами находятся вооружённые солдаты, и по глазам понимаю, что эти монстрики уже опробовали солдат на вкус. Видимо им не понравилось, поэтому они игнорируют их. А вот солдаты на взводе, у некоторых даже руки дрожат. Проходя мимо двух оболтусов, пробиваю их молниями, те с вываленными языками падают на землю, по их довольным рожам, понимаю, этот разряд им пришёлся по вкусу.

– Ура, ура. – закричали солдаты, – наконец этих монстров убили. Некоторые выдыхают с облегчением.

– Уважаемые, не хочу вас огорчать, но эти двое просто вырублены, думаю, через минут тридцать они снова придут в себя.

– Доброго вам дня путники, я капитан городской стражи, меня зовут – Сосиль. Хочу выразить вам благодарность от жителей города, за усмирение этих монстров.

– Вы меня не поняли, они остались живы и скоро снова примутся за свои шалости, я лишь выбил перерыв.

– Я услышал вас, разрешите поинтересоваться, как вас зовут?

– Я – Эйнар, а мой крылатый спутник – Лорд Эквадритилион. – про Тиш не стал говорить, пусть думают, что это просто ребёнок, мирно спящий у меня на руках.

– Мы рады видеть столь прославленных воинов в нашем городе, и готовы предоставить лучшие апартаменты нашего города, в доме нашего градоначальника.

– Капитан, вы уверены, что можете приглашать от имени вашего руководства?

– Да, он послал меня встретить вас, и пригласить в гости. Мы знаем о вашем сражении с чёрными солдатами, и хотим выразить вам своё почтение. – уважительно произнёс воин. Ну теперь стало всё понятнее, боятся нас, хотят подружиться, это неплохо. Да и Тиш не помешает прийти в себя в комфортных условиях.

– Раз нас приглашает повелитель этого города, кто мы такие, чтобы отказываться. Я прав? – посмотрел на ангела, тот, как всегда, витал в своих мыслях, при этом разглядывая штуку, извлечённую из руки Тиш. Она уже сломалась, но для ангела это не важно. Ему в руки попала вещица организации.

– С удовольствием приму душ и пообщаюсь с вашим босом, капитан. А скажите, ваш градоначальник, проживает в замке с защитной стеной? – посмотрев на двух медоедов, спросил ангел.

– Нет, наш правитель решил жить вместе с народом, он проживает в простом доме.

– Жаль, значит спокойствия нам не видать. – смотря на сопящих монстров произнёс крылатый.

Нас отвели в «простой» двухэтажный дом, напоминающий крепость. Хотя ворота для медоедов слабоваты, но посмотрим, может и устоят. Уложив малышку на кровать, пошёл в душ. Струи горячей воды смыли небольшую усталость и ментальное перенапряжение. Только я начал одеваться, как услышал звуки боя на улице. Подключившись к зрению совы, увидел двух медоедов под обстрелом, которого они не замечали. Эти двое с разбега бились головами о ворота. Создав ментальные щупы, присмотрелся к энергосеткам монстров. Последнее стимулирование молнией неплохо стимулировало их магические источники, теперь эти двое стали магами. Но пользоваться своей силой пока не научились. Хотя нет, один из них, при очередном ударе о ворота, стал неосязаемым, проскочив их насквозь. Оказавшись с другой стороны, остановился, не поверив произошедшему, понюхал место проникновения, ещё раз ударился головой о ворота, понял что преграда настоящая. Подумав секунду, обосцал входные ворота, и под обстрелом стражи побежал по коридорам дворца. Вскоре проказник, выбив дверь забежал в комнату, не обращая на меня внимания, запрыгнув на кровать, понюхав Тиш, уложил свою голову ей на живот и уснул. Просканировав мозг монстра, убедился в его неагрессивности, вышел в коридор, остановив стражу.

– Уважаемые, не стоит шуметь, монстр пока спит, не будите его.

– Но как же… – возразил один из солдат.

– Давайте без возражений, вы ничего ему не сделаете, или вам до сих не понятно?

– Но мы должны выставить стражу, до выяснения.

– Выставляйте.

Один солдат убежал за приказами начальства, остальные со страхом в глазах остались возле двери. Вскоре к своему другу присоединился второй медоед, улёгшись рядом, а я направился на званный ужин с перепуганным градоначальником.

Ужин оказался сытным, поговорили о монстрах, обсудили недавнее появление странных воинов. По итогу меня отпустили, не добившись никаких обещаний. Зайдя в спальню, сбросил двух неадекватов на землю, накрыл малышку, быстро уснув. Проснулся от тяжести на груди. Осмотрелся вокруг, рядом сопит малышка, а у меня на животе лежит две мохнатые жопы, иногда дёргающие хвостами во сне. Сбросил двух придурков на землю, выйдя в коридор.

– Служивый, как дела? – спросил у воина, стоявшего у дверей. У него сегодня был плохой день. Глаза красные, весь потный, страх просачивается сквозь поры.

– Нормально ваше благородие. Ваши звери выходили из комнаты, пометили моего сменщика, и вернулись обратно. Больше происшествий за ночь, не было. – со страхом произнёс караульный.

– Это не мои монстры, служивый, они просто решили переночевать в моей кровати.

– Как скажете, ваше благородие. – не поверив сказал солдат. Ну в принципе, я бы и сам себе не поверил, но да ладно. Спустившись вниз обнаружил за столом ангела, копающегося в разобранной штуковине, что ещё вчера сжимала Тиш в своих детских руках.

– Доброе утро. – поздоровался с учёным.

– Что уже утро? Да почему время, так быстро летит? – обиженно произнёс он.

– Ты лучше скажи, идёшь со мной в город или останешься здесь?

– А ты пойдёшь того ушастого искать?

– Да, его родимого.

– Ты его убить хочешь, или другой интерес имеешь?

– У организации в центрах по выращиванию клонов, всегда имелось три здания. Первое – лаборатория по выращиванию клонов, второе – склад с запчастями и расходниками, и третье – исследовательский центр, в котором хранилась вся документация. И если ты помнишь, то взрыва в городе было два, значит ещё как минимум одно здание осталось не тронутым. Меня интересует не само здание, а почему исполнитель не уничтожил и его. Ну а ты как учёный, мне поможешь разобраться с тем, что я могу найти.

– Ты думаешь там остались документы? – с надеждой спросил ангел.

– Раньше весь документооборот вёлся в электронном виде, сомневаюсь, что, мы что-то найдём. Но всегда есть факторы, которые я не могу учесть, вот здесь и пригодится ум учёного.

– Ты прав, дополнительный взгляд не помешает. – довольно произнёс крылатый.

– Тогда завтракаем и в путь.

Максимка уже ждал на выходе из замка.

– Молодец, думал ты у таверны ждать будешь.

– Дядь, ты не говори много, золотой гони. Я что зря братву на работу подбил?

– Приведёшь меня к эльфу, тогда и получишь.

– Не дядь, я пацан чёткий, за базар отвечаю, раз сказал приведу, значит так оно и будет. А с тебя золотой, мы цену обговорили, я работу сделал, гони оплату. – а парень борзый оказался, но мне такие нравятся, на улице по-другому не выживают. Отдал монету мальчишке, тот профессионально проверил её на зуб, и с довольной ухмылкой направился в город. Пройдя по подворотням и закоулкам, мы попали на окраину города, выйдя к убогой харчевне «У Васи». Возле входа спал обосцанный мужик, переступив тело вошли внутрь. Максимка показал пальцем в угол заведения, где за столом спал человек, хотя нет, если на его указали пальцем, значит эльф.

– Подожди нас на улице, может ещё задания будут.

– Ни вопрос, дядь. Только сгоняю в одно место и через десять минут буду.

– Добро. – парень смылся, а я ментальным щупом проверил спящего. Состояние организма в норме, небольшое алкогольное отравление, но это не критично. Однако мозг бедолаги был хаосе. Такое ощущение, что там шла война ментальных установок и новых ощущений. – Наш клиент, но у него проблемы с головой. Будь осторожен. – посмотрев на ангела, выдвинулся к эльфу. Присев за стол, направил по телу бодрящий импульс, постоянно сканирую магическую сетку возможного противника.

– Здарова боец, чего голова болит? – поздоровался с пьянчугой, он ещё не пришёл в себя, в мозгу до сих пор шла борьба.

– Ты кто? – пересохшим голосом спросил он.

– В принципе, ты это – я, только в молодом возрасте.

– Не ври мне, – взявшись за голову, произнёс оппонент.

– Что, борешься с голосом в голове? – я и сам долго боролся с ментальными установками, но не ожидал, что и клоны так могут.

– Откуда ты знаешь?

– Я же говорю, я это – ты. Твоё тело сделано из моего генетического кода, выращено в лаборатории, и перепрограммировано с помощью ментальных приказов.

– Стой, – он снова взялся за голову, – закажи выпить, а то этот голос слишком громкий. – Я махнул бармену, тот не спрашивая принёс какой-то браги. Наш эльф, выпив пару глотков пришёл в себя. И вправду, брага несколько погасила общий фон мозга.

– Чего ты хочешь?

– Я хочу попасть в заведение, которое ты должен взорвать. Скорее всего этот голос требует от тебя действий, но ты по какой-то причине решил игнорировать его приказы.

– А что мне с этого, как говорят здешние обитатели, что я получу взамен?

– Ты получишь шанс избавится от голоса в голове. Видишь крылатого стоящего за моей спиной?

– Вижу, только его взгляд, не вызывает доверие, так смотрели врачи, когда резали меня. Они думали, что я выключен, но я всё слышал и ощущал.

– В принципе ты прав, это учёный, и он с удовольствием попытается тебя излечить, но гарантировать успех не буду.

– А если я не соглашусь?

– Мы и так его найдём, но тебя придётся изолировать. Уж извини.

– Ты мне предлагаешь призрачный шанс стать нормальным? – глотнув ещё браги, эльф немного задумался. – В принципе вариант неплохой, ибо я сам не знаю, как быть. Моя голова скоро взорвётся, этот голос словно с катушек слетел. – ещё отхлебнув, эльф с грустью посмотрел на дно кружки. – я согласен. Что мне делать?

– Пока ничего, давай я немного приглушу твой мозг. – взяв его за голову, пропустил несколько успокаивающих импульсов. – вот так должно быть лучше. Отведи нас к зданию и расскажи, как пройти систему безопасности.

– Система безопасности работает, ориентируясь на моё тело. Как только поступил сигнал об самоуничтожении бойцов, все здания пришли в завершающую стадию ликвидации, стоит мне подойти на сотню метров к нему, так сразу произойдёт взрыв. Так что я не смогу идти с вами. Возможно, после взрыва последнего здания, мой мозг или моё тело тоже взорвётся. – в принципе он прав, энергии, циркулирующей в его теле, вполне может хватить для маленького взрыва, а если использовать миниректор его ручного монитора, то взрыв будет довольно сильный.

– А что с твоим ручным монитором, он работает?

– Нет, я его заблокировал, переведя в спящий режим. Однажды услышал пароль от персонала, вот и пригодился. – он махнул бармену, тот снова принёс фирменной браги. – Извини, но я должен постоянно быть во хмеле, чтобы управляющие контуры не смогли взять вверх.

– Ничего страшного, так, где ты говорил, последнее здание?

– Я не говорил, ибо мы с тобой не договорились. Давай пусть твой эскулап, покажет свою силу, тогда я скажу пароли для открытия дверей.

– Лорд, можете ослабить работу управляющей настройки?

– Я могу, но это будет больно. – эльф только улыбнулся.

– Я не бою..– получив сильный хук, остроухий ударившись головой о стену, обмяк.

– Так я не про страх говорил, а про боль. – пробурчал ангел, доставая скальпель. Он рассёк кожу эльфа, достав из внутреннего кармана маленькую дрель, проделал небольшое отверстие в черепе, подключив аппарат к проводам соединил их с мозгом, закрепив провода в ране, после чего исцелив ранения. – Эйнар держи его, сейчас я подам импульс. И ему это не понравится.

Глава 6. Город одного греха.

Часть 2. Бал.

Усилив мышцы, усадил пациента себе на колени, обхватив его руками. Лорд с взглядом злого доктора, включил свой прибор. Тело у меня в руках изогнулось дугой, еле удержал остроухого. Глубокий вдох, словно никогда до этого не дышал, после чего послышался крик. А улыбка ангела говорила, что вроде всё идёт нормально. Минута шума и тело снова упало в небытие.

– Ты уверен, что это нормально? – спросил у ангела на всякий случай, а бармен решил ничего не спрашивать, просто взял и вышел в окно.

– Всё хорошо, я думал, что он больше продержится, но и так сойдёт. Скоро должен прийти в себя. – отрезав мизинец, ответил мне ангел. Тело снова выгнулось в дугу, но быстро успокоилось.

– Это ваше лечение? – возмутился пациент, – в голове шумит, палец отрезан. Я по-другому представлял лечение. – в принципе я тоже немного офигел, но доктору виднее.

– Чхать я хотел, что ты там представил? Отвечай на вопросы. Голос затих или нет.

– Нет, но я его слышу слабо.

– Что ещё слышишь?

– Какой-то шум и треск.

– Отлично, я так и знал. Значит так, больше никакого алкоголя, всю магичекую энергию направь на поддержание стабильной работы организма. Давай, работай. – ангел взял его за голову. Я тоже начал сканировать тело. Эльф и правда начал пропускать энергию по меридианам. – не спеши, работай аккуратно. – поправил его ангел. – после этого я наблюдал как они настраивают работу организма, запоминая некоторые моменты.

Время близилось к обеду, поэтому мы заказали еды и пригласили к столу Максимку. Наш эльф расписал ему, где находится подземный вход в архив. Парнишка сказал, что понял, где это находится и отвёл к месту. Отправив пацана к обратно, открыли двери полученным кодом.

Нас встретил длинный тёмный коридор, с множеством комнат, почти всё оказалось пустым. Компьютеры разбиты, на полу валяется пепел от сожжённых бумаг. Вот в одной из таких куч и была найдена интересная накладная, я не показал её ангелу, ибо решил проверить всё самостоятельно. А крылатый пока занимался поисками, сканировал стены, простукивал плитки, он ещё пытался что-то найти, а я уже всё нашёл. Даже придумал, как использовать это здание в будущем. Но для начала, нужно всё обезвредить. Однако этим буду заниматься завтра. Покинув ангела, направился в замок, нужно проверить Тиш, и посмотреть, выстоял ли дом градоначальника, после пробуждения двух медоедов.

По дороге меня встретил капитан стражи:

– Сир, разрешите доложить.

– Разрешаю, – с улыбкой ответил ему.

– Девочка спит, медоеды накормлены. Происшествий нет. – отчеканил капитан.

– Позволь уточнить, а почему ты мне докладываешь?

– Приказ градоначальника, докладывать о состоянии девочки и монстров вам лично. – интересно девки пляшут, значит мэр города решил нам подчинится, хотя мы не захватывали город. Хотя, посмотрев на поведение двух обалдуев, я бы сам принял такое же решение. Дождавшись, пока гостям не надоест, и они не уйдут восвояси. В принципе меня это устраивает, пока воспользуюсь расположением мэра. Решу свои дела и отправлюсь дальше.

Судя по наблюдениям совы наши медоеды неплохо повеселились, сначала один сбегал в таверну, и притащил оттуда целый мешок костей, потом второй гонял стражу возле замка. Хоть капитан мне об этом не говорил, но стало ясно, медоеды по какой-то причине охраняют Тиш, при этом не забывая кошмарить окружающих. А я не могу понять, что они делают, ибо их мозг слишком хаотичен, там понять что-то очень сложно, поэтому я решил стимулировать неразвитые меридианы. Развитая магическая сетка приведёт к повышению интеллекта.

В замке кроме градоначальника меня ждало много гостей из элиты города, мэр решил устроить бал, даже костюм мне подобрали. Не знаю в чём ловушка, но повеселится стоит. Переодевшись в комнате, проверил состояние девочки, направился на вечеринку знати.

Дамы ходили в бальных платьях, с красиво уложенными волосами, и вываленными грудными железами, утянутыми корсетами. Мужчины в смокингах, с надменными лицами общались друг с другом. Проверив зал, был удивлён, оказывается в этом городе есть много сильных магов. Так почему эти ребята не участвуют в схватках с врагами города? Не понятно, но скоро мы об этом узнаем.

– Виссарион Адольфович, рад приветствовать вас. Хочу заметить, вы организовали замечательный бал. – обратился к градоначальнику, подошедшему ко мне с согнутой спиной.

– И вам здравствовать, я рад, что вы смогли посетить наш вечер, а ваш друг не присоединится?

– Думаю Лорд, ближайшее время будет занят изысканиями. Я буду отдуваться за двоих.

– Я вас понял, позвольте познакомить вас с элитой нашего города. – и понеслось, куча имён и наигранных улыбок, все говорили что-то приятное, а в воздухе витало ожидание. Спустя сорок минут, я наконец добрался до стола с закусками, начав поглощать конопешки, какие-то бутерброды и мясо, настоящее мясо, вкусное с запахом дымка.

Беседуя с очередной дамой о погоде, мы были прерваны ворвавшимся на вечер пьяным гостем.

– Ты! – мужик показал пальцем в мою сторону. – Я вызываю тебя на дуэль. – мужик размахивал бутылкой с недопитым вином, хотя сканирование показало, что он трезв и очень собран. Меридианы в тонусе, напитаны магией, он готов вступить в битву уже сейчас.

– Позвольте уточнить причину. – спросил, так ради интереса. Мне интересна не причина, а реакция гостей из зала. И судя по их лицам, лишь единицы удивлены, остальные с интересом смотрят на разыгравшийся спектакль.

– Ваши монстры держат в страхе весь город, вы думаете я вас боюсь? Нет, Антуан Белогривов не боится вас, я готов отстоять честь города, в отличие от этих наряженных индюков. – пафосно произнёс мужик.

– Я вас попрошу. – послышалось сразу несколько голосов.

– И что вы мне сделаете, я готов ответить за свои слова, если хотите, можете бросить мне вызов, я удовлетворю ваши желания.

– Я тоже хочу возразить. – вклинюсь в разговор, а то мы начали уходить от темы. – монстры не мои, я ими не командую, и они делают, что хотят. Если вас что-то не устраивает, вы можете их убить, я вам и слова не скажу. – хотя сомневаюсь, что у них что-то получится.

– Не ври эльф, я всё знаю. Ты принимаешь вызов, или сбежишь? – надменно говорит Антуан.

– Я согласен, дуэль – магия и холодное оружие, можно прямо сейчас. – ко мне сразу подбегает Виссарион.

– Эйнар, вы не обязаны, но, если пожелаете, я могу предоставить мечи в ваше распоряжение. – ну да, делай вид, что ты не при делах. Однако я видел, через сову, как этого гаврика привезли на твоей карете и пропустили в замок. Хотя я только за, противника мне подобрали неплохого, магически он сильнее меня теперешнего. Мне ещё долго восстанавливать меридианы до прежнего уровня и самым лучшим вариантом будет бой с сильным противником.

– Не переживайте, Виссарион Адольфович, я не против. А за мечи буду благодарен, к сожалению, с собой не имею оружия для дуэлей. – да я осознанно выбрал оружие для дуэлей, кстати они уже заготовлены и лежат в одном из соседних помещений. – Прошу вас как хозяина, выступить в роли судьи.

– Благодарю за доверие, я покину вас, мне нужно пару минут для подготовки места.

– Не буду вас задерживать. – мэр, засеменил в сторону внутреннего двора. А ко мне подошёл седой старичок с хитрой улыбкой.

– Дорогой Энар, позвольте мне выступить в качестве секунданта.

– Благодарю, Андрей Иванович, не вижу причин для отказа.

– Раз вы приняли меня в качестве секунданта, хочу заметить, что ваш противник неплохо машет мечом, но в магии он преуспел больше. Любимая тактика, облачиться в каменный доспех и бить врага в рукопашке, хотя магия огня у него тоже неплоха. Думаю, вы помашете железками, после чего он перейдёт в каменный вид.

– Благодарю за информацию, вот только не понимаю, почему вы мне помогаете?

– Ха-ха, – засмеялся старик, – здесь всё до банального просто. Эти чванливые аристократы, сидят по своим убежищам, ведут себя надменно, даже Антуана за долги подбили на дуэль, а он парень неплохой, но горячий. А вы молодой человек сильный и уверенный. Судя по вашей реакции, вы давно раскусили игру этих моральных уродов, но решили подыграть им, посмотреть, на что они пойдут. И думаю, силы у вас хватит захватить город, и наказать всех, но вы этого не делаете. А раз не делаете, значит у вас планы на жизнь более глобальны. По этой причине решил помочь вам, чтобы потом рассказывать своим внукам и правнукам, что в своё время был секундантом самого Эйнара. Как вам моя мотивация?

– Довольно глубокий анализ, но всё равно не понимаю зачем?

– Жалко мне Антуана, он правнук, моего покойного друга, а я как секундант могу попросить не убивать его.

– Так почему не просите?

– Поговорил с вами, и понял, что у вас уже есть план, и мои пожелания излишни.

– Ну почему, может я и прислушаюсь.

– Всё может быть, и быть всё может. И лишь того не может быть, чего и быть совсем не может. – с грустью ответил старик.

– Но однажды может быть, даже то, чего не может быть. – ободряюще похлопав старика по плечу направился в сторону места дуэли. Мой секундант пошёл проверять оружие, долго ругался с мэром, после чего оружие унесли обратно.

– Извини Эйнар, но я решил, что это оружие не подходит, оно плохого качества, я послал за своими дуэльными мечами, нам придётся подождать немного, пока их не доставят.

– Как скажете. – а это интересно, старик заметил в рукоятях вложенные заклятия, скорее всего там проклятия, которые бы убили нас позже. Но мой секундант решил вопрос, значит не подставной, или это специально разыграно для меня, чтобы он смог добиться моего расположения? Нужно проследить за ним, старичок интересный. Он, кстати, не стоял рядом со мной, а пошёл проверять защитные амулеты по периметру, даже два отбраковал, но я не видел в них ничего опасного… Наконец оружие доставили, а то я уже заскучал.

– Господа, подойдите ко мне. – скомандовал мэр. Мы сблизились. – Ещё не поздно всё завершить миром. – ага миром, вижу, как горят глаза градоначальника, да и господа на балконах, уже в нетерпении.

– Я не против всё прекратить, если Антуан принесёт извинения за свои слова.

– Я не могу этого сделать. – признался парень, но это его проблема, и не моя.

– В таком случае прошу вас отступить к противоположным стенам и начинать, после возведения барьера. – мы направились к противоположным стенам, судья засеменил в единственную дверь, ведущую на второй этаж. Через секунду по периметру вспыхнул силовой барьер, многие из гостей подключились к питающим контурам, видимо для поддержки в качестве батарей. Достав мечи, пошли навстречу друг другу. Меч, кстати, оказался неплохим, баланс в середине, ручка удобная, даже покрыта специальным составом, чтобы прилипала к руке.

Судя по плавным движениям Антуана, он и вправду знал с какой стороны держать меч. Противник, согнув ноги плавно сближался, смещаясь то вправо, то влево, небрежно помахивая мечом. Классика жанра, резкий выпад, обманный удар, после чего удар ногой по опорной, чтобы вывести противника из равновесия. Не попадаюсь на уловку, избегая две атаки, даже не сходя с места. Противник от неожиданности даже отступил на два шага. Пристально посмотрел на меня, перехватил удобнее меч, сделал два быстрых шага на встречу, удар сверху, блокирую мечом, уводя руку в сторону, второй рукой блокирую, его второй удар ножом. Неплохая попытка, перехваченная рука ломается, у меня ножа нет, а усиление мышц в наличии есть. Ногой отбрасываю противника в сторону. Оставаясь на том же месте. А он хорош, и реакция неплохая, методы не аристократические, но на войне можно выжить, если используешь весь арсенал, а не играешь роль достойного человека.

Противник начинает обрастать камнем, причём начал покрываться с повреждённой руки, сканирование показывает, что каменная броня сразу восстановила ранение, излечив его. Неплохая техника, мне нравится. Но она слишком медленная, бросаю в лицо огненный шар, машинально Антуан прикрывается от атаки каменной рукой, я уже начал движение вперёд, бью лежачего в солнечное сплетение, нарушая концентрацию. Техника окаменения спадает, следующий удар в челюсть, выключает бойца. Согласен, не по-аристократически, бил лежачего. Однако выковыривать его из каменной брони мне не хотелось, да и сделать это аккуратно, не получилось бы. А так сломанная челюсть, быстро восстановится, у парня неплохая техника, восстанавливающая повреждения организма. Если ему дать возможность ей воспользоваться, тогда он сможет натворить бед.

Щит спадает, на балконе слышится голос мэра.

– Победитель дуэли, прославленный воин Эйнар. – Зрители заопладировали, жиденько, нехотя; они ожидали тяжёлой битвы, но я не оправдал их ожиданий. При этом не показав своего мастерства, хотя кто понимает, тот может дорисовать мой уровень. Старый Андрей Иванович рассмотрел, и довольно машет мне головой. Остаток вечера прошёл в поздравлениях и приглашениях в гости. Но я ссылаясь на занятость отказывался, пока к концу ко мне не подошёл дед Андрей.

– Благодарю, за вашу милость. Я рад, что дуэль закончилась бескровно и никто не пострадал.

– Ну крови немного было.

– Это мелочи. По сравнению с тем, что вы могли сделать, работая в полную силу. Признаюсь, я не сказал вам всей правды. Я знаю вас, не лично, из рассказов и хроник. Раньше вас знали, как великого охотника за головами, но я интересовался вашей персоной по другой причине, и этот интерес привёл меня к организации и её разработкам по клонированию.

– Вы хотите украсть эту технологию?

– Нет, я хочу жить, и желательно долго. Но столкнулся с проблемой переселения сознания в другое тело. Я понимаю, что вы сами были лишь подопытным, но вы смогли вырваться из-под контроля, а значит, можете кое-что знать. Вот для обмена знаниями, я хочу вас пригласить в моё убежище. Адрес вы знаете, раз посетили последнее заведение организации в нашем городе, кстати, можете пригласить лорда Эквадритилиона, ему тоже будет интересно.

– С удовольствием загляну к вам в гости.

– В таком случае, вынужден попрощаться, я уже не молод и режим дня мне лучше не нарушать.

– Доброй ночи, Андрей Иванович, завтра обязательно загляну. – если этот старик живёт в убежище, значит у него есть нужная мне броня. Забирать силой её не буду, придётся выполнить его просьбу. Вот же хитрющий старикашка, а он хорош, красиво всё разыграл, использовал хитрость дворян в своих интересах, при этом лишь он получил выгоду.

Утро выдалось бурным, Тиш проснулась резко, словно после кошмара. Вскочила, напугав медоедов, один из них от неожиданности провалился сквозь пол, вызвав крики снизу. А под нами находилась элитная группа реагирования, наблюдающая за нами.

– Где я? Кто ты? – непонимающе спросила девочка.

– Тебя зовут Тиш, мы в гостях, я Эйнар, тебе я никто. Но посмотри на руку. – девочка посмотрела на руку, где было написано: «Найди Эйнара». Понимаю, с моей стороны это некрасиво, это я написал, так как прошлое послание смыли, когда купали малышку.

– Не подходи. – выставив руку вперёд, сказала малышка, на её защиту сразу стал медоед, и главное смотрит на меня так злобно, второй кстати, разгромив элитную группу, с довольной рожей и высунутым языком присоединился к нашей компании, стоит смотрит на братана, потом на меня, затем снова на братана. Сделав выводы, пытается помочится на меня, но не успевает, улетает от удара ноги, а в вдогонку, для закрепления, в него прилетает молния. Второй, вижу по глазам, тоже хочет получить молнию, но преодолевает это желание, оставшись на защите малышки.

– Я и не собираюсь, мне нужно по делам. Кухня внизу, душ в соседнем помещении, приходи в себя, вспоминай, вечером поговорим. – некрасиво оставлять малышку одну, но пусть сядет и подумает, примет решение. Не собираюсь навязывать ей своё мнение, судя по движениям тела, она осталась всё той же убийцей, которой была до этого, только не осознаёт этого.

Выйдя в город, направился, к месту, где мы договорились встретится с Максимкой, дал ему задание разузнать о старике и ещё парочке аристократов, забрал ангела, направившись в гости к старику.

Глава 6. Город одного греха.

Часть 3. Остров попугаев.

– Рад приветствовать Лорд Эквадритилион, наслышан о вашем остром уме и ваших открытиях, меня особенно поразил труд о влиянии магического фона на развитие источника маны. – ангел, с удивлением пожал руку старику. – Эйнар, рад что вы навестили старика.

– Я тоже рад, нашей встрече Андрей Иванович. – а ещё больше рад, что старик собрал в своём убежище множество образцов защитного обмундирования, также у старика собраны работающие колбы для выращивания клонов. Не могу сказать, насколько всё рабочее. Но он неплохо поработал.

– Вижу по глазам, вы уже провели своими щупами окружение, и можете представить, что я могу вам предложить.

– Вижу вы обладаете хорошими знаниями о моих возможностях.

– Мой род давно работает над проблемой бессмертия, и как только мы вышли на информацию о вас, так сразу начали собирать всё что только можно. Не скрываю, я знаю много, но в реалиях нового мира, моя информация устарела, магия вокруг изменилась, наши тела изменились. Мы по сравнению со старыми жителями планеты все являемся монстрами. Но что-то я отвлёкся, простите старика, для начала хочу вас накормить и напоить чаем, настоящим, хочу заметить. Мы выращиваем его в наших теплицах.

– Не откажусь. – высказался ангел. И мы последовали в одно из помещений, где уже накрывали стол. Завтрак оказался плотным и вкусным. Чай был очень даже ничего, но не дотягивал до того вкуса, который я помнил. Говорили в основном старик и ангел, обсуждая различные проблемы магии, поэтому наш завтрак продлился до обеда, после которого, старик пригласил нас в кабинет.

– Эйнар, сразу перейду к делу. Думаю, вы пришли ко мне ради брони, поэтому вы можете выбрать себе любой образец, из понравившихся. Не беспокойтесь, это просто жест доброй воли, вы мне не будете обязаны. А мы пока пообщаемся с лордом, пока вы заняты делом. Серж, – крикнул старик, вызывая помощника, – отведи господина Эйнара в склад брони. – на пороге появился щуплый мальчишка, внимательно осмотревший мой внешний вид.

– Прошу вас господин, – указал на дверь, сам направившись вперёд.

Склад был небольшим, а образцы брони оказались не самыми новыми, все в основном на простых бойцов. Я выбрал броню с особенностью. Она усиливала способности в магии перемещения. С такой бронёй можно часто и почти без потерь маны телепортироваться на расстояние до двадцати метров. По крайней мере, так было раньше. Переодевшись, вернулся в кабинет.

– О Эйнар, вам идёт эта броня. – восхитился старик, конечно, идёт, она сделана для клонов, сделанных по моему генетическому коду.

– Благодарю, за подарок, Андрей Иванович. Чем я могу вам отплатить?

– Это подарок, и вы мне ничего не должны. Но я готов купить у вас знания по клонам, а особенно про технологию помещения слепка души.

– Вы же понимаете, что клоны, блуждающие по этой планете, не обладают душой, в их мозгах находится искусственный интеллект, обученный на основе моих поведенческих паттернов.

– Это я знаю. Но также мне попало несколько теоретических трудов учёных, работающих в организации, и на анализе этих данных, мой род пришёл к выводу, что ваша душа была вырвана из астрала, после приживлена в тело, она прижилась и на этой основе начали разрабатывать и остальные клоны. – кстати, хорошие выводы, и они почти правдивы, но эта информация не для посторонних.

– Если это правда, то я не помню, как это происходило, а технология мне не может быть известна. Вы же это понимаете? – вру конечно, всё я помню, я попал в эту ловушку, закрыв память души, а когда замки пали, быстро захватил тело носителя. Но так могут немногие, осознать себя в качестве души, летающей в астрале, могут маги, которые высоко поднялись в ментальной магии. А я был лучшим на планете, за что и поплатился.

– Я это понимаю, но ваши ощущения в качестве подопытного.

– А здесь всё просто, они просто ставили всё новые поведенческие установки, меняли старые и так по кругу. У вас в городе кстати есть один клон, слетевший с катушек.

– Я знаю, мы с лордом уже договорились поработать с ним вместе. Но меня волнует больше душа. Я не поверю, что вы мне говорите правду, однако понимаю, что секреты мага, принадлежат только ему. И поэтому прошу указать направление, в котором нужно развиваться.

– Так это не секрет, развивайте ментальную составляющую, выходите в астрал, качайте свою устойчивость.

– Вы правы, но у нас есть одна заковырка, видимо вы не пробовали выходить в астрал, и поэтому не в курсе.

– Поподробнее. – это уже интересно, я и вправду пока не выходил в астрал, просто моя душа, пока слабовата для такого, вернее не душа, а связь души и тела на уровне обновлённой магии.

– После войны, над планетой возник купол, он скрыл нас не только от внешнего проникновения других рас, но также закрыл все уровни астрала, кроме первого.

– Тем более, так же проще найти технологию поиска душ.

– Может вы и правы, но эта территория занята сильными астральными демонами, они пожирают новичков очень быстро, а если те обладают силой, то делают их своими марионетками. У нас есть целые города, в которых живут вассалы демонов, менталисты боятся выходить в астрал, а из тех, кто решается, выживают единицы.

– Это проблема, но в этом не могу ничем помочь. Хотя в теории, если вам удастся поглотить демона, то будет большой шанс переселить душу в тело клона.

– Наши учёные пришли к такому же выводу, но нам не известно ни одного факта поглощения демонов.

– Сомневаюсь, что менталист станет рассказывать о поглощении демона. Его же сразу заклеймят и попробуют убить.

– Вы правы, раньше было именно так, но теперь выжившие стали другими, и мы перестали смотреть на проблемы так однобоко.

– Я так понимаю, вы думаете, что я поглотил демона и поделюсь с вами технологией? – я, конечно, знаю, как это делать, но для этого нужно обладать силой, примерно сопоставимой силе равной моей из прошлой жизни. А старик рядом со мной, явно далёк до этого. Я кстати поглотил пару демонов, поэтому даже после смерти смог нормально существовать в астрале.

– Если вы изучите выжившего клона, вы поймёте, что выход из-под контроля, это лишь ошибка программирования мозга. Вышедший из-под контроля ощущает себя мной, но не факт, что им является. Я такая же ошибка, пошедшая по своему пути, как любой другой житель этой планеты, единственное, что нас различает, это отсутствие детства, хотя такие воспоминая у меня есть.

– Жаль. – старик опустил голову, немного погрустнев, но быстро собрался. На его лице снова появилась хитринка. – Даже так, вы натолкнули меня на мысль, сумасшедшую, но всё же это стоит проверить. И ещё одно, если вы найдёте интересующую меня информацию, я буду готов её приобрести. В любом магазине, где торгуют не только физическими товарами, есть мои продавцы. Скажите им моё имя, и они с удовольствием купят у вас всё, за что можно заплатить. А для закрепления моих слов готов предоставить вам доступ к телепорту, уверяю, на другой стороне вам понравится, плюс к этому, вы сможете протестировать свою обновку.

– Вы предлагаете мне пройти в другой мир?

– Не знаю, наши учёные до конца не могут понять, это другой мир или нет. Но магия по ту сторону отличается. Надеюсь, вы поделитесь своими выводами, после выхода?

– Всенепременно.

Меня вывели за пределы города, усадили в карету, из которой ничего не было видно, оставив изучать информацию о мире, в который я скоро попаду. Я быстро пролистал и запомнил повадки животных, после чего прикрыв глаза смотрел глазами совы. Меня покатали по пустыне, после чего снова привезли в город. Портал находился под прикрытием сильной иллюзии, карета въехала в дом не останавливаясь. После остановки, дверь отворилась, передо мной светилось зеркало портала. Судя по размерам и насыщенности энергии, данный вид портала однозначно вёл в место на этой планете, межмировые порталы намного массивное и энергии в них в сотни раз больше.

Войдя внутрь, очутился в джунглях, вокруг росли различные растения, пели птицы, воздух наполнен звуками и визгом. Всё вокруг пропитано жизнью и опасностью, нужно привести сюда Тиш, ей здесь понравится. Не успел насладится всеми прелестями нового места, как пришлось использовать меч. С ближайшего дерева в меня запустили кокосом, разрубив его, направил обратно огненную стрелу. Через секунду послышался недовольный визг, затем крик, после чего вокруг начали кричать со всех сторон, я был окружён. Быстро забравшись на дерево, увидел второй ярус этого зелёного царства. На ветках сидели обезьяноподобные монстры, недовольно зыркая на меня. Недалеко увидел подпаленного макакиша, вылизывающего свою шерсть. Также вокруг было много попугаев, и они все внимательно смотрели в мою сторону, как будто ожидая от меня чего-то.

– Чего хотели? – спросил у них.

– Чего хотели. – ответило тысячу голосов.

– Вы серьёзно?

– Вы серьёзно. – снова ответили они. Значит они повторяют услышанное, но голос не пытаются копировать. Использовав ментальные щупы, проверил одного, и был приятно удивлён, мозг этой птички, прочитать невозможно. У неё стоят такие природные щиты, которых я не видел ни в одной жизни. В прошлом я считал себя сильнейшим в мире, но даже тогда моя защита была слабее в десятки раз. Я снова попытался пробиться, попугай посмотрел на меня и сказал:

– Вы серьёзно?

– Друг, ты меня понимаешь?

– Друг, ты меня понимаешь. – ответили тысячи голосов.

– Чего хотели? – ответил попугай.

– Поговорить.

– Поговорить. – снова повторили попугаи.

– Вы серьёзно? – ответил попугай. Вот и пойми, он издевается или понимает меня. Его мозг для меня загадка, от него не исходит никаких волн, словно птица находится не в этом мире. Неожиданно над попугаем, которого я выбрал своим собеседником, вылетела змея с раскрытой пастью. За секунду до их контакта, выпустил в неё огненный шар. Однако, попугай не дёрнулся игнорируя нападавшую, а змея прошла сквозь него. Это что попугай призрак? Вроде нет, вижу парочку скукоженых пёрышек, подгоревшие от пролёта фаербола. Значит он обладает такой особенностью. В моём мире она называлась бестелесность, но для неё нужно много энергии, а пернатый не обладал магическим накопителем, или я его не вижу, что вполне возможно.

– Пидоры, мочи гадов. – закричал попугай, взлетев после контакта с огненной атакой. После чего пернатые взмыли вверх, обезьяны начали срывать кокосы и бросать вниз. А по земле бежало море муравьёв размером с собаку. Они поднимали с земли всё что могли, некоторые лезли на деревья пытаясь достать макакишей. Ко мне тоже ползла парочка, но они быстро упали в поджаренном состоянии, где были подхвачены своими товарищами. На ветках начало появляться много змей, они пёрли с максимальной скоростью, сбрасывая некоторых обезьян на землю, они бежали, за ними гнались муравьи, вторая волна отстала от земных братьев. Макаки вступили в бой, ловко сбивая муравьёв и змей с насиженных мест, но не всем везло, кто-то сталкивался змеями, кто-то попадал под клешни муравьёв. Я в это время залили всё магией воды, после чего использовал магию льда, змеи решившие проползти возле меня, упали вниз, за ними полетели и муравьи. В лесу началась заруба, даже попугаи не могли пользоваться своей бестелесностью постоянно, многие из них пали жертвами этой убойной волны. Обезьяны потихоньку отступали, образовав круговую оборону. Попугаи старались не подлетать близко к веткам, но это не всегда их спасало. Возле меня всё было облеплено пернатыми. Они быстро осознали, что рядом со мной поспокойнее. В лесу стоял ор, в основном маты, видимо прошлые посетители неплохо подтянули пернатых в этом аспекте. Я наблюдал, иногда отстреливая самых прытких муравьишек, смогших удержаться на сколькой поверхности. Это нашествие продолжалось около двух часов. После чего в джунглях воцарилась тишина. Пока все переводили дыхание, я направился за волной муравьёв, за мной увязался один из попугаев, он с интересом смотрел за моими действиями, иногда называя меня пидором. Попугай принёс лепту юмора в моё путешествие. В итоге мы попали на песчаный берег моря, на котором стоял дом муравьёв, размером с футбольное поле, и высотой с десятиэтажный дом. Строение сделано из непонятного состава, напоминающего бетон, и напоминало скалу, но было видно, что оно сделано лапками монстров. Однако не это привлекло моё внимание. В этом мирке было голубое небо, без облаков, но голубое, почти такое, каким я его запомнил до войны. Мне была знакома конструкция этого купола, такой же стоял в убежище любви, из которого меня изгнали. А цвет голубой из-за воды, находящиеся над ним. Это убежище располагалось в глубинах моря. Кто-то решил оставить райский уголок с живыми существами, а может просто погиб, а всё остальное выжило путём простейшей адаптации, где сильнейшие и хитрейшие выжили, а остальные пали, уйдя в небытие.

Опустив ноги в прибрежные воды, слушал звуки воды и смотрел на небо, на плече сидел попугай, недоверчиво смотря одним глазом.

– Ну что пернатый, будем дружить? – спросил у него.

– Пидорас. – ответил мне, отвернув голову.

– А ты весёлый. – с улыбкой, повернулся в сторону джунглей пора возвращаться.

– Да пошёл, ты. – ответил пернатый, начав чистить крылышки.

В джунглях снова началась движуха, шум попугаев, обезьяны по-прежнему метали в меня свои снаряды. Я телепортами уворачивался от снарядов, оказалось, что мой костюм пока плохо настроился на мои меридианы и не может выдавать полную мощность. Но и так сойдёт, это неплохая помощь в бою.

Вышел из телепорта обвешанный змеями, мясо этих рептилий должно быть вкусным. Меня снова усадили в карету, отвезли в дом мэра. Заказал на ужин мяса, направившись в спальню, где у окна сидела задумавшаяся Тиш. На кровати животами вверх спали медоеды.

– Привет, ну как ты? – спросил у малышки.

– Не знаю. В голове пусто, из воспоминаний только надпись на руке. – ничего себе, сколько слов выдала за раз, это прогресс.

– Если нет воспоминаний, значит нужно их создать. Завтра попрошу одного парнишку, он погуляет с тобой по городу, тебе нужно общаться со сверстниками, играть. Так делают все дети. – в ответ лишь грустный кивок, вот и поговорили.

Ужин прошёл в тишине, только попугай иногда вставлял свои фразочки. Он решил пойти со мной, а я не против.

Утром сдал Тиш Максимке, попугай решил направится с ребятами, усевшись на голову одному из медоедов, теперь эти парни везде сопровождают девочку. С ними она точно в безопасности, условной, конечно. Я же направился в гости к одной очень настойчивой леди.

– Рада приветствовать в моём скромном убежище. Проходите. – милым голосом произнесла леди Ненея. Рыжая красотка в полупрозрачном халатике.

– Я тоже рад побывать у вас в гостях. Вы говорили, что хотите обсудить со мной одно дело. Давайте не будем тянуть, у меня много дел. – я оценил фигуру и красоту этой женщины. Иллюзия неплохого качества, постоянно тянущая ману из источника.

– Сразу видно серьёзного мужчину, весь в делах. Но ладно, присаживайтесь. – похлопав рукой по диванчику рядом собой, сказала красотка. Присел, откинувшись на спинку.

– Я слушаю вас.

– Хочу попросить вас, оставить наш разговор в тайне. Понимаю, что прошу много, но этого требуют обстоятельства. – наклонившись она продемонстрировала свои большие грудные железы, мило посмотрев мне в глаза.

– Хорошо, этот разговор останется, между нами.

– Вы, наверное, заметили, наш город слаб. Власть не следит за порядком, жители страдают, бандитизм, бездомные дети. И всем плевать.

– Но не вам?

– Да, я искренне переживаю за наш город, и хочу привести его к процветанию.

– Но вам мешает Виссарион Адольфович, я правильно понимаю?

– Вы зрите в корень, этот зажравшийся человечек живёт в своё удовольствие забросив город, разрешив проституцию. Алкоголь и наркотики захлестнули окраины, а стража даже не чешется.

– Вы предлагаете мне убить его?

– Нет конечно, как вы могли подумать? Я хочу попросить вас выступить на моей стороне, и свергнуть узурпатора.

– А мне это зачем, в чём моя выгода?

– Вы выступите на стороне добра. А я расплачусь, чем скажете. – посмотрев на своё тело, томно заявила Ненея, намекая на интимную близость. Не знаю, может кто и ведётся на такое, но не я. Мой организм под чутким контролем, и гормоны, затмевающие разум, которые я должен вырабатывать под действием воздуха в помещении, не выделяются. А вот моя собеседница, хоть и приняла антидот, уже немного возбудилась.

– Леди Ненея, может вы расскажете, что вы делаете для города? Чтобы я понимал, за какое добро я выступаю.

– Я годами собираю коалицию против власти.

– Я не про это, что вы сделали для горожан?

– Я борюсь. – уверенно заявила она.

– Вот и я об этом, вы ничего не делаете, да и наплевать вам на них. Вам главное захватить власть, город с его жителями вас не беспокоят. На этом мы закончим наш разговор, вынужден попрощаться с вами. – поцеловав ручку, направился е выходу.

– А как же я, я вам не нравлюсь? – не понимая спросила она, но я уже выходил в открытую дверь. Политические игры в этом городе на слабом уровне, да это даже противостоянием не назвать. Просто знать играет в войну.

На выходе, меня ожидала карета градоначальника.

– Доброе утро Эйнар, прошу вас уделить мне некоторое время, мне нужно вам кое-что показать.

– С удовольствием прокачусь с вами Виссарион Адольфович. – садясь в карету, пожал руку градоначальнику.

– Я знаю, леди Ненея снова пробует свергнуть меня. Но перед тем, как соглашаться с её доводами, прошу вас посмотреть на проблему с другой стороны. Да у нас много проблем, многое в городе плохо, но мы работаем над этим. Я понимаю, что ваших сил хватит для контроля над городом, и мы ничего вам не сделаем. Как маги, элита города сильно отстаёт. Но они не главные здесь, город стоит за счёт простых граждан. И я покажу вам его.

Мы поехали по городу, Виссарион показывал школы, больницу, предприятия, места развлечений. Мы даже заехали в приют, который уже начали восстанавливать, там я обнаружил Тиш, наблюдающую за маленькими детьми. В её глазах было непонимание, но видно, она старается понять малышей, почему они так делают, почему смеются, почему плачут, почему бегают за медоедом, падают, встают и снова бегут. Ей пока не понятен алгоритм их действий, ибо она пока думает, как искусственный интеллект, анализируя всё с точки зрения математики и логики. Я проходил этот этап, и знаю, мозг скоро адаптируется, он вернётся на нормальные рельсы, где принятие решений не всегда зависит от логики, часто на это влияет выработка гормонов, плохое самочувствие и другие факторы. Это будет, но потом, главное, что она видит другую жизнь, может не самую простую и хорошую, но другую. Всё в мире познаётся в сравнении. Вот пусть сравнивает и ошибается. Для этого создано детство.

С мэром катались до глубокой ночи, он показал всё хорошее и плохое, красивое и неприглядное. Я понимаю, он боится потерять то, что построил.

– Благодарю за прекрасную поездку. – выходя из кареты поблагодарил Адольфовича.

– Что вы решили на счёт меня? – с безысходностью в голосе спросил Виссарион.

– А кто я такой, чтобы что-то решать?

– Вы присоединитесь к леди Ненее? – посмотрев мне в глаза, твёрдо спросил, как будто решил, что скоро умрёт.

– Я в этом городе гость, и не имею ни желания, ни возможности вмешиваться в вашу жизнь и давать какие-либо советы. Могу сказать одно, вы в делах города учувствуете больше, нежели госпожа Ненея. Да, может у вас есть недоделки и перегибы, но вы стараетесь. А по поводу присоединения, я уже отказал госпоже, ещё до нашей поездки. Я не собираюсь лезть в ваши игры, пока они не трогают меня.

– Благодарю вас. – градоначальник выскочил из кареты, крепко обняв меня.

Глава 6. Город одного греха.

Часть 4. Первая слеза.

Следующий день прошёл в приятных хлопотах, гулял по городу с Тиш и Максимкой, ели сладости, смотрели театральные постановки, метали мячи и ножи в цели, выиграли кучу игрушек. Тиш сохранила навык, поэтому у неё всё получилось легко, она даже пару раз улыбнулась, а пацан расстроился, ибо проиграл ей по всем фронтам. Нас никто не трогал, ибо весь город знал, что наши пушистые охранники очень опасны. Вечером уложив малышку, вышел в город. Во время поездки с градоначальником, засёк одно интересное место. Непримечательное питейное заведение, в подвале которого считывалось много ослабленных живых сигнатур. Я тогда щупами проверил головы пленных детей, выяснив, что этой ночью к ним прибывают покупатели. Поэтому решил заглянуть на огонёк, и размяться за одно.

Пробравшись на задний двор, засел в пристройку наблюдая за происходящим, заодно попрактиковался с ментальными техниками. Оказалось, за годы бездействия растерял навык, пока на расстоянии вкладывал закладки в мозги охранников, спалил два неподготовленных мозговых сегмента. В принципе я был полностью невиновник, у этих ребят с мышлением были проблемы, а все мысли были закольцованы возле простейших действий: жрать, срать, трахаться и нюхать всякую дрянь. Ещё осознал, что современные наркотики неплохо охраняют мозг своих реципиентов, уничтожая нейроны при внешнем вмешательстве. По этой причине, перед началом работы с мозгом проверял на наркотическую зависимость.

К полночи уставший, но довольный проник в подвал. Первые ряды охраны проигнорировали меня, для них я был свой. Один из них провёл меня на аукцион, где на удобных диванах сидели покупатели. Все с надетыми масками, но парочку из них я знал, видел на балу у мэра. Меня разместили в задних рядах, ближе к выходу. Весь вечер смотрел, как богатеи города скупают детей. Покопавшись в их мозгах, осознал, что они берут детей для плотских утех. Кто-то просто любил истязать, кто-то насиловать, были и те, что любили смотреть, как малышей заживо едят монстры. Убедившись, что невиновных здесь нет, а детей увели в камеры. Запустил огненный шар в сторону сцены, выйдя из помещения, закрыл дверь, наложив на неё защитное поле. В аукционном зале вентиляции не было, поэтому зал быстро заволокло дымом, началась паника. В дверь полетела куча магических атак, но я знал, что она выстоит. Наконец кто-то догадался, что выход можно сделать и самому, часть стены с треском упала на пол. Из зева повалили дым, посылаю в образовавшийся проём ветряной серп, снося первые ряды. За спиной ментально подчинённые охранники рубятся с охраной знати и бандитов. А впереди, кашляя, из дыма вываливаются их хозяева. Меч словно росчерк света, режет глотки, первые поверженные падают на пол. Наконец меня замечают, в мою сторону летят огненные шары, молнии, куски отделки. Телепортом перемещаюсь в толпу, делаю несколько точных уколов, снова телепортируюсь обратно. Со стороны могло показаться, что все атаки прошли сквозь меня. А в дыму слышатся новые хрипы умирающих. Скажу честно, мог сразу всех убить, но не захотел. Решил, что немного мучений перед смертью, они заслужили. Снова в меня летят магические атаки, дым распространяется дальше становится плохо дышать, опять телепортируюсь в кучу выживших магов, десяток уколов и взмахов, раненые падают на пол. Остальных убиваю в спину. В первые минуты хотел всех подчинить и оставить задыхаться в дыму, но просканировав мозги, осознал, все наркоманы, и у меня ничего не получится. Охрана гостей уже помножила на ноль охранников аукциона, поэтому пришлось приступить к завершающей фазе своей вылазки. Снова телепорт, оказываюсь у входа, там семеро выживших, идут выручать своих господ, все неплохие мечники и наркоманы. Бросаю в их сторону пси-конструкты, фиолетовые ножи пронзают пространство, вонзаясь в головы бойцов. В них заложена простая команда: «Стать на колени, и заложить руки за головы». Но снова ментальная установка натыкается на воспалённый мозг наркомана, приводя к ментальной катастрофе, бойцы падают на землю. Впереди в живых осталась только одна персона. Она смотрит на меня, готовя огненный смерч. Ветер и огонь уже начинают формировать воронку, осталось пара секунд для напитки энергией, и от этого здания останутся лишь головешки. Телепортирусь за спину магичке, одним ударом срезаю правую кисть.

– АААААААААААААААААА, Сука. – кричит она.

– Леди Ненея, как можно столь благородной особе, переживающей о благосостоянии граждан города, так некрасиво выражаться? – её заклинание развалилось, ударив её откатом. Ибо нельзя резко прерывать начатое, мана не может остановится в одну секунду.

– Ты, да как ты посмел, я сотру тебя в порошок. – через слёзы угрожает она.

– Охотно вам верю, и знаю, с порошком вы контактировать умеете. Но позвольте уточнить, кто в городе его производит? – культурно спрашиваю у дамы.

– Иди в жопу гнида, тебе конец, ты не представляешь с какими силами ты связался.

– Так я у вас о них и спрашиваю, может поведаете? – в это же время вижу, как один из артефактов с огромной скоростью начинает тянуть энергию из её накопителя. Мадам злобно улыбается, представляя, как я вместе с ней взорвусь в этом подвале. Но к её разочарованию, телепортируюсь на этаж ниже, прямо в камеру к детям, накрывая нас куполом. Сверху грохочет взрыв, часть потолка падает на магический купол. Дети в это время безучастно смотрят на происходящее, они отчаялись, некоторые даже расстроились, что их не убило. Но они не знают, что их смерть в ближайшем будущем не запланирована. Потоком воздуха выгоняю весь дым и пыль из помещения, снаружи уже открывается замок камеры, это постаралась одна из моих марионеток. Нормальный мужик, хоть и с очень неадекватным мышлением. Он пришёл в банду и напросился в наблюдатели за детьми, практически за гроши, чтобы им было легче. Он приносил им еду, выхаживал больных и каждый день дома плакал, жалея, что не обладает силой способной выручить и главное, спасти малышей. Мужик, даже под подчинением, игнорируя мои команды бросился к детям, начав обнимать их и проверять на наличие травм. Я знал, что сними в физическом плане всё хорошо, но кто я такой, чтобы мешать ему. Выйдя в коридор, подключился к зрению совы, она показала мне, что к зданию подтягиваются бойцы, это значит, что просто так выйти нам не дадут. Даю указание сове, чтобы она летела к закладке, где я оставил записку на подобный случай. Птичка должна доставить её в покои градоначальника, а он отправит сюда бойцов.

– Семён, оставляю детей на тебя, пока никуда не выходите, на улице будет жарко.

– Как прикажете господин, я не подведу.

– Знаю.

Он вправду нормальный мужик, первый разумный которого я вижу, что не притворяется добрым, а на самом деле им является. Это первый человек в моей жизни притворяющийся плохим, чтобы вершить добро. Этот мир явно сошёл с ума, раз такое происходит. И я всё меньше понимаю, что здесь происходит.

Мой выход из здания ознаменовался выстрелами из огнестрельного оружия. Тремя телепортами ухожу от обстрела, врубаясь в толпу бойцов, начинается кровавое месиво. Меч режет тела и отрубает конечности, воины стреляют в меня попадая по своим, хотя и мне тоже достаётся, но броня держит. Хорошо, что у них нет крупнокалиберного оружия, так бы пришлось разнести всё магией, не взирая на последствия. Но я люблю махач мечами, однако и магия тоже применяется. Всё больше бойцов падают замертво, получая ментальными конструктами в головы. Некоторые переходят в моё подчинение получив одну команду: «убить всех». Постепенно наша битва начинает походить на кровавую бойню, где все бьются со всеми. После пятнадцати минут ожесточённого противостояния в живых остаётся трое. Я и две моих марионетки. Проверив их воспоминания, понял, что они работают на градоначальника. У всех стоит одна задача, выяснить, кто заведует распространением наркотиков в городе. При этом им разрешили убивать, грабить, обещав простить все грехи, если они найдут главаря. Оставляю их в живых, приказав уснуть. Через пару минут к полю битвы прибегают медоеды, за которыми бежит Тиш, у которой на плече с гордым видом сидит попугай.

– Суки правят беспредел. Карамба, свистать всех на верх. – кричит пернатый, подгоняя малышку и двух меховых собратьев. Тиш подбежала ко мне, без слов присев рядом. Медоеды с упорством маньяков смотрят мне в глаза, пришлось шарахнуть по ним молниями. Попугай, увидев это действие, спрятался за спину малышки.

– Изверг, помогите, хулиганы зрения лишают. – закричал он, но мне на него плевать. Пусть кричит, я пока гоняю ману по телу, исцеляя синяки, оставшиеся после попадания пуль. Гвардейцы градоначальника выводят детей, и связанного охранника, забыл его предупредить, чтобы он не буянил. Но ничего, добрые люди должны знать, что за добро всегда надо платить.

– Уважаемые, отпустите бойца, он с нами. – бойцы беспрекословно выполняют мои команды. Бросив раненого на землю. Дети тут же бросаются к нему, обнимаю плачут. Семён улыбается, успокаивает малышей, я наблюдаю за Тиш, у неё из глаз текут слёзы. Она пальцем ловит одну, внимательно посмотрев неё.

– Что это? – Спрашивает, посмотрев на меня.

– Это слеза.

– А почему она вышла наружу? – не понимая, что происходит спрашивает девочка. Слеза уже скатилась по пальцу вниз.

– Так бывает, когда тебе грустно или плохо. Это реакция организма. Механизм эмоционального плача, активируется лимбической системой мозга(гипоталамусом) в ответ на сильный стресс. Они помогают организму расслабиться, выводя гормоны стресса (кортизол, адреналин) и токсины, одновременно вырабатывая эндорфины и окситоцин, приносящий облечение и снижение боли. – судя по пустым глазам девочки, понимаю, что она ничего не поняла.

– Гандоны. – говорит попугай. Вызывая у меня улыбку.

– Тебе не нравится то, что ты видишь, и твой организм пытается тебя успокоить, выводя плохое наружу, растворяя всё в воде, которую мы называет слёзы. Понимаешь?

– Нет.

– Тогда просто запомни это чувство, в следующий раз, когда пойдут слёзы сравнишь с этим воспоминанием, может тогда поймёшь.

– Я не хочу помнить, у меня в груди тяжело. Когда играли в городе было просто и весело, это я хочу помнить. А этих детей и побитого дядю не хочу помнить.

– Ты всё равно это запомнишь. А вот что вспоминать, ты уже выбираешь сама. Вспоминай хорошие моменты и у тебя не будет слёз, но плохие вещи всё равно будут происходить. Не мы такие, это мир такой.

– Так давай пойдём в другой мир, где нет слёз - просто заявила малышка.

– Во всех мирах одинаково Тиш, мы не сможем убежать. - везде есть место для слёз, и разумные, которые ведут себя как звери.

– Свистать всех на верх. – закричал попугай, посмотрел в сторону куда он смотрел, заметив приближение кареты градоначальника. Встав, ударил одного медоеда под дых, нужно чтобы они были на страже, а не спали в отключке, направился в сторону подъехавшей кареты.

– Доброй ночи Виссарион Адольфович.

– Не такая она и добрая. – возразил градоначальник, потирая переносицу пальцами.

– Ну не скажите, притон для продажи детей уничтожен, малышы освобождены, правда пострадало несколько знатных жителей города, но думаю, никто не будет страдать о их кончине.

– Не скажите. Зная боса криминала, он точно попытается вам отомстить. А я не хочу войны в пределах города.

– Раз вы знаете кто за всем этим стоит, может дадите адресок, я сам наведаюсь в гости.

– Если бы было всё так просто. Мы знаем только несколько ближайших подручных, а главаря никто никогда не видел. Но раз вы влезли в это дело, то я прикажу выдать вам все материалы. И спасибо вам за спасение детей. Не переживайте я позабочусь о них.

– Благодарю, только хочу попросить оставьте с ними Семёна, он хороший мужик, пусть присмотрит за подопечными.

– Добро. – написав записку, вручил мне бумагу. – Отдайте моему помощнику, он передаст вам всю информацию о главаре банды. А я пойду командовать расчисткой и решением сопутствующих проблем.

Взяв Тиш с выводком животных, на карете градоначальника направились в его замок. Тиш всю дорогу смотрела на руку, где недавно была слеза, она ничего не говорила, думала о своём. Уложив малышку в кровать, направился к помощнику градоначальника.

– Доброй ночи Ризолд Иванович. Вам передали записку. – вручил брату мэра послание, тот внимательно всё прочитал, острым взглядом посмотрев на меня. Кстати, нужно узнать, почему у брата мэра, другое отчество.

– Хорошо, я покажу вам всю информацию, но мой долг предупредить вас о опасности связанной с этой информацией. До этого все враги Боса, умирали, не зависимо от силы и ранга.

– А кто такой бос?

– Бос или шеф, так зовут главаря преступности нашего города, никто не знает, как он выглядит, но все знают, что лучше с ним не связываться.

– Так уж сложилось, что я связался, значит скоро мы с ним встретимся. Давайте не будем тянуть.

– Вы правы, следуйте за мной. – Ризолд отвёл меня в кабинет мэра, достав из сейфа толстую папку. – читайте здесь, папку из кабинета не выносите, если появятся вопросы, звоните в колокольчик.

– Благодарю, если вас не затруднит, попросите принести ужин и вина.

– Хорошо, распоряжусь. – недовольно ответил помощник градоначальника, тихо покинув кабинет. Интересный гражданин, он первый в этом мире обладатель ментальной защиты. Я только кончиком щупа коснулся его мозга, поняв, что это не простой человек. Но почему тогда, такой защиты нет у градоначальника? Хотя чему я удивляюсь, начальник службы безопасности не должен быть простым человеком.

Информации оказалось много, и выглядело всё как легенда о неуловимом боссе тайной преступной организации. Он контактировал с двумя помощниками, которые видели его только в маске, а при допросах этих помощников, ничего толкового узнать не удавалось, как только они начинали говорить о начальнике, их мозг сгорал. Достоверно было известно, что Бос общался с ними в маске и только ментально, его голос никто не слышал. Значит мы имеем осторожного менталиста, заведующего преступностью города. А зная эту братию, не удивлюсь, если параллельно с этим проходит некий эксперимент. Например наркотик, блокирующий ментальное вмешательство. Хотя это может оказаться побочным эффектом порошка, который придумывали для ментального контроля. Как в старом мире, изобрели лекарство, помогающее работе сердца, а побочный эффект вызывал эрекцию у людей мужского пола. Так в последствии, это лекарство продавали для улучшения эрекции, а не для больных сердечными заболеваниями.

Документы мне дали пищу для размышлений, и адреса ближних помощников Боса. Надеюсь, успею просканировать мозги этих ребят узная, где они встречаются со своим начальником. Утром встретился с Максимкой, он передал мне инфу на некоторых богатеев города, зашёл к ангелу, который поселился у Андрея Ивановича, где они со стариком увязли в своих экспериментах. А к вечеру перебрался в старые катакомбы, которыми правили преступники города. Не совсем правили, просто сюда могли спускаться только свои, это безмолвное правило знали все горожане, и не нарушали его. А я решил нарушить, так как это самый незаметный способ передвижения по городу, хотя и не самый приятный. Отключив органы обоняния, направился в нужном направлении. В руках плазмострел, готовый к работе и хорошее настроение, что ещё нужно для приятной прогулки по вонючим катакомбам?

Глава 6. Город оного греха.

Часть 5. Ктакомбы наркоманов.

В таких местах быстро понимаешь, что естественные надобности живущих на поверхности не всегда приятны глазу. Особенно, когда они падают тебе на голову. Согласен, неприятно, но никто не обещал, что руки останутся чисты.

Один из перекрёстков привёл меня на четвёрку бойцов, перекусывающих на ходу. Давно приметил их своими щупами, наконец наши пути сошлись.

– О братва, смотри кой прикольный гаврик. Слышь, ты ничего не попутал?

– Я, нет, а вы? – запустил пару щупов, коснувшись мозгов бойцов, сразу отступив обратно, парни под наркотой, значит придётся информацию доставать по старинке.

– Культурный, но тупой. – заявил один из бандитов.

– Ты это, малый, гони бабло, и мы убьём тебя быстро. – достав железный пистолет, произнёс второй. И их не смущает мой плазмострел, светящийся в полумраке туннеля, или они не знают, что это такое? Ну значит, познакомлю, с более продвинутым оружием. Нажимаю спусковой крючок, луч пробивает бойца с пистолетом насквозь, уносясь вдаль, засветив ещё парочку бандитов, ожидающих окончания нашего диалога.

– Молодые люди, как вы могли заметить, я немного не в духе, так что давайте пообщаемся более цивилизованными методами, по средством извлечения звуков из ваших связок, не применяя грубую физическую силу.

– Ну всё тебе конец утырок, Сизый мочим гада, он Таляна продырявил. – Сизый не ответил своему другу, застыв на месте, а его товарищ не мудурствуя лукаво, бросился на меня с ножом. Одной рукой перехватываю руку с ножом, направляя лезвие прямо в глаз нападавшему. Тот замертво падает в лужу.

– Сизый пригнись, будь другом. – тот сразу падает на землю, прикрыв голову руками, я делаю два выстрела за его спину, два попадания, вдали слышу сдавленные звуки. При этом постоянно контролируя обстановку. Двое бандитов, сидевших в засаде, получили ранения, различной степени тяжести. Сразу отступив в глубину тоннеля. – И так Сизый, пообщаемся? – подойдя к лежащему бандиту, пнул его немного ногой, а то он от страха уже начал терять сознание.

– Да господин, я всё расскажу, только не убивайте.

– Расскажи мне мил человек, как мне найти Боса.

– Простите господин я не знаю, я третий день в банде, я правда, не вру. – поднявшись на колени, начинающий бандит начал кланяться. Ну вот нарвался на новичка, хотя я не рассчитывал, что мне подскажут дорогу, но попытаться стоило.

– А кто знает?

– Талян, он был старшим группы, только у него есть ключ карта, открывающая доступ к месту отдыха. – значит не отгадал, подумал молчаливый самый умный, оказалось, обладатель огнестрела был самым авторитетным, а значит главным. Обыскав труп Таляна, обнаружил ключ карту, вернее то, что от неё осталось. Этими огарками двери не открыть.

– И чем ваша банда занималась?

– Мы порошок переправляем, как раз последнюю партию занесли, сейчас шли обмывать.

– А партия где?

– Мы оставили всё в укромном месте, там другая группа работает, они переправят дальше.

– Место покажешь?

– Меня же убьют, пощадите.

– Так давай я тебя прямо сейчас грохну. Так страдать не придётся, но, если покажешь место, я тебя отпущу.

– Я покажу, только не убивайте, у меня дети.

– Веди папаша. – Сизый быстро вывел к месту передачи, щупы уже показали, скопление людей впереди, и все под действием наркотика, возможно наши ребята.

– Вот господин мы всё здесь оставили. – кланяясь произнёс бандит.

– Ну что, будем прощаться?

– Вы же обещали, не убивайте, я брошу, я всё брошу, мамой клянусь. – кинувшись в ноги, заскулил Сизый.

– Иди, я своё слово держу, только запомни, в следующий раз умрёшь сразу, даже пикнуть не успеешь.

– Спасибо, век помнить буду, я не подведу господин. – идя вперёд спиной и кланяясь бандит отступал до перекрёстка, после чего со всех ног бросился в сумрак тоннеля. Я последовал за новым другом, просканировав округу. На нём стояла астральная метка, он теперь от меня никуда не денется, заодно проверю, куда этот малый так быстро побежал. Не верю я наркоманам. Эти товарищи всегда врут, причём очень правдоподобно. И этот любитель жизни не стал исключением, проигнорировав несколько выходов на поверхность, бежал в одному ему известном направлении. Причём шёл не туда, куда двинулись его раненые дружки, а на всех парах двигался в другом направлении. На краю города, бандит остановился, а через секунду мои щупы словно обрезало. Интересно, значит парень переместился в некое скрытое место или телепортировался. А вечер перестаёт быть томным. Усевшись аккуратней, начал медитировать, ища свою астральную метку, быстро найдя её обладателя. Оказалось, этот паршивец просто прошёл сквозь стену, но место, в котором он находился, было неким подобием астрального кармана, причём очень хитрым карманом, подпитываемым не магом, а самим астралом. Поэтому моя метка ощущалась слабо. И только я её нашёл, как кто-то стёр моё творение, значит бандит пришёл либо к менталисту сумевшему её найти, но в этом я сомневаюсь, я хоть и давно не практиковался, но в своём профессионализме был уверен. Скорее всего в этом кармане находился демон, эти гады хорошо ориентируются в астральной энергии. Неплохо я попал, нужно идти знакомится. За десять минут напитал плащ-зеркало, направился к стене. Обычная стена, ментальные щупы ничего не показывают, но вот пространство за ним фонит астралом, хотя энергия скрыта. Думаю, поверх кармана наложен щит отражения. Этим любят пользоваться демоны, при сканировании, магу кажется, что он наткнулся на простую землю, но если в это место направить щуп с ментальной закладкой, то его сразу отражает обратно. Мой удар по щиту был замечен. Хозяин решил впустить меня внутрь, пригласив в ловушку, открыв мне дверь.

Захожу в отъехавшую стену, за которой колышется защитное поле, без сопротивления делаю ещё один шаг, прикрываясь плащом. Вижу глаза Сизого, он не боится, на его плече старинный гранатомёт, он нажимает спусковой крючок выпуская снаряд. Взрыв, отбрасывает меня назад, бьюсь о защитный купол, внешних ранений нет, плащ всё погасил, но вот внутренние органы немного пострадали, сразу запуская магию исцеления восстанавливая микроповреждения. Смотрю на удивлённое выражение бандита, он прикрыл себя магическим щитом, используя артефакт. Щит неплохой, останавливает всё, что летит на большой скорости, даже ударную волну, но у него есть один небольшой минус, которым я сейчас и воспользуюсь. Подхожу к опешившему Сизому, медленно, чтобы он мог видеть, достаю нож и также медленно направляю его острие к глазу бандита. За спиной появляется проекция демона, он ничего не может сделать, только наблюдать и говорить.

– Стой смертный, не убивай его! – слышу раскатистый голос рогатого.

– Ничего личного, я просто сдержу слово. – медленно лезвие входит в голову бандоса, он всё видит, ибо место проникновения — это его глаз.

– Менталист, ты знаешь, что ты нажил себе серьёзного врага?

– Ой да ладно, а до этого мы с тобой были лучшими друзьями. Не пугай рогатый, говори, что тебе нужно.

– Демоны ничего не просят, мы заключаем сделки. Говори, что тебе нужно, смертный, а я озвучу свою цену. – надменно произнёс демон.

– Мне от тебя ничего не нужно, я ищу главаря бандитов, и справлюсь с этой задачей без таких как ты.

– Ха-ха-ха. – рассмеялась демонюга. – Мы тоже ищем этого менталиста, но не можем выйти на его след. Его наркотик портит души, души, вступившие в контакт с этой мерзостью, портят астрал.

– А, так значит и после смерти, души не теряют этот эффект. Могу прийти к заключению, что вы не можете их поглотить, и это вас бесит, так?

– Ты считаешь себя умным? Да мы не можем их поглотить, но и астрал ничего с ними сделать не может, они остаются в подвешенном состоянии, словно консервы, которых никто не может поглотить.

– Значит ты готов помочь мне в поисках?

– Демоны не помогают, мы заключаем договоры.

– Не ври рогатый, я же чувствую, что ты на этой планете, от тебя тянет материальной энергией. Ты уже нашёл себе оболочку, зачем тебе ещё я?

– Ты сильный, твоё тело выдержит несколько сотен лет, а душа будет лучшим деликатесом, хотя нет. Я оторву лишь часть, а из остатков можно сделать сильного лорда демона. Присоединяйся ко мне, мы будем править астралом.

– А как же наркотик и его производитель?

– Вместе мы поставим этот мир на колени.

– Пожалуй откажусь. – демоны любят этот пафос про покорение мира, мне же он и даром не нужен. Я люблю свободу и веселье. – Но от помощи не откажусь.

– Мы не помогаем просто так, но как будущему другу могу дать предостережение. Не переворачивай ни один камень здесь, это очень опасно. И если будешь в городе демонов найди Горма, обсудим кое-что. – проекция рогатого пропала, а я снова уселся за подпитку плаща. Может это и ловушка, хотя кому я вру, точно ловушка, но также я могу найти подсказку. Демоны хитрые, и легко могут обходить свои же правила. После работы с камнями меня три раза отбрасывало взрывной волной, один раз чуть не сожгли, а под одним из камней обнаружился магический камень, который содержал схему коридоров и точки размещения банд. Также на карте были обозначены места, где появлялся бос, с точными датами и событиями этому предшествовавшими. Значит демоны уже давно наблюдают за трафиком наркоты, и проделали огромную работу, но всё равно не смогли выйти на руководителя, однако они нашли лабораторию, в которой производят порошок.

Скорее всего главаря найти не смогу, но вот выманить его точно удастся. Он всегда подключается, когда происходит что-то масштабное. И я это устрою. Достав наручный компьютер и пояс с инструментами, приступил к создания простейших датчиков магических всплесков. Судя по карте демонов, главарь встречался со своими прихлебателями в разных местах, при этом комнаты в которых происходили встречи создавались накануне, а в течении нескольких дней разрушались. По версии рогатых в их создании участвовало от двух до трёх развивших в себе стихии воды, огня и земли. Но я думаю, что там хватит и одного, но проверим это на практике. До ночи создал сканеры, после чего разместил их в разных точках города. К рассвету закончил с приготовлениями. Осталось создать причину.

Для начал проверил официальный вход со стороны катакомб. И скажем так, защитили это место неплохо, скрытые турели, заминированы проходы. Если атаковать это место в лоб, всё просто подорвут. При этом часть города будет снесена с лица планеты. По этой причине решил пробраться со стороны скрытого прохода, по крайней мере мне показалось, что он там должен быть. Тайно проник в подвал покойной леди Ненеи. Долго искал возможный вход, и наконец нашёл, не сам вход, нашёл парочку подземных коммуникаций и несколько коридоров, кишащих всякой живностью. Сунулся в вентиляционные каналы, но там тоже всё заминировано и наставлена куча камер наружного наблюдения, пришлось снова отступить. Не хочу возится с техникой, проще договорится с монстрами.

Разрушив одну из стен подвала, попал в скрытый лаз, выведший меня в длинный коридор, забросил туда несколько огненных шаров поджарив парочку гигантских тараканов, их собратья быстро накинулись на поверженных собратьев, снова попробовал подчинить их мозги, но наткнулся на препятствие. Видимо тараканы поедали наркоманов выработав иммунитет к магии контроля, и при этом мои щупы словно тонули, а команды не приживались. Хотя парочка монстров лишилось голов, видимо это молодые особи не успевшие до конца адаптироваться. Создав вокруг себя сферу холоду, радиусом около двух метро направился прямо в толпу. Монстры, попав под влияние сферы замедлялись, всё равно двигаясь в мою сторону. Кромсал морды, отрубал ноги продвигаясь вперёд, их природная защита оказалась неплохой, мой меч отскакивал от их тела, но сочленения подвижных частей по-прежнему оставались слабыми, куда и разил раз за разом. За моей спиной оставались раненые, но я им уже не интересен, они с аппетитом поедали своих собратьев, не обращая внимания на костлявого полуэльфа. Всё шло неплохо пока впереди не появилось два двухметровых монстра. Эти даже не обратили внимания на мой мороз, проскочив сферу холода за мгновение, я успел заблокировать жвала одного из здоровяков, получив удар в спину, меня отбросило в круглый зал. Противники понеслись за мной. Бросил им на встречу гранату, она не остановила атаковавших, лишь замедлив на секунду. Они своими внутренними органами и волосками почувствовали вибрацию, которая их насторожила, ведь осколки даже не смогли поцарапать даже на миллиметр. Я успел немного отбежать, начав кастовать сложное заклинание. Приблизившихся тараканов накрыл гравитационный молот. Одному таракану расплющило голову, тот в агонии начал махать лапами отбросив меня в сторону, второго здоровяка лишь немного отбросило в сторону. Мало того что он выжил, этот гад начал выделять плотный газ, который разъедал даже железобетон. Я начал отступать в коридор подальше от его миазмов, но и таракан также пытался держаться от них подальше, даже его броня начинала шипеть, соприкасаясь с газом. Я со всей дури нажал на пяту, достав плазмомёт и начав заряжать для выстрела. Прыгая по трупам и уворачиваясь от, ждал раненых таракашек прибыл в начало коридора. Место, в котором всё началось, всё и окончится. Здоровяк не отставал, преследуя меня, он даже успел перекусить по дороге. Разворачиваюсь, стреляя всем зарядом в морду преследователя, попал точно, но от силы удара его голова немного сместилась, и мой луч снёс только половину головы, оставив в его теле сквозную дыру. Эта небольшая травма не остановила монстра, он по-прежнему нёсся на меня, прыгаю вверх, приземляясь на спину противника. Привязываю гранату на верёвку, достаю чеку, бросая в раненую голову. Лимонка, обматываясь вокруг головы детонирует. Прикрывшись плащом, прыгаю от взрыва, монстр начинает извиваться, заваливается на бок, его лабы разбивают стены. Пришлось отступить подальше, по дороге добивая раненых монстров.

Неплохо потанцевали, интересно, медоеды справились бы с этими здоровяками, или у них получилась бы ничья? Хотя чего думать, с их новой фишкой развоплащения, они дадут прикурить кому угодно, главное не бить их молнией, она на небольшое время отключает их мозги.

С проходом в лабораторию пришлось повозится, просто не хотелось шуметь. Поэтому потратил около часа, чтобы обойти систему слежения и открыть вход в шахту лифта. По пожарной лестнице спустился на самый низкий этаж, где стоял лифт. Покопавшись в проводке, закольцевал работу камеры в лифте влез в его нутро. Дверь оказалась открыта, впереди была комната, вернее оружейка, со старым стрелковым оружием. В основном в открытых шкафах стояли АК-147, коими любили пользоваться страны с развитым коммунизмом. В основном такие державы были техническими, и основа их производства, было оружие. Ведь им постоянно требовалось защищаться от нападок соседей. Не знаю почему людям не нравился коммунизм, ведь он был направлен в основном на благополучие работяг. Но да ладно, это не главное.

Обыскав склад, нашёл пару ящиков кумулятивных зарядов. Неплохие штучки, а главное над ними пошаманили маги, и теперь парочка таких зарядов, могло прожечь стену толщиной около пяти метров.

Прощупав пространство, вокруг нашёл главную лабораторию, там было всего лишь пять человек, трое из которых с оружием, их мозги были насквозь пропитаны наркотиком, а ещё два мозга были чисты, как пустой лист бумаги. Вернее, я так подумал, пока не обнаружил мощную защиту, такую пробить будет крайне сложно, не знаю как магу удалось дорасти до такой силы, но он меня впечатлил. Даже я из прошлой жизни не смог бы сделать лучше, а вскрыть такую защиту не повредив мозг невозможно. Думаю, внутри стоит вкладка, что уничтожит содержимое головного мозга, если кто-то сможет пройти всю защиту.

Устанавливаю, пару кумулятивных зарядов на стены, после чего делаю ментальные закладки для охранников, мои щупы делают своё дело, внедряя закладки, но мозг наркомана снова уничтожает сам себя. Солдаты замертво падают на землю. В подземелье загораются красные мигалки, всюду начинают бегать люди с оружием. Мои два чистых мозга быстро приближаются в оружейную. Два удара в область носа, учёные падают без сознания. Закрываю за ними дверь, усаживаю в столбу, привязывая их к нему.

– Ну здарова, очкастый, как чувствуешь себя, голова не болит? – спросил у пробудившегося очкарика.

– Вы кто?

– Я никто, и давай я буду задавать вопросы, а ты отвечать. Понимаешь?

– Вы не понимаете, это опасно. – бью его по лицу, не сильно, чтобы почувствовал. А я и сам знаю, что опасно, уже изучил документы, что они захватили с собой. Наш наркотик неплохо горит, причём его огонь сжигает не только физические объекты, но и души из астрала. Он даже сжигает сам астрал, оставляя в нём пятно, странной материи. Судя по документам, эти ребята занимаются не производством порошка, а изучением странной материи. Эти ребята выяснили, что обычная материя (не важно какая, астральная и земная) при контакте со странной материей может мгновенно захотеть превратится в странную. Но их эксперименты пока не принесли особых результатов, но как я понял, если эти ребята смогут создать хоть кусочек этой штуки, планете наступит хана. Вся поверхность превратится в сплошной пожар и сверкание. А пока они научились создавать острова в острале.

– Я понимаю, теперь ответь мне, кто за вами стоит?

– Мы не знаем.

– Хорошо, как называется ваша организация?

– Орден свя…– у учёного закатились глаза, он начал дёргаться, пошла пена из рта. За колонной послышалось:

– Да здравствует Орден свя… – и хрип, ребята окочурились, ничего полезного не узнал, но увидел подчерк менталиста, я его узнаю издалека. Хотя зачем мне это нужно. Теперь ясно, это наркоторговцы, здесь работает целый орден и походу они решили разрушить нашу планету. Главный вопрос зачем? Кто-то хочет замести следы, или таким образом будет собрана куча магической энергии? Хотя что рассуждать, нужно пообщаться с верующими.

Поставил таймер на кумулятивных снарядах, на пятнадцать минут. Скоро на этом месте возникнет астральный остров, он будет опасен не только для жителей астрала, но и для смертных, но так глубоко под землёй хорошие ребята точно не гуляют.

Глава 6. Город одного греха.

Глава 6. Сопряжение.

Взрыв в лаборатории прогремел намного позже начала пожара, видимо ребята решили подорвать подходы к этому месту и были правы. Однако теперь власти засуетились, в район подтянулись стражи начав разбираться в произошедшем. А я кушал вкусную похлёбку в забегаловке, рядом, посматривая на ручной компьютер. Два дня стражи шерстили город, а наш главарь всё никак не объявлялся, вернее его строители.

К концу второго дня наблюдения, наконец сработали датчики. Теперь я знал место сбора, осталось завершить начатое. Тайно проник в подземелье, устроив засаду, предварительно скрыв волновое излучение своего мозга и на максимум снизил работу источника. Теперь заметить меня при помощи сканирования крайне сложно. Шесть часов спустя по подземелью прошёлся магический импульс. Кто-то использовал артефакт сканирования, его лучи проскользили по мне не заметив угрозы. Для такого устройства я был неопасным монстром, на которого не стоит обращать внимания.

Дождавшись наполнения комнаты, пошёл в атаку. Плазмострелом прострелили дверь, оставив в ней небольшую дыру, после чего забросил в неё три гранаты. Разгоняя ману по телу, сразу включил ментальное сканирование, в комнате ощущалось одно сознание, и три затухающих. Причём убил их не я, а оставшийся в живых. Ударив ногой по двери, вошёл в помещение, за столом восседал Ризольд Иванович, брат и помощник градоначальника. У него стояла новая ментальная защита, её поставил тот же менталист, который стоит за всем происходящим, значит он в городе, и защитил своих от сканирования.

– Эйнар, присаживайтесь, перед тем, как начать наше сражение, мы должны поговорить. - спокойно произнёс начальник охраны.

– Ну что ж, давайте пообщаемся. Что вам сказали передать?

– А вы смышлёный, у меня к вам действительно имеется сообщение. Мой бос хочет переговорить с вами, чтобы обсудить дальнейшее взаимодействие, и пояснить причины своих поступков. Поэтому он просит вас заглянуть в гости к знакомому ангелу, там и состоится ваша беседа. – всё время сканировал его магические каналы, поэтому заметил, что Ризолд начал накапливать магическую энергию в руках, поэтому сам атаковал первым. Своим щупом ударил по мозгу, сбивая концентрацию. – а теперь нам пора… – договорить он не успел, я уже ударил его молнией, прожарив до костей. В принципе всё важное он сказал, а драться с ним я не намерен. Заглянул к градоначальнику в гости, взяв с собой двух медоедов, вынул из рюкзака ненужные вещи, загрузив его гранатами.

Ночью отправился к Андрею Ивановичу, думал проникнуть к нему тайно, но не получилось, он с ангелом ждали меня у ворот.

– Здравствуйте Эйнар, мы не собираемся с вами драться. Даю слово. – поприветствовал меня старик.

– И почему я вам должен верить?

– Я дам магическую клятву, как и наш крылатый друг. Наше общение пройдёт в рамках обмена информацией. После чего вы будете вольны делать, что пожелаете.

Эти двое и правда дали магическую клятву, и мир её принял. Значит они умрут, если нарушат её. Оставив своих помощников у ворот, проследил, чтобы им принесли много вкусных косточек.

– Присаживайся. – указав на стул, сказал ангел, сам сев рядом.

– Благодарю. Но почему ты с ними?

– Я не с ними, но мои эксперименты направлены на те же цели, что и у них. Мы сотрудничаем, не более. – ответил крылатый.

– А наркотики?

– К этому я не причастен. Так что информацией не поделюсь. Думаю, нам с тобой скоро всё объяснят, я сам мало что знаю.

– Лорд сказал вам правду, он не знает о всех проектах, мы сотрудничаем только по нескольким направлениям. Однако нам следует помолчать, мой хозяин уже подключился и сам всё расскажет.

На сцене перед нами появилась голограмма старика в белом балахоне. Лица его не видно, но судя по скрюченной позе и неторопливости движений, перед нами стоял настоящий старик.

– Рад вас приветствовать господа, знакомится не будем, это ни к чему. Уж простите за мои манеры, но пока нам рано это делать. Начну с главного, скоро в наш мир придёт сумрак, или более простым языком – скоро начнётся слияние трёх миров. В основном миры связаны попарно, так и было ранее. Когда на вашей планете шли войны, на моей учёные и маги в это же время развивали науку, связывающую две стихии воедино. И так случилось, что они высчитали наше соединение, но в дело вступила третья сила. Которая решила столкнуть наши миры, впаяв в систему третью планету. И теперь слияния не будет, произойдёт столкновение. В ходе которого три планеты будут разрушены, при этом все мыслящие организмы будут уничтожены, что приведёт к огромнейшему выбросу душ в астрал. Наши учёные считают, что какое-то сообщество таким образом решило заграбастать себе бесхозные души.

– Что значит бесхозные души. – перебил старика, ибо не понимаю, как такое вообще возможно.

– Хороший вопрос Эйнар. На который у меня нет чёткого ответа. Наши учёные предполагают, что астрал одномоментно может принять энное количество душ. Всё что сверх этого числа, будет отвергнуто или развеяно. А ты как сильный менталист представляешь, какой силой обладает каждая душа.

– Почему ты думаешь, что я сильный менталист?

– Нашу планету посетили стражи галактик, назовём их так. Именно они дали нам крупицы информации, из которых мы сделали некоторые выводы, подтвердив всё экспериментально. И я как представитель планеты посетил третью планету, где искал тебя. Но ты уже улетел в астрал, я изучил твои труды, и ознакомился со слепком твоих работ. После чего прибыл сюда.

– А зачем ты меня искал.

– Я искал не именно тебя. Мне нужен был маг с трещиной, похожую на мою. И я нашёл, но опоздал, недруги меня опередили, а затем я встретил тебя здесь, ты неплохо спрятался, но мироздание снова выплюнуло тебя.

– Значит ты уже изучил меня, но почему не убил?

– Ты как и я, обладатель трещины. Мы можем спасти наши миры. И ещё одно, мы не можем убить друг друга, трещину можно лишь расширить.

– А почему ты не рассказал мне это вживую?

– Нам рано встречаться, ты должен сроднится с трещиной этого мира, ибо стал его продолжением. И только тогда мы сможем встретится, чтобы объединить наши усилия.

– А какая выгода у меня?

– Ха-ха, – заскрипел старик, – никакой, ты прав, наши миры проживут ещё сотни лет. Но я надеюсь, что ты сможешь найти в себе что-то светлое, и откликнешься на мой зов. А пока мы останемся врагами, я не буду помогать тебе, а ты мне. Наша задача развиваться, и расти в силе. Я выиграл немного времени, заблокировав астрал, но этого надолго не хватит. Кстати, это получилось благодаря твоей работе – «Декогеренции и неразделимости частиц астрала». Которую ты не опубликовал, но твои ученики нашли твой дневник и опубликовали, под твоим именем.

– А зачем тебе наркотик?

– Здесь всё просто, этот порошок создаёт острова в астрале. А они благодаря квантовой запутанности частиц, создают такие же в наших мирах, что и тормозит сближение. Но я отступил от темы. Скоро наши миры выйдут на финишную прямую, на планете появятся норы в другие миры. В этих норах будут обитать животные из того мира, к которому они принадлежат. По моим прикидкам, это произойдёт в течении нескольких месяцев. Наши миры будут отрывать свои части закидывая в другое место, и чтобы не потерять тебя и третью трещину, я сделал программное обеспечение, которое будет определять участок суши, предназначенный для переброски. Твой наручный компьютер будет показывать эти сектора, и твоя задача остаться в нашем мире, чтобы мы могли продолжить борьбу.

– А почему нельзя предупреждать всех выживших планеты?

– Потому что это нарушит равновесие. Только трещины не подчиняются закону сохранения энергии.

– Он прав, Эйнар. – в разговор с серьёзным лицом, вступил ангел. – Равновесие не эфемерная величина. Его нельзя нарушать, ты как маг понимаешь, что даже слово очень сильного мага может пошатнуть равновесие вызвав бурю. И мы с Иванычем понимаем это, и готовимся стать норой. Да ты не ослышался, скоро наш город и его окрестности станут норой другого мира, к нам будут приходить воины, убивая нас, становясь сильнее. Поэтому мы и собрались здесь, у тебя мало времени, вы с Тиш должны покинуть наш город.

– А вы молодцы, уже даже за меня всё порешали.

– Да не решали мы ничего, просто дали тебе информацию для размышления. Я сам опешил от сказанного, но понимаю, что старик прав. Нам нужно постараться продлить жизнь нашим планетам. Мы может ещё и вернёмся обратно. Вдруг выйдем из норы, да переместимся ещё раз. – мечтательно произнёс ангел. Видимо подумал, что это будет очень захватывающий эксперимент.

– Лорд, хочу вас предупредить. Попав на другую планету, вы автоматически переходите в статус монстра, жители планеты на подсознательном уровне будут хотеть вас убить, уничтожить, как паразита. Хотя не буду скрывать, шанс выжить очень высок, особенно у вас, ведь попав в первые ряды нор, вы не нарвётесь на ожесточённое сопротивление. Пока не будут разработаны меры противодействия. А на моей планете такие меры будут разработаны уже в первые часы.

– Да ладно не пугайте, поучаствовать в межмировом эксперименте мечтает каждый учёный. – с блеском в глазах заявил ангел. Я же прокручивал эту информацию в голове, а её было много. Скорее всего это правда, или очень близко к ней. Этот старик и правда силён, раз я не заметил, когда он меня сканировал, хотя, может он просканировал меня в подземелье. Я тогда подумал, что это артефакт, но даже так он хорош, таким тонким касанием определить меня, при этом сопоставив слепок из прошлой жизни, сделать вывод, что душа одна и таже. Хотя он уже догадывался, раз запланировал эту встречу заранее. И если бы я не прошёл сканирование, то разговора у ворот не было бы. А сейчас я бы сражался со всей охраной дома. Но это пока не важно, главный вопрос зачем мне это надо. Я не могу сказать, что люблю этот мир, или у меня есть родные которыми я дорожу. У меня всего этого нет, так зачем мне сражаться за это?

– Эйнар, ты, наверное, думаешь, зачем тебе этот мир? Зачем сражаться за него? – начал глаголить старик. – И ты прав, в этом мире ты изгой – клон, созданный организацией. Но в прошлом мире у тебя остались потомки, они продолжили твоё дело и сейчас правят самыми сильными государствами, и несут память о тебе, распространяя твои труды. Да при жизни тебя не любили, сражались с тобой, но твои незаконнорождённые дети, нашли друг друга в астрале и объединились, теперь их внуки захватывают планету объединяя расы в борьбе со слиянием планет. Ты можешь мне не верить, но я всё-таки передал тебе одно воспоминание, в котором ты увидишь своих родственников, которых ты не знал. Но они любят тебя и чтут твою память.

– И что я должен прослезится и бросится убиваться о сопряжение? – не люблю такие манипуляции, хоть мне и приятно где-то в душе.

– Ты ничего не должен, просто дай шанс нашим планетам. Ответа от тебя я не требую, просто подумай. – старик пропал, оборвав разговор. Оставив кучу не заданных вопросов, хотя самое важное он донёс, а дальше посмотрим.

– Эйнар, вот карта памяти с программой обнаружения, установишь, когда сочтёшь нужным. Но прошу тебя подумай над его словами, и дай нашим мирам шанс. Ты мудрее меня, и это не первая твоя жизнь, но я всё равно попрошу за всех жителей наших планет – помоги. – Андрей Иванович, произнёс речь на эмоциях, и я верю в его искренность. Ведь он согласен стать частью норы, хотя может скрыться, не сильно пошатнув равновесие, но всё равно идёт на поводу у судьбы. А я не пойду по этому пути, я всё равно найду свой.

– Я не буду обещать помочь, но точно обдумаю ваши слова. – забрав карту, направился на выход. – Прощайте, господа, надеюсь вы проживёте долгую жизнь.

***

После ухода Эйнара, ангел и старик сидели у камина попивая дорогое вино.

– И что ты думаешь старик, он поможет?

– Думаю, да. Он добрый, хоть и хочет казаться чёрствым. Девочку не бросает, возится с монстрами, сражается с наркоторговцами. У него есть свой свод правил поведения, и он не сможет бросить в беде невинных, главное, чтобы у них хватило сил на борьбу.

– Но этого мы уже не увидим.

– Ну почему, хозяин оставил мне послание, и если мы попадём в его мир, то у нас есть шанс выжить. А когда мы доберёмся до их лабораторий, то заживём на полную. – с блеском в глазах заявил старик.

– Если нам повезёт. Давай выпьем, за нашу удачу, старый. – чокнувшись, каждый подумал о своём прервав разговор.

***

Придя в дом градоначальника, уселся за стол, поставив карту памяти на сканирование. Мой компьютер не выявил угроз, пришлось запустить установку софта, на экране засветилась полоска установки, показывающая 60 минут, до окончания.

Пока было свободное время зашёл к Тиш, та читала непривычного вида книжки с картинками. Она сказала, что они называются манга. Ей подарил их старик, приходящий к градоначальнику в гости. Значит он уже разговаривал с Тиш. Я, кстати, взял книгу с рисунками, и не заметил, как долистал её до конца, очень интересное и нестандартное чтиво. Меня захватило с первых минут, и я вместе с малышкой увлёкся чтением. Даже не обратив внимания, что загрузка софта уже закончилась. Вот гад, решил переманить меня на свою сторону через эти книжки, теперь мне интересно, что будет дальше.

– Эйнар, а давай найдём этого старика, пусть даст ещё манги, мне понравилось. – с улыбкой сказала Тиш, посмотрев мне в глаза. Да милая моя малышка, ты тоже с трещиной в душе, и нам придётся найти не только продолжение манги, но и создать свою, где в конце мы с тобой погибнем, положив наши жизни на алтарь трёх миров. Но я сказал другое.

– Тогда собирайся, идём искать продолжение истории.

– Ура!!! – обрадовалась малышка, достав из-под кровати рюкзак. – Я уже готова.

Переговорив с Виссарионом Адольфовичем, рассказал, что главарей банды я убил, а дальше он сам. Взяв немного провизии, забрал Тиш, направившись в город демонов.

Почему так быстро ушли? Потому что двадцатикилометровая зона вокруг города горела красным цветом, что означало скорое превращение этой местности в нору. А я не хотел проверять, когда именно это произойдёт. По дороге мы видели носорога, с пустыми глазами шедшего в сторону покинутого поселения, также после него встретили ещё несколько стай монстров, следовавших в сторону города. Если бы я не знал куда они идут, и что там произойдёт, то даже не догадался бы, почему монстры так себя ведут. А их поведение указывает, что планета каким-то образом влияет на живущих. Может по этой причине ангел и Иваныч остались в городе, им было внедрено, что они этого хотят? Если это так, то наша планета тот ещё менталист, так красиво внедрить желание, чтобы сильные маги даже не задумались, что их просто отдают на убой. Ну а с монстрами всё проще, эти двигаются не понимая, что происходит. А вот моих медоедов это не коснулось, эти долбоящеры спокойно виляют толстыми задами, вывалив язык из пасти. И судя по довольным рожам вполне себе рады жизни. Хотя они, увидев старого друга, бросились его грызть, но увидев, что носорог не реагирует, отстали от него вернувшись к нам. Они либо ментально супер сильны, либо феерически тупы, что на них не действует ментальные техники. Одним словом – уникумы.

Но при этом при всём, сама планета получается тоже мыслит, раз может выбрать кого отдать в жертву. А раз она мыслит, значит обладает сознанием? Или у планеты есть аватар, который выполняет эту функцию? Но тогда интересен не сам аватар, а причина его появления. Блин, столько всяких вопросов, а я только вернулся в этот мир. Думал здесь всё будет просто – буду убивать и защищаться, защищать и нападать. А судьба говорит: «Нет Эйнар». И на тебе обухом по голове. А потом ещё и всё вот это с концом света. У меня хоть одна жизнь пройдёт нормально? Или я так и дальше буду выбираться из всякого говна? Ну вот поныл немного, даже легче стало. Люблю я такую терапию. Вон два братана, вывалили языки наружу и кайфуют, молодцы. Нате вам по молнии в довольные хари.

Глава 7. Город из прошлой жизни.

Часть 1. Носорог и превратности судьбы.

Последнее что помнил носорог, как он прятался в пустыне, охотился на монстров ел, и снова прятался. Два маленьких зверька прогнавших его из города ангелов постоянно всплывали в памяти. Он не боялся, но ему было страшно. Этот страх пожирал его изнутри, даже во сне он видел, как эти двое снова кусали его ноги, он снова бежал и бежал, и бежал. Каждое утро начиналось резко, глаза открывались, а в памяти ещё не остывали чувства преследования. Во снах он всегда убегал. Но в одно прекрасное утро он проснулся с чётким пониманием, что ему нужно идти. Он встал и пошёл к горизонту, там вдали было место, куда он должен прийти. Рядом шли монстры, и никто никого не ел и не нападал. Они все шли к одной цели. Даже эти два маленьких пакосника, которые снова кусали его за ноги не были такими страшными, как раньше. Что? Почему мне не страшно? Зачем я иду с этими монстрами? Нет, я не хочу. Вернусь к ним и странному двуногому, может тогда мне станет понятнее? Носорог развернулся, направившись обратно, он терял сознание, просыпался в поту вспоминая своих преследователей и шёл за ними. Он никогда не забудет их запах, этот аромат страха навсегда застрял в его мозгу, и только он, удерживал его от желания идти в сторону горизонта.

***

Две недели прошли довольно быстро, охота на монстров проходила легко, животные словно в трансе шли к городу одного греха. Они не сопротивлялись, я просто выбирал монстра подходил к нему и одним точным ударом лишал его жизни. Но в конце второй недели монстры начали идти уже в другую сторону, а нас нагонял носорог. Два медоеда обрадовались, увидев старого друга. Они даже бросились к нему на встречу, начав кусать его ноги. Здоровяк отбрасывал их, даже один раз придавил одного из братанов, после чего они ещё больше возбудились, набросившись с удвоенным рвением, но наш гость просто замертво упал в красный песок. Я не обращая внимания продолжал путь, пока меня не догнали два медоеда вцепившись в штанину, они тянули меня в сторону носорога, даже разряды молний не остановили их. Пришлось сдаться и вернутся к упавшему монстру. Проверив его состояние, понял, носорог лишился сил. Внутри он был пуст, как черепные коробки медоедов, видимо рогатый долго не ел и не спал, и вся магия из его тела ушла на поддержания нормального функционирования организма. Я посмотрел на двух братанов, которые вылизывали морду носорога и понял, что они хотят, чтобы я помог. Пришлось идти на охоту. Веренее бежать за ушедшими монстрами. Половина дня ушла на погоню, и ещё столько же на обратный путь. Тиш и медоеды спали на носороге, тот тяжело дыша был в некой дрёме. В нём словно боролось два чувства, а зверь старался не спать, чтобы не проиграть.

Порезав убитого монстра на части, напитал куски маной и неспеша начал скармливать их носорогу, тот с удовольствием ел, косясь на медоедов, внимательно следящих за ним. Эти двое явно намерены поиграть, но здоровяк ещё два дня не смог встать, наконец он поднялся, осмотрелся вокруг, как будто впервые видит это место. Понюхал медоеда, получив лапой по морде, после чего заревел как бешеный, снова упав на песок. Медоеды разочаровано обосцали его рог и направились в пустыню, я с ними согласен. Носорог выздоровел, но решил никуда не идти. Это его выбор, а наш – идти в сторону города демонов.

Первые три дня мы бежали лёгкой трусцой, дабы догнать монстров, шагающих в туже сторону, ещё четыре дня шли с ними вместе, иногда выбирая одного для питания. Но в один из дней монстры остановились, они словно замерли, мир тоже замер, даже ветер поставил себя на паузу. Всё затихло, слышались лишь обеспокоенные посапывания медоедов, прижавшихся к моим ногам. Первый раз вижу, чтобы эти двое чего-то боялись. Однако и я ощущал что-то зловещее накрывающее нас незримой вуалью. После долгих минут тишины, всё вокруг задрожало, застывшие монстры упали в песок, медоеды забрались мне на плечи, и дрожащими лапками начали душить за шею. Их взгляд на небольшое время стал более осмысленным, в них словно пробудились мудрецы. Я же в это время разбросал все поисковые заклинания вокруг, сканируя местность. Тиш уселась на землю, начав медитацию. Позади уловил движение, к нам мчался носорог со страхом в глазах пёр прямо на нас. Медоеды снова вернулись к обычному состоянию, лизнув меня за щёку, бросились в атаку на здоровяка. Дрожь закончилась, медоеды вцепились в морду монстра, тот с хрипом пытался их сбросить, и подошёл к Тишь, она ещё пребывала в медитации, из глаз текли кровавые слёзы. Просканировал её состояние, всё внутри девочки кипело, словно энергия хаоса попав в неё сошла с ума. Также обнаружил энергетический канал, исходящий из глубин земли, он подпитывал малышку, вливая эту неясную энергию.

Монстры вокруг начали приходить в себя, они осматривались вокруг, но, когда их взгляд натыкался на девочку, сразу убегали в пустыню. Пока все не пришли в себя, я прикончил троих, ибо мы зависнем здесь, пока малышка не придёт в себя. Вон даже наша троица закончила своё приветствие и теперь с интересом смотрят на меня, а я разделываю туши не забывая делится с ними, ведь убивал с прицелом и на них тоже.

Девочка семь дней сидела в позе лотоса, рядом всегда лежал носорог, он как и два его неадекватных собрата, решили охранять малышку, а я иногда через трубку подавал ей в желудок растворённые капсулы питания «СинКлон-7», организм девочки словно губка впитывал полезные вещества. За эти дни в ней то появлялся, то пропадал источник магии, её организм постоянно перестраивался, как будто не мог найти оптимальное состояние. Но, как и всё конечное, это тоже закончилось. Малышка провалилась в сон, разорвав канал связи. Просканировав её тело - источника магии, не обнаружил, но зато тело стало идеально сбалансированным, все заменённые органы её тела, были заменены. Мозг стал ментальной крепостью, думаю, все чипы установленные ранее разрушены, а установки, вписанные в прошивку мозга, тоже пропали. Хотя это не точно, на ментальном уровне её мозг светился как солнце, не давая даже приблизится. Но поднося щуп к нему, я ощущал словно приближаюсь к чему-то идеальному.

Уложив малышку на спину носорога, и сев рядом, дал команду нашему новому другу двигаться вперёд. На голове у здоровяка сидели два медоеда делая вид, что это они управляют рогатым. Не знаю откуда, но у них на головах появились пиратские шляпы. Одним словом, мир сходит с ума, хотя у меня с кукухой вроде всё нормально, специально просканировал мозг, когда увидел головные уборы этих двоих.

Подъезжая к городу демонов, обнаружил гору, стоящую вместо него. Вернее, я об этом знал заранее, сова показал мне изображение нового объекта. Пришлось отправить её на разведку, судя по программе, установленной в ручной компьютер, эта местность преобразовалась, и мы вошли в зону аномалии, что образовалась совсем недавно. Разместившись у подножия, стали ожидать результатов разведки. Считав информацию, полученную от совы, внёс всё в программу преобразования. Теперь у меня была обновлённая карта с учётом нового ландшафта. Ещё три дня мы сидели на месте ожидая пробуждения Тиш.

– Где я? – открыв глаза спросила малышка. К ней сразу бросились медоеды, облизывая её лицо. – Ну хватит. – засмеялась малышка, отталкивая двух ухажёров.

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально, я выспалась, только ничего не помню.

– Ты не помнишь, что с тобой было во время медитации?

– Нет, я помню, что мне захотелось поспать, я села на песок и всё, я проснулась здесь.

– Ты спала много дней, и мы пришли к норе, я планирую зайти внутрь. Если хочешь, я оставлю тебя здесь.

– Нет, я тоже хочу посмотреть. Мы как в манге пойдём зачищать подземелье. – с улыбкой ответила она.

– Ты понимаешь, что там будет опасно?

– Не переживай, я всё понимаю. Я стала другой, но всё равно я понимаю опасность.

– Вот и хорошо, тогда пообещай, что будешь слушать меня и выполнять все мои приказы.

– Обещаю.

– Договорились.

***

У входа в нору нас ожидали песчаные часы, а сама пещера была затянута непроходимой пеленой. Когда последняя песчинка упала в нижнюю часть, пелена спала, и мы смогли войти внутрь.

Перед нами открылся полуразрушенный город, по улицам которого шлялись скелеты.

– А почему здесь небо голубое? – спросила Тиш.

– На нашей планете раньше тоже такое было, это после войны оно стало красным.

– Мне такое больше нравится, а что мы будем здесь делать?

– Будем убивать скелетов и исследовать это место. – медоеды уже бросились в атаку, увидев ходячие кости. Они любят погрызть косточки. Носорог остался рядом, поглядывая на свою хозяйку.

– А можно я на малыше буду сражаться.

– Малыш, это носорог?

– Да он такой милый, я назвала его малышом. – нежно погладив здоровяка, произнесла девочка.

– Хорошо, только не слазь с него. И держи булаву, ей проще разбивать кости, нежели твоими ножами. – протянул ей небольшую булаву, она немного тяжеловата для неё, но всё равно лучше, чем короткие клинки.

– Спасибо дядя Эйнар, но у меня есть своё оружие. – из руки девочки возник боевой молот, и судя по его размерам, она вообще не должна его держать даже двумя руками.

– Но откуда он у тебя. – она создала его из ничего, магического источника у неё нет, манапроводящих каналов тоже нет. А это оружие точно магическое, да ещё в два раза больше самой девочки.

– Я не знаю, мне просто захотелось такое оружие, я видела в манге, вот оно и получилось само.

– Хорошо, только поаккуратней.

– Ну я пошла, но Малыш. – девочка ударила ногами по пузу носорога уносясь в сторону скопления скелетов, которые пинали двух медов пытающихся погрызть кости их собратьев. Интересная у неё магия, похожа на магию желаний. В прошлой жизни я выдвигал гипотезу, что можно создавать из магии предметы не прибегая к помощи источника, но я тогда думал, что это доступно только сверхсильным магам, пропитавшимся за столетия маной. А здесь малышка без источника, делает такие вещи.

Достав меч бросился в кучу скелетов, что прибывали со всего города, они стягивались на шум боя, бредя к нам. Сова летала под куполом, показывая картинку всего города. Меня интересовали не скелеты, а те, кто ими управляют. Это настоящая угроза этого подземелья.

Наконец маги управляющие костями решили обратить на нас внимание. Я быстро бросился в ближайшее здание, выбежав на соседней улице, мне на встречу шло три некроманта. Их сопровождали семь гончих, похожих на скелеты волков. Их хозяева, увидев меня, отправили троицу мне навстречу. Три взмаха булавой, разнесли черепа собачек, а я, не сбавляя темпа двигался в сторону некромантов. Поверженные враги развернулись, бросившись мне вдогонку, а некроманты атаковали некротическими импульсами. Ударом плеча вынес дверь в ближайший дом, атаки магов прошли мимо, задев одну из собачек. Две костяшки забежали за мной, моя булава уже окутанная магией света, бьёт первую, разбивая часть рёбер и ломая одну из ног. Вторая прыгает на меня пытаясь схватить за шею, но оказывается, что у неё нет головы, она валяется на мостовой. Хватаю её за рёбра, нанося несколько ударов булавой по костям, вижу глазами совы, что некроманты уже бегут к центру города, бросив на меня оставшихся гончих. Отдаю команду птице на атаку, та словно ястреб летит вниз, пробивая голову одному из магов. Я в это время отбиваюсь от собачек, круша их кости световой булавой. Не покидаю здание, так как в подвале обнаруживаю живых. Их трое, один взрослый и два ребёнка. Добив гончих, спускаюсь в подвал.

– Привет, – здороваюсь на языке своего старого мира, вдруг нам повезло и к нам попал кусок моего старого мира.

– Не убивайте. – слышу в ответ.

– Я и не собирался. – непривычно говорить на языке которым никогда не пользовался в этом теле. – может выйдете ко мне, поболтаем? – Из кучи тряпья выбирается девчушка лет шестнадцати, значит я ошибся, она не взрослая, а за ней прячется два пацана лет шести, семи. Ну хоть с этими не ошибся.

– Мы не воины, мы прячемся. – говорит девчонка, прикрывая руками ребят.

– Меня зовут Эйнар, может расскажете, что здесь произошло? – при разговоре слежу за реакциями собеседников. Их ауры хаотичны, мозговая активность не стабильна.

– Господин Эйнар, мы не знаем, что произошло, наши родители разбудили нас, приказав прятаться в подвале. Потом мы слышали крики, потом всё стихло, а перед вашим приходом, наверху кто-то дрался. – ответила девушка. Судя по реакции зрачков и показателям мозга, она не врёт. Но всё равно, их организмы в шоке, они ещё не адаптировались к новым реалиям.

– Я тебя услышал, вы пока продолжайте прятаться, а я пойду поговорю с плохими дядями, после чего вернусь за вами. – а плохие дяди уже подымают мёртвых горожан, сброшенных в общую кучу на площади.

– Дядя Эйнар, спасите папу с мамой. – попросил один из пацанов.

– Если они живы, спасу. А вы пока прячьтесь. – детки оказались сообразительными, обратно спрятавшись в кучу тряпья.

Я же по-быстрому переместился на крышу здания, проследовав к центру по черепичным крышам. Сова показала, что на центральной площади уже собралось около десяти магов, и они подняли много зомби. Тела свежие, разложение ещё не началось, а значит умертвили их недавно. Некроманты работали быстро, позабыв о безопасности, выставив умертвий по кругу, но не накрыли себя защитным куполом. Вытащив связку гранат, вырвал чеку, отправив подарок под ноги магам. Один из них обиженно посмотрел в мою сторону, ну а я что? Я ничего, первое правило любого мага – обеспечь свою безопасность. Они пренебрегли им, за что поплатились, но не все. Один из некромантов успел прикрыться своим товарищем, получив сотрясение. Теперь он приходил в себя стоя на коленях и тряся своей головой. Даю команду сове, та снова пикирует вниз, правда, не попадает по голове, удар приходится в шею. Некромант умер, а сова срикошетила, и теперь торчит в мостовой. Голова застряла в булыжнике, только лапки дёргаются.

Поднятая нежить начинает разбредаться по городу. Без управления, они становятся тупыми, идут вперед стараясь уничтожить всё живое. С такими можно расправится позже. Да и выжившие скоро должны начать выбираться, а нежить отвлечёт внимание.

Быстро освободив сову, отпускаю её в полёт, собираю трупы некромантов, поджигая их магией. Первое правило борьбы с некромантами, если ты победил некроманта, сожги его тело. А я правила не нарушаю, особенно если их создал я сам. Было один раз, отрубил голову такому товарищу, развеял её, а на тело не хватило времени. Пришлось срочно сматываться, так это тело потом прошло половину страны, покрошив кучу народу, пока его не сожгли. Теперь, я такие подарки оставлять не собираюсь. Но ни это главное, к площади подходит вооружённый отряд солдат, они пока заняты зомби, но я с ними встречаться не хочу от слова совсем. В принципе всё что хотел, узнал. В мир переносятся живые люди и монстры. Только не ясно откуда здесь некроманты? Может так совпало, они напали на город во время переноса, а может появились, как отряд с третьей стороны, чтобы жизнь малиной не казалась.

По дороге назад заглянул к детишкам, вытащил из подвала, довёл до перекрёстка, с которого были видны стражники, да ушёл к Тиш. Она со своими скелетами уже давно закончила. Медоеды пинают череп, с довольными рожами гоняясь за ним. А носорог словно статуя стоит неподвижно. Девочка лежит на его спине смотря в небо. Видимо голубое небо и белые облака откликаются в её душе чем-то хорошим.

– Так братва, отступаем, на сегодня мы закончили. – появившись на улице, сразу выдал команду. Тиш спрыгнула с носорога, а остальные участники нашего отряда, проигнорировали мои слова. Ну а чего я ожидал, два неадеквата и здоровяк, ну последний хоть за Тиш ходит хвостиком.

– Может останемся. – возразила малышка.

– Запомни, приказы не обсуждаются, а исполняются.

– Есть. – приложив руку к голове, сказала Тиш, и с довольной улыбкой направилась за мной. Носорог безмолвно развернулся, уйдя за хозяйкой. А двое игроков по-прежнему пинают череп. В принципе пусть остаются, у меня в планах ещё одно посещение этого места, но для начала мне нужно сделать одну штуку.

Десять часов ушло на создание полумагического устройство для перевода. Эта штука изучает мозг носителя, и переводит неизвестный ему язык. Переводы не всегда точны, ибо у разных народностей свои фишки, но в общем работает сносно. Главное, чтобы у носителя прибора была мана.

Глава 7. Город из прошлой жизни.

Часть 2. Менталисты, город и собака.

Пока я работал, сова проверяла окрестности, Тиш спала. Думал первым делом зайти в подземелье, но птичка показала один очень интересный труп. Сам мертвяк был обычным клоном, но вот устройство на его спине меня заинтересовало. Оставил малышку у подножия, сам направился вверх по скале. Подъём занял четыре часа, наконец я прибыл. Перевернув труп на спину, изучил маготехнические крылья. В мою бытность, это было лишь разработкой, видимо организация доработала образцы. Найдя слот для присоединения, подключил ручной компьютер, подключился к программному обеспечению скачав программу управления. Сделал это не зря, в крыльях была заложена программное обеспечение обеспечивающая безопасность технологии. Не зарегистрированный объект, пытающийся присоединить к себе аппарат, подвергался ментальной атаке, и плюс к этому заражалась кровь специальными нано ботами, созданными для починки и защиты образца. Пришлось потратить восемь часов для перепрошивки и внедрения в программу своих данных. Получилось не всё, но главного я добился. Крылья не будут меня атаковать, принимая меня как временного хозяина. Присоединив их к спине, направил ману в оборудование, заодно настроив постоянную подпитку. Теперь я летаю, а в будущем, когда программа полностью прошьёт систему, смогу использовать их как оружие.

Спланировав к Тиш, увидел удивлённые глаза малышки.

– Какие красивые, а можно погладить? – спросила она, направившись к моей спине.

– Конечно, только осторожнее. – предупредил девчушку, ведь крылья не такие безобидные, как на первый взгляд кажется. Острые части перьев могут резать даже твёрдые металлы, а плоть для них также податлива как масло, перед нагретым ножом.

– Они такие хорошенькие, а можно и мне такие? – гладя крылья, спросила она.

– Если найдём такие, попробуем сделать и тебе. – хотя, это маловероятно. Судя по техническому листу, таких было сделано только пять штук, причём мои самые первые и самые слабые.

– Мы найдём. – заворожённо ответила она.

– Хорошо, а теперь нам пора возвращаться обратно, там наши два охламона могут разрушить весь город.

– Нет, они хорошие, они там играют. – уверенно ответила девочка, прекратив гладить чёрные крылья.

Зайдя внутрь подземелья, обнаружили заградительное сооружение, жители уже попытались обезопасить себя новой стеной, пока из всякого хлама, но и так хорошо.

– Стой, кто идёт? – послышался голос сверху.

– А я понимаю их Эйнар, так прикольно. – сразу высказалась Тиш. Она стала первой моей испытуемой. Её переводчик не зависел от маны, я сделал его портативным, напитав своей энергией, на сутки должно хватить.

– Я Эйнар, со спутницей. Пришли забрать трофеи.

– Это твои звери бегают по городу? – спросил тот же голос, и было слышно, что он боится. Хотя я его понимаю, эти два комка могут напугать кого угодно. Это хорошо, что мы не взяли с собой носорога.

– Не совсем мои, но я их знаю. Может выйдешь и поболтаем?

– Стой, где стоишь. Я отправил за начальством, пусть они решают. Если будешь дергаться, мы тебя пристрелим, — пока мы говорили, я проверил ментальную защиту стражи и был крайне удивлён, щиты стояли добротные, но у них был один изъян. Саму структуру придумал я, а значит могу их с лёгкостью снять. Ведь каждый менталист оставляет для себя крючки, чтобы в последствии с их помощью чинить и подпитывать созданный механизм защиты.

Направив импульсы в головы стражникам, оставил им послание для начальства, теперь эти бравые ребята нам не угроза. Взяв малышку на руки, взмыл в воздух, город стал тихим, по улицам ходила стража, а выжившие сооружали баррикады на улицах. Что ж, я их понимаю, они ждут нападения, а так им проще защищаться. Тиш с восторгом наблюдала за городом, а я с неудовольствием заметил, что крылышки жрут очень много маны. Не сказать, что критично много, но летать смогу не больше пяти часов. Хотя и этого вполне достаточно. Заметив двух обормотов, гонящих череп по городу, спустился к ним, они, заметив Тиш бросились к её ногам, проигнорировав меня, как будто меня нет. Малышка начала гладить их пуза, а я подчинил тройку стражников, следовавших за медоедами. Теперь у них стоит задача охранять девочку. А я пошёл в сторону стройки, там намечается что-то интересное.

Прибыв к баррикаде, обнаружил толпу, обсуждающую происшествие. Оказалось, что выжившие начали болеть, некоторые из них сходят с ума, бросаются на живых начиная кусаться и грызть их плоть. Все переживают, что и их не пройдёт эта напасть, но каждый надеется выжить, ведь их жрецы обещают, что минимум треть из оставшихся - выживут. И поможет им в этом их бог – Гиброалатариус. И, как ни странно это звучит, но это - моё имя из прошлой жизни. Не может же быть, что они поклоняются мне? Нет, такого не может быть от слова совсем. Я никогда не был богом, сильным магом –да, но не богом. Ладно, пока пропустим это мимо ушей, главное сейчас – изучить сошедшего с ума, по крайней мере так считают все окружающие, но вот мои щупы, показывают несколько другую картину. Взбесившийся человек, ментально вполне здоров, его мозг находится под контролем. И канал связи ведёт к области живота, в этом месте он словно рассеивается. Я раньше считал, что там находится душа, но доказать этого не мог. Однако теперь, я снова вспомнил об этом. Если душа и в самом деле, находится в области живота, значит она «заболела» или была подчинена некой сущности, что даёт указания убивать всё живое. Но зачем?

Мои изыскания были прерваны. К нам прибыли менталисты, трое разумных, два эльфа и один непонятный индивид. И этот непонятный, нагло оборвал мой щуп, посмотрев на меня. В голове раздался его голос:

– Ты кто такой?

– Моё имя Эйнар, как мне обращаться к тебе? – попытался быть вежливым, проверив округу. Рядом всё осталось по-прежнему, Тиш играет с медоедами, люди заняты обсуждением происшествия, а наглый тип смотрит в мою сторону.

– Здесь я задаю вопросы. – вместе со словами, типок попытался пробить мою ментальную защиту. Щит прогнулся, отразив атаку в нападавшего. Моя активная защита неплохо справилась с вторженцем, отработав на сто процентов. Но и у него оказалась такая же защита, только с прицелом у него не всё в порядке. Атака улетела в небеса.

– Почему ты используешь техники святой церкви? – послышался взбешённый голос нападавшего.

– Не знаю, что там у вас за церковь, но это ты используешь мои наработки, причём используешь не очень эффективно. – отправил ответ наглецу, заложив в него небольшую закладку. Помню разрабатывал такие для создания иллюзий. Причём иллюзия закладывается не в мозг, а налаживается поверх щита. Её легко разрушить, если сможешь обнаружить. Теперь вместо меня он видит дерево. Вижу, как меняется его лицо, менталист выхватывает магический шар, запуская в него свою ману. Шар преобразует энергию, выбрасывая в пространство поисковый импульс. Моя защита снова срабатывает на ура, отражая атаку. При этом моя закладка также разрушается, он снова видит меня, смотря в мою сторону словно я враг государства. Хотя я ничего плохого не сделал.

– Ты!!! – заорал менталист. – Взять его!!! – стражники, охранявшие взбесившегося горожанина, бросились в мою сторону, два помощника атаковали меня своими ментальными щупами. Перехватываю их щупы, рву их, пускаю по каналу сильную зубную боль. Моё личное воспоминание, когда меня пытала организация, загоняя в зубные нервы иголки. Маги падают на землю, скуля от боли. А стражники получают по импульсу в щиты, теперь они охраняют меня. Внешне с щитами ничего не произошло, но теперь я для них начальник, которого нужно оберегать. Маг, увидев тотальное поражение по всем фронтам, сделал единственное, на что был способен. Смылся, бросив в меня ментальную атаку. Я не стал отвечать, отпустив его, при этом накрыв всех пситуманом. Затратная техника, но зато все получили заряд успокоения и эйфории. Подбежав к магам, быстро взломал их щиты, они хоть и лучше, чем у стражи, но при этом ничем особо не отличались. А их ментальная стойкость уже разбита воспоминанием о пытках. Вернее сказать, это не просто воспоминание, а настоящие чувства с импульсами по нервам, и боль настоящая, не иллюзорная. Быстро сканирую последние дни магов, дальше не лезу, ибо переход в наш мир сделал в их разуме искусственную плотину, теперь мне туда не пробиться. А если вдруг решу взломать этот щит, то скорее всего умру. От него прям веет мощью, такое ощущение, что эту защиту ставили все маги мира, объединившись и умножив усилия.

Из памяти менталистов узнал, что они все служат церкви имени меня. Власть в городе принадлежит церкви, и дела у них идут не очень. После переноса в наш мир, первыми очухались некроманты, сразу решив захватить власть. Менталисты долго не могли прийти в себя, и благодарить в этом нужно именно этот защитный барьер в их голове. Жители города не чувствительны к таким изменениям в мозге, а менталисты работающие с астралом и мозгом, оказались перегружены, что привело к их отключке. Спасли щиты на храме, не позволившие некромантам проникнуть внутрь. Когда же они пришли в себя, оказалось, что стража и непонятный маг уже навели порядок. Но после этого началось массовое заражение граждан. Они тоже пришли к неутешительным выводам, по их мнению, ментальная защита, полученная в ходе перемещения между мирами, плохо воздействует на души разумных, вызывая «бешенство души», так они назвали эту болезнь. На данный момент спасение не найдено, но люди, обладающие магическим даром, не болеют такой заразой. Пока изучал воспоминания магов, к нам прибыла стража. Все в полной выкладке, с сосредоточенными лицами. Среди прибывших был десяток солдат, с интересными ментальными щитами. В основе лежат мои разработки, много моих узлов и сочленений, но на процентов сорок, это новые разработки. Не скажу, что щиты стали сильнее, однако их гибкость увеличилась. Что увеличивает время для взлома. Но из-за большого нагромождения ненужных элементов, они стали потреблять слишком много энергии, поэтому каждый носитель такого щита носил собой амулет поддержки.

Помню у меня был такой труд, где я описал главный минус такой защиты. Маг менталист, обладающий зачатками магии сканирования мог перегрузить такие щиты одним импульсом, после чего носитель такой защиты терял сознание, я не писал тогда, что менталист высочайшего уровня за секунду вырубит такого индивида. Правда с риском летального исхода.

Воины и менталисты, накрылись магическим куполом, со сложным плетением, защищающим от многих направлений магий. Щит хороший, но очень сложный. Взлетев вверх, атаковал купол тремя фаерболами, направив их в самые сложные места, где плетения накрывали друг друга в десятки слоёв. Попадание вызывало взрыв купола, высвободив много энергии. Элитные бойцы упали первыми, их ментальная защита взорвала троим мозги, остальные просто отключились. Простые бойцы устояли, ощетинившись копьями.

– Я не хочу с вами драться. Если вы отступите, я скоро сам уйду из этого города. – подняв руки, крикнул, чтобы меня услышали все. Думал, что мои слова обдумают и придут к правильным выводам. Но нет, в толпе подо мной, появилось двое с бешенством души, началась бойня. Солдаты по команде начали обстрел из арбалетов, маги запустили дистанционные атаки. Пришлось сложить крылья, упав камнем вниз. При приземлении снёс одному из бешеных голову, отбросив двух гражданских в сторону побежал в сторону Тиш. Та уже двигалась в сторону выхода, спину её прикрывало два виляющих, мохнатых зада. Стража за спиной обогнув баррикаду, уже убила моих защитников и с недовольными лицами начала преследование.

Выпустив две огненные стрелы, понял, что позади военных скрываются маги, поддерживая перед ними незримый переносной купол. Он не очень крепкий, но в одиночку переть на такой нет желания. Догнав малышку, подхватил за подмышки, взмыв вверх, на ногах пробив защиту своими клыками повисло две дурилы, с бешенством в глазах помахивая в полёте хвостами. Пришлось терпеть, пока не прибыли к месту телепорта. Сбросив двух обормотов, двумя пинками, запустил их в зев телепорта. Зашёл следом, держа на руках малышку.

– Ну как ты. – выйдя из телепорта, спросил у Тиш. Та лишь пожала плечами, не удостоив меня ответом. Рядом принюхивались медоеды, видно учуяли запах носорога, а я уже подключился к сенсорам совы. Та гнала в нашу сторону железную собаку, пикируя на неё, ударами клюва направляя четвероного в нашу сторону. – Сейчас беги к носорогу, залазь к нему на спину, а у меня есть одно дело. – поставив малышку на землю, бросился на встречу собакену. Раз он не отбивается от совы, значит его команды уже устарели, а последняя видимо была – наблюдение. Если мне удастся перепрошить мозги этому красавцу, то у нас появится неплохой пулемёт, с ядерной начинкой. Хотя кому я вру, конечно, получится.

Выбегаю навстречу четвероногому, в руках уже горит лазерный скальпель, готовый к срочной операции. Пёс на секунду остановился, знаю я эту задержку, перешёл в другой режим. Значит у него остались варианты действий против прямоходящих. Глаза хвостатого на миг мигнули, в меня выстрелило два красных лазерных луча, бросаю под ноги воздушный разрез, сам взмываю в небо, подо мной взрывается песок, создавая пылевую завесу. Сова атакует пса, опрокидывая его на землю. Я добавляю удар магией тумана, следом посылая фаербол. Это не сделает меня невидимым, но даст пару сотых секунды, пока пёс перестроится в режим тепловизора и секунду, пока настроится датчик, после взрыва фаербола. Мне хватило этого времени, чтобы сократить дистанцию, но не успел убрать ногу, попав под лазер. В месте поражения появилась сквозная дыра, делаю два быстрых росчерка скальпелем, разрывая связь ИИ и боевого ядра. Быстро подключаюсь к системе, перехватывая командный модуль объекта. Дальше компьютер сам работает, перепрошивая команды ИИ, меняя имя пользователя. Это мой не первый захват четвероного, главное, чтобы Искусственный Интеллект был не новее моей программы. Если это так, то собачка взорвётся, и, к моему счастью, это оказался старый робот. Отсоединяю провода, теперь мы общаемся по средствам волновой передачи, но пока хвостатый лежит на песке, у него обновляются все команды, и перепроверяются все файлы, дабы не пропустить троянского коня. А то были случаи, вроде перепрошили робота, он исправно работает пару месяцев, а потом во время дежурства по периметру, начинает атаковать своих. Первые разы теряли много бойцов, после чего научились находить вредоносные программы. Но всё равно, подстраховывались, в паре с ИИ, всегда находился один разумный. Как только его мозг прекращал функционировать, связанный с ним ИИ уничтожался.

Пока проходила перепрошивка, обработал рану, вколов восстановительный комплекс. Нано роботы уберут мёртвую ткань, соединив живую. Если потребуется восстановят сосуды. И судя по размеру дырки, часть кости тоже придётся нарастить заново. При этом помогаю всему процессу магией, так надёжнее.

Развалившись на песке, смотрю в красное небо, сканируя окружающую обстановку. Ко мне движется носорог, а за ним в песке перемещается органическое тело. Небольшое, но всё равно не стоит его отпускать. Мне нужна органика, так восстановление организма пройдёт быстрее. Подключаюсь к управлению совой, ориентируясь на свои щупы. Птица со всей скоростью врезается в красный песок, пробивая переднюю часть песчаного червя. Это его не убивает, но эти действия привлекают внимание двух медоедов. Они живо десантируются со спины носорога, двигаясь в сторону копошащегося песка. Отпускаю управление совой, её сразу выбрасывает вверх, она ловит равновесие, направляясь в дальнейшее патрулирование. А я с высоты птичьего полёта, наблюдаю, как два обормота, мучают одного раненого червя

Глава 7. Город из прошлой жизни.

Часть 3. Шкатулка.

Собака настроена, червь употреблён по назначению, сова в патруле, Тиш застряла в медитации. Вообще в последнее время с ней творится какая-то дичь. Я вижу, что она выбрала похожий на мой путь, девочка стёрла всё что могла, а теперь пытается переписать свои мозги. Но у неё получается не очень, складывается такое ощущение, что в ней сидит троян. Но я проверял, когда малышка была в отключке, и ничего не нашёл. Но моя чуйка говорит об обратном, мне всё равно кажется, что в неё подселилась другая сущность. И скорее всего это не продукт технологий, а нечто другое, что-то природное, звериное. Мы уже общались с Тиш, вернее я говорил, а она слушала. Её снова перемкнуло, она опять молчит, игнорируя меня.

Зато рядом появился новый друг, вернее старый. В роботе установлена программа моего старого помощника, которого я называл – Пес, именно через букву Е. Старый товарищ в новом теле, преданно смотрит своими красными глазами. Его программа – это сплав биоинженерии и магии. В повседневной жизни это простой пёс, любящий приносить палку, и лежать рядом с хозяином, но при переходе в режим боя, включается режим ИИ, и добрый друг становится искусным убийцей. Теперь этот малыш следит за группой, вышедшей из подземелья, а за второй группой наблюдает сова. Видимо, руководство города решило проверить куда они попали. Вот только эти ребята не учли, что в нашем мире им не выжить. Радиация и агрессивная магия приведёт к мутациям, и если добавить предрасположенность переселенцев, вызванную переносом между мирами, то у нас получится адский замес.

Уже через сутки, половина солдат сошла с ума, превратившись в зомби. И я как их командир, решил отступать обратно. Пришлось ранее на ночёвке, убить их главного, заменив его на посту. Магия иллюзии работает превосходно, плюс к этому, я накладываю поверх щитов ещё одну иллюзию. Теперь они дополняют друг друга, не давая и грамма сомнения.

Бойцы совсем ослабли, агрессивная среда быстро съедает их организмы. Я вижу, как всё внутри их тел смешивается, словно суп. Там всё, генные мутации, непроизвольное клеточное деление, иммунная система начинает воспринимать всё тело, как противника. Всасывание полезных веществ в пищеварительной системе нарушено. Единственное, только мозг, работает как часы. Все свихнувшиеся уже мертвы, в отряде остались только те, что устояли ментально, но даже так, долго они не проживут, окружающая среда слишком агрессивна. Но вот наши жители, попав в их мир, будут в другом положении. Наши организмы, привыкшие к агрессивной среде, приспособятся к лёгким условиям.

Пока думал про особенности организмов, остатки нашего отряда вышли к второй группе. Вернее, оставшимся двум бойцам, находящимся в бреду.

– Бойцы, делаем носилки, хватаем этих двоих и двигаем обратно. – отдав приказ, отошёл к скале. Бойцы бросились выполнять команды, они достали несколько рубах, и при помощи копий сделали носилки, погрузив раненых. Я в это время оставил последние распоряжения своим железным воинам. Они остаются рядом с Тиш на охрану, а я иду в разведку.

– Ваше приказание выполнено. – отчитался один из бойцов.

– Привяжите их, и выдвигаемся. Я замыкающий, командир второго отделения ведущий. Остальные бойцы, полная боевая готовность. – командир которого я заменил, делал так часто, оставаясь замыкающим. Ибо его товарищ, по совместительству, командир второго отделения, имел полумагическую чуйку, он чувствовал опасность. И это часто спасало их от смерти, а командир, то есть – я, был слабым магом огня. И моя позиция тоже оправдана, я прикрываю нашу группу. Хотя о чём нам переживать, на сотни километров вокруг никого нет, но бойцам расслабляется не стоит. Чем сильнее они настроены на работу, тем медленнее их организмы подвергаются изменениям. Тестостерон, выбрасывающийся в кровь, каким-то образом, тормозит все негативные процессы.

– Сложите оружие, руки за голову. – послышался приказ, после нашего входа в подземелье. – в принципе, они правы, нас нужно отвести в карантин и проверить на наличие ментальных закладок, и возможных вирусов. Однако бойцы не спешат выполнять приказ, они подчиняются мне.

– Выполняйте. – отдаю приказ бойцам, рассматривая выстроенные стены вокруг входа. Носорог сможет прорваться без напряга, а вот такие бойцы, как мои, полягут.

Нам быстро связали руки, и под конвоем отвели в местную тюрьму. Там всех подлечили целители, разместив бойцов по камерам. Мне как командиру, досталась неплохая камера с письменным столом. Перекусив местной едой, вспомнил, что такое вкусно поесть. В нашем послевоенном мире, так могли питаться единицы. По-быстрому написал отчёт о вылазке, устроившись на лежанке. Вскоре в камеру вошёл менталист, я подсунул ему ментальную копию старого командира, проверив которую, маг безмолвно удалился из камеры. Я же, прикрыв глаза вошёл в медитацию, сканируя пространство ментальными щупами.

***

Доклад мага менталиста.

– Сир, все бойцы проверены. Состояние их организмов крайне сложное. Целители пытаются восстановить их жизненные показатели, но за пару дней, что они провели снаружи, их организмы протерпели значительные изменения, даже на генном уровне. Ментально, кроме двоих находящихся в коме, все в норме. Но есть ода странность, выживший командир первого отряда находится в хорошем состоянии, в отличии от остальных. – выдал отчёт менталист, положив свои выводы на стол перед правителем города.

– И что в этом странного?

– Я не могу это объяснить. Мне показалось, что его ментальное состояние не соответствует его поведению. Он словно скормил мне то, что я искал.

– Ты хочешь сказать, что его подменили?

– Нет, я не это имею в виду. Просто, в нём что-то не так.

– Хорошо, мы понаблюдаем за ним. Что с отчётом?

– Отчёт у вас на столе, в принципе там примерно такие же выводы, как и у целителей, ещё он предполагает, что не вернувшиеся бойцы сошли с ума, не выдержав изменений в их организме. Также он предполагает, что внешний мир не приспособлен к проживанию. И судя по состоянию бойцов, он прав. Все по прибытию находились в очень плохом состоянии.

– Значит мы здесь заперты, и, если мы не сможем приспособится, нам конец.

– Нам в любом случае не выжить, в городе мало мест для выращивания сельхозкультур. Все звери были убиты некромантами, их мясо мы сохранили, но на долго его не хватит. А воинам нужен белок, про магов я вообще молчу. Мы в любом случае будем вынуждены выйти наружу и найти зверей, для употребления их в пищу. А их мясо вызовет мутации, в итоге выжившие уже будут отличаться от жителей нашей планеты.

– Но мы и так понимали, что выжить при слиянии миров будет крайне сложно.

– Да сир, но мы предполагали, что наши миры схожи, и рассчитывали на более благоприятное развитие ситуации.

– С этим ясно, что по поводу поиска нашего бога?

– Пока ничего, но наши группы оставили послания во внешнем мире.

– Так ты думаешь, что тот воин, появившийся после переноса в этот мир, был им?

– Скорее всего, это его ученик. Он быстро справился с нашими ментальными щитами, сделанными на основе божественных разработок. Как мы и предполагали, маг по имени Эйнар, знает секреты нашего бога Гиброалатириуса, но он не стал вступать с нами в контакт. При этом он настроен не воинственно, мы немного переборщили при знакомстве, но тогда никто не мог предположить, что мы так быстро столкнёмся с последователем нашего бога.

– Я тебя понял, а что ты думаешь о предсказании, ты веришь в него? Только давай честно, сейчас мы отрезаны от нашего мира, и не нужно притворятся, говори, как думаешь.

– Как пожелаете, сир. Я не считаю Гиброалатариуса, богом. Очень сильным магом – да, но не богом. А насчёт предсказания, что он лично явится в город на трёх китах, и поможет выжить, я не верю. Даже если учесть, что он выжил в той ситуации, то уже давно должен был появиться, а раз его никто не видел, значит, тогда он погиб. Если даже, он смог сохранить рассудок в астрале, то переселится в другое тело он не сможет. А при перерождении память обнуляется, значит нам, если и поможет, то его адепт или ученик, выживший в этом мире. Хотя я бы не стал на это рассчитывать, нам нужно самим искать выход.

– Выход мы будем искать, и попробуем выжить, но вера должна оставаться, хотябы у наших подчинённых.

– Согласен с вами, сир. Мы уже работаем над этим вопросом.

– Всё иди.

– Да, сир.

***

Два дня меня морозили в темнице, за это время удалось немного изучить местность, и сделать пару экспериментов с магией. Наконец, ко мне пришёл дознаватель, по крайней мере он так представился. Хотя я-то вижу, что он точно не он. С такой силой, маг не может быть простым дознавателем. Но по воспоминаниям моего тела, этот товарищ числился простым дознавателем.

– Доброе утро Хордрик, как твоё самочувствие?

– И вам доброе утро, Ладаприориус, вроде всё нормально. – вставая с лежанки, ответил вошедшему. – Присаживайтесь, стул у меня только один, так что не обессудьте.

– Благодарю, но давай сразу к делу. – присаживаясь за стол, продолжил маг. – Чем ты можешь дополнить свой рапорт?

– Я всё указал в нём, дополнений нет.

– Как интересно. – с улыбкой ответил он. – тогда, как ты пояснишь, твои ментальные щупы, разбросанные по городу?

– Не понимаю о чём вы. – а вот это интересно, я-то думал, что самый крутой, а оказалось вон оно как. Значит меня засекли, но почему я ничего не заметил?

– Да всё ты понимаешь, только ещё не понял, где ошибся. Я помогу, давным-давно на нашей планете жил один очень сильный менталист. В свою бытность, он нажил очень много влиятельных врагов, которые в итоге его уничтожили. Звали этого мага – Гиброалатариус. После его кончины, незаконнорождённые отпрыски выросли, развив в себе силу менталистов. Объединившись, они подмяли весь мир. После чего возвели его в роль божества. А на основе его работ, возникло самое сильное направление менталистов. Мы пользовались его разработками, не разгадав и десятой части заклинаний. Хотя понимали, что в них скрыты закладки, понятные только ему. Я по молодости плотно изучал его ментальную магию, обнаружив одну закономерность. Она настолько совершенна, что магия вокруг становится более упорядоченной. Я видел эти изменения и изучал, а недавно заметил линии идеальной маны. Проследив к их источнику, я понял, что вижу перед собой либо ученика Гиброалатариуса, либо его самого, хотя это маловероятно. Выкрасть душу из астрала и вселить в тело невозможно. Но это всё софистика, я пришёл обсудить более материальные вещи. Мы будем говорить или ты предпочитаешь другую форму общения. Хотя я бы наделся на сотрудничество, и я готов к сотрудничеству. – интересный маг, и спалил меня довольно изысканно. Я даже не замечал такого поведения магии вокруг меня.

– Если я ученик вашего бога, то почему мне нужно говорить с вами, ведь вы простой дознаватель. Да и зачем ученику бога, тайно проникать к нам в город?

– Если ты тот, о ком я говорю, то ты понимаешь кем я могу быть. А если нет, то тебе Хордрик - конец. Ты это понимаешь?

– Вы про богохульство?

– Да именно про него, я не допущу, чтобы кто-то узнал мои истинные мысли о нашем боге. – с уверенностью заявил маг, довольно неплохо разыграно, если я ученик бога, то он узнает то, что хочет, а если нет, то воин просто умрёт. И в подтверждение своим словам, он начал напитывать каналы магией. Выбора у меня нет, придётся отбиваться, но этот парень ещё не знает, что я тоже не так-то прост. Сделав испуганное лицо, ответьил мменталисту.

– Я ничего никому не расскажу, пощадите. – упав на колени, начал просить помилование. Получив в голову ментальную атаку. Удар довольно сильный. Простого человека размазало бы на месте. В моём случае, атака попала на ментальный щит, отразилась обратно, забрав небольшую закладку, с моим воспоминанием, когда с меня сдирали кожу. Непередаваемые ощущения, скажу я вам. Но так работает организация, она мучает своих солдат так, чтобы враги на их фоне были просто детьми. Моя закладочка попала по назначению, маг немного сдержал её, но всё же, у меня есть ключи доступа к своим разработкам. И вижу по глазам мага, что он в полной мере ощутил всю мою любовь, но быстро заблокировав болевые рецепторы, пришёл в себя.

– Бодрит, я так и знал, что ты хорош. Но динамической защиты не ожидал. Наши маги до сих пор не смогли воплотить эту теорию в жизнь.

– Почему не смогли, я же оставлял пару трудов на эту тему, даже оставил описание двух динамических контуров. – с улыбкой ответил ему.

– Так ты, то есть вы, это он? – расширив глаза, спросил маг. Он даже встал, отступив к стене.

– Я не он, я другой человек. Тот, про кого мы говорим, уже давно умер, я обладатель его памяти и души, но как личность, я совсем другой. – присев на стул, уставился прямо в глаза мага, он ещё не понимает, что с отверткой к нему в мозг попал ментальный паразит. И теперь я с его помощью сканирую память менталиста.

– Но как, это невозможно. – с трясущимися коленками заявляет маг.

– Как скажешь. Но давай перейдём к делу, судя по всему, вы уже понимаете, что вам конец, но у вас есть некое послание, и даже ты, не доверил себе эту информацию. Почему?

– Вы копаетесь у меня в голове, но как, это невозможно. Прекратите. – со страхом, немного повысив голос, прикрикнул Ладаприориус.

– Ты определись, это невозможно, или мне прекратить?

– Прекратите, прошу вас.

– Как скажешь. Ну так что мы будем делать с посланием? – это была самая интересная часть истории, которую я узнал. Да и маг мне попался неплохой, даже мой паразит смог просканировать только самые поздние воспоминания. Он не смог погрузится в глубины мозга, но мне и этого хватило.

– Раз вы заглянули в глубины моего мозга, то знаете, что послание зашифровано, и его может открыть только сам Гиброалатариус.

– Ну давай не будем так категоричны, ты же сам пытался открыть послание, и даже немного преуспел в этом.

– Простите, я просто не верил байкам, я думал, что наша вера лишь фантом, способствующий объединению народов.

– Тебе не за что просить прощения, и я никогда не был богом. А каждый менталист должен сомневаться и развиваться. Чем ты и занимался всю свою жизнь. Ну так что, будем дружить? – я протянул ему руку, предлагая мир, выбор остаётся за ним.

– Я рискну. – пожав руку в ответ, и накинув щит на мозг, ответил маг. Молодец, менталист не должен доверять никому.

– И как мы поступим?

– Оставайтесь в этом образе, я проведу вас в церковь, где вы пройдёте испытание.

– Меня это устраивает, но ты должен понимать, если задумаешь со мной разделаться, я сотру тебя. – очень даже миролюбиво ответил ему.

– Я не посмею, ваша сила мне ясна, вернее я понимаю, что не могу определить её размеры. Поэтому сделаю всё что смогу. – и хорошо, что ты не знаешь, что я слабоват. И меня довольно легко убить, завалив местность трупами.

– Тогда пошли, посмотрим, что за послание отправили потомки.

Мы прошли в центр города, где нас ожидала церковь имени меня. Здание простое, параллелепипед с маленькими окнами-бойницами. Судя по присутствию разумных, основные помещения уходят глубоко под землю. Мы прошли в главный зал, где у дальней стены располагалась моя статуя. В принципе похож, однако взгляд был не таким надменным, но всё равно зачёт. Маг, проходя мимо статуи, приклонил колено, прижав кулак к голове, я повторил этот жест. После чего мы ушли на самые нижние этажи. Нас никто не остановил, даже ничего не спросили. Мы упёрлись в железную дверь, со сложной пентаграммой на её поверхности. Ладаприориус прижал руку к центру рисунка, изнутри выехала иголка, проколов его кисть, после чего дверь уехала в сторону. Посередине комнаты стоял пьедестал, на котором располагалась небольшая шкатулка. Вместо замка из неё торчало острое лезвие. Помню я такие игрушки, ибо сам создавал такие.

Дотронувшись до лезвия, порезал ладонь. Кровь впиталась в металл, проявив на крышке шесть кубиков. В принципе не важно, чья кровь будет использована, она использовалась как источник питания, этим действием я давал пропуск к своему магическому источнику. И пока кровь не засохла, мой источник будет охранять шкатулку от меня же. Можно использовать жертву, но всё равно открыв артефакт силой, я уничтожу содержимое навсегда.

Дальше всё просто, каждый кубик, это заклинание. Рисунок на грани кубика, обозначает основной узел, на основе которого будет строится вся форма заклинания. Быстро напитав все кубики, создав соответствующие заклинания, отошёл в сторону. Иногда в таких коробках, находились сюрпризы. Возле лица пролетел огненный шар, врезавшись в дверь.

Обернувшись назад, вижу удивлённое лицо менталиста.

– Что, не ожидал подарка?

– Но зачем, вы же открыли шкатулку?

– Это для своих, кто знает - отойдёт в сторону, кто не в курсе, получит ожог. – взяв в руки кристалл памяти, ответил опешившему магу. Анализ показал, что внутри есть ментальное сообщение.

– Ну а теперь, могу предложить тебе узнать, что находится внутри кристалла. Ты хочешь узнать эту тайну? – конечно хочет, любой хороший менталист до ужаса любопытен.

– Но там же может быть ловушка.

– Не обижай моих предков, там она точно есть. Вопрос в том, ты готов рискнуть? Если ты хочешь узнать содержимое, тебе придётся рискнуть, в другом случае, эту информацию разглашать не намерен. – если честно, я не готов напрямую закидывать эти воспоминая себе в голову. Такое можно проделать, только с тем, кому доверяешь. А своим предкам я не доверяю, так что мне нужен буфер, чтобы я успел защитится.

– Тогда я вынужден согласится. Эта шкатулка терзала меня последние двадцать лет.

– Подойди. Я тебя подстрахую.

– Благодарю вас. – менталист дрожащими руками взял кристалл, пробив щиты, подключился к каналу передачи.

Глава 7. Город из прошлой жизни.

Глава 4. Послание.

Тело мага задрожало, упав на холодный пол. Щупы показали, как в его мозг внедрилась ментальная команда. Вернее сказать, не команда, а некий конструкт, похожий на зашифрованный файл. Аккуратно коснувшись конструкта, увидел перед собой пустую строку. Меня словно просили ввести код доступа, но клавиатуры не было, строчку нужно заполнить другим образом. Я битый час перебирал разные возможности, пока маг валялся на полу, ничего не подходило. Но за этот час я смог локализовать этот файл, сместив его на край сознания. Однако, мой помощник не пришёл в себя, он по-прежнему лежал без сознания. Если этот файл сделан моими предками, значит ключом должна быть некая информация доступная, только мне и им. Но даже с такими вводными, ручной компьютер не смог определить даже направление, в котором следует двигаться. Ещё сутки я бился над проблемой. Вздремнув пару часов, осознал, что скорее всего двигаюсь в неправильном направлении. Может это послание не принадлежит моим предкам, может это послание написал я? И тогда всё стало на свои места.

Код сразу всплыл на уровне подсознания. Я направил на строчку мою нелюбимую команду полного подчинения и файл открылся. Вся информация, игнорируя все щиты ворвалась в мой мозг. Мне повезло, что внутри не было никаких атакующих заклинаний. В мозгу появился образ небольшого листа бумаги, с посланием самому себе.

– Рад приветствовать самого себя в здравии. Не удивляйся, ты когда-то смог постичь высоты провидческого искусства и заглянул за грань, где увидел своё будущее. И скажу честно, тебе это не понравилось. Ты долго пробовал изменить будущее, но выходило только хуже. Наконец ты смог выйти в ту реальность, где будущее не определено, оно зыбко и мрачно, но его нет. И ты будешь творцом нового мира, но не один. Тебе поможет друг и враг, родственник и приёмная дочь. Однако, что будет потом не ясно, и это лучший вариант, который ты выбрал. И определившись, ты сотрешь себе память, перед этим, написав это письмо. Извини, подсказок больше не будет, просто живи и научись получать удовольствие от простых действий. Научись любить близких, даже если они немного не адекватны. Научись принимать неизбежность некоторых вещей, и просто живи, ведь жизнь и есть самая большая награда, про которую мы все забываем. Умей наслаждаться моментом, творить собственную жизнь, не ищи смысл, цени путь, а не результат. Принимай жизнь, такой, какая она есть. Удачи мне в путешествии. Кстати, лови романс, который запал нам душу.

В голове начала звучать музыка и томный, нежный, женский голос:

– Туман ложится на долины,

И гаснет западный багрянец.

Судьбы незримой исполины

Ведут свой вечный, грозный танец.

Я пью вино последней встречи,

Но в кубке — горечь и полынь.

Ложатся тени мне на плечи

Из ледяных небесных синь.

О, как бы мне хотелось, милый,

Сберечь ваш сон, ваш мирный кров!

Но рок, исполненный сверхсилы,

Взыскует самую любовь.

Чтоб солнце завтра вновь восстало,

Чтоб мир в безумстве не погиб,

Мне нужно, чтоб рука устала

И сердца смолк последний всхлип.

Я вас предам... священной смерти,

Своею кровью закрепив

Тот договор в ночной круговерти,

Что спас полей златых розлив.

Простите мне мою измену —

Я вас гублю, чтоб мир дышал.

Любви я назначаю цену,

Которой бог не исчислял.

Свеча дотлела. Грянет утро.

Вы не проснетесь — я уйду.

Всё в высшем смысле свято, мудро,

Но я горю в своём аду.

Мир будет жить, сиять и длиться,

Не зная, чьей спасен рукой,

И лишь в веках нам будет сниться

Наш не случившийся покой.

Ели этот романс намёк, то нам всем придёт конец, но я понимаю, что и в прошлой жизни был неадекватен, так что это может быть лишь шутка, хотя песенка зачётная, мне понравилась. Но информации из послания почти нет, кроме той атаки, что разбила все мои щиты. Она обошла все протоколы и проигнорировала все ловушки, получилось, что я был круче до стирания памяти, или я специально приберёг эту штуку для меня в этом мире? Хотя это не важно, основной проблемой остаётся тот всемирный пиздец, который ожидает нас впереди. И по ходу, я буду в этом играть главную роль, со своим родственником, врагом и Тиш. Думаю, в будущем больше никого не удочерю. А значит нам нужно становится сильнее.

Оставив мёртвое тело на полу, вышел в город. Все жители были мертвы, похоже открытие послания привело к массовой гибели, а я в прошлом был не очень гуманным гражданином.

Раз все мертвы, решил немножко пограбить. Набрал всяких побрякушек, захватил парочку амулетов, набрав мяса, выбрался наружу, попав к красную пустыню. Снова острый воздух и багряные цвета, этот мир не любил живущих, он был как я, с трещиной в груди, и пустыней в голове.

На привале сжёг немного дерева, прихваченного из подземелья, пожарив шашлык из настоящей говядины. Не знаю, как молчащая Тиш, но я был доволен, вкусно получилось. Я даже вспомнил те времена, когда у меня были друзья, с которыми мы участвовали в войне. Это были неплохие времена, хотя по сути ничего не изменилось. Вот только соратники у меня сомнительные – Тиш, с непонятной душой под управлением сломанного ИИ, два медоеда сошедших с ума, с подселёнными в них душами, носорог с посттравматическим синдромом, ещё имеется попугай, любящий сквернословить и два металлических робота и эти двое по ходу самые адекватные в нашей компании. И вот от нас, зависит судьба мира? Да, видимо планета где-то проштрафилась, раз за её благополучие сражаются такие воины.

Посидев подумав, решил прислушаться к совету себя прошлого, буду получать удовольствие от жизни, заодно познакомлю Тиш с рыбалкой. Раньше я любил посидеть на берегу, повтыкать на поплавок. А о выуживании рыбы вообще промолчу, это самое захватывающее, что можно испытать на рыбалке.

Немного отдохнув и сверившись с картой, мы направились к одному примечательному озеру, раньше там неплохо клевало. Тиш в задумчивости шля рядом иногда поглядывая на небо. А я постоянно сканировал местность, рядом всё время появлялись хищники, но пока они не отваживались нападать на нашу гоп компанию.

Дорога заняла неделю, наконец мы увидели зеркало озера. И что меня радовало, оно сохранило свою красоту, даже сохранилось несколько километров леса, на дальнем берегу. Надеюсь, щит, оберегающий эту местность, сохранил и рыбу, плавающую в водах этого гиганта.

К вечеру мы добрались до берега, защитный щит пропустил нас, не посчитав за угрозу. Устроившись на берегу, поужинали мясом червей, что лежали в моём хранилище.

В середине ночи, меня разбудила сова и собакен. Посчитавшие свечение воды, как некий угрожающий сигнал, и они были правы. Вскоре из воды начали появляться рыбы с ногами и руками, как у людей. А в руках они держали копья с каменными наконечниками. Тиш достав свои ножики стояла подле меня готовая к бою. А носорог и два его мелких товарища, уже сражались в воде. Рыбки оказались не очень резвыми, но удары хвостами были довольно сильными. Медоеды уже не раз улетали в сторону берега, с переломанными позвоночниками, быстро восстановившись, бросались в битву обратно. Носорог словно танк, разбрасывал противников, не забывая откусывать от тел противников мясо. Мы пока наблюдали, не участвуя в этом побоище, ведь с тыла к нам заходили обитатели пустыни, во главе которых шёл огромный скорпион. Мы с Тиш отошли в сторону, не мешая двум армиям уничтожать друг друга. Вскоре носорог пролетел рядом с нашей засидкой, попав под раздачу скорпиону. Отряхнувшись, здоровяк выбрался на берег, его красные глаза посмотрели на здоровую тушу скорпиона. Носатый несколько раз скребанул правой лапой берег, бросившись в атаку. Его массивное тело, оттолкнулось от берега, в полёте ударив тушу скорпиона, оба противника упали в воду. Только теперь заметил одного медоеда, нанизанного на жало здоровяка. И судя по его довольной роже, яд в его теле доставлял ему некое удовольствие, но при падении в воду его сбросило с жала. Он сразу попытался напороться обратно, но не успел, скорпион уже начал подниматься. Убрав своё смертоносное оружие в сторону. А наш толстожопик, был пробит сразу десятком копий, и выброшен на глубину, где сразу пошёл на дно. Его собрат был приколот тремя копьями на берегу, при этом он с удовольствием обгладывал ногу красной собаки. А рыбы воины дрались с красными монстрами, выигрывая за счёт своих копий. Каменные наконечники пробивали любую броню. Даже носорог и скорпион получили свою порцию, напоминая двух ежей. Но это неудобство нисколько не отвлекало от дуэли гигантов. Носорог смог подломить две лапы противника, при этом получив много ядовитых ударов. И вроде на него это не сильно сказывалось, но всё равно он стал ещё медленнее, казалось, что он держится на ногах только за счёт своего упрямства. А скорпион всё больше косился на берег, планируя свой побег.

Один из воинов рыб, достал раковину Тритона, издав очень высокий звук. За спинами озёрных воинов забурлила вода, из которой выстрелило три щупальца. Они быстро скрутили отступающего скорпиона, потянув его на глубину. Он бил своим ядовитым жалом по ним, но это не давало никакого эффекта, за этим с недовольством наблюдал наш носорог. А в нашу сторону двинулось часть войск рыбьеголовых, увидев это, медоеды ринулись на нашу защиту. Я уже по максимуму напитал свой плазмострел, готовый вступить в битву. Поднявшись, прикрыл Тиш, приготовившись поджарить первые ряды воинов. Но малышка остановила меня, положив свою руку на мою. В этот момент я ощутил силу исходящую от неё. Мне показалась, что это маленькое тельце может разорвать целый мир.

– Не мешай. – приятным женским голосом сказала Тиш. Её глаза горели ярким жёлтым светом, хотелось упасть на колени и целовать ей ноги, но я быстро накрыл мозг ещё одним слоем защиты, после чего наваждение спало. Воины остановились, начав хлопать своими губами. Не знаю, что они хотели сказать, но вроде малышка их понимала.

– Хорошо, мы поговорим с вашей старейшиной. – тем же елейным голосом произнесла малышка, после чего вдалеке начал всплывать огромный остров. А через пару минут стало понятно, что это не остров, а огромная морская черепаха. Здоровячка достала голову из воды уставившись на нас, я быстро ощутил ментальную связь, образовавшуюся между девочкой и этой громадиной. Они долго что-то обсуждали, после чего связь прервалась. Черепаха взглянула на меня, послышался голос Тиш.

– Плыви с ней, она приведёт тебя к месту силы, где ты должен будешь пройти испытание. Мы подождёт тебя здесь. – после сказанного, Тиш упала в обморок, а на меня приземлилась сеть, выброшенная из-за спины.

– Пидоры. – послышался голос попугая. – Свистать всех наверх.

Мой магический источник перестал подавать признаки жизни, а плазмострел, сразу потерял весь заряд. Два медоеда и носорог бросились на защиту малышки, а мои металлические друзья, рухнули на землю. Только попугай, попытался возразить нападавшим.

– Ублюдки, я порву ваши жопы. Дайте пироженку. – после чего приземлился на ветку единственного дерева, с интересом наблюдая за происходящим.

Меня словно мешок с картошкой, затащили на панцирь черепахи. Моё тело не хотело функционировать, казалось, словно мозг отключили от нервов, и теперь я мог только наблюдать за происходящим. Наша поездка закончилась на середине озера, панцирь черепахи в одно мгновение пропал, тело полетело вниз. Приземлившись в воду, попал в руки прекраснейшей девушки, я видел только её большие глаза, и глаза. Грустные и очень мудрые глаза, смотрящие прямо в душу.

– Не переживай милый, я позабочусь о тебе. – прошептала незнакомка, и нас обволокло полупрозрачной пеленой. Мы на большой скорости начали погружаться в глубины озера. Моя болтающаяся голова выцепила хвост девушки, иногда взгляд попадал на обнажённую грудь красотки. Но вскоре тьма вокруг стала непроницаемой. Ещё четверть часа мы уходили на дно, а вдалеке я увидел источник света. Через пару минут мы попали в пещеру. Моя красивая провожатая освободила меня от сети, аккуратно сбросив моё тело на каменный берег.

– Пройди испытание, и живи. – сказала она, снова пропав под водой. Около пяти минут ушло на полное восстановление всех функций организма. И каждый раз я радовался, когда начинал ощущать то руку, то ногу. Как приятно, оказывается чувствовать себя живым. Я настолько привык к своему телу, что перестал ощущать все прелести просто быть, просто ходить или чувствовать ладонями шершавые камни. И только потеряв всё понял, как это хорошо.

Размяв затёкшие ноги, направился к единственному месту, где виднелось некое подобие двери. Зайдя в затопленный зал со стоячей водой, где стены покрыты фосфоресцирующим мхом, услышал голос, идущий ниоткуда.

– Вода помнит всё, но отражает лишь то, что ты ей позволишь. Найди истинный путь на дне, не замочив ноги.

Осмотрев стены пещеры, на дальней стороне рассмотрел некое подобие замочной скважины, пробравшись по стене к отверстию, попробовал открыть его с помощью магии, за что получил воздушным клинком прямо в грудь. Меня отбросило к краю воды, где я находился с самого начала. Хорошо, раз не получается схалтурить, попробую ещё одну фишку. Попробовал заморозить поверхность воды, но и здесь потерпел неудачу. Вода отказалась переходить в состояние льда, испарить её также не получилось. Поверхность воды словно губка впитала заклятия, лишь небольшая волна, говорила о том, что моя попытка не была галлюцинацией. Значит магия отпадает. Став на колени, решил осмотреть дно. Увидев на поверхности, свой последний бой в прошлой жизни. И чуть не пропустил удар водной стихии прямо в голову, но рефлексы оказались быстрее. Меч разрубил водяной хлыст, а тело ушло в перекат, я снова лежу на берегу, переводя дыхание.

Значит эта штука показывает мне самые неприятные воспоминания. А раз вода показывает то, что я ей позволю, значит мне нужно показать что-то хорошее. Даже не показать, а прочувствовать. Но что у меня было хорошего? Я всегда воевал и убивал, думаю эти воспоминания не очень хороши для показа. Может показать мою жизнь в пещере любви? Я и показал, но вода снова попыталась меня убить. В принципе, да, а чего я хотел. Даже там я не получал удовольствие.

Сев подальше от берега начал доставать содержимое хранилища, кроме оружия и прочих штук, направленных на лишение жизни, в нём оказался деревянный меч, вырезанный мальчиком в пещере любви, платок с сердечком внутри, вышитый слезами и бумажный кораблик. Взяв кораблик в руки, ощутил эманации любви, исходившие из него. Мой пульс замедлился, и я вспомнил последние дни в пещере.

Вот оно – пульс. Мне нужно спокойствие и ровный пульс. А для этого следует привести себя в состояние медитации. Просидев несколько часов на берегу, привёл свой фон в состояние покоя, я стал словно чистый лист, готовый поглощать всё что на него нанесут. Взглянув на поверхность воды, положил на воду кораблик. По поверхности прошла небольшая волна, но я был спокоен. Пульс ровный, дыхание глубокое, мана словно змея тихо течёт по меридианам. Теперь я вижу на дне ключ, но не пытаюсь его достать. Кораблик словно субмарина ныряет на дно, ключ сам заплывает на его борт. Я слежу за дыханием и сердцем, ничего меня не может вывести из равновесия. Я пуст, во мне нет эмоций. Даже всплывший ключ не пошатнёт это спокойствие. Вода лишь отражает моё спокойствие, ни единой волны, она как стекло. На дне начинает вырисовываться золотая тропа, только я почувствовал удовлетворение, как на поверхности начинает появляться рябь. Закрываю глаза, я чистый лист, дыхание ровное, пульс тихий, но устойчивый. Я чувствую трапу, не открывая глаза иду по пути. За мной плывёт кораблик с ключом.

Приблизившись к стене, почувствовал, как кораблик растворятся в воде, а ключ сам взмывает к стене, вонзаясь в неё. Меня подхватывает ласковый ветер унося к сводам пещеры, вода уходит в открывшуюся дверь, а там в темноте, светится копьё из красного стекла. В голове слышится голос.

– Ты прошёл испытание странник. Возьми «Слезу мироздания» и отдай Ей. Твой путь пройдёт через шторма, чтобы вызвать цунами, но ты должен быть спокоен и безмятежен, дабы сразить законы и написать новые. – голос затих, а я повис во тьме, и мне было хорошо, только свет от копья раздражал, прося идти вперёд.