Полудемоническая флейта: Сапфировый

Пролог

В моей жизни вновь настала нелегкая пора. На днях в общежитие синов прибыли проблемные темные, с которыми пришлось разбираться мне, как главе дома. Несмотря на земные тягости, я привык к сложным переговорам, однако это занятие сильно утомляло. Да и последние недели проходили в напряжении. Ни на минуту я не мог расслабиться и пожить в собственное удовольствие. Давно грезил уехать в отпуск, но тот мне даже не снился.

Сегодня головная боль продолжалась, ведь в обед была назначена встреча с магами академии, что должны были прибыть на "смотрины". Оставалось надеяться, что та пройдет без осложнений, потому как я не имел ни малейшего желания возиться с чересчур упрямыми жителями Варуны. Помимо вновь прибывших, было еще о чем подумать, точнее о ком. О Кароле.

В один прекрасный день, когда я отсутствовал в доме, мой помощник покинул общежитие. Беглец оставил лишь записку, в которой сообщал, что уехал заботиться о тяжелобольной сестре. Этот бесчувственный маг не соизволил попрощаться при встрече, а предпочел бессовестно сбежать, пока я был занят делами в городе. Я все мог понять и принять, но он даже не соизволил сообщить примерной даты своего возвращения. Я начал допускать мысли о том, что он ушел навсегда. Меня это не то чтобы сильно расстроило, но на душе стало скверно. Как внезапно появился в моей жизни, так и испарился. Поэтому отныне все заботы о гостях, доме и прочих нуждах свалились на мою голову.

Перебирая бумаги на столе, я с грустью вспоминал Грина – своего первого и единственного сина. Честно говоря, мне не хватало моего пушистого друга. Не хватало его компании, излишнего ворчания и улыбки. С ним я никогда не чувствовал себя одиноким. Однажды встретив его на своем пути, я осознал, что и для меня не все потеряно. Я продолжаю жить, пусть и не тем, кем был, пусть и не там, где мое место. Несмотря на трудности настоящего, я был рад тому, что этот ребенок нашел свою судьбу. Знания об этом грели мою душу.

От грустных мыслей отвлек упавший на стол конверт, на котором стояла знакомая метка. С волнением открыв тот, я пробежался глазами по краткому посланию и тяжело выдохнул. Наконец-то он пробудился. Неужели одна из забот спадет с моих плеч?!

Уничтожив письмо, я наспех собрал разбросанные листы на столе и, находу натягивая плащ, покинул свой кабинет. Стремительно двигаясь по коридору, встретил спешащую навстречу Лету и на ходу начал раздавать указания:

– Мне нужно отлучиться по одному важному делу. Я вернусь к назначенному времени встречи с магам. Однако, если задержусь, прими их, пожалуйста, как ты умеешь, с радушием и теплом. Если темные вдруг начнут буянить, используй тот артефакт, что я дал тебе ранее.

– Не волнуйтесь, господин Вольдемар, – понимающе кивнула женщина, принимая мои слова без толики недовольства. – Все будет исполнено в лучшем виде.

С тех пор как мой помощник нас покинул, прошло несколько месяцев. Поэтому с некоторыми вопросами мне помогала бывшая помощница Грина, за что я был ей несказанно благодарен. Мне повезло, что Лета была понимающей и мудрой женщиной.

– Тогда я побежал. Скоро вернусь.

Покинув общежитие синов, я находу активировал артефакт перемещения. Хоть Дин и сообщил, что барьер спал, думаю до пробуждения оставалось недолго. Это значило, что мне необходимо поспешить.

Мои догадки подтвердились, когда я зашел внутрь грота. Барьер и стазис, что окружали спящего брата Алена, наконец-то спали. Сам же темный уже не лежал безвольным телом. Он сидел на своем импровизированном ложе, держась одной рукой за голову. Заслышав шаги, темный повернул голову в мою сторону, следя за моим приближением. Я же внимательно осматривал юношу, неспеша подходя ближе.

Стазис и правда пошел ему на пользу. Цвет кожи уже не казался таким мертвецки бледным, как в то время, когда я только переместил сюда Вайла. Правда его взор казался несколько расфокусированным. Но это было объяснимо, учитывая сколько времени он провел в заточении морфея.

– Вольдемар? – еле слышно прошептал в тишине парень, глядя на меня чуть прищуренными глазами. – Это правда ты?!

– Да, Вайлис, это правда я. Как ты себя чувствуешь? Давно проснулся? – участливо спросил я и присел рядом с ним, беря за руку, чтобы проверить сердцебиение.

– Не так давно. Чувствую себя… необычно. Тело наполнено легкостью, а вот голова словно в тумане, – растерянно прохрипел темный, смотря на меня, ожидая объяснений. – Скажи, а где Ален?! И что со мной произошло? Мои воспоминания обрывочны и не очень четкие. Последнее, что помню, как вы пришли в Пустошь. Я же... творил ужасные вещи! Мне нужно немедленно поговорить с братом, извиниться перед ним за все свои ошибки!

– Успокойся, – остановил я изречения проснувшегося, похлопав того по плечу, убедившись, что он в порядке. – Я все тебе расскажу, но не здесь и не сейчас. Для начала давай отправимся ко мне домой. Ты приведешь себя в порядок, и мы спокойно поговорим. Сейчас могу сказать лишь одно. Мары, что завладела тобой, больше нет в твоем сознании. Ты полностью свободен, Вайлис. Те слова и поступки были сказаны и совершены не тобой! Ты ни в чем не виноват, – постарался приободрить сына Владыки. – После того как мара покинула твое тело, ты был на грани, поэтому мне пришлось наложить на тебя исцеляющий стазис. Но сейчас ты полностью восстановился. Теперь ты вновь хозяин своим словам и поступкам. Все обязательно наладится.

Часть 1 Глава 1

Наблюдая за темным, я отметил в его глазах одновременно легкую заторможенность и чрезмерную возбужденность, как только речь заходила об Алене. Поэтому решил перенести разговор в более подходящую обстановку.

Приведя сына Владыки в свой дом, первым делом я дал ему успокаивающий отвар. Впереди предстоял непростой диалог, но я должен был все объяснить. Честно говоря, мне и самому не хотелось вспоминать о тех днях. Но у меня не оставалось иного выбора. Кто-то должен был рассказать правду о былых днях.

Закурив трубку, я сел за свой стол и сказал:

– Знаешь, Вайлис, тот твой последний день в Пустоши выдался сложным не только для тебя. Те события коснулись многих людей. Я расскажу тебе обо всем. Но пообещай, что воспримешь все спокойно.

– Я спокоен. Просто расскажи, что произошло. Как мне удалось избавиться от мары? Что сейчас с Пустошью? И самое главное, где мой брат? Я ведь… Я ведь ничего ему не сделал?! – задал последний вопрос молодой мужчина с легкой дрожью в голосе.

Выдохнув очередной клуб дыма, я углубился в воспоминания. Не спеша я поведал темному о дне, когда мы с Аленом пришли в земли мар, с целью спасти старшего сына Владыки. Не стал скрывать от него и тот факт, что в то время главной целью его брата был поиск возможности попасть в иной мир. Пусть правда и станет горькой, но она поможет этому юноше не потеряться в глубинах отчаяния.

Кратко я рассказал Вайлису и о том времени, как Ален жил, пока его не было рядом. По мере услышанного, темный удивлялся все больше и больше, но не мешал рассказу, а лишь хмурил брови.

Наконец я дошел до финальных событий того дня.

– Встретившись с той марой, которая пыталась завладеть телом Ники, я предложил ей сделку. Уловием стало перемещение Алена в мир его супруги с помощью слуг главной мары. Взамен же я должен был найти для ее сущности оболочку. Ты присутствовал при этом разговоре. Не помнишь?

– Нет. Я ничего не знаю об этой сделке.

– Может это и к лучшему.

– И что было дальше? Неужели ты пошел на эту сделку, Вольдемар?!

– Конечно. Ведь в тот момент у меня не было иного выбора, – усмехнулся я, посмотрев на обескураженного парня. – Я обещал Алену помочь вернуться к семье. Обещал и то, что, когда он уйдет, спасу его младшего брата любой ценой. Выхвачу из цепких ручек теней и позабочусь в будущем. Я развязал Алену руки, чтобы он не оглядывался назад, а твердо ступал вперед, навстречу своей судьбе.

– Ты взвалил на свои плечи непосильную ношу, в то время как я бездействовал… Мне очень стыдно. Но, что же произошло потом?

– Когда Ален ушел, я должен был выполнить свою часть сделки. Однако… я обманул мару и заточил в артефакт, в котором она до сих пор томится. В ответ на это, ты попытался меня убить. Благо алое пламя, одолженное Аленом, помогло мне избавиться от круживших вокруг мар и спасти тебя. Однако ты сильно пострадал, потому пришлось наложить на тебя лечебное заклинание и стазис.

– Прости, что причинил тебе столько проблем. Я так виноват перед тобой и братом, – сокрушенно произнес Вайлис, зажав свою голову руками.

– Да, с тобой пришлось повозиться, – усмехнулся я, потушив свою трубку. – Вы с Аленом доставили мне много хлопот. Но и это не конец. Что ждет нас впереди, даже подумать страшно.

– Ты это о чем?! – вскинув на меня взор своих золотистых глаз, спросил темный. – Только не говори, что я еще чего-то натворил или кого-то убил. Или дело в марах? Они взбунтовались и нападают на людей в городе?

– Нет. Оставшиеся мары притаились и пока нападения сократились. Приграничные маги и их сины без труда сдерживают их без какого-либо вреда.

Вспомнив еще об одной вещи, я потянулся рукой к верхнему ящику своего стола. Вынув из того алый конверт, я протянул его Вайлису со словами:

– Это тебе оставил Ален. Он сожалел, что не сможет лично попрощаться, так что написал тебе письмо перед уходом. Не думай, что он о тебе забыл, мечтая вновь воссоединиться со своей супругой.

Вайлис распечатал послание и минут пять перечитывал написанное. Я не мешал, ведь понимал, как ему сейчас непросто. Наверняка винит во всем себя одного. Но как бы тяжело ему сейчас не было, уверен, время залечит все раны. Мне ли не знать, на что оно беспощадное способно.

– Значит, он выбрал любовь, – пробормотал темный, печально улыбнувшись. – Что ж, я рад за брата. Сожалею лишь об одном, что он никогда не услышит моих слов раскаяния. Несмотря на все обстоятельства я принимаю и... одобряю его выбор.

– Уверен, будь ты рядом с ним в тот момент, не остановил бы от шага в другой мир. Он очень полюбил Нику. Как бы не было больно это принять, но теперь она центр его мира. Тебе же нужно идти своей дорогой, Вайлис. Поверь, о тебе многие беспокоились и ждали твоего пробуждения. Вы больше не дети. Вы выросли и каждый должен найти свою дорогу в жизни. Ален нашел. Теперь твой черед, Вайл, – подойдя к окну, произнес я и, немного помолчав, продолжил. – Знаю, ты сейчас растерян, но я должен спросить. Что думаешь делать дальше? Спрашиваю не из праздного любопытства. Дело в том, что я должен сообщить твоему отцу о пробуждении. Периодически в Леару наведывается Кохэку-Харуна и проверят твою… сохранность. Как бы я не хотел, я не смогу долго скрывать твое пробуждение. Не пойми неправильно, я не гоню тебя, но ты должен как можно скорее решить, что тебе делать дальше.

Я кинул косой взгляд на темного, но тот по-прежнему пребывал в своих мыслях, не расставаясь с письмом брата. Склонив голову над бумагой, он просидел так какое-то время, а потом внезапно смял ту и сжег в своем синем пламени. Когда от письма не осталась и горстки пепла, Вайлис поднял голову и посмотрел в мою сторону.

Если бы сам не видел, никогда бы не поверил, что этот темный минуту назад был подавленным и расстроенным. Сейчас, склонив голову набок, он прищуренным хищным взором смотрел в мою сторону и, пропуская темные пряди через длинные пальцы, сосредоточенно о чем-то думал. И эти его думы меня напрягли, ведь взор мужчины не сулил ничего хорошего. Определенно этот темный добавит мне проблем.

– Вольдемар, ответь, что это за место, в которое ты меня привел? Мы ведь все еще в Леаре, но почему я чувствую вблизи других темных, – лениво спросил он, продолжая смотреть на меня внимательным взором.

– Это общежитие синов, мое детище, основанное вскоре после твоего исчезновения в Пустоши. Место, куда периодически пребывают темные и заключают контракты с магами. Только на таких условиях, темные по законам Леары официально могут находиться в этих землях. Я являюсь его смотрителем и связующим звеном между представительством правящей семьи Варуны и Леары.

– Как интересно… Значит, эти темные живут в Леаре… Значит, и я смогу остаться?!

– Вайлис, скажи прямо, чего ты хочешь?! Я ведь вижу, что ты для себя уже все решил. Не поделишься?! Или думаешь, я тебе враг после всего того, что произошло, – подойдя к нему и, нависнув над его головой, спросил я, хитро улыбнувшись. – Если ты будешь действовать в одиночку, быстро проиграешь. Так что лучше поведай мне о своих желаниях.

– Я не намерен возвращаться в Варуну под крыло отца, – наконец произнес он, несколько растеряв свою уверенность, и, смутившись, продолжил осторожно. – Мне не по душе мысли о возвращении во дворец отца. Он наверняка захочет сделать меня наследником, а мне это не нужно. Я не готов нести ответственность за других. Брата не уберег, а тут отвечай за всех темных. Я на это не способен.

– Ясно, – протянул я и, присев рядом с ним, покачал головой. – В любом случае, мне нужно написать о твоем пробуждении Владыке. Что до твоего желания... Ты ведь понимаешь, что выбор у тебя невелик. Чтобы остаться в Леаре, ты должен заключить контракт с магом. Не скажу, что рад твоему намерению, но это твоя жизнь, Вайлис. И только тебе решать, как ее прожить.

– Так ты поможешь мне?!

– А куда я денусь. Но при одном условии, наследничек!

– Не называй меня так, – поморщился от моего обращения темный. – Так что у тебя за условие?!

– Ты не будешь делать того, что заставит меня раскаиваться в будущем из-за предоставленной помощи. Мне не нужны проблемы с правителем Леары из-за тебя, а также с твоим отцом.

– Я понимаю и постараюсь тебя не подвести, – пообещал брат Алена, выдохнув с облегчением. – Тогда дело осталось за малым. Заключить этот твой контракт, верно?!

– Верно.

– Ну и когда начнем?

– Для начала нужно найти тебе мага и…

– Зачем искать?! Разве я не могу заключить контракт с тобой? – вдруг выдал этот темный "умную" идею и, недоуменно посмотрев на меня, пояснил. – Ты ведь должен быть уверен в моем хорошем поведении. Значит, я должен быть у тебя на глазах. Соответственно, будет лучше если мы заключим контракт. Мои выводы ошибочны?!

Я внимательнее присмотрелся к брату Алена и понял, с этим темным нужен глаз да глаз. А ведь когда-то мне казалось, что Ален самый непослушный из детей Владыки. Ох, как бы мне не раскаиться в содействии. Хотя, в словах темного была доля правды и логики. Потому, махнув на него рукой, я сказал:

– Хорошо. Я заключу с тобой временный контракт, Вайлис. Однако у меня есть условие.

– Какое? – серьезно спросил тот, но вновь улыбнулся.

– Ты должен будешь навестить Варуну и своего отца. После заключения контракта ты навестишь родные края и поговоришь с правителем.

– И что я должен буду ему сказать?! Ты хоть понимаешь, что он запрет меня во дворце и больше не отпустит в Леару. Будто я его не знаю, – возмущенно воскликнул он, стерев с лица довольную улыбку.

– Почему я всему должен тебя обучать?! Ты совсем дурак, Вайлис? – хмыкнул я, вернувшись за свой стол. – Не ты ли только что обещал меня слушаться и не доставлять лишних хлопот.

– Мне кажется, что ты просто хочешь от меня избавится? Разве нет?!

– Почему я прошу тебя навестить родных в Варуне?! Подумай сам над этим вопросом.

– Хочешь обезопасить свою жизнь?

– Фу... Какое узкое у тебя мышление, наследничек! Думаешь, я за свою шкуру трясусь?!

– Перестань так меня называть! Просто объясни все толком, чтобы я понял. Не будь ко мне таким жестоким. Не успел я пробудиться, как ты начал грузить непонятными запросами.

– Хорошо, можно и без этого. Просто вернись домой к родителям.

– Нет.

– Хорошо, скажу открытым текстом. Если хочешь обрести свободу, договорись с Владыкой. Перестань прятаться! Ты уже не ребенок и он это знает. Докажи Эртису, что способен принимать самостоятельные рациональные решения! Пока ты не научишься договариваться и брать на себя ответственность, так и останешься в тени своего брата, – сказал я, обучая жизни это упрямое дитя.

– Я научусь жить без него и не стану больше оглядываться назад, – пообещал темный, притупив взор, соглашаясь. – Прости, что вспылил. Я и правда веду себя как ребенок. Пожалуйста, помоги мне стать более… взрослым и самостоятельным. Обещаю, я не буду тебе мешать, просто не прогоняй. И однажды я помогу тебе, отплачу за доброту, Вольдемар, – вдруг выдал малыш умные слова, стараясь подлизаться к своему благодетелю.

Хоть мне и польстили его слова, но я оставался непреклонным.

– Для этого тебе нужно стать сильнее, Вайлис. И я сейчас не про физическую силу, которой у тебя сполна. Я уважаю твоего отца за мудрость и решимость. Если бы ты был моим сыном, я бы тоже сражался за тебя. Со всем миром и с самим собой.

– Я не буду больше прятаться.

Когда я понял, что Вайлис услышал меня и принял мои доводы, рискнул ему изложить свой план. Конечно, услышав тот, темный вновь поморщился словно от зубной боли, но все же стойко перенес услышанное.

– Мне нужно подумать, Валик. Ты не представляешь, на что меня толкаешь. Сказал выбирать самому путь, но по сути не оставляешь выбора. Это бессердечно!

– Я вообще бессердечный, только мало кто об этом знает. И все, что я делаю для других, лишь в угоду своих эгоистичных мотивов. Эртис не зря меня опасается. В моем омуте столько чертей, что ни одному правителю этого мира и не снилось. Однако я не буду идти против твоего отца, более того, помогу. Ведь мы с ним старые друзья.

– Друзья?

– Да, но об истории нашего знакомства я расскажу тебе позже, если согласишься на мою сделку.

– Где гарантии того, что ты не обманешь меня как ту мару?

– Мне нет смысла тебя обманывать, Вайлис, – разведя руки в стороны, ответил я, стараясь казаться максимально искренним. – Мой нейтралитет непоколебим. Тебе нужно знать лишь то, что я не враг тебе и твоей семье. Мне не чужды человеческие переживания и чувства. Если не веришь мне, поверь своему брату, ведь Ален во мне никогда не сомневался. Да, мы вздорили временами, но я не предавал нашу дружбу. И то, что его нет рядом с нами ничего не меняет. Если ты хочешь остаться в землях людей, я помогу тебе. Я протяну тебе руку помощи.

– И за это я должен заплатить своей свободой и желаниями?

– Все мы чем-то жертвуем во благо высоких целей. Сейчас ты многого не знаешь и не понимаешь. Смотришь лишь с одного угла, не видя картины целиком. Я же живу давно, но не хочу тебя обременять всей правдой. У тебя еще есть время пожить для себя, однако не будь безрассудным. И тогда постепенно я помогу тебе увидеть суть вещей этого мира.

– Я должен подумать над твоим предложением, Вольдемар.

– Подумай, но недолго. Помни, что не ты один чем-то жертвуешь. Свобода – понятие относительное. Поверь, даже птица в клетке может устроиться довольно вольготно. Все зависит от принятых решений и угла зрения, которым мы рассматриваем эту клетку.

Позвав Лету, я познакомил ее с новым жильцом и попросил проводить темного в выделенную комнату для особых гостей. Сам же вернулся к решению рабочих вопросов. Вскоре должны были прибыть маги на встречу с потенциальными синами.

Глава 2

Проснувшись до первых лучей солнца, я с трудом поднялась с постели. Чтобы немного взбодриться, отправилась принимать прохладный душ. Только тот был способен заставить меня окончательно проснуться. Несмотря на то, что жила в новом ритме чуть больше месяца, все никак не могла привыкнуть к новой реалии. А ведь совсем недавно все казалось таким обыденным и привычным. Однако судьба-злодейка совершила крутые виражи, благодаря которым я и оказалась здесь, в загородной усадьбе своего деда. Но обо всем по порядку.

Мне посчастливилось провести свое детство у родителей моей матери. Мне едва исполнилось два года, когда родители ушли в мир наших далеких предков. Посчастливилось, потому что не попала в приют. Не сказать, что детство проходило каждый день без забот, ведь дед был очень со мной строг. Он, в отличии от бабушки, владел магией воздуха, что позволило ему открыть и развивать свое дело на южных землях. Конечно, его неумолимую натуру скрашивала бабушка, которая была обычным человеком и немного компенсировала его суровость. Кроме моей мамы, у них не было детей, а потому, после гибели родителей, они взяли меня под свое крыло. С самого детства дед старался привить мне любовь к своему детищу – персиковому виноделию, которым занимался больше половины своей жизни. Я любила гулять по персиковым аллеям, помогать со сбором и уходом. Старалась отблагодарить за то, что не бросили меня в трудный период жизни. Однако с течением времени многое стало меняться.

Унаследовав слабую магию отца, я поступила в академию. Дед был против, ведь хотел, чтобы я как можно скорее овладела знаниями о производстве вина. Только бабушка поддержала мою тягу к знаниям, и я покинула южные земли, направившись в столицу, мечтая стать первоклассным лекарем. Поступив, я правда хотела вернуться в родные края после получения диплома, только вот не сложилось. Во время учебных лет со мной произошла постыдная история, о деталях которой даже вспоминать не хотелось. Последние годы унижений, что в итоге закончилось предательством и… насилием, я не забуду никогда. Я с большим трудом получила диплом, исполнив заветную мечту, ценой своей разорванной в клочья гордости.

Сбежав из столицы, я отправилась по распределению в отдаленную старую деревеньку на западе Леары. Я не могла вернуться к родным на юг. Не могла посмотреть в глаза деду, который растил меня и несмотря ни на что был горд внучкой. Не вынесла бы в его взгляде укора и разочарований после той правды, что я старалась забыть как страшный сон. Потому схоронилась в забытой всеми деревушке, а вскоре родила ненавистный плод, о существовании которого узнала слишком поздно. Я считала это божьей карой, наказанием за то, что пошла наперекор судьбе. Если бы я только осталась в усадьбе деда, все бы иначе сложилось.

Однако после рождения дочери, моя жизнь вновь изменилась. Несмотря на события прошлого, я смогла полюбить девочку, ведь она была так на меня похожа. Имела такие же золотистые волосы и карие глазки. Моя Лидия росла послушным ребенком и вскоре стала для меня единственной отрадой. Вдали от родных мы прожили пять лет. Местная знахарка, с которой мы вместе лечили больных деревни, здорово помогала с Лидией, потому было не слишком сложно одной растить ребенка. Я так и не сообщила деду и бабушке о рожденной правнучке, ведь растила ее без мужа. Только вот правду всю жизнь таить невозможно.

В один из дней я получила письмо из дома с трагичным известием о гибели деда. Бабушка умоляла приехать в усадьбу, просила вернуться хоть на пару дней. Я не могла не выполнить ее просьбу, а потому незамедлительно засобиралась в путь, взяв с собой дочь. В душе я раскаивалась, что не рискнула навестить деда при жизни, ведь он так и не узнал о рождении еще одной маленькой внучки. Поэтому решила все же познакомить Лидию с бабушкой, ведь понимала, что без любимого, кто разделил с ней годы своей жизни, моя добрая и любимая бабушка долго не проживет.

Задержавшись в дороге, я опоздала на прощальную церемонию, а потому прощалась с дедом в семейном склепе, что находился на территории усадьбы. Потом были долгие разговоры с Доньей. Бабушка интересовалась всем, что происходило с нами все эти годы, не спуская со своих колен маленькую Лидию. И очень сокрушалась, просила прощение за то, что не разделила трудное бремя вместе со мной.

После оглашения бабушкой завещания покойного мужа, моя жизнь вновь совершила кульбит, потому сейчас я находилась в усадьбе своего почившего родственника. Ведь в своем завещании он сделал меня единоличным наследником своей винодельни и усадьбы, передав все права в мои руки.

Так мне пришлось покинуть деревню на окраине западного и совместить профессию лекаря с хозяйкой усадьбы персиковых садов и производством вина. Конечно, у меня было недостаточно знаний для такого масштабного владения всем, но верные соратники деда никуда не делись, и с их помощью я довольно быстро влилась в дела усадьбы. Да, я могла нанять знающего человека, который бы вел все дела, но не могла так по-свински поступить с родным человеком. Была и другая причина, которая заключалась в моей магии. Я, как и дед, владела магией воздуха и могла создавать условия для выращивания растений. Могла вызывать дожди. Южные земли практически полностью были во власти различных усадьб и плантаций. Наши ближайшие соседи выращивали чайные кустарники, хлопковые культуры, свеклу и бобовые. И конечно, часто случались засухи, потому магия воздуха здесь была очень ценна.

Как бы мне не хотелось, я оказалась привязанной к этому месту. А потому решила всерьез заняться делом и проводить как можно больше времени с Доньей. Я хотела скрасить ее утекающее время жизни.

Поэтому каждый мой день был невольно расписан по часам. После завтрака я отправлялась на обход земель, по пути наблюдая за работой своих работников. На территории усадьбы было не слишком много построек. В самом сердце стоял наш двухэтажный особняк, строительством которого занимался муж бабушки. По левую сторону от него раскинулись жилых дома наших работников, с которыми соседствовали конюшни, курятники, небольшая кузница и другие вспомогательные построения. На небольшом удалении от особняка стояла винодельня, которая состояла из нескольких разрозненных производственных помещений, самым обширным из которых был погреб, где созревали наши вина. Отдельно располагался погреб для хранения готовой продукции. Остальные земельные просторы занимали персиковые рощи. Небольшая территория отводилась для выращивания сельскохозяйственных культур для собственного потребления.

Дед был по-настоящему изумительным человеком и добился большой известности в своей отрасли. Его высококачественные вина были очень популярны даже в столице. На наших землях проходили все этапы производства вина, которые мне пришлось освоить. Единственной проблемой являлся его розлив, ведь бутылки и бочки приходилось доставлять из столицы.

И все шло хорошо, пока не объявилась проблема, с которой я не могла справиться самостоятельно. Этой проблемой стал наш сосед, тот, что владел территорией с чайными деревьями. Поначалу он сочувствовал нашей утрате и всячески предлагал свою помощь, от которой я вежливо отказывалась, ведь мужчина ничего не смыслил в производстве вина. Вскоре наглец показал свое истинное лицо. Мы с бабушкой быстро поняли, что он просто-напросто хочет расширить свои территории за счет наших. Раньше эти порывы сдерживали дед с его сином, но когда их не стало, мы вновь оказались под этим ударом.

Закончив с душем и переодевшись в брючный костюм, я спустилась в столовую, думая о том, как мне лучше поступить с этим назойливым соседом. Не будь у того сина, можно было бы потягаться, но против темного у меня не было и шанса. Рассуждая о вариантах решения проблемы, я не заметила Донью, которая видно опять плохо спала и уже сидела за столом, грея морщинистые руки о бока горячей чашки.

– Доброе утро, милая, – прошелестел знакомый голос, который отвлек от тяжких раздумий. – Опять ты ни свет и заря поднялась. Поспала бы немного.

Поцеловав бабушку, я села во главе стола и внимательно посмотрела на родственницу. Она была все также бодра, только в зеленых глазах поселилась грусть. После смерти супруга женщина стала стареть буквально на глазах. Ее волосы почти полностью посидели, а некогда гладкая кожа покрылась глубокими морщинами. Внешняя красота не сильно меня волновала. Больше всего беспокоило ее здоровье. Но пока значительных проблем с тем не возникало, что не могло не радовать.

– Доброе утро, бабуль, – ласково ответила я, берясь за салфетку. – Ты ведь знаешь, некогда мне спать. Нужно осмотреть сады, а в особенности границы. Переживаю, не сделал ли этот жирдяй какой подлости. Ума не приложу, что мне с ним делать. Но ничего, я решу эту проблему. Лучше расскажи, как ты? Опять бессонница мучает?

– Нет, я хорошо сплю, не волнуйся. С Лидией за день так надурачусь, что потом сплю без задних ног, – с улыбкой произнесла женщина, опустив взгляд на скатерть.

– Хорошо, но ты побольше отдыхай. За Лидией и так есть кому присмотреть.

– Как я могу доверить свою внучку кому-то третьему. Пожалуйста, не лишай меня этой радости. Лидия единственное, что не дает мне скатиться в пучину тоски и отчаяния. Тебе то я больше не нужна. Вон какая самостоятельная, все решаешь сама, даже совета не спросишь.

– Бабуль, ты ведь знаешь, я люблю тебя. Просто не хочу обременять. Да и проблемы все решаемы. Я справлюсь.

– Только как их решить, ты не знаешь, – подметила Донья, вновь посмотрев на меня. – Я подумала тут на днях и пришла к одному выводу.

Немного помолчав, женщина продолжила:

– Монака, тебе нужен темный. Без помощи сина ты не справишься с этой проблемой, милая. Я понимаю твои чувства и нежелание вновь заключать контракт, однако… Противостоять господину Жулаю и его сину может только син. Тебе не обязательно слишком долго терпеть темного в поместье. Когда все образуется, просто отошлешь восвояси и дело с концом. Главное ведь результат.

– Бабуль, я…

– Просто подумай об этом и помни, что я приму любое твое решение. В жизни многое случается по воле случая, мы не всегда способны владеть ситуацией. Не зацикливайся на прошлом, милая. Живи настоящим, тем более, что у тебя другая жизнь и другие обстоятельства. Ты больше не одна, рядом с тобой находятся верные люди, которые не дадут тебя в обиду. Ты больше не слабая девчонка, Монака. Поверь, иногда и сильным нужна помощь от других сильных.

– Я не цепляюсь за прошлое и не думаю о нем, просто мне сложно терпеть рядом с собой очередного темного, – фыркнула я, все же понимая, что бабуля в чем-то права.

– А ты думай об этом как о сотрудничестве. О сине, как о временно нанятом работнике.

– Я подумаю, бабуль, – пообещала я, не сильно радуясь перспективе заключения нового контракта. – Кстати говоря, на следующей неделе мне придется покинуть усадьбу. Нужно продлить договор с поставщиком бочек, поэтому я отправлюсь в столицу. Еще хотелось закупить кое-каких семян лекарственных трав.

– Конечно, поезжай и не думай о нас. За Лидией я присмотрю, даже не обсуждается, – поддержала меня бабушка, вновь коснувшись чашки сухими губами. – Однако, не задерживайся. И прошу, береги себя.

– Я постараюсь уложиться в один день пребывания в столице, однако на дорогу в оба конца уйдет около дня. Так что дня два меня не будет. Продержитесь без меня это время.

Глава 3

Поселивших в доме Вольдемара, я почти не покидал своей комнаты. В голове продолжали всплывать картины из прошлого, что ранили словно клинок в сердце. Я и представить не мог, в кого превратился после порабощения тем, с кем сражался. Хоть умом я и понимал, что мной руководил призрачный кукловод-мара, однако на душе было нелегче даже от этого осознавания.

Сидя на подоконнике, я смотрел на алеющий закат и вспоминал Алена, наши беззаботные дни в Леаре. Несмотря на то, что он был старше, мы всегда находили общие темы и язык. Даже с Кайлисом у нас не было такого родственного притяжения. Ален был моим кумиром всегда и во всем. Сейчас, когда я стоял перед выбором, мне его как никогда не хватало. Я боялся ошибиться, выбрав неправильный путь. Но Вольдемар прав в одном, теперь я один. Нет ведомого впереди, я сам должен прокладывать себе путь в будущее. Только вот и предложение смотрителя меня… смущало.

Вольдемар предложил мне заключить сделку с собственным отцом. Валик сказал, что если я хочу остаться в Леаре, то не должен идти напролом, не должен больше вступать в войну с родственником. Тем более, что будущее было непредсказуемым и возможно его власть сыграет не последнюю роль в моей судьбе. Поэтому смотритель предложил мне временно подыграть отцу. Если Эртис захочет, чтобы я стал наследником Варуны, по наставлению мага, я не должен отказываться. Однако при этом советовал выдвинуть собственные условия, а именно временное проживание в землях людей, пока отец правит Варуной. О причине такого условия смотритель тоже подумал. Став его сином, я буду помогать с темными на территории Леары. В последнее время с некоторыми стали возникать проблемы, поэтому Вольдемар планировал делегировать мне эту заботу. Предложил создать некий официальный орган, который будет курировать проблемные контракты. Конечно, это было странно, ведь до этого маг и сам справлялся со всеми заботами. Когда я спросил об этом, он усмехнулся, сказав, что все меняется. О политической стороне вопроса просил не думать, так как сам все решит с правителем Леары. В целом все было логично, но смущал финал. Я опасался того времени, когда придется возвращаться во дворец и принимать правление в свои руки. На что Вольдемар мне серьезно, без тени озорной усмешки, сказал:

– Когда такой день настанет, ты будешь готов.

Да уж, легко ему рассуждать, ведь это не ему вставать во главе целого государства. Однако это все далекое будущее.

– Как же мне поступить, Ален? – тихо прошептал я, водя пальцами по оконному стеклу. – Могу ли я довериться твоему другу?

Глядя на плывущие по небу облака, я решил, что все же рискну. Попробую довериться Вольдемару, ведь не зря его ценил Ален. А что из этого выйдет, узнаю чуть позже. Главное не пожалеть в будущем о принятом решении.

Спрыгнув с подоконника, я направился в сторону двери и покинул свою комнату. Вольдемар нашелся в своем рабочем кабинете. Он разговаривал с Летой, но, увидев меня, кивнул и позвал к себе. Когда мы остались наедине, я произнес:

– Я согласен на твои условия. Давай заключим контракт.

Наконец-то с темными все проблемы разрешились. Маги академии заключили контракты со всеми прибывшими, и я смог вздохнуть с облегчением, но не надолго. В обители знаний близился выпускной, а это означало, что совсем скоро часть темных, заключившие временные контракты, вернется в мои пенаты. К сожалению, не все выпускники желали продлевать магические договора, поэтому одна треть синов всегда возвращалась в общежитие. Необходимо было уже сейчас начинать подготовку к их прибытию, вот только времени на все не хватало. Я уже не надеялся на возвращение Кароля, а потому немедля написал знакомому в гильдию, чтобы тот прислал мне временных работников.

Разрешив насущные вопросы, я взглянул на Вайлиса, который сидел напротив и задумчиво пил чай. Вчера мы с ним заключили контракт. Я видел, как он колебался в принятом решении. Однако сегодня был на удивление спокоен. Честно говоря, я плохо знал характер этого темного. В отличие от Алена он казался очень скрытным и замкнутым. Всегда было проще иметь дела с теми, у кого все эмоции на лице или кулаки в ходу. А вот с такими, что сами себе на уме, беда. Никогда не знаешь, что выкинет в следующий миг. Оставалось надеяться, что контракт удержит темного от необдуманных поступков, и поможет мне в собственной работе.

– Вчера я получил ответ от Эртиса, – между делом произнес я, наблюдая за реакцией своего синшили.

– И что пишет отец? – спросил темный, к моему удивлению, не проявив никаких эмоций. – Когда мне нужно вернуться во дворец?

– До конца этого месяца, иначе он пришлет за тобой эскорт в виде Кохэку-Харуны. Поэтому лучше явиться к нему по доброй воле. Ты ведь понимаешь, что это будет твоим преимуществом?!

– Хорошо.

– Ты помнишь, о чем мы договорились? Ни в коем случае не спорь с отцом! Будь хитрее, Вайлис, –наставлял я темного, освежая в его памяти наш разговор. – Порой, чтобы добиться своего, приходится идти на многие жертвы. Как бы там ни было Эртис твой отец. Даже если он не рассматривает твою кандидатуру на роль наследника, все равно будь стоек в своих убеждениях. Твоя помощь в Леаре не будет лишней. Поверь!

– Я все сделаю как надо, – вдруг с усмешкой ответил темный, взглянув на меня своими прищуренными глазами. – Так что не думай, что отделаешься от меня! Я непременно вернусь обратно!

– И когда планируешь отправиться?

– Нет смысла затягивать долгожданную встречу, – отставив фарфоровую чашку на стол, расслабленно ответил синшили. – Поэтому сегодня и отправлюсь. У тебя ведь не будет возражений?!

– Нет, только похвала. Кстати говоря, Ален оставил повозку туманностей. Можешь воспользоваться ею, если хочешь, – положив перед ним деактивированный артефакт, предложил я, заканчивая с завтраком. – Мне она ни к чему, тебе же пригодится для путешествий.

Вайлис не стал отказываться от подарка и отправился в свою комнату. Я же планировал отправить письмо другу, как в столовой появилась Лета.

– Господин Вольдемар, там к вам пришли.

– А не раннее ли время для гостей, – просипел я, поднимаясь из-за стола. – Ну да ладно. Проводи визитера в гостиную. Я сейчас подойду.

Лета кивнула и удалилась, а я, тяжко вздохнув, двинулся в сторону своего кабинета за накидкой. После контракта с Вайлом, я никак не мог привыкнуть к его магии. Часть ледяного пламени темного, что вступило в контакт с моей собственной, отнюдь не грело, а наоборот... замораживало. Но это ерунда по сравнению с тем, что я получу в итоге. Эртис, дружище, с каждым десятилетием твои долги передо мной растут как снежный ком. Интересно, как ты будешь расплачиваться со мной за все мои старания?!

Ранним гостем оказалась молодая девушка со смутно знакомыми чертами лица. Темно-русые, даже скорее медные волосы, были собраны в высокий хвост, кончики которого рассыпались по дорожному темно-синему плащу. Светло-карие глаза незнакомки с живым интересом осматривали напольное растение, в которое я иногда сбрасывал пепел трубки. Вздернутый нос недовольно морщился, когда тонкие изящные пальцы казались его поврежденных листьев.

Представшая передо мной картина была бы естественной, однако что-то меня смутило. Казалось, что-то ускользает от моего взора. Но я не почувствовал опасности, а поэтому смело шагнул вперед.

Услышав мои шаги, девушка поднялась с дивана и, радостно улыбнувшись, устремила на меня свой взор. Я был уверен, что прежде никогда ее не встречал, но почему-то она казалась смутно знакомой.

– Доброе утро, господин Вольдемар. Прошу прощения, что посетила вас в такую рань. Не рассчитала с дорогой, вот и… Ах, да, вы ведь не знаете меня, позвольте представиться. Меня зовут Ларинэ, я сестра Кароля, – взволнованно протараторила девушка.

Теперь я понял, почему она показалась мне знакомой. И правда, ее внешность смутно напоминала моего помощника. Предложив ей вновь присесть, я ответил:

– Вы удивительно похожи с братом. Как ваше здоровье? Помнится, Кароль упоминал о вашей болезни? И где он сам? Вы приехали с ним вместе?!

– Я поправилась, господин Вольдемар. Только вот приехала… одна.

Девушка замолчала, а потом еле слышно продолжила:

– Мой братик он… больше не приедет к вам, господин Вольдемар. Нет больше моего брата.

Ее новость повергла меня в шок. В смысле нет?! Но я не успел открыть и рот, как получил пояснения.

– Я ведь и правда сильно болела. Брат приехал ко мне сразу, как только узнал об ухудшении. Он собирал лекарственные травы в горах, а потом наткнулся на дикого хищника и… Простите, мне нелегко об этом вспоминать. До сих пор не могу принять его смерть, – всхлипнула девушка, вытирая бежавшие по щекам слезы. – Наши родные давно мертвы. Мы были друг у друга единственными близкими людьми. По приезду, Кароль все время говорил о вас. Я даже завидовала, что он нашел такого друга как вы. И как только мне стало лучше, я поспешила в столицу, к вам, чтобы сообщить о случившемся. Вы ведь наверняка потеряли моего брата?

– Да, я о нем волновался. Кароль не оставил обратного адреса. Я не мог с ним связаться, – честно ответил я, наливая девушке стакан воды. – Примите мои соболезнования, Ларинэ. Ваш брат правда был хорошим человеком и заботливым помощником. Если вам нужна какая-то помощь, только скажите.

– Благодарю, господин Вольдемар, – сделав пару глотков воды, более спокойно ответила гостья. – Я только сегодня прибыла в столицу, но моей целью было не только сообщение о таких трагических событиях. Понимаете, мне тяжело быть одной в доме, наполненном воспоминаниями. Понимаю, нагло с моей стороны просить такое, но…

– Говорите, не стесняйтесь. Если то в моих силах, я помогу вам в вашем желании.

– Господин Вольдемар, позвольте мне остаться в вашем доме, – подняв на меня свои опечаленные глаза, вдруг выпалила Ларинэ. – Точнее, позвольте у вас поработать. Кароля ведь теперь нет, вот я и подумала, что в чем-то смогу заменить его и… Мне подойдет любая работа! Не прогоняйте сразу! Дайте мне шанс!

Ее просьба была неожиданной, но я знал, что такое чувство потери. И я бы с радостью помог, вот только хрупкая фигурка девушки смущала. Да и недавно перенесенная болезнь не предрасполагала к работе. Этими опасениями я поделился с сестрой помощника, однако девушка оказалась тверда в своем стремлении.

– Ну что ж, хорошо, – сдался я под ее настойчивым упрямым взором. – Я в ближайшие дни все равно хотел нанять несколько помощников Лете. Скоро прибудут темные, так что нужно подготовить общежитие к их приезду. Можете оставаться с нами, Ларинэ.

– Спасибо, господин Вольдемар. Я вас не подведу и буду старательно работать!

– Да, только не перетрудитесь! Вы ведь только после болезни. Нужно себя поберечь, – настоятельно попросил я, потянувшись к багажу девушки. – Давайте я провожу вас в комнату. Желаете поселиться где жил ваш брат или…

– Да, если она еще свободна, – согласно кивнула головой теперь уже моя работница, поднимаясь с дивана.

– Тогда идемте. Как отдохнете, познакомлю вас с другими жителями общежития и устрою небольшую экскурсию.

– Господин Вольдемар, у меня схожая магия с братом. Так что, если вам понадобится моя помощь, я готова вам ее оказать, – вдруг сказала Ларинэ, идя по коридору в сторону комнат работников общежития, смотря прямо перед собой.

– Ммм… Спасибо. Вы очень похожи на Кароля, такая же добрая и отзывчивая. Но поберегите свои силы. К тому же у меня теперь есть син и…

Я не успел договорить, как девушка внезапно остановилась, и я по инерции врезался в ее спину. Извинившись, я хотел уточнить о ее самочувствии, как Ларинэ повернулась ко мне, и я на миг замер. Резкая смена эмоций поразила. На красивом лице лучилась все та же улыбка, вот только глаза совсем не улыбались. Они буквально остекленели как у неживой куклы.

– У вас появился… син?! – еле слышно спросила она.

– Да. А это проблема?

– Ну что вы, – стерев улыбку с лица, продолжила помощница. – Я очень рада за вас. Надеюсь, мы с ним подружимся.

С этими словами, она, не глядя, толкнула ближайшую дверь и прошла в комнату брата. Интересно, что поспособствовало такой реакции? Странные эмоции Ларинэ были мне не понятны. Но больше поразило другое. Как она безошибочно выбрала комнату брата, ведь все двери в коридоре были одинаковые. Совпадение?! Что-то я не верю в такие совпадения.

Глава 4

Который день в столице властвовала неспокойная погода. Она словно вторила состоянию моей души. Та как всегда была переполнена болью и переживаниями, хоть на лице и сохранял холодную маску равнодушия. Занавески на террасе то и дело развевал озорной ветер, разбавляя прохладу и сырой тяжелый воздух.

Сегодня я отменил все приемы и отодвинул в сторону государственные дела. Хотелось побыть в одиночестве и подумать. Вести, что сообщил Вольдемар, не могли не радовать. Я был счастлив, что мой сын наконец-то пробудился и, по словам мага, полностью восстановился. Но скорую радость омрачило личное письмо от смотрителя, что заставило о многом задуматься. В который раз я отметил прозорливость и холодный расчет Вольдемара. Всегда считал его умным и не хотел признавать свой недогляд, но стоило признать тот факт, что я начал стареть, раз перестал замечать некоторые вещи. Дальновидность мага немного пугала, хоть Хару и уверял, что Вольдемар не опасен для темных. У меня не было причин сомневаться в словах названого брата, поэтому я перестал коситься в сторону смотрителя. Только вот его новые рассуждения и предложения вновь всколыхнули во мне бурю сомнений.

– Милый, ты вновь грустишь, – подметила Милана, подкравшись ко мне со спины.

Обвив руками мою шею, супруга присела на подлокотник кресла и замолчала. Она как никто другой меня понимала. Ее молчаливая поддержка была неоценимой, особенно в такие вот моменты, когда моя душа была не на месте.

– Нет, я думаю.

– О Вайлисе? Волнуешься перед его приездом?! Или… ты думаешь, что это очередная уловка Вольдемара?

– Нет, не думаю, что это уловка. Он сказал, что Вайлис вскоре вернется в Варуну.

– Но почему я слышу скрытое «но» в твоих словах? – подметила Милана, поглаживая меня по плечу.

Я не решился рассказать жене о своих сомнениях. Не стоило ей вникать в политические игры, когда я сам ни в чем не уверен.

– Милана, я часто думаю о том, хороший ли я отец. Правильно ли я воспитал наших детей?

– Ты замечательный правитель, Эртис. И прекрасный отец, несмотря на некоторые недостатки. Когда Вайлис вернется домой, все будет как прежде. Мы вновь будем все вместе.

– Нет, как прежде уже ничего не будет.

– Ты это о чем?! – оторвавшись от моих плеч, спросила супруга, внимательно посмотрев мне в лицо. – Ты что-то от меня скрываешь?!

– Ты все узнаешь, милая, но в свое время. А пока оставь меня одного. Я хочу побыть в тишине и подумать.

Однако в одиночестве побыть не удалось. Вскоре на террасе появился Харуна, доложить о каких-то возникших вопросах. Но и наш с ним разговор прервала зашедшая стража дворца, которая сообщила о прибытия Вайлиса во дворец.

– Проводите его сюда, – отдал я распоряжения стражам дворца и перевел взгляд на брата.

– Вот видишь, он держит свое слово. Он вернул тебе сына, – закинув нога на ногу, обмолвился Хару, перестав хмуриться.

– Да, вернул, – резче чем того хотел, ответил я темному.

– Почему в твоем голосе такое раздражение?! Разве ты не рад возвращению сына?

– Сам все поймешь через несколько минут. Подожди и увидишь.

– Интриган, – хмыкнул Кохэку-Харуна и пригубил вино из своего бокала.

Спустя долгие пять минут на пороге возник мой сын, которого я и забыл, когда видел в последний раз. Несмотря на то, что Вайл являлся близнецом Кайла, тот совсем был не похож на брата. Если Кайл был открытой книгой, взбалмошный и хитрющий, то Вайл был скрыт словно невидимой вуалью. На лице вернувшегося застыла "восковая" маска покорности и лености, однако глаза смотрели со скрытой решимостью. Словно он пришел не на долгожданную встречу с отцом, а на вынужденные переговоры с конкурентом или врагом.

Приблизившись к нам, темный поклонился и поприветствовал нас с братом, однако, увидев последнего, немного напрягся, видно вспоминая "незнакомца". А ведь верно, в этом облике Вайл его не знал. Пришлось внести ясность. Сын на удивление не стал задавать лишних вопросов, а лишь согласно кивнул, принимая объяснения как должное.

– Добро пожаловать домой, заблудшая душа, – пожурил его Хару, потрепав по плечу.

– Рад видеть вас в добром здравии, дядя, – кивнул ему Вайлис и перевел взгляд на меня. – Отец, я прибыл как ты и просил. Надеюсь, теперь ваши прежние договоренности со смотрителем выполнены в полной объеме?

– Да. Присаживайся и расскажи, как ты себя чувствуешь? Меня поразила история с марой. Не думал, что тень сумеет поработить одного из моих детей.

– Я был не осмотрителен и слаб, – вдруг произнес сын, чем заставил нас сильно удивиться и, присев напротив нас, продолжил. – Но благодаря брату и Вольдемару я смог избежать роли марионетки мары. Поверьте, это история меня многому научила.

– Похвально, – произнес брат, наливая Вайлису вина. – Кажется, наш малыш подрос, Эртис.

– Владыка, я знаю, что ты зол на нас с Аленом. Мы совершили непростительный поступок, пошли против твоей воли, но знаешь… Если бы мы остались под твоим крылом, так бы и бродили «слепыми малышами», не зная правды, что скрыта за пределами нашей столицы. Я не раскаиваюсь в своем проступке, но только в бою можно отточить свой клинок. Ведь так говорил дядя Харуна, – взглянув на того, продолжил сын. – И теперь, пройдя через многое, я раскаиваюсь лишь в том, что промолчал, не написал вам ранее письмо с извинениями. Не посчитал нужным сообщить, что у нас все хорошо. Ведь если бы мы с Аленом погибли, наша семья так бы об этом и не узнала. Поэтому, я сожалею отец, – склонив голову, закончил Вайл.

После его слов на душе стало несказанно легче. Видно это и есть то, что люди зовут «камень с души упал». Между нами наконец-то исчезла натянутая атмосфера, что возникла при появлении моего ребенка. Я видел, что Вайлис говорит от чистого сердца.

– Подними голову. Я давно простил вас с Аленом, – ответил я, потянувшись к бокалу, решив немного смочить пересохшее от волнения горло. – Но я рад услышать извинения из твоих уст.

– Благодарю, отец.

– Тогда предлагаю стукнуться нашими бокалами и отметить воссоединение семьи, – предложил Хару, переводя взгляд с меня на сына.

Во время рассказа Вайла о его приключениях, я не мог не заметить, как он воодушевлен жизнью среди людей. Его красочные описания природы и жителей периодически подхватывал Харуна, ведь тот разделял слова моего сына.

– Да, хорошее было время. Вот подумываю, может опять наведаться в Леару. А что, я давно не был в отпуске. Как считаешь, Владыка?!

Однако я пропустил мимо ушей вопрос брата и, внимательно глядя в золотые глаза сына, начал:

– Это ведь не все новости, что ты хотел мне сообщить? Я получил письмо от Вольдемара. Он писал, что у тебя есть ко мне какое-то… дело. Я внимательно тебя слушаю.

Вайлис серьезно кивнул и ответил:

– Да. Но для начала ответь. Ты уже избрал следующего наследника Варуны?

– Это так важно для тебя?

– Нет, не важно. В любом случае у меня есть предложение. Я хочу остаться в Леаре в качестве синшили Вольдемара и вместе с ним контролировать темных на той стороне. Стало много проблемных случаев в поведении с людьми. Это грозит подорвать авторитет Вольдемара и твой, отец. Вместе со смотрителем мы хотим создать официальный орган, который будет контролировать деятельность темных на территории людей, а в случаи преступлений расследовать их. Со стороны магов это будет господин Вольдемар, представителем темных буду я. Разрешение правительства Леары на такую деятельность смотритель взял на себя.

– Значит, теперь на тебя накинул ошейник?! Неплохой у него вкус, – тонко подметил Хару и обратился ко мне, поддерживая Вайлиса. – Эртис, а ведь в этом предложении есть что-то полезное. Если ты хочешь и дальше поддерживать с людьми дружеские отношения, то не помешает разместить на их землях резиденцию темных. Представитель правящей семьи, что станет там проживать, станет своеобразным гарантом доброжелательных отношений. Конечно, если ты не решишь сделать Вайлиса своим наследником. В том случаи, это рискованно и неоправданно. Так что ты решишь?!

Только ближе к вечеру я смогла добраться до столицы Леары. Сняв номер в ближайшей таверне, я поспешила по делам, что запланировала в дороге. В первую очередь я посетила знакомого деда, с которым у того был заключен контракт на поставку бочек и бутылей под вино. Он давно поджидал меня и был огорчен гибелью товарища. Да него дошли слухи о смерти деда, поэтому я не сомневалась в искренности слов пожилого мужчины.

– Хороший он был, твой дед, – прокряхтел господин Шихар, угощая меня свежим лимонадом. – Такая утрата. Но я рад, что его дело будет продолжено. Я большой поклонник вашего вина! Так значит вы прибыли, чтобы перезаключить со мной контракт уже на свое имя?

– Совершенно верно. Мне бы хотелось продолжить с вами сотрудничество. И я рада, что вы согласны мне помогать.

Долго наша беседа не затянулась. Переоформив документы и внеся в те некоторые поправки, я поспешила в лавку за семенами. Лекарства, которые я делала для своей бабули, подходили к концу, а на создания новых требовались некоторые травы, коих было не сыскать в местных лесах. Поэтому на первое время я приобрела готовые сухие сборы, а на запас взяла семена.

Пока я бегала по городу, наступил вечер, который заставил вернуться в таверну. После дороги и продуктивного дня меня быстро сморило, и я забылась мертвецким сном.

Лишь утром, приступив к завтраку, я вспомнила о том, что хотела посетить еще одно место. Все же слова бабушки глубоко засели в моей голове. Как бы я не ненавидела темных, но если и дальше хочу продолжать дело деда, должна воспользоваться помощью этих…

До отъезда у меня еще оставалось время, поэтому я пересилила себя и направилась в общежитие синов.

Дома шла глобальная уборка, которой руководила Карла – моя главная домоправительница. Нанятые работники из гильдии вместе с Ларинэ довольно шустро выполняли ее команды и вскоре пришли потеснить меня из кабинета. Сетуя на этих «рыцарей чистоты», я покинул дом и засел в беседке сада. Здесь стояла тишина, и никто не заставлял перемещаться с одного места на другое.

Любуясь красотами сада, я подумал об Вайлисе. Надеюсь, у темного все идет хорошо. Не хотелось бы мне лишний раз контактировать с Владыкой.

От раздумий отвлекла Лета, которая привела очередную гостью. Девушка передо мной вела себя немного растеряно. Казалось, она была не уверена в том, что правильно поступила, придя в мой дом. Ее глаза цвета меда внимательно осматривались по сторонам, пока не наткнулись на меня. В этот момент златовласая девушка напряглась как натянутая тетива. Расслабленные черты лица стали решительнее, а брови немного нахмурились.

– Вы господин Вольдемар, смотритель общежития синов? – разнесся приятный голос воинственной незнакомки.

– Да. Прошу присаживайтесь за стол. И расскажите, что вас ко мне привело.

– Меня зовут Монака Элей, – присев напротив меня, начала девушка. – Честно сказать, я не уверена, что пришла по адресу. Но больше мне не к кому обратиться.

– Все хорошо, госпожа Элей. Просто расскажите, что у вас произошло, – доброжелательно произнес я, стараясь не давить на гостью. – Даже если не по адресу, я всегда смогу указать вам верный путь.

Немного помолчав, видно собираясь с мыслями, Монака начала:

– Я наследница усадьбы в южных землях. Мой дед занимался персиковым виноделием и после смерти оставил мне свое дело. Но проблема не в этом. С нашими землями граничат чайные плантации другого землевладельца. Дело в том, что господин Жулай давно зарится на нашу территорию, а после смерти деда решил реализовать свою давнюю мечту. Поначалу это были невинные предложения о соседской помощи, потом последовали намеки об объединение земель путем… брачного соглашения. По его словам, хрупкая девушка не может в одиночку управлять усадьбой и винодельней. Конечно, я открыто отказала ему в этом, прося не вмешиваться в дела покойного деда. Не сказать, что за месяц я стала большим асом в производстве вина, но я смогу правильно распорядиться оставленным мне наследством. После такого отказа мелкие нападки перешли в разного рода козни. Я начала отмечать, что деревья, граничащие с чайной плантацией, стали чаще болеть. Они буквально иссыхают на глазах. Стало появляться много мелких вредителей, которых ранее не бывало. И никакие обычные средства не помогают от них избавиться. Сама я слабый маг воздуха, но чувствую следы посторонней магии на границе наших территорий. Мне кажется, что господину Жулаю помогает с этими нападками на сады его син, ведь сам он маг огня. Понимаю, с этим я должна скорее всего обращаться в местную ратушу, но я в растерянности, господин Вольдемар.

Когда девушка обрисовала суть проблемы, я понял ее посыл и ответил:

– Госпожа Элей, сочувствую вашей утрате. Вы пришли по адресу. Все, что хоть каким-либо образом касается синов и их ринов, входит в мою компетенцию. Поэтому не волнуйтесь, вы правильно сделали, что ко мне пришли.

Услышав мои слова, напряженные плечи девушки немного расслабились, но в глазах все еще плескалось сомнение.

– Вы правда мне поможете?

– Конечно, мы вам поможем и разберемся с вашей проблемой. Но я должен задать вам еще несколько вопросов.

– Эм… Если только это не займет много времени. Дело в том, что сегодня возвращаюсь домой. Я очень переживаю за своих родных, которых оставила там. Да и мои сады…

– Конечно. Я понимаю и буду краток.

Глава 5

Только поздним вечером я смог вернуться в Леару. Приземлившись в саду Вольдемара, я свернул повозку туманностей и, положив артефакт в карман платья, направился в сторону общежития.

Смотритель еще не спал и, казалось, ожидал моего возвращения. Сидя в кресле гостиной, он, по заведенной им традиции, пил чай, но на сей раз не в одиночестве. Компанию магу составляла незнакомая девушка. Она что-то с азартом рассказывала мужчине, увлеченная изложением своей истории. Однако Вольдемар словно пребывал в своих мыслях, хоть изредка и кивал ей головой.

– Значит, я смогу вам завтра составить компанию в прогулке по городу? – настойчиво спросила девушка, которая явно делала вид, что не замечает равнодушного слушателя.

Он в ответ вновь кивнул, а я возразил:

– Нет. Завтра у нас с господином Вольдемаром будут свои дела.

Заметив меня, смотритель встрепенулся и радостно улыбнулся. Соскочив с кресла, он подхватил меня под руку и потащил в сторону своего кабинета. На ходу мужчина спешно представил мне новую помощницу Карлы – Ларинэ, которая недовольно косилась в мою сторону.

– В другой раз, дел очень много. Поговорим об этом чуть позже, – ответил он девушке, поспешно покидая гостиную.

Как только мы оказались одни в его личной обители, маг облегченно выдохнул и, направляясь в сторону дивана, пояснил:

– Эта сестра моего прошлого помощника. Я взял ее на его место, но кто ж знал, что она такая… активная. Твое появление меня буквально спасло. Ну, это мелочи. Лучше расскажи, как слетал домой? Вижу, цел и невредим. И раз вновь ступил на эти земли, смею предположить, что тебя отпустили. Надеюсь добровольно?!

– Почему-то ты не кажешься слишком удивленным этому факту, – подметил я, подходя ближе к мужчине. – Признавайся, это ты повлиял на решение отца?

– Да боже упаси, – отмахнулся он, сделав страшные глаза. – Да и кто я такой, чтобы влиять на решения Владыки темных. Так, мелкая рыбешка в вашем аквариуме. Значит, он все же согласился на наше предложение?

– Согласился. Так что я могу остаться в Леаре, правда на неопределенное время. И еще кое-что.

– Говори.

– Отец не ответил на мой вопрос, кто станет следующим правителем. Однако при нашем разговоре присутствовал дядя Харуна, который не к месту возразил, что неосмотрительно отпускать в земли людей наследника Варуны. Поэтому я делаю вывод, что Владыка больше не рассматривает мою кандидатуру на пост наследника.

Вольдемар лишь покивал головой на мои предположения, но ничего не возразил. Не подтвердил, не опроверг мои догадки. Все же странный он, ни капли истинных эмоций. Хоть бы удивление изобразил. Я все больше склонялся к тому, что он что-то написал отцу. Не согласился бы Владыка так скоро отпустить меня в земли людей.

– Ты больше опасался гнева Владыки, а видишь, какой он понимающий правитель оказался. Все обернулось как нельзя лучше, – закурив трубку, оживленно протянул маг. – Ты ведь и правда вернулся как нельзя кстати. Появилось одно дело, как раз по твоему новому профилю. Видишь, на краю стола лежит папка. Там личное дело одного сина и конечно же его рина. Суть проблемы изложена там же. Если кратко, необходимо посетить южные земли и разобраться с этим делом.

Я подхватил в руки папку и, просматривая бумаги, подметил:

– Полагаешь, эта назойливая мелочь и правда может быть как-то замешана в гибели живого. Не люблю иметь дело с нэдзуми (крыса), те еще пакостники. Как этот Жулай вообще согласился заключить контракт с кем-то подобным, учитывая кем он является.

– Вот ты и выясни это, а у меня полно других забот. Раз ты вернулся с хорошими новостями, придется теперь и мне поработать. Нужно навестить дворец правителя Леары, – нехотя произнес Вольдемар и, поморщившись, продолжил. – Если эта парочка и правда виновна, тащи их сюда, будем разбираться в столице. Самосуд там не устраивай, тем более, что официального разрешения на деятельность у нас с тобой пока нет.

– Ты уверен, что местный правитель вообще согласится на что-то подобное!?

– А куда он денется?! Ведь он тАк радеет за свой народ, – усмехнулся смотритель и недовольно продолжил. – Местный правитель последний человек в этом мире, кого бы я хотел лицезреть. Но это мои проблемы, не бери в голову. Ты же поскорее займись делом в южном. Заявительницу по-человечески жалко, совсем молодая девчонка. Владения ее деда славятся отличным персиковым вином. В столице оно довольно популярно. Только... ты с ней поосторожнее, – вдруг добавил Вольдемар.

– В каком смысле?

– Кажется, госпожа Элей недолюбливает темных. Могу конечно ошибаться, но все же отнесись к ней и ее проблеме с пониманием.

– Не переживай. Я выполню задание как можно скорее и вернусь.

– Сегодня лучше отдохни, а отправляйся завтра вечером. Ты выглядишь устало после встречи с отцом. Я же буду настраиваться на экзекуцию с местной аристократией.

Вечер следующего дня наступил стремительно, и я отправился на повозке в южные земли. Сверяясь с картой, щедро выделенной Вольдемаром, я наблюдал через окно за пролетающими мимо облаками на ночном небе. Я не волновался перед предстоящим расследованием. К людям я ненависти не испытывал и считал себя более-менее коммуникабельной личностью, хотя в большей степени любил помолчать.

Вновь сверившись с картой, я понял, что достиг пункта назначения и начал снижать повозку к земле. Миновав облака, я увидел раскинувшуюся бескрайнюю белеющую поляну, в сердце которой виднелись крохотные постройки. В ночной мгле это было удивительным зрелищем. Цветущие сады не оставили меня равнодушным. Я мало что смыслил в ботанике, но даже я понимал, что это не совсем обычные сорта растений. Потому что обычные цветы закрывают на ночь свои бутоны.

Я сошел с повозки туманности возле небольшой реки, что отграничивала земли госпожи Элей с западной стороны. Следуя меж берега реки и цветущим садом, я достиг границ с проблемным соседом пострадавшей стороны. Не заметив никаких барьеров, я ступил на территорию садов и начал осматриваться вокруг. Я сразу заметил пострадавшие деревья. В основном они стояли возле границы с чайной плантацией, однако заметил признаки увядания и на других, тех, что росли вглубине усадьбы.

Осматривая растения, я продолжал идти вдоль границы, делая примерные выводы. Я практически не сомневался, что болезнь деревьев магического характера. Отчетливо чувствовался след магии. Правда кому именно он принадлежал, пока было сложно сказать. Однако когда я поймаю нарушителя, то запросто определю и докажу его причастность.

Покончив с осмотром, я установил отслеживающий барьер. Как только кто-то ступит на землю садов, я тут же узнаю, а пока остается только ждать.

Чайные плантации располагались под уклоном, в небольшой низменности, поэтому не составило труда рассмотреть поместье хозяина соседствующей территории. Оно, в отличии от усадьбы нанимательницы, стояло ближе к югу и соседствовало почти в притык к цветущим садам. Сейчас в поместье не горели огни, очевидно, что все спали.

Мне оставалось только ждать. Но ожидание давалось с трудом, и я решил погулять по саду. За те года, что я провел под стазисом, мне совсем не хотелось спать. С момента пробуждения я так не разу еще и не заснул. Днями читал книги, а вечерами наблюдал за звездным небом. Так и проходили мои дни. Это место сразу пришлось по душе. Оно казалось волшебным, наполненным благоухающими ароматами.

Побродив по аллеям, я прилег у подножия одного из деревьев и принялся наблюдать за звездным небом. К моему удивлению, здесь звезд было гораздо больше, чем в столице.

Я и сам не понял, как заснул. Когда открыл глаза, звезды на небе стали еле заметны. Темную ночную мглу небосвода начали сменять лиловые оттенки со стороны восходящего из-за горизонта солнца.

Приняв вертикальное положение, я отряхнулся и направился в сторону, где должен был находиться дом обратившейся к Вольдемару хозяйки усадьбы. Со стороны барьера не было никакого отклика, потому я не стал тратить время и решил познакомиться с магом этих земель.

Неспешно идя по утреннему саду, я вдыхал ароматы цветущих персиков, которые стали насыщеннее в предрассветной прохладе. Я был рад, что посетил это чудесное место. По сравнению с всплывающими картинами Пустоши, это место было раем. Я же ощущал себя грешником, после всех тех поступков, что совершил.

Небольшая дорожка, по которой я шел, привела меня в просторный двор с каменистой плиткой. Посреди него раскинулся большой двухэтажный особняк, выполненный из темного дерева. Его вход украшали декоративные розы, маленькие бутоны которых еще хранили в секрете оттенки своих лепестков.

Недалеко от главного дома стояли строения поскромнее и поменьше, очевидно какие-то мастерские и хозяйственные постройки. Несмотря на раннее утро, в этом месте уже кипела жизнь. Из большой кирпичной трубы особняка валил дым, а левее дома тишину разбавляло лошадиное ржание вперемешку с мужскими голосами.

Застыв посреди двора, я на мгновение замешкался, думая о том, идти в сторону главного входа или на голоса невидимых людей. Однако не успел я принять решение, как услышал женский голос, доносившийся с противоположного конца небольшой улицы.

– Эм… Господин, вы кого-то ищите? – растерянно произнесла женщина средних лет в белоснежном фартуке, которая несла в руке небольшую плетеную корзину.

Судя по ее траектории, она двигалась куда-то за дом, скорее всего к другому входу. Но, завидев меня, остановилась и начала опасливо рассматривать. На ее лице читалось удивление в перемешку со страхом. Видно не каждый день у них новые лица пребывают.

– Да. Я прибыл к госпоже Элей, – чуть улыбнувшись, произнес я, стараясь еще больше не напугать местного жителя. – Не подскажите, где мне ее найти.

Услышав мои слова, женщина еще больше напряглась, но, взяв себя в руки, кивнула и ответила:

– Конечно. Подходите к главному входу. Я доложу о вашем приходе. Как вас… представить?

– Скажите, что я прибыл от господина Вольдемара.

Незнакомка вновь кивнула и спешно двинулась за дом, а я, немного осмотревшись вокруг, все же двинулся к главному входу.

Шустрый человек быстро доложил о моем визите, так как не успел я коснуться ручки двери, ее тут же распахнули и передо мной возник пожилой мужчина, представившись домоправителем, который спешно проводил меня в гостиную.

Внутреннее убранство дома совпадало с его внешним обликом. По большей степени внутренний интерьер был выполнен из древесных материалов. Предложив мне присесть на диван, мужчина просил немного подождать.

Несмотря на его предложение, я подошел к большому окну, украшенному массивными портьерами, и посмотрел на пейзаж по ту сторону стекла. Но долго в одиночестве не пробыл. С большой крутой деревянной резной лестницы ко мне навстречу поспешила молодая девушка, облаченная в костюм для верховой езды. Ее яркие волосы цвета спелых абрикосов, собранные в высокий хвост, несколько отставали от своей хозяйки и развивались при ее стремительном беге.

Я и не думал, что хозяйкой винодельни окажется такая молодая человеческая женщина. Подойдя ко мне, она окинула меня внимательным взором светло-карих глаз. В них я увидел небольшое волнение, однако решимости в тех было гораздо больше. И сейчас я вспомнил о предупреждении смотрителя, потому что ее решимость граничила с толикой враждебности, о чем говорили ее несколько нахмуренные брови.

– Здравствуйте. Вы должно быть госпожа Монака Элей? – не показав своей осведомленности в ее особом отношении к темным, спокойно и чуть прохладно начал я. – Меня зовут Вайлис, я синшили господина Вольдемара. Прибыл разобраться с вашим непростым делом.

– Здравствуйте. Верно, я Монака Элей, хозяйка этой усадьбы, – подтвердила девушка и немного расслабила напряженную осанку и брови, узнав о цели моего визита. – Не думала, что вы прибудете так скоро, но… Я рада вашему приезду. Вы, наверное, только с дороги? Если желаете, можете присоединиться к нам за завтраком. Я как раз собиралась…

Что девушка собиралась я так и не узнал. Со второго этажа послышался какой-то грохот, а потом с лестницы словно ураган сошел, который направился в нашу сторону. Им оказался человеческий ребенок – рыжеволосая девчушка с копной спутанных волос. За ней вероятно велась погоня, так как по лестнице за девочкой спешила няня с гребнем в руках.

– Маленькая госпожа, немедленно вернитесь, – строго приговаривала молоденькая девушка, моложе самой хозяйки Элей.

Но ребенок и не думал слушать взрослого. Вместо этого девочка вклинилась между мной и Монакой, прячась от своей преследовательницы. Обвив руками ноги моей нанимательницы, она сделала вид, что притаилась, но было видно, как подрагивают ее плечи и явно не от страха.

Я заметил, как кардинально изменилось поведение строгой хозяйки усадьбы. Девушка положила ребенку на голову свою руку и, потрепав ее по волосам, строго сказала, при этом искренне улыбаясь:

– Лидия, я ведь просила больше не сбегать от Альны. Почему ты опять капризничаешь, а? Мы ведь договорились, что ты будешь вести себя как взрослая девочка!

– Простите, госпожа Монака, – повинилась приблизившаяся к нам няня, тяжело дыша. – Не уследила я за нашим «бедствием». Ой, у вас гости? – покраснела девушка, заметив меня.

Вслед за ней я увидел, что прячущийся ребенок резко поднял свою голову и внимательно посмотрел на меня снизу-вверх. Я никогда не видел так близко человеческих детей, потому немного опешил. Так же, как и это «бедствие», я смотрел на нее только сверху-вниз. Но видно малышке стало неудобно от моего взгляда. Ребенок вновь уткнулся в колени Монаки, прошептав «прости, больше не буду», а потом, кинув в мою сторону непонятный взгляд, последовал за своей няней.

– Извините за этот бедлам, – тяжело выдохнув, сказала госпожа Элей. – Моя дочь Лидия чересчур энергична.

– Поэтому она «бедствие»?

– Да, шутливое прозвище, – кивнула она. – Ну, пойдемте в столовую. Я и так вас тут задержала. Все-таки вы к нам приехали из такой дали, а я вас тут держу. Добро пожаловать в наш дом.

Глава 6

К моему удивлению, в столовой оказалось немноголюдно. Когда мы пришли, за столом сидел всего один человек, пожилая женщина, смутно похожая на Монаку. Наверное, вдова хозяина усадьбы и бабушка нанимательницы. В разговоре я подтвердил свои догадки.

Усевшись во главе стола, девушка приступила к еде, а старшая госпожа Элей сказала:

– Такая честь лично встретиться с синшили. Мне очень повезло перед смертью познакомиться с такой личностью как вы, господин Вайлис.

– Бабуль, пожалуйста, не говори о смерти! Ты еще проживешь долго-долго!

– Для меня тоже большая честь познакомиться с вами, госпожа Элей, – произнес я, не покривив душой. – Ваша усадьба и персиковые сады по истине великолепны, не говоря уж о вине, что вы производите.

– Вы уже видели наши сады? – удивилась Монака и растерянно возразила. – Но вы ведь совсем недавно прибыли! Когда вы успели?

– На самом деле я прибыл глубокой ночью, но не посмел тревожить ваш сон. Поэтому решил начать расследование сразу по прибытию и отправился исследовать границы ваших земель. Западная не привлекла особого внимания, а вот южная… Я заметил, что на границе с чайными плантациями довольно много сухих деревьев. В сравнении с западной, где мне не попалось ни одного такового, это очень странно. Исследовав пораженные растения, я заметил небольшой магический след, что на них остался. Поэтому поддерживаю ваши опасения, госпожа Элей. Деревья умирают не от естественных причин. Однако след еле заметный, поэтому я не могу определить магию и ее владельца. Могу предложить только одно – поймать вредителя за руку. Я уже установил барьер на южной границе. Как только через него пройдет незваный гость, я тут же об этом узнаю, – предложил я план действий на ближайшее время.

– Другого от вас и не ожидалось, господин Вайлис, – покивала головой старушка, а потом проворчала, сетуя. – Но где вы ночевали?! Не уж то на улице! Позор на нашу голову!

– Не волнуйтесь, госпожа. Я хорошо провел время в ваших садах этой ночью.

– И все же… Простите, за такое невежество.

– Я благодарна вам за вашу оперативность, господин Вайлис, – наконец промолвила Монака, когда ее бабушка замолчала. – Значит, вы пробудете какое-то время в наших землях?

– Да. Придется ненадолго задержаться, – подтвердил ее предположение. – Если выяснится, что в порче вашего имущества замешан сосед с его сином, они понесут наказание, не сомневайтесь.

– Тогда я прикажу подготовить для вас гостевые комнаты и не спорьте, господин Вайлис, – вновь сказала старшая госпожа, довольно улыбнувшись.

Вскоре к утренней трапезе присоединился младший член семьи – дочь Монаки. Сейчас ее волосы были собраны в два высоких хвоста, а сама девочка не была такой энергичной. Ребенок еле слышно буркнул «доброе утро» и направился в сторону бабушки, чмокнув старушку в морщинистую щеку. Однако маленькая госпожа не села рядом с ней на предложенный стул. Вместо этого девочка стащила с его сидения подушку, что очевидно помогала компенсировать ее рост, и, обогнув стол, положила мягкую "перину" на соседствующий со мной стул.

Забравшись на тот, она, не глядя по сторонам, придвинула тарелку с кашей, которую ей скоро подала няня. Не издавая лишних звуков, ребенок начал молча есть. Я заметил, как Монака и госпожа Донья удивленно переглянулись между собой, но не стали ничего комментировать. Вместо этого старшая госпожа сказала, загадочно улыбаясь:

– Уважаемый синшили, мы будем только рады, если вы задержитесь в нашем скромном доме. У вас невероятная способность к укрощению... стихийных явлений.

Я сразу понял, что она имела в виду и искоса глянул на сидящую рядом девочку. Лидия не отвлекалась от еды и, казалось, никого не замечала вокруг себя. Однако я не мог не заметить, как она косит глазами в мою сторону и внимательно слушает, о чем говорят взрослые. Мне не нужно было применять свои ментальные способности, чтобы осознать этот факт.

Но ответить я не успел. Перед лицом вспыхнул конверт, что плавно опустился на мои колени. Это явление вызвало бурю эмоций на лице дочки Монаки, но она быстро отвернулась, хоть и продолжала тайком за мной подглядывать.

Я быстро прочел послание Валика. Он сообщал, что все уладил с правительством Леары, и мы можем спокойно заниматься нашей работой. А еще подкинул побочной работы к уже имеющейся. Вот же хитрый лис.

Убрав письмо с прилагаемым списком в карман платья, я обратился к молодой хозяйке дома:

– Госпожа Элей. Пока я буду поджидать вашего вредителя, могу ли воспользоваться вашей беседкой. У меня осталась кое-какая бумажная работа, которую хотелось бы поскорее закончить. Я хотел поработать в ее тени, если вы не возражаете?

– Конечно. Я не против. Если вам нужны писчие принадлежности, то я помогу и с этим.

– Буду благодарен.

– Но, а сейчас мне пора заняться осмотром наших земель, – добавила девушка, поднимаясь из-за стола. – По утрам я объезжаю границы усадьбы.

– Тогда я присоединюсь к вам, – сказал и поднялся вслед за нанимательницей. – Я не все сады осмотрел. Возможно найдутся еще пострадавшие деревья или какие-то следы преступника.

– Конечно. Идемте.

После завтрака я как обычно отправилась на конную прогулку по своим территориям. Однако в этот раз не в одиночестве, а в компании прибывшего компаньона смотрителя синов. По правде сказать, в первые минуты была враждебна к нему настроена, ведь ненавидела темных, а он являлся необычным, высшим сином. Его внешний облик ничем не отличался от людского, но обычным точно не являлся. Золотистые глаза, больше похожие на змеиные, и мрачные темно-фиолетовые волосы, рассыпанные по серому платью с серебристыми узорами, выдавали своего хозяина. Даже одень такого в лохмотья, и в тех бы казался величественным. Уважительная манера общения никак не вязалась с его образом и сбивала с толку.

Я никогда не видела, чтобы подобные, обладающие властью, так общались с простыми людьми. Оценив это, я немного успокоилась. А, увидев его эмоции на поступки моей Лидии, почувствовала, что камень на душе стал заметно легче. Синшили был настроен к нам лояльно несмотря на высокий статус среди темных, от него не веяло враждебностью. К слову, и поведение бабушки меня расслабило. Она хорошо разбиралась в людях и своими словами и жестами уверила, что Вайлис нам не враг.

– Я заметил, что среди цветущих деревьев много низкорослых и без цветов, – отвлек меня из раздумий голос синшили. – Помимо персиков вы выращиваете и другие?

– Нет, это молодые саженцы персиковых деревьев. Ими занимается бабушка. Она всю жизнь посвятила выращиванию разных садовых культур. Эти персики ее создания.

– Я заметил, что ваши персики не обычны. Ведь простые не будут цвести по ночам.

– Да. Бабуля любила по молодости скрещивать разные сорта, вот однажды и получила этот «сияющие под луной». Честно говоря, если бы не она, дед бы никогда не подумал о своем деле, – окунулась я в воспоминания далеких дней. – Поначалу этих деревьев было не так много, но в один год урожай был таким большим, что не знали, что с ним и делать. Излишки бабушка предложила пустить на самодельное вино. Деду оно очень полюбилось и возникла идея создания своей винодельни. Они выкупили эти земли и начали понемногу обживаться. Тогда никто из моих родных и представить не мог, что персиковое вино из «сияющих под луной» станет таким популярным.

– Удивительно, что ваша семья хранит такую историю создания популярного напитка Леары.

– Да. И я не хочу, чтобы труды моих родных загубили недоброжелатели. Не хочу, чтобы имя моего деда смешали с грязью и присвоили его труды себе, – сказала твердо, смотря вдаль на чайные плантации. – Все, чего я хочу, оправдать доверие деда и не волновать лишний раз свою бабушку. После его смерти она сильно сдала. Хочу, чтобы оставшиеся ее годы прошли в спокойной обстановке.

– Не волнуйтесь, мы разберемся с вашими недоброжелателями, – спрыгнув с лошади, пообещал синшили и подошел к одному из засохших деревьев, спрашивая. – Его уже никак не восстановить?

– Нет. Но я запретила садовникам его корчевать. Конечно, можно было бы посадить на его месте новый саженец, но вдруг и тот погибнет. Ведь я не знаю, заражена ли земля под его корнями, – поделилась своими опасениями. – Ведь чтобы вновь собрать урожай с одного персикового древа, ему нужно почти пять лет перед тем, как сплодоносить.

– Ясно. Тогда не трогайте их пока. Как только все разрешится, уверен вы сможете принять верное решение.

Прошел день, за ней ночь, но пока на западной границе все оставалось тихо. Никого из посторонних на территории садов и усадьбы не было замечено. Работники Монаки уже были обо мне наслышаны, но каждый раз при встрече проводили меня удивленным взглядом. Меня не особо волновало их внимание, куда больше волновало другое. Где бы я не был в поле зрения всегда мельком, но попадала дочь Монаки. Нет, девочка не вела себя как бедствие. Наоборот, напоминала мышонка, что перебегает из одной норки в другую. Однако малышка ко мне не приближалась, а лишь украдкой наблюдала. Ее бабушка, госпожа Элей, стала даже подшучивать надо мной, называя укротителем стихийных явлений. Сам же я ничего не делал и старался не замечать ребенка. Я просто-напросто не знал, как себя вести с маленьким человеком, да еще и женского пола.

Вот и сегодня, занимаясь рассылкой писем синам, по настоянию Вольдемара, я заметил два хвостика, перехваченных зеленой лентой, что выглядывали за колонной на входе беседки. Карие глаза девочки, заметив мое внимание, задорно блеснули. Я вновь вернулся к письмам, думая, что она как обычно уйдет, но ребенок показался во весь рост и тихо зашел в беседку.

Она приблизилась к столу и обойдя тот, остановилась рядом с лавкой, на которой я сидел. Наблюдая за сим беспокойным объектом, я сделал кляксу на белоснежной бумаге и уныло вздохнул о том, что придется переписывать. Отложив испорченный лист в сторону, я потянулся за новым, как моя рука замерла в воздухе. Медоволосое «бедствие» забралось на высокую лавку и уселось на свои колени рядом со мной, смотря на мои бумаги.

Я не знал, что мне сказать или сделать. Видно девочка опять сбежала из-под опеки Альны, так как ее няни не наблюдалось в округе. Опустив ладонь на стол, я вновь тяжело вздохнул и повернулся к ней в пол оборота. И тут заметил, что она все так же смотрит на письма на моем столе.

– Лидия, ты умеешь писать? – спросил я первое, что пришло в голову, видя интерес ребенка.

Девочка посмотрела на меня и, радостно улыбнувшись от того что ее все-таки заметили, ответила:

– Да, но плохо. Хотя мама и заставляет постоянно заниматься, но это скучно. У тебя такие красивые буквы. Я так никогда не научусь, сколько бы ни старалась.

Я мельком глянул на свою писанину, потом вновь перевел взгляд на Лидию и сказал:

– Сможешь, если будешь стараться и много писать.

– А можно мне писать вместе с тобой? – вдруг спросила малышка, придвинувшись ко мне ближе.

– Ммм… Хорошо, давай попробуем. Но для начала расскажи мне, что ты уже знаешь и умеешь.

Не знаю, почему я решил заговорить с этим ребенком. Но девочка словно того и ждала. Она с большим рвением рассказала, что уже знает все буквы и медленно, но умеет читать и писать. Знает цифры, но со счетом пока плохо. Из ее оживленного монолога узнал и о том, что ей почти шесть лет и она почти что большая как мама. Весь ее рассказ сопровождался активным жестикулированием рук. В конце своего объемного ответа на мой вопрос, малышка сидела перед самым моим носом и водила пальцем по краю стола.

– Да, ты уже большая и многое умеешь. Тогда давай попробуем что-нибудь написать.

– Я с радостью, – активно закивав головой, согласилась малышка.

Однако сразу возникла проблема. Стоять на коленках, чтобы дотянуться до стола, ребенку было явно неудобно, поэтому я посадил это маленькое "бедствие" к себе на колени. Девочка ни чуть не испугалась и, положив руки перед собой, смиренно ожидала моих дальнейших указаний.

Положив перед ней новый лист бумаги, я написал несколько отдельных букв и коротких слов, предложив ей попробовать повторить за мной. Сам не знаю как, но я втянулся в это внезапное занятие. У ребенка была слабая кисть, которая быстро уставала и не могла угнаться за моим темпом, что очень расстраивало ее хозяйку. Поэтому я предложил в перерывах на отдых читать тексты моих писем, ведь в них не было ничего секретного.

– Вайлис, скажи. Ты ведь хороший син? – вдруг спросила девочка, оторвавшись от чтения. – Мне кажется, что очень хороший.

– Не знаю, насколько я хороший, но точной не злодей, – немного покривив душой, ответил я, чуть подумав. – А почему ты спрашиваешь об этом, Лидия?

– Просто моя мама не любит синов.

– Почему?

– Не знаю, но ты ведь другой, – посмотрела она на меня грустным взглядом. – Ты хороший, Вайлис. Очень хороший.

– Почему ты так думаешь?

– Ты добрый и не ругаешь меня за то, что мешаю тебе работать. Извини, если тебе надоедаю.

В этот миг я подумал о том, что малышка довольна хороша развита для своих лет. Недаром я тогда подумал, за первой трапезой, что этот ребенок смышленый. Сейчас она лишь подтвердила мои догадки. А еще я заметил, как ей одиноко. Ее нынешние эмоции буквально во все стороны распространяли волны тоски и уныния.

– Честно говоря, я немного устал от работы, так что ты скрасила мое время, Лидия. Однако ты не должна чинить неприятности другим. Ответь честно, ты опять сбежала от своей няни?

– Ага.

– Ты ведь обещала маме слушаться Альну. Так почему…

– Я хотела… увидеть тебя.

– Я тебе так понравился? – удивился я, глядя на склонившегося унылого ребенка.

– Да. Но ты не обращал на меня внимание. Ты, наверное, посчитал меня непослушной, когда увидел вчера. Но я больше не бегаю по дому и няню слушаюсь, почти. Ты ведь у нас ненадолго, да?

– Да, я погощу у вас некоторое время. Но как помогу твоей маме решить проблемы, вернусь в столицу. У меня там осталось много работы.

– Тогда… пока ты еще здесь… можно мне приходить сюда? Пока ты работаешь, я буду тренироваться и писать. Я не буду тебе мешать, обещаю. Просто буду сидеть рядышком и заниматься, – вдруг попросила Лидия, взглянув на меня.

Я подумал, что в этом не будет ничего плохого и сказал, что если ее мама и няня не будут против, то она может приходить в беседку. За обеденным столом Лидия поспешила озвучить свою просьбу в присутствии родных. Монака очень удивилась ее просьбе, а госпожа Элей разулыбалась и кивнула, глядя в мою сторону.

– Я не против, но, если ты будешь мешать господину Вайлису, будешь наказана, – строга сказала Монака дочери. – Извините, что она такая… приставучая. Обычно немногословна с чужими людьми.

– Не страшно. Лидия мне не помешает, не волнуйтесь.

Глава 7

Закончив задание Вольдемара по отправке писем синам, я встал из-за стола и прошелся по гостевой комнате, думая чем бы себя занять. До ужина оставалось немного времени, поэтому я решил прогуляться по садам. Спустившись в гостиную, я встретил старшую госпожу Элей с ее внучкой.

Женщина что-то поучительно рассказывала ребенку. Пока гостил в доме нанимательницы, заметил, что Лидия ведет себя довольно спокойно только с бабушкой. С матерью ее отношения, на мой взгляд, были неоднозначные.

Однако быстро осознал, что поспешил с выводами. Не успел я сойти с лестницы, как малышка подорвалась с дивана и полетела в мою сторону.

– Вайлис, ты закончил свои дела? – с воодушевлением и надежной спросила девочка.

– Да, я закончил свои дела, – кивнул я, беря ее за руку и ведя обратно, в сторону пожилой женщины. – А ты хорошо себе вела, пока я работал?!

– Хорошо, можешь у бабушки спросить. Бабуль, я ведь была хорошей девочкой?

– Лидия, ты непочтительно относишься к нашему гостю. Господин Вайлис старше тебя и…

– Но мы ведь с ним друзья?! – пробурчала Лидия себе под нос несколько расстроенная замечанием бабушки. – Или… это не так. Я правда настолько непочтительная? Я…

Понуро повесив голову, малышка вновь буркнула что-то неразборчивое и хотела убежать, но моя рука не дала сделать и шага. Подхватив девочку на руки, я присел вместе с ней рядом с ее бабушкой. Взглянув в карие глаза, которые были уже на мокром месте, улыбнувшись, произнес:

– Если Лидия хочет со мной дружить, считай, что мы друзья. Не вешай нос! Ты же веселая девочка, не грусти.

– Правда друзья? – недоверчиво спросила малышка, с надеждой смотря в мои глаза.

– Я никогда не обманываю, тем более друзей.

– Тогда давай вместе почитаем мою любимую книгу. Вчера мы остановились на самом интересном месте! Или… ты устал после своих дел?

– Не устал. Давай почитаем. Где твоя книга?

– В моей комнате. Я сейчас ее принесу, – соскакивая с моих колен, оживленно пролепетал ребенок и побежал по лестнице на второй этаж.

Когда мы остались с бабушкой Монаки наедине, я заметил опечаленный взгляд пожилой женщины, коим она проводила ребенка. Немного помолчав, она поделилась своими наблюдениями:

– Вы ей очень понравились, господин Вайлис. Простите, если внучка слишком вам надоедает.

– Не извиняйтесь, все нормально. Правда я не понимаю, чем именно ей нравлюсь. Я совсем не умею ладить с детьми, – признался ей, грустно улыбнувшись. – На самом деле я скучный, но Лидии почему-то нравится моя компания. Она у вас замечательная, смышленая девочка.

– Так случилось, что у Лидии нет отца. С раннего детства она постоянно спрашивала Монаку, где ее папа. Моя старшая внучка злилась на девочку за эти вопросы, и однажды Лидия перестала об этом говорить. Монака по-своему переживает за дочь, и они часто не ладят, – поделилась информацией пожилая госпожа и предположила. – Вы новое лицо в наших краях. Думаю, Лидии просто не хватает отца, поэтому она ухватилась за вас. Спасибо, что не отталкиваете и уделяете внимание. Знаю, когда вы уедете, ей будет больно и вновь одиноко, но пусть она будет счастлива хотя бы сейчас.

Женщина замолчала, а я не смог ничего ответить на ее слова. Мне казались ее предположения абсурдными, но я ничего не понимал в человеческих отношениях, поэтому промолчал. Чтобы оставаться тактичным, не стал расспрашивать госпожу Донью и об отце Лидии.

Нашу неловкую тишину прервал топот ножек со второго этажа. Малышка довольно быстро вернулась в гостиную и вновь встала передо мной, листая свою книжку.

– Бабуля, ты не видела Лидию? Что-то в доме слишком спокойно? – вернувшись с винодельни и устало присев на диван рядом с родственницей, поинтересовалась я. – Или… наше маленькое «бедствие» опять достает уважаемого синшили?

Только слепой не замечал того, что Лидия уделяет нашему гостю много внимания. Поначалу это казалось забавным, но я стала все больше опасаться за малышку. С каждым днем их связь становилась все крепче. Я боялась наступления того дня, когда синшили покинет наши земли. Боялась реакции дочери в момент расставания с этим темным.

– Да. Они ушли в сад, читать книгу.

Услышав ответ, я поделилась скверными мыслями по поводу дружбы Лидии и Вайлиса. Выслушав мои доводы, бабуля уверенно ответила:

– Не печалься, милая. Такова уж судьба. Раз бог не дал нашей девочке отца, пусть другом и наставником будет этот темный, хоть и временно. Ты ведь не могла не заметить, как Лидия стала прилежно относиться к своей учебе. Ее почти не встретишь слоняющейся по дому. Да, она много говорит о синшили. Все ее разговоры связаны с ним, но… Мы все равно ничего не можем с этим поделать. Так пусть все идет своим чередом.

– Я чувствую свою вину перед Лидией, – тихо призналась я, смотря в пол. – Если бы я послушала деда и не уехала тогда в столицу, все было бы иначе. А так... себе жизнь сломала, теперь ломаю и невинному ребенку. Но я не знаю, как мне все исправить. Я больше не доверяю мужчинам, бабушка. Особенно этим подлым темным!

– Но Вайлис, он другой, – внимательно посмотрела на меня родительница. – Да, порой безэмоциональный, но рассудительный и по-своему добрый. Мне кажется, он еще и сам не осознал, что ему самому нравится проводить время с нашей девочкой.

– Бабуля, но ведь это неправильно! Он для нее чужой!

– Милая, я все понимаю, но… Может ты присмотришься к этому темному? – вдруг предложила бабушка, чем привела меня в еще большее уныние. – Хотя бы ради Лидии, а?

– Нет, – твердо ответила я, злобно хмыкнув. – Больше ни одного темного рядом с нами я не потерплю! Я сама выращу свою девочку, без этих напыщенных мужчин! Когда Лидия вырастет, она меня поймет.

– Понятно. Тогда у меня будет лишь одна просьба. Не мешай дружбе синшили с Лидией. Жизнь непредсказуемая штука, а я долго не проживу. Твою материнскую любовь ей никто не заменит, но пусть у нее будет и поддержка со стороны. Не равняй синшили с обычными темными. По его поступкам видно, что он из благородных и не обидит нашу девочку. Большего я у тебя просить не стану.

– Хорошо, бабуль, – нехотя согласилась я, принимая доводы старшего поколения. – Я не буду препятствовать этой дружбе.

– Вот и славно. Идти, отдохни перед ужином. Я же еще немного посижу.

Когда на южные земли опустилась глубокая ночь, я почувствовал сигнал со стороны защитного купола. Кто-то пересек западную границу персиковых садов. Спешно одевшись, я покинул усадьбу и двинулся в сторону барьера.

Я почувствовал гостя на расстоянии, точнее его магию, которую он рассеивал возле здоровых деревьев. Как я и думал, вредителем оказался син господина Жулая. Эта крыса проникла на чужую землю, но чувствовала себя при этом довольно уверенно. Даже не озирался пакостливый гаденыш.

Подкравшись к нему поближе, я стремительно схватил молодого парнишку за шиворот и прошептал:

– Ну и что это мы тут делаем, в такой поздний час на чужой территории?!

– Я ничего не делал, – заотнекивался парень, пытаясь вырваться из моего захвата. – Я просто мимо проходил.

– Конечно мимо и решил немного подпортить деревья соседей.

– Ничего я не хотел! Отпустите меня! Кто вы вообще такой?!

– Хм… Ты слишком шумный! Лучше по-хорошему закрой свой рот, если не хочешь, чтобы я тебе помог. Будешь открывать, лишь отвечая на мои вопросы. Где сейчас твой рин?! Это он тебя подослал или ты по своей инициативе пришел? – повысил голос, встряхнув крысеныша за шкирку.

– Да чего пристал! Я…

Устав от бессмысленного лепета пойманного, я приставил к его горлу клинок и приказал, чтобы он вел меня к своему хозяину. Парень не на шутку испугался и смиренно двинулся в сторону чайной плантации, к особняку своего рина.

Устав от дел на винодельне, я забылась тяжелым снов и видимо проспала что-то важное. Со стороны улицы разносились чьи-то крики и другой посторонний шум. Соскочив с постели, я поняла, что проспала, ведь время завтрака давно прошло.

Быстро надев брюки и рубашку, я поспешила вниз, находу собирая локоны в пучок. В голове были разные мысли, но больше всего я боялась того, что с Лидией или бабулей что-то случилось.

Однако опасения были напрасны. Донья вместе с синшили чинно пили чай в гостиной, а напротив них сидели… господин Жулай собственной персоной и его син. Только нежданные гости выглядели странно. Очень неестественно они сидели. Подойдя ближе, я поняла причину. Человек и темный были связаны веревками, что слегка подсвечивались. Свиное лицо соседа источало ненавистные взгляды в сторону синшили, однако сину смотрителя было на него плевать. Он даже не смотрел в его сторону.

Завидев меня, бабушка как-то чересчур радостно поприветствовала меня, чем привлекла внимания этой незваной парочки.

– Всем доброе утро. Что здесь происходит? Господин Вайлис, почему эти… господа находятся в моей гостиной? – спросила я, встав за спинами озвученных.

– Ночью было совершено очередное проникновение на ваши земли сином господина Жулая. Его целью явилось магическое вредительство ваших деревьев, за которым я его и застал. Эту ночь я провел в поместье хозяина чайных плантаций, слушая занимательный разговор о всех его прегрешениях, – несколько устало произнес синшили, внимательно посмотрев в мои глаза. – Вам больше не стоит опасаться этих... нечестных соседей, госпожа Элей. Сегодня же я заберу их в столицу. И поверьте, ничего хорошего их там не ждет.

К большому удивлению, незваные гости и слова не возразили Вайлису, а лишь злобно косились то на меня, то на темного. Скорее всего син смотрителя наложил на эту парочку какую-то магию. Зная соседушку, он бы не стал молчать.

– Понятно. Что ж, в таком случае… большое вам спасибо за помощь, господин Вайлис. Вы намерены немедленно отправиться в столицу? – осторожно спросила я, чтобы ненароком не обидеть синшили.

– Я отправлюсь поздним вечером. Но не волнуйтесь, эта парочка не доставит вам неприятностей. На них заклятие подчинения, так что сейчас они безвольные марионетки. Все что они могут, лишь раздражать своим видом.

Чтобы ненавистная пара не мелькала целый день перед глазами, их увели и заперли на конюшне. Вайлис отправил кому-то письмо и продолжил:

– Этот маг действительно хотел присвоить ваши земли и с помощью сина пакостил, так как обходным путем вы не согласились с ним... сотрудничать.

– Что их ждет в будущем?

– Сина точно ничего хорошего не ожидает. Скорее всего отправят обратно в Варуну. Что до мага, им будет заниматься отдел магических преступлений в столице. Помимо этого дела, за ним числится немало грехов, так что не думаю, что в ближайшее время он вернется в южные земли. В данной ситуации жаль лишь чайные плантации. У Жулая ведь нет наследников.

– Кажется, кто-то был со стороны его сестры, – припомнила бабуля, внимательно слушая господина Вайлиса. – Кажется, у меня был адрес. Я ей напишу.

– Как только все разрешится, я вам пришлю письмо, – пообещал синшили, отставив в сторону свою кружку. – Теперь вы можете спокойно заниматься виноделием.

– Спасибо вам огромное, господин Вайлис, – поблагодарила госпожа Донья. – Что откликнулись на наш зов о помощи.

– Не стоит. Теперь это моя работа.

Остаток дня я провел с Лидией. Девочка словно чувствовала мой отъезд, а может услышала от родных, и ни на минуту не отходила. Сидя с ней под деревом персика, мы вместе провожали заходящее за горизонт солнце. Сегодня она не просила вместе почитать ее любимую сказку о падающей звезде, хоть и сжимала ту в руках.

Повернувшись ко мне лицом, малышка грустно улыбнулась и, обвив мою шею своими маленькими руками, прошептала:

– Я знаю, ты сегодня уезжаешь. Мне бабушка сказала. Это правда?

– Да. Мне пора возвращаться в столицу, чтобы наказать тех, кто вредил твоей маме.

– Значит, когда ты уедешь, то забудешь обо мне? Мы больше не сможем дружить?!

– Даже если я уеду, мы все равно останемся друзьями. Ты ведь умеешь писать и читать, а значит всегда сможешь написать мне письмо и рассказать о своих делах, – предложил я альтернативу, чтобы Лидия не грустила слишком сильно. – Возможно, я еще приеду в ваши края. Или вы с мамой навестите меня в столице.

– Мне правда можно писать тебе письма? – неверяще спросил ребенок, оторвавшись от меня и вперившись в мое лицо.

– Конечно можно. Я буду только рад.

– Тогда я обязательно буду тебе писать! Обещаю!

– Договорились.

– И еще кое-что, – серьезно добавила девочка. – Я буду и дальше прилежно учиться. Сейчас мне почти шесть, но очень скоро я вырасту и у меня появится магия как у мамы. Когда я стану взрослой и сильной, хочу помогать тебе, Вайлис. Хочу наказывать плохих людей, как ты!

– Это очень опасное занятие, Лидия, и отнюдь не для хорошей девочки! – мягко попытался отговорить я маленькую подругу.

– Даже так я все равно этого хочу. Хочу быть всегда с тобой и помогать. Это мое самое заветное желание. Пожалуйста, не забывай обо мне. А пока вот, возьми на память. Так я буду знать, что ты меня помнишь.

Девочка протянула мне свою любимую книжку. Сначала я не хотел брать, но ее искренность подкупила. И пусть она забудет о своем обещании и заветном желании, но сегодня ее искренние чувства я смогу принять. Принимая подарок малышки, я пообещал:

– Я тебя не забуду, Лидия. Обещаю.