Полоз. Дыхание времени

Глава первая. Квартирный вопрос.

Столица встретила меня хмурым небом и хаосом на платформах. По долетающим обрывкам ругани стало понятно: неправильно назвали платформу и сейчас пассажирам, чтобы попасть на нужный поезд, необходимо быстро перейти на другую. Нас же попросили задержаться в вагонах. Как раз ещё посмотрю, где можно остановиться. C жильём, о котором говорила Светка, вот чувствую — возникнут проблемы. Или моя пятая точка снова приключений ищет?! Но не лежит душа к этому варианту, посмотрела на свою собаку и вздохнула, тяжело будет найти другой быстро. Бальтазар поднял глаза и тихо заскулил, это означало то, что он опять в туалет хочет. Да простят нас все вокзальные работники по пути.

А погода отличная, несмотря на отсутствие солнца, здесь тепло и снега нет. Упаковала свою куртку, достала весеннюю, хотя и в ней жарко будет. Плюс десять, не меньше. И это в феврале месяце!

Едва мы вышли из вагона, меня окликнула накрашенная женщина в возрасте: невысокая, спина прямая, волосы седые, лицо всё в глубоких морщинах. Первой реакцией было уйти, но я остановилась: зазывалы не ходят сюда, да и непохожа она на них.

– Эй, девица, квартиру не ищешь, у меня есть комната. Цена всего 12 тысяч в месяц. – Мой внутренний жмот заверещал от восторга: я койку за 15 хотела снять, а тут комната за 12! Пока его душила, пытаясь размышлять, где здесь подвох, женщина продолжила: – По хозяйству будешь помогать, сброшу до 10!

Почувствовала себя Скруджем с долларовым знаком вместо глаз. С трудом перебарывая желание тут же согласиться не думая, присмотрелась к женщине, и ничего подозрительного не заметила, выглядит честной. В конце концов, ничего не теряю, если посмотрю комнату. Ответила бойким голосом, держа Бальтазара, уже рвущегося в кусты:

– Нужна, только у меня собака!

– Да уж вижу. Чай, не слепая. Давай за мной, как он свои дела сделает. Мой дед дела до лета делает за границей. А я в город перебралась, поближе к сыну и внуку, но им не до меня. Да и одного жена — гадюка, а второй просто дурак. Всегда был таким рассудительным, а сейчас… Тьфу на него! И говорить не хочется, одно расстройство.

Она настолько это смешно сказала, что я невольно улыбнулась. Ещё немного поругавшись на внука, бабушка продолжила свой рассказ:

– Вот и сижу одна, а мне скучно! И вчера моя старая подруга говорит: «Иди на вокзал завтра, коль тебе так скучно, ученицу же давно ищешь, присмотрись к приезжающим, и компанию себе найдёшь, девке поможешь и самой скучно не будет». Зрящая у меня подруга. Вот ты мне и понравилась, сразу видно, что принципиальная, честная. Провинциалка, конечно, но это у тебя быстро выветрится. Да и змеиным духом от тебя пахнет. Одним словом, поладить должны.

Несмотря на то, что говорит, идёт она на быстро, со своими сумками, с трудом успеваю за ней.

Первое, что я не учла, — стоимость проезда. Доехать до дома оказалось очень дорого. Бальтазар зашёл за пассажира, ему пришлось брать отдельный билет.

Чтобы хоть немного ориентироваться, включила карту и стала наблюдать, куда мы движемся. А ехали мы в центральную часть города. Вышли на остановке «Белый сад» и пошли к парку.

Красивые, высокие платаны, аккуратные газоны, с засыпанными гравием дополнительными дорожками. Местами островки цветущих подснежников. Летом это место ещё красивее будет, когда все деревья покроются зелёной листвой. Мы свернули вправо, огибая центральную часть. Обязательно нужно будет прогуляться в нём. Судя по всему, для того, чтобы его полностью обойти, потребуется не один день.

Думала, придётся долго идти, но за поворотом сразу показались многоэтажки. И сила была в воздухе, как я сразу не заметила?!

Обернулась, посмотрела в глубину парка. Тук… Удар сердца, и не моего. Закрыла глаза, не вижу, но чувствую: впереди есть озеро, оно является центром этого места, и вокруг него множество духов. Мы прошли по касательной к этому месту силы, но даже так чувствуется её.

– Эй, ты чего застыла, дивчина? Устала? Давай помогу с сумками.

А ведь и бабка-то тоже ведающая, притом сильная.

– Это место силы?

– Место силы. Молодец, что сразу это приметила, только тут ворожить не стоит. Местные нервные, чуть что, сразу штрафами угрожают, чёрт бы их побрал, и лешак за ногу утащил! Сумку давай.

– Ох, баба Галя, посмотрела бы я на того, кто к вам со штрафами придёт и как у него пятки сверкать будут! Сама донесу, не немощная.

Ещё женщину в возрасте, тяжёлыми сумками не нагружала.

– Ишь, ты, тоже зрящая! Пошли домой, там за чаем и побалакаем. А с первого взгляда ты мне показалась совсем простодырой, а нет.

– А я и есть простыдора. Лучшего определения ко мне подобрать сложно.

– Ну раз, сама понимаешь, значит, не всё так плохо.

Подошли к старой застройке. Но везде виден ремонт, всё чисто и аккуратно. Из стандартного городского ансамбля выбиваются все дома этого района. На балконах горшки с цветами, в некоторых до сих пор что-то зелёное видно. Лепнина, поребрики, антаблементы, на каком-то ротонда, у другого гребень на крыше, а с торца пилястрами украшен. Не больше четырёх этажей. Сами дома идеально белые. Красивые клумбы. Дворы зелёные. А ведь если подумать, эти дома как будто присоединены к парку.

Затем показалась девятиэтажка интересного архитектурного решения. Центральная часть в виде полукруга, обращённого к парку. Эдакая буква П, только без острых углов. Большой двор, закрытый кованым забором и автоматическими воротами. Смешение современности с разнообразными стилями прошлого вызвало некий диссонанс, но нельзя сказать, что всё это смотрелось негармонично. Хвойники давали зелень, даже в хмурый день, насыщая приятными красками. Кованые лавочки с лакированными деревянными досками и яркая современная детская площадка с играющими детьми и мамочками с колясками — всё сочеталось. Я не сразу поняла, что мне показалось непривычно: во дворе не было ни одной машины. Везде асфальтированные дороги, но ни одного транспортного средства здесь нет. Только самокаты у детей.

Баба Галя направилась к подъезду, находящемуся напротив входа во двор. Мы вошли в дом, с нами поздоровалась консьержка, сидящая тут же за столом и вяжущая шарфик. Перед ней стояла большая кружка с дымящимся чаем.

Просторный холл с живыми цветами, облицованный плиткой и украшенный красивой лепниной. На стене — каменная мозаика, картины. Это подъезд? Это парадная. И всего 12 тысяч в месяц! Надеюсь, душу и молодость закладывать не придётся.

Спустился лифт, не привычная глухая кабинка, а сеточный, точнее, снова кованый. Из него нам навстречу вышел двухметровый мужчина. Бабушка Галя его остановила и попросила помочь с моими сумками. Мысленно ища подвох и гоня беспричинный страх, почувствовала запах, сладкий, приторный. Знакомый настолько, что тошно стало. Вспомнился Леонид, от него также на море воняло. И ощущения… Всё о нём напоминает. Уже подумывала сбежать, но женщина за рукав дёрнула:

– Ты чего?

– Запах. Я, наверное, лучше пойду…

Меня схватила за руку, уже особенно не церемонясь.

– Ты куда? Какой запах?

Не сильно задумываясь, стала отвечать:

– Сладкий, приторный…

Бабушка руками взмахнула, руку отпустила, и снова тьфукнула.

– Всего-то! Я-то испугалась, что она проклятие почувствовала! Его одна девушка приворожить хотела, а он, на её беду, узнал об этом. Во время меры принял. Ты что, совсем ничему не учёная? Нельзя же быть настолько шуганной, ты же ведающая, в конце концов!

Пока я интенсивно мотала головой, что я не «учёная», двери лифта открылись, и парень меня в него подтолкнул, моим же чемоданом. Когда закрылась дверь, заговорил уже он:

– Да, вашими стараниями, бабушка Галя. А как зовут вашу очаровательную спутницу?

Ответила за бабу Галю, протягивая руку для рукопожатия мужчине.

– Лидия.

Он перехватил мою руку, смотря мне в глаза, поцеловал кончики пальцев.

– Какое красивое и редкое имя! Вадим.

Баба Галя, привлекая к себе внимание сказала:

– Это моя квартирантка. Будет комнату снимать, я уже со скуки изнываю. А ты, Вадим, хвост-то спрячь. Смотри-ка, распушил! И ничему-то тебя жизнь и не учит. Мало тебе Людки?

– Да тут я сам готов в плен сдаться. Сию секунду и готов отдать все знамёна и флаги.

И в глаза также смотрит не отрываясь. Вот после этой фразы, уже мне пришлось руку вырвать. Бальтазар на него тяфкнул.

То не одного, а то табунами ходят. Если подумать, то это началось после того, как сила проснулась. Ох, чую, зря я сняла мамин отворот. Были же причины, почему она наложила его на меня.

Мы добрались до девятого этажа. Молодой человек поставил около двери мои сумки, хотел и в квартиру занести, но тут мы уже с бабой Галей в два голоса отказались. Ещё раз поблагодарив, отправили туда, куда он направлялся.

В квартире оказалась самая обычная мебель, такую все ставили лет 30 назад. Комнат оказалось четыре, мне отдали ближайшую к выходу из квартиры, она и самая большая, квадратов 30, светлая, ещё и с большим балконом.

Дверь в комнату открываешь, и напротив выход на балкон. Дальше два больших окна, под одним из них стол. Около входа — кровать вдоль стены, за ней открытые полки с книгами, большой встроенный шкаф. Старая, но большая плазма.

Едва я занесла вещи, меня сразу потянули в священное место, сначала не догадалась, что за священное место мне хотят показать, но это оказалось кухней. Шикарной, совмещённой с балконом. Каменная столешница из малахита вместо окна. Ступки, деревянные шкафчики, пучки трав и большой овальный стол, человек на 15. Чуть подумав, села с узкой стороны, наблюдая за бабой Галей.

Ещё раз уточнила цену, мне терпеливо всё повторили, закладывать душу и прочее тоже не нужно. А вот если с пакетами буду помогать, будет хорошо. Сказали, что и заплатить я могу после, когда-нибудь. Не очень веря своему счастью, отдала деньги.

Вспомнились, конечно, истории про страшных бабок, которые всю душу и мозг через трубочку выпивали, а нервами закусывали. Но, смотря на бабушку Галю подумала, характер у неё непростой, но на скрытого вампира непохожа. В любом случае это отличный вариант на первое время, а дальше жизнь покажет.

Глава вторая. Знакомство

Меня и обедом накормили, и рассказали куда стоит поехать погулять и про место силы в парке. Оказалось, что там древнее место ворожбы:

– Но последние лет 50 там не ворожат. В городе ничего серьезного сделать нельзя и внимания много привлечешь, но самое важное — город свою энергетику имеет. Не получишь желаемого. Изменит всё. Может, и в лучшую сторону, а может, и нет. Как повезёт.

Бальтазар к нам пришёл, сел на входе в кухню, смотрит на неё, изучает. Она ему кусок мяса предложила. Понюхал, но не берёт. Пришлось пояснить:

– Он сырое мясо не ест.

На меня посмотрели, как на дуру, что я в жизни ничего не понимаю.

– Как волк может мясо не есть? И что ты ему готовишь тогда? Не кусается?

А он волк? Посмотрела на него по-другому, похож на помесь дворняги с овчаркой. Но если так подумать, то волки, особенно щенками, похожи на простых дворняг. Да и рацион их, в столь нежном возрасте, по большей части и состоит из всяких там кореньев и мамкиного молока. Хотя, какая разница, волк или собака? Щенок он и всё.

– Я думала, он собака. Ест собачий корм и пельмени любит, а сырое мясо наотрез отказывается. Он добрый. Но, напоминать, кто главный, иногда приходится. Да, шкура мохнатая?

Бальтазар неодобрительно посмотрел на меня, облизнулся, и продолжает гипнотизировать, периодически опуская взгляд на мою тарелку с борщом. Моё, сама есть хочу, но ложка предательски на пути ко рту застыла. Он подошел ко мне ближе, потом на середину комнаты, еще ближе, и ещё. Вплотную сел ко мне и стал облизываться, в глаза смотреть. Я отвернулась и не реагирую. Не выдержала:

– Слушай, ты только половину пачки корма съел. Моё!

Бабушка крякнула, достала металлическую миску и налила полную борща:

– Иш, ты, хозяйка! Смотри в эти глаза! Да, красавчик? С такой хозяйкой с голоду помрёшь. Кушай, кушай, тощие оба… Ещё имя какое, Бальтазар! Чего только не выдумают, вот бы простое Вася, Ваня. А то, Бальтазар!

За чаем начало отпускать. Даже не заметила, насколько тяжело мне было. Слёзы сами потекли, и я заговорила, рассказала и про Леонида, как в шабаш познакомились, сразу поженились, о его измене, Николае и Светлане, даже про родню. Опомнилась только тогда, когда говорила о друзьях, как меня на вокзале провожали, а пили мы уже наливочку.

– Баб Галь, что за чай? Никогда такой откровенности за собой не наблюдала.

– Уж ничего такого я не делала. Тебе нужно было выговориться, вот и выговорилась. Там травки успокаивающие и всё. Сама не ожидала, для себя заваривала. У меня же с внуком нелады. Что не делала, ничего изменить не могу. Бьюсь, бьюсь, а оно вон оно как. Эта к нему хуже репья, да ну её! Выбрал падаль эдакую, не мне с ней жить. Только чувствую, недоброе за ней. Что только не перепробовала, и в шабаш суженную нашла. А он… Тьфу! Чую, ещё и девку, по чём зря, обидел, та тоже с характером и разговаривать не стала со мной. Душа болит за него. И за весь род наш. Чувствую беду. Столько раз от рода напасти отводила, а теперь не могу. Не получается! Видимо, стара стала. Даже сердечко шалит! А вот тебе помочь, я в силах. Поплачь, девонька. Поверь, ничего страшного не произошло. Могло быть намного хуже. Окажись твой бывший муженёк не просто кобелём, а со злым умыслом, ты бы сейчас тут не сидела. Дурак он, и ты простодыра. Нельзя же быть такой! Знаешь, сколько в шабаш молодых девушек так пропадает? Никогда, слышь, никогда нельзя пить чужую кровь! Это привязывает тебя к этому человеку. Заклятия на крови самые сильные! Не говоря уже о том, что тебя, неопытную и не обученную, на шабаш понесло. Поэтому вне рода быть опасно. А квартира не жизнь, новую заработаешь. Что касается суда. Чего ждала? Что кто-то заступится? Ох, в этой жизни, чем острее зубы, тем проще живётся. Осталась бы на острове, устроила бы им всем веселую жизнь! Совсем обнаглели! Раньше попробуй ведающую так засудить! Тут же! Тут же прилетит! От неё или от рода, ты сначала докажи, что она виновата. А сейчас?! Презумпция виновности! Тьфу! И сами же попускаете такое! Смотреть противно! На вас всех. Молчите и ничего не делаете! Сами виноваты! Тьфу!

Бабушка себе наливки подлила и мне заодно от души плеснула. Еще раз носом хлюпнула, а ведь она права! Кто мне мешал на того же Николая пару ласковых сказать, на тех двоих в аэропорту? Светка? Да она сама, кажется, ему такого после наговорила. Да и этим досталось, а я только сопли на кулак наматывала. Нет, права баба Галя, так нельзя.

– Мне тогда настолько плохо стало, а потом такая апатия накатила…

– А вот тут тебя пытались проклясть, но промахнулись, почти. Тебя по касательной задело. Нужно было и им вдогонку чего-нибудь оставить. Чтобы неповадно было. Так, с кем там эта мымра была, ты с ним была близка?

– Не успела. Баб Галь, а ведь я ей тогда кой-чего нажелала. Интересно, сбудется или нет.

Пересказала, чего нажелала. Баба Галя хмыкнула.

– Ох, Лидия, тебя сама судьба уберегла. Сильны, твои матушка с батюшкой были по твоему рассказу, больше некому. Заговорённая ты, не иначе. По-другому объяснить то, как тебя обошли все беды, нельзя. Ой, кушай детка, кушай. Тебе силы понадобятся. Ох, чует моё сердце, это не конец истории. Ты, главное, даже в таком состоянии, чужой род и детей не трогай. На всё остальное глаза закрыть могут, а вот на это не будут.

Провела рукой по волосам, после нашей совместной стрижки со Светкой, под вино, моя причёска, ставшая ненамного длиннее мужской, бесконечно радовала. Такая лёгкость. Да и перекрасилась не зря. Давно хотелось блондинкой побыть. Слёзы сами высохли.

– Ко мне потом женщина приезжала. Всё расспрашивала. Всё, у меня новая жизнь! С чистого листа! – Бабушка на меня странно посмотрела, но ничего не сказала, – Баб Галь, что касается моих родителей: моя мать отсюда, может быть, и удастся отыскать ниточку. Ты же давно тут живёшь, а фамилия Лешанская, не встречалась?

– Мне много чего встречалось. Так просто ты ниточку не найдёшь. Ворожить нужно. Эту фамилию раньше носили те, кто связан был с духами леса. Веришь в духов?

– Я знаю, что они есть. Духов леса много, с любыми или какими-то определёнными?

Кажется, мы нашли общий язык. Да и спокойно мне тут. Бабушка поставила тарелку с пирожками. Один взяла, откусила.

– С определёнными. Фамилия-то сама за себя говорит. А говоришь, что не учёная. Раньше то как учили? Детям сказки. Сила проснулась, основы рассказывали, а остальное в роду мужа уже. Пирожки заговорённые, сосредоточься на том, что хочешь отыскать и ниточку сможешь найти.

– Мне мама раньше сказки рассказывала. Много сказок, про духов леса. – Незаметно, а за окном стемнело. Быстро время за разговорами пролетело. Бальтазар гулять просится. – Ой, пойдем мы прогуляемся и спать. После дороги и наливочки усталость накатывает.

И я не приукрасила. После прогулки, под тихую песнь с кухни, глаза сами закрылись…

***

Солнце опускалось за верхушки деревьев и лес медленно погружался в ночную прохладу. Ещё было достаточно светло и одинокую длинноволосую девушку было хорошо видно трём мужчинам, что шли по хоженой тропе.

– Эй! Дивчина, дорогу не подскажешь?

Девушка обернулась и пошла в их сторону.

– Может быть и подскажу, а может, и нет…

***

Я села, пытаясь успокоится. Это был кошмар! Просто кошмар. К тому же, что мне приснилось? Окликнули девушку парни. Девушка к ним пошла. Она не была человеком. Дух леса. Неясный ужас сдавил грудь. Зачем она к ним пошла? Шла без страха, они были на её территории. Боялись уже они её, но после. Нет, это был не просто сон. Что-то нехорошее произошло. Только вот где? Или когда? Судя по одежде, давно. Очень давно.

Ничего лучше не придумав, решила пойти на кухню, воды выпить. Встала и поняла, что я голая! Совершенно! Вся моя одежда на кровати! Сглотнула. Он ведь был в облике змеи! И бабушка Галя говорила, что от меня змеёй пахнет. Я же… Нет! Этого быть не может! НЕ МОЖЕТ! Я не могу стать змеёй! Это же бррр! В груди снова заныло, ещё и Леонид вспомнился. Надев одежду, тихо вышла из комнаты, не закрывая за собой дверь.

Налила стакан воды и почувствовала себя одиноко. Впервые за столько лет со мной не было Евы. Не с кем было посоветоваться. Сон, в котором не было ничего страшного, давил неосязаемой тяжестью. Всё вокруг было незнакомо, чужая кухня. Цокая когтями, пришел Бальтазар и уткнулся в ногу. И за окном пошёл снег, хоть и таял, едва касаясь земли. На часах немного за полночь.

– Что, шкура? Мне тоже одиноко. Пошли спать?

Потрепав его за холку, развернулась и мы вернулись в комнату. Стоило только закрыть глаза, как провалилась в ещё более странный сон.

Берёзовая роща. И золотоглазый. Одиноко сидящий на старом поваленном дереве.

– Вот только тебя мне не хватает до полного счастья! Как же проснуться? – Попробовала похлопать себя по щекам. Не получилось! Руки прошли насквозь! Странное ощущение, только боль в груди усилилась. Он же молча смотрел на меня. – Что за странные сны! Мало того, что из-за тебя в груди болит! Так ещё теперь и во снах являешься?! Да за что же ты мне, на моей дороге попался?! Гад ты недобитый! Чтобы я ещё хоть раз поверила в сказку?! Никогда!

Развернулась и пошла от него в глубь рощи, прежде чем услышала его голос. Прошло секунд десять, а я уже думала, что смогу просто уйти.

– Лидия! Стой, подожди!

Он поднялся, вот тут я испугалась и проснулась. В постели. На этот раз одетая. И за окном уже солнце вовсю светит. Бальтазара в комнате нет.

Несколько секунд я тупо рассматривала лепнину на потолке. Красивая… Да и вся обстановка, нельзя сказать, что простая. Всё со вкусом, без лишней роскоши. Но не обычная для своего времени, сейчас всё устарело.

Входная дверь хлопнула и в мою комнату ворвался ураган, по имени Бальтазар, с грязными лапами забрался на кровать, за что сразу получил взбучку. Баба Галя, с крайне серьёзным лицом, зашла к нам в ванную.

– Вы как закончите, давай на кухню. Бельё сама уберу, оставь всё. Я завтрак приготовила. Разговор есть, спящая царевна. Ух, и напугала ты его, и меня, пока разобралась в чем причина твоего настолько крепкого сна.

Глава третья. Водяной

Я задумчиво шла через парк, сминая бумажку с адресом, обдумывая мой разговор с хозяйкой квартиры. Если она права и теперь мой бывший может являться ко мне во сне… Брр, конечно, но в конце концов, это всего лишь сны. Вот то, что после этого я не смогу проснуться, пока он дрыхнет, очень неприятно. С другой стороны, и ему нужно будет поймать определённую фазу моего сна: сразу после засыпания. Другими словами, я должна раньше отправляться в объятия морфея. Уже не всё так страшно.

Да и сама встреча с этой женщиной, кажется, мне очень повезло. Знать бы, кому сказать спасибо за эту удачу и узнать, не израсходовала я её всю.

Решила обогнуть озеро справа, судя по карте, так ближе всего к остановке. Но рядом с водоёмом взяла ещё правее, чтобы не столкнуться с духом, живущим в нём. Напитался энергией места. Издалека его можно было принять за очень толстого, голого мужика. Уродливые складки, синюшная кожа утопленника, местами покрытая чешуей — не самое приятное зрелище. Хотя я привыкла, многие водные духи имеют подобную, она может ещё быть покрыта слизью. Особенности жизни в воде. Только отметила про себя, что силён, и пошла мимо.

Уже пройдя его, боковым зрением заметила, как огромная голова размером с большой арбуз, повернулась в мою сторону, сворачиваясь относительно тела на сто восемьдесят градусов. Круглые глаза с чёрными зрачками без век и сомьи усики над верхней губой, которые шевельнулись. Заметил. Пришлось остановиться и развернуться. К таким нельзя поворачиваться спиной. Опасно.

Вокруг него появились вихри ветра. В который раз подумала, насколько не хватает Евы. Нужно было дождаться, пока она завершит свои важные дела и вместе ехать. Зачем их послушала?! Срочно уезжай, срочно уезжай! И что теперь делать?!

Его голос неприятно скрипнул:

– Добрый день.

Облегчённо выдохнула, даже если что-то и задумал, раз разговаривает, то договориться смогу. Не впервой.

– Добрый.

– Дурное чувствую. А ты?

Несколько секунд переваривал его слова. Опасение перешло в удивление, а затем я всё же прислушалась к себе, пытаясь почувствовать то, о чём он говорит. Вдохнула поглубже. В воздухе действительно что-то тревожное витает. Дурное. Неправильно будет просто оставить всё так, но и если дурное и произойдёт, то не сейчас. На собеседование точно успею, поэтому сказала:

– Я вечером вернусь. Ты только не балуй. Приду и придумаем вместе что-нибудь.

– Не буду. Твоему деду ещё обещал. Не думал, что после всего произошедшего, вы вернётесь в эти края. Но я рад, что ты пришла. Вижу, дедову силу взяла. Иди. Завтра приходи. Сегодня не ходи. Сама же чуешь, что только на границе восприятия. Ты же спешила, а я подожду. Дольше ждал. И привет бабе Гале. Хорошая женщина, одна из тех, кого ещё можно уважать.

Я аж сглотнула. Искала ниточку к своим корням? Вот он — целый канат. Он несколько секунд ещё смотрел на меня, а затем вернул голову в правильное положение. Даже меня передёрнуло от этого зрелища.

А затем растворился в воздухе, уходя на дно озеро. Пытаться его остановить без Евы, было бы глупостью несусветной. Ещё утянет на дно. И не факт, что хватит сил отбиться, а помочь мне будет некому. Он в своей стихии в три раза сильнее.

Не придумав ничего лучше, вернулась к тому, что делала раньше, а именно — шла устраиваться на работу.

Едва выйдя из парка, я наткнулась на пробку. Хотя нет, судя по карте и бордовому цвету всей этой улицы это была — Пробище! И никак иначе! Проложила на телефоне пеший маршрут, сорок минут. В два раза быстрее, чем сейчас, значит, и пойду пешком.

Первые здания перед парком были также старой застройки, гармонирующие с ансамблем этого района, а вот за ними небоскрёбы — мир из стекла и бетона. Как будто в сказке, переход из одного мира в другой. Такое чувство, что и шум гасится. Обернулась, всё по-прежнему. Ничего никуда не исчезло. Несколько раз даже прошла около крайнего здания. Никакого перехода, просто такое впечатление из-за не сочетаемости архитектуры.

Так, меня ждут! А я хожу просто так туда-сюда.

***

Подходя к нужному зданию, я набрала записанный бабой Галей номер телефона. Вышел меня встретить очень высокий мужчина, больше двух метров, с небольшим животиком. Представился Олегом Сергеевичем. Мы прошли в его просторный, но весьма скромно обставленный кабинет. И он показал мне на кресло, стоящее напротив его стола, а сам сел на своё рабочее место.

– Так Вы от бабушки Гали?

Я кивнула и потянулись секунды мучительного неловкого молчания. Не знала, что сказать. Мысли бились по черепной коробке бешеными попрыгунчиками от водяного до воспоминаний о прошлой работе. Конечно, я слышала разговор, что хозяйка квартиры просила по телефону взять меня на работу, на первое время, а может не на первое, но что сейчас говорить, не могла придумать.

Мужчина тоже сохранял тишину, что-то обдумывая. Но, судя по всему, он ощущал ту же неловкость. В итоге, первой не выдержала.

– Бабушка Галя очень хорошая женщина, но если у вас нет свободных вакансий, я лучше пойду.

– Подождите. Лидия, если не ошибаюсь. Просто это несколько неожиданно. Работу вам найдём, вакансии есть. Расскажите о себе, где учились, работали, что умеете.

Несколько секунд хлопала глазами, от меня-то ждут ответа, а у меня из головы не выходит водяной. Что я умею? И вдруг в голове воцарилась пустота… Так дело не пойдёт. Нужно собраться! Практически в последнее мгновение перед тем, как мне решили прийти на помощь, что означало бы полный провал, я смогла открыть рот и произнести:

– Я работала в лаборатории с института. Из универсального… Я владею большинством базовых программ, обычно используемых в офисах, на уровне продвинутого юзера. В принципе, могу помогать айтишникам, на уровне эникей. В любом случае, быстро учусь и готова к этому.

Он широко улыбнулся, что-то из перечисленного было, явно, нужно. В этот раз я выдохнула, прежде чем стала говорить и начала с самого начала, даже попыталась по той легенде, что мы обговорили со Светой. Она была идентична моей биографии, с той лишь разницей, что место работы я должна была назвать другое, с чем я честно провалилась, выдав свою настоящую биографию.

Осознав это и едва не дав себе тут же по бестолковому лбу, мне захотелось сбежать. Но я мужественно закусила губу и заставила себя не подать вида, что что-то сделала не так. Олег Сергеевич мою заминку расценил как-то иначе и весьма воодушевленно начал говорить:

– Лидия Ивановна, учитывая некоторые обстоятельства… – Здесь он замялся, а затем продолжил говорить очень уверенно, мне бы его спокойствие: – Давайте говорить откровенно. Бабушка Галя позвонила мне ещё раз, уже после вашего ухода, и рассказала, что вам необходим свободный график, по личным обстоятельствам. А ещё потому, что она просит. До лета. Я готов, пойти на это, потому что уже месяц ищу замену своему личному помощнику, которая ушла в декрет. Мне как раз нужен человек, обладающий подобным опытом работы в лаборатории, знающий эту внутреннюю кухню. Потому что мы занимаемся, в том числе, и поставкой лабораторного оборудования. График у нас ненормированный, из-за разницы часовых поясов. Мы являемся официальными дистрибьюторами нескольких крупных фирм, некоторые из них находятся на другой стороне планеты. Я думаю, мы вполне сможем договориться и подвести подобный график под свободный. Но работать придётся много и напряжённо. Но и оплата будет достойной. Если вы согласны, то приступаем немедленно. Или могу подыскать более спокойное место. Скажу откровенно: человека, которого рекомендует бабушка Галя, упускать, по меньшей мере, неразумно. Что скажете?

– Скажу, что, судя по всему, сейчас израсходовала последнюю удачу. Конечно, я согласна. На “много работать”.

– Вот и отлично, но об удаче так говорить не следует – весьма капризная дама. Ценю рвение. Зарплата в … тысяч, для начала, Вас устроит? Договор юристы сейчас составят, подпишем, а после приступим. Сейчас на этаж ниже, в 703 кабинет.

После слов о зарплате, у меня на секунду заложило уши, но сумму я поняла, почти в восемь раз больше той, что я получала раньше. Поэтому я скромно кивнула и отправилась в указанный кабинет. «Для начала», конечно, я согласна! Надеюсь, сторожить, когда он будет закапывать труп, не придётся.

Едва я подписала все бумаги, естественно, внимательно прочтя всё до последней точки, и не найдя ничего подозрительного, Олег Сергеевич взял меня в оборот. Рассказывая, показывая, знакомя с огромным количеством людей, периодически о чём-то спрашивая, параллельно ведя какие-то сделки. Запомнить это огромное количество информации моему мозгу, оказалось не по силам. Но я честно не сдавалась, пытаясь во все вникнуть, записывая всё в блокнот.

Закончили уже к восьми вечера, было темно. От такси, как и от предложения подвезти, я отказалась, желая пройтись. Меня тянуло к озеру, а учитывая водяного – лишние глаза мне не нужны.

Около старого здания, перед тем как перейти дорогу и войти на территорию парка, я остановилась, принюхиваясь. Ощущение, которое было днём едва уловимо, усилилось многократно. Теперь не нужно было даже сосредоточиваться. Стало душно от неясной угрозы. Неясной, потому что причина была не в водяном, а ком-то другом. Водяной собирал силу, чтобы обороняться.

Больше не раздумывая ни секунды, я быстрым шагом отправилась домой. Уже около дома был замечен Бальтазар, бегающий по кругу около клумбы, в которой, прижав уши, сидела кошка и беспомощно шипела. Охотник! Загнал добычу! Ругнувшись на него, поймала за ошейник и потащила в квартиру.

Поздоровалась с консьержкой, не дожидаясь лифта, отправила псину вперёд по лестнице на наш этаж. Бабушка Галя открыла дверь, жалуясь на него.

– Я ж хотела его выгулять, а он ломанулся между моих ног и на улицу! Хвост трубой и умчался!

Я посмотрела на Бальтазара, прижавшего уши, решив, что нужно будет с ним что-то думать, но это потом. Сейчас нужно помочь водяному. Моя лапы волчонку, сказала женщине.

– Наказан будет. Бабушка Галя, можно ваши травы взять? Мне немного и ничего такого: болотник, полынь, да расторопша. Ещё бы ромашку, собранную на Купала. Хорошо бы морских водорослей, но и без них должно получиться.

Её глаза вмиг изменились. В ней не осталось того добродушного настроения. Да и внешне она больше не напоминала ту добродушную женщину в годах. Она осторожно поинтересовалась:

– Всё есть. Что-то случилось?

Утаивать смысла не видела, поэтому ответила, хоть не знала, как лучше объяснить, учитывая, что духов никто не видит, многие ведающие в них не верят, а общение с ними, весьма затруднительно.

– В парке есть дух воды. Нужно помочь ему. Можно?

– Бери. Водяной? Семёныч там с незапамятных времён. Что случилось-то?

Выдохнула. Знает. Значит проще будет. Мы прошли на кухню, она села на стул, я нашла нужные травы и начала растирать их в ступке.

– Не знаю. Чую. Но что, не понимаю. Пока не разберусь, хочу его спрятать. Не чую зла в нём, а угрозу чувствую. Не дело так всё оставлять. Расскажет, может, сразу помогу, а нет, пусть тут посидит. В конце концов, обещал мне кое-что рассказать.

Тут бабушка перехватила у меня ступку.

– Не так. Вот так. Ты силу трав теряешь. Успокойся. Движения должны быть плавными. Мысли спокойными. Ты не просто траву растираешь, ты свою силу с волей вмешиваешь, смешивая с травой. А какой будет результат, если ты дёрганная? Выдохни, Лидия. Держи, пробуй снова.

Она права. Поблагодарив, закрыла глаза, вспоминая песню, что пела мне мама. Только сейчас я не пела, а шептала. Едва шевеля губами. Голос бабы Гали не отвлекал, но я боялась сбиться и почти не слушала.

– Лешанская, говоришь. Теперь и я вижу, что и правда Лешанская. О, как глаза зеленью подёрнулись. Замуж тебе девка надо или мужика, на худой конец. А то на ту сторону уйдешь, и кто назад позовёт?

Я не отвлекалась, заговорила, как и когда-то в детстве. Слова сами нашлись, как и ответ на вопрос.

– Ты и позовёшь. Али, передумала меня в ученицы брать? Кровь дам для этого. И разрешение. Чтоб позвать могла.

– А не боишься мне свою кровь давать? Я-то не просто ведающая. Могла бы догадаться. – Быстро посмотрела на неё. Перед мной уже сидела женщина лет сорока. Много было в её глазах. И мудрость, и решимость, и горечь прожитых годов, но зла не чувствовала. Это не показатель. Она продолжила, хоть я и не ответила на неё вопрос. Откуда я могла знать ответ? – Не бойся. Коль согласна моей ученицей стать, не наврежу. Эти травы не помогут с духом воды справиться.

– Они не для этого. У меня есть домовой. Только призвать её нужно.

Пересыпала в кружку ромашку с расторопшей. Залила холодной водой. Зажала в руке другие травы.

Бабушка Галя попыталась сказать, что делаю снова всё не так. Нужен кипяток и остудить талой водой. Но я знала, что всё правильно. Потому что вспомнила, как это делала мама. Знала, на что откликнется Ева. Закрыла глаза. Мне нужно две точки там, где Ева сейчас и коридор перед квартирой.

Открыла глаза. Звонок в дверь.

– Сильна, дивчина! Кто ж спорит, только вот зачем микроскопом гвозди забивать?

Так Ева была уверена, что это я позвала и пришла сразу, а так пока бы убедилась, мы бы потеряли много времени.

– По-другому бы долго звать пришлось. Бабушка Галя, пустите нового постояльца?

И протянула ей полынь, зажатую в руке, чтобы не запустить кроме Евы больше никого. Взяв травы, женщина пошла открывать. Впустить нового квартиранта.

А я остановилась. Откуда я всё это знаю: что делать, как нужно? Откуда я знаю, что водяного лучше брать в тиски? Что у Евы есть опыт и необходимая сноровка? Если так подумать, когда дело касалось духов, то я часто знала, как поступить, ещё до советов Евы. Мамины сказки? Нет, не только. Теперь, когда это стало ярче, осознала, что во мне есть что-то от духов. И слова бабы Гали о Лешанской? Неужели и во мне кровь лесного духа?

Ева залетела, всё та же девочка, только часть силы потеряла. Тяжело было менять дом. Но ничего, она сильная, справится. И я помогу. Новый дом будет приоритетной задачей.

Бабушку Галю я не хотела брать с собой, но она наотрез отказалась остаться, и более того, требовала кровь прямо сейчас. В итоге, с её требованиями пришлось согласиться. И именно она несла заговорённую трёхлитровую банку на пути к водоёму, и станет отвлекающим манёвром, пока мы, скрываясь с Евой, обойдём с двух сторон водоём.

Переговоров с духом было решено не проводить. Едва мы подошли на необходимое расстояние, баба Галя окликнула водяного. Он повернул к ней свою большую голову, а мы с Евой с двух сторон схватили его и засунули в банку. Женщина проворно закрыла крышку.

Водяной, не ожидавший такого подвоха от нас, разразился потоком страшной ругани, требовал выпустить.

Домой несла его уже я, чтобы точно не вырвался. Когда стадия гнева была преодолена, последовала стадия торгов.

– Дамы, ну зачем я вам? Жемчуга речного хотите? Так договоримся!

Я коротко ответила.

– Понравился.

Было забавно наблюдать, как он сначала покраснел, смутился, и, слава лесным духам, надолго замолчал. А уже в парадной сказал, что он слишком стар для этого, давайте до весны подождём. А затем всё же догадался, что его не для этого самого поймали, и разразился новым потоком ругани, уже под наши совместные попытки не засмеяться. Даже консьержка подняла на миг глаза от вязания и проворчала на него, что думала о нём лучше. И от стыда, у неё бедной, теперь несварение будет. И ему следует, впредь, следить за своими выражениями. На что он попытался воззвать к её жалости и справедливости, что его! Самого сильного водяного, поймали в трёхлитровую банку! Его! В трёхлитровую! Тут на нас укором посмотрели.

Баба Галя обратила внимание продолжающую вязать женщину и пояснила ей.

– В литровую было бы лучше, это вот они жалостливые. Сейчас бы сидел и пикнуть не мог.

Женщина прекратила вязать и достала маленькую баночку, закрытую пергаментом и перевязанную веревкой. В подобных сейчас часто варенье продают, только эта была старая.

– А у меня тут есть! Двести лет лежит! С того самого дня, как кто-то о свидании забыл! Заговорённая! Или не узнал меня, дорогой?!

Водяной тихонько ойкнул, а я зашла с банкой в вовремя подъехавший лифт, а баба Галя, нахмурившись за нами. Когда мы зашли в квартиру сказала:

– Вот же, Авдотья! И молчала же столько лет! Она влюбилась, когда и двадцати ей не было. Я ей столько раз помощь предлагала, она отказывалась. Через пару лет со злости замуж вышла. Назло тому самому, но закономерно, не сложилось. Спустя лет сто, развелась и ушла сюда.

Я посмотрела на водяного, заполнившего весь сосуд, и строго проговорила:

– Я спать. Будешь шуметь или что-то ещё удумаешь, отдам Авдотье. Понял? Будешь хорошо себя вести, куплю аквариум. Пока поживешь тут. На озере сам чувствовал, неладное творится и тебе с этим не справиться. – Он моргнул и демонстративно отвернулся. – Надеюсь, что мы договорились.

Отнесла его на кухню, поставив на барную стойку, отправилась спать, наплевав на Леонида, который мог прийти снова во сне. Ничего он мне не сделает.

Глава четвертая. Отголоски прошлого

Утренний лес, позолоченный раним дыханием осени: на пролесках красными пятнами горела ажина, а в низинах и ущельях сгустился туман. Девушка, которая была и в первом сне, и в той же самой одежде, вышла навстречу пятерым мужчинам. Увидя её, они сделали шаг назад, но она, зло улыбаясь, шагнула к ним. Только вот ей на плечо легла маленькая худенькая ручка, появилась низенькая девушка в таком же лёгком летнем сарафане, как будто материализовалась из воздуха. Они были похожи как сёстры, коими, скорее всего, и являлись. Младшая начала отчитывать мужчин, которые не то, чтобы возразить, дышать боялись:

– Хлопцы, что же в болота-то топиться ходити? Что ж вам, окаянным, жизнь-то не мила?! Прочь отсюда! Болотник разожрался совсем. Никакого сладу с ним нет, и вы туда же! К нему на обед! – Мужчины повернулись и побежали, кроме самого младшего среди них и самого низкого, он ещё раз обернулся и посмотрел на юную девушку, поэтому и расслышал, что она сказала своей старшей сестре: – А ты, Забава, ещё раз кого сманишь сюда с тропы — отцу расскажу! Твой повеса тебя до добра не доведёт!

Почувствовала, как меня затягивает в воронку, и я оказалась снова в берёзовой роще. А за спиной знакомый голос.

– Ворожишь?

Развернулась и зло посмотрела на него! Только поняла, что тот молодой человек был моим отцом, а та хрупкая девушка — моей мамой. А этот гад прервал сон, что мог раскрыть их тайну, которую они не успели мне рассказать!

– Что тебе нужно?

Он тяжело вздохнул и сел на поваленную берёзу.

– Я хотел попросить прощения. И сказать, чтобы ты была осторожна и поставила сильную защиту на себя. Тебя пытаются проклясть.

– Так повлияй на свою жену, чтобы она больше подобного не творила!

Он резко встал и нахмурился.

– Я попросил прощения. И за неё прошу.

– Думаешь, этого достаточно? Выдавил из себя три слова и всё, забыли?!

– Она на сносях.

– О, даже так… Ну, что же, это повод порчу на меня наводить и пытаться убить. Не раз и не два. А ты не полоз, ты олень. Рогатый при рогатый. Но меня это не касается. А если она продолжит в том же духе, я вспомню всё, что тварь натворила. И то, что я квартиру потеряла, то, как болела, и этот вынужденный переезд, и Николая припомню! Ничего не забуду! И не посмотрю ни на что! Оберну всё её зло против неё! Даже сверху добавлять не буду! Ей его хватит, чтобы захлебнулась и выплыть не смогла.

– Я готов всё компенсировать. Квартиру, переезд, моральный ущерб!

В этот момент он жалко выглядел, зло рассмеялась ему в лицо. Любовь любовью, но я не обязана через себя переступать, поэтому и сказала:

– Не нужно мне от тебя ничего, кроме того, чтобы в покое оставил. У меня всё будет, и лучше, чем было. Можешь не ходить и не извиняться. Простить? Нет... Я прощать не буду! Но и делать ничего не собираюсь. Только вот скажу, что тогда на море, ворожила не я, а она. И на тебе её приворот. Живи теперь с этим, Леонид.

Этот гад ползучий пошел волной.

***

И я проснулась в своей кровати, опять голая! За окном ещё было темно, хотела повернуться на другой бок и попробовать погрузиться снова в тот сон, где были родители, только стук в дверь не дал этого сделать. Бальтазар поднял уши. Шикнула на него, чтобы не шумел, накинула халат и вышла в коридор.

Посмотрела в глазок, там были двое мужчин в милицейской форме, на вид им было лет по тридцать. Вроде бы обычные люди. Открыла дверь, не снимая с цепочки. Они очень длинно представились: оперуполномоченные, капитаны там чего-то, спросонья поняла, что один Дмитрий, второй Павел. Хотят войти и поговорить. Закрыла дверь, чтобы проверила полынь под порогом и мешочек с солью на двери. Сняла цепочку и открыла. Дмитрий вошёл после моего пригласительного жеста, а вот второй остановился, у него зазвонил телефон и его куда-то позвали. Я только на это усмехнулась. Простой приём, а работает.

– А где хозяйка квартиры, бабушка Галя?

– Спит. Так, что хотели? Я не разобрала.

Меня внимательно рассматривали, как и я его. Примерно моего роста, может быть чуть выше, стройный и широкоплечий, темноволосый светлокожий молодой человек. С красивыми серыми глазами, прямым носом и слегка пухлыми губами. Именно на губах задержался мой взгляд, тут я опомнилась и позвала его на кухню. Форма очень ему очень шла. Нужно сказать, и он отвечал мне такими же внимательными взглядами, а потом посмотрел на трехлитровую банку и тяжело вздохнул.

– Что за банка? Что в ней?

– Да ничего, так мелочи.

Водяного он видеть не мог и слышать его ругань тоже, но я могла и аж покраснела, от той тирады, состоящей исключительно из ругательных слов, что этот сквернослов выдал, за то, что назвала его мелочью. Ещё банку сумел расшевелить так, что она покачнулась и опасно накренилась. Положила на неё руку и тихо пригрозила:

– В унитаз смою!

Страж порядка слышать водяного не мог, а меня вполне. Поэтому вопросительно на меня смотрел.

– Долго объяснять, сквозняк.

– Ничего, я никуда не спешу. Пять часов дежурства, поэтому с удовольствием послушаю, учитывая, что вы на камерах были с этой банкой замечены.

– Вы верите в водяных? В банке он. Вчера поймали.

Было видно, что Дмитрий очень удивился, но быстро справился со своими эмоциями и продолжил.

– Допустим. Пока ловили водяного, ничего странного не заметили?

– Вроде нет. А что случилось?

– Пару часов назад мы нашли тело девушки, как раз недалеко от озера. Судя по тому, что мы увидели по камерам, вы вышли из парка за полчаса до того, как жертва вошла в парк, и, возможно, заметили убийцу.

Посмотрела на Еву, та покачала головой, что ничего не заметила, посмотрела на водяного, тот задумался, но промолчал. Я совсем никого вспомнить не могла.

– Мы были слишком заняты, даже если кто-то и был, мы не обратили на него внимания.

Милиционер продолжал меня рассматривать, но не поедать глазами, а именно изучать, чем сильно смутил, особенно, учитывая, что на мне только халат. А затем спросил моё имя, я на пару секунд забыла, как меня зовут, с запозданием ответила. Он же с улыбкой проговорил:

– Лидия – редкое имя и очень красивое. Лидия, если что-то вспомните, или, вдруг, бабушка Галя своим зорким взором видела посторонних, вот мой номер телефона. И если решите снова встретиться, сделаете меня счастливым. Жду звонка. Очень.

Разворачиваясь, чтобы выйти с кухни, Дмитрий едва не встретился с косяком. Улыбнувшись, поправил своё положение в пространстве, и вышел из квартиры. А я решила, что обязательно напишу ему после работы.

Не успела я дойти до комнаты, как стук в дверь повторился. Посмотрела в глазок, первое, что я увидела, это была женская спина и белые волосы, убранные в высокую гульку, женщина повернулась — длинный нос и тонкие губы. Ирма Станиславовна! При первой встрече я была не в том состоянии, чтобы она мне кого-то напомнила, а сейчас меня поразило её сходство с Шапокляк из мультика. Вспомнила про подругу, о которой говорила баба Галя на вокзале и тихо выругалась, всё вставало на свои места. Открыла, женщина показала знак «тихо», без приветствия шепотом быстро заговорила:

– Чего смотришь? Не по-людски это было, тебя одну бросать, ни в какие ворота! Я этого кобеля с детства знаю, с моим вместе росли, но то, что он творит в последнее время, на него не похоже. Приворот все мозги выбил. Пусть. Умнее будет потом, будет знать, кого к себе подпускать. На счёт неё его все предупреждали. И тебе жизнь наладим, хотя, судя по улыбающемуся Дмитрию, ты и без нашей помощи справишься. А что? У него папаша высоко сидит, придёт время и его подтянет на своё место. Пока не забыла, у бабушки Гали инфаркт не так давно был, так что береги её. Она, итак, за внука своего очень переживает, любит его сильно.

Пока я переваривала всё, что мне сказала Ирма Станиславовна, она по-хозяйски прошла на кухню и застыла, увидев банку и теперь снова эмоционально говорила.

– Нет, я, конечно, слышала историю о женщине, поймавшую и спасшую собачку с голодными глазами на обочине леса, и приведшей бедного волчару к ветеринару, но водяной… Вы, дамы, удивляете… В управлении девчонкам расскажу, никто же не поверит! – Ирма Станиславовна обошла банку, которую я поставила в центр стола, чтобы точно не упала. – И как вовремя успели! Если бы на полчаса позже, то и разбираться никто не стал бы. Из той девчонки всю силу вытянули, как будто бы работа духа.

Бабушка Галя вышла с Бальтазаром, у Ирмы Станиславовны аж рот открылся.

– Бедный волк, они и тебя спасли?

– Что вам всем не спится по ночам?! Это вот её животина. Она спасала.

– По работе вызвали, замёрзла, сил нет. Пришла чаю горячего выпить, а тут твоя новая постоялица. Представляешь, снова тот маньяк объявился в столице! Вернулся с северов, гадость такая. Сегодня ночью всех подняли: и наших, и людских! Никаких следов. Ни у нас, ни у коллег. А ведь мы не успели буквально на пару минут, как будто кто-то предупредил.

Я задумалась о поведении коллеги Дмитрия. Чуть поразмыслив, рассказала о нём, о моих ощущениях в парке в тот день. Водяной молчал, лишь кивнул подтверждая, когда я сказала, что и он тоже чувствовал. В этот момент я осознала свою вину. Женщины, пьющие чай с пирожками, на меня ругаться начали, особенно бабушка Галя.

– Хорошо, что не пошла, ишь что удумала, составила бы компанию девушке. А сообщить, кому бы ты и что сказала? Тебе сейчас нужно подальше от такого держаться. Оказалась бы рядом, и с твоей удачей, жертвой была бы не девушка, а ты. И рано тебе в такие дела нос совать! Ты только входишь в силу. А об этом маньяке давно ходят слухи, но поймать не могут. Пьет жизнь как дух, но не дух это! Колдун. Злой и опасный. Ты ему на один зубок. Я стара уже, силу теряю, а ты слишком молода, тоже мне, удумала! Чувствовала она! Ты понимала, что чувствовала? Нет! Не ты, не он. Так что нечего тут возводить напраслину на себя.

Бабушка Галя показала на Семёныча, а Ирма Станиславовна поддержала её:

– Тебя не зря Светлана спрятала. Силы в тебе много. Проявила ты тогда на шабаше себя во всей красе, маньяк не мог не обратить на тебя внимание. Без защиты рода, никто бы и не кинулся тебя искать. Так что опасность, которую и ты почувствовала вчера, и Семёныч, возможно, грозила именно тебе. Так что, будь внимательна, вот тебе амулет, с ним он не сможет тебя найти, никто не сможет. Это будет посильнее того, что сделала Светлана Валерьевна. И ещё, почувствуешь такое ещё раз, звони мне или Светлане.

Мне дали брелок с заячьей лапкой. И я пошла ещё хоть часик поспать. Когда встала, посторонних в доме не было. Ничего интересного мне больше не приснилось.

Перед тем, как я ушла на работу, мы с бабушкой Галей смотрели на водяного в трёхлитровой банке и думали о том, что с ним делать. Решили, что пока выпускать не будем и нужен аквариум. Держать в трехлитровой банке духа, которому несколько тысяч лет, всё же как-то неправильно. Он ещё и обиженного из себя строил, хотя, после рассказа Ирмы, уже не так, больше стал задумчивым. Если бы мне не нужно было на работу, я бы у него выпытала. Он явно что-то знает, а так, — пришлось бежать. Чтобы купить аквариум, сначала нужно на него заработать.

Глава пятая. Другими глазами

Леонид

Я проснулся с сильнейшей головной болью, тяжело дыша, как будто я тонул и мне удалось вынырнуть из-под воды, и сейчас не мог надышаться воздухом.

Огляделся вокруг, заснул в офисе на своём рабочем месте, шея после неудобного положения хрустела и неприятно тянула, может быть из-за этого такие неприятные ощущения, а может быть и нет, может нет.

Заставил себя собраться, отбрасывая все эмоции, анализируя происходящее. Если Лидия сказала правду, то поддаваться им сейчас — равносильно тому, чтобы собственноручно затянуть удавку на шее. Диана как почувствовала: входящий звонок от неё. Почему «как»? Скорее всего так и есть. Почувствовала. Её колдовство Лидия ослабила, вот и пытается усилить, а для этого нужен любой контакт. Я сбросил, отправив короткое сообщение: «Занят.», отключив этот телефон. Взял старую звонилку с международным тарифом, набрал тётю Ирму. Она пригласила заехать к ней домой прямо сейчас. Недолго думая, одел плащ и спустился на парковку. Выехав, остановился на секунду, пока машин нет, обернулся на здание, ставшее почти родным. Стекло и бетон. Единственное отличие от рядом стоящего — цвет стекла: золотой отлив. Когда-то давно, за него переплатил приличную сумму. Как и за зелёную зону с фонтаном, единственную на несколько километров, и сейчас она была подсвечена в предрассветном сумраке.

Достал фотографию Дианы, не верится, что она могла, только вот если не она, то кто?

Лидия? Нет. Это точно не она. Чуть не поседел, когда узнал о её «смерти».

Завел машину и нажал на педаль газа. Город просыпался, немного и застряну в пробках.

Подъехав к старым панелькам, я ещё раз всё обдумал. Прокручивая все события за последние пару месяцев, разозлился на себя, что не заметил и не понял всего раньше. Со злости ударил по рулю. Затем закрыл, прогоняя и эти эмоции. Всё лишнее. Заглушил мотор и пешком поднялся на девятый этаж. Тётя Ирма открыла дверь сразу, как только я поднялся на её лестничную площадку.

– Что, голубчик, кто-то смог пробиться через колдовство твоей ведьмы? Я даже догадываюсь кто. Пошли на кухню, как раз чай с имбирём заварила. Как ты любишь, ещё горячий, но уже не кипяток.

– Мне совет нужен, как снять приворот. Я же всё испробовал, ничего не помогло. Слишком сильный.

Мы сели за стол, а женщина сказала, смотря мне в глаза:

– Потому, что не от той пытался снять. Но этот приворот силён, сомневаюсь что что-то поможет. Эта дрянь найдёт, за какую ниточку потянуть и снова тебя в сети поймать. Кроме одного.

Я тяжело вздохнул, понимая, на что она намекает.

– Она беременна. – В этот момент, я и сам осознал: это всё отговорки, и я должен прекратить эти отношения. – Спасибо, тётя Ирма. Так и сделаю.

Понимал, это теперь всё будет непросто и может обернуться не самым лучшим образом для меня, но на кон поставлено слишком много. Она мне кивнула: всё правильно и одобряет. От этого маленького подба́дривающего жеста немного стало легче.

– Ты к бабке своей загляни, от тебя лихом пахнет. У меня сил и умения не хватит с подобным духом справиться.

Только лихо мне не хватало сейчас! Но это многое объясняло. Теперь нужно придумать, как от него избавиться.

– Бабушка после инфаркта, придумаю что-нибудь.

Потёр переносицу, пытаясь ослабить головную боль. А затем нащупал в джинсах блистер с таблетками. С удивлением посмотрел на почти пустую пластинку и положил её обратно. Тётя Ирма пыталась меня убедить, чтобы я всё же заехал:

– Она ученицу взяла. Молодая и необученная, конечно, но подсобит, силы в ней много. Сладят.

– Стар и млад, и с лихом сладят?! Ещё сами поймают его, я же этого себе не прощу. Бабушка говорила, из провинции девушка. Спасибо, подумаю, как лучше сделать. Тетя Ирма, не только для этого заехал. Я хотел найти Лидию, снится мне часто — не к добру. Мои ребята искали, вести дурные привезли, только оказалось, — ложные. – Выражение лица тёти Ирмы сказало о том, что ей всё это известно, и наверняка, она знает где Лидия, поэтому продолжил: – Ей угрожают, а я готов помочь. Я виноват. Сильно виноват.

– Виноват. Хорошо, что осознаёшь. А что касается опасности… Об этом нужно было раньше думать, а не поддаваться чарам ведьмы. Сладко было, вот и твоя расплата, за малым девушку не погубил. Сейчас Лидия под присмотром, на тебя сильно обижена. И правильно. Где она, не скажу. Обещала ей. Но едь к бабушке, пока не поздно. Едь.

– К бабушке не поеду, пока с лихом вопрос не решу.

– Да ты на чай вечером загляни! Она переживает за тебя сильно.

– Чтобы она увидела лихо и неё случился второй инфаркт? Нет!

Настойчивое желание тётки, чтобы я заехал к бабушке, стало раздражать. Тётя Ирма стукнула по столу, назвав упрямым ослом. Она встала, а я допил одним глотком чай и попрощавшись, пошёл к дверям, когда тётя Ирма тихо сказала.

– Иди. Избавляйся от приворота. Как голову прочистишь, поговорим ещё раз. Только не вздумай отступать. Пропадёшь и род свой потянешь за собой. Больше никогда не забывай о той ответственности, что лежит на тебе, и о той силе, которая перешла к тебе от деда.

Я простился ещё раз и вышел из квартиры. Включил телефон, на этот раз не опасался, когда отвечал телефонный звонок.

– Слушаю, Диана. Мне на работу нужно. Плохо? Скорую вызови. Хорошо, через час заеду.

Сбросив звонок, сразу набрал Захара, сына тёти Ирмы, с которым росли вместе. Вспомнив наши разногласия в последнее время, на секунду подумал — он сбросит, но услышал: «Приветствую, сладенький», – Улыбнулся, заспанный голос и его обычное приветствие. – «С тебя ящик бухла за всю ту дичь, что ты творил и ещё ящик за всё остальное, мама мне уже успела позвонить. Не вздумай ехать к себе. Твои вещи я сам заберу, ключи у меня есть. Тащи свою задницу ко мне».

– Спасибо, я сам заберу.

После короткого спора, мы через час вдвоём стояли около дверей моей квартиры. Посмотрел на Захара в его тонкой кожаной куртке. Но острить, на счёт тепло ли ему, не стал. Ехал на мотоцикле, чтобы не опоздать. Открыл своим ключом.

Диана была не одна, а с сёстрами. Я смотрел и не узнавал женщину, с которой был знаком сотню лет. Яркий и пошлый макияж, накачанные губы, угри, покрывшие всё лицо, а самое главное — злой взгляд, и в нём не было и капли любви, о которой мне столько говорили, лишь алчность и злость.

Моя квартира также претерпела изменения. Я не любил лишние детали и предметы. Ещё два месяца назад она была практически пустая. Верхний этаж с панорамными окнами и видом на столицу, не требовал украшений. Сейчас прекрасный вид был занавешен тяжелыми алыми занавесками; шикарные, но безвкусно смотревшиеся люстры, картины, непонятные статуэтки и золото, много золота. Дорого, очень. Захотелось тут же проверить свои счета. Захар присвистнул, смотря на это всё.

– Короче, ты банкрот. Надеюсь, ты квартиру и фирму не переписал?

Хороший вопрос, который нужно будет проверить. Диана мгновенно переменилась в лице и начала рыдать, причитать, что её заставили. Резко спросил, наверное, даже более резко, чем следовало, учитывая её положение.

– Кто?

Диана, рыдая, качала головой, что не скажет и не может сказать, её сестры кричали и поливали нас грязью. Повиснуть на мне не дал Захар. Что же, её право молчать. Свой выбор она сделала, судя по всему, давно. Я, больше не обращая внимания на всю эту неприятную картину, прошёл в свой кабинет и быстро собрал документы, печати, которые были подозрительно открытые. Набрал юристу, чтобы запустил их аннуляцию с этого числа и полную проверку документов на подлинность, покидал какие-то футболки, костюм, пару рубашек в сумку и вышел из кабинета, а следом застыл от того, как одна из сестёр Дианы обвила руку Захара. Но по его взгляду понял: их магия не подействовала. Но я тоже думал, что сильнее этого всего. Диана снова поменяла линию поведения и в этот раз схватилась за живот. Я молча вызвал скорую. Когда приехали мои знакомые врачи, ей резко стало лучше и от осмотра отказалась, как и от госпитализации в частную клинику моего хорошего знакомого. На прощание я сказал, что буду обеспечивать ребёнка и её до родов. Если это мой ребёнок, а я обязательно проведу генетическую экспертизу, и дальше их обоих, до его совершеннолетия, нуждаться она не будет. Если нет, то у неё будет три месяца на поиски отца. К ней не вернусь. Пока может оставаться в этой квартире. На выходе взгляд упал на каменный столик со змеёй, тот, что купила тогда Лидия с этим хитрым и скольким Найджаром. Золотистая змея лежала на камне. Мне показалось кощунством оставлять его в этом месте.

– Захар, дверь!

– Только столик? Может быть, Диане лучше квартиру снимешь?

– Это Лидка купила.

– А, запоздало соболезную.

– Давай не тут.

То, чем занималась Диана в положении сводило к нулю, шанс рождения здорового ребёнка. Не знаю, чем она думала. Может быть правда заставили? Но почему она не обратилась ко мне, я бы защитил. Пока стояли в пробке, этими мыслями и поделился с Захаром, крутящимся в моей машине, как жук на сковородке, следом он достал из-под бардачка жучок.

– Всё возможно. На такое, её куриных мозгов не хватит. Могла прийти к тебе, но её корыстная натура взяла верх, а может быть так изначально задумывали. Она будет полной идиоткой, если побежит делать аборт, особенно учитывая то проклятие, что наложила твоя предыдущая жёнушка. Так или иначе, ты её обеспечишь. Хотя, если Диана уверена, что ребёнок не твой… И я бы проверил, беременна ли она?

Он покрутил жучок, а затем засунул его обратно. И протянул мне заготовленный листок бумаги с несколькими предложениями. Прочитав их, кивнул, соглашаясь с тем, что написано на нём. Захар просил помощи, мои проблемы могли быть связаны с тем делом, которое он влез по незнанию. Написал на этом же листке «Наколдуй мне встречу с тем, кто сможет снять» и показал на левое плечо. Судя по взгляду, он всё понял верно, на мгновение его глаза потемнели, а затем он нахмурился. Я и сам ощущал, ту гнетущую силу, что нависла надо мной.

– Полозов, ты идиот. Давай заедем к твоим?

– Это исключено. Так да или нет?

Сгустившиеся тёмные тучи на небе и яркий запах озона, намекали на приближающуюся грозу. Было слишком рано для неё. Только середина февраля. Первые капли на лобовое стекло упали одновременно с “Да” Захара. Карты на столе, игра началась…

Глава шестая. Свидание

Лидия

Только зайдя в квартиру, смогла осознать, насколько я устала. День был сложный. На новом месте всегда непросто, а тут ещё все пошло наперекосяк с самого утра.

Стащила сапоги, а Бальтазар радостно уткнулся мне в ноги, потрепала его за холку и обняла, соскучился, так надолго мы ещё не расставались.

Пройдя на кухню, застала бабушку Галю за тем, что она пила какой-то успокаивающий сбор.

– Шо, вид виноватый? Шо, сотворила?

В голове был недавний разговор с Дмитрием, он заехал за мной после работы, и мы с ним проговорили всю дорогу до квартиры. Невольно улыбнулась.

– Да, так. На свидание позвали. Думаю, соглашаться или нет.

– А вид такой, как у моего внука, когда он дом сжёг. Симпатичный? Не тот ли милиционер? – Я кивнула, устало откинувшись на стуле. – Так думать-то чего? Нравится, так пошла собралась и развеялась, а усталость сейчас пройдёт. Вон чай. Нечего дома киснуть как капуста, весна скоро, пора силу набирать. Если на ночь не придёшь, то напиши, иль позвони. На работе-то как? Олежек не обижает?

Ева, недолго думая, вышла вооружившись самой тяжелой чугунной сковородой. На мой удивленный взгляд заявила, что так никакой маньяк мне не страшен и могу идти куда хочу, а она со мной. С трудом отобрала страшное оружие для борьбы с маньяками.

Рассказала бабушке Гале, что на работе сегодня полный кавардак. С самого утра заболело несколько сотрудников, а после обеда, их отправили на удалёнку и больничные, и пришлось многое делать на свой страх и риск очень быстро. Многое мне знакомое, но далеко не всё.

Еву с трудом уговорила остаться дома под предлогом, что она ответственная за водяного и Бальтазара. Пообещав, если что-то случится, то обязательно призову её.

– Раньше лучшим приданым для девушки было, если удавалось домового уговорить с ней идти. И родителям спокойно, — чадо под защитой, и новая семья счастливой будет. Но твой домовой в каждой дырке затычка. Сегодня Семёнычу досталось, наготовила, убралась, и Ваську выгуляла.

Бальтазар, которого назвали Васьком, поднял уши, но завыть не решился, только несколько раз забавно тяфкнул жалуясь на Еву, и то, что погуляли мало. Я сердито посмотрела на Семёныча, раз досталось, значит дал повод. Тот в банке под моим взглядом ещё уменьшился и обиженно отвернулся. Поняв, что со мной он сегодня говорить не будет, отправилась собираться на свидание, делая себе заметку, что нужно зайти в швейный, Еве пряжи купить в благодарность.

После чая усталость исчезла, ей на смену пришла бодрость, да такая, как будто-то я только что проснулась.

Когда спустилась, Дмитрий уже ждал меня с букетом ароматных тюльпанов.

Он посмотрел на Бальтазара в окне и предложил взять его с собой, заодно цветы поставить в вазу. А я посмотрела на обаятельную улыбку Дмитрия, красивые глаза и решила, что собака будет лишней.

Мы шли в парке разговаривая обо всём на свете: о книгах, фонарях, машинах, даже о том, какая видеокарта лучше… Какую бы тему не затронула, он готов был поддержать беседу, какую бы не начал он, мне было что добавить. Нам казалось, будто знакомы мы много лет и мне хотелось слушать его голос. Даже боль, что осталось в груди от Леонида, отошла на второй план. Воздух был свеж, пахло какими-то ранними цветами, что цвели на газоне.

Перед подъездом я сама потянулась за поцелуем. Первые робкие касание губ, быстро переросли в жаркий поцелуй и мне захотелось стать неприличной девушкой готовой продолжить свидание у него в квартире. Облизнув губы, он спросил:

– Могу надеяться, что мы завтра снова увидимся?

– Да! Но, сейчас мне пора.

Тихо войдя в квартиру, я улыбалась до ушей. Посмотрев на часы обнаружила насколько сейчас поздно, было три часа ночи. Задумалась: не совершаю ли ошибку с Дмитрием? Может не стоит торопиться? После всего произошедшего. А с другой стороны, почему бы и нет, если с ним мне хорошо, если в душе снова запели и птицы и почувствовала приближение весны. Кому нужны все эти условности? Мне? Нет! Мне они к болотным бесам не нужны! Плюнув на всё, спустилась, решив, если не ушёл, то поедем к нему. Дмитрий сидел в соседнем дворе и о чём-то думал, обернулся только тогда, когда положила руку ему на плечо.

Я чувствовала силу, что пробудилась во мне и надеялась, что он не увидит.

Не знаю, заметил или нет, но на какой-то миг мне показалось, именно моя сила одурманила его, и у него были сомнения стоит ли продолжать вечер в тот момент, когда я вернулась.

Но сейчас обнимаясь в его квартире, он счастливо улыбался, как и я. Давно мне не было настолько спокойно и хорошо.

Едва устроилась на плече Дмитрия и задремала, как мне опять приснился Леонид! Беспокоился он обо мне! И теперь уже он на счёт своей жёнушки предупреждал, чтобы его лешак за ногу утащил. Снова повторив, куда ему идти вместе с ней, едва заснув, проснулась. Дмитрий заснуть не успел:

– Кошмар? Ты так резко села.

Объяснять ему кто мне приснился и из-за чего я так резко проснулась, — благоразумно не стала. Поцеловала и сказала почти правду: со всеми этими переездами сплю плохо и лучше к своим поеду. Мне так спокойнее. Дмитрий сделал попытку уговорить меня остаться, но мне очень повезло, и я вслух не выругалась на этого ползучего гада. Сложно будет объяснять упоминание бывшего мужа в постели, и я сама плохо понимаю происходящее.

***

Вернувшись в квартиру рано утром, ощутила, насколько я голодная. За окном солнце ещё и не думало вставать. Ночь была по зимнему долгой. Было тихо, стараясь и не шуметь прошла на кухню.

Плита газовая, к ней подходить не стала. Достала заранее купленный кипятильник, решив приготовить гречку и чая.

С задачей закипятить воду кипятильник справился, но следом решил загореться. Морально была к этому готова, тут же вытащила из розетки и потушила.

Гречку залила этим кипятком, укутала в одеяло и снова включила кипятильник. Вода начала закипать, а бедный прибор снова задымил и на нём появился огонь. Выключила, повтрив процедуру с тушением и включением. Но провод совсем оплавился и перестал работать, вода для чая так и не закипела.

Ничего с собой сделать не могу, огонь всегда пугал. Нагревающие приборы страдают гораздо чаще. Хотя, не только они, короткие замыкания не редкость. Единственный электроприбор, которому всегда везло — ноутбук.

Голос бабушки Гали прозвучал неожиданно:

– Когда подходишь к огню, успокаивайся. Это всё отражение твоего эмоционального состояния. На верхней полке холодильника стоит рисовая каша с тыквой. Рядом бутерброды. Разогреть сможешь? – Разогреть мне не доверили. Вздохнув, она забрала у меня кастрюльку и разогрела. Пока я ела стала рассказывать, – Как ты думаешь, почему многие заговоры из рода в род похожи?

Задумалась, может у них одна основа? Озвучила данное предположение.

– Верно, а почему? – Не дождавшись моего ответа, продолжила: – Ведающие, давно заметили то, во что верит один, имеет силу, то во что верят многие, имеет большую силу. Этим и воспользовались наши предки. На разных языках, диалектах, заговоры зачастую имеют один смысл. Из рода в род, слова могут различаться, но суть будет одной. Даже люди, и те свои верования построили на этом, основные молитвы по смыслу похожи из религии в религию. Поешь и иди спать. Я тебя на сегодня у Олежки отпросила. Ты ж хотела о предках своих узнать, а у меня идея появилась. Должна сработать. Иди, дивчина, иди поспи.

Глава седьмая. Леший

Летний лес. Шум набравшей силы листвы, а в воздухе витает запах зноя. Я вдохнула полной грудью, не веря своим ощущениям. Я снова вернулась в тот сон к родителям?! Не зря бабушка Галя так настойчиво отправляла спать. Попыталась сделать шаг, но не получилось. Ноги как будто приросли к земле, но в этот момент я ощутила и окружающий меня лес, становясь частью его. На полянке, совсем неподалеку, я заметила свою мать, такой же как и в прошлом сне: совсем молодой, в том же сарафане, едва ли старше двадцати лет.

Она загорала на траве и счастливо улыбаясь солнцу, когда с противоположной стороны поляны из леса вышел мой отец.

– Хлопец, ты накой сюда вновь пожаловал? Тебе прошлого раза мало?

– За тобой. И без тебя не уйду! Люба ты мне!

– Тю, так ты под приворот сестрицы попал тогда! Сейчас поправим. А я ещё гляжу, тебя весь год то там, то сям примечаю.

– Так тебя искал, и ты меня замечала! Приметила и ты меня значит!

Девушка покраснела и толкнула юношу в грудь.

– Дурной! Иди отсюда! Не чую приворота! Иди! Иди, я сказала! Батюшка заметит и не выпустит живым из леса! Иди!

– Смотри, что я принёс тебе!

Это было красивое платье с вышивкой, гребень и что-то ещё из одежды.

Вдруг меня затянуло в воронку, и я оказалась перед высоким крепким мужчиной с бородой на том же месте, где появилась с самого начала. Его густые брови сошлись на переносице, а зелёные глаза смотрели недобро.

– Ты кто такая? И что делаешь в моём лесу?

– Лидия. Родственников искала в этом месте.

– Нашла?

– Хороший вопрос. Скорее, да. Но вот что теперь с этим делать — я не знаю.

Я посмотрела на поляну, где были мать с отцом, мысли о том, что их можно спасти, меня не отпускали, а потом повернулась к лешему.

– Могу узнать имя твоё, хозяин леса? Я пришла с миром и вопросами.

– А ты страха не ведаешь, глаза не опускаешь, глядишь прямо, хоть и поняла кто я. Сама не дух, не ведающая и не человек. Но и зла не чую в тебе, поэтому и скажу, Горислав имя моё.

Соврал! Когда он имя своё произнёс, я вспомнила, как мать мне в детстве называла его настоящее. Деян, я понимала почему он не сказал. Меня больше заинтересовало, почему он сказал, что я не ведающая, не человек и не дух. Если с последними двумя всё более или менее понятно, то вот:

– Почему не ведающая?

– Я почём знаю?! Впервые тебя вижу. Если и ведающая, то дивная. Таких не встречал.

– А если скажу, что я твоя внучка, Деян. Их дочка.

На секунду скосила глаза на поляну и вернулась глазами к нему. Я видела, как меняются эмоции на его лице. Он разозлился, глаза из ярко зелёного цвета, стали тёмно-болотного, почти чёрного, а затем он посмотрел на полянку и постарался спрятать свою злость, под напускным добродушием.

– И что случилось, раз ты тут? Не верю, что Белолика не научила свою дочь всем премудростям.

Он всё ещё с подозрением смотрел, но с каждым секундой всё меньше, я чувствовала в нём родственную силу, и он не мог её не узнать. У меня создалось впечатление, что его мысли занимает другое, и что он принюхивается.

Сама попыталась почувствовать, то что происходило вокруг.

– Я не знаю, что произошло. Мать не была духом, когда я росла и знала я её под другим именем. Она не видела больше духов, а сила ведающей проснулась во мне несколько месяцев назад. Тут я благодаря Бабушке Гале.

И ощутила то же, что и тогда в парке с водяным, в эту секунду лицо деда стало ещё более злым, а голос резким:

– Тут ты благодаря своей силе, или моей. Галька только помогла сойтись нам. Внучка значит, дорогу запомнила? Возвращайся в весеннее равноденствие, так силу легко потерять. Тропика слишком далека, а пойду зятька привечать. А то сбежит ещё…

Я попыталась его остановить, сказав о том, что почувствовала:

– Дед, тут пахнет…

Только слушать меня не стали, было ощущение, что он меня пытается отправить назад.

– Злым колдовством. Просыпайся!

И я проснулась под металлический скрежет сковородки об пол. Ева вновь вооружилась страшным оружием против маньяков.

Глава восьмая. Разговор

Леонид

Выйдя из машины, первым делом — позвонил Сергею и извинился. Узнал, нашёл ли он работу и готов ли вернуться ко мне? Он сказал, что и не уходил, только ждёт двойного жалованья за это время. Что же, справедливо. Договорившись о встрече вечером, убрал телефон в карман. Если удастся сохранить фирму, то он получит тройное жалование. Подушка безопасности на непредвиденную ситуацию, подобной этой, у меня была: зарплату людям смогу выплатить. Пройти бы аккредитацию в начале марта, сохранятся все госконтракты, и тогда можно считать: кризис миновал.

Захар настоял на том, чтобы остановился у него, предлагая свой диван на кухне. И я согласился: мне много не нужно. У него была просторная однушка, сейчас такие квартиры гордо именовались евродвушками. Толстые стены со звукоизоляцией, не будить соседей игрой на инструментах по ночам. Мебели, как и у меня раньше в квартире, у него было минимум, только самое необходимое.

Перед диваном поставил забранный столик, не таскать же его в машине.

Вечером, сидя с бумагами, я удивлялся глубине своей слепоты, оставшихся двух недель не хватит, чтобы заткнуть все образовавшиеся ямы.

– Выпить не хочешь?

Сейчас мне нужен трезвый рассудок, поэтому отказался:

– Не хочу.

Захар сел рядом на диван, ставя на столик со змеем два стакана со льдом и заполняя свой чем-то крепким.

– Оставь. С лихом только хуже сделаешь. У тебя профессионалы, ты их годами собирал, пусть делают то, за что зарплату получали.

Оторвался от бумаг, Захар так и не рассказал, в чём именно ему нужна помощь.

– Так что у тебя случилось?

– Помнишь ту хорошенькую Дашу, с которой я расстался перед шабашем?

– Нет, ты их слишком часто меняешь.

Прежде чем начал рассказывать, Захар отхлебнул из стакана большой глоток и спросил, проверил ли Сергей его квартиру, лишь после моего подтверждения заговорил:

– Две недели назад, от Даши мне пришло сообщение с одним словом: “помоги”. Адрес забыть не успел и, помня все эти слухи, поэтому ехал на максимальной скорости, каким чудом я вспомнил о той светловолосой заразе, по имени Светлана, работающей следователем, и успел с ней связаться — не знаю. Почему именно с ней, не спрашивай, но именно она не дала захлопнуться той ловушке, в которую я едва не попал. Когда я приехал, человек Светланы закрыл место преступления и отправил запрос на то, чтобы зафиксировать мои передвижения, Даша была мертва. Сообщение было отправлено с телефона, когда девушка не дышала.

Неприятный поворот и выводы из это нехорошие. Не заметил, как вслух произнёс.

– Получается, это не просто маньяк…

Захар принялся рассуждать дальше. А Сергей, нахмурившись слушал. Интересно было послушать и его мысли. Но он не скажет, пока не будет уверен. А он явно не уверен.

– Получается. И у него явные счёты с нашим родом или с тобой. Ещё интересный факт: у камер на дороге произошёл сбой. Коллега Светланы по горячим следам нашёл несколько камер, зафиксировавших мой маршрут. С магазинов и на зданиях, и изъял их по всем правилам, когда меня допрашивали в участке, благодаря его действиям меня не посадили в тюрьму как подозреваемого. У тех, кто подозрительно быстро приехал на вызов, было именно это намерение.

Захар был явно уверен в своих словах. А я только и мог сказать:

– Да, уж.

Бизнес есть бизнес, но обычно всё решается по-другому. Давно не варварские времена, чтобы решать вопросы кулаками, клинками и жертвоприношениями, сейчас иное поле битвы. Захар не удовлетворился моими междометиями, но другого у меня не было для него.

– Да, уж? Мысли есть?

Мысли у меня были только о том, что дело не только в моём бизнесе и роде. Враги у меня были. За триста лет их сложно было не нажить, но они были среди родовых ведающих. Из них никто не стал бы так марать свою репутацию. Среди людей никто бы не смог совершить подобное. Только если кто-то третий использовал людей для своих целей. А мне просто “повезло”.

– Есть. Поехали к твоей заразе.

– Она не моя. И она ещё на севере.

Я вспомнил Светлану, внимательно рассматривающих гостей.

– Да. А на свадьбу ко мне с Дианой приехала со своим братом и без пары, как думаешь, кого она хотела увидеть? Хочешь ещё один занимательный факт: кто с ними был третьим? Плюс один к брату. Лидия.

– Ещё раз соболезную. Хотела, чтобы приревновал, это очевидно.

– Она живая. И я сначала на ревность списал, а сейчас убедился, ей и не пахло. Тогда бабушкина ворожба свела нас снова вместе, мне Лидия была не рада. Сейчас не о ней, а о Светлане, она знает больше, чем мы. Так можно вечно гадать. И предупреди её: я буду, хочу поговорить. Звони и договаривайся о встрече, что сидишь?

– Да, так… Мы немного, – а он её также и любил, “чудом вспомнил о той светловолосой заразе”?! Ты её не забывал, это был отличный повод с ней связаться, – Хорошо! Звоню! Не смотри так. Да, я от неё дурею, так что самому страшно становится, а ей нужно другое.

Нужно другое, — сначала со скепсисом посмотрел, а потом отвернулся. У самого кошки на душе когтями по стеклу стали водили. Сейчас её глаза в тот шторм, то и дело вспоминались… И самому было тошно признаться, почему я её снова хотел увидеть.

С делами сердечными будем разбираться после того, как распутаем клубок. Теперь, когда он понял какие силы замешаны в это деле, на всё будет готов, только бы Светлана оставила это дело. У этой женщины была железная хватка и чуйка волкодава. И она явно села им на хвост. Нехорошее подозрение прокралось в душу, а только ли бабушкина ворожба свела их тогда? Лидия будет могущественной ведающей, когда обучится, как оказалось, без активной защиты рода…

– Нам обязательно нужно поговорить. Это дело не одного человека и не двух. Даже не одной компании. У меня есть сильный конкурент, но он обычный человек. Эти убийства ему не по зубам. Сколько жертв?

После слов Захара у меня холодок пробежал по спине.

– Более двадцати девушек за год. Это только те, что смогли обнаружить группа Светланы, очень долго все эти убийства не связывали в единую цепочку. Цифра может увеличиться, некоторые могут проходить обычными убийствами, и в регионах могут быть жертвы. Крупные роды они обходили стороной до последнего времени. Занимательный факт в копилку.

Пока Захар звонил Светлане, я обдумывал, такой огромной цифры не ожидал. Одно дело, когда это одиночка со сломанной психикой, другое дело если это спланированная цепь событий, имеющая прикрытие на всех уровнях. И специалистов, способных в кратчайшие сроки нарушить работу камер видеонаблюдения. У этих событий должен быть мотив. А я его не понимал. Зачем у девушек забирать силу? Ритуал? Какой? Почему только у девушек? Почему они не давали отпор? Не могли? Кто мог подавить так их волю?

Связался со всеми главами семей, попросив навестить всех своих, пересчитать лично, убедившись, что со всеми всё в порядке, и предупредить, а потом мне отзвониться и отчитаться. Девушек и женщин вечерами встречать и провожать. Обращать внимание на все странности и сообщать сразу мне. Потратил на это почти два часа, а Захар всё разговаривал со Светланой на балконе. Когда зашёл, улыбался, как первоклассник, дёрнувший девочку за косичку.

– Прилетит в пятницу. Она советует с лихом к бабушке Гале. Нет больше никого, кто бы смог с ним справиться. Ты подумай, что с ней будет, если помрёшь.

– Я в тебя верю. Ты же не зря в бубен два часа стучал.

– Я не уверен, что получилось.

– У тебя и не получилось? Быть такого не может. Давай спать.

Но Захар вновь сел за бубен, сосредотачиваясь на своём колдовстве. Глухие ритмичные удары отражались от стен и были слышны на улице: Бум, бум, бум, тым. Бум, бум, бум, тым, Бум… Так и заснул, под вязь его колдовства.

***

С вечера пятницы Захар расхаживал по кухне, не давая нам с Сергеем подремать. Переглянувшись с Сергеем, предложил ему поехать в аэропорт раньше запланированного, заодно заехать за цветами. Объехали три цветочных магазина, прежде чем нашли тот букет, которым остался доволен Захар. Обычно он тыкал в первый попавшийся большой букет, отвешивал кучу комплиментов флористу, не забывая взять номер телефона и попросить скидку, но здесь был особенный случай: ни первого, ни второго он не сделал. По каким параметрам выбирал, не знаю, может, искал любимые. Но вышел довольным.

Мы ждали их на парковке. Наблюдать, как он меряет шагами зал ожидания, было забавно. Особенно то, когда он получил букетом по лицу. Зная его, предполагаю причину, по которой на него так злись. Хотя не помню, чтобы он говорил, что они встречались, но, если предположить, что прилетела та самая причина, ради которой он расстался перед шабашем с Дашей. Это их дело, но было любопытно. Едва они сели в машину, Сергей спросил:

– Светлана Валерьевна, к вам домой или на квартиру?

– Домой ко мне. Я ещё к колдунам не ездила.

Посмотрел на Захара в зеркало заднего вида, тот едва заметно кивнул, и мы поехали в новый район. Из плюсов этого района можно назвать только широкие дороги. Деревьев практически нет, несколько маленьких и тоненьких веточек, торчащих из земли, за них принять сложно. Летом это всё раскаляется настолько, что можно жарить яичницу, а кондиционер становился обязательным предметом интерьера, без которого не выжить.

Так как была ночь, все парковочные места около дома были заняты. Поэтому припарковались со стороны детской площадки, через неё нужно было пройти всего сто метров и перейти дорогу. Так машина никому не помешает. Захар обошёл машину, открывая Светлане дверцу. Мы с Сергеем остались в машине, но Светлана остановилась.

– А вы почему сидите? Пойдёмте. В ближайшие дни у меня не будет возможности поговорить. Если хотите поговорить, то сейчас.

Меня это только обрадовало. Этого разговора я ждал. Пока Сергей закрывал машину и собирал оборудование, Светлана с Захаром спорили. Подойдя к подъезду, Светлана искала ключи в сумочке, не переставая препираться с Захаром. Мы с Сергеем старались сохранять небольшую дистанцию с ними, чтобы меньше мешать, поэтому заметили подозрительную машину отечественного производства с тонированными окнами, у которой начали открываться передняя пассажирская дверь и задняя, и пока я раздумывал, Сергей громко скомандовал:

– Ложись!

Оттуда выглянули двое в масках. Захар отреагировал мгновенно, падая на землю, увлекая за собой и прикрывая Светлану. Автоматные очереди прошили рядом стоящую машину насквозь и разбили окна первого этажа. Я обернулся, увеличиваясь в размерах и нападая на машину. В ней было трое людей. Водитель и двое стрелков с калашами.

Большинство пуль отлетали от моей чешуи, но не все. Они попробовали уехать, но я хвостом снёс крышу машины, тем самым убив всех нападавших. Справа на меня ехал крузак на полной скорости. Я развернулся к нему, собираясь встретить опасность, но рядом с водителем заметил призрачный силуэт, схвативший руль и дернувший его в сторону. Машина вильнула, выезжая на тротуар, снося часть сооружений на детской площадке. А силуэт появился снова на дороге. С недоверием смотрел на короткие светлые волосы и светящиеся зелёные глаза, а затем Лидия растворилась в воздухе. Меня прошиб пот, если она погибла? Посмертный дух? Они добрались до неё? Но, сосредотачиваясь на ней, на той связи, которая ещё осталась, ощутил, что она в безопасности и мирно спит. В шкуре змеи нащупать нашу связь оказалось гораздо проще.

Более того, я понял: она в этом городе и где-то в центре. Недалеко от парка. Я не спешил обратно оборачиваться, Сергей проверил водителя крузака, тот был без сознания. Подушка безопасности не раскрылась. Случайно ли? Или работа Лидии? Это не было похоже на ворожбу, скорее сила духа.

Сергей, надев наручник на водителя, вернулся ко мне, помогая избавиться от пуль в этом обличии. И связываясь с адвокатом, учитывая, что я убил троих нападавших, он мне теперь понадобится. И по лихо забывать нельзя. Всё должен вести адвокат. От и до, без моего вмешательства. Сейчас если я вмешаюсь, то всё пойдёт по худшему сценарию. Хуже не придумаешь, в данной ситуации только сидеть и ждать.

Как назло, все пули, что попали в меня, забились под чешую. И выковыривали их долго, хоть и делали втроём. Вроде перепроверили, но одну в хвосте не заметили. И когда обернулся, в голени осталась пуля. Светлана, смотря на мою кровоточащую ногу, принялась громко возмущаться.

– Полозов, ты ещё больший идиот, чем я думала! Снова пробил дно! Ты почему к бабушке Гале не съездил? Нужно зафиксировать все ранения и вытащить пулю. Сейчас вызову скорую и в городскую больницу! Никаких частных клиник, всё только через официальные каналы.

Захар ей рассказа об инфаркте у бабушки, но это её не убедило. А меня злило, необходимость отложить разговора. Сейчас время играет против нас. Захар же пытался убедить Светлану оставить это дело.

– Светлана, а вот представь если бы нас сейчас не было…

Глава девятая. Суббота

Лидия

После этого сна я долго не могла прийти в себя. Лежала и смотрела в потолок, думала о той поездке на море, о деде и родителях. О том, как я во сне дёрнула руль напавшего на Лёню.

Смерть родителей тогда мне показалась подозрительной. Папа хорошо водил машину, никогда не гонял, и вдруг на пустой трассе не справился с управлением, на большой скорости врезался во встречный грузовик. Я встала, протягивая руку к заранее подготовленному халату, пижама вновь оказалась на кровати, только вздохнула этому факту. Небольшая разминка — и за дела.

С кухни вновь слышалась ругань и вкусно пахло выпечкой. Когда я зашла, Бальтазар грыз тапки, Ева что-то вязала, а Семёныч был похож на жабу в своей банке и смешно грозил лапой-кулаком бабушке Гале, разливающей по трём кружкам чай:

– Старый! Я в самом расцвете сил! Сама ты старая! Тебе самой сколько? Тысяча? Полторы? И женщины, это полный беспредел! Отпустите меня немедленно! У меня может быть, важные дела в болоте!

Сколько? Тысяча?! Ева внимательнее на неё смотреть стала, но вязать не перестала, а я прошла за стол, садясь напротив женщины.

– Всё что есть, всё моё! Я тебе так скажу, мой скользкий знакомый, будешь оскорблять, в унитаз спущу! Будешь охранять очистительные сооружения! А что? Там искать тебя точно никто не будет!

Бабушка Галя что-то ещё говорила, переругивались они не со злобой, а больше спорили. У меня же мысли были далеко, во снах, которые мне снились в последнее время. Особенно в сегодняшнем. Значит, дела у тебя, милый мой, не очень. Так тебе и нужно! А следом вспомнился в тот самый день, как он сидел и держался за голову. Тьфу. Сам виноват. А в сердце предательски заскрипела жалость и страх за него. Глупо отрицать, что он мне до сих не безразличен. Плохо выбивался клин клином.

– Эй, Лидка! Задумалась так-то, я спрашиваю: пирожки-то с капустой или картошкой делать?

– С картошкой. – Что-то мне не понравилось в движениях бабушки, – Баб Галь, не договариваешь.

– А ты не сбежишь? К своему-то Дмитрию.

– Я заплатила за месяц! Всё! Теперь так просто не избавишься от меня. Да и рано мне к нему бежать, и не звал.

Она рассмеялась, себе и мне своего фирменного чая налила.

– Позовёт, совсем скоро позовёт. Сон тревожный приснился.

Посмотрела на бабушку Галю, опущенные плечи и синяки под глазами. Беспокоится искренне, за девушку, которую так мало знает, и приютила всех нас. Посмотрела на полочку с лекарствами, где не только травки. Плюнула на всё, обошла стол, обняла крепко за плечи.

– Вы не переживайте за внука так. Вот чует моё сердце, всё у него наладится.

Она заплакала. Теперь последние сомнения пропали: всё правильно. Поцеловала в седую макушку. Тут она выпрямилась, смущаясь своей минутной слабости.

– Ох, Лидка, твой бывший дурак. А замуж не спеши больше. И про этого непутёвого забудь. Вон, Дмитрий, какой удалец-молодец. Но и за него не спеши, удальцы сейчас косяками пойдут. Смотри в оба, но выбирай не только умом, но и сердцем. С нелюбым жить, хуже тюрьмы, поверь старой женщине.

– Не буду. Какие мои годы?! И не наговаривай на себя.

– Сон мне снился, недоговорила ж, как за тобой тень гналась. Ты идёшь, она за тобой. Всё ближе и ближе. Нехороший сон. Не вздумай сама вмешиваться в ситуации, подобные парку. Не всё так просто, дурное творится. За мной сейчас сын приедет, я на выходные в деревню собираюсь, не хочешь со мной? И Ваську там раздолье будет! И к сезону сбору трав пора готовиться. Ты подумай!

– Не могу. Я завтра на работу, у нас эпидемия какая-то. Понять не можем, что и откуда.

– А на колдовство проверял Олежек? А ты проверяла, как я тебе сказала?

– Он ничего не почувствовал, а я кое-что почувствовала, но что именно это было, не поняла. Злого умысла точно нет. Но чую запах трав и дождя, и как будто удары бубна слышу. – Иногда колдуют, чтобы увеличить вероятность какого-то события. Это ненаправленное зло, но чем больше происходит его, как у вас болеют, это же с какой стороны ни посмотри, неприятность для человека, тем сильнее отдача для колдуна.

Бабушка Галя оставила мне полный холодильник, прежде чем уехала. А я отправилась в магазин за аквариумом и ещё одним мешком корма для Бальтазара.

Корм для щенка, что ест за троих, помог принести сосед снизу. До этого мы с ним пересекались как-то утром лестнице. Быстро познакомились, представился тогда Ильёй, разбежались по своим делам. А сейчас, заметя меня в магазине, он предложил свою помощь, а я отказываться не стала. Самой донести было бы сложно, а аквариум оформила в доставку на вечер.

Когда сосед нёс корм, я боялась, что он под весом двадцатикилограммового мешка сломается и упадёт… Очень худой, руки как щепки, с зачёсанными назад русыми волосами. Я думала он подросток, и только по разговору поняла, насколько сильно ошиблась: «Надоело работать в этой фирме, пятнадцать лет отпахал, а повышения так и не дали, зарплату повысили, а повышения никак, уже был такой опыт, десять лет считай, что подарил». Другую работу ищет. Корм донёс до комнаты. Сказал, очень рад новым лицам в доме, а то двадцать лет одни и те же, разнообразие — хорошо.

И сколько ему лет?! Спросить напрямую неудобно, вернётся бабушка Галя, спрошу у неё. Поблагодарила и выпроводила за дверь. Только потом пришла мысль, что зря! Стоило чая попросить сделать, хотя это совсем было наглостью с моей стороны, а с другой стороны, чая хотелось сильно. Ева отказывалась мне помогать, обижалась за то, что я спрятала её страшное орудие для борьбы с маньяками. Поэтому очень обрадовалась, когда раздался звонок в дверь, думая, что вернулся сосед снизу, но это оказался Дмитрий. Улыбнулась ещё радостнее, пригласила его войти. Только он был какой-то злой. Может быть что-то на работе…

Он как-то странно посмотрел на корм, спросил: «почему не позвала?”. Я начала рассказывать о своём походе в зоомагазин, а потом остановилась. Почему я начала оправдываться?

– Мы слишком мало знакомы, тебе не кажется?!

– Прости. Тяжёлый день, ты зови, если нужна помощь, я буду рад тебе помочь.

Я рассказала об аквариуме, что вечером будет доставка и его помощь мне бы очень пригодилась, Дмитрий сразу согласился. Предложил прогуляться до вечера, но тут отказала и попросила его чая сделать. Он несколько минут на меня смотрел непонимающе, вроде бы здесь я живу, и у него день тяжёлый, пришлось объяснять свои сложные взаимоотношения с огнём. Дмитрий пожал плечами, и тогда сам стал хозяйничать. Когда зажёг конфорку, пыхнуло так, как будто газ несколько минут шёл до этого.

– А я бы могла бы и отлететь.

– Понятно. А как готовишь?

Не успела остановить Дмитрия, и он с холодильника снял спрятанную сковородку. Её тут же с радостным визгом забрала Ева. Дмитрий смотрел на летающую сковородку со стоическим спокойствием, хорошо он Еву не видел.

Банка с Семёнычем снова накренилась, и я положила на неё руку. Водяной пытался объяснить Дмитрию, что мы его похитили и просил его спасти. И то, что Дмитрий его услышать не мог, моего скользкого друга совершенно не волновало.

Дмитрий что-то спросил, а я за этими двумя и не услышала.

– Это домовой, она обычно мне готовит. Ты что-то спросил? А то эти двое тут шумят так, ничего не было слышно.

– Говорю — тебе не скучно. Аквариум для водяного?

– Для него. Это точно, скучать некогда.

Я смотрела на Еву под потолком, ругающуюся на меня, что теперь точно сковородку не отдаст! «И бабушка Галя разрешила её взять! Ты не имела права её забирать! Ты меня слышишь?!

– А ещё я спросил, сходишь завтра со мной в гости? У отца юбилей, у меня приглашение на двоих.

Приглашение? Да, мне уже же говорили, что его отец где-то высоко сидит, а Дмитрий только пока простой милиционер.

– Ничего если буду в костюме? Вечером он вечером должен прийти в пункт выдачи. Я же не так давно переехала. Одеждой пока не обзавелась.

– Как тебе удобно. Может, тогда сейчас съездим и купим? Я тебя пригласил, это будет правильно.

Как мне удобно? Я сама не знала, как мне будет удобно. Возможно, и стоило согласиться, но ехать мне никуда не хотелось. Костюм красивый, а фасон у него универсальный, поэтому я предложила.

– Может, фильм посмотрим?

– С удовольствием.

И мы лежали, обнимались, посмотрели один фильм, второй. Пока не зазвонил телефон. Олег Сергеевич. Сразу ответила, выключая звук у телевизора. Дело оказалось важным, крупный клиент, техник выехал, но он человек, а нужен ведающий. А ведающие техники на больничном или в отъезде. Пронзительный крик младенца на фоне, говорил, что и Олег Сергеевич сейчас очень занят. Поэтому меня очень просят спасти ситуацию, всё необходимое и инструкции мне сейчас пришлют. Такси подъезжает. Я повернулась к Дмитрию, не зная, как попросить его помочь с доставкой аквариума. На моё счастье, Дмитрий сам предложил, я ему рассказала о водяном, чтобы он присматривал за банкой.

Звонок в дверь застал меня, когда надевала сапоги. Привычно проверив полынь с солью, я открыла дверь, и в квартиру ворвалась злющая Светлана. Впервые её такой вижу. Без приветствия спросила.

– Где бабушка Галя?

– В деревне. Ей нехорошо было, а что случилось?

Ответ её сильно расстроил. Что-то явно случилось.

– Не спрашивай! Один провал за другим, а ты куда собралась?

– По работе вызвали.

– Понятно. Кто тебя отвезёт? Ты же не одна собралась? Лидия, маньяк! Я же тебя предупреждала!

Я махнула на Еву, снова нашедшую сковородку и тащащая её к выходу. Светлана задумчиво смотрела на сковородку и никак не могла прийти к какому-то однозначному выводу. Дмитрий явно её успокоил, после его слов она махнула, соглашаясь.

– Я её отвезу. Там водяной в банке, присмотрите, перевернуть банку он не должен, иначе затопит все квартиры снизу.

Светлана прислонилась к стене, что-то обдумывая.

Дмитрий вышел за мной. Я не стала ждать лифт, быстро спустилась, оставляя Светлану в квартире. Забрала из такси сумку и села в машину к Дмитрию. У него была какая-то отечественная машина. По дороге заехали за аквариумом, отменяя доставку.

Когда вышли из машины, я заметила машину скорой помощи на дороге, водитель задумался или что-то ещё произошло, но машина, вильнув, выехала на встречную полосу, скрываясь за грузовиком. Я думала уже услышать скрежет металла и звук удара, но услышала только тормоза. Следом машина показалась из-за грузовика, возвращаясь на свою полосу. Меня что-то остановило, какая-то тревога. Может, конечно, из-за близости больницы, но я не могла сдвинутся с места, пока Дмитрий не потянул меня за руку.

***

Леонид

Захар продолжал спорить со Светланой до приезда в больницу. Даже ёжикам было ясно, она не оставит это дело, и он впустую тратил энергию.

Пока мы ночью ехали на скорой в больницу, в перерывах между их препирательствами, Светлану удалось расспросить об обстоятельствах её знакомства с моей бывшей женой. Мои подозрения не были беспочвенны. Лидия была идеальным кандидатом на роль живца, и если бы не вмешалась тётя Ирма, кто знает, чем бы это закончилось.

По приезде в больницу жгут лопнул и кровь из раны пошла с новой силой, поэтому стало не до разговоров.

Уже перед операционной нам удалось снова поговорить. Полное отсутствие мебели, кроме той каталки, на которой лежал я. Не было персонала, а также толстые бетонные стены старого корпуса, сводили к минимуму возможность нас подслушать. Мы со Светланой вернулись к нашему разговору.

– У тебя забыли спросить! Полозов, мы же не идиоты! Всё было бы нормально!

Вижу, насколько у вас всё под контролем, поэтому сделать ничего не можете.

– У вас больше двадцати трупов за год и не одной стоящей зацепки. Кроме моего конкурента, а вы хотели втянуть не обученную ведающую.

У неё сразу увеличился зрачок, и она перешла в наступление.

– Какого из? Вот, лучше напиши, чтобы никто лишний не услышал.

Кто здесь услышит? Персонал сейчас занят другим. Я отодвинул её блокнот.

– Э, нет, так дело не пойдёт. Сначала нужно поговорить.

Она поморщилась, но не отступила.

– Полозов, ты же понимаешь, что я не буду нарушать тайну следствия.

Мне было что ответить и на это.

– Что же, тогда это лишь мои домыслы и я не стану рисковать, чтобы случайно не оклеветать человека. Доказательств или достоверных сведений для следствия, у меня просто нет. Я до конца от приворота не отошёл, рассудок ещё мутный.

На лице Светланы я видел довольную улыбку, стало интересно, а что же она скажет такого.

– Хорошо, я поняла тогда через полторы недели, когда тебя выпишут. Если, конечно, выпишут, и ты не помрёшь на операционном столе сейчас, кирпич на голову не упадёт, медсестра ампулу не перепутает. Ты же завещание оставил? Лихо и все дела… Всякое может случиться. А там бабушка, твоя бывшая жёнушка совсем одна одинёшенька, родители? Про род твой молчу, не повезло роду золотого полоза в этот раз со старейшиной! Ой, не повезло! Может следующий умнее будет. – Я на Захара посмотрел, тот всё однотонную краску на стенах рассматривает, – Кому ты там свою трещащие по всем швам фирму с производством оставил, а заодно и список, который может помочь всем? Не нынешней же жёнушке? Ты имя-то напиши в завещании, я подожду. Недолго-то осталось. Съезжу на новый труп, возможно, и на твой.

И снова блокнот протянула. Я посмотрел на Захара. Он явно хорошо знал эту черту характера Светланы, и сейчас нервничал, что она побежит проверять. Писать ничего не стал, если я выберусь живым из этой разборки, за такое мне спасибо Захар не скажет.

– Вот на трупе и прочтёшь. Обещаю перед смертью оставить тебе список.

– Дурак ты, Полозов! С тобой всё понятно, а о Лидии ты подумал?

О, как! По имени мою бывшую называла! Значит они по-настоящему подружиться успели. Сомневаюсь теперь, что она Лидию приманкой она сделает. Вот кто её спрятал! Хочешь не хочешь, а эту особенность Светланы нужно учитывать. Медведи всегда были и будут заботливыми.

Только не вышло бы это боком, для той же Лидии.

– Не слишком ли много эмоций для следователя, Светлана Валерьевна? Не боитесь наделать глупостей?

Она бесилась, зрачки стали на всю радужку. Я ей сочувствовал, и если бы не Захар, сейчас рассматривающий стенку, и уже мысленно просверливший в ней несколько десятков дырок, то разговор был бы иным. Я бы заключил сделку со Светланой.

– До тебя мне не дотянуться.

Я подмигнул Светлане, намекая ей на то, что она из-за Лидии, она уже поступилась своим планом.

– А ты продолжай в том же духе, и кто знает? Я благодарен, что Лидия осталась в стороне, но на тот момент это ведь было неразумно…

– Ошибаешься, это…

Она прикусила язык, начала говорить на эмоциях, но очень вовремя для меня, сказала лишнего. Значит, была ещё какая-то причина. Интересно, какая? Я схватил руку и затуманил ей разум.

– Почему вы спрятали Лидию?

Моя сила подействовала на женщину, и она начала говорить.

– Зрящая предсказала её гибель.

От кулака Светланы, прилетевшего в челюсть, едва не упал с каталки. Рука у Светланы была тяжёлой, и попала очень неудачно для меня. Это было точно не всё, что могла сказать Светлана, но лучше, чем ничего.

К тёте Ирме съезжу снова, скорее всего, той зрящей, была именно она. Теперь знаю, в каком направлении мне двигаться. У меня пять имён и тётя Ирма, которая дала слово Лидии, не рассказывать о её местонахождении, и, возможно, ещё о чём-то, но тётка была мудрой женщиной, сможет дать наводку.

С каждым из подозреваемых нужно найти повод встретиться и поговорить, одно радует, Захар оказался прав. На фирме дела были плохи, но не катастрофичны. И без моего прямого вмешательства должны справиться. Теперь у меня есть уважительная причина для больничных и всех проверок из налоговых, на которых я обязан был присутствовать лично, пожарной инспекции и прочих организаций, решивших провести внеплановые проверки, придётся довольствоваться моим новым заместителем — Захаром.

Когда закатили в операционную, от общего наркоза я отказался. Вспоминая слова Светланы, попросил перепроверить ампулу. Знакомый врач сначала ругался, обвиняя в недоверии, но, когда ампула оказалась у него в руках — замолчал.

– Леонид Константинович, не понимаю. Как такое могло произойти?

– Прокляли меня, Александр Васильевич, поэтому если что-то может пойти сегодня не так, то оно пойдёт по худшему сценарию.

– Не обрадовали вы меня этой новостью. Но вы не первый и не последний. Схема лечения у меня и для проклятых отработана. Так, давайте ещё антибиотик посильнее назначим! Перекроем дополнительные риски, а пока Мариночка несёт другой препарат, я вам его лично сделаю. И срок годности проверю! Не волнуйтесь! Всё под контролем, нужно было сразу об этом сказать.

У врача были золотые руки, операцию он сделал быстро, пулю извлёк, рану зашил. Кость не пострадала. Но для контроля отправили меня на рентген. Только рентген аппарат сломался аккуратно передо мной. Сломалась моя каталка, пока меня возвращали в палату. Отвалилось колесо, я успел среагировать — приземлился на здоровую ногу, а вот медбрату не повезло. Каталка упала ему на ногу и рентген, понадобился уже ему.

С помощью Сергея я допрыгал до палаты, хотел договориться с врачом сразу о выписке, но у него округлись глаза.

– Леонид Константинович, у вас пулевое ранение! Это не шутки! Как я вас после операции сразу отпущу? Это не серьёзно. Этому аппарату давно пора на пенсию, что вы, право?! Сейчас портативный привезут рентген, не первый и не последний раз пациенты с проклятиями у меня.

Когда портативный аппарат закоротило, врач не потерял уверенности.

– У нас есть запасной и специалистов уже вызвал! Сейчас из проверенного места приедут и всё наладят, у меня в прошлом году было три пациента с проклятиями одновременно! И ничего! Приехали, наладили, и всё замечательно работает, ещё и с проклятиями посоветовали к кому обратиться. Пусть свои деньги отрабатывают. Лежим и отдыхаем. Сейчас вы пациент.

– Александр Васильевич, давайте я домой? А завтра, когда всё наладят, я приеду. Всё необходимое на сегодня вы мне сделали, если что-то пойдёт не так, я сразу вернусь.

К вечеру так и не дождавшись техников, на этом и договорились. Я поехал домой, перед этим дал контакты той фирмы, услугами которых пользуюсь я. В ней хорошие специалисты работают и ведающие знающие.

На ближайшем перекрёстке, потеряв управление, в нас едва не врезалась скорая, выехавшая на встречную полосу движения. Молниеносная реакция Сергея позволила избежать столкновения.

Приехав домой к другу, я задумался о ситуации в больнице и на дороге. Погибнуть самому не хотелось, но потянуть за собой ещё кого-то, мне не хотелось ещё больше. А если эта череда неудач перейдёт и на мой род? Кто знает, как поведёт себя лихо после моей гибели? Бывали случаи, что лихо приводило к гибели семьи, переходя от одного члена к другому, а за мной целый род.

Я не мог вспомнить ни одного заговора или отвара, способного ослабить этого духа. Приехав в квартиру, долго думал, ища в своей памяти ответы и выход из сложившейся ситуации. К бабушке нельзя, остальные не видели, насколько она ослабела, но я, как старейшина, видел её силу. Единственное, что она сейчас могла — забрать лихо себе, а этого позволить не мог.

И я долго сидел, невольно смотря на стол с каменной мозаикой, изображающей змея. За окном давно стемнело, а время близилось к полуночи. «Гад недобитый!» так и слышал обиженный голос. Я почувствовал тепло от столика, и в этот момент вспомнил один старый сложный заговор, который должен заставить лихо заснуть на пару недель и дать мне время. Но сработает ли? Попробовать стоит. Это была игра ва-банк, как только амулет перестанет действовать, если я не найду способа избавиться от лиха, то отсрочки больше не будет. После подобного сна, лихо, в момент пробуждения, будет в десятки раз сильнее и получит больше, чем взял бы за всё это время. Но с этим амулетом, всё должно остановиться на мне при любом раскладе.

Я достал свой ритуальный нож, нашёл у Захара подходящую кость и стал медленно чертить руны, призывая свою силу. С каждым движением ножа вкладывая силу в кость и высекая свои намерения. До восхода следующего дня, нужно успеть закончить и не ошибиться.

Глава десятая. Первое имя

Лидия

Больница была одной из крупнейших в городе. Несколько корпусов на большой территории, три старых двухэтажных здания из кирпича, украшены каменными мозаиками на торцах. Здания хоть и старые, но ухоженные, был виден хороший ремонт, новые окна и раздвижные двери современные пандусы. И четыре совсем новых корпуса из стекла и бетона, этажей по восемь каждый. Наверняка на их месте раньше был парк со старыми деревьями, но и их вырубили для строительства необходимой инфраструктуры. Почему-то стало неприятно и обидно за деревья, росшие на этом месте столько столетий, а теперь безжалостно спиленных в угоду человека. В больнице оказалось всё не так просто, как мне бы хотелось. Поэтому я отправила Дмитрия домой, попросив по пути забрать мой костюм. Дмитрий взял с меня обещание, что я буду на связи и сброшу ему номер такси, когда поеду назад. Поцеловав на прощание, легко это пообещала ему. Переговорив со своим руководством и получив разрешение на свободу действий, я поставила защиту именно от духов, а не от проклятий. Слишком явно ощущала энергию духа-паразита, хоть его в больнице уже не было. Учитывая, насколько сильна энергия места, я не взялась определить, какой именно паразит, и имел ли он носителя или просто заглянул на огонёк подпитаться здешней атмосферой. Но больше проблем с оборудованием, он не принесёт. Повернулась к врачу. Он немного выше меня, крепкий, лысый мужчина с большими руками. Ему было уже за пятьдесят, приятный в общении, интеллигентный. Потому как к нему обращались сотрудники, было видно: его уважают, любят и немного боятся. Он не мешал, заполняя свои бумаги, но и не уходил. Всё время сопровождая нас с местным ИТРевцом. – Александр Васильевич, я закончила. Та причина, по которой оборудование вышло из строя, больше не сможет повлиять на его работоспособность, до следующего техобслуживания точно. Ещё раз приношу извинения за задержку. В офисе разбушевался грипп. К нам подошёл сотрудник ИТР. Смуглокожий, черноглазый и очень улыбчивый парень, скорее всего, мой ровесник. Он молча слушал наш разговор. – Лидия Ивановна, что Вы! Главное теперь всё работает! Но забавно, вас грипп, у нас, как Вы сказали, дух. Уже ночь, как Вы смотрите на чашечку чая с конфетами? Мне бы очень хотелось узнать о духах, о которых Вы упоминали. Посмотрела на часы, с ужасом осознавая, что ждёт меня дома. Время было к полуночи. Водяной и Бальтазар наверняка устроили рагнарёк в квартире. – Александр Васильевич, уже поздно. Мне пора, а духи — это существа, появившиеся из стихийной энергии. Духи живут рядом, некоторые не могут видеть мир людей и ведающих, только чувствовать, как и мы их. Есть те, что живут с нами в симбиозе, как домовые и не только видят, но и взаимодействуют, а есть те, что научились пить силы, энергию, забирать всю удачу — паразитировать. Вот и вас был какой-то паразит. Мир духов очень разнообразен, как и в любой экосистеме у них есть свои ниши. Этот дух ушёл до того, как я пришла, поэтому, если вдруг возникнут снова подобные проблемы, не с оборудованием, на нём теперь защита и духи ему не страшны, — череда необъяснимых неудач в короткий промежуток времени, позвоните мне или через Олега Сергеевича свяжитесь со мной, чем смогу — помогу. Насколько поняла, Александр Васильевич был заведующем хирургическим отделением, и из-за сбоя в работе аппаратуры, ему пришлось остаться на внеплановое дежурство. – Лидия Ивановна, как жаль, что столь поздно, я бы с огромным удовольствием послушал о духах больше. Но, понимаю! Поэтому не смею больше задерживать. Сам бы с удовольствием отправился домой. Вы не против, если Кирилл Вас проводит? Так этого улыбчивого парня звали Кирилл. Я покачала головой, скосив глаза на своего коллегу, а затем подмигнув совсем скисшей Еве. – Спасибо, но откажусь. У меня есть провожатый, и моему коллеге может понадобиться помощь. Посмотрела на коллегу, который не отрываясь махнул мне на прощанье. Вызвала такси, мельком глянув номер машины, высветившийся на экране и переслала его Дмитрию, вышла на улицу ощущая лёгкость и прилив сил. С чем могла, тем помогла. Села на остановку, смотря на пустой город и редкие машины. Температура воздуха была плюсовой, а ночь замечательной. Не было ветра, пахло снегом и сыростью, густой туман обволакивал город. Огни города размывались в молоке влажного воздуха.

Завтра похолодает и, возможно, выпадет снег, на перемену погоды воздух наполнялся силой. Сила медленно, но неумолимо растекалась и по моим венам. Сейчас бы погулять, дыша ночным воздухом. Вспомнился Леонид, он ведь в этом городе. В груди ныло, мысли возвращались к нему и в этот раз я стала их гнать. Интересно, увидимся ли мы? Обида не прошла, но иррациональная тревога, засевшая в груди, не давала мне покоя. И мне хотелось его увидеть, просто чтобы удостовериться — с ним всё в порядке. Вот как человек, с которым мы так мало были знакомы, ещё и при таких обстоятельствах, может не выходить из головы?! Несмотря на всё произошедшее, я не желала ему зла. Пусть будут счастливы, и я обязательно буду. Я так задумалась, что не заметила приехавшую машину, пока свет фар не ослепил меня.

***

Леонид

Закончил я быстрее, чем ожидал, ещё не было и двух ночи. Сразу надел амулет. Собирался ложиться спать, нога ныла, отвар и лекарство полностью боль не снимали, и усталость давила на мышцы, хотелось лечь и расслабиться. Эти сутки выпили все силы. Чуть подумав, решил перетащить столик на кухню. Лидка успела вложить в него какой-то заговор. Тепло шедшее от столика и пришедшую идею, я связывал. Пока есть возможность быть ближе к этой вещи, нужно не упускать возможности. Опираться на ногу я не мог, ходил только с костылём, поэтому перетащить каменный столик, стало той ещё задачкой. Пока я перетаскивал на кухню столик и раскладывал диван, Захар вернулся домой. Не ожидал увидеть его одного, особенно после того, как на Светлану было совершено покушение. – Где Светлана? Как ответ на мой вопрос, в квартиру зашла разговаривающая и ругающаяся по телефону женщина. Выражения она не выбирала. Из обрывков я понял, что на том конце провода последнюю совесть потеряли, Светлана двое суток не спала, они парнокопытные, никуда она не поедет, пока не поспит хотя бы часов шесть. А затем она резко замолчала и согласилась ехать в дежурную часть. Что-то случилось, уже на выходе стала набирать кого-то по телефону. Но абонент был вне зоны действия сети. – Чтобы тебя… Возьми телефон! Я вспомнил слова, сказанные мне в больнице: «Зрящая предсказала её гибель». Предсказания тёти Ирмы было сложно изменить. Я чувствовал дурное. – Светлана, что случилось? – Девушку на остановке сбила машина. Машина скрылась, забрав тело. Вызвал таксист, которого ждала женщина. Дело по нашей части. Следов нет. Я сосредоточился на Лидии и ничего не почувствовал. Она исчезла! Я запретил себе думать о её смерти. Пока не увижу своими глазами обратное — она жива. Быстро оделся, вызывая Сергея с Борисом. Останавливая Светлану с Захаром, собравшихся выходить из дома. Уже в машине уточнил, набирая сообщение. – В отделение или на место преступления? Светлана, не задумываясь, ответила:

– В отделение. На месте была Ирма Станиславовна. После её силы там делать будет нечего, своим колдовством всё забьёт. Если что-то будет по нашей части, она найдёт. Можно будет съездить, посмотреть визуально, но после. Ты её чувствуешь? Вы же связь не порвали? Если бы сейчас мои сожаления имели хоть какую-нибудь пользу, то я бы в них погрузился. Но сделанного не воротишь, отправив сообщение Сергею, отвернулся, смотря на мелькающие огни. – Я порвал. Но чувствовал иногда. Сейчас она исчезла. С другой стороны, если бы погибла, я должен был бы ощутить. Что именно видела Ирма Станиславовна? Она обернулась и несколько секунд смотрела мне в глаза, прежде чем ответить. – С твоим лихом ты мог пропустить момент гибели Лидии. Ирма видела тело Лидии в Кардагане, поэтому мы её и отправили сюда. А на днях видела посмертный дух в лесу, недалеко от вашего дома, на закате дня. Около двух берёз, сросшихся в одну. Нужно прочёсывать лес в том месте. У нас не хватит людей. Людей хватит, нужно чтобы кто-нибудь скоординировал работу, и этим займётся Борис, когда мы закончим с тем, что я задумал. Только нужно проверить догадку:

– Людей я обеспечу. Светлана, а в милиции сейчас дежурный Степаненко? Светлана в этот раз смотрела на меня, через зеркало заднего вида. – Да… Ты думаешь, он причастен? Он тот ещё мелочный жулик, но на такое... Я показал на свой бардачок, где был жучок. Я об этом человеке подумал, когда Захар рассказывал о том, как его чуть не подставили. Сергей навёл осторожно справки, он дежурил в тот день. Я с ним периодически встречался по делам рода и несколько раз по делам фирмы. Впервые с ним встретился после того, как один из моих бывших сотрудников повёлся на уловку мошенников, и я был вынужден обратиться с заявлением в милицию. Моя фирма находилась на территории Степаненко Фёдора Владимировича, и заявление отдал именно ему. Он мне сразу запомнился, своими маленькими алчными глазами и предложением ускорить расследование, а также наладить доверительные отношения за дополнительную сумму. Тогда решил нанять дополнительного хорошего юриста, и он держал это дело под контролем, посылая необходимые запросы. И, о, чудо – мошенников в итоге нашли. Но Степаненко закусил на меня, только сделать ничего не мог, пытался копать под меня, но не преуспел. В моей биографии были тёмные пятна, только найти нужный след, он не смог. Никто не смог, были ещё желающие. Если делаешь что-то плохое — делай это хорошо. Если защита рода требовала этого и закон был бессилен, я мог зайти за грань. А во всём остальном я был чист. Даже в фирме не было просроченных огнетушителей и задержек с отчётностью. В этом я был последователен и методичен. Сейчас проверим — Степаненко или нет. Я снова показал Светлане на бардачок, а потом к себе на ухо. Догадалась, что нас слушают. – Да. Тебе не кажется подозрительным, то происшествие с Захаром в его смену, и сейчас? Вновь Лидия исчезла в его смену, что-то мне подсказывает, убийство в парке было в его смену. Давай я Степаненко пару вопросов задам? Применив свою силу? Пока никого нет. И если он что-то знает, он всё расскажет. Если нет, у него случится обморок и он всё забудет. Тебе нужно просто провести меня в его кабинет, ситуация экстраординарная, можно применить нестандартные методы. Она, не задумываясь, согласилась, думая, я блефую или пытаюсь просто спровоцировать на необдуманные действия. Это было противозаконным. Нельзя применять свою силу на представителях власти. У меня был другой план, о котором ей знать не стоило, этот ублюдок, если он причастен, расскажет всё. Если что-то делаешь плохое, делай это хорошо. Впереди показалась машина Сергея, неприметная, серая, каких тысячи с шашечкой от такси. Чуть дальше такая же, но без шашечки, стояла машина Бориса, рядом с ним на пассажирском сидении, сидела кукла в пальто идентичному тому, что сейчас на мне. Захар, не глуша мотора, остановился, а я бесшумно вышел из машины. Борис и Сергей были близнецами. Светлана догадалась, что я решил сделать нечто большее, чем обычная провокация, и попыталась остановить, но Захар нажал на газ, увозя её. Не в его интересах позволить ей мне помешать. Я, опираясь на костыль, как можно быстрее заковылял к машине Сергея, простреленная нога совсем перестала слушаться. Борис же должен был выехать за город, нарушая правила скоростного режима, тем самым обеспечивая нам алиби камерами, фиксирующими нарушения, отправится к бабушке в загородный дом. О его алиби мы позаботились заранее, ещё задолго до этой ситуации. У него была возможность покинуть дом, вне камер наблюдения, под которыми он входил. Ситуации бывают разные и иметь подобную подстраховку — не лишнее. Сергей сменив номер, завёл машину, и мы поехали к парковке около управления. Степаненко вышел из здания, мы планировали подъехать к нему и усадить в нашу машину. Но интуиция меня остановила. Я доверял своему чутью, поэтому в последний момент всё переиграл. – Сергей, газуй к управлению, пусть Борис убирает куклу и сам поезжай в деревню. Борис, как вернётся домой, пусть едет сюда. Я подъехал в тот момент, когда вышли из машины Захар со Светланой, закончив ругаться. Я им махнул и подошёл на встречу, опираясь на костыль, смотря вслед удаляющейся машине якобы такси. Из управления вышли ещё ведающие, и достаточно чётко, но, не повышая голоса, объяснил влюблённым голубкам. – Я решил в деревню отправить Сергея, а самому присоединиться к нему позже… В этот момент холод сковал всех стоящих на улице. Ужас, когда ты видишь приближающуюся опасность и знаешь — тебе не сбежать, как бы быстро не бежал. Ноги приросли к земле. С движением силы все услышали шёпот, похожий на скрежет когтей по стеклу: «Отдай мне своё сердце»! Оперативник, стоящий справа от меня, поддался влиянию существа, и его напарник одним ударом выключил его, я же положил руку на плечо Сергея, выводя его из-под влияния незримого существа. Наваждение схлынуло так же внезапно, как и пришло, мы обернулись на сбегающего Степаненко, но он лежал на земле, и пена шла из его рта. К нему кинулись его коллеги, а мы втроём переглянулись. Если бы это произошло около моей машины, объяснить было бы сложно. Кто-то нас за малым не переиграл. Кто же это? И что за тварь он прислал за своей пешкой? Очень быстро собрались милиционеры, следователи городского управления из обоих подразделений: ведающих и людей. Среди людских мне запомнился голубоглазый мужчина со сковородкой в руке, в другой ситуации мне бы это показалось забавным, но не сейчас. Светлана, заметив его, отошла к нему, они несколько минут напряжённо спорили. Пока не развернулись и не пошли к нам. Захар, несмотря на всю ситуацию, остался верен себе. – Капитан, на блины собрались? По взгляду мужчины он бы врезал Захару сковородкой, если бы не Светлана, сразу вставшая между ними. Я бы и сам Захару сейчас врезал. Светлана обратилась к мужчине, гася его гнев. – Дмитрий, Леонид и его друг Захар, они помогают в поисках Лидии. Сейчас отправятся в Малахитовку, по нашим данным, там может быть зацепка. Мужчина смотрел на меня с вызовом и агрессией. – Это бывший муж, почему он не в круге подозреваемых, а помогает в поисках? Я не отвёл взгляда. – Сегодня бывший, завтра нет. Какое это имеет значение сейчас? Моя жена пропала, и моё желание её найти естественно. Светлана на секунду закрыла глаза, а затем повернулась к нему. – Успокоились оба. Каждая минута на счету, а мы ничего не делаем. Леонид непричастен к пропаже Лидии. Я готова поручиться за него и оставьте сейчас статистику в сторону, Дмитрий. Я помню, что в 70% преступления совершаются близкими, не в этом случае, сами понимаете, как всё сейчас можно повернуть. Мы все хотим её найти. И очень надеюсь — живой. Мы с вами сейчас съездим на квартиру. Лидия из рода зрящих, вдруг что-то найдём. Захар среагировал мгновенно. – Я с вами. – Нет, ты едешь в Малахитовку с Полозовым, он на такси приехал, если ты забыл, а мы его машину взяли. И если ты продолжишь мешаться под ногами, я посажу тебя в камеру. Это последнее предупреждение, Захар! Этот Дмитрий дал сковородку Светлане со словами: «Жду в машине», та машинально взяла, следом отдала её Захару. Тот примерялся швырнуть чугунный предмет в голову мужчине, но, посмотрев на меня, передумал. Весь разговор я смотрел больше по сторонам и заметил ещё одно ведающего в окне. Внимательно наблюдавшего за всем, но так и не вышедшего. Я запомнил его лицо. Сначала сделал несколько шагов к машине, а потом остановился. Мы с Захаром дождались пока Светлана, а затем набрали Ирму Станиславовну, с просьбой провести нас в управление. Мы несколько часов искали, но не нашли никого похожего. Ирма Станиславовна проверила камеры, но тот участок они не снимают. Я посмотрел на часы, было без пяти минут пять утра, и я догадался, что произошло. – Захар, кого ты видел? – Крупного лысого мужика. – А я видел мужчину среднего телосложения, с короткой стрижкой. Нас снова провели, и мы зря теряем время. Кто бы это ни был из управления, он отвёл нам глаза. Мы его так не узнаем, и его уже нет в здании. Поехали в деревню.

Глава одиннадцатая. Проклятый старый дом

Лидия

Машина ехала на меня! Инстинктивно попыталась отступить, понимая — всё бесполезно! Позади холодное стекло остановки, которому плевать на едущую машину, но его не оказалось! Я упала на холодную землю. Никакой остановки не было. Шла снежная крупа, а вокруг был практически пустырь. Лунный свет, с трудом пробивающийся из-за туч, почти не освещал, тонкий слой снега не особенно помогал увидеть поле вокруг, но я прекрасно осознавала окружающее пространство. Именно осознала, я не могла видеть из-за темноты, не совсем чувствовала. Я просто знала — вокруг меня практически пустырь, редкие деревья, покрытые небольшим слоем снега, нельзя было никак иначе назвать.

У меня не возникало глупых вопросов, о том — где я. Я перешла в мир духов.

Вспомнились слова Евы, сказанные мне не так давно: «Что нам нужно, от рождения знаем». Сейчас я понимала — не всё, она тогда немного слукавила, но какие-то базовые вещи — да.

Мысли стали кристально чистыми, память услужливо подкинула мамину сказку, о заблудившемся королевиче в волшебном лесу и едва не оставшимся в нём навечно. Я должна вернуться, но внутри предательски зашептало «Зачем?». Затем. Бальтазар там… А ведь он придёт, если позову. Рождённый в ночь первого снега, ушедший искать близких по духу совсем щенком, он сможет перейти черту. Но сможет ли вернуться в мир людей, если захочет? Он пока щенок, рисковать не стоит. Был бы у Евы свой дом на той стороне, она бы без проблем мне помогла, а так её нельзя призывать на эту сторону. Бабушка Галя, коль знала, где я, смогла бы вернуть. Но она не знает. А ждать опасно, если забуду свою человеческую сущность, останусь в этом мире. Разве это было бы плохо? Не знаю. Подумаю, когда вернусь в человеческий мир, не раньше. Только как в него вернуться? Этого на моей подкорке не было. Скорее всего, связано с силой деда. Со способностей хозяев леса перемещаться. Я была на грани жизни и смерти, поэтому перешла инстинктивно, но как это сделать в этой пустоте? Парк! Если пойти в место силы, вдруг получится? В парке было сердце. Почувствовала, где он находился, и шагнула навстречу.

Я шла по той земле, где стояли здания, лежал асфальт. Сейчас хоть немного всё припорошил снег, а вот летом, наверняка это место выглядит жутко. Жалкие клочки газонов, измученные свинцом и бензином, деревья, стареющие преждевременно. Отсутствие жизни на таких пространствах, будет ужасающим. И редкие попадающиеся духи, не поменяют её.

Перед глазами ожила картина: жаркое солнце, палящее без устали и ярко освещающее бесплодные участки под зданиями, длинные ленты голой земли под дорогами, безжизненные пустыри под площадями и заводами. Ветер, поднимающий невесомую пыль…

Пришлось тряхнуть головой, прогоняя неприятное наваждение. Это всё после, мне нужно вернуться.

Но ноги больше не шли, я чётко осознала: мне не хочется возвращаться. Я всем своим существом ощущала зов. Дальше есть красивый лес. В нём совсем слабый леший, если он посмеет оспорить мою власть, просто прогоню его! И все мои попытки уговорить себя вернуться, разбивались об мои чувства. Я нужна здесь, это мой дом! Мне нужно защитить оставшийся лес и тех, кто в нём обитал, они ждут меня!

Тогда я сосредоточилась на Еве и Бальтазаре, на Семёныче… Сначала нужен дом на стороне людей. Нужно что-то, что поможет перейти границу им и мне, а для этого я должна вернуться. Назад. Только как сделать шаг вперёд, когда ноги не хотят идти? Ноги налились свинцом.

Сердце… Я же помню движение силы в парке. Редкие глухие удары… Сосредоточилась на них и усилием воли сделала шаг.

Ветер ударил в лицо. Я ощутила хлопо́к и оказалось около старого двухэтажного бревенчатого дома, он был поднят над землёй ещё на полметра. Внизу было ещё помещение, не совсем подвал — подпол. Подвал есть, но он ещё ниже. Тёмные провалы окон с лопнутыми слюдяными окошками, покосившаяся дверь. Щели между брёвен, мне показалось, сама темнота идёт из дома. Чёрными клубами тумана спускаясь и рассеиваясь.

Вокруг дома деревья, совсем не старые, а позади меня журчал ручеёк. Это парк! Я где-то около озера, а сила идёт именно из дома. Как и запах тёмного колдовства! Вместе с темнотой, именно эта вонь сочилась из щелей.

Выбора, как и времени, особого не было, с каждой минутой я чувствовала всё сильнее зов леса, поэтому шагнула на старинную лестницу, надеясь, что она меня выдержит. Ступенька скрипнула, но не провалилась. Вторая, третья, четвёртая, на пятой ступеньке пришло осознание: ведь это дом моего деда!

И я смелее открыла дверь. Думала, этот туман хлынет мне в лицо, но нет, он сочился из подвала, проходил туманом по полу и выходил из всех щелей. В центре комнаты этого тумана не было. Была большая печь, красивый стол с ветхой скатертью и деревянной посудой на столе. Деревянные резные стулья. Складывалось впечатление, хозяева вышли на минутку и не вернулись. В этот момент мне стало страшно, и слёзы навернулись на глаз. Что же здесь произошло?

Подошла к столу и заметила книгу на стуле. Хотела дотронуться: «Рано!», и оказалась в ледяной воде! С трудом выплыла на поверхность. Я была на середине озера.

Кричать бесполезно и не нужно привлекать внимания. Нельзя, чтобы это место кто-нибудь нашёл. Если выпустят ту пакость в подвале, этот маньяк покажется мелочью. Это всё я осознала, снова уходя под воду в пуховике и пытаясь плыть к берегу.

Кое-как выбравшись из воды, я откашлялась и попыталась встать. Но ноги подкашивались, было очень холодно, а силы как будто остались на той стороне. Но в этот раз я могла призвать Еву, что немедленно и сделала.

– Отключи питание камерам, где я буду идти, ты же знаешь, как это делать?

Она не знала, но я объяснила, что нужно просто прекратить подачу тока! Как с утюгом, когда он загорался. Ева поняла. Отключала те камеры, где я шла и предупреждала меня о них.

Только перед домом я появилась на камерах. Если Ева ничего не напутала.

Поздоровавшись с Авдотьей, вызвала лифт.

– У вас с бабушкой Галей, гостьи. Лидия, не соглашайся с предложением. Нитка тонка, порваться может. Не рискуй.

– Спасибо, Авдотья.

С чем не соглашаться я не поняла, но придёт время пойму.

– Спасибо не булькает, не просто так прошу, просьба будет, но потом.

– Чем смогу, если нитка не порвётся.

Она отхлебнула чай и улыбнулась. Лифт приехал и уже когда закрылся, Авдотья заговорила.

– Не забывай кто ты и не порвётся. Несахарная, не растаешь.

Лифт поднимал меня выше, а вопрос, о какой именно из сторон своей личности не забывать — остался. А ведь я лесной дух! Теперь понятно, почему мужики теперь так кружат и прохода не дают. Лесные духи этим трюком тысячелетиями пользуются, заманивая одиноких путников и поглощая сердца. После таких чар околдованные сами рады отдать силу и сердца… Мама, видимо, поэтому отворот сделала. Знать бы только как… Сейчас бы им воспользовалась.

Подумала о Дмитрие, интересно, а почему он мною заинтересовался? Сам? Или я невольно его околдовала?

На площадке под дверью сидел Бальтазар и жалобно на меня смотрел. Его домой не пускают. Провела по его голове рукой и открыла дверь, чтобы встретиться глазами со Светланой.

– Лида…

Рагнарёк устроили не моя троица, а эти двое. Они устроили в моей комнате полный разгром. Я на секунду забыла, насколько замёрзла. Подняла руку и показала на свою комнату на Светлану, на Дмитрия. Ещё Ева в ухо заверещала о сковородке! Что она оставила её Дмитрию и почему у него нет её. Светлана посмотрела на комнату и немного виновато проговорила, уже несмотря на меня.

– Мы думали, что тебя похитили.

Я сразу вспомнила о машине и стала скидывать мокрую одежду. Дмитрий очнулся и начал помогать.

– Ждала такси, вдруг меня ослепили фары и спаслась чудом. Секунда и искать никого не пришлось. Если бы не моя сила, осталась бы навечно на остановке. Похищать меня точно не собирались.

Скинув одежду до белья, я отправилась в ванную комнату. Светлана принесла мне одежду в ванную, пока отогревалась под тёплыми струями воды, и Дмитрий не слышал.

– Поясни мне, пожалуйста, ты обернулась? Или что?

– Свет, дай мне время, пожалуйста. Меня только чуть не убили.

Время она мне давать не собиралась.

– Так, сейчас приводишь себя в порядок и в отделение, нам нужны показания. Рассказывай сейчас мне, скажу, что говорить, о чём молчать.

Я выглянула из-за шторки.

– Мне рассказывать нечего. Сидела, никого не трогала, машина… От испуга перешла на ту сторону.

Полное непонимание в её глазах, пришлось пояснять.

– На ту сторону реки. В мир духов, Светлана, как в сказках. В нём живут большинство духов. Дай мне отойти, я с таким трудом вернулась, думала, останусь там. У меня тут якоря нет…

Она несколько минут думала, прежде спросила.

– Так, ты правда можешь видеть духов… А сможешь определить, что за дух был в этом месте?

Я снова выглянула, что она хочет?

– Смотря какой и как давно это было…

Светлане моего ответа было достаточно, она что-то почувствовала и теперь это отпускать была не намерена.

– Лида, собирайся быстрее! Про это молчи, говори — спаслась с помощью своей силы! Сама ничего поняла и ты уже около дома. Сила проснулась недавно, оборот контролировать пока не научилась. Не соврёшь и правду не скажешь, про ту сторону, никому знать пока не нужно. Вопросов не будет, этого объяснения должно быть достаточно. Поняла? Давай быстрей!

Я аж опешила от её напора, меня чуть силком из ванной не вытащила, если бы не Дмитрий, то она вывела бы без куртки и шапки, под предлогом: в машине не замёрзну. В этот раз взяла с собой Бальтазара и Еву. Ева всё о сковородке говорила, поэтому едва сев на заднее сидение, сразу спросила.

– Дмитрий, а где сковородка? Её тебе передал дух, предварительно заговорив. Сковородкой, если что, можно от духов защищаться.

Они вдвоём на меня обернулись, а потом переглянулись, Светлана спросила.

– А ещё такие сковородки есть?

Она сейчас смеётся?! Ева от злости аж покраснела, они потеряли её столь ценный подарок!

– Нет, конечно. В эту мой дух вложила много сил, она единственная такая, поэтому и спрашиваю. Она говорит, Дмитрию для защиты подарила.

Вместо ответа, Дмитрий завёл машину и резко тронулся. Ответила Светлана.

– Я спрошу кой-кого. Надеюсь, сковорода цела. Чувствую — пригодится. Кстати, видела твоего бывшего.

Что она о нём заговорила? Видела и видела.

– Пошёл он.

– Так и подумала. Только ему твоя помощь очень бы пригодилась. Возможно, вопрос жизни и смерти.

Я посмотрела на Дмитрия, машина слишком быстро набирает скорость. Леонид не был слабаком, по словам Светланы, поэтому помощь необученной ведающей, ему явно не нужна. Что она задумала?

– Ему есть кому помогать. Давай тему о нём закроем, ты обещала.

Она тяжело вздохнула.

– Как же всё сложно… Помню. Тебе, после случая с Дианой, обещание не рискну нарушить. Телефон разряжен, а мне позвонить срочно нужно, есть зарядка?

Светлана посмотрела сначала на Дмитрия, но тот, сжав губы, только покачал головой, а потом обернулась на меня и рядом сидящего Бальтазара. У него точно нет, как и у меня.

– Ты меня чуть в трусах из квартиры не вытащила! Откуда у меня зарядка?

Прокляла я Диану. Тоже мне, подумаешь… За дело. Но правильно, обещания лучше держать.

В управление приехали без десяти минут пять утра. Несколько минут ходили перед ним. Я отчётливо чуяла ставшее мне знакомым колдовство. Но оно было несколько иным, чем в дедовом доме, скорее как на озере.

– Я не могу сказать, что за дух был. Точно не паразит. Но пахнет также, как в парке, перед тем как убили ту девушку. Один в один. Но это не совсем чары духа или не его одного, слишком много примесей. Сложно.

Нюхая эту гадость, стала различать оттенки. Светлана плюнув на всё, повела меня давать показания, а я пыталась занюхать эту мерзость, дыша мешочком с лавандой, который дала бабушка Галя.

Светлана кого-то искала, открывая все двери подряд, пока на встречу не вышла Ирма Станиславовна.

– Уехали пару минут назад, бесполезно искать, Светлана. Лидочка, как я рада видеть тебя живой и здоровой! Мы всю ночь не спали, боясь опоздать. Светлана, вторые сутки не спит, вчера на неё совершили покушение, сегодня на тебя…

Пока я рассказала о произошедшем и мне о произошедшем сутки назад, Светлана нашла зарядку для телефона и вышла кому-то позвонить.

– Уже на половине пути к Малахитовке? Жаль. Очень. Сковородка у вас? Вот и отлично, не потеряйте, оказывается, очень ценная вещь. Да, блины печь и не только.

Сначала думала отказаться от предложения Дмитрия подвезти меня в квартиру, но Светлана меня убедила согласиться. Наконец-то и аквариум занесли. Дмитрий не спрашивал о Леониде, я сама рассказала, пока помогал убирать учинённый ими разгром.

– Мы с Полозовым были женаты неделю, в шабаш познакомились. Всё произошло очень быстро, поехали в тёплые края. Прилетела его бывшая — настоящая, я застала их вместе и настояла на быстром разводе. Вся эта ситуация больно по мне ударила. Плюс с этим маньяком и сменой имени, я не знала, что рассказывать, а о чём лучше молчать. С моим языком без костей, рот не открывать — самая верная стратегия…

Дмитрий подошёл и поцеловал меня, прерывая объяснения. На этом вся уборка закончилась.

***

Только в обед, с трудом открыв глаза, быстро раскидав оставшееся по местам, я зашла в самую главную комнату в этой квартире — кухню, и заметила разбитую банку с водяным.

Обернулась на Дмитрия, мне водяной ничего сделать не сможет, а вот ему очень даже, этот водяной силён.

– Дим, тебе пора. Заезжай к шести, буду готова. – Ева его одежду уже держит, в этот раз я заметила, как нервно дёрнулась его бровь, при виде висящей в воздухе одежды. – Дима, водяной сбежал, тебе сейчас опасно в квартире быть, за квартиру он выйти не сможет, но тебе стоит уйти.

Его мои аргументы явно не убедили, но он стал одеваться.

– А тебе неопасно? Давай Светлане позвоним?

Я ему лукавила, водяной был сильным духом, а я к серьёзной стычке была не готова.

– Нет. Мне неопасно. Светлане сюда категорически нельзя, этот водяной может, как и лесные духи, околдовать. Слышал о мавках, сиренах и прочих духах, способных наводить желание, особенно на противоположный пол? Вот и он также может, этому нужно уметь сопротивляться или любить так, чтобы никто не смог повлиять на тебя.

– Ты понимаешь, что сейчас сказала всё, чтобы я не ушёл? Или ты влюблена так, что он на тебя повлиять не сможет?

Какой скользкий вопрос и хитро смотрит. Что же делать? Просто вытолкать не получится, мы слишком в разных весовых категориях. И что же придумать?

– Дима, я внучка лешего. Со мной такие фокусы не работают и подобным не напугать. И в принципе после вчерашнего испугать теперь сложно.

Он несколько секунд обдумывал информацию, его взгляд изменился, а потом спросил.

– Ты меня околдовала? Ты сказала о лесных духах, леший же лесной дух?

Тяжело вздохнула, прежде чем начать говорить. Я сама точно не знала.

– Да, меня с некоторой натяжкой можно к ним отнести. Если и околдовала, то непреднамеренно. Можно легко проверить: такое быстро проходит, если пару дней не встречаться. Это был ненамеренный приворот. Я пока не нашла способа полностью свести на нет эту сторону своей силы…

Я чувствовала нарастающую злость водяного и, помня его силу, вытолкнула, с помощью Евы Дмитрия на лестничную площадку, только в одних штанах. И захлопнула дверь, проворачивая ключ.

Обойдя все комнаты, я не нашла водяного. Он спрятался, ну ничего! Ты ещё выйдешь, никуда от меня не денешься!