Полнейшее ДнД!

Акт первый: Лучшая в мире команда

В маленькой тихой таверне в богом забытом прибрежном регионе за барной стойкой скучал тучный косматый трактирщик, которого завсегдатаи прозвали «Папа Медведь».

И какой морской чёрт только надоумил построить эту развалюху, где из клиентов обычно пара забулдыг, да несостоявшиеся искатели приключений, которых манят древние эльфийские руины на востоке от таверны.

Уж сколько Папа Медведь таких повидал, не пересказать. На прошлой неделе, например, местные рыбаки жаловались на крупную живность в море, да на распоясавшегося чернокнижника на местном кладбище.

Трактирщик, по уму, и листовки развесил, и посильную помощь предлагал, но приключенцам, как всегда, виднее: кот-алкаш по совместительству фокусник выжрал бутылку настойки на мхе, позвал за собой другого собрата зверолюда вопросики порешать. А что в итоге? Бухали с ним два дня как свиньи, а на утро третьего дня отправились в чём мать снарядила на поиски приключений.

«Этих блаженных уже хоронить негде», — посокрушался про себя трактирщик.

Но, вопреки здравому смыслу, эти кошачьи гении вдруг вернулись. С горящими глазами рассказывали, как браво дерево обыграли в честной словесной дуэли, как львиный страж Александр засунул в жопу черепахе руку по локоть по советам кота-фокусника, чтоб ей голову отчекрыжить. Проголодались, говорят, а та в панцире сидит, ну не порядок.

Травили байки про анекдоты для гигантского плотоядного паука, затаившегося в лесу, и как потом фокусник с дикими воплями бежал прятаться за стража. И конечно же как бесчестно обесчестили чернокнижника со спины: уговорили опробовать на себе смертоносное заклинание.

Папа Медведь это всё слушал с дикими глазами, курчавые волосы на спине и руках вставали дыбом от подробностей их приключения, но награду он им всё равно выдал, как обещано.

Теперь живут в таверне оба: один деревню патрулирует ходит, второй…, а второй — вон, сидит с бутылкой обнимается.

— Тебе подлить? — крикнул через весь зал трактирщик.

Кот-фокусник с адским усилием приоткрыл один глаз, нацелился им на источник шума и сказал:

— Эуууувэээ?

— Я тебя понял.

Так и протекал очередной скучный день за барной стойкой, пока тишину житейской рутины не прервал странный крикливый, одетый как последний бомжара, уроженец южных островов:

— Здравствуйте все, привет всем! — первым делом прокричал гость.

Кот с бутылкой крякнул от неожиданности, а потом расплылся мордой по столу со звуком «Ми-и-и».

— Как у вас тут шумно сегодня! — неподдельно восхитился южанин и уселся перед трактирщиком. — А пахнет как вкусно! Что на обед?

— На обед у нас будет то, что позволят твои финансы, — устало буркнул Медведь, намекая на «деньги вперёд» бомжеватому гражданину.

Южанин с умным видом достал старый мешочек для денег, посчитал свои копейки, выстроил их горкой на стол и радостно попросил:

— Пару сосисок, да пивка нормального, папаша!

Считать эту гору медяков трактирщик не имел моральных сил, сгрёб их, не глядя, в огромную ладонь, махнул рукой и удалился на кухню.

Гостю всё нравилось. Он со светящимися глазами разглядывал убогую таверну так, будто никогда таких не видел, словно в музее каком оказался. Смущало только отсутствие собеседника.

Ожидание будто вечность тянулось, как вдруг в дверь вежливо постучали: на порог зашла юная друидка со своим мелким питомцем дракончиком. Обвела взглядом обеденную залу, потешно спрятала взгляд, когда натолкнулась на жизнерадостного южанина, заняла столик рядом с выходом, дракончика усадила на стул рядом, видимо, чтоб не подпускал к ней никого непрошенного.

— Какая редкость встретить друида в этих краях, — повернулся к ней южанин.

— Откуда вы узнали, что я друид? — скрытно пробубнила девочка, озираясь по сторонам.

— Ну как же… это самое… а! — вспомнил южанин. — Разве с питомцами не друиды обычно гуляют? Я вот знаю, что у чернокнижников демонюги страшные, у некромантов мертвецы косорылые, у магов…

— Я поняла, — перебила его девочка. — Да, я друид. И что?

Южанин обрадовался наладившемуся контакту и довольный прискакал за столик друидки. Её питомец недружелюбно захрипел и клацнул пару раз зубастым ртом. Хоть и маленький, но уже дракон.

— Брепси! — протянул руку он.

Друидка скептично посмотрела на немытую руку.

— Пепси? — переспросила она.

— БРЕПСИ! — нервно повторил южанин. — Почему моё имя никогда запомнить не могут?!

— Ну, Лили… — нехотя ответила девочка. — А это мой друг Шипарик.

Дракоша показательно зарычал для устрашения.

— Приятно познакомиться!

— А мне вот не очень. Что вы хотите, Брепси?

— Слу-у-ушай… — хитро прищурился Брепси. — Я смотрю, для своих лет у тебя вон какая мускулатура, да и питомец выглядит сильным… как насчёт подзаработать?

— Эй! Не приставай к посетителям, — строго пробасил трактирщик, притащивший заказ южанина на подносе в одной руке.

— Да я просто… — смутился Брепси.

Дверь в таверну опять распахнулась, прерывая разговоры: в помещение вальяжно, покачивая бёдрами, зашла самая настоящая высшая эльфийка. Первым делом брезгливо сморщила носик при виде убранства, а потом осторожно, стараясь ничего не касаться, направилась к доске объявлений.

— Вам помочь, госпожа хорошая? — вежливо окликнул её Медведь.

Эльфийка скорчила такое лицо, будто её назвали последними словами:

— Нет.

— Без заказа пользоваться доской объявлений не дозволено, — сурово нахмурился трактирщик.

Эльфийка вздорно хмыкнула, подошла к барной стойке, бросила на стол пару серебряных, властно махнула рукой:

— Пусть эти нищие что хотят заказывают, я ничего не буду, — а потом пробубнила себе под нос: — Свезло же наткнуться на такую нищую таверну на окраине Шайни Рока…

— Э-э-эй! — предприимчивый Брепси переключил своё внимание на новую цель. — Здравствуй, красотка, я Брепси! Как насчёт…

— Нет, — отрезала эльфийка, поправляя шикарные чёрные волосы.

— Я ж ничего ещё не предложил…

— На всё — нет, — настаивала девушка.

— Эт ты зря, милочка, — усмехнулся Медведь.

— Да неужели? — прищурилась эльфийка, сдирая понравившееся задание с доски.

— Дилижансы с искателями приключений в наши края не ходят лет так пять, даже несмотря на обнаруженные руины на востоке. Если хочешь найти спутников, то выбирай из чего есть, — ехидно, посмеиваясь, предложил трактирщик.

Эльфийка придирчиво обвела взглядом залу: кот-алкаш в тёмном углу, который настолько ужрался настойки на мхе, что уже не пил, а делал вид, что пьёт из пустой бутылки. Бомжара с небритой рожей, от которого пасёт всеми запахами на свете, играющий огромной монеткой на костяшках пальцев. И мелкая девица с драконом-недорослем.

— Выбирать, значит, да, — покачала головой девушка. — Откажусь.

— Как знаешь, — развёл руками Медведь. — Но учти — хоронить тебя будет негде. Это при условии, что от тебя хоть что-то останется.

— Хочешь сказать, уважаемый, что эти края полнятся высокоуровневой нечистью? Это на побережье-то? — не поверила эльфийка.

— Он, вообще-то, прав, — робко подала голос Лили.

— А ты-то что знаешь об опасностях мира? Не слишком ли молода для опытной выживальщицы? — насмешливо спросила эльфийка.

— Вот поживёшь всю жизнь на природе среди диких зверей — поговоришь мне тут. Городская неженка, — не сдержалась от колкости Лили.

Её питомец одобрительно запрыгал на месте.

— Да как ты смеешь, — оскорбилась эльфийка. — Ты вообще знаешь, что я — Этера! Дочь наместника всех земель на побережье, дочь пятого эльфийского принца, ученица самого Алиндуила, верховного мага!

— Ого, а я Брепси, я с южных островов приплыл сюда! — вклинился южанин с довольной мордой.

— Никому это не интересно, — холодно ответила Этера.

Брепси подбросил счастливую монетку: её мастерское кручение в воздухе привлекло всеобщее внимание. Пока она не упала, южанин быстро предложил пари:

— Выпадет орёл — выслушаешь мою историю.

Он поймал монетку, шлёпнул на тыльную сторону ладони, победоносно ухмыльнулся и показал всем результат:

— Орёл!

— О великие силы… — закатила глаза Этера.

А Брепси не слушал, он рассказывал. О своей нелёгкой доле, как жил в рыбацкой деревушке на островах, как матушка всегда говорила ему: «Брепсюша, в люди тебе надо! Вон как считаешь мастерски, будешь лучшим торговцем!». А потом как он пробрался на торговый галеон в мешке с мукой, как напугал боцмана до инфаркта, когда вылез, и как потом его хотели казнить, но продали проплывающим мимо пиратам. Уже у пиратов Брепси так достал их своими историями, что те выкинули его за борт. Так бы закончилась история великого торговца, толком и не начавшись, если бы он не приметил остров — туда его закинула попутная волна.

— И как же ты выбрался оттуда? — заинтересовалась Лили.

— О, это было гениально! — с горящими глазами продолжал Брепси. — У меня в кармане всегда верёвка есть, я руками наловил крупную рыбу на мелководье, на острове наломал из палок жердей, связал из них каркас, опустил в воду, и по четыре стороны привязал к концам резвых рыб!

— Больной ублюдок… — закатила глаза Этера.

— Ещё один сумасшедший, — тяжкой вздохнул трактирщик.

— А потом я сел на этот каркас: рыбы начали крутиться словно колёса в воде, мы резво поплыли в неизвестном направлении! А там — торговый корабль! Они меня выцепили, оценили мой ум и смекалку, отправили в трюм картошку чистить… ну я быстро смекнул, примерно через неделю, что это не работа торговца, самостоятельно выторговал за человека часы своё выходное пособие, и свалил на большую землю…

— То есть, ты обокрал их, — уточнила Этера.

— Нет, взял причитающееся, говорю же! — махнул рукой Брепси. — Ну а потом бродил вдоль побережья, перебивался на халтурки, мешки таскал, кирпичи таскал, инструменты таскал. Ну, всё как настоящий торговец, короче. Ну и пришёл сюда, потому что все пошли на юг к руинам.

— Охренительная история, — с каменным лицом заключила Лили.

— Мда… — ошарашенно выдохнула эльфийка. — Ну, а ты чем порадуешь, мелкая?

— Я — Лили, — нахмурилась девочка и поиграла мышцами. — А мне нечего вам сказать, кроме того, что моя группа друидов куда-то пропала в один день. Ни записки, ни следов, будто испарились. Ищу их и всё.

— Трепло бомжующее и девочка-потеряшка… право не знаю, кого взять с собой в приключение, — важно рассуждала Этера.

— Э? — у Брепси вытянулось лицо от негодования. — А кто тебе сказал, что мы тебя возьмём в наш крутой отряд для крутых?

— Наш? — хмуро приподняла бровь Лили из-под головной повязки.

— Ну да, наш, а что? Вот мы — хорошая команда. У нас всё сбалансировано: мускулы — Лили. Мозги — я.

В таверне рассмеялись все, включая бухого кота в углу.

— Слушайте, мозги и мускулы, — обратил на себя внимание Медведь. — Давайте так: я выдам вам припрятанные листовки, но при одном условии: пойдёте вместе, а то насчёт новых могил я не шутил. Их реально много стало, а так как народу на побережье у нас мало, я подрабатываю ещё и в ритуальном магазинчике. Кстати, первый контракт как раз на охоту за осквернителем погоста. Ну так как, берётесь?

Брепси задумался, Лили отчаянно вздохнула, а Этера спешно решала: свалить сейчас или поскандалить, а потом свалить?

— А что там ещё есть? — спросила Лили.

— Охрана береговой линии: акулы на мелководье разбушевались, — ответил Медведь.

— Это мне подходит, — закивала друидка и яростно хрустнула кулаками на всю залу. — Ух, я этим акулам задам!

— Какая добрая девочка, — покосилась на неё Этера. — Но мои интересы не будут удовлетворены. Я ищу новую магию для личной коллекции.

Медведь загадочно улыбнулся, будто предвидел её капризы, протянул ей листок, где было задание на снятие проклятья с местного пруда. Этера изучила листовку, тоже благосклонно закивала.

— А как же мои потребности? — растерялся Брепси.

— Да всем плевать на твои потребности, — фыркнула эльфийка.

— Грубая ты, — надул губы южанин.

— Так что, в путь? — предложила Лили.

— Погоди, — вспомнил Брепси.

Он сбегал к стойке, взял тарелку с сосисками и поставил к друидке с питомцем.

— Угощайтесь!

— А ты?

— А я на жидкой диете! — Брепси залпом осушил пинту жидкого золота, пока Лили с дракошкой прикончили сосиски.

— Вы всё? Мне бы хотелось потом принять ванну, — поторапливала Этера. — Это вам слова «да здравствует мыло душистое и полотенце пушистое» звучат как заклинание изгнания нежити, а мне о красоте надо заботиться.

— Погнали! — резво подпрыгнул на месте Брепси, со стуком поставил пинту на стол.

Выйдя из таверны, приключенцы столкнулись с насущной проблемой.

— Итак… кто знает, куда нам идти? — вдруг спросила Этера.

Брепси беспомощно пожал плечами.

— За мной, городские неженки, — буркнула Лили. — Я тут одна среди вас знаю местность.

— Ну, веди. Но помни: главный в нашей группе — я! — напомнил Брепси.

Обе девушки закатили глаза и пошли в сторону погоста. Летняя жара беспощадно сушила кожу, а спасительного тенька на версту видно не было, сплошь поле, да поле. На горизонте что-то виднелось, как сказала Лили, это погост. Вроде бы недалеко от «цивилизации», а топать пришлось прилично.

— Так… что планируете потом, дамы? — поинтересовался южанин.

— Когда потом? — хмуро спросила Лили, Шипастик в такт хозяйки попыхтел.

— Для тебя, Бобси — это секретная информация, — важно вскинула голову Этера.

— Я Брепси!

— Ой, да какая разница! Боунси, Бьонси — одинаково!

— Я БРЕПСИ! — обиделся Брепси, но всё равно добавил: — А я вот мечтаю стать главой торговой гильдии!

— Зачем тебе это? Ты ж тупой, как йоптвоюмать, — съехидничала эльфийка.

— Неправда! Не стала бы меня матушка обманывать, посылать на материк, если бы коммерческую жилку во мне не обнаружила! Мы когда три дня голодали в хибаре на острове с десятью братьями и пятью сёстрами, она мне это пожелала из лучших побуждений, говорила, когда за дверь выставляла: Брепси, сынок, в люди выбьешься, себя накормишь, нас накормишь… если выживешь. Думайте, что говорите, когда оскорбляете чужую мечту!

Лили хотела возразить, но наткнулась на красноречивый взгляд Этеры, мол, не надо, оставь его, он не понимает и не поймёт, даже если объяснят.

— Пятнадцать родных под одной крышей… Это где такие, кхм, плодовитые семьи живут нынче? — из вежливости спросила Этера.

— На Фиширских островах, — с гордостью ответил Брепси. — Там одни рыбаки и рыбацкие суда.

— Далековато от материка, — присвистнула Лили.

— Да, меня рыбки очень выручили в прошлый раз…

— Хорош заливать, Бэнкси! Рыба так себя не ведёт! — вспылила Этера, вытирая пот со лба.

— А вот и могут! И я Брепси! Иначе, как бы я здесь с вами оказался? Думаем.

— Лили, далеко ещё? — запыхалась эльфийка, то ли от жары, то ли от непробиваемости Брепси.

— Мы пришли.

Поднявшись на холм, пред ними расстилалось обширное кладбище, довольно новое, трактирщик правду говорил о погибших авантюристах. Всё так ровно поделено на сектора с могилками, ограждено свежим штакетным забором и особо не заросло травой, кто-то точно ухаживает за этим местом. Между участками простилались тропки для удобного хождения меж могил, по ним и отправились приключенцы.

— О, конфетка! Чур моё! — Брепси схватил чьё-то подношение с креста и моментально отправил в рот.

— Бокси, твою мать! Это нельзя есть! Выплюнь! — истерично заверещала Этера.

— Оно отравлено?! — пережёванная конфета вытекла из бородатого рта с обилием слюней прямо на чьё-то надгробие.

— Нет, это неуважение к мёртвым, идиот! — топнула ножкой Этера.

— А ещё можно духов разгневать, — добавила Лили.

Брепси вдруг не на шутку испугался, упал на колени, начал делать непонятные действия возле могилы и причитать.

— Ты что делаешь, поехавший? — сквозь зубы выпалила эльфийка.

— Замаливаю грехи! — истошно вопил Брепси.

— Так не замаливают!

— Я по-другому не умею!

— Тихо, вы оба! — рявкнула на них Лили. — Шипастик учуял что-то…

Дракон изначально вёл себя неспокойно, как только зашли на территорию кладбища, будто опасался чего-то, держался поближе к хозяйке. Но одна могила привлекла его особенно сильно: Шипастик рычал и прыгал возле неё.

— Что ты нашёл? — Лили пошла посмотреть. — Ребят, тут раскопанная могила.

Остальные тоже заглянули в свежую яму, а на дне гроб.

— Там точно зомби сидит! — заявил Брепси.

— И с чего ты так решил? — чуть ли не хором спросили девушки.

— Так мы на кладбище, алло! Кто ещё там может быть? — простодушно ответил южанин.

— Так, отошли в сторону, — властно приказала Этера. — Я маг и чувствую оттуда эманации.

С этими словами эльфийка спрыгнула вниз, бесцеремонно выдрала хлипкую крышку голыми руками.

— Э! А как же уважение к мёртвым? — напомнил Брепси.

— Вот ты и уважай, раз ничего не делаешь. А я нашла то, что так давно искала!

Этера отобрала у иссохшего скелета пергамент и тут же спрятала себе в сумку.

— Фу, он же грязный! — Брепси изобразил рвотные позывы.

— Ничего ты не понимаешь в магии, деревенщина. Лучше помогите вылезти…

— Там кто-то идёт! — предупредила Лили. — Брепси, прячься, а ты сиди в могиле.

— Эй, ну куда вы?! Это возмутительно!

Эти двое сныкались в неизвестном направлении, а Этера слышала, как кто-то ходит среди могил и приговаривает:

— Здесь мы свиточек откопали, сейчас будем подарки открывать!

В могилу заглянул дряхлый старик в тёмной робе с довольной ухмылкой, но тут же сменил её на испуг, когда встретился взглядом с недовольной эльфийкой.

— Эм… здравствуйте? — растерялся некромант. — А вы что там делаете в моей раскопанной могиле, простите за вопрос?

— Мочи дуру старую! — выбежал Брепси.

С локтя хотел вырубить старикашку, но тот повернулся на шум и отправил южанина в нокаут ударом посоха чисто случайно.

— Детки, вы что, потерялись? — недоумевал некромант.

— Умри! Взять его, Шипастик!

Друидка откуда-то выхватила небольшую острую катану и вихрем налетела на врага, а её питомец как ядро влетел старику в живот.

— Мама… — только и успел выдавить из себя некромант.

Этера слушала звуки избиения, а через минуту ей протянул грязную руку Брепси:

— Давай, бери мою руку! Всё закончилось!

— Дай мне другую, эта в каком-то дерьме! — возразила эльфийка.

— Не-е-ет! Эта рука у меня слабая, бери эту! — Брепси упорно прятал руку почище.

— Убрал свою сраную клешню! Сама выберусь!

Это самое «сама выберусь» длилось добрые полчаса. То, как корячилась мисс наследница эльфийского рода, дорогого стоит. Кто-то явно физкультуру прогуливал в академии.

— Вы такие твари, — первым делом заявила Этера.

— Ты сама полезла в яму, — пожала плечами Лили.

— Точно! — поддакнул Брепси.

— Ой, да ну вас! — обиделась Этера. — Вы кого там убили?

— НЕКРОМАНТА! — воодушевлённо произнёс южанин.

— Не «убили», а убила, — уточнила Лили. — Брепси получил по морде и скулил на траве, пока мы с Шипастиком делали всю работу.

— Понятно.

Этера подошла к телу, начала осматривать.

— А вы с чего вообще решили, что это некромант, а не просто дед?

Лили и Брепси вдруг что-то осознали и обменялись неловкими взглядами.

— Отмудохали бедного дедушку, — осуждающе покачала головой Этера. — Вас теперь посадят в тюрьму.

— Это не я его убил! — быстро переобулся Брепси. — Вот она всё сделала, да!

— Перебежчик, — нахмурилась Лили.

Вдруг Этера расхохоталась, и эти двое поняли, что их обманули.

— Видели бы вы свои лица! Не волнуйтесь, это правда некромант — у него при себе костяные чётки, молебен тьмы и обратите внимание на кровь.

— Какую кровь? — округлили глаза несостоявшиеся убийцы дедушки.

— Вот именно — никакую. В жила некромантов она перестаёт течь со временем. Такова плата за тёмное искусство, — объяснила эльфийка. — Что ж, полагаю, один контракт выполнили, можно и вторым заняться, который мне больше нравится. К тому же, там пруд — я хочу помыться!

— А тело куда? — спросил Брепси.

Лили хмуро окинула некроманта взглядом, а потом пнула остатки деда в раскопанную могилу.

— Понял…

Под палящим солнцем шли трое: эльфийка с ног до головы вся в земле, хмурый друид, и южанин с поникшим взглядом. Из добычи на троих у них была дешёвая атрибутика нищего некроманта, свиток для Этеры, да вовремя недоеденная конфета, вкус которой до сих пор ощущал Брепси.

— А вкусная была, зря выплюнул, — посетовал южанин.

— Тебе дай волю — и деда бы того съел, лишь бы за решётку не попасть, — поддела его Этера.

— Не, дед для меня слишком много, — натурально задумался Брепси. — В три подхода разве что…

— Мерзость какая! — сморщила носик Этера.

— Да я шучу же, правда!

— До-о-о! Конечно! — хором ответили ему девушки.

— Ну хотите, могу помолчать…

— Да, будь любезен завалить свой бородатый хавальник! — опять синхронно ответили ему девчата.

Жаркое поле постепенно сменилось небольшой лесополосой, где путники смогли немного отдохнуть в тени, попить воды и просто посидеть.

— Будете пить? — протянул флягу Брепси.

— После тебя, ни за что! Ты всё обслюнявил! — разозлилась Этера.

— Ну, плохо быть тобой, потому что до родника пока не дойдём, нам негде пополнить запасы воды, — напомнила Лили.

— А ты много знаешь, девочка, — то ли похвалила, то ли опять подколола эльфийка.

— Приходится. Когда живёшь в единении с природой, полагаться приходится на свои инстинкты. И прекрати называть меня «девочка», это бесит.

— Ох, я тебя так называю не чтобы поглумиться, а потому что я эльфийка. Мы живём так долго, что для нас все детишки, даже такие бородатые и уродливые как Бикси.

— Брепси!

— То есть, остальное не смущает? Поняла, — хихикнула Этера.

— Эльфийка, говоришь? — Лили вдруг размотала повязку на голове.

Два острых длинных эльфийских уха тут же выскочили на свободу. Они оказались даже больше, чем у Этеры.

— Так ты тоже эльф? А из какого народа?

— У нас нет клановой принадлежности, мы кочевые друиды. Старейшины говорят, что мы относимся к лесным эльфам Хельвуда.

— По ушам видно, — ляпнула Этера. — Прости.

— Я знаю, как все реагируют на мои ушки, а потому ношу повязку.

— Всё, поняла. Никаких обращений как к девочке, — пообещала Этера.

— А меня уродом бородатым тоже не будешь звать, да? — с надеждой спросил Брепси.

— Нет, бородатый бомжара, — на отрез отказалась эльфийка.

— Ну вот…

Путники передохнули, пересекли мост через речку, прошли вдоль неё, наслаждаясь прохладой. Ещё немного и покажется тот самый пруд с родником, о котором говорилось в листовке.

Урчащий желудок Брепси всё чаще давал о себе знать, поскуливая чуть ли не на каждом шагу.

— Ты можешь голодать не так громко?! — взбесилась Этера.

— Всё-таки, ты зря отдал нам с Шипастиком сосиски, — покачала головой Лили.

— Да что я сделать-то теперь могу?! Интересные такие! Посреди редколесья еду найду, да?

На недовольные крики Брепси из-за деревьев вдруг вышел вполне обычный серый волк, каких в лесу много. Волчара, не стесняясь, разминал высокую траву лапами, продвигаясь к группе приключенцев.

— Я его вынесу, отойдите! — свирепо сказала Лили.

И только друидка потянулась к оружию, как её остановила Этера:

— Погоди, а что мы с его тушей будем делать?

— Ну не съедим же, ха-ха! — по-идиотски улыбнулся Брепси, но быстро понял, что девушки настроены серьёзно. — Вы чего такие агрессивные? Волк просто поздороваться вышел и поделиться мудростью!

— Что…

— Каво?..

— Ну вот смотрите, — Брепси обратился к волку: — Волк из чащи, скажи: в чём твоя мудрость?

Волк подумал-подумал, почесал ногой ухо, наклонил голову и сказал:

— Сильный не тот, кто сильный, а тот, кто сильный. Лучше иметь друга, чем друг друга. Если ты идёшь впереди, то остальные позади.

— Боги, как мудро! — Брепси утёр слёзы радости.

Этера и Лили переглянулись, а потом друидка поссорила голову волка с телом одним мастерским движением лезвия.

— Зачем?! — возмутился южанин.

— Кто-нибудь умеет готовить? — поинтересовалась Лили, игнорируя истерику Брепси.

— Я королевских кровей, вообще-то! — брезгливо ответила Этера.

— А мне волчьи цитаты в душу запали, я теперь не голоден, — обиженно сказал Брепси.

— Значит, никто? — приподняла бровь Лили.

— Получается, ты просто так убила мудрого волка! Какой ты после этого друид? — пристыдил её Брепси.

— Кочевой, — пожала плечами Лили. — Ну, так что с тушей делать? Покушать будет не лишним, а то мало ли какая тварь обосновалось у пруда. Там чистая вода, не забывайте.

— Ой, два бесполезных приключенца, дайте сюда!

Этера вдруг изъявила желание поэкспериментировать на поприще карательной кулинарии, а никто и не против, пускай работает.

— Лили, а кто у чистого пруда-то водится? — со страхом в голосе спросил Брепси, пока Этера занялась потрошением добычи.

— Помимо зверья? Любые гуманоидные расы, путешественники, как мы, бандиты с большой дороги, странствующие алхимики, а то и мифические существа, вроде грифонов тех же…

— А грифон, он чо вообще умеет, а? — заволновался Брепси. — Ну, в карету превратиться может?

— А я знаю, что он там может?! — разозлилась Лили. — Я скажу тебе, что он точно может: он тебе руки оторвёт, ноги оторвёт, и лицо верх ногами перевернёт! Понял?

— Понял… — сглотнул ком в горле Брепси.

— Знаете, в целом, всё понятно, — вдруг заявила Этера по локоть запачканная в крови, успевшая разжечь очаг огненной магией. — Это сюда. Это сюда… широкую на широкую надо… вуаля!

Брепси и Лили с лицом лица смотрели, как больная на голову эльфийка сделала кебаб из волчатины на ветке, но вот нюанс — прямо с шерстью, кожурой, и всё это немытое.

— Сейчас-сейчас! Приготовлю первую партию закусок, поедим, да пойдём дальше! — приговаривала хлопочущая Этера.

— У меня щас нос отвалится от запаха горелых волос… — позеленел Брепси, хватаясь за рот.

— Этера, блин! Ну кто с волосами жарит? — скривилась Лили.

— Ну раз вы такие эксперты, в следующий раз сами будете готовить! — обиделась эльфийка, но продолжила начатое.

Чёрный дым поднялся до небес, будто ритуальное сожжение неподалёку. Брепси и Лили грустно сидели на травяных кочках в ожидании кушанья от Этеры. Желудок у них сейчас был как осмотрительный боксёр, который ожидает неожиданного удара.

— А вот и я! — «обрадовала» всех Этера, сжимая в тонких пальчиках веточки с черноватым кебабом, коим начала делиться с группой: — Один тебе, Врапси, один тебе, Лили…

— Я Брепси… — обречённо (даже можно сказать со скупой слезой отчаяния) отмахнулся южанин, принимая биологическое оружие из рук эльфийки.

Хитрая Лили сделала вид «упс!» и уронила кебаб прямо перед Шипастиком, который как хамелеон языком поймал эту кулинарную хтонь и тут же засосал в себя. Через секунду он рыгнул так громко и пахуче, что Брепси стало совсем уж не по себе.

— Ешь.

— Нет…

— Ешь, сказала! — глаза Этеры становились краснее с каждым отказом.

— Убей сразу, не мучай! — взмолился Брепси.

— Просто попробуй!

— Умоляю, у меня остались дома голодные братья и сёстры, не надо! — слёзно просил южанин.

— Ладно, пёс с тобой! — оскорблённая Этера скинула оставшиеся кебабы Шипастику, который с безразличным лицом всё съел и опять начал рыгать.

— Да его закидывать врагам можно с таким зловонным дыханием, — усмехнулся Брепси, счастливый, что избежал страшной участи.

— А нечего кормить его всякой хренью! — хмуро сказала Лили.

— Ой, я всё для группы, а вы — два неблагодарных! — закатила глаза Этера.

Так и не поели нормально, а двигаться дальше надо. Ручей уже слышно за высокой травой. Группа спустилась в овраг с колючими кустами, где журчание особенно громко звучало, притаились в засаде.

Самый любопытный Брепси подался чуть вперёд, Этера из вредности решила подтолкнуть его в зад сапогом, но перестаралась — отправила его пинком прям к неведомому монстру.

— Не ешьте меня! — взмолился Брепси, закрывая голову руками.

— КВА!

Прозвучало как-то наигранно-неестественно, южанин вопросительно поднял голову: на линии его взгляда в центре пруда сидела ну какая-то совсем уж невменяемая по размерам лягушка, смотрела ему в тусклые синие глаза своими чёрно-золотистыми.

— Чего орёшь как потерпевший? — брезгливо спросила Этера, выбираясь из укрытия. — Ой…

— И правда — ой! — подхватила Лили, когда увидела лягушку переростка. — Это что такое?

— Я знаю! — Брепси аккуратно поднялся с земли и показал рукой в сторону лягушки: — Мне матушка читала про это в книгах — это заколдованный принц!

— Принц? Не принцесса? Откуда ты знаешь, какого пола лягушка? — приподняла бровь Этера.

— Только не говори, что расколдовывается этот принц… хатьфу! Поцелуем, да? — насупилась Лили.

— Именно! — закивал Брепси.

— Так иди, расколдовывай, — махнула ему в путь дорогу Этера.

— И пойду.

— Давай-давай, исполняй главное предназначение каждого мужчины: целуй жаб и не разочаровывай отца, — усмехнулась эльфийка.

— И пойду!

Брепси был настроен решительно, но от волнения вспотел больше обычного. Робкими шагами приближался к лягушке, которая совершенно его не боялась, напротив, внимательно изучала, что он будет делать дальше.

— Эм, а как правильно расколдовывать? — южанин повернулся к Этере, как к единственному магу в группе.

— Целуй и всё. Если это правда заколдованный человек, то мы это сейчас увидим, — пожала она плечами.

— Не ну… в щёчку там, или просто? Как правильно-то?

— Да делай уже хоть как-нибудь!

— Ой, ладно, не ори…

Брепси собрался с силами, глубоко вдохнул и быстро прильнул к холодным лягушачьим губам (если у земноводных таковые вообще имелись). Ничего не происходило. Лили с Этерой ржали позади, лягушка пырила на южанина огромными глазами, периодически моргая.

— Ну, и?

— Это было неискренне, Боркси, — покачала головой Этера. — Так ничего не получится, давай по новой.

— Да какой по новой, а?! — заскулил Брепси. — Вы хоть раз пробовали лягушачий поцелуй на вкус?! Это как… как…

— Как целовать лягушку, ага, — кивнула Лили.

— Целуй нормально! Жизнь человеку спасаешь, между прочим, — подначивала Этера.

Брепси посмотрел на товарищей как на предателей и опять засосал неподвижную лягушку, но уже более уверенно.

— Ну как?

— Она моргает и раздувает подбородок, — с видом эксперта ответила Лили.

— Ставлю на то, что это просто отожравшаяся жаба, а Борупси издевается над животными, — эльфийка коварно рассмеялась.

— Да?!

Брепси недобро прищурился и достал счастливую монетку, ловким щелчком большого пальца отправил её в полёт.

— А я вот на что поставлю: выпадет орёл — будете целовать тоже!

*хлоп*

Брепси с лицом ублюдка показал выпавшего «орла».

— Почему мы вообще тебя слушаем с твоей монеткой тупорылой? — закатила глаза Этера.

— Всё, хватит, я сделаю это, — решительно выступила вперёд Лили.

Маленькая друидка чмокнула лягушку, но эффекта снова никакого.

— Два идиота…

— Теперь ты! — настаивал Брепси.

— Да, Этера, мы своё отцеловали, — упёрла руки в боки Лили.

— Я не буду! — взвизгнула эльфийка.

Брепси лукаво потряс счастливой монеткой перед лицом мага:

— Угово-о-ор!!!

— Так, всё! Тихо! Мне надо собраться. Один раз и всё!

— Хы-хы-хы! Жаль нельзя это запечатлеть! — заржал Брепси, а Лили только улыбнулась.

— Иди ты!

Этера зажмурилась, медленно приблизилась к неподвижной лягушке, едва коснулась губами её хладной липкой поверхности и тут же отпрянула.

— Довольны?!

— Нет, целуй нормально!

— Целуй! Целуй! — выкрикивала Лили с ликующим Шипастиком, вставшим на задние лапки.

— Как я вас ненавижу…

Этера скривилась, но выполнила предначертанное: от нормального поцелуя эльфийской принцессы лягушка вдруг засветилась изнутри и немного воспарила в воздухе, чем всех напугала. Неведомая сила распяла бедное животное в воздухе, конечности земноводного начали меняться на глазах: сначала тело приняло вполне человеческий вид, за ним руки и ноги. Последней деформировалась голова и вдруг выросли густые рыжие волосы.

Перед группой в воды источника упала обнажённая рыжеволосая девушка лет двадцати на вид. Она сидела в полнейшем недоумении, а Этера сразу же прикрыла её собой:

— Не пялься, Борокси, извращенец!

— Да я и не собирался как-то, — скривился южанин. — Проклятье! Знал бы, что в лягушке сидит эта деревенская девка, прошёл бы мимо…

— А как же человеков спасать? — напомнила Лили.

— Э, ну да, но… Короче, что нам с ней делать?

Этера помогла спасённой девушке подняться на дрожащие ноги и протянула из походной сумки запасное платье. Та не понимала, что от неё хочет эльфийка, а потому Этере пришлось нарядить неизвестную самостоятельно. Платье оказалось явно велико для хрупкого тела, особенно в районе груди, но на первое время и так сойдёт.

— Сходим вместе к рыбакам к пирсу, поспрашиваем, вдруг она кого узнает, или её узнают, — предложила Этера.

— Ну да, до таверны топать несколько часов по жаре, так что тащить её туда будет глупо. Рыбацкая деревня даже отсюда видна, — согласилась Лили.

— Отлично, план у нас есть, идём. Возражения?

Все отрицательно помотали головой, кроме невдупляющей девушки.

От ручья до пляжа простилалась хорошо протоптанная грунтовая дорога, да и тени деревьев дарили приятную тень. После долгих часов на жаре, это просто спасение.

— Слушай, а ты говорить умеешь? — прицепился к незнакомке Брепси.

Девушка вдруг остановилась, посмотрела на него безразличным взглядом, открыла рот и вдруг выдала:

— Ква!

Группа переглянулась, обменялась вопросительными взглядами.

— В смысле, ква? — нахмурилась Этера.

— Ква-ква! — повторила девушка.

— Та-а-ак… — серьёзно задумалась маг. — Слушай, Рокси…

— Брепси!

— Да плевать, ты послушай меня лучше: я не эксперт в области трансмутации и всяческих превращений, я больше по магии воды и вызова специалист, но что-то мне подсказывает, что мы неведомым образом обратили огромную лягушку в человека. То есть, не расколдовали, а… прокляли на существование в форме человека, я полагаю.

— Кто это «мы»?! — скукурузил лицо Брепси. — Напомнить тебе, что именно ТВОЙ поцелуй подействовал? Ну, и кто в итоге проклял её?

— Не верю, что говорю это, но я согласна с Брепси, — сложила руки на груди Лили. — Ты единственный маг в группе, чья сила могла бы такое сотворить. Друиды больше по оборотням, а этот… — друидка оценивающе посмотрела на товарища в поношенной одежде, — это недоразумение не маг от слова совсем.

— Обидно, но правда, — поджал губы Брепси.

— Вы решили из меня виноватую сделать, да? — надула щёки Этера.

— Констатируем факты, — улыбнулся Брепси.

— Но селянам её всё равно покажем, — решила Лили.

— Нет, ну это просто невыносимо! Закончим эти поручения — ноги моей не будет в этом отряде! — топнула каблуком эльфийка и увязла им в земле.

Делать нечего, рыбацкая деревня совсем рядом, пора бы закончить начатое. Группа добралась до скромного, но оживлённого причала, где под конец дня трудились рыбаки.

— Как же они тут носятся, прям стараются, — заметила Лили.

— Всё просто: если они не поймают достаточно рыбы, их семьи будут голодать, — серьёзно сказал Брепси.- Ты мне не поверишь на слово, но торговля и пропитание рыбой на побережье — целая экосистема. Сложная, беспощадная, но иногда вкусная.

Один из рыбаков, который в спешке сматывал сеть возле лодки, заметил чужаков, бросил свои дела и подбежал к ним с очень обеспокоенным видом:

— Добре день! Вы случайно не помочь нам пришли? А то Медведь обещал прислать на помощь людей, их всё нету, да нету.

— Да, он нам что-то говорил про крупных морских обитателей, которые рыбачить мешают, — ответила Этера. — Акула к вам заплыла, что ли?

— Акула, говорит! — печально рассмеялся рыбак. — Акула! Ха! ТРИ акулы!

Группа переглянулась:

— И чё?

— Эх, молодёжь! Всему-то вас учить надо: три акулы опаснее одной! — пояснил рыбак.

— Правда, что ли? — сдержанно приподняла бровь Этера. — Значит, так: вы идите с царевной лягушкой людей донимать, а наследница этих земель сейчас покажет вам, как с акулами надо воевать!

Этера хрустнула пальцами, начертила в воздухе магический глиф, активировала касанием: открылся небольшой портал, из которого потекла странная синяя будто бы живая вода. Водичка собралась в гуманоидную форму элементаля воды: выглядел как могучий человек, состоящий из воды и её же завихрений, у которого вместо ног нечто вроде водяного смерча.

— О, Боги! Да вы маг! — восхитился рыбак.

— Да, да я, — важно подтвердила Этера. — А теперь — марш выполнять свою часть работы!

— Раскомандовалась… — пробурчал Брепси. — Ладно, пошли квакуша…

Эльфийка свободно выдохнула. Баласт из команды ушёл, а значит можно показать из чего она сделана. Этера пришла на пирс, от куда в спешке удирали другие рыбаки, смерив их снисходительным взглядом.

Там, на горизонте, собирался шторм. В такую погоду акулы не охотятся, это точно, однако три плавника патрулируют вдоль берега и явно не собираются расходится по домам.

— Милостивая сударыня, а что вы стоите?

Занервничал рыбак, когда Этера просто сверлила морскую гладь взглядом и ничего не предпринимала. Её элементаль послушно булькал рядом.

— Жду, пока они из воды покажутся, что за вопрос? — буднично пожала плечами маг. — Как я их, по-твоему, поражу магией воды, если они в воде? Думай, хоть иногда, головой, рыбак.

— А вы на живца, сударыня! Акулы просто так из воды не показываются.

Этера машинально прокричала:

— Бебси-и-и! Подь сюды, что покажу!

— Ну что вы, госпожа маг! — испугался рыбак.

— Да шучу я, — фыркнула Этера, и рыбак немного расслабился.

Шутки-шутками, а достать этих акул как-то надо. Самой лезть в воду принцессе показалось ниже её достоинства, она нашла на пирсе свободную лодку, шагнула на неё, а элементалю велела сопровождать её рядом по воде. Простояв так пару минут, у рыбака возник вопрос:

— Вы ждёте своих спутников, госпожа маг?

— Нет, вот ещё. Я не понимаю, почему лодка не двигается.

— Так она вёсельная, ваше благородие…

— И? — невозмутимо приподняла бровь Этера.

— Ну, как это… грести надо, — объяснил рыбак.

— Нет, ну это уже ни в какие рамки! Брюгель или как там тебя!

— В сотый раз тебе говорю — Брепси я! — прибежал на зов южанин.

— Но ты как-то понял, что к тебе обращаются? Прямо как животное — понимаешь исключительно интонацию и знакомые буквы.

— Ну что вы орёте-то, люди? Что тут у нас? — Брепси пытался оценить обстановку и прыгнул на лодку к эльфийке. — Ой! Верёвочка отвязалась!

Южанин случайно задел сапогом канатную бухту, к которой была примотана лодка, и они поплыли в сторону акул.

— Скажи честно: как ты дожил до преклонных лет? — закипала от злости Этера.

— Каких преклонных?! Мне всего двадцать!

— Правда? — эльфийка от удивления даже злиться прекратила. — Ладно, неважно, будешь грести!

— Почему я?!

— Потому что принцессы не гребут!

— Ага, ещё скажи, что не какают, — захихикал Брепси.

— Убить бы тебя, но ты пока пригодишься, — сдержалась Этера. — Греби, блин!

— Гребублин!

Нехотя, южанин сел за вёсла. Он развернул лодку и направился в сторону открытого моря.

— Пахнет сырой солью и озоном… — деловито произнёс Брепси и остановился. — Слушай, давай быстрее, а то в шторм попадём.

— Не командуй! — возмутилась эльфийка. — А ты где Лили потерял, кстати?

— А, они там нашли общий язык с моряками у костра, не стал мешать ей пристроить квакающую девочку. Так как мы будем бить акул? Я никогда их не ловил, кстати.

— А вот так! — Этера задумалась. — Элементаль, бей их по плавнику!

Прислужник безропотно хлопнул по поверхности воды водяной ладонью и вопросительно посмотрел на хозяйку.

— Бей ещё раз!

Элементаль ещё раз стукнул, но теперь кулаком — опять ноль реакции, акулы как кружили, так и продолжили.

— Воду водой бьёт! — криво ухмыльнулся Брепси.

— Есть идеи лучше?! — рассердилась Этера.

— Есть!

Брепси встал на лодку с зажатым веслом в руках, чутка подпрыгнул, а потом как хлопнет проплывающей акуле по спине:

— Ныа-а-а!

Доподлинно неизвестно, кто больше был в шоке: Этера, акула или сам Брепси. Морской хищник не оценил подлый удар веслом, задрал голову вверх из воды и тут же был разорван напополам могучим элементалем Этеры.

— Слушай, а работает! Даже от тебя есть иногда польза, — как бы похвалила эльфийка.

— Ну! — загордился Брепси. — Глянь как я их напугал веслом? Удирают, трусы морские!

И тут лицо Этеры вдруг напряглось:

— В каком это смысле они испугались? В спешке уплывают?

— Ага…

Среагировать успела только Этера: в днище лодки вдруг что-то сильно ударило, сбросив Брепси за борт. Сила была такая, на какую ни одна акула не способна.

— Помогите! — завопил барахтающийся южанин.

— Хватайся скорее! — испугалась эльфийка, протягивая ему оставшееся весло.

— Почему скорее?!

— Потому что…

Она не успела договорить: тело Брепси обвили гладкие розовые щупальца и попытались утащить на дно, но элементаль вовремя выстрелил водяной пулей по ним, хватка ослабла, но южанина не отпустила.

— Быстрее вытаскивай меня! Я такое уже видел! Щупальца будут залазить мне в места, где не светит солнце!

— Болван! Тебя только это сейчас волнует?! — закричала Этера, тщетно пытаясь вырвать Брепси из склизких лап смерти.

Щупальца мотали Брепси над водой как игрушку, а тот беспомощно орал. Этера бы и рада разобраться с щупальцами, да только как в них попасть, когда они извиваются? Тогда девушка взглянула в мутную морскую воду в поисках хозяина этих щупалец, но не обнаружила ничего, кроме темноты и двух тусклых пятен.

Осознание, насколько огромная тварь к ним приплыла, пришло не сразу: эльфийка вскрикнула, инстинктивно ринулась прочь, и только на краю поняла, что бежать некуда! Элементаль в тупую исполнял команды хозяйки, безуспешно обстреливая из пальца щупальца.

— Какой стыд! Я что, умру как последняя дура?! — схватилась за голову Этера, но вдруг увидела лучик надежды.

«Лучик» плыл с огромной скоростью к лодке, рассекая волны, а во рту держал свой меч. Рядом плыл, чуть отставая, Шипарик. Лили, будто дельфин, выскочила из воды, рассекая оружием во рту мерзкие щупальца.

— Пасибо! — прокричал падающий Брепси.

— Бу-бу-бу! — яростно промычала Лили на Этеру.

— Чего-чего?

— БУ-БУ… БУ! — повторила друидка.

— Она валить отсюда предлагает! — расшифровал уплывающий к берегу Брепси.

Этера взяла себя в руки, приказала уже элементалю взять себя в руки и бежать, потому как Лили превосходно плавала в воде покруче некоторых рыб. И вроде отступление шло нормально, показался пирс с собравшимися там рыбаками, как вдруг Брепси заорал:

— Меня опять схватили… буль!

В этот раз осьминог не показался на поверхности, решил утопить сопротивляющуюся добычу. Эльфийку в ступоре будто иголками кольнуло, когда она представила всю свою беспомощность, если окажется тоже под водой перед гигантским осьминогом.

— Этера, надо его спасти! — пыталась докричаться до неё Лили, стоя ногами на спине Шипарика.

— Но как?! Я маг воды!

— Он и минуты не протянет без воздуха, он же слабый! Ты как хочешь, я иду!

Лили снова воткнула в рот меч, глубоко вдохнула носом и нырнула ласточкой прямо в лапы монстру.

— Они мне никто, они мне никто, они мне никто… — нервно бормотала себе Этера, а у самой в груди неприятно кольнуло.

Каким бы бесячим не был южанин и какой наглой мелкая друидка, а бросить их не позволила совесть. Этера наколдовала себе дыхательный пузырь и лягушачьи ласты на ноги, велела элементалю отпустить себя. Магия воды против водных существ намного слабее любой другой, но хотя бы вытащить товарищей она точно может.

Эльфийка нырнула и ужаснулась: осьминог в диаметре добрую дюжину, не считая длинных щупалец, сжимал неподвижное тело Брепси, пока его пыталась отбить Лили, но в воде у неё было ещё меньше преимуществ, нежели у монстра.

Этера проплыла под чудовище, обогнув его справа в слепой зоне, где виднелись обрубки щупалец, начала колдовать столб воды, но вот проблема — для этого заклинания нужна твёрдая почва под ногами, дна в мутной воде попросту не видно!

Лили потихоньку теряла прыть, размахивала мечом не так активно, ей позарез нужен воздух. Брепси точно без сознания, так долго не протянет, и тогда эльфийка стала думать, перебирать известные ей заклинания.

Вот оно!

Девушка не придумала ничего лучше, чем надуть громадный пузырь воздуха под тушей осьминога. Сказано-сделано: воздушная подушка прикрепилась под «задницу» монстра, начала стремительно надуваться и выталкивать его на поверхность. Чудище осознало, что происходит что-то непонятное, попыталось перевернуться, но по итогу попало в ловушку: пузырь воздуха оказался сверху, а тело осьминога болталось как ёлочная игрушка.

Лили отрубила ещё три щупальца, воткнула меч монстру в глаз и вместе с ним долетела до поверхности, где смогла вздохнуть. Что странно, южанина отпускать никто не собирался — монстр держал его, наверное, из принципа уже.

Оказавшись на поверхности, Этера почувствовала себя уверенней и при помощи элементаля мощным ударом водного снаряда вытолкнула монстра на пляж. Надувшийся под ним пузырь лопнул, оглушил громким звуком, и только тогда Лили смогла отсечь щупальце с Брепси, а потом и накинуться на раненую морду осьминога со всей своей друидской яростью.

— Напомни мне тебя не злить, — ошеломлённо произнесла Этера, когда Лили закончила нарезку морепродуктов, всю залитую кровью вперемешку с чернилами. Её питомец небрежно покусывал осьминога, но там пользы как слону дробина. — Проклятье! Брепси!

Эльфийка опомнилась, побежала откачивать южанина. Он лежал на боку с пустым бессмысленным взглядом, не подавая никаких признаков жизни.

— Ну же, ну же, ну же! Ты не можешь умереть вот так просто в первую вылазку! А как же торговая гильдия? Семья? — Этера отчаянно била его по груди, откачивая воду. — Давай же, Брепси!

Южанин кашлянул, исторгая из себя довольно длинного морского угря, и не менее впечатляющее количество воды. Он долго кашлял, а потом спросил:

— Ты назвала моё имя правильно! Теперь мы точно друзья!

Этера разозлилась и скинула его со своего колена как мерзкую прилипчивую медузу. Запачканная Лили с не менее грязной катаной на плече подошла к этим двоим, кивнула, а потом пошла к морю отмываться.

Тут и рыбаки подоспели с ошалелыми глазами, сердечно благодарили героев за победу над морским чудищем, предлагали всякое по мелочи, а Брепси не отказывался. Сушёная рыбка, консервы, столовая утварь — для бедняка всё сгодится.

— У меня остался один вопрос: а что с нашей рыжей квакушей? — спросил Брепси, когда перестал принимать похвалы за всех.

— Нашей? — приподняла бровь Этера. — И, в смысле, что с ней?

— Госпожа, не было времени сообщить вам, но… — замялся мужичок с усиками, перебирая рыбацкую шляпу пальцами. — Девочка не из наших, её никто не знает…

— То есть?! — нахмурилась эльфийка.

— Мужики поспрашивали, так вообще никаких рыжеволосых в округе не видали. Вот. Нашенские-то все черноволосые, да каштановые, изредка русые.

— И что нам с ней делать?

— Возьмём с собой в таверну, — ответила ей Лили, вернувшаяся после отмывания после битвы. Выглядела лишь чутка лучше, мыло бы ей точно пригодилось.

— Но она же не наша ответственность… — начала спорить Этера, а потом вспомнила, кто расколдовал, и тактично замолчала.

— Господа хорошие, стемнело уже, вы до таверны даже с фонарём не доберётесь сегодня, — сказал кто-то из рыбаков. — Давайте мы приютим вас в палаточном лагере?

— Мда… не видать мне сегодня ванны, — вздохнула Этера.

Акт второй: Среди руин, среди пиратов, гоблинов и пауков

Солнце на побережье встаёт рано, да ещё и отражается от волн мириадами лучей, жемчужный песок нагревается, начинает сиять как рассыпанные драгоценные камни. Жуки стрекочут, что есть мочи. Лёгкая утренняя прохлада быстро сменяется на невыносимый зной. Поспать в такой обстановке долго не получиться.

Большая часть рыбаков давно поднялись собирать добычу из ловушек для крабов и сетей, разводить очаг и готовить завтрак, он же в будущем обед для экономии времени.

Первой проснулась Лили, чтобы пробежаться и сделать зарядку. Шипарик неохотно следовал за хозяйкой, едва поспевая за ней на коротких толстых лапах. Пока друидка поддерживала форму, на зов природы приспичило Бепси — он выбежал из холщовой палатки и скрылся в ближайших кустах.

Этера проснулась самой последней, так как привыкла вставать ближе к обеду, но всё ещё лежала в спальном мешке, медленно хлопая глазами. В голове она обдумывала произошедшее вчера, а ещё слова наставника из академии, который грезил одним важным фолиантом, что затерялся на побережье. Если он не на поверхности, то очевидно надо искать в руинах, о которых говорил трактирщик.

— У, сука! — раздался крик Брепси из зарослей возле палаточного лагеря.

Кто был рядом, повернулись на шум, увидели, как южанин бежит в лагерь, а на заднице у него висит как клещ огромный кокосовый краб.

— Господин авантрюрист, вы где его нашли? Давайте помогу, — предложил ему рыбак, вытаскивая из нагрудного кармашка примитивные плоскогубцы.

— Будьте любезны!

Брепси терпеливо ждал, когда рыбак разожмёт стальную хватку крабовой клешни, сдерживая желание закричать — зад жгло адски!

— Готово! — сообщил ему мужчина, аккуратно держа краба свободной рукой. — Вы его теперь съедите, да?

Южанин как-то странно скривился и отрицательно мотнул головой:

— Я бы не стал, ну или помыл его хорошенько перед употреблением… Дело в том, что я его, это самое, хорошечно «полил», пока был в кустах.

— Понятно, — рыбак брезгливо положил краба на песок, тот быстро уполз от них подальше обратно в кусты.

— Ты чего разорался с утра пораньше? — из палатки выбралась недовольная Этера с заспанными глазами.

— Краб за жопу ухватил! — пожаловался Брепси.

— Ну, кто бы сомневался, — отмахнулась от него эльфийка и спросила рыбака: — Слушай, а повозки отсюда ходят до города или таверны хотя бы?

Рыбак задумался ненадолго, ответил:

— Раз в три дня ходят, чего ж не ходят, миледи.

— Только не говори, что вчера был тот самый третий день, — тяжко вздохнула Этера, не желая лишний раз ходить пешком.

— Как можно! — расплылся в улыбке рыбак. — Мы сегодня дилижанс снарядим, в обед отправимся, чтобы к вечеру назад вернуться до темноты.

— Хоть одна хорошая новость. Я пошла досыпать, разбудите перед отправкой.

Этера, зевая, ушла обратно в палатку.

— Вы кушать хотите? — поинтересовался рыбак у Брепси.

— А то!

Рыбаки сварили уху из пойманной рыбы с овощами, наварили несколько вёдер с крабами, поджарили креветок на палочках, нарезали салатов из местных трав и собрались за очень длинным ветхим столом недалеко от пирса, куда и позвали приключенцев. Двух, если точнее, эльфийка спала.

Лили как раз вернулась с пробежки прямиком к столу. Только она села на лавку, рыбаки по соседству как-то странно на неё покосились, начали морщить носы.

— Чего это вы? — недобро спросила друидка.

— Думаю, ты пришла за стол, не помыв руки, — предположил Брепси.

— Не только руки, уважаемый герой, — добавил бородатый мужчина с виноватой улыбкой.

Лили принюхалась к себе, тоже скривилась, скорбно выдохнула, и пошла к морю омываться.

— Без меня ничего не ешь! — велела она Шипарику, который сразу же огорчился.

Завтрак прилично затянулся на целый час, все ели неспеша, будто бы оттягивая что-то неприятное. Понятное дело, не хотелось приступать к ежедневной рутине. Потихоньку длинный стол пустел, остались только Брепси с Лили и её питомцем просто так посидеть.

— Интересно, а какая награда нас ждёт там, в таверне? — мечтательно спросил Брепси.

— Если слухи о местных наградах правдивы, то медяки и какой-нибудь хлам, — мрачно ответила друидка и достала из ножен меч с точильным камнем, начала его полировать.

— А мне кажется — там будет всё! И монеты, и конфеты, дыни, артефакты и всё, всё, всё! Какая прекрасная жизнь авантюриста!

Лили удивлённо подняла взгляд на наивного дурака, но промолчала.

Обед наступил также внезапно, как утро. Рыбаки выкатили из сараев повозки, привели лошадей из конюшен, запрягли, начали загружать товар на продажу.

— Вам помочь? — услужливо предложил Брепси. — У меня до этого был богатый опыт в перетаскивании предметов.

— Не откажемся! — кивнули ему мужики.

Южанин взял тюк с вяленой рыбой своими хлипкими руками, издал звук «хыыыыть» и ничего не получилось, тюк не поддавался. Брепси и так его, и эдак, а потом выругался:

— К полу приклеили, что ли!

Лили молча подошла к южанину, одной рукой взяла тюк, закинула в повозку, а второй рукой дала Брепси подзатыльник, сердито фыркнув напоследок.

— Ай! За что?

— Просто так, чтоб не приклеивалось. Ты Этеру разбудил? Скоро ехать.

— Нет…

— Ну так что стоишь — пошуршал быстрее!

Брепси думал, что ему прилетит ещё подзатыльник, потому уклонился от невидимого чапалаха и побежал к палатке волшебницы. Он распахнул полы палатки, впуская дневной свет прямо на лицо эльфийки, та скривилась от неожиданной вспышки:

— Пора вставать!

— Кто так людей будит… уйди, нечистый!

— Я мылся сегодня, вот — понюхай! — Брепси подался вперёд в палатку, демонстрируя ей свежий отстиранный рукав.

— Вон!

— Но я мыл…

Южанин ретировался, а Этера нехотя начала просыпаться уже окончательно. Надо привести себя в порядок, чтобы не выглядеть рядом с челядью одной из них.

Эльфийка долго собиралась, уже экипаж запрыгнул на повозки, зазывал приключенцев в путь, даже расколдованную девушку привели с небольшим рюкзачком — видать, добрые рыбаки собрали ей в дорогу немного припасов и личных вещей. Рыжую посадили в конце дилижанса рядом с Брепси. Собственно, только с ним рядом и оставалось последнее свободное место.

— Милости прошу к нашему шалашу! — помахал ей рукой южанин, а Этера изобразила рвотный позыв.

Путь до таверны не пешком оказался намного быстрее вчерашнего путешествия на полдня. За каких-то пару часов добрались до таверны, даже Брепси особо не надоедал своей болтовнёй. Рыбаки привязали лошадей около таверны, решили заглянуть на огонёк промочить горло.

Группа рыбаков во главе с тремя авантюристами и рыжей девой столкнулись в дверях с трактирщиком, который деловито нёс лопату и мешки, очень удивился, когда увидел гостей.

— Вы куда это с лопатой, господин Медведь? — спросила Лили.

— А я уже думал, вас сожрали или того хуже, — оторопел трактирщик. — Могилы копать отправился, ваши останки собирать.

— Очень мило, — процедила Этера.

— Не, мы не только живы, но и всё сделали! — радостно сообщил ему Брепси.

— О… прям всё-всё? — не поверил Медведь.

Южанин довольно закивал.

— Ну, пройдёмте, господа хорошие.

Папа Медведь пропустил людей в таверну, сам вошёл последним и закрыл за собой дверь. Трактирщик быстро разлил пиво по кружкам для рыбаков, а приключенцев спросил:

— А вы что будете? Сегодня за счёт заведения.

— Я очень надеюсь, что выпивка — это не вся награда, — строго сказала Этера.

— Конечно нет, — махнул могучей рукой трактирщик. — Были сложности?

— С чего бы начать…

Эльфийка во всех подробностях рассказала про их вчерашние злоключения, приукрасив в паре моментов степень опасности.

— Можно я добавлю? — вклинился Брепси, и, не дожидаясь разрешения, продолжил: — Волк, вообще-то, был мудрым, а не злым. Это первое. Второе: кальмара гигантского…

— Осьминога, — поправила его Лили.

— Да, спасибо, осьминога танковал я в чём мать родила, весь, весь, весь урон на себя принял!

— Это всё? — недовольно спросила Этера.

— Да, продолжай.

— В общем, я вела к тому, что последнее чудовище заплыло в эти края из какого-то другого региона, мы еле справились. Это стоит учитывать при расчёте награды, — добавила волшебница.

— Ребята, — задумался Папа Медведь, барабаня пальцами по барной стойке. — Я правда не знал о существовании высокорангового чудовища в море, знал бы — отправил запрос в город на подмогу из настоящих воинов…

— А мы, типа, игрушечные? — сощурилась Лили одновременно с Шипариком.

— Вы понимаете, о чём я, — хлопнул себя по лбу Медведь, вытирая выступивший пот. — В награде я вас точно не обижу, но и вы поймите — мы тут живём на отшибе мира, до ближайшего города день пути, из благ цивилизации только торговый путь на тракте, да академка для юных магов на вершине холма.

— Ты это к чему, папаша? — забеспокоился Брепси.

— К тому, что диковинки у меня есть, но особо губу не раскатывайте, — закончил Медведь.

— Ладно, я пошла грязь отскребать из всех щелей. Ванна хоть есть в этой, кхм, таверне? — нетерпеливо вклинилась Этера.

— Есть купальная бадья, вода только не нагрета, — сообщил ей трактирщик. — Давайте пока так: я людей накормлю, получу от них подтверждение, что вы не врёте, отпущу в путь дорогу, воды нагрею, а потом с вами рассчитаемся.

— Что значит «не врём»? — удивился наивный южанин.

— Чтобы получить награду, надо предъявить доказательства или рассказы очевидцев, дурья башка, — объяснила ему Лили.

— Верно, — кивнул Медведь. — Располагайтесь пока.

Трактирщик занялся делами, авантюристы стали предоставлены сами себе и пошли кто куда. Через час все собрались в обеденном зале, разместились у барной стойки со скучающим видом.

— Ну, ванна готова! — крикнул Медведь, выходя из подсобки. — Госпожа Этера, спросить хотел ещё, не сочтите за оскорбление, — мужчина замялся во время просьбы.

— Что-то неладное предчувствую я, — сощурилась девушка.

— Да пустяк всего! — махнул рукой трактирщик. — Я хотел просить дозволения потом после вашего купания воду эту собрать, разлить в бутылки и потом продать каким-нибудь чудикам, у которых крышу сносит от всего эльфийского…

— Нет! Оборзел?! — как кошка зашипела Этера.

— Нет, так нет… что, жалко, что ли? — погрустнел Медведь, который мысленно уже считал прибыль.

— И я лично прослежу, чтоб всё вылил потом!

— Будь по-вашему.

— Так, что там с наградой-то?! — заёрзал на месте Брепси.

— Да, сейчас.

Медведь снова куда-то удалился, а вернулся с внушительным деревянным ящиком размером с гроб. Он с грохотом плюхнул это добро на стол перед приключенцами, достал из кармана медный ключик, открыл, а любопытные авантюристы вытянули головы вперёд, чтобы посмотреть, что там.

— Не все сразу, давайте по порядку! — призвал их трактирщик. — Сперва, лечебные зелья из моих личных запасов — каждому по одному.

Медведь выдал по старенькой пыльной бутылочке размером с воробья. Этера сразу же сдула пыль с этикетки и нахмурилась:

— Так оно хрен пойми какого года выпуска!

— Верно, но срока годности не имеет, так? Ты же разбираешься? — подмигнул ей Медведь. — Далее у нас…

Потом он достал пахнущий подвалом кожаный походный плащ и крепкие перчатки стрелка из дублёной кожи, протянул их друидке:

— Это тебе, маленькая госпожа. Экипировка хоть и старая, зато очень крепкая, особенно перчатки — в них удобно держать не только стрелковое оружие.

— Спасибо, но я не маленькая, — пробурчала Лили, принимая дары.

Медведь пошебуршил по дну ящика, достал ветхую книгу с эльфийскими рунами на обложке:

— Госпожа маг.

Этера нетерпеливо вырвала книгу из его рук с горящими глазами, открыла, полистала и довольно запищала:

— Тут расшифровывать целый месяц, но я очень рада!

— А то ж, — хмыкнул трактирщик.

— А мне когда?! — Брепси дёргал ногой как собака.

— Вот!

Медведь положил ему в руке охотничий патронташ с четырьмя крупнокалиберными патронами. Брепси на это дело посмотрел, повертел, понюхал, спросил:

— Папаша, а нахрена мне патроны без ружья?

— А мне? — резонно спросил трактирщик с серьёзным лицом, а потом улыбнулся: — Не переживай, ружьё я тоже выдам, его особенно жалко, но по кодексу чести я просто обязан им поделиться с теми, кто пустит его за правое дело…

— БРЕПСИ?! — рассмеялась Этера.

— За правое дело?! — следом рассмеялась Лили, а ей уже подражал Шипарик хрипящими булькающими звуками.

— Не понимаю, чего они смеются, но всё так, всё про меня! — важно заявил южанин, а потом поглядел вокруг. — Так… где же оружие?

Медведь внезапно достал из-под барной стойки старое, но хорошо обслуженное ружьё с замысловатой гравировкой на стволе в виде птичьих крыльев.

— Какая красота! — загорелись глаза у Брепси, когда он принял эту диковинку из рук Медведя.

— Патронов только больше нет, как не просите, — вздохнул трактирщик. — Порохом торгуют пираты, да в городе пара лавок. Все стрелки давно на север перебрались, вот, что осталось, дарю.

— Огромное спасибо, папаша! Я не подведу! — Брепси от радости поднял ружьё над головой.

— Утихомирься, бешеный, — осадила его Этера. — А что по деньгам?

И тут трактирщик как-то поутих.

— Понимаете, такое дело… Вы задания выполнили, молодцы, но выполнили его в тот день, когда сборщик налогов приезжал. В ближайшие дни я буду работать впритык, однако! Можете жить тут и питаться в разумных пределах совершенно даром.

— Купальня входит в сделку? — сразу спросила Этера.

— Конечно.

— Тогда, согласны.

— А чего это ты за всех решаешь? — покосилась на неё Лили, принарядившаяся в новые перчатки, которые будто на неё изначально сделали.

— Да! Я лидер отряда, вообще-то! — закивал Брепси.

— Короче, я купаться, а вы — как хотите.

Волшебница устало взяла книгу и ушла в комнату за сменными вещами.

— Трудно вам с ней, — понимающе покивал трактирщик.

— Не то слово… — согласился Брепси.

— Папаша, а можно вопрос? — вдруг спросила Лили, на что мужчина кивнул. — Ты говорил про руины неподалёку, а что там ценного? Кто обитает?

— Что же… — Медведь начал задумчиво гладить бороду. — Поскольку я вам должен, то расскажу кое-что важное про эти руины: не суйтесь туда, пока не приедет отряд зачистки из города.

Лили и Брепси обменялись непонимающими взглядами.

— Понимаете, — продолжил говорить Медведь. — Мне сказали не болтать про это, но я всё равно скажу — там сейчас промышляют пираты и гоблины.

— Так значит монеты забрал не королевский сборщик, да? — догадалась Лили, на что трактирщик грустно закивал.

— Ха! Что нам парочка пиратов, когда мы морского монстра уничтожили! — расхрабрился Брепси.

— Уймись, молодой человек, — грустно посмотрел на него Медведь. — Ладно бы просто пираты залётные были, так эти особенные.

— И что в них особенного? — скривился южанин.

— Хотя бы то, что их корабль уничтожен, они перебрались на сушу, хотят закрепиться в этом регионе.

— И?

— Брепси, ты болван! Это значит — им терять нечего! Они как крысы, загнанные в угол! — разозлилась на его тупость друидка.

— Но и это ещё не всё, — покачал головой трактирщик. — Они связались с местными дикими гоблинами, среди которых есть шаман.

Брепси бестолково крутил головой то к Медведю лицом, то к Лили, то на какой-то ляд к Шипарику.

— Шаман — это плохо, — помрачнела Лили. — Ты отправил в город послание?

— Да, отправил в бочке с рыбой и мужиков предупредил.

— Брепси!

— Я Брепси! — испугался южанин.

— Мы ведь не оставим этих людей в беде? — очень настойчиво спросила друидка, похрустывая кулаками.

— Никак нет!

— Хороший ответ, предлагаю прогуляться на разведку, ты со мной.

Лили встала, вещей как таковых у неё и так не было, позвала за собой Шипарика, затем махнула рукой Брепси.

— Прошу вас, дождитесь подмоги! — попросил Медведь.

— Пока там эта подмога приедет — тебе придётся ещё могил накопать, — хмыкнула Лили. — Но не для нас. Скажи госпоже чистюле, что мы пошли на разведку. Погнали, Брепси!

— Дэа! — воодушевился южанин, который пребывал в нетерпении испробовать новое ружьё в деле.

Если вчера знойное солнце не давало покоя путникам, то сегодня погода с самого утра выдалась чересчур жаркой, ни дуновения ветерка, ни спасительной тени. По негласному древнему обычаю, официальную дорогу прокладывал какой-то пьяный обормот: это надо додуматься строить маршрут через луга в виде змеевидного серпантина? Тут даже леса никогда не было, высоких холмов тем более, а количество объездов и случайных поворотов превышало все допустимые нормы. Потому Лили взяла на себя смелость пройти по прямой через траву прямо к точке назначения.

Лесных посадок в округе кот наплакал и то не старался, всё вокруг как на ладони, исключая горы в стороне большого города и лес около прибрежной зоны позади. Руины древней цивилизации виднелись на расстоянии выстрела, однако это обманчивое зрелище: ты всё идёшь-идёшь, а желаемый объект ближе не становится.

— Скок на бережок — ту-ру ту-ту-ту! Скок на бережок — ту-ру ту-ту-ту! — весело подвывал Брепси, громыхая новоприобретённой экипировкой.

— Ты издеваешься? — буркнула Лили.

— А что? Награду дали, денёк хороший!

— Мы на разведке.

— Я знаю. Скок на бережок…

— Надо вести себя тихо, дурында! — разозлилась Лили.

— Почему?

— Потому что на разведке ведут себя тихо и незаметно.

— Так это же скучно! — возразил Брепси.

— Никто и не говорил, что будет весело, — Лили дёрнула ухом как кошка в сторону руин: — Слышишь?!

— Слышу, что? — испуганно замотал головой южанин.

— Пригнись!

Лили насильно повалила Брепси на траву, а Шипарик просто повторил всё за хозяйкой. Где-то поблизости орали мужские пьяные голоса, но слишком неразборчиво, чтобы понять хоть что-то.

— Возможно, пираты, — закивала в такт своим мыслям Лили.

— Ты сделала этот вывод только по тому, что они пьяные, что ли?

Друидка тяжко вздохнула и высунулась из укрытия: по лугу прогуливался развесёлый патруль из захмелевших на солнышке огромных чернокожих пиратов с непонятными сумками и саблями наперевес.

— Берберы чёртовы! — едва слышно процедила Лили.

— Не все темнокожие — берберы, — сделал замечание Брепси.

— Да, но все берберы сплошь чернокожие! — парировала друидка.

— Это да. Так, что будем делать?

— Проследим, куда они идут, а потом решим, что с ними делать. Сперва нужно посчитать их точное количество, маршрут патрулей, место стоянки, найти укрытие, откуда их легче всего будет устранить и… — Лили повернулась через плечо и округлила глаза: — Брепси, чёрт тебя дери! Ты где?!

Южанин всего минуту назад лежал позади, но вдруг пропал бесшумно как ниндзя какой-то!

Брепси, когда услышал, что впереди огромный накаченные коллеги пираты по опасному торговому бизнесу, вдруг подорвался из укрытия ползком в их сторону, а потом обошёл Лили по западной стороне, поднялся на ноги и направился к бухающим берберам.

— Что он творит?! — ошеломлённо спрашивала себя Лили.

Брепси непринуждённо подошёл к остановившимся берберам, которые устали траву топтать, органично пристроился к ним, даже подрезал бутылочку тёплого пива и пригубил, говоря:

— Да-а-а… отличный сегодня денёк.

Берберы, занятые оживлённым разговором про морские бипки, вдруг осознали, что к ним бесшумно подкрался неизвестный, в ужасе побросали вещи на землю, выхватили кривые скимитары и направили на спокойного, как удав, южанина, пьющего их пиво:

— Ты кто, мать твою, такой?!

— Я? Да я свой, расслабьтесь! — примирительно заявил южанин. — Я всего лишь Брепси — ваш коллега по опасному ремеслу!

— Какому ремеслу, мужик?! Ты чьих будешь? — зарычал на него один бербер.

— Ну вы что, ребята! — улыбнулся и сделал шаг на встречу Брепси, чем сильно испугал пиратов. — Море, корабли, товары! Я свой! Я такой же, как вы!

— Гиль, а может он правда из наших? Я что-то перепил походу, плохо вижу, — пожаловался второй бербер.

— Чушь не неси, пьянь! Какой он «наш»?! Он же бледный, как жопа губернатора!

— Так я давно не загорал! — настаивал Брепси. — Вы дайте время, я снова стану бронзовым как статуэтка на часах!

— Гиль, он мне не нравится! Гиль, давай его зарежем? — затрясся подслеповатый бербер.

— Ну не надо, ребята, будьте людьми! Все ж мы люди! — уговаривал их южанин.

— Да хрень какая-то! Нельзя его мочить, вдруг правда наш, потом втык от шефа получим!

— Да, шеф не любит, когда мы просто так всех убиваем, — закивал второй.

— Так, Джерси или как там тебя…

— Брепси!

— Неважно. Идёшь с нами в логово, там решим, что с тобой делать.

— Ура, меня приняли в команду! — наивно возрадовался южанин.

Лили смотрела на этот цирк и беззвучно бормотала своё негодование. Мало того, что дурак дураком, так ещё и с отсохшим чувством инстинкта самосохранения!

— Пойдём, Шипарик! Хоть он и чмо, но наше — спасать надо!

Этера с эротичным вздохом погрузилась в слегка горячую воду с головой, удобно легла на дне бадьи, высунув наружу обе ножки. Она покачивала ими, оставив на поверхности только лицо и болтающуюся пышную грудь (она предательски всплыла из воды, как не старайся).

Вроде так спокойно и умиротворённо, когда этих двоих оборванцев нет поблизости, но…

Будто шестое чувство или врождённый магический дар подсказывали, что пока Этера отдыхает, эти двое нашли себе на жопу приключений.

— Ну, нашли и нашли, меня это не касается, — пробулькала ртом магичка и опять расслабилась.

Для дополнительного расслабления Этера призвала своего элементаля и велела ему временно превратиться в бурлящий горячий источник со встроенным массажем.

— Если не засну, поставлю тебя на полчасика в виброрежим ещё, — закатывая глаза от удовольствия, пробубнила приказ Этера.

Волшебница просидела в бадье столько, сколько не остывала вода до комнатной температуры, вытерлась, облачилась в чистое платье, на выходе столкнулась с Рыжей, которой тоже ванная понадобилась скорее всего.

— Всё ещё «ква»? — вытирая полотенцем волосы, поинтересовалась маг.

— Ква-ква, — уверенно отрапортовала девушка.

— Понятно.

Этера окончательно высушила волосы и причесалась в своей комнате, и дурные чувства вновь начали досаждать где-то в районе сердца. Ощущение, будто если она останется в таверне сегодня, то её вынужденным маленьким друзьям придёт конец.

Эльфийка закатила глаза, недовольно причмокнула, и отправилась на выход искать трактирщика — к гадалке не ходи, этот их надоумил!

— Медведь! — капризно как аристократка позвала маг.

На кухне раздался грохот сковородок, ругательства, потом тяжёлые шаги и из-за двери показалась морда озадаченного трактирщика.

— Ты их куда-то надоумил?

— Ну… да, — виновато признался Медведь. — Они пошли на руины посмотреть…

— Довольно! Дальше я сама, — важно сказала Этера, жестом прерывая трактирщика.

Она быстро вышла из трактира, Папа Медведь даже не успел предупредить её о пиратах, просто от досады махнул рукой и вернулся на кухню.

Лили, благодаря своему маленькому росту, скользила как тень от одной травяной кочки к другой, бедный дракончик едва за ней поспевал, благо он больше длинный, чем широкий, его, по идее, тоже не видно в высокой траве.

Друидка разведала территорию вокруг руин от и до. Входа всего два: в полуразрушенной часовне на севере, где и охраны-то нет, и в центральной обвалившейся башне, что торчала из земли, напоминала громадную трубу до небес. Вот там-то проклятых берберов было больше всего! Скорее всего, логово они себе облюбили поближе к выходу, чтобы далеко не ходить трясти случайно заблудших путников.

Атаковать в лоб — не вариант. Даже если получиться всех перебить, внутри руин их может быть столько же, а то и больше. И вдруг пленника решат на сосиски пустить? Нет, предпринимать попытку спасения надо только из засады.

Лили приказала Шипарику быть осторожным и пригнуться, сама тоже приняла соответствующую позу и поползла в сторону разрушенной церквушки. На половине пути всё шло отлично, пока Лили вдруг не услышала под собой какой-то странный «хрясь».

— А?

Только и успела пикнуть друидка, когда неустойчивая почва начала под ней трескаться, а потом и вовсе рухнула!

Лили приземлилась на цветущий мох, который смягчил ей падение. Рядом валялся и хрюкал от досады Шипарик. Единственным источником света в непроглядной пещере стала проделанная дыра в потолке. Ни верёвки, ни лестницы вокруг не видно, чтобы выбраться.

Тогда Лили вынула из ножен свой клинок и начала продвигаться в темноте на ощупь, как слепые люди постукивая тросточкой впереди себя.

— Погнали, Шипарик, чего развалился?

Брепси долго вели по катакомбам древних руин, где царила кромешная темнота, за стенами скреблись то ли крысы, то ли огромные жуки, только факелы спасали от пути вслепую, пока не притащили к небольшому гроту с решёткой. Судя по виду и разбросанным костям на соломе, тут держали пленников. Южанина грубо запихали за решётку, один бербер остался на страже. Вещи бродяги свернули в старую тряпку и бросили рядом с клеткой.

— Да за что за решётку-то вот так сразу?! — Брепси недовольно потряс ветхие на ощупь ржавые прутья.

— Тихо там! Пока старший не придёт, будешь крыс развлекать!

— А кто у вас за главного?

— Что? — бербер повернулся и недобро посмотрел на южанина, заставив того отойти от прутьев подальше, на всякий случай. — Ты же говорил, что из наших?!

— Ну да, — виновато улыбнулся Брепси.

— Тогда, должен знать имя нашего главаря! — разозлился пират.

— Ну да, — потешно кивнул головой южанин.

— Слушай, не провоцируй меня!

— И в мыслях не было!

Бербер тяжко вздохнул и прислонился спиной к решётке, принимая расслабленную позу. Южанин посмотрел на это, подумал о своём пару секунду, а потом достал небольшой карманный ножик и просто ткнул пирата в правый бок, особо ни на что не надеясь.

— Ах ты тварь… ух…

Брепси был плох в рукопашке, но сумел-таки попасть случайно по жизненно важным органам бербера. В клетке сидеть ему не хотелось, жопа звала найти себе приключения… ещё больше приключений. Южанин быстренько обыскал умирающего пирата, нашёл ключ на его поясе, высвободился и сразу забрал своё снаряжение. С особой лаской Брепси ухватился сначала за мачете, потом за новое ружьё и повесил себе на плечо.

Этера приближалась к руинам, совершенно ничего не опасаясь, как вдруг её внимание привлёк то ли взрыв, то ли выстрел откуда-то неподалёку, и тут волшебница заметила бегущих в подземелье негров с кривыми саблями.

Драться ей в миг расхотелось, а то мало ли поймают и чего плохого с ней сделают, потому выбор пал на полуразрушенную церквушку, где как раз никого не осталось.

Дверей в строении не осталось — они сгнили от времени, потому эльфийка брезгливо зашла и зацокала каблуками по старому полу. Этера осмотрелась: некогда здесь проводили службы неясно какому богу, а может и совершали ритуалы, эхо которых откликалось магическими вибрациями, которые вызывали на теле девушки неприятные мурашки.

Среди разбитых скамей и парт выделялся алтарь, за которым некогда был громадный шкаф, который не вписывался в привычную обстановку церкви, чем и привлёк её внимание. Эльфийка ощупала стены вокруг некогда шкафа и вдруг что-то щёлкнуло — остатки деревянной конструкции вывернуло наизнанку, обнажая за собой потайной ход.

— Дилетанты, — важно бросила Этера и спустилась по ступеням вниз. Смета стало не хватать, эльфийка вызвала сияющую капельку воды себе в подспорье, и уже с ней спокойно ходила по коридорам подземелья с важным видом, лазила руками в каждую щель, заглядывала за каждую ветхую картину, коих обнаружилось ну очень много. Жаль только, что рассмотреть, что на них изображено, невозможно.

Раздался, теперь уже точно, выстрел откуда-то за стеной, Этера схватилась за голову и выдохнула:

— Брепси…

Нехотя направилась в поисках обходного пути к этому шумному идиоту, но даже шагу не прибавила. Негласное кредо этой волшебницы: «Я пришла к вам на помощь тогда, когда захотела».

— Ха! — Лили ударила рукоятью меча по стене с такой силой, что высекла искры.

Она подожгла найденный на земле факел и продолжала путь во тьме. Шипарику это всё не нравилось, он даже делал пару попыток взлететь на рудиментарных крылышках, но всё тщетно.

— Ну-ну-ну! — постукала его по твёрдой голове друидка.

Чувствительный слух Лили вдруг уловил, будто где-то неподалёку активировался тяжёлый старый механизм. Она бросила прежнее направление и отправилась на источник шума. Путь привёл её в какую-то заброшенную библиотеку, где всё покрыто вековой пылью. Лили чихнула пару раз, заставив пыль подняться ещё сильнее.

*чавк… чвяк*

Друидка снова навострила уши — она тут не одна! Некто то ли пытался, то ли жевал что-то мокрое и явно нежующееся. Лили взмахом руки дала команду Шипарику обойти это «нечто» слева, пока сама медленно приближалась справа. Клинок предательски наткнулся на стену в темноте и лязгнул — невидимое существо удивлённо клацнуло челюстью и подозрительно затихло.

Шипарик упёрся носом в дверь и недовольно рыкнул, потом начал скоблить её когтями как кот, мол, хозяйка, впусти. Лили легко отворила дверь и вдруг увидела довольно просторную заброшенную библиотеку. На потолке через многочисленные дыры просачивались солнечные лучи, света хватало, чтобы понять, что она оказалась в Г-образной комнате старой библиотеки церкви, которую она видела на поверхности.

Спутник Лили моментально учуял что-то подозрительное и без приказа бросился вперёд, топча по пути старые книги и обломки книжных стеллажей, от которых повсюду разлеталась густая пыль, прекрасно видимая в пробивающихся лучах света.

— Стой, обормот!

Бросилась за ним друидка, наплевав на все предосторожности. Питомец завернул за угол в конце комнаты и затих. Лили рассердилась акту неповиновения, ускорилась до лёгкого бега, всё ещё опасаясь споткнуться в полумраке обо всякий мусор.

Дальше картина маслом: в старом кресле сидит сундук и… СМОТРИТ на Шипарика, тот в ответ порыкивает, недовольно ножками перебирает в нерешительности.

— Назад, Шипарик! Предоставь его профессионалу!

Лили с лёгкостью взяла тушку дракончика и убрала с прохода, а сама подошла к очень странному пассивному мимику.

— Привет.

Друидка сделала приветственный жест, воздев руки вверх, потом плавно опустила. Мимик открыл дополнительные глаза и покряхтел в ответ как старый дед.

— Привет, говорю! — решительно повторила девчушка.

Мимик вдруг задрожал, то ли от страха, то ли словил несварение, вдруг забулькал и захлопал губами-крышками:

— БУРУ-БУРУ-БУУУУУУФ!

— Я такого наречия не знаю!

— БУРУ-БУРУ-БУУУУУУФ!

— Как дела, чемодан?

— БУРУ-БУРУ-БУУУУУУФ!

— Да, денёк у меня тоже не задался… А внутри тебя что-то ценное есть?

— БУРУ-БУРУ-БУУУУУУФ!

— А если найду?

— БУРУ-БУРУ-БУУУУУУФ!!!!!!

Лии устала от своего собеседника и отдала команду:

— Отлично поговорили. Взять, Шипарик!

Дракончик страшно замотал головой с открытой пастью и налетел на живой сундук, впечатав того в спинку кресла. Складывалось ощущение, будто питомец раздавил гигантскую улитку: и треск панциря похож и количество вылитой слизи оттуда.

Когда Шипарик слез с поверженного врага, оставшийся ком слизи вдруг принёс к ногам сияющий камнями яшмы клинок, один взгляд на который обжигал.

— Это ещё что такое…

Лили нашла на полу ветошь, аккуратно вынула из слизи меч, слегка почистила, потом обнажила потрясающий янтарный полуторный клинок, сияющий горячими искрами, словно бенгальскими огнями.

— Обновочка, Шипарик! Повезло-повезло.

Брепси с криками бежал по пещере, будто за ним гналось стадо слонов. Стадо и правда было, но поменьше — гоблины с дубинами.

— Вто-о-ой! Втой, тва-а-аль! — улюлюкали ему гоблины.

— Сам стой!

— Погоди-и-и-и! Чот спрасидь хочим! — алчно выкрикивали настигающие гоблины.

— Да я и не знаю ничего особо! — задыхаясь, отвечал южанин.

И вдруг облом! Тупик!

Дурацкий кишко-образный тоннель оканчивался кирпичной стеной, в углах которой мирно лежали скелеты в расслабленных позах, будто отдыхали.

— Слушайте, зачем вы это делаете? Давайте не надо, будьте людьми! — взмолился побледневший Брепси. Он умом посчитал свои патроны, затем гоблинов, которых кратно больше, и сглотнул ком в горле.

Гоблины ехидно переглянулись своими сморщенными ртами.

— Ми не дюди! Готовь жопа!

— Ну не нада, ну не стукайте! — закрылся руками южанин и сморщился в комок для обороны.

Брепси так сильно вжался в стену, что древняя кладка не выдержала и обрушилась, втягивая приключенца в образовавшееся отверстие.

— Гахлюк! — с ужасом завопил один из гоблинов и попятился.

— Гнездо гахлюк! — добавил второй и вся орава спешно побросала свои примитивные орудия и бросились наутёк.

— Как, нахрен, «гахлюк»… — простонал Брепси, поднимаясь из образовавшегося завала.

Пока мужчина поправлял одежду и отряхивался, сзади послышалось зловещее стрекотание, и кто-то нежно постукал пальцем по плечу. Брепси состроил обречённое лицо и чуть ли не плача повернулся.

— А, понятно, что такое «гахлюк»…

На него восемью глазами смотрел огромный паук, с интересом изучал будущий обед.

— Не ешь меня, а? — попросил южанин.

Паук отрицательно помотал головой.

— Ну, хочешь, я как цапля на одной ноге постою?

Паук снова отрицательно закачался над Брепси.

— Ну, шутку расскажу…

Снова ответ «нет», жвалы хищно застрекотали.

И тут Брепси хватает ружьё и в упор выстреливает пауку в морду! Заряд дроби пробил чудище насквозь, паук свалился с потолка и затих в предсмертных подёргиваниях. Южанин с кислой миной склонился над ним и охнул:

— Просил, просил — нет, надо напасть! Я же теперь потратил ценный невосполнимый патрон!

Горестную тираду Брепси прервал целый хор стрекочущих звуков из разных уголков открывшегося подземелья, южанин понял, что паук был не один и опять нервно сглотнул, сжимая ружьё как последнюю надежду.

Этере жутко не везло на добычу. Хоть это была библиотека, но полезных книг или свитков было так мало, что даже обидно. Ей вспомнилась одна байка Брепси, когда они ехали на повозке с пляжа: нашла женщина на дороге кошелёк, а там — НЕ ХВАТАЕТ!

Волшебница чувствовала себя той женщиной, которой не хватает, но вроде что-то нашла, а всё равно грустно. И мало ей было бедной добычи, так ещё и по соседству начался подозрительный движ: то выстрел, то до боли знакомые крики, до звук такой, будто каменным шаром в стену ударили. Не соседи, а кошмар! Портят Этерочке ламповое приключение!

Разозлённая эльфийка грозным шагом двинулась к нарушителям спокойствия, предварительно заставив своего элементаля воды мыть и расчищать перед ней полы. Зашла Этера за угол, а там — мелкая друидка рожи строит перед мимиком, что-то ему объясняет.

— Совсем там одичала, что ли? — закатила глазки маг.

Она приблизилась к беседующим братьям по разуму и вдруг мелочь отдала приказ убить сундук и её болван питомец тут же его расплющил. Этера смотрела на происходящее с открытым ртом, не решаясь вмешиваться.

— О, какие люди! — вдруг заметила её Лили, оторвавшись от своего новенького меча. — А я тут древний огненный мечик нашла!

— Нашла она, как же… — завистливо пробубнила маг. — Ты придурка нашего не видела? Я слышала, как кто-то кричал.

— Кричал? — задумалась Лили, поглаживая новенький меч по ножнам. — Точно! Шипарик, мы ж не туда свернули! Мы ж Брепсича спасать шли!

Шипарик издал жирные вздохи сожаления.

— О великие силы! Спасатели из вас просто ужасные! — хлопнула себя по лбу Этера.

— Да? — нахмурилась девчушка. — А ты тогда чего его не пошла спасать через главный вход? Обсикалась со страху?

— Фу, как мерзко ты говоришь про благородную деву! Принцессы не сикают, они окропляют своей неземной росой грешную землю!

— Я так и сказала — обоссалась, — съехидничала Лили.

Вдруг их спор остановил знакомый крик:

— Да помогите мне уже хоть кто-нибудь! Меня пауки заставляют танцевать степ! А я даже не знаю, что такое этот степ!

Шутки шутками, а друг всё ещё в беде. Девушки поспешили в сторону криков и оказались в просторном зале с горящими факелами по кругу. В центре комнаты на левитирущем колдовском каменном диске в позе угрюмого генерала сидел скучающий шаман гоблинов. На лбу его, отчего-то, вздулась огромная. Как личинка, вена.

Шаман давно заметил непрошенных гостей, ждал, когда они его заметят.

— Ой… извините, пожалуйста! — виновато сказала Лили и побежала мимо странной конструкции с гоблином внутри. — Мы только мимо проскочим и всё!

— СТОЯТЬ! — рявкнул на них гоблин. — Вторглись в мои владения, вломились в святилище моего народа, а теперь просто уйдёте? Вот уж нет!

— А что ты сделаешь нам, чучело? — фыркнула Этера и дунула на свою ладонь, посылая в шамана ледяной туман. — Побежали, Лили! Не щёлкай клювом!

— Без тебя знаю!

Девушки в наглую оббежали шамана на летающей платформе по часовой стрелке и спрыгнули в небольшое углубление, откуда продолжал орать Брепси. Снова послышался выстрел, уже второй — пауки яростно зашипели, а южанин завизжал ещё громче, удирая от них.

Так бы закончилась история бравого торговца с Фишира, если бы он не выбежал прямиком к девушкам.

— Как я рад вас видеть! — парень полез обниматься, но девчата вовремя уклонились от бомжатских объятий, из-за чего Брепси шлёпнулся на пол. — Злые вы, иногда… — заохал он на полу.

Лили рывком подняла его на ноги и показала туда, откуда прибежал южанин: три паука с голодными глазами и капающей слюной неслись к ним по стенам, полу и потолку.

— Назад! — велела Этера.

Сопартийцы отступили, и госпожа маг показала, что не зря пришла помогать: три точных выстрела магической стрелой — три трупа.

— Легчайшая для величайшей, — гордо сказала Этера, потирая руки.

Забытый всеми предводитель гоблинов, оставшийся позади, словил настоящую истерику. Чужаки вломились в его убежище, очевидно, обворовали, напали на его подопечных и ценнейших гигантских пауков, да ещё и стены ломают!

Шаман, брызжа слюной от ярости, начал погоню за наглецами верхом на своём летающем каменном диске, к которому ушлый карлик приладил гоблинских тотемов и костяных поделок для устрашения, вот только не учёл, что конструкция, сделанная неизвестным магом, довольно сбалансированная и совершенно не универсальная, чтобы творить с ней всё, что душе угодно.

Потому, вместо движения в заданном направлении сферой-гироспоком на панели перед шаманом, летающий диск накренился, повёл себя неадекватно и вмазался в ближайшую стену, а потом начал чертить в ней уродливый шрам острым краем платформы.

— Не-е-ет! Моё подземелье! Что ты творишь, глупая леталка?!

Гоблин попытался исправить ситуацию, повернул гироскоп — платформа начала неистово вращаться, разбрасывая по округе драгоценности вопящего шамана.

— Босс! — прибежал к нему на помощь отряд берберов из четырёх человек.

— Помогите! Не стойте столбом! — велел им гоблин.

Самые инициативные двое пиратов кинулись спасать лидера и были превращены в фарш быстрыми вращениями шайтан-платформы.

— Нет, тупицы-ы-ы-ы! Палку, палку давайте! — истошно кричал гоблин.

Оставшиеся берберы нерешительно подняли с пола старую балку и вдвоём кинули в платформу, но попали шаману по спине.

— А-а-а-а-а! Ну и уроды вы-ы-ы-ы-ыв-ы-вы-ыыыы! — гоблин от яростной досады снова куда-то нажал и его конструкция понеслась ломать стену за стеной, разрушая и так шаткое подземелье.

— Вы ничего не слышали? — напрягла слух Лили.

— Нет, вроде, — пожала плечами Этера. — Пойдём искать, куда эти кретины спрятали серебро нашего трактирщика.

— О, я знаю, где она хранят добычу! — вспомнил Брепси. — Меня когда тащили сюда, я заметил какую-то комнату с мешками и ящиками.

— Ну, показывай дорогу, я не знаю, — развела руками Этера.

Брепси весело зашагал в ту дыру, из которой пришёл, чувствуя себя в полной безопасности, когда рядом есть кому за него вступиться. Ещё и светоч Этеры так классно освещает путь — ну благодать, ну мёд, а не путешествие!

Довольный южанин привёл девушек к камере, где его держали и указал на соседнюю комнату:

— Прошу вас, мадамы!

Лили молча пошла искать добычу, а Лили увидела мёртвого пирата около клетки, приподняла вдруг бровь, задумалась, а потом тихо-тихо так подобралась к трупу, подозрительно оглянулась, а потом выпотрошила ему брюхо.

— Ты что делаешь, маньяка?! — Брепси, всю дорогу наблюдавший за девчушкой, стоял в ужасе.

— Давай я тебя просто пошлю к лешему вместо объяснений, а? — проворчала друидка. — Расслабься, это нужно для ритуала.

— ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ПОТРОХА?! — вскрикнул Брепси, хватаясь за щёки.

— Говорю же, ты ничего не понимаешь в друидских ритуалах, просто заткнись.

Лили аккуратно вырезала печень пирата и упаковала в гладкий кожаный мешочек на поясе.

— Это не гигиенично! — запротестовал южанин.

— Да мне не надо её есть, олух + пузырь + уловка! — разозлилась Лили.

— А, вон оно как… ну ладно, — пожал плечами Брепси.

Они закончили спорить и вернулись к Этере, которая потрошила коробки, ящики и мешки.

— Ну как? Мы довольны? — с азартом спросил Брепси, потирая руки в предвкушении.

— Не знаю. Как ты, а я — да, — кинула из-за плеча маг. — Деньги я уже нашла, но тут кое-что странное — почему так мало?

— В смысле, мало? — испуганно спросил южанин.

— В прямом. Когда Медведь рассказывал о своей потере, я думала, что речь идёт ближе к паре золотых, а тут… — девушка скривилась, а потом добавила: — Жалкие тридцать пять серебряных и десяток меди.

Брепси и Лили обменялись непонимающими взглядами.

— Так это пять жалований простого работяги в месяц! — чуть ли не хором возмутились они.

— Я и говорю — копейки, — совершенно серьёзно ответила Этера.

— Зажравшаяся эльфийская жопа! — надул губы Брепси. — А что ещё там интересного в сундуках?

— Во-первых, сам жопа…, а какой ты расы, напомни? Бомжерождённый?

— Я ЧЕЛОВЕК, расистка ты фэнтезийная!

— Да плевать всем, — махнула рукой маг.

— В смысле, плевать?! Людям не плевать на меня! Я лидер отряда и очень нужный!

— Ага, ну так вот — добыча, — специально проигнорировала его Этера. — Лили, я тут нам бездонные сумочки отыскала — держи одну!

Брепси проводил пролетающую крутую вещицу обиженными глазами:

— Как же так, а мне?!

— Рука в траве! — хихикнула довольная Лили, поймав второй достойный артефакт за это путешествие.

— Ещё есть всякий мусор и помутневшие камни сомнительной драгоценности, — продолжила Этера.

— Ну дай камушков хоть! — занервничал Брепси, который получил из подземелья ровное ничего, только два невосполнимых патрона пролюбил.

— ГРА-А-А! — пробив очередную стену, перед авантюристами выскочил потрёпанный гоблин. — Ни с места, воры! Я разобрался с управлением, и теперь вам жопа!

— А это ещё кто? — удивился Брепси.

— Какой-то гоблин со сморщенным лицом на тарелке, — отмахнулась Этера.

— Это я-то карлик на тарелке?! — взвизгнул шаман. — НЕПРИЕМЛИМО! Сто лет в тюрьме за такое! Каждому!

Этере не понравился тон этого крикуна, она решительно направилась к нему, подготавливая волшебный снаряд в правой руке:

— Не заставляй бить тебя.

— А ты не заставляй меня биться об тебя! — оскалился гоблин.

— Этера! Он колдует молнию! — вовремя спохватилась Лили, заметив подозрительные искры на уцелевших тотемах на платформе.

— Я спасу тебя! — Брепси прыгнул, преграждая своим телом Этеру.

Но молния оказалась цепной и разряд получили оба.

— Ау… — волшебница кашлянула дымом изо рта. — Спасатель хренов!

— Не благодари! — Брепси упал мордой в пол, демонстрировал знак одобрения поднятым большим пальцем.

— И не собиралась.

Лили яростно топнула ногой, поняла, что от этих двоих в бою снова минимум пользы, придётся тащить этот обречённый вагон на себе. Пришло время обнажить янтарный пылающий клинок, и чтобы было круто, друидка обнажила меч в полёте, эффектно рассекая пламенем пространство яркими полусферами.

На это представление даже шаман гоблинов засмотрелся, но тут же поплатился: агрессивная мелочь впилась оружием в его колдовскую платформу, а потом как заорёт:

— ШИПА-А-АРИК!

— Шипарик? Какой Шипарик? — растерялся гоблин.

Со спины уже нёсся слюнявый дракончик, выставивший твёрдый лоб для тарана — бабах! Шипарик врезался головой в тарелку шамана и теперь она напоминала откушенное овсяное печение.

— Нет, сволочи, не ломайте мою Кресту! Только не Креста!

Мелкая мразота продолжала долбить платформу огненным мечом, потом достала второй, обычный, и колотила вдвое сильнее.

— Кыш! Пшла вон!

Гоблин призвал над ней тучку, из которой посыпались молнии. Мелкие разряды капали на спину Лили, а та настолько вошла в раж вандализма, что перестала замечать боль.

Шаман в ужасе закрутил сферу управления, чтобы стряхнуть друидку, а тут уже Этера очухалась от шока и запустила магический снаряд в гоблина. Он успел уклониться, но лишился верхней половинки своего роскошного трона, на который он потратил всё жалование пиратам на будущий месяц.

— Я даже за него не расплатился! Варвары!

— Ломаем тарелку, камрады! — Брепси тоже запрыгнул на платформу и принялся шатать оставшиеся тотемы.

— Придурок, не трожь! — взвизгнул гоблин, накапливая заряд молнии.

Тотемы засветились, вспыхнули, но были сильно повреждены, а потому разлетелись на куски, отбрасывая южанина обратно на землю.

— Брепси, идиотина! Ты-то куда лезешь? — спросила Этера.

— Вы так круто ему транспорт ломали, что я тоже захотел… Дай хилку, мне плохо… — умолял подкопчённый Брепси.

— У тебя своя есть.

— Сам я не достану, она глубоко в кармане штанов…

— Ну так страдай, лежи!

— Мне так плохо! Умираю…

Этера скривилась, но всё же напоила отважного дурака зельем.

— Они ещё и пьют во время боя! — не верил своим глазам шаман. — Двести лет тюрьмы каждому!

Платформа издала протяжный гул, неестественно зависла в воздухе, а потом со звуком «Увувуп» резко плюхнулась на твёрдый пол, раскалываясь пополам. Гоблин словил фрустрацию, он не верил, что его непобедимую конструкцию, с помощью которой он планировал захватить побережье, победила кучка агрессивных дикарей. Шаман отчаянно тянул рычаги, крутил сферу, попутно приговаривая:

— Нет, нет, нет! Взлетай, Креста, моя Креста! Меня же ростовщики наизнанку вывернут два раза, если я не заплачу им через месяц!

Этера обратила внимание на его бубнёж, запрыгнула на обломки Кресты и спросила:

— Какие ещё ростовщики? Разве гоблинам дают в долг?

— А? Что? — безумными глазами посмотрел на неё гоблин, не прекращая дёргать управление.

— Вы на кого-то работаете? — продолжала допрос маг, наступив каблуком гоблину на причинное место.

— Не… не-е-ет? — сморщился гоблин в попытке изобразить непринуждённую улыбку.

— Подумать только — кто-то спонсирует гоблинов, — вклинилась Лили. — Звучит как смешная байка… звучала бы, не увидь я всё воочию.

— Вы чего так всполошились из-за каких-то гоблинов? — единственный не понял проблемы Брепси, девушки как-то странно переглянулись. — Что?

— Слышал когда-нибудь имя Меилшторм? — вдруг спросила Этера, отчего у гоблина обильно потёк по лицу предательский пот.

— Нет, а должен был? — пожал плечами южанин.

— Это местная легенда, — сощурила глаза девушка. — Известен тем, что спонсирует всякий сброд творить безумства. Деньги даёт небезвозмездно, только жертвы об этом либо ничего не знают, либо верят, что смогут потом соскочить с поводка ЕГО договора.

— Он и моим братьям-друидам однажды предлагал всякое, — от злости стиснула зубы Лили, сжимая оба меча в руках до боли в ладонях. — Хотел, чтобы наши благородные дети леса в облике зверя развлекали каких-то извращенцев. А когда мы отказали — нашу рощу подожгли кольцом, нам чудом удалось хоть кого-то спасти.

Брепси с трепетом слушал девчат, не решаясь вставить и слово.

— Так что говори, проклятый гоблин! — Этера надавила шаману на причинное место ещё сильнее. — Как найти Меилшторма?!

— Я… я не могу! — отчаянно мямлил гоблин.

— Говори, или оставим от тебя только ту часть, которая сможет разговаривать! — подскочила к нему Лили, угрожая клинками.

Платформа под ними загудела и покрылась красными рунами, не дав допросить гоблина.

— Бегите! — скомандовала Этера.

Отряд авантюристов разбежался, только шаман остался сидеть с обречённым лицом, как капитан, идущий на дно со своим кораблём. Руны активировались и разнесли летающий диск на кусочки, едва не забрали с собой приключенцев.